Тарасова Ирина

Зов крови

Тарасова Ирина

Зов крови

Глава 1

Халлад

Какая жизнь — такие песни.

А жизнь нелепа и смешна,

Дальше — тишина,

Не объехать и не убежать.

Группа Ария "Замкнутый круг"

Куртка не подлежала ремонту. Опять. Почему мне так не везет на нормальную, крепкую одежду?! может быть, потому, что профессия охотника за нежитью предполагает риск не только расстаться с одеждой, но и с жизнью. Однако меня подобные траты не радовали, даже несмотря на успешное выполнение задания. По мнению моего друга и напарника Веньки, меня в этой жизни вообще ничего не радовало.

Если по порядку, то меня зовут Ррриеналь, мне 20 лет, из которых: 11 ушло, как и положено детям, на взросление и игры, а остальные целиком и полностью были посвящены влезанию во всевозможные приключения и неприятности, то бишь профессии охотника за нежитью. Не могу сказать, чтоб профессия меня вдохновляла, я как-то не стремлюсь к славе свершителя подвигов во имя кого — или чего-либо, просто посчастливилось мне вырасти в общине так называемых чернокнижников (коих там всего-то было 3 человека), куда стекался самый разнообразный народ, не желающий вмешивать закон в свою жизнедеятельность. Соответственно, когда встал вопрос с выбором профессии, дядька Таван, мой опекун, предложил попробовать охотится на тех, кто не отличался миролюбием, но с завидным постоянством мешал общине жить. Кстати в самой общине обитали самые разные подвиды как нежити и нечисти, так и всевозможной чисти — от вездесущих домовых и наяд, эльфов — друидов всяких, до вампиров, вурдалаков и даже демонов. Поскольку выбора у меня как такового не было — вернуть долг общине, поднявшей на ноги болезненного осиротевшего ребенка, я считала само собой разумеющимся, — я согласилась. В итоге: 9 лет лесов, дорог и буераков, маг — недоучка в напарниках, холод и порванная в хлам куртка, демон ее раздери…

— Рииииинааааа… Ну Рииина… — рукав многострадальных лохмотьев затрещал от резких рывков, — Ты опять? Да не надо так переживать! Я тебе новую куплю, честно- честно, из своей доли!

Вихрастое тощее существо с невинными синими глазами на полторы головы меня выше захлюпало носом и попыталось спрятаться под своим балахоном. Прохладный ветер рассвета трепал его капюшон, так и норовя хлестануть Веньку по лицу.

— Ладно, давай, собирай вещи. Я пока покараулю этого красавца.

— Рин, ты только не расстраивайся, пожалуйста! — бубнил парень, запихивая в суму свечки, бечевку и остатки нашего завтрака. — Я в городе знаю одну лавочку, там недорого очень приличные вещи можно найти. Помнишь Макса Трепло? Он себе там хорошие штаны прикупил месяца три назад!

— Вень, Макса еще неделю назад сожрали! Сомневаюсь, что штаны ему помогли!

— Рин, ну не ворчи ты, ей-богу! Все равно за этого хмыря нам прилично заплатят!

Какой-то смысл в его словах был, и я не стала нудить дальше по поводу превратностей судьбы, с завидной регулярностью лишающих меня предметов гардероба. Хмырь, кстати, в сознание приходить не спешил, его тушка валялась посреди поляны, изгаженной какими-то чертежами — кривульками и все еще воняющей редкостной гадостью. Городской глава Кургана неплохо заплатит за поимку сбрендившего некроманта, особенно если учесть, что он не столько пакостил жителям, сколько самому главе, таская у него золото из казны на малопонятные исследования.

— Вень, я тебя попрошу об одной очень важной вещи — я выразительно посмотрела на приятеля, — Следующий раз, пожалуйста, начни отвлекать противника чуть раньше, чем в нас начнут чем-нибудь кидаться, ладно?

Вениамин потупился, принимая упрек, но надолго его не хватило — уже через пару минут я услышала не слишком музыкальное посвистывание из-за спины. Некроса (и чего они вечно в некроманты лезут?) пришлось закидывать поперек седла, связав на всякий случай по рукам и ногам, так как третьей лошади у нас не было — не всякая лошадь была морально готова провести в нашей компании больше часа.

Выбравшись на небольшую проселочную дорогу, мы не спеша двинулись к городу, все равно стражи на стенах откроют ворота не раньше чем через час после восхода, так что мы имели все шансы понаслаждаться холодноватым предосенним воздухом еще полчаса, не меньше. Венька хмуро посматривал на некроса, проверяя его ауру на наличие сил для очередной пакости, но тот благоразумно не приходил в себя.

Несмотря на ранний час, Курган бурлил. Невысокие, похожие на наспех подлатанные руины, дома мостились как попало, частенько опираясь на более устойчивых соседей. Узкие петляющие улицы и хмурые прохожие наводили на мысль о пьяных гномах — строителях и проклятии вечного похмелья. Где-то в районе ратуши гремели голоса, ржали лошади, рынок был непривычно тих, а по малочисленным улочкам спешили по своим делам горожане, больше похожие на переодетых стражников. Мы проехали боковыми улочками, стараясь не мелькать на особо открытых местах, к неприметной калитке сбоку от казарм стражи, сильно смахивающих на конюшни, вплотную примыкавших к задней части Ратуши — высокого четырехэтажного здания со шпилем и узкими окнами-бойницами. Начальник казарм, предупрежденный главой, толстый седеющий дядька со следами разгула на лице, в видавшей виды кольчуге и потертых штанах неопределенного цвета, мимоходом глянул на Веньку и повернулся ко мне.

— Жив?

— Пока да. Долго без сознания, но это пройдет часа через два. Мои деньги?

— Держите, — дядька кинул мне увесистый кошель, приятно оттянувший руку. — Как договорено.

Я бросила косой взгляд на друга, тот утвердительно кивнул.

— Спасибо. Обращайтесь.

— Не хотелось бы, — буркнул стражник, пропуская двух бугаев, уносящих некроса вглубь двора. — Вы это, долго в городе не задерживайтесь, у нас тута эти приехали, из столицы… — Он пристально посмотрел мне в глаза и вдруг спокойно улыбнулся. — Берегите себя…

Венька вздрогнул, но промолчал. И только когда мы уже отъехали довольно далеко, настороженно огляделся.

— Рина, давай-ка мы и правда не станем здесь задерживаться?

— Думаешь, по мою душу?

— Вряд ли конкретно по твою, — скривился он, — но береженого боги берегут. Не хотелось бы с ними встречаться.

ЭТИ из столицы, однозначно королевские чистильщики — на словах борцы за чистоту крови, а на деле — охотники за охотниками. Кому-то очень умному взбрело в голову, что обилие в нашем мире нечисти напрямую связано со смешением крови разных рас и существ, и если извести такие гибриды носорога с крокодилом под корень до седьмого колена, то и нечисть сама собой пропадет. К сожалению, к подобным гибридам можно было отнести и меня — ибо невысокая русая девушка вряд ли сможет удрать от оборотня или придушить вампира, не говоря уж о других, менее разумных тварях. Не обладая при этом скрытыми талантами. Посему мне следовало молчать в тряпочку и о себе и об общине, произведшей меня на свет, таясь от всех и вся. Вообще-то Венька хороший друг и надежный напарник, несмотря на свою кажущуюся безалаберность; он не раз прикрывал мою спину в гораздо более поганых условиях и вытаскивал меня с того света после особо горячих встреч с нашей клиентурой. Однако ему стоило больших усилий не получить при этом самому по шее или более важным местам, и если б не одно но, я б давно сменила спутника — Венька НИКОГДА не напоминал мне про мою нечистую кровь.

И вот теперь мне требовалось как можно быстрее смыться из города, потому как в королевских дознавателях далеко не дураки числятся, и чтобы тягаться с "исчадиями тьмы" они проходили недетскую дрессировку.

— Вень, а куртка? — жалобно промычала я, — я ж далеко не уеду в одной рубашке! Придумай что-нибудь!

— Ринка, не будь ребенком, двигай к лесу, помнишь, где я залежник делал? — я кивнула, — Я все сам куплю и привезу. Дуй давай!

Вениамин легонько шлепнул по крупу мою лошадь и скрылся в переулке. Ничего не оставалось делать, как последовать совету.

Пыль оседала медленно, людские крики и ржание перепуганных лошадей разносилось далеко вокруг, мне даже не пришлось подходить к лагерю, чтобы увидеть все своими глазами — и так понятно, что королевские войска числом не меньше сотни стоят лагерем на земле Башни Граван. И абсолютно ясно, что от потрепанной общины больше не осталось никого.

Еще неделю назад меня укладывали на алтарь подземной лаборатории для обряда. Я еще помнила странные запахи, резко ударившие в нос, пряные ароматы крови и трав, еще слышала мерные речитативы заклинания, помнила ослепительные свет наливающейся силой пентаграммы… А сейчас там осталась только горка камней, остов высокой Башни и пепел.

Дядька Таван, вытащивший меня из завалов после взрыва в лаборатории, долго объяснял общинникам, что эксперимент прошел неудачно, хоть и выжил (в смысле, что я хоть и живая, но мои "родители" чего-то напутали и грохнули весь подземный уровень), а потому придется пока обходиться тем, что осталось — опять же мной. Поскольку остальные Охотники все осматривали восточные пещеры в поисках предыдущего удравшего эксперимента — к слову, это действительно была помесь носорога с тараканом, чтоб все ел и пахал как лошадь — на уничтожение чьего- то упыря оставалось идти только мне. Неопытной, двенадцатилетней дурочке, которая так и не смогла понять, что же там произошло, под сияющим рисунком в комнате полной запаха крови…

Мой первый клиент нашелся в густом кустарнике над тушей какого-то (надеюсь) зверя. Лохмотья гниющей плоти, утробное рычание и запах — смерти и разложения. Наверное, упырь был в шоке от охотницы, возвращающей свету свой завтрак, потому что вежливо подождал, пока я закончу и только потом напал. Такого ужаса и паники я в жизни не испытывала! Очень хотелось куда-нибудь забиться и не вылезать. А тут еще этот настырный клиент своими когтями мне всю одежду изодрал — меч я вообще с перепугу потеряла в первые же минуты, и если б не постоянные тренировки, не скакать бы мне сейчас белочкой, а быть вторым блюдом в его меню. После, конечно, я не раз благодарила наставников за вбитые мне навыки — тело реагировало само, я боялась даже подумать о том, что делаю, чтобы не спугнуть разум тела. Меч толкнулся в руку и в три движения клиент распался на составляющие. Про вонь промолчу, потому как мой желудок отдал даже то, чего в нем никогда не было. Да еще и сумерки эти, страшно. Пришлось, правда, все равно собирать дрова, запаливать костер, и сжигать тушку, от греха подальше. А утром я вышла к поселку у Башни Граван, точнее почуяла всю королевскую рать и не стала соваться, понимая, что жизнь и так мне подгадит, так хоть поживу подольше.

Залежник, или, по-простому, скрытка — кусочек пространства, где никакая магия извне не работает, а изнутри искажается настолько, что кажется просто обычным фоном обычного леса, поля ит.д. — нужное подчеркнуть. Владели этим заклинанием немногие, и все бы хорошо, если б не одно НО — в залежнике я была абсолютно беспомощной и ни на что не способной девчонкой. Практически ни один из моих талантов не действовал, и даже кровь ничем не смогла бы помочь. В таких случаях Венька был моей опорой и защитой. С чем его и поздравляю.

Ждать и догонять — хуже не бывает. Неправда — бывает. Ждать и убегать. Несущегося галопом Веньку я услышала даже в скрытке, моментально вскочив на лошадь и вылетев на дорогу в нескольких метрах перед ним, тут же взяла темп. Судя по его лицу, дознаватели уже вовсю рыли землю в поисках странной парочки Охотников, мелькнувших в городке.

— Все, Рин, можно тормознуть, дальше спокойно, — наконец выдохнул он.

— Что там?

— Странное что-то. Похоже на ловушку для дураков. Они почему-то не просто ищут охотника, а страстно мечтают нанять!

— Нанять???!! Дознаватели???

Шок. Это по-ихнему.

— Что же должно настолько крупное сдохнуть в Трехгорье, что королевские дознаватели нанимают Охотника?? А, Вень? В порядке теории?

— Говорю тебе, похоже на ловушку!

— А все-таки?

— Ну, настолько крупное нашествие нечисти было лет сорок назад — помнишь историю про некроса, который баловался с порталами?

— Это который принес в жертву трех высших демонов и пропал в межмирье? Сказки! Ну не может ни один, даже самый Великий маг пленить сразу трех Высших демонов!

— Может, Риночка, еще как! Я тебе уже говорил, что для этого даже не надо быть Великим магом, достаточно просто полукровок взять, — он искоса глянул на меня. — Магия крови — самая сильная в нашем мире.

— Знаю, Веня, но не верю я, уж извини, что такое возможно. К тому же тогда, насколько я помню, достаточно было всего-то с полсотни человеческих магов. Ну если только с Восточного континента что-нибудь загадочное приплыло. Но вряд ли.

— Верно. Поэтому я и говорю — ловушка.

— Примем за исходную, — я кивнула.

Дорога пошла под уклон, до ближайшего небольшого селения был день пути, а там, где то вдалеке, терялся красивейший город побережья, единственный город, свободный от короля и его идиотизма — Халлад. Город, официально принадлежавший королевству Трехгорья, а фактически — Столица Охотников.

Купленная за большие деньги зачарованная карта честно отразила нас темной точкой, ползущей по сухожилию континентальной "ноги". Большая часть моего родного Трехгорья располагалась как раз выше, а сухожилие, очерченное высоким и непроходимым горным хребтом с обрывками побережья, где мы ныне и шатались занимали земли Халлада и уютная зеленая долина, почти полностью отданная под сады эльфов. На северном конце этого хребта шпорами пропарывали небо три острых высоких скалы, давшие имя целому королевству. Которое около десяти лет назад постигло безбрежное счастье заполучить на трон больного на голову короля Сапиата какого-то там по счету. И поскольку этого самого Сапиата до икоты в детстве пугали грозными Охотниками на нежить, он решил кардинально лечить свой страх — истребляя этих самых Охотников. За что нежить, по слухам, учредила ему орден и звание почетного упыря третьей степени.

Юг королевства (а именно — Халлад и пофигистично настроенные эльфы) благополучно чихал на указы монарха, сидя за хребтом и нанимая Охотников. Халлад был прикрыт с суши скалами и армией тех же Охотников, так что оттуда короля и его армию турнули красивым пинком и обещанием веселой жизни. А расположенным по основному южному тракту деревенькам так и вовсе было по барабану — посмердело и выветрилось. Оставались деревушки за перевалом, столица и десяток крупных торговых городов, но туда нежить почти не лезла, а на особо тупую всегда хватало дознавателей.

С юго-востока Трехгорье подпирало королевство Приши, но тамошним монархам Охотники казались образчиком добродетели, да и работы там хватало, больно большая территория у них. С восточного побережья или из земель гордых темных эльфов, прозванных за черноту кожи маврами, все время что-нибудь лезло — говорили о некросах, о таинственном восточном континенте, куда не доплывал ни один моряк — в нашем океане такие красавцы плавали, что корабли им на один укус. Зато на севере царил рай для торговцев — Островная Империя с ее удивительными тканями и редкостным жемчугом; Пиратские братства, Вольные баронства и сказочный Лес светлых эльфов.

Еще где-то на западе терялся в морском тумане страшный и таинственный остров, но доплыть туда оказалось делом невыполнимым — живущие в огромных горных ущельях "подошвы" гномы крайне недоброжелательно относились к мореходству, хотя и выстроили у себя Даррок, самый крупный порт мира. Халладский порт, служивший скорее просто декорацией из-за мелких россыпей рифов, казался рыночной площадью рядом с бескрайней степью Даррока. Гномам Охотники были нужны только как охрана караванов по обе стороны хребта. Ну и для мордобития еще, кое любят обе стороны, за редким исключением.

Карта рисовала пустым, без обозначений пятном окруженную горами монетку Драконьей долины. Крылатые твари, по одиночке селившиеся в землях двуногих, стояли изрядной костью в горле у любой расы — наглые прожорливые, владеющие какой-то своей магией, почти неуязвимые. Люди устраивали походы на подвиг, эльфы высокомерно посылали всех доброхотов и втихую нанимали тех же Охотников.

Но Охотникам, с их тягой к риску и свободе, особенно приглянулся белоснежный Халлад, став священным городом воинов и авантюристов, пахнущий вином, смехом и приключениями.

Почему-то именно здесь, за самым Халладом, в небольшой зеленой долине у моря, заросшей диким виноградом и душистыми садами светлых эльфов стоял мрачный каменный палец Башни Граван, обители моей родной общины. Уходящие на несколько верст в глубь земли коридоры и переходы запомнятся мне навсегда: пахнущие легкой горечью трав и пряными шкурами зверей — такими они были в дни моего детства; пылающими болью и безумством, дурно пахнущие горящим мясом и кровью — в ночи моего становления Охотником. И пропитанные капающей с полуобвалившихся стен влагой и плесенью — в дни королевской облавы на отступников.

Тогда мне казалось, что все еще вернется на круги своя, что вернутся сюда те, кого я еще смутно помнила в лица. Но, несмотря на отпор Халлада, на сотни трупов королевских солдат под его высокими белоснежными стенами, никто не вернулся. Король Трехгорья взял здесь большой налог "грязной" кровью тех, кто столетиями спасал его землю от всякой пакости. Каковая таки успела усесться своей задницей на трон.

Но и Халлад не забыл. Долго королю икалось, когда его подданных деревнями вырезали упыри да глыдни, полезшие с подтаявших ледников хребта, ох и трудно ему было негласно позволить Охотникам за звонкую и крупную монету отчищать землю от нежити, еще труднее эту самую монету отдавать. И появились дознаватели, — которые служили, но рисковать своей шкурой не спешили. Зато отважно кидались на любого "нечистого"…

Вдох — выдох. Вдох — выдох. Мятные осенние запахи в звонком чистом воздухе, тихий всплеск близкого моря, ветерок, легко треплющий челку и гриву коня, и мягкая, податливая земля под копытами лошади. Сияющее на солнце багряное золото садов, тихие посвисты птиц. Соленые капли на губах. Приятно вернуться домой, даже когда дома давно уже нет.

Что ж так больно, что нет силы дышать, в глазах темнеет, тошнота подступает к горлу??? Я чувствую, что сползаю с лошади, падаю куда-то в вязкую темноту. Сквозь едва разборчивые крики Веньки, нарастая лавиной, слышится гул — будто сотня тысяч голосов шепчет, шепчет…

Это было так знакомо! Точно так же плохо мне было в Карриене, когда я встретила Витта. Точно так же нахлынуло головокруженье от чужого дразнящего запаха, в глазах потемнело, ноги подкосились, и если бы он не подхватил меня — гремели бы мои косточки, обогащаясь синяками. Пелена спала, и первое что я увидела — счастливые смеющиеся черные глаза. Он был высокий, загорелый, черные как смоль волосы в беспорядке рассыпались по плечам. Оборванная одежда и крепкое молодое тело. До сих пор помню, как помутилось в глазах от сильного и пьянящего мужского запаха. Как загорелось тело от одного единственного прикосновения… Он рассказывал мне о своих "родителях" и "Хозяине", рассказывал обо мне самой. Тогда за несколько часов я узнала больше, чем за всю жизнь. Витт отдал мне тонкую стопку листочков, сказав, что все это писал мне. Он потерял остатки сил и воли с гибелью "Хозяина", он много месяцев жил в аду, блуждал во тьме, ища выход. И искренне смеялся, рассказывая мне о местных обитателях, их слабости и безволии, их ненависти. А в тот момент, когда мои тогдашние спутники высыпали на поляну, начался мой собственный ад.

Очнулась я в темноте — видимо стояла глубокая, ночь, потому что звезды отчетливо виднелись в проеме окна, с хлопающими на ветерке легкими занавесками. Судя по запахам, дом принадлежал людям — скорее молодой семье — запахов детей я не чуяла. Постель была чистой и мягкой, комната опрятной, хоть и небогато обставленной. Шкаф в углу, комод у моей кровати, да лавка у окна — вся мебель, если не считать спящего на лавке Веньку.

Что же со мной было? Помню только удушье и темень в глазах — все. Обрыв. Раньше этого не было. Вряд ли это последствия возни с некросом из того городишки, кажется, Кургана, — магия мне что мавританскому слону дробина. Тогда что? Яд? Маловероятно. Венька как-то пробовал на мне несколько разновидностей — минутная дурнота и все, только продукт перевел зазря. Других объяснений не видно. Может Венька что-нибудь придумает поутру. Спать, спать, спа….

Утро началось приятно — мне в лицо почти вылили ледяной воды. От моего вопля содрогнулся дом. Правда, открыв глаза, я еще успела увидеть испуганное лицо Веньки, отпрыгнувшего от меня на метр с места. Это он мне компресс, оказывается, делал.

— Ринка, блин, ты ж меня чуть до инфаркта не довела!!!!

— Кто кого?

— Как самочувствие? Слышу, очнулась, — в комнату вошла молодая совсем женщина с копной длинный светлых волос и обалденными синими глазами (всегда таким красоткам тайно завидовала), стройной фигурой и длинными ногами (иэх!). — Меня зовут Наина, я хозяйка этого дома.

— Рина.

— Я знаю, — очаровательная улыбка скорее адресовалась Веньке. — Что с вами стряслось? Веньямин говорит что очень похоже на магическую атаку, но я не нашла никаких следов.

— Как вы искали?

— Магией духа, — понятливо улыбнулась Наина.

Понятно. Эльфийская кровь, значит. Тем более что сады-то их проезжали.

— Рин, может, объяснишь?

Воздух зазвенел от напряжения. Чей-то едва уловимый запах пощекотал ноздри, легкое дуновение ветерка, резкое ощущение опасности — словно водой окатили, я чуть было не потеряла контроль, аж клыки прорезаться начали, но все внезапно исчезло, как не было. Мой друг настороженно смотрел на меня, на всякий случай зажав в пальцах "звездный огонь" — универсальное заклятье на нежить — не убьет так оглушит.

— Что? — одними губами спросил он.

— Нормально, — я встряхнулась и постаралась улыбнуться нашей хозяйке. — Наина, скажите, а не будет ли совсем бестактно спросить вас о завтраке?

— Конечно! Вы одевайтесь пока, у меня все почти готово. Веньямин, помогите мне накрыть на стол. — Наина потянула моего напарничка за собой.

На комоде нашелся тазик и кувшин с той самой ледяной водичкой, которой меня будил Венька. Вычищенная и приведенная в приличный вид одежда висела на спинке кровати. Я привычно наводила марафет, заплела косу, но ощущение тревоги не покидало. Как будто что-то знакомое мелькнуло перед глазами на мгновенье и исчезло — и не можешь вспомнить, что это было и чем знакомо.

В соседней комнате, служившей и гостиной и кухней и столовой, хозяйка с моим приятелем накрывали на стол, преувеличенно бодро обсуждая погоду.

— Наина, скажите, а в ваших садах ничего нового не появилось? Я имею в виду…

— Я поняла, что ты имеешь в виду, — она остановила меня жестом, — Нет, ничего не было. В наших садах все спокойно. Даже у темных — как всякая "от светлых" она поморщилась — все тихо.

— Спасибо, вы меня порадовали.

— Кстати, в Халлад собираетесь?

— Да, а что?

— Да хотела с вами письмо отправить кузену, у него на Вечерней улице постоялый двор неплохой, заодно сэкономите — она улыбнулась своей неповторимой улыбкой, аж пришлось зубы стиснуть от зависти. — Я знаю, насколько тяжело охотникам достаются деньги.

— О да, это целая эпопея! — Веньке не хватало только пафосно воздетых к небу рук, — Просто неблагодарное занятие!

— Отвезем, конечно, спасибо вам, Наина.

И снова дорога, отбитая седлом филейная часть тела, и ноющая боль в спине. Бывают дни, когда я серьезно сомневалась, а правильный ли выбор я сделала много лет назад. Венька, по своему обыкновению, витал где-то в облаках, а точнее в районе домика Наины. Все бы ничего, да только ощущение тревоги от происшедшего не оставляло меня ни на минуту, царапая почему-то не сердце, как пишут в романах, а живот, отчего тряска в седле делалась еще более "приятной", внушая сильное желание что-нибудь сделать или кого-нибудь убить.

— Рин, а чего ты Наину про сады спрашивала? Думаешь, нежить какая?

— Хуже, Венечка, много хуже. Помнишь, я рассказывала про общины, которые с магией крови эксперименты ставили?

— Ну, — он непонимающе уставился на меня.

— Так вот, чую я, что тут не обошлось без магии крови. И хорошо, если это не очередной эксперимент.

— Ты что?! Да ведь даже в Халладе магия крови под запретом! Мне брат рассказывал, что от этих экспериментов потом полгорода убегало, пока Охотники не пришли!

Ах, да, брат рассказывал. У Веньки же старший брат имеется, о котором почему-то всегда упоминалось только то, что он рассказывал, однако воочию его никто не видел, не говоря уж о том, что интересоваться прошлым или происхождением в нашей среде не принято. Все что я знала о Веньке — что его отчислили из Академии Высшей магии перед выпускными экзаменами за какую то шалость (к несчастью, приведшую ректора сего почтенного заведения к постельному режиму, седой голове и нервному тику) и что у него имеется старший брат. Мне этого хватало, — Венька, несмотря на свою безалаберность, на охоте меня ни разу не подвел, в душу не лез и принимал меня такой, какая есть.

— Было такое, слышала. Только пахнет оно не нежитью, Веня и не опасностью, как от ТЕХ, а конкретно — кровью. Понимаешь?

— Приедем, в магистрат сообщу.

— Нет, друже, не стоит пока никому говорить, а то опять пойдет слух, что Ррриеналь на фоне полнолуния страдает головой.

— Да ладно, Чес ведь прилюдно извинился потом.

— Угу, когда я ему рожу в синяк превратила?

— Да уж. Ты чего-то совсем расклеилась, дорогая, давай-ка я тебя подправлю, а?

— Опять "транк" мне повесишь, а я потом похмельем маяться буду? Нет, спасибо, — я усмехнулась.

Да уж, поддерживающие заклинания, как и целительство, моему другу давались с большим трудом. И побочными эффектами.

— Лучше уж сходим в "Веселый боров", там всегда можно расслабиться.

— Очередной раз, напившись и набив кому — нить рожу? Сомнительное удовольствие. — Венька тряхнул головой и улыбнулся, разом отгоняя плохое настроение. — Мужчину тебе надо, вот ты и бесишься.

Ну вот, кто о чем, а лысый о расческе! Опять он пытается меня поддеть!

— Венечка, милый ты мой, где ж его найти-то, — именно Мужчину, а не что попало.

— Тебе прям совершенство какое-то требуется!

— На меньшее не согласна! — гордо задрала нос я, уже принимая игру.

— Спор?

— Спор!

Спорили мы регулярно, каждый раз въезжая в Халлад, Венька придумывал все более невыполнимые условия, а я все более невыполнимые требования к "кандидату". То, что у нас в итоге получался полный цирк, говорить не надо. Эти маленькие шалости помогали скоротать время в ожидании очередного заказа.

— Вот если в этот раз тебе кто-нибудь понравится, ты дашь мне слово никогда не есть пирожных!

— Только не это! — взмолилась я, — Вень, может что попроще, а?

— Тогда платье!

Я внутренне содрогнулась. Я в платье — это ужас. Но жить без пирожных еще страшнее.

— Платье, — я кивнула.

— Условия?

— Хорошо, что у нас было в прошлый раз?

— Горбатый светлый эльф с двумя левыми руками, — рассмеялся Вениамин. — Ты бы уж что-нибудь реальное выбрала.

— Тогда так: человек, выше меня ростом, некрупный, но и не тощий, светловолосый…

— Все? — обрадовался он.

— Э нет, не спеши, — я хитро улыбнулась, — еще два условия: он должен повстречаться нам не в пути и не на отдыхе, и последнее — он должен быть быстрее меня!

Я радостно хихикала, глядя, как вытягивается лицо моего друга. Если первые четыре еще можно выполнить, то с пятым назревала проблема — я заслуженно считалась ОЧЕНЬ быстрой.

— Четыре из пяти? — с надеждой уточнил он.

— Для платья? Четыре из пяти.

Если же попадется такой экземпляр, что маловероятно, который попадет под все условия, я должна Веньке одно желание. Самое приятное, что, когда нам попался загаданный как-то высший демон — полукровка со шрамом на лице и хромоватый на правую ногу, Венька своим желанием не злоупотребил, потребовав всего лишь пройти по крыше ратуши. А высоты я тогда боялась до икоты и дрожи в коленях.

— А вдруг, — хитро прищурился он, — вот представь, приедем в город, а случайно найдем того, кто все условия выполнит. Неужели не екнет сердце-то?

— Вень, для еканья сердца и прочих частей тела существуют такие как Наина. Я для другого предназначена, — фыркнула я. — Венечка, забудь ты уже про всю эту фигню, ну отработаю я по трактам — оврагам, сколько здоровья хватит, ну сдохну там же когда-нибудь, ну какая разница-то? Какой смысл в мужчине? Рожать и сидеть дома я не собираюсь.

— Эх, Ринка, ты неисправима, — хохотнул он. — И почему я с тобой связался?

— Потому что со мной не соскучишься.

— Это точно!

В таком вот приподнятом настроении и въехали мы в белокаменный Халлад, город веселых песен, шумного моря, белокрылых чаек и безумных Охотников.

Вдали гудел многоголосьем вечно бодрствующий рынок, над которым кружили вездесущие птицы моря, по широким мощеным улицам сновали люди, всадники и кареты. Аккуратные домики, словно солдаты, выстроившиеся в ряд, казались вечными жителями этого места, будто стояли сотни лет именно тут. Небольшие фонтанчики на площадях, непременный атрибут более богатых кварталов, и тихие улочки с гордыми лавками купечества, и полутемные Вечерние улицы с домиками — крепостями квартала наемников, и даже бедные одноэтажно — деревянные обиталища дышали в Халладе спокойным достоинством. Никакого хаоса столичной суеты — здесь было слишком много настолько разного народа, что иначе просто невозможно ужиться всем вместе.

Единственной властью Халлада был магистрат — сборище прожженных политиков и интриганов, поголовно бывших Охотников, что, впрочем, не мешало им прекрасно разбираться в своем деле и налаживать жизнь города на протяжении вот уже двух сотен лет.

На Вечерней улице мы отыскали высокий каменный постоялый двор с вывеской в виде звезды. Внутри, несмотря на ранний час, было людно, но не шумно, добротная дубовая мебель, чистота и приятные ароматы кухни только добавляли притягательности этому заведению, о чем Венька не преминул мне сообщить, твердо заявив, что мы остановимся тут.

— Вень, закажи завтрак, я пока приведу себя в порядок. — Я потопала вверх по лестнице в нашу комнату. Хоть я и привыкла, что мы берем комнату на двоих, но процесс переодевания предпочитала проводить без него. Экономия экономией, но всему есть пределы.

Друг, зная мои вкусы, уже ждал меня в обществе простой каши, яблока и стакана сока. Сам он благоразумно поел, не дожидаясь моего появления. Самое странное, чему я не перестаю удивляться — находясь в городе, я первое время не могу кушать мясо как все — только на ужин и только немного, зато во мне ярко проявлялась яблочная недостаточность. Ну и ненормальная реакция на алкоголь, естественно. Где бы я ни была.

— Ну, когда мы отправимся на поиски кандидата? И самое главное — платья? — усмехнулся Венька.

— На самом деле не мешало бы нам на рынок заглянуть, надо запас трав пополнить. А платье в последнюю очередь поищу. Оно мне, скорее всего, не понадобится.

— Я уверен, что в этот раз точно выиграю! Ну не может же тебе все время везти!

— Поглядим, — я рассмеялась. — Только не загадывай что-нибудь совсем из ряда вон, а то будет у тебя на одного напарника меньше.

— Я, кстати, разузнал, пару дней назад, в порт эльфийские корабли заходили….

— Я загадала человека, — хитро сощурилась я, — а эльфов в Халладе всегда хватало. Не спорю, в скорости я им уступлю. Не делай из меня совсем дуру-то.

— Блин, так и знал, что ты подставу придумала! Сама-то какое желание загадала — обреченно вздохнул он, зная ответ.

— Куртка! Хорошая, прочная, удобная куртка! А то эта похожа на мешок для картошки.

— И почему у тебя такой пунктик на куртке?

— Ты уже тысячу раз спрашивал и в тысячный раз отвечаю, что куртка — единственная нормальная преграда между мной и тем, что может нас съесть! А кольчугу я не одену — не с моими габаритами в кольче бегать.

Да уж, тут меня природа не обделила. Длинные стройные ноги, хорошая фигура, большие зеленые глаза, длинная коса русых волос до самой попы. По отдельности — красиво, а во мне одной не особо сочеталось. Особенно, если учесть еще дурной характер.

— Да брось ты опять, мне кажется иногда, что у тебя просто комплекс с габаритами. Вон сколько мужиков слюной исходит!

Я осмотрелась. В зале сидело несколько человек, пара кряжистых гномов да одиноко выпивал светлый эльф. Пейзаж не вдохновлял — все как один интересовались исключительно своей едой.

— И?

— Да это они чтоб не спалиться! Эльф так вообще глаз не отводит, — уверил Венька.

Я повторила маневр, задержав взгляд на эльфе. Как всегда безупречно и со вкусом одет, светлые, золотистые волосы спадают по плечам на спину, фигура спортивная, движения точные, — в общем, ничего особенного. Ну глаза красивые, темные. Тот уставился на меня, не понимая, почему его разглядывают как кусок мяса в лавке. Обычно женщины любой расы проявляли к светлым гораздо более трепетное отношение. Да и к темным тоже. Мне же никогда не нравились слишком совершенные черты их расы, частенько за маской совершенства скрывается изрядная посредственность.

Видимо последнее я произнесла вслух, потому что лицо Веньки перекосилось от смеха, а эльф покраснел до кончиков ушей (со слухом у них тоже никогда проблем не было). Потом он встал и направился к нам, а мой друг приготовился к неприятностям. С моей стороны.

— Моя милая леди, простите, что прерываю вашу трапезу, однако мне показалось, что ваши слова сказаны в мой адрес? — как можно вежливее произнес он, изо всех сил стараясь произвести впечатление.

— Во-первых, не ваша, во-вторых, не леди, в- третьих — да, в ваш. И что? — я продемонстрировала шею с татуировочкой в виде кинжала и чаши — знака Охотника.

Эльф остолбенел, потом побелел, покраснел и наконец, выдал:

— И что заставило вас думать, что я могу быть посредственностью?

— Опыт.

Венька откровенно катался от смеха. На эльфа было жалко смотреть.

— Не обижайтесь, сударь. Это была просто не слишком удачная шутка. Впрочем, если вам станет легче — таково мое мнение относительно большинства мужчин.

Эльф шумно выдохнул и с подозрительным блеском в глазах склонился в поклоне.

— Спасибо за откровенность. И если вы позволите к вам присоединиться, я все же постараюсь убедить вас, что посредственностью уж никак не являюсь.

— Да пожалуйста! — рассмеялся Венька и протянул ему руку. — Вениамин. А эта вредина — Рина.

— Очень приятно. Линноэль. Или Лин, если угодно.

— Лин, могу я вас попросить выражаться немного проще — так легче вас понять, — Венька налил ему вина.

— С радостью. Меня самого не вдохновляют правила поведения эльфов вне наших земель, — он скривился, и я вдруг поняла, насколько он молод, даже по людским меркам.

— Скажи Лин, а что ты делаешь в Халладе и почему один?

— Я сбежал, — он пожал плечами, понимая, что отрицать глупо. — Все равно дома одни травки — деревца, обрыдло. Да и на Охотников хочу посмотреть. У нас говорят, что в Халлад съезжаются со всего мира лучшие.

— Ндя… Вот только этого нам и не хватало. А ты не слышал, по какому поводу съезд? — Венька рассеянно гонял по кружке остатки вина.

— А на городском рынке чего только не говорят. Слухи, — эльф махнул рукой.

— Мы на рынок как раз идем. Ты с нами? — Венька залпом допил вино и встал.

— Если вы не против. Одному скучно.

Честно, говоря, Веня рядом с этим эльфом казался взрослым рассудительным мужчиной, Лин конечно не подросток, но и не мужчина — на человеческий примерно 20 лет, вообще непонятный возраст. Но мне как-то не особо нравился этот тандем, явственно ощущались родственные души, то бишь балбесы оба. И в какие еще авантюры они меня втянут — неизвестно. Боги, на вас уповаю!

Глава 2

След

Тени невидимых глазу существ

Ложатся на спину полночных небес.

Кровь холодной и мёртвой струёй

В сердцах, пропитанных серой судьбой.

Группа Эридан "Дождь"

Рынок бурлил. Столько народу я не видела в Халладе ни разу за все свои приезды сюда. Здесь можно было найти абсолютно все — даже то, что в других городах продавали из-под полы только на черном рынке. Воистину, Халлад — город свободы. Венька и Лин тянули меня как на веревке, кидаясь то к палаткам оружейников, то к диковинкам из западных земель, то к необычным морепродуктам с островов (последние, правда, меня не привлекали в силу своего безумного запаха). Этих мальчишек трудно оторвать от созерцания очередной игрушки! Однако, стоит признать, что у них благоразумия хватало ничего не купить. Это, безусловно, не относилось к рядам травников, где Венька обновил свой боезапас "сена" и зелий, и я никак не смогла устоять против румяных яблок из эльфийских садов, набив ими свою сумку до отказа. Естественно, мои спутники тут же ограбили меня на целых два потрясающих, сочных, крепких, сияющих солнышками плода. Вот так, в гвалте, хрусте и соке мы выбрались из толчеи и попали прямиком на ряды готовой одежды.

— Та-а-ак, Веня, не смей!

— Платье!

— Какое платье? — не понял Лин.

— Куртка!

— Платье! — Венька вытянул шею, высматривая особо выдающийся товар.

— Объясните, наконец, что происходит! — Лин аж уши свои длинные растопырил от удивления.

— Видишь ли, мы заключили пари. Если проиграет Рина — надевает платье, а если проиграю я — куплю ей куртку.

— Ну так купите и то и другое, а траты понесет проигравший — пожал плечами воодушевленный эльф.

— Это мысль! — Все равно уже понятно, что от примерок не отвертеться, так хоть получу сразу вожделенную куртку, а то потом в спешке опять какую-нибудь гадость всучат.

— Согласен! — Венька потянул меня к белой палатке кожевников.

Ох и разбегались же глаза, однако разум твердил, что красота — не есть главное.

— Уважаемый — Лин обратился к торговцу, крепкому гному с окладистой бородой и огромными кулачищами, которыми при желании можно было гвозди заколачивать. Остальное просто терялось на их фоне. — Нам нужна куртка на эту милую девушку.

— Сей момент, — гном расплылся в улыбке и выложил на прилавок несколько выделанных шитьем и какими-то бусинами шкурок, которые на куртки были похожи как эльф на вурдалака.

— Вы не поняли, уважаемый, — встрял Венька, — нам нужна походная куртка.

На прилавок легло несколько грубых вещей, больше похожих на футляр для шкафа. Парни плюнули и начали самостоятельно рыться в товаре, выискивая подходящее. Гном с недоумением посмотрел на меня. Я же молча отвернула ворот рубахи, демонстрируя знак. После чего гном кивнул и скрылся в глубинах палатки, явив через минуту моим глазам шедевр — укрепленная чарами и мастерством кожевника кожа была на диво легкой, красивого рыжеватого оттенка, с металлическими клепками на локтях, предплечьях и по вороту. Как оказалось, она села мне точно по фигуре, плотной броней накрыв спину и грудь, и доходя до середины бедра. Венька одобрительно кивнул и достал кошель. От эльфа же мне хватило нездорового блеска в глазах.

— Платье, — вынес свой вердикт мой друг. — И туфли.

— Может туфли не надо? — я оглядела свои высокие сапоги со стальными каблуками — кинжалами.

— Надо!

— Веня, ты садист!

— Рина, объясни, наконец, что за спор у вас такой? — Лин растерянно смотрел, как на лице молодого мага появляется выражение кровожадности, больше свойственное вампирам, нежели человеку.

— Видишь ли, Венька каждый раз в Халладе пытается сосватать мне очередное совершенство мужского пола. А я в отместку задаю такие параметры кандидата, что их сочетание практически невозможно, — я улыбнулась и мечтательно прикрыла глаза.

— И в этот раз, я так понимаю, Вениамин решил-таки выиграть? — Венька не слушая, рылся в товаре очередного торговца.

— Ну, один раз он уже выигрывал. Давно.

— И какие условия ты поставила, если не секрет?

— Высокий, худощавый, светловолосый, ОЧЕНЬ быстрый человек. И чтобы встретился не на отдыхе, и не в дороге.

— Человек, — презрительно протянул эльф.

— Ну, эльф у нас был в прошлый раз. Горбатый, — поддразнила я.

Линноэль поперхнулся и с удивлением уставился на меня. Рассмеявшись ему в лицо, я спокойно пошла дальше за Венькой.

Следующие полчаса на меня напяливали, натягивали и просто навешивали разноцветно — воздушные балахоны всех возможных фасонов, но парни категорически качали головой, и пытка возобновлялась по-новому. Наконец, откуда-то из ворохов было извлечено на свет легкое шелковое платье глубокого зеленого цвета, без всяких вышивок и украшений. Я отважилась взглянуть в наколдованное Венькой зеркало и остолбенела: передо мной была красивая девушка с золотистыми волосами и сияющими зелеными глазами, шелк едва покачивался в такт дуновению ветерка, небольшой вырез благодаря моей комплекции определенно стал больше и непривычно открытая шея и декольте стали привлекать внимание. В общем, ЭТО была не я! Но ощущения мне определенно нравились, особенно глаза проходящих мимо людей (и нелюдей), непроизвольно тормозивших у палатки. И вот в тот момент, когда я ждала туфли, оглядывая вскользь соседние палатки, я натолкнулась на эти глаза. Холодные, серые льдинки, пристально смотрели на меня, будто в глаза смерти заглянула. Остальное я просто не рассмотрела — меня скрутил такой страх, что дыхание перехватило, а в глазах на секунду потемнело. Лин резко подхватил меня на руки, Венька цапнул свертки и парни бегом понеслись куда-то прочь, в голове все еще мутилось, но страх исчез, и я уже начала приходить в себя.

— Веня…

— Рин, ты как?

— Нормально. Остановите землю, я сойду.

Лин осторожно поставил меня на ноги.

— Уверена, что все в порядке? — он легко притронулся к моим вискам и голова окончательно прояснилась.

— Уже да. Давайте-ка вернемся в "Южную звезду", мне надо выпить. Много. И срочно.

Он почуял зов совершенно неожиданно, почти у въезда в город, чей-то сильный манящий запах резко ударил в ноздри, сердце застучало, кровь закипела, в горле встал ком. ЭТОТ зов невозможно было заглушить, проигнорировать, перебить другим — его с неодолимо силой потянуло туда, в долину, в зеленые заросли дикого винограда и дурманящих запахов фруктовых садов, какая-то сила буквально швырнула его на дорогу… И все исчезло в один миг, как пустое видение. Только гудящие жилы да шум в ушах напоминал о происшедшем.

Однако запах не мог прийти из ниоткуда, ветер едва уловимым дуновением подразнил его отголосками и юркнул обратно в долину. А потом была ночь, и теряющийся прерывистый след и чужой сильный запах, сбивающий и вырывающий хриплый рык из горла. И безуспешные поиски, и пьяное осеннее утро и снова след на пыльной дороге; неудержимое стремление догнать, найти, во что бы то ни стало, стучащая кровь в висках; и белый, переполненный запахами город, в котором невозможно найти не то что след, но даже намек на него. И вот, когда усталость, бессонница и звериный голод решили взять реванш, зов вновь ворвался в него с неистребимой силой, закружив голову и сжав в когтях сердце — там, всего в нескольких шагах, всего в одном прыжке стояла девушка в темно-зеленом платье…

Крепкое молодое вино живительной прохладой прокатилось по горлу. Глаза снова воспринимали окружающий мир светлым и чистым, а от происшедшего осталась только глухая тоска да отзвук страха.

— Может, теперь ты можешь внятно объяснить, что с тобой происходит?

— Помнишь, я тебе говорила, что чую магию крови?

— Ну?

— Это тварь, Веня. Тварь, которая идет по следу.

Лин обалдело уставился на нас. Как всякому учившемуся в школе, ему рассказывали о магии крови и ее последствиях, до сих пор шаставших по континенту. Некоторые из них, к несчастью оказались живучими и способными к размножению. С этим справлялись Охотники. Но была еще и жутковатая легенда о нескольких Зверях, созданных этой проклятой магией — их нельзя отследить, нельзя сбить со следа, нельзя остановить. Абсолютная машина для убийства. Они могли противостоять даже высшим чистокровным демонам, могли выжить в огне, воде и пустыне, могли сразиться с любой нежитью — для чего собственно и создавались. Но вполне могли напасть и на любого разумного, ограничений им никто не ставил.

— Но это же сказка! Страшилка для магов, чтоб с кровью не баловались! — Лин лихорадочно осмотрелся, но из посетителей никто и головы в нашу сторону не повернул.

— Может это просто последствия стычки с тем некросом? Он был довольно сильный? — Венька пожал плечами. — У тебя и без этого случались осечки.

— Было, — кивнула я. — Но не настолько. К тому же магия некросов мне не страшна, сам знаешь.

— Ладно, отправляйся-ка ты, подруга спать, а я поспрашиваю знакомых, может, что и узнаю. Лин, останься с ней, если не трудно.

— Нет проблем, только за вещами в гостиницу смотаюсь. Лишняя койка найдется?

— Займи мою, — велел Венька и, видя мой протест, резко оборвал — это не обсуждается. Потерпишь.

Обстановка комнаты, нам отведенной, вызывала грусть, похоже только у меня — на небольшом пространстве как- то умещался стол с колченогим стулом и две кровати, одну из которых прикрывало некое подобие ширмы. Лин возликовал и бухнулся на койку Веньки.

Как ни странно, стоило моей голове коснуться подушки, я провалилась в сон. Снилось странное место, похожее на пещеру, я явственно ощущала чей-то пристальный взгляд, но никак не могла определить, откуда он исходит. И именно в тот момент, когда я почувствовала присутствие за спиной и хотела обернуться, меня бесцеремонно разбудили.

— Как себя чувствуешь? — Лин склонился надо мной как над любимой бабушкой.

— Так же как и выгляжу, — буркнула я, накрываясь одеялом с головой.

— Тогда плохо, — констатировал Венька. — Вставай. Есть новости.

— Я так понимаю, не очень хорошие, раз вы меня разбудили? — подъем дался с трудом. Лучше б я умерла!

Венька присел на убогий стул и устало провел рукой по волосам, приглаживая непослушную, вечно встрепанную шевелюру.

— Слухи о некоем сборе Охотников — правда. В Халлад сейчас съезжаются все мало-мальски обученные бойцы и даже крупные команды. Похоже, сдохло что-то очень уж крупное. В магистрате говорят, что сам король полностью оплачивает поход, более того, снимает всякие запреты с Охотников, которые выполнят задачу. Я так понял, что скоро прибудет посланец, сообщит точную сумму, место и клиента, все туда рванут толпой, а кому повезет — тот и герой.

— Вень, я много раз тебя предупреждала, что королям верить нельзя. Особенно нашему. Как ты думаешь, что будет, если в одном месте собрать толпу наемников и показать им издали ла-а-акомый такой кусок?

— Передерутся все между собой, — фыркнул Лин, — чего ж еще.

— Вот именно. И потом, эту задачу еще надо выполнить, а настолько лакомый кусок не могут давать за простого упыря или некроса.

— Ты считаешь, что нам там делать нечего? — Венька нахмурился.

— Я этого не говорила. Лин, солнце ты мое золотоволосое, ты мне вот скажи, ты сам-то не ради интереса приехал на Охотников смотреть. У вас в лесах ничего не проскакивало?

Чего-то подозрительно у эльфа глаза блестят. Ой, чую я — герой на мою голову! Или на что пониже.

— Ну, я хотел податься в какую-нибудь команду, — смущенно признался он. — Я хороший лучник, да и мечом неплохо владею. Опять же лечебная магия мне дается.

Цену набивает, что ли? Или боится, что прогоним? И чего ж этим детям дома-то не сидится?! Так и знала, что и у этого, как в свое время у Веньки героизм в… одном месте застрял!

— На твоем месте я бы вернулась в Лес.

Нет, ну на него просто жалко смотреть! Ушки в стороны, глазищи как у собаки побитой… Иэх, погубит меня мой идиотизм…

— Понятно все с вами. Значит так, братцы — ежики: вы сейчас идете вниз, заказываете какой-нить еды и ждете меня.

Теперь мне ясно, почему эльфов, называют светлыми — от радости Лина можно было несколько десятков фонарей магических зарядить.

В обеденном зале, несмотря на вечернее время, было мало народу. Парни заняли самый правильный столик — у окна, но спиной к стене. Мне же осталось сесть спиной к залу и подтянуть на колени меч на случай драки, — благо схема с Венькой отработана.

— Венечка, тебе задание — разузнать, кто из старой гвардии уже в городе, а кто только собирается приехать. Посмотри, кто из ребят сейчас свободен, но ничего никому и ни о чем.

— В первый раз что ли? — усмехнулся он и тихонько выскользнул в прохладный вечерний город.

— А теперь скажи мне, дружок, сколько тебе лет, кто тебя тренировал и какого ляда ты все это затеял? — я пристально посмотрела на эльфа.

Лин немного помолчал, отгоняя совсем не юношескую усталость.

— Я не врал тебе. Я действительно сбежал из нашего Леса. Чтобы стать Охотником. Я действительно хороший лучник и лекарь. Мне семьдесят лет — это где-то около двадцати человеческих.

— И?

— У нашего Леса память лучше, чем у нас самих, Ррриеналь. Я знаю, что именно ты смогла положить Карриенского Зверя. И поэтому я пришел к тебе, просить взять меня в команду.

— А ты в курсе, что эта тварь положила семерых лучших охотников, прежде чем я смогла к ней вообще подойти? И что еще четверо едва остались живы?

— Да.

— И все равно готов пойти непонятно куда и с кем, чтобы однажды сдохнуть в канаве после драки с очередной тварью?

— Зверь убил слишком многих. Но мне там нет места. У меня больше нет корней.

— Хорошо, — я пожала плечами. — Но учти на будущее, Линноэль: я не терплю лжи и недоговорок. Если я не смогу тебе доверять — ты умрешь.

— Я понимаю. Спасибо тебе.

— А сейчас тебе лучше пойти и поискать своих сородичей. Разведка Леса наверняка в курсе, что за подлянку подкинул король. Только будь аккуратен.

Лицо эльфа разгладилось, он спокойно кивнул и уже собирался выйти.

— И, да, Лин, постарайся больше никого не притащить. Мне и вас с Венькой за глаза хватит!

Он расхохотался и исчез в дверях.

Я положила Карриенского Зверя. Да, я это сделала. Когда его безумие выхлестнуло остатки разума, он начал охотиться на людей, эльфов, на всех подряд. Он убивал, рвал и в ярости своей топил боль и одиночество. И когда почуял мой запах, пришел сам. Поговорить. Попрощаться. Он знал, что за мной придут остальные, знал, что я не смогу стоять и смотреть как он будет рвать на куски моих товарищей. Ему как воздух был необходим этот последний бой. И он его получил. Мы метались по поляне, оскальзываясь в чужой крови — крылатый чешуйчатый красавец с черными глазами и маленькая встрепанная девчонка с коротким мечом. Когда же заговоренная сталь пробила его грудь — я видела, как исчезает безумие из его глаз, тают смешинки, и остается только покой.

Ветер ветви качает в полуночной мгле,

Трав море зеленое волнует дыханьем,

Дорога ложится ковром под ноги мне.

Все замерло в страхе пред увяданьем.

Дорога, скажи, что за поворотом —

Судьба с палачом, иль забвенье и мрак?

И едет Охотник с улыбкой широкой,

И Зверь на тропу первым делает шаг.

А ветер сокроет следы боя и боли,

Трава выпьет кровь, родив новую жизнь…

Лишь Зверь, непокорный ничьей в мире воле

Провоет прощанье в безликую высь…

Зверь улыбался, с каждым вздохом приближаясь к свободе, которой так хотел… Прости, что взяла твою жизнь. Прости, Витт…

День пролетал за днем, в Халладе становилось все больше наемников, народ с нетерпением жаждал услышать королевского посланника, но тот пока не спешил. Горожане же вовсю наслаждались невиданным доселе зрелищем — это был практически парад самых знаменитых охотников на нежить. Тут сиял начищенными до блеска доспехами Серый Палладин, рыцарь не пойми какого ордена, всегда работавший в одиночку и по крупным хищникам типа драконов. Как говорили немногие очевидцы — Палладин сам был похож на дракона хитростью и наглостью, только что молился вместо ругани. Некросерк, или просто Серк, маленький и шустрый гном, больше работал по всяческого вида некромантской гадости, проявляя в этом деле просто безудержную фантазию. Поговаривали, что нежить дает за его голову неплохую награду, но проверять не решались. Гайдн Огнебородый, огромный рыжий дядька в сопровождении неизменной свиты-команды из пяти огненных магов, славился вообще как убивший самое большое количество нежити и нечисти. Оно неясно, правда, кто счет вел, да и где он умудрился столько наловить. Еще множество групп и просто одиночек стекались в город в надежде, что повезет именно им. Известные и не очень, профессионалы и новички — все они с нетерпением адептов ждали основного священнодействия — отмашки на подвиги. На нашем с Венькой счету ничего особо выдающегося не значилось, да мы и не напрашивались. Как говорится: в жизни всегда есть место подвигу. Надо только быть подальше оттуда.

Честно говоря, мне совсем не хотелось лезть в этот праздник дурдома, но воображение уже бушевало на крохах информации о награде, балуя такими заманчивыми картинками, что отмахиваться от него стало все труднее. Да и запах твари, все еще чудился мне время от времени, к счастью, без особых последствий для организма. Может Венька прав и мне просто надо отдохнуть? Чтоб крыша моего разума окончательно не скрылась за горизонтом, нежно махнув черепицей на прощанье. Парни все время пропадали в городе, добывая всевозможную информацию, не понимая, зачем мне нужны слухи отдельных поселений и рас. Однако ворчать и протестовать пока не решались. И то хлеб.

А потом пришел этот странный сон — я стояла на улице, скудно освещенной магическими фонарями, и из тьмы маленького переулка на меня смотрели внимательные черные глаза. Почему черные, я не понимала — просто знала, что это так. Кто там — я не видела, однако чувствовала, что этот кто-то вреда мне не принесет. Ни силы, ни запаха, ни ощущения опасности — только внимательный изучающий взгляд. И когда этот сон начал повторяться с периодичностью раз в два-три дня, запах исчез. Совсем. Тварь покинула Халлад.

Утро выдалось на редкость солнечным и жарким — только проснувшись, уже хотелось увидеть за окном вечерние сумерки. Лин с Венькой уже наверняка торчали в обеденном зале, потягивая холодное и пряное пивко. Сами собой потекли слюнки, заставив одеревенелое тело непривычно бодро выскочить из кровати. Хм, прогресс, однако намечается. Как-то так получилось, что моя несчастная тушка независимо от головы умеет чувствовать, когда отдых закончен и предстоит этими самыми конечностями активно шевелить. И сегодня, похоже, нам предстоит наконец послушать посланника короля.

Парни действительно отыскались внизу, именно с пивом. Но уже, увы, не холодным.

— Доброе утро, Рина, — пропели оба. Хором. Значит этот кувшин пива не первый.

— Так. Быстро оба умылись, протрезвели и ко мне, — парней сдуло. Приятно, однако, что хоть передвигаются сами.

— Итак, Лин, чего тебе удалось отрыть у эльфов? Ты нашел, кого искал?

— Да. Мне тонко намекнули, что гонец короля побывал у нашего Владыки Леса. Ему отказали в помощи. Но тоже назначили свою награду. По-моему это уже о многом говорит.

— К примеру, о том, что нашему королю, чтоб ему без передыху икалось, так и не простили изгаженных эльфийских лугов, — усмехнулся Венька. — Кроме, того, мы и так знаем что уровень проблемы — не вурдалаки в простыне, ворующие у придворных их ночные горшки. Маги, кстати, тоже не в восторге от этой затеи. Как я понял, те, кто могут ЭТО определить, пасутся около короля. А вот справиться — психов нет. Кстати, пару дней назад маги из магистрата вернулись из какой-то инспекции в долине. Вряд ли это совпадение.

— Итак, мальчики, я могу вас порадовать: попали все. Эльфы не хотят связываться, маги не могут найти способ уничтожить, король и иже с ним в ужасе — иначе на кой им столько охотников, которых в обычное время перевешали бы под радостные гимны? — И предположительно, нехорошая тварюка в окрестностях Халлада. И что мы имеем? А имеем мы, скорее всего, чертову магию крови.

— Скорее всего, да, — кивнул эльф, золотистые волосы прошуршали по плечам. — Но что может быть настолько страшным? Зверь, как в Карриене?

— Возможно, но вряд ли — на зверя не нужны полсотни лучших, хватило б и десятка. — Венька сладко потянулся. — К тому ж, вроде, они по легенде неразумны.

Знал бы ты, друг мой, НАСКОЛЬКО они разумны…

— А что? Может ты и прав — на разумного и полсотни мало может оказаться. — Линноэль подобрался, вцепившись в стол холеными лапками — В нашей истории же не раз попадались засранцы со всякими артефактами.

— Сегодня мы точно узнаем, с чем именно имеем дело. Вопрос в том, будем ли мы в этом участвовать.

— А почему нет? В такой толпе мы абсолютно ничего не теряем. — Отблеск солнца в русых волосах прочертил седую прядку, синие глаза вдруг блеснули осенним морем, показались мне совсем чужими — кто, ты, занявший место моего друга?

— То есть ты считаешь, что нам стоит ввязаться в свалку между охотниками, неизвестно для чего и за что, при чем, скорее всего рискуя собственными за… — я смутилась, — шкурами и моей новой курткой. Так? Я против!

— А я считаю, что стоит рискнуть! За.

Мы оба посмотрели на эльфа.

— Я тоже за. — Спокойно отозвался он. Блин, ну был бы постарше — влюбилась бы!

— Рин, нам незачем пока спешить — послушаем, что скажет гонец, к тому ж я брату весточку послал — он в трех днях пути отсюда.

— Ну вообще обалдеть! Только твоего брата мне не хватает для полного счастья!

— Да не дергайся ты! Мы с ним совсем не похожи, так что жаловаться на ТРЕХ обалдуев тебе не придется. — Венька скривился. — Он отличный воин, а хороший меч нам ведь не помешает?

— Извини. Наверно, полнолуние приближается — вот я и нервничаю, — я попыталась выдавить улыбку. — Просто чую я, что все гораздо серьезнее, чем мне кажется. Пойду, проверю снаряжение, надо еще многое сделать. Лин, проверь лошадей. Веня, ты свои запасы пополнил? Не хочу в последний момент спешить.

— Все сделано, — он улыбнулся.

Ничего не оставалось, как кивнуть и вернуться в комнату. Мне не нужно было точить и проверять мечи — кинжалы и прочую дребедень, мой старый надежный мечик из гномьей стали, подаренный еще в общине, не раз служил мне добрую службу, да и против большинства нежити он прекрасно подходил. Броня мне не нужна. Оставалось только привести в порядок главный инструмент — себя.

Танец с призрачными клинками — так его называл кто-то из моего прошлого, лицо совсем стерлось из памяти, но тело помнило. Никаких отклонений, никаких тревожных знаков. Многострадальная тушка была готова в бой.

Вдох. Мир. Покой. Едва покачиваются волны. Мягкий песок пружинит под ногами. Выдох. Тепло течет по венам. Уверенность в себе. Тело откликается на мысль. Вдох. Танец — шепот. Плавное течение воды. Монолит земли. Нерушимость. Выдох. Ровное гудение пламени. Настойчивость воздуха. Неотвратимость. Вдох. Есть только я. Моя сила. Моя воля. Выдох.

Ощущение собственного всесилия пьянило молодым вином. А вот голова почему-то отказывалась нормально соображать — никак не могу забыть это ощущение близости твари. Да и внутри поселилась непонятная пустота — не хватало мне чего-то, очень важного. Такое впечатление, что я пропустила мелкую деталь, без которой мозаика не хотела складываться. Судя по всему, тварь и мои сны не связаны, почему тогда сейчас, в близости полнолуния? Особенная чувствительность что ли? В некотором роде, да — я всегда на полнолуние дерганая хожу — наследство одного из создававших меня ХОЗЯЕВ. Но не в этот раз, в свете сложившихся обстоятельств. Что-то я не вижу, что-то пролетело мимо как ветерок, как запах, смутно знакомое, но не пойманное. Непонятно еще, почему у меня такая симпатия к Лину проснулась — миленький он, не спорю, но не в моем вкусе. А тянет к нему. Да еще это странное королевское задание. Что у них могло такое крупное сдохнуть, чтоб запах до столицы дошел и монарха нашего во всю голову благословенного за зад зацепило? Магия крови, конечно, штука пакостная, но чтоб в таких масштабах? И что дальше делать? Ндя…

Больно. Как же больно и трудно держать ЭТО под контролем! Зов ослабел, перестал сводить с ума, но не исчез — напротив, крепкой нитью протянулся за белые стены города, и даже охота не смогла перебить его. Ветер то и дело доносил отголоски дразнящего запаха, заставляя останавливаться, ловить его кожей. Жилы скручивались в жгуты от боли, голова кружилась. Ему удалось чуть притупить зов только через несколько дней, и то, покинув соблазнительное место. Все его существо вопило в голос о том, что уходить нельзя, кровь кипела в венах, но он упрямо удалялся от Халлада, спеша другой кровью напоить зов, пока он не стал совсем уж нестерпимой болью.

— Вот скажи, зачем мне было тащиться к магистрату, если ты сам туда пошел? — я страдальчески поморщилась, — Ненавижу толпу.

— Ты не видела их лиц, когда королевский посланник объявил задание, — Венька хихикнул, — целая гора нежити! С чем интересно они там наэкспериментировали, что получилась такая груда мяса?

— Я сильно сомневаюсь, что ограничится все только нежитью. Тем более если платят аж пятьдесят тысяч золотом и дворянский титул дают. Да на такие деньги можно город купить! Ладно, поток самоубийц схлынет к утру, а вечером мы двинемся к перевалу, на север.

Эльф сосредоточенно осмотрел остатки ужина, задумчиво проковыривая дырку в тарелке:

— Я так думаю, нежить еще не самое страшное, что там может сидеть, возле этой горы.

— Очередной полоумный Великий маг? — Венька нахмурился.

— То, что это не просто рассадник нежити или спонтанный портал — ясно. И что там явно кто-то магичит — тоже. Вопрос в том, какая магия там замешана и зачем такое затевать в принципе? — Лин подозрительно прищурился.

— Какой смысл гадать, когда мало фактов? Поедем и выясним.

— Значит, вы закупите провиант и подготовите лошадей, я сегодня еще по магическому ряду пройти хочу.

Я встала и вышла в светлое утро города. Слегка пьянящий запах кружил голову, обещая впереди дорогу и что — то новое. Рынок бурлил: то тут, то там проскальзывали слова "поход", "гора", "награда". Глупо сломя голову нестись вперед, стремясь попасть и пропасть первым. Прав эльф, не только нежить там сидит. А значит, стоит приехать на расчищенное место чуть позже, когда мелочь уничтожат, маги короля снимут магическую преграду и свалят подальше вместе с дознавателями, с коими мне совсем не хочется встречаться.

— Красавица, не проходи мимо! — низкий мужской голос обволакивал, приятно лаская слух. — Любые талисманы, обереги, с гарантией!

Обладателем голоса оказался статный, высокий человек, с широкими плечами, темноволосый, смуглый и так приятно пах, что у меня аж голова закружилась. А глаза! Темные, глубокие! Нет, пора сматывать из города — полнолуние на меня плохо влияет.

— Красавица! Посмотри! Вдруг что приглянется, — он улыбнулся. — Есть оберег от плохого настроения, от надоедливого ухажера, от ночных кошмаров…

Дальше я уже не слышала. С этими проклятыми снами мне уже хотелось выпить яда.

— От снов? А от наведенных снов поможет?

Черные глаза лукаво блеснули из-под темной челки.

— И от наваждений и иллюзии поможет распознать. Неужели кому-то могла помешать такая хорошенькая девушка? Или это слишком настойчивый поклонник? Этот оберег и мужчин заставит держаться на расстоянии, — торговец протянул мне маленькую серебряную пластинку с червленым по ней рисунком — руной.

— И сколько вы хотите за него? — Оберег, не обманка, от него так и веяло силой. Правда, непонятно какой, вроде бы эльфийской.

— Для вас всего золотой, — он так улыбнулся, что у меня аж мурашки по коже побежали. Как красив, зараза!

И в следующий момент он сделал то, чего я ну никак не могла ожидать — он поцеловал мне руку! Улыбаясь при этом так многообещающе, что мне захотелось забыть про эту чертову гору и Веньку с Лином, и просто остаться с ним рядом.

— Я очень надеюсь, что мой оберег принесет вам удачу.

— С-с-спасибо, — еле выдавила я, горло напрочь пересохло.

Ноги отказывались идти, но я упрямо заставляла свою тушку удаляться от соблазна. Пройдя несколько шагов, обернулась — он все так же спокойно улыбался, глядя на меня, чуть поднял руку, прощаясь, и скрылся в своей палатке. Ндя-я-я… Вернуться что ли?

Наверняка ведь чарами пользуется, чтоб эффект усилить! Неплохо у него торговля должна идти, при таком-то таланте. И сто из ста, что он давно женат и детей ораву имеет. И, скорее всего, у него кривые ноги. Или зубы. Или и то, и другое. Хотя улыбался он хорошо… Нет, у него точно жена стерва и пятеро детей! Стоило мне дойти до таверны, придумывая недавнему торговцу всевозможные недостатки, как его очарование, наконец, меня покинуло, голова прояснилась.

Парни, как обычно, сидели за столиком. Они что, тут живут, что ли?!

— Все готово. Можем завтра ехать хоть с утра. — Линноэль как-то странно на меня посмотрел. — Ты в порядке?

— Да. Что-то не так?

— Рин, ты у меня как-то расплываешься — Венька подозрительно прищурился.

— Я себе оберег прикупила. От кошмаров.

— Ну-ка дай сюда. — Парень протянул руку.

Я с сожалением стянула с шеи теплую пластинку и отдала.

— Ну-ну, в каком-то смысле он от кошмаров. — Рассмеялся маг. — Особенно от кошмаров в брюках.

— ???

— Он тебя привораживает. И от других мужчин отворачивает.

— Ах, ты ж гад кривоногий, выкидыш выверны и крысолака! Чтоб у тебя поотпадало! Мммм? — Лин крепко ухватил меня за руки и встряхнул.

— Рина, не надо.

— Да на этом обереге висит больше, чем мне показалось — Вениамин нахмурился. — Тут еще что-то было… То ли само спало, то ли…

— Посмотри на нее! — эльф отшатнулся.

— Где ты взяла эту гадость??!!!

— На рынке, в палатке. Серая такая. Торговец еще симпатичный был — смуглый…

— Симпати-и-ичный, — передразнил Венька. — Марш в комнату, и не выходи! Лин присмотри за ней! — И выскочил вон как ошпаренный.

Честно говоря, я испугалась — мой друг редко так злится, да еще настолько серьезно. Ох, чую, влипла.

— Рин, ты хоть понимаешь, что там могло быть все что угодно? Вплоть до мучительной смерти? — эльф кружил по комнате, натыкаясь на мебель.

— Но вроде ничего же не случилось. Венька сейчас найдет того козла и все исправит! К тому ж на меня магия не действует!

— А это не магия, дорогая, это чары. Похоже что на тебя конкретный приворот попытались повесить, и его счастье, если это просто дурость молодого торговца.

— А если нет?

— А если нет — то я кому-то кое-что поотрываю.

— На месть поклонника это не похоже — я нервно хихикнула. — Нет таких идиотов. И нафига кому-то меня привораживать?

— Например, чтобы ты из города не уехала. Избавиться от конкурентов.

Меня разобрал истерический смех.

— Это тогда к вам, — Кроме тебя и Веньки рядом со мной никаких мужиков нет. К тому ж из Охотников меня мало кто знает.

Вениамин ворвался в комнату разъяренной гарпией.

— Нету! Весь рынок оббегал, пацанов опросил — нет там ни палатки, ни торговца такого! Ну-ка, дорогая, иди сюда!

Я послушно подошла. Парень начал вытанцовывать вокруг, чертя в воздухе знаки и бормоча под нос. Я старательно сосредоточилась на себе, нельзя ему сейчас мешать. Ничего нового, никаких ощущений особенных — только предчувствие дороги и все.

— Что скажешь?

— Вень, я только дорогу чую. Ну, голова ясная еще.

— Понятно.

— Дай-ка я. Не магия, конечно, но просто посмотреть попробую, — Лин плавным шагом обошел вокруг. Шепнул что-то Веньке.

— Ну что, страшного проклятия на тебе нет, порчи тоже. Но что-то есть. Не скажу — плохое или хорошее.

— Блин, не было печали.

— Я эту штучку лучше уничтожу, — маг раскрыл ладонь и вызвал пламя.

У него в руке в огне лежал оберег, мне показалось, что это чье-то сердце, бьется и кричит от боли. Сама не понимая, что делаю, я кинулась к нему и, выхватив пластинку, запрыгала по комнате, дуя на горячие пальцы. Ожога я не получила. Сразу стало так хорошо, не хотелось расставаться как с любимым мечом.

— Ты что творишь?!?! — хором заорали парни. Эльф тут же выхватил у меня оберег.

— Лучше он пока будет у меня.

— Я отправил брату записку — он будет ждать нас на развилке у тракта к перевалу. Это где-то в двух днях пути. На рассвете выезжаем, — тоном, не терпящим возражений, заявил он и вместе с Лином вышел, напоследок хлопнув дверью.

— Думаешь, там что-то серьезное? — Венька хлебнул из кружки и потер усталые глаза.

— Уверен. Ты ее лицо видел? Этот оберег сделан очень сильным магом. И не просто так.

— Это я понял. Я не могу с нее снять эту гадость. Чары не просто навеяли, но и запечатали. Оно жжется весьма ощутимо. И ты был прав, — оно связано с мужчиной.

— Может, чары не дают ей…

— Угу. Я не знаю, как их снять.

— Мне как-то кузен рассказывал — что в столице такие печати вешают на девушек знатного рода, чтоб после свадьбы у жениха не было претензий к качеству… мммм… невесты.

— Так наша-то Ринка не монашка, — Венька заржал, — она мужиков меняла уже тогда, когда мы с тобой женщин во сне видеть только научились!

— Говори за себя! Мне семьдесят!

— Ха! Кому ты сказки рассказываешь?! Твои семьдесят — что человеку двадцать!

— Это не значит, что она кому-то не встала костью. Увела чужого мужика — и на тебе.

— Тогда не вяжется по времени — мы давно нормально не отдыхали. Да и в Халлад изначально не планировали ехать.

— Друг мой, для мести достаточно желания, а время роли не играет.

— И как это снять тогда?

— Клин клином.

Человек несколько минут недоуменно таращился на эльфа, брови его медленно поднимались вверх, пока не исчезли под длинной русой челкой. Потом он спокойно встал и пристально посмотрел на Линноэля.

— Знаешь, мне казалось, ты сумасброд. Но теперь я просто точно знаю, ты — сумасшедший.

— Это как вариант, — смутился тот, — неизвестно, к чему эта гадость может привести, если ее не снять.

— Я. Не. Могу. — Венька выразительно чиркнул ребром ладони по горлу. — Ринка мой друг и товарищ. Попробуй сам.

Человек ушел спать. А эльф еще долго смотрел в наползающие на город сумерки.

Глава 3

Дорога

Серп луны прорезал путь на ладони —

Не забудь о погоне —

Он идет по пятам.

Кровь — железу, крылья — рукам,

Сердцу — хмель и горечь — губам,

Ты посмел обернуться сам.

Ой, колесо, вертись на стальных шипах,

Страх сгорел на семи кострах,

Но смерть твоя — не здесь и не там;

А я жду-пожду ночью и днем,

Сквозь тебя пройду огнем да мечом,

К сердцу — осиновым колом!

группа Мельница "Прялка"

Дорога ровно ложилась под копыта коней. Что ожидало меня там, впереди? Там, где уже многие безумцы потеряли все, в том числе и жизнь. И почему мне все сильнее кажется, что там меня давно ждут?

Парни дремали в седле, их больше беспокоили непонятные чары оберега. Вот ведь зараза, Лин не отдает мне его, хоть силой забирай. И смотрит на меня все время как муха на… эээ… мед. Протрястись день в седле только потому, что Венька посчитал опасным оставаться в Халладе. Я как могла, оттягивала отъезд, не внушал надежд мне этот поход, хоть и хотелось посмотреть, что за рассадник нежити обнаружили чуть ли не возле самой столицы королевские маги. От перевала до Дарнхейма всего неделя пути, понятно, что там есть чем поживиться всякой гадости. Да и деревушек там хватает. Обычно нежить объявлялась по эту сторону перевала, но на нее всегда находились Охотники.

Венька порадовал новостью, что его брат к нам присоединится завтра утром, в деревушке, где можно пополнить запасы провизии и уже двинуться на подвиг. Фи, дался мне этот подвиг! Мне просто интересно.

Почему-то вспомнилось наше знакомство с Венькой — точно боги специально мне его подсунули. Я уже на закате ползала по лесу в поисках логова — вылазила какая-то дрянь, регулярно утаскивая в это самое логово местных жителей. Ну а мне в тот момент очень были нужны деньги — вот с дуру и подрядилась. И когда на полянке у заброшенной охотничьей землянки меня окружила стая полуразложившихся мертвяков, голов в шесть, появился Венька. В сопровождении еще трех гадов, с круглыми от ужаса глазами он пронесся мимо меня и упырей, офигевших от такого зрелища: худющее лохматое нечто в балахоне и орущее то ли заклинание, то ли нецензурное. Он с прыжка взлетел на ближайшее дерево и вцепился в ствол.

— Придурок, щит поставь! — все, что я успела крикнуть, входя в боевой ритм.

Потом мне просто стало не до него. Тварюшки напирали, торопясь получить вне очереди. И когда одна из них взорвалась практически у меня перед носом — я озверела.

— Спину держи! И просто жги! — думаю, такой рык услышали даже в поселке.

— Понял! — радостно откликнулись с дерева и мертвяки стали гореть факелами.

Когда же все кончилось и я, отряхиваясь, осматривала прожженную в нескольких местах куртку, Венька слез с дерева и гордо подошел ко мне.

— Вениамин, — он протянул руку, я ее пожала и со смехом наблюдала, как он оттирал ошметки.

Грязноватая работа, не спорю.

— Ррриеналь.

Сожжение останков я поручила ему, и с удовольствием провожала взглядом фигуру, то и дело бегающую к кустам расстаться с обедом. А кто говорил, что будет легко?

Костер для себя мы развели подальше от поляны, предусмотрительно спалив землянку и расшвыряв пепел.

— И как ты докатился до жизни такой? — поинтересовалась я у парня, зябко кутающегося в остатки изгвазданного балахона.

— Да я на тракте подрабатывал по мелочи, а тут мне в селе староста сказал, что девица какая-то в лес отправилась одна, нежить воевать, я и рванул.

Как оказалось, это была его первая охота. Местные отправили его следом, считая девушку весьма ненадежной преградой, по сравнению с магом. Даже недоученным.

— Вот ведь засранец попался! — я рассмеялась, — Не уничтожим тварей, так хоть нас сожрут — селян не тронут.

— Ничего, вернемся, я ему устрою показательные выступления, — пообещал Вениамин, злорадно потирая руки. — А ты давно охотишься?

— Хватает.

— Просто, я бы с тобой пошел, если ты не против. А то магии моей маловато чтобы выжить, — он грустно покачал головой.

— Ну давай попробуем, вдруг что получится. Хоть скучно не будет.

Как выяснилось позже, когда староста, награжденный Венькой ослиными ушами и хвостом, выплачивал нам положенный гонорар, скука нам не грозила совсем. Вот с того момента мы и бродили по дорогам вместе. С завидной регулярностью покупая мне новую куртку взамен очередной испорченной.

Так, мерно покачиваясь в седле, натирая в очередной раз свою многострадальную нижнюю часть, проклиная всех богов оптом и каждого в отдельности, мы и двигались. Мимо несколько раз проносились с гиканьем и хохотом более удачливые (по их мнению) конкуренты. Лин только грустно улыбался им вслед. К вечеру нашли небольшую полянку с ручьем, прикрытую от дороги молодой порослью ивняка. Решили становиться на ночлег. Парни споро натаскали лапника и дров, мне досталась почетная должность кашевара, проще говоря, если б готовил Венька — мы бы отравились.

Костерок весело выстреливал в небо золотыми искрами, темно-синие глаза эльфа наполнились томной поволокой романтизма, Лин даже попытался изобразить нечто музыкальное, но, дождавшись шиканья и шишки в лоб, замолк.

— Рин, скажи, а на фиг тебе дался этот оберег? Ты ж вроде нормально спишь — в смысле, не вскакиваешь с криками, ну и вообще… — эльф сладко потянулся.

— От кошмаров некоторые могут и не проснуться, — я проигнорировала красноречивый взгляд и расправила одеяло.

— Да я хотел предложить свой метод. Эльфы хорошо помогают спать.

— Лин, если ты не прекратишь — либо не проснешься вообще, либо отправишься обратно. Обещаю.

Вениамин многозначительно фыркнул и заполз под свое одеяло.

Сон пришел внезапно, словно оборвав сладкую дремоту. Снова сумрак пещеры и тот же взгляд в спину, сколько бы я не вертелась. Но на этот раз в пещере смутно угадывались очертания каких-то предметов, пару раз я ногой запнулась о ткань (очень хочу верить, что именно о ткань). И опять шаги за спиной, опять просыпаюсь, так и не увидев, кто мне морочит голову. Поймаю — убью гада.

Внезапное пробуждение имеет свои плюсы — из темноты сверкнули желтые глаза. Для волка высоко, для оборотня тоже. Нехорошо. Одновременно с двумя тварями, выметнувшимися на поляну, взлетел в броске снизу мой мечик, вскочил Лин, откатился от костра Венька, вызывая свой файерболл. Две высокие крупные твари, с львиными мордами, темной чешуйчатой кожей, широкими перепончатыми крыльями и очень неприятными загнутыми когтями. Они скалились и метались по поляне, кидаясь то к одному, то к другому парню. Хриплый рев пробил тишину громом. Огонь мага, равно как и эльфийские стрелы больше раззадоривали гадов, чем ранили, зато дали мне возможность ухватить их ритм и аккуратно, на подлете поймать на острие меча. Все бы ничего, но эти хари оказались тяжелыми и очень неприятно пахли. И вроде тут таких вообще не водилось.

— Вень, как звали покойных?

— Тисхи. Демоны. Класс не помню, но разума немного.

— Еще бы! Не могли выбрать между тобой и эльфом.

Последний, бледный как полотно привалился спиной к дереву и лихорадочно искал засапожный нож. У себя на поясе.

— Ри-и-ин.

— Чего?

— Тисхи могут телепортироваться на большие расстояния. И…

Из глубины леса донесся хриплый вой.

— Не говори. Сама догадалась.

Эти уроды охотились стаей.

В следующие пять минут мы активно знакомились с анатомией демонов (слава богам, что не с процессом их пищеварения на собственном опыте!), коих к нам пожаловал еще пятеро. От одного из них, истыканного стрелами и бестолково тыкающегося слепым котенком во все подряд, и своих сородичей тоже — мы раза три уворачивались, пока разозленный маг не превратил его в факел. Стало светлее. И труднее. Эти твари стали размахивать крыльями, не давая парням попасть в более важные органы, а мне осточертело крутиться волчком, отбиваясь от ретивых коготков. С ними мой меч не справлялся. И вот когда я уже подумывала — пора ли звереть или еще подождать, к нам присоединился вихрь призрачных клинков. Кому они принадлежали, я не заметила — достаточно того что почувствовала спиной надежное прикрытие и поймала темп чужака. Он был быстр, невероятно быстр! Мне хотелось продолжать этот странный танец, в котором он угадывал каждое движенье, каждый бросок, каждое дуновенье воздуха. Его клинки мелькали в воздухе, сливаясь в сплошную полосу серого дыма, я краем глаза видела их парение, чувствуя волну спокойной уверенности. Твари встали плотным кольцом, не давая ни секунды на вдох, но три меча быстро сделали свое дело, и вот уже вновь тишина, трещит костер, догорает тушка, мои парни утирают пот со лба, оглядывая мутными глазами побоище. А я обернулась.

Высок, по сравнению со мной — очень высок, светлокожий, со светлыми глазами — льдинками, в истрепанной куртке и с мечами в руках, он исподлобья, практически из-под завесы светлых, с седыми прядками волос, смотрел на меня, ожидая…

Передо мной стоял Зверь.

Не знаю, чего он ждал, но я его узнала — тот Зверь, которого я почуяла в Халладе. Странно, что тут не ощутила даже намека на его присутствие. Сердце нехорошо заныло, рука на мече сама собой сжалась, спина напряглась, волна жара прокатилась по телу, предвещая приход Истинной Силы… Вдох. Выдох. И все кончилось, так и не начавшись.

— О! Брат, ты вовремя! — Венька рассмеялся.

— Брат?!

— Ну да. Знакомьтесь, это Линноэль, это Риена, а это Нирт — мой названный брат.

— Моя благодарность, Нирт.

Ох, зря я так, он аж дернулся, как от пощечины.

— Вы что, знакомы? — Сказать что маг удивлен — ничего не сказать.

— Почти. — Кивнула я.

— Мне кажется, нам стоит уйти отсюда, найти место поспокойней и уже там задать те вопросы, которые вертятся у вас на языке, — ехидно ухмыльнулся он и исчез в темноте.

Возражений не последовало — похватали вещи и бегом, не оглядываясь, вылетели галопом по дороге. Деревушка оказалась ближе, чем мы думали — а возможно перепуганные лошади сами выдали рекорд, со страху. По счастью, местный постоялый двор был еще открыт, комнаты нам нашлись, и, пока парни затаскивали туда наши вещи, я могла спокойно перевести дух, потягивая вино за столиком. Хозяин уже сообразил ужин, когда на лестнице послышались осторожные шаги. Скорее звук был специально громким — чтобы не возбуждать подозрений. Но я и так знала, что захоти он пройти незамеченным — никто бы и глазом не моргнул. У меня по-новой заколотилось сердце, а в глаза ударила кровь, мутная пелена рассеялась, когда он спокойно опустился на стул напротив меня. В нос ударил мощный сильный запах, от которого вдоль позвоночника пробежало пламя.

— Я знаю, что у тебя много вопросов.

— Только два: как ты подошел к нам, что я тебя не заметила?

— Не представляю. Честно. — И улыбнулся, открыто так, мягко.

— Второй: зачем ты идешь туда?

— Ну, во-первых, я обещал помочь брату. А во — вторых, я почуял твой запах.

— И?

— И не смог устоять, — снова улыбается, гад. Откуда в нем столько… эээ… Блин, сама не знаю чего!

— Я вижу, тебе повезло. Расскажешь?

— Два вопроса? Всего два?

У-у-у, ехидна!

— Нет, просто интересно.

— Не могу сказать. Прости.

— Нормально. Переживу, — я потянулась, поймав его взгляд, ухмыльнулась. — Что, нравится?

— Да. — Ну просто убийственная честность! Сейчас покраснею!

— Венька сказал тебе, куда именно мы идем?

— Понятно, что к перевалу. И он рассказал про ваши предположения.

Эльф и маг скатились по лестнице и набросились на принесенную еду, будто месяц голодали. Не забывая при этом усердно растопыривать уши, изображая участие в беседе.

— И что ты скажешь?

— Думаю, вы правы — за этим может кто-то стоять. Либо просто спонтанный портал. Одно не исключает другого.

— Кстати, Лин, неплохо сегодня сработал. Молодец, — сла-а-адко так улыбаюсь. Нирта аж повело. Пустяк, а приятно.

Эльф активно делал вид, что его тут вообще нет, хотя покрасневшие кончики длинных ушей двумя маячками светились сквозь светлые волосы. Нехорошо сталкивать мужчин лбами, но ведь я просто ставлю все на свои места. То есть с ног на голову. А что? Зато думать помогает!

— Думаю, завтра в полдень двинемся. Надеюсь, тисхи — последнее, что нам встретилось по дороге, — буркнул Нирт и ушел.

Любопытно, однако. Губы сами собой складываются в милую такую улыбку, прям кровожадную.

— Вень, нам придется задержаться здесь на день.

— Почему?

Эльф потянулся и отодвинул пустую тарелку.

— Потому что тисхи, несмотря на талант к телепортации, не просто так тут оказались.

— Кстати, Рина, сегодня ты обязательно наденешь платье, — усмехнулся Венька.

— С чего это вдруг?

— Ну, не будешь же ты отрицать, что Нирт подходит по всем пунктам?

Я непонимающе смотрела на радостно скалящихся парней.

— Он высок, светловолос, худощавый. Он встретился не на отдыхе и не в дороге, а в бою. И он очень быстрый. — Венька сиял как новенький золотой.

Я в шоке. Этот нахаленок еще и про спор мне напомнил!

— Ладно, — буркнула я, — Какие еще сюрпризы меня ждут?

— Ну… Вообще-то у местных сегодня праздник, свадьба какая-то, и будут танцы… — Лин смущенно опустил глаза.

Только не это! Только не танцы! Я их убью сейчас!

— Ах, танцы… — как можно нежнее протянула я, неторопливо поднимаясь.

Это дало парням отмашку на старт — такого забега с препятствиями я еще не видела, но поучаствовала — догнать поганцев не удалось, они спрятались в комнате, а заходить туда я не горела желанием. Пришлось идти к себе, заказывать ванну и искать в сумке это чертово платье.

Проспав большую часть дня, я с неохотой вылезла из-под одеяла. Вечер мне предстоял веселый, а значит, нужно подготовиться. Влезая снова в тонкий легкий шелк платья, мне думалось о том, что танцы — не такая уж плохая штука, особенно, если мне удастся хорошенько отыграться на спутниках. Волосы я заколола на затылке, оставив пару прядей, так будет еще эффектней. Ну берегитесь теперь, я на тропе войны!

Внизу было людно, но за столиком, где сидел Венька, места не занимали — видать, уже в курсе кто мы и откуда. Молодой маг поднял на меня глаза и восхищенно присвистнул.

— И чего ты отказывалась? Выглядишь здорово!

— Венечка, ты же знаешь, я так просто не сдаюсь, — хитро улыбнулась я. — А где наши братцы-ежики?

— Сейчас спустятся. Знаешь, Нирт почему-то разозлился, что мы задержимся, так что ты его не задевай, ладно? — Можно подумать, я совсем ведьма! Не обижаю я слабых! Особенно на голову. — О! А вот и они!

По лестнице спускался Нирт, Лин плелся следом, потирая явно ушибленную руку. На лицах обоих было такое выражение, будто они маялись похмельем, причем уже неделю. И опять этот невозможно приятный запах манящим отзвуком проскользнул перед носом.

— Добрый вечер, — кивнул Нирт, садясь.

— Ага, — Эльф же восторженно уставился в мое декольте и обращался, похоже исключительно к нему.

— Давайте для начала поужинаем, — Венька взмахом руки подозвал трактирщика.

— Уважаемый, мы слышали, сегодня танцы намечаются? — я обратилась к нашему хозяину, оторопело рассматривавшему мой наряд. — Нам можно присоединиться?

— Ага, — поддакнул Лин. Не отрывая взгляда. Свиненок.

— Конечно, госпожа, на площади уже начали, староста молодой сегодня женился у нас. Сходите, коль хотите, — и ушел за нашим ужином.

— Танцы? — Нирт сжал кулаки, — Вы что, совсем с ума сошли?

— Ага, — ляпнул эльф и поперхнулся пивом.

Поели молча. Я старалась не смотреть парням в глаза, чтобы не выдать свой план раньше времени, налегая на вино. Зря я это, вино крепкое, голова тут же закружилась, кровь заиграла. Как бы не натворить чего.

На площади, образованной уютными двухэтажными домиками, прямо перед небольшим фонтаном стоял небольшой помост, отведенный музыкантам, висели сухие цветочные букетики, и факелы освещали танцующие пары. Деревенька, похоже, скоро перерастет в небольшой городок — вон сколько молодежи крутилось под бумажными гирляндами, да и музыканты были не из местной самодеятельности — слишком хорошо звучала музыка, без фальши. В темных закуточках стояли столики, лилось вино, звенел смех, ночь понемногу вступала в свои права, а мне неожиданно захотелось танцевать. Несмотря на все протесты парней. Лин охотно последовал за мной в круг танцующих. Еще б не последовал — я его за руку тащила. И вот, в тонком хмельном хороводе, чувствуя его крепкие руки, видя смеющиеся глаза, я закружилась, выбрасывая из головы все, что было до сегодня. Не хотелось думать о дороге, об опасностях, хотелось просто быть здесь и сейчас. Эльф оказался превосходным танцором, он уверенно вел меня через музыку, но я остро чувствовала грань между нами, каждый существовал отдельно, где-то в себе. В вихре льющихся со всех сторон звуков, смехе, я вдруг наткнулась на ледяной обжигающий взгляд серых, потемневших от гнева глаз и резко остановилась. Отстранив Линноэля, я легким шагом подошла к Нирту и потянула за собой, заглушая стуком каблуков стук бьющегося набатом сердца. Венька уже кружил какую-то местную девицу, весело подмигнув мне. Нирт крепко ухватил меня за талию, и я просто выпала из окружающего мира, расслабляясь в этом водовороте. Блин, какие же у него глаза! Темное осеннее море, ничего не разобрать в этой глубине, только больше затягивает. Сердце колотилось, щеки горели, хотелось смеяться и плакать, и продолжать, продолжать кружиться в его руках. "Только бы не отпустил — вдруг подумалось мне, — а то пролечу я такой эффектной свечкой через площадь!" Музыка стала стихать.

— Идем, — шепнул Нирт, увлекая меня к одному из столиков.

— Здорово танцуешь, — похвалила я, обмахивая ладошкой горящие щеки; я даже не заметила насколько запыхалась, вырез платья едва не трещал по швам.

— Зачем вы вообще потащились на эти танцы, — поморщился он.

— Отдохнуть, расслабиться, — я постаралась как можно мягче улыбнуться. — А ты что, совсем не отдыхаешь?

— Эй, красотка, айда к нам! — возопило нечто, пахнущее вином, внезапно хватая меня за руку и выдергивая из-за стола.

Рядом загоготала еще парочка таких же пьяных расхристанных идиотов, правда весьма крупных. Я не успела среагировать, как Нирт, глухо рыкнув, хватанул это нечто и швырнул на остальных. Счастье, что никто ничего не заметил, даже эти пьяные туши не поняли, что произошло. Похоже, Нирту нужно выпустить пар, иначе он взорвется, и я подозреваю, что меня забрызгает в первую очередь.

— Идем-ка, — я потянула его обратно в таверну, — подожди меня внизу, я сейчас!

Как назло, походную одежду отдала постирать, остались только тренировочные брюки да тонкая длинная рубашка, которую я использовала как ночнушку. И то, и то другое слабо подходило для моей задумки, но выбора не было. Нирт хмуро потягивал вино за стойкой, прямо из горла довольно большой бутыли, положив мечи на колени и оглядывая шумевшую за дальним столиком компанию.

— Идем со мной, — я потянула его на улицу.

— Куда опять? — обреченно протянул он, осматривая мой наряд уже слегка нетрезвым взглядом.

— Пар выпускать, а то он у тебя из ушей пойдет, — я высмотрела удачный, заросший ивами пустырь в стороне от домов и направилась туда.

— Девочка, я привык выпускать пар немного иначе, — ухмыльнулся он, подтягивая меня к себе.

У-у-у, да он уже пьян настолько, что себя не контролирует?! А от этого есть только одно лекарство.

— Что-о-о-о?!!! — раненым медведем взревел в секунду протрезвевший парень, держась за горящую щеку.

А что я? Пощечина всегда хорошо трезвила мужчин! Моя — тем более.

— Ну что, пришел в себя? — я потянула меч из ножен. — Или будешь дальше руки распускать?

Нирт молча усмехнулся и достал свои клинки.

— Эй, нечестно! У меня-то один меч!

— А кто сказал, что будет легко? — рассмеялся он и рванул на меня.

Ох, до чего же он быстр — вся схватка для меня слилась в сплошные прыжки и перекаты, не так-то просто уйти от двух туманных клинков. Тело двигалось само, реагируя на малейшее движение воздуха, фигура Нирта смазалась, превратившись в тень, кровь пела, меч танцевал в руках, в голове аж загудело от напряжения. Ночная прохлада не успевала остудить горящее лицо, дыхание с хрипом вырывалось из груди, мне уже было трудно дышать, когда он внезапно остановился и замер, так же тяжело дыша. Я прислонилась спиной к дереву и устало сползла на землю.

— Достаточно, — выдохнул Нирт, помогая мне подняться. — Хотя я бы предпочел более приятный способ снять напряжение.

Хорошо, что я устала, а то б он у меня получил!

— Можешь вернуться на площадь или в таверну, — спокойно. — Не сомневаюсь, что там ты найдешь, что хочешь.

— Ты уверена? — Лукаво улыбнувшись, он притянул меня к груди.

— Не смей! — почти прошипела я, стараясь вырваться из железной хватки.

Сердце затопил страх, ледяной волной пробежав по спине. Не знаю, что он увидел в моем лице, но отпустил.

— Не беспокойся, я подожду. Но недолго.

У меня подкосились ноги, так что пришлось ухватиться за дерево. Он испортил мне настроение, почти обидел и… ушел. Вроде, все правильно, я дала отпор, так почему же я чувствую себя такой дурой?

Утро началось с тяжелой головы и болящих ног. Будь прокляты туфли на шпильках и тот, кто их придумал! И чего меня на танцы потянуло?! Поплескав водой в лицо, успеха не добилась. Нужно что-то более кардинальное. Помнится, тут где-то озерцо рядышком есть… Сказано — сделано. Уже через пару минут я неслась сломя голову в указанном трактирщиком, изрядно помятым после вчерашнего, направлении. Заверив меня, что никто еще не вставал с постелей, и я буду на озере совершенно одна, он сунул мне бутылку вина — мол, вода на рассвете больно холодная.

Озеро прикрывали со всех сторон деревья, образуя множество укромных и не очень уголков, заводей. Само оно напоминало букву "Т", упираясь узким концом в каменную стену, бывшую некогда плотиной, а теперь больше похожую на скалу, поросшую мхом и подтачиваемую водой. Широкий конец скрывался где-то вдали, теряясь за деревьями. Над водой плыл, исчезая, легкий туман раннего утра. Мигом раздевшись до рубахи, я одним прыжком преодолела мелководье и нырнула в глубину. Холод благотворной волной разлился по телу, заставив мою многострадальную тушку ожить, задвигаться, рвануть к поверхности за глотком пьянящего воздуха. Рядом мелькнул радужный чешуйчатый хвост и злые синие глаза, меня кто-то ухватил за ноги и потянул вниз, в глубину. Я резко извернулась и ухватила наглеца за что успела. Это оказался хвост. Трансформировав пальцы в когти, от души полоснула ими по пойманной части тела. Оглушающий визг ввинтился в уши, хватка ослабла и я рванула вверх, выпустив хвостатую тварь.

Выскочив на берег, я завертела головой в поисках своего обидчика. Хвост, рассыпая зеленоватую кровь, мелькнул где-то рядом.

— Дурак! Не мог метку поставить? — раздался шипящий женский голос из кустов сбоку.

— Сама дурак! Женщину от мужика не можешь отличить! — буркнула я, возвращаясь в воду, хотелось нормально докупаться.

— Ой, извините! Я случайно!

— Рассказывай, — хохотнула я.

Русалка вылезла из стелющихся по воде ивовых веток и задрала хвост с глубокими следами когтей. Длинные белые волосы с легким зеленоватым оттенком, чешуйки то и дело вспыхивали на солнце на самых интересных местах, синющие огромные глаза и чувственный рот — хороша бесовка, не приперлись бы мои товарищи сюда.

— И что мне с этим делать? Больно же!

— Заслужила — носи.

Да уж, кто к нам с мечом, тот в орало и получит.

— Ты чего тут в такую рань делаешь? У вас вроде праздник был вчера.

— Вот от него и лечусь, — усмехнулась я.

— А-а-а, — понятливо протянула та и устроилась погреться на пригревающем солнце.

Мирный настрой русалки объяснялся не только моими когтями, после праздника в деревне, этак к вечеру сюда молодежь потянется, им самое раздолье будет — Озерным русалкам и любви человеческой хватит, и горя.

— Скажи, это ты тот Охотник, что в деревню приехал?

— Скорее всего, мы, я не одна.

— А можно на него посмотреть?

— Зачем тебе? — я вылезла на берег и отжала волосы.

— Интересно, — пожала плечами та и вдруг исчезла в глубине, плеснув по воде хвостом.

— И что ты здесь делаешь? — прорычал знакомый голос за спиной.

— Купаюсь, — как можно равнодушнее ответила я, жмурясь от солнца. — А ты подглядывать пришел, или купаться?

Меня бесцеремонно схватили за плечи и рывком развернули.

— Я почувствовал, что с тобой что-то случилось, — тихо сказал Нирт, пристально глядя мне в глаза.

— Если не считать того, что я сейчас не слишком одета, в остальном все нормально, — я с улыбкой наблюдала его смущение.

— Извини, — и скрылся за соседним кустом. — Не против, если я тоже искупнусь?

— На здоровье, — буркнула я. И тут вспомнила: русалка!

С разбегу войдя в воду, я нырнула, отыскивая эту пакостницу. Нирт, двумя гребками нагнал меня и вытащил на поверхность.

— Думала, утону? Какая забота, — рассмеялся он.

— Нет, просто я тут русалке хвост прищемила, а она очень хотела на тебя посмотреть, — я, ругаясь, вылезла обратно на берег и растянулась на солнце.

— Кроме тебя тут русалок не вижу, — улыбнулся он.

Сейчас увидишь, мысленно улыбнулась я, заметив бурунчик у него за спиной. Нирт не успел обернуться, русалка потянула его вниз. На секунду я забеспокоилась — не перестарается ли она, но вот его голова вновь показалась на поверхности, и парень сильными гребками направился к берегу. И мне совсем не нравилось выражение злости на его лице. Одеться и смыться по-быстрому я не успела — Нирт оделся быстрей, схватил меня за руку и, протащив несколько метров по кустам, рывком развернул к себе.

— Что ты делаешь?! Сколько можно ломать комедию?!

— Нирт, я честно предупредила тебя о русалке. И я тут ни при чем! — Страшно-то как! Я аж дрожать начала.

— Рина, может, хватит надо мной издеваться? Я же не железный! За что ты так со мной?

— Нирт, во-первых, успокойся. Во-вторых, я над тобой не издеваюсь, это случайность! И, в конце концов, я просто не понимаю, что ты имеешь в виду! — я взмахнула рукой, и вспомнила, что стою во все еще мокрой рубашке, облепившей тело и едва доходящей до середины бедер. И покраснела.

Похоже, вспомнила об этом не только я. Потому что его глаза потемнели, и мне стало еще страшней — что еще от него ждать, я просто не представляла. Никогда не понимала мужчин и их поведение. Но он только ругнулся под нос, развернулся и ушел. Похоже, обиделся. Русалка с интересом прислушивалась к нашей беседе, почти выбравшись на берег, по крайней мере, она сидела почти рядом с моей одеждой.

— Интересные у вас отношения, — улыбнулась она.

— Да уж. Ты скажи, зачем его-то на дно потянула?

— Просто рефлекс, — она пожала плечами, — а что, он сильно обиделся?

— На тебя — нет, — я выразительно встряхнула рубашку, влезая в сухое запасное белье.

— Когда вам надоест цапаться, вы будете отличной парой, — хихикнула русалка и скрылась в глубине.

— Да уж, только этого мне и не хватало. — Или именно этого и не хватало?

Парни сидели в полном и весьма мрачном составе за столиком таверны, хмуро рассматривая содержимое кружек. Чую, сейчас либо мне придется удирать, либо просить прощения. Только вот за что?

— Ну, и в чем вы обвините меня на этот раз? — я устало плюхнулась на свободный стул.

— Рин, почему ты так себя ведешь? — Венька вздохнул, уже зная ответ.

— Как — так?

— Риена, ты, безусловно, хороший человек, но ведешь себя как… — начал Линноэль.

— Ребят, запомните, а лучше запишите — я никого и никогда не обижаю и не издеваюсь. Просто я такая, какая есть. Кому не нравится — я не держу. И вообще, делайте вы что хотите, я никому ничего не навязывала! В конце концов, я не понимаю, почему претензии ко мне, а не к этой драной русалке! — я психанула и ушла к себе.

И пусть катятся всей компанией куда хотят, я и одна как-то справлялась. А то взяли моду, характер им мой не нравится! Флаг в руки и упыря навстречу! Я не спеша пообедала, собрала вещи и расплатилась с трактирщиком. Эти трое по- прежнему сидели внизу, так что пришлось готовить лошадь по-тихому, вылезая в окно, чтоб не заметили. Подойдя к столу, я требовательно протянула руку Лину.

— Верни мне мою вещь, — тверже и спокойней, а то Венька вмиг раскусит.

Теплая пластинка оберега скользнула в руку. Я молча развернулась на каблуках и вышла на улицу. Денек выдался погожий, тихий. Пожалуй, я успею покрыть приличное расстояние до темноты.

Дорога радостно ложилась по копыта коня, ветерок обдувал горящие от скачки щеки, было спокойно и тихо. А еще тоскливо. Однозначно, все мужики — сволочи. Кто не сволочи — с теми скучно. Эта троица, конечно, пришлась мне по душе, с Венькой мы уже давно мотались по трактам вместе, тем более не понятно, чего он-то на меня взъелся. Из солидарности что ли? Так я не против — мне всегда приятно побыть в одиночестве. Да, мне без них скучно — без Венькиного озорства, юмора Лина и уверенности Нирта. Да, мне они нравятся. Но это не значит, что я не могу без них обойтись. И уж точно не означает, что я позволю диктовать мне условия. Знаю, что дура, что сглупила. Жизнь вообще хитрая штука: стоит заглянуть ей в глаза, как она разворачивается тылом… Чувствую себя ослицей, у которой из-под носа увели вожделенную морковку, да еще пинка под зад дали для ускорения.

Впереди показалась удобная полянка, слегка прикрыта от дороги, со следами костра и аккуратно сложенной кучкой дров. Видимо, кто-то из конкурентов тут недавно был, что ж, тем лучше — мне меньше забот. Стреножив лошадь, занялась костром и ужином, благо припасов пока хватало, а завтра будет небольшая деревенька. Тишина приближающихся сумерек действовала на нервы. Правда, запахи были привычные — дичи и хищников, разнотравья, недалекого ручья. Ничего лишнего. Одеяло разложила прямо на земле, подтянув к груди поближе меч, провалилась в сон.

Сначала в нос ударил мощный запах псины, потом где-то недалеко зашуршали ветки, послышались приглушенные взрыкивания. Сон моментально слетел с меня, рука судорожно сжала меч, вторая судорожно нашарила мешочек с солью. Не вставать, до последнего, пока огромное мохнатое тело не рванется в прыжке к желанной добыче, лежать неподвижно, пока… Я взметнулась навстречу громадной твари, ростом с теленка. Лохматый, остро пахнущий псиной оборотень зло выщерился и пошел на новую атаку. Еще трое желтыми огоньками глаз следили за мной из кустов, не спеша выходить в неверный свет затухающего костра. Привязанная к дереву лошадь дико ржала, вставая на дыбы. Тварь попыталась достать меня сбоку, но меч оказался быстрей, чиркнув ее по носу. Алые капли сорвались и упали на землю. Трое оборотней разом рыкнули и бросились на меня. Едва успевая засовывать в пасть особо активным посеребренные шипы на локтях куртки, я вертелась волчком, доставая мечом матерого, уже просто куда попаду. Твари оказались сильные, молодые, пару раз мне зацепили ногу, порвав последние приличные штаны… Вдох. Кровь. Запах псины бьет в ноздри. Выдох. Волна жара прокатывается по телу, яростью заполняя каждую клеточку. Вдох. Прыгнуть вверх, уходя от острых клыков все еще живого вожака. Сила. Уверенность. Огонь. На хребет одного из молодых приземляются мои когтистые лапы. Выдох. Все мое закованное в чешую тело от острых ушей до кончика шипованного хвоста горит и пылает в отблесках костра, черные когти резко чертят в воздухе линии, вспарывая глотку вожака. Хвост перебивает хребет еще одному. Выдох. Поворот, резкий взмах сильных крыльев, последний бросок и убегавший оборотень разрывается на части под напором ярости и силы. Последний молодой издыхает с мечом в ребрах. Вдох. Боль накатывает волной, в глазах темнеет. Выдох. Я отползаю на негнущихся ногах к костру и заворачиваюсь в одеяло. Холод пронизывает каждую клеточку тела, зубы выбивают дробь. Вдох. До рассвета далеко, а боль все сильнее. Когда придет откат, будет плохо. Убраться отсюда подальше я просто не успею, да и порванная кровоточащая нога не даст нормально сесть в седло. Хорошо хоть лошадь не удрала. Осматриваю сквозь пелену в глазах то, что раньше было поляной. Куски мяса, туши и кровь везде. Радует, что сумки додумалась лапником прикрыть, а то отмывай их потом от крови… на этой оптимистичной ноте сознание решило, что хорошего помаленьку и отключилось.

Приходить в себя от запаха подразложившегося мяса и крови — не самое приятное в жизни пробуждение. А уж в свете распухшей ноги и замерзшего напрочь тела — совсем безрадостное. К счастью, оборотни для меня не опасны, их укусы тем более. Что страшнее — волком обернуться или чешуйчатой фигуристой демоницей с маникюром под вампира? Вот-вот, оборотни тоже не знали, что такое бывает. А теперь — поздно пить зелье от изжоги, когда понос пробрал. С грехом пополам собрав пожитки и взгромоздясь на лошадь, не спеша поплелась в сторону села. Нога ныла, но ни промывать ни перевязывать ее наново мне не хотелось — а то сил совсем не останется, а мне еще ехать и ехать.

Запах опасности резко ударил в ноздри, ветер услужливо примешал к ним такой знакомый и манящий запах следа. И пропал. Он настороженно прислушался, вычленяя из всех лесных шумов щелканье зубов хищника. Где-то рядом делили добычу вездесущие вороны. И тут появился запах, от которого закружилась голова и черная пелена застлала глаза — запах крови. Ее крови! Он рванул, приминая молодой кустарник как раненый кабан, вылетел на поляну и остолбенел — среди почерневших луж и ошметков мяса валялись останки четырех людей, мужчин, буквально разодранных на части и исполосованных мечом. К счастью, ее тела среди убитых не наблюдалось, однако крови было достаточно, да еще и обрывки одежды. Он разъяренно рыкнул и рванул по следу. Настичь, поймать, получить ответы…

Ближе к полудню, за поворотом показался частокол и дымки деревеньки, всего — то с десяток дворов с колодцем вместо главной площади и покосившейся башенкой храма очередного местного божка. В одном из домишек мне охотно протопили баньку и даже подыскали штаны взамен подранных оборотнями. Местная знахарка долго причитала над припухшей раной, посыпала пеплом да велела накрепко перевязать, даже зелье какое- то сунула. Зелье я оставила у радушных хозяев, расплатилась, не скупясь, и поспешила покинуть деревеньку, не светя своей татуировки Охотника. А то, не дай Боги, оборотни окажутся местными и мне тогда не поздоровится.

Откуда только силы взялись, то ли банька и впрямь хороша, то ли яд из крови вышел, а на душе стало светло и спокойно. Я с легкой улыбкой осматривала окрестности, поля казались мне бескрайними степями, которым не будет конца. Легкий ветерок, птички поют. Пряное разнотравье успокаивающими ароматами просачивалось под кожу, я даже вздремнула немного. До сумерек было еще далеко, до следующего села я добралась бы только к утру, но хотелось немного разогнать кровь, да и ране требовалось движение — иначе мышцы задеревенеют и потеряют гибкость. Если очень повезет, то к завтрашнему вечеру она совсем затянется.

Лошадка была однозначно против ночного забега по едва видимой в свете полной больной луны дороге. Но я крепко держала поводья, задавая темп. Без седока животное шло легче, но я не радовалась — эта упрямая скотина не раз меня подводила на ровной дороге, то теряя подковы, то нервничая без повода. Зато при появлении нежити всхрапывала так, будто из нас двоих именно она Охотник. А я так, сбоку постояла. Видимо, лошадка моя была такой же сумасбродкой что и я. Уже в полной тишине глубокой ночи по бокам замаячили возделанные поля, и я позволила животному передохнуть. Устроившись недалеко от дороги, развела костерок и доела остатки хлеба и сыра, запив водой из ручья неподалеку. Не доставая одеяла, так и уснула, заглядевшись на язычки пламени.

Это село оказалось довольно большим, даже таверна имелась, куда я и устремилась в мечтах о ванне и горячей пище. Невысокий двухэтажный домик, с чистым двориком и маленькими комнатушками наверху. Румяный кругленький дядька с всклокоченной бородой встретил меня как родную.

— Госпоже угодно комнату? — радушно осведомился он, с жалостью глядя на вымотанную лошадь.

— За лошадью присмотреть, горячую ванну, плотный завтрак и комнату на два дня, — отбарабанила я, сползая с седла.

— Пожалуйте наверх. Ванна сейчас будет, завтрак через полчасика извольте.

— Охотники давно были?

— Да вот позавчерась компания проезжала. Магик да воинов пятеро. Рыжий такой.

— Понятно. У вас-то пока тихо?

— Да как всегда, госпожа. А вы что ж, на гору эту бесовскую едете?

— А куда ж мне деваться? — я усмехнулась, продемонстрировав татуировку на шее.

— Ох, госпожа, вы ж молодая совсем, чего ж вам туда? — хозяин вздохнул и пошел готовить мне завтрак.

Не зря я спешила. Завтра тут будет не протолкнуться. Больно хорошо встречают. Да и до перевала осталось всего — ничего, пара деревень, да городок небольшой, торговый, так Перевалом и зовется. А там — лес до самого подножия гор, и в конце пути, чуть в стороне, эта проклятая гора с нежитью.

Моему счастью не было предела — ванна оказалась действительно горячей, завтрак вкусным, а постель — не только чистой, но и свободной от жильцов типа клопов и тараканов. Растянувшись на кровати и накрывшись только простыней, я нежилась вовсю. Снаружи донесся конский топот, слышно было, как засуетились внизу, в общем зале, люди. Я прикрыла глаза, намереваясь поспать, и тут же открыла, — дверь с грохотом распахнулась, игнорируя защелку, внутрь влетели всклокоченные и встрепанные мои недавние спутники.

— Ринка! — меня кинулись обнимать, ощупывать, осматривать, не обращая внимания на сползающую простыню и мои округленные до состояния блюдец глаза.

— Живая! Слава Богам!

— Как же ты нас напугала!

Не дожидаясь продолжения, я натянула простыню до подбородка. Догнали все-таки. Не знаю, радоваться или… радоваться. Изумленно смотрела, как они крутились вокруг, надо было как-то остановить это безумие.

— Тихо! — рявкнула я. — А теперь успокоились и внятно объяснили мне, что происходит!

— Да когда ты ноги сделала, мы следом рванули, у Нирта лошадь пала, пришлось новую искать, — Линноэль осмотрел открывающийся вид на мои ноги, простыня-то у груди почти вся собралась, и одобрительно кивнул.

— А потом он что-то учуял, мы наткнулись на стоянку с трупами, там еще и твоей крови хватало — ну и кинулись в деревню ближайшую. — Венька хмыкнул. — Местная бабка нам и порассказала, мол, девица молоденькая, раненая пришла, кровищи море, вопли, сопли… Эти двое как сбесились — чуть лошадей не загнали, пока сюда добрались.

— А теперь, дорогая, ТЫ объясни, что было на стоянке и откуда там твоя кровь, — прохрипел Нирт.

— А давайте-ка, вы приведете себя в порядок, спуститесь вниз и там поговорим? — я с надеждой посмотрела на окно.

— Не-е-ет, милая, второй раз этот фокус у тебя не пройдет, — эльф одним плавным движением перекрыл мне все пути отхода.

— Да куда я побегу, — я спустила ноги на пол, поморщившись от тянущей боли в бедре, — одежда практически вся в чистке.

— Ну-ка, — эльф аккуратно отодвинул простыню и ощупал кожу вокруг раны. Нирт напрягся, но промолчал.

— Да брось, заживет само, — я отмахнулась.

— Там внутри что-то застряло. И если это не вынуть, то останешься без ноги, — Линноэль кивнул Нирту, — придержи-ка нашу красавицу. Веня, анестезию!

Мне в голову стукнулось что-то большое и тяжелое, перед глазами заплясали разноцветные мушки. А потом была боль, безумная, выматывающая, но вполне переносимая боль. Нога горела пламенем, меня крепко держали, не давая вырваться и прекратить эту пытку. Боль длилась вечность, купая меня в волнах расплавленного железа и мутной пелены. Когда же все кончилось, и сквозь вату в ушах стало слышно бормотание эльфа и речитативы Венькиных заклинаний, я рискнула открыть глаза. На месте припухшей раны в потеках крови медленно стягивалась кожа, на глазах пропадал нездоровый синюшный оттенок.

— Могли бы отомстить и погуманнее, — фыркнула я, поправляя окровавленную простыню.

— Еще раз ты так сделаешь, я тебе лично ноги оторву, — прошептал Нирт, наклоняясь ко мне.

— Вы как знаете, а я пошел мыться, — Венька встряхнулся. — И поесть, и поспать бы не отказался.

— А эта бессовестная не сбежит? Ногу-то вылечили, — Лин с сомнением покачал головой.

— Сходите вниз и попросите хозяина принести сюда еще пару кроватей, я покараулю, — Нирт с вожделением покосился в сторону ванной, где еще наверняка оставалась горячая вода.

Когда парни вышли, он одним движением поднялся и начал раздеваться. Я осторожно наблюдала, мечтая натянуть на себя хоть какую-то одежду, а то эта простыня уже начала мешать. Его спина, в нескольких местах украшенная шрамами, напряглась, парень обернулся на шелест ткани и только хмыкнул, глядя, как я натягиваю платье — единственную мою чистую одежду.

— Иди, — я кивнула на ванную, — я никуда не денусь.

— Да я и не сомневаюсь, — улыбнулся он, доставая веревку и обвязывая вокруг моей талии.

Дыхание его коснулось моей кожи, горячей волной прокатилось по телу, я залилась краской как подросток на первом свидании.

— Зачем же такие меры? Я ведь сказала, что никуда не денусь.

— Знаешь, я лучше подстрахуюсь.

Ну что ж, сам напросился. Я встала в дверях ванной, с улыбкой наблюдая за его дальнейшим разоблачением, в прямом смысле. Ничуть не стесняясь, Нирт повернулся ко мне спиной и залез в деревянную бадью, блаженно застонав от удовольствия.

— Нравится? — через какое-то время поинтересовался он.

— Ничего, — согласилась я.

— Спинку потрешь?

— Нирт, я слишком устала, чтобы отвечать. Может, ты закончишь и я, наконец, смогу поспать?

— Хорошая мысль.

У меня подкосились колени при мысли о том, что он мог иметь в виду.

— Отыгрался?

— И не думал даже. Просто я тоже очень хочу спать. — Помолчав, добавил. — Никогда, — слышишь, никогда! — больше так не делай.

Ндя… мне ничего не оставалось кроме как закрыть дверь и сесть у стены, ожидая, когда же он соизволит выйти. Наверное, это было неудобно, но я незаметно задремала и даже не почувствовала как меня перенесли на кровать и укрыли свежей простыней. Разбудил же меня запах еды. Горячей, вкусной, сытной ЕДЫ. Парни ели прямо в комнате, вполголоса переговариваясь о чем-то. Наверное, стоит пару минут послушать и только потом открывать глаза.

— Ты уверен? — это Лин.

— Да, яд вышел полностью, ей вообще такая рана что упырю дубина. — Вениамин.

— Угу, я видел, — хмыкнул Нирт

— Да она, скорее всего, еще и пешком пробежалась с этой раной, так что все будет нормально. Вечером будет как огурчик.

— Другой вопрос — не сбежит ли она опять? — Линноэль чихнул.

Послышался тихий ржач — видимо, Нирт им веревку показал. Вот теперь пора, а то почуют, что проснулась.

— Чем это вкусным пахнет? — демонстративно принюхиваюсь.

— Вставай давай и ешь. — Венька приглашающе махнул рукой.

— А это? — я продемонстрировала обрывок веревки, болтающийся у меня на поясе.

— Блин! — эльф певуче выматерился на родном языке.

— Да никуда я не денусь, — улыбнуться как можно мягче, — хотите клятву на крови дам?

— Хотим! — хором заявили эти поросята.

— И кому из вас? — я подтянула поближе блюдо с мясом. — Вы пока разберитесь, а я есть хотю.

Приятно смотреть на вытянувшиеся от такого нахальства лица. Может и правда, клятву дать? Я сыто улыбнулась, потягивая вино.

— До Перевала что-нибудь придумаем, а там я на ярмарке якорную цепь поищу, — Нирт встал. — Сейчас нам всем нужно отдохнуть.

И бессовестно сгреб меня в охапку, уложил на кровать, еще и рядом примостился! Нет, или он параноик, или я идиотка. Но приятно пахнущая грелка, обхватившая меня за плечи, мне понравилась.

Я проспала до утра, блаженно обнимая мою добровольную грелку. Правда эта грелка под утро попыталась из-под меня выбраться, но я, не раскрывая глаз, двинула кулаком куда попаду и грелка утихла. Сон, конечно, слетел, но и в полудреме я ощущала, насколько хорошо отдохнула. Вот в тишине рассвета завозился, просыпаясь, эльф, разбудив чуткого Веньку. Вот снова пошевелился Нирт, пытаясь повернуться на другой бок и окончательно разбудив меня.

— Всем доброго утра, — громко заявила я. Все равно никто не спит.

Секунда тишины и придушенный ржач в подушку. Точно, никто не спит.

— И тебе того же, — Нирт выполз из-под одеяла, сладко потягиваясь. Да-а-а, несмотря на шрамы, спина его, точнее тугие жгуты мышц, нравились мне все больше. Так и тянуло прикоснуться, увидеть его в движении.

— Кто первым умываться? — Лин натянул рубашку и взялся за волосы. Это надолго.

— Идите, я еще поваляюсь, — ныряю обратно в теплые объятья одеяла, только нос снаружи.

— Идите, я присмотрю, — Линноэль застучал сапогами.

Хлопнули двери, стихли шаги на лестнице, внизу загремели на кухне посудой.

— Рин, — позвал эльф.

— Чего? — ну не хочу я вылезать, мне и так хорошо.

— Как ты себя чувствуешь?

— Лучше всех!

Похоже, назревают неприятные вопросы, вон как мнется.

— Скажи, а что произошло на той поляне?

— Ловушка. Для дураков. Или дур. Что, в принципе, одно и то же.

— Я хотел спросить, как тебе удалось перебороть укус оборотня.

— Лин, пора бы уже понять, что большинство видов магии, ядов и всего прочего на меня просто не действует.

— Кто ты?

— Полагаю, девушка, которая жаждет одеться и привести себя в порядок, а вместо этого ждет, когда комнату покинет один не очень деликатный эльф! — рявкнула я.

— А ты раздета? — удивился тот, засветив покрасневшими кончиками ушей сквозь золотистые волосы.

— Представь себе! — я уже рычала.

Теперь он покраснел весь до корней волос.

— А как же вы с Ниртом вчера… Вы вместе…

— Линноэль! Я тебя сейчас убивать начну!

— То есть он тебе все-таки не нравится? — обрадовано просиял эльф, вскакивая с постели.

— Ну держись! — Я разъяренной фурией выскочила из кровати и натолкнулась на кого-то, прорываясь к наглому остроухому гаду, удирающему в дверь. При ближайшем рассмотрении — когда меня подняли, встряхнули и поставили на место уже более спокойной — это оказался Нирт.

— Я придушу этого эльфенка! — заявила я ему и попыталась пройти в ванну.

Закрыть за собой дверь мне не дали.

— Я не собираюсь устраивать тебе бесплатное шоу, так что отойди и дай мне, наконец, умыться! — фыркнула я.

— Я отвернусь, не переживай!

— Лучше бы я сюда не заезжала! — пришлось нырнуть, удостоверившись, что он действительно отвернулся.

Одежду мою вычистили, залатали. Но я себе в памяти сделала зарубку, на ближайшем торге прикупить что-нибудь покрепче. В живописно штопаные штаны влезать не хотелось, пришлось довольствоваться тренировочными, тонкими и почти облегающими. Судя по глазам Нирта, такой видок он оценил, хотя и не одобрил.

— Налюбовался? — я ехидно улыбнулась.

— Ничего, — кивнул он. — Завтракать идем?

— Естественно!

Венька и эльф уже уплетали за обе щеки, даже не посмотрев на нас. А точнее, на меня. Обидно, однако! Завтрак я проглотила в один присест и уже хотела было выйти во двор, прогуляться, как парни вскочили, все трое.

— Да успокойтесь вы! Я же обещала! — хотелось обидеться, но получалось только смеяться. — Приедем в Перевал, слово даю, на крови поклянусь. Мне нужно просто кое-что сделать.

— Что ты опять задумала? Очередную гадость? — Венька флегматично осмотрел таверну.

— Вень, ну хоть ты им объясни, что клятву на крови готовить надо, минимум за два дня! Мне обряд надо провести, — я застонала.

— Не переживай, у меня есть идейка получше. Сегодня в одной книжке нашел. И никакой подготовки не надо, — он усмехнулся.

— И насколько это больно? Или опять заставишь меня всякую гадость есть?

— Рин, ну ты совсем плохо обо мне думаешь. Просто до города тебе придется все время быть под присмотром.

— Присмотр? Да я даже в ванную сходить нормально не могу! — обиделась я.

Лин зло ощерился и развернулся к Нирту.

— И что ты себе позволяешь?!

— А вот это тебя не касается! — отрезал Нирт

— Э, ребят, не нервничайте! Ну, пусть Лин тоже в дверях постоит, мне же не жалко! — Я жалобно посмотрела на них и, поймав удивленно — яростные взгляды, поняла со всей ясностью: сейчас будут бить. Меня. С места взяв низкий старт, рванула так, что ветер в ушах засвистел — сначала за околицу, потом кругами, тихонько влезла в комнату через окно и успела как раз вытребовать у местных домовят ведерко с водой. Встала наготове у двери.

— Да говорю вам, нету ее там! — Венька распахнул дверь, — вот видите…

И получил эту самую воду прямо в офигевшее лицо. Я торопливо, пока не убили, захлопнула дверь, задвинула засов и подперла плечом для надежности. Спустя секунду с той стороны послышались ругательства и яростный грохот кулаков. Охладила пыл, называется! Оставалось старательно запоминать выражения, в надежде, что ими все и окончится. В конце концов, я всегда смогу воспользоваться окном еще раз. Я оглянулась на счастливый путь к спасению, но там уже маячила фигура Нирта, разом оборвав весь мой оптимизм. Грохот в дверь затих, ругательства стали тише, и мне ничего не осталось, кроме как открыть. После чего меня сгребли за шиворот в шесть рук и с улюлюканьем закинули в бадью с водой, служившую нам ванной. К счастью, воды там уже не было, и я смогла быстро выбраться обратно и рвануть к кровати. Подушка — единственное в пределах досягаемости оружие тут же полетела в кого поближе. Эльф увернулся. Венька не успел.

Через пять минут хохота и драки подушками, я устало упала на кровать, вытирая выступившие со смеху слезы.

— Ну что, мир?

— Мир, — все еще похохатывая, кивнул маг. — Пошли лучше лошадей проверим, пока эти — кивок в сторону Лина и Нирта, — провизию соберут.

— Вень, а что ты за обряд отрыл? — я осматривала седла и подпругу на предмет повреждений.

— Да там пример прочной парной связи упоминался, при этом работает только на разнополых объектах. Простенькое заклинание на староэльфийском.

— Понятно. Вы все же решились. Я думала, ты меня достаточно хорошо знаешь.

— Линноэль настоял. Он считает, что чары твоего оберега становятся слишком сильными — не зря же ты так психанула на нас.

— Хочешь сказать, я уже могу не понимать, что делаю?

— Очень может быть. А такая связка вполне подойдет, чтобы снять чары. Или ослабить.

— А-а-а, ну тогда я согласна. Только на кого завязывать будете? Мне это не… повредит?

— Решили на Нирта, ему по силам с тобой справиться. Линноэль для подобного слишком мягкий. В любом случае, тебе хуже не станет.

— Вень, я его слегка боюсь, — неожиданно пожаловалась я другу.

— Лина? — тот удивленно вскинул брови.

— Нет, конечно!

— Поверь мне, Риена, мой брат — последний, кто может причинить тебе зло.

Угу. А вот подчинить при этом — запросто! И самое обидное, я и сопротивляться-то не стану. Как вот теперь на него злиться, скажите на милость?

Глава 4

И было слово…

В наших зрачках — острые грани вечного льда,

А на клыках — свежею кровью пахнет вода;

Видишь мерцание лезвий средь стонов разодранной ночи,

Слово прощания с жизнью, что стала мгновенья короче!..

Группа Мельница "На север"

Выехали вечером, надеясь до глубокой темноты проехать побольше. Чем скорее мы доберемся до городка, тем скорее с меня снимут чары. На ночлег остановились на открытой площадке, ветер задувал под одеяло, и мне было отчаянно холодно. Где-то вдалеке, на грани слышимости взвыли собаки и разом смолкли. Я резко подорвалась. Так животные реагируют на нежить. И если мой нюх мне не изменяет, в этот раз нам достанется один из самых поганых вариантов.

Нирт встал у меня за спиной, настороженно принюхиваясь. Венька очертил охранный круг и спокойно ждал. Лин деловито проверял стрелы.

— Что там? — Венька глянул на меня.

— Пока не знаю. Но мне это очень не нравится.

Нирт согласно кивнул.

— Если что, бери себя и Лина в щит.

Легким дуновением ветерка колыхнулась ночь и вокруг защитного периметра встали темные фигуры. И все на одно лицо — штамповали их что ли? Завернутые в черные плащи немертвые щерят клыки, холодом тянет от их силы и голода. Стук сердца отсчитывает секунды, грохотом отзываясь в ушах.

Один, трое, пятеро… Десяток злых новообращенных и очень голодных вампиров. Трупная бледность и горящие глаза в свете костра навевали не самые лучшие чувства. Аж мурашки по спине пробежали. Да еще их дурацкая манера носить черную глухую одежду, — не всегда понятно, куда попала мечом.

— Отдайте девку, — прошипел один.

— Разбежался, — хмыкнул Лин, пуская стрелу.

Я сорвалась первой. С рыком кинувшись на ближайшего вампира, одним ударом отсекла голову, закрутилась в водовороте черных лоскутов и угольев костра. Вдох. Уклониться от удара, нырнуть, достать мечом горло. Выдох. Сила растекается по жилам, прогоняя страх. Отбить удар чужого меча, развернуться, откинуть второго. Вдох. Пропустить файерболл мага, уклониться от меча, рубануть по ногам третьего. Свист стрел эльфа закладывает уши. Выдох.

— Остановись! — повелительный рык.

Развернуться. Один из уродов держит Веньку за горло и зло скалится. Вдох. Сила, мощными толчками взрывается в крови, красная пелена на миг застилает глаза. Одним прыжком оказаться вплотную, сжать, раздавить когтями его горло, разорвать… Выдох. Осмотреться. Нирт вытирает меч о плащ убитого вампира. Линноэль и Венька круглыми глазами смотрят на меня. Разорванный практически на куски вампир судорожно дергается. Вдох. Отпустить, расслабиться, остановиться.

Нирт собирает вещи, походя поджигая останки.

— Этих, похоже с одного образца делали, — хмыкнул он. — Не иначе магией крови. Везет нам.

— Не то слово, — Линноэль хотел было собрать стрелы, но потом брезгливо плюнул и пошел проверять лошадей.

И мне совсем не понравились те взгляды, которые он на меня бросал. Похоже, я опять что-то не так сделала. Новый костер развели неподалеку — нужно было дождаться утра и убедиться, что твари уничтожены окончательно.

— Рин, нам хотелось бы кое-что обсудить с тобой, — Венька замялся.

Они видели. Видели начало моей трансформации! Черт!

— Давай. Все равно рано или поздно пришлось бы говорить. — Блин, неприятно получилось. И как не вовремя!

— Этих новообращенных действительно создали магией крови. Похоже, кто-то активно экспериментирует. Или пользуется тем, что осталось от прежних хозяев Башни. — Нирт покачал головой. — Если кто-то смог взять под контроль созданных, то это грозит большими неприятностями.

— Но причем здесь Риена?

— Если помните, я рассказывала вам, что почуяла в Халладе тварь.

Молчание. Ох, не люблю я такие моменты.

— Таких тварей тоже можно назвать созданными, в каком-то смысле. — Я глубоко вздохнула. — Это был Зверь. И я его учуяла. Правда поздно, и он успел смыться. Создавали их в Башне. Той самой, руины которой вы видели в эльфийских садах. Только раньше все эти земли принадлежали Башне Граван. Во время очередного превращения лаборатория просто рванула, завалив всех и вся. Потом были дознаватели — и общины не стало. Подтверждений создания Зверей не нашли, и все стали считать их просто сказкой, легендой. Однако они были. Даже некоторые, не доделанные до конца, они все же были достаточно умны, чтобы затаиться, ведь создавали их из людей.

— Людей??!!! — Лин подпрыгнул на стуле, в ужасе глядя на меня. — Но ведь это же нарушение, это просто невозможно!!

— Видишь ли, Лин, если за дело берутся чистокровные Высшие демоны, Великий маг и Король Оборачивающихся — возможно все.

— О, Боги! — потрясенно выдохнул маг.

— Не перебивайте меня. Сейчас все поймете. Итак, Звери. Кому-то посчастливилось выжить и сохранить разум. Некоторые стали просто монстрами, безразумными машинами для убийства. Их одолело безумие. Довольно специфическое, надо сказать. Зверь убивает любого, при этом он почти нормален рядом с себе подобными. И только.

— И тогда на них объявили охоту, — вставил Венька. — Вроде бы всех уничтожили.

— Последним был Карриенский, — добавил эльф.

— Именно так. Есть то, чего вы, да и дознаватели, к счастью, не знаете — чтобы учуять Зверя и тем более суметь его убить, нужно самому быть Зверем…

До деревни добирались на рассвете и в полном молчании. Мне не хотелось разговаривать — было страшно, что теперь друзья просто будут избегать меня или, что еще хуже, уйдут. На постоялом дворе я просто ушла в свою комнату и, бросив сумки, завалилась спать. Парни даже не попытались со мной заговорить. Обидно.

Утро для меня началось с аккуратного покашливания. Глаза открывать я не стала — и так понятно, что мои парни ко мне не вваливались бы, особенно после моего признания. Да и запах Нирта ни с чем не спутаешь.

— Ну и? Что ты забыл в моей комнате?

— Поверишь, если скажу, что полюбоваться пришел? — смешок и шорох одежды.

— Ммм?

— Вставай. Хотя я бы с большим удовольствием присоединился к тебе, чем в седле трястись.

Открываю глаза. Навис надо мной, аж тепло его чувствую, притягательный, зараза! И он это знает. Иначе откуда бы в его глазах взялось это насмешливое ожидание?

— Исчезни! Иначе я тебе горло перегрызу, — спокойно, девочка, спокойно!

— Как скажешь, милая! — и выскочил прежде, чем я успела запустить в него подушкой.

Парни успокоились, но холодность в общении осталась. За столом царило молчание, но недолго — Нирт опять пытался довести меня до белого каления. Похоже, это входит у него в привычку.

— Как спалось, милая? Надеюсь, ничто не тревожило твой сладкий сон?

— Спасибо, неплохо. Было бы еще лучше, если б мои кошмары не пытались меня будить наяву. — Венька поперхнулся, не сдержав смешок.

Ура! Все возвращается в норму. Эльф привычно изображал мебель.

— Лошади готовы, можем отправляться.

Местность становилась гористой, заросли деревьев попадались уже проплешинами, открывая глазам нагромождения камней. Мужская часть отряда попеременно материлась и одергивала лошадей, не давая им воли на особо неудобных участках дороги. Хм, а интересно их слушать — много новых слов узнала. Мне не нравилось состояние Линноэля, задумчивого и тихого. Видимо, надо расставить все точки над "и".

— Лин, надо поговорить, — и, не дожидаясь ответа, ухожу в отрыв, и так понятно, что он за мной поедет.

— Я понимаю твое поведение, но мне хотелось бы знать — смогу ли я на тебя рассчитывать, или нашим дорогам лучше разойтись сейчас.

Он вскинулся, вырываясь из оцепенения.

— Я не собираюсь покидать вас, если только ты не прогонишь.

— Спасибо. Тогда, может, скажешь, что тебя так беспокоит?

— Просто все, чему меня учили, в один миг оказалось фигней. Жизнь быстро лишает иллюзий, правда?

— Да. Особенно когда твой друг оказывается чудовищем, так?

— Риен, не изображай дурочку, я не это имел в виду.

Я не удержалась от смеха.

— Лин, просто забудь обо всем. У нас впереди столько неизвестного, что мир запросто успеет встать с ног на голову и обратно раз сто!

— А ты можешь?…

— Что? — я прикрыла глаза, уже зная, о чем он попросит.

— Покажи, какая ты, — тихо попросил эльф.

Я остановила коня, легко соскользнув на землю. Плащ долой. И через секунду потянулась всем закованным в броню телом. Расправив крылья, спокойно смотрела на онемевших парней. Да, серая чешуя сейчас искрится в лучах солнца, и так яркие, зеленые глаза слегка сияют. Грива длинных волос плещется на ветру, кожистые крылья чуть дрожат от напряжения, хвост обвил бедра. Да и не грозит мальчишкам потрясение — все половые признаки мягко обрисованы шкурой как одеждой, но все равно залились краской. Только Нирт прячет глаза, избегая смотреть. Вон даже губу закусил, мне почудился пряный запах крови. Венька осторожно потрогал крыло, приятно пощекотав перепонку. Эльф же всем своим видом выражал такое смятение, что я невольно рассмеялась, неохотно возвращаясь в человеческую форму. Быть крылатой так приятно!

Теперь оставим Лина одного, пусть немного подумает, успокоится. Нужное мне я уже выяснила — стрелы в спину можно не ждать. И то хлеб. Венька увлеченно рылся в своей сумке, делая вид, что его происходящее вообще не касается. Нирт… Ндя, Нирт. И что ж мне теперь делать то? Наверное, стоит разбавить эту компанию нормальной женщиной, а то мне уже страшно. Глядишь, и меня в покое оставят.

— Вень, у тебя зачарованная голубка еще осталась?

— А тебе зачем?

— Письмецо отправить хочу.

Мне сунули в руки бумажную фигурку птички — стоит нашептать ей послание и мысленно представить адресата — как послание окажется у него дома.

— Тенания Северный Страж. От Ррриеналь. Спасай, подруга. Иду куда все, вокруг одни мужики. Ты очень нужна мне, — я хихикнула, представив хищный блеск в глазах этой стервочки.

Тенания была очень необычной девушкой — наполовину демон (папочка ее инкубом был!) с очень дурным характером, тягой к приключениям и наследной способностью очаровывать. Эдакая трепетная блондинка с огромными голубыми глазами и соблазнительными формами, а внутри — вампир нервно курит в стороне. При этом всем неплохой мечник. И теперь я предвкушала ее появление, надеясь хоть немного отвлечь своих товарищей от ненужных мыслей. Как известно, красивая женщина в таком случае помогает лучше всего. Не будь Тена еще и жуткой стервой при этом, можно было бы поволноваться. Да и жила она в общине неподалеку.

Вечером выяснилось, что она не просто стерва — она редкостная сволочь. Мы только — только остановились на ночлег, парни натаскали дров и лапника, а я занялась костром и ужином. Все молчали, я не лезла, рассеянно помешивая похлебку. Сумерки начали сгущаться, скоро меж деревьев уже ничего не было видно — ночь в такой местности приходит внезапно. Вот эльф с магом вполголоса обсуждают ужин и способы его приготовления, вот развалившийся на одеяле Нирт поднял голову и прислушался. И вот тогда и я почуяла: вокруг медленно разливался легкий флер ландыша и лаванды, окутывал теплым облачком, кружил голову. Сладкое тепло разлилось по телу, заставляя впадать в сонную расслабленность. Тонкий аромат мускуса дразнящей струйкой разогрел кровь, заставляя губы приоткрыться в ожидании… Меж деревьев показалась фигура всадника, в свете костра мелькнуло смуглое лицо с пронзительными зелеными глазами. Большей пакости Тена придумать не смогла бы, даже если б захотела. Она отправила сюда Тенара, своего брата. И моего бывшего любовника.

Нирт одним слитным движением поднялся на ноги, вставая между пришедшим и нами.

— Кто ты и что ты здесь забыл?

— Мое имя Тенар. И я пришел к ней, — кивок в мою сторону.

Активно встряхиваю волосами, стараясь скрыть участившееся от его присутствия дыхание. Да и сердцебиение что-то сильное, аж задыхаюсь. Ощупав шею, почувствовала, как нагрелся оберег. Проклятый инкуб!

— Э-э-э, нечего на меня так смотреть! Я звала не его, а его сестру! — парни уставились на меня так, будто я на ужин пригласила вурдалака.

— Тена не может помочь — она неделю как на перевал ушла. — Поэтому письмо для нее получил я.

Я закашлялась. Шок — это мягко сказано!

Линноэль с минуту смотрел на все это, а потом засмеялся — заразительно, искренне, Венька присоединился, Нирт же только фыркнул и отошел. Сволочи. Ведь все прекрасно поняли! Так, сейчас буду отыгрываться.

— Ты мне не рада? — Он кошачьим шагом подошел почти вплотную.

— Тенар, видишь ли, мне нужна была твоя сестра, чтобы разбавить это сборище, а не усугублять. Так что выбирай — Линноэль, Вениамин или Нирт — я приглашающим жестом обвела поляну.

Те аж вздрогнули, сам Тенар так побледнел, прямо бальзам на душу.

— Ладно, мальчики, оставляю вас познакомиться поближе, — улыбнуться позлораднее и бегом в кусты, ну вот — мало того, что от хохота не удержалась, так мне еще на орехи прилетит.

— Ах, ты! — донеслось с поляны, и послышался хруст веток под ногами.

Запутать след — просто, даже эльф и маг не найдут, Тенар увяжется с ними, потому как следопыт из него никакой. Останется Нирт. Вот тут трудная задача — он ориентируется по запаху, не по следам. Значит, стоит отбежать подальше, бросим тут куртку (благо запаха в ней за все время пути накопилось много), надеюсь, мне ее вернут. И обратно на поляну — надо котелок еще снять с огня, а то без ужина останемся.

Я успела разложить хлеб и зелень, достать мех с вином, когда из кустов вылез Нирт. С моей курткой в руках.

— Все успокоились? — кивок.

— Садись, сейчас все придут, поедим.

Так же молча протянул мне куртку, стараясь от меня стоять подальше.

— Что-то не так? Я плохо пахну? — осмотрела куртку, все вроде нормально.

Нирт усиленно помотал головой, опускаясь на одеяло, я кинулась было к нему, но была остановлена резким взмахом руки.

— Не подходи! — ого как хрипит.

И только тут я увидела, как он зажимает небольшую ранку на бедре. Блин, ну как дети, ей-богу! Так, где у меня мешок с зельями, дел на пять минут а воплей будет на полчаса.

— Ложись, — побольше твердости в голос. — Обработаю.

Нирт нехотя разогнулся. Рана небольшая, но судя по налету, в нее попала пыльца ракитника, слегка ядовитая и в больших дозах вызывающая сны наяву.

— И где ты это добыл? Там же чисто было!

— На куртке устроился поспать какой-то зверек. А потом этот ракитник… — он застонал.

— Похоже у тебя совсем ненормальная реакция на эту гадость! Ну-ка выпей — послушно отхлебнул и улегся. — Сейчас поешь и спи, вина выпей побольше. К утру все выветрится.

— Спасибо, доктор, — он еще улыбаться пытается!

Поплутав, к костру вернулись парни и с видом голодных волков накинулись на еду. Нирт спал, вроде даже спокойно. Поели молча, расползлись по одеялам, и я провалилась в сон. Проснулась от шорохов — Нирт держал кинжал у горла Тенара, и топтались эти слоны чуть ли не у меня на голове.

— И что тебе не спится? — прошипел Нирт. Меня аж дрожь пробила.

В свете догорающего костра выглядел он худо — бледный, глаза лихорадочно блестят. Значит, отходит яд, раз его так трясет. Согреться только нужно.

— Иди спать Тенар, — громко заявляю я и (что ж я делаю-то?!) откидываю одеяло. — А ты иди сюда.

Долго уговаривать не пришлось, пока Тенар возился под своим одеялом, я подкинула в костер дров побольше и легла к Нирту, обняв его спину. Не одеяло, конечно, но тоже тепло. Его колотило. Пришлось прижаться всем телом и попытаться направить ему тепло, через какое-то время он затих, и я опять уснула.

Утро наступило неожиданно. Такая мягкая и теплая подушка попыталась из-под меня сбежать. Подтянув ее обратно, я уютно уткнулась… в грудь Нирту. За ночь он пришел в себя, и уже я в поисках тепла заползла на него практически сверху, придавив далеко не маленькой тушкой, меня с энтузиазмом обняли пониже спины.

— Мрмм? — я приоткрыла один глаз и потянулась, ничуть не заботясь о его неудобстве. — Ты как?

— Если ты меня отпустишь, и я смогу встать — совсем замечательно, — он улыбнулся.

Пришлось отпустить. Эльф с Венькой вовсю кашеварили, хмурый Тенар подкидывал в костер мелкие веточки.

— Вень, у тебя настой от аллергии остался?

— Ага, а что?

— Дай, пожалуйста, я вчера ракитником траванулась.

— Опять? Ты же знаешь, что эта гадость на тебя плохо влияет!

— Нирту налей, я и ему, похоже, пыльцы натрясла.

— Лин, проверь ее одежду, пожалуйста — ведь эльфы к ракитнику невосприимчивы? — Венька полез в сумку.

— Да уж, хоть в чем-то везет.

Проклятая пыльца оказалась не только на куртке, в конце концов, с меня содрали все, кроме рубашки, к вящей радости Тенара. Сидеть в одеяле, не имея возможности даже встать — чтобы не вызвать новую бурю смеха, не самое приятное занятие. Зато какой простор для подколов!

— Лин, скажи, а от этой гадости противоядие есть? Мне на будущее пригодится.

— Нету, — ехидно ответил тот. — Ракитник вообще трудно перебороть, даже зельем.

— И долго мне так сидеть? Ждете, пока меня обглодают комары?

— Скажи спасибо, что никто покрупнее не зарится. — Венька кинул в меня склянкой с зельем. — Намажься, страдалица.

— Да тут крупнее вас не найдешь никого, комары и то приятней — скривилась я и принялась натирать ноги. Их естественно пришлось из-под одеяла вытащить, и парни стали чересчур уж спешить — кто за дровами, кто дичи поискать. Все меня бросили. Даже Линноэль. Обидно. Тенар вернулся первым и воровато оглядевшись, подсел поближе.

— Как ты себя чувствуешь? Может помочь чем? — тихий ласкающий голос пробрал до костей.

— Нормально.

— Рина, скажи, ты действительно совсем не рада меня видеть? — проникновенно начал он, заглядывая мне в глаза.

— Рада, но не так как тебе бы хотелось.

— Я бы очень хотел все вернуть, чтобы мы по-прежнему были вместе…

— Тенар, ты грел мне постель, — какие вместе?! И это было очень давно! Успокойся и забудь!

— Рина, ты не понимаешь — меня никогда не бросали! Когда ты ушла, я не мог себе места найти, я влюбился! Понимаешь — в тебя влюбился! — он вскочил и резким движением пригладил волосы. — Это трудно объяснить, такие как мы никогда не встречают крепких привязанностей, но ты…

— Боги! Так тебя задело, что я ушла? А что, надо было скандал устроить, со слезами, как положено? Не дури, Тенар. Я же чую каждое твое слово — вот сейчас в тебе играет гордость, тебя отшили. И обида, а еще спортивный интерес к кому-то из парней. Ни капли любви я тут не вижу. Кроме того — открою тебе маленький секрет — место уже занято.

Резко в ноздри ударил запах Нирта, смешанный с кровью, — он вынырнул из-за кустов со связкой кроликов и парой птиц. Тенар решил не продолжать спектакль, тем более что лишние зрители ему были не нужны. Нирт же не сводил глаз с него, настороженно наблюдал, как я завернула ноги обратно в одеяло и попыталась свернуться калачиком.

— Замерзла? — заботливо накинул сверху свое одеяло и занялся добычей.

— А ты?

— Не беспокойся, я привычный.

— Я верну вечером, — пообещала я, хотя с большим удовольствием заполучила бы в его лице и прочем теле теплую подушку.

Эльф и маг осторожно продирались (ага, как слоны — невидимки!) сквозь кустарник, но, услышав голоса, рискнули высунуться.

— Лин, может, ты мне хотя б штаны вернешь? А то так и будете все время в кустах сидеть как матроны у невесты? — эльф расхохотался и запустил в меня штанами. Следом полетела остальная одежда.

— Кстати, Рин, меня мучит любопытство — кто же это так тебе по душе пришелся? — Тенар метнул настороженный взгляд на Линноэля.

— Не понял? Мы что так много прослушали…э-э-э… пропустили? — Венька встрепенулся.

— Забей, это нашего Тенара зависть мучает, — я хихикнула. — Он до сих пор считает эльфов исключительными и обворожительными созданиями, и не верит, что в тебя можно влюбиться.

На их лица приятно было смотреть — обалдевшие, удивленные, ошарашенные — нужное подчеркнуть. Не выдержав первым, заржал Лин, потом и до остальных дошло. Я скромно доедала выдранное с боем у эльфа мясо. Не его, кролика. Хотя жаренную эльфятинку я бы тоже попробовала. Особенно после того, как этот остроухий поросенок отобрал у меня последнее запасенное яблоко.

— Значит так, утром нам нужно выехать. Рин? — Венька деловито стряхнул крошки с куртки.

— Если ночью не замерзну, утром разогнусь.

— Тенар, тебе я настоятельно советую вернуться домой. Вокруг и так неспокойно, да еще с этой горы лезет всякая пакость. — Маг осмотрелся в поисках своей сумки с зельями.

— Пожалуй, я так и поступлю, тем более что здесь я не нужен, — какой же у него вид несчастный, так и хочется добить!

— Рин, тебе согревающего дать?

— При условии, что этим согревающим будет Нирт, — он тут единственный кто ко мне не лезет со всякой ерундой, — фыркнула я.

— Я, между прочим, исключительно с лечебными целями — так проще снять с тебя чары, — обиделся Лин.

— Чары? — Тенар и Нирт хором. Редкое, блин, единодушие! Сейчас начнется!

И началось: Венька с эльфом обстоятельно и подробно описывали все, будто сами рядом стояли. На десять раз осмотрели и обнюхали оберег. Инкуб и Нирт кивали головами, хмурились и вообще изображали знатоков. А потом Тенара осенило:

— Риена, он к тебе вообще прикасался?

— Ну, оберег отдал, руку поцеловал…

— Дорогая, да тебя банально приворожили! — он рассмеялся. — А я-то, дурак, гадал, чего это ты на мою сеть не реагируешь!

— Чего?! Ты на меня эту гадость повесить хотел? Да я тебя сейчас так располосую — не соберешь! — и откуда столько злости во мне? Не удержи меня Нирт, убила бы.

— Грешен, каюсь, — примирительно улыбнулся он. — Когда почувствовал рядом мужчину, не смог удержаться.

— Так что с приворотом? — встрял эльф.

— А приворот хитрый, и именно чарами, на крови замешанными…

Опять кровь! Что-то мне везет последнее время! Точно, найду гада — хоть его убью!

— Только такие чары не на любовь делают, а на подчинение — чтоб жертва сама пришла к заклинателю, и сделала по доброй воле все, что тот скажет. Чем дольше эта гадость висит, тем сильнее подчинение.

— То есть этот гад, похоже, сейчас там, где надо, — проскрежетал зубами Нирт.

— С его смертью чары испарятся, — кивнул на невысказанный вопрос Тенар. — Но можно просто перенаправить ее на другого… другой объект. Я…

— Ты завтра с рассветом исчезнешь, чтоб я тебя не видел! — рыкнул Линноэль. — И даже целым и невредимым. Я сегодня добрый.

— Тогда берегите ее. Особенно чем ближе будете подъезжать к цели, — хмыкнул инкуб и, укрывшись одеялом с головой, пробормотал — Спокойной ночи.

— Может дозор выставить? — Венька с сомнением посмотрел на брата.

— Есть способ лучше, — Нирт взял моток веревки и обвязал меня каким-то хитрым способом, а второй конец намотал на руку. — Так надежней.

— А меня кто-нибудь спросил?

— Нет! — чего-то они сегодня слишком единодушны. Ну и ладно, я вот высплюсь, а завтра им устрою.

Под одеялом было холодно и одиноко. Я стойко ждала, пока все уснут, и высунулась из-под одеяла. Нирт спокойно сидел у костра, вычерчивая палочкой одному ему понятные знаки.

— Мне холодно, — ох и громкий шепот получился.

Он поднял голову и усмехнулся.

— Ты уверена?

— Д-да, — отстучала я зубами.

Наконец-то мне тепло и хорошо! Все-таки Нирт замечательный, не забыть бы ему утром об этом сказать… Только, судя по довольному хмыканью и его руке у меня на… спине, он это и так знает.

Не хочу просыпаться! В нос настойчиво лезет неприятный запах, хочется чихнуть, но тут нос утыкается во что-то вкусно пахнущее и теплое. Умм, мое…

— Милая, мне очень льстит такое отношение, но следующий раз, когда ты меня позовешь, я не смогу сдержаться, — спокойный голос без единой насмешки пробрал до костей. Я мгновенно вспомнила, где я и чью шею обнимаю.

— Ох, прости Нирт, приснилось просто, — я стараюсь выглядеть невозмутимо, сползаю с него.

— Похоже, это входит у нее в привычку, — заметил Лин. — Рина, ты уже второй раз пыталась взбить его как подушку, и у бедняги все ребра в синяках!

— Значит, следующий раз греть меня будешь сам! Можешь у Веньки спросить, что будет, если я замерзну!

Тот страдальчески воздел глаза к небу. Да уж, ему не раз доставалось за то, что мы не успевали заночевать на нормальном постоялом дворе. Потому как к утру мое тело отказывалось слушаться, тряска в седле тоже не улучшала настроения, в итоге все эмоции шквалом выплескивались на окружающих. А что? Нормально женское поведение. И у меня тоже есть свои слабости!

Потягиваясь и зевая, я неспешно занялась своими сумками, все равно от меня толку не будет. А завтрак мужчины и сами сделают, тем более что до городка осталось всего — ничего. Мысль о чистой постели согрела душу и пробудила желание похулиганить, пришлось утаптывать ее обратно в глубину души — спутники мои счастливыми не выглядели, а нарываться не хотелось.

Тенар свалил первым: ехидно подмигнув Линноэлю, вскочил верхом и исчез среди деревьев. Честно говоря, мне стало гораздо легче, когда он ушел. Мне в этой компании только инкуба не хватало для полного счастья. Ребята и так в постоянном напряжении. Приедем в город — отправлю их по известному адресу. В бордель. Да и мне не помешает кое-куда заглянуть, пора выяснить, что творится на этой земле, раз эксперименты магии крови оптом и в розницу пытаются нас съесть.

— Эй, Лин, где ты копаешься? — Венька запихнул котелок в сумку и заорал еще громче, явно подначивая приятеля, — Остроухий, вылезай, дам тебе я… по ушам!

Линноэль выметнулся из кустов с криком дикаря, увидевшего убегающий ужин. Скрутив мага, он уселся сверху, довольно потирая руки.

— Моли о пощаде смертный! Твое оскорбление я смою твоей кровью!

— А при чем тут тогда пощада? — Лениво поинтересовался Нирт.

— Ну должен же быть у человека выбор? — как-то философски заметил эльф.

Ндя. А он, оказывается, благородный. А как умело изображал нормального!

— Ну что, мы двигаемся, или вы и дальше будете изображать спасение прекрасного принца от чудовищного монстра? — Я взгромоздилась верхом.

— Я бы предпочел, чтобы эта светлоэльфийская монстра с меня слезла, — прохрипел принц Венька.

— Ах так!? — Лин взлетел в седло, — Тогда я вообще требую защитить меня как вымирающий вид нечисти! А то этот варвар своими речами доведет меня до истерики, — эльф закатил глаза и приложил руку к сердцу, страдая.

Мне было лень прислушиваться к перебранке ребят, почему-то чувствовала себя не выспавшейся и уставшей. Кошмары меня не беспокоили, так в чем же дело?

Дорога изматывала, сливаясь в один однообразный пейзаж: камни, деревья и снова камни. Так хотелось остановиться и прилечь под деревцем, закрыть глаза и уснуть. Солнышко припекало, воздух был не по-осеннему теплый, и мне казалось все вокруг сильно знакомым, каждая травинка, каждый изгиб дороги, каждая ямка. Возможно, я здесь бывала, но никогда не замечала за собой тяги к любованию пейзажем.

Я искрутилась в седле, пока отрыла в сумке тонкую стопочку бумаги, исписанную мелким ровным почерком. Прощальный подарок друга. Почему-то я таскала эти листочки, не решаясь выбрасывать — тонкая ниточка прошлого, держащая меня по эту сторону разума крепче любой цепи.

Моя сила — в твоей крови.

Моя жизнь — дорога и небо.

И если придется, меня позови,

Я приду — где бы ты не был.

Воля и ветер, небо и пламя

В душу вплавлялись не мной.

И только кровь властна над нами,

Лишь кровь… И никто иной.

Ни Боги, ни люди не в праве судить, -

Им не узнать огня.

И если в бою нужно спину прикрыть —

Ты лишь позови меня.

Я знаю, что ты всегда со мной. Даже после смерти, ты хранишь меня на этой дороге. И тьма, заполнившая твой разум, больше никогда не коснется его. Спасибо, брат мой. Спасибо, Витт.

Нирт выхватил листок из моих рук, пробежал расширившимися от удивления глазами по строчкам, сжал кулаки и резко выдохнул.

— Что это? — прорычал он, сверкая на меня потемневшими от гнева глазами.

— Верни. Это мое. — Хриплый свистящий шепот. Это мой голос?

— Я спрашиваю — откуда это взялось?!

— Это подарок. Из Карриена. — я устало потерла глаза. — Отдай. Пожалуйста.

Листки легко скользнули в мою протянутую ладонь. Даже не извинился. Я на него обиделась. Линноэль наперегонки с Венькой унеслись далеко вперед, туда, где сквозь осеннюю золотую дымку виднелись каменные стены городка торговцев, Перевала.

Я молча следовала за своими товарищами, просто заблудившись в собственных мыслях и воспоминаниях. И неважно, что эльфу пришлось меня стягивать с седла и волоком вести в комнату на постоялом дворе, что Венька смотрит на меня, со страхом ожидая обморока или чего похуже. Пришла в себя, только улегшись на кровать и подтянув колени к груди. Было так уютно и тихо, хотелось прикрыть глаза и уснуть.

Но мне, как всегда не дали жить спокойно. В комнату ввалились парни, стуча кружками и булькая вином.

— Ну-ка, красавица, поднимайся на ножки, — Венька рывком поднял меня с кровати.

— Нужно срочно что-то делать, иначе она точно свалится, — эльф растерянно растопырил уши.

И тут нахлынуло. Темные грозовые тучи стягивались к вершине, цепляясь краями за острые пики скалы, по безжизненному склону тянулся черный ручей разлагающейся плоти. Присмотревшись, я содрогнулась — десятки упырей, вампиров и просто мертвяков ползли вперед, гонимые голодом и чьей-то волей вниз, к подножию, где виднелись пестрые шатры лагеря. Снующие внизу люди не замечали тьмы, сползающей на них с неотвратимостью шторма. И откуда-то из глубин проклятой скалы я слышала голос, властно раздающий приказы. ОН заметил меня и ворвался в уши глубоким проникновенным шепотом: "Иди, иди сюда… Иди ко мне…" и нет сил устоять, нет сил противиться этому мягкому чарующему голосу…

— РИЕНА! — рык Нирта невозможно спутать ни с чем.

Я открыла глаза и попыталась пошевелиться. Не тут-то было. Меня крепко держали, обхватив сзади и крепко прижав к груди руки. Слабость навалилась с новой силой, ноги подкосились.

— Боги! Да свяжите уже ее! — простонал Лин, держась за лицо.

Похоже, ему досталось.

— Нормально. Я уже тут. — Мой хрип произвел эффект камнепада.

— Ты уверена? Отпустить уже можно? — осведомился Нирт, щекоча дыханьем мою шею.

Жар, прокатившийся по телу, вернул мне силы и голос.

— Да. Вень, нужно что-то делать. Я его видела.

— Кого? — Хороший хор из них выйдет.

— Того самого урода, до которого мне очень хочется добраться когтями! Это он напускает нежить с горы. И если мы не поторопимся, там погибнет ОЧЕНЬ много народу.

— Лин, смотайся на рынок, прикупи ей одежду покрепче. Нам еще нужно запас зелий проверить и оружия. — Венька деловито цапнул кувшин с вином и кружку.

— Там все мертвое, ребята. Все, даже природа.

— Я пошел, — эльф, все еще держась за челюсть, выскользнул за дверь.

Забрав вино, я торопливо пересказала увиденное.

— Мы сегодня же выезжаем туда. Только боюсь, не успеем.

— У меня есть кое-что, напоим лошадей, на один переход хватит — потом от них толку вообще не будет. Дня два, — честно предупредил маг.

— Мне все равно. Веня, ты говорил, что нашел какое-то заклятье? Давай опробуем?

— Рина, ты уверена? — Нирт заглянул в мои глаза. Тревожится.

— Хуже все равно не будет, — я пожала плечами и одним глотком допила вино.

— Значит так, я читаю заклинание, по сигналу, капнете в вино каплю крови. Когда позову по имени — скажите да.

— Понятно.

Он встал, набулькал вина и певучим речитативом начал зачитывать заклинание. Я встала и протянула руку Нирту, ища поддержки. Он сжал мою лапку и улыбнулся. Что-то в этом обряде было странное, от чего колотилось сердце, и запахи становились резче и острее. А может, мне просто пригрезилось, от страха.

Меня требовательно тряхнули. Нирт кивком указал на кружку, где в красном тягучем вине расплывалась темная капля. Моя очередь.

— Нирт? — Вениамин ожег парня горящими странным светом глазами, и, дождавшись согласия, обернулся ко мне.

— Да.

Он снова зачитал какие-то слова. Дверь тихонько открылась, внутрь просочился Линноэль, таща на себе сумки. С минуту он тупо смотрел на нашу компанию, вслушиваясь в слова заклинания. Глаза его расширились от удивления, брови вспорхнули к волосам, эльф побледнел. Венька тем временем сунул нам кружку, заставив выпить вино, что — то крикнул в потолок и замолк.

— Ну что? Сработало? — он тревожно смотрел на меня.

Я послушно прислушалась к себе. Все почти как всегда, чуть острее стало ощущаться присутствие Нирта, его запах. И все. Горло ожгло, что-то резко рвануло меня вниз за шею… Я смотрела, как медленно оседает на пол пепел сгоревшего оберега. И тут Лин решил подать голос:

— Народ, а откуда вы знаете ритуал малой эльфийской свадьбы?

— Че-е-его?!!

— Что?

Венька проверил свою книгу, посмотрел на своего остроухого приятеля, и эти обормоты заржали в голос, падая на кровать и размазывая выступившие от смеха слезы. Мы с Ниртом стояли над ними двумя памятниками идиотизму.

— Поздравляю! — выдавил Венька, сползая на пол. — Я не знал!

Хотелось удавить обоих. Ярость накатывала волнами, перехватывая горло. Венька схалтурил, но злило меня выражение лица Нирта — довольное и какое-то сытое, что ли.

— Я, конечно, все понимаю, но как же цветы, серенады и все такое? — Линноэль подмигнул магу.

— А если серьезно? Чем нам это грозит? — я рывком подняла за шиворот этого золотоволосого свиненка.

— Ну, если не считать, что клятвы практически нерасторжимы, и семейная жизнь вам предстоит веселая, то ничем, — выдохнул тот, предусмотрительно отползая к двери.

Когда эти клоуны с хохотом скрылись за дверью, я, наконец, решилась посмотреть на новоиспеченного мужа. Нирт спокойно стоял у двери, перекрывая путь к бегству.

— И что ты по этому поводу думаешь? — Боги, почему он так спокоен?

— Не знаю. Подумаю, когда все кончится.

— Я все равно хотел сделать нечто подобное.

— Что?!

— Я хотел надеть тебе брачные браслеты, — пояснил он с убийственной откровенностью.

— Вы с Венькой выбрали оригинальное решение проблемы.

— О твоем обереге я тогда думал в последнюю очередь. — Он подошел вплотную, так что мне пришлось сильно задрать голову, чтобы видеть его глаза. — Пора бы понять, что я тебя не отпущу, Риена.

— Пора бы понять, что я все решаю сама! — злость отозвалась болью у меня в животе.

Нирт со стоном согнулся, держась за живот.

— Что? Что с тобой?

— А ты не знаешь?

— Да я понятия не имею, что с тобой происходит! — Я вцепилась в него, помогая встать и добраться до кровати.

— Это твоя власть, дорогая. Твоя сила.

— Чего-о-о?!

— Милая моя, — он погладил меня по щеке, — Ты единственная в своем роде. Твой запах сводит с ума, заставляет кипеть кровь. Твой зов невозможно заглушить. Ты можешь пожелать, чтобы я умер — и это станет для меня высшим счастьем. Ты создана для этого.

— Хочешь сказать, что меня сделали Охотником на Зверей?

— И не только. — Нирт отвернулся, расслабленно вытянувшись и тяжело дыша. — Ты даже представить не можешь, как трудно быть рядом с тобой.

— Ты… это происходит против твоей воли?

— Поначалу да. Но не сейчас.

Я осторожно тронула его за плечо, но парень, похоже, уснул. Спустившись вниз, я застала неразлучную парочку за распитием вина. Их веселье казалось мне кощунственным, — ведь наверху лежал человек, которому очень больно. Их друг и брат. Мой "муж".

— Ну что, новобрачная, раз ты сидишь здесь, а Нирта нет — значит, первая семейная ссора состоялась? — Венька хихикнул.

— Нет. Просто поговорили.

— Знаешь, Рин, если тебя это утешит — у эльфов союз считается заключенным, если Боги одобрили пару. Обычно, они не ошибаются. И в вашем случае это был просто вопрос времени, — я удивленно вскинула глаза на Линноэля.

— Ну мы же тоже не слепые, — хмыкнул маг.

— Спасибо, ребят.

— Мы тут к прорицателю сходили.

— И?

— Тьма придет с севера и принесет смерть. Кровь же откроет дверь свету за две луны. И придет Зверь, — замогильным шепотом вещал Венька.

— Ничего не поняла, ну и ладно, — я поднялась. — Я отсыпаться, а вы как хотите.

Нирта в моей комнате не было, и я устало заползла под одеяло. Мне казалось, что мир сошел с ума и Боги в первую очередь, раз свели нас вместе. Однако врать себе смысла не было — мне нравился Нирт, его спокойная уверенность, его мягкий голос. И сейчас мне отчаянно хотелось увидеть его, чтобы меня, как раньше, обнимало его тепло. Откуда-то со стороны пришло удивление, я услышала легкий шорох шагов и тихий вздох за спиной.

— Ты хоть немного понимаешь, что со мной делаешь? Я ведь едва контролирую себя.

А что я? У меня уже давно не было мужчины, а тут полнолуние, нервы и все такое… В конце концов, я его не заставляю! Если он против — пусть катится. Похоже, он почувствовал мои мысли, потому что молча скользнул под одеяло.

— Сама виновата, — донеслось сзади, и крепкие руки развернули меня.

Я не стала ждать, пока он проявит инициативу и впилась в его губы, отдавая весь огонь, что бушевал сейчас в моей крови разъяренным вихрем, голова закружилась. Я потянулась, стягивая с него рубашку и… с диким грохотом хлопнула дверь моей комнаты…

— Ри… Ой! — донеслось с порога. — Извините, конечно, но вам лучше поторопиться вниз, там гонец прибыл. По твою душу Рин.

Ну Венька, ну… Слов нет, одни ругательства. Талант у него что ли, не вовремя лезть?! И… Что он там про гонца сказал?

— Похоже, нам не везет, милая, — хрипло отозвался Нирт, со стоном сползая с моей кровати. — Если не передумаешь, позови.

И усмехнулся. У-у-у, до чего же он самоуверенный тип! Все, я злая, я очень злая! Берегитесь все! В зале меня ждали мои друзья и какой-то взлохмаченный измочаленный мужик в кольчуге. Если б его прожевал и выплюнул дракон — и то лучше б выглядел.

— Ну? — рыкнула я. — Надеюсь, меня не зря разбудили?! Иначе я кого-то покалечу!

— Госпожа, наш провидец велел срочно искать в городе женщину — Охотника. Он сказал, вы сами в курсе, что куда и почему, — оправдывался стражник.

— Готовьте лошадей, мы выезжаем немедленно! — я рванула наверх за вещами.

Глава 5

Перевал

Небо — мольбы не ждет

Небо — угроз не слышит

Небо — ведет особый счет

Небо — мольбы не ждет

Небо — угроз не слышит

Небо — само тебя найдет

Группа Ария "Небо тебя найдет"

Ветер хлестал в лицо плетью, срывая дыхание и заставляя ловить ртом воздух. Щеки горели, и совсем не от ветра. Эта чертова гора казалась мне дверью в Бездну, из-за которой нас внимательно рассматривает кто-то очень злой и голодный. Я гнала лошадь, не жалея, торопясь изо всех сил опередить ту черную реку, что видела в своем сне. Или видении? Сейчас даже это было уже не важно. Там, в лагере у подножия, оставались люди, и мне не хотелось опоздать хоть на секунду. Дорога черным покрывалом бросалась под копыта.

Уже виднелись редкие огни костров на фоне темной громады скал, редкие деревья расступились окончательно и мы вылетели призраками на посты лагеря.

— Кто такие? — рявкнули из темноты.

— Охотники, — зло отозвался Лин. — У подножия посты есть?

— Да как не быть, — отозвались от другого костра, — оттуда же все время что-нить лезет. Так что и ваши там и наши.

Я осмотрелась. Темные купола палаток, тлеющие костры, где-то слышны голоса. Все тихо и спокойно. Ни звона оружия, ни запахов нежити.

— Вень, если этот провидец соврал, я его заставлю город языком до блеска вылизать.

Нирт спешился и помог мне сползти с лошади — от скачки вся филейная часть превратилась в отбивную.

— Где внешний дозор? — Он развернулся к стражникам, завернутым до бровей в плащи. Только запахом и отличила — по степени опьянения.

— Так это, тама, — махнул рукой один.

— Веди, — приказал Лин, доставая лук.

Блуждая по синусоиде следом за пьяным стражем в темноту подножия, я всматривалась во мрак, ловя малейший намек на движение. Ночь насмешливо швыряла в лицо запахи людского и конского пота, костров и вина. В темноте, за палатками, смутно чувствовались люди. Трезвые. И опасные.

— Сюда. — Венька обернулся к стражнику, — Свободен.

— И кого там нелегкая принесла? — донеслось до меня ворчание из кустов.

— Это я, Рыжий, — Нирт выдвинулся вперед. — Мы по делу.

Навстречу выдвинулся огромный рыжебородый дядька в кольчуге и с таким мечом на поясе, что меня бы им запросто придавило.

— Что, старик, не усидел в своей засаде? — ухмыльнулся рыжий, стискивая парня в объятьях.

— Я не просто так приехал. Гайдн, сегодня тут будет очень жарко. В Перевале провидец истерит.

— Да-а-а? Худо. А эти — твои что ли?

Мы не удостоились даже взгляда. Если я хоть что-то понимаю — это тот самый Гайдн Огнебородый. Не люблю заносчивых охотников.

— Нет. Ее, — кивок в мою сторону.

— Этой пигалицы? — искренне удивление в голосе заставило меня закипеть больше, чем оскорбление.

— Уважаемый, — с угрозой выдвинулся из-за моей спины эльф.

— Не надо Лин. Если господин Гайдн позволяет себе подобное поведение, то это не значит, что мы опустимся до его уровня! — я фыркнула. — Нирт, если мы хотим успеть, то идем, скоро вся нежить с этой горы полезет в лагерь. И мне не хочется потом пробираться сквозь их трупы.

Гордо и спокойно иду в темноту — благо глаза различают едва заметную на склоне тропку. Венька и эльф топают сзади как привязанные, а мой новоиспеченный муженек сам догонит если захочет.

— Ну и характер, — донеслось сзади. — Это кто?

— Моя жена.

Гайдн закашлялся в полном офигении (надеюсь).

— И когда успел?

— Вчера. Слушай, Рыжий, приготовь людей, через пару часов с этой горы действительно полезет такое, что помоги нам Боги.

— Тогда зачем ты туда лезешь?

— У меня нет выбора.

Ндя… В хорошем слухе есть свои плюсы. Оказывается Нирту этот поход не по душе. Ну и валил бы. Я же его не тащу… Э-э-э… Я присмотрелась к себе и охнула — мои расхристанные эмоции, наверное, можно было увидеть невооруженным глазом, они облаком окутывали и меня и моих спутников, пришлось срочно брать себя в руки. Облачко пропало. Значит, контролировать себя я еще в состоянии. И то хлеб.

Тропа то сужалась, то становилась шире, выходя на небольшие площадки. Наверху не было слышно ни звука, видимо у пещеры нас не заметили. Острые камни врезались в подошвы, плечи уже болели от напряжения, когда за поворотом показался темный провал прохода.

— Вень, если что-то пойдет не так — вы с Лином должны обрушить вход и предупредить внизу. — Шепнул Нирт. Мысли мои опять читает?

Маг кивнул. И куда девались смешливые озорные мальчишки? Эльф вон тоже с серьезной миной на лице ползет по этой чертовой тропе как одержимый. Герои, блин. Как бы всех троих спровадить отсюда? А то они мне тут нагероят — всю жизнь разгребать придется.

В пещеру вошли почти ползком, причем меня, несмотря на возмущенное сопение и пламенные взгляды (не все видят в темноте), твердо задвинули в конец группы. Гады злые. За узким горлом входа замерцало неверное пламя факелов в небольшом зале — преддверии. Парни осмотрелись и решительно двинули дальше — где свет казался ярче, и тени плясали на стене. Я, мысленно матерясь, двинула следом. Там, в большом, явно рукотворном зале, освещенном сотнями факелов, стоял плоский камень, по форме сильно смахивающий на кривой стол. Что-то он мне напоминает, но что?

И в следующую секунду меня сотряс удар такой силы, что, впечатавшись спиной в стену и ощутив каждую ее неровность, я просто перестала дышать. Когда же очухалась, встряхнула головой и прогнала с глаз проклятые искры, то ощутила что прижата к стене каким-то пакостным заклинаньем, которое не могу порвать. И зачем я собралась проверить, как там мои товарищи — повернула голову вбок и… Глупо, по-женски заорала, встретившись нос к носу с такой противной харей, что чуть в обморок не упала — склизкий, без единого волоса череп, буро-зеленая кожа, светящиеся желтые глаза и впечатляющий набор клыков в раззявленной пасти. Кошмар! Я закрыла глаза и обреченно обвисла в тисках заклятья.

— Кошмар! Неужели все женщины одинаковы? — в наступившей тишине этот голос прозвучал как взрыв. — Я разочарован.

— Ты?!? — прорычал откуда-то сбоку Нирт.

— Я, как видишь. Я же обещал, что ты еще встанешь передо мной на колени!

— Не дождешься, падаль!

— Дождусь. Вот очнется эта красавица и дождусь. Я вижу, мой оберег вы уничтожили, — рассмеялся некто, — но я и без него обойдусь.

Я не удержалась и открыла глаза. Прямо перед нами стоял тот самый торговец, что всучил мне тот пакостный оберег в Халладе. Высокий, смуглый, в расшитом серебром черном балахоне, улыбающийся и безумно красивый. Правда, в этот раз меня совсем не тянуло знакомиться поближе.

— Здравствуй, — его голос обволакивал, окутывал теплом и нежностью, ласкал. — Я ждал тебя, дорогая. Иди сюда.

Заклинание, удерживавшее меня, спало, и я нетвердой походкой двинулась к этому ухмыляющемуся засранцу. Его ждет сюрприз!

— Я хочу призвать сюда кое-кого, и мне очень нужно несколько капель твоей крови, милая. Ты ведь поможешь мне? — он пристально вглядывался в мое лицо. И что он там ищет? Бородавку?

— Конечно, — так, побольше обожания в голос и взгляд, и этот выкидыш горбатой гарпии довольно заулыбался.

— Сюда, моя дорогая, — он еще и за руку меня взял! Р-р-р-р!

На камне вырезаны какие-то смутно знакомые символы, огонь факелов бросал неверные тени. Боковым зрением замечаю движение в глубине зала и нервно сглатываю — всюду, куда падал взгляд, были прикованы к стенам существа — кто-то вполне человеческого облика, а кто-то и похуже. Как же меня тошнит!

— Не смей трогать ее! — я слышала, как Нирт дергается под заклятьем, но боялась даже скосить глаза в его сторону.

— Глупец! Я никогда не причиню ей вреда! Ведь иначе все эти милые зверушки станут бесполезными. — Смуглый протянул мне кинжал. — Давай, дорогая, всего несколько капель.

— С радостью! — я лучезарно улыбнулась… и всадила кинжал по самую рукоять прямо в глаз этому уроду.

Чертов маг красиво взмахнул крыльями-рукавами и рухнул на меня, царапая щеку длинными ногтями. Вот жабий выкормыш, еще и лицо попортил! Резко оборачиваюсь, надеясь увидеть своих друзей и с ужасом, будто остановилось время, вижу, как моя кровь с расцарапанной щеки легким касанием ложится на камень. Кажется, я уже говорила, что я дура? Уточняю: я полная идиотка! Алтарь заискрил, потек, символы засветились, над ним загустело темное пламя и разорвалось, засыпав искрами всех вокруг. Существа завозились, загремели цепи. Я в ступоре смотрела, как они отлипают от стен и встряхиваются, потягиваются… Мама! Роди меня обратно!

Сзади спину подперла грудь Нирта, в лицо ударил его запах, и я невольно расслабилась.

— Веня, что это за гадость? — неужели это мой голос?

— Все хорошо, это только обряд подчинения. — Вечно его брат умнее всех!

— Подчинения кого? Их? — эльф подобрался.

— Если вы еще не поняли, это Звери.

Если, встретив Нирта, я вляпалась, то сейчас я просто тонула в весьма ароматной и большой куче. Потому что мои эмоции глубоким туманом покрывали весь зал — по крайней мере, я это так увидела. А в свете заклинанья…

— Откуда нежить-то бралась?

— Здесь портал. — Хрипло ответил полуголый седой мужчина, выступая вперед.

— Веня, бери Лина, кого-нибудь из этих ребят и… — я не успела закончить. То, что было мерзким магом с кинжалом в глазу, завозилось и начало подниматься. Я почувствовала головокруженье и сильный запах нежити. Эта тварь превращалась.

— Лич, — с ужасом просипел Линноэль.

— Все назад! — рявкнул Нирт. Вся разношерстная толпа растеклась по стеночке. Только я столбом застыла, не в силах оторваться от зрелища — не каждый день увидишь рождение лича. Его черная кожа по прочности не уступает драконьей броне. Когти и клыки, скорость, магия ядов, а еще — неукротимая, всепоглощающая ненависть ко всем, в чьих жилах течет горячая кровь. И они превосходно владели магией. К счастью, магия им давалась не сразу.

Сердце забилось набатом, кулаки сжались сами собой. Я впервые почувствовала себя тем, кто я есть — Зверем. Охотником. И потянулась всем телом — от острых ушек до шипованного хвоста, ощущая не силу — мощь. Может, виной всему были мои собратья, может друзья за спиной, но настолько сильной я не была никогда. Позади послышался дружный (я бы сказала хоровой) вздох. А лич поднялся во весь свой рост, сверкая белизной клыков. И мне совсем не понравилось выражение его уродливой — в наростах и складках одноглазой рожи.

— Уходите. Все. Немедленно. — Я не стала ждать протестов Нирта, просто свернув свою силу жгутом и связав его волю.

Едва слышно прошелестели шаги и стихло. Лич ухмыльнулся. Я расправила крылья, вбирая в себя силу, мир стал багровым и нечетким — только силуэт проклятого и бьющаяся в напряжении сила. Вдох. Взмах крыльев, оторванная лапа твари летит на пол. Хвост чертит на его морде рваные полосы. Выдох. Пламя, срывающееся с алтаря бьет в лицо. Что-то острое режет крыло, спина немеет от потока горячей крови. Он словно выпивает все мои силы вместе с жизнью. Мерзко похихикивая, эта тварь от души саданула мне по ребрам. Внутри что-то громко хрустнуло. Ты меня плохо знаешь, тварь! Вдох. Рвануться вверх, прорваться сквозь пламя и боль, вонзить когти прямо в грудь твари, рвануть по последнему глазу, дернуть, располосовать, разорвать… По кускам, по клочьям… его темная туша оседает на скользкий потемневший пол. Выдох.

Оглядываю забросанный ошметками зал. Спину неимоверно жжет. Дышать стало совсем тяжело, похоже ребра он мне поломал-таки. Грудь почему-то тоже болит, хотя я вроде бы крыльями укрылась от огня, а не грудью. Ндя… И что там (в груди) делает этот кривой ножик? А чего это все плывет нехорошо? И почему алтарь наливается багровым светом? Венька бы мне все объяснил. А так приходится торопливо ползти к выходу. Оттуда тоже чем-то неприятно пахнет.

Я не успела. В пещере — таки грохнуло, бухнуло, и меня впечатало лицом в стену, волной и мной проделав дополнительный выход. Выживу — подамся в строители. Если только Нирт мне голову не открутит. Время окончательно остановилось для меня. Вокруг расстилалась серая, залитая лунным светом равнина из тумана и осеннего холодного воздуха. Где-то далеко внизу сиял огнями взбудораженный лагерь Охотников, на склоне замерли сгустки теплой и такой родной тьмы. Венька, Лин, Нирт. Слезы обожгли лицо, боль стала просто невыносимой. Как же я теперь без них? Без него?…

А полная, сияющая серебром луна спокойно взирала на меня из черноты, затапливая светом, вымывая своим холодом остатки чувств и воспоминаний из потрепанной души. Похоже, мой путь закончится здесь. Жаль, мне было там, внизу, интересно. Как же я замерзла!

— Остановись.

Недоуменно кручу головой, пытаясь сквозь боль и холод рассмотреть говорящую. Голос, без сомнения женский. Уверенный и спокойный, но холодный. Но какой еще дуре, кроме меня, могло приспичить подохнуть тут?

— Риена, сейчас не время думать о глупостях, — оборвал мои мысли тот же голос.

— А по-моему самое время, — прохрипела я, давясь собственной кровью. Откуда столько? Я ж не полк вампиров!

— Твои друзья погибнут там.

Боль хлестнула по нервам, я попыталась повернуться, бросить хотя бы взгляд, как-то предупредить — бесполезно. Тело не слушалось, я не смогла даже двинуться, но пока еще могла говорить.

— Я бы помогла, но сейчас самую малость не в форме. — Смешно до слез.

— Я хочу предложить тебе сделку.

— Кто ты и что ты можешь предложить? Вечная молодость мне ни к чему, а вечная жизнь мне не светит, — это карканье — мой смех? Ужас!

— Я хочу предложить тебе их жизни. Всех, кто сейчас внизу. И многих еще. Тварей из портала успело выйти много. И если их не остановить, будет большая беда.

— Кто ты?

— Ты сможешь помочь им, ты будешь жива и здорова.

— КТО ТЫ?

— Подними глаза, Ррриеналь.

Там наверху, надо мной в лунном свете стояла женщина. Длинные белые одежды, темные волосы, совершенные черты человеческого лица, и сияние — от одежд, волос, от тела. Такими идеальными могут быть только иллюзии.

— Не угадала, — улыбнулась она. — Вы, люди, называете нас богами.

Обалдеть! Ждала старушку с косой, а тут богиня, да еще и с подарками! Стоп, она сказала — я смогу спасти друзей?!?

— Ты сказала — все останутся живы?

— Да.

— И какова цена? Моя душа?

— Нет, конечно, — ее смех льдинками посыпался мне в глаза, заставив зажмурится. — Тебе придется всего лишь взять на себя кое-какие обязанности в мире смертных.

— А поточнее?

— Тебе придется пройти через их безумие, иначе разум не вернется к ним. Ты прочувствуешь боль каждого Зверя, его ужас, его страх, его ненависть.

— Я готова.

— Подожди. Я не закончила. Тебе придется принять их поклонение — без ропота и протестов. Тебе придется нести за них ответственность. За них и других. Согласишься?

Это все? Малая цена за три десятка жизней братьев по крови. Просто ничтожная.

— Я согласна.

— Что ж Ррриеналь, теперь это бремя — твое…

Лунный холод закружил меня, в уши ударил рев и вой отчаянья — я знала эти голоса, особенно один из них. Сквозь серебряный вихрь стали различимы очертания горы, темного пятна сползающей к подножию нежити. Там, полукольцом горели яркие огоньки их сердец. Три десятка моих братьев, беснующихся в агонии. Да уж, если они почувствовали мою смерть… А уж как я-то ее почувствовала! Пора привести все в порядок, у меня слишком мало времени. Вдох. Тело покрывает серебряная чешуя, крылья радостно ловят ветер. Странно, раньше я была просто серой. И меч. В моей лапе сияет светом мой родной привычный меч. Сияние… да, похоже, подгадила мне богиня, и по-крупному… Пора. Выдох…

Его гнало вперед, несмотря на все попытки остановиться. В окружающем сумраке каменистая тропа, освещенная луной, казалась преддверием ада — то тут, то там корчились от боли люди и крылатые демоны. Он метался, с рычанием бросался назад, полз, вспахивая когтями землю, но эта воля вновь отбрасывала его назад. И рядом с ним так же бились в сетях силы другие. Даже эльф и маг не могли сопротивляться ей. Сердце отчаянно колотилось, мышцы выкручивало судорогой, кровь кипела в жилах. И там, наверху, в большой пещере, лилась кровь. Ее кровь. Отголоски боли плетью хлестали по сердцу, заставляя еще яростнее сопротивляться ее воле. Едва доносящееся сверху рычание смолкло, а через секунду раздался такой взрыв, что вся гора разом вздрогнула. На голову посыпались осколки камней, пыль окутала облаком, заставив задохнуться от боли.

Сеть ее воли разом пропала, оставив после себя лишь ощущение покоя. И безразличия. Холод ледяными когтями вцепился в сердце на несколько бесконечно долгих секунд. И исчез. Люди и крылатые подняли головы, всматриваясь в темноту. Тишина оглушала. Все кончилось. Тьма заполнила его глаза, заползая в самую душу, боль и отчаяние затопили, накрыли волной, выплескиваясь наружу рыком, воем, криком потерявшего все человека. Голоса окутали гору покрывалом безумия и гнева.

Лагерь у подножия загорелся множеством огней, мелькали засуетившиеся фигуры людей. Над головой лунным светом засияла гора, открывая взгляду текущую реку черноты; нежить потоком сползала к лагерю. Сердце сделало один неуверенный удар и замерло. А в следующую секунду яркая звездочка лунного сияния превратилась в крылатую фигурку с мечом в руке и над горой прокатилось рычащее: "Ррриеналь!"

Рык вышел знатным. Меня увидели. И поняли правильно. Мои горящие огонечки рванулись наперерез нежити, с ходу вламываясь волнорезами в самую гущу. От лагеря уже неслись всадники, замелькали файерболлы, засвистели стрелы. Я радостно ощерилась. Белое серебро нового тела давало мне достаточно света, чтобы увидеть все. В этом бою они все останутся живы. Мне оставалось только со смехом присоединится к ним.

Вихри ярости маленькими смерчами крутились то здесь, то там, оставляя проплешины в сплошном строе мертвяков. Где-то впереди чувствовались несколько вампиров, и там же еще были люди. Просто люди из лагеря, которые ничего не могли противопоставить новообращенным. В сером сумраке уходящей ночи явственно горели красным их голодные глаза.

Грохот копыт по насыпи заложил уши. Подкрепление что ли вызвали? Но черные мантии, прошуршавшие мимо меня в сторону людей, заставили вздрогнуть. Это не люди. Это — другие. Я рванулась к людям, осыпавшим мертвяков огнем, распахнула полотнища крыльев, отрезая от рвущихся к жертвам вампиров. Внутри остро ожгло гневом. И, развернувшись, встретилась с холодным взглядом спокойных желтых глаз. Его длинные белые волосы ровной волной спадали на черный шелк плаща, меч потемнел от слизи нежитиков. Вампир. Высший. И очень сильный. Он насмешливо отсалютовал и рванул в самую гущу, где уже виднелись антрацитово-черные крылья Нирта. Крылатый гигант стоял в самом центре нерушимой глыбой сплошного мрака, мерно раздирая нападающих на него вампиров. Новообращенных, понятно. Пара беловолосых Высших стояла по бокам от него и тупо добивала то, что еще шевелилось.

Сзади заорали, и в меня полетел сгусток пламени. Там скучковались несколько мужиков с мечами во главе с давешним рыжим дядькой. Гайдн, кажется. Он-то и швырялся в меня огнем. Мне аж уклоняться надоело. Ободранные и злые, они ничуть не боялись, только усталость и злость я чувствовала в этих маленьких (по сравнению с моим крылатым телом) существах.

— Слышь, народ, займитесь делом! — я взлетела, обозревая поле боя.

Нежить тонким и не очень слоем размазали по всей насыпи. Кое-где еще добивали остатки. Но к лагерю больше не сползло ни одной твари. Это радует. Мои огоньки медленно собирались в кучку у темной глыбы, торчавшей посреди насыпи. Люди отползали к своим, в лагерь. Я не спеша спустилась на глыбу, устроившись поудобнее.

— Ну что, все целы?

— Все, — откликнулись снизу.

— А тебе, девушка, еще придется кое-что объяснить! — рычание эльфа из темноты. Быстро же он от нас научился. Сгусток тьмы внизу пошевелился и принял очертания крылатого гиганта, быстро превращающегося в человека. Нирт. Ой, мама!

Я со стоном сползла вниз, прямо ему в руки, стараясь не смотреть в глаза.

— А давай, ты меня утром отругаешь, а?

Его глаза насмешливо и ласково смотрели на меня. Значит, темную мне устраивать не будут. Ура! А еще мне предстоит кое-что сделать. Хотя, в первую очередь, нужно увести Зверей отсюда, а то королевские наемники мне совсем доверия не внушают.

Венька устало привалился к камню и с грустью смотрел на лохмотья, оставшиеся от его одежды. Остальные выглядели не лучше.

— Лин! Бери Веньку и двигайте в лагерь — отберите у них все, что потребуется.

— А что потребуется? — эльф брезгливо отчищался, то и дело сплевывая.

— Сам реши. Мы отойдем к лесу, подальше.

Нестройной толпой двинулись к редким деревцам, переходящим в густой кустарник, подальше от дороги и людского лагеря. Меньше вопросов и слухов, меньше чужих глаз. Среди полуобнаженных фигур моих товарищей то и дело мелькали крылатые хищники — те, кто забыл о своей человеческой сущности, кто потерял разум и способность быть человеком. Практически, они были сейчас именно зверями. К счастью, таких оказалось всего семеро. Зато остальные, хоть и имели человеческий вид, едва держались на ногах. С трудом добрели до прогалины, развели костерок. Примчавшийся Лин сказал, что нам выделили несколько палаток и даже провиант. Хорошо. И тащат это все сюда вампиры. Плохо. Неспроста Высшие объявились. А что еще хуже — Нирт меня старательно избегал.

Тупо глядеть в огонь я уже не могла, холод рассвета пронзал каждую косточку, вещи же и лошадь остались у людей и неизвестно когда (а главное — если) их найдут. Да и сил не было у моих огоньков этим заниматься. Я старательно расширяла облако своей силы на всю нашу маленькую стоянку, стараясь почувствовать каждого из них, каждому направить хоть частичку тепла. То тут, то там слышались разговоры, изредка доносился хриплый смех. Безразумные разномастной стаей окружили меня и грелись у огня, блаженно щурясь. Кто-то был похож на ящерицу, кто-то на медведя, но каждый из них имел крылья и глубоко запрятанный внутри огонек уставшей измученной души.

Над проклятой горой медленно занимался рассвет, несмелое тепло заливало вершину. Лучики солнца как бы испуганно осветили недавнее побоище, юркнули за облако, и разом взошедшее солнце залило светом останки нежити. Пламя пороховыми искрами заскакало по трупам, превращая их в пепел. Насыпь, видимо возникшая из-за взрыва пещеры, превратилась в сплошной пламенный ковер, только большая черная глыба торчала себе посреди этого серого камня.

Едва дождавшись, пока поставят большую палатку, я загнала туда своих безразумных и свернулась под одеялом. Мужчины и сами разберутся, а мне еще ночка веселая предстоит. Правда, поспать мне нормально так и не удалось — снаружи явственно слышались голоса Веньки и Лина, и любопытство пересилило усталость.

— Что с Охотниками?

— Старики обследуют гору. Те, что поумнее, уже смылись. — Эльф хихикнул. — После такой ночки они поменяют профессию.

— Отряд короля как? Мне совсем не улыбается встретить тут дознавателей, особенно с нашими новыми приятелями.

— Там королевский маг заправляет, вроде даже от моих пресветлых собратьев кто-то есть. Он распорядился доставить нам провиант и все необходимое.

— Это приятно. Однако поговори с Ниртом — нам не нужны стычки, и так сил нету.

— Ха, да они все как огурчики свежие. Опять без Ринки не обошлось. Кстати, что с ней?

— Если б я знал! Братишка вообще сказал, что почувствовал ее смерть в пещере.

— Лар уверял, что все нормально, это не подменыш. Запах-то ее они ни с чем не перепутают. К тому же вокруг сейчас такое заварится, что всем будет просто не до нашей принцессы.

— А Высшие? Им-то что от нас надо? — Венька закашлялся и чихнул. Простыл что ли?

— Пропели что-то насчет Пресветлой и смылись в горы от рассвета. Вернутся, сам спроси. Я с ними вообще не хочу разговаривать. Или Нирту предложи.

— Я что, псих? Он и так на всех рычит.

— Охраняет территорию, — хихикнул Лин.

Ну все, эти двое договорятся! А потом опять про меня нелепые слухи пойдут. Один из безразумных, больше напоминающий большую лохматую собаку (правда, с крыльями и о-о-очень широкой клыкастой улыбкой), вопросительно поднял голову, заглядывая мне в глаза. Вот что, дружочек, сделай-ка так…

Он осторожно выскользнул из палатки, снаружи донесся возмущенный писк, лязг зубов и громкий вопль. Ага, значит, штаны Линноэля все ж не такие крепкие, как он хвалился.

— Проснулась! — возликовал Венька, засовывая голову внутрь. — А зачем эльфа портишь? Вдруг заразится?

— Это как бы мои мальчики от него плохому не научились, — я хмыкнула. — Вень, сообрази попить. И поесть.

— Уже бегу. Ты это, давай, вылезай, тебя там ждут.

И кому это я опять понадобилась? Не дают несчастной слабой девушке отдохнуть спокойно. И главное — опять каких-нибудь гадостей наговорят! Вот возьму и покусаю!

Я возмущенно посмотрела на вход. Оттуда мне клыкасто улыбнулись, сплевывая кусок эльфийских штанов. Мол, зачем самой-то кусать? Ндя…

Стоянка кипела жизнью. Мои огонечки (ну не поворачивается у меня язык назвать толпу полуголых мужиков мальчиками! И Зверями — они ж такие милые, спокойные) дружно изображали бурную деятельность. Кто-то возился с костром, кто-то бегал с сумками, храпели неподалеку лошади, и просто храпели — в нескольких палатках по соседству. Лениво переругивались с каким-то мужиком в кольчуге, сидящим у костра. Благодать. Если не вспоминать, что в людском лагере сейчас заседают представители нашего доблестного короля, пытаясь решить, что же можно сделать с нашей неуправляемой командой.

— Доброе утро, королева! — весло махнул рукой один из парней, пробегая мимо с охапкой дров.

— И тебе того же! — рассмеялась я.

Венька приволок мне кувшин с водой, пообещав, что меня покормят, как только добытчики вернутся с охоты. Из одной из палаток вылез злой и растрепанный Лин, на ходу подтягивая одолженные у кого-то штаны.

— Ага! — азартно прорычал он, и я с места взяла низкий старт, пока не покусали в ответ.

Вскоре к нашему забегу вокруг костра присоединился собакоподобный безразумный, и стало еще веселее. Мне. Потому что эльф забыл за кем бежал и теперь просто улепетывал от радостно рычащего огонька. А меня просто выдернули из состава бегущих, схватив за и так разодранный в нескольких местах рукав.

— Догонит? — Венька скептически посматривал на красивую пару.

— Зачем? Он ему и так штаны испортил.

— Так и знал, что это твоих рук дело.

— Да брось, я просто предложила пошалить. Кто ж знал, что им это понравится?

— Тебя вон третий час человек ждет. И от Охотников кто-то приходил.

— А чего я? Пусть к Нирту идут.

— Ага, то есть ты решила, что командовать парадом будет он?

— Пусть у него голова болит, я тут вообще не при чем.

— Не понял? Мы команда?

— Команда. Только, как ты мог заметить, моя задача — искать неприятности, а вот справляться с ними будете сами, — я рассмеялась.

— Вот так, да?

Я одобрительно наблюдала, как уставшие бегать эльф и зверь растянулись вдвоем в тени палатки. Ладно, надо разобраться с этим ждущим, интересно же, чего ему надо. Мужик в кольчуге оказался совсем молодым мальчишкой с шапкой курчавых растрепанных волос, веснушками и наивными карими глазами.

— Ну привет, посланец. Чего хорошего скажешь? — я уселась рядом на траву.

— Погода хорошая.

— А с остальным, я так понимаю, плохо? — Он кивнул, не поднимая головы. — И чего хотят от меня, горемычной?

— Они хотят узнать — чего хочешь ты.

— Опа. А я при чем? Это вон у ребят интересоваться надо.

— Да не смешите мои уши! И так ясно кто тут командует.

— Тогда можешь им сказать, что я хочу королевскую награду. На разрешение Охотника я чхать хотела, а вот монета меня вполне устроит. И земля. Немного совсем, возле Халлада. — Наглеть, так наглеть! А то потом снега зимой не выпросишь!

— Все? — обреченно спросил мужик, обалдев от такого аппетита.

— Нет. Пусть сюда палаток притащат, а то народу много, а места мало. У вас же вроде уже освободились? А лично этому магу, или кто у вас там главный, скажи — если мне или моим мальчикам будут угрожать, я покусаю и мага и короля. Будут потом вместе от бешенства лечиться.

На меня посмотрели с ужасом, на полном серьезе решив, что я умею заражать этой гадостью. Хотя… Если долго мучиться — что-нибудь получится! Можно и поинтереснее диагноз придумать.

— Свободен, — отмахнулась я.

— Госпожа…

— Что еще?

— Там лошади. Ваши. Там ничего не тронуто, честно! — почти выкрикнул он и задал деру.

Эльф и огонек проводили его ленивыми взглядами. Спелись уже. Я отцепила от лошади сумки и потащила их к палатке. Наверняка там оставалось хоть что-то приличнее изодранной куртки и грязных заляпанных штанов. Мой личный шатер (да, я очень преувеличиваю! Ну и что?) оказался по-прежнему оккупирован безразумными, спящими вповалку.

— Э-э-э, ребята, вы бы не вышли? Мне переодеться надо!

В ответ наивные чистые глаза — мол, а мы при чем?

— Да я вообще-то девушка замужняя… А вы, между прочим, далеко не животные, так что выходите давайте!

Ага, заставь их! Как лежали, так и лежат. Я набрала побольше воздуха в грудь и рявкнула:

— Вон!!!

Вихрем вынеслись! Я силу-то не применяла, ни капли! Вот что значит — умение убеждать!

В сумке нашлись злополучные тренировочные штаны, легкая (слава Богам не прозрачная!) рубашка и даже мое зеленое платье. Ндя… Если я его надену — меня точно убьют. Нирт будет первым в очереди. Пришлось натягивать штаны, жалко ванны тут нету.

Снаружи ничего не изменилось, если не считать обиженных взглядов по углам и смешков со всех сторон. Ну я им устрою! Венька обнаружился возле эльфа, рассеянно поглаживающего своего недавнего обидчика. Надо бы прогуляться к насыпи, только что-то не хочется. Вот возьму, Веньку пошлю.

— Вень, пошли со мной?

— Куда опять?

— Туда, — я кивнула в сторону горы.

— О Боги, и чего тебе не сидится?! Лин, хоть ты ей скажи!

— Да пусть идет! Нирт с мужиками там все облазил давно!

— А-а-а, ну тогда я ночью схожу.

— Чего?!? — а хороший хор получится, особенно если Нирт будет солировать!

— Да не истерите вы, ничего со мной не случится! Слово даю!

Мне не поверили. Ну и ладно. Все равно сделаю по-своему, пора бы уж привыкнуть.

Наконец, вернулись добытчики, волоча за собой тушки оленей. Наверное, далеко летали, после вчерашних плясок местная живность мигрировала в соседнюю страну. От костра поплыли такие ароматы, что у меня слюнки потекли, а из палаток пополз просыпающийся народ. Благо, уже перевалило далеко за полдень и всем удалось мало-мальски отдохнуть.

Из людского лагеря сначала притащили войсковые палатки, а потом и несколько бочек, подозрительно пахнущих вином. Со своими вещами приперся Гайдн со товарищи (ох аукнутся ему файерболлы!), поторчал в палатке Нирта (такое ощущение, что он от меня скрывается!) и тоже включился в обустройство стоянки. А уж когда из кустов вылезла ободранная матерящаяся Тенания, отчаянно тянущая в поводу свою лошадь, я вообще в осадок выпала и по-тихому слиняла в свою палатку. До ужина.

Народ шумно обсуждал кулинарные тонкости крутящихся на импровизированных вертелах туш. Кто-то уже пустил по кругу бурдюки с вином, кто-то травил байки. Я не стала подходить к костру, оставаясь в тени.

Грустно. Солнце медленно скатывалось к горизонту, напоминая своим сиянием новенькую монетку, которая вот-вот исчезнет в бездонных недрах чьего-то кошелька. Там, впереди расстилалась дорога. И неважно, куда она приведет. Потому что за спиной весело потрескивая горячими искрами, горел костер, у которого мне уже нет места. Витт когда-то говорил, что если хорошо искать, то обязательно найдешь и свое место, и своих людей в этом мире. Мой старый…друг? Враг? Кем он был для меня? Наверное, бесконечной виной, что ничем не смогла помочь. Отняла жизнь и ушла, захватив маленькое наследство одинокой души — несколько помятых листков со стихами.

Помни о прошлом —

Забытые вехи мостят

Дорогу грядущего дня.

Тяжела наша ноша,

И нам не простят

Наших душ золотого огня.

Каленым железом

Бунтующий внук

Растратит крупинки души.

Нарекший полезным

Творение рук,

Он все переделать спешит.

Мы призраком эры

Уходим во тьму,

Жалея безумных людей…

Бредут наши Звери

По горло в дыму

Над пропастью прожитых дней…

И они все, веселые и живые, со своими мечтами, со своими судьбами, через пару дней пойдут своими дорогами. А мой путь? Наверное, как и раньше, отправлюсь одна. Радует, что завтра с рассветом придет их свобода — от безумия или чужой воли, — не важно…

Отгоняя непрошенные слезы, я осмотрелась в поисках лохматого безразумного, который так удачно помог мне утром. Его среди спящих крылатых не было, однако в ту же минуту в палатку сунулся его нос а потом и вся тушка вползла внутрь, озорно поблескивая глазами в предвкушении новой пакости.

— Привет, дружочек. Мне опять нужна твоя помощь. — Мокрый нос ткнулся мне в щеку.

Я как можно точнее представила нужных мне людей и приготовилась ждать. Первым появился Венька, следом вполз Лин, и только потом я услышала вопли и ругань Тены.

— Ребята, мне нужна помощь.

— Что ты опять задумала? — Венька тяжело вздохнул, смирившись с неизбежным.

— Тена, сначала ты: мне нужно чтобы тут до самого утра такой праздник гудел, чтоб дым коромыслом стоял. Если нужно, притащи всех войсковых шлюх, будут лезть — ссылайся на меня.

— Я думаю, лучше будет к дриадам сходить, тут рощица есть рядом. Сделаю. — Дочь инкуба сладко потянулась, вызвав у мужчин одинаково восторженные вздохи, и вышла.

— Лин, твоя задача драть глотку так, чтоб они ничего не почуяли и не услышали.

— А что они могут услышать?

— Страстные вопли, блин! Теперь ты, Веня. Мне надо, чтобы моего ухода никто не увидел. Понял?

— Зачем? Что ты хочешь сделать?

— Я взяла взаймы, а теперь плачу по счету. Так понятно?

Эльф и маг растерянно переглянулись.

— А что именно ты одолжила?

— Жизнь.

Глава 6

Плата

Есть такие дороги — назад не ведут

На чужом берегу я прилив стерегу

Паруса обманув, ветер стих навсегда

Плоским зеркалом стала морская вода

Обернуться бы лентой в чужих волосах

Плыть к тебе до рассвета, не ведая страх

Шелком в руки родные опуститься легко

Вспоминай мое имя, прикасайся рукой

Группа Мельница "Лента"

Тенания сдержала слово — несколько стройных зеленоволосых дриад звонко пересмеивались с парнями у костра. Потихоньку к костру подтягивались и остальные обитатели нашего маленького лагеря. Чуть позже наверняка Охотники придут, значит пора. Солнце уже скрывалось за горизонтом, и в тени деревьев я заметила несколько завернутых в плащи фигур. Вампиры. В принципе, я догадывалась, чего они ждут и зачем вообще явились.

Несколько парней под руководством Веньки подтаскивало к костру бочку с вином, встреченную восторженным ревом. Я вышла к ним и, кивнув магу, подняла голову к призрачным очертаниям еще не проснувшейся луны. "Ты готова", — шепотом отозвалось в моей голове. Очертания бочки потекли, поплыли белым дымом, и из нее стала закручиваться вверх спираль, превращаясь в округлую чашу на высокой ножке. Глубина белокаменной купели начала наполняться темной благоухающей влагой, заставив нос затрепетать от пряных свежих ароматов. Мужчины безотрывно следили за священнодействием, все замерли. Маг одним движением профессионального фокусника достал кинжал и резко провел по моей протянутой руке. Кровь радостными ручейками потекла в вино, мне почудился хрустальный перезвон капель, но бешено колотящееся сердце тут же заглушило все звуки. Последние лучи солнца скользнули по чаше, так и не дотянувшись до вина, зато торопливая луна тут же запустила туда свои цепкие коготки, заливая призрачным светом все вокруг, даже костер казался нереальным.

— Пейте, — мой хриплый голос громом прорезал тишину. — Пейте!

Парни подались вперед, завороженные запахом моей крови, безразумные оказались быстрее и уже стояли перед нами в ожидании. Венька взял на себя роль виночерпия.

Справа мелькнули белые волосы. Передо мной на колени опустился Высший. Бледный, изумительно красивый, с нечувственными тонкими губами и глазами цвета расплавленного золота. Я не стала спрашивать, зачем он и его сородичи пришли сюда. Это было видно в его глазах. Надежда. Что когда-нибудь они тоже смогут жить.

— Пейте, — я кивнула и прикрыла глаза.

Венька внимательно следил за моими огоньками, осторожно выплетая иллюзию.

— Присмотри за ними, ладно?

Он улыбнулся, погладил меня по плечу и кивнул.

Пора. Я осторожно, стараясь держаться в тени, покинула начавший набирать обороты праздник, стремясь туда, где у вмурованной в насыпь глыбы уже качались в ожидании меня призрачные цепи.

Я глубоко вздохнула, словно собираясь нырнуть в глубину омута. На плечи легли тяжелые руки, знакомый запах ударил по нервам, и так натянутым струной.

— Зачем ты это делаешь?

— Так надо. Они заслужили свободу.

— Я хочу разделить ЭТО с тобой.

— Нет. — Я осторожно заглянула в эти серые, как осеннее море, глаза. — Нирт. Я приду. Обещаю. С первым лучом солнца.

Крепкие цепи охватили запястья.

— Я останусь здесь.

— Прошу тебя, уходи. Мне и так трудно. — Тошнота накатывала волнами, сердце грозило взорваться.

Он отвернулся и сделал шаг прочь.

— Нирт.

— Да?

— До завтра.

Тьма, заполняющая ВСЕ. Странные, на грани чувствительности вихри, легкое дуновение воздуха. Мне казалось, что это будет калейдоскоп образов, а оказывается — только пустота. Тьма, одиночество и неизвестность. А еще Страх. Всепоглощающий, бесконечный, липкий и противный страх, до дрожи. Голова кружилась, как с тяжелого похмелья. В груди же поселился комок огненной боли, и, похоже, не собирался покидать уютное жилище. Я в ужасе ожидала, что обрушится на меня дальше, если это всего лишь начало.

Бесконечная пустота ожила, всматриваясь в мою душу, по крупицам выдирая ее из измученного тела, ребра трещали, мышцы выкручивались в жгуты, я горела в огне, стараясь сильнее стиснуть зубы, молчать до последнего, иначе этот мрак увидит меня, найдет, и тогда нынешняя пытка покажется мне радостью. Кровь закипела в венах, просачиваясь сквозь поры, слезами выходя наружу. Я уже ослепла и оглохла от боли, но продолжала сжимать потрескавшиеся губы в надежде удержать рвущийся наружу крик. И когда черное пожирающее меня пламя добралось, казалось, уже до лица, на меня обрушился холод. Страшный, леденящий ветер подхватил мое истерзанное тело, заставив задохнуться, сердце отчаянно ударилось в ребра раз, другой, все медленнее… И моей щеки нежно и трогательно коснулся робкий лучик тепла.

Я с трудом разлепила глаза, прогоняя отзвуки боли, и увидела пустую, блестящую от росы россыпь камней. Остальное плыло и казалось нечетким, призрачным. Скрученные судорогой руки вдруг отпустило, и я облегченно опустилась на землю. Даже острые камешки показались мне мягчайшей периной по сравнению с пережитым. Где-то на периферии зрения мелькнула темная тень. Я попыталась улыбнуться и отключилась.

Открыв глаза, первое, что я увидела — мужская рубашка, приоткрывающая полоску загорелой кожи, в которую я очень уютно утыкалась носом. Потом пришел запах — легкий мускусный аромат, приятно щекотавшей ноздри. Такой знакомый и родной. Потом один за другим начали оживать другие ощущения — затекшей шеи, крепко обнимавших меня рук, легкой прохлады от входа в палатку, заставившей поежиться и сильнее прижаться к теплому боку мужчины. Потом я вспомнила имя — Нирт. От этого на душе стало совсем хорошо, и я уже без лишних душевных терзаний уткнулась носом ему в грудь.

— С добрым утром, — его мягкий шепот вызвал роту мурашек, торжественным маршем прошагавших по моей спине и скрывшихся где-то в пятках.

— Здравствуй, — я потянулась, отползая в сторону.

— Как ты?

— Замечательно, — я улыбнулась.

На нос тут же упала прядь совершенно белых, как снег горных вершин, волос. И лишь откинув ее назад, я опомнилась. Белых?! Я же русая! Я вскочила и схватила растрепанную шевелюру. Ндя… Белая…

— Что случилось? — Нирт резко сел.

— Я… Я белая, — трагическим шепотом сообщила я.

— Я вижу. Я тебя такую утром нашел.

Обидно-то как! Я ж теперь как белая ворона, не спрячешься!

— Что еще во мне не так? — требовательно дернула я парня.

Он не спеша осмотрел меня, уделив особое внимание распахнутой рубашке и тонким тренировочным брюкам, облегавших ноги второй кожей; и аккуратно провел пальцами по моей щеке.

— По-моему все на месте.

Да уж. И у кого я спрашиваю? Я поправила одежду, натянула сапоги, собираясь выбраться на свет божий, но меня резко остановили, схватив за руку.

— Рина?

— Что?

— Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Что именно?

— Ну например, что с тобой происходит? Или что это вчера такое было?

Блин! А я так надеялась, что исповедаться не придется!

— Все просто, Нирт. Я отдала обещанное. Им вернут разум и свободу.

— А мне кажется, что ты должна была спросить у них, прежде чем вытворять такое! — рыкнул он.

— У меня не было выбора. Точнее был, но он бы тебе не понравился.

— Я очень хочу, чтобы ты сейчас все мне рассказала.

— А давай сделаем это на ближайшем постоялом дворе? Или хотя бы у реки? Я о ванне мечтаю как моряк о береге!

Несколько долгих секунд молчания, но потом взгляд его смягчился.

— Хорошо. Но сначала…

Боги! Я и так-то без сил была! Его губы оказались настолько терпкими и горячими! Голова закружилась, сердце ухнуло куда-то в живот, ответная горячая волна ударила в голову не хуже молота.

— Остановись, иначе я вообще встать не смогу, — прошептала я, с трудом отрываясь от него.

У Нирта видок был не лучше — потемневшие глаза бездумно смотрели на меня, тело напряглось, он вообще как-то тяжело дышал.

— Ты права. Мы оба не в лучшей форме.

Я поспешно выползла наружу, а то уже перестаю себя контролировать, того и гляди наброшусь на него.

Солнце стояло уже высоко, народ сновал туда- сюда с мешками, сумками, таская в поводу лошадей. И все — люди. То есть выглядели как люди. Что ж, значит, все удалось. Нирт бесшумно возник у меня за спиной, обняв за плечи и с силой прижав к себе.

— Знаешь, я даже представлять не хочу, какова была плата за ЭТО.

— И не надо, — я поморщилась. Воспоминания о прошедшей ночи смутными тенями мелькали на задворках души.

Из-за палаток вынырнул Венька, ведя в поводу наших лошадей.

— С добрым утром! Точнее, днем! — он радостно улыбнулся. — Королевский советник расщедрился на массовый телепорт!

— Естественно, ему совсем не улыбается иметь ораву скучающих Охотников так близко от столицы! — расхохотался эльф, возникая перед нами.

— Мне еще ничего не ясно, что они решили с моими требованиями! — Я возмутилась.

— Да они пляшут от радости, что ты не затребовала луну с неба, да еще уводишь всю эту армию с собой.

— Вень, ты преувеличиваешь!

— Вовсе нет, — раздался голос сбоку.

Высокий, светлокожий мужчина вынырнул из тени нашей палатки, на ходу оправляя мантию мага. Богатая вышивка и властный взгляд карих глаз ясно говорили, что человек этот не из простых, и хотя ему на вид было всего лет сорок, на деле чувствовался многовековой опыт и сила. Придворный маг — слабо сказано. Великий маг.

— Его величество, — маг поморщился, — милостиво жалует вам земли близ Халлада и сто пятьдесят тысяч золотом в гномьем банке того же города. Вот дарственные.

Я осмотрела свитки с гербовыми печатями и размашистой закорючкой, долженствующей изображать собственноручную подпись короля.

— С чего вдруг такая щедрость?

— Во-первых, вы выполнили задание короля. А во-вторых — ему действительно не улыбается разбираться с выжившими Зверями.

— И он "милостиво" спихнул это на меня? Оригинально!

— Леди, не советую вам язвить! — Маг напрягся и зло посмотрел на моих спутников.

— Успокойтесь, это у меня нервное. Я, знаете ли, боюсь столь щедрых знаков внимания!

— Кроме того, если у вас будут какие-то пожелания, в рамках разумного, разумеется, обращайтесь непосредственно ко мне. Меня зовут Давиаль, я придворный маг Его величества.

— Благодарю вас, мэтр Давиаль. Объясните мне для начала про телепорт, пожалуйста.

— Все просто — я открою прямой портал к воротам Халлада для всех желающих. После чего наши дознаватели займутся остаточной зачисткой местности.

Угу. Будут искать останки мага и его бумаги. Смешно. Хотя, если они найдут в скале дырку в форме кривого женского тела с крыльями… Их ждут незабываемые впечатления!

— Что ж, благодарю вас, мэтр. Мы, пожалуй, займемся сборами, — Нирт потянул меня обратно в палатку.

— Знаете, леди, — он дождался, пока мои друзья скроются внутри, — вам идет седина. Хотя я совсем не хочу знать, как она появилась.

Я в тихом шоке смотрела вслед уходящему упругой походкой магу. Похоже, у нашей страны все-таки есть будущее.

Сбор сумок проходил под восторженные охи друзей, рассматривающих пергаменты короля. В принципе, вещей-то было немного. Снаружи уже собирался народ, пытаясь выстроить хоть какой-то порядок. Я с отвалившейся челюстью смотрела на гарцующих верхом вампиров, свободно гуляющих при свете дня. Желтоглазый Высший радостно оскалился (от такой улыбки со страху помереть можно!) и тут же припал на одно колено.

— Пресветлая!

— Ч-ч-чего? — обалдело проикала я.

— Мы готовы служить вам.

— Зачем? В смысле, вы свободные лю… э-э-э вампиры и можете идти куда хотите!

— Мы пришли служить, Пресветлая! — он вздохнул и поднялся. — В смысле, что готовы выполнить любой приказ и пойдем за вами куда угодно.

— Да мне просто непонятно вообще, что с вами со всеми делать, — я оторопело оглядывала конницу. И я уже подозревала, что эти мои огоньки тоже пойдут… куда угодно.

— А это уже ваша воля, — смеясь, протянул вампир и, поклонившись, сбежал.

Забравшись верхом, я тупо пыталась вспомнить хоть один постоялый двор, куда может вместиться столько народа. Момент построения я пропустила, обнаружив себя во главе колонны, рядом с Ниртом, пылящей куда-то к дороге. Вообще все происходящее сильно мне напоминало выступление уличных актеров — такая же фальшь и наигранность. Да и голова как ватой набита.

Мэтр Давиаль стоял посреди пыльной дороги (и почему у магов одежда не пачкается?! Я вон как оборванка выгляжу, а этот!) и, раскинув в стороны руки, читал речитативом заклинание. Прямо перед носом моей лошадки возникло темное облачко телепорта, в которое я торопливо нырнула — сзади чуть ли не напирали. Видимо о ванне и нормальной постели мечтала не я одна.

Стража Халлада со стен оторопело наблюдала явление народа им. Из воздуха выныривали всадники и спешно аккуратными рядами шли к воротам. Когда же из телепорта показались счастливые Высшие, стражи ворот дружно протерли глаза и уронили челюсти. И во главе всего этого парада на простом рыжем коне сидела гордая беловолосая девчонка с огромными зелеными глазищами. Однако от нее исходило ощущение ТАКОЙ силы, что сомнений в том, кто тут главный, не оставалось.

Ворота нам распахнули с такой скоростью, что я испугалась — вдруг стражи этими створками убьются? А мне отвечать! Нирт с эльфом споро распределили народ по тавернам, договорившись, что от каждой группы вечером кого-нибудь пришлют к нам в "Южную звезду". Хорошо хоть мне этим заниматься не надо.

У магистрата меня ждал Совет в полном составе. Только что флагами не махали. Трехчасовой разговор на тему "как дальше жить будем?" свелся для меня в нескончаемую пытку. Выяснив, что Халлад я громить не собираюсь, эти уже побитые жизнью седые мужики от меня отстали, пока я их не добила.

Король все-таки отмазался, всучив мне во владение Башню и прилегающие к ней земли. Просто так ее брать никто не хотел. Боялись, что ли? Совет этому как-то нездорово обрадовался и даже предложил мне помочь с материалами для ремонта. Я отправила всех к своим парням, выматерилась в голос и ушла в таверну принимать ванну.

Стук в дверь разом прервал мое блаженство. Чистая постель и одежда перестали казаться мне вершиной счастья. Захотелось кого-нибудь убить, конкретно — того, кто стучал.

— Добрый вечер, — не дожидаясь разрешения, в дверь просунулась голова Высшего. — Там внизу люди ждут.

— Иду, — простонала я, выползая из-под одеяла.

За столами мест не было. Учитывая, что из постояльцев остались только все мои спутники. Они разом замолчали, встречая мой выход (явление гхм… народу). Хмуро обозрев все это великолепие (кстати, мужчины очень даже ничего, тем более — какое разнообразие!), взгромоздилась на единственный свободный стул.

— Ну что, как жить будем? — я поморщилась. Эта фраза меня уже бесила.

— Дружно! — отозвался кто-то и тут же (судя по звуку) получил по уху.

— Это радует, — я позволила себе улыбнуться. — Каждый из вас свободен в своем выборе. Вы можете спокойно жить своей жизнью. Кому же некуда идти, я предлагаю как вариант — оставаться. Нирт сказал, будем обживать Башню Граван, раз уж нам ее подсунули. А там придумаем.

— А король? Он же не успокоится! — кажется, этого смешливого парня лет тридцати на вид с карими глазами и непослушными каштановыми вихрами я уже видела. Только где?

— А вы стали бы связываться с полусотней лучших воинов, жаждущих мести? Он, может и дурак, но не идиот. К тому же пару лет нас точно тронуть не осмелятся.

— А если найдется кто-нибудь из Хозяев?

— Да хоть "родители" всем скопом! Вам это теперь не важно. В общем, думайте, решайте, вы мальчики большие уже. Завтра мастера из магистрата поедут Башню ремонтировать, так что неделю мы еще в городе проживем.

Я махнула трактирщику и вернулась в свой номер, ожидая возвращения друзей. Чтобы спихнуть на них и эту проблему. Я все равно не знаю, что делать дальше. Не представляю даже, как себя с ними вести. Все происходящее с каждым мгновением отчетливо напоминает бред сумасшедшего. Слишком быстро и нелепо на меня обрушилось. Я ведь просто одна из многих Охотников, девчонка с талантом влипать в неприятности. Как быть дальше-то? Хорошо еще, что рядом есть те, кто поддержит, поможет.

В дверь постучали, а потом внутрь сразу же проскользнул желтоглазый Высший.

— Что ты хотел? — я устало потерла лицо, принимая вертикальное положение.

— Я хотел поговорить.

— О чем?

— Я слышал про Башню и хочу отправиться с вами. Я прошу принять меня последним из последних, я готов служить за всех нас!

У меня от недосыпу глаза слипаются, а он тут… Хотя чего на вампира обижаться, наверное, для него-то это важно. Высокий, худощавый, прямые белые волосы рассыпаются по плечам и спине. Как-то даже странно для вампира выглядит, мне Высшие всегда представлялись чем-то безжизненным, пахнущим смертью и тленом. А этот улыбается, демонстрируя кончики острых парных клыков под верхней губой.

— Я никому не запрещала ехать с нами. Хочешь — пожалуйста. Не хочешь — флаг в руки и упыря навстречу.

Он удивленно моргнул.

— Госпожа, если я правильно понял — вы не собираетесь требовать от нас служения?

— Именно. Мне и своих проблем хватает. А вам еще предстоит много работы, — я посмотрела ему в глаза, купаясь в свете расплавленного золота. Обаятельный.

— Какой работы?

— Ну не думаешь же ты, что ваш путь к Высшим был устлан цветами? Чтобы ваши сердца начали биться, придется вернуть каждую взятую жизнь. Или как-то так. И сделать вы это можете только сами.

— Я понял, госпожа. Благодарю.

— Да, хотела спросить, зачем вы — то на эту гору отправились?

— Охотились неподалеку, — смутился Высший, — а потом почувствовали рядом множество нежити. И поспешили на помощь.

— Зачем? — опешила я. Нежить к вампирам равнодушна.

— Наверное, привычка. Человеческая.

Ох, темнит ведь! Вроде правду сказал, а все равно ощущение, что умалчивает.

— Кстати, сколько тебе лет?

— Чуть больше двухсот. — Он поклонился.

— Такой большой мальчик, а говорить по-человечески не научился, — я слегка улыбнулась.

Вампир только усмехнулся и вышел. Забавный мальчик. Чего это я? Совсем от усталости разум потеряла! Двухсотлетний кровопийца — забавный мальчик?! Ндя… Скорее бы Нирт вернулся.

Скалистый берег милостиво принимал солоноватый ветер с моря, высокие деревья гордо вздымали золотые кроны к чистому осеннему небу в поисках остатков летнего тепла. Вдали темнел шпиль Башни, точнее здания, в которое ее превратили мастеровые гномы, подстегиваемые звоном полновесного золота. Теперь на месте разрушенного и брошенного поселка золотились гордые клены, пряча в своей еще живой тени четыре десятка маленьких аккуратных домиков. А посреди отцветающей рощи гордым черным обелиском стояла украшенная шпилем башенка новой ратуши — единственного строения, способного вместить в себя разом всех местных обитателей.

Откуда-то из поселка доносилось ржание лошадей и отчаянные матюги возниц — поселок готовился к зиме, запасая продовольствие. Шумели снующие туда — сюда гонцы, спешащие по своим делам. И над всем этим раздавался легкий перестук продолжающейся стройки, мастера торопились закончить все до прихода холодов.

Радовало, что все эти траты легли на плечи щедрого магистрата, а то выплаченное королем золото давно бы протекло песком сквозь мои пальцы. Да и дела нового поселения мне доверить не решились, выбрав главой седого крепкого Гленна (кажется, это он первым пришел в себя в той проклятой пещере). И все равно меня дергали по поводу и без. Золотоглазый Высший по имени Лар, например, спихнул мне заботы о двух его соплеменницах — Лидии и Сванне, которые теперь ходили за мной как привязанные. Еще один его товарищ был реквизирован Гленном в качестве советника по безопасности — мол, все равно многим нужно прийти в форму, и тренер с трехсотлетним опытом им необходим как воздух.

А самое обидное — Нирт смылся с небольшим отрядом при первой же возможности, когда эльфы наняли наших ребят охраной в караван с вином, который отправлялся в соседнее королевство Приши. Обидно. Линноэль днями пропадал на лугах, прилегавших к Башне, пытаясь приспособить их для маленького табуна поселка. Венька не вылезал из завалов книг, оставшихся от библиотеки Башни (а точнее брошенных тут просто в спешке) и все время теребил меня на срочное исследование подземных лабораторий. Скучно и постыло. Наверное, примерно то же чувствует женщина, когда ее после замужества запирают между кухней и детской.

Я бездумно пялилась на раскинувшееся передо мной спокойное осеннее море, надеясь хоть когда-нибудь научится его терпению — столько тысячелетий медленно точить сушу, это какие нервы иметь надо? Когда за моей спиной послышались торопливые шаги и шелест одежды, я уже знала, кто идет сюда. Тоже новая способность — я в любой момент могла сказать, кто из моих подопечных где находится. В этот раз можно было не сомневаться, что Лидия и Сванна от меня не отстанут в своих попытках придать мне вид "соответствующий повелительнице".

— Госпожа! — возмущенный вопль двух разъяренных вампирш молотом стукнул меня по ушам.

— Я здесь, — пришлось подняться и отряхнуться, а то они это сделают сами.

Две высокие беловолосые женщины с горящими глазами коршунами налетели на хрупкую меня. Кстати, различала я их только по глазам — у Лидии насыщенного фиалкового цвета, серьезные и строгие. У Сванны же — глубокого синего, смешливые и озорные. В остальном эти дамы были одинаковы, даром, что близняшки. Даже траурно-черные платья, наглухо закрывающие тело, носили на один манер.

— Госпожа, вас спрашивал маг, он сказал — это очень срочно! — заголосила одна

— И почему вы здесь одна, без сопровождения и в столь неподобающем виде?! — вторила вторая.

Я только и могла, что поморщиться и отряхнуть брюки. С некоторых пор мужская одежда казалась мне роскошью.

— Иду. Провиант уже разгрузили?

— Да, Гленн сказал, что склады заполнены, нужно только скотину перегнать. Лар уже отправился за ней.

— Хорошо. Предупредите его, что дня через три вернется отряд, если их ничего не задержит. Виктор уже в дне пути от Халлада, так что озаботьтесь, чтобы им сразу предоставили дома. — Я прикрыла глаза, отыскивая на мысленной карте огоньки моих Зверей, который отправились за своими семьями. Их большой караван действительно уже был близко, и, судя по ровному свечению, неприятностей в пути у них не было.

— Их встретить?

— Не стоит. Там все в порядке.

— А отряд господина Нирта? — Сванна ощутимо занервничала.

Еще бы! Там находился один очень приглянувшийся вампирочке паренек. И мне его было искренне жаль. То, что Высшим не нужна была кровь, еще не значило, что она не выпьет ее у молодого мужа. В этом смысле все женщины — вампиры.

— Там тоже все хорошо, — я улыбнулась. — Кстати, дамы, хорошо бы подыскать парням пары. А то всю зиму слушать тоскующий вой мне не хочется.

— Они и сами прекрасно справляются! — фыркнула Лидия, активно подталкивая меня на тропинку к поселку.

— И что, мне опять выслушивать вопли эльфов о нахальных невоспитанных чурбанах, посягнувших на неземную красоту местных остроухих дам?

Я почти честно процитировала нашего соседа — главу садоводов. И, между прочим, они не чистокровные эльфийки были — полукровки! Кстати, выглядят как просто очень красивые женщины, никаких особых эльфийских талантов. И никто их не крал — сами соблазнились статными крылатыми красавцами. И ничего я их не прячу — женщины давно сами обживали дома избранников, готовясь к скорой свадьбе. Таких пар у нас было несколько, так что череду традиционных праздников на следующей неделе собирались закончить именно массовым бракосочетанием.

Сванна похихикала, вспоминая возмущенного встрепанного эльфа, белочкой скачущего у меня перед лицом. Кто ж виноват — он так активно верещал, что утомленный Лар просто щелкнул челюстями и набил ему рожу?

— Идемте, госпожа, маг очень торопил!

Нет в жизни счастья. И после жизни его тоже нет.

Венька заседал в моем кабинете — просторной комнате на первом этаже башни, в которую стащили все уцелевшие бумаги и заставили меня все это разбирать. Я же скинула это на друга без зазрения совести, но комнату все упорно звали моим кабинетом. Я же реквизировала просторную светлую комнату на верхнем этаже, запретив туда вход всем. Но вампиршам на мои запреты было глубоко чихать.

— Привет! Какие новости?

— Рин, мне нужно с тобой поговорить. Срочно. Наедине, — он кинул взгляд на женщин и те послушно вышли. Я завистливо вздохнула — его слушаются.

— И что опять свалилось на мою больную голову?

— Я нашел "Летопись Богов".

Угу. Жреческая летопись — как появились Боги и кто из них чем знаменит. А так же кто кому и чем засветил в Битве Богов номер такой-то. Фантастика! Я в восторге!

— И? — моим скепсисом можно огурцы мариновать вместо уксуса.

— Ты упоминала, что тот обряд был платой. Так вот, подобные сделки себе позволяли только два Бога — светлая Адиаланна и владыка демонов ССхорг. Оба настолько древние, что про них уже забыли.

— Расскажи о светлой.

Чую я, точно мне подгадила эта… Адиаланна!

— Если кратко, то она стала богиней в результате похожей сделки, когда прежняя Богиня переложила на ее плечи какое-то "бремя"…

Я выматерилась. Это уже было не смешно.

— Похоже, я правильно понял, что тебе выпала честь отхватить по полной?

— Пока не знаю. Надо как-то проверить.

— Вот. Я это и имел в виду. Отслеживать своих адептов ты уже умеешь. Что еще нового в списке наших неприятностей?

— Ну-у-у, — я задумалась.

— По легенде, Богиня способна приходить на зов своих адептов, залечивать раны, мгновенно перемещаться — и еще всего по мелочи. Все-таки не Старшая Богиня.

— Что-то мне не хочется проверять — умею ли я залечивать раны.

— Давай дождемся парней, а там уже решим. Просто будь очень осторожна, Рина. Особенно в своих желаниях. Если эта богиня передала тебе свою власть, нас всех ждут ОЧЕНЬ большие проблемы.

— Что еще ты о них узнал?

— Как я понял, сила у обоих была приличная. Светлая была покровительницей какого-то племени, истребленного еще четыре столетия назад. Потому о них вообще мало упоминаний. Есть только потому, что приводится на них пример сделок со смертными. Это очень опасно, Рина.

— Знаешь, меня и так пугает все происходящее, так что не нагнетай. И не говори об этом никому.

— Я что, совсем дурак?

— Временами, — я ухмыльнулась.

Вернувшись к себе, я устало плюхнулась на кровать. Не было печали, купила баба порося… теперь еще и с божественными подставами разбираться. Мне бы с личной жизнью вопрос решить, а то мой "муж" все время куда-то убегает. Знать бы, к чему мне готовится — к разводу или чему еще. Я надеялась, что избавившись от моего Звериного влияния, он сможет сознательно принять решение. То ли ему времени не хватало, то ли он просто не знал, как мне сказать. А я отчаянно замерзала, чувствуя постоянный лед внутри. Ндя… И где мне еще такого дурака искать? Чтоб мой характер выдерживал? Настроение упало ниже городской канализации.

— Госпожа, — в дверь поскреблись.

— Входи, — я поднялась, приводя растрепанную белоснежную шевелюру в порядок.

Лидия внесла в комнату ворох небесно — синего шелка с какими-то серебристыми кистями.

— Что это? — я в ужасе взирала на груду ткани.

— Платье. Негоже вам в старых штанах перед людьми ходить.

— Лучше старые штаны, чем это орудие пытки — ни верхом проехать, ни подраться.

— Вам подобное времяпрепровождение вообще не к лицу. Мужчин хватает.

— А ты на мастера меча тренировалась от скуки что ли?

— Надевайте. — Твердо и строго, как несмышленому ребенку.

Иэх… Жизнь моя — выставка скульптур. В роли главного экспоната: Ррриеналь, подвид: дура седая. Хотя платье ничего — от локтя свободные рукава, расшитые серебром, свободно струящееся, мягкое. И с неприлично красивым вырезом на груди. Хм. Судя по довольному лицу Лидии и расчески в ее руках, меня в дополнение ждала пытка под названием "прическа".

— Лидия, ты так измываешься, что у меня возникли нехорошие подозрения.

— Ничего такого, с чем бы вы не справились, госпожа, — усмехнулась вампирша. — Вот посмотрю я на вас на осеннем балу послезавтра!

— А что за бал, и почему мне надо его бояться?

— Ну, обычно неделя праздников урожая начинается балом, потом турнир, потом череда свадеб. Насколько я помню.

— Хм, я мало что помню о праздничных традициях. В нашей общине обычно осенью праздновали свадьбы и только.

— Ничего необычного госпожа. Первый день открывает бал, второй — турнир лучших бойцов, третий и четвертый — ярмарка, а в оставшиеся проводят свадьбы.

— И чем так страшен бал?

— Тем, что на него обязательно прибудут гости.

О нет! Опять мудрые дядьки из Халладского магистрата! Уж эти-то не пропустят возможность обнюхать здесь каждую щель. И эльфы. Вот уж кого мне не хочется тут видеть, так это обиженных на меня соседей. И уж точно мои вампиристые няньки напялят на меня что-нибудь из разряда блестяще — гремяще — богатого!

— Только не говори, что мне опять придется надеть платье!

— Я и не говорю, — усмехнулась моя мучительница, разворачивая меня к зеркалу.

На моей голове возвышалось нечто, что можно было бы принять за помесь вороньего гнезда и щетки для пола. За той разницей, что ЭТО еще и "украшали" непонятные самоцветы. Да любая упырица удавилась бы от зависти!

— Знаешь, Лидия, я хотела тебе напомнить, что я не королева, а Охотница. И мне, по сути, не нужно выглядеть так…

— Роскошно?

— Глупо!

Я посмотрела в зеркало и отчаянно захотела увидеть свои волосы хотя бы просто распущенными, а не перепутанными и завязанными в узел. Лидия придушенно охнула. Мои волосы, приподнявшись в воздух, словно живые, осторожно расплетались, спокойными волнами ложась на плечи и спину. Ндя… Надо быть осторожнее в желаниях. Прав Венька.

— Госпожа, — Лидия с поклоном отошла.

— Слушай, хватит уже играть в горничных, а? Я и так устала! У меня, между прочим, имя есть!

Вампирша только улыбнулась и вышла. А мне осталось тащиться в кабинет — разбирать доклады о поступлении на склад круп и запасах сена на зиму.

Линноэль ввалился в кабинет грязный и ободранный, в сопровождении Гленна, и с охапкой чертежей. Поняв, что мне сейчас это все надо будет рассмотреть и как минимум покивать, я застонала.

— Нет, решено, с первым же отрядом смоюсь отсюда к демону!

— О чем это ты, красавица? — нахмурился эльф.

— Да мне надоело уже — занимаюсь чем ни попадя, да еще эти платья!

— Терпи! Сама виновата!

— Я?!

— Ты. Не забывай, что ты — единственная, кто может нас всех призвать к порядку, не рискуя шкуркой, — усмехнулся Гленн. — Между прочим, магистрат настоятельно советовал мне выделить тебе круглосуточную охрану и даже соглашался все это финансировать!

— Безобразие! Как будто мне мало вампирш, не наигравшихся в куклы!

— Я тоже решил, что лучше тебя не трогать, — улыбнулся этот седой нахал.

Вот ведь тоже — за сорок уже перевалило, а все равно иногда как мальчишка себя ведет.

— Все! Я пошла! Если эти две гарпии будут меня искать — скажите, что не видели!

— Ага, а если пытать будут? — донесся мне вслед хохот.

В очередной раз, запершись у себя, смотрю в темнеющее небо. Хотелось взлететь, ощутить крыльями ветер, сорваться стрелой в никуда, лишь бы горящие щеки охладил бьющий в лицо воздух, чтобы сердце хоть немного быстрей забилось! Невозможно. Хотя вокруг и тихо, и спокойно, я точно знала — под теми деревьями "оздоравливаются" свежим воздухом двое из гвардии Гленна, да и проныра Лар где-то поблизости. А еще щемящее чувство в груди — мне очень хотелось увидеть Нирта, где бы он ни был.

Почему бы, собственно, нет? Если подозрения Веньки верны, и мне подсунули божественные возможности, я вполне могу воспользоваться ими для осуществления очень даже земных желаний! Сейчас уже почти ночь, значит мой дорогой "муж" уже спит. Я прикрыла глаза и представила как он спокойно дремлет, завернувшись в свое одеяло. Вспомнила его приятный запах, его тепло…

Глова немного закружилась, щеки ожгло огнем близкого костра. Вокруг слышалось посапывание — кто где уснул, вещи разбросали как попало, вперемешку. Нирт сидит на бревне, уставившись в огонь.

— Привет. Чего не спишь? — я боялась пошевелиться, нарушить зыбкую картину.

— Здравствуй, — оторопело выговорил он, с сомнением осматривая меня.

Ах, да, я же в платье! То-то он удивился.

— У меня галлюцинации?

— Нет.

— А-а-а, тогда понятно как ты тут оказалась. Хотя обычно ты мне снишься иначе.

Вот так новости! Интересно!

— Как это?

— А как ты думаешь? — он ухмыльнулся. — Только это все сны.

— Тогда почему ты меня оставил?

— Я…

— Знаешь, Нирт, скоро ты уже вернешься в поселок, и я хотела сказать тебе одну вещь.

— Какую?

— Я не смогу ждать тебя вечно.

Он ошеломленно смотрел на меня, мотая головой как пьяный. Я же уже хотела обратно — где он не достанет меня и не начнет "выяснять отношения".

— Нирт?

— А?

— Это не сон.

Мне отчаянно захотелось открыть глаза. Открыла. Ндя… Моя спальня, открытое окно и холодный осенний ветер. Теперь только надо дождаться его возвращения, и станет ясно, что это было — мое воображение, или факт. Правда, последствия этого факта тревожили меня сильней всего остального. А если он уйдет? Если все это — только наваждение, проклятое действие моей крови? Сердце забилось как сумасшедшее, кровь прилила к лицу, и я решилась. Шагнув на подоконник, я трансформировалась. Крылья, распахнувшись во всю ширь, ловили потки воздуха, дрожа в нетерпении… Шаг…

Ветер наполнял мою душу безумным стремлением двигаться, рваться ввысь, навстречу холоду и свету едва обновившейся луны, дыхание срывалось, я захлебывалась слезами освобождения. Душа трепетала и рвалась наружу, но я не хотела нарушать песню ветра, хоть как-то портить этот волшебный полет.

Сбоку мелькнула крылатая тень, один из моих огоньков встревожено всматривался в мое лицо. И эта тревога царапала мне сердце. Как же его имя? Крис! Кареглазый озорной мальчишка! Я спокойно кивнула ему и камнем пошла вниз, раскинув крылья недалеко от башни и с размаху приземлившись на крышу прямо над своим окном. А там… Там уже сидел ухмыляющийся вампир!

— Госпожа, следующий раз предупредите заранее, чтоб я мог организовать сопровождение! — медоточиво проворковал он.

Смеется! А глаза встревоженные и злые!

— Еще раз кто-нибудь назовет меня госпожой — превращу в лягушку и суну на ближайшее болото ждать принцессу! — рявкнула я ему в лицо.

И тут же грудь ожгло болью — сквозь кожу проступили капельки крови, напоминая о ране, полученной больше месяца назад. Вампир кинулся ко мне, развел в стороны мои руки и внимательно осмотрел кожу.

— Странно! Раны нет! Откуда? — он зло обернулся на крылатого Криса. Тот отрицательно покачал головой.

Блин, эта, как ее, Ади… Говорила же — принять такими какие есть — их боль, их отношение… У-у-у, как я попала! Теперь хоть в статую превращайся, — не будет мне жизни.

— И что это значит? — он требовательно смотрел на меня.

— Только то, что вы можете называть меня как хотите, хоть жабой! — рявкнула я и, зацепившись хвостом за карниз, нырнула в свое окно.

Что сделано одним, всегда может быть повторено. Лар нырнул следом.

— Может, успокоишься и объяснишь? Риена?

— Все нормально, извини, что я сорвалась, — я устало села в кресло, возвращаясь в человеческий вид. — Просто устала, что все со мной носятся как с лукошком тухлых яиц — и в дело не годятся и разбить страшно.

— Такова жизнь, — он фыркнул, наливая мне вина. — Думаешь, в вампирьем клане иначе? Да там все в сотни раз сложнее — как кивнуть, как сесть, как молчать!

— Да уж, мне повезло. Обидно, что я даже протестовать не имею права!

— Почему?

— Потому что ты видел, что будет!

Лар удивленно скосил глаза на мою грудь в разводах крови.

— Весело.

— Не то слово!

— И что ты будешь делать?

— При первой же возможности уйду на охоту! Нежить хоть убивать можно! — я успокоилась, и теперь жутко хотелось спать.

— Только предупреди сначала, я хоть собраться успею, — он открыто улыбнулся, сияя золотом глаз.

— Посмотрим, — я махнула рукой на дверь.

— Спокойной ночи… Риена.

Ну хоть кто-то пожалел меня несчастную! Может, этот не будет играть в няньку? И глаза у него красивые.

Я стянула надоевшее платье и забралась в постель, наслаждаясь прохладой и покоем. Нирт скоро вернется. А я подожду. Столько, сколько смогу.

Сванна вытащила меня из ванны, не дав даже расслабиться. Перед зеркалом меня ждал еще один шедевр пыточного искусства портных — тяжелое бархатное платье нежно-фиалкового цвета, расшитое серебром. Жуть. Я с ностальгией вспомнила свой поход на трех зомбиков в компании Лара. Вот уж от кого в платье не побегаешь! От зомби, в смысле. Вампир насмешливо фыркал, глядя, как я растягивала "удовольствие", нарезая нежитиков тонкими ломтями. Эх, жалко, что в эльфийские сады так редко заглядывает нежить! Дальше мне не разрешают уходить.

— Рина, не надо так морщиться, а то члены Совета решат, что мы тебя кормим тухлятиной! — Сванна хихикнула.

Кстати, тоже прогресс — видимо, вампир уговорил не называть меня госпожой.

— Да ладно, как будто им до этого дело! Как сторожевого пса держите на цепи — чуть что, сразу "фу!" и "на место!".

— Риена, — сколько укоризны в голосе! Прямо мать родная дите несмышленое отчитывает!

— Не буду, не буду. Давай быстрее уже натянем этот ужас, а то Венька грозился фейерверк устроить — не хочу пропустить!

— Можно подумать, начнут без тебя! — Сванна помялась. — Рин, а…

— Скоро уже, не переживай. Ничего с твоим ненаглядным не случилось! Завтра к вечеру приедут.

— Спасибо. А то он хотел успеть к праздникам.

— Думаю, от предложения ему уже не отвертеться, так? — я рассмеялась.

В конце недели пойдет череда свадеб. Шустрые у меня мальчики. И даже девочка.

— Ну, я не уверена…

Вампирша укладывала мне волосы, а мечтательная улыбка все не сходила с ее лица. Да уж. Вот ведь все как у людей — предложение, платье там, браслеты — букеты, а у меня — вино в таверне, прочитанные наспех клятвы и испорченная брачная ночь.

Я бросила взгляд на свое отражение и ахнула: бархат тяжелыми волнами спадал по телу, мягко обрисовывая все округлости, тонкая талия и изукрашенный вышивкой лиф вообще казались мне чужими! А Снежно- белые волосы, каскадом струящиеся по плечам и пронизанные синими слезинками камней и снежинками жемчуга сияли каким-то внутренним светом. Жаль только, что тот, для кого это все волшебство предназначалось, был так далеко сейчас.

— Сванна, ты просто чудо! Думаю, мне не придется выслушивать разговоры о политике после такого!

— На то и рассчитано. — Вампирша польщено улыбнулась. — Если их удар не хватит, так хоть наших посмущаешь. Глядишь, на турнире кто-нибудь и рискнет!

— В смысле?

— Ну турнир же для этого и затевают — чтоб лучшие могли обратить на себя внимание королевы, — она рассмеялась. — А ты у нас лакомый кусочек.

— А это, — я отмахнулась. — Мои мальчики скорее ради драки участвовать будут. Да и не рискнет никто из них ко мне подойти.

"Потому что есть Нирт", — мысленно добавила я. Сванна только плечами пожала, добавляя к прическе последние штрихи. Сама она была затянута в скромное черное платье без украшений.

— Ну что, идем? — вампирша распахнула дверь.

Глава 7

Башня

Что ни вечер, то мне, молодцу,

Ненавистен княжий терем,

И кручина, злее половца,

Грязный пол шагами мерит.

Завихрился над осиною

Жгучий дым истлевшим стягом;

Я тоску свою звериную

Заливаю пенной брагой.

Группа Мельница "Оборотень"

В главном зале нашей башни, отделанном темными деревянными панелями, уже толпился народ. Большинство крутилось возле задрапированной золотистыми тканями стены, вдоль которой установили столы с напитками и немудреными закусками. Противоположную стену овального помещения занимали высокие стрельчатые окна в обрамлении ярких светилен магического огня — горят долго и не грозят пожаром. Сванна чуть отстала, чтобы народ оценил меня, так сказать во всем великолепии. Я мысленно фыркнула, продолжая натянуто улыбаться в ожидании отмашки — пока Гленн ко мне не подойдет, наказали стоять и улыбаться. А я, между прочим, уже зверею!

Лар вынырнул сбоку и торопливо поклонившись, подал мне руку. От столов мне помахал жующий Крис, несколько пар кружились у дальнего конца зала под тихую неназойливую музыку, но в основном ребята общались, группками рассыпавшись у столов. В центре же среди чопорных, затянутых в строго черные костюмы, членов Совета виднелась седая шевелюра Гленна, яростно с кем-то спорящего.

— Госпожа, вы ошеломительно прекрасны, — шепнул мне вампир, помогая сойти по ступеням в зал.

Будь проклят тот час, когда я согласилась надеть туфли на шпильках!

— Спасибо, Лар.

И в этот момент один за другим они начали оборачиваться на меня. Я почувствовала себя куском мяса перед носом очень голодных демонов. Даже у Лара во взгляде сиял такой восторг, что у меня чуть ноги не подкосились. Сзади тихо хихикнула вампирша.

— Господа, вот и наша королева, — удовлетворенно протянул Гленн, принимая эстафету по протягиванию меня через зал.

— Доброго вечера всем.

— Госпожа, — блин, магистрат почти полным составом мне тут кланяется, а поделиться не с кем!

— Я, надеюсь, ничего не пропустила?

— О нет, Риена, что ты! Мы только обсудили наши перспективы.

— А что тут обсуждать? Наши мужчины любому Охотнику сто очков форы дадут, да и как охрана они уже показали себя. Караван в Приши успешно и спокойно дошел до цели. Эльфы вполне довольны.

Гленн удивленно воззрился на меня.

— А что, предполагалось, что мы все дружно перестанем охотиться и начнем копать огороды? — я рассмеялась.

— Да нет, просто в таком случае здоровой конкуренцией тут и не пахнет. — Седоватый дядька с потрясными синими глазами улыбнулся и недоверчиво осмотрел меня.

Да, я тоже не помнила его в группе встречавших нас в Халладе. Новенький? Высокий, статный, с плавными движениями воина, все еще вполне в форме, он чем-то неуловимо напоминал темных эльфов с их тягучими интонациями и привычкой смотреть прямо в глаза.

— Конкуренция? По-моему, естественный отсев прошел не так давно, чтобы можно было говорить о конкуренции. Или в городе опять молодежи заняться нечем?

— Да уж, до сих пор не придумаем, чем их занять — местные мастера меча просто не справляются с высокородными растяпами, — он рассмеялся.

— Лар, сколько учеников у Тара? — я оглянулась на вампира. Кажется, его собрата Тар зовут.

— Семь. Остальным пока не до того.

— И это те, кому нужно слегка прийти в форму.

— Да, госпожа.

— Так отправьте сюда своих оболтусов. По снегу далеко не убегут, так что до весны сможете вздохнуть спокойно.

— Но ведь в большинстве своем это отпрыски богатых родителей!

— Думаю, Тар сделает из них людей. — Я улыбнулась, еще одна мысль настойчиво билась в голове, требуя озвучения.

— А кто этот Тар? — поинтересовался кто-то из магистров.

— Вампир. — Гленн едва сдерживал смех, отчего его лицо слегка перекосило.

— Простите, господа, я вас оставлю. Лар. — Высший с готовностью подал мне руку, на которую я оперлась, как калека на трость.

— Ну ты даешь, — сдавленно подхихикивал он, оттаскивая меня к столам с выпивкой.

— Мне еще Линноэля найти надо.

— Сейчас же отыщу и представлю пред очи повелительницы, — поклонился вампир исчезая.

Чего это он? Ах, сзади давешний советник подошел! Понятно. Я налила себе воды и жадно глотнула. Хотелось на воздух, но программа минимум еще не отработана.

— Вы потрясаете идеями, госпожа, — поклонился магистр.

— Стараюсь по мере сил. Бросьте, это была всего лишь шутка, — пришлось опять натягивать на лицо благожелательную улыбку, хотя хотелось поскорее сбежать отсюда и снять, наконец, замучившие меня туфли.

— Его величество активно интересуется успехами вашей… общины. И мне кажется, что его интерес простирается дальше планов охоты.

— Меня мало интересуют планы Его величества. Тем более что все эти люди вполне заслужили немного покоя и право на нормальную жизнь. А что уж они выберут — земледелие или королевскую армию — это их дело.

— Это приятно слышать, — улыбнулся магистр, — среди обеспеченных горожан ходят упорные слухи о собираемой вами армии страшных монстров.

— Пусть ходят. Когда эльфы разбили тут свои сады, в Халладе тоже вопили о войне. Кроме того, как я поняла, магистрат пока еще на нашей стороне?

— Всецело можете на нас рассчитывать. С последней войны способность Халлада к обороне серьезно ослабла — два десятка Охотников не смогут ничего противопоставить королевским полкам при всем нашем желании.

— Я знаю. И ни в коем случае не хочу повторения событий десятилетней давности. К тому же Халлад всегда был олицетворением свободы.

— Вы меня порадовали, госпожа.

— Взаимно. Простите, меня ждут, — в дверях замаячила фигура эльфа.

Советник поклонился и отвалил. Ура! Я сейчас от счастья канкан на столе изображу! Лин протиснулся ко мне сквозь толпу приятелей и почтительно припал к руке.

— Лин, кончай, и так задолбали как дятлы по весне!

— Все настолько плохо?

— Да! — сдавленным шепотом сообщила я, хватая его за рукав и отгораживаясь отнюдь не маленькой спиной друга от любопытных взглядов членов Совета.

— Выглядишь потрясающе! Жалко Нирт не видит!

— Ты ему еще доложи, как эти на меня облизывались! — прошипела я.

— Что я, сам себе враг что ли? — рассмеялся этот поганец.

— Ты мне лучше скажи, что там с нашими соседями? Ты все уладил?

— Естественно. Никто, правда, сильно и не огорчался — эльфы женщинами — полукровками не интересуются.

— Слава Богам! Где б нам теперь еще таких полукровок найти? — я заискивающе глянула на эльфа, тот остолбенел от моей наглости.

— Зачем тебе?

— Не мне, дурак — им. — я обвела рукой зал.

— Да придумаем — мало что ли народу на ярмарку соберется.

— Только чем нам торговать-то?

— Не нервничай, Халладцам все равно больше нигде удобней рынок не найти — тут и эльфы под боком, и с гномами можно договориться.

— Да? Срочно хочу к гномам! Я ни одного нормального не видела — только на торгу в городе.

— Не трепыхайся. К ним Тар поехал. А с женщинами гномы вообще дела не ведут — считают ненадежно.

Что такое?! — не жизнь, а череда обломов!

— Ладно, увидим. Что с турниром на завтра?

— Эльфы вроде решили выставить пару бойцов, так что скучно не будет. Из наших участвуют Крис, Гленн и Лар. Ну и я рискну, наверное.

— А я? — обиженно надуваю губки. В этом платье я вообще выгляжу ангелочком, так что вдруг проймет?

— А ты будешь сидеть на месте для почетных зрителей и утирать платочком слезы умиления! Ясно? — шепотом прорычал эльф. — Иначе расскажу Нирту, как ты тут глазки всем строила!

— Не посмеешь! — Я радостно улыбнулась, пряча злость.

— Риена, я понимаю, что тебе хочется отдохнуть от всего этого дурдома, но давай не искушать судьбу — пока чужие не видели тебя в бою, у нас есть хотя б призрачный шанс сохранить положение вещей.

— Лин, неужели ты считаешь, что нам осмелятся угрожать?

— Не считаю — знаю. Через какое-то время начнут пробовать на прочность. А потом надавят.

— Лин, открою тебе маленькую тайну, — я почти касалась губами его уха, — сейчас мы во сто крат сильнее, чем были. Есть некоторые секреты, которые тебе пока знать необязательно. Просто никто никогда не сможет надавить ни на меня, ни на наших парней!

Эльф удивленно рассматривал мое сияющее начищенным медяком лицо. А потом медленно, глубоко поклонился.

— Ты удивила меня, королева. Но думаю, мои догадки мы обсудим в другое время и в другой компании, — он бросил осторожный взгляд на подошедшего вампира.

— Хорошо, Лин, увидимся завтра.

Ух, нет, эти туфли меня в могилу загонят! Надо срочно уходить, иначе я неприлично грохнусь прямо в зале у всех на виду.

— Лар, помоги мне доползти до выхода. Иначе я растянусь прямо тут и фиг вы меня отскребете от пола! — мой надрывный шепот сорвался в стон, ноги уже вопили о пощаде.

— Сию секунду! — Он аккуратно подал мне руку и торжественно вывел за двери зала.

А потом просто подхватил на руки и бегом поднялся по лестнице, будто я пушинка — даже не запыхался! Смеющиеся золотые глаза наблюдали, как я со стоном стягивала проклятые туфли и расплетала волосы.

— Знаешь, тебе лучше вернуться в зал.

— Почему это?

— Не хочу, чтобы обо мне думали невесть что.

— А что они могут подумать? — заинтересованно поднялся он.

— Наши-то ничего, а вот эти чертовы Советники — и так по Халладу сплетни ходят.

— Неужели тебе это так важно?

— Мне — нет. А вот за твою жизнь не поручусь.

— И кто такой смелый? Я бы хотел увидеть этого героя завтра на турнире.

— Он не успеет.

— Ах, не успеет, — смеясь протянул Лар, — тогда какой смысл бояться?

Я не стала уточнять, что упомянутому герою это может не понравиться, и он набьет рожу вампиру без всякого турнира, но решила промолчать — вдруг Нирт решит расторгнуть этот странный союз… Мне резко поплохело. Проклятый холод вновь заползал в сердце, сжимая в тисках и не давая вздохнуть. В глазах заплясали цветные мушки и голова закружилась. Лед все больше заполнял меня, изгоняя все остальное. Лар понял это по-своему и совсем разулыбался.

— Выйди, мне нужно переодеться.

— Слушаюсь, — и исчез за дверью, прежде чем я успела в него чем-нибудь запустить.

В сундуке нашлись новые тренировочные брюки, рубашка и короткая кожаная безрукавка. Для тренировки она, конечно, слабо подходила — слишком низко были пуговицы, открывая клином шею и немного декольте, но для легкой прогулки втихую вполне годилась. Сапоги мне тоже достались новые, но как я люблю — высокие, с частой шнуровкой и каблучком — лезвием. Из старых вещей на дне сундука сиротливо притулилось шелковое зеленое платье.

За дверью, как и следовало ожидать, меня караулил этот наглый вампирюга, ехидно улыбавшийся моей насупленной особе.

— Ну и куда мы собрались?

— Составишь компанию? Хочу размяться, раз уж завтра на турнир не пустят.

— За что так жестоко?

— В каком-то смысле они правы, не хотят дразнить собак.

— Укусят?

— Залижут до смерти! — я хохотнула.

Утро (а точнее день, поскольку возвращаясь, я видела узкую полоску зари) началось с грохота в дверь и воплей Лидии. В коридоре однозначно шла драка. Я подскочила с кровати как ужаленная и распахнула двери, не слишком задумываясь о своем внешнем виде. А там картина сыром по маслу: Лар держал за талию орущую фурией вампиршу, а в стену напротив вжался злой как демон Линноэль со следами когтей на щеке. Вся троица при звуке распахнутой двери застыла, кто где был, у мужчин медленно падали челюсти от вида моей кружевной ночнушки длиной только до середины бедра. Лидия дернулась, запихнула меня в комнату и захлопнула дверь прямо перед носом парней.

— Ну и что вы опять не поделили? — я зевнула и забралась обратно под одеяло, раз уж война на сегодня отменялась.

— Этот остроухий… (я покраснела, надо бы запомнить выражения — пригодится) — она выжидательно уставилась на меня.

А что я? Я вообще ничего не поняла!

— Он что, приставал к тебе?

— Ну да!

— И ты против?

— Ну…

— Тогда нечего орать! — я накрылась с головой.

— Риена.

— Ммм?

— Я вообще-то тебя будить шла. Через пару часов начнется турнир, к тому же тут эльфы приехали, и от гномов делегация.

— Гномов отправьте Гленну — он лучше знает, что делать. А познакомиться и на турнире можно. Кстати, предупреждаю сразу — платье я не напялю. Со вчерашнего ноги болят.

— Сванна тебе подарок приготовила.

Я разлепила глаза и с трудом высунулась из-под теплого одеяла. Вампирша гордо демонстрировала мне… брюки! Плотные синие брюки, напоминающие мои тренировочные. Правда к ним полагалось нечто воздушно — серебристое, напоминающее платье без рукавов и застегивающееся как куртка. Да и длиной всего лишь до лодыжек. Зато с широким поясом к которому Лидия уже прикрепляла мой меч. Да, в таком наряде мне будет гораздо лучше!

— Спасибо. Правда. Я ценю!

— Косу заплетешь или просто распустишь? — довольная вампирша кивнула на мои распушенные со сна волосы.

— Заплету. Вдруг случится чудо, и мне разрешат поучаствовать?

— Не надейся. Кстати, пока Лар будет перед тобой выплясывать, в охрану назначен Тар.

— Выплясывать? — я нахмурилась.

— Да чего ему там еще делать-то? Единственный, кто ему по голове настучит — ваш Нирт — в отъезде.

Не нравится мне это, ох, не нравится! Ладно, может, милостью Богов обойдется.

— Помоги мне влезть в сапоги, а то вчера так наскакалась в этих шпильках — ничего не чувствую.

— Это не от шпилек. Это меньше с мечом скакать надо было, — проворчала женщина.

Блин, и про это уже в курсе. Значит, и весь поселок к полудню узнает.

— Филеем чую, сегодня что-то будет! — буркнула я.

— Ты ешь давай, а то уже идти надо! — рассмеялась Лидия, придвигая мне поднос с ароматными булочками и чаем.

— А нельзя отговорить Лара биться?

— Увы. Если этот мальчишка вбил себе в голову произвести на тебя впечатление, его уже не остановишь!

— И за что мне это? Мстит, что ли?

— С чего бы?

— Да вчера уговорила его размяться, два раза в лоб получил — может, обиделся?

— А сколько раз получила ты?

— Ну, я же не совсем честно играла, — я улыбнулась. — Так что счет равный.

— А-а-а, да нет, не стал бы он так глупо отыгрываться. Так что готовься, дорогая, к длительной и упорной осаде.

— Ой!

— Чего? Больно? — Лидия отложила расческу, которой до этого мучила мою гриву.

— Нет. Просто, получается Лар не в курсе?

— В курсе чего?

— Лидия! — я в ужасе округлила глаза. — Лар не в курсе, что я замужем!

Вампирша с минуту молча рассматривала меня как памятник идиотизму, потом громко расхохоталась.

— И кто же этот бедняга?

— Нирт.

Женщина подавилась смехом и уронила расческу. Я же говорила — филеем чую: вляпалась.

Поляну для турнира выбирал Линноэль, чем втайне гордился. С трех сторон окруженный высокими деревьями, луг порос скошенным уже разнотравьем, его с двух сторон огородили цветными лентами, поместив на двух концах шатры для воинов и резные стулья с высокими спинками для почетных гостей. Народ сновал вокруг, стоял невообразимый гвалт праздничной суеты. В воздухе витал аромат сена и свежей выпечки — торговцы подсуетились. Такие зрелища они стараются не пропускать, так что поселок уже гудел и стоял на ушах. Делали ставки — кроме наших четверых среди участников оказался эльф и пара гномов, воинственно топорщивших бороды на площади у башни. Эльф, по словам Лидии, пользовался большей популярностью.

Вообще, наше маленькое поселение на глазах наполнялось народом, оживляя и внося легкий неуловимый флер кипящей жизни. Сновали всадники — городские тоже приехали поглазеть на диковинных Зверей. Всевозможным девицам тоже тут как медом намазали. Торопились торговцы — им и турнир посмотреть хотелось и свои палатки надо расставить, и за товаром присмотреть.

Черноволосый смуглый и молчаливый Тар уже ждал нас внизу, держа в поводу вороного коня. Опять мои няньки на толпу работают! Дались им эти дешевые эффекты! Кстати, Тар — единственный из всех четверых вампиров был моложе ста лет, и еще не утратил чисто человеческого свойства хвататься за все дела сразу. Он успевал и мужчин тренировать, и по поручениям Гленна мотаться. И, по словам той же Лидии, по сердечным делам исчезать.

В сопровождении вампиров и любопытных взглядов я проехала к месту турнира, с содроганием всматриваясь в людей, столпившихся у шатров для участников. Страх и ожидание слились в единую гремучую смесь, заставляя сердце колотиться как бешеное. Наконец, меня усадили, представили Элатиэлю — представителю эльфийских садов, и Зирану ар Даваду — главе гномьей делегации. С магистрами Халлада я просто раскланялась, решив не подходить ближе и не портить себе настроение.

— Вон они, — шепнул стоящий за спиной Тар.

Я присмотрелась: Гленн, Крис и Лин стояли у шатра, проверяя последний раз свою броню. Лара не видно, может, передумал? Или Лидии удалось его поймать и отговорить?

К слову допускались только кожаные доспехи и тупые турнирные клинки, так что серьезных ран быть не должно. Вон Венька с несколькими городскими магами стоит наготове — и судьи и целители. Все равно больше никто другой не сможет отследить бойцов и пресечь любое отступление от правил. А оно каралось только дисквалификацией.

Маги дождались, пока все почетные гости займут свои места и по моему кивку вытолкнули вперед самого смелого.

— Осенний турнир открыт! — смущенно прокричал тот, кутаясь в темно-синюю мантию.

— Бой идет до первого ранения. Проигравший выбывает! Пары бойцов выберет жребий. Вне турнира все желающие могут попытать счастья, сразившись с победителем! Если он захочет! — добавил стеснительный маг.

К шатрам вытащили какую-то миленькую девочку в красном платье и с бантом на голове, сунув ей под нос мешочек со жребием. Та, покраснев от смущения, вытащила несколько бумажек. — К черте вызывается Гленн из Гравана и Рибелсирит из эльфов! — объявил Венька и кивнул соперникам.

Как и следовало ожидать, опытный и спокойный Гленн на раз сделал самолюбивого светловолосого эльфенка. Тот обиделся и долго ругался с судьями по поводу нечестного поединка, на что маги только ехидно улыбались и советовали пойти… ко мне. Лар, одетый в сплошной черный доспех, внимательно осматривал соперников, не переставая отпускать язвительные замечания. Лину достался Крис, и тут был красивый и интересный бой — оба бойца приблизительно равны и в скорости и в силе, так что народ с восторгом проводил проигравшего Криса и гордого ушастика. Гномы, причем оба подряд, попались Лару и тот, явно играя на публику, прогонял взбешенных бородатиков по всему полю. В итоге они помирились и даже выпили по кружке эля прямо на поле под восторженные крики толпы. Лина вампир тоже одолел довольно быстро, а вот с Гленном такие номера не проходили — пришлось напрячься и показать настоящий, сильный и серьезный бой.

— Фигляр, — фыркнул Тар на подходящего к нам собрата.

Лар выглядел спокойным и довольным, легкая полуулыбка чуть тронула уголки губ, когда он опустился передо мной на одно колено.

— Вы довольны, госпожа?

— Встань, Лар из Гравана. — Я приняла у Веньки какой-то колючий венок, который судя по всему, должна была нацепить на голову вампиру. — Я объявляю тебя победителем турнира!

Толпа взревела, посыпались поздравления. Даже Элатиэль справа что-то одобрительно буркнул.

— Еще раз выкинешь что-нибудь в этом роде, я тебя придушу, — с улыбкой прошипела я, надевая ему венок.

— А как же моя награда? — ехидно прошептал этот гад.

— Какая награда?

— Поцелуй королевы, конечно!

Я подняла глаза, медленно покрываясь холодным потом — у шатров участников возникла знакомая фигура, глаза цвета осеннего моря разом потемнели и загорелись злобой.

— А как же право любого желающего оспорить победу? — гаркнул преувеличенно веселый голос.

У меня сердце остановилось. Он же убьет этого мальчишку за его дурачества! Я внутренне сжалась, не представляя, что делать. А вампир уже оскалился навстречу сопернику. Они рванули с места так, что пыль встала столбом, зазвенела отнюдь не тренировочная сталь, послышался глухой рык. Венька в ужасе смотрел на меня.

В толпе заулюлюкали, радуясь новому бою. Облака пыли шлейфом стелились за ними, мужчины то кружили, словно бойцовые петухи, то с яростью набрасывались друг на друга. К счастью, Нирт оставался в человеческом облике, иначе вампиру и вправду пришлось бы туго. Когда же из очередного клуба пыли мне в нос ударил запах чьей-то крови, я резко поднялась и рванула к бьющимся, разом возникнув между ними. В груди саднило, было трудно дышать. Мужчины остановились, тяжело дыша и со злостью прожигая друг друга взглядами.

— За нарушение турнирных правил и использование боевых клинков вы оба дисквалифицированы, — громко и твердо заявила я. — Победа присуждается Гленну из Гравана!

Венька подхватил эстафету, вызывая приглашенных из Халлада менестрелей на состязание музыкантов. Он уже понял, что гостей развлекать придется ему.

— Оба за мной! Быстро! — я направилась к ближайшему шатру, благо — единственное место, где я могу на них наорать (маг проводил нас долгим взглядом и наверняка поставил купол молчания, а то от моих воплей весь поселок сбежится, еще и соседи примчатся!).

Внутри все болело и ныло, не отпуская. Голова закружилась. Пришлось до крови закусить губу, чтоб не застонать.

— И что это вы оба удумали? Вам что, места мало?! Или дурь свою девать некуда?! Я вам устрою веселую жизнь, герои так вас растак — разэдак! Вы же поубивать друг друга могли! Вы хоть немного головой думали?! — я самозабвенно надрывалась, глядя на их бледные лица. Пусть скажут спасибо, что на месте не прибила! — Значит так, оба с глаз моих, чтоб я до вечера вас тут не видела! Можете дальше друг другу… лица бить! Я еще и добавлю!

Я развернулась и вылетела пулей из шатра, задыхаясь от боли в груди. Превентивную сцену я им устроила, теперь до смертоубийства не дойдет. А вечером… А вечером орать будут уже на меня. Кто — неясно, за что — найдут.

Мне пришлось еще несколько часов просидеть улыбающейся куклой и обмениваться любезностями, делая вид, что праздник продолжается. В груди все сильнее саднило, дышать становилось все труднее, но нужно было улыбаться и шутить, хотя хотелось просто упасть и сжаться в комок. Венька с тревогой следил за мной, стараясь не уходить далеко. Где-то сбоку маячил Линноэль, да и Гленн быстро переоделся и присоединился к нам. Когда же начались танцы, я с облегчением сбежала в башню, сопровождаемая молчаливой тенью Тара.

Стянув праздничный костюм, я прихватила со стола кувшин с вином и отправилась туда, где мне никто не мог помешать — на крышу. И медленно напивалась, ожидая прихода сумерек и моего приговора в лице двух разъяренных мужчин. Один из которых, скорее всего покинет меня, а другой… Сколько я пыталась себя обмануть, прячась за выдуманными предлогами? Ведь могла же сразу напрямую поговорить с ним, еще там, в истрепанной палатке у подножия горы, когда проснулась в его объятьях. Испугалась. Дура. А теперь еще страшней. Потому что, когда он узнает во что я вляпалась по самые уши — оторвет голову. Что ж за жизнь пошла, тоска да холод, без просвета?

Когда кувшин опустел, а перед глазами все плыло, теряло очертания в свете угасающего вечернего солнца, за моей спиной послышалась возня, сдавленная ругань и грохот падения. Пьяно пошатываясь, на крышу выбрался Лар, сверкая свежим фингалом под глазом.

— И что ты хочешь мне сказать? — равнодушно поинтересовалась я.

— Я спросить хочу.

— О чем?

— Ты его любишь?

Вампир замер в задумчивости, покачиваясь то ли от ветра, то ли от выпитого. Я молчала, просто не зная, что ему сказать. Люблю ли я Нирта? Или я просто цепляюсь за него в надежде получить хоть немного тепла?

— Нирт мой муж, — слова сорвались с языка прежде, чем я вообще поняла, что и кому говорю.

Он с размаху уселся рядом, едва не рухнув с крыши.

— Шла бы ты к нему. Мучается ведь.

— Уже иду. А ты?

— А я в порядке, королева, — улыбнулся он.

И когда я уже собралась спуститься на лестницу, совершенно трезвым голосом прошептал:

— Я подожду.

Нирта я нашла в кабинете, в компании вдрабаган пьяного Лина. Эльф уже почти спал, нежно обняв подушку на узком диванчике.

— Нирт, мне нужно поговорить с тобой, — я осторожно коснулась его плеча.

— О чем? — он усмехнулся одними губами.

— Два дня назад я просила тебя принять решение.

Совершенно трезвый и изумленный взгляд.

— Что, думал — приснилось? — я улыбнулась и потянула его на выход.

— Честно говоря, да.

Долгое молчание, только гулкие шаги по лестнице за моей спиной. Тихонько прикрыла дверь своей комнаты, пропуская его внутрь.

— И что ты мне скажешь?

— А что ты мне скажешь о сегодняшнем?

— Ревнуешь? — я удивилась.

— Скорее это чувство собственника. — Мужчина, стоящий сейчас передо мной, совсем не походил на ироничного и спокойного Нирта. — Мне показалось, что Высший тебе нравится. Больше, чем просто нравится.

Темный гнев в глазах, сжатые кулаки и глубокая ссадина на шее. Действительно, какое-то собственническое поведение. Но я же не вещь! К тому же и так проблем хватает.

— Боги! Да я почти месяц с ума схожу, от того, что тут творится! А он мне цирк устраивает! — вспыхнула я.

— Что?! — тот аж опешил.

— Что слышал! И вообще — я имею полное право сейчас закатить тебе самый безобразный скандал!

— Повтори, пожалуйста! — он подошел вплотную, опуская мне руки на плечи.

— Что именно ты не расслышал? — я все еще не могла справиться со злостью.

— Что-то случилось?

— Это как посмотреть. Сейчас Венька с Лином придут — узнаешь, — я прикрыла глаза, отслеживая две ползущие по лестнице точки.

Еще одна по-прежнему торчала где-то над головой. Ну, этому и так все будет слышно. Лохматая голова мага тихонько просунулась в дверь, парень едва удерживал дверь — сзади напирали.

— Да пусти ты, не видно же ничего! — яростно прошипели из-за двери.

— Э-э-э… — Венька встретился глазами с Ниртом, вольготно развалившимся на моей кровати и с интересом наблюдающим за сценой.

— Ну что? Целуются?

— Я смотрю спальня моей жены — популярное нынче место. Пожалуй, даже чересчур, — промурлыкал он.

За дверью сдавленно охнули и, видимо попытались уползти, но Венька наступил там на что-то, и послышались яростные матюги и сопение.

— Заходите уж, обормоты. — Я вздохнула, усаживаясь на подоконник.

— На повестке дня — божественная сила и чего с ней делать, — объявила я. — Слово магу.

— Ну, я… В общем, Нирт, наша красавица теперь что-то вроде Богини. Ее предшественница Адиаланна спихнула Риене свои силы. Мы ждали тебя, чтобы решить, что дальше делать.

— Опа! А почему я об этом узнаю последним? — Линноэль обиженно насупился.

— Потому что пить надо меньше! — Я сосредоточенно пялилась на эльфа, пытаясь протрезвить его.

Нос зачесался, я чихнула. Резкий порыв ветра отбросил эльфа к стене, правда уже трезвого.

— Вот об этом я и говорил, — Венька помог несчастному встать.

— Вень, ты обещал рассказать, что откопал в жреческой книжке.

— Все, что я понял — Адиаланна была чем-то вроде последней песчинки на весах, нейтральное божество и к свету и к тьме. И за это ей прилетало от обоих. Особенно старался король демонов ССхорг. Но там вроде еще что-то с личной местью связано было.

— Хочешь сказать, что меня ожидает веселое будущее?

— Если не найдешь какую-нибудь дуру…

— Понятно. Значит, избавиться от этого не получится.

Нирт внимательно слушал, мрачнея с каждой минутой. И мне совсем не нравилось выражение угрюмой решимости на его лице.

— Вень, мне кажется, на меня нападать смыла нет — я же не Адиала… Как ее там?

— Адиаланна, — напомнил эльф.

— Да. Я же не собираюсь лезть в игрища этих небесных… — я смутилась под пристальным взглядом Лина, — выхухолей.

— Ты думаешь, тебя будут спрашивать?

— Ладно, это все вопросы. Вень, поезжай тогда в город и найди мне ответы. Можешь Лина забрать с собой.

— Пожалуй. Тем более что Нирт вполне справится и с твоей охраной и с твоим характером! — усмехнулся маг, выпихивая в коридор эльфа.

Я набрала воздуху в грудь и развернулась к мужчине на моей постели, готовясь к скандалу. Но тот продолжал спокойно лежать, мрачно размышляя о чем-то своем.

— Будешь ругаться?

— А есть смысл? Уже ведь ничего не изменишь.

— Наверное. Злишься на меня?

— За что, глупая? — он устало улыбнулся. — И так понятно, что ты не можешь жить без неприятностей.

Нирт встал и встряхнулся, несколько мгновений помедлил в дверях и молча вышел. Понятно. Значит, мне действительно больше не на что надеяться. В груди стало холодно и пусто. Как будто разом выключили все краски мира, серое ничто и ледяной ветер, сжимающий внутренности нестерпимой болью. Нет, так нельзя. Нужно срочно отвлечься, иначе мои эмоции в сочетании с возможностями натворят бед.

Я вынырнула в темный провал окна, разворачивая крылья. Сжечь силы, выгнать из головы все мысли, просто наполниться ветром — самое лучшее лекарство. Ароматы скошенных трав и увядающих листьев, темное покрывало неба над головой, бьющий в лицо холодный воздух, полная свобода… От всего и от всех. Только бескрайнее небо и призрачный свет звезд.

Закрыв глаза, я наслаждалась ощущением равнодушного покоя, тянущей усталостью крыльев, задыхалась от быстроты полета и холода. Спина отчаянно ныла и просила пощады. А темнота ночи все гнала и гнала вперед, подстегивая тугими плетями ветра. До дрожи хотелось расплакаться, но нельзя. Это касалось только меня и больше никого. В конце концов, я ведь сама виновата. Столько лет удачно избегала любой привязанности, а тут как девчонка попала, кинулась в омут, не думая о последствиях. Вот и огребаю теперь. Устала как собака, куда бы спрятаться и отоспаться лет на десять?

Я заложила вираж и повернула к дому. Закрыв глаза, я позволила воздуху плавно опустить меня прямо на подоконник, встряхнулась и почувствовала, как напряжение меня отпускает. В окно тут же вежливо поскреблись. Ну кто, кроме этого ехидного вампирюги, посмеет лазать в окно к Повелительнице?

Однако там оказалась Лидия. Даже страшно видеть до совершенства ухоженную вампиршу цепляющейся за мой подоконник.

— Входи, — я отодвинулась, впуская женщину внутрь.

— Как ты?

— Жить буду, — я усмехнулась, — Лар наябедничал?

— Нет. Просто видела, как ты там носилась, — палец ткнул в потолок, — Догнать не смогла, вот и ждала, пока выпустишь пар.

— Что ж вы заботливые такие?!

— Риена, может, ты и не в курсе, но от тебя зависит будущее многих. И у тебя нет права раскисать.

— Я и не собиралась.

Лидия удивленно осматривала мою измученную тушку взглядом профессионального мясника.

— Обдумываешь, как поделикатней прочистить мне мозги?

— Нет, думаю, как ты завтра с таким похоронным лицом будешь благословлять народ.

— Уже завтра?

— Ну да, Гленн торопит, у него там какой-то караван на подходе.

— Понятно. Тогда я, пожалуй лягу. Не возражаешь?

— Приятных снов. — Вампирша остановилась на пороге. — Знаешь Риена, это больно только в первые несколько раз. Потом привыкаешь.

Ндя… Вот и поговорили. Тянуть мне лямку местной достопримечательности до конца моих дней. А судя по деяниям Богов, дней этих будет много. Обидно.

Глава 8

Огни костров

Где мужчины "в металле"?

Где характер орла, и поступь тигра?

Измельчала порода

Пляшут враги

Мы из праха восстанем

Мы не станем играть в чужие игры

Быть уродами моды

Нам не с руки

Группа Ария "Дай жару!"

Для свадеб мужчины соорудили небольшую беседку на поляне в стороне от поселка. Среди поющих на ветру деревьев белели резные колонны, поддерживая ажурную крышу в цветочных узорах. В неожиданно солнечный и теплый день эта беседка выглядела маленьким храмом в окружении благоговейно притихшей природы. Посреди площадки водрузили купель. Я чуть не задохнулась, узнавая эту высокую каменную чашу. И когда только успели привезти? Однако чего-то активно не хватало. И тут меня осенило — цветов! Беседка была еще свежей, плющ и травы не успели оплести ее тонкие колонны, добавляя к вырезанным живые узоры.

Я бережно прикоснулась к земле, интуитивно выискивая нужные мне растения и уговаривая подарить людям немного своего волшебства и красоты. Вверх взвились тонкие зеленые щупальца, обнимая дерево беседки и накрывая ее пологом совершенно молодой сияющей зелени, то тут, то там замелькали мелкими жемчужинами нежно — розовые лепестки цветов, раскрывая свои нежные чашечки навстречу остывающему осеннему солнцу.

За спиной восторженно вздохнули. Я резко обернулась, стараясь не запутаться в новом шедевре моих вампирш — синем тяжелом платье с золотым шитьем. Белые волосы свободно спадали на обнаженные (и очень замерзшие!) плечи. Лидия уверяла, что я неотразима. Да уж. Вся моя компания во главе с Ниртом восторженно рассматривала мое творение. Эльф и маг тут же начали бегать кругами и описывать каждую замеченную деталь типа совершенно как живых бабочек, рассевшихся по цветам. Мой муж (блин, и чем я вообще думала?!) больше внимания уделил моему наряду и совершенно равнодушному Лару, прислонившемуся к дереву с видом скучающего носорога. Охрана, никуда не деться.

— Ну и где все? Где радостные невесты и счастливые женихи? — я возмущенно посмотрела на эльфа, свадьбы организовывал он.

— А? — эльф отвлекся от беседки и одернул нарядный камзол. — Сейчас будут. Там Гленн целое шествие ведет.

— А ты чего не с ними?

— Ну должен же кто-то успеть отыскать и привести в порядок тебя!

Венька откровенно заржал. Даже невозмутимый Лар позволил себе улыбнуться.

— Интересно, от чего же я должна быть в беспорядке? — уже злясь, прошипела я.

— Ну-у-у, — эльф задумчиво смотрел на Лара, тот — на багрового Нирта, — не знаю. Вдруг ты упала и испачкалась?

— Хватит уже этих всемирных заговоров! Давайте уже делом займемся! Вон жрец Барга идет!

Жрец царя богов, покровителя супружества, брака и союза. Хоть эту обязанность мне не надо выполнять, хотя и намекали. Пришлось сказать, что только благословлять умею. Венька тут же уточнил, что умею — мечом по голове. Добрые, блин.

Нирт и Лар тут же встали по бокам от меня, едва не рыча друг на друга. Жрец оказался полным седеющим дядькой в коричневом балахоне с ярким вышитым поясом и миловидным добродушным лицом, на котором особенно выделялись сияющие смехом карие глаза. Он степенно прошествовал мимо меня, застрявшей в широком проходе беседки, и занялся купелью. Венька, как единственный не занятый в предстоящем шоу, вынужден был помогать жрецу наливать в чашу принесенную воду, раскладывать ленты и поправлять "одеяние Пресветлой Ррриеналь". Когда же все было готово, а народ, по словам Лина, застрял на выкупе последней невесты, жрец расслабленно вздохнул и соизволил окинуть нас внимательным взглядом.

— Прошу простить меня, Пресветлая, могу я задать вопрос?

— Конечно.

— Я вижу на вас следы эльфийского обряда помолвки?

— Помолвки? Мне казалось, это был другой обряд, — я подозрительно глянула на смутившегося мага.

— Ну, я по долгу своему в подобном разбираюсь. Я хотел спросить, расторгнута ли помолвка?

— Нет. — Нирт с вызовом вскинул голову, глядя мне в глаза.

— Странно. Почему вы тогда не завершили обряд, как подобает?

— Мы пока не решили, стоит ли вообще это делать.

— И сколько времени уже прошло?

— Чуть больше месяца. К чему эти вопросы?

— Простите, Пресветлая, просто между помолвкой и свадьбой должно пройти не больше месяца, иначе все придется начинать сначала.

— Знаете, мне пока не до свадебных хлопот.

— Как скажете, Пресветлая, — вздохнул улыбчивый жрец.

Я же наблюдала за сияющим Ларом и угрюмым лицом Нирта. Странно он реагирует. Ладно, потом разберусь, тем более, что среди деревьев уже показались белоснежные снежинки невест.

Гленн вел торжественную процессию, позади него степенно шествовали четыре ладных пары — изящные красивые и такие разные девушки под руку со своими избранниками, Разодетые в белое, виновники торжества отчаянно краснели и косили глазами по сторонам, уделяя особое внимание своим спутницам. Вот смеющийся Крис с очаровательной блондинкой, явно украденной из эльфийских садов, смешливой и живой. То-то соседи так орали! Вот громадный и мощный Беорн, молчаливый крылатый медведь, осторожно ведущий под руку счастливую Сванну. Хорошая пара получилась. Вот еще двое обидчиков эльфов — Зок и Греф, смущенные и довольные, и их дамы, светящие огромными глазищами. Кажется одна даже чистокровная эльфийка!

Следом за ними валил празднично разодетый народ, музыканты и просто зеваки. Когда все встали, поправили платья и букеты, на меня разом уставились в ожидании десятки глаз. Пришлось набрать в грудь воздуха и решительно сделать шаг вперед. Люди дружно вздохнули, а я мысленно поаплодировала Лидии — сияющий синий бархат с искрами золотого шитья заиграл на солнце, теплые лучики подсвечивали мои рассыпанные по плечам волосы, создавая ореол внутреннего сияния.

— Сегодня вы вступите на новый путь, по которому отныне пойдете вместе. Я желаю вам счастья. И благословляю. — Я выдохнула, ощущая сильное тепло, исходящее от меня, перегрелась от волнения что ли? И отступила вглубь беседки, за спину жреца.

В ответ люди удивленно терли глаза, наблюдая, как я начинаю светиться, словно светильник, яркие лучики пронзали насквозь беседку, легко касаясь стоящих впереди будущих супругов. Жрец невозмутимо прокашлялся, и пары вошли внутрь, готовясь к основной части свадьбы — клятвам. Я вполуха слушала его бурчание и сбивчивые ответы взволнованных людей, продолжая вдохновенно сиять. Когда же парни приготовились окунуть в купель брачные браслеты, дабы освятить будущий союз, я легко коснулась воды кончиками пальцев, заворожено глядя на загорающиеся в ней искорки серебра. Браслеты, благословленные водой, перекочевали на руки счастливых невест, и поляна взорвалась радостными криками…

Схлынувшую толпу мы все проводили облегченными взглядами, Жрец отправился с молодыми, гулким басом возвещая новоявленным супругам об их правах и обязанностях. Эльф и маг, чуть помедлив, увязались следом. Я стояла, задумчиво помешивая пальцами воду в купели, не обращая внимания на моих "охранников", устало присевших на ступени. Сияние постепенно померкло, и укутанная плющом беседка снова погрузилась в зеленый полумрак. Наверное, нам тоже стоило присоединиться к празднику, но я все еще ощущала горячий уголек внутри, рассыпающий по телу щедрое тепло, и мне совсем не хотелось вновь становиться живым факелом.

Лидия ворвалась в беседку маленьким зеленым ураганом, в честь свадьбы сестры сменив привычное черное платье на зеленое, не менее глухое.

— Риена! Ты… Ты просто не представляешь, что ты сделала!

— Эффектно, правда? — я грустно улыбнулась. — Правда, я совсем не хотела. Само вышло.

— Да нет же! Ты — просто чудо! Волшебница! Жрец с пеной у рта уверяет, что это было божественное благословение, и теперь их ждет долгая и счастливая жизнь! Сам Барг освятил сегодня союз!

— Я рада, — буркнула я, отбиваясь от сумасшедшей вампирши.

— Ррриеналь, воистину Пресветлая, — Лидия упала на колени и хватанула мою мокрую лапку, прижав к своему лбу.

— Лидия, а можно я чуть позже приду на праздник? — Я робко подняла ее за плечи.

— Конечно, королева! Можешь вообще вечером к танцам явиться, главное — обязательно приди.

— Танцы я не пропущу, ни за что.

— Кстати, Нирт, — проорала она, — там мэтр Давиаль прибыл, он хочет тебя видеть!

Вот только королевского мага нам не хватало для полного счастья! Особенно сегодня! И уж точно мне не хотелось, чтобы слухи о сегодняшнем фокусе дошли до ушей короля. И так последствия обещали быть не самыми приятными. Нирт что-то прорычал вампиру и рванул к ратуше. Ндя…

— Ну что, королева, так и будешь тут мерзнуть, или уже пойдем? — ехидный голос Лара я ни с чем не спутаю.

— Иди. Я хочу немного подышать.

Не став ждать, я просто бездумно брела по тропе, бегущей к морю. Только тут, под прикрытием почти облетевших деревьев и высокого скалистого берега, я могла хоть ненадолго почувствовать себя свободной. Тут я могла расслабленно сесть на камни, еще хранящие солнечное тепло, закрыть глаза и послушать вечный шепот моря. А еще оно всегда напоминало мне глаза Нирта.

Позади едва слышно прошуршали камешки под сапогами. Вампир все-таки шел следом, проигнорировав мою попытку уединиться. Как всегда.

— Грустишь, королева?

— Не знаю. Я уже вообще не понимаю, что со мной происходит.

— Это осень. Тебе все чаще становится холодно. А еще пусто. И страшно. — Золотые глаза с пониманием смотрели на меня.

— Наверное. Знаешь, что действительно страшно?

— Ммм?

— Завтрашний день. Никогда не знаешь, чем он обернется.

— Я хотел тебе сказать спасибо.

— За что?

— За это, — он взял мои руки в свои и легонько сжал, ожидая реакции.

Сначала я не поняла, что он имеет в виду, и только через несколько секунд озябших пальцев коснулось робкое тепло его рук, заставив бешено забиться сердце. Его руки! Они теплые! Я восторженно вскочила, прижимаясь ухом к его груди. Там действительно, удар за ударом часто и мощно билось его сердце!

— Я и не думал, что тебе так понравится, — хмыкнул вампир, пробегая пальцами по моим волосам.

— Ш-ш, не мешай, — я дернула его за плащ, вслушиваясь в бешеный ритм биения.

Большей радости этот день мне действительно принести не мог.

— Лар, кажется, я велел тебе держаться подальше от моей жены! — прорычал знакомый голос за спиной и меня бесцеремонно оторвали от интересного занятия.

— Кажется она тебе не жена! — не менее ехидно отозвался вампир и меня с силой дернули обратно.

— Если вы оба не прекратите меня тянуть, платье порвется и вам будет стыдно! — возмутилась я. — И вообще! Нирт, послушай, у него сердце бьется!

После чего бесцеремонно притянула голову оторопевшего Нирта к груди не менее ошалевшего вампира.

— Послушай, как здорово!

Мужчины с воплем отскочили в разные стороны.

— Так, с меня хватит! — Нирт сгреб меня в охапку и поволок обходными путями к башне. — Сейчас ты отправишься к себе и не выйдешь оттуда, пока я не закончу переговоры с королевским магом! Ты все поняла?!

— Д-да, — отстучала я зубами.

Этот Нирт мне был не знаком. А знала ли я его вообще? Пожалуй, прежде чем делать выводы, стоит изучить его получше. А то мне не нравятся эти перемены в настроении. Как будто совершенно чужой человек принял облик моего друга, или ТОТ Нирт — всего лишь плод воображения тоскующей по теплу души.

Вампир подмигнул мне и исчез за деревьями. Трус. Бросил повелительницу на растерзание злому демону.

Прошмыгнув в ратушу с черного хода, мужчина сгрузил меня в комнате, с грохотом захлопнул окно и вышел, заперев дверь снаружи. Как будто это когда-то помогало. Дождавшись, пока огонек Нирта на моей внутренней карте уйдет подальше, я торопливо переоделась и выбралась на крышу. Как и следовало ожидать, Лар уже сидел там, да не один, в компании кувшина вина и кружек. Я расхохоталась.

— Это ты здорово придумал!

— Да понятно, что этот взбесившийся носорог не успокоится, если я буду маячить поблизости.

— Испугался?

— Я?!! — возмущенное бульканье и горящие негодованием глаза.

— Ты. То-то обрадовался, что на турнире его не будет, — я ехидно показала вампиру язык и уткнулась в кружку.

— Издеваешься?

— А то! Ты просто еще плохо меня знаешь!

— Да брось!

— Лар, а у остальных тоже сердце бьется?

— Что, их тоже обнимать будешь?

— Мне просто все время кажется, что это галлюцинация, что такого не бывает.

— Хочешь убедиться? — меня подняли на руки и осторожно усадили на колени, прижав голову к груди. — Я не против.

— Здорово, — призналась я, вслушиваясь.

— Только постарайся не шевелиться, — прошептал Лар.

— Почему?

— Чтоб оно не испугалось и не убежало, — буркнул вампир.

— Да ну тебя, — я попыталась слезть. Не пустил.

— Не злись. Неудачная шутка, согласен.

Золото глаз затопило меня, голова закружилась. Я втянула воздух сквозь зубы, пытаясь сохранить хладнокровие. Обаятельный же, и прекрасно понимает, как на меня действует. Теплая рука осторожно коснулась моего лица.

На краю сознания зазвенел звоночек тревоги, я вскочила, торопливо отыскивая на карте местности моих подопечных. Внутри что-то оборвалось, боль острыми когтями сжала сердце. Где-то за домами шла драка, два моих огонечка яростно горели алым.

— Лар! — я в ужасе оглянулась на него. — Они… Там…

Времени не было, я перевоплотилась, распахивая крылья и обхватывая вампира, рванула туда.

На пустой поляне еще только начали возводить новый дом, и деревянный скелет сиял свежими спилами, повсюду валялась стружка, лежали штабеля досок и бруса. И возле этого строительного бардака сцепились два моих крылатых огонька. Они с горящими глазами бросались друг на друга, вычерчивая алыми полосами и лохмотьями одежды свою ярость. Серьезных ран вроде не было, но и безудержной злости в их глазах хватило мне с лихвой.

Не сговариваясь, мы с вампиром вцепились в противников, прижимая их к земле.

— Стоять! — рявкнула я во всю мощь легких. — Стоять! Спокойно!

Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы заставить своего крылатого бойца уже просто опуститься на колени. Второго без особых проблем держал Лар. Я лихорадочно соображала, прижимая к горящей невыносимой болью груди свободную руку. И собрав все силы, от души пожелала спорщикам по ведру холодной воды. Небо надо мной потемнело и выдало. Ровным потоком нас залило чуть ли не по уши. Всех четверых.

— Оригинально, — оценил вампир.

— Прости.

— Ну, вы уже соображаете, или пусть Ррриеналь и дальше ставит над вами опыты? — поинтересовался Лар у своего крылатого. Снизу что-то неразборчиво буркнули.

Я слезла со своего, отряхивая от воды и так не шибко плотную ткань рубашки. Прохладный осенний ветер заставил зябко поежиться. Однако этим молодым петухам стоило сделать еще одно внушение.

— Значит так, мальчики — чтоб больше подобного я не видела! Иначе накажу так, что мало не покажется! И учтите — я всегда узнаю, если вы решите меня обмануть! Я понятно объясняю?

— Понятно, — буркнул один из "мальчиков", перевоплощаясь в… Гленна. Второй оказался помоложе, из отряда Виктора.

— Та-а-ак. Твое счастье, Гленн, — я не увидела, что это ты. Иначе… — я сжала кулаки. Глава нашего поселка ведет себя как жеребчик по весне, бодаясь с молодыми! — Если вы сейчас мне скажете, что подрались из-за женщины, я вас точно растерзаю!

Молчание, опущенные головы и сжаты зубы.

— Увижу — убью, — коротко резюмировала я и снова приняла крылатый облик, а то совсем замерзну и заболею.

В этот раз вампир мне показался гораздо тяжелее. Видимо потому, что теперь его нужно было тащить вверх а не спускаться с ним на бреющем полете. Да еще и не перестающая боль внутри мешала. Кое- как дотянув до моего окна, я со стоном отползла в сторону ванной. Лар пошел за вином на крышу.

Стянув мокрую и уже покрывшуюся потеками грязи рубашку, я с удивлением уставилась на расползающуюся на глазах рану. Плечо рванула острая боль, и тонкая струйка крови прочертила дорожку на коже. Порез был неглубоким, но весьма ощутимым.

Теплая вода ласково обнимала, принося покой и приглаживая расшатанные нервы. Наконец-то издерганная душа успокаивалась, мысли и чувства строились в ровные колонны и шагали за горизонт. Внутри потеплело, стало светло и спокойно, как будто мир вокруг меня решил вернуться с ушей, на которых стоял последние недели, и встать на ноги.

В дверь осторожно поскреблись. Пришлось вылезать и кутаться в огромный пушистый халат, подаренный Сванной. В комнате у натопленного камина уже уютно устроился Лар с кувшином вина. Еще один одиноко стоял на столике у окна. Где он их берет все время? Я на крыше бочек не видела.

Поморщившись от все еще гуляющих по телу отголосков боли и саднящей на плече раны, заползла на кровать.

— Что с тобой? — Лар обеспокоенно рассматривал меня.

— Мне больно.

Пришлось осторожно продемонстрировать порез. Бледный как полотно вампир закусил губу.

— Гленн?

— Нет. Их боль как-то передается мне. Когда вы с Ниртом сцепились, было так же.

— Прости, — Лар опустился на колени, склоняя голову, осторожно коснулся моей руки.

— Все хорошо. Просто не делай так больше.

Он с минуту тревожно смотрел на меня, несмело улыбнулся.

— И встань, а то кто-нибудь зайдет! — мне уже не хотелось возвращаться к неприятной теме.

— Я на всякий случай дверь открыл — а то вдруг слухи пойдут — поддразнил меня вампир.

— Это ты правильно придумал. Только окно прикрой, а то меня точно продует, — я не удержавшись, чихнула и нырнула в кровать.

— А почему ты не воспользовалась силой, когда эту парочку разнимали?

— Да как-то не нужно — сами послушались. Видимо, остаточное действие моей крови.

— То есть?

— Да раньше любой из них от одного моего запаха с ума бы сошел. Ты не видел, как Нирта скручивало! А уж если мне плохо…

— Понятно, повезло им с тобой, — хмыкнул вампир.

— Можешь считать, что у меня пунктик на свободе выбора.

— Да понял уже. А себе ты что, выбора не оставляешь?

— Лар, ты же помнишь, что со мной было, когда я пыталась протестовать. По-моему, показательно. Хотят видеть во мне богиню — пусть. Буду хоть лягушкой, лишь бы это на пользу пошло.

— Я имел в виду другое.

— Самое смешное, что я могла просто переместиться к ним, — я хихикнула а потом и захохотала в голос, — вместо этого протащила тебя как куль с мукой над головами радостных сограждан. Они, наверное, до сих пор гадают — что это было.

— Вот и мне интересно, о чем ты думала, когда его сапоги чуть не прошли по голове мэтра Давиаля, — протянул Нирт, облокотившись на косяк двери.

— Да тут Гленн с парнем из отряда Виктора драку затеяли. Пришлось вмешаться. Вот я с испугу Лара и прихватила, — я хихикнула.

— Понятно. Тебе пора. — Это уже вампиру.

— Вообще-то это ее комната, и я пробуду здесь столько, сколько она захочет.

— Да? — мужчина нехорошо сощурился и я поняла, что еще немного, и моя комната может превратится в руины.

— Знаете, вам обоим пора. Мне еще одеться надо, да и ребятам обещала вечером на праздник прийти, так что можете идти.

На меня уставились две обиженные пары глаз. Как дети, ей богу! Я порылась в своем сундуке, но среди нарядов, нашитых для меня вампиршами, ничего подходящего не нашла. Если только взять свое старое зеленое платье. Помнится, я его тоже на танцы надевала. И вышли они мне боком. А, была — не была! Может и пронесет.

Площадь у ратуши сияла огнями, гремела музыка. Хорошо еще, что мои окна в дальней части здания и выходят на другую сторону. А то не лазить бы мне на крышу. Тут вовсю веселились, танцевали и пили вино. По углам расставлены уютные столики, пахнет снедью и разгульным весельем. Кружатся пары в центре. Нарядный и радостный народ шумит и смеется. Бальзам на мою душу.

Выпив со всеми желающими я почувствовала себя настолько пьяной, что совершенно трезво смотрела вокруг. Захотелось немного пошалить, и я пошла искать Веньку. Маг нашелся вместе с эльфом. Неразлучная парочка за кружкой обсуждала коварство красивых женщин.

— Вот смотри, я ей цветы дарил? Дарил. Комплименты говорил? Говорил. А она? — в такт каждому слову Лина Венька так активно кивал, что я испугалась — вдруг голова отвалится?

— А она?

— А она ругается! — страшным шепотом выдал эльф.

— Вот бессовестная!

— А Ринка — вообще!

— А чего Ринка? По-моему нормально.

— Да тут брат твой с вампиром круги нарезают — только держись!

— Да-а-а?! — неподдельно удивился пьяненький маг. — А почему я об этом ничего не знаю?

— Во-о-от, — торжественно воздел палец к небу Линноэль. — Ринка у нас хто?

— Хто?

— Богиня! Так?

— Так!

— А зачем ей тогда земные мужики?

— А хто тогда? — опять удивился маг.

— Ей это, как его, Бог полагается!

— И где мы ей Бога возьмем? — огорчился Венька.

Дальше я их слушать не стала, усиленно желая обоим протрезветь. Пока не убила. Глухой стук, мат и две взлохмаченный недовольные рожи над столом.

— Ну и чего ты нам праздник портишь? — возмутился Венька, разливая из кувшина. Уже на троих.

— Я не порчу. Мне обидно, что вы без меня пьете. И вообще! Я хотела народу фейерверк устроить!

— А-а-а, тогда ладно. Только у меня сил нету, все потратил.

— Я помогу.

Действительно, столько дармовой силы, а пользоваться не умею. Отдавая магу, как умела, силу, я в ожидании смотрела в небо. Вот его расцветили первые редкие всполохи красного огня, вот синие цветы и оранжевые птицы полетели в вышине. Народ заахал и разразился криками.

— Можешь ведь, когда хочешь! — похвалил эльф.

— Ну что, за что пить будем? — маг деловито потер руки. — За новую жизнь?

— А давайте за мир во всем мире? — предложила я. — Или за нас! За всех.

— О! Рин, не спеши, два тоста — две кружки. А то сопьемся.

Логики я не поняла, да и не хотела. В итоге две кружки вылились в "еще пять и баиньки". В башню мы добирались почти под утро и почти ползком — парни вызвались меня проводить, гордо называя себя мужчинами, а меня — "юным нежным созданием, которому опасно ходить одной в темноте". При третьей неудачной попытке заползти на лестницу, мы задумались. Если не выходит, значит, что-то делаем неправильно. Решили действовать по науке и отправили на разведку ступенек эльфа, как самого трезвого. Потому что он мог встать на четвереньки, а мы с Венькой уже не могли, усевшись прямо на полу и прислонившись спиной к креслам. Эльф плюнул на бесполезное занятие и предложил заночевать прямо тут, но явившийся злой и расстроенный Лар нас обломал.

— Ну и что вы тут делаете? — нахмурился вампир, разглядывая мое помятое платье, которое я подоткнула под себя — так сидеть удобнее.

— Провожа… ик…ем даму, — гордо выпрямился Лин.

— Я сам о ней позабочусь. А вы отправляйтесь спать.

— Он такой заботливый! — похвасталась я друзьям, хихикая.

— Ага! Ик! И еще дерется хорошо! — Венька цеплялся за кресло, пытаясь встать. — Я видел!

— Слушай, Ринка, а чего — кандидат вполне подходящий! Ик! Сплошные достоинства! Ик! — эльф пополз к другу, на помощь. — Бери его!

— Куда? — опешил Лар, пытавшийся удержать на руках мою брыкающуюся тушку.

— В эти… Ик! В мужья! Вот! — пояснил Лин.

Я оценивающе посмотрела в упоительно золотые глаза. И крепко обняв его за шею поцеловала.

— Ну, мы пошли, — держась друг за друга и покачиваясь как от штормового ветра, мои друзья неровными зигзагами исчезли во тьме коридора.

А я никак не могла оторваться от терпких губ золотоглазого вампира. Голова кружилась, и я падала в какую-то пропасть феерических красок и жара, еще крепче цепляясь за плечи Лара. Наконец, он отошел от столбняка и осторожно понес меня наверх. Под моей ладонью взбесившимся жеребцом колотилось его сердце, вампир тяжело дышал и, кажется, вообще себя не очень хорошо чувствовал.

Сгрузив мою тушку на кровать, он перевел дух и смотрел затуманившимися глазами на мои отважные попытки встать. Мне показалось вполне логичным снять платье, раз уж меня укладывают спать. Забравшись под одеяло, я потребовала, чтоб меня поцеловали на ночь. Потемневшее сияние его глаз фейерверком ворвалось в мою голову, я потянулась было навстречу, но мне в ответ буркнули что-то типа: "Утром поговорим!" и засунули под одеяло. Ну и ладно. Спать, так спать!

У-у-у, как же мне плохо! Голова трещит, в горле сухо как в пустыне, а в желудке демоны пляшут. Да еще и жарко в комнате. Глаза напрочь отказывались открываться навстречу солнечному свету, награждая меня еще большей болью. Ндя… Пить надо меньше. Или вообще бросить это гиблое дело. Вот почему, когда пьешь — все здорово и весело, а наутро всегда плохо?

Я со стоном разлепила глаза и прямо-таки нос к носу столкнулась с крайне рассерженной Лидией.

— С добрым утром, — буркнула вампирша, протягивая мне стакан.

По его стенкам стекали восхитительные капли прохлады, запах рассола мигом пробудил страдающий желудок и я с восторгом присосалась к сосуду божественного нектара.

— Уф, спасибо! — а голос — то хрипловат! Значит, мы вчера все же спели… Ндя…

— Ну и как ты собираешься это объяснять?

— А что именно?

— Ваши вопли под окнами. И многое другое.

— Между прочим, ты бессердечная упырица! — Я вспомнила жалобы расстроенного эльфа. — Но зато самая красивая.

— Это еще что такое? — опешила женщина.

— Это Лин мне вчера на тебя жаловался. Между прочим, могла бы хоть раз улыбнуться парню.

— А-а-а?

Я проползла мимо изумленной Лидии, в надежде добраться до ванной и вернуть свое бренное тело к жизни. Из комнаты донеслось: "Завтрак на столе!". Дверь хлопнула. Вампирша отправилась пытать несчастного Линноэля. Я мерзко хихикнула, представив и без того бедственное положение друга после вчерашней попойки. А нечего было невинную девушку спаивать! Сами знают, что я от такого количества дурею.

Да здравствуют вампиры! Особенно вампирши! Особенно принесшие мне на завтрак холодное мясо и соленые хрустящие огурчики!

Я с радостным писком накинулась на еду, чувствуя себя, ну если не совсем здоровой, то уже довольно счастливой. Открытое окно пропускало в комнату так необходимый мне сейчас свежий и прохладный воздух, на спинке стула покоились чистые и опрятные штаны и рубашка, на столе возвышался полный кувшин ледяного рассола, и вообще мир был прекрасен! До тех пор пока в мою дверь не вползли стонущие маг и эльф с помятыми после бурной ночи лицами.

— О! Рассольчик! — радостно просипел Венька, протягивая руки к кувшину.

Линноэль только счастливо улыбнулся.

— И вам доброго утра, — обрадовалась я.

— Как мине плохо, — пожаловался эльф и протянул руку к моим огурчикам. Пришлось делиться.

— Лин, ты Лидию не видел?

— Нет. И не хочу!

— А, ну ладно, а то она, наверное, тебя обыскалась.

Я улыбалась в обиженное лицо друга, предвкушая сцену воссоединения влюбленных. Ему очень повезет, если в тот момент в руках вампирши не будет ничего тяжелого.

Впрочем, друзьям надо помогать, а страждущим тем более. Богиня я или где? Так, сосредоточиться и… Парни осоловело повели глазами, похмелье пропало без следа, оставив после себя только приятную прохладу и едва ощутимый запах мяты.

— Вот это здорово! — выдохнул Линноэль, похрустывая добытым с моей тарелки огурцом.

— Да уж!

Я гордо выпрямилась, подтягивая одеяло.

— Ну, в таком разе, я побежал за завтраком! — Маг деловито потер руки и выскочил в коридор.

— Ага, Рин, мы на ярмарку собирались. Пойдешь?

— Обязательно! Только дайте мне одеться.

— Сейчас Венька поесть притащит и пойдем, — пообещал эльф, со вздохом выползая за дверь.

Вернулись они с подносом, уставленном разнообразной снедью, и хмурым Ларом в придачу. Я приготовилась выслушать нелицеприятные эпитеты в свой адрес за вчерашние похождения. Хоть я ничего не могла вспомнить, но была уверена, что натворили мы немало.

— Ну что, королева, как самочувствие?

— Лар, мы вчера сильно набезобразничали?

— Как посмотреть. Песни на площади орали все, не только вы трое. Ваши пляски с мэтром Давиалем тоже вписались в праздник, благо он сам пьяный был. Зачем только ты предложила Зирану на руках побороться? Под конец на твоей руке чуть ли не вся гномская делегация висела!

— И что, большой скандал был?

— Да нет, вы ж потом всей компанией их самогон нахваливали, так что все были пьяны и счастливы. Никто толком ваших проделок не заметил.

— Вот и хорошо, а то мне только политических протестов еще не хватало. Кстати, кто такой Зиран?

— Зиран ар Давад, старшина гномов.

— А-а-а. Значит, я с чистой совестью могу пойти на ярмарку?

— Ну нет, одну я тебя не отпущу, а то опять ползком вернешься!

— А как я вообще тогда дошла?

— Когда я тебя нашел, вы пытались ползком подняться по лестнице.

— Значит, мы ее все-таки вчера проводили? — с надеждой уточнил эльф. — Я думал, мне приснилось.

Ндя… Весело погуляли. Хочу еще! Та-а-ак здорово расслабилась!

— Я помню фейерверк, помню, как ты жаловался на Лидию и все.

Я поспешно рылась в сундуке в поисках своей куртки. Извлекла на свет нечто истертое, с несколькими дырами и отвалившимися клепками. Скептически хмыкнув, вампир выкинул эту тряпку в коридор и напялил на меня свой теплый плащ.

— Лар, а ты не замерзнешь?

— Нет.

— У тебя же теперь сердце как у всех, значит, и мерзнешь ты так же, — напомнила я.

— Сердце бьется?! — эльф с магом попеременно прикладывались к груди вампира, вертели его как куклу и вообще всячески изображали восторг.

Бедный Лар ошалел настолько, что даже не сопротивлялся, только кидал на меня горящие взгляды. Значит, будет мстить. А я вот не боюсь хомячков! В конце концов, мы выбрались на полупустые еще улицы. Несмотря на полдень, народу было совсем мало, все еще спали, на мостовой по углам виднелись остатки вчерашней роскоши, стояли столы, валялись цветы и ленты. Через пару часов, конечно, все уберут, и веселье продолжится. Но сейчас это выглядело тоскливо.

На ярмарочной площади лениво зевали торговцы, некоторые палатки вообще были закрыты. У палатки старших гномьих мастеров наблюдалось вялое оживление — сами гномы, помятые и похмельные, несколько местных ребят, выбирающих мечи из изобильного товара, и отчаянно рыжий Зиран ар Давад, не менее помятый. Его всклокоченная шевелюра и топорщившаяся во все стороны сразу борода навевали мысли о глубоком несчастье, постигшем сего доблестного гнома, именуемом похмельем чудовищным.

Радостно поздоровавшись, я провела над бородатиками эксперимент по излечению. У них даже бороды в косички заплелись! Несчастные, наверное, даже не подозревали, что могут быть такими… чистыми. Даже видавшие виды кожаные штаны у всех приобрели свой натуральный цвет. Меня радостно поблагодарили и пригласили на "кружечку чего-нибудь" в таверну.

— Лар, а куда у нас Нирт девался?

— А ему вчера мэтр Давиаль нажаловался на эльфов — вот он и поехал на пару дней к соседям, — хихикнул Линноэль.

— Тогда гуляем! А то опять запрут в четырех стенах! — я подхватила под локоть гнома. — Скажите, уважаемый, а можно ли мне заказать пару бочонков вашего замечательного самогона?

— Вы вчера на "ты" перешли, — сообщил Лар гному, смеясь.

— Дак, Риена, для тебя найдем! — счастливо выдохнул гном, — ты вчера на моих собратьев ТАКОЕ впечатление произвела!

— Тю, да после второго кувшина она и не такое вытворит! — Венька расхохотался, пропуская нас внутрь таверны.

Уютный зал, заставленный прочной дубовой мебелью, пользовался спросом — от похмелья страдали не только мы. Хозяином тут был подтянутый добродушный Виктор, из-за стойки нам приветливо махнула его жена — маленькая кругленькая пышечка с чудесной улыбкой и волшебным умением готовить. На столе тут же оказалось холодное пиво, запеченная курица и острый соус.

— Кушай, деточка, кушай, а то совсем худенькая стала, — проворковала Арна, ловко выставляя еще какие-то закуски.

Мужчины прыснули. Да уж, я такая худенькая — в дверях бортами зашибу. Хотя, может, я и преувеличиваю. Гном с завистью посмотрел на Виктора и вздохнул. Ндя… теперь понятно, что так привлекает мужчин.

— Ну что, уважаемые, чем сегодня займемся? — Лин присосался к кружке.

— Можем на озеро съездить, устроить пикничок, — маг пожал плечами.

— Ага, а потом меня Гленн с Ниртом будут до конца жизни распекать за такое роняние Граванского достоинства! Лучше уж к морю выбраться, там есть небольшой грот — и посидеть можно, и не увидит никто.

— Дак, это, пошли тогда к нам! — Заявил Зиран. — Кто ж тебя у гномов искать станет?

— Не надо! Во избежание жертв, — хихикнул Лин. — Она у нас во хмелю буйная.

— А и правда, пошли в грот! Мясо на углях пожарим! Давно на природе не был! — Лар без лишних слов пошел к Виктору договариваться насчет провизии.

— Зиран, скажи, а у вас куртки продают? — с блестящими глазами поинтересовалась я.

— О нет! — простонал маг. Моя курточная болезнь дала рецидив.

Старшина лично подобрал мне две замечательные курточки — одну ну настолько прочную, что я даже когтем проткнуть не смогла, да еще и шипованную со всех сторон. Зато вторая больше бы подошла эльфийке — тонкая, шелковистая кожа, расшитая строгим серебром, без излишеств, изящная, она четко облегала фигуру, спускаясь едва до середины бедра. Я восторженно чмокнула гнома в щеку и прямо в нарядной обнове понеслась за эльфом тайно перетаскивать столы в грот.

Как оказалось, проще незаметно провести по городу слона, чем прокатить несколько бочонков вина мимо страдающего похмельем населения. Праздник грянул с новой силой, правда, в изрядно уменьшенном составе — из моих огоньков к нам присоединилось несколько парней и Гленн, всех остальных просто выгнали. Правда к вечеру, когда подтянулись все гномы, уже закрывшие свои палатки, пришел злой и пожеванный королевский маг, но его прогнать не посмели. Видимо, похмелье магией не лечится.

— Эгей, — разнеслось под сводами совсем не маленькой пещерки и в нос ударили божественные ароматы жареного мяса. — Айда к столу!

Народ дружной гурьбой расселся за дубовыми столами, внаглую унесенными с площади, где сейчас уже шли танцы. Загремели кружки. На дальнем от меня конце застонал, держась за голову, мэтр Давиаль. Пришлось в очередной раз блеснуть талантом снимать похмелье. Мне благодарно улыбнулись.

— Остроухий, куда кувшин понес? — рявкнул Венька, забирая мою еще пустую кружку.

— А он пустой! — отозвался Лин.

— Ну что, разумные, испробуем кто сильнее? — протянул баском Зиран, выбираясь из-за стола.

— Э-э-э, дайте мне допить хотя бы! — я возмутилась.

— Не вздумай, — рыкнул Лар и с силой усадил на место.

— А-а-а, спасите! Помогите! Риена драться хочет! — тоненько заголосил эльф и полез под стол.

Гномы заржали. Я покраснела. Чудесное молодой вино, изрядно разбавленное самогоном уже вовсю бродило в моей крови, хмельная удаль требовала выхода. И я не придумала ничего лучше, как возопить на всю пещеру:

— А чего, здесь все свои! Имею я право расслабиться?!

Одобрительный гул голосов придал мне храбрости и я полезла из-за стола, отобрав у вампира один из его клинков. Зиран покрепче перехватил свою секиру и добродушно усмехнулся в бороду.

— Ну уж нет, так нечестно! — Венька возмущенно топнул ногой. — Чего ты гостей обижаешь? Вон, попробуй с Ларом справиться, он же у нас победитель турнира!

Вампир с ехидной усмешкой полез из-за стола. А мне уже было пофиг с кем драться.

— Давай, Ринка, уложи его на лопатки! — Эльф свистнул.

По-моему кто-то даже предложил вампиру показать мне "кто в доме хозяин", но я не стала обращать внимание, пытаясь сосредоточиться на хитро прищуренных золотых глазах. Он осторожно, по-кошачьи кружил вокруг меня, ожидая первого удара. Воздух подхватил мое тело и с силой обрушил на Лара. Я металась, надеясь опередить его в скорости, но вампир упорно ускользал от моих ударов. Наконец, ему надоело, и меня поймали в захват рук, прижав спиной к груди.

— Ну что, королева, сдаешься? — задыхаясь, прошептал мне на ухо.

— Нет.

Кувырок через себя, подножка, и вампир уже хохочет лежа на спине.

— Вставай уже.

— С тебя реванш, — рассмеялся Лар, усаживая меня за стол.

— Посмотрим.

— Да ты просто поддался! — обвиняющий перст эльфа уткнулся ему в грудь. — Так нечестно!

— Лин, ну как можно драться с пьяной женщиной? Да, он поддался. Хочешь — сам выходи против меня!

— Я что — самоубийца?!

— Тогда успокойся и налей мне вина!

Венька о чем-то таинственно шептался с Давиалем, гномы утянули на расчищенный от мусора пятачок вампира, а мне стало грустно. Плескавшее в кружке вино манило упасть в благостное забытье, отбросить все мысли и просто насладиться жизнью хоть на один вечер. Не думать о будущем, о поселке, о чем-либо вообще. Просто побыть немного собой.

Я поплотнее запахнула куртку и пересела к костру, подальше от шумной компании, с восторгом слушающей похабные анекдоты в исполнении Лина. Рядом примостился королевский маг, задумчиво щурясь на костер.

— Чего грустишь, королева?

— Да так, думаю.

— Знаешь, я удивлялся, как вокруг тебя так легко собираются люди и нелюди — вроде бы всего лишь маленькая наивная девочка с дурным характером.

— И?

— Мерзнешь?

— Есть такое.

— Это потому, что ты тепло отдаешь. Всем. Без разбора, до капельки. Себе ничего не оставляя. В тебе кипит жизнь, Ррриеналь. И люди это видят.

— К чему ты это говоришь?

— К тому, что ожидал увидеть растущего в тебе демона. Обладая властью, очень легко сорваться в пропасть. Вот я и приехал посмотреть. И рад, что ошибся.

— Властью? Мне эта власть только неприятности приносит.

— А кто сказал, что будет легко?

— Да уж, легкой жизни мне никто не обещал.

— Риена, — маг рассмеялся, — такой вечер хороший пропадает. А мы о грустном!

Я встряхнулась. Что может мне сказать этот повидавший дядька, отчаянно желающий стать обратно молодым и беззаботным? И что я ему отвечу? Вся эта словесная шелуха не стоит и минутки сегодняшнего вечера.

Я поднялась и протянула руку магу.

— Пошли-ка встряхнем этих оболтусов, а то что-то тоскливо!

Распихав всех за стол, отобрала у Зирана секиру — чтоб не маялись дурью, а то вино прокиснет. Вытянула из воздуха гитару и сунула эльфу. Веселье пошло по-новому кругу. Венька побежал за закуской и вернулся в компании уже развеселой толпы. Начался настоящий концерт. Несчастному эльфу подливали вина и заставляли "сбацать еще разок". Пока обозленная Лидия не утащила его выяснять отношения.

Лар спокойно потягивал вино, похожий на обманчиво дремлющего зверя. Я почти физически чувствовала его напряжение. Зиран принес мне найденную неизвестно где ромашку, путано приглашая на танец. Ромашку я приняла, гнома чмокнула в щеку и унеслась туда, где гремела музыка. Залихватский танец, напоминавший хоровод пьяных лошадей вокруг куста конопли, совсем закружил мне голову. Пришлось выбираться наружу, под окрепший холодный ветер. Разгоряченные щеки приятно щекотал холодный воздух, подло пробираясь под тонкую кожу куртки и заставляя ежиться. Я осмотрела горки разнокалиберных камней, голые деревья с обрывками осеннего богатства, уходящий вдаль каменистый берег и шумящее море. И наконец, поняла — вот оно, мое маленькое царство. Все это — и море, и небо, и земля, и живущие на ней люди — мое. И не нужно куда-то стремиться, все тут, рядом, стоит только задуматься. Все это — часть моей души.

На плечи легли теплые руки, шелестнул, скрывая меня целиком плащ. Стало тепло и хорошо. Высунув нос наружу, я продолжала любоваться морем, благодарно прижавшись спиной к нему.

— Устала? Хочешь, я отнесу тебя домой?

— Нет, не нужно. Я хочу просто немного постоять тут.

Он уткнулся лицом в мои волосы, но я и так знала — улыбается.

— Что тебе наговорил мэтр?

— Посоветовал все начать с чистого листа.

— Твоя жизнь очень изменилась. Наверное, он прав.

— Да уж. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.

Вампир усмехнулся и крепче обнял меня. Ребра жалобно затрещали.

— Лар, полегче, — прохрипела я. И с неохотой выбравшись из тепла, протянула ему руку. — Пошли. Потанцуем.

Мое внутренне обещание быть серьезней было забыто уже после второго танца. А когда откупорили вторую бочку, наполненную ядреным гномьим самогоном, я вообще активно подключилась к веселью. Под аккомпанемент украшенного фингалом эльфа дружно проорали гномскую народную "а секирой по башке", потом эльф несколько своих баллад спел. Пустили слезу, я призналась Зирану в бесконечной любви, отчего гном совсем растаял, назвал меня "дочкой" и обещал на мою свадьбу привезти мне королевскую корону лучших ювелиров. Долго всей компанией выясняли, когда свадьба и кто жених. Когда выяснилось, что жениха нету и свадьбы не будет, гномы расстроились и предложили поискать. Пьяные до состояния "не пойду, пусть здесь зароют" Венька и Линноэль теребили Лара на предмет донести их до кроватей. Вампир плюнул, выматерился и отнес. Какой-то парень не из наших настойчиво предлагал мне прогуляться под луной, но вернувшийся вампир так радостно (и клыкасто!) ему улыбнулся, что бедный мальчик протрезвел. После очередного тоста и совершенно разгульного танца "заплетаются ножки" меня уже с рычанием отодрали от бочки и уволокли в комнату.

Я брыкалась и царапалась. Молча. Потому что все нормальные люди и нелюди уже спали. Лар так же молча закинул мою тушку в ванну прямо в одежде, пару раз макнул с головой, потом дрожащую и мокрую завернул в полотенце и даже заставил выпить горячего чая. Хмельное веселье медленно покидало мое измученное тело, однако желание отомстить ехидному вампирюге, напротив, крепло с каждой минутой. Смеющиеся золотые глаза в обрамлении длинных светлых волос внимательно следили за каждым моим движением.

Плюнув на приличия, я отрыла в ворохе одежды длинную рубашку и скрылась в ванной. Халат тоже намок, потому я не стала его надевать, попросту сразу юркнув под одеяло. Лар только ухмыльнулся, даже не повернув головы.

— Ты собрался здесь всю ночь просидеть?

— Хочу быть уверен, что ты не отправишься обратно на праздник.

— Нет. И так скоро рассветет, а я не выспавшаяся.

— Точно? А то мало ли — я отлучусь, а потом узнаю, что твои товарищи еще кого-нибудь тебе сосватали.

— Стоп! Что значит, еще кого-нибудь сосватали?!

— Ну, вчера они предлагали тебе меня.

— А я?

Вампир перебрался на край моей кровати, ехидно ухмыляясь. Глубина его глаз настолько завораживала, что я чуть не потеряла голову, потянувшись ему навстречу.

— Не уверен, — его дыхание обожгло мои губы.

Перед глазами все поплыло, я смутно вспомнила обрывки разговора, золотые омуты… и ощутила, что снова целую его! Боги! Что же я натворила!

В подтверждение дверь разлетелась щепой, и в комнату ворвался крылатый гигант, пылающий яростью и жаждой крови. Он с лету отшвырнул вампира и разъяренным зверем набросился на Лара. Я в ужасе смотрела на клубок рычащих тел, ощущая жгучую боль и струйки горячей крови, текущей по спине. Кровь из прокушенной губы капала на рубашку, боль становилась нестерпимой, огонь опалил мне лицо, я уже чувствовала, как проваливаюсь в вязкую темноту, отчаянно цепляясь за одеяло. Последнее, что мне удалось — хрипящим шепотом сказать: "Остановитесь…" И меня выключили.

Непроглядная тьма окружала меня со всех сторон. Ни проблеска света, ни звука. Я висела в этом мраке, желая только одного — чтоб все, наконец, закончилось. Хотелось покоя, забытья. И света. Темнота медленно расцвечивалась искрами огня, превращаясь в бездонную пропасть бесконечного падения. Вокруг вихрился туман, сквозь который до меня изредка доносились смутные отголоски. Сколько прошло времени, я не знаю, да меня это и не интересовало. Просто вечное падение в ничто, без сопротивления и борьбы.

Тьма пошевелилась, будто открывая свои бездонные глаза, всматриваясь. Меня закрутило, каждую клеточку пронзил панический страх, если бы в этот момент у меня были ноги, я бы упала. Но темное ничто внезапно рванулось мне навстречу — летящая беспросветная чернота одной большой волной накрыла меня, раздирая на части. Боли не было. Просто моя душа распалась на мелкие крохи, рассыпавшиеся в удушающей темноте. Я пыталась собрать эти едва мерцающие песчинки, но они ускользали из рук. Пустота внутри отчаянно вопила, вокруг меня сжималось жаркое кольцо мрака, удерживая, не давая даже двинуться, а искорки души медленно расплывались прочь. Я тянулась, собирала какие-то крупинки, пытаясь заполнить пустоту внутри, вырывалась из пылающего жаром кольца, но никак не могла выбраться из этих пут. Все это тянулось годы, тысячи лет. Казалось, прошла вечность, когда в окружающей тьме стали проявляться непонятные отзвуки, перерастая в приглушенные голоса, все время зовущие, тянущие куда-то вверх, настойчиво и властно звучал один из них, и не было сил сопротивляться.

Глава 9

Шаг назад

Позабытые стынут колодцы,

Выцвел вереск на мили окрест,

И смотрю я, как катится солнце

По холодному склону небес,

Теряя остатки тепла.

Группа Мельница "Дракон"

Сквозь ватную пелену забытья до меня доносились чьи-то голоса. Потом пришло ощущение мягкого и теплого одеяла, я поняла что лежу, уткнувшись лицом в подушки. А затем появилась боль. Отчаянная ноющая боль огнем прокатилась по спине, заставив замереть в неподвижности и даже задержать дыхание. Голоса зазвучали отчетливее, и, прогнав алую пелену, я настороженно прислушалась.

— Как она? — холодно, отрешенно.

— Раны затягиваются, но медленно. Слишком много крови потеряла. Пока рано твердо говорить… — спокойный ровный голос, смутно знакомый.

— Она. Должна. Жить. — Сказал, как отрезал. Рычание Нирта я ни с чем не спутаю.

— А если она?… — судорожный женский всхлип.

Ну все, надоели!

— Не дождетесь! — Я хрипло закашлялась и разлепила глаза.

Ндя… голосов-то было меньше. Как эта толпа вообще в моей комнате уместилась?! У окна Лар и Лин успокаивают разрыдавшуюся Лидию. Мэтр Давиаль и Венька гремят пузырьками у стола. Нирт навис надо мной глыбой встревоженного мрака. У камина застыл в кресле Гленн.

— Народ, может, вы немного окно раскроете? — я осторожно пошевелилась, вызвав новую волну боли в спине.

Ледяной северный ветер принес прохладу и запах… снега?! Вот это да!

— Сколько я провалялась? — я требовательно посмотрела на единственного в поле зрения человека.

— Почти два месяца. — Мэтр Давиаль протянул мне какой-то пузырек. — Пей.

Фу, какая гадость! Не целители, а коновалы! Неудивительно, что моя душа отказывалась возвращаться в подвергнутое пыткам тело.

— Мэтр, вы не оставите нас? На пару минут.

— Разумеется. Мне распорядиться насчет завтрака?

— Спасибо, — я радостно улыбнулась.

Дождавшись, когда шаги мага затихнут на лестнице, обернулась к веселой компании.

— Надеюсь объяснять, что так больше делать нельзя никому не требуется? Гленн, тебя это тоже касается, не хмурься. Если б вы с Марисом тогда друг дружку порвали, вышло б не лучше.

Злое переглядывание мужчин. Лидия с ужасом смотрит на меня.

— Ругаться и бодаться можете сколько угодно. Но как только вы действительно хотите причинить друг другу вред, вы меня убиваете. И как только я встану на ноги, вам обоим сильно не поздоровиться! — я прожгла виновников убийственным (надеюсь!) взглядом и уткнулась в подушку, переводя дух.

Сзади зашуршали, и Лидия шепотом начала изгонять из моей комнаты бесов. Пока еще бесконтактно. Даже Веньку прогнала.

— Лидия, я хочу знать, что у нас произошло, пока я была в отключке.

— Ну, маги от тебя не отходили. Гости разъехались. Гномы обещали весной построить у нас приличный рыночный ряд. Бесплатно. Из Халлада хотели к тебе лекарей прислать, но Гленн запретил — и так мэтр Давиаль тут дежурил. Отряд отправили с эльфийским караваном. Все.

— Понятно. Зиран мне хоть кувшин самогона оставил?

Судя по долгому молчанию, вампирша находилась в глубоком шоке.

— Давай-ка, пока мужчин нет, перевяжи меня. Да потуже. А то мне шевелиться трудно.

— Тебе нельзя вставать!

— Я хочу просто им в глаза посмотреть.

— Нечего им тут делать!

— Ты думаешь, их это остановит? — я хмыкнула.

Женщина быстро и аккуратно перетянула мне спину. Пришлось сжать зубы, чтобы развернуться на кровати. Да-а-а, долго мне еще проваляться придется! Про мечту об охоте можно забыть. Да и не смогу я от поселка далеко отойти — само назад притянет. Успев устроиться на подушках и натянуть на себя рубашку, я внимательно смотрела на расставляющую тарелки вампиршу. Магов отправили спать. Гленн ушел сам. А вот бледная до синевы троица во главе с эльфом ложиться отказалась, оккупировав кресла у камина.

Я наверстывала потерянное, поедая булочки в таком количестве, что организм удивленно откликнулся икотой. Лидия только улыбалась и подливала чай. Ничего сытнее я съесть просто не смогла, хотя от мяса тоже слюнки текли.

— Лин, когда Венька отоспится, попроси у него что-нибудь из тех книг, что мы еще не читали. А то скучно так просто лежать.

— Могу предложить партейку в карты, — оживился эльф.

— Ты еще скажи — на раздевание, — я фыркнула. — Отправляйтесь отсыпаться. Как я вижу, сейчас глубокая ночь?

— Скорее ранее утро. Зима на дворе. Солнцеворот на носу.

Солнцеворот. Хрустящий сияющий снег, цветные гирлянды, подарки, и над всем этим — пьянящий запах хвои. На постоялом дворе, где мы обычно коротали праздники с Венькой, ставили огромную пушистую ель, варили вино с пряностями, пекли пироги, смеющиеся дети сновали по залу, повсюду ощущался праздник…

А еще каждый год устраивались грандиозные пьянки.

— О нет, с меня хватит праздников! — я застонала.

Мужчины наконец облегченно улыбнулись. Вот и славно. А то как на похоронах сижу. Собственных. Да еще и тостую.

— А Зиран тебе бочонок прислал, — с видом заговорщика подмигнул Линноэль.

— Нет, спасибо. — Я хрипло рассмеялась, удерживая саднящую боль.

— Идите, дайте Риене отдохнуть. — Лидия коршуном нависла над мужчинами.

— Отправляйтесь все. Ничего со мной не случится.

Всю "ночь" просыпалась от боли в спине. Урывками слышала шум на улице, топот копыт. Проваливалась в забытье и снова просыпалась. Все время хотелось пить. Благо заботливая Лидия оставила на столике у кровати воды — я с трудом, но дотягивалась. Видимо вечером меня пытались разбудить, но я образно послала всех в бездну и опять уткнулась в подушку.

Проснулась я окончательно с новым рассветом. Осторожно выбравшись из-под одеяла, выглянула в замерзшее окно. На улице шел легкий пушистый снежок, белым покрывалом ложась на землю. Деревья оделись в инистые шубки и спали, словно нахохлившиеся вороны. Едва ощутимая волна тишины и покоя накрыла меня с головой.

Судя по мысленной карте, мои огонечки в полном составе были тут, в поселке, и весьма неплохо себя чувствовали. За исключением двух мерцающих точек. Ну, конечно, Лар и Нирт. Два моих самых больших наказания. И столь же немалых искушения. Я попыталась отыскать внутри хоть какие-то отголоски раздражение на обоих. Не смогла. Видимо, действительно, мне придется начинать все заново. Я, в сущности, так мало знаю о них, что каждый раз эти открытия становятся неприятным сюрпризом. А значит, нужно время.

В дверь постучали. Я даже не стала оборачиваться, рубашка длинная, да и за время "болезни" все желающие могли насладиться зрелищем. В комнату скользнул мэтр Давиаль, одетый по-дорожному и остро пахнущий снегом.

— Привет! Как самочувствие?

— Оживаю, — я улыбнулась и дробными шажками вернулась под одеяло. — Уезжаешь?

— Да. Король мне за эти месяцы плешь проел, так что придется. Ррриеналь?

— Что?

— Ты позволишь мне возвращаться сюда?

— В любое время.

— Спасибо, — маг улыбнулся. — Огромное.

И вышел. Жалко, что уезжает. Интересный дядька. Я осмотрела ставшую привычной обстановку комнаты — кресла у камина, стол, шкаф с ворохом платьев, массивный сундук с моим нехитрым барахлом, большую кровать под тяжелым зимним пологом, маленький столик с зеркалом в изголовье. Вроде бы все мое, а ничего личного нету. Ни привычных женскому глазу статуэток или картин, ни книг. Словно это не мой дом, а комната на постоялом дворе. Будем исправлять.

Лидия вплыла с подносом еды, сияя радостной улыбкой.

— Доброе утро, королева!

— Привет.

— Поешь. Счас придет Вениамин, осмотрим твои раны.

— Только не надо меня больше отравами поить, — я скривилась. — И вообще, у меня планы!

— Это какие? — поинтересовался маг, прикрывая за собой дверь.

— Раз мне пока нельзя выбраться отсюда, буду развлекаться как могу.

— То есть? — Вампирша насторожилась.

— Ну, Лин вчера в карты предлагал сыграть…

— Да пожалуйста! Я сам с вами сыграю. Повернись-ка.

Я осторожно перекатилась на живот. В четыре руки меня раздели — размотали и стали чем-то мазать. Было прохладно и щекотно, о чем я Веньке и сообщила.

— Ну что, уже лучше. Хотя все равно постарайся лишний раз не шевелиться.

— Спасибо.

Я принялась за завтрак. На этот раз мне удалось впихнуть в себя все и даже не уснуть от ощущения сытости. Вампирша даже причесала мои спутавшиеся волосы, и я перестала походить на полупрозрачный призрак с явными признаками сумасшествия.

Линноэль старательно изображал радость, с трудом удерживая в руках стопку книг и бумаг, которые с видимым усилием втащил в комнату и свалил на стол. Похоже, народ решил, что безопасней занять меня делом, чем вылавливать калеку из очередного приключения. Я бегло просмотрела бумаги.

— Гленн просил срочно все глянуть, он через часок заскочит, — эльф шумно выдохнул.

— Угу. Ты кстати карты принес?

— После обеда сыграем. У меня еще дел куча. Не скучай — чмокнул в нос и выбежал. Обормот.

Ндя… Счета, накладные, расписки в получении. Судя по всему, с продовольствием у нас проблем не будет. А вот с рынком пока слабовато. Гномы охотно согласились открыть у нас лавки, все ближе, чем до Халлада тащиться. И эльфы пока молчат. Обиделись. С мастерами тоже пока плохо, хоть и поселились у нас несколько семей, но рук и особенно умелых рук мало. Своих хозяйств опять же мало для нормального снабжения свежими продуктами.

Гленн ворвался вихрем, принеся с собой запах лошадей и легкого морозца.

— Ну что, королева? Что думаешь?

— В первую очередь скажи мне, что со скотом? Все перегнали?

— Да, роздали по семьям, да молодым подарили по паре голов. Остальные в общинной собственности.

— Корма?

— Все есть, королева. С продуктами проблем нет.

— Мастера что?

— Да как-то пока справлялись, вкалывают все с утра до вечера.

— Отправь кого-нибудь к эльфам, я хочу точно знать, что наши соседи готовы нам предложить и за какую цену. Если нам придется каждый раз ездить так далеко зазря, пошли их в бездну. Пусть сами со своими караванами по горам лазят.

— Понял.

— Сколько мы на сегодня задолжали магистрату?

Мужчина назвал сумму. У меня аж глаз задергался.

— Так, я придумаю, как нам вернуть им должок, а ты отправь кого-нибудь прощупать там почву. Не верю я в человеческую доброту. Особенно за такие деньги. Все расходы оплачивай с моего счета.

— Вот- вот, меня тоже щедрость магистрата не радует. — Гленн поднялся, принимая подписанные мной бумаги. — Знаешь, когда это произошло, мне показалось, что над нами нависла тьма.

— Не переживай, вы от меня долго не избавитесь, — я рассмеялась, провожая его взглядом.

Лидия принесла очередную порцию отравы Венькиного производства и чуть ли не силой заставила выпить.

— Риена, мне придется уехать на несколько дней, сможешь пообещать, что ничего не натворишь?

— А куда это ты собралась?

— В Халлад.

— Отлично. Возьмешь с собой Лара, Гленн ему объяснит, что к чему.

— Хочешь наказать его? — вампирша грустно покачала головой.

— Нет. Просто считаю его лучшей кандидатурой для задания. И если ему станет легче — Нирт завтра отправится к эльфам.

— Риена, ты уверена, что отправлять их подальше — это не наказание?

— Абсолютно. Нам нужно решить вопросы с соседями как можно быстрее, и я не вижу, кто бы мог сделать это лучше. Надеюсь, ты сможешь правильно им объяснить?

— Я?!

— Лидия, у меня сейчас нет ни сил, ни желания спорить с двумя упрямыми… мужчинами. Со мной останутся Лин и Венька. К тому же мне есть чем заняться — я кивнула на стопку книг.

— Как скажешь, королева. — Лидия понимающе улыбнулась и отправилась накрывать на стол к обеду.

Фух, ну вот, двумя проблемами меньше. Я успела мельком просмотреть одну из книг, когда ко мне ворвался злой и раздраженный Нирт. Заметно истощенный и бледноватый. Несколько долгих секунд он пытался отдышаться, обреченно рассматривая меня, опустился на пол у кровати и сжал мою руку.

— За что?

Понятно. Придется объяснять лично, что поездка — не моя прихоть.

— Нирт, это не каприз. Эльфы нанимают наших ребят в караваны, но при этом неохотно торгуют. Я хочу точно знать, в чем дело. И если без их товаров мы проживем, то с соседством не все так просто. Понимаешь?

— Рин, я готов что угодно сделать, чтоб хоть как-то исправить…

— Нирт. Прежде чем выяснять отношения, мне нужно встать на ноги, — я улыбнулась, легко касаясь кончиками пальцев его щеки. — Так что давай сделаем вид, что ничего не произошло.

— Все, что пожелаешь, — теплая у него улыбка.

Ушел. Я с трудом встала, доковыляв до двери, рывком распахнула. Ну конечно, как иначе? Лар вынырнул из тьмы, представая во всей своей измученной красе. Бледный, круги под глазами.

— Что ты мне скажешь?

— А что ты хочешь услышать? — я отползла обратно в комнату, чувствуя себя совершенно вымотанной.

— Ты уверена, что мне нужно ехать?

— Лар, все в порядке, я никого ни в чем не обвиняю. В конце концов, сама виновата в происшедшем. И гораздо больше, чем вы оба вместе взятые! Так что давай оставим душераздирающие сцены на потом, ладно?

Вампир резко выдохнул и, подойдя вплотную, едва ощутимо коснулся моих губ. У меня ноги подкосились, пришлось возвращаться под одеяло, скрывая длинными волосами горящие огнем щеки.

— Я не намерен сдаваться, Риена.

Блин! Лучше б я в себя не приходила! Нет, эти двое меня точно в могилу загонят — в этот раз не вышло, — раунд второй!

На обед мне удалось выползти в общую столовую, где накрыли скромный стол. Там собралась вся компания, натянуто улыбаясь и обмениваясь ничего не значащими фразами. Пришлось торопливо запихать в желудок свою порцию и раненой гусеницей уползти наверх. Даже не заметила, что именно ела. Обидно.

Следующие три дня я целиком потратила на изучение потрепанных истертых книг, выискивая хоть какие-то подсказки. Понятно, что всю документацию вывезли королевские войска. Но ведь в подземные лаборатории никто не совался, к тому времени там все было погребено под толщей земли. Однако я не верю, что жившие здесь существа были настолько далеки от материального. Должны же быть заначки на черный день! А если так, то где эти заначки?

Потребовав чертежи ратуши у Гленна, я часами просиживала над ними, разыскивая укромные уголки, уцелевшие от прежнего здания. Сама башня стала основанием для ратуши, большая ее часть как раз превратилась в уютные просторные жилые комнаты. Крышу тоже не почти не трогали. К ней пристроили просторные рабочие помещения и залы основного здания. Жилую часть укрепили, замуровав подвал.

Получается, что от Башни остались стены, которые королевские маги однозначно внимательно обшарили. Хм. Где бы я спрятала архивы, будь я сдвинутым на всю голову магом крови? В первую очередь поближе к лаборатории. Значит внизу. Перекрытия тут все новые, будем искать следы старых креплений.

Я воодушевленно поорала, в двери тут же влетели Венька с эльфом.

— Риена? Ты в порядке?

— Что случилось?

— Скажите мне, дорогие мои мальчики, а кто у нас живет на первом этаже?

На меня оторопело уставились две пары глаз. Когда оба отошли от шока, я выслушала много новых эпитетов в свой адрес, самым невинным из которых был "седая сумасшедшая ведьма".

— Ну так что?

— Да никто там не живет, кладовка там была, Гленн велел от крыс протравить на всякий случай. — Венька пожал плечами.

— Тогда ноги в руки и поползли!

— Зачем?

— Я очень сильно подозреваю, что кое-какие архивы все же остались в стенном тайнике. А может, и не только архивы.

— Извини, Рина, но это бред. Здесь ведь и королевские маги все обнюхали, и строители лазили — как можно не заметить тайников?

— Уважаемый остроухий герой, а вы не подскажете ли — КТО обитал в башне?

— Ну… — на лице изображение глубокой работы мысли.

— Во — первых, они были не от мира сего. А это совсем другая логика. К тому же занимались тем, чего другие маги избегали. Так что, я думаю, у нас есть шанс.

— Ладно, Лин, бери эту неугомонную на ручки и пошли лазить по кладовкам. А то она туда полезет без нас.

Для эльфа последний аргумент оказался убедительнее прочих. Меня закутали в легкий тонкий плащ и осторожно подняли. Спина немедленно заболела, но я сцепила зубы, иначе точно запрут в комнате и я умру со скуки.

Под лестницей парни свернули в какой-то закуток и уперлись прямо в неприметную дверь, за которой оказалась пустынная и просторная комната, уставленная по стенам пустыми массивными полками. Венька тут же запустил яркий шарик какого-то заклинания, скорее всего поискового. Эльф же удивленно осматривал стены, аккуратно сгрузив меня в уголке.

— Ну и что мы тут ищем?

— Для начала — следы межэтажных перекрытий. Насколько я поняла, раньше высота потолков была немного другая.

Я глубоко вздохнула, впитывая в себя дух этого места, его историю и память. Ведь каждый дом хранит воспоминания о своих хозяевах и даже тех, кто его строил. Эти стены много лет впитывали в себя энергию жителей, можно сказать даже, их души. Каждая трещинка, каждый след, оставленный на поверхности, как морщинки на лице человека или годовые кольца деревьев. Все это давало мне вполне ощутимые следы — словно вдруг воздух движется или мелькает неясная тень в неверном свете свечи. Стены сами выбирали, кому и что рассказать о своем прошлом.

Я когда-то тоже бывала здесь, смутное узнавание едва ощутимым облачком мелькнуло в памяти. Если повезет, моя кровь поможет доказать, что мы не чужие этим стенам.

Где-то почти под самым потолком, в сгустившейся тени, я увидела остатки деревянных креплений и глубокие борозды. Монолитный камень чуть потек волной под пристальным взглядом, я осторожно приложила руки к кладке, уговаривая, убеждая показать мне путь. Сзади изумленно выдохнул Вениамин, они с эльфом крайне аккуратно подобрались к самой глубокой борозде, ощупывая трещины в стене.

— Вень, нужно капнуть каплю крови. Моей. Сейчас, — я торопливо надрезала палец когтем, — Вот.

— Давай. Да не тянись ты, сам спущусь, — раздраженно буркнул Лин.

Стоило только вымазанным кровью пальцам эльфа коснуться камня, воздух поплыл, открывая глубокий, наполненный пылью и какими-то мешками тайник. Чихая и кашляя, парни немедленно извлекли добычу на свет срочно сотворенного магом огонька.

— Оставьте, потом посмотрим. Там вроде еще есть — я указала на новые отметины.

— Давай я полезу, осмотрите все что можно! — загоревшиеся азартом глаза Линноэля пылали не хуже светляка.

— Вень, давай максимум света, если что, я поддержу!

— Да стой ты, болезная! Сам справлюсь!

Эльф приволок тяжелый деревянный ларец и маленький пыльный мешочек. Скорее всего, просто ценности на черный день. А вот улов Веньки оказался значительно богаче — пухлая в тяжелом переплете книга, покрытая паутиной и слоями пыли.

— Все, тащим по-тихому наверх, пока нас тут не отловили, — маг звучно и блаженно чихнул.

— Тогда надо будет на кухню заглянуть, да и нашей болящей пора лекарства пить.

— Вы только в порядок себя приведите, а то нас сразу раскусят. Я хочу все сначала сама посмотреть!

Меня опять подхватили на руки, поспешно оттащили в комнату вместе с добычей и заставили сначала выпить и съесть очередную порцию отравы, только потом допустив до потрошения мешков.

— Ого! Вень, глянь, схемки, каракули, это чего?

Я мельком заглянула в кипу истертых листочков с бледными от времени рисунками.

— Отложи. Это схемы строения какого-то существа. Все, что касается экспериментов с магией крови, отдавай Веньке. — я обернулась к магу, увлеченно роющемуся в другом мешке. — Просмотри и уничтожь!

— Зачем уничтожать?! Это же ценнейшие труды!

— Линноэль, эти ценнейшие труды потом такой толпой ловили, что Халлада не хватит! К тому же это были не Охотники, а Звери. Разницу ощущаешь?

— А то, что сделано одним, может быть повторено другими, — добавил маг. — Меня не тянет опять по горам лазить за очередным полоумным некросом.

— Да убедили, убедили, сдаюсь! — расхохотался остроухий, откладывая листы. — Так, что тут у нас? А у нас тут имеется вот что: поименные списки местных обитателей и суммы расходов.

— Выкинь, — я отмахнулась, — обычные накладные по продовольствию. Если найдешь списки с родом занятий — оставь.

— Так, у меня какие-то списки зелий и ингредиентов. Похоже на походную аптеку. В мусор, — вынес вердикт маг.

Я обозрела разбросанные в беспорядке листки. Ндя… нету тут ничего о магии крови, о Зверях и иных чудищах — просто схваченные впопыхах кипы разных бумажек. Правда оставалась еще серая тетрадка и та большая книга, в которую уткнулся Венька.

— Наверное, все это стоит потом Давиалю дать посмотреть, может, он что-нибудь разберет?

— Ты ему так веришь?

— Лин, не забывай, я все-таки иногда богиня.

— Иногда?

— Ага. Никак не могу расстаться с человеческой жизнью. Все время спасают!

— Венька, ну и что там интересного пишут?

— Да ничего особенного. Книжка редкая, но и только. Тут общие принципы использования крови, да примеры построения чар.

— Оставь у себя. Я тебе похожий тайничок организую. Ну а тут у нас что? — я подтянула поближе ларец.

Внутри, в маленьких матерчатых мешочках лежали камни. Разнокалиберные, подчас никак не ограненные самоцветы яркими гранями сияли у меня на ладони. Связки каких-то украшений, серег, перстни в искусной оправе, ожерелья.

— Ну ни фига себе заначка на черный день! — я присвистнула. — Вот тебе и уединенная община отшельников. А ведь ни одна из женщин в таких бирюльках не ходила!

— Ты о чем?

— Да вспомнила, что жили-то скромно, без излишеств. А тут такое богатство!

— Пусть Риена выберет что понравится, остальное Гленну отдадим, — эльф хмыкнул. — Да, я вижу, как у тебя глазки загорелись!

— Я просто подумала, что мы сможем магистрату долг выплатить — не люблю быть должной, — и покраснела.

— Не удивлюсь, если ты все затеяла ради этого!

— Да ладно вам, так удачно вышло!

Я залюбовалась игрой света в гранях крупного изумруда в перстне, невольно примеряя его на палец. Да, я, как и многие женщины, имею слабость к украшениям. Но не настолько, чтобы обвешиваться ими по случаю и без. Пока я упоенно рылась в безделушках, напрочь забыв о документах, эльф выудил из кучи тетрадь и начал зачитывать самые интересные места своим легким певучим голосом. Это оказался дневник, писаный кем-то из членов общины. Возможно, именно он и был хозяином тайников. Текст прерывался, кое-где виднелись пятна и потеки, полностью уничтожившие целые страницы. Но и того, что сохранилось, мне хватило с головой. Маг тоже заслушался, отложив свою новую игрушку.

" Я все чаще ловлю на себе его косые взгляды. Похоже, Грай подозревает истинную причину моего любопытства. Пока что у них с Шарантаром не было промахов, да и близнецы смотрят за соблюдением всех обрядов. Зато у младших хранителей несколько раз были срывы, и мы теряли на поисках многих хороших бойцов.

Если Грай снова предложит начать обряды, я расскажу остальным правду"

"Этот чертов ублюдок забрал мою малышку! Я двое суток просидел под дверью лаборатории, осип от ора, но Грай… Боги да проклянут его! Я не могу так больше. Этот чертов демон сдохнет, не будь я Таван Олерес!"

"Этот подонок снова взялся за свое! Шарантар рвет и мечет, но Грай уже завершил первый этап, и если ему не помочь, то объект погибнет! Остальные тоже вне себя, но открытого противостояния пока нет"

" Хороший получился боец, учитывая, что основу взяли неопробованную. Еще ни разу не работали с полукровкой. Правда, малыш слишком мал, и что из этого получится, неизвестно, но пока он вполне достойно держится. Шарантар велел отправить его в деревеньку на севере, пусть хоть немного поживет нормально"

— Тут дальше много расплылось, почти ничего не видно, — оправдывался эльф, торопливо пролистывая страницы. — Вот, нашел.

"Зачем ему вдруг понадобились новые опыты?! Да еще такие?! У них совсем другое телосложение, иначе работают нервы, совершенно непригодная основа! Утром зашел к нему в лабораторию. Забрал три тела. Похоже, Грай обезумел, он работает сутками, он гробит материал. Остальные в ужасе, прячут детей по домам"

— Ага, вот здесь большой разрыв по времени, видите, как почерк изменился? Скорее всего, прошло лет пять, не меньше. Жаль, что текст так плохо читается! — маг заглядывал в тетрадь через плечо Лина. — Даже магией не восстановить! Обидно.

"Наш отряд наткнулся в лесу на полуживого оборванного ребенка. Если выживет, нужно будет спрятать от Грая"

"Близнецы спешно отправляют поисковые партии, у Грая сбежал образец. При чем образец, одним своим запахом способный нейтрализовать бойца! Это безумный демон совсем распоясался! Из города примчался гонец, Халлад в осаде. Новый король решил стереть его с лица земли. Младшие хранители и многие бойцы отправятся туда сегодня вечером. Мне же нужно будет подчистить бумаги, ни одного листочка не должно попасть в руки королевских магов.

Мне страшно. То, что сегодня создает Грай, бесконечно опасно. Остальные просто не понимают, что этот демон окончательно потерял рассудок. Даже Шарантар уже сомневается. Я боюсь не столько Грая, сколько результата его опытов. Это же бесчеловечно! Он полностью коверкает исконную сущность, изменяет чуть ли не основы миропорядка! Боги накажут нас всех за это, и я боюсь, что это наказание будет слишком малым"

Я вздрогнула. Дядька Таван. Будучи маленькой и наивной, я никогда не замечала, что же происходило вокруг в странном мире взрослых. Своих забот как-то хватало. Неужели в общине действительно появился сумасшедший ученый? Судя по записям, дядя Таван не раз уносил из подземелий трупы несчастных, как остальные общинники могли позволить убивать ни в чем не повинных детей?! Ведь там же были и их дети! Никогда не поверю, что держал их страх перед неизвестным Граем. Нет. Скорее, тут действительно царствовало безумие. Какая-то душевная болезнь. Другим я объяснить такое не могу.

Понятно, почему Таван предлагал профессию "бойца" только относительно взрослым. Выносливость и живучесть уже на уровне, а вот основные свойства организма еще продолжают формироваться и легче примут внесенные извне изменения.

Бррр, такое ощущения, что заглянула в пыточные застенки! По спине побежал холодок, руки задрожали. Ужас какой-то.

— Читай, Лин. — я вздохнула. — Вень, вина налей.

Парни, внимательно наблюдавшие за моей реакцией, встряхнулись.

— Может, отложим?

— Нет, я хочу прочесть до конца. Это же истории создания Зверей, вы не видите?

Маг сдался первым. Вино бодрящей волной тепла пробежало по телу.

" Шарантар и близнецы отправились вниз. Они в ярости — Грай несколько часов назад уволок туда девочку. Зачем ему девчонка, не понимаю! Он ведь и так добился всего, чего хотел! Проклятый демон! Я все еще слышу голос моей дочери, но не знаю — жива ли она, или это просто наваждение? Я схожу с ума, не могу думать ни о чем другом. Моя малышка, что с ней сделало это

чудовище?!

Крики Шарантара и вопли девочки эхом разносятся по коридорам. Меня уже бьет дрожь от ужаса. Все, что я смог сделать — это послать гонца в королевские войска, осаждающие Халлад. Пусть придут. Пусть предадут все огню, но я не могу так больше"

Мне плохо. Перед глазами мелькает огонь сияющего над головой узора, крики, запах крови и удушающий дым, безумная боль пронизывает каждую клеточку тела, мне хочется кричать и плакать, но горло сдавлено будто тисками. Вокруг бушует вихрь пламени, мечутся тени, грохочет раскатами чужой, мертвенный голос. И боль, непередаваемая, всепоглощающая боль. Я падаю на камни пола, бессильно скребу ослабевшими пальцами, пытаясь уползти, забиться куда-нибудь от этого обжигающего огня, обдирая ладони в кровь. Перед глазами только черная пелена, разрываемая всполохами оранжевого и красного. Я ползу, ползу, ползу…

— Рина!.. Ррриеналь! — чей-то срывающийся голос вырвал меня на поверхность из темноты.

Мутная пелена понемногу рассеивалась, резко заболела спина от беспрерывной тряски, стиснутые до боли зубы клацнули, и мне удалось судорожно вздохнуть.

— Риена! Посмотри на меня! Посмотри на меня! — Венька?

— Госпожа! — встревоженный женский голос.

Я открыла глаза, ощущая нахлынувшую тошноту и головокруженье. На щеках горели следы слез, вся комната плыла. Передо мной метались в суматохе люди, что-то кричали. Попыталась подняться, превозмогая боль в спине и едва не упала. Крепкие руки поддержали, помогли добраться до кровати и рухнуть на мягкие подушки. Хотелось глубоко вздохнуть, но в натопленной комнате не хватало воздуха. Проморгавшись, увидела встревоженного Тара и Сванну, Венька уже намешивал какое-то зелье, гремя пузырьками. Расстроенный эльф выглядывал из-за спин вампиров.

— Госпожа?

— Тихо, — я закашлялась, в горле першило.

— Пей, — мне под нос сунули стакан.

— Окно откройте, — я приподнялась на локте, осматривая разбросанные по полу бумаги. — Лин, заберите это с глаз моих. Скорее.

— Госпожа, вы в порядке?

— Относительно, — я хмыкнула.

Сейчас начнутся ахи — охи и меня точно никогда не выпустят из комнаты. Будем приходить в себя.

— Давайте-ка приведите все в порядок. Вень, покажи Сванне чем меня смазать, а то я, кажется, неудачно дернулась, — улыбаться, как можно шире улыбаться!

— Лин, отнеси бумаги в кабинет и запри, — маг зазвенел своими флаконами. — Тар, выйди.

Меня обработали, перевязали, опоили какой-то воняющей пакостью и уложили под одеяло. Я потребовала плотный ужин, за что удостоилась счастливого взгляда женщины. Линноэль тихо проскользнул в комнату, когда успокоенные вампиры ушли.

— Ну что, расскажешь, что произошло? — Вениамин смотрел на меня с плохо скрываемой жалостью.

— Это всего лишь воспоминания. Не самые счастливые в моей жизни. Дневник, который мы нашли, принадлежал дядьке Тавану, общинному наставнику.

— Угу, главному поставщику живого материала для опытов, — передернулся эльф.

— Честно, я не хочу об этом говорить. Даже вспоминать не хочу.

— Как скажешь. Но мы к этому еще вернемся.

— Дайте мне лучше ту замечательную шкатулочку, хочется все хорошенько рассмотреть.

Парни ухмыльнулись, но шкатулочку принесли.

— Кстати, Лин, ты придумал, что подаришь Лидии на Зимний Солнцеворот?

— А?

— Риена имеет в виду, что девушка наверняка будет ожидать от тебя подарка, — пояснил маг.

— Ну, я еще не думал…

— Вот, — я продемонстрировала перепутанную связку цепочек, — распутывай. Эти все равно никуда не продашь — раздарим нашим девчонкам.

— Рин, смотри — Венька протянул мне уже знакомый перстень с изумрудом. — То, что надо.

— Ага, так к глазам подходит, — радостно закивал эльф.

Ну-ну, отвлекают, значит. Какие заботливые!

— Вень, камни отложи в сторону, потом Гленну занесешь. А вот это у нас что? — я выудила из кучи маленькую брошь в виде зеленого листочка с капелькой росы из яркого синего камушка. — Лин, на, Лидии подаришь.

— Я это, не знаю, как она ответит…

— Боишься, в глаз даст? — рассмеялся маг.

— Дорогой мой эльфенок, если мужчина вечером не был хамом, то утром его назовут козлом.

Две пары удивленных глаз.

— Знаешь, Рин, ты меня все больше удивляешь.

— А что я такого сказала, — невинно похлопала глазками.

— На, примерь, бессердечная моя, — Венька протянул откопанные в шкатулке огромные золотые кольца.

— Это в нос что ли? — я удивленно вертела два широких цельных кольца, приняв их сначала за сережки. — Для браслетов малы, для сережек не подходят. Странно.

Теплые золотые ободки шириной с золотую монету без надписей и украшений уютно сияли в ладони.

— А, тут вообще, по-моему, свалено все подряд, что блестит. — Эльф недоуменно повертел в руках комок сцепившихся вместе украшений.

— Ты, наверное, всю шкатулку оставь себе, потом сама решишь, что и куда девать. — Венька устало потянулся.

— Слушайте, до меня только сейчас дошло, что праздник-то уже на носу, а я даже подарков не приготовила! — я панически заметалась в кровати.

— Успокойся! Твоя основная задача — встать на ноги. А ты о ерунде думаешь.

— А у нее шило в одном месте, — маг флегматично пожал плечами.

— Заметил.

— Так, мальчики, намешайте-ка мне снотворного и отправляйтесь на боковую. Завтра будет долгий день!

Парни сгребли ценности в ларец, собрали остатки посуды и устало поплелись к дверям. Я прикрыла глаза, расслабленно вдыхая морозный воздух, тянущийся от приоткрытого окна.

— Знаешь, я так радовался, когда за нашей неугомонной присматривал Лар, что теперь жду его едва ли не сильнее, чем она, — пробормотал эльф, закрывая дверь.

Венька что-то буркнул в ответ. Я не прислушивалась, отыскивая на мысленной карте огонек Лидии. Осторожно потянувшись к ней, вдруг ощутила, что женщина тревожно расхаживает по своей комнате в какой-то таверне, в Халладе. Подобравшись, я постаралась сосредоточиться на ней, проявить себя.

— Лидия?

— Ррриеналь?! — вампирша удивленно подпрыгнула. — Где ты? Что происходит?

— Все в порядке. Я дома. Мне нужно было поговорить с тобой, пока вы не выехали обратно.

— Ты уверена, что все в порядке?

— Да. Не беспокойся.

— Слава Богам! Лар с ума сходит от тревоги.

— Лидия!

— Прости. Что ты хотела?

— У меня мало времени, не научилась толком передавать… В общем, нужно пройтись по магазинам, ребятам подарки прикупить к празднику…

Вампирша тихонько рассмеялась, потом, не удержавшись, захохотала в голос.

— У меня есть несколько идей, но сделать сама, я, как ты понимаешь, не могу.

— Диктуй, — улыбнулась Лидия, подтягивая к себе листок и зачарованное перо.

Почему все обитатели башни считают мою дверь лучшим местом для утренних разборок?! Грохот в коридоре, так внезапно оборвавший сладкий сон, повторился. Теперь я могла разобрать приглушенную ругань и звон посуды. Наверное, мой завтрак сейчас живописным ковром стелется по полу.

— Эй, народ, кончайте греметь! А то сейчас выйду и всем отомстю! — проорала я.

За дверью воцарилась тишина. Потом топот ног горохом прокатился по лестнице, и все стихло. Ну вот. Теперь ни мсти, ни завтрака. Я потянулась, выбираясь из-под одеяла на ледяной пол. Конечно, окно так и не закрыла — после разговора с Лидией устала и вырубилась.

А на улице сияло солнце! Снег толстым покрывалом обнимал землю, искрясь под яркими лучиками. Мне срочно захотелось туда, вздохнуть полной грудью прозрачный морозный воздух, окунуть руки в пощипывающий иголочками кожу снег, пройти по хрустящему нетронутому насту.

Пришлось брать себя в руки. Из зимней одежды у меня ничего не было, а бежать по соседям не хотелось.

В дверь осторожно постучали. Эльф с моим завтраком. Вид виноватый.

— И что ты опять натворил?

— Прости, мы тебя разбудили.

— А, ерунда. Скажи мне лучше, друг мой длинноухий, где бы мне надыбать плащик на меху. Взаймы.

— А зачем?

— Погулять хочу. Смотри как здорово!

— А спина?

— Нормально спина. Лин, я не развалюсь, обещаю, — я как можно влюбленнее уставилась на эльфа. С Ларом этот номер бы не прошел. А Линноэль растаял и улыбнулся.

— Ладно, вымогательница, будет тебе прогулка.

— Уря! Спасибо! — я чмокнула в его щеку и выпихнула из комнаты. Завтрак подождет.

Раскинувшееся царство зимы белым вихрем какой-то детской радости ворвалось в мою душу. Наверное, именно таким и бывает ощущение настоящего праздника, когда даже природа пропитана волшебством. Отовсюду лилось сияние, вспыхивали искры солнечного света на гранях снежинок, воздух звенел колокольчиком.

Я счастливо пискнула и полезла в ближайший сугроб, намереваясь окунуться в него по самые уши. Напяленный на меня зимний плащ Лина и добытые Сванной шерстяное платье делали меня похожей на маленький колобок, все велико и болтается, но зато тепло.

— Эй, ты куда полезла? — прошипел Линноэль, оттаскивая меня от вожделенного сугроба.

Отпустили под его ответственность. Вот и рычит — шаг вправо, шаг влево — карается смертной казнью.

— Лин, пошли, так здорово! — я буксиром потянула парня по нетронутому снегу.

Небольшая поляна возле ратуши, которую надеялись когда-нибудь превратить в сад, пока так и оставалась пустырем. В отдалении виднелись крыши домов в белых облачках дыма, редкие деревья, и низкий, засыпанный снегом кустарник. Идеальное место. Когда-то я видела в одном городке, как жители строили из снега горки и небольшие крепости, а вездесущая ребятня с визгом носилась по волшебным лабиринтам и устраивала снежные баталии. Вот и теперь мне захотелось сделать что-то подобное.

Потянувшись мысленно к снегу, я попросила о помощи. Вокруг меня закружился легкий хоровод сияющих снежинок и унесся прочь.

— Что ты делаешь?

— Ш-ш, не мешай, — шепотом выдохнула я и принялась лепить.

То, что я рисовала в своем воображении, снежный смерч на поляне ваял в реальности. Вот выросла крепостная стена, рваным кругом охватившая поляну, вот вытянулись к небу башенки с большими круглыми проходами, ведущими на горки, вот возник лабиринт из снежных блоков в мой рост. И наконец, в центре выросла статуя Зимы — женщины в белых одеждах и короне из снежинок и лицом сильно смахивающей на Линноэля.

— Ну, Риена, ты даешь, — восторженно прошептал эльф, подходя к моему творению.

— Да, я такая, — гордая улыбка и выбивающие от холода дробь зубы. — Но сейчас тебе лучше отвести меня назад, а то я сама превращусь в ледышку.

Лин без вопросов подхватил меня под руку. Пожалуй, теперь самое время подкрепить силы. К вечеру они мне понадобятся. Особенно, если учесть, что мои посланцы не сегодня — завтра вернутся.

Вечер. Горит, потрескивая дровами камин, тихо оплавляются свечи, бросая причудливые тени на стены. Медленно бьются об оконное стекло снежинки под колючим холодным ветром. Тишина теплым одеялом накрывала комнату, погружая в дремотный покой. Даже мысли текли лениво, мерно покачиваясь на волнах. Вот уже совсем близко захрустел снаружи снег под копытами лошади. Кто-то припозднился с прогулкой.

Я лениво потянулась, внимательнее всматриваясь в отобранный у Веньки хрустальный шар. Конечно, лежа на животе и подперев кулачками голову, это делать неудобно, но больная спина не желала предоставлять мне выбор. Да и мой неуемный характер не способствовал быстрому выздоровлению.

По лестнице простучали шаги, замерев перед моей дверью. Кому не спится в ночь глухую?

— Входи, — буркнула я, сползая с кровати.

Нирт. Усталый, злой и встревоженный.

— Входи, — повторяюсь.

— Как ты? — тихо, едва слышно.

— Ползаю, как видишь.

— Мне показалось, что тебе плохо.

— Все хорошо, Нирт. — я помолчала. — Как съездил?

— Этаниэль долго кривился и строил из себя Великого и Ужасного, — улыбнулся мужчина, стаскивая потяжелевший плащ. — Но в итоге согласился, что башня ему ничего не должна, скорее наоборот. Так что он принял к сведению твои пожелания. Ты довольна?

— Да, — я подвинула ему поднос с нетронутым ужином. — Какие еще новости?

— У них намечается визит кого-то из правящего дома, Лес решил укрепить свои территории.

— Понятно.

Я потянулась к шару, валявшемуся на кровати, но только неудачно спихнула его и тут же попыталась полезть под кровать в поисках. Меня цапнули за пояс, вытянули обратно, поставили и отряхнули.

— Эй, у меня шар укатился!

— Постой спокойно, — он без видимых усилий достал мою игрушку. — Держи.

— Спасибо.

— Видел ваши художества во дворе. Венька магичил?

— Я.

— С каких пор ты у нас маг?

Не стала отвечать. Пусть поест, успокоится. Весь этот пустой треп только для того, чтоб заглушить тишину. Я отстраненно пялилась в шар, пытаясь, как учил Венька, сосредоточиться на главном. В поиске хотя бы призрачной защиты забралась в кресло у камина, пряча лицо под волосами. Мысли путались, сердце колотилось в ожидании основной части разговора — выяснения отношений. И ежу понятно, что просто так он не уйдет.

— Что ж, раз не хочешь ты, начну я. — Нирт развернул меня вместе с креслом, уперев руки в подлокотники и перекрыв мне все пути побега.

— Помолвка расторгнута, ты — свободная женщина, и конечно, можешь идти своей дорогой. Я не могу тебе сейчас объяснить того, что со мной происходит. Это все сложно, но… Ты должна сама определиться.

Я аж задохнулась от возмущения. Я должна определиться?! Да как он смеет?!

— Если память мне не изменяет, я просила тебя кое-что обдумать, Нирт. Просила ответить мне на один простой вопрос. И когда я тебе об этом напомнила — ты промолчал! Или я не права? Ответь мне!

Молча смотрит. Никогда не могла разгадать, что же именно прячется там, в глубине его глаз. И, наверное, никогда не смогу. Лицо совершенно непроницаемое.

— Я хочу знать, что это не наваждение, не моя Звериная суть, не твоя гордость! Понимаешь?! Я хочу знать, что скажешь ТЫ САМ.

Молчит. Мне уже просто страшно, тело бьет крупная дрожь. На что я еще надеюсь? Ведь и так понятно, почему он молчит.

— Это жестоко, Риена…

— Я могу понять, как было больно и трудно находиться рядом со мной. Я могу поверить, что ты растерялся, запутался, что тебе нужно время, — я горько усмехаюсь, едва сдерживая слезы. — Ты даже представить себе не можешь, чего мне стоило вернуться ОТТУДА, после всего.

Молчит. Угрюмый и сумрачный. Глаза почти черные — то ли от злости, то ли от боли.

— Уходи. Пожалуйста.

Легкий шелест шагов, стук двери. Больно. Внутри все переворачивается. Боги, как же больно! Слезы жгут лицо, я уже задыхаюсь, хочется просто умереть. За что ты так?!

С трудом переползаю на кровать, сворачиваясь в клубок и мечтая уснуть и не проснуться. Только так не бывает. Завтра будет новый, долгий день. И послезавтра. Еще целая вечность дней, наполненных болью. И каждый день я буду видеть его непроницаемый взгляд цвета осеннего моря. Нет! Не хочу, не буду, не надо!

Лидия разбудила меня на рассвете, осторожным прикосновением холодных пальцев к щеке отогнав остатки какого-то кошмара. Иначе с чего бы меня так колотило?

— Привет.

— Доброе утро. Что это с тобой творится, Риена? — вампирша подозрительно прищурилась.

— Все нормально. Вечер выдался тяжелый.

— Нирт?

— Угу.

Женщина помедлила, расставляя на столе коробки и свертки.

— Не хочешь рассказать?

— А чего рассказывать? Я ему просто не нужна. Вот и все.

— А Лар?

— Знаешь, мне иногда кажется, что я хватаюсь за него, как за якорь, иначе тут же пойду ко дну, — я горько усмехнулась, выползая из-под одеяла.

— Весело тебе. Как спина?

— Понемногу. Лидия, вот ты достаточно прожила — объясни, что мне делать?

Вампирша удивленно смотрела на меня, потом улыбнулась и покачала головой.

— Рин, ну как я могу тебе советовать? Со своими чувствами ты должна сама разобраться.

— Да со своими-то я разберусь! Я про него говорю!

— Просто спроси напрямик, — она пожала плечами.

У-у-у, как все запущено! Еще одного такого "разговора" мое сердце не выдержит. Нет, пусть пока все останется как есть, пусть рваные дыры внутри хоть немного заживут, перестанут так отчаянно болеть.

— Попроси Веньку сегодня осмотреть спину пораньше, я хочу разобрать наши сокровища, — я прошлепала в ванную.

— Какие сокровища?

— Да мы тут на днях по старым тайникам полазили, вон на кресле ларец валяется.

— Можно взглянуть?

— Конечно!

Расслабившись в горячей воде, я впервые не ощутила боли в спине. Может, хоть сегодня удастся полетать? Хотя все еще рискованно перекидываться, вдруг крылья не выдержат. Интересно, чего там Лидия из города привезла. Вампирша звенит в комнате побрякушками, время от времени восхищенно вздыхая.

— Ну, как тебе наш улов?

— Просто слов нет! Какая красота! А вот это вообще из разряда легенд! Подумать только!

— Чего там у тебя такого? — я заглянула через ее плечо. — А! Я так и не поняла, что это за колечки. Больно велики.

— Риена! Это же обрядовые кольца Барга! Такие штуки стоят баснословных денег и создаются на заказ! Кстати, можешь попробовать решить свои проблемы с их помощью.

— Это как? Воткнуть Нирту в нос и привязать как бычка? — я хохотнула.

— Нет же! Кольца истинного союза помогают найти свою единственную любовь!

— И как это сделать? — я натянула привычные тонкие брюки и рубашку.

— Ну откуда я знаю? Спроси у жрецов Барга!

— Блин, Лидия, лучше б вообще промолчала! Давай показывай, чего привезла, а то сейчас налетят всякие, не спрячешься.

— Все, что ты наказала, я внизу оставила, чтоб не таскать. Это твой гардероб.

Я упоенно зарылась в свертках, с аханьем встречая каждый шедевр портняжного искусства. Надо признать, вкус у вампирши отменный — я бы ограничилась теплыми штанами и курткой. Здесь же были и три совершенно необыкновенных платья, и костюм для верховой езды и даже — о, счастье! — несколько теплых брюк и плотных рубашек. В шикарный серебристый плащ отороченный пушистым мехом я завернулась с головой, блаженно вдыхая приятный аромат зверя. Лидия со смехом наблюдала за мной, раскладывая вещи по местам.

— Это тебе подарок. От Лара.

Я вздрогнула. Почему-то о вампире я вспоминать сейчас совсем не хотела.

— Он прелесть!

— Плащ или Лар? — равнодушно поинтересовалась женщина.

— Оба!

— Приятно слышать! — звенящий ехидный голос пробрал до костей.

Светлые волосы ровно спадают на плечи, черный кожаный колет распахнут на груди, золотые глаза полыхают пламенем. Вампир прислонился к косяку двери и довольно наблюдал за моим удивленным лицом.

— Лар, а тебе не говорили, что врываться в комнату девушки без стука — неприлично?

— А надо было дверь закрывать! — ухмыльнулся он.

— И как давно ты тут стоишь?

— Не переживай, я не подглядывал.

Каким-то неуловимым движением вмиг пересек комнату и сжал меня в объятиях, зарываясь носом в волосы.

— Я очень рад, что ты в порядке.

М-м-м, он приятно пахнет. Мне почудился солнечный аромат яблок и пряностей. Я радостно уткнулась носом в его колет, вдыхая полной грудью.

— Ну, раз уж все проснулись, может, позавтракаем? — Лидия осуждающе смотрела на нас.

— Да, это мысль. — С сожалением стянула плащ, аккуратно уложив его на спинку кресла. — К тому же странно — еще никто не вломился сюда с криками, что еда остывает.

В общей столовой уже скопился народ, даже Гленн соизволил присоединиться. Венька с эльфом таинственным шепотом обсуждали свои секреты, озорно поглядывая на Лидию. Опять пакость готовят. Нирт мрачно уставился в свою тарелку, не отвечая на подначки.

— Гленн, ты рассчитался с магистратом?

— Угу. Пока жду ответа. Кстати, девочки, кто у нас отвечает за украшение зала к празднику? Я все подготовил, осталось только привести в приличный вид.

— Ой, я как-то забыла, — пришлось сделать виноватое лицо. — Надеюсь, к нам никаких гостей не принесет?

— Не надейся! Из магистрата наверняка кто- нибудь приедет.

Народ смехом встретил мой страдальческий стон.

— Тогда я гарантирую, что ЭТОТ Солнцеворот они в жизни не забудут!

— Эй, только без смертоубийства!

— А это уж как получится! К тому же до праздника еще есть время.

— Время для чего? — я аж смутилась от десятка внимательных глаз и хорового стона.

— Я собираюсь в Даррок!

— О нет! Бедные гномы! — Лин, всхлипывая сполз под стол.

— А что? Зиран мне кое-что обещал, между прочим! — я сама невинность.

— Уж не бочонок ли замечательного самогона? — Венька утер слезы рукавами.

— Нет! Настоящую королевскую корону!

Лар насторожился. Ну да, он в курсе, когда и для чего мне старый мастер обещал такую штуку сделать. Как будто я не женщина и украшения не люблю! Да, не особо, конечно, но перстенек с изумрудом снимать не стала. Да и платья не прочь поносить — вон как моих товарищей от них скручивает, аж приятно! И вообще! С этого дня я делаю только то, что хочу!

— Так что можете расслабиться, я уезжаю на рассвете. Вернусь к празднику. Живая и здоровая.

— Я с тобой! — эльф суетливо вскочил, словно я вот-вот уеду, а он вещи не собрал.

— С чего вдруг? Я вообще-то хотела одна прокатиться!

— Ну нет, ты там будешь гулять, а я тут сидеть?! — сколько возмущения!

А хотя, устроить веселье я и в его компании могу. Еще и свечку держать будет, когда на дело пойду.

— Нирт, мэтр Давиаль приезжает завтра, просил тебя встретить, — между делом сообщил Гленн.

О! Вот и замечательно.

— Так ведь он недавно только уехал! Что-то случилось? — Венька отобрал у меня последнее пирожное! Я отомстю!

— Наверное. Прислал голубку, написал — есть новости. И все.

Еще лучше! Ему хватит времени обдумать, а я оторвусь на свободе. Когда еще удастся с моим-то талантом везде находить приключения!

— Вень, поговори с мэтром, нам нужны маги, а то каждый раз мотаться в Халлад ради телепорта накладно. Да и в хозяйстве пригодится.

— Я вижу, ты твердо решила ехать? — Гленн нахмурился. — Я подберу тебе сопровождение.

— Ни за что! В конце концов, все уверены, что я валяюсь в кровати на последнем издыхании. Так что — никаких сопровождающих!

— Риена! Либо ты поедешь с охраной, либо не поедешь вообще! — рыкнул Гленн.

Да уж, теперь мне точно придется тащиться с целой толпой. Тогда уж сразу на шею вывеску повесить. Вот возьму и сбегу от них!

В компании вездесущей Лидии собираю вещи. Вампирша все норовила мне в сумку всякого тряпья наложить. От вороха платьев я отказалась наотрез, а вот свой турнирный наряд взяла. Мало ли, захочется произвести впечатление. К тому же эта дорога будет короткой — в Халладе оплачу телепорт, и я уже в Дарроке. Интересно, как выглядит эта горная цитадель изнутри? Туда гномы никого не пускают, основное население живет в городке, образованном портом и многочисленными купеческими гильдиями. Вот где можно увидеть все разнообразие смешения кровей, даже темные эльфы встречаются. С закидонами нашего короля иные расы с неохотой селятся в Трехгорье, предпочитают торговать, или останавливаться в городах подальше от столицы. Потому так пестр Халлад, потому так дивно цветут в нашей долине эльфийские сады, потому не уходят далеко от гор гномы.

Остался только один вопрос — стоит ли предупредить о моем приезде Зирана ар Давада, или лучше просочиться по-тихому, чтоб не успели попрятаться?

Глава 10

Даррок

Налей еще вина, мой венценосный брат,

Смотри — восходит полная луна;

В бокале плещет влага хмельного серебра,

Один глоток — и нам пора

Умчаться в вихре по Дороге Сна…

Группа Мельница "Дорога сна"

Рассвет я встретила уже одетой и собранной. Снаружи раздавалось ржание лошадей, звон сбруи, приглушенные голоса. Гленн наверняка снарядит целый отряд, и мне никак не приходило в голову, как от этого отделаться. Ну и ладно, в Дарроке сплавлю мужчин по кабакам и борделям, авось выдастся пара часов на шалости.

Выйдя во двор, первое, что я увидела — огромный угольно-черный жеребец, нетерпеливо гарцующий на привязи. Ндя… Я и так со своей белоснежной гривой вся такая незаметная, а на таком красавце… Рядом два всадника, замотанные в плащи по самое некуда. Один — Линноэль. А второй?

— Доброго всем утра, — я повернулась к компании провожающих.

— Рина, вот это должно скрыть твою внешность, — из рук невыспавшегося Веньки мне в ладонь скользнул маленький теплый камешек.

— Спасибо. А то я уже переживала, как прятаться буду.

— Постарайся не разгромить город. Нам договор с гномами нужен как воздух.

— Вень, все будет нормально. Мне просто нужно проветриться.

— Ох, Риена, мы с твоими способностями не разобрались, а ты опять пускаешься во все тяжкие.

— Мой дорогой Вениамин, здесь меня ждет гораздо больше проблем, чем где бы то ни было. И я не в состоянии их решать.

— Иди, — маг махнул рукой. — Ты все равно все сделаешь по-своему.

Гленн, державший поводья моего скакуна ограничился только предельно серьезным и обеспокоенным взглядом. А вот стоящий поодаль Нирт… Просто буркнул что-то под нос, резко развернулся и ушел в дом. Я вскочила верхом, пряча под капюшон злые колючие слезы. Забыть бы в один миг обо всем, выкинуть из головы все мысли и чувства, все проблемы. Особенно одну, которая даже не захотела попрощаться.

Морозный воздух облачками пара вырывался изо рта лошадей, обдавая меня клубами теплого дыханья. Под копытами скрипел утоптанный крепкий наст, дорога легко раскидывалась впереди. Склонившиеся под гнетом снега деревья волшебными сугробами. Линноэль и закутанный в плащ охранник понимающе молчали, тенями скрываясь за моей спиной, да и мои мысли были далеки отсюда. Спина все еще ныла и о полете можно было только мечтать, зато вполне можно было наслаждаться царапающим кожу морозцем, тонкими коготками проползающим по моему лицу. Даже пустив лошадь вскачь, выместив в сумасшедшем галопе всю свою злость и обиду, даже в бьющем в лицо ветре и колотящемся сердце я чувствовала сползающую с меня давящую тяжесть.

Возможно, Нирт в чем-то прав, и после падения всех связывающих меня оков, я просто цепляюсь за прошлое? И он совсем не тот, кто мне нужен? Просто чувство собственничества, ревность? Или все-таки я действительно испытываю нечто большее. Пожалуй, пока сама в себе не разберусь, нет смысла устраивать скандал.

Халлад встретил нас улицами, полными народу, предпраздничная суета царила вокруг, висели яркие гирлянды, от которых порой приходилось склоняться к самой холке лошади. Дома светились огоньками, напоминая скорей большие игрушки, чем жилища; освещенные радостью лица прохожих наполняли душу незнакомым, но очень приятным светом и легкостью. Идея ехать в Даррок уже не казалась мне настолько хорошей, захотелось остаться здесь, насладиться пьянящим душу ощущением необыкновенной силы, окунуться в эту разливающуюся рекой человеческую радость.

— Риена, нам в другую сторону! — поводья коня резко дернули.

Лин испуганно косился на меня, зачем-то придерживая рукой мой капюшон.

— Что? — я осоловело повела глазами.

— Ты опять начинаешь светиться! — яростно прошипел он, — быстро к магистрату!

Я пришпорила коня, перепуганной стрелой промчавшись вслед за эльфом, люди ошарашено отскакивали с пути, прижимаясь к обочинам. Стук копыт за спиной добавлял уверенности, что все будет хорошо, что мы успеем скрыться до того, как я превращусь в факел.

Линноэль резко осадил лошадь, только оказавшись перед темным монолитом здания ратуши, обернулся на меня — встревоженный, готовый к действию, напряженный и очень повзрослевший — и облегченно расслабился, вновь превращаясь в беззаботного озорного парня, которого я знала.

— Все в порядке? — я в испуге осматривала себя.

— Слава Богам, да. Держи себя в руках.

— Я… Постараюсь.

Да, тут нет ни Нирта, ни вампирш, ни Лара, чтобы отрезвить заигравшуюся девчонку. Придется думать прежде чем делать, и желательно головой.

— Все в порядке, пойдем скорее, телепорт не ждет! — эльф потянул моего коня за узду. — Маг предупрежден, но ждать до ночи не будет!

Я мельком оглянулась на нашего товарища, но тот по-прежнему молча кутался в плащ. Хм, может поездка и не будет скучной. Лин провел нас на задний двор ратуши, где переминался с ноги на ногу седой с длинной белой бородой старичок. Видимо стоял он тут давно, так как совсем замерзший вид делал его похожим на седого нахохлившегося воробья.

— И долго мне ждать? — маг торопливо забормотал под нос. — Молодые люди, поспешите! Я не могу держать долго настолько мощный порт!

Скорее ему не терпелось вернуться к теплому камину и бокалу вина. Я хмыкнула, проезжая мимо ворчливого старика в трепещущее марево, расползшееся в воздухе.

— Тоже мне, Граванская принцесса, — донеслось напоследок. Я чуть с лошади не упала, едва удержавшись от смеха.

По ту сторону марева раскинулось поле. Заснеженная равнина упиралась одним концом в лес, завиваясь серой потоптанной дорогой, вильнувшей за деревья. А другой… Там возвышались огромные потемневшие от времени каменные стены Даррока, древние как окружающие эту долину горы, и столь же неприступные. Высились темные, окованные створки гигантских ворот, и я даже боялась представить, от какого врага должны защищать эти прочные древние двери.

Направив разом взмокшего от трудного пути коня к воротам, я оглянулась на спутников. Впечатленный эльф статуей замер в седле. Второй же невозмутимо осматривал свои сумки. Что-то в этих обманчиво спокойных движениях показалось сильно знакомым, но ловить за хвост ускользающую мысль было лень, тем более что мы приближались к воротам, за которыми ждало новое.

Город напоминал величественного правителя, гордо и с достоинством взиравшего на подданных. В отличие от уютно аккуратных домов Халлада или теряющихся в укромной тени деревьев домиков Гравана, все здания Даррока несли отпечаток своих создателей — гномов: степенные, основательные каменные строения без украшательства, но в каждой прожилке камня имеющие свой неповторимый узор. Широкие мощеные улицы, чистые и аккуратные дворики с низкими, но густыми садиками, кованые магические фонари, Даже высеченные в скале циклопические стены гномьей крепости — все здесь дышало мощью древних мастеров. Единственное слово, какое я смогла подобрать этому городу — степенность. Не старческая медлительность или напыщенная величавость титулованного чиновника, но гордое спокойствие умудренного жизнью воина и мастера. Вдыхая аромат этого города, трудно было не уловить предпраздничного возбуждения улиц, но даже оно здесь не бросалось в глаза, с умиротворенным достоинством сияли стеклянные гирлянды в витринах, висели на стенах и даже дверях украшенные лентами связки еловых веток.

Линноэль неторопливо провел нас к уютному постоялому двору с массивной дубовой мебелью общего зала и просторными теплыми комнатами, отделанными темным деревом. Комнату пришлось брать на троих, поскольку свободных перед праздником и так не найти. К тому же, проще присматривать за ходячей неприятностью в моем лице.

Войдя в просторную светлую комнату с удовольствием стянула плащ, купаясь в тепле. Кровати для мужчин были сдвинуты в одну сторону, предназначенную мне прикрыли небольшой расписной ширмой. Стол, стулья. Но самое главное — тут был большой камин и уютное, мягкое на вид кресло! Линноэль не спеша раскладывал сумки, второй мой спутник откинул капюшон, и я с удивлением уставилась в бездонные золотые глаза.

— Лар?! Почему?

— Ну, скажи мы тебе раньше, ты бы не позволила мне ехать, — он пожал плечами, устраиваясь в единственном кресле.

— Да!

— Не волнуйся, Рин, он не будет мешать тебе делать пакости! К тому же был выбор — либо он, либо пятерка лучших мечников Гленна со стягами и торжественным кортежем.

— А? — я в тихом ужасе представила себе эту картинку и почувствовала, как волосы на голове зашевелились.

— Лар, дай ей пару минут, потом говори, видишь — девушка в ступоре, — хихикнул остроухий нахал.

— Лучше найдите мне голубку, отправлю письмо Зирану. Вдруг он сможет устроить нам экскурсию в мастерские?

— Скорее уж экскурсию по местным винным подвалам, — хмыкнул эльф. Но голубку дал.

Наскоро сочинив старому мастеру пару строк с приглашением посидеть за стаканчиком, отправила послание. Вампир грелся у огня, щурясь, словно домашний кот. Так и тянуло погладить, вдруг мурлыкнет!

— Ну что, может, спустимся позавтракать?

— Давай. Я еще хочу по городу пройтись, — с готовностью подхватив плащ, рванула вон из номера, а то еще увидят, как щеки запылали.

Завтрак, плавно перетекший в обед, наполнил не только желудок, но и мысли — стало сразу лениво куда-то тащиться. Однако Лин настырно теребил меня за рукав, советуя срочно посетить оружейные лавки.

Выбравшись в тихий спокойный мороз, мы дружно решили идти пешком, поскольку лавок много, а лошади замерзнут, пока там лазить будем. Изобилие оружия, качественного и не очень радовало глаз и настораживало бережливую совесть. Все равно Гленн давно с гномами договорился, я хотела только в их мастерские заглянуть, да, если очень повезет, пригласить в Граван мастеров. Однако Лин был прав — в какой-то мере меня интересовала возможность расслабиться в приятной компании, а не торговые дела.

Почти под вечер, уставшие, с пляшущими перед глазами остро-колюще-режущими предметами, мы вернулись на постоялый двор.

— Риена, ты мне объясни, чего ты прицепилась к этому торговцу? Он же не делает оружие — он его продает!

— Лин, ну отстань а? Устала как собака тебя от витрин оттаскивать, а ты еще и претензии предъявляешь!

— Может пойдешь отдохнешь? — Лар просто устало прикрыл глаза.

— Нет, — я растянула губы в усмешке, — я пойду приводить себя в порядок. Потому как Зиран скоро придет, не хочу пропустить его выражение лица.

— Риена, не надо! — взмолился вампир, — давай хотя бы до завтра отложим!

— Да успокойся, не буду я ничего творить!

Роясь в сумке в поисках своего костюма, наткнулась на пушистый зеленый бархат. Лидия засунула-таки платье! И как же я ей благодарна! Натянув на освеженное ванной тело мягкую ткань, полюбовалась в зеркало — ровные простые линии, тонкая золотистая вышивка. Не нарядно, не бросается в глаза, но обратить внимание заставит. Предвкушая реакцию друзей, осторожно спустилась в зал.

Смутная тень сбоку резким движением заставила насторожиться, подобраться. Но сияющий Лин, галантно помогающий спуститься по ступеням, на это даже головы не повернул. Лар хмуро обозрел наряд и откинулся обратно к стене, исчезая в ее тени. До сих пор не пойму, как ему это удается! Вроде вот он сидит, только руку протяни, но если не присматриваться — не найдешь.

— Риена! Здорово!

— Лин, скажи, на кого я сейчас похожа? В зеркале вроде я, но Венька сказал, что его амулет меня маскирует.

— Ну, у тебя чудесные золотистые волосы, синие глаза… — поймав злой взгляд Лара, эльф торопливо закончил — Все как было.

Не понимаю! Глаза-то зачем синие?

— Понятно. Лар, милый, а что за тень вон там, у меня за спиной? Она как-то странно себя ведет! — я явственно мурлыкнула, цапая эльфа за руку.

— Нормально он себя ведет, — неохотно откликнулся голос из тени. — Как мужчина. Это мавр.

Сказал как плюнул. Мавр. Так оскорбляли темных эльфов за их смуглую загорелую даже зимой кожу. Да уж. Интересно. Темный эльф. В Халладе их не найдешь, в свое время я так у Веньки наш очередной спор выиграла.

— Леди, позвольте вас угостить? — медоточивый голос из-за спины.

Смуглый высокий, с правильными чертами лица, крепкий. Можно даже сказать, красавчик. Глазищи на пол лица, темные, чуть ли не гипнотизирующие. Нормальный темный эльф, ничего особо выдающегося.

— Иди своей дорогой, темный, — Линноэль хищно прищурился.

— А не пойти ли тебе в бездну, Светлый? Я вижу, леди скучает в твоей компании, так шел бы ты… Пока можешь! — А сам взгляда не отрывает.

Мне стало просто интересно — темный на своих двоих уйдет или его понесут?

— Сказано же, проваливай темный! Эта девушка не про тебя! — эльф сжал рукоять меча.

— Действительно, Горан, не приставай к разумным! — раздался знакомый басок. — Ты этой красавице на один укус будешь.

Я очаровательно улыбнулась.

— Что?! — темный опешил.

— Вали, пока жив! — Рявкнул, выныривая из тени Лар.

К появлению вампира темный готов не был. И бросив на нас хмурый многообещающий взгляд, вернулся за свой столик. Я с радостным писком повисла на шее рыжего гнома, так удачно обломавшего Лину драку.

— Так и знал, что ты не обойдешься без приключений, девочка, — добродушно рассмеялся мастер.

— А как же! Я за тем и приехала! — я хихикнула.

— Линноэль, Лар, — гном кивнул мужчинам, усаживаясь за стол. — На Горана не обижайтесь, он всех приезжих задирает — скучно, видите ли.

— Ха! Я ему устрою веселье!

Даже я на эльфа посмотрела с укоризной. Правильное веселье в таких случаях — веселье без свидетелей.

— Что за гадость вы пьете? — поморщился мастер, обнюхав кувшин, — Хозяин! Подай-ка нам своего лучшего!

— Кстати, когда мне пришлют договор на поставку вашего замечательного напитка! — я деланно нахмурилась. — Этих оболтусов простое вино уже не берет, а у нас праздник на носу!

— Будет, девочка, все будет. Расскажи, как себя чувствуешь. Что там у вас произошло-то?

— Да подрались два… товарища. А я с дури выложилась, когда им мозги вправляла, — вдохновенно соврала я.

— Поди и драка из-за тебя была, а? — гном хохотнул. — Замуж тебе пора, чтоб дурью не маялась.

— У-у-у, и ты туда же? Что ж вы меня все замуж спихнуть норовите?!

— А чтоб жить спокойней, — хихикнул Лин.

Ндя… Добрые.

— Ну а у вас что нового?

— Ай, Совет старших мастеров никак придумать не может, что с караванами делать. Морем не выходит — убыль большая. А по суше на каждой кочке таможня. С вашими ребятами отправили один раз, вроде хорошо вышло. А все равно, каждый раз не наездишься.

— Понятно. А вы не думали прорубить в горе тоннель насквозь, выбрались бы прямиком в Приши?

— Да у нас были проекты, только особенности породы не позволяют. Единственный подходящий вариант был где-то в вашем районе, но там проект отложили — что-то там мастера недосчитали, — гном уткнулся в кружку.

Похоже, с этим проектом не все так просто. Неужели и у гномов могут быть проблемы с властными структурами? А мне казалось, что у них все решает мастерство.

— Если ваши мастера все же решат проделать в горе дырку, мы будем только рады — и вам и эльфам придется меньше рисковать с караванами, а Граван укрепится мощным центром торговли. Думаю, даже Халлад не будет протестовать.

— Риена, все эти замечательные вещи обговорены нашим Советом сотни раз, но мастера категорически против.

— Интересно почему? Сомневаюсь, что дело в расчетах.

— А тебе так нужен этот тоннель?

— Конечно! Нельзя же вечно быть Охотниками. Пусть и лучшими. А для садоводства мы не годимся.

Вампир с Лином расслабленно слушали этот разговор, потягивая вино, и, казалось, были вполне довольны жизнью.

— Знаешь, я, наверное, попробую уговорить Мастера Отара разрешить тебе экскурсию в крепость. — Гном улыбнулся. — Увидишь, что такое настоящий Даррок.

— Боишься, что от скуки она разнесет город?

— И это тоже. Но вообще-то хочется утереть нос мастерам — сама Пресветлая Ррриеналь в моей мастерской!

— Э-э-э, в каком смысле?! — я оторопело смотрела на старого мастера.

— Просто после нашей поездки в Граван осенью, в крепости о тебе ходит громкая слава.

— О Боги! — я застонала, сползая под стол. Какая слава может ходить после двух грандиозных пьянок?!!

Лар ехидно ухмыльнулся, выуживая меня обратно. Лин так просто ржал. Вот и общайся после этого с дружественными расами в неформальной обстановке! Представляю, что за слухи ходят про меня у эльфов!

— Да ладно, Рин, в первый раз что ли? — хихикнул эльф.

— Приятного мало. А если Гленн узнает… Тогда я точно до конца дней своих из Гравана не выберусь!

— Ладно, разумные, пора мне. А то дел еще невпроворот. — гном добродушно попрощался и вышел в зимние холодные сумерки.

— И что ты собираешься делать дальше?

— Если Зирану удастся устроить нам экскурсию, попытаемся договориться с их Советом о тоннеле. Он бы нам очень пригодился.

— Вообще-то я имел в виду, собираешься ли ты ложиться спать? — Лар рывком поднялся на ноги.

— Обязательно!

Я направилась к лестнице. Сейчас как раз не помешает горячая ванна и теплое одеяло. Очень уж внутри все сжалось от внезапного холода. Мужчины тактично подождали, пока я скроюсь под одеялом, лишь затем улеглись сами.

Прислушиваясь к их спокойному дыханию, мне подумалось, что думать о будущем Гравана несравнимо приятнее, чем искать очередной заказ для Охотника. Да и сменяющиеся калейдоскопом чувства как-то сами уравновесились, все чаще уступая место трезвому расчету. Интересно, это надолго? Или новообретенная сила и дальше будет переделывать под себя мою изодранную душу? Так ведь в жизни совсем ничего хорошего не останется.

Утро началось с вежливого царапанья в дверь. Заспанный и злой как демон вампир рывком распахнул, впуская гордого гнома в цветастом костюме и с каменным выражением на лице. При виде радушной (и клыкасто — многообещающей) улыбки Лара тот слегка сбледнул и дрожащим голосом проблеял, что Сиятельную трамтарам по списку Ррриеналь приглашают удостоить чести турум-пурум посетить крепость Даррок. Скорости его шагов по лестнице даже я позавидовала, высовывая из-под одеяла голову.

— С добрым утром, королева. Это тебе — мне сунули помятое послание с гербовой печатью и уползли обратно спать.

Приглашение было таким же витиевато — напыщенным как и посланец, его принесший. Смысл мне удалось уловить только с пятой попытки — идти в крепость предлагалось через пару часов, дабы… успеть осмотреть все достопримечательности упомянутой крепости. Ндя. Какой смысл было маскироваться, если через пару часов о моем приезде знает весь город? Я со стоном сползла с кровати. Опять начнутся долгие путаные приветствия и осторожные выпытывания — а зачем, собственно, я приперлась.

Проследив взглядом за неспешно одевающимся вампиром, мысленно сравнивала его тело с Ниртом. Все-таки Зверь — есть Зверь, у того все мышцы в напряжении, Нирт мощный, сильный. А Лар — сплошное гибкое движение, тугие жгуты мышц только добавляют впечатления гибкости и какой-то смертоносной быстроты, а еще я постоянно чувствовала в нем огонь. Глубокое едва сдерживаемое пламя, изредка отсвечивающее в его глазах. Потянув носом, невольно ищу в воздухе светлый пряный запах его тела. Мое собственное немедленно отреагировало жаркой волной.

Линноэль со смехом наблюдал, как я одергивала свой турнирный костюм и цепляла к нему меч.

— Лар, возьми, — теплый камушек Венькиного амулета скользнул в его ладонь. — Пригодится.

— А ты?

— Какой смысл прятаться, если они и так знают.

— Зачем тогда Лару маскироваться? — эльф невозмутимо накинул плащ мне на плечи.

— Затем, что у меня должен быть козырь в рукаве.

— А я? — возмущенно встопорщенные острые ушки.

— А ты будешь сражать всех своим обаянием!

Вот в такой компании непривычно тихого вампира и обиженно надутого эльфа я и проследовала к высоким мощным вратам крепости, высеченной в скале.

Масштабы этого сооружения просто поражали — огромные древние стены, непреодолимой преградой закрывающие вход в подземное царство удивительного народа, здесь все несло на себе какой-то неуловимый оттенок мощи и нерушимости. От внешних ворот шла широкая дорога, укрытая теряющимися в высоте сводами пещеры. Простой серый камень стен, ровная поверхность без щелочек и трещинок. И впереди вторые ворота — широкие, из темного дерева, с частой вязью вырезанных на створках значков, но такие же крепкие, как внешние. А вот за ними — целый город раскинулся перед моими глазами, на просторной площади среди вырезанных прямо в толще горы зданий царил гомон спешащего народа, сновали во все стороны пешие и верховые, исчезали в боковых ответвлениях дорог, сталкивались с толпой ожидающих чего-то прямо в центре гномов. И над всем этим — гордый фасад высокого, с искусными башенками и стрельчатыми окнами здания. Только возле него суета прекращалась, поглощенная монолитным достоинством этого древнего строения.

Мою лошадь подхватили по уздцы прямо перед самыми ступенями. Я от неожиданности даже растерялась, чуть не выпав из седла. Лар осторожно подхватил, опустил на землю, почтительно отступая на шаг.

— Госпожа! Позвольте вас проводить! — Из дверей выскочил сияющий Зиран, нежно подхватил под локоток и потянул внутрь.

— Только не говори, что ваш Совет сейчас устроит мне торжественную встречу! — я прошипела едва слышно.

— Ну что ты! Это же, так сказать, неофициальный визит.

— И что меня ждет?

— Спокойно Риена! Это просто будет болтовня о добрососедских отношениях за чашкой…чая.

Сзади сдавленно хрюкнули.

Меня привели в уютный небольшой зальчик, с длинным массивным столом в центре, окруженном не менее массивными креслами. На дальнем конце дрожал язычками пламени большой камин, по стенам развешаны искусно вытканные гобелены с сомнительными героическими сценами. Мило. Похоже скорее на замок какого-нибудь знатного лорда, чем на рабочее помещение.

Несколько кресел занимали седобородые серьезные гномы в цветах своих гильдий — черной оружейной, сапфировой ювелирной, серой каменотесов. Остальное расшитое разноцветье мне было незнакомо. Изрезанные морщинами лица, темные глаза. Различить этих старцев можно было только по одежде да по длине бороды. Правду говорят, мастерство накладывает свой отпечаток на разумного, делая его похожим на собратьев.

— Доброго вечера многоуважаемые мастера, — я почтительно склонила голову, внутренне готовясь к долгим и нудным разговорам.

— Пресветлая госпожа. — Мне навстречу поднялся оружейник. — Мы рады приветствовать вас.

Зиран выдвинул мне кресло, за спинкой которого тут же встали мои друзья, вызвав неодобрительные взгляды гномов.

— Что привело вас в Даррок?

— Захотела посмотреть на знаменитый город мастеров, — я улыбнулась.

— Вы оказываете нам честь, — склонил голову глава гильдии ювелиров.

— Уважаемые, вы меня смущаете. Может, наконец, перейдете к делу?

Удивленные взгляды и тихое шипение за спиной я проигнорировала.

— Вы же пригласили меня сюда не любоваться, вам что-то нужно. Что именно?

— Госпожа?

— Уважаемые, давайте не будем терять время. Ни мое, ни ваше.

— Пресветлая госпожа, мастер Зиран говорил, что вы заинтересовались проектом тоннеля через наши горы?

— Верно. Такой тоннель даст прекрасные перспективы и вам и Гравану. Но мастер сказал, что у вас есть определенные трудности.

— Трудности? Можно и так сказать.

— В чем они заключаются, и чем я могу помочь?

— Хм. Дело в том, что наши мастера уже пробили большую часть тоннеля. Но дальше мы наткнулись на странную породу. Днем идут работы, а на следующее утро все снова как было. — гном пристально посмотрел мне в глаза. — Ее ничто не берет, даже магия.

— Интересно. А что я буду с этого иметь?

Ошеломленные взгляды.

— То есть?

— Допустим, если я смогу решить эту проблему, и вы продолжите работу над туннелем, что с этого будет иметь Граван? Подгорный народ будет контролировать все караваны, проходящие через тоннель. Он, кстати, официально находится на моей земле. Я не настолько наивна, уважаемые!

— Сколько вы хотите? — прищурился гном.

— Пятьдесят процентов.

Наглеть, так наглеть.

— Десять, — оборвал гном.

— Шестьдесят!

— Двадца… Что?!

— Семьдесят!

— Госпожа, давайте серьезно!

— Хорошо. Сорок процентов. Это мое последнее слово.

— Договорились.

Хм, а интересный народ. Надо почаще к ним в гости ездить, может, еще каких приключений найду.

— В таком случае, я вас покину, уважаемые. Пусть кто-нибудь проводит нас к тоннелю.

— Мастер Зиран!

Рыжий гном немедленно возник рядом со мной. Выведя нас наружу к ожидающим лошадям, Зиран ненадолго вернулся в здании, представ вновь сияющим и совершенно счастливым.

— Ну, Риена, ну ты даешь! — эльф никак не мог отдышаться. — Я думал нас вышвырнут за такое хамство!

— С какой стати? Глава Совета вообще только что заявил, что влюбился! — Зиран хмыкнул в бороду. — Ему еще никто так в лицо не дерзил.

— Все когда-нибудь бывает в первый раз, — я хмыкнула. — Отправь кого-нибудь забрать с постоялого двора наши вещи. Не хочу терять время.

— Ну уж нет! Сегодня вы останетесь в моем доме. А вот завтра с утречка и поедем.

Понятно. Старый хитрый мастер решил устроить показательные выступления. Главный аттракцион — одна глупая беловолосая дурочка.

Дом Зирана, как и у всех гномов, был большой, основательный. Отстоявший поодаль от дорог, в боковом ответвлении, он походил на рисунок ребенка — вырезанная в сплошной толще камня дверь и окна, да деревянные постройки для животных. Зато внутри — большие просторные залы, предназначенные для приема гостей, да маленькие уютные комнаты для своих, с неизменно крепкой и надежной мебелью. Вместо ковров хозяин предпочитал шкуры, разбросанные тут и там по дому, да еще коллекция древнего оружия, развешанная по стенам.

Встретили нас два молодых (без седины в коротких бородках и обилия морщин на лице) гнома, сильно напоминающих Зирана — рыжие, встрепанные и уставшие.

— Знакомься, королева — мои внуки, Доран и Бран. Остальное мое семейство сейчас отсутствует.

Обалдеть! Внуки! Сколько же ему лет! А я еще и "тыкаю"!

— Очень приятно, — я смущенно улыбнулась.

— Располагайтесь. — Зиран обвел рукой просторный зал и стол, заваленный всевозможными вкусностями. У меня немедленно потекли слюнки.

— Сначала еда и вино, потом дела, — заявил мастер.

Я уже почти влюбилась в него, радостно потирая чуть озябшие руки. Какие замечательные обычаи у этого народа!

Мужчины степенно устроились за столом, оставив мне небольшой кусок лавки рядом с вампиром. Недоуменно посмотрев на этих хамов, я пожала плечами и попыталась аккуратно подпихнуть их, заставляя подвинуться. Вместо этого Лар просто посадил меня к себе на колени и, пока не очухалась, сунули в открывшийся от удивления рот кусочек горячего, ароматного мяса.

— Обалдеть! Она совсем ручная, — умилился эльф и попытался тоже сунуть мне что-то в рот.

— Ой! Злая ты, Ринка, уйду я от тебя! — осторожно осматривая покусанный палец.

Лар только довольно улыбнулся, подавая мне кружку. Ух! Я думала это легкое вино, какое подавали в городе к обеду. А это просто сладкий, слегка щекочущий внутри нектар! Окончательно расслабившись, позволила вампиру накормить меня, блаженно щурясь.

— Зиран, расскажи про эту породу в тоннеле, — его серьезный голос никак не вязался со счастливой улыбкой.

— Да что там, — отмахнулся мастер, — просто камень, никаких отклонений. Каменотесы все обнюхали и ничего не нашли.

— Странно. А в ваших летописях не было ничего похожего?

— Никогда.

Судя по довольству на лице мастера, наша гармоничная компания доставляла ему радость. Внуки во все глаза таращились на нас, будто диковину. Я со своей белой гривой и зелеными глазами, наверное, была для них действительно необычной. Замаскированный Лар. Странно, но для меня он так и оставался золотоглазым обаятельным вампирюгой.

В голове с кристальной ясностью возникла мысль, что на вино налегать не стоит.

Однако уже через полчаса нагрянула вся компания приезжавших в Граван гномов в сопровождении большого бочонка. Эльф как-то нехорошо оживился. Меня обнимали, хлопали по плечам, заявляя, какая я умница, что приехала, красавица и вообще вся замечательная. После такой дружеской встряски ноги предательски подкосились, и меня водрузили обратно на колени к вампиру. Который сунул мне кружку и продолжил активно спорить о чем-то с Браном.

Я же ошалело глотнула, даже не задумываясь, что пью. Меня облаком окружал какой-то терпкий и приятный запах, стоило только принюхаться, как он исчезал, оставляя отголоском ощущение тепла и покоя. Занимаясь своими поисками запаха, даже не заметила, как уткнулась носом практически в грудь Лара. Настороженное молчание заставило меня испуганно прикрыть глаза.

— Уснула что ли? — громоподобным шепотом спросил Зиран.

Щекотно — прядь волос вампира проскользнула по носу.

— Доран, покажи ему комнату. Пусть отдохнет бедный ребенок, — снова Зиран. О ком это он?

Мою тушку легко подхватили на руки. Притаившись в руках вампира, ждала, когда же меня оставят в покое. Гремящий смех пирующих затих, превращаясь в глухое эхо, я ощутила, как Лар сел, все еще осторожно удерживая меня на руках. Тихие шаги рыжего внука смолкли.

— Можешь открыть глаза, притворщица, — прошептали мне на ухо.

Улыбается. И прекрасно знает, как на меня действует сияющее золото его глаз. Я тонула, хватаясь за круг обнимающих меня рук.

— Что, утомили скучные мастера — гномы? — тем же будоражащим шепотом.

— Нет. Просто в голове уже шумит, и еще одной пьянки я не переживу, — горло пересохло и вышел полузадушенный писк.

Вампир тихонько рассмеялся, заставив меня вздрогнуть.

— Боишься?

Ответить я не успела. Горячие терпкие сладкие губы заставили меня ухватиться за него еще сильнее, сердце взбрыкнуло и помчалось галопом, грозя проломить мне ребра. Под сжатой в моей руке тонкой тканью рубашки так же сильно билось его сердце. Лар прижал меня к себе, утыкаясь носом в висок, судорожно вздохнул. И оставил сидеть на кровати, одну, ошеломленную и замерзающую.

Ндя… И с этим что-то непонятное творится. Оставив размышления на завтра, я зарылась в одеяло, все еще ощущая тепло его губ.

Вместе с рассветом в мою голову ворвались хоровые стоны. Только проморгавшись, поняла — стонали за дверью. Жалобно и долго. Хм, пирушка удалась? Снаружи, сидя прямо на пороге и держась руками за голову, сидел Лин. Помятое и совершенно несчастное лицо друга не вызвало в душе ни капли жалости. Сняв похмелье раздраженным взмахом руки, я направилась на поиски второго негодяя. Лар обнаружился за столом, хранившем следы (и не только) вчерашней гулянки. Хмурый и трезвый. Рядом, нежно обняв кувшин с двух сторон, спали рыжие внуки Зирана. Протрезвила всех, находящихся в поле зрения, от чего внуки вскочили, будто ошпаренные и испуганно заозирались по сторонам.

— Найдите деда. Мы выезжаем через час. — На вампира я даже не посмотрела. Сам виноват.

Сидя у камина в какой-то отдаленной комнате, куда я забрела, погрузившись в мысли, пришлось еще несколько раз трезвить страждущих, каждый раз ощущая внутри холод и пустоту в душе. Как так вышло, что этот мерзавец имеет на меня такое влияние? Гипнотизирует что ли? Вполне возможно — каждый раз видя эти невероятные золотые глаза, я падаю в их бездну, забывая про все на свете, растворяясь, даже не помышляя о сопротивлении. Теперь ясно, как себя чувствуют жертвы вампиров — да за этот короткий миг я была готова душу отдать! И когда этот бессовестный беловолосый гад вчера выскочил из комнаты как в… ужаленный, мне хотелось его разорвать. А заодно выяснить, что это было.

Меня нашел Лин. Видимо, все уже собрались, раз меня почти не тревожили.

— Рин, у нас все готово. Завтракать пойдешь?

— Нет. Не хочется.

— Поругались? — и так понятно, кого он имеет в виду.

— Нет.

— Понятно, — эльф присел на подлокотник, обнимая меня за плечи. — Когда вы уже разберетесь со своими чувствами?

Тяжелый вздох.

— Знаешь, Лин, с каждым днем я чувствую, как исчезаю, становлюсь чем-то иным…

— Ты просто взрослеешь. Наверное. Или превращаешься в бога.

— Если боги — это вечный холод и пустая душа, то да. Только…

— Что?

— Вчера я впервые почувствовала себя настолько живой…

Молча посидев еще немного рядом, эльф поднялся и замер.

— Рин, даже боги умеют любить.

Вышел. А я бессмысленно таращилась на огонь, пытаясь отыскать внутри хоть маленький огонек, искорку. Хоть что-то. Рваные черные дыры все так же опустошали меня, значительно уменьшившись в размере. Значит, еще не все потеряно?

С трудом добравшись до выхода, бездумно вскочила в седло, трогаясь вслед за Зираном. Разговаривать со мной никто не стал, да я и не хотела, сосредоточенно изучая то, что осталось от моей души. За дорогой я тоже не особо следила, пока наша кавалькада не подъехала к широкой площадке, огороженной коваными перилами в мой рост с небольшим проходом по центру. Как раз лошади пройти и только. За перилами площадка резко обрывалась, теряясь во мраке. Зиран спешился и в ожидании уставился на стоящего поодаль сердитого гнома в темно-синей ливрее и смешной фуражке.

— Зиран, чего мы тут застряли? — Лин подошел к нашему провожатому.

— Сейчас платформа придет и отправимся.

— Платформа? — наш хоровой возглас эхом заметался под сводами тоннеля.

— Совет заказал магам движущуюся платформу — грузы перевозить к шахтам. Но я этого не говорил, а вы этого не видели.

Воздух задрожал, я зажмурилась. А когда открыла глаза — вровень с полом за перилами темнела какая-то… платформа. Иначе не скажешь. Широкая — метров в десять, упирающаяся в стены, она вполне вместила бы не только нас четверых, но и маленький отряд с палатками и походной кухней. Зиран осторожно завел лошадь и обернулся к нам. Я с дрожью шагнула на темный пол, не представляя, как ЭТО может еще и двигаться. Сколько же силы здесь вбухано!

— Располагайтесь. Прибудем к утру, — гном привязал лошадь у странного, едва видного во тьме ящика и расстелил одеяло прямо на полу.

Я последовала его примеру, заворожено наблюдая, как мужчины неторопливо разводят огонь на некоем подобии очага. Все вокруг было новым, интересным, но пробиравшийся под плащ холод заставлял кутаться по самый нос. Понятно, что начало движения я пропустила, задремав нахохлившимся воробьем.

Проснулась от ледяного холода, сковавшего все тело покрепче иных цепей. Даже разогнуться не смогла. Зиран и мои друзья тихо переговаривались у огня, передавая по кругу мех с вином. Я жадно облизнулась, готовая заглотить даже огонь, лишь бы согреться. И прислушалась.

— И что дальше-то было?

— А в этот самый момент вваливается этот… — хмуро закончил Лар. — Ну и пока я отбивался от этой туши, пытался объяснить, что ей плохо, Ринка свалилась в кому.

— Ага. Мы с Венькой прибегаем на шум — эти два в крови, подранные, злые. И она на кровати в луже крови плавает, — эльф запрокинул голову, вино остро пахнущее солнцем и виноградом полилось в горло. Я едва не зарычала, пряча лицо в капюшон. Интересно же!

— Вот и провалялась почти два месяца. Нирт с Ларом возле нее сутками дежурили.

— И все из-за вашей драки? — изумился гном.

— Угу.

— Замуж ее надо выдавать, говорил же вам! Муж скажет — будет дома сидеть.

— Ага, скажешь такой — все зубы пересчитает! — хихикнул Лин.

Да, пересчитаю. И не один раз.

— Так, погоди, ты ж говорил, что вроде она замужем была, когда вы на эту гору полезли! Или я неправильно понял?

— Да там маг наш эльфийский ритуал помолвки провел, чтоб с нее чары снять. Ну мы и пошутили, сказали им, что женаты.

— Ну и шуточки! — фыркнул Лар.

— Так если помолвлены, что ж не поженились?

— А Риена решила, что еще подумает — больно уж Нирт себя по-свински вел.

— Загулял?

— Да испугался он. Риена — Зверь и Риена — богиня, это ж какая разница! Да и Гленн ему долго объяснял, что любить женщину и считать своей — совершенно разные вещи, — эльф сокрушенно покачал головой.

— И что? Нирт просто ушел? Сбежал? Не верю!

— Смылся с караваном, — подтвердил эльф. — Хотел в себе разобраться, вернулся, а тут Лар…

— Понятно. А чего же ты тогда ее в храм не поволок, пока не одумалась? — Зиран грозно обернулся к вампиру.

— Она должна выбрать сама.

— Ой дурак, — протянули эти двое хором.

Согласна! На все сто! Только, наверное, стоит "проснуться", а то они так договорятся!

— Кто это там дурак? — я хрипло прокашлялась.

— Я, — честно признался вампир.

— Да?! — как легко изображать удивление! — Тогда ладно. А чего вы пьете?

— Держи, согрейся, — гном протянул мне мех.

Холодная влага взорвалась в животе огненной волной, прогоняя из тела остатки холода. Пьянящая хмельная радость ударила в голову, заставив зажмуриться.

— Здорово! А то я замерзла совсем.

— Иди сюда. — Лар подтянул к себе, усадил на колени.

Стало так тепло, что я едва не замурлыкала от удовольствия. Эльф и гном одинаково ехидно улыбнулись вампиру.

— Рассказывайте. Опять сплетничали за моей спиной? — я протянула к пляшущему огню ледяные пальцы, но их тут же зажал в ладони Лар.

— Нет, просто байки травили.

— Ну-ну, сделаем вид, что поверила. Зиран, ты говорил — приедем к рассвету. А как понять, когда рассвет?

— Да скоро уже, — гном поежился. — Раз похолодало, значит, пара часов осталась.

— Это хорошо. Кто-нибудь догадался прихватить с собой провизию?

— Я догадался — Лин протянул мне заманчиво пахнувший мясом сверток.

— Какой умничка! — я умилилась, отщипывая себе кусок и запивая его таким бодрящим вином.

— Рин, ты с вином осторожнее, сама знаешь, как оно дурно на тебя влияет.

— Не переживай. Не напьюсь. Вы вообще сами спали?

— Да как-то не до того было, — Зиран потянулся, подмигивая Лину, — но если ты не против подежурить, оставшееся время я намерен подремать.

— Я тоже прилягу.

Оба завернулись в одеяла и отвернулись, изображая нечеловеческую усталость.

— А ты? — я с трудом обернулась на мою добровольную грелку.

— Я не устал.

— Отдохни. Возможно, понадобятся все силы.

Со вздохом вампир выпустил меня из рук, но только для того, чтобы укрывшись, положить голову мне на колени. Я задумчиво всматривалась в пламя, едва касаясь кончиками пальцев его волос, тонким шелком текущих сквозь пальцы. Теплым комочком свернулась внутри нежность к доверчиво уснувшему рядом Лару. Лицо его разгладилось, исчезли привычные морщинки у глаз, сейчас он походил просто на красивого мужчину.

Поежившись от нависающего над головой свода, я развернула перед собой мысленную карту. Тревожных звоночков за эти дни не было, но проверить стоило. Нет, все мои огоньки находились в районе башни. Все в порядке. Однако на той же карте возле точки, которую я обозначила как нас, темнело нехорошее пятно. Видимо, та самая таинственная порода, о которой говорили мастера. И в сердцевине ее мерцала яркая золотая искорка. Хм, интересно, что же это может быть? Я расслабилась, пытаясь хоть немного мысленно приблизиться к искорке, рассмотреть ее, чувствуя активное сопротивление. Нехорошо.

Почувствовав мою тревогу, проснулся Лар, единым движением перетекая из позиции лежа.

— Что? — одними губами спросил он, хватаясь за рукояти мечей.

Я чуть не упала от неожиданности.

— Все в порядке. Правда, — улыбаться и еще раз улыбаться, а то от его напряжения спину свело.

Вампир устало опустился на одеяло, кутаясь плотнее. Я распахнула плащ, обнимая его, и пряча застывшую на губах горечь.

— Ты уверена?

— Конечно. Что может случится, если ты здесь.

Золотые глаза вспыхнули маленькими солнышками, заставив зажмуриться. Я несмело приоткрыла один глаз. Лар ехидно улыбался.

— Что такое?

— У тебя глаза светятся, — я хихикнула. — Как у кошки.

— Это чтобы лучше тебя видеть, деточка, — замогильным голосом прорычал вампир, разбудив остальных.

Увидевший эту картину эльф испуганно взвизгнул, вскочил и, запутавшись в одеяле, рухнул прямо на ворчащего гнома. Я покатывалась со смеху, гулким эхом метавшегося под сводами. Лар же так искренне недоуменно взирал на барахтавшихся товарищей, что я не могла остановиться, уже хватаясь за живот. Вопли Лина и ругань Зирана стихли, только когда вампиру удалось-таки выудить их из плена одеял, водрузить к огню и всучить мех с вином.

— Никакого почтения к старшим, — буркнул старый мастер, разворачиваясь к Лину. — Ты чего орал-то?

— Да спросонья примерещилось, — отговаривался тот — будто Лар превратился в вампира, и хочет нас съесть.

— Лин, он и так вампир, — я хохотнула, утыкаясь в плечо новоявленного монстра.

— Ну дети, право слово!

— Да ладно вам, и так собираться пора. Мы почти на месте.

— С чего ты взяла? — Лар пристально вглядывался в мое лицо.

— Чую.

— Надеюсь, это не очередной ушибленный на голову некромант? — эльф устало потер лицо.

— Знаешь, я бы не надеялась, — сосредоточенно копаюсь в сумках.

Жаль не хватило ума у Веньки зелий натырить.

— И что ты хочешь этим сказать?

Нервничает, вон как глаза потемнели, превратившись в озера расплавленной меди.

— Мне здесь не нравится.

— Здесь постоянно кто-то из мастеров с рабочими мотается, и никто ничего не замечал, — гном потуже затянул подпругу. — Девочка, ты уверена?

— Нет. И это мне не нравится еще больше.

Платформа покачнулась, и начала ощутимо снижать скорость — звон в ушах легкая тошнота сообщили мне, что лучше пока не трепыхаться. Мужчины ухватили лошадей, кривясь от расползающегося запаха навозя. Ндя… Хорошо, что ехали всего — ничего, а то бы я уже задохнулась. Качнувшись вперед, пол под ногами замер. Справа и слева тянулись в темноту высокие своды пещеры — тоннеля. От платформы вниз вел широкий пандус, усеянный разбросанным инструментом. То тут, то там попадались груды ящиков, какие-то обломки. Такое ощущение, что работавший тут народ просто дружно отошел на обеденный перерыв. Только кто и кем обедал — непонятно.

— Нам туда — Зиран потянул своего низенького конягу налево. — Сейчас пройдем к самой породе.

— А что там? — эльф махнул рукой в противоположном направлении.

— Выход наружу. Мы туда излишки породы вывозили.

При свете факелов я с удивлением обнаружила, что пещеры — не такое уж и неприятное место. Хотя небо над головой все равно лучше. Спертости в воздухе не ощущалось, лошади тоже вели себя спокойно. Однако меня не переставало преследовать странное ощущение неправильности — как будто идешь по солнечной цветочной поляне в середине зимы.

— Лин? Как впечатление?

— Пока ничего. Скоро там уже?

Я уставилась на кусок темного с прожилками камня стены прямо перед собой.

— Пришли, — прогудел Зиран.

Это напоминало сгусток окаменевшей тьмы, огромным пятном перекрывшей путь вперед. Стены тоннеля заметно контрастировали с ней. Кто-то поставил тут заглушку и забыл сообщить?

— Стоит ли туда идти? Риена? Может, вызвать сюда Нирта и парней? — Лин поежился.

— Я должна пойти, — упрямо встряхиваю головой. — А вот ты остаешься смотреть за лошадьми.

— Я?! За что?!

— Лин! — Лар резко развернулся к эльфу, пригвоздив того взглядом.

— Понял, понял. Будьте осторожнее.

Эта стена все больше меня нервировала. Скинув плащ, перешла в крылатую форму, сжав в руке верный мечик. Позади прерывисто выдохнул гном, когда я решительно шагнула к камню, касаясь его кончиком пылающей светом стали. Камень медленно пополз в стороны, открывая широкий проход, тенью исчезая под ярким сияющим светом. Мне стало жарко, в груди завозилось ощущение горячего уголька — похоже, опять превращаюсь в полыхающий факел. Шагая вперед, через неохотно отступающий мрак, чую в воздухе какой-то странный, тревожный запах. Безусловно, так пахнет что-то живое. И скорее всего, опасное, раз его закрыли таким камнем. За спиной гулким эхом гулял звук осторожных шагов Зирана, легкое движение воздуха стелилось за Ларом, сжимающим в руках клинки. Крылья дрожали от напряжения, спина немилосердно болела. И там, впереди, все ярче разгоралась странная искра.

Камень расступился окончательно, открывая перед нами исполинскую, уходящую ввысь пещеру, камень стен оплавлен, будто вулканом, потеки уродливыми валами собрался на полу. И посреди всех этих развалов лежал огромный сияющий золотом чешуи ящер. Настолько большого дракона я не видела. Я вообще видела дракона всего пару раз и то с безопасного расстояния. Кожистые крылья спокойно сложены вдоль тела, кривые когти с меня длиной бессильно скребут пол, длинная шея, приоткрытая полная кинжально острых клыков пасть, прикрытые тонкой пленкой глаза. От огромного тела исходила волна жара, дракон чуть заметно дышал.

Я опустила меч, присматриваясь к горящему в огне зверю. Давно лежит, бедолага. И, похоже, совсем не по своей воле тут застрял.

— Спит? — надрывный шепот гнома.

— Нет, — я спокойна как лед. — Умирает.

— Интересно кто и почему его тут запер? — вампир задумчиво рассматривал дракона, но клинки не убрал.

Я не стала отвечать. То, что несчастный узник не нес зла, я видела и так. Решительным шагом подошла вплотную, не слыша воплей Зирана и шипящего разъяренным тигром Лара, положила руки на горячий бок, стараясь поделиться тем холодом, что все чаще заполнял мое сердце. Даже зажмурилась, чтобы сильнее сосредоточиться на ощущении шероховатой крепкой чешуи под пальцами. Почувствовала, как сильнее стали удары изнутри — сердце забилось быстрее, разгоняя уснувшую кровь, дракон пошевелился, задвигал крыльями, уронив одно из них прямо перед моими спутниками.

— Ах, епт, ящерица криволапая, жмурик недоваренный, чтоб у тебя поотпадало! — Я заскакала на одной ноге, сжав горящую болью вторую руками.

— Ой! — сказало оно, рассматривая воткнутый в лапу клинок Лара. — Больно!

Дракон раздраженно тряхнул лапой, отшвыривая меч и меня заодно.

— Да чтоб тебя! Не мог спокойно полежать?! — я потерла ушибленный зад и, предупреждая дальнейшие дерганья прорычала, — Замри, придурок!

— А?! — дракон замер, осторожно повернув ко мне голову. — Какой интересный сон!

Понятно. За столько времени, что он тут просидел, начал с ума сходить.

— Вообще-то мы настоящие, — выдавил Зиран. — А вот кто ты такой и что тут делаешь?

— ДА?! — чешуйчатый хвост просвистел у меня над головой, выбив из стены фонтан каменной крошки, тут же засыпавшей мне глаза. — Вы правда — правда настоящие?!

— Замри! — хором проорали мы, сползаясь в один угол.

— Извините! — пискнул ящер и наконец перестал шевелиться.

— Кто ты и что тут делаешь? — я повторила вопрос, отряхиваясь.

— Не знаю. Я не помню ничего. То есть ничего, что было до этой пещеры. Проснулся тут от стука по стенам. И все.

Он точно не в себе.

— Любопытно. В наших хрониках ничего нет о заточении драконов. — Гном осторожно отодвинулся к пробитому нами проходу. Для дракона он, к счастью, был слишком мал.

— Может, его тут посадили что-нибудь охранять? Или Богам чем-то насолил?

— Лар, ну что тут можно охранять? Тем более с такой дырявой памятью! — я активно поползла вверх по ближайшей лапе, желая осмотреть все с высоты хотя бы дракона, раз уж взлететь не смогу.

— Ой! Щекотно! — туша подо мной нервно дернулась, в очередной раз впечатав меня в стену.

— Эй, полегче! Гора мяса!

Внизу яростно шипел вампир, до меня донеслось слабое шебуршение.

— Слушай, мне казалось, драконы владеют магией — чего ж ты не вышел отсюда?

— А куда? Тут же скала кругом! Пока до поверхности доберусь, все силы уйдут. Да и не пускает меня — дракон приподнялся над полом, демонстрируя оплетавшую заднюю лапу темную цепь.

Любопытство окончательно победило во мне разум, и я по-пластунски поползла под его брюхом к цепи. Вынув меч, со всего маха врезала по металлу, от соприкосновения разлетевшимся мелкими осколками.

— Может, его все- таки Боги наказали? — поинтересовался гном.

— Нет, если бы его тут заперли Боги, я бы это не разрубила!

— Разумные, а скажите мне, как мы этого красавца будем отсюда вытаскивать? Он же огромный!

— Ндя… Еще раз фокус с проходом у меня не получится!

Вампир осторожно привел пальцами по моим крыльям, продемонстрировав мне темную капельку. Кровь. Все мои попытки выздороветь — дракону под хвост!

— Не оставляйте меня тут, пожалуйста! — заканючил дракон, припадая мордой к полу, чтоб лучше видеть нашу команду, и отдавливая челюстью мне ноги.

Рассвирепев, я пнула несчастного зверя в нос, отчаянно мечтая, чтоб эта груда неуемного энтузиазма стала хоть чуть-чуть меньше! Мужчины распластались по стеночке, с ужасом ожидая новой серии приплющивания к стенам. Уползти они уже не успевали. Легкая дымка заволокла тушу ящера, сжалась с громким хлопком, оставив после себя дракона. Только теперь он был размером с лошадь.

— И надолго? — начал было Лар, вздохнув свободней.

Я со страхом заметила подрагивание контуров тела дракона.

— Нет! Поэтому бежим! — и рванула первой в проход.

Топот ног и лап убедил, что меня поняли правильно. На бегу заметила, что таинственного камня и вправду было немного, а когда к пещере шли — показалось, что километры. И уже вылетая в просторный тоннель к Лину, услышала за спиной отчаянный визг и инстинктивно пригнулась. Дракон пулей пролетел вперед, сметая нас с пути. Гному повезло больше остальных — он влетел в боковой закуток, где замер обалдевший эльф и перепуганные лошади. Лар нашелся сам, именно его я увидела первым, когда мое бренное тело отскребли от драконьей груди.

— Это кто? — Линноэль с любопытством рассматривал чудо природы.

— Можешь называть его Драко. Мы его там нашли, — вампир махнул рукой на развороченный проход.

— И что с ним теперь делать?

— Заберем с собой — куда девать-то? Может, Венька разберется.

Обрадованное чешуйчатое заплясало на месте, сшибая хвостом все и всех.

— Если я доживу до этого светлого дня, — вздохнула я, в очередной раз сползая по стене.

Глава 11

Великие тайны

Снова ночь, и в глаза вползает страх

Сон и смерть так похожи — брат и сестра

Страшно быть одному и ждать рассвет

Как спасенья

Страшно плыть по теченью — войны уже нет…

Группа Ария "Бой продолжается"

Я осмотрелась, с наслаждением вдыхая морозный воздух. Спуск по насыпи оказался настоящим испытанием, и если б не помощь Драко, лошади бы точно переломали себе ноги. Дракон просто обхватил их лапами и аккуратно снес вниз, едва не задев меня своим хвостом. И теперь радостно носился в небе над нами, закладывая лихие виражи. Он все больше напоминал мне ребенка своим поведением, и становиться нянькой я не собиралась, уже прикидывая, куда бы его пристроить. Зиран, поняв, что его не минует предложение приобрести дракона, быстро смылся обратно в Даррок улаживать дела с тоннелем. Лар молча ехал рядом, все больше погружаясь куда-то в себя и не желая оттуда выбираться. Эльф восторженно наблюдал за парящим в небе драконом.

А внутри медленно расползалась новая дыра, в которую тут же проникал леденящий холод. С каждым днем этого холода становилось все больше, дыры в душе затягивались медленно, и эта гнетущая пустота требовала срочного заполнения.

Ползти через глубокие сугробы оказалось делом сложным и неприятным. Но наш чешуйчатый приятель и тут пригодился — он с воплями барахтался в снегу, прокладывая нам нехилую просеку. До Гравана было недалеко, но все по таким дебрям без дорог и тропок, что будь мы одни — застряли бы до весны. Я даже как-то не обратила внимания, что нашу странную компанию уже сопровождало несколько всадников из поселка, настолько закуталась в плащ, ежась от ветра. Уткнувшись в гриву коня, уснула где-то на полпути к башне, почувствовав спокойствие и уверенную поддержку Граванской земли.

— Приехали, королева, — прошептал прямо в ухо мягкий голос.

С трудом разлепив глаза и едва распрямляясь в седле, я обвела осоловелыми глазами всю картину. Вокруг нас суетился Гленн и еще кто-то из башни, возле меня застыл, придерживая мою сползающую с седла тушку, Лар, в дверях суетилась Лидия, а за ее спиной прислонившись плечом к косяку, стоял Нирт. И мне совсем не понравилось выражение его лица.

— Риена, проснись! — я дернулась, оказавшись нос к носу с вампиром.

Пришлось со стоном сползать с коня, пошатываясь, тащиться внутрь. А там еще была лестница, длинная бесконечная лестница, только преодолев которую, я могла забраться под теплое одеяло в своей кровати.

Камин уютно трещал угольками, на столе дымилась большая кружка с чаем и блюдо с булочками. Но есть не хотелось.

— Можно? — кого там еще принесло?

— Входи.

Королевский маг собственной ухмыляющейся персоной.

— Привет, королева. Вижу, поездка прошла удачно.

— Если бы! Куда мне теперь этого дракона девать?

— Тоже мне, проблема! Восточнее Трехгорья закрытая горами драконья долина, пусть туда отправляется.

— Тоже вариант. А у тебя чего случилось?

— А я приехал проситься в подданные, — усмехнулся мужчина. — Король решил, что я должен быть тут, назначил главным моего бывшего учителя и отправил меня шпионить.

— Добро пожаловать! — я рассмеялась. — Магов нам катастрофически не хватает. Расскажи лучше, что тут творилось, пока нас не было.

— Ну, если не считать того, что каждый день раз по десять нас с Венькой умоляли "посмотреть", как у вас дела, то все отлично. А еще мне нужно было поговорить с тобой о Нирте. С ним что-то происходит. Нехорошее.

— Да? — в груди тревожным комочком сжалось сердце.

— Риена, я тебя очень прошу, не отталкивай его сейчас. Особенно сейчас.

— Мне и в голову подобное бы не пришло!

— Ладно, отдыхай и спускайся за стол, а то тут скоро очередь за дверью выстроится.

Нирт. Почему же я ни разу не почувствовала, что ему плохо? С неохотой выбравшись из кровати, посмотрела в зеркало. Бледная, волосы дыбом, под глазами круги. Да уж, натуральная ведьма, только лохмотья пооригинальнее подобрать. Порывшись в сундуке, с радостным писком влезла в чистые теплые штаны.

В столовой уже полно народу, Лин красочно расписывает наши подвиги, особенно пьянку у старого мастера. Я аж покраснела, так стыдно стало! Особенно, глядя, как с каждым словом мрачнеет лицо Нирта. Обсуждали подготовку к празднику, кучу мелких дел и забот, новое назначение мэтра Давиаля. Я героически согласилась украшать большой зал ратуши к празднику, вызвав бурю опасливых взглядов. Неужели боятся, что я все разнесу?!

Я со смехом выскочила из-за стола. Умирать, так с музыкой! Огромный запущенный зал встретил меня полумраком опущенных на высокие окна занавесей и нагромождением коробок с гирляндами. Покопавшись в них, я нашла длинные сияющие ленты, похожие на связки неизвестных листьев, гроздья стеклянных шариков и разноцветные стеклянные фигурки. Позади закашлялся от пыли эльф.

— Помощь нужна?

— Лин! Срочно хватай парней, и отправляйтесь за деревом! Увидишь Нирта, отправь его ко мне!

— Слушаюсь и повинуюсь, — хмыкнул он, осматривая устроенный мной беспорядок.

— Давай шустрей! Да не забудь про бочонок, который мне Зиран прислал! — я зажмурилась от предвкушения.

— Хочешь устроить грандиозный праздник? — Нирт даже в этом зале казался огромным.

— Ага, — я подхватила гирлянду и направилась к стене, прикидывая, как бы лучше ее закрепить. — Давай-ка подсади меня.

Сильные руки легко как пушинку подняли меня вверх. Вот это силища! Даже не знала, что он так может. Я торопливо прилепила конец гирлянды. Нирт просто понес меня на плече вдоль стены, давая возможность повесить украшение.

— Все, опускай, — я выдохнула, ощущая тянущую боль в спине.

Медленно, крайне осторожно, он развернул меня лицом, я оказалась крепко прижатой к его груди. Серые глаза внимательно вглядывались в мои, в ожидании… чего? Горячие губы легко коснулись моих, спрашивая, пробуя… И, наконец, он поцеловал меня. Так, как целовал раньше — со всей силой горящей крови Зверя. Только на этот раз мое сердце даже не трепыхнулось. Неужели я действительно перестала на него реагировать?

В дверях раздался грохот, отчаянная ругань, в зал въехала огромная пушистая ель, следом вкатился Линноэль, выдирая иголки из штанов.

— Рин! Ты просила дерево — получи! Куда ставить?

— Вон в тот угол, возле сцены, — я нырнула в коробки. — Веньке скажи — пусть сам украшает дерево, я туда не полезу.

В зал ворвалась стайка молодежи, с охапками еловых веток, цветных лент и веселым смехом. Нирт едва слышно зарычал. Хм, чего это он?

— Гленн решил не доверять мне ничего, — я хихикнула. — Пошли, хоть прогуляемся.

Да, подаренный Ларом плащ совершенно замечательный. Я радостно куталась в капюшон, оставив снаружи только нос. Нирт невозмутимо шагал рядом, аккуратно подхватывая меня, каждый раз, как моя нога проваливалась в невидимую под снегом ямку. Он молчал, а меня мучил один вопрос, про который я все время забывала.

— Нирт?

— М-м-м?

— Скажи, а ты по-прежнему чувствуешь запахи? Я имею в виду — легко чуешь след?

— Да. Иногда даже сильнее, чем хотел бы.

— А слух?

— Все в порядке. Почему ты спрашиваешь?

— Просто мне кажется, что я теряю нюх. Раньше я запах чувствовала лучше, а теперь мне для этого приходится утыкаться носом.

— Утыкаться куда? — подозрительный прищур глаз.

— В мех.

— Может, ты еще недостаточно пришла в себя?

Я пожала плечами, оставляя его во дворе, непривычно чужого и холодного. Чего мне сейчас действительно хотелось, так это расправить крылья и подняться высоко-высоко. Спина вроде немного зажила. Рискнуть? Глубоко вдохнув морозный воздух, потянуться навстречу ветру всем закованным в чешуйчатую броню серебряным телом, расправить дрожащие крылья и взвиться стрелой в небо, задыхаясь от переполняющей меня радости.

Рванулась вверх, распарывая звенящий воздух, вихрем ворвалась в засыпанный снегом лес; хрупкие вихри снега ссыпались с верхушек потревоженных деревьев, искристые снежинки закружились белым сверкающим следом. Счастливым задыхающимся смехом я встретила несущуюся прямо на меня стаю острых снежинок. Пришлось напрячься, смахивая выступившие от холода колючие слезы. Где-то внизу мелькнула темная крылатая тень. И ведь не требует, не приказывает спуститься — просто ждет меня.

Видимо, предел моей выносливости все же был — сорвалась вниз, падая с размаху в глубокий и пушистый снег. Повезло приземлиться на живот, а то бы опять спину рассадила. Да и полный рот снега набилось. Смеясь, смотрю в эти серые глаза, а сердце замирает в сладком предвкушении.

— Вот теперь никто не помешает, — впиваюсь в его губы, едва соображая, что делаю.

Меня с энтузиазмом обняли, не давая даже пошевелиться.

— Вон они, я их вижу! — шум скрытно пробирающегося к водопою стада слонов.

— Убью, — прорычала я, прерывая такое приятное занятие. Меня поддержали тяжелым вздохом.

Пришлось вставать, отряхиваться и встречать взволнованную делегацию с Лидией во главе.

— Ты в порядке? Я увидела, как ты упала!

— Все нормально Лидия, просто сил не рассчитала.

— Ага, так я и поверила! Ну-ка марш в комнату! — Сзади развернулись, скрывая меня полы плаща, как крылья. — ОБА!

Пришлось подчиниться, тем более что спина немилосердно ныла, отвыкнув от нагрузки. Нирт по-прежнему невозмутимо шагал рядом, как будто ничего особенного не произошло.

— Риена, ты хоть немного соображай, что делаешь! — шипение раскаленной сковородки по имени Лидия. — Ты же могла разбиться!

— Все в полном порядке! Хватит! Мне нужно поговорить с Вениамином, — войдя в ратушу, я рванула в кабинет.

Веньки там, конечно, не было — он ель украшал. Да мне и нужен был не он, а только его книги. Перерыв кучку свитков и книжек, наконец, нашла нужное. О да! Праздник будет замечательным! И в этот раз я получу то, чего хочу.

Лидия силком протащила меня в комнату, заставив продемонстрировать спину. Новых ссадин не появилось, да и старые шрамы уже затянулись плотной розовой кожицей.

— Что ты вытворяешь, хотела бы я знать!

— А что?

Вампирша подавилась возмущением.

— Меня удивляет твоя одержимая беззаботность. Как будто пытаешься все успеть сегодня, а завтра в бой.

— Идущие на смерть приветствуют тебя! — я отсалютовала куриной ножкой, в которую тут же вонзила зубы. — Мне надоело, что он все время отмалчивается. Знаешь, Лидия, когда от души и так дырка, любой бой может оказаться последним.

— Риена! — вампирша в ужасе отшатнулась. — Ты… Боги!

— Не смей разболтать! И так нянек хватает. Лучше давай быстренько упакуем подарки, пока никто не пришел. Кстати, где моя тетрадка? Серая такая?

— Риена, я просто поражаюсь такой беспечности!

— Лидия! Я, по-моему, четко выразилась? — у меня аж кровь вскипела от злости.

— Прости, — выдохнула женщина, принимаясь за распутывание цепочек. Я все-таки решила раздарить их девушкам. — Когда ты собираешься сказать Лару?

— Что сказать?

— Что ты выбрала Нирта!

— С чего ты взяла? Я просто собираюсь выяснить все до конца, пока у меня еще есть такая возможность!

— Кто еще в курсе о твоей душе? Лару сказала?

— Думаю, он и так знает, — я отмахнулась. — Он всегда знает, хотя я и не представляю откуда.

— Гленн планирует завтра устроить вечер Зимнего Солнцеворота?

— Ага. Интересно, что он придумал.

— Хочешь посмотреть на их лица, когда они подарки получат? — хихикнула женщина.

— Обязательно. Только заберусь на второй этаж, чтоб под руку не попасться!

— Риена! Что ты натворила?

— Вообще-то просто замаскировала запахом легкого вина бочку гномьего самогона. Да и кое-чего по мелочи.

— Ох, Риена, — вампирша сползла по стене, задыхаясь от смеха.

— А чего Риена? Я хочу повеселиться. Чтоб детям рассказать стыдно, а вспомнить — приятно.

Запихнув в сумку тетрадь и свертки с подарками, рассовала по карманам стянутые у мага порошки. Записанные на бумажку заклинания отправились в самое надежное место — декольте. Из обнов я выбрала черные обтягивающие брюки и белоснежную шелковую блузку. Поверх этого натянула тонкий колет, сшитый специально для меня, а значит обязанный прикрывать ноги почти до колен. Да и расшит он был празднично — яркими голубыми снежинками. Из украшений я вытащила так понравившийся перстенек с изумрудом. Вот теперь полный порядок. Можно идти хулиганить.

В зале собрались все обитатели нашего маленького поселка. Под дивную радостную музыку кружились пары у сцены, за столиками разговаривали, смеялись люди. Длинный стол в дальнем конце, полускрытый нависающим сверху ажурным балкончиком, оккупировала моя ненормальная команда. Линноэль, завидев меня, вскочил, потащил за руку. На бегу здоровалась, махала рукой, не успевая даже слова сказать знакомым.

— Садись, ешь, — меня впихнули чуть ли не на колени к Нирту.

— Лин, ты чего нервничаешь? — Венька хихикнул.

— А-а-а, Лидия еще не пришла? — я понятливо кивнула, подставляя под струи вина свой бокал.

Сидящий напротив Лар неодобрительно нахмурился.

— Да уж, все зло в мире — от женщин! — Вениамин залпом осушил бокал.

Ого! Да мне, я чую, долго ждать и не придется, Нирт от брата не отставал.

— Благодаря женщине, ты на свет появился, — я фыркнула.

— Благодаря женщинам, мужчины, незаметно для себя, вместо выражения "дать по голове" все чаще стали употреблять "дать по рогам", — Линноэль отмахнулся.

Я оторопело уставилась на эльфа. Здорово его припекло, раз он такие перлы выдает. Остальные мужчины тоже удивленно рассматривали парня, только Лар насмешливо скалился.

— Вина. Срочно. — Выдохнуть! Выдохнуть!

Хорошая штука — самогон. Веселье пошло по новому кругу. Мужчины пьянели на глазах.

— Ну, что у нас в программе вечера? Кто уже попытал Гленна? — маг обвел всех осоловелым взглядом.

— На меня не смотри! Мне самой интересно.

— Он что-то говорил про конкурсы, — буркнул Нирт, откидываясь на стуле и словно невзначай касаясь моей спины кончиками пальцев. Ага, доходит до кондиции.

— Ой, а вон и Лидия идет! — Лар спрятал улыбку в бокале.

Линноэля словно пружина вверх подбросила. Мы со смехом наблюдали, как бледный взволнованный эльф преподносит вампирше брошь. Лидия просияла, чмокнула его в щеку и утащила танцевать.

— Вот так и пропадают лучшие друзья, — вздохнул Венька. — О, Гленн на сцену полез!

Действительно, изрядно нетрезвый Гленн радостно заполз на сцену, прервав музыку самым банальным образом — чуть не рухнул на музыкантов. Он громогласно поздравил всех с праздником, пригласил доставать из-под ели подарки и усаживаться за столы. Народ бурным ревом встретил последнее предложение. Коробки и пакеты разобрали. Я с умилением рассматривала сияющие лица. Венька с недоумением вертел в руках книгу "Колдовство для чайников: три тысячи способов напакостить людям", Лин получил зеркало, заговоренное выдавать фразу: "Ты прекрасен!". Обе мои вампирши получили от меня по паре совершенно необыкновенных серег. Для Лара и Нирта у меня были припасены особые подарки.

— Лар, держи, это тебе — я протянула крохотный сверток. — Надеюсь, он принесет тебе удачу.

Там таился маленький заговоренный лично мной амулет — медальон. Он должен был принести не только удачу, но и оберечь от беды.

— А для меня у тебя есть подарок? — над самым ухом едва слышный шепот.

— Есть, — потянула его за ухо, шепча, — Это дневник Тавана.

— Боги! Где ты это нашла?

— Ну, парни наверняка рассказали, как мы тут ползали, пока тебя не было, — я хихикнула, вспомнив мучения эльфа.

Пока мужчины были заняты своими новыми игрушками, я подхватила пару кувшинов и бочком выскользнула из зала. Притащив добычу в свою комнату, пошла атакой на кухню. К счастью, в тот момент все были настолько заняты подарками, что я беспрепятственно похитила целое блюдо жареных цыплят и даже большой маняще пахнущий малиной пирог. Больше я унести просто не смогла — рук не хватило, да и поймать могут.

Судя по звукам, пирушка внизу набирала обороты. Вот — вот сработает мое секретное оружие. "Заклинание всеобщего примирения" — казалось бы, замечательная придумка, но без магии крови оно на ребят не сработает. Зная взрывной характер моей крови, я с восторгом добавила еще несколько параметров к заклинанию. И теперь с затаенной гордостью решила осмотреть результаты.

В зале рыдали. То ли над слезливой песней о несчастной принцессе и отважном рыцаре, то ли от избытка чувств. Я жадно прильнула к щелке в двери. Несколько счастливых парочек топчутся по темным углам, большинство мужиков, сдвинув столы в одну кучу накачивались вином. Лидия зажала в углу Линноэля и тот, судя по слабым трепыханиям и сияющей роже, был вполне счастлив. Венька упоенно читал подаренную книгу, не обращая внимания на окружающее безобразие. А Нирт… Нирт с Ларом в обнимку приканчивали очередной кувшин. Ндя… Я вернулась в комнату, лихорадочно соображая, что бы такое придумать, пока не наткнулась на плащ и не вспомнила сегодняшний полет. Идея!

Я все еще могу позвать его. Нужно только очень постараться. Взяв в руки хрустальный шарик для лучшей концентрации, закрыла глаза. Передо мной возникли смеющиеся глаза цвета осеннего моря, легкая полуулыбка, вспомнилось спокойное тепло его рук. Вот он, прямо передо мной. Услышь, почувствуй…

Приятное пробуждение. Я не спешила открывать глаза, наслаждаясь ощущением тепла и покоя. Никто не орет под дверью как оглашенный, не мешают медленно выплывать из сладкого сна. Что-то тяжелое и определенно живое сграбастало в охапку и прижало, я аж задохнулась от неожиданности. Кто это в моей кровати?! Или? Я смутно вспомнила вчерашнюю пьянку и план затащить его в укромный уголок для разговора. Удалось?! Осторожно поворачиваюсь, интересно же посмотреть, кто это там сзади, а то вдруг я опять по пьяни натворила глупостей. Нет, все нормально, упрямо сжатые тонкие губы и мощный захват крепких рук — Нирт, никто иной. Хм, одетый. Это что, я упилась до свинского состояния или он был настолько пьян, что не смог дойти до своей кровати? Сейчас выясним.

Осторожно коснувшись кончиками пальцев его щеки, надеюсь разбудить. Фиг вам. Раньше он чутко спал, от любого шороха просыпался. Подползаю ближе, целую. Ноль реакции. Блин! Что за мужики пошли!

— Нирт? Нирт! Да проснись уже! — я отчаянно тормошила его за плечи.

Наконец, мужчина подал первые признаки жизни — открыл один глаз, обозрел меня мутным со сна взором, подгреб под бок и снова уснул. Гад!

— Нирт! — я возмущенно пискнула.

— Имей совесть, дай поспать! — буркнул он.

— Чего?!! А ну просыпайся, гад, и отвечай — что ты делаешь в моей кровати?!!

— Сплю.

Ндя…

— И вообще, после вчерашнего, могла бы быть чуть добрее к несчастному раненому товарищу.

Опа! И что же я вчера такого утворила? Помню только, как пыталась позвать Нирта через свою новую сущность и… все. Панический ужас затопил сознание, отзываясь тошнотой и бешено колотящимся сердцем. И если я сейчас тут, и рядом дрыхнет Нирт, то… Боги! Ну за что мне все это?! И так влипаю в истории, еще этого мне не хватает!

— Нирт! Что вчера произошло?

— Риена, — простонали из-под одеяла, — у меня голова болит, отстань а?

Вот хам! Ну все! Я вспомнила свое замечательное трезвительное заклинание. Из-под одеяла застонали, секунда тишины и злой страдающий мужчина с очень многообещающим взглядом вынырнул на поверхность.

— Ну что еще ты от меня хочешь? — он с трудом выбрался из постели, потирая заспанное лицо.

— Расскажи, чего вчера было?

— Я сам не помню, отстань! — из ванной послышалось фырканье и жалобный стон.

— Тогда что ты делаешь в моей кровати?

— Ну откуда мне знать?!

Дверь распахнулась от мощного пинка. О! вся компания в сборе. Все похмельные, помятые и злые. Венька с надеждой уставился на меня. Конечно, как же иначе?! Я привычным движением силы облегчила жизнь страдальцев.

— Может теперь мне кто-нибудь расскажет, что вчера произошло?!

— Уф, вот теперь жизнь прекрасна! — эльф блаженно растянулся в кресле. — Риена, если ты еще раз подменишь вино самогоном, мы тебя сами растерзаем!

— Лар? Хоть ты в состоянии вразумительно объяснить? — я с надеждой посмотрела на такого же помятого мужчину.

— Да напились вчера все в хлам.

— И?

— И сами ничего не помним, — буркнул Лин. — Вообще последнее, что было перед очередным кувшином — Лидия сказала, что ты валялась на лестнице без сознания.

Я обернулась к Веньке. Маг помялся, не зная как мне сказать. Однозначно, я что-то натворила, только что именно?

— Тебя, а точнее, вас, нашли без сознания на лестнице. Всем хотелось продолжить праздник, так что сунули тебя Нирту под бок и ушли.

— Как под бок? — я опешила.

— Обыкновенно. Его чем-то приложило, вот мы вас вместе и сунули спать, все равно будете отношения выяснять поутру. — Линноэль потянулся и сладко зевнул.

У-у-у, как все запущено! Хотя… Оно и к лучшему, никаких ахов-вздохов и причитаний. Только вот праздник испорчен.

— Валите за завтраком, я пока хоть в порядок себя приведу.

Венька недоверчиво хмыкнул, Лин так вообще улыбнулся во весь рот. Только вампир все больше хмурился и мрачнел. Поняли, заразы, что сейчас и начнется выяснение отношений. Нирт, блаженно улыбаясь, отмокал в моей ванне. Даже головы не повернул, когда я вошла.

— Чем это тебя приложило?

— Да сам не понял, — наигранно отмахнулся. А плечи-то напряглись!

— Нирт, что с тобой? Неужели ты перестал мне доверять?

— Нет. Риена, я изменился, ты тоже. И я не уверен, что эти изменения к лучшему.

— Либо ты сейчас говоришь мне прямо, в чем дело, либо я…

— Не надо! — голос напряженный, сердитый.

А, была — не была!

— Нирт?

Молчание. Ну до чего же мужчины упрямые! Вечно навыдумывают глупостей, взвинтят себя, да еще дуются.

— Я демон, Рина, — выдохнул и замер, побледневший и усталый.

— И что? Что это меняет?

— Все.

— Нет, я имею в виду — разве ты перестал мне доверять?

— Э-э-э?

— Понятно. Одевайся. И не вздумай отвертеться от разговора — мое терпение лопнуло.

Пусть придет в себя, отдышится. Демон, ну надо же! Напугал ежа голой… Ндя. А то в нашем многострадальном Трехгорье мало полукровок! Особенно после полусотни лет существования таких общин как Башня Граван. Глупость какая!

Я наскоро натянула свежую рубашку и легкие штаны — а то та рубашка, в которой меня принесли годилась только полы мыть. Успела усесться в кресло, когда он вышел из ванны, пряча глаза.

— Так, попытка номер два! Что изменилось? Или ты вознамерился смыться от меня и опять стенать и охать?

— Рина, это не смешно.

— Я не смеюсь. Я просто хочу раз и навсегда тебе объяснить, что я — твой друг и готова в любой момент прийти на помощь. Будь ты хоть вурдалаком!

— Риена, я — демон! Ты понимаешь — демон?!

Я вскочила, взбешенная и раздосадованная. Почему мужчины так любят все усложнять, да еще и накручивают себя при этом?!? Нирт медленно поднялся, собираясь уходить. Ну уж нет! Так легко ты от меня не отделаешься!

— Сядь! — я рявкнула почти ему в лицо, вызвав гримасу боли и удивления. — А то взял манеру — то бегаешь от меня по всему королевству, то сцены устраиваешь! Хватит с меня!

После пряного, прохладного вина, легкой пьянящей волной, пронесшегося по телу, меня потянуло на скандал.

— Ну что, попробуешь снова от меня сбежать? Учти, Нирт, если ты и дальше будешь испытывать мое терпение, я тебя просто убью!

— Но почему? Почему ты это делаешь? Сущность демона бесконечно опасна, тем более для тебя!

— Твоя сущность не очень-то протестовала, когда мы целовались, — я хмыкнула. — К тому же тебя ведь беспокоит не столько сущность, сколько другие изменения! Я права?

— С чего ты?…

— С того, мой дорогой, что сама через это прошла! И продолжаю получать дальше! Как ты думаешь — приятно чувствовать лед внутри, пустоту, постоянный холод?! Да я с ума схожу при мысли, что скоро вообще перестану быть человеком!

Удивленный, ошарашенный, бледный как полотно, он медленно опустился в кресло напротив.

— И это только начало, Нирт. Чем больше ты будешь отталкивать от себя людей, тем быстрее ты превратишься в чудовище.

— Я не понимаю…

— Ты ведь не совсем демон. Ты еще и Зверь. А значит, человек. Для человека потерять душу проще, чем для демона. И я знаю, насколько это больно.

— Знаешь, я очень испугался, когда почувствовал это, — мужчина грустно усмехнулся. — И еще больше, когда представил себе твою реакцию.

— Глупо. Надо было сразу мне все рассказать, а не прятаться.

— Я не мог. Думал, что потеряю тебя. Да еще и Лар…

— Только не начинай! — я страдальчески вздохнула.

Видимо, мое лицо показалось ему забавным — Нирт едва слышно рассмеялся.

— Что так? Я думал, ты все решила.

— Нирт, дорогой мой, все, о чем я сейчас думаю — это о том, чтобы все мои приключения закончились, хотя бы на месяц! — у меня аж горло пересохло.

Он расхохотался, расслабленно откинувшись на спинку кресла. Похоже, томительное напряжение его отпускало. Медленно, но верно. Вот и славно.

— Пошли, позавтракаем. А то кое — у кого скоро уши об дверь сотрутся, — он подал мне руку, помогая сползти с кресла. И уже склонившись к моему уху, — Спасибо.

Глава 12

Зов крови

Зов крови

Смерти волчьим оскалом

Ты в лицо усмехнешься

Зов крови

Ты всегда знал

Что не вернешься.

Группа Мельница "Зов крови"

Праздник продолжался. В зале кое-где вповалку еще спали, на столах царил разгром и запустение. По-моему, я даже заметила пару лохматых ножек, торчащих из-под одного стола. Домовые тоже вовсю отметили. Тогда завтрак придется ждать долго. Нирт болезненно морщился, время от времени потирая все еще заспанное лицо. Остальные уже расселись вокруг единственного относительно чистого стола, с ожиданием поглядывая на дверь. Когда мне надоело слушать протяжные стоны из углов, повторила уже заученное до рефлекса заклинание протрезвления. Народ зашевелился.

— Рина, ты жестокая женщина, — Лин насмешливо улыбнулся. — Испортила всем праздник.

— С каких это пор похмелье считается праздником? И вообще, а не сходить ли тебе на кухню?

Пока эльф и маг со стонами выползали из-за стола, к нам присоединился свежий и бодрый Давиаль.

— Всем доброго утра, — мужчина кивнул и уселся напротив, вызвав неодобрительный взгляд Лара.

— И вам, мэтр. — Нирт рывком подтянул к себе кувшин.

Я торопливо подставила и свой бокал, раз уж вчерашнее веселье пропустила.

— Какие планы на сегодня?

— Собираюсь занять тебя и Веньку важным секретным делом, пока остальные будут приводить все в порядок, — я озорно подмигнула магу.

— Всегда к твоим услугам.

— Я так понимаю, сегодня нас ждет продолжение праздника? — Лар ехидно улыбнулся.

— Конечно! Раз уж вчера не вышло вам напакостить — что мешает мне сделать это сегодня?

Оторопевшие лица мужчин послужили прекрасным дополнением к принесенному блюду с пирогами. Не дожидаясь расспросов, я поспешила засунуть остаток пирога в рот и выскочить вон.

В кабинете как всегда, повсюду валялись разбросанные бумаги и амбарные книги, вперемежку с какими-то фолиантами. На диванчике лежало подаренное Веньке "колдовство для чайников", судя по закладке, уже наполовину прочитанное. Уютно устроившись на подоконнике, смотрела, как снуют во дворе люди, как выводят из конюшни лошадей, как носятся туда-сюда с корзинами продуктов. Жалко, что Драко улетел еще вчера, как только ему объяснили дорогу до долины, можно было бы полетать. Дверь предупредительно скрипнула, впуская в комнату бывшего королевского мага.

— Ну рассказывай, дорогая, какую гадость удумала и что мы должны делать? — Мэтр лукаво прищурился.

— Мне надо знать, как сохранить душу демону-полукровке.

— Ого! Риена, ты с каждым разом меня все больше поражаешь! С чего ты взяла, что это вообще возможно?

— Просто знаю. Так как?

— Насколько мне известно, для подобного практиковали только магию крови, и то очень давно. Теоретически, как и в работе с любой душой, нужно просто заплатить цену.

— Естественно, под ценой понимается чужая душа?

— Разумеется. Но тут возникает трудность — чтобы провернуть подобное, нужно… привести обе души к… как бы поточнее выразиться?… единому основанию. А это просто невозможно!

— А если воспользоваться магией крови?

В дверь тихо просочился Венька, внимательно прислушиваясь к разговору.

— Там очень много условий надо соблюсти.

— Тогда в порядке теории, представь: на протяжении многих лет группа существ опытным путем приводит души к этому общему основанию с помощью магии крови. В некоей Башне…

— Вениамин показывал мне бумаги, которые вы нашли в Башне. Там есть нечто подобное, но не то. Понимаешь, у демонов особая суть, дающая огромную власть над другими.

— Как и у Богов, — я зло усмехнулась, уже зная ответ.

— Почти.

— Давиаль, а не может ли подойти моя душа для такого обмена?

— Теоретически да, — начал было он и осекся. — Что?!

— Это все, что мне нужно было знать.

— Риена, не вздумай соваться в эти дебри! Наверняка есть и другие варианты!

— Почему же ты о них не сказал?

— Потому что обмен — первое, что пришло мне в голову!

— В таком случае, продолжай.

Не сказала бы, что маг испугался, но легкая паника в голосе присутствовала. Да и сбила я его с толку.

— Если он полукровка, значит нужно каким-то образом укрепить его человеческую половину.

— Например?

— Например, если полукровка научится испытывать сильные человеческие эмоции.

— А?

— Если он влюбится! — не выдержал Венька, уже сдавленно подхихикивая.

— Да. Любовь, ревность, — лишь бы не ненависть. — Подтвердил старший маг.

— А еще могу напомнить тебе замечательный эльфийский обряд…

О нет! Я этого не выдержу!

— Веня, а можно как-то это устроить, не вмешивая мою личную жизнь?

— Рин, ну сколько можно тянуть?! Давно пора определиться!

— Веня!! — я уже рычала.

Давиаль с интересом наблюдал за моим покрасневшим лицом.

— Что — Веня?

— Не зли меня!

— Как будто трудно решить — кого из двоих ты любишь!

Я молча сжала кулаки. Но этот нахал только скептически хмыкнул, прекрасно понимая, что ничегошеньки я ему не сделаю. Мэтра постесняюсь.

— Риена, если тебе так трудно с выбором, почему бы не воспользоваться старыми проверенными методами?

— Обязательно! И начну со смертоубийства!

— Ладно, ты иди проветрись, а мы что-нибудь поищем, договорились?

А действительно, проверенные веками методы поиска суженного потому и проверенные, что всегда действуют! Решительным шагом отправляюсь к Лидии.

Вампирша методично листала какую-то книгу, когда я с горящими от возбуждения глазами влетела в ее комнату. Хм, а у меня места побольше будет.

— Привет. Ты что-то хотела?

— Какие гадания ты знаешь? — с ходу выпалила я.

— Что ты имеешь в виду?

— Гадания. На суженого!

— А-а-а, а по-другому никак?

— По-другому?

— Ну, говорят, по поцелую можно понять, любишь ты человека или нет.

— Э-э-э, не подходит. В обоих случаях я в такой момент не соображала вообще, что делала.

— А кто-нибудь из них тебе в любви признавался?

— Ну… Нет.

— Тогда зачем гадать? Вот когда признаются…

— Лидия! — я с ужасом поняла, что надо мной просто издеваются.

— Ладно. Попробуем! Я слышала, что у людей надо бросить сапог в окно и ждать — кто принесет.

Я представила себе эту картинку. Учитывая, что от сапога исходит мой запах, любой догадается, кому он принадлежит. Сложновато.

— А если мы возьмем туфлю? Сапог-то и просто могли выкинуть — кто подбирать будет?

— Давай.

Я поспешно стянула с ноги тонкую туфельку с острым каблучком и протянула вампирше. Лидия открыла окно и не глядя швырнула мою обувку. Снаружи послышались вопли и нецензурная брань. Эльфийская.

— Наверное, Лин тебе серенаду спеть хотел, — я со смехом сползла по стене, глядя на покрасневшую женщину. — Валим отсюда, пока не поймали!

Вот так мы и помчались — растрепанная вампирша и полу обутая я. Домчавшись до комнаты, рухнули на кровать, утирая выступившие от смеха слезы.

— И что дальше?

— Может, у домовых спросим? Они же веками рядом с людьми живут, должны знать, — предложила она.

— Только мне обуться надо.

— Надень лучше платье — тоже хороший способ проверить их реакцию.

Послушно натянула на себя легкое бирюзовое платье без излишеств. Достаточно тонкое, чтобы не мешало бегать — кто его знает, куда нас гадания заведут.

На кухне нас встретила толпа суетящихся домовых бесят, лохматых, низеньких и шустрых. Некоторые из них носили брючки, некоторые щеголяли простыми платьицами и чепчиками. Так хоть можно различить, какого они пола. Лидия с трудом дооралась до одной смешной кухарочки, с трудом удерживающей огромный половник своими маленькими ручками. На вопрос о гадании, та как-то усмехнулась (по крайней мере, мне показалось улыбкой это выражение мохнатой пушистой мордочки):

— Деточки, да вы вон колечко в кастрюлю киньте, кому достанется, тот и суженый. Мои прежние хозяева так делали. А еще у зеркала свечи ставили, и гребень клали — суженый волосы причесать придет.

Она бормотала что-то еще, но мы не слушали — стягивали с пальцев "колечки". Я пожертвовала свой перстень с изумрудом, а Лидия — тонкое серебряное колечко, подаренное Сванной. Суп в огромной кастрюле булькнул, поглощая наши сокровища. И обе, довольные и счастливые вышли в большой зал в поисках свечей для нового эксперимента. А там…

Нас встретил злой и раздосадованный Гленн, в окружении не менее злых и недовольных эльфов в однообразно серых колетах, окруживших нашего правителя чуть ли не с мечами наголо. В стороне, на стуле сидел еще один, одетый в зеленый расшитый костюм, прикладывающий к лицу мокрую тряпку.

— Что здесь происходит?! — рявкнула я, немедленно теряя весь задор. — Гленн?!

— Госпожа, — мой крылатый со вздохом облегчения поклонился. — Это Его Высочество Младший принц Зеленого Леса Белеготар Несущий Свет.

Я внимательно присмотрелась к "несуну". Внешне молод, тонкие пальцы, золотистые длинные волосы, крепкое сильное тело. Лица из-под тряпки не рассмотрела.

— И? Что Его Высочество забыло на моей земле, а его люди в моем доме?!

— Вообще-то мы хотели нанести визит вежливости, но у вас тут так радушно принимают, что сразу захотелось домой! — пробурчало полузадушенным голосом высочество.

— Кто посмел?!

— Вот, — в руке умирающего лебе… принца кричащим обвинительным приговором красовалась моя туфля.

— Гленн, вина! Быстро! Лидия! — вампирша понимающе кивнула и спрятала отобранную у пострадавшего обувку.

Я отняла от лица несчастного пострадавшего полотенце и с ужасом обнаружила наливающийся синевой синяк. Приложив к нему кончики пальцев, мысленно направила туда немного своей силы, надеясь на удачу. Синяк исчез, эльф с достоинством кивнул и украдкой осмотрел меня с головы до ног. А он симпатичный — огромные синие глаза, припухлые губы, тонкие черты лица и неуловимое ощущение власти. Просто красавчик.

В зал быстрым шагом вошел встревоженный Нирт, за его спиной семенил Лин и Гленн.

— В чем дело?

— Недоразумение, дорогой, — мурлыча, взяла его под руку. — Девушки гадали и случайно попали в эльфийского принца.

Нирт, казалось, не слушал, сосредоточив все внимание на моей руке, зажав ее локтем, я же старалась как можно незаметнее выдернуть ее оттуда. А сзади медленно бледнел Лин, глядя на наливающегося яростью принца.

— Так вот ты куда делся?! — прошипело высочество, — А мы-то с ног сбились, разыскивая! Ну, братец, теперь тебе не просто попадет!..

— Братец?! — наш с Лидией вопль слился в один.

— Линноэль! Ты немедленно отправишься со мной! — принц сжал кулаки.

— Нет, — тихо и упрямо.

— Так, дорогие мои! — я, наконец, выдернула многострадальную конечность. — Никто и никуда не поедет! А если Его Высочеству так уж хочется, может погостить в МОИХ землях пару дней. Я не против. Однако предупреждаю — показывать мне свой характер не надо.

Я выразительно глянула на эльфов, Гленн и Нирт с вызовом расправили плечи.

— Я с благодарностью приму ваше предложение. Тем более что нам есть о чем поговорить с Линноэлем.

Подхватив под руку вампиршу, я оставила разборки мужчинам, сбежав в свою комнату.

— Вот мерзавец! — бушевала женщина, бегая по комнате разозленной пчелой. — Он у меня попляшет!

— Да брось, он же не просто так молчал! Решил доказать, что чего-то стоит без гвардии и вечных слуг.

— Все равно! Он подлец!

— Как знаешь. Давай лучше продолжим, а то еще зеркало не опробовали.

— Я тоже участвую! — Лидия упрямо тряхнула волосами. — И пусть ему потом будет стыдно!

К счастью, два зеркала нашлось, установив их на столе, мы плечом к плечу уселись и зажгли свечи. Гребни для волос, по инструкции домовихи, положили перед собой. И стали ждать.

— Ты что-нибудь видишь? — едва слышным шепотом поинтересовалась Лидия.

— Только дверь.

— И я. — тяжелый вздох.

— Интересно, сколько нам тут сидеть?

— В любом случае, кто-нибудь должен войти. У тебя тут вечно столпотворение.

И в подтверждение этих слов в мою комнату ворвался встрепанный бледный Лин. Я, не удержавшись, расхохоталась, опасно раскачав стул. И когда спина почти коснулась пола, чьи-то сильные руки подхватили меня. Удивленно смотрю в лукавые золотые глаза, спрятавшиеся за длинными белыми волосами. Теперь уже Лидия сдавленно хихикала, глядя на мое вытянувшееся лицо.

— Не считается! — заявила я довольной вампирше. — Посмотрим еще, что на обед будет.

— А чем это вы тут занимались? — Лар осторожно вернул меня в вертикальное положение.

— Да так, болтали, о своем, о женском.

— Угу, — я осторожно глянула в зеркало и поправила платье, так некстати задравшееся.

— Я понял.

Улыбается еще.

Нас со всем возможными предосторожностями проводили в большой зал, где уже навели порядок. И даже накрыли столы к обеду. Дымящийся в тарелках суп вызвал у нас с Лидией бурю едва сдерживаемых смешков. Мужчины только выразительно переглянулись. Стоило нам усесться, как в зал вплыло эльфийское высочество в сопровождении Гленна и Нирта. Все трое увлеченно что-то обсуждали, бросая на нашу компанию заинтересованные взгляды. Естественно, все устроились за нашим столом, и я опять оказалась меж двух огней — слева ехидный Лар, справа взбудораженный Нирт.

— То есть, местные Сады неохотно идут на контакт? — продолжил начатый разговор принц.

— Поначалу да. Наши парни оттуда девушек увели, — ехидно рассмеялся Гленн, — Скандалили страшно. Потом Нирт все уладил.

— Да, мне рассказывали — сначала избили посланца, потом самому Элатиэлю ваш Нирт фингал поставил, — эльф скривился. — Вы всегда все кулаками решаете?

— Сам виноват, — широко улыбнулся Нирт.

— Интересно. А что же караваны?

— Тут никаких проблем не было ни разу. — Гленн одобрительно проводил взглядом большое блюдо с дымящимся мясом.

Нирт вдруг покраснел и закашлялся, вскакивая из-за стола. У него аж слезы на глазах выступили. Я склонилась к своей тарелке, пряча запылавшие щеки, Лидия поперхнулась вином. В очередной раз за вечер все с удивлением наблюдали за двумя странными женщинами. Нирт, наконец, прокашлялся в кулак, разжал пальцы и перевел на меня непонимающий взгляд. Я мило улыбалась, дергая его под столом за штаны, чтоб не вздумал устраивать разборки при посторонних.

— Что, островат для тебя? — Лар ехидно ухмыльнулся.

— Пожалуй, — согласился мужчина, усаживаясь на свое место.

Благословленное супом кольцо скользнуло в мою ладонь.

— А что, собственно, происходит? — поинтересовался Лин.

— Вообще-то мы решили развлечься гаданием, — Лидия невозмутимо подлила принцу вина.

— И как? — Линноэль с любопытством повернулся к своей вампирше.

— У Лидии удачно. А у меня три разных результата.

— Три? — Лар удивленно переглянулся с Ниртом. Оба как-то нехорошо насторожились.

— Наша сестра тоже любит на Солнцеворот погадать, — кивнул принц. — Но они обычно пускают стрелы.

Мужчины с ужасом представили себе, что будет, если стрелы буду пускать я. В лучшем случае — пол поселка трупов.

— Нет, это слишком жестоко, — Лар покачал головой.

— Можете поинтересоваться у Линноэля, он частенько принимал участие в их увеселениях, — пожал плечами принц.

— Как так вышло, что Лин — член королевской фамилии — свободно разгуливает по человеческому королевству? — я сыто откинулась на спинку стула.

— Точнее сказать — не наследный принц, даже просто — младший сын, — поправил этот оболтус.

— Так и вышло. Ему надоело сидеть дома, захотелось приключений. Вот он их от отца и получит, — злорадно закончило высочество.

— Если этот младший, тем более не наследный, захочет остаться в Граване — никто не заберет его отсюда против его воли. В конце концов, он достаточно большой мальчик.

Мальчик просиял. Принц помрачнел.

— И что я скажу отцу?

— Правду. Лин еще молод, пусть поживет, определится с судьбой. В обиду мы его не дадим, — я пожала плечами. — К тому же без него скучно.

Закончив обед, я поспешила раскланяться с мужчинами, подхватила под руки Лина и вампиршу и смылась к себе. Эльф радостно скалился, пока Лидия не закрыла дверь, и бедняга понял, что его ждет жестокая и кровавая расправа.

— Лидия, ты его только не покалечь, а то эльфы нам головы поотрывают.

— Я аккуратно, — пообещала та.

— А как же гадание?

Я с интересом посмотрела на женщину.

— Дадим испытательный срок?

— Дадим, — кивнула она. — Догоним и еще дадим.

— Говори.

— Ну, это скорее традиция на праздник. В мешок собирали кольца, кто чье вытащит — пара на танцы. Еще на ветках еловых, на воске, на снегу — но это просто на будущее.

— С кольцами мы уже пробовали. Может, правда, стрелу пустить?

— Ага, а потом удачливого ловца в лучшем случае лечить придется, — хохотнул эльф. — Тогда уж у магов спроси, может, посоветуют чего.

— Они уже насоветовали. Вон, брату твоему уже одним гаданием прилетело, — хихикнула вампирша.

— Да?!

Я оставила этих двоих выяснять отношения, решив помучить Давиаля. Он дольше нас живет на свете, должен разбираться в таких вещах.

Маги обложились книгами, увлеченно рылись в каких-то свитках. Похоже, мэтр сюда свою библиотеку привез.

— Ну что, не работают ваши проверенные методы!

— Что?

— Мы тут с Лидией погадали…

— И? — живо заинтересовался Венька.

— Ну, если не считать, что мы чуть не выбили глаз эльфийскому принцу, а Нирт чуть не подавился моим кольцом — все здорово.

Маги переглянулись и заржали. Смеялись долго, со вкусом, всхлипываниями и слезами.

— Вообще-то я имел в виду нечто другое, говоря о методах.

— Уточнять надо! — обиделась я.

— Рин, с тобой не соскучишься! Ты бы еще, как в сказках, загадку им загадала!

— Смех смехом, но можно же воспользоваться кольцами Барга. Вениамин говорил, вы нашли парочку?

— Да, только так и не поняли, как ими пользоваться.

— Потом объясню. Сейчас у нас есть задача поважнее. Кроме обмена, как это ни смешно, есть тот обряд кровной связи, про который говорил Вениамин. Ничего другого пока не нашли.

— Блин! Вень, может, в Халладе что отыщется? Съездишь?

— Куда ж я денусь, — вздохнул маг.

— А теперь расскажите, какие гадания вы знаете. До вечера далеко, а мне понравилось развлекаться.

Веселье било ключом. По залу суетился народ, раздавался смех, искрились улыбки, воздух наполнился хрупким ощущением радости и света. Я с наслаждением купалась в этом тепле, спрятавшись на балкончике, куда почти не доставало сияние гирлянд и светильников. За окном давно стемнело, тихим шорохом ложился пушистый снег, а моей душе все никак не удавалось найти покоя. Смутная тревога раздражающим зудом засела в груди, мешая тихо наблюдать за царящим внизу праздником.

Давиаль с Лином и Лидией все еще оставались за нашим столом, остальные расползлись кто куда. Захотелось напиться и забыть обо всем, потому что завтра все уже будет совсем иначе. Завтра придется решать с душой Нирта.

— А куда все подевались? — наигранно весело поинтересовалась я, садясь за наш стол.

— Вообще-то тебя отправились искать, — Лин хихикнул.

— Да? Любопытно.

— Риена, мы тут с Ниртом поговорили. Почему ты не сказала про дневник? — мэтр испытующе посмотрел мне в глаза.

— Как-то не жажду вспоминать.

— Кстати, мы там обнаружили странные намеки на запрещенную магию. Не только крови, но даже некромантию! Похоже, твоя теория про приведение к общему основанию подтверждается.

— Кровь — единственная постоянная величина, связанная с сущностью, с душой. Ничего удивительного, что общинники проводили подобные эксперименты.

— Так вот, в дневнике написано, что этот Таван во время очередного эксперимента обвалил своды подземной лаборатории, надеясь убить Гравана. Телепорт из таких помещений не сделать, оттуда вообще невозможно выбраться. Я тут подумал, а не могут ли в той лаборатории сохраниться бумаги. Нам бы это помогло.

— Если вам нужно мое разрешение — пожалуйста. Но я туда не полезу, — перед глазами мелькнул отблеск пламени и комья сыплющейся в лицо земли. Я вздрогнула, отгоняя видение.

— Хорошо. Не будем пока об этом говорить.

Судорожно сжав бокал, едва не захлебываюсь от будоражащей влаги, скатившейся внутрь и взорвавшейся ослепительным теплом. В ушах зашумело, а мир стал чуть прекраснее.

— Рин, вы же вроде гадание задумывали? — эльф хитро прищурился.

— Потерпи чуть-чуть, сейчас народ обратно соберется, и погадаем, — вампирша ласково потрепала своего остроухого мерзавца по руке.

Да уж, полный мешок маленьких записок со смешными предсказаниями ждал своего часа на балконе. Там же валялись уже опустошенные пузырьки из-под зелья по рецепту из подаренной Веньке книжки. Через несколько минут все, кто успел попробовать праздничный ягодный напиток, почувствуют на себе всю силу "Колдовства для чайников". Отросшие рога и хвосты, ожившие волосы, смена цвета кожи — еще самое безобидное из того, что там было. Бомба рванет позже, когда заработает капля моей крови, награждая весельчаков способностью какое-то время светиться в темноте. Невинные такие шалости. Я подмигнула Лидии.

— Я, пожалуй, отправлюсь отдыхать. Спокойной ночи, — медленно, не спеша выхожу, а то раскусят обман, догонят и накажут.

— Приятных снов, Риена, — кивнул мэтр.

Влюбленная парочка даже не повернулась в мою сторону. Зато в комнате меня ждал большой сюрприз. Среди разбросанных по полу кувшинов и бокалов валялись чьи-то плащи, а на кровати чуть ли не в обнимку дрыхли два бессовестных негодяя. Лар блаженно раскинулся на подушке, даже во сне сохранив лукавую улыбку, на его плече дрых Нирт, зажав подмышкой ноги вампира и нежно обнимая вторую подушку. Возмущенная до глубины души, я запустила в них своим фирменным заклинанием.

— И что это вы, голубки, тут делаете? — ласково пропела этим сонно моргающим…

Мужчины посмотрели на меня, друг на друга, и с дружным воплем рванули в разные стороны, свалившись с постели. Нирт запутался в плаще и, пропахав носом ковер, рухнул на отползающего в ужасе Лара. Я с восторгом наблюдала за этим цирком, ожидая, когда же они, наконец, примут вертикальное положение.

— Ну что, как поспали? Я не сильно помешала? — забралась в кресло с ногами, пока шустрые домовые убирали посуду и перестилали постель после этих сонь.

— Это случайно вышло, мы тебя искали и вот… — виновато развел руками вампир.

— Да, случайно, — поспешно подтвердил Нирт.

— Так, может, мне уйти? А то как-то совестно — вломилась, разбудила… — я ехидно улыбнулась.

— Риена! — слаженный возмущенный вопль.

— Да понятно, вы тут друг другу на меня жаловались, вино пили, на моей кровати валялись. У меня только один вопрос — почему без меня?

— Ты подержишь или я? — Лар спокойно обернулся к другу.

— Давай я. — пожал плечами тот.

Видя двух серьезно настроенных мужчин, я поспешно переместилась к окну, но они ухмыльнулись и вышли. Вместе. Чтобы вернуться с новой порцией вина и блюдом пирогов.

— А вы вино где взяли? В зале?

— В кухне. А что? — подозрительный прищур серых глаз.

— Да она никак опять его самогоном подменила, — хохотнул вампир.

— Ничего подобного!

Снизу донесся возмущенный рев. Мужчины переглянулись.

— Ну-ну, — Нирт поднялся. — Пошли, что ли, глянем, чего она утворила. А то еще поймают.

Укоризненный взгляд вампира и тихий вздох. И что? Я честно пыталась внести свою лепту в праздник. А то скучно. Ушли. И видимо надолго. Нерадостный получился праздник. Такое ощущение, что я прошла поворотную точку, что уже ничего не будет как раньше. Время моей человеческой жизни утекало песком сквозь пальцы, отбирая последние крохи радости.

Расслабленно откинувшись на стену, смотрю в окно на медленно кружащий снег. Каково это — появиться на свет и растаять под жаркими солнечными лучами? Вечный холод зимы слишком не нравился мне, а для снега это единственный коротенький кусочек жизни. И люди внизу. Они тоже проживут недолго по сравнению со столетиями магов, и тысячами лет для богов и демонов. Когда-нибудь мне придется уйти отсюда и заняться чем-то другим. А ведь все, что я умела делать — всего лишь охотиться на нежить. Словно ухожу в добровольное изгнание. Годы, годы, годы… Похожие друг на друга как капли воды, эти безрадостные дни станут моим самым большим проклятьем.

Тихий и настойчивый зов ворвался в мою душу, парализуя волю и сжимая ледяными когтями горло. Захлебнувшись выступившей кровью, я почувствовала, как съезжаю на пол, скребя пальцами по ковру, ползу, не в силах противостоять этому убийственному зову. Он вывел меня на улицу и рванул куда-то в лес, вглубь укрытых снегом рощиц. Я отчаянно рвалась из пут, до крови раздирающих кожу, пыталась взлететь, но даже крылья не могли помочь освободиться. ТАК может звать только одно существо. ХОЗЯИН.

Зов торжествующе взвился, причиняя уже нестерпимую боль. Земля под ногами дрогнула повинуясь злому и хлесткому приказу моей Силы, оказавшейся сейчас полностью во власти чужой воли…

Вокруг полыхало пламя, сиял мертвенный отсвет магического рисунка. Гулкий грохочущий голос речитативом произносил выворачивающие душу заклинания. Я билась в крепких путах, сквозь боль и слезы чувствуя отвратительный запах горящей плоти и тлена. Пламя бушевало, заливало скачущей тенью стены, голодными языками выплескиваясь в небо. Почему над головой чернеет небо, а не нависает тяжелой плитой удерживаемая сотнями заклятий земля? Эта единственная мысль трепетала в голове, сплавляя воедино бред и реальность. Из углов развороченной лаборатории ползла живым покрывалом Тьма, заглатывая все на своем пути. Панический страх затопил мои мысли, даже бьющие в ноздри запахи крови и огня внушали мне меньший ужас, чем эта живая алчущая неудержимая мгла.

Сквозь раздирающую тело боль с трудом удается повернуть голову и посмотреть наверх. Черное, дурно пахнущее нечто с костяными крыльями в ошметках тряпья вызвало невольную тошноту, меня скрутила судорога, отозвавшаяся новой волной безумной огненной боли. Хозяин. Он что-то творил, опаляя неясные силуэты на краю ямы, в которой я оказалась, в отблесках пламени метались крылатые тени, скрежетал метал и ревел огонь. И перекрывая — ровные, четкие, гулкие слова, эхом непереносимой муки звучащие внутри меня. Наверху расцвел голубой цветок воздушного магического щита, маленькие фигурки спешно укрылись под ним, отбивая сплошной поток мрака, разливавшийся от Хозяина. Тело, измученное бесконечной болью, вышвырнуло душу прочь, и я смогла увидеть то, что происходило там, наверху.

Разгневанный, орущий Давиаль под прикрытием Венькиного щита осыпал чем-то убийственным полуразложившийся скелет Хозяина, стоящего над коленопреклоненным Ниртом. Его крылья безвольно свисали по спине, голова склонена под тяжестью когтистой лапы Хозяина, мечи валяются неподалеку, переломанные у рукоятей. Невольно дернувшись к нему, почувствовала острую боль внутри. Его боль. Лицо Нирта не выражало ровным счетом ничего, но я знала, что там, внутри, его душа бьется в агонии. Рядом в неестественной позе, с запрокинутой к небу головой лежал Лар. Белые волосы рассыпались по черной дымящейся земле, руки раскинуты в стороны, из уголка губ течет струйка крови, а глаза невидяще распахнуты в равнодушное черное небо. Вьются вокруг Хозяина крылатые Звери, раз за разом бросаясь и бессильно разбиваясь о полотнища мрака, раскинутое вокруг него.

А я смотрю и не могу оторвать взгляда от тускнеющего бездонного золота, не раз спасавшего меня из омута собственных страхов. В груди стало жарко и больно, на щеках горячими дорожками пробежали слезы. Лар… Мой глупый оживший мальчишка, зачем ты полез туда?!

Изорванная душа отозвалась обжигающим пламенем, болью хлестнув по нервам, ненавистью всколыхнувшись из самых глубин. Злость и жгучая ненависть волнами затапливали меня, срывая нить за нитью покровы воли Хозяина. Бесплотная душа рухнула в тело, судорожно выгнувшееся дугой, я вздохнула полной грудью морозный, пропитанный гарью и кровью воздух, расправила истекающие кровью крылья и рванула вверх.

Опустилась на колени рядом с ним, рванула клыками запястье, и приложила к его холодеющим губам. Пульсирующими толчками моя кровь вырывалась, исчезая на его удлинившихся клыках.

— Пей, ну же, хороший мой, пей! Прошу тебя! — безвольно шептали губы.

Большего я сделать уже не могла.

Обернувшись к Хозяину, отпихнула от него безвольное крылатое тело, вцепилась когтями в то, что когда-то было лицом, а теперь только белым костяком с длинными сверкающими клыками. Его Слова хлесткими ударами боли отбрасывали меня, но я отчаянно держалась, раздирая эту глухую непроглядную черноту. Сквозь застилавшую глаза алую пелену боли успела увидеть, как дернулись черные крылья, Нирт со стоном пошевелился, попытался приподняться, но упал. Сотни игл впились в тело и крылья, кровь горячими ручьями полилась на землю, невыносимая боль током пронзала насквозь, но отступать уже некуда, еще немного, и в живом мраке показалась черная мерцающая точка. Его крылья врезались в спину, ножами протыкая насквозь, но когти мои уже сжимали это маленькое средоточие тьмы, душа уже отдавала последние остатки своего света, все до капли — и тихое спокойствие морского прибоя, и счастливый смех, и тепло его поцелуя на губах — все, без остатка…

Клок темного неба рванул мне навстречу, воздух ледяными когтями последний раз сжал грудь. Боль исчезла. Я словно во сне слышала отзвуки, ощущая лишь наползающую на меня темноту. Речитативы сменились криками гнева и ненависти, я слышала полный ярости рык, но не могла оторвать взгляда от тянущейся ко мне массы. Вот полотно мрака закрыло небо надо мной, исчезло из вида, я дернулась из последних сил, но тьма, взвихрившись новой волной, накрыла меня единым мигом…

Мрак, окутавший меня со всех сторон, осторожно проникал внутрь легкой прохладой, свободно протекая сквозь меня и унося отголоски боли и усталости. Если этот бесконечный покой и есть смерть, то мне не интересно. Хотелось увидеть сияющее иголочками звезд небо, распахнуть крылья, взлететь… Трансформация прошла легко, почти без усилий. Я с удивлением увидела свои руки с когтями, увенчанный мелкими острыми шипами хвост, и даже ощутила полотнища крыльев за спиной. Как странно. Темнота вокруг висела неосязаемой дымкой, уже не касаясь меня. Наверное, вот так и должно выглядеть ничто.

Спокойствие и тишина ласкали сердце, бездумное плавание в пустоте заставляли глаза сонно моргать. Хотелось уснуть, раствориться в этом покое.

Откуда-то сбоку пришел отзвук далекого эха. Смешно. Откуда тут, в ничто, могут взяться звуки. Я невольно рассмеялась. Похоже, схожу с ума. Но эхо повторилось уже ближе. Стало интересно, даже проснулся непонятный азарт. Сделав несколько осторожных шагов, и не почувствовав изменений, остановилась. Издалека долетело "Рина". Смешное имя. Я с интересом вслушивалась, — хоть какое-то разнообразие. Снова повторилось эхо, на этот раз смутно знакомый голос звал Риену. Тьма заволновалась, заворочалась, сопротивляясь. Сквозь нее двигалось нечто, чуждое, даже враждебное. В посеревшем тумане мелькнула лента светлых волос, недовольно дернулась темнота, уступая дорогу странному существу. Человек с длинными белыми волосами, из-под верхней губы виднеются кончики острых парных клыков, а еще у него были нечеловечески прекрасные золотые глаза. Эти вихри солнечного золота затягивали, гипнотизировали, невольно притягивали к себе. Он внезапно остановился, словно осматриваясь, и резко повернулся ко мне.

— Риена? Риена, дай мне руку.

Я удивленно рассматривала этого странного гостя, недоумевая — кто такая Риена.

— У нас мало времени. Дай мне руку, и пойдем — настаивал золотоглазый.

Я молчала, старалась не шевелиться, больно уж чуждый дух шел от этого существа.

— Рина, идем же!

— Кто ты? — выдохнула я, тень узнавания мелькнула где-то глубоко внутри.

— Лар!

— Я не знаю тебя.

— Риена, если ты останешься здесь, то уже не сможешь вернуться!

— Вернуться куда?

— О Боги! — прорычал он. И совсем тихо добавил — Он умирает, Рина. Слышишь? Нирт умирает! Ррриеналь! — рыкнул он, хватая стальными тисками пальцев мое запястье.

Внутри взорвалось маленькое солнце, заполнив все мое существо, каждую клеточку ослепительным обжигающим светом.

Мне снился удивительный сон. Лес, наполненный солнечным светом, крики птиц в яркой весенней зелени, благоухание цветов, шелест зеленого моря травы под ветром. Серые камни скалистого берега, перемежающиеся крупными и не очень валунами. И спокойное синее море до самого горизонта. Все вокруг заливало тепло. Я бродила среди камней, удивляясь, куда же опять все подевались, ведь в поселке сейчас самое жаркое время, когда заметила неясную тень. Это не было тенью от чего-то, она просто существовала сама по себе, медленно скользя чуть в стороне. Пытаясь рассмотреть, сощурилась и… проснулась.

Боль горячей волной захлестнула все тело, перед глазами застыла кровавая пелена. С трудом, вцепившись в край одеяла, я села и попыталась осмотреться. Вроде бы моя комната. Перед глазами все плыло, ломило виски, и будто какой-то настойчивый трезвон стоял в ушах. Сосредоточившись на противном звуке, словно удар молнии вдруг ощутила, что с кем-то из моих товарищей плохо. А судя по моему собственному состоянию, я тоже поучаствовала в очередном приключении. Развернув мысленную карту, чуть не задохнулась от боли — здесь, в доме, опасно горела точка Нирта.

Отчаянный ужас придал мне сил, цепляясь за углы и стены, я раненой слонихой поползла вниз, едва переставляя ноги и спотыкаясь. Тело непереносимо ломило, но упорный звон в ушах гнал вперед. Дверь в его комнату была распахнута, в кресле у окна дремал Венька. Его лицо избороздили горькие морщинки и бесконечная усталость. А на постели, пепельно-серый, почти безжизненный, лежал светловолосый мужчина. Нирт. Грудь его едва вздымалась, лицо было спокойным и безмятежным, но я почти физически чувствовала, как душа медленно покидает это тело.

Подползла к самому краю кровати, стараясь осторожно коснуться его руки, сделать больше мне не позволила адская испепеляющая боль. Холодеющая кожа. На теле не видно ран, но жизнь едва теплится. Страх ледяной волной затопил сердце, разом отогнав горячечную дрожь. Всем своим существом, всем сердцем потянувшись навстречу ему, устремилась прямо к тлеющему слабому огоньку. Едва заметное зеленоватое свечение протянулось от пальцев к нему, нежно втекая в темноту и исчезая в пустоте. Давай, милый, проснись. Пожалуйста! Вернись ко мне, прошу тебя… Слабая искорка интереса? Или мне только показалось? Нирт! Это я, Риена. Услышь, вернись ко мне… Темная могучая волна вышвырнула меня вон, заставив со стоном отшатнуться. Свечение потухло. Что-то твердое уткнулось в побитые ребра, вызвав новую волну боли. Я сунула руку в карман, извлекая на свет благополучно позабытые кольца. Почему, собственно, нет? Повторив подвиг по подползанию к его кровати, ухватилась за одеяло, взяла его руку и уже собралась надеть ему на палец кольцо, когда эта рука вдруг дернулась. Несколько секунд я тупо соображала, что же это было, дрожащие пальцы выронили кольцо, удачно попав ему на палец. Мужчина застонал и выгнулся дугой, стальной хваткой сжимая мое запястье. Блин, и так себя чувствую как половая тряпка, теперь вообще вся синяками покроюсь!

Венька вскочил, с недоумением уставился на брата, потом на меня, вроде даже чего-то прокричал, но я уже не слышала — боль и тошнота накинулись на истерзанную тушку, загубив на корню все мои героические попытки встать. Чьи-то сильные руки оторвали меня от пола и понесли прочь от заметавшегося на постели Нирта, я вроде бы даже сопротивлялась, пытаясь вернуться обратно. Не дали. И только когда меня уложили на собственную постель, я увидела спокойный золотые глаза. Лар. Под глазами залегли глубокие тени, осунулся, сильно ему досталось, похоже. Он что-то пробормотал, но я не разобрала, торопливо хлопая себя по карманам и каждый раз кривясь от боли. Вампир устало присел прямо на полу, подперев лоб ладонью.

— Лар, — это едва слышное шипение — мой голос?! — Лар.

Мужчина поднял голову, спокойно взглянув мне в глаза.

— Дай мне руку, пожалуйста, — я вздрогнула. Эти слова что-то значили, в памяти закрутились нехорошие обрывки.

И надела ему на палец второе кольцо. Слегка хлопнув, оно сжалось, уменьшилось до размера пальца и осталось на нем широкой узорчатой полоской. Молча коснулась кончиками пальцев его щеки. Говорить не хотелось, да и не нужно было — он слишком хорошо меня знает. Теплое золото засияло, вспыхивая для меня маленьким солнцем. Он понял. И я была бесконечно ему благодарна, что промолчал. Напоив меня чем-то горячим и пахнущим травами, осторожно укрыл одеялом почти до ушей, и все так же молча устроился рядом. Все, что мне было нужно — отдых и его тепло.

Уткнувшись носом в подушку и наслаждаясь едва ощутимыми прикосновениями Лара, со всей ясностью поняла, что если Нирт не очнется, мне придется идти вслед за ним ТУДА. И ничто не сможет мне помочь, если пустота опять затянет душу. Даже Лар. Как бы ни было больно. Просто потому, что…

Сон кишел обрывками кошмара — пламя, крики, запахи крови и боли, белеющие кости и обрывки ткани, ощущение невыносимого ужаса и снова боль, боль, боль… Теплые нежные руки удерживали меня, не давая сорваться в пропасть этого безумия, знакомый спокойный голос постоянно звучал у меня в ушах, успокаивая, убаюкивая, и я снова погружалась в зыбкое забытье. Окончательно проснулась я от горячих мокрых дорожек на щеках — Лар осторожно отирал остатки влаги со щек, встревоженно вглядываясь в мое лицо.

— Здравствуй. — Осторожно касаюсь его щеки. Замер, прикрыв глаза.

— Прости меня, — хриплый шепот.

— За что?

— Я не смог тебя защитить.

Попытка засмеяться отозвалась болью в груди.

— Тебе не за что просить прощения. Правда.

— Я…

— Ш-ш-ш, — легкое прикосновение пальцев к его губам. — Не надо.

Лар резко сел на постели, обернувшись к двери. Даже я различила осторожные тихие шаги в самом начале лестницы. Что-то происходит. Он понял мою просьбу, просто встретившись со мной глазами. И отправился вниз, выяснять, в чем дело.

Откинувшись на подушки, бездумно смотрю в потолок, наслаждаясь тишиной и бездействием. За окном серым фонарем висело колючее зимнее солнце, а здесь было так тепло и уютно, потрескивал камин, болталась в углу моя изорванная куртка и безнадежно испорченный колет Лара. Оказалось, думать о пополнении гардероба приятней, чем пытаться вспомнить хоть что-то из происшедшего. Мой золотоглазый вампир вернулся в сопровождении Лидии и Веньки.

— Как он? — Лар хмуро наблюдал за Лидией, хлопотавшей у сундука.

— Несколько минут назад спросил то же самое о тебе, — устало улыбнулся маг. — С ним сейчас учитель.

— Учитель?

— Мэтр Давиаль.

— Остальные?

— Лин и его брат валяются с парой переломов. Остальные относительно в порядке. — Лидия вытолкала Лара за дверь.

— А хо…?

— Мертв. Совсем. Парни его на лоскуты порвали, как только ты… — маг осекся, глядя на мою позеленевшую физиономию. — Все хорошо.

— Давай быстро оприходуем ее, пока время есть. А то у меня еще дел по горло.

Меня засунули в ванну, не смотря на протесты и шипение от многочисленных ранок и просто дырок в шкуре. В четыре руки обмазали, перебинтовали, вампирша натянула на меня рубашку и тонкие штаны, и они с Венькой умчались. Похоже, наша ратуша превратилась в госпиталь. Устроившись у камина, я ждала расторопных домовят с моим поздним завтраком, когда, наконец, вернулся Лар. Посвежевший, в чистой распахнутой на груди рубашке, но хмурый и тихий, он уселся напротив, рассеянно поглаживая ободок моего кольца.

— Ты устал. Может, поспишь?

— Не могу.

Я понимающе кивнула. Не одну меня кошмары мучат.

— Как ты себя чувствуешь? Моя кровь не повредила?…

— Нет, — горькая усмешка. — Но лучше б ты этого не делала.

— Нужно было дать тебе умереть? — холодный ужас затопил живот, больно кольнув сердце.

— Наверное, так было бы лучше. Разве нет?

— Не говори глупостей! Лар! Что за похоронное настроение?!

— Просто тогда не было бы так больно.

Понятно. Вот он о чем. Я с трудом поднялась, коснулась его лица, заставив смотреть прямо в глаза. Боль, тоска и такой огонь смешались в этом золоте, что я задохнулась. А потом просто наклонилась, превозмогая боль, и поцеловала. Не завороженная, не ищущая тепла. Просто женщина, целующая мужчину. Вампир неохотно отпустил меня, когда сил держаться на ногах просто не осталось. Устало пошатываясь, доползла до постели.

— Не спрашивай пока ни о чем, ладно? Я обещаю, что все расскажу сама, только позже.

— Как пожелаешь, — он пожал плечами. — Мне можно остаться?

— А у тебя есть другие предложения? — Я наигранно нахмурилась. — Сейчас будем завтракать.

Он рассмеялся, расслабленно откинувшись в кресле.

Домовята притащили мясо, горячий травяной настой и восхитительный пирог с яблоками. Лар только улыбался, заметив нездоровый блеск моих глаз. Завтрак растянулся надолго, просто потому, что мой живот не смог съесть столько, сколько хотелось глазам. Обессилев, мы оба с надеждой смотрели на кровать, словно надеясь, что она сама подойдет и погрузит отяжелевшие от еды тушки. Но сначала мне нужно было спуститься вниз, к Нирту. С трудом доковыляв до двери, я пригрозила вампиру кулаком:

— Не вздумай сбежать!

Он только поднял вверх руки, защищаясь.

С трудом похромала по лестнице, стараясь не морщиться от ломящей все тело боли. В который раз мысленно прокляла ту демонову богиню, что наградила меня такой радостью и всеми вытекающими из этого фекалиями. Дверь в его комнату была по-прежнему открыта, мужчина расслабленно распластался на подушках, бездумно глядя в потолок. Проследив его взгляд, почему-то подумала, что его пора бы покрасить.

— Привет. Как дела? — как можно нейтральней поинтересовалась я.

Его хмурый взгляд прошелся по мне, замерев на перебинтованных запястьях.

— Похоже лучше, чем у тебя.

— Наверное. Не замерз?

Нирт удивленно прислушался к себе.

— Нет… Все… хорошо. Даже странно.

— Ничего необычного? — допытывалась я.

— Нет. А почему ты спрашиваешь?

— Да так, просто.

Значит, не заметил. И славно. Теперь бы только мне силы восстановить поскорее, а то Венька с Давиалем не справляются с нашими пострадавшими.

— Кстати, хотел спросить — откуда это взялось? — мне продемонстрировали тонкий гладкий золотой ободок кольца на пальце.

— Можешь считать это тем якорем, который тебя удержал.

— Да? А мне показалось, что ты просто пыталась меня убить, — он улыбнулся.

— В каком-то смысле ты прав, но так случайно получилось. Я потом объясню, ладно? Сейчас нам всем надо прийти в себя и помочь нашим магам поднять ребят на ноги.

— Кто?

— Венька отмалчивается, так что я даже точно не знаю, сколько наших пострадало. Эльфы с переломами.

— И ты ему веришь?

— А ты как думаешь? — я ехидно улыбнулась. — Отдыхай. Я вечером загляну.

— Риена?

— Ммм?

— Как Лар?

Я обернулась. Нирт по-прежнему спокойно лежал на постели.

— С ним все хорошо.

— Я рад. Правда.

— Спасибо, Нирт.

Вот и поговорили. Мне хотелось посмотреть, как дела у Лина, благо его комната всего в двух шагах. Силы хоть и не восстановились, но и тех крох, что остались, должно хватить. Бедлам его просторной комнаты сразил меня наповал. Разбросанные ворохи одежды, на столике в изголовье строй пузырьков и баночек. Сам аккуратно причесанный эльф, с забинтованной рукой и ссадинами на лице азартно резался в карты с таким же забинтованным братом.

— О, Рина! Привет! Как самочувствие?

— Пресветлая, — эльфийское высочество кивнуло и с азартом хлопнуло картой, — бери!

— Блин! Да откуда у тебя столько козырей?!

Я хихикнула, глядя на топорщившиеся сзади из пояса принца кончики карт.

— Ну, раз вы настолько в порядке, пойду гляну остальных.

На пороге на меня налетел Гленн. Встревоженный, глаза лихорадочно блестят.

— Риена!

— Что? Кто? — я отшатнулась.

— Марис. Ему совсем худо. Мы его внизу поместили.

— Позови Лара, он наверху, у меня, — я кинулась к кабинету.

Эльфы переглянулись и поковыляли следом. Я услышала за спиной шипение Линноэля и пару глухих тычков: "Шулер!". И где Лидия, когда она так нужна?

Мариса уложили прямо на стол. По углам стояли какие-то алхимические приборы, видимо, кабинет использовали как врачебный. Мужчина выглядел неважно. Бледный, покрывшийся испариной, глаза мутные. А широкая повязка на животе вся пропиталась кровью. И еще мне не нравился запах, исходящий от этой крови. На плечи легли теплые сильные руки. Лар.

— Что нам делать? — Гленн судорожно вздохнул.

А что они еще могут сделать?

— Молитесь, — буркнула я.

Закрыв глаза, представила себе свет. Теплый сияющий солнечный свет, питающий и дающий жизнь, заливающий все вокруг. И весь этот свет направила к Марису, упрашивая, уговаривая залечить, снять боль, дать силы, вернуть то, что было отдано за меня.

В животе резко похолодело, тошнота подкатила к горлу. Открыв глаза, я уже знала, что все прошло хорошо — не зря же пробудился этот проклятый холод. Марис лежал, с удивлением оглядывая нашу веселую компанию. В комнату порывом ветра ворвался Давиаль, худой и серый, с синяками под глазами. На износ жил, похоже.

— Что?..

— Ты опоздал, — Гленн едва удержал мага на ногах.

— Что?!..

— Риена уже излечила его.

И вот тут мне досталось. Маг долго и весьма образно высказывался относительно глупости некоторых молодых девушек и меня в особенности. Парни с интересом вслушивались, стараясь запомнить самые выдающиеся обороты. Послушать Давиаля, так я вообще находилась при последнем издыхании, и если б не Лар, можно было бы заказывать похороны. В Лара я верила. А вот в остальное… Ну не может умирающий организм так хотеть яблок!

— Давиаль, ты бы лучше отвел меня к остальным и лег поспать. А то неясно, кому тут гроб нужен, — я откровенно рассмеялась.

— Да ну тебя! Так и знал, что не усидишь на месте! — маг повернулся к вампиру. — А тебе что, трудно было ее удержать от глупостей?

Лар насмешливо фыркнул и скрестил руки на груди. Это надо понимать, он мне мешать не собирается? Эльфы поржали и уползли доигрывать к себе.

— Мэтр, у нас ведь и правда еще двое в тяжелом состоянии. Может, Риена… — Гленн помялся.

— Ни в коем случае! У нее и так в ауре дыры с тебя размером!

— Что?! — Это уже взбешенный вампир прожигает меня горящим взглядом.

— Неправда! Всего пара маленьких дырочек! — ага, а про душу не скажу. — К тому же это займет всего капельку силы. Мне ж их не из гроба поднимать!

— Я сказал — нет! — рявкнул маг. — Пока не восстановишься, никаких упражнений с силой!

— Тогда Нирта попроси, у него аура целая. И душа тоже.

— И душа? — маг удивился. — Когда он успел?

— Это, скорее всего, она успела, — нахмурился Гленн. — С чего ты взяла, что он может исцелять?

— Просто знаю.

— Лар, сходи-ка за ним, я провожу нашу красавицу к парням. — Давиаль подхватил меня под руку.

Протащив меня по коридору, завели в полупустую комнату с двумя кроватями и столом, полном лекарств. На кроватях лежали двое очень побитых парня. Внешне молодые, им наверняка было не меньше тридцати. У одного кровь запеклась на лице неприятной корочкой, перевязанная рана на груди кровоточила и причиняла сильную боль. Второму повезло меньше — весь правый бок представлял собой сплошную рану. Меня аж передернуло от сильного стойкого запаха крови и боли. Руки задрожали, так и хотелось потянуться к комочку силы внутри себя, подтянуть, поделиться с ними. Но нельзя. Маг прав, еще немного и аура начнет восстанавливаться за счет и так едва живой души. После колец дыры, конечно, немного затянулись, но все равно недостаточно.

Нирт осторожно вошел, неуверенно оглянулся на меня. Давиаль понятливо потянул остальных вон.

— Что я должен сделать?

— Не знаю. Попробуй потянуться к силе внутри, она сама подскажет, — я пожала плечами. — Только не спеши. Можешь поменять форму, если так удобнее.

Мужчина кивнул и повернулся ко мне спиной. Раскрылись черные крылья, отгораживая от меня и Нирта, и кровати. А потом я остро почувствовала, как его сила мощным большим потоком разливается по комнате, захватывая и парней, и меня. Теплая волна пушистого мрака пробежала по телу, залечивая мелкие ранки и ссадины, наполняя свежестью и покоем. Мое тело болезненно отреагировало на попытку подлечить глубокие раны на спине. Я присмотрелась к Нирту. Он все еще был внутри себя, и сила продолжала изливаться наружу, уже бесполезно рассыпаясь вокруг.

— Достаточно. Выходи!

Он обиженно обернулся. Понравилось.

— Ты сейчас понапрасну растратил много сил. И чуть не перегорел. Когда силы на исходе, тратится аура. Потом душа.

Нирт слегка побледнел и серьезно кивнул. Похоже, нам придется еще много изучить вместе.

— Пока не экспериментируй больше. Похоже у тебя ограничений еще меньше, чем у меня.

— Ладно, — мужчина задорно улыбнулся. — Мне понравилось.

— Пошли. Пусть теперь Венька ими занимается, — я кивнула на приходящих в себя парней.

— И откуда у нашего Нирта вдруг способности целителя прорезались? — ехидно поинтересовался Лар, как бы придерживая меня за талию.

Нирт на такую демонстрацию только фыркнул.

— Потом. Все потом. Я требую яблок, и срочно! — взбунтовавшийся живот отозвался одобрительным бурчанием.

— И куда в тебя столько влезает? Недавно же плотно ела! — удивился вампир.

— Я выздоравливаю! И мне нужны витамины!

С тяжелым вздохом Лар отправился за яблоками на кухню. Мы с Ниртом и магом уселись в столовой, отдыхая и наслаждаясь тишиной.

— Ну так что, Рина, объяснишь? — Давиаль подозрительно прищурился.

— Пока нет. Если мои догадки верны, нас со дня на день навестят. Только вот с добром, или нет, не знаю.

— Что ты хочешь сказать? Есть еще кто-то, кому захотелось прибить на стену твою шкурку как трофей? — маг разлил всем чай.

— Угу. Главное, чтоб Лара в этот момент не было. — Я пристально взглянула в глаза Нирта. Тот кивнул.

— Почему?

— Потому что сделать ей он ничего не сможет. Зато она может убить его просто из вредности.

— А Нирт? Его, что убить не могут? И кто такая она?

Я загадочно улыбнулась. Если я права, это будет именно она.

— Я же сказала — пока только мои догадки. Думаю, что сейчас надо постараться восстановить силы.

Маг выругался и вышел. Недовольный и безумно уставший. Нирт спокойно пил чай, на непроницаемом лице не отразилось ничего. Он все прекрасно понял и, что для меня важнее, принял. Счастливый вампир принес мне целую вазу яблок, искоса бросая на Нирта хмурые взгляды. Тот усмехнулся уголками губ и подлил мне чай.

— Не хочешь пойти отдохнуть? — Нирт потянулся. — Тебе нужно восстановить силы больше, чем нам.

— Пожалуй, — киваю я, подтягивая ближе вазу с яблоками. Расставаться со своим сокровищем я не собиралась. — Тебе тоже не мешает поспать.

— Если что, зови.

— Нет нужды. Ты и так поймешь.

Вампир помрачнел. Ему совсем не нравился наш разговор. Я потащила Лара наверх, стараясь не обращать внимания на откровенно смеющегося Нирта.

— Риена, ты не объяснишь мне, что происходит?

— Лар, солнышко, не сейчас.

Он удивленно уставился на меня. С чего бы? Ах, да, я же его никогда так не называла. Пусть привыкает. Устроившись поудобнее в кресле, захрустела сочным яблоком. Мужчина со вздохом опустился на пол, положив голову мне на колени.

— Почему ты со мной так поступаешь? — спросил тихо, но у меня по спине мурашки побежали.

— Просто не хочу, чтоб ты нервничал раньше времени. Вдруг все мои догадки так и останутся глупой фантазией?

— Я не об этом. Зачем ты даешь мне надежду, а потом отбираешь ее?

При мысли о способе, которым его можно было бы успокоить, щеки мои запылали так, что можно яичницу жарить. Однако что-то делать надо, вон как расстроился. Я сползла с кресла прямо к нему на колени и уткнулась носом в грудь. Чудесный запах его теплой кожи закружил голову так сильно, что в глазах потемнело, а сердце заколотилось. Подняв взгляд, увидела то же самое в его лице. И судя по бешеному галопу, бьющемуся под моей ладонью, Лар вообще едва себя контролировал.

— Если ты сейчас не отойдешь, я за себя не отвечаю, — хрипло предупредил он.

— Что?

— Рина, я не хочу, чтобы ты потом жалела о…

— А с чего ты взял, что я буду жалеть? Кстати, дверь стоит запереть.

Вампир судорожно сглотнул и пошел закрывать дверь. Уткнувшись лбом в крепкий дуб, он на несколько секунд замер, потом резко обернулся, и побледнел, глядя мне за спину. Я проследила взгляд и зло ощерилась — у окна в слабом сиянии своих белых одежд стояла безупречно красивая брюнетка. Адиаланна. Богиня, "осчастливившая" меня силой.

— Ну и какого демона ты приперлась? Подождать не могла?!

— Извини, если помешала, — ядовито ответила та. — Верни мне мою силу и можешь дальше… наслаждаться жизнью.

— Ага, уже бегу и спотыкаюсь! Забыла, что подобные сделки необратимы? — я сместилась, закрывая Лара от возможного удара.

— Выяснила-таки, паршивка, — прошипела Адиаланна, зажимая в руке сияющий комок истинного Света.

И швырнула в меня. Я спокойно перехватила ледяной шар и впитала в себя всю его силу.

— В эти игры можно играть вдвоем, — я усмехнулась.

Шары, молнии, волны чистой силы — я отлавливала легко и просто, подпитывая обалдевшую от счастья душу чистым истинным Светом. Богиня, похоже, выдав весь свой арсенал, в недоумении уставилась на живую и довольную меня. Дверь хлопнула, пропуская могучую черную крылатую фигуру с о-очень широким и радостным оскалом. Я обернулась, выпуская га… богиню из поля зрения. А зря. Тонкое холодно острие тут же уткнулось мне в шею.

— Стоять! — рявкнула брюнетка.

Ага, так они и послушаются!

— Видишь ли, дорогая, нашу сделку вполне можно расторгнуть — твоей смертью, — она хихикнула. — И твой демон ничего не сможет сделать.

Лар спокойно обнажил клинки, пару раз махнул, проверяя балансировку. Я знала это его состояние — вампир просто в бешенстве. Абсолютное спокойствие на лице и полыхающий всесильный огонь внутри. А Нирт продолжал радостно улыбаться, полотнища крыльев подрагивали в напряжении. Крылья… А что, это мысль.

— Знаешь, дорогая, ты все-таки кое-что забыла, — я улыбнулась.

— Да? — безмерно удивились сзади.

Я перехватила руку с кинжалом, трансформируясь и просто выдергивая эту руку из сустава. Адиаланна завопила, отчаянно швыряясь в меня остатками своих сил. От неожиданности я даже захваченную конечность выпустила. И тут меня просто отодвинули в сторону. Мужчины загородили от меня вопящую не переставая женщину, послышались очень неприятные звуки, от которых меня просто чуть не стошнило. Продолжения я ждать не стала, отойдя в коридор — там хоть воздуха больше было, не так сильно бил в ноздри острый запах крови. Вышедшие через несколько минут мужчины выглядели если не счастливыми, то очень сытыми.

— Пойдем-ка вниз, дорогая, пусть тут порядок наведут. — Нирт подхватил меня под руку.

— И ты без всяких потом расскажешь, что тут, в конце концов, происходит! — рявкнул сзади Лар.

— Куда уж я денусь, — я вздохнула, покорно спускаясь по лестнице.

В столовой сидели за ужином оба эльфа, маги и Гленн. Завидев нашу кроваво-красочную компанию все подскочили, но Нирт сделал успокаивающий знак и, усадив мою тушку, выжидающе посмотрел на меня.

— Блин, даже не знаю, с чего начать, — пожаловалась я.

— Начни с того, что за тварь опять на тебя напала, — вампир сжал кулаки.

— Зовут ее Адиаланна. Звали то есть. И это та богиня, которая наградила меня силой. Она назначила определенную цену за свободу моих соплеменников. И я ее уплатила. Дальше стало весело. Начались сумасшедшие, никак не связанные между собой происшествия. Сначала праздники. Турнир.

— При чем тут турнир? — Линноэль протянул мне кружку с вином, получив благодарную улыбку.

— Просто все, что происходило, было подчинено одной цели — заставить меня сидеть в поселке.

— Хочешь сказать, она стравила Нирта и Лара?

— Вряд ли стравила. Скорее усилила их неприязнь друг к другу. И подталкивала меня продолжать сталкивать их лбами.

— Что?! — Лар вскочил, белея и сжимая кулаки. Похоже, он уже жалел, что она так легко отделалась.

— Дальше веселее — эти двое умудрились подраться.

— Я так понимаю, что надолго выводить тебя из игры ей не требовалось, — кивнул Давиаль, — поэтому ты смогла спокойно прийти в себя и даже съездить в Даррок.

— Именно. Она начала действовать, как только мы вернулись. Помните, ребята говорили, что нашли меня без сознания? Ведь я единственная все еще реагирую на Зов Хозяина.

— А Нирт?

— Нирт просто со мной тесно связан, тем более, что до горы у нас был обряд помолвки, который предполагает обмен кровью, — я улыбнулась. — Вот он и чувствовал все, что со мной происходит.

— Зачем же ей тогда Хозяин?

— А вот это веселая история о таинственной женской мести. Уничтожить Хозяина, а заодно и меня, одним ударом. Все просто. Граван ведь спасал душу своего сына с помощью этих ритуалов, на этом она и поймала уже сошедшего с ума и истлевшего демона. Он же вообще ничего уже не соображал. Не удивлюсь, если именно она подсказала Тавану обвалить подземную лабораторию.

— Подожди, но зачем ей Граван? Она ж богиня? — Гленн потряс головой.

— Скажу по другому. Когда-то могучий король демонов ей отказал — он в то время любил смертную и имел от нее сына. Адиаланна затаилась. И когда появилась возможность — подсунула ему магию крови, чтобы возможный наследник оказался гораздо слабее отца. И заперла его под землей. Оставалось найти дурочку, которая уничтожит возвратившегося Хозяина. Самой-то шкура дорога. Опять же одним ударом несколько зайцев убить можно.

— Сложновато, — Нирт покачал головой.

— Думаешь, Хозяин и есть король? — Венька кивнул. — Могу даже предположить, что Хозяин, Граван и ССхорг — одно лицо.

— Тогда Нирт — его сын? — глаза Линноэля зажглись азартом.

— Маловероятно.

— Тогда откуда у него такая сила?

— Равновесие, — я пожала плечами. — Ведь если есть Свет, должна быть и Тьма.

— Раз появилась ты, должен появиться и тот, кто уравновесит тебя, — кивнул Давиаль. — А Нирт оказался единственным носителем демонической крови в округе.

— Получается, теперь они должны поубивать друг друга? — ужаснулся Лин.

— Вовсе нет. Мы же не совсем люди.

— И слишком хорошо друг друга знаем, — кивнул Нирт. — Риена импульсивна и эмоциональна, и вечно находит приключения на свою э… голову. За ней и так глаз да глаз нужен.

Народ активно закивал, широко ухмыляясь. Нет бы, кто что доброе сказал.

— Да. И твое влияние ее уравновешивает? — Лар стиснул зубы.

— Именно, — я под столом сжала его руку. — А сегодня она решила вернуть себе силу, раз уж противник повержен, но не рассчитала.

— Чего? Нирта?

Я обернулась к Линноэлю.

— Нирт почти ни при чем. Я бы и сама ее легко сделала. Сила Богов, кто бы что ни говорил — в человеческой вере. В нее ведь давно никто не верит, Лин. А у меня есть вы.

Мужчины заулыбались. Я растрогалась, ощущая искреннюю поддержку и теплоту, идущую от каждого из них. И осторожно отправляла излишки силы обратно. Вот посветлел лицом Давиаль, ушли морщинки и смертельная усталость, расцвели остальные. Даже братцу Лина перепало, моментально заживляя мелкие ссадины. Нирт только насмешливо наблюдал, ему мое маленькое колдовство даже раздражения не причиняло. И тут громом среди ясного неба прозвучал голос старшего эльфа:

— Весело тут у вас. Пресветлая, а вы будете сильно возражать, если я тоже тут погощу подольше?

Я подавилась улыбкой. Вот только еще одного приключения на мою голову не хватало! То, что оно непременно будет, я уже не сомневалась. А вслух сказала другое.

— Не сильно.

Вся компания издала дружный стон. Я ж говорила, что из них отличный хор выйдет! Теперь еще масла в огонь долить.

— Народ, а ведь я весь праздник пропустила! Лин, от Зирана есть новости?

— О нет! Только не это! — Гленн со слезами на глазах сполз под стол.

— Да ладно вам! Завтра все соберемся и посидим. Тихо, мирно, — Нирт погрозил мне пальцем. — А сейчас лучше всем отоспаться. Утром дел много будет.

Да, к утру все мои раны окончательно затянутся. Зря я что ли столько силы впитала? Да и Нирту предстоит тренировка новых способностей, а проконтролировать я должна.

— Интересно, мою комнату убрали? — я со вздохом поднялась из-за стола.

— Наверное. Домовые у нас шустрые. — Венька пожал плечами, отодвигая мой стул.

— Надо им подарок сделать. А то свинства много, а благодарности никакой.

Мужчины потянулись вон из комнаты. Лар тоже собирался выйти, но я крепко ухватила его за руку, потянула за собой, кивнув Нирту. Мое окно, распахнутое настежь, впускало в комнату такой ненужный сейчас холод. На полу обнаружился совершенно новый пушистый ковер. Воздух совсем очистился, и больше ничто не напоминало о неприятном визите и его итоге. Успела захлопнуть створку окна и слезть с подоконника, прежде чем грустный и подозрительно спокойный Лар разлил вино по бокалам. Снаружи доносился шум и вроде даже вопли Лина, но вампир и головы не повернул. А я почему-то захотела поставить на свою дверь засов. Большой и тяжелый. Железный. Вампир тоскливо следил, как я открываю дверь и усаживаюсь в кресло.

— Вот так лучше. Поговорим?

— О чем? — безразлично откликнулся он.

— Например, о том, что с тобой. С чего вдруг такая печаль?

— А то ты не знаешь!

— Знаю. Наверное, — я решительно подошла вплотную.

Стук в дверь. Точнее в косяк. Нирт обвел взглядом комнату, растрепанного Лара и всю горящую меня. Вовремя.

— Ты хотела меня видеть?

— Да. Входи.

Дождавшись, пока мужчины устроятся поудобней, задумалась — и как я им это скажу?!

— У меня для вас несколько новостей. С чего начать?

— Например, с того, что он здесь делает? — вампир кивнул на Нирта.

— В общем, мэтр был не так уж не прав, сказав, что у меня дыры в ауре. Они у меня везде — и в шкуре, и в душе. И если вы хоть раз сцепитесь, я уже не смогу вернуться. Просто потому, что мне не хватит сил. Вы мне оба нужны, и я просто не представляю что с этим делать. — На большее я уже была не способна. Глаза цвета осеннего моря блеснули иронией.

— И я тоже нужен? — удивленная мысль толкнулась мне в голову.

— Да. Я не смогу без тебя. И без него.

— Знаешь, за меня не волнуйся, — мысленная полуулыбка, — мне еще только предстоит научиться — что значит любить. Так что я подожду.

— Ты не уйдешь?

— Нет. Ведь я нужен.

Лар удивленно проводил взглядом вышедшего вон демона и меня, накрепко запирающую дверь, все еще не понимая происходящего. Я просто заглянула в эти сияющие бездонным золотом глаза и впилась в его губы. Мужчина резко выдохнул, запрокидывая голову к потолку, встряхнулся и протянул мне руку. Я радостно уткнулась носом в его рубашку, чувствуя его обжигающе горячее дыхание на затылке. Как же здорово просто вот так обнимать его, вдыхать этот восхитительный запах, зная, что больше уже никто не посмеет помешать.

Пламя. Этот жар опалял, иссушал и причинял неудобство, сталкиваясь с плотным мраком, царившим внутри. Зато перестал донимать чужой безжалостный холод, змеей вползавший в душу каждый раз. Тьма заворочалась, протестуя против крепкого поводка воли — ведь если Повелитель желает уничтожить какое-то существо, то за чем дело стало? Эта сила бурлила внутри, требуя движения, выхода. Волна темного сокрушительного гнева нахлынула и опала, разбившись о твердую скалу памяти. Полынная горечь и сожаление непрошенными гостями вторглись в душу. Нельзя. Нужно держать себя в руках.

Повинуясь едва мелькнувшей, даже не выраженной до конца мысли, запахи дома мгновенно острыми яркими полосами прочертили узор из десятков разумных существ, но интереснее всех было только одно — пылающее чистым совершенным светом. Хрустальное, хрупкое сияние — кажется, тронь, и пропадет без следа.

Черный демон расправил крылья, со спокойной усмешкой встречая зарю. Жизнь смертных такая короткая, а у него впереди — вечность…

Маленький словарик существ, с которыми можно (а с некоторыми — лучше и не нужно) встретиться в нашем мире.

Боги — вообще непонятно, какими критериями можно измерить Бога. Если по Силе и могуществу, то есть Старшие и Младшие. Старшие четко ограничены по роду деятельности, Младшие — по силе. Пантеоны выстраивать смысла нет, потому что не только у каждой расы свои боги, но даже в каждой мало-мальски крупной деревне свой вариант, например, Пахателя — Сеятеля. Самые известные и распространенные культы среди людей — царь богов Барг (браки, союзы, связь, партнерство), супруга царя Димия (семья, дети, плодородие, женщина), и Рхасс (благосостояние, торговля, накопление, работа, деньги). Пути их неисповедимы… Хотя я бы встретила их вечерком в переулке…

Болотники и болотницы. Они же кикиморы, они же хмыри болотные. Заманивают в трясину, заставляют плутать, морочат. Бороться легко — главное уметь убеждать (и иметь под рукой мага с файерболлом).

Вампиры. Высшие и новообращенные. В обоих случаях обладают весьма бледной кожей и острыми парными клыками верхней челюсти. Новообращенные вампиры — понятно уже, что ставшие такими или созданные относительно недавно. Обладают огромной мощью, скоростью и силой. В первые дни после обращения даже сохраняют способность к деторождению. С увеличением количества жертв и временем с момента обращения становятся просто вампирами. Высшие — существа иного порядка. Питаются не кровью, но жизненной силой человека. Способны трансформироваться в облачко газа и таким образом летать, но летают редко. То ли неудобно, то ли лень — неизвестно. Сила Высшего зависит от его возраста и количества жертв. В целом противники опасные — уже потому что способны воздействовать на человека своеобразным гипнозом. По опыту скажу — низшие и новообращенные противники так себе. С Высшими лучше не связываться.

Вурдалаки — мифическое существо, живой мертвец, обычно возрождающийся из мёртвых людей или из тех, которые были укушены другим вурдалаком. Пьют кровь родных; обычно из-за появления вурдалаков вымирают целые деревни, так как они умерщвляют в первую очередь, обращая их тоже вурдалаками, самых близких людей (дочь, мать, отец и т. п.). Кстати, опытные Охотники всевозможные виды ходячих мертвяков называют по-разному, чаще путая названия просто из-за невозможности нецензурно выразиться.

Гарпии — дикие полуженщины-полуптицы отвратительного вида с телами и крыльями птиц, длинными острыми когтями, но с лицами и телами женщин, злобные похитительницы детей и человеческих душ, внезапно налетающие и так же внезапно исчезающие, как ветер. А еще эти твари обладают отвратным пронзительным голосом.

Гномы — они невелики ростом и темны лицом, живут глубоко под землей, славны как великие кузнецы, создающие оружие и волшебные вещи для богов. Замечательные мастера, несгибаемые воины, исключительно ловкие торговцы, однако в делах обмана не терпят. А еще варят замечательный самогон.

Глыдни — мелкие верткие существа, похожие на издохшую гиену, имеют стойкий запах нежити и отвратный характер. Название происходит от основного способа питания — разрывают могилы, питаясь свежими трупами. Но могут напасть и на ребенка и на одинокого взрослого. А уж стая…

Демоны — собирательное название сверхъестественных существ, полубогов или духов, занимающих промежуточное состояние между людьми и богами. Вообще различие между терминами "демон" и "бог" очень условное, такое же, как связь демонов исключительно с силами зла или добра. Демоны могут иметь любую природу, в том числе и смешанную, то есть могут в равной степени творить как зло, так и добро. И с внешностью та же ерунда.

Драконы — разумная раса огромных летающих ящеров. Безупречная броня, живучесть и способность извергать пламя. Особенности расовой магии неизвестны. Хитры, изворотливы, мудры. Лучше не связываться, в общем.

Дриады — нимфы, покровительницы деревьев. Они единственные из нимф, которые смертны. И единственные, кто отваживается показаться человеку. Считалось, что дриады неотделимы от дерева, с которым связаны, а люди, сажающие деревья и ухаживающие за ними, пользуются особым покровительством древесных нимф. На самом деле особым отношением дриад пользуются любые мало-мальски привлекательные мужчины.

Звери — продукт безумных экспериментов с магией крови и жизни. Обладают способностью оборачиваться в крылатых… Вот тут уже начинаются различия — в зависимости от того, кто "родитель" данного существа — это может быть и звериная внешность, и змееподобная чешуя, и демоноподобная шкура, и даже земноводная внешность. Единственный признак зверя — крылья. Эти существа выносливы, быстры, обладают большой физической силой, невосприимчивы к ядам (в том числе к укусам вампиров и оборотней) и большинству видов магии. Сами магией не владеют. Кстати, в большинстве своем очень терпеливые и доброжелательные существа.

Зомби — как правило, либо оживлённый особым образом труп, либо живой человек, полностью потерявший контроль над собой и своим телом и подчиняющийся чьим-то приказам. В переносном смысле слово может означать человека, находящегося под сильным влиянием чего-либо. Второй вариант встречается редко, просто потому, что требует гораздо больших затрат и сил и материала. А еще — жутко воняют.

Инкуб — распутный демон, ищущий сексуальных связей с женщинами. Соответствующий ему демон, появляющийся перед мужчинами, называется суккуб. Вот тут промолчу.

Криксы — демоны низшего уровня. Используют сонные чары, затем просто добивают беспомощную жертву. Быстрые и ловкие твари, быстро размножаются, охотятся "семьями" по пять — шесть особей. Внешне напоминают среднее между облезшей крысой и собакой — острая морда и хвост как у крыс, да еще когти на передних лапах. Боятся огня.

Лич — маг-некромант, ставший нежитью, по одним версиям — после смерти, по другим — вместо смерти. Также есть такое понятие как "Ритуал вечной ночи" в ходе которого маг (чаще всего — некромант) приносит человеческую жертву или несколько в зависимости от сил мага, после чего умирает и возрождается уже полноценным личем. Внешность имеют разную, смотря насколько маг при жизни был… нехорошим. Кстати, магией своей пользоваться могут только по прошествии суток с момента смерти.

Маги. Маги делятся по видам — Жизни, Стихий, Крови или Смерти (Основное разделение на черную и белую магию чисто риторическое: к черной относят любое действие, направленное на подавление собственной воли объекта). В остальном милые и замечательные существа, знающие основной закон Звериной дипломатии — кто к нам с чем, тот от того и загнется. А так мы их не обижаем.

Некросы — Некроманты, черные маги и маги смерти. Считается что они занимаются преимущественно магией, связанной с воскрешением мертвых и приручением умерших потусторонних существ. Магия некромантов в той или иной степени сильно связана со смертью. Жизнь некроманта не заключается в высасывании энергии из других существ, это всего лишь, одна из его многих "способностей", которая помогает ему восстанавливать энергетический запас и силу. Энергия же "других"- энергетически сильных существ — вот, что ему нужно. Тем самым он становится охотником на охотников. Некроманта вполне можно назвать энергетическим вампиром.

Оборотни — люди, способные оборачиваться (как правило, в волков, но изредка попадаются и другие варианты). Как правило, подобная способность передается через укус, особой активностью и безумием отличаются в полнолуние. Существуют также Истинные оборотни — способны перекидываться в любой момент, контролируют себя полностью даже в полнолуние и в некоторых случаях обладают возможностью говорить. Истинные — это те, которые родились такими, либо подвержены родовому проклятию. Также врождённые появлялись, по верованиям, в случае если беременная женщина неожиданно увидит волка или съест мясо животного, которое убил волк.

Русалки. Все виды человекоподобных существ или духов, ведущих водный или полуводный образ жизни. Русалки могут внешне почти не отличаться от людей, а могут иметь в нижней части тела вместо ног плоский хвост, похожий на хвост рыбы. В русалок превращаются умершие девушки, преимущественно утопленницы, люди, купающиеся в неурочное время, те, кого нарочито утащил водяной к себе в услужение, некрещеные дети. Чаще всего живут в воде, но иногда в полях или на деревьях — "древесные русалки". Обычно женщины, хотя бывают рассказы о русалках-мужчинах. Иногда выступает в качестве берегини, спасающей утопающих.

Тисхи. Низшие демоны, похожие на крупных горгулий. Темно-коричневая змеиная чешуя, морды, отдаленно напоминающие львиные, перепончатые крылья, скрюченные когти на лапах. Обычно используются стаями. Могут телепортироваться на большие расстояния.

Упыри — блуждающие мертвецы, которые при жизни были оборотнями, колдунами. Ночью упыри встают из своих могил и ходят по земле, благодаря своему человекоподобному виду легко проникают в дома и сосут кровь у спящих (знаю по опыту — не только кровь и не только у спящих, всеядные твари!), затем возвращаются в свои могилы — обязательно до крика третьих петухов. Убить упыря, по поверью, можно было, проткнув его труп осиновым колом. Охотникам на эти поверия… в общем, меч тоже подходит. Если и это не помогало, то труп обычно сжигали, прочитав специфическое заклинание (нецензурное).

Фый. Он же Вый, фуй (есть еще два десятка нецензурных названий) — самый распространенный вид мелких демонов на всем континенте. Невидим, пока не обнаружен. Имеет превосходный нюх и слух. Довольно быстрый и сильный. Выглядит как небольшое двуногое с очень зубастой пастью, острыми длинными когтями, прочной шкурой, поросшей черной короткой шерстью и длинным цепким хвостом. Опасен ловкостью и наличием некоторого интеллекта. Питается исключительно кровью, причем любого теплокровного существа — от зверя до разумных рас. Особо рьяно защищает гнездо, где может находиться кладка в пятнадцать — двадцать яиц.

Эльфы светлые и темные — Общий признак обоих видов — острые кончики ушей и невыразимый снобизм по отношению к другим расам. Они же остроухие, они же Перворожденные (пусть расскажут это драконам!), они же мудрейшие из живущих… они красивы внешне и богаты внутренне, мудры и искусны во многих ремеслах. Темные Эльфы получили свое название благодаря пристрастию к черной магии, с помощью которой они пытались выиграть войну против Людей. А за смуглость кожи оскорбительное название "мавры". Внешне Темные Эльфы похожи на обычных Эльфов, но есть некоторые отличия — Темные Эльфы выше ростом, у них смуглая кожа, привычка к интригам и всевозможному обману, кроме того среди них много мастеров магии иллюзий. И с теми и с другими иметь дело вполне можно, имея хорошую броню и тяжелую руку.

Content

Тарасова Ирина Зов крови

Тарасова Ирина Зов крови

Глава 1 Халлад

Глава 2 След

Глава 3 Дорога

Глава 4 И было слово…

Глава 5 Перевал

Глава 6 Плата

Глава 7 Башня

Глава 8 Огни костров

Глава 9 Шаг назад

Глава 10 Даррок

Глава 11 Великие тайны

Глава 12 Зов крови