Львович Вячеслав

Научно-технический прогресс

Наивные сказочки об экономике, о мире, об обществе

В.Львович

Экономика, социум, политика и хозяйствование…

Во всех сферах человеческой жизни что то не так, что то хотелось бы изменить…

А может быть всё?

Цивилизационные и культурные модели общества

Научно-технический прогресс

Научно-технический прогресс явился важным элементом и необходимым условием Западного Проекта. Без него невозможно себе представить осуществление тотального доминирования в мире, а следовательно, распространения, так называемого «свободного» рынка. Без подавляющего технического и организационного превосходства, Запад не смог бы распространять своё влияние дальше своей небольшой территории и собственного маленького населения. Предел роста и предел существования этого типа системы был бы достигнут к началу 19-го века, после чего, неизбежно последовал бы крах системы и отказ от ссудного процента. Это в лучшем случае. Скорее же, крах мог произойти сразу. Без научно-технической революции у ссудного процента не было шансов на существование. И наоборот, ссудный процент подстёгивал научно-технический прогресс, направляя его ко всё более расточительному, ко всё более экстенсивному использованию природных и людских ресурсов.

К 15 веку, Запад проиграл в экономическом и социальном плане Востоку и Югу. Мастеровые и ремесленники не отличались умениями и знаниями. Очень сдерживала передачу знаний и навыков наличие цеховой системы. При частых и беспорядочных войнах особенно страдали города и крупные поселения. Терялись традиции и методы производства, были затруднены или невозможны заимствования способов и методов производства товаров. Обменные операции и торговля затруднялась. Внутри Западной Европы – границами и враждой феодалов, а внешняя – контролировалась Русью-Ордой. Денежным эквивалентом в то время было золото и серебро. Они стремительно вымывались из оборота через искажённую внешнюю торговлю или осаждались мёртвым грузом у церкви. Ситуация обострилась антисанитарией и скученностью населения, приводившей к катастрофическим эпидемиям. Хронические неурожаи, грозили самому существованию народам стран и регионов, особенно на севере континента. Реформация частично решила вопрос денежного наполнения рынков, а легализация ростовщичества чуть не привела Европу к окончательному краху. Именно тогда началась внешняя экспансия, продлившаяся, в различных модификациях, до схлопывания либеральной рыночной системы в начале 21-го века. Сначала экспансия протекала в форме прямого захвата, с элементами рабовладения, но постепенно переходила в экономические, вернее капиталистические формы. Методы экономического принуждения оказались значительно эффективнее прямого – рабского или косвенного – феодального.

Началось время великих географический открытий. Займы и ссуды необходимо было возвращать. Причём с большими процентами. Сделать это дома не представлялось возможным. Многие страны и народы пустились рыскать по морям-океанам. Океанское мореплавание потребовало качественно другой технической оснастки. Для её разработки потребовалась теоретическая база. Родилась наука. Она принципиально отличалась от существовавшей ранее философии, выродившейся в средние века на Западе в теософию. Наука должна была предложить технике некий базис, на котором последняя могла беспроблемно развиваться. Познание мира, социума, психики не требовалось или оно шло в стороне от магистрального направления. Так же, как техника, наука была строго затратной. В парадигме Западной мысли даже не рассматривался вопрос об удешевлении чего либо, в том числе и научных открытий. Рассматривался вопрос только о оптимизации расходов. В любом случае, следующее открытие, изобретение и новация должны быть дороже, чем предыдущее. Только в этом случае поддерживалось нарастание капитала, поддерживался капитализм.

Причиной медленного развития науки и техники в докапиталистические эпохи является всё та же экономика. Эпохи разбоя и грабежа не нуждались в технике, так как имели достаточно средств для своих надобностей. Отчасти, техническое совершенствованию подвергались орудия убийства, а не орудия труда. Да и совершенствование оружия шло очень медленно. Производительные силы были заняты повседневным трудом и не имели возможностей отвлечения значительных сил на, как казалось, никому не нужные абстракции. Свободными были сами феодалы, аристократы или рабовладельцы, но они не имели стимула к саморазвитию, с совершенствованию окружения. Доминировали принципы внеэкономических отношений. Всяческие экономические, а тем более денежные дела считались «неблагородным делом», не говоря уже о технике или механике. Только в 19 веке произошло постепенное смещение интересов аристократии в сторону наук и экономики, но действительной элитой того времени уже начала становиться буржуазия. Если до начала 19 века в Западной Европе доминировали старые аристократические элиты с их принципом прямого насилия, то потом системообразующей стал капитал и его представители – буржуазия.

Новые методы ведения хозяйства потребовали новых подходов. Эти подходы предоставила наука и техника. Если до 19-го века, научный потенциал только набирался, в 19 веке произошла научно-техническая революция. Век пара открыл перед человечеством новые перспективы, освободил ещё больше людей производительной сферы, расставил новые приоритеты. Экстенсивный метод развития научной мысли и развития техники остался, тем не менее, процессы индустриализации породили необходимость во всеобщем образовании и просвещении. Многие страны, слабо затронутые капиталистическими отношениями вынуждены вводить у себя элементы Западного проекта, чтобы не отстать в военном плане. Кредитно-денежные отношения ускоряли освоение новых индустриальных методов ведения хозяйства. Неизбежность глобальных империалистических войн, подхлёстывала разработки в военной и смежных областях. Подтягивались и гражданские области хозяйствования.

20-й век принёс с собой коренные преобразования в экономике, технике, сельском хозяйстве. Если в до 40-х годов количество промышленных рабочих в капиталистических странах быстро росло за счёт сельского населения, то после, начало уменьшаться. И это при одновременном уменьшении занятости в сельском хозяйстве. Кроме этого, научно-технический прогресс отравил земли и воды не только Европы, но и Северной Америки. Вместо того, чтобы сменить экстенсивный путь развития на интенсивный, Запад пошёл на вывоз промышленного производства в страны, ранее не развивавшиеся индустриально. Началась глобализация промышленности, науки, образования, медицины. Одновременно с этим перевёртывались сами понятия. Наука, образовав базис для развития техники, индустрии, энергетики, других прикладных отраслей, становится всё более и более сакральной, тайной, со своим языком, методами, принципами. Она всё больше напоминала религиозную систему, нежели открытое естествознание. Строгая иерархичность подчёркивет это перерождение. С рождения самого понятия «наука», с ней происходили интересные метаморфозы. В том случае, когда наука не нужна для сопровождения техники и индустрии, она моментально политизируется и становится пропагандистским механизмом. Первой пала история. Эта, с позволения наука окостенела и перестала быть естествознанием уже в самый момент зарождения. Соответствовала ей и появившаяся значительно позже социология, психология. Общественные дисциплины, основанные на гнилом фундаменте не могли быть не только верными, но и здравыми. В этом, в частности одна из причин столь порочного развития капитализма вообще. По мере накопления знаний, появлялись теории-обманки, которые не препятствовали развитию техники, но намертво перекрывали возможность изучения природы. Стоит перечислить только некоторые из них. Эволюционная теория естественного отбора, периодическая законность химических элементов, планетарная модель атома, теория относительности, в виде космогонии Эйнштейна.

Развитие технической мысли преследовало прежде всего военные цели, после этого, коммерческие, но никогда не социальные, человеческие. Если нельзя или затруднительно становилось получать прибыль, проект забрасывался или не рассматривался вообще. Биология, медицина, все прикладные науки соответствовали этому требованию. Процесс выглядел так: кредит – разработка (производство товара) – получение прибыли – новый кредит на новую разработку, был неизменен во всех сферах человеческого общества. Тот факт, что финансисты стремились к максимальной прибыли делало невозможным удешевление производства или процесса. Только удорожание, только инфляция, только гонка за тенью! Если в докапиталистический период научно-технического прогресса или не было вообще (а зачастую наблюдался регресс), или он был минимален, то в капиталистический период он порою шёл стремительно, только в сторону от нужд людей. Бесчеловечный прогресс уничтожал всё на своём пути. Ресурсы, землю, воду, искажал и уродовал психику, мораль и этику отдельных людей, народов, человечества.

Content

Львович Вячеслав Научно-технический прогресс

Наивные сказочки об экономике, о мире, об обществе В.Львович

Научно-технический прогресс