Елена Гордина

Слишком сильная женщина

Часть 1

— Нет, ты только послушай! — Аленка откинула волосы назад, а я на мгновение залюбовалась переливающимся водопадом роскошных рыжих локонов.

— А? Что? — Я промазала кисточкой мимо ногтя, испачкав лаком кожу, и теперь с сожалением смотрела на испорченный педикюр — через час у нас встреча, а я до сих пор не готова.

— Нет, ты только послушай, что она пишет! — Аленка в крайнем возбуждении принялась зачитывать так шокировавший ее эпизод из книги. — «Разве можно прожить на три тыщи баксов в месяц? Это же жалкие крохи!» Представляешь?

— Ну и что? — невозмутимо парировала я, аккуратно подцепив кисточкой капельку лака. Я все начала сначала, ну не могу я прийти в ресторан с облезлым педикюром. Увольте. — Зачем ты ее читаешь, если так злишься?

Речь шла о новой книге очередной «светской львицы», из «жизни богатых».

— Нет, но почему мне так не везет?! — Аленка бросила книгу на пол и закатила глаза. — И внешность у меня, и ум…

— И скромность! — добавила я, смеясь. — Лапа, ты же не бедствуешь. У тебя куча мужиков, только из Турции прилетела…

— А я не хочу в Турцию, я хочу в Куршавель! — едва не заплакав, буркнула Алена. — И зачем куча мужчин, если мне нужен один-единственный…

— Жутко богатый, — закончила я за подругу. — Кстати, ты на лыжах кататься не умеешь…

— А при чем здесь лыжи? — Аленка потянулась и выглянула в окно. — Классный вечер, ты скоро?

— В Куршавеле катаются на горных лыжах. — Я пожала плечами и подула на пальцы ног. — Все, я готова! Только Ритке позвоню, что мы выходим…

— Она тоже идет? — Алена надула пухлые губки. — Я не знала…

Я тяжело вздохнула:

— Ну если ты против…

— Вот еще! — Подруга дернула плечом. — Пусть идет, а то совсем умрет без мужского внимания. Оно и понятно, при ее-то серой внешности!

Я ухмыльнулась, но благоразумно промолчала. Алена до сих пор не могла простить Ритке того смуглого парня, который сначала понравился ей самой, а потом весь вечер протанцевал с Ритой.

— А я и не знала, что ты такая злопамятная. — Я натянула тонкое обтягивающее платье на бретельках, эффектно оголяющее мою смуглую спину.

— Нет, я не злопамятная! — Аленка крутилась около зеркала. — Просто злая, и память у меня хорошая. А этот Эдик — просто импотент! — без перехода объявила мне подруга и взбила волосы расческой.

— Как это? — Я от души рассмеялась. — Ты же говорила, что он просто супер!

— Это когда виагру выпьет, — мрачно сплюнула Аленка. — Говорю же, мне не везет!

Мы выбрались на свежий воздух и отправились по набережной прямиком к самому дорогому ресторану в городе, нас там уже давно поджидала компания из двух симпатичных парней, с которыми мы познакомились накануне в ночном клубе. В воздухе пахло цветами и морем, легкий ветер раздувал подол моего платья. Мужчины на нас оборачивались.

— Девчонки! Сьюзи!! Алена!!! — Рита неслась как паровоз, шумно дыша и отчаянно потея.

— О господи! — перекрестилась Аленка и огляделась вокруг — не видел ли кто это полненькое создание с капельками пота на лбу рядом с ней? — Чего ты так кричишь?

— Я думала, что опоздаю! — Рита возбужденно подпрыгивала на месте.

— Привет! — Я притянула ее к себе и чмокнула в макушку. Риткины метр пятьдесят восемь заканчивались как раз там, где у меня начиналась шея. — Ты не опоздала!

— Что на тебе? — Аленка брезгливо сморщила нос.

— Так форма рабочая, — Рита развела руками, — я прямо с работы. Не успела переодеться!

Рита работала крупье в казино «Мэтр Руна». Легальное казино, «расположенное у черта на рогах, в 300 километрах от нашего города, ангар в поле», если цитировать ее дословно. «Но зато там хорошо платят», — обычно добавляет Ритка в конце своего повествования, как бы давая понять, что ежедневная многочасовая дорога до работы и не самая хорошая инфраструктура того стоят.

— Еще не лучше! — Аленка наконец сменила гнев на милость. — Ты пойдешь в ресторан в черных брюках и белой блузке? Чтобы все официанты принимали тебя за свою?

— Алена, здесь официанты носят форму от Армани, — на всякий случай предупредила я.

— Тем более! — не сдавалась Аленка. — Как ты могла?!

Рита совсем приуныла и теперь растерянно вытирала ладошкой потный лоб:

— И что мне делать?

— Возьми ключи. — Я залезла в сумочку и протянула ей связку. — Мой дом совсем рядом, выбери, что тебе понравится, переоденься и приходи к нам.

— Самое лучшее решение! — Аленка меня поддержала. — И больше не бегай по такой жаре.

— Не буду! — Ритка схватила ключи и взглянула на меня благодарно. — Я мигом!

Мы с Аленкой переглянулись и прыснули:

— Сказали же тебе — не беги!

— Не буду! — уверила нас Рита и понеслась что есть мочи к моему дому.

— Она чокнутая! — с облегчением выдохнула Аленка. — И что мы с ней возимся?

Я ухмыльнулась и пожала плечами. История нашего знакомства с Ритой началась чуть больше года назад, когда мы с Аленкой решили «тряхнуть стариной» и забурились в ночной клуб «Мэтр», расположенный на территории казино «Мэтр Руна». На тот момент нам так хотелось оторваться, почувствовать адреналин и полную свободу, что два часа на автомобиле чуть ли не по проселочным дорогам до казино нас не остановили. Двух коктейлей «Космополитен» да пары бокалов пива с колой нам вполне хватило, чтобы почувствовать себя на миллион долларов.

— А не пора ли нам в казино? — предложила Алена, томно обводя глазами окружающих. Но достойных претендентов, чтобы оценить ее рисковый характер, не нашлось, и Алена, схватив меня за руку, бросилась к заветной дверце.

Я не сопротивлялась. Вообще-то я принципиально не играю в азартные игры, потому что знаю: стоит мне начать, и остановиться я уже не смогу. Прямо как мой папочка… уже покойный… подданный одной африканской страны. Мама рассказывала, как однажды отец до такой степени увлекся игрой в Блэк Джек, что даже заложил ее обручальное кольцо. Свое к тому времени он уже проиграл. Студент Российского универа дружбы народов, мамин муж и по совместительству мой отец, закончил свои дни, как и подобает заядлому картежнику. Его убили за карточный долг. Стоит ли объяснять, почему я и близко не подхожу к казино?

Но только не в тот вечер, когда я черт знает почему согласилась поехать с Аленкой на край света, чтобы испытать судьбу. Или проверить свой характер?

— Блэк Джэк? — Алена кинулась в самую гущу людей, но я успела схватить ее за подол коротенькой юбчонки.

— Нет, только не это!

— Почему? — Подруга искренне удивилась. Несмотря на то что дружим мы уже лет десять, она до сих пор остается в неведении относительно злоключений моего отца. Я придерживаюсь «официальной» версии: «уехал на родину, заболел малярией и умер». Зачем лишние разговоры?

— Ну потому что… — Я лихорадочно ищу ответ. — Потому что это сложная игра, — наконец нахожу предлог. — И в нее надо играть с ясной головой, а не после десяти коктейлей! Ты, например, знаешь, как очки считать?

— По картам? — уточняет Алена и напрягается. Я прямо-таки вижу, как в ее очаровательной головке ворочаются мозги. — Ну, короли, дамы и валеты вроде по десять очков?

— А туз? — ликую я, уверенная, что подруга не знает.

— Одиннадцать? — неуверенно спрашивает Аленка.

— А вот и нет! — ликую я. — Можно и одно очко, по желанию игрока.

— Как это? — Аленка негромко матерится. — Действительно, лучше уж на трезвую голову. Тогда в рулетку?

Я радостно киваю, твердо уверенная в том, что Аленка поставит два раза, проиграет все к чертям собачьим и мы снова вернемся на дискотеку.

Около рулетки — три женщины и один невзрачный мужчина. Две дамы запеленаты в меха, словно младенцы, идеально натянутые лица, вульгарные бриллианты и преклонный возраст, который видно по сморщенным кистям рук. Третья дамочка явно выбивается из контекста — синие джинсы и футболка с Дональдом Даком…

— А вот и мы! — заверещала Аленка и выложила свой «третий» размер на зеленое сукно стола.

— Очень приятно, что вы подошли к нам! — с профессионально отрепетированной улыбкой отозвалась девушка-крупье — молодая полненькая блондинка с короткой стрижкой и ямочками на щеках. — Делайте ставки!

Я улыбнулась и огляделась вокруг в поисках Аленки — секунду назад ее словно ветром сдуло.

— Я взяла фишки! — Подруга материализовалась из воздуха. — Две фишки по 10 баксов! — Аленка показала мне забавные «кругляши».

«Скорее бы уж она все проиграла и мы ушли отсюда». — Я начинаю нервничать, потому что мне очень хочется испытать судьбу, честно говоря, именно за этим я сюда и приехала.

«Проклятые гены», — бормочу я и закусываю губу. Кроме шоколадного цвета кожи, фиалковых глаз и кудрявых волос, досталась мне от папочки и тяга к азартным играм.

— Давай уж быстрее! — Я толкаю Аленку в бок.

— А на какое число поставить? — Подруга задумчиво крутит в руках фишку.

— Ставь на чет-нечет! — подсказываю я. — Или на красное и черное, так гораздо больше шансов выиграть.

— Ставки маленькие! — Аленка буквально зависает над столом. И без того короткая юбочка оголяет ее безупречные полные бедра, выставляя на всеобщее обозрение трусики-стринги и кружевные чулочки. Я вздрагиваю и хлопаю ее по попе, но Аленка лишь отмахивается.

— Ставлю на 14! — Она бережно опускает одну фишку и возвращается ко мне.

— Почему на 14? — У меня прямо чешутся руки, так тоже хочется сделать ставку.

— В 14 я лишилась девственности! — громко объясняет подруга и улыбается всем присутствующим.

Один из «меховых младенцев» презрительно хмыкает и ставит на 36.

«Видимо, старая дева!» Я едва не лопаюсь от смеха. «Дональд Дак» делает ставку на красное, мужичок россыпью бросает жетоны, облизывая губы.

— Ставки сделаны, ставок больше…

— Подождите!!! — Оказывается, это ору я и тотчас пугаюсь собственного голоса.

— Вы хотите сделать ставку? — Крупье вежливо улыбается.

— Да. Один раз. — Я смотрю на Аленку и протягиваю руку за фишкой. — Один раз. И я больше никогда не буду играть.

Подруга несколько недовольно отдает мне фишку, и я тотчас ставлю ее на 27. Не задумываясь…

— Почему 27? — Аленка удивленно поднимает брови.

— Не знаю! — честно отвечаю я и замираю, наблюдая, как крупье раскручивает рулетку.

— У вас с подругой ноль шансов, — довольно доброжелательно улыбается второй «меховой младенец», демонстрируя прекрасные фарфоровые зубы. — Я-то точно знаю, я играю в рулетку полжизни, и при мне еще никто не выигрывал, ставя на одно число…

Рулетка остановилась, шарик замер.

— Двадцать семь! — объявляет крупье.

— Кто выиграл? — живо интересуюсь я у Аленки и вижу, что ее и без того большие карие глаза просто выскакивают из орбит.

— Так ты же и выиграла!!! — орет подруга словно резаная. — Обалдеть! Да у тебя теперь просто куча бабок!!!

— Поздравляю, вы первый раз играете? — Мужчинка неодобрительно хмыкает.

— Первый! — Я отвечаю на вопросы автоматически, все еще находясь «под кайфом». — Первый.

— Новичкам везет! — улыбается «Дональд Дак».

— Дуракам везет! — поджимает губы «меховой младенец» номер один и, взяв второго «мехового младенца» под руку, уходит прочь.

— Деньгами или фишками? — спрашивает крупье.

— Бери бабки и пошли, обмоем!!! — Аленка орет так, что я вижу ее гланды.

— Фишками, все сумму, — командую я и делаю чудовищный глоток шампанского.

Аленка перестает визжать, крупье кивает, а возле нашего столика собирается народ, да так проворно, что уже и не протолкнуться. А я получаю внушительную кучку фишек по десять баксов.

— Кто выиграл? Кто? — Новость разносится со скоростью света, к столу спешат новые и новые игроки.

«Естественно, сюда приезжают со всей страны только истинно одержимые, — размышляю я, наблюдая за все увеличивающейся толпой вокруг нас, — для них узнать, что кто-то выиграл — это надежда на новую жизнь, которая может случиться и с ними».

На этот раз ставок больше раза в три, я ставлю сразу на четыре числа, твердо уверенная в том, что мне обязательно повезет.

— Вам шампанское от казино! — Официант ставит около меня маленький поднос, и я хватаю бокал и жадно пью ледяную шипучку. Аленка от меня не отстает:

— Дай мне, я тоже хочу поставить!

Я делюсь с подругой фишками и…

Мы проиграли все. Начисто. Не сработала ни одна ставка.

— Черт! Черт! Черт! — Я бью кулаками по зеленому сукну, в ярости наблюдая за тем, как крупье смахивает мои фишки со стола во флот.

— Вы меня звали? — Смуглый, чернобровый и черноглазый мужчина в гламурной розовой рубашке, расстегнутой на груди, нежно обнимает меня за талию.

— Вы кто? — Я пьяно таращу на него глаза, Аленка стоит рядом и икает.

— Черт, — белозубо улыбается мужчина и заразительно смеется. — Проиграли?

— Ну мы не переживаем. — Аленка уже тут как тут. Естественно, она не может пропустить красивого мужчину. — А вы часто проигрываете?

Я мельком смотрю на подругу, почти не обращая внимания на смазливого парня.

— Семнадцать, двадцать семь и семь. — Я ставлю на каждое из трех чисел.

— Ты с ума сошла! — Аленка отрывается от красавчика и хватает меня за руку. — Ты поставила на все деньги?

«Черт» одобрительно кивает:

— Поверь мне, твоя подруга знает, что делает!

И я снова выиграла. Семерка принесла мне внушительную сумму.

— Пойдем отсюда! — Аленка хватаем меня за локоть и тащит от стола. — Все, остановись, ты уже много выиграла. Бери деньги, и уходим!!!

«Черт» на правах старого друга семенит рядом. Я обмениваю фишки на деньги, и мы возвращаемся за свой столик. Несмотря на внушительный выигрыш, настроение у меня очень плохое. Такое чувство, словно я не сделала самого главного, ради чего сюда тащилась за триста километров, виляя на ухабах приморских дорог.

— Девочки, меня зовут Федор! — «Черт» кивает официанту. — Давайте выпьем за наше знакомство и за твой выигрыш!!!

Федя строит мне глазки, и я грустно улыбаюсь:

— Спасибо!

Мы снова пьем, а потом Аленка с Федей отправляются танцевать. Я пьяно наблюдаю за движением их тел, смутно догадываясь, чем все это в ближайшее время закончится.

А потом ноги сами несут меня обратно в казино. На все выигранные деньги я беру фишки и… спустя час проигрываю все до последней копейки.

— Ах вот ты где! — Алена заметно шатается. — А мы тебя везде ищем…

Она оборачивается к Феде, который с довольной физиономией стоит рядом. Судя по его лицу, ВСЕ уже произошло, иначе почему он выглядит таким уверенным и… удовлетворенным?

— Твоя подруга все проиграла. — Федор разочарованно вздыхает и тотчас теряет ко мне интерес.

— Как? — Аленка лихорадочно шарит глазами по столу. — Это правда?

Я молча киваю и снимаю с руки золотой браслет.

— Я могу поставить на это? — спрашиваю я крупье.

— Но зачем же так! — Пожилой мужчина в красной бейсболке хлопает меня по плечу. — Я могу одолжить вам денег, вернете, когда выиграете.

Через три часа, когда алкоголь начал выветриваться из моей головы, мы с Аленкой уже были должны «приличному дяденьке» в красной кепке около тысячи баксов.

И вот тогда к нам подошла Ритка, девушка-крупье, которая в ту ночь стояла около рулетки.

— Я могу с тобой поговорить? — воспользовавшись образовавшейся паузой, она приблизилась ко мне и потянула за собой.

— Что такое? — Алена увязалась за нами следом.

— Девочки, вы влипли, — Рита смотрела мне в глаза, — сейчас я нарушаю сразу три правила нашего казино, но я не могу не предупредить вас. Меня могут уволить за эту информацию… — она развела руками, — причем уволить — это в лучшем случае. Что со мной может случится в худшем, я думаю, догадаться нетрудно.

— Что? — Я как-то сразу ей поверила.

— Вы должны кучу денег… Ну в общем, этот мужчина на плохом счету. Я боюсь, что домой вы сегодня уже не попадете. Я слышала, как он приказал своим ребятам запихать вас в автомобиль и увезти.

— А кто он такой? — Аленка протрезвела окончательно. Я видела, как побледнело ее лицо.

— Он? — Рита вздохнула и замялась. Я понимала, что девушка сейчас очень рискует. — Ну он… У него парочка борделей, конечно, они оформлены под массажные салоны, но все знают, что там происходит на самом деле.

Я громко ахнула и схватилась за горло:

— Что нам делать?

Алена машинально одернула юбку и огляделась вокруг. «Приличный дяденька» в красной бейсболке приветливо помахал рукой, напряженно наблюдая за каждым нашим движением злыми прищуренными глазками. За спиной у него стояли два мордоворота и тоже улыбались. Федора нигде не было.

— Вам надо отдать ему долг, прямо сейчас! — Рита поспешила к столу. — Из казино вам не выйти. Простите, но мне пора за работу.

И она убежала.

— У тебя есть деньги? — Я кинулась к своей сумочке в поисках наличности.

— Долларов пятьдесят в лучшем случае. — Аленка смахивает волосы с лица и дрожащими руками начинает рыться в своей сумке. Она нашла триста рублей и беспомощно на меня посмотрела: — Триста рублей при нынешнем курсе — это…

— Это нам на пару гвоздик, чтобы украсили наши могилы, — объясняю я, — у меня четыре доллара. — Я опускаю руки. — Мы влипли.

Краем глаза я вижу, что один из мордоворотов направляется прямо к нам, и со всех ног несусь ему навстречу. Пролетая мимо, я приветливо улыбаюсь, старясь, чтобы зубы стучали не слишком громко.

— Помоги нам! — Я подбегаю к Рите, выждав, пока закончится очередная игра. — Прошу, дай взаймы тысячу баксов, мы вернем тебе… — я прикидываю путь туда-обратно, — через пять часов!

— Через четыре часа сорок минут. — Рита смотрит на часы и незаметно протягивает мне стек — небольшую коробочку, где хранятся фишки. — Здесь на тысячу баксов. Через четыре часа сорок минут заканчивается моя смена.

Мы вошли в ресторан, и я сразу же повернула к «дамской» комнате, чтобы пригладить упрямые кудряшки, бодро торчащие в разные стороны. Потом поправила резинку на чулках и снова взглянула в зеркало. Немного «потек» правый глаз, это когда мы с Аленкой на ветру ждали Риту. Я достала из сумочки косметичку и запустила в нее руку — мне срочно была нужна коробочка с бежевыми тенями, но их там не оказалось. Я удивленно пожала плечами и принялась рыться в сумке, уверенная в том, что тени упали на дно. Я вытащила платок, блестящий кошелек со стразами, мобильный, какие-то мятые бумажки и чеки, ключи от дома… Теней не было. Стоп! Ключи от дома! Я растерянно вертела в руках связку. Что же я тогда отдала Ритке пятнадцать минут назад? И тут меня осенило: да это же были ключи от квартиры Ромки, моего друга!

— Ритка! — Я прижала сотовый к уху. — Ритка!

— Ничего не слышу! — кричала в трубку подруга, судя по голосу, она уже была на грани истерики. — Я не могу открыть твой замок!!!

— Это не мои ключи!!! — заорала я. — Это ключи от Ромкиной квартиры!!!

— Что? Не слышу! — Рита жалобно всхлипнула.

— Господи ты боже мой! — Я свалила все барахло обратно и выбежала из туалета. Я подошла к огромному витражу в холле и снова позвонила Ритке.

— Рита, это не мои ключи! — выпалила я, едва подруга вышла на связь.

— А чьи? — безнадежным голосом поинтересовалась она.

— Это от Ромкиной квартиры. Прости, я не специально…

— И что мне делать? — Ритка, похоже, рыдала в трубку. — Я… я….

— Слушай, где живет Рома, ты знаешь, это совсем близко от меня. Он сейчас в командировке и вернется только завтра. Беги к нему, там в большой комнате в шкафу, висит мое бежевое платье, помнишь? Ну то, которое тебе нравится… мини…

— Это оно тебе мини, а мне по колено, — буркнула Ритка, но по изменившемуся голосу я поняла, что на этот раз прощена. — А Романа точно нет дома?

— Точнее не бывает, — я облегченно выдохнула, — он мне сегодня звонил, вернется только завтра вечером.

— Какая у него квартира? — Ритка уже по-деловому наводила справки.

— Восемьдесят пятая. Пока!

Я бросила сотовый в сумочку и упругой походкой направилась прямо в зал ресторана, минуя дамскую комнату. В конце-то концов, глаз размазался совсем чуть-чуть, вряд ли это, кроме меня, кто-то заметит.

— Ну наконец-то! — Аленка удивленно смерила меня взглядом. — Ты чего так долго? Я выбрала блондина. — Последнюю фразу она шепнула мне на ухо.

— Всем привет! — Я тепло улыбнулась Мареку и Андрею, нашим новым знакомым-бизнесменам. Брюнет Марек и блондин Андрей тут же начали осыпать меня комплиментами.

— Почему Андрей? — едва слышно спросила я, наклоняясь к Алене якобы за салфеткой.

— А ты посмотри на его нос. — Аленка едва шевелила губами.

Я удивленно уставилась на нос Андрея, немало смутив парня.

— Несколько великоват, — вынесла я вердикт через пару секунд.

— А я про что?! — Аленка возмутилась слишком громко. — У кого большой нос, у того и пенис должен быть большим! — Слава богу, что она снова перешла на шепот. Я рассмеялась:

— А как же японцы, китайцы? Ведь у них такие маленькие носики…

— Девушки, вы чего все шепчетесь? — первым не выдержал Марек. — Может быть, нам расскажете? Посмеемся вместе!

У Марека был тонкий, классический, небольшой, даже скорее маленький носик. Я снова прыснула:

— Да мы ждем подругу, а она что-то задерживается, — выкрутилась я.

— Это ту полненькую блондиночку? — сразу же оживился Марек.

— Ну да, Риту…

За столом все знали, что у меня есть постоянный друг, и поэтому я в дележе не участвую.

— Ну и где она, на самом деле? — Алена проявила чудеса находчивости. — Перемеряет все твои тряпки?

— Не знаю, — я пожала плечами. — Наверное, сейчас придет…

Парни занимались туристическим бизнесом, что в нашем городе воспринимается как само собой разумеющееся. Чем заниматься на берегу моря, если не туризмом?

Видимо, их дела шли неплохо, потому что они заказывали самые дорогие блюда и вина.

Мой сотовый снова ожил в сумочке, и я устало потянула ее к себе.

— Да? — Звонила Рита. — Ну скоро ты?

— Я не приду, — борясь со слезами, прошептала она и отключилась. Я в крайнем изумлении уставилась на трубку, как будто она могла мне все объяснить.

— Что случилось? — Видимо, по моему лицу было видно, что стряслось ужасное.

— Да Ритка… — Я замолчала на полуслове, не зная, что сказать дальше. Я взяла сотовый и набрала ее номер. «Абонент недоступен!» Вот те раз!

— Что с ней? — Марек обиженно потер свой миниатюрный нос указательным пальцем. Он понимал, что в случае неявки Риты остается «без сладкого».

— По-моему, у нее проблемы. — Я вылезла из-за стола. — Простите, но я должна все выяснить…

— Ты куда? — спросили хором Алена, Андрей и Марек.

— Я скоро, — туманно пообещала я и почти бегом кинулась к выходу. Несмотря на то что до квартиры Ромки было десять минут быстрым шагом, я кинулась ловить попутку.

— Куда тебя, шоколадка? — поинтересовался молодой парень, отчаянно затягиваясь дешевой сигареткой.

— Только быстро. — Я назвала адрес и протянула ему деньги. — Мигом!

К новенькой белоснежной пятиэтажке я подкатила через три минуты и бросилась к подъезду. Неожиданно железная дверь отворилась и довольно ощутимо саданула меня по лбу.

— Осторожней надо! — рявкнула я и тотчас встретилась взглядом с Ритой, выходящей из подъезда. Она плакала…

— Что случилось? — Я вздрогнула и принялась трясти подругу, словно грушу. — Что с тобой? Тебе плохо?

— Нет! — Она испуганно посмотрела куда-то назад. — Зачем ты приехала?

— Да что с тобой?! — заорала я, теряя остатки терпения.

— Ничего, — упрямо повторила Ритка и опустила глаза. — Я пойду домой, что-то у меня голова разболелась. Проводи меня…

Мне почему-то показалось, что она просто хочет увести меня отсюда как можно дальше.

— Да что случилось-то? — снова спросила я, и в этот момент окно на третьем этаже с шумом распахнулось, и растрепанный Рома выглянул во двор. Встретившись со мной взглядом, он дернулся всем телом и поспешно исчез.

— Рома дома?! — Я просто не верила своим глазам. — Когда он приехал? Почему он мне ничего не сказал? — Я ошарашенно потерла виски. — Почему ты мне не сказала, что Ромка дома?

Я рванула в подъезд, оттолкнув Ритку.

— Не ходи! — крикнула мне вдогонку подруга. — Он не один!

Я замерла и оглянулась:

— А с кем он тогда?

Рита промолчала и снова горько всхлипнула. На третий этаж я домчалась в долю секунды и принялась пинать дверь ногой:

— Открой немедленно! Я тебя видела в окне!!! Открой!!! — визжала я, а в квартире не подавали признаков жизни. Тогда я снова бросилась вниз, к переминающейся с ноги на ногу Рите.

— Где ключи?! — рявкнула я так, что у нее зашевелились волосы на голове.

— Он их забрал. — Ритка снова шмыгнула носом.

— Да прекрати ты шмыгать! — Меня трясло, как в лихорадке. — С кем он там? Отвечай!!!

— С девушкой. — Ритка обреченно выдохнула. — Когда я вошла, они…

— Занимались… сексом? — Я едва смогла произнести это вслух.

— Ну вообще-то да, — неохотно подтвердила Рита. — Оральным, — уж не знаю для чего добавила она, немного подумав.

— Да? — Внезапно я успокоилась. Мой двухлетний роман с Ромой только что успешно завершился, если, конечно, верить словам Риты. — И кто… кого?

— Она — его. — Ритка поморщилась. — Зачем тебе эти подробности?!

— Значит, теперь у него появилась Моника Левински. — Я зло сощурилась. — Она симпатичная?

— Да я только ее затылок видела да спину с пятками. — Ритка горько всхлипнула. — И зачем я сегодня собралась в ресторан?!

У меня снова затренькал сотовый, на этот раз звонила Аленка.

— Вы куда делись?! Что стряслось?! — Она, как почти всегда, орала в трубку.

— У Ромки Моника Левински, — выдохнула я, и мне сразу же стало легче.

— Кто? Какая Моника? Вы что, там уже пьете? Ждите меня! — Аленка, кажется, обиделась. — А вы вообще где? Я еду.

— Около Ромкиного подъезда. — Я нервно хихикнула. — Ждем.

— Сейчас примчится, фурия. — Ритка впервые улыбнулась. — А чего мы здесь, собственно говоря, делаем?

Я молча пожала плечами, мне хотелось плакать. Наши отношения с Ромкой были основаны на доверии и любви, мы даже собирались жить вместе. А как красиво он ухаживал!

— Девочки, а это я! — Пьяненькая Аленка вывалилась из такси и подошла к нам. — А чего мы тут стоим?

— Ромка занимается оральным сексом с другой девкой, а меня не пускает в квартиру, — будничным тоном выдала я и внезапно всхлипнула.

— Вот те раз! — Алена озадаченно повела плечом. — Не пускает, говоришь?

Она полезла в сумочку и вытащила сотовый.

— Ты куда звонишь? — Ритка подозрительно на нее взглянула.

— Сейчас узнаешь, — отмахнулась Аленка. — Алло? 112? Это служба спасения? — Внезапно она с надрывом заголосила: — Приезжайте скорее! У мужа сердечный приступ, а ключи я забыла дома, а он не может встать, а… Ладно-ладно, диктую адрес.

— Сейчас приедут! — улыбнулась она мне. — Да брось ты, Ромка все равно тебе не подходил.

— А кто мне подходит? Андрей? Марек с маленьким носом? — Я была готова вот-вот разреветься прямо посреди двора.

— А при чем тут нос Марека? — Ритка пожала плечами. — Он очень даже симпатичный парень.

— Ты ему тоже понравилась. — Аленка хмыкнула. — Сьюзи, да прекрати ты, честное слово!

Служба спасения, «Скорая помощь» и пожарная машина появились спустя десять минут, три автомобиля заехали во двор стройной вереницей, и я поймала себя на мысли, что ребята отлично работают. Слаженно и быстро.

— Кто здесь жена? — Мужчина из службы спасения обвел нас взглядом. — Вы? — обратился он к зареванной Ритке.

— Я, — обреченно выдохнула я. — Я полезу вместе с вами, он у меня припадочный, если увидит чужих, может из окна сигануть!

— Зачем же за такого выходила? — с сочувствием поинтересовалась женщина из «Скорой помощи», выразительно пялясь на мужчину из службы спасения. Пока мы переговаривались, пожарники уточнили адрес и резво припарковали машину рядом с окнами Романа. Выдвижная лестница пошла вверх, а мужчина из службы спасения попросил мой паспорт.

— Дура была, — зло цыкнула я, отвечая на первый вопрос о замужестве. Затем подошла к машине и громко выдохнула: — Ну нет у меня с собой паспорта, вот залезем в квартиру, покажу вам и паспорт, и свидетельство о рождении, и пенсионную карточку, и все, что вам надо!

Первым в распахнутое окно влез бравый пожарный, следом, матерясь и испуганно охая, ввалилась я, «служба спасения» страховал меня со спины, а врачиха из «Скорой помощи» суетилась внизу.

— Ну и где припадочный? — поинтересовался пожарный, оглядывая просторную кухню.

— Наверное, в спальне, — вспоминала я рассказ Ритки. И мы пошли в спальню.

Они сидели на кровати, испуганно прижавшись друг к другу, Ромка и молодая, совсем не симпатичная деваха. Увидев мужчину в униформе службы спасения, бравого пожарного и меня рядом с ними, Ромка даже, кажется, перекрестился.

— Хороший припадок, — сочувственно протянул пожарный и пошел в коридор открывать дверь.

— Сьюзи, я сейчас все объясню, — Ромка приподнялся с кровати, — ты все не так поняла. Эта твоя дура Ритка…

— Привет, парень! — В спальню ввалилась Аленка, видимо, ее только что впустил пожарный через дверь. — Ну ты и облажался! Что ж страшная-то она у тебя такая?

Ритка испуганно жалась в коридоре, наверное, она чувствовала себя виноватой.

— Оставь его! — Я потянула Аленку за руку. — А то он описается от страха.

Внезапно, повинуясь какому-то внутреннему порыву, я осторожно взяла с телевизора вазу с цветами и бросила прямо в голову Ромке. И не промазала.

— Всего вам доброго! — Я улыбнулась, глядя, как Рома в ужасе трет лоб, на котором уже проявлялась огромная синяя шишка. За левое ухо зацепилась бордовая гвоздика… Ужасные цветы… — Будьте счастливы!

И мы выкатились восвояси, по дороге столкнувшись со скоропомощным врачом, которая все-таки отправилась проверить «припадочного», хотя, я думаю, мужчина из службы спасения ей уже объяснил, как обстоят дела на самом деле.

— У него там травма головного мозга, — буркнула я, спускаясь вниз, — родовая травма!

— Слушай, ну прекрати, мы и не из таких переделок вылезали! — Девчонки гладили меня по голой спине, а я ревела в три ручья на лавочке в парке Победы.

— Вспомни хотя бы наше знакомство с Ритой! — Алена знала, чем меня можно привести в чувство. — Как мы тогда в окошко лезли! А?

Я перестала реветь и улыбнулась.

— Вот ваши деньги. — Я протянула «приличному дяденьке» в красной бейсболке пачку долларов.

— Где вы их взяли? — неожиданно нахмурился сутенер. — Ведь вы же были без денег!

— Мне муж привез. — Аленка крутилась рядом. — Я позвонила и сказала, что задолжала одному миленькому старичку.

Я вздрогнула, «старичок» — это явный перебор, ну не знает моя подруга меры.

— И где ваш муж? — Мужчина побагровел. — Я могу с ним познакомится?

— Он уже уехал, привез деньги и укатил, — влезла я в их беседу. — А вам-то что? Выручили — и спасибо. Теперь мы вам ничего не должны. Всего хорошего!

Мы развернулись, чтобы уйти. Я спешила, нужно было найти тысячу баксов, вернуться в казино и передать деньги Рите.

— Вы, конечно, свободны, — с сожалением в голосе проговорил мужчина, — а вот ваша подруга теперь будет отрабатывать долг за вас.

— Я? — Аленка нахмурилась. — С чего бы это?

— Я не про вас, — мягко отстранил напирающую на него Аленку мужчина. — Я про крупье. Это ведь она дала вам деньги?

«Проницательная сволочь!!!» — захотелось заорать в голос, но я лишь беззвучно открыла и закрыла рот, словно рыба.

— Да мы ее первый раз видим! — возмутилась Аленка, но слишком ненатурально. Наверное, она тоже перенервничала.

— Вы идите, идите. — «Красная бейсболка» подталкивал нас к выходу. — А вот блондиночку я дождусь, когда у нее не хватит фишек. И как раз на тысячу баксов. Если не ошибаюсь, ее смена заканчивается через четыре с лишним часа?

Я вздрогнула, схватила Аленку за руку, и мы бегом бросились к выходу. Мы вылетели в предрассветное утро, и я тотчас кинулась искать машину, благо бомбилы крутились возле казино, как мухи у меда.

— Алена, сколько денег у тебя дома?

— Триста долларов, остальные в банке.

— Ясно, у меня четыреста наличными. — Я схватилась за голову. — Где взять еще триста?

— Может, занять у кого? — Аленка выбрала машину раньше меня и уже залезла на переднее сиденье. — Найдешь?

— Найду! — Я запрыгнула в другую тачку. — Встречаемся у входа в казино. Созвонимся!

И мы помчались в разные стороны. Домой я заглянула на три минуты — вытряхнула из вазочки деньги и поехала к Ромке, просить взаймы. Он открыл дверь после того, как я ее почти снесла с петель.

— Пожар? — Заспанный и помятый, он вяло улыбнулся. — Сколько времени? Где тебя черти носят?

Мы встречались с Ромкой уже около года, но иногда позволяли себе отдыхать отдельно друг от друга.

— У меня пожар, я потом все объясню! — Я ворвалась в темную квартиру. — Мне нужно триста долларов, прямо сейчас!

— У меня сейчас только двести, — Ромка развел руками. — Но днем…

— Днем!!! — взревела я. — Да днем они мне будут уже не нужны! — Я в отчаянии заломила руки. — Мне нужны триста долларов!!! Буди соседей!

Ромка отшатнулся от меня, как от прокаженной:

— Да я месяц назад сюда переехал, еще никого не знаю!

— Плевать! — Я вытолкала Ромку на площадку. — Звони! — поставила его перед соседской дверью.

— Это что, вопрос жизни и смерти? — Ромка наконец проснулся и сразу разозлился.

— Да! — От нетерпения я подпрыгивала на месте. — Даже хуже!

— А что я им скажу? — Ромка вернулся обратно в квартиру и накинул на себя халат.

— Скажи, что я рожаю. — Я залетела за ним следом и запихала под платье подушку. — Быстрее!

— Ты больная на голову! — засмеялся Ромка, наблюдая за моими маневрами. — Я не виноват, если они нас поколотят!

Но Ромкины соседи оказались добрыми людьми, они без лишних вопросов дали нам сто долларов и пожелали мне «ни пуха, ни пера». Они так и стояли в пижамах на площадке, пока я не спустилась вниз, пришлось бежать по ступенькам, обнимая огромный живот двумя руками.

— А почему вы с ней не поехали? — с осуждением спросила соседка у Ромы. — Могли бы и проводить девушку до роддома!

Ромка крякнул и захлопнул дверь. С тех пор весь дом считал его снобом и бесчувственным мерзавцем.

Когда я наконец добралась до легальной зоны казино, возле входа в «Мэтр Руна» уже стояла Аленка и два мордоворота из охраны «красной бейсболки».

— Они меня не пускают внутрь! — Аленка громко выругалась. — Говорят, что казино уже закрыто…

— Еще десять минут. — Я лихорадочно искала выход из положения. — Это старик им приказал, чтобы мы деньги не вернули…

— Что с тобой? — Аленка уставилась на мой огромный живот.

— Это подушка, — отмахнулась я, в суматохе совершенно забыв об искусственной беременности, и подняла платье, — видишь? — Я вытащила подушку и бросила под ноги.

— Но зачем? — Удивлению подруги не было предела.

— Потом объясню. — Я побежала вдоль здания. — Ты не помнишь, в туалете окошко было?

Аленка на мгновение задумалась, но потом радостно завизжала:

— Было, там еще сквозняк!

Мы шмыгнули во внутренний дворик ресторана.

— Это окошко? — Я подпрыгнула и указала рукой вверх. — Оно?

— Не уверена. — Аленка пожала плечами. — Но все равно другого нет.

Мы принялись стаскивать картонные коробки с помойки и ставить их друг на друга.

Первой полезла я, сразу же разорвав платье по шву. Прекрасное розовое платье, с серебристыми разводами, совершенно новое и жутко дорогое…

— Скотина! — выругалась я, имея в виду «приличного дяденьку». — Урод!

В тот момент мне было так жалко платье, что я возненавидела противного старика всем сердцем. И если бы он сейчас попался мне на дороге, я не задумываясь выцарапала бы ему глаза.

Я спрыгнула на пол и огляделась — это был не туалет, это была кухня. Полумрак, огромные темные плиты и вереница раковин.

Аленка влезла следом:

— Я убью его! — Она спрыгнула и громко выругалась. — Из-за этого противного старика я расцарапала себе ногу! Как мне теперь носить короткие юбки?

Я махнула рукой, и она замолчала. Мы бросились к двери и выглянули в коридор.

— Туда! — Пригнувшись, как заправский шпион, я по стеночке пошла вперед. — Только тихо!

И, наконец, мы вышли в зал казино. Парочка сонных клиентов да бледная, зареванная Ритка.

— Я думала, вы меня бросили! — всхлипнула она и кинулась к нам.

— Этот урод поставил у дверей охрану, чтобы мы не прошли внутрь. — Я протянула ей деньги. — Беги, меняй на фишки…

Аленка сунула ей в руку конверт:

— В общем сложности — ровно тыща…

Ритка унеслась прочь, а мы без сил повалились на кожаный диван.

— Нет, а платье ты сильно разорвала! — радостно сообщила мне подруга.

— Платье-то я себе новое куплю, а вот нога будет месяц заживать, — в тон ей ответила я.

Мы взглянули друг на друга и рассмеялись.

— Все мужики козлы! — сообщила я подругам новость. — Все без исключения!

Мы сидели в открытом кафе и тянули из стаканов свежевыжатый сок.

— У тебя последний день отпуска, — Рита улыбнулась. — Расслабься и выброси все плохое из головы.

— А Ромка появлялся? — Алена сидела в коротком сарафане, закинув одну безупречную ногу на другую, и наслаждалась проходящими мимо спотыкающимися мужчинами.

— А как же. — Я горько хмыкнула. — Вчера звонил раз десять, наверное…

— А может, стоит его простить? — Рита осторожно коснулась моей руки. — Ведь у вас были такие хорошие отношения…

— Нет! — Я была твердо уверена в том, что поступаю правильно. — Измену простить очень трудно, а уж такое вранье… Он же звонил мне из командировки, козел! А сам с девкой в квартире двое суток оргии устраивал…

— Оргии? — Аленка рассмеялась. — Да разве твой Рома знает, что такое оргия?

Я решилась эту тему не развивать и замолчала.

— Последний день отпуска, говоришь? — Аленка не спеша поднялась. — У нас, девочки, кстати, долг перед Мареком и Андреем. Мы позавчера так быстро умчались прочь, даже ничего им не объяснив, а ребята, между прочим, ждали…

Рита довольно хмыкнула — между ней и Мареком уже давно проскочила искра, и не одна.

— Может, пригласим их на ответный ужин? — как бы с неохотой поинтересовалась Рита. — А то действительно неудобно.

— Скажи лучше, что хочешь с Мареком встретиться, — поддразнила ее Алена. — Я права?

— Вот еще. — Рита покраснела. — Просто неудобно…

Я продолжала мрачно молчать — настроения не было, желания с кем-либо видеться — тем более…

— Сьюзи, что скажешь? — Алена взглянула на меня. — Нет, лучше ничего не говори, у тебя и так все на лице написано. Наверное, ты теперь всю жизнь будешь оплакивать тяжелую утрату в лице Романа?

— Прекрати, Алена! — возмутилась Рита. — Они встречались почти два года, собирались вместе жить, конечно, Сьюзке обидно! Тебе когда-нибудь изменял мужчина?

— Никогда, — не задумываясь, ответила Алена и отвела глаза. — Вот еще…

— Да хватит вам, — буркнула я. — Просто у меня плохое настроение, этот козел здесь ни при чем…

— Тогда тем более надо настроение поднять. — Аленка вытащила из изящной сумочки сотовый последней модели — восьмимегапиксельная камера, автофокус, светодиодная вспышка, четырехъядерный процессор, вай-фай, блю-туз и чуть ли не навигация из космоса при поддержке НАСА — и позвонила Андрею. — Ну все, сегодня в пять вечера на крейсере…

«Крейсер» — это ресторан на воде, довольно уютный и милый. Я работаю официанткой примерно в таком же — он тоже расположен на палубе старого корабля, правда, «мой» ресторан несколько дороже… На чуть-чуть, но все равно приятно.

Я взглянула на часы:

— Уже без пяти четыре.

— Значит, у нас время только на то, чтобы переодеться к ужину. Рита, умоляю, не приходи снова в брюках и белой рубашке… — Алена рассмеялась. — Ладно?

— Отвали, — беззлобно отмахнулась от нее Рита. — Ну тогда до пяти?

И мы разошлись по домам. Я вернулась в свой уютный домик, триста метров от моря, большой фруктовый сад и куча цветов. Правда, сад пребывает в страшном запустении — после того как моя мама вышла замуж и переехала к мужу в центр города, я им совершенно не занимаюсь. Иногда могу сорвать с ветки абрикос или грушу, но не более. Варенья я не варю, компотов не делаю, и все добро осыпается с веток и валяется под ногами. Я зашла в сад и, тяжело вздохнув, опустилась на скамейку. «Какой Ромка все-таки подлец!» У меня снова защемило сердце. «Чего ему не хватало в наших отношениях? Неужели секса? Или он просто по своей натуре бабник?»

Я откинулась на спинку скамейки и закрыла глаза. Почему мне так плохо? Неужели это уязвленное самолюбие? Так я и просидела, не шевелясь, с закрытыми глазами, довольно долго, а когда снова взглянула на часы, то поняла, что уже опаздываю…

Я поднялась со скамейки и, даже не заходя в дом, снова отправилась на улицу. Я приехала в ресторан, в чем была с утра: легкий сарафан и обычные повседневные босоножки. «Все равно мне не перед кем выпендриваться!» Я махнула рукой, поскольку знала, что Андрей будет с Аленкой, а Марек с Ритой. И заводить новые знакомства пока не входило в мои планы.

К «Крейсеру» я приехала ровно в пять и, оглядываясь вокруг в поисках девчонок, поднялась по трапу наверх.

— Свободных мест нет! — Охрана вежливо попросила меня «нарисовать сквозняк».

— У меня заказан столик, — буркнула я, даже не сумев изобразить подобие улыбки.

— На фамилию? — Охранник принялся изучать какие-то списки.

— Господи, да откуда я знаю, на чью фамилию заказан столик! — взорвалась я, но тут, на мое счастье, из двери высунулась ухоженная головка Риты.

— Я за тобой, ты чего скандалишь? — Она удивленно оглядела меня с головы до ног. — Почему ты не переоделась?

Я буркнула в ответ что-то невразумительное и пошла следом за ней.

Вся честная компания была уже в сборе: Алена и Андрей сидели на диване, тесно прижавшись друг к другу, Марек скучал в гордом одиночестве…

— Рита, ну почему ты так долго? — завидев нас, он кинулся к Ритке. — Привет, Сьюзи!

— Всем привет! — Я улыбнулась и опустилась на свободное место. Да, девчонки разоделись в пух и прах. В белоснежных брюках и открытом серебряном топе, Аленка выглядела как голливудская суперзвезда. Ритка сделала отличную прическу, вскарабкалась на высоченные каблуки и теперь вышагивала возле своего Марека, словно цапля.

Я пригубила красного вина и снова погрузилась в мрачные мысли. «Интересно, а как давно Ромка мне изменяет?» В сумочке затрезвонил сотовый, и, взглянув на дисплей, я с болью обнаружила, что снова звонит Роман.

— Он? — одними губами спросила Рита, исподтишка наблюдавшая за мной.

Я молча кивнула и нажала на «отбой». Мне не о чем с ним говорить…

— Мы сейчас вернемся. — Аленка и Андрей, поглаживая друг друга по разным частям тела, направились к выходу.

— Вы куда? — Марек удивленно посмотрел на Андрея.

— Вы быстро? — спросила Ритка, пытаясь встретиться взглядом с Аленой.

— Мы покурить. — И парочка скрылась за дверями.

— Они нескоро, — я только хмыкнула, — на полчаса как минимум…

Мы понимающе переглянулись.

— Сьюзи, почему ты такая грустная? — Марек снова наполнил мой бокал вином. — У тебя что-то случилось? Ты позавчера так быстро убежала из ресторана, ничего не объяснив…

Я пожала плечами:

— Ничего особенного, так, глупости…

Марек интеллигентно промолчал и больше не стал лезть мне в душу. Зазвучала медленная мелодия, и Ритка с Мареком отправились танцевать. И тогда я решила тоже проветриться. Я вышла из ресторана на палубу и приблизилась к перилам. Тихо шумели волны, играла музыка, смеялись отдыхающие… А мне завтра на работу — снова клиенты, заказы, подносы…

— Сьюзи! Сьюзи! — Или мне показалось, или кто-то очень тихо произнес мое имя. Я обернулась и встретилась взглядом с Аленкой — она пряталась за углом биотуалета и махала мне рукой:

— Иди сюда!

Ничего не понимая, я сделала шаг к ней.

— Ты чего прячешься? Где Андрей?

— Этот козел убежал, — зловеще шепча, Аленка затянула меня за угол. — Ты только посмотри, на кого я похожа! — едва не плача, подруга развела руками. Я взглянула и оторопела: белоснежные брюки Алены были буквально пропитаны кровью…

— О господи! — Я отшатнулась. — Тебе плохо? Он избил тебя? Ранил? — Я совершенно растерялась.

— Да нет! — Аленка махнула рукой. — Он порвал себе… тьфу. — Она выругалась. — Этот урод умудрился порвать себе уздечку…

— Что? — Я выкатила глаза. — Что? Что порвать?

И начала ржать, словно сумасшедшая.

— Ну почему мне так не везет? — Аленка в отчаянии смотрела на испорченные брюки.

— Господи, да где вы умудрились заняться сексом? — сквозь смех и слезы спросила я, едва не впав в истерику.

— Там, за канатами. — Алена махнула рукой. — Секс-символ хренов…

Уже без сил, я рассмеялась снова.

— Проверься на ВИЧ потом, — выдохнула я. — Он что, инвалид?

— Нет, просто сильно старался, — буркнула подруга. Моего веселья она не разделяла. — Как мне отсюда выйти?

Я перестала ржать и призадумалась.

— Ну, в таком виде сразу исключено… — Я пожала плечами. — Сейчас что-нибудь придумаю. А как Андрей убежал? В чем?

— Он прыгнул за борт. — Аленка разозлилась. — И вовремя он это сделал, иначе я сама бы его утопила…

— Жди меня здесь, — скомандовала я и вернулась в ресторан. Я зашла в служебное помещение и попросила разыскать Катю — это моя хорошая знакомая, работающая официанткой. Главное, чтобы была ее смена. Катя подошла ко мне через три минуты:

— Привет! Ты у нас?

— Катя, выручай. Моя подруга порвала платье, да так, что не может выйти из туалета. Пожалуйста, у вас есть запасная форма?

Через десять минут я принесла Алене ненавистную ей униформу — брюки и белую блузку…

Ресторан мы покинули сразу же, предварительно предупредив Ритку.

— Мы с Мареком завтра отправляемся на остров, к нему на дачу, — только я и он. — Ритка мечтательно вздохнула. — Правда, мы знакомы всего две недели, и я не уверена, что все должно произойти уж так быстро…

— Наоборот, все слишком долго, — зло огрызнулась Аленка. — Ты только представь, если бы я встречалась с Андреем две недели и только потом узнала, что он… что он…

Она так и не смогла выговорить окончание фразы. Я едва скрыла улыбку. После того случая Андрей и Алена больше не виделись.

Моя жизнь постепенно вошла в колею «работа — дом — девчонки». Правда, Ритка все чаще и чаще отказывалась составить нам компанию, ссылаясь на очередную внеплановую встречу с Мареком. Похоже, назревал «роман века»…

Аленка до сих пор пребывала в дурном расположении духа и в своей аптеке (а она работает провизором) перечитывала все статьи про «это».

— Нет, вы только подумайте, — она снова принялась за свое, — такая травма случается крайне редко, да и то с подростками, которые не знают, что делать. И вот мне попался такой… — Она снова выругалась.

Я не выдержала и рассмеялась:

— Да хватит уже! Главное, что все живы!

— Нет, не хватит! — Аленка раскраснелась. — Вы даже себе представить не можете, как я тогда перепугалась. У меня, может быть, теперь психологическая травма… — И она всхлипнула.

— Глупости, — я пожала плечами, — все пройдет и забудется.

— Кто бы говорил, — неожиданно зло огрызнулась Алена. — Уже месяц прошел, а ты все ходишь словно в воду опущенная. Свои-то проблемы не слишком быстро забываются?

— Зачем ты так! — Рита укоризненно качнула головой. — Сьюзи и без того тяжело…

Рома, оказывается, не просто «спал» с той девкой, теперь их все чаще видели вместе. И еще — она переехала к нему в квартиру.

— Ну, мне пора! — Я поднялась из-за столика. — Мне сегодня в ночную смену.

Ритка вскочила и чмокнула меня в щеку, а Алена лишь слабо кивнула.

«Ну и черт с тобой!» — разозлилась я и ускорила шаг.

— Привет, шоколадка! — кивнул мне при входе Руслан из службы охраны нашего ресторана. — Как жизнь? Может, сходим потом куда-нибудь вместе?

— Я подумаю, — улыбнулась я и прошла в служебное помещение переодеваться.

Вяло нацепив форму, я поправила непослушные волосы у зеркала и с ужасом отметила, что выгляжу очень плохо: осунулась, темные круги под глазами, маникюр облезлый… Это при моей-то работе!!!

— Пора брать себя в руки! — Я попыталась бодро улыбнуться своему отражению в зеркале, но улыбка вышла жалкой и вымученной.

— Сюзанна! Ты где? — Меня уже разыскивал менеджер. Я еще раз вздохнула и поспешила в зал.

— Твой столик уже занят, работай, — буркнул Сан Саныч, и я, на ходу поправляя фартук, направилась к клиентам.

— Привет, крошка! — за моим столиком развалился Роман, да не один… «Моника Левински» сидела рядом и нагло скалила желтые зубы. — Сваргань-ка нам по-быстрому салатики «Нептун» и «Креатив», бутылку «Мартини» и сырное ассорти.

Я замерла, не в силах поверить своим глазам.

— Сьюзи, ты меня не слышишь? — Рома был доволен произведенным эффектом.

— Ты наглый сукин сын! — вскипела я. — У тебя хватило ума прихватить сюда свою потаскушку?

— Милочка, потише на поворотах. — «Моника Левински» перестала улыбаться. — Ты на работе — вот и обслуживай…

— Сейчас! Сейчас! — Я засунула блокнот и ручку в карман фартука и потерла руки. — Сейчас! Сейчас я вас обслужу!

Я осмотрелась и, увидев на соседнем столике кувшин с томатным соком, извинившись, взяла его в руки.

— Рома, это тебе! — Я подлетела к парню и вылила все содержимое кувшина ему на голову. «Моника Левински» пронзительно завопила, и я метнула в нее салфетницу, а потом снова повернулась к Ромке и отвесила ему хорошую пощечину: — Это сдача! — Я вытерла руки о белоснежную блузку «Моники» и поспешила в служебное помещение переодеваться. Было ясно как божий день, что меня сейчас уволят…

— Ты все правильно сделала! — Мы с Аленкой сидели у меня на веранде и пили домашнее вино из малины. — Так ему, гаду, и надо!

— Не знаю, мне потом стыдно стало. — Я пригубила сладкий напиток и замолчала, подбирая слова. — Но зато стало легче, это точно.

— Ты выплеснула отрицательные эмоции. — Аленка налила себе второй стакан вина. — А Ритка не объявлялась?

— Она вчера мне звонила, — я улыбнулась, — они с Мареком уже планируют совместное путешествие на Мальту…

— Вот не пойму я! — Аленка хмыкнула. — Ну что Марек в ней нашел? Маленькая, полная, волосы красит…

— Успокойся ты, ради бога. — Мне очень не нравились подобные разговоры. — Ты сама выбрала Андрея, а не Марека…

— Но откуда я могла знать?.. — Аленка пьяно рассмеялась. — Кстати, Сьюзи, я теперь решила жить по-другому…

— Как это? — Мне действительно стало интересно.

— Ну буду раскручивать мужиков на бабки, ничего личного, только секс и деньги.

— И где здесь что-то новое? — Я даже рассмеялась.

— Ты не поняла, вообще ничего личного…

— Действительно не поняла. — Я пожала плечами. — Зачем тебе это? На свете полно нормальных мужиков, способных любить.

— Нет, я не верю! — Алена взглянула на меня как на полоумную. — И ты это говоришь после истории с Романом?

— Да ну его, — равнодушно отмахнулась я. — Один козел стадо не портит…

— Одна паршивая овца все стадо портит — так правильно говорят! — Аленка зашлась от смеха. — И эта поговорка только подтверждает мои слова. Ты знаешь, что я прочла в одном журнале? — Алена зачем-то огляделась вокруг, хотя мы с ней были совершенно одни, и перешла на шепот: — Есть такой препарат…

И тут дверь моей калитки с шумом распахнулась, и пьяная соседка слева зычно прокричала:

— Сьюзка! У тебя мука есть?

— Господи, ну как ты можешь здесь жить? — Алена брезгливо пожала плечами. — Здесь такой контингент!

Сама она проживала в престижном районе города, в крупногабаритной «двушке», подаренной ей одним из особо богатых любовников. Правда, впоследствии их отношения почему-то не заладились. Но квартира так и осталась Аленке.

— Нету, тетя Паша, — крикнула я и отвернулась. Соседка, беззлобно матерясь, захлопнула калитку и ушла прочь.

— Она хорошая баба. — Я посмотрела в брезгливое личико подруги. — У нее сын погиб недавно, из армии похоронка пришла. А мужа никогда и не было.

— Все равно, я бы здесь жить не смогла. — Алена, как всегда, была непробиваема. — Купи себе приличную хату…

— А деньги где взять? — хмыкнула я. — У меня вон теперь и работы нет.

— Думай… — Аленка улыбнулась. — На то ты и женщина.

— Тема закрыта. — Я вздохнула. — Как твои дела?

— А я… — Аленка замолчала.

— С кем ты познакомилась? Колись! — Я слишком хорошо знала подругу. — С кем?

— Он очень богат, просто супер. У него АЗС-ки по всему побережью…

— Господи! — Я улыбнулась. — Поздравляю. Он нормальный?

— В каком смысле? — насторожилась подруга.

— Ну… — я замялась. — Даже и не знаю, как объяснить. Все хорошо бывает только в сказках… Он женат?

— Разведен, от последнего брака у него взрослая дочь, наша ровесница…

— И сколько ему лет? — Я нащупала брешь.

— Шестьдесят восемь, — ответила Аленка, и я схватилась за сердце.

— Сколько?!!

— Шестьдесят восемь, — нехотя повторила Аленка. — И я выйду за него замуж…

Я молчала, не зная, как реагировать.

В легком светло-розовом брючном костюме и с чайной розой в петлице я сидела за столиком в кафе «Кент» и с наслаждением поглощала шоколадное мороженое.

Ритка, размазывая слезы по щекам, сидела напротив и горько всхлипывала.

— Марек женат, — в тысячный раз повторила она и залилась слезами.

— Я это знала, — спокойно выдала Алена, потягивая мартини.

— Как знала? — в один голос ахнули мы с Риткой.

— Так и знала. — Алена невозмутимо повела плечом.

— Но тогда почему ты мне не сказала? — Ритка схватила ее за руку. — Почему?

— А разве ты меня спрашивала? — Аленка брезгливо поморщилась. — У тебя руки влажные…

— Алена, но ведь Рита твоя подруга. — Я тоже не понимала ее поведение.

— А что плохого в том, что он женат? — Аленка уставилась на нас и повертела пальцем у виска. — Что плохого в том, что Марек свозил Ритку на Мальту?

— Да… но… — Ритка снова всхлипнула. — Я думала, что мы будем вместе всегда…

— А разве он предложил вам расстаться? — Аленка хмуро взглянула на Риту. — Да?

— Нет. — Рита вздохнула. — Но и разводиться он не собирается…

— Глупая ты, Ритка, честное слово. — Алена махнула рукой. — Живи спокойно, зачем тебе муж?

— А тебе зачем? — Я подняла глаза на Алену. Через месяц у нее уже была назначена регистрация с Олегом Афанасьевичем Поротом, шестидесяти восьми лет от роду. Жених нам представлен еще не был, зато уже были вручены приглашения на свадьбу…

— Сьюзи, но ведь это совершенно разные вещи! — Аленка даже раскраснелась от негодования. — И потом, мой брак продлится от силы полгода!

— Только прошу, не считай своего старика глупее себя. — Я ухмыльнулась. — Если ты рассчитываешь развестись через полгода и половину добра оттяпать себе, то я тебя разочарую. Такие люди при вступлении в брак подписывают брачный контракт… И достанется тебе лишь пень облизать!

— Я знаю. — Аленка рассмеялась. — Олежек меня уже предупредил.

— И на что ты тогда рассчитываешь? — Ритка перестала всхлипывать и теперь нервно стучала ложкой о столик.

— Милая, я, в отличие от тебя, никогда не жду «милости от природы». — Аленка рассмеялась. Меня почему-то этот смех заставил вздрогнуть.

— И что же? — Я замерла в ожидании объяснений.

— Ну… — Алена осушила еще один бокал Мартини. — Ну… — Она любила привлекать к себе внимание. И не только одеждой… — Я уже месяц капаю Олежеку в питье одно лекарство…

— Зачем? — Мы с Риткой переглянулись.

— Ну хочу, чтобы мой любимый дольше жил!!! — Аленка снова пьяно рассмеялась.

Меня просто покоробило:

— Прекрати, объясни, в чем дело…

— Этот препарат используют для лечения катаракты глаза, но если его добавлять в пищу… то…

— То… — повторила Ритка.

— То он действует как яд. — Аленка снова пригубила «Мартини».

— Ты сдурела! — Я всплеснула руками — Тебя посадят!

— Как бы не так! — Аленка рассмеялась, она вообще сегодня пребывала в отличном расположении духа. — Это лекарство надо капать в питье по три капли каждый день, и человек умирает от хронических заболеваний. Наличие яда в крови может выявить только специальная экспертиза, но кому придет в голову, что шестидесятивосьмилетний дедок скончался не от инфаркта или инсульта, а от… А с моей помощью? — И она посмотрела на нас невинными глазами.

— А тебе его не жалко? — Ритка хмуро вертела в руках ложку. — Нет?

— Он будет спать со мной полгода!!! — Аленка закипела от возмущения. — Полгода! И я еще должна его пожалеть?

Мы промолчали, но у меня на душе остался неприятный осадок.

На следующий день, когда я корпела над учебниками (решилась и поступила в Универ на юридический факультет заочно), ко мне в дом ворвалась Аленка.

— Как дела? — Она прошла в комнату. Я удивленно пожала плечами.

— Что-то случилось?

— Нет. — Алена сбросила легкую курточку на кресло и принялась стаскивать совершенно новенькие алые сапожки. — Я вчера много выпила?

— А ты не помнишь? — удивленно ахнула я.

— Помню, — смутилась Алена. — Но плохо… Я что-то рассказывала? Ну, про Олежека?

— Если ты имеешь в виду яд, то да. — Я подошла к столику и включила компьютер — мне еще надо было найти в Инете материал для реферата.

— Глупость какая! — фальшиво рассмеялась Алена. — Неужели вы с Риткой поверили в этот бред?

— А это бред? — уточнила я, внимательно глядя подруге в глаза.

— Естественно. — Алена пожала плечами. — Просто я вычитала подобную историю в газете и решила вам ее пересказать. Но, видимо, спьяну приукрасила, или вы меня не так поняли…

— Ну скорее ты приукрасила. — Я слегка улыбнулась. — И скажу прямо, у тебя это отлично получилось.

— Ты Ритке скажи, чтобы лишнего не трепала. — Аленка поерзала в кресле. — У тебя выпить есть?

— Вино сухое на кухне. Принести?

— Давай. — Аленка вытянула вперед правую руку.

— Что? — не поняла я.

— Ну! Посмотри внимательнее!!! — Аленка поиграла пальчиками. — Видишь?

На безымянном пальце красовался огромной величины бриллиант. Розового цвета. В белом золоте.

— Олежек подарил? — догадалась я.

— Он самый. — Аленка улыбнулась. — А свадебное платье у меня будет как у Шарлотты…

— Какой Шарлотты? — переспросила я, так и не припомнив такой девушки в окружении Алены.

— Как у Шарлотты из фильма «Секс в большом городе»… Ну этот! Как его! Тьфу, кутюрье забыла…

— Не огорчайся, вспомнишь еще. — Я принесла в комнату вино и один бокал.

— А ты? — Аленка уставилась на меня непонимающим взглядом.

— А мне вечером на работу еще. — Я улыбнулась. — Я же теперь работаю менеджером в ночном клубе, мне пить нельзя. У нас правила строгие…

— И зачем тебе это надо? — Аленка лениво потягивала мое вино. — Не пойму я. Нашла бы себе приличного мужика да и жила за его счет!

— Да где их взять-то, приличных мужиков? — ухмыльнулась я.

— Ты всегда была слишком независима, мужчины таких не любят. А вот сейчас еще и с институтом связалась. На кой тебе высшее образование?

— Только не говори мне, что мужчины не любят образованных, — рассмеялась я. — Алена, я пока не хочу серьезных отношений.

— А деньги тебе нужны?

— А при чем здесь деньги? — Я пожала плечами. — Я сама неплохо зарабатываю…

— Неплохо?!! — Аленка буквально пополам согнулась от смеха. — Господи, ты себе в ресторан позволяешь выйти раз в неделю да на дискотеку пару раз в месяц! А когда ты себе последний раз обновку покупала?

— Вчера. — Я гордо подняла голову. — Сейчас принесу…

Я ушла в зал и вернулась с маленьким золотым медальоном.

— Что это? — Аленка удивленно рассматривала вещицу.

— Это я купила себе талисман, на удачу. Знаешь, зашла в магазин, он мне очень понравился, я и купила…

— Неплохой. — Аленка сморщила носик. — Только маленький, да и камешков нет…

— Ну… — я развела руками, — мне пока не встретился на пути такой вот Олежек…

— И не встретится, ни тебе, ни Ритке, если вы будете ушами хлопать… Богатого мужика самой искать надо!

— Тьфу ты! — Я сплюнула. — Ну тебя прям заклинило на бабках!

— Ой, какие мы чистые! — возмутилась Алена. — Ты бы прям и с сантехником жить могла?!

— Наверное, нет. Но деньги у меня не стоят на первом месте, понимаешь? Мне в мужчине нравится ум, сексуальность, чувство юмора… Ну и деньги, конечно.

— И все-таки деньги…

— А самое главное — чтобы он умел держать свое слово, — я вздохнула, — иначе это уже не мужик, а так, трепло…

— Глупости, — отмахнулась Аленка. — Если есть бабки, то все отлично. Нет бабок — нет любви…

Я пожала плечами и развивать тему больше не стала. Ну не ругаться же с ней, на самом деле!

— У него домик три этажа и забор два метра в высоту. — Ритка нахмурилась. — Может, поэтому они решили свадьбу справить «по-домашнему», не выезжая в ресторан?

— А ты его видела? — Я имела в виду Порота. — Как он тебе?

— Не видела, — Ритка хмыкнула. — Ты же знаешь, Алена его почему-то от нас скрывает…

— Может, ей просто стыдно, что жених такой старый? — предположила я, крутясь у зеркала. Через час мы должны были предстать перед женихом и невестой в доме жениха.

— А у Алены есть стыд? — Ритка грустно рассмеялась. Между девушками явно пробежала черная кошка.

— Не надо так. — Я приобняла подругу. — Она просто очень своеобразная…

— Но почему она мне не сказала про Марека? — Ритка зло сощурилась. — Почему? Хотела насладиться моими страданиями?

— Глупости ты говоришь! — Я поправила лямку у вечернего платья цвета спелой вишни. По случаю свадьбы лучшей подруги пришлось разориться и приобрести вещицу от Naf-Naf. Платье было достаточно короткое для того, чтобы продемонстрировать мои потрясающие ноги, и достаточно элегантное, чтобы не прослыть среди Аленкиных гостей простушкой. Я предполагала, что на их свадьбе соберутся еще те звезды…

— Просто то, что для тебя имеет значение, для Аленки пустой звук. — В этом я была абсолютно уверена.

— А то, что она хочет отравить этого старика, тоже всего лишь пустой звук? — Ритка негодовала.

— Она все объяснила. — Я еще раз провела по волосам расческой, пришлось потратить полдня на лучший салон красоты, чтобы мне выпрямили волосы, и теперь они лишь слегка завивались. — Она говорит, что это была шутка. Всего лишь пересказ газетной статьи…

— Врет! — уверенно отмахнулась Рита. — Наболтала спьяну, а теперь боится, что наговорила лишнего. Мне-то все равно, но как она собирается с этим жить?

— Это ее дело. — Мне надоел этот разговор, и я посмотрела на часы. — Пошли, как бы не опоздать…

— А почему она нас не пригласила в ЗАГС? — Ритка мельком взглянула на себя в зеркало. Длинное классическое черное платье «в пол», голубые туфельки и маленькая голубая сумочка со стразами в виде рыбки…

«Жаль, что ее сейчас не видит Марек!» — подумала я.

— Ты прекрасно выглядишь. — Я улыбнулась.

— Ты тоже, — Ритка накинула на себя пальто. — Но Алена могла бы нас пригласить и в ЗАГС…

— Успокойся наконец! — рассмеялась я, и мы вышли во двор. За калиткой уже стояло такси.

Заехать на территорию особняка нового мужа Алены в автомобиле нам не разрешили. Мы с Риткой молча вылезли из машины и поковыляли пешком, то и дело оглядываясь вокруг. Несмотря на пасмурную погоду, весь двор был уставлен живыми цветами в огромных глиняных горшках. По дорожке, вымощенной перламутровой плиткой, гости гуськом проходили в дом. На деревьях были развешаны белые воздушные шары.

— Красиво. — Я указала рукой на кипарис, украшенный разноцветными мигающими огоньками.

— Красиво, — согласилась Ритка.

Мы подошли к дому.

— Здравствуйте! — Лакей с бакенбардами (с ума сойти!) вежливо попросил нас предъявить приглашения на свадьбу.

Мы с Риткой молча вытащили из сумочек открытки и сунули ему под нос.

— Добро пожаловать! — Мужчина склонился в почтительном поклоне.

Мы вошли в просторный холл. Всюду сновали официанты, разнося на подносах выпивку и закуску. Народу было немного, человек сорок-пятьдесят, гости стояли группами и что-то живо обсуждали. Мы с Риткой образовали свою собственную «могучую кучку».

— Смотри. — Ритка пихнула меня локтем в бок. Я пригубила шампанское (кстати, довольно неприятное на вкус) и, поморщившись, перевела взгляд туда, куда уже минуты три неотрывно пялилась Рита.

— Что? — Я ничего не заметила. Группа из пяти человек — три женщины и два мужика. Всем хорошо за пятьдесят.

— Не узнаешь? — Ритка покраснела.

— Да кто?

— Тот, из казино… — Ритка горячо зашептала мне на ухо. — Которому вы тогда тысячу баксов задолжали… Урод старый, сутенер. Неужели забыла?

— Да ты что?! — Я действительно узнала в симпатичном джентльмене в отличном костюме «красную бейсболку». — Неужели он знаком с мужем Алены?

— Хороша компания. — Ритка пригубила шампанское и сморщилась. — Что за гадость?

Не сговариваясь, мы поставили бокалы на пустой поднос, с которым проплыл мимо очередной официант.

— Девочки, а вы чьи? — К нам подошла забавная старушенция в зеленой шляпе с огромными полями, из-под которых выглядывало маленькое сморщенное личико. Бархатный черный плащ (!) и… красные колготки в «сеточку». Лет ей было никак не меньше семидесяти… Бабуся была либо веселая от рождения, либо уже хорошо приняла на грудь.

— Мы со стороны невесты, — приветливо улыбнулась я.

— А вы? — Ритка откусила канапе с чем- то липким и склизким. — О господи, какая дрянь! — Она невольно огляделась в поисках, куда бы сплюнуть.

— Вот там туалет. — Старушка махнула рукой влево. — Ты права, моя милая, ужасная гадость… Олежек совсем недавно сменил повара, старый был куда лучше…

Ритка сделал над собой усилие и проглотила кусок канапе. Я же не решилась взять с подноса даже виртуозно нарезанное яблоко на «шпажке».

— Меня зовут Олеся, я младшая сестра Олежека…

Мы с Риткой переглянулись.

— Очень приятно! — Ритка протянула ей руку. — Маргарита.

«Младшая! — Я едва не поперхнулась. — Так сколько же на самом деле лет Олежеку?»

— Сюзанна! — Я тоже поздоровалась с Олесей.

— Надеюсь, ваша подруга знает, что делает! — Бабуся сделала хороший глоток шампанского. — Олежек при разводе не даст ей ни копейки…

Мы промолчали, не зная, как реагировать на подобное заявление.

— А может, они не разведутся? — осторожно спросила я Олесю.

— Я знаю своего брата. — Старушенция громко рассмеялась. — Это же восьмой брак, и почему Олежек должен остановиться на цифре «восемь»?

— Действительно. — Ритка пожала плечами. — Вы правы…

— А если у них родится ребенок, — продолжила Олеся, и я поперхнулась собственной слюной, — то Олежека и это не остановит. Вон его дети. — Она начала тыкать пальцем в разные стороны. — И ни один ребенок не удержал моего брата возле бабской юбки!

«Чокнутая!» — решила я и, вежливо поблагодарив Олесю за беседу, потянула Ритку в туалет.

— Аленка врет. — Ритка возбужденно запыхтела мне в ухо. — Если она действительно младшая сестра, то Олежеку должно быть лет восемьдесят. Как он в таком возрасте может возглавлять серьезный бизнес? Это же бред…

— Действительно, — удивилась я. — Но Аленка просто так бы за него не вышла.

— Девочки!!! — К нам неслась Алена собственной персоной. В шелковом топе горчичного цвета, в короткой юбке и в колготках с люрексом. На плечах у нее болталась пелерина из вязаного меха…

— Обалдеть! — Я уставилась на подругу, не веря собственным глазам. — А где белое платье?

— А где муж? — Ритка была ошарашена не меньше меня.

— Олежеку, оказывается, не нравятся белые платья. — Аленка была в отличном расположении духа. — А мой муж в своей комнате, у него заболел живот…

— Не удивительно, — буркнула Ритка. — При такой-то кухне…

— А! — отмахнулась Алена. — Через три часа мы улетаем в Барселону, на медовый месяц.

— А как же свадьба? — Я ничего не понимала.

— Так вот она. — Аленка развела руками. — Ешьте, общайтесь, сейчас Олежек к нам спустится…

И она куда-то упорхнула.

— Ты хоть что-нибудь понимаешь? — Ритка нервно вздохнула.

— Ничего, — призналась я, и тут мое внимание привлекла одна девушка. Уж очень ее физиономия показалась мне знакомой.

— «Моника Левински!!!» — в один голос завопили мы с Риткой и тут же смолкли. «Коварная разлучница», собственной персоной, в драных джинсах и в меховом жилете на голое (!) тело, слонялась по холлу с бокалом в руке.

— Какого черта она здесь делает? — Я машинально поискала глазами Рому и… нашла его. В черном смокинге и с канапе в руке, он спешил к своей девушке…

— Кто она? — Я подошла к Олесе, благо она ушла недалеко от нас, и указала на «Монику».

— Это? Это Светочка, младшенькая дочь Олежека, от последнего брака… Он так плохо обошелся с ее матерью, бедняжка не получила от него ни гроша… — Олеся театрально всхлипнула. — Мой Олежек такой скупой…

«Что-то не верится!» — Я вспомнила розовый бриллиант на пальчике у Алены.

— А это ее парень. — Бабуся заговорщицки нам подмигнула. — По-моему, его зовут Руслан…

— Роман, — машинально поправила я.

— Да, да. — Олеся удивилась. — А ты с ним разве знакома?

— Немного, — буркнула я, а Ритка едва сдержала улыбку.

— Девочки, а почему вы не пьете шампанское? — Олеся пригубила из высокого бокала.

Мы наверняка продолжили бы этот разговор и дальше, но тут в холл спустились Алена и Олежек под ручку.

Раздались жидкие аплодисменты, а мы уставились на старика. Нет, муж Алены выглядел потрясающе… Для своих лет. Невысокий, с отличной седой шевелюрой и профессиональным макияжем(!) на дряблых щеках, в свое время он, несомненно, был Дон Жуаном. Но рядом с пышущей молодостью, здоровьем и красотой Аленой он выглядел как древнее ископаемое.

«Молодые» под ручку подошли к одной группке и вступили в беседу.

— Пошли отсюда! — с тоской произнесла Ритка. — Я есть хочу, пошли в кафе?

— А как же наш подарок? — Я не сводила глаз с «Моники», которая оказалась всего лишь Светой.

— Потом отдадим. — Ритка вздохнула и схватилась за живот. — Я хочу есть, пошли!

— Пошли, — согласилась я, расслышав урчание собственного желудка. — Как ты думаешь, Аленка знала, что «Моника» — дочь Олежека?

— Когда? Тогда, что ли? — Ритка удивленно уставилась на меня.

— Конечно же нет, — я вздохнула. — Она тогда и старика еще не знала. Сейчас! Почему Алена не предупредила меня, что здесь будет Роман с… с… с… этой девкой?

— Ты меня спрашиваешь? — Ритка пожала плечами.

Мы неспешно направились к выходу. Рома и Света стояли ко мне спиной и что-то очень веселое, судя по доносящемуся смеху, рассказывали новобрачным. Аленка прекрасно общалась с моим бывшем парнем и… его девушкой, которую однажды обозвала «уродиной». Судя по всему, прошлые обиды были забыты, и теперь они намеревались дружить семьями…

Мы вышли во двор и по той же тропинке потопали к выходу.

— Более скучной свадьбы я еще не видела, — зло сказала Ритка, прижимая к груди сумочку.

— Это точно, — согласилась я. Мы вышли за ворота и вызвали такси.

Так прошла свадьба нашей лучшей подруги.

Новый год мы справляли без Аленки. После Барселоны счастливые молодожены отправились в Венецию, а потом в Таиланд.

— Она хочет уморить его перелетами! — рассмеялась Ритка, хлопоча возле праздничного стола. Марек крутился рядом, помогая любимой. Он обещал развестись в январе, Ритка была на седьмом небе от счастья.

Я сдала первую в жизни сессию и теперь ходила с распухшей головой. Новый год мы встречали у Марека на даче.

— Костя подъедет с минуты на минуту. — Марек «предложил» мне в качестве спутника на новогоднюю ночь своего друга.

— Он женат? — сразу же взяла быка за рога Ритка. После недавнего фиаско она немедленно расставляла все точки над «и».

— Почти, — туманно объявил Марек, пряча глаза. — У них сложный период, и я думаю, что они скоро расстанутся…

— Ребята, — я рассмеялась, — вы не обидитесь, если я сейчас уеду?

Я представила себе новогоднюю ночь с Костей, который «почти женат», и мне поплохело…

— Не придумывай! — Ритка схватила меня за руку. — Ты чего?

— Я же обещал Косте… — Марек растерялся. — Ты чего?

Я медленно пробивалась к выходу, отвоевывая каждый сантиметр пути:

— Ребята, я не хочу знакомиться с Костей…

— Почему это? — Симпатичный брюнет двухметрового роста, лучезарно улыбаясь, нарисовался в дверях. — Я довольно привлекательный малый…

Я оглянулась и… расползлась в улыбке. Костя мне понравился. Судя по его лицу, я ему тоже.

— Вот и ладненько. — Ритка поняла, что меня больше не надо уговаривать. — Сьюзи, заправь этот салат майонезом, пожалуйста.

Когда до двенадцати часов оставалось пять минут, в дверь позвонили.

— Дед Мороз? — закричала я, дурашливо размахивая бокалом с обязательным шампанским.

Марек напрягся, улыбка сползла с моего лица. «Неужели приехала его жена?» — Я покосилась на счастливую Риту.

— Я посмотрю. — Костя тоже как-то быстро помрачнел. Мы замолчали, музыка зазвучала громче.

— С Новым годом!!! — В дверях нарисовалась Алена в собольей шубке, с растрепанными волосами и с двумя бутылками мартини. По бутылке в каждой руке…

— Ты?!! — Мы с Риткой вскочили как ужаленные. — Откуда?

— Прямо из аэропорта, только чемодан к себе забросила!

Она кинулась к нам обниматься.

— Привет, Марек! — Она махнула ему рукой. — И тебе привет! — подмигнула Косте.

— А где твой муж? — шепотом спросила я в крайнем удивлении.

— Он умер три дня назад. — Аленка едва скрывала улыбку. — Такой ужас, у бедного Олежека не выдержали почки…

— Гы… — Ритка покосилась на Марека. — А где… ну… тело?

— Тело на самолете доставили в особняк, к сестре, — Аленка сделала скорбное лицо, — а я, по идее, все еще нахожусь в шоке от безвременной кончины мужа… Я прилечу из Таиланда только завтра — и сразу же к нему, дорогому. А адрес дачи Марека я узнала у Андрея, по старой дружбе. — Аленка рассмеялась.

— Нда… — развела руками я.

— Мы пропустили Новый год!!! — заорал Марек, косясь на часы.

— С Новым годом!!! — Я сделала слишком большой глоток шампанского и поперхнулась. А про себя расстроилась: «Даже желание загадать не успела!»

И тут в дверь позвонили снова.

— Проходной двор какой-то! — словами легендарного киногероя отозвался Костя и пошел открывать.

Марек снова побледнел и, кажется, даже перестал дышать. «Как он боится жены!» — отметила я про себя.

В комнату вошел коренастый мужчина, практически лысый и с трехдневной щетиной на лице. Одет он был в спортивный костюм с ужасными лампасами.

— Всем привет! — Мужчина приветливо улыбнулся. Я взглянула в его серые глаза и…

— Толя! — Марек кинулся к мужчине. — Молодец, что приехал!

— Толян!!! — Костя протянул руку. — Друган!!!

— Кто это? — шепотом спросила я у Риты, косясь на Анатолия.

— Еще один друг Марека. — Ритка ухмыльнулась. — Еще тот типчик!

— А давайте я вам всех представлю, — неожиданно обратилась к Анатолию Алена и выплыла на середину комнаты. — Это Марек и Рита…

— Ну, эту сладкую парочку я отлично знаю. — Толя рассмеялся, и звук его голоса заставил меня вздрогнуть. Не могу сказать, чтобы Анатолий был мне слишком симпатичен, нет. Просто у меня к этому мужчине было какое-то животное, физическое влечение. И это несмотря на то, что я на дух не переношу спортивные штаны и трехдневную щетину…

Я поежилась и растерялась, под взглядом его серых глаз я теряла контроль над своими мыслями…

— А кто эта принцесса? — Толя подмигнул мне, и я напряглась как струна.

— Это Костя и Сьюзи, — почему-то как пару представила нас Аленка.

— Ааааааа, — разочарованно протянул Анатолий. — Костя, чего скрывал такое сокровище? А ты кто, куколка? — Он посмотрел на Алену.

— А я Аленушка! — Алена кокетливо повертела перед мужчиной упругой попкой.

«Понятно, — вздохнула я, — она сама на него глаз положила!»

Дальше события развивались стремительно: Марек не отходил от Ритки, Толя от Алены, а Костя с моего молчаливого согласия крутился около меня. Но я то и дело встречалась взглядом с Анатолием…

— Откуда ты, черная жемчужина? — Анатолий пригласил меня на медленный танец. Я обняла его за плечи и буквально обмякла в его руках. Сейчас со мной можно было делать все что угодно… И слава богу, что Анатолий этого не знал.

— А ты? — Я подняла на него глаза… и буквально обожглась.

— Черт! — Толя мотнул головой. — Ты ведьма?

— Все! Все! Все! Танцы закончены!!! — Аленка вырубила музыку. — Давайте играть в фанты!

— Что? — рассмеялся Марек. — Ты словно ребенок!

— А вот и нет. — Аленка подошла к Анатолию и обняла его за талию. — Это будут взрослые фанты… Эротические…

— О! — Костя подбежал ко мне с бокалом вина. — Это другое дело!!!

Ритка скорчила кислую физиономию, а я едва пожала плечами — могу лишь догадываться, что на этот раз взбрело в Аленину очаровательную головку.

— Ну давайте вещи. — Аленка обходила всех по кругу с неизвестно откуда взявшейся соломенной шляпой.

Ритка сняла с руки браслет, Костя бросил в шляпу свитер, Марек — часы, а я, немного поколебавшись, пожертвовала босоножками. Маленькие, почти игрушечные, 36-го размера, нежно-кремовые, с забавными розочками — мои «счастливые» туфельки. Мне в них всегда везло.

Толя подумал и стянул с мощной шеи цепочку с крестиком. Аленка сняла бюстгальтер и осталась в прозрачной кружевной белоснежной блузке…

— Все! Все! — Аленка протянула мне шляпу с фантами. — Ты будешь мне помогать!

Она повернулась спиной:

— Начинай!

— Что должен сделать этот фант? — Я вытащила из шляпки часы.

Я видела, что Аленка косит глаза — подглядывает, но выдавать подругу не стала.

— Этот? Пускай этот фант станцует эротический танец у шеста…

Комната взорвалась радостным смехом, а Марек чертыхнулся.

— Этот? — Я подняла браслет Риты.

— В одних трусиках пробежит вдоль комнаты три раза. — Аленка прекрасно знала, что Ритка комплексует из-за своей груди. Она считала, что ее грудь слишком мала.

Ритка испуганно вздрогнула, а мужчины восторженно заулюлюкали.

— Этот? — Я вытащила цепочку Анатолия.

— Пускай этот фант поцелует меня в губы… — проворковала Алена.

«Вот зараза!» — Меня буквально обожгло от ревности.

— Этот?

Дальше я почти ничего не слышала. По крайней мере, остальные фанты, в том числе и я сама, интересовали меня гораздо меньше. И все-таки мне нужно было продемонстрировать (наглядно) одну из поз Камасутры (естественно, с Костей). Костя обрадовался, я — приуныла.

Поцелуй между Аленой и Толей длился, кажется, целый час. После того как они отлепились друг от друга, я поняла, что проиграла…

Теперь Толя смотрел только на Алену.

Когда Марек в нижнем белье Ритки пытался изобразить возле стула (за неимением шеста) эротический танец, входная дверь со скрипом отворилась и на пороге нарисовалась запыхавшаяся, раскрасневшаяся женщина средних лет. Полная, с нежно-голубыми волосами.

— Марек? — взвизгнула она и схватилась за сердце. — О боже! Что ты делаешь?

Мы как по команде повернули головы.

— Маша? — Судя по лицу, Марека сейчас должен был хватить удар.

— И где твоя больная мать? — Жена Марека громко всхлипнула. — Ты же сказал мне, что будешь встречать Новый год с ней! А Мишенька весь вечер по тебе скучал…

— Мишенька? — Алена выключила музыку и уставилась на женщину. — Кто это?

— Это наш сын!!! — выкрикнула несчастная и залилась слезами.

Судя по реакции Аленки, про ребенка она не знала.

— Мне соседи по даче позвонили, Ивановы, говорят, воры у вас. — Женщина ревела в голос…

Марек подошел к жене и обнял ее за полные плечи:

— Машенька, ты прости меня, дурака…

Ритка вскочила как ошпаренная и бросилась вон. Следом поплелась я, в дверях меня догнали Костя и Толя. Аленка вышла последней, гордо подняв голову и презрительно фыркнув.

Было четыре часа утра. Мы расселись по машинам — Аленка влезла к Анатолию, а Костя повез меня и ревущую в голос Ритку. Новогодняя ночь подошла к концу, «карета превратилась в тыкву, а кучер — в крысу…».

— Я могу тебе позвонить? — спросил Костя, помогая мне вылезти из машины.

— Все хорошего! — вежливо ответила я и, обняв совсем раскисшую Ритку за плечи, повела ее в мою калитку.

— Все мужики козлы! — всхлипнула несчастная.

— Не все! — вяло отмахнулась я, внезапно вспомнив взгляд Анатолия. — Есть и бабы дряни… — Перед моим мысленным взором промелькнула весело хохочущая Аленка…

— Как ты думаешь, — Ритка в черном костюме стояла, низко опустив голову, — это она его отравила?

Я вздрогнула и зашипела:

— Молчи, услышат же!

Мы стояли в траурном зале, возле закрытого гроба красного дерева. Безутешная вдова Алена ревела навзрыд. Олеся вытирала красные от слез глаза кулаком, громко причитая:

— Довела молодуха-то! Говорила я ему, не женись на молодой! Нимфоманка ненасытная!

Мы с Риткой переглянулись и, не сговариваясь, отошли от Олеси подальше.

— Отравила! — Ритка зло хмыкнула. — А сейчас рыдает, дрянь!

— Прекрати! — Я схватила ее за локоть. — Да что с тобой?

Ритка смахнула набежавшую слезу и сжала губы:

— Марек — сволочь…

— Ну а Аленка-то здесь при чем? — Я пожала плечами.

— Такая же циничная скотина. — Ритка была вне себя от негодования. — Ненавижу!

— Успокойся! — Я обняла подругу, и мы вышли на свежий воздух. — Вспомни моего Романа. Ну? У каждой женщины в жизни случается что-то подобное. Не сейчас, так позже. Все мы, бабы, ходим по одному кругу, только разными тропинками. Успокойся, скоро все пройдет…

Ритка расплакалась и прижалась ко мне:

— Мне так обидно, если бы ты только знала! Зачем он врал, если не собирался разводиться?

— Тянул время. — Я гладила ее по белокурой макушке. — Успокойся, на свете еще полно мужчин…

— И все-таки… — Ритка хотела еще что-то сказать, когда из траурного зала вылетела Светка собственной персоной и кинулась прямо к нам.

— Так и передайте своей подруге, что она не получит ни копейки из папиного добра!!! Это она его убила, я знаю! — Моя недавняя соперница воинственно размахивала руками. — Ни копейки!!! Отец составил завещание давно и…

— Так чего же ты тогда так волнуешься? — осадила я любительницу орального секса.

— Дрянь! — Света замахнулась на меня кулаком. — И твоя подружка тоже дрянь…

«Надо же, — поразилась я, вспомнив, как чета Света — Роман ворковала с четой Олежек — Алена, — как быстро все меняется, не прошло и трех месяцев».

Ритка молча саданула ей кулаком в живот, Света согнулась, хватая ртом воздух. Я от души рассмеялась, и мы снова вернулись в траурный зал.

— Ни копейки не получишь, так и знай! — Возле гроба, друг против друга, стояли Олеся и Аленка и матерились последними словами.

Я обалдела и подлетела к подруге.

— Не ори! — Я дернула Алену за рукав дорогого черного наряда. — Тебя же могут снять на видео, ты с ума сошла? Хочешь, чтобы завтра твоя перекошенная физиономия над гробом мужа прошлась по всем каналам?

Алена дернулась и замолчала. К Олесе подошел белобрысый мужик с красными воспаленными глазами и под руку отвел рыдающую старушку от гроба.

— Это старший сын Олежека, — прошептала мне Аленка. — Он руководит всеми фирмами старика…

Ритка, немного смутившись, подошла к Алене и обняла ее за плечи (привстав на цыпочки):

— Успокойся, все пройдет! — утешила она подругу, как совсем недавно я утешала ее.

— Они избили меня! — В зал ворвалась Светка и высоко задрав красную хипповую майку, оголила живот. — Вот! Смотрите! Смотрите!

Все охнули и оглянулись на Светку.

— Вот они! — Светка подлетела к нам. — Эта негритосина и эта пигалица!!! А Аленка специально моего отца на тот свет отправила, я знаю! Она ему в питье подмешала…

Мы с Риткой изменились в лице и разом обернулись к Алене — она стояла смертельно бледная, на лбу у нее блестели капельки пота.

— …она ему в питье подмешала виагру, точно! — орала Светка, а у меня просто камень с сердца свалился. Видимо, «Моника» не знала, чего бы еще такого скабрезного придумать, чтобы при всех полить грязью молодую вдову.

Упирающуюся и орущую Светку утащил все тот же белобрысый мужик.

— Мы, пожалуй, пойдем! — Я махнула рукой Алене, и мы с Риткой выкатились из зала.

— Таких веселых похорон я еще не видела! — буркнула Ритка, и я была вынуждена с ней согласиться.

Аленка приехала ко мне поздно вечером, измученная и усталая.

— Завтра прочитают завещание, — буркнула она, опускаясь в кресло. — Выпить есть?

Без лишних слов я принесла ей бокал вина и орешки.

— Да за такие нервы он теперь мне просто обязан обеспечить достойное пожизненное обеспечение! — процедила Алена и залпом выпила бокал вина. — Одни похороны чего стоят! А эта дрянь Светка!!! Знала бы я, что она такая, так еще у Ромки рога бы ей пообломала!

Выглядела подруга плохо, под глазами залегли черные круги, роскошные рыжие волосы поблекли и потускнели.

— Ты волнуешься? — Я присела рядом и сунула в рот орешек.

— Не поняла? — Аленка посмотрела на меня мутным взглядом.

«В последнее время она слишком много пьет!» — отметила я про себя.

— Ты знаешь, что в завещании? — переформулировала я свой вопрос.

— Нет, — дернулась Аленка, и я поняла, что она на взводе. — Кто же знал, что старик загнется так быстро? Я думала, что у меня еще будет время…

Я вспомнила, как сияла Алена в новогоднюю ночь, и решила, что она не слишком расстраивается по поводу безвременной кончины мужа.

— Тебе сегодня на работу? — Она допила вино и вертела в руках пустую бутылку.

— Нет, выходной. — Я съела еще один орешек.

— Пойдем в ночной клуб? В «Милашку»? Ритку позовем. — Аленка потерла виски. — Мне просто необходимо расслабиться…

— Ну пошли, — неуверенно кивнула я. «Милашка» — это был закрытый женский клуб, где беспрерывно крутили мужской стриптиз и прочие развлечения «не для бедных». — Только я не знаю, согласится ли Ритка.

Ритка согласилась с радостью, оказывается, она тоже нуждалась в выходе из стресса.

В клуб мы забурились ровно в полночь, когда «звездные» мальчики уже шествовали по подиуму.

— Мне вон тот нравится! — Аленка указала пальцем на мулата. Парень услышал ее слова, спустился в зал и подошел к нашему столику.

— Как тебе зовут, красавица? — Профессиональным, отрепетированным движением мулат покрутил бедрами возле Аленкиного носа. Голову даю на отсечение, у нее побежали слюни…

Мы с Риткой только весело скалили зубы.

— Пойдем в «приват»? — поинтересовался мулат, осыпая Аленкину шею нежным поцелуями. «Приват» — это отдельная кабинка, а что уж там происходит, одному богу известно. Все зависит от заплаченных денег и договоренности между сторонами.

— Пойдем, — Аленка обняла парня за шею, — только я хочу еще и вот того. — Она кивнула на отлично сложенного юношу с длинными волосами.

«Аналог Тарзана!» — улыбнулась я. Тарзан мне понравился.

— А тебе не много? — поинтересовалась Ритка, добивая второй стакан виски со льдом.

— Хочешь пойти со мной? — Аленка схватила ее за руку.

— Нет! — испугалась Ритка и отпрянула.

— Ты трусиха! — Аленка откровенно смеялась над ней. — Всего боишься! Неужели тебе не хочется отомстить Мареку? Слабо? С двумя сразу?

Ритка молчала.

— Представляешь, как его жена потешалась над тобой?! Ну а Марек вообще тебя за человека не считает…

Только я открыла рот, чтобы встать на защиту Ритки, как в той словно черт проснулся.

— Хочу, — говорит. И потащилась в «приват» вместе с двумя парнями, которых ей заботливо подобрала все та же Аленка.

Я осталась за столиком одна.

«Жаль, что я не курю!» — внезапно пронеслось в голове. Я не знала, куда деть свои руки. Выпивать мне больше не хотелось, закуску мы заказать не догадались…

— Скучаешь, красавица? — Безымянный парень присел возле моих ног и погладил меня по голым коленкам.

Я рассмеялась, он обиделся и отошел прочь. Наверное, к менее веселым и более озабоченным.

Аленка выпорхнула из своей кабинки первой. Весело шатаясь, изредка поругиваясь и на ходу поправляя бюстгальтер, она плюхнулась за столик:

— Зря! — Подруга посмотрела на меня пьяными глазами. — Зря не попробовала, удивительное ощущение, когда двое…

Я брезгливо сморщила нос.

Из кабинки нарисовалась Ритка. Она была совершенно трезвая, раскрасневшаяся, и… ей было стыдно смотреть нам в глаза.

— Ну как? — рассмеялась Аленка, подтрунивая над подругой. — Кончила или нет?

— Ужасно. — Ритка схватила со стола свою сумочку и бросилась прочь.

Я догнала ее уже около выхода:

— Да что случилось-то?

— Я чувствую себя портовой шлюхой! — внезапно разревелась Ритка, а я лишь пожала плечами. «Еще бы, с двумя незнакомыми мужиками — это явный перебор!» — подумала я, но вслух ничего не сказала.

— Как можно прожить на три тысячи баксов в месяц?!! — орала возмущенная до глубины души Аленка, мечась по своей квартире, словно тигрица. — Этот урод оставил мне всего лишь жалкие крохи. Три тысячи баксов в месяц, в течение трех лет!!!

Аленка была вне себя от ярости. Час назад нотариус, собрав всех родственников, огласил завещание. Олесе достался особняк, Аленке — «пенсия» на три года, а Светке — облизать пень. Видимо, старик действительно, как и говорила его сестра, недолюбливал свою теперь уже предпоследнюю жену и ее детей.

— Придется начинать все сначала. — Аленка находилась в глубоком шоке. — Все снова!

— Что ты имеешь в виду? — уточнила я. «Неужели она собирается отравить еще одного старика?»

— Снова искать богатого мужика… — Аленка махнула рукой. — Ну почему я такая невезучая?

Раздался звонок, к Аленке кто-то пришел. Она упорхнула открывать дверь, а я нажала на пульт и уставилась в огромный жидкокристаллический экран телевизора. В коридоре послышалась возня, игривый смех подруги и чье-то утробное урчание.

— Привет! — В комнату вошел Анатолий, на этот раз в приличном синем свитере и в отличных джинсах.

Аленка, на ходу поправляя юбку, крутилась рядом.

— Ну я пошла. — Я старалась не встречаться с ним взглядом.

— Да, да. — Аленка усадила Толю на диван и сама уселась к нему на колени.

— Тебе пора? — то ли на самом деле расстроившись, что я так быстро ухожу, то ли просто подыгрывая Алене, произнес мужчина. — Может, останешься хотя бы на минутку?

— А давайте выпьем! — Аленка легко соскользнула с его колен и вылетела из комнаты.

— Как твои дела? — Толя пододвинулся к креслу и взял мою руку. Нас тотчас словно пронзило электрическим разрядом. Я даже чуть вскрикнула, а Толя ухмыльнулся. Он взял меня за шею, словно котенка, и притянул к себе.

— Уже иду!!! — прокричала Аленка, позвякивая бокалами.

Я дернулась и вскочила на ноги. Он не успел меня поцеловать, но я была словно под гипнозом его серых глаз…

— Мне пора! — Я скомканно попрощалась и вылетела за дверь.

Не дойдя до своей калитки нескольких метров, я заметила скрюченную фигурку, сидящую на лавочке возле моего дома.

Поравнявшись с женщиной, я с трудом узнала в ней Ритку. Подруга была без косметики, с распухшим носом и красными глазами.

— Снова Марек? — Я присела рядом.

— Хуже. — Ритка протянула мне местную газету «Фортель». Газетка славилась громкими непроверенными слухами, сплетнями и прочей «желтой» чепухой.

— Что там? — Я удивленно повертела ее в руках.

— Третья страница, — всхлипнула Ритка.

Уже предчувствуя дурное, я развернула газетку. На третьей странице были цветные фотографии плохого качества, но при желании детали рассмотреть было можно. Ритка и два парня из «Милашки» занимались… сексом… Ритка выглядела ужасно — пьяная, вульгарная и… толстая!

— Как это? — Я отшвырнула газету. — Откуда?

— Журналистское расследование. — Ритка тихо плакала. — Они решили выяснить, что же творится в приват-кабинках «Милашки», и в одну из них повесили скрытую камеру.

— Именно в твою? — Я была поражена невезучестью Ритки и… удачливостью Аленки.

Ритка в ответ лишь кивнула головой.

— Откуда у тебя газета?

— Мне ее принес Марек, — Ритка опустила голову и тяжело вздохнула, — он говорит, что я… — Она снова залилась слезами. — Он говорит, что поступил правильно, когда вернулся к жене. Потому что я…

Я сидела рядом и гладила ее по склоненной голове. Настроение у меня самой было хуже некуда. Всю дорогу от Аленки я думала об Анатолии.

— И что теперь? — задала я вопрос, скорее спрашивая саму себя.

— Уеду домой. — Ритка вытерла рукавом нос. — На работу больше не появлюсь, стыдно в глаза людям смотреть. Да и уволят меня, наверное, за такое…

— Пошли ко мне? — Я открыла калитку и позвала Ритку в дом.

— Не, не пойду. — Ритка мотнула головой. — Я вещи пойду собирать, отсижусь у матери пару месяцев, пока шумиха стихнет…

— А потом? — Я знала, что Ритка родом из небольшой деревеньки в Свердловской области. Она никогда не рассказывала про жизнь «там», а я не спрашивала, потому что чувствовала, что Ритка не хочет вспоминать. Я даже не знала, где это находится — где-то очень далеко…

— Ты мне позвонишь? — Я поцеловала ее в щеку.

— Конечно. — Ритка слабо улыбнулась. — Как приеду назад, позвоню. Передавай Аленке привет… — Все-таки она вспомнила об этой вертихвостке.

— Конечно. — Я вздохнула. — Не переживай, просто у тебя сейчас черная полоса…

— Я так и думаю. — Ритка поднялась со скамьи. — Удачи тебе…

Я корпела над «Макроэкономикой», когда кто-то осторожно поскребся в мою дверь.

Я прислушалась — тишина. «Показалось», — решила я и снова углубилась в изучение мировой экономики. Оказалось, это местами даже интересно. Только я не понимала больше половины слов.

В дверь снова постучали, теперь уже отчетливо и громко. Я накинула на плечи халат и выскочила в коридор.

— Кто? — Шел февраль, мокрый снег, слякоть и ветер. Кому охота шататься в такую погоду?

— Пусти, хозяйка!

Я вздрогнула и открыла дверь. Так и есть — Толя собственной персоной. После той последней встречи у Аленки прошло около месяца, и я уже успела прийти в себя. Алена укатила на очередной курорт — приводить в порядок расшатавшиеся после смерти мужа нервы. Где был все это время Толя, я не знала.

— Привет, черная жемчужина! — Он подхватил меня на руки, халат распахнулся — я была в одной длинной майке и трусиках. — Ты меня ждала?

Я не успела ничего ответить, как обнаружила себя на собственном диване, отчаянно борющейся с курткой Толи. Когда его мокрая одежда наконец-то оказалась на полу, мы занялись любовью. Словно два сумасшедших…

Из постели мы выбрались только под утро, спустя почти сутки. Меня качало от голода и бессонной ночи.

— Ну я пошел? — Толя напоследок поцеловал мои распухшие губы и улыбнулся именно той улыбкой, от которой у меня стыла кровь в жилах.

— Как? — Я опешила. Я ожидала чего-то другого — ну не знаю… Приглашения в ресторан, на худой конец.

— Тебе надо выспаться, да и я должен отдохнуть! — Толя поднял с пола куртку и, помахав мне на прощание, исчез за дверью.

Я опустила голову на подушку — в ушах шумело, глаза слипались. Я провалилась в глубокий сон, а когда очнулась, беспокойно вскочила на ноги.

«Что? Что?» Ах да… Толя.

За эти сутки мы почти не разговаривали. Пару раз пили вместе кофе на кухне, потом принимали вместе душ. Мы ничего не успели обсудить, и теперь я чувствовала недосказанность.

У меня не было даже его телефона, я совершенно ничего о нем не знала. Но если включить логическое мышление, то получается, что с Аленкой Толя расстался. Видимо, красотка укатила на курорт и бросила его на произвол судьбы. Хотя… Эти отношения были сразу же обречены на провал — слишком уж Аленка любит деньги. А Толя, судя по его одежде, зарабатывает немного… По ее понятиям.

— Привет! — Совершенно неожиданно Аленка нарисовалась у меня к обеду. — Пошли в «Иллюзию». Я вернулась из Таиланда чуть раньше, чем планировала, там, оказывается, в это время года тоска страшная. А здесь — просто супержизнь! Ты знаешь, что рядом легальную зону расширили, и там уже и гостиница, и новое место?

«Иллюзия» — только что открывшееся суперказино — было расположено чуть дальше «Мэтр Руна», в «зоне отчуждения», и добираться туда было еще сложнее. Я отрицательно мотнула головой:

— Нет. — Я еще прекрасно помнила свой последний поход в «Мэтр Руна», когда нас спасла Ритка. Сейчас Риты не было в городе, и поэтому надеяться было не на кого. — Ехать очень далеко, да денег нет лишних.

— Пошли. — Аленка небрежно распахнула бесподобное трикотажное пальто фиалкового цвета. — Не играть, я хочу познакомить тебя с моим новым женихом…

— Классное пальто. — Я восхищенно присвистнула. — «И оно прекрасно подошло бы к моим глазам», — добавила мысленно.

— Марина Ринальди, — небрежно отмахнулась Аленка, с трудом выговаривая фамилию.

— Что? У тебя появился жених? — Я наконец смогла переварить информацию. — И где ты его взяла? На курорте?

— Ты что! Да я с ним туда и ездила. — Аленка развалилась в своем любимом кресле. — Я тебе подарок привезла, вон там. — Она кивнула в сторону сиротливо стоящего пакета.

— Да? — я улыбнулась. — Спасибо. А что там?

— Посмотри. — Аленка рассмеялась. Я взяла пакет и вытащила оттуда кремовое платье. Оригинальное вечернее платье «без плеч», слегка приталенное, с букетом красных цветов, приколотых на груди. Цветы казались живыми…

— Какая красота! — Я обняла и поцеловала подругу.

— Нравится? — Аленка довольно улыбнулась. — Ну тогда одевайся скорее и пошли…

— Но играть я не буду! — Я подняла палец вверх. — Так и знай!

— Хорошо-хорошо, — Аленка рассмеялась. — Как у тебя дела на личном фронте? Кого-нибудь себе завела за мое отсутствие?

Я опустила глаза. Рассказать ей про Толю? Я на мгновение замешкалась. «Зачем? Она, наверное, про него и забыла совсем. Вон у нее теперь есть богатый жених… Жених?!!»

— Аленка, а почему жених? — До меня только что дошло. — Ты что, снова собралась замуж?!

— Как знать? — Подруга улыбнулась. — Посмотрим на его финансовое состояние…

— Но… — я запнулась, — надеюсь, ты с ним не собираешься проделать то же самое, что и с Олежеком? — я имела в виду яд.

— А что такого я сделала со стариком? — Алена улыбнулась бесподобной, обескураживающей улыбкой.

Я промолчала, решив, что эта тема закрыта раз и навсегда. Ну не идиотка же она, чтобы проделать такой трюк еще раз! Кругом ведь тоже не дураки — и это насторожит кого угодно, если очередной Аленкин муж (старик!) загнется через полгода, как и его предшественник.

Я наложила макияж, облачилась в новое платье и побрызгала чуть-чуть духов J'Adore на запястья.

— Я готова!

Аленка внимательно на меня посмотрела и добавила с некоторой завистью в голосе:

— А ты слегка поправилась… Но тебя это не портит.

Я похудела на два килограмма (весы стояли в соседней комнате) за последний месяц и, наверное, на килограмм за последнюю ночь, проведенную с Толей.

— Да? — Я сделала удивленное лицо.

— Да, — твердо ответила Алена. — В попе…

Мы рассмеялись и вышли во двор.

— А чья это машина? — Я удивленно уставилась на красное «Рено», стоящее около моей калитки.

— Это подарок моего жениха. — Аленка небрежно пожала плечами. — Конечно, не «Порше», что еще сказать?

Я ухмыльнулась. Ну и запросы теперь у нее!

Аленка брезгливо опустилась на водительское место, я с восторгом влезла на пассажирское сиденье.

— Как красиво! — Внутри весь салон был отделан розовой кожей.

— Так себе, — хмыкнула Алена, и мы осторожно тронулись с места. За рулем Аленка была недавно, поэтому особо лихачить не стала.

— Расскажи. — Мне просто не сиделось на месте. — Кто он? Кто твой новый мужчина?

— Он богат. — Аленка высокомерно смерила меня взглядом. — У него свое казино…

— «Иллюзия»? — ахнула я.

— Да, и не только, — туманно ответила Алена.

«Попал мужик!» — Я почему- то снова подумала про яд.

— Он старик? — Я начала задавать наводящие вопросы.

— Старик?!! — Аленка рассмеялась. — Да ты что! Хватит с меня… Бррр… — Она передернула плечами, видимо, что-то вспомнив. — Нет, ему 32…

— И кто он? — Она вконец меня заинтриговала.

— Подожди. — Алена властно посмотрела на меня. — Сейчас увидишь. Кстати, в сексе он просто супер…

— Без виагры? — подколола я ее, вспомнив Эдика.

— Да!!! — рассмеялась Алена. — Весь месяц мы только этим и занимались.

— То-то я смотрю, ты не загорела совсем! — Я тоже рассмеялась. — Не нашли времени выйти из номера?

— Не нашли! — согласилась Аленка, улыбнувшись.

Затем мы надолго замолчали, я все пыталась понять, где она берет богатых мужчин, готовых на ней жениться. Спустя еще пару часов я почти задремала, а когда проснулась, мы уже въехали в «зону отчуждения». Аленка затормозила возле казино, толпы народа осаждали центральный вход, украшенный гелиевыми шарами.

— Какая толчея! — ахнула я, прижимая к груди сумочку.

— Давай со служебного входа! — Аленка протянула мне руку, и мы обогнули здание с торца. — Вот сюда! — Она толкнула железную дверь, и мы оказались в просторном светлом коридоре. — Пойдем сразу же в его кабинет, чего здесь топтаться?

Алена царственно вышагивала по коридорам, и весь персонал, который попадался нам по пути, вежливо с ней здоровался. Из чего я сделала вывод, что Аленка здесь частый гость.

«Значит, у них действительно серьезные отношения!» — решила я, проходя вслед за Аленкой в большой светлый кабинет. Дизайнерская мебель, минимум деталей, огромные окна с видом на море, серо-бежевые тона и африканские статуэтки, расставленные по периметру комнаты. Именно эти статуэтки и заинтересовали меня больше всего.

— Он что, жил в Африке? — Я осторожно дотронулась до голой женщины, выполненной из цельного куска черного дерева.

— Нет, вряд ли он знал твоего отца! — улыбнулась Аленка, небрежно сбрасывая пальто на кресло. — Просто мой жених много путешествует и отовсюду привозит понравившиеся ему сувениры. Хочешь виски? — Она подошла к небольшому бару, искусно вмонтированному в стену и задекорированному под картину.

— Нет, полегче что-нибудь. — Я приблизилась к «хозяйскому» столу, чтобы посмотреть фотографии. Симпатичная миниатюрная женщина, скорее всего мать, и фотография Аленки в огромной рамке в центре стола.

— Он тебя любит. — Я подняла глаза на подругу. — А ты его?

— Не знаю. — Аленка протянула мне бокал с красным вином. — Не уверена, он отлично зарабатывает, он не жаден, он сексуален…

Я улыбнулась:

— Так что же тебе еще нужно? Живи и радуйся!

— Я так и делаю. — Аленка уселась верхом на кажущийся хрупким прозрачный столик. — Но любить — это, пожалуй, слишком. Вот ты Романа любила?

Я удивленно подняла на нее глаза:

— Романа? А почему ты о нем вспомнила?

— Я о нем и не забывала. Вернее, мне не давала о нем забыть его новая девушка, Светочка. Младшенькая дочурка Олежека… Они вчера на пару приезжали ко мне домой…

— Зачем? — Я действительно удивилась. Что их могло связывать теперь?

— Требовали деньги, доставшиеся мне от покойного мужа. — Аленка рассмеялась. — Я, конечно, выгнала их взашей, а Рома крикнул мне напоследок, что я такая же сука, как и ты… Недаром мы с тобой подруги!

Я поморщилась, ну, предположим, про «суку» Аленка могла бы мне и не говорить… Неужели Роман действительно так сказал?

Я озадаченно крякнула:

— Что я ему сделала?

— Спроси у него сама. — Аленка выпила свой бокал до дна и снова отправилась к бару.

— А твой новый мужчина знает, что ты вдова?

— Знает, — неожиданно легко рассмеялась Аленка, — он даже знает, что я получаю ежемесячную «пенсию». Правда, не знает, что через три года она закончится… Вот будет для него разочарование! Хотя не думаю, что он проживет так долго…

Я вздрогнула и подняла на нее глаза:

— Что?

— Я говорю, — тотчас поправилась Аленка, — что не думаю, что мы с ним проживем так долго вместе. Слишком темпераментные и взрывные оба… Хотя — кто знает? Да где же он?

Аленка подошла к своей сумочке, царственно возлежащей посреди «хозяйского» стола, и вытащила сотовый:

— Дорогой! Ну ты где? Идешь? Мы тебя ждем… Да, «мы», я и моя подруга… Вот и познакомишься заодно…

— Может быть, ты мне хотя бы скажешь его имя? — Я рассмеялась. — А то прям тайны мадридского двора…

— Я хочу, чтобы для тебя был сюрприз. Сейчас он придет, и вы познакомитесь. Мне кажется, он должен тебе понравиться…

— Привет, дорогая! — Дверь распахнулась бесшумно и неожиданно, в кабинет ворвался коренастый мужчина в дорогом черном костюме и белоснежной рубашке. — Где твоя подруга?

Я сидела чуть поодаль, и Толя заметил меня не сразу. Он огляделся и лишь спустя минуту встретился со мной взглядом.

— А… Это Сьюзи! — Как ни в чем не бывало Анатолий подошел ко мне и протянул руку. — Как дела? Отлично выглядишь!

Аленка пристально наблюдала за нашей встречей и мой растерянный вид, похоже, истолковала по-своему:

— Удивилась? Разве ты не знала, что мы с Толей встречаемся уже больше месяца?

— Откуда она могла знать? — Толя рассмеялся, пряча от меня глаза. — Если ты ей не говорила…

Я продолжала молчать, пребывая в ступоре. С Анатолием мы расстались всего несколько часов назад, а он вел себя так, словно мы едва знакомы.

— Сьюзи! — Аленка громко рассмеялась. — Ты чего оцепенела-то?

Кровь прилила к моему лицу, я часто дышала.

— Да что с тобой? — В голосе Аленки прозвучали испуганные нотки. — Тебе плохо, что ли?

Толя подошел ко мне и осторожно коснулся руки:

— Ты что? — И улыбнулся.

Я вскочила с кресла и начала лихорадочно собираться.

— Ты куда? — Аленка бросилась мне наперерез.

— Я забыла выключить утюг!!! — заорала я, хватая сумочку. — Пусти!!!

— Проходи… — испуганно отшатнулась Алена.

Я вырвалась из кабинета и побежала по коридорам…

— Сьюзи!!! — Толя догнал меня у самого выхода. — Прекрати! Ты ведешь себя как…

Я не дослушала, повернулась и с размаху ударила его по щеке.

— Сьюзи! — Толя больно сжал мою руку. — Ты ведешь себя как ребенок!!!

— А ты? — Я окончательно слетела с катушек. — Как ведешь себя ты? Спишь с одной подругой, а жениться собираешься на другой? Это нормально?

— Это Алена тебе про свадьбу сказала?! — Толя искренне удивился. — Она явно опережает события…

Я как ни держалась, а все-таки разревелась.

— Ненавижу! — Я толкнула его в грудь. — Ненавижу…

Толя молчал.

— Ты любишь ее? — вытирая кулаком слезы, спросила я.

— Нет! — просто ответил Толя.

— Но… — я растерялась, — у тебя на столе ее фотография…

— Это Алена сама ее туда поставила, вчера. — Толя поправил ворот рубашки. — Мне пора, пока… И не злись, это всего лишь жизнь…

Он повернулся и пошел прочь, а я продолжала стоять и плакать.

— Нам надо поговорить! — Я позвонила Алене на следующее утро. Бессонная ночь, к счастью, подошла к концу — я ворочалась с боку на бок, не находя выхода из создавшегося положения. И тогда я решила быть честной…

— Хорошо! — Аленка явно удивилась такому раннему звонку. — Что-то произошло?

— Да, — твердо ответила я. — Произошло. Давай встретимся в «Лакомке» через час…

— Ладно, — снова удивилась Алена. — Что за спешка?

Но я уже повесила трубку.

В кафе я прилетела первой и, усевшись за столик у окна, попросила принести мне кофе. Двойной и без сахара. Я пыталась привести в порядок свои мысли.

Аленка пришла с опозданием в полчаса.

— Что? — Не поздоровавшись, она опустилась напротив меня и хмуро свела брови. — Что за спешка?

— Толя ведет двойную игру. — В этой фразе было все, и я замолчала.

— Он что, спит с тобой? — Аленка была умной женщиной.

Я утвердительно кивнула.

— Не верю. — Ее реакция заставила меня вздрогнуть. Такого поворота я не ожидала. Я думала, мы по-девичьи перемоем ему косточки и обе расстанемся с этим казановой, мать его…

— Что? — Я подняла на нее свои ненакрашенные, зареванные и опухшие после бессонной ночи глаза.

— Что слышала, — ледяным тоном ответила Аленка. — Ты мне завидуешь…

— Я? — возмутилась я и замолчала. Я ей действительно завидовала.

— Ты думаешь, я не заметила, как ты на него смотришь? Как кот на сметану!

— Алена, — я вздохнула, — ты неправа…

— Я не желаю это больше обсуждать! — Она резко поднялась с места. — Не ожидала я от тебя такого!

— Ты уже капала ему яд? — Наконец я задала вопрос, который волновал меня больше всего.

— Какой яд? Ты бредишь, что ли? — нервно рассмеялась Аленка.

— Пожалуйста, — я подняла на нее глаза, — не капай ему яд…

— Идиотка! — Аленка нервно дернулась и, с грохотом уронив свой стул, вышла из кафе.

Я осталась сидеть за столиком, не в силах подняться. Нужно было принять решение, очень серьезное решение, а я не знала, как мне поступить.

Я взяла сотовый и набрала Алену — долгие гудки, она не отвечала на мой звонок.

— Ну как знаешь! — Я разозлилась не на шутку. Кто ей дал право распоряжаться человеческими судьбами?

Я заплатила за кофе и отправилась в ближайший салон красоты — попросила девочек, чтобы меня привели в порядок. Успокаивающие маски на лицо, профессиональный макияж, а напоследок я заехала домой и переоделась в свободные белоснежные брюки и нежно-зеленую замшевую курточку с отделкой из кожи. Хотела выглядеть просто отлично, ведь мне предстояла встреча с Анатолием.

Я подъехала к «Иллюзии» только к обеду и сразу же подошла к служебному входу. Эти переезды на такси меня совершенно разорили, и я поклялась себе, что больше в «зону отчуждения» ни ногой. Меня, в отличие от Алены, внутрь не пустили, пришлось вызывать Толю с помощью охраны. Переговаривались они довольно долго, и все это время я стояла на пронизывающем ветру, накинув капюшон куртки на голову. Наконец переговоры закончились, и мне разрешили войти. До кабинета Анатолия я добралась без проблем, а вот перед самой дверью у меня противно задрожали коленки.

— Ну заходи уже. — Толя сам открыл мне дверь. — Чего стоишь? — Он ухмыльнулся, и я поняла, что, видимо, у него в кабинете установлена камера, с помощью которой он следит за происходящим в коридоре. Как глупо — он видел, что я волнуюсь!!!

— Я по делу, — сухо сообщила я, стараясь как можно небрежнее скинуть куртку на кресло.

Толя громко хмыкнул и подошел ко мне вплотную.

— И что же за дела такие?

— Алена хочет тебя отравить. — Я произнесла это буднично, словно рассказывала о том, что моя подруга готовит для него завтрак. — Вернее, она уже капает тебе в питье яд… — Я замешкалась. — Я почти в этом уверена.

— Ты детективы писать не пробовала? — Толя упал на диван и рассмеялся. — Господи, что за больная фантазия?!

— Я тебя предупредила, поступай как знаешь. — Я набросила куртку на плечо и направилась к двери. — Прощай!

— Прощай?! — Анатолий наконец перестал смеяться, он проворно вскочил с дивана и преградил мне дорогу. — Ты хочешь сказать, что мы больше не встретимся? Мне казалось, что тебе понравилось…

— Ты циник. — Я старалась не встречаться с ним взглядом. — Нет, мы больше не встретимся. Толя, у меня к тебе просьба: пожалуйста, не говори Аленке, что я тебя предупредила. И не делай ей ничего плохого, ладно? Она просто запуталась и сейчас находится в ужасном состоянии. Я думаю, она сама не понимает, что творит…

— Так ты это серьезно? — В его глазах сверкнула угроза. — Ну-ка, садись и расскажи мне все, что ты об этом знаешь…

— Не буду. — Я рванулась к двери, но он держал меня, словно в тисках. — Отпусти!

— Нет уж, милочка. Сказала «А», говори и «Б». — Анатолий силой усадил меня на диван. — Так что это за история с ядом?

— Поклянись мне, что не используешь эту информацию во вред Алене. — Я низко опустила голову, чувствуя себя предательницей.

— Клянусь! — Толя ухмыльнулся. — Ну рассказывай теперь…

Я вздохнула и кратко пересказала ему историю первого брака Алены с Олежеком…

— Ты считаешь, что она и мне уготовила такую же участь? — Толя хмуро на меня взглянул. — Ты точно знаешь, что она капает мне эту гадость?

— Я не знаю, — я вздохнула, — я просила ее не делать этого, но она лишь рассмеялась. Я думаю, что тебе просто надо быть осторожным…

Толя молча пожал плечами, а я снова кинулась к двери. На этот раз Толя останавливать меня не стал.

Я вышла на улицу и опустилась на первую же свободную скамейку. Правильно ли я сделала, рассказав все Толе? Но, с другой стороны, как я могла стать соучастницей убийства?

«Один раз ты ей уже стала, и тебя это обстоятельство не особо волновало». Я поморщилась и отогнала от себя тяжелые мысли. «А если Аленка не собиралась его убивать»?

Зазвонил сотовый, я вздрогнула.

— Да? — Это была Ритка, и я несказанно обрадовалась. — Ты где? Ты приехала уже?

— Да, я у себя в квартире. — Подруга была в отличном расположении духа. — Что нового?

— У меня такие новости, что о них не только говорить, думать не хочется…

— Что случилось? Приезжай ко мне, — предложила Ритка.

— Еду. — Я медленно поднялась со скамейки и потопала к ее дому.

— Как я соскучилась! — Едва я вошла в квартиру, Ритка тотчас бросилась мне на шею. — Как ты? Ты прекрасно выглядишь! Новая куртка?

— Новая, — ответила я похоронным тоном. — Ритка, я совсем запуталась…

И неожиданно для самой себя я разревелась.

— Я не уверена, что поступила правильно. — И, путаясь в словах и сбиваясь с мысли, я принялась рассказывать все подруге.

— Ну и дела… — Ритка схватилась за голову. — Поганая история, что и говорить, но мне кажется, ты поступила правильно…

— А если Алена и не собиралась его травить? — Я уже жалела о своем поступке.

— А если собиралась? — Ритка взяла меня за руку. — Как бы ты потом жила с этим?

— Не знаю, я совсем потерялась. — Я размазала по лицу профессионально нанесенный макияж. — Мне так плохо!

— Я тебя понимаю. — Ритка гладила меня по голове. — Нужно время, и все изменится… Надо подождать…

— Ладно. — Я всхлипнула и попыталась улыбнуться. — Ты-то как?

— За мной к родителям приехал Марек! — Ритка светилась от счастья. — Он сказал, что понял, что я это сделала в отместку ему…

— И? — Я не верила своим ушам.

— Он уже подал на развод и сегодня перевозит ко мне свои вещи. — Ритка улыбнулась. — Пока я ищу работу, он будет меня содержать. Марек вообще предлагает мне не работать…

— Зависеть от мужчины? — Я покрутила пальцем у виска. — Ты с ума сошла? — Через месяц он упрекнет тебя новыми туфлями, через полгода помадой, а потом ты будешь отчитываться за каждый кусок хлеба…

— Ты думаешь? — Ритка недоверчиво подняла на меня глаза. В них читалось, что у НЕЕ ТАК НЕ БУДЕТ. У кого угодно, только не у меня. У МЕНЯ ВСЕ БУДЕТ ПО-ДРУГОМУ!

— Поступай как знаешь. Я, пожалуй, поеду домой…

Мне стало совсем тоскливо.

— Ты позвони мне, ладно? — Ритка витала в облаках.

— Конечно. Пока!

Я вышла из подъезда и принялась бесцельно бродить по вечерним улицам, под мокрым снегом, местами переходящим в дождь. Сотовый молчал, и это пугало меня все больше. Наконец, когда мои белоснежные брюки превратились в иссиня-черные, а ноги окончательно промокли, я вернулась домой. Не зажигая света, прошла в спальню и, быстро скинув с себя одежду, забралась под одеяло.

Уснула я в слезах, уткнувшись носом в мокрую подушку.

— Мы с ней расстались… — Я услышала то, что хотела услышать больше всего. Толя приехал ко мне через десять дней.

— Из-за яда? — осторожно спросила я, чтобы облегчить свою совесть. Но получилось как раз наоборот.

— Яд? Нет, она ничего мне не капала. Думаю, я не входил в ее черные планы. Я ушел из-за тебя, но и… Жутко спать с женщиной, которая убила своего мужа! Тем более — я богат. Черт знает, что повернется в ее голове. А умирать в таком возрасте мне, честно говоря, не хочется.

— А как ты Аленке все объяснил? — Мне стало тоскливо-тоскливо. Получается, что я зря все это затеяла? Выдала подругу. Как мерзко! — Толя… — Я замешкалась. — Ты не будешь вредить Аленке?

— А за что? — рассмеялся он. — Меня же она убивать не собиралась, а что она проделала с первым мужем, меня не касается… Просто я решил быть от такой фурии подальше. А что тебя беспокоит?

— Получается, что я выдала ее секрет. — Я совсем приуныла.

— Да на кой мне сдались ваши бабские секреты? — Толя громко хмыкнул. — Я уж и забыл про все…

Я облегченно выдохнула.

— И все-таки, что ты сказал Алене? — Я безотрывно смотрела на Толю, осторожно дотрагиваясь до его плеча.

— По поводу нашего расставания? — не знаю для чего, переспросил он. Было очевидно, что меня волнует именно эта тема. — Я сказал, что мне понравилась другая женщина…

— И? Ты назвал мое имя? — Я замерла.

— Ты боишься, что ли? — Толя посмотрел мне в глаза. — Мести ее боишься?

Я обратила внимание, что за весь наш разговор Толя ни разу не назвал Алену по имени.

— Мне неудобно… — Я не могла подобрать другого слова. — И вообще, женщина, которая тебе понравилась, это я? — У меня наконец хватило ума задать главный вопрос.

— Ты. — Толя рассмеялся. — Иди, собирай вещи…

— Какие вещи? — Я растерялась.

— Свои вещи, теперь мы будем жить вместе. У меня. Просто у меня дом больше. — Толя улыбнулся как ни в чем не бывало. — Иди, я жду…

«А хочу ли я жить вместе с ним?» Я задумалась и растерялась, потому что не могла понять свои чувства. Но тем не менее отправилась паковать сумки, выбирая все самое сексуальное и откровенное. Потом мы сели в машину Толи и отправились куда-то за город. Все произошло так быстро, что меня не покидало ощущение нереальности случившегося. Что я делаю? Зачем? Наконец мы въехали в ворота.

У Толи оказался очень уютный дом, выполненный в минималистическом стиле — все просто и со вкусом. Два этажа, на первом — кухня и столовая, на втором — спальня и кабинет Толи. Подземный гараж и баня — во дворе, и высоченный забор.

— У меня еще есть квартира в городе, но я там бываю редко. — Толя открыл дверь, и мы вошли в дом. — Тебе здесь понравится! — убежденно заявил он и обнял меня за плечи. Мы сразу же занялись любовью, прямо в коридоре…

Сотовая связь здесь работала очень плохо, время от времени, то пропадая, то появляясь. Я уныло смотрела из окна спальни, взглядом провожая Толю до автомобиля.

Мужчина повернулся и помахал мне рукой. Я в ответ выдавила улыбку…

Прошло три недели с тех пор, как я переехала к Толе. Все время, пока он был дома, мы занимались любовью в самых разных местах. Один раз даже на капоте его автомобиля в подземном гараже. Когда Толя уезжал в город, я скучала. Мой день начинался с уборки второго этажа, а заканчивался уборкой первого. Я все время что-то мыла, скребла и готовила. Мне хотелось, чтобы мой мужчина ни в чем не нуждался. Чтобы по его возвращении весь дом блистал чистотой и сверкал от радости. К вечеру я уставала так, что у меня уже не было сил даже на разговоры. Я взглянула на свои руки с жалким подобием маникюра и поняла, что слегка переборщила в роли заботливой жены. Мне была нужна маникюрша, косметолог и, черт побери, общение с подругами!

Я взяла сотовый и, немного подумав, набрала Ритку. Аленке я звонить боялась…

— Привет!!! — Сквозь шум и шипение я едва расслышала ее голос. — Кто это?

— Ритка, да это я, Сьюзи!

— Ой!!! Ты куда пропала?! — закричала она. — Я к тебе вчера заезжала, хотела сюрприз без звонка сделать, а тебя нет! Ты где?

«Только вчера!» — грустно констатировала я и вздохнула:

— Я вроде как замуж вышла…

— Что? Что? Ничего не слышно! — орала Ритка. — Ты где?

— Давай встретимся через два часа в «Лакомке». Сможешь?

— Что? Ничего не слышу. — Ритка визжала как сумасшедшая. — Что?

— В «Лакомке»! Через два часа! — надрывалась я. Ну разве так можно общаться с людьми?

— В «Лакомке»? Хорошо! — выдохнула Ритка, и связь прервалась.

«Надо сегодня же попросить Толю, чтобы он провел в дом обычный телефон! — подумала я. — А то я чувствую себя словно пленница!» СТОП! Я даже остановилась на полпути. Пленница?!

— А ведь это мысль. — Я даже присела от удивления собственной доверчивостью. — Почему мне раньше это не приходило в голову? А что, если у Толи, кроме меня, есть еще женщина? Например, в городской квартире? А я — что-то вроде дачной домработницы?..

Я так отвыкла от людей, что даже сама с собой разговаривала вслух.

Я поспешно начала собираться — на дворе уже стояла весна, начало апреля, вовсю зеленели кусты и деревья, распустились цветы и щебетали птицы. Я до одури уже набродилась по окрестным лесам, и теперь мне хотелось в город — в пыль, духоту и серый воздух.

Я подошла к своим вещам и замерла: а ведь надеть-то нечего! Вещи, которые я захватила с собой почти месяц назад, были теплые и явно не соответствовали весенней погоде. Дома я больше не была, с Толей в город мы пока не выбирались.

«Куплю себе что-нибудь новое!» — решила я, вспомнив слова Толи: «Мое — это твое!»

Я вошла в кабинет и выдвинула передний ящик — я знала, что там лежат деньги. Нет, большие деньги Толя хранил в сейфе, а ключ носил с собой. В столе же лежала «мелочь»… Ну, может тысяча-полторы евро…

Я взяла пятьсот и принялась вызывать такси. Удалось мне это лишь с восьмой попытки, когда я была уже на грани нервного срыва.

Я влезла в уже затасканные джинсы и курточку и вышла во двор. Машина подошла лишь спустя полчаса ожиданий — водитель едва добрался до дома Анатолия.

— Ну, вы и спрятались здесь!!! — Мужчина зло закурил. — Я уж думал возвращаться обратно.

Мы доехали до города, и водитель заломил такую цену, что я едва не лишилась чувств. Но делать нечего — пришлось раскошеливаться. Я отдала сто евро и, тяжело вздохнув, вошла в магазин. Потратив триста евро, я призадумалась — надо было еще возвращаться «домой» и оставить деньги хотя бы на кофе — мы же с Риткой собирались посидеть в кафе.

Настроение испортилось ужасно, даже несмотря на новые брючки и легкую курточку небесно-голубого цвета. На салон красоты не оставалось ни денег, ни времени. В «Лакомку» я ворвалась с опозданием на сорок минут.

— Слава богу, ты не ушла! — с порога кинулась я к Ритке, которая со скучным лицом помешивала в стакане кофе.

— Сьюзи! Дорогая! Как я рада! — Ритка вскочила и кинулась мне на шею, привстав на цыпочки. — Ты что, поправилась?

Я вздохнула — я действительно поправилась и «обабилась», что ли. И это всего за месяц! За месяц жизни в лесу, поправила я себя.

— Да, — я махнула рукой, — зато ты выглядишь отлично! — Я не лукавила. Ритка похорошела, отрастила волосы и сменила «светлый блонди» на «пшеничный». Дорогое платье, сумочка из натуральной кожи, легкие сапожки на высоком каблучке… Передо мной сидела просто суперженщина.

Я инстинктивно спрятала неухоженные ногти в кулак и уселась напротив:

— Ну рассказывай! Как ты? Как Марек?

— Все отлично! — Ритка могла бы и не говорить этого. Весь ее вид кричал о счастье. — Мы собираемся пожениться.

— Когда? — Я была искренне за нее рада.

— Когда Марек разведется. — Ритка помрачнела. — Эта дрянь не дает ему развод…

— Ритка, она не дрянь, — я дотронулась до руки подруги, — у них общий сын… А это все меняет.

— Да знаю я! — Ритка сморщилась и заговорила о другом. Я видела, что это ее больная тема. — А ты как? Кто счастливец?

— Ты работаешь? — Я решила не отвечать на ее последний вопрос, пока не узнаю об Аленке.

— Нет. — Ритка рассмеялась. — Зачем? Мой муж прекрасно зарабатывает!

«Он пока тебе не муж», — заметила я про себя, но промолчала.

— Как Аленка? — спросила я, пряча глаза.

— Вы с ней не виделись после того случая? — Ритка вздохнула. — Да?

— Да. — Мне стало неуютно под ее взглядом. Знает ли она о моей подлости?

— Аленка нормально, впрочем, как всегда. У нее сейчас два любовника — один престарелый продюсер и… — Ритка странно на меня покосилась. — Так кто твой избранник?

Я, никак не связав воедино ее напряженный взгляд и вопрос, который она задала мне уже во второй раз, выдала:

— Да так, ты его не знаешь. — Я решила действовать как Аленка, которая никогда заранее не знакомила со своими мужчинами. — Скоро я вас с ним познакомлю…

— Вот и отлично! — неизвестно чему обрадовалась Ритка.

Мы еще немного помолчали.

— Расскажи, как Аленка. Меня вспоминает? — Меня просто не оставляла в покое эта тема.

— Скучает, но на тебя обижена. Ведь из-за тебя они едва не расстались с Толей. — Ритка ухмыльнулась. — Ты же знаешь, она от него в восторге — он просто секс-машина…

Я замерла, пытаясь сохранить на лице подобие улыбки.

— Что значит «едва не расстались»? Так они что, снова встречаются? — Слова, словно стальные горошины, падали из моего рта и с грохотом разбивались о столик. — ДА?

— По-моему, да. — Ритка озадаченно хмыкнула. — А тебя все еще интересует этот человек?

— Нет, конечно, нет. — Я вытерла испарину со лба и дрожащими руками взяла стакан кофе, расплескав половину на скатерть.

— Что с тобой? — От Ритки не скрылось мое волнение.

— Все в порядке. Они часто бываю вместе?

— В основном днем. — Ритка улыбнулась. — Я пару раз видела их в кафе…

— Понятно. — Я замолчала, маленькими глотками отпивая кофе: «раз глоток… два глоток… три глоток… четыре глоток…», я пыталась сосредоточиться на счете.

— У тебя точно все нормально? — Ритка старалась меня растормошить. — Ты на себя не похожа, честное слово…

— Все отлично! — Я проглотила слезы. — Передавай Алене привет и скажи, что я перед ней виновата.

— А сама позвонить не хочешь? — удивленно спросила подруга.

— Нет, я пока не могу. Ну, до встречи? — Я поднялась из-за стола.

— Ты на машине? — Ритка вскочила следом. — Нет? Давай я тебя подвезу…

Я удивленно вскинула брови:

— У тебя появилась тачка?

— Марек подарил, — почему-то смутилась Ритка. — На помолвку…

— Так и помолвка была? — с обидой в голосе спросила я. Мне казалось, что меня кинули все, кто мог…

— Была. — Ритка подошла ко мне и, приподнявшись, заглянула в глаза. — Я к тебе заезжала, но тебя все время не бывает дома, а позвонить я не догадалась.

Ритка врала очень неуклюже.

— Ничего. — Не было сил обижаться. — Поехали?

Мы вышли из кафе, и Ритка жестом пригласила меня в маленький ярко-желтый «Фольсфаген-Жук», припаркованный у кафе.

— Это твоя? — восхищенно присвистнула я. — Но где вы его откопали? Его же давно сняли с массового производства!

— Места надо знать. — Довольная произведенным впечатлением, Ритка уселась за руль. — Просто я в детстве мечтала именно о такой машине, и Марек осуществил мою мечту. Впрочем, и все остальные мечты тоже…

Я улыбнулась, мы поехали.

— Ты так далеко живешь? — поразилась Ритка, когда мы выехали за город.

— Да. — Я едва выдавливала из себя слова.

— Все нормально? — наверное, в сотый раз переспросила меня подруга.

— Да, — односложно буркнула я. — Спасибо, что подвезла.

В дом я ее по понятной причине не пригласила. Ритка обиделась. Когда ее желтый «жук» скрылся за деревьями, я открыла ворота и вошла во двор. Села на скамейку и разревелась в голос…

Толя был уже дома, странно, но я не заметила его машины — наверное, он уже поставил ее в гараж.

— Где ты была? — хмуро спросил он, едва я вошла в столовую. — Почему нет ужина?

— Ты продолжаешь спать с Аленой? — Я опустилась на стул и посмотрела ему в глаза. — Да?

— Это она сама тебе сказала?! — Толя страшно разозлился.

— Нет, вас видели вместе…

— Ты что, мне не веришь?! — взорвался он, окончательно выйдя из себя. — Не веришь?!!

— Вас видели вместе, — упрямо повторила я, из последних сил стараясь не разреветься.

— У нас есть общие дела по бизнесу. — Толя говорил отрывисто и зло. — Твоя подруга и ее новый мужчина вкладывают деньги в мое новое, еще строящееся казино…

Я прикусила язык — может, это правда?

— Все? Или еще есть вопросы? — Толя немного остыл и теперь говорил мягко. — Ты где была?

— Мы с Риткой пили кофе в «Лакомке», — я вздохнула и поднялась, — у Ритки новая машина, ей Марек подарил…

— Хочешь, я тоже подарю тебе машину, чтобы ты могла свободно передвигаться? — Толя подошел ко мне и подхватил на руки. — Хочешь?

— Хочу, — прошептала я, прижимаясь к нему. Толя усадил меня на стол, и мы, как обычно, занялись любовью.

А ночью я не могла уснуть — ворочалась с боку на бок, посматривая на безмятежно спящего Анатолия. Мне не давала покоя мысль, крепко засевшая в голове, не изменяет ли мне Толя. Ну не с Аленой, так с другой?

Я осторожно, стараясь не разбудить его, встала с постели и вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Босые ноги тотчас замерзли на голом полу. Я спустилась на первый этаж и подошла к гаражу — я решила обыскать машину Анатолия.

«До чего ты докатилась!» — сказала я себе, замерев в нерешительности.

«Если я не увижу в машине ничего подозрительного, буду спать спокойно!» — наконец решила я и снова поднялась наверх. На этот раз для того, чтобы взять из кабинета Толи ключи от гаража и машины.

Я вернулась вниз, уже практически обессилев от бессмысленных метаний туда-сюда.

«Зачем тебе это нужно? — орал мой разум. — Остановись!!!»

«Иди и все узнай!» — требовало сердце, и эмоции, как всегда, взяли верх.

Я открыла гараж и вошла внутрь. В темноте нащупала на стене выключатель и зажгла свет. Иномарка Толи стояла в свете зажженных ламп. Я вздрогнула.

— Ты в самом деле собираешься это сделать?! — вслух спросила я себя, и эхо повторило мои слова. Я бросилась назад, хорошенько ударившись лбом о косяк.

И остановилась.

— Я дойду до конца! — Я решительно подошла к автомобилю и открыла дверцу. Влезла внутрь и принялась рыться в бардачке. — Так… Жевательная резинка, презервативы(!), какие-то визитки, тряпочка, баллончик с аэрозолем…

Кроме презервативов, ничего «такого» там не было. От напряжения я даже взмокла.

— Сьюзи! Ты где? Сьюзи! — Услышав голос Толи, я замерла и, кажется, даже перестала дышать. От ужаса у меня остановилось сердце.

«Только не это!» — Я рванула из автомобиля, запуталась в собственных ногах и упала носом вниз. И тут я заметила пузырек, аптечный пузырек, который валялся под сидениьм. Я схватила лекарство и сунула его в карман пижамы.

— Сьюзи? — Судя по голосу, Анатолий спускался вниз.

— О господи! — пробормотала я и бросилась прочь из гаража. Едва я успела закрыть дверь, как Анатолий предстал передо мной во всей красе:

— Ты где? — Он сонно хмурился. — Что-то случилось?

Я стояла, боясь пошевелиться, в одном кармане пижамы у меня лежали ключи, а в другом пузырек. И если Толя сейчас до меня хотя бы дотронется, то все, пиши пропало…

— Я… я… — забормотала я, пятясь от него, — у меня расстройство желудка…

— А почему ты пошла в нижний туалет? — Толя недоверчиво покосился на мои карманы, ОТТОПЫРЕННЫЕ карманы…

— Я… я… у меня там туалетная бумага, — холодея под его взглядом, пролепетала я, хлопая себя по карману. — А в нижний туалет я пошла… потому что… потому что…

— Потому что? — переспросил Толя, сдвинув брови.

— Потому что наверху уже сильно пахнет! — выдала я и разревелась от страха. — Живот крутит, я побежала!

Я одним прыжком доскочила до туалета и заперлась изнутри.

— Тебе что-нибудь нужно? Может лекарство? — Толя подпирал двери.

— Я уже все выпила, сейчас пройдет. — У меня от пережитого стучали зубы.

— Я пойду спать? — Толя громко зевал. — Еще только пять утра…

— Иди, я скоро…

Я закрыла крышку унитаза и опустилась на него, у меня дрожали не только руки, но и ноги, и даже, кажется, уши. Я вытащила из кармана пузырек и прочла название…

Это было то самое лекарство, которое Аленка капала в питье своему старому мужу.

Я в голос охнула и схватилась за сердце.

Я пролежала, не сомкнув глаз, до тех пор, пока Толя не уехал на работу. Как только услышала шум закрывающихся ворот, сразу вскочила на ноги. Пузырек с лекарством я спрятала в своих вещах, в другой комнате, и сейчас кинулась к нему. Я хотела убедиться, что ничего не перепутала с перепугу или спросонья. Могло же мне показаться другое название? Или нет?

— Оно, — выдавила я из себя, вертя в руках лекарство. Я ничего не спутала, не придумала — это был он, яд. И пузырек был наполнен на две трети.

— Господи! Господи! Господи! — Я кружила по комнате, не зная, что же делать. Мои мысли лихорадочно метались. Аленка все-таки пыталась отравить Толю? Так значит, он все знает? Тогда почему скрывает это? А может быть, Толя сам травит… меня?!!

— Бред! Успокойся! — Я заставила себя спуститься вниз, на кухню, и заварить себе чай с мятой. — Еще есть время…

Я грела ледяные пальцы о кружку и напряженно думала, что бы это могло значить. Когда чай был выпит до последнего глотка, я пришла к решению.

— Пора отсюда сваливать! — сказала я сама себе. — Ради собственной же безопасности!

Связав воедино слова Ритки и найденный пузырек, я решила, что Аленка и Толя в сговоре. Нетрудно догадаться, против кого…

Я прислушалась к своему организму — вроде не тошнит или уже тошнит? Может быть, яд начинает действовать сразу же?

— Да что я им сделала?! — возмутилась я, страшно перепугавшись собственной догадки. — Я же ненужный свидетель, обладающий информацией… — охнув, поняла я. Мне стало дурно, я решила, как только вернусь домой, пойду к врачу. И сдать все анализы… У меня же молодой, здоровый организм, я не могу загнуться так же быстро, как Аленкин старикашка!

Я бросилась собирать вещи — металась по комнатам, заглянула даже в ванную и вытащила оттуда ворох всякого барахла. Набралось четыре тяжеленные сумки…

— Откуда все взялось?! — Я удивленно смотрела на свою поклажу. — Помнится, к Толе я приехала всего с одним чемоданом…

«До такси дотащу! — решила я. — Вот только где мой сотовый?»

Я обшарила всю тумбочку, на которой обычно лежал телефон, — ничего. Заглянула под все столы и стулья, даже диван отодвинула — пусто.

— Господи, да куда я его дела?!! — Сотовый сейчас был жизненно необходим, ведь это была единственная связь с миром. Без него мне даже такси не вызвать.

Я бросилась в ванную и посмотрела за унитазом, потом спустилась в нижний туалет — тщетно.

— Может быть, сунула его вместе с вещами в сумку? — попыталась сосредоточиться я и хоть что-нибудь придумать. Тяжело передвигая ноги, поднялась в спальню и вывалила содержимое всех четырех сумок прямо на ковер. Телефона не было.

— Ну и черт с ним!!! — заорала я неизвестно кому. — Значит, я пойду пешком!!!

Я собрала документы и все самое необходимое в одну сумку, оделась потеплее, несмотря на ярко светящее весеннее солнце, взяла на кухне бутыль с водой и пачку печенья.

Я вышла из дома и захлопнула дверь. Ключи я повесила на дверную ручку. Стараясь не бежать, я быстрым шагом подошла к воротам и взяла пульт управления. По привычке нажав на красную кнопку, я стала ждать, пока огромные железные двери разъедутся в сторону… Но уже прошла минута, а ворота так и оставались неподвижными.

Я снова нажала на кнопку — с тем же результатом…

— И что это значит? — Волнуясь все больше, я кинула пульт на землю и побежала к калитке, через которую выходила уже много раз. Дверь была закрыта снаружи, я изо всех сил дернула дверь, но она не подалась.

— Он запер меня на замок! — Ужас переполнил мое сердце. — Боже мой!!!

Я поняла, что оказалась в ловушке.

Я бросила сумку на землю и побежала вдоль забора, надеясь найти прореху, сквозь которую смогу выбраться. Но чем дальше я бежала, тем отчетливее понимала, что выбраться мне не удастся…

Забор был высоченный, метра два, кирпичный, с колючей проволокой по верху…

— Мы же в лесу живем, — обычно смеялся Толя. — Нам необходимо заботиться о собственной безопасности…

Я металась, как тигр в клетке, до тех пор, пока не запнулась о камень и не растянулась посреди двора. Слезы боли, страха и отчаяния брызнули из глаз.

— Я все равно отсюда выберусь!!! — закричала я, грозя кулаком свинцовым тучам, — еще час назад светило яркое солнышко, а теперь поднялся ветер, и небо быстро заволокло облаками. — Выберусь!!! — крикнула я, надрывая голосовые связки. Мой крик отчаяния совпал с раскатом грома. Налетел порывистый ветер, и закапал дождь.

Я поднялась с земли и побрела в дом, низко склонив голову. Моя сумка так и осталась лежать у ворот, я совсем про нее забыла, а когда вспомнила, уже не было сил возвращаться на улицу… Я села прямо в коридоре и прижалась спиной к стене. Меня парализовало от безысходности и ужаса.

Дождь лил сплошной стеной, молнии то и дело освещали мое заплаканное лицо. Грохот стоял страшенный…

— Ты что здесь сидишь? — Толя открыл дверь своим ключом. — Почему твоя сумка валяется у ворот? — Он протянул мне мокрую сумку. — Что происходит?

Я вздрогнула и вскочила на ноги, из-за грозы я не расслышала, когда он вернулся.

— Я хочу уехать домой, а ты меня запер! — У меня дрожали губы.

— Прямо сейчас? — Толя кивнул на улицу. — Там потоп. Ты мне можешь что-нибудь объяснить?

— Не подходи ко мне! — завизжала я, бросаясь к лестнице, ведущей на второй этаж. — Не подходи!!!

— Ты что, сдурела? — Толя рассмеялся, и у меня от этого смеха поползли мурашки по коже. — Ты куда?

— Зачем ты взял мой сотовый?! — заорала я, перегибаясь через перила. — Зачем?!!

— А зачем ты шарила в моей машине?! — внезапно грубо рявкнул Толя, медленно поднимаясь за мной.

— Что? — Меня словно окатили ледяной водой.

— Ты забыла выключить свет. — Толя снова рассмеялся. По его лицу стекала вода, капельки дождя падали на пол… — Ты забыла выключить свет в гараже. Так что ты там искала?

Он подходил все ближе и ближе. Я продолжала пятиться. Мне казалось, что это всего лишь страшный сон, ну не может такое происходить на самом деле!

— Так что ты искала?!! — заорал Толя, прижимая меня к стене. — Что?!!

— Я нашла яд, — онемевшими губами произнесла я и резко толкнула его в грудь. От неожиданности Толя покачнулся, потерял равновесие и, сделав два шага назад, отлетел к перилам лестницы. Со страшным скрежетом перила оторвались от стены, и Толя упал вниз…

— О господи! — От ужаса я не могла пошевелиться. Так и стояла, прислонившись к стене и закрыв глаза. В доме было тихо, лишь редкие раскаты грома продолжали сотрясать округу. Гроза уходила прочь…

— Сука! — Толя медленно поднимался по ступенькам. — Ты меня едва не убила…

Его правая рука висела вдоль туловища, лицо было ободрано в кровь, он хромал.

— Тварь! — рявкнул Толя, и я наконец вышла из оцепенения. С визгом я бросилась в спальню и попыталась закрыть дверь. Ударом плеча Толя вышиб ее и подошел ко мне.

— Зачем ты это сделала? — Он смотрел на меня страшными, чужими глазами. — Зачем?

— Что? — Губы отказывались меня слушаться. — Что я сделала?

— Сама виновата, — прошипел Толя и протянул ко мне левую руку. Я попятилась и больно ударилась о туалетный столик. Толя подошел ко мне вплотную и схватил за горло…

— Я научу тебя уважать мужчин!!! — рявкнул он и сжал пальцы левой руки. У меня перехватило дыхание, и все поплыло перед глазами. Я опустилась на тумбочку и попыталась оторвать от себя руку Толи — бесполезно. Он держал меня за горло мертвой хваткой…

Еще мгновение, и у меня зазвенело в ушах. Я нащупала на тумбочке маникюрные ножницы и с размаху всадила их в горло Толи. Он громко крякнул и сразу же осел на пол. Я повалилась рядом, хватая воздух, словно рыба, выброшенная на берег. У меня потемнело в глазах, и я потеряла сознание.

А когда очнулась, Толя был уже мертв — у него из кадыка торчали изящные позолоченные маникюрные ножницы, вогнанные в плоть почти полностью…

Я отползла в угол комнаты и закрыла глаза.

«Это сон! Это сон! Это сон!» — твердила я себе, пытаясь сохранить остатки рассудка. В комнате пахло медью — это кровь медленно вытекала из развороченного горла мужчины, с которым я еще вчера занималась любовью…

Могу предположить, что я сидела так довольно долго, молча и неотрывно следя за струйкой крови, ползущей по полу. Оказывается, пол был неровный, с уклоном к двери. Туда кровь и ползла…

Я не могла ни пошевелиться, ни даже двинуть рукой. Я следила глазами… безотрывно следила глазами… за кровавой лужицей, двигающейся плавно и медленно, словно она была живая. Это только в дешевых триллерах женщины страшно орут, визжат и вопят до тех пор, пока им на помощь не прибегут соседи, полиция или супермен. Я орать не могла. Визжать тем более. Я даже не могла тихо говорить.

Кровь остановилась и начала скапливаться в лужу, постепенно разбухая и увеличиваясь в размерах. Я шевельнулась, чтобы подтянуть ноги к груди, — я сидела около самой двери, и теперь кровь подобралась ко мне вплотную. Слабое движение вызвало во мне цепную реакцию: я пошевелила ногами, потом расцепила затекшие руки, потом смогла отвести глаза, а потом вскочила на ноги и бросилась вниз. На первом этаже была груда битого стекла, видимо, Толя упал на стеклянный журнальный столик, сломанные перила и еще неизвестно откуда взявшийся мусор. Я выбежала во двор и бросилась к калитке. К моему счастью, она оказалась открытой, наверное, это Толя, вернувшись домой, забыл ее запереть, попав под тропический ливень. Я рванула на себя дверцу и вылетела в чем была на дорогу. Бежала я долго, до тех пор, пока левая нога не подвернулась на мокрой от недавнего ливня земле. Я пролетела приличное расстояние по воздуху и с размаху плюхнулась лицом вниз. Сначала боли я не почувствовала и тут же вскочила на ноги. Но… черт… похоже, я вывихнула плечо. Во всяком случае, правая рука (как у Толи!) повисла вдоль туловища тряпкой, и даже малейшее движение вызывало мучительную боль.

«О господи, что я наделала!» — Я огляделась вокруг — одна, на дороге, а в доме — труп… И кругом — отпечатки МОИХ пальцев.

Я не хочу в тюрьму, — пробормотала я, поворачивая обратно. Из последних сил я бросилась назад, в дом. Надо было спрятать Толю… Закопать? Сжечь? Меня передернуло, но я продолжала упрямо идти вперед, стараясь не обращать внимания на колющую боль в плече. Я вошла во двор и крепко-накрепко заперла за собой дверь. Все приходилось делать одной рукой, к тому же левой, и я изрядно намаялась, пока закрыла калитку.

Я вошла в дом и замерла, не в силах сделать ни шагу вперед.

— Хочешь в камеру? К теткам? — тихонечко спросила я саму себя. — Как ты думаешь, им понравится девочка-мулатка?

Я вздрогнула и начала медленно подниматься наверх. Лестница скрипела (раньше я этого не замечала), и каждый скрип отдавался оглушительным звоном в голове.

Когда я подошла к спальне, у меня мелькнула шальная мысль: а что, если Толи там нет? Ну нет, и все? Я набрала в грудь побольше воздуха и заглянула в дверной проем — выбитая дверь висела на одной петле. Толя был там. Мало того, кровь начала подсыхать, а лицо трупа посинело…

Я отвернулась, и меня вырвало.

— Я никогда не смогу до него дотронуться! — простонала я, опускаясь на пол. — Никогда!

И снова впала в оцепенение, из которого меня вывел очередной раскат грома, похоже, на сегодня гроза выполнила не весь намеченный ею план.

Я медленно, помогая себе левой рукой, поднялась на ноги и вошла в комнату, стараясь не дышать носом. Подошла к Толе и, схватив его левой рукой, попыталась вытащить наружу. От усилия правое плечо словно взорвалось дикой болью — я застонала и разжала побелевшие пальцы. Было понятно, что одной мне не справиться никогда.

Я, брезгливо морщась, залезла Толе в карман брюк и вытащила его сотовый. Набрала Ритин номер.

— Да? Алло? — Я едва слышала голос подруги.

— Рита! Приезжай! — Я не узнавала саму себя. — Приезжай, у меня… у меня…

— Сьюзи? Это ты? — рассмеялась Ритка. — Что? Я ничего не слышу!!!

— Приезжай, или я погибла! — из последних сил крикнула я, и связь прервалась. Сверкнула молния, на мгновение ослепив меня, затем грянул гром. Я вздрогнула, телефон выскользнул из моих рук и упал прямо в лужу крови…

Шатаясь, я вышла из комнаты и легла на полу в коридоре второго этажа. Закрыла глаза и впала в полубессознательное состояние — я то дремала, то просыпалась, болело плечо, гудело в голове, перед глазами плыли разноцветные огни.

Проснулась я от дикого грохота, доносящегося неизвестно откуда. Я с трудом открыла глаза и попыталась подняться — весь правый бок тут же обожгло, и я, вскрикнув, повалилась обратно на пол.

«Какого черта я здесь делаю?» — Я страшно удивилась, очнувшись в коридоре. В окна второго этажа светило яркое солнце, громко пели птицы. Странный грохот повторился вновь. Я, охая, поднялась на ноги и поплелась вниз — практически на автопилоте. Очень болела права рука, пальцы посинели и совсем не двигались. Спустившись на первый этаж, я поняла: это ломились в дверь.

— Сьюзи!!! Сьюзи!!! — орала Ритка.

Я открыла засов и…

— Боже мой!!! — Ритка отпрянула, едва взглянув на меня. Около нее стояла Аленка, она схватилась за сердце.

— Что с тобой?! — Девчонки бросились ко мне. — Калитка нараспашку, дверь ты не открываешь. Ты упала?

— Я? — Я удивленно подняла на них глаза и тут же все вспомнила. Вчерашний кошмар ожил снова. Я опустилась на пол и заревела.

— Что? Что?! — Ритка крутилась вокруг меня, не зная, чем помочь. Аленка пошла наверх.

— Зачем ты привезла ее с собой? — Я вытерла слезы и кивнула в сторону ушедшей Алены. — Они с Толей хотели меня убить…

— Ты что?! — Ритка выкатила на меня глаза. — С ума сошла?!! На-ка, попей водички…

Ритка рванула на кухню и принесла мне стакан воды.

— Я туда накапала сорок капель валокордина, выпей…

Не морщась, залпом, я все выпила и замолчала.

— Ты вчера мне звонила. — Ритка огляделась вокруг, не зная, куда бы присесть. — Мы с Мареком и Аленой сидели в кафе, я ничего не расслышала. Мы с Аленкой договорились, что сегодня утром приедем к тебе. На ее машине, она согласилась меня подвезти, мой «жучок» чуть сломался… Сьюзи, вас ограбили? — Ритка показал рукой на битое стекло и прочий мусор. — Что случилось?

— Слава богу! — Аленка спустилась вниз. Ее лицо было бледным, а глаза горели адским пламенем. — Слава богу, это ничтожество мертво…

— Что? — Ритка посмотрела на нее как на сумасшедшую. — Кто умер?

— Кто-то прикончил Анатолия. — Аленка не могла скрыть радости. — Кто, Сьюзи? Это ты?

Ритка отшатнулась от меня, как от прокаженной.

Я подняла на Алену глаза:

— Твой план не удался? Я нашла в машине у Толи лекарство, которое ты обычно используешь в своих темных делишках…

— Что? — Алена искренне удивилась. — Ты о чем?

— Не притворяйся, — я, как могла, рассмеялась, — вы же с Толей были любовниками, насколько я понимаю, я вам мешала…

Ритка переводила взгляд с меня на Аленку, сохраняя молчание.

— Любовниками?! — Алена нервно, почти на грани истерики, рассмеялась. — Да этот мудак шантажировал меня, вымогая деньги! Я отстегивала ему по пять штук каждый месяц за его молчание…

— Что? — Ритка опустилась на пол рядом со мной.

— Как? — Я опешила. — Как?!

— А вот так — Аленка протянула мне руку и помогла подняться. — После того как ты растрепала ему все о моем первом браке, Толя явился ко мне домой и потребовал денег за молчание. Иначе он грозил сдать меня не только ментам, но и всей многочисленной родне Олежека. И еще неизвестно, что страшнее.

— Господи… — только и могла вымолвить я. Ритка встала с пола и подошла к лестнице, ведущей наверх.

— Он там? — спросила она то ли у меня, то ли у Алены.

— Да, с ножницами в горле, — относительно спокойно произнесла Аленка, Ритка пошатнулась:

— Сьюзи, кто это сделал?

— Я. — Я пожала плечами. — Это сделала я. Я оборонялась, он хотел меня задушить, а может, и не хотел… Я не знаю…

— У тебя на шее синяки. — Аленка вздохнула.

— Ты меня ненавидишь? — Я подняла на нее глаза. — Я думала, что ты хочешь убить Толю, и поэтому его предупредила…

— Ты не предупредила, ты меня сдала, — хмуро возразила Аленка. — Из-за тебя я отдавала этому подонку не только свои «алименты», но и брала деньги у Алика…

— Почему ты не приехала к Сьюзи и все ей не рассказала? — Ритка подошла ко мне и осторожно начала ощупывать мое правое плечо.

— Он мне сказал, что если хоть раз увидит нас вместе, то сразу же сдаст меня со всеми потрохами. Куда я могла приехать? К нему на дачу? — Аленка стояла посреди кухни, солнечные лучи играли в ее роскошных волосах, делая их огненно-красными. — Я находилась на грани безумия!

— Прости меня! — Я низко опустила голову. — Прости меня, Алена, я такая дура…

— Ты сама себя наказала. — Аленка тяжело вздохнула. — Что думаешь делать дальше?

— Не знаю…

— У тебя вывих, — Ритка приподняла мою правую руку, — потерпи немного. — Она отклонила руку назад и изо всех сил рванула. Что-то хрустнуло, и сустав встал на место.

Я заорала от боли.

— Сейчас все пройдет. — Ритка погладила меня по плечу. — Но вывих долго не вправляли, поэтому началось воспаление. У тебя есть какие-нибудь лекарства?

— В ванной, в аптечке, — кусая губы от боли, произнесла я. Действительно, рука ожила, пальцы начали шевелиться, хотя и с трудом.

— Откуда ты все знаешь? — Аленка посмотрела в спину удаляющейся Рите. — Ты кем была в прошлой жизни? Врачом?

Ритка промолчала.

— Как мало мы, оказывается, о ней знаем. — Аленка улыбнулась. — Для крупье она слишком много знает и умеет…

Ритка вернулась через три минуты и принесла мне горсть таблеток:

— Выпей все. Потом мы отвезем тебя к врачу.

— Девочки, — я беспомощно огляделась, — я не знаю, куда деть… Толю…

— Труп? — Аленка произнесла это слово с наслаждением, и я вздрогнула.

— Да…

— Я думаю, что расчленять мы его не станем, — продолжила Аленка. Я побледнела, Ритка пошла красными пятнами… — Сжигать тоже опасно, осталось оставить все как есть.

— Я не хочу в тюрьму. — Я отпрянула назад.

— А ты там и не будешь. — Аленка критически оглядела меня с головы до ног. — Быстро в ванную, умойся, вымой ноги. Ты своими ногами затоптала весь дом. Кругом засохшая грязь и земля…

— И что дальше? — Ритка не сводила с Аленки глаз.

— Сейчас Сьюзи приведет себя в относительный порядок и будет нам помогать. Мы с тобой перемоем весь дом, надо убрать отпечатки ее ботинок. Сьюзи, ты вытащишь ножницы из горла Толи и вытрешь их. Потом оботрешь все, к чему ты могла прикасаться. Я думаю, тебе придется обтирать практически все.

— Дальше? — Я никак не могла понять смысл ее действий.

— Дальше? — Аленка ухмыльнулась. — В доме есть сейф?

— Есть, на втором этаже, в кабинете. — До меня начало доходить.

— Надо взломать сейф, именно взломать, даже если ты знаешь, где лежит ключ. Заберем деньги, сунем трупу в горло нож, вряд ли бомжи стали бы пользоваться маникюрными ножничками, это сразу выдает женщину.

— Разыграем ограбление? — Ритка все поняла.

— Вот именно. — Аленка посмотрела на меня. — Иди, умывайся, собирай свои вещи. Здесь не должно остаться даже твоего волоса…

— Иду. — Я как могла быстро поплелась в ванную. Из зеркала на меня смотрела страшная, исцарапанная, разбитая физиономия, не имеющая ничего общего с моим лицом.

— Сьюзи! — крикнула Алена. — Тебя кто-нибудь видел здесь? На дороге?

— Нет…

— Тогда порядок…

Сложнее всего было взломать сейф. Мы перепробовали все имеющиеся в доме инструменты — бесполезно. И тогда Аленка предложила нам его просто увезти. Но сейф оказался неподъемным.

— Придется сначала открыть ключом, а потом погнуть дверцу. — Аленка стояла напротив ненавистного сейфа и думала. — Получается, что воры сначала хотели открыть самостоятельно, а потом нашли ключи… Хоть какая-то логика.

Ключ от сейфа был у Толи в бумажнике. Его, впрочем, как и ножницы из горла, достала Аленка. Я не могла себя пересилить.

Мы открыли сейф и вытащили деньги. Пятьдесят тысяч долларов, какие-то документы и слиток золота весом около килограмма.

— Тридцать штук я беру себе — это за моральный ущерб и мои личные деньги, которые я отдала этому мудаку. Кому нужны еще двадцать?

Ритка отшатнулась:

— Мне не надо….

— Мне тоже… — Меня мутило при виде этих пачек евро.

— Зря. — Аленка улыбнулась. — Сьюзи — убийца, мы соучастники убийства. Теперь мы все повязаны одной ниточкой. Так хотя бы денежная компенсация за этот кошмар…

— Мне не надо. — Ритка устало присела на краешек стула. Был уже поздний вечер, весь день мы отмывали дом.

— Как хочешь. А тебе, Сьюзи, я думаю, нужны деньги. — Аленка протянула мне две тугие пачки. — Чтобы на время уехать из страны.

Я молча взяла евро и документы из сейфа.

— Только имей в виду, — Аленка посмотрела на папку с бумагами, — если их кто-нибудь у тебя найдет, ты сразу сядешь. Это прямая улика. Лучше сожги.

— Я так и сделаю…

Все вместе мы еще раз прошлись по комнатам. Все чистенько, прибрано, вымыто. В спальне я задержалась — из горла Толи торчал нож. Меня передернуло…

— А теперь идем в гараж, надеваем грязные вещи, ни в коем случае не снимаем перчатки и все бьем, — скомандовала Алена. — Крушим мебель, бьем посуду…

— Зачем? — Мы с Риткой были без сил.

— Это ограбление, девочки, а не бал благородных девиц. — Аленка пошла вниз, мы следом.

Через два часа, когда дом превратился в хлев, мы наконец выбрались за калитку.

— Подождите. — Аленка зачем-то вернулась в гараж.

Мы с Риткой сидели у нее в машине с закрытыми глазами и молчали.

— Как рука? — спросила Ритка, не поворачивая ко мне головы.

— Лучше… — Я едва смогла открыть рот.

— Все равно надо к врачу…

— Ты и есть врач…

— Откуда ты знаешь? — Ритка встрепенулась.

— Я пошутила…

— Вот и все. — Аленка сбросила обноски в пакет и залезла в машину. — Я кирпичом разбила его машину, пусть думают — то ли угнать хотели, то ли еще чего… Калитку, главное, не закрывать. Здесь все равно бомжи есть, набредут…

Мы тронулись с места. Отъехав от дома на приличное расстояние, Алена свернула в лес.

— Надо сжечь бумаги и пакет с одеждой и перчатками…

Мы выгрузились из «Рено» и углубились в чащу.

— Здесь! — Алена остановилась и огляделась. Мрачный лес, поваленные деревья.

Ритка умело (!) разожгла костер, и Аленка высыпала в полыхающий огонь вещи.

— Подожди. — Я взяла папку с документами и присела на поваленное дерево. Я открыла папку и углубилась в бумаги….

— Что там? — Ритка и Аленка склонились надо мной.

— Вы только посмотрите!!! — Я протянула им мелко исписанный листок. — Это расписка… И это… А это дарственная… И это… Лазерный диск…

— Да тут сплошной криминал! — Аленка с интересом читала бумаги. — А я все думаю, ну откуда у него столько денег? И казино открывает, хотя сейчас это практически нереально, и спонсирует…

— Смотрите! — Ритка выхватила из моих рук мелко исписанный листок. — Фамилия Овощ вам ничего не говорит?

— Это тот, у которого в прошлом году дочь украли? — Аленка громко охнула. — Да?

— Тот. — Ритка быстро пробежала по листку глазами. — Он передает Толе все движимое и недвижимое имущество.

— Боже мой! — Я ладонями закрыла глаза. — Это ужасно…

— Ты не помнишь, ребенок жив остался?

— Не помню. — Ритка вздохнула. — Я только знаю, что и этот Овощ, и вся его семья после всего этого сразу уехали из города…

Мы замолчали.

— Это нельзя сжигать, — я собрала все листки в кучу, — это может пригодиться.

— Да, я согласна. — Аленка криво ухмыльнулась. — Я и предположить не могла, с каким монстром познакомил нас Марек…

Мы одновременно взглянули на Ритку, она побледнела:

— Вы думаете, что Марек тоже… того? — У нее не хватило духу произнести эти слова вслух.

— Вполне возможно. — Аленка внимательно наблюдала за тем, как я снова завязываю папку. — И куда ты ее теперь? Домой нельзя, на тебя могут выйти как на свидетельницу…

— Можно закопать папку здесь. — Я положила документы в пакет. — У тебя в машине есть лопата?

— Есть, маленькая. — Аленка протянула мне ключи. — Иди, возьми, в багажнике…

Я оставила папку на поваленном дереве, и мы вместе с Риткой отправились к «Рено», который алел между деревьев.

— Ты не знала? — Ритка посмотрела на меня недоверчиво.

— Конечно же нет! — У меня уже не было сил расстраиваться. — Ну и влипла же я…

— Да… — вздохнула Ритка. — А я вот думаю, во что сама влезла. И самое главное, что Мареку ничего рассказывать нельзя. После того как ты мне позвонила… — Внезапно Ритка замерла, словно соляной столб.

— Что? — Я удивилась и тоже остановилась. До Аленкиной машины мы не дошли около метра.

— Где сотовый Толи, с которого ты мне звонила? — Ритка смахнула с бледного лица развевающиеся на ветру волосы. Короткая стрижка отросла, и теперь она носила элегантное каре.

— Сотовый? — У меня оборвалось сердце. — Он… он… лежит около трупа… упал в кровь…

— Ты поняла? — Ритка подошла к машине и облокотилась на капот. — Ты поняла, что в нем остался номер МОЕГО телефона? И время звонка соответствует времени смерти… Это нетрудно установить…

— Что делать? Снова возвращаться в дом? — Только при одной мысли об этом мне стало дурно.

— Твои предложения? — Ритка тяжело вздохнула. — Будем сидеть в одной камере и играть в шахматы…

— Я возвращаюсь назад. — Я решительно кивнула головой. — А вы закопайте документы и идите по домам. Вы и так сделали для меня слишком много…

— Что тут у вас? — К нам подошла Аленка. — Куда вы пропали?

— Сотовый Толи остался у трупа, я звонила с него Ритке, еще вчера, — выдавила из себя я. Мне казалось, что этот кошмар уже никогда не кончится.

— Надо вернуться и забрать телефон. — Аленка пожала плечами. — Хотя звонки можно восстановить и в сотовой компании, но я не думаю, что Толин телефон был зарегистрирован на его паспорт. Так что осталась лишь одна улика, зато стопроцентная. По этому звонку мы все вместе и сядем…

— Я еду, — я вздохнула, — я еду обратно…

— На моей машине нельзя, — спокойно ответила Аленка. — Она слишком заметная, нельзя мелькать туда-сюда…

— Тогда на чьей? — задала вопрос Ритка.

Мы замолчали.

— Я пойду пешком, — чуть не плача, сказала я.

— На ночь глядя? — Аленка ухмыльнулась. — Через два часа стемнеет, куда ты пойдешь?

— Тогда что делать? — Я снова почувствовала себя в ловушке.

— Велосипед! — воскликнула Аленка. — Нам нужен велосипед. Я предлагаю доехать до первого магазина спорттоваров и купить тебе велосипед.

— Пока мы будем ездить туда-сюда, — буркнула Ритка, — закроются все магазины, это раз, и, во-вторых, ты прикинь, сколько Сьюзи надо будет пилить до дома Толи. На велике!

— Хорошо. — Аленка вздохнула. — Давайте купим велик с рук. У первого встречного…

На том и порешили. Мы выехали на трассу и стали медленно двигаться в сторону города. Дедка на старом обшарпанном «Зените» мы заметили сразу же.

Аленка предложила ему двести баксов, и дедок тотчас слез с велосипеда. Даже корзинку оставил на багажнике. Молча и без слов.

— Ну, с богом! — Ритка перекрестила меня на прощание, и я села на велосипед, на котором не ездила лет десять. К тому же болело правое плечо, но деваться было некуда.

— Позвони, когда все закончишь! — Аленка махнула мне на прощание, девчонки сели в автомобиль и быстро уехали. Я снова осталась одна, уже смеркалось, и вновь стал накрапывать дождь.

Я принялась крутить педали, сначала то и дело выставляя ногу на землю, чтобы избежать падения, потом стало получаться гораздо увереннее. Но все равно до дома Анатолия я добралась лишь к полуночи.

Дул сильный ветер, калитка противно скрипела и ударялась о забор. Я въехала на велосипеде внутрь двора и заперла калитку. Спустилась на землю и остановилась в нерешительности — вокруг было темно и тихо, но это была плохая тишина, словно затишье перед бурей. Мелкий противный дождь, который я уже практически не замечала, да улюлюканье неизвестной мне ночной птицы. Я подошла к дому и снова остановилась. Мне надо было зайти в дом, подняться на второй этаж… подойти к трупу… и вытащить из ЛУЖИ ЗАСОХШЕЙ КРОВИ телефон…

«Я не могу этого сделать!» — тихонько заскулила я и опустилась на крыльцо. И в этот миг я услышала отчетливый шум в доме, словно кто-то передвигал мебель. Потом послышался грубый мужской голос…

Я просто помертвела от страха, вопль ужаса застыл у меня в горле. Скрип лестницы, звон разбитого стекла, шуршащего под ногами, — по дому кто-то ходил!

Я рванула за баню и очень вовремя упала на землю — входная дверь отворилась, и на крыльцо вышел высокий мужчина, что-то держащий в руке.

— Пойду возьму в машине фонарик! — прокричал он и двинулся к калитке. Я вжалась в землю. Мужчина быстрым шагом подошел к калитке и дернул дверь на себя. Потом еще раз и еще. Он удивленно огляделся и пошел назад.

В это время из дома вышел еще один мужчина, в темноте мне было трудно разглядеть его лицо.

— Коль, тут генератор сломан, поэтому и света нет!!! — прокричал он во двор.

«Еще бы», — подумала я, это мы с девчонками постарались.

— Андрей, на кой ты закрыл калитку? — первый мужчина подошел к Андрею…

«Андрей!!!» — Я чуть не вскрикнула от удивления. Вот кого-кого, а его я ожидала увидеть здесь меньше всего. Андрей, друг Марека и неудавшийся «кровавый» любовник Аленки, с которыми мы когда-то сидели в ресторане!

— Я? — Андрей искренне удивился. — Да я в доме был, там темно, ни черта не видно…

— Тогда кто нас закрыл? — Коля шумно задышал и огляделся. Я наблюдала за мужчинами чуть сбоку, была очень темная ночь, луну то и дело закрывали тучи…

— Может, Толян? — предположил Андрей. — Может, это у него юмор такой?

— Какой на… юмор?! — громко выругался Коля. — Он на звонки не отвечает, в доме разгром, ты чего, спятил?

— А может, он того, свалил? — шепотом спросил Андрей.

— Ты хочешь сказать, он нас кинул?! — взревел Коля. — Постой! Но все равно в доме есть еще кто-то, кроме нас.

— Хрен ты его найдешь в такой темноте. — Андрей говорил отрывисто и быстро.

— Точно, ни хрена не видать, — вздохнул Коля. — Сейчас позвоню Толяну еще раз…

Трель сотового чуть слышно раздалась из дома. Я-то знала, ГДЕ лежит мобильник.

— Он дома, — обрадовался Коля и первым рванул в дом. — Стой здесь! — на ходу приказал он Андрею. — Не забывай, с нами еще кто-то…

Я мысленно выругалась — я еще продолжала надеяться на чудо, думала, может быть, мне удастся сбежать.

— Дело плохо. — Коля вернулся даже раньше, чем я предполагала. — Он там, на втором этаже…

— И?

— И?! Да он уже труп, причем, судя по внешнему виду, довольно давно, — мрачно сообщил Коля. — Надо валить отсюда…

— А как же бумаги? — забеспокоился Андрей.

— Бумаги? — Коля на мгновение замер. — Да где ты их найдешь в такой темноте? А до утра ждать опасно. В доме труп уже неизвестно сколько времени. А что, если Толяна еще кто-нибудь хватится, как мы? И тоже припрется сюда? Что ты им будешь объяснять?

— Валим! — Андрей рванул к калитке.

— Постой! — Коля опять выругался. — Нельзя оставлять эти бумаги в доме…

— Тогда что?

— У тебя сколько бензина в машине?

— Полный бак, — живо ответил Андрей. Было видно, что ему не терпится унести отсюда ноги как можно быстрее.

— Отлично, иди, слей в канистру и неси сюда…

— Спалим все? — догадался Андрей.

— Точно…

Андрей проворно вылетел за ворота, а я осторожно поднялась на ноги. Калитка была открыта, и я медленно двинулась к ней.

— Ты куда?!! — Словно чертик из табакерки, Колян вынырнул из темноты и схватил меня за больное плечо. Я взвыла…

— Баба? — удивился мужчина. — Ты кто?

Я попыталась вырваться, но мужчина держал меня крепко.

— Кто тут? — подбежал запыхавшийся Андрей. — Сьюзи?! Ты?!! — В руке он нес канистру.

— Я, — отпираться было бессмысленно, — я.

— Ты ее знаешь? — Коля отпустил меня и встал рядом. Он был насторожен и мрачен. Коротко стриженные волосы, узкий подбородок, большего рассмотреть не удалось, было слишком темно.

— Да. — Андрей поставил канистру на землю. — Что ты здесь делаешь?

— Я потеряла Толю, — я тяжело вздохнула, — приехала сюда, думала он дома…

— Ты все слышала? — Колян не сводил с меня глаз.

— Да… — ответила я и всхлипнула. «Слава богу, что темно и они не видят мои синяки и ссадины!» — Неужели он мертв?

— Давно, может быть, сутки, — пробормотал Колян. — А ты когда его видела в последний раз?

— Два дня назад, — соврала я и опустила голову. — Кто его так?

— Не понял? — переспросил Колян.

— Кто ему перерезал горло? — спросила я, не забывая тяжело вздыхать.

— А откуда ты знаешь, что ему перерезали горло? — Колян снова схватил меня за руку. — Андрею я этого не говорил…

Андрей удивленно переводил взгляд с Коляна на меня.

— Я?.. — Я похолодела, поняв, что проболталась. — Я просто была в доме…

— Тогда зачем ты спрашивала, мертв ли он? — Колян сдавил мою руку, и я вскрикнула. — Темнишь ты что-то, девонька! На чем ты приехала? Андрей, ты тачку видел?

— Нет. — Андрей сделал шаг вперед. — Наша машина в леске, где мы ее и оставили, а другой тачки нет…

— Так на чем ты приехала? — Коля продолжал сжимать мою руку.

— Отпусти, мне же больно!!! — крикнула я и рванула руку на себя. — Отпусти!

— Не дергайся! — рявкнул Коля. — Кто пришил Толяна?

— Откуда я знаю?! — разревелась я. — Я приехала на такси, вошла в дом, а он там… лежит. Я выбежала из дома, а потом вы приехали. Я испугалась и спряталась за баню…

— Что-то врешь нескладно. — Коля толкнул меня к Андрею. — Подержи-ка ее! Потом разберемся, сердцем чую — врет баба! А может, ты знаешь, где Толя хранил документы? Сейф у него видела?

— Да ничего она не знает, — внезапно заступился за меня Андрей. — Она у него была на разовый пересып, не думаю, что Толян ей доверял. Это вот у Алены надо спрашивать, та, курва, с ним крутила…

— Разберемся, Андрей, тащи ее в тачку. Я тут быстро…

— Иди! — Андрей чуть подтолкнул меня к калитке. — Иди давай.

Я послушно пошла вперед, низко склонив голову. Резкий запах бензина — это Колян разлил его во дворе и отправился в дом.

— Колян! Отбой! — внезапно заорал Андрей, а я вздрогнула всем телом и машинально присела на корточки. К дому Толи подъехали две тачки, и из них повыскакивали какие-то люди. Крики, мат, шум, я отползла к забору и уткнулась лицом в землю.

— Они, суки, поджечь хотели!!! — сквозь гвалт расслышала я чей-то грубый голос. — Держи, один в доме…

Раздался выстрел, я охнула и закрыла уши руками. Упирающегося Коляна вытащили за ворота и начали бить. Насколько я поняла, вновь прибывшие решили, что Андрей и Коля убили Толяна, а затем задумали замести следы и поджечь дом. Кипиш стоял страшный. Едва живого Коляна погрузили в одну из тачек.

— С ним еще девка была, вся в саже, — услышала я и похолодела. Андрея ударили по шее и тоже запихали в тачку.

— Какая девка?

— Да вот же она!!! — Ко мне подбежал парень и прямо в лицо посветил фонариком. — Вставай, поехали!

Через минуту я тоже оказалась в машине. Меня усадили между двумя мрачными мужиками, и мы помчались в неизвестном направлении. Я так устала и вымоталась, что у меня не осталось сил даже на переживания. «Будь что будет!» — решила я и закрыла глаза.

— Ты кто? — Симпатичный молодой мужчина в безукоризненно белом пуловере, эффектно подчеркивающем его смуглую кожу, и в узких светло-серых джинсах, крутил в руках наушники от плеера. Когда меня затолкали к нему в комнату, он слушал музыку.

— Человек, — спокойно ответила я. — Я могу сесть?

— Валяй! — удивился он. — А почему человек такой грязный и страшный?

Я сначала молча пожала плечами, но потом все же ответила:

— Ваши ребята постарались…

— Они что, макали тебя носом в землю? — Мужчину явно забавляла вся эта история. Он искренне рассмеялся. — Или ты от рождения черненькая?

— И то и другое, — буркнула я и огляделась: небольшая комнатка, большое окно. Уже светает, мы ехали всю ночь.

— Понятно. — Мужчина перестал улыбаться, и его лицо сразу же напомнило мне безжизненную гипсовую маску. — Как ты оказалась около трупа?

Я вздохнула и начала рассказ снова: я потеряла Толю, взяла такси, приехала — наткнулась на труп — испугалась, потом испугалась еще больше, встретив Коляна и Андрея, потом…

— Дальше я знаю. — Мужчина снова улыбнулся. Поразительно, насколько его меняла простая улыбка. — Можешь не стараться.

Мы замолчали.

— Ну и что мне с тобой делать? — Мужчина поднялся и подошел ко мне. — Ты уверена, что приехала ДО этих придурков?

Я поняла, что от ответа, возможно, зависит моя жизнь.

— Нет, — я решительно мотнула головой, — не уверена. Мне кажется, что я видела машину, стоящую в леске, когда на такси приехала к Толе домой.

— Получается, что эти уроды были в доме раньше тебя?

— Получается, что так…

— А почему ты их не заметила сразу? — Мужчина протянул ко мне руку и дотронулся до подбородка. Но тут же брезгливо отдернул руку и обтер свои пальцы о светлые джинсы.

— Не знаю, — я тяжело вздохнула, — наверное, потому что было слишком темно.

— Ладно, иди пока. — Он снова уселся в кресло. — Я подумаю, что с тобой делать дальше.

Я беспрекословно повернулась и подошла к двери.

— Постой! — окликнул он меня. Я остановилась.

— Ты когда-нибудь была в казино?

Я повернула к нему голову:

— А что?

— Играла или нет?

— Играла…

— И выиграла хоть доллар?

— Выиграла один к тридцати пяти. — Я безразлично пожала плечами.

— А Блэк Джек? Покер?

— Знаю! — Я не понимала смысла его вопросов.

— Завтра поедешь со мной. — Мужчина хмыкнул. — Ну а потом я решу, что с тобой делать дальше. Иди.

Я подошла к двери и взялась за ручку, на этот раз он меня не окликнул. Я вышла из комнаты.

— Пошли. — Дежуривший парень легко подтолкнул меня в спину. — Заходи!

Я вошла в дверь и оказалась в уютной чистенькой комнате с огромной кроватью и телевизором.

Парень вышел и закрыл за собой дверь. Я услышала, как в скважине повернулся ключ. Я подошла к окну — на нем были решетки. Тогда я легла на кровать и тотчас отрубилась, мое состояние даже нельзя было назвать сном. Просто какое-то забытье…

Проснулась я словно от толчка и резко села — в комнате я была одна, но около кровати стоял передвижной столик на колесиках, накрытый для завтрака. Я пошла в ванную и залезла под душ — я очень долго мылась, а потом, ужасно волнуясь, взглянула в зеркало. Да, царапина на щеке, разбитый нос, припухший левый глаз. Зато правая рука почти не болела, все-таки Ритка молодец, вправила мне вывих. Я закуталась в огромный махровый халат, который нашла в ванной, и вернулась в комнату. Странно, но голода я совсем не испытывала, хотя последний раз я ела где-то двое суток назад. Я открыла крышку и увидела на тарелке глазунью из двух яиц и парочку сосисок. Еще теплый кофе в стакане и мягкая булочка были на столике рядом.

Я вяло отломила кусочек булки и пригубила кофе. Жевала я лениво, скорее понимая, что питаться необходимо, чем испытывая действительную потребность в еде. Я еще раз огляделась — комната напоминала номер третьесортной гостиницы, с той лишь разницей, что решетки на окнах заставляли чувствовать себя пленницей, а не гостьей…

Дверь бесшумно отворилась, и в комнату вошел тот же мужчина, смуглый и чернобровый, в черной рубашке и светлых брюках.

— Выглядишь гораздо лучше! — Он улыбнулся и присел на краешек кровати.

— Мне нужны вещи, косметика, белье, — вместо «спасибо» ответила я, поставив кружку с кофе на стол.

— Ты меня не помнишь? — Мужчина громко хмыкнул. — Совсем не помнишь?

— Вас?! — Я вгляделась в его лицо повнимательней. — Нет.

— Я тебя тоже сначала не узнал. — Мужчина негромко хохотнул. — Во время нашей последней встречи ты выглядела гораздо лучше, что и говорить. Я узнал тебя лишь по голосу. И хорошо, что ты мне не наврала. Не люблю, когда меня держат за дурака.

Я просто впилась в него глазами — он, несомненно, очень симпатичный, но я его раньше точно не встречала.

— Я вас не знаю, вы ошибаетесь…

— Меня зовут Федор! Ну? Черт! Черт! Черт! — Мужчина улыбнулся, и тут я вспомнила.

— Вы?!! — Я даже охрипла. Этот был тот самый смазливый парень в розовой рубашке, который крутился около нас с Аленкой, когда я выиграла в казино кучу денег. А потом все проиграла и задолжала тыщу баксов «красной бейсболке». Больше двух лет назад, в тот вечер, когда мы познакомились с Ритой.

— Значит, все-таки я прав. — Федор довольно хмыкнул. — У меня отличная память на лица.

— Замечательно, — я все еще была удивлена этой встречей, — но тогда, может быть, по старой дружбе вы объясните мне, зачем я здесь? — Я развела руками. — Чего я жду?

— Ты осталась жива только благодаря своему таланту. — Федор говорил спокойно и буднично. — Твои подельники, а я теперь не сомневаюсь, что вы втроем замочили Толяна, уже на том свете…

Я вздрогнула, и Федор это заметил.

— Не бойся, с тобой ничего не случится, пока ты будешь вести себя хорошо. — Мужчина похлопал меня по плечу. — Собирайся.

— Куда?

— Мы едем в казино. В «Иллюзию».

«Иллюзия» — это было казино Толи. Я удивленно подняла на Федора глаза.

— Да-да-да, и задавай поменьше вопросов, пожалуйста. Одежду тебе принесут и белье, если не подойдет, потом поменяем. Да, приведи себя в порядок, а то на твое лицо без слез смотреть невозможно.

Он вышел, а ко мне в комнату зашел тот же парень, который вчера втолкнул меня в эту дверь. Он молча выложил на кровать одежду, пакет с косметикой и коробку с обувью.

В «Иллюзии» было полно народу, Федор крепко держал меня под руку, и мы довольно быстро миновали все посты контроля и охрану.

— Сыграем в рулетку? — Мужчина прекрасно выглядел. Мне кажется, что на лицо он даже наложил слой тонального крема, уж слишком идеальной и совершенной выглядела его кожа. В отличие от моей. Путем неимоверных усилий мне-таки удалось приукрасить поцарапанную физиономию, но с припухшим глазом я не справилась. Пришлось надевать темные очки. Довольно миленький черный брючный костюм и туфли на высоком каблуке, пожертвованные «с царского плеча», пришлись мне впору. Только на душе скребли кошки, и поэтому я даже через силу не могла выдавить из себя улыбку.

— Или Блэк Джек? — Федор больно сжал мое предплечье.

— Я не понимаю, чего вы от меня хотите, — пробубнила я, выдергивая руку из его цепких пальцев.

— Пока только одно — сыграй в рулетку…

Федор протянул мне две фишки номиналом по сто долларов.

— Ставь! — приказал он.

Я попыталась сосредоточиться, прислушаться к своему внутреннему голосу, но он молчал.

— На красное и…

— Нет. — Федор наклонился к моему уху. — Ставь на цифры…

— Пять и шесть, — зло буркнула я, протягивая фишки. Молодой парень-крупье бросил на меня молниеносный удивленный взгляд. Наверное, я выглядела по меньшей мере несуразно — в строгом деловом костюме и в черных очках, а может быть, это мои исцарапанные пальцы произвели на него такое впечатление.

— Ставки сделаны, ставок больше нет!

Рулетка завертелась, все замерли в ожидании. Я знала, что ничего не выиграю, и поэтому не особо следила за шариком.

— Выиграла цифра два.

Крупье сгреб все фишки, а я повернулась к Федору.

— Довольны?

— Пошли играть в карты. — Он подхватил меня за талию и потащил к другому столу.

Там мне пришлось играть в Блэк Джек. Дилер протянул мне две карты, я дрожащими руками посмотрела, что мне на сегодня выдала фортуна. Это была дама пик (!) и валет червей.

«Двадцать очков!» — перекрестилась я. Естественно, дополнительную карту я брать не стала. Федор ни на минуту не сводил с меня ледяного взгляда. Дилер вскрыл карты — у него было семнадцать очков. Я выиграла…

— Отлично! — Федор протянул мне руку и пригласил выпить в специальную вип-комнату. Когда мы вошли, она была пуста.

— Слушай, крошка! — Мой спутник вальяжно развалился в кресле. — Кстати, как тебя зовут?

— Сьюзи. — Я осторожно опустилась напротив него.

— Тебе придется немного поработать дилером. — Федор ухмыльнулся. — Я вижу, в картах ты знаешь толк, мои ребята тебя еще поднатаскают. Будешь работать здесь… — Он небрежно махнул рукой назад.

— Здесь? — Я оглядела комнату. Слишком вычурная, нарочито дорогая мебель, позолоченные подсвечники, мерцающий свет.

— Здесь тоже играют в Блэк Джек, только ставки здесь другие. От пяти тысяч долларов.

— Зачем мне здесь работать?

— Будешь внимательно слушать разговоры, хотя для этого есть аппаратура. — Федор рассмеялся. — Но техника — это не человек, бывают и осечки. А главное, внимательно следи, кто выиграл много, и сообщай мне или тому, кому я скажу…

— Я могу отказаться? — У меня душа ушла в пятки.

— Нет. — Федор опять весело рассмеялся. — Если не хочешь, чтобы тебя постигла участь твоих дружков.

— Они мне не дружки. — Я тяжело вздохнула. — О каком таланте вы говорили?

— Ты чувствуешь карты, чувствуешь рулетку. — Он нажал на невидимую мне кнопку, и в комнату вошла девушка топлес с подносом в руке. Она молча поставила на стол два бокала и так же бесшумно вышла. — Это очень важно…

— Сколько я буду у вас работать? — Я отказалась от вина.

— Ну, думаю, недолго, — туманно произнес Федор и отпил из бокала. — Пока никто не догадается, что ты крысятничаешь…

— А потом? — Глупый вопрос, я и сама понимала, что непростые люди здесь играют. И стоит мне пару раз «засветиться», как от меня не останется и мокрого места.

— А потом я помогу тебе уехать за границу. — Федор усмехнулся. А я на мгновение поймала его взгляд и поняла, что он ждет какого-то ОПРЕДЕЛЕННОГО клиента, после которого моя участь будет решена.

— Мне казалось, что вы с Толей заодно. — Я удивилась. — Раз вы хозяйничаете в его казино…

— Мы с ним занимались общим делом. — Федор хмыкнул. — Но это НЕ МОЕ казино, и поэтому ты будешь здесь работать, недолго.

«Понятно, — сообразила я, — боится замарать свою криминальную репутацию. А я кто? Девушка Толи, с него и весь спрос. Умно придумано!»

— Я вам не верю, потом вы меня просто пришьете…

— Я нашел сотовый. — Федор спокойно посмотрел мне в глаза. — Вернее, мои ребята обнаружили сотовый около трупа Толи. Там есть один любопытный звоночек. Ты звонила подруге? Рита, кажется, ее зовут? Как интересно, Рита спит с Мареком, а Андрей и Колян — его люди. Неужели это всего лишь совпадение? Или вы уже давно разработали этот план?

Я молча хлопала глазами.

— Что тебе пообещал Марек за то, чтобы ты убрала Толю?

— Мне?

— Не валяй дурака! — взревел Федор. — Просто мы подоспели не вовремя, а иначе ваша затея бы удалась! И Марек сейчас не сбежал бы за границу, а спокойненько наслаждался жизнью здесь…

Я не знала, что и сказать… Видимо, я попала в эпицентр неведомых мне разборок.

«Марек смылся, наверное, Ритка в шоке…» — подумала я.

— Молчишь? А сказать-то и нечего? — Федор успокоился. — Ладно, что с бабы возьмешь? Поди, цацки да бриллианты Марек наобещал, а ты и рада стараться, дура. Иди, мой шофер отвезет тебя обратно. Выспись, завтра начинается серьезная работа. За все надо платить, девочка…

Мое обучение началось в тот же вечер — ко мне в комнату пришел пожилой мужчина, прихрамывающий на обе ноги. Он молча уселся в кресло и жестом пригласил меня сесть рядом. Я уже заметила, что люди Федора особой разговорчивостью не отличались.

Мужчина достал из кармана пиджака карты и разложил на столе.

— Федор попросил меня обучить тебя парочке трюков, — неожиданно высоким голосом произнес он. — Я думаю рассказать тебе о самых простых способах.

Я мрачно взирала на невесть откуда взявшегося «учителя».

— Первый прием — это неполная колода. Из нее нужно убрать все тузы, что значительно снизит вероятность выигрыша клиента.

Я сначала ничего не поняла, но теперь до меня постепенно стало доходить.

— Второй прием, не менее легкий, чем первый, — это «специальный» шуз. У тебя в распоряжении будет устройство, позволяющее вытаскивать по своему усмотрению ту или иную карту.

— Как такое возможно? — Я искреннее удивилась.

— Специальная система зеркал и призм, — нехотя ответил мужчина. — Ты все поняла?

Я теперь действительно поняла все. Федор пытался скомпрометировать казино Анатолия, пытаясь за максимально короткий срок выбить из клиентов как можно больше денег. Репутация «Иллюзии» будет испорчена раз и навсегда, казино перестанет приносить прибыль, и его можно будет перекупить у настоящих хозяев (был же у Анатолия напарник?) за смешные деньги. Моя кандидатура тоже подходила как нельзя лучше — бывшая девушка Толи, дамочка, которая немного разбирается в картах, а потом меня можно будет без шума и пыли убрать. Кому я нужна?

Вот только как Федор собирается устроить меня на «теплое» место в вип-зал?

— Ты все поняла? — переспросил мужчина, с трудом поднимаясь на ноги.

— Все.

— Карты я оставляю тебе, тренируйся.

Он, не прощаясь, вышел, а я упала ничком на кровать. Как ни крути, а мне светила либо тюрьма, либо еще хуже… Меня могли посадить и за убийство Толи, и за жульничество в казино, а могли и просто убить — все по тем же причинам. Надо было срочно искать выход, но голова, как назло, была пуста…

Прошло два дня, лицо зажило, глаз «открылся», а Федор час назад принес мне новый наряд: максимально открытое короткое платье красного цвета и, о ужас, алые туфли на высоченной шпильке. По доброй воле я бы ни за что не нарядилась в такую вульгарщину, но… Пришлось закусить губу и напялить на себя этот карнавальный костюм.

Моим макияжем занялась молчаливая женщина, она же привела в порядок мои волосы. После ее ухода я в первый раз с удовольствием взглянула на себя в зеркало. Несмотря на жуткую нервотрепку, выглядела я просто великолепно. Волосы тяжелой волной спускались до плеч, умело подкрашенные ресницы, казалось, уходили в небо, а полные чувственные губы просто требовали поцелуя. Платье тоже мне шло — несмотря на его кричащий фасон и цвет, оно потрясающе подчеркивало фигуру и выставляло на всеобщее обозрение безупречные ноги. Я напомнила себе красотку из «Мулен Руж» и немного замешкалась, пытаясь представить, КУДА в таком виде меня поведет Федор.

Оказывается, мы ехали все в ту же «Иллюзию». Федор не особо удивился той перемене, которая произошла в моей внешности. Он довольно хмыкнул, покрутил меня, словно манекен, вокруг своей оси и приказал идти в машину. В салоне он молчал и слушал музыку, не вынимая из ушей наушники от плеера.

— И запомни. — Внезапно услышав его голос, я вздрогнула от неожиданности. Автомобиль уже стоял около казино. — Сболтнешь хоть лишнее слово — убью. Попытаешься сбежать — убью. Попросишь кого-нибудь о помощи — убью…

— А в туалет мне можно будет выйти? — не выдержала я. — Или мочиться прямо при клиентах? За это мне смерть не грозит?

— Дерзкая, — рассмеялся Федор. — В туалет можно. Там окна с решеткой, а у казино охрана. Сбежать все равно не удастся. Запомни: дурить будешь всех клиентов, а если кто-нибудь из них все-таки выиграет, сообщишь Игорю. Он из охраны, будет стоять с тобой рядом. Все поняла?

— Нет. — Мне надоело бояться, или я просто сегодня чувствовала себя в своей тарелке. — Каким образом вы устроите меня дилером в вип-зал? Если я правильно поняла, казино не ваше, а конкурирующей стороны. Так?

— Так. — Федор опять рассмеялся. — Но у меня есть парочка козырей. Во-первых, после того как я расправился, а попросту говоря, наказал Андрея и Коляна и прогнал к чертям собачьим Марека, мои конкуренты прониклись ко мне если не симпатией и доверием, то хотя бы уважением. Они, как и я, считают, что беспредельничать нельзя…

— Зачем вы все это мне рассказываете? — удивилась я, а на душе тут же заскребли кошки.

— А что в этом нового? Ты и сама знаешь, что я убрал твоих дружков — Андрея и этого, ну второго, Коляна. Толян мне не был другом, но и так вести себя нельзя. Это же не Чикаго все-таки…

— Они не мои друзья, — я устала оправдываться, — но…

— Хватит задавать вопросы. Пошли в казино, и помалкивай… — Федор грубо вытолкнул меня из машины и тотчас нежно взял под руку. — Улыбайся мне! Улыбайся! — прошипел он, едва разжимая губы.

Мы вошли в казино и направились в ресторан. Федор помог мне сесть за столик и заказал вино и легкую закуску.

До вина я не дотронулась, а немного салата все-таки съела.

Когда к нашему столику подошел неприятный рыхлый мужчина, я уже немного успокоилась и была начеку.

— Привет, Федор! — Мужчина протянул ему руку.

— Добрый вечер, Олег! Твое казино процветает, как я вижу! — Федор фальшиво причмокнул языком.

— Да… — Олег подсел к нам, — ты мне здорово помог, Толяна уже не вернешь, но все равно. — Он осекся и посмотрел на меня. — При ней можно говорить?

— Да, — Федор сладко улыбнулся, — это бывшая девушка Толи.

— Да? — Олег взял мою руку и поцеловал. — Очень вам соболезную. Такое горе! Вы, конечно, знаете, что Федор наказал этих подонков? Я и представить себе не мог, что Андрей и Колян такое замышляют. А этот тихоня Марек! С ума сойти, с кем мы работали!

Я грустно улыбнулась и промолчала, отлично помня предостережения Федора.

— Федор, у меня опять проблема. — Олег переключился на моего спутника. — Куда-то пропала Альбина, дилер вип-зала. Ума не приложу, что с ней могло случиться…

Я вздрогнула и встретилась взглядом с Федором. Он ухмыльнулся, и я все поняла.

— Да? Действительно не везет… — Федор сделал вид, что размышляет. — Я думаю, что Сьюзи могла бы тебе помочь. — Он приобнял меня за плечи. — Она окончила школу крупье…

— Да? — искренне удивился Олег. — Даже не знаю, а вы согласитесь? Выручить меня всего на один вечер, пока я не найду либо Альбину, либо достойную замену?

— Конечно, Сьюзи согласна, — ответил за меня Федор. — Хотя бы в память об Анатолии, это же было и его казино тоже…

— Вы согласны? — Олег взглянул на меня с благодарностью.

— Да, — спокойно ответила я. У меня созрел план, и я собиралась воплотить его в жизнь, думая, что мне должно повезти. — Конечно, я согласна, в память о Толе…

В первый рабочий вечер, а вернее, в первую рабочую ночь я совершенно не волновалась. Не знаю, что со мной произошло, но действовала я уверенно и спокойно. Парочка пьяных клиентов заглянула в вип-зал и тотчас вышла. Я спокойно стояла около стола и перебирала карты в шузе. Настоящий игрок появился в четыре утра. Молодой мужчина с внушительным пивным брюшком и огромным мясистым лицом, щедро усыпанным прыщами. Толстые сосискообразные пальцы с черными обкусанными ногтями. Я взглянула на его руки и вздохнула — как неприятно работать с такими вот экземплярами! Мужчина шумно уселся в кресло напротив, и игра пошла. Мне не составило бы особого труда выиграть у этого клиента и без шулерства, а уж используя специальный шуз, когда я каждый раз знала, какие карты я вытаскиваю, и вовсе стало плевым делом.

Мужчина побагровел и удвоил ставку. От него несло потом, табаком и пивом. Рубашка промокла и прилипла к животу и к спине, он постоянно срыгивал и кусал губы.

И проиграл еще раз.

— Завтра я вернусь, но не один! — хмуро сообщил мне клиент, тяжело поднимаясь с кресла — Что-то, мне кажется, здесь нечисто…

Я промолчала. Он вышел, осторожно закрыв за собой дверь.

Люди Федора увезли меня лишь в восемь утра, я вернулась в свою комнату, умылась и сразу заснула. А вечером снова вышла на работу. Наверное, Федор убедил Олега, что я прямо-таки горю желанием поработать в его казино, пока он не найдет мне подходящую замену.

Так прошла неделя. Сегодня вечером я, как обычно, собиралась в казино, когда ко мне зашел Федор. Я насторожилась, просто так он меня не навещал.

— Милочка, — Федор был в плохом настроении, — сегодня вечером к тебе придет особый клиент, будь внимательна и дай ему сначала выиграть.

— Как я его узнаю? — Я была лаконична и спокойна.

— Он сорока лет, лысый, характерные тату на руках. С ним будут двое парней…

— Это все? — Меня жутко раздражал этот пижон. Прямо-таки руки чесались заехать по его наглой, лощеной, цветущей физиономии.

— Все. — Он поднялся и направился к двери. — Я думаю, что скоро мы с тобой распрощаемся… — Федор нехорошо прищурился.

— Я тоже так думаю, — хмыкнула я. — Я могу одеться?

Он удивленно взглянул на меня и молча вышел за дверь. Я поняла, что сегодня и есть решающий день. Я огляделась и начала собирать вещи, которые могут мне пригодиться. Как будто чувствовала, что назад не вернусь. Я оделась в брючный костюм, прихватила с собой зубную щетку и пасту.

Олег встретил меня у самого входа — он был пьян, от него несло за версту.

— Сьюзи, лапонька! — Олега качнуло ко мне. — Будь сегодня особенно внимательной. Пожалуйста, все по высшему уровню. Сегодня к нам пришел сам Виктор Семенович, не дай бог что не так…

Мне стало его искренне жаль.

— Олег, я постараюсь…

Я прошла в вип-комнату и приготовилась к игре. Обещанный мужчина сорока лет в сопровождении двух мордоворотов и Федора(!) появился лишь спустя три часа. Все вошедшие были навеселе, громко смеялись и то и дело отпускали скабрезные шуточки.

— Какая милашка! Шоколадка! — причмокнул Виктор Семенович, окидывая меня липким взглядом. — А можно будет продолжить с тобой знакомство в более неформальной обстановке?

— Виктор Семенович, — Федор склонился в почтительном полупоклоне, — это девушка Анатолия, ну, сам понимаешь. Она уже давно работает в его казино, с момента открытия… И… ну, к ней здесь особое отношение.

— Без вопросов! — Виктор Семенович тут же сменил сладкое, противное выражение лица на холодную маску. — Я слышал про Толяна, это беспредел… Ты, Федор, поступил правильно. Даже несмотря на то, что у вас были с ним разногласия по бизнесу, ты повел себя как мужик. Теперь все знают, что за произвол мы будем карать строго! — Мужчина щелкнул пальцами. — Тогда мне водку и пару девочек, на потом…

Мужики громко заржали, я мысленно сплюнула.

Как было уговорено, сначала Виктор Семенович выиграл. И выиграл прилично. Он распалился, шуточки, скабрезности вперемешку с матом — он пребывал в отличном настроении.

Федор сделал мне знак глазами, и следующую игру Виктор Семенович проиграл. Потом еще одну, и еще…

— Что за…?! — возмутился он, залпом опрокинув стопку водки. — Я никогда не был лохом! Что за казино? Где Олег?

Федор едва скрывал довольную улыбку:

— Не горячитесь, сейчас мы передохнем, я разыщу Олега, а потом мы все вместе вернемся сюда и сыграем еще раз.

— …! — трехэтажным матом высказался по этому поводу «крутой», и вся процессия во главе с ним удалилась.

От напряжения я даже взмокла — не надо быть гением, чтобы понять, что меня ожидает дальше. Скоро они заявятся сюда с Олегом, на глазах у всех этот Виктор Семенович «рассекретит» специальный шуз, Олег отопрется, я буду крайней… Меня в лучшем случае отправят в полицию за жульничество в официальном игровом заведении, но… Я вспомнила горящий, липкий взгляд Виктора Семеновича и поняла, что так легко отделаться мне не удастся. Он займется мной лично…

«А Федор неплохо придумал! — Я не могла не отдать должное этому выродку. — Он скомпрометировал не только меня, но и Анатолия, и его казино, а сам так унижается перед этим Витюшей! А меня в расход, ясное дело…»

Я выглянула за дверь и обратилась к охране, которая постоянно здесь крутилась, не спуская глаз ни с меня, ни с клиентов:

— Вы не забыли, что Олег распорядился пригласить в вип-зал женщин? Он просил меня вам напомнить, но можете уточнить у него сами, конечно, если хотите его лишний раз потревожить. Специальная акция, игра для прекрасной половины. Объявите по громкоговорителю на все казино, что сегодня у нас акция «вип-зал для вип-женщин!».

Парни закивали головами, и тот, который помоложе, кинулся выполнять поручение шефа. Я, стараясь унять дрожь в ногах, вернулась в комнату и прислушалась. «Только бы они успели!» Если Виктор заявится сюда раньше самой первой бабы, я пропала…

— Супершанс для ваших дам! Вип-зал для вип-женщин!!! — услышала я и облегченно выдохнула.

Первая же клиентка появилась спустя пять минут. Молодящаяся дама лет сорока, ужасно худая, с выпирающими ключицами. Одета она была более чем экстравагантно: шелковый кардиган с блестящими пайетками, узкие брюки цвета капучино и фетровая шляпа с широкими полями, закрывающая добрую половину лица. Серьги из серебра с аметистами, кварцем и перьями задорно покачивались в такт ее словам:

— Милочка, я здесь в первый раз. Вы объясните мне условия игры и минимальную ставку?

— Конечно. — Я улыбнулась, хотя у меня от страха стучали зубы. — Хотите вина? Водки? Коньяк?

— Вина. — Женщина сняла шляпу, и я увидела, что она гораздо старше, чем показалась мне вначале. Я нажала на кнопку, и в комнату вошел молодой парень-официант с подносом.

Началась игра, я решила завлечь клиентку и поэтому намеренно проиграла ей два раза подряд. Мы играли на сто баксов, истинную цену ставки я называть не стала…

— Ну я, пожалуй, пойду, — женщина поднялась. — Я выиграла, и с меня хватит!

Я запаниковала:

— Конечно, но вон в той комнате, — я указала на дверь, ведущую в туалет, — есть специальные призы. Вы можете туда войти и выбрать, что вам понравится.

Женщина благодарно улыбнулась и вошла в туалет, я за ней следом.

— Что это значит?! — недоуменно спросила она, разглядывая сортир.

— Я не собираюсь вас убивать. — Я уперлась ей в спину ручкой от расчески. Я блефовала, но у меня не было другого выхода. Если женщина мне не поверит и поднимет крик, мне придется ударить ее по голове подсвечником. Его я держала в другой руке, он был тяжеленный. Но это я планировала сделать лишь в крайнем случае, ну не могу я вот так просто ударить человека по голове. А тем более женщину…

— Мне нужна ваша одежда… — Я закашлялась.

— Деньги? Моя сумка? — Клиентка не шевелилась, но голос ее дрожал. — Вы понимаете, что творите? Я сейчас позову охрану, и вас…

— Считаю до трех и стреляю. — У меня не было времени препираться. — Раз… Два…

— Хорошо. — Женщина дернулась. — Я могу отойти, чтобы раздеться?

— Конечно, только не надо оборачиваться. — Я моментально убрала расческу в карман и теперь держала руку наготове. Подсвечник я опустила на пол…

— Глупо, я уже запомнила ваше лицо. — Женщина поняла меня по-своему.

Она сняла шляпу, кардиган и брюки.

— Туфли нужны? — спросила она, поправляя белье.

— Нет.

Я сгребла вещи в кучу.

— Ваша сумка! — потребовала я.

Женщина, не оглядываясь, кинула мне свою сумочку.

Я быстро выбежала прочь и закрыла туалет на ключ. Я лихорадочно начала переодеваться — женщина была гораздо ниже меня, поэтому брюки я оставила свои. Лишь накинула ее кардиган и надела шляпу, максимально надвинув ее на лицо. Руки я спрятала в карманы, а сумочку прижала локтем. Из комнаты я вырвалась стремительно и, не оглядываясь, ринулась к выходу. Я уже слышала, как за спиной кричит моя пленница. Через секунду ее освободят.

Расталкивая людей, я завернула на черный ход и бросилась вниз по ступенькам. Один пролет, второй…

— Вы кто? — удивленно уставился на меня парень, дежуривший у двери.

— Пропустите меня! Там мой муж с любовницей! Ненавижу всех вас, уроды!!! — заорала я на пределе своих голосовых возможностей. Охранник отшатнулся:

— Здесь нет выхода, вали назад!!!

— Там он и его потаскуха!!! — завизжала я.

— Господи, да вали ты отсюда!!!! — В сердцах мужчина распахнул дверь, и я оказалась на улице. — Истеричка! — бросил он мне вслед и захлопнул дверь.

Я выбежала на автомобильную стоянку и огляделась. Недалеко от меня к своей машине подошел мужчина и «пикнул» сигнализацией. Я бросилась к нему:

— Прошу вас! — Я схватила его за руку. — Помогите мне!!!

Порыв ветра сорвал с моей головы шляпу, я поправила волосы и от страха разревелась:

— Мне нужно срочно в… в… больницу!

— Что с вами? — Мужчина говорил с легким акцентом. В темноте я не могла как следует разглядеть его лицо, но, судя по голосу, он был довольно молод.

— У меня кровотечение, — я врала на ходу, — наверное, выкидыш… Прошу вас, до ближайшей больницы!!!

Я лихорадочно озиралась по сторонам, прислушиваясь к малейшему шуму. Женщину уже освободили, сейчас все ищут меня…

— Я вам заплачу, прошу вас! — Я протянула ему сумочку клиентки.

— Конечно. — Мужчина открыл дверцу и помог мне забраться на заднее сиденье. — Вы знаете, где здесь ближайшая больница? Или госпиталь? Насколько я понимаю, мы очень далеко от города!

— Да! — почти крикнула я. — Только прошу, умоляю, скорее!

Мужчина сел за руль, и мы рванули с места. Я ничком упала на заднее сиденье. Когда мы проезжали мимо центрального входа в «Иллюзию», я услышала дикий шум и крики.

Наконец мы выбрались на дорогу, и я смогла сесть. Два часа мы ехали в полной тишине, мужчина лишь изредка покашливал, словно хотел, но не решался со мной заговорить.

— Прямо и направо. — Я действительно решила добраться до военного госпиталя, зная, что у них там есть служба «Скорой помощи». Если врать, так уж так, чтобы все выглядело убедительно.

Через пятнадцать минут мужчина притормозил возле госпиталя:

— Я вам помогу! — Он неожиданно вылез из машины и подхватил меня под локоть.

— Нет-нет, это лишнее! — Я начала вырываться. — Не надо!

— Я только сдам вас в приемный покой и уеду со спокойной совестью! — твердо заявил мужчина, и я поняла, что он не отступит.

«Вот черт!!» — выругалась про себя я и, стараясь идти медленно и тяжело, поднялась по ступенькам.

Когда мы вошли в вестибюль, я взглянула на своего спасителя — мужчина был чуть старше тридцати, волнистые темно-русые волосы, тяжелый подбородок, немного сдвинутый вправо нос и маленькие, глубоко посаженные глаза. Он мне сразу же напомнил Жерара Депардье.

— Вам лучше? — Он бережно держал меня под руку.

Я промолчала, и мы вошли в приемный покой. Я опустилась на кушетку, а мой спутник побежал искать врачей. Заспанная сестричка пришла с плохо скрываемым раздражением:

— Что с вами? — Она брезгливо оглядела мой кардиган.

— У нее выкидыш! — Мужчина проявил неожиданную заботу.

— Понятно, ложитесь на каталку. — Она вышла в коридор, а через пару минут вернулась с высоченной каталкой, на которую самостоятельно мог бы забраться лишь страус.

Но я лихо вскарабкалась на неудобное сооружение и легла на спину. Меня повезли по коридору. Мужчина остался позади.

— Ждите здесь! — Сестричка вкатила меня в кабинет и ушла, закрыв дверь. Я тотчас спрыгнула на пол и огляделась: гинекологическое кресло, шкафчик с медикаментами — меня привезли в гинекологию, а куда еще везти женщину с выкидышем?

Я подбежала к двери и выглянула в коридор — никого. Осторожно, стараясь не шуметь, я двинулась к выходу. Кардиган и сумочку я специально оставила в кабинете у гинеколога. Пускай идут по ложному следу — явно в сумке у клиентки остались хоть какие-нибудь документы на ее имя…

Я вышла в приемный покой и, миновав сонную сестричку, клюющую носом над раскрытым журналом, пробралась в вестибюль.

— Вам уже лучше?

Я вздрогнула и обернулась. «Депардье» стоял около двери и курил.

— Мне? — Я опешила, меньше всего я ожидала сейчас встречи с ним.

— Да. — Он затушил сигарету и подошел вплотную. — Зачем вы меня обманули? Кто вы?

— Мы можем поговорить у вас в машине? — Я умоляюще взглянула ему в глаза.

— Ну если вы не попросите на этот раз отвезти вас в роддом, — проворчал мужчина. — Когда мы отъезжали от казино, я видел охрану, снующую туда-сюда. Они явно кого-то искали. Случайно, не вас? Вы мошенница? Воровка? Кто вы?

Мы подошли к его машине.

— Мне очень не повезло. — Я смотрела ему прямо в лицо. — Поверьте мне, я не сделала ничего дурного. Но в казино искали действительно меня.

— Ладно, это не мое дело, — буркнул «Депардье». — Прощайте! Я довез вас до города — и хватит.

Он сел в машину и быстро уехал. А я осталась около военного госпиталя, без денег, без документов и практически без одежды. Ночью в апреле бывает довольно прохладно, и в одной легкой кофточке без рукавов и в брюках я сильно замерзла.

Я побрела вдоль дороги, раздумывая, куда мне податься.

Я пришла к Аленке, к Ритке соваться было небезопасно (Федор про нее знал), а уж домой и подавно. Подруга впустила меня в квартиру без лишних вопросов, несмотря на то, что я заявилась в шесть утра.

— Полотенце в ванной, там же халат, спать будешь в гостиной. — Аленка на ходу зевала. — Поговорим утром.

Она ушла в спальню и закрыла за собой дверь.

— Еда в холодильнике. — На мгновение ее растрепанная голова появилась в дверном проеме и тут же исчезла.

Я пошла на кухню и отрезала себе чудовищных размеров кусок хлеба с колбасой. Запивая все это кефиром прямо из пакета, я отправилась в ванную и включила воду. Когда ванна набралась до краев, я залезла в горячую воду и закрыла глаза. Уснула я моментально и сразу нахлебалась воды. Меня вырвало тут же, водой и недавно съеденным бутербродом. Проклиная все на свете, я убрала за собой и пошла спать. На голодный желудок, больше рисковать не хотелось.

Проснулась я поздно вечером, от постороннего звука за дверями.

— Прости, но сегодня мы не можем встретиться! — Аленка выпроваживала кого-то из квартиры. — Я что-то приболела.

Недовольное мужское бормотание, звук поцелуя и стук закрывшейся двери.

— Проснулась? — Аленка заглянула ко мне.

— Да. — Я села на диване. — Я есть хочу.

— Пошли. — Аленка в длинной трикотажной юбке и светлой водолазке расхаживала по кухне. — Я только что из города! — Она поставила кастрюльку с водой на огонь. — Тебя все ищут. Что ты умудрилась еще сделать?

— Сбежала от Федора… — Я вцепилась зубами в печенье, которое обнаружила на столе.

— Кто такой Федор? — Аленка высыпала в кипящую воду пельмени. — Можешь не грызть сухое печенье, в холодильнике есть йогурт. Закуси, пока они варятся….

— Федор Олешин, тот самый, с которым ты… — Тут я запнулась, так как была не уверена в том, что ИМЕННО делала с ним Аленка. — Ну тот, с которым ты познакомилась и танцевала тогда в «Мэтре Руна». Когда нас Ритка спасла. Помнишь? Урод в розовой рубашке?

Аленка застыла посреди кухни и подняла глаза к потолку.

— В розовой рубашке? Брюнет?

Спустя десять минут она выдала:

— Да? Но он симпатичный мальчик!

— Да, только, оказывается, Толин конкурент… был.

— Да? — Аленка как-то вяло удивилась. — А ты чего к нему поехала?

— Я? — Пришел черед удивляться мне. — Да… В общем, это длинная история. Олешин желает меня убить…

— Насчет этого смазливого пацана ничего не знаю, но я в курсе, что тебя разыскивает некий Виктор Семенович, а он крайне серьезный человек и шутить не станет.

— Откуда ты его знаешь? — Йогурт застрял у меня в горле.

— Он знакомый моего друга, — туманно, впрочем, как всегда, произнесла Аленка. — И он очень на тебя зол.

— А кто он? Мафия?

— Коза ностра. — Аленка рассмеялась. — Да, это смотрящий, он особое внимание уделяет казино.

— Смотрящий? — Я ничего не понимала в этих уголовных терминах.

— Ладно. — Аленка махнула рукой. — Проехали. Что делать-то будем?

— Документы. — Я накинулась на пельмени, которые Аленка только что выложила передо мной на тарелку. — Те документы, из сейфа Толи. Там есть компромат на Олешина, я запомнила его фамилию. Я их обменяю на свою безопасность.

— А Виктор Семенович? — Аленка ухмыльнулась. — Ты про этого педика вообще забудь, он никто…

— Кто педик? — Я замерла с открытым ртом.

— Да Федор твой. — Аленка брезгливо дернула плечом. — Я его тогда застукала, когда он лизался с мужиком. Бррррррр…

— Так ты с ним не спала? — поразилась я.

— Я что, похожа на мужика?

Я рассмеялась.

— Думаю, эти документы лучше передать Виктору Семеновичу. Ты мне все расскажешь, я их передам другу, а он Вите. Главное — тебя отмазать.

— Спасибо. — Я и не надеялась, что так быстро все уладится. — А документы закопаны?

— Я решила их спрятать у себя. — Аленка присела за стол напротив. — Водку будешь?

— Буду, — кивнула я. — А Ритка где?

— Она домой уехала, адрес мне оставила. Марек ее бросил.

— Она переживает, конечно? — вздохнула я. — Мужики — такие козлы…

— Да? — Аленка улыбнулась. — Я что-то не заметила…

Я решила ей ничего не рассказывать об Андрее, все равно бедняга уже мертв.

— Тебе есть куда на время уехать? — Алена разлила водку по стопкам.

— Даже не знаю…

— Может быть, к Ритке съездишь? — предложила Аленка. — Она очень тебя звала…

— Да? — Я заулыбалась. — Ну тогда я так и сделаю. Вот только у меня к тебе просьба: съезди ко мне домой, забери вещи и деньги, ладно? Там еще сотовый телефон лежит в шкафу на кухне, он, правда, старый, но работает. И симку мне купи новую, а то я без связи с миром.

— Я тебе свою отдам, у меня лишняя есть, давали по акции. Ночью съезжу к тебе. — Алена вела себя немного странно. Она снова разлила водку и чокнулась со мной. — За удачу!

Я такими темпами пить не могла и поставила нетронутую стопку на стол.

— Ален!

— Ну?

— Почему мне так не везет? — На сегодня мы поменялись ролями. — Почему я влюбляюсь не в тех мужчин? Почему мне не нравятся спокойные, домашние парни?

— Наверное, потому что с ними очень скучно. — Аленка пожала плечами. — Они как хлеб: сытно, но жутко пресно. А годами есть один хлеб нельзя. Будет заворот кишок.

Я рассмеялась:

— Но и одной черной икрой питаться нельзя…

— Значит, надо совмещать эти два продукта. — Алена наполнила свою стопку. — Ты чего совсем не пьешь?

— Ну а как же любовь? — выдохнула я. — Она есть?

— Тебе сколько лет? — Алена рассмеялась. — Нет ее, любви, бред все это. Есть страсть, привычка, ну… не знаю, когда вместе удобно.

— Грустно! — Я вздохнула.

— Давай-ка я позвоню в справочную аэропорта и закажу тебе билет до Ритки. Чем раньше ты отсюда свалишь, тем мне будет спокойней…

— Спасибо. — Я хрустнула пальцами рук. — Ты мне помогаешь, выручаешь, а я так тебя подвела!

У меня на сердце лежал камень.

— Ладно, я уже все забыла. — Алена опустила глаза. — Ведь мы с тобой подруги.

— Спасибо. — Я порывисто вскочила и обняла ее за шею. — Прости меня, я никому не хотела причинять зло. Тем более тебе…

— Я знаю. — Алена легко меня отстранила. — Я, наверное, съезжу за твоими вещами, документами и куплю билет на ближайший рейс…

— А документы? Ты их сама передашь этому Виктору?

— Конечно, забудь! — Аленка вышла в коридор и взяла ключи от «Рено». — Ну я поехала…

Она вышла из квартиры, а я снова отправилась спать. Организм восполнял утраченные силы.

Когда я приземлилась в аэропорту Екатеринбурга, то первым делом решила разузнать, как добраться до пригородного вокзала — мне надо было на электричку до Ритиной деревни.

Я вышла на улицу и осмотрелась. Огромные «Экспрессы» сновали туда-сюда, и, в принципе, добраться до пункта назначения труда не составляло.

Я вытащила сотовый и позвонила Ритке, хорошо еще, что ее номер я помнила наизусть, хотела предупредить подругу, что скоро нагряну к ней в гости. Мало ли чего — пускай знает, что я еду.

Ритка ответила не сразу, в трубке что-то шуршало, шумели машины:

— Да?

— Ритка? Это Сьюзи, я еду к тебе в гости…

— Привет, но, к сожалению, ничего не получится, через час я улетаю… — словно с другого конца света донесся до меня голос Ритки. — Я сейчас в Екатеринбурге, жду своего рейса.

— Так ты в аэропорту? — Я прямо подпрыгнула на месте и начла озираться по сторонам.

— Да, а что? — удивилась Ритка.

— Я тоже в аэропорту, я уже прилетела в Екатеринбург. Где тебя искать?

— Иди к центральному входу, там и встретимся.

Я бросила сотовый в сумку и вернулась туда, откуда вышла пять минут назад.

— Привет!!! — Ритка бросилась мне на шею. — Где ты была?

— Плохая история. — Я прижала ее к себе. Ритка была в спортивном костюме и кроссовках, она уткнулась носом мне в плечо:

— Марек…

— Я знаю, — перебила я ее, — ну его в баню!

— Да. — Ритка спрятала покрасневшие глаза. — Я его больше никогда не прощу…

— Понятно, — кивнула я. Мы стояли в дверях, посреди толпы снующих людей. Некоторые плавно огибали нас, другие толкали.

— Давай отойдем! — предложила я, потянув Ритку за руку в сторону. — А ты куда собралась?

— В Таиланд. — Ритка вздохнула. — Решила вернуться к прежней жизни. Конечно, на время, чтобы забыть этого негодяя…

Я открыла рот от удивления.

— Да все просто. — Ритка, увидев мое изумление, рассмеялась. — У меня есть один очень хороший друг — Кевин. Он работает в миротворческой организации «Врачи — людям!». Я раньше ездила с ним, ну пару раз. Мы были в Нигерии и в Доминиканской Республике. Я медсестра по образованию. А он классный врач, хирург. Такие, как он, нужны везде…

Я продолжала стоять с открытым ртом.

— Ну что ты так на меня смотришь? — неожиданно разозлилась Ритка. — Не вру я тебе! Просто у меня с тем периодом жизни связаны очень неприятные воспоминания. Я думала, что навсегда порвала со своим прошлым. Но порой оказывается, что прошлое — это единственное место, куда можно убежать от настоящего.

— Да… — наконец произнесла я, когда ко мне вернулся дар речи. — А где тебя ждет Кевин?

— Кевин? — переспросила Ритка. — Ты не поверишь, он родом из твоего родного города. Может быть, поэтому я туда и сбежала два года назад, уж слишком хорошо он мне о нем рассказывал. О тихих тенистых улочках, о рокоте волн, о благоухании цветов… Кевин сейчас на родине, он заезжал к родителям, но встретимся мы с ним в Таиланде.

— Почему ты… почему ты… — Я никак не могла сформулировать вопрос. — Почему ты сбежала?

— Я не хочу отвечать. — Ритка спрятала глаза. — Ладно?

— Конечно. — Теперь настала моя очередь задуматься. — Не знаю, что и делать. Вот, собиралась на время спрятаться у тебя, а теперь…

Я развела руками.

— А поехали со мной в Таиланд! — внезапно предложила Ритка.

У меня от такой перспективы даже голова закружилась.

— Но что я буду там делать? Я же не врач, даже не медсестра, я, конечно, смогу поставить укол, смогу перебинтовать ногу, но не больше. Да, я еще окончила курсы поваров, но, правда, никогда не готовила ни для кого, кроме себя. — Я виновато улыбнулась.

— Будешь работать официанткой, там полно ресторанов, Кевин поможет тебе устроиться. — Ритка потянула меня за собой. — Хочешь?

— Хочу, наверное, — неуверенно ответила я, — но как же билет? Документы…

— А вот это как раз и не вопрос. — Ритка улыбнулась. — Со мной должна была лететь… — тут она осеклась, словно сболтнула что-то лишнее, — ну одна девушка. Она не летит. — Ритка едва сдержала иронию. — Впрочем, как обычно, когда мне нужна ее помощь, ее нет. Ладно, это личное. Итак, есть билет, который я собиралась сдать, но если ты полетишь со мной, то мы просто переоформим его. Паспорт у тебя с собой?

— Конечно. — Я хлопнула по карману брюк. Все произошло так быстро и неожиданно, что я до сих пор не верила в происходящее.

Мы с Риткой бросились к администратору переоформлять билет на мое имя. А еще через час мы с Риткой уже сидели в самолете и пили коньяк, купленный в дьюти-фри.

— Ты знаешь, — Ритка быстро захмелела и теперь украдкой смахивала предательские слезы, катящиеся по щекам, — я все думаю про Марека. Мне так хотелось верить в сказку! Всем хочется верить в сказку. Всем. Но особенно женщинам. Ведь уже с самого раннего детства нам вбивают в голову россказни о «принцах на белых конях», которых некоторые особенно впечатлительные девушки готовы ждать до глубокой старости. Например, как я. Другие, менее впечатлительные, но более реальные дамы, примером которых может служить наша Алена, выходят замуж, порой два, а то и три раза, в надежде сорвать куш под названием «мой принц». Но проходит время, и принц превращается в мужа, белый конь — в стандартный «жигуленок», ну а в лучшем случае в иномарку, а выстраданная сказка — в унылый быт с борщом. Но душа, будь она неладна, все равно просит романтики, как голодный — хлеба. Как ты думаешь, наша семья с Мареком была бы такой же?

Я удивленно взглянула на подругу:

— Аленка не варит борщ, да и скука ей не грозит, особенно с мужем. Ты-то должна знать, что у нее всегда про запас есть любовник. Да и у Марека была иномарка, а не «жигуленок». Ты чего?

— Не знаю. — Ритка снова смахнула слезу. — Не знаю. Я думаю, что мы с Мареком все равно расстались бы. Надоели бы друг другу, начались бы скандалы, он не приходил бы ночевать, а я бы варила борщ…

— Да сдался тебе этот борщ! — воскликнула я и вдруг поняла, что таким образом Ритка пытается себя успокоить. По принципу «расстаться сейчас, пока не так больно, потому что потом будет хуже»… — Конечно, в этом есть смысл. Я думаю, что Марек — не твоя судьба. Вот и все. Скорее я в этом даже уверена.

— И мы все равно с ним бы расстались? — Ритка смотрела на меня как на бога.

— Конечно! — легко соврала я, пряча глаза.

— Ну и черт с ним. — Ритка немного успокоилась и задремала. Я тоже начала клевать носом. Лайнер слегка покачивало, наверное, причиной тому были воздушные ямы. Я согрелась, успокоилась и расслабилась, впервые за последний безумный месяц.

«Все будет хорошо!» — прошептала я и провалилась в глубокий, крепкий сон.

— Боже мой, какая жара! — Я вытерла лоб тыльной стороной ладони. — Это ужасно!

— В Бангкоке сейчас самое жаркое время. Наверное, около сорока градусов, — вздохнула Ритка, вытаращив глаза. — Я здесь в первый раз…

— Я тоже. — Мне катастрофически не хватало воды. Ледяной воды, чтобы попить, и ледяной воды, чтобы умыться.

Из международного аэропорта «Дон Муанг» мы с ехали в «тук-туке» — открытой трехколесной штуковине с навесом и сиденьем на двоих. Молодой китаец-возница с восхищением причмокнул, когда мы с Риткой попросили его довезти нас до гостиницы. Теперь парень то и дело оборачивался и что-то быстро лопотал на непонятном мне языке.

— Чего он хочет? — наконец не выдержала я и толкнула Ритку локтем.

— Тебя, — пошутила подруга, и я прыснула в кулак.

Я в полуобморочном состоянии разглядывала огромнейший мегаполис, плывущий мимо. Ультрасовременные величественные здания из стекла и бетона, и совсем рядом с ними — лачуги из бамбука и как будто картона. А народу! Мама моя! Пропасть людей, такое ощущение, словно кто-то потревожил гигантский муравейник. Утренний Бангкок не шел ни в какое сравнение с любым городом, где мне доводилось побывать раньше. Современные скоростные эстакады на уровне 15–30 метров над землей вообще повергли меня в священный трепет. Я даже почувствовала себя героиней одного из фильмов ужасов, случайно попавшей в далекое будущее. А когда разглядела среди сигналящих машин и полицейских в марлевых повязках, прямо посреди дороги, большого слона с монахом в оранжевой одежде, мне по-настоящему стало плохо.

— Ритка, к этому можно привыкнуть? — прошептала я, указывая на слона.

— Конечно, тем более что мы пробудем здесь целых три месяца. — Подруга тоже была ошарашена увиденным. — Красиво, да? Как в сказке?

— Да…

В трехстах метрах от нас, на фоне чистого ультрамаринового неба, возвышалось огромное здание, своей макушкой уходившее, казалось, в космос. Словно гигантская лестница из стекла и бетона, с белым глянцевым фасадом и каким-то нарочито рваным торцом, оно поднималось до головокружительных высот. Мы двигались прямо на него.

— Это наш отель? — Я снова обратилась к Ритке.

— Да. — Девушка радостно кивнула. — Добрались!

«Тук-тук» остановился около мощного черного металлического забора, возница напоследок послал нам с Риткой воздушный поцелуй и скрылся в скопище машин. А мы с Ритой переглянулись и двинулись по направлению к главному входу, над которым красовалась неоновая надпись Eastin Bangkok.

— Отель, — облегченно вздохнула я и почти бегом кинулась вперед. Слева от нас пролегала оживленная автомагистраль, и несущиеся на бешеной скорости машины, казалось, прямо норовили сбить нас с маленького тротуара.

— Здравствуйте! — Мы вошли в прохладный холл и приблизились к охране.

— Пожалуйста, номер, — на прекрасном английском заговорила Ритка, а я от неожиданности чуть слышно присвистнула. — На мое имя у вас зарезервирован номер.

Нам без проблем выдали ключи.

— А господин Кевин Кастолоки уже прибыл? — напоследок поинтересовалась Ритка и, получив отрицательный ответ, только вздохнула. — Ну значит, он прилетит завтра.

— Ритка, а он кто? — Мы вошли в огромный лифт, состоящий из сплошных зеркал. — Кто он, твой Кевин?

— Наполовину русский, наполовину грек, — ответила подруга, — мать русская. Но жил он в основном с отцом… Недалеко от Рима, потом приехал к матери в Россию… Окончил медицинский институт, потом… А… — Ритка махнула рукой. — Если захочет, он сам тебе все расскажет!

Мы вышли на семнадцатом этаже и двинулись вдоль по коридору искать свой номер.

Он состоял из двух спален и одной общей комнаты. Вполне приличная мебель, диковинные цветы в вазах…

Мы распаковали чемоданы и вышли на балкон. Высота была такая, что у меня закружилась голова.

— Ритка, — я старалась не смотреть вниз, — расскажи мне, что мы будем здесь делать, — попросила я подругу.

— Завтра приедет Кевин, я вас с ним познакомлю. — Ритка без страха разглядывала букашек-людей внизу. — Мы с ним будем работать в китайском квартале, там есть российский передвижной госпиталь, там мы и будем жить.

— А я? — Меня немного пугала перспектива остаться в этом муравейнике одной.

— А ты будешь работать где-нибудь рядом… — Ритка совсем не волновалась. — Кевин обязательно что-нибудь придумает. Официанткой, поварихой — сможешь?

— Попробую, — ответила я, тяжело вздохнув. — Ты так уверена в этом Кевине…

— Потому что я его знаю, — кивнула Ритка. — Это самый лучший мужчина, которого я знала.

— Даже лучше Марека? — задала я провокационный вопрос.

— Однозначно, — кивнула она. — Вот только мы с Кевином просто друзья. Ничего больше.

— Почему? — Мне стало действительно интересно.

— Не знаю, — Ритка пожала плечами, — наверное, мы не хотим друг друга. А теперь, может, ты мне расскажешь, куда пропала? Ты поехала забирать сотовый… ну, в доме Толи. — Ритка намеренно не сказала «у трупа», и я была ей за это благодарна. — И пропала. Мы тебя везде искали. А потом Аленка мне сказала, что видела тебя в «Иллюзии»… Я успокоилась, что ты жива, и не стала тебя искать. Ты пойми, в тот момент Марек сбежал и даже ничего мне не объяснил. Просто не вернулся вечером домой, а потом сбросил эсэмэску: «Прости — прощай»… Да еще и ты пропала…

Я пораженно вскинула на Ритку глаза:

— Ты уверена, что Аленка сказала тебе, что видела меня в казино?

Я очень удивилась, если не сказать больше. Алена и словом не обмолвилась о том, что видела меня в «Иллюзии»! А если видела, то почему не подошла? На душе стало муторно, я чего-то не понимала, не могла связать факты воедино…

— Конечно. — Ритка вернулась в номер, я последовала за ней. — Я уже хотела объявить розыск своими силами или искать твою мать, чтобы она подала заявление на официальный розыск, но пришла Аленка и все мне рассказала. Что ты, живая-здоровая, каждый вечер бываешь в казино. Я подумала, что ты просто пока не хочешь нас видеть, после всего пережитого.

— А сотовый? Почему ты мне не позвонила? — спросила я и тут же мысленно ударила себя кулаком по лбу. Мой сотовый пропал в неизвестном направлении еще в ту пору, когда Толя был жив. Я совсем забыла.

— Мне было не до тебя, — честно ответила Ритка, — я собрала вещи и укатила к родителям. Я больше не могу жить в одном городе… — Она запнулась. — Я больше не могу жить с ним в одном городе.

— Но ведь Марек за границей! — воскликнула я.

— Аленка сказала? — уточнила Ритка. — Она все знает. Да, но ведь он все равно вернется обратно. У него там жена и сын остались… — Ритка вздохнула.

— А ты? — Я подошла к подруге и взяла ее за руку. — А ты вернешься?

— Нет, скорее всего, нет. — Ритка повернулась и чмокнула меня в щеку. — А может быть, и да. А ты? Ты ведь мне так ничего и не рассказала…

Я села на кровать:

— Когда я приехала к дому Толи, там уже были два мужика. Андрей…

— Андрей? — вздрогнула Ритка. — Друг Марека?

— Он самый, с которым Аленка развлекалась на корабле, — продолжила я, — и некто Колян. Они меня быстренько обнаружили и потащили с собой в тачку.

— Зачем? — Ритка присела рядом и не сводила с меня напряженных глаз.

— Они хотели узнать, кто убил Толю. Мы вышли за ворота с Андреем, а Колян решил сжечь весь дом.

— Зачем? — снова спросила Ритка.

— Они боялись, что кто-нибудь обнаружит в доме бумаги, ну те самые, которые мы вытащили из сейфа. Мужики не знали, где искать документы, а долго шарить по дому, где лежит труп, не хотели…

— Могу их понять. — Ритку передернуло. — Дальше…

— А дальше мы вышли за ворота, а там засада. Федор и его люди. Они погрузили нас в тачки и увезли за город…

— Кто такой Федор? — Ритка наморщила лоб. — Что-то я не помню такого…

— Федор Олешин, не слышала?

— Нет. — Ритка мотнула головой. — И что?

— Мы уже однажды встречались с ним, в тот день, когда ты спасла нас от «красной бейсболки».

— Это что, в «Мэтре Руна»? — уточнила Ритка.

— Да. — Я кивнула и продолжила: — Этот Федор меня и узнал-то с трудом, уже вечером. Он решил, что мы вместе с Андреем и Коляном убили Толю. Мужиков он пустил в расход, а меня оставил…

— Зачем?

— Он умно придумал. Федор представил меня как бывшую подругу Толи и привез в казино. Олег, ну ты его знаешь, этот тот, который работал вместе с Толей, встретил нас с распростертыми объятиями. Еще бы — Федор наказал зарвавшихся отморозков. А меня он устроил дилером в вип-зал «Иллюзии».

— Зачем? — Казалось, у Ритки больше нет других слов.

— Он заставлял меня жульничать, чтобы подорвать репутацию казино конкурента. Они же с Толей были конкурентами. Это во-первых. Потом Федор дождался приезда какого-то смотрящего, Виктора Семеновича…

Ритка вздрогнула, и я это заметила.

— Ты что, его знаешь?

— Слышала от Марека, ты удивишься, но он, кроме того что смотрящий, еще и депутат от какой-то там партии. — Ритка вздохнула. — Продолжай…

— Ну и приказал мне нарочно обыграть этого мужика. Я думаю, для того, чтобы обман вскрылся на таком высоком уровне. Меня тотчас отправляют на тот свет, казино… ну казино наверняка прикрывают, и Федор получает его за копейки. А главное — ведь никому и в голову не придет, что это все Федор заморочил. Казино — Толино, я — девушка Толи, а Федор убрал его убийц… Просто святой человек!

— И кто его навел на тебя? — спросила Ритка.

— Как это? — удивилась я.

— Неужели ты считаешь, что засада была организована случайно? — Ритка встала и начала нервно ходить по комнате. — Да они специально вас ждали, это же понятно! Они тебя искали! Лично тебя!

— Да… — выдавила я, припомнив происходящее в ту ночь. — Искали…

— Что и требовалось доказать!

Я замерла:

— И кто это мог быть?

— Я не знаю. — Ритка мотнула головой. — Могу лишь предположить, что это либо Андрей, либо Колян позвонили Федору сами…

— Получается, что один из них живой, — сообразила я, — а другого действительно убрали. Все сходится…

— Не нравится мне все это. — Ритка нахмурилась. — Ну пойдем, что ли, проветримся? Ты есть хочешь?

— Не особо, — я улыбнулась, — ну, перекусить можно.

Мы переоделись в легкие сарафаны и вышли из номера.

Я миновала черные ворота первой, Ритка замешкалась в дверях, что-то обсуждая с охраной. Я уставилась на чумазых мальчишек, босиком гоняющих по улицам, и не заметила, как едва не угодила под колеса «тук-тука». Пожилой таец сделал страшные глаза и резко затормозил. Поток местной ругани обрушился на мою несчастную голову.

Я резко рванула в сторону, чтобы больше никому ни попасться под колеса.

— Сьюзи! Ты где?! — заорала Ритка дурным голосом.

— Здесь я. — Я выбежала из-за угла дома и помахала ей рукой. — Иди сюда!

Ритка догнала меня в два прыжка:

— Ты куда смылась?

— Меня едва не задавили, — рассмеялась я.

— И чему ты так радуешься? — поразилась она.

— Но ведь не задавили же…

— Надо не забыть зайти в банк и поменять доллары на батты. — Ритка взяла меня за руку. — Куда мы так несемся? Мы же пошли прогуляться…

Я улыбнулась и умерила шаг. Мы прошли еще пару кварталов пешком и свернули в глубь квартала. И оказались на огромном продуктовом базаре. От неожиданности я замерла как вкопанная. Вокруг, насколько хватало зрения, прямо на земле сидели сотни торговок, и около каждой сплоченной стеной были выставлены подносы со всевозможной снедью. Я сначала даже усомнилась в съедобности увиденного, настолько причудливые формы и цвета имели здесь некоторые фрукты и овощи. Ну прям новогодние игрушки, и все тут! Одним словом — экзотика. В воздухе стоял терпкий аромат каких-то пряностей, я сумела угадать только запах корицы и улыбнулась воспоминаниям из детства. Яблочный пирог с корицей, коронное блюдо моей мамы…

— Ты чего застыла? — Ритка взяла меня за руку и потянула за собой.

— Как в сказке про Али-бабу, — улыбнулась я и двинулась вслед за ней, не в силах отвести глаз от диковинных фруктов. Все торговки как одна были в платках, и большинство почему-то в черных. Неопределенного возраста, в самых простых одеждах и шлепках на босу ногу, они выглядели немного грязными и, если честно, страшноватыми.

— Ой, Сьюзи, ты только посмотри! — Рита удивленно взвизгнула и притормозила около одного подноса. На нем были выложены белые, напоминающие очищенную картошку не то фрукты, не то овощи. А рядом кучей возлежала всевозможная зелень: с длинными корнями песочного цвета, с сочными белесыми стеблями и, наконец, удивительно похожие на пластмассу салатные листы, наполненные стройным рядком маленьких шариков. — Неужели это можно есть?

— Не знаю, — улыбнулась я. — Вон бананы вижу, морковка вроде, капуста вон — это можно есть. А всю эту гадость я бы не советовала. Черт знает, что с ней надо делать, чтобы не отравиться.

При мыслях о еде у меня забурчал голодный желудок, а мы с Риткой тем временем миновали площадь и вышли на очередную улочку. И тут вверху что-то пронзительно заскрипело. Я, едва не вскрикнув от ужаса, подняла голову: на высоте трех-четырехэтажного дома проходила линия наземного метро.

— Пойдем вон туда! — Ритка, оценив мое перекошенное лицо, указала на уличное кафе, продавец которого с кислой миной жарил огромного краба. Рядом во льду на лотках были выставлены омары, рапаны, устрицы и улитки…

Я быстро согласилась, и мы уселись за столик. Я решила попробовать омара, а Ритка устриц.

Ее сотовый затрезвонил, когда я специальными щипцами отламывала у омара клешню.

— Да? — Ритка поднесла сотовый к уху. — Кевин? Ты где? Уже в Бангкоке? Я тоже здесь. Нет, все нормально. Да, в гостинице. Я приехала с подругой. Часа через два. Ну, до встречи…

— Он прилетел! — Ритка улыбалась до ушей. — Скоро я вас познакомлю!

Я молча кивнула с набитым ртом — было очень вкусно.

И снова затрезвонил Риткин мобильник.

— Какой на меня спрос! — рассмеялась она, а я подумала, что мне уже давно никто не звонил…

— Мама? — Ритка моментально изменилась в лице. — Что случилось? Кто приходил? Меня искали? Да ты что… — Дальше последовала тягостная пауза, я следила за ее лицом, оно с каждой минутой мрачнело все больше и больше. — Вы в порядке? А Римка? Они ее не видели? Это хорошо. Барбоса застрелили… Сволочи! Ну пока. Нет, со мной все нормально…

Ритка бросила телефон на стол и закрыла лицо руками.

— Что произошло?! — Я страшно перепугалась.

— Мать звонила, — Ритка не убирала рук от лица. — Говорит, что вчера вечером к нам домой нагрянули три мужика на иномарке, искали меня. Отца избили, собаку пристрелили…

— Да ты что?.. — Я даже голоса лишилась. — Но кто мог тебя искать?

— Да я и сама ума не приложу. — Ритка машинально поправила волосы и отодвинула тарелку с устрицами. — Не хочу, аппетит пропал. Адрес моих родителей знал только Марек, он однажды приезжал к ним за мной. Неужели эти люди были от него?

Я не знала, что и сказать.

— А кроме Марека?

— Никто. — Ритка пожала плечами. — Ну еще ты…

— Здрасте… — буркнула я и подавилась омаром. — Договорились…

— Какая фигня пошла! — Ритка тяжело вздохнула. — Ну ладно. Ты наелась? Пошли в гостиницу, Кевин ждет. И постарайся ему понравиться, тогда он поможет тебе с работой…

— Постараюсь, — хмыкнула я. — Как он относится к мулаткам?

— К женщинам он относится хорошо, — коротко ответила Ритка, вышагивая рядом мрачнее тучи.

Я благоразумно промолчала, прекрасно понимая, каково ей сейчас…

Когда мы вошли в номер, я сразу отправилась под душ — жара стояла нечеловеческая, и я вся взмокла. Пока я плескалась в прохладных струях, в дверь постучали. Я замерла, прислушиваясь к происходящему в номере.

— Кевин!!!

«Приехал, полубог!» — ухмыльнулась я и выключила воду. Я обмоталась полотенцем и уже собиралась выйти, когда услышала их разговор.

— Ты почему опоздал? — Ритка была все еще расстроена после звонка матери.

— Ты не поверишь! — приятный мужской голос, с легким акцентом. — Я умудрился вляпаться в паршивую историю.

— В какую? — Ритка звенела посудой, я решила, что она наливает чай.

— Я случайно подвез одну аферистку. А на следующий день меня разыскал какой-то хмырь и заявил, что теперь моя тачка засветилась. Что я с ней заодно и обязан показать им место, где высадил эту ненормальную. Да еще и пистолетом под носом покрутил, урод…

— А ты?

— Дал по роже, и делу край. — Мужчина тяжело вздохнул. — А они мне машину сожгли… Наверное, от бессилия…

— Очень жаль, хорошая была машина, новая совсем…

— В том-то и дело, два года всего. Эх, встреть я сейчас эту женщину, сказал бы ей пару ласковых…

Они грустно рассмеялись, а я только пожала плечами: «Не надо подвозить кого попало», — и вышла из ванной.

— Добрый вечер, Кевин! — Мужчина сидел ко мне спиной. Я правильно догадалась, Ритка поила его зеленым чаем. — Мне Рита так мно…

Мужчина обернулся, наши глаза встретились. Он выронил из рук чашку, а я испуганно вскрикнула. На меня смотрел во все глаза… «Депардье» собственной персоной! Тот самый мужчина, который подвозил меня до военного госпиталя…

Пауза слегка затянулась, Ритка переводила взгляд с одного из нас на другого.

— Только не говорите мне, что вы были знакомы раньше. — Ритка решила развеять атмосферу. — Кевин, знакомься: это Сьюзи, Сьюзи, это…

— А мы действительно знакомы. — Мужчина промокнул полотенцем мокрые от чая брюки. — Это и есть та самая авантюристка, из-за которой мне спалили машину.

— Зачем вы говорите то, чего не знаете?! — возмутилась я. — Я вовсе не авантюристка…

— Еще скажите мне, что вы честный человек! — хмыкнул Кевин. — Я не знаю ни одной женщины, честной женщины, которая сымитировала бы выкидыш. Если она в своем уме, конечно… Да и потом, что вас понесло за сотни километров в казино, если вы были в положении и не лжете мне?

— Какой выкидыш? — Ритка смотрела на меня во все глаза.

— А что мне оставалось делать? — Я нервно прошлась по комнате. — Подойти и рассказать вам всю правду? И вы бы мне поверили? Вы и сейчас-то мне не верите!

— Но уж ни в коем случае не прикидываться несчастной овечкой! — взревел Кевин. — Я видел, какие ребята вас ищут! Мне вполне достаточно было пообщаться с ними, чтобы понять, кто вы. Почему у меня нет таких знакомых?

— Наверное, потому что вы святой! — буркнула я и ушла к себе в спальню.

Рита заглянула ко мне через полчаса и присела на кровать.

— Он в бешенстве, почему ты мне ничего не рассказала?

— Могу рассказать сейчас. — Я валялась на кровати и разглядывала потолок. — Только что это изменит?

— А ты попробуй…

Я вяло начала повествование, к концу которого Ритка воспряла духом:

— Я сейчас пойду к нему и все объясню. Он должен понять.

— Иди. — Я отвернулась к стене. — А если он не поймет, то пошли его к чертям. Я не обязана оправдываться перед первым встречным!!!

Ритка промолчала и вышла из комнаты, а я погрузилась в тяжелые раздумья. Похоже, что работу мне придется искать самой… И жилье тоже. А может, просто вернуться назад? Тогда зачем было сюда лететь?

Уже смеркалось, а Ритка все не возвращалась. Я вышла в общую комнату и бесцельно побродила по ней. Потом накинула джинсовую куртку и покинула номер.

Я решила прогуляться по городу, какой смысл киснуть в помещении?

Я вышла из гостиницы и направилась в сторону, противоположную нашему утреннему маршруту. Подолгу останавливалась около каждой лавки и рассматривала фигурки Будды, браслеты, шляпы и прочую дребедень. Я шла вперед и вперед, то останавливаясь, то прибавляя шагу. Как-то незаметно улицы становились уже, а народу на них все больше и больше. Теперь название каждой лавки начиналось со слова «Texas». Сумерки спустились неожиданно, и когда я, пройдя еще пару минут, оказалась на довольно большой площади, меня поразили ярко освещенные витрины с манекенами. Неожиданно один манекен склонил голову и сделал какое-то движение рукой. Я вздрогнула от неожиданности и тут же все поняла: это не манекены! Это проститутки, живые женщины, выставленные в витринах на продажу. Я заколебалась: уйти или еще немного посмотреть. И женское любопытство пересилило страх. Уж больно интересно мне было поглазеть на грешниц вблизи… Я прошла вперед и остановилась позади небольшой группки громко переговаривающихся мужчин.

В каждой витрине было по одной девушке. Внизу — цена. 500 батт — я прочитала стоимость полной и, на мой взгляд, совсем не симпатичной тайки, когда меня кто-то сильно толкнул в спину. Я повернулась и увидела, как от меня со всех ног несется подросток, а в руке у него — моя сумка…

Я поняла, что воришка просто отрезал сумку от ручки, которая теперь валялась на земле.

— Стой!!! Стой!!! — завопила я как ненормальная и кинулась следом. Но подростка уже не было видно, он скрылся в толпе праздно гуляющих отдыхающих. Я расплакалась от злости и бессилия — в сумочке были все документы и деньги…

— Он ничего не хочет слышать. — Ритка встретила меня в холле гостиницы. — Я в первый раз вижу Кевина таким упертым! Я звонила тебе на сотовый, почему ты не отвечала?

Я молча прошла мимо и шагнула в лифт. Ритка следовала за мной и беспрерывно скулила:

— Я не могу до него достучаться! Кевин уперся, и все тут! Он считает, что ты замешана в темных делишках… Еще и меня предупредил, чтобы я была поосторожней! Ты чего молчишь?

Лифт остановился на 17-м этаже, и мы вышли в коридор.

— А чего говорить? — Я медленно брела к номеру. — Он ведь прав… Я действительно замешана в темных делишках.

— Да прекрати ты! — Ритка открыла дверь, и мы вошли внутрь. — Ты где была? Уже час ночи!

— Гуляла. — Я без сил повалилась в кресло.

— Понятно. — Ритка присела рядом. — Завтра рано утром мы с Кевином уезжаем на восточное побережье Малаккского полуострова, там есть одно поселение, и им нужна медицинская помощь. Планы изменились, часть Российского госпиталя перебрасывают туда…

Я продолжала молчать.

— Ты не переживай, — Ритка дотронулась до моей руки, — я уже позвонила своим коллегам здесь, в Бангкоке. Мы нашли тебе неплохое место в ресторане. Официанткой. Завтра поедешь вот по этому адресу. — Ритка протянула мне листок. — Только не забудь документы. Они же помогут тебе с жильем. У тебя денег хватит на первое время?

— У меня украли сумку. — Я сидела спокойно, не шевелясь и закрыв глаза. — В ней были все документы, деньги, сотовый, права… В общем, все.

— Какую сумку? — Ритка ничего не поняла. — Когда украли? Где?

— Только что, — ответила я, — на улице…

— Скажи мне, что это шутка, — попросила Ритка, не сводя с меня перепуганных глаз. Думаю, она уже пожалела, что пригласила меня с собой в Таиланд.

— Это не шутка. — Я продолжала с интересом разглядывать собственные руки.

Мы замолчали, в номере повисала напряженная тишина.

— Без документов тебя не возьмет ни один приличный ресторан, а в плохой ты сама не пойдешь. Мало ли что может случиться, здесь нет никаких гарантий, если тебя устраивают незнакомые люди. — Ритка обхватила голову руками. — Прямо заколдованный круг… Ты даже в Россию пока вернуться не сможешь…

Я продолжала молчать.

— Чего ты молчишь?! — внезапно заорала Ритка и подбежала ко мне. — Чего ты молчишь?!!

— А что я должна тебе сказать? — Я зло взглянула на подругу. — Что сейчас встану и уйду на улицу и ты меня больше никогда не увидишь? Так, наверное, тебе будет проще…

— Прости. — Ритка мигом стихла. — Просто все пошло не так с самого начала. И Кевин тебя на дух не переносит, а теперь еще и документы украли… Мне все равно придется попросить его о помощи. Кроме него, вряд ли кто-то возьмется восстановить тебе паспорт и прочую ерунду. Да и что теперь делать с работой, я ума не приложу.

— Ты хоть понимаешь, что я этого не хотела? — всхлипнула я от обиды на все человечество. — У меня просто какая-то черная полоса…

— Ну ничего, ничего. — Ритка прижала мое лицо к груди. Она сидела на подлокотнике кресла и гладила меня по голове. — Сейчас я все попытаюсь уладить…

Ритка снова ушла, а я продолжала сидеть неподвижно, лишь изредка смахивая одинокую слезу…

На этот раз вернулась она быстро:

— Ну, в общем, тебе придется поехать с нами. Будешь готовить еду, Кевин согласился тебе помочь, но лишь при одном условии. — Ритка заколебалась, не зная, говорить ли дальше.

— Что он хочет? Чтобы я повесилась у него на глазах? Почему он так меня возненавидел? Что я ему сделала?

— У него жена умерла от выкидыша семь лет тому назад. — Ритка вздохнула. — Только умоляю, не проболтайся…

Я горько хмыкнула. «Вот невезуха!»

— Кевин завтра свяжется со своими друзьями, и они восстановят тебе документы в течение трех месяцев, а пока тебе придется поехать с нами в поселок Джерантут. Как раз было вакантно место повара, он тебя на него и возьмет. — Ритка заметно повеселела. — Только Кевин просит тебя никогда, ни при каких условиях к нему не подходить и не разговаривать. Просто «Привет — пока».

— А я и не собиралась с ним разговаривать! — буркнула я. — Я не виновата в смерти его жены, и я не авантюристка, и если он не желает этого понять, значит, он просто осел!!! — внезапно разревелась я. — Мне тоже пришлось несладко в последнее время. Наверное, я имею право на одну маленькую ошибку! Или нет?!! — Я рыдала в голос, а Ритка подсовывала мне холодный чай. — Имею?!!

— Имеешь, только успокойся, — Ритка тоже зашмыгала носом. — Мне Марек звонил…

— Когда? — Я мгновенно перестала плакать.

— Только что! — Ритка хлопнула себя по карману, где у нее лежал сотовый. — Он уже вернулся назад, каким-то образом уладил все проблемы. Он просит меня вернуться к нему!.. — Ритка ревела в три ручья, и теперь уже я протянула ей чай. — Он говорит, что любит меня и хочет на мне жениться… Он… все понял…

Я поняла, что Ритка собирается уехать к Мареку, но боится оказаться в моих глазах предательницей. Ведь это именно она утащила меня в чужую страну…

— Ты его любишь? — Я взяла подругу за руку.

— Люблю. — Ритка ревела белугой, не поднимая на меня глаза. — Я жить без него не могу! Я знаю, что это звучит глупо, но я без него словно не дышу… Мне так плохо…

— Собирай вещи и лети назад, — я улыбнулась, — все просто!

— Да? — Она благодарно взглянула на меня. — А как же ты? Ты ведь теперь не можешь вернуться домой, пока твои документы не готовы…

— Мне все равно нельзя обратно. — Я постаралась как можно спокойней пожать плечами. — А три месяца — это как раз тот срок, который мне нужен. Я поеду вместе с Кевином в эту деревню, будь она неладна, а потом вернусь.

— Все будет хорошо? — спросила меня Ритка, пряча глаза.

— Конечно, — ответила я, — только вот кто подослал ублюдков к твоим родителям? — Я все-таки не удержалась и добавила ложку дегтя в бочку с медом.

— Это не Марек, — Ритка замотала головой. — Я спросила у него, он ничего не знает.

«Вот наивная!!!» — Я не удержалась и скептически хмыкнула:

— Но тогда кто?

— Может быть, из казино? Или кто-то другой? — Ритка обиженно хлюпнула носом и взглянула на меня с укором. — Это точно не Марек! Я это чувствую…

Я взглянула в ее глаза и… не нашла подходящих слов.

— Я сейчас позвоню в авиакомпанию и пойду собирать вещи! — Ритка выскочила из комнаты и захлопнула дверь.

«Обиделась! — поняла я и только вздохнула. — Любовь делает нас слепыми!»

Ритка улетала первым рейсом в семь утра, мы с ней наспех простились у черных ворот отеля, а затем ко мне спустился хмурый Кевин.

— Я это делаю только ради Риты, — вместо «здраствуйте» сообщил мне этот субъект. — Она уехала, мне не хватает медработника, а вы, барышня, наверное, с трудом можете сварить простые макароны. Хотя Рита говорила, что вы окончили какие-то там курсы поваров, если опять не лжете, конечно.

Я промолчала, хотя мне больше всего на свете хотелось выругаться на всю катушку! Кевин остановил такси, самый обычный автомобиль, и жестом пригласил меня следовать за ним.

Я залезла на заднее сиденье, прижимая к себе сумку с вещами. Всю дорогу мы не проронили ни слова, а когда такси остановилось, я увидела большой двухэтажный дом. «Российский госпиталь» — прочитала я родные буквы. Около ворот дежурила охрана, Кевин предъявил какое-то удостоверение, я шла за ним в двух метрах и рассмотреть не успела. Тем не менее меня не задержали, видимо, Кевин сказал охране, что я с ним.

На территории Российского госпиталя он куда-то пропал, а я продолжала стоять как дура посреди двора. Наконец я заметила лавочку и уселась на нее в ожидании «Депардье». Он появился минут пять спустя, в сопровождении высокого брюнета и маленького полненького человечка. Они что-то возбужденно обсуждали.

Кевин даже не взглянул в мою сторону, трио прошло мимо, словно я была привидением. Я спустилась к выходу и, проклиная тот день, когда влезла в машину к «Депардье», поплелась за ними следом. Когда я миновала охрану, то за воротами увидела микроавтобус и Кевина с мужчинами. Они стояли в небольшой группке людей, громко переговариваясь и посмеиваясь. Две женщины — обе молодые, обе полные, обе крашеные блондинки. Правда, одна совсем без макияжа, а другая — с «карнавальным» раскрасом.

Я в нерешительности топталась в двух метрах от них, прикидывая, что мне делать дальше. Неожиданно Кевин повернулся ко мне и махнул рукой:

— Идите сюда!

Я быстро к ним приблизилась и приветливо раскланялась.

— Эта женщина поедет с нами вместо Риты, — сообщил коллегам Кевин и тотчас отвернулся. — Она не имеет никакого отношения к медицине, но может отварить макароны, наверное. Так что используйте ее как свободные руки по необходимости.

Я опешила, мне что, самой представляться?

— Меня зовут Сьюзи! — Я вымученно улыбнулась.

— Я Леонид, врач-инфекционист, — протянул мне руку «коротышка».

— Валентин, акушер-гинеколог, — бойко представился симпатичный брюнет.

— Светлана, — нехотя буркнула раскрашенная блондинка. — Я старшая медсестра.

— Полина, — улыбнулась блондинка № 2.

— Очень приятно, — выдохнула я, и мы погрузились в автобус.

Я села за заднее сиденье и уставилась в окно. Передо мной сидели Светлана и Полина, и едва мы тронулись с места, они принялись живо кого-то обсуждать.

— Да у них вся семья такая. — Полина неодобрительно хмыкнула. — Совершенно не отвечают за свои слова…

— А теперь вместо нее нам подсунули какую-то девку, которая ни черта не умеет! — зло фыркнула Светлана.

— Тише! — испуганно воскликнула Полина. — Она может услышать…

— А мне все равно, пускай слышит!

Я опустила глаза и попыталась сосредоточиться на дороге, бегущей за окном.

Когда микроавтобус притормозил возле аэропорта, я даже присвистнула от удивления. Неужели снова в воздух? Оказывается, на этот раз мы летим чартерным рейсом до Куала-Лумпура, а потом на машинах добираемся до Джерантута.

«Действительно, у черта на куличках! — вспомнила я слова Риты. — Но зато далеко от Федора, Виктора Семеновича и… и… Толи!» Я сознательно гнала от себя мысли об Анатолии. Не хотела ворошить этот пласт своей жизни. Ужасный, кошмарный пласт. Где многое неясно до сих пор.

«Вот отдохну и все пойму! И начну новую жизнь! — Я улыбнулась. — Будем считать, что я приехала на курорт!»

Самое интересное началось после того, как мы добрались до Джерантута. Стопроцентная влажность воздуха, изматывающая дорога — я была жутко усталой и измученной и надеялась, что все с минуты на минуту закончится. Сейчас мы наконец остановимся, зайдем в гостиницу, я приму душ и лягу спать.

— Кстати, вы не радуйтесь. Джерантут — это только начало нашего путешествия. Нам придется проплыть от него пару часов по реке, чтобы добраться до маленького поселка Укала Тархан, — обернулся к нам Леонид. Он сидел рядом с водителем микроавтобуса, который уже битый час мчался по дороге, петляющей сквозь самые настоящие джунгли.

— Не может быть! — вырвалось у меня, и я бессильно застонала.

— Может, детка, все может быть, — рассмеялся Валентин.

Блондинки хранили гробовое молчание — либо они не желали со мной общаться, либо просто, как и я, были уже без сил.

Всего каких-то два часа пути, и современные здания сменились странного вида развалюхами, по стенам которых сновали гекконы, а вместо оживленного автомобильного движения остался лишь едва слышный стрекот насекомых, гиканье какого-то животного и полное спокойствие. Как на рекламной картинке… Кругом — огромные деревья и могучие травянистые кустарники, да и вообще такое ощущение, что последняя дорога закончилась как раз там, где остановился наш микроавтобус. А дальше — только джунгли.

— Приехали! — бодро сообщил Леонид и велел нам выметаться из автобуса.

Я спрыгнула на землю и с наслаждением потянулась. Боковым зрением я заметила, что Кевин вылез следом и теперь исподтишка наблюдает за мной.

«Какой он мерзкий! — Я передернула плечами. — И что только Рита в нем нашла?!»

Я отошла подальше от автобуса и присела на поваленное дерево. В кармане моей безрукавки болтался совершенно ненужный сотовый телефон — естественно, в джунглях сотовая связь еще не прижилась. Я вытащила мобильник из кармана и с тяжелым вздохом покрутила в руке — было жаль лишаться единственной ниточки, связывающей меня с большим миром. А потом я просто махнула рукой и бросила сотовый в сумку, на самое дно. В ближайшие три месяца он мне вряд ли понадобится. Голова была на удивление пустой и легкой — и это несмотря на чудовищную усталость. Настроение же постепенно выправилось — меня даже начало увлекать это неожиданное приключение.

Мужчины ушли договариваться насчет лодки, а блондинки приблизились ко мне.

— Присаживайтесь. — Я подвинулась. — Места много.

— Ты хоть знаешь, на чем сидишь? — улыбнулась Полина.

— Знаю. — Я удивленно вскинула на женщину глаза. «Издевается, что ли?» — На дереве.

— Вполне возможно, что этому дереву сто тридцать миллионов лет, — сказала Полина. — Представляешь?

— Ерунда! — Я даже задохнулась от возмущения. — А этот… как его… ледник? Он же должен был уничтожить все живое, да и вряд ли что-то может сохраниться сто миллионов лет.

— Это дуриан. — Светлана презрительно пождала губы. — Ты что, в школе была двоечницей? Ледник не дошел досюда парочку километров. Это же национальный парк. — Она махнула рукой в сторону, куда ушли наши мужчины. — Ты что, совсем ничего не знаешь?

— А при чем здесь школа? — Я старалась не сорваться на конфликт. — Я не люблю историю. Ты вот, например, помнишь все школьную программу? Так, что ли?

— Девочки, не ссорьтесь. — Леонид вернулся, а мы и не заметили. — Я нашел лодку, скоро будем грузиться.

Светлана громко фыркнула и пошла прочь, а я так и продолжала сидеть с пылающими щеками. Надо же, в 24 года мне преподали урок истории! Да еще каким манером!

«Они тут все чокнутые! — Я была готова разреветься и снова встретилась с испепеляющим взглядом Кевина. — Уроды!»

— Сьюзи, можно с вами поговорить? — Леонид присел рядом со мной, отодвинув Полину.

Я молча кивнула — рот я открыть боялась, чтобы не разреветься. «Чего ко мне все цепляются?»

— Сьюзи, мы вас не съедим! — Он ласково обнял меня за плечи. — Я не знаю, какая кошка пробежала между вами и Светланой, но она баба с характером, одна воспитывает двух пацанов, вы не принимайте ее слова близко к сердцу. Все будет хорошо, а если вам что-нибудь понадобится, обращайтесь прямо ко мне, я руководитель этой группы.

Я кивнула головой и с благодарностью прошептала:

— Спасибо!

Леонид ушел, а Полина осталась.

— Сьюзи, как ты здесь оказалась? — Она вопросительно на меня посмотрела.

— Мы расстались с другом, — я пожала плечами, — я не нашла ничего лучшего, чем уехать сюда. Меня Рита пригласила.

— Понимаю. — Полина рассмеялась. — Я тоже приехала сюда за одиночеством и деньгами. Здесь прилично платят…

— Это хорошо! — наконец смогла улыбнуться и я. — А то мне скоро будет не на что жить…

И мы рассмеялись в голос, как будто я сказала какую-то крайне веселую вещь.

— Девчонки! — Леонид махал нам руками. — Я договорился с лодочником, у него здесь дом, он нас накормит перед дорогой обедом!!!

— Пошли? — Полина протянула мне руку. — Светка хорошая, я с ней уже третий раз еду. Просто жизнь у нее не сахар…

— А у кого она сахар? — огрызнулась я. — У тебя, что ли?

Мы поднялись с дуриана (на всю жизнь теперь запомню!!!) и направились к Леониду, который маячил между стволами деревьев.

«Лодочник» предложил путешественникам на выбор банановые блины или креветочный суп. Я с сомнением посмотрела на горку серо-желтых лепешек и нерешительно заказала суп. Остальные решили попробовать и то и другое.

— Вкусно! — Леонид широко улыбнулся, первым попробовав странное на вид варево. — Приятного аппетита! — Мужчина незаметно подмигнул мне левым глазом. Кевин сидел напротив и с невозмутимым видом жевал блины.

— Попробуй, это действительно вкусно. — Полина положила мне на тарелку банановый блин. Я с сомнением отломила кусочек и отправила в рот.

— Съедобно, — улыбнулась я. — Я бы от вина сейчас не отказалась, чтобы снять усталость…

— Не пьют здесь! — неожиданно грубо отозвался Кевин. — Спиртное здесь запрещено законом, это вам не ночной клуб, барышня…

Светлана негромко захихикала, а я так и осталась сидеть с открытым ртом.

— Кевин? — Валентин оторвался от трапезы и с удивлением посмотрел на мужчину. — Ты чего? Она же в первый раз здесь, могла просто не знать…

— Я уже в этом убедилась, — подала голос Светлана. — Девушка знает крайне мало…

— Спасибо! — буркнула я и поднялась из-за стола. — Пойду прогуляюсь…

Я побрела к лесу, стараясь унять дрожь в руках. Если все будет продолжаться таким образом, то три месяца я здесь просто не выдержу.

Немного подумав, я свернула с дороги и пошла к «причалу» — маленькому деревянному помосту у реки. Я села на помост и уставилась на воду.

— Как водичка? Теплая? — Ко мне подошла Полина.

Я оглянулась и промолчала.

— Здесь полно гадов. — Полина села рядом. — Ты знаешь, Сьюзи, я когда с ними в первый раз поехала, вообще, думала, повешусь…

— Есть такая мысль, — ухмыльнулась я. — А гады в воде или среди людей?

Мы снова рассмеялись.

— В воде. Пошли в дом? Отдохнешь перед дорогой. — Она потянула меня за руку. Я поднялась на ноги, и мы вернулись к хижине.

— А где здесь туалет? — тихонечко спросила я у Полины.

— Под каждым кустом, — хихикнула она. — Вон, видишь? — и показала на надворную постройку. — Иди туда…

Я поблагодарила и побежала к туалету. Но едва я сняла джинсы и присела на корточки над выгребной ямой, как услышала позади себя шумное дыхание. Похолодев, я оглянулась. Огромная, чудовищно огромная жаба смотрела на меня своими жуткими глазами навыкате. Потом она громко зашипела и прыгнула прямо на мою голую задницу. Я заорала как резаная и вылетела из туалета.

— Что случилось? — Естественно, я наткнулась на Кевина, который был ближе всех к этому месту. — Чего вы орете?

Он подбежал ко мне.

— Жаба!!!

— О господи! — фыркнул Кевин. — Наденьте джинсы и прекратите орать — она не ядовитая…

И ушел прочь. Я взглянула на себя и покраснела — я снова предстала перед Кевином «в самом лучшем свете».

Я осторожно ступила ногой в скособоченную лодку и перекрестилась — я не слишком хорошо плаваю. И одно дело море, а другое — тропическая река, где живет всякая нечисть…

— В Африке нет воды? — зло пошутила Светлана.

— Нет, нет воды. — Я оглянулась и встретилась с ней взглядом. — Нет воды и нет хамок, потому что у нас принято сжигать нахальных бабешек на костре…

Я расслышала, как закашлял от смеха кто-то из мужчин, еще остававшихся на берегу.

— Это ты что, про меня? — Светлана даже дышать перестала от возмущения.

— Упаси бог! — Я вежливо улыбнулась. — Это краткий курс истории по африканскому праву. Наверное, ты плохо училась в школе…

Мы с ней опустились на сиденья, и в лодку погрузились все остальные.

— Он говорит, — Полина прошептала мне на ухо, косясь на лодочника, — что здесь можно перевезти пятнадцать человек с грузом, но я что-то не верю…

— А как добирались до госпиталя другие? — удивилась я. — Как туда доставляют оборудование? Медикаменты?

— А, это все самолетами, — Полина вздохнула, — а мы уж своим ходом, потому что нас мало. Экономически невыгодно.

— А в прошлый раз вы были там же? — Последние приготовления, и старик с помощью огромного весла оттолкнул лодку от мостика и заученным движением выровнял ее по центру реки. Заревел моторчик, и лодка двинулась вверх по течению, постепенно набирая скорость. Мокрое весло упало на дно лодки, невольно заставив вздрогнуть всех пассажиров неказистого суденышка, и меня в том числе.

— Нет, но рядом. — Полина вцепилась в борт лодки. — Не хочу искупаться…

Прошло полчаса, я успокоилась и теперь с удовольствием рассматривала одинаково живописные берега, сплошь увитые лианой, а когда на отмели заметила отдыхающего буйвола, то, позабыв про всякую опасность, громко закричала:

— Ой! Смотрите! Смотрите!

Но буйвола уже заметили и без меня. Полина вскочила на ноги, и лодка угрожающе накренилась. Лодочник завопил в голос, тряся кулаком.

— Простите, — сконфуженно пробормотала Полина и смирно села на свое место.

— Давайте-ка поосторожней! — неодобрительно буркнул Леонид. — Река все-таки…

Я улыбнулась и в тот же миг оказалась за бортом лодки — это произошло так быстро, что я не успела сообразить: может, лодка накренилась снова, а может, мы напоролись на корягу…

— Руку давай! — Светка, которая сидела со мной рядом, почти вывалилась из лодки, протягивая мне руку. — Держись!

Я лишь удивленно хлопнула ресницами и пошла ко дну. И снова фонтан брызг, кто-то прыгнул за мной в воду. Это был Кевин, он подхватил меня на руки, поддерживая над водой мою голову. Леонид и Валентин втащили меня в лодку и уложили на дно.

— Будет жить! — улыбнулся Леонид, осмотрев меня быстрым взглядом.

Кевин сам вскарабкался в лодку и отряхнулся, словно мокрая собака.

— Спасибо! — Я повернула к нему лицо.

— Не за что! — буркнул мужчина, стягивая с себя мокрую футболку. — От вас одни проблемы…

Первая неделя в разбитом на берегу реки лагере прошла незаметно. Передвижной госпиталь располагался в большом деревянном бараке, он был поделен на больничную и жилую часть. В госпиталь стекалось все захворавшее окрестное население, и поэтому работы был непочатый край. Секунды сливались в минуты, минуты в часы, а часы в сутки. Я порой не могла понять, что сейчас — раннее утро или поздний вечер. Монотонная, выматывающая работа, сумасшедшая жара, тучи насекомых…

Я вставала в четыре утра и брела к колодцу за водой. Потом мыла котлы и принималась готовить завтрак, обед и ужин. Воскресенье — мой выходной день, сегодня готовкой занималась местная женщина со странным именем Ия.

А я решила просто отдохнуть. Добрела до огромного замшелого камня и прислонилась к нему спиной. Я ушла довольно далеко от госпиталя и теперь едва различала голоса коллег и звуки обычной лагерной жизни. Негромко гудел генератор, вырабатывая такой необходимый для нормальной жизни электрический ток.

Я крепче прижалась спиной к огромному замшелому камню, хранившему тепло солнечных лучей, и огляделась вокруг. Сейчас я находилась на берегу небольшого и, судя по запаху, стоячего водоема, который в своем конце соединялся с полноводной рекой. На ее берегу и был разбит наш лагерь. Скорее всего, где-то здесь имелась импровизированная плотина, которая и стала причиной появления этой большой лужи. Очень большой. Мутная и спокойная вода без признаков жизни: ни тебе рыб, ни лягушек, только торчащие над поверхностью густые зеленые заросли да огромные камни. И надо всем этим — длиннющий подвесной мост, собранный из палок и лиан. Рядом что-то зашуршало, я медленно повернула голову на звук и тут же вскочила, пронзительно визжа. Огромная игуана, шурша хвостом по земле, промчалась мимо, совершенно меня проигнорировав.

— Игуана? — Полина каким-то образом умудрилась меня найти. — Они, сволочи, еще и кусаются!

— Да? — Я боязливо взглянула в сторону удравшей ящерицы. — Ты за мной?

— Да, устроила себе небольшой перерывчик. — Девушка села рядом и тоже прислонилась к камню. — Ты уже привыкла?

— Думаю, что да, — соврала я. Мне было очень грустно. Я скучала без Ритки, без Аленки, без семьи. Я даже не могла позвонить и узнать, как у них дела. И еще меня почему-то стало очень беспокоить, как там Аленка разрулила всю эту историю с Федором и Виктором Семеновичем. А вчера мне приснился Анатолий — надо ли говорить, что, вскочив, я так больше и не уснула?

— Вчера женщину привезли, — Полина прикрыла глаза, — родила недавно, да, видимо, местные повитухи что-то сделали не так. Ребеночек умер, а сама роженица на волосок от смерти… Валентин сейчас с ней возится, но говорит, что никаких гарантий…

— Грустно, — я тоже прикрыла глаза, — и жаль ребенка…

Полина промолчала, а потом осторожно спросила:

— Ты замужем?

— Нет, и никогда не была, — ответила я спокойно.

— Почему?

— Не знаю. — Я пожала плечами. — То я не нравлюсь, то мне не нравится. А ты?

Полина промолчала.

— Слушай, ты что про Кевина знаешь? — неожиданно для самой себя спросила я. — Кто он?

— Отличный врач. — Полина улыбнулась. — Что еще тебя интересует?

— Все.

— Почему? — Она прищурилась.

— Ну… — туманно ответила я.

— Я знаю, что Кевин с нами последний раз, он собирается осесть на месте и заняться частной практикой. — Полина вздохнула. — Он хороший мужик, только грубый стал после смерти жены…

— А что случилось с его женой? — спросила я, как будто не зная.

— Она много лет назад потеряла ребенка, их ребенка, и умерла. Говорят, она красивая была — рыжеволосая, длинноногая. Он очень ее любил.

— Понятно. — Я вздохнула и замолчала.

Всю эту неделю я постоянно натыкалась на испытывающий взгляд Кевина. Он молчал, мы не разговаривали, но его присутствие я ощущала постоянно. Мне казалось, что мужчина стал относится ко мне немного по-другому, а может, я это просто выдумала.

— Я, пожалуй, пойду. — Полина поднялась. — А ты?

— А я еще немного посижу здесь. — Я улыбнулась. — Ладно?

— Только недолго. — Полина взглянула на небо. — Вроде дождь сегодня собирается…

И она твердой походкой ушла в лагерь.

А я снова начала думать про Кевина. Очень странно, но мое отношение к нему тоже изменилось. Сначала он меня жутко раздражал и бесил, потом я была рада, что мы с ним стали мало видеться — все-таки территория госпиталя была велика, и при желании можно было избежать прямого контакта. А теперь я постоянно о нем думала… Меня каким-то странным образом стало тянуть к этому мужчине. И еще — мне необходимо было узнать, КТО ему спалил из-за меня машину. Я решила выбрать подходящий момент и попытаться поговорить с ним по душам. Быть может, это прольет свет на мои нерешенные вопросы.

Я встала и решила перейти по навесному мосту на другой берег водоема. Светило яркое солнце, как обычно, галдели птицы и шумели насекомые, от которых все спасались при помощи репеллентов, густо измазываясь ими с головы до ног.

Я брела по едва видневшейся среди зарослей кустарника тропинке, то и дело оглядываясь назад. Заблудиться не хотелось. Услышав за спиной шум, я резко обернулась — боялась встретиться в джунглях с каким-нибудь диким животным. И хотя меня уверяли, что на территории лагеря животных нет и быть не может, я все равно проявляла осторожность.

Итак, я резко обернулась и замерла как вкопанная: за мной по тропинке бежал Кевин….

— Вы чего? — Я сделала несколько шагов ему навстречу.

— Мне Полина сказала, где вы… — Он запыхался, тяжело дышал, по лбу катились капельки пота. — Светлана заболела, нужна ваша помощь…

— Хорошо, пойдемте, — тяжело вздохнула я, мысленно простившись с долгожданным выходным днем.

Внезапно стало темно и даже как будто холоднее. Я посмотрела вверх, но ничего, кроме густых лиан и тяжелых крон деревьев, не увидела. Нарастал какой-то странный шум, происхождение которого я никак не могла понять. И только когда первые тяжелые капли упали мне на лицо, я поняла, что мы попали под тропический ливень. Буквально за долю секунды я промокла до кончиков волос. Дождь шел сплошной стеной, за его плотной пеленой едва проступали очертания ближайших деревьев.

Кевин схватил меня за руку, и мы было заметались в поисках укрытия, но, поняв, что это бесполезно, просто пошли к мосту. Кевин обнял меня за талию:

— Не поскользнитесь! — И мы двинулись вперед.

Ливень кончился так же внезапно, как и начался. Небо немного просветлело, шум дождя сменился гомоном птиц. Казалось, что в джунглях сейчас поет каждая птаха.

Кевин продолжал сжимать меня в своих объятиях. Наши глаза встретились — мне показалось, что еще секунда, и он меня поцелует. Но ничего не произошло, Кевин убрал от меня руки и отошел на шаг назад.

Мы еще некоторое время стояли друг против друга, тяжело дыша, не произнося ни слова.

Вода текла по моему лицу, я вытерла лоб мокрой рукой и первая двинулась к лагерю. Кевин пошел следом…

Поздно вечером я вышла из жилого барака, прижимая к груди чашку зеленого чая с жасмином, и села на скамейку. Я делала маленькие глотки и пыталась отключиться от всего земного. На душе было неспокойно — я втянула в эту скверную историю и Алену, и Риту, а сама вроде как отсиживаюсь в джунглях.

— Можно? — Кевин стоял возле скамьи. — Можно присесть?

— Конечно, — зачем-то подвинулась я, хотя места было предостаточно.

— Устали? — Он опустился рядом. — Я вижу, вы отлично вписались в коллектив, а Полина вас и вовсе обожает…

Я молча кивнула.

— Вы довольно сносно готовите, — продолжал Кевин. — Значит, правда учились на повара?

— Я учусь на юриста, а работаю официанткой, но окончила курсы поваров. Я не всегда вру, поверьте. — Я взглянула в его глаза. — Вы удивлены? Наверное, вы считали, что я только по ночным клубам тусуюсь?

— Была такая мысль. — Я в первый раз увидела его улыбку.

— Не надо делать поспешных выводов.

— Просто я посчитал вас типичной представительницей новой породы женщин, — поморщился Кевин.

— Что за порода, можно спросить?

— Конечно. — Он хмыкнул. — «Стерва обыкновенная» называется. Довольно распространенный вид, почему-то сейчас он в моде…

Я автоматически подумала про Аленку и улыбнулась.

— Вам виднее. — Я допила чай. — Кевин, могу я вас спросить?

— О чем? — Мужчина напрягся.

— Мне Рита рассказала, что кто-то, искавший меня, сжег ваш автомобиль. Как он выглядел?

— Смуглый, чернобровый, наверное, симпатичный с женской точки зрения. — Кевин улыбнулся. — Правда, я ему выбил два зуба, но думаю, что он их уже вставил.

«По описанию это Федор».

— А когда он вас разыскал?

— Да почти сразу же, как я вас высадил возле госпиталя. — Кевин ухмыльнулся. — Сбежали от любовника?

— Не угадали, — хмуро возразила я. — Ритка мне сказала, что на следующий день…

— Она ошиблась, я точно помню. Это мне тачку сожгли на следующий день, видимо, я был слишком резок. Эти мальчики такие нежные…

Я промолчала.

Шумели деревья, из джунглей доносилось уханье какой-то птицы.

— Вы по дому не скучаете? — первым прервал молчание Кевин.

— Скучаю. — Я улыбнулась, и хотя уже стемнело, мне показалось, что Кевин пытался что-то прочесть по моим глазам.

— Ничего, я вам документы сделаю даже раньше, думаю, через две недели будут готовы. Я как раз полечу в Бангкок по делам, можете ко мне присоединиться.

— Спасибо! — Я очень обрадовалась. — Вы знаете, у меня дома осталось столько нерешенных вопросов!

— Так зачем же вы сюда поехали? — удивился он. — Надо было их сначала решить, а уж потом лезть в джунгли.

— Я просто сбежала, — честно ответила я, — иногда сбежать от собственных проблем — самый простой способ их решить.

— Глупости вы говорите! — внезапно возмутился Кевин. — Проблемы сами собой не решаются, вы только тянете время. И еще неизвестно, во что это выльется…

Я молча вздохнула: «А ведь он прав!»

— Пойдемте спать! — Кевин поднялся первым. — Завтра рано вставать…

Я молча пошла за ним.

— Спокойной ночи! — Он пропустил меня в дверь. — Сьюзи…

Услышав свое имя, я удивленно подняла на него глаза.

— Спокойно ночи! — Я улыбнулась и направилась в женскую спальню.

Светлане становилось все хуже и хуже. Она лежала в госпитале, загороженная ширмой от прочих больных, и почти не приходила в себя. Пунцовое, горящее от высокой температуры лицо, черные круги под глазами — девушка подцепила тропическую лихорадку.

— Если завтра не пойдет на поправку, — Леонид был крайне обеспокоен происходящим, — придется ее увозить на самолете в город, иначе мы можем ее просто потерять.

Я вздрогнула: у Светы было двое детей и не было мужа.

— Нечего ждать до завтра! — Кевин ворвался в дверь как ураган. — Самолет будет через полчаса, привезет медикаменты и провизию. Мы с ним и улетим. Сьюзи, вы со мной?

Я снова вздрогнула и подняла на него глаза:

— Зачем?

— Поможете мне в полете, мало ли чего может случиться. Мы долетим до Джерантута, оставим там Светлану в больнице. Кроме вас, все здесь нужны, а без повара лагерь может прожить сутки. Собирайтесь!

Я не знала, как и реагировать, — неприятно, конечно, что я оказалась здесь самая ненужная. Но Кевину было не до сантиментов. Он подошел к Светлане и только покачал головой:

— Не нравится мне все это. Больше никто не заболел?

— В том-то и дело. — Леонид развел руками. — Это, конечно, здорово, но…

— Вы не уверены, что это тропическая лихорадка? — Кевин взял безжизненную руку Светы и пощупал пульс.

— Говорят, она накануне порезалась. Все равно без комплексного обследования не выяснить, здесь мы можем только сделать анализ крови, и все…

— Я понимаю. — Кевин махнул рукой. — Готовьте ее к перелету.

Маленький неказистый самолетик опустился на площадку перед госпиталем через полчаса. Из него выгрузили провизию, медикаменты. Носилки со Светланой несли Кевин и Валентин. Я тащила две ее сумки с вещами и пакет с документами.

— Ну, с богом!!! — Мотор запустился, и самолетик, смешно качнувшись, побежал вперед.

За штурвалом сидел хмурый китаец, он потянул его на себя, и самолет оторвался от земли.

Мы сидели в задней части салона, я и Кевин. Светлана лежала впереди, в ее вену была воткнута капельница.

— Она умрет? — Мой голос дрожал.

— Не говорите ерунды! — Кевин разозлился. — Конечно, нет. Два часа перелета — и все будет в порядке.

Я обиженно замолчала и уставилась в иллюминатор — под нами был сплошной лес, лишь изредка разрываемый нитью реки. Самолет летел плавно, нас почти не качало. Я, ожидавшая жуткой тряски, теперь расслабилась и даже задремала.

Проснулась я от удара головой о стекло иллюминатора, самолет страшно качало, Кевина рядом не было. Я в панике вскочила на ноги и, еще плохо понимая, что происходит, кинулась к летчику.

— Он без сознания!!! — Кевин вытаскивал китайца из-за штурвала. — У него жар!!!

Я в ужасе открыла рот:

— Что?!

— Дай ему жаропонижающее! — заорал Кевин, бросая летчика на пол. — Я сяду за штурвал, я умею.

Дальше нас так тряхнуло, что я упала рядом с несчастным китайцем. Глаза его были закрыты, он стонал.

Я отползла к лавке и закрыла лицо руками.

«Что происходит? Эпидемия? Что?»

Самолет бросало то вверх, то вниз.

— Будем садиться! — перекрикивая шум мотора, сообщил Кевин. — Мне не удается выровнять самолет. Держись, Сьюзи!

Я подбежала к Светлане и прижала капельницу к ее руке. Потом вцепилась в носилки, на которых лежала несчастная, и закрыла глаза. Садились мы, наверное, целую вечность. Я слышала, как шумел воздух, рассекаемый нашим маленьким неказистым самолетиком, падающим вниз. Потом страшный грохот, шуршание деревьев и чудовищный удар. Меня отбросило в сторону, так и не успев открыть глаза, я ударилась спиной обо что-то твердое…

— Сьюзи! — Кевин тряс меня за плечо. — Сьюзи!

Я открыла глаза — мы все еще находились внутри самолета, правда, сам самолет уже лежал на земле. Вернее, передняя его часть, куда девался хвост, я понять не могла. Разломанный надвое фюзеляж казался хрупким, как картонка.

— Мы живы? — Я очень удивилась.

— Удар смягчили деревья и лианы. — Кевин потянул меня за руку. — Надо выбираться отсюда, может быть пожар.

Я вскочила на ноги, немного болела спина и кружилась голова.

— Возьми носилки! — скомандовал Кевин, я подбежала к Свете. Девушка лежала, запрокинув голову назад, руки безжизненно болтались вдоль тела. Светлана была ремнями пристегнута к носилкам, это и спасло ее от падения…

Мы вцепились в носилки и выволокли их через разлом.

— Неси дальше! — Кевин махнул рукой. — Дальше от самолета…

Мы почти бежали. За спиной раздался взрыв, и волна обжигающего воздуха на мгновение накрыла меня с головой. Я оглянулась — остатки искореженного фюзеляжа горели ярким пламенем.

— Пилот? — одними губами спросила я Кевина.

Он промолчал. Что говорить? Понятно и без слов.

— Где мы? — Мы сидели на огромном поваленном дереве, Кевин обнимал меня за плечи, я дрожала и никак не могла успокоиться.

— Где-то посередине национального парка, в сердце джунглей.

Носилки стояли рядом, Светлана едва дышала.

— Что дальше? — спросила я, как будто Кевин был волшебником.

— Пойдем вперед. Джерантута ближе. Мы не долетели до него всего двадцати минут.

Я кивнула и покосилась на Светлану, мне показалось, что она пошевелила губами.

— Пить, — едва слышно прошептала женщина и внезапно открыла глаза. Ее взгляд был осмысленным. — Где я? — Она уставилась на нас с удивлением и испугом.

— Света! — Кевин бросился к ней. — Мы в лесу, все хорошо, скоро мы будем в больнице.

Светлана огляделась:

— В лесу? А где госпиталь? Что произошло? — Она встретилась со мной взглядом. — Сьюзи? Что случилось?

Я продолжала молчать, меня трясло как осиновый лист.

— Самолет разбился, мы везли тебя в больницу. — Кевин погладил ее по голове. — Но до города совсем недолго, мы тебя понесем. Все будет хорошо!

Светлана только молча закрыла глаза, а когда открыла, то по ее щекам текли слезы:

— Не бросайте меня здесь, у меня дети… Сережка и Витька… Я… У них больше никого нет…

Я подползла к ней и взяла ее за пылающую руку:

— Не волнуйся, Кевин же сказал — мы тебя понесем!

— Спасибо! — Света попыталась поцеловать меня в плечо, но тут же без сил повалилась обратно. — Спасибо.

— Я пойду, поищу воду! — Кевин огляделся. — Я быстро, нам надо хотя бы воды…

Он скрылся за деревьями, а я осталась наедине со Светой.

— Сьюзи! — Она открыла глаза. — Ты запомнишь адрес, который я тебе сейчас продиктую?

— Да. — Я вздохнула, мне было страшно до такой степени, что сводило зубы. — Постараюсь.

— Это адрес отца ребятишек. Бывшего мужа… — Светлана всхлипнула. — Мало ли чего…

— Все будет хорошо! — повторила я, уверенная в обратном.

— Он живет в Смоленске, улица Кураторов, дом восемь. Запомнишь? Правда, у него новая семья…

— Кураторов, дом восемь, — повторила я. — Но ты не волнуйся. Перед полетом тебя осматривал Леонид, он сказал, что ты идешь на поправку. И анализ крови это подтвердил. Просто тебя решили увезти от греха подальше. Вдруг начнется эпидемия, а ты ослабленная… — Врала я так твердо, что Света мне поверила.

— Правда? — В ее глазах затеплилась надежда. — Правда? Мне так страшно…

— Правда, — буркнула я, изо всех сил стараясь не разреветься. — Я отойду пописать. Я сейчас…

Я выпрямилась во весь рост и рванула в чащу. Пробежав пару метров, я прижалась к толстенному стволу и заревела в голос.

— Сьюзи? Ты где? — откуда-то сбоку доносился голос Кевина. — Не уходи далеко…

— Иду. — Я вытерла глаза и вернулась обратно. Кевин смастерил из коры что-то вроде воронки и теперь из нее поил Свету.

— Я нашел пресную воду, нам сказочно повезло. — С ума сойти, он улыбался!

— Повезло? — переспросила я, уверенная, что ослышалась.

— Повезло! — твердо повторил Кевин. — Пойдем, мы попьем с тобой прямо из ручья.

Светлана взглянула на нас с ужасом, и Кевин перехватил ее взгляд:

— Мы вернемся, ты не думай!

Он взял меня за руку и как ребенка потянул следом. Я перешагивала через поваленные деревья, потом на карачках пролезла сквозь густой колючий кустарник, ободрав до крови лицо. Невысокий обрыв, камни, набросанные друг на друга, словно детские кубики, между ними растет яркая, сочная трава. Маленький ручеек вытекал из каменной расщелины на высоте около метра над землей. Я припала к ручейку и принялась жадно глотать воду.

— Сьюзи, — Кевин присел на камень, — Сьюзи, нам надо поговорить.

У меня прямо сердце оборвалось, по своему жизненному опыту я знаю, что такое начало почти всегда приводит к плохому концу.

— Только не говори мне, что ты пойдешь один, а я останусь со Светой…

Я повернула к нему голову:

— Понял?

— Именно это я и хотел тебе сказать. Нам двоим не донести ее на носилках, здесь горы, бурелом…

— Я не останусь! — завизжала я так громко, что он вздрогнул. — НЕ ОС-ТА-НУСЬ!!

— Не ори, ради бога! — Кевин схватил меня за руку и рывком притянул к себе. — Света умрет, если я не вернусь через сутки. У нас нет лекарств, нет… Да у нас ничего нет!!! Ты хочешь этого?

— Мы все вместе за сутки доберемся до города! — Я выдернула руку и сделала шаг назад. — Пока ты будешь мотаться туда-сюда, пройдет еще больше времени! А если ты заблудишься? А если на нас нападут тигры? Кабаны? Или змеи?!! Что я буду с ней делать? Одна? — Я почти ревела. — Я не останусь!

— Змеи не нападают, если к ним не лезть! — устало возразил Кевин и закрыл лицо руками. — Что ты хочешь?

— Мы пойдем все вместе.

— Она умрет по дороге, ее нельзя трясти, там нет воды, а здесь вода рядом. Мы перенесем носилки поближе к ручью, и у вас будет вода, пока меня нет. Я нарву вам дурианов, их можно есть сырыми. Вы продержитесь сутки. Всего сутки.

— Нет. — Я опустилась прямо на землю. — Я не останусь одна. Я боюсь, ты понимаешь?

— Другого выхода нет. — Кевин тяжело поднялся и подошел ко мне. — Сьюзи, пойми, мы оказались в дерьмовой ситуации, и у нас просто нет другого выхода. У меня есть зажигалка, она осталась в кармане брюк, я разведу вам костер, так что животные к вам близко не подойдут.

— А если ты не вернешься? — Я сдалась и теперь беззвучно плакала. При одной мысли о том, что мне надо провести ночь в джунглях, рядом со смертельно больным человеком и дикими животными, игуанами и прочими гадами, мне становилось дурно.

— Я вернусь. — Кевин прижал меня к себе и поцеловал в щеку. — Я не раз ходил по джунглям один, я вернусь, я помню дорогу…

— Поцелуй меня, пожалуйста, — прошептала я, низко опуская голову.

— Зачем? — искренне удивился Кевин.

— Если я умру, — я всхлипнула, — то последнее, что я хочу запомнить — это поцелуй симпатичного мужчины… Мне страшно, вот и все…

Кевин молча взял мое лицо в ладони и повернул к себе. Его глаза излучали тепло и жалость, он притянул меня к себе и едва коснулся моих губ.

— Я вернусь!

Я обреченно вздохнула и перекрестилась. Тяжело ступая, еле передвигая ноги, я вернулась к ручью и хорошенько умылась.

— Света! Пить хочешь? — Я повернулась к женщине и увидела, что она крепко спит. Повинуясь какому-то шестому чувству, я сделала несколько шагов вперед и наклонилась над больной:

— Света, ты спишь, да?

Моя рука коснулась ее ледяного лба и безвольно опустилась. Светлана умерла.

Я лежала в гостиничном номере на кровати и грызла орехи. Прошло двое суток с тех пор, как Кевин вынес меня на руках из национального парка, будь он неладен. Я была в полуобмороке от страха и шока, проведя почти сутки наедине с трупом. Уйти от тела я не могла, а тащить на себе покойника по джунглям было нереально. Я сидела у ручья и ждала Кевина, а когда он вернулся, как и обещал, да еще и с подмогой, просто отключилась.

— Как дела? — Кевин пришел вечером и, как обычно, принес мне фруктов и чистой питьевой воды.

— Гораздо лучше. — Я действительно почти пришла в себя. Только немного болели суставы и спина, наверное, я все-таки застудила мышцы на холодных камнях.

— Ты и выглядишь лучше. — Он нежно провел рукой по моим волосам. — Ты смелая, молодец…

Я грустно рассмеялась:

— Ну, правда, я жутко трусила, но если ты говоришь, что я смелая, значит, так оно и есть.

Мужчина промолчал, продолжая гладить мои волосы.

— Когда мы улетаем?

— Мне только что позвонили — твои документы готовы, так что можешь возвращаться домой.

— Ты меня гонишь? — Мне почему-то стало обидно до слез.

— Я?! — удивился Кевин. — Но ты же сама говорила, что у тебя остались дома нерешенные проблемы… Я просто решил, что ты не хочешь снова возвращаться в джунгли…

— Вообще-то ты прав. — Я грустно кивнула. — Только вот…

Я замолчала, не зная, как подобрать слова. А потом просто притянула Кевина к себе и поцеловала в губы. Мне кажется, он только того и ждал. Он стянул с меня футболку, в которой я валялась на постели, и нырнул ко мне по одеяло…

Наверное, я потеряла счет времени, а когда наконец очнулась, то очень удивилась, разглядев за окном раннее утро. Кевин лежал рядом, на спине, с закрытыми глазами.

— Ты спишь? — Я поцеловала его в шею.

— Нет. — Он улыбнулся. — Я балдею…

Я тихонечко рассмеялась и пробежала легкими пальчиками от груди до пупка… и немного ниже…

— Сьюзи… — простонал Кевин и повернулся набок. — Прекрати немедленно…

Я снова рассмеялась — с ним было так легко и просто, я давно не чувствовала себя такой счастливой. Я повалилась на свою подушку и замерла.

— Ты что, обиделась? — Кевин повернулся ко мне и поцеловал меня в макушку.

— Конечно, нет, — я зевнула, — просто я тоже устала…

— Тогда я пойду в душ, а потом к себе в номер. Ты поспи парочку часов, вечером я приду, и мы обо всем договоримся…

Я улыбнулась и закрыла глаза. «Наверное, он хочет, чтобы мы были вместе. Иначе к чему все эти разговоры?»

Я уснула быстрее, чем Кевин покинул мой номер.

Вечером я решила быть при параде: облачилась в джинсы и майку, единственное, что у меня было из одежды, и воткнула в волосы огромный оранжевый цветок, название которого я не знала. Очень жалко, что при мне не было даже банальной помады, но я решила, что мои горящие глаза и пылающие после бессонной ночи губы будут выглядеть гораздо сексуальнее, чем вся косметика вместе взятая. К тому же говорят, что мужчины ценят естественную красоту…

Кевин пришел в семь часов и принес с собой бутылку вина.

«А готова ли я к этим отношениям?» — в который раз спрашивала я себя и не знала, что ответить. Мой безумный (в прямом смысле этого слова) роман с Анатолием остался далеко позади, но вряд ли я окончательно освободилась для новых отношений. Серьезных отношений, потому что с Кевином по-другому нельзя.

— Сьюзи, я хотел с тобой поговорить, — начал было Кевин, а потом просто подошел ко мне и обнял. — Ты… — Он поцеловал меня страстно и нежно, но потом внезапно сделал шаг назад. — Я принес вино… — Он протянул мне бутылку.

«Волнуется, — подумала я, — видимо, я ему очень нравлюсь…»

Мы разлили вино по бокалам, и Кевин произнес тост:

— За самую смелую из прекрасных женщин!

Мы выпили, а Кевин все еще продолжал мяться, не зная, с чего начать. Я посмотрела в его лицо, в его глубокие глаза и решила: «Я буду с ним! А дальше — как карта ляжет…»

При воспоминании о картах меня передернуло, я забыла, как мы встретились с Кевином в первый раз.

— Сьюзи. — Он опустил глаза в пол. — Мне очень трудно это говорить, и я прошу твоей поддержки. Обещай, что выслушаешь меня, не перебивая…

«Он что, собрался предложить мне руку и сердце?!» — поразилась я, пододвигаясь к нему поближе.

— Конечно, ты не волнуйся…

— Как же не волноваться! — рассмеялся он. — Ведь не каждый день я такое говорю…

«Точно! — охнула я. — Он собирается на мне жениться!»

У меня запылало лицо, но я постаралась взять себя в руки.

— Говори, я внимательно слушаю…

— В общем, так. — Кевин хрустнул пальцами. — Когда-то очень давно я был женат. Мой брак закончился трагедией, и я долгое время вообще не мог смотреть на других женщин…

Он замолчал, собираясь с силами.

«Бедняга! — Мне хотелось его расцеловать. — Ты мне тоже очень нравишься, Кевин. Я думаю, что мы будем счастливы вместе!» — едва не выкрикнула я вслух, но потом все-таки решила дослушать его речь до конца.

— Потом боль утихла, — продолжал Кевин. — Даже странно, что время способно вылечить буквально все. Даже глубокие раны на сердце, которые, казалось, никогда не зарастут, проходят почти полностью. Нет, я, конечно, до сих пор люблю свою жену, но уже могу быть с другими женщинами…

Я ласково улыбнулась и погладила его по руке.

— Но пока единственное, что я могу предложить любой, даже самой прекрасной девушке, — это всего лишь дружбу. Понимаешь?

— Что? — Мне показалось, что я ослышалась.

— Сьюзи, — Кевин вскочил на ноги, — я очень не люблю такие разговоры, но… В общем, лучше сказать это сразу, чем давать человеку напрасную надежду. Ты замечательная, красивая, обалденная девушка, я уверен, что сотни мужчин будут рады, если ты им хотя бы улыбнешься… Но я… Как же тебе это объяснить-то! — Он метался по номеру. — Мне не нужны сейчас серьезные отношения, я к ним пока не готов. Не обижайся, но давай расстанемся друзьями.

Я продолжала молчать, совершенно раздавленная услышанным. Наверное, надо было хоть как-то отреагировать, перевести разговор в шутку, но у меня словно отнялся язык.

— Значит, этой ночью, — я показала рукой на постель, — мы дружили?

— Я так и знал… — расстроился Кевин. — Ну, прости меня.

Я была просто не готова к такому повороту и не знала, как вести себя дальше.

— Сьюзи. — Кевин подошел ко мне и присел передо мной на корточки. — Я сейчас уйду, ты не обижайся, но мне пора. На столе лежат твои документы и билеты до России, там же виза и деньги. Вот моя визитка — здесь все телефоны. Если я тебе хоть когда-нибудь понадоблюсь, звони. Прости меня. — Он чмокнул меня в щеку, хотел сказать что-то еще, но потом махнул рукой и быстро вышел из номера.

А я удивленно задела рукой щеку — место поцелуя Кевина. Он исчез, как будто его никогда и не было…

Часть 2

— Он исчез, как будто его никогда и не было!!! — Я залпом осушила бокал вина. — Представляешь?

— И что? — Мы с Аленой сидели в кафе на набережной, запах моря и благоухание цветов, легкий ветерок раздувал наши платья. — Что из этого?

Я шмыгнула носом:

— Мне кажется, я в него влюбилась…

Аленка скорчила кислую рожу:

— Влюбилась? Господи! Да это просто у тебя на фоне пережитого так эмоции разыгрались. Я бы после джунглей и в китайца влюбилась, окажись он рядом…

— Нет, ты не понимаешь. — Я тяжело вздохнула. Я вернулась домой неделю назад, а сегодня мы встретились с Аленкой в кафе. — Я все время думаю о нем…

— Так хорош в постели? — рассмеялась подруга.

— Да, но дело не только в этом… — У меня пылали щеки. — Есть в Кевине что-то такое, что я очень долго искала в других мужчинах. Это не передать словами…

— У тебя его фото есть? — Аленка проявила неподдельный интерес к разговору.

— Нет, только визитка, — я махнула рукой на сумочку, — он чем-то похож на Жерара Депардье…

— Фи! — Аленка скривила губки. — Он совсем не симпатичный, на мой взгляд…

— Я даже не знаю, что сделала бы, чтобы быть рядом с ним. — Мне хотелось разреветься.

— Даже так? — Алена удивленно приподняла красивую бровь. — А он богат?

— Не знаю, — я вздохнула, — хотя думаю, что да… Он собирается заняться частной практикой, открыть свой медицинский центр, а на это точно нужны деньги. И немалые…

Аленка промолчала, я пригубила вино и уставилась на море. Был штиль, чайки с пронзительными криками летали над водой, отдыхающие бросали им хлеб…

— Что-то Рита задерживается. — Аленка недовольно хмыкнула. — У них с Мареком теперь свой дом, недалеко от моей квартиры…

— Марек развелся? — Я с трудом, но отвлеклась от своих мыслей.

— Пятого августа развод, ровно через месяц…

— Алена, ты молчишь… — я посмотрела на подругу. — Как мои дела? Что ты сказала Виктору Семеновичу? Как Федор? Где документы?

— Да все в порядке, — отмахнулась подруга, — про тебя уже никто и не вспоминает. Марек снова в бизнесе. Правда, Олегу пришлось уехать из города. А так все спокойно.

— А Федор?

— Федор? — Аленка рассмеялась. — Поверь мне, у него полно других забот. Он про тебя забыл. Успокойся…

Я вздохнула:

— Спасибо!

— Не стоит благодарностей! — улыбнулась подруга. — А вон и Ритка! — Аленка помахала рукой.

Я оглянулась. Припарковав своего «жука» у обочины, к нам почти бежала Рита — пухлая блондинка на высоких каблучках.

— Сьюзи!!! — Ритка первым делом бросилась мне на шею. — Как ты? Как Кевин? Почему ты вернулась раньше?

Я чмокнула ее в щеку:

— Кевин в порядке. — Я сделала Аленке страшные глаза, чтобы она не проболталась о нашем разговоре. Мне почему-то было стыдно признаться Рите, что Кевин меня бросил. — А вот Светлана погибла…

— Света? — ахнула Ритка. — Да ты что? У нее же двое пацанов!

— Знаю. — Мне снова стало грустно. — Кевин обещал позаботиться о них. Я сказала ему адрес их отца…

— Кевин сделает все возможное, он классный мужик. — Ритка вздохнула. — Но что с ней случилось? Когда я видела Свету в последний раз, она прекрасно выглядела…

— Она подцепила какую-то болезнь… — Я решила не вдаваться в подробности.

— Ужасно… — Ритка вздохнула. — Как печально!

— Ладно, хватит ныть! — Аленка наполнила Риткин бокал вином. — Расскажи о себе, я не видела тебя триста лет…

— Мы с Мареком собираемся пожениться. — Ритка смущенно улыбнулась. — Сразу же после его развода мы подаем заявление в ЗАГС…

— Поздравляю! — Я улыбнулась. — Я так счастлива за тебя…

— Сьюзи, ты-то как? — Ритка погладила меня по руке. — Аленка мне рассказала, что все твои проблемы улажены. Значит, все в порядке?

Я пожала плечами:

— Ну получается, так…

— Кевин ничего мне не велел передать? — Ритка отпивала вино маленькими глотками.

— Нет. — Я вздохнула. — Мы с ним расстались слишком внезапно…

— Но документы-то он для тебя сделал? — Ритка посмотрела на меня с недоверием. — Мне кажется, ты что-то недоговариваешь…

— Какие документы? — вмешалась в разговор Аленка.

— В Бангкоке Сьюзи ограбили, — пояснила Ритка. — И Кевин помог ей восстановить документы.

— Просто бог какой-то всемогущий, — ахнула Алена. — Хотела бы я с ним познакомиться…

— Он не только сделал мне документы, но и денег дал на дорогу. И билет купил. «И даже переспал со мной пару раз, после чего предложил расстаться друзьями», — последнюю фразу я произнесла мысленно.

— Я же говорила, что он очень хороший! — Ритка гордо подняла голову. — Он просто супер!

Аленка внимательно на нее посмотрела, я не могла этого не заметить.

«Мы даже саму королеву заинтересовали… — подумала я. — Эх, Кевин! Кевин!»

Постепенно жизнь вошла в прежнее русло: я снова работала официанткой, а также восстановилась на юридическом факультете в университете. Ритка ждала развода Марека, а Аленка сегодня закрутила лихую вечеринку в честь своего дня рождения. Через неделю она с очередным любовником отправлялась в круиз по Средиземноморью…

Меня тошнило с самого утра. Я вяло слонялась с подносом по залу до тех пор, пока хозяин не предложил мне уйти с работы пораньше. Не иначе как я отравилась вчера вечером вяленой рыбкой, которую притащила мне Ритка вместе с двумя бутылками пива!

И еще почему-то болела грудь. В общем, чувствовала я себя отвратительно.

Ритка заехала ко мне одна, в половине восьмого вечера, в темно-бордовом платье на толстых «жатых» бретельках и с искусственной розой в волосах. Роза была чайная.

— Ты еще не готова? — Она удивленно взглянула на мою зеленую физиономию. — Что с тобой?

Подруга действительно волновалась:

— Ты ужасно выглядишь…

— Наверное, я вчера отравилась. — Я зажала ладошкой рот, чтобы меня не стошнило. — Твоей рыбой…

— Чушь! — Ритка опустилась в кресло. — Я прекрасно себя чувствую, а с моим желудком… Ну ты же знаешь…

У Ритки был хронический гастрит.

— Тогда я просто устала. — Я закрыла глаза. — Передай Аленке, что я заболела…

— Значит, ты не едешь? — Рита расстроилась. — Марек тоже не смог, что я там буду делать одна?

— Одна? — Я ухмыльнулась. — Да у Аленки вечно полно народу, там плюнуть некуда будет…

Рита промолчала, а потом внимательно посмотрела мне прямо в глаза:

— А может, ты беременна?

— Я? — Я засмеялась. — Да у меня и мужчины не было почти месяц, а последним был… — я осеклась на полуслове. Последним был Кевин. Чуть больше месяца назад, я так замоталась со всеми своими делами, что начисто забыла про «критические» дни. — Какое сегодня число?

— Двадцать восьмое. — Ритка смотрела на меня с жалостью. — Задержка?

Задержка была ровно десять дней.

— Да… — у меня побелели губы, — это кошмар… Значит, я действительно…

Я закрыла лицо руками и заплакала.

— Не переживай ты так! — Ритка села рядом и обняла меня за плечи. — Кто отец ребенка? Может быть, он будет счастлив?

«Отец ребенка предложил мне расстаться друзьями!» — мысленно простонала я.

— Он… Ну, в общем, это была случайная связь. — Я решила не рассказывать всю правду. — Если я действительно беременна, сделаю аборт.

— Успокойся! — Ритка прижалась ко мне и тяжело вздохнула. — Не решай сгоряча!

— Ты иди. — Мне не терпелось остаться одной и выплакаться всласть. — Алена ждет…

— Хорошо, — Ритка все поняла, — я поеду, но завтра, обещай, мы обо всем спокойно поговорим. И сходи к врачу…

Я молча кивнула. Ритка помахала мне рукой и ушла, а я повалилась ничком на подушку и уставилась в потолок.

Значит, теперь у меня будет ребенок. Ребенок Кевина. Ребенок от мужчины, которого я не могу забыть вот уже месяц. Которого я вижу во сне и… теряю… и просыпаюсь в слезах…

— И что мне делать? — спросила я у пустой комнаты. Я не знала.

«А может быть, еще все будет хорошо! — Я попыталась успокоиться. — Ведь моя беременность — это всего лишь наше с Риткой предположение».

— Завтра же иду к врачу, — произнесла я вслух. — Завтра!

Я закрыла глаза и попыталась дышать спокойно и ровно.

До утра я бы точно не дожила. Пролежав пять минут, я вскочила с дивана и ринулась в аптеку покупать тест на определение беременности. Меньше всего на свете я сейчас хотела оказаться «в положении». Пока я неслась обратно домой, прижимая к груди заветную полоску, я мысленно молила Господа: «Не сейчас! Только не сейчас!»

Я залетела в коридор и сразу же бросилась в ванную. Надо было, ну, пописать в баночку и опустить в жидкость тест. Если тест показывает две полосочки, то беременна, если одну, ТО Я СПАСЕНА!

Я так волновалась, у меня просто тряслись руки и двоилось в глазах. Именно так я подумала, когда тест выдал две красные полоски. Сразу же и четкие! Я тяжело вздохнула и решила, что тест может быть испорченный. Ночью я не спала, металась по кровати, так и не решив, как поступить дальше.

— Семь недель. — Участковая гинеколог вытащила из меня руку. — Одевайтесь.

Я слезла с «вертушки» и натянула белье и джинсы.

— Дайте мне направление на аборт, — выдавила я сквозь зубы.

— Хорошо, — безразлично отозвалась врач. — Когда сдадите все эти анализы, выпишу.

Она протянула мне целую кипу бумажек.

— Я могу идти?

— Да… — Ноль эмоций, как будто у нее на приеме не живой человек, а муляж.

Я вышла из кабинета, еще раз поразившись циничности врачей. Нет, я понимаю, что на каждом душу рвать невозможно, но хотя бы делайте вид, что вас интересует здоровье ваших пациентов. У меня осталось ощущение, что если бы я умерла прямо на кресле, она бы сначала выпила кофе, потом подточила свои ногти, и лишь закончив все самые срочные дела, обратила бы внимание на труп…

Я брела по парку, низко опустив голову и едва переставляя ноги. Мне пришлось принять самое главное решение в своей жизни: оставить или убить собственного ребенка. Я решила убить…

Я опустилась на скамейку и перевела дыхание. Рядом была песочница, в ней копошились малыши, делая куличики из песка. Мне стало совсем плохо, пришлось подняться и брести дальше.

Вечером мы с девчонками встретились в кафе на набережной — через несколько дней Аленка уезжала в круиз по Средиземноморью, потом собиралась немного поколесить по Европе. Я пришла первая и села за столик. Подозвав официантку, я заказала мартини и решительно опрокинула в рот первую порцию.

«Я травлю собственное дитя!» — тут же отозвалось мое сердце, и я выпила еще. Чтобы заглушить боль.

«Куда мне сейчас ребенок?» — с тоской размышляла я, глядя на волны. Нет, финансовая сторона проблемой не была — у меня оставались некоторые сбережения, я могла работать до тех пор, пока живот не станет заметным, да и документы Толи… Я подумала: а ведь сейчас мне очень нужны деньги. Федор мог бы со мной и поделиться… Надо разведать эту тему у Алены. Но что дальше? Готова ли я воспитывать ребенка одна? Мать-одиночка!

Я вздрогнула.

«Нет, не могу!» — я выпила еще мартини.

— Значит, не беременна? — Ритка незаметно присела напротив. — Празднуешь победу?

— Точно, — я нагло врала, — не беременна, просто легкое воспаление, от него и задержка.

— Уколы прописали? — Ритка удивленно посмотрела на мартини. — Антибиотики?

— Завтра начну курс лечения. — Я почти не задумывалась, о чем говорю — ложь слетала с моего языка легко и быстро. — Сегодня можно.

— Ну поздравляю! — Ритка чокнулась со мной. — Хотя я бы хотела быть беременной…

— Ты почти замужем, — возразила я. — Это разные вещи…

— О чем спорим? — Наша примадонна явилась — не запылилась. В бежевом корсете, расшитом черными цветами, с оголенной грудью, практически полностью выставленной напоказ, в коротенькой «двухъярусной» юбчонке — ну что говорить? Аленка есть Аленка.

— Я бы хотела иметь ребенка, — Ритка улыбнулась, — наверное, это здорово.

— Фи… — Алена сморщила нос. — Ползунки-распашонки? А фигура? Ты подумала, что от нее останется?

— Но зато у тебя будет ребенок! Самый родной человечек! — Ритка вздохнула. — Не понимаю я тебя, Алена, при чем здесь фигура?

— Это я тебя не понимаю! — Аленка заказала коньяк. — Ты рассуждаешь как провинциалка. Убогий менталитет. Сначала дите, потом проблемы… Будешь думать только о деньгах для отпрыска. Или рассуждать о цвете его испражнений! Ты никогда уже не будешь принадлежать только себе. Не сможешь заняться сексом, когда захочешь… Бред!

— Алена! — Ритка задохнулась от возмущения. — Но почему тогда миллионы людей заводят детей? Марек тоже хочет ребенка.

— А куда он дел сына? — Аленка рассмеялась. — Его он больше не хочет? Разлюбил мамашу — забыл ребенка? Ты хочешь воспитывать вашего отпрыска в одиночестве? А вдруг Марек тебя тоже разлюбит? Что тогда? Будешь вечерами убирать подъезды, чтобы прокормить ребенка? Или пахать от зари до зари на работе? А знаешь, есть такая вещь, как «синдром одинокой мамаши»: начнешь искать нового папу, потом соглашаешься хотя бы на приходящего любовника, потом…

— Прекрати! — взорвалась Ритка. — Ты стала просто невыносима!

«Я никогда не рожу одна!» — Я мысленно перекрестилась. Алена так ярко нарисовала сейчас мою дальнейшую жизнь, что я уже перестала сожалеть о своем решении избавиться от ребенка.

— Разве? — удивилась Аленка. — А я думала, что это ты невыносима!

Ритка резко поднялась из-за стола:

— Счастливой тебе поездки, Алена. Я, пожалуй, пойду. Пока, Сьюзи! — Рита бросила на стол деньги и ушла, громко стуча каблучками.

— Господи, как я ненавижу таких баб! — Аленка закатила глаза.

— Каких? — впервые подала голос я.

— Деревенщина! Такие пытаются пролезть в высшее общество, но все равно всю жизнь остаются быдлом. Убогое мышление, одни деньги на уме, из-за них они готовы удавиться. Никакого чувства собственного достоинства, только наглость и напористость. Я бы вообще запретила приезжать «оттуда» к нам, в центр. Пусть возятся в своей грязи…

— Боже мой! — воскликнула я. — О чем ты? Это же твоя подруга! Кстати, Ритка вообще не думает о деньгах, мне кажется, что ты озабочена ими гораздо больше, чем она. Откуда столько злости?

— Все равно, — фыркнула Аленка. — Она второй сорт. И все такие, как она…

— У тебя в родне Гитлера не было? — Меня уже начала раздражать эта беседа. — И давно ты стала сортировать людей по региону рождения?

— Сьюзи, ну не хватает нам еще поругаться! — запротестовала Аленка. — Да, я немного погорячилась, но в принципе была права.

— Я так не считаю. — Я дернула плечом. — Кто твой новый любовник? Это от него ты нахватала столько глупостей?

Она промолчала.

— Слушай, а где документы Анатолия? — Я перевела разговор на другую тему.

— У меня дома, а что? — Алена захмелела и теперь пьяно мне улыбалась.

— Да просто… Когда ты уезжаешь?

— Через два дня. — Аленка улыбнулась еще шире. — Сначала Средиземное море, потом Европа…

— Когда вернешься? — Я очень устала, меня снова тошнило, и я засобиралась домой.

— Может, месяца через три. — Аленка удивленно на меня посмотрела. — Ты куда?

— Я домой, что-то я себя неважно чувствую…

— А я думала, мы еще в ночной клуб забуримся. — Аленка разочарованно вздохнула. — Ты становишься похожей на Риту…

— Удачи! — Я чмокнула ее в щеку и пошла на автобусную остановку.

Я все еще стояла в ожидании автобуса, когда мимо меня промчалась Аленка на новой машине…

— У вас плохие анализы. — Участковая врач листала мою карточку. — Вы второй раз вряд ли забеременеете…

— Вы хотите сказать, что это мой единственный шанс родить ребенка? — Я не поверила ни одному слову из того, что сказала мне эта женщина.

— Да. — Гинеколог на меня даже не взглянула. — Вот направление на аборт, хотите — приходите завтра к восьми утра, не хотите — приходите послезавтра и вставайте на учет по беременности…

Я медленно поднялась на ноги и подошла к двери.

— Возьмите направление, — окликнула меня врач. — Следующий!

Петля затягивалась все туже и туже. Я не помню, как добралась до дома и закрылась у себя в гостиной. Мне надо было с кем-нибудь посоветоваться, я не могла принять такое решение в одиночку.

Я позвонила маме:

— Привет! Как ты?

— Ой, привет! Чего так давно не звонила? — Мать куда-то торопилась. — У тебя все в порядке?

— Да, — выдавила я, хотя собиралась сказать совершено обратное.

— Я сейчас ухожу, перезвоню тебе вечером. Люблю тебя.

— Я тебя тоже. — Я положила трубку и вздохнула.

Ритке звонить нельзя, она подруга Марека. Аленке… Ну этот вариант вообще никуда не годится.

Я ходила по комнате туда-сюда. Что же мне делать?

Я легла на кровать, свернулась калачиком и уснула.

А утром встала в шесть утра и принялась собирать документы и вещи на аборт.

Такси подошло к моему дому ровно в семь, я взглянула на свой сад как будто в последний раз и решительно залезла в машину.

— Куда? — спросил меня водитель.

— На аборт. — Я выдала то, что крутилось в голове. Мужчина ошарашенно обернулся:

— Что вы сказали?

— В первую городскую. — Я покраснела. — Спасибо…

Мужчина неодобрительно хмыкнул и тронулся с места. Я закрыла глаза и попыталась успокоиться. «Не ты первая, не ты последняя!»

— Сколько тебе лет? — спросила дежурная врач, рассматривая результаты моих анализов. Мы сидели в маленьком темном кабинете, стены которого были покрыты масляной краской зеленого цвета.

— Скоро будет 25. — Я попыталась улыбнуться.

— Беременность первая?

— Да. — Я вздохнула. Зачем она меня мучает?

— Аборты еще были?

— Нет, все же записано в карточке, — не выдержала я.

— Спокойнее, дамочка, — процедила сквозь зубы врач, — раздевайтесь и проходите в операционную. Вон туда. — Она махнула рукой…

Я присела на кушетку и стянула джинсы и носки. Смущаясь и прикрывая переднее место руками, я прошла в операционную и уставилась на кресло.

— Залезайте. — Врач вошла следом. — Вы чистые носки принесли? Салфетку? Полотенце? Ну, тогда вперед.

На дрожащих ногах я подошла к креслу и вскарабкалась на него. Сердце было готово выпрыгнуть из груди.

Врач надела на лицо марлевую повязку и подошла ко мне с расширителем — это такая мерзкая металлическая штуковина. Она втолкнула его мне между ног и нагнулась за шприцем.

— МАМА!!! — пронзительный детский голосок заставил меня вздрогнуть. Меня буквально подбросило на кресле.

— Чего ты дергаешься?! — рявкнула врач. — Это детский сад через дорогу, нервные какие все стали…

Она подошла ко мне со шприцем и поправила расширитель.

— Сейчас я сделаю обезболивающий укол!

— Не надо, — я поднялась на локтях, — вытащите из меня эту дрянь!

— Что? — не поняла женщина.

— Я не буду делать аборт, вытащите из меня эту дрянь! — Я сорвалась на крик.

Врач убрала расширитель и зло отчеканила:

— Подлечи нервишки, милочка…

Я слезла с кресла, переоделась в свою одежду и вышла в коридор. Около десяти женщин стояли возле кабинета, где делают мини-аборт.

— Больно? — Ко мне подбежала молоденькая девчушка. — Сильно больно?

Она была смертельно бледная.

— Нет! — Я улыбнулась. — Не бойся, ты ничего не почувствуешь…

Я вышла на улицу и вздохнула полной грудью: с плеч свалилась вся тяжесть мира — я приняла решение!

Сразу же из больницы я поехала на работу, удивительно, но сегодня я чувствовала себя превосходно.

На обеденном перерыве ко мне приехала Ритка:

— Сьюзи, я хочу пригласить тебя на нашу свадьбу…

— Как?! — Я искренне обрадовалась. — Но ведь развод у Марека только завтра?

— У нас есть знакомые в ЗАГСе. — Ритка была так счастлива, что и словами не передать. — Мы распишемся в эту субботу, через четыре дня. В ресторане «Славянский», в три часа.

— А платье? — Я обняла подругу. — Ты уже купила себе платье?

— Да. — Ритка спрятала глаза. — Я просто тебе не говорила, но мы уже все приготовили. И платье, и туфли…

— Поздравляю!!! — Я поцеловала ее в щеку. — Я так рада!

— Приезжай, — Ритка притворно вздохнула, — а завтра я устраиваю девичник. Жаль, что Аленка в круизе, но мы и вдвоем отлично проведем время. Ведь правда?

— Конечно. — Я улыбнулась. — Конечно!

Рита знала об отъезде Алены давно, а так как даты свадьбы тоже была назначена давно, я сделала вывод, что Ритка просто не хотела видеть Аленку среди своих гостей.

Обед закончился, Рита ушла. Я спокойно отработала смену, а потом поехала домой.

«Надо завтра же заняться подарком к свадьбе!»

— Покажите вон тот сервиз, — попросила я продавщицу отдела посуды. Я была в супермаркете и выбирала подарок для Риты. — Да, да, вот этот, с розовыми завитушками…

Сервиз мне не понравился, и я решила еще пройтись по магазинам. Немного подумав, я завернула в отдел белья для будущих мам.

— Вам помочь? — ко мне тотчас подошла вышколенная девушка-консультант. — Вы сами ждете ребенка или выбираете подарок?

— Сама! — ответила я с такой гордостью, словно признавалась, что являюсь лауреатом Нобелевской премии.

— Поздравляю! — Мне показалось, искренне обрадовалась за меня девушка. — Это просто великолепно!

— Я тоже так считаю, — кивнула я. — Мне бы бюстгальтер подобрать, только красивый…

— У нас других не бывает!!!

Через полчаса я вышла с полным пакетом белья — и была безумно рада…

«А может быть, Рите тоже присмотреть красивое белье? — подумала я. — Конечно, не для беременных, а что-нибудь этакое… гламурное… для первой брачной ночи?»

Я завернула в отдел «Дикая орхидея».

Продавщица была занята, она помогала мужчине выбирать шелковое белье. Покупатель стоял ко мне спиной и поминутно спрашивал у девушки:

— А это какой размер? А может быть, это лучше? Хорошо, я беру два этих комплекта, и вложите, пожалуйста, в каждый из них открытку «Моей единственной!».

Я вздрогнула, это был Марек.

Из супермаркета я вылетела как ракета, убеждая себя, что все это мне приснилось, привиделось. Все что угодно! В конце-то концов, оба комплекта могли предназначаться Рите, может быть, Марек просто решил подарить ей их в разные дни.

И тем не менее вечером я позвонила подруге:

— Ритка? Привет. Слушай, как твои дела?

— Ой, все отлично! Сегодня был развод, и Марек говорит, что он теперь свободен… Ты ведь придешь на свадьбу?

— Конечно, приду. — Я облегченно выдохнула. — Ну, пока…

«Мне нужны деньги! — решила я. — Мне и моему ребенку!» Теперь идея пошантажировать Федора (совсем чуть-чуть) не казалась мне такой уж дикой. В конце концов, он истрепал мне столько нервов, что я просто обязана получить моральную компенсацию. Федор моими руками разорил казино «Иллюзия», перекупил его и теперь процветает. А я? Что я с этого имею?

Я вскочила и начала собираться. Решено, прямо сейчас я еду к Аленке домой и забираю свои документы. Свои!!! Да! Да! Ведь они лежали в сейфе у Анатолия, а он был моим парнем… Которого я… СТОП!

Я остановилась посреди темной комнаты:

— Запуталась! Да черт с ними со всеми, мне нужны деньги, а Федор имеет передо мной моральный долг! Который я намерена перевести в доллары…

Ключ от квартиры Аленки у меня сохранился с тех самых пор, когда я у нее несколько дней жила, спасаясь от Виктора Семеновича. Я думаю, подруга о дубликате ключа просто забыла, впрочем, как и я. Теперь эта забывчивость пошла мне на пользу.

Я вызвала такси и без пяти пять утра прибыла к Аленкиному дому. Все окна были темными — жильцы безмятежно спали, досматривая последние сны. Я довольно спокойно прошмыгнула мимо охраны — я так часто бывала у подруги раньше, что моя физиономия успела примелькаться.

Входные замки я открыла сразу же и без проблем, вошла в коридор и включила свет. Даже в отсутствие хозяйки квартира хранила запах Аленкиных духов. Я сбросила ботинки и сначала отправилась на кухню варить себе кофе — мне внезапно захотелось спать. Потом вовремя вспомнила о своем «интересном» положении и заменила кофе стаканом крепкого чая. В комнату я вошла с подносом и удобно расположилась в кресле — я была уверена, что Аленка не рассердилась бы, узнав, что я пью в ее отсутствие чай в ее квартире. Кстати, я еще и печенье с кухни прихватила…

Когда с легкой трапезой было покончено, я подошла к секретеру, где подруга обычно хранила важные документы. Я была уверена, что папка Анатолия именно там. И не ошиблась — она лежала сверху. Я раскрыла папку и бегло просмотрела ее содержимое — вроде бы на первый взгляд все на месте. А вот и расписка, где фигурирует Федор Олешин. Замечательно! Я вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Потом забежала на кухню и вымыла стакан после чая. Вот и все, пора уходить.

Внезапно у меня закружилась голова и потянуло низ живота — я жутко перепугалась и медленно двинулась в спальню. Решила полежать и успокоиться — наверное, беременным ночами лучше спать, а не мотаться черт знает где. Живот прошел быстро, а вот головокружение осталось — я решила поспать у Аленки хотя бы пару часиков, тем более что на работу мне сегодня во вторую смену. Значит, успею заехать домой и переодеться.

Разбудил меня телефонный звонок, он настойчиво и громко трезвонил и трезвонил. Потом автоответчик голосом Алены томно произнес: «Здравствуйте, я сейчас не могу подойти…» — и прочую муру. Я едва открыла глаза и взглянула на настенные часы — проспала я всего два часа.

«Какой идиот звонит в семь утра?! — подумал я, шлепая в коридор к телефону. — Ведь все знают, что Аленка раньше одиннадцати не просыпается!»

— Алена? Привет, это я, Федор Олешин. — Автоответчик сработал, и теперь говорил звонивший. — Нам надо с тобой срочно встретиться, куда ты пропала? Не могу дозвониться на твой сотовый, а дело крайне важное. Похоже, у нас проблемы. Это касается Анатолия.

Я буквально приросла к полу.

— Что?!! — Я присела около телефона и перемотала пленку назад, но, видимо, с перепугу отмотала слишком много. Все остальные сообщения были стерты, и я довольно долго слушала тишину.

— Почему она не поставила новую кассету? — спросила я саму себя и тут же ответила: — Наверное, слишком торопилась и стерла все перед самым отъездом. Но что там было?

Я сидела на полу в коридоре и пыталась взять себя в руки.

— Я ослышалась, может быть, не Олешин, а какой-нибудь Какешин?

Я снова перемотала пленку и прослушала последнее сообщение два раза подряд.

— Получается, что… — Я была в крайней растерянности. — Получается, что Аленка и Олешин…

Я не могла заставить свой мозг распутать этот клубок — на меня напал какой-то ступор.

Я схватила телефон и посмотрела на определитель — номер, с которого звонил Олешин, высветился на дисплее. Еще не понимая, зачем я это делаю, я набрала этот номер и закрыла трубку ладонью.

— Федор? Это Алена, у меня сломан аппарат, тут помехи. Чего ты звонил? — Голос у меня дрожал так сильно, что я не могла говорить внятно, даже если бы захотела.

— Аааааа, быстренько же ты нашлась, моя милая! — Олешин был дико возбужден. — Ты знаешь, что на меня вышли менты?

— Почему? — ватным голосом спросила я.

— Потому что они каким-то образом вышли на моих ребят! А идея была именно твоя. Это не телефонный разговор, приезжай ко мне прямо сейчас! — приказал Федор и повесил трубку.

Я обалдела. Получается…

— Этого не может быть! — Я покрутила головой, пытаясь отогнать от себя навязчивые мысли. — Надо разыскать Алену и спокойно с ней все это обсудить.

Я вышла из квартиры и, прижимая папку к груди, захлопнула за собой дверь. Ключи я забыла на полу в коридоре…

Федор был прав — сотовый Аленки находился «вне зоны досягаемости», так что мне пришлось отложить свое расследование на неопределенный срок. Последние дни я только и делала, что пыталась разобраться в этой ситуации. Ясно было одно: Алена почему-то скрыла от меня, что отлично знакома с Федором. Я припомнила, как она театрально закатила глаза и сделала долгую паузу, якобы пытаясь вспомнить Олешина. Зачем? Второе. Каким образом в их(!) деле мог быть замешан Анатолий? Я бы поняла, если бы Олешин сослался на Сьюзи — ведь Аленка должна была замолвить словечко за меня, апеллируя найденными документами. Или шантажируя ими, как уж получится. Но Анатолий не вписывался в эту схему вообще.

И еще я вспомнила слова Риты — как Аленка ее успокаивала, когда я пропала без вести. Ведь эта рыжая бестия сообщила Ритке, что я работаю в «Иллюзии»! Откуда она могла это знать? Сейчас я понимаю, что эта информация тесно связана с Федором. Но тогда почему Алена прятала меня от Федора у себя дома?

Я окончательно запуталась и перестала напрягать свой бедный мозг — вот вернется Алена и все мне объяснит. «Все гениальное просто», так что, наверное, никакой тайны здесь нет, а есть лишь стечение обстоятельств.

А на завтра назначена свадьба Риты, значит, сегодня вечером мы с ней отмечаем девичник. Вдвоем.

Я болталась по квартире, не зная, какой наряд выбрать. Хотелось чего-то жутко обтягивающего и откровенного, ведь через пару месяцев я уже не смогу себе позволить подобную роскошь. Я вывалила все содержимое шкафа на диван и принялась расхаживать взад-вперед, придирчиво разглядывая каждую вещь. Ничего мне не нравилось, и тогда я решила съездить и купить новый наряд. Желание беременной женщины — закон. Я взяла сумочку и выбежала из дома.

До ближайшего бутика я добралась быстро и своим ходом. Ворвавшись, слово фурия, в мирно дремавший магазинчик, я принялась греметь вешалками, перебирая наряды. Трикотажное платье «а-ля конец восьмидесятых», связанное крючком, понравилось мне с первого взгляда. Светло-бежевое, ажурное и намного выше колена. А заодно и туфли подобрала — удобные, с круглым носом, на невысокой платформе (мне же потом в них с животом гарцевать!).

Все это я оттащила в примерочную, когда в бутик вошла наша общая с Риткой знакомая.

— Привет, Сьюзи! Выбираешь наряд? — Ольга была полная, обеспеченная, одинокая и ухоженная.

— Ведь завтра на свадьбу к Рите, решила поразить гостей.

— Так свадьбы же не будет. — Ольга посмотрела на меня с искренним удивлением. — Разве ты не знаешь?

— Нет! — Я напряглась. — Почему?

— Так Марек же в больнице, у него сердечный приступ. — Ольга посмотрела на меня с недоверием. — Он мне сам звонил час назад, прямо из палаты…

— Да?

«Вообще-то я недавно видела Марека, когда он приобретал женское белье оптом, и он не показался мне смертельно больным!» Я растерялась.

— Да. — Ольга подошла к стеллажу с туфлями, а я задернула шторку и тут же вытащила сотовый, чтобы позвонить Рите домой.

— Алло? — Подруга была весела и довольна. — Сьюзи? Ты не забыла?

— Рита. — У меня просто ком в горле застрял. — Я в бутике сейчас встретила Ольгу Пронину.

— Ааааа, — воскликнула она. — Эту зануду? Передавай ей привет. Она завтра будет на свадьбе, там и побеседуем…

Я не знала, что мне делать дальше.

— Алло? Ты чего молчишь? — Ритка чем-то шуршала в трубку. — Слышишь? Это я новые колготки вынимаю из упаковки, сегодня вечером буду в красных колготках в сеточку! Представляешь?

— Рита… — я собралась с духом. — Пронина мне сказала, что свадьбы не будет.

— Что? — Ритка просто захлебнулась смехом. — Чьей свадьбы не будет?

— Твоей…

— Она что, пьяная? — Ритка перестала веселиться, и в ее голосе появились тревожные нотки. — Или обкуренная?

— Ей Марек звонил час назад, чтобы сообщить, что он в больнице с сердечным приступом, — на одном дыхании выдала я и замолчала.

— Что?!!

— А где Марек? — осторожно спросила я, уже внутренне ожидая какого угодно ответа.

— Марек? — Ритка совсем растерялась. — Он… Он… сказал мне, что поедет… там насчет ресторана… Подожди! — На заднем плане я услышала мелодичную трель. — Это Марек мне звонит на сотовый, я перезвоню!

Я решила не дожидаться Ритиного звонка, а сразу же ехать к ней домой. Я была уверена, что Ритке сейчас очень понадобится мое сочувствие, потому что если Пронина не подсела на наркотики (а это маловероятно), то, значит, Марек затеял очередную авантюру.

Дверь мне открыла зареванная (я так и знала!) Ритка в домашнем халатике и шлепанцах на босу ногу. По комнате были разбросаны вещи, туфли и сумочки, видимо, она, как и я, выбирала, в чем пойти сегодня на девичник.

— Он в больнице, — Ритка терла покрасневшие глаза, — только что позвонил, у него сердечный приступ. Почему нам так не везет? Марек пробудет в больнице не меньше месяца, а потом еще полгода ему будут запрещены любые волнения…

Я отодвинула в сторону замшевую юбку и села на диван.

— А ты уверена, что Марек вообще болен? — Я посмотрела ей в глаза. — Как-то странно это все, Пронина узнает о его болезни раньше, чем ты…

— Он сказал, что не мог до меня дозвониться — проблемы со связью. Ты же знаешь, как работают эти сотовые компании!

Я промолчала, выразительно хмыкнув.

— Не веришь? — Ритка села рядом, прямо на кофточку, расстроенная и несчастная. — Но почему?

— Ты видела свидетельство о разводе? — Меня действительно интересовал этот вопрос. — Он тебе показывал решение суда? Или что-то еще, что подтверждало бы его развод с женой?

— Нет, — всхлипнула Ритка. — Я и не просила, зачем? Ведь все о свадьбе знают… Ресторан заказан…

— Какой ресторан?

— «Айвенго». — Ритка вздохнула. — Неужели ты думаешь, что Марек… — она даже не смогла договорить фразу до конца.

— А давай сейчас съездим в «Айвенго» и узнаем, был ли сделан заказ. Хочешь? — Я взяла подругу за руку.

— Не хочу!!! — внезапно раскричалась Ритка. — Я верю Мареку, он меня любит! Сейчас я поеду к нему в больницу!!!

— Отлично. — Я поднялась с дивана. Действительно, какое мое дело? — Только ответь мне на последний вопрос, хорошо?

— Ну? — Ритка смотрела на меня так, словно это я сорвала ее свадьбу.

— Марек вчера дарил тебе белье? Или позавчера?

— Ты что, рехнулась?! — взорвалась Ритка. — Какое белье? У меня муж в больнице…

Она отпихнула меня в сторону и бросилась в коридор.

— Ты в халате, — напомнила я, выходя следом, — и в тапочках…

Ритка взглянула на меня с ненавистью:

— Дарил! Вчера! Шелковый комплект на свадьбу, с надписью «Моей единственной!»

Я поняла, что сейчас с ней разговаривать бесполезно, Ритка все равно ничего не понимала.

Я вышла из квартиры и захлопнула за собой дверь.

Ритка приехала ко мне домой сама, поздно вечером, когда я уже собиралась ложиться спать.

— Прости! — Прямо в дверях она протянула мне бутылку коньяка. — Я зря на тебя накричала!

— Ничего! — Я закуталась в плед. — Бывает. Как Марек?

— Ужасно, — Ритка прошла в комнату и буквально упала в кресло, — я только что из больницы. Он там лежит под капельницей… — Она заплакала.

— Успокойся! — Я принесла один бокал и тарелку с сыром и печеньем — все, что было в холодильнике на данный момент. — Какие прогнозы?

— Я разговаривала с его лечащим врачом, — Ритка, не поморщившись, выпила бокал коньяка, — он говорит, что не раньше, чем через месяц. — Она снова разревелась. — Какой ужас! Бедный Марек!!! На него столько всего свалилось в последнее время…

Я попивала сок и благоразумно не комментировала только что услышанное.

— Можно я у тебя переночую? — Ритка хрустнула печеньем. — Так жутко возвращаться в пустую квартиру…

— Конечно, — кивнула я. — Ложись и спи…

Подруга благодарно кивнула и ушла в ванную умываться.

— Рита! — крикнула я из комнаты. — А в какой больнице лежит Марек?

— В госпитале, — Ритка, похоже, чистила зубы, — у него там знакомые, он раньше говорил…

— А палата? — не унималась я.

— Тридцать восьмая. Хочешь, съездим к нему завтра вместе? — Ритка в моем халате вышла из ванной. — Ему будет приятно…

— А у меня есть другое предложение. — Я решительно поднялась. — Поехали прямо сейчас.

— Сейчас десять вечера! — Ритка покрутила пальцем у виска. — Ты чего?

— Поехали. — Я натянула джинсы и свитер. — И если он действительно болен, то я попрошу у Марека прощения, стоя на коленях…

— Поехали. — Ритка смахнула с лица мокрые волосы. — И разминай колени, потому что тебе придется на них ползать не только перед Мареком, но и…

— И? — удивленно переспросила я.

— Но и передо мной! — Она вернулась в ванную. — Ты же оскорбляешь моего мужа! Это каким ублюдком надо быть, чтобы разыграть сердечный приступ перед женщиной, которая его любит! Сьюзи, ты параноик!

На этой оптимистичной ноте мы покинули мой дом и вызвали такси.

Конечно, в больницу нас не пустили.

— И что дальше? — Ритка откровенно надо мной потешалась. — Полезем в окно? Палата на третьем этаже…

— Я думаю, мы поступим по-другому… — Я отправилась в приемный покой, Ритка поплелась за мной следом.

— Что вам? — Дежурная сестра смерила меня недовольным взглядом.

— Вот девушке плохо с сердцем. — Я толкнула Ритку на кушетку. — У нее здесь муж лежит, так она сегодня пришла от вас в таком состоянии…

Ритка ойкнула и посмотрела на меня как на чокнутую. Она действительно побледнела и схватилась за сердце.

— Сейчас вызову дежурного врача, — кисло отреагировала на нас дежурная и принялась заполнять бумаги, лежащие у нее на столе. Прошло минут двадцать, и Ритка, не выдержав, пихнула меня в бок локтем:

— Я тебя урою…

— Ты так долго думала над этой фразой? — прошипела я, пожирая глазами дежурную медсестру. Она явно не торопилась, долго и с удовольствием выводя на бумаге жирные каракули. Если бы у Ритки в самом деле был приступ, она могла бы помереть уже раз сто…

— Чего? — Девушка подняла на нас глаза.

— Пописать где можно? — Я приподняла Ритку. — Ей вроде получше…

— Прямо по коридору, — буркнула дежурная и снова углубилась в бумаги.

Мы с Риткой поковыляли вперед и едва завернули за угол, как подруга огрела меня ладошкой по спине.

— Ты чего вытворяешь?

— Пошли быстрее. — Я потянула ее за руку, мы шли мимо распахнутого настежь кабинета, в который я заглянула.

— Надень. — Я вытащила из кабинета два белых халата. Кроме незаконного вторжения в медицинское учреждение, на мне теперь числилось и мелкое воровство…

— Чокнутая!!! — Ритка меня обматерила, но халат на плечи все же накинула. Мы завернули за угол и кинулись вверх по лестнице.

— Сюда! — Ритка толкнула меня в темный коридор. — Вот его палата…

Я огляделась: пост дежурной медсестры был довольно далеко, а палата — как раз напротив лестницы, удобнее не придумаешь, если есть желание незаметно выйти или зайти.

Отстранив Риту, я приоткрыла дверь в палату — Марек спокойно лежал на больничной кровати с бутылочкой пива в руке и смотрел по телевизору футбол.

— Ну что? — спросила Ритка, когда я закрыла дверь.

— Лежит, смотрит футбол, — я вздохнула, — и пьет пиво…

— Что?!! — Ритка оттолкнула меня и приоткрыла дверь сама.

— Кто там? — Марек наконец заметил, что за ним наблюдают.

— Это я. — Рита вошла в палату, я следом за ней.

Немая сцена тянулась довольно долго, за это время я успела насчитать три пустые бутылки из-под пива, стоящие возле кровати. Коробку с пиццей и пакетики с чипсами не заметить было невозможно — они лежали прямо на одеяле, которым закрывался «умирающий».

— Привет! — Рита подошла к нему. — А где капельница? Неужели тебе стало настолько лучше?

Марек продолжал молчать, глядя то на меня, то на Риту.

— Добрый вечер! — Наконец и я подала голос.

— Зачем ты приехала?! — Марек перешел в наступление и теперь орал на Ритку. — Проверяешь меня, да?

Всем было ясно, что мужик попался.

— Нет. — Рита казалась на удивление спокойной. Я ожидала от подруги чего угодно — слез, истерики, но только не этого равнодушного тона. — Уже не проверяю. Береги себя, Марек, у тебя слабое сердце!

Она поцеловала опешившего жениха в колючую небритую щеку и вышла.

Я случайно встретилась взглядом с Мареком и как ошпаренная вылетела в коридор. Но Риты там уже не было. Тогда я решила вернуться в палату. Марек сидел на краешке кровати, обхватив голову.

— Зачем весь этот цирк? — только и смогла произнести я.

— Я запутался, — Марек не смотрел в мою сторону и говорил глухо и медленно, — я запутался в своей жизни. И я трус, да, я трус. Я люблю и жену, и Риту, и не могу выбрать. Я ждал, что одна из женщин меня оставит сама, но они упорно гнут свою линию. Я не могу развестись — семья для меня ценность, но не могу и бросить Риту — я ее люблю, я не могу…

— Тряпка, — бросила я и вышла из палаты.

Прошло три недели, Ритка переехала к себе, о чем сообщила мне по телефону, и рассталась с Мареком окончательно. А потом она пропала… И вот уже целый месяц я ищу ее везде, где только возможно.

Я заезжала к ней домой, обрывала телефоны — но подруги нигде не было, и я начала серьезно волноваться. Помня о криминальном прошлом (или настоящем?) Марека, я действительно опасалась за жизнь Риты. Первой мыслью было, что она снова укатила к Кевину зализывать раны, как делала уже много раз. Я собиралась подождать еще немного, а потом позвонить ему, если другого выхода не будет. Очень не хотелось (или, наоборот, безумно хотелось?) услышать его голос. Может быть, начать разговор так:

— Привет, Кевин! Рита не у тебя? Кстати у тебя скоро родится дочь…

Да, я знала, что родится девочка — вчера мне сделали УЗИ.

Интересно, обрадуется Кевин или нет?

Я грустно рассмеялась и принялась искать визитку Кевина, я точно помнила, что все это время таскала ее в своей сумочке. Я перерыла все сумку, высыпала все ее содержимое на кровать и посмотрела подкладку на предмет дыр… Визитки не было. Я прекрасно помнила, что нигде ее не вынимала…

— Неужели потеряла? — Я охнула, не ожидала я такого поворота. Визитка Кевина — это была единственная ниточка, соединяющая меня с ним. В глубине души я все равно надеялась, что когда-нибудь позвоню ему и расскажу о дочери. Будущей дочери.

А теперь я не знала ни его телефона, ни адреса, ни даже страны проживания. Где он открыл частную практику? В России? В Таиланде? В Греции?

Я смахнула внезапно набежавшую слезу — я заметила, что, будучи в интересном положении, стала много плакать. Даже по пустякам, а здесь такое происшествие…

Ах, если бы Рита нашлась, я могла бы взять телефон Кевина и у нее… Аленка тоже не торопится возвращаться домой. Круиз…

Я почувствовала вселенское одиночество и позвонила Аленке на сотовый.

— Привет, Алена! Это Сьюзи!

— Ой, как я рада! — Мы не общались три месяца. — Я сама собиралась тебе позвонить, но на меня столько всего свалилось! Как ты?

— Отлично. — Я шмыгнула носом. — А ты? Когда возвращаешься?

— Нескоро. — Аленка рассмеялась. — Сьюзи, а я замуж вышла…

— Что?!! — Мне показалось, что я просто ослышалась. — Ты? За кого?

— За замечательного мужчину, — Аленка даже причмокнула в трубку, — я вас обязательно познакомлю…

— Он… — Я растерялась, не зная, что и спросить.

— Он отличный парень, молодой и красивый. Мы познакомились во время круиза. Знаешь, так бывает: мы поняли, что искали друг друга всю жизнь…

Я мотнула головой — не могла поверить, что разговариваю с циничной и расчетливой Аленкой. Неужели она действительно влюбилась?

— Ты что, влюбилась? — Я так удивилась, что и словами не передать.

— Как кошка! — Аленка внезапно стала серьезной. — Я думаю, он тебе понравится…

«Он богатый?» — чуть было не спросила я. Все равно на душе оставался нехороший осадок — я поняла, что теперь всю жизнь буду думать о яде, подмешанном в питье, как только Аленка сообщит мне о своем браке.

— Ну пока, а то я тебя разорю. Я сейчас в Милане, — крикнула Аленка. — Как новобрачные?

— Отлично. — Я решила не рассказывать ей всю правду. Даже не знаю, почему. Может быть, не хотела, чтобы она обрадовалась?

— Пока, я еще позвоню. — И Аленка положила трубку.

Я села на диван:

— Вот те на…

Ну, Аленка Аленкой, а что делать с Риткой? Где ее искать?

Делать нечего, придется ехать к Мареку, может быть, он знает. Хотя вряд ли Марек скажет мне правду.

— Дура!!! — Я стукнула себя кулаком по лбу. — Трижды дура! Почему ты не спросила у Аленки про Федора Олешина?

Документы Анатолия все еще хранились у меня дома — я спрятала их на чердаке.

— Дурища! — Я была готова надавать себе подзатыльников. Теперь придется ждать еще три месяца, прежде чем новобрачная заявится домой и что-то соизволит мне объяснить.

Время потеряно напрасно — пока я не выясню, что связывает Олешина и мою подругу, шантажировать Федора нельзя. Как я сунусь в логово врага, не обладая всей необходимой информацией?

— Значит, так оно и должно быть, — решила я, поглаживая едва заметный животик. — Не нужны мне его деньги, пусть живет спокойно. Но как Аленка меня огорошила своей свадьбой! Я про все забыла, умеет она ввести людей в ступор!

Я легла на диван и закрылась пледом — утро вечера мудренее…

А завтра все равно придется ехать к Мареку, хотя я ужасно не хотела видеть его физиономию после всего того, что он причинил Рите.

Марека я нашла в кафе на набережной, он не изменял своим привычкам и ужинал там, как обычно. Правда, раньше с ним трапезу разделяла Рита, а сейчас Марек млел в обществе полной дамы, собственной жены Марии. На этот раз ее волосы имели вполне человеческий оттенок, и выглядела она крайне счастливой.

— Вот гад! — выругалась я и села за соседний столик.

Марек заметил меня буквально через несколько минут, и его лицо вытянулось.

— Здрасьте! — Я кивнула в знак приветствия. Марек дернулся, Мария схватила его за руку и поджала губы. Естественно, она прекрасно запомнила меня после той вечеринки в честь Нового года у них на даче…

«Щурься, щурься!» — неизвестно кому мысленно пригрозила я и снова улыбнулась.

Марек наклонился к жене и что-то произнес ей на ухо. Женщина напряглась, но потом выдавила из себя улыбку. Марк поцеловал ее в щеку и подошел ко мне:

— Что ты хотела?

— А где же здрасьте? — Как он меня бесил!

— Что? — Марек буквально закипал от ярости.

— Где Рита? — Я поднялась со стула, и теперь мы стояли друг против друга, меча искры…

— Ты меня об этом спрашиваешь? — Марек истерически рассмеялся, но потом испуганно покосился в сторону жены, которая не сводила с нас глаз. — Я не видел эту ненормальную больше месяца!

— Не смей так говорить о моей подруге! — взвизгнула я. — Это ты полное ничтожество…

— Попридержи язык, девочка! — прошипел Марек. — Я больше не имею ничего общего ни с тобой, ни с твоей маразматичкой. Если увидишь ее, так и передай!

Он повернулся, чтобы уйти, а я в ярости стукнула кулаком по столу.

Марек вздрогнул и обернулся:

— Хочешь, чтобы я позвал охрану?

— Хочешь, чтобы я позвонила Олешину? — Я была так зла, что сама не понимала, что говорю. — Я знаю, у тебя с ним были неприятности. Может быть, я их еще чуток усугублю? А?

Марек напрягся:

— Что?

— Оглох? — вопросом на вопрос ответила я, нечаянно опрокинув стул.

— Что случилось? — К нам одновременно спешили менеджер кафе и жена Марека.

— Все нормально, встретил старую знакомую. — Марек улыбнулся менеджеру и поцеловал жену в макушку. — Я сейчас, милая!

Он схватил меня за руку и потащил к выходу из кафе.

— Девушка, с вами все в порядке? — преградил нам дорогу менеджер.

— Да, — я улыбнулась, — если что, я позову охрану…

Марек дернулся, как от пощечины:

— Это Сьюзи так шутит…

Он выволок меня из кафе и зашипел прямо в лицо:

— Что ты можешь сделать?! Ты, вшивая официанточка! Что тебе от меня надо?!!

— Боже мой, как много вопросов! — ахнула я. Удивительно, чем больше злился Марек, тем спокойнее я себя чувствовала.

— У меня есть архив Анатолия, — спокойно сказала я и заметила, как напрягся Марек. — Да, да, тот самый, из сейфа. Как ты думаешь, если хорошо поискать, то можно найти там компромат на тебя? А?

Если честно, я не знала, есть ли там бумаги, касающиеся Марека, я просто блефовала. Я и ругаться-то с ним не собиралась, хотела просто выяснить, где Рита, но он повел себя так по-хамски…

В общем, все зашло очень далеко, и теперь отступать было некуда.

— Что тебе надо? — Марек сразу же смягчился и взял себя в руки. Куда-то исчез его покровительственный тон, а в глазах читался явный испуг.

— Где Рита? — повторила я вопрос, уже понимая, что наговорила лишнего. Зачем Мареку знать, где хранятся документы Анатолия? Дура!

— Я серьезно ничего о ней не знаю. — Он стал общаться со мной тепло и дружелюбно. Словно пять минут назад не мечтал придушить своими руками. Вот актер!

— Я тебе не верю!

— Я ничего о ней не знаю. — Марек горько хмыкнул. — Наше расставание было для меня такой трагедий!!!

«Вот гад!» Я едва сдержалась, чтобы не заехать ему по физиономии. Но имею ли я право бить чужих мужей? Я этого не знала и поэтому руки решила не распускать.

— Действительно, такая трагедия, что ты снова с женой, — произнесла я, сплевывая себе под ноги.

— Эх, Сьюзи! У нас с ней общий сын… — произнес Марек укоризненно.

— Как будто ты этого не знал, когда собирался жениться на Рите! — фыркнула я.

— Она у родителей! — процедил он сквозь зубы. — Прошу! Умоляю! Оставь меня в покое!

Он ушел в кафе, а я осталась стоять на набережной.

Действительно ли Ритка у родителей, или этот гад все придумал лишь для того, чтобы я от него отстала?

— Сволочь! — выругалась я и потрясла в воздухе кулаком. Вечер был безнадежно испорчен, да и ужинать мне расхотелось…

Я этого ожидала, но не так быстро. Почему-то решила, что у меня еще есть время, чтобы убраться вместе с архивом Анатолия куда подальше. Видимо, Марек думал иначе…

Я проснулась в три ночи от странного шороха: около моих окон мелькали тени, в саду кто-то ходил.

Я вздрогнула и вытащила из-под подушки газовый пистолет. Ничего смешного, сразу после разговора с Мареком я пошла в магазин и купила себе оружие. Хотела приобрести «Осу», но на нее требовалось специальное разрешение, а у меня на сбор бумажек не было времени. Я вылезала из постели и, убеждая себя не пугаться раньше времени, накинула халат. Потом включила свет и взяла в руки телефон — я решила вызвать полицию.

Одной рукой я держала пистолет, а другой набирала 02.

— Полиция. — Как только я услышала женский голос, меня чем-то огрели по голове, и я рухнула на пол. Пистолет отлетел далеко вперед и приземлился около окна…

— Где документы, дрянь? — Сквозь туман я разглядела незнакомого мужчину, который держал меня за шею. На нем была темная шапочка с прорезями для глаз и губ.

— На чердаке, — ответила я, прекрасно понимая, что в шпионские игры я уже наигралась по горлышко…

Мужик еще раз заехал мне по голове, и я потеряла сознание.

— Эй! Эй! Как твое имя? — Сквозь шелест и скрежет я едва расслышала незнакомый мужской голос. — Как твое имя?

— Сьюзи, — ответила я так тихо, что сама себя не узнала.

— Как? Назови свое имя! — орал мне в ухо мужчина, и я поморщилась.

— Сьюзи!

— Отлично! — обрадовался он. — Сколько тебе лет?

— Двадцать пять, — произнесла я и открыла глаза. Вокруг все поехало, и я тут же снова закрыла их. Что за чертовщина?

— Отлично! Открой глаза! — приказал мужик, и я попробовала повторить попытку.

На этот раз комната была как в тумане, низко наклонившись надо мной, стоял человек в белом халате.

— Отлично! Жить будет! — сообщил он неизвестно кому и исчез из поля моего зрения. Голову повернуть я почему-то самостоятельно не смогла. Пришлось снова закрыть глаза. Я впала в какое-то странное состояние — нечто среднее между сном, бредом и явью.

Проснулась я от солнечного зайчика, который прыгал по моему лицу. Моя койка стояла как раз напротив окна, я потянулась и села, разглядывая стройный кипарис за окнами палаты.

Машинально я погладила было живот, как делала уже три месяца подряд, но… моя рука упала на колени, не нащупав привычного холмика…

Я похолодела и задрала рубашку — живота не было…

— О господи! — Я вскочила на ноги и дико закричала.

В палату забежала медсестра и схватила меня за руку:

— Тебе плохо?

— Где моя дочь?! — Я захлебывалась в слезах.

— Не знаю. — Девушка растерялась. — Тебя привезли с травмой головы, без ребенка… Я только что заступила на дежурство, я ничего не знаю…

— У меня была дочь!!! — Я скатилась до истерики и теперь рвалась в коридор. — Где моя дочь?!!

— Ложись! Успокойся! Я только что заступила на смену, я ничего не знаю. Может быть, она в другой больнице? — Девушка попыталась уложить меня в постель, но я отчаянно сопротивлялась.

— В какой больнице? — Я уже ничего не соображала, в голове крутилась только одна мысль: я потеряла ребенка! Я потеряла ребенка… Я потеряла ребенка…

Сестра силой усадила меня на кровать и выбежала из палаты. Вернулась она со шприцем и вколола мне успокоительное.

— Сейчас придет врач, он тебе все объяснит, — пообещала девушка, укрывая меня одеялом.

Врач пришел спустя три часа, когда я уже выплакалась всласть и теперь просто без сил и эмоций смотрела в окно.

— Добрый вечер! — Молодой мужчина с длинными волосами, свисающими вдоль лица, в стильных очках, присел на краешек моей кровати. — Ты Сьюзи?

Я молча кивнула, не отрывая взгляда от окна.

— Тебя привезли к нам вчера утром, вернее, уже позавчера, — поправился врач. — «Скорую» вызвала соседка. — Мужчина кашлянул. — Ты… У тебя ушиб мягких тканей головы, и ты потеряла ребенка.

Я снова кивнула головой.

— Ты молодая и скоро поправишься, родишь еще кучу ребятишек. — Мужчина похлопал меня по руке и ушел.

А я продолжала смотреть в окно. Слезы текли по лицу, и я их даже не вытирала.

Ночь прошла без сна, я все думала, куда мне теперь девать детское приданое, которое я закупила в огромном количестве. Розовые ползунки и распашонки, чепчики и… Я даже соску купила, с медвежонком. А погремушки, куда я дену погремушки?

Я снова заплакала, уткнувшись носом в подушку. Болела каждая частичка моей души, я не хотела никого ни видеть, ни слышать.

Через неделю ко мне в палату пришел молоденький парень и, представившись опером, вежливо попросил ответить на несколько вопросов.

— Запомнили ли вы лицо того, кто на вас напал?

— Что исчезло из дома?

— Вы кого-нибудь подозреваете?

Я вяло мотала головой, отвечая на все вопросы отрицательно. Ну не могла же я сказать, что это Марек прислал ко мне в дом ублюдка, чтобы забрать документы Анатолия! Если бы я это сделала, то следующим, вполне логичным вопросом было бы: а откуда у вас взялись документы убитого мужчины? И что я должна отвечать? «Ах, простите, я забыла вам рассказать, что заколола Толю маникюрными ножничками»?! Марек все прекрасно понимал, поэтому и действовал так открыто. Из-за собственной непроходимой глупости я лишилась ребенка и важного архива, который могла использовать в своих целях.

Парнишка попрощался и ушел несолоно хлебавши, а я повернулась лицом к стене.

— До свидания! — помахала мне на прощание дежурная сестричка.

— Нет уж, лучше прощайте! — грустно улыбнулась я, спускаясь с крыльца больницы. На улице шел дождь. День выдалось хмурым и пасмурным, я брела по тротуару, высоко подняв воротник курточки. Отвалявшись в больнице кучу времени, я совершенно выбилась из колеи и теперь не знала, куда мне идти и что делать дальше. Мысли текли вяло, я то и дело останавливалась и спотыкалась. Постепенно острая боль от потери ребенка утихла, словно болезнь перешла в скрытую, хроническую форму, ее приступы я теперь ощущала ранним утром и вечерами, плавно переходящими в ночь. Я почти перестала спать, так и не найдя себе оправдания за совершенную глупость — зачем я рассказала Мареку про архив? Кто меня тянул за язык?!

Я подошла к дому и села на скамейку около калитки.

— Сьюзи? — Тетя Паша, как всегда, «под градусом», нелепо взмахнула руками и кинулась ко мне. — Ты? Жива?! Я все в больницу к тебе съездить собиралась, да некогда было…

Я молча обняла соседку и прижала к себе.

— Это я тебя нашла. Утром за солью зашла, смотрю, дверь нараспашку, ты в коридоре лежишь…

— Не надо, тетя Паша, — морщась от нестерпимых воспоминаний, попросила я, — не надо, мне уже все рассказали…

— Ну как знаешь. — Соседка присела рядом на скамейку. Неряшливая, в застиранной старой куртке и галошах, вечно опухшая, по вечерам она собирала в парке пустые бутылки. — Я присматривала за твоим домом, пока тебя не было…

— Спасибо. — Я полезла в сумку за деньгами. — Возьмите! — протянула ей двести долларов.

— Ты что?! — Тетя Паша укоризненно покачала головой. — Я же от души, не надо, убери. Я, правда, твой коньяк выпила и вино, ну то, что в шкафу…

— Ничего. — Я слабо улыбнулась. — Тетя Паша, а сколько вам лет?

— С чего бы это ты начала моим возрастом интересоваться? — удивилась старуха. — Ну, сорок два…

— Сколько?!! — Я в изумлении уставилась на соседку.

— Сколько слышала, — отмахнулась тетя Паша, — знаю, что выгляжу старше… Я как Коленьку похоронила, знаешь, ничего не хочу… А первое время вообще на кровати пластом лежала. Знаешь, Сьюзи, я же хотела за ним уйти, ну, думаю, наложу на себя руки — и все. Все равно жизни-то никакой. А потом узнала, что души убиенных и самоубийц никогда не встретятся на том свете. Представляешь? Никогда! Вот и жду, так сказать, своего часа…

Она вздохнула, а я внезапно разревелась.

— Тетя Паша, я дочку потеряла!

— Беременная, что ли, была? Господи! — Соседка перекрестилась. — Сочувствую. Ну ты сильно-то не убивайся, видать, у девочки твоей карма такая была. Уж лучше сейчас, чем когда ей восемнадцать лет, например, исполнилось бы. Как Коленьке… Ты поплачь, поплачь…

Она гладила меня по голове, а я все ревела и ревела.

Потом мы простились, соседка отдала мне ключи, и я вошла в дом. Чистенько убрано, действительно, тетя Паша присматривала за моими вещами. Я прошла в спальню и села на кровать, потом, немного подумав, легла, свернувшись калачиком…

Вечером я захотела есть и пить, по дороге на кухню подняла телефонную трубку — да, полная тишина, видимо, отключили за неуплату. Сотовый пылился на тумбочке в коридоре — он был давно разряжен и покрыт толстенным слоем пыли. Я, чертыхнувшись, отправилась искать зарядное устройство, но вместо него обнаружила коробку с детскими вещами.

Забыв про голод, я уселась прямо на пол и принялась перебирать вещички…

— Хватит!!! — внезапно заорала я, напугав саму себя до полусмерти. — Хватит!

Я вскочила и выбежала из дома в сад. Стоя под холодным дождем, я окончательно поняла: мне необходимо уехать отсюда, навсегда проститься с этим домом, иначе я всю жизнь буду помнить ту страшную ночь, которая лишила меня ребенка.

Я вытерла мокрое от дождя и слез лицо, решительно тряхнула головой и вошла в дом.

На следующее утро я отправилась в салон красоты, специально не захватив с собой сотовый телефон. Пока еще я была не готова отвечать на вопросы знакомых и друзей. Наверняка Аленка уже приехала домой, да и Ритка, скорее всего, вернулась в родные пенаты. Я лишь позвонила матери и сказала, что у меня все отлично. А так как она не знала ни о моей беременности, ни о покушении на меня, то я отделалась сказкой про «внезапно подвернувшуюся работу в Турции». И мать мне поверила, тем более что однажды я уже туда летала…

В салоне красоты я попросила мастера привести меня в товарный вид, потому что мои планы были поистине грандиозными. Меня четыре часа стригли, красили и тонировали, потом я «прошлась» по маникюру и педикюру и закончила этот сумасшедший день на массажном столе.

Я медленно брела по вечернему городу, решая, в какой ресторан отправиться ужинать. Плевать, что денег осталось совсем немного, я знаю, что мне сейчас это необходимо. Я должна вернуться в жизнь.

Оказывается, за мое отсутствие на набережной открылся новый развлекательный центр «Черепаха», современное двухэтажное здание с рестораном и набором прочих обязательных прибамбасов. Я вошла в гостеприимно разъехавшиеся двери и сдала пальто в гардероб. Ресторан был на втором этаже, и я пошла вверх по сверкающей лестнице, ловя свое отражение в сотнях маленьких зеркал, которыми были декорированы стены.

Высокая, стройная, смуглая девушка с шикарной гривой медного цвета и «натуральными» солнечными бликами в волосах, в желтом трикотажном костюме, с гордо поднятой головой вошла в зал. Это была я, да здравствует Сьюзи!

И, конечно, свободный столик нашелся всего один, в самом углу зала. Я села в кресло и заказала спагетти с острым соусом и лазанью с баклажанами. А еще — сто грамм водки и стакан сока.

— Вот так-то, ребята! — Я улыбнулась официанту и принялась рассматривать внутреннее убранство ресторана. Он был отделан в африканском стиле: потолок — из бамбука, стены — из натурального дерева, и повсюду — негритянские маски. Два огромных барабана при входе и полуголая девушка-мулатка на небольшой сцене в центре зала. Девушка извивалась в такт медленной музыке, и порой получалось очень даже эротично.

Выпив пятьдесят грамм водки, я решила изучить посетителей. Но в зале было слишком темно, чтобы разглядеть лица, и я через несколько минут плюнула на эту затею.

— Скучаете? — С избитой фразой ко мне подсел молодой человек в изрядном подпитии.

Я молча оглядела его с головы до ног, решая, может ли он быть мне полезен в осуществлении задуманного плана или нет.

Нет, решила я, окончив осмотр, и тяжело вздохнула:

— Прощай, дружище, я жду друга…

— Понятно, — недовольно ответил парень, но с места не тронулся. — Не понравился?

— Честно говоря, ты слишком много выпил. — Я улыбнулась.

— Я? — возмутился парень. — Да ты что! А ты из общества трезвенников, что ли? Сама-то вон водку пьешь. — Парень ухмыльнулся и ткнул пальцем в графинчик на моем столике. — Такая красивая и такая зануда.

Парень дурашливо откланялся, поднялся и ушел, пошатываясь и чертыхаясь.

Я знаком подозвала официанта:

— Скажите, чей это ресторан?

— А зачем вам это? — удивился смуглый юноша.

— Дело в том, что я хочу встретиться с хозяином заведения, у меня к нему есть бизнес-предложение…

— Простите, — растерялся парень, — но я не обладаю подобной информацией, скоро придет старший менеджер, и вы сможете обсудить этот вопрос с ним.

Официант резво убежал, а я призадумалась.

На первый же медленный танец меня пригласил толстый дядечка с кругами пота под мышками. Он так сильно прижимал меня к себе, что я была вынуждена строго на него прикрикнуть. Мужчина сразу сник и убежал прочь, едва смолкала музыка.

Я уже доела лазанью, когда ко мне подошел высокий широкоплечий мужчина с аккуратными черными усиками.

— Это вы хотели поговорить с менеджером?

Мы оглядывали друг друга с головы до ног.

— Я. — Я улыбнулась.

— Можно? — Мужчина сел за мой столик. — Так что вы хотели?

— Я бы хотела поговорить с хозяином этого ресторана. — Я приветливо улыбнулась еще раз.

— Считайте, что я говорю от его имени. — Мужчина был сама любезность. Сладкая улыбка, отличные манеры и холодный, настороженный взгляд, который пронизывает насквозь.

— Мне очень жаль, — я включилась в его игру, — но меня это не устраивает…

— Мне тоже очень жаль. — Мужчина встал с кресла. — Но тогда я ничем не могу быть вам полезен. Отдыхайте!

Он пошел прочь.

— Спасибо, и передайте хозяину ресторана привет от Виктора Семеновича. Мне кажется, что вы встречаете его людей не слишком любезно. Наверное, он расстроится…

Мужчина замер на полпути, быстро вернулся и сел напротив.

— Так вы от Виктора Семеновича?! Очень приятно, вы представитель депутата? — Мужчина протянул мне руку. — Но зачем вы меня разыгрываете? Надо было сразу сказать, кого вы представляете. Пойдемте, я отведу вас к хозяину, только придется немного подождать, минут двадцать. Ничего?

— Ничего, — я улыбнулась, — мне нужен счет…

— Что вы! Вы наша гостья, ужин за счет ресторана! — «Усатый» был сама галантность. — Кстати, я забыл вам представиться: — Петр!

— Сьюзи. — Я кивнула и поднялась из-за столика. — Ну пойдемте?

Петр вывел меня из общего зала, мы свернули налево и вошли в небольшой, но очень светлый коридорчик.

— Вот сюда, пожалуйста! — Петр распахнул передо мной дверь, и мы оказались в просторной комнате. — Будьте добры, подождите здесь!

Он указал мне на розовый диванчик и, усадив меня, вышел, неслышно прикрыв за собой дверь. Я тут же вскочила и огляделась — кабинет хозяина ресторана был чересчур изысканным, слишком много розового и красного цвета. Огромные льняные абажуры возле двух кресел, сухие цветы в вазах и лампы-витражи на низких столиках. Какие-то рамочки в завитушках, горка подушек на диване напротив…

— А хозяин-то, похоже, «голубоват»! — Я вздохнула. Это немного, но все же усложняло дело.

— Кто меня спрашивал? — Дверь отворилась внезапно и резко, я вздрогнула и обернулась. В дверном проеме стояла хрупкая женская фигурка. Женщина сделал шаг вперед, и мы с ней встретились глазами.

— Алена?!! — ойкнула я, схватившись за сердце.

— Сьюзи?!! — Подруга качнулась к стене — Ты?!!

— Так значит, это твой ресторан? — Я снова опустилась на диван, а Аленка прошла к большому столу. Странно, но мы даже не обнялись…

— Почти. — Подруга опустилась в кресло. — Где ты была?

— В больнице, — я словно проснулась, в голове внезапно прояснилось, мысли встали в ряд, и все разложилось по полочкам. — Как дела у Федора? У него отдельный кабинет или вы делите пополам этот?

— Он сюда редко заезжает. — Аленка сощурилась. — Что ты хотела?

— Как твой муж? — Я подошла к столу и села прямо на столешницу. — Может быть, ты меня с ним познакомишь? Или это была всего лишь шутка?

— Почему же? — Аленка дернулась. — Слезь, пожалуйста, с моего стола. У меня в кабинете принято сидеть в креслах или на диване.

— Ну я думала, что на старых друзей это правило не распространяется. — Я даже не шевельнулась. — Или я ошиблась?

— Ты ошиблась! — Аленка вскочила на ноги. — Какого черта ты сюда приперлась?!

— Передать привет от Виктора Семеновича! — Я на ходу меняла сценарий. — Разве тебе Петр не сообщил?

— Ты что, серьезно? — Алена напряглась. — Откуда ты можешь… ах, да…

Она вышла из-за стола и подошла к бару:

— Выпить хочешь?

— Спасибо, но я только что поужинала за счет твоего заведения. Должна тебя огорчить, паршиво готовите лазанью.

Аленка промолчала, лишь скрутила волосы в жгут и забрала наверх.

— Так чего ты хочешь? — повторила она свой вопрос. Я молча наблюдала за подругой, мне казалось, что сейчас туман исчезнет, пелена спадет, и мы с визгом кинемся друг другу на шею. Ведь мы не виделись столько времени!!! Я шевельнулась, но ничего не изменилось — Аленка так и стояла напротив с бокалом в руке и холодно мерила меня взглядом.

— Откуда у тебя деньги на этот ресторан? Неужели Олешин оказался так щедр, что поделился с тобой за мои документы?

— Это не твои документы. — Аленка ухмыльнулась. — Это документы Анатолия, которого ты убила. Да, Олешин действительно помог мне в осуществлении моего замысла, и я не вижу причин скрывать этот факт. Но тогда, может быть, и ты объяснишь мне, какого черта ты выкрала у меня копии архива?

— Почему копии? — Я даже закашлялась. — Как копии?!

— Дурища! — Аленка зло рассмеялась. — Я вернулась домой, а охрана мне и говорит, мол, видели вашу подругу-мулатку, приезжала как-то ночью… Я сразу проверила папку, а ее и нет. На кой тебе копия, если оригиналы у Федора?!

«Моего ребенка… — Я мотнула головой. — Получается, что я потеряла ребенка из-за копий?!»

— Я не крала, — растерялась я. — Просто…

И тут в моей голове словно что-то щелкнуло.

— Так это ты позвонила Федору? — Я смотрела прямо ей в глаза.

— Когда? — Алена отпила из бокала.

— Тогда!!! — Я буквально озверела. — Тогда! Когда я вернулась за сотовым к трупу Анатолия, а там меня уже ждали ребята Федора! Теперь понятно, откуда ты знала, что я работала крупье в «Иллюзии» и почему успокоила Ритку. Не хотела лишней шумихи?

Аленка молчала и улыбалась.

— Стоп! — Я даже вздрогнула. — Так это ты сказал Федору, что я умею играть в Блек Джек? Тогда получается, что идея с моей подставой — это ваше совместное творчество?

Аленка отошла к окну.

— Надо же, догадалась…

— Но почему? — Я замерла посреди кабинета. — За что?!!

— Еще и обиженную из себя строит! — огрызнулась Аленка. — Да ты на себя-то посмотри! Из-за твоей выходки с Анатолием я три месяца была у него на крючке! Делала все, что он пожелает! Да плевать на секс! Он же тряс из меня деньги!!! И все из-за твоей болтовни!!!

Обессилев, я опустилась на диван:

— Ты же сказала, что простила меня…

— Тогда и ты меня прости, — ухмыльнулась Аленка, резко поворачиваясь. — Тем более что убивать тебя я не хотела, иначе ты давно была бы трупом. Мне было нужно немного: чтобы ты тоже почувствовала себя в зависимости. Как? Понравилось?

— Я тебе не верю. — Я мотнула головой. — Меня едва не прикончили, и если бы я не сбежала из «Иллюзии»…

— Не забывай, что ты пряталась у меня дома. — Аленка хмыкнула. — В любой момент я могла позвонить Федору…

— А ты и позвонила ему, — догадалась я, — когда отправила меня к Ритиным родителям. Правда, неувязочка получилась, к тому времени, когда приехали твои мордовороты, нас там уже не было…

— Что ты несешь?! — Аленка покрутила пальцем у виска. — Какие мордовороты? Рита и сейчас у родителей, и никто ее не беспокоит…

— Слушай, — я перевела дух, — я только одного не пойму — зачем тебе был нужен Федор?

— Все из-за тебя, подруга. — Алена смерила меня злым взглядом. — Ты спокойно трахалась с Толиком, он тянул из меня деньги, и всему этому не было видно конца-края. Пришлось подключить свои связи и выйти на конкурентов Анатолия. К моему огромному счастью, я разыскала Федора, с которым у меня были, ну, отношения. Я хотела руками Федора убрать Толю.

— Ты говорила, что Федор — гей. — Я усмехнулась.

— Не надо верить всему, что говорят красивые женщины. — Аленка пожала плечами.

— Значит, убийство Анатолия было спланировано заранее?

— Да! — рявкнула Алена. — Но ты это сделала за нас, а план был уже разработан. Федору за это дело переходило казино, иначе он бы не согласился мне помогать. Вот я и разработала стратегию по уничтожению «Иллюзии», и без тебя… ну мы вряд ли добились бы таких потрясающих результатов.

— Поразительно! — Я охнула. — А когда тебе в руки попали документы Анатолия, ты решила, что Федора можно ими пошантажировать?

— Конечно. — Аленка села на розовый диванчик, а пустой бокал поставила на пол. — Не все коту масленица, я тоже должна что-то иметь за душой…

— Ты права. — Я опустилась в кресло и смахнула рукой со столика вазу. Она с грохотом упала на ковер, но не разбилась.

— Ты чего? — Аленка удивленно уставилась на меня.

— Ты права, — повторила я, чеканя каждое слово. — Я забыла, что ты никого никогда не прощаешь. Считай, что я переняла у тебя эту привычку…

— Какую? — насторожилась Алена.

— Быть злой и иметь хорошую память. — Я положила ногу на ногу. — Вот что, лапушка, придется тебе еще раз поделится.

— Чем? И с кем? С тобой, что ли? — рассмеялась Аленка.

— Солнышко, я думаю, Виктор Семенович с восторгом выслушает историю про то, как вы с Олешиным водили его за нос. Про «Иллюзию»… Про то, как ты убила Толю, потому что он тебя шантажировал…

— Что ты несешь?! — взорвалась Алена. — Это же ты угробила своего любовника!!!

— А ты докажи… — спокойно продолжила я, — а если я еще расскажу, ЧЕМ тебя шантажировал Анатолий… Как ты думаешь, Виктор Семенович заинтересуется этой темой? Да и родня Олежека наверняка до сих пор скорбит о кормильце…

— Ты блефуешь! — Аленка разволновалась, волосы разметались по плечам, глаза горели. — Я сейчас нажму эту кнопку, и тебя сотрут с лица земли!

— Ради бога, — я спокойно сидела в кресле, — но Виктор Семенович узнает это от других людей. От Риты, например, или от моего нового друга. Если я не вернусь домой к утру.

— Ритка в курсе? — Аленка ненавидяще зашипела.

Я промолчала и улыбнулась. И эта улыбка добила ее окончательно.

— Хорошо. — Она взяла себя в руки. — Ты не так уж и глупа, кто бы мог подумать. Мы квиты. Чего ты хочешь?

— Первое, мне нужно свидание с Мареком, за городом, там, где я скажу…

— Что? А при чем здесь Риткин ухажер? — поразилась Алена.

— Второе, — проигнорировала я вопрос. — Мне нужна половина казино «Иллюзия», официально оформленная на мое имя…

— Не знаю. — Алена напряглась. — Олешин не согласится…

— Согласится. — Я кивнула. — Ведь Федор не хочет портить отношения с властями? Насколько я понимаю, игровой бизнес сейчас под пристальным вниманием у официальных властей? И в легальной зоне все должно быть идеально?

— Ну хорошо, я попробую что-нибудь сделать. — Алена вздохнула. — Но почему я должна думать, что ты на этом остановишься?

— Поверь мне. — Я улыбнулась. — Ведь я тебе верю… Я забуду про яд и смерть Олежека, про Виктора Семеновича…

— Проще тебя убить, — фыркнула Алена.

— Попробуй. — Я зевнула. — И еще… — Я выдержала долгую паузу. — Передай Олешину, что лазерный диск из папки Анатолия все еще хранится у меня…

Я вспомнила про диск, неизвестно куда пропавший. Может быть, он так и остался лежать в лесу?

— Хорошо — Алена вздохнула. — Уходи, Сьюзи, я очень устала…

Я посмотрела в ее глаза и увидела в них… радость! Я вздрогнула. «Неужели я в чем-то просчиталась? Ведь Аленка согласилась на все мои требования!»

Я вышла из кабинета с тяжелой душой, мне казалось, что козырную карту Аленка приберегла на потом.

— Да… — Я села в такси и немного пришла в себя. Я была настолько ошарашена всем тем, что случилось, что почти не понимала, с кем я разговариваю. А ведь это была Алена, моя лучшая подруга!

— Боже мой! — только и смогла произнести я, схватившись за голову. — Боже мой!!!

Я едва дождалась утра, снарядилась, как на войну, и отправилась на поиски того самого места в лесу, где мы с девчонками рассматривали злосчастную папку Анатолия. Я никак не могла вспомнить, куда подевался лазерный диск, ясно было, что у Аленки его нет. У меня — тоже. Тогда вполне логично предположить, что он так и валяется в лесу. Около поваленного дерева, недалеко от дома Анатолия.

Я остановила попутку и добралась до поворота из города — дальше решила идти пешком. Я отлично помнила ту проселочную дорогу, на которую когда-то свернула Аленка на своем «Рено», увозя всех нас подальше от трупа. Я брела вдоль шоссе, надвинув на лоб вязаную шапку, не поднимая глаз на мчащиеся встречные автомобили. Шла я довольно долго, пару раз даже останавливаясь, чтобы попить воды, но знакомой дороги, уходящей в глубь леса от основного шоссе, все не было.

— Неужели забыла? — Я начала волноваться, озираясь по сторонам. Вот здесь мы проезжали в прошлый раз или нет?

Я растерялась и остановилась.

— И что дальше? — Я стояла посреди дороги, где-то между городом и домом Анатолия, и пыталась вспомнить, куда мы свернули в прошлый раз.

Пройдя пешком еще около километра, я наконец обнаружила поворот в лес и, радостно взвизгнув, бросилась на тропу. Шагала я быстро, уходя в лес все глубже и глубже. И внимательно смотрела по сторонам, пытаясь увидеть поваленные деревья, на которых мы сидели в прошлый раз.

Я не заметила, как зашла слишком далеко — тропа пропала, осталась лишь тонкая полоска вытоптанной земли, по которой вряд ли мог бы проехать автомобиль.

— Черт! — Я мысленно стукнула себя кулаком по лбу и повернула обратно.

Одинаковые деревья, одинаковые кусты… Похоже, я заблудилась.

Решительно, стараясь не паниковать, я пошла по тропинке обратно, пока не достигла развилки — из одной тропы вытекали целых три…

— Как же быть? — Я растерялась. — По какой я пришла?

Я слишком много смотрела по сторонам, пытаясь разглядеть знакомые поваленные деревья и полувыковорченный пень, и не удосужилась запомнить саму тропу….

Меня на мгновение охватила паника, я почувствовала, что сердце бьется где-то в горле…

— Успокойся!

Я заставила себя присесть на корточки и снять со спины рюкзак — там лежала бутылка воды. Сделав парочку глотков, я стала дышать ровнее.

— Ты недалеко от города, здесь невозможно заблудиться…

Я постаралась успокоиться и прислушаться — если различу шум автомобилей, двигающихся по шоссе, то, ориентируясь по звуку, смогу выбраться на дорогу. Я замерла, вслушиваясь в завывание ветра, но, кроме него и стука собственного сердца, ничего не обнаружила.

Я поднялась на ноги и пошла назад, выбрав наугад одну из тропинок. Брела я довольно долго, то перелезая через валежник, то перепрыгивая через невесть откуда взявшийся ручей. Раньше я этой дорогой не ходила, было очевидно, что я ошиблась, выбирая тропу, по которой отправилась назад, но сейчас эта верная мысль была уже запоздалой. Мне не оставалось ничего другого, как идти вперед и вперед, надеясь, что тропинка выведет меня либо на дорогу, либо к человеческому жилью…

Через час пришлось сделать привал, ноги устали, на меня навалилась апатия. Я не боялась леса, не боялась одиночества, мне просто было обидно, что теперь я уж точно не разыщу лазерный диск. Хотя эта идея была бредовой с самого начала. Но я все-таки надеялась на чудо. Чуда не произошло, я просто заблудилась…

Между деревьями мне удалось разглядеть что-то черное и массивное, не то здание, не то забор. Я радостно вскрикнула и побежала вперед, но быстро запыхалась и перешла на шаг. В конце-то концов, дом никуда не денется, как стоял, так и будет стоять на месте. Чем ближе я подходила, тем сильнее ощущала «дежавю», словно я уже была здесь…

— Боже мой! — Я подошла к цели на такое расстояние, что уже смогла отчетливо разглядеть огромный двухметровый забор, окружающий дом Анатолия…

Я замерла на месте, сначала даже не сообразив, как умудрилась не узнать дом, в котором прожила несколько месяцев. Но потом поняла: с этой стороны я к нему никогда не подходила. Прямо к забору примыкала огромная яма, доверху заполненная всяким мусором. Анатолий еще грозился вызвать парочку грузовиков, чтобы увезти это безобразие. Он мне говорил, что часть мусора осталась еще со времени строительства коттеджа, и настоятельно рекомендовал обходить этот участок забора стороной.

«Кто знает, что там может валяться?» — вспомнила я его слова.

Я замерла в нерешительности, не зная, как поступить дальше. Хотя выбор у меня был не слишком большой — либо пройти вперед и выйти к дому Анатолия, а потом от него выбраться на шоссе, либо повернуть назад и снова петлять по тропинке, надеясь выбраться на основную дорогу…

И как мне ни было противно и страшно снова оказаться у дома Толи, я выбрала первый вариант. Сцепив зубы, я пошла вперед, пока дорогу мне не преградила куча битой арматуры и расколотого кирпича. Я подалась влево, осторожно обходя забор. Двести метров — и я снова очутилась возле ворот, где меня когда-то поджидал Федор.

«Спасибо за это Алене!» — тотчас подумала я и громко выругалась вслух.

Ворота были закрыты, я зачем-то подергала калитку, естественно, она тоже была заперта.

— Интересно, здесь сейчас кто-нибудь живет?

Сама не понимаю, зачем я так хотела это выяснить. Я бродила возле забора, выискивая следы шин или отпечатки обуви. С неба падал мокрый снег, и под ногами была одна жидкая кашица. Судя по ее нетронутой, девственной поверхности, к дому, по крайней мере, сегодня, никто не приближался…

Можно было идти к шоссе, но я присела на скамейку возле забора и сняла рюкзак. Вытащила печенье и принялась его тихо грызть…

Шум подъезжающего автомобиля я услышала только тогда, когда сама машина показалась между деревьев.

Я бросилась обратно в лес, уронив печенье на землю. Спрятавшись за деревом, со все возрастающим удивлением обнаружила, что к дому Анатолия подъезжает красный «Рено», за рулем которого сидит… Алена!

Она подъехала к воротам и остановилась, не выключая двигателя. Затем вылезла из машины и, пользуясь автоматическим пультом, открыла ворота. «Рено» заехал внутрь, но ворота почему-то остались распахнутыми настежь.

— Ты дома? — Я слышала, как Аленка кричит кому-то из-за забора.

— Дома! — расслышала я мужской голос, показавшийся мне странно знакомым. — Ты закрыла ворота?

— Опять забыла. — Ее смех звучал все ближе и ближе. Потом ворота вздрогнули и захлопнулись.

Я очнулась и вытерла влажный лоб. Что здесь делает Алена? К кому она приехала?

На сегодня у меня была запланирована встреча с Мареком, но я к ней оказалась еще не готова. В «Черепахе» мне так и не удалось познакомиться с молодым человеком, по возможности не слишком отягощенным интеллектом. Мне нужна была иллюзия охраны и видимое присутствие мужчины. Я и предположить не могла, что хозяйкой роскошного ресторана в «Черепахе» окажется моя подруга Алена, я лишь хотела прощупать почву, кому принадлежит ресторан — «друзьям» или «врагам» Марека. Ну а потом я бы решила, как поступить… В мои планы даже входило обольщение хозяина ресторана и последующее вовлечение его в свои планы. Все оказалось проще (как и бывает в жизни) и непредсказуемей.

Теперь у меня был прямой выход на Марека, и я потеряла близкого человека, с которым меня связывали последние десять лет жизни. И если честно, от этого удара было не так-то легко оправиться.

Искать «эскорт» я отправилась все в ту же «Иллюзию», меня тянуло туда словно магнитом. И даже если я случайно встречусь с Олешиным, что ж, пускай знает, что мне бояться нечего…

Я подъехала к казино на такси и, заплатив пареньку, подвозившему меня, вылезла из машины. Оглядевшись, я обнаружила, что народу около входа толпится предостаточно, а это значит, что «Иллюзия» снова работает на всю катушку.

«Что ж, — обрадовалась я, — моя половина этого заведения должна приносить хорошую прибыль!»

Я разделась в гардеробе и, поправив розовое шелковое платье, вышитое вручную, отправилась на поиски «бойфренда». Я задумала нечто такое… Впрочем, все по порядку.

Я спокойно села за барную стойку и заказала один коктейль «Космополитен», тут же некстати вспомнив Риту и Алену. Мне их сильно не хватало, что и говорить. Выпив еще два коктейля, я отправилась домой. Кураж пропал.

— Тетя Паша, — я сидела у соседки на кухне и пила чай, — я уезжаю из дома, навсегда…

— Жаль. — Женщина сидела напротив, подперев щеку рукой. — Я к тебе привыкла…

— Тетя Паша, — я волновалась, — я хотела вам предложить переехать в мой дом, ну, чтобы у вас не было воспоминаний. Наверное, в этом доме вам все напоминает о сыне? — задала я самый глупый вопрос.

— Конечно. — Женщина кивнула. — Вот его комната, мне кажется, что ночью он приходит туда…

Она перекрестилась.

— Переезжайте в мой дом, ладно? — Я протянула ей руку. — Ладно?

— Как это? — Тетя Паша посмотрела на меня удивленно.

— Я уезжаю! — повторила я. — Дом мне не нужен, он тоже связан, ну, с не самым хорошим периодом моей жизни. Я оставляю его вам. А свое жилье вы можете сдавать квартирантам и больше не собирать бутылки… — Я прикусила язык, опасаясь, что сболтнула что-то лишнее.

— Не, я не возьму. — Тетя Паша вздохнула. — Да и сколько мне еще осталось?

— Прошу вас! — Я подошла к ней и обняла за плечи. — Может быть, у вас еще все сложится. Вы жить начнете. Я очень вас прошу!

— Ну хорошо, — согласилась соседка. — Но твой дом останется твоим, я просто там поживу, пока ты не вернешься…

— Вот и отлично!!! — Я поцеловала ее в сморщенную щеку. — Возьмите документы на дом. — Я протянула ей плотный конверт. — Потом посмотрите, когда я уйду! — испугалась я, потому что в конверте, кроме дарственной на дом, лежали еще и деньги.

— Ладно. — Женщина отложила его в сторону. — А ты куда собралась? Никак замуж выходишь?

— Выхожу, — наврала я, опуская глаза. — Я пойду, и дай бог вам счастья…

Тетя Паша проводила меня до калитки, а дальше я пошла одна, низко опустив голову и уговаривая себя не оборачиваться. За моей спиной осталась не только несчастная соседка, потерявшая в армии единственного сына, но и мой родной дом, в котором я прожила лучшие десять лет своей жизни…

Часть 3

Последние двадцать дней я носилась как проклятая — сначала сняла квартиру (в престижном районе!) и перевозила туда мебель, потом продала свою половину «Иллюзии» (Алена выполнила все мои требования) и начала оформлять документы для открытия собственной клининговой компании. Спала я по четыре часа в сутки, днем клевала носом и едва успевала принять душ. Зато времени на грустные воспоминания совершенно не оставалось — постепенно улеглась боль от потери ребенка, все реже и реже я вспоминала Кевина, а от выходок Аленки остался лишь неприятный осадок…

Мучило меня только одно: я до сих пор не имела понятия, к кому тогда приезжала Алена в дом Анатолия. Конечно, я была почти стопроцентно уверена, что в доме Толи теперь поселился Олешин (ведь они с Аленкой теперь лучшие друзья), но… Что-то мне не давало покоя.

«Когда я закончу все срочные дела, я обязательно еще раз съезжу туда и все выясню». Кстати, мне не мешало бы обзавестись машиной, а значит, самое время пойти на курсы вождения. Да и сессия совсем скоро. «Экватор», половина пути пройдена.

Я приблизилась к своему новому дому (девятиэтажка, окруженная витиеватым железным забором) и присела на скамейку. Ноги подкосились от усталости, и я решила сегодня вечером просто отдохнуть. Никаких документов и бумаг, рефератов и контрольных. Просто лягу перед телевизором и включу любимый сериал «Друзья», например. Или «Красотку» с Джулией Робертс.

Я откинулась на спинку скамьи и закрыла глаза — теплый майский вечер, прекрасная погода…

Я открыла глаза и полезла в сумочку за сотовым. Время от времени я набирала Риткины телефоны, но все время натыкалась либо на «абонент временно недоступен», либо на длинные гудки…

— Да? — Ритка ответила с первой моей попытки. Я так удивилась, что даже забыла, что хотела сказать.

— Ты?!! — Я подпрыгнула на скамейке, моментально забыв про усталость. — Ты где?!!

— Дома. — Рита была не в настроении — А кто это?

— Сьюзи! Ты что?! — Я опешила. — Ритка, как твои дела?

— Ой! Я тебя не узнала!!! — Рита заверещала в трубку. — Я пока дома, у родителей, только что вернулась из Таиланда.

— Снова… — Я начала говорить, но не смогла подобрать нужных слов.

— Ну теперь я езжу вместо Светы, вот месяцок еще отдохну — и снова, правда, на этот раз в Нигерию.

— Значит, ты возвращаться не собираешься? — Мне стало так грустно, что и словами не передать.

— Как раз собираюсь!!! — Ритин голос зазвенел. — Через полгода вернусь с деньгами и утру всем нос! — Она замолчала.

— Ритка, — я тоже загрустила, — как там Кевин? — Черт! Сорвалось-таки с губ!!! Ну не хотела я про него спрашивать, не хотела!!!

— Кевин? — Ритка переспросила и вздохнула. — Да не знаю я. Он от нас ушел, говорят, собирается открыть частную клинику…

— Прекрасно, — выдавила я. — А ты почему ему не звонишь?

— Не знаю, — Рита вздохнула, — некогда. Ты… — Она замолчала. — Ты Марека не видела?

Я вздрогнула:

— Нет, не видела… «Знала бы ты, что тут у нас было!!!»

— Понятно. — Рита снова вздохнула. — А сама-то как? Где работаешь? Все там же? Расскажи, у тебя появился парень?

— Нет, Рита, у меня друга нет. — Я рассмеялась. — А работу я сменила, вот вернешься, все и расскажу, и покажу. Ведь ты вернешься?

— Конечно. — Рита на мгновение замолчала, а потом продолжила с жаром, звенящим голосом: — Просто я хочу вернуться со щитом, а не на щите. Понимаешь?

— Еще бы! — Я кивнула, как будто она могла меня увидеть. — Запиши мои новые телефоны.

— Ты продала дом? — поразилась Ритка.

— Да, и сняла квартиру, двухкомнатную. — Я улыбнулась. — Играю в новую игру: «большая леди-босс»…

— Да?! — поразилась подруга. — А как там Алена?

Я замолчала, и, наверное, пауза была слишком долгой, потому что Рита все поняла и без моего ответа.

— Значит, вы с ней больше не видитесь?

— Нет. — Я горько хмыкнула. — Она здесь такое отмочила, даже говорить тебе не буду, а может, и расскажу, но потом. Пока противно вспоминать. Да! Она замуж вышла.

— Кто?!! — Рита поперхнулась и закашляла. — Еще одна жертва яда? Кто этот несчастный?

Я вздрогнула — Рита думала так же, как и я…

— Наверное, очередной глупый старик, который попытался купить за деньги молодое тело…

— Да-а… — протянула Рита. — Ну молодец, что позвонила. Не пропадай!

— Ты тоже! — Мы попрощались, я бросила сотовый в сумку и пошла домой.

Я и не знала, что самостоятельно комплектовать кадрами собственную компанию — такая чудовищно ответственная и выматывающая работа! Я арендовала небольшой офис почти в центре города и приступила к подбору персонала. Дала объявления в газеты и на телевидение и теперь каждый день собирала резюме и беседовала с кандидатами…

К вечеру у меня двоилось в глазах и звенело в ушах.

— Спасибо, я вам обязательно позвоню! — Я выпроводила последнюю на сегодняшний день соискательницу и с огромным облегчением закрыла за ней дверь. В офисе я пока была одна-одинешенька, ни тебе охраны, ни секретаря. Еще руки до них не дошли.

Я шагнула к кофеварке и сварила себе двойной кофе. Потом вернулась за стол и…

«Надо еще почитать право…»

— Нет! Все! Я так больше не могу! — Я решительно отодвинула чашку с нетронутым кофе. — Я женщина или что?!

Я выключила компьютер, отрубила свет и сдала офис на охрану. Сегодня вечером, нет, прямо сейчас я иду в ночной клуб!

Я заехала в молодежный (!) бутик и купила серые бриджи и фиалковый топ. Потом, немного подумав, решительно разорилась на босоножки от Max@Co, переоделась прямо в кабинке магазина и, не заезжая домой, отправилась в «Черепаху».

Я сразу же двинулась на танцпол и оторвалась на полную катушку. Мне действительно было весело, куда-то улетели все проблемы и невзгоды, я просто танцевала и кайфовала.

— Привет! — Ко мне подошел высокий симпатичный парень. Отличная фигура, выразительные глаза, а плечи!.. Черт! Просто умопомрачительные плечи! — Ты классно танцуешь!

— Привет! — Я улыбнулась. — Не могу сказать тебе того же, потому что не видела, как ты танцуешь!

— Сергей! — представился брюнет. — Хочешь выпить?

— Ну разве только сок. — Я с радостью приняла его приглашение.

Мы ушли с танцпола к бару:

— Ты уверена, что хочешь только сок? — Сергей посмотрел мне в глаза и рассмеялся. — Ты такая смешная!

— Кто бы говорил! — Я шутливо пихнула его в бок. — На себя посмотри!

Удивительно, но с первой минуты между нами возникли теплые, легкие отношения. Потом мы плавно переместились за столик, и я согласилась на белое вино. Серега обладал великолепным чувством юмора, он постоянно хохмил и смешил меня до слез.

Пару раз мы выбирались с ним потанцевать и продолжали дурачиться даже во время медленного танца.

В четыре утра я вспомнила, что у меня завтра (вернее, уже сегодня!) ответственная встреча.

— Мне пора! — сказала я Сергею с таким сожалением, что он не выдержал и улыбнулся:

— Я тебя провожу, ок?

— Конечно. — Я взяла сумочку, и мы вышли из «Черепахи». Серега обнял меня за талию, и мы отправились к моему дому.

— Ну пока! — Серега на прощание поцеловал меня в губы. — Телефончик оставишь?

— А ты не хочешь выпить кофе? — Я прижалась к парню и уткнулась ему носом в шею.

— Очень хочу! — обрадовался Сергей и подхватил меня на руки. И я сразу же почувствовала себя маленькой, легкой и беззащитной…

Секс с моим новым знакомым оставил о себе самые прекрасные воспоминания, все было мило, со вкусом и без напрягов. Мы словно понимали друг друга с полуслова.

В шесть утра я действительно сварила нам обоим кофе и отправила Серегу домой:

— Побриться перед началом рабочего дня! — рассмеялся Сергей, целуя меня на прощание.

Он ушел, а я со спокойной совестью вернулась в спальню и проспала до половины третьего. Важная встреча была назначена на четыре часа.

«Как хорошо жить!» — подумала я, проснувшись.

Наконец персонал был набран, реклама сделала свое дело — начали поступать первые заказы. То ковровое покрытие почистить в офисе, то окна помыть в магазине…

Секретарь исправно принимала заказы и, созваниваясь с сотрудниками, отправляла их по указанным адресам. Несколько женщин дежурили в офисе согласно графику — они мыли витражи в соседней компании, занимающей три этажа двенадцатиэтажного дома.

Я честно работала до семи вечера, а потом мы встречались с Серегой и отдыхали душой и телом.

— Завтра у меня первый урок вождения! — похвасталась я Сергею. Мы валялись на пляже и грызли чипсы.

— Хочешь попробовать прямо сегодня? — предложил парень, достроив замок из песка.

— Конечно! — Я села. — А как?

— Да на моей «десятке»! — Серега улыбнулся. — Не боишься?

— Конечно, боюсь! — Я обняла его за шею. — Тебе говорили, что ты классный?

— Постоянно! — отмахнулся он и рассмеялся. — Я знаю…

Он вскочил на ноги и потянул меня за собой:

— Пошли, гараж здесь неподалеку…

Мы, словно школьники, взялись за руки и побежали.

— Так, значит, где педаль тормоза и педаль газа, тебе не нужно объяснять? — Серега усадил меня на водительское место.

— Думаю, что не надо, — я с опаской дотронулась до рычага переключения скоростей, — только давай за руль я сяду за городом. — У меня душа ушла в пятки.

— Пойдет! — Серега сел за руль, а я перебралась на сиденье рядом.

Мы выехали за город.

— Садись! — Серега остановился и вылез из машины. — И главное — будь внимательна и не паникуй…

Я села за руль и осторожно двинулась вперед.

— Не забудь переключить передачу! — Серега легонько дотронулся до моей руки.

В ответ я лишь улыбнулась, не сводя глаз с дороги. Сначала я ехала медленно, то и дело судорожно останавливаясь и вытирая потный лоб. Серега лишь посмеивался, он не кричал на меня, не давил и не давал идиотских советов.

— Давай заедем на заправку! — предложил он, когда я уже немного освоилась.

— Давай! — согласилась я скрепя сердце. Я завернула на заправку и притормозила около этой штуковины с торчащим шлангом для бензина.

Сергей отправился платить, а я, полная восхищения собой любимой, откинулась на спинку кресла.

Немного подумав, я решила поправить макияж и повернула к себе зеркальце «заднего» вида. Я вытащила помаду и… Рядом остановилась серая «Тойота», за рулем которой сидела Аленка.

— Привет! — Она высунулась в окошко. — Как дела?

— Сменила машину? — Я растерялась, словно она меня поймала на чем-то постыдном.

— Сменила мужчину? — рассмеялась она в ответ. Сергей как раз вернулся и сел рядом.

— Кто это? — спросил он.

— Так, знакомая, — ответила я и замолчала.

Алена проехала вперед и заправилась раньше нас.

— Наглая твоя знакомая! — прокомментировал Сергей, я видела, что он хотел сказать что-то еще, но сдержался.

Алена выехала с заправки и помчалась в сторону дома Анатолия.

«Да кто же там у нее живет?» Я проводила глазами серую «Тойоту», пока она не скрылась из вида.

— Ты чего приуныла? — Серега похлопал меня по плечу.

— Что-то голова разболелась, — я перебралась на пассажирское сиденье, — отвези меня домой, пожалуйста.

— Хорошо. — Серега никогда не задавал лишних вопросов, и вообще он был идеальным мужчиной. Словно прЫнц, выписанный по каталогу. Но почему-то я в него не влюбилась. Может быть, потому, что сама была далека от совершенства?

Я бродила по своей квартире, то и дело запинаясь о разбросанные повсюду вещи. У меня было отвратительное настроение, и я отрывалась на кофточках-брючках, повыбрасывав их из шкафа. После встречи с Аленой у меня эта эксцентричная дамочка из головы не выходила!

— К кому она все время мотается? — Я присела за кухонный стол, собираясь попить кофе, но тут же передумала…

— Сейчас же поеду и все выясню! — Мне не терпелось поставить в этой истории жирную точку. Почему-то казалось, что если я узнаю, что Олешин и Аленка любовники, то буду иметь над ними тайную власть. В конце-то концов, Аленушка замужем, и я знаю точно, что ее муж — не Федор, хоть он и не гей.

Я полезла в шкаф и достала фотоаппарат, но потом передумала и положила его обратно. У меня есть фотоаппарат в сотовом телефоне, и парочку кадров я смогу сделать и им. Только вот зачем мне все это?

— А затем, что с ними надо держать ухо востро! — Я оделась и вышла на улицу. Компромат на эту сладкую парочку мне никогда не повредит. Кто знает, что случится через месяц, например? Или через полгода?..

Я поймала такси и отправилась за город. Не доезжая до развилки, вылезла из машины и дальнейший путь проделала пешком. Было всего девять вечера, светло, отличная погода, но чем ближе я подходила к дому Толи, тем хуже мне становилось. На душе скребли кошки, и я уже сто раз пожалела о своем решении приехать сюда.

— В конце концов, они оставили тебя в покое… — бормотала я про себя, идя по дороге к дому. — Оставь и ты их. Пусть живут как хотят…

Но у меня из головы не выходил ехидный и довольный взгляд Алены, которым она смерила меня сегодня на заправке. Она точно что-то скрывала, что-то очень важное для меня.

— Или у меня паранойя, — усмехнулась я, выходя на финишную прямую. До дома Толи оставалось метров двести, и я свернула в лес, чтобы меня никто случайно не заметил. Мало ли? Проезжающая машина или гуляющая Алена. Хотя вряд ли мадам будет бродить по дороге.

Я подошла к высокому забору и остановилась.

— Что теперь? Будешь ждать? — Я покрутилась около ворот, а потом решительно надавила на кнопку звонка. Громкая трель разнеслась по всему лесу, а я метнулась за дерево и присела на корточки.

«Дура!» — обругала себя я, выждав минуты три. Было тихо, никаких признаков жизни — Алена могла просто посмотреть, используя камеру наблюдения, кто стоит около ворот. Я приуныла, перспектива переночевать в лесу меня не привлекала. Но я знала точно — если я сейчас уеду домой, то сюда уже точно не вернусь. Никогда. Потому что мне было слишком больно и тяжело видеть этот дом.

«Ровно час! — Я взглянула на часы и засекла время. — Я жду ровно час и ухожу».

Я опустилась прямо на землю — она была теплая, вся в хвое и мелкой травке, — и принялась ждать. Час длился бесконечно, я то и дело смотрела на часы. Когда прошло пятьдесят минут, я не выдержала и вскочила на ноги.

«Все! С меня хватит!» — Я повернулась и погрозила дому кулаком. Потом смачно плюнула в его сторону и решительно пошла прочь. Темнело, я ускорила шаг.

На мгновение меня ослепили фары несущейся прямо на меня машины, я ойкнула и нырнула в лес. Автомобиль чуть притормозил, а потом поехал дальше. Я оглянулась — эта была светлая иномарка, и она мчалась к дому Толи. Я побежала со всех ног, прячась за деревьями, но все равно прибежала слишком поздно. Неизвестный закрывал ворота, иномарка уже въехала во двор. Еще плохо соображая, что собираюсь сделать, я подняла с земли огромную палку и запустила ею в ворота. Раздался грохот, ворота дернулись. Я схватила вторую палку и бросила следом…

— Кто там? — Судя по голосу, мужчина был удивлен. Ворота автоматически закрылись, но зато отворилась калитка. — Кто там?

Я спряталась за дерево и осторожно выглядывала оттуда.

— Кто здесь?!! — Мужчина выбежал на середину дороги и поднял брошенную мной палку. — Сейчас уши оборву! — Наверное, он решил, что так детвора (откуда ей здесь взяться?) развлекается.

Я вглядывалась в мужчину до рези в глазах, но так и не могла узнать. Он стоял ко мне спиной, и это точно был не Федор.

— Еще раз кинете, поймаю и оторву уши! — Мужчина повернулся прямо ко мне лицом.

— Кевин!!! — вскрикнула я, хватаясь за сердце.

— Кто здесь? — Он услышал мой вскрик. — Кто?!

Кевин пошел прямо на меня, я не могла пошевелиться, пытаясь унять дрожь в ногах и руках. Кевин забежал за дерево и уставился на меня немигающим взглядом:

— Сьюзи?!! — Его едва не хватил удар. — Ты что здесь делаешь?!!

Я продолжала сидеть на пятой точке, хлопая глазами, словно фарфоровая кукла, и не в силах произнести ни слова.

— Дорогой! Ты где? — Аленка вышла из калитки, оглядываясь по сторонам. Одета она была по-домашнему — в спортивный костюм и тапочки на босу ногу. — Ты где?!

— Я здесь. — Кевин протянул мне руку и помог подняться с земли. Я продолжала молчать.

— Ах, вот ты… — Аленка подошла ближе и увидела меня — с вытаращенными глазами и открытым ртом. — Сьюзи? Что ты здесь делаешь? — Она тоже удивилась.

— Вы что, знакомы? — Кевин уставился на Аленку. — Откуда?

— Так, работали вместе, шапочное знакомство. — Аленка обняла Кевина за талию, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Так что ты здесь делаешь? Заблудилась, что ли?

— Кстати, — Алена перевела суровый взгляд на Кевина, — а откуда ты ее знаешь, дорогой?

— Тоже по работе, — буркнул Кевин, пряча глаза.

Я стояла как истукан, молча наблюдая за их диалогом.

— Сьюзи, может быть, ты хочешь пройти в дом? — Аленка была сама любезность. — Мы с мужем будем рады напоить тебя чаем…

— Что?!! — вырвалось у меня. — С мужем?

— Мы женаты уже полгода. — Аленка чмокнула Кевина в щеку. — Да, дорогой?

— Да. — Кевин чувствовал себя не в своей тарелке. — Ну, Сьюзи, ты чаю хочешь?

У меня подкосились ноги, и я снова опустилась на землю.

— Тебе плохо? — Кевин вырвался из цепких лапок Алены и шагнул ко мне. — Да что с тобой?

— У нее шок. — Аленка улыбнулась. — Просто она не ожидала увидеть нас вместе… Дорогой, сходи в дом, принеси Сьюзи воды и вызови такси…

— Конечно. — Кевин с облегчением отвернулся от меня и побежал к калитке.

— Ну? — Аленка присела рядом. — Ты за мной шпионила, да?

Я продолжал молчать.

— Глупо, — хмыкнула она. — Я бы сама тебе все рассказала, но немного позже…

— Как ты его нашла? — наконец спросила я, едва ворочая губами.

— Так ты мне сама его визитку показала, а потом я ее просто позаимствовала у тебя на время. А внешность, ну кто же не знает Депардье? Кстати, я визитку-то могу и вернуть… Я же не воровка…

Я тяжело поднялась на ноги.

— Ты победила. — Я посмотрела ей в глаза. — Радуешься? Ты вышла замуж за человека, которого я любила. Все? Отомстила за Толю? Или будешь продолжать?

— Нет, не буду. — И снова в глазах Аленки заплясали чертики. Она ликовала. — Просто впредь не пытайся со мной соперничать. Не доросла еще.

— А если я все расскажу Кевину?

— Начинай прямо сейчас!!! — Алена искренне рассмеялась. — Только не забудь рассказать и про этот дом, и про Толю, и про то, как ты его убила. Я думаю, что после этого Кевин поверит каждому твоему слову. У нас прекрасный брак, у тебя нет шансов…

— Да… — Я словно впала в транс. — А что ты делаешь в доме Анатолия?

— Это не его дом, он его просто арендовал. — Алена отмахнулась от меня, как от назойливой мухи. — После убийства Анатолия хозяева никак не могли продать дом, и я купила его за смешные деньги. И еще — мне приятно здесь жить, понимаешь?

Я опустила глаза и молча пошла прочь. Такой униженной и растоптанной я себя еще никогда не чувствовала…

«Нашей дочери могло быть уже три месяца!» — некстати вспомнила я, смахивая слезу.

— Где Сьюзи? — услышала я за спиной голос Кевина.

— Она ушла. — Аленка говорила грустно и с участием. — Знаешь, она такая бестолковая и вечно влипает во всякие неприятности. Не волнуйся, я дала ей денег, она поймает такси сама…

Я не вышла на работу, отменила все встречи и не пошла на курсы вождения. Просто валялась в постели и ела чипсы. У меня уже болел живот, появилась изжога, но я все равно грызла эту гадость.

— Сьюзи? Ты дома? — Ко мне в дверь ломился Сергей. — Ты дома?!

Я спрятала голову под подушку. Еще немного постучав, он ушел.

— Слава богу! — Я вылезла из своего укрытия совершенно мокрая, на улице стояла страшная жара и духота, у меня сломался кондиционер, а я валялась под пуховым одеялом, а временами и под подушкой.

Вчера я увидела Кевина и Алену вместе, и мир словно рухнул. Во второй раз. В первый это было после того, как я потеряла нашу с Кевином дочь.

— Все мои неприятности связаны с этим мужчиной! — в сердцах воскликнула я, доедая восьмой пакетик чипсов. — Не могу больше… есть чипсы! — Я бросила пакетик на пол и поморщилась.

Пришлось вставать и идти в душ.

— Сьюзи!!! — И снова стук в дверь. Похоже, сегодня Сергей решил достать меня окончательно.

— Что? Что? Что? — Я распахнула дверь в одном полотенце на голое тело. Вода ручьями стекала с моих волос и образовывала маленькие лужицы на полу.

— Куда ты делась? — Парень ворвался в коридор. — На работе тебя нет, сотовый отключен… Почему не берешь телефон?

— Не знаю, — я пожала плечами. — Наверное, у меня депрессия…

— Что? — Сергей уставился на меня, как на ненормальную. — Это что, после той встречи на заправке?

— Откуда ты знаешь? — Я удивилась, что Сергей все правильно понял.

— Значит, угадал. — Он без приглашения прошел в комнату, я, шлепая мокрыми ногами по паркету, шла следом. — Ну и что она тебе такого сделала?

— Она вышла замуж за мужчину, которого я люблю! — выпалила я на одном дыхании и тут же осеклась. Но — поздно! Как говорят, слово не воробей, вылетит — не поймаешь.

— Ты ешь чипсы в таком количестве? — поразился Сергей, словно это было самое важное из того, что он сейчас обо мне узнал. — Ты влюблена в другого?

— На какой вопрос ответить в первую очередь? — Я присела и начала собирать с ковра пакетики и чипсы.

— Ладно, — Сергей вышел в коридор, — но если я смогу тебе чем-то помочь, — он сделал паузу, неопределенно взмахнув рукой, — звони!

— Спасибо. — Я вздохнула, не отрываясь от уборки, как будто сейчас это было самое главное. — Прости меня, — добавила я совсем тихо.

— Ничего. — Поразительно, но Сергей улыбался. — До свадьбы заживет. Прощай!

И он ушел, даже не хлопнув дверью. Я в сердцах снова выбросила все собранные чипсы на пол и запричитала:

— Я потеряла такого мужчину! Даже прощание с ним было приятным. Какая дура!!!

Но потом я все-таки высушила волосы феном, оделась, накрасилась и отправилась в «Черепаху».

Естественно, куда еще я могла поехать?

— Ты его любишь? — Я пинком распахнула дверь Аленкиного кабинета, взлетев на второй этаж «Черепахи», словно фурия. — Да?

— А я тебя ждала! — Аленка сидела в своем кресле, роскошная, в обалденном платье, и потягивала из высокого бокала коктейль. — Присаживайся!

— Нет, ты мне ответь! — Я подбежала к столу и облокотилась на него. — Тебе что, мало других мужчин?

— Рада тебя видеть. — Аленка невозмутимо продолжала пить. — Тебе налить?

— Дура!!! — выкрикнула я, падая в кресло. — Идиотка!

— Взаимно, я тоже тебя очень люблю. — Она улыбнулась и поправила волосы.

Нет, эта стерва надо мной просто издевалась!

— Я тебя убью, — пообещала я, делая из ее бокала чудовищный глоток. — Прямо сейчас…

— Мне достать маникюрные ножнички, или они у тебя всегда с собой? — тут же отозвалась эта ведьма.

Я тяжело вздохнула.

— Ты что, любишь Кевина до сих пор? — Аленка обольстительно улыбнулась. — Какая жалость…

— Конечно, нет. — Я смахнула волосы с лица. — Просто мне за него обидно. Кевин — отличный мужик, а ты водишь его за нос.

— Я не вожу его за нос. — Алена посмотрела на свой бокал в моих руках и подняла телефонную трубку. — Еще один коктейль, пожалуйста! — попросила она неизвестно кого и положила трубку на место. — Я его люблю.

— Ну естественно! — Я хотела рассмеяться непринужденно и уничтожающе, но получилось грустно и почти со слезами на глазах. — Как и Олежека…

— Кто бы говорил. — Аленка хмыкнула. — Я вообще молчу, чем закончил твой возлюбленный Толя…

— Я прямо сейчас поеду к Кевину и все ему расскажу. — Я обреченно вздохнула.

— Да успокойся ты. — Аленка перестала издеваться и посмотрела на меня с жалостью. — Ты проиграла, и успокойся…

— Хорошо. — Я поднялась и подошла к двери. — Но…

— Пока! — Алена помахал мне рукой и демонстративно уткнулась в компьютер. — Забегай, если заскучаешь по мне или моему мужу!

Я стояла возле распахнутого окна в своем кабинете, задумчиво разглядывая серебристые облака на небе.

— Сьюзи? — В кабинет заглянула моя секретарь Наталья. — Там к вам клиент…

— Почему ко мне? — Я обернулась. — Какие-то проблемы?

— Честно говоря, я пыталась выяснить. — Наталья развела руками. — Но он молчит…

— Что ж, пускай заходит. — Я с сожалением отошла от окна и села за рабочий стол. Когда слишком долго смотришь на природу и чувствуешь от этого неизъяснимый кайф, пора либо в отпуск, либо замуж. Или, на худой конец, обзавестись любовником…

— Добрый день! — В кабинет вошел Сергей в великолепном сером костюме и белоснежной рубашке, романтично расстегнутой на груди. — К вам можно?

— Ой! — Я хихикнула совсем по-детски. — Как я рада!

Я вскочила с места и подошла к мужчине, наверное, даже излишне быстро подошла:

— Ты отлично выглядишь…

— Ты тоже. Можно сесть? — Сергей кивнул на диван, расположенный в углу кабинета.

— Конечно, — Я взяла его за руку и потянула за собой. — Как я рада тебя видеть!

— Я тоже! — Сережа улыбнулся. — Я, если честно, по делу…

— Да? — Улыбка вышла жалкой. — Конечно, я тебя слушаю…

— Сьюзи, понимаешь, мы с женой купили огромный дом за городом, — Сергей устало вздохнул, — до работы теперь добираться долго, но зато свежий воздух. В общем, даже не в этом дело. У меня дом в два этажа плюс мансарда. Кругом окна, стекла, ковровое покрытие.

— Нужна моя помощь? — Я уже немного пришла в себя. Чего я так по-щенячьи ему обрадовалась? Он уже и женился давно, собака…

— Ну, если честно, то да. — Сергей внимательно за мной наблюдал. — Порекомендуй мне хорошую обслугу, просто чужого человека страшно приглашать в дом.

— У меня плохой обслуги нет. — Я ответила несколько суше, чем следовало бы. — Конечно, оставляй свой адрес, мой менеджер подъедет к тебе и определит объем работы. Завтра же к вам придут мои люди…

— А можно личную просьбу? — Сережа взял мою руку, но я ее — о черт! — выдернула.

— Конечно, — улыбнулась я. У меня уже от этих улыбок щеки свело. — Мы же не просто знакомые…

— Мне это надо срочно, ты не могла бы поехать ко мне сама и все посмотреть? Твоя секретарь сказала, что менеджер появится только к вечеру, а мне надо прямо сейчас…

— Наталья? — Я удивилась. — Вы что, обсуждали это с ней?

— Не важно. — Сергей встал с дивана. — Я очень тебя прошу…

— Нет, у нас так не принято. — Я, пользуясь моментом, быстро юркнула за свой стол. — Придется подождать… Сережа.

— Жаль. — Он вздохнул. — Как там твой любимый мужчина? Вы вместе?

У меня, наверное, слишком вытянулось лицо, потому что Сергей едва скрыл улыбку.

— Хорошо, сейчас. — Я мысленно выругалась. — Только возьму свою сумку.

— Я жду тебя в машине, ты ее еще помнишь?

— Конечно. — Я вздохнула. — Я сейчас.

Сергей ушел, а я снова села в кресло. И снова расстроилась. Ну что я за человек? Сначала сама выгнала мужчину, а теперь обиделась на то, что он женился! Бред…

Я достала зеркальце и поправила макияж, подкрасила губы и вышла из офиса.

— Сьюзи!!! — Сергей посигналил мне из роскошного синего «Вольво».

— Ты сменил не только женщину, но и автомобиль, — огрызнулась я, усаживаясь рядом.

— Прости, забыл предупредить, — рассмеялся он, и мы поехали.

Автомобиль плавно несся по улицам, я молча смотрела в окно. «Какие красивые цветы! — отметила я прекрасный цветущий кустарник и тут же разозлилась на себя. — Ты пачками теряешь прекрасных мужиков, но зато замечаешь красоты природы!»

— Уже скоро! — Сергей свернул, и мы выехали за город. Около до боли знакомой мне развилки он внезапно притормозил и повернулся ко мне:

— Ты хорошо себя чувствуешь? — поинтересовался он, едва касаясь моей руки. — Что-то ты слишком бледная…

— Для мулатки, — добавила я и улыбнулась. Мы стояли в трехстах метрах от дома Анатолия. Неужели ВСЕ дороги теперь ведут сюда?

— Отлично, — неизвестно чему обрадовался Сергей и двинулся дальше. Дом Анатолия остался позади, я облегченно выдохнула.

Наконец мы остановились около небольшого коттеджа.

— Приехали! — Сергей вылез первым и помог выйти мне.

— А где же мансарда? — Вокруг дома даже не было забора, да и складывалось впечатление, что и сам коттедж-то еще не достроен…

— Там же, где жена… — Он прижал меня к себе и поцеловал в губы.

— Как это? — Я слегка обалдела и отпрянула от него.

— Я все выдумал, хотел проверить твою реакцию!!! — засмеялся Сергей.

— Проверил?! — Я страшно разозлилась. — И как она тебе?

Я оттолкнула Сережу и пошла пешком назад, прямо по дороге, на шум машин.

— Реакция мне понравилась. — Он догнал меня в два прыжка и подхватил на руки. — Только хватит злиться…

И снова поцеловал…

— Коттедж-то хоть твой? — спросила я, когда поцелуи уже грозили перерасти во что-то более серьезное. Мы оба тяжело дышали и не могли оторваться друг от друга. — Или с ним ты тоже наврал?

— Ты хочешь узнать, есть ли там у меня кровать? — улыбнулся Сергей, бегом направляясь к своему дому. Меня он все еще продолжал держать на руках. — Есть. Ее я приобрел в первую очередь…

— Давай где-нибудь отметим наше недельное знакомство? — предложил Сережа, касаясь рукой моих волос. Мы лежали в постели, он курил, а я смотрела в потолок.

— Дубль два! — рассмеялась я. — Неделю как знакомы, а уже спим вместе…

— Дубль один был круче, — напомнил он. — Тогда мы были знакомы всего несколько часов…

— Балда! — Я вскочила на ноги и кинула в него подушкой. — Разве можно говорить такие вещи приличной девушке?

— Ты хочешь сказать, что такие вещи неприлично НАПОМИНАТЬ приличной девушке? — подавился смехом Сергей и затушил сигарету. — Ну так как? Куда идем?

— Куда угодно, только не в «Черепаху», — ответила я, передергивая плечами.

— Все понимаю, у тебя аллергия на черепашье мясо…

Я засмеялась:

— Ну пошли на «Крейсер», что ли?

— Отлично. — Сергей вскочил с кровати. Он вообще все делал быстро… Кроме секса… К моему счастью! — Значит, я жду тебя в восемь вечера.

Он поцеловал меня и умчался на работу. Сережа работал даже по выходным, а сегодня как раз было воскресенье.

Я еще немного понежилась в постели, а потом отправилась в душ. До вечера надо было закончить курсовую по гражданскому праву и успеть привести себя в порядок.

Я залезла под душ и с наслаждением намылилась ароматным мылом — настроение было отличное, и я даже решила немного попеть. Чего со мной отродясь не случалось.

Телефонный звонок был так некстати, что я даже рассмеялась.

— Алло? — Мокрая и голая, я выбежала в коридор.

— Это Рита, — услышала я голос подруги. — Как ты?

— Я? — Я рассмеялась. — Да отлично! А ты? Когда приедешь?

— Теперь и не знаю. — Ритка была слово в воду опущенная. — Ты даже не представляешь, что случилось…

— Что? — Я испуганно ойкнула.

— Вчера ко мне приехал Марек…

— Зачем?!! — У меня мороз пробежал по коже. Что и говорить, между мной и Мареком сложились теперь самые «добрые» отношения.

— У него какие-то неприятности у вас. — Рита вздохнула. — Он переводит весь бизнес в сибирскую зону. Говорит, что и здесь можно работать…

— А ты что? — Я даже охрипла.

— Не знаю. — Рита вздохнула. — Я тебе потом перезвоню…

И она повесила трубку.

— Вот это да! — Пена присохла к моему телу, и теперь кожа страшно чесалась. Я бегом бросилась в ванную и встала под воду.

Ровно в восемь такси остановилось около «Крейсера», и я «сошла на берег». В стильных серых бриджах и высоких черных сапожках, в блузке «деревенской» расцветки и болеро нежно-сиреневого оттенка, я нравилась сама себе.

Едва я вошла в ресторан, как тотчас встретилась взглядом с Аленой, она сидела у барной стойки и потягивала мартини.

«Вот не везет!!!» Однако я сделала вид, что ее не узнала, и прямиком направилась к Сергею.

— Привет, мое сокровище! — Мужчина вышел из-за стола и протянул мне букет полевых цветов. Огромный букет и жутко красивый.

— Спасибо! — Я искренне восхитилась цветами и поцеловала Сергея в губы. Однако краем глаза я следила за Аленой, как будто меня притягивало к ней магнитом.

— А вот и твоя знакомая! — Сергей заметил, что я кошу взглядом на Аленку. — Она с моим знакомым пришла…

— С Кевином?! — Я задохнулась от ужаса. Мне только дружбы между Кевином и Сергеем не хватало для полного счастья!

— Нет, она теперь с Русланом. — Сергей нахмурился. — Так ты что, влюблена в Руслана? — Он, видимо, собрал воедино весь мой лепет.

— Я его вообще не знаю, покажи, — попросила я, и он указал на высокого смуглого парня в сером свитере.

— Нет, она была замужем за другим человеком. — Я пожала плечами. — Наверное, они расстались…

Помимо моей воли, последние слова я произнесла с радостью в голосе.

— Это значит, что твой «ля-мур» теперь свободен, — нахмурился Сергей. — Побежишь прямо сейчас?

Я вздохнула. Алена портила мне все, стоило ей где-то появиться, у меня тотчас начинались проблемы.

— Не надо. — Я дотронулась до его руки. — Я этого не говорила…

— Зато это видно по твоим глазам. — Сергей нахмурился. — Прости, но у меня что-то пропал аппетит…

Он вышел из-за стола и бросил деньги на стол.

— Погуляй здесь без меня…

Сергей быстро вышел из ресторана, а я опустила голову…

«КЕВИН СВОБОДЕН!!! ОНИ РАЗВЕЛИСЬ!!!»

Я вскочила с места и кинулась к Алене, она как раз вместе с Русланом направилась к выходу.

— Привет, подруга! — Я схватила ее локоть. — А где твой муж?

— Кевин дома, — Аленка дернулась, — а что?

— Кто это? — Руслан стоял рядом и смотрел на меня с улыбкой.

— Это бывшая любовница моего нынешнего мужа, — с обольстительной усмешкой объяснила ему Алена.

— Понятно. — Руслан засмеялся. — Ну, я подожду тебя на воздухе…

Он вышел, мы с Аленкой остались тет-а-тет.

— Он знает, что ты замужем? — Я не находила слов.

— Он знает, что я пока замужем. — Алена кисло улыбнулась. — Кевин… Ну не важно…

Алена вырвалась и ушла прочь, а я застыла, словно соляной столб.

Еще неделя ушла на то, чтобы решиться осуществить задуманное. Наконец я не выдержала и однажды рано утром вместо работы поехала к дому Анатолия. Уже полмесяца я сама водила машину — новенькую «Ауди», но до сих пор чувствовала себя за рулем не слишком комфортно.

Я резко развернулась и едва не врезалась в неказистый «жигуленок», который пытался меня обогнать. Перекрестившись, я вырулила на дорогу и помчалась за город, словно за мной гнались все черти мира.

Я остановилась около ворот Анатолия (этот дом у меня всегда будет ассоциироваться с его именем!) и решительно подошла к калитке. Я нажала на звонок и уставилась прямо в камеру:

— Да, это я, и у меня серьезный разговор!

Я все-таки надеялась, что Аленка уже уехала на работу.

— Вы кто? — спросил незнакомый женский голос, и я растерялась:

— А вы?

— Пожалуйста, представьтесь! — с холодком попросила меня женщина.

— Скажите, что приехала Сьюзи… — Я страшно волновалась.

— Подождите…

Я отошла от камеры и села на скамейку. На душе скреблись кошки, я сама не понимала, зачем еду сюда снова и снова…

Калитка отворилась, и ко мне вышла пожилая женщина в фартуке:

— Вы Сьюзи? — спросила она. — Проходите, Кевин вас ждет…

Едва не сбив ее с ног, я кинулась в дом.

«ОН ЖДЕТ МЕНЯ!!!»

Я забежала в дом и остановилась… Меня затошнило, голова пошла кругом… Кровь… Тело Толи… Ножницы в горле…

Я пошатнулась и присела на диван.

— Вам принести воды? — Женщина вошла следом и закрыла дверь.

— Нет! — Я закрыла глаза. — Сейчас все пройдет. А Кевин не может сам ко мне спуститься?

— Он не ходит уже месяц. — Женщина посмотрела на меня укоризненно. — Вы разве не знали?

— Как не ходит? — Я опешила. — Почему? Не хочет?

— Кевин тяжело болен, — тихо сказала женщина и ушла.

Я поднялась на ватные ноги и пошла наверх. Я была уверена, что увижу Кевина в той самой комнате, где я убила Толю. Так и вышло. Я открыла дверь и сразу же посмотрела на пол — словно там до сих пор осталась лужа крови…

— Сьюзи… — услышала я слабый голос и подняла глаза… Кевин, худой и бледный, лежал в подушках на кровати. Рядом без звука работал телевизор. На полу стояло судно…

— О боже! — Я схватилась за сердце.

— Да…

— Ты попал в аварию? — Я не могла заставить себя подойти к нему ближе. Передо мной был живой труп…

— Нет, заболел. — Кевин улыбнулся.

— Чем?

— Врачи не могут поставить точный диагноз. — Он развел руками…

— Ты сам врач. — Я подошла к кровати и поморщилась — пахло мочой и лекарствами.

— Я уже не врач. — Кевин закрыл глаза.

— А где твоя жена?

— Алена все еще со мной рядом, — Кевин просмотрел на меня недовольно и осуждающе, — она не хочет расставаться со мной даже сейчас… Когда я стал калекой. Она верит в меня, а я уже в себя не верю. Алена — это великая женщина, она так похожа на мою первую жену, и не только внешне.

Я вздрогнула и тотчас вспомнила наш разговор с Кевином у камня, в джунглях.

— Да, она тоже рыжеволосая, но и только. Ты не знаешь Алены…

— Прекрати. — Кевин устало закрыл глаза. — Ты ничего не знаешь!

— Это ты ничего не знаешь! — Я порывисто кинулась к нему и схватила за руку.

Кевин поморщился и отстранил меня:

— Прекрати, Алена моя жена….

— Прости, мне не надо было приезжать… — Я скомканно попрощалась и вылетела на улицу. Я залезла в свою машину и зарыдала в голос. Кевин — калека, и я знала, почему. Аленка снова… Она капала ему яд! И как я раньше не догадалась!

— Я тебя ненавижу!!! — Я накинулась на Алену с кулаками.

— Тихо! Тихо! — Она оттолкнула меня и угрожающе подняла палец вверх. — Я сейчас вызову охрану, и тебя вынесут из моего кабинета ногами вперед!!!

— Сволочь!!! — Я схватила со стола позолоченную статуэтку греческой богини и кинула ее в Алену. Девушка присела, статуэтка пролетела мимо и разбила окно. На звон стекла в кабинет вбежали два мордоворота:

— Алена Игоревна? — Они двинулась на меня.

— Все в порядке. — Аленка вылезла из-под стола и поправила волосы. — Но будьте рядом…

Мужики исчезли за дверью.

— И что? — Аленка подошла к окну и осторожно потрогала стекло. — Помогло это тебе?

— Ты вышла за него замуж — ладно! — заорала я. — Но зачем же было его убивать?!

— А ты докажи. — Аленка усмехнулась. — Просто мне не везет с мужьями, у них такое хрупкое здоровье…

— Циничная гадина! — Я подлетела к ней и замахнулась.

— Сама такая! — Аленка ударила меня по руке. — И не ори на меня!!! — завизжала она так, что в кабинет снова влетели два мужика.

— Идите вон! — цыкнула на них Алена, и они снова спрятались за дверью. — Бестолочи!

— Действительно, — я немного пришла в себя, — убить тебя прямо здесь у меня вряд ли получится!

Я направилась к двери:

— Но зато я прямо сейчас еду в полицию, я все расскажу и об Олежеке, и о Кевине. Думаю, что доказать наличие яда в тканях…

— Подожди! — окликнула меня Алена. — Посмотри-ка, что у меня есть!

Я оглянулась, она стояла около сейфа и держала в руках пакет.

— Что это?

— А ты только посмотри. — Алена положила пакет на стол и открыла его. — Здесь у нас маникюрные ножнички… — Не касаясь руками, она осторожно вытряхнула их на стол. — Ты их помнишь еще?

Я посмотрела, и у меня потемнело в глазах:

— Ты… Ты…

— Да, я их не только вытащила из горла Толи, но и решила сохранить. На всякий случай. Вот случай и подвернулся.

Я села на диван и обхватила голову руками:

— Да, на них твои пальчики… Я, если ты помнишь, была в перчатках. Хочешь заявить на меня в полицию? Что ж. Только сядем мы вместе. И еще неизвестно, кому дадут больше, не забывай, что у меня есть связи и деньги…

Я молчала, не зная, что делать дальше.

— Ну не убивайся ты так! — Она подошла и села рядом. — Мы же все-таки бывшие подруги. Ты меня тоже выручала, хочешь, и я тебе выручу?

— Что тебе от меня надо? — не поворачивая головы, устало спросила я.

— Я разведусь с Кевином, на кой мне калека? А ты получай его со всеми потрохами. Его еще можно вылечить, конечно, не полностью, но я думаю, что он даже будет ходить. Главное — найти хорошего доктора, я-то этим не занималась, а своих знакомых Кевин почему-то приглашать не хотел. Не поймешь этих мужчин!

— Зачем? — Я уже знала, что Алена ничего не делает просто так.

— Мы разведемся, я получу деньги Кевина, ты — его самого. Все счастливы…

— И?

— Умница! — мрачно сплюнула Алена. — Ты уже знаешь, что будет «И»… И… Ты ни словом не обмолвишься Кевину о яде, иначе, — она засмеялась, — иначе я вспомню о той девочке, которая зарезала мужчинку ножничками… — Алена кривлялась.

— Ты больная. — Я вздохнула и поднялась на ноги. — Ты серьезно больна…

— Да? — Аленка смотрела на меня снизу вверх. — Тогда следующим моим мужем будет психотерапевт…

Я только махнула рукой, обреченно так махнула, и вышла из кабинета.

— Так мы обо всем договорились, дорогая? — Алена выглянула следом.

— Да, — ответила я, не оборачиваясь…

— Тогда можешь приезжать к Кевину через неделю, я думаю, что в том доме вы будете счастливы…

Я побежала по ступенькам вниз, а в ушах все еще стоял ее смех…

К Кевину я приехала через восемь дней, для перестраховки выдержав на сутки дольше. Уж очень мне не хотелось снова встретиться с Аленой.

Та же женщина, что и в первый раз, впустила меня в дом. Я сразу поднялась в комнату Кевина. Он лежал на кровати и смотрел в окно.

— Алена? — Он встрепенулся, услышав мои шаги.

— Это я. — Я зашла в комнату, стараясь не смотреть на пол, но все равно мельком взглянула — крови нет.

— А, это ты, — разочарованно протянул Кевин. — Проходи, я очень рад…

— Что-то не заметно, — не смогла удержаться я, но вовремя прикусила язык — передо мной лежал больной человек, разве сейчас время выяснять отношения?

— Алена переехала. — Кевин снова отвернулся к окну.

Я молчала, а что я могла сказать?

— Почему ты меня не спрашиваешь, из-за чего? — Кевин обернулся и окинул меня тяжелым взглядом.

— Из-за чего? — Я подошла к окну и распахнула рамы. В этом доме мне было нечем дышать, я буквально задыхалась…

— У нее возникли проблемы с бизнесом, и она не хочет подставлять еще и меня. — Когда Кевин говорил об Аленке, у него блестели глаза. — Придется нам официально развестись, но она не хочет со мной расставаться насовсем… Святая женщина!

Я прикусила язык в прямом смысле этого слова, и теперь во рту ощущался противный привкус крови.

— Ты приехала меня проведать? — Кевин наконец сосредоточился на моей скромной персоне.

— Да… — Я хотела подойти к нему ближе, но не решилась. Вспомнила, как в прошлый раз он отдернул от меня руку. Кевин даже не сказал, что я хорошо выгляжу, а ведь я провела целое утро у зеркала.

— Спасибо. — Он вяло улыбнулся. — Алена знает, что ты приезжаешь ко мне?

— Конечно, — я улыбнулась, — она мне разрешила…

Кевин закрыл глаза и замолчал, а я стояла рядом навытяжку и не знала, что делать дальше.

«Может быть, сейчас самое время рассказать ему о нашей дочери? Чтобы он наконец перестал смотреть мимо меня?»

Я вздохнула и вышла из комнаты. Спустилась во двор и села на скамейку — теперь дорога была свободна, Алена, как и обещала, ушла. Но зато она осталась в сердце Кевина…

А что осталось мне? Воспоминания? Надуманные мечты? Что?

— Сьюзи, — женщина в фартуке неслышно подошла ко мне, — вас Кевин зовет…

Я тяжело вздохнула и вернулась в дом.

— Что ты хотел? — Я остановилась на пороге комнаты, сделав чудовищное усилие над собой — в этот раз я даже на пол не посмотрела.

— Я хотел сказать тебе спасибо. — Кевин улыбнулся той своей улыбкой, от которой у меня шла кругом голова. — Ты не держишь на меня зла. Ты очень хорошая, Сьюзи…

«Да, и еще я хотела родить от тебя ребенка!» — мысленно добавила я, внезапно закашлявшись.

— Кевин, тебе надо лечиться, возможно, придется на время переехать в больницу…

— Я не хочу. — Он отвернулся к окну. — Этот дом для меня очень дорог, ведь это наше первое совместное приобретение с Аленой. Здесь я был очень счастлив…

Я стояла как истукан, открывая и закрывая рот. Безмолвно…

— Ты чего? — Кевин наконец заметил, что я стою прямо перед ним.

— Значит, ты решил похоронить себя заживо?! — Меня уже начали бесить его предсмертные речи. — Ты же сам врач, как ты можешь сдаваться без боя?! Неужели тебе не для кого жить?!

Кевин удивленно взглянул мне в глаза:

— Что?

— Я говорю! — заорала я. — Чего ты лежишь здесь и стонешь?! Почему ты не лечишься?! Да что с тобой?!!

Кевин потер рукой лоб:

— А ведь ты права, я должен жить, хотя бы ради Аленки!

Я мысленно сплюнула.

— Сьюзи, уйди, пожалуйста, я хочу побыть один, — попросил он, и я выбежала из комнаты. Выбежала прочь, почувствовав огромное облегчение…

— Она попала в аварию! — На следующий день я застала Кевина в инвалидном кресле, он метался по второму этажу, опрокидывая стулья.

— Кто? — тупо переспросила я. Как я не хотела снова приезжать в этот дом сегодня…

— Алена! — Он остановился и посмотрел на меня безумным взглядом. — Она в больнице, у нее сломаны обе ноги, а я даже не могу к ней приехать. Инвалид!!! — Он с такой злостью ударил кулаком по ручкам кресла, что я вздрогнула.

— Откуда ты знаешь?

— Она только что позвонила мне на сотовый. Алена попала в аварию. Бедная моя, бедная маленькая девочка! — Кевин заплакал. Я в ужасе отвернулась.

— Сьюзи, — сквозь слезы попросил он, — пожалуйста, съезди к ней в больницу! Вы же знакомы. Передай от меня… — он запнулся. — Передай, что я ее люблю и обязательно поправлюсь. Ради нее!

Каждое слово оставляло на моем сердце глубокий порез, я сжала кулаки и ответила по возможности спокойно:

— Конечно, раз ты просишь. Где она лежит?

Кевин продиктовал мне адрес, я попрощалась с ним и выбежала из дома. Уже сидя за рулем собственной машины, я немного пришла в себя:

— О господи, куда я еду!

Я резко затормозила, даже не взглянув в зеркало заднего вида. К моему счастью, за мной никто не ехал, иначе столкновения было бы не избежать.

Я вытащила из сумочки сотовый и позвонила Алене.

— Ты действительно в госпитале? — не здороваясь, спросила я.

— Конечно, нет, — рассмеялась она. — А что?

— Кевин в… Он… — я не могла выдавить из себя этих слов, — он очень расстроен, он просил передать, что любит тебя и поправится ради тебя…

— Дурачок! — хмыкнула Алена, и я в этот момент была готова придушить ее собственными руками. — А ты что? Уже взяла его в оборот?

Я молчала, вытирая капли пота с лица. Мне снова стало душно, я открыла дверцу и высунула голову на воздух.

— Алло? Ты меня слышишь?

— Слышу, — глухо ответила я. — Что мне сказать Кевину?

— Может сказать правду, если собираешься его убить прямо сейчас. Я не думаю, что он перенесет такую новость…

— Дрянь! — выдохнула я и выключила мобильник.

Я еще долго сидела на обочине, обхватив голову руками. А когда стемнело, вернулась в машину и поехала к Кевину. Ведь он меня ждал…

— Как она? — Кевин не спал, он сидел около лестницы.

— Все хорошо, — я старалась не смотреть ему в глаза, — отличные прогнозы…

— Не ври! — Кевин схватил меня за руку. — Скажи правду, что, сильно плохо?

— Да все нормально! — Я едва сдерживалась, чтобы не перейти на крик. — Точно!

Кевин посмотрел на меня с недоверием:

— Ладно, хорошо. Жаль только, что она теперь не сможет приезжать ко мне. Ну ничего, скоро я сам к ней буду ездить.

Я молча села на ступеньки.

— Сьюзи! — окликнул он меня.

— Что? — Я сидела, низко опустив голову.

— Спасибо тебе, ты мой настоящий друг. — Кевин скрипнул креслом и подъехал ко мне ближе. — Повернись, пожалуйста…

Медленно, словно моя голова была на шарнирах, я повернулась к нему.

— Я позвонил своим друзья, завтра же лягу в больницу…

— А почему ты не сделал этого раньше? — Мне давно хотелось задать этот очевидный вопрос.

— Я думал, что со мной ничего серьезного. — Кевин пожал плечами. — Так, утреннее недомогание, тошнота…

— И отнялись ноги, а так-то все в порядке, — буркнула я, крутя пальцем у виска. — Может быть, есть более правдоподобная версия?

Кевин замолчал и отвел глаза.

— Есть? — переспросила я, потому что мне действительно хотелось это выяснить. С чего бы это нормальный здоровый мужик похоронил себя заживо, даже не пытаясь выяснить, что с ним происходит?!

— Понимаешь, однажды Алена сказала, что больше меня не любит, и с тех пор у меня начались эти проблемы со здоровьем. Я думал, это на нервной почве…

— Ты давил ей на жалость?!! — У меня это в голове не укладывалось. Как Аленке удалось превратить того жесткого, самодостаточного, целеустремленного мужчину, которого я знала раньше, в эту безвольную тряпку?

— Я просто хотел удержать ее любой ценой. — Кевин вздохнул. — Но цена оказалась слишком высока, я действительно заболел. Однако Аленка тоже все поняла — она поняла, что мы должны быть вместе…

Я промолчала.

— Сьюзи, понимаешь, когда я впервые увидел ее в Бангкоке, совершенно случайно, мы встретились в кафе… Я просто обалдел! Она так похожа на мою первую жену! Мы с Аленкой словно две половинки…

— Хватит! — рявкнула я, больше не в состоянии выдержать ни слова. — Хватит!

— Что? — удивился он. — Что я сказал?

— Я, пожалуй, пойду. — Я поднялась. — До завтра!

— Спасибо! — Кевин помахал мне рукой и уехал к себе в комнату.

А я вернулась домой и встала под душ.

«Так долго продолжаться не может!» Я стояла под горячими струями, и мой мозг словно плавился. Я так хотела найти выход из этого положения, но ничего не могла придумать.

Кевина положили в Центральный госпиталь, у него там были друзья и куча знакомых.

Я выдержала только три дня, привела в порядок свои растрепанные чувства и, решив, что не имею права быть эгоисткой, поехала к нему.

— У меня отказала правая почка, — это первое, что сказал мне Кевин, когда я вошла к нему в палату.

— Что?! — Я решила, что ослышалась. — Почему?

— Ну, мне объяснили, все дело в интоксикации организма. — Кевин махнул рукой, несмотря на страшный диагноз, он сегодня выглядел гораздо лучше. — Зачем тебе медицинские термины?

— Как ты себя чувствуешь? — Я подошла и присела на стул возле кровати. — Странно, но ты выглядишь лучше, чем в том доме… — Меня передернуло.

— Это потому что меня подключили к искусственной почке. — Кевин грустно улыбнулся. — Но у меня есть всего около месяца, потому что левой почки у меня нет с рождения, наверное, поэтому я и решил стать врачом.

— А потом? — Я схватилась за сердце.

— Если не найдут донора, то все…

— А его найдут? — У меня дрожали руки. — Скажи мне, что его найдут!

— Конечно. — Кевин был спокоен. — У меня много друзей… Мне помогут…

— Вот и отлично. — Я похлопала его по руке.

— Алена мне сегодня даже не звонила. — Кевин с надеждой посмотрел на меня. — На мои звонки она не отвечает, пожалуйста, узнай, что с ней…

— Я не могу. — Я дернулась и вскочила. — Мне надо на работу. Попроси кого-нибудь другого…

— Пожалуйста! — Кевин смотрел на меня с такой мольбой, что я сдалась. — Ты мне ближе всех, прошу!

— Хорошо. — Я кивнула и выбежала из палаты.

Тут же, прямо в больнице, я набрала Аленкин сотовый, но он действительно был отключен.

«Скажу ему, что все в порядке!» Я и представить себе не могла, что снова поеду к ней в «Черепаху».

А потом меня осенила одна идея, и я, плюнув на важную встречу, помчалась к Алене.

Но меня к ней не пустили. Меня вообще не пустили в «Черепаху», а вежливо попросили пойти куда подальше под предлогом, что нет свободных мест.

Я захлопала ресницами, открыла-закрыла рот и снова залезла в «Ауди».

И тут зазвонил мой сотовый:

— Сьюзи? Вы где? — Наталья, моя секретарша, говорила шепотом и взволнованно. — Вас здесь ждут.

— Кто? — Я совершенно забыла про собственную компанию, и этот звонок вернул меня в реальность.

— Полиция, — пискнула Наталья. — Представляете?

— Представляю… — эхом повторила я. — Нет, я ничего не понимаю! — Я потерла виски. — Что им надо?

— Компания «Лаврофф» обвиняет нас в воровстве. У них работала наша группа женщин, убирали офис, и…

— И? — Я вздохнула. Ну разве такое возможно, чтобы все неприятности свалились в одно время!

— И у них из сейфа пропали важные документы. Приезжайте скорее.

Я выключила сотовый, скрестила руки на руле и положила на них голову. А потом закрыла глаза и решила больше ни о чем не думать. «Я просто больше не могу!» Во мне проснулся маленький ребенок, мне хотелось уехать как можно дальше и спрятаться под одеяло.

И снова звонок…

— Идите вон! — лениво огрызнулась я, даже не пошевелившись.

Но кто-то был слишком настойчив, и я подозревала, что это снова Наталья. В принципе, она была прекрасным секретарем, исполнительным и аккуратным, если бы не две ее ужасающие особенности: она была уверена, что, первое, — она самая умная, второе — она самая красивая. И если ее «неземная» красота меня мало задевала, то первое утверждение порой заставляло немного понервничать. Наталья часто делала так, как считала нужным. Порой даже не поставив меня в известность.

Сейчас она, видимо, решила дозвониться до меня во что бы то ни стало.

— Да?!! — Я схватила телефон и рявкнула с такой силой, что у заболело горло.

— Это я. — Звонила Алена. — Я только что разговаривала с охраной, ты приезжала ко мне?

— Я до сих пор стою возле «Черепахи». — Я удивилась, что она позвонила сама, и поэтому не нагрубила.

— Что ты хотела?

— Против твоей отравы есть противоядие? — выдохнула я. Именно ради этого вопроса я так к ней и рвалась.

— Нет. — Аленка говорила спокойно и буднично, словно диктовала мне рецепт бабушкиного пирога. — Но я капала ему яд недолго, думаю, он еще поправится, организм-то молодой…

— У Кевина отказала правая почка, он ищет донора, а левой почки у него нет с детства. Ты знала про это?

— Я найду ему почку. — Аленка, наверное, решила поиграть в «хорошую» девочку. — Все-таки в том, что с ним случилось, есть и доля моей вины.

Я от такой несусветной наглости даже онемела.

— Скажи ему, что я скоро найду ему донора. Ну и… В общем, я решила, что мы разведемся прямо в этом месяце, вот только мне надо, чтобы ты заехала и передала ему на подпись документы…

— Доля?! Доля твоей вины?!! — Способность говорить ко мне вернулась вместе с закипевшей злостью. — Да ведь это ты сделала его инвалидом!

— Я бы так не сказала, — возразила Алена. — Если бы не твоя выходка с Анатолием, мне бы не пришлось травить Кевина. Ты должна понять: это только твоя вина.

— Ты больная! — выдохнула я, закрывая глаза и отвалившись на спинку сиденья.

— Ты мне об этом уже говорила. — Алена на этот раз почему-то не смеялась. — Я не больная, я избранная…

— Какая? — устало переспросила я, уже ругая себя за то, что пустилась с ней в перепалку. Какой смысл?

— Избранная, но тебе этого не понять. Такие, как я, играют человеческими судьбами, решая, кому жить, а кому нет.

— Ты что, бог? — все-таки не удержалась и съязвила я.

— Бога нет. — Аленка в первый раз за весь наш разговор рассмеялась. — Есть только ты сам, твои мысли, твои поступки. Кстати, раз уж ты до сих пор торчишь возле моего ресторана, то, может быть, Саша вынесет тебе документы на развод? Ты передашь их Кевину…

Я промолчала, хотя роль девочки на побегушках меня уже окончательно достала.

— Значит, ты согласна? Ну пока!

— Пока! Пока! — сказала я пустой трубке и вышла из машины. Саша, один из Аленкиных мордоворотов, вынес мне папку и, неизвестно чему ухмыляясь, отправился восвояси.

Я бросила документы на переднее сиденье и поехала к Кевину в больницу.

Он меня ждал, даже смотрел на дверь, когда я вошла в палату.

— Ты ее видела?

— Да. — Я протянула ему папку. — Алена просила передать тебе документы на развод. Их надо подписать…

— Хорошо. — Кевин поморщился. — Как она себя чувствует? Почему у нее сотовый…

И тут затренькал его телефон. Кевин изменился в лице и схватил мобильник, лежащий на тумбочке около кровати.

— Это ты?! Да, Алена. Почему ты так долго не звонила? Что? Ты найдешь мне донора?! Спасибо, любимая…

Кевин выразительно на меня посмотрел, и я наконец поняла, что третий лишний, и вышла из палаты.

Я поехала домой, приняла душ и, уже засыпая, вспомнила, что меня в офисе сегодня ждала полиция…

— Вы не приехали, и они решили, что нам есть что скрывать. — Наталья нервно курсировала по офису, собирая личные вещи. — Они закрыли нас до выяснения всех обстоятельств. А это вам. — Она протянула мне повестку.

— А где весь персонал? — Я оглядела пустой офис. — Где все?

— Так нас же закрыли. — Наталья строго прищурила свои желтые глаза. — Вы разве не поняли, что я вам сказала?

— Ну куда мне. — Я вошла в свой кабинет и села за стол.

Так, неприятности переросли в крупную проблему. Надо срочно выяснить, кто в «Лавроффе» генеральный, и связаться лично с ним.

Через знакомых я вышла на Олега Сергеевича, управляющего «Лавроффа», и попросила его о личной встрече. К моему огромному удивлению и радости, он согласился.

Телефонный звонок застал меня уже в дверях.

— Это Сьюзи? — Незнакомый женский голос.

— Да. — Я внутренне напряглась.

— Это из Центрального госпиталя, Кевину стало очень плохо, срочно нужен донор, — спокойно поведала мне женщина. И я вспомнила, что сама оставила свой рабочий и домашний номер, чтобы меня в случае необходимости разыскали. И вот такая минута настала.

— Еду! — Я бросила трубку и вылетела из кабинета, на ходу опрокинув стул.

— Алена!!! — заорала я, прижимая сотовый плечом, рукой я открывала дверцу автомобиля. — Кевину срочно нужна почка…

— Я поняла, — ответила она.

Я развернула «Ауди» и, резко газанув, вырулила на центральную дорогу. Руки у меня дрожали, я страшно нервничала…

Проехав метров сто, я повернула направо, забыв включить указатель поворота. И тут же получила чудовищный удар в правый бок… «Ауди» выкинуло на полосу встречного движения, я в ужасе отпустила руль…

И снова кошмарный удар лоб в лоб. Прямо в меня въехала синяя иномарка. Я приложилась головой к лобовому стеклу и на мгновение потеряла сознание.

Ну, если можно считать плюсом то, что «Скорая» привезла меня в Центральный госпиталь, где находился Кевин, значит, мне повезло. С вывихом левой ноги и множественными синяками и ссадинами на лице и теле я угодила в травматическое отделение.

— Вы легко отделались, это просто чудо! — Меня осмотрел пожилой хирург. — Обычно при такой аварии человека собирают по кусочкам…

Если бы я могла улыбнуться, то, наверное, сделала бы это. Но у меня был огромный синяк на щеке, и всякое мимическое движение ртом вызывало неслабую боль.

— Вы знаете, что расквасили в лепешку две машины? — поинтересовался хирург, смазывая мои синяки и царапины какой-то вонючей мазью кошмарного буро-малинового цвета.

— Две? — От ужаса я едва не лишилась чувств еще раз.

— Точно. — Почему-то хирурга эта история забавляла. — Но зато все люди живы, и это главное. И зачем только вы, женщины, за руль садитесь?..

Он покачал головой и отправился мыть руки.

«Боже мой!» Я закрыла глаза, и меня на каталке увезли в палату.

Первое, о чем я узнала, проснувшись на следующее утро в травматологическом отделении, это что ко мне пришел неизвестный мужчина, а Кевину стало совсем плохо. Последнюю новость мне доложила дежурная медсестра, когда я сообщила ей, что мой брат лежит на этаж выше. Добрая девушка вызвалась мне помочь и узнать о его состоянии.

— К сожалению, он… — Она опустила глаза. — Ну…

— Все плохо? — Я не сомневалась, что так и будет. «Раз пошла такая пьянка». Беда не приходит одна, как заметил кто-то жутко умный.

— Я думаю, вам лучше связаться с его лечащим врачом. — Сестричка вылетела из палаты, а ко мне тут же подошел молодой паренек.

— Здрасте! — Он улыбнулся, разглядывая мое лицо.

— Что, сильно страшно? — Я поняла его взгляд.

— Ну, в зеркало лучше недельки три не смотреться. — Он улыбнулся, а потом, как будто вспомнив, что он обязан быть строгим и серьезным, поджал губы. — Я адвокат пострадавших сторон, если мы сможем договориться с вами лично, то дело до суда не дойдет.

Я вздохнула: за две разбитые иномарки (одна почти новая, а другая, на мое счастье, — старый седан) с меня требовали заоблачную сумму. Но желания судиться у меня не было и подавно, и поэтому я согласилась.

«Придется отдать все деньги, имеющиеся в наличии».

Паренек снова улыбнулся и, пожелав мне скорейшего выздоровления, испарился.

— Значит, денег у меня теперь нет. — Я закрыла глаза. — Моя «Ауди», скорее всего, пойдет на запчасти, потому что восстановить ее будет дороже, чем купить новую. С квартиры мне придется съехать, потому что за нее мне нечем платить. Мою компанию закрыли на неопределенное время. И Кевин, скорее всего, умрет!

Я подвела итог и вздохнула:

— Может, мне повеситься?

Я заметила, что когда в одно время происходит слишком много плохих вещей, это переносится легче. Потому что переживать по каждой трагедии в отдельности уже нет ни сил, ни времени. А все скопом они вызывают стойкое ощущение полного провала и желание начать все сначала. По крайней мере, так происходит у меня.

И только с мыслью о смерти Кевина я смириться не могла.

— Ему пересадили почку. — Сестричка спустя три дня забежала ко мне, сияя от радости. — Ваш брат жив!

Я облегченно вздохнула:

— Как вы думаете, к нему уже пускают? — Я накануне встала на ноги и прихрамывала, но все-таки могла передвигаться самостоятельно.

— Думаю, вам лучше подняться к нему завтра. — Медсестра похлопала меня по плечу. — Вот видите, я же говорила, что все будет хорошо!

Она упорхнула, оставив за собой запах легких духов и лака для волос.

«Ничего подобного ты не говорила!» — отметила я про себя, подходя к окну. Но все равно я была несказанно рада, что Кевина удалось спасти!

Обернувшись, я увидела, что мой сотовый лежит прямо на кровати, вздохнула и отправилась, хромая, словно побитая лошадь, к телефону.

— Алена? — Просто удивительно, но я дозвонилась до нее с первой попытки. — Это ты нашла донора?

— Я привезла почку, — поправила она. — А ты куда делась?

— Отдыхаю в Куршавеле, — усмехнулась я, — катаюсь на горных лыжах…

— Ну тогда удачи. — Алена вздохнула. — Кстати, я уже сообщила Кевину, что больше его не люблю…

— Когда? — У меня даже дыхание перехватило.

— Час назад, как раз после операции…

— А он знает, что это ты… — Я замешкалась, подбирая слова.

— Он знает, что я спасла ему жизнь. И знает, что я от него ушла на самом деле. Он живой. Скоро будет здоровый. Получай его с потрохами и прощай! — Алена отключилась, а я только и смогла, что осторожно опуститься на кровать и негромко выругаться…

— Вот………..! — охарактеризовала я бывшую подругу.

С Кевином мне удалось увидеться в этот же день, а если быть точной, то в пять вечера.

Он лежал на кровати, бледный, подключенный к какому-то странному аппарату, измеряющему давление и температуру, вокруг стояли капельницы…

— Она меня больше не любит! — первое, что он сообщил, когда я присела рядом. — Она привезла мне почку, и мы расстались.

Я вздохнула:

— Как ты себя чувствуешь?

— Все отлично. — Кевин смотрел мимо меня. — Как ты думаешь, почему она так поступила?

— Кевин, — я похлопала его по руке, — вы расстались — и хватит об этом…

— Да, конечно. — Он отвернулся к окну. — Но почему она меня разлюбила? Ты не знаешь? Она ничего тебе не объяснила?

— У нас была дочь, — выпалила я, сама не ожидая от себя подобного поступка. — Она умерла…

Я хотела остановить этот скулеж во что бы то ни стало! Даже таким заявлением!!!

— Алена попросила меня ей больше не звонить. — Он сжал кулаки. — И я не буду ей звонить… Что ты сказала?

Он посмотрел на меня мутным взглядом:

— Боже, Сьюзи? Почему ты в больничной пижаме? Что с твоим лицом? А с ногой? Почему она перебинтована?

— Я попала в аварию. — Я смотрела на Кевина во все глаза. Поразительно, но он пропустил новость про нашего ребенка мимо ушей! И во мне что-то надломилось.

— Надеюсь, что с тобой все будет хорошо, — сообщил мне Кевин, когда в палату вошел его лечащий врач и попросил меня выйти:

— Он еще очень слаб…

«Но не настолько, чтобы не услышать про собственного ребенка!» Я вышла из палаты и побрела по коридору к себе.

Часть 4

Меня выписали из больницы на три недели раньше, чем Кевина. Я расплатилась за разбитые иномарки, переехала в однокомнатную квартиру и наконец-то добралась до генерального «Лавроффа». Кстати, напрасно, потому что с моей клининговой компании «Блеск» были сняты все обвинения. К счастью, документы похитили люди, не имеющие к моей компании никакого отношения.

А я разыскивала Ритку, ее не было дома, она не отвечала на звонки, ее сотовый был заблокирован.

— Кевин, надо что-то делать. — Я наблюдала за тем, как он поглощает кефир. Кевин пил прямо из пакета, неприятно хлюпая и чавкая.

— Наверное, развлекается где-нибудь с Мареком, — отмахнулся он. После расставания с Аленкой он снова стал походить на самого себя, с той лишь разницей, что злости в нем стало побольше. Как он и обещал, за этот месяц он ни разу не вспомнил (по крайней мере вслух) об Алене. Впрочем, как и о нашем ребенке (если он вообще тогда меня услышал).

— Не думаю. — Это трудно объяснить, но меня мучили какие-то неясные страхи.

— Господи, Сьюзи, я-то что могу сделать? — взорвался Кевин и пролил кефир на пижаму. — Вот видишь! Все из-за тебя!

«А из-за тебя я потеряла квартиру, деньги и едва не лишилась компании! — Первая здравая мысль неприятно обожгла мое сердце. — Ради чего?!»

Я взглянула на Кевина чужими глазами: небритый мужик, взъерошенный и колючий, в пятнах кефира на больничной пижаме…

— Почему ты ни разу не спросил, как мои дела? — внезапно задала я самый простой вопрос, который должна была задать гораздо раньше.

— Что? — Кевин очень удивился. — Ах да. — Он даже смутился, все-таки он был хорошо воспитан. — Как твои дела?

— Все хорошо, если не принимать во внимание, что за последний месяц я едва не потеряла жизнь, компанию и все свои сбережения…

— У тебя проблемы… — серым голосом проговорил Кевин. — Очень жаль.

— Ничего. — Я похлопала его по плечу. — Я вчера разговаривала с твоим лечащим врачом, в следующий понедельник тебя выписывают.

— Я знаю. — Он зевнул.

— Ну пока! — Я взяла сумку и подошла к двери.

— Пока!

— Кевин, — я остановилась, — ты слышал, что я тогда сказала про нашего ребенка?

Он поморщился, и я поняла, что он все слышал.

— Что? — Он сделал удивленное лицо. — Про какого ребенка?

— Это была шутка. — Я пожала плечами. — Дурацкая шутка, я согласна. Ну пока!

И вылетела из палаты.

Я застегнула ремни и посмотрела в иллюминатор — от самолета медленно отъезжал трап.

— Скоро полетим! — с некоторым волнением в голосе пропищала моя соседка. — Вы не боитесь?

— Нет, — я улыбнулась, — уже нет. Чему быть, того не миновать…

— А я боюсь. — Девушка была очень привлекательная, блондинка с короткой стрижкой, совсем еще юная, нежная и хрупкая… — Черт бы побрал этот семинар…

— Вы студентка? — догадалась я.

— Да. — Она вцепилась в подлокотники побелевшими пальцами…

Я с завистью взглянула на свою попутчицу еще раз. «Везет же ей, у нее все еще впереди!» Я ужаснулась, поймав себя на мысли, что рассуждаю словно древняя старуха…

Полет прошел без эксцессов, я всю дорогу читала дамский журнал, и поэтому время пролетело незаметно.

В электричке мое внимание привлекла парочка мужчин моего возраста в спортивных брюках и вытянутых футболках. Они тянули пиво из алюминиевых банок, шумно матерились и смачно сплевывали на пол.

— Мы так здорово погуляли на моем дне рождения! — Лысый парень делился впечатлениями с другом. — Я блевал всю ночь.

Я вздохнула и отвернулась к окошку. Березки и сосны, невысокая трава и очень мало цветов. До Ритиной деревни было еще часа полтора, поэтому я решила перейти в вагон «повышенной комфортабельности». Надо было доплатить смешную сумму проводнице и дальше ехать себе спокойно, в мягком кресле и посматривая советские фильмы, которые крутили по видео.

Я опустилась в мягкое кресло и вздохнула, надеясь, что здесь буду избавлена от подобных попутчиков. Напротив меня сидел мужчина с ноутбуком на коленях, судя по звукам, доносившимся из компьютера, он смотрел художественный фильм «про бандитов». Вполне интеллигентного вида, в хорошем костюме и даже при галстуке, он очень резонировал с моими прежними попутчиками, любителями пива.

Мужчина поерзал в кресле, а потом потянулся к пакету и вытащил бутылку пива.

К концу нашей дороги у ног моего интеллигентного соседа скопилась целая батарея пустых бутылок. Мужчина покраснел и то и дело отпускал колкие фразы по ходу фильма. Потом он пару раз наорал на проводницу и попросил меня убрать ноги из прохода (куда я их и не выставляла!!!). Напоследок он так долбанул по крышке ноутбука, что раздавшейся скрежет я приняла как само собой разумеющиеся.

— ……..! — смачно выругался мужчина неизвестно на кого и, резко поднявшись, отправился в тамбур.

— Слава богу! — выдохнула я с облегчением, косясь на часы. Через десять минут я должна быть у Риты…

Родина Риты меня приятно удивила: две улицы, продмаг да какое-то непонятное сооружение, покрашенное в белый цвет. Наверное, причиной хорошего впечатления была погода — при ярком, теплом солнышке деревенька смотрелась словно из довоенного кино. Суетились ребятишки, возле домиков сидели старушки. Навстречу мне шла пятнистая корова, и я даже улыбнулась, решив похлопать ее по морде.

— Простите, — я подошла к сухонькой старушке, которая в гордом одиночестве сидела на куче сваленных бревен, — как мне пройти к дому Смирновых? — это была Риткина фамилия.

— А что тебе надо? — Бабуся, несмотря на тщедушность, обладала внушительным баском.

— Мне бы поговорить с ними… — Я даже растерялась, будучи неподготовленной к такой реакции.

— Катя и Валера уехали сразу после смерти дочери. — Бабуся поднялась на ноги. — Если хочешь их дом купить, то иди к Вере, они ей ключ оставили…

— Что?!! — Я присела рядом, сразу же оцарапав бедро о сучок. — У них дочь умерла?

— Ну как раз полтора месяца назад. — Бабка посмотрела на меня с сожалением. — А ты что, не знала? Они сорок дней отметили да и укатили к Валеркиным родственникам. Тяжело им здесь оставаться, вся деревня только об этом и говорит…

— А что с ней… — я не могла произнести Ритино имя, — что с ней…

— Вона участковый идет, Пашка. — Бабуся кивнула в сторону. Я оглянулась, по дороге шел полный коротышка в старой кепке. — Спроси лучше у него, девонька. Нас предупредили, чтобы мы на эту тему с чужими не разговаривали…

Пашка тоже заметил нас:

— Тетя Маша, кто это? — Он нехорошо посмотрел мне в глаза.

— Так это… — Тетя Маша проворно вскочила с бревен и побежала к дому. — Она Смирновых искала, но я ей ничего, Паша, не сказала…

Старушка скрылась за забором.

— Вы кто? Предъявите документы… — Участковый был очень серьезен.

— Я? Я к Смирновым. — Все еще находясь в шоке, я полезла в карман и вытащила паспорт.

— Далеко же вас занесло. — Пашка посмотрел прописку. — Что здесь делаете?

— Я к Смирновым ехала… А что с ней сделали?

— Пока убийца не найден, я ничего вам сказать не могу. — Участковый вернул мне документ. — Вот так вот. Понаедут тут, а мне потом…

Он пошел прочь.

— Ее убили? — Я схватилась за сердце. — Да?

— Да, — буркнул Пашка. — Идите вы, женщина, обратно. Скоро электричка до города… Через четыре часа.

Он зашагал прочь, а я так и продолжала сидеть на бревнах.

Тетя Маша, словно мышка, высунула мордочку из калитки:

— Пашка ушел? — пробасила она, обращаясь ко мне.

Я кивнула, не в силах открыть рот.

— Девонька, — тетя Маша поманила меня к себе, — поди-ка ко мне…

Я медленно, словно на каждую ногу была навешена гиря, вошла в калитку. Бабка сразу же закрыла калитку и провела меня в дом.

— Пашка отчего такой злой? — Бабуся усадила меня на табуретку в комнате, а сама принялась что-то искать в комоде. — Понаехало тут разных начальников из центра, все его тягают. А парень-то при чем? Вот, возьми. — Старуха протянула мне газету. — Это «Сельский вестник», тута все про нее написано. В серединке вон читай…

Дрожащими руками я принялась перелистывать газету.

— Не нашла? — Бабка подлетела ко мне и сама отыскала нужную статью. — Вот! «Жовтинский Джек Потрошитель» называется. Когда ее тело нашли у речки, то сначала даже и не поняли…

Я впилась глазами в статью, буквы прыгали и пропадали, я с трудом понимала смысл прочитанного.

«4 августа 2006 года на берегу реки Жовка был обнаружен изуродованный труп гр-ки Смирновой Р. В. 1980 г. р. При осмотре трупа было обнаружено, что из тела погибшей были извлечены внутренние органы».

— Даже и не поняли, — продолжила тетя Маша, — что почек-то у нее и нет. Вырезал маньяк, вот так…

— Я не поняла, — я боялась, что прямо сейчас лишусь рассудка, — у нее что, почки вырезали?

— Ну страсть! — Бабка перекрестилась. — Говорят, со знанием дела. Ну она девка-то была не слишком путевая, но чтобы такая смерть… Не приведи Господь!

Я еще раз прочитала статью.

«Ты нашла ему донора? — Нет, я привезла почку!» — в голове тотчас всплыл разговор с Аленкой. Операцию Кевину делали 5 августа, я это точно помню…

— Господи! — Я перекрестилась и выронила из рук газету.

Первой моей мыслью было сразу же проехать в отделение полиции и сдать Алену. Я выкупила у бабуси газету со страшной статьей и теперь имела при себе неопровержимые доказательства. Если у Кевина изымут почку, то вина Алены будет доказана полностью, ведь полбольницы знало, что это именно она нашла ему орган…

— Изымут почку?! — Я в ужасе металась по своей квартире. Я прилетела рано утром и до сих пор не могла решить, что делать дальше. — Если у него изымут почку, то Кевин умрет. Нет, — я села на кровать, — наверное, можно взять анализы тканей, не травмируя больного. Но… сможет ли он жить дальше, понимая, ЧЬЯ почка в его теле?

Я знала Кевина и была уверена в обратном.

— Рита уже на том свете, и ее не вернешь, и я могу оставить все как есть… Кевин должен начать жить сначала…

Я совершенно запуталась, словно муха в паутине, я металась туда-сюда, не в силах выбрать правильное решение. А посоветоваться было не с кем…

Наконец я решилась и позвонила Аленке.

— Нам надо поговорить, — без предисловия начала я, — я была в Жовтинке…

— Да? — Судя по голосу, Алена совсем не удивилась. — Я рада…

— Чему?! — заорала я, брызжа слюной. — Ты что?! Ты что?!! Ты правда сошла с ума?!!

— Это не телефонный разговор, душенька. — Алена говорила устало. — Приезжай ко мне домой, мы все решим…

Она бросила трубку, а я вызвала такси и помчалась к ней.

— Дрянь! — Я ударила ее по лицу сразу же, как только она открыла дверь в квартиру.

Аленка покраснела и отшатнулась:

— Прекрати!

— Как ты могла?!! — Я задыхалась от ненависти. — Зачем?!! Почему именно Ритка?!!

— Так ты же сама мне однажды сказала, что Ритка в курсе всего, что с нами произошло…

Я вспомнила тот разговор, тогда я просто блефовала…

— Я убила двух зайцев одним махом — вернула жизнь Кевину и убрала лишнего свидетеля. А виновата-то опять ты. Не трепалась бы Ритке о нас, до сих пор бы вместе кофе пили…

— Я? — Я наступала на нее, держа руки в боки. — Я?!! Ты что, совсем сдурела?! Ты же маньячка!!! Тебя в психушке держать надо!!!

— Ну, предположим, это сделала не я лично, и доказать мою вину будет крайне трудно. — Аленка пошла на кухню и села за стол. — Я в это время была в городе, меня видели сотни людей…

— Но ведь Риту убили по твоему заказу!!! — взревела я. — Ты извращенка!!!

— А ты докажи. — Аленка усмехнулась. — Ничего не доказать, это раз. Да и вряд ли ты нанесешь своему любимому Кевину такую душевную травму. А во-вторых, маникюрные ножнички-то до сих пор у меня лежат…

— Получается, что законным путем тебя убрать нельзя. — Я села напротив. — Значит, я буду действовать как ты…

— Например, сейчас застрелишь меня из пальца. — Девушка грустно улыбнулась. — Сьюзи, жизнь тебя ничему не учит. Еще в прошлый раз я тебе сказала: запомни, ты против меня ноль. А ты снова лезешь на рожон… Ваня, иди-ка сюда! — внезапно позвала она.

Я вздрогнула и обернулась — к нам из спальни вышел высокий коренастый парень в яркой футболке и спортивных брюках.

Я попятилась и прижалась к кухонному столу.

— Ваня, придержи-ка ее, пока я буду собираться…

— Меня видели твои соседи и охрана, они видели, как я заходила к тебе в квартиру, — разволновалась я, последними словами проклиная себя за глупость. Ну неужели нельзя было предположить такой исход? Чего я хотела добиться своим визитом к Алене? В глаза посмотреть? Посмотрела…

— Конечно. — Аленка ушла в комнату, а парень молча стоял рядом со мной. — Они все увидят, что ты выходишь из моей квартиры жива-здорова.

Она вышла из комнаты, переодевшись в спортивный костюм, и шагнула ко мне:

— Сейчас мы спокойно выходим из квартиры, спокойно садимся в машину…

— Я никуда не поеду, — дернулась я.

— У тебя нет выбора. — Алена кивнула в сторону парня. — У Ванечки в кармане шприц с успокаивающим, лошадиная доза, не пойдешь сама — сделает укол и понесет на руках…

Я посмотрела на Ванечку, он улыбался…

Я молча сделал шаг вперед и медленно двинулась к двери.

— Умница. — Аленка шла следом. — А теперь Ваня возьмет тебя под ручку…

Парень тотчас приобнял меня за талию:

— Не дергайся. — Он скабрезно улыбнулся. — Пошли…

Мы вышли из квартиры и вошли в лифт. Аленка вела себя непринужденно и естественно, а этот урод прижимал меня к себе медвежьей хваткой.

Мы спокойно миновали пост охраны в подъезде и вышли на улицу. Я огляделась — помощи ждать было неоткуда.

— Прошу! — Алена распахнула заднюю дверцу. — Садитесь!

«Если я сейчас сяду в машину, я пропала!» — пронеслось в голове. Я изо всех сил дернулась и на мгновение завладела ситуацией. Мордоворот выпустил меня из рук, и я сделал два шага вперед. А потом упала прямо лицом вниз, запнувшись об изящную ножку Алены в дорогой кроссовке.

— Куда?! — взревел парень и, подхватив меня на руки, забросил в машину. Я повалилась на сиденье.

— Алена! Сьюзи! Чем вы тут занимаетесь? — К машине подбежала Ритка и кинулась Аленке на шею. — Как я соскучилась!!!

Парень удивленно взглянул на белокурое создание, обнимающее хозяйку.

— Аленка! Аленка! — Рита продолжала ее тискать. Я медленно вылезла из машины и перекрестилась.

А Алена, бледная как смерть, стояла, не шевелясь. Я встретилась с ней взглядом, она была смертельно напугана…

— Да что с вами?! — Рита отпустила Алену и подбежала ко мне. Я отпрянула и снова взглянула на Алену. Та пятилась, пятилась и наконец бросилась бежать со всех ног.

— Алена Игоревна!!! — взвыл парень и кинулся следом.

— Значит, похоронили? — с иронией переспросила Рита, сделав глоток кофе. Мы с ней сидели в «Кофейне» возле драмтеатра.

— Я сама читала газету, я была в твоей деревне, разговаривала с бабкой Машей, — все еще находясь в полуобморочном состоянии, прошептала я, вцепившись в кружку.

— Ну? — Ритка мотнула головой. — И что?

— Мне сказали, что твои родители уехали после смерти дочери… — пробормотала я, до сих пор косясь на Риту с ужасом.

— Все правильно. — Рита вздохнула. — Только у моих родителей было ДВЕ дочери. Рита и Римма. Убили Римму…

— Как?! — Я глупо улыбнулась. — Но ведь в газете стояли твои инициалы — Смирнова Р. В. А, Римма тоже на «р»… Но почему ты никогда о ней ничего не рассказывала?

— Просто мне было неприятно. Римма, она, как бы тебе сказать… Была не та сестра, которой можно было бы гордиться. Хотя я тебе о ней говорила. Помнишь, тогда, в аэропорту Екатеринбурга? Когда мы случайно встретились и потом полетели в Бангкок? Я же говорила тебе, что у меня было два билета и что в последний момент она меня кинула, впрочем, как всегда. Мы должны были лететь вдвоем….

— Помню. — Я действительно вспомнила тот разговор. — Но знаешь, я тогда не придала этому большого значения… Решила, что ты имеешь в виду знакомую, например…

— Я удивлена, что о Риммке тебе не рассказали ни Кевин, ни Света. Они ее видели, и не раз…

— Кевин вообще занят своими делами. Он только что развелся…

— Он был женат? — Ритка поперхнулась кофе. — На ком?

— А вот это совсем интересно. — И я принялась рассказывать Рите об Алене, о том, как я однажды рассказала ей о своих чувствах к Кевину, о том, как она выкрала его визитку, об их «случайной» встрече в кафе… — В общем, они были женаты около года, — закончила я свой рассказ.

Ритка сидела бледная и хмурая:

— Она совсем с ума сошла…

— Ты еще не знаешь главного. — Я рассказала о «Визитроне», о Кевине, который был подключен к аппарату «искусственная почка», и о том, что именно Аленка нашла почку. Утром 5 августа…

Ритка изменилась в лице:

— Ты считаешь, что это она?.. — Рита вскочила с места. — Не может быть! Она не могла так поступить с Риммой, она же ее совсем не знала! Подожди… Она ее не знала, значит, думала…

— Вы с Риммой были похожи? Да? — Мне стало ее по-настоящему жалко.

— Мы близняшки… — Ритка терла виски. — Аленка считала, что убила меня?!

Я молча кивнула…

— Тогда я понимаю ее реакцию. — Ритка вздохнула. — Не могу поверить…

— Она призналась, — я опустила глаза, — она мне сама призналась, во всем. Но в этом есть и часть моей вины…

— Твоей?!!

— Однажды, когда Алена приперла меня к стенке, я ей наврала, что ты в курсе всего. Просто мне нужна была поддержка, хотя бы выдуманная…

— Не вини себя. — Ритка вытерла красные от слез глаза. — Я бы тебе обязательно помогла, если бы была рядом…

— Как ты оказалась возле Аленкиного дома? — наконец спросила я.

— Так я к ней и ехала! Вернулась в город, позвонила на твою квартиру, а мне говорят, что ты там больше не живешь…

— Я действительно сменила квартиру, еще раз. А сотовый? Почему ты не звонила мне на сотовый?

— Я просто забыла номер. — Ритка вздохнула. — Тебя я разыскать не могла, поэтому решила поехать к Алене. Захожу во двор и вижу, как тебя на руках несет в машину какой-то парень. Я думала, вы на пикник собираетесь…

— Ну да. — Я ухмыльнулась. — Только этот пикник стал бы для меня последним…

— Ты знаешь, — Рита мотнула головой, словно пытаясь выкинуть из головы весь этот кошмар, — я не понимаю, как мне теперь общаться с Кевином. Ведь я знаю… Ну… про почку…

— Зато он этого не знает! — воскликнула я. — Алена все правильно рассчитала: я не могу посадить ее, потому что… Кстати, маникюрные ножнички, которыми я убила Толю, у нее в сейфе… Там же его сотовый…

— Дрянь! — Ритка зло выругалась. — Она шантажирует тебя? Да?

— Да. — Я кивнула.

— Но меня-то ей нечем припугнуть, поэтому я могу заявить про Римму…

— А Кевин?

— Ах да! Черт! — Ритка изо всех сил ударила кулаком по столу. — Дрянь! Дрянь! Дрянь!

— А ты знаешь, как я узнала, что Алена и Кевин вместе? Я решила вернуться в лес и разыскать лазерный диск, ну, тот, который был в папке. Документов у меня на тот момент уже не было (про Марека я не сказала Рите ни слова, ведь я до сих пор не знала, в каких они с ней отношениях!), а лазерный диск пропал… Его не было и у Алены…

— Так он у меня! — Ритка улыбнулась. — Я его тогда подняла с земли и сунула в сумку. Скорее машинально…

— Он у тебя?!! — Я не могла поверить. — И что на нем?

— Откуда я знаю? — Рита пожала плечами. — Я не смотрела. Он так и валяется в сумке…

— А сумка где?

Рита наморщила лоб:

— Сумка? Сумка, наверное, у меня дома… Здесь, на квартире. И все-таки как ты их увидела вместе?

— Сейчас это не самое важное, — я отмахнулась, — надо найти диск. Пойдем, посмотрим его!

Я вскочила.

— Пошли. — Ритка полезла в сумку и вытащила деньги.

— Рита, — я остановилась в дверях, — а где Марек?

— Марек? — Она погрустнела. — Мы с ним тогда уехали вместе, как я понимаю, именно это и спасло меня от смерти. А потом… В общем, мы расстались окончательно и бесповоротно.

— Он страшный человек! — Я порывисто обняла подругу. — Пожалуйста, никогда больше не подходи к нему! Даже близко…

— Ты что-то о нем знаешь? — Рита поднялась на носочки и схватила меня за плечи. — Что?

— Из-за него я потеряла ребенка. — И я рассказала ей всю правду…

— Как ты думаешь, — Рита загрузила лазерный диск в компьютер. Мы действительно нашли диск у нее в сумке. — Куда побежала Алена, когда увидела меня около своей машины?

— Не думаю, что в церковь. — Я грустно улыбнулась. — Наверное, она просто была в панике…

— Смотри! — Ритка впилась глазами в монитор. Диск загрузился без проблем, и теперь мы видели какой-то архив. — Здесь есть и Аленкина фамилия!

Я радостно потерла руки:

— Это «черная» бухгалтерия! Смотри! Оказывается, Анатолий и Алена крутили дела вместе! Так вот почему она тогда спрятала папку с документами у себя! — догадалась я. — Алена уничтожила все документы, касающиеся ее лично. А вот про лазерный диск, скорее всего, забыла.

— Здесь компромата хватит, чтобы посадить ее надолго… — Рита отошла от компьютера. — Но что же нам делать с маникюрными ножничками? Я не могу рисковать тобой!

Она повалилась в кресло — мы специально приехали ко мне в офис, чтобы посмотреть диск.

— Взгляни! — Я ткнула пальцем в жидкокристаллический экран монитора. — Здесь фигурирует и Олешин!!! Это удача!!!

— Почему? — Ритка нахмурилась. — Чем нам может помочь это урод в розовой рубашке?

Она помнила Федора по первой встрече в «Мэтре».

— Он теперь лучший друг Алены, — я захлопала в ладоши, — и с радостью обменяет этот диск на сотовый Толи и маникюрные ножницы из ее сейфа!

— Понятно! — Ритка оживилась. — И тогда я смогу спокойно посадить ее за Римму? Но как же Кевин?

— Черт! — Я хлопнула себя по лбу. — Про него я совсем забыла! Нельзя…

Я едва не разревелась. Мы ходили по кругу.

— А мы можем сделать копию этого диска? — Рита кивнула на монитор.

— Можем! — Я бросилась подруге на шею. — Да ты просто умничка!!!

Через два часа мы сделали три копии диска, и я позвонила Федору. А уже на следующее утро Олешин принес мне маникюрные ножнички из сейфа Алены.

— Надеюсь, ты не скопировала его? — Он вертел в руках лазерный диск.

— А разве его можно было скопировать? — «искренне» удивилась я.

— Дура! — с радостью сообщил мне Олешин и отбыл восвояси…

Через час мы отнесли копию диска в полицию и оформили заявление, а на вопрос, как к нам попал этот диск, честно ответили:

— Случайно обнаружили в квартире у подруги!

— На Новый год всегда много работы! — Дина положила мне на стол заявки. — Все хотят встретить праздник в чистоте!

Моя новая секретарша была милой и аккуратной, а главное — она не считала себя умнее всех.

— Так это же просто здорово! — Я поправила роскошную бордовую кофточку от Sonia Rykiel и улыбнулась. — Больше работы — больше денег!

— И еще — в приемной вас ждет мужчина…

Я вздрогнула: «Сергей?!» Сердце оборвалось, а потом застучало быстро-быстро.

— Пусть войдет, через пять минут!

Дина вышла, а я, едва не растянувшись на паркете, подлетела к зеркалу и поправила прическу, накрасила губы и даже побрызгала духами на запястья.

— Привет! — В кабинет вошел Кевин, изрядно располневший, в модной куртке и спортивной шапочке.

— Привет… — Моему разочарованию не было предела.

— Ты мне рада? — улыбнулся он.

— Не то слово, — вздохнула я. — Кофе будешь?

— Вообще-то я заехал пригласить тебя на кофе. — Кевин сбросил куртку на диван. — А то мы четыре месяца не виделись. Я соскучился.

— Ну… — Я промямлила что-то невразумительное. — Конечно, только не сейчас. Сейчас я очень занята. Как ты? Как здоровье?

— Да нормально все. — Кевин развалился в кресле. — Практикую…

— Я слышала о твоей клинике, отличные отзывы. — Я наврала, я вообще ничего о нем не знала все эти месяцы. Не знала, да и не хотела знать, если быть честной до конца…

— Конечно! — Кевин самодовольно ухмыльнулся. — Вижу, ты тоже не бедствуешь?

— Вроде нет. — Я улыбнулась. — Весной пишу диплом…

— Ааааааа.

— Ты Риту видел? — Я не знала, о чем с ним говорить дальше. Ну не о почке же, на самом деле?

— Разговаривал по телефону. — Кевин поморщился. — Она мне сказала, что Алена в международном розыске. Не могу в это поверить!

Алена и Олешин были в бегах уже почти четыре месяца…

— Ты приехал узнать про нее? — Я ухмыльнулась. — Тогда ты обратился не по адресу…

Кевин промолчал.

Я тоже молчала, перекладывая документы с места на место.

— Я заеду за тобой в обед? Ладно? — Он поднялся. — Очень прошу, пообедай со мной. Кстати, ты выглядишь просто великолепно!

Я улыбнулась:

— Хорошо, в два часа…

Пять минут третьего я вышла из офиса, накинув на плечи куртку из стриженого мутона небесно-голубого цвета.

Кевин, увидев меня, выскочил из машины:

— Я так рад, что ты согласилась! Боялся, что ты передумала…

Я внимательно посмотрела на него:

— А я и передумала. Ты не мог бы отвезти меня?

— Куда?

— Это недалеко от того дома, где ты жил вместе с Аленой…

— Я и сейчас там живу, — сообщил Кевин. — Почему ты не хочешь со мной пообедать?

— Просто отвези меня, ладно? Раз уж мы собирались вместе выпить кофе. — Я юркнула к нему в автомобиль. — А кофе выпьем как-нибудь потом…

— Хорошо! — буркнул Кевин разочарованно. Он утопил педаль газа в пол, и машина рванула вперед. Мы вылетели за город и стремительно приближались к дому Анатолия.

— Куда сейчас?

— Направо… — Я страшно разволновалась. «Что я ему скажу? Привет, Сергей, ты дома?» А если он не дома? В субботу он вполне может работать, как и моя компания. Ну а если дома? Тогда просто скажу: «Привет! Это я! Не ждал?» Глупо. С чего бы это ему меня ждать? Нет, не так. Я просто подойду и скажу: «Я случайно проезжала мимо и решила заглянуть. Можно?» Все равно он не ответит: «Иди вон!» Он мне не скажет…»

Мои тяжелые размышления прервал недовольный голос Кевина:

— Здесь?

Я посмотрела в окошко — мы затормозили возле коттеджа Сергея, который уже был достроен и украшен шарами. Ворота были распахнуты настежь, вереница украшенных шарами и лентами машин стояла во дворе. Из дома доносились смех и музыка…

— Так ты решила кого-то поздравить? — Кевин посмотрел на меня с удивлением. — Почему мы приехали на свадьбу без цветов? Могли бы купить. А то неудобно…

Ничего не ответив, я вышла из машины и направилась к дому.

— Ты куда? — Кевин выскочил следом и увязался за мной.

Я подошла к воротам и заглянула внутрь — Сергей в официальном костюме и белоснежной рубашке фотографировался на пороге собственного дома. К нему прижималась очень красивая рыжеволосая невеста…

— Вы к кому? — К нам подбежала парочка девушек. С румяными щеками, они держали в руках бокалы с шампанским. — Вы со стороны жениха или невесты?

Я продолжала молчать, совершенно раздавленная происходящим. Кевин пытался отшутиться. Вдруг наши с Сергеем глаза встретились, он вздрогнул, поцеловал невесту в щеку, что-то ей сказал на ушко и направился к нам.

Я рванула назад, почти бегом кинулась к машине Кевина.

— Сьюзи! — окликнул меня Сергей. — Сьюзи!

Я остановилась, обернулась и медленно пошла к нему.

— Я решила поздравить тебя со свадьбой! — Я даже выдавила из себя улыбку. — Вот приехала… с другом… только цветы забыла… в офисе…

— Мне очень приятно! — Сергей подошел ко мне вплотную. — Но ведь ты не была знакома с моей младшей сестрой…

— А при чем здесь твоя сестра? — Я глотала слезы.

— Так ведь это она выходит замуж, там ее жених. — Сергей указал куда-то в сторону дома. — Вон они фотографируются на качелях. Видишь? Я подарил им этот коттедж на свадьбу…

— Значит, это не твоя свадьба?! — воскликнула я, наверное, слишком громко.

— Нет. — Сергей рассмеялся. — Ты чего?

И тогда я поцеловала его прямо в губы.

— Хм… хм… — К нам подошел Кевин.

— Познакомьтесь, — мы с Сергеем держались за руки, — это мой знакомый Кевин, а это мой любимый человек Сергей!

Мужчины пожали друг другу руки, а из автомобиля раздалась трель моего сотового. Я оставила его вместе с сумочкой в машине Кевина, когда побежала к дому Сергея.

— Да? — Я задыхалась от бега и счастья.

— Это Рита! — Подруга смеялась. — У меня две новости! Первая — я познакомилась с великолепным молодым человеком…

— А вторая? — спросила я, повернувшись лицом к Сергею. Он перехватил мой взгляд и направился ко мне.

— А вторая — мне звонил Марек! — Ритка от души хохотала. — И я послала его к черту!

Подошел Сергей и, нежно взяв меня за свободную руку, притянул к себе.

— Ты почему не отвечаешь? — возмутилась Рита.

— Я целуюсь, — ответила я, на мгновение оторвавшись от Сережи.

— С кем? — Что и говорить, а тактичности в ней было маловато…

— Я вас обязательно познакомлю! — крикнула я и, уронив сотовый на землю, прижалась к Сергею. — Обязательно!

Content

Елена Гордина
Слишком сильная женщина

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4