Софроний Валерий Иванович

Худший из миров

Глава первая. Ознакомительная

Здравствуй, дорогой читатель! Уверен, что в твоей жизни были ситуации, когда ты совершал необдуманные поступки по глупости, подчас очень абсурдные и с далеко идущими последствиями. Так вот, жизнь моего героя — это череда подобных случаев.

Прошу любить и жаловать — О. Бендер. Возможно, ты скажешь, мол, плагиат, О. Бендер уже был вписан в мировую классику литературы несмываемыми чернилами. Пусть так, но Олег Евгеньевич Бендер, кроме склонности к авантюризму и известной на весь мир фамилии, не имеет никакого отношения ни к одному из сыновей лейтенанта Шмидта, или его авторам. Давайте сочтем эту маленькую прихоть автора за должное?

А перед тем как мы начнем, дорогой читатель, мне бы хотелось рассказать тебе о том, в каком мире жил наш главный герой и что подвигло его на дальнейшее развитие событий.

О. Бендер — относительно молодой человек, весьма дюжего телосложения, имел ряд вредных привычек и крайне скверный характер. В силу жизненных обстоятельств до последнего времени он был профессиональным военным. Да и военным-то он стал по глупости: как принято говорить в армейке — по 'залету'. Выбор был небогатый: или продолжать сидеть в камере ближайшие пару лет, или согласиться с майором полиции, по-братски предлагающим отслужить три года по контракту. Взвесив все 'за и против', наш герой из потенциального заключенного превратился в рядового О. Бендера. Олег надеялся отсидеться три года в армии, а после, на заработанные контрактом деньги попробовать открыть какое-нибудь прибыльное дело… но мечтам рядового О. Бендера не суждено было сбыться. Как назло, началась война, и не просто война, а воина с иноземными захватчиками. Принесла же их нелегкая.

Сначала было трудно: коренные жители планеты терпели поражение за поражением, 'гости' укоренялись в азиатско-тихоокеанском регионе. Трехметровые шагающие машины — боты — уничтожали инфраструктуру и уводили с собой население целыми городами. Землянам пришлось забыть разногласия и объединиться под пятой единого мирового правительства. Дело пошло на поправку, подобные боты появились и у землян, театр военных действий приобрел четкие очертания, периодически смещаясь то в одну, то в другую сторону, многие технологии гостей были внедрены в повседневную жизнь. Обывателями война начала восприниматься словно что-то далекое.

За время конфликта жизненный уровень подавляющей части населения стал довольно низок, нарастали недовольства. Проблем помог избежать 'Другой Мир' — построенная на нейропроцессорах гостей информационная сеть, которой пользовались представители военных служб, банков и мирового правительства.

Финансовая и банковская системы были полностью завязаны на новую сеть, и все бы было ничего, если бы не одно, но. Нейросетям был необходим строительный материал, которым были нервные клетки людей. Вопрос этики не особо заботил новое правительство. Если б они могли, то три четверти населения запустили бы на фарш, только вот вопрос целостности собственной шкуры беспокоил их куда сильнее: узнай обыватели, в качестве кого их хотят использовать, недолго бы правительство называлось таковым.

Противоречия помог разрешить Макс Гуревич из корпорации 'NeTechGrup'. Ознакомившись с особенностями нейропроцессора 'гостей', он предложил массам 'Другой Мир', и массы откликнулись. Устав от реальности, люди уходили в 'Другой Мир' — мир, полный приключений, магии и богов. А нейропроцессор взамен получал материал для строительства сети. Для подключения к 'Другому Миру' обыватель ложился в специальный кокон, нейрощуп проникал под кожу в районе третьего шейного позвонка, и нейропроцессор брал свое, взамен даря целый мир.

Но мы отошли от темы. Для тестирования боевых машин — ботов, основанных на технологиях гостей, требовались добровольцы. Тут-то на глаза отборочной комиссии и попался рядовой О. Бендер. Физически здоровый парень с крепкой нервной системой, в общем, — идеальный кандидат. Повезло парнишке: попал в передовой отряд, который обкатывал новые технологии. А дальше…, впрочем, не будем спешить, всему свое время.

А вот, кстати, и он — Олег Евгеньевич Бендер. Да, именно его сейчас ведут по коридору.

Впереди Олега Евгеньевича важно вышагивал хлипкого вида программист — довольно молодой человек невысокого роста и субтильного телосложения. Синяя спецовка была сильно замызгана: видно было, что стиралась она крайне редко, а носилась крайне часто. Непропорционально длинный нос венчали круглые очки с довольно толстыми стеклами, на лице присутствовала довольно жиденькая поросль в виде козлиной бородки: дань моды, видимо. В целом — абсолютно невзрачная личность.

Далее шел сам Олег Евгеньевич Бендер. Его руки были предусмотрительно закованы наручниками за спиной, а на ноги были надеты короткие кандалы. Позади конвоем следовали два охранника — здоровые ребята в черных спецовках, которые на фоне заключенного смотрелись как восьмиклассники на фоне накачанного бугая. Все возможные меры предосторожности были предприняты не зря: Олега было за что опасаться: профессиональный военный, прошедший трибунал после пяти лет на Южно-Китайском Театре Военных Действий, — человек далеко не простой.

О. Бендер шел, а точнее, семенил вдоль серых стен. Происходящее вокруг его особо не беспокоило, он размышлял о своей жизни и вспоминал все самое хорошее: сослуживцев, родителей, свою первую любовь, школьные дни…

Ход мыслей прервал удар программиста — невзрачный очкарик резко развернулся и изо всех своих субтильных сил ударил Олега под дых. В силу разницы телосложения О. Бендер отреагировал на удар, как на не очень сильный тычок. Очкарик же не ожидал такого результата, он вложил в этот удар всю свою ненависть, всю силу какая у него была. В свое время Андрей Палыч (а именно так звали программиста) натерпелся. В школе подобные здоровяки сделали его козлом отпущения, позднее первая любовь, бросила его ради подобного субъекта — в общем, Андрюша являл собой кладезь комплексов и нереализованных фантазий. В защиту Андрея Палыча, как автор, хочу пояснить, что это был первый и последний раз, когда он позволил себе такое поведение.

— Андрюха, ты что творишь? — удивленно осадил программиста один из охранников.

Андрюха уже сообразил, что сделал что-то не то. У заключенного в глазах читалась целая гамма чувств, начиная от 'И ты это называешь ударом?', заканчивая немым вопросом 'Так и быть, выслушаю… какой смерти желаешь?' Программист растерялся: результат отличался от ожиданий — бугай должен был упасть и корчиться в судорогах, но вместо этого он стоял как ни в чем не бывало и смотрел на Андрюшу недобрым взглядом.

— И что это сейчас было? — спокойно спросил заключенный.

— Молчать! — осадил Олега охранник.

— Я это… — от волнения Андрюша сглотнул. — Да он сволочь, вы посмотрите на его дело, — скороговоркой начал оправдываться программист перед своими коллегами. — Он по трибуналу идет, тут даже статьи нет, все засекречено, Бог его знает, за какие военные преступления… и потом, срок пятнадцать лет — кому дают такой на основном контуре?

— Ну так-то Андрюха прав, — почесав в задумчивости затылок, поддержал программиста один из охранников.

— Регламент есть регламент, — ответил второй охранник. — Забудем про эту ситуацию, только впредь держи себя в руках.

— Я не забуду, — с ехидцей вклинился в разговор Олег.

— Расскажешь, когда вернешься, — осмелел программист, понявший, что ему ничего не угрожает.

— А ты смелый, уважаю таких, — улыбнулся Олег.

— Я сказал молчать! — повторил с нажимом 'фанат регламента'.

— Да пусть говорит, все не так скучно идти будет, — милостиво разрешил программист Андрюша.

'Фанат регламента' плюнул на это дело:

— Да делайте, что хотите.

— Хорошо пробил: если б не сноровка, я б сейчас на полу корчился, — в спину Андрей Палычу тихонько шепнул Олег.

Программист расцветал на глазах.

— Вот ты, Андрей, говорил давеча, что я сволочь и что у меня в деле даже статьи не стоит, — О. Бендер самым серьезным взглядом, на какой только был способен, посмотрел в глаза обернувшемуся программисту. — А ведь ты прав, я свою бригаду голыми руками перебил.

Андрюшу аж передернуло.

— Мы целый год в Китайском ТНВД провели, не вылезая. А там радиочастоты глушились, поэтому кредиты не могли перевести на счет. Когда наша бригада выбралась, встали мы, значится, километрах в двадцати от города Пушкин, тут нам зарплату и подвезли… представляешь, целый сундук платежных карт на предъявителя?

Один из охранников даже присвистнул.

— Это сколько же там привезли? — не выдержал программист.

— Пять миллионов триста, — спокойно ответил Олег.

В коридоре повисла зловещая тишина — провожатые внимали каждому слову заключенного, даже 'фанат регламента' проявил заинтересованность.

— Так вот, начали мы делить карточки, слово за слово и у меня 'планка съехала'. Когда очнулся — все перебиты. Ну я тогда, недолго думая, схватил сундук с карточками и в Пушкин дернул, где меня и взяли — только и успел, что деньги спрятать. Вот ты, Андрей, спрашивал, почему мне такой большой срок дали? Это потому, что я не рассказал, где сундук спрятал.

Дальше процессия шла молча. В головах, сопровождающих свербела одна и та же мысль — каждый примерял на себя эти пять миллионов. Шутка ли — целый капитал, в нынешний кризис ох как они были бы кстати!

Меркантильные фантазии закомплексованного программиста унесли его в далекие теплые страны, на берег моря, в компанию девушек неземной красоты, которых он будет менять аки перчатки.

За подобными приятными мыслями процессия добралась до конца коридора, который венчала тяжелая стальная дверь внушительных размеров и не менее внушительной толщины. За дверью расположилась небольшая комнатка лаборатории: напротив, входа находилось окно, напоминающее собой затвор фотоаппарата, возле него располагалось ложе. Охранники любезно помогли расположиться О. Бендеру на ложе: самым аккуратным образом затянули ремни на руках, ногах, груди и торсе.

— Ты это, солдат… Может, расскажешь, где карточки спрятал? — не выдержал один из охранников. — Тебе они все равно теперь без надобности.

— Пятнадцать лет — срок не шуточный, — добавил второй. — Ты пока выйдешь — если выйдешь — их может и не оказаться на месте.

Олег криво улыбнулся.

— И вы мне предлагаете взять и подарить вам пять мультов? За какие заслуги перед Родиной?

— Тебе они все равно больше не пригодятся, — набычился первый охранник. — А так хоть людям поможешь.

— Бог поможет, — ухмыльнулся Олег, — вот ему я скажу, — показал взглядом на программиста. — Он по крайней мере посмелее некоторых, да и пять на три не делится, а на одного — в самый раз.

Программист засиял, словно начищенная бляха — еще пять минут назад Олег был незнакомым зеком, исчадьем ада, а теперь вдруг превратился в отца-благодетеля, который одарит его несметными богатствами и исполнит все заветные мечты.

— Привязали? Давайте на выход, — заявил сияющий от счастья программист.

— Мы здесь побудем, — огрызнулся один из охранников.

— Нарушение регламента!

Охранники с неохотой отошли к двери, но помещение не покинули.

Андрюша подошел поближе к привязанному заключенному, присел на край ложа.

— В городе Пушкин, есть два городских парка, — начал рассказывать Олег вполголоса, поглядывая на охранников за спиной программиста.

Андрюша обернулся, посмотрел на охранников и подсел ближе.

— Так вот, в Южном парке… — Олег вновь замолчал, показывая Андрюше взглядом в сторону охраны.

Алчный программист подсел поближе и склонил голову практически к самым губам О. Бендера. Олег только этого и ждал…

В следующие мгновения доверчивый труженик клавиатуры и мышки с криком схватился за голову — там, где у него раньше было ухо, из-под ладоней струился ручеек крови. В шоке завывающий от боли Андрюша налетел на пульт, запустив процесс погружения. Створки окна разъехались, из него под ложе вылетел пучок нейрожгутов. О. Бендер улыбался, держа в зубах ухо алчного программиста — до тех пор, пока нейрощупы не вгрызлись в плоть. Ухо выпало изо рта Олега, а взгляд помутнел. Ложе плавно въехало в окно и створки закрылись…

Глава вторая. В которой наш главный герой знакомится со всеми прелестями нового мира

Мрак рассеялся моментально, резанув по глазам ярким светом. В нос ударил жаркий воздух ароматами пустынных трав. Звук резонировал в ушах, постепенно подстраиваясь до приемлемого уровня.

На небольшой площади стояли двенадцать оборванцев. То, во что они были одеты, с трудом можно было назвать одеждой. Читатель, ты, наверное, видел картину "Бурлаки на волге". Так вот, складывается ощущение, что эти оборванцы послужили моделями для сей картины. Олег Евгеньевич Бендер, некогда грозная "машина" на поле боя, предстал в "Другом Мире" совершенно заурядным человеком: никаких выдающихся физических данных: вместо упругих кубиков пресса — тощее брюхо, вместо накачанной битцухи — хилые руки, вместо сильных ног — ноги самые обыкновенные. Среди коллег по несчастью он не выделялся. Все бедолаги были людьми. В сторону оборванцев не торопясь направилась огромная глыба мышц — огромный орк. Огромным он был по меркам Олега, для расы орков он имел абсолютно заурядные габариты. Только теперь Олег обратил внимание, что за спиной зеленного орка в две шеренги стояли люди, такие же, как и те, что окружали его, только более опрятные, одетые в робы. С правой стороны люди стояли с кирками в касках, а с левой с топорами и двуручными пилами.

'Двуручные пилы, мать мою, и это в двадцать втором веке! Хотя здесь, в "Другом Мире", от силы век пятнадцатый'. - поразился О. Бендер диковинным инструментам.

— Все валят работать! Команду выполнять! — Командным голосом выкрикнул орк.

'А орк-то явно вояка: по-любому был инструктором в учебке, вот только у кого, 'мясо' или 'летуны'? — ход мыслей Олега прервал подошедший орк.

Для тебя, дорогой читатель, я дам небольшое пояснение. Мясом в армейке называли пехоту, летунами — летчиков, только два этих подразделения могли эффективно воевать с гостями, причем авиацию старались использовать в крайнем случае, так как служила она в основном для зачистки территории, уничтожая всех и своих и чужих. Именно поэтому пехотинцы недолюбливали летчиков. То, что орк был военным инструктором, у Олега не вызывало сомнения. Он их много перевидал на своем веку, оставалось самое малое — понять чьим инструктором он был.

'Так… сейчас главное не привлекать к себе внимание, в противном случае я стану участником шоу 'близкое знакомство с новичком', - подумал Олег.

— День добрый новоприбывшим! — обратился орк к группе, — добро пожаловать в ваш новый дом, и хоть вы здесь все, как один, поганые мрази, убийцы, насильники, воры и прочее отребье, я в этих стенах готов быть для вас отцом родным.

— Тоже мне папаша! — перебил его кто-то из группы, — а если я невиновен и попал сюда по ошибке и…

— Молчать! — перебил его орк, сделав огромный шаг в сторону толпы.

'Вот спасибо тебе, добрый идиот, ты только что выиграл в конкурсе 'знакомство с новичком', теперь все плюшки достанутся тебе', - довольный Олег сделал шаг в сторону от потенциальной жертвы.

Когда-то Олег Евгеньевич в подобном тоне задал вопрос своему первому инструктору, после чего долго залечивал два сломанных ребра.

'Так теперь надо аккуратненько свалить в сторону, чтоб не попасть под раздачу'.

— Помощник Том, подойдите пожалуйста ко мне, — вполголоса произнес орк.

От стоявших неподалеку каторжников в сторону орка двинулся высокий худощавый по виду человек: 'И как он его услышал на таком расстоянии'?

— Чем могу помочь, господин Начальник? — поинтересовался Том.

— Да вот, господин Том, невиновный попал в нашу обитель скорби, — елейным голосом стал разъяснять Начальник, — опять по вашему недосмотру, наверное, придется лишить вас премии в этом месяце.

— Который из них? — поинтересовался Том.

— Вот эта несчастная жертва судебного произвола, — показал орк пальцем на заключенного.

— Дмитрий Навус, — представился заключенный.

Том подошел ближе к заключенному.

— Значит, вы считаете себя невиновным, и судебная машина совершила ошибку, или еще хуже — вас подставили враги.

Несчастная жертва произвола хотела было, что-то ответить и уже даже начала открывать рот, но мощный удар под дых сбил ее с ног. Дмитрий лежал на земле в позе зародыша, ухватившись за живот и пытаясь вдохнуть. Том присел рядом на корточки.

— Дмитрий, вы мне хотели что-то рассказать? Я вас внимательно слушаю.

Дима сейчас не то что говорить, он и дышать-то не мог.

— Дмитрий, ну что же вы молчите? Дмитрий… Не понимаю, господин Начальник, почему вам они рассказывают о своей невиновности, а мне нет, и ведь всегда так? А может здесь есть другие невиновные? Например, вы, молодой человек, — обратился Том к толпе и указал пальцем на Олега.

— Упаси боже, я подонок и сволочь, каких мало, мне самое место в этом чудесном заведении, — открестился Олег.

'Да уж знаю я вашу доброту и участие, себе дороже выйдет'.

— Ну вот и замечательно, — продолжил Том, — господин Начальник, вопрос с невиновностью успешно разрешился, можно дальше продолжать знакомство.

— А что это у нас тут за концерт? — раздался голос из ниоткуда, и рядом с орком из темной дымки материализовалось существо, похожее на человека. Вот только кожа его была серая и состояла из чешуек.

'И как тебя назвать-то? Да, раньше в играх все было проще, вот перед тобой стоит какой-нибудь гном, над ним написано имя, уровень игрока, уровень жизни, а это хрен пойми кто, хрен знает какого уровня и даже хрен пойми какой расы. Интересно, а сколько вообще в этом мире рас? Светка говорила, что бесчисленное множество. Светка вообще много чего говорила о 'Другом Мире'. Вот только мне в тот момент было куда интересней залезть к ней в трусики, интересно как она там?'.

Голос орка прервал мысли Олега:

— Здравствуйте, господин Тень. Да вот, тут опять у нас невиновный появился, утверждает, что подставили и оклеветали.

— А почему он лежит и корчится? — поинтересовался Тень.

— Так его совесть замучила, — ответил мистер Том.

— Совесть — это дело хорошее, совесть — это значит заключенный стремится к исправлению и сотрудничеству с администрацией.

— Господа помощники, — перебил разговор орк, — может хватит пустые разговоры разговаривать, а то очень уж жрать охота.

Помощники встали по обе стороны от орка и тот продолжил.

— Итак, по правую и левую руку от меня стоят мои помощники, господин Том и господин Тень. Если вас что-то не устраивает или кто-то обижает, или вы считаете себя невиновным, обращайтесь к ним, они разрулят ситуацию. По этому вопросу все. Невиновный, шаг вперед, представься.

Дмитрию помогли подняться, он сделал шаг вперед.

— Дмитрий Навус.

Тень достал из сумки папку, из папки вынул листок и протянул его орку.

— Дмитрий Навус, осужден за педофилию! — орк внимательно посмотрел на Дмитрия, — вот уж действительно кристально честный человек, поцелуй Иуды мне под хвост. Господа кто желает забрать эту падаль?

— Давайте мне, — ответил Том, — мы уже с ним как-то сроднились.

'Летчик'… Олега от злости начало слегка потряхивать. Орк был инструктором 'летунов'. На эту мысль Олега натолкнулась фраза, 'поцелуй Иуды мне под хвост'. 'Поцелуем Иуды' называлась малая сверхточная ракета, такая ракета практически всегда находила свою цель, а контрольная фраза в зависимости от контекста частенько служила причиной начала многих драк. Так, к примеру, в двадцать первом веке подобный резонанс вызывало слово ниггер. Один темнокожий обращался к другому и называл того ниггер, это было нормально. Но если белокожий произносил это слово, его клеймили за не политкорректность.

— Присваиваю тебе номер 2472. Теперь это твое имя, носи его с гордостью, — продолжил орк.

Тень что-то чиркнул на листочке и передал его Тому.

— Следующим выходи ты, — показал орк пальцем на Олега, — тот, который подонок и сволочь.

Олег вышел из толпы и предстал пред ясными очами троицы. Орк уже было собирался открыть рот и что-то сказать, но заключенный его опередил.

— Олег Бендер, — поставленным голосом, как учили в учебке, отчеканил Олег.

Орк на секунду растерялся, после на его лице появилась еле заметная ухмылка. Тень покопался в папке и протянул бумажку Начальнику.

— Бендер, трибунал, засекречено, — ознакомился с листовкой Господин Начальник, — и что же это вы, товарищ Бендер, натворили, что попали в наше замечательное учреждение, да еще с такой плохой припиской?

— Родину предал, — спокойным голосом ответил Олег.

— A в каких войсках служили, если не секрет?

- 'Мясо', - сухо пояснил Олег.

— Значит, 'мясо'… Предал родину, — размышлял в слух Орк, — а отметка на ухудшение условий?

— С судьей разошлись во мнениях.

— Когда я служил, у нас была поговорка: что пехота, что отребье, — оскалился орк, в его глазах загорелись нехорошие искорки.

Поведение Начальника взбесило новоиспеченного заключенного, и Олег со злостью глядел в глаза орку. Для тебя, мой дорогой читатель, я сделаю небольшое пояснение. Несмотря на то, что и летчики, и пехотинцы воевали на одной стороне, эти ребятки сильно недолюбливали друг друга. Если встречались две подвыпившие компании пехов и летчиков, всегда случалась драка. А здесь орк явно провоцировал О. Бендера. Провокация орка достигла своей цели лишь от части. Олег сжал кулаки, орк сильнее ощерился и подошел почти в плотную.

— Ты что-то хочешь мне сказать, заключенный Олег Бендер? — огромный орк навис над Олегом, продолжая со злостью смотреть в его глаза. В глазах оппонента горела та же злость — злость, с которой непримиримые соперники смотрят друг на друга.

Мысли Олега затуманивала злость. 'Черт, здоровый, были бы мы в реале, ты бы уже кровью харкал, а здесь я тебя ушатаю? Интересно? Залепить ему? Ладно, не горячись, Олег. Матушка всегда говорила: "Сначала думай, потом делай", а вот батя говорил: "Всегда бей первым"'.

Злость немного отпустила, Олег разжал кулаки. Орк ехидно оскалился, развернулся и направился в сторону помощников. Олег все-таки не выдержал.

— А у нас в пехоте говорили: 'Летуны, что палачи, только палачи в спину своим не стреляют'.

Орк развернулся, лицо его было искажено от злобы. Краем глаза Олег увидел довольную ухмылку на лице Тени: видимо, он недолюбливал Начальника.

— А еще говорят, чем больше мирных вы завалите, тем больше вам премию дают.

Олег хотел еще что-то выкрикнуть, но не успел. Подбежавший орк снес ему голову одним ударом, и обмякшее тело Олега повалилось на землю. Он не успел почувствовать боли.

'Вот это ни хрена себе! Одним ударом: я даже тело свое видел, когда голова отлетала. Детализация — очуметь, а ведь Светка говорила, что это не игра, а практически другой полноценный мир. Странно: и порог боли у меня на максимум выкручен, а я даже боль не почувствовал. Игра! Это все равно, что тетрис с реальной жизнью сравнивать!'.

Перед глазами Олега в полном мраке висело табло, которое отсчитывало время назад.

3:47; 3:46; 3:45….

Больше никаких кнопок не было, только мрак и табло.

- 'Ладно подождем, посмотрим, что дальше будет'.

0:04; 0:03; 0:02; 0:01

Темные фон резко сменился видами площади. Олег появился на том же месте, где несколько минут назад Орк оторвал ему голову. Голова раскалывалась. Ловкой подсечкой Начальник сбил заключенного с ног, тот рухнул на землю уже со сломанными ногами. Вот только теперь О. Бендер прочувствовал на своей шкуре всю прелесть игры со стопроцентной чувствительностью.

— Гребаный урод! — ревел орк, наступив своей огромной ножищей на руку Олега, — совсем отребье страх потеряло, эта падаль меня моей службой попрекать будет!

Не унимался орк, нанося удары. На этот раз заключенный продержался дольше. Начальник нанес целых семь ударов, последний пришелся под дых. Свет померк.

Опять мрак и циферблат, только отсчет теперь начинался с 8 минут.

'Мать мою! Как же это больно! Я чувствовал, как он кости мне ломал, вот характер мой паскудный, не мог промолчать, теперь эта гнида будет играть со мной в " близкое знакомство с новичком", а ведь он может так со мной развлекаться до бесконечности, походу боль в этом мире будет моей постоянной спутницей'.

Отсчет на циферблате подходил к концу. Мрак вновь сменился светом. Опять площадь. На это раз голова не болела, ноги и рука в местах переломов были ватными. Орк неспешно подошел к заключенному. Одной рукой сжал его запястье и надавил. Боль пробила шоком все тело, ноги подкосились. Орк продолжал держать Олега за руку. По ней текла кровь.

— Ну что, заключенный, Бендер Олег, Вы готовы принести мне извинение?

— Господин Начальник, мне не за что извиняться, я знаю, о чем говорю.

Орк поднял заключенного за сломанную руку, словно тряпичную куклу.

— А может ты и мне расскажешь, о чем ты там знаешь?

— Я здесь из-за таких гнид, как ты, оказался. Был у азиатского ТНВД городок Зареченск, двадцать две тысячи жителей, и мою команду средней пехоты, которая там дралась, ваши в золу раскатали. Из 22 тысяч двое выжило: я и минометчик Серега. Меня за заслуги перед отечеством отправили в ваш замечательный пансионат, а теперь, тварь, расскажи мне о благородстве летунов!

Орк не стал рассказывать про благородство. Он убивал Олега еще четыре раза. В последнее убийство таймер начал отсчет с 42 минут.

О. Бендер в очередной раз появился на площади, он уже морально был готов к тому, что его сейчас начнут бить. На этот раз болело все, что только могло болеть, но удара не последовало. На площади не было никого, кроме Тени.

— Успокойтесь Олег, господин Начальник ушел, сейчас вас никто не будет бить.

Он сел на землю. Тень протянул флягу с водой. Олег сделал несколько глотков, стало легче, боль постепенно уходила.

— Посидите минутку, скоро вам станет легче. Вам, Олег Бендер, присвоен номер 666, теперь это ваше имя. Вы попадаете в мое распоряжение, я помощник господина Начальника, господин Тень, я руковожу рудокопами. Так как общий инструктаж вы пропустили по объективным причинам, я теперь должен провести его с вами лично.

Олегу уже совсем полегчало, он поднялся на ноги.

— И так, первое: при попадании к нам в учреждение в первый раз, вас должны накормить бесплатно, далее за двухразовое питание необходимо сдавать десять единиц руды, — Тень достал из сумки небольшой камушек с вкраплениями и жилками меди, — Единица руды — это небольшой ящичек, в который Вы будете складывать такие камушки, за трехразовое питание надо сдать пятнадцать. За одноразовое — семь. Есть булки, их можно брать с собой вниз, стоят две единицы. И вот еще что, Олег, очень важно кушать хотя бы раз в день. Ваше живое тело находится в том мире привязано к основному контуру, оно подключено к различным трубкам, какие-то из них выводят отходы жизнедеятельности, другие доставляют в пищевод корм, а если вы поели здесь, вы поели и там. Если ваше тело заболело гриппом там, Вы ровно так же вы будете болеть и здесь. Соответственно если вы голодаете здесь, Ваше тело голодает там, в отличии от игроков, вы напрямую подключен к нейросети. Для них это игра, из которой можно выйти, для Вас это реальность, в которой Вы застряли очень надолго.

— Это же незаконно, — перебил инструктора Олег, — никто не имеет права оставлять заключенных без питания, это противоречит конвенции ООН по правам заключенных.

— Нет, не противоречит. Если Вы голодаете более двух дней, Вам в кровь поступает порция глюкозы для поддержания минимальной жизнедеятельности. Вот только желудок ваш пуст, через определенное время у вас начинается язва, а когда будет уже слишком поздно, вам предложат на выбор, либо местный тюремный крематорий, либо вынуть Ваш мозг и нервную систему, поместить в раствор, подключить к нейродатчикам, и будете Вы существовать только в этой реальности в качестве дополнительных мощностей нейропроцессора. Ладно, это лирика. Итак, второе: наше учреждение обязуется выдать вам средства, в нашем случае, для добычи руды, такие как: роба, каска, кирка, две сумки для переноски руды и личных вещей.

— И на сколько ячеек сумки?

— Олег, сумки на столько ячеек, сколько в них влезет, я еще раз вам говорю, не воспринимайте эту реальность в качестве игры, здесь все, ровно так же, как в реальной жизни, такие же законы физики. Нет, здесь есть, конечно, волшебство, и сумки с ячейками, в которые хоть слона можно запихнуть, только не на Турамсе. На Турамсе вообще кроме каторг ничего нет. Ладно, заключенный номер 666, ваш инструктаж закончен, пойдемте я покажу Вам вещевой склад и столовую.

По дороге на склад Олег оглядел свой новый 'дом'. Весь поселок состоял из одной улицы, одна сторона которой упиралась в огромную пещеру в горе, другая в трехэтажное здание администрации. С правой и левой стороны от дороги стояли одноэтажные бараки, по периметру городок был огорожен высоким забором, склад и столовая находились на первом этаже административного здания. Заправляли столовой и складом два гнома, Болт и Дурин.

Тень подвел Олега к окошку выдачи склада.

— Здравствуйте, Дурин.

Гном высунул голову в окошко.

— Здравствуйте, господин Тень, — гном перевел взгляд на Олега — а это, я так понимаю, герой дня.

— Он самый.

— Ну и учудил ты, бедолага, я босса никогда таким взбешенным не видал, вон и Болту ни за что досталось, мол, стряпня помет, хотя сожрал все.

— Дурин, не будем из пустого в порожнее, пакет давай.

Гном пропал в окошке, через минуту из окошка появился бумажный надорванный с одной стороны мешок, Тень пристально осмотрел пакет.

— Господин Дурин, если я сейчас осмотрю содержимое пакета, все ли я там найду, что должно лежать в пакете шахтера?

Дурин с недовольным видом положил на пакет вторую сумку.

— Теперь точно все?

— Теперь все, — ответил недовольный Дурин и закрыл окошко выдачи.

А где можно переодеться? — поинтересовался Олег.

— Прямо здесь и переодевайтесь, у нас тут стесняться некого.

Все вещи были в размер, нигде ничего не жало и не болталось, обувь удобно села по ноге.

— Размеры одежды — это особенности игровой механики? — удивленно спросил Олег.

— Нет. Когда Вы попадаете к нам в учреждение, с Вами приходит ваше личное дело, где указаны все ваши размеры и спецификации, потом по меркам вам покупают спецовку и формируют пакет, либо горняка, либо лесоруба. А теперь пройдем в столовую.

Столовая Олегу понравилась. Это было чистое просторное помещение с добротными деревянными столами и стульями. За стойкой раздачи стоял внушительный гном, борода его состояла из множества косичек.

Олег вспомнил слова Дурина про нагоняй от начальства. 'А ну как, добрый гномик станет злым и плюнет мне в суп или как Начальник грохнет пару-тройку раз с особым изяществом'.

— Здравствуйте, уважаемый Тень, чем обязан столь великой чести? — рассыпался в эпитетах гном.

— Болт, хватит паясничать, штрафника привел.

— Ну да, ну да… Так это из-за тебя, поганца, мне сегодня от боса влетело?

Олег, не зная, что сказать, просто опустил глаза в пол.

— А не боишься ли ты, милый друг, что тебя пронесет после моего обеда, или вот еще лучше, я наберу дерьма буфлонга — это огромное ездовое животное, на котором лес на склад возят, и буду варить тебе его со специями в качестве супа.

— А чем это блюдо будет отличаться от тех, которые ты сейчас готовишь? — съязвил Олег.

У гнома глаза от удивления стали похожи на блюдца. Олег уже морально приготовился к тому, что его сейчас отправят на перерождение. Гном закатился смехом.

— Тень, клянусь своей бородой, он молодец!

— Да, Болт, сначала скажет, потом думает.

— Садитесь за стол, сейчас принесу пожрать, — продолжая хихикать, произнес гном.

Олег и Тень сели за стол, а Болт пропал в двери кухни. На лице новоиспеченного заключенного явно проявились нотки непонимания.

— Болт, как и я, недолюбливает Начальника, а когда я ему показал запись, где ты довел Босса до нервного срыва, он вообще тебе торт испечь собирался, да и потом он тоже пехотинец, как ты и я.

— О как! — только и смог ответить Олег.

— А что там у тебя за история с Зареченском вышла?

— Там вообще какая-то хрень непонятная, я в команде Татарина служил.

— Татарина знаю, известная личность, — перебил Олега Тень.

— Так вот, идет прорыв с ТНВД в сторону Зареченска, а у Татарина там родичи жили. Эвакуирующая группа тупит по-черному, гражданских вывезти не успеваем, команда пришла сверху, мол, бросайте всех и сваливайте в темпе. Татарин рогом уперся: пока не вывезут, говорит, никуда, мол, не тронусь. У нас команда сработанная, решили пободаться. У нас в команде восемь средних ботов. У гостей: около двадцати в экзоскелетах, шесть средних ботов и двое тяжелых. Птах у нас — минометчик от бога, еще на подходе легких покосил, остались шесть средних и два тяжа. Расклад в нашу пользу. В общем когда средних кончили нас уже пятеро оставалось. Начали тяжей крутить.

— Никогда не понимал, как на средних ботах можно тяжелые крутить? — Перебил Олега Тень.

— У нас машины первоклассные были, все прокаченные, японские сервоприводы на ходу стояли, облегченные пулеметы Калашникова из композита, я себе тайваньский модуль поддержки жизнедеятельности только поставил. А тяжелые боты неповоротливы, крутишься вокруг него, с линии огня его постоянно уходишь и поливаешь. Это, если один, а вдвоем или втроем эту банку минут за пять вскрыть можно. Так вот, наша тройка уже заканчивала вскрывать первого, как вдруг, откуда не возьмись, появились 'летуны'. Там все огнем залито было, мой бот тяжем привалило, запаяло напрочь. Меня потом из бота вырезали горелками, если бы не модуль поддержки запекся бы, как утка по-пекински.

— А к нам тебя за что?

— Я видео боев постоянно снимал, после продавал одному знакомому репортеру: стрим боев от первого лица. Меня как из бота вырезали, сразу спецам на допрос, так, мол, и так, почему приказа ослушались. Я им растолковал, как дело было. Меня помурыжили пару деньков и отпустили. Я вышел от них злой, как черт, сдуру взял и видео репортеру сбросил, а через двадцать минут меня уже за это видео трясли, потом трибунал и вот я тут.

— А с судьей у тебя что вышло?

Разговор пришлось остановить, гном принес блюда. Картофельное пюре с большой отбивной, после был борщ и чай.

— Спасибо, Болт, все было очень вкусно. Не ожидал, что у вас так зеков кормят.

— Не обольщайся, — ухмыльнулся Болт, — это обед для руководящего состава, это тебе, так сказать, за особые заслуги и только в первый раз, а дальше будешь кушать то, на что средств хватит.

— Ну что, заключенный номер 666, Вы готовы приступить к работам по добыче руды? — перебил гнома Тень.

— А куда мне деваться? — понурился Олег.

— Подожди минутку, Тень, Олег, дай мне сумку и флягу, у тебя в пакете должна быть.

Олег достал из пакета флягу с сумкой и передал их гному. Болт забрал вещи и пропал за кухонной дверью.

— И еще, Олег, ты очень сильно насолил Начальнику, он тебе этого не забудет. Пакости он строить мастер, поэтому следи за своим окружением и подсумок с личными вещами никогда и нигде не оставляй. Никому не верь.

Тень был предельно серьезен.

Дверь кухни распахнулась, Болт передал слегка потяжелевшую сумку Олегу.

— Ну удачи тебе, дружище!

Олег в сопровождении Тени подходил ко входу в шахты. Навстречу из шахт вышел господин Начальник.

— Не бойся, Олег, по регламенту он не может убивать более двенадцати раз в год, все свои оставшиеся убийства он извел на тебя.

— Ну что ж вы так долго, господин Тень?

Было похоже на то, что орк давно их здесь ждал.

— Так регламент, господин Начальник: обед, вещи получить.

Орк смотрел на Олега, улыбаясь.

— А ты его привязал? — вкрадчиво поинтересовался Начальник.

— Времени не было, вечером собирался.

— А и не надо, — произнес орк, — он у нас будет трудиться на самом дне, а оттуда часа полтора добираться доверху.

— Но по регламенту…

— На помеченных регламент не распространяется, — перебил Тень Орк, — отдайте заключенному колечко.

Во взгляде Тени проскочило желание не подчиниться.

— Я сказал: отдайте кольцо заключенному! — произнес орк сквозь зубы.

Тень подчинился, и в руках Олега оказалось широкое чёрное кольцо с золотой полосой по середине.

— Твое место работы — девятый уровень, а с вами, господин Тень, нам надо решить бюрократические вопросы, не забывайте: через пять дней приходит караван.

Так и расстался Олег со своими новыми знакомым, высокое начальство двинулось в одну сторону, а он в другую.

Глава третья. В которой наш герой познает азы мастерства

Олег не стал сразу углубляться в шахту, а открыл сумку, чтоб выяснить, чего ж ему там положил добрый гномик, и лицо само расплылось в улыбке. В сумке лежали четыре булки, полная фляга и набор для швейных принадлежностей: четыре иголки и два матка ниток. После этого он бесцеремонно вытряхнул содержимое бумажного пакета на землю. Из пакета высыпались широкий матерчатый пояс с петлицами, каска, кирка и вторая сумка. Через минуту Олег выглядел как заправский горняк (конечно по местным меркам): на широком поясе висели: фляга и кирка, на голове каска, через плечи перекинута сумка.

— Эй, трудяга! — донесся голос от входа пещеры, — сюда иди.

У входа в пещеру стоял гоблин.

— Я тебе говорю, новичок!

Олег не стал испытывать судьбу и пошел на встречу к гоблину.

— Меня Румыном зовут, я здесь руду принимаю и талоны выписываю. Там, справа от входа, навес стоит: как норму набьешь, приноси руду туда, отдашь ее мне, а взамен получишь вот такие талоны, — гоблин, показал Олегу талон, — эти талоны у нас тут, как средство оплаты ходят. Можно купить еду и некоторый шмотки. И вот еще, — Румын протянул Олегу мерную форму, внутри лежала бирка с номером 666, - минимальная норма сдачи, семь таких лотков руды. Если будешь наверху шарахаться, бирку оставляешь мне, если в низ идешь, берешь с собой. Вопросы какие есть?

— На девятый уровень как добраться?

— Ух, это мы с тобой не скоро увидимся.

— Это почему?

— А потому что руды там с гулькин нос, туда штрафников ссылают в рамках очень жесткой голодно-трудовой терапии, тебе, чтоб там норму набить, дней семь работать без остановки, и то не факт, что справишься.

— А если я на другом уровне добывать попробую?

— Попробовать-то можно, только есть несколько маленьких нюансов, — гоблин хитро посмотрел на Олега.

— Ладно, что за нюансы?

— На уровнях с первого по пятый, ресурсов более или менее хватает, но они уже поделены, и там за каждый метр породы готовы глотку друг другу грызть, если ты туда сунешься… Дальше ты понял. А с шестого по восьмой уровень выработанные шахты: там выгребли все, что можно, остается девятый. На девятом руда есть, но её очень мало. И потому мы будем видеться с тобой крайне редко.

— А добраться-то мне как?

— Прямо по центральному коридору, упрешься в спуск, спустишься на второй ярус, далее все тоже самое, только в обратную сторону, ну ты понял.

— Да куда уж яснее?

Олег засунул лоток в пустую сумку и направился под своды шахты. Внутри было мрачно и пахло пылью. Вдоль центрального коридора тянулись пути для вагонеток, через каждые пятнадцать метров на стене висели осветительные кристаллы. Слева и справа то и дело встречались ответвления, в которых, судя по звукам, кипела работа. Минут через десять, Олег добрел до спуска на второй уровень. Второй уровень не сильно отличался от первого, на некоторых уровнях встречались ручьи и родники. Шестой уровень встретил Олега тишиной и слабой освещенностью, на весь уровень здесь висело всего три кристалла, добираться до следующего уровня приходись на ощупь. На спуск до девятого уровня Олег потратил три с половиной часа. На девятом уровне уже привычная тишина куда-то пропала, в конце коридора монотонно работала кирка. Уровень был наполовину меньше своих предшественников, освещали его два кристалла: один возле подъема, другой в конце коридора. Олег не торопясь двинулся на звук. В конце коридора увлеченно махал коркой какой-то бедолага.

— Бог в помощь!

Бедолага вздрогнул и выронил кирку.

— Ты кто? — только и смог выговорить трудяга.

— Твой новый коллега, зовут меня Олег.

— Вот напугал, меня чуть кондратий не хватил! — Трудяга сел на пол чтоб отдышаться, — разве так делают: а вдруг у меня сердечко слабое?

— Вроде не помер. Звать-то тебя как? — бесцеремонно спросил Олег.

— Евгений.

— Женя значит, или тебе принципиально Евгений?

— Можно и Женя, а скажи мил человек, нет ли у тебя чего пожрать, а то я дня три уже ничего не ел, а кушать ой как хочется?

— А как же не быть, булка есть, цену знаешь?

— Мне до нормы половину лотка не хватает.

— Я принимаю и услугами, — расплывшись в улыбке пояснил Олег.

— Олег, я не по этой части.

— Женя, информация мне нужна.

Олег поломал булку на две половины, одну протянул Евгению.

— Информацию, это пожалуйста.

Евгений жадно впился в булку, видимо действительно давно не ел.

— Так какого рода информация тебя интересует? — спросил Евгений покончив с булкой.

— Все что знаешь, общие правила механика игры, прокачки скилов.

После слов про скилы, Женя начал ржать.

— Чего смешного? — набычился Олег.

— Серость, ты раньше в 'Другой мир' играл?

— Честно говоря нет, но я играл в несколько других РПГ в Вирте.

— И как сильно 'Другой мир' отличается от тех РПГшек?

- 'Другой мир', вообще на игру не похож, по ощущениям, как реальная жизнь. Как вообще можно было такое придумать?

— Все из-за процессора 'гостей': когда 'NeTechGroup' получил доступ к технологиям инопланетян, вроде как сам процессор создавал 'Другой мир', используя в качестве вычислительных мощностей подключенный к нему человеческий разум, и чем больше народу подключено, тем шустрее работает система.

— И к чему мне и без того всем известная информация? — поинтересовался Олег.

— Это я к тому, что в сегменте ЗК нет ни каких скилов, прокачки по уровням и тому подобного.

— Приплыли, — озадаченно задумался Олег, — стоп, у меня знакомая постоянно играла, она частенько рассказывала, про скилы и интерфейс?

— В других сегментах да, а в ЗК нет. Хотя уровни у нас растут, вот только коэффициент роста сильно занижен, приблизительно один к семнадцати. И полученные очки за опыт распределить не сможешь.

— А расовые плюшки?

— У заключенных одна раса — люди, у людей одна расовая плюшка, они не так уж много гадят, по сравнению, например, с орками. Кстати, по большой и малой нужде, я бегают вон в тот штрек, ты можешь выбрать любой другой. Только аккуратнее, тут с правой стороны метрах в двадцати дыра в стене, там пещера довольно здоровая, но глухая, шлепнешься в нее костей не соберешь.

— А ты откуда знаешь, что она глухая, может там проход какой есть, убежать можно?

Женя вновь принялся ржать, как конь.

— Ох и юморист ты, Олег. Ты куда бежать-то собрался?

— В какой-нибудь город.

— На Турамсе нет городов. Турамс — это огромный остров в самой жопе 'Другого мира'. Здесь кроме каторг ничего нет, мы находимся на границе гор и пустыни, нас окружает вода. Я слышал, что до Турамса, от ближайших обитаемых земель, плыть больше месяца, я молчу про пустынных тварей, которые часто нападают на лесорубов.

— А откуда лес, если пустыня?

— На границе гор и пустыни полоса километров пять реликтового леса, он очень ценится в обитаемых землях.

— М., да, перспективы — швах. А развитие способностей?

— Развиваются с учетом на коэффициент. Я отработал свой хлеб, или еще вопросы будут?

— Руду как добывать? Я не шахтер.

— Я сначала осматриваю место, где собираюсь вести добычу, — Женя взял достаточно небольшой кусок веревки и огниво, запалил веревку. Веревка начала тлеть, источая слабый свет. Женя стал водить ей вдоль стены, — смотри Олег, видишь вкрапления? Вот здесь и надо бить.

Евгений потушил конец веревки.

— Да уж, технологии. А как бы мне приобрести подобный девайс? — поинтересовался Олег.

— Булка, и он твой.

— Оставшуюся половину, и он мой.

— Ладно, — согласился Евгений.

Олег отдал оставшиеся пол булки и получил в свои руки кусок травяной веревки и два небольших гладких камня. А Женя, выполнив договоренности, принялся добывать руду. Метрах в десяти справа начали разрабатывать поперечный штрек. Для своей работы Олег выбрал его, штрек располагался недалеко от источника света. Олег внимательно осмотрел стену, нашел несколько мест с вкраплениями, запомнил их место расположения, и началась работа. Несколько часов махания киркой принесли небольшую горку руды, которую можно было уместить на ладони одной руки. Олег выбился из сил.

— Ну как тут дела у начинающего шахтера? — поинтересовался соратник по кирке.

Олег показал небольшую кучку добытой руды.

— Очень неплохой результат: многие сначала даже не видят руду, лупят куда не попадя, а у тебя все в ажуре, добыча полным ходом.

— Жень, а как выбраться на другие уровни?

— Хочешь выше, набей восемьсот единиц руды, потом тебя переведут.

— А ты уже сколько набил?

— 627, я здесь очень давно сижу.

— Жень, вот еще вопрос, тут помимо вкраплений еще и еле заметные жилки есть.

— Где?

— Ну вот смотри, — указал Олег на стену.

— Прости, но я здесь ничего не вижу. Я слышал, что у гномов есть способность видеть рост и движения жил в породе, но ты вроде не гном. А ну-ка выбей кусок с жилкой.

Олег ударил в жилку выбив кусок породы, Женя поднял кусок и подошел с ним к источнику света, внимательно рассмотрел камешек со всех сторон. Протянул Олегу:

— Пустая порода, если что-то и есть, то в очень малых объемах. Румын забракует.

— Понятно.

— Ладно, Олег, я наверх, сдавать норму и правильно питаться, вернусь послезавтра. И вот еще что, там у подъема ключ бьет, если пить захочешь, вроде все, ну удачи коллега.

— И тебе не пуха.

Евгений растворился в темноте, а Олег остался наедине со своими мыслями:

- 'Что-то с этой рудой я делаю неправильно: слишком много пустой породы и пустых трудов. Как говорил мой батя, хуже работы только пустая работа. А что с этими жилками: почему я их вижу, а Евгений нет?'.

Олег запалил веревку и начал внимательно изучать стену, маленькие жилки встречались довольно часто, шли они в разных направлениях замысловатыми зигзагами, иногда две, а то и три жилки пересекались.

- 'Так, если в жилках руды мало может на пересечениях её будет больше?'. Олег выбрал точку, где пересекались три жилки и начал работать киркой. Результат приятно удивил: с одной такой точки получилось почти пол лотка, причем пустая порода практически не встречалась.

- 'Итак, выводы сделаны. Теперь можно вести добычу руды в промышленных масштабах. А нужно ли мне это? Ну добуду я восемьсот единиц руды: теперь это будет несложно, переведут меня на верхние уровни, а там начальство, конкуренция с другими работягами, опять же, Начальник рядом: Тень говорил держаться от него подальше. Нет, торопиться нельзя. Ладно, придет Евгений, надо будет ему рассказать про открытие'.

Дальше работа пошла проще, Олег сначала намечал себе точки пересечения, а потом добывал руду. Огорчало одно: таких точек было не так уж и много. Вывел Олег еще одну закономерность: чем больше жил пересекалось в точке, тем больше руды из неё можно было выбить. Находились такие точки довольно высоко, а из подручных средств были только камни.

К моменту возвращения Евгения Олег набил две максимальных дневных нормы, сумка была забита полностью.

— Олег, ты где? Олег!

Олег проснулся, присел, потянулся.

— Да здесь я, не ори. Что стряслось?

— Я это, факел достал, посмотреть хочу, что там в пещере, поможешь?

— Ну давай посмотрим, самому интересно. Как наверх сходил?

— От души пожрал, поспал — всегда бы так!

Женя запалил факел и двинулся по направлению к пещере, Олег пошел за ним.

— Давно хотел посмотреть, что в этой пещере, а тут на халяву факел подвернулся. Да и лезть одному туда страшновато, если честно.

Рудокопы подошли к импровизированному входу.

— Внушительная дырочка! — заметил Олег.

Вход в пещеру не отличался от входа в штольню, вот только, вместо пола здесь было пустое пространство. Женя размахнулся и швырнул факел в пещеру, тот приземлился в пятнадцати метрах, ударился о землю, но продолжал гореть, скудно освещая пещеру.

— Ни хрена себе норка: тут до низу метров восемнадцать, — поразился Олег.

Женя подошел к краю пещеры и начал всматриваться в глубь.

— Олег, посмотри, по-моему, это вкрапления меди?

Олег подошел к краю и тоже начал всматриваться.

— Я ничего не…

Толчок в спину прервал его речь. Олег упал в пещеру, высота была не очень большой, но приземление было жесткое, он отшиб себе руку и сильно ушиб ногу.

— Гнида, ты что творишь?

— Олег, ты там как?

— Твоими, мля, молитвами!

— Ты прости, Олег, меня Начальник пообещал из шахты вытащить, если я тебя в пещеру скину. Тут ничего личного, ты на моем месте поступил бы также. Я ведь здесь второй год впроголодь сижу и, если б не ты, сидел бы еще долго.

— Такая душещипательная история, я прям сейчас зарыдаю, или мне что, за твой успех порадоваться, какого хрена ты творишь?

— Факел оставь себе, считай это моим подарком.

— Твоя щедрость не знает границ! — съязвил Олег.

В коридоре послышались шаги.

— Все, как договорились, господин Начальник, — послышался голос Евгения где-то на верху.

— Отлично, можешь валить из пещеры, завтра определю тебя к лесникам.

У входа в пещеру с факелом в руках стоял Орк.

— Ну так что, заключенный Олег Бендер, не желаешь ли извиниться за свои слова.

- 'Опять эта мразь! Порвал бы его, только бы дотянуться', - Сознание Олега вновь окутал гнев.

— А я ведь, Олег, специально тебе в тюремном дворе не разрешил привязываться, колечко тебе отдал.

— И к чему этот треп?

— Видишь ли, Олег Бендер, когда ты умираешь, то возрождаешься возле этого колечка. Чтоб привязать тебя, это колечко надо повесить на посох шамана, который стоит на тюремном дворе. Ты погибаешь здесь, а возрождаешься там. Твое колечко вместе с тобой в пещере. У тебя закончится вода, ты будешь подыхать от голода и жажды и возрождаться в этой пещере очень много раз. Может, ты всё-таки хочешь мне что-то сказать?

— В летуны нам не охота, их всегда е**т пехота!

Орк со злостью швырнул горящий факел, в сторону Олега. Промахнулся.

— Теперь я понимаю, почему от летунов столько мирных погибает, потому что вы мазилы!

— Тварь! — заорал Орк.

— Господин Начальник, спасибо за факел. И возвращайтесь аккуратнее, головой не ударьтесь!

— Увидимся через полгода, когда с меня запрет на убийство снимут.

— Да, да, скатертью по жопе!

Орк развернулся, двинулся на ощупь по коридору, что-то злобно бурча себе под нос.

Глава четвертая. В которой наш герой обречен на одиночество

После ухода Орка Бендер подобрал с земли горящий факел. Пещера представляла собой полость метров пятьдесят в длину и пятнадцать в ширину, выход из пещеры был один и находился он высоко. Попытки залезть закончились неудачей: стена была слишком гладкой. С другой стороны пещеры на уровне пола находилась небольшая дыра, не очень широкая и в высоту примерно по колено. Из дыры тянуло сквозняком. Олег пробовал несколько раз в нее просунуться, но ничего не получилось: слишком узкая. Исследования пещеры закончились ничем.

- 'Хорошо, что сумка с провизией осталась! — размышлял Олег, — спасибо тебе, Тень, за твои советы, если выберусь, обязательно проставлюсь. Надо провести полную ревизию. Итак, у меня есть три булки, фляга с чаем (спасибо Болту), швейный набор и колечко: остальное барахло должно лежать сверху. Судя по всему, пришел Жендос с Начальником, о том, что я руду набил, он не знал и направился он к выходу сразу, а значит вторая сумка с рудой, кирка и каска лежат недалеко от входа в пещеру. Колечко? А ведь если бы этот остолоп не сказал про колечко я бы и не знал, что делать. А ещё есть два факела'.

Узник пещеры подошел к стене, на которой находился выход, прицелился и попытался зашвырнуть колечко в коридор. Колечко со звоном упало вниз. Недостаточная освещенность и слабые характеристики давали о себе знать. Сотни попыток закинуть заветное колечко в шахту закончились фиаско. Очень много времени уходило на поиск кольца после падения. В итоге Бендер принял решение временно отказаться от этой затеи.

— М-да уж. А замысел был неплох, — с горечью констатировал узник пещеры.

Для себя Олег решил постараться протянуть как можно дольше на той скудной провизии, которая у него осталась. Нужно отдохнуть и по возможности сделать так, чтоб глаза максимально привыкли к темноте. Расположился узник недалеко от дыры: там сквознячок приносил свежий воздух, и было не так жарко, как в остальной пещере. Погасив факела, Олег завалился за насыпью метрах в пяти. Расчет на сон не оправдался. Мрак пещеры и тишина угнетали, время замерло, мысли в голове приносились молниями. Вспомнились родители, беззаботное детство, Светка, армейские друзья, поступки, хорошие и не очень. Бесконечные часы само копания и переоценки своей личности: здесь я поступил так, а надо было вот так, здесь мог сделать так. Память работала чётко, не давая сбоев: каждый случай, каждая ситуация, каждое событие и чувства, которые он при этом ощущал: стыд, счастье, радость, грусть били в голове пульсом, и все дальше уносили спасительные объятия Морфея. Выводы для себя Олег Евгеньевич сделал неутешительные. Вся его жизнь в том мире протекала неправильно. Даже не сама жизнь, а его отношение к ней. Сначала, детство в бедной семье, постоянная зависть мажорам, у которых всегда было то, чего не было у Олега, хотя родители были замечательные: он понял это, когда их не стало. Потом большой город, работа на заводе, денег было не вдоволь, но на жизнь хватало. Дальше, одноклассница Светка сбежала от родителей и подалась в Москву. Первая школьная любовь. Начали жить вместе, дальше появился "Другой Мир" в жизни Олега, а точнее в жизни Светы: она практически жила в капсуле вирта. А после Света встретила свое счастье в "Другом мире" и в один прекрасный день, она просто исчезла, а на кухонном столе осталась лежать записка: "Прости меня, Олежка, мы с тобой из разных миров". Средства, отложенные на свадьбу, испарились вместе со Светой. А дальше тщетные попытки отыскать любимую, частые запои, приключения и армейка. После начались попытки заработать на свой кусок счастья: кабаки, бордели, бои с "гостями". И вот венец всех его деяний — каторга номер 24/12.

'Видимо, чем-то не тем я всю жизнь занимался? Да уж, прав был батя, он всегда говорил: не гонись за деньгами, занимайся любимым делом. А что я вообще, люблю в жизни? Что у меня есть в этой жизни, в этом мире? Ничего. И в том ничего не осталось. Если выберусь, начну жить в свое удовольствие, брошу гоняться за деньгами, займусь тем, что мне действительно интересно. Блин, а может поставить перед собой какую-нибудь нереальную цель. Ну, например, подмять весь этот мир под себя? А почему бы и нет? В том мире я был никем, а в этом мире я бессмертен, бояться в принципе нечего. Что мне мешает попробовать?'.

Манифест новой жизни сложился в ясную картинку. Олег доел последнюю булку, запил остатками чая и погрузился в тяжелый больной сон.

Сквозь сон О. Бендеру мерещилось, будто кто-то напевал незатейливую песенку. Он присел, открыл глаза. Спросонок казалось, что сон еще не отпустил. В центре пещеры, горел факел, и у небольшого камня выкапывал яму какой-то коротышка.

'Интересно, а как он сюда попал? Скорее всего, через дыру в стене, он туда поместится, с трудом конечно, но пролезет'.

Узник тихо подошел к дыре, прикинул размер, выбрал камень, схожий по размеру и как можно тише перетащил его поближе. Камень был тяжеленный, Олег еле дотащил его. Заткнув дыру камнем, он сел возле входа, оперевшись спиной о камень, и стал смотреть, что же коротышка будет делать дальше. Тот продолжал "археологическую" деятельность, напевая незамысловатый мотив.

— Пум пурум, пурум пум, пум!

Я его сперва найду.

Пум пурум, пурум пум пум!

А потом его порву!

Коротышка вытащил из ямы небольшой сундучок. В габаритах Олега — это скорее была приличных размеров шкатулка. Гость начал перекладывать какие-то вещи из сумки в сундук, после, полюбовавшись содержимым, закрыл крышку и спустил его на дно ямы. И еще десять минут коротышка закапывал сундук, напевая все ту же песенку себе под нос. Венцом творения его трудов стал средних размеров камушек, водруженный поверх тайника. Гость, довольно улыбаясь, убрал лопату в сумку, взял факел в руку и направился в сторону Выхода.

— Что, так и пойдешь, даже чаю не попьешь? — огорошил коротышку Олег.

Коротышка испугался, выставил факел вперед и писклявым голосом завизжал: "Не подходи, ты знаешь, кто я, ты знаешь, что с тобой сделают?"

— Ну у меня два варианта, — равнодушным тоном ответил Олег, — первый: ты типичный сопляк, они тоже все время ноют: "Знаешь кто я, знаешь кто мой папа", и второй: ты карликовый гном.

Карликовый гном выпал в осадок и даже слегка открыл рот от удивления.

— Сам ты гном, я леприкон, и не просто леприкон, я из знатного рода. Ты сам-то, кто, плесень?

— Заключенный номер 666, к вашим услугам, ваше Высокоблагородие, — съязвил Олег.

Леприкон сарказма не понял и даже слегка приосанился.

— Так ты каторжник?

— Нет, я инспектор этой пещеры, — издевательски ответил Олег.

У леприкона в глазах читалось недоумение.

— А может ты отпустишь меня, инспектор?

— "Ну, вот блин, дошутился, инспектором стал. Нет, из этого коротышки надо вытрясти как можно больше полезного. Как говорил батя, когда не знаешь, что делать, тяни время, все равно спешить некуда".

— Видишь ли, мой маленький друг, ты пришел ко мне в дом, в мою пещеру, раскопал яму и все это сделал без моего разрешения, я поймал тебя, как маленького воришку, а вот что бы ты сделал на моем месте? — Олег посмотрел на коротышку вопросительным взглядом.

— Но я у тебя ничего не брал, — леприкон замялся, — я сюда принес кое-какие вещи.

— А вот за это большое спасибо.

Глаза леприкона налились тоской, по теперь уже, утраченным вещам.

"А ты, мой маленький друг, очень много лишнего болтаешь, надо бы тебя по провоцировать", — подумал Олег.

Олег молча смотрел на леприкона, тот в свою очередь тоже не знал, что сказать. Молчанка затягивалась. Всё-таки у леприкона нервы сдали у первого.

— Если ты меня не отпустишь, я тебя прокляну, твоя жизнь станет ужасна!

— Что, ужаснее, чем сейчас? Нет, ты не пойми меня неправильно, мне тут очень нравится: душно, голодно, какой-то сопляк меня запугать пытается, тут еще ждет череда голодных перерождений — в общем, не жизнь, а сказка. Я сейчас нахожусь на дне, ниже некуда. А теперь расскажи, что ты со мной сделаешь?

Леприкон уже было собирался открыть рот, но передумал: видимо, ему нечего было предложить Олегу.

— Хорошо, давай я дам тебе золото, — леприкон достал из кармана монетку, — это золото леприконов, оно самое чистое, гоблины за эту монетку сто обычных отвалят.

— Ну, давай, — протянул ладонь Олег.

— Так не пойдет, я дам тебе монетку, а ты меня не выпустишь. Давай сделаем так: с одной стороны, от факела я положу монетку, с другой встану сам, ты пойдешь за монетой, а я к выходу, все по-честному: твоя монета, моя свобода.

Олег сидел на самой границе между светом факела и мраком пещеры.

— "А хорошо я присел, и коротышка не знает, что я дырку камнем закрыл, надо брать, сейчас будет финт ушами".

— Значит, я отхожу от входа и монета моя?

— Да, — кивнул коротышка.

— Ладно, Ваше благородие, готовьте мои деньги.

Леприкон провел все приготовления, положил монетку с одной стороны факела встал с другой.

— Каторжник! Можем начинать!

Олег встал с места, вошел в пятно света от факела и направился к монете. По дуге леприкон аккуратно направился в противоположную сторону. Подобрав монету, Олег обернулся, леприкон стоял недалеко от входа в пятне света. Ехидная улыбка отображалась на его лице. Гость щелкнул пальцем, и монета пропала из рук О. Бендера.

— Ну что, каторжник, получил золото леприкона?

В принципе, на что-то подобное Олег и рассчитывал.

— Бу! — неожиданно произнес Олег и вскинул руки.

Гость, сломя голову, понеся к дыре, и со всего размаху влетел головой в камень. На этот раз свет погас для леприкона.

— Что ж с тобой делать-то, — в слух начал размышлять О. Бендер, — может тебя педофилам отдать, вот у них праздник будет!

Олег перетащил тело леприкона под факел, теперь его можно было хорошо рассмотреть. Он выглядел по классическим канонам сказок: коротышка в зеленом котелке, на ногах большие башмаки, короткие штаны, на теле рубашка в клеточку, поверх жилет с карманами. Открыв сумку, Олег не обнаружил там ничего, никаких отделений, никакого внутреннего пространства сумки, просто мрак. Видимо, так в игре били, реализованы магические возможности.

— А вот теперь, мелкий пакостник, я вытрясу из тебя все, — недобро улыбнулся Олег.

Коротышка открыл глаза, голова его трещала, на лбу виднелась огромная шишка.

— Доброе утречко, ваше благородие! — ухмыляясь поздоровался каторжник.

— Ты обманул меня, мы же договорились, — обиженно бормотал леприкон, почесывая лоб.

— В отличие от тебя, я сдержал свое слово, — парировал Олег.

— Мы договорились, что ты меня отпустишь.

— Нет, мы договорились, что я отхожу от входа, и монета моя, я свою часть договора выполнил, а ты меня обманул.

— "Так, теперь надо дать клиенту созреть, пускай сам выкладывает шмотки из сумки и отдает их мне".

Олег протянул ладонь к леприкону, тот с недоумением посмотрел на нее.

— Ты должен мне монету, золото леприкона.

— А ты меня отпустишь?

— Пока не знаю.

Гость с грустью в глазах отдал монету Олегу.

— А ну-ка щелкни пальцами, вдруг и эта пропадет.

Коротышка щелкнул, монета осталась в руках.

— Я отдам тебе все мое золото, если ты меня отпустишь, — взмолился коротышка.

— Золото хорошо тогда, когда его потратить можно, на каторге оно мне без надобности, отнимут или начальство, или другие заключенные. Да и потом, где гарантии, что оно не пропадает после того, как ты исчезнешь. Я лучше подожду, пока ты умрешь от голода, а после пороюсь в твоих вещах.

— А чего сам не убьешь?

— Это не гостеприимно, да и потом скучно мне здесь одному, а в компании всегда веселее: и голодать, и умереть в муках. Потом, могу отрезать тебе ногу и сожру ее. Разумеется, когда сильно проголодаюсь, после жгутом перетянем, что останется: и я сыт, и ты еще немного поживешь.

Во взгляде леприкона появился неподдельный страх.

— Послушайте, уважаемый господин контролер, — начал гость с почтением в голосе, — а может быть вам что-то нужно, вы только скажите: у меня много чего имеется.

— Ну, давай показывай, что у тебя имеется.

Леприкон залез в сумку, поковырявшись в ней, достал кулон на цепочке и протянул Олегу.

— Эта подвеска, уважаемый контролер, делает вас намного сильнее.

Олег положил подвеску на руку, внимательно посмотрел на нее.

— Это замечательно. Но, видишь ли, мой маленький друг, нет тебе веры, да и опять же, отнять могут.

— А я привяжу ее к твоей душе, я умею. С вами — с проклятыми, это легко проделать.

— Почему с проклятыми? — удивился Олег.

— Ты говорил, что много раз будешь умирать, значит, ты адепт бесконечной жизни, поклонник бога Тимиса: только он накладывает такое проклятье.

Леприкон достал из сумки тяжелый перстень.

— Вот, для мага, увеличивает внутренний резервуар силы, ты, кстати, у нас кто?

— Я каторжник, — с недоумением посмотрел Олег на коротышку, — хрен знает, что ты мне там привяжешь, может это пустышка какая.

Леприкон снова порылся в своей сумке, на этот раз он достал из нее чехол. В чехле находились очки с круглыми зелеными стеклами, непропорционально большие, явно для какой-то другой расы.

— Вот если только попробовать, — леприкон выдавил одно стекло и протянул его Олегу, — посмотри на колечко.

Олег вставил стекло в глазницу на манер монокля и поглядел на кольцо.

Увеличивает резервуар внутренних сил мага на 800 единиц.

— Ух ты, козырная стекляшка.

Олег взял факел и подошел к стене. Нашел место пересечения жил и глянул сквозь стекляшку: "Средняя жила меди, содержит от восьми до двенадцати грамм чистой меди".

— Беру, если сможешь привязать.

Леприкон радостно начал водить руками над кольцом, что-то нашептывая.

— Нет, дружище, не колечко, стекляшку привязать надо.

Леприкон с недовольным видом начал шаманить над стекляшкой. Через минуту коротышка прекратил бубнить и отчитался:

— Все, она привязана.

Олег взял очки с одним стеклом и посмотрел на стекляшку: Линза ушедших, служит, для выяснения сути, привязана к 666.

— Вот и ладненько, а теперь расскажи про привязку?

— Это приблизительно то же самое, что я проделал с монетой.

Гость достал монету, прокатил ее по костяшкам пальцев, и монета пропала. После леприкон стал перебирать костяшками в обратном порядке, и монета появилась у него в руке. Олег попробовал повторить фокус коротышки со стекляшкой, получалось коряво. Стекляшка осталась лежать на кулаке.

— Надо тренироваться, и у тебя получится, — пояснил невольный гость.

Олег решил отложить тренировки на потом. Леприкон начал копаться в сумке, что-то выбирая.

— Вытряхивай все, а я уж разберусь, что мне нужно, а что нет.

Леприкон перевернул сумку, оттуда посыпались вещи: свитки, кулоны, колечко, кое-какая амуниция и различные инструменты. Горка получилась не слабая. Бендер по-хозяйски начал перебирать вещи. Практически все они были специализированные: для мага, для воина, для бойца тени, бойца мрака и т. д. Из всей кучи Олег выбрал для себя несколько вещей: кирку из набора рудокопа Грунонна, свиток телепортации, нож и булавку. Булавка вызвала у Олега много вопросов: с виду обыкновенная, но через стекляшку читались характеристики: булавка работы ушедших, если ее поместить под стельку правого ботинка, то станешь очень выносливым, если закрепить на внутренней стороне головного убора, сможешь видеть в темноте как днем.

— Ну что, Контролер, теперь ты меня отпустишь? — поинтересовался леприкон.

— Еще вопрос, как пользоваться свитком телепортации?

У коротышки сдали нервы.

— Ты меня отпустишь! — взмолился леприкон.

— Не знаю, — честно ответил Олег, — я пока думаю, практический все твои вещи мне без надобности, я могу тебя сейчас убить, и они станут моими.

— Пожалуйста, не убивай меня, Контролер. Я последний в своем роду, наш род правил леприконами тысячи лет, если ты меня я убьешь, что будет с моим народом?

— Прекрати истерику, последний из рода, я еще не решил, что буду с тобой делать, — успокаивающим тоном произнес Олег, — так всё-таки, как пользоваться свитком телепорта?

— Здесь, никак. На Турамсе телепорт работает только в руинах древнего города, — всхлипывая, произнес коротышка, — да и то, там стационарный телепорт.

— Расскажи поподробнее.

У леприкона в глазах мелькнула искорка надежды.

— Давай, я расскажу тебе обо всем, что тебя интересует, а ты меня отпустишь?

— Видишь ли, последний из рода, я сейчас тебе поверю, ты на рассказываешь сказок, и поминай, как звали.

— Давай поклянемся богами, ты сквозь стеклышко увидишь, принята клятва или нет. Только мы поклянемся оба. Я, что отвечу на твои вопросы, а ты что отпустишь меня на все четыре стороны, боги не дадут мне соврать, а тебе нарушить обещание?

— Да будет так, последний из рода! — с максимально возможным пафосом ответил Олег.

— "Собрался информацию выдавливать по капелькам, а тут бурный ручеек сам течет к моим ногам".

— Ну что, последний из рода, давай рассказывай, где тут кровью расписаться?

— Зачем? — удивился леприкон.

— Это образное выражение, давай уже произнесем клятвы, и ты расскажешь мне то, что я хочу услышать, а после свалишь из моей пещеры.

Олег вставил в глазницу стекло.

— Повторяй за мной: "Мы, пред очи богов этого мира, желаем произнести клятву".

Олег повторил фразу. Сквозь стеклышко он видел, как леприкона окутало еле заметное сияние.

— Я, Блупик Шкода, клянусь ответить честно на вопросы, которые этот человек мне будет задавать, если сам знаю на них ответ, взамен этот человек обязуется сразу отпустить меня, после того, как я отвечу на его вопросы.

Блупик замолчал, кивком давая понять, что очередь Олега приносить клятву.

— Я, заключенный номер 666, обязуюсь отпустить Блупика Шкоду.

— Сразу, — поправил Олега Блупик.

— Сразу, — поправился Олег, — обязуюсь отпустить на все четыре стороны, если он честно и в полной мере ответит на мои вопросы.

Свечение вокруг леприкона исчезло.

— Ну, спрашивай.

— "Так куда же ты так торопишься, здесь что-то не чисто, не иначе тебя сроки поджимают?".

— И так, приступим к опросу. А скажи-ка мне, последний из рода, куда это ты так торопишься?

— Спешу уйти отсюда побыстрее, — ехидно улыбаясь, пояснил мелкий поганец.

— "Вот это номер, он и честно ответил и информации не выдал", — Олегу Евгеньевичу было над чем задуматься, таким Макаром его долго можно было водить за нос.

— Ладно, перефразирую вопрос. А расскажи, мил друг, как ты попал на Турамс?

— По морю, — продолжая ухмыляться, ответил коротышка.

— "По морю, значит. Начальник говорил, что должен прийти караван за ресурсами, значит, паршивец прибыл с обозом, спросить напрямую? Нет, надо заставить его понервничать", — теперь ехидно заулыбался О. Бендер.

— А знаешь ли ты, мой маленький друг, как долго ты был без сознания?

Лицо последнего из рода поменяло выражение, взгляд стал недоумевающе тревожным.

— Нет, — растеряно, ответил леприкон.

— А скажи, пожалуйста, последний из рода, знаешь ли ты, как долго загружается караван на нашей каторге?

Во взгляде леприкона, появился неподдельный страх.

— Пятнадцать часов.

— "Значит, все-таки, с караваном прибыл. Будем нагнетать обстановку", — решил для себя Олег.

— А ты здесь провалялся…

Лицо О. Бендера выражало тяжелую работу мысли, складывалось впечатление, будто он решает сложнейшее уравнение в уме.

— Сколько? — не выдержал последний из рода.

— Мало, — коротышка выдохнул, — очень мало времени у тебя осталось до ухода каравана, — закончил мысль Олег.

— Значит, ты понял?

— Послушай, последний из рода, у тебя очень мало времени до ухода каравана, если ты и дальше будешь пудрить мне мозги, я буду задавать тебе бестолковые вопросы в таких количествах, что ты вряд ли успеешь обратно.

Олег блефовал, коротышка был без сознания, от силы, минут двадцать, но блеф был очень убедителен.

— Повторяю вопрос, как ты попал на Турамс? И помни, ответ должен быть максимально развернутым.

— На корабле, прибывшим за ресурсами. С караваном добрался сюда.

— У тебя есть свои люди в караване?

— Нет, у меня есть свой орк на корабле, а за караваном я следую на определенном расстоянии, они воюют с тварями, а я иду спокойно.

— Ну, вот видишь, последний из рода, как легко и приятно говорить правду? А теперь расскажи, куда ведет нора, через которую ты хотел выбраться?

— Выход в двух километрах к югу от каторги.

— А эта дыра вся такая узкая?

— Нет. Метрах в десяти начинается другая пещера. Там места побольше.

— А я смогу выбраться наверх из той пещеры?

— Да.

— С этим пока все, — довольно произнес каторжник, — а если бы ты опоздал с караваном, как бы выбираться с острова?

Глаза леприкона вновь погрустнели.

— Гипотетически, — поправился Олег.

— Раньше мы с отцом уходили телепортом, из руин, но сейчас стало слишком много пустынных тварей.

— Расскажи, как добраться до руин, — настойчиво потребовал Олег.

— В пяти километрах к югу есть русло высохшей реки, иди вдоль русла километров сорок, руины стоят на слиянии двух больших рек, точнее, двух сухих русел, их ни с чем нельзя спутать. В центре развалин площадь с работающим телепортом, только там сейчас много пустынных тварей. Если решился бежать, передвигайся днем, в самую жару, ночью прячься.

— А скажи, может, ты знаешь, как разблокировать интерфейс?

Леприкон посмотрел с недоумением на Олега.

— Ну, внутренний взор, что ль, — пояснил Олег.

— Если ты про покров внутреннего взора, то его можно снять только в храме, где его на тебя наложили, жрецы могут, а я не умею.

— "Прекрасно. Еще один вопрос для себя прояснил. Ах да, надо у него про ушедших спросить".

— Что ты можешь рассказать мне про ушедших?

— Про них мало известно, ушедшие были учителями нынешних богов. Они создавали удивительные вещи, только истинные мастера способны распознать вещь ушедших, единицы из этих мастеров могут понять, как их правильно носить. Свитки для распознания стоят очень дорого.

Олег задумался:

— "Это какая же бомба сейчас ко мне в руки попала, я не просто распознают вещи ушедших, я сразу знаю, куда и как их нужно нацепить".

Мысли Олега прервал леприкон.

— Это все вопросы или есть еще?

— Пожалуй, все, — задумчиво ответил Олег.

— Все, я свою часть клятвы сдержал, теперь сдержи ты свою и отпусти меня.

Олег улыбнулся.

— Ладно, я тебя отпускаю, можешь идти на все четыре стороны.

Леприкон с недоумением посмотрел на Олега.

— Что не так? Ты свободен, иди на все четыре стороны.

У последнего из рода задергался глаз.

— Ты сволочь, я ненавижу тебя! — выкрикивал сквозь слезы леприкон, — ведь ты же поклялся!

Шкода рыдал, как маленький ребенок, Олегу даже стало как-то не по себе.

— Надо было точнее формулировать клятву и потом, ты опять попытался меня обмануть, разве так делают? Надо бы тебя наказать за твое поведение, вот только у тебя нет ничего интересного.

— Кошель золота, там пятьдесят монет, я отдам тебе все, только отпусти, — умоляюще предложил леприкон, вытирая сопли.

— М, да! некоторых жизнь ничему не учит, — произнес Олег вслух, — ладно, отпущу я тебя, недотепа, и монету свою забери, ведь пропадает скорее всего, когда ты отсюда уйдешь.

Последний из рода забрал монету, истерика его сходила на нет, он продолжал периодически всхлипывать.

— Отпустишь? Только давай быстрее, а то караван уйдет.

— Успокойся, ты без сознания был минут двадцать, от силы, твой караван нескоро отсюда тронется.

Шкода сильно удивился, его так не разводили никогда в жизни. Вообще, леприкон одни из лучших пакостников в этом мире. Светка как-то рассказала Олегу, как подобный представитель класса развел их клан на приличные деньги. Дело было так: клан выполнял квест по зачистке подземелий, группа заваливала босса, последний удар нанес начинающий игрок — танк. В благодарность леприкон увеличил все его характеристики брони втрое. Дело происходило в глухой пещере, соклановцы посмотрели броню с помощью свитка и пришли в восторг, они перекрыли выход и потребовали, чтоб Леприкон улучшил броню одного из элитников клана. Тот согласился, но потребовал клятвы перед богами, что после его отпустят. Клятва была дана, и леприкон выполнил обещанное, но для просмотра характеристик требовался очень дорогой свиток. Леприкона отпустили, из кланхрана выделили средства на покупку свитка, провели обряд и после очень долго поминали поганца матом: тот снизил все характеристики брони до нуля и добавил еще одну, восприятие цветочных ароматов, задрав ее до небес.

Последний из рода достал две монеты и протянул их Олегу.

— Это зачем?

— Ты первый, кто надо мной смог подшутить. Правда юмор у тебя черный, заслужил.

Олег отодвинул камень.

— Все, можешь идти.

Леприкон направился к куче вещей, чтоб забрать их.

— А чего это, вы, ваше высокоблагородие, к моим вещам загребущие ручонки тяните?

— Так ты же сказал, что тебе не нужны эти вещи, отнять могут.

— Могут отнять, а могут и не отнять, это как повезет.

Раздосадованный леприкон развернулся и побрел к выходу.

— А ведь и правда, на хрен мне все это нужно? — словно сам себе вслух произнес Олег.

Леприкон остановился, жаба душила.

— А если тебе это не нужно, может я заберу?

Последний из рода с прищуром смотрел на Олега.

— Отдавать просто так честно добытое неспортивно, но мы можем с тобой поменяться.

— На что, если все мои вещи и так у тебя?

— Меняю все это на тридцать метров веревки с палец толщиной. Времени у тебя навалом, поищи наверху.

— Готов поклясться?

— Готов.

На этот раз леприкон долго подбирал слова, суть клятвы сводилась к следующему: Олег обменяет лежащую на полу кучу вещей на тридцать метров прочной веревки и отпустит леприкона восвояси, не чиня ему препятствий и не закрывая проход. Клятвы были даны и леприкон исчез в лазе.

Олег расположился недалеко от входа, достал стекляшку и начал перекатывать ее костяшками пальцев, получалось плохо. Несколько часов упорных тренировки принесли свои плоды: стекляшка прокатилась по костяшкам пальцев и растворилась в воздухе. Олег сделал обратные движения пальцами, и стекляшка материализовалась между большим и указательным пальцами.

— Да я, мать его, Коперфильд! — Олег был в восторге.

Минут через двадцать вернулся недотепа с веревкой.

— Теперь я могу забрать свои вещи?

— Забирай.

Леприкон собрал вещи и направился к выходу.

— Эй, последний из рода, а как же твой сундучок?

— Ничего с ним не случится, — отмахнулся леприкон, даже не взглянув в его сторону.

— А если я его достану?

— Ты из сумки моей много вещей взял? Вот и из сундука ничего не вытащишь. Магия: открыть его может только хозяин, а хозяин я. Так что бывай, мучительных тебе смертей, проклятый.

— И тебе не хворать.

Леприкон ушел, в пещере воцарилась тишина.

Еще некоторое время Олег сидел в раздумьях:

— "Итак, что мы имеем на данный момент: веревка, мега кирка, мега стекляшка, две монеты леприкона, нож, булавочка и свиток телепортации. Надо булавку опробовать, вот только у меня нет головного убора".

Еще немного поразмыслив, Олег снял трусы, пристегнул внутрь булавку и натянул их на голову. В пещере стало светло, как днем, складывалось ощущение, что смотришь сквозь прибор ночного видения.

— "Красота! Вот только если меня увидят в таком виде, сразу в дурку определят".

Олег взял веревку и привязал один конец к ручке кирки, получилась очень неплохая "кошка". А после начались упражнения в метании. Попыток закинуть "кошку" на вход в шахту было бесчисленное множество: много раз удавалось забросить ее в коридор шахты, но она слетала обратно, несколько раз "кошка" цеплялась прочно, но при подъеме срывалась. Наконец "кошка" зацепилась капитально, и Олег выбрался из пещеры. Он сел рядом с входом и, тяжело дыша, произнес:

— Ну что, орчина, много раз буду умирать, говоришь?

Глава пятая. В которой шило в мешке не утаишь

Все оставленное добро лежало на месте. Олег решил не спешить на поверхность, сначала набить побольше руды, а уж дальше выбираться наверх. Он вытащил из второй сумки факела, зажег их и надел трусы на положенное им место.

— "Так, а что там про выносливость было?", — заученное движение костяшками пальцев, и в руках появилось стеклышко. Олег пристально рассмотрел булавку.

— "А вот! Если поместить ее под стельку в правый ботинок, то будешь намного выносливей".

Олег так и поступил, никакой особой разницы в состоянии до и после он не ощутил. С новым стеклышком Олег облазил все стены, отмечая только самые жирные жилы. После в ход пошла новая кирка, она творила чудеса, ведь в свойствах кирки значилось: зачарованный инструмент, способный даже из пустой породы извлекать малую долю ресурса, работая на жиле, ты будешь получать руды больше, и она будет чище. Олег сделал тайник и спрятал в нем все свои новые приобретения, кроме булавки и стекляшки. Он перестелил вторую сумку бумажным пакетом и доверху наполнил ее рудой. Каска, что Олег получил в качестве спецодежды, была металлическая, и прикрепить булавку было не к чему, он попробовал приколоть ее к лямке, но видеть в темноте он лучше не стал, да и сумки стали очень тяжелыми.

— "Наверх придется добраться на выносливости, а обратно со светом, — принял решение Олег, — а вот бы и то, и то сразу. Ладно, Олег батькович, закатай губу в аккуратный рулончик и двигай на свежий воздух".

Бендеру пришлось добираться в потемках, он шел играючи, не уставая, сумки казались легкими. Подъем наверх занял куда меньше времени чем спуск.

Послеобеденное солнышко приятно грело. Свежий ветерок обдувал лицо начинающего шахтера.

— Красота! — не удержался Олег.

Оглядевшись он увидел будку приемщика, она стояла в тени большого дерева. Румын валялся в гамаке, натянутом между будкой и деревом.

— О, пропащий, а я думал ты уже никогда не появишься! — крикнул Румын медленно подходящем Олегу, — ну как успехи, много набил?

— На пожрать хватит.

— Ну, выкладывай свои крохи.

Крох оказалось сорок пять лотков, Румын удивленно присвистнул.

— Это ты на девятом уровне столько набил? С трудом верится.

— Повезло, жилу нашел, — соврал Олег.

— И что большая жила?

— Еще пару таких ходок.

— Не густо.

— Мне на пока хватит.

Олег вернул Румыну номерок, забрал талоны и двинулся к столовой.

У входа в столовую, Олега встретил Болт.

— Привет, пропажа.

— И тебе не хворать, добрый гномик.

— А куда это мы намылились такие грязные и начёсанные?

— А пожрать, добрый гномик, очень уж хочется, — на манер гнома ответил Олег.

— В таком виде, я тебя в свою столовую не пущу. За администрацией стоит баня: сходи, помойся, постригись, побрейся что ли. Один купон все удовольствие, попроси, чтоб шмотки выбили, а потом приходи. Не хочешь выглядеть как человек, сзади окошко и соответствующее общество.

Олег развернулся и пошел посмотреть, что же представляет собой окошко. Рядом с окном выдачи сидели два заросших и грязных голодранца, сидели они прямо на земле, никакой мебели здесь не было.

— "Неужели я выгляжу так же? — ужаснулся О. Бендер, — нет. Мне надо срочно в баню".

Баня доставила Олегу Евгеньевичу огромное удовольствие: всего за один купон он постригся, побрился и попарился в баньке, чистка вещей входила в стоимость, а по тому и от нее он не отказался. И вот, приняв человеческий вид, О. Бендер направил свои стопы в святую святых каторги? 24/12. Столовая встретила непривычной наполненностью, народу было много. Закончилась смена у лесорубов, и теперь трудяги спешили избавиться от своих купонов. Олег выбрал столик подальше от входа, практически в самом углу, что позволяло ему держать в поле зрения весь зал, при этом самому не кидаться в глаза. За двадцать купонов можно было заказать комплексный обед охраны, его Бендер и заказал. Болт сильно удивился, услышав заказ:

— Не дороговато ли?

— Терпимо, — ответил Олег.

Сегодня в комплексный обед входили: большая отбивная к ней гарнир — картофельное пюре, соус на выбор: Олег выбрал сметанный, на второе несколько супов на выбор. Выбор был однозначен: кислые щи и небольшой графин компота. Неся на подносе свой обед к столику, Олег ловил завистливые взгляды местных обитателей, которым приходилось трапезничать, куда как скромней. Устроившись удобно, он принялся разбираться с отбивной.

— Ты смотри, Влад, как у нас кроты шикарно жить стали, хавку вертухаев кушают, наверное, купонов много лишних? — нарочито громко заговорил один из лесорубов за соседним столом.

За соседним столом лесорубов было трое, и судя по тому, что они ели жидкую похлебку, лесорубы они были неважные.

— А мы его сейчас вежливо попросим, Мот, и он с нами обязательно поделится.

— А не боитесь, что он вас на хер пошлет? — перебил актерский диалог Олег.

— Не понял, Влад, это что сейчас было? — возмутился третий участник застолья.

Бендер посмотрел на третьего работягу взглядом, не выражающим никаких эмоций. Словно перед ним было пустое место.

— Хреново, наверное, быть бестолковым?

Внимание всех ближайших столиков было приковано, к происходящему. Работяги встали из-за стола и направились в сторону Олега. Тот абсолютно не обращал на них внимания продолжал расправляться с первым блюдом. Уже было начавшуюся драку предотвратил Болт, встав между троицей и Олегом.

— Это что тут происходит? В моем культурном заведении? — строгим тоном поинтересовался Болт.

— Хамит подземный житель, вот, Вагона тупым назвал.

Болт вопросительно посмотрел на Олега, тот безразлично мотнул головой, да, мол, и пододвинул к себе щи. Болт подмигнул Олегу и повернулся к лесорубам.

— А ведь он прав, у вас на троих одного полноценного мозга не наберется.

— Болт, ты выражения выбирай, а то…

— А то, что? — перебил Влада Болт, — жратву у меня покупать перестанешь?

Влад замялся.

— Прежде чем приставать к человеку, надо поинтересоваться у знающих гномов, что это за человек, почему начальник столовой сам ему булки и чай к столу приносит?

Троица переглянулась.

— Или вот еще вопрос, как крот может позволить себе хавку вертухая? — продолжил добивать троицу гном, — а подошли бы вы сначала к доброму дяде гному, он бы вам рассказал, что Господин Начальник по-особому относится к этому человеку. И что неспроста у крота так много купонов.

— Повезло тебе, крот, что у нас дел много, так и быть на первый раз прощаем тебе хамство, — начал толкать речь Влад.

— Да, да, я все понял, ценю ваше благородство, а теперь валите отсюда на хрен и не мешайте мне кушать.

Троица молча убралась, да и народу вокруг сразу как-то поубавилось. А Болт присел за столик.

— Отбивная великолепна, добрый гномик.

— Ну, ну, давай попробуй заговорить мне зубы, любимчик Орка.

Болт смотрел на Олега хитрым взглядом.

— Спрашивай, — сдался Олег.

Орк сказал, что мы тебя очень нескоро увидим, а ты так скоро нарисовался, да еще с горой купонов, вот и интересно мне…

— Орк устроил мне подлянку, скинул в одну глухую пещеру.

— И колечко туда же? — поинтересовался гном.

— Ага.

— И как ты выбрался?

— А помнишь, добрый гномик, когда ты служил в красной армии, то часто делал одно упражнение — метание гранаты в форточку, а здесь метание колечка в шахту девятого уровня, пришлось помучаться, но в итоге все получилось.

— С этим ясно, а куча купонов?

— Так дар у меня, добрый гномик, я жилы вижу, — не стал врать Олег, — вижу и добываю, только это тайна, как и то, что я из пещеры вылез тоже. Мне бы с Орком дивиться пореже.

— Ладно, золотая рыбка, но я должен видеть лицо Орка, когда он тебя тут увидит.

— Сделаю все от меня зависящее, чтоб тебя не разочаровать.

— Вот и ладненько, с тебя пять купонов за булки и чай.

Олег отдал Болту пять купонов.

— И это, Болт, мне бы сумку побольше, а то в этих много не унесешь.

— Могу предложить мешок из-под картошки, — заржал Болт, — если купоны есть, иди к Дурену, у него много, чего имеется. Ладно, бывай, мне на кухню пора.

Гном ушел, а Олег Евгеньевич, не торопясь, доедал щи. От скуки, он начал рассматривать поредевшую публику вокруг себя. В центре зала за столом сидели бригадир лесорубов и два здоровых мужика. Мужики о чем-то спорили, что-то по очереди доказывали бригадиру. О чем они спорили, Олег не слышал, слишком далеко сидел. В итоге, придя к какому-то решению, спорщики пожаль друг другу руки. Бригадир достал небольшую коробочку и поставил на стол. Один из мужиков взял щепотку приложил ее к ноздрям и, занюхав ее, закрыл коробок. Бригадир положил его перед другим спорщиком. И вот тут произошла "магия". Из-за спин спорщиков мимо проходящий человек с подносом мастерски подменил коробок. Сделано это было на столько филигранно и быстро, что троица за столом даже не успела заметить подмены. Второй спорщик открыл коробок взял понюшку и занюхал. Лицо его стало багровым, он вскочил с места и ударил первого, началась драка, из кухни выскочил Болт и его помощник. На удивление Олега, Болт не кинулся их разнимать, он начал увлеченно смотреть и даже сделал ставку. За спинами кухонных работников, словно тень, в кухонную дверь, прошмыгнул зачинщик драки. Через какое-то время он вышел из кухни с туго набитой сумкой и исчез на улице.

— "Ничего себе артист, такой талант пропадает. Надо его запомнить, у парня есть чувство юмора".

Из столовой Олег направился к складу Дурина. На стук открыл заспанный гном.

— Ну и кто мне спать мешает?

— Я по делу, — замялся Олег

— Рассказывай, что нужно?

— Сумка побольше нужна.

— Побольше нет, могу третью продать, сотка билетиков и она твоя.

— Откуда такие расценки, уважаемый Дурин? — изумился Олег

— Так монополия, — ухмыляясь, ответил гном.

От торгаша Олег ушел разочарованным, цены были запредельные, а ассортимент скудный, пришлось раскошелиться на пять купонов и купить убогую шапку, которую Дурин назвал контрацептивом.

— "Так, а что там Болт говорил про мешок из-под картошки? С моей выносливостью я его допру в легкую", — размышлял Олег.

Из столовой выходил народ, видать, шоу закончилось. Войдя в зал Бендер увидел, как орк разносил мужиков, устроивших драку. Взгляд Начальника упал на Олега. Слова комом встали в его горле.

— Добрый день, Господин Начальник, — проходя мимо поздоровался опальный заключенный.

Нужно было видеть морду орка: казалось, еще чуть-чуть и надо будет его челюсть с пола поднимать. Олег прошел к раздаче, более не обращая внимания на Начальника. На раздачи стоял Болт, лицо его не выражало никаких эмоций, а вот глаза светились от радости. За спиной громко хлопнула дверь, Орк в бешенстве покинул столовую.

— Да сегодня, прям, праздник какой-то! — во все 32 зуба заулыбался гном.

— Гномье рождество, ты, Болт, хорошо себя вел, слабых не обижал и вот тебе подарочек.

— А я думал, ты не хочешь пока с ним пересекаться?

— Производственная необходимость, с подвигла меня на такой шаг.

— И что за необходимость?

— Добрый гномик, ты предлагал мне мешок из-под картошки, я любезно готов принять сей дар, желательно безвозмездно.

— Ладно так и быть, в честь гномьего рождества подарю тебе мешок почти задаром, всего лишь 10 купонов.

Средства позволяли, Олег согласился не раздумывая.

Девятый уровень встретил тишиной. Всю дорогу О. Бендер обдумывал, план дальнейших действий. Оставаться в казенных стенах не было никакого желания, хватит и армейки, рассчитывать на досрочное освобождение тоже не приходится, а отсюда остается только один выход и этот выход Олегу в общих чертах был известен. Оставалось дело за малым, во-первых, нужно было раздобыть запас провизии и напарник, далее требовалось хорошее оружие, конечно у Олега был нож, но оставался вопрос, насколько он эффективен против песчаных тварей и вода, необходимо было взять как можно больше воды. Возможно придется купить несколько фляг, а на это нужны купоны, много купонов.

Следующие трое суток Олег провел, добывая руду, делая небольшие перерывы на сон и еду: теперь, когда план был готов, а цели намечены, спалось хорошо. На четвертые сутки сумки и мешок были забиты под завязку. Бендер отрезал часть веревки, обвязал нижние углы мешка, другие части веревки привязал к горловине, получились лямки. Он положил булавку под стельку перекинул набитые сумки через плечи, надел импровизированный мешок и направился к выходу. В этот раз подъем длился намного дольше. Часто приходилось останавливаться для отдыха. Результаты по добычи повергли Румына в шок.

— Так значит, маленькая жила говоришь?

— Очень маленькая, и практически закончилась.

На этот раз Румын отсчитал 172 купона, по местным меркам Бендер был богач, практически олигарх. Попарившись в бане, он размеренным шагом направился в столовую. Столовая гудела словно улей, по обрывкам доносившихся разговоров Олег понял, что какой-то бедолага пытался бежать, но господин Том пресек попытку побега, и бедолага, наказанный сидит в клетке.

Не далеко от раздачи стоял стол начальства, орк жадно пожирал отбивную. Увидав Олега, он небрежно швырнул кусок мяса на тарелку, по-видимому, аппетит пропал.

Бендер подошел к столу:

— Добрый вечер, господин Начальник, — обратился Олег.

Орк молча смотрел на каторжника.

— Послушайте, мы очень плохо начали наше знакомство, я вспылил, вы вспылили, — начал Олег заискивающим тоном, — я нахамил, вы меня убили несколько раз, но ведь это неправильно, мы же не дети.

Орк вновь принялся жевать свое мясо, показывая жестом, продолжай, мол.

— Я предлагаю заключить мировую. Я со своей стороны, постараюсь попадаться вам на глаза как можно реже, не буду вам хамить и постараюсь стать образцовым заключенным. А вы со своей стороны, постараетесь забыть о моем существовании.

Орк ехидно ухмыльнулся:

— А почему бы и нет? Но вы, заключенный 666, окажите мне одну ответную услугу.

— Слушаю, — напрягся Олег.

— Есть на моей каторге тварь, даже похлеще тебя, пакостник редкостный, недавно бежать пытался. Уж сколько раз я ему шанс давал, до последнего пытался человеком сделать, — чавкая отбивной, разглагольствовал орк, — теперь все, терпение мое закончилось, он с тобой на дно пойдет.

— Дно? — задумавшись, переспросил Олег.

— Девятый уровень шахты, — пояснил Начальник, — и, если ты желаешь моего лояльного к тебе отношения, познакомь пакостника с пещерой. И еще сразу вниз не уходи, жди нас возле Румына часа через два. Я сказал, ты услышал. А теперь не мешай кушать.

-'Вот и складывается мой пазл, зэк с попыткой побега'.

Олег распрощался с орком и двинулся к раздаче.

— Рады приветствовать вас, уважаемый, в нашем пятизвездочном ресторане. Чего изволите? Осмелюсь предложить вам отменнейшую баланду?

— Упаси Тимис, — открестился Олег, — я не гурман. Мне бы, чего попроще, обивную там, ну или на крайний случай борща.

Гном с прищуром посмотрел на Олега.

— Тень был прав, ты балбес, сначала говоришь, а потом думаешь.

До Олега только дошло какую глупость он сейчас сморозил:

— "Мать мою, на хрен я упомянул Тимиса?" — промелькнуло озарение, где-то глубоко в черепной коробке Олега Евгеньевича.

— Ладно с этим разберемся позже, свалит босс, потом подойдешь. Не хватало ему еще увидеть, что ты питаешься лучше него.

— А почему лучше? — заговорщицки взглянув на господина Начальника, спросил Олег.

— Тебе я в блюда не плюю, — гном закатился смехом.

Сегодня охрану потчевали макаронами по-флотски и супцом на выбор. Народу в столовке оставалось немного, и гном осторожно присел к Олегу за стол.

— Как макарошки? Нравятся ли? — издалека начал гном.

— Спасибо добрый гномик, обед великолепен.

— А расскажи-ка, мил друг, о чем ты с боссом секретничал?

— Да так ни о чем. — Олег Евгеньевич отхлебнул компот из граненного стакана и продолжил, — сделал попытку к примирению.

— Свежо предание. А кто тебе про Тимуса поведал.

— Да не помню, слышал где-то, — соврал Олег.

— И где ж ты интересно, мог слышать закрытую информацию для служебного пользования? — с хитрецой во взгляде продолжал давить гном.

— Не хочу тебе врать, лучше просто помолчу.

— Что произошло в пещере? Ты разговаривал с кем-то? Кто это был? Кто-то из богова этого мира?

— Нет.

— Это был не бог?

Олег промолчал.

— Олег, кого ты видел?

То, что отмалчиваться бесполезно, Олег уже осознал.

— Это был леприкон.

— И….? — продолжил давить Болт.

— И это был леприкон, я ответил на твой вопрос?

— И в связи с этим, у тебя стало много купонов, что он тебе дал, какую-нибудь зачарованную вещь?

— Вещи могут легко отжать, он дал мне дар видеть жилы, — соврал Олег.

— Ладно, сделаю вид, что наивен.

— Послушай, Болт, я не хочу врать, но и рассказывать тебе всего не стану.

— Вот как мы заговорили! — возмутился гном.

— Предлагаю сделку.

Гном вопросительно посмотрел на Олега.

— Тебе ведь, понравилось "гномье рождество"?

— Ну, допустим, — согласился Болт.

И тут Олега понесло.

— Я устрою тебе праздник — это будет день рождения, девятое мая и новый год в одном флаконе.

Гном с недоверием посмотрел на Олега, но в виду того, что на каторге было очень скучно, гном нехотя согласился:

— А взамен ты хочешь?

— Добрый гномик, перестань мне задавать неудобные вопросы.

— И когда состоится сие чудесное мероприятие?

— Мне нужно пару недель на подготовку.

— Ладно, я смерю свое природное любопытство, но если в условленный срок я не получу свой праздник души, то мне придется выбить из тебя информацию, а после даже с кучей купонов тебе будут нечего жрать на этой каторге.

— "Маю матушку, у меня всего две недель на подготовку. Нашел на филейную часть приключений!"

На этот раз Олег закупился провизией основательно.

Ко времени назначенным Начальником, Олег стоял рядом с будкой Румына. Орк был пунктуален.

— Вот, заключенный номер 794, этот милейший рецидивист проводит вас к месту работы, — указал Начальник пальцем на Олега.

— "Ого, мир тесен!", — изумился Олег, новым любимчиком орка, оказался артист устроивший драку в столовой. В руках он держал надорванный бумажный пакет, видимо, с вещами рудокопа.

— Пойдем, время дорого, — бесцеремонно произнес Олег.

— Помни, заключенный, — обратился орк к Олегу, — я сказал, ты услышал!

После этих слов Начальник развернулся и пошел восвояси, а рудокопы направились в шахты.

Глава шестая, в которой О. Бендер обзаводится напарником

— И как тебя зовут, Новый любимчик Начальника? — начал знакомство Олег.

— Саша, — растерянно ответил новый знакомец.

— А меня зовут Олег Бендер, и я теперь занимаю второе место в рейтинге любимчиков нашего милейшего начальника, за что тебе, Александр, огромное нечеловеческое спасибо!

Замявшись Александр все-таки спросил:

— А что орк имел в виду, этими своими, я сказал, ты услышал, он ведь к тебе обращался?

— Пообещал меня из списка любимчиков вычеркнуть, если я тебе несчастный случай учиню, — спокойным тоном ответил Олег.

Саша стоял в недоумении, такого честного ответа он никак не ожидал услышать.

— Шура, успокойся, распакуй пакет, экипируйся и пойдем в шахты. У меня не так уж много времени, надо еще норму набивать. А по поводу моих слов не переживай, если я от тебя и избавлюсь, то в этом списке останусь один. А мне этого не нужно.

Слова О. Бендера успокоили начинающего шахтера. Шура экипировался, вот только в его экипировке не хватало второй сумки.

— Ну что, Шура, готов опуститься на самое дно этой каторги?

Шуру бил озноб.

— Уважаемый, что с тобой?

— У меня клаустрофобия, и мне очень страшно.

— Послушай Шура, либо ты сейчас идешь со мной, либо ты остаешься в этих шахтах сам по себе, и добираешься глубоко вниз будешь самостоятельно.

Фобия Шуры давала о себе знать. Его мучила отдышка, он периодически начинал истерить. Периодически он умолял нового знакомого не убивать его, после упрашивал убить поскорее, чтоб без мучений. Терпение Олега иссякло, Шура получил звонкую затрещину. О. Бендер достал кусок веревки и обвязал Шуре руку.

— Шура, у меня нет времени на твои истерики, я знаю эти шахты и пойду быстро. Ты держись за веревку и не отставай. Послушай, я не могу тебя бросить, потому, что Начальник с меня спросит, мне с этим козлом сейчас никак нельзя ссориться.

Так с уговорами и затрещинами спустя три часа рудокопы добрались до девятого уровня. Шура пал духом, казалось, из него выпили всю жизнь, оставив лишь безразличную куклу. Олег зажег рядом с ним факел и недолго думая, отправился добывать руду.

Он битком набил первую сумку, а Шура неподвижно сидел у факела.

— "Да уж, жалко малахольного, — размышлял Олег о новом знакомце, — интересно он всегда такой или бывает и адекватны?"

Потрудившись с час, Олег Евгеньевич решил пообедать. Он присел рядом с Шурой, достал из сумки булку, разломил ее на две половины, одну оставил себе, а другую сунул новому знакомому.

— Покушай, надо кушать.

— А вы меня точно не убьете?

Кажется, Шура окончательно впал в детство. Олег тряханул бедолагу.

— Смотри мне в глаза! — бедолага испуганными глазами смотрел на О. Бендера — Шура, здесь нет ничего страшного, это просто длинный зал, у тебя в квартире был зал?

Шура мотнул головой.

— Это точно такой же зал, только свет выключен, единственный кого тебе стоит опасаться, это я. Шура, я обещал, что не трону тебя, и я свое слово сдержу. А теперь возьми себя в руки и дуй добывать руду.

Начинающий рудокоп внял словам Олега. После короткого инструктажа он добыл свой первый кусок руды. Прошло несколько дней вся тара О. Бендера была наполнена, а Шура заканчивал набивать второй бокс, сравнивая свои результаты с результатами Олега начинающий рудокоп впадал в уныние.

— Олег, как у вас получается, что я делаю не так?

— Ладно, Шура, пора мне на верх, а ты давай развлекайся, тренируйся.

— Я здесь с голоду подохну! — взвыл горе шахтер.

— Шура, хватит комедию ломать, у тебя должна быть полная сумка хлеба, который ты с кухни спер.

Глаза Шуры моментально высохли, лицо стало выражать надменность и хищнические нотки поблескивали во взгляде.

— И когда ты понял?

— Сразу. Таких истерик не бывает, — бесцеремонно пояснил Олег.

— И ты все эти дни мне подыгрывал из любопытства?

— У меня, товарищ Шура, свой резон имеется, некоторое время назад, в столовой, я наблюдал шоу одного актера. Меня впечатлило, как вы красиво все провернули.

— И…?

— Скажи, Шура, ты действительно, хочешь гнить в этой шахте?

— Не имею ни малейшего желания, а у вас я так понимаю есть какой-то план.

— В общих чертах, — не вдаваясь в подробности Ответил Олег, — и одному будет крайне сложно его осуществить. Да и времени осталось меньше двух недель.

— А вот теперь я никуда не спешу, — Шура завалился на землю используя камень в качестве подпорки и закинул руки за голову, — но хорошую историю послушаю с удовольствием.

— Обязательно послушаешь, только сначала надо пройти проверку на лояльность. Мне перед орком, а тебе передо мной.

— И в чем это выражается? — Шура смотрел на Олега, как на наивного чукотского юношу.

— Завтра я притащу сюда Орка. Ты в это время должен сидеть вон в той глухой пещере, и поминать меня по матушке. И запомни, истерика должна быть натурально, с мольбами, соплями и прочими атрибутами театрального искусства.

— Ага, сейчас! Я добровольно залезу в яму, вы с орком поугораете и поминай как звали.

— Я сказал, ты услышал. Дело хозяйское. Выбор за тобой, но если тебя не будет в яме… — дальше Олег с ношей молча направился прочь.

Наверху все было по-прежнему, солнышко, ветерок, и мирно дремлющий в гамаке Румын.

На этот раз в руках О. Бендера оказалось 170 купонов, совокупный доход составил не подъёмную для этих мест сумму в 325 купонов.

— "Да, можно жить неплохо, но пейзаж скучноват", — философски заметил Олег.

С этими мыслями начинающий олигарх направился в баню. К стандартному комплексу процедур, в этот раз О. Бендер докупил массаж за 4 купона, дороговато, но оно того стоило.

На входе в столовую Олег столкнулся с Начальником.

— День добрый, господин Начальник, — начал беседу Олег

— Был добрый, пока я тебя не встретил.

— Ну зачем же так, Господин Начальник, кстати я выполнил вашу просьбу.

— Ну тогда может и добрый, — орк ощерил свою зубастую пасть, — а ты когда обратно собираешься?

— Завтра планирую, пообедаю и пойду.

— Завтра в районе обеда, жди меня у Румына, посмотрим как ты просьбу мою выполнил.

И разошлись они как в море корабли.

Сегодня Болт не приставал с расспросами, единственное к концу ужина он напомнил, что времени до праздника осталось мало.

Спать в бараке Олег не стал, упросил Румына оставить гамак и расположился в нем. Ночь выдалась холодной, как и любая ночь в пустыне, зато небо было великолепно, огромная луна и яркие звезды, пол ночи О. Бендер зачарованно глядел в звездное небо, он почти забыл как красивы звезды. Как свежа ночь после дневного зноя. Усталость брала свое и он не заметил, как уснул. С утра Румын бесцеремонно разбудил Олега.

— Вставай время много, скоро шахтеры на работу пойдут.

— Ну и? — недовольно буркнул Олег.

— Ну и вали из моего гамакам.

О. Бендер недовольно встал, потянулся и спросонок побрел к столовой. Неподалеку от столовой у длинного сарая из жердей стояла толпа рудокопов, перед толпой буйствовал Господин Начальник.

— Вы не рудокопы, вы рукожопы! Штрафник на пустом уровне собрал больше руды чем любая из бригад. Штрафник! — возмущенно размахивал руками Орк, — этот поганец питается лучше моей охраны!

Штрафник решил не привлекать к себе внимания и тихонечко бочком начал двигаться в сторону столовой. Орк стоял к нему спиной. А вот трудяги на площади смотрели на Олега недобрыми глазами.

— "Да, Олежка, умеешь ты наживать друзей", — промелькнула мысль в голове стахановца.

Завтракал начинающий олигарх большой порцией омлета, мясом по купечески и салатом весенним, который больше походил на осенний в силу по жухлости зелени. В трапезный зал вошел бригадир рудокопов и прямиком направился к стольку Олега, за ним шли еще двое крепких ребят. Без лишних церемоний троица уселась за стол.

— Знаешь кто я? — без прелюдий поинтересовался бригадир.

— В общих чертах, — безразлично ответил О. Бендер закидывая остатки омлета себе в рот.

Единственное что знал Олег об этом человеке, так это то, что он бригадир всех рудокопов. Об его спутниках он не знал ровным счетом ничего.

— Сегодня мы, по твоей милости, получили ни за что от Начальника.

— И чего мне теперь, пожалеть вас? — голос Олега Евгеньевича выражал сарказм, взгляд был спокойным и холодным, как у профессиональных убийц. Этому трюку Олега обучил Татарин.

Бригадиру явно стало не по себе. Олег смекнул, что Бригадир лицо номинальное, а реально рулит кто — то другой. Вот только кто из этих двоих?

— Ну с этим все ясно, — мотнул головой Олег в сторону бригадира, — а вас господа как зовут?

— А нас не зовут, мы приходим сами, — пошутил трудяга с левой стороны от бригадира.

— "Значит это вышибала, лицо не обезображенное интеллектом, он вряд ли бы допер до такой схемы, ему бы ботинки на ноги правильно надеть", — Олег обратился к третьему работяге.

— Может вы отпустите этих клоунов и мы нормально поговорим?

— Че ты вякнул? — нахохлился шутник и уже было начал вставать.

— Свободны! — сказал работяга справа.

Бригадир и шутник спорить не стали и пересели за соседний столик.

— Как понял? — негромким спокойным голосом спросил работяга.

— Бригадир у нас хороший, только малость трусоват, без должной поддержки, его бы быстро поменяли. Юморист ваш туповат, на переговорах умные люди себе такого не позволяют, дальше методом исключения. Так как к тебе можно обращаться?

— Макс.

— Макс, а почему в столовой, а не где-нибудь в шахте?

— Порка должна быть публичной, — спокойным тоном ответил Макс.

— В беседе есть смысл? — все тем же спокойным тоном поинтересовался Олег расправляясь с салатом.

— Вы умный человек, Олег, а с умным человеком приятно иметь беседу, к тому же наказать можно по-разному. Можно физически, можно материально.

— Макс, не будем из пустого в порожнее, говори по существу.

— Сейчас сто купонов, а далее 15 процентов с любой добычи, — резюмировал Макс.

— В противном случае? — поинтересовался О. Бендер.

— Олег, тебе руду нужно безопасно доставить на верх. А в шахте разное может случиться, у нас ведь все-таки каторга, народ лютый, неделями голодает, а ты тут жируешь, омлет трескаешь с салатиком. Никого не стесняясь.

— А по перечислению означенной суммы, злые голодные каторжники превратятся в добрых фей?

— Почти.

— Не интересно, — сухо ответил Олег.

— Олег, ты вроде не дурак, вон и ребусы решать обучен, и с головой вроде дружен. Это не предложение, это констатация факта.

— В твоем бизнес-плане, Макс, очень много неучтенных факторов.

— Например? — удивленно спросил Макс.

— А что если твои каторжники, под землей по сравнению со мной и правду окажутся добрыми феями.

— Их много, ты один, — парировал Макс.

— Как говорил один мой знакомый, не важно сколько перед тобой стоит врагов, если ты знаешь что нужно делать.

— Ну, ну.

— Я так понимаю, вы боитесь, что вам норму повысят.

— Орк может, прецеденты были, но дело не в этом дело. Ты с девятого уровня очень много руды поднял, а такого быть не может, если только у тебя нет какой-нибудь зачарованной штуковины, от которой тебе надо срочно избавиться.

— Болт или его помощник? — сухо спросил Олег

Из беседы с Максом, О. Бендер сделал несколько выводов, в отличие от лесорубов, горняки имеют четкую иерархию, своего рода теневое правительство, о разговорах с болтом Макс знает, а значит, либо Болт сам ему рассказал, либо его помощник постоянно греет уши. И про купоны, он знал точно, что они у Олега имеются. Но тут ответ был прост, доска с результатами добычи висела на стене склада, и все рекорды по добыче вывешивались там.

— Кухонный Шмыга, — понимающе ответил Макс.

— Знаешь, Макс, не нравится мне твоё предложение. Посмотри на это с другой стороны, у тебя здесь все отлажено, ты худо-бедно рулишь этой шарашкой.

— Ну допустим, — согласился Макс.

— А тут рас, и появляется элемент дисбаланса в твоей системе.

— И с этим соглашусь.

— И вот, ты пришел и начал требовать, чтоб элемент не нарушал баланс системы, а за свои прошлые прегрешения сурово заплатил.

— К чему этот треп? — не выдержал наконец Макс.

— Спокойно, Максимка, ты же любишь поговорить с умными людьми, так наслаждайся беседой.

Макс начал вставать с меты, Олег резко двинул стол, тот ребром попал Максу под дых. Макс сел обратно и упал лицом на стол. На звук за соседним столом начал оборачиваться шутник. Олег вскочил из-за стола и с вертушки пробил шутнику в голову, удар выше филигранный. Шутник вырубился. Бригадира Олег трогать не стал, тот и так перепугался не на шутку. О. Бендер вернулся к себе за стол, схватил неудавшегося вымогателя за волосы и прислонил вилку к глазу. Макс попытался оторвать лицо от стола, но Олег не ослаблял хватку. Макс перестал сопротивляться.

— Так к чему я тебе это все рассказывать начал? Я элемент дисбаланса в твоей системе. Я разнесу напрочь твой миропорядок, начну, например, добывать бешеное количество руды, чтоб вам поднять выработку, после выберу себе одну бригаду и начну работать только с ней, — Олег специально говорил громко, чтоб все вокруг слышали, — эта бригада будет питаться хавкой вертухаев, работать не более шести часов в сутки. А ты докатишься до того, что начнешь махать киркой за тарелку баланды.

Олег наклонился к уху Макса и прошептал:

— Сейчас я уничтожаю твой авторитет, а ведь я давал тебе шанс договориться мирно.

О. Бендер поднял Макса за волосы и с силой толкнул его в лицо ладонью. Макс упал, из носа текли кровавые сопли.

— К сожалению аудиенция закончена! — громко сказал Олег.

Макс уже было собирался броситься на Олега, но тут подоспел Болт.

— А чаво это за криминал у меня в столовой творится?

— Беда, добрый Болт, поветрие у нас пошло, вот у этого, — Олег указал пальцем на Макса, — носом кровь пошлы, вон тот, сознание потерял, а у того, судя по запаху недержание.

— Так, болезные, немедленно покиньте культурное заведение.

Бригадир и Макс взяли под руки шутника и вышли на свежий воздух. Плотно покушав О. Бендер направился в шахты, дабы приступить к трудовым свершениям, вот только приступить к этим свершениям помешала небольшая группа профессиональных шахтеров. У входа в шахты стояли человек пять, и недобро косились в сторону Олега. Он завернул от входа в сторону Румына.

— Это по твою душу копатели, — констатировал факт Румын, — они без тебя никуда не уйдут.

— Думаешь они меня уработают?

— К гадалке не ходи.

Олег скептически улыбнулся.

— Может забьемся на 50 купонов, что я спокойно доберусь до 9 уровня.

— А может сразу на сотенку? — перебил ставку Румын.

— Давай, — согласился О. Бендер.

Румын крикнул парнишке из толпы встречающих.

— Данила, мы тут забились с товарищем 666 о том дойдет ли он до девятого уровня, он утверждает, что дойдет, я обратное, разобьешь?

— Запросто.

Данила подошёл к спорщикам улыбнулся и разбил руки.

— Ну что, может уже пойдем, непорядочно заставлять общество ждать, — заулыбался Данила.

— Да я бы с радостью, — спокойным голосом ответил Олег, — вот только Начальника дождусь, он велел без него не спускаться.

Румын сразу перестал улыбаться

— Купоны сразу отдашь или я в следующий раз заберу? — обратился О. Бендер к Румыну.

— В следующий раз — сквозь зубы ответил Румын.

Когда Начальник подошел ко входу в шахты, сопровождающие пропали. Олег надел на голову шапку и двинулся в шахты, орк пошел следом. Всю дорогу они шли молча и только дойдя до девятого уровня орк спросил: ну давай, показывай?

Орк подошел ко входу в пещеру и зажег факел.

— Эй заключенный ты там?

А в ответ тишина. Тишина длилась уже неприлично долго.

— И что это за шутки, заключенный 666?

— Какие уж тут шутки, я скинул его вниз, как мы и договаривались. — спокойным тоном ответил Олег.

— Сволочи мрази, как можно живого человека, у меня клаустрофобия, господин Начальник, простите меня.

Олега отпустило, Шура был на своем месте и бился в истерике, периодически то проклиная, то умоляя о спасении. Орк в игру поверил. Прочитал Шуре пафосную лекцию, о пользе здравого смысла, вспомнил Шурины косяки, коих оказалось довольно много, после Начальник расписал, как Шура будет подыхать раз за разом и в итоге швырнул колечко в пещеру. Шура показал всю виртуозность актерского мастерства на какую только был способен. Кажется, орк был доволен. Он удовлетворенно посмотрел на О. Бендера:

— Ты выполнил мою просьбу, я выполню твою, срок пребывания на девятом уровне для тебя сокращен с пожизненного до пяти лет.

Олег помрачнел лицом, а орк рассмеялся.

— "Радуйся орчина и на мой улице перевернется самосвал с плюшками", — читалось во взгляде Олега.

— Этот момент будет согревать мою душу в старости, — лицо господина Начальника непроизвольно расплылось в самодовольной улыбке.

О. Бендер проводил взглядом Начальника до выхода, благодаря булавке видно было как днем. Орк постоял возле входа еще какое-то время, о чем-то думая и всматриваясь в пустоту. К счастью, Шура не прекращал истерить, видимо предвидя нечто подобное. Олег проводил орка до пятого уровня, следя за ним, после вернулся на девятый. Шура продолжал крыть его и всю его семью благим матом.

— Успокойся, истеричка! — крикнул Олег в пещеру, — я оценил твои актерские способности!

— Идиот свалил? — спокойным тихим голосом поинтересовался новый узник пещеры.

— Я проводил его до пятого уровня.

— Сбрось факел надо колечко найти.

— Олег подошел ко входу пещеры и кинул туда шапку.

Немного пошарив в темноте Шура нащупал шапку.

— И что мне с ней делать, поджечь?

— На голову надень. Дурень.

Шура так и поступил.

— Вот это ни хрена себе, где вы достали такую вещь?

— Где взял там больше нет, ищи кольцо и вылезай на верх, будем разговор разговаривать.

Олег привязал веревку за массивный камень и скинул ее в пещеру, зажег факел, выложил все содержимое тайника и стал ждать потенциального напарника. Минут через десять, Шура выбрался в коридор шахты. Увидав все добро Олега, Шура присвистнул. Особое внимание привлек нож. О. Бендер протянул Шуре булку, тот не задавая вопросов начал ее есть.

— Ну как, прошли вы тест на лояльность? — поинтересовался Шура доев булку.

— Да, — ответил Олег.

— А я?

— Ты тоже.

— И что вы получили в итоге? — не унимался Шура, — теперь моё кольцо при мне, ваше наверняка тоже при вас. А ведь этот полудурок может завалить выход с уровня, от него давно этого требуют, только мы останемся с этой стороны.

Слова Шуры стали для Олега настоящим подарком.

— Во-первых, Шура прекрати истерику, орк ушел, а во-вторых, сейчас ты внес последние штрихи в мой план побега, и, в-третьих, верните мне шапку, а то уши мерзнут, — пошутил Олег.

Шура несколько секунд боролся с желанием оставить шапку себе, жадность кричала, что надо послать нового знакомого и оставить такую ценную вещицу, в темноте от нового знакомого будет уйти просто, но победило благоразумие, Александр протянул шапку Олегу.

— Ну теперь то вы меня посвятите в свои страшные тайны? — не выдержал Шура.

— Шура ты до отсидки играл в "Другой мир"? — ответил вопросом на вопрос О. Бендер.

— Да, у меня даже был свой клан, — с грустью ответил Шура.

— Посмотри на монеты и расскажи мне о своих выводах.

— Такое чувство словно я на собеседовании, — парировал Шура.

— Считай, что это и есть собеседование, и от твоих выводов будет многое зависеть. И так, — Олег указал на вещи.

Шура начал рассматривать вещи, взял монетку в руки, покрутил ее перед огнем факела.

— Золото леприкона, значит, ты здесь встретил леприкона. Если бы ты его убил, у тебя было бы больше монет, а значит он отдал тебе монеты сам. А леприконы большие паршивцы и золото свое отдают только если над ними хорошо подшутить в благодарность за хорошую шутку.

Олег улыбался.

— Так как монетки две, видать, вы над ним вдоволь поглумились, — Александр переведя взгляд на пещеру продолжил делать выводы, — возможно, вы его загнали в пещеру. Или вы его поймали, когда сами сидели в пещере? Если, когда сами сидел, значит…

Шура посмотрел на Олега, тот улыбался.

— Значит надо сделать так, чтоб орк нас здесь похоронил, колечки при нас и искать нас не кинутся, а где выход? — спросил Шура.

Олег помотал головой.

— Шура ты проходишь собеседование. Здесь я должен задавать вопросы. Но ход твоих мыслей определенно верен.

— Ладно, предположительно, вы знаете как с девятого уровня попасть на верх. Вы говорили про запасы и про ограничения по времени, значит вы знаете куда нужно идти и что делать, и опять же леприконы большие поганцы, им соврать, раз плюнуть, если только, — Шура сделал задумчивый вид, — клятва перед богами, тогда он врать не смог бы.

Сказать, что О. Бендер был потрясен выводами Шуры — это ничего не сказать.

— "Ни хрена себе, сложил два плюс два, да он аналитик от бога, нет такую светлую голову здесь оставлять никак нельзя".

Олег продолжал молчать, просто потому, что он не знал, что сказать. Шура принял это молчание на свой счет и решил, что он еще не все выводы сделал.

— К сожалению, это все мои выводы.

— В целом правильно. Первую часть собеседования ты прошел. Теперь приступим ко второй части, расскажи о себе.

— Настоящее имя не скажу, — почесывая бороду ответил Шура, — сижу по статье хищение в особо крупном размере.

— Не то, — перебил Олег, — расскажи чем займешься в обитаемых землях?

— Хочу вернуть свой клан, — ответ потенциального подельника был однозначен.

— Почему он для тебя так важен?

— Это моё детище. Я с днища его в топ 50 вывел, и сижу я здесь потому, что ворованные деньги в казну клана перевел, на прошлой недели мне надо было подтвердить в храме двух лун свою преемственность и взять управление кланом в свои руки, вот только побег накрылся, а право управлять кланом перешло к моему заму.

— Это не правильный ответ, Шура.

— Это почему.

— Ну может потому что ты зек? Или потому, что твои бывшие подчиненные на вряд ли отдадут тебе свой маленький кусочек власти.

— Мой зам, Златоглазка, еще и девушкой моей была.

— И как давно это было? — с ухмылкой спросил Олег

— Чуть больше года назад, — погрустневшим голосом ответил Шура.

— А если, твои сокланы пошлют тебя лесом, чем тогда ты планируешь заниматься?

— Без понятия, — честно ответил Шура.

— Так, что до большой земли вместе, а там разбегаемся?

— Скорее всего.

— У меня встречное предложения, Шура.

— Излагайте.

— У меня, Шура, грандиозные планы, я собираюсь стать хозяином этого мира.

Ироничная улыбка скользнула по лицу Шуры. Взгляд Олега был серьезен, как никогда.

— Так что, если тебя кинут с твоим кланлидерством, предлагаю тебе поработать со мной на правах полноценного партнера. Шура, зачем тебе какой-то клан, половину этого мира будет принадлежать тебе, вино, женщины разных рас, сундуки с монетами, все самое лучшее, кланлидиры топовых кланов будут приходить к Тебе на поклон.

— Пол царства значит? Красиво поете, — перебил речь О. Бендера Шура, — заслушаться можно. Давайте сделаем так, если меня кинут с кланом я присоединюсь к вам.

— А вот это, правильный ответ, Шура, вот теперь задавай свои вопросы.

— Что со временем? Вы говорили, что мы ограничены по времени.

— Язык мой враг мой. Шура, я случайно бросил перед Болтом крамольную фразу, связанную с религией носящую служебный характер. И он, как и ты сделал свои выводы, пообещав выбить из меня информацию. Взамен я предложил сделку, мол, доведу орка до белого каления, а он не будет задавать неудобных вопросов, время почти истекло, осталось три дня.

— И вы вместо того чтоб нахлобучить орка, вы решили срулить без подготовки?

— Что-то вроде этого.

— Ну что ж, командор, ваш диагноз мне понятен. Но откладывать качественную подготовку считаю не правильно.

— Тогда надо что-то с орком думать.

— Вот это как раз не проблема.

— Тут еще такой момент, — замялся Олег, — я с местным авторитетом кое-что не поделил.

О. Бендер поведал Шуре историю про Макса, и про друзей которые поджидают его на верхних уровнях шахты.

— А вы полны сюрпризов. Олег, не проще ли было отдать ему сто купонов?

— Импровизация вышла из-под контроля, — с горечью констатировал Олег.

— А когда вы говорили про бригаду, ну что выберите одну и она как сыр в масле будет, вас много народу слышало?

— Почитай вся столовка.

— Тогда я не вижу проблем.

— У тебя есть какой — то план?

— У меня есть какой — то план, — уклончиво ответил Шура, — вот только мелочи додумаю и представлю его вам во всей красе.

На все размышления у Шуры ушло чуть больше часа, когда в его голове сложился пазл, он отвлек Олега от работы.

— И так первое, — начал презентацию Шура, — нам нужно много хлеба и как минимум шесть фляг, второе нам нужно провести шоу программу для Болта, для покупки хлеба нам нужны талоны, много талонов, Олег сколько у вас талонов в наличии?

— Чуть меньше полу тысячи.

Шура удивленно посмотрел на О. Бендера.

— С купонами проблем нет, дальше на публике я буду оказывать вам высшую степень уважения, если можно давайте перейдем на вы и придумай себе какое-нибудь прозвище внушающее уважение.

— Это зачем?

— Часть стратегии, потом узнаете, ко мне тоже обращайтесь на вы.

— К чему это? — не выдержал Олег

— Высшая степень уважения, когда к тебе относятся с уважением это внушает и обескураживает.

— Блин я даже не знаю как назваться чтоб внушать.

— Все самому приходится делать, — горестно вздохнул Шура, — и так, с этого дня и по какой Хотите срок, я нарекаю вас Командором.

— Командор. Звучит, — одобрил Олег.

— Меня, Командор, вы можете называть Шурой, и с этих пор, я обязуюсь обращаться к вам на "вы".

— Пафосно, — только и смог сказать Олег.

— Понты это наше все, как говорил один мой хороший знакомый, когда нечем торговать, торгуй понтами.

— Что у нас там дальше по плану? — напомнил О. Бендер.

— Дальше, я заметил, что вы, Командор, видите жилу.

— Есть такое, — подтвердил Олег.

— Отметьте мне, пожалуйста, точек сорок вон в той пещере, только их должно быть еле видно.

— Это часть плана?

— Одна из возможных ветвей развития.

— Интрига? Ладно с этим решим, а дальше?

— Первые полтора пункта, хлеба и зрелищ обеспечу я, вторые полтора останутся за вами.

— Объясните Шура.

— С меня подлянка орку и хлеб.

— А с меня? — продолжал давить Олег.

— А с вас, Командор, фляги и уделать тех друзей которые вас ждут.

— Шура, а с чего вы взяли, что я уделаю эту пятерку? Двух трех, еще куда не шло, но с пятерыми я вряд ли справлюсь.

— Командор, вы забываете про свои преимущества, — Шура указал на шапку, — погасить кристалл или заманить их в местечко потемней. И вы перебьете их как слепых котят. Заодно и фляги у них заберете, миссия два в одном, и не забывайте если вы их отметелите то ваш авторитет скаканёт вверх, а как я говорил ранее — понты наше все.

Олег пришел к выводу, что план может сработать.

— И так у нас есть полтора дня, чтоб добыть максимальное количество руды, и день на подготовку праздника гному, — подвел итог Шура, — за дело!

Глава седьмая. В которой наступает 'гномье рождество'

Мега кирка досталась Шуре, себе Командор оставил обычную в паре с булавкой. Сначала, Олег Евгеньевич размечал точки с жилами, потом трудяги били руду, получалось споро, к часу "х" вся тара была полна и можно было выдвигаться наверх. На верх решили идти следующим образом, сначала уровень проходил Шура, если "друзей" Олега он не встречает, то возвращается на предыдущий уровень за подельником. В противном случае он просто шел наверх, а Командор, не дождавшись напарника получал информацию о засаде. Шура предположил, что новые "друзья" Командора будут поджидать его в середине пятого уровня, и надо сказать его прогнозы сбылись.

— Стой малой! — окликнул Шуру голос из мрака. — ты с девятого?

— Да, — с нотками страха в голосе ответил Шура.

— А второй косорез когда собирается на верх? — довольно наглым тоном поинтересовался кто-то из темноты.

— Сегодня, часа через два.

— А руды у него много?

— Очень много, он паскуда жилу нашел, а меня к ней близко не подпускает, — соврал Шура.

— Ладно, малой, вали куда шел.

Шура пошел дальше, а люди Макса остались ждать Командора.

Когда, минут через сорок, Шура не вернулся, Командору стало ясно, без разминки он не останется. Руду Олег Евгеньевич предусмотрительно спрятал на шестом уровне и с каской в руке он выбрался на пятый. Командор стоял у входа возле кристалла освещения, он прекрасно видел всю пятерку, стоящую метрах в тридцати от выхода. Люди Макса заметили Командора и потихоньку двинулись в его сторону. Олег разбил каской кристалл освещения и часть коридора погрузилась во мрак. О. Бендер не торопясь двинулся навстречу пятерке. Первому из пятерки Командор зарядил каской по голове, тот тут же обмяк. Второй боец споткнулся об упавшее тело, Командор нанес несильный удар в нос третьему, к этому времени поднялся второй боец и во мраке они начали метелить друг друга, на звуки драки поспешили остальные, на полу лежало уже два тела, боец, оставшийся стоять на ногах приходил в себя. Олег опять пустил в ход каску, здоровяк упал на пол третьим телом, остальных Командор добил играючи.

— "А Шура то был прав, с такими возможностями я половину шахты перебить могу".

На пять человек у них было четыре фляги, не густо, но и не плохо. Больше в шахтах Олега никто не поджидал.

Когда компаньоны вышли из шахты, Румын сильно удивился. Видимо не ожидал. После сдачи руды Румын отсчитал 243 купона.

— Сотки не хватает, — со сталью в голосе напомнил Командор.

Румын отсчитал еще сотню.

Компаньоны двинулись к административному зданию.

— И так, уважаемый Шура, какие у нас планы? Не забывайте, завтра у нас важный день.

— У вас, Командор, план один представительно жрать в столовой самые вкусные блюда и постарайтесь ни с кем не разговаривать до моего появления. Я, в конце концов, ваш секретарь и доверенное лицо, если что и это часть плана.

Шура забрал три пустые сумки и исчез из виду. Командор отправился в баню, а после в столовую. За столиком для начальства сидел орк. Олег заказал стейк, пюре, борщ. Место заключенный 666 выбрал такое, чтобы мозолить глаза Начальнику. Орк смотрел со злостью на Олега, а тот с безразличием на орка. Когда за стол Олега сел Шура Начальник, взорвался. Он смахнул со стола блюдо и заорал.

— Болт, какой херней ты меня кормишь, у нас штрафники жрут то же самое, я мля здесь начальник, иди где?

На Болта было больно смотреть, он пытался оправдаться, что-то мямлил, но Начальник не внимал его словам. Побушевав немного и прокинув стол орк в бешенстве ушел из столовой. Гном подошел к Олегу:

— Знаешь, Олег, праздники праздниками, но мне то за что досталось?

— Нет многоуважаемый, Болт, праздник будет завтра, а это прелюдия к празднику.

Болт ушел недовольным.

— Итак, Шура, как наши дела?

— Достал три сумки хлеба.

— Ого, — удивился Командор, — и что Болт тебе продал три сумки?

— Больше пяти булок в одни руки Болт не продает, мне хипстеры помогли, за мзду малую.

— Что за хипстеры?

— Такие грязные и небритые юноши за зданием столовой, пришлось им купонов отсыпать, зато запасы сделаны.

— Разорите вы меня Шура.

— Командор, я так понимаю вы эти купоны себе на память оставить решили, там куда мы собрались за эти купоны можно только в морду получить, их еще осталось много.

В этот момент в столовую вошел Влад и компания избитых парней.

— А знаете, Шура, на оставшиеся купоны я куплю себе ожерелье из зубов моих врагов.

— Не наблюдал в вас раньше такой кровожадности, Командор, но почему бы и нет.

Компания подошла к столу. У стойки напрягся Болт. Макс сел за стол. В своей непринужденной манере, так чтоб слышали все вокруг Командор начал разговор.

— А знаете, Шура, у меня осталось много купонов.

— И ты сейчас нам их все отдашь, — зло сказал Макс.

— Макс, ты опять забыл, я вношу дисбаланс в твою жизнь, а теперь еще и ужас буду вносить, — Олег поднялся из — за стола, — внимание трудяги! Мне нужны зубы вот этих людей, — Олег показал на гоп компанию, — Первые четверо принесшие их зубы будут сегодня кушать хавку вертухаев.

Макс не выдержал:

— Валите его, ребята!

И тут произошла осечка, бойцов Макса заблокировали человек семь, за стол без приглашения сел еще один гость.

— Правильно ли я тебя понял, за зубы этих ребят ты готов купить четыре комплексных обеда охраны?

— Все верно, — подтвердил Командор.

— А нельзя ли получить купонами?

— Можно и купонами, — согласился Олег.

Госты замахнулся и собирался уже врезать Максу.

— Стоп! — заорал Командор, — господа, здесь культурное заведение, я здесь кушаю, выведите их куда-нибудь на улицу. Шура отсчитайте им сто купонов, зубы помойте и сдайте моему помощнику Шуре, — закончил свою речь О. Бендер.

Шура демонстративно отсчитал сто купонов и отдал гостю, тот взял купоны, схватил за шиворот Макса и потащил его на улицу, остальную пятерку утащили следом.

— Шура, а это кто был? — спросил Командор шепотом.

— Это Лютый — бригадир четвертой бригады. Он в контрах с Максом, нам повезло, что они трапезничали в это время.

Минут через пять, вернулся Лютый, он сел за стол и высыпал горсть зубов перед Командором.

— Никогда заработок не был так приятен, — улыбнувшись произнес Лютый.

— Шура, друг мой, соберите мои трофеи.

Шура сгреб горсть зубов себе в карман.

— Меня зовут Лютый, я бригадир четвертой бригады, — начал разговор Лютый, — как мне обращаться к тебе?

— К вам, — поправил Олег Лютого, — можешь обращаться ко мне Командор.

В глазах Лютого сверкнула искра гнева, в разговор вмешался Шура.

— Уважаемый Лютый, там, — секретарь и доверенное лицо показал пространный жест рукой, — Командор был очень уважаемый горным инженером, — Шуру понесло, — и к нему все обращались на вы.

— А здесь мы заносчивых быстро обламываем, — пояснил свою позицию Лютый.

— Нет Командор, похоже вы ошибались, они нам не подойдут, — констатировал Шура.

Шура уже понял с какой целью Лютый подсел за стол, и в каком ключе следует продолжать беседу.

— Почему сразу не подойдут? — умерил свой тон Лютый.

Он видимо понял связь, между бешеной добычей руды Командора и словами уважаемый горный инженер там.

— Шура, мы с вами находимся на каторге. Здесь культурных людей не так уж и много, — Командор решил держать марку до последнего, — надо дать шанс человеку, к тому же он нам помог.

Лютый решил попробовать договориться по-хорошему.

— Ну да культуре не особо обучен, — начал было оправдываться Лютый.

— Достаточно просто обращаться ко мне на вы, — ответил Командор размеренным тоном.

— Я чего к вам подошел? Мои ребята слышали, что ты… Вы, себе бригаду подбираете и они мол как сыр в масле будут, в плане добычи, — Лютый на мгновение замялся, — это, может наша подойдет?

— Что думаете, уважаемый Шура? — Обратился Олег к помощнику.

— В принципе, без разницы кого горному делу обучать, можно и этих. Вся их бригада на четвертом уровне трудится, барак у них тоже свой, уровень бедноват конечно, но с девятым ни в какое сравнение не идет, — с видом знатока подвел итог секретарь.

— Ладно, а переночевать найдется где? — спросил Командор.

Лютый расцвел, словно в лотерею выиграл.

— Наш барак четвертый, от шахты, самые лучшие места обеспечим.

— Только ты не радуйся раньше времени, мне на девятом доработать сначала надо. Орк меня просто так оттуда не выпустит.

— Знаем, подождем, только это, ты… Вы Командор, когда вниз пойдете. Нам бы это, мастер класс короче.

— Запросто, — ответил Шура, — завтра в низ пойдем, после завтрака. Будет вам мастер-класс.

Видимо, это вписывалось в концепцию Шуры. А дальше начался торг. Шура, будучи доверенным лицом такого уважаемого горного инженера, выбивал условия в коих никто и никогда не работал на этой шахте. После криков, ругани, упреков пришли к следующим соглашениям. Рабочий день горного специалиста, и его ассистента не должны превышать четыре часа, питание только первый сорт, если горный специалист и его ассистент соизволят поработать самостоятельно ручками, 80 процентов добытого они оставляют себе, основная работа специалиста разведка жил. Поговорили и про условия проживания в бараке. Торговались долго, но в итоге ударили по рукам. Далее Лютый пригласил Командора в барак, а Шура, оставив ЦУ исчез до утра готовить праздник.

Впервые за время пребывания на каторге Олег спал в кровати, не под открытым небом, не в пещере на камнях, а на обычной кровати, с подушкой, под одеялом. Сны в эту ночь Командору не снились.

С утра в беседке административного здания человек и гном наблюдали, как орк проводил планерку у рудокопов.

— Ну и где обещанная гора подарков? — скептически спросил Болт, — или мы собрались в такую рань посмотреть, как Начальник орет на зеков?

— Уважаемый Болт, ваша задача наслаждаться зрелище, а не задавать глупые вопросы.

Диалог прервал Шура появившийся с боку терраски, в руках он держал зеленую тонкую нить сильно походившую на леску. Нить тянулась к недалеко стоящему дереву, используя его в качестве блока и скрывалась за бараками.

— Ну? — нетерпеливо спросил гном.

— Ну что, друг мой Шура, мы готовы устроить праздник самому замечательному гному на этой каторге?

— Командор, несколько штрихов по тонкой настройке.

Заговорщики внимательно смотрели в сторону орка, тот расхаживал в зад в перед рядом с толпой, рудокопов. Начальник размахивал руками показывая что-то на доске с результатами добычи.

— Ну и? — начал терять терпение Болт.

— Имейте терпение, уважаемый Болт, — произнес Шура и резко дернул за нитку.

Нитка ушла из рук Шуры словно леска на спиннинге. За зданием хранилища руды раздался щелчок и одна из тонких жердей размоталась с одной стороны сарая и словно натянутая ветвь вылетела с другой, со всего размаху хлестанув орка по лицу самым кончиком.

— Не знаю что это за дерево, но оно поразительно гибкое, — прокомментировал Шура.

Начальнику выбило несколько зубов и поломало нос, поперек его зеленой морды сияла багровая полоса.

— Ну что ж, с праздничком вас, уважаемый Болт, — поздравил растерянного гнома Командор.

Сказать, что болт опешил, это ничего не сказать. Он конечно ждал праздника, но это перекрывало все его ожидания.

— Знаешь, Олег, я не думал, что ты так заморочишься. Честно говоря, я до последнего думал, что ты все расскажешь. И теперь у меня в связи с этим, только один вопрос. А вы господа понимаете, что когда Орк разберется, что к чему, он вас живьем на вашем девятом уровне похоронит?

— Тебя не поймешь, Болт. То тебе зрелищ подавай. То тебя совесть мучает. Ты приоритеты расставь правильно. И вот еще что, перед тобой я свои обязательства выполнил в полном объеме, все правильно?

— Да, — ответил Болт.

— Тогда не смею вас задерживать, милый гномик.

Болт ушел на кухню. Командор и Шура продолжали смотреть, как Орка приводят в чувство изумленные каторжники.

Немного оклемавшись Начальник начал осматриваться по сторонам. Взгляд его остановился на террасе административного здания, с которой в его сторону непринуждённо смотрели два наглых и довольных лица. Трудяги взяли орка под руки и увели, видимо в медпункт.

— А вот теперь, Командор, надо в темпе валить на девятый уровень, готов поспорить на свою почку, орк его сегодня засыплет.

Специалист по добыче руды и его ассистент скорым шагом направились в шахты. У входа в их ждала уже знакомая пятерка во главе с Максом.

— Какие будут предложения? — спросил Командор Шуру.

— Нам еще мастер класс давать людям Лютого, а вот и он.

Со спины показались Лютый со своей бригадой, Макса с его людьми ветром сдуло.

— Шура, еще вчера хотел вас спросить, а что вы вообще знаете о горном деле? — шепотом спросил Командор.

— Ну там пирит, всякий расчеты, в общем, Командор, поумничайте, найдите жилу пожирней и все поверят, — тем же заговорщическим тоном прошептал секретарь.

Четвертая бригада в полном составе подошла к специалистам.

— Ну что вы готовы, маэстро? — спросил Лютый.

— Аки пионер! — ответил Шура за Командора.

Всю дорогу Командор молчал с важным видим, он обдумывал, как обставить свой мастер-класс, что и как сказать. Пытался вспомнить термины горно-добытчиков и шахтеров, но на ум кроме пирита ничего не приходило. На выходе с четвертого уровня бригаду ждал работяга с кличкой Горный.

— Это и есть ваш хваленый специалист? До хрена я таких видал в шахтах, и все они с голоду пухнут, — заржал Горный.

Для себя Командор выделил два возможных варианта возникновения это кличке, первый — работяга вел себя, как козел, в нашем случае как горный козел и второй заносчивость тона нового знакомого, заключалась в хорошем знании горного дела.

— Вы это, не обращайте внимание, — попросил Лютый Командора, — он у нас немного заносчивый.

— Ладно, время не терпит, — тоном не терпящим ворожений произнес Командор.

— А всем можно присоединиться? — ехидным тоном поинтересовался Горный.

Лютый уже собрался что-то ответить, но Командор его опередил:

— Конечно можно, для этого мастер-классы и делают. Да и посмотреть на работу вашего специалиста было бы крайне интересно.

Горный улыбнулся:

— Тогда самая бедная выработка?

— Как вам будет угодно, — с напускной вежливостью ответил Командор.

Горный привел компанию в практический пустую штольню.

— Ну поразите нас, маэстро, — обратился он к Командору.

Маэстро взял факел и стал рассматривать стены. Внимание О. Бендера привлекла довольно толстая жила метра полтора в длину, начало жилы располагалось на уровне глаз, она уходила дугой вниз и вправо. Командор поскоблил ногтем жилу, внимательно посмотрел на свой ноготь при свете факела, после даже на язык попробовал. Горный засмеялся:

— Ты ее еще как кокс ее занюхай.

Олег совершенно не смущаясь обратился к Горному:

— Горный, подойди поближе, тут нужен взгляд профессионала.

Горный расцвел:

— Вы если, что спрашивайте, я подскажу.

— Вот здесь, Горный, — указал Командор на начало жилы, — начинается неплохая жила, ты как очешуенный специалист наверняка ее разглядел?

— Я предполагал, что здесь есть жила.

— А теперь, специалист, нарисуй куда идет эта жила.

Горный взял камень с пола и прочертил кривую линию на стене, жила шла в другую сторону.

— Ваш ход, маэстро, — оскалился в улыбке Горный и протянул камешек.

Командор на стене нарисовал жилу, обвел места где основную жилу пересекали прожилки поменьше.

— И с чего это вы, маэстро, решили, что жила идет именно туда? — спросил Горный.

— Пирит, — только и ответил Командор.

— Угу, маэстро, только наверное аммонит, пирита здесь практически нет.

— "Вот спасибо тебе Шура, советчик хренов".

— Ну да практически нет, а смотреть нужно по пириту.

— Тоже мне мастер! — начал угорать Горный.

— Трепаться можно долго, а можно начать бить жилу и все сразу стане на свои места, — без лишних эмоций заявил мастер горного дела.

Из толпы зрителей вышел работяга с киркой.

— С какой начать? — обратился он к Лютому.

— Я очень тороплюсь, начните с моей, и начните с кружков, — попросил Олег.

Лютый махнул головой в знак одобрения. Трудяга начал махать киркой. Результаты впечатлили всех, Горный был просто шокирован.

— Ладно дальше сами проверяйте, — высокомерно произнес Шура, — так оскорбить специалиста.

Шура укорительно покачал головой глядя на Горного.

Специалисты уходили с обиженным видом, трудяги стояли с открытыми ртами, столько руды за несколько минут работы. Горный обтекал, он даже пытался открыть рот несколько раз, но так ничего и не сказал.

— А ведь я был прав, маэстро, — отойдя подальше прошептал Шура.

— Это в чем же?

— Главное пирит!

Девятый уровень встретил привычной тишиной.

— Ну что начнем добывать? — спросил Командор.

— Нет, скоро орк должен нагрянуть, надо все ценное в пещере спрятать.

Так и сделали запасы для побега были спрятаны в пещере, специалисты сели отдыхать недалеко от входа под светом кристалла. Орк пришел намного позже чем планировал Шура, вместе с ним пришли Бригадир рудокопов Макс и двое его ребят.

— Почему сидим? Встать, когда перед вами Начальник! — заревел орк.

Он явно понял, кто сыграл с ним злую шутку. Специалисты горного дела встали с неохотой.

— Вон тот говорил, что они жилу здесь нашли, — показал пальцем на Шуру один из помощников Макса.

— Ну, показывай где ваша жила? — обратился орк к Шуре.

— Какую именно, их здесь полно? — ответил Шура.

Бригадир с Максом переглянулись.

— Показывай где руду добываете! — рявкнул орк.

Шура взял кирку и направился к стене, где ранее Олег отмечал точками места добычи. Гости пошли следом. Шура начал бить в отметину выбывая руду. Макс подошел к Шуре вырвал у него кирку и принялся бить стену рядом, но как он не старался, вылетала только пустая парода.

— Ничего не понимаю? — Макс снова сунул кирку Шуре.

— Ну ка давай еще поколоти, — уже более спокойным тоном потребовал Орк.

Шура взмахнул киркой и опять посыпалась руда. У него отняли кирку, на этот раз в добыче принимали участие все гости по очереди, результатом их работы стала небольшая кучка пустой породы. В глазах гостей читался немой вопрос, как?

— А ну, ты, иди сюда, — орк протянул кирку Командору.

Командор выбрал жилу пожирней и принялся набивать руду.

— Да как блин такое возможно! — в бешенстве заорал Макс.

— На выход, — спокойным голосом произнес орк.

Гости двинулись в сторону выхода.

Шура двинул Командора по ноге и шепотом произнес

— Доведи орка, иначе все пропало.

Командор отреагировал моментально

— Эй, господин начальник!

Орк повернулся в сторону опальных каторжников. Олег провел пальцем вдоль лица, на манер недавно приобретенного багрового шрама и сказал:

— Этот момент будет греть мою душу в старости.

Орка захлестнула ярость, он зверем кинулся в сторону Командора, схватил его и с разбега швырнул в пещеру.

— Запечатайте уровень вместе с этими мразями! — заорал Начальник.

Приземление для Командора оказалось очень жестким, кажется орк сломал ему несколько ребер и ногу. Он страдал в пещере от мучительной боли. В шахте Шура бился в истерике, гости под чутким руководством господина Начальника таскали камни и скидывали их в проход между уровнями. Работа кипела несколько часов к ряду. Уже давно не было слышно голосов на восьмом уровне, доносились лишь глухие удары, словно где-то далеко уронили тяжелую вещь на бетонный пол. Шура спустился по веревке в пещеру, достал из тайника нож и одним резким движением загнал его в сердце О. Бендера.

Спустя сорок минут О. Бендер появился у сумки с вещами, в районе сердца сильно болело. Шура протянул Командору флягу с водой:

— Попейте, скоро отпустит.

Командор сделал несколько глотков.

— Все по плану? — настороженно спросил Олег.

— Командор, теперь мы узники шахты, и наши призраки превратятся в легенды несущие ужас местным старателям.

— Поменьше пафоса, дорогой Шура, сейчас он бессмысленен. И так, — начал жечь глаголом Командор, — первую часть нашей операции считаю закрытой, в ходе подготовки мы понесли небольшие потери в виде моральных и физических страданий одного из участников, Шура вы показали себя в качестве великолепного стратега. Выношу вам свою благодарность.

— Эк вас накрыло, уважаемый.

— Шура мы начинаем второй этап операции. С чем я вас и поздравляю!

Суть второго этапа заключалась в том, чтоб проломиться в соседнюю пещеру. Проход компаньоны решили делать не большой, чтоб можно было пролезть на брюхе и на всякий случай лаз было решено завалить. Когда начали выламывать проход, поняли, что попали на жилу, она тянулась вдоль всего лаза. Работали по очереди периодически меняя друг друга. Через девять часов беглецы пробились в соседнюю пещеру, к этому времени у них была в буквальном смысле, куча руды. Шура приготовил искусственный завал с правой стороны от лаза насыпал большую кучу камней и стоило выбить несколько камней снизу, вся эта гора обваливалась на лаз. Шкатулку леприкона Командор решил прихватить с собой, если завалить ход поганец не доберется до нее в любом случае, а ему она будет дорога, как память. С этими мыслями Командор разрыл тайник и переложил ларчик к себе в сумку, на удивление Олега ларчик весил немного. Шура видел манипуляции Командора, но спрашивать ничего не стал. Если надо будет сам расскажет рассудил Шура. Кирки каски оставили в пещере. Беглецы перенесли все необходимое в соседнюю пещеру, и Шура завалил лаз. Вторая пещера представляла собой узкий длинный коридор под небольшим углом уходящим вверх.

— Командор, а куда мы выйдем? — спросил Шура

— Должны выйти в двух километрах к югу от лагеря.

— Командор придется ждать до ночи, южная сторона видна из лагеря как на ладони. Если мы в поле вылезем, то тяжко нам придется, а если в лесу, то полегче.

— Надейтесь на лучшее, Шура.

Глава восьмая. В которой беглецы дышат воздухом свободы

Беглецам повезло, выход оказался в кустарнике на границе леса и поля, воля встретила их предрассветной прохладой. О. Бендер повел компаньона в сторону противоположную от каторги.

— Командор, вы точно знаете направление? Я к тому, что мы уже прошли проверку на вшивость. Может вы теперь, в общих чертах, обрисуете в какую сторону нам двигаться и что делать дальше.

— Двигаться, Шура, мы будем на юг километров пять.

— А где здесь юг? — с хитринкой в глазах спросил Шура.

— Там, — ответил Командор указывая в противоположную сторону от каторги.

— Это я к чему спросил, — продолжил гнуть свою линию Шура, — есть ведь юго-восток, юго-запад. Я не силен в ориентировании на местности, а как я понял, нам надо будет выйти на какой-то ориентир?

— Шура, хватит уже ходить вокруг да около, спросите на прямую если, что-то интересно, не забывайте до обитаемых земель мы делаем одно дело и скрывать от вас, что-либо я не вижу смысла.

— Тогда уважаемый Командор, если уж мы такие честные, поведайте мне про ларчик.

— Это, компаньон мой Шура, ларчик леприкона и содержит он в себе множество различных эпических штук.

У Шуры заблестели глаза. Командор достал ларец из сумки и поставил перед компаньоном.

— А что конкретно в нем лежит? — жадность игрока брала свое.

— Без понятия, — честно ответил Командор, — поганец что-то перекладывал из сумки. А что конкретно, я не видел. Открыть его самостоятельно я не решился, уж слишком легко поганец его оставил. Если, Шура, вам интересно, вы можете посмотреть.

Видя серьезность Командора Шура решил не рисковать, по крайней мери пока не выберется с Турамса.

— И вот еще, Командор. Я думаю, что это не все подарки. У вас ведь есть еще что-то?

— Да, Шура, от вас ничего не утаишь, — у Командора в руке появилась зеленая стекляшка.

— И что это такое? — с недоумением поинтересовался Шура.

— Через эту стекляшку можно видеть суть.

Командор передал стекляшку Шуре. Тот посмотрел сквозь нее на Компаньона.

— Я не понимаю, все то же самое, только в зеленом цвете, обыкновенная стекляшка.

Командор положил перед Шурой булавку ушедших.

— Посмотрите на нее.

Шура внимательно посмотрел на булавку и непонимающе развел руками.

— Командор, и что по вашему я должен здесь увидеть?

— Описание этой булавочки.

— Я вижу эту булавку в зеленом цвете, это все.

Командор забрал стекляшку и посмотрел на булавку. Все было по-прежнему, описание булавки и ее характеристики.

— Не понимаю, почему вы не видите, Шура? Но я вижу все характеристики этой булавки, я даже ваши характеристики могу посмотреть.

Командор глянул сквозь стекло на Шуру.

Раса человек: Человек (зк)? 794, (обладатель иглы Соломона), уровень 9, опыт 312/5600.

Основные характеристики: мастер подлянок, ловкач.

Класс: человек (ЗК)

Очки опыта: 45

привязка: (последняя привязка: шест шамана, двор каторги? 24/12), (кольцо привязки: при себе).

Шура я вижу ваши характеристики, уровень у вас девятый, из особенностей мастер подлянок и ловкач, целых две очень не плохо.

Шура посмотрел на Командора другим взглядом:

— Командор, две характеристики, это неплохо, но лучше когда она одна.

Олег с недоумением ответил на взгляд компаньона.

— Сейчас поясню, когда вы в первый раз входите в игру, она создает аватар, делает игра это рандомно, вы не можете выбрать расу и способности. На первоначальные особенности выделяется определенное количество очков опыта, не спрашивайте откуда я это знаю, клановая тайна. Так вот, если вы получили одну способность, то все очки вкладываются в одну способность, если две или три, то и очки делятся соответственно. Я полагаю Командор, что у вас одна способность, какая-нибудь суперинтуиция, или, например, внимание. По этой причине вы способны видеть сквозь стеклышко, а другие ничего не увидят.

— С чего такие выводы?

— А вспомните, хотя бы, как вы находили жилы?

— А ведь вы правы, Шура, — призадумался Олег.

— Командор, а давайте ко мне в клан, хотя бы на первое время, пока на ноги не встанете, — похоже компаньон оценил по достоинству возможности Командора, — это же не будет противоречить вашим планам, уйдете когда посчитаете нужным.

— Я над этим подумаю. Только вот еще что, вы прекрасно понимаете какие, перспективы откроются перед кланом с моими возможностями. И если я захочу уйти, меня просто не отпустят, по этой причине прошу вас, Шура, никому, ни одной живой душе не распространяться, в том числе и вашим бывшим сокланам.

Жадность геймера Шуры стояла с открытым ртом и широко раскрытыми глазами, сундук леприкона померк на фоне возможностей Командора, у него в голове уже родились два десятка комбинаций с использованием новых возможностей на благо клана.

— Уважаемый, кажется вы сейчас слюной захлебнетесь, — пошутил Командор, — нам нужно двигаться, если мы хотим отсюда выбраться.

Через час с небольшим компаньоны достигли русла реки. Останки реки представляли собой огромный каньон с небольшим ручейком на его дне. После недолгих размышлений компаньоны решили идти по верху, так как внизу, если что случиться, трудно будет прятаться. Но пришлось спуститься, потому как, очень часто на приличном расстоянии, то по одной, то небольшими стайками появлялись пустынные твари. Командор рассмотрел одну в стеклышко. Пустынный волколак, дикое социальное существо, зачатки интеллекта отсутствуют.

Пятьдесят километров компаньоны прошли за четыре дня, шли в основном днем в самую жару, когда любая тварь предпочитала прятаться в спасительной тени. Ночью беглецы прятались в расщелинах. Спали компаньоны отвратительно, дневной пустынный зной ночью сменялся пронизывающим холодом, температура падала на столько, что изо рта валил пар и даже плотная роба шахтеров не спасала от адского холода.

Через четыре дня беглецы достигли места пересечения двух рек, плато с руинами было видно, как на ладони, пустыня брала свое и огромная часть города по краям была погружена в пески, в центре виднелось зарево.

— А вот и телепорт, — присматриваясь вдаль не громко произнес Шура.

Между руин то и дело мелькали волколаки, по самым скромным подсчетам особей тридцать.

— Я насчитал тридцать штук и какие здоровые, видать матерая стая. Что будем делать, Командор?

— М, да! А все так хорошо начиналось, — с грустью произнес Командор, — Шура я не представляю, что делать, для этих целей у меня есть вы, готов выслушать ваши предложения.

— Выход один, нам нужно истребить стаю.

— Логично, — с иронией в голосе ответил Командор.

— Командор, скажу вам честно. Если бы вы не рассказали про свои таланты, я бы предложил вам следующий вариант. Один из нас берет все вещи кидает булавку под стельку и готовится к забегу, второй отвлекает на себя внимание стаи, а дальше два варианта. Если вы соглашаетесь быть приманкой, то остаетесь здесь надолго. Я бы забрал все ваши вещи, а колечко выкинул метрах в двадцати от портала, и череда перерождений вам гарантирована, если вы не соглашаетесь быть приманкой, тогда, вы прорываетесь к порталу, если повезет портанетесь на материк. Я бы переродился уже там, прикончил бы вас и забрал все ваши вещи.

— Шура, что-то вас не в ту степь понесло. Если вам так нужны мои вещи, я могу отдать их вам, только надо с Турамса выбраться.

— Командор, все что у вас есть, мусор по сравнению с вашими возможностями, а их отнять не возможно.

— К чему этот разговор? — не выдержал О. Бендер.

— Вы подумали над моим предложением?

— Да Шура. А вы над моим?

— Я тоже. Командор, если я не смогу вернуть себе клан, я готов присоединиться к вам.

— Ну вот и славно, — улыбнулся Командор.

— А если я верну себе клан?

— Шура, если вы вернете себе клан, то я обязательно в него вступлю.

— И будете работать на благо клана, как минимум год, — добавил Шура.

— Да будет так, но вы помните, никто в вашем клане не знает о моих способностях.

— Договорились, — Шура протянул руку для рукопожатия.

Компаньоны пожали руки, соглашение заключено.

— Шура, как будем истреблять стаю?

— Западня, — сухо предложил Александр, — Твари матерые, мы вдвоем с одной вряд ли справимся, и оружия у нас нет.

— Яма с кольями, али какие-нибудь петли? — предложил Командор.

— Надо вернуться назад, найти какое-нибудь глухое ущелье, будем заманить тварей по одной, а после сверху закидать камнями.

— В силу отсутствия других идей так и поступим, — согласился Командор.

Компаньоны двинулись в сторону русла. Уже зайдя в ущелье Шура заметил, что в их сторону бегут три волколака, похоже они взяли след. Бежали компаньоны недолго.

— Сюда Командор! — Шура указал на небольшую расщелину уходящую вправо из каньона.

Вход в расщелину был завален камнями, компаньоны с трудом протиснулись. К сожалению компаньонов, волколаков завал не остановил, каторжники бежали по глухому ущелью, надежда была одна, залезть по отвесной скале на выступ пока их не догнали, благо выступов было много. Скорость у пустынных тварей была в разы выше, но завал сделал свое дело. Компаньоны были уже практически у стены, когда твари их настигли. Они стояли спинами к отвесной скале каньона, в руках Командора сверкал нож, Шура держал незажженный факел. Твари наслаждались видом загнанной дичи, они рычали, скалились, переходили с места на место провоцируя жертв. Наконец, один из загонщиков решился, вильнув в сторону он резко прыгнул в сторону Шуры. Не долетел, точнее полетел в обратную сторону, раздался визг, а после хруст костей, волколаки повернулись на звуки, а компаньоны не заставили себя ждать и тут же начали карабкаться на скалу. Остановились подельники только когда залезли на небольшой выступ метрах в девяти над землей.

А внизу шла битва полным ходом, даже скорее не битва, а истребление. На пути у стаи встала другая тварь, тело было похоже на крысиное, крысиный же длинный хвост, а морда как у варана, тварь была размером с приличного теленка, хотя и довольно сильно отощавшего. Командор посмотрел на зверя сквозь стеклышко. Пустынный Шауда, агрессивен, асоциален, обладает зачатками разума. Шауда был тощ, он явно давно ничего не ел, бока впали и виднелись ребра, он прихрамывал на переднюю левую лапу. Видимо расщелина стала его ловушкой, в которой он должен был помереть от голода. Пустынные твари ощетинившись, рычали и медленно пятились назад. Шауда прилег неподалеку и не торопясь начал пожирать их покойного собрата. Напуганные твари пытались сделать несколько робких попыток вырваться, но между выходом из ущелья и ими трапезничал опасный зверь. Одна из тварей медленно вдоль стены начала двигаться в сторону входа. Шауда рыкнул, это даже был не рык, а скорее звук, напоминающий стрекотание гремучей змеи, только усиленное в несколько раз и с ярко выраженными металлическими нотками. Твари снова забились в угол и начали жалобно скулить.

— Вот это номер! — не сдержался Шура, — оказывается здесь есть зверьки пострашнее, Командор.

Шауда доел волколака и выбирал следующее блюдо. Зверь открыл пасть, застрекотал и плюнул языком на манер лягушки или хамелеон, метра на четыре, попав в голову одному из волколаков, тот с визгом полетел прямиком в пасть зверюги, второй волколак предпринял попытку вырваться на свободу. Крысиный хвост зверя, словно хлыст рассек голову пустынной твари. Загонщики были мертвы. Шауда не торопясь наполнял брюхо.

— Надо валить, Шура, хрен знает на сколько метров он может языком плеваться, сейчас доест и за нас примется.

— Командор, не тупите, вот она готовая ловушка для волколаков, посмотрите вокруг сколько выступов на скалах здесь можно поверху пройти к выходу, этот зверек вряд ли до нас доберется, в принципе это одно из самых безопасных мест рядом с руинами.

Командор посмотрел на Шуру взглядом полным скепсиса. Пока компаньоны спорили зверюга доел загонщиков и с любопытством рассматривала следующих потенциальных жертв. Раздалось стрекотание и язык Шауды едва достал до края выступа оставив после себя несколько борозд в сантиметр.

— Не знаю, Шура, как бы нам с вами на корм не пойти?

— Командор, а вы думаете заманивать их в ямы безопаснее чем сюда? Да и потом яму в песке вырыть весьма проблематично, как в принципе и выдолбить в горной породе.

— А силки? — не сдавался Командор.

— Из чего, из ниток? — парировал Шура.

Командору пришлось признать правоту компаньона. Заманивать волколаков решили бегать по одному, первый с булавкой находит тварей и тащит их в логово, второй должен встретить коллегу и вытянуть его на площадку по веревке. Выбрали площадку над завалом, таким образом чтоб с нее было видно ущелье.

— Ну, Командор, с богом!

— Удачи, Шура.

Шура слез на завал, с него вниз в сухое русло и направился к мертвому городу.

Шауда лежал в теньке метрах в десяти от входа, и наблюдал за тем как Командор ходит по площадке в зад в перед. Командор сел на край площадки и свесил ноги.

— Что зверюга смотришь? Сейчас тебе еще обед приведут.

Зверюга что-то прострекотал, положил голову на лапы и закрыла глаза.

Компаньона давно не было, Командор начал было даже пережевать, не случилось ли чего, когда вопли Шуры долетели до его ушей. Он мчался, словно ветер, а вдогонку ему бежали четыре волколака. Операция шла по плану. Шура протиснулся в заваленный проем и побежал в сторону веревки, волколаки просочились следом, проем в камнях был узкий и они сильно друг другу мешали. Шура добежал до стены схватился за веревку и стал изо всех сил подтягиваться вверх, Командор изо всех сил подтягивал веревку, что пустынные твари не успели полакомиться Шуриными конечностями. Шауда на удивление спокойно встал, с ленцой просеменил к выходу из ущелья и улегся напротив, наблюдая за поведение вновь прибывших. Загонщики негодовали, они прыгали, визжали, бесились от того, что Шура залез высоко, один даже попробовал взобраться на скалу, но не удержался и свалился на товарищей. Компаньоны сидели на краю выступа свесив ноги и кидались в волколаков камешками, каждое из попаданий приводила тварей в бешеное неистовство.

— Как вы думаете, Командир, почему наш огромный страшный друг бездействует? — спросил Шура запустив в волколака камешек.

— Во-первых, Шура, наш друг съел уже трех и наверняка сыт, во-вторых, вы обратили внимание как он расправился с прошлой партией, у нашего друга определенно есть чувство юмора, и юморок у него черный. Скорее всего он теперь ждет когда его заметят и вот тогда начнется потеха.

— Интересная тварь, никогда таких не видал. Командор вы же смотрели в свою стекляшку, что это за существо?

— Это, друг мой Шура, шауда, зверь агрессивный и асоциальный, с зачатками разума, что бы это не значило.

— А эти? — спросил Шура указывая на волколаков.

— А эти, Шура, социальные и без зачатков разума.

— Получается, наш друг разумен.

— Наш друг разумен, — повторил Командор.

Волкалаки взбешенные и злые, поняв, что им ничего не обломится, собрались на выход, а не тут то было. У входа с довольной миной их поджидал шауда. Пустынные твари поняв, что оказались в ловушке решили прорываться с боем. Они лаяли, кидались, пытались укусить и отпрыгивали обратно. Зверь выплюнул язык поймав одну тварь за шею и в следующую секунду она уже лежала под головой шауды со сломанной шеей. Это поумерило пыл остальных волколаков.

На следующее утро, доев последнего из волколаков, шауда устроил небольшую пробежку, лапа его заживала и двигаться он стал намного лучше, шерсть начала блестеть, а ребра перестали так выпирать, появилось рахитичное пузико.

— Командор семь из тридцати, — обрадованно заявил Александр, — сегодня если повезет еще штук семь уработаем и останется половина.

Шура ушел за волколаками, шауда словно поняв происходящее, снова завалился в месте засады.

— "Нет, все-таки это разумная тварь, жалко будет его здесь бросать", — размышлял Олег глядя на непонятную зверюгу.

— Эй, Пушистик! — крикнул зверюге Командор.

Пушистик лишь издал утробное стрекотание и закрыл глаза.

Корм Пушистику приводили сегодня три раза, к вечеру в глухом конце ущелья толпилась жалобно поскуливая небольшая толпа волколаков, восемь особей, из двенадцати приведенных сегодня.

— Командор девятнадцать из тридцати, осталось меньше половины, такими темпами послезавтра будем в обитаемых землях.

— Ваши слова да богу в уши, — только и смог ответить Командор.

Ночь была беспокойной, то и дело доносились визги, хруст костей, скулеж и вой волколаков. На утро компаньоны проснулись разбитыми, а виновник их разбитого самочувствия дрых как ни в чем небывало в месте засады. От волколаков не осталось и следа.

— Командор, он их всех сожрал, куда в него столько лезет?

— Шура, видимо он очень долго сидел голодом, теперь обжирается впрок.

О. Бендер предложил Шуре сбегать разок за волколаками, тот на отрез отказался.

— Командор, как вы сказали ранее. Для этих целей, вы меня с собой и взяли. Я там уже все разведал все ходы знаю, а вы пока разберетесь пол дня пройдет. А время дорого. Запасов осталось мало.

С выводами Шуры пришлось согласиться, и он исчез в поисках корма для Пушистика.

На этот раз охота не прошла так гладко, Шура протиснулся в щель отбежал от входа шагов на пять зацепился ногой за небольшой камень и плашмя рухнул на землю, первый волколак уже вырвался из расщелины и бегом бежал в сторону Шуры. Тварь сорвалась в прыжок, но не долетела, язык Пушистика сработал точно. Оставшиеся пустынные твари поняв в чем дело начали ломиться обратно, одна даже проскользнула в расщелину, но длинный язык шауды не дал твари и шанса, Шура спасся, точнее его спас Пушистик.

К вечеру двадцать девять из тридцати тварей были нейтрализованы небольшую стайку оставил себе Пушистик на ночь. Компаньоны приняли решение идти к порталу, уж от одной твари они попробуют отбиться, к тому же по словам Шуры, по одиночке они практически никогда не нападают. Стояла вторая половина дня, солнце пекло безбожно, горячий воздух клубясь над поверхностью земли отражался зеркалами. Заброшенный город не был тих и спокоен, как на это рассчитывали беглецы, с холма было видно как куча волколаков гоняет двух покрупнее по площади.

Шуре поплохело:

— Три, гребенных, дня я бегал по жаркой пустыни, тягал этих тварей, и ради чего? — Шура без сил приземлился на пятую точку, — все, Командор, мои планы кончились, завтра мы сожрем последние запасы, а потом будем как Пушистик питаться сырым мясом.

В отличие от компаньона Командор не падал духом.

— Шура прекратите истерику, ну сорвался план, с кем не бывает, не получился план "а", попробуем план "б".

— Можно подумать, у вас есть план "б", — во взгляде Шуры просматривалась какая-то апатия.

— Конечно, Шура, как только вернемся на базу я вам все расскажу, — соврал Командор.

— Хм. На базу. — с ухмылкой произнес Шура.

Командор помог подняться товарищу, и они побрели к ущелью Пушистика. Всю дорогу О. Бендер молчал, обдумывая план дальнейших действий. Компаньон прибывал в состоянии тихой истерики, в подобном состоянии Олег видел Шуру не в первый раз, что-то подобное с ним приключилось, когда он попал в пещеру, после того как сорвался его план побега. Вот только Командор принял это состояние за игру.

— "Итак, — размышлял О. Бендер, — раскармливать Пушистика смысла нет, притащим ему еще сотню он и ее сожрет, а ее месте появится следующая стая. Так, надо вспомнить, что там говорили древние и мудрые, если не можешь повлиять на ситуацию измени свое к ней отношение, мудро, но не мой случай. Что еще любил говорить батя, если гора не идет к Магомеду, то Магомед идет к горе.

— Точно, Шура нам нужно привести гору к Магомеду! — восторженно произнес Командор.

Шура посмотрел на Командора как на психа, но уверенный тон его слов, заставила хандру отступить. Командор улыбался.

— У нас есть план "б"?

— Шура, как говорил мой почивший отец, одна голова хорошо, а две это герб Российской Федерации.

— Хм, — Шура улыбнулся, — веселый у вас наверное был старик?

— Мы выберемся, во что бы это не стало, Шура, разве зря мы проделали весь этот путь, нельзя сейчас опускать руки, уныние худшее из зол.

Дорога на базу не заняла много времени. Шура полез на верх первым, он протиснулся в узкий лаз и побежал к веревке, болтавшейся у стены. Пушистик проводил его взглядом, но со своего места так и не поднялся.

— Командор, я наверху!

Командор торопиться не стал, он вылез из расщелины, отошел от нее метров на десять и стал разглядывать Пушистика.

— Командор, вы что творите! — закричал сверху Шура, — бегите!

Командор безмятежно рассматривал тварь. В глазах у Пушистика появились нотки охотничьего азарта, тварь подобралась, заурчала и с неожиданной прытью, словно молния, метнулась в сторону Командора. Тот стоял как вкопанный, взгляд его выражал спокойствие и безмятежность. Пушистик остановился буквально в шаге от потенциальной жертвы, морда его находилась сантиметрах в двух от лица Командора, Пушистик смотрел в глаза взглядом убийцы. А дальше начался фарс. Зверь начал утробно рычать, а Командор поцеловал зверя в варанью морду. Взгляд азартного охотника пропал, ему на смену пришел негодующий взгляд с растерянностью и непониманием, тварь попятилась назад, вытирая морду лапами на манер малого дитя, которого поцеловал слюнявый старикашка. Пушистик развернулся и проследовал к месту засады демонстративно завалился спиной к Командору и недовольно начал что-то урчать себе под нос. У Шуры случился приступ истерического смеха, он в припадке катался на выступе.

— Командор, вы сделали мой день, да что там день, вы весь этот год сделали! — орал Шура сквозь истерический смех, — Командор, я не мог подумать, что вы один из этих!

Приступ истерики накрыл Шуру с головой.

— Из которых? — с недоумением спросил Командор.

— Из любителей животных особыми методами, — сквозь слезу и истерику продолжал угорать компаньон, — а вдруг это еще и самец?

— Шура, если вы еще раз позволите себе подобную шутку в мой адрес.

— То что? — перебил Командора Шура продолжая истерить.

— То вы будите следующим, кого я поцелую.

— Ради бога, Командор, не надо! Посмотрите на зверя, кажется вы ему психику поломали!

Дальше Шура говорить уже не мог, он катался по земле держась за живот, зверь недовольно фырчал в своем углу.

Спустя пол часа Шура успокоился, как впрочем и Пушистик, он снова повернулся лицом к Командора и продолжал за ним наблюдать.

— Что это за концерт, Командор?

— Шура, наш с вами прикормыш, не совсем обычное существо, оно обладает интеллектом и я подозреваю, что даже понимает нашу речь.

— С чего такие выводы?

— Шура, помните как вы споткнулись намедни, а наш шерстяной друг, вместо того чтоб вас добить, как самую легкую жертву, вас спас.

— Ну и?

— Это сказано к тому, что вместе с волколаками, он мог вас прикончить, но не стал этого делать.

Командор подошел поближе к Пушистику, тот открыл пасть и злобно застрекотал.

— Пушистик, ты понимаешь мою речь? — обратился Командор к твари.

Тот в ответ мотнул головой.

— Ты давно здесь находишься?

Опять кивок головок.

— А ты хочешь отсюда выбраться?

Глаза Пушистика заблестели, он стал нервно перебирать передними лапами. Видимо на свободу ему хотелось очень сильно.

— Мы с Шурой расчистим завалы, чтоб ты мог выбраться, а взамен ты проводишь нас в руины.

Шауда мотнул головой.

— Шура, скидывайте наши вещи и слезайте, нам предстоит нелегкая работенка.

На разбор завалов ушло полтора дня, Пушистик сидел рядом, ожидая момента когда наконец он сможет протиснуться на свободу. Наконец завалы разобрали на столько что зверь протиснулся в щель. Ликованию шауды не было предела, он бегал, прыгал, катался по земле, носился то в одну сторону, то в другую, а после он побежал в сторону выхода из ущелья и исчез в дали. Командор выронил сумку из рук.

— Вот и кончился план "б", — с грусть произнес Командор.

Пушистик вернулся минут через двадцать, вся его морда была в крови. Компаньоны вновь воспряли духом. Тварь мотнула головой в сторону руин, мол, пошли, и беглецы не спеша и не скрываясь направилась прямиком к руинам.

На улицах бывшего города валялись около тридцати трупов волколаков, стало понятно, что Пушистик поработал на славу. Когда пустынные твари видели Шуру с Командором, они выбегали из подворотен и темных углов, после в их поле зрения попадал Пушистик и они с воем и визгом бежали обратно прятаться.

Компаньоны стояли у телепорта, Пушистик сидел рядом и наблюдал за ними.

— Командор, вы знаете как пользоваться стационарным телепортом?

— Конечно, Шура, я ж им каждый день пользуюсь, — съязвил Командор.

Шура нарисовал схематическую карту материка на который компаньоны собирались отправиться.

— Сначала выберите материк, Тамбрия, появится подобная схема, так как вы городов на материка не открывали, на схеме города будут обозначены кружками различного цвета и размера, вот здесь справа сверху будут две точки фиолетового цвета, — показал Шура на схеме, — вам нужно выбрать тот что поменьше, деревня называется Губа, если по какой-то причине, вы появилась раньше меня, то ждите у телепорта, никуда не уходите.

— А тюремные робы?

— На Губе этим никого не удивишь, впрочем, попадете сами увидите.

Компаньоны разделили вещи, и Шура исчез во вспышке портала.

— Ну прощай Пушистик, может я когда — нибудь вернусь сюда.

Тварь издала громкое стрекотание, развернулась и помчалась прочь, Командор посмотрел ей в след и шагнул в арку портала.

Глава девятая, в которой Шура планирует вернуть свой клан

Деревня Губа произвела на Командора неизгладимое впечатление, бараки на каторге выглядели дворцами по сравнению с местными строениями. Старые обшарпанные, невзрачные домики, а посередине деревеньки арка портала. О. Бендеру хватило пяти секунд, чтоб рассмотреть все местные достопримечательности, не сходя с одного места. Запах пустыни сменился на въедливый запах не убранных куч. На улице смеркалось.

— Командор, наконец-то! — раздался голос откуда-то сзади, — а я уж испугался, что потерял вас.

Перейдя порталом в Тамбрию, Командор растерялся, поставленные задачи были выполнены, а на дальнейшую перспективу плана не имелось.

— Ну, куда теперь, Шура?

— Вон туда, — показал Шура на здание таверны с веселым названием "Вырви Глаз".

Теперь уже, свободные люди зашли в таверну, и к удивлению Командора, многие из отдыхавших здесь сидели в таких же робах, как и у него. Народ в таверне не обратил на вновь прибывших никакого внимания. Компаньоны размеренно подошли к барной стойке.

— Милая! — обратился Шура к барменше эльфийке с грудью внушительных размеров, — Нам бы с Борином повидаться.

— Хозяин занят, велел не беспокоить, — учтивым тоном ответила барменша.

— Милочка, передай хозяину, пожалуйста, что у него лежит моя посылка от Бармалея. И мне очень бы хотелось получить ее как можно быстрее.

Милочка посмотрела на Шуру взглядом полным скепсиса, мол, ты — то, от Бармалея? Но спорить не стала и исчезла в соседней комнате. Минуты через три к барной стойке подошел темный эльф, за плечами которого виднелись два парных клинка.

— Что — то я не помню, чтобы кто-то из вас мне, что-либо оставлял, — внимательно рассмотрев компаньонов произнес эльф.

— Говорят у старухи Прасковьи отличная вишня в этом году уродилась, — ответил Шура.

— Так вы от этой старой проститутки, что ж вы раньше молчали?

Командор откровенно говоря, ничего не понимал, какая вишня, какая проститутка, что вообще за бред.

Эльф мотнул головой в сторону выхода, а сам скрылся в соседней комнате.

— Пойдемте, Командор.

— Куда?

— Идите за мной, я позже вам все объясню.

Компаньоны вышли из таверны, обошли ее вокруг и встали у черного хода. Лязгнул замок двери, в щель высунулась голова эльфа.

— Заходите, шустрее.

Компаньоны прошли в просторный кабинет, за массивным столом сидел толстый гном и набивал трубку табаком.

Эльф достал нож и приставил его к горлу Командора. Шура совершенно спокойно и безмятежно присел на кожаный диван стоящий недалеко от стола.

— Успокойтесь, Бармалей, это ведь ваш пароль?

Толстяк взглянул на темного эльфа.

— Пароль то мой, только предназначался он другому игроку.

— Звездному, — спокойным голосом пояснил Шура.

— Может быть, — уклончиво ответил темный эльф.

— И договорились вы, что любой кто назовет пароль должен получить посылку.

— Не исключено, — подтвердил Эльф.

— А где сам Звездный? — не выдержал гном.

— Перед вами.

Толстяк и эльф посмотрели на Командора.

— Да нет, идиоты, я Звездный, — взбесился Шура.

Гном засмеялся.

— А я — внук Ленина!

— Звездный был нагом высокого уровня, а ты урка — человек! — раздраженно ответил эльф.

— Включительно мозги, я с государственной каторги, там сидит одна раса, люди, или вы думаете, они посадят на каторгу нага 89 уровня.

Толстяк с эльфом переглянулись.

— Ну допустим, ты звездный, но ведь ты же должен был пару месяцев назад появиться, — толстяк вытер полный лоб.

— С Турамса, пешком, вы себя то слышите?

— Ладно, — произнес гном, — ваш любимый сорт табака?

Началась проверка понял Командор.

— Сигар, — поправил толстяка Шура, — на этом столике всегда стояла коробка сигар "Маленькая рабыня", на них еще фея в кандалах нарисована.

— Какой уровень я должен был взять, когда Звездный отправился в места не столь отдаленные? — спросил темный эльф.

— Девяностый, мы с вами забились на гулянку в "Шелковой лисе", кто последний возьмет девяностый тот и платит за всех. А теперь Бармалей уберите ножичек от горла моего хорошего друга.

Эльф спрятал клинок и пригласил Командора присесть в кресло. Гном достал сигары и резную бутылку Коньяка "Слезы девственниц". Подкатил небольшой столик к дивану.

— Ну так что, старый толстый жук, могу я получить свою посылку? — поинтересовался Шура раскуривая сигару.

— Конечно, Звездный, — гном мотнул головой, и эльф скрылся за дверью.

Шура налил по стопка себе, Командору и толстяку и они не чокаясь опрокинул рюмку. О. Бендер последовал примеру компаньона. Коньяк был бесподобен, за всю свою жизнь Олег не пробовал ничего подобного, он раскрывался во рту букетом ароматов, вкусами пряных трав. Легкость теплой волной прокатилась по желудку, компаньоны слегка захмелели.

— Борин, вот именно этого мне там и не хватало, — произнес Шура.

— Да что это за каторга такая без коньяка и баб, — с ухмылкой посочувствовал гном.

— Нет, Борин, вашего драгоценного общества. Кстати забыл вас представить, знакомьтесь, это мой хороший друг Командор.

Новые знакомые пожали друг другу руки.

— Только благодаря его не дюжей смекалки мы выбрались с каторги, надо будет обязательно пристроить его в мой клан.

После слов о клане Борин как-то стушевался, этот факт ускользнул от Шуры, но не ускользнул от Командора и он по удобнее уселся в кресло предвкушая интересную беседу. Вид довольного Командора слегка насторожил Шуру.

— Борин, а как дела у клана, что там нового?

— Звездный, я как бы не особо вникал, — замялся гном.

— Товарищ Звездный, — обратился Командор к Шуре, — что-то темнит ваш друг, я так предполагаю, что поменялся у клана хозяин.

— Борин? — посмотрел Шура на толстяка.

— Златоглазка сейчас кланлидер, — выпалил Борин.

Командор расцвел в улыбке, а на Шуре не было лица.

— Как, Борин, откуда она узнала про храм?

Гном виновата отпустил глаза, Командор наслаждался крушениями надежд.

— Вас не было дольше расчетного времени и она сказала, что вы уже не появитесь, — начал оправдываться Борин, — а клан больше не мог без лидера, и надо было принимать решения по финансовым обязательствам.

— И ты ей сказал в каком храме я дал обет?

— Мы, — поправил Шуру гном, — я и Бармалей.

— Друг мой Шура, я понимаю что произошло, что-то плохое, но не понимаю что?

Шура накатил себе рюмку коньяку, и залпом выпил, Командор вопросительного посмотрел на Борина.

— Понимаете, Командор, Звездный украл деньги там, потому что клан был в затруднительном положении, нам нужно было оставить залог в качестве обязательств перед богами, для получения эпического квеста. Если бы мы его выполнили, то получим деньги назад плюс награда сверху. Звездного посадили, квест клан выполнил, средства вернулись в казну, вот только казной на тот момент мог распоряжаться только клан лидер, Звездный дал обязательства перед богами, договорился со жрецом, мол, кто первый придет и заявит права на клан тот и получит клан лидерство со всеми правами и обязанностями. Золотой планировал вернуть украденные деньги их владельцу, а себе свободу. Но теперь, как понимаете от него ничего не зависит.

Шура налил очередную стопку, Командор схватил стопку и поставил перед Борином.

— Шура, что я вам говорил, когда в руинах появилась новая стая?

— Много чего, — угрюмо ответил Шура наливая другую стопку.

Командор забрал и ее.

— Уныние худшее из зол. Вы говорили, что у вас с этой барышней отношения и все будет нормально.

— А что, правда, — присоединился Борин, — поговорите с ней, даже если она не вернет клан, может она деньги вернет.

Шура призадумался:

— А знаете, Командор, вы правы, этот не повод для уныния.

— Конечно, Звездный, — поддержал его Борин и чокнулся с Командором.

В этот момент в комнату вошел Бармалей. В руках он держал небольшую сумку.

— И ты, Брут! — с максимальной драматичностью завопил Шура.

Бармалей виновато опустил глаза.

— Командор, я пригрел змей на своей груди! — начал причитать пьянющим голосом Шура, — я верил только этим людям, а они меня продали. А какой-то то поганый зек, меня вытащил с каторги, помог выбраться на материк, Командор, я вас безгранично уважаю, а ты меня уважаешь?

Для снятия стресса Шура принял намного больше алкоголя, чем Командор или Борин, и сейчас наступил момент расплаты.

— М, да! Шура, кажется кто-то насвинякался.

'Зеленый змий' в конец одолел многострадального беглеца, он свернувшись клубочком посапывал на краю дивана, что-то бормоча себе под нос.

— И что, она прям возьмет и вернет клан или деньги? — поинтересовался Командор у новых знакомых.

— Маловероятно, — ответил Бармалей.

— Скорее невероятно! — поправил эльфа Борин

— А как же отношения? Звездный мне что-то говорил.

— Какие отношения, Командор? Златоглазка беспринципная шлюха, и обслуживала она Звездного, только потому, что он стоял у руля, мы этому дураку много раз говорили, — разоткровенничался пьяный Борин.

Следующий удар "зеленый змий" нанес по Командору. Алкоголь в конец одолел и его. Бармалей растащил гостей по комнатам.

Олег Евгеньевич проснулся глубоко за полдень, да и то не самостоятельно, его разбудила, барменша эльфийка, на прикроватной тумбочке лежала новая одежда, простая, но добротная: кожаные штаны, свитер и куртка, ремень и новая сумка. Сумочка была не простая, на тридцать ячеек.

— Теперь вы на человека похожи, — заметила эльфийка когда О. Бендер переоделся, — вас ждут в кабинете Борина.

Барменша проводила Командора в кабинет начальника. Там был накрыт стол и толстяк Борин, что-то доказывал Шуре, при этом жестикулируя руками.

— Звездный, вы всё-таки напомните, мол, только благодаря мне клан выбрался в топ 30, что если бы не те деньги, ни видать бы эпика как собственных ушей, и мол, пусть вам хоть бабки вернут.

Командор бесцеремонно уселся на кресло посмотрел на приятелей.

— Не вернут вам, Шура, ни хрена, — сказал Командор накладывая себе пюре.

— Командор, я это, наговорил вчера, — замялся компаньон.

— Друг мой, Шура, вы вчера были в ударе, — компаньон покраснел до кончиков ушей, — но с другой стороны в ваших словах не было фальши, вы говорили от чистого сердца, да и оскорбительного мне вы ничего не сказали.

Шура явно полегчало.

— А почему вы думаете что Звездному ничего не вернут? — вмешался в разговор Борин.

— А не вы ли, уважаемый, сказали мне вчера, цитирую: "скорее невероятно"! — с довольной миной спросил Командор.

— Да мы вчера были пьяны и… — начал оправдываться толстяк.

— Как я сказал ранее, пьяные мысли, самые честные, я так думаю, что наш друг Звездный тоже все прекрасно понимает.

Шура улыбнулся.

— Как сказал один умный человек, — уныние худшее из зол, не стоит отпускать руки.

— Вот это правильный подход, так какой дальше алгоритм действий, друг мой Шура?

— Дальше, уважаемый Командор, вам отводится роль зрителя.

— Скажите, Шура, а мне можно только смотреть, или вы разрешите мне комментировать и делать выводы.

Шура улыбнулся:

— Командор, разве я в праве вам запрещать что-либо?

— Ну вот и славненько, а теперь если можно, добавьте немного конкретики?

— Скоро вернется Бармалей и он проводит нас в небольшой город Самерат, до него дня полтора пути, там находится ставка нашего клана.

— А через портал не проще будет? — перебил компаньона Командор.

— Срисовали нас вчера Командор. Барменша гонца отослала главе Клана, о моем возвращении теперь известно, у телепорта могут ждать охотники за головами, по этой причине нам придётся добираться пешком.

— А если портальным свитком, он тоже к стационарному нас выкинет?

— Где ж его тут укупишь? — перебил Командора гном, — в нашем "Мухосранске" такие вещи бывают крайне редко.

— Ну есть у меня один, — равнодушно произнес Командор.

Шура был сильно удивлен.

— Командор, свиток телепорта стоит довольно дорого, откуда он у вас?

— Я вам его показывал, Шура, вы наверное забыли?

— Нет, Командор, я в отличие от вас… — Шура прервал свою тираду, вспомнив, что обещал Командору не распространяться о его талантах, — и какого лешего мы им не воспользовались сразу, все эти гонки с волколаками?

Взгляд Шуры становился бешеным.

— А спортивный интерес, а приключения? — прикололся Олег.

Шура хотел броситься на Командора с кулаками, но его удержал гном, Командор рассмеялся:

— Шура, вы балбес, если бы этот свиток работал на Турамсе, я бы давно свалил от туда без вас, в необитаемых землях работает только один стационарный портал, в центре.

Шура поднял руку показывая Командору зазор между большим и указательным пальцами:

— Командор, вы сейчас были вот на столько от смерти, — все еще тяжело дыша произнес компаньон.

— Так что, может воспользуемся свитком портала?

— Дождемся Бармалея и портанемся, — совсем уже спокойным голосом произнес Шура.

Темный эльф и два человека, не торопясь шли по улице славного города Самерата, они старались обходить патрули стражи и путь их лежал к гостинице со звучным названием "Волчий хвост". Дома в городе радовались глаз, аккуратные лавки со стеклянными витринами, Таверны и гостиницы, толпы народу, гуляющие по улицам и сидящих в открытых кафешка, да и существ разных рас встречалось поразительно много. В "Волчий хвост" троица попала без проблем.

— Чем могу помочь господам? — обратился к ним услужливый Консьерже.

Бармалей вытащил из-за пазухи бирку на цепочке и показал ее консьержу.

— Нам бы с Златоглазкой повидаться, по очень важному делу, — пояснил темный эльф.

— Наслышан, — ответил флегматичный консьерж, — вас уже ожидают, второй этаж зал номер пять.

— Быстро у вас почта работает, — вставил свои пять копеек Шура, — а что, уважаемый, все собрались?

— Все лидеры клана, — с максимальной учтивостью в голосе произнес служащий.

— Бармалей, будь здесь, если появятся охотники за головами дай знать.

Зал был огромен, за большим прямоугольным столом сидели: Эльфийка — маг с золотыми глазами, внушительных размеров гоблин с ног до головы закованный в броню, непонятное существо с мордой ящера и телом человека, человек в броне паладина, и тяжело бронированный гном. С правой стороны от овального стола горел камин, рядом стоял небольшой столик и два кресла. На столике стоял заварочный чай и две чашки, книжка с закладкой на непонятном языке и свежая газеты.

— Шура, на правах наблюдателя, я пожалуй займу вон тот столик, — указал Олег на столик у камина.

Командор совершенно бесцеремонно подошло к столика, развернул немного кресло, чтобы лучше видеть происходящее, уселся и налил себе чая. Верхушка клана немного опешила от такой дерзости.

— По какому праву, ты сюда ввалился? — пришла в себя первой Златоглазка.

— Хватит комедию ломать, вы прекрасно знаете кто мы такие и для каких целей прибыли, — сухо обрубил Командор, — если что, Звездный он.

Компания перевела взгляд на Шуру.

— Да, наслышаны, — скептически ответил гном, — вот только верится с трудом.

— Восемнадцать миллионов сто сорок семь тысяч двести пятьдесят четыре кредита, могу назвать номер счета клановой казны.

— Этого достаточно, — с улыбкой паладин встал из-за стола и пошёл на встречу бывшему кланлидеру протягивая руку. Шура пожал, руку паладина и они обнялись, как старые товарищи.

— Александр, как вы выбрались? — обратился паладин к Шуре.

— "Странно, — размышлял Командор глядя на эту картину из удобного кресла, — выглядит так, словно старые друзья, а обращаются к Шуре на вы, видать у него какой-то пунктов на этот счет".

Какое-то время сокланы здоровались, братались, и задавали кучу вопросов наперебой.

Командор уже было смирился с мыслью, что ближайший год придется провести в стенах этого клана, но тут в поле зрения Командора попала Златоглазка. Она не радовалась возвращению бывшего лидера, судя по всему, новая лидерша подмяла всю верхушку под себя.

— Я очень извиняюсь, — прервал братания сокланов Командор, — понятно, что вы давно не виделись и очень рады видеть друг друга. Но к сожалению у меня очень мало времени, ради бога, озвучьте уже кто-нибудь этот вопрос, — сокланы молчали, — хороша давайте я озвучу.

— Нет! — жестким тоном перебила Командора Златоглазка.

— Что нет? — растерянно спросил Звездный.

— Все нет, на обе просьбы нет, не будет ни денег ни клана.

В голосе бывшей любовницы не было и толики сострадания или жалости, похоже Шура для нее был отработанным материалом, бывшие друзья и соратники потупили взоры и старались не смотреть в глаза игроку некогда звавшемуся Золотым. Повисла неловкая тишина. Командор долил себе чай в чашку, вставил стеклышко на манер монокля, и открыл книгу на странице с закладкой. Александр был бледен, он готов был впасть в состояние депрессии, в котором Командор его уже видел несколько раз.

— Ее голое тело источало божественный аромат, — начал читать книгу в слух Командор, — казалось тяжесть всего мира сейчас лежала между её ног, король был ненасытен.

Златоглазка покраснел до кончиков ушей, а Командор глянул на сокланов сквозь стеклышко и заметил один интересный момент. Златоглазка не являлась кланлидером, она значилась, как зам. Лидером был паладин Корнеций Великий.

— Шура, мне определенно нравится эта девушка, у нее есть яйца, — ухмыляясь произнес Олег.

— Положи книгу на место зек, как ты её вообще смог прочитать, она на Беринге, языке магов. — не выдержала наконец Златоглазка.

— Порнографическая книга на языке магов, — усмехнулся Командор.

— А ведь этот концерт специально для вас, мой друг, — Шура посмотрел на Командора апатичным взглядом, — я думаю, что эта барышня до сих пор зам, а настоящий кланлидер, ну не знаю, допустим он, — указал пальцем на паладина Командор.

В глазах зама появилась нотка изумления.

— А ещё, я думаю, — продолжил Командор, — все сидящие здесь прекрасно представляют, кто есть кто, средства клана, они "освоили" между собой и теперь ломают комедию.

— Какой проницательный товарищ, — не выдержал паладин, — Звездный, я понимаю почему вы прихватили его с собой, на ровном месте, всю ситуацию прочитать, это какой талант нужен.

Шура впадал в уныние, надо было срочно что-то делать.

— Друг мой Шура, сколько можно вам повторять, уныние худшее из зол, не переживайте, это всего лишь деньги.

Шура посмотрел на Командора взглядом полным горечи.

— Успокойтесь, Шура, мы выбрались с Турамса, приручили шауду, а как вы провернули ту шутку с орком, — Шура начал по не многу приходить в себя, — друг мой, ну хотите, я уничтожу этот клан для вас?

У сидящих за столом случился приступ смеха, но Командор был совершенно серьезен.

— Шура, одно ваше слово и я помножу их на ноль.

— Это моё детище, — с грустью в голосе произнес экс лидер.

— Без хорошего аналитика у этих недоумков, ни то что подняться, удержаться в тридцатке шансов не будет, я не дам им и двух месяцев, так что смерть клана, всего лишь вопрос времени.

— Командор, вы правда уничтожите его, если я вас попрошу?

Командор только улыбнулся. Из за стола поднялся паладин, достал меч и направился в сторону Командора.

— Ну начни с меня, — предложил паладин.

— Не, а! — остудил его пыл Командор, — я тебя не одолею, — сказал Командор и отхлебнул чай, — о точном времени гибели вашего клана я сообщу позже, точнее сообщит Шура, когда определится, а сейчас господа и дамы мы вынуждены откланяться.

Шура находился в прострации, и с трудом понимал что происходит, Командор вывел его из зала под локоть, бывшие сокланы остались сидеть за столом обсуждая насущные вопросы, похоже угрозы Командора они не восприняли всерьез.

— Послушайте, Шура, мне нужен яд, у вас есть?

— Несколько видов, — произнёс Шура безразличным тоном и достал из сумки четыре ампулы.

Командор рассмотрел их сквозь стеклышко и выбрал ампулу.

— То что надо.

Компаньоны спустились в холл первого этажа, внизу их дожидался Бармалей.

— Ну как все прошло? — поинтересовался эльф.

Шура было начал открывать рот чтоб ответить, но Командор его опередил.

— Все супер, на высшем уровне, а скажи, уважаемый Бармалей, где здесь поблизости ресторанчик поприличнее и подороже?

— "Шелковая лиса", в двух кварталах к югу.

— Зачем? — с потерянным видом поинтересовался Шура.

— Тому несколько причин, — пояснил Олег, — первая — вы проиграли спор Бармалею и с вас простава, а вторая — новую жизнь положено начинать без долгов. Да и напоследок гульнуть хочется.

Шура с недоумением посмотрел на Командора.

— А что вы удивляетесь, Шура, товарищ Бармалей должен был нас привести в лапы властей, а мой портальный свиток им здорово испортил весь план.

— Не пытайтесь бежать, вам все равно не уйти, — спокойным голосом произнес Бармалей.

На Шуру было больно смотреть, все к чему он стремился утекало сквозь пальцы словно песок, во взгляде читалось безразличие к происходящему вокруг.

— На выходе нас сдашь? — как всегда в своей спокойной манере, поинтересовался Командор.

— Нет, передам вас властям за воротами города, — непринужденно ответил эльф.

— А гульнуть напоследок нам позволишь? — эльф призадумался, — мы все равно от тебя никуда не денемся, а так хоть золото леприкона потрачу перед тем, как вернуться и само собой можешь заказать себе все что захочешь.

После недолгих раздумий Бармалей согласился.

До 'Шелковой Лисы' троица добралась быстро, просторный зал ресторана приветливо распахнул свои двери. Свободных столиков было мало. Бармалей о чем-то пошептался с управляющим гоблином во фраке и тот провел их в небольшую закрытую кабинку.

— Что будете заказывать? — поинтересовался услужливый официант эльф.

— Для начала принеси ка нам бутылочку 'слез девственниц', на закуску мясо, много мяса, баранина на кости, отбивные из мраморной говядины, гарнир на твоё усмотрение.

— Мне отбивную на кости, гарнир — рис и борщ — сделал заказ Бармалей.

Шура по-прежнему молчал. Коньяк принесли быстро Командор разлил благородный напиток по бокалам.

— Ну что, за знакомство! — поднял рюмку Командор.

Бармалей поднял бокал и выпил не чокаясь, Шура не притронулся к спиртному.

— На хрен таких знакомых, — произнес Александр со злостью.

Выпив еще рюмку Бармалей почувствовал себя плохо, он обмяк и еле шевелил губами.

— Что со мной?

— С вами дорогой, Брут, случилось отравление паралитическим ядом, — ответил Командор.

Шура вытащил из ножен клинок и собрался было воткнуть его в глаз.

— Стойте, Шура, что вы делаете?

— Собираюсь мстить, — нервозно ответил тот.

— Эх Шура, Шура, кто ж так мстит, вот вы вроде умнейший человек, аналитик от бога, а занимаетесь хренью, ручки белые замарать решили.

Шура перевел удивленный взгляд на Командора.

— А вы знаете способ лучше?

— Способы, — поправил компаньона Командор, — много способов.

— Просветите?

Бармалей ели шевелил губами, он пытался позвать на помощь, но вместо криков получался едва разборчивый шепот.

— Мало уважаемый Бармалей, скажи Пожалуйста когда ты и Борин продали Звездного?

— Почти сразу, как он сел, — шепотом, ответил эльф.

— И сколько вам перепало?

— По 350 тысяч золотых.

— А на сколько человек поделили казну?

— На девятерых, — еле слышно ответил Бармалей

— А какая сумма была на тот момент в казне?

— Поделили поровну на девятерых.

Командор улыбнулся. Теперь уже не выдержал Шура:

— На девятерых у вас должно было выйти по два миллиона с небольшим таким хвостиком. Мне дали 12 лет за экономическое преступление, включи мозги, вас поимели.

Эльф растерялся, Шура водил клинком перед лицом Бармалея.

— А как вы думаете, Командор, поимели только этих двоих или всех?

— Я так думаю половину, — подытожил Командор, — они не знали, что в казане больше восемнадцати миллионов, они по ходу вообще не знали сколько там денег, точно знали два человека, паладин и Златоглазка, а с остальными, бабка надвое сказала.

— Тридцать серебряников, — задумчиво произнес Шура.

Командор снял сумку с плеча эльфа и вытащил оттуда кошель с монетами.

— Не густо, — констатировал Командор.

— Командор, воровство это не наш профиль.

— Это, Шура, не воровство, это возврат заемных средств.

Эльф пытался возмутиться, но смысла в этом не было.

— Командор, мне все еще хочется мстить.

— Шура, этот эльф сам себе мстит на протяжении года, подумайте почему он вернул вам ваши вещи, а не продал их. И где украденные средства. Почему шмот весь перелатанный.

— А правда почему? — спросил Шура у Бармалей

Эльф молчал.

— Вы убедили меня, Командор. Пожалуй я не буду причинять ему вред, но отомстить нужно.

Шура подошел к двери кабинки и позвал официанта.

— Мой друг, Бармалей из клана Желтых масок, желает срочно отправить ящик самого дорогого коньяку своему другу барону Хази.

— Это же!?

— Деньги не имеют значения! — перебил официанта Шура, — и еще, наш друг готовится к очень важной встрече и просил его не беспокоить.

— А счет?

— После встречи. Они еще будут делать заказ, — пояснил Александр.

Официант понимающий кивнул и двинулся в направлении кухни.

Компаньоны переглянувшись двинулись в сторону выхода, и только темный эльф — Бармалей с глазами полными грусти продолжил сидеть за столом в ожидании важного гостя.

Ночь накрыла славный город Самерат и его окрестности, большая яркая луна бледным светом освещала все вокруг. На перекрестке дорог за крепостной стеной стояли два человека, весь новый мир лежал у их ног и оставалось самое малое, выбрать направление.

— Ну и? Уважаемый Командор, куда мы двинемся дальше? — апатично поинтересовался компаньон.

— Новую жизнь надо встречать без старых долгов, — резюмировал Командор.

— И?

— И мне одна особа задолжала кое-что.

— Интересно, — похоже что Шуре стало действительно интересно.

— Нам, Шура, нужно найти клан "Голубая лилия", кажется так он назывался.

— Этот клан входит в топ сорок, штаб в Лебосе, пешком недели три добираться, — отрапортовал компаньон.

— Откуда у вас эта информация?

— Про топовые кланы все знают, а кто вам там должен?

— Одна особа разбившая мое сердце.

— Мстить хотите? — саркастично улыбнулся Шура.

— Верну свое и только.

— Недалеко есть деревня Южнолесье, там есть стационарный телепорт, бюджет у нас 250 золотых вместе с деньгами Бармалей и ваших два кругляша, можно телепортироваться, монет сорок будет стоить.

— Шура мне говорили, что свиток портала стоит тысяч десять, а телепортация со стационарного пару десятков золотых, в чем разница?

— В стационаре, ты можешь перемещаться один. Из одной заданной точки в другую, причем точки привязаны. А свиток открывает портал в любую точку в радиусе трех километров от стационарного портала и пока он работает сквозь него можно провести, хоть целую армию, по этому и цены так разнятся.

— М, да уж, век живи, век учись. Ладно показывайте дорогу, Шура, в это ваше Южнолесье.

С Южнолесьем вышел небольшой облом, у входа в деревушку стояли охранники и явно кого-то высматривали. Компаньоны остановились в трех километрах от деревушки и внимательно осматривали окрестности.

— Знаете, Командор, а ведь эти охранники нас ищут, — вполголоса произнес Шура всматриваясь в даль.

— И с чего такие выводы?

— Они досматривают в основном людей, а как вам известно, Командор, мы с вами, вроде люди.

— И не поспоришь, — согласился Командор, — ну и какой дальнейший алгоритм наших действий?

— Обойдем деревню и дальше на юг в Лебос, своими ножками, если вы конечно мстить не передумали.

— Шура, не мстить, а вернуть свое, да и посмотреть на этот мир будет весьма познавательно.

Следующие три дня, а вернее три ночи компаньоны двигались на юг избегая любые населенные пункты. Рискнуть решились в большом торговом городе Альтагра. Слегка пьяные стражники, на входе в город не обратили никакого внимания на компаньонов, среди пестрой толпы эльфов, гномов, гоблинов, орков и многих других рас, они не вызывали никакого интереса, самые обычные люди, коих в этом городе бывает бесчисленное множество. Торговые площади города впечатлили Командора, торговали всем, что только можно было продать, старые поношенные латы, какая-то еда для орков с отвратительным запахом, органы и кости различных существ для алхимиков.

— Любой каприз за ваши бабки, Командор! — пояснил Шура видя заинтересованные взгляды компаньона, — но к сожалению нам надо двигаться дальше, портал на центральной площади.

— Друг мой, куда нам торопиться, давайте покушаем, сделаем запас провизии, отдохнем нормально, выспимся, в конце концов, по-человечески. А потом можно и в путь.

— Уважаемый Командор, все это мы сможем сделать и в Лебосе. Мы сейчас находимся в паре дней пути от "Желтых масок", возможно установка еще не дошла до местных властей, но это всего лишь вопрос времени. Часов или минут. "Желтые маски" не будут нас искать в Лебосе, это не их зона влияния.

— Так чего ж мы стоим, друг мой? В путь!

Все торговые улицы города, подобно солнечным лучам, тянулись к центральной площади. Прогуливаясь вдоль рядов Командор усмотрел одну закономерность, чем ближе торговая лавка к центру города, тем лучше в ней шмотки и соответственно выше цена. Утлые лавчонки, сначала сменили, небольшие неказистые магазинчики, дальше шли магазины с большими стеклянными витринами, венцом оказались огромные расписные бутики с консьержами у входа, учтиво открывающими двери респектабельным посетителям. В центре площади стояло огромное здание аукциона, массивную крышу держали резные колонны из белого мрамора. В здании бойко шла торговля. Командор уже собирался зайти в аукцион, но Шура потащил его в другую сторону. А вот портал не впечатлил Командора, на Турамсе он выглядел по-другому, огромная мраморная арка с непонятными надписями, здесь же портал выглядел словно футбольные ворота, три метра в высоту и пять в ширину. Приличных размеров очередь выстроилась к неподалеку стоявшему столику, за столом сидел монах, он забирал деньги и выдавал жетоны, после с жетоном, допустим, какой ни будь эльф, ну или гном, проходили сквозь арку портала и с яркой вспышкой исчезали в нем, с обратной стороны портала ровно с такой же вспышкой появлялись гости торгового города.

— Вот видите, дорогой Командор, мы принесли в этот мир очень много зла, — апатично заметил Шура.

— Поясните, Шура, что-то я не улавливаю ход ваших мыслей?

— Когда мы пришли в этот мир, мы принесли с собой очень много плохого, например очереди, бюрократию…

— Друг мой, так вам не нравятся очереди, — перебил Командор компаньона.

— Терпеть не могу очереди!

Минут через пятнадцать компаньоны добрались до торгаша монаха.

— Куда изволите, господа? — вежливо спросил монах.

— Лебос, уважаемый.

— В Лебосе три портала, куда именно вам нужно?

— Поближе к "Голубой Лилии", — уточнил Шура.

— Вам нужен портал у Небесного Парка, восемнадцать золотых за одного.

Командор не мог понять суть беседы, ну на всякий случай сделал понимающее лицо и не стал задавать лишних вопросов

— Списать со счета? — поинтересовался монах.

— Нет, оплачу наличкой.

Шура ловко залез в сумку Командора и на ощупь насчитал 36 монет. Две небольшие стопки блестяшек стояли перед монахом, тот пересчитал их и убрал в выдвижной ящик стола, далее монах провел ритуал над жетонами, он водил руками и что-то нашептывал. Жетоны вспыхнули желтым цветом. Шура проворно схватил жетоны и направился в сторону портала, Олег не торопясь двинулся следом.

До портала оставалось метров двадцать. Шура резко остановился и повернулся лицом к Командору.

— Возьмите жетон, Командор! — настоятельно потребовал Шура, лицо было крайне озабоченно он смотрел куда-то за спину Командора, — бежим в портал!

Шура развернулся и со всех ног помчался к арке портала. Командор обернулся. Рядом с монахом — торгашом стоял здоровенный орк, закованный в броню, на плече у него лежал огромных размеров меч. Монах указывал ему пальцем аккурат в сторону Командора. Дальше О. Бендер медлить не стал и последовал примеру компаньона. Орк кинулся вдогонку. В голове бил пульсом один вопрос: "успеет ли он добежать до портала раньше закованного в броню орка". Несмотря на огромную разницу в характеристиках компаньоны успели раньше, орку не хватило буквально пол метра. Портал оранжевой вспышкой скрыл профиль Командора.

Глава десятая. В которой каждый получает по заслугам

Командор появился после оранжевой яркой вспышки, Шура валялся не далеко на газоне пытаясь отдышаться, Командор рухнул рядом.

— Да уж Командор, с вами не соскучишься, — отдышавшись произнес Шура.

Командор приходя в себя оглядывался по сторонам.

— Уважаемый Шура, что это за благолепие вокруг?

— Это городской сад построенный на средства Лилии.

Надо сказать, что сад был великолепен, вымощенные дорожки и тропинки, аккуратно постриженные кусты и деревья, прекрасный газон. Недалеко виднелся красивый пруд с прозрачной водой, на его глади в большом количестве произрастали голубые лилии. Вдоль вымощенных дорожек стояли резные лавочки и даже резная арка телепорта была здесь к месту, одним словом гармония в самом ярком ее проявлении.

— И так, Командор, мне очень бы хотелось знать какого черта мы здесь забыли?

— Однажды, очень давно, друг мой Шура. Случилась со мной беда, — Командор посмотрел на компаньона погрустневшим взглядом, — я имел неосторожность влюбиться. Все как полагается, конфеты, букеты, люблю, куплю и полетим.

— Вам бы, уважаемый, книги писать, с такими-то приступами красноречия, — съязвил компаньон.

Командор тяжело вздохнул:

— И все у нас было замечательно, дело шло к свадьбе, начали деньги собирать, уже и сумму приличную набрал, восемьдесят три штуки, а дальше в судьбе одной нежной особы случился "Другой Мир". Я пашу, аки конь на заводе, а она в "Другом Мире". И вот однажды прихожу я домой, а там алес. Пустота. На столе записка: я ухожу, мы с тобой из разных миров. И счет наш общий пуст. Вот теперь я думаю, что Светка мне задолжала, и очень она хочет мне вернуть тот должок.

— Ну и само собой, больше вы ни на что не надеетесь? — нетактично съязвил Шура.

— Подобных чувств я больше не испытывал ни к одной девушки, — признался Командор, — но в этом случае, мне хочется вернуть деньги, которые как вы понимаете, пригодиться нам в дальнейшем.

— Это очень плохая затея, ваша бывшая может вас сдать властям, а деньги можно заработать или украсть, или продать какой-либо хлам из вашей сумки, в конце концов ваш талант бесценен, ему можно найти уйму применений, Командор, не стоит так рисковать.

Шура пытался убедить Командора в ошибочности его решения, приводил доводы и аргументы, но О. Бендер был непреклонен.

— Хрен с вами! — сдался Шура, — вы хоть знаете как она выглядит в этом мире.

— Не совсем, — уклончиво ответил Командор, — но я знаю, что ее звали Звезда и что она эльфийка — лучница.

Шура саркастически улыбнулся:

— В "Голубых Лилиях" две звезды, Полярная и Алая и обе они эльфийки, которая ваша?

Слова Шуры выбили Командора из колеи.

— Друг мой, Шура, я понимаю, что вам не по душе моё решение, но чтобы спокойно двигаться дальше, мне нужно закрыть этот вопрос раз и навсегда.

— Значит дело не в деньгах? — сделал вывод компаньон.

— Это личный вопрос, который мне нужно решить, если я его не решу, мне будет трудно двигаться дальше.

На словах, двигаться дальше, Командор делал явный смысловой акцент, талантливый аналитик уже понял, что в принципе, дальше может и не быть, все может закончиться в славном городе Лебосе, если Командор и Светлана разрешат свои неразрешимые противоречия.

— Тогда не будем спорить, — сдался Шура, — нам нужны вводные.

— Эльфийка, какая-то там Звезда, в клане "Голубые лилии" состоит с момента образования.

— И зовут ее Светлана, — добавил компаньон.

— А это здесь причем?

— А скажите, Командор, как меня зовут?

— Александр, — с полной уверенностью ответил компаньон.

— А вот и нет, у меня другое имя. Это здесь меня знают, как Звездного, а для своих я известен как Шура, в честь Александра Македонского, кстати. А полного моего имени и фамилии никто не знает.

— И к чему это? — не выдержал Олег.

— Нам, Командор, надо вычислить вашу экс невесту, реальные имена и фамилии используют только полные идиоты, в основном пользуются псевдонимами, именами выбранными в игре самостоятельно, или как в вашем случае назначенными уполномоченными представителями.

— Продолжайте, вы меня заинтриговали, я вот прям чувствую, что у вас уже есть какой-то план на этот счет.

Шура ехидно улыбнулся:

— У меня есть какой — то план на это счет. Командор давайте пообедаем, вон в том ресторанчике, за одно все и обсудим.

— Жрать и правда хочется, — согласился Командор.

Ресторанчик "Веселая Улитка" находился недалеко от парка Лилий. Двухэтажное здание со стеклянной верандой гармонично вписывалось в облик города.

— Уважаемый, нам с товарищем хотелось бы пообедать, — обратился Шура к управляющему.

Тот посмотрел на компаньонов как на пустое место.

— Присаживайтесь на свободные места, официант скоро подойдет.

— Вы не поняли уважаемый, нам с товарищем хочется нормально покушать, чтоб нас не беспокоили, — Шура вложил пару золотых в руку управляющему, — я знаю у вас на втором этаже есть отдельные кабины.

Взгляд управляющего изменился, деньги сделали свое дело.

— Уважаемые господа, наш ресторан принадлежит клану "Голубая Лилия" и второй этаж господа держат за собой, но я попробую что — нибудь придумать.

После этих слов труженик нелегкой ресторанной профессии скрылся из виду.

— А чем вам здесь не нравится, Шура? Вроде нормально, вон и места свободные есть.

— Командор, вы забываете, что у меня есть какой-то план, и это часть какого-то плана.

— А меня вы посвятите в это жутко секретный план?

— Я над этим думаю, стоит ли, — с наигранным сомнением во взгляде посмотрел Александр.

Разговор компаньонов перебил вернувшийся невесть откуда управляющий.

— Я договорился, но это будет стоить десять, — любезно пояснил труженик ресторанного дела.

Шура порылся в сумке Командора, словно в своей и извлек из нее горсть монет и не считая сунул их парнишке. Парнишка пересчитал монеты и прям расцвел от счастья.

— Сдачи не надо милейший, только у меня будет маленькая просьба, пришлите официанта порасторопнее.

— Обслужим по первому классу, — заверил эльф, — Прошу за мной.

Да уж, что деньги с людьми делают, только что смотрел на компаньонов словно на помет, а теперь только, что ботинки им не облизывает.

Друзья разместились в небольшой комнатке на четыре персоны с видом на сад лилий.

— Официант ждет за дверью, как разберетесь с заказом позвоните в колокольчик.

Управляющий скрылся из виду.

— Знаете, Шура, что-то я не припомню у вас таких приступов щедрости.

— Это для дела, уважаемый. Необходимо подмаслить управляющего, чтоб завтра мы могли воспользоваться этой же комнатой, и официанту надо будет оставить щедрые чаевые.

— Вы нас разорите, уважаемый Шура.

— Что ж тут поделать, это часть какого-то плана.

— Ладно, плевать на деньги, как говорил мой почивший батюшка: деньги — вода. Так что у нас там с планом?

— Всему свое время, — спокойным тоном произнес Александр, — вы, к стати, с заказом определились?

Компаньоны определились с заказом, и Шура позвонил в колокольчик. В дверях появилась симпатичная официантка девушка.

— Милая, — обратился Шура к красавице, — нам чайничек цветочного чая, две картошки фри отбивные, щи и брошь со сметанкой, два конверта, пару листов бумаги и писчие принадлежности.

Последние несколько пунктов сильно удивили красотку. Шура положил ей в руку два золотых. Девушка улыбнулась:

— Бумага нужна простая или гербовая?

— Обычная, — сделал свой выбор Шура.

Красотка скрылась за дверью.

— Итак? — не выдержал затянувшейся паузы Командор.

— Ну уж нет, дорогой Командор, сначала я покушаю, выпью рюмочку чаю, а уж после, разумеется, если будет настроение, я вам поведаю какой-то план.

— Шура, а вам ни кто не говорил, что вы сволочь?

— Многие, уважаемый Командор. Но я всегда считал, что они наговаривают, неужели и вы присоединились к лагерю моих недоброжелателей?

— Упаси боже, многоуважаемый Шура! В нашем дуэте главной сволочью буду я, а вы будете замом главной сволочи по особо важным делам.

— А как же равное партнерство? Полцарства, так сказать?

— Полцарства ваши, как мы и договаривались. Забирайте хоть сейчас.

Шура улыбнулся, шутка явно пришлась ему по вкусу.

— О, величайший мастер подлянок! — начал Командор в хвалебной манере, — гениальнейший из стратегов, умнейший из каторжников и много, много других красивых эпитетов, поведай своему неразумному компаньону страшную тайну какого-то плана.

Шура уже не скрывал улыбки, Командор поднял ему настроение. Шура даже раскрыл рот дабы поведать "неразумному" компаньону страшные тайны какого-то плана, но в этот момент, красавица официантка внесла первые блюда. Шура мгновенно набил себе рот картошкой.

— А знаете Шура, я, все-таки, присоединюсь к тем людям которые считают вас сволочью, нет я даже возглавлю их.

Шура улыбался с набитым ртом. После сытного обеда, 'гениальный стратег' освободил место для письменных принадлежностей и принялся за написания, как он выразился, сочинений на свободную тему.

— Командор, а какое отчество у вашей экс невесты?

— Григорьевна.

— Светлана Григорьевна, значит.

Шура макнул гусиное перо в чернила и строки бодро побежали по бумажному листу.

Здравствуйте, уважаемая Светлана Григорьевна. Вы, наверное, удивлены, что незнакомый вам человек знает вас по имени отчеству в "Этом мире", не удивляйтесь. Я недавно вышел из мест не столь отдаленных, где имел честь познакомиться с неким Олегом Б., который рассказал про ваши личные данные и одну пикантную историю про сбежавшую невесту. Уважаемая Звезда, он передал мне право получить с вас украденную сумму, предлагаю вам встретиться завтра в полдень в "Веселой Улитке" в комнатке?4.

P.s. Если вы проигнорируете, моё предложение, я оставляю за собой право в полной мере распоряжаться вашими личными данными.

Второе письмо в точности повторяло текст первого. Оба письма быль аккуратно свернуты и упакованы в конверты. На одном конверте получателем значилась Звезда Алая, на другом Звезда Полярная.

— К нам сюда, Командор, должна прийти одна звезда, та которая ваша бывшая, а вторая посчитает, это письмо неудачной попыткой вымогательства.

— Толково. А если все-таки придут обе?

— Маловероятно, как я понял со свадьбой очень грязная история получилась, и очень маловероятно, что ваша экс захочет, чтоб ее сокланы и прочие узнали о произошедшем.

— В принципе да, — согласился Командор, — но вот что если?

— А вот если. То нам придется туго.

Шура зазвонил в колокольчик и красавица официантка вошла в кабинку.

— Чего изволите господа? — обратилась симпатичная девушка.

— Милейшая, надо срочно письма отправить, — улыбнулся Шура протягивая письма и два золотых сверху, — только письма надо доставить срочно, сегодня, и попросите управляющего зайти к нам.

Смазливая официанточка шустро убрала монеты, взяла письма и вышла прочь из кабинки. Минут через пять появился управляющий.

— Как вам трапеза, господа?

— Все было великолепно! — начал Шура обхаживать труженика нелегкого ресторанного дела, — все по первому классу, как вы и обещали. И официантка и глазу приятна и расторопна, а какие блюда, это не передать словами!

В общем Шура льстил и умасливал, а после снова льстил, он попросил книгу отзывов, чтоб оставить свое мнение об этом замечательном ресторане, и его обитателях, управляющий расцветал на глазах. Когда клиент созрел, Шура попросил оставить эту кабинку для них на завтра. Немного поломавшись, но все-таки взяв пятнадцать золотых, труженик не легкого ресторанного дела торжественно пообещал оставить кабинку? 4 за ними. Как только служитель кухни скрылся за дверью, компаньоны засобирались, впрочем, Шура не забыл оставить три золотых кругляша на краю стола.

— Шура, а этого хватит?

— Более чем, мы с вами поели от силы на половину золотого, это с щедрыми чаевыми.

— Стоп, — удивился Командор, — Шура, вы хотите сказать, что мы потратили около пятидесяти блестях там где могли потратить одну, или я чего-то не понимаю?

— Как говорил ваш славный батюшка, деньги-вода, да и потом нам нужна кабинка для завтрашней встречи, а как говорилось раньше, второй этаж принадлежит Лилиям, и если нас сегодня пустили, то завтра вполне могут отказать, а после таких обильных экономических вливаний, кабинка завтра гарантированно наш.

Номер сняли в самой дешевой гостинице, на вопрос, а почему бы не выбрать место получше, Шура резонно заметил, что здесь не требуют подтверждения личности и с радостью принимают наличные не задавая лишних вопросов. Несмотря на убогую обстановку спалось великолепно, долгие ночные переходы давали о себе знать и довольно жесткая деревянная кровать с соломенным тюфяком казались царским ложем.

Утром Шура проснулся первым, он успел позавтракать, приобрести свежую местную газету, прочитать местную газету, приобрести кое-какую провизию, распихать ее по сумкам, прошвырнуться на местный рынок, где успел приобрести два недорогих кинжала, зашел в местный дом терпимости поинтересовался расценками и ассортиментом и теперь сидел на деревянном табурете наблюдая за спящим Командором. Терпение кончилось. Компаньон подошел к спящему Олегу и начал его будить.

— Ну нет мама, сегодня не надо в школу, сегодня выходной, — бормотал Командор сквозь сон.

— Проснись малыш, ты обделался! — произнес Шура тонким голоском.

Командор приложив грандиозные усилия открыл один глаз.

— Шура, ну какого хрюна, ты мне спать не даешь?

— Во-первых не ты, а вы, а во-вторых время 11.00, через час у вас важная встреча.

Командор с трудом открыл второй глаз:

— Ни хрена себе поспал!

Без десяти двенадцать, компаньоны уже сидели в кабинке?4, Шура пил чай и читал газету, а Командор обедал попутно пытаясь окончательно проснуться. Дверь отварилась и в кабинку вошла эльфийка в зеленом полу плаще и с луком за спиной, следом вошла еще одна эльфийка и тоже лучница. Командор поспешил воткнуть стеклышко в глазницу. Лучницы присели за стол на лавки перекрыв компаньонам пути для отступления. Последним в комнатку вошел эльфийский маг с красивым резным посохом тщательно затворив за собой дверь. Командор успел рассмотреть гостей, эльфийка вошедшая первой была Звезда Полярная 92 уровня, второй вошла Звезда Алая 89 уровня, и замыкал шествие Поверенный Солнца — маг 112 уровня. Шура был шокирован, какой-то план был близок к провалу.

— Здравствуйте, господа шантажисты! — нарушил молчание Поверенный Солнца, — ну и кто тут такой смелый, чтоб шантажировать, лучших бойцов моего клана?

Компаньоны отыграли свои роли великолепно. Они продолжили обед словно в кабинке кроме них никого не было, совершенно не обращая внимания на гостей, Шура продолжал читать газету, а Командор допивал цветочный чай.

— Я так понимая, дорогой Шура, что какой-то план потерпел фиаско? — непринужденно начал разговор Командор.

— К сожалению, Командор, я не учел личностный фактор, не думал я, что они тесно знакомы.

Гости молча слушали диалог компаньонов.

— Я так понимаю, Шура дальше придется импровизировать?

Шура нервно положил открытую газету на стол.

— Знаете, Командор, задача стояла организовать вам встречу со Звездой, вот одна вот вторая, я считаю, что свою задачу я выполнил.

Шура обиженно уткнулся в газету.

— Еще раз прошу прощения, и повторяю свой вопрос, — вклинился в разговор эльф сто двенадцатого уровня, — кто из вас, тот смертник, который посмел шантажировать моих подчиненных?

— Ну допустим я и что дальше? — без какой-либо тени страха ответил Командор.

Наглость шантажиста немного сбила с толку высокоуровнего мага.

— А какое вы уважаемый, имеете право вмешиваться в приватную беседу между мной и Светланой Григорьевной?

— Какая еще Светлана Григорьевна? — взбеленился маг.

— Гончаренко! — Сухо и резко выпалил Командор.

Обе Звезды явно занервничали, да и высокоуровневый маг под растерялся, ситуация была патовая, убивать шантажистов дело пустое испарятся потом ищи ветра в поле, также гости понимали, что какая из звезд Светлана компаньонам известно не было. И уже было предельно ясно, что договариваться придется по-хорошему.

— Ну допустив вы кое-что знаете, — начала разговор Звезда Алая, — но вы не знаете конкретного персонажа, и кто ж из нас Светлана? За такую информацию платят если только она верна на сто процентов, в противном случае…

— Кто из вас Светлана вопрос не принципиальный, — положив газету влез в разговор Шура, — допустим клан Лилий ведет войну с каким-нибудь полу криминальным кланом, ну скажем "Дети ветра", так вот им не важно какая из Звезд Светлана, важно другое. Важно, что, нейтрализовав Светлану там, высокоуровневый игрок Звезда исчезнет тут, и совершенно не важно кто из вас двоих исчезнет и в этом мире, попутно ослабив клан. Плюс теперь стало абсолютно явно, что вы там, в хороших отношениях и друг друга знаете, а при небольшом давлении эта птичка запоет на полную, так что не только ее, но и ваши личные данные в большой опасности.

Гости старались держаться невозмутимо. Ситуация из разряда патовой перешла в состояния шаха и мата "Голубым Лилиям".

— Кроме имени и фамилии, что вы еще знаете? — поинтересовалась Звезда Полярная.

— Все, — спокойным тоном ответил Командор, — знаю id код ее счета, где проживали ее родственники, ее любимую кафешку, ее размер груди, а еще знаю, что под левой грудью у нее находилась родинка в виде сапожка.

Звезда Алая покраснела до кончиков ушей. Командор рассмеялся:

— Светка, тебя так легко развести, — сквозь смех выпалил Командор.

Взгляды представителей Лилий сменились недоумением.

— Ну что милая не признала? — широко улыбаясь спросил Командор.

— Нет, — растерянно ответила, теперь уже разоблаченная Светлана.

— А ведь когда-то замуж за меня собиралась.

— Олег? — ошарашенно спросила Света.

— Он самый, ну как ты тут без меня, сильно скучала?

Света впала в состояние прострации, прошлое от которого она когда-то сбежала, настигло ее в этом чудесном мире.

— Но как? Тебя ведь трибуналом судили, я видела в новостях, а как же смертный приговор? — затараторила Света.

— Все верно, меня предали анафеме. Казнили колесованием, а потом я попал в ад. А там самый главный мне и говорит, я, мол, тебя своим замом сделаю, ты только Светке жизнь испорти, — лицо Командора выглядело очень серьезно, — уж не знаю, Светка, что ты ему сделала?

— Да иди ты со своими шуточками.

— Ну хорошо. Мы выяснили кто есть, кто? А теперь может вы объясните чего вам от нас нужно? — влезла в разговор другая Звезда.

— Чего же я хочу? — задумчиво произнес Командор, — эта барышня мне задолжала 83 тысячи кредитов и объяснения, не банальную записку, мы из разных миров, а конкретно, что тебя не устраивало, что случилось, почему?

Света молчала, глаза красивой эльфийки были на мокром месте. Девушку настигло прошлое и настойчиво требовало объяснить те вещи, которые она и сама не очень понимала, она вроде бы любила Олега, все было хорошо, ее все устраивало, а потом Олег начал носиться со свадьбой. Один раз из-за этой свадьбы ей пришлось пропустить эпик квест. Светлана была безутешна, но глава гильдии, он же Поверенный Солнца, нашел способ утешить бедную эльфийку. С тех пор Светлана жила с двумя разными мужчинами в двух разных мирах. И если Поверенный был в курсе, то Олег не знал ровным счетом ничего.

Непонятные чувства накрыли девушку с головой. Светлана со слезами на глазах выскочила из кабинки, вторая Звезда помчалась за ней следом, а озадаченный высокоуровневый маг присел за стол на край скамьи.

— Знаете, Командор, а мне определенно нравятся мелодрамы, — нарушил неловкую тишину Шура.

— А вы, я так понимаю, бывший молодой человек Светланы? — растерянно поинтересовался Поверенный.

— Брошенный жених, — представился Командор протягивая руку.

— Муж Светланы, — ответил эльф пожав руку Командору.

— Значит она убежала к тебе?

— Значит ко мне, — согласился эльф.

— А в том мире?

— И в том мире, — подтвердил эльф опасения Командора, — сразу как ушла от вас.

В глазах Командора читалась гамма чувств, ладони стали медленно сжиматься в кулаки. Таким эмоциональным Шура видел компаньона впервые.

— Послушайте, Командор, не дурите, — осадил компаньона Шура, — мы с вами ничего не сможем сделать с высокоуровневому магу.

Слова Шуры подействовали, но бешеные искорки продолжали плясать в глазах брошенного жениха.

— Светлана про вас практически ничего не рассказывала, она вообще мало, что рассказывала о своем прошлом.

Взгляд Командора погрустнел бешеные искры погасли. Видно было, что Поверенный Солнца не плохой человек и Светлану он любит искренне. И сюда он пришел только для того, чтоб ее защитить.

— Никогда не спрашивай ее о прошлом, там очень много плохого. Возможно и от меня она сбежала, потому что я частичка этого прошлого. Я знал ее с детства, мы учились в одном классе. В первую компанию наш небольшой городок оказался в зоне, отвоеванной "гостями", потом его отбили. От города осталась лишь кучи щебня вперемешку с фаршем. Я единственная ниточка, которая связывает ее с прошлым, в принципе, как и она меня. За личные данные можешь не волноваться, мне просто хотелось увидеть ее в этом мире, узнать все ли у нее в порядке.

— И вернуть восемьдесят три тысячи, по возможности, — не тактично вставил свои пять копеек Шура.

— Да конечно, я верну вам средства, давайте id счет, сейчас все решим.

— С этим у нас небольшие проблемки, — Шура виновато улыбнулся, — Уважаемый, нам бы наличными.

— Сразу я такую сумму не найду, давайте завтра встретимся здесь же, я принесу деньги.

— По рукам, — сказал Шура, и протянул руку.

В этот момент в комнату влетел гном: Поверенный, Полярная вам передала, что Алая в оффе, за ней приглядеть надо.

Поверенный встал из-за стола:

— Извините, надо идти, встретимся завтра, в это же время.

С этими словами неизвестный гном и эльфийский маг с красивым резным посохом покинули кабинку?4 ресторана "Веселая Улитка", оставив компаньонов заканчивать трапезу.

В это день Командор не произнес больше ни единого слова, он вернулся в номер завалился в кровать и о чем-то размышляя глядел в потолок. Попытки Шуры разговорить компаньона провалились. Шура решил не запариваться и заняться чем ни будь полезным. Он пересчитал оставшиеся деньги, разложил вещи по степени стоимости в разные сумки, в старую сумку, которую выдали на каторге, Шура зашил под подкладку две монетки золота леприконов. Сверху в нее он накидал различный дешевый хлам, часть из которого по случаю приобрел на местном рынке. После взяв несколько монет Александр растворился за дверью оставив Командора наедине со своими мыслями. Поворочавшись еще немного Командор впал в объятия Морфея.

Утром Командор проснулся бодрым как огурчик, он растолкал Шуру.

— Как вы Командор? — поинтересовался заспанный Шура.

— Шура, а ведь вы мне так и не рассказали в чем суть какого-то плана?

— Значит догадались?

— Нюансы поясните?

— Само собой, — Шура поднялся и сел на край кровати, — сначала я хотел написать одной звезде, пятьдесят на пятьдесят, если ошибусь, значит вторая наш клиент, а потом я подумал, зачем с этим затягивать рубанем с разу.

— И просчитались с личностным фактором?

— Нет. Командор, все прошло именно так как я планировал.

— А по поводу Светки и этого?

— Я предполагал. С другой стороны, Командор, как вы думали будет происходить эта встреча. Вы встретитесь повспоминаете прошлое, охи вздохи. Она живет другой жизнью, вам нет места в ее новой жизни, как вы вчера сказали "последняя ниточка"? Оборвите эту ниточку, Командор, нам пора двигаться дальше. В конце концов вы обещали мне полцарства.

Командор улыбнулся:

— Шура, все-таки из нас двоих вы самая главная сволочь.

Компаньоны расплатились за гостиничный номер и направились в сторону "Веселой Улитки". У входа их встретил управляющий и проводил на второй этаж к кабинке?4. В кабинке уже ждал Поверенный Солнца. Компаньоны уселись за стол напротив, день обещал быть добрым.

— Здравствуйте, — поздоровался Поверенный и вытащил из сумки четыре больших кошеля с монетами, — здесь тридцать три, остальное векселем на предъявителя, обменяете в любом банке.

Шура уже было потянулся к деньгам, когда в кабинку ворвались два стражника в латах с копьями на перевес, за их спиной в проходе вальяжно расположился латник с кошачьей головой. Поверенный шустро сгреб кошели к себе в сумку.

— Советник Морисант, здравствуйте какими судьбами? — поинтересовался Поверенный.

— Да поговаривают, будто у нас тут беглые заключенные объявились, — ответил маг с кошачьей головой, — вы их случайно не видали?

Поверенный посмотрел на компаньонов:

— Послушайте я здесь не при делах.

— Свежо придание, — съязвил Шура.

Из-за спины советника показалась знакомая фигура эльфийки Светы.

— Вот эти двое, советник, — указала пальцем на компаньонов Света.

Советник протиснулся между стражами к столу бормоча какое-то заклинанье. Над головами всех, кто находился в кабинке вспыхнули их статусы. Над головой поверенного вспыхнула зеленая корона, сквозь которую проходил жезл, над головой советника голубой жезл на фоне ангельских крыльев, над охранниками секиры на фоне ангельских крыльев. У компаньонов все было на много прозаичней и проще, имена, подаренные Начальником на фоне красной решетки. Провисев несколько секунд статусы растворились в воздухе.

— Это не заключенные милая, Алая, это каторжники, — сделал неутешительные выводы советник, — Арестовать!

Скрутили компаньонов быстро, в действиях стражников чувствовалась сноровка. Советник поблагодарил Светлану за содействие, попрощался с Поверенным Солнца и весьма довольный покинул заведение общепита с незамысловатым названием "Веселая Улитка". На улице компаньонам связали руки за спиной и накинули на голову мешки. Из разговоров стражи Командор понял, что их ведут в казематы, но где находились казематы он не имел ни малейшего представления.

Казематы оказались местом колоритным, представляли они из себя темницы — подземелье из сырого неотесанного камня, с права и с лева по коридору расположись небольшие камеры которые запирались неказистыми дубовыми дверьми с небольшими окошками. Компаньонов рассадили отдельно, видимо в целях допроса. Часа через три Командора повели на допрос. Комната для допросов представляла собой кабинет с деревянными полами и небольшими окнами бойницами, за массивным столом сидел Советник, рядом стоял толстопузый орк в одежде палача, красный колпак натянутый на огромную башку и жилет еле сходившийся на пузе смотрелись нелепо, палач больше походил на клоуна, не хватало красного носа и бантика. Латник усадил пленника на колени перед столом. Палач с деловитым видом обошел Командора вокруг и встал с другой стороны стола.

— Этого, Советник, долго ломать не придется.

— Ты про первого тоже самое говорил, — Советник перевел взгляд на окровавленные клещи лежавшие на столе, — а в итоге три часа коту под хвост.

— Ну почему сразу коту под хвост, — начал оправдываться палач — клоун, — а тренировка, прокачка опыта, так сказать.

— У тебя да, — согласился советник, — а у меня только брезгливость к тебе прокачалась, как можно получать удовольствие вырывая людям ногти?

Вопросы Советника были явно риторическим и не требовали ответа. Олег Евгеньевич в прошлом, периодически общался с подобными существами, правда выглядели они немного по-другому, вместо нелепой жилетки и мантии — фуражка и мешковатая спецовка сотрудника полиции, вместо жезла мага или топора орка — перцовый баллончик, шокер или ствол. Несмотря на все видимые различия манера поведения была одна и та же.

— "Походу сейчас клоун с колпаком начнет стращать, а второй будет отговаривать тонко намекая на толстые обстоятельства, попробуют сшибить деньжат, и если фокус удастся, кинут нас не задумываясь".

Подобный печальный опыт Олег Евгеньевич уже имел в своей весьма веселой и насыщенной подобными знакомствами жизни.

— "А что там Шура, он вроде не дурак, вон как людей читает, а у этих дурней на лбу написано " дай денег". Нет они его явно не раскололи. Ладно послушаем знакомые сказки".

— Как к тебе обращаться? — поинтересовался Советник Морисент.

— Шесть, шесть, шесть, — без каких либо эмоций ответил Командор.

— А матушка как тебя величала?

— Мама называла меня Солнышком.

Гоблин опрокинул Командора ударом в лицо.

— Аккуратней, идиот, прикончишь его потом ищи.

Советник поводил посохом над телом почти мертвого Командора. Посох светился мягким светом. Шрам над бровью, заливший пол лица кровью затянулся, головная боль и звон в ушах ушли.

— Повторяю еще раз, — обратился советник к Командору, — ваше имя и фамилия?

— Можете называть меня Командором.

Палач уже было собирался снова провести серию ударов, но Советник его остановил.

— Послушай, Командор, ты думаешь мне интересно смотреть как тебя мордуют. Расскажи все по-хорошему, откуда вы, кто такие, кто начальник каторги. Этим ты сэкономишь моё и свое время. Рано или поздно мы все равно узнаем, придет запрос о побеге и тебе же будет хуже.

— Я рискну.

Советник сделал грустное лицо.

— Я сделал все что, мог, действуй Бура.

И Бура начал действовать с изяществом профессионального живодера. Командор узнал множество болевых точек из тех которые пропустили заботливые армейские инструктора. Щипцы до недавних пор лежавшие на столе без дела пошли в ход. Каждый раз как только Командор оказывался на пороге смерти Советник заботливой рукой вытаскивал его обратно вливая в него жизнь. Вся эта вакханалия длилась не более двух часов, но Командору казалось что время, остановилось.

— Да уж, — с досадой резюмировал Советник, — либо ребятки круты, либо из тебя палач фиговый.

— Дайте мне еще немного времени, — начал оправдываться Бура, — и он запоет соловьем.

— Не запоет, приведи второго, — Обратился Советник к стражнику.

За спиной Командора хлопнула дверь, Советник положил на деревянный стол две сумки. Одна вся в заплатках, обыкновенная сумка каторжника, вторая магическая на тридцать ячеек.

— Свободен, Бура.

Погрустневший палач — клоун покинул кабинет начальника.

— Терпеть не могу эту мразь, — обратился Советник к сидящему на полу Командору, — не понимаю, за что ему деньги платят?

Командор молча смотрел на Советника, тот бесцеремонно вытряхивал содержимое сумок себе на стол. Открыв кошель Советник присвистнул.

— Это я удачно зашел!

— "Знал бы ты, дурила, сколько бы ты поднял, зайди хотя бы на минуту позже, ты бы так не считал".

Советник по-хозяйски перебрал содержимое обеих сумок, все вещи, которые могли чего-либо стоить, перекочевали в личный стол, магическая сумка ушла следом. А вот вся залатанная сумка каторжника и откровенно дешевый хлам остались лежать на столе. Дверь отворилась и в кабинет ввели изрядно помятого Шуру. Перед столом представителя правопорядка на коленях стояли два каторжника.

— И что с вами делать? — казалось, что Советник Морисент разговаривает сам с собой, — наряда на вас нет, значит за ваши головы никто не заплатит, с какой вы каторги мы так и не выяснили.

После этих слов Шуре явно полегчало.

— Неохота с вами возиться, может вас отпустить?

Дальнейший монолог Советника сводился к следующей мысли. Поисковых листов на компаньонов не было и за их голову никто не заплатит, а он, Советник, потратил свое драгоценное время, отложил очень важные денежные дела и сейчас он хотел бы получить, хоть какую-нибудь прибыль. С этой целью, он готов отпустить компаньонов, за небольшое вознаграждение.

— А та сумма, которую вы уже экспроприировали, не является достаточной, — не выдержал Шура.

— Какая сумма? Все ваши вещи лежат на столе. Я не вижу здесь ни каких денег.

В общем диалога не вышло. Как я уже говорил ранее, Олег Евгеньевич Бендер был лично знаком с данным относительно честным методом отъема денежных средств, хотя Шура лелеял надежду на экономическое разрешение данной проблемы. После недолгих прений компаньонов растащили по камерам ожидать дальнейшего решения. Последующие три дня каждый из компаньонов провел в одиночном заключении. На четвертый день их вывели в небольшой дворик. Во дворе стоял деревянный фургон для перевозки заключенных, на козлах сидел кучер — легр (огромное четырехпалое существо с чешуйчатой кожей и мордой ящера), недалеко стояли два стражника, латник — человек и эльф — стрелок.

— Принимайте!

Стражник построил пленников перед легром, сумку с хламом он небрежно бросил под ноги компаньонам.

— Что ни будь ценное есть? — живо поинтересовался человек.

— После Советника, — стражник ухмыльнулся, — больше шансов случайно клад найти.

— Я рискну.

Латник с живым интересом начал копаться в сумке. Несколько минут поиска не принесли никакого результата, все вещи оказались редкостным хламом.

— М, да, негусто — это сильно сказано, — резюмировал латник.

Легр указал узникам на фургон. Компаньоны смиренно залезли внутрь. Сумка с хламом влетела следом. Вход в фургон запирался сзади импровизированной дверью, сделанной из довольно крупной арматуры, рука или нога могли в нее пролезть в клети, а вот остальное… В фургоне было довольно много места, он явно был рассчитан на существ побольше. В самом темном углу, находящемся дальше от входа была навалена небольшая куча соломы. Командор уселся опиревшись на стену рядом со входом, Шура сел у стены напротив.

— Знаете, Шура, — обратился Командор к компаньону, — я никогда не чувствовал себя на столько свободным.

Очень медленно на лице Шуры растягивалась улыбка постепенно переходя в истерический смех.

Глава одиннадцатая. В которой компаньоны обзаводятся новой знакомой

Тяжелая повозка, запряженная буйволом, грузно двигалась по улицам славного города Лебоса. За повозкой следовали два всадника остроухий лучник и толстый латник — человек. Послеобеденное солнце слегка припекало, от брусчатой дороги поднималось жаркое марево. Узники устроились у самого выхода, просунув ноги и руки в клети решетки. Повозка нагрелась до такой степени, что внутри невозможно было дышать.

— Эй, войны! Дай попить! — не выдержал Командор.

Толстяк улыбнулся, достал флягу, открыл ее, и с ухмылкой глядя на компаньонов начал жадно глотать воду. Последние несколько глотков он вылил на землю.

— Послушайте, Шура, а мы можем загнуться от жажды? — как бы между прочим, поинтересовался Олег.

— Не знаю, но мы можем попробовать.

Эти слова дошли до ушей "доблестной" охраны и эльф передал компаньонам флягу с водой.

— Шура, а чего это вертухаи так подобрели? — совершенно не стесняясь, охраны спросил Командор.

— А это, дорогой Командор, все от того, что они выполняют социальный квест в Лебосе. Если они проводят нас до конечной точки без приключений, то им это зачтется. Вот только квест нудноват, на несколько дней пути. Эй, остроухий, куда едем в Флабию или Орис? — окликнул Шура эльфа.

— В Орис, — спокойным тоном ответил эльф.

— Вот вы, ребятки, попали! — Шура повеселел, — Командор, это путешествие дней на девять. Дурни! Как вас угораздило вляпаться в этот квест?

Эльф ехал молча, а вот у латника явно "бомбануло".

— Слышь ты, каторга! Не твое свинячье дело. И вообще засуньте свои конечности в повозку, пока я их тебе не отрубил.

— А ты попробуй, — начал провоцировать латника Шура, — давай, вот она ножка, ну покажи какой ты мужик, дерзай хомяк!

Нервы у "хомяка" явно сдавали, и рука сама потянулась к рукояти меча.

— Успокойся, Мерен. Они специально тебя провоцируют. Мы и так по твоей дурости вляпались в этот квест, давай, все-таки доведем его до логического конца.

Шура закатился от смеха.

— Мерин, Командор!

"Хомяк" набычился:

— Меня зовут, Мерин Темный, чё вам не нравится?

— Командор, насколько я помню, мерин это кастрированный конь!

Теперь по полу катались уже два каторжника. Эльф отвернулся в сторону, стараясь изо всех сил не засмеяться. Лицо "хомяка" стало багровым.

— Шура, нас охраняет Темный кастрированный "хомяк"!

Теперь и эльф не выдержал, над латником угорали трое. Латник — Темный Мерин, был в бешенстве. Эльф с большим трудом успокоил напарника.

— Мерин, не слушай ты их, они специально тебя провоцируют. Им только и нужно, чтоб ты их грохнул. Если мы по твоей милость пролетим с квестом, перед бугром будешь сам отчитываться.

Слова про бугор подействовали на Мерина умиротворяюще. Компаньоны поумерили свой пыл, осознав, что ушастый не так глуп. Во избежание дальнейших провокаций охранники немного отстали от фургона.

— Ну-с, какие выводы, Шура?

— Расслабьтесь, Командор, можно смыться уже сегодня. Только в этом нет никакого смысла.

— Поясните.

— Уважаемый Командор, не все так плохо как кажется. Мы с вами сейчас движемся в нужном нам направлении. Добираемся мы, на халяву, не прикладывая особых усилий. Нас с вами будут кормить, поить и охранять. А деньков через пять, мы аккуратно сойдем на своей остановке.

— Аргумент, — скупо согласился Олег.

— Наша остановка свободный город Ригана.

— Почему он?

— На нас там не обратят никакого внимания, там много персонажей из местных тюрем. Чтоб снять решетку они выполняют социальные квесты.

— А мы тоже сможем? — тема снятия решётки возбудила в Командоре живой интерес.

— Нет, они простые игроки, попавшиеся в игре за косяки. У них профиль обычный, а у нас "ЗК". А вот спрятаться мы там сможем.

— Без денег?

— А с чего вы взяли, что у нас нет денег?

— Если мне не изменяет память, некто Советник у нас подрезал кошелек и шмот, — напомнил Олег.

— Ах да. Командор, я не поставил вас в известность, так-как вы в последний день усиленно изучали потолок и совершенно не слушали меня. После нашей последней операции у нас осталось около сотни блестях, я предусмотрительно спрятал их и кольца с булавкой в роще за городом. Кстати шкатулка из пещеры тоже там. Пару блестях я поменял на медь. Так что мы с вами не так уж много потеряли.

— А шмотки?

Шура улыбнулся:

— Самая ценная из ваших вещей, — это булавка и она надежно спрятана.

Компаньонам пришлось прервать разговор, на улице началось шоу. Какие-то местные оборванцы стали закидывать камнями сопровождающих фургон охранников. Сначала охранники пытались не обращать внимания, но вскоре нервы у "хомяка" сдали, и он бросился догонять обидчиков. Остроухий бросился за ним. Перед компаньонами неожиданно появился персонаж в плаще и маске. Что это был за персонаж, понятно не было. Он достал из-за пазухи сумку, Шура без раздумий схватил сумку и сунул ее себе за пазуху. Персонаж растворился в воздухе. Бродяги, закидывающие охранников камнями, тоже куда-то пропали. Мерин и остроухий вернулись к повозке.

— И что это сейчас было? — Командор вопросительно посмотрел на Шуру.

— Да хрен его знает?

Всадники следовали за фургоном на приличном расстоянии. Видимо остроухий понял тактику компаньонов и решил не давать им шансов. Шура отошел от двери и начал рыться в подаренной сумке.

— Все в ажуре, Командор. Две штуки блестяшек нож, пару капсул яда и письмо.

— От кого?

— Не подписано. Тут вариантов не много: либо ваша бывшая, либо ее муж.

Шура протянул компаньону письмо. Командор повернулся за письмом и замер на месте. Из темного угла повозки, там, где ранее находилась куча соломы, на компаньонов с интересом смотрели два горящих глаза.

— Шура, кажется у нас проблемы.

Компаньон обернулся:

— Эй! Ты, кто, чудо?

Из темной части фургона на свет вышла довольно несимпатичная гоблинша.

Дорогой читатель, ты можешь задаться вопросом: с какой стати автор делает такие выводы, или как можно представителю одной расы оценивать физиогномические особенности другой. Для наглядности, дорогой читатель, я опешу тебе эту особу, так как увидели ее в первый раз наши компаньоны.

Не смотря на всю гоблинскую стать самки гоблинов меньше самцов, но даже в этом случае самки на две головы выше представителей человеческой расы. А здесь перед компаньонами стояла особь ростом и габаритами схожая с ними. Дорогой читатель, ты наверняка смотрел по тв различные передачи из серии клуб путешественников и им подобные. Так вот, там периодически показывали различные дикие африканские племена, женщины в них были непропорциональны, рахитичны, с выпирающим пузом и висящими до пояса грудями. Подобное чудо сейчас стояло перед компаньонами, из одежды на ней была лишь набедренная повязка. Барышню абсолютно не смущало, что она находится голышом в компании двух представителей противоположного пола. Еще одной гордостью гоблинского племени были клыки, чем больше клыки, тем представительнее особь, но и здесь щедрый рандом обделил нежданную попутчицу.

— Здравствуйте, мальчики. А что это у вас за сумочка? Может там и для одинокой девушки чего найдется.

— А если не найдется? — Командор сквозь стеклышко смотрел на новую знакомую.

— Ну, в таком случае, будим считать, что охране очень повезло.

Гоблинша оскалила свои кривые зубы.

Командор, ну что вы горячитесь? — вклинился в беседу Шура, — конечно, милая, кое-что в этой сумке найдется и для тебя.

— Двух штук блестяшек мне будет вполне достаточно, — заявила гоблинша.

— Как звать тебя, красавица? — обратился Шура к попутчице.

— Снежана, — представилась барышня.

Компаньоны переглянулись.

— Так вот, милая Снежана, мне кажется, что тебе и штуки хватит.

— А я сейчас охрану крикну, и у вас не останется ничего.

— Милая, у тебя выбор еще проще, штука или ничего, с твоими раскладами мне без разницы кому бабки отдать.

Командор хотел было влезть в разговор, Шура демонстративно выставил палец, молчи, мол, я сам разберусь.

— Полторы. Это мое последнее слово.

— Милая, мне с напарником нужно посоветоваться.

Снежана вновь уползла в свой темный угол, а компаньоны отошли к двери.

— Что показала стекляшка?

— Снежана Кудесница, гоблин 19 уровня. В характеристики не всматривался. А еще привязка рядом.

— Прям так и написано, Рядом?

Командор мотнул головой.

— Ладно, с этим позже разберемся. Теперь слушайте внимательно. Я займусь гоблиншей, а вы займетесь стражей. План остается неизменным, выходим у Ригана. Командор, больше не травите "хомяка", постарайтесь втереться к ним в доверие, узнайте кто они, что они, какие у них интересы.

Командор вернулся к входу, а гоблинша и Шура уединились в темном углу, ведя торговую полемику.

Глава двенадцатая. В которой Олег Евгеньевич выступает в новом амплуа

— Эй, остроухий, подъедь поближе, что спрошу?

Какое-то время Командор внимательно рассматривал сопровождающих повозку охранников. Он думал, за, что можно зацепиться для развития диалога. Подсказку дала сумка остроухого, на лямке красными буквами было вышито слово "СПАРТАК" и эмблема московского Спартака.

Остроухий не торопясь подъехал поближе.

— Ну, чего звал?

— Я гляжу ты за Спартак болеешь? Хотел узнать, как наши последнюю игру сыграли. И с кем они ее сыграли?

— С "Конями", по нулям.

— А чемпионат мира уже был?

— Послезавтра начинается, наша сборная с чехами первую игру сыграет.

— Наши чехов вздуют. 2:0, - авторитетно заявил узник.

— Зря так думаешь. У чехов тренер сильный. И игроков они докупили.

— Посмотришь, вздуют наши чехов.

— Не посмотрит, — вмешался в разговор Мерин, — я буду смотреть, по жребию. А он будет смотреть за вами, чтоб не убежали. А вот, если наши чехов вздуют, тогда следующую игру будет смотреть он.

— Повезло тебе Мерин, я бы многое отдал, чтоб игру посмотреть, — горестно сокрушался Командор.

На самом деле О. Бендер также любил футбол, как кошки воду. А в около футбольной терминологии он понимал только по одной причине. В армейки каждый обед он сидел за одним столом с заядлыми болельщиками, Татарином и Птахом. Один болел за Спартак, второй за ЦСК. После каждой игры непримиримые болельщики принимались обсуждать, как кто сыграл, по какой схеме следовало расположить игроков, кого следовало вывести в поле, а кого оставить на скамье запасных, или пинками выгнать из команды.

Олег выполнял роль судьи и периодически соглашался то с одним, то с другим болельщиком. И вот теперь, многие часы судейства принесли свои плоды. Он спокойно мог критиковать тех или иных игроков, тренеров и судей. Разговор охранников и заключенного перешел на новый лад. Мерен и остроухий (кстати, звали его — Гудвин) совершенно другими глазами смотрели на "поганого зэка", теперь он был одним из огромной армии болельщиков к коей относились и стражники. Мерин в конец расчувствовался и протянул Командору флягу с водой.

— Попей, а то жарко до невозможности.

Командор сделал несколько больших глотков и вернул флягу.

— А корешок твой куда пропал? — поинтересовался остроухий.

— В темном углу с красавицей соизволят развлекаться, — пошутил Командор.

В этот момент Командор не подозревал, насколько он был близок к истине.

— Так пошел, помог бы другу, — посоветовал Мерин.

— А ты бы стал помогать? — иронично поинтересовался Гудвин.

Мерин сделал такое выражение лица, словно ему кучу под нос наложили.

— Да кто я такой, чтоб мешать двум любящим сердцам! — с пафосом произнес Командор.

Стражники засмеялись, шутка им явно понравилась. Фургон резко остановился, Мерин на своем коне чуть в него не влетел. Гудвин отъехал немного назад.

— Эй, Барум, что случилось?

С крыши фургона послышалась довольно гнусная речь.

— Абеда делать, заключенная кармыть. Быка отдафнуть.

— Ничего себе! — удивился Командор, — это кто у нас там такой красноречивый?

— Это — легр, ты его видел в казарменном дворе, он у нас за кучера.

— Правильно говорить, — мы у него за охрану, — поправил товарища Гудвин.

— А с речью-то что? Он из средней Азии?

— Нет, просто он из местных, — пояснил Мерин.

Командор не понимающе смотрел на охранников.

— Понимаешь, Командор, есть игроки, а есть местные, они часть этого мира.

Командор утвердительно мотнул головой:

— Теперь понятно.

— Ладно Мерин, надо дров набрать и костер развести.

Охранники скрылись из виду, а Командор так и сидел в дверях. В темном углу фургона явно творилась какая-то вакханалия. Оттуда доносились постанывания и возня. Тяжелое дыхание гоблинши сменялось стонами. Командор здесь был явно лишним, но пеструю парочку это не чуть не смущало. Чтобы как-то отвлечься он решил прочитать письмо. Автор послания был не известен и сердце О. Бендера бешено колотилось, выдавая безумный ритм.

— "А вдруг это она, может все-таки у нее остались ко мне чувства"?

Командор разорвал конверт и развернул письмо.

Доброго времени суток. Пишет вам близкий человек нашей общей знакомой. Прошу прошение за случившееся — это моя вина. Я по дурости рассказал ей о нашей встрече. Я очень сожалею и еще раз приношу свои извинения. Наша общая знакомая всегда была чересчур импульсивной. Не держите зла. Когда вы выберетесь напишите мне письмо с вашими координатами, и я постараюсь передать вам то что не успел. В письме подпишитесь, Диего Сордес — ваш старый друг. Я буду знать, что это вы. Всего наилучшего.

Сердечко перестало бешено колотиться. Последняя ниточка была разорвана окончательно.

Шура с гоблиншей закончили договариваться, и компаньон уселся рядом с Командором засунув ноги в клети решётки, свесив их на край фургона.

— Что пишут? — Как ни в чем не бывало, поинтересовался Шура.

— Пишут, Шура, как нам деньги забрать.

— Значит, ниточка порвана? — понимающе произнес Шура.

— Не будем о грустном. Как прошли переговоры? Судя по стонам, вы достигли определенного компромисса?

— Уважаемый Командор, джентльмены не хвастаются своими победами, — Шура посмотрел на О. Бендера взглядом полным достоинства, — но слава богу мы не джентльмены. В общем наша попутчица там трудилась жрицей любви.

Жрица сидела за спинами компаньонов и все прекрасно слышала. Она даже собиралась вмешаться в разговор, но Шура ее опередил.

— Помолчи, милая.

Милая покорно захлопнула варежку.

— Да уж, дорогой компаньон, вы прям Америку открыли, а я-то думал кем же могла трудиться женщина с псевдонимом Снежана? Наверное, ведущей детских утренников, или шахтером в забое?

Кудесница молча сидела, не встревая в разговор. Компаньоны общались так словно ее здесь не было.

— Я вам больше скажу, дорогой Командор. Моя новая протеже, больше не может заниматься любимым делом, там. В силу бальзаковского возраста. Как вы понимаете проститутки на пенсии не очень-то востребованы.

— Во как! — только и смог ответить Командор.

— Многие экс жрицы любви пробуют свои возможности в этом мире. Они выбирают себе интригующие псевдонимы будоражащие воображения самцов это мира и надеются, что им повезет и 'Великий Рандом' одарит их великолепными физическими данными, сделав их эльфийками с пышной грудью или обольстительной морской нимфой. Но как правило, уважаемый Командор, из них получаются подобные недоразумения.

— А теперь, Шура, объясните простыми, человеческими словами.

— Ах да, Командор, совсем забыл, вы же не игрок. Так вот. Когда игрок впервые попадает в 'Другой мир', он не может выбрать себе расу, пол и первичные навыки, за него это делает 'Великий рандом'. То есть, игра самостоятельно решает, за кого игрок будет отыгрывать, исключение является сегмент 'ЗК', там все люди.

— Теперь многие вещи встали на свои места, — Командор с любопытством рассматривал попутчицу, — слушай, Снежана, а почему ты осталась в "Другом Мире", если у тебя здесь ничего не вышло?

— Знаешь…

— Знаете, — перебил попутчицу Шура, — ты обращаешься к нам на "вы".

Гоблинша кивнула головой в знак согласия и продолжила:

— Знаете, там я развалина. Всю свою жизнь я занималась тем, что раздвигала ноги. И сейчас у меня не осталось ничего. Я ничего не умею, и учиться мне уже поздно. А в этом мире у меня есть хоть какие-то возможности подработать.

— Резонно, — согласился Командор, — Шура, а что там на счет протеже?

— Данная особа поступает к нам на службу, в мое личное распоряжение.

Командор сделал непонимающее лицо и развел руки, мол, зачем?

— Поясню, Снежана моя протеже, должны же мы помогать ветеранам столь не легкой профессии?

— Шура, на сколько я вас знаю, вы и в туалет не ходите без выгоды для себя. Так с чего вдруг этот приступ филантропии?

— Она будет мне весьма полезна, — Шура вырвал письмо из рук Командора прочел его, скомкал и сунул в руки протеже, — жри!

Гоблинша не задумываясь засунула письмо в рот и начала его пережевывать.

— Это какой-то авторский уничтожитель бумаги?

— Командор, я вам все как маленькому разжевывать должен? Пригодится она нам. Грузы таскать. От тварей отбиваться. Да много чего еще. И оклад у нее всего три тысячи, поверьте, это не большие деньги.

О. Бендер посмотрел в глаза Снежане.

— И что, ты согласна за три куска терпеть такое отношение?

Гоблинша отпустила глаза:

— Мне деваться некуда. Меня арестовали в Лебосе, там запрещено появляться гоблинам. Теперь три недели исправительных или штраф два куска. Здесь я хоть какие-то кредиты зарабатываю, а там вообще глухо.

Командор уже понял, что от компаньона он правды не добьется, но для каких-то целей Шура тащит гоблиншу за собой.

— Ладно, милочка, с тобой все понятно. А вы, Шура, если уж решили проявить милосердие, назначили бы оклад побольше.

— Обязательно, — максимально пафосно согласился компаньон, — как только она пройдет посвящение.

— Ах да, как я мог забыть, — подыграл Командор.

Разговор узников прервал Мерин.

— Обед! — он просунул три миски с похлебкой сквозь клети решетки — это, Командор мы там тебе булку положили, а то рацион скудноват.

— Вот спасибо, Мерин, удружил!

Мерин вновь скрылся за стеной повозки.

Шура улыбнулся:

— Командор, кажется вы нашли себе новых друзей?

— Заводить друзей, это вам не с красотками по темным углам кувыркаться.

— Милочка, сейчас ты выйдешь в офф и до завтра здесь не появляйся. Нам с компаньоном нужно серьезно поговорить.

— У меня срок пребывания, если я выйду мне это время не засчитают, — заартачилась гоблинша.

— Милочка, отсчет срока начнется с того момента, как тебя передадут страже в Орисе, и время в пути на него никак не влияет.

— А вы меня точно не кинете? — с недоверием поинтересовалась попутчица.

— Знаете, Командор, а может вы правы и мне в самом деле не нужна протеже?

— Я все поняла, отключаюсь.

Глаза гоблиншы посерели, и она перестала подавать признаки жизни.

— Рассказывайте, Командор, что там с вашими новыми друзьями? — живо поинтересовался Шура, уплетая похлебку из миски Снежаны.

— Футбольные болельщики, остроухий — Гудвин, болеет за "Спартак". Мерин — фанат "ЦСК". На этой недели начинается чемпионат мира. Сегодня играют наши со сборной Чехии. Хомяк с рулит смотреть, а остроухий останется нас сторожить. Я так понял они по очереди будут дергать матчи смотреть.

— Командор, в вас погибает талантливый аналитик.

— Так, что с гоблиншей?

— Три куска деньги не большие, а нам нужна охрана. Мы с вами вдвоем против какого-нибудь зачуханного зверька отмахаться не сможем, а она сможет. Плюс ей можно поручить любую черную работу. Я считаю — это очень выгодное предложение.

— А мои планы на перспективу?

— Зачем ей забивать голову лишней информацией. У нее испытательный срок, а там будет видно.

На том и порешили.

После ужина конвой двигался до заката остановившись на ночлег, лишь когда стемнело. Барум повернул в сторону от дороги на опушку леса. Компаньоны уже давно спали. А конвоиры возились, выставляя лагерь, разжигая костер и распрягая лошадей и буйвола.

Утро для Командора выдалось не столь добрым, как он планировал. Его бесцеремонно будила гоблинша. О. Бендер тяжело продрал глаза, сквозь клети двери он увидел в полумраке опушку леса. Если это и было утро, то очень ранее.

— Снежана, какого лешего ты меня будишь в такую рань?

— Простите, Командор, — прошептала гоблинша, — Александр мне не сказал вчера во сколько надо вернуться.

— И….?

— Он говорил, что будет строго с меня спрашивать.

Терпение Командора иссякло. Он со всей силы пнул недалеко лежавшего Шуру под мягкое места.

— Ну какого, кому там чё нужно?

Недовольный Шура ворчал, пытаясь продрать глаза.

— Шура, объясни пожалуйста своей протеже во сколько ей следует появиться.

Протеже побледнела. Она явно не рассчитывала на такое развитие событий и сейчас пожалела о содеянном. Дальше Шура прочитал ей лекцию о пользе доброго сна и о том, как вредно будить столь выдающегося аналитика. В общем гоблинша получила разнос по полной.

— Это косяк, — подытожил не выспавшийся аналитик, — первый из трех.

— Но, патрон, вы мне вчера не дали четких указаний о времени.

— И это полностью твой косяк, — вклинился в разговор окончательно разбуженный Командор, — кто тебе мешал вчера уточнить?

— Вы правы, Командор, это уже второй косяк, — согласился компаньон, — Может я и впрямь поторопился с протеже?

На бедной Снежане не было лица, огромные гоблинские глаза были на мокром месте.

— Ладно, Шура, простим ее на первый раз. А ты, милочка, в следующий раз думай головой, а не чувством страха. Если в чем-то не уверена сиди тихо и жди команды, а не буди всех подряд ни свет, ни заря.

Второй день пути выдался дождливым, в фургоне было прохладно и сухо, лошадь Мерина была привязана за уздцы к фургону, а он сам к лучку седла. Глаза его были серого цвета, что свидетельствовало об отсутствии его в "Другом Мире". Гудвин нес вахту в гордом одиночестве.

— Мерин игру свалил смотреть? — проявил заинтересованность Командор.

— Ага.

— А он сегодня нарисуется?

— После игры обещал зайти минут на пять. Рассказать.

Прохладные капли дождя стекали с капюшона на спину лошади. Мерин сырой с ног до головы ехал в след за повозкой.

— Слышь, остроухий, — обратился Шура к Гудвину, — тебе, наверное, заняться нечем, поступил бы как твой друг. Привязал коня к повозке и свалил смотреть футбол.

— Ага! И оставил вас без присмотра?

— Когда я выполнял подобный квест, мы с напарником заходили только в контрольные чесы. С двенадцати до двух и с двадцати до двадцати двух. Вся миссия помочь легру разбить лагерь и накормить зэков, а в остальное время вы ему не интересны.

— А если кто нападет?

Шура громко засмеялся:

— Ты, когда последний раз слышал, чтоб кто-то напал на повозку с зэками?

Гудвин крепко призадумался.

— Это прогонная миссия. Ни один самый отмороженный беспредельщик не будет связываться с лергом, тем более с не игроком. Больше горя хапанешь чем прибыли поимеешь.

— Ну так-то да. В покое потом не скоро оставят.

Командор слушал, не влезая в разговор. Суть беседы была ему не совсем ясна, но общий посыл компаньона Командор уловил верно. И звучал он следующим образом: вали смотреть футбол.

После недолгих размышлений. И более долгих подглядываний на карманные часы остроухий не выдержал. Он начал обматываться веревка.

— Ерундой занимаешься, — наставительно произнес Шура, — обвяжи один конец веревки за правую руку, вторую привяжи за лучку седла, потом ложись на загривок и выходи в офф.

Гудвин, подумав, так и поступил.

— А это, правда, что легр учитывает только определенные часы? — с изумлением спросила Снежана.

Видимо эта информация была для нее в новинку.

— Милочка, если честно, то я без понятия.

— Но вы только что говорили.

Шура зажмурил глаза и нервно начал тереть виски.

— Послушай, Снежана, сегодня я расскажу тебе об определенных правилах, которые ты будешь выполнять неукоснительно. Если ты хочешь стать частью нашей команды. Первое и главное правило поменьше разевай варежку, не задавай тупых вопросов, — лицо Шуры становилось багровым.

— Успокойтесь, Шура, — обратился Командор к компаньону, — девочке нужно как-то учиться. Если мы не объясним ей хотя бы элементарные вещи ничего хорошего из вашей затеи с протеже не выйдет. А вы, милочка, не воспринимайте на веру все, что говорит наш дорогой Шура.

Гоблинша виновато кивнула головой.

— Милочка, ваш непосредственный руководитель и я собираемся сойти на половине пути, для этих целей мы, и обрабатываем этих двух субъектов. Шура со своей стороны, а я со своей. И более того, я более чем уверен, что ваш непосредственный руководитель никогда бы не вляпался в такую историю как наши провожатые. Потому — что девять дней можно потратить с большей пользой.

Шура показал указательным пальцем на компаньона:

— Вот именно так ты и должна была подумать.

Дальше Шура в своей нудной манере — бывшего кланлидера, объяснял протеже многочисленные правила и нюансы поведения в тех или иных случаях. Снежана внимательно слушала, периодически кивая головой, а Командор сел недалеко от решетки — двери и любовался видами. Сосредоточиться на видах не получалось, в голову то и дело приходили мысли о Светке.

К обеду пришел в себя Гудвин, он посмотрел игру и сразу вернулся в "Другой Мир".

Воодушевленный остроухий поспешил поделиться новостями с Командором.

— Наши натянули Чехов два ноль. Командор, ты угадал. На седьмой минуте Бьятти влепил в девятку, а на двадцать девятой Максборн. Хороша игра была! Скоро Мерин появится, ты ему не говори, что я сваливал.

Командор понимающе кивнул.

— Слушай, а давай над ним приколемся, — предложил Олег, — ты только виду не подавай, что счет знаешь.

— Я не знаю счета, потому что в это время вас охранял.

— Вот и ладненько.

Минут через десять Мерин пришел в себя. С важным видом взирал счастливый фанат на менее удачных коллег.

— Ну и какие будут предположение на счет игры? — с невозмутимым видом поинтересовался Мерин.

Гудвин лишь развел руками.

— Мерин, какие могут быть предположения, как я говорил ранее, наши вздули Чехов два — ноль. Я так думаю один гол закатил Бьятти в первые десять минут матча, а второй, ну не знаю, пусть будет Максборн ну допустим на двадцать девятой минуте.

Бедный Мерин открыл рот от удивления.

— Ну чего молчишь, Мерин, рассказывай кто выиграл? — Гудвину явно не терпелось узнать, кто же там выиграл.

— Наши Чехов два — ноль, — только и смог ответить пораженный фанат.

— Ну ладно, ты давай иди празднуй. Завтра подробности расскажешь, — заботливо предложил Командор.

Взгляд слегка шокированного Мерина снова померк. А Гудвин теперь себя не сдерживал. Вдоволь насмеявшись Гудвин предложил усугубить ситуацию и подвергнуть психику товарища новому испытанию.

— Слышь, Командор, сегодня еще Испания с Португалией играть будут во второй половине дня. Я смотаюсь посмотреть, а после расскажу тебе счет, а когда появится Мерин ты его снова удиви.

На том и порешили. Погода была дождливая и легр не стал запариваться с обедом. Он остановил своего буйвола у дорожной корчмы, на несколько медяшек были куплены самые дешевые блюда для заключенных. Кучер и остроухий засели в корчме, а Мерин, по словам Гудвина, остался сторожить рецидивистов. После трапезы остроухий покинул этот бренный мир привязав себя к лошади, и компаньоны почувствовали себя более-менее спокойно.

— Чего вы там угорали? — поинтересовался Шура после ухода Гудвина.

Командор рассказал про шутку над Мерином. Компаньону она тоже пришлась по душе, вдоволь нахохотавшись Шура обратился к гоблинше.

— И так, милая, что по-твоему сейчас натворил наш замечательный лидер?

— Подшутил над охранником? — смущенно спросила Снежана.

— Теперь ваша версия, Командор?

— Ну не знаю. Поднял вам настроение?

Шура закатил глаза к небу, а в нашем случае к крыше повозки:

— Ну за что? Почему ты выбрал мне в попутчики таких недалеких людей?

— Я, вообще-то, гоблинша, дорогой патрон, — перебила Шурины воззвания назойливая протеже.

— Нет, ты только снаружи прекрасная зеленая красавица гоблинша, а внутри тебя живет, все тот же безликий серый и унылый человек.

— Да уж, Шура, что-то вас на философию потянуло.

Компаньон улыбнулся, от хандры последних нескольких дней не осталось и следа.

— Ну же смелей! Дорогие мои, делайте предположения, что сейчас произошло? — Шура расцвел, — Ну, милая, хоть какие-нибудь предположения?

Снежана развила руками и молча покачала головой.

— Тогда вы, Командор!

— Судя по вашему хорошему настроению, вы в лотерею выиграли?

— Вы, дорогие мои попутчики, убогие и ограниченные люди не достойные моего внимания и уж тем более компании.

Шура демонстративно надул губы.

Командор подошел к гоблинше поставил ее на ноги и прошептал на ухо:

— Милая, сейчас повторяй в точности то что я буду делать, никаких лишних вопросов.

Снежана мотнула головой в знак согласия. Командор затевал, что-то явно серьезное и сейчас ей надо было показать себя во всей красе, дабы новые работодатели оценили ее рвение. Шура наблюдал за шушуканьями с большим интересом сидя в углу недалеко от входа.

Командор с гоблиншей подошли поближе к компаньону. В глазах О. Бендера суровым огнем горела праведная решимость. Снежана начала думать, что сейчас ей придется избивать своего патрона и изрядно под растерялась. Дальнейшее повергло ее в шок. Командор упал на колени и стал кланяться на манер какого-нибудь туземца.

— Прости нас о величайший из аналитиков!

Вот тут гоблинша растерялась окончательно. Вместо избиения начальника — коленопреклонение.

— На колени! Убогая! — рявкнул Командор.

Гоблинша от неожиданности грохнулась на колени как подкошенная.

— Разреши обратиться к тебе, о светлейший из умов этого мира! — максимально пафосно взмолился Олег.

Командор бухнулся лбом об пол вытянув руки вперед. Заторможенная гоблинша повторила за Командором.

— Говори. Ты, не зеленый и заурядный! — с таким же пафосом разрешил "талантливый аналитик", включаясь в ролевую игру.

— О величайший и не зауряднейший… — Командор в голове перебирал слова, подходящие по случаю, но не нейдя подходящего он толкнул гоблиншу в бок.

— Красавчик? — предложила Снежана.

— О величайший и не зауряднейший красавчик! Мы, мелкие убогие людишки пришли к выводу, что у вас — Командор вновь толкнул локтем в бок гоблиншу.

— Красавчик! — выпалила Снежана.

— У вас, о великий, возник наигениальнейший план освобождения.

Командор вновь ударился лбом оземь, гоблинша последовала его примеру.

— Убогий, ты близок к правильному ответу!

Командор снова толкнул локтем Снежану.

— Красавчик! — вновь выкрикнула гоблинша.

Командор присел, облокотившись на стенку.

— Слышь, милая — это уже ни в какие рамки не лезет. Неужели трудно подыграть? Или ты кроме красавчик других слов не знаешь?

— Командор, что ж вы на девочку нападаете сразу. Она просто не поняла, чего вы хотите. Да туповата! Зато исполнительна.

Командор посмотрел на компаньона саркастическим взглядом.

— Я проверял, — подвел итог Шура.

Недовольная гоблинша, что-то бурча уползла в свой темный угол, ей явно не нравилось, когда ее обсуждали так словно она пустое место.

Командор и гоблинша выпытывали план "талантливого аналитика" весь следующий день, но Шура хранил надменное молчание. Его забавляли попытки компаньонов разгадать ход событий. Новый план Александра, в рамках сложившейся традиции, назвали "очень секретным". И вот наступил пятый день путешествия, день "Очень секретного плана".

Утро началось традиционно с поганого завтрака. Настроение у Мерина было хуже некуда. Весь вчерашний день Гудвин отсутствовал и когда он собирался появиться известно не было. Мерин расплачивался за свои "грехи". Празднование фаната затянулось на день. И Гудвин психанув, оставил его самостоятельно разбираться с заключенными.

В тюремном фургоне, напротив, настроение у всех было приподнято, компаньоны знали, что сегодня должен свершиться "Очень секретный план" и с предвкушением ждали начала действа. "Талантливый аналитик" проснулся в приподнятом настроении. Миски с бурдой были тут же отобраны у коллег, по несчастью. Шура мотивировал это необходимостью в рамках "Очень секретного плана". Сожрать порцию гоблинши это ему, впрочем, не помешало.

— И так, дорогой Командор, сегодня вам предстоит сыграть главную роль в пьесе, поставленной для одного не очень умного зрителя.

— А мне что делать? — влезла с вопросом в пафосный монолог гоблинша.

— Прошу прошения, Командор, для двух не очень умных зрителей, — Шура вопросительно посмотрел на попутчицу, — намек ясен?

Снежана нервно сглотнула и кивнула головой.

— И так. Мне помнится в недавнем прошлом вы были уважаемым горным инженером?

— Было такое, — согласился Олег.

— На этот раз вам предстоит освоить профессию, очень уважаемого, компетентного, а самое главное обладающего инсайдерской информацией — главы букмекерской канторы. В светлом прошлом, разумеется.

— Да, я такой, — согласился Командор, — когда начинаем?

— Уже, дорогой Командор, — Шура забрал из рук миску с баландой, — а сейчас заведите разговор с хомяком про сегодняшний матч. И побольше пафоса.

Командор присел не далеко от выхода и стал осматриваться. Мерин ехал за фургоном на почтительном расстоянии. Глава букмекерской конторы помахал рукой грустному и замученному хомяку.

— Привет, Мерин, хреново выглядишь!

Охранник не торопясь приблизился к повозке.

— Все ни как от празднований не отойду. Самочувствие — хуже некуда!

Шура присел, рядом просунув ноги в клети решетки.

— Слышь, Мерин, а как Поляки с Немцами сыграли? — поинтересовался Командор.

— 1:3. Пшеки на последней минуте закатили.

Шура сделал недовольное лицо, а Командор напротив лучился улыбкой. Талантливый аналитик протянул миску баланды компаньону. Мерину было ужасно интересно, что происходит, но спросить он не решался. Шура, видя немое любопытство охранника, дал ответ на его немой вопрос.

— Спор продул. Командор, я не понимаю, откуда вы узнали, что пшеки на последней минуте закатят? И счет! Ну почему 1:3? Мерин, ты не поверишь, забились мы вчера на точный счет. И главное, я ему предлагаю, мол, давай, кто угадает победителя, тот и получает завтрак, а он давай на точный счет. А потом еще главное говорит… — здесь талантливый аналитик сделал умышленную паузу, дабы посмотреть на реакцию хомяка, — я, говорит, могу сказать тебе точно на какой минуте пшеки гол забьют. А ты, говорит просто угадай сколько голов фашисты закатят, больше двух или меньше.

Удивлению заядлого болельщика не было предела. Командор уже демонстрировал чудеса прозорливости. А после увиденного представления Мерин действительно начал верить в чудеса.

— Не зря про вас, Командор, на каторге такие слухи ходили, — продолжил подогревать интерес охранника "талантливый аналитик".

Командор не влезал в спич Шуры, потому что не знал в какую сторону должна пойти импровизация, экс владелец букмекерской канторы предпочел набить свой рот утренней баландой и с достоинством и скромностью периодически кивал головой в знак согласия или мотал в знак отрицания.

Любопытство охранника преобладало над тяжелым пост похмельным состоянием.

— А что за слухи? — робко спросил Мерин.

— Что за слухи!? А знаешь ли ты, уважаемый Мерин, как каторга устроена?

— Ну, тюрьма она и есть тюрьма.

— Нет, уважаемый Мерин, в тюрьме заключенного положено кормить три раза в день, а на каторге ты должен еду зарабатывать тяжким трудом. Если ты не работаешь, ты будешь голодать.

— Сурово, — посочувствовал охранник.

— А для возбуждения у нашего контингента интереса к этому самому труду, ввели такое правило — если сделаешь больше нормы, то можешь накопить много купонов, а на них зэк, может купить себе обед охранников учреждения. Обед даже по меркам свободных людей шикарен. Отбивные там всякие, фрукты.

— Да, и правда неплохо, — согласился Мерин.

— Так вот, я ни разу не видал, чтоб Командор палец об палец ударил, а питался он исключительно хавкой вертухаев. Местные труженики пытались добиться от него секрета успеха. Вот только охранники всегда заступались. Потом выяснилось, что вертухаи охраняющие нашего спутника сказочно разбогатели.

— Да ладно!? — изумлению хомяка не было предела.

— А самое интересное, уважаемый Мерин, случилось это все два года назад, как раз в преддверии чемпионата мира по футболу.

Охранник и Шура с неподдельным интересом глядели на Командора, доедавшего баланду. Тот не торопясь доел остатки облизал ложку, после внимательно посмотрел на две пары глаз, сверлившие его немым вопросом.

— Да, — только и сказал бывший владелец букмекерской канторы.

— Я так и думал! Это были не слухи! Вы на самом деле Букмекер!

— Кто? — удивился мерин.

— Ты что, Мерин в лесу живешь? Это легендарный Букмекер! Уголовное дело трехлетней давности. Преступный синдикат, который поднимал огромные деньги на инсайдерской информации.

— Что-то такое припоминаю, — напрягшись припомнил охранник.

На самом деле Мерин никак не мог вспомнить — эту знаменитую уголовную историю, так — как она существовала только в воспаленном сознании "талантливого аналитика". Но почуяв несметные богатства память начала подгонять факты под вымысел. Как говорили старые и мудрые: тут главное веровать! И наивный охранник уверовал.

— Ну, допустим, это так. И что дальше? — безразлично поинтересовался мастер инсайда.

— Хотел бы я сейчас оказаться на твоем месте, — обратился Шура к охраннику.

— А может, ты это, расскажешь, кто выиграть должен? — завел неуверенный разговор Мерин.

— А мне какой профит?

— Профит? — переспросил охранник.

— Прибыль, — пояснил "талантливый аналитик".

— Ну, если я выиграю, то отпущу вас на все четыре стороны.

— Гудвин тебе отпустит, — усомнился Командор.

— Мы с Гудвином этой хренью занялись, только чтоб долги отдать. А если я денег подниму в этих танцах с бубнами весь смысл пропадает.

— Пожалуйста, Командор, соглашайтесь, — взмолился Шура, — это ведь реальный шанс обрести свободу.

Две пары глаз с умоляющим трепетом глядели на мастера инсайда.

— Хрен с вами! — сдался Командор, — но Мерин, после того как ты поднимешь, мы свободные люди. И гоблинша идет с нами.

— Все что угодно, Командор! — согласился окрыленный охранник.

— На ближайшие три игры. Ставь серию на общий счет.

Мерин внимал каждому слову "мастера инсайда".

— Кто играет следующую игру?

— Португалия — Франция.

— Франция. 3–1.

— Командор, вы уверены? У португальцев состав на много сильнее.

— Мерин. Если ты сомневаешься в моих словах, делай ставки самостоятельно.

— Извини Командор. Франция 3–1.

— Кто дальше?

— Наши и англичане.

— Наши 2–1, - не задумываясь выпалил "мастер инсайда".

Взгляд Мерина выражал крайнюю степень изумления.

— Да как так-то?! Наши никогда не выигрывали у англичан.

— Второй гол закатит Коржавин, — тоном, не терпящим возражений, заявил экс владелец букмекерской конторы.

Вера в непогрешимого букмекера заколебалась в душе алчущего болельщика.

— Да он в упор по воротам попасть не может. В последней игре из отданных ему пяти пасов в ворота прилетело ноль. Он даже в створки ворот ни разу не попал.

— Ну и конечно, ты никогда в жизни не стал бы ставить на него?

— Само собой, — согласился Мерин, — никто не стал бы на него ставить.

Командор тяжело вздохнул:

— Мерин, я не ясновидящий, я букмекер. Я не угадываю, я точно знаю. Если ты сомневаешься, то не ставь. Но я выдал тебе инсайд и хотел бы поиметь с этого хотя бы что-то.

— Что поиметь?

— Ну хотя бы посмотреть на твое лицо. Когда ты поймешь, что все мои прогнозы сбылись. И ты мог стать миллионером на ровном месте, а вместо этого ты усомнился и будешь дальше влачить жалкое существование выплачивая долги.

В душе простоватого охранника шла нешуточная борьба. Жадность и вера в чудеса сошлись в неравном бою с логикой и здравым смыслом.

— Семен, охранник на каторге, тоже сначала относился скептически. А сейчас он миллионер, — подбавил огоньку Командор.

— Германия — Италия? — решился Мерин.

"Мастер инсайда" улыбнулся:

— Германия с любым счетом.

В глазах болельщика светился немой вопрос.

— Макаронники облажались на прошлом чемпионате. А в этом году фашистам разрешили разделать их под орех, — пояснил Командор, — счет может быть какой угодно, но в пользу немцев.

Мерин начал собираться впопыхах. Он привязал лошадь к фургону, а себя к лошади.

— Эй постой, Мерин! — Обратился Шура к охраннику, — А ты, когда назад вернешься?

— Да ХЗ. Надо кредитов собрать побольше до игры. Потом в контору лететь ставки делать. Сегодня точно не появлюсь.

— Эй, а как же обед? — не унимался "талантливый аналитик".

— Это покормит, — мотнул головой в сторону легра без пяти минут миллионер.

Взгляд охранника помутнел, и Мерин отправился в лучший из миров.

Снежана засуетилась за спиной.

— И куда это мы собрались? — поинтересовался "талантливый аналитик".

— Да мне тут надо отлучиться, — начала лепетать гоблинша.

— Шура, я так думаю, что ваша протеже собралась поднимать миллионы.

— А чем я хуже Мерена?

После этой фразы компаньоны катались по полу, держась за животы. Снежана стояла в недоумении, не понимая причин смеха попутчиков. Немного отойдя, Шура просветил свою протеже в области театральных афер. После объяснений гоблинша почувствовала себя полной дурой и даже слегка покраснела, насколько может покраснеть зеленокожий гоблин.

К обеду легр свернул с дороги, распряг быка. Развел костер и завалился спать. Доблестная охрана не подавала никаких признаков жизни.

— Время пришло! — скомандовал 'талантливый аналитик'.

Снежана раскидала пучок соломы и вырвала довольно толстую доску длиною с метр. После Шура достал нож и воткнул его с торца доски. Затем гоблинша распустила доску, уперев нож в металлические решетки двери. В руках у попутчицы оказался квадратный брусок метровой длинны.

— Патрон, так пойдет?

— В самый раз.

Командор осмотрел место, откуда достали доску. Было видно, что работали когтями, и работа велась не один день.

— А я-то думал, чем вы здесь занимались?

После Снежана перекинула свою жилетку между двумя прутками решетки, застегнула ее на все пуговицы, просунула в жилет брусок и начала закручивать по часовой стрелке. Жилет затягивался на прутьях, образуя что-то на подобии тугой петли. Через какое-то время петля начала стягивать прутки. Старая гоблинкая жилетка трещала и местами рвалась, но продолжала делать свое дело. Шура начал было уже опасаться, что прочности не хватит. Гоблинша повернула брусок еще на пол оборота, и прутки поддались. Шура улыбнулся:

— Работают законы физики!

После та же операция была проделана с соседними прутками. В итоге в решетках двери появилась щель, сквозь которую, с трудом, могли протиснуться два не очень крупных человека и средних размеров гоблинша.

Вчерашние арестанты стояли рядом с фургоном. Недалеко в бессознательном состоянии находились охранники. Метрах в десяти у костра мертвецким сном спал легр, а рядом мирно пасся огромный буйвол. Шура прислонил указательный палец к губам, показывая компаньонам, чтоб те вели себя как можно тише. Командор и Снежана стараясь не шуметь, двинулись в сторону от лагеря. А Шура подобрал брусок и двинулся в обратном направлении. Он нашел большую засаленную крышку от кастрюли и со всей дури вдарил по ней бруском. Экс букмекер и гоблинша застыли на месте как вкопанные, удар эхом отразился в горах.

— Видели бы вы свои рожи! — заорал 'талантливый аналитик', - не пугайтесь, легр спит одни сутки из пяти и в эти сутки его невозможно разбудить. Механика игры. Мы как-то раз взяли подобных тварей на осаду крепости, так они в самый ответственный момент завалились спать. В общем лажанулись мы по полной.

— Послушай, милая, — обратился Командор к гоблинше, — а ты обратно сможешь поправить решетку?

— Не обещаю, но я постараюсь. Очень постараюсь.

— Милая моя протеже, — с максимальным пафосом начал свою речь 'талантливый аналитик', - сегодня ты своими собственными глазами узрела скромные возможности твоих потенциальных работодателей. Перед нами стоит очень важная, великая цель. Подумай хорошо! Обратного пути не будет. Сейчас у тебя есть уникальный шанс уйти отсюда и быть свободной гоблиншей.

— Патрон, вы хотите от меня избавиться?

— Я даю тебе уникальный шанс сделать выбор. К огромному сожалению, Командор мне такого шанса не предоставил.

Шура явно пытался избавиться от гоблинши. Но после проявленных театральных способностей получалось плохо.

— Послушайте, дорогой патрон, мы с вами условились о моей заработной плате, — Снежана приходила в бешенство, — или я, по-вашему зря эту доску три дня ковыряла. Да у меня сумма штрафа выросла с двух тысяч до трех за побег.

— Вы приняты и поступаете в распоряжение Шуры, — спокойным ровным тоном констатировал Командор.

После этих слов Снежана под растеряла свой пыл.

— А теперь, милая, когда мы все выяснили. Свяжи нашу охрану покрепче, а то не дай бог еще проснутся.

Шура подошел к спящему легру и стал бесцеремонно ковыряться в его вещах. Из сумки были извлечены горстка серебряных монет и дрянное медное колечко, принадлежавшее гоблинше.

— Не густо! — подвел итог 'талантливый аналитик'.

— Ну что, коллега, все приличия соблюдены, и мы можем отправляться дальше?

— Еще не все, или вы думаете, что я спущу хамство хомяка на тормозах.

— Шура из вас хреновый мститель, может оставим этих бедолаг в покое? Потом мы уже довольно сильно наказали хомяка. Он сейчас мечется по городу ищет кэш. Потом ставку сделает и оставит все свои средства. Он уже наказан — он встретил нас на своем пути.

— Ну уж нет! На этот раз я не откажу себе в этой маленькой радости. Вам, дорогой Командор, должно понравиться.

— Уважаемый коллега, вы становитесь кровожадным.

— На самом деле, Командор, это для их блага. Если выяснится, что они нас прошляпили, им выставят штрафные санкции. К югу от нас находится ущелье огненных троллей. Наши сторожа не в курсе, что здесь творится. Пусть думают, что на них тролль напал.

— И как вы это устроите?

Компаньон улыбнулся и молча полез на козла.

— Патрон, охрана связана, — отрапортовала протеже.

Шура скинул с верху моток веревки. После спрыгнул сам.

— Я научу вас, неразумные!

Снежана, памятуя первый спектакль, увиденный в фургоне бухнулась на колени и ударилась лбом о землю. Командора начал разбирать истерический смех. Гоблинша опять сделала, что-то не то.

— Шура, ваша протеже делает успехи!

'Талантливый аналитик' под руку помог подняться помощнице.

— Отдохните, дорогие коллеги, дальше я все сделаю сам.

Командор и Снежана отошли в сторонку и стали наблюдать за работой мастера. Мастер в свою очередь накинул ярмо буйволу на шею, после к ярму за веревку привязал фургон, но на этом Шура не остановился. Он отмотал еще веревки и привязал легра за ногу, вторую сторону веревки Шура привязал к фургону.

— Вот теперь порядок!

— Патрон, вы знаете, как управлять тяжелыми петами?

— Без понятия. Но я с удовольствием посмотрю, как вы это сделаете.

Дальнейший час прошел под лозунгом: 'заставь быка работать'. Признаться, честно, получалось плохо, были перепробованы все команды типа: но, хо, пошел, цок-цок и в том же роде. После гоблинша перешла к рукоприкладству, но в силу разницы весовых категорий, этот акт не принес желаемого результата. Зверюга продолжала жрать траву не обращая внимания. "Талантливый аналитик" сидя у костра с интересом наблюдал за попытками компаньонов сдвинуть зверя с места.

— Ну что, неразумные, как успехи!?

Неразумные подошли к Шуре.

— Бесполезно, патрон, нужна развитая способность на управление тяжелыми петами.

"Талантливый аналитик" тяжело вздохнул.

— Как трудно быть мной! — голосом полным скорби произнес Шура, — ответ перед вашим носом.

— Вы, патрон, умеете управлять тяжелыми петами?

Шура отрицательно покачал головой.

— Костер, бестолочи.

— Патрон, вы собираетесь поджечь зверюгу?

— Почти.

С этими словами "талантливый аналитик" вытащил из огня тот самый брус, благородя которому компаньоны выбрались из фургона. Брус пылал словно факел.

Шура начал махать им у морды буйвола, тот в свою очередь отворачивался в сторону и делал несколько шагов от импровизированного факела. Выставив направление зверюги в нужную сторону Шура подошел к компаньонам.

— Тяжелыми петами управлять? Да легче легкого!

В этот момент пришел в себя один из охранников. На удивление компаньонов это оказался Гудвин. Видимо перед началом игры он решил проведать Мерина.

— Мерин! Развяжи меня.

Компаньоны подошли к связанному охраннику.

— К сожалению, Мерин не может тебе помочь. Он сейчас очень занят.

— Командор, что происходит!?

— Происходит побег, — флегматично пояснил Шура, — но в твоих же интересах убедить всех, что на вас напали несколько огненных троллей, вон из того ущелья. Самое главное убеди в этом Мерина, иначе он вам весь суд провалит.

С этими словами "талантливый аналитик" двинулся в сторону буйвола. Подойдя в плотную, Шура сунул зверюге под хвост горящий факел. Буйвол тяжело замычал, и словно шальной бегом двинулся в сторону ущелья волоча за собой фургон привязанных лошадей и легра.

Командор всматривался в даль выставив над глазами ладошку:

— Хорошо пошел!

Глава, тринадцатая. В которой компаньоны решают встать на путь авантюр

До свободного города Ригана компаньоны добрались часа за три. Выдающегося впечатления, как Губа, или Лебос, на Командора город не произвел, это был заурядный город без особых дизайнерских изысков. Город был обнесен крепостной стеной. Входов в город, было четыре: южный, северный, западный и восточный. От каждого входа к центру города тянулись торговые улицы, центральную площадь венчал ряд зданий спецназначений, таких как мэрия (где можно было получить ряд квестов), храмы, аукцион, казармы стражников, библиотеки магов и рабочие лавки выдающихся крафтеров: алхимиков, кузнецов, оружейников.

Нравы в свободном городе были тоже свободные. Здесь обитали представители разных рас и социальных направлений. Многие арестованные, на подобии хорошо знакомой нам гоблинши, стремились в свободные города. Здесь можно было получить ряд социальных квестов, выполнив которые беглый заключенный становился официально свободным существом, либо внести денежную плату так же покупая себе свободу. Из свободных городов выдачи не было. Местные власти держали под контролем несколько стратегических районов города, включая центральный, а в остальной части города процветала анархия, стражников здесь ни во что не ставили.

Солнце находилось высоко в зените, когда три запылившиеся фигуры ступили на дощатый мост через крепостной ров.

— Стоять! Кто такие? — Окликнул Компаньонов сильно поддаты стражник, едва стоявший на ногах.

— Давай золотой и проходи, — поддержал напарника коллега.

— А может вам по паре раз в рожу сунуть? — поинтересовался Шура.

Доблестные стражники как-то сразу стушевались.

Уже отойдя на приличное расстояние Командор поинтересовался у компаньона:

— Шура, а последствий не будет?

— Многоуважаемый Командор, мы с вами являемся гостями свободного города. Риган — это город возможностей. А по факту — это гетто в котором представители власти опасаясь за свою ценную шкурку стараются не нарываться на прытких ребят на вроде нас. Здесь бунт поднять легче легкого, нужен лишь малейший повод. В общем не город, а мечта!

— М, да уж. Мечта. Куда двинемся?

— Есть тут одно приличное заведение, — Шура мечтательно улыбнулся, — я, Командор, игру начал в этом городе, столько приятных воспоминаний.

Приличным местом оказалась дрянная харчевня 'У Пескаря'. Неказистая снаружи харчевня оказалась довольно вместительной внутри. Не смотря на простоту мебели, местечко и впрямь было довольно уютным.

Войдя в 'приличное' заведение, компаньоны почувствовали на себе пристальное внимание местных обитателей. Несколько подозрительных субъектов с интересом осматривали потенциальных жертв. У стойки бара суетился одноглазый херин (человекоподобное трехпалое существо, кожа которого по фактуре была похожа на серую змеиную, на месте носа две небольшие щелки). Звали херина — Пескарь и был он хозяином харчевни.

— Чем могу, дорогие гости? — ощерился Пескарь.

— Нам бы, уважаемый, три дежурных блюда и по бокалу пенного, вон за тот столик.

Шура указал пальцем на столик, стоявший в углу, но была одна маленькая проблема, за ним уже сидел посетитель и не торопясь подливал себе из стоящей на столе бутылки. Гоблинша мысленно прощалась с родными, она прекрасно понимала куда попала. Из подобных мест случайные посетители практически никогда не уходили целыми. О. Бендер, как правило, посещал подобные места с компании сослуживцев, завсегдатае подобных заведений предпочитали не связываться с здоровыми и хорошо обученными мордобою группами военных. Вот только в этом мире он был — Командором, представителем человеческой расы с самими посредственными характеристиками. От этих мыслей на душе скреблись кошки. Шура же напротив чувствовал себя среди этого криминалитета, как дома. Шура везде чувствовал себя, как дома.

— К сожалению, столик занят, — оскалился пескарь.

— Мне очень рекомендовали именно этот столик, уважаемый, — с нажимом произнес Шура.

— А кто рекомендовал? Если не секрет.

— Один наг по кличке Звездный.

— Помню такого, только вот почил бедолага в том и этом мире.

— Да нет, просто уехал отдыхать в один известный пансионат.

— Что за пансионат?

— Исправительное учреждение 24/12.

— А вы? — херин хитро прищурил единственный глаз.

— Мы! — только и сказал Шура.

— Шкура, дерни оттуда! — обратился Пескарь к сидящему за столом, — Че вылупились!? Клиентов никогда не видели?

Завсегдатае до этого пристально рассматривающие потенциальных жертв разом потеряли интерес к компаньонам.

Компания с комфортом расположилась за столиком. Перед тем как войти в харчевню, в целях безопасности Командор вставил стекляшку в глазницу, она до сих пор находилась там. Командор рассмотрел каждого сидящего в харчевне, он видел их характеристики, особенности, он даже видел где находятся их кольца. Выглядело это примерно так. Напротив, за соседним столиком сидели два существа, один из них был: Эльф; принадлежность (Темный); класс стрелок; уровень 37; опыт 27800/64000; жизнь: 18000/18000; манна: 320/320; навыки: мастер яда, вор, кладоискатель; место привязки: Южная Флания, пещера горы Лим (188 — 312 — 27.5).

Второй Орк: Орк; принадлежность (серый); класс боец меча; уровень 33; опыт 24000/40000; жизнь 21000/21000; манна 150/150; навыки: фанат стали, искатель трав; место привязки Южная Флания, пещера горы Лим (188 — 312 — 27.5).

Для себя Командор сделал один вывод: ребята явно были из одной банды, так как колечки находились в одном месте.

— Ну с, дорогие коллеги, — обратился Шура к компаньонам — чем займемся?

— Для начала поедим и выпьем по рюмки чая.

— Поддерживаю, — согласилась Снежана.

— А за чей счет сей Банкет? — живо поинтересовался аналитик.

— Шура, нам вроде как деньжат подкинули, на сколько я помню там было пару штук.

— Командор, штуку блестях мне пришлось отдать моей блистательной протеже в рамках договоренностей.

— И две за вами, — влезла в разговор гоблинша.

— У нас, Командор, чистыми штука блестях. В принципе на двоих этого хватило бы, но так как нам надо более-менее прибарахлить нашу красотку, плюс ее надо выкупить, чтоб в дальнейшем не возникало проблем и лишних вопросов. А это уже сумма кусков так десять не считая зарплаты.

— Что случилось с тем щедрым Шурой которого я знавал в Лебосе? Коллега вспомните, денег у нас было на много меньше, а сорили вы ими на право и на лево.

— Тогда, это было для дела, — возразил 'талантливый аналитик'.

— Шура, в нашей ситуации любые траты для дела, я предлагаю ни в чем себе не отказывать, более того, я настаиваю, чтоб мы с вами оплатили все траты вашей протеже. Потом не забывайте, мне должны 81 тысячу, надо только попросить.

Шура нервно тарабанил пальцами по столу, протеже скромно молчала.

— Должны, — это конечно здорово, вот только получим мы их в туманной перспективе, а для моем затеи нужно кусков пятьдесят.

— А две монетки? — Командор аккуратно намекнул на уникальные монеты леприконов, — мы же можем их продать.

— Не можем, — возразил Шура, — во-первых, нам опасно заниматься такими вещами с нашими статусами, а во-вторых, они нужны нам для одного проекта. Я все-таки думаю Снежане придется самой себя выкупать в рамках заработной платы.

— Я против, — возразил Командор.

— Я тоже, — поддержала гоблинша.

Спор компаньонов прервал звон колокольчика. В 'приличное заведение' вошел новый посетитель. Командор вставил в глазницу стекляшку. Гостем был грилл по имени Рубин. Напоминала раса гриллов перекаченных темных эльфов. На плече Рубина сидела маленькая фея, в этом мире их называли пикси. Но даже не это было удивительно, экипирован посетитель был весьма странно, качок был наряжен в различные Фенечки, небольшие цветные перышки, торчавшие из разных мест, куски костей, булавки и иглы, воткнутые в произвольные места на одежде, в общем, выглядел гость словно пугало и только стекляшка Командора помогла прояснить ситуацию. Рубин весь был увешан вещами ушедших. Их было огромное количество. Многие из них имели два места для установки, но устанавливались они не в очень выгодные места, так, например, оранжевое перо с ярко зелеными полосками прибавляло + 30 к силе если его установить в качестве серьги, а если прикрепить его к оружию оно давало + 250 к ловкости. Большинство вещей двойного назначения устанавливались не так выгодно, как могли бы.

Большинство постоянных посетителей затихли при виде Рубина, в его сторону они старались даже не смотреть. Грилл явно не был частью этой публики, но никто не рассматривал его в качестве жертвы.

Здоровяк подошел к столу, за которым сидели эльф и орк. Это были те самые эльф и орк, которых недавно тщательным образом исследовал Командор.

— Свалили отсюда, — спокойным голосом произнес Рубин.

Бойцы не стали спорить, они поднялись, взяли тарелки и пересели за другой стол подальше от беспредельщика.

Пикси кружилась под потолком как сумасшедшая, внимательно рассматривая посетителей и противно жужжа крылышками.

Рубин удобно уселся и начал пялиться по сторонам.

— Эй, шуршала! — обратился грилл к Пескарю, — пожрать смастери, а мелкой чего-нибудь сладкого.

— Сейчас сделаем, — с покорностью произнес хозяин харчевни.

Взгляд пикси упал на Командора, она подлетела на пол метра и самым наглым образом пялилась на троицу. После фея подлетела к гриллу и стала махать руками указывая в сторону компаньонов. Пикси указала на Командора, а после пальцем показала на глаз. Рубин не торопясь встал из-за стола и не торопясь направился в сторону компаньонов. Теперь грилл бесцеремонно пялился на троицу, сидевшую по соседству.

— Ты и ты, — Рубин указал пальцами на Шуру и гоблиншу, — свалите на пять минут.

— А пяти минут хватит? — пошутила Снежана.

— А у тебя, я гляжу, много лишних зубов? — ответил ехидной улыбкой грилл.

Гоблинша уже было собиралась вступить в бой, но команда патрона ее остановила:

— Пошли, — скомандовал Шура.

Гоблинша подчинилась, соратники пересели за рядом стоящий стол, оставив Командора наедине с опасным типом.

Рубин уселся за стол.

— Чем обязан? — начал беседу Командор.

— Какая интересная стекляшка у тебя в глазу? — бесцеремонно поинтересовался грилл, — может ты мне ее подаришь?

— А может, ты лесом прогуляешься? — таким же бесцеремонным тоном предложил О. Бендер.

Командор морально был готов к худшему. Он сидел в ожидании удара, но виду не показывал.

— Что оно умеет?

— Многое, Рубин.

— Ударение на 'у', это моя фамилия. А что еще?

— Ты про вещи ушедших?

— Продай мне стеклышко? — не выдержал грилл, — я готов заплатить тебе десять штук.

Командор саркастически улыбнулся:

— А чего не за штуку? Прям аттракцион невиданной щедрости.

— Я дам и больше, но мне нужно подтверждение, покажи его возможности.

Командор улыбнулся:

— Дай желто-зеленое перышко из уха.

Рубин с сомнением вытащил перо из уха и протянул его собеседнику.

— У тебя есть нитки?

Грилл порылся в сумке и вытащил катушку ниток. Олег оторвал кусок нитки и начал наматывать ее на основание пера, после привязал его к рукояти огромного меча, стоявшего рядом с Рубином.

— Что ты сделал?

— Сходи в храм и посмотри.

Рубин встал из-за стола и тяжелым взглядом обвел всех посетителей харчевни. Взгляд остановился на двух бедолагах которых ранее грилл выгнал из-за стола.

— Эй вы двое, я сейчас отлучусь на какое-то время и, если вот этот человек пропадет, вы станете моими личными кровниками. Я не успокоюсь пока лично на ноль вас не помножу.

Бедолаги нервно переглянулись. Рубин завалил огромный меч на плечо и не торопясь побрел к выходу.

— Эй пугало! — крикнул вдогонку гриллу О. Бендер, — я предпочитаю наличные!

Рубин пропал из виду, но напуганные бедолаги не выпускали Командора из-за стола, и компаньонов близко не подпускали.

Прошло минут пятнадцать. Довольный грилл вернулся в зал харчевни.

— Свободны, живите, — довольно произнес грилл.

Бедолаги, немедля покинули харчевню. Практически все завсегдатае последовали их примеру.

Рубин вернулся за стол.

— Уважил! И много у меня таких вещей?

— Много.

Грилл выложил на стол шестнадцать кожаных мешочков туго набитых монетами.

— Восемьдесят тысяч. Это последняя цена, больше я не дам. Если ты откажешься, я заберу стеклышко хочешь ты того или нет. Возьми деньги, советую по-хорошему.

— Ну, если у меня нет выбора.

Командор положил стекляшку на стол. Пикси мигом вцепилась в ценный артефакт.

Рубин вернулся к себе за стол и принялся расправляться с остывшей едой, а компаньоны подсели к товарищу.

— И не жалко расставаться с такой ценной вещью?

— Уважаемый Шура, как говорили мудрые и древние, ни что не дается на вечно.

Сделка сильно огорчила 'талантливого аналитика', нервозность патрона передалась и Снежане, а вот Командор был на против абсолютно спокоен. В отличии от компаньонов он прекрасно знал, что стёклышко от него никуда не денется. Покончив с трапезой Рубин направился к выходу и исчез за входной дверью харчевни с замысловатым названием 'У Пескаря'.

Шура заботливой рукой скинул мешочки с монетами в сумку гоблинши, и Компаньоны покинули заведение в след за Рубином.

— Шура не кисните, все будет нормально, — успокаивал компаньона О. Бендер.

— Какой нормально, три четверти планов коту под хвост.

— Шура, а если бы я вам сказал, что стеклышко привязано.

— Не надо меня успокаивать, где вы на каторге могли его привязать.

Командор уклончиво увел взгляд в сторону.

— Командор! Вы привязали стекляшку!?

— Может да, может нет., - абсолютно нейтральным тоном ответил компаньон.

Шуре явно полегчало. Но зная характер Командора нельзя было быть до конца уверенным в его словах. О. Бендер в свою очередь решил отомстить компаньону и держал интригу до последнего. Роли сменились, теперь Шура и гоблинша пытались всеми правдами и неправдами выяснить правду ли говорил Командор. В ход шла грубая лесть, мольбы и уговоры, обещания и клятвы, но О. Бендер продолжал держать интригу.

В отелях решили не останавливаться, сняли небольшой дом в правительственном районе города. Сие удовольствие обходилось в пятьдесят золотых в сутки. В нескольких десятков метров находился не плохой ресторанчик, в котором можно было заказать еду на вынос. В общем жизнь налаживалась. Разместившись, занялись делами экономическими. Выдали гоблинше десять тысяч — зарплату за несколько месяцев. И пятерку сверху для решения вопросов с освобождением и экипировкой, Снежана была довольна, как слон. Но стремление экономить брало верх, и она упросила патронов выполнить хотя бы часть квестов для получения статуса свободного гоблина. Выполнив часть квестов можно было сбить цену на освобождение от 40 до 70 %.

Командор заключил с Шурой пари, на предмет, увидят ли они свою компаньонку еще когда-нибудь. Командор искренне думал, что, получив такую сумму авансом без каких-либо обязательств, гоблинша вильнет хвостом и пропадет за линией горизонта. В сторону этой теории говорил и тот факт, что Снежана исчезла из поля зрения в первый же вечер, не прощаясь.

Командор расположился на удобном диванчике, закинув ноги на небольшой столик, на этот же столик закинул и свои ноги Шура, вот только сидел он в удобном кожаном кресле. В руках у компаньонов были по открытой бутылки неплохого красного вина с местных виноградников. Они не утруждали себя заботой наливать вино в бокалы, пили прямо из горла.

— Ваше здоровье, Командор!

— Взаимно!

— Так все-таки, что там со стекляшкой?

— Стекляшка привязана, я хоть сейчас могу вернуть ее обратно, вот только боюсь, что наш новый друг начнет усиленно разыскивать нас. Так что пускай несколько дней порадуется.

'Талантливый аналитик' выдохнул с облегчением.

— Вот теперь мне действительно стало легче.

— Так что, уважаемый, какие у нас дальнейшие планы?

— Командор, у нас программа одна, 'пол царства', а вот путей для достижение этой цели, уйма. Я думаю нам нужно поднять много денег. После снять решетку со статусов.

— Ладно сосредоточимся на зарабатывании. А гоблинша скорее всего не вернется.

— Знаете, коллега, я почему-то уверен, что мы ее еще увидим. А что касается дальнейших действии? Как вы относитесь к коллекционерам?

— Шура, если это будет приносить нам прибыль, то очень неплохо.

— Так вот, вы, дорогой Командор, являетесь обладателем двух уникальных монет. Говорят, что подобная монета есть у какого-то нумизмата на Желтых Островах. И вроде обошлась она ему в миллион блестях.

— Странно, а маленький поганец сказал, что я могу сдать монеты гоблинам за десятку.

— В банке гоблинов много не дадут, а нумизматы платят дорого, особенно если устроить аукцион. Вот только есть маленькая проблема. Когда монета одна — она уникальна и стоит такая монета дорого, вторую монету можно купить уже в половину цены, а третью еще дешевле.

— Так проблема в чем? В любом случае прибыль будет.

— Тут, уважаемый Командор, задача немного иная необходимо получить максимум из имеющихся ресурсов.

— Так что дальше Шура?

— А дальше, Командор, аферы, аферы и еще раз аферы.

Глава четырнадцатая. Предвкушение и ожидание

Три следующих дня компаньоны провели праздно. Они шатались по городу, немного приоделись, Командор сделал ставку на городском аукционе, и она выиграла, призом была масштабирующая сумка на сорок ячеек. Впрочем, состояние у нее было плачевное, практический полную сумму ставки пришлось отдать, чтоб починить ее у местного крафтера. Компаньоны побывали во всех приличных ближайших ресторанах, посетили большую часть местных рынков и торговых лавок. Храм гости свободного города предусмотрительно обошли стороной, как выразился Шура: 'С нашими статусами туда путь заказан'. Зато очень плотно познакомились с сетью местных публичных домов.

Полуденное солнце припекало городские улицы и в открытое кафе, стоящее на центральной площади, долетала свежесть городского фонтана. За резным столиком в тени навеса удобно расположились О. Бендер и его компаньон. Командор, пытаясь избавиться от полуденной жары, уничтожал огромную порцию мороженого. Шура же пил горячий чай и читал местную газету с незамысловатым названием 'Анархист'.

— Скучно, Шура, когда мы начнем 'нумизмата'?

Компаньон положил газету на стол, сделал глоток обжигающего напитка.

— Имейте терпение, Командор, мне нужно дождаться моей протеже.

— Забудьте! Она исчезла навсегда. Мы очень выгодно от нее отделались.

— Хотите пари? — предложил 'талантливый аналитик'.

— На гоблиншу?

— Да.

— Что ставите? Уважаемый Шура!

— Вопрос.

— Поясните?

— Честный ответ на любой вопрос.

— По рукам, — согласился О. Бендер.

— И так, вы утверждаете, дорогой Командор, что мы больше никогда не увидим Снежану.

— Ага, — согласился Командор.

— А я утверждаю, что завтра наша общая знакомая должна объявиться.

— Смело! Ладно, по рукам.

Компаньоны пожали руки.

— А что там с 'Нумизматом'?

— Ладно, утолю ваше любопытство, если вы расскажите мне, как собираетесь вернуть стекляшку.

Командор сделал заученные движения пальцами, словно он перекатывает монетку и стеклышко материализовалось между большим и указательным пальцами. Шура был поражен увиденным.

— Как вы? Когда? Неужели на каторге?

— На эти вопросы я отвечу, если вы выиграете спор. Так что там с 'Нумизматом'?

— Есть неподалеку небольшой городишка, рулят в нем два коллекционера, они собирают много различных вещей, можно сказать соревнуются. У кого коллекция богаче. И для этих ребятишек мы и устроим частный аукцион с подвохом.

— А подвох?

— Мы продадим две монеты по одной цене.

— Поясните?

— Первая монета, стоила миллион, вторая будет стоит 500–700 тысяч, а если выяснится, что монет три, цена упадет до 300 тысяч максимум. Нам нужно будет продать двум непримиримым конкурентам две монеты по фиксированной цене.

— И как мы это сделаем?

— Я думаю над этим, уважаемый Командор, советую и вам пораскинуть мозгами, завтра проведем мозговой штурм, может моя протеже предложит, что дельное.

— Надежда умирает последней.

Утро компаньоны встретили во всеоружии, Командор с нетерпением ждал начала путешествия, попутно уничтожая бутерброды с чаем, заботливо принесенные из соседнего ресторанчика.

— Похоже, Шура, пролетели вы со своей протеже.

— Еще пять минуток и выходим, если она не появится, будем считать, что вы победили, Командор.

Надежды О. Бендера на легкую победу разбились в последний момент. Дверь распахнулась с грохотом, и довольная гоблинша вошла в комнату. Лучезарная улыбка Шуры сияла надменным ехидством. А компаньон выглядел так, словно съел не очень спелый лимон.

— Я не опоздала? — спросила запыхавшаяся Снежана.

— Нет, милая, ты вовремя, как мы и договаривались.

— Договаривались они, — пробурчал недовольный Командор.

— А что не так? Патрон мне четыре дня дал, чтоб разобраться с квестом, я между прочим три тысячи сэкономила.

— Вот и верни их Шуре.

— А у меня их нет, — растерялась гоблинша. — Я экипировку купила.

Командор внимательно рассмотрел Снежану. Внешний вид подопечной изменился, наряжена протеже была в кожевенную броню с металлическими вставками. Через плечо была перекинута новая сумка. На поясе был надет ремень с синеватой металлической бляшкой, на поверхности, которой тянулся незамысловатый узор-паутинка сплетение из синих нитей, светившихся слабым светом и сильно напоминавших неон. Поверх паутинки располагалось красивая металлическая снежинка. У пояса в ножнах висели, то ли два коротких меча, то ли длинные ножи. В общем, подопечная экипировалась внушительно.

— Зачетный поясок, — одобрил новый боевой вид подчиненной Шура.

— Патрон, из-за него и задержалась, лот закрыли без пятнадцати девять, пришлось ждать до последнего. Эпический поясок. Он с зашитой от заклинаний холода.

— Командор, вы ничего не хотите мне сказать? — поинтересовался 'талантливый аналитик'

— Я продул, вы выиграли.

— И….?

— Все в рамках договоренностей.

Шура потер ладошки.

— Полный расклад на гоблиншу. Прямо сейчас.

Олег поставил сумку на пол, после уселся в кожаное кресло и вставил стекляшку в глазницу.

— Командор, вы же ее продали? — изумилась подопечная увидав зеленую стекляшку.

— Встань в центр комнаты, — спокойным тоном скомандовал О. Бендер.

Гоблинша безоговорочно подчинилась, не задавая лишних вопросов.

— И так! Гоблинша; принадлежность (серая); класс: боец ножей; уровень 31; опыт: 40100/42200; жизнь: 22000/22000; манна: 1300/1300; место нахождения кольца: ЗК?794.

— Стоп, Командор, так и написано, место нахождения?

— Ну да место нахождения, а что не так?

— Раньше вы говорили место привязки.

— А ведь правда. Раньше было место привязки.

— Ладно, не суть, что там дальше?

— Навыки: мастер взлома, карманник, мастер тайников.

Снежана занервничала, она не ожидала, что ее начальство начнет рыться в грязном белье.

— Ну с, милая протеже, объяснитесь? — обратился Шура к своей подопечной.

Гоблинша схватилась за рукояти ножей, но патроны не выказывали не малейшей тени страха.

— И чего ты делать собралась? — спокойным тоном поинтересовался Командор. — Убьешь? Какой смысл хвататься за ножи, если ты нас голыми руками завалить можешь?

— Мое колечко. Верните его.

Шура достал из-за пазухи колечко гоблинши и положил на небольшой столик стоявший рядом с диваном.

— Совсем забыл вам сказать, Командор, она должна была вернуться за своим колечком.

— А теперь оставшиеся деньги.

Командор и Шура переглянулись и закатились истерическим смехом.

— Милая, по-твоему, чем мы тут четыре дня занимались? — утирая слезы поинтересовался Шура.

— По моим подсчетам, у вас должно было остаться тысяч шестьдесят.

— Можешь забрать их, в местных публичных домах и ресторанах, — чуть успокоившись пояснил Командир.

— Вы что, все деньги на шлюх спустили!?

— Ну почему все, мы еще в местном казино много оставили.

— Надо было сразу вас грабить. Ну что за фигня? — расстроилась Снежана.

Незадачливая грабительница выглядела растерянно. Взять с потенциальных жертв, теперь, было нечего.

— Ну не расстраивайся, милая, в следующий раз обязательно получится, — утешил, теперь уже бывшую протеже, бывший патрон.

— Выворачивайте сумки! — скомандовала гоблинша.

— Они у входа стоят, возьми да вытряхни.

Небольшую сумку с монетами 'талантливый аналитик' предусмотрительно спрятал за спинкой кровати. Видимо то, что произошло, каким-то образом входило в его планы.

Гоблинша вытряхнула содержимое сумок на пол. Порывшись в вещах, Снежана не нашла для себя ничего полезного. Практически все вещи были для малых уровней и человеческой расы, стоили они копейки, и морочиться с ними толку не было. И вот когда экс-протеже уже было совсем, разочаровалась, взгляд ее упал на амулет.

— А это что у нас тут такое?

— А это, Снежана, амулет на силу, для гоблинов. Мы с Командором решили сделать тебе небольшой подарок, — 'талантливый аналитик' почесал небритый подбородок. — Теперь видимо прощальный.

— Да уж! Повезло вам с протеже, уважаемый Шура. А ведь мы Снежана сорок штук за него отдали, порадовать тебя хотели, — подлил масла в огонь Командор.

Данный амулет достался компаньонам по случаю, за двадцать монет они приобрели его у какого-то заядлого игрока в казино. На все пьянки и знакомства с культурной программой местных домов терпимости ушло от силы тысяч семь. А оставив в казино десять тысяч, компаньоны подняли тридцать.

После слов о медальоне гоблинше стало не по себе. Не найдя более ничего ценного, она схватила медальон и нацепила его на шею.

— Да уж, Шура, хорошую вы себе помощницу нашли.

— Это, уважаемый Командор, она нас нашла. В прошлой жизни я один раз пересекался с этой особой, только имя у нее в тот раз другое было. А вот настоящего ее имени я так и не смог узнать.

Взгляд гоблинши изменился, стал более уверенным и наглым.

— Меня, Александр, в узких кругах знают, как — Музу.

— Известная персона. И чего это такая известная личность связалась с двумя заурядными урками?

Командор сидел молча, он взял себе за правило не лезть в те разговоры, которые ему не понятны, дабы не выглядеть нелепо. А что сейчас происходило, он не понимал.

Гоблинша, взяла не далеко стоявший стул и села за стол напротив Шуры:

— А я, Александр, случайно услышала ваш разговор, когда вы письмецо читали. Да и потом, персонаж, передавший вам посылку очень известен в узких кругах, можно сказать мой конкурент. Вот и стало мне, страсть как любопытно, что же это за персонажи ко мне в попутчики навязались. Да и потом, восемьдесят штук на дороге не валяются, а как вы понимаете, отжать их у вас дело плевое.

— А почему не ограбила, после аферы со стеклышком? — вклинился в разговор Командор.

— Так Александр про другую аферу упомянул, с куда более весомым кэшем. А то, что ты характеристики умеешь читать, это очень прискорбный факт.

— Шура, так поэтому мы глумились над ней в фургоне?

— Да Командор, я пытался вывести ее из себя. Как вы понимаете безуспешно.

— И я это запомнила, все запомнила, — крутя нож в ладони, спокойным голосом произнесла гоблинша.

— Послушайте, Командор, — обратился Шура к Компаньону, — не могли бы вы нас оставить с нашей гостьей наедине?

— А наша гостья, согласиться, остаться с вами наедине?

Гоблинша оскалилась:

— И с чего это вы решили, что после всего увиденного я спокойно вас отпущу?

"Талантливый аналитик" тяжелым взглядом поглядел на компаньона.

— Послушай, Муза, нам с тобой надо поговорить о нашем общем знакомом, информация будет весьма пикантного свойства и лишних людей в нее посвящать не стоит.

— И что же за личность?

— Дарина, — еле слышно произнес аналитик.

— Пошёл вон! — Обратилась гоблинша к Командору.

Глаза гоблинши становились бешенными и О. Бендер решил не дергать судьбу за бубенчики.

— Ждите меня в кафе через дорогу! — услышал Командор, закрывая за собой дверь.

Разговаривал Шура с гоблиншей довольно долго. О. Бендер выпил уже третий чайник чаю, и складывалось впечатления, что прошло уже часа три.

Заботливые официанты подходили к столику уже четвертый раз с резонным вопросом, не желает ли дорогой клиент расплатиться по счету. Но дорогой клиент заказывал себе еще один чайничек цветочного чая, памятуя о том, что карман его пуст, а все средства остались у компаньона. Мысли в голове роились разные: почему Шура отправил его сидеть в кафе, о чем можно говорить с этой Музой три часа, и что это еще за Дарина, а может вообще, они на пару решили кинуть его, и их давно уже нет в доме.

В кафе зашел довольный аналитик, за ним следом вошла гоблинша, нахлобучив на себе тяжелые сумки компаньонов. Без лишних церемоний компаньон уселся напротив Олега, Муза присела рядом.

— Вот знакомьтесь, Командор, моя новая протеже — Муза.

— Шура, а чем она отличается от вашей старой протеже?

— Хороший вопрос. Видите ли, Командор, мы с моей протеже нашли некоторые общие точки соприкосновений. И теперь у нее появился стимул помогать нам с нашими проектами, вот только ее доля увеличилась до тридцати процентов.

— В принципе приемлемо, — согласился Командор. — А что там была за Дарина?

Гоблинша резко достала нож из ножен и приставила его к горлу Командора.

— Если ты еще раз упомянешь это имя, я перережу тебе глотку.

Командор смотрел в глаза Музе взглядом полным стали:

— Во-первых, не ты, а вы. А во-вторых, ты — овца, кого запугать пытаешься?

Муза улыбнулась сквозь зубы и убрала нож в ножны.

— Извините, Командор, — стушевалась Муза.

— Послушайте, Командор, — встрял в перепалку Шура, — у меня к вам будет большая просьба, постарайтесь забыть это имя навсегда. И не спрашивайте, о чем мы говорили. Некоторые вещи лучше не знать. Я понимаю, выглядит это сомнительно, но поверьте в то, что Муза теперь будет нам помогать.

— Сомнительно, — это слабо сказано. Черт с вами! — разозлился О. Бендер. — Но с этих пор, я вам не доверяю также, как и ей.

— Командор, не обижайтесь, — виновато попросил аналитик.

— Я все сказал. Ладно, хватит лирики, перейдем к делам, так что с 'нумизматом'?

Такая резкая смена темы, слегка ошарашила "талантливого аналитика", с ситуацией нужно было разобраться сейчас, но компаньон дал понять, что разговаривать не намерен.

— Шура, будьте любезны, дайте мне денег. Нужно расплатиться за чай.

— Ну, уж нет, Командор. Чтоб вы сбежали, не забывайте у нас общие планы и цели. Вы будите получать деньги по мере надобности.

— Прекрасно! — раздражённо произнес Командор, вставая из-за стола.

— И куда это мы собрались? — елейным голосом поинтересовалась Муза.

— Естественные нужды, — сухо пояснил О. Бендер.

Четвертый чайник чая давал о себе знать. В силу приличного объема, выпитого акт, занял непривычно много времени. И вот когда процесс почти завершился, в мужской туалет ворвалась гоблинша. Вид справляющего нужду мужчины подействовал на Музу отупляюще.

— Вы тут? — только и смогла пролепетать растерянная Муза.

— Я-то тут, а вот какого рожна ты делаешь в мужском туалете? ИЗВРАЩЕНКА!!! — Что есть мочи заорал Командор.

Музу словно ветром сдуло, не только из мужского туалета, но и из заведения общепита. Выйдя из нужника, Командор учинил целый скандал персоналу заведения общепита, мол, что это за культурное заведение, в котором происходят такие вопиющие вещи. Владелец кафешки отношения выяснять не стал, он извинился и предложил взять все расходы по счетам на себя, как говорится, во избежание.

О. Бендер вернулся за стол. Компаньон читал какую-то местную газетенку с таким видом, словно ничего не произошло.

— Зачем же вы так с девочкой, Командор?

— А чтоб жизнь медом не казалась. Да и потом, вы сами отказались дать мне денег, а по счетам платить, нужно было. Вот и кручусь, как белка в мясорубке.

— Командор, по поводу моего разговора с гоблиншей.

— Шура, вы правы, у каждого могут быть свои секреты. У меня, кстати говоря, они тоже имеются.

У аналитика отлегло.

— Вот, например, Шура, попался мне недавно один персонаж в стеклышко, а у него приписка интересная, — Командор многозначительно замолчал.

— И что за приписка?

— Обладатель иглы Соломона.

Шура даже поперхнулся чаем после произнесенных слов. Для Командора реакция была ожидаемая, но как всегда, что-то пошло не так.

— Где вы видели? — Шура с заговорщическим видом посмотрел по сторонам, — обладателя этого предмета?

— Игл… — Компаньон закрыл Командиру рот ладонью.

— Этого предмета, — еще раз пояснил Шура.

— У каждого свои секреты.

До О. Бендера только сейчас дошло, что компаньон не был в курсе о собственном статусе, в противном случае не было бы смысла скрывать этот факт от напарника.

— Послушайте, Командор, забудьте игрока, у которого вы видели этот предмет. Я однажды совершил подобную ошибку до сих пор расхлебываю. Забудьте об этом предмете. Никогда и ни где не говорите, что вы хоть, что-то о нем знаете. Если вы с дуру ляпнете, что-то подобное, на вас откроется такая охота. Вы Командор никогда мне ничего не говорили. Я знать ничего не хочу.

— Ладно, ладно, — Олег поднял ладони к верху. — Я ничего не говорил, вы ничего не слышали. А все-таки, что это за предмет?

Шура вновь оглянулся по сторонам с самым подозрительным видом. По близости никого не было:

— Этот предмет — уникальный артефакт, даже информация о нем стоит бешенных денег, стоимость самого артефакта я даже предположить не берусь.

— А конкретнее?

— А конкретнее, Командор, вам может рассказать его нынешний владелец, потому как, кроме него эту вещь никто в руках не держал.

Командор с грустью посмотрел на компаньона.

— М, да уж. Парадокс.

А парадокс, по мнению О. Бендера заключался в следующем. Человек, который ни за какие деньги не желал стать обладателем этой самой иглы Соломона, по факту был ее обладателем помимо своей воли, да вдобавок не имел об этом ни малейшего представления. Для себя Олег решил, что не скажет компаньону о его статусе — это и будет его маленькой местью.

Отобедав за счет ресторана, компаньоны вышли на широкую улицу, солнце весело высоко в зените, пестрая толпа местных обитателей весело суетилась, торопясь по своим делам. В общем, городской муравейник жил своей жизнью. Проходя небольшую площадь, Командор обратил внимание на местного художника, который зазывал потенциальных клиентов. Парнишка был талантлив кисточкой он владел великолепно, художник рисовал шаржи и карикатуры.

— Шура, а нельзя ли мне выделить пару золотых на личные нужды?

Компаньон посмотрел в сторону уличного художника.

— Что вы задумали?

Командор хитро заулыбался:

— Маленькая месть. Одной гоблинше.

— Ну, если на месть. То конечно.

Дальше 'талантливый аналитик' расположился у небольшого городского фонтана и стал пристально следить за компаньоном. Тот в свою очередь, что-то объяснял парнишке, художнику. Художник старался изо всех сил, несколько испорченных эскизов в смятом состоянии уже отправились в рядом стоящую урну для мусора, но работа кипела, минут через двадцать довольный Командор подбежал к компаньону.

— Шура, выделите, пожалуйста, два золотых на нужды мстителя.

— А не дороговато ли?

— Поверьте, он заслужил каждый.

Шура отдал компаньону два золотых, и воодушевленный Командор вернулся к парнишке, художнику. Расплатившись О. Бендер скатал шедевр в аккуратный свиток и положил его в сумку.

— А мне покажите? — поинтересовался Шура.

— Обязательно. В свое время.

На выходе из горда Шура предложил взять в аренду лошадей.

— Как в аренду? — удивился Командор.

— Просто. Платите у конюшенного, и он отдает вам лошадь и бумаги, по прибытию в другой город, сдаете там конюшенному лошадей и бумаги.

— А если купить?

— Много геморроя, их кормить надо, содержать в специальных конюшнях. В общем, для нас это не вариант.

Выбором лошадей занялся Командор, для себя он выбрал пегого жеребца, компаньону досталась лошадь трехцветной масти, а для новой — старой протеже О. Бендер выбрал самого маленького и невзрачного осла.

Навыков верховой езды О. Бендер не имел, и езда на лошади представлялась Командору похожей на велосипедную прогулку. Истинная ситуация в корне отличалась от фантазий. Минут через десять спокойного конного шага, на приличном расстоянии от городских стен на пути, компаньоны повстречали старую знакомую.

— Я на этом не поеду! — заартачилась протеже увидев осла. — Командор, слезайте с лошади.

— С какой стати? Ты подчиненная Шуры вот с него и спрашивай.

— Патрон, я ваша подчиненная, а не клоун, с какой стати, я должна позориться на этом.

— Видишь ли, милая Муза, мы с тобой оскорбили нашего друга в его лучших чувствах. Дабы загладить вину мне пришлось разрешить Командору выбрать нам транспорт. Как видите себе он выбрал красавца жеребца, мне кобылу непонятного цвета, а тебе сие чудо местного автопрома. Мне не принципиально на чем ехать, только Командор потребовал от меня, чтоб я всю дорогу ехал на этой кобыле. И как понимаешь, милая, мы должны выполнить его волю дабы умаслить.

— Умаслить, его нужно! — гоблинша с недовольным ворчанием полезла на осла.

Смотрелась Муза комично. Помимо того, что О. Бендер арендовал самого маленького и неказистого осла с самым большим пузом, он решительно отказался оплачивать седло. Муза, сидя на ослике, которого Командор нарек Грозой Дорог, едва не касалась ногами земли, периодически скатывалась то на один, то на другой бок животного. При этом одна нога опиралась на дорогу, а вторая висела на спине Грозы Дорог. Смотрелась гоблинша уморительно, проезжающие мимо путники просто падали со смеху. В общем О. Бендер устроил шоу одной дороги. Шура юмореску оценил, но виду показывать не стал. Весело было всем, кроме Музы. Спустя пару часов гоблинша приловчилась довольно сносно держаться на ослике и шоу закончилось.

К вечеру компания остановилась на ночлег. Муза поставила палатку, набрала дров, разожгла костер, приготовила ужин, а компаньоны в это время созерцали окрестности, удобно усевшись под красивым раскидистым дубом.

— Могли бы, и помочь, — возмутилась Муза, присев к костру после проделанной работы. — Мы вроде как — партнеры и должны все делить поровну.

— А мы, милая, поровну и делим все дела, — возразил аналитик. — Вот я, например, занимаюсь теоретической частью наших планов, вся прибыль, которая до этого момента попадала в наши скользкие лапки, шла в основном от проектов Командора. Вспомни хотя бы аферу со стеклышком. А какой от тебя выхлоп на данный момент, кроме того, что мы приличную кучку лаванды потратили на твои нужды?

Возразить было нечего, и Муза притихла. Все точки над 'и' были расставлены, и дальнейшее общение компаньонов носило дружеский характер, ровно до того момента, когда гоблинша упомянула о своей давней мечте, открыть небольшой магазинчик для торговли артефактами.

Глазки Командора недобро заблестели.

— И где же, драгоценная наша Муза, ты собираешься открыть сей чудесный магазинчик?

Шура уже почувствовал неладное, он заметил этот блеск в глазах компаньона и сильно напрягся предвкушая, что-то недоброе.

— Да без разницы, хотя бы даже в том городе из которого мы выехали.

Командор сочувственно вздохнул:

— К сожалению, милая, маловероятно, что ваш магазин будет пользоваться большим спросом.

— Это почему? В магазинах артефактов всегда полно клиентов.

Командор порылся в сумке и достал скрученный в свиток листок бумаги.

— И что это? — поинтересовалась гоблинша.

— Это тебе, милая, — улыбнулся Командор.

Муза развернула свиток и лицо ее побагровело, она держала в руках поисковый лист со своим изображением. Внизу было подписано: Внимание розыск! Опасная Извращенка! Она подсматривает за мужчинами в общественных туалетах.

Лист был выполнен очень талантливо, и практически не отличался от настоящих поисковых листов, которыми в огромных количествах увешивали городские доски объявлений.

Цвет лица Музы становился багровым рука потянулась к ножу. Шура медлить не стал и со всей силы ударил ее по темечку недалеко лежавшим поленом. Гоблинша обмякла. Шура уложил ее лицом в низ и крепко связал руки за спиной. После взял в руки поисковый лист, а по прочтению долго смеялся.

— Знаете, Командор, а ведь вы были правы. Не умею я мстить.

Когда Муза вернулась в сознание, желание убить Командора усилилось многократно. Она требовала от Шуры, чтоб тот развязал ее и дал нож. Гоблинша долго орала, угрожала, умоляла патрона развязать ее, но тот в свою очередь оставался глух к ее просьбам.

— Муза, послушай меня внимательно! Если ты все-таки решишь кончить Командора, то начни с меня. Если хоть один волос упадет с головы этого человека нашим договоренностям конец. Ты это понимаешь?

— Да понимаю, развяжите! — наконец, сдалась измученная Муза.

— Я развяжу тебя завтра с утра, — еле слышно произнес 'талантливый аналитик'.

Утро для О. Бендера начинялось по-новому. Он открыл глаза, солнечные лучики затейливо мерцали в кроне дерева среди едва колышущейся листвы. Командор пробудился от сна в тот момент дня, когда еще не жарко, но уже и не холодно, самое идеальное время для пробуждения. О. Бендер высунул голову из спального мешка. Мир вокруг был наполнен жизнью, высоко в кроне чирикали мелкие птаха, стрекотали и суетились мелкие насекомые, приятно шелестели листва и придорожные травы и только один звук непонятно выбивался из всего многообразия звуков окружающего мира. Похож звук был на лязганье метала. Командор повернул голову в ту сторону, где располагался костер и увиденное его не обрадовало. Рядом с костром сидела гоблинша, она не сводила глаз с Олега и точила нож. Не торопясь и не глядя, отточенными до автоматизма движениями, взгляд был недобрый. Компаньона на поляне видно не было, как, впрочем, и его трупа, или следов борьбы. Командор присел на спальный мешок и начал смотреть в глаза гоблинше стальным взглядом убийцы, этому приему обучил Олега его старший бригады — Татарин. Так как было не совсем понятно, чем собиралась заняться Муза, Командор решил применить свое обычное правило — если, что-то не понятно тяни время. В итоге на полянке сидели два существа и со злостью смотрели друг другу в глаза. Надо сказать, что у Командора получалось на порядок лучше, видимо жизненный опыт давал о себе знать. Муза занервничала, ее даже начало слегка потряхивать, и вот когда она уже была готова сорваться и кинуться с ножами на Командора из кустов вышел Шура.

— О! А чего это вы тут делаете?

— Это мы, Шура, в гляделки играем, — пояснил Командор.

— И кто выигрывает?

— Пока ничья, патрон, — ответила Муза и вложила нож в ножны.

— Вот и прекрасно, а теперь бегом собирай вещи, — напряг 'талантливый аналитик' свою протеже. — Через три часа мы должны быть в городе Солента. Нас ждут великие дела!

— Шура, а почему мы вчера не поехали в город, а заночевали здесь?

— Видите ли, уважаемый Командор, люди, которые приходят в город под покровом ночи выглядят куда подозрительнее, чем люди, вошедшие в город днем. А Солента не является свободным город, по этой причине нам надо выглядеть соответствующе.

Компаньоны въехали на постоялый двор южных ворот благословенного города Солента. Город был торговым и перевалочным пунктом между несколькими пограничными землями. Владели им два коллекционера Ворон Лим и Палам Пепельный. За каждым стояли приблизительно одинаковые силы, и город был поделен поровну, доходы соперники получали приблизительно равные. В общем непримиримые соперники находились в жестком паритете. Ворон Лим был ставленником земель юга, а Палам Пепельный — земель востока. Долгий передел города привел к его полному экономическому упадку. Видя такую ситуацию старшие кланы пограничных земель поделили владения поровну, и запретили заклятым друзьям любые действия криминального характера. Все что осталась соперникам — это мериться размером коллекций. У хозяев города появился навязчивый фетиш, а именно у кого коллекция ценней.

На улице, шедшей от ворот к центру города толпились кучи народу, они ничем не торговали.

— Пати! Два танка и хил! — Крикнул эльф лучник с правой стороны.

— Ишак потолще, или мул! Даю пять процентов! — крикнул кто-то, с другой стороны.

— Шура, а наш ишак им не подойдет, по-моему, он достаточно толстый? — поинтересовался Командор.

После этого вопроса, Шура и Муза закатились смехом. Олег не понимал почему компаньоны покатываются с его вопроса и учтиво тянул время.

— Командор, не надо понимать все буквально, — немного успокоившись объяснил компаньон. — В этом случае ишаком или мулом является игрок.

— Я не понимаю? — удивленно произнес Командор.

— Ладно, профессор Шура проведет сеанс профессионального ликбеза. Итак, уважаемый Командор, сея пестрая толпа собралась здесь для прохождения квеста в коллективном режиме, или проще говоря — пати. Это понятно?

Олег мотнул головой в знак согласия.

— Для пати нужны несколько игроков с различной специализацией, например, танк — игрок с большим количеством жизни и большим количеством брони. Его основная задача злить врага и отвлекать на себя внимание, пока бойцы с более сильными атаками будут обнулять противника. Хил — лекарь маг.

— А осел? — не выдержал Командор.

— Ишак или мул, — поправил компаньона Шура. — Существо способное переносить большие объемы грузов. Ишак до тонны, мул свыше тонны. Самый толстый ишак — это мул. Так что чем толще ишак, тем больше лута он способен утащить. Все понятно?

— Что такое лута?

— Командор, а вы дремучий тип. Лут — это различные нештяки, которые можно добыть после гибели врага. Если враг зверье, ишаки потрошат их в прямом смысле слова, собирают органы для алхима и в желудке бывает много лута.

— Теперь более-менее понятно.

За разъяснениями компаньоны не заметили куда и как пропала Муза. Немного оглядевшись решили ее не ждать. Впрочем, нашлась она быстро.

— Патрон, я встретила соратника, он кое-что выяснил по нашему общему вопросу, нужно помочь ему.

— Это обязательно? — нервно спросил Шура.

— Без вариантов, патрон.

— Передай соратнику, выходим вечером.

— А с эти, уникумом что делать будем? — Спросила Муза, указывая на Командора.

Компаньоны сняли небольшую квартирку практически в центре Соленты. Командору отсыпали десять тысяч золотых.

— Послушайте, Командор, мне и Музе надо будет уйти на какое-то время, возможно несколько недель, поживите здесь. Примелькайтесь поищите пути обхода. Завидите знакомых. Соберите побольше информации о наших потенциальных клиентах. В общем ведите светский образ жизни и ни в чем себе не отказывайте, в рамках выделенных средств, разумеется.

— Верните мне монеты леприконов, — потребовал Олег, — если вам некогда, я сам займусь проектом 'нумизмат'.

Шура вытащил из сумки две монеты и положил их на ладонь компаньона.

— Командор, если вдруг, что-то пойдет не так, и вас кончат. После появления старайтесь не шевелиться вы возродитесь высоко на дереве. В дупле лежит ваш ларчик, колечки и немного денег. Чтоб связаться с нами напишите письмо в Риган, на харчевню 'У Пескаря', Снежане до востребования.

Олег улыбнулся.

— На деревню, дедушке.

Шура молча поднял тяжелую сумку с пола и вручил ее гоблинше.

— Нам пора, Командор, удачи вам.

— И тебе, дружище, удачи.

Компаньон ничего не ответил, он тронул Музу за плечо и вышел прочь из небольшой квартирки.

Глава пятнадцатая. О важности работы с кадрами

Утренняя суета города, слегка раздражала. Все спешили по своим делам, кто на пати, кто-то тащил лут в местные лавки. А Командор сидел в открытой уличной кафешке и созерцал хаотичное движение суетливых горожан. Чай в чашке уже остыл, впрочем, как и горячие бутерброды. Аппетит отсутствовал. Командор изучал местные обычаи и нравы.

Какой-то бедолага упрашивал бородатого гнома взять его в пати.

— Послушай, Бурин, ты же знаешь, я много могу утащить и шкура у меня толстая, за танка могу секунд тридцать постоять.

— Таранкин, не дави на жалость! — потребовал суровый гном. — Я не один в пати иду. А терять лут, из-за твоего лоховского мешка не очень хочется.

— Я туши потрошу быстро, и тащить могу тонну двести.

— Да какая разница сколько ты тянешь, если тебе лут складывать некуда.

Бронированный гном отмахнулся от здоровяка и отправился восвояси. Немного погодя история повторилась вновь, на этот раз лидером команды был орк и разговор был на много короче. Своими формами Таранкин походил на гориллу, голова и плечи были посажены плотно и покрыты шерстью, остальная часть тела была лишена шерстяного покрова и имела бурый окрас.

Что-то шевельнулось глубоко в сознании Командора, когда он услышал имя здоровяка.

Давным-давно, в том мире, он знал человека — героя первой компании с такой фамилией. Тот человек — Егор Алексеевич Траранкин, положил свою жизнь, чтоб его сослуживцы выбрались живыми, и рядовой Олег Евгеньевич Бендер был в числе тех сослуживцев. Подвиг героя Таранкина, был вписан в учебники истории золотой главой. Правда ходили слухи, что он не погиб, а очень сильно пострадал и вроде как его нервную систему отделили от тела и привязали к основному контуру. Но насколько это была правда никто доподлинно не знал.

— Эй! Уважаемый! — окликнул Командор невезучего Таранкина.

— Ты, мне? — удивился мул.

Олег в знак согласия кивнул головой. Мул Таранкин перешел улицу и подошел к столику.

— Чем могу?

— Я гляжу, ты работу подыскиваешь?

— Есть, такое, — согласился Таранкин. — А что, есть какое пати?

— Пати нет. Работа есть.

— Что за работа? — спросил крайне заинтересованный Таранкин.

— Вакантное место заместителя директора по логистики и мерчендайзингу, — произнес Олег Евгеньевич с совершенно серьезным лицом

— Чего?! — Изумился Егор.

Того Егора Таранкина О. Бендер знал хорошо. Он был приписан к соседней бригаде, но практически все время проводил со своим другом детства Татарином и его сослуживцами. Егор был простодушен, и сослуживцы частенько над ним подшучивали, впрочем, он никогда не обижался. А когда дело доходило до рукопашки в каком-нибудь баре, ему просто не было равных. Похождения по кабакам и борделям оканчивались похмельным раскаянием, не смотря на свой шабутной характер, Егор обожал свою жену и дочку. Еще у Егора была одна характерная присказка, когда он садился обедать перед началом процесса он обнюхивал тарелку и произносил: 'еда — всему голова'. Выглядело это своеобразно, но вояки люди суеверные и ритуалы напарников старались не обсуждать, какими бы странными они не казались.

— Я говорю, жрать будешь? — тем же спокойным тоном поинтересовался Командор.

— Пожрать, было бы неплохо.

— Присаживайся, — пригласил Командор за стол потенциального работника.

Таранкин убрал стул и сел рядом со столом поджав под себя ноги, на манер йога. Олег сидя на стуле был с ним приблизительно одного роста.

— Че жрать будешь?

— А че можно? — скромно поинтересовался Таранкин.

— Меню на столе, закажи что нравится, — расщедрился Олег.

— А большую порцию можно?

Командор улыбнулся и кивнул головой в знак согласия.

— А пива можно? — не удержался Таранкин.

Памятую, что одной кружки Егору всегда было мало и с одной кружки начиналась все приключения, Командор осадил соискателя.

— Слышь, уважаемый, у тебя здесь, вроде как, собеседование. А ты сей благородный акт пытаешься превратить в попойку.

— Извини, — стушевался здоровяк.

— Извините, — поправил О. Бендер потенциального наемника, — обращайся ко мне на 'вы', я все-таки твой потенциальный работодатель.

— Извините, — поправился Таранкин.

— Итак, Таран, меня в этом мире знают, как Командор…

— А откуда вы знаете, что меня Тараном зовут? — перебил спич потенциального работодателя, потенциальный заместитель генерального директора по логистике и мерчендайзингу.

Командор явно начал нервничать, на ум приходила только одна аллегория: простота — хуже воровства.

— Видишь ли, Таран, моя бабка была ведьмой, она умела сжигать людей взглядом, а я унаследовал от нее всего лишь экстрасенсорные способности. Ну там, мысли читаю, геморрой лечу по фотографии.

Таранкин от удивления даже рот открыл:

— По чьей фотографии? — только и смог спросить потенциальный сотрудник.

— По фотографии геморроя! — Взорвался Командор. — Таран не тупи, я здесь сижу больше часа, и смотрю, как каждая мимо проходящая пати тебя отшивает, и каждый к кому ты обращался называл тебя либо Таран, либо Таранкин!

— А! А я подумал вы и правда энстросекс.

У 'генерального директора' задергался глаз, в руке была сжата чайная ложечка и похоже, что он собирался ее применить не по назначению. Неизвестно чем бы закончилось собеседование, если бы официант не принес приличных размеров тарелку с огромным стейком. Олег Евгеньевич уже было собирался послать потенциального работягу лесом, но увиденное далее заставило его передумать. Таранкин поводил носом над тарелкой и произнес: 'еда — всему голова'. А после не используя столовые предметы принялся с жадностью пожирать огромный стейк. Все сомнения по поводу нового сотрудника были отметены, за столом с Олегом сидел его бывший сослуживец — Егор Таранкин. Именно этот, в прошлом человек, спас многие жизни ценой собственной. В числе коих был и наш покорный слуга. Увиденное остудило пыл Командора, гнев как рукой сняло и О. Бендер с интересом наблюдал, как старый друг разбирается с огромным сочным куском мяса. Покончив со стейком Егор Таранкин перевел взгляд на потенциального работодателя. Командор с некоторой ленцой, но по-доброму, наблюдал за процессом уничтожения отбивной. Для себя Олег Евгеньевич уже решил, помочь Егору, во что бы то не стало. Все-таки долги надо возвращать, но о своей личности, Командор решил не распространяться. Незачем ему знать лишнее.

— Ну, так что? Я пойду? — произнес Таранкин, разобравшись с завтраком.

— Куда? А собеседование?

Видимо, мул Таранкин оценив все им сказанное ранее, сделал выводы о собственной профнепригодности на такую высокую и не совсем понятную должность. И теперь ждал, что сидящий перед ним человек в лучшем случае отправит его в далекую перуанскую деревушку, с незамысловатым, но не вполне культурно звучащем для русского уха названием. А в худшем заставит оплатить съеденное.

— Послушай, Таран, был у меня один знакомый. Вроде толковый парень, и руки золотые. А как на собеседование приходит, дурак дураком. Вот и пришлось бедолаге в армейку идти, потому как на гражданке не мог найти применения своим способностям.

— Вот и у меня точно такая же история, — с удивлением отметил Егор.

Еще бы она была у него другой, Командор пересказал жалобу сослуживца слово в слово.

— Я, Таран, не смотрю на то, как человек ведет себя за столом, или разговаривает. Я вижу потенциал. А твой потенциал меня устраивает.

Егор выдохнул с облегчением. Еще есть шанс исправить ситуацию.

— А чем я буду заниматься, если все-таки вы меня возьмете на работу? — с легкой нервозностью поинтересовался Егор.

Тяжело выговариваемая должность рисовала смутные перспективы офисной работы.

— А чем ты сейчас занимаешься?

— Ишачу, — подвел итог Таранкин.

— Вот и на меня ты будешь ишачить, в принципе все тоже самое, только для одного человека или двух, ну в крайнем случае трех.

— А сколько с лута вы будите мне отдавать? Пять процентов меня вполне устроят, — опередил события Егорка.

— Я планировал тебе четверть отдавать, но, если ты хочешь пять процентов, пусть будет так.

Таранкину даже взбледнулось после слов Командора. Поняв сколько прошляпил, он даже прикусил губу до крови.

— Успокойся, Таранкин, в нашей… — Командор некоторое время подбирал подходящее слово — Организации, на данный момент, три человека, точнее два человека и гоблинша. Прибыль со всех проектов будем делить поровну.

— А чем вы конкретно занимаетесь?

— Мы, Таранкин, профессионалы особого рода. Делаем из двух четыре.

Что такое сделать из двух четыре, Егор Таранкин знал прекрасно, в армейки этим занимались практически все, в том числе и он в компании Татарина, О. Бендера и Птаха. Продать местным аборигенам ворованное топливо, тиснуть пару ящиков тушняка, или даже на боевом боте утащить тяжеленный дизельный генератор, а полученные с дел деньги поделить и пропить у местных, не оставив даже на опохмел.

Таран не любил такие мероприятия, но способ уговорить сослуживца был, и этим способом были две кружки пива, после которых Егора тянуло на приключения. С утра приходило похмелье, осознание содеянного и раскаяние, но было уже слишком поздно.

Взгляд Тарана погрустнел, ему явно не нравилось предложение Командора.

— Пожалуй, я пас! Не люблю я это занятие.

— Послушай, Таранкин, я не предлагаю откровенный криминал, я не собираюсь грабить нищих старух, отнимая у них последнее. Я предпочитаю гусей пожирнее. Все по доброй воле. И с каждого подобного мероприятия четверть дохода твоя.

В душе героя первой компании происходила нешуточная борьба, силы зла, в лице Командора завлекали его в мир полный богатства и непотребства, а природная порядочность и совесть требовали бежать от этого искусителя как можно быстрее.

— Нет! — наконец, не вполне уверенным голосом произнес Егор. — Я отказываюсь, это не по мне.

— Ну, вот и славно, — улыбнулся Командор. — В любом случае, я буду завтракать в этой кафешке каждое утро на этой неделе, заходи. Завтрак с меня, может даже пивка поставлю.

— Я же сказал, что не буду на вас работать.

— Я слышал, но, если все-таки надумаешь, найди меня здесь.

На этом два бывших сослуживца и распрощались. Мул Таранкин ушел дальше испытывать удачу. А у Командора намечалось очень много важных и неотложных дел.

Весь день О. Бендер метался словно хомячок в беговом колесе, он обследовал все бары и ресторанчики завел себе много знакомств с местными трепачами, как говорится, что у пьяного на уме — можно узнать, налив ему стакан. Весь день Командор слушал различные истории местных алконавтов. Вечером из огромного объема бреда, который был выслушан за весь день, О. Бендер аккуратно свел воедино драгоценные крупинки ценной информации. Картина получалась следующая. Ворон Лим и Палам Пепельный два непримиримых соперника, раз в году устраивали показательные приемы. Приемы проходили с разницей в один день. Сперва у Пепельного, а на следующий день приглашенные коллекционеры плавно перемещались к Лиму. Данное событие протекало с обильными возлияниями, или проще говоря трехдневная попойка. На третий день почтенная комиссия перемещалась в самый дорогой ресторан Соленты, и там уже, под рюмочку чая выносила решение, у кого, все-таки, коллекция богаче. Местные выпивохи ждали этого дня — словно дети новый год. В результате, победивший коллекционер угощал дешевым пойлом всех местных выпивох. Это светлое событие должно было состояться через три недели. Весь остальной год непримиримые коллекционеры устраивали платные экскурсии по своим коллекциям. Также Командор узнал, что в доме у пепельного работает любовница одного из помощников Ворона — Зорина, судя по имени тот был гномом.

Разложив все по полочкам Олег погрузился в тяжелый похмельный сон.

Утро началось ужасно. Командора разбудил настойчивый стук в дверь, в нее не просто стучались, а ломились. Олег, еще не протрезвевший после вчерашнего сбора информации, сделал грандиозное усилие и открыл правый глаз.

Здесь, дорогой читатель, я должен предупредить тебя о вреде потребления спиртного, а также курения и употреблении наркотических средств, еще очень вредно посещать дома терпимости без специальных защитных средств, употреблять допинг и неправильно питаться. Береги свое здоровье!!!

Каждый громкий удар в дверь отдавался тяжким эхом в голове. Приложив еще немного титанических усилий Командор, шатаясь, подошел к двери, отодвинул засов и отворил дверь. За дверью стоял Таранкин.

— Я это. Обдумал ваше предложение.

Олег Евгеньевич представлял из себя эпохальное зрелище. Во рту пересохло до такой степень, что ответить словами не было никакой возможности. Он только кивнул головой в знак согласия, мол, заходи. Дальше Командор добрел, шатаясь до кровати, рухнул на нее и тут же вырубился. Ох и не легкое это дело — сбор информации.

Оклемался О. Бендер во второй половине дня, на прикроватной тумбочке стоял графин с водой, не далеко на старом обшарпанном табурете сидел, а вернее дремал, Таран. Командор присел на край кровати и принялся с жадностью опустошать содержимое графина. После растолкал мирно спящего Таранкина.

— Ты чего здесь делаешь, и как вообще нашел меня, Таран?

— Долго ли умеючи. Я тут местный. И это, я решение принял. Про работу.

И без того, сумбурная речь бывшего сослуживца резонировала в черепной коробке головной болью.

— Таран. Выражайся яснее.

— Короче, Командор, я согласен. Но грабить старушек, я категорический отказываюсь.

— А какого лешего, ты с утра ко мне ломился?

— Так, вы же сказали, что каждое утро будите завтракать в кафе 'У Мурата'.

— Ну сегодня видимо не буду.

— Так вы и вчера не завтракали.

Командора словно током ударило:

— Как, вчера не завтракал? Мы же вчера с тобой разговаривали с утра.

— Командор, это было позавчера.

О. Бендер был слегка ошарашен происходящим. Он растерянно присел на край кровати:

— Вот это я насвинякался! У меня конечно разные попойки были, но чтоб дни вылетали в первый раз.

— Ха! Насвинякался! — улыбнулся Егор. — Давно я этого слова не слышал. У меня друг есть. Там. Татарин, так он часто употребляет это слово.

Командор только растеряно улыбнулся в ответ:

— У меня тоже был друг, который любил употреблять это выражение, пусть земля ему будет пухом. Ладно перейдем к делам нашим скорбным. Значит, ты — уважаемый Таранкин, решил перейти на темную сторону.

— Да, — скупо ответил Егор.

— А что с подвигло тебя поступиться своими принципами и нормами морали?

— Чё?

— Я говорю, что произошло, ты же не хотел этим заниматься?

— Деньги нужны, дочке нужно институт оплатить.

— И много тебе нужно?

— Четыре тысячи двести семьдесят кредитов, — нервно ответил Егор. — Если вы до вечера отойдете, может грабанем кого-нибудь.

О. Бендер нервно тер виски и без того больной головы, предложение бывшего сослуживца боль только усилило.

— Послушай, Таранкин, я не занимаюсь грабежом. Наши потенциальные клиенты должны сами, добровольно отдать нам наши, относительно честно заработанные средства.

— Мне просто деньги нужны срочно. До завтра нужно плату внести, — сумбурно пояснил бывший сослуживец.

Командор пошарил под кроватью и достал два кожаных мешочка. Один был туго набит, а из второго средства уже изымались. Олег выгреб пригоршню монет из одного мешочка и положил их на прикроватную тумбочку. После оба мешочка с монетами он вручил Егору. Надо было видеть лицо бедного Егора Таранкина. Он растерялся и даже, как-то начал мычать от волнения.

— Здесь около десяти штук, — в своей обычной спокойной манере начал разговор О. Бендер. — Все деньги брось себе на счет. Пять тысяч твоя первая зарплата, на испытательном сроке.

Таран, словно загипнотизированный смотрел на два кошеля набитые золотыми монетами.

— Завтра с утра купи, что-нибудь пожрать и приходи сюда. Будем мозговой штурм проводить.

— Это? А может расписку там? — начал вновь невнятно лопотать Егор.

— Бери деньги и проваливай! Придешь завтра с утра.

Таранкин противиться не стал, он сгреб в охапку два мешочка с монетами и не прощаясь скрылся за дверью. А Командор рухнул на кровать, лицом в подушку. Последняя мысль, которая его посетила:

- 'А хорошо бы он меня кинул'.

На утро чуда не произошло. Открыв на стук дверь, Олег узрел стоящего у входа Таранкина, в руках он держал приличных размеров пакет.

— Это. Завтрак, — Только и смог вымолвить Егор.

Командор высунул голову за дверь, посмотрел с самым подозрительным видом, сначала в одну сторону коридора, потом в другую. Коридор был пуст.

— Заходи, Таран.

На завтрак новоиспеченный сотрудник притащил, пельмешки здоровый кусок пирога и бутылку напитка по вкусу очень напоминающего квас. Впрочем, про себя новый сотрудник тоже не забыл, он скромно заказал себе огромную отбивную, естественно за счет работодателя. После завтрака Командор ввел нового сотрудника в курс дела, обрисовав общие цели операции 'нумизмат'. Новый сотрудник оказался весьма ценным кадром. С момента появления в 'Другом Мире' Таранкин жил только в одном городе — Соленте. За годы проживания он изучил этот город вдоль, поперек и по диагонали, он знал каждую собаку в городе. И свободно мог рассказать про любого игрока, проживающего на территории Соленты. Таранкин дал полный и подробный расклад на окружение соперничающих коллекционеров. О. Бендер был поражен, на сбор информации он планировал потратить еще около двух недель, и приблизительно около трех четвертей своего здоровья, а здесь такой подарок.

— И где ж ты раньше был, Таранкин?! — С горечью поинтересовался Командор, думая о 'пропущенном' дне.

К обеду генеральный директор и его заместитель по части логистики и мерчендайзинга, покинули маленькую съемную квартирку, и вышли на просторную пыльную улицу славного города. Сегодняшний день О. Бендер решил посвятить подробному знакомству с местными достопримечательностями. Экскурсию проводил — герой первой компании и по совместительству местный житель Егор Алексеевич Таранкин. Новый сотрудник протащил начальника по всему городу, показав ему все без малейшей утайки. Все лучшие и худшие магазины и торговые лавки, дома терпимости различных пошибов, Лучшие и худшие рестораны, (по мнению местных гурманов), отели и конюшенные дворы. В общем Командор и его протеже излазили город вдоль и поперек. Пропустили лишь центральную площадь.

По дороге домой внимание Олега привлекла вывеска, подсвеченная огнем неона, в том мире, рекламные огни неона дело привычное. Но здесь они казались какой-то дикой магией, чем-то совершенно не вообразимым. Командор с удивлением смотрел на доску объявлений борделя с незамысловатым названием 'Веселые монашки'.

— Все так реагируют, — Пояснил Таран глядя на реакцию босса. — Есть у меня друганя, Лохматый Звездочет, так вот, это его работа.

— А подробней?

— Ну, Лохматый — алхимик, по дурости неправильно начал прокачивать способности, он что-то говорил про возможности видеть способности игроков исходя из цветового спектра. В общем он долго объяснял, только я ничего не понял. Короче, он сильно просчитался. В итоге все, что у него получилось, так это неоновые краски.

— Таран, все равно парень талант, на этом состояние можно сделать.

— Гы! — ухмыльнулся Таранкин. — Он тоже самое сказал. Куча народу закупили себе эти краски для вывесок, очередь была неимоверная. А через три дня эти краски потухли. И тут все вчерашние клиенты принялись гонять Лохматого по городу и всем местным окрестностям. Сейчас у него есть несколько клиентов, но покупают они очень мало.

Босс с интересом продолжал рассматривать красивые аккуратные буквы, светившиеся голубоватым неоновым цветом.

Вернулся Олег в съемную квартирку глубоко за полночь. План 'Нумизмат' уже был полностью готов и разложен по полочкам, осталось самое малое — привести его в исполнение.

Воскресное утро выдалось прохладным и дождливым, Игроков на улицах практически не было. Все отсыпались после субботней ночи. За столиком под навесом уличной кафешки сидели Командор и его протеже. Таранкин, снова уничтожал какую-то мясную снедь, а О. Бендер приводил в порядок мысли, созерцая картину воскресного дождливого дня.

Егор доел мясо вытер жирные руки об свое брюхо и с довольным видом констатировал.

— Давно я так не ел.

— Угу, — скептическим тоном согласился Олег. — Со вчерашнего вечера.

— Да нет. Я вообще говорю. Уже забыл, когда нормально питался.

— И так, дорогой подельник, настало время открыть тебе великую тайну операции, — речь Командора, по доброй традиции, сочилась пафосом. — Сегодня тебе, уважаемый Таранкин, предстоит перейти на темную сторону! В скором времени все блага этого мира лягут к нашим ногам. Но сначала нам придется немного поработать.

Протеже проникся речью Командора.

— Что нужно делать, Командор?

— Договорись с людьми Палама Пепельного, чтоб нам с тобой устроили экскурсию.

— Это будет стоить две тысячи, — перебил Командора протеже.

— Договоришься на завтра, скажешь, что подойдет, вроде как какой-то коллекционер и его помощник, скажут, что от тебя.

— А дальше?

— В полдень встретимся в кафешке и прошвырнемся по магазинам. Надо будет кое-что прикупить для карнавала.

К обеду Егор вернулся с плохими новостями. Пепельный уехал из города и вернется только через три дня.

— М, да уж! Ну что ж, операция "Нумизмат" откладывается на несколько дней по независящим от нас причинам, — озадаченно произнес О. Бендер. — Тем лучше, больше будет времени на подготовку.

— Вы по магазинам собирались. Куда пойдем?

— Нам нужно приобрести реквизит, какой пока и сам не знаю. Разберемся по месту.

"Генеральный директор" и его зам не торопясь выдвинулись в торговый квартал. На торговой площади славного города Солента кипела жизнь. Шла бойкая торговля. У лавок торговались игроки, сбивая цену. Где — то позади какой — то игрок кричал? что у него подрезали кошелек. В общем шел обычный воскресный денек.

— Эй, дорогой, подходы! Скидка сдэлаю хороший! Лудшый тавар на этат рынка! — пригласил оценить товар, старый бородатый гном стоящий неподалеку.

— Это Рубен, он продает рухлядь втридорога, — подсказал Таранкин. — Не стоит тратить на него время.

Командор улыбнулся в ответ:

— Таран, на рынке два дурака, один продает, другой покупает. Поглядим ассортимент.

Рубен и в самом деле торговал рухлядью. В принципе вещи были не плохие, но их состояние оставляло желать лучшего.

— Э! Есть фсе што душэ угодно! Вот сматры, браня орара, на гнома шмот эпик ест, сумк ест, харошы на твоего дутлана. — Рубен указал пальцем на рядом стоящего Таранкина.

— А вот за дутлана, ты сейчас в бубен словишь!? — возмутился Командор.

— Я дутлан, — пояснил Таранкин. — Раса такая.

— Тьфу на тебя, Таранкин, вводишь человека в заблуждение.

— На тыбя мычи есть. Есть эпик Мэч орара.

— "Да уж тут хоть мычи, хоть не мычи, а без понимающего игрока не разберешься".

— Ты его до сих пор не продал!? — поразился Таранкин. — Давно бы сдал, как лом.

— Нэт! Он эпик. Вэш ценая.

— Да ты чего, Рубен. У нас даже класса такого нету. Кто ж его купит.

— О чем речь, коллега? — деловито поинтересовался Командор у Егора.

— Командор, этот жадный идиот, думает, что сможет продать испорченные доспехи орара и сломанный эпик меч.

— Таранкин, я начинающий игрок и предмет спора мне не понятен. Пояснил пожалуйста простым, человеческим языком.

— Была, тут у нас несколько лет назад заварушка, — начал свое повествование Егор. — Так вот, один игрок сильно разозлился на наших теперешних хозяев города. Он нашел где-то сундук рубинов. И нанял в высоком храме трех ораров. А орар, Командор — это хрен знает, что и сбоку бантик. Это такие зверюги. Нашим нынешним боссами даже объединиться пришлось. В общем, всем городом эту троицу выносили. Одного угробили, а двое других сами ушли. А этот товарища подсуетился и под шумок утащил доспехи и сломанный меч.

— Занятная история, а где ты говоришь таких зверюг найти можно?

— В высоком храме, но там нужно хорошее отношения с богами, плюс кучу качественных рубинов. Тут половину города холодный пот прошибает, когда они просто слышат об этих тварях.

— Эй, уважаемый! — обратился Командор к торгашу, — сколько хочешь за броню орара и меч?

Рубэн был слегка шокирован таким предложениям, как, впрочем, и Таранкин.

— Восэм тысыч, золота хачу.

— Таранкин, а сколько он получит, если сдаст это на вторсырье?

Таранкин почесал голову, произведя не хитрый подсчет:

— Четыре сотни серебрух, максимум.

— Эй да ты што, такой рэдкий вэщь стоит как минимум Сэм тыщ.

— Послушай, как тебя? — обратила О. Бендер к торговцу.

— Рубэн! — подсказал протеже.

— Да. Послушай, Рубэн, я очень не люблю торговаться, но то, что ты пытается продать за такую цену никому не нужно. Я уверен, что я первый и пока единственный покупатель, который обратился к тебе с просьбой продать этот хлам. Я назову тебе хорошую цену один раз, если ты скажешь, нет, то эти "эпические" шмотки навсегда останутся у тебя. И так моя цена четыреста золотом.

Рубен взмахнул руками.

— Эй, грабить меня хочищь!? Иди отсуда, чтоб мой глаза тыбя не видял, варюга!

Командор противиться не стал, и подельники направились дальше по торговой площади прочь от лавки. Рубен, осознав всю плачевность своего положения, и оценив перспективы, принял единственно правильное для себя решение.

— Эй, куда пашёл, хади сюда, обратно! Я согласный!

Компаньоны приобрели, изрядно помятую броню и эпический меч орара, в не менее эпических ножнах. Долго разбираться не стали. Егор аккуратно сложил все части в купленный здесь же плащ бордового цвета, получилась довольно объёмная вязанка и водрузил содержимое себе на плечи. Подельники двинулись дальше. Для себя О. Бендер приобрел костюм тихушника эльфа и красивый плащ, который не давал никаких бонусов, его основной и единственной функцией была защищать путника от небольшого дождя и не очень сильного ветра. После Таранкин отвел босса к местному талантливому кузнецу.

— Вот, Командор, знакомьтесь. Это Зубило.

Орк в фартуке кузница протянул испачканную в саже пятерню. Олег пожал крепкую руку.

— Командор, — сухо представился Олег.

— Так, чего хотели уважаемый, Таран говорил, что у вас какой-то спец заказ.

Командор показал взглядом на свернутый тюк, Зубило бесцеремонно развязал тюк и осмотрел доспехи.

— Знакомые вещички, пару насечек оставил лично, — с гордостью заявил кузнец, — во что будем перековывать?

— В броню орара, — сухо ответил клиент.

Ответ ввел Зубило в ступор.

— Зачем? Починить эту броню будет стоить дороже, чем купить новую, да и потом, что вы с ней делать собрались. Я не встречал еще ни одного игрока орара. Их просто не существует. А за меч я и браться не буду, я его просто починить не смогу.

Кузнец завелся не на шутку, а О. Бендер смотрел на него добрым безмятежным взглядом.

— Зубило, ты сможешь навести лоск.

— В смысле? — озадачился кузнец.

— Ну знаешь, когда продают старую машину, ее подмарофетят внутри порядок наведут, чтоб она блестела. Здесь нужно сделать приблизительно тоже самое.

— Это запросто, — ответил кузнец. — Только броня сыпаться начнет если ее в бой пустить.

— Зубило, я коллекционер, — соврал Командор, — Мне нужно, чтоб она блестела, поправь вмятины, отполируй.

— А меч?

— Ножны, ручка и гарда должны сиять.

— Стоить будет пятьдесят блестях и заберете в конце недели, — подвел итог кузнец.

— Не пойдет, — озадачил Командир Зубило.

— Уважаемый тут работы много доспехи немаленькие. Да и меч с вас размером, — начал оправдываться кузнец.

— Все это, мне будет нужно через три дня. Плачу двести пятьдесят.

У кузнеца пропал дар речи.

— Ну что, Зубило, возьмешься за работу, или другого добровольца поискать?

— Сделаю, — только и смог ответить шокированный Зубило.

— Вот и славно, через три дня Таран заберет доспехи.

С этими словами Командор покинул лавку кузнеца и вышел на широкую мостовую.

— Куда дальше, босс?

— Теперь, Таран, нам надо приобрести немного чудо краски твоего друга.

— Сегодня не получится. Он игрок. И в выходные уезжает на дачу.

— Тогда, уважаемый Таранкин, почему бы нам не пропустить по кружечки пенного.

Глава Шестнадцатая. В которой герои очень много пьют и очень мало закусывают

Дорогой читатель, как я упоминал ранее, все 'приключения' сослуживцев начинались с фразы 'А не пропустить ли нам по кружечки?'.

Передел собственности в благословенном городе Солента закончился несколько лет назад, и он постепенно стал приобретать славу спокойного города, в котором можно поселиться для комфортного проживания. Но эта ситуация закончилась ровно в тот момент, когда Командор предложил выпить бывшему сослуживцу, по одной, потому как бывших военных не бывает. За одну буйную ночь криминогенная обстановка в городе выросла в десятки, а то и в сотни раз.

— Я за! — с радостью согласился Егор. — Есть тут одно недорогое местечко.

— Ну уж нет, уважаемый младший сотрудник! Мы хорошо поработали и заслужили приличный ужин в шикарном месте.

— Давай самый дорогой ресторан. Гусарить, так гусарить!

Прижимистому Таранкину идея не понравилась, но босс был настойчив. А после кружки холодного пенного ему стало вообще по барабану. Лучший ресторан города 'Шелковая Миля' встретил гостей хлебосольно. Интерьер был великолепен, роскошен и в то же время прост и строг. Официанты все, как на подбор. В общем, богемное местечко для утомленных тяжестью кошелька изысканных клиентов.

С пенного экс сослуживцы переключились на напитки покрепче. От заказа блюд Егор Таранкин отказался категорически, мотивируя это неоправданно высокой ценой и высокомерием обслуживающего персонала, Олег спорить не стал и в знак солидарности тоже отказался от плотного ужина. Компаньоны самым тщательным образом прошлись по винной карте. С повышением градуса богемное местечко начинало нагонять тоску, и бывшие сослуживцы решили переместиться в место повеселей. Долго не могли дозваться официанта и в конечном итоге терпение Таранкина иссякло.

— Командор! — произнес Егор заплетающимся языком. — Идите на улицу и ждите меня у входа, я тут договорюсь и скоро выйду.

Пьянющий в хлам Командор только мотнул головой и, шатаясь, направился на широкую просторную улицу. Долго ждать младшего научного сотрудника не пришлось. Он вышел из заведения держа под мышкой ящик вина. Без лишних слов Егор схватил Командора под руку и практически потащил начальника за ближайший угол. После того как подельники скрылись за углом, у входа в 'Шелковую Милю' начался какой-то кипишь. Несколько официантов разбежались в различных направлениях, явно кого-то разыскивая.

— А это, я так понимаю, Таранкин, на сдачу дали? — поинтересовался Олег, глядя на ящик.

— Меня не устроил сервис, а это компенсация.

— Резонно! — согласился Командор.

— Куда двинем, босс?

— А где мы еще не были?

— В центре! — предложил герой первой компании.

— Тогда в цент! Веди меня Сусанин!

И Сусанин повел. Подельники какое-то время плутали по узким улочкам и переулкам. Сделав очередной поворот, подельники вышли на широкий проспект. На просторной улице веселилась толпа, происходившее вокруг очень походило на карнавал. Различного народу было неимоверное число, художники рисовали, барды пели песни и играли на различных инструментах, на лавочках сидели небольшие, мирно выпивающие компании. Подельники с удовольствием влились в общую массу и теперь пробирались в сторону центра, периодически останавливаясь у какого-нибудь барда послушать песню. Егор Таранкин с ящиком вина двигался впереди, попутно рассказывая интересные истории, происходившие на этих улицах. Подельники уже напрочь забыли про 'Шелковую Милю', когда произошел пренеприятный инцидент.

Официант 'Шелковой Мили' схватил Командора за руку.

— Попался, Голубчик!

— По какому праву! — заорал заплетающимся языком Командор.

Труженики ресторана в подобной ситуации старались работать по четко отлаженной схеме. У них уже была прикормлена местная стража, официант старался дотащить подобного бедолагу к стражнику без особого шума, а потом они на пару выгребали у того последнее. Обычно, во избежание больших проблем, подобные бедолаги предпочитали отдать последнее. Но на сей раз случай не являлся рядовым. Егор, поняв, что происходит, начал горланить на всю площадь.

— Что творится! Уважаемые игроки! Тут какой-то мошенник новичка ограбить пытается! Уважаемые! Что ж вы смотрите!

От подобной наглости труженик ресторанного бизнеса на секунду растерялся, но этой секунды вполне хватило. Вокруг уже собралась толпа, бедный официант пытался, что-то объяснить, но Таранкин ревел громче, заглушая невнятный лепет растерянного бедолаги. Завел толпу Егор Таранкин знатно. Люди вокруг ревели, кричали, и уже не было понятно, что вообще происходит. Толпа требовала справедливости. Огромная рука Егора Таранкина вырвала босса из цепких лап нерасторопного служителя ресторанного бизнеса. Теперь в толпе негодующих официант находился один, а подельники медленно выбирались, продолжая выкрикивать лозунги: 'Нет ворюгам!', 'Каков наглец, новичка обворовать!'! Чем закончилась запущенная Таранкиным волна народного негодования подельники так и не узнали, исчезнув в соседней подворотне. Дальнейшее движение к центру города периодически прерывалось, если встречался какой-либо местный бар. Бывшие сослуживцы заходили пропустить по кружечке, а после шли дальше к намеченной цели. В одном из баров подельников пытались даже опоить, но прошаренный Таранкин раскусил подвох сразу. Компаньоны подняли вой и их просто выставили за дверь, но бутылочку с отравленным пойлом Командор все-таки прихватил с собой.

— Таран, друганя! А как это, отравленное пойло?

— Вы, босс, это уже испытывали на собственной шкуре, когда день потеряли. В общем полный аналог клофелина.

Озарение яркой вспышкой мигнуло в замутненном сознании Командора и тут же погасло. Огромное количество выпитого алкоголя, требовало свободы.

— Таран, мне нужно припудрить носик.

— Босс, соседняя подворотня в полном вашем распоряжении.

О. Бендер спорить не стал и походкой моряка на суше проследовал в указанном направлении. И все бы было ничего, но подворотня выходила прямехонько к центральной площади, а если точнее, непосредственно к воротам казарм городской стражи. И как ты понимаешь, дорогой читатель, такое обстоятельство не могло обойтись без кого-либо происшествия.

Изрядно облегчив душу, О. Бендер обратил внимание на ту часть подворотни, которая выходила к центральной площади. Какой-то коротышка нервно поглядывал за угол, совершенно не обращая внимание, на то что происходит у него за спиной. Не смотря на сгущающиеся сумерки, и помутненное сознание, Командор с легкостью опознал это существо. Перед его глазами стоял, а вернее нервно заглядывал за угол — леприкон. Командор вернулся за Егором.

— Таран, давай за мной. Только, тсс… — поднес палец к губам еле стоящий на ногах О. Бендер.

Егор кивнул головой в знак согласия и последовал за боссом.

До леприкона оставалось шагов пять, когда Командор остановился и показал пальцем в его сторону.

— Да это же леприкон! — во всю глотку гаркнул Егор.

Шокированный поганец со страхом в глазах смотрел на две в хлам пьяные потенциальные угрозы. Для леприконьего племени, поганец был довольно толст и неповоротлив, но даже не смотря на лишний вес ему не составило труда убежать от подельников.

— Таран, Таран! Язык твой — враг мой!

— Извини, Командор. Не сдержался. Никогда не видал леприконов.

— Да, бог с ним, а чего это наш пухлик здесь высматривал?

Егор пожал плечами. Командор направился обратно в подворотню, шатаясь подошел к углу и стал внимательно рассматривать площадь. На площади стояла небольших размеров клетка, вокруг которой резвилась местная мелкота, периодически кидаясь камнями в обитателя. Охраняли клетку, помятого вида палач и не менее мятого вида стражник. Им явно было плохо, особенно палачу. Подельники шатаясь подошли к клетке, уселись на скамью, стоящую рядом и стали с интересом рассматривать происходящее вокруг, распивая компенсацию из 'Шелковой Мили'. В небольшой клетке, забившись в угол, свернувшись калачиком и прикрывая голову руками, сидел забитый леприкон. Местные мальчишки придумали интересную забаву. Когда узник убирал руки от головы, они кидались в него небольшими камушками. И если камень попадал в лицо, вся эта мелкая сволочь начинала радостно улюлюкать и поздравлять меткого стрелка. Охранник и палач с апатией несли возложенную на них задачу и совершенно не вмешивались в игры местной шпаны. Палач, седобородый эльф, давился слюной, глядя на то, как подельники выпивают на лавочке. Шпана отвлеклась на мгновение, дав небольшую передышку измученному узнику. Леприкон убрал руки, и затравленный взгляд упал прямиком на Командора. Все лицо узника было в синяках и ссадинах, но Олег узнал своего старого знакомого. Без сомнений, это был Блупик Шкода. Блупик, в свою очередь, тоже узнал недавнего каторжанина. Бедолага растерялся, у него нервно задергался глаз.

— Ты сволочь! Это все из-за те… — закончить фразу не дал представитель местной шпаны, зарядив увесистым камнем ровнехонько в лоб.

Командор вложил два пальца в рот и из-за всех сил свистнул. Шпана разбежалась в разные стороны, оставив бедолагу в покое.

— Эй, уважаемый, — обратился Командор к седобородому эльфу, — не желаешь ли выпить?

Палач с радостью замотал головой.

— Было бы очень неплохо, почтенный!

Уважаемый старик оказался весьма прытким, он осушил бутылку в несколько глотков. Щеки порозовели, а нос стал сизым.

— Вот спасибо вам, добрые господа, я уж думал не доживу до конца смены.

Старичку явно полегчало.

— А скажи-ка, отец, что это за зверь у вас в клетке сидит?

— А это, мил человек, репликон. Говорят, сволочь редкостная.

Этого несколько месяцев назад на корабле с Турамса поймали. А я тебе так скажу, уважаемый, с Турамса ничего путного не приходит. — Закончил свой спич старик, периодически косясь на открытую бутылку вина.

— А не выпьешь ли с нами еще, отец? — поинтересовался Командор.

— А чего ж не выпить с хорошими то людьми? Да особливо ежели они угощают?

После второй бутылки старик разомлел. Начал рассказывать разные истории из своей жизни, а в конце даже к себе ночевать пригласил.

— Только у меня это… барсук на сеновале завелся. Половину курей передавил. А может вы его… того? Вы, вроде, ребята здоровые.

— Чего того? — удивился Командор.

— А… Так вот, как у старика квест брать нужно! — Егор с удивлением посмотрел на Командора. — Босс, поздравляю! Ты сейчас решил головоломку, над которой бьются практически все в этом городе.

Олег гордым взглядом посмотрел на подчиненного.

— Да я такой! А теперь объясни, что я все-таки сделал?

— Это последняя часть социального квеста — нужно получить задание у местного палача, чтоб поднять репутацию с городом на полную.

— Ну и что будем делать, уважаемый младший сотрудник?

— Делать все равно нечего, а до нас этот квест никто не выполнял. Надо брать, — резюмировал Таранкин.

— Мы согласны отец, показывай свою зверюгу.

Отец не торопясь поднялся с лавки и, шатаясь, побрел прочь с площади.

— Эй, отец, а как же узник? — крикнул вдогонку Командор.

— А че с ним будет? Он в клетке, ключ только у меня. Клеть возле казармы стоит, какой дурак здесь чудить будет? Никуда он не денется, мы его ночью даже не охраняем.

Проживал палач за стенами славного города. Его небольшой домик был аккуратен и прост.

— Ну, батя, показывай где твоей зверек, сейчас я ему глаз на лапу натяну, — расхорохорился Егор.

— Вон там, — указал старик на курятник.

Судя по звукам, в курятнике творилось черти что. Из небольшого сарайчика доносились шум, возня и кудахтанье возмущенных кур. Через какое-то время шум затих, и из небольшого курятника, через маленький прямоугольный проем для входа и выхода курей, высунулась толстая барсучья морда. Из ее пасти свисала мертвая курица. Совершенно не стесняясь и не обращая никакого внимания на вновь прибывших, тварь не торопясь пошла к сеновалу. Герой Таранки был уже готов ринуться в бой, но Командор, глядя через стеклышко на наглую зверюгу, остановил младшего научного сотрудника. Жизни у зверюги было больше чем у всех здесь присутствующих. Размером барсук был с приличную дворнягу. Командор обратил внимания на выход для курей, он закрывался небольшой дверцей, поднимающейся вверх.

— Чего ж ты, старый, дверцу не закроешь? — поинтересовался Командор.

— А смысл? Энтот поганец мордой своей приподымает её и выходит, все равно, что нет ее. Вот сейчас на сеновале сожрет куру, через пол часа за другой попрется.

— Так, отец, тут дело серьезное, без пяти капель не обойтись.

— Подготовка к бою — это святое! — одобрил старик.

Командор аккуратно разлил экспроприированное поило по трем стаканам. Причем в двух из них было пойло из "Шелковой Мили", а в третий попало пойло с клофелином. Собутыльники выпили по рюмке, и тут произошло неожиданное. Старик подскочил, начал напевать какую-то не внятную песенку и приплясывать, а после плашмя грохнулся на землю. Еле стоявший на ногах Егор начал приводить в порядок собутыльника.

— Оставь его в покое, Таран. Я его клофелином угостил.

— Зачем?

Командор без зазрений совести лазил по карманам беззащитного старика.

— Что вы делаете Командор? — возмутился Таранкин, — вы же обещали не грабить бедных бабушек.

— А это, Таранкин, не бабушка, а дедушка. Есть небольшие анатомические отличия. Да и потом не ты его грабишь, а я.

— Все равно, так нельзя, мы же с ним выпивали, — набычился Егор.

Командор снял с шеи старика небольшой ключ на веревочке.

— А бедолага леприкон в клетке, ты вспомни как над ним шпана издевалась. Тебе его не жалко. Старик говорил, что ему на днях голову снимут.

— Леприконы поганцы, а этого старика весь город уважает. Я в этом участвовать не буду.

Обиженный Егор Таранкин демонстративно сел на землю и скрестили руки на груди.

— М, да уж! Вот когда инициатива печалит инициатора!

Командор плюнул с досады развернулся и направился с ключом в сторону городских ворот. Отойдя метров на двадцать Олег остановился, совесть не позволяла бросить бывшего сослуживца. Пришлось вернуться.

— Ладно! Будь по-твоему, сволочь! Пускай этот поганец сдохнет, — сдался О. Бендер.

— Командор, я знал, что ты — нормальный мужик, мы своих не бросаем.

— Ладно, Таран, побрели в город.

— А квест? Я вон себе уже и дрын присмотрел для борьбы с вредителем.

— Не окучим мы бобра.

— Не бобра. Барсука, — поправил босса Егор.

— Какая разница, не завалим мы его, у него очков жизни вагон. Если он даже ляжет спать, а мы будем лупить его всю ночь твоим дрыном, он проснется с утра и даже не почувствует.

— А откуда вы знаете, Командор?

Пришлось Олегу рассказать про стеклышко.

— Не верю! — категорически заявил Таранкин.

Командор взглянул на подчиненного сквозь зеленое стекло линзы.

— У тебя, Таран, 57890 жизни.

Таран был сильно удивлен, босс выдал личную информацию, закрытую для любого постороннего игрока.

— И все равно надо квест выполнить, хотя бы попытаться, — сопротивлялся изо всех сил Таранкин.

Барсук не торопясь вышел с сеновала и безмятежной походкой проследовал к курятнику, совершенно не обращая внимания на незваных гостей. На несколько секунд в поле зрения стёклышка оказались два персонажа, Барсук и Таранкин. И несмотря на огромную разницу в характеристиках, кое в чем Егор был лучше. Показатель силы Егора был выше чем у барсука пунктов на тридцать. Замутненный мозг О. Бендера сработал моментально.

— Хрюн с тобой, Таранкин! Завалим зверюгу, но здесь нужен подход по тоньше.

— Тоньше дрына?

— У твари очков жизни вагон, а вот физически ты сильней на самую малость.

— Да я очень сильный! — согласился Егор.

— Слушай внимательно, Таран, сейчас эта зверюга обратно полезет. Так вот, тебе надо будет ему голову прищемить дверцей и держать. И если, Таран, ты не дай бог его отпустишь — он нас на лоскуты порвет.

— Понял, Командор. А что дальше?

Командор улыбнулся.

— Я же говорил тебе, что у меня бабка ведьма. Она мне слова заветные поведала. Я попробую воздействовать на его мозг и подчинить своей воле.

Таранкин собирался было, что-то сказать, но времени уже не было, шум в курятнике затихал. Незваный гость собирался на выход.

Дорогой читатель, эти два изрядно пьяных экс вояки мне порядком надоели. В связи с чем, я буду описывать дальнейшую ситуацию глазами бедного барсука.

Да простят меня защитники окружающей среды и борцы за права животных!!!!

Вечер был теплый и ничто не предвещало беды. Попив водицы из ручья и почесав спину об дерево, барсук направился к замечательному месту, на которое он набрел несколько дней назад. Связываться с барсуком никто не решался, а по сему он решил для себя, что отныне это его владения. А так как по натуре барсук был не злобный, он милостиво разрешил проживать по соседству странному двуногому. К тому же, старик присматривал за тем волшебным местом, где находился дармовой корм. Но в это вечер старик пришел не один. Барсук чувствовал свою силу и прекрасно понимал, что запросто может прогнать незваных гостей. Но мысли о свежем мясе и простая банальная лень отвратили барсучка от этой затеи — сосед, в конце концов.

Не торопясь, зверь пересек знакомый двор и подошел к знакомой дверце. Дальше предстояло самое сложное, выбрать курочку пожирнее. За несколько дней проживания зверь выработал технику ловли и сейчас мог спокойно поймать именно ту курочку, которая ему приглянулась. Несколько ловких движений, и жертва была в зубах. Зверь, стоя у выхода, оглядел оставшихся курей и просунул окровавленную морду в дверцу. Свежая плоть во рту наводила на приятные мысли. А дальше случилось ЭТО!

Из дверцы появились две лапы, а за тем окровавленная мордочка барсука. Коварный двуногий приведенный стариком (поздоровей) прищемил зверя дверцей. Получилось очень неудачно. Передние лапки прижало телом, а сверху, на холку давила дверца, не давая двинуться ни назад, ни вперед. Поняв, что оказался в ловушке, зверь изо всех сил начал вырываться. Он упирался задними лапами в стену, пытался подрыть под собой грунт, но ничего не выходило — проклятый двуногий был сильней. Барсук попробовал несколько раз укусить здоровяка, но ничего не получалось. Теперь предстоял изматывающий бой, и победителем должен был выйти тот, у кого больше выносливости. Барсук не сомневался в своей победе, он уже придумал, как будет жестоко убивать двуногих, как они будут страдать и верещать от боли на своем странном и смешном языке. Но коварству двуногих не было предела. Тот что поменьше, шатаясь подошел к мордочке зверя, схватил того за нос и со всех сил потянул к верху. Барсучку было очень больно, ничего подобного он никогда не испытывал. Инстинктивно зверь потянул морду вверх, а коварный двуногий вытащил из пасти честно добытую курочку, зубами откупорил бутыль и с криком: 'Я выбираю тебя, Пикачу!', вбил бутылку в глотку зверя. Обжигающая противная влага потекла по глотке, вызывая нещадное жжение. Зверь начал усиленно биться, еще бы чуть-чуть и он бы выбрался из лап коварных двуногих, но силы начали покидать зверя. Голова барсука упала на землю, перед носом лежала окровавленная курица, а на заднем фоне был виден благословенный сеновал, медленно исчезающий в дымке забвения. Последнее что он услышал:

— Мы это сделали Командор!

Подельники тяжело дышали. Безвольное тело барсука лежало в проемы для выхода.

— Командор, а я ведь и правду поверил, что у тебя бабка ведьма.

— Дед всегда ее так называл.

— Че будем делать с этим? — Таранкин пнул пьяного барсука.

— Таран, ты же сам орал, мол, его нельзя бросать, мы же с ним пили.

— Так я про старика…

— Так с бобром мы теперь тоже пили, да и потом, квест был избавить старика, от зверюги.

— С барсуком, — поправил протеже начальника.

— Я его оставлю себе, будет моим питомцем, — мечтательно произнес Олег.

— Я тоже хочу, пета! — с этими словами Таран побежал в сарай и вернулся оттуда с маленьким визжащим поросенком.

Особо не раздумывая, Егор Таранкин подобрал бутылку с пойлом, что осталось от барсука и влил его в глотку визжащему поросенку. Бедный хрюшка бешено нарезал круги по двору, дико визжа. Через какое-то время, поросенок сел на задние лапы и плашмя рухнул на землю.

— Назову его Фунтиком, — с гордостью заявил Егор.

Командор тронул носком ботинка бесчувственного порося.

— Кажись, кончился твой фунтик.

Собутыльники обшарили весь двор, в результате — за сеновалом они нашли небольшую клетку, небрежно собранную из толстых прутьев. По ширине барсук в нее влезал нормально, даже оставалось немного места, а вот по длине выходила небольшая накладка, в принципе, барсук помещался, только хвост и голова свисали сквозь толстые клети Егор закинул в клетку порося. Что будет дальше (когда барсук проснется), в данный момент подельников беспокоило мало, как в принципе и вопрос куда его деть после отрезвления. Сейчас был важен сам процесс.

Когда подельники отошли на достаточное расстояние от дома, Таранкин вспомнил про старика.

— Надо его назад отвезти, а то ему завтра такой нагоняй устроят.

Командор уже усвоил, спорить с пьяным Таранкиным — дело бесполезное и неблагодарное, а по сему дал добро.

В итоге, Егор положил старика на клетку к верху брюхом, привязал его веревкой и накрыл куском мешковины, найденным в сарае. Груз был бережно упакован, с одной стороны клети свисали ноги старика и голова барсука, с другой стороны голова старика в перевернутом состоянии и хвост зверюги. С боку клетка была бережно обмотана найденной мешковиной. Таранкин закинул клеть на свою голову, и собутыльники, шатаясь, направились в сторону города.

Вопрос наличия городской стражи у входа в город не особо беспокоил бывших сослуживцев. Они как-то упустили этот момент из виду. И самое удивительное, когда О. Бендер и его протеже входили в город, у городских ворот они не встретили никого. Подельники направлялись к центру города небольшими темными улочками.

О. Бендер упал на колени.

— Все, Таран, кончились силы!

— Командор! Я и так тащу всех, давайте старайтесь! До площади рукой подать.

Дальше Командор двигался на карачках, опустив голову вниз. А Таранкин в свою очередь боролся с другой проблемой. Над головой одной рукой, он держал клетку, а второй сжимал, остатки экспроприированного вина. Из клетки самым неудобным образом свисала голова барсука, напрочь перекрывая вид. Практически всю дорогу Егору приходилось идти на ощупь, благо город был хорошо знаком. В полумраке улицы, со стороны казалось, что по мостовой бредут странный здоровяк и рядом какой-то приблудный пес. Собственно, так и подумали два местных стражника патрулирующие близлежащие окрестности.

— Стоять! Кто таков!? — крикнул один из блюстителей правопорядка.

Подельники замерли на месте, стражники медленно приближались, едва освещенные слабым светом факела. Наконец, в тусклый свет факела попал Таранкин. А вот Командор, в силу того, что полз спереди, по-прежнему казался приблудным псом. Ужас обуял представителей правопорядка, их взгляду открылась страшная картина. Здоровяк нес на своей голове какой-то ящик, а с него свисала, перевернутая голова с открытым ртом и закатившимися глазами.

Страх пробежал холодным ветерком по спинам стражников. Представители правопорядка трясущимися руками достали казенные мечи.

— Повернись! — потребовал один из них.

Таранкин спорить со стражниками не стал, в принципе, он ничего плохого не сделал и задерживать его было не за что. Егор повернулся. От прежнего страха доблестных стражников не осталось и следа. На смену ему пришел новый, более сильный. Перед их глазами стояло огромное страшное существо — барсучья морда с безумными глазами и свисающим языком безвольно шаталась на шее огромного тела. А полумрак и голова в дрова пьяного палача усугубляли и без того довольно жуткую картину.

Доблестные труженики сил правопорядка держались на последних каплях воли, факел выпал из рук, но не погас. Смена угла освещения не сделала ситуацию проще, тени удлинились и образ гигантского барсука-оборотня стал еще ужасней. У стражников тряслись поджилки, они выставили вперед острые мечи. Последней каплей в ситуации противостояния стал Командор. В полумраке ночи на глазах стражников приблудный пес, вдруг, поднялся на ноги и превратился в человека без головы.

Нет, дорогой читатель, голова была конечно на месте, просто она казалась Олегу на столько тяжелой, что он попросту не мог ее поднять. А темнота ночи, да помноженная на все уже увиденное… Нервишки у доблестных сотрудников правопорядка, сдали. Раздался лязг метала о мостовую и шаги прочь убегающего стражника. Его напарник долго думать не стал и с воплями кинулся в ближайший проулок.

— Че это они, Командор? — удивленно поинтересовался Егор.

— Да кто ж их разберет, чужая душа потемки.

Пустынная площадь встретила наших героев зловещей тишиной. Стражника, охранявшего многострадального леприкона, не было, как ранее сказал Старик, на ночь они просто забивали на свои обязанности и уходили спать. Из клетки раздавались тихие всхлипы. Подельники уселись на скамейку и усугубили еще по стакану красного.

— Жалко малахольного, слышь, как плачет! — посочувствовал Егор.

О. Бендер подошел к клетке и стал рассматривать последнего из рода, зрелище было удручающее. Леприкон узнал Командора и заплакал еще сильнее. Ситуация была парадоксальна. Когда-то Блупик Шкода встретил каторжника в безвыходной ситуации, в пещере, из которой не было выхода. Каторжник должен был в ней сгинуть, но жизнь штука не предсказуемая. И теперь вчерашний узник с интересом рассматривал узника сегодняшнего.

— Контролер! Помоги мне! — взмолился леприкон. — Я попал сюда только потому, что ты забрал мою удачу. Или убей, чтоб я не мучился.

Коротышка горько зарыдал.

— О чем это он, Командор?

— Бредит, бедолага. Видать совсем крыша поехала, — без лишних эмоций пояснил О. Бендер. — Надо смилостивиться и прикончить поганца.

Дорогой читатель, как я уже упоминал ранее, Олег Евгеньевич Бендер был безжалостной и беспринципной скотиной, и прикончить бедолагу ему было раз плюнуть, его совесть, перевернулась бы на другой бок и уснула здоровым крепким сном. Но пребывание в шкуре каторжника, что-то сильно изменило в восприятии окружающего мира. Он прекрасно помнил, каково было ему, когда Орк над ним издевался. И свой нынешний спич, Командор затеял с одной целью, потролить сердобольного Егора. Таранкин был натурой душевной и хронически не переносил женские или детские слезы. Бывало так, что, выпив после какого-нибудь темного дела, ему на глаза попадалась какая-нибудь слезливая старушка, или убитая горем вдова, и он без зазрений совести отдавал им последнее, все что у него было, совершенно не думая о жене и дочке.

Егор Таранкин возмущенным взглядом смотрел на босса.

— Что не так? Ты же сам говорил, что леприкон поганец, а старика все уважают.

— Ну говорил, — согласился Таранкин отвязывая палача.

Командор обошел клетку, присел к углу, где плакал леприкон, и очень больно его ущипнул. Узник хотел было возмутиться, но Командор закрыл ему рот ладонью. Безвольный леприкон уже был готов проститься с жизнью, все-таки он сам просил контролера прикончить его без мучений.

— Поганец, ты меня никогда не видел, — прошептал О. Бендер, — побольше слез, дети сироты и все такое.

После этих слов Командор отпустил бедолагу. Секунд пять понадобилось поганцу, чтобы переварить все сказанное, а после началась истерика.

— Как же мои бедные детки, я больше никогда их не увижу — и коротышка заплакал навзрыд.

Таранкин нервно возился с веревками палача, а Командор удобно развалился на скамейке и с интересом наблюдал за младшим научным сотрудником.

— Моя бедная маленькая доченька, я надеюсь ты выживешь в этом опасном мире, а если вдруг тебя разорвут какие-нибудь звери, когда ты будешь голодная искать пропитание…. Пусть твоя смерть будет безболезненной! — поганец заревел еще сильнее.

Слова про дочку угодили точно в цель. Егор нервно сглотнул, но горечь комом встала поперек горла. Он явственно увидел собственную дочку, одиноко блуждающую в лесу, полном опасных диких зверей. Руки предательски затряслись.

— Слава богу, мы старика не подставили, — подлил масла в огонь Командор. — Теперь у него со службой будет все в порядке, может даже премию дадут после казни поганца.

Глаза у Таранкина были на мокром месте, но он пока еще держался, продолжая нервно развязывать тугие узлы.

— Моя бедная маленькая Хэльда, надеюсь звери не изуродуют тебя слишком сильно, и я тебя смогу узнать на том свете!

Рыдал леприкон очень натурально. Даже Командор проникся, хотя он прекрасно знал, что поганец был последним в своем роду.

— Командор, может это. Поможем ему? — Предложил Егор, утирая сопли рукавом.

— Да как можно? Таранкин, мы же подставим такого замечательного старика, — продолжил О. Бендер тролить Егора.

— Ну не знаю, Командор, давайте поросенка посадим в клетку. Как будто леприкон превратился в Фунтика.

— Таранкин, неужели ты готов принести в жертву своего дорого пета?

— Ну ведь у него же дочка! — нервно пояснил Таранкин.

— Моя бедная маленькая Хельда! — взвыл поганец.

— Да! — сдался Егор.

— Уважаемый Таранкин, я тебя за язык не тянул.

С этими словами О. Бендер открыл клетку и достал бесчувственного поросенка. Своими габаритами Фунтик не сильно отличался от узника.

— Эй ты, отец семерых детей, — обратился Командор к поганцу. — Жить хочешь?

Леприкон нервно закивал головой в знак согласия.

— Тогда раздевайся.

Узник с недоверием глядел на контролера, зная поганую натуру этого подлого человека, можно было смело предположить, что он вновь решил поглумиться над беззащитным коротышкой, и тот грядущим утром по-прежнему будет находиться в клетке, только голым. Командор заметил сомнения леприкона.

— Слушай меня внимательно, леприкон. У меня не очень много времени. У тебя есть уникальный шанс выбраться из клетки, просто потому, что у меня сегодня хорошее настроение. А сейчас мне нужна твоя одежда!

Нехотя, поганец разделся и просунул шмотки сквозь прутья решетки. Совершенно голый коротышка стоял в клетке и трясся от холода.

Таранкин просунул в клети решетки открытую бутылку.

— Выпей, — предложил Егор сочувственно.

Поганец с подозрением смотрел на дутлана.

— Если хочешь с нами, то пей. С нами даже Фунтик выпил.

Последний из рода противиться не стал и хлебнул горя полной чашей. Прохладное пойло обожгло желудок, распространяя тепло по всему телу, земля слегка зашаталась под ногами. Для своих размеров выпил леприкон прилично, а так как последние несколько дней он сидел впроголодь, зеленый змий начал довольно быстро одолевать бедолагу-узника.

Подельники в свою очередь старались нарядить Фунтика в одежды поганца. Непокорные вещи издевались над собутыльниками и ни в какую не желали надеваться на бесчувственного поросенка. Когда подельники нарядили фунтика, поганец уже находился в прострации и с тяжестью излагал свои мысли, проклиная хозяев города, стражников, мелкую сволочь, контролера и проклятых лесных тварей, погубивших любимую дочку Хульгу.

С ключом тоже вышла небольшая накладка. После того, как Командор вернул ключ от клетки Таранкину, во избежание — тот напрочь привязал его к руке старика. Привязать-то получилось, а вот с отвязать… Подельники подтащили бесчувственное тело старика к дверце клетки, Таранкин держал руку, а Командор, воткнув ключ в замочную скважину и несколько раз его провернул. Дверца со скрипом открылась и леприкон в расстроенных чувствах прошмыгнул между ног спасителей, но 'проклятый зеленый змий' все-таки поборол бедолагу. Пробежав пару метров, последний из рода споткнулся и рухнул оземь. Подельники совершенно не обращали на бедолагу никакого внимания и с остервенением запихивали поросенка в не очень просторную клетку.

После проделанной работы Егору даже взгрустнулось.

— Хороший был пет.

— А давай и моего туда же, — предложил Командор, — чего друзей разлучать.

Таранкин кивнул в знак согласия и подельники потащили барсука из одной клетки в другую, бедного зверя тащили волоком, после минут пятнадцать трамбовали в клетку. Бесчувственный зверь распластался по дну клетки, в противоположном углу мирно дремал бесчувственный поросенок. Командор закрыл дверцу, но ключ так и не удалось вытащить. Ключ был воткнут в замочную скважину, от него тянулась короткая веревочка, примотанная к запястью старика. Палач лежал возле клетки, лицом вниз, а рука тянулась вверх.

Два подельника, шатаясь, любовались творением своих рук.

— Таранкин, ты иди помоги поганцу, а я вас сейчас догоню.

Егор кивнул головой в знак согласия и поплелся в сторону мирно спящего леприкона. А Командор снял факел с рядом стоявшего поста и, не торопясь, побрел к клетке. Он поднял хвост зверю и сунул туда зажженный факел. Барсук открыл бешенные красные глаза. Бедный маленький Фунтик был единственным существом в клетке и именно его зверь принял за врага, причинившего ему такую зверскую боль. Барсук двинулся молниеносно, поросенок разлетелся на куски, на очень небольшие куски, практически фарш, а в руках О. Бендера остался клочок шерсти с хвоста животного. Только сейчас до О. Бендера дошло, на сколько близки были подельники от мучительной гибели. Барсук сделал несколько кругов по клетке, после лег на землю и уснул.

Командор погасил факел, подобрал веревку и кусок мешковины и, шатаясь, направился в сторону подельника. Таранкин приводил бедолагу-леприкона в чувства, тот в свою очередь по-прежнему, о чем-то бредил и трясся от холода.

— Босс, надо спрятать недомерка. Леприкона каждая собака узнает, нам с ним так гулять опасно.

— Таран, друганя, ты как всегда прав, щя мы его замаскируем.

О. Бендер не был экспертом в области маскировки, не имел он и навыков работы с гримом, но в голову пришел один рекламный слоган 'Другого Мира': 'В 'Другом мире' бесчисленное множество рас! Командор потухшим факелом начал водить по лицу поганца, через две минуты перед подельниками стояло абсолютно черное маленькое человекоподобное существо. Деготь плотно въелся в кожу. Волосы, сорванные с хвоста барсука, тоже пошли в дело, Олег прилепил их на лицо поганца, получилась довольно жиденькая борода. И только рыжие лохматые волосы смотрелись нелепо на этом существа, выдавая в нем замаскированного леприкона.

Егор внимательно осмотрел бедолагу.

— Не босс, палево. Надо что-то делать с этой рыжей шевелюрой.

Взгляд О. Бендера был полон решимости, он вытащил нож из сумки и недобрым взглядом посмотрел на коротышку.

— Я не дам отрезать волосы! — заартачился леприкон.

Командор улыбнулся отрезал небольшой кусок мешковины и повязал на голову поганца на манер банданы.

— Что думаешь, Таран? Так пойдет?

— Ну вот совсем другое дело, босс, теперь он похож…

На кого был похож поганец, Егор затруднялся ответить.

— А на кого он похож, Командор.

— Это, уважаемый Таранкин, карликовый… боевой… лохматый… — Командор подбирал название своему творению, но путного ни чего на ум не приходило — тупень!

— Боевой лохматый тупень! — Таранкин закатился истерическим смехом.

Поганец с недоумением смотрел на катающегося по земле в истерическом приступе, Таранкина.

О. Бендер подсел рядом к поганцу с совершенно серьезным видом заявил.

— С сегодняшнего дня и пока не выберемся из города, ты мохнатый боевой тупень.

— А кто это такие? — удивленно спросил леприкон.

— Это, коротышка — страшные войны которых боятся даже драконы, ростом они не велики, примерно с тебя, их очень мало осталось в этом мире. А сейчас повтори, кто ты?

— Я, боевой, лохматый тупень. — не уверенным голосом произнес поганец.

— Тупни говорят уверенней, повтори уверенней, кто ты?

— Я лохматый боевой тупень! — заорал леприкон.

Вопли поганца только усилили истерику Таранкина. Глядя на реакцию Тарана, нехорошие мысли стали закрадываться в нетрезвую голову леприкона, но совершенно серьезное лицо Командора свидетельствовало об обратном.

Пока Егор катался по полу, Олег приодел бедолагу, из оставшейся мешковины, он вырезал лоскут прямоугольной формы, свернул его вдвое и по центру сделал разрез для головы, получилась импровизированная туника. Командор натянул ее на леприкона, подвязал на поясе веревкой. В общем, хоть сейчас на модный показ. Остатки мешковины Олег намотал бедолаге на ноги и подвязал веревкой.

Истерика Егора сошла на нет, и собутыльники обмыли обновки поганца. Боевой тупень незаметно влился в компанию веселых собутыльников, и на ровне со своими спасителями начал усугублять экспроприированное пойло.

Троица шаталась по городу горланя древне русские песни, именуемые некогда — матерными частушками:

Бригадир у нас хороший!

Бригадир у нас один!

Соберемся всей бригадой!

Таранкин поднес палец ко рту, показывая, мол, тише ругайся.

— И накажем подлеца! — заорал Командор что было мочи.

Самара городок!

Не спокойная я!

Горланили на три голоса.

Окосевший поганец, хотя и не понимал, о чем поется в песне с радостью подпевал припев, который он хорошо выучил. Во истину, у поганца сложилось устойчивое мнение. Волшебный городок с незамысловатым названием Самара — потрясающе интересное место. Сколько там случилось ситуаций и нелепых приключений с различными людьми. Многие из ситуаций небыли понятны поганцу, в силу того, что он был 'местным'. Но славный городок Самара, лег на душу тяжелым бременем любопытства, и теперь поганцу страсть как хотелось увидеть хоть одним глазком это заветное местечко.

Собутыльники с комфортом разместились на красивой резной лавочке, в тихом глухом переулке. Они продолжали распевать нецензурные произведения древних мастеров делая редкие остановки для ревизии экспроприированного ящика. Поганцу стало по-настоящему плохо, он лег на край лавки и тяжело дышал.

— Эй, Шкода, что с тобой? — поинтересовался Командор.

— Силы магические кончились.

— Щас мы тебе нальем несколько капель магических сил, — предложил Егор.

— Нет. Мне нужно шкодить, чтоб восстановить силы.

К подельникам не спешным шагом приближались два стражника, видимо кому-то из местных жильцов не очень нравились песни про городок Самару, и он сбегал на ближайший пост стражи.

О. Бендер заметил доблестных защитников правопорядка еще на подходе.

— Ща мы вылечим твою хандру, поганец, — Командор присел в плотную к леприкону. — Монетку дай.

Монета леприкона легла в ладонь Командора.

— Так, уважаемые, почему нарушаем? Честным людям спать не даем? — обратился один из стражников к троице.

Олег подошел в плотную к служителям правопорядка.

— Извините нас, мы больше так не будем.

Олег незаметно бросил монетку под ноги стражников. И вернулся к собутыльникам.

Подойдя к лавочке О. Бендер пристальным взглядом посмотрел на Таранкина и произнес: 'Два — четыре!'

Таран даже слегка опешил. (Два-четыре) — это была особая команда в бригаде у Татарина, и не многие вояки понимали, что она значила. А значила она, дорогой читатель, следующее — готовься к пакости. Так, например, когда вояки скучали, они кидали патрон под ноги мелкоты, а после стравливали пацанов между собой, те дрались за трофей, а бравые вояки получали зрелища. В этой игре каждому отводилась своя роль. И сейчас Олег планировал провернуть подобный трюк.

— Ты только глянь, Командор, да это же монета! — вошел в образ Егор.

Один из охранников поднял монету. О. Бендер не торопясь вернулся к стражнику.

— Ох ты, повезло тебе парень! — Командор сделал изумленное лицо. — Да ведь это же золото леприкона, такая монета миллион стоит.

Оба охранника потеряли дар речи.

— А чего это ему повезло? — влез в разговор Таранкин, — вон тот первый ее заметил, я своими глазами видел.

— Не важно кто увидел, важно кто поднял, — вступился Командор за первого охранника.

— Да сейчас! Кто увидел первый того и монета. Миллион золотых, шутка ли?

Нужные слова и посылы были самым аккуратным образом вложены в сознание 'местных' служителей правопорядка, оставалось наслаждаться зрелищем и следить чтобы 'праведное пламя' не угасало. Постепенно спор стражников перешел в рукопашку, два здоровых лба метелили друг друга нещадно, а троица продолжала безмятежно выпивать на лавочке.

Поганцу полегчало, он даже начал болеть за одного из охранников, тяжело реагируя на каждый пропущенный удар.

О. Бендер обратил внимание на решетку ливневой канализации.

— Таран, а это что за решетка?

— Канализация, — ответил Егор.

Командор толкнул локтем леприкона.

— Слышь, отец пятерых детей, забирай монетку.

В пылу драки доблестные служители правопорядка потеряли монету из виду и полностью сосредоточились на мордобое.

— Упала прям в канализацию! — что есть мочи заорал Олег.

Драка остановилась, две порядком помятые морды с нескрываемым любопытством смотрели сквозь щели решетки. Недолго думая они откинули ливневую решетку и спрыгнули в низ. Собутыльники подошли к открытому люку и с интересом сталь наблюдать, как два избитых охранника стоя по колена в сточных водах водят руками по дну в поисках бесценной монеты.

На это моменте, экспроприированный ящик закончился. За стенами города теплился рассвет нежно освещая восточную часть небосвода. И собутыльники неторопливой походкой направились на съемную квартиру. Оставив стражников копаться в своих проблемах. На сегодня приключений было достаточно.

Глава семнадцатая. Прозрения и их последствия

Солнечный луч, пробиваясь сквозь маленькую щель меж занавесок, яркой полосой желтого цвета лег ровнехонько на закрытые глаза Олега Евгеньевича. Немного поворочавшись и покрутив головой, Командор открыл глаза. Голова неприятно гудела, но это ощущение, не шло ни в какое сравнение с отравлением, клофелином. На краю кровати посапывал чумазый леприкон, на полу распластался бесчувственный Татаранкин. На то чтоб привести собутыльников в чувство у О. Бендера ушло довольно долго времени, вот только все попытки потерпели фиаско. Олег Евгеньевич еще раз поглядел на бесчувственных "коллег", в душе плюнул, оделся, привел себя в порядок и схватив с тумбочки горсть монет не торопясь вышел за дверь.

— "Состояние состоянием, а про плотную трапезу забывать не стоит", — рассудил Олег и направился прямиком в так полюбившуюся ему кафешку.

Что — то непонятное творилось на улицах города Солента, периодически небольшими группами попадались стражники, пристально следящие за порядком в городе. Редкие горожане осторожно озирались, стараясь как можно быстрее покинуть проходную улицу. Вникать в суть происходящего никакого желания не было.

— "Здоровье бы поправить", — с этими мыслями Олег добрался до уличной кафешки Мурата.

Проходная улица к городским воротам была непривычно безлюдна, а сами городские ворота заперты и усилены стражей. Небольшая лавка с коряво начерченным названием "пресса" сегодня не работала. Командор выбрал столик поудобней и приготовился сделать заказ. На удивление Олега заказ принял сам хозяин заведения, Мурат. Никого из обслуживающего персонала на рабочих местах не было.

— Уважаемый, не подскажешь, что сегодня творится в городе? — поинтересовался Олег у хозяина кафе.

— Говорят бунт, — пояснил Мурат. — Вроде как, ночью на Площади Театралов митинг начался. Местных бонз свергнуть собиралась, в городе аресты, хватают кого не попадя, у меня обоих сыновей с утра под белы рученьки увели.

— Соболезную, — сухо произнес Командор.

— Да ничего страшного, разберутся да отпустят. Мои сорванцы в кафе вчера были, да и у Палама старший на хорошем счету, он даже в день смотрин у него официантом подрабатывает. Третий год подряд! — с гордостью заявил Мурат.

— Смотрин?

— Раз в год съезжаются коллекционеры со всего материка, коллекции хозяев города оценивать, мы это мероприятие смотринами зовем, — пояснил хозяин кафе.

— Наслышан. А с персоналом, что?

— Я с сыновьями работаю, младший у меня за повара, старший народ обслуживает, у нас семейное дело.

— Так ты сегодня один, — сделал не утешительный вывод Олег.

— Да, открыл с утра кафе, ни одного клиента. Игроки на улицы носа не показывают. Вот сейчас тебя обслужу и тоже закроюсь. Нечего сегодня здесь ловить, — с горечью заметил Мурат.

— Ну, тогда сообрази мне, что-нибудь покушать с собой, на троих. Неважно что. И попить, только не вино. Что-нибудь для снятия похмельного синдрома, — Командор тяжко вздохнул.

— А… Понимаю! Мой младший, повар и травник. Он потрясающий квас делает. Похмелье минут за десять снимает.

Олег вспомнил этот квас, он опохмелялся им после отравления клофелином.

— Вот уважаемый, то, что нужно! Бутылки три с собой. И стаканчик сразу.

Хозяин кафе улыбнулся и исчез на кухне. Командор в свою очередь устало и непринужденно глядел на пыльную улицу, которая ровной линией упиралась в городские ворота. Стражники пропали, и город стал зловеще тихим. Никогда Олег не думал, что тишина может быть настолько звонкой. Громкая городская улица обладает собственной душой, она шумит, живет и дышит. Она разговаривает с гостями тысячью голосов: шумом дождя по крышам, воплями мартовских котов, шумом проезжающих по ней телег. И когда она замолкает, человек остается наедине со своими мыслями. А мыслей у Командора было много. Некоторые хорошие, другие плохие, но была еще одна мысль, которую Олег пытался похоронить глубоко в подсознании. Он подспудно чувствовал, что она очень страшная. Мысль пристальным и жестким взглядом смотрит на него с низу из глубины подсознания и в скором времени она должна была сформируется окончательно и деться от нее будет некуда.

— Вот, поправь здоровье, — Мурат поставил на стол графин с квасом.

Олег приложился к графину. Квас пошел на ура.

— Я сделаю яичницу, пожарю картошку и три куска мяса, стоить будет девяносто пять серебром, — поставил в известность Мурат гостя кафешки.

Олег мотнул головой в знак согласия и положил в ладонь хозяина две золотые монеты.

— Без сдачи.

Минут через сорок завтрак был готов запакован и аккуратно вручен Командору. Похмельный синдром отступал, и дорога домой оказалась куда приятнее чем прогулка в кафе. Улицы опустели окончательно, но Олега не покидало тревожное ощущение будто за ним кто-то следит.

Когда Командор добрался до съемной квартиры хорошее самочувствие было окончательно восстановлено и жизни вновь начала радовать приятной легкостью, а запахи и краски перестали быть приторными и раздражающими. На съемной квартире что-то поменялось. На полу по-прежнему валялся бессознательный Таран, а вот поганца видно не было. Командора даже посетила мысль, а не случилось ли чего, когда он услышал знакомые пост похмельные звуки из ванной комнаты. О. Бендер зашел в ванную держа в руке бутылку лечебного напитка. Поганцу было плохо. Он стоял рядом с 'фарфоровый другом'. Не смотря на черную мастику, лицо его было бледно зеленого цвета.

— Я уж думал ты смылся, — улыбнулся Командор, глядя на мучения поганца.

— Контролер, кажется меня вчера прокляли, — произнес леприкон дрожащим голосом.

— Знал бы ты, поганец, сколько раз я просыпался с подобным проклятием в свои лучшие годы?

Олег протянул бутылку целительного кваса коротышке, тот в свою очередь с подозрением взял бутыль и сделал несколько маленьких глотков. Распробовав напиток, поганец напрочь присосался к бутылке, пока та окончательно не опустела. Бутыль был пуст, леприкон уселся на пятую точку и довольно заулыбался.

— Там я еще покушать принес. Как полегчает окончательно можешь приложиться, — предложил Олег.

— Спасибо тебе, контролер, что из клетки меня вытащил.

— Послушай, леприкон, меня Командором зовут, я вчера тебе уже говорил. Впредь называй меня так. И не говори Тарану, что я каторжник. А в замен я помогу тебе без проблем выбраться из города.

— Я и сам без проблем могу выбраться, ты лучше мне монеты верни. И я все забуду, — предложил поганец.

От такой наглости Командор слегка опешил, только что коротышка благодарил за спасение и вот те раз, начинает шантажировать. Да к тому же две редкие монетки были неотъемлемой частью всей операции. Реакцию Таранкина на эту ситуацию могла быть неоднозначной, вполне могло выйти так, что Егор на придумывает в своей, не очень светлой голове, разного и решит сдать каторжанина властям.

— Да уж! Вот и делай добро! — с иронией произнес Олег.

— Контролер, верни монетки, они мне очень нужны, — сухо заявил леприкон.

— И зачем тебе понадобились мои монетки? — самым спокойным и взвешенным тоном спросил Командор.

— Они приносят удачу, нам леприконам удача нужна как воздух, — поганец от волнения нервно всхлипнул, — я отдал тебе всего две монетки, а в итоге, словно крыса, сам себя загнал в угол на корабле.

В голове Командора кусочки головоломки начали собираться во едино. Теперь становились понятны многие моменты, например, филигранной удар в столовке у Болта, драка с пятью бойцами Влада в шахте, встреча с шаудой или не реальное везение в казино свободного города Ригана.

— А сколько у тебя их всего? — задумчиво поинтересовался Олег.

— Было четыре, сейчас осталось две, — с досадой ответил поганец.

— А если у тебя их вообще не останется, что тогда будет?

— Мы, леприконы, дети удачи. Нам как воздух необходима атрибутика удачи, четырехлистный клевер, или счастливые монеты, без них нас начинают преследовать неудачи. Если, например, ты лишишься монет, ты этого особо не по чувствуешь, а со мной сразу начинают плохие вещи происходить.

— Ладно, поганец, два миллиона, и они твои, — Командор испытывающие смотрел на леприкона.

Бедолага от предложения аж поплохело.

— Да где ж я возьму два миллиона? — взмолился поганец.

Олег пожал плечами.

— Верни монеты, а не то я все расскажу Тарану!

— Не пугай, последний из рода, ты уже запугивал меня как-то раз в пещере и вспомни чем все это закончилось, — Олег смотре на поганца взглядом хладнокровного убийцы, — а если ты будешь настаивать, я стану богаче ровно на две монетки.

От речей Командора по спина невезучего леприкона пробежал холодок. На этом аргументы закончились, и поганец исподлобья обиженными глазами смотрел на коварного человека.

— Не дуйся, Леприкон, если ты поможешь мне с одним дельцем, то я верну тебе одну монетку.

В глазах леприкона загорелась надежда:

— Клянешься богами? — с недоверием поинтересовался поганец.

— Даю честное, благородное слово каторжанина! — с ухмылкой ответил Олег.

Леприкон с недоверием смотрел на бывшего каторжанина.

— Последний из рода, от тебя потребуется минимум усилий, ты даже выходить из этой квартиры не будешь, в замен, по завершению моей операции ты получишь одну монету. Ты можешь поверить мне и рискнуть, или не поверить и на этом мы распрощаемся.

Поганец размышлял, аккуратно взвешивая все за и против. После недолгих колебаний он дал ответ.

— Я согласен. В конце концов это хотя бы маленький, но шанс.

В пылу спора Командор и Блупик совершенно забыли о Таранкине, тот какое-то время стоял в дверях и с интересом слушал их разговор. Первым его заметил леприкон.

— Ну, и чего вы остановились, продолжайте. Чего мне еще не следует знать?

— Да уж. Ситуация! — только и смог выговорить поганец.

— Да кстати, Таран, забыл тебе рассказать. Я ведь еще и каторжник, — начал разговор Олег заискивающим тоном.

— Это я уже понял, не понятно почему мне не стоит этого знать?

Командор молчал, впервые за все время он не мог подобрать нужные слова.

— Сейчас мне немного, очень хреново, но, когда меня отпустит, мы с тобой очень серьезно поговорим, — спокойным голосом заявил Таран. — А сейчас извините, мне очень нужна ванная комната для личных нужд.

Заговорщики покинули ванную комнату, оставив Таранкина наедине со своими мыслями.

— Все, поганец, забудь про монету! — разозлился Командор, — как выбраться из города ты знаешь, так что бывай. Дверь вон там.

Леприкон слегка под растерялся. Мало того, что монетка уплыла из его маленьких рученек, так теперь его просто выгоняли на улицу.

— Командор, вы там говорили, что у вас еда есть? — заискивающе поинтересовался поганец.

Олег мотнул головой, достал порцию жаренной картошки и начал демонстративно ее уплетать. Леприкон молчал, Командор Молча ел. Из ванной вышел Таран, Командор молча протянул бутыль с квасом. Егор взял бутылку.

— Ты же понимаешь, Командор, что через пару минут мне полегчает. И тогда нам придется разговаривать? — Олег молча кивнул головой. — И вопросов у меня уйма. Например, откуда ты про вспышку снизу знаешь?

После этих слов Егор приложился к бутылке. А Командор слегка напрягся. Он вчера в пылу пьянки совершено забыл где находится, и кто он есть. Что можно было говорить, а чего не стоило и сейчас расплата приближалась с каждым глотком. В своих мыслях О. Бендер укорял себя последними словами, как же он мог, так нелепо проколоться. На таком пустяке? Тем временем Таранкин допил квас и молча смотрел, на подельника.

— Ну рассказывай, Олег, почему ты шифруешься? — спокойным добрым голосом поинтересовался Егор.

Отпираться смысла не было. Проанализировав вчерашние похождение Олег понял, что он выдал себя с потрохами.

— Когда ты понял?

Таран улыбался:

— С первой встречи, Олежка. Твоя дурацкая манера речи. Я еще за столом, что-то знакомое почувствовал, поэтому и нашел тебя через два дня. Убедиться хотел.

— Убедился? — с иронией поинтересовался Олег.

— Ага. Вчера. После твоих слов 'вспышка снизу', я уже точно знал кто ты такой. Вот только мне не совсем понятен весь это 'цирк с конями'. Может, пояснишь?

— Татарин погиб, — с горечью ответил О. Бендер. — Под Зареченском.

— А Птах? — растерянно спросил Егор

— Вроде жив.

— Вроде?

— Я его после боя не видел. Его спецы допросили, и он пропал. А потом он на суде появился, в лейтенантских лычках отделения аналитики.

— Как так? Он же вроде не из блатных? — изумился Таран. — Да и мажорских замашек за ним никогда не наблюдалось.

— А вот, как так, спросить не удалось. Он встал и вышел из зала суда, а мне аккуратно помогли выйти под белы рученьки, — иронично пояснил Олег.

— И чего ты, Олежка, начудил? Давай все рассказывай. И самое главное, как Татарин погиб.

— Под Зареченском бойня была, — начал свою исповедь Командор. — Службы эвакуации не успевали вывезти гражданских. А у Татарина в Зареченске дядька вроде как остался.

— Ну да. И чего? Он рогом уперся?

— Уперся, не то слово, — продолжил рассказ Олег. — Пришла команда бросать всех и сматывать удочки. Так Татарин начальство в расход пустить собирался. Начал орать по каналу связи, мол если он сейчас отсюда уйдет, то прямиком в штаб и устроит небольшой филиал ада на земле.

— Да уж. Татарин может, — иронично согласился Егор.

— В общем послал он их. И бригаде своей сказал, мол, она распущена. Мол, валите отсюда, я вас не держу.

— А вы что?

— Мы с Татарином остались. Я, Птах и пятеро новеньких в нашей бригаде. По твоим стопам решили пойти.

— И…?

— Двое новеньких первыми и пошли, — продолжил Олег, — а мы бой приняли. Я для себя уже решил, что эта драка последняя в моей жизни. А не тут-то было! Раскатали мы гостей. К концу драки нас осталось трое на трое. У Птаха минометы пристегнуты были, он встал подальше и накрывал их минами, а я и Татарин тягали ботов за собой.

— Красавчики! Жаль меня там не было! — сокрушался Егор.

— Так вот. Один тяжелый бот остался. Мы с Татарином его поливаем огнем, Птах за горизонтом. По кругу бегаем. Татарин одну из бронеплит сбил, осталось самое легкое, накачать гостя свинцом.

— И..? — переживал Егор.

— И тут нас летуны накрыли, все что я помню, это со спины удар, потом звон картечи на экране сообщение сервоприводы хода повреждены. И моего бота кинула под тяж гостей.

— Красиво врешь, — спокойным голосом произнес Таран.

— Чего это я вру? — набычился Командор.

— Олег, если бы ты со спины попал под обстрел летунов, твой бот выгорел напрочь. И шрапнель. 'Поцелуй иуды' — термобарическая ракета, от нее не может быть шрапнели.

До сих пор этот нелогичный момент ни разу не приходил в голову Олегу, он вообще старался меньше думать о гибели сослуживцев на поле боя, хотя где-то глубоко в душе он чувствовал, что в этой ситуации не все было так однозначно. Та страшная мысль, имеющая туманные очертания и прятавшаяся где-то глубоко в подсознании, обрела конкретную форму и встала немым вопросом, загородив собой любые другие мысли. Командор вспоминал события того злосчастного дня в мельчайших подробностях. Весь окружающий мир померк и стал серым, голос Егора становился тише, пока совсем перестал быть слышен. Олег впал в оцепенение, сидя на кровати и смотря в одну точку.

В голове О. Бендера проигрывалась картина боя раз за разом. Вот два бота двигаются вокруг третьего, поливая его огнем, после слетает одна из бронеплит.

- 'Распаковали!', - кричит в радиоканал радостный Татарин.

И тут происходит взрыв сзади на табло высвечивается сообщение: 'Внимание! Сервоприводы хода повреждены!'. В следующий момент средний бот О. Бендера взрывной волной отбрасывает под тяжелый бот гостей, сбивая того с ног. Тяжелый бот заваливается сверху. В поле зрения Олега попадает радар, на котором всего четыре точки. Три желтых и красная. А дальше пустота — контузия.

Память работала четко, каждый пустячок, каждое ощущение, даже запахи удавалось воспроизвести с удивительной правдоподобностью. На экране радара было четыре метки три желтых и красная, команда Татарина и гость. Никаких меток и оповещений о приближении авиации. Бот Олега залетает под тяжелый бот гостей, он ударяется об панель навигации и все. А дальше служба спасения вырезает его из бота. Но как так? Бот ведь был запаян, а значит, бомбардировка авиации была. Но Таран прав, если бы это была термобарическая ракета, со спины бот бы выгорел дотла, а значит, бомбили, когда бот накрыло 'тяжем' гостя, да и шрапнель, Олег отчетливо слышал звон небольших железных осколков о броню. И приводы посекло, словно от мины. Мины были только у Птаха. Быть не может. Долгие часы размышления наводили только на одну мысль — их отработал Птах. И сделал он это в тот момент, когда они почти уработали последнего гостя. Когда Олег это осознал серый тусклый цвет комнаты вновь наполнился красками, образы из размытых вновь стали четкими.

По возвращению из состояния прострации Командор испытывал жгучую злость и досаду. Он по-прежнему сидел на краю кровати свесив ноги и пялясь на глухую стену, оклеенную старыми, выцветшими от времени обоями.

— О! Очухался! — произнес Таран сидя в углу на табуретке.

— Да пошли вы к черту! — заорал Командор, — убирайтесь от сюда! Не хочу вас видеть! Не хочу тебя видеть, герой хренов, и ты вали отсюда гнида неблагодарная.

Неблагодарная гнида сидел на полу и уже было что-то собирался ответить Командору, но благоразумие взяло верх, и поганец тактично закрыл рот.

— Что, гнида, монеты тебе твои нужны!? — с этими словами Командор схватил не далеко лежавшую сумку, достал из не нож распорол подкладку и швырнул два ярких кругляша на пол. — Да подавись ты и проваливай! И ты проваливай Таран. Ну, вот какого хрена ты вернулся? Не мог ты забрать деньги и исчезнуть?

Командор бился в истерике, похоже, что худшее из зол одолело его окончательно.

Алчный взгляд поганца сосредоточился на двух монетках, лежащих у ног Таранкина. Он на коленях подполз к монеткам и накрыл их небольшой пухлой ладошкой. Что сейчас происходило вокруг поганца совершенно не интересовало, сокровище было рядом в его рука, а точнее под его ладошкой. Но счастливый момент длился не долго, Егор придавил маленькую пухлую ручку большим пальцем ноги. Поганец взвыл. Егор убрал ногу коротышка отдернул руку.

— Сядь на место! — суровым тоном произнес Егор.

Коротышка виновата отполз обратно на то место где он сидел раньше, не сводя глаз с драгоценных монет. Таран поднял с пола два кругляша и аккуратно положил их в свою сумку.

— Послушай, Олег, я вижу ты кое-что для себя уяснил. И судя по тому в каком состоянии ты прибывал, тебе это кое-что не понравилось.

Командор со злостью в глазах смотрел на героя первой компании.

— Не злись, — спокойным тоном произнес Егор, — я в принципе догадываюсь, что сейчас произошло…

— В каком состоянии? — со злостью спросил Олег.

— Состояние стресса, — пояснил Таранкин, — я, когда попал в этот мир, тоже в коматоз впадал.

— Какой, на хрен, коматоз?! — взорвался О. Бендер.

— Олежка, ты двое сутки просидел на одном месте, не сводя взгляд со стены, у меня такое было, когда я узнал, что в том мире меня похоронили. Спецы по адаптации говорили, что это стресс-реакция, у людей, привязанных к основному контуру. Я так понимаю это были не летуны.

Командор опустил глаза вниз и помотал головой. Озвучить результаты долгого скрупулезного анализа язык не поворачивался.

— Мина со спины, — спокойным ровным голосом произнес Таран. — А где в это время находился Птах?

— Не хочу об этом. Я не знаю, что произошло. Теперь не знаю. Ты то что решил? Властям сдашь, или просто свалишь? — перевел тему Олег.

— Пехота своих не бросает. Да и зарплату за испытательный срок я уже взял.

Командор улыбнулся злость, бушевавшая в груди, постепенно сходила на нет, но чувство досады и негодования прочно укоренились в потрепанной душе. Теперь становилось понятно, каким образом Птах получил повышение, да еще и в элитный аналитический отдел попал, куда простому смертному путь заказан. Значит команда пришла сверху и за хорошо выполненную работу погладили по головке.

— Послушай, Олежка, — перебил ход мыслей Командора герой первой компании — насчет Птаха…

— Таран, два момента, — перебил речь Егора Командор, — первое, я не знаю, что случилось и пока у меня не появится хоть какая ни будь новая информация эта, тема табу; второе — Олега больше нет, есть Командор — беглый каторжник и авантюрист. И если ты со мной свяжешься, о последствиях можешь сильно пожалеть.

— Дорогой, работодатель, — начал речь Таран с максимальным пафосом, пытаясь перенять манеру Олега — Я готов поитить на это риск, всего лишь, за какие-то жалкие двадцать пять процентов.

Копировать пафосную манеру речи получалась крайне скверно, настроение Командора понемножку улучшалось.

— Ладно, вернемся к плану, — произнес Олег.

— Так, я уже, — ответил Егор.

— Что уже?

— Уже все приготовил, забрал броню и краски.

— Таран и когда ты все успеваешь?

— Я талант, — самодовольно пояснил Егор.

— А с этим супчиком что? — поинтересовался Олег, указывая на поганца.

— А он наказан, босс. Пока я за реквизитом бегал, он весь обед сожрал и тут все к верх ногами перевернул.

— И куда в него столько влезло? — изумился Командор.

— Это потому что я много дней голодал! — жалобно оправдался поганец и стыдливо опустил глаза.

— Что ж мне теперь с ним делать? — обратился Олег к герою первой компании, — кормить за спасибо такого прожорливого хомяка очень накладно. Как думаешь, Таран, может убьем его.

Егор смекнул, что Командор прикалывается над поганцем и ему нужно подыграть. По вчерашнему разговору Егор помнил, что леприкон был нужен Олегу для каких — то целей.

— Ну не знаю, босс, крови будет много потом все здесь отмывать и самому отмываться. Может просто выкинем его на улицу, а там местная шпана, его быстро камнями забьет.

После слов про шпану и камни последнего из рода даже передернуло. В принципе сбежать от стражника не представляло большого труда, он большой, неповоротливый, и быстро выдыхается, а вот если это будет ватага местной шпаны, мелкой, юркой, неутомимой, вот тут шансы на выживание стремительно падают.

— Командор, я ведь тебе нужен, — напомнил Шкода, — ты сам вчера говорил и даже монетку предлагал за помощь. Я согласен.

— Во-первых, поганец, не тебе, а вам. А во-вторых, не о какой монете теперь, речи идти не может. Я вообще теперь с тобой ничего общего иметь не хоту. Нет, каков наглец, Таран, эта маленькая сволочь пыталась вбить между нами клин, поссорить двух лучших друзей.

— Я слышал, что леприконы большие поганцы, — подтвердил Егор, — но чтоб на столько, видимо не зря ему собирались голову срубить.

— Хорош мне тут голову пудрить! — взбеленился поганец. — Театралы хреновы. Я нужен вам, Командор. Я это знаю, вы это знаете. Не будем ломать комедию, и тянуть коня за хобот. За помощь я хочу монетку. Не будет монетки не будет помощи.

— Ну вот, деловой разговор, — улыбнулся Олег, — за помощь ты получишь кукиш с маслом.

— С маслом! Поганец, соглашайся! — вклинился в разговор Таран совершенно сбив последнего из рода с толку.

— Какое, блин, масло?! — заорал взбешенный леприкон.

Поганец стоял напротив подельников и тяжело дыша, сжимал кулаки, казалось, он вот-вот кинется в бой.

— Какое масло, Командор? — переспросил Таранкин.

— Я думаю постное, в самый раз будет.

— Постное поедет, леприкон? — предложил Таран.

— Вы меня что, за дурака держите?! — начал впадать в бешенство леприкон.

— Босс, а поганец то не прост, кажется, он нас раскусил.

— Идите вы к лешему недоумки! — заорал взбешенный леприкон.

— Поганец, — обратился спокойным тоном Командор, — я у себя дома, иди ты сам к лешему.

Обиженный поганец подошел к двери, для него она была велика, и дотянуться до ручки не было никакой возможности.

Подельники молча наблюдали за нелепыми попытками леприкона открыть дверь. Попытки были тщетны, а попросить помощи не позволяло уязвленное самолюбие.

Командор недолго думая подошел поближе и распахнул дверь, последний из рода с гордым видом, как в принципе и подобает персонам королевской крови, вышел прочь. Олег закрыл дверь и вернулся к подельнику.

— Значит говоришь все забрал?

— Да, босс, краски в тумбочке, доспехи в ванной. Только это. Лохматый сказал, что краски начинают работать сразу после нанесения, какая-то там реакция с воздухом, а перестают светиться через тридцать восемь часов.

— Превосходно, нам больше и не надо, — довольно почесав бороду произнес Командор.

— И это. Там три цвета, на четвертый некоторых элементов не было.

— Тащи броню, будем из тебя орара делать.

Таран вытащил из ванной комнаты здоровенный тюк, развязал плащ, и груда доспехов рассыпалась по полу загромоздив собой все свободное пространство небольшой комнатки. Тяжелый и неблагодарный труд наряжать героя в латы, подгонка проходила с большим трудом, некоторые вещи налезали с натягом или садились не самым лучшим образом, но спустя сорок минут и пару томов отборного мата, Таранкин был одет. Было правда пару косяков на спине, щели через которые было видно, что орар не совсем орар. Этот момент помог решить эпический меч приличных размеров, аккуратно закрепленный на спине и фиолетовый плащ поверх всего этого безобразия. Своим видом Егор походил на огромного латника, закованного в броню из-за спины которого выглядывала сверкающая рукоять эпического меча.

— Ну вот, красавец! Теперь нам, дорогой Таран, сам черт не брат!

— Все бы ничего, босс, но сильно натирает немного выше колен и чуть ниже пояса.

— Это, Таран, издержки профессии.

Подельники стащили броню с бедолаги Егора, и Командор разложил на кровати вещи для себя — костюм тихушника эльфа и красивый плащ.

Олег уже было собирался нацепить на себя костюм, как вдруг раздались два сильных удара в дверь. Забыв про наряды, Олег метнулся к двери и аккуратно приоткрыл ее. В глухом тупике коридора происходила какая-то возня. Подельники подошли поближе, разобраться в происходящем.

Картинка была веселой, загнанный в угол поганец отмахивался паленом от приличных размеров дворняги. С минуту подельники молча наблюдали борьбу зверя и поганца. Когда пес кидался на леприкона тот в свою очередь бил поленом зверя по морде.

— Да уж. Парадокс! — в своей спокойной манере произнес Командор, — он ведь не первый раз загоняет себя в угол. Здесь либо клинический тупизм либо, одно из двух.

— Я думаю второе, — тоном вдумчивого философа ответил Таран. — Ну что, босс, посмотрим, как его сожрет собака, или пойдем свои дела делать?

— Ты прав, Таран, нужно дела делать.

После этих слов. Компаньоны развернулись и не торопясь направились в сторону своей квартиры.

— Контролер, помоги мне! — взмолился поганец.

Просьба о помощи не возымела действия, и единственная надежда на выживание неторопливым шагом растворялась в глубине мрачного коридора.

— Контролер! Я помогу тебе! Только спаси! — изо всех сил заорал леприкон.

Командор остановился и улыбаясь посмотрел на Тарана.

— Ну? И чего ты стоишь, надо помочь нашему новому сотруднику?

Егор не раздумывая ринулся в сторону распаленной собаки. Дворовый пес был увлечен загнанной добычей и совершенно не обращал внимание на то что происходит вокруг. Удар ногой под мягкое место привел зверя в чувство. Псина, озираясь с визгом бросилась прочь, попутно сбив Командора с ног. Егор двумя пальцами аккуратно взял поганца за шиворот (словно нагадившего котенка) и двинулся с ним в сторону открытой двери. Олег лежа на спине и бился в истерическом приступе смеха, ситуация с псом насмешила его до такой степени, что он не мог встать. Таран посмотрел на боса тяжелым взглядом, после схватил его свободной рукой за лодыжку и волоком затащил в квартиру. Егор находился в небольшой растерянности на полу валялись два истеричных существа.

Леприкон рыдал на полу после адреналинового шока, а Командор не мог остановить исторический смех.

Таран сел на пол оперившись спиной на стенку и спокойно наблюдал на два пограничных состояния обыкновенной истерики. Минут через пятнадцать леприкон начал потихонечку успокаиваться. А вот Командор напротив, его исторический приступ смеха только усилился.

— Таран, ха, ха, ха. Убей меня! — сквозь смех взмолился Олег.

— Это бесполезно, Олег, пока истерика сама не пройдет, тебе ничего не поможет. Это отходняк от коматоза. Спецы говорили, что он проявляется у всех по-своему. Я, например, начинаю есть без остановки.

Таранкина осенила идея, он достал из сумки две монетки леприкона и вложил их в ладонь Командора.

— Может поможет? — произнес обеспокоенный Таран.

Минут через десять Командор окончательно успокоился. А вот леприкона исторический смех вогнал в жуткий ступор. Поганец сидел в углу и боялся пошевелиться. Вид безумного смеющегося человека подействовал на него удручающе. Он и так считал всех существ кроме своей расы странными. А после увиденного стало совсем не по себе.

— Таран, если такая фигня повторится, прикончи меня не задумываясь.

— Вроде больше не должна, если только ты обратно в коматоз не угадишь, — успокоил начальника Егор.

— Так ладно посмеялись и будет, Таран, тебе надо будит метнуться к местному аукциону и прикупить там каталог, желательно чтоб эпических вещей было побольше.

— У меня есть каталог, правда старый. Пойдет?

Командор кивнул головой в знак согласия. Таранкин достал из-под кровати огромную перелатанную сумку похожую на старый военный вещь — мешок. Немного в нем порывшись, он извлек из недр толстый аукционный каталог. Книжечка была в плачевном состоянии вся истрепанная и замусоленная.

— А ты талант, Егорка, когда успел вещи перетащить?

— Вчера, я ведь сначала думал, что ты врешь, Олег, властям тебя сдать хотел. Но когда увидел, что с тобой после моих слов произошло. В принципе мне многое стало ясно. Ну не бросать же старых друзей в беде. Сходил за Броней и красками. Потом к себе домой наведался, а там дверь взломана все перевернуто. Ну я нужный шмот собрал в сумку и решил пока у тебя пожить. В этом городе черти что творится. Вернулся к тебе и здесь все вверх дном, и наш новый мелкий соратник что-то ищет. Пришлось его наказать, он сначала у меня тщательнейшим образом убрался, а после я его сидеть на одном месте заставил.

— Это правильно, молодежи нужна крепкая дисциплинирующая рука, — согласился О. Бендер.

— Так что делать будем, Командор?

— У меня магический дар, дорогой мой Таран, я могу простые вещи превращать в эпические.

После этих слов лица Таранкин и леприкон слегка вытянулись.

— Ты чего, Олег, такого не бывает нельзя из простой вещи сделать эпическую.

— Это ты собрался создать великую вещь? Кажется, кому-то нужно еще немножко посмеяться? — не удержался поганец.

Командор начал свою речь в пафосной манере.

— Только сегодня, маэстро великих свершений научит вас, неразумных, великим тайнам превращений! Я покажу и расскажу секреты мастерства этого древнего дела. Любой великий крафтер признает вас величайшим авторитетом…

— Брехня! — прервал речь Командора поганец, — даже мой дед не мог свершить такое, а у него было целых двенадцать монет. Прадед что-то подобное мог провернуть, вот тот был великий кудесник.

Командор горько вздохнул, взял кисть, краски, каталог, перчатку орора и уединился в ванной комнате, оставив подельников наедине. Работа закипела Олег нашел в каталоге эпическую перчатку, похожую на ту, что была у него. Силовые линии были тонкие и тянулись вертикально, от запястья к пальцам. Олег открыл неоновую краску голубого цвета и процесс пошел. В силу отсутствия опыта получалось довольно коряво. То линии выходили кривыми, то толщина нитей силы была разной. Но спустя полтора часа и бесчестное количество попыток получилось очень даже здорово. Линии легли как надо, одна к одной. Перчатка походила на эпическую, она подсвечивалась неоновым сиянием, словно настоящая. По крайней мере трудно было найти различия с перчаткой из каталога. Еще какое-то время краски сохли. А после полного высыхания маэстро великих свершений представил свое детище на суд публики.

— Как ты смог, каторжник? — изумился поганец, — откуда ты знаешь такую страшную магию?

Егор уже догадался, что это за страшная магия, сопоставив неоновые краски каталог и простые доспехи, но результат поразил. Прорисовка линий поражала реализмом.

— Вы знаете Командор, а ведь никто даже не подумал, что можно использовать эту краску таким образом. Удивительно, — резюмировал Таранкин.

Далее началась бурная художественная деятельность, Таранкина снарядили в костюм орора и начали разукрашивать. Леприкон показал свои возможности. У него здорово получалось рисовать тонкие линии, талант поганца раскрылся в полной красе. И к двум часам ночи трудная работа была завершена. Орар был ужасающ, тонкие линии на броне переходили к сочленениям. Смотрелись крайне правдоподобно.

— Теперь, со мной даже типы из топа не рискнул связываться, — произнес Таран рассматривая себя в небольшое зеркальце принесенные из ванной комнаты, — я эпический орар!

— Ну что ж…. Дорогие коллеги по цеху! Ты, Тарн и ты, поганец. Вы сомневались в моих возможностях….

— Я никогда, Командор, — перебил О. Бендера Егор.

— Ваша страшная магия — это шарлатанство! — взбеленился Леприкон, — и хватит называть меня поганец. В конце концов у меня имя есть.

— Во-первых, мой недалекий друг, кому как не тебе знать, что шарлатанство — это и есть настоящая магия, а во-вторых свободные артисты, на вроде нас, должны пользоваться не именами, а сценическими псевдонимами. Предложи интересный и, если он нам понравится мы перестанем звать тебя поганцем.

— И я хочу денег, — не унимался леприкон, — вон Тарану ты заплатил пять тысяч, я слышал, я тоже хочу пять тысяч.

— Хорошо. По завершению операции ты получишь пять тысяч, — спокойным тоном ответил Олег.

— И так дорогие коллеги по цеху подготовка операции "нумизмат" закончена, у нас осталось тридцать восемь часов до ее завершения, в противном случае нам вновь придется заняться художествами.

Глава восемнадцатая. О пользе импровизации

Утро бодрило всех, кроме Олега Евгеньевича. Он усиленно плющил подушку лицом. Просыпаться ужасно не хотелось, а коллеги по цеху напротив, проснулись, пораньше предвкушая новые интересные приключения. Не каждый день удается провернуть аферу на два миллиона полновесных золотых кругляша. Егор молча сидел в углу на табурете, а поганец нервно нарезал круги по комнате.

— Ну, скоро он, Таран?

— Да дай ты человеку поспать, — шепотом бубнил Егор.

Потом леприкон уходил на следующий круг. Расхаживал взад-вперед еще пару минут и вновь спрашивал.

— Ну, скоро он, Таран?

— Да отстань ты от меня, не знаю я. Как проснется, так и проснется.

Командор продрал один глаз и посмотрел на коллег, картина не радовала, спать хотелось ужасно, но это постоянный бубнеж и топор небольших ножек по полу не давали в полной мере насладиться сладкой утренней негой.

— О, проснулся! — завопил обрадованный леприкон увидев, что, Олег приоткрыл глаз. — Вставайте Командор, нас ждут великие дела!

— Это нас ждут великие дела, а ты будешь сидеть дома, сторожить табуретку.

— Зачем? — удивился леприкон.

— За шкафом, — ответил Олег, истомленный ранним пробуждением. — И так господа, я сейчас в ванную приводить себя в человеческий вид. Твоя задача, поганец, придумать себе сценический псевдоним, проще говоря кличку. А ты, Таран, начинай наряжаться в доспехи с сегодняшнего дня ты орар.

После этих слов, Командор взял вещи тихушника и скрылся в ванной комнате. Эльфийские шмотки налезла на Олега играючи, правда была пару узких мест, в которых они сильно жали. На голову Командор намотал шарф, на манер тюрбанов йогов. Застегнул на шеи плащ и накинул капюшон.

— Красавчик! — довольно произнес Командор, глядя на себя в зеркало.

В таком виде он и предстал перед подельниками.

— Ну, господа? Как вам мой новый сценический образ? — деловито поинтересовался Олег.

— Ничего особенного, — съязвил поганец.

— Намного лучше, чем было, босс.

— Так, поганец, ты придумал себе кличку?

— Мне нравится Клест, мы с отцом часто за этими птицами наблюдали, — предался воспоминаниям леприкон.

— Ну, Клест, так Клест. Слава богу, что не глист, — ответил язвой Олег. — И так, с сегодняшнего дня ты, Блупик Шкода, так же известный как леприкон поганец, а также лохматый боевой тупень, получаешь прозвище Клест. Носи его с гордостью.

Леприкон прочувствовал момент, все-таки была в словах Командора сила убеждения.

— Теперь, что касается тебя, Таранкин. С сегодняшнего дня ты очень молчаливый орар. Если ты хочешь привлечь мое внимание, просто сжимай пальцы левой руки, если опасность правой. И ни при каких условия ты не должен проколоться. Вся дальнейшая операция строится на страхе горожан перед этим существом. Я надеюсь, это понятно?

— Да. Молчать постоянно, в случае опасности сжимать пальцы правой руки, внимание — левой.

— Далее, — продолжил инструктаж О. Бендер, — если я дам команду к оружию, ты схватишься за рукоять меча. Можешь даже его немножко вытащить из ножен. Сантиметров на пять не более. Пусть увидят насколько у тебя эпический меч.

Меч и в самом деле был сверх эпическим. Командор запарился выводить тонкие линий, а посему было принято решение просто облить сломанный меч остатками неоновой краски трех цветов. Оружие получилось шедевральным. До сего дня "Другой Мир" не встречал более эпической вещи.

— Теперь что касается тебя, Клест, — обратился Командор к леприкону, — ты нам скоро понадобишься, бодрым и свежим, так что отсыпайся и готовься.

На самом деле работы для Клеста пока не было. И чем можно было занять поганца Командору не приходило в голову. А по сему, решил он, пускай морально готовится к важной миссии.

— С сегодняшнего дня и до конца операции, мой сценический псевдоним — Дон, таинственный коллекционер с желтых островов.

Раздав ценные указания таинственный коллекционер с желтых островов и его верный охранник — эпический орар вышли на теплые пыльные улицы славного города.

Появление в городе эпического монстра не осталось незамеченным. Многие помнили те темные времена, когда три подобных существа разнесли половину Соленты в щепки. Сначала за таинственным коллекционером и его телохранителем на почтенном расстоянии следила небольшая кучка игроков, но, когда подельники добрались до кафе Мурата, небольшая кучка превратилась в толпу приличных размеров.

В кафе у Мурата Олег уселся за свой любимый столик, а эпический орар покорно стоял рядом с оградкой, отделяющей пространство заведения общепита и уличную территорию.

Ситуация накалялось, приличных размеров толпа перекрыла проходную улицу с обеих сторон. Люди были взвинчены и вооружены до зубов, каждый из них понимал, чем может закончиться это занимательное мероприятие. Люди в толпе уже были готовы к кровавой драке, но их сдерживали. И с одной и с другой стороны улицы толпу успокаивали какие-то игроки. Таранкин нервно шевелил пальцами обоих рук, а Командор безмятежно пил приятный жасминовый чай, с видом полной отрешенности, будто ничего не происходит и улица абсолютно пуста.

Из толпы с разных сторон улицы вышли два игрока, тяжело бронированный гном и латник гоблин с двумя мечами. Перекинувшись парою слов, они направились в кафе Мурата.

— Послушай, уважаемый, это твой орар? — обратился гоблин к безмятежному посетителю уличной кафешки.

— Мой, — ответил Командор, отхлебывая чай из красивого фарфорового блюдца.

— У нас к тебе большая просьба, — продолжил разговор гном, — точнее добрый совет. Покинь город. Сейчас встань, забери это исчадье и исчезни за вон теми городскими воротами. Можешь даже за чай не платить считай это подарком от города.

— Солента город щедрый, — съязвил Командор, — а как насчет встречного предложения? Вы, два недоумка, разгоните всю эту толпу, дабы они не провоцировали моего телохранителя на полное разрушение города.

— Да ты хоть знаешь с кем ты разговариваешь, падаль! — взбесился гном. — Я правая рука Ворона.

— Да хоть левая нога суслика! Идите к черту и не мешайте мне чай пить.

Гном потянулся к рукояти топора.

— К бою!! — выкрикнул Олег.

Орар схватился за меч и вытащил его из ножен сантиметров на пять. Толпа ахнула, такого яркого свечения от эпической вещи в этих краях еще не видывал.

Прошлой ночью у Олега слипались глаза, и он особо не рассматривал удачно ли вышел меч, честно говоря он не рассчитывал, что ситуация дойдет до такой точки кипения. Командор планировал обратить на себя внимание, чтоб на равных поговорить с коллекционерами, но как всегда что-то пошло не так. Олег, не глядя обильно облил лезвие сломанного меча всеми имеющимися красками засунул его в ножны и отправился спать, надеясь на лучшее. Краски растеклись неровно, там, где они наслаивались образовывались светящиеся полосы фиолетового цвета, очень похожие на грозовые разряды. Увидав эту картину многие, игроки предпочли исчезнуть из поля зрения столь опасного существа и толпа, блокирующая улицу с двух сторон сильно поредела.

До заветного топора рука тяжело бронированного гнома так и не дотянулась. Оценив свои шансы на успех, правая рука Ворона Лима решил не рисковать.

— Послушай, уважаемый не горячись, — вклинился в беседу латник. — Я помощник Палама Пепельного, это его часть города. Не обращайте внимания на этого клоуна. Палам скоро сам должен подойти. Мы разумные люди, давайте решим все мирно.

— Отставить!!! — крикнул Командор.

Орар засунул обратно меч в ножны и опустил руки продолжая нервно шевелить пальцами.

Толпа почтительно расступилась и в центр прошел высокий темный эльф в эпической броне, его короткий магический посох был увенчан трехглазым черепом непонятного существа. Латник помахал рукой хозяину и двинулся на встречу. Они перекинулись парою слов, и темный эльф направился к кафешке Мурата.

— Разрешите к вам присоединиться? — любезно поинтересовался Палам.

Палам Командору понравился, в нем чувствовалось благородство натуры, вежливость и многие другие повадки выдавали аристократический дух.

— Да конечно, присаживайтесь Палам.

— Мы с вами вроде не знакомы?

— Ваш человек рассказал, что вы должны появиться, — пояснил Олег.

— А вы…?

— А меня можете звать Дон. Я между прочим прибыл в город по вашу душу.

— Послушайте, если хотите драться, давайте выйдем за пределы города, репутация Соленты и так сильно пострадала за последние несколько ночей.

— Да за кого вы меня держите? — возмутился Командор. — У меня и в мыслях не было драться с вами или приносить в ваш красивый город какие-либо неудобства. Я коллекционер и приехал сюда посмотреть на лучшие коллекции на континенте. Но если я доставляю вам какое-либо неудобство, то я сейчас же покину ваш замечательный город. Я честно сказать вообще не понимаю, что происходит, почему эта толпа меня окружила.

— Это из-за вашего спутника, — пояснил Палам, — подобное существо несколько лет назад разнесло половину города. Многие помнят эти страшные времена. И отношения к подобным существам у нас неоднозначное.

— Не в одном городе я не встречал подобных предрассудков, — поразился таинственный коллекционер, — орар это всего-то средство, он сам никогда не причинит вреда, если ему не отдать такой приказ.

— В принципе, вы все правильно говорите, но люди помнят. И страх остался.

— Приношу свои извинения за доставленные неудобства. Я допью чай и покину город. Вы уважаемый Палам составите мне компанию? — предложил Командор, — если я не увижу вашу замечательную коллекцию, хотя бы расскажите о ней.

Пепельный присоединился к чаепитию. Поредевшая толпа из далека, наблюдала за беседой двух коллекционеров.

— А вы, из каких земель, уважаемый Дон?

— Я не с материка, — соврал Командор, — с островов.

— А у вас там много коллекционеров? Я слышал, что у одного из коллекционеров с Желтых Островов есть удивительная коллекция. Например, солнечная дудка.

В своей интеллигентной манере Палам Пепельный пытался узнать у Командора, не является ли он тем самым легендарным Коллекционером, задавая наводящие вопросы и Олег это прекрасно понял.

— Послушайте Палам, я здесь инкогнито. У меня кое какие дела в этой части континента. Но чтобы рассеять ваши сомнения.

Командор пошарил за пазухой и достал запечатанный конверт, разорвал его и положил перед темным эльфом.

— Что это? — с недоверие поинтересовался Пепельный.

— Загляните внутрь.

Пепельный был поражен увиденным. В его руках находилось сокровище — редкая монетка, которой желал обладать каждый коллекционер в 'Другом мире'.

— Простите что сомневался.

Командор выхватил конверт из рук Пепельного и убрал его с глаз долой.

— Это уже не имеет никакого значения. После завтрака я покину ваш прекрасный город.

— Не горячитесь. Вы абсолютно правы, с этими пережитками нездорового прошлого нужно бороться.

С этими словами темный эльф встал из-за стола и вышел на середину площади.

— Внимание народ! — выкрикнул Палам пытаясь перекричать толпу. — Этот человек, мой гость. А орар его телохранитель. И если кто-то из вас попытается причинить ему какой-либо вред. Он будет иметь дело со мной. Знайте сами и передайте другим.

Толпа недовольно загудела, и потихонечку начала расползаться в разные стороны. Запланированное шоу не состоялось.

Пепельный вернулся за столик.

— А это не повредит вашей репутации? — поинтересовался Командор.

— Знаете, уважаемый Дон, в наше время очень трудно найти истинных ценителей прекрасного. А репутация дело наживное.

— Тут вы правы, Палам. Так что, мне можно будет остаться?

— Я настаиваю, и более того, я приглашаю вас вечером посетить мой особняк. Ознакомиться с коллекцией, так сказать, вы ведь за этим сюда приехали?

— От части. Я в вашем городе по другому делу, но не глянуть на такие известные коллекции было бы преступлением.

— Тогда не буду вас задерживать, — Пепельный пожал руку Командору и встал из-за стола, — вечером жду вас в гости.

Олег склонил голову в знак согласия и коллекционер удалился.

На другой стороне улицы стоял бронированный гном и с интересом следил за беседой и чаепитием. — "Правая рука Ворона Лима — Зорин. У него любовница в доме Палам", — припомнил Командор.

Олег нацепил стеклышко и внимательно рассмотрел все его характеристики, после оставил золотой на столе и не торопясь отправился на свою съемную квартиру. Несколько бдительных горожан следовали за подельниками на почтительном расстоянии, среди них был и Зорин.

Подельники в сопровождении, но без особых приключений добрались до дома. Командор закрыл на засов входную дверь и приземлился на кровать.

— Это было стремно, — возбужденным тоном произнес герой первой компании, — я думал нам хана. Еще бы немного и нужно было бы чистить доспехи орара изнутри.

— Все прошло даже лучше, чем я планировал. Теперь и Ворон будет в курсе о нас.

— И чего в этом хорошего? — поинтересовался Клест, вылезая из-под кровати. — Что Пепельный, что Ворон. Оба конченые сволочи. Ненавижу их.

— Вот это номер!? — удивился Командор. — И чего они тебе плохого сделали?

— Держали в клетке и натравили шпану. Этим сволочам мои монетки понадобились.

— А чего ты им их не отдал? — поинтересовался Таран. — Отдал бы хотя бы одну, глядишь отпустили бы тебя.

— В самом деле, мне же ты отдал монетки, — добавил Олег.

— Здесь другое дело, уважаемый Командор, есть определенные правила у нашего народа.

— Я не понимаю? Какие могут быть правила? — Олег вопросительно посмотрел на леприкона, — может пояснишь?

— Помните, как мы с вами познакомились? — Клест тяжело вздохнул, — так вот, чтоб получить монетку от леприкона, над ним необходимо хорошенечко пошутить. А вы в той пещере, по угорали надо мной знатно.

— Все равно не понимаю? Ну не отдал бы ты мне эти монеты и что бы поменялось?

— Для нас многое, Командор. Я вам уже говорил, леприконы дети удачи. Когда мы пакостим, мы получаем энергию из окружающего мира. Накопив достаточно энергии, в день высокого солнца леприконы идут в высокий храм, приносят семь тысяч золотых монет и просят благословения у бога-шутника Локи. Он касается нас своей десницей и, если ему нравятся наши шутки он одаривает нас золотой монетой леприкона. Она является хранилищем магической силы и приносит удачу. Когда я отдал вам две монеты в подземелье, я пожадничал и Локи отвернулся от меня. Нужно вам было отдать три монеты, а я отдал две. А если откупиться подобной монетой, удача покинет леприкона навсегда.

— Это многое объясняет, — вклинился в разговор Таран.

— Прискорбный факт, — посочувствовал Командор, — слушай, а если ты их разыграешь, отомстишь, Локи может вернуть тебе твою удачу?

— Не знаю. Никто не знает, о чем думают боги. Скорее всего, да.

— Вот и прекрасно, Клест! Теперь наказание этих сволочей наша первостепенная миссия, — Командор взял поганца за плечи обеими руками, заглянул ему в глаза взглядом полным скорби и произнес с чувством, — мы отомстим за тебя брат!

Поганца проняло, он очень давно не слышал в свой адрес добрых слов. Не от людей ни от леприконов. Глаза у Клеста были на мокром месте, он начал слегка пошмыгивать носом.

— Мне это, в туалет срочно надо, — заволновался Клест.

Казалось поганец сейчас расплачется от переполняющих его чувств. И чтоб сохранить лицо ему необходимо было уединиться.

— Конечно друг, мы всегда тебя поддержим, ты лучший, мы гордимся тобой!

Похоже Командор нащупал ту тонкую струну в душе поганца дергая за которую можно было вызвать самые тяжелые и потаенные эмоции. Видимо детство у леприкона было не легким. И теплых эмоций ему катастрофический не хватало. Он влетел в ванную комнату захлопнув за собой дверь.

— Ты самый лучший тупень! — крикнул вдогонку Олег.

— Вот как был ты свиньей, Олег Евгеньевич, так свиньей и остался.

— Всего на всего немного практической психологии, — оправдался Олег.

— Всегда поражался этим твоим фокусам с психологией. Ну ладно, ты шпану между собой стравливал, но Клест, все-таки, теперь наш соратник.

— И правда не хорошо получилось. Хотя кого я обманываю? Все вышло лучше, чем я рассчитывал.

— Да уж, Олежка, сволочь ты редкостная, — резюмировал Таран.

— К сожалению, это вакантное местечко в нашем канторе уже занято. Ладно, это все вода. Нам с тобой, мой друг, необходимо морально подготовиться к вечеру в высшем свете. Кстати, ты когда-нибудь бывал в особняке Пепельного?

— Там мало кто бывал. Ах да! Совершенно забыл.

С этими словами Таран полез под кровать за своей огромной сумкой, порывшись в ней пару минут, он извлек на свет божий ладную кольчужную перчатку.

— Это вам командор, досталась по случаю. Была еще одна, но после разгрома в моем доме я ее найти не смог. Это был набор из двух перчаток, одна на интеллект, вторая на меткость, типоразмер ваш, и они подходят с первого уровня.

— Таран, я уже не первый раз слышу про типоразмер, но что это значит до сих пор не очень хорошо понимаю?

— Есть несколько типоразмеров, малый — существа размерами с гнома и ниже, следующий — средний от гнома, до гоблина и большой, существа больших размеров.

Теперь вопрос прояснился, и Командор сквозь стеклышко рассматривал подаренную обновку.

Кольчужная перчатка тонкого плетения

Интеллект + 10.

Олег надел подарок на правую руку и еще раз посмотрел на перчатку. Увиденное его слегка озадачило. Описание изменилось.

Кольчужная перчатка новичка (набор новичка, правая).

Интеллект +10.

При использовании полного набор: магом +2 Манна.

При использовании полного набор: стрелком +2 меткость.

Еще появились несколько непонятных параметров написанных непонятным языком.

— Вот это номер! — Командор с удивлением посмотрел на Егора. — Ты хоть представляешь, что ты сейчас натворил?

Таран отрицательно покачал головой. — Ты сейчас открыл мне глаза. В буквальном смысле этого слова. Теперь я смотрю на мир по-другому.

Статистика тарана тоже претерпела изменения, дополнившись новыми параметрами и шкалами с пояснениями на непонятном языке.

Олег принялся рассматривать все вещи, попадавшие в поле зрения. Приписки на незнакомом языке были Практический на всех вещах. Впрочем, с одним параметром Командор смог разобраться, этим параметром была шкала прочности. Он сопоставил потрепанность вещей на глаз и по шкале, выходило примерно одинаково.

Наигравшись со стеклышком Командор завалился спать, дав строгий наказ не беспокоить его до вечера. Таранкин спорить не стал, он присел на табурет и задремал. И только Клест недовольно пыхтел сидя на полу.

Ближе к вечеру леприкон разбудил коллег:

— Посмотрите там на улице сейчас, что-то начнется.

Олег выглянул за штору, увиденное не внушало оптимизма. Две небольшие группы стояли друг на против друга и что-то бурно обсуждали. Таран аккуратно заглянул за шторку.

— Здесь все люди Палама и все люди Ворона. Сейчас что-то будет!

— Нам нельзя этого допустить! — нервным тоном произнес Олег, — сейчас же наряжайся в броню. Необходимо растащить их, иначе весь план пойдет коту под хвост.

Облачение в броню процесс не скорый. И Командор решил взять инициативу в свои руки.

— Таран, как облачишься выходи на улицу.

С этими словами Олег выскочил за дверь. У входа в дом номер восемь по улице Солнечная намечалась не шуточная трагедия. Подобно Шекспировским Монтеки и Капулетти две противоборствующие стороны стояли друг на против друга. И вот в самую гущу этих событий и влетел Олег Евгеньевич Бэндер.

— Какого лешего вы разорались у меня под окнами!? — выкрикнул взбешенный таинственный коллекционер.

К нему подошел помощник Палама.

— Меня прислал Палам, чтоб проводить вас до особняка. Для вашей же безопасности.

— Эй ты! — выкрикнул Зорин. — Мой бос хочет тебя видеть. Если ты не пойдешь с нами по-доброму. Тебе же будет хуже.

— Слышь ты, идиот, — взорвался Командор, — передай своему босу, что, если он хочет пообщаться пускай приходит лично, а не присылает стадо малообразованных ослов. А если вы сейчас не растворитесь в пространстве, я возьму своего орара и наведаюсь в особняк вашего боса. А потом его придется очень долго отстраивать заново.

За спину Командора вышел, бренча металлом эпический орар. Прыти у сторонников Ворона сразу поубавилось, а тон стал на порядок тише и миролюбивей.

— Ты не подумай ничего такого, просто Ворон Лим приглашает тебя к себе в гости. Он хочет с тобой поговорить, — заискивающим тоном произнес эльф — маг, один из сторонников Ворона.

Командор улыбнулся и подошел к парнишке.

— Молодой человек, — начал Олег свою тираду спокойным миролюбивым тоном, — передайте, пожалуйста, своему патрону, что в данный момент я чрезвычайно занят. Я уже приглашен в гости к Паламу Пепельному. И мне очень бы не хотелось обижать это почтенного эльфа. А если ваш хозяин желает со мной пообщаться пускай завтра приходит в кафе Мурата, я буду там завтракать.

Маг хотел было еще что-то сказать, но Командор резко перебил его:

— Я все сказал. Так и передайте вашему патрону.

Немного посовещавшись люди Ворона покинули улицу, впрочем, пару соглядатаев осталось неподалеку.

— Палам вас с радостью примет в любое время, — напомнил о себе помощник Пепельного, — как только будите готовы, дайте знать. Мы вас проводим до особняка.

— Сейчас, сумку захвачу и можем выдвигаться.

'Почетный караул' со всей помпой проводил дорогого гостя к особняку Пепельного. Прекрасный огромный дом в готическом стиле встретил приветливым светом из огромных окон. Сам хозяин в предвкушении интересного вечера прогуливался по по огромной террасе. Не каждый день удается пообщаться с легендарным коллекционером с желтых островов.

— Добро пожаловать в мою скромную обитель, — поприветствовал гостя хозяин дома.

— У вас очень красивый дом, Палам.

Хозяин дома не стал разводить политесы и перешел сразу к делу.

— С чего желаете начать? Можем вы желаете отужинать, выпить бокал вина, а потом я проведу вас по своей коллекции, — предложил гостеприимный хозяин.

— А может мы возьмем по бокалу вина и сразу перейдем к коллекции. Вы уж извините, Палам, но я не голоден.

Палам понимающе улыбнулся.

— Конечно. Какое вино пьют на желтых островах?

— Я предпочитаю кьянти.

В сортах вина Олег Евгеньевич разбирался так же хорошо, как и в сортах женской пудры, то есть никак. Просто это первый известный ему сорт вина, пришедший на ум. Пепельный подал сигнал одному из прислужников и тот скрылся из виду. Широкая входная дверь растворилась, и гости вошли первый демонстрационный зал. По обе стороны огромной залы стояли доспехи различных видов и размеров. Командор вставил стекляшку в глазницу и приступил к внимательному изучению коллекции.

Палам Пепельный был поражен возможностями заезжего коллекционера. Командор играючи рассказывал гостеприимному хозяину различные подробности о экспонатах коллекции, открывал их потаенные свойства, указывал на недочеты и ошибки в описании. Казалось гость знает все и обо всем. И это не удивительно, стеклышко открывало Олегу множество скрытых от глаза простого игрока тайн и особенностей. Коллекционеры обходили зал за залом и практически на каждую вещь Дон мог дать исчерпывающую детальную информацию. Некоторые вещи открывались заядлому коллекционеру с новой стороны.

— Пройдемте, Дон, в следующий зал, там у меня хранятся особо ценные вещи.

Пепельный распахнул дверь и жестом пригласил пройти гостя в следующую залу. Олег учтиво двинулся в перед, за ним проследовал орар. Зал был меньше остальных, да и вещей в нем было не так уж и много. Командор принялся рассматривать имеющиеся экспонаты. Практический все они были эпические. Кроме названий нельзя было ничего узнать, надписей было много, но все на неизвестном языке.

— Как вам моя коллекция? — поинтересовался хозяин.

— Она великолепна, просто слов нет, — вошел в роль Олег, — очень много интересных экспонатов.

— Послушайте, Дон. У меня к вам будет небольшая просьба, — обратился Палам к гостю. — Полгода назад на побережье была небольшая стычка. И корабль с желтых островов был захвачен вместе с капитаном. Обыскав трюмы, люди с материка нашли шкатулку с вот такими монетами, — Палам указал на небольшой стенд, — матросов с джонки допросили, как могли. Но никто из них про монеты ничего не знал. И в ходу на желтых островах их никогда не видели.

Командор подошел к стенду и внимательно рассмотрел монета.

Ритуальная деньга храма девяти лун. Острова Мао.

(награда за помощь главе монастыря).

— Это ритуальная деньга с острова Мао. На желтых островах про Мао известно не много. И про эти монеты также известно не многое, — соврал Олег.

Пепельный был в восторге. Подобные монеты были еще у дюжины коллекционеров, но никто так и не смог узнать, что это за деньги.

— И в качестве десерта, покажу вам еще одну вещицу. Приобрел ее недавно. Шестьсот тысяч золотом отдал. Послезавтра соберу налоги и прикуплю свиток распознания. Если я не ошибаюсь эта вещь оставит Ворона далеко позади на долгие годы.

Командор узрел небольшой кусок деревяшки вдоль которой тянулись довольно крупные силовые нити. Положение было аховое, перед ним лежал посох мертвого бога Ромуа. Непонятно было почему этот кусок деревяшки назывался посохом, зато было понятно другое, если свиток распознает предмет, то необходимость в монете у заядлого коллекционера полностью отпадает. А это никаким образом не входило в планы коллекционера с Желтых островов.

— Проклятая вещь! — нервным голосом произнес Олег. — Эта дрянь меня преследует!

— Что случилось? — удивился Палам.

— Послушайте Палам, у кого вы купили это? — Олег указал пальцем на артефакт.

— У одного торговца, его случайно встретил мой человек. А что это?

— Это мое проклятье, — Командор тяжело вздохнул, — я, как и вы, купил эту вещь по случаю. Обошлась она мне в триста тысяч. А вот чтоб открыть ее свойства я отдал еще семь миллионов, постепенно повышая стоимость свитков.

— А с какой суммы вы начали? — не выдержал коллекционер.

— Полтора миллиона и далее на повышение. Распознался он свитком за два с половиной миллиона, — Соврал Командор.

— Прискорбно, у меня сейчас таких денег нет, — приуныл Пепельный.

— И слава богу! Если бы вы знали, что это за дрянь. В общем после того как я распознал этот артефакт… — Олег театрально покачал головой. — За шесть сотен тысяч вы узнали бы что вас кинули. Послушайте, Палам, смиритесь. Мне повезло куда как меньше, мне этот урок обошелся почти в семь с половиной миллионов.

— А все-таки, что это? — не унимался Палам.

— Простите, но после того как я это расскажу мне будет стыдно смотреть вам в глаза.

— Вы думаете не стоит ее показывать на ежегодном съезде коллекционеров?

— Палам, я этой… — Олег некоторое время подбирал подходящее слово, — хренью намучился изрядно, извел гору денег и в итоге отдал ее дельцу для перепродажи. Я от нее избавился и вздохнул с облегчением. Возможно кто-нибудь из ваших гостей, подобным образом попадал с этим предметом. Я вообще думаю, что эту вещь запустили в этот мир чтоб она, выкачивала средства из энтузиастов своего дела.

Палам открыл стеклянную дверцу и накрыл артефакт шелковым платком.

— Вы, Палам, предлагали отужинать. Я бы теперь не отказался подкрепиться.

— Конечно пройдемте в столовую.

Пепельный щелкнул пальцем и возле двери появилась служанка.

— Накрывай на стол.

Эльфийка в костюме горничной покорно кивнула головой и скрылась из виду.

К приходу коллекционеров в столовую стол был уже сервирован. Гости расположились друг на против друга и приступили к вечерней трапезе и неторопливой беседе. Эпический орар стоял у входа и периодически заглатывал слюну глазея на огромное количество диковинных блюд. А коллекционеры за столом больше пили чем ели. Олег поковырялся ради приличия в паре блюд вилкой и на этом реприза закончилась.

— И так, Дон, вы говорили, что в наших краях по делу.

— Да, у меня имеется пара дел, — согласился Олег.

— И что за дело? Вы не подумайте ничего такого. Просто возможно мои люди смогут вам помочь и вам не придется таскать за собой всюду подобное существо, — Пепельный перевел глаза на одиноко стоящего орара.

— Так и быть, — сдался Командор, — расскажу вам. Я прибыл на материк с одной целью. Найти иглу Соломона.

— Ну не знаю, как по мне это сказка. Сомнительное мероприятие, — скептически ухмыльнулся хозяин.

— Это мой единорог, — вдохновенно произнес Командор. — Если я отыщу эту иглу, она станет кульминацией моей коллекции. Я, Палам, изрядно поиздержался и по этой причине принял решение продать монету.

— Заманчивое предложение. Скажите, а я могу проверить монетку. У меня по случаю специально обученный маг имеется.

— Само собой, — Командор положил монетку на стол.

Пепельный щелкнул пальцами и из-за двери появился прислужник — человек во фрачном костюме.

— Посмотри артефакт, — сухо произнес Палам.

Прислужник подошел к столу внимательно осмотрел монету и начал, водя руками что-то бормотать. Секунд через двадцать ритуал был закончен, и прислужник что-то прошептал на ухо Пепельному. Хозяин довольно улыбнулся.

— И сколько вы за нее хотите?

— Досталась она мне за миллион пятьдесят.

Хозяин дома смотрел на гостя ироничным взглядом.

— К сожалению, я сейчас не могу купить монету. Я планирую купить свиток за миллион двести и все-таки рискнуть. Но если вам так срочно нужны деньги я поскребу по сусекам и тысяч триста возможно отыщу.

— Не стоит, — со всем почтением ответил Командор, — у вас и так в преддверии показа большие траты. Не хотелось бы вгонять вас в долги. Попытаются счастье с Вороном, хотя о нем так хорошо, как о вас не отзывались.

Вся дальнейшая беседа протекала в лилейных тонах, как это принято у культурных людей. Говорили обо всем и ни о чем. К концу беседы О. Бендер пригласил прожженного коллекционера посетить его на Желтых островах, но конкретного адреса так и не оставил. Все правила и нормы морали были соблюдены, и почтенный гость покинул особняк уважаемого хозяина. Всю дорогу домой Олег был спокоен, но как только дверь квартиры номер восемь захлопнулась, почтенный коллекционер взорвался бешеным количеством качественного, отборного мата. В адрес Палама Панельного и всей его семьи летели такие красочные эпитеты, что даже у бывалого Таранкина начали, заворачивается уши.

— Да что не так? — не выдержал Таранкин.

— Что не так? Да он меня обуть пытается на ровном месте, триста штук. А главное, как он в себе уверен.

— А чего ему уверенным не быть, все в городе знают, что у Ворона больше трехсот штук к этому времени не бывает, живет он слишком вальяжно.

О. Бендер горестно вздохнул.

— Все планы псу под хвост.

Клест, видя дурное настроение Командора, решил не влезать в его бранную тираду. Он достал бумажка с гусиным пером и попытался по памяти записать крепкие, но не совсем понятные обороты.

— Теперь внимание, господа подельники, сейчас я дам вам вводные и каждому из вас предстоит хорошенечко подумать в полной тишине. Особенно это касается тебя, — Командор строгим взглядом посмотрел на поганца. — И так с одним коллекционером мы пролетели, теперь нам осталось одно, впарить монету Ворону. Как только что выяснилось, кэша у нашего потенциального клиента кот наплакал. К утру жду от вас предложений.

После этих слов утомленный Командор не раздеваясь завалился в кровать закинул руки по под голову и закрыл глаза. Ситуация была тупиковая несколько дней тщательного планирования увенчались фиаско. Кропотливо разработанный сценарий в корне отличался от суровой действительности. Олег горестно вздохнул и произнес еле слышно:

— Как же сейчас не хватает "талантливого аналитика".

Солнце подтягивалось к зениту, когда на территорию уличного кафе Мурата вступила нога таинственного коллекционера с далеких Желтых островов. Его эпический помощник притягивающий к себе взгляды местных игроков уныло стоял за ограждением кафешки. Любимый столик Олега был занят, за ним сидел довольно толстый гном в обыкновенном красном сюртуке и с грустью изучал нового посетителя кафе. Командор начал подыскивать себе другой столик, но гном поднял руку и приветливо помахал:

— Присаживайтесь, уважаемый Дон, я с утра вас тут дожидаюсь.

Командор учтиво присел за стол.

— А вы я так понимаю, Ворон Лим?

— Он самый, — улыбнулся гном, — неприлично приглашать на встречу гнома и заставлять его ждать. Мое время, знаете ли, очень дорого стоит.

Олег молча смотрел на наглеца.

— Я очень хотел бы взглянуть на монету. Покажите мне ее.

Командор, не говоря ни слова положил монету на середину стола. Ворон внимательно рассмотрел ценный артефакт. После он засунул руку под сюртук и извлек на свет еще одну монету и положил ее рядом. Монеты походили друг на друга словно братья близнецы. Олег поднес стеклышко к глазу и внимательно рассмотрел обе.

Его монета значилась, как: 'Золотая монета леприкона', вторая 'Искусная подделка мастера Аута'.

— Хорошая подделка, качественная, — Командор с иронией посмотрел на Ворона. — Я думаю работа мастера Аута. Профи обмануть не получится.

— К сожалению, это так, — согласился гном. — В противном случае я давно бы ее выставил в качестве экспоната коллекции.

Монеты леприкона отличалась от обычных золотых монет, они сияла красноватым отливом, и мастер Аут смог поразительно достоверно воспроизвести подделку. Не будь у Олега стеклышка, он в жизни бы не отличил свою монету от подделки.

— Знаешь, Дон. Я очень осведомленный человек, я знаю практически все, что происходит в этом городе. Если в городе появляются новые серьезные игроки, я узнаю об этом первый. Если Пепельный приглашает кого-то к себе в гости, я так же знаю, кто и почему приходит в этот дом, я даже знаю, о чем вы там говорили пол вечера.

— Какая осведомленность. И чего же ты хочешь?

— Четыреста, — Ворон ехидно улыбнулся. — Я знаю, что пепельный предложил тебе за монету триста. Я же предлагаю на сотню больше.

— Все он знает, ничего от него не утаишь, — начал негромко рассуждать Олег.

— Поверьте все. Например, я знаю, что Палам сегодня в два часа будет просить кредит в банке 'Капитал'. И я даже знаю какую сумму он будет просить.

Командора осенила новая мысль, надо играть на противоречиях этих искушенных коллекционеров.

— Пускай берет ему это не поможет, даже скорее навредит, — лицо Командора было серьезным, как никогда.

По данным О. Бендера Ворон проигрывал смотрины уже третий год подряд. И монетка могла в корне поменять эту ситуацию. Но новый артефакт Пепельного в случае если его распознают выводил коллекцию не только на первое место в этом городе, но и на первое место на континенте, а то и во всем 'Другом мире'. Собственно говоря, по этой причине Палам и вел себя так спокойно, он знал о точном экономическом состоянии своего соперника, по этой причине и назвал максимально возможную цену.

— Ты меня успокоил, — с облегчением выдохнул Ворон. — Терпеть не могу эту высокомерную гниду.

— В таком случае у меня к тебе интересное предложение, — по-доброму улыбаясь произнес Командор. — Ты ненавидишь эту высокомерную гниду. И если эта монета попадет к тебе, то в этом году смотрины твои.

— Интересно? — гном с интересом наблюдал за таинственным коллекционером.

— Кэша у тебя наплакал кот. А мне за артефакт нужен как минимум лям. Лям двести в идеале.

— Столько мне не потянуть, пол мульта край, если по всем углам поскрести.

— Так вот, Ворон, я тебе предлагаю уникальную идею.

Командор положил одну монету со стола в ладонь, а вторую прокатил по костяшкам пальцев.

— Мы заставим 'эту гниду' купить твою монету за лям двести, а мою я отдам тебе за пятьсот. Представь себе картину. Соберутся все известные коллекционеры со всего материка. Палам надменный и напыщенный показывает новую гордость своей коллекции. И тут ты ловишь его на том, что монета фальшивая. Вообрази, какая у него будет физиономия, какой удар по его репутации. Мало того, что его выставил на кэш какой-то мошенник, а тут еще его главный соперник выставит его дураком, демонстрируя настоящую монету. Какой удар по репутации.

Олег красочно расписывал душевные страдания униженного соперника, рисуя яркими эмоциональными красками все душевные переживания Палама. Ворон сидел, молча обдумывая опасное предложение Командора. Если авантюра выгорит, он разом поквитается за все годы проигрышей, мысли о жестокой мести согревали черствую душу скупого гнома, но на другой чаще весов сейчас находилась и без того испорченная многими проигрышами репутация. Если авантюра не удастся или, упаси бог, всплывет что Ворон Лим причастен к этой афере, то на репутации порядочного гнома можно будет ставить крест. Впрочем, колебался Ворон не долго.

— Ну, допустим, я соглашусь? — закинул удочку осторожный гном, — каким образом ты заставишь его купить эту монету, да еще и за такие деньги?

— Я не собираюсь его заставлять, — глаза Командора блеснули холодной сталью, — это сделаешь ты. Все детали позже. Если ты решишь принять участие в моем мероприятии, то приходи завтра в часу дня к входу в банк 'Капитал'.

Гном отвечать не стал, он поднялся из-за стола и ушел прочь из заведения общественного питания с незатейливым названием 'У Мурата'.

Неизвестность выводила Командора из себя, он проводил домой Тарана, погулял по городу и теперь стоял напротив входа в банк 'Капитал' в ожидании Ворона Лима. Время тянулось медленно. До указанного срока оставалось меньше пятнадцати минут.

Площадь банковой улицы была не велика на ней находились всего три здания: аукцион, ратуша и банк 'Капитал' в центре выложенной брусчаткой площади располагался великолепный фонтан с красивой обнаженной женщиной, держащей над головой древнегреческую амфору. Вокруг фонтана в большом числе располагались удобные лавочки. На одну из таких лавочек и присел наш главный герой в ожидании часа "Х". Стрелка на часах ратуши достигла оговоренной отметки. Командор поднялся с лавочки и уже было собирался покинуть площади, когда на глаза ему попался Ворон. Он в сопровождении двух охранников шел навстречу Командору.

— Я обдумал твое предложение, — гном по-доброму улыбнулся Командору.

— Вот и ладненько, а теперь Ворон отправь своих мордоворотов прочь. Никто из твоей свиты не должен знать, о чем дальше пойдет речь.

— Я доверяю своим людям как себе! — обиженно заявил Ворон.

— И это очень похвально, вот только, если вдруг прихватят на горяченьком, они могут пойти свидетелями, а игровая система им врать не даст.

— Резонно, — согласился гном.

Ворон отпустил охрану и вернулся к собеседнику.

— Так что там на счет плана, Дон?

— Пепельный точно придет в два часа?

— Он пунктуален как часы, — подтвердил гном.

— Сейчас, Ворон, ты отправишься брать кредит.

— А больше тебе ничего не надо? Я и так в долгах как в щелках, — возмутился гном.

— Я не сказал, что ты возьмешь кредит, я сказал ты отправишься брать кредит. Почувствуй разницу.

— Пока не совсем понятно, но ты продолжай.

— Так вот, в два часа ты будешь выходить из здания банка счастливый как слон, твоя основная задача столкнуться с Лимом в дверях. Пускай видит, что ты довольный выходишь на улицу и идешь на встречу ко мне. Попутно можешь крикнуть, что все отлично, одобрили.

— А ты, Дон, еще тот плут! — Одобрительно ухмыльнулся Ворон.

— Только вот что, нужно постараться сыграть сценку как можно убедительней, можешь еще намекнуть Паламу, мол, знаешь про его козырь, только все это должно звучать в ироничном контексте.

— Уж я постараюсь, — одобрительно закачал головой гном.

После этих слов Ворон Лим исчез за широкими дверями кредитного учреждения, а Командор уселся на ту же лавочку, которую занимал ранее.

Теперь Олегу дышалось легче, если дело выгорит, на руках у него окажется полтора миллиона золотых. Смутные очертания плана уже показали свои острые грани, но на этот раз Командор решил импровизировать. За обдумыванием шагов он не заметил появления Палама Пепельного на банковской площади.

— Палам, здравствуйте! — закричал Командор подходящему к двери банка коллекционеру.

Пепельный остановился у массивных ступенек коммерческого учреждения и посмотрел на Командора.

— Извините, Дон, не могу сейчас уделить вам время. Дела знаете ли.

— Понимаю! — одобрительно крикнул Олег. — Удачи вам!

В этот момент из дверей банка вышел довольный Ворон, он показал большой палец Командору и одобрительного кивнул головой. Непримиримые соперники встретились на средних ступенях лестницы.

— Ну что, Пепелок, продул ты в этом году смотрины? — съязвил довольный Ворон.

— Ну, это, еще, бабка надвое сказала, — не теряя достоинства, ответил Палам.

— Сказала, уж поверь мне.

Последние слова были произнесены с такой язвой, что сомнения начали закрадываться в душу Пепельного.

— Все отлично, Дон, одобрили! Завтра можно сделку провести! — Как можно громче крикнул Ворон, спускаясь с массивных ступенек.

Палам застыл у двери банка, недобрые мысли роились в его голове. С чего вдруг Ворон такой довольный, и с чего он вдруг решил, что непременно выиграет в этом году. В памяти всплыли слова Дона, о том, что таинственный артефакт полнейшая хрень. Вывод напрашивался один, если вдруг артефакт и в правду окажется ерундой, то в руках Ворона окажется настоящая жемчужина коллекции, которую не стыдно будет показать почтенным специалистам. А он со своей коллекцией останется не удел. А с другой стороны, вдруг Дон обманул его и на самом деле артефакт ценное сокровище.

Палам отдернул руку от массивной ручки двери.

— Снежок, передай банкиру, что я извиняюсь и не смогу сегодня с ним встретиться, — обратился коллекционер к помощнику.

После этих слов Пепельный развернулся и быстрым шагом направился в сторону Командора.

Олег и Ворон не торопясь покидали Банковую площадь славного города Солента.

— Подождите, Дон! — крикнул вдогонку Палам.

Командор остановился и посмотрел на коллекционере. Запыхавшийся Палам пытался отдышаться стоя рядом.

— Палам, вы чего-то хотели?

— Я куплю у вас монету за миллион, — немного отдышавшись произнес Пепельный.

— В твоих мечтах, — съязвил Ворон, — мы уже договорились на завтра, и я уже покупаю монету за миллион.

— Я дам на пятьдесят тысяч больше, — сбил цену Палам.

— Господа, это не самое лучшее место торговаться, — развел соперников таинственный коллекционер.

— Хорошо, завтра в два часа, в малом зале аукциона, — распалился Ворон Лим.

— Да будет так! — согласился Пепельный.

Похоже, что распаленные соперники абсолютно не брали в расчет таинственного коллекционера с желтых островов, что его в принципе вполне устраивало.

— Только вот еще что, господа, кэш нужен будет наличкой, — улыбаясь произнес Командор. — И пусть победит достойнейший.

На этом и разошлись три заядлых коллекционера по своим делам.

В квартире на Солнечной царило уныние и тоска. Подельники ждали Командора не особо надеясь на хорошие новости. Олег вошел в дверь с большим пакетом провизии.

— Ну что девочки, загрустили? — Олег широко улыбался. — Папочка все разрешил, будут у вас новые юбочки.

— Какие юбочки, Командор, вы головой ударились? — поинтересовался обескураженный поганец.

— Красные с начесом, — пояснил довольный Олег. — Операция 'нумизмат' продолжается. И завтра к трем часам мы будем довольно обеспеченными людьми, дутланами и даже леприконами.

Ликованию подельников не было предела, уходить с пустыми руками из города героя Солента не очень-то и хотелось.

— И так, — резюмировал Командор, — завтра в два часа дня состоится аукцион на право владения одной замечательной фальшивкой. Второй участник аукциона бонусом получит привязанную монету леприкона.

— Командор, — обратился Клест, — а на кой нам отдавать подделку, если мы можем отдать две привязанных монеты.

В этом ключе Командор не рассматривал потенциальный сценарий аукциона.

— Мысль интересная, когда ты головой научился думать, Клест?

— Так с вами свяжешься и не тому научишься.

— Опасно, подсунем фальшивку Ворону, пускай платит за собственную подделку. И так, теперь ужин и крепкий сон. Нас дорогие мои подельнички завтра ждут великие дела! А мне еще в иллюзионисты нужно будет переквалифицироваться.

Олег уселся на кровать готовиться к завтрашнему выступлению. Он зажал одну золотую монету в складке ладони, а вторую начал перекатывать костяшками пальцев.

— Задумка хороша, но хватит ли сноровки? — поинтересовался Егор.

— До утра время есть, должно получиться.

К утру задуманный трюк удался. Монета, переворачиваясь, прокатилась по фалангам пальцев, от большого пальца к мизинцу, после она оказалась в ладони, а оттуда в обратную сторону прокатилось другая монетка. Трюк получился очень ладно. За тренировками Олег совершенно забыл про время, а меж тем на улице уже светало. Таранкин дремал на полу свернувшись калачиком, а Клест, в ногах, удобно укрывшись одеялом. Удивить трюком было некого. Олег убрал монетки погасил свечу и завалился спать. Сегодня предстоял интересный денек.

Небольшой частный зал аукциона сегодня принимал непривычно много гостей. Люди Панельного таскали кожаные сумки туго набитые блестящими монетами, помощники ворона занимались ровно тем же. Командор по очереди пожал руки двум непримиримым соперникам и подошел к гоблину в мантии.

— Добрый день, уважаемый, я так понимаю вы будите проводить мероприятие.

Гоблин приветливо улыбнулся и мотнул головой в знак согласия.

— Вы уж простите, но я смогу оплатить все услуги только после аукциона.

— Не берите в голову, участие таких знаменитых коллекционеров в этом торге покроет все ваши расходы с лихвой. Такие эпохальным события происходят не часто. И я очень рад, что смогу узреть это событие своими глазами.

— Рад что смог доставить вам удовольствие — скупо ответил Олег.

Мероприятие затягивалось, когда Олег попросил принести кэш наличными он и не предполагал, какой это будет объем средств. В больших кожаных сумках, предназначавшихся для переноса денег, лежали небольшие кошельки с золотыми монетами, по пять тысяч в каждом. Навскидку в сумку помещалось кошельков двадцать, а это сто тысяч в одной сумке. И весело все это добро порядочно.

— И так все готовы к аукциону? — поинтересовался ведущий.

Соперники одновременно кивнули головой.

— Прекрасно! — Продолжил гоблин. — Сегодняшний лот.

Гоблин указал рукой Командору на подушку, лежащую перед ним.

— Будьте любезны, положите сюда для проверки.

На такой оборот Олег не рассчитывал, он не представлял, как проходят аукционы и совершенно не думал, что монету будут проверять еще раз. Отступать было некуда. Командор засунул руку за пазуху (в правый внутренний карман куртки тихушника) и извлек красивую монетку. Монета была настоящей, Олег взял ее на удачу и ни в коем случае не собирался с ней расставаться. Ночной трюк Командора был необходим для замен фальшивой монеты леприкона на привязанную, у Палама должна была оказаться привязанная монета. Но в очередной раз что-то пошло не так. Красивый кругляш с алым отливом мягко приземлился на шелковую подушечку. Гоблин был удивлен, его глаза буквально светились от счастья, походу, теперь ему было, что рассказать внукам.

— Уважаемый Гром, будьте любезны проверьте подлинность, — попросил ведущий аукциона.

Прислужник Палама подошел к монете и проделал трюк, который Командор уже видел накануне в особняке. Гром закончил страшные колдунства и кивнул головой, подтвердив тем самым подлинность артефакта.

— И так, господа! Перед вами подлинный артефакт! — продолжил ведущий. — Делайте ваши ставки. Начнем с пятидесяти тысяч.

— Семьдесят! — повысил Ворон.

— Девяносто! — перебил ставку Пепельный.

Дальше торг пошел, бойко повышая стоимость артефакта на двадцать тысяч за ход. А Командора гложила тяжелая мысль, что с монетой придется расстаться. Он судорожно перебирал варианты для подмены монеты, но пока ничего путного в голову не приходило.

— Миллион!! — озвучил психологическую цифру Ворон Лим.

— А есть ли он у тебя? — хищно улыбался, поинтересовался Пепельный.

— А ты проверь! И узнаешь.

— Миллион двести! — вновь повысил ставку Палам.

Тяжелое раздумье отразилось на лице Ворона Лима, похоже он колебался.

— Миллион двести семьдесят три, — нервным голосом повысил ставку Ворон.

Накал страстей достиг своего апогея.

— Семьдесят пять! — с довольной улыбкой произнес Палам.

Ворон с досадой поджал губы, всем было ясно, что большую сумму он не осилит.

— Миллион двести семьдесят пять — рас! — Начал отсчет, ведущий аукциона. — Миллион двести семьдесят пять — два! Миллион двести семьдесят пять — три! Продано Паламу! За миллион двести семьдесят пять! Мои поздравления!

Пока гоблин испытывал эстетический оргазм, от хорошо выполненной работы. Командор нервно думал, как поменять монету, она лежала на подушке и фокус с подменой в руке явно не прокатывал. Радостный Палам Пепельный подлетел к артефакту и начал с интересом рассматривать драгоценную монету. Он положил монету на ладонь, рука предательский дрожали, как Палам не старался, волнение ему скрыть не удавалось. Олег подошел к коллекционеру и взял монету с ладони двумя пальцами. Палам хотел было возмутиться, но Командор осадил коллекционера:

— Уважаемый, вам бы сначала рассчитаться.

— Ах да, конечно, — произнес растерянный Палам, не сводя глаз с драгоценной монеты. — Гром отсчитай.

И компания направилась к тяжелым сумкам с монетами. Пока прислужник отсчитывал деньги Пепельный не сводил глаз с артефакта, а Командор в свою очередь перекатывал мотету по фалангам пальцев. На помощь Грому для точного подсчета был нанят гоблин, служивший счетоводом в аукционе и дело двинулось куда шустрее. Минут через десять подсчет был завершен и тринадцать сумок набитые золотыми монетами стояли у ног Командора. Недолго думая Олег подкинул монету большим пальцем в сторону Палама Пепельного. Тот нервно ее поймал.

— С вами приятно иметь дело, — произнес Командор в след уходящему Коллекционеру.

Тот в свою очередь не ответил ничего, он подошел к сопернику и с надменной улыбкой произнес:

— Ну и кто теперь выиграет? Я сегодня добрый и поэтому приглашаю тебя к себе на смотрины. Хотя бы узнаешь, как должна выглядеть настоящая коллекция.

Ворон сидел молча с таким видом словно не мог оправиться от тяжелого поражения. А Палам в чудесном настроении удалялся из небольшого зала аукционного дома многострадального города Соленты, следом за ним прихватив остатки средств проследовал прислужник.

Рядом с удачливым продавцом крутился служитель аукционного дома, предлагая всяческие услуги. Начиная от транспортировки средств, заканчивая предложением по вкладам в акции замечательного аукционного дома беспокойного города Солента. Олег вежливо попросил его удалиться дабы он в тишине и покое мог обдумать заманчивое предложение, и служитель аукционного дома нехотя скрылся за входной дверью малого зала.

— Что ушла монетка? — спросил погрустневший гном. — Ну ты и пройдоха, так меня наколоть.

Гном не был в курсе о новом трюке Олега и со стороны казалось будто он отдал настоящую монету. 'Иллюзионист' только сейчас понял почему прижимистый гном чуть ли не пылает от злости.

— Не хами мне, все в силе, как мы и договаривались.

Командор достал обычную монету из сумки и перекатил ее по фалангам. В одну сторону прокатилась самая обычная монета, каких в этом мире немыслимое множество, а в обратную сторону катилась редкая и дорогая монета, достойная лучших коллекций континента. Рассмотрев монету Ворон, был поражен. Олег вручил ему бесценный артефакт и показал ладонь, в складках которой находилась обычная монетка.

— Пепельному ушла твоя фальшивка, а настоящая монета в твоих руках.

— И, если я ее проверю? — с подозрением спросил воспрянувший духом коллекционер.

— Ради бога! — блефанул Командор. — А мои деньги?

Гном слегка замялся.

— Видите ли, Дон, к сожалению, у меня нет четырехсот тысяч, у меня всего двести. Но если вы будите настаивать, я обязательно расскажу Паламу о ваших подлостях. Предам максимальной огласке все ваши махинации.

Командор спокойным холодным взглядом смотрел в глаза жадному гному.

— Свое я уже взял, что ж, будь, по-твоему.

Гном указал глазами на две сумка стоящие у него в ногах.

— Ваши деньги, — Ворон Лим ехидно улыбнулся. — Как ты сказал? Приятно иметь с вами дело?

Гном положил монету в небольшую шкатулочку напоминающую портсигар и с довольным видом направился прочь из малого зала аукциона.

Тяжелая дверь захлопнулась, и подельники остались наедине с огромной суммой денег. Таран недолго думая скинул плащ и достал из-за спины приличных размеров сумку.

— Думаешь, влезут? — поинтересовался Олег.

— А куда они денутся.

Подельники с энтузиазмом принялись набивать сумку мешочками с монетами. Через четыре минуты Егор водрузил себе на спину тяжелый, но такой приятный груз. Командор повязал поверх плащ, в последний раз оглядел малый зал аукционного дома и вышел прочь сопровождаемый эпическим чудовищем, повергающим в тихий ужас жителей славного города Солента.

По пути домой подельники заглянули в кафе Мурата, заказали ужин на вынос. И наконец открылся ларек, торгующий прессой.

— Добрый день, уважаемый, — обратился Командор к продавцу, — а что это вы так долго не работали?

— Так ведь запретили прессу. Четкий наказ был, пока полностью не разберутся никакой информации не должно просочиться за ворота города. Сегодня первый выпуск с ночи переворота. Купите, не пожалеете, там очень много интересного.

— Давай, хоть будет чем вечер занять.

Десять серебрушек перекочевали в карман газетчика, а Командор впервые за последнюю неделю получил свежую газету.

Глава девятнадцатая. Про особенности местечковой прессы

В помещение съемной квартиры на улице солнечной дом восемь, тяжелой поступью зашел эпический монстр, именуемый ораром. Следом зашел таинственный коллекционер с далеких Желтых островов и надежно закрыл за собой дверь.

— Ну что, ну как прошло? — Клесту не терпелось узнать результаты мероприятия.

— Ты бы только это видел! — Взорвался эмоциями Егор. — Как он их развел. Наш бос красавчик, а мы теперь стали богаче!

Таран скинул с себя плащ, поставил сумку на середину комнаты и начал стягивать с себя доспехи.

Ликованию подельников не было предела, а Командор смотрел с безразличием на драгоценную сумку. Там, во время аферы он чувствовал подъем, накал. А сейчас, когда все было позади бессонная ночь и адреналиновый кураж в конец его измотали. Спать хотелось сильно, но если бы Командор сейчас лег спать, то он проснулся бы по средь ночи и маялся, не зная, чем себя занять, по этой причине Олег решил немножко помучатся и лечь спать, как все нормальные люди вечером. А чтоб время пролетело быстрее, он принялся изучать местные новости.

Местечковое издание с незамысловатым названием 'Вестник Соленты' выходило два раза в неделю, в понедельник и четверг. На первой странице издания редактор просил прощения у постоянных подписчиков, за срыв подписки, мотивируя это запретом властей в связи с тяжелой ситуацией в городе.

Далее следовала статья некого 'Приближенного'. Господин 'Приближенный' кичился тем, что близок к правящим кругам и всю серьезную информацию получает из первоисточников.

Статья называлась: 'Все подробности о попытке сменить власть в городе'.

Из содержания статьи следовало, что кучка коллаборационистов задумали свергнуть правящую власть в городе в угоду центральных земель и в прошлый понедельник небольшие группы нелояльных граждан должны были поднять бунт на площади Театралов. Силы правопорядка были в курсе. В тот момент, когда представители властей подготавливались и строили стратегию подавления бунта, случилось страшное. Бунт произошел на день раньше. По сведениям из отделения правопорядка, коллаборационисты и их кураторы в воскресенье получали последние инструкции на многострадальной площади. Как вдруг откуда ни возьмись появился провокатор — дутлан чья личность пока не установлена. Какими-то невнятными лозунгами он поднял разрозненные толпы на восстание. Как я выяснил позже, уже от арестованных. Лидеры путчистов в один голос утверждают, что дутлан являются провокатором, засланным властями. Он начал бунт раньше времени. Пока лидеры групп получали инструкции сами группы начали пытаться свергнуть власть. Представители властей, напротив, утверждают, что дутлан, каким-то образом узнал, что готовится рейд и заранее оповестил путчистов, сорвав запланированную работу сил правопорядка. В конце статьи репортер задавал резонный вопрос. Так кто же вы такой мистер дутлан, случайный простак, попавший не в то время не в то место или злой гений государственных переворотов. Автор был уверен, что второй вариант является наиболее правильным. Потому как из двадцати семи дутланов проживающих на территории города были допрошены двадцать шесть, а коллаборационист Таранкин бесследно пропал.

Командор свернул газету и уселся на край кровати. На полу с монетами возились подельники, пересчитывая их и аккуратно складывая кошели в небольшие кучки. Увлекшись этим занятием, они совершенно не обращали внимания на Олега, а он в свою очередь пристальным и ироничным взглядом смотрел на 'темного гения государственных переворотов'.

— Так вот ты какой, темный гений! — как можно громче произнес Командор.

Подельники с недоумением переглянулись.

— Что вы на меня так смотрите, уважаемые подельнички, оказывается в наших рядах находится настоящий гений. Специалист по гос переворотам дутлан Таранкин!

Леприкон с удивлением посмотрел на 'темного гения'.

— Я? — с удивлением поинтересовался Таран, — да с какой стати?

— Вот, в газете написано, коллаборационист Таранкин — с абсолютно серьезным выражением лица произнес Командор и указал на строку в газете.

Таранкин прочел указанную строку и сильно удивился. Пару минут он приходил в себя пытаясь додумать с чего это в газете его обозвали столь непонятным выражением. Прочитать статью после всего выше сказанного в голову как-то не приходило.

— Командор, а что значит это слова, каллабратионис? — озадачился леприкон.

— Ну я, Клест, понимаю это так, — с совершенно серьезным видом начал прикалываться Олег, — коллаборационист состоит из двух слов, кал и брать. Вот и получается, что наш 'темный гений' взял какой-то кал.

Командор планировал подшутить только над леприконом, но не вполне здраво отреагировавший Таран заставил поднять градус юморески.

— Какой кал? — спросил удивленный Егор.

— Я так думаю, особо ценный, барсучий, — бескомпромиссно пояснил Командор.

— Не брал я никакого кала, зачем он мне?

— Откуда мне знать, может ты им брови мажешь?

Поганец находился в ступоре, он не знал, как реагировать на странные увлечения нового подельника, Таран жестко тупил, повышая градус веселья, а Командор с абсолютно серьезным лицом держался изо всех сих, только бы не рассмеяться.

— Зачем? — Таран на всякий случай провел ладонью по брови.

— Ты мне тут мозги не пудри! — произнес Олег и со всех сил шмякнул газетой по тумбочке, — газеты врать не будут.

— Ну не знаю, не помню, может взял по пьяни горсточку! — начал жалостно оправдываться Егор.

В это момент терпению Олега пришел конец, и он рухнул на кровать в истерическом приступе смеха. Спустя какое-то время он объяснил подельникам истинный смысл слова коллаборационист. Осознав, как их развел Командор, они долго смеялись. Поганец катался по полу, а веселое лицо Таранкина сменилось на озадаченное, до него только теперь стало доходить в чем его обвиняют.

— Знаешь Олег, вот я сейчас всерьез думаю зарядить тебе разок в голову. Как мне теперь тут жить. Да меня же все теперь искать будут и не за тем чтоб спасибо сказать.

— Таран, я тебя предупреждал, я аферист и со мной связываться опасно, да и вспомни, бучу на площади ты сам поднял, орал красивые лозунги.

— Эх говорила мне моя, не пей! — горестно вздохнул Егор.

— Не переживай, дружище, — подбодрил Олег старого друга, — весь мир лежит у наших ног. Не гнить же тебе до скончания веков в этом пьяном городе. Посмотри сколько ты заработал за пару дней общения со мной. И это только начало. Не забывай у тебя все-таки дочка в универе и ей нужно будет хоть что-то оставить.

Слова Олега подействовали на Тарана успокаивающе, он поглядел на кучу небрежно сваленных кожаных кошелей:

— А знаешь, Олег, может ты и прав, че я зациклился на этой дыре. Есть ведь места и почище.

— Ну вот, красавчик! А теперь, господа подельники, собирайте шмотки ночью валим из города. Таран нам нужно местечко поблизости, где ты мог бы затеряться, как я понял, твоя раса в этом городишке встречается не так уж и часто.

Егор некоторое время размышлял куда можно податься, но в голову ничего не приходило.

— В двадцати километрах к югу есть шахтерский городок Торгея, — подсказал Клест, я бывал там пару раз с покойным папашей. Так вот там дутланов, как собак не резанных. И Тарана можно будет спрятать запросто.

— А ведь он прав, Командор. Город приличный, находится в паре километрах от шахт с железной рудой и крупных рас там навалом.

— Вот и славно, господа подельнички. Теперь, Таран, расскажи, как мне найти Лохматого Звездочета. Надо взять еще красок. Твой эпик начинает тускнеть.

Части доспехов, на которые нанесли краску в первую очередь, уже потухли или были максимально близки к этому. А рисковать с такой большой суммой денег резона не было. Егор подробно объяснил, как пройти к дому Лохматого. И Олег не секунды немедля пустился в далекий путь. Через два с половиной часа он вернулся, принеся с собой два флакона краски, синюю и желтую.

— И так, господа, надеюсь задача вам ясна, как закончите разбудите меня, и мы тронемся в путь.

Леприкон хотел было открыть рот чтоб возмутиться, но Командор опередил его.

— А если, тебя поганец, не устаревает такой вариант, то можешь нести меня всю дорогу. Я в отличии от тебя вчерашнюю ночь провел в тренировках.

Развивать дальнейшие прения леприкон не стал. Подельники перетащили доспехи в ванную комнату, а Командор рухнул на кровать и тут же уснул.

Растолкали лидера в три часа ночи.

— Командор, вставай все готово можем отправляться, — Отрапортовал Таранкин.

Мордочка леприкона была измазана сажей, а поверх была прилеплена борода из барсучьей шерсти. Таран тоже был во всеоружии, экипирован и загружен по полной. Командор поднялся умыл лицо, в последний раз оглядел квартиру, и подельники вышли прочь на прохладную темную улицу города страдальца.

Соленту аферисты покинули без проблем, стражники на входе даже не сталь останавливать столь опасных гостей, видимо своя шкура была дороже. Отойдя километра на два от городских ворот Командор остановился и пристально поглядел на спящий город.

— Я никогда тебя не забуду, город подаривший мне столько головной боли! — крикнул Олег что было сил. Город ответил Командору лаем разбуженных дворняг. Таранкин тяжко вздохнул, видимо прощаясь в мыслях с городом в котором он провел так много времени, и подельники тронулись в путь по южной дороге.

Во второй половине следующего дня подельники стояли у северных ворот шахтерского города. Памятуя о нравах в свободном городе Олег предложил снять дом в районе, охраняемом представителями власти, а после наведаться в банк и перевести деньги на счет Тарана. Егор противился как мог обоим идеям. Первая ему не нравилась по причине дороговизны, дом в центре города стоил дорого, а вторая в силу жадности натуры, за каждый перевод по счетам банки орали комиссию, а раскошеливаться ох как не хотелось. Но ответ на оба вопроса был суров и непререкаем. Пришлось Тарану подчиниться. Дом сняли самый простой и недорогой, в угоду Егору. Зал с камином, пару кресел и диван, спальня с огромной кроватью рассчитанная явно на существ куда больших чем человек. Да в добавок хозяин пожелал получить оплату наличкой и без документов, дабы уйти от налогов. В общем все складывалось как нельзя лучше.

После того, как все дела были переделаны и Таран с Клестом завалились спать. Командор уселся в удобное кресло, достал "Вестник Соленты" и продолжил читать с того места, где остановился в прошлый раз.

Некто "Шустрый" приготовил статью о паранормальшине творившейся в страшную ночь неудавшегося путча.

Уважаемые читатели нашей газеты, в ночь страшных событий чертовщина творилась не только на площади Театралов. У западных ворот произошел вопиющий сличай, жертвами которого стали двое стражников королевской гвардии (не игроки). Исполняя свой долг, доблестные стражи набрели на странное существо, по свидетельству одного из них на своей голове оно несло мертвого человека, второй охранник опознал в покойном старого палача Ракишу.

— "Хм, так вот как старика звали", — промелькнула мысль в голове Командора.

Когда огромное чудовище повернулось, доблестные стражи узрели оборотня с головой барсука. Ходили слухи будто старика донимал какой-то барсук, многие даже считали это квестом, но такого не ожидал никто. Но на этом бесовщина не закончилась. Пес, который плелся вслед за ним ни с того ни с сего превратился в ходячего мертвеца без головы. Поняв, что им не справиться с такой напастью, служители правопорядка приняли для себя единственно верное решение, спасаться бегством.

Утром в понедельник, первого охранника обнаружили под городским мостом, он бредил и трясся от страха утверждая, что оборотень барсук перейдёт за ним. Второго охранника обнаружился вечером того же дня, он весь седой пил в одном известном городском баре. Что касается палача, то его обнаружили с утра лежащим возле клетки с разбитой головой. Как поведал нам его напарник, охранявший в этот вечер леприкона. Старик хитростью загнал зверя в клетку и из последних сил ее запер, к сожалению казнь леприкона отменяется, в виду того, что он находился в одной клетке с барсуком оборотнем, остатки леприкона были погребены на городском кладбище, а палачу Раккишу выдали премию от ратуши за поимку чудовища.

Командор с удивлением посмотрел в потолок:

— Вот уж и впрямь неисповедимы пути твои.

Олег свернул газету закинул ноги на небольшой столик привалился в кресло и постарался уснуть. За время пути подельники жутко измотались, усталость тяжелым грузом лежала на плечах Командора. Веки были тяжестью наползали на глаза, но уснуть не получалось. Поворочавшись пару минут в просторном удобном кресле, Олег Евгеньевич вновь зажег свечу и открыл газету на следующей странице.

Далее следовала криминальная сводка по городу за несколько дней. Большая часть преступлений, обычные дела игроков. Грабежи, кражи, драки из-за лута, но вдруг на глаза О. Бендеру попалась не стандартная статья с Броским названием "Будьте осторожны! В городе работает заезжая банда бардов из Самары!".

Олег уже в принципе представлял, о чем пойдет речь в статье, но убедиться было необходимо.

И так жители города. Эту историю нам поведали, два доблестных стража городского правопорядка (не игроки). В ночь страшных событий, бойцы патрульной службы несли дежурство, охраняя бесценный сон уважаемых граждан, когда на улицах славного города появилась, банда бардов. Пользуясь занятостью стражи, а я напомню, что все это происходило в ночь попытки гос переворота, эти отморозки гуляли по городу и расписали матерные частушки. Выбрав удобную лавочку, они оккупировали одну из самых тихих и безопасных улиц нашего замечательного города. А именно Липовую Аллею. Добропорядочные местные жители вызвали наряд стражи дабы утихомирить разбуянившихся наглецов. По словам пострадавших стражников, когда они прибыли на место, то увидели на лавочки пятнадцать существ, входивших в состав преступной организации, среди коих был и дутлан (возможно это тот самый дутлан который стоит за организацией попытки переворота). Банда жестоко избила доблестных стражников и скинула в выгребную яму. Избитых и по уши в экскрементах их обнаружил с утра патруль высланный на их поиск. Хотя по заверению одной местной свидетельницы. Охранники сами набили друг другу лица и залезли в яму с экскрементами, а дебоширов было всего трое. Но она (игрок), по этой причине её слова подвергли сомнению. Пострадавшие стражники награждены за заслуги перед городом и отправлены на реабилитацию. Введенный экстренно план перехват результатов не дал, и банда бардов из Самары уже скорее всего скрылась из города.

Командор из повествования для себя усвоил один момент, подавляющая часть игроков считает, что не игроки обязаны вести себя как атрибут игрового мира, а они ведут себя точно так же как большинство людей в том мире.

Олег с иронией посмотрел на мирно спящего Тарана

— Да уж! — произнес Олег еле слышно, — с кем я связался?

Остальные статьи местечковой газетенки были заурядным, нет они конечно были важны для обитателей Соленты, речь шла о торговых налогах, о стоимости материалов, встретилось даже пособие начинающим крафтерам, но для Командора они не представляли никакого интереса. Пять страниц были отданы под частные объявления и объявления о знакомства, на манер: она познакомится с ними для создания семьи на одну ночь. А так как рас в 'Другом мире' бесчисленное множество на все это непотребство отводилось листов пять. На последней странице размещались спортивные новости. Описывались различные виды спорта о коих Олег никогда в жизни не слышал и рейтинг самых самых в Соленте.

Покончив с газетой Командор свернул ее бережно и убрал в свою сумку после минут десять ворочался в просторном кресле ища оптимально удобную позу для сна, найдя нужную позу Олег уснул тяжелым сном усталого человека.

С утра Олег Евгеньевич проснулся первым. Ванная комната съемного дома была весьма скромна. Помещение само по себе было просторным, дом явно строился для существ по крупнее чем люди. Ванная комната была скромна до безобразия, небольшом зеркальце висело рядом со старинным рукомойником, подобные устройства дорогой читатель ты наверняка видел у своей бабушки в деревне, емкость в которую с верху заливают воду, с низу находится небольшая ножка, нажав на которую в ладошки струится вода. "Фарфоровый друг" был великоват если брать в расчет человеческие размеры, а для дутлана он был в самый раз.

Олег посмотрел в зеркальце на свою небритую и заросшею физиономию.

— До чего ты себя довел, Олег Евгеньевич? — с грустью произнес Командор.

Умывшись и справив естественные нужды. О. Бендер вышел в зал, немного подумав, он подошел к окну и распахнул шторы. Свет утреннего яркого солнца осветил помещение. Убранство не радовало, интерьер недорого дома подвергал в уныние. Видимо хозяин был скрягой, похлеще Таранкина. Картина за окном тоже не внушала особого оптимизма. Абсолютно серый город, нет в нем, конечно, были краски, но они растворились в серой рудной пыли, которой изобиловали городские улицы. Олегу вспомнилась каторга и свои опыты по добычи руды. За этими мыслями и застал Олега проснувшийся леприкон.

— Доброе утро, Командор, надеюсь, вы хорошо выспались?

— Не особо.

— Тут такая история вышла, Командор, — Клест с виноватым видом протянул монетку.

— И что это? — Олег смотрел на поганца пристальным взглядом.

— Ну, в общем в ту ночь, когда вы трюк разучивали, я тоже не спал. Я дождался пока вы уснете и подменил одну из своих монет на вашу.

Клест виновато протянул красивый кругляш Командору, тот в свою очередь молча вставил стекляшку в глазницы и посмотрел на монетку.

Подделка мастера Аута.

— Да уж. Как ты был балбесом, так балбесом и остался, — с иронией заметил Олег.

По всем раскладам выходила следующая картина. Поганец не был посвящен в детали операции и про фальшивую монету ему тоже никто не рассказал, даже Таран узнал о ней в день аферы, непосредственно после событий на аукционе. А что касалось Клёста, так его вообще ни в какие подробности не посвящали. Когда Командор уснул, две монетки остались сиротливо лежать на прикроватной тумбочке и леприкон решился на подмену. Привязанную монетку он опознал сразу, не задумываясь он подменил фальшивку Аута на вторую свою монетку. Вот и выходило теперь, что на руках у непримиримых соперников находились две привязанные монеты.

— Ну и чего вдруг ты решил вернуть мне монету?

— С тех пор как я это сделал, у меня внутри как-то неприятно, — сумбурно начал разъяснять Клест, — вы мне столько раз помогли, а я такое себе позволил. Совесть мучает. Спать не могу.

В ответ Олег улыбнулся по-доброму.

— Главное, что ты исправил ситуацию, вернул монету и извинился, — добро по-отечески напутствовал поганца Командор.

— Вы не злитесь на меня?

— Нет. Да и не за что злиться. Ты украл фальшивую монету, подделку мастера Аута.

Растерянный поганец не знал, что и сказать. Так жестоко обмануться в очередной раз.

— А по поводу оплаты? — невнятно замялся Клест. — Вы мне пять тысяч обещали, когда я их увижу?

— Раз обещал, значит получишь. Как только вернешь свои монетки.

Леприкон начал водить руками, что-то бормоча.

— Стой, стой, стой! — остановил Командор ход заклинания. — Клест забрать твои монетки нужно будет в следующую среду в двенадцать часов дня и не минутой раньше или позже.

— С чего это вдруг? — изумился леприкон.

— Ну ты же сам говорил, что хочешь отомстить этим сволочам.

— Ну говори, — согласился Клест, — только вот я связи не улавливаю.

— Ну представь, Клест, в небольшом зале особняка соберутся коллекционеры со всего континента, ровно в полдень он будет представлять звезду своей коллекции, а именно твою привязанную монету…

— А откуда вы знаете что именно в двенадцать? — перебил поганец речь Командора.

— Во-первых Палам очень пунктуален, а во-вторых я все узнал. В доме Пепельного показ происходит всегда на один манер. Гости шарятся по галереям обсуждая коллекцию, в полдень Палам ведет их в маленький зал и показывает звезду своей коллекции и так каждый год. Так вот соберутся гости Палам продемонстрирует свое новое приобретение, и монета исчезнет.

Поганец с радостью потер ладошки предвкушая жестокий розыгрыш.

— Но не спеши радоваться, Клест, это только начало. В этом году в дом Пепельного должен прибыть особый гость. Некто известные тебе как Ворон Лим. И он не просто прибудет, во внутреннем кармане его сюртука находится истинное сокровище, как выяснилось сегодня вторая привязанная монета. Только представь, монета пропала, Пепельный в растерянности, А Ворон начинает нагнетать мол лжец, то се. И пафосно достает шкатулку из кармана, с гордостью ее открывает и с кислой миной закрывает обратно.

Глаза поганца горели восхищением.

— Командор, вам нужно было родиться леприконом.

— Знаю, Клест. Знаю. Но помни все эти события должны произойти в среду в полдень.

Леприкон с довольной ехидной мордочкой качнул головой в знак согласия и удалился в ванную для принятия утренних процедур.

В ожидание среды подельники весело проводили время знакомясь с достопримечательностями свободного города шахтеров. Рынок города Торгея не походил ни на один виденный ранее. Здесь в основном торговали рудой и слитками металлов, вместо лавок с эпическими шмотками, лавки со снаряжением для добычи руды, каски кирки, сумки для переноса руд чередовались с лавками, продающими шмотки для рудокопов. Открылась для Командора еще одна тайна этого мира, если, раньше смотря на кусок руды, он видел лишь состав в процентном содержании, то после поднятия интеллекта открывалась совершенно другая картина. В столбик были написаны слова на непонятном языке, сверху слова были светло зеленые, а к низу становились пурпурными, Командор попытался сфокусировать взгляд на одном из слов и произошло удивительное, из выбранного слова выехала небольшая менюшка со схематическим изображением какой-то части доспеха. Командор прошелся по всему ряду слов, выпадающие менюшки предлагали схемы: ножей, частей брони, щитов и прочей атрибутики игровой деятельности. К каждой менюшке давалось пояснение на непонятном языке. Разбираться с особенностями Олег решил уже дома, он купил кусок руды запихнул его в сумку, и подельники направились в городскую баню. После плотных водных процедур Олег почувствовал себя человеком, он побрился и постригся на лысы. После посетили магазин, торгующий шмотками для малых типоразмеров, там с горем пополам подобрали кое какие шмотки леприкону, его импровизированный костюм, созданный Олегом в страшную ночь, начал сильно попахивать, а леприкон ни в какую не хотел его стирать, так как сменки не было, а голым по дому ему расхаживать не позволяло королевское воспитание.

В подобном ключе прошло четыре дня и вот наконец настал заветный день сладкой мести.

Друзья прощались у большой дороги в трех километрах от города.

— Клест, ну ты точно доберешься? — переживая за судьбу соратника, поинтересовался Таранкин.

— Да все будет в порядке, сейчас под какую-нибудь телегу залезу и доберусь до дома, мне не привыкать.

Командор стоял спокойный и безмятежно, казалось, что он абсолютно не переживал за дальнейшую судьбу соратника. В руке его лежал красивый золотой хронограф — карманные часы, которые он приобрел на днях по случаю. Большая стрелка хронографа пересекла отметку двенадцать часов.

— Давай, Клест, сначала одну монету.

Леприкон начал водить руками что-то бормоча себе под нос. Как только заклинание закончилось, золотой кругляш с четырехлистным клевером оказался в его маленькой пухлой ладошке.

Командор спокойно взирал на ход секундной стрелки хронографа, она сделала круг и вернулась к цифре двенадцать.

— Забирай вторую, — скомандовал Олег.

Клест вновь начал водить руками и бормотать. Теперь два кругляша лежали на пухлой ладошке.

— Вот теперь все, зло наказано, соратник отомщен и можно отправляться домой, — резюмировал Олег.

— Отлично! — Обрадовался леприкон. — Теперь вы отдадите мне пять тысяч, и я отправлюсь домой.

— Нет, — в своей спокойной манере ответил Командор. — Ты не заслужил пять тысяч.

— Олег, ты чего? — вклинился в разговор Таранкин, — он же помог нам, ты же ему пообещал.

Возмущению Тарана не было предела. Он прекрасно знал, что в сумке Олега лежали тридцать тысяч. Они с утра обсудили, что поганец получит более пяти тысяч и он лично снял с со своего счета эти деньги, а сейчас выходила такая не красивая ситуация.

— Таран, я сам разберусь, у нас еще остались не решенные вопросы, — Командор пристально посмотрел в глаза леприкон. — Видишь ли, Таран, ты не в курсе, но этот поганец попытался меня ограбить, и у него почти получилось, он спер монету, которую я взял у Ворона на подмену, думая, что она настоящая.

— Но я же ее вам вернул, — запричитал поганец.

— Конечно вернул, не смог ее привязать вот и вернул.

После этих слов леприкон покраснел до кончиков ушей.

— Все равно, без него бы ничего не вышло, Командор отдайте ему пять тысяч.

— Нет, — Олег подошел к леприкону и протянул пустую ладонь. — Я тебя снова обманул, давай их сюда, отвязывай и отдавай. Обе.

Горькой досадой горели глаза леприкон, так глупо быть обманутым в очередной раз.

Поганец отвязал монеты и со злостью швырнул их под ноги Командора.

— Да подавись ты, каторжник!

Он отошел шагов на пять отвернулся, скрестили руки на груди и тихонько заплакал. Добряк Таранкин бросился успокаивать Клеста, проклиная жадного, каторжник последними словами.

— Не переживай дружище, я отдам тебе деньги со своей доли, а этот козел пусть катится ко всем чертям. Не зря тебе видимо Птах в спину стрелял, чувствовал гадюку! — крикнул Таранкин в сторону Командора.

Олег в свою очередь стоял, молча взирая на четыре ладных кругляша лежащих у него на ладони. Раньше зарплата радовала, приносила какое-то эстетическое удовольствие, честно заработанные давались тяжким трудом, и он знал цену каждому кредиту, а теперь целое состояние не вызывало никаких эмоций.

— Эй поганец! — крикнул Командор. — Ты не заработал пять тысяч, я хотел отдать тебе двадцать.

Немного успокоившись Клест подошел к Олегу. Тот в свою очередь достал четыре туго набитых кошелька и поставил их перед леприконов.

— И вот еще что, — Командор положил четыре драгоценных монетки в руку поганца. — Оставь их себе, а то опять придется тебя недотепу из какой-нибудь клетки доставать.

Лицо счастливого коротышка нужно было видеть в этот момент, столько счастья на него никогда в жизни не сваливалось.

— Командор вы возвращает мне?

Олег поднял голову к небу и прокричал что есть силы:

— Локи! Я возвращаются монеты Блупику Школе, они мне больше не нужны!

Теперь глаза поганца светились преданностью и любовью, Таран подошел к Олегу и виновата опустил глаза:

— Ты уж или извини, босс, мы тут наговорили на эмоциях разного.

— Да ладно, Таран не бери в голову. Я и правда вел себя как козел, которому надо стрелять в спину бывшем сослуживцам. Ну или в крайнем случае, как поганому каторжнику.

Подельники стояли рядом с Олегом красные как раки.

— Да нет, конечно я все забуду. Ты же знаешь, Таран, как я умею долго забывать.

Олег Евгеньевич снова принялся глумиться над соратниками в своей обычной манере. Он давно уже их простил, и сказанное в гневе не принимал всерьез. Но реакция подельников была на столько уморительной, что он не мог остановиться.

— Ладно это все лирика, — отведя душу произнес Командор. — Клест ты добираться с четырьмя кошельками как собрался.

— Пока не знаю, Командор, но удача теперь на моей стороне, что-нибудь придумаю.

— Ну если уж удача на твоей стороне, разреши поганому каторжник позаботиться о доставки твоей августейшей тушки до родимого дома.

— Я не называл вас поганым, — начал оправдываться Клест.

Командор лишь ехидно улыбнулся в ответ.

Вечером того же дня подельники наняли телегу для перевозки руды, извозчика (не игрока), и пару тяжелых лошадей. Телегу набили самой дрянной рудой, под телегой спрятали монеты провизию и воду. Часа два мастерили удобное местечко под телегой для Клеста. И вот все приготовления были завершены.

Леприкон пожал огромную руку дутлана. После он подошел к Командору и протянул маленькую пухлую ручонку. Человек ответил сильным рукопожатием.

— Прячься, Шкода, скоро должен подойти извозчик.

— Вы это, Командор, если будете в северных землях, найдите деревушку Курараун. Там есть пивнушка с названием 'У Хогана'. Скажите бармену, что хотите купить экскурсию до озера Рогар. А после отправляйтесь по западной дороге в сторону озера. Вас встретит наш патруль, скажите им что меня ищите. Я угощу вас самым лучшим в мире элем. Тебя это тоже касается, Таран.

— Если буду обязательно навещу, — ответил расчувствовавшийся Таранкин.

Олег стоял молча. Старая калитка постоялого двора скрипнула и поганца словно ветром сдуло. К груженной повозке подошел дворф.

— Ну и куда все это добро везти? — поинтересовался извозчик.

— Северные земли, деревня Курараун, в пивнушку 'Хогана'.

Дворф развернул карту, и некоторое время изучал ее:

— Стоить будет, сто двадцать монет.

Таран, заплати сто пятьдесят:

— И вот что, уважаемый, постарайтесь добраться как можно быстрее.

Таран отсчитал сто пятьдесят монет, он впервые не стал пререкаться из-за цены и радостный дворф запрыгнул на телегу. Груженая телега уезжала прочь. А подельники с грустью смотрели ей в след.

— Думаешь с ним все будет в порядке?

Командор ухмыльнулся:

— Узнаем, когда поедем на север.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ

От автора

Большое спасибо людям, которые поддерживали меня и требовали продолжения. Если бы не вы, я никогда бы не закончил первую книгу. Особая благодарность minoghka, твои слова дошли до меня в самый нужный момент.

Если проект пришёлся вам по душе и есть желание поддержать его материально или поощрить автора.

Карта 'Сбербанка': 4276 5300 1651 5954

QIWI: +79308828705

Content

Софроний Валерий Иванович
Худший из миров

Глава первая. Ознакомительная

Глава вторая. В которой наш главный герой знакомится со всеми прелестями нового мира

Глава третья. В которой наш герой познает азы мастерства

Глава четвертая. В которой наш герой обречен на одиночество

Глава пятая. В которой шило в мешке не утаишь

Глава шестая, в которой О. Бендер обзаводится напарником

Глава седьмая. В которой наступает 'гномье рождество'

Глава восьмая. В которой беглецы дышат воздухом свободы

Глава девятая, в которой Шура планирует вернуть свой клан

Глава десятая. В которой каждый получает по заслугам

Глава одиннадцатая. В которой компаньоны обзаводятся новой знакомой

Глава двенадцатая. В которой Олег Евгеньевич выступает в новом амплуа

Глава, тринадцатая. В которой компаньоны решают встать на путь авантюр

Глава четырнадцатая. Предвкушение и ожидание

Глава пятнадцатая. О важности работы с кадрами

Глава Шестнадцатая. В которой герои очень много пьют и очень мало закусывают

Глава семнадцатая. Прозрения и их последствия

Глава восемнадцатая. О пользе импровизации

Глава девятнадцатая. Про особенности местечковой прессы

От автора