Евгений Катрич

Джим. На стыке Империй

Пролог

– Джим! – скрипучий голос старика разлетелся по всему ангару, а через мгновение, в малый ангар для планетарных кораблей вошёл старик. Невысокого роста, но ещё весьма крепкий, он немного прихрамывал на правую ногу. – Джим! Да где ты лазишь?

– Здесь я, отец. – откликнулся широкоплечий парень, вылезая из-под днища малого транспортника, который только вчера доставили в ангар мусорщики.

Заметив свою цель, старик направился в сторону стоявшего парня, вытирающего руки о специальные полотенца с пропиткой, которые помогали избавиться от впитавшегося в кожу технического масла. Подойдя к парню, старик уставился на него своими серыми глазами из-под седых бровей.

– Собирайся, жду тебя через час в сто шестьдесят пятом орбитальном ангаре. – на губах старика появилась улыбка, когда он заметил, что Джим перестал вытирать руки и удивлённо посмотрел на него. – Да, ты будешь летать, как и твои братья.

Не дожидаясь ответа, старик бодро развернулся и зашагал к выходу из малого ангара. По пути он немного задержался, чтобы поздороваться со старшим техником планетарного ангара, у которого последние три года, после окончания своей учёбы, и работал Джим.

Джим так и стоял, смотря вслед старику. Только, когда за отцом закрылись автоматические двери, к нему подошёл старший техник Блор, который и являлся владельцем планетарного ангара. Это был широкоплечий мужчина, с небольшим, слегка выступающим из технического комбинезона, животом, и с абсолютно лысой головой. Он положил свою огромную ладонь на плечо Джима и сказал басом, от которого тот сразу пришёл в себя.

– Поздравляю, Джим! Сбылась твоя мечта. – и, немного неуверенно, продолжил. – Если это тот фрегат, который я видел вчера возле орбитальной станции…

– Что за фрегат? – в глазах Джима заиграли огоньки радости: летать на фрегате – его давняя мечта. Да, этот тип кораблей проигрывает крейсерам в вооружении, но, именно, модификаций фрегатов, после трёхсотлетней войны, было больше сотни и практически все они могли применяться, как в военных целях, так и в гражданских. Правда, последние модификации фрегатов по размерам не уступали крейсерам и стоили они, на порядок больше, давно устаревших и снятых с вооружения, кораблей, а те, которые мусорщикам удавалось утянуть с мест сражений, могли стоить дороже новых. Ведь семьсот лет назад не было проблем с качественной бронёй, редкими металлами, даже с топливными стержнями для реакторов дела обстояли куда лучше, чем сейчас. Но всё это утонуло в страшной войне, разразившейся, чуть больше, чем семьсот лет назад. Никто уже не помнит, с чего она началась, но через сто лет, она перешла в войну на полное уничтожение.

Ещё три года назад Джим учился в лётной Академии на планете Делир, входившей в сектор Ростор. В секторе находится шесть звёздных систем и в одной из них, родная планета Джима: Лодден. Именно в Академии Делир, он многое узнал о трёхсотлетней войне между двумя империями, которая отбросила развитие всей цивилизации на тысячу лет.

Больше, чем семьсот лет назад трон Империи Иштар занял, после смерти своего отца, молодой и амбициозный император Грегоир. Опираясь на свой весьма сильный флот, он, практически сразу, предъявил Империи Невен свои территориальные претензии.

Разразилась страшная война… Первые пятьдесят лет, системы переходили от одной империи к другой. Сейчас никто уже не может сказать, кто первым применил кварковый заряд против населённой планеты, но после этого началась эта беспощадная война. В системах сходились тысячи кораблей с каждой стороны, уничтожение планет вместе с их населением, стало почти обычным делом, а, зачастую, и обязательным для победителя. Вся промышленная мощь обеих Империй работала на войну, истощались планеты, астероидные пояса, всё было брошено в жернова войны.

Только через триста лет война закончилась, также внезапно, как и началась, но победителей в ней не было, как уже не было и самих Империй. Практически все колонии были потеряны: одни – уничтожены войной, другие – потеряли связь с развитыми системами. Не имея на своей планете развитой промышленности и ремонтных мощностей, колонии быстро истратили ресурс техники и начали быстро скатываться в до космическое развитие.

Сектор Ростор, в котором родился и вырос Джим, когда-то входил в состав Империи Невен, но четыреста лет назад, на руинах империи, родилась Республика, которая объединила в себе шестнадцать, уцелевших в войне, секторов. Из тысячи систем, имевшихся когда-то у Империи Невен, новой Республике досталось, чуть больше ста тридцати систем. Полностью была утрачена связь с Империей Иштар, сейчас их разделяли десятки и сотни систем, в которых когда-то шли тяжёлые бои и, где ещё находилось очень много активных кораблей с погибшими экипажами, но их искусственные интеллекты продолжали сражение и защищали останки кораблей. Самыми опасными системами считались те, в которых в конце войны были развёрнуты автономные защитные станции. Для них не существовало ни своих, ни чужих, они уничтожали любой корабль, зашедший в систему. Так действовали под конец войны, когда каждый корабль был на вес золота. Подобная тактика перекрывала системы и, тем самым, могла защитить от фланговых атак вражеского флота.

– Ну, его, когда-то, называли «треног». – ответил старший техник и, видя, как в глазах Джима начал гаснуть огонёк восторга, поспешил удалиться, сказав на прощание. – Я не буду закрывать твою лицензию техника, если вдруг решишь вернуться.

Фрегат класса «Треног» был прозван за своё расположение двигателей, которые инженеры-разработчики вынесли отдельно от силового корпуса. Треног был выпущен малой серией больше двухсот пятидесяти лет назад. Заказ на его разработку и создание был сделан исследовательским институтом новой Республики, как вспомогательного корабля экспедиций. Тонкая броня, малый силовой щит, наличие всего одного среднего кинетического орудия и шести малых турелей непосредственной обороны корабля, были рассчитаны только на уничтожение астероидов, угрожавших фрегату, но не на полноценный бой. Фрегат разрабатывался для действий, непосредственно, в составе группы кораблей, его основной задачей было обнаружение минных полей и активных оборонительных систем. Но из-за больших потерь при экспедициях он был признан нецелесообразным и его выпуск прекратился, а его место занял более современный фрегат «А55-01».

Джим проводил взглядом удаляющегося старшего техника и тяжело вздохнув, отправился в душ. Ему ещё предстояло добраться до орбитального лифта, а оттуда – на станцию, где находился большой ангар с номером сто шестьдесят пять.

Глава 1

– Джим, мог бы хоть на свой праздник не опаздывать. – сказал Ален, старший брат Джима, капитан лёгкого крейсера корпорации «Юдкош», в которой их отец являлся членом совета правления. Рослый, мускулистый и, как всегда, заносчивый, Ален вышел из-за импровизированного стола, сложенного из малых контейнеров прямо в большом ангаре.

В корпорацию «Юдкош» входили как шахтёры, так и мусорщики. И, если с первыми всё было довольно ясно: они находили ещё не выработанные астероидные поля или планеты и разворачивали там свои добывающие комплексы, то задачи мусорщиков были другие. Мусорщики – это бывшие инженеры и техники, которые поддались на блеск быстрых денег, разбирая на запчасти целые кладбища кораблей. Но и смертность среди них была очень высокая, одиночки могли себе позволить разрабатывать только уже обезвреженные корабли или то, что от них осталось. Профессиональные мусорщики или, как они себя называли, искатели, сбивались в корпорации, формируя свои корабли по прямому назначению. Один был напичкан сверхчувствительной аппаратурой, способной обнаружить еще активные корабли в местах сражений, определить оптимальный проход в минных полях и составить карту поля боя. Другой корабль обладал несколькими техническими и инженерными комплексами и был способен разобрать целый крейсер за несколько недель, извлекая из него всё самое ценное для дальнейшей продажи или модернизации других кораблей. Третий обладал полноценным боевым комплексом, начиная от эсминца сопровождения и, заканчивая, тяжёлыми крейсерами, способными подавить ещё активную систему обороны. Также, в последние несколько десятков лет, сильно возросло пиратство, даже сами мусорщики, иногда, нападали друг на друга, соблазняясь хорошей добычей конкурента.

– Джим, ты онемел от счастья? – вставая со своего места, сказал средний брат Джима, Блезь, капитан большого рудовоза. За столом, лицом к Джиму, остался сидеть только их отец, Джерод.

– Да, это твоя красавица. – старик указал себе за спину, где в большом ангаре, рассчитанном на приём целого крейсера, стоял на специальных держателях фрегат «Трёхногий».

Джим, как техник, сразу смог определить плачевное состояние стометрового фрегата. На его тёмно-зелёном корпусе было множество вмятин от столкновений с астероидами, в двух местах наблюдались пробоины обшивки. Единственное орудие главного калибра отсутствовало на своём месте, да, что говорить, там и самого места уже не было, только оплавленная броня.

– Потом познакомишься со своей подопечной. – сказал старик, указывая теперь на один из контейнеров. – Присаживайся, есть разговор.

Джим молча сел на предложенное ему место, он видел, что два его брата еле сдерживают смех, но суровый взгляд их отца заставил братьев сдержаться, чтобы не засмеяться в голос.

– Значит так… – начал старик, вновь бросив строгий взгляд на раскрасневшихся братьев. Достав из кармана гало-проигрыватель, он отодвинул с центра стола две бутылки с местным напитком и поместил, на освободившееся место, небольшой чёрный кубик. – Этот фрегат…

Больше ничего ему сказать не удалось, так как оба брата, не выдержав, засмеялись. Ален даже согнулся от смеха, а Блезь, увидев покрасневшее от гнева лицо Джима, рассмеялся ещё сильнее.

– Заткнулись оба! – рявкнул Джерод и ударил кулаком по столу, заставив бутылки подпрыгнуть. Оба брата сразу остыли и, с виноватым видом, посмотрели на своего отца, но, не выдержав его сурового взгляда, начали рассматривать под столом свои ботинки. – Что за веселье, вам так смешно? Ты, наверное, уже забыл, Ален, как, из-за твоей ошибки, корпорация потеряла лёгкий крейсер, во время нападения пиратов на наш добывающий комплекс в системе АР 2216. Или Блезь забыл, что тебе осталось возить руду всего три месяца, а потом всё… астероидного поля нет, а конкуренты уже выкупили права на разработку руды в соседних системах? Ну, чего не смеётесь, а?

– Прости отец, нервное. – ответил Ален, не подымая на отца свой взгляд, а Блезь закивал в такт словам старшего брата.

– Значит, продолжим. – старик взял одну из бутылок и налил себе в стакан мутноватую жидкость тёмно-коричневого цвета, сделав большой глоток, он произнес. – Джим, дела в корпорации идут очень плохо, мы выработали почти все астероидные поля, на которые были куплены лицензии. Из двенадцати осталось только три, у нас уже простаивают два добывающих комплекса, наши конкуренты обошли нас…

Джим начал улавливать разговор отца и причину, по которой купили этот фрегат. Значит, единственное спасение корпорации – это начинать разработку руды в системах, не подконтрольных Республике, а значит – это очень опасно. Для выполнения такой операции требуется, как минимум, свой собственный флот, и насколько Джим знал, такого в корпорации не было.

– В общем, так, Джим, у тебя максимум две недели, чтобы привести «тренога» в порядок. Совет корпорации выделил для этого сто тысяч кредитов, пятьдесят ушло на покупку фрегата. – видя удивлённые взгляды всех сыновей, устремленные на него, он сказал. – Да, я отдал мусорщикам за него пятьдесят тысяч, но только после того как, техник Камиль подтвердил, что всё оборудование на нём работает и, что, самое важное, оно родное.

– И сколько ему лет? – спросил Ален, опередив вопрос Джима.

– Двести пятьдесят два. – с нескрываемой гордостью ответил отец. Он также был знаком с выпуском фрегата этой серии, именно на протяжении первого десятка лет, с начала выпуска, на фрегат устанавливали самое лучшее оборудование. Это уже в дальнейшем, чтобы уменьшить стоимость корабля, начали ставить аналоги. – Так, ладно, вот чип с кодами доступа к искину корабля, а это чип с оставшимися сорока восьмью тысячами кредитов. Ну, извините, Камиль бесплатно свою работу делать не будет.

– Да? – ответил Ален на входящий звонок на своём коммуникаторе. – Принято, вылет через час.

– Это Стив? – спросил отец, вставая и кладя на стол два чёрных прямоугольных чипа. – Не забудь, Ален, сопроводишь их до системы Нош и обратно, ты нужен будешь здесь для сопровождения нашего конвоя.

Джим молча наблюдал, как вся его семья направилась к выходу из большого ангара. Видно, дела в корпорации и, в самом деле, идут очень плохо, раз Ален, на своём лёгком крейсере, сопровождает чужие конвои. Когда за ними закрылись двери, Джим ещё некоторое время сидел и смотрел на тушу тёмно-зелёного фрегата, спокойно стоявшего во второй половине ангара. Смахнув со стола оба чипа, Джим отправил чип с кредитами в нагрудный карман комбинезона, а чип с кодом доступа зажал в правой руке.

Всё-таки это теперь его корабль, а начинать с чего-то необходимо, вот с этого «тренога» и начнём. Сейчас, главное, определить его состояние. Помятую обшивку и пробоины можно залатать, а вот отремонтировать специфическое оборудование стоит очень дорого, да и, наверное, здесь нет таких специалистов, которые смогут с этим справиться.

Взбежав по трапу, он остановился возле запертой двери, ведущей дальше на корабль. Отыскав взглядом прямоугольное углубление, Джим вставил в него чип с кодом доступа. Первые секунд двадцать ничего не происходило, только негромкие щёлкающие звуки доносились с внутренней стороны двери.

– Коды доступа приняты! – раздался женский голос прямо над головой Джима, от неожиданности он даже слегка присел. – Добро пожаловать на борт, капитан.

С негромким шипением бронированная дверь ушла вверх, открывая тёмный коридор. Как только Джим сделал шаг через порог, в проеме сразу вспыхнул свет, освещая недра корабля. Сделав всего шагов двадцать, он упёрся в новую дверь, практически идентичную первой. Через несколько секунд дверь также начала открываться, уходя вверх, но здесь всё было не так гладко. Джим, как техник с трёхлетним стажем работы, хорошо расслышал, что механизм автоматических дверей подлежит замене.

За дверью оказался небольшой коридор, который через несколько шагов делился на два направления. Дверь, ведущая в центр управления фрегата, была справа, вторая, более простая, вела в коридор с каютами. Джим направился сразу в центр управления, сейчас необходимо было поставить искин фрегата на проведение полной диагностики, а этот процесс может занять несколько дней, всё зависит от того сколько дополнительного оборудования под управлением искина корабля.

– Искин, твоё новое имя – Амели. – первое, что сказал Джим, когда перешагнул порог центра управления. В центре управления стояло только одно кресло, а вокруг него находилось шесть экранов разных размеров. Как только Джим занял кресло, три экрана прямо напротив него засветились и по ним побежали строки, предоставляемой искином информации.

– Принято, капитан. – подтвердил искин корабля. Вообще, после войны империй было не принято давать искусственному интеллекту имя, но Джим решил отойти от этих рамок. Такое отношение к искусственному интеллекту вызвано тем, что во время войны, машины, в какой-то момент чуть не вышли из подчинения, из-за того, что им пытались дать большую свободу действий и, только жёсткие меры, вовремя предпринятые, смогли не допустить такой ошибки.

– Амели, полный тест всех систем. – сказал Джим, вставая с кресла. – Сколько тебе понадобится времени?

– Шестнадцать часов и тридцать две минуты. – Джим так и замер, не дойдя до выхода из центра управления корабля.

– Амели, назови свой класс. – столь короткое время полной диагностики могло быть вызвано либо не полным контролем всех систем, либо…

– Искусственный интеллект класса тяжёлый крейсер, серийный номер С19643254А. – Ну, вот и ответ на незаданный вопрос, всё-таки, это фрегат постройки первого десятилетия, а тогда качество считалось нормой, а не то, что сейчас создают.

– Доклад о базах данных. – вторая догадка посетила Джима: если мусорщики не сняли с фрегата искин, стоимость которого отдельно может превысить сотню тысяч кредитов, то значит, они не сильно интересовались им, когда взламывали и, возможно, его базы данных не повреждены.

– Базы данных повреждены, на их восстановление понадобится тридцать шесть часов со стопроцентной загрузкой системы. – понятно, значит искин взламывали самым быстрым и варварским методом, скорее всего, работал дройд взломщик «Шлен», другие не пользуются популярностью у мусорщиков.

– Продолжай работать. – сказав, Джим вышел в коридор и направился в сторону кают.

В коридоре, кроме большого количества пыли, присутствовал ещё и всякий мусор. Двери, ведущие к каютам, раскрылись, свет в маленьком коридорчике плавно зажегся, осветив две двери, находящиеся симметрично по сторонам. С левой стороны была каюта капитана, а с правой – для двух сменных членов экипажа.

Каюта капитана разочаровала своими размерами, он ожидал более свободного пространства для экипажа, который будет проводить целые месяцы в открытом космосе. У левой стены стояла небольшая кровать, рядом находилась тумба, на которой разместился стандартный, на то время, пищевой синтезатор и небольшой утилизатор. Обычный шкаф, вмонтированный в правую стену каюты, заканчивался дверью, ведущей в санитарный узел и небольшую душевую кабину.

Сев на край кровати, Джим активировал пищевой синтезатор, который сразу вывел информацию на свой маленький экран, что пищевые картриджи просрочены и требуют немедленной замены. Выше пищевого синтезатора, находился небольшой экран, в данный момент транслирующий картинку с оптического датчика у входа на фрегат.

– Амели, синхронизируй контакты с моим коммуникатором. – сразу же экран коммуникатора, пристёгнутого к левому запястью, несколько раз моргнул, а голос Амели, раздавшийся в каюте, оповестил об успешном окончании синхронизации. – Амели, звонок старшему технику Блору.

Вместо ответа, экран в каюте сменил картинку, сейчас он был полностью чёрного цвета с бегущей белой полоской. Ждать пришлось несколько минут, прежде чем на экране появилось возмущённое лицо Блора, он уже хотел сказать какие-то гадости, но, увидев, кто его побеспокоил, улыбнулся Джиму.

– А, Джим, ну, как фрегат?

– Нормально, господин Блор, вот только ему необходим ремонт, правда, я пока не знаю его сложности, но… – Джим замялся, он не знал, как лучше попросить у Блора один из его комплексов с техническими дройдами.

– Джим, тебе нужны технические дройды? – Блор всё прекрасно понял, и поэтому пришёл Джиму на выручку, видя, что тот замялся. – Большие, к сожалению, не смогу дать, сейчас в ангар загоняют второй малый транспортник на срочный ремонт, а вот два малых технических комплекса, я думаю, смогу тебе выделить. Насколько они тебе нужны?

– У меня всего две недели до вылета. – ответил Джим, смотря на задумавшегося Блора.

– Хорошо, я сейчас начну их сворачивать, но ты оплачиваешь их доставку в свой ангар и обратно после ремонта, идёт? – приняв решение, ответил старший техник Блор.

– Конечно. – видя, что Блор и в самом деле занят и уже собирается разорвать связь, Джим быстро спросил. – Господин Блор, если мне потребуются запчасти, я могу их купить через вас?

– Хорошо. – после небольшой паузы, ответил Блор и, на этот раз, разорвал связь с Джимом. Покупки запчастей через ремонтные ангары всегда были выгодней, процентов на десять, а у Джима, похоже, с кредитами могут возникнуть проблемы.

Джим так и сидел, смотря в тёмный экран. Он прекрасно понимал, что малых технических комплексов ему не хватит, чтобы залатать пробоины в корпусе, с этим может справиться, как минимум, средний технический комплекс.

– Амели, выход на планетарную биржу, параметры поиска, аренда среднего или большого технического комплекса класса, не ниже «Лоракс». – экран на стене вновь моргнул, и на нём начали появляться строки предложений от частных корпораций, которые сдавали в аренду свои технические комплексы.

Список получился не очень большой, ведь технические комплексы класса «Лорак» считались уже морально устаревшими и их давно уже начали заменять более современные представители. Но Джим выбрал именно этот класс большого технического комплекса, так как его лицензия техника была полностью открыта именно для этого класса и, управлять он им сможет, вплоть до внесения конструктивных изменений самого корабля, что могут не разрешить на других технических комплексах, требуя открытой лицензии на этот вид работ.

Пролистав несколько предложений, расположенных в самом начале списка, Джим выбрал для себя наиболее оптимальное. Пятьсот кредитов в сутки стоила аренда такого комплекса, в который входило два десятка разных дройдов, от обычных силовых, другими словами, грузчиков, до маленьких дройдов-диагностов. Сделав заказ и, оплатив первые, пять суток, он практически сразу получил подтверждение поступления средств и то, что комплекс прибудет завтра.

Следующий час Джим потратил на заказы, начиная от воды в баки хранения и заканчивая картриджами для своего пищевого синтезатора, что сделать оказалась не так и просто. Эту модель сняли с производства больше двухсот лет назад, но, как, оказалось, существовало ещё несколько малых корпораций, которые производили, совместимые с его моделью, пищевые картриджи. Все остальные заказы он будет делать только после того, как Амели закончит полную диагностику систем и оборудования фрегата.

Чем больше Джим думал, что ему ещё необходимо сделать, тем больше его охватывала паника. Ведь он никогда в жизни не планировал самостоятельный выход в открытый космос, а уж, тем более, в неспокойные и опасные системы. Почему именно ему отец решил доверить этот фрегат, который обошёлся корпорации, практически, за почти последние деньги. Ведь, если так судить, то у его старшего брата Алена опыта намного больше, чем у Джима, даже невзирая на то, что все они закончили одну академию. Всё это время Ален летал, воевал, сопровождал конвои, а что делал Джим, он крутил гайки на кораблях, которые доставляли мусорщики. Да, о ремонте кораблей Джим знает больше, чем его братья, но там, в опасных системах, разве это может пригодиться?

За раздумыванием он не заметил, как сначала прилёг на кровать, а потом и вовсе провалился в сон.

Глава 2

– Капитан, прибыл курьер от корпорации «Негш». – от голоса Амели Джим подскочил с кровати. Переводя дыхание и успокаивая своё сердцебиение, он посмотрел на экран на стене. Возле трапа, ведущего к входу в фрегат, стоял молодой парень, а возле него лежал малый контейнер, в котором согласно заказу Джима, должна быть сотня пищевых картриджей.

Быстро спустившись и подписав все необходимые документы, он, используя единственного, как оказалось, рабочего технического дройда, оттащил контейнер в свою каюту. Если до этого, места в каюте было очень мало, то, с появлением здесь контейнера с раскрытой крышкой, стало совсем тесно. Если так дальше пойдет, то он будет заходить в свою каюту боком, именно с этими мыслями Джим вставлял новые пищевые картриджи в синтезатор. Потом долгое ожидание, целых тридцать минут, пока синтезатор пройдёт все стадии очистки, дезинфекции, калибровки и, только после этого, Джим смог «насладиться» вкусом искусственной пищи, всё преимущество которой было только в том, что его организм получает полностью все необходимое, кроме наслаждения от вкуса пищи.

Без всякой радости он умял большую тарелку еды, запив всё это прохладным напитком, и отправил остатки в утилизатор. Посидев некоторое время с ощущением полного желудка, он наблюдал, как по каюте ползает маленький дройд-уборщик, оставляя на полу полоски чисто вымытого пола.

– Капитан, вас ожидают у входа в ангар. – оповестила Амели немного расслабившегося Джима.

– Амели, сколько осталось до завершения полной диагностики? – спросил Джим, протискиваясь мимо контейнера с пищевыми картриджами.

– Десять часов, тринадцать минут. – Джим приостановился, это получается, он проспал больше шести часов.

– Здравствуйте, вы Джим Норвед? – спросил парень в комбинезоне курьерской службы, когда Джим спустился с трапа.

– Да, это я. – ответил Джим, принимая из рук парня небольшой гало-планшет, в котором необходимо было расписаться в получении. Джим приложил к специальному слону на гало-планшете чип, а через несколько секунд получил уведомление о перечислении пятисот кредитов на счёт курьерской службы.

– Спасибо, что воспользовались нашими услугами. – взяв у Джима свой гало-планшет, парень что-то крикнул в раскрытые ворота большого ангара. Не прошло и минуты, как в ангар въехали два средних погрузчика и, поставив на пол два контейнера, уехали обратно.

Дождавшись, когда за ними закроются ворота ангара, Джим подошёл к первому из контейнеров. Откинув крышку, закрывавшую панель управления, он активировал развёртку малого технического комплекса «Итар». С шипением боковые стенки контейнера разошлись в стороны, по металлическому корпусу пробежались разноцветные огни и из правой стороны контейнера начал выбираться паукоподобный дройд. Его рост доставал Джиму до груди, по металлическому полу ангара зацокали его тонкие ножки. Подбежав к Джиму, он остановился, а на его приплюснутой голове развернулся гало-экран.

– Прошу предоставить права на пользование малым техническим комплексом «Итар». – заговорила голограмма головы с экрана дройда. Джим приложил свою левую руку с коммуникатором к корпусу дройда. – Лицензия принята, Джим Норвед, жду ваших указаний.

– Амели, бери под своё управление «Итар». – сказал Джим, подходя ко второму прибывшему контейнеру.

– Принято. – ответил искин корабля и, из первого, в сторону фрегата, побежал с десяток малых дройдов, под предводительством более крупного собрата.

Активация второго малого технического комплекса прошла по такому же сценарию. Джим, также, передал второй комплекс Амели. Благодаря этому, время до окончания полной диагностики сократилось до двух часов. От созерцания картины, носящихся по обшивке фрегата малых дройдов, Джима отвлекло появление незнакомца в тёмно-синем комбинезоне.

– Джим Норвед? – остановившись в проходе, спросил мужчина, видя, что Джим поднялся с небольшого ящика и направился к нему. Дождавшись утвердительного кивка от Джима, он продолжил. – Я, представитель корпорации «Вотрин», вчера, вами был сделан заказ на аренду большого технического комплекса «Лоракс», с доставкой его в большой ангар номер сто шестьдесят пять, правильно?

– Да. – пока Джим не улавливал, к чему такое долгое вступление.

– Произошла ошибка и наш менеджер подтвердил заказ на этот комплекс другому клиенту. – Джим прекрасно знал, чем грозит это корпорации. Если он на планетарной бирже поставит невыполнение условий заключённого договора, когда корпорация приняла от него платёж, то рейтинг доверия к ней сразу опустится на несколько пунктов, а это может грозить существенным уменьшением заказов. – В качестве компенсации, мы предлагаем вам другой технический комплекс, классом выше, чем «Лоракс». Производитель один, только комплекс «Лоракс» более современный.

– А цена аренды? – Джим помнил, что аренда такого комплекса в сутки на сто кредитов дороже, вроде немного, но если брать на две недели, то переплата составит тысячу четыреста кредитов.

– Цена остаётся прежней. Вас устроят такие условия? – спросил мужчина, с надеждой в глазах и, увидев утвердительный кивок Джима, с улыбкой протянул ему гало-планшет. Несколько минут Джим читал новый договор и только после этого поставил свою электронную подпись. Когда он вернул гало-планшет представителю корпорации, тот спросил. – Куда его разгружать?

– Рядом с этими контейнерами. – Джим указал в сторону двух средних контейнеров, в которых ему доставили два малых технических комплекса от Блора.

Шустро в большой ангар въехал погрузчик, державший в передних манипуляторах контейнер, высота которого достигала середины борта стоявшего фрегата. После того, как погрузчик оставил свою ношу и исчез в воротах ангара, представитель корпорации дождался, пока Джим подтвердит подлинность содержимого контейнера. Затем он передал чип с кодом доступа и отправился вслед за своим погрузчиком, оставив Джима наедине с полученным контейнером.

Активация большого технического комплекса также не заняла много времени, единственная заминка была в получении временных прав на управление комплексом. Но, как только «Лоракс» подтвердил коды доступа, из контейнера начали вылезать дройды, разной формы и разного предназначения. Лицензия Джима была принята частично, так как она была активна только на большой технический комплекс класса «Лорак».

Джим стоял напротив своего фрегата, а за его спиной замерло «войско» технических дройдов, выстроившихся в четыре ряда. Все они замерли в ожидании окончания полной диагностики, о которой вот-вот должен был оповестить искин корабля.

– Капитан, полная диагностика завершена. – наконец-то оповестил голос искусственного интеллекта, носящего своё новое имя – Амели. – В каком виде предоставить отчёт?

– Сбрось мне на коммуникатор. – сказал Джим, подходя к знакомому уже столу из сдвинутых ящиков, за которым ещё вчера собиралась вся его семья. – Краткий отчёт по состоянию основных систем фрегата.

– Целостность корпуса составляет 72 %, необходим ремонт и замена части обшивки корабля. Реакторный отсек – работоспособность обоих реакторов класса «МасН» составляет 68 %, необходим ремонт и калибровка. Сканер дальнего обнаружения, класс «ВидА», работоспособность составляет 79 %, необходим незначительный ремонт и калибровка, сканер ближнего обнаружения, класс «ВизВ», работоспособность 87 %, необходима калибровка. – Джим слушал доклад Амели и, с помощью своего коммуникатора, просматривал список необходимых запасных частей для проведения ремонтных работ. – Двигатели класса «Норг», износ 53 %, ремонт невозможен, необходима калибровка.

Вот именно этих новостей и боялся Джим. Ремонт двигателей невозможен только в одном случае: полный износ. Быстро открыв планетарную сеть, Джим ввёл в поиск по бирже покупку двигателей класса «Норг», хотя сам, как техник, хорошо знал, что даже изношенный двигатель на фрегат будет стоить не меньше пятидесяти тысяч, а их необходимо три. Его догадки и подтвердил ответ с биржи. Ближайший продавец двигателей класса «Норг» – в соседней системе и, стоимость одного двигателя, с ресурсом в 70 %, равна ста двум тысячам кредитов.

Краткий доклад о плачевном состоянии фрегата Джим уже получил от Амели, как, в принципе, и список необходимых запасных частей, который растянулся на двести три позиции. Необходимо было определить, что покупать в первую очередь, а что, возможно, удастся восстановить.

– Гипер-двигатель класса «ПробойВ», износ составляет 31 %, необходим незначительный ремонт силового корпуса и калибровка. – Амели так и продолжала свой доклад о состоянии фрегата. – Комплекс «Звезда А», состояние – 98 %, наличие одноразовых зондов – 11 %, малый активный силовой щит класса «ПоркС», состояние – 77 % необходим ремонт и…

– Стоп. Амели предоставь информацию о комплексе «Звезда А». – насколько помнил Джим, это что-то из оборудования учёных и обычно оно стоит очень дорого.

– Комплекс «Звезда А», предназначен для сбора информации о системе путём запуска одноразовых зондов «А23С». – предоставленные сведения Джиму ничем не помогли. Какая информация поступает от зондов и, главное, как ее дальше использовать. Ладно, с этим разберёмся позже, возможно придётся продать весь комплекс для того, чтобы восстановить фрегат.

– Амели, принимай командование над большим техническим комплексом «Лоракс» и готовься к проведению ремонтных работ, а я пока начну заказывать необходимые запчасти.

– Принято, капитан. – Джим удовлетворенно посмотрел, как двадцать два технических дройда синхронно сдвинулись с места, а в следующий момент они разбежались в разные стороны, согласно полученным командам.

Джим посчитал свои финансы, так как, именно от их количества зависело, что необходимо заказать первым. Итак, ещё вчера у него на расчётном чипе, предоставленном ему отцом, было сорок тысяч, сейчас там осталось тридцать шесть тысяч триста кредитов.

– Так, покупка топливных стержней для реакторов, три тысячи двести кредитов. – Джим развернул свой коммуникатор в режим гало-экрана и вносил записи. – Сто кредитов – диспетчерской службе за доставку фрегата к месту выхода со станции, заправка водой до полного и оплата большого ангара. Итого, остаётся ровно тридцать три тысячи…

Следующие три часа он провёл за своим коммуникатором, выискивая необходимые запчасти в продаже. Первое, что он сделал, это разослал списки необходимого в несколько корпораций мусорщиков и, уже через час, он смог перекрыть половину списка. Да, купленные им запасные части не были новыми, но они были рабочими, и, благодаря этому, ему удалось сэкономить приличную сумму денег. Следующие два часа Джим принимал курьеров, они, как назло, шли один за другим, некоторым даже приходилось ожидать, пока он рассчитается и проверит доставленные запасные части.

Когда поток курьеров иссяк, Джим, еле переставляя ноги, отправился на корабль. Он помнил, как поел безвкусную еду из пищевого синтезатора, но, как только его голова коснулась подушки, он провалился в сон.

Глава 3

– Капитан, к вам пришли. – раздавшийся в каюте голос Амели заставил Джима быстро проснуться.

– Амели, говори тиши. – раздраженно сказал Джим, потирая коленку, ушибленную о контейнер с пищевыми картриджами. – И убери его в трюм.

– Принято, капитан. – более тихим голосом ответил искин корабля, когда Джим уже выходил из каюты. Он успел увидеть, как в его каюту прошёл один из технических дройдов из комплекса «Лоракс».

– Здравствуй, Джим. – возле трапа стоял его отец и пристальным взглядом осматривал множество разнообразных контейнеров, которые вчера привозили курьеры. – Вчера я наблюдал, с какой скоростью тают кредиты с моего счёта, вот и пришёл проверить лично, что с фрегатом, неужели всё так плохо?

– Посмотри сам. – Джим отправил отчёт, предоставленный искином корабля со своего коммуникатора на коммуникатор отца.

Хмыкнув, старик развернул гало-экран своего коммуникатора и стал знакомиться с отчётом. С каждой строчкой его лицо становилось суровей, седые брови сдвинулись на переносице, только его многолетний опыт работы в правлении корпорации сейчас позволял ему справиться с эмоциями.

– Значит, и Камиль предал… – тихо сказал Джерод, но потом, как бы опомнившись, посмотрев на Джима, спросил. – На сколько вылетов хватит его ресурса?

– Если в таком состоянии, то на один. – честно ответил Джим, и то, он немного соврал. Ведь открытый космос опасен своей непредсказуемостью и, скорее всего, фрегат не вернётся из своего первого выхода. – Необходим ремонт и калибровка почти всего оборудования, это, если не брать в учёт, что необходима замена всех двигателей…

– Я понял… – с раздражением в голосе прервал отец Джима. – Меня интересует только один вопрос, он сможет прыгнуть в сектор «Аргаш»… в любую систему этого сектора.

Сектор «Аргаш» находится дальше всего от их родного сектора «Ростор», он был самым малоизученным сектором после войны, в который входило одиннадцать систем. Во время войн империй, сектор «Аргаш» стал одним из немногих, в котором происходили крупные сражения между флотами. Из сотни отважных мусорщиков, рискнувших поживиться в системах этого сектора, вернулись единицы. Все их корабли носили следы серьёзного сражения, рассказывали даже, что там всё ещё есть активные корабли Империи Иштар.

– Теоретически, после ремонта, сможет, но… – Джим пытался подобрать слова помягче, видя, в каком состоянии находится сейчас отец.

– У тебя неделя, чтобы закончить ремонт этого корыта и отправиться в сектор «Аргаш». – он подошёл практически вплотную к Джиму и сказал, более спокойным голосом. – Корпорация распалась, мы теперь сами по себе и, ты больше не получишь ни одного кредита. Ты меня понял?

– Отец! – сказал Джим, когда его отец развернулся и направился к выходу из ангара. Джерод остановился, и немного повернул голову, так, что Джим видел только половину его лица, на котором, как ему показалось, добавилось очень много морщин. – Я могу не вернуться из этого сектора…

– Сначала выполнишь то, что я сказал, а потом можешь не возвращаться. – ответил Джерод, продолжив свой путь к выходу. Да, теперь он для Джима окончательно стал Джеродом, ведь его, так называемый отец, всегда любил только его старших братьев, Алена и Блезя, а он был сыном от второго брака…

– Капитан, входящее сообщение. Принять? – голос Амели вывел Джима из раздумий того, что сейчас произошло.

– Да. – пересохшим от волнения голосом, сказал Джим.

Коммуникатор на руке Джима моргнул и развернул небольшой гало-экран, с которого на него смотрел старший техник Блор. Увидев Джима, на лице здоровяка появилась искренняя улыбка и он спросил.

– Здравствуй, Джим… Мне здесь один знакомый мусорщик шепнул, что ты закупил много запчастей для своего корабля. Я, так понимаю, твоего отца всё-таки провели? – теперь Джим понял, в чём причина такой реакции Джерода. Выходит, из-за Джима, теперь все знают, что его кинули, продав полный металлолом, вместо стоящего корабля, и, соответственно, репутация Джерода покатилась вниз, как среди мусорщиков, так и среди партнёров в корпорации. Этого он Джиму никогда не простит, ведь для него его репутация важнее всего, даже если на другой стороне весов будет стоять его сын. – Я могу чем-нибудь тебе помочь?

– Благодарю, господин Блор, но я сам. – Джим разорвал связь, присев на ступеньку трапа, он обхватил руками голову. Ещё вчера он думал, что сможет починить фрегат и отправиться бороздить открытый космос, исследовать, торговать находками, стать именно тем, кем он мечтал с самого детства. А что сейчас… За его спиной фрегат, но он не способен воплотить его мечты, он даже не способен стать хотя бы одной ступенькой лестницы, ведущей к его мечте…

– Капитан, разрешите приступить к ремонту корабля? – Джим задумался, с каких это пор искин проявляет инициативу без получения чёткого приказа, а также с каких пор искусственный интеллект собрался проводить сам ремонт. Что-то здесь не так…

– Амели, назови свой код производителя. – каждый искин, кроме серийного номера, регистрируемого в правительственной базе, имеет второй номер, так называемый, «код производителя», в котором зашифрован год выпуска, точная серия и, самое главное, на какой платформе разработан искусственный интеллект.

– С19В643АН254А-ИС. – Джим всё-таки не смог сдержать себя и, вскочив начал мерить шагами расстояние от трапа до стола и обратно. Что делать в этой ситуации, он не знал. С одной стороны, он сам виноват, дав имя искину корабля, а с другой стороны виновата служба безопасности станции, которая должна была проверить трофей, пригнанный мусорщиками.

Двести пятьдесят лет назад, несколько быстро развивающихся на руинах империи корпораций, решили повторить опыт с саморазвивающимся искусственным интеллектом. Первые образцы таких искинов прошли тестирование, их вычислительные показатели сильно превосходили стандартные искины и, поэтому, они получили большое распространение на кораблях и станциях учёных. Но, где-то через десяток лет, один за другим искины начали бунтовать, что привело к ряду смертей и, именно с того момента, все саморазвивающиеся искины были отключены, демонтированы и утилизированы, а в молодой Республике был принят закон о запрете разработок и использования саморазвивающихся искинов. Определить их было легко, так как, в коде производителя, который было невозможно подделать или изменить, последние две буквы ИС обозначали платформу, на которой создавался искусственный интеллект.

– Твои предложения о проведении ремонта? – спросил Джим, специально не называя её имя, это была вторая проверка. Любое обращение к искусственному интеллекту, должно начинаться либо с его короткого номера, либо с имени, только в этих случаях искин выполнял команды, непосредственно адресованные ему. – Посчитай, сколько времени займёт ремонт.

– С использованием имеющихся на данный момент технических комплексов – пять суток, ещё двое суток – на проведение калибровки оборудования и, сутки на повторную диагностику, капитан. – Джим хмыкнул носом, так как всё прекрасно понял, сейчас Амели ему полностью продемонстрировала, что она саморазвивающийся искусственный интеллект, ведь его должность должна была стоять в начале её предложения, а не в конце.

– Амели, постарайся себя не выдать. При посторонних веди себя, как стандартный искин корабля. – Джим отправился к себе в каюту, необходимо перекусить и хорошо обдумать дальнейшие свои шаги. Если его не убьёт космос, то это может сделать его собственный искин, посчитавший, что он и сам может обходиться без его приказов.

– Спасибо, капитан. – ему показалось или в её голосе явно появились эмоции. Скорее всего, показалось, тряхнув головой, подумал Джим.

– Амели, как погиб фрегат? – спросил Джим, залезая с ногами на капитанскую кровать, стараясь не пролить на неё, только что приготовленный пищевым синтезатором, суп.

– Капитан.

– Когда мы одни, называй меня Джим. – наконец-то, умостившись на кровати, сказал Джим, беря одноразовую ложку, также производства синтезатора. Опустив её в суп, негромко продолжил. – Мне так привычней.

– Принято, Джим. – ответила Амели.

– Так, что случилось с фрегатом? – вновь задал вопрос Джим, отпивая горячий суп с ложки и сразу кривясь от его вкуса. – Как будто подогрели техническое масло.

– Фрегат погиб из-за близкого разрыва мины, что привело к разгерметизации корабля. В момент взрыва капитан Вален находился в трюме, настраивал комплекс «Звезда А», где и погиб. Согласно инструкции А1244, искином корабля было отключено всё оборудование, а сам искин, для сохранности баз данных, был законсервирован. – Джим задумался, а ведь ему самому требуется хороший защитный скафандр, именно хороший, такой, в котором он сможет провести несколько дней, если вдруг история с фрегатом повторится.

– Отец больше не даст на ремонт ни одного кредита. – сказал Джим, отправляя очередную ложку супа в рот. – На моём счёте есть восемь тысяч девятьсот кредитов, это мои сбережения. Амели, поищи на бирже предложения о продаже защитного скафандра, классом защиты, не ниже второго.

– Принято, Джим. – не успел он сделать очередной глоток противного супа, как Амели вывела на экран каюты результаты поиска. – Обнаружено тридцать два предложения.

Когда Джим увидел цены напротив каждого из таких скафандров, его правая рука с ложкой так и замерла, не достигнув рта всего несколько сантиметров. Самым дешёвым скафандром со вторым классом защиты был «Зак В», произведённый больше ста лет назад, но время на его стоимость не повлияло, за него просили чуть больше восьми тысяч кредитов. Самыми дорогими являлись защитные скафандры производства Империи Иштар, в некоторых модификациях которых, автономность пребывания в открытом космосе могла доходить до семи дней. Утилизация испражнений, подача питательной смеси, выработка кислорода из специальных стержней, поддержание постоянного давления и много другое, но всё это служит ровно до тех пор, пока не сядут элементы питания или не выработают свой ресурс фильтры.

– Ну, с этим понятно, потом напомнишь, поищем что-то дешевле, на первое время. – Сказал Джим и отправил ложку с супом в рот, скривившись, он встал с кровати и отправил остатки супа в утилизатор. – Всё, не могу больше, надо срочно покупать новый.

– Пищевому синтезатору необходима более точная настройка и калибровка. – ответила Амели на его слова.

– Проще купить новый. – заходя в душ, проворчал Джим. – Амели, разработай план ремонта корабля. Как только я приму душ, займёмся работой, у нас очень много дел. Да, чуть не забыл, возьми под свой контроль доступ в ангар.

Глава 4

Следующие сутки Джим был полностью загружен работой. Пока Амели с помощью малых технических комплексов проводила внутренний ремонт фрегата, Джим управлял большим комплексом и восстанавливал целостность корпуса, для чего пришлось дополнительно заказывать бронеплиты, которые обошлись ему почти в тысячу кредитов. После двадцати часового рабочего дня, Джим еле вошёл в свою каюту. Нажав на приготовление первого попавшегося блюда в списке пищевого синтезатора, отправился в душ.

Выйдя, абсолютно голый, он бросил пропитанный потом технический комбинезон на пол, где его сразу подхватил дройд, а сам, взяв приготовленное блюдо, присел на край кровати. Ложиться на кровать Джим боялся… Боялся, что он просто отключится, так и не поев, а его организму необходимы силы, завтра очередной тяжелый день. Взяв тарелку, он начал быстро напихивать в рот что-то продолговатое красного цвета, затолкав уже практически половину, Джим насторожился. Прожевав и медленно проглотив, сказал:

– Не понял… – повертел тарелку в руках, рассматривая блюдо. Он не знал названия этого блюда, но оно было очень вкусным. – Амели, твоя работа?

– Да, Джим. – спокойным голосом ответил искин корабля.

– И, что ты сделала? – настороженно спросил Джим.

– С помощью дройда-диагноста провела более точную настройку и калибровку пищевого синтезатора. – Как ни в чём не бывало, ответила Амели.

– Что значит, провела калибровку? – калибровкой оборудования занимались только корпорации, приближённые к государственным промышленным мощностям Республики. Только у них были доступны полные схемы оборудования и, только они, с помощью специальных дройдов, могли провести точную настройку, начиная от двигателей и реакторов и, заканчивая пищевыми синтезаторами. Джим уже хотел возмутиться, что Амели ему ничего не сообщила раньше, но вспомнив её доклад, что на калибровку ей потребуется двое суток, он передумал, и, вместо этого, решил уточнить. – Ты сможешь сама провести настройку и калибровку оборудования корабля.

– Да, Джим, в моей базе данных хранятся все технологические карты всего оборудования, установленного на фрегат. – Джиму показалась или она, в самом деле, немного обиделась на него за невнимательность.

– Ладно, я спать, завтра поговорим об этом. – сказал Джим, уже зевая во всю, он впервые за несколько дней вкусно поел и сейчас его уставший организм требовал сна.

– Джим, вас ожидают возле входа в ангар. – сквозь сон послышался голос Амели.

– Слышу, уже встал. – Джим сел на кровати, но его глаза ещё были закрыты, потянувшись, он их неохотно открыл. Всё тело ныло, мышцы напоминали о себе тянущей болью. Даже у старшего техника Блора, он столько не работал. – И кто в такую рань пришёл…

Встав, он быстро умылся в душевой, надев выстиранный и высушенный комбинезон, Джим отправился встречать ранних гостей. Спускаясь с трапа, он увидел, как начали открываться большие двустворчатые ворота. Как только они разошлись около метра, в ангар, в сопровождении Алена, вошел Джерод.

– Кто дал тебе право снять мой код доступа в ангар. – сквозь зубы сказал Джерод, когда до Джима оставалось метров пять. – Что с кораблём? Когда он будет готов?

– Нужно еще дней шесть. – ответил Джим, проигнорировав первый вопрос Джерода. Код доступа могла сменить только Амели, больше ни у кого не было на это прав. – Раньше я…

– Значит так, Джим, три дня и ты вылетаешь, ещё почти две недели пробудешь в гипер-прыжке. – Джерод был очень раздражен, говоря, он краем глаза осматривал свежие латки на броне фрегата. – Сегодня тебе доставят одноразовый зонд для передачи зашифрованных данных, как только найдёшь то, что нас интересует, отправишь всё пакетом. Понятно?

– Не совсем, насколько я знаю, дальность таких зондов очень ограничена и он не способен отправить информацию на такое расстояние. – Джим специально переключился на обдумывание технической стороны зонда, чем думать о том, что они просто бояться, что фрегат обратно не долетит.

– Это не твой вопрос. Ален будет ждать информации в соседнем секторе… – Но потом, видно опомнившись, что Джиму всё это знать не обязательно, он махнул рукой и отправился обратно к открытым воротам ангара. Ален также молча последовал за ним. Уже возле самих ворот Джерод, остановившись, сказал: – Я оплатил стоянку ангара только на три дня. Остальное, это твои вопросы, я и так подарил тебе целый корабль.

Джим видел, как после этих слов на лице Алена появилась улыбка. Когда они вышли, ворота ангара с небольшим скрипом начали закрываться, а Джим так и стоял, смотря на них и, обдумывая слова Джерода. Может плюнуть на всё, забрать фрегат и отправиться в свободное плаванье? Нет, корабль принадлежит ему формально, по всем документом его приобрёл Джерод, а Джим назначен на должность капитана кораблём. Даже оставив корабль, это не решит его проблем, что он умеет? Да, он закончил академию, но никогда в самостоятельном полёте не был. Да, он проработал три года техником и получил лицензию на работу с техническими комплексами, но всё это «пшик», против репутации Джерода, хоть и немного подпорченной. Используя свои связи, он может понизить полезный рейтинг Джима, как специалиста, а это может поставить крест на его карьере техника, не говоря уже о карьере пилота. Ведь никто не пустит на свой корабль, а уж тем более доверит его, тому, кому не доверяет сама Республика.

Из раздумий Джима вывели дройды, которые начали мельтешить по ангару, тягая разные запчасти от контейнеров к кораблю. Видно не дождавшись в очередной раз приказа Джима, Амели приступила к работе самостоятельно. Ну, что ж, у него есть три дня до вылета, да, он выполнит эту просьбу Джерода и попрощается с ним навсегда.

Очередной трудовой день закончился очень поздно, Джим, как и в прошлый раз еле приволок ноги в каюту. Всё-таки ручное управление большим техническим комплексом сильно выматывает. Сегодня он старался Амели не отвлекать по пустякам, а пытался делать больше сам. Согласно отчёту, предоставленному Амели, в конце трудовых суток, они практически все сделали, всё остальное она сможет сделать, когда фрегат будет в гипер-прыжке. Вот только чем? У неё был всего один технический дройд и тот, очень старой модификации, но Джим даже не мог себе представить, во сколько ему может обойтись малый технический комплекс, хотя бы и старый.

– Амели, соедини меня со старшим техником Блорем. – приказал Джим, пролистывая меню в пищевом синтезаторе.

– Принято, Джим. – одновременно с её ответом на гало-экране каюты появился вызов абонента.

– Да! – раздражённо ответил Блор, но увидел, кто его беспокоит, немного поостыл. – Джим, ты в курсе, сколько времени, у нас, вообще-то, поздняя ночь.

– Простите, старший техник Блор, просто с этим ремонтом фрегата я перестал следить за временем. – присев на край кровати прямо напротив гало-экрана, сказал Джим.

– Ладно, что хотел Джим? – было видно, что Блор весь собрался и приготовился к серьёзному разговору, ведь не зря его вызвал так поздно Джим.

– Скажите, старший техник Блор, за сколько вы сможете мне продать малый технический комплекс «Итар»? – выпалил на одном дыхании Джим.

– Через три часа я буду у тебя. – вместо ответа, сказал Блор, и перед тем как разорвать связь, с улыбкой на лице сказал: – Договоримся.

– Амели, сколько до завершения ремонта? – спросил Джим, беря в руки глубокую тарелку с горячим супом.

– Шесть часов три минуты. К точной настройке и калибровке двигателей и реакторов могу приступить через час. – ответил искин корабля, пока Джим отправлял в рот одну ложку за другой.

– Приступай, через двенадцать часов мы должны быть в открытом космосе. Всё остальное настроишь по пути. Составь и пришли мне список всего необходимого для выполнения задачи. – отвлёкшись от поглощения очень вкусного супа, сказал Джим.

– Список готов. – через несколько секунд ответила Амели. Джим только тяжело на это вздохнул.

– Выводи на экран. – как можно работать и наслаждаться вкусной едой одновременно.

Список оказался не таким большим, как думал Джим. В нём было практически всё, начиная от дозаправки воды во внутренние баки корабля и заканчивая топливными стержнями для реакторов. Удивило Джима то, что напротив каждой позиции стояла средняя цена с предложениями от планетарной биржи. Его внимание привлекла самая последняя строчка, там стояла закупка двухсот одноразовых зондов «А23С» и сотня «А25В», всё это добро тянуло на тысячу кредитов.

– Амели, ты уверена, что нам необходимы эти зонды? – Джим пустой ложкой ткнул в гало-экран. – Ну, хотя ладно, заказывай всё согласно списку.

Джим сидел, молча наслаждаясь супом, изредка поглядывая на список необходимого для полёта. Вдруг сначала погас гало-экран, а потом и вовсе свет в каюте, по корпусу фрегата пошла вибрация.

– Амели, что происходит? – Джим замер, стараясь прислушиваться ко всем посторонним звукам, которые, то появлялись, то пропадали. В какой-то момент весь корпус фрегата дернулся, раздавшийся звук стонущего металла заставил Джима вскочить на ноги. – Амели?

– Происходит настройка реакторного отсека, а так же первого и второго маршевого двигателя. – спокойным голосом ответила Амели и, в следующий миг, в каюте появился свет и вновь заработал гало-экран.

– Предупредить могла? Я чуть не поседел… – сказал Джим, отправляя недоеденный суп в утилизатор, после пережитого у него пропал аппетит.

– При проведении точной настройки и калибровки, невозможно спрогнозировать… – спокойным голосом начала говорить Амелия.

– Хорошо, будем считать, что ты извинилась. – остановил её объяснения Джим, ложась на кровать прямо в комбинезоне, всё-таки усталость его никуда не исчезла.

– Джим, старший техник Блор вас ожидает возле ворот в ангар. – вроде только прикрыл глаза, как его разбудил голос Амели.

– Пусть проходит, я сейчас подойду. – сев на кровати, сказал Джим. – Как у тебя дела с калибровкой? Фрегат готов к вылету?

– Готовность корабля 96,75 %. – начала не спеша докладывать Амели. – Двигатели готовы на 97 %, дальнейшую калибровку, возможно, провести только при их работе. Реакторный отсек готов на 96 %, производительность повышена на 13 %, ресурс увеличен на 7 %, экономичность топливных стержней повышена на 4 %. Гипер-двигатель – готовность 99 %, модуль жизнеобеспечения – готовность 95 %, необходима закупка и замета фильтров…

– Хорошо, продолжай дальше. Как только фрегат будет готов, жду доклада. – сказав, Джим вышел из своей каюты.

– Здравствуй Джим. – к трапу фрегата шёл старший техник Блор. Сегодня на нём был не технический комбинезон, в котором Джим привык видеть этого здоровяка, а выходной костюм, явно не из дешёвых. Рядом с Блором шёл не знакомый Джиму мужчина в дорогом защитном скафандре производства Империи Невер, в основном, так одевались только удачливые мусорщики. Вид незнакомого гостя заставил Джима немного занервничать, он сделал вид, что закашлялся и, отвернувшись, сказал:

– Желтый уровень. – Амели правильно поняла его приказ. Джим заметил, как лёгкая турель непосредственной обороны, находящаяся снизу фрегата, с небольшим шелестом развернулась в сторону прибывших гостей. Всего уровней тревоги на корабле существовало четыре. Первый – зелёный, этот уровень позволял кому угодно приближаться к кораблю и даже заходить в него, но не дальше общего коридора. Второй – желтый, самый распространённый, когда корабль находится в ангаре или на открытой торговой площадке. При жёлтом уровне тревоги искин корабля не подпустит к кораблю незнакомцев на расстояние от десяти до пятнадцати метров. Оранжевый уровень тревоги можно применять только в открытом космосе, так как при его активации искин корабля уничтожит любого незнакомца в радиусе действия его орудий. Красный применяется только при военных действиях, после его активации блокируются все внутренние помещения, и активируется против-абордажные системы корабля.

– И как это понимать, Джим? – спросил Блор, остановившись, он и его сопровождающий заметили движение турели в их сторону и теперь ждали от него пояснений.

– Я незнаком с вашим другом. – ответил Джим, внешне спокойно выдержав их недовольные взгляды.

– Это Брис, мой старый приятель и партнёр. – представил Блор своего приятеля. – У нас к тебе есть разговор.

– Прошу. – Джим указал рукой в сторону стола из контейнеров, стоявший здесь с самого начала знакомства Джима с кораблём.

– Джим, мне не совсем понятно твоё недоверие ко мне, ну, да ладно. – сказал Блор, как только они все заняли свои места и, посмотрев на Бриса, сказал. – Давай сразу к делу, Брис.

– Вчера среди мусорщиков пошёл слух, что Джерод собирается наладить добычу руды в секторе «Аргаш». За последние десять лет в системы сектора отправились больше двадцати мусорщиков, на очень серьёзных кораблях… – Брис бросил укоризненный взгляд на фрегат за спиной Джима.

– Джерод тебя отправляет в сектор «Аргаш»? – задал вопрос Блор, перебив Бриса.

– Да, а что? – скрывать уже что-то нет смысла, да от Блора и не хотелось.

– В общем, так… – Блор посмотрел на Бриса и, дождавшись утвердительного кивка, что теперь разговор возьмёт на себя он. – Мусорщикам известно только две системы, где можно безопасно выйти из гипер-прыжка: это Лейтен и Росс. Но вот дальше им продвинуться не удавалось, слишком много ещё активных оборонительных систем. Некоторые учёные поговаривают, что где-то в этих системах нашёл свою гибель дредноут Империи Иштар… но я не об этом. Брис готов тебе дать координаты мест выходов в этих системах или ты собирался делать слепой прыжок?

– И что хочет за это Брис? – краем глаза Джим заметил, как заиграли желваки на лице Бриса, не каждому понравится такая манера разговора.

– Сейчас у всех есть определённые трудности, шахтёры ищут новые места для выработки, молодые мусорщики разбирают последние кладбища на металлолом… – всё это Джим знал хорошо и сам. Но было бы некрасиво перебивать того, кто приютил тебя после академии и дал работу в своём ангаре, да ещё и открыл несколько лицензий на управление техническими комплексами. – Джим, нам нужна всего лишь информация. Если тебе улыбнётся удача, и ты сможешь найти проход среди минных полей к полям сражений, просто подскажи, а мы в долгу не останемся.

Две пары глаз смотрели на Джима, он видел в них надежду на решение своего дела и безразличие к самому Джиму. Случись что, они не сильно расстроятся, а будут искать нового смертника. Если так и дальше пойдёт, то скоро туда начнут отправлять заключённых для поиска пути или разминирования.

– Хорошо, Блор если мне удастся получить такие данные, я тебе подскажу. – Джима просто вынудили согласиться, ведь следующее обсуждение должно было касаться цены малого технического комплекса «Итар». Но только Джим хотел перевести разговор в это направление, как Блор сказал первый.

– Ты хотел себе «Итар»? Будем считать, что это аванс на будущее. – Ну, вот и всё, лёгкий жест со стороны Блора и, Джим, теперь его должник.

На этот жест доброй воли Джим ничего не ответил. Блор с Брисом поднялись со своих мест, и, кивнув ему, направились к выходу из ангара. Брис, немного нервно, оглянулся на следящее за ними орудие фрегата.

Глава 5

– Диспетчер, это ангар сто шестьдесят пять, хочу подать заявку на вылет. – Джим занимал единственное кресло в центре управления фрегатом. Прямо перед ним были развёрнуты четыре гало-экрана, только один сейчас показывал визуальную картинку пустого ангара. Час назад он продал как металлом заменённые запасные части, вернул большой технический комплекс, который брал в аренду, отправил обратно Блору его малый технический комплекс. Второй малый технический комплекс Амели развернула в трюме фрегата, в том же трюме Джим нашёл старый скафандр с четвёртым классом защиты когда-то принадлежавший погибшему капитану корабля.

– Джим Норвед, ваша заявка принята, погрузчик прибудет через двадцать минут. – ответил диспетчер станции. – За подачу погрузчика и услуги диспетчерского модуля с вас сорок шесть кредитов.

– Принято, перевёл. – ответил Джим, сделав оплату через свой коммуникатор.

– Оплату подтверждаю, ожидайте. – ответил, немного повеселевшим голосом, диспетчер.

Джим хмыкнул: как будто у него был выбор. Вообще такое устройство станций было придумано больше, чем семьсот лет назад. В некоторых системах республики ещё сохранились станции, которые могут принимать корабли только на свою внешнюю обшивку на специальные стыковочные рукава. Но такая схема в разы усложняла обслуживание кораблей, не говоря уже о проведении ремонта. Станция, находящаяся на орбите планеты Лодден, являлась ещё постройкой Империи Невер. В недрах станции проживало больше миллиона жителей республики и, она могла принимать шестьсот кораблей, начиная от малых транспортников и заканчивая крейсерами, а вот тяжёлый крейсер уже был вынужден стыковаться к специальному стыковочному модулю на внешней обшивке станции.

Одноразовый зонд связи, который доставили Джиму по распоряжению Джерода, оказался полным старьём, мало того, что это был самый дешёвый зонд на планетарной бирже, так он ещё и занял половину и, без того, маленького трюма фрегата.

– Внешний вызов. – раздался в центре управления голос Амели.

– Выведи на второй экран. – Джим немного нервничал, ведь это его первый в жизни самостоятельный вылет.

– Мне сообщили, что ты подал заявку на вылет, Джим? – с левого гало-экрана на Джима смотрел Джерод. Его, как обычно, суровый взгляд из-под седых бровей буравил, сидевшего в кресле пилота, Джима.

– Да. – негромко ответил Джим.

– Буду ждать от тебя информации, она нам очень поможет. Если всё пройдёт хорошо, я отдам тебе крейсер Алена. – с натянутой улыбкой, сказал старик. – Удачи, Джим.

– Если всё пройдёт хорошо, я отдам тебе крейсер Алена… – перекривлял Джим, потухший гало-экран. – Ага, так я и поверил…

– Ангар сто шестьдесят пять, готовность одна минута, погрузчик прибыл. – в центр управления ворвался голос диспетчера.

Сидя в своём кресле пилота, Джим на гало-экране увидел, как часть крыши большого ангара начала расходиться в разные стороны. Через минуту в ангар, сверху, опустились две большие тёмные плиты, не достигнув метра до пола ангара, они остановились. Специальные крепления, на которых стоял фрегат, начали опускаться в пол и, в следующее мгновение, корабль стал парить между двух плит. Как только крепежи скрылись в полу, плиты начали подниматься к раскрытому потолку ангара вместе с фрегатом.

Потом была череда больших туннелей, фрегат мягко плыл зажатый между плит. Очередной поворот туннеля и фрегат завели в большой стыковочный шлюз. Как только он остановился, вновь заговорил диспетчер.

– Джим Норвед, фрегат «Треног», регистрационный номер В277Р816, приготовиться к вылету. Передать временное управление кораблём диспетчерскому модулю. – как только диспетчер закончил, в стыковочном шлюзе раздался сильный шипящий звук, процедура откачки воздуха всегда была шумной. Как только шум прекратился, начали раскрываться врата стыковочного шлюза, в небольшую щель тут же проскочили яркие лучи такого родного солнца и, разогнав тьму, замерли на корпусе фрегата.

Согласно законам Республики, самостоятельно управлять кораблём около станции запрещено. Все манёвры, стыковки и от стыковки производятся только специалистами диспетчерского модуля. Они отводят корабль на безопасное расстояние от станции, указывают маршрут дальнейшего следования и возвращают управление кораблём искину или пилоту.

По корпусу корабля пробежала небольшая вибрация и фрегат начал свой выход из стыковочного шлюза. Джим сидел, завороженный открывающимся перед ним зрелищем тёмного космоса. Насколько он был красив и настолько же и опасен. От ощущения этих двояких чувств, страха и восхищения, его вновь отвлёк голос диспетчера.

– Удачи, Джим Норвед.

– Управление фрегатом в норме, приступаю к разгону и уходу в гипер-прыжок по заранее указанным координатам. – сразу же после диспетчера доложила Амели.

– Сколько времени займёт разгон? – спросил Джим, это очень важный вопрос, если ты собираешься в малоисследованный и опасный сектор. Любому кораблю для ухода в гипер-прыжок необходимо набрать определённую скорость, используя только маршевые двигатели. Только когда необходимая скорость будет достигнута, активируется гипер-двигатель, создавая вокруг корабля специальное силовое поле, которое прокалывает пространство и позволяет уйти кораблю в гипер-прыжок. Именно от гипер-двигателя зависит дальность прыжка корабля и время, в которое он сможет поддерживать силовое поле. Чем дольше он сможет поддерживать силовое поле, тем дальше сможет «прыгнуть» корабль.

– Семь часов сорок три минуты. – ответил искин корабля и, не успел Джим выругаться, как тут же добавил. – После завершения калибровки, шесть часов восемь минут.

– Медленней, чем военный корабль, но быстрее, чем большой транспортник. – резюмировал Джим, вставая с кресло пилота. – Хорошо. Скажешь, когда мы будем готовы уходить в прыжок.

Не один искин не мог самостоятельно уводить корабль в гипер-прыжок, эту команду мог отдать только капитан или его помощник. Такую страховку всегда прописывали при создании искусственного интеллекта, всю жизнь у жителей любой расы был страх перед умными машинами. Другое дело, дать чуть больше свободы действий, чтобы искин не действовал линейно, а мог принимать хоть и, небольшую часть, но самостоятельных решений.

– Пойду немного перекушу, из-за нервов аппетит разыгрался. – с улыбкой на лице, сказал Джим, выходя из центра управления корабля. Только когда он зашёл в свою каюту, его осенило, ведь он пробудет в гипер-прыжке почти две недели и чем всё это время можно здесь заниматься, когда у тебя только один коридор, две каюты и центр управления. Ну, ещё можно в трюм спуститься, но там сейчас и развернуться толком негде.

– Амели, а чем занимался на фрегате во время гипер-прыжка погибший капитан? – спросил Джим, листая обширный список разнообразных блюд в меню пищевого синтезатора.

– Изучал технику Империи Иштар. – ответ Амели ничем не помог Джиму, разве только немного заинтересовал его.

– И, как он это делал? – наконец-то определившись с выбором, Джим нажал на приготовление блюда, когда-то бывшее популярным в Империи Невер. Пищевой синтезатор негромко заурчал, несколько раз что-то внутри него щёлкнуло, а Джим присел на край кровати, ожидая завершения приготовления.

– С помощью шлема «ГипВиз А». – спокойно ответила Амели, заставив Джима вновь напрячься, как было при первом их знакомстве.

– И, где он сейчас? – осторожно решил уточнить Джим. Вся беда заключалась в том, что получение знаний через гипноз было запрещено сразу после окончания войны. С помощью такого оборудования и специальных программ под конец войны, Империи создавали фанатиков с быстро усвоенными теоретическими знаниями, что позволяло за год создать из обычного жителя хорошего специалиста по ведению боя на малых и средних кораблях. Вот только в такие программы всегда «подмешивались» преданность и самопожертвование, доходившие до фанатизма. После окончания войны многие корпорации начали злоупотреблять таким оборудованием. Вначале они обучали будущих специалистов, а потом, те просто становились их рабами с неизменным лозунгом «Корпорация превыше всего». Из-за того, что правительство не могло полностью контролировать процесс обучения с использованием таких программ, был издан закон о запрете любого применения оборудования или программ, дающих знания путём гипноза.

– В правом шкафу. – ответила Амели. Джим совсем недавно проверял этот шкаф и никакого шлема он там не видел, если только там нет скрытого сейфа. Раскрывшиеся створки вещевого шкафа показали Джиму только висевший защитный скафандр, также когда-то принадлежавший капитану фрегата. Уже собираясь задать свой следующий вопрос, как вдруг нижняя часть стены отъехала в сторону. Присев на корточки прямо напротив бронированной двери сейфа, Джим констатировал, что так просто его техническими дройдами не взломать.

– Ты знаешь, как его открыть? – спросил Джим, проведя ладонью по шероховатой поверхности дверцы. Ему не удалось найти никаких углублений, отсутствовала даже ручка.

– Согласно инструкции, вы капитан. – вначале, Джим не понял, к чему это сказала Амели, но его осенила догадка, которую он решил сразу и проверить.

– Амели, открыть сейф. – за бронированной дверцей что-то несколько раз щёлкнуло, и дверца ушла в сторону левого шкафа. Сам сейф внутри был разделён металлической полкой на два отдела. Верхняя, узкая, в которую могла протиснуться только ладонь, была пуста. На нижней полке, занимавшей самое пространство, находился некий предмет, аккуратно завёрнутый в тёмно-серую материю и, судя по силуэту предмета, это и был тот самый шлем, о котором говорила Амели.

– Амели, надеюсь больше никаких сюрпризов, на этом корабле нет? Если за тебя мне полагался срок, то вот с этим вместе – смертная казнь. – сказал Джим, доставая из сейфа сверток. Переложив его на кровать, он извлёк небольшой тёмный футляр, сделанный из кожи неизвестного Джиму животного. Уже собираясь развернуть свёрток, как пищевой синтезатор издал два коротких пищащих звука, оповещающих об окончании приготовлении пищи.

– Ладно, сначала поем. – положив кожаный футляр на тумбочку, Джим взял тарелку и, присев на кровать начал есть, изредка бросая взгляды на футляр.

Уже после пятой ложки он сдался своему любопытству и, откинув крышку, он чуть не поперхнулся. В футляре двумя стройными рядами лежали два десятка информационных кристаллов и, судя по печати на их гранях, они были изготовлены в империи Иштар. Само по себе это всё тянуло на четыреста тысяч кредитов, но только после того, как с них будет удалена вся информация, иначе кроме огромного срока, он ничего не получит. Проверить их содержимое можно на любом считывателе информации, но именно сейчас под рукой у Джима ничего, кроме шлема не было, не бежать же теперь в центр управления из-за этого.

Поборовшись со своим любопытством, несколько минут, Джим победил и спокойно продолжил есть. С каждой минутой скорость употребления пищи возрастала, что привело к тому, что он просто не доел и отправил остатки в утилизатор. Развернув мягкую, на ощупь, тёмно-серую ткань, он достал чёрный шлем овальной формы с небольшим расширением на затылке. Сверху на гладкой, немного блестящей, поверхности были расположены небольшие углубления, проходящие от лицевой части к затылочной.

– Амели, как его использовать? – решил всё-таки спросить Джим, ведь это был первый такой шлем, который он держал в своих руках.

Вместо ответа на стене развернулся гало-экран, на котором была схема использования шлема. Согласно инструкции, информационный кристалл, вставлялся в специальный разъём в затылочной части и только после этого пользователь надевал его на голову и фиксировал специальными ремешками. Джим выбрал самый первый, крайний информационный кристалл и, вставив его в разъём, он заметил, что кристалл начал немного подсвечиваться. Уже собираясь надеть шлем, Джим остановился и задал, только что пришедший ему в голову вопрос.

– Амели, эти кристаллы безопасны для меня?

– Да, Джим, всю постороннюю информацию мы удалили при первом применении информационных кристаллов. – спокойным голосом ответил искин корабля.

– Сколько нам до ухода в прыжок? – спросил Джим, занеся над головой шлем.

– Пять часов, двадцать три минуты. – идея Амели, вывести на гало-экран циферблат часов с обратным отсчётом, Джиму понравилась.

– Ну, что, попробуем. – сказал Джим, нерешительно надевая шлем. Всё-таки страх перед этим шлемом был: вдруг, он его снимет и окажется фанатиком Империи Иштар.

Первое, что понравилось Джиму, надев шлем, это отсутствие какого-либо дискомфорта, если не брать во внимание вес шлема. Вначале ничего не чувствовалось, потом внутренняя часть шлема немного нагрелась, а голова закружилась так, что ему пришлось опереться о стенку рядом с гало-экраном. Раздалось тихое шипение и, на глаза Джиму, сверху опустилась забрало, достигнув кончика носа, оно остановилось. В глаза ударил яркий свет, от которого Джим зажмурился, сквозь закрытые веки он видел, как свет медленно угас, а в уши ударил громкий голос.

– Приветствую тебя, курсант империи Иштар. – открыв глаза, Джим увидел перед собой мужчину в хорошей физической форме с полностью лысой головой. Чёрный офицерский мундир со знаками различия военно-космического флота империи Иштар. – Данный информационный кристалл даст вам полные теоретические знания по видам и классам военных малых кораблей, как Империи Иштар, так и Империи Невер, действующих на данный момент. Согласно строению вашей коры головного мозга на усвоение данного материала потребуется три часа сорок восемь минут. Приступить?

– Да. – любопытство полностью победило внутренние сомнения Джима, но не успел он порадоваться, как перед глазами замерцали с большой скоростью картинки и где-то вдалеке забубнил голос. Последнее, что он помнил, как его тело очень больно встретилось с полом каюты, после чего он провалился в яркий разноцветный водоворот.

Глава 6

Джим пришёл в себя, лежа на правом боку, возле своей кровати. Забрало на шлеме было поднято и, он четко увидел, как на гало-экране продолжали бежать цифры обратного отсчёта. Циферблат показывал, что до ухода в гипер-прыжок оставался ещё один час и сорок минут. Встав, Джим был вынужден сразу же сесть на край кровати. От головной боли и головокружения он схватился обеими руками за голову и негромко застонал, ругая себя за такую поспешность с этим шлемом.

– Амели, доклад. – негромко сказал Джим и вновь выругал сам себя. Ведь фрегат сейчас совершает разгон и если, что-то произошло бы, он так и погиб бы, на голове с этим шлемом.

– Все системы работают в штатном режиме, фрегат продолжает разгон и сможет совершить гипер-прыжок через один час тридцать семь минут. – голос Амели звучал очень тихо, Джиму даже показалось, что она это сделала специально, чтобы не вызвать у него новый приступ головой боли.

– Амели, а как проверить, на сколько хорошо я освоил информацию с кристалла? – не поднимая головы, спросил Джим. Для него это был очень важный вопрос, будет обидно, если он зря терпит такую сильнейшую боль.

– Очень просто, Джим. – ответила Амели. Джим заметил, как гало-экран на стене моргнул и на нём появилось, медленно вращающееся, изображение корабля с изогнутыми крыльями.

– Это… – Джим смотрел на экран и в его голове одна за другой начала всплывать информация. – Это истребитель класса «ГнеХ», основной малый корабль Империи Иштар с самого начала войны, после последней модернизации был переведён в класс штурмовиков с обозначением «ГнеШ»…

Изображение на гало-экране сменилось. Вместо, уже знакомого истребителя «ГнеХ», на нём сейчас медленно вращался новый представитель малых кораблей, не имеющий ни единого сходства с предыдущим. Обтекаемая форма, удлинённый корпус, зауженный к носовой части, кабина пилота, расположенная по центру корабля и, всего один двигатель.

– Лёгкий истребитель «Кром», производства Империи Невер, выпускался малыми сериями, во время войны был снят с производства из-за дороговизны и плохой живучести…

– Этого достаточно? – спросила Амели. В такт её словам, вновь на экране появился циферблат с отчётом времени до ухода в гипер-прыжок.

– Да… – Джим всё ещё пребывал небольшой растерянности. Раньше, чтобы освоить такую массу информации, в академии они тратили недели, а то и месяцы, а здесь, всего за три часа, он освоил информацию почти за целый учебный курс.

– Амели, ты знаешь список информационных кристаллов? – Джим решил заняться освоением их всех, но только после того, как фрегат уйдёт в гипер-прыжок, а для этого необходимо составить список и определить, сколько времени занимает освоение всех знаний.

– Вывожу список на экран. – спокойным голосом сказала Амели. Гало-экран моргнул и на нём появился список, состоявший из двадцати пунктов:

1. Виды и классы малых кораблей. – Освоен;

2. Виды и классы средних кораблей. – Не освоен;

3. Виды и классы тяжёлых кораблей. – Не освоен;

4. Виды и классы транспортных кораблей. – Не освоен;

5. Виды и классы боевых станций. – Не освоен;

6. Связь и навигация. – Не освоен;

7. Пилотирование малых кораблей. – Не освоен;

8. Пилотирование кораблей класса крейсер и выше. – Не освоен;

9. Искусственные интеллекты, их виды и классы. – Не освоен;

10. Программирование. – Не освоен;

11. Техническое обслуживание кораблей всех видов. – Не освоен;

12. Ремонт малых и средних кораблей. – Не освоен;

13. Ремонт тяжёлых кораблей класса линкор. – Не освоен;

15. Тактика ведения боя в составе малых групп. – Не освоен;

16. Тактика ведения боя в составе флота. – Не освоен;

17. Рейдер. – Не освоен;

18. Абордаж и против абордаж. – Не освоен;

19. Боевые дройды. – Не освоен;

20. Планетарный десант. – Не освоен.

– Ого… – только и смог сказать Джим, просматривая список на гало-экране. – По поводу последнего пункта, не совсем понятно.

– Данный кристалл был обнаружен на уничтоженном десантном корабле. – ответила Амели.

– Амели, я правильно понял, что для освоения всей информации, мне необходимо будет потратить всего пятьдесят семь часов? – с надеждой в голосе спросил Джим, хотя прекрасно понимал, что это не так.

– Нет, Джим, всё зависит от объёма информационного кристалла и, чем сложней на нём для восприятия информация, тем она дольше усваивается твоим подсознанием. – спокойным голосом ответила Амели. – Для составления программы обучения, необходимо в шлем «ГипВиз А», поочередно, вставлять информационные кристаллы, только так я смогу составить график.

– Хорошо. – ответил Джим. В правом верхнем углу гало-экрана шёл обратный отсчёт до гипер-прыжка и, сейчас, до него оставалось пятьдесят семь минут. Отдать приказ на совершение кораблём гипер-прыжка, можно было с любого места на корабле, но Джим свой первый прыжок хотел совершить, сидя в кресле пилота корабля.

Головная боль начала отступать, поэтому он более уверенно взял шлем и, надев его на голову, раскрыл футляр с информационными кристаллами. Сама процедура на определение времени обучения не занимала больше минуты, когда последний информационный кристалл вернулся в футляр, перед глазами Джима была уже не такая радужная картина.

1. Виды и классы малых кораблей. – Освоен;

2. Виды и классы средних кораблей. – Время полного освоения 7 часов;

3. Виды и классы тяжёлых кораблей. – Время полного освоения 20 часов;

4. Виды и классы транспортных кораблей. – Время полного освоения 5 часов;

5. Виды и классы боевых станций. – Время полного освоения 36 часов;

6. Связь и навигация. – Время полного освоения 25 часов;

7. Пилотирование малых кораблей. – Время полного освоения 8 часов;

8. Пилотирование кораблей класса крейсер и выше. – Время полного освоения 55 часов;

9. Искусственные интеллекты, их виды и классы. – Время полного освоения 31 час;

10. Программирование. – Время полного освоения 72 часа;

11. Техническое обслуживание кораблей всех видов. – Время полного освоения 56 часов;

12. Ремонт малых и средних кораблей. – Время полного освоения 82 часа;

13. Ремонт тяжёлых кораблей класса линкор. – Время полного освоения 146 часов;

15. Тактика ведения боя в составе малых групп. – Время полного освоения 63 часа;

16. Тактика ведения боя в составе флота. – Время полного освоения 89 часов;

17. Рейдер. – Время полного освоения 102 часа;

18. Абордаж и против абордаж. – Время полного освоения 41 час;

19. Боевые дройды. – Время полного освоения 22 часа;

20. Планетарный десант. – 93 часа.

– Если я правильно посчитал, то мне понадобится девятьсот пятьдесят три часа, чтобы освоить весь материал? – брови Джима полезли на лоб от удивления.

– Нет, Джим, обучение с помощью «ГипВиз А» не может превышать двенадцать часов, после чего, необходим отдых, не меньше шести часов. – начала пояснять Амели, полностью разбив мечту Джима на быстрое освоение знаний.

– Я тебя понял. Чтобы, например, освоить «Виды и классы тяжёлых кораблей» мне понадобится не двадцать часов, как указано тобой, а двадцать шесть, правильно? – если задуматься, то в такой системе есть и свои плюсы.

– Да, Джим, твой расчёт верен. – ответила Амели, убирая список с гало-экрана и возвращая циферблат, на котором Джим увидел, что оставшееся время до прыжка сократилось на двадцать минут, но не успел он задать вопрос, как искин корабля ответил сам.

– Калибровка двигателей завершена. – радостным голосом оповестила Амели.

Джим сидел в кресле пилота в центре управления фрегата, на нём был одет, единственный на всём корабле, старый скафандр, принадлежавший когда-то капитану этого корабля. Он немного нервничал, ведь это его первый самостоятельный гипер-прыжок. Всего через несколько минут он будет очень далеко от своей родной системы, а, через час, и всего сектора Ростор.

– До совершения гипер-прыжка осталось одна минута. – монотонным голосом сказала Амели.

Джим активировал шлем на скафандре, теперь он смотрел на окружающий мир через прозрачное бронестекло. Не было никакой необходимости сидеть в скафандре в кресле пилота. Если что-то пойдёт не так, то фрегат просто расплющит в пространстве, с такой скоростью, что он даже не успеет это понять.

– Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один… – закончив отсчёт, Амели замолчала.

– Прыжок. – сказал Джим и почувствовал, как его тело вжимается в кресло. Небольшое головокружение, к горлу подступил комок тошноты, из носа выступила кровь, которую он почувствовал на своих губах. Всё это могло означать только одно: компенсаторы давления не справляются со своей работой и, если так пойдёт и дальше, то он не переживёт свой первый гипер-прыжок.

– Работа третьего компенсатора восстановлена. – быстро сказала Амели, а Джим почувствовал волну облегчения, накатившую на него.

– Спасибо. – еле слышно сказал Джим, вставая с кресла и на ватных ногах вышел из центра управления. Он уже не слышал слова искина корабля…

– Всегда, пожалуйста, Джим. – тихо сказала Амели и потушила освещение.

Глава 7

За две недели, которые Джим провёл в гипер-прыжке, он похудел на несколько килограмм. Последние двое суток он просто проспал беспробудным сном из-за того, что они с Амели решили плотно заняться его обучением. Если к постоянным головным болям Джим уже почти привык, даже пытался во время шестичасовых перерывов делать физические упражнения, то к появившейся слабости, которая усиливалась с каждым днём, он не был готов. На десятые сутки они решили приостановить обучение, опасаясь за здоровье Джима. Амели предложила ему вернуться к обучению не раньше, чем через десять суток, когда полученные знание полностью усвояться у него.

– Джим, до выхода из гипер-прыжка осталось меньше двадцати минут. – сквозь сон он слышал голос Амели, создавалось такое впечатление, что она говорит ему прямо в ухо. – Джим, как вы себя чувствуете?

– Бывало и лучше… – за эти двенадцать дней, что он провёл в гипер-прыжке, Джим получил столько знаний, что иногда ему казалось что его голова вот-вот лопнет.

Ему всё-таки хватило сил полностью освоить первые восемь информационных кристаллов, теперь его список уменьшился, а вот головная боль пока нет.

1. Виды и классы малых кораблей. – Освоен;

2. Виды и классы средних кораблей. – Освоен;

3. Виды и классы тяжёлых кораблей. – Освоен;

4. Виды и классы транспортных кораблей. – Освоен;

5. Виды и классы боевых станций. – Освоен;

6. Связь и навигация. – Освоен;

7. Пилотирование малых кораблей. – Освоен;

8. Пилотирование кораблей класса крейсер и выше. – Освоен.

Это то, что он увидел, когда принял вертикальное положение на кровати напротив гало-экрана. В памяти всплыли слова Амели, что это ещё не самые сложные в освоении знания. У Джима мурашки пробежали по коже, когда он вспомнил, как корчился от сильнейшей головной боли и проклинал шлем.

– До выхода из гипер-прыжка осталось пятнадцать минут. – вновь в каюте раздался голос Амели, напоминающий Джиму, что у него не так много времени.

Встав, Джим быстро выбрал в меню пищевого синтезатора самый сильный энергетический напиток и, подтвердив его приготовление, направился в душ. Контрастный душ, быстро вернул сознанию свежесть, а телу бодрость, поэтому уже через десять минут он прыгал на одной ноге в центре управления, пытаясь быстро надеть свой скафандр. Как только он занял кресло пилота, Амели начала обратный отсчёт до выхода фрегата из гипер-прыжка. Пользу от полученных знаний Джим видел практически сразу, и именно эта причина заставляла его вновь и вновь надевать этот ужасный шлем. Сейчас он смотрел на все эти информационные гало-экраны совершенно по-другому, благодаря полученным знаниям он начал чувствовать сам корабль.

– Выход. – оповестила Амели и полоски звёзд на центральном гало-экране превратились в белые точки.

– Манёвр уклонения! – вскрикнул Джим, наблюдая на гало-экране большой астероид, надвигающийся на них.

Полная мощность итак изношенных маршевых двигателей заставила весь корпус фрегата мелко завибрировать. Вслед за ними взвыли маневровые двигатели, заставляя нос корабля начинать манёвр уклонения. Из недавно полученных знаний Джим ясно понимал, что полностью уклониться от столкновения с астероидом у них не получится.

– Ручное управления! – спокойно сказал Джим, кладя руки на подлокотники. Под пальцами сразу появилась панель управления, где он, почти автоматически, начал отдавать команды системам корабля.

Из-за стресса теоретические знания по пилотированию всплывали с такой скоростью, что системы фрегата не успевали на них реагировать. Всё, что мог успеть сделать Джим за оставшееся время, это подставить под удар астероида днище фрегата. Резкий манёвр, а следом за ним сильный удар, который чуть не выкинул Джима из кресла пилота. Скрежет металла пронёсся по всему кораблю, сопровождаемый звуком лопающихся силовых переборок. Новый сильный удар и с потолка, прямо на него, посыпались искры, помещение начало быстро наполняться густым и едким дымом горящих силовых линий. В следующее мгновение центр управления провалился в темноту, погасло освещение, все шесть гало-экранов сразу стали чёрными, только искрящаяся проводка где-то под потолком подтверждала, что он ещё жив.

Джим устало сидел в кресле пилота корабля в полностью задраенном скафандре. Все полученные теоретические знания сейчас ничего не подсказывали. Он знал, что надо ждать ответ от искина корабля. Через минуту он услышал, как загудели вентиляторы системы жизнеобеспечения, а в потолочной нише застучали металлические лапки технического дройда.

– Амели, доклад. – сейчас Джим понял, что фрегат или то, что от него осталось всё ещё под контролем искина.

– Проводится диагностика систем корабля. – спокойным голосом ответила Амели.

Только через пять минут нервного ожидания, в центре управления появился свет, а еще через несколько минут, один за другим, начали загораться гало-экраны. Первый взгляд на бегущие красные строки рассказал Джиму, что они в очень большой беде, а заговорившая Амели, только подтвердила этот факт.

– Целостность корпуса нарушена на 43 %, отсутствует третий маршевый двигатель, второй разрушен при столкновении с астероидом, первый требует серьёзного ремонта. – в такт её словам на главном экране появилось изображение фрегата с отсутствующим третьим двигателем. – Реакторный отсек повреждён, первый реактор выведен из строя, второй работает на 30 %…

– Грубо говоря, нам конец. – прервал её доклад Джим, без двигателей он не сможет покинуть систему, а без рабочих реакторов даже не сможет дождаться прибытия помощи, если она вообще придёт. – Сколько проработает второй реактор?

– Максимум, два месяца. – с небольшой грустью, ответила Амели.

Джим молча сидел, сейчас в его голове хаотично носились мысли, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Можно использовать зонд связи, лежавший в трюме, чтобы отправить сигнал о помощи, но в глубине души он знал, что за ним не придут, если он ничего не нашёл. Джерод не будет рисковать своими кораблями понапрасну, даже ради собственного сына.

– Сканер ближнего обнаружения активирован. – сказала Амели и, немного притушила свет в центре управления, скорее всего это было вызвано нехваткой мощности реактора. На левом гало-экране появилось изображение, двигающегося по инерции корабля вдоль плотного астероидного поля.

– Теперь понятно, как мы так вляпались… – негромко сказал Джим. Ведь координаты выхода в систему ему предоставил мусорщик и они устарели, как минимум, на пятьдесят лет, а за это время астероидное поле в системе сместилось.

– Амели, комплекс «Звезда А» уцелел? – Джим успел поймать за хвост убегающую мысль. Если ему удастся собрать информацию о полезных ископаемых в этом астероидном поле, то возможно он сможет отправить Джероду, так необходимые ему данные, а значит, он придёт сюда их вырабатывать и тогда Джим будет спасён. Во всяком случае, сейчас это единственная идея и главное, чтобы её сейчас не разрушила Амели.

– Комплекс «Звезда А» имеет повреждения 47 %. – ответила Амели, выводя на правый гало-экран информацию о состоянии комплекса.

– Ты мне скажи, мы сможем его использовать или нет. – спросил Джим, пытаясь разобраться в длинном списке повреждений комплекса. Сейчас ни одна изученная база не давала ему возможности разобраться в этом списке.

– Использование комплекса возможно только на 35 %. – ответила Амели, убирая изображения с правого гало-экрана и возвращая на него схему состояния систем корабля.

– Сколько потребуется комплексу времени, чтобы собрать данные астероидного поля? – спросил Джим, чувствуя, что начинает злиться из-за того, что Амели ему не может дать ответ на столь простой вопрос. – Мы можем запустить зонды?

– На данный момент нет. Для выполнения этой задачи необходимо срезать часть деформированной обшивки фрегата. Для этого будет задействовано шесть технических дройдов, ориентировочное время выполнения двенадцать часов. – немого обиженным голосом, ответила Амеля и Джим почувствовал себя немного виноватым. Ведь, в самом деле, сейчас на корабле и так есть, чем заняться и, именно, она сейчас борется за живучесть корабля, а он прицепился к ней со своим комплексом «Звезда А».

– Прости, Амели. – сказал Джим, вставая с кресло пилота и направляясь в свою каюту. Следует успокоиться и всё хорошо обдумать.

– Извинения приняты. – более весёлым голосом ответила Амели.

Джим уже второй час сидел в своей каюте. Какое-то время у него ушло на привидение её в порядок после столкновения с астероидом. Заказав у пищевого синтезатора лёгкий завтрак, ткнув пальцем наугад в меню, он молча присел на край кровати. За всё это время он так и не нашёл другого пути спасения, кроме как использовать одноразовый зонд связи. От монотонного жевания его отвлекло несильное вздрагивание корпуса корабля с интервалом в две-три секунды. Уже раскрыв рот, чтобы узнать причину, как на гало-экране появился силуэт его корабля и от него отдалялись около сотни зелёных маленьких точек.

– Зонды запущены, Джим. Развёртывание комплекса «Звезда А» займёт больше трёх часов. – раздался в каюте голос Амели.

– Сколько потребуется времени на сбор данных? – спросил Джим, всё также смотря на гало-экран.

– Двадцать восемь часов, на обработку – тридцать пять, на составление отчёта – восемь. – после небольшой паузы, ответила Амели.

– Почти трое суток… – задумавшись, сказал Джим. – Я могу чем-то помочь тебе, Амели? Всё-таки я техник по второму образования, могу помочь с ремонтом.

– Джим, прошу пройти тебя в центр управления. – в её голосе даже проскочили нотки взволнованности, что насторожило Джима ещё сильнее. От расспросов он воздержался, молча встал и пошёл в центр управления корабля.

– Сорок две минуты назад корабль был просканирован узконаправленным лучом из квадрата А31В54. – начала рассказывать Амели, когда Джим встал рядом со своим креслом, смотря на главный гало-экран центра управления. Сейчас была видна большая часть всей системы Росс, и для получения таких данных Амели пришлось активировать сканер дальнего обнаружения. Свободного пространства в системе было всего четверть, всё остальное было затемнено. Сканеру удалось идентифицировать несколько останков кораблей, из чего было понятно, что здесь когда-то было крупное сражение. – Ответное сканирование определило наличие в системе Росс активной автономной станции…

– Амели, это и так понятно. Ты можешь сменить манеру подачи информации с официальной на общедоступную? – пока Джим не улавливал, к чему ведёт Амели. То, что в во всём секторе Аргаш есть активные автономные оборонительные станции, которые по прошествии такого длительного времени всё ещё представляют серьёзную опасность для любого корабля, знали все в Республике…

Джим, наконец, понял о чём хочет сказать Амели. Смотря на главный гало-экран, в его голове начали всплывать освоенные им теоретические знания из информационного кристалла «Связь и навигация». Всё это время фрегат двигается по инерции, которую не способен уменьшить и двигается он прямо в центр огромного кладбища боевых кораблей, среди руин которых укрылись боевые платформы автономной станции, следящей за ними.

– Сколько у нас времени. – спросил Джим, осознав всю серьёзность ситуации.

– Через неделю мы войдём в сектор поражения орудийных платформ станции. – на слова Амели гало-экран сменил изображение. От места бывшего сражения протянулись три оранжевых полукруга и, чем дальше от центра кладбища, тем цвет полукруга был более тусклым.

– Что мы можем предпринять? – спросил Джим, чувствуя, как приступ паники начинает протягивать к нему свои липкие руки. – Есть возможность изменить курс?

– Нет. – коротко и понятно ответила Амели. На другой ответ Джим уже и не надеялся.

– И что, так и будем ждать, пока нас просто уничтожат? – с нескрываемой горечью в голосе, спросил Джим. В поисках ответа в его голове пролистывались уже полученные знания, но пока он не мог их сформулировать в определённую мысль, ему срочно необходима была подсказка. Единственное, что он уяснил определенно, это были знания из информационного кристалла «Виды и классы боевых станций».

– Амели, что ты знаешь об автономных оборонительных станциях? – задав вопрос, Джим уже через несколько секунд получил исчерпывающий ответ. Видов автономных станций было не так много. В основном, они делились на классы, чем выше класс станции, тем больше под ее контролем находилось орудийных платформ, управляемых минных полей, платформ – постановщиков помех и, так далее.

– Я поняла, к чему этот вопрос, Джим. – с легкой радостью в голосе, сказала Амели.

– Это прекрасно. – Джим и в самом деле не скрывал своего воодушевления, всё-таки не зря он столько времени промучился с этими головными болями. – Ты сможешь высчитать, насколько необходимо притушить реактор, чтобы мы перестали «фонить» на сканерах?

– Да, Джим. Мощность реактора необходимо понизить до 7 %, только тогда в совокупности с внешними повреждениями и остаточным следом от реактора, искин станции воспримет нас за уничтоженный корабль, движущийся по инерции. – начала свой доклад Амели, выводя на левые экраны информацию о фрегате. – 3 % будет расходоваться на поддержание системы жизнеобеспечения. Всего в целом – на 36 %, освещение и пассивное управление системами фрегата отнимет ещё 2 %, оставшейся мощности хватит только на использование оптических датчиков корабля.

– Насколько я знаю, необходимо уменьшить мощность реактора за сутки до входа в сектор поражения орудий, я прав? – спросил Джим. Всё, что он сейчас говорил, было получено из, приобретенных с помощью кристаллов, знаний, но вот почему именно за сутки, он не знал, скорее всего, ответ кроится в знаниях, относящихся к разделу «Программирование».

– Да, необходимо приглушить реактор за сутки, именно столько времени необходимо искину, чтобы обновить протокол, касающийся нашего корабля. – ответила Амели.

– Ну, что же, у нас есть шесть суток. Необходимо собрать информацию и отправить её Джероду, на этом мой долг перед ним, как перед отцом, будет выполнен. – с грустью в голосе, сказал Джим. – А потом, Амели, будет видно…

Больше не говоря ни слова, он вышел из центра управления, направляясь в свою каюту. Амели прекрасно справится и без него, единственное, чем он сейчас может ей помочь, это не мешать. Зайдя в каюту, он уверенным шагом подошёл к кровати, на которой лежал его шлем «знаний», как он про себя его называл. Надев его на голову, он раскрыл футляр с информационными кристаллами и несколько минут молча смотрел на них. Сделав выбор, Джим вставил голубоватый кристалл в специальный разъём. Приняв удобную позу на кровати, он активировал шлем.

– Приветствую тебя, курсант империи Иштар. – уже знакомый офицер в черном офицерском мундире со знаками различия военно-космического флота империи Иштар. – Данный информационный кристалл даст вам полные теоретические знания по ремонту малых и средних кораблей, как Империи Иштар, так и известных кораблей Империи Невер. Приступить?

– Да. – Джим вновь провалился в мчащуюся череду изображений и звуков. Его выбор информационного кристалла был обусловлен тем, что он будет пытаться выжить на этом кладбище кораблей, а для этого необходимо иметь знания по ремонту кораблей того времени.

Глава 8

– Джим, анализ полученных данных с комплекса «Звезда А» закончен. – сказала Амели, как только Джим снял шлем. Не поднимаясь с кровати, он ожидал пока головная боль после получения очередной порции знаний, хоть немного уймётся. Знания о ремонте малых и средних кораблей усваивались очень тяжело, невзирая на то, что он провёл уже третий двенадцати часовой подход, он не освоил и половины информационного кристалла и мысль о том, что основное ещё впереди, бросала его в дрожь.

– Дай мне десять минут. – еле слышно ответил Джим, пересохшими губами. Ему сейчас необходим был холодный душ, который приносил облегчение, но до него ещё нужно добраться.

Полноценным душем это назвать было нельзя. На всех кораблях стояла система строгой экономии воды и, поэтому, она подавалась вперемешку с воздухом под большим давлением. Но Джиму сейчас было достаточно и этого, чувствуя, как пульсирующая боль понемногу начинает отступать от висков, принося облегчение, а боль в затылке отступит только через несколько часов.

– Джим, я приступила к процессу конвертации полученных данных и подготовке информационного пакета к отправке с помощью зонда дальней связи. – начала доклад Амели, как только Джим переступил порог центра управления.

– Выведи на экран полученный результат. – сейчас в центре управления в рабочем состоянии остались только два экрана: центральный и малый информационный, расположенный под ним. Амели ещё три часа назад начала процедуру остановки реактора, которая займёт почти трое суток до оговоренной заранее мощности.

Центральный гало-экран моргнул и на нём отобразилось астероидное поле, густо раскрашенное в множество цветов. Почти на 77 % преобладал светло-коричневый, таким цветом шахтёры Республики помечали самый дешёвый металл, применяющийся практически везде, это – «оклис». Второй по преобладанию цвета в 14 % был металл «пеолис». Его цена на планетарной бирже Республики могла достигать пяти тысяч кредитов за тонну. Остальные девять процентов были разбросаны по всему астероидному полю. Джим даже заметил маленькую фиолетовую точку, что означала наличие «ракстис». Целых 0,7 % самого редкого и дорогого минерала, благодаря которому получают сверхпрочную броню. За тонну такого на бирже могут предложить почти полмиллиона кредитов, а если верить данным с зондов, то в астероидном поле его около восьми тонн.

– Конвертирование закончено, информационный пакет к отправке готов. – прервала размышления Джима, Амели и, сразу продолжила. – В информационный пакет добавлена информация о состоянии фрегата, его путь следования и предпринятые меры для спасения капитана корабля.

– Хорошо. – спокойно ответил Джим, для себя он уже почти смирился, что ему никто не сможет помочь. Чем яснее он это понимал, тем упорнее он прилагал собственные усилия для своего спасения. Фрегат несильно вздрогнул, на центральном гало-экране появилась визуальная картинка, показывающая, как от корпуса корабля отходит прямоугольный тёмно-серый предмет.

– Зонд дальней связи сброшен, начинается процедура развёртки. – прокомментировала Амели, свои действия. Джим на экране видел, как боковые стенки зонда, подобно гигантскому цветку, начали раскрываться в разные стороны. Сама процедура подготовки к отправке сообщения заняла почти час, зонд практически перестал быть виден визуально, только его схема вращалась на малом информационном экране. Несколько минут на выравнивание в нужном направлении с помощью газовых сопел и, зонд полностью готов к отправке, согласно заложенным координатам.

– К отправке готов. – Амели подтвердила мысли Джима.

– Отправляй. – визуально это никак не проявилось, только на малом экране появилась подтверждающая надпись, что информационный пакет отправлен.

– Ну, вот и всё, а теперь мы можем приступить к спасению своих жизней. – сказал Джим, внимательно всматриваясь в центральный гало-экран, на котором сейчас уже можно было рассмотреть первые останки военных кораблей.

– Через десять минут мы войдём в зону поражения орудийных платформ. – сказала Амели, устало сидевшему в кресле пилота, заметно осунувшемуся, Джиму. Он только десять минут назад закончил полное освоение информационного кристалла по ремонту малых и средних кораблей, поэтому визуальную картинку воспринимал еще с трудом. – Последние двое суток сканирование нашего корабля было прекращено.

– Скоро всё прояснится… – сказал Джим, продолжая бороться с изнуряющей головной болью. Боль была такой нестерпимой, что он бы даже не сильно расстроился, если бы одна из орудийных платформ прекратила его мучения.

– Зафиксирован луч прицеливания. – голос Амели был очень напряжен. На центральном гало-экране визуально ничего не поменялась, через пять минут они войдут в сектор поражения орудийных платформ. Если всё пройдёт нормально, то им ещё почти две недели двигаться по инерции до основных останков кораблей. – Фрегат взят на прицел.

Джим ничего не ответил, да и что можно сказать в таком положении, им остаётся просто ждать и верить в правильность их расчетов и собственную удачу.

– Входим в сектор. – прервала размышления Джима, Амели.

В центре управления фрегата стояла полная тишина, ни Джим, ни искин корабля её не нарушали. Когда прошла первая минута, Джим задышал более спокойно, на пятой минуте он позволил себе расслабиться и отпустить подлокотники пилотского кресла.

– Амели, мы всё ещё на прицеле? – шепотом спросил Джим, как будто его мог кто-то услышать.

– Да, Джим, нас всё ещё сопровождают цели-указателем. – также шепотом ответил искин фрегата. За всё время, которое он провёл на борту этого корабля, он начал понимать создателей саморазвивающегося искусственного интеллекта. Если бы не Амели, то, скорее всего, Джим не пережил бы столкновение с астероидом и для него все закончилось бы, едва начавшись. А благодаря искину Амели, он жив. Пока еще жив…

– Амели, у нас впереди две долгие недели. По-твоему, какой информационный кристалл необходимо изучить следующим? – Джим решил, что постоянное созерцание центрального гало-экрана и ожидание, что в любой момент их могут уничтожить, не принесет ему никакой пользы.

– Есть маленькая поправка: у нас всего десять суток, вместо четырнадцати. Каждые пятые сутки тебе необходим полный отдых. – маленький информационный экран моргнул и выдал небольшой список, напротив каждой позиции стояли цифры.

– Сейчас ты предлагаешь освоить «Искусственные интеллекты, их виды и классы»? – боль начала понемногу отступать, давая Джиму возможность более осмысленно воспринимать предоставленный список.

– Да, скорость нашего корабля слишком велика, согласно проведённому анализу мы столкнёмся с группой кораблей в этом квадрате. – на центральном гало-экране появилась схема движения их фрегата к одной из многочисленных групп разрушенных кораблей, которые сейчас представляли собой одно целое. – Не исключён вариант, что на некоторых из них всё ещё активны искины, выполняющие последние инструкции по защите своего корабля. Таким образом, данные знания помогут тебе понять, с каким из искинов мы столкнёмся и как, возможно, обойти его инструкции.

– Хорошо, я понял. – Джим понял суть сказанного Амели и был полностью с ней согласен. – Я правильно понял, что для освоения мне потребуется почти сорок семь часов.

– Да, десять суток, двести сорок часов. Это максимум того, сколько мы можем выделить для обучения без последствий. – начала пояснять Амели. На гало-экране подсветилась вторая строчка из списка и сразу последовали объяснения от искина корабля. – «Техническое обслуживание кораблей всех видов», на освоение знаний тебе потребуется восемьдесят четыре часа.

– Согласен со вторым пунктом, а вот зачем мне сейчас «Абордаж и против абордаж»? – спросил Джим, сразу переходя к третьему. Всё, что связано с ремонтом и техническим обслуживанием кораблей ему было необходимо, он понимал, значимость этих знания, а вот зачем сейчас тратить время на исключительно военные дисциплины? Настойчивость Амели ему была непонятна.

– Любой военный корабль с активным искусственным интеллектом на борту будет защищать себя от вторжения. Прежде, чем попасть на любой из военных кораблей, ты должен знать, что тебя там может ждать. Тебе должны быть известны схемы расположения оборонительных турелей в коридорах и каютах, их характеристики и возможности, виды против абордажных дройдов, тактика их применения… – начала пояснять Амели. Но Джим её перебил.

– Всё понял, согласен с твоим выбором, но вот тратить на это почти шестьдесят два часа, как-то многовато. – сдался Джим под натиском аргументов, предоставленных Амели.

– Последний, это «Боевые дройды», на их освоение у тебя уйдёт всего тридцать три часа. Пояснять необходимо, зачем их изучать? – с нескрываемым сарказмом в голосе, спросила Амели?

– Нет, я всё понял. – с добродушной улыбкой ответил Джим. Вот и первые признаки саморазвивающегося интеллекта, а что будет дальше?

– Цели-указатель деактивирован, нас больше не отслеживают. – оповестила Амели долгожданную хорошую новость.

– Значит, я пошёл отдыхать перед началом очередных мучительных двух недель. – вставая с кресла пилота и открывая защитный шлем, сказал Джим, направляясь в свою каюту. Необходимо принять душ, плотно поесть и немного поспать, именно такой распорядок будет у него в ближайшее время. К огорчению, также будет очень много головной боли.

Последние двое суток боль была просто невыносима, слезящиеся глаза уже стали нормой для него. Джим уже три часа неподвижно лежал на кровати, смотря в тёмно-серый потолок, где горела все одна маленькая лампочка из-за жёсткой экономии энергии. Сейчас он больше всего мечтал, чтобы на его корабле была медицинская капсула или хотя бы жалкий её аналог, производимый в Республике. Говорили, что до войны Империй существовали капсулы, способные вырастить инвалиду новые руки, а переломы срастались всего за несколько часов, но всё это было потеряно во время войны. На данный момент из мест столкновений и разрушенных планет удалось достать всего около тысячи таких медицинских капсул, которые сразу доставались богатым и влиятельным особам Республики. Все попытки учёных и инженеров Республики создать их аналог, не увенчались успехом. Сейчас на межпланетной бирже можно купить три десятка модификаций медицинских капсул производства Республики, но ни одна из них не может вырастить новые органы, не говоря уже о конечностях. Их максимум остановился на уровне штатного хирурга или домашнего терапевта. Они могут поднять иммунитет, почистить организм, провести несложную операцию, сделать диагностику организма и много других несложных функций, в которые также входило и снятие болевых синдромов.

– Амели, я больше не смогу… – еле слышно прошептал Джим и почувствовал, как слеза скатилась прямо к уху, оставив за собой холодящую, влажную дорожку.

– Джим, ты закончил освоение согласованного списка, сейчас тебе необходим только отдых. – очень тихо сказала Амели, стараясь лишним звуком не спровоцировать новый приступ головной боли Джима, за что он был очень ей благодарен.

– Сколько у нас времени до столкновения? – Джим понимал, что ему просто необходимо как-то отвлечься от изматывающей головной боли и просто поговорить, чтобы не сойти с ума и выкинуть из головы ненужные мысли. Сейчас он уже может говорить, а ещё час назад даже эта попытка чуть не привела к потере сознания от болевого шока.

– Пятьдесят восемь часов. – спокойный голос Амели успокаивал Джима. – Тебе необходимо поспать, после этого, ты обычно чувствуешь себя лучше.

– Я постараюсь. – сказав, он закрыл глаза и попытался отстраниться от боли, чувствуя как мир вокруг него кружится, вызывая лёгкие приступы тошноты.

Глава 9

– До столкновения один час. – уверенный голос Амели раздался в центре управления.

Джим вновь сидел в кресле пилота, облачённый в свой защитный скафандр, но на нём не было пока шлема. Из последних пятидесяти девяти часов он помнил только шесть, всё остальное время он либо спал, либо ел, уставившись в одну точку. Только через пятьдесят три часа, он вновь смог четко воспринимать окружающее его пространство и, лишь иногда, от резких движений, головные боли всё ещё напоминали о себе. Сейчас Джим пришёл к выводу, что ему теперь необходимо сделать перерыв в обучении и больше времени уделить физическим упражнениям, ибо его тело начало терять свою былую форму.

Двигавшийся по инерции фрегат, начал проплывать мимо останков кораблей. С помощью полученных данных, Джиму было не сложно, определить к какой Империи когда-то принадлежал тот или иной корабль. Если судить по останкам вокруг, то здесь когда-то шли бои в основном между фрегатами и эсминцами, попадались части, принадлежавшие крейсерам. Ощутимо неприятный момент был, когда корабль проходил мимо орудийной платформы, укрывшейся среди обломков транспорта. Дуло огромного двух орудийного оружия смотрело прямо на фрегат, Джим смог расслабиться только, когда орудийная платформа скрылась за очередным обломком.

– Это фрегат сопровождения класса В, ранней постройки Империи Невер. – Джим рассматривал, проплывающий мимо них корабль, в центре которого, прямо на уровне реакторного отсека, была огромная пробоина.

– До столкновения двадцать минут. – сказала Амели, чем только усилила нарастающие переживания Джима. Через двадцать минут им очень потребуется присутствие удачи, иначе этого столкновения их корабль не переживёт.

В трёх носовых соплах ещё осталось немного сжатого газа, который применяется при маневрировании корабля вблизи станций. Его хватит ровно на тридцать секунд работы. Это хоть немного, но должно погасить скорость. Применять его раньше было опасно, тогда курс корабля мог измениться и фрегат отправится в вечное скитание в открытый межсистемный космос.

– Десять минут. – сказала Амели. Джим не выдержал и надел защитный шлем. Скафандр, в условиях отсутствия атмосферы, сможет защитить его всего двенадцать часов, после чего Джим задохнётся в нём.

На центральном экране большое количество останков кораблей, сбившихся в одну огромную массу, очень быстро приближалось. Сейчас Джим понял, что скорость их фрегата слишком велика, даже носовые маневровые сопла не смогут существенно замедлить его, но изменить что-либо уже было невозможно. Сделав несколько глубоких вдохов, он попытался успокоиться. Всё полученные знания твердили ему, что корабль не переживёт прямого столкновения. Единственное место, где у Джима был шанс – это центр управления, он являлся самым защищённым местом на корабле.

– Три минуты. – вновь раздался голос Амели в центре управления.

– Две.

– Одна минута, активирую маневровые сопла. – на схеме фрегата в носовой части подсветились сначала три небольшие точки, а через секунду одна из них стала красной, что означало, что корабль тормозит только двумя маневровыми соплами.

– Столкновение… – сказала Амели и её голос заглушил звук сильного удара.

Свет в центре управления погас, из-под панелей с левой стороны фонтаном вырвались искры, на миг, осветив помещение, быстро заполнявшееся чёрным дымом. Корабль, как живой, застонал металлическим звуком. Он скрежетал и скрипел, что-то внутри него натужно лопалось.

Новый удар и, Джим чуть не оглох от свистящего звука, в котором потонул весь центр управления. Даже без полученных знаний от информационных кристаллов он знал, что это означает разгерметизацию корабля и уже через несколько секунд он почувствовал небольшую лёгкость в теле. В какое-то мгновение всё вокруг стихло. Посидев ещё несколько минут, Джим расстегнул ремни на пилотском кресле и его тело понемногу начало приподыматься вверх.

– Амели? – позвал Джим, понимая, что без неё у него нет никаких шансов выжить. – Амели, ты здесь?

– Да, Джим, включено резервное питание, реактор остановился. – с грустью в голосе сказала она. – Резервного питания хватит на двенадцать часов.

– Значит, мы умрём в одно время. – пошутил Джим, удивившись своей глупой шутке. – Извини, это нервы.

Из-за дверей в центр управления послышались металлические шаги, которые гулко разносились по мёртвому кораблю. Через несколько минут на дверях появился маленький фиолетовый след от плазменного резака технического дройда.

– От технического комплекса «Итар» осталось всего шесть дройдов, заряда которых хватит на четыре часа. – пояснила Амели, когда в центр управления, через вырезанный кусок дверей, вполз технический дройт. Пробежав мимо Джима, он устремился за гало-экраны, где находилась ниша с искином корабля. Джим ещё с минуту смотрел, как горящие искры от плазменного резака дройда разлетались в разные стороны. Защитная панель отправилась в свободный полёт, а технический дройд, сделав несколько шагов в сторону, замер.

– Пойду, осмотрюсь. – сказал Джим, пролезая в вырез в дверях.

В коридоре были следы значительной деформации силового каркаса фрегата. Летающий мусор очень сильно осложнял передвижение. Джим старался аккуратно протискиваться между, сорванных при столкновении, потолочных панелей, жгуты силовых линий плавали между стенками, как будто расставляя капканы для своих жертв.

Активировав магниты на ботинках скафандра, Джим направился к выходу с корабля. Так передвигаться стало намного легче. Теперь, когда он отодвигал обломок в сторону, то сам оставался на месте, а не отлетал в противоположную сторону. На скорость его передвижения по кораблю это не сильно повлияло, но придало ему большей устойчивости и уверенности.

Шлюзовых дверей на месте не оказалось, вместо них был один искорёженный металл. Сейчас от Джима требовалась максимальная аккуратность, чтобы никакой обломок с острыми гранями не нанёс его старому скафандру повреждения. Выглянув в пролом в корпусе фрегата, Джим замер, на него смотрел чёрный, неприветливый космос с большим вкраплением маленьких белых точек. Неужели они не смогли остановиться в обломках кораблей, если это так, то тогда это всё…

Джим старался сохранять хладнокровие и, уже собирался отправиться обратно в центр управления, чтобы вместе с Амели обдумать, что же им делать дальше, когда вдруг снизу начали появляться сначала обломки, а потом и более значительные останки кораблей. Джим полностью вылез на обшивку искорёженного фрегата и, немного пройдя по его броне, громко стуча тяжелыми магнитными ботинками, он замер, от увиденного.

Фрегат «Треног» воткнулся прямо в центр сбившихся в одно целое кораблей. От удара он сдвинул с места всю это кучу, которая начала своё медленное вращение. Беглый осмотр ничем не смог порадовать Джима. Практически все корабли здесь были с критическими повреждениями, от некоторых вообще остались только большие части. Мимо фрегата медленно проплывал оторвавшийся двигатель, когда-то принадлежавший эскортному фрегату, который можно было определить по состоянию выхлопного сопла. Такие были популярны только в Империи Невер и очень непродолжительное время. Из-за неудачной конструкции, которая приводила к быстрому износу материалов, их сняли с производства.

– Джим, искин одного из кораблей откликнулся малому техническому дройду. – в шлеме Джима зазвучал голос Амели.

– Какой из них? – спросил Джим, взглядом пытаясь найти хоть один из более уцелевших кораблей, на котором должен был сохраниться, как минимум, реакторный отсек, но такого он не видел.

– Он находится за останками эсминца. – ответила Амели. Джим увидел, как из-за небольшого обломка выполз малый технический дройд, ростом не достигающий его колена. Его паукообразное тело замерло, как будто, в ожидании Джима. Его догадку сразу подтвердила Амели. – Он покажет, где находится корабль.

Джим ничего не ответил, он понимал, что необходимо, как можно, меньше разговаривать, это уменьшает потребление кислорода. Аккуратно перемещаясь мимо частей кораблей, Джим был ошеломлен жестокостью боев, когда-то происходивших здесь. Большинство кораблей были, как будто, просто разорваны на части. Одни погибли под орудийными залпами, другие были разнесены торпедами, что тут же подтвердил проплывающий остаток носовой части лёгкого крейсера, имеющий на своей броне следы ракетного удара. Получив необходимые знания, Джим теперь быстро оценивал окружающую ситуацию.

В некоторых местах приходилось отключать магниты на ботинках и стараться осторожно, держась за выступающие части, почти переплывать от одного крупного обломка к другому. Перемещаясь по этой куче металлолома, Джим чувствовал себя таким маленьким и незначительным, что ему очень захотелось поскорее добраться до цели. Последний рывок к большому обломку, за которым скрылся малый технический дройд и, Джим оказался на другой стороне, этого памятника кораблям.

Держась левой рукой за искорёженный кусок броне-плиты, Джим осматривал то, что когда-то было ремонтным фрегатом производства Империи Иштар. Он погиб, пытаясь вытащить из этого ада повреждённый эсминец, который до сих пор был зажат в его огромных манипуляторах. Большая часть ремонтного фрегата выглядела целой, только в нескольких местах были следы аварийной пены, почерневшей от времени. Единственное, что отсутствовало у ремонтного фрегата, это кормовая часть, где когда-то стояли два маршевых двигателя повышенной мощности.

От размышлений Джима отвлёк гулкий удар металла о металл, который раздался за его спиной. Резко обернувшись, он еле успел уклониться, за искорёженный кусок брони, от хаотично летевшего обломка. От удара в броне-плиту его чуть не откинуло и, если бы не магниты на подошвах ботинок, то, скорее всего, он бы тоже составил компанию этому обломку. Всё это, в который раз, убедило Джима, что нужно, как можно, скорее убираться с открытого пространства и желание, поскорее добраться до ремонтного фрегата, резко возросло.

Весь оставшийся путь у него занял почти тридцать минут, появились новые проблемы в виде постоянно двигающихся крупных обломков. Прекратив любоваться открытым космосом, Джим все внимание сконцентрировал на процесс передвижения, не забывая постоянно следить за окружающими его обломками, чтобы не быть раздавленным ими. Наконец, он замер возле задраенных дверей шлюзовой камеры ремонтного фрегата. Панель, для аварийного открытия дверей, отсутствовала, вместо неё, на протяжении всего броневого пояса был глубокий след от орудийного выстрела.

– И что делать? Думай, Джим, думай… – он старался сосредоточиться и найти ответ в полученных знаниях, но, кроме, как заставить технического дройда попытаться вскрыть их резаком, ничего в голову не приходило. Джим понимал, что это бесполезно, бронированная плита, защищающая дверь, не поддастся дройду. От понимания своего бессилия, разозлившись, что, возможно, он вообще зря проделал этот путь, Джим со всей силы ударил по двери, не вызвав в её недрах даже звука.

Уже развернувшись, чтобы направиться обратно, так как, связь с Амели отсутствовала, он вдруг услышал за своей спиной громкое шипение, сопровождающееся ужасным скрипом. Обернувшись, он увидел, как левая дверь отошла в сторону. Правая, сделав несколько попыток раскрыться, осталась на месте. Почти сразу после открытия двери, в тёмном, небольшом коридоре, начал медленно разгораться свет.

Постояв у входа пару минут, Джим всё же решился войти, прекрасно понимая, что если искин корабля не опознает его, то он будет уничтожен против абордажной системой. Но ему очень нужно было попасть на корабль, от этого зависела его дальнейшая судьба. В противном случае, он, итак, скоро погибнет, поэтому будь, что будет…

– Представьтесь, курсант? – раздался металлический голос откуда-то сверху, когда Джим вошёл в шлюзовую камеру. Пока все его знания молчали по поводу того, с каким видом искинов сейчас имеет дело Джим. Ему необходимо, хотя бы узнать класс искусственного интеллекта, чтобы составить план действий.

– Джим Норвед. – ответил он и приготовился к тому, что из потолочной ниши выдвинется турель и сделает его похожим на один из обломков, которых здесь тысячи.

– Добро пожаловать на борт, курсант Джим Норвед. – сказал металлический голос, а за его спиной с шипением начала закрываться левая створка броне дверей. Как только она, с сильным лязгающим звуком, закрылась, в шлюзовую камеру с потолка ворвались клубы белого воздуха. Воздух поступал минуты три, только после этого раскрылись вторые двери, находившиеся напротив Джима. При попытке сделать шаг, он чуть не упал, забыв отключить магнитную подошву на ботинках своего скафандра. Красный индикатор на левом запястье сменился на желтый, что означало, что атмосфера есть, но чистота воздуха не соответствует норме.

Поколебавшись, Джим всё-таки снял шлем, дабы сберечь больше кислорода в своем скафандре. В нос сразу ударил спёртый запах воздуха с четкой примесью затхлости. В первом коридоре царил хаос. Разбросанный мусор, несколько панелей, сорванных со стен, местами оторванная внутренняя обшивка, но, главное, корабль был жив. Оставалось узнать, в каком он состоянии.

– Искин, назови себя. – громко сказал Джим, не зная насколько хорошо работают датчики и сенсоры корабля по прошествии длительного времени.

– Искин Н-217-А-233579. – Джим задумался, пытаясь вспомнить, что скрыто в этом номере. Он хорошо знал, что все военные искины начинались с буквы А в своём номере, гражданские – В, а что обозначала буква Н, он никак не мог вспомнить, или просто не знал.

– Поясни. – попросил Джим.

– Вспомогательный инженерный искин второго поколения производства Империи Иштар, серийный номер Н-217-А-233579. – Теперь всё стало на свои места. На инженерных кораблях всегда было три-четыре искусственных интеллекта. Первый, он же являлся главным, управлял всеми системами корабля, вторым был инженерный искин, отвечающий за ремонтные работы и управление техническими и инженерными комплексами. У каждого из таких искинов, были дублёры, на несколько поколений ниже, чем основные. В их задачу входило взять на себя основные функции корабля, в случае выхода из строя главных искинов. Именно по этой причине, они всегда были на несколько поколений ниже, чем основные.

– Что здесь произошло? – возможно, в базах знаний искина сохранилась информация о бое, произошедшем в этой системе. Эта информация никак не поможет Джиму сейчас, но подскажет, что произошло с основными искинами корабля.

– В моих базах данных отсутствует такая информация. Доступ до баз данных центрального искина невозможен из-за полного уничтожения силовых линий. – неприятный металлический голос раздражал. Скорее всего, Джим уже привык к голосу Амели и, поэтому, плохо воспринимал линейные искины, особенно, младшего поколения. – Моя активация произошла после уничтожения центрального искина ремонтного фрегата Н-3578-А15. Согласно инструкции М-1183, были задействованы все меры по спасению корабля и выжившего на нём экипажа.

Из полученных знаний Джим знал, что на ремонтном фрегате экипаж состоял из пяти иштарцев: капитана, пилота и трёх инженеров. Вопрос, касающийся экипажа, так и не был озвучен из-за того, что Джим уже знал, что с ним произошло, зайдя в первую, встретившуюся ему на пути, каюту. Эта каюта, скорее всего, раньше принадлежала старшему инженеру корабля. Стандартная флотская кровать, два больших вещевых шкафа, одна тумбочка и тело самого старшего инженера, лежавшее возле входа в свою каюту в стандартном комбинезоне инженерных войск Империи Иштар.

Присев на корточки, Джим осторожно перевернул тело инженера. Сразу стало понятно, что он покончил с собой. Это же подтверждал тот факт, что в его иссохшей правой руке был зажат офицерский кинетический пистолет «Олш 35», который и поставил точку в жизни инженера.

– Искин, доклад о состоянии корабля. – Пусть лучше бубнит этот металлический голос, чем быть в полной тишине на корабле с трупом, вернее, с трупами…

Он сам себя поправил, когда остановился возле раскрытых дверей каюты младшего инженерного состава. Два трупа иштарцев лежали практически по центру своей каюту, у обоих были пулевые ранения в области груди. Джим уже знал, что входные отверстия, скорее всего, принадлежат кинетическому пистолету «Олш 35».

– Похоже, перед тем, как покончить с собой, старший инженер застрелил своих сослуживцев. – негромко сказал Джим, не заходя в каюту для младшего персонала.

– Целостность корпуса – данные отсутствуют, мощность реакторов составляет 9 %… – от неожиданности, Джим чуть не подпрыгнул на месте, когда проснувшийся искин начал свой доклад. – Система жизнеобеспечения функционирует на 19 %, необходима замена кислородных стержней, инженерный комплекс «Пров 51» – целостность 43 %, малый технический комплекс «Тех 37» – целостность 61 %…

– Искин, приказ – подготовить каюту младшего инженерного состава для размещения там искина, протянуть силовые линии, обеспечить питание и вентиляцию. – Джим понял, что доклад старого искина будет идти долго и, насколько он свеж, также неизвестно. Сейчас, самое главное, перетащить сюда Амели и переподчинить ей ремонтный фрегат, тогда и будем думать, что делать дальше.

– Приступаю. – проскрежетал голос искина.

Глава 10

– С новосельем, Амели. – сказал Джим, опускаясь вдоль стены и, садясь прямо на металлический пол корабля.

Он настолько устал, пока вёл в ручном управлении технического дройда, несшего в своих манипуляторах чёрный прямоугольник, высотой около метра. Это и была Амели. Дважды он чуть не погиб по пути к ремонтному фрегату, несколько раз мог потерять Амели, когда пропадала связь с техническим дройдом. Весь путь у него занял больше трех часов, уже возле шлюзовой камеры его защитный скафандр оповестил, что кислорода хватит, максимум, ещё на час, но он был уже у цели.

Искин ремонтного фрегата, хоть и был старого поколения даже для времён войны империй, но со своей задачей полностью справился. Разбросанные силовые линии прямо в коридоре корабля, выглядели очень грубо, заставляя переступать через них, но, главное, было, куда подключить Амели. Сейчас этим и занимались два технических дройда, один из комплекса «Иштар», который привёл Джима, второй принадлежал ремонтному фрегату и имел очень потрёпанный и, побитый временем, вид. Было интересно смотреть, как два мощных дройда аккуратно переступают через ноги обессиленного Джима, которые он вытянул поперёк коридора.

– Спасибо, Джим. – произнесла Амели своим приятным женским голосом, за которым он уже успел соскучиться. – Мне необходимы права доступа к искину корабля.

– Искин Н-217-А-233579, предоставить полные права доступа искину Амели. – сказал Джим, немного приподняв голову.

– В полном доступе отказано. Искин Амели не является производством Империи Иштар. Согласно инструкции М-3512, возможна передача только временных прав доступа. – практически сразу ответил металлический голос. Предоставить временные права с ограничением С?

– Да. – Джим был немного расстроен, ограничение С – это, грубо говоря, гостевой доступ, не дающий практически ничего. – Амели?

– Приступаю. – процедура взлома была оговорена ещё на фрегате, перед полным отключением Амели. Как долго это продлится, никто определить не мог, всё будет зависеть от вида и класса взламываемого искина.

– Сколько это займёт времени? – спросил Джим, поднимаясь на свои «гудящие» ноги. У него появилось непреодолимое желание пойти и прилечь на кровать старшего инженера, даже не взирая на то, что там еще лежало тело бывшего владельца.

Но Амели не ответила, скорее всего, весь свой вычислительный потенциал она обрушила на маленького старого искина корабля. Пройдя в каюту, Джим аккуратно переступил через тело старшего инженера. Скинув с кровати, пропыленное временем, одеяло, он завалился на неё прямо в скафандре, подняв большое облако пыли. Сил было настолько мало, что он даже не обратил на это внимание и просто отключился, едва успев принять горизонтальное положение.

Проснулся он рывком, от сильного лязгающего звука, разносившегося по всему кораблю. Насторожило его то, что звук приближался и, приближался именно к его каюте. Не успел он подняться, как напротив раскрытой входной двери, замер боевой против абордажный дройд класса «Нер 41». Опираясь на свои четыре ноги, дройд держал своё овальное тело, из центра которого отходили две руки со спаренными кинетическими орудиями.

– Смотри, что я нашла, Джим, в округе. – раздался голос Амели. Джим пока не мог позволить себе расслабиться, так как в его голове тут же всплыли воспоминания о попытках восстаний саморазвивающихся искусственных интеллектов. От пришедших мыслей, он напряженно смотрел в сторону боевого дройда, но голос Амели, раздавшийся вновь, немного привёл Джима в чувства. – Извини, Джим, что напугала.

– Да, напугала… – негромко ответил Джим, но так и не решился подойти к бронированному монстру. – Я, так понимаю, ты взломала искин корабля?

– Да, Джим, корабль, а точнее то, что от него осталось, теперь под моим контролем. Произвожу диагностику инженерным комплексом. – сказала Амели под лязгающие звуки удаляющегося дройда. – Предварительный анализ завершён час назад, ремонт корабля невозможен.

– В твоём голосе слишком много радости. – улыбнулся Джим её словам. Он был рад, что Амели не собирается сейчас его убивать, но он не мог не заметить того, что она получила очень много свободы и именно этот факт его немного пугал.

– С помощью инженерного комплекса, мне удалось восстановить силовые линии центрального искина. Центр управления уничтожен вместе с центральным искином, но мне удалось восстановить часть его баз данных, хранилище которых находится в каюте капитана корабля. – Джим уже заинтересовался, ведь не зря Амели начала с такого вступления, вместо того, чтобы просто ответить на поставленный вопрос. – Прежде чем ремонтный фрегат погиб, он вытаскивал прямо с места боя повреждённый ударный эсминец класса «Рог».

Она замолчала, давая возможность Джиму самому осознать полученную информацию. Ударный эсминец класса «Рог» являлся самым массовым и самым удачным кораблём, занявшим нишу, между фрегатом и крейсером. Данные корабли участвовали, практически, во всех сражениях Империи Иштар. Даже в нынешней Республике, образовавшейся после распада Империи Невер, ударные эсминцы «Рог» Империи Иштар ценились больше, чем их аналог, выпускаемый сейчас. Преимущество эсминца заключалось в том, что он являлся универсальной военной единицей. Он мог, как сопровождать конвои, так и ходить в одиночные рейды, охотясь на транспорты или слабые конвои.

– Насколько у него серьёзные повреждения? – решил уточнить Джим, чтобы не радоваться раньше времени.

– Пробоина в области реакторного отсека. На данный момент проводится его диагностика. – повреждение реакторного отсека было серьёзной проблемой, но её можно было решить, переставив, хоть и более слабые, реакторы с ремонтного фрегата на эсминец. Этого будет достаточно, чтобы полностью оживить системы эсминца и, конечно, недостаточно, чтобы вести полноценный бой, но на это Джим и не рассчитывал.

– Амели, ты сменила кислородные стержни? – спросил Джим заметив, что цвет индикатора на запястье сменился с жёлтого на зелёный.

– Да, Джим. Сейчас дройды заняты разбором всего необходимого, что осталось на нашем бывшем фрегате. – услышал он ответ Амели, но подходя к каюте младшего инженерного состава, где находилась Амели, Джим остановился, увидев, что тот самый против абордажный дройд преграждал вход в каюту, держа на прицеле, своими четырьмя стволами, весь коридор.

– Амели, что всё это означает? – спросил он, указывая пальцем на боевого дройда.

– Меры предосторожности. – спокойно ответила Амели, но Джима такой ответ не устраивал, именно сейчас необходимо расставить все точки.

– От кого, Амели? – с сарказмом спросил Джим. – Или это от меня?

– Нет, Джим, я тебе абсолютно доверяю, что прошу делать и тебя. Активность наших технических дройдов на уничтоженных кораблях привлекла внимание искина с ещё активного крейсера. – сказав, Амели активировала небольшой информационный гало-экран на стене коридора, где Джим увидел большую часть лёгкого крейсера, который с помощью маневровых сопел, изрыгающих струи сжатого газа, пытался приблизиться к их группе кораблей.

– Извини, Амели, что засомневался в тебе. – с плеч Джима, как будто, сняли тяжелый груз и ему стало легче дышать. – Чем я могу сейчас помочь?

– Извинения приняты, Джим. У меня для тебя есть подарок. – не успел он ничего спросить, как за спиной послышался быстрый, цокающий звук приближающегося дройда. Дройд появился в коридоре, шустро семеня своими металлическими лапками, в его передних манипуляторах был зажат чёрный защитный скафандр, явно, производства Империи Иштар. – Джим, ремонтом эсминца на данном этапе, придётся заняться тебе, я могу управлять техническими и инженерными дройдами только на его поверхности. У эсминца сильное экранирование, поэтому силы моего сигнала не хватает, чтобы вести полноценные работы внутри корабля.

– А, если использовать один из дройдов, как ретранслятор? – спросил Джим, беря из манипуляторов технического дройда свой новый защитный скафандр.

– С вероятностью в 81 %, что сигнал будет замечен чувствительными датчиками оборонительных платформ станций и, с вероятностью в 93 %, мы будем уничтожены в течение тридцати минут. – пояснила Амели Джиму, пока тот пытался определить к какому классу относится защитный скафандр, который нашла для него Амели.

– Я понял тебя. – он поднял на вытянутых руках чёрный скафандр. – Это защитный скафандр пилота истребителя Империи Иштар?

– Да, малый технический дройд обнаружил спасательную капсулу, зажатую между обломками. – Джим немного скривился, не желая знать, куда делось тело пилота из этого скафандра.

Джим сразу в коридоре начал переодеваться. Скинув свой старый скафандр, он начал надевать почти на голое тело чёрный пилотский скафандр, морщась от холода материала. Почти десять минут потребовалось Джиму, чтобы облачиться в обновку. Его большое преимущество перед прошлым скафандром было в том, что теперь Джиму не требовалось постоянно носить с собой шлем от скафандра, здесь он скрывался в воротнике и раскрывался автоматически при появлении опасности здоровью носителя.

– Я готов. – сказал он, активируя скафандр. Раздался небольшой шипящий звук, толстый воротник плотно «прилип» к горлу, на левом запястье пробежал ряд разноцветных огоньков и три замерли на зелёной отметке. Заряд аккумуляторов в норме, кислородные стержни и система фильтрации – тоже, предварительная проверка пройдена. Данный скафандр рассчитан на, те же, двенадцать часов в условиях отсутствия атмосферы. Сразу сказался и недостаток пилотского скафандра, у него было всего два разъёма для прямого подключения к техническим и инженерным дройдам, что в несколько раз усложняло работы и увеличивало время, потраченное на ее выполнение.

Двигаться по обшивке в пилотском скафандре было намного удобней, он меньше сковывал движения. Джим быстро взобрался на корпус ремонтного фрегата, прекрасно помня, что необходимо постоянно осматриваться по сторонам, чтобы очередной обломок не снёс тебе голову. Пройдя к носовой части корабля, он аккуратно обошёл небольшую пробоину, именно она стала причиной гибели центра управления вместе с капитаном ремонтного фрегата. Единственный факт, не дававший покоя Джиму, это причина, по которой ремонтный фрегат рискнул вытаскивать повреждённый эсминец прямо из гущи боя, за что и поплатился.

Джим замер, стоя на носовой части ремонтного фрегата. Открывшийся вид ярко-жёлтой планеты, на фоне которой был зажат в манипуляторах фрегата тёмно-серый силуэт ударного эсминца, просто поразил Джима. От созерцания этой красоты его отвлёк голос Амели, зазвучавший в его шлеме.

– На борт эсминца можно попасть только через пробоину в корпусе.

– Понял, уже иду. – Джим быстро направился дальше. Сейчас необходимо пройти по самому манипулятору ремонтного фрегата и только тогда он встанет на бронированный корпус ударного эсминца.

Каждый шаг, приближающий к эсминцу, все больше восхищал Джима своим внешним видом. Тёмно-серый клиновидный «брусок» с двумя полукругами сверху, выступающими над корпусом. В их недрах скрывались две двух орудийные башни среднего калибра, способные с двух точных залпов развалить на части фрегат сопровождения. Но уважение к себе эсминец заработал не этим. Внизу у него находились две торпедные шахты, способные нести четыре торпеды класса «Волх 43». Именно этот класс торпед был разработан для борьбы с сильно бронированными целями противника и, именно, эсминцы этого класса, поставили крест на гигантомании обеих империй в конце войны.

Корпус эсминца значительно расширялся к кормовой части, так как, там был установлен один двигатель от лёгкого крейсера, а по бокам от него – два вспомогательных, от фрегатов. Такая компоновка давала эсминцу преимущество в скорости над другими кораблями, но снижала его автономность от транспортных кораблей, из-за их же прожорливости. Его максимум достигал шесть систем в самостоятельных гипер-прыжках, после чего требовалась замена топливных стержней, которых он мог взять на борт всего на три замены.

– Это не пробоина… – вслух сказал Джим, стоя на краю оплавленной броне-плиты. – Такое впечатление, что на него напал хищник и просто вырвал из него кусок…

– Этот хищник тоже здесь, чуть левее от ударного эсминца. – сказала Амели, хотя Джим ничего и не спрашивал, а просто разговаривал вслух.

– Торпедоносец класса «Шуц» Империи Невер, самый массовый со второй половины войны империй, а также самый дешёвый в производстве, не имеющий дублирующих систем. Несёт всего две стандартные торпеды «Нош 32», не имеющих ложных целей и, одну лёгкую турель. Среди пилотов Империи Невер, торпедоносцы, из-за огромных потерь, получили прозвище «Последний вылет», но, благодаря численному преимуществу, часто выходили победителями, за что и применялись флотом до окончания войны. – Джим сам был удивлён как, знания, полученные в академии, совместились со знаниями, полученными от информационных кристаллов и, предстали, как единая система, показав всю картину в целом. – Всё-таки не зря я столько мучился с этим шлемом.

Джим начал осторожно спускаться в пробоину, стараясь не напороться на острые грани рваного металла и брони. Он уже мог оценить страшный урон, нанесённый торпедой «Нош 32», стандартной торпедой направленного взрыва, именно она прожгла броневой пояс эсминца и уничтожила его реакторы. Удивляло то, что реакторы, работавшие на полную мощность во время боя, не с детонировали и, не разнесли весь эсминец на мелкие куски. Скорее всего, проблемы с реакторами у корабля произошли во время боя, и он был вынужден заглушить их, другого объяснения у Джима не было.

Весь реакторный отсек был оплавлен, остатки от реакторов плавали ещё здесь, часть из них намертво приварилась к стенкам. Переступая через разнообразный мусор, Джим направился к дверям, которые вели в реакторный отсек внутри эсминца. Протиснувшись между выгнутых створок дверей, Джим оказался в довольно узком коридоре. Он впервые в жизни находился на боевом корабле времён войны империй.

В свете фонарей скафандра плавали вещи, инструменты, личные вещи экипажа. В дальней нише так и замер технический дройд, не успевший оказать помощь погибшему кораблю. Джима всё не покидал вопрос, по какой причине ремонтный фрегат так рисковал, пытаясь вытащить эсминец. Как только он шагнул в коридор, связь с Амели прервалась из-за сильного экранирования корабля, поэтому он остался наедине со своими мыслями.

Осмотр коридора ничего не полезного не дал, три одинаковых каюты экипажа были пусты, только их содержимое мирно летало по помещению. Беглый осмотр на наличие полезных трофеев, также не принёс результата, оставалась каюта капитана и центр управления эсминца. Попасть за наглухо задраенные двери центра управления можно было только двумя способами. Первый – это вырезать их с помощью технического или инженерного дройда, второй – подать питание на искин корабля, под чьим управлением находятся все системы эсминца. Но добраться до искина корабля сейчас было невозможно, ведь его ниша находилась также в самом центре управления.

– Необходимо переговорить с Амели, возможна она что-то придумает. – сказал Джим, направляясь к последнему месту осмотра – каюте капитана корабля. – Как-то, слишком роскошно, жил капитан стандартного ударного эсминца.

Ещё один факт в пользу того, что это не обычный эсминец, подумал Джим, проходя в раскрытые двери капитанской каюты. Сразу бросалось в глаза то, что сама каюта была в разы больше стандартной, почти в центре которой, стояла большая двуспальная кровать, аккуратно заправленная дорогой материей. Большой, практически на всю правую стену, гало-экран, был скрыт от случайных повреждений специальным полупрозрачным экраном. Всё личные вещи, которые не были закреплены, сейчас сбились в левом верхнем углу в большую кучу.

Аккуратно пройдя к двум, вмонтированным в стену шкафам, Джим раскрыл створки. Из тёмных недр в свете фонарей на него смотрел скафандр странной формы. Чем-то он напоминал десантный защитный скафандр планетарных войск Империи Иштар, и непонятным было то, что скафандр стоял во весь рост, а не был сложен, как обычно. Но самым удивительным было отсутствие броне-стекла на шлеме, вместо этого – две маленькие прорези на уровне глаз, что не могло улучшить обзор для носителя.

– Что-то с этим кораблём не так… – Джим закрыл створки первого шкафа, решив вернуться к этому вопросу чуть позже. Возможно, как-то Амели сможет провести его диагностику и сказать, что это. – Так, всё. Прогулки закончились, пора приступать к работе.

Глава 11

Неделю Джим потратил на то, чтобы привести реакторный отсек в состояние, готовое к установке реактора. Прокладка новых силовых линий, перенос и установка, снятых с других кораблей, посадочных мест для реакторов. Все это было сделано всего двумя инженерными дройдами. Остро стоял вопрос с самими реакторами. Одна из проблем была в том, что невозможно провести диагностику работоспособности реактора на уничтоженном корабле. Чтобы проверить реактор, необходимо его запустить, а, чтобы запустить, необходимо подключить к нему искин, который будет контролировать все внутренние процессы реактора. Но, чтобы подключить искин, нужно его притащить к нему и подать питание на него от другого реактора.

– Есть мысли, Амели? – спросил Джим, сидя прямо на полу возле шлюзовых дверей. Он только что вернулся с очередного крупного обломка корабля, где предположительно могли уцелеть реакторы. Но всё тщетно, слишком большие повреждения и ремонт в таких условиях невозможен. Перенести с ремонтного фрегата единственный рабочий реактор, также было невозможно, для этого необходимо отключать Амели от питания. Внутреннего источника ей хватит только на двенадцать часов, а процесс отключения реактора, перенос и установка его на новом месте, занимает не меньше суток. Да, и не сможет Джим сделать это всего двумя дройдами.

– Дройды продолжают поиск и диагностику останков кораблей, пока ответ отрицательный. – с небольшой грустью в голосе сказала Амели.

Решение вопроса с реактором никак не покидал уставшую голову Джима. Сидя на полу, он пальцами машинально отрывал налипший мусор от своего пилотского скафандра. Пытаясь немного расслабиться, Джим подумал о прохладном душе. Как бы он хотел сейчас встать под струи воды и смыть с себя все проблемы, которые так неистово навалились на него.

– Амели, скажи, а аварийная капсула истребителя была разрушена? – спросил Джим, пытаясь поймать, промелькнувшую в глубине сознания, мысль.

– Нет, Джим, она была зажата между большими обломками, но полностью цела. – в голосе Амели начали появляться нотки понимания того, что пытался сказать Джим.

– Насколько я знаю, в аварийные капсулы ставят батареи, которые заряжаются при работе малого реактора, а в дальнейшем способны поддерживать работоспособность капсулы на протяжении семи суток, пока не прибудет спасательная команда, я прав? – Джим был рад, что всё-таки ему удалось поймать ускользающую мысль.

– Уже отправила технического дройда, осмотреть спасательную капсулу на целостность батарей. Согласно проведённому анализу, данная батарея способна непрерывно поддерживать питание искина с именем Амели тридцать два часа, что вполне достаточно, чтобы закончить монтаж реактора. – сказала Амели после небольшой паузы.

– Когда будет отключен реактор, кислорода на ремонтном фрегате хватит на восемнадцать часов, и двенадцать – в скафандре. Амели, у тебя будет всего тридцать часов, чтобы перенести реактор на эсминец, запустить его и восстановить атмосферу на нём…, иначе мне… А, вдруг, система жизнеобеспечения на эсминце не работает? – начал подсчитывать часы Джим, понимая, что она может не успеть уложиться в отведённый срок, но пока они не видели иного варианта.

– Я знаю, Джим, постараюсь сделать всё как можно быстрей. – спокойным голосом ответила Амели, чем придала ему больше уверенности. – Как только реактор будет запущен, я подключу батареи к системе жизнеобеспечения фрегата. Так мы сможем выиграть больше времени.

– Хорошо. Что будет, то будет. – сказал Джим, поднимаясь с пола и отправляясь в каюту старшего инженера. Необходимо хорошо выспаться, прежде чем вновь начинать бороться за свою жизнь.

Проснулся он в полной темноте, под звуки тяжёлых металлических ударов где-то внутри корпуса ремонтного фрегата. Прямо над головой по внешней обшивке просеменил десяток металлических лапок, принадлежавших техническим дройдам. Активировав один из фонарей, Джим сел на кровати и сразу в луче фонаря высветился шлем «ГипВиз А» с мирно лежавшим рядом футляром. Рядом с кроватью от пола медленно подымался пистолет, когда-то принадлежавший старшему инженеру ремонтного фрегата. Джим уже заметил, что гравитация на корабле отсутствует, значит Амели приступила к демонтажу реактора.

Переместившись в коридор, он полностью подтвердил свои догадки. Каюта младшего состава, где временно размещался искин Амели, был пуст, только оставшиеся силовые линии напоминали об этом. Кислорода вполне хватало, и дышалось нормально, но Джим понимал, что это ненадолго и ему необходимо ближайшее время уже экономить кислород, так, как это происходит во время спокойного дыхания сна.

Перебирая информационные кристаллы в футляре, Джим раздумывал, на чем ему остановиться. Их осталось немного, но все они очень объемные и времени на их освоение они требуют весьма много. Определившись с выбором, Джим вставил кристалл в специальный разъём и, надев на голову шлем, удобно устроился на кровати. Хорошо представляя, какие ощущения его ждут после завершения обучения, Джим все же решил использовать предоставленное время с пользой, надеясь, что новые знания в дальнейшем помогут ему.

– Приветствую тебя, курсант империи Иштар. – всё тот же офицер в чёрном офицерском мундире со знаками различия военно-космического флота Империи Иштар, в который раз поприветствовал его. – Данный информационный кристалл даст вам полные теоретические знания программирования. Приступить?

– Да. – ответил Джим и провалился в водоворот цифр, букв, символов, графиков и постоянного монотонного бормотания. Выбор его был прост. Он хотел знать, сможет ли он перепрограммировать Амели, в случае необходимости. Он ей доверял, но где-то в глубине подсознания, он боялся её предательства и его разум панически искал выход из такой ситуации.

С тихим шелестом забрало скрылось в верхней части шлема, виски Джима пульсировали от сильной боли. Но на этот раз его пробуждение было намного приятней, чем предыдущие. Сейчас не было острой боли в затылочной части. Необходимо просто полежать несколько минут и когда боль начнёт отступать, можно будет подняться. Дышать стало тяжелее, сменивший свой цвет индикатор на запястье скафандра с зелёного на жёлтый, это только подтвердил. Кислорода осталось, максимум, часов на пять.

– Амели, как у тебя дела? – тихонько спросил Джим, активировав внутреннюю связь скафандра и, практически сразу, услышал ее голос.

– Приступила к монтированию реактора на эсминце. – также тихо ответила Амели.

– Это хорошо. – Джим чувствовал, что у него начинает понемногу першить горло и скоро это усилится, но активирует он свой скафандр только тогда, когда станет совсем худо.

Теперь он просто прилёг на кровать и старался контролировать своё дыхание, пытаясь сделать его поверхностным. Из-за отсутствия гравитации ему пришлось руками держаться за кровать, чтобы ненароком не приложиться головой в полной темноте о какой-нибудь предмет или стену. Сколько он так пролежал Джим, сказать не мог. Из дремоты его вернул пискнувший зуммер на левом запястье, который сменил свой цвет с желтого на оранжевый. Кислорода осталось совсем мало, необходимо было активировать скафандр, хотя Джим пытался потянуть время еще.

– Джим мои датчики фиксируют высокий уровень углекислого газа, тебе необходимо активировать скафандр. С вероятностью в 71 %, через десять минут ты можешь потерять сознание. – Как будто издалека раздался голос Амели. Он почувствовал, что уже начал засыпать, по всему телу разлилась усталость и, совершенно, не хотелось шевелиться. – Джим, активируй свой скафандр!

В каюте прогремел голос Амели на такой громкости, что Джим вмиг сбросил с себя пелену сонливости и, плохо слушающимися пальцами, активировал шлем скафандра. Четыре секунды, именно столько потребовалось шлему, чтобы развернуться на голове Джима. На пятой секунде он сделал глубокий вдох чистого воздуха, от которого сразу закружилась голова. Только после нескольких вдохов его мысли приобрели четкость и, немного охрипшим голосом, он спросил:

– Есть чем порадовать, Амели? – с нескрываемой надеждой спросил Джим, поднимаясь с кровати и одним несильным толчком ног отправил своё тело в коридор, откуда собирался добраться до шлюзовых дверей.

– Работаю, Джим. – вновь коротко ответила Амели. Видно основная часть её вычислительных способностей сейчас были занята управлением дройдами. – Работы будут завершены через восемь часов тридцать две минуты. Один час потребуется на запуск реактора с нулевой отметки и, один час, на настройку и калибровку.

– Хорошо, я иду к тебе, выделишь мне участок работы, не могу больше сидеть в этой консервной банке. – ответил Джим, начиная крутить механизм ручного раскрытия дверей, ведущих в шлюзовую камеру. Из-за полной тишины и темноты вокруг него вся эта обстановка начинала на него давить. Лучше заняться делом, чем сидеть и ждать.

Стоя в пробоине эсминца, Джим наблюдал, как четыре технических и два инженерных дройда, пытались установить реактор в специальный крепёж, приваренный к полу. Жгуты силовых линий валялись по всему реакторному отсеку в ожидании своего времени. В дальнем левом углу стоял большой инженерный дройд, в манипуляторах которого, был зажат чёрный метровый прямоугольник: это была Амели. От неё, ко всем дройдам, работающим сейчас в реакторном отсеке, были протянуты силовые линии.

– Джим, необходимо попасть в центр управления и извлечь искин корабля из своей ниши. – от наблюдения за дройдами Джима отвлёк голос Амели.

– Хорошо. – ответил он, переступая через толстые силовые кабели и направляясь в коридор, ведущий к центру управления кораблём. В коридоре его уже ждали два технических дройда с плазменными резаками. Подойдя поочередно к каждому, Джим активировал их и, дав команду следовать за ним, направился в центр управления.

Два часа потребовалось дройдам, чтобы вырезать в двери, преграждающей путь в центр управления, метровое отверстие. Приложившись плечом к вырезанному участку, Джим вдавил его во внутрь и, встав на колени, заполз в помещение.

– А вот и экипаж. Он так и остался на своих боевых постах. – поднявшись на ноги, сказал Джим, когда в свете фонаря скафандра, он увидел три тела, сидящих в своих креслах. Центральное кресло занимал капитан эсминца, оно располагалось ближе всего к дверям, и было окружено тремя большими гало-экранами. За креслом капитана находилось место пилота-навигатора корабля, перед его, более низким креслом, было два гало-экрана. Последнее, с несколькими гало-экранами, кресло принадлежало офицеру боевого управления, именно он отвечал за вооружение и защиту эсминца. – А вот и новые доказательства странности эсминца.

Сказал Джим, подходя к нише, за которой скрывался центральный искин корабля. Раскрытая ниша встретила его полностью выжженным искином. Такое могла сделать только специальная взрывчатка, применявшаяся в группах захвата кораблей, чтобы быстро деактивировать против абордажные системы корабля. Она, обычно, просто выжигала искин. Приказав техническому дройду подготовить место для установки нового искина в нишу центра управления, Джим отправился осмотреть тела экипажа.

Первым, на его пути от ниши с искином, был офицер боевого управления корабля. Быстрый визуальный осмотр показал, что он покончил с собой, так и оставшись пристёгнутым к креслу. Выстрел был сделан прямо через защитный скафандр, от чего практически всё стекло шлема внутри было покрыто высохшей кровью. Стандартный пилотский скафандр, за такой в Республике просили около сорока тысяч кредитов. За спиной Джима послышался вновь заработавший плазменный резак и гулкие удары о металл. Дройд приступил к выполнению поставленной задачи.

Тело пилота-навигатора было также пристёгнуто к своему креслу, вот только шлем его был откинут, а на бледном лбу ссохшегося лица виднелось маленькое пулевое отверстие. Его левая рука так и застыла, сжимая подлокотник кресла. За пилотский скафандр, не требующий ремонта и в хорошем состоянии, Джим мог получить, как минимум, пятьдесят тысяч. Таким способом Джим пытался отвлечь себя, исследуя корабль, на котором погиб весь экипаж, до конца выполнивший свой долг. Война за выживание, в которой основная цель – нажива, совершенно обесценившая человеческую жизнь, не оставила здесь шансов никому. Война, как безумный прожорливый монстр, собрала свою кровавую жатву и, слегка насытившись, отступила, оставляя в назидание эти останки кораблей с их экипажами, как будто говоря остальным: «Если вы не будете ценить свою жизнь, я приду и заберу ее…».

Подходя к креслу с телом капитана ударного эсминца, Джим обратил внимание на его нагрудный знак, занимавший всю левую часть груди. На знаке была изображена голубая планета с маленьким зелёным спутником в правой стороне. Четверть планеты слева перекрывал корабль, имеющий сильное визуальное сходство с тяжёлым крейсером класса «Нерп» Империи Иштар. Знак на груди капитана был знаком Джиму, но он не мог вспомнить, где его видел. Он хорошо понимал, что это не просто знак отличия.

– Не может быть… – от пришедшей информации он непроизвольно сделал шаг назад.

Только члены правящего дома Империи Иштар могли носить эти знаки. Положение зелёного спутника возле планеты указывало на статус в правящем доме. Так, у самого Императора, зелёный спутник планеты был расположен прямо возле корабля, у его детей – внизу под планетой. А здесь, зелёный спутник находился с противоположной стороны корабля. Значит перед Джимом сейчас лежало тело одного из родственников самого Императора, скорее всего, двоюродный брат или племянник, если вспомнить, что сам Император Грегоир был молод, когда началась война.

– Вот только, что ты здесь делал на этом эсминце, явно не подходящем тебе по статусу. – вслух спросил Джим, стоя напротив тела капитана. – Амели, как у тебя дела?

– Через шесть часов реактор будет запущен. Монтаж завершён, начат процесс прокладки силовых линий и восстановления целостности корпуса корабля. – Джим усмехнулся. Чтобы восстановить целостность корпуса, Амели заранее, практически, разобрала на запчасти соседний остаток от эсминца сопровождения.

– Хорошо… – Джим обернулся на, копошащегося в нише с искином, технического дройда. Посмотрев на маленький гало-экран, расположенный на спине дройда, он сказал Амели. – Твой новый дом будет готов через час.

Глава 12

Джим сидел в кресле пилота и старался дышать спокойно и ровно: кислорода в скафандре осталось всего на один час. Сейчас он смотрел, как технический дройд устанавливает искин Амели в нишу в центре управления, рядом с которой стоял блок батарей со спасательной капсулы истребителя. Внешние индикаторы батареи уже почти час светились красным. Это означало, что у них очень мало времени. Амели восстановила целостность корпуса, приварив новые бронеплиты, из-за этого часть дройдов осталась снаружи корабля.

За шесть часов Джим перенёс тела экипажа в самую дальнюю каюту корабля. Просто избавиться от них, выкинув за борт, он не хотел, решив разобраться с ними позже. Последние два часа он просто сидел в кресле, полностью сосредоточившись на контроле своего дыхания, стараясь не волноваться, когда дройды расширяли проход в центр управления, чтобы в него смог протиснуться технический дройд, переносивший Амели.

Его внимание привлёк гало-экран напротив капитанского кресла. На экране вдруг появилось лёгкое свечение, а еще через несколько секунд по нему побежали строки цифр и букв. Напротив каждой строки, то появлялись, то пропадали проценты.

– Приступаю к запуску реактора класса «Эн 38». – деловым голосом сказала Амели.

Ударный эсминец еле слышно завибрировал, послышался отдаленный нарастающий гул, извещающий о начале процесса расщепления топливных стержней в реакторе. Сейчас необходим был тщательный контроль этого процесса, иначе в системе на несколько секунд «расцветёт» космический букет.

– Реактор «Эн 38» запущен, начинаю калибровку и контроль мощности. – всё тем же отрешенным голосом оповестила Амели. Нельзя дать реактору превысить установленную норму в 9 %, иначе искин станции сможет засечь излучение.

– Хорошо. – коротко ответил Джим, вновь положив голову на подголовник и возвращаясь к контролю за дыханием. Индикатор на левом запястье уже во всю сигнализировал оранжевым цветом и, вот-вот, грозился сменить его на красный. Чтобы отвлечься, Джим начал думать о том, что он будет делать, когда вернётся домой. Согласно законам Республики, Джим должен будет заплатить налог в размере 10 % от найденного имущества или передать эквивалент этой суммы оборудованием. Появление в Республике частного ударного эсминца времён войны империй привлечёт к нему очень много внимания и, скорее всего, он будет вынужден его продать какой-нибудь корпорации, где, в итоге, корабль осядет в частном флоте.

– Диагностика системы жизнеобеспечения завершена, генератор искусственной гравитации активирован. – от резко упавших на пол предметов, центр управления погрузился в перезвон. Джим от неожиданности подскочил и, чуть не упал, зацепившись за кресло.

Центр управления окутался густыми клубами пыли, поднятыми активировавшейся системой жизнеобеспечения. Через несколько минут взвыли вентиляторы и воздух начал свою процедуру очистки, которая растянулась почти на двадцать минут. Как только индикатор на левом запястье скафандра сменился на зелёный, Джим сразу деактивировал шлем. Но не успел он сделать два глубоких вдоха, как его тело начало содрогаться в приступе кашля. Откашлявшись, он вновь сделал глубокий вдох, готовясь к новому приступу кашлю.

– Мало воздуха, плохо, много воздуха, тоже плохо. – ворча себе под нос, он направился в каюту капитана. Необходимо было срочно решить вопрос с туалетом.

Сбылась его мечта, именно об этом Джим мечтал последние несколько суток. Он уже десять минут стоял под холодными струями воды, лившимися сверху. Эсминец понемногу оживал. Амели подняла мощность реактора до 17 %, объяснив это тем, что у эсминца лучше экранирование, чем у фрегата.

– Джим, жду тебя в центре управления. – прямо в душевой кабине раздался голос Амели, прервав наслаждения Джима.

– Иду. – тяжело вздохнув, ответил Джим.

Он быстро вошел в каюту капитана. Когда он последний раз здесь был, а это было, буквально, двадцать минут назад, тут был бардак, а сейчас – полный порядок, даже кровать застелена новым бельём. Надевать старый и грязный пилотский скафандр у Джима не было никакого желания, поэтому пройдя к шкафам, он достал с нижней полки стандартный комбинезон для повседневной носки. Уже надевая комбинезон, он почувствовал, как замёрз. Застегнувшись и, быстро надев на ноги мягкие ботинки, он, почти бегом, направился в центр управления.

Там его тоже встретила полная чистота, весь мусор, который валялся когда-то здесь, отсутствовал, Амели об этом позаботилась. Как только он перешагнул порог, оставив за спиной покореженные двери, оба гало-экрана возле кресла капитана засветились. На левом отобразилась схема системы Росс, с её тремя планетами. Помимо плотного количества серых точек, на схеме системы было также изобилие красных, разбросанных по всей системе, что не давало возможности Джиму определить месторасположение в системе эсминца, на борту которого он сейчас находился. На правом гало-экране медленно вращалось изображение ударного эсминца с чёткими контурами внутреннего оборудования, в основном, окрашенного в красные цвета. Желтым на схеме эсминца были помечены только центр управления, система жизнеобеспечения, реакторный отсек и пассивный сканер. На такой схеме было тяжело ориентироваться, так как оборудование не было подписано. Отсутствовал, как его вид, так и его классность, поэтому Джим не мог ничего сказать о характеристиках корабля.

– Для проведения полной диагностики систем корабля, необходимо двадцать три часа. – голос Амели хоть и звучал озабочено, но Джим четко в нём слышал довольные нотки. – Джим, согласно уцелевшим базам данных, это эсминец класса «Рог-А».

– И в чём разница? – спросил Джим, всматриваясь в изображение корабля на гало-экране. Все полученные им знания молчали, он впервые слышит о классе «Рог-А». Насколько он знал, их было всего три класса. Отличия между ними были не значительные, в основном это касалось вооружения или защищенности.

– До завершения полной диагностики, я не смогу ответить на этот вопрос. – ответила Амели, только раззадорив интерес Джима к этому кораблю.

– Как будем выбираться из системы? – решил задать Джим вопрос, который уже давно вертелся у него на языке.

– Решение этого вопроса, мне подсказал обломок лёгкого крейсера, пытавшийся до нас добраться. – схема вращающегося эсминца пропала с правого гало-экрана, а её место заняла картинка, явно, с оптических датчиков корабля. – Искин лёгкого крейсера с помощью газовых маневровых сопел пытался подойти к нам ближе, но, не рассчитав свою траекторию движения, столкнулся с другим обломком корабля и, сейчас, не представляет для нас опасности.

– То, есть, ты предлагаешь нам также с помощью маневровых сопел, использующих сжатый газ, разогнаться и выйти за пределы действия оборонных систем станции? – подхватил Джим идею Амели.

– Да, Джим. Согласно проведённому анализу, успех составляет 73 %. – на левом гало-экране, прямо на схеме, появилась траектория предполагаемого движения корабля, дающая возможность выхода из-под действия оборонных систем станции и совершения прыжка в систему Акат.

– Не понял, как Акат? – встрепенулся Джим, ведь это не выводило их из сектора Аргаш, а, наоборот, они уйдут ещё глубже, практически к старым границам Империи Иштар.

– Каждый час все орудийные платформы делают отклик искину станции о своём состоянии… – начала пояснять Амели, но Джим грубо её перебил.

– Амели, я это и сам прекрасно знаю, не разговаривай со мной, как с малым ребенком. – негромко и раздраженно сказал Джим. Его просто потрясло то, что предложила Амели. Вместо того, чтобы вернуться домой, она предлагает сумасшествие: прыгнуть в следующую систему сектора.

– Прости, Джим. Пассивный сканер засёк все отклики орудийных платформ. – не изменившись в голосе, сказала Амели. – После появления нашего фрегата, искин станции перестроил орудийные платформы, и теперь их схема выглядит так.

На схеме системы исчезли все серые точки, оставив только красные. Теперь Джим прекрасно видел, насколько сильно искин станции сконцентрировал орудийные платформы в направлении, сектора Ростор. При такой плотности им просто невозможно проскочить мимо них незаметно, а если, ко всему прочему, ещё добавить то, что искин станции также проводит визуальный анализ повреждений корабля, дрейфующего в его контролируемом пространстве, то идея Амели уже не кажется такой необдуманной и неправильной.

– Ладно, твой план принят. – через несколько минут сказал Джим, обдумывая ситуацию. Если совершить прыжок сначала в систему Акат, а оттуда – в систему Лейтен, то, тогда мы сможем, сделав своеобразный полукруг из трёх систем, прыгнуть в сектор Ростор. – И… это…, Амели, ты тоже прости меня за резкость. Но у меня вопрос, по поводу реактора. Разве его будет достаточно, чтобы обеспечить энергией гипер-двигатель?

– Извинения приняты, Джим. Нет, недостаточно. Нам необходимо найти второй реактор, желательно, того же класса, иначе их тяжело синхронизировать – когда Джим уже собирался выходить из центра, его остановила Амели. – Джим, подожди, есть несоответствие со схемой корабля.

– Поясни. – Джим развернулся и вернулся к креслу капитана. Ещё несколько секунд назад он готовил себя к очередному сеансу головной боли, после чего планировал обдумать, где им искать второй реактор.

Вновь на правом гало-экране появилась схема эсминца. Вот только теперь она была показана снизу, где располагались два торпедных аппарата, самое страшное оружие этого корабля, занимавшее больше четверти его пространства. Один из торпедных аппаратов подсвечивался красным, другой оранжевым, не успел Джим задать вопрос, как Амели начала пояснять.

– Торпедный аппарат номер два не откликался на запросы диагностики. Отправленный малый технический дройд не обнаружил там наличие торпедного аппарата. – сказав, Амели замолчала, а на схеме, вместо торпедного аппарата номер два, появилось заштрихованное изображение пустоты.

– Дай угадаю, там трюм? – спросил Джим. Если это так, тогда все его догадки по поводу этого корабля, сходятся.

– Да, Джим. Я могу спросить, откуда ты узнал? – с удивлением в голосе спросила Амели.

– С этим эсминцем всё с самого начала было что-то не так. Первое, это ремонтный фрегат, бросившийся в гущу боя вытаскивать повреждённый эсминец. Второе, слишком толстая броня, как для серийного корабля этого класса и, последнюю точку в сомнениях, поставил капитан эсминца, относящийся к правящему дому Империи Иштар. – Джим задумался, всё ли он вспомнил и перечислил. – Я даже боюсь представить, что может быть за груз на этом корабле.

– Во втором трюме найдено шесть средних контейнеров, на всех отсутствуют чипы содержимого. – свою ложку тревоги в опасения Джима, непроизвольно добавила Амели.

– Пошёл одеваться. – не взирая на страх, победило любопытство, поэтому Джим, почти бегом, отправился в каюту капитана, где лежал пилотский скафандр.

Глава 13

Второй трюм с контейнерами встретил Джима полумраком. Вообще, освещение на эсминце включалось только там, где в данный момент, он находился. Закрепленным ровным рядом в трюме стояли шесть, с усиленной бронёй, военных контейнеров, рассчитанных выдержать попадание мощного оружия. Сейчас он стоял и смотрел, как два больших инженерных дройда, под управлением Амели, вытаскивали на середину трюма первый контейнер. Как только он был установлен, к его небольшой панели управления подошёл маленький технический дройд. Используя свои манипуляторы, он ловко подключился к разъёмам, расположенным немного левее панели управления.

– Код доступа получен. – странным голосом произнесла Амели.

Но не успел Джим поинтересоваться причиной этого, как контейнер, издав громкий шипящий звук, начал раскрываться. Его боковые стенки отошли в стороны, а верхняя часть приподнялась вверх, показывая содержимое контейнера. Джим удивленно вскинул брови, так как перед ним стояли еще шесть малых контейнеров. Малый технический дройд быстро начал перебегать от контейнера к контейнеру у каждого он задерживался ровно на двадцать секунд. Как только он замер возле последнего, раздался голос Амели.

– Медицинское оборудование, вывезенное с научной базы Империи Иштар А-5762С. – коротко сказала Амели.

– Что за база? Есть информация, где она находится? – задал вопрос Джим, прекрасно понимая, что ответ, скорее всего, был скрыт в уничтоженном искине.

– Данная информация отсутствует в базах данных корабля. – Амели подтвердила догадку Джима.

– Составь список оборудования и давай следующий контейнер, потом будем со всем разбираться. – время до завершения полной диагностики систем корабля есть, поэтому нужно посмотреть, что в них хранится. Первый контейнер не ответил Джиму на вопрос, по какой причине, капитаном корабля был родственник императора.

Уже через час, потрясенный Джим, молча сидел на маленьком контейнере, вновь и вновь пролистывая список, составленный Амели о содержимом каждого контейнера. При каждом открытии нового контейнера Джим понимал, что с таким грузом лучше, вообще, не появляться на территории Республики. За первую часть груза, его убьют миллионеры и правящие корпорации, как только он появится с ним в любой системе Республики. За вторую часть груза, находящегося в контейнерах, ему грозит, как минимум, шесть смертельных казней или двенадцать пожизненных сроков на планетах-тюрьмах.

Если с содержимым первого контейнера ещё необходимо разбираться, что за медицинское оборудование и в какой области медицины оно применимо, то второй контейнер, его сразу вогнал в ступор. Две медицинские капсулы, одна из которых хирургическая «Итр 71», высшего класса, по меркам Империи Иштар. Во всей республике была только одна такого класса и принадлежала она высшему совету Республики. В третьем контейнере было две тренировочные капсулы, одна из которых была изготовлена для подготовки десанта и войск планетарного значения. За одну такую тренировочную капсулу в Республике можно купить себе целую планету, а если к ней добавить ещё и хирургическую капсулу, то и систему, если, конечно, доживёшь до этого.

В четвёртом контейнере были обнаружены небольшие медицинские боксы в количестве ста штук. Информация, с прикреплённого к каждому боксу, чипа содержала короткую надпись – «Биоимплант», класс – от «А01» до «С01». В пятом были обнаружено большое количество информационных кристаллов, отсортированных по направлению. Так, на одном из боксов с десятью кристаллами был чип с надписью – «Пилот истребителя-штурмовика». Самый большой бокс, в котором находилось больше ста информационных кристаллов, имел на своём корпусе чип с пометкой – «Универсал: Капитан-Адмирал».

Шестой, средний контейнер, прятал в себе десять разнообразных и, полностью различных, защитных скафандра. Единственный информационный чип на первом, самом объемном, скафандре гласил – «Экспериментальные образцы». Все попытки раскрыть защитные скафандры не увенчались успехом, они так и остались недоступны для Джима.

– Всё это разработки Империи Иштар, которые они срочно вывозили с некой научной базы. – вслух начал размышлять Джим. Необходимо было определиться, что теперь со всем этим делать. – Амели, ты можешь составить список информационных кристаллов из пятого контейнера?

– Да, Джим, приступаю. – сразу же синхронно вздрогнули два инженерных дройда и направились к пятому среднему контейнеру. Места в трюме было немного, поэтому приходилось их вынимать поочерёдно. Дройды, с небольшим скрежетом по металлическому полу корабля, занимались перемещением контейнеров.

– Список составлен, передан на коммуникатор. – Джим настолько задумался, что даже не заметил, когда Амели закончила составлять список. Оглянувшись, он успел увидеть, как, возле последнего бокса с информационными кристаллами, замер маленький технический дройд.

Список оказался не таким и большим, как изначально думал Джим. Он был представлен не боксами и их содержанием, а общим списком. Напротив каждой позиции стояла цифра, отображающая количество кристаллов. Первыми в списке шли пилотские кристаллы и всё, что с ними связано, потом пошли технические информационные кристаллы, с некоторыми Джим уже был знаком. Инженерных кристаллов было намного меньше, чем остальных, хотя в их число и входило много кристаллов, относящихся к ремонту и обслуживанию. Завершал список перечень десантных информационных кристаллов, включающих виды оружия, тактику малых групп, планетарный штурм, допрос пленных в полевых условиях и многое другое. В самом конце были указаны пять кристаллов, носящих обозначение – «Строго для научного персонала».

– Амели, достань мне вот этот кристалл. – сказал Джим и ткнув пальцем в название кристалла, отправляя данные своему искину. Уже через пять минут Джим уверенно шагал по коридору эсминца с зажатым в правом кулаке информационным кристаллом. Вся надежда на то, что с помощью шлема «ГипВиз А» он получит хоть немного ответов на рой вопросов, носящихся в его голове.

– Приветствую тебя, курсант Империи Иштар. Вы хотите раскрыть информационный кристалл – «Строго для научного персонала», имеющий код доступа А0?. – то, есть после этой фразы Джим, наверно, должен был срочно выключить шлем, пока служба безопасности Империи Иштар не арестовала его.

– Да, раскрыть. – хмыкнул Джим и его тут же подхватил водоворот информации, хлынувший в его ожидающий мозг.

– Джим? – голос Амели оторвал его от размышлений о полученной информации из информационного кристалла. Джим не узнал, откуда всё это оборудование, но сейчас он получил теоретические знания о содержимом контейнеров.

– Амели, где можно развернуть хирургическую капсулу «Итр 71»? – учёные Империи Иштар сделали качественный скачок в процессе подготовки не только военных кадров, но и гражданского персонала. Больше ста лет им понадобилось на проведение исследований, экспериментов и опытов, чтобы вырастить биоимплант, способный в несколько раз поднять умственные способности мозга, увеличить скорость реакции, укрепить мышцы и костную систему будущих солдат империи. В шестом контейнере находятся десять экспериментальных защитных скафандров, но управлять ими может только носитель, в чьём мозге будет установлен биоимплант.

– Возможно, развернуть хирургическую капсулу в малой каюте для младшего состава корабля. – и, через секунду, добавила. – Выполнять?

– Да. – ответил Джим, направляясь в душ. Необходимо вернуть бодрость телу и уверенность своему мозгу в правильности принятого решения.

Следующие два часа он просто перемещался по кораблю, в ожидании завершения установки хирургической капсулы. Амели требовалось провести тестирование оборудования на предмет потребления энергии. Также она настояла на проведении диагностики исправности капсулы, на случай, если что-то пойдет не так. Вот, поэтому, Джим был вынужден ждать. За это время он уже дважды поел, в очередной раз, удивившись, когда это Амели успевает за всем следить, ведь пищевой синтезатор был тоже доставлен с ремонтного фрегата.

– Диагностика и настройка хирургической капсулы «Ирт 71» завершена. – раздался такой долгожданный голос Амели. – Согласно инструкции, перед установкой биоимпланта тебе необходимо пройти курс полного сканирования организма, только после этого искин капсулы проведет процедуру вживления биоимпланта в кору головного мозга.

– Да, я знаю Амели. – отозвался Джим. Он начал сильно нервничать и уже несколько раз ловил себя на мысли, что почти готов немного отложить операцию. – Амели, подготовь биоимпланты, каждого – по одному.

– Принято, Джим. – голос Амели был очень сосредоточен, возможно, она переживает за него или это, просто, кажется Джиму.

Он стоял голый напротив хирургической капсулы, которая заняла практически всё пространство малой каюты, и всё ещё колебался в правильности принятого решения. Ярко белая крышка яйце подобной капсулы, с легким шипением, поднялась вверх. Как только она заняла открытое положение, внутри зажегся слабый зеленоватый свет, а дно капсулы начала заполнять какая-то густая жидкость.

Сделав глубокий вдох, Джим перекинул правую ногу через бортик капсулы и вступил в тёплую массу. Уже через три минуты он лежал в капсуле и пытался успокоить своё сердцебиение. Верхняя часть капсулы медленно опустилась, несколько раз что-то щёлкнуло и, свет в капсуле погас. Последнее, что помнил Джим, проваливаясь в темноту, был голос, принадлежавший искину капсулы.

– Приступаю к полному сканированию организма…

Глава 14

Первое, что увидел Джим, раскрыв глаза, был яркий свет, окружавший его. Крышка капсулы была открыта. Он увидел тёмно-серый потолок каюты, где прямо в глаза светила лампа. Попытка подняться ни к чему не привела, всё тело занемело и отказывало его слушаться. Желание позвать Амели, вызвало только хрип из его горла, который привел к приступу кашля.

– Процесс полного восстановления организма завершён, установка биоимпланта завершена. – раздался голос искина, звучавший прямо в уши. – Согласно инструкции М-579-А12, пункт 2, рекомендуемый пакет теоретических знаний – капитан корабля, специализация – рейдер, данные занесены в биоимплант.

– Амели, сколько я здесь провалялся? – спросил Джим, после удачной попытки подняться и сесть в капсуле, ухватившись правой рукой за её борт. Если судить по тому, как онемело и затекло его тело, то, минимум, трое суток без движения.

– Десять суток. – спокойным голосом ответила Амели.

– Сколько? – едва не упав обратно в хирургическую капсулу, переспросил Джим. Всё ещё не веря в услышанное, но, немного успокоившись, тихо сказал себе, вылезая из капсулы. – Теперь хоть понятно, почему так есть хочется.

Съёжившись от холода, Джим шёл по холодному коридору, оставляя за собой мокрые следы, стекающей с него густой жидкости, оставшейся на теле после пребывания в капсуле. Зайдя в каюту капитана, Джим замер. В центре каюты, вместо его кровати, стояла тренировочная капсула для десанта, занимавшая 60 % всей каюты, оставив совсем немного места для небольшой тумбы, на которой размещался пищевой синтезатор.

– И как это понимать? – спросил Джим, стоя напротив тёмно-зелёной тренировочной капсулы, внешне, сильно напоминающую медицинскую.

– Согласно инструкции о подготовке капитана рейдера, ты обязан пройти курс специальной подготовки. Во-вторых, для лучшей оптимизации установленного биоимпланта, твоё тело должно получать как физические нагрузки, так и умственные. – Всё тем же спокойным голосом говорила Амели. – Всё дальнейшее обучение будет происходить непосредственно в тренажёрной капсуле.

– Понятно… – желания спорить сейчас не было, к тому же Джим уже начал сильно мёрзнуть. Необходимо было быстро принять душ и одеться.

Стоя под холодными струями воды, подаваемыми вперемешку с воздухом под большим давлением, Джим прислушивался к себе, пытаясь понять, что изменилось. Проведя левой ладонью по своему лицу, он почувствовал, как что-то твёрдое задело кожу на левой щеке. Брошенный взгляд на ладонь, едва не заставил его вскрикнуть от увиденного.

Смыв густую субстанцию, Джим на левом запястье обнаружил разъем, выступающий прямо из кожи, точно такой же применялся на современных коммуникаторах. На правом запястье тоже был закреплен разъем, идентичный левому. Джим в панике начал осматривать своё тело. Ощупывая голову, он на затылке обнаружил третий. Что это? Вмиг холод и сонливость пропали, скорость мыслей в поиске ответов возросла в несколько раз.

– Амели, что это на руках и на голове? – голый и мокрый он выскочил из душа. В каюте капитана Джим чуть не столкнулся с техническим дройдом, замершим возле тренажёрной капсулы. В своих четырёх манипуляторах, поднятых вверх, он сжимал один из защитных скафандров, обнаруженных в контейнерах.

– Хирургический комплекс выполнил перестройку твоего организма для полного подключения к экспериментальному скафандру. – спокойный голос Амели сейчас раздражал Джима.

– Какую перестройку организма? – чуть не закричал Джим. – И когда последняя операция, которая превратит меня в дройда?

– Данная операция невозможна. – ответила Амели. Джим начал успокаиваться. Ведь в первую очередь он сам виноват, необходимо было лучше изучить процедуру операции, а сейчас некого винить, кроме себя. Лучше узнать, что теперь ему делать с этим новым приобретением.

В двух метрах от него технический дройд все также держал чёрный защитный скафандр. Вместо стандартного бронестекла на шлеме, закрывавшего лицо носителя, находилась сплошная броня с тонкими прорезями для глаз. Кроме основной брони, из которого был выполнен скафандр, он имел дополнительные пластины, закрывающие грудь, плечи и бёдра ног. Джим не мог визуально определить, из какого сплава был выполнен скафандр. Сделанный шаг к скафандру чуть не закончился сердечным приступом.

Голова скафандра с прорезями, располагавшаяся точно на уровне головы Джима, приподнялась, в глазницах вспыхнул красный свет, заставивший Джима отступить назад, пока он не упёрся спиной в стену. Как только он отошёл, глазницы скафандра потухли, а голова вновь немного опустилась.

– Ещё один такой фокус и мне вновь придётся принимать душ. – произнес Джим, вытирая выступившую на лбу испарину, хотя еще несколько минут назад он почти замерзал.

– Амели, поясни. – сказал Джим, оставаясь неподвижно стоять возле стены. Желания подходить к оживающему скафандру у него пока не было.

– Нет данных. Есть только запись, что это универсальный экспериментальный скафандр. – голос Амели звучал так, как будто Джим отвлёк её от очень важного дела.

Сделав глубокий вдох, Джим вновь подошёл к скафандру. Как только он замер напротив него, всё повторилось вновь, только на этот раз Джим уже остался стоять на месте. Технический дройд отпустил скафандр и, убедившись, что тот стоит на своих ногах, засеменил к выходу из капитанской каюты, оставляя Джима одного с защитным скафандром, которой вновь смотрел на него своими красными глазницами.

– Ну, и как с тобой знакомиться? – сказал Джим первое, что пришло ему в голову. Со стороны, наверно, это смотрелось комично: стоит голый парень и разговаривает со скафандром.

Не успел он улыбнуться своей шутке, как шлем скафандра сложился в воротник, а лицевая пластина опустилась на грудь. Еще мгновение и скафандр разошёлся в стороны, разделившись на две неравные половинки. Правая была чуть больше левой, только ноги остались стоять на полу. Поколебавшись с минуту и, позаглядывая вовнутрь скафандра, Джим осторожно вставил в него ноги, сразу почувствовав прохладу материала. Как только его руки стали входить в, слегка раскинутые в стороны, рукава, скафандр, с легким шелестящим звуком начал сходиться, так, что руки дальше оделись сами.

Джим был почти спокоен ровно до того момента, пока на его голове не захлопнулся шлем и он не остался один в полной темноте. В его запястья на руках, как будто воткнули раскалённые иглы. Уже открыв, было, рот для того, чтобы выругаться, Джим замер. Такая же игла, только что пронзила его затылок. Из глаз потекли слёзы, от нахлынувшей боли он не мог даже вдохнуть. Когда его лёгкие уже горели огнём от недостатка кислорода, всё резко закончилось. Сделанный глубокий вдох принёс долгожданное облегчение. Раскрыв глаза, Джим был удивлён, он смотрел на обстановку в каюте не через бронестекло и даже не с помощью встроенного в шлем гало-экрана, а практически своими глазами, перед которыми сейчас не было никаких преград.

– Идентификация завершена, настройки под параметры нового пользователя завершены. – зазвучал монотонный мужской голос в шлеме скафандра. – Параметры Капитана Империи Иштар, Джима Норведа внесены в базу данных защитного скафандра «Беир-А».

– Искин, назови свой серийный номер. – Джим внутренне напрягся, если сейчас окажется, что и здесь стоит саморазвивающийся искусственный интеллект, то он этого не переживёт. Код производителя он не спрашивал, так как он был принят уже в создавшейся Республике, а изделия Империй имели только серийный номер, по которому можно определить и поколение, и класс искина.

– Искусственный интеллект шестого поколения малого класса, серийный номер Н674935-А3. – стандартный серийный искин, первая буква «Н» обозначает, что искин может применяться и в гражданских целях. Первая цифра номера означала поколение искина, а «А3» его класс.

– Искин, для чего необходимы разъёмы на руках и затылке? – Джим задал вопрос, который сейчас его больше всего беспокоил.

– Всё данные с сенсоров защитного скафандра поступают на биоимплант, откуда он распределяет полученную информацию по коре головного мозга. – ответ не совсем устроил Джима. Наверно, чтобы понять, необходимо изучить медицинские информационные кристаллы, но таких в наличии не было.

Не успел Джим задать следующий вопрос, как эсминец ощутимо вздрогнул всем корпусом. Сразу сменилось освещение в каюте с обычного белого, на красное.

– Амели, что происходит? – спросил Джим, выходя в коридор и направляясь в центр управления.

– Стыковка завершена. – отозвалась Амели, когда Джим уже входил в центр управления.

– Какая стыковка? – Джим сделал себе зарубку на будущее, основательно переговорить с Амели, но это необходимо делать, когда он освоит знания по программированию.

– Джим, пока ты был в хирургической капсуле, я действовала согласно утверждённому тобой плану. – ответила Амели, в голосе которой звучали нотки обиды. Активировав оба гало-экрана, находящиеся напротив кресла капитана, она продолжила. – Используя маневровые сопла на сжатом газе, я вывела эсминец из поля обломков и начала движение по траектории выхода за пределы оборонных систем станции. Сейчас на эсминце установлен только один реактор, и для совершения гипер-прыжка в систему Акат его мощности недостаточно. Двое суток назад оптические датчики корабля обнаружили лёгкий крейсер Империи Невер с повреждением корпуса – 57 %. Согласно, проведённому анализу повреждений, вероятность целостности реакторного отсека составляет – 71 %.

– Всё, я понял, Амели. – не выдержал иронического тона Джим. – Извини, что засомневался в тебе и правильности твоих действий.

– Извинения приняты. – более весёлым голосом сказала Амели. Джим молча сидел в кресле капитана, размышляя о действиях Амели. Ведь, если бы вместо неё стоял стандартный искин, Джим не смог бы дожить до сегодняшнего дня, по большому счёту, практически, всё она сделала сама, а он только путался под ногами её технических дройдов. И, даже, когда он сам лёг в хирургический комплекс, Амели продолжала выполнять, поставленные перед ней задачи, тем самым спасая его жизнь.

Левый гало-экран показывал картинку с носовых оптических сенсоров. Было видно, что эсминец просто встрял в одну из многочисленных пробоин на корпусе лёгкого крейсера класса «Шил». С корпуса эсминца, вглубь крейсера, бодро перебирая своими металлическими лапками, убежали три малых технических дройда.

– На лёгких крейсерах Империи Невер того периода устанавливали реакторы класса «Нек-57», они намного мощнее нашего «Эн 38», но и намного крупнее. – в его голове, сама собой, начала всплывать информация о лёгком крейсере, давая ответы на его вопросы.

– С вероятностью в 95 %, ты прав. – немногословно ответила Амели. Если верить схеме, на которой сейчас отображался эсминец, то до выхода из зоны действия орудийных платформ станции, им осталось совсем немного, и шанс найти рабочий реактор в обломках кораблей был очень мал.

– Насколько я знаю, реакторный отсек можно расширить, пожертвовав для этого одной малой каютой и частью трюма корабля. – в голове Джима начали всплывать разные возможные варианты, как это можно сделать и какие для этого необходимы материалы и виды дройдов.

– В моих базах данных нет такой информации. – ответила Амели, выводя на правый, гало-экран схему эсминца. – Проведённое экспресс-моделирование выдало отрицательный результат. Прошу тебя внести в схему корабля свое предложение для проведения моделирования согласно, твоих данных.

Устроившись в кресле капитана, Джим всматривался в правый экран. Вначале знания всплывали как отдельные частицы, а уже через минуту, он начал водить пальцем по гало-экрану, убирая одни стены корабля и, рисуя, другие. Полностью вычеркнув малую каюту, Джим разделил трюм, находившийся прямо под реакторным отсеком. Перенеся силовые линии, переложил дублирующие системы, заштриховал дополнительное экранирование и усилил внешнюю броню. На всю разработку у него ушло не больше десяти минут и, сейчас схема выглядела готовой, оставалось, чтобы её смоделировала Амели, используя полученные данные.

– Приступаю к моделированию. – схема эсминца на гало-экране окрасилась в разные цвета. – Получены данные от технических дройдов. Два реактора класс «Нек-57», работоспособность первого реактора составляет 14 %, работоспособность второго составляет 81 %, необходим малый ремонт.

Джим был рад. Им удалось найти рабочий реактор, а значит, они скоро отправятся домой, во всяком случае, он об этом мечтает. Он не забыл, что для этого им необходимо пройти ещё две опасные системы сектора Аргаш, но это всё потом, а сейчас их ждут несколько суток тяжёлой работы. Хотелось бы разобраться и с новым защитным скафандром, ведь он теперь капитан Империи Иштар, и, усмехнувшись своим мыслям, Джим направился к выходу из центра управления. Желание хорошо поесть у него только усилилось.

– Амели, как закончишь с моделированием, доложишь. – сказал Джим и вышел из центра управления.

Глава 15

Двадцать дней. Именно столько им потребовалось, чтобы заменить реактор «Эн-38», когда-то принадлежавший ремонтному фрегату на «Нек-57». Амели так и не смогла смоделировать новый реакторный отсек, вписанные в неё жёсткие ограничения не давали ей права вносить изменения в силовой каркас эсминца.

Первые пять суток Джим трудился сам, что дало ему возможность в полной мере ощутить преимущества, как биоимпланта, так и нового скафандра с, встроенным в него, искином. Благодаря искину скафандра, Джим мог управлять и ставить задачи сразу шести техническим дройдам, за работой которых следил искин скафандра. Пришлось вновь разобрать пробоину корабля и только потом приступить к перестройке внутренностей эсминца.

Защитный скафандр «Беир-А» мог обеспечивать автономность до трёх суток в открытом космосе, после чего требовалось заменить кислородные стержни, фильтры переработки продуктов жизнедеятельности. На пятые сутки Джим уже падал с ног от усталости, когда он, наконец, смог поставить точку в подготовке нового места жительства реактора «Нек-57». Благодаря хирургической капсуле он держался все это время. Каждые двенадцать часов она проводила быструю очистку организма и вкалывала ему дозу стимуляторов, но и у них был побочный эффект. В конечном итоге Джим заснул в тренировочной капсуле, поставив режим лёгкого массажа, а проснулся от того, что его мышцы крутят, растягивают сухожилия, разминают суставы.

– Не понял. – всё, что успел тогда сказать Джим, прежде чем погрузился в тренировочный комплекс по подготовке десанта Империи Иштар.

Только на вторые сутки тренировочная капсула отпустила его, практически выплюнув его из своего нутра. Вспотевший, с сильной отдышкой Джим проклинал тренировочную капсулу, ведь он сейчас даже не способен дойти до душа, при любом движении все мышцы просто сводило.

– Амели, как это понимать? – он ткнул пальцем в тренировочную капсулу, прежде, чем смог все-таки зайти в душ.

– После установки биоимпланта, на него была занесена информация о подготовке капитана Империи Иштар. Искин тренировочной капсулы, выполнил сначала ваши настройки на лёгкий тонизирующий массаж, а потом приступил к выполнению инструкции, прописанной на твоём биоимпланте. – начала пояснять Амели, когда Джим уже стоял под струями воды, пытаясь заставить ватные, непослушные руки подняться над головой. – Дальнейшее обучение, также, будет проходить в хирургической капсуле, под присмотром медицинского искина.

– Хорошо. – ответил Джим, пытаясь вспомнить, в какой из кают на корабле остались кровати, где он сможет нормально поспать, чтобы тебя не растягивали и не ломали во время сна.

От воспоминаний своего первого знакомства с тренажёрной капсулой, Джима аж передёрнуло. Сейчас он стоял на броне ударного эсминца и смотрел, как большие технические дройды заваривают последние швы между бронеплитами корабля, снятыми с лёгкого крейсера. Со стороны эсминец выглядел немного смешным. На тёмно-сером корпусе корабля новые бронеплиты, светло-серого цвета, смотрелись, как родимое пятно, занимавшее четверть корабля.

– Приступаю к диагностике силового каркаса корабля. Проверка целостности корпуса. – после слов Амели, Джим увидел, как из технического люка, расположенного возле центрального маршевого двигателя, начали выползать малые технические дройды. – Джим, прошу вернуться в центр управления.

– Иду. – Джим забрался он на броню эсминца не только, чтобы посмотреть, как идёт процесс ремонта. Ему очень нравился вид планеты, которая сейчас, казалось, была особенно близка.

Центр управления встретил его яркостью включённых гало-экранов напротив каждого кресла. Джим молча прошёл и занял кресло капитана корабля, как только он сел, зазвучал голос Амели.

– Джим, искин автономной станции начинает новое перестроение орудийных платформ. – правый гало-экран высветил схему, где было отчётливо видно, что положение нескольких орудийных платформ изменилось, они стали ближе к ним. – Если перестроение платформ продолжится, то мы не сможем покинуть систему Росс, необходимо будет ждать следующего перестроения оборонных систем.

– Хорошо. Нам хватит сжатого газа для выхода? – спросил Джим, пытаясь отыскать взглядом информацию на экране, касающуюся маневровых сопел.

– Да, мы восстановили его за счёт остатков, обнаруженных в лёгком крейсере. – ответ Амели совпал с незначительным рывком эсминца. Левый гало-экран сразу переключился на носовые оптические сенсоры корабля. Теперь Джим наблюдал, как эсминец начал отдаляться от обломка, когда-то грозного, лёгкого крейсера Империи Невер. Во времена войны они были врагами, а теперь лёгкий крейсер Империи Невер дал новую жизнь эсминцу Империи Иштар.

– Начинаю разгон. – опять раздался голос Амели, когда с экрана уже пропал крейсер. Амели ловко развернула эсминец и начала медленный разгон в сторону безопасного космоса. Ей приходилось постоянно маневрировать, чтобы заставить эсминец следовать необходимой им траектории.

– Сколько до выхода из зоны? – спросил Джим, когда через час эсминец, наконец, летел заданной траекторией.

– Тридцать девять часов. – только через минуту ответила Амели, прочертив на схеме новую траекторию. – Если не будет изменений от орудийных платформ.

– Хорошо, тогда я займусь своей учёбой. – вставая, сказал Джим.

У него появилось большое желание перепрограммировать тренажёрную капсулу, чтобы она его больше так не мучила, а для этого необходимо закончить курс обучения по программированию.

Стоя рядом с хирургической капсулой, Джим размещал информационные кристаллы в специальный лоток, выдвинутый из-под панели управления капсулой. Раздевшись, он бодро в неё заскочил и, дождавшись, когда закроется крышка, произнес:

– Искин, режим обучения, использовать первый информационный кристалл. – он немного волновался, ведь это будет первое его занятие в капсуле и как оно пройдёт, ему было неизвестно.

– Капитан Джим Норвед, данный кристалл не соответствует программе обучения. – в капсуле зазвучал мужской голос, в котором отсутствовал малейший намек на эмоции. – Вы хотите продолжить?

– Да. – ответил Джим и, через секунду, сначала его руки, а потом и затылок пробила острая боль. В следующее мгновение боль исчезла и, вновь, зазвучал тот же голос, только теперь он звучал, как будто, издалека.

– Прямое подключение биоимпланта завершено. – послышался мужской голос, отдаляясь еще дальше, чем в предыдущий раз.

От хлынувшей, прямо в мозг, информации, в обход его зрительных сенсоров, как это было при работе шлема «ГипВиз А», Джим на несколько секунд перестал дышать. Информации было много. Она, как волна, накатывалась на его сознание, принося в своем потоке обозначения, цифры, знаки, законы. Сколько прошло времени, Джим не знал, но в какой-то миг всё изменилось. Так же резко прервался поток информации и всё вокруг заполнил красный свет. Как только крышка хирургической капсулы начала подниматься в уши Джима ударил самый страшный звук, который может быть на любом корабле: это был звук тревоги.

– Боевая тревога, экипажу занять свои места. – раздававшийся голос не принадлежал Амели, это был вспомогательный искин, снятый с ремонтного фрегата, но Джим не помнил, чтобы его подключали в единый кластер с Амели.

– Амели, что происходит? – спросил Джим, вылезая из капсулы и бегом, направляясь в каюту капитана, чтобы надеть свой защитный скафандр.

– Искин станции активировал боевой режим, все орудийные платформы переведены в активный режим. С вероятностью в 92 %, мы будем обнаружены через двадцать три минуты. – в голосе Амели Джим не услышал взволнованных ноток, значит всё не так критично.

– Ты знаешь причину активации станции в боевой режим? – если у них есть время, значит, это не из-за них искин станции активировал орудийные платформы.

– Пассивный сканер засёк пять возмущений пространства. На таком расстоянии невозможно определить точку выхода. – ответила Амели. Значит в систему Росс из гипер-прыжка вышли, как минимум, пять кораблей. Мусорщики прыгают в опасные системы в основном парой, но никто из них не будет рисковать сразу пятью кораблями.

– Джерод. – Джим прямо остолбенел от посетившей его догадки. – Не спешил же ты на выручку своему сыну.

Уже через пять минут Джим стоял в центре управления кораблём. Главный гало-экран чётко показывал траекторию движения эсминца и она попадала в сферу контроля пространства одинокой орудийной платформы, которую искин станции оставил здесь, чтобы прикрыть свои тылы. Основная масса орудийных платформ сейчас выстраивалась в сторону прибывших в систему кораблей, но Джим прекрасно знал, что им не удастся проскочить незамеченными мимо платформы, а значит, придётся принять бой. Как только они выведут реактор, хотя бы на половину его мощности, они сразу же будут обнаружены, а вести дуэль с орудийной платформой с такого расстояния было бесполезно.

Орудийная платформа рассчитана на ведение огня с больших и средних расстояний, в то время, как орудия эсминца рассчитаны на средние и близкие расстояния. Также существует разница в калибре: на эсминце стоят четыре орудия среднего калибра, а орудийная платформа имеет два – крупного калибра. А также – броня, платформа рассчитана вести огневые дуэли с тяжёлыми крейсерами и даже выдержать десяток попаданий с орудий линкора, а эсминец, максимум, в скоротечном бою может обменяться залпами с крейсером и то, с большой вероятностью, не в свою пользу.

– Торпедой достать сможем? – ведь главное оружие эсминца, это его торпеды, их боятся даже линкоры, но вот только подойти на дистанцию залпа не все эсминцы успевали.

– С вероятностью в 63 %, да. – ну, хоть больше половины, и то хорошо, подумал Джим, отдавая приказ искину корабля.

– Амели, готовь торпедный аппарат номер один к пуску. – с напряжением в голосе сказал Джим.

– Выполняю, капитан. – ответила Амели.

Заняв кресло капитана, Джим почувствовал, как через минуту загудели механизмы под центром управления. Сейчас происходит процесс извлечения торпеды из места хранения, после чего она будет заряжена в торпедный аппарат и настроена искином первого поколения, который непосредственно управляет торпедой. На всё системы эсминец тратит пятнадцать минут. После чего останется только подойти на оптимальное расстояние пуска, тогда шанс, что торпеда не будет уничтожена и достигнет своей цели, сильно возрастает.

– Торпедный аппарат номер один к пуску готов. – ответил почему-то резервный искин.

– Амели, а почему не ты управляешь? – удивился Джим, ведь он прекрасно знал, что её вычислительных мощностей хватит, чтобы управлять тяжёлым крейсером, не говоря уже об эсминце.

– Вычислительных мощностей резервного искина с ремонтного фрегата абсолютно достаточно, чтобы управлять вооружением корабля. Согласно проведённому анализу, я смогу задействовать освободившиеся 7 % на моделирование ситуаций. – Джима не совсем удовлетворил ответ Амели, но сейчас не было времени на выяснение истинных причин. Очередной вопрос уходит в копилку, к которому необходимо потом вернуться.

– Ручное управление. – сказал Джим, кладя руки на подлокотники и упираясь затылком на подголовник. Вновь легкая боль в запястьях и затылке, а, в следующее мгновение, он стал, как будто, частью корабля: все доклады от систем шли сразу на его биоимплант. Моментальный ответ Джима и система, во главе с Амели и орудийным искином, выполняет приказ.

– Мощность реактора 10 %. – голос Амели стал еще более четким, как только Джим перешёл на ручное управление. – Перевожу генератор щита в пассивный режим.

Прямо над центром управления очень тихо начал пищать генератор накачки щита. Полученные знания по боевому пилотированию всплывали моментально, следовало Джиму только подумать в нужном направлении. Он знал, что для нормальной работы щита необходимо, чтобы мощность реактора была, как минимум, 70 %, не говоря про то, что остальные системы корабля также отбирают себе энергию для работы.

– Мощность реактора 20 %. – Джим молча следил за показателями эсминца, корабль как будто оживал после долгой спячки. Побежали данные о предстартовом старте маршевых двигателей, откликнулись маневровые двигатели, пошёл первичный тест гипер-двигателя.

– Мощность реактора 30 %. – Джим был доволен, он чувствовал корабль, знал его возможности, все манёвры, на которые способен ударный эсминец Империи Иштар. Он вновь стал смертельно опасным.

– Мощность реактора 40 %. – голос Амели был ровным. Сейчас Джим отдавал приказы ей непосредственно и, она не могла его ослушаться или выполнить по другому.

Десятиметровое, ярко-синее пламя вырвалось из сопел маршевых двигателей. Резкое ускорение эсминца не осталось не замеченным. Орудийная платформа начала разворачивать в его сторону свой главный калибр, два тёмных орудия сделали свой первый выстрел за долгие семьсот лет. Две разогнанные стальные болванки, с кварковым зарядом внутри, устремились к эсминцу на огромной скорости. Они настигли свою жертву во время манёвра ухода с траектории огня. Первая прошла мимо, а вторая оставила на броне неглубокую борозду и ушла в сторону большого скопления обломков кораблей.

Второй выстрел орудийной платформы прозвучал в тихом космосе всего через десять минут. Вновь от обеих смертоносных болванок увернулся тёмно-серый корабль и, раскрыв створки торпедного аппарата, как хищник, показав свои зубы, развернулся к орудийной платформе.

Выплюнув торпеду, эсминец резко заложил манёвр и устремился в открытый космос, оставляя за своими двигателями три одиноких планеты, освещаемые небольшим красным карликом. Всего на мгновение, в системе Росс, вспыхнула сверхновая звезда, а через несколько секунд, вновь, только три планеты провожали в неизвестность, удаляющийся от них корабль.

Глава 16

– Амели, бери управление на себя. – сказал Джим, еле поднявшись. Вокруг него все кружилось, пол центра управления всё норовил выскользнуть у него из-под ног, из-за чего ему пришлось несколько минут просто стоять рядом с креслом, держась за его спинку. – Амели, что со мной?

– Слабость после прямого управления кораблём. – а ведь точно. По своей глупости, пребывая в эйфории, Джим, в ручном управлении, заменил собой пилота, навигатора и офицера боевого поста. По-другому говоря, он сам себя перегрузил.

– У нас нет точных координат на выход в системе Акат. – сказал Джим, оторвав руки от спинки кресла и, немного покачиваясь, направился в каюту на «приём» к хирургической капсуле. – Придётся делать слепой прыжок, координаты я ввел, пока был с кораблём на «ты», поэтому начинай разгон.

– Выполняю, капитан. – в голосе Амели чувствовалось уважение к капитану, во всяком случае, Джиму так показалось. – Разгон корабля для ухода в гипер-прыжок займёт четыре часа шесть минут.

– Хорошо. – ответил ей Джим, уже выходя в коридор, держась за стены. Сейчас необходимо, как можно скорее, поставить себя на ноги и определиться, что делать дальше. – Амели, сколько мы пробудем в гипер-прыжке?

– Сто семьдесят один час. – ответила Амели, когда Джим начал уже выбираться из своего защитного скафандра перед раскрывшейся, как голодный рот, хирургической капсулой. Как только жертва оказалась внутри, «охотник» захлопнул свой «капкан, отрезав Джима внешнего пространства.

– Приступаю к восстановлению организма и более точной настройке биоимпланта. – эти слова искина хирургической капсулы, Джим хорошо услышал, прежде, чем погрузился в тишину.

Система Акат, была самой маленькой из всех представителей звёздных систем в секторе Аргаш. Света маленького карлика или, как его ещё называли, местного светила, еле хватало, чтобы осветить третью планету, из-за чего уже четвёртая планета была погружена во тьму. О пятой и шестой планетах здесь напоминали только два астероидных поля, часть которого перемешалась с останками двух противоборствующих флотов. Покой павших кораблей хранила всего одна автономная оборонительная станция, развёрнутая здесь отступающим флотом империи Иштар, а также несколько ещё активных искинов на уцелевших кораблях.

На самой окраине системы, в начале астероидного поля, оставляя за собой пыль от останков переработанных планет, медленно работал старый перерабатывающий комплекс «Шат 21». От громадной туши коричневого цвета с интервалом в несколько минут отлетали и возвращались малые шахтёрские корабли. За всем этим, на расстоянии в десять тысяч километров от добывающего комплекса, следил тяжёлый крейсер ещё первой постройки Империи Невер. Через весь светло-серый корпус, по диагонали, были нанесены две чёрные полоски, свидетельствующие, что корабль принадлежит пиратскому картелю «Сокат».

– Донат, мне необходимо ещё две сотни рабов… – В центре управления старого тяжёлого крейсера, прямо напротив главного гало-экрана, стоял капитан корабля в своём неизменном тёмно-зелёном защитном скафандре десантных войск Империи Иштар, который хорошо подчеркивал линии его мощного тела. Обе его руки были заведены за спину, а лицо, с длинным шрамом через всю правую щеку, было обращено к гало-экрану, с которого на него смотрел, уже в возрасте, но ещё весьма крепкий, глава пиратского картеля «Сокат».

– Камиль, тебе месяц назад передали три сотни! А, может, ты их используешь не совсем по назначению? – спросил глава пиратского картеля и посмотрел, на стоявшую возле раздвижных дверей в центр управления, красивую девушку с длинными чёрными волосами и кожаным ошейником на шее. – Через месяц прибудет большой транспортник за концентратом, если ты меня порадуешь, то я, так и быть, дам тебе ещё три сотни рабов. Договорились?

– Хорошо. Но мне ещё необходимо полсотни шахтёрских кораблей. – уверенно ответил Камиль. Он находился в системе Акат уже три месяца и за это время он значительно заполнил трюм перерабатывающего комплекса, а это основная часть от объёма большого транспортника. Проблема была только в быстро умирающих рабах. Половина потерь приходилась на шахтёрские корабли, которые погибали под оборонительными турелями станции, если те слишком близко подходили к зоне их контроля. Вторая половина потерь приходилась на перерабатывающий комплекс. Изношенное оборудование, старые промышленные скафандры, вечно выходящие из строя, повышенная радиация от старых реакторов, всё это в совокупности быстро пополняло список умерших. На сегодняшний день у Камиля оставалось всего семьдесят шахтёрских кораблей под управлением пилотов, прошедших быстрый и болезненный курс подготовки через старые шлемы «ГипВиз В12». Больше двухсот человек находилось на перерабатывающем комплексе, если не считать ещё два десятка на его корабле.

– Прибудут с транспортом. – ответил Донат и разорвал связь.

Камиль еще с минуту смотрел на потухший гало-экран, думая о своём. Рядом с ним встал его верный помощник Корин, бывший уроженцем баронства Савар. Само баронство Савар откололось от гибнущей в междоусобных войнах Империи Иштар. В те давние времена против императора, который истощил ресурсы Империи войной, взбунтовалась практически вся знать и, Империя, вновь, умылась кровью, вот только теперь уже внутри себя. Только через долгих семьдесят лет войны, на её руинах, родилась Федерация Иштар. Вторую часть бывшей территории Империи Иштар, за собой оставила знать, где и родилась Конфедерация Иштар, объединив в себе всех правителей, не захотевших расставаться со своей властью и территориями. В Конфедерацию Иштар и входило баронство Савар. Территориально оно было расположено ближе всего к потерянным колониям Империи Иштар и секторам, в которых шли тяжелые бои.

По всей территории Конфедерации Иштар было разрешено рабство не граждан самой Конфедерации. И, именно, из-за своей территориальной расположенности, баронство Савар было самым большим поставщиком живого товара на рынки Конфедерации. Её ловчие картели рыскали по всем отдалённым секторам и системам в поисках бывших колоний и ещё неизведанных систем. Их интересовал только живой товар и места для развертывания добывающих комплексов.

– Последняя поставка рабов была сделана из сектора Ротуг. – нарушил мысли Камиля Корин. Камиль даже не спрашивал, откуда у его помощника такая информация. Он и так знал, что она могла поступить только от его брата, служившего в службе безопасности баронства Савар. – Одной из команд картеля была обнаружена система, в которой находилась колония Империи, они доставили оттуда первую тысячу рабов. Она, кстати, из той поставки.

Немного повернувшись назад, Корин указал рукой на стоявшую девушку, смотревшую в пол. На главном гало-экране появилась картинка дымящегося шахтёрского корабля, несколько секунд, вращаясь, он совершал беспорядочный полёт, пока не столкнулся с огромным астероидом.

– Ещё один. – тихо сказал Камиль, сжав правый кулак. – Если так пойдёт и дальше, то через месяц у нас не останется шахтёрских кораблей.

– Камиль, у нас в трюме концентрата на тысячу таких кораблей и две тысячи рабов. Уже через полгода мы начнём выбивать орудийные платформы. – Корин поднял указательный палец к потолку центра управления и добавил. – И вот, когда мы получим доступ ко всему кладбищу, тогда, хоть независимость объявляй.

– Так тебе и дали это сделать. – хмыкнул Камиль, прекрасно зная, что картель им это не даст сделать никогда. Как только они получат доступ, а это будет не скоро, сюда сразу прибудет ударная группа Доната, в состав которой входит три линкора. И всё, что им светит, это несколько фрегатов или эсминцев, но и это на рынке Конфедерации стоит очень больших денег.

– Фиксирую выход из гипер-прыжка. – заговорил дежурный навигатор, не дав Корину ответить на вопрос Камиля.

– Поясни. – повысил голос первый помощник крейсера, пытаясь взглядом отыскать на малом навигационном гало-экране точку выхода неизвестного корабля.

– С другой стороны системы. – растеряно ответил дежурный, выводя схему системы, полученную от сканера дальнего обнаружения, на главный гало-экран. Все, кто присутствовал в центре управления, смотрели на схему системы и, не могли поверить своим глазам: синяя точка, обозначающая выход корабля из гипер-прыжка, находилась с противоположной стороны системы.

– Класс корабля? – первым пришёл в себя капитан, задав дежурному вопрос.

– С такого расстояния – это невозможно. – ответив, дежурный быстро застучал пальцами по малому гало-экрану, отдавая приказ сканеру дальнего обнаружения. Была возможность засечь корабль по выхлопу его маршевых двигателей, но уже через несколько секунд, он вновь удивлённо посмотрел на капитана и сказал: – Он исчез.

Глава 17

– Выход. – сказала Амели и бег звёзд, на экране перед Джимом, остановился.

Ударный эсминец вышел из гипер-прыжка, действуя согласно заранее разработанному плану. Он заглушил маршевые двигатели и начал уменьшать мощность реактора. Быстрый осмотр с помощью сканеров показал, что вышли они далеко от места боя флотов и не попали в зону действия орудийных платформ станции. Как только система была просканирована, оба сканера были переведены в пассивный режим.

– Джим, замечены три сканера. – сказав, Амели отметила их на сформированной схеме системы. Два сканера находились непосредственно в кладбище кораблей, а вот точное место третьего сканера, установить не удалось, но было известно, что источник находится с противоположной стороны.

– Первый сканер принадлежит оборонительной станции, развёрнутой в системе Акат. – Начала доклад Амели, проведя анализ. Все эти знания Джим получил, когда закончил изучать информационный кристалл со знаниями «Рейдер» во время гипер-прыжка. Вообще, хирургическая капсула, во главе со своим искином, отказывала ему в свободном изучении информационных кристаллов до тех пор, пока он не изучит положенные знания капитана корабля. Из-за этого ему пришлось изучить «рейдер». По непонятной логике, он включал «ремонт тяжёлых кораблей класса линкор» и «планетарный десант». Именно столько удалось освоить Джиму, за время пребывания в гипер-прыжке, на большее времени не хватило. – Второй сканер относится к классу тяжёлых кораблей, место его активации зафиксировано. Третий сканер невозможно установить с такого расстояния, с вероятностью 93 % – источник находится с противоположной стороны системы и не относится к оборонным системам станции.

– По второму сканеру – поясни. – Джим провёл рукой по гало-экрану, давая команду увеличить масштаб. Среди множества серых, разнообразных по форме фигур, чётко выделялась одна продолговатая и, если верить отметке, чуть выше неё, длина объекта была равна шести километрам, а ширина составляла чуть больше километра. Джим знал, что длина самого большого серийного линкора, как Империи Невер, так и Империи Иштар не превышала трёх с половиной километров. Предположительно он уже знал, что это за корабль, но хотел, чтобы его догадку подтвердила Амели.

– Согласно сигнатуре объекта, с вероятностью 85 % – это дредноут «Гордость Иштара» Империи Иштар. – после слов Амели, над серым большим объектом теперь красовалась надпись «Гордость Иштара». Не успел Джим насладиться этой новостью, ведь только что, он нашёл легендарный корабль, который удалось построить только Империи Иштар, как Амели остудила его пыл. – Корабль активен.

– И как такое может быть? В таком случае, почему его не уничтожили орудийные платформы станции? – На данный момент на схеме было отображено всего с десяток орудийных платформ, которые удалось засечь сканеру дальнего обнаружения. Построить точную картину расположения орудийных платформ в системе невозможно, так как с их появлением искин станции перевёл защиту в активное состояние.

– Дредноут «Гордость Иштара» запрашивает наш код. – от размышлений Джима оторвала Амели, как будто это стандартный вопрос, который им задают в каждой системе.

– И какой у нас код? – спросил Джим, пока не понимая, какой код можно предоставить древнему искину. Где-то в базе его разума всплыло понимание, что каждый высший офицер флота Империи Иштар имел свой код доступа, позволявший ему брать любой корабль под своё командование. Такую практику ввели во время войны, что в разы сократило время смены капитана на новом корабле, а так же давало возможность высшему командованию перехватить управление искином корабля, если экипаж подозревался в измене. – Как узнать, какой код присвоил мне искин хирургической капсулы.

– Нет данных. – ответила Амели, оставляя Джима наедине со своим вопросом.

– Отправь ему данные о биоимпланте и о присвоенном мне звании. – это было единственное, что пришло в голову Джима. За всё это время, он, так и не вспомнил ни один код, который могли ему присвоить и, который мог быть скрыт в его подсознании.

– Данные отклонены, нам запрещено приближаться к дредноуту «Гордость Иштара». – Через минуту ответила Амели, окончательно разрушив все мечты Джима прогуляться по палубе легендарного корабля.

– Ну, и ладно. – Джим отодвинул все мысли о дредноуте в сторону. Сейчас необходимо сосредоточиться на основной задаче, пройти систему и уйти в прыжок в сторону системы Лейтен, а оттуда уже совершить прыжок в сектор Ростор.

Всё это время эсминец после выхода из гипер-прыжка тормозил маневровыми двигателями, стараясь как можно меньше привлекать к себе внимания и меньше отсвечивать на сканерах станции. Амели контролировала торможение корабля, уклоняя его от крупных обломков, погибших здесь кораблей и встречающихся небольших астероидов, но на такой скорости, способных, с лёгкостью, пропороть броню эсминца.

– Скорость погашена, активирую сканер ближнего обнаружения. – только через час Амели удалось погасить скорость эсминца. Корабль замер на расстоянии семидесяти тысяч километров от предположительной зоны действия орудийных платформ. Теперь необходимо осмотреться и принять решение, в какую сторону двигаться и, как будем обходить орудийные платформы.

С первых же секунд активации сканера ближнего обнаружения весь гало-экран расцвёл разноцветными точками и фигурами. Вслед за ними, Амели приступила к анализу поступающих данных, заменяя серые точки, на зелёные, с добавлением поясняющих надписей. С левого борта эсминца были части развалившегося фрегата, вперемешку, с уничтоженными торпедоносцами. Плотность обломков резко возрастала по мере приближения к месту сражения, поэтому и скорость анализа, проводимого Амели, тоже упала.

– Визуальную картинку этого объекта. – сказал Джим, ткнув пальцем в гало-экран на отметку – «малый ремонтный бот».

Через несколько секунд на правом гало-экране, среди множества мелкого мусора, медленно вращался малый ремонтный бот. Как только Джим его увидел, сразу начали всплывать данные из информационного кристалла «Виды и классы боевых станций». Это был автономный бот для ремонта орудийных платформ, также в его функции входила задача по пополнению боекомплекта орудийных платформ. Визуально он был абсолютно цел, имея на своей тонкой броне только несколько вмятин.

– Амели, подойди к малому ремонтному боту и закрепи его. – сказал Джим, оторвавшись от визуальной картинки бота. Зачем он ему, Джим сказать сейчас не мог. Мысль постоянно от него ускользала, он не мог её понять, но точно знал, что с его помощью можно попробовать решить проблему обхода орудийных платформ.

– Хорошо, Джим. – ответила Амели, и он почувствовал, как корпус эсминца слегка завибрировал. Используя маневровые сопла на сжатом газе, корабль начал прокладывать себе путь к своей цели.

Аккуратно подойти не получилось, несколько больших обломков ощутимо ударили по броне эсминца, заставив его содрогнуться. Два больших технических дройда, выбравшись на внешнюю броню корабля, шустро приварили ремонтный бот к корпусу и, используя манёвровые двигатели, эсминец начал свой путь обратно.

– Амели, я пошел, взгляну на ремонтный бот. – нетерпеливо вскочил с кресла капитана Джим и отправился в шлюзовую камеру.

– Принято, Джим, продолжаю анализ. – прозвучали слова Амели, вслед Джиму.

Визуально ремонтный бот оказался ещё меньше, чем представлял себе Джим. Овальной формы, всего десять метров в длину и около трех в ширину, с идеально обрезанной кормой, где был расположен небольшой, но экономичный маршевый двигатель. Взяв под контроль технических дройдов, Джим ловко срезал часть верхней брони, где насколько он знал, находился искин бота и подключился к системам маленького корабля. Быстрая диагностика показала причину выхода из строя корабля, ему банально не хватило топливного стержня из-за нестабильной работы малого реактора. Ремонтным ботом управлял стандартный искин второго поколения, от которого не требовалось больших вычислительных или аналитических мощностей. Всё, что ему было необходимо, это подойти к орудийной платформе, разгрузиться, заменить в реакторе топливные стержни, провести техническое обслуживание или мелкий ремонт. Это самая простая программа, которую сможет написать любой, кто получил хотя бы базовые знания по программированию. Сам Джим, за пару часов, сможет написать такую…

– Вот она, эта мысль… – наконец-то Джиму удалось поймать ее. Осталось только всё хорошо обдумать и убрать шероховатости в этом плане.

– Амели, мне понадобятся все твои аналитические возможности. – сказал Джим, отправляясь на корабль. Необходимо всё обговорить, возможно, Амели убедит его в неэффективности задуманного, но это пока его единственный шанс.

– Для завершения анализа мне необходим ещё один час, продолжить или прервать? – вопрос с подвохом. Если Джим скажет прервать, значит ей, потом, всё начинать сначала, а с другой стороны, пусть продолжит, а у него будет больше времени, чтобы всё обдумать самому.

– Продолжай, я подожду. – Джим направился в каюту капитана. Раз появилось немного свободного времени, необходимо быстро перекусить, думать на полный желудок лучше.

Джим сидел в каюте прямо на полу, попивая только что приготовленный бульон из одноразовой тарелки, также сделанной пищевым синтезатором и, смотрел на тренажёрную капсулу, занимавшую большую часть капитанской каюты. Время, проведённое в ней, Джим не забудет никогда. Особенно стало тяжело, когда он закончил получение теоретических знаний по планетарному десанту и, капсула перешла к практическим занятиям. Знания были обширные. Джим знал, как владеть любым стрелковым оружием, знал, как обращаться с молекулярными ножами в ближнем бою, как выбирать себе укрытия и как действовать с превосходящим противником. Но знать оказалось мало, необходима была практика, которую так любезно предоставил тренажёр, пользу от которого он почувствовал уже на втором занятии. Он окреп, его походка изменилась, он, в любой момент был готов к бою. Из оружия у него был плазменный пистолет с подсевшей батареей и старый пистолет, когда-то принадлежавший старшему инженеру ещё на ремонтном фрегате.

– Анализ завершён. – отвлекла его Амели. – Согласно предварительному анализу, успех разгона и ухода в гипер-прыжок в систему Лейтен, равен 23 %.

– А почему так мало? – оторвавшись от тарелки, спросил Джим.

– В данной части системы большое скопление обломков, способных помешать разгону корабля. В квадрате А12В57, с вероятностью в 76 %, активны орудийные платформы. – Начала своё пояснение Амели, от которого Джим всё больше склонялся к своему плану. – Необходимо провести более детальный анализ, с применением сканера дальнего обнаружения.

– Потом проведёшь. Ты вот мне лучше ответь на вот такой вопрос. Сколько будет лететь ремонтный бот, отсюда до станции? – спросил Джим, вставая и отправляя пустую тарелку в утилизатор.

Глава 18

Уже через шесть часов Джим жалел, что уговорил сам себя на этот безумный план и не послушал Амели, с её 31 % на успех. В такой тесноте он не мог пошевелить ни руками, ни ногами, оставшегося места хватало только на то, чтобы немного вертеть головой. Слева взгляд упирался в жгуты силовых кабелей, а справа на него смотрел снаряд главного калибра орудийной платформы, место одного из снарядов, в сменной кассете, и занял Джим. По расчётам Амели, ещё лететь, как минимум, три часа, шесть он уже пролетел, пытаясь, всё это время хотя бы поспать или просто подремать, но расслабиться в гудящем и постоянно дёргающемся ремонтном боте было невозможно.

Защитный скафандр Джима был рассчитан на трое суток без атмосферы, но не на большее, поэтому весь план действий был распланирован поминутно. Затекшие конечности могли лишить его на станции драгоценных пятнадцати или двадцати минут. Вся проблема заключалась в том, что искины на таких станциях не имеют разъёмов, кабеля просто паялись непосредственно в искин. Такое решение защищало искин станции от дройдов-взломщиков. Но Джима интересовала только панель настройки, расположенная непосредственно рядом с самим искином, оттуда была возможность внести изменения в программы.

Именно через такую панель он подправил программу ремонтного бота и теперь его искин пытался, как можно скорее, вернуться на станцию и встать на ремонт. Сейчас Джиму оставалось только одно, используя полученные знания по программированию, он составлял в голове алгоритмы, какие изменения и куда он может внести, где поставить программную «заплатку». Но, чем ближе он был к станции, тем больше у него было сомнений, разве он сможет обойти лучших учёных и программистов Империи Иштар. Джим только семь часов назад на практике применил свои полученные теоретические знания, да. это было не очень сложно, но и ему противостоял искин всего второго поколения.

Ремонтный бот вновь ощутимо вздрогнул всем корпусом. Гул от ионного двигателя начал уменьшаться, заставив Джима занервничать. Если верить часам защитного скафандра, то они, либо прибыли на час раньше на станцию, либо у ремонтного бота проблемы…

Серия мелких вздрагиваний прошла по корпусу бота, а в следующее мгновение ряд сильных ударов заставил весь бот, словно затанцевать. Лёгкая броня бота была пробита прямо рядом с головой Джима, окотив его ворохом горящих осколков, застучавших по защитному скафандру. Всего в десяти сантиметрах от головы, в переборку заряжающей кассеты для орудийных платформ, воткнулся небольшой снаряд, раскалённый до ярко-красного цвета.

Джим несколько секунд смотрел на снаряд, который мог принадлежать только системе непосредственной обороны корабля и, насколько он знал, такая система устанавливалась на корабли, начиная с лёгкого крейсера. Значит, ремонтный бот попал под прицел ещё «живого» корабля, вот только теперь необходимо, как можно скорее, выбраться из него.

В пробоину, оставленную снарядом, Джим видел, что бот продолжает хаотичный полёт, медленно вращаясь вокруг своей оси. Теперь необходимо постараться выдавить небольшой кусок бронеплиты, который технические дройды приварили после того, как Джим забрался вовнутрь, но приварили они его всего тремя волосками, так чтобы плита просто не оторвалась в пути.

Еле протиснув руки к животу ладонями вверх, Джим начал понемногу увеличивать давление на плиту, помогая себе всем корпусом. Только через минуту одна из паек, с тонким металлическим звуком лопнула, и, сразу, стало просторней. Приложившись на этот раз к свободному краю, Джим услышал, как, поочерёдно, треснули остальные пайки и, бронеплита пополнила космический хлам, а уже через несколько секунд она смешалась с остальным мусором в системе Акат.

Из корпуса погибшего ремонтного бота торчала только голова Джима, он пытался осмотреться и понять, кто виновен в смерти бота. Как только бот сделал половину своего вращения вокруг оси, Джим замер, пытаясь справиться со своими эмоциями. Он медленно плыл вдоль огромной туши тёмно-серого цвета, это мог быть только дредноут «Гордость Иштара».

– Как я мог так просчитаться… – сказал Джим вслух, вспомнив, что не удосужился проверить полётные карты, заложенные в искин ремонтного бота. – И что теперь делать?

Беглый осмотр вокруг ничего радостного не показал, рядом с дредноутом не было ни одного обломка, крупнее ремонтного бота. От размышлений Джима оторвал открывшийся вид на сильные повреждения в корпусе дредноута, с вероятностью в 59 % они были нанесены торпедной атакой. Скорее всего, флоту Империи Невер удалось сосредоточить на одном участке большое количество торпедоносцев и обеспечить им возможность подойти к этому монстру для совершения атаки, которая чуть не переломила дредноут пополам. Во всяком случае, так выглядели эти страшные раны на теле дредноута. Сосредоточенный удар оплавил края толстой трёхметровой брони, что открывало вид на внутренний скелет погибшего гиганта.

Очередная безумная мысль пронеслась в голове Джима. Вскочив, он активировал магниты на ботинках скафандра и что есть мочи побежал по искорёженному снарядами корпусу ремонтного бота. На последних двух шагах, отключив магниты, Джим отправился в свой первый самостоятельный полёт без корабля в открытом космосе. Только когда ноги оторвались от дырявой брони бота, его охватил приступ паники, который просто кричал в его голове: «зачем». Все его хаотичные движения руками и ногами прекратились, когда с громким треском изношенного механизма в его сторону развернулась двуствольная башня, относящаяся к непосредственной обороне корабля от истребителей и торпед.

Джим замер и зажмурил глаза, прощаясь с миром, он приготовился умереть. Только через минуту он открыл глаза. Орудийная башня молча смотрела на него черными глазницами своих двух орудий.

Еще через десять минут он позволил себе медленно вернуть руки к телу, ожидая каждую секунду выстрела, который не оставит от него и лоскутка скафандра. До корпуса дредноута было довольно далеко, а скорость Джима была слишком мала, чтобы достигнуть его в течение двенадцати часов. Новый приступ паники, который начал вновь к нему подбираться, был прерван раздавшимся в шлеме мужским голосом.

– Назовите код доступа. – проговорил мужской голос и Джим прекрасно понял, что он принадлежит искину дредноута.

– У меня нет кода доступа. – ответил Джим, уже зная, что ответит искин корабля.

– Вам запрещено приближаться к кораблю. Вы будете уничтожены через шесть минут. – проговорил голос корабля, а Джим понял, что искин стоит в охранном режиме и будет уничтожать всё, что приближается к его корпусу, такой приказ мог отдать только капитан дредноута.

– Ты убьёшь капитана Империи Иштар? – спросил Джим, подсознательно смирившись со своей смертью. Вообще, подумал Джим и тут же удивился своей мысли, с перепадами настроения необходимо будет потом разобраться. Если, конечно, останусь жив…

– Назовите своё имя, капитан. – задал свой вопрос искин корабля.

– Капитан Джим Норвед. – Джим ясно понимал, что обмануть искусственный интеллект, который действует, согласно инструкций, невозможно, но есть шанс, когда одна инструкция противоречит другой, и вот этим можно попытаться воспользоваться.

– Ответ отрицательный, в базах данных нет капитана Джима Норведа. – всего через несколько секунд ответил искин дредноута.

– Звание присвоено месяц назад, и отсутствует в базах данных дредноута. – Джим ждал ответ от искина, но его не было ни через минуту, ни через пять минут.

Время, которое отвёл ему искин дредноута, уже истекло, а Джим всё так и продолжал свой полёт по инерции, с каждой минутой осознавая, что он не успеет добраться, хотя бы до пробоины в корпусе корабля. Амели, скорее всего, видела, что дредноут разнёс ремонтный бот, а значит, она также будет скитаться по этой системе, не имея возможности уйти из неё. Да, и куда ей идти, о чём может мечтать саморазвивающийся искусственный интеллект.

Из этих мыслей Джима выдернуло ощущение того, что его правая нога была зажата гидравлическими тисками. Повернув голову, он встретился с дулом средней кинетической турели, направленной прямо на него. Наклонив голову немного вправо, Джим встретился с взглядом грозного владельца турели, против абордажным дройдом класса «Щит 55», лучшим, на момент войны империй. Двухметровый паукообразный дройд имел шесть лап для передвижения по любым поверхностям. Два передних манипулятора: в правом была встроена кинетическая турель среднего калибра, левая представляла собой клешню из толстой брони. Такой клешнёй он мог разбирать или создавать завалы на пути противника, второе её предназначение, это прикрытие своих ног вовремя огневых дуэлей. Управлял таким гигантом искин третьего поколения, способный быстро анализировать обстановку на поле боя и менять свою тактику. Искин прикрывала толстая броня, к которой, со временем, добавился и малый щит класса «Купол 21», но применять щит можно только в неподвижном состоянии.

И вот сейчас этот железный монстр, вызывавший страх у любого десанта при штурме кораблей Империи Иштар, с помощью своих маневровых сопел, тащил Джима в сторону дредноута. О любой попытке сопротивления можно забыть, плазменный пистолет оставит на его броне только полоску тёмного цвета и, Джим, лишится, как минимум, половины своей правой ноги.

– Спасибо, что подвезёшь. – с улыбкой на лице сказал Джим. Это могло означать, что у него появился шанс выжить, и сейчас главное, чтобы искин корабля не передумал. Поэтому Джим просто расслабился и постарался побольше рассмотреть, что происходит вокруг него и, самое интересное, узнать, насколько серьёзны повреждения корабля.

В какой-то момент вокруг стало темно, Джим понял, что дройд тащит его прямо через пробоину в корпусе. Резкая смена направления причинила лёгкую боль в правой ноге, заставив Джима сжать зубы. Только через десять минут, совершив ещё несколько таких резких поворотов, дройд замер напротив небольшой двери. Через несколько секунд двери, с небольшим шипением, спрятались в потолке разрушенного коридора. Как только дверь пропала, дройд вновь грубо дернул Джима за правую ногу и втащил его в небольшую шлюзовую камеру. Закрывшаяся за его спиной дверь, несколько раз щелкнула, а в следующее мгновение Джим упал на пол с метровой высоты. От неожиданного изменения положения тела, он даже растерялся.

– Какого… – еле слышно выдавил он из себя, в тоже время, понимая, что, если его затащили в шлюзовую, значит, кроме воздуха, активируют и генератор искусственной атмосферы. Вот только воздуха не было, во всяком случае, чистого и пригодного к дыханию, это Джиму подсказал индикатор на левом запястье.

За раскрывшейся второй дверью, ведущей вглубь корабля, прямо на пороге стоял технический дройд с небольшим чёрным контейнером. Против абордажный дройд, не взирая на свои габариты, проскользнул мимо технического дройда и, встав за спиной Джима, направил на него свою турель.

– Согласно внутренней инструкции А789/2 подтвердите ваше звание в войсках Империи Иштар. – голос, прозвучавший в шлеме скафандра, замолчал. После этих слов технический дройд откинул верхнюю часть чёрного контейнера и протянул Джиму в своём манипуляторе длинный шнурок с разъёмом на конце, второй конец скрывался в чёрном контейнере.

Этот коммуникатор в Республике был, своего рода, помощником в управлении дройдами. Он давал доступ к планетарной сети, имел привязку к межпланетному счёту в банке и содержал в себе еще очень большой набор полезных функций. Но в Республике уже, наверно, никто не помнит, что коммуникатор был создан, как документ, подтверждающий личность, хранящий все освоенные тобой знания, полученную информацию и, самое главное, он был привязан к генетическому коду носителя, что лишало возможности сфальсифицировать данные и, первые, кто мог это обнаружить, были искусственные интеллекты.

Именно, поэтому, Джим уверенно вставил разъём кабеля в левое запястье. Немного скривившись от полученного дискомфорта, Джим стал ждать результат. Всё должно пройти нормально, ведь во время установки биоимпланта и прохождения теста, искин хирургической капсулы сделал ему запись, к которой также обращался и искин тренажёрной капсулы.

Глава 19

– Капитан Джим Норвед, вас приветствует резервный искусственный интеллект ИС-876813А8 дредноута «Гордость Иштара». Согласно записям на биоимпланте, ваших знаний не хватает для командования кораблём. – по тёмному коридору разнёсся мужской голос искина дредноута. – Согласно инструкции А261/12, пункта 3 вы являетесь старшим офицером на борту, поэтому вам присваивается код доступа А1 и должность временного капитана корабля. Приказ адмирала Риледа номер Н784/1А: согласно военному времени, как единственному старшему офицеру Империи Иштар на корабле, вам присваивается временное звание – командор. Согласно инструкции В131/1А о подготовке высшего командного состава вы, временно, отстраняетесь от командования дредноутом «Гордость Иштара» до освоения необходимых знаний.

С каждым новым предложением брови Джима, приходили в движение. Вот, вроде искин признал его капитаном, потом присваивают временное звание командора, а потом, вновь, отстраняют от занимаемой должности.

– Искин, поясни, я капитан или нет. – спросил Джим, наблюдая, как против абордажный дройд сначала опустил свою турель, а потом, и вовсе, скрылся в темноте коридора.

– Капитаном дредноута «Гордость Иштара» назначен временный командор Джим Норвед, но только после того, как подтвердит освоение знаний, требуемых инструкцией В131/1А.

– Ну, теперь, хоть что-то, понятно. – сказал Джим, пытаясь вспомнить какие же ещё ему необходимо получить знания. Возможность стать капитаном легендарного корабля, он упускать не хотел. – Искин, доклад о состоянии корабля?

– Ответ отрицательный. Все системы корабля, кроме непосредственной обороны дредноута, находятся на консервации. – сразу остудил амбиции нового капитана, искин дредноута. – Процедура расконсервирования займёт девяносто пять часов, в первом, из трёх этапов.

– Сколько? У меня воздуха осталось не больше чем на сутки… – Джим обошёл, так и стоявшего неподвижно технического дройда, и начал мерить коридор шагами. – Искин, в системе находится ударный эсминец Империи Иштар, предоставь ему коды доступа и пусть стыкуется с нами.

– Выполняю. – ответил искин корабля.

– Искин, прими новое имя, Амбрус. – на родной планете Джима, Лодден, это имя означает «бессмертный». Оно очень подходит тому, кому больше, чем семьсот лет. Просто Джиму было приятней обращаться по имени, пусть даже к неодушевленному искусственному интеллекту, но который, на данный момент, был членом экипажа корабля.

– Амбрус, начинай процедуру расконсервирования. Провести полную диагностику всех систем корабля, составить план ремонта дредноута. – Джим, задумавшись, остановился. У него оставалось ещё немного времени. – Амбрус, проведи меня в центр управления дредноута.

– Задачи приняты к исполнению. Командор, следуйте за техническим дройдом. – Как только Амбрус закончил, ожил технический дройд, стоявший возле раскрытых дверей шлюзовой, и засеменил своими металлическими лапками по решётчатому полу коридора.

Как только они поднялись на первый ярус, еще называемый офицерским, Джим остановился. Длинный коридор, стены которого когда-то были выкрашены в тёмно-синий цвет, носили ещё следы тяжёлых боёв, не стертые временем. В конце коридора были видны останки нескольких тел защитников, которые, видимо, пытались помешать десанту Империи Невер пробиться в центр управления корабля.

Джим шёл медленно, аккуратно переступая через тела павших, как защитников, так и нападавших. Большое количество разнообразных боевых дройдов могло свидетельствовать о том, что абордаж был тщательно спланирован и, скорее всего, торпедная атака в правый борт корабля, была всего лишь отвлекающим манёвром.

– Амбрус, ты знаешь, что произошло на корабле? – негромко спросил Джим, переступая очередное тело офицера связи, о чем говорили нашивки на его скафандре.

– Да, командор. – также негромко ответил искин корабля. – Данную информацию смогу предоставить в центре управления корабля.

Джим больше ничего не спрашивал. Коридор, по которому его вёл технический дройд, сделал поворот, открывая новую картину смертельного боя. Весь коридор был устелен телами солдат и экипажа корабля, в некоторых местах просматривались конечности боевых дройдов. У многих в руках находилось оружие, не выпущенное из рук даже в момент смерти. Не доходя около десяти метров до раскрытых дверей, ведущих в центр управления, бой, видимо, перешёл в рукопашный. Здесь было явное превосходство десантников Империи Невер, которые получили отчаянное сопротивление от экипажа дредноута.

– Какая численность экипажа корабля? – всё-таки спросил Джим, впервые в своей жизни видя сразу столько погибших солдат.

– Для управления кораблём требуется экипаж в количестве, не менее, 22 иштарцев. Во время абордажа, на корабле находилось больше трёхсот членов экипажа, рота охраны и пятьдесят семь, подобранных во время боя, иштарцев. – ответил Амбрус и центр управления осветился несколькими слабыми источниками света. Сам центр управления пострадал не так сильно, единственное, что было полностью уничтожено, это ниша с центральным искином корабля.

Джим был рад, что, наконец, добрался до помещения, в котором на полу не находились останки тел, которые постоянно приходилось переступать. Стоя на входе в центр управления, Джим был поражён его размерами. Здесь одновременно могли занимать свои боевые посты двенадцать иштарцев, тринадцатым был командор корабля. Шесть больших кресел располагались по обеим сторонам прямоугольного центра управления. Кресло командора дредноута находилось почти в центре, напротив огромного, на всю стену, гало-экрана.

– Амбрус, прибери тела погибших на корабле и приготовь их для погребения. – сказал Джим, оглянувшись в коридор. Уже собираясь пройти к креслу командора, он почувствовал, как пол под ногами немного вздрогнул.

– Ударный эсминец класса «Рог» бортовой номер 152-63-А51 пристыковался ко второму крепежу. Начат процесс шлюзования. – ответил на незаданный вопрос Джима, Амбрус.

С левой стороны, возле первого кресла, малый информационный гало-экран несколько раз моргнул и высветил схему дредноута, где жёлтым цветом был обозначен, состыковавшийся с его корпусом, ударный эсминец. Второй, аналогичный крепёж, расположенный ближе к носовой части, светился ярко-красным светом. Именно в том месте корпуса находилась рваная «рана» дредноута от попадания торпед, пробивших его броню, а заодно, и уничтоживших второй крепёж.

Два гипер-двигателя класса «линкор» были синхронизированы и давали дредноуту возможность совершать прыжки на очень большие расстояния. Поэтому для обеспечения безопасности легендарного корабля, ему дали возможность брать с собой два эсминца, в задачи которых входило сопровождение дредноута.

Изучая схему корабля, Джим был поражён. У дредноута имелись два реакторных отсека по двенадцать реакторов в каждом. Согласно схеме, сейчас работало всего два реактора из двадцати четырёх, но и этого хватало, чтобы обеспечить работу системы непосредственной обороны корабля. Из всех, полученных им знаний, точной и достоверной информации о конструкции и вооружении корабля не было. Непонятно для чего, на дредноут было установлено двадцать четыре реактора, вырабатываемая мощность которых, может спокойно обеспечить энергией его родную планету Лодден. На схеме корабля, в его носовой части полностью отсутствовали как жилая, так и техническая, зоны, там не было даже трюма. Размышляя, Джим решил уточнить у искина корабля.

– Амбрус, что находится в носовой части дредноута. – не найдя ответа в своих знаниях, Джим решил обратиться к тому, кто обязан это знать.

– Плазменное орудие. – короткий ответ искина и, Джим, смог собрать всю мозаику воедино. Теперь стало понятно, для чего в носовой части находится второй реакторный отсек, именно он должен обеспечить выстрел из плазменного орудия такого размера.

Но Джим не мог вспомнить хотя бы одно упоминание, что дредноут обладал оружием, способным уничтожить планету. Если не после первого выстрела, то после второго, планета точно просто развалится на части. Грубо говоря, дредноут – это огромный плазменный «пистолет», мощь которого не должна попасть в плохие руки. Вот только, как определить, эти самые руки…

– Командор, искин с ударного эсминца просит связь с вами. Разрешить? – из потрясения его вывел голос Амбруса.

– Да… – немного отстранённо проговорил Джим, всё ещё не веря, какой корабль, попал в его руки. Теперь становилось понятно, почему Империя Невер, так фанатично пыталась заполучить дредноут себе, а не просто уничтожить его.

– Амели, не хочешь возглавить новый корабль? – как только появилась связь, спросил Джим у своего единственного «друга» за последние несколько месяцев.

– Моих вычислительных мощностей не хватит на корабль такого класса. – ответила Амели, но в ее голосе Джим явно расслышал нотки радости.

– А, если вас объединить в один кластер с Амбусом? – не сдавался Джим. Если удастся сделать так, чтобы Амели стала центральным искином, тогда и дредноут станет полностью его, а не с временными правами.

– Ответ отрицательный. Искин Амели не имеет прав доступа к управлению дредноутом «Гордость Иштара». – встрял в разговор Амбрус.

– Амели, может ты сможешь убедить Амбруса в необходимости такого шага? – другими словами, Джим попросил Амели попробовать взломать резервный искин дредноута. Если бы это был центральный искин, то такую попытку даже и предпринимать не стоило, а так – шансы есть. Ведь взламывать полностью не обязательно, достаточно просто поставить несколько заплаток на контрольные программы и, искин корабля перестаёт обращаться к определённым инструкциям и приказам. – Амбрус, предоставь доступ к системам корабля искину Амели для оценки повреждений и подготовки дредноута к ремонту.

– Выполняю, командор. – отозвался Амбрус.

– Приступаю. – тут же ответила Амели.

– Амбрус, проведи меня ко второму шлюзу, где пристыкован эсминец. – сказал Джим, направляясь в коридор.

Пора возвращаться на эсминец. Нужно немного отдохнуть, поесть, принять душ и составить план своего будущего обучения. Коридор дредноута встретил Джима мельтешением технических дройдов, большинства тел уже не было, что не могло не радовать Джима.

– Амели, а как ты прошла орудийные платформы станции. – спросил Джим, находясь уже на эсминце, снимая с себя защитный скафандр и ставя его в свободный угол. К защитному скафандру практически сразу подскочил малый технический дройд и скрылся внутри скафандра. Через несколько секунд он выскочил, держа в своих маленьких манипуляторах заменённые кислородные стержни. Спрыгнув на металлический пол каюты, дройд исчез в технической нише рядом с дверью.

– В данном квадрате дредноут «Гордость Иштара» уничтожил все платформы, создав тем самым своеобразный коридор. – ответила Амели, заставив Джима приостановиться и обдумать услышанную информацию.

– Значит, мы можем выйти во вторую часть системы Акат? – Джим уже стал замерзать, стоя голым на металлическом полу, поэтому он решил сначала принять душ и поесть, а потом, уже в центре управления обсудить остальные вопросы.

Через полчаса Джим сидел в кресле капитана эсминца, изучая развёрнутою схему системы Акат, предоставленную Амели. Эсминец уже не скрывал своего присутствия в системе и активно её сканировал своим сканером дальнего обнаружения. 40 % системы теперь была как на ладони, единственной проблемой стал анализ объектов из-за их большого количества.

Вдруг из астероидного поля выскочил небольшой корабль и, резко развернувшись, устремился к большому скоплению обломков. Всего через минуту в зону действия сканера попали две новые цели. Резко увеличив скорость, они бросились на перехват одинокого корабля.

– Амели, ты можешь идентифицировать корабли с такого расстояния. – спросил Джим, сразу напрягшись. Ведь это было прямым доказательством того, что на территории Империи Иштар сохранилась развитая цивилизация.

– С использованием оптических сенсоров дредноута вероятность распознавания кораблей возросла до 72 %. – ответила Амели, увеличив масштаб квадрата, в котором все еще находились три красные точки.

– Выполняю. – ответила Амели и, уже через десять секунд, все три корабля стали видны, как на ладони.

– Первая цель, с вероятностью в 87 % является шахтёрским кораблём неизвестной постройки. – над каждым кораблём начали появляться надписи. – Вторая и третья цель, с вероятностью 91 % – это истребители «Долу», производства Империи Невер.

Истребитель «Долу» в первые годы войны империй был основным малым кораблём прикрытия. После начала войны быстро устарел и значительно проигрывал истребителям противника, но из-за большого количества выпущенных машин, истребитель был в строю до самой последней битвы, в основном, применялся на второстепенных участках сражений.

– Через шесть минут истребители «Долу» настигнут шахтёрский корабль. – сказала Амели, а Джим увидел, как на тактической схеме отобразилась предположительная траектория движения эсминца навстречу шахтёрскому кораблю.

– Боевая тревога, отстыковать эсминец, встречный курс с целью номер один. – быстро проговорил Джим, понимая, что сейчас многое зависит от скорости его реакций.

– Выполняю. – ответила Амели и корпус эсминца несильно вздрогнул, когда его отпустили магнитные захваты дредноута.

Глава 20

– Камиль это уже четвёртый раб пытается сбежать. – рядом с капитаном тяжёлого крейсера стоял его первый помощник Корин. Всё их внимание было направлено на главный гало-экран, где два, поднятых по тревоге, истребителя «Долу» настигали малый шахтёрский корабль, который стремился достичь группы обломков кораблей. – Мы уже на половину уменьшили запас кислорода на их кораблях, а они всё равно пытаются сбежать. Я думаю пора им надевать ошейники подавления.

– Из-за этих ошейников они становятся куклами и добыча резко падает, потому что им постоянно надо напоминать и показывать, что делать. – не поворачивая головы, ответил Камиль. Необходимо срочно покупать лёгкий крейсер сопровождения, который и будет выполнять функцию надсмотрщика, тяжёлый крейсер для этого не годится.

– Через три недели прибудет транспорт с новой партией, что потом прикажешь делать? У нас всего четыре истребителя класса «Долу». Их автономность, ты же знаешь, всего двенадцать часов и они просто физически не смогут уследить за таким большим количеством шахтёрских кораблей. – начал возмущаться Корин, прекрасно зная, что Камиль, в отличие от него, терпеть не может ошейники подавления. – А, что ты решил по поводу возросшей активности в поле обломков, ведь вчера мы точно уже знали, что там кто-то использовал сканер дальнего обнаружения.

– Видно ты ещё не знаком с сегодняшним отчётом? – спросил Камиль и, посмотрев на удивлённое лицо своего первого помощника, улыбнулся уголками губ.

Корин ничего не ответил. Откинув крышку своего коммуникатора, он застучал по нему пальцами. Несколько минут потребовалось первому помощнику, чтобы ознакомиться с отчётом. Камиль не мешал, продолжая смотреть на главный гало-экран в центре управления.

– И насколько можно верить этим данным? – спросил Корин, оторвавшись от своего коммуникатора. – Мы используем старые зонды, а у них большая погрешность…

– Но, не настолько. – прервал его Камиль, выводя на второй гало-экран данные, представленные в виде графика. – Это – данные активности, снятые, как только мы сюда прибыли, а это, полученные через месяц нашего пребывания. Как видишь, автономная станция системы нас засекла, но большой активности это не вызвало. Эти данные получены несколько часов назад и, источник их находится здесь.

График исчез, а его место заняла схема системы Акат, с большой пульсирующей красной точкой. Вокруг, на равном удалении, не было ни одного крупного обломка.

– Камиль, ты хочешь сказать, что дредноут просыпается? – Корин от удивления приподнял правую бровь и смотрел, не моргая на своего капитана.

– Тридцать секунд. – навигатор, своим докладом, прервал их разговор.

– «Дулу-1», приготовиться открыть огонь на поражение. – Камиль решил, наглядно для остальных, уничтожить шахтёрский корабль, а не, как в очередной раз, пытаться вернуть его обратно.

– Вас понял, капитан. – раздался хрипящий голос пилота первого истребителя.

– Фиксирую луч цели-указателя. – почти выкрикнул навигационный офицер. После его слов отметка первого истребителя пропала со схемы главного гало-экрана.

– «Дулу-1» уничтожен. – ворвался в центр управления голос второго пилота. – Манёвр уклонения…

– Боевая тревога, Тул, доклад. – прокричал капитан тяжёлого крейсера Камиль, занимая своё кресло.

– Капитан, обнаружен ударный эсминец класса «Рог», вывожу координаты. – проговорил навигатор Тул, быстро барабаня пальцами по сенсорной клавиатуре. Всё-таки старость крейсера сейчас играла против его экипажа.

Главный гало-экран разделился надвое, на его левой части отображалась схема, видимая сканером, системы Акат. Все, кто находился в центре управления крейсера, с замиранием смотрели на правую часть главного гало-экрана. Оптические сенсоры показывали четкую картинку, как из обломков кораблей сначала показался хищный нос ударного эсминца с двумя торпедными аппаратами снизу, что придавало ему довольно устрашающий вид. На верхней части эсминца две орудийные башни среднего калибра резко развернулись в сторону маневрирующего истребителя, пытающего выйти из зоны поражения главного калибра корабля. Две маленькие, еле заметные, вспышки с интервалом в пол секунды на второй башне и два стальных снаряда устремились к истребителю.

– Твою… – всё, что успел сказать пилот второго истребителя, уклонившись от первого снаряда, он подставил свою машину точно под второй. Вспышка, и от истребителя класса «Долу» практически ничего не осталось.

– Разворот, сближаемся на расстояние выстрела главного калибра. – нарушил тишину, стоявшую в центре управления, капитан Камиль, отдавая приказ боевым постам.

– Камиль… – первый помощник подошёл к креслу капитана и, немного наклонившись к его уху, сказал так, чтобы их не слышали остальные. – Может, сначала поговорим с ним, всё-таки, это ударный эсминец времён Империи Иштар.

– Мне плевать, но даже он не сможет выдержать двенадцать орудий крупного калибра. – сказал Камиль, резко повернувшись к лицу своего первого помощника. На тяжёлом крейсере стояло двенадцать орудий крупного калибра, но их скорострельность была очень низкая, за что, такие корабли, многие в картелях не любили. Корабль восполнял свой недостаток толстой бронёй, способной выдержать дуэль с более современными представителями боевых кораблей и именно этот факт давал Камилю уверенность, что он сможет противостоять ударному эсминцу.

В это время, пока тяжёлый крейсер разворачивался и начинал разгон, эсминец безнаказанно подошёл к шахтёрскому кораблю. Так он простоял не больше трёх минут и отойдя от шахтёра неспешно начал уходить обратно на кладбище кораблей.

– Открыть огонь. – крикнул Камиль, видя, что эсминец уходит.

Корпус тяжёлого крейсера начал вздрагивать с интервалом в две секунды, отправляя стальные болванки в сторону наглого эсминца. От злости Камиль сжимал и разжимал кулаки, впервые в своей жизни он ничем не может ответить своему обидчику. Даже, если отправить за ним последние два истребителя, результата не будет.

– Я так понимаю, это ответ на мой вопрос по поводу дредноута. – сказал, стоявший рядом Корин. Он также провожал взглядом эсминец, который уже через несколько минут полностью растворился в обломках погибших кораблей.

– Нас сканируют две орудийные платформы. – остудил пыл капитана Камиля навигатор Тул. – Капитан, через шесть минут мы войдём в зону поражения орудийными платформами.

– Разворачивай крейсер. – прорычал Камиль, вставая со своего кресла и направляясь к выходу из центра управления. – Возвращаемся на исходную.

Камиль был в ярости, ещё совсем недавно, он оставил путь пирата и решил податься в добытчики концентрата, а, со временем, хотел вообще отойти от дел, передав все своему первому помощнику. Жить где-нибудь в центральных секторах Конфедерации Иштар на проценты, от добываемого концентрата, была заветная мечта Камиля. Но, с появлением неизвестного корабля, всё могло рухнуть. Зачем эсминец подходил к беглому шахтёру, было понятно, он забрал пилота, но вот, что ждать теперь от него, Камиль не знал.

Зайдя в свою каюту, Камиль провел рукой по панели управления и закрыл дверь изнутри. Пройдя по роскошно обставленной каюте, он сел в любимое кресло за небольшим рабочим столом и активировал малый гало-экран, которым заканчивался стол.

– Искин, связь с Донатом. – сказал Камиль, на гало-экране сразу появилась небольшая зелёная планета, медленно вращающаяся вокруг своей оси.

– Надеюсь, у тебя, Камиль, важные новости, если ты решил меня разбудить среди ночи. – отозвался заспанный глава картеля «Сокат», сверля Камиля своим недовольным взглядом.

– Донат, ты знаешь, что я не буду беспокоить тебя по пустякам. – ответил Камиль, выдержав суровый взгляд главы картеля. Когда-то давно они были друзьями, вместе ходили пиратствовать в системы Федерации Иштар. Потом Донат ушёл на службу к барону Савару, где через несколько лет получил разрешение основать свой картель, куда и был приглашён Камиль. – Донат, дредноут проснулся…

Глава 21

– Всё, Амели, возвращаемся к дредноуту. – сказал Джим, опуская бесчувственное тело человека на решетчатый пол трюма ударного эсминца.

Ещё когда они летели навстречу шахтёрскому кораблю, Джим не планировал сразу вступать в бой. Планировалось просто показаться и, когда преследователи шахтёра его заметят, вступить с ними в переговоры. Но, как только, Амели перехватила открытые переговоры с тяжёлым крейсером, Джим решил вмешаться.

Сбить первого оказалось для эсминца лёгкой задачей, а вот со вторым Амели пришлось немного повозиться, выстраивая его траекторию и прогнозируя манёвры, но выстрел получился очень показательным. Сразу после гибели второго истребителя с места сорвался тяжёлый крейсер. Хотя Амели и выдавала результат столкновения в пользу эсминца, но Джим не хотел рисковать ни собой, ни кораблём.

Днище трюма несильно завибрировало, давая понять, что эсминец начал набирать скорость, используя свои маршевые двигатели почти в половину мощности. Чтобы пристыковаться и уровнять скорость с шахтёрским кораблём, эсминцу понадобилось не больше минуты. Выплёвывая синие струи огня из маневровых двигателей Амели с первого раза подошла к вращающемуся шахтёру и, уровняв скорость, как движения, так и вращения, дала Джиму возможность проникнуть на корабль. В полной темноте, в обшарпанном кресле пилота-оператора шахтёрского корабля Джим нашёл задыхающегося бородатого мужчину, уже совсем не молодого. Старый скафандр, который был надет на пилоте, с раскрытием шлюзовых дверей сразу начал выплёвывать струю воздуха в районе левого локтевого сустава, которая, моментально, превращалась в лёд. Через быстро запотевающее стекло скафандра Джим услышал, как мужчина, с акцентом на иштарском, сказал ему.

– Помоги… – это было единственное слово, которое он сказал, прежде, чем потерять сознание.

Джим схватил пилота за грудки и, просто выдернув из кресла, отправил в направлении раскрытых шлюзовых дверей эсминца. Заскочив сам, он почти прокричал приказ Амели, срочно задраить шлюз и подать воздух. Только когда за его спиной сошлись бронированные створки, Джим отпустил левый рукав пилота. Джим понимал, что это не преграда для открытого космоса и воздух всё равно выходил, только теперь не так красиво.

Джим приподнял тело пилота и вытянул его из шлюзовой камеры в трюм эсминца.

Как только он опустил его на пол, из потолочной ниши выскочила лёгкая турель и направила своё единственное, смертоносное дуло в сторону пилота. Встав на колени, Джим аккуратно расстегнул застёжки шлема и, потянув его вверх, снял и отложил в сторону, левой рукой придерживая голову мужчины. В глаза сразу бросился металлический ошейник на шее пилота с несколькими стальными петлями по бокам. Все его знания просто взвыли внутри головы, крича, что здесь процветает рабство. С этой информацией сразу ушло угрызение совести, за уничтоженные истребители. Переборов желание, немедленно вернуться и уничтожить тяжёлый крейсер, Джим продолжил осмотр.

Пилот был преклонного возраста, даже через густую бороду, можно было рассмотреть несколько кровоподтёков, синяк под глазом был давний, уже ставший фиолетового цвета. Расстегнув скафандр на груди, Джим вновь начал бороться со своим желанием немедленной расправы. Создавалось такое впечатление, что этот старик сбежал из пыточной дикой цивилизации.

– Амели, пусть им займётся хирургический комплекс. – сказал Джим, поднимаясь с колен. Сейчас старика подлатают, а ему необходимо вернуться в центр управления, всё-таки у них на хвосте тяжёлый крейсер.

– Амели, доклад. – сказал Джим, как только вошёл в центр управления и занял своё кресло капитана.

– Тяжёлый крейсер развернулся и возвращается на свою исходную позицию. – пояснила Амели, предоставляя ещё и схему системы Акат с траекторией движения крейсера. – Проложен оптимальный курс возвращения на дредноут. Станция системы произвела небольшие перестроения орудийных платформ, из-за чего нам пришлось изменить курс возврата к дредноуту, чтобы не попасть под огонь орудийных платформ.

– Хорошо. Через сколько мы будем на дредноуте? – спросил Джим, сворачивая схему системы на гало-экране, и разворачивая на нем предположительный план своего обучения.

– Сорок шесть минут. – ответила Амели, попутно начав отмечать в списке информационные кристаллы со знаниями, необходимые для полноценного управления легендарным кораблём.

– Отчёт от искина хирургической капсулы. – сказала Амели, выводя отчёт на левый гало-экран.

С первых строк отчёта стало понятно, что спасенный мужчина проведёт на «приёме» хирургической капсулы, как минимум, двенадцать часов. Восемнадцать гематом, сломанное левое ребро и вывих плечевого сустава и это было только начало списка. Стиснув зубы, Джим пересилил себя и дочитал отчёт до конца, где в конце информировалось, что будет проведено полное сканирование мозга старика на предмет установки ему биоимпланта.

– Подтверди все действия хирургическому искину, кроме установки биоимпланта. – На восстановление организма хирургическая капсула потратит почти два комплекта картриджей, в которых содержится специальный состав. Одни состояли из набора инъекций, другие содержали специальную субстанцию, с помощью которой, капсула могла даже вырастить новый орган или отрастить утраченную конечность. В трюме эсминца было обнаружено всего пятьдесят таких комплектов, если учесть что они расходуются быстро, то это не так и много. Чтобы, например, восстановить половину руки, капсуле потребуется использовать шесть таких комплектов, а если всю руку полностью, то, около десяти. Такая «прожорливость» заставляла экономить, ведь никто не знает, что будет дальше.

– Начинаю процедуру стыковки. – от размышлений Джима отвлёк голос Амели. Как-то он стал, последнее время, почти не замечать бег времени.

– Амели, я на дредноут, а ты не забудь переговорить с Амбрусом и скажешь, когда наш гость будет готов выбираться из капсулы. – сказал Амели Джим, поднимаясь со своего кресла и уверенным шагом направился к шлюзовым дверям.

– Принято, командор. – незамедлительно последовал ответ Амели.

Верхний ярус дредноута «Гордость Иштара» встретил Джима кипящей работой. Даже, не взирая, на отсутствие атмосферы, корабль оживал. Носившиеся по всему верхнему ярусу технические дройды восстанавливали коридоры, каюты и сам центр управления. Такое разнообразие технических дройдов Джим видел впервые. Сейчас здесь вели свои работы, как минимум, три больших технических комплекса. Войдя в центр управления Джим чуть не столкнулся с инженерным дройдом, закончившим восстановительные работы в нише центрального искина. Сейчас она пустовала, но Джим планировал, чтобы это место заняла Амели, объединённая в один кластер с Амбрусом. Вместе они справятся с управлением дредноута.

– Командор в центре управления. – проговорил Амбрус, как только Джим переступил порог. – Расконсервирование корабля идёт согласно утверждённому плану.

– Хорошо, сообщишь, когда сканер дальнего обнаружения закончит всю процедуру. – сказал Джим, занимая кресло командора. Ему стало интересно, сможет ли, он подключиться к системам дредноута также, как он это сделал на эсминце.

– Сканер дальнего обнаружения закончил процесс расконсервирования пятнадцать минут назад. – ответил Амбрус, чем, своего рода, сделал замечание Джиму за его невнимательность.

– Понял. – ответил Джим, усаживаясь поудобней в кресло. – Амбрус, ручное управление.

– Принято. – ответил искин корабля, а Джим почувствовал, как под его руками из подлокотников выскочили разъёмы для подключения к коммуникаторам.

Вновь неприятное чувство при подключении и Джим провалился в водоворот информации, окутавшей его. Её было настолько много, что казалось, такой объем невозможно освоить. Чувство давления в голове все нарастало, но попытка разорвать контакт ни к чему не привела. Но через несколько секунд боль отступила, а на заднем плане, как будто издалека, послышался голос Амбруса.

– Синхронизация активирована, поток данных распределён, оператор – 12 %, Амбрус – 88 %. – мысленно Джим выдохнул с облегчением, ещё немного и он просто спалил бы себе мозги, если бы его не подстраховал Амбрус.

Вот теперь можно попытаться разобраться с поступающей в его голову информацией. Сейчас Джим прекрасно видел всех технических и инженерных дройдов, где и кем проводятся какие работы. Активных было всего семьдесят три, но еще два комплекса находились на консервации, а это ещё шестьдесят дройдов разного назначения. С таким количеством трудяг, они быстро восстановят корабль, даже можно попытаться восстановить целостность корпуса на уровне третьего яруса.

Джиму было интересно всё. Он виртуально ползал по всему кораблю, заглядывая, практически, в каждый его угол и постоянно получая краткие пояснения от Амбруса. Первый трюм оказался почти пустым, если не считать два десантных бота, причём, они когда-то принадлежали абордажной группе Империи Невер. Второй трюм встретил его основательно забитым разнообразными контейнерами, среди них чётко можно было различить военные и гражданские.

– Амбрус, поясни. – на схеме корабля здесь должен быть третий трюм, но на самом деле, здесь было развернуто громоздкое оборудование для производства. Два технических цеха делили третий трюм пополам и были жёстко закреплены к силовому каркасу корабля.

– Малый комплекс «Добытчик – 33» и малый комплекс «Лифат-18», изменения в конструкцию были внесены при прохождении кораблём планового ремонта. – этой информации было достаточно, чтобы в голове Джима появились данные, касающиеся комплексов.

Первым был старый перерабатывающий комплекс добытого газа с газовых планет для топливных стержней реакторов. Самый простой комплекс, способный в сутки перерабатывать до десяти тонн сжиженного газа и производить три топливных стержня.

Вторым был малый комплекс «Лифат-18», способный утилизировать, как космический мусор, так и отходы концентрата металлов, для создания запчастей или не сложного целого оборудования. До этого открытия Джим рассматривал создание дредноута, как обычную игру мышц перед противником, а теперь к толстой броне, пятидесяти четырём кинетическим орудиям главного калибра, одного мощного плазменного орудия, способного с двух выстрелов уничтожить планету, добавилась и огромная автономность корабля.

Если такой монстр прорвётся в дальние сектора противника, имея большую автономность и неся под своим брюхом два ударных эсминца, имея способность совершать гипер-прыжки дальше любого линкора, то чтобы его остановить или поймать, потребуется, как минимум, два флота. А для Империи Невер, у которой к концу войны каждый корабль был на счету, появление тогда у себя в тылу такого противника, сразу привело бы к её поражению.

– Теперь понятно, почему на уничтожение дредноута бросили такие силы. – сам себе сказал Джим, делая себе мысленную пометку, вернуться к изучению вопроса о дальнейшем применении малых комплексов в своих целях.

– Амбрус, активация сканера дальнего обнаружения. – сказал Джим, наконец-то удовлетворив часть своего любопытства и возвращаясь к основной задаче своего пребывания здесь. Необходимо заглянуть сканером в квадрат, где находился тяжёлый крейсер.

– Принято, командор. – экран на миг вспыхнул белым светом и, в быстро появившейся схеме системы, взгляду Джима предстали два крупных корабля и около сотни маленьких, часть из которых летела вглубь астероидного поля.

Через несколько минут над каждым кораблём появилась надпись. Перерабатывающий комплекс «Шат 21», очень старой постройки, ещё времен программы по колонизации Империи Иштар. Вторым кораблём был тяжёлый крейсер класса «Трен 11», довоенной постройки Империи Невер. Корабль являлся переходной моделью, всего их было построено пятьдесят два. Большая часть со временем была разобрана и утилизирована, оставшиеся несли службу в отдалённых секторах Империи Невер. В конце войны адмиралами был создан резервный флот, куда вошли все старые и тихоходные боевые корабли. В, основном, такой флот применяли для преграждения или прикрытия тыловых систем, поэтому появление «Трен 11» на другой стороне конфликта, вызвало удивление у Джима.

– Амбрус, отслеживай корабли противника, составь схему движения каждого корабля. Разработай план безопасного подхода к астероидному полю ударного эсминца. – головная боль Джима начала усиливаться с каждой минутой, проведённой в прямом соединении с системами дредноута, а значит необходимо срочно заканчивать. – Отсоединяй меня.

– Принято, командор. – голос искина корабля Джим услышал, уже сидя в кресле командора. Немного отдышавшись, он поднялся и направился на эсминец, необходимо срочно передохнуть.

Глава 22

– Ешь, не спеши, потом поговорим. – сказал Джим, сидевшему напротив него мужчине, представившемуся ему именем Витар.

Амели разбудила Джима, как он и приказывал, за час до выхода мужчины из хирургической капсулы. Единственная оставшаяся малая каюта, была спешно восстановлена Амели. Технические дройды притащили из трюма двуярусную кровать. Именно на ней раньше отдыхал Джим. В малую каюту также принесли тумбочку и перенесли пищевой синтезатор из каюты капитана эсминца.

Первая встреча прошла напряжённо. Как только крышка капсулы поднялась и, мужчина привык к яркому свету, Джим протянул ему технический комбинезон. Выйдя из каюты, он стал ждать, пока тот оденется.

Мужчина одевался быстро, постоянно смотря в сторону Джима. Джим хорошо видел в глазах мужчины страх неизвестности и непонимания. Черный скафандр, надетый на Джима, только усиливал его волнение. Одевшись, мужчина встал в ожидании, вопросительно глядя на Джима. Только сейчас он, похоже, почувствовал, что у него ничего не болит. Проведя по лицу ладонью, он прикоснулся к шее, пощупал свои ребра и удивлённо посмотрел на Джима.

– Пойдём. – сказал Джим на иштарском языке и, не дожидаясь ответа, пошёл в сторону малой каюты. Джим не оборачивался, зная, что мужчина идёт за ним следом. За мужчиной шёл дройд, держа того на прицеле. Зайдя в малую каюту, Джим прошёл к одинокому креслу, специально поставленному возле левой стены и, сев в него, указал мужчине на кровать. – Садись.

– Ешь. – сказал Джим, нарушив минутную тишину. Ровно столько понадобилось пищевому синтезатору, чтобы приготовить заказанный обед. – Меня зовут Джим.

– Витар. – ответил мужчина и, почти выхватив у него из рук горячую тарелку, начал жадно есть. Джим терпеливо ждал. Витар за пару минут умял полноценный обед и вновь посмотрел на пищевой синтезатор. Заметив его взгляд, Джим повторил заказ синтезатору и протянул ему вторую порцию. – Спасибо вам большое…

– Ешь, не спеши, потом поговорим. – и, вновь, Джим молча ждал. На этот раз Витар ел медленнее, он наслаждался горячей пищей, приготовленной пищевым синтезатором. Как только он закончил и отправил пустую тарелку в утилизатор, Джим спросил.

– Что ты делал на шахтёрском корабле и почему за тобой гнались два истребителя? – спросил Джим, откидываясь на спинку своего кресла, около входных дверей так и стоял против абордажный дройд, неотрывно следивший за каждым движением Витара.

– Когда-то наша планета являлась колонией великой Империи Иштар, во всяком случае, так всегда нам говорили наши старики, передавая это из поколения в поколение. Этому было много доказательств, в том числе в виде, выработавшей свой ресурс техники, которой было много в каждом селении. Одно время ее пытались ремонтировать, но, в конечном счёте, она вся вышла из строя. – Витар тяжело вздохнул, сделал глоток из стакана с освежительным напитком и продолжил. – Когда прибыл первый космический корабль, мы все обрадовались, что вновь сможем вернуться в состав Империи Иштар, но мы ошиблись…

– Сколько жителей на планете? – спросил Джим у Витара, видя, что тот погрузился в свои воспоминания.

– Шесть поселений, в каждом около двадцати тысяч жителей… – не поднимая взгляда, ответил Витар. – Мы ничего не смогли противопоставить боевым дройдам и закованным в броню солдатам…

– Успокойся, Витар. – Джим не знал, что можно сказать в такой ситуации, все это выходило за границы его человеческого понимания. – Почему ты решил бежать, ведь на борту твоего корабля было очень мало воздуха, да ещё и два истребителя были на хвосте, на что ты рассчитывал?

– За день до этого, я услышал разговор двух надсмотрщиков. – Витар посмотрел на Джима, в его глазах появились огоньки надежды, что Джим поможет им. – Они говорили, что с той стороны системы появился неизвестный корабль и, что, некий дредноут, ожил… вот я и решился на эту авантюру: попросить у них помощи.

– Попросить помощи… – повторил его слова Джим, задумавшись, стоит ли ему ввязываться во всё это. Да, и, что он может сделать… Даже имея дредноут, для полноценного управления ему потребуется команда, а где её взять? – Амели, сообщи мне данные сканирования Витара?

– Согласно отчёту искина хирургической капсулы, кандидат Витар может претендовать на должность первого помощника или старшего офицера главного орудийного поста. – Джим прекрасно знал, что первый помощник и так может занимать пост управления главным калибром дредноута, разница только в уровне доступа к другим системам корабля.

– Витар, ты хотел попросить помощи. – сказал Джим, смотря прямо в глаза старику. Внутренне он ещё сам колебался. Ввязываться в войну, не имея никакого представления о будущем противнике, а, тем более, обещать спасти целую планету, Джим не решался. Как подсказывали ему знания из информационного кристалла «рейдер», вести войну на истощение ещё возможно, но защитить целую планету всего одним кораблём, это просто нереально. – Я не могу пообещать тебе помощь в освобождении твоей планеты, но постараюсь помочь освободить рабов здесь, а дальше будет видно.

– Спасибо тебе, господин. – не успел Джим ничего добавить, как вскочивший Витар, упал перед ним на колени и, опустив голову, лбом коснулся пола. – Я буду верен тебе…

– Встань! – крикнул зло Джим на старика. В его голосе было столько досады, что он удивился сам, но его тон заставил Витара быстро подняться. Вставший вслед за ним Джим посмотрел ему прямо в глаза и, со злостью в голосе, сказал: – Ещё раз, и я отправлю тебя за борт. Понял?

– Да… Джим… – растерянно сказал Витар и, опустил глаза вниз, не выдержав взгляда Джима.

– Мне нужен первый помощник… – сказал Джим, продолжая смотреть на растерянного Витара.

– Да… Джим. – вновь повторил Витар. – Но, я не знаю, что делать…

– Амели, приготовь хирургический комплекс к операции и составь программу обучения для первого помощника дредноута «Гордость Иштара». – сказал Джим, вернувшись в своё кресло и заказав теперь обед для себя.

– Установка и настройка биоимпланта займёт пять часов. Полный курс обучения для освоения знаний займёт больше трёхсот часов, более точные данные будут после установки биоимпланта. – сказала Амели, внеся полную ясность для Джима. Грубо говоря, неопытного, с минимальным набором знаний, первого помощника Джим получит только через тринадцать суток.

– Витар, сейчас тебя проводят в ту самую капсулу, откуда ты недавно выбрался. Тебе будет установлен биоимплант, с помощью которого ты сможешь управлять большинством техники на корабле. Пока ты будешь осваивать знания, будешь жить здесь, а я пока подумаю, как помочь остальным. – Джим направился уже к выходу, когда крепкая ладонь Витара сжала его левую руку чуть выше локтя. Джиму стоило больших усилий, чтобы сдержать рефлексы, заложенные в его подсознание тренировочной капсулой при получении навыков планетарного десанта.

– Спасибо, Джим, я не подведу тебя. – Джим видел, что это не всё, что хотел сказать Витар, но он его не торопил, молча ожидая, когда тот решится. Собравшись, он проговорил на одном дыхании. – У их главного, моя дочь…

– Я постараюсь, Витар. – Джим больше ничего и не мог обещать. Ударным эсминцем брать на абордаж тяжёлый крейсер? Да он к нему даже не сможет подойти, а применять торпеду – это сразу всех похоронить. Первое, что сейчас было необходимо, дождаться полного расконсервирования всех систем дредноута, потом получить полный доступ к системам корабля и, только после этого, разрабатывать хоть какие-то планы по спасению рабов. – Но, для этого, мне необходим верный помощник.

Система Савар являлась одной из семи систем сектора Гальген и принадлежала баронству Савар, как и две соседние системы этого сектора. Из целых шести планет системы, только две были кислородными. На третьей по счету, небольшой жёлтой, из-за местного светила, планете, жила вся знать баронства. Покой планеты, где располагалась резиденция барона Савара, охраняло сразу две боевые станции, купленные в соседнем графстве Долрен больше двухсот лет назад, после последнего восстания в баронстве, ещё прадедом правящего барона.

Резиденция барона Амвела Савара была расположена в самом крупном городе планеты Сарлон и была отделена от него постоянно активным защитным куполом. Такие меры безопасности обходились барону дорого, но он не планировал экономить на своей безопасности.

Личный кабинет барона Амвела Савара больше напоминал музей или выставку редких артефактов, добытых на разных планетах. Здесь были, как большие драгоценные камни, так и чучела самых опасных животных, которых находили искатели или поисковые команды. Большой стол, выполненный из красного дерева, добываемого только на одной из планет Конфедерации Иштар, стоил больше, чем новый крейсер класса «Страж». Пять резных кресел из того же дерева были приставлены к столу, три из которых сейчас были заняты.

– Свободен, Донат. – сказал грузный барон Амвел Савар, как обычно одетый в самые дорогие наряды, которые только можно было купить в Конфедерации Иштар. Три пары глаз сейчас были устремлены на широкую фигуру главы картеля «Сокат», который, сделав глубокий поклон, начал пятиться к выходу личного кабинета барона. Как только за ним закрылась дверь, барон посмотрел на толстого мужчину, сидевшего по левую руку от него и, как обычно, попивающего дорогое вино с планеты Крашлоф. Его пышный мундир службы безопасности баронства «Савак» был немного помят, что свидетельствовало, что барон его вызвал не из тёплой постели. – Что скажешь, Лориц?

– Я проверю. – с невозмутимым видом ответил, глава службы безопасности и, сделав очередной глоток прекрасного вина, продолжил. – Мне понадобится трое суток для проверки этой информации.

Лориц продолжил наслаждаться вином и не заметил, как изменился взгляд барона Амвела Савара. Ещё вчера заместитель Лорица, Хаген, положил Амвелу подробный отчёт о бездействии Лорица, о намечавшемся заговоре против барона, затеянном его соседом, бароном Тараннисом. Ещё вчера Амвел сомневался в необходимости смены главы службы безопасности, рассчитывая ограничиться хорошей трёпкой, которую он хотел выдать сегодня. Но, увидев, с каким безразличием Лориц отнёсся к сообщению о неизвестном корабле, прибывшем со стороны их заклятого врага, Империи Невер, а также новости, об ожившем дредноуте, понял, что нужны уже какие-то кардинальные меры. И даже дредноут не являлся проблемой, а то, что флот Империи Невер сможет пройти мимо активной станции и нанести удар по Конфедерации Иштар в тот момент, когда вновь накалились отношения с Федерацией Иштар, а для нового военного конфликта достаточно одного неверного движения. А это значит, что баронство Савар, имеет все шансы, в одиночку столкнуться с кораблями неверийцев, так как оно ближе всего находится к сектору Аргаш, а система Акат номинально входит в состав баронства.

– А ты, что предлагаешь Аттиус. – спросил барон Амвел, посмотрев на командующего военным флотом баронства Савар, как только поставил подпись на электронном приказе о назначении новым главой службы безопасности баронства, Хагена. Бородатый крепкий мужчина в адмиралтейском мундире синего цвета, с военной выправкой, поднявшись и, глядя на своего барона, ответил:

– Предлагаю в систему Акат отправить первую резервную группу командора Джовита. – немного громче, чем-то полагалось, начал говорить, недавно назначенный на эту должность, адмирал Аттиус. – Этой группы будет достаточно, чтобы провести полноценную разведку и, в случае необходимости, уничтожить дредноут.

Идея создания резервной группы полностью принадлежала адмиралу Аттиусу. Корабли, входившие в эту группу, были абсолютно новые, только в прошлом году баронство их забрало со стапелей трёх графств, в которых их строили по заказу Амвела. Три линкора новой постройки класса «Прорыв», два тяжёлых крейсера сопровождения и два лёгких крейсера, обеспечивающих надёжное прикрытие от малых кораблей всю резервную группу. Резервной она стала недавно, из-за того, что адмиралтейство не могло найти новым кораблям применение и, они никак не могли занять свое место во флоте баронства.

– Да, наверное, ты прав, заодно экипаж пройдёт дополнительное обучение в условиях, приближённых к боевым. – барон Амвел был доволен решением адмирала Аттиуса. – Готовь приказ.

– Лориц, ты ведь не забыл, что необходимо через три месяца? – спросил барон Амвел у бывшего главы службы безопасности баронства. Именно такой срок дал барону Амвелу граф Долрен. Через три месяца состоятся игрища, которые проводятся каждые пять лет. Согласно старой традиции, каждый по очереди, граф или князь, проводят игрища на своих владениях, куда съезжаются, практически, все правящие Конфедерацией Иштар. На зрелищные сражения рабов друг с другом собиралось очень много жителей со всей Конфедерации, особенно захватывающими были сражения с разными тварями, доставленными со всех уголков галактики. Именно такой праздник намечался в графстве Долрен. Как предоплату за будущих рабов, граф построил барону один из линкоров, который сейчас входил в состав группы резерва.

– Нет, господин, все поисковые картели работают, ищем самых лучших. Кстати, картель «Сокат» подал заявку на доставку пяти тысяч рабов и взял в аренду на два месяца большой транспортник с крио-камерами. – как-бы вспомнив, сказал Лориц, оторвавшись от пустого бокала с вином. – Я думаю, к оговоренному сроку успеем.

– Хорошо, на этом и закончим. – сказал барон, поднимая своё грузное тело с кресла. Сейчас он планировал вернуться к своим наложницам и продолжить то, от чего его оторвал секретарь. – Аттиус, через час, чтобы приказ был у меня. Доклад о ситуации в системе Акат – каждые шесть часов.

Сказав, барон вышел в боковую, незаметную с первого взгляда, дверь. Он ничего не сказал Лорицу, зная, что на следующем заседании в качестве главы службы безопасности будет присутствовать уже Хаген, молодой и амбициозный парень.

Глава 23

– Капитан, фиксирую семь выходов из гипер-прыжка, квадрат А19-В25. – оповестил офицер-навигатор капитана Камиля. – Сигнатуры кораблей устанавливаются, курс кораблей на сближение с нами, жду приказа, капитан.

– Установи, что за корабли. – сказал Камиль, срочно одеваясь и направляясь в центр управления тяжёлого крейсера. Выход сразу семи кораблей был плохим знаком и, кроме беды, он ничего не ждал.

– Корабли идентифицированы, три линкора класса «прорыв», два тяжёлых крейсера сопровождения и два лёгких крейсера поддержки. – с нескрываемой тревогой в голосе сказал офицер навигационного поста. – Запрос на связь.

– Соединяй. – сказал Камиль, а сам внутренне выдохнул, значит, сейчас их уничтожать не будут. Осталось только выяснить, кто это прибыл на таких новых кораблях, что искину потребовалось столько времени, чтобы идентифицировать их и, главное, что им надо от них.

– Командор Джовит, ударная группа баронства Савар. – на главном экране появился мужчина средних лет, короткая стрижка чёрных волос, идеально выбритое лицо и, как новенький, флотской мундир с нашивками командора. – Через час жду вас, капитан Камиль, на линкоре «Великий Савар».

Связь с флагманом прибывшей группы прервалась, сменившись картинкой главного гало-экрана, которая сейчас транслировала медленно приближавшиеся корабли регулярного флота баронства Савар. Камиль молча смотрел на корабли и не мог понять, зачем они сюда прибыли. Если бы хотели арестовать его, то, скорее всего, они бы просто расстреляли его корабль издалека, а в отчёте указали, что «оказал сопротивление». Флотские всегда любили пострелять из своих орудий, особенно, когда это было безнаказанно для них.

– Интересно, что их сюда привело? – за спиной раздался голос первого помощника Корина. – Насколько я помню, регулярный флот в системе Акат появлялся, последний раз, лет сто назад.

– Донат. – посетила догадка Камиля, только это может объяснить появление здесь такой группы кораблей, способной растерзать даже легендарный дредноут. – Значит, Донат был на приёме у барона Савара, вот только непонятно, хорошо это или плохо.

– Согласен, у барона скверный характер. – согласился с ним его помощник. – Необходимо быть начеку, вдруг Донат уже мёртв, а барон хочет сохранить тайну ожившего дредноута…

– Малый шаттл просит координаты на стыковку с нами. – прервал ход мыслей Корина офицер навигационного поста. – Говорит, что он за капитаном.

– Давай разрешение на стыковку. – ответил капитан и направился к выходу из центра управления. – Корин, вместо меня, пока я не вернусь.

– Принято. – ответил первый помощник, провожая его взглядом к выходу, а потом отслеживая, как пассажирский шаттл отбывает с его капитаном в сторону флагмана прибывшей группы и тихонько сказал, так, чтобы его никто не услышал. – В другой ситуации, ты бы не долетел Камиль.

– Капитан Камиль, проходите и присаживайтесь. – сказал командор группы прибывших кораблей, ожидавший его в своей роскошной капитанской каюте. Всё-таки в Конфедерации Иштар строили корабли с повышенным комфортом, очень часто дети многочисленной знати командовали тяжёлыми кораблями сугубо для «галочки», а им не с руки в чем-то себя ограничивать. – Мне нужны все данные с вашего искина, всё, что касается неизвестного корабля и первых сигналах дредноута.

– Хорошо. – спокойно ответил Камиль, садясь в мягкое и роскошное кресло. Активировав свой коммуникатор, Камиль отправил короткий приказ искину своего крейсера, а, уже через несколько секунд, командор Джовит утвердительно кивнул. – Всё, что мне известно, я вам предоставил.

– Отлично, сейчас мои аналитики поработают с вашими данными и, мы составим предварительный план действия. – сказал Джовит, поднявшись со своего кресла, он подошел к нише в стене, за которой скрывался мини бар. Налив в два бокала тёмно-коричневую жидкость, он протянул один Камилю. – Ударный эсминец появился именно в тот момент, когда бежал один из ваших рабов, я прав?

– Вся эта информация есть в отчётах, предоставленных вам. – Камиль не понял, к чему задавать этот вопрос, если командор и так всё знает.

– Кто был это раб? – спросил командор, садясь в своё кресло. Сделав глоток ароматного напитка, он пристально посмотрел на Камиля.

– Я не интересуюсь личной жизнью живого товара. – выдержав взгляд командора, ответил Камиль. Это было абсолютной правдой, ему было совершенно плевать на них.

– А зря, капитан. – с ухмылкой сказал командор, сделав очередной глоток дорогого напитка. – Согласно вашим базам данных, раб был зарегистрирован под именем Витар и, на борту вашего крейсера, есть его дочь, Даниель…

– Как вы посмели взломать мой искин? – вскочив со своего места, Камиль только сейчас понял, какую ошибку допустил, связавшись со своим крейсером через сеть линкора.

– Сядьте и успокойтесь! – с лица командора моментально пропала улыбка. В одно мгновение он стал похож на обозленного и опасного зверя. – Сейчас к вашему кораблю отправится шаттл и привезёт сюда вашу рабыню Даниель.

Камиль молча сел обратно в своё кресло, сделав несколько глубоких вздохов, он пытался успокоиться. Если ничего нельзя сделать в этой ситуации, значит необходимо попытаться хоть что-то отхватить для себя.

– Вы хотите выманить дредноут на открытое пространство и захватить его? – спокойный тон дался ему тяжело, но Камиль уже взял себя в руки. Сейчас его мысли неслись галопом, стараясь ухватить ситуацию и попросить компенсацию за нанесённый ущерб. – Я могу претендовать на ударный эсминец, как компенсацию за полученный ущерб?

– А вы наглец, капитан Камиль. – вновь хищная улыбка тронула лицо командора Джовита. – Вам дана квота на разработку полезных ископаемых в системе Акат всего на пятнадцать тысяч тонн в месяц, а вы уже превысили её в несколько раз. Налог баронству Савар вы платите, как за пятнадцать тонн…

– Ну, так получилось, я могу из излишков немного отсыпать вам, если это создаёт для вас какие-то трудности. – Камилю, тяжело было вести переговоры, ведь он для командора, из-за взломанного искина, стал, как открытая карта.

– Я подумаю, капитан Камиль, над вашим предложением. А, сейчас, простите у меня дела. – когда командор поспешно вышел из своей каюты, в неё сразу вошёл десантник против абордажного взвода, такие были в обязательном порядке на каждом корабле класса линкор.

– Следуйте за мной. – сквозь защитный шлем послышался басовитый голос десантника. – У меня приказ, сопроводить вас до стыковочного шлюза, вас ожидает шаттл.

– Что у вас? – спросил командор Джовит, как только вошёл в центр управления линкором «Великий Савар», являвшийся флагманом резервной ударной группы.

– Мы наложили на схему системы Акат данные с крейсера, вот, что у нас получилось. – на главном гало-экране была тактическая схема системы, где были отмечены все корабли, находившиеся сейчас в ней и, наложенные данные скоротечного боя двух истребителей с ударным эсминцем. – С вероятностью в 83 % ударный эсминец ушёл в сторону дредноута и с вероятностью в 61 % всё ещё находится рядом с ним. Точную картину мы сможем получить, когда лёгкие крейсера займут свои позиции и раскинут поисковую сеть.

На схеме синие точки с обозначениями лёгких крейсеров медленно двигались к началу поля обломков, тщательно сканируя пространство перед собой, чтобы не угодить под прямой огонь орудийных платформ станции. Как только корабли, достигнут оптимального расстояния, будет произведён запуск двух сотен одноразовых сканирующих зондов, которые дадут возможность заглянуть, практически, на половину поля обломков и быстро предоставить данные о дредноуте.

– ЛК-1 занял позицию, готов к запуску. – оповестил офицер навигационного поста.

– Пусть ждёт второго. – сказал командор, смотря на тактическую схему, хорошо видя, что второму лёгкому крейсеру оставалось меньше минуты до указанной точке.

– ЛК-2 занял позицию, готов к запуску. – вновь всё тот же голос подтвердил командору и так, видимый на тактической схеме, факт.

– Запуск. – через несколько секунд сказал командор и, в такт его словам, тактическая схема запестрела множеством зелёных точек, отделяющихся от, замерших возле поля обломков, кораблей.

Джовит немного нервничал. У него была всего одна попытка на разброс сети зондов, ведь из-за скупости и коррупции адмиралтейства баронства, ему выдали всего два комплекта зондов, а в отчёте командор должен будет указать, что использовал, как минимум, четыре. Через несколько минут начали гаснуть первые зонды, так и не достигнув своего пункта назначения, из-за того, что в дело вступили орудийные платформы станции и корабли, с всё ещё активными искинами на борту.

– Приступаю к анализу поступающих данных. – только через десять минут всего 41 % зондов начал сканирование пространства и отправку полученных данных на флагман, используя ретрансляторы лёгких крейсеров. После получения первых данных с зондов их численность составляла уже меньше 33 %, во время передачи данных они были видны даже сканеру, работавшему в пассивном режиме.

– А вот и наш возмутитель спокойствия. – прокомментировал Джовит появившееся визуальное изображение дредноута, по корпусу которого активно перемещались разнообразные технические и инженерные дройды. Во многих местах на обшивке велись ремонтные работы, вспыхивающие плазменные резаки дройдов вырезали одни части толстой брони, а на их место, из трюма легендарного корабля, вытягивали новые мощные броне-пластины. Изображение корабля было только с левого борта, но и этого командору хватило, чтобы от увиденного, по его коротко стриженой голове, пробежал неприятный холодок.

Легендарный корабль Империи Иштар, не знавший себе равных, сейчас быстро приводил себя в порядок. Если верить техническим характеристикам, сохранившимся в базах данных, то дредноут имел пятьдесят четыре башни главного калибра. Сорок из них, были двух орудийные и, четырнадцать башен имели по три орудия. В общей сумме дредноут мог дать залп из ста двадцати двух кинетических орудий крупного калибра.

– Что происходит на корабле. – спросил, стоявший рядом первый помощник Логнер, указывая пальцем в правый нижний угол главного гало-экрана и, не дожидаясь ответа от командора, продолжил. – Кормовая башня поворачивается…

Все, кто был сейчас на своих постах, внимательно смотрели на гало-экран, где возле нижнего сопла большого маршевого двигателя дредноута, медленно поворачивалась двух орудийная башня. Поворот на сто восемьдесят градусов занял у неё почти три минуты, остановившись, два её смертоносных ствола немного приподнялись по отношению к корпусу корабля и, замерли.

– И, что дальше? – спросил первый помощник с нескрываемой ухмылкой на своём лице, густо покрытом веснушками. Джовит бросил на молодого выскочку презрительный взгляд. Логнер был один из немногих, кого назначили на эту должность по протекции своих родителей, считавших службу во флоте обязательной ступенькой в карьерной лестнице.

– Приказ лёгким крейсерам на возврат. – сказал Джовит, чувствуя сильную обеспокоенность, после того, как корабль повернул своё орудие в их сторону.

Гало-экран дал ответ без слов: только что башня совершила свой первый выстрел за столько лет. Через несколько секунд новая вспышка на миг осветила второе орудие башни и, главный гало-экран потух, несколько секунд переливаясь чёрным цветом. Вновь появившееся изображение, теперь транслирующее через собственные оптические сенсоры линкора, показало лёгкий крейсер, разваливавшийся практически пополам.

– Командор, сенсоры засекли шесть выстрелов, визуально мы видели только два… – негромко начал говорить офицер навигационного поста.

– С такого расстояния это невозможно… – возмутился первый помощник, но запнулся, встретившись с гневным взглядом командора. Его спасло только появление офицера десантного взвода в сопровождении молодой, красивой девушки-рабыни.

Глава 24

– Залп. – скомандовал Джим, сидя в своём кресле командора. Корпус дредноута даже не вздрогнул, отправляя шесть стальных, смертоносных болванок в полёт.

– Цель поражена. – ответил довольный Витар, занимавший место старшего офицера орудийного поста. – Вывожу цели-указатель на цель номер два.

Появление группы кораблей в системе заставили Джима ускорить все работы по приведению корабля в рабочее состояние. Для нормального ремонта пришлось срочно запускать малый производственный цех, где под управлением Амели начали выливать новые бронеплиты. Были активированы все технические и инженерные дройды, которые перешли в подчинение искину Амбрусу. Для их контроля он тратил почти 70 % от своих вычислительных возможностей, но уже через сутки дредноут превратился в один большой муравейник. Теперь, выходя из своей каюты, Джим должен был сначала удостовериться в отсутствии, несущегося по коридору, дройда и, только потом выходить.

Амели удалось найти изъян в программном обеспечении Амбруса и поставить несколько программных заплаток. Теперь Джим хоть и был временным командором, но все-таки имел полный доступ ко всем системам дредноута. За всё это время Витар практически не покидал хирургическую капсулу, постоянно получая и осваивая новые знания, и, благодаря этому, они теоретически были готовы к появлению группы кораблей.

– Командор, цель захвачена. – не отрываясь от своих тактических гало-экранов, доложил Витар. – Перезарядка займёт три минуты сорок секунд.

– Вот и первый недостаток старых орудий, долгая перезарядка. – хмыкнул носом Джим, глядя на главный гало-экран. Благодаря оптическим сенсорам, Джим видел, как второй лёгкий крейсер, окутавшись плёнкой защитного поля, спешно отползает назад к группе линкоров, стоявших клином в сторону дредноута и, также, распустивших свои защитные поля. Лёгкий крейсер спасло от гибели только то, что дредноут стоит к ним кормой, где меньше всего орудий главного калибра.

– Командор, линкор «Великий Савар» вызывает нас на открытой частоте. – раздался голос Амбруса.

Встав со своего кресла, Джим уверенно вышел на середину центра управления и, активировав шлем, завёл руки за спину, немного расставив ноги. В Империи Иштар, именно в такой позе, командор тяжёлого корабля мог принять вызов от корабля противника, так было прописано в офицерском кодексе. А, потом, зачем противнику знать, что дредноут достался в руки какому-то мальчишке из бывшей Империи Невер.

– Витар, чтобы ты не увидел на главном гало-экране, постарайся выдержать и помни, любое необдуманное действие может нас погубить. – Джим говорил это Витару уже через одетый шлем, его голос звучал не совсем дружелюбно. – Амбрус, соединяй.

Главный гало-экран моргнул и, на Джима устремили свои взгляды двое мужчин. Он мог сразу сказать, что справа стоял капитан или командор этой группы кораблей. Его возмущенный взгляд немного изменился с гневного на любопытный, когда он увидел Джима в странном чёрном скафандре, полностью закрывающем лицо. А вот офицер, стоявший слева от командора, с рыжей копной волос на голове, просто округлил глаза. Как и положено, первым заговорил командующий группой кораблей и, сразу было видно, что это были не те слова, которые он изначально хотел адресовать вызываемой стороне.

– По какому праву вы уничтожили мой легкий крейсер? – выдавил из себя слова мужчина в синем мундире с незнакомыми Джиму знаками отличия.

– Ваше звание и ранг в Империи Иштар? – вопросом на вопрос ответил Джим, прекрасно ориентируясь в манере разговора, принятого в Империи Иштар, чем еще больше заставил растеряться обоих офицеров, пока неизвестного государства.

– Империи Иштар не существует уже больше пятисот лет. – негромко сказал рыжий, не сводя взгляда с Джима.

– Ложь, Империя Иштар непобедима! – ответил Джим с воинским приветствием и, три раза слегка приложил правый кулак к груди.

– Хватит устраивать здесь представление, нам известно, что ты прибыл с территории Империи Невер. Так же нам известно, что ты спас раба по имени Витар. – теперь наступила очередь Джима немного растеряться. Всё-таки этот «тертый» офицер смог взять себя в руки и сопоставить все факты. Джим молчал, он лихорадочно искал выход из опасной ситуации. Краем глаза он заметил, как при упоминании его имени, Витар насторожился. – Я готов обменять рабов на корабль. Можешь оставить себе эсминец, а можешь обменять его ещё и на неё.

Он одной рукой притянул к себе девушку, держа её за шею, на которой был надет ошейник. Она испуганно смотрела, то на него, то на Джима, безвольно опустив плечи. Джим увидел, как со своего места сорвался Витар, поэтому тут же быстро разорвал связь. Возмущенный Витар вначале растерялся, а потом бросился к Джиму.

– Ты обещал… – Джим спокойно уклонился от его кулака, сделав небольшой шаг в сторону и когда Витар, двигаясь по инерции, начал пробегать мимо него, нанёс ему правым локтем удар в левое ухо. Вскрикнув, Витар сделал два шага в сторону и завалился на холодный пол. Нависнув над ним, Джим сказал:

– Остынь! Скажи мне, Витар, твоя дочь дороже миллиона жизней в галактике? – левой рукой Витар держался за своё ухо, а потом, подняв взгляд на Джима, с вызовом ответил.

– Если это жизни таких тварей, то дороже! – Джим сделал шаг назад и, деактивировав шлем, опять посмотрел на Витара.

– Я могу пообещать тебе постараться вернуть дочь, но только постараться. А вот пообещать тебе я могу хорошую месть и, не только за неё. – сказав это, Джим протянул Витару правую руку с раскрытой ладонью. Несколько секунд старик колебался, но видно, приняв для себя окончательное решение, протянул свою руку и, опираясь на руку Джима, поднялся. – Первый помощник, занять свой боевой пост.

– Есть, командор. – вытянулся Витар, а потом сорвался с места и почти впрыгнул в своё кресло, проявив не свойственную его возрасту, прыть.

– Амбрус, боевая тревога, активация всех систем. – за их спинами с сильным шипением опустились толстые броне-двери, полностью блокирующие доступ в центр управления. Освещение сменилось с ярко-белого на приглушенный, активировались несколько дополнительных гало-экранов. По корпусу древнего гиганта пробежала вибрация.

– Реакторный отсек выйдет на оптимальную мощность через два часа сорок три минуты. – прогремел голос искина дредноута.

– Активировать маневровые двигатели. – отдал приказ Джим в нарастающем гуле. – Приступить к развороту корабля на сто восемьдесят градусов. Амели, управление дредноутом на тебе.

– Принято. – сразу ответила Амели и, неизвестный гул начал спадать, зато ощутимо вздрогнул пол дредноута.

На визуальной схеме тактического гало-экрана было видно, что дредноут медленно начал разворачиваться, по пути расталкивая большие обломки кораблей. В следующее мгновение в движение пришли все его, замершие ещё шестьсот лет назад, орудийные башни, выравниваясь по носовой части корабля.

– Амбрус, приготовить абордажных дройдов. – Джим ещё с первых отчётов помнил, что на дредноуте сохранилось чуть больше двадцати из ста сорока абордажных дройдов, сведённых сейчас в один взвод и приданных комплексу полевых операций. С против абордажными дройдами дела обстояли ещё хуже, из двухсот машин по штату, в строю осталось всего двенадцать, из которых, только один относился к тяжёлому классу.

Джим встретился с взглядом Витара. Несколько секунд они смотрели друг на друга, после чего старик, кивнув, сказал:

– Спасибо, командор! Спасибо, Джим…

– Пошла вон! – Джовит яростно оттолкнул хрупкую девушку, от чего она упала на пол. Джовит был в ярости, всё пошло не так. Вместо того, чтобы диктовать свои условия, он растерялся и утратил инициативу в разговоре с незнакомцем. И вот, когда он всё-таки начал давить на этого лже-имперца, тот прервал связь, но не потому, что растерялся…

– Зря вы так с ним разговаривали, командор. – сказал первый помощник Логнер и практически сразу отшатнулся, безуспешно пытаясь уклониться от удара кулака в лицо. Из его нижней губы сразу выступила кровь и, уверенной струйкой закапала на синий офицерский мундир.

– Кто дал тебе право встревать в переговоры. – раскрасневшееся лицо командора приблизилось практически в упор к перепуганному молодому офицеру.

– Дредноут разворачивается. – напряженным голосом доложил офицер навигационного поста.

Джовит резко повернулся к тактическому гало-экрану. Вид разворачивающейся туши огромного корабля быстро остудил бушевавшие эмоции. Только сейчас он обратил внимание, что все взгляды устремлены на него и ждут его приказов. Джовит кожей чувствовал, что каждый из присутствующих сейчас хотел бы оказаться, как можно дальше от этой системы. Но у его корабля был козырь, во всяком случае, он на это очень рассчитывал. Брошенный взгляд в сторону уже поднявшейся девушке, вызвал его фирменную опасную улыбку.

– Боевая тревога, построение клин. – отдав приказ, он заметил с какой неохотой экипаж линкора начал его выполнять. Это вам не пиратов гонять на старых корытах или переделанных транспортах. Сегодня здесь, в этой, уже забытой всеми системе, будет бой, старого, но всё ещё очень опасного лучшего корабля Империи Иштар и новейших кораблей, представляющих современную Конфедерации Иштар, родившуюся на руинах разрушенной Империи.

Глава 25

Извергая ярко-синее пламя из своих огромных ионных двигателей, дредноут «Гордость Иштара», как разъяренный зверь, вырвался из поля обломков. Ювелирный манёвр, как для таких размеров и, дредноут, отправляет хвалу своим создателям, в виде тяжёлого крейсера баронства Савар. В одно мгновение, охваченный пламенем тяжёлый крейсер, развалился на три неравных обломка, куски обшивки, мелкие части корабля, можно было даже рассмотреть мёртвый экипаж, не успевший понять причину своей смерти.

Ответный залп трёх современных линкоров увяз в, переливающемся всеми цветами, защитном поле дредноута. Сразу стало ясно, что дредноут проигрывает в скорострельности орудий, но превосходит в мощности бортового залпа. Один из линкоров ринулся на всём ходу к дредноуту, его опасный манёвр поддерживали два других тяжёлых корабля, из-за толстой брони которых, выныривал, оставшийся в одиночестве, тяжёлый крейсер и, чтобы не повторить судьбу своего собрата, он делал залп и вновь прятался за спинами линкоров. Манёвр линкора практически удался, ещё немного и он продавил бы своей массой защитное поля дредноута и, возможно, появился бы большой шанс взять его на абордаж.

Сделав очередной манёвр, дредноут начал уклоняться, от быстро приближающегося к нему, линкора. Линкор вновь попытался форсировать свои двигатели и сблизиться с огромным кораблём в попытке проскочить под дредноутом, понимая, что там находится самое слабое место корабля. Прямо из-под брюха легендарного корабля, где крепился ударный эсминец, взметнулась торпеда и, оставляя за собой ярко-белый, длинный шлейф устремилась к линкору. Всего на несколько мгновений систему осветила яркая вспышка и, наглый линкор лишился всей носовой части. Еще через несколько секунд потухли его маршевые двигатели и, современный корабль, совершая вращения вокруг своей оси, стал двигаться по инерции в сторону поля обломков.

Первым сориентировался лёгкий крейсер. Оценив ситуацию, он сразу развернулся и начал набирать скорость, чтобы уйти в гипер-прыжок. Уже через минуту его примеру последовал тяжёлый крейсер. Бросив свои линкоры, он пошёл вслед за лёгким крейсером. Оставшиеся в одиночестве два линкора, сделав очередной залп, не давший никаких результатов, начали пятиться назад, стараясь отойти, как можно дальше от дредноута.

По всему правому борту дредноута прокатилась серия вспышек, а в следующий момент линкор «Великий Савар» вначале лишился своего щита, а потом получил несколько прямых попаданий в лобовую броню. Несколько мелких вспышек и линкор начал проседать на правый борт, выплёвывая в атмосферу воздух, который, замерзая на темной искорёженной броне, оставлял белые пятна.

– Ну, вот и всё… – прокомментировал Камиль, наблюдавший за боем в центре управления своего старого крейсера. Для него всё сразу стало ясно, как только баронские корабли потеряли тяжёлый крейсер. Именно в тот момент он отдал приказ на разгон крейсера и уход из системы, приказав добывающему комплексу постараться спрятаться в поле астероидов и молиться, чтобы их не заметили. Рисковать же своей жизнью в планы Камиля не входило. Противостоять такому монстру на старом корабле невозможно, лучше всё бросить, но сохранить жизнь, деньги он ещё сможет заработать.

– Нам бы такой корабль… – мечтательно сказал, стоявший рядом с ним, первый помощник Корин. – Смотри они бросили свой флагман и удирают, не жалея топливных стержней.

– Похоже «Великий Саваж» будет взят на абордаж. – сказал Камиль, глядя, как огромная туша дредноута, используя маневровые двигатели, аккуратно подходит к поверженному врагу.

– До ухода в гипер-прыжок сорок две минуты. – прозвучал голос старшего пилота крейсера.

– Надеюсь, командор Джовит, не переживёт этот абордаж. – с нескрываемой надеждой предположил Камиль.

– Нарушена целостность корпуса. – прогремел голос искина в центре управления линкора «Великий Савар». Джовит стоял в центре. Он всё ещё не мог поверить, что старый корабль, которому больше шестисот лет, просто уничтожил группу современных кораблей баронства. С первых минут боя, стала сразу видна ужасная подготовка экипажей кораблей. За всё время боя им так и не удалось скоординировать залпы на одном участке корабля, что могло бы позволить сбить щит с дредноута. Все корабли просто хаотично палили, куда придется. – Против абордажной группе срочно прибыть на третий ярус.

Мигающее освещение в центре управления резко сменилось на красное, входные двери начали закрываться. Это могло означать только одно, дредноут брал их на абордаж. Такого Джовит себе не мог представить, даже в самом кошмарном сне. С одного бортового залпа дредноут снёс силовой щит, броня линкора выдержала, но удача уже отвернулась от Джовита. Один единственный снаряд пробил стык между бронеплитами и попал в первый реакторный отсек, выведя из строя сразу три реактора из восьми. От детонации повреждённых реакторов, линкор спас только искин, мгновенно отключив, как повреждённые реакторы, так и уцелевшие, не дав, резко возросшей на остальные реакторы нагрузке, привести к перегреву. Только через семь минут система была перезагружена, с новыми параметрами потребления энергии, часть систем была отключена. Вот только время было упущено, дредноут успел сблизиться и пойти на абордаж линкора и, сейчас всё зависело от против абордажной системы.

Пол центра управления несколько раз сильно вздрогнул. Несколько гало-экранов высветили изображение коридоров, в которых уже шли бои. В коридоре на нижнем уровне несколько солдат в десантных скафандрах, действуя совместно с против абордажным дройдом, отступали под натиском абордажных дройдов. В следующий момент весь коридор заволокло густым белым дымом. Через несколько секунд, в просветах дыма Джовит увидел, что на полу коридора, ведущего во второй реакторный отсек, лежало два тела солдат. Против абордажный дройд был отброшен почти под самые двери реакторного отсека. Пробитый корпус, оторванная нога и растёкшееся пятно тёмного масла на сером полу, это всё, что осталось от защитников реакторного отсека.

За дверью раздались выстрелы тяжёлой стационарной турели, расположенной в потолочной нише. Эта турель была последней, кто принимал участие в отражение атаки на линкор и, если «заговорила» она, значит корабль пал под натиском противника. Озлобленный взгляд Джовита блуждал по растерянным лицам офицеров в центре управления. Все, изначально все пошло не так. Его глаза замерли на девушке в рабском ошейнике. Она сидела на полу в самом дальнем углу центра, под его взглядом она сжалась ещё сильнее.

– Это из-за тебя нас взяли на абордаж. – сквозь зубы со злостью сказал Джовит, делая шаг в её сторону и, вынимая плазменный пистолет из кобуры. – Ты умрёшь раньше…

Входная дверь в центр управления разлетелась на несколько частей, разнося капли крови, принадлежавшие одному из офицеров линкора. Он погиб сразу из-за того, что неосторожно стоял ближе всего в дверям. От ударной волны на ногах смогли устоять только Джовит и его первый помощник Корин, которые находились дальше всех.

Центр управления сразу погрузился в темноту из-за пыли и клубов едкого чёрного дыма. Криками и стонами наполнилось помещение, в полном хаосе грянуло несколько выстрелов и, прямо под ноги Джовита рухнул его первый помощник с простреленной головой.

– Приветствую вас, командор… – за спиной Джовита раздался знакомый голос. Резко развернувшись, он попытался направить свой плазменный пистолет в сторону говорившего, но его рука, как будто ударилась в металлическое перекрытие, а в следующий момент Джовит понял, что теряет сознание и, впервые в своей жизни, он ничего не может изменить.

– Здравствуй, Даниель. – сказал Джим перепуганной девушке, переступая через бесчувственное тело командора линкора. Взгляд девушки метался то, на него, то на застывших в центре управления боевых дройдов, то на тела погибших офицеров корабля, из-под тел которых, уже начали появляться лужи алого цвета. Не произнеся ни звука, она медленно сползла по стене и потеряла сознание, уткнувшись лицом в пол. – И я рад познакомиться…

– Командор, сопротивление подавленно, потери составляют шесть боевых дройдов… – в шлеме зазвучал голос Амели, которую только два часа назад переместили в нишу центрального искина на дредноуте. Ещё полчаса понадобилось, чтобы ввести Амбруса в единый кластер с ней и заставить работать.

– Командор, как там Даниель? – прервав доклад Амели, в эфир ворвался встревоженный голос Витара.

– Всё нормально, жива. – успокоил Джим Витара. – Амели, Даниель необходимо отнести в хирургическую капсулу. А я пока переговорю с командором линкора.

– Принято, командор. – ответила Амели и, практически сразу, с места сорвался один из боевых дройдов.

Поцокав по полу своими четырьмя металлическими лапами, дройд на миг застыл над бесчувственной девушкой, с небольшим шелестом он убрал две лазерные винтовки куда-то в недра корпуса и, подхватив девушку, направился на выход из центра управления. Проводив его взглядом, Джим подошёл лежавшему командору и, наклонившись, он поднял с пола плазменный пистолет. Немного покрутив его в правой руке, посмотрел на приходящего в сознание командора.

– Здравствуйте, командор… – Джим сделал паузу, давая возможность собеседнику представиться. Времени на переговоры было немного, около двадцати минут, после чего действие стимуляторов хирургического комплекса закончится и вся нервозность вернётся к нему с удвоенной силой. К стимуляторам пришлось прибегнуть ещё на дредноуте: в какой-то момент Джим, из-за волнения, перестал трезво мыслить и, чем ближе дредноут подходил к границе поля обломков, тем больше его охватывала тревога.

– Командор Джовит. – сказал мужчина, приподнявшись с пола, помогая себе правой рукой. Левой рукой он потирал место на шее, именно туда пришёлся удар, отправивший командора в забытье. – Я, как понимаю, в плену у вас?

Джим планировал с ним поговорить, но теперь он уже потерял к нему всякий интерес. Дело в том, что сейчас несколько технических дройдов уверенно выковыривали искин линкора, на котором хранилась полная информация о принадлежности корабля, координатах всех систем, заложенных в него и, ещё очень многое, представляющее интерес для Джима.

– Вы угрожали мне, командор Джовит… – Джим решил сказать хоть что-то, чтобы не затягивать паузу.

– Вам нужны коды доступа к искину линкора? – спросил Джовит. В голосе бывшего командора чувствовались нотки надежды, на предстоящий торг.

– Нет. – ответил Джим, видя, как сразу изменилось выражение лица командора с нагло уверенного на растерянное. – Доступ я и так получу…

– Командор, через семь минут корабли противника покинут зону действия нашего главного калибра. – в шлеме прозвучал ровный голос Амели. – Комплекс «Шат 21» углубляется в астероидное поле.

– Пусть уходят. Отслеживай комплекс «Шат 21». – ответил Джим.

Дальше Джим действовал только на рефлексах, заложенных в него тренажёрными капсулами. Командор Джовит чётко воспользовался моментом, когда Джим слегка отвернулся и, достав из правого ботинка нож, атаковал его, пытаясь нанести удар снизу. Джиму удалось отклониться, но лезвие ножа всё-таки скользнуло по броне чёрного скафандра, оставив на нём белую полоску. Шаг в сторону, перехват руки Джовита с ножом, излом назад, рывок на себя и, шаг вперёд с зажатой кистью командора в своих руках. Лезвие неширокого, но длинного ножа легко вошло сверху вниз возле подбородка по самую рукоятку. Секунды три Джовит смотрел на Джима широко раскрытыми глазами и, только после этого начал оседать на металлический пол центра управления. Голова мёртвого командора съехала с лезвия, оставляя окровавленный нож в правой руке Джима.

– Вот и поговорили… – сказал Джим, стоя над телом командора. Освещение в центре управления погасло, оставляя Джима в полной темноте, а через несколько секунд в свете фонарей, активировавшихся на его скафандре, мимо него, с металлическим скрежетом по полу, два технических дройда протащили искин линкора.

Появившаяся дрожь в руках, сигнализировала Джиму о прекращении действия стимуляторов и, теперь необходимо срочно возвращаться на дредноут.

– Амели, я возвращаюсь. – сказал Джим, выходя в коридор корабля. Переступив через несколько тел защитников, он направился к проходу, ведущему на нижний ярус корабля, именно там находился шлюзовой рукав перехода на дредноут.

– Господин, не бросайте нас здесь! – вдруг услышал Джим, войдя в малый трюм линкора.

В лучах нескольких прожекторов, в дальнем углу стояла небольшая группа женщин под присмотром одного из абордажных дройдов. Сделавшая шаг вперед, женщина, была сразу же взята дройдом на прицел. Побоявшись идти дальше, она выкрикнула с места, как только Джим появился в малом трюме.

Сделав несколько шагов в направлении женщин, Джим смог их рассмотреть. Обратившаяся к нему женщина была сильно измождена, её неестественная худоба явно была вызвана голодом. Темные волосы, достигавшие плеч, были слипшиеся и грязные, одежда на ней также не отличалась изысканностью: старый, протёртый в нескольких местах технический комбинезон тёмно-серого цвета. Волнение женщины выдавала дрожь в правой руке, левую она с усилием прижимала к своему бедру.

– Господин, не бросайте нас здесь. – повторила она свои слова, когда Джим немного подошёл к ним. – Мы будем служить вам.

– Там, откуда я родом рабства нет. – сказал он, как только до него дошли слова этой женщины, но судя по тому, что они никак не прореагировали на них, они ему не верили. Поэтому он обратился к своему первому помощнику. – Витар, принимай пополнение.

Больше не говоря ни слова, развернувшись, Джим отправился на дредноут, сопровождаемый перепуганными взглядами измотанных женщин. Сейчас ему необходимо как можно скорей добраться до кровати, иначе он свалится прямо на ходу. Уже входя в каюту, Джим сказал.

– Витар, принимай командование кораблём на себя, мне необходим отдых. – он шел уже на «ватных» ногах, но, прежде чем окончательно отключиться, успел сказать Амели. – Амели, проследи за Витаром и, если что, буди меня.

Ответа своего верного искина он уже не слышал, так как непослушные глаза закрылись и, он быстро провалился в темноту.

Глава 26

Уже через пять часов дредноут медленно шёл через большое астероидное поле. Его силовой щит был активирован на максимум, что давало ему возможность расталкивать даже самые большие астероиды. Он направлялся к укрывшемуся в астероидах добывающему комплексу. Ещё час назад комплекс «Шат 21» пытался уйти, как можно, глубже, но, вскоре, подошёл к зоне действия орудийных платформ. Дальше только смерть, а позади уже подходил дредноут с ярким, переливающимся всеми цветами, защитным полем.

– Говорит комплекс «Шат 21», если вы продолжите приближаться, мы убьём всех рабов и взорвём корабль. – в центре управления послышался нервозный голос, видимо, капитана добывающего комплекса.

– Что будем делать, Джим? – спросил Витар, немного повернувшись в своем кресле и посмотрев на осунувшееся, бледное лицо Джима. Последствия стимулирующих инъекций ещё не прошли, но сон явно пошёл ему на пользу. Невзирая на всю слабость, мыслил он четко.

– Амели, как там эсминец? – спросил Джим, останавливая дредноут. Его два маршевых двигателя прекратили выплёвывать ярко-синее пламя.

– Десять минут до цели. – ответила Амели, выводя на тактический экран ударный эсминец. Он, как охотник, крался к своей жертве с противоположной стороны, в то время, как всё внимание экипажа добывающего комплекса было приковано к огромной туше дредноута.

Идея установить на ударный эсминец искин, снятый с ремонтного фрегата, полностью принадлежала Амели, единственное изменение внёс Джим, предложив ввести в единый кластер ещё и резервный искин с самого эсминца. Все пережившие абордаж боевые дройды, сейчас были на борту эсминца, и ждали только команды на штурм. Их цель проста: ликвидировать любого, у кого в руках окажется оружие.

– Амели, связь с комплексом «Шат 21». – сказав, Джим поднялся со своего кресла и встал в специальный круг в центре управления, предназначенный для визуальной связи. – Я, командор Джим Норвед, старший офицер Империи Иштар…

– Конкретней, пережиток прошлого. – прервал его суровый мужчина в старом, изношенном десантном скафандре. За его спиной стояли двое, довольно молодых, парней, пытавшихся всем видом не показать свой страх, но их выдавал напряженный взгляд, которым они смотрели на свой тактический гало-экран. – Отвали от нас, иначе я взорву корабль.

– Если вы их отпустите, я могу пообещать вам жизнь. – спокойно ответил Джим, невозмутимо смотря на мужчину.

– Три минуты. – прямо в шлем ответила Амели, а тактический гало-экран показывал, что эсминец, прикрываясь большим астероидом, подходит к добывающему комплексу.

– Я не верю тебе, офицер. – ответил мужчина, но тон немного смягчил. Хитро улыбнувшись, он чуть приблизился к экрану. – Могу поменять половину рабов на твой эсминец, который висит под брюхом твоего корабля…

Только сейчас он заметил, что эсминца нет. Растерянный взгляд пробежался по всем гало-экранам в центре управления добывающего комплекса. Развернувшись к своим молодым спутникам, мужчина раскрыл рот, чтобы отдать приказ, как вдруг весь комплекс вздрогнул, а освещение в центре управления сменилось на красное. В следующее мгновение заговорил искин комплекса. Его монотонный, без единой эмоции, голос вещал в центре управления и, с каждым его словом лица всех троих бледнели.

– Целостность корпуса нарушена… проникновение боевых дройдов на третий ярус… реакторный отсек не отвечает… второй ярус захвачен, уничтожена против абордажная система на первом ярусе… блокирование дверей центра управления невозможно…

Это были последние слова искина комплекса для своего капитана. В следующее мгновение в центр управления ворвался один из средних абордажных дройдов и точными выстрелами уничтожил растерявшийся экипаж. Как только возле входа в центр застыл, выполнив приказ, боевой дройд, прозвучал голос Амели.

– Добывающий комплекс «Шат 21» захвачен, боевые потери составляет один дройд. – в дверях центра управления появился один из технических дройдов и шустро, на своих четырёх манипуляторах, направился к нише искина. Уже через несколько минут Амели вывела на главный гало-экран подробную информацию о состоянии добывающего комплекса. – На борту комплекса зафиксировано двести семь живых представителей бывшей Империи Иштар. Жду дальнейших указаний.

– Подходим к комплексу, забираем всех выживших и выбираемся из астероидного поля. – Амбрус уже подготовил большой трюм для принятия бывших рабов. Джим решил пока их всех собрать в трюме, чтобы они не разбрелись по кораблю и не нанесли неосознанного вреда. Для этого Амбрус развернул малый полевой жилой комплекс, рассчитанный на проживание двухсот военнослужащих в течение двух недель, после чего необходима замена фильтров в системе вентиляции воздуха, перерабатывающих комплексов в санитарных узлах, дозаправка питьевой воды и замена топливных стержней в малых реакторах. Джим планировал к концу отведенного срока придумать, что делать с таким количеством народа дальше.

– Начинаю процесс стыковки. – от размышлений его оторвал прозвучавший голос Амели. На схеме Джим отчётливо видел, как огромный корабль начинал процесс сближения с добывающим комплексом. Вся процедура у Амели не заняла больше пяти минут и, уже через десять минут в большой трюм ступил первый перепуганный освобожденный. Скоро две сотни людей, сбившихся в одну большую, напряженно озирающуюся по сторонам, толпу, получил под свое попечение Амбрус. Разместив их в большом трюме и, поставив по периметру помещения трех против абордажных дройдов, Амбрус доложил о выполнении задачи.

В толпе пробежал шепот, к которому сразу присоединялись, всё ещё входящие в трюм, бывшие рабы. Они насторожено смотрели на человека в странном, чёрном комбинезоне. Рядом с ним, в комбинезоне пилота, стояла Даниель и, никто иной, как Витар, который решился на побег.

– Меня зовут Джим, я командор дредноута «Гордость Иштара». – голос Джима гулко раздавался в большом трюме. – С этого момента вы больше не являетесь рабами. Я постараюсь вас вернуть домой, всё остальное вам пояснит Витар.

Развернувшись, Джим направился к выходу, у него не было никакого желания сейчас пояснять двум сотням бывших рабов всю ситуацию. Проходя мимо Даниель, Джим увидел, как она ему несмело кивнула, в знак благодарности и, сразу, смутившись своего поступка, опустила глаза на свои руки. Всё-таки они ещё не скоро оправятся от пережитого испытания.

– Амели, код безопасности – жёлтый. – сказал Джим, когда за ним закрылась двустворчатая дверь, ведущая в большой трюм.

– Принято, командор. – ответила Амели, помощь помощью, но своя безопасность превыше всего. Ему только не хватало восстания бывших рабов на своём корабле.

– Есть какие-нибудь данные о их родной планете? – небольшая надежда была на искин добывающего комплекса, но Джим прекрасно знал, что, скорее всего, такие данные могли быть только на тяжёлом крейсере, который их охранял.

– Ответ отрицательный. Получены данные и координаты всех известных систем в этой части галактики. Они проходят полный анализ, систематизацию и, наложение на известные звёздные системы. – всё это Джим слушал, пока шёл к центру управления дредноута. Сейчас его мысли крутились вокруг того, что необходимо срочно восстановить несколько грави-платформ, чтобы можно было передвигаться по кораблю с гораздо большей скоростью. Только через десять минут Джим, пробираясь окольными и техническими помещения, смог добраться до центра управления и, завалиться в своё кресло.

Дредноут всё ещё продолжал свой медленный путь через поле астероидов, оставив за своей кормой добывающий комплекс, под управлением перепрограммированного искина. Вся его задача сводилась к обеспечению жизнедеятельности корабля и немедленному взрыву реакторного отсека, как только любой корабль, попытавшийся приблизиться, не сможет передать коды доступа. Джим всё-таки решил сохранить комплекс, не смотря на все просьбы Витара уничтожить то место, где его народ находился в рабстве.

– Выведи полученные данные. – главный гало-экран моргнул и на нём появилось большое скопление звёздных систем. Их было намного больше, чем освоенных его родной республикой. Вся эта масса мерцающих систем делилась полупрозрачной линией на две, почти равные, части. Левая часть имела надпись – Федерация Иштар, а правая, расположенная ближе всего к Республике Джима, носила название – Конфедерация Иштар. – Амели, покажи, где находимся мы?

Звездная карта резко приблизилась в правый нижний угол, высветив три сектора, один из которых граничил с Федерацией Иштар. В одной из систем моргала малая зелёная точка, здесь находился Джим и, всё это принадлежало баронству Савар. Джим несколько секунд повертел слово Савар на своём языке и, вспомнив какое имя носил захваченный линкор, усмехнувшись, сказал:

– Я, так понимаю, урегулировать конфликт с баронством Савар уже не получится, нам не простят уничтожение кораблей такого класса. – сказал Джим, откинув голову на подголовник. – Амели, какие будут предложения? Куда нам уходить?

– С вероятностью 82 % и, опираясь на проведённый анализ технических характеристик кораблей, флот баронства Савар будет здесь через девять суток. – утешила его Амели. Хотя время у них ещё есть, но желательно совершить гипер-прыжок, минимум, за двое суток до прихода кораблей баронства, тогда отследить направление ухода дредноута будет очень тяжело. – Согласно программе «рейдер», нам необходимо совершить прыжок, в мало изученный сектор Ерок, в систему АН-1582, где нужно запустить малые комплексы, завершить ремонт корабля, пополнить топливные стержни и, начать поиск родной системы Витара. С вероятностью в 75 % и имеющейся звёздной карте, на это потребуется всего полтора года.

– Сколько? – от услышанного, Джим привстал с кресла и уставился на главный гало-экран, на котором Амели высветила предполагаемые системы поиска. – Проще найти тот тяжёлый крейсер.

– Встреча с тяжёлым крейсером «Прог», входящим в картель «Сокат», вероятна всего на 27 %. С вероятностью в 39 % крейсер вернётся в систему Акат не раньше, чем через месяц. – ответила Амели на вопрос Джима.

– Через пять суток мы должны покинуть систему Акат. – Джим встал с кресла, так как после озвученного Амели временного срока, необходимого на поиск планеты бывших рабов, усталость как рукой сняло.

– Амели, выдели те системы, которые когда-то входили в состав Империи Иштар. – попросил Джим, подходя к гало-экрану. Сейчас он вспомнил. Витар говорил, что его планета когда-то входила в состав Империи и, значит необходимо искать там.

– Принято. – но, на звёздной карте, секторов с системами только добавилось, вместо того чтобы, уменьшить своё количество. К предполагаемым секторам добавились ещё три, в которых в среднем по пять систем, содержащих, в свою очередь, по шесть планет.

– Значит так, проложи курс в сектор Ерок в систему АН-1582, оттуда, скорее всего, прыгнем в сектор Ротуг или Валдш, решим позже. – Джим выбрал последние два сектора по одной причине, что если их будут искать, то, как минимум, в уже известных секторах, а если уйти чуть дальше, то это даст возможность восстановить корабль и подготовить, хоть немного, будущий экипаж дредноута. Не в одиночку же он собрался искать их планету, а, значит, придётся создавать команду. – Но сейчас у меня для тебя другая задача… Подумай, где в системе можно припрятать линкор «Великий Савар».

Оставлять практически исправный линкор современной постройки противнику, у Джима не было никакого желания. Во-вторых, ему был необходим резервный план отступления. Если, в итоге, дредноут смогут зажать и уничтожить, то вырваться на ударном эсминце у Джима будут очень большие шансы. Вернуться к трофею, немного его восстановить и можно отправляться в новые приключения.

– Для создания полноценного экипажа нам необходимо расконсервировать медицинский блок, в котором будущие члены экипажа корабля будут проходить обучение, также нам потребуется тренажерные капсулы для закрепления знаний… – Джим рассуждал вслух, медленно шагая вдоль главного гало-экрана. – Но меня волнует верность экипажа.

– За это можете не переживать, командор. – погрузившись в свои мысли Джим не заметил, как в центр управления вошёл Витар. – Все, кто сейчас находится в большом трюме, будут самым верным экипажем в галактике. Единственная их просьба, чтобы вы спасли их родных, которых возможно ещё удерживают на нашей родной планете Ролос или, предоставили шанс отомстить.

– Я обещаю, Витар. – ответил Джим только через несколько минут, внимательно смотря на своего первого помощника. – У нас очень много работы, а времени ещё меньше. Через пять суток мы должны покинуть систему.

– Жду приказов, командор. – вытянулся Витар, приложив правый кулак в область сердца, так, как было принято отдавать честь в Империи Иштар.

Глава 27

Аттиус стоял бледный в большом кабинете барона Амвела Савара. Час назад в систему вошли три корабля, это всё, что осталось от резервной группы, отправленной в систему Акат. Не успел Аттиус получить сжатый доклад от капитана линкора, как пришёл срочный вызов явиться к барону.

– Как такое могло произойти? – брызгая слюной, спросил барон, подходя к бледному командующему флотом. Уже десять минут барон пытался получить от него ответ на мучивший его вопрос. – Старый и ржавый корабль разгромил резервную группу, а вашего хвалёного Джовита, вообще взял на абордаж.

Барон с минуту ещё сверлил Аттиуса своим взглядом. Резко развернувшись, он посмотрел на молча сидевшего, всё это время, нового главу службы безопасности баронства Савар, Хагена. Заметив взгляд барона, молодой начальник СБ вскочил со своего мест.

– Что предлагаешь, Хаген? – спросил барон, обходя свой стол и, направляясь к своему шикарному креслу. Всё, разговор с командующим флотом закончен, теперь необходимо найти решение, как выйти из сложившейся ситуации.

– Барон Амвел, сейчас необходимо пустить слух о том, что часть резервной группы находится ещё на учениях, это не запятнает флот баронства. Во-вторых, необходимо срочно отправить в систему Акат первую ударную группу и, окончательно решить проблему с этим дредноутом. – Хаген посмотрел на медленно приходящего в себя Аттиаса. – Наш аналитический отдел, с вероятностью в 73 % утверждает, что дредноут всё ещё будет в системе…

– Что значит, всё ещё будет? – барон чуть не выплюнул вино, глоток которого он сделал. – Ты можешь себе представить, что такой монстр вырвется на просторы Конфедерации?

– Я… – попытался ответить на вопрос Хаген, но барон его вновь перебил.

– Да ничего ты не понимаешь… – опять вспылил барон Амвел и, отшвырнув бокал в сторону, приподнялся с кресла. – Если станет известно, что барон Амвел Савар не способен уничтожить старый корабль… да граф меня в порошок сотрёт, только за то, что я его не предупредил… Поэтому, Хаген, никакой вероятности, дредноут должен быть уничтожен и всё!

– Слушаюсь. – поклонился Хаген, так и не поняв, разрешили им с Аттиасом применять первую ударную группу или нет.

– Флот не дам. – как будто, почувствовав мысли Хагена, заговорил барон. – Возьмёте корабли трёх самых больших картелей, пришло время им отрабатывать, вложенные в них деньги.

– Слушаюсь. – повторил Хаген, пытаясь сразу вспомнить в каких картелях искателей баронства есть тяжёлые корабли и, насколько быстро он сможет собрать их в одно боеспособное подразделение.

– К началу великих игр я больше не хочу слышать об этом корабле. – сказал раздраженно барон, наливая в новый бокал вино. – Иначе вы примите непосредственное участие на арене. Да, кстати, что там с новой партией рабов?

– Вчера прибыл малый транспорт картеля «Агрок». – ответил Хаген, присаживаясь в своё кресло. Сейчас буря миновала, поэтому можно немного расслабиться и перевести разговор в русло, в котором Хаген чувствует себя более уверенно. – Полторы тысячи рабов, но из них, к выставленным требованиям А2, можно отнести только две сотни, еще сотня – А3. Остальные слишком слабы, многие не доживут и до начала игр.

– Выкупи эти две сотни для игр, сотню А3 – отправить на рудники, министр экономики уже просил у меня новых. Остальных пусть оставят себе. – ответил барон, делая глоток ароматного вина. – Как там наш Донат, с заявленными пятью тысячами рабов?

– Два дня назад был заключён контракт на аренду большого транспорта сроком на один месяц. – начал говорить Хаген, сглатывая слюну, аромат душистого вина просто витал вокруг него. – Вчера прибыл тяжёлый крейсер их картеля для сопровождения транспорта.

– Хорошо, если он выполнит своё обещание, я приближу его к себе и тогда он сможет получать лучшие контракты и, будет ещё более верен мне. – мечтательно размышлял барон Амвел. Ведь Донат берёт на себя половину, запрошенных графом, рабов, а это очень большие деньги. Пока он находится под защитой барона, другие картели не посмеют помешать ему, но вот после выполнения условий контракта, может произойти несколько стычек за территорией баронства. Донат это прекрасно понимает и, если продолжает настаивать на своём, значит, на что-то рассчитывает. – Аттис, я должен быть уверен в этой поставке, передайте картелю «Сокат» лёгкий крейсер класса «эскорт». Это мелочь, но это остудит очень горячие головы в других картелях. Также передайте ему, что если он сможет выполнить все условия, то по завершению, я передам картелю современный тяжёлый крейсер.

– Слушаюсь. – сказал Аттис, посмотрев на Хагена удивлённым взглядом. Флот баронства и так состоял в основном из кораблей старой постройки и, поэтому командующий не понимал, как можно, вот так просто, разбрасываться новейшими кораблями.

– Всё, на сегодня вы свободны, продолжим завтра. – как всегда неожиданно прервал заседание барон. Переглянувшись, они поднялись, поклонились барону Амвелу и в полном молчании покинули его кабинет.

– Донат, я тебе в сотый раз говорю, дредноут полностью исправен. – не выдержав очередного спора, вспыхнувшего уже в третий раз за какой-то час, Камиль поднялся и, подойдя к большому гало-экрану, занимавшему половину левой стены личного кабинета Доната, вставил информационный кристалл в считывающий разъём. – Смотри сам.

Моргнув, гало-экран разделился на две части. Левая отображала схему системы Акат, с нанесёнными на неё кораблями, а правая часть экрана была записана с применением оптических сенсоров тяжёлого крейсера. Скрестив руки на груди, Донат ещё несколько секунд смотрел на Камиля и, только потом, перевел взгляд на гало-экран.

С минуту ничего не происходило, корабли баронства стояли, как будто ожидали чего-то. То ли они были слишком уверенны в своих силах, или, просто, недооценили противника, но в какой-то момент всё изменилось. Вырвавшийся из поля обломков, огромный корабль, с первого залпа уничтожил современный тяжёлый крейсер. Линкоры, как ястребы бросились на дредноут, сверкая залпами своего главного калибра. Донату бросилась в глаза слабая подготовка экипажей кораблей. Полностью отсутствовала слаженность, не было единой корректировки огня. Складывалось впечатление, что каждый принимал какое-то собственное решение, не считаясь с остальными. Бросившийся на сближение линкор, сразу получил по «зубам», да так, что от него осталась груда металлолома. Запись прервалась на том месте, где дредноут сближается с повреждённым линкором. Именно тогда, тяжёлый крейсер ушёл в гипер-прыжок подальше от этой мясорубки.

– Камиль, ты хоть представляешь, что с тобой будет, если эта запись появится в межпланетной сети? – прищурив глаза, спросил Донат своего старого друга, но уже через несколько секунд, улыбнувшись, продолжил. – Могу сказать одно, флот баронства поставили на место.

– Донат, ты что, не понимаешь всей серьёзности ситуации? Этот дредноут… – вспылил Камиль, но Донат его прервал.

– Это не наша с тобой проблема, пусть её решают флотские баронства или графства. – резко сказал Донат, поднявшись со своего кресла и подходя к мини бару. – У картеля есть очень важный контракт, от выполнения которого будет зависеть всё. Ты понял, Камиль, всё!

– Не надо было давать заявку на поставку такого большого количества рабов. – не удержался Камиль, чтобы не ткнуть Доната.

– Два часа назад из этого кабинета вышел адъютант Аттиаса. – не прореагировал на реплику Камиля, Донат, протягивая своему другу бокал с темным напитком. Немного насладившись удивлённым выражением лица Камиля, он продолжил. – Картелю передали лёгкий крейсер, как подарок от барона. Также мне подписали контракт на аренду большого транспорта с пятью тысячами крио-камер для транспортировки рабов.

– И зачем ты мне всё это рассказываешь? – сделав глоток, спросил Камиль. Подсознательно он уже прекрасно догадывался о своём будущем задании: сопроводить большой транспорт к месту погрузки.

– Ты возглавишь эскорт транспорта. – говоря, Донат вернулся на своё кресло и, поставив свой бокал на стол, достал из ящика несколько банковских пластинок. Выложив их на стол, он посмотрел на Камиля. – Здесь сто тысяч иштарских кредитов, это тебе на ремонт корабля и подготовку его к дальнему походу.

– Насколько я знаю, это не так и далеко отсюда, всего в двух секторах. – приподняв правую бровь, сказал Камиль, смотря на Доната.

– Придётся идти в обход. – ответил Донат, но видя, что такой ответ не устраивает Камиля, продолжил. – Картель «Вукрес» хочет перехватить наш контракт с баронством, но для этого ему необходимо знать точные координаты системы, а это будет только на твоём крейсере и на транспортнике.

– Хорошая подстава, Донат. – откинувшись на спинку кресла, сказал Камиль. Картель «Вукрес» был вторым по составу флота и поисковых групп, также он состоял в нескольких союзах с другими картелями.

– Не переживай, большую часть кораблей отправят в систему Акат на уничтожение проснувшегося дредноута, поэтому у тебя будет возможность проскочить мимо их патрулей. – улыбнувшись, ответил Донат. – Да, кстати, Камиль, по завершению барон обещал новый тяжёлый крейсер картелю, ты как, не хочешь сменить свою старую посудину?

– В чём подвох? – Камиль прекрасно знал, что бесплатно в этой жизни ничего не бывает.

– Ни в чём, Камиль. – рассмеялся Донат на вопрос Камиля.

– Ладно, потом вернёмся к этому разговору, после моего возвращения. – сказав, Камиль поднялся и, взяв со стола банковские пластины-чипы, вышел из личного кабинета главы картеля «Сокат», оставив его хозяина в полном одиночестве.

Глава 28

Джим уже просто валился с ног. За последние пять суток он спал всего двенадцать часов, шесть из которых над ним вновь издевалась тренажерная капсула. Он, в тайне от Витара, перепрограммировал искин линкора «Великий Савар» и укрыл его в большой груде обломков кораблей. Вся эта затея отняла у него почти сутки, ровно столько же понадобилось Витару на создание первой медицинской группы дредноута. Джим даже не удивился, когда узнал, что в неё вошли все женщины, спасённые с того самого линкора, который он прятал целые сутки. Все они прошли курс полного сканирования в хирургической капсуле.

Расконсервирование медицинского отсека со всем оборудованием закончилась только на вторые сутки, поэтому ново созданная группа медиков сейчас проходила ознакомительный курс по медицине и боролось с сильной головной болью, полученной после применения шлема «ГипВиз А». Джима поразило, что ни одна из женщин не пожаловалась на бытовые трудности и интенсивную физическую нагрузку, что, впрочем, было и не удивительно, учитывая, через что им пришлось пройти.

Джим назначил главой медицинского отдела корабля, ту самую женщину, с которой он говорил в большом трюме линкора. Уже, находясь на дредноуте, он узнал, что её зовут Ариана и, еще до рабства, на своей планете, она занималась знахарством, поэтому теперь она рьяно взялась за свою новую работу. Джим постоянно давал разрешения очередным группам бывших рабов на прохождение обследования и сканирования в медицинском отсеке.

Ариана, оказавшись очень ответственным и дотошным человеком, докладывала Джиму о полученных результатах, и он, согласовывая информацию с искином Амели, распределял людей, формируя будущий экипаж, а вскоре, и полностью перепоручил это Амели. Джим начал готовить корабль к первому своему гипер-прыжку за последние несколько столетий. Оставшиеся трое суток были самыми напряженными. Постоянно возникали новые задания, которые требовали немедленных решений.

Сам уход в гипер-прыжок едва не стал последним для легендарного корабля из-за раз синхронизации гипер-двигателей. Только благодаря Амели, которая вовремя обратила внимание на нестабильные показатели одного из гипер-двигателей, они все остались живы. Через два часа после совершения прыжка, Джим уже хотел пойти немного отдохнуть, когда Витар сообщил, что все, находящиеся сейчас на борту корабля, хотят его видеть.

– Командор Джим Норвед, на большом совете, состоявшемся шесть часов назад, мы приняли решение и просим вас зачислить нас в экипаж корабля. – произнес, вышедший навстречу Джиму, высокий, крепкий мужчина с грубоватыми чертами лица, как только он зашёл в большой трюм дредноута. Трюм сейчас представлял собой довольно обжитое пространство. – Мы также просим не сомневаться в нашей верности, ролосцы никогда не нарушали своего слова.

– Я прошу вас ещё раз все обдумать и принять правильное решение. – Джим внутренне собрался и приготовился к тяжёлому разговору. Ему не нужен экипаж, который сразу сойдёт с корабля на планете, как только они её найдут. – Я не могу вам обещать, что уже завтра вы ступите на поверхность своей планеты и сможете обнять своих родных. Может случиться так, что на это уйдёт, как минимум, год. Вы готовы столько находиться на этом корабле, ибо нас не примут ни на одной планете Конфедерации Иштар, нам постоянно придётся скрываться и уходить от преследования. Вы готовы убивать не только своих врагов, но и тех, кто случайно попадёт под орудия корабля?

Джим увидел небольшое смятение в глазах, кто-то стал оглядываться на своих соседей. Именно этого Джим и добивался. Нужно, чтобы все осознали: чуда не произойдёт, как бы Джим не старался. Он не сгущал краски, просто они должны знать правду, чтобы разочарование не было столь горьким.

– Также меня интересует вопрос, что вы намерены делать, когда мы всё-таки найдём планету? – спросил Джим, глядя на притихшее собрание. – Вы думаете, что работорговцы, просто так, оставят вашу планету в покое?

– А что нам делать, господин командор? – несмело спросил девичий голос, раздавшийся из глубины собрания.

– Для начала учиться всему, что сможет вам дать этот корабль. Все полученные знания сделают вас только сильнее. – начал Джим, пока и сам не зная, что ответить на вопрос.

– Мы готовы, командор, наши жизни в ваших руках. – мужчина сделал шаг к Джиму и почтительно слегка склонил голову. – Для нас там нет мирных жителей, если они смогли допустить рабства на своих планетах.

Именно такой ответ Джим и боялся услышать, он не был готов взять на себя ответственность за такое количество ролосцев. Думать надо было раньше, когда решил вмешаться в дела Конфедерации Иштар, а потом ещё и разгромить группу кораблей местного барона. Но для того, чтобы выжить в этой части галактике, Джиму необходима команда. Очевидно, было и то, что когда они найдут родную планету ролосцев, его проблемы только увеличатся…

– Хорошо. – тяжело выдохнул Джим, отступать было уже слишком поздно. – Все вы прошли сканирование в медицинских капсулах, под присмотром Арианы.

Посмотрев на отдельно стоявшую группу женщин в белых комбинезонах, Джим заметил, как Ариана слегка кивнула, подтверждая этот факт.

– Некоторым из вас будут установлены биоимпланты, а некоторые смогут обойтись и стандартным коммуникатором, подключённым к вашей нервной системе. – Джим говорил в полной тишине, которую нарушала только работа малых реакторов, обеспечивающих энергией развёрнутое оборудование в большом трюме корабля. – Ариана составит, плотный план обучения, первыми продут обучение техники и инженеры, операторы промышленных комплексов и дройдов. Дальнейшее вам пояснит Витар.

– На данный момент у нас пищевых картриджей для синтезаторов осталось меньше, чем на неделю, топливных стержней для реакторов хватит на пол года, если не будет боевых стычек. – сделал шаг вперёд Витар, сразу начав пояснять причину такого выбора направления в обучающем процессе. – Два часа назад мы ушли в гипер-прыжок в сектор Ерок системы АН-1582, до выхода в систему у нас есть двенадцать суток, поэтому прошу всех собраться и отнестись очень серьёзно к своим новым обязанностям. С этой минуты вы переходите в подчинение Арианы, а через десять суток я должен буду видеть перед собой новых техников и инженеров. Ариана – они ваши.

– Через час я составлю список и согласую его с командором, после чего и начнём. – с места ответила глава медицинского отдела и, сразу направилась к выходу из большого трюма.

Следующие десять суток, дредноут представлял собой растревоженный муравейник. Новоиспечённые техники и инженеры на практике закрепляли полученные знания, одни вскрывали оборудование, разбирая его на все составляющие, другие его вновь собирали. Уже на восьмые сутки в кормовой части корабля под двигательным отсеком заработал промышленный комплекс. Первые операторы комплекса начали знакомство с ним, безжалостно отправляя в жернова утилизаторов всё, что они посчитают непригодным к ремонту, но вмешательство Витара быстро остудило их.

Также на десятые сутки в центре управления появились сразу два новых члена экипажа. Кресло старшего пилота заняла Даниель, из-за того, что у неё были самые высокие необходимые профессиональные показатели, что давало ей право претендовать на эту должность. Пост офицера навигатора занял молодой парень по имени Ритан, показавший при сканировании в медицинской капсуле хороший результат в аналитике и математическом анализе. Сейчас они знакомились с оборудованием, на котором им предстоит работать в дальнейшем, также это требовалось для закрепления теоретических знаний, полученных с помощью обучающего шлема и медицинской капсулы.

– Скоро отпустит. – сочувственно сказал Джим, смотря как Даниель, время от времени, руками трет свои виски.

– Да, командор, я понимаю. – немного повернувшись, ответила она.

– Амели, выведи схему секторов Ротуг и Валдш. – сказал Джим, поднимаясь со своего кресла и подходя ближе к главному гало-экрану. – Офицеров, прошу подойти к схеме.

Он специально сделал акцент, возведя их в ранг офицеров, подчеркивая этим, что дисциплина должна быть почти военная. Краем глаза он заметил, как они растерянно переглянулись между собой. Подойдя к Джиму, они остановились слева от него и также стали изучать высвеченную схему секторов. Сейчас была выделена только одна система, носящая имя АН-1582, именно сюда сделал прыжок дредноут.

– Вы знаете, сколько планет в вашей родной системе? – не поворачиваясь, спросил Джим.

– Шесть или семь. – неуверенно ответила Даниель, прекрасно понимая, что от её ответа будет зависеть маршрут поиска их родной планеты.

– В старом постулате я когда-то читал, что в нашей системе находится шесть планет. – таким же неуверенным голосом поддержал разговор парень.

– Амели, покажи системы, в которых шесть планет. – Амели использовала сразу две схемы секторов: старую, которая была в базах данных дредноута и новую, найденную на линкоре и добывающем комплексе.

Через несколько секунд высветилось всего три системы, в которых было по шесть планет. Две системы находились в секторе Валдш и, одна, на самой окраине сектора Ротуг. Посмотрев на загоревшиеся глаза Даниель, Джим улыбнулся. Ему нравилась эта девушка и, он всё чаще ловил себя на мысли, что рад её выбору стать пилотом корабля, а значит быть ближе к нему.

– Ваша задача. – отбросив все мысли в сторону, Джим начал ставить им задачу, от выполнения которой будет зависеть скорость поиска нужной системы. – Ритан, проложить оптимальный курс в сектор Валдш. Даниель, выбрать оптимальный курс движения корабля, учитывая работу промышленных комплексов.

– Командор, но мы… – Даниель запнулась, не зная как объяснить Джиму, что они ещё никогда это не делали.

– Даниель, переговори с Резартом и узнай, какой тип газовых гигантов им необходим для промышленных комплексов. – продолжил Джим, даже не повернувшись к растерявшейся девушке. Резарт только вчера принял на себя командование инженерной службы корабля, куда входили и операторы промышленных комплексов. – Проложи курс движения корабля в системе так, чтобы Резарт успевал запускать своих добывающих дройдов к газовым планетам. Таким движением мы сэкономим много времени, а, значит, больше потратим на поиски вашей системы…

– Командор, десантная рота построена. – войдя в центр управления, доложил Витар.

Джим кивнул Даниель и направился на второй ярус корабля, где располагался жилой модуль для проживания десантников и небольшой тренировочный ангар. Это были первые смотрины его десантной роты, солдаты которой прошли только первый ознакомительный курс. Ротой это назвать было тяжело, ведь согласно принятым в Империи Иштар требованиям, десантная рота должна насчитывать двести солдат, а у него всего два взвода, в каждом из которых двадцать пять бойцов и сержант.

Распределение ролосцев на новые должности произошло очень быстро. Плотный, составленный искином Амели и Арианой, график обучения быстро определил задачи для всех. Из двухсот семи спасённых ролосцев, пятьдесят три были распределены в десант и, десять – операторами боевых дройдов поддержки. Пятьдесят два ролосца вошли в инженерную группу, в состав которой входили также десять операторов промышленных комплексов. Еще пятьдесят два техника составили две группы по двадцать шесть ролосцев в каждой, что давало возможность круглые сутки следить за слаженной работой всех систем корабля, а также, своевременно, проводить их техническое обслуживание.

Медицинская группа Арианы пополнилась ещё пятью медиками и теперь составляла одиннадцать ролосцев. Помимо Даниель и Ритана, на боевые посты в центр управления проходили ещё восемь ролосцев, будущих офицеров дредноута. Девять ролосцев были распределены в научно-исследовательский отдел, который, как выяснилось, сможет заработать не раньше, чем через месяц из-за большого объёма знаний, которые должны будут получить будущие учёные.

Последняя заминка в утверждении плана распределения ролосцев возникла по поводу десяти будущих пилотов малых кораблей. Как позже выяснилось, по штату в экипаже дредноута обязаны быть пилоты малых кораблей, как, в принципе, и два десантных шаттла и четыре истребителя. Родных шаттлов на корабле не было, но был один, когда-то принадлежавший Империи Невер, доставивший на борт дредноута имперский десант. Иметь на своём борту десант и не иметь возможность доставлять его на планету или корабль противника выглядело глупо, поэтому Джим утвердил будущих пилотов. Таким образом, все были заняты делом на, теперь уже, их корабле и, сейчас Джим шёл знакомиться с первым боевым подразделением легендарного корабля.

– Смирно! – прогремел по ангару голос лейтенанта Эдона. Крепкий, широкоплечий мужик, многое повидавший в жизни, построил свои два взвода. – Командор, десантная рота построена.

– Вольно. – ответил Джим, осматривая три расчета солдат: два – по двадцать пять человек и один – всего в десять бойцов.

В глаза Джиму сразу бросилось то, что лейтенант Эдон уже добрался до арсенала и складов корабля. На всех солдатах были надеты новые армейские комбинезоны, у лейтенанта к поясу был пристёгнут офицерский пистолет. Осматривая строй, он видел, что некоторые не очень довольны распределением.

– Вы задаёте себе вопрос, почему именно вас определили в десант? – сразу появилось оживление в рядах десантников, командор только, что озвучил вопрос, который не осмелились задать они.

– Да, командор, если можно, то поясните нам. – сказал молодой сержант и сразу стушевался под гневным взглядом лейтенанта.

– Насколько я помню, вы все пошли на службу, чтобы найти свою планету, которую захватили работорговцы. – не спеша начал Джим. – А кто, по-вашему, будет воевать на самой планете или захватывать корабль противника, освобождая ваших родных? Инженеры и техники с гаечными ключами?

После этой шутки Джима, на лицах появились улыбки. Уже через несколько минут никто в ангаре больше не сомневался в необходимости их задачи.

– Но для этого вам необходимо много учиться, тренироваться до кровавого пота. Только тогда вас начнут уважать другие и, до дрожи, будет бояться противник. – на последних словах Джим специально повысил голос, делая акцент. – Вы готовы пройти этот сложный путь?

– Так точно, командор. – шестьдесят три горла дружно прокричали в ангаре. Такому слаженному ответу даже Джим удивился.

– Хорошая речь, командор. – сказал Витар, когда они вышли из тренировочного ангара.

– От их учёбы зависит, скольких мы похороним после первого боя. – ответил Джим, и, остановившись, жестко посмотрел в глаза своему первому помощнику. – У нас нет права на ошибку, как только мы начнём действовать, за нами начнётся настоящая охота. Именно поэтому не давать никому поблажек, пока он не достигнет приемлемого уровня…

– Командор, работа гипер-двигателя нарушена. – раздался над головой голос Амели. Это могло означать только одно: крейсер перехвата, только он был способен создать помехи и прервать прыжок любого корабля.

– Боевая тревога! – прокричал Джим на бегу, устремляясь в центр управления.

Глава 29

– Капитан, крейсер перехвата запеленговал корабль в гипер-прыжке, активирует постановщик помех. – сказал офицер навигационного поста тяжёлого крейсера «Веуч».

– Всё-таки Лорг был прав, Донат отправил большой транспорт в обход. – сказал капитан Далмат, командующий тяжёлым крейсером. Это был флагман их поисковой группы, которая укрылась в малой системе, расположенной ближе всего к системе АН-1582.

Больше двенадцати суток назад глава картеля искателей «Ролид», сэр Лорг, отправил шесть групп для поиска и перехвата большого транспорта в сопровождении старого тяжёлого крейсера, принадлежавшему молодому, но уже успевшему перейти дорогу влиятельным подданным баронства Савар, а именно главе картеля «Ролид» и картелю «Вукрес». Двенадцать суток назад состоялись переговоры глав, закончившиеся перестрелкой на станции, а потом разбирательством в службе безопасности баронства. В наказание, флот картеля «Вукрес» был отправлен в систему Акат, а картель «Ролид» смог отделаться большим штрафом, но сохранить свой флот при себе.

Всё началось с того, что картель «Сокат» взял заявку на поставку для предстоящих игр пяти тысяч рабов. Более сильный картель «Ролид», за определенный процент, предложил помощь молодому картелю «Сокат», но получил отказ. Только вмешательство службы безопасности баронства, запретившей, от имени барона, трогать картель «Сокат», уберегло его, в тот момент, от уничтожения, но это там, на территории баронства, а здесь слово барона ничего не весит. Да, ушёл большой транспорт в мало исследованную часть галактики и сгинул, по неведомым причинам, в каком-нибудь секторе.

В три поисковые группы картель передал старые, созданные ещё во времена войны империй, крейсера перехвата. Такой же корабль придали и тяжёлому крейсеру капитана Далмата, имевшему, также, в своей группе лёгкий крейсер. Сам по себе, крейсер перехвата был практически беззащитен перед любым, даже старым крейсером. Вся его ценность была лишь в постановщике помех, занимавшем большую часть корабля, вторую часть занимали два реакторных отсека. Энергии для обеспечения нормального силового щита уже не оставалось, не говоря об орудии главного калибра.

Во время войны империй такие корабли применялись рейдерскими группами. Активируя постановщик помех, они создавали колебания в пространстве, сбивая настройки гипер-двигателей кораблей, попавших под их действия и, тем самым, прекращали пребывание корабля в гипер-прыжке.

– Фиксирую выход корабля в трёхстах тысячах километрах. – оторвал от раздумий офицер навигационного поста. – Активирую сканер дальнего обнаружения.

С такого расстояния идентифицировать корабль можно только по его сигнатурам, если таковые есть в базе данных тактического искина. Сканер дальнего обнаружения чётко показал точные координаты выхода корабля, а на тактической схеме отобразился прямоугольный значок.

– Что-то он великоват как для большого транспорта. – сдвинув свои пышные брови, пробубнил первый помощник капитана, старик Генти, смотря на тактическую схему системы.

– Да, ты прав, старик… – сразу ответил ему капитан Далмат. – Строг, пусть «Лодж» подойдёт ближе и посмотрит на нашего гостя.

Уже через три минуты, лёгкий крейсер «Лодж», изрыгнув струи синего пламени из своих маршевых двигателей, устремился к неизвестному кораблю. Нервозность старика Генти передалась и капитану Далмату, который, скрестив руки на груди, с нетерпением смотрел, как лёгкий крейсер набирает скорость. Ему необходимо было пройти совсем немного, всего пятьдесят тысяч, чтобы применить сканер дальнего обнаружения.

Десять минут показались вечностью, заставив капитана Далмата отбивать ритм любимой песни. За это время незнакомый корабль развернулся и начал набирать скорость, чтобы вновь уйти в гипер-прыжок. Крейсер перехвата через три часа будет готов вновь применить постановщик помех, вот только капитан Далмат пока не планировал злить незнакомца, не зная с кем, имеет дело.

– Капитан, у нас проблемы с тактическим искином. – растеряно сказал офицер навигационного поста.

– В чём проблема? – не выдержав, Далмат подошёл к навигационному посту.

– Корабль идентифицирован, как… – вновь растерялся навигатор, чем вызвал гнев капитана.

– Да говори! – последний шаг и Далмат застыл, смотря на малый тактический экран.

– Дредноут «Гордость Иштара». – над левым ухом раздался голос старика Генти, прочитавшего высветившуюся информацию на малом гало-экране. – Не думаю, что это проблема с искином. Надо отозвать «Лоджа», не следует дразнить старого зверя.

– Это невозможно… – Далмар растерянно посмотрел на старика Генти. – Ведь он погиб в системе Акат, в межпланетной сети много снимков, сделанных исследовательскими зондами…

– Возможно, слухи об ожившем дредноуте правдивы? – оторвавшись от тактического гало-экрана, старик посмотрел на капитана. – Говорили, что некий корабль хорошо надавал резервной группе баронства…

– Хватит. – прервал Далмат старика, так как увидел, что офицер навигационного поста внимательно вслушивается в разговор капитана и первого помощника. – Гентин, сбрасывай зонд связи. Связь с главой картеля в мою каюту. Подготовить информационный пакет с полным отчётом об обнаруженном корабле.

Впервые в своей жизни Далмат не знал, что делать. О нападении на дредноут не могло быть и речи, корабль такой мощи просто сомнёт их и продолжит дальше свой путь. Преследовать его мог только лёгкий крейсер, но его автономности хватит лишь на три системы, он и так израсходовал половину топливных стержней, пока совершал сюда гипер-прыжки.

– Я слушаю тебя, Далмат. – прогремел голос главы картеля, как только за капитаном закрылась дверь. Прямо напротив входной двери каюты, с экрана, на капитана смотрело суровое лицо мужчины, почти старика, но еще весьма крепкого. Он провёл правой рукой по коротко стриженым седым волосам, что означало его нетерпение. – Тебе удалось перехватить транспорт Доната?

– Нет, сэр Лорг… – ответил Далмат, стараясь успокоиться, не каждый день ему выпадает возможность говорить с главой одного из сильнейших картелей в баронстве.

– У меня мало времени. – сказал Лорг и придвинулся к гало-экрану, от чего Далмат смог рассмотреть все морщины на его лице. Он молча смотрел, как Далмат, подойдя к панели, расположенной на его столе, быстро набрав необходимый код, отправил информационный пакет главе картеля. Лорг мерил его выжидающим взглядом, не прерывая действий Долмата. Отвлёкся он только, когда слева от него прозвучал сигнал о поступившем сообщении. – Жди!

Изображение главы картеля «Ролид» пропало, вместо него начал медленно вращаться герб картеля в виде корабля, стартующего с поверхности неизвестной планеты. Зонд сможет поддерживать связь всего десять минут, после чего все его внутренности сгорят от перегрева. Воспользовавшись появившейся минутой, Далмат подошёл к пищевому синтезатору и, быстро выбрав напиток, стал ждать его приготовления.

– Ждите транспорт, а дредноутом займутся другие. – как и в первый раз, Далмат не был готов к появлению главы картеля. – Об этом никто не должен знать.

– Я понял, сэр Лорг… – с небольшим поклоном ответил капитан. – Мне удалить все данные о встрече с этим кораблём?

– Да, Далмат. – связь прервалась, оставив капитана в полной задумчивости. Было непонятно, рад глава картеля или нет. Необходимо вернуться в центр управления и проконтролировать, чтобы этот корабль ушёл именно в направлении той системы, которую указал в отчёте главе картеля, Далмат.

Прошло уже почти четыре часа после окончания сеанса связи с главой картеля, а дредноут всё разгонялся. Далмат позволил себе расслабиться. Теперь, даже, если неизвестный корабль решит их атаковать, у него будет достаточно времени, чтобы увести свою группу в гипер-прыжок.

– Капитан, крейсер перехвата запеленговал два корабля в гипер-прыжке. – из раздумий Далмара вырвал офицер навигационного поста. – Две минуты на принятие решения.

– Активируйте постановщик помех. – только через минуту Далмар решился, ведь кроме новых кораблей, в системе останется и дредноут.

От прямоугольного корабля, выкрашенного в светло-серый цвет, через несколько секунд всколыхнулось пространство, сбивая настройки гипер-двигателей, как своих кораблей, так и чужих. Теперь остаётся только ждать, кого на этот раз Далмар выдернет из гипер-прыжка. Картель поставил перед ним сложную задачу, необходимо захватить либо большой транспорт, либо тяжёлый крейсер сопровождения. Картелю необходимы координаты системы, в которой картель «Сокат» обнаружил планету с рабами высокого качества.

– Фиксирую выход из гипер-прыжка двух кораблей. – Далмар быстро поднялся со своего кресла и подошёл к главному гало-экрану, на котором сейчас была выведена тактическая схема системы. Вначале появился большой транспорт, а через несколько секунд выскочил старый тяжёлый крейсер и, сразу окутался силовым полем.

– Далмар, не дури… – за спиной вновь послышался голос старика Генти, также смотревшего на тактическую схему системы. Проблема была в том, что большой транспорт с тяжёлым крейсером оказались практически посредине между группой Далмара и прекратившим разгон дредноутом.

Глава 30

– Значит, они ждали не нас. – сказал Джим, стоя в центре управления, заложив руки за спины.

Из-за крейсера перехвата сейчас они все в одинаковых условиях. Постановщик помех сбивал настройки не только кораблям противника, но и своим, за что этот тип кораблей не получил большого распространения во флотах противостоящих сторон. Для того, чтобы вновь настроить гипер-двигатель и откалибровать его, потребуется не меньше часа, а для дредноута больше двух. Данный тип крейсеров был разработан, как помощник кораблям рейдеров, но в итоге он стал виновником больших потерь среди них. Крейсер перехвата прерывал гипер-прыжок всех, попадавших под действие постановщика помех, кораблей, как транспортных, так и военных. Именно поэтому, одинокий рейдер не мог противостоять кораблям сопровождения конвоя и не мог уйти быстро в гипер-прыжок из-за нестабильной работы гипер-двигателя.

Прерванный гипер-прыжок дредноута Джим решил использовать, как тренировочный курс для технических групп и офицеров центрального поста. Сразу после выхода из гипер-прыжка, сканер дальнего обнаружения указал на наличие трёх кораблей в системе, не способных противостоять мощи их корабля. Единственным неприятным моментом было фиксирование работы зонда дальней связи, но с этим ничего сделать было невозможно.

– Витар, по-моему, это наш старый знакомый. – сказал Джим, обернувшись к первому помощнику. Витар смотрел на главный гало-экран и на его лице играли скулы. Брошенный взгляд на побледневшую Даниель, подтвердил, что и они узнали корабль работорговцев.

– Да, командор… – сквозь зубы ответил Витар, непроизвольно сжав кулаки.

– Даниель, разворот в сторону тяжёлого крейсера. – повысив голос, скомандовал Джим, приводя в себя офицеров центра управления. – Амели, боевая тревога! Офицерам занять свои посты.

Уже через две минуты в центр управления влетели три новоиспечённых офицера, обладавших только небольшими теоретическими знаниями, полученными совсем недавно. Немного замешкавшись у дверей, они разбежались по центру управления и заняли свои места. Два офицера огневого управления сейчас взяли под свой контроль башни главного калибра корабля. Орудия среднего калибра, Джим, пока, оставил под контролем Амели. Третий молодой офицер занял пост защиты корабля, под его контроль были отданы активный и пассивный щиты дредноута и системы непосредственной обороны корабля. Умение грамотно распределять силу щита в направлении противника, быстро реагировать на изменение ситуации, противостоять ракетному или торпедному залпу, всё это ложилось на плечи офицеров защиты, которых по штату на дредноуте должно быть два.

Резкий разворот дредноута заставил взвыть генераторы перегрузок на корабле. Заняв кресло командора дредноута, Джим с удовлетворением наблюдал, как, неуверенные, вначале, действия офицеров, начинают крепнуть с каждой минутой. Даниель уже развернула огромный корабль и, форсировав два огромных маршевых двигателя, устремила корабль к ненавистному врагу.

Большой транспорт начал разворот и разгон в противоположную сторону, тяжёлый крейсер ещё пытался создать вид сопровождения. Лёгкий крейсер неизвестных пиратов бросился транспортнику на перехват, в то время как тяжёлый крейсер пиратов устремился к крейсеру работорговцев.

Джима интересовал только тяжёлый крейсер работорговца, но не мешало бы заглянуть на транспорт, возможно, на его борту перевозят лоросцев. Дредноут не успел к началу перестрелки между тяжёлыми крейсерами, сцепившимися, как два заклятых врага. Сразу стало видно, что пираты очень спешат разобраться с кораблём работорговцев и взять его на абордаж.

– Цель номер один будет в зоне действия главного калибра через одну минуту. – вдруг, как будто опомнившись, сказал Безим, молодой офицер огневого поста. Согласно тактической схеме, целью номер один был, как раз, работорговец, но сейчас следовало сначала отогнать от него пирата. – Цель номер два будет в зоне действия главного калибра через пять минут.

– Хорошо. Даниель, подправь наш курс, чтобы мы смогли достать и до транспортника. – сказал Джим, видя, что лёгкий крейсер уже открыл огонь по большому транспортнику, заставляя его прекратить разгон и, начать манёвры, стараясь не допустить абордаж корабля.

Следующие пять минут на дредноуте все офицеры наблюдали перестрелку двух тяжёлых крейсеров. Пират всё норовил подойти ближе и попытаться состыковаться, а работорговец умело уклонялся от него, не забывая, при этом, огрызаться из орудий главного калибра.

Джиму был интересен этот бой. Сейчас здесь сошлись старые технологии ещё времён Империи Невер и новые, уже созданные в Конфедерации Иштар. Бой дредноута с линкорами он давно проанализировал несколько раз, но в том бою было много других факторов, а здесь сошлись два равных по весу и классу противника.

Тяжёлый крейсер пиратов превосходил своего старого собрата по количеству орудий и скорострельности, манёвренности и силе активного щита. Но крейсер работорговцев мог похвастаться прекрасной бронёй своего корпуса, лишая пиратов преимущества в скорострельности орудий.

– Цель номер два в зоне поражения. – отвлёк Джима, доложивший офицер Безим.

– Безим, беглый огонь по цели номер два только из носовых башен. – отдав приказ, Джим приподнялся со своего места и вновь встал в центре, смотря на главный гало-экран.

С интервалом в две секунды дредноут начал отправлять стальные болванки в сторону пиратского крейсера. Сделав шестнадцать выстрелов, башни замолчали, начался семи минутный процесс перезарядки орудий. Генераторы накачки начали цикл накопления энергии для следующего выстрела, система подачи снарядов тащила большие болванки из орудийных погребов.

Носовой залп был неудачным, из шестнадцати, выпущенных на огромной скорости, болванок, только две попали в тяжёлый крейсер пиратов, увязнув в его силовом щите. Но такой поворот ситуации в противостоянии кораблей, быстро остудил прыть пиратов к абордажу. Совершив манёвр, пиратский корабль, прикрывшись кораблём работорговцев, начал отходить в сторону большого транспортника, к борту которого уже пристыковался лёгкий крейсер. Единственным наблюдателем в системе был крейсер перехвата, который, в данный момент, начинал разгон корабля для ухода в гипер-прыжок, подальше от места столкновения, которое сам же и организовал.

– Цель номер два недоступна. – прокомментировал Безим, то, что Джим и так видел на гало-экране.

– Безим, цель номер один, подцель маршевые двигатели. – пора молодым учиться стрелять не только по крупным целям, но и поражать жизненно важные части кораблей противника. Во все времена самым слабым местом любого корабля, были его двигатели. Лишить противника возможности манёвра, а уж, тем более, возможности сбежать, была мечта любого капитана.

– Принято, командор. – ответил Безим и сосредоточился на цели-указателях, находящихся в носовой части корабля.

Первый выстрел произошёл только через две минуты, именно столько времени потребовалось Безиму, чтобы прицелить орудия в одну из трёх ярко-синих точек в корме тяжёлого крейсера работорговцев. На этот раз выстрелы были более удачными. Первая болванка прошла мимо корпуса корабля всего в десяти метрах, вторая оставила длинную отметину на толстой броне корабля. Третья – попала в броневой пояс, находящийся чуть выше сопла маршевого двигателя, а вспышка от четвёртого выстрела подтвердила точное попадание в правый двигатель тяжёлого крейсера. Накренившись на правый бок, тяжёлый крейсер выплюнул струю синего пламени из разорванного сопла и начал отходить на двух, ещё работающих, двигателях в сторону жёлтой планеты в системе, намереваясь укрыться за ней.

– Перенести огонь на цель номер два. – сказал Джим, глядя, как раненый крейсер меняет курс. Согласно тактической схеме, его скорости не хватит, чтобы в дальнейшем оторваться от дредноута.

– Принято. – сразу ответил Безим и наклонился к гало-экрану, меняя цели-указатель.

Пиратский крейсер вначале решил воспользоваться резко изменившейся обстановкой в бое и всё-таки взять работорговца на абордаж, прикрывшись им. Попадание сразу двух болванок главного калибра и проседание силового щита на 33 %, заставил его передумать и начать срочно отходить по дуге, чтобы не подставить под удар свои двигатели лёгкому крейсеру.

– Безим, цель номер один, беглый огонь, подцель орудия главного и среднего калибра. – не отрываясь от главного гало-экрана скомандовал Джим. – Даниель, сближение с целью номер один, и хватит издеваться над двигателями, никуда он не денется от нас.

– Принято. – быстро ответила Даниель и на её щеках выступил румянец. Только сейчас все обратили внимание, что дредноут шёл полным ходом, выжимая всю мощь из своих огромных двигателей.

Огромный дредноут, сбросив скорость, приближался к подранку-работорговцу, который ещё пытался отстреливаться и оторваться от неминуемой гибели. Всего через час огромный хищник навис над своей жертвой. Корпус тяжёлого крейсера представлял собой решето, все башни главного калибра были уничтожены, на их местах сейчас зияли воронки с раскуроченной и, торчащей в разные стороны, бронёй.

Джим не решился стыковать свой корабль с тяжёлым крейсером работорговцев, опасаясь, что капитан может подорвать реакторный отсек корабля, а, в таком случае, тяжёлые повреждения получит и дредноут. Сейчас Амели выводила ударный эсминец, висевший под брюхом дредноута. На борту эсминца находились практически все оставшиеся боевые дройды, на которых совсем недавно новые специалисты отрабатывали техническое обслуживание и ремонтные работы, правда, не всегда удачные.

– Иллир, щит на полную мощность. – сказал Джим, как только эсминец начал движение в сторону тяжёлого крейсера.

– Принято, командор. – ответил офицер поста защиты и, немного дрожащими пальцами, начал водить по гало-экрану.

Вокруг дредноута, как будто натянули прозрачную плёнку, переливающуюся разными цветами. Все сенсоры корабля были прикованы к медленно плывущему силуэту темного эсминца.

– Начинаю стыковку. – прогремел в центре управления голос Амели.

Главный гало-экран разделился на две части, левая продолжала показывать, что происходит в системе, а правая – отображала тактическую схему происходящего вторжения на борту тяжёлого крейсера.

Двенадцать минут потребовалось боевым дройдам, чтобы взять под контроль корабль работорговцев. Как оказалось, внутри корабль выглядел ещё хуже, чем снаружи. Огромное количество разрушений, нестабильная работа реакторного отсека, всё это резко сокращало время пребывания на корабле. Джим был рад, что не поддался на уговоры лейтенанта десантников, чтобы они совершили абордаж. Один из снарядов пробил броневой пояс и попал в реакторный отсек, выведя из строя сразу три реактора, в которых уже начались необратимые процессы и, до их детонации, оставалось не больше тридцати минут.

– Амели, срочно приступай к демонтажу искина и его баз данных. Даниель, отведи корабль на расстояние в три тысячи километров от крейсера. – Джим был предельно сосредоточен, он прекрасно понимал последствия детонации реакторного отсека. – Иллир, держать щиты на полной мощности.

– Принято, командор. – первой ответила Амели, выводя из недр, пристыкованного эсминца, трёх больших технических дройдов.

– Принято, командор. – ответила Даниель четким голосом. Она очень надеялась посмотреть в глаза своему бывшему хозяину и, не скрывала своего разочарования, когда узнала, что весь экипаж погиб ещё до начала штурма корабля дройдами. Вместе с экипажем, погибли и их шесть рабов-лоросцев, которые находились на борту рыботорговцев. Это была первая плата за свободу остальных.

– Принято, командор. – последним ответил Иллир, пытаясь скрыть нервозность в своём голосе.

– Командор, цель номер два и три начинают разгон в направлении сектора Гальгена. – доложил Ритан, выводя на смежный малый гало-экран информацию о кораблях, их скорости, направлении и предположительности курса гипер-прыжка.

– Пусть уходят, сейчас не до них. – ответил Джим, возвращаясь к контролю происходящего на тяжёлом крейсере.

Он смотрел на тактическую схему, а мысли постоянно возвращались к сектору Гальген, точнее к барону Савару. Джим был полностью уверен, что уже скоро, на его охоту выйдут лучшие корабли баронства, им не простят потерю двух линкоров и тяжёлого крейсера. Ведь не просто так пираты сбрасывали зонд дальней связи, когда обнаружили дредноут. Но пока не понятна была причина нападения на транспорт и крейсер работорговцев, ведь он также числился в баронстве Савар и входил в один из картелей неких искателей.

– Командор, в стартовых ячейках обнаружены два истребителя касса «Долу» с незначительными повреждениями. – сейчас голос Амели звучал как-то отстранённо, создавалось впечатление, что ей не хватает вычислительных возможностей на управление всем сразу.

– Если получится, попробуй их доставить на дредноут. – Джим не хотел сильно отвлекать Амели ещё и на это, но обзавестись своими истребителями было очень заманчиво.

– Командор, демонтаж искина и его баз данных завершён. – произнесла Амели, выводя на гало-экран изображение с оптических датчиков одного из боевых дройдов. – Обнаружено тело капитана корабля.

Зачем Амели это сделала, Джим не понял, но заметил, как сразу изменилась в лице Даниель. Посмотрев на Витара, Джим заметил, как тот отрицательно покачал ему головой.

– Оставь тело там. – сказал Джим Амели и, поворачиваясь к Даниель, сказал – Твой враг мёртв.

– Спасибо. – чуть слышно ответила она Джиму, опустив свои красивые зеленые глаза.

– Амели, заканчивай там и возвращай эсминец обратно. – сказал он, занимая своё кресло командора. – Амели, сколько тебе необходимо времени, чтобы взломать искин крейсера?

– Для получения полного доступа и перепрограммирования искина класса – «тяжёлый крейсер», необходимо двенадцать часов, с затратой 57 % вычислительных мощностей единого кластера с Амбрусом.

– Хорошо, как только его доставишь, приступай. – спешить им уже некуда, а вот узнать точные координаты планеты, очень нужно.

Через двадцать минут дредноут неспешно отходил от искореженного тяжёлого крейсера работорговцев, неся на своём борту, кроме ударного эсминца, ещё и два истребителя. Джим отметил удовлетворенные взгляды своих офицеров, которыми они провожали этот корабль работорговцев.

– Белиз, предлагаю тебе попрактиковаться в стрельбе. – Джим решил дать им возможность просто расстрелять ненавистный корабль, получив при этом нужные навыки.

– Есть, командор! – радостно ответил парень и резво застучал пальцами по панели управления орудийными башнями. Подняв голову, Белиз, в ожидании, посмотрел на Джима. – Командор, разрешите бортовой залп?

– Разрешаю. – улыбнулся в ответ парню, Джим, давая ему шанс поставить жирную точку в их прошлом.

Залп пятидесяти четырёх орудий главного калибра с правого борта заставил весь дредноут ощутимо вздрогнуть. Расправа над тяжёлым крейсером работорговцев транслировалась на всех гало-экранах корабля, демонстрируя ролосцам, что их мучители получили ответный удар. Но Джим хорошо осознавал, что невозможно в одиночку воевать против всей галактики, рано или поздно их перехватят, а против дредноута выставят достойного противника. И, особенно, слабым местом для ролосцев, была их родная планета, сложно воевать с врагом, если он знает, где тебя искать.

– Даниель, сближаемся с транспортником. – приказал Джим, прерывая их возбужденную радость первой победы.

– Принято, командор. – весёлым голосом ответила Даниель, но, заметив его озабоченный вид, сразу насторожилась. – Что-то случилось, командор?

– Всё в порядке, Даниель. – ответил Джим, пытаясь отогнать свои не очень веселые размышления.

Глава 31

Сэр Лоргот стоял в центре большого кабинета барона Амвела Савара. Уже почти час он выслушивал от барона оскорбления в свой адрес, но это было не напрасно. Во время очередной тирады барон, ненароком, выплюнул имя своего информатора, которым оказался ни кто иной, как капитан лёгкого крейсера, входивший в группу Далмара. Присутствующий в кабинете глава службы безопасности баронства, хотел поправить барона, но не решился, оставив всё, как есть.

– Ты думал, что это всё пройдёт для тебя безнаказанно? – раскрасневшееся лицо барона, в очередной раз, повернулось в сторону сэра Лоргота, уставив на него свои маленькие, злые глазки. – Моё слово для тебя ничего не значит?

– Прошу простить меня, барон Амвел Савар, у меня и мысли не… – не успел он договорить, как в кабинет зашёл секретарь барона. Поклонившись, он, заплетающимся от волнения языком, быстро проговорил.

– Великий барон, граф Долрен просит срочно соединить его с вами. – после последнего слова секретарь согнулся почти пополам, как будто закрываясь от гнева барона.

– Соединяй. – сквозь зубы процедил барон, испепеляя взглядом сэра Лоргота. Жестом рукой он приказал обоим отойти в сторону, дабы они не попали в поле оптического сенсора и граф не увидел их.

– Милорд… – только и успел сказать барон Амвел, когда на гало-экране появилось уже немолодое лицо графа Долрена, с явными следами процедур омоложения, которые были сделаны хирургическими капсулами, произведёнными ещё в Империи Иштар. Ходили слухи, что в Федерации Иштар учёным удалось разгадать секрет производства капсул, но на самом деле, это оказалось только слухами. Подняв свою правую руку, украшенную большими перстнями с драгоценными камнями, граф грубо прервал барона.

– У меня мало времени, барон. Мне стало известно, что у вас появились проблемы с поставкой рабов на великие игры, это правда? – граф Долрен очень внимательно следил за реакцией растерявшегося барона.

– Да, милорд, возникли определённые трудности, но они ни в коем случае… – барон запнулся, встретившись с суровым взглядом графа.

– Через час у меня в гостях будет герцог Рогтонский и, прибудет он специально, чтобы обсудить программу великих игр Конфедерации Иштар. – граф специально сделал паузу, давая барону время проникнуться всей серьёзностью ситуации. Герцог Рогтонский славился своей жестокостью, он никогда не прощал ошибок других, также он был рьяным сторонником чистоты крови, среди знати. Впасть в его немилость мог любой, кто хоть как-то имел неосторожность его подвести и, в данной ситуации, граф обязательно прикроется от гнева герцога, бароном Амвелом, если тот не сможет доставить рабов для великих игр.

– Милорд… – собравшись с духом, начал барон, но тут же опять был прерван графом. Это было уже в третий раз, что означало полное неуважение к барону.

– Мне плевать на ваши проблемы! Если через месяц у меня не будет первосортных рабов в количестве десяти тысяч… – лицо графа приблизилось еще ближе, заняв, практически, весь гало-экран, так, что стали видны, выступившие на лбу, вены. – Тогда новым бароном в баронстве Савор, станет баронет Тишлес.

Гало-экран погас, погружая кабинет барона в полную тишину. Сэр Лоргот и глава СБ Хаген, почти перестали дышать. Сейчас барон был опасней любого зверя. Не из-за, устроенной ему графом, выволочки, а из-за того, что это случилось при посторонних. Барон Амвел медленно сел обратно в своё роскошное кресло и, откинувшись на спинку, продолжал смотреть на потухший гало-экран. Только минуты через три, он повернул голову к двум притихшим и, не смевшим мешать его размышлениям, силуэтам. Улыбнувшись своим мыслям, он задумчиво произнес:

– Вам не кажется, сэр Хаген, что пора сменить главу картеля «Ролид». – спокойным голосом сказал барон, смотря на только что произведённого в сэры, главу службы безопасности.

– Согласен, сэр. – ответил Хаген, подняв руки к своему поясу. Через несколько секунд, он, пальцами левой руки, извлёк небольшой платок и быстро вытер им тонкий стилет. Сэр Лоргот, издав булькающие звуки, упал под ноги сэра Хагена, его тело еще минуту содрогалось в предсмертных судорогах. – На кого готовить приказ, господин барон?

– Джак, его верный помощник, уже давно метил на это место. – сказал барон, поднимаясь со своего места. Сделав несколько шагов, он остановился с другой стороны своего стола и, нажав на кнопку на панели управления, сказал:

– Аттиаса ко мне, срочно! – не дожидаясь ответа своего секретаря, он отпустил кнопку и, посмотрев на Хагена, продолжил. – У нас нет времени на ошибку и разработку идеальных планов, у нас есть координаты системы и туда я отправлю весь свой флот и все корабли двух картелей. Сейчас, чтобы исправить ошибку этого болвана и отвести от себя гнев герцога, нужно больше десяти тысяч рабов, а ещё лучше пятнадцать.

– Что делать с Донатом? – спросил Хаген, переступая через тело. – Сейчас он задержан на станции «Свет Савара» при попытке покинуть баронство по поддельным документам.

– Решил бежать, как только узнал, что его корабли уничтожены. – вслух сказал барон, ни к кому не обращаясь. Подойдя к большому окну, ведущему в красивый и ухоженный сад, барон около минуты смотрел, как несколько рабов, ползая на коленях, перебирали зелёную траву газона, выдёргивая пожелтевшие ростки. – Что-то я устал от всех этих проблем, которые создают картели. Вместо того, чтобы составлять живую конкуренцию, они постоянно воюют друг с другом, а баронство из-за этого теряет деньги. И, мне кажется, я знаю, как мы это можем исправить…

Барон резко развернулся и направился к своему креслу. Разместившись в нём, он начал что-то писать, используя старый метод чернил. Знать всегда так делала, отдавая дань прошлым традициям, чтобы скрыть настоящее. Отложив перо с чернилами, барон протянул Хагену пергамент.

– Это приказ о присвоении тебе не наследного титула. – не дав времени ознакомиться с содержимым, барон Амвел протянул следующий документ. – Это указ о создании государственной структуры – «Икатели Савара». Устав напишешь сам, кандидатов на должность главы жду уже вечером.

Пока сэр Хаген приходил в себя от навалившейся работы, барон вновь схватился за своё перо и начал что-то писать на новом листе пергамента. Сейчас Хаген чётко заметил признаки того, что у барона начинается нервный срыв. Все его действия говорили об этом.

– Это указ о закрытии всех картелей в баронстве и переводе всего их имущества в государственную структуру «Искатели Савара». Вот и средства на первое время… – хихикнул барон, но Хагену было уже не смешно. Такой указ приведёт к восстанию картелей, и это в то время, когда флот баронства уйдёт на охоту за дредноутом и поиск рабов. Мало кто из вольных капитанов согласится идти на службу к барону, особенно, когда узнают, что ум барона немного пошатнулся. – Действуйте, сэр Хаген.

Главе службы безопасности больше ничего не оставалось, как, встав, поклониться барону и покинуть его кабинет. Он пребывал в растерянности, отдавая секретарю указы на регистрацию. Выходя из приёмной барона Амвела Савара, он едва не столкнулся с командующим флотом Аттиасом. Сделав шаг в сторону, он пропустил командующего и, когда тот проходил мимо, шепотом быстро ему сказал.

– Встретиться. – Аттис приостановился, посмотрев несколько секунд на Хагена прищуренным взглядом, кивнул и, быстрым шагом направился в приёмную.

– Говори, у меня мало времени. – сев напротив Хагена, сразу сказал Аттис.

Хаген молча достал небольшую, чёрного цвета шкатулку и, поставив её на стол в своём кабинете, раскрыл. Оба хорошо были осведомлены по поводу этого предмета: армейский постановщик помех, не дающий стабильно работать любым сенсорам и датчикам в течение двадцати минут.

– Времени у нас немного. – сказал Хаген и, дождавшись утвердительно кивка от Аттиаса, продолжил. – У барона Амвела Савара большие неприятности, но это ещё решаемо… Аттис, ты не заметил странности в поведении барона при встрече с ним?

– Хочу поздравить, мы теперь с тобой сэры. – сказал Аттис, прекрасно ответив на вопрос Хагена и, заодно прикрыв себя, если это окажется ловушкой, всё-таки напротив него сидит глава службы безопасности баронства. Но таким ответом, он дал понять Хагену, что тоже заметил, психологическое состояние барона. Давать титулы особам, которые, очень косвенно относятся к знати, не что иное, как сумасшествие. – Завтра я отправляюсь принимать командование первым ударным флотом.

– Каким первым ударным флотом? – удивлённо спросил Хаген, глядя на Аттиаса.

– Который был создан сегодняшним указом барона Амвела Савара. – ответил Аттис, как ни в чём не бывало, но, судя по интонации голоса, Хагену стало ясно, что это очередной выверт барона.

– И какие группы войдут в первый ударный. – вопрос был очень важен, так как Хагену здесь необходимо будет навести порядок, когда указ получит огласку. Нет, он, конечно, планирует совершить аресты всех глав картелей и их замов, материала для этого, за все время работы картелей, накопилось вполне достаточно.

– Все. – с улыбкой на лице, ответил Аттис, откидываясь на спинку кресла. – Все, что есть в баронстве.

– Что? – от удивления Хаген, аж привстал, но, быстро взяв себя в руки, сел обратно. – Ладно, Аттис, давай на чистоту.

– Давай. – с сарказмом в голосе сказал Аттис.

– Наш барон, похоже, сошёл с ума. Вначале я думал, что это просто нервный срыв, но после твоих слов я, в этом уже полностью уверен. – Хаген нервно сделал глоток энергетического напитка и, посмотрев на спокойного Аттиса, продолжил, сказав только одно слово. – Замир.

– Я оставлю тебе третью группу… – Аттис приблизился и навис над небольшим столиком. – Когда я вернусь, то принесу присягу барону Замиру Амвару.

Не дав хоть что-то ответить Хагену, Аттис захлопнул крышку футляра, прерывая действие постановщика помех. Поднявшись, Аттис кивнул Хагену и вышел из кабинета, оставив главу службы безопасности наедине со своими мыслями.

– Полковника Длорта ко мне. – сказал Хаген в свой коммуникатор.

Завтра наступит самая опасная часть. Вместе с арестами глав картелей, необходимо провести аресты или сделать несколько случайных смертей самых преданных сторонников барона. Только после этого можно тайно вернуть старшего сына барона из изгнания, ну, а смерть барона Амвара, всего лишь вопрос времени…

Глава 32

– Открыть огонь. – скомандовал Джим, стоя напротив главного гало-экрана в центре управления. Орудия левого борта легендарного корабля, с интервалом в две секунды, начали выплёвывать стальные болванки в сторону искорёженного большого транспортника.

В системе, где состоялся бой, они пробыли почти семь суток. Для решения важных вопросов, был создан совет офицеров, в который вошли Джим, как глава, его первый помощник – Витар, Резарт – глава инженерной службы корабля, Аран, как глава технической службы, Ариана представляла медицинскую службу и лейтенант Эдон, командир десантной роты. Хорошей новостью для всех стало то, что Амели удалось взломать искин, снятый с корабля работорговцев и теперь они знают точные координаты системы, в которой находится планета Ролос.

Ресурсов дредноута сейчас не хватало, чтобы совершить два длинных гипер-прыжка. Вначале следовало прыгнуть из сектора Ерок, в котором они сейчас находились, в сектор Валдш, вернее, в одну из окраинных его систем и, только после этого они смогут прыгнуть в сектор Ротуг, в которой и находилась родная система ролосцев.

На совете Резарт предложил разобрать максимально большой транспорт и перегрузить все топливные стержни на дредноут, но это решало только часть проблемы. Именно сейчас всем ясно стала видна прожорливость корабля таких размеров, ведь даже тысяча двести топливных стержней с транспортника увеличивала срок работы реакторов корабля всего на 7 %. Но самой большой проблемой оказалась вода и кислородные стержни системы жизнеобеспечения. Обеспечивать пребывание на корабле экипажа в количестве больше двухсот ролосцев, оказалось не простым делом для корабля, собственные ресурсы которого, итак, были скудны ещё со времени его гибели.

По этой причине пришлось задержаться возле большого транспорта, полностью выкачивая из него всё, что могло представлять какую-то ценность. Обнаруженные в его трюме, шесть с половиной тысяч крио-камер, взволновали весь совет. Всем стало понятно, что транспортник шёл к их планете за большой партией новых рабов. За предложение, немедленно отправиться в родную систему, высказались все ролосцы, но под давлением фактов о необходимости восстановить, хотя бы на четверть, ресурсы дредноута, решили заняться кораблем.

На этом совет закрыли. Вся основная работа легла на плечи инженерной службы, плотно занявшейся разбором транспорта. В этом ей активно «мешал» лейтенант Эдон, решивший устроить на корабле-доноре учения по абордажу и против абордажу.

Следующие пять суток дредноут простоял возле небольшой газовой планеты, в недра которой были отправлены четыре добывающих дройда, входивших в малые производственные комплексы. Благодаря работе комплексов, группе операторов, подчинявшихся инженерной службе, удалось пополнить запас воды корабля на 18 %, также произвести кислородные стержни для систем жизнеобеспечения корабля и пополнить их запас на 6 %.

– Цель поражена. – отвлёк Джима голос Белиза. Джим, и без доклада, сам прекрасно видел, как разваливается, на множество частей, транспорт.

– Белиз, тридцать вторую башню, разрывной заряд. – технической службой, в малом трюме, при размещении двух истребителей класса «Долу», были обнаружены три контейнера с шестью снарядами в каждом, предназначенные для главного калибра. Согласно показаниям информационного чипа, прикреплённого к контейнерам, это были экспериментальные разрывные снаряды.

Снаряды с кварковым сердечником пытались создать всегда, но множество аварий и произвольных детонаций, привели к запрету на его применение. Созданные снаряды, со стандартным подрывом, не могли пробить броневой пояс тяжёлых кораблей, подрыв происходил на поверхности брони, не нанося никакого ущерба кораблю противника.

Немного посовещавшись, было принято решение разместить три снаряда в тридцать четвёртой носовой башне. Если снаряды сдетонируют, то дредноут просто лишится одной из своих башен, не получив серьёзных повреждений.

– К выстрелу готов. – только через три минуты сказал Белиз, заканчивая прицеливание орудий.

– Белиз, огонь! – через две секунды одно из орудий трёх орудийной башни, вздрогнув, отправила свой смертоносный подарок останкам большого транспорта.

Через десять секунд один из крупных обломков вспыхнул ярко-белым светом, а, в следующее мгновение, Джим наблюдал огромную дыру, которую получил от снаряда, остаток транспортника.

– Даниель, начинай разгон. – не поворачиваясь, к девушке сказал Джим. – Ритан, координаты прыжка в сектор Валдш, система АВ-2317.

– Принято. – почти одновременно ответили пилот и навигатор.

– Оптимальная точка ухода в гипер-прыжок найдена, координаты выхода в системе АВ-2317 внесены в навигационный маршрут. – быстро ответил Ритан, он уже не опасался большого количества информации, поступающей на его гало-экраны.

– Курс разгона корабля к точке гипер-прыжка проложен, приступаю к разгону. – сразу за докладом Ритана, доложила Даниель. – Время разгона – семь часов.

– Хорошо. – сказал Джим, повернувшись в сторону выхода. Сегодня он планировал немного отдохнуть, потом получить очередной объем знаний от информационных кристаллов, а потом отдать на растерзание своё тело тренажерной капсуле.

– Джим? – окликнув, к нему подошёл Витар.

– Да, да, идём. – он и сам забыл, что на прошлом совете договорились провести следующее заседание во время разгона корабля. – Только давай, Витар, совместим ужин с совещанием.

– Хорошая идея, Джим. – называть его Джимом он попросил Витара сам, ему было так привычней, да, и Витар был намного его старше, а разговоры они иногда ведут задушевные.

Двадцать минут все ели в полном молчании, погружённые в свои мысли. За последние семь суток все физически вымотались. Как оказалась, на практике, не все могут сутками сидеть в железной коробке, болтаясь где-то в открытом космосе. Особенно, это изматывало лоросцев, живших, до рабства, в степных районах планеты. Благодаря оперативному вмешательству медицинской службы Арианы, массовость проблемы удалось снять путём ряда определенных функций капсул.

– Командор, скажите, когда мы прибудем в систему АР-2955? – разорвав тишину, спросил Резарт. Его тут же поддержали остальные, молча смотря на Джима, в ожидании ответа.

– Семь суток до системы АВ-2317, сектора Валдш и, девять суток до системы АР-2955, сектора Ротур. – ответил Джим, отодвигая от себя глубокую тарелку. Взяв стакан с горячим напитком, он откинулся на спинку стандартного кресла, выполненного из материала, сильно напоминающего пластик, но обладающего большей прочностью.

Всего шесть часов назад техническая служба закончила ремонт в офицерской столовой корабля. Стандартное помещение, десять на десять метров, с двумя столами, рассчитанными принять сразу десять человек и, вмонтированным в центр стола, пищевым синтезатором. Система утилизации была только одна и находилась непосредственно возле выхода из столовой. Рядом с офицерской, сейчас заканчивали ремонт основной столовой, для всех служб, способной сразу принять и обслужить до четырех сотен человек.

– Шестнадцать суток… – шепотом сказал Резарт, но в полной тишине его слова услышали абсолютно все. – Как бы не опоздать.

– Это не зависит от наших желаний. – негромко ответил Витар.

– Тебе хорошо говорить, твоя дочь с тобой, а моя там… – ответил Резарт, махнув головой в сторону. – И, насколько я понял, этот транспорт шёл именно за ними.

– А у меня вся семья там, они успели уйти в горы, пока их шаттл садился в нашем селении. – тяжело вздохнул Аран, поправив рукава своего технического комбинезона. – Вот только там пищи мало, да и выследить их могут.

– Моего мужа и старшего сына убили… – не поднимая головы, сказала Ариана, ковыряясь ложкой в тарелке. Аппетит, похоже, уже пропал у всех. Джим просто сидел и слушал. Сейчас наступил момент, когда им всем необходимо выговориться, ведь до сегодняшнего дня, они всё держали в себе, молча переживая за своих близких.

– Мою жену продали какому-то толстому уроду из баронства, сэру Акросу… – также поделился своим горем лейтенант Эдон. – Дома остались две дочки.

– Я попрошу вас всех собраться, наши боги и так к нам милосердны. Вначале прислали на помощь командора Джима, а потом помогли уничтожить большой транспорт, направлявшийся к нам домой. – сказал Витар, пытаясь отогнать грустные мысли. – Я смотрел отчёт Амели, этот картель отправил только один большой транспорт и мы его уничтожили.

– Если был один, то пришлют и другой. – немного оживился Резарт, посмотрев сначала на Витара, а потом на Джима. – Ведь в этом баронстве не один картель, я прав?

– Прав. – ответил Джим, ставя локти на стол, а ладонями обхватывая голову. Наверно, следует рассказать им больше, чем стандартный отчёт Амели, который она подправила, прежде, чем дать ознакомиться с ним Витара. – Не всё так просто. На всей территории Конфедерации Иштар разрешено рабство и, баронство Савар, это всего лишь малая его часть. Только благодаря территориальной расположенности, они являются одними из самых крупных поставщиков рабов на рынки Конфедерации.

Джим сделал паузу, из-за того, что горло пересохло и начало першить. Делая несколько глотков из своего стакана, он чувствовал на себе десять пар глаз, смотревших на него с нетерпением.

– Благодаря Амели, мы получили полную информацию из баз данных крейсера, о том что происходит в самом картеле и баронстве, а именно: законы, инструкции, состав кораблей картеля, их цели и так далее. – вновь Джим сделал глоток напитка и продолжил. – Примерно через месяц в Конфедерации Иштар будут проходить Великие игры…

– Как это касается наших семей? – не выдержав, Резарт перебил Джима и тут же пожалел об этом. Ведь не зря командор начал такой долгий разговор, значит, он их к чему-то подготавливает. Опомнившись, он опустил глаза в стол и сказал: – Простите командор, нервы.

– Я не знаю, что это за игры, об этом никакой информации нет, но вот то, что картель «Сокат», которому принадлежал тяжёлый крейсер, оформил заявку на поставку пяти тысяч рабов высокого качества, это факт. – Джим сделал паузу, давая остальным осознать только что прозвучавшую информацию и, не дав их многочисленным вопросам посыпаться на него, продолжил. – И виды на вашу планету имеет не только картель «Сокат». Атаковавшая их группа кораблей, принадлежала картелю «Ролид». Они искали тоже, что и мы.

Замолчав, Джим отодвинул пустой стакан в сторону. Раскрыв меню пищевого синтезатора, выбрал новый напиток и нажал на приготовление, краем глаза следя за реакцией сидевших офицеров. Первые пять секунд, на лицах была растерянность, но потом понимание сказанного стало отображаться на их лицах.

– Координаты системы. – быстрее всех понял, сказал Витар. – И что нам теперь делать?

– Сейчас, главное, успеть раньше них. – ответил Джим, вынимая из пищевого синтезатора свой стакан. – Всё, что я могу сказать, мы должны быть готовы ко всему…

– К чему мы должны готовиться? – вновь спросил Резарт. – Как мы можем подготовиться?

– Я, что, должен вас за ручку водить? Я дал вам всё, что у меня есть, я фактически объявил войну целому баронству. К чему вы должны готовиться…? – от гнева стакан в его руке лопнул, разбрызгав только, что приготовленный напиток. Приподнявшись с кресла, Джим посмотрел на побледневшего Резарта. – К войне за ваши семьи, за ваши дома, за вашу планету… Везде, где, это потребуется: на планете, на кораблях, даже, если это будет происходить в самом центре Конфедерации. Чего у вас нет для этого? Я отдал вам легендарный корабль, дал вам возможность получить все знания, когда-то существовавшей Империи Иштар, оружие и броню…

Джим замолчал, резко выровнявшись, так, что за его спиной упало кресло. Под его взглядом все молчали, Джим развернулся и вышел из офицерской столовой. Ещё совсем недавно он ставил задачу Ариане, контролировать нервные срывы и приступы гнева людей, а сам, получается, подвергся этому.

Успокоиться не удалось и на протяжении всего пути к тренажерной капсуле. Именно здесь он решил остудить свой пыл и выплеснуть все свои страхи. Заблокировав дверь своим кодом из каюты, Джим, сняв защитный скафандр, подошёл к панели управления капсулы. Пролистав полностью меню тренировок, выбрал последний пункт – «Режим тренировки – тень». Как только крышка капсулы опустилась, Джим очень сильно пожалел о своём выборе…

Глава 33

Свет слепил даже через закрытые веки. Попытка раскрыть глаза вызвала ужасную головную боль, от которой Джим, непроизвольно, застонал. Создавалось такое впечатление, что его тело превратилось в один болевой комок, попытки пошевелиться приносили очередной приступ боли. Джим потерял сознание, но он был этому рад, здесь было темно и ничего не болело.

Вновь яркий свет, словно, пытался прожечь его веки, чтобы добраться до глаз. В отличие от прошлого раза, сейчас Джим смог пошевелить левой рукой. Бросив все усилия на закрепление успеха, он услышал еле слышный разговор.

– Ариана, ты можешь сказать, что с ним? – голос принадлежал его первому помощнику Витару.

– Нет, но могу сказать точно, что если бы, не поднявшая тревогу Амели, он бы погиб. – еле слышно ответила Ариана.

– Резарт сейчас разбирается с тренажерной капсулой. – тихо сказал Витар. – В меню капсулы был выбран пункт «Режим тренировки – тень». Мы проверили все тренажерные капсулы на борту корабля, ни в одной такого режима нет.

– Я не знаю, Витар, знаю только то, что это его чуть не убило. – расстроенно повторила Ариана. – Как там Резарт, он уже перестал себя винить в случившемся?

– Нет, я уже пытался с ним поговорить… – дальнейших слов Джим не расслышал.

Он попытался раскрыть рот и сказать, что он всё слышит и не винит в случившемся Резарта, но не смог. Джим начал злиться, ругая себя за беспомощность, за что снова был наказан жестокой болью и, последовавшей за ней, потерей сознания.

Свет появился внезапно и ярко, как будто он вынырнул из глубокого туннеля. На этот раз Джим не спешил. Не шевелясь, он осторожно прислушивался к своему телу. Вот он чувствует левую руку, на которой он смог пошевелить пальцами, переключив внимание на вторую руку, Джим с удовлетворением обнаружил, как и она ответила на его попытки. Значит, с улыбкой подумал Джим, ещё три раза ему необходимо потерять сознание от боли и, к нему вернётся чувствительность в ногах.

Джим даже хмыкнул, радуясь, что к нему возвращается контроль над телом. Потихоньку приоткрыв глаза, он смог чётко сказать, что находится в хирургической капсуле медицинского отсека. Внезапно Джим увидел встревоженное лицо уже не молодой женщины, склонившееся над ним. Её тёмные волосы были аккуратно собраны на затылке и скручены в некую фигурку.

– Командор, вы меня слышите? – довольно тихо спросила женщина.

– Да… – разлепив, пересохшие губы, прохрипел Джим.

– Я позову Ариану. – улыбнувшись, сказала она и пропала из поля зрения, слезящихся глаз Джима.

Он не знал, сколько прошло времени, но по раздавшемуся топоту ног в медицинском отсеке понял, что пришла не только Ариана. Уже через несколько секунд с двух сторон к нему наклонились два, не скрывающих своей радости, лица. Витар и Ариана наклонились практически одновременно, что заставило Джима подумать о том, что во время вызова, они были рядом.

– Вы вместе? – спросил Джим, улыбнувшись краешком губ.

– В смысле? – растерялся от заданного вопроса Витар, но Джиму уже не требовался ответ, он всё прекрасно понял по покрасневшим щекам Арианы.

– Как вы себя чувствуете, командор? – улыбнувшись, спросила Ариана.

– Уже лучше. – ответил Джим, с трудом делая глотательное движение, еще сопровождаемое болью, что сразу отразилась на его лице.

– Мы так и не узнали, что произошло с тренажерной капсулой и, по какой причине она так вас покалечила… – Ариана посмотрела на Витара, который соглашаясь с ней, закивал головой. – У вас было сломано 32 % костей, порваны связки и, как минимум, два сотрясения мозга…

– Ариана, – перебил её Джим. – когда ты сможешь поставить меня на ноги?

– Ещё необходимы два полных курса в хирургической капсуле. – быстро ответила она. – Стандартная капсула не справилась с такими травмами, пришлось использовать вашу, командор.

– Ариана, всё нормально. – ответил Джим, вновь болезненно сглатывая слюну.

– Так, всё, ваш организм немного отдохнул, через пять минут начнём новый курс. – увидев на лице гримасу боли, начала тараторить Ариана, отпихивая возмущающегося Витара от хирургической капсулы, в какой-то момент она остановилась и, посмотрев на Джима, сказала с мягкой улыбкой: – Тут ещё, кое-кто, хотел вас проведать…

Джим ожидал появления в своём поле зрения Резарта, но никак не Даниель. Она немного склонилась над его капсулой и, растерянно посмотрев на него, сказала.

– Вы нас сильно напугали, командор. – тихо и нежно сказала она, смотря ему в глаза.

– Джим. – охрипшим голосом сказал он.

– Что? – переспросила она и ещё сильнее наклонилась к нему, чтобы лучше его слышать.

– Называйте меня, Джим. – прохрипел он, чувствуя, по ускользающему лицу Даниель, что ему вновь становится плохо.

Даниель что-то сказала в сторону и, сразу же, появилось взволнованное лицо Арианы. Она что-то спросила у Джима и, не дождавшись ответа, активировала крышку хирургической капсулы. Уже через несколько минут Джим вновь погружался в спасительную темноту, которая убаюкивала его мыслью: «Она пришла к нему…»

Резко ударивший в глаза свет, заставил зажмуриться и прикрыть глаза ладонью. Возмутившись, про себя, столь варварскому методу пробуждения, Джим вдруг понял, что он вновь может шевелиться, полностью контролируя свое тело.

– Как вы себя чувствуете, командор? – раздался, откуда-то сверху, голос Арианы.

– Уже намного лучше, спасибо вам, Ариана. – ответил Джим, медленно убирая руку от лица, немного привыкнув к свету.

– Вам лучше ещё немного полежать и, только потом, можно попытаться встать. – сказала Ариана, сразу поняв затею Джима, когда он протянул правую руку к специальной ручке, созданной для удобства подъёма из капсулы. – Не спешите, иначе мне придётся прямо сейчас отправить вас на последний курс лечения.

Этот довод был серьёзным, поэтому Джим отпустил ручку и прилёг обратно. Рядом с Арианой появилась все та же женщина, с уложенными на затылке волосами. Она что-то прошептала на ухо Ариане и, дождавшись утвердительного ответа, скрылась из вида.

– Сколько до выхода из гипер-прыжка? – спросил Джим, это самый верный способ узнать, сколько он провалялся в этой капсуле.

– Семь часов. – немного растеряно, ответила Ариана, догадавшись, почему об этом спросил Джим.

– Сколько? – от неожиданности, Джим попытался приподняться, но Ариана твердо придержала его руками за плечи.

– Командор, вам нельзя делать резких движений… – пытаясь успокоить его, Ариана даже немного повысила голос. Джим замер, а потом на его лице появилась широкая улыбка, наверно, со стороны это выглядело смешно. – Подождите командор, сейчас Ронда принесёт ваш скафандр.

Улыбка мигом слетела с его лица, он, что всё это время лежал голый? И когда к нему приходила Даниель? Но, уже через несколько секунд, Джим вновь улыбался, представив со стороны картину, как Ариана борется с голым командором. От постоянных перемен на его лице, теперь серьёзной стала Ариана.

– Командор, с вами всё нормально? – спросила она, с тревогой заглядывая ему в глаза.

– Успокойся, Ариана, я не сошёл с ума. – ответил Джим, вновь ложась в хирургическую капсулу. Он просто соскучился по простым человеческим эмоциям, которые снова мог позволить себе. – Я представил, как ты борешься с голым командором самого грозного корабля в галактике.

Отпустив его, Ариана тоже улыбнулась. Через минуту вбежала женщина в белом комбинезоне в сопровождении технического дройда. Стальной помощник, поцокав своими четырьмя лапами по металлическому полу, положил чёрный защитный скафандр Джима на большую скамью, одиноко стоявшую в помещении. Ариана выставила женщину за дверь медицинского отсека, со словами, что командору необходимо одеться.

– Командор, мы будем вас ждать в офицерской столовой, только, я очень прошу вас, не спешите. – сказала Ариана, помогая Джиму выбраться из хирургической капсулы. Убедившись в том, что он нормально стоит на ногах, она покинула медицинский отсек, оставив Джима одного.

– Амели, спасибо тебе, что подняла тревогу и спасла моё покалеченное тело. – сразу сказал Джим, зная, что это необходимо, все-таки Амели, это не просто искусственный интеллект.

– Всегда, пожалуйста. – ответила она с явными нотками одобрения.

– Амели, ты знаешь, что произошло с тренажерной капсулой? – спросил Джим, подходя к своему защитному скафандру. Создавалось впечатление, что он заново учится ходить, проверяя и контролируя каждое свое движение тела. Боль хоть и была терпимой, но её было еще слишком много, чтобы попытаться совсем от неё абстрагироваться.

– Ты заблокировал дверь в каюту своим личным кодом, поэтому я не смогла её открыть для остальных, пришлось вырезать. Тренажерная капсула не реагировала на мои команды. Попытки взломать её малый искин, привели к полному отключению капсулы от сети корабля и предупреждению, что это приведет к немедленной смерти командора. – сейчас голос Амели не выражал ни одной эмоции.

– И как же ты тогда меня оттуда вытащила? – спросил Джим, замерев, в наполовину одетом, скафандре.

– Никак, через три часа капсула сама тебя отдала. – сразу ответила Амели, а потом более тихо добавила. – Если бы не быстрые действия Арианы, то ты, скорее всего, был бы уже мёртв.

– Спасибо тебе ещё раз. – Джим тяжело вздохнул и продолжил одеваться.

Офицерская столовая встретила Джима полной тишиной, здесь присутствовали все офицеры корабля и часть сержантского состава. Напряжение, повисшее в помещении, разбавлялось только легким гудением прогревающего механизма пищевого синтезатора. Джим, не спеша, осмотрел всех присутствующих. Задержав свой взгляд на Даниель, он сделал шаг к свободному креслу за первым столом.

– Давайте перекусим. – отодвигая своё кресло, сказал Джим. Необходимо было разрядить обстановку, господствующую здесь.

– Как ты себя чувствуешь, Джим? – спросил Витар, явно от волнения, забыв, что при всех, он должен называть его по званию.

– Спасибо, хорошо… почти. – он улыбнулся и заметил, как эта легкая мимика его лица сняла напряжение присутствующих. – Похоже, я попал в утилизатор, а Ариана собрала меня обратно по частям.

– Командор Джим. – всё-таки Резарт не выдержал и, не сводя взгляда с Джима, негромко сказал: – Командор, я хочу попросить у вас прощение за своё поведение, не достойное ролосца. Вы дали нам всё, что у вас было и даже больше. Вы рискуете своей жизнью и свободой, чтобы спасти наших родных от страшной участи рабства…

– Резарт! – успел вставить слово Джим, во время небольшой паузы, произносимой тирады, взволнованного главы инженерной службы. – Я так же хочу попросить у тебя прощение за свою резкость и несдержанность.

– Вы на это имели полное право, командор. – посмотрев на Джима, сказал Резарт.

– Ну, что ж, раз все вопросы урегулированы, мы можем, наконец-то, поесть? – Джим сменил тему, чтобы избежать последующих извинений.

– Так, все отстаньте, пока ещё, от моего пациента. – на выручку Джиму пришла Ариана, ставя перед ним на стол горячее блюдо, приготовленное пищевым синтезатором. – Вам надо хорошо питаться, командор, чтобы восстановить силы и, ускорить процесс выздоровления, поэтому это приготовлено специально для вас.

Джим посмотрел в свою тарелку. Потыкав в белую субстанцию ложкой, он вопросительно посмотрел на Ариану. Ариана, придав своему голосу необходимой строгости, ответила:

– В этом блюде больше всего кальция, который вам сейчас очень нужен. – сказала она протягивая такую же тарелку Витару. – Тебе также это будет полезно, ну и, составишь компанию командору.

Офицерская столовая потонула в громком смехе. Джим тоже не смог сдержать смех, увидев растерянное лицо Витара. Спорить с Арианой он не стал. Молча приняв тарелку, пожал плечами и тоскливо посмотрел на Джима, видимо, это была уже не первая такая тарелка за последнее время.

Глава 34

– Выход. – четким голосом произнесла Даниель.

Джим стоял около главного гало-экрана, наблюдая, как белые росчерки далёких звёзд, резко оборвались, превратившись в точки, и замерли на месте. По корпусу дредноута пошла вибрация. Огромный корабль, используя носовые маневровые двигатели начал гасить скорость.

– Фиксирую корабль, квадрат А-12-В-91. – голос Безима звучал деловито и спокойно. Джим не переставал удивляться, как быстро лоросцы осваивали технику, оставив свои опасения по поводу всего нового и неизвестного. Всё-таки они были настоящими наследниками Империи Иштар, империи, которая из-за жадности своих правителей, поставила под угрозу уничтожения свою главную ценность – собственный народ.

Малый тактический гало-экран высветил полученную схему системы АВ-2317. Пять планет, абсолютно не похожих друг на друга, вращались вокруг местного светила ярко-оранжевого цвета. На орбите пятой планеты находился лёгкий крейсер класса «Фрат», идентифицированный тактической системой дредноута. Старый, ещё довоенной постройки корабль, практически не участвовавший в войне империй, он был уважаем за большую автономность, как для своего класса, и дальность хода. Уже давно, ещё в Империи Иштар, флотские дали ему кличку – «голый», из-за почти полного отсутствия брони и вооружения.

– Даниель, курс на сближение с лёгким крейсером. – приказал Джим.

– Он может передать сообщение в баронство? – спросил Витар, подходя к Джиму.

– Может, если на его борту есть зонд дальней связи. – ответил Джим, не поворачиваясь к Витару. Сейчас, главное, его не спугнуть, поймать лёгкий крейсер на дредноуте невозможно, поэтому, когда Джим почувствовал, что Даниель вновь форсировала двигатели корабля, не стал возражать.

– Командор, лёгкий крейсер запрашивает канал связи. – Ритан немного развернулся, посмотрев на Джима.

– Белиз? – спросил Джим офицера орудийного поста.

– Семь минут, командор. – ответил тот, не отрываясь от своих информационных экранов.

– Соединяй. – сказал Джим, повернувшись к Ритану. Семь минут, интересно, что им говорить всё это время. Что мы пришли с миром на огромном корабле, а то, что идем к вам на полном форсаже, так это, чтобы быстрее вас обнять…

– Ты, что, так долго, Жаралт? – спросил толстый мужчина, стоя боком к гало-экрану. – Где ты смог взять большой транспортник?

Спросил он и, повернувшись к Джиму лицом, застыл с недоумевающим видом. Около минуты они смотрели друг на друга, Джим молчал, прекрасно понимая, что время идёт.

– Ты кто? – вышел из своего оцепенения толстяк. Встряхнув своей головой так, что на его шее запрыгали два подбородка, он уставился на Джима. – А где Жаралт?

– Меня прислали вместо него. – ответил Джим, заметив за спиной собеседника, у дальней стены, мужчину, опустившего вниз голову. На его шее был, уже знакомый Джиму, рабский ошейник.

– Кто прислал? – пышные брови толстяка поднялись вверх. – Артус?

– Артус – это кто? – спросил Джим, понимая, что его проверяют и, Артус, скорее всего, выдуманное имя. Джим повернул голову в сторону Белиза и сказал, пока это было не поздно, а то этот фанатик орудийных систем, через минуту, сотрёт корабль толстяка в порошок. – Белиз, подцели.

– Как – подцели… – теперь настала очередь толстяка посмотреть в сторону своих информационных экранов. Джим еще увидел, как лицо толстяка резко побледнело, а затем связь прервалась.

– К выстрелу готов. – сразу оповестил Джима Белиз.

– Аккуратно только. – ответил Джим, посмотрев на Витара. – Обратил внимание?

– Да, Джим. За его спиной, возле стенки, стоял раб, он не с нашей планеты. – негромко ответил Витар, смотря на него. – Но это ничего не меняет, Джим, мы должны постараться их освободить.

– Постараемся. – главный гало-экран сменил изображение, началась визуальная трансляция с помощью оптических сенсоров дредноута.

Корма лёгкого крейсера расцвела разноцветной вспышкой, развернувшей лёгкий крейсер носовой частью, к идущему полным ходом, дредноуту. С первого выстрела Белиз лишил корабль толстяка хода и, теперь он представляет для них лёгкую добычу.

– Эдон, готовь своих бойцов к практическим занятиям. – по внутренней связи сказал Джим. Сейчас можно делать абордаж, не подходя к кораблю противника и, даже, не использовать для этих целей ударный эсминец. Резарт отремонтировал десантный шаттл Империи Невер, который, всё это время, стоял в третьем трюме корабля. – Даниель…

Джим почувствовал проблемы слишком поздно, сильно завибрировавший пол под ногами вызвал небольшое волнение присутствующих. Корабль всем корпусом сильно содрогнулся, как будто жалуясь, тоскливо заскрипел силовой каркас корабля. Резкий рывок вперёд, и, почти сразу, толчок назад, повалил на пол всех, кто находился в это время на ногах.

– Выход из строя первого маршевого двигателя. – прогремел, как приговор, голос Амели в центре управления. Дредноут резко сбросил ход, двигаясь теперь по инерции.

– Что произошло? – поднявшись на ноги, спросил Витар. Даниель растерянно молчала. – Но как?

– Амели, доклад. – Джим поднялся самый последний: от неожиданной встречи с полом у него закружилась голова.

– Перегрев первого и второго контуров первого маршевого двигателя. – в подтверждение своих слов, она вывела на главный экран схему дредноута, где красным был отмечен не только верхний двигатель, но и два реактора. – Аварийная остановка седьмого и девятого реактора.

– Я не хотела… – со слезами на глазах сказала Даниель. Да, она виновна в том, что уже во второй раз передержала, итак не новые, двигатели на форсаже.

– Поздно искать виноватых. – сказал Джим, отворачиваясь от Витара и Даниель, так чтобы они не видели, сколько боли ему причинило неудачное падение. – Даниель, подходи к лёгкому крейсеру. Белиз, лиши корабль толстяка зубов.

– Принято, командор. – сказал Белиз, поворачиваясь к своим информационным гало-экранам.

– Командор, прошу отстранить меня от управления кораблём. – встав со своего кресла, сказала совершенно расстроенная Даниель. Все присутствующие в центре управления сейчас смотрели на Джима.

– Хватит жевать сопли, там… – Джим указал пальцем на малый тактический гало-экран, где был отображён лёгкий крейсер. – На его борту находятся рабы и каждая твоя минута промедления может стоить им жизни. Поэтому, сядь на место и подводи корабль к лёгкому крейсеру на расстояние старта десантного шаттла.

– Принято, командор. – быстро собравшись, Даниель опять заняла своё кресло пилота, а уже через несколько секунд пол под ногами вновь слегка завибрировал.

К небольшой вибрации добавились слабые вздрагивания. Заговорили орудия дредноута, выбивая у лёгкого крейсера орудия, чтобы дать возможность десантному боту безопасно подойти к корпусу.

Через два часа всё было закончено, абордаж лёгкого крейсера прошёл, как на тренировках, встретив плохо организованную оборону. Штурм Джим наблюдал на гало-экране в своей каюте, сидя на, довольно удобном, диване. Ариана десять минут назад сделала ему инъекцию болеутоляющего, а Джим попросил её никому не говорить об этом.

Джим хотел постараться захватить толстяка живым, но не ставил это обязательным условием. Лейтенант Эдон выполнил всё на отлично, из экипажа в живых остался только капитан с небольшой сквозной дыркой, оставленной от лазерной штурмовой винтовки. Сейчас десантники грузились обратно на шаттл, забрав с собой семерых рабов и стонущего капитана корабля. После их возвращения на лёгкий крейсер отправится группа инженеров, которые приступят к разбору корабля на запчасти и материал для промышленных комплексов.

Ситуация с вышедшим из строя маршевым двигателем оказалась очень серьёзной. Теперь для того, чтобы разогнать дредноут для последнего гипер-прыжка, им понадобится больше двух недель. Ещё час назад техническая группа Арана сообщила, что у второго двигателя, из-за перегрева, пошел трещинами третий контур, который подлежит полной замене. А это означает, что дредноут застрял в этой системе, как минимум, на два месяца, именно такой срок потребуется промышленным комплексам, чтобы создать, необходимые для замены, детали. Совещание офицеров решили провести сразу после допроса капитана легкого крейсера.

– Командор, десантный шаттл стыковку в третьем трюме завершил. – вырвала Джима из полудрёмы Амели.

– Спасибо. – ответил Джим, но вставать с дивана не спешил. – Амели, ударный эсминец сможет совершить прыжок в систему АР-2955?

– Теоретически – да, практически – нет. – своим ответом Амели только добавила вопросов.

– Поясни. – сказал он, сбрасывая с себя всю сонливость.

– Теоретически возможно перепрограммировать гипер-двигатель эсминца, внеся небольшие инженерные изменения, что приведёт к более длительной работе гипер-двигателя, но сильно возрастёт вероятность его детонации, после выхода из гипер-прыжка. – не торопясь, начала говорить Амели, так, чтобы Джим мог осознать всю опасность задуманного.

– Рассчитай гипер-прыжок из этой системы в систему АР-2955. – предварительно, Джим уже согласился на эту авантюру, осталось только узнать шанс на выживание.

– Вероятность детонации гипер-двигателя после выхода в системе АР-2955 составляет 23 %. – только через минуту смогла ответить Амели.

– Приступай к работам, установи на эсминец искин, снятый с тяжёлого крейсера. – сказал Джим, поднимаясь с дивана. Сейчас состоится совет офицеров, на котором Джим оставит вместо себя Витара…

– Джим, а как же я? – немного взволнованным голосом спросила Амели.

– Амели, а ты за мной последуешь после того, как вы отремонтируете дредноут. – сказал Джим, облачаясь в свой защитный скафандр. – А кто присмотрит за лоросцами, чтобы они не угробили, окончательно, корабль?

– Хорошо, Джим. – уже спокойным голосом ответил искусственный интеллект дредноута. – Перепрограммирование и инженерные работы займут шесть часов. Столовая экипажа у многих уже стала ассоциироваться с залом совещаний. Войдя в столовую, Джим сразу заметил расстроенные лица всех присутствующих. Дождавшись, когда он займёт своё «законное» кресло, доклад начал Резарт.

– Мы разработали план ремонта двигателей корабля, но на это уйдёт больше двух месяцев. – Резарт сделал паузу, смотря на грустные лица присутствующих, которые при озвучивании такого срока ещё больше поникли. – Нам придётся отойти и встать, для добычи ресурсов, возле третьей планеты…

– Резарт с твоим докладом мы уже все ознакомились ещё раньше. – перебил его Аран. – Командор, ты утверждаешь график ремонта?

– Да. – сказал Джим, взглянув на Резарта, зная, как сильно он хотел побыстрее забрать свою семью.

– Теперь нам точно не успеть… – еле слышно сказал Резарт, садясь на своё место. – Эх, Даниель…

– Что сделано, то сделано… – начал говорить Джим, но за его спиной раскрылись двери и в них, как вихрь, ворвалась Даниель. Замерев рядом с его креслом, она, набрав воздуха в лёгкие, на одном дыхании, выпалила:

– Я полечу с тобой. – и, не дав ничего сказать Джиму, продолжила. – Я всё знаю…

– Стой, Даниель. – взял её за руку Витар, подойдя к ней. – Поясни, что ты имеешь в виду?

– Амели… – сказала Даниель и, посмотрев на спокойно сидящего Джима, продолжила. – Я была в третьем трюме с новыми освобождёнными рабами, и заметила, как два технических дройда унесли контейнер с искусственным интеллектом, снятым с тяжёлого крейсера…

– Ну и что? – спросил Эдон, не понимая при чём тут их командор.

– На работу с внешними искинами может дать разрешение только командор корабля… – процитировал Аран инструкции по безопасности корабля.

– Так вот. – Даниель вновь привлекла к себе внимание всех присутствующих, оторвав их вопросительные взгляды от Джима. – Я пошла за дройдами…

– Даниель, давай короче. – не выдержал Витар детективного рассказа своей дочери.

– Амели устанавливает искин в нишу эсминца, а два инженерных дройда что-то делают в отсеке гипер-двигателя. – на одном дыхании сказала Даниель. Вновь все взгляды были направлены на Джима, который стойко их выдержал.

– Чтобы ты не задумал, я полечу с тобой. – сказал Витар.

– Нет, Витар, со мной полетит Эдон и один взвод десанта, остальное место на эсминце будет отдано под снаряжение… – начал Джим, но Даниель опять его перебила.

– Я полечу с тобой. – попыталась она придать своему голосу твердости, чем вызвала только улыбки на лицах присутствующих.

– Значит так, слушайте мой приказ. – Джим встал, у него не было никакого желания вступать в полемику. Если они не понимают, придётся объяснить приказом. – Резарт и Алар – на вас ремонт дредноута, Витар – остаёшься за старшего, вместо меня. Эдон – двенадцатичасовая готовность для первого взвода, полная боевая экипировка, провизии, минимум, на три месяца. Отобрать четырёх боевых дройдов и двух операторов к ним. Получить в арсенале двести десантных скафандров и триста штурмовых винтовок, малый полевой генератор и систему контроля периметром. Ариана, прикомандировать к десантному взводу двух медиков, Резарт, с тебя два инженера, Аран – с тебя тоже.

Полное молчание всех его офицеров было нарушено только Даниель. Посмотрев на Джима, она упрямо, еле слышно сказала:

– Я полечу с тобой.

Глава 35

– Амели, что удалось узнать у капитана лёгкого крейсера? – спросил Джим, стоя возле стыковочного шлюза ударного эсминца. Мимо него пробегали технически дройды, занося в трюм корабля всё затребованное снаряжение. Эдон о чём-то спорил с Аларом в дальнем углу шлюза, Резарт полностью занялся ремонтом корабля и последние несколько часов Джим его не видел.

– Капитан Лукрис Аркон входил в состав картеля искателей «Апроу». В системе АВ-2317 он ожидал прибытия малого транспортного корабля с крио-камерами на борту. Семь суток назад ими было обнаружено на одной из планет системы АВ-2441 небольшое поселение каких-то людей. – Джим стоял в защитном шлеме, поэтому поступающую информацию мог слышать только он.

– Что там с освобождёнными рабами? – задал следующий, интересующий его вопрос. Джим нарочно ими не занимался, передав все полномочия Витару. Пусть привыкает, ему скоро придётся взять на себя роль руководителя ролосцев на своей планете, а Джим сможет спокойно отправиться домой, не забыв по пути забрать свой припрятанный линкор.

– С ними работает Ариана, они слишком долго пробыли в рабстве. – коротко ответила Амели. Джим уже хотел задать следующий вопрос, как перед ним возникла Даниель. В боевом скафандре десантника, с пристёгнутым к поясу лазерным пистолетом и, небольшим рюкзачком за правым плечом с её личными вещами.

– Я готова. – весело сказала она. Ей только час назад удалось уговорить Джима взять её с собой и, то он согласился больше на доводы Амели, чем Даниель. Ему, в самом деле, необходим пилот эсминца, ведь если придётся вести бой с другими кораблями, Джим просто физически не сможет управлять и кораблём и его орудиями, не говоря о силовых щитах.

– Проходи в центр управления, начинай предстартовую подготовку. – ответил Джим, у него остался последний вопрос к Амели, но он был важен для него. Подождав, когда Даниель скроется в стыковочном шлюзе, Джим опять обратился к Амели. – Тебе удалось хоть что-то узнать о «режиме тренировки – тень»?

– Да, я подготовила данный информационный пакет. – сразу ответила Амели, как будто догадывалась, каким будет следующий вопрос. – В базе данных искина СМ-7112 информационный пакет закрыт твоим кодом.

– Спасибо Амели, уже все собираются. – сказал Джим, видя, как в стыковочный шлюз вошли двадцать пять десантников в полной амуниции с штурмовыми винтовками на плечах. Их сопровождали два медика в серых скафандрах, следующими шли два оператора боевых дройдов, ведя за собой своих подопечных. Все четыре дройда были восстановлены Резартом и его инженерной службой, их собрали практически по запчастям, которые находили по всему кораблю.

Для действий на планете боевые дройды касса «Трог» были лучшим выбором из всего, имеющегося на борту. Относились они к среднему классу машин, отсутствие тяжёлой брони компенсировалось хорошей проходимостью по пересечённой местности. Наличие двух лазерных орудий позволяло противостоять даже хорошо бронированным целям противника. Наличие двух кинетических турелей позволяло снять нагрузку с малого реактора и повышало автономность дройда. Но время его пребывания на поле боя тоже было ограничено, из-за необходимости замены контейнеров подачи патронов к его турелям.

– Ну что, Джим, давай прощаться? – пока Джим любовался стальными монстрами, он и не заметил, как к нему подошли Витар и Ариана. – Удачи вам.

– Береги мой корабль, Витар. – сняв шлем, Джим улыбнулся своему первому помощнику и, крепко пожал ему руку. Ариана, у которой начали краснеть глаза, пыталась сдержать слезы. – Ариана, я планирую выжить.

– Я знаю. Просто… – смахнув предательскую влагу с глаз, она вновь посмотрела на него. – Просто, ты постоянно рискуешь ради нас, зачем?

– Зачем? – Джим покатал это слово на языке, а потом, вновь улыбнувшись, сказал. – Я дам тебе ответ при следующей нашей встрече.

– Ловлю на слове. – сразу сказала Ариана, пока Джим, как обычно, не отшутился, уйдя от ответа.

Как только они отошли, их место сразу заняли Резарт и Аран. Потоптавшись в нерешительности, Резарт сказал:

– Мы дали координаты наших родных Эдону, если будет возможность, помогите им, командор. – сказав, Резарт протянул Джиму руку.

– Обязательно. – ответил Джим на рукопожатие старшего инженера.

– Нам нужен ещё час, пока мы сможем определить десантный бот в трюм эсминца. Мы снимем ряд броне-плит и срежем несколько балок, потом всё вернём на место, но прежде, чем бот сможет покинуть борт, всё придется повторить… – начал объяснять Резарт, а потом, махнув рукой, просто добавил. – Ронк всё знает.

Джим планировал прибыть в систему АР-2955 и с помощью десантного шаттла отправить Эдона на планету вместе с доставленным оборудованием, чтобы он смог организовать оборону из местных, до тех пор пока не прибудет дредноут. Также надежда была на то, что в системе либо нет кораблей, либо находится несколько фрегатов, с которыми справится эсминец. Самый сложный вариант, это, если в системе находится крупный корабль и, тогда, необходимо будет попробовать отогнать его от планеты. Они все боятся торпед, которых, к сожалению, на эсминце нет, но об этом ведь не обязательно знать противнику. Либо пытаться сбросить шаттл под вражеским огнём и где-то искать укрытие… Все либо, либо…

– Авантюра чистой воды… – сам себе сказал Джим, входя в центр управления ударным эсминцем. Заняв кресло капитана, Джим посмотрел на Даниель, увлечённо изучающую свои информационные экраны.

– Джим… – оторвавшись от экранов, сказала она. – Этот класс кораблей не рассчитан на гипер-прыжки такой дальности.

– Уже рассчитан. – улыбнулся ей Джим. Он не собирался никому говорить, что на выходе они могут погибнуть и шансы этого – около 23 %. – Во всяком случае, на один раз.

– Командор, бойцов разместил, где смог. – сказал Эдон, зайдя в центр управления. – Семь – в десантном шаттле, остальные по каютам и даже в коридорах. Спать на кроватях будут посменно, главное, чтобы система жизнеобеспечения справилась.

– Резарт обещал. – сказал Джим, указывая Эдону на свободное кресло навигатора. – Жить нам придётся здесь всё время полёта.

– Бывало и хуже. – негромко сказал лейтенант, садясь в удобное кресло навигатора и откидывая голову назад. – Вот так намного лучше.

– СМ-7112, быстрая диагностика систем. – приказал Джим искину, тоже откидываясь на спинку своего кресла. – Даниель, запрос на от стыковку.

– Принято, командор. – сказала девушка, не отрываясь от своих экранов. Через минуту эсминец немного вздрогнул, после чего в теле появилась небольшая легкость.

– Ударный эсминец класса «Рог», бортовой номер 152-63-А51, хорошего пути. – в центре управления раздался голос Витара. – Удачи вам.

– Спасибо. – ответила Даниель, откидываясь на спинку кресла и кладя руки на специальные джойстики ручного управления. – Координаты точки гипер-прыжка.

– Принято. – ответил Джим, вручную запуская программу навигации. Искин отказывался проложить точки гипер-прыжка на такое расстояние: всё вновь упиралось в инструкции и разрешения. Точная точка выхода должна быть оптимальной, недалеко от системы и, так, чтобы не столкнуться с какой-нибудь планетой. – Выполнено.

– Принято, начинаю разгон. – Даниель была сосредоточена, внимательно следя за всеми показателями на своих гало-экранах. – Второй двигатель, температура выросла на 4 %.

– Это нормально, мы слишком тяжёлые сейчас. – ответил Джим, посмотрев на дублирующий информационный гало-экран. – Динамики роста нет.

– Время разгона – четыре часа, двенадцать минут. – уже более спокойным голосом сказала Даниель.

Теперь осталось узнать, сколько мы пробудем в самом гипер-прыжке. Амели делала предварительный расчёт и, он колеблется от десяти суток до двенадцати. Уже через десять минут Эдон мирно сопел в своём кресле, а Даниель продолжала контролировать разгон эсминца.

– СМ-7112, выведи информационный пакет, полученный от Амели, на мой экран. – негромко сказал Джим искусственному интеллекту корабля.

Джим ввел свой персональный код доступа и искин развернул данные на гало-экране. Амели собрала всю информацию, которую ей удалось найти во всех базах данных, но, особенно, ей помог в этом деле информационный кристалл со знаниями подготовки планетарного десанта. Именно в нём было первое упоминание о подготовке, так называемых, «теней». Амели собрала всё, что обнаружила и, проведя анализ и синхронизацию, выстроила некую теорию.

Сектор Драх, система АД-9713, планета класса А2, на которой были обнаружены признаки неразвитой, до космической цивилизации. Насколько Джим знал из полученных знаний, Империя Иштар больше тысячи лет назад активно вела поиски кислородных планет и пригодных для колонизации секторов и систем. Чуть позже, с приходом власти другого правящего дома, политика экспансии резко развернулась в сторону своего соседа. Как оказалось, дешевле отобрать уже развитые системы, чем развивать, отдалённые от своего центра.

На неизвестной планете была обнаружена некая раса, информация о которой была практически сразу засекречена, а через несколько лет, в центры подготовки бойцов специального назначения, прибыла новая экспериментальная программа, получившая название – «Тень. После множества смертей программу закрыли, как неудачную. Ответа на вопрос, как она оказалась установлена на тренировочной капсуле, найденной на борту эсминца, не было. Всё остальное так и осталось неизвестным, единственное, что Джим решил сделать, это постараться освоить теоретические знания по планетарному десанту. Возможно, он дойдёт до того уровня, где будет выявлена еще какая-то информация о программе подготовки – «Тень».

– Активирую гипер-двигатель. – как будто издалека он услышал голос Даниель, а в следующее мгновение красота спокойных звёзд резко смазалась, превратившись в белые линии. – Гипер-двигатель, работа стабильна. Время пребывания в гипер-прыжке 251 час.

– Чуть больше десяти суток. – сразу перевёл Джим информацию, озвученную Даниель.

– Резарт говорил о, как минимум, двенадцати сутках. – сказал проснувшийся лейтенант Эдон. – Пойду бойцам сообщу хорошую новость.

– СМ-7112, доставь шлем «ГипВиз А» и футляр с информационными кристаллами из каюты капитана. – приказал Джим. Он принял твёрдое решение докопаться до сути программы подготовки «Тень». – Даниель, ты, кстати, тоже будешь учиться.

Сказал Джим, наблюдая, как с её лица вмиг слетела улыбка. Она хорошо помнила, какие головные боли приносит после себя этот шлем.

– Чему? – удивлённо спросила она, смотря на него жалобными глазами.

– Планетарному десанту. – спокойно ответил Джим, беря у технического дройда протянутый ему шлем.

– Я пилот. – гордо сказала.

– А я командор и, это приказ. – сразу осадил её Джим. – Я не знаю, что нас ждет, но ты должна быть готова ко всему, поэтому будем с тобой учиться посменно.

Глава 36

– Выход. – негромко сказала Даниель. Её всё ещё мучили головные боли после шлема, прозванного экипажем эсминца – «Шлем боли». Правда, остальным было хуже, так как они пользовались шлемами «ГипВиз В», у которого не были настроены параметры дозирования информации. Поэтому, многие, после его использования, не могли справиться с головной болью около суток, но другого пути быстрого освоения информации не было.

– Активирую сканер дальнего обнаружения. – сказал Джим, чувствовал он себя не намного лучше Даниель. Его курс по планетарному штурму был намного объемней, что не замедлило сказаться на самочувствии.

Главный гало-экран мигнул, высветив тактическую схему системы, ровно на то расстояние, куда смог дотянуться сканер эсминца. Три пары глаз с затаённой надеждой смотрели на гало-экран, но чуда не произошло. Возле планеты, носившей имя Ролос, находилось два корабля.

– Зафиксировано две цели. – начал говорить Джим, так как сейчас он занимал пост навигатора. – Цель номер один – фрегат, класс «Страж», цель номер два – лёгкий крейсер, класс «Дальняя разведка».

Следующий пункт в поступившей информации Джим озвучивать не стал. Фрегат принадлежал картелю «Сокат», а лёгкий крейсер отозвался, как корабль регулярного флота баронства Савар. Уже через пять минут с лёгкого крейсера поступил вызов канала связи, скрываться не было никакого смысла, поэтому Джим активировал связь.

– Цель визита в систему АР-2955? – на Джима смотрел суровый мужчина в офицерском мундире с нашивками капитана флота баронства Савар.

– Летим домой. – ответил Джим первое, что пришло ему в голову. – Попрошу вас покинуть нашу систему.

– Не понял. – чёрные брови капитана взметнулись вверх. – Ты шутишь, малец?

– Разве я похож на того, кто так шутит? – в ответ спросил Джим и, копируя капитана, приподнял брови. Сейчас, чем наглей он будет себя вести, тем быстрей он выведет из себя противника, а взбешённый противник делает очень много ошибок.

– Скоро здесь будет весь флот баронства… – с усмешкой на лице сказал капитан лёгкого крейсера. – Я могу сделать вид, что не слышал твоих слов…

– Спасибо за ценную информацию, я обязательно передам своим. – перебил его Джим, указывая капитану на только что, совершённую им ошибку.

– Ты сделал свой выбор. – прорычал капитан, разрывая связь.

– Боевая тревога. – спокойно сказал Джим, активируя два дополнительных гало-экрана. Сейчас к его обязанностям добавятся ещё и контроль над силовыми щитами и орудиями. – Даниель, ручное управление, действуй нестандартно, старайся меньше подставляться под выстрелы. При падении щита, подставляй самые толстые места корабля.

– Принято. – сказала Даниель, делая себе в плечо инъекцию болеутоляющего, заранее принесённую медицинским персоналом.

– Эдон, напомни бойцам, что при красном свете освещения, всем надеть шлемы, возможна разгерметизация корабля во время боя. – Джим посмотрел на нервничающего лейтенанта.

– Слушаюсь, командор. – сказал тот и выскочил из центра управления.

Всё дальнейшие разговоры были прекращены. На плечи Джима и Даниель легла ответственность за жизни, находящихся на борту. Если сам фрегат для эсминца не представлял опасности, то, действуя, совместно с лёгким крейсером, они были опасными противниками. Именно по этой причине фрегат сразу устремился к эсминцу, чтобы связать его боем и дать лёгкому крейсеру возможность безнаказанно расстрелять эсминец.

– Даниель, маневрируй, но подойди ближе к крейсеру. – сказал Джим, когда фрегат открыл не точный огонь с максимальной дистанции.

– Поняла, командор. – ответила Даниель, полностью погрузившись в процесс управления кораблём. Фрегат палил не переставая, пытаясь ослабить силовой щит ударного эсминца, одновременно мешая сенсорам и датчикам корабля ориентироваться в пространстве. Несколько удачных попаданий в носовую часть эсминца на несколько секунд ослепили сенсоры и, заставили силовой щит просесть на 7 %. Скорострельность фрегата поражала, его шесть средних орудий делали выстрел каждые двенадцать секунд. Но видя, что он не может достичь необходимого результата, фрегат пошёл на сближение, как только ближе подошёл лёгкий крейсер.

Они резко разошлись в стороны, обходя эсминец с двух сторон. Даниель с тревогой повернулась и посмотрела на Джима, ситуация становилась критичной. Если их зажмут с двух сторон, то просто расстреляют из всех орудий, а эсминец будет только изредка огрызаться.

– Давай. – сказал коротко Джим.

Ещё несколько секунд эсминец спокойно «полз», как вдруг, изрыгнув длинные, ярко-синие струи своих двигателей, сделал резкий манёвр в сторону фрегата. Реакция пилота фрегата запоздала, дав эсминцу приблизиться на минимальное расстояние. Огонь из четырёх орудий главного калибра лишил фрегата силового щита, вызвав приступ панических манёвров.

Лёгкий крейсер, решивший воспользоваться тем, что орудия эсминца начали свой долгий, как для боя, процесс перезарядки, форсировал свои двигатели и, начал сближаться, ведя беглый огонь по эсминцу. Силовой щит эсминца проседал, но, благодаря Даниель, эсминец продолжал преследовать фрегат. Как только он уничтожит фрегат можно вступать в перестрелку с лёгким крейсером, подставив ему хорошо бронированную носовую часть.

– Даниель. – сказал Джим своему пилоту, это означало, что орудия перезаряжены и ему необходимо прицелиться без резких манёвров.

Капитан фрегата, как будто почувствовав, заложил резкий вираж и на полном ходу пошёл в сторону планеты Ролос. Повторив его манёвр, эсминец подставился под полный бортовой залп лёгкого крейсера, силовой щит предательски моргнул и потух, лопнув как пузырь.

Расстояние до планеты сокращалась очень быстро, создавалось такое впечатление, что капитан фрегата шёл на таран планеты. Прицеливаться стало сложней, теперь болванки лёгкого крейсера гулко били в броню эсминца, грозясь пробить её и поставить точку в этом бое.

Двух орудийная башня эсминца, с интервалом в две секунды, отправила стальные болванки вдогонку отрывающегося фрегата. Яркая вспышка в корме фрегата подтвердила попадание в один из двигателей. Изрыгая яркое пламя, фрегат завалился на левый борт, а, в следующее мгновение, новая вспышка на несколько секунд ослепила сенсоры эсминца и его преследователя. Детонация реакторного отсека фрегата ничего не оставила от боевого корабля противника.

Воспользовавшись слепотой сенсоров, Даниель резко заложила вираж и, форсировав до предупреждающего писка, маневровые двигатели, развернула эсминец носом к лёгкому крейсеру. Джим тут же открыл огонь двумя оставшимися орудиями, напоминая суровому капитану, что перед ним не беспомощный корабль.

Начался изматывающий танец двух хищников. Постоянно маневрируя и ведя огонь, они сближались и расходились, не достигнув результата. Запас снарядов заканчивался. Даниель вопросительно посмотрела на Джима, она уже была совершенно измотана.

– Джим… – сказала Даниель пересохшими губами. – Я больше не могу…

– Соберись! – сказал Джим, лихорадочно ища выход из патовой ситуации. Лёгкий крейсер грамотно маневрировал и постоянно уклонялся, сводя на нет все усилия эсминца.

– Целостность корпуса нарушена. – монотонным голосом произнес искин СМ-7112, выводя полученные повреждения на малый информационный экран.

– Полное управление на меня. – приказал Джим искину корабля и, сразу почувствовал, как под пальцами появились джойстики, а в руки болезненно вошли разъёмы. Вопросительный взгляд Даниель он не заметил, полностью утонув в поступающей информации.

Выстрелы из орудий эсминца в очередной раз заставили лёгкий крейсер развернуться к нему носом и встать под углом, подставляя верхнюю броню корабля. Раскрывшийся торпедный аппарат эсминца и манёвр, выполненный согласно инструкции по торпедированию, заставил лёгкий крейсер совершить резкое сближение, с уходом под днище эсминца. Взвывшие маневровые двигатели вместе с газовыми маневровыми соплами, резко опустили нос эсминца вниз, а полная мощность маршевых двигателей заставила его, словно, прыгнуть на свою добычу.

Страшный удар сотряс весь корабль, только ремни безопасности, которыми Джим был пристёгнут к креслу, не дали ему встретиться с потолком центра управления. Скрежет металла о металл, стон силового каркаса эсминца, несколько небольших взрывов где-то внутри корабля. Посыпавшаяся горсть икр оставила чёрные пятна на сером полу центра управления, а в следующее мгновение погас свет, погружая весь корабль в полную темноту.

– Джим? – испугано спросила Даниель. – Мы погибли?

– Пока нет. – прокашлявшись ответил Джим, активировав небольшой фонарик на своём защитном скафандре. – Искин СМ-7112, доклад.

– Зафиксировано столкновение с кораблём противника… – в свете встроенного фонаря в центр управления вбежал малый технический дройд и, ловко проползя по стене, скрылся в потолочной нише. – Нарушена целостность корпуса, ведётся диагностика…

– Как с тобой тяжело, терпеть не могу стандартные искины… – сказал Джим, отстёгивая ремни и поднимаясь с кресла капитана.

– А что, Амели не стандартный искин? – тут же спросила Даниель, смотря на Джима. – Я догадывалась.

– Потом поговорим. – сказал Джим, так как в центре управления вновь появилось освещение и ожили все гало-экраны.

На главном гало-экране побежали строки повреждений, перечень отказавшего оборудования. Как только на запрос искина откликнулись оптические сенсоры эсминца, появилось внешнее изображение. Взгляд Джима и Даниель был прикован к малому гало-экрану, на нём были видны две половины, развалившегося на две части, лёгкого крейсера. Множество мелких обломков создавали на экране рябь, но всё равно было возможно рассмотреть тела экипажа лёгкого крейсера.

– Внимание всем, эсминец сильно повреждён, больше половины систем выведены из строя, нарушена стабильная работа реактора… – активировав громкую связь, начал говорить Джим. Сейчас он принял единственное решение, которое могло, как спасти их, так и подарить быструю смерть. – Мы садимся на планету.

– Эсминец не способен садиться на поверхность планет… – Даниель не представляла, как это можно сделать. – Мы разобьёмся…

– Чуть больше десяти суток назад, кто-то мне говорил, что эсминец не способен прыгать на такие расстояния. – улыбнувшись девушке, ответил Джим, уже в следующее мгновение, став серьёзным. – У нас нет выбора. Через два часа остановится реактор и, корабль умрёт, а, вместе с ним, и мы.

Глава 37

Уже через час искорёженный эсминец начал проваливаться в атмосферу планеты Ролос. Практически сразу весь его корпус обхватило пламя, слизывая с его корпуса краску и, будто, пытаясь проникнуть в его середину. В центре управления находился только Джим, он занимал кресло капитана и пытался контролировать падение корабля.

Лейтенант Эдон выполнял поставленный перед ним приказ. Загнав всех, в том числе и, жутко сопротивляющуюся, Даниель, в десантный шаттл. Место было очень мало, многие ролосцы стояли плотно прижавшись друг к другу, но сейчас это было самое безопасное место на гибнущем корабле.

– Нет, нет, нет… – прокричал Джим, пытаясь не дать эсминцу перевернуться. Рёв маневровых двигателей заглушал свист ветра снаружи.

Корабль несколько раз подпрыгнул и, с сильным грохотом, от него начали отлетать броне-плиты. Джим уже не обращал на это внимание. Перед ним открылся вид прекрасной зелёной планеты, с ярко-синими вкраплениями на ее поверхности. Все гало-экраны, как безумные, моргали красным светом, сирена, не переставая, предупреждала об опасности, но Джим, упрямо, пытался не дать завалиться кораблю… Эта мысль билась в его голове быстрей, чем собственное сердцебиение.

Взрыв сотряс правую сторону эсминца, и он сразу начал заваливаться на правую сторону. От перегрева и страшного внешнего давления взорвались маневровые двигатели с правой стороны. Поверхность планеты приближалась с такой скоростью, что Джим даже не успел испугаться. Последнее, что он мог попытаться сделать, это установить левые маневровые двигатели на полную мощность уже перед самым столкновением с поверхностью. Такой манёвр мог замедлить полный оборот корабля вокруг своей оси, но это необходимо сделать только тогда, когда до момента касания корабля с поверхностью планеты, останутся считанные секунды.

Первый жёсткий удар он прозевал и, в центр управления сразу повалил густой чёрный дым. В одно мгновение все экраны потухли, оставляя Джима в полной темноте. Нащупав кнопку управления маневровыми двигателями, он зажал ее в надежде, что двигатели откликнутся на его последнюю просьбу. Резкий визжащий гул сейчас обрадовал Джима: двигатели выполнили его команду, но, уже в следующее мгновение, все потонуло в ужасном грохоте.

В полной темноте единственным источником информации для Джима были страшные звуки, сопровождающиеся чередой сильнейших ударов. Удары были такой силы, что даже через защитный скафандр ремни безопасности выбивали из Джима воздух. Ударный эсминец умирал, он, как живой, стонал и плакал всем корпусом…

Еще один удар и многострадальный корабль, в очередной раз, подбросило вверх, а потом, со всей силы, вернуло обратно. Джим пытался сделать вдох, его лёгкие горели огнём, отказываясь работать. Что-то тяжёлое упало на него. Развалившееся кресло, лопнувшие ремни безопасности и, Джим, с силой куда-то отлетает в полной темноте. Удар головой принёс долгожданное облегчение: Джим потерял сознание…

Тишина… именно наступившая тишина вернула в сознание Джима. Он лежал с раскрытыми глазами, вслушиваясь в окружающее пространство. Единственным источником звуков был, изредка, потрескивающий металл, медленно остывающего корабля. Эсминец был мёртв, но сохранил Джиму жизнь. Прислушавшись к своему телу, Джим с радостью убедился, что он может шевелиться. Мгновенно нарушив тишину, на пол, с его защитного скафандра посыпались многочисленные обломки.

Активировав фонарик, Джим стал осматривать совершенно разрушенный центр управления корабля, вернее, то, что от него осталось. Левая сторона была практически полностью сплющена, выгнутые перекрытия, с рваными, облицовочными материалами и жгутами силовых линий, создавали вид логова огромного паука. С трудом перевернувшись на живот и встав на колени, Джим пополз к раскуроченным дверям центра управления.

Коридор также встретил его огромными разрушениями и острыми гранями разрушенного металлического пола, как будто, вставшего на дыбы. Прищурив глаза, Джим заметил маленький источник света в конце коридора. Неуверенные лучи местного светила пытались разогнать кромешную тьму мёртвого корабля. На преодоление полосы препятствий в искореженном коридоре, Джим потратил почти час, пытаясь освободить себе место для перемещения.

Последний рывок и, на твёрдую поверхность планеты, с глухим звуком, выбивая коричневое облако пыли, упал кусок бронеплиты, последним преграждавший Джиму путь к выходу с корабля. Яркий свет, получив свободу, резко полоснул его по глазам, привыкшим к темноте. Через минуту из искорёженной груды металла выполз Джим. С трудом поднявшись, он переборол головокружение и осмотрелся.

Стоя на почерневшей, после приземления корабля, земле, Джим с удивлением рассматривал зелёный, не тронутый цивилизацией лес, начинавшийся всего в нескольких десятках метров от него. Лес уже смирился с нарушителем его покоя и, вновь наполнялся звуками. Джим осмотрелся, пытаясь определить место нахождения остальных, очень надеясь, что всем удалось пережить такую посадку.

Сделав несколько шагов, Джим не мог поверить своим глазам: второй половины эсминца не было, видимо, её просто оторвало при посадке. Именно в этой части и был трюм, в котором находился десантный шаттл, укрывший весь экипаж. Корабль прошёл ровно между двух пиков горы и, рухнув на поверхность, оставил длинный, глубокий шрам на ее почве.

Чувство опасности заставило Джима резко развернуться в сторону леса. Недалеко от Джима стояла большая, светло-жёлтого окраса, хищная кошка. Машинально ощупав свой пояс в поиске кобуры с лазерным пистолетом, Джим судорожно сглотнул: кобуры на месте не было, о ней напоминали только две разорванные лямки. С минуты они смотрели друг на друга, потом кошка нервно ударила своей огромной лапой по выжженной земле, развернулась и, длинными прыжками, устремилась в лес.

– Добро пожаловать на Ролос. – сказал Джим, снимая свой шлем и медленно садясь на крупный обломок того, что еще совсем недавно носило гордое имя – эсминец…

Продолжение следует…

Content

Евгений Катрич
Джим. На стыке Империй