Кара Саммерс

Магия луны

Пролог

– Невеста не будет бросать букет.

Челси дернула ногой под столом и наткнулась на свои сброшенные туфли. Ох уж ее многострадальные ноги! Конечно, сыграть свадьбу в солнечное утро на пляже Калифорнии очень романтично, но вот разгуливай-ка потом в туфлях, полных песка, да еще когда ты подружка невесты…

– Как это не будет? Она должна его бросить, – сказала Гвен.

– Может, мне самой расстараться и поймать его? Ну, внушить себе, что, завладев этим букетиком, мне повезет с нормальным мужиком? – словно бы невзначай спросила Кейт.

– Кажется, кто-то заговорил о свиданиях? – не удержалась Гвен.

– Давно ли это было? – подхватила Челси и присоединилась к общему смеху.

Последний год учебы в колледже она, Кейт и Гвен жили в одной комнате, а после разъехались по разным городам. Тем не менее подруги старались перезваниваться как можно чаще. Челси уже и вспомнить не могла, сколько раз за последние несколько лет они обсуждали друг с другом свои девичьи проблемы.

Громкие веселые восклицания и посвистывание привлекли их внимание к новоиспеченному мужу, снимающему подвязки с новобрачной.

– Ну вот видишь, Челс. – Кейт поднялась со своего места. – После подвязок настанет очередь букета.

Челси ухватила ее за руку.

– Она будет бросать не букет, а юбку!

Кейт и Гвен в изумлении уставились на нее.

– Это ту, которая притягивает к себе мужчин, что ли? – недоверчиво спросила Гвен.

– Ну наконец-то, – облегченно протянула Челси.

Подруги уже бессчетное количество раз слушали рассказ Тори о том, как пароход, на котором она отправилась в круиз, попал в шторм, сбился с курса и был вынужден остановиться у маленького острова. В местном магазинчике Тори приобрела юбку, которая, по словам продавщицы, обладает магической силой. Каждую весну пожилые женщины выходят на пляж и в свете луны ткут материю, вплетая волокна растения лунуа в обычную нить. Женщина, которая наденет одежду, сшитую из такой ткани, будет притягивать к себе мужчин, как магнит притягивает железо, потому что луна «подарила ей свой поцелуй», и среди этих мужчин она обязательно встретит своего избранника.

Лично сама Челси в эту сказку не особенно верила, подозревая, что если пожилые женщины и сидели ночью на пляже, то лишь затем, чтобы плести не нити, а небылицы. После внимательнейшего осмотра никто из подруг не обнаружил в юбке ничего особенного, хотя – и это нужно было признать – черная юбка была очень милой вещицей и невероятно шла Тори, которая клялась, что все, о чем рассказывала ей продавщица, – правда, иначе они бы сейчас не присутствовали на ее свадьбе.

– Что-то не понимаю. – Гвен перевела взгляд с новобрачных на Челси. – Как она собирается бросать юбку, если у нее ее с собой нет?

– Тори ее надела. – Словно в подтверждение этих слов Тори стала поднимать юбку атласного платья. – Она сказала, что не снимет юбку, пока на ее пальце не будет обручального кольца.

– Надо же, оказывается, все верят в силу этой юбки, хотя утверждают обратное, – заметила Кейт, когда подруги, как по команде, встали со стульев.

– Я постараюсь ее поймать, – сказала Челси.

– Ты? – удивилась Гвен. – А кто проклинал всех мужчин после встреч с Бойдом?

Кейт подтолкнула локтем подругу.

– Ты что, забыла? Мы же обещали больше о нем не говорить. Такой поганец не заслуживает, чтобы на него потратили даже секунду. – Она посмотрела на Челси. – Я так рада, что ты снова готова рискнуть, Челс. Уверена, тебе обязательно повезет.

– Но я…

Челси замолкла, тронутая участием, написанным на девичьих лицах. У нее-то были свои планы в отношении юбки, и вовсе не потому, что с ее помощью она надеялась привлечь к себе мужчин, но Кейт и Гвен были так рады за нее…

– Если она случайно прилетит к нам, мы бросим ее тебе, – усмехнулась Гвен.

– Люблю вас.

Челси быстро обняла их, а затем они все вместе стали прокладывать себе путь среди таких же одиноких женщин поближе к невесте. Тори уже стянула с себя юбку и теперь размахивала ею как лассо.

Уже когда юбка летела над головами, Челси решила, что видела сверкнувший серебряный свет, какой бывает от лучей луны, отразившихся от ряби волн. Заметив, что юбка летит в ее направлении, она подпрыгнула и кончиками пальцев ухватилась за ткань.

И вот она уже прижимает юбку к груди, чувствуя странное волнение. И только затем до нее доносятся веселые крики окружающих.

Растение, обладающее магической силой, которое поцеловала луна? Конечно, это все ерунда, но вот именно что-то в этом роде ей нужно для ее новой статьи для журнала «Метрополитен».

Опустив глаза на юбку, Челси снова подумала, что видела серебряный луч, а затем в ее голове возник отчетливый образ – она сидит за столом редактора журнала «Метрополитен» с ручкой в руках, склонившись над версткой своей колонки.

Ее мечта.

И конечно, это просто недоразумение, раз на какую-то долю секунды она увидела в этом же кресле еще и мужчину.

Глава первая

– Сними его!

Перегнувшись через стойку бара, Дэрил одарил Челси одной из своих ослепительных улыбок. Его длинные темные волосы были собраны на затылке, в ушах блестели маленькие золотые серьги.

Челси недоуменно посмотрела на своего соседа по квартире.

– Что, прямо посреди ресторана? – Она махнула рукой на окно, которое отделяло их от оживленного движения на улице. – На виду у всего Манхэттена?

– Милая моя, разве не ты сказала, что это срочно и не может ждать, пока закончится моя смена?

– Не может, – согласилась Челси. – Иначе я бы не отрывала тебя от работы. Но ведь у тебя бывает перерыв? Почему бы не устроить его сейчас и не занять одну из тех уединенных кабинок?

Глаза Дэрила округлились, когда он положил подол юбки на стойку.

– Рождество через неделю. Ты, может, и не жалуешь этот праздник, но большая часть людей его просто обожает. Все столики уже давно забронированы вперед. И если тебе нужна моя помощь, ты сделаешь так, как я прошу, пока у меня есть свободная минутка.

Челси оторвала взгляд от Дэрила и осмотрела популярный ресторан. Может, столики и были забронированы, но похоже, только на вечер, потому что в одиннадцать сорок пять свободных мест хоть отбавляй! Заняты оказались только несколько столиков, за один из которых администратор как раз усаживал одну пару.

– Ну же, Челс! Я же не прошу тебя устраивать здесь стриптиз, а всего лишь снять пальто. Заодно проведешь тест-драйв своей юбке, намагниченной для мужчин.

Дэрил рассуждал верно, но Челси все никак не могла расстаться с пальто. Даже не сама мысль, а лишь тень мысли, что вдруг юбка все-таки действует, заставляла ее нервничать.

Со дня свадьбы Тори прошло три недели, и все это время волшебная юбка провисела в шкафу. Она бы так и продолжала висеть там, если бы не сегодняшний телефонный звонок из журнала «Метрополитен». Редактор вызвала ее подписать контракт и при этом попросила надеть именно эту юбку.

Если вы одинокая женщина и обделены вниманием мужской половины Манхэттена, вам пора обзавестись своей «счастливой» юбкой.

– Ну что там у тебя, Челс? – вопросил Рамон, подходя к ней, тщательно вытирая на ходу руки о полотенце. – Что это еще за срочность такая? Меня суфле ждет.

– У Челси проблема с юбкой, – объяснил Дэрил.

– С юбкой? – Рамон, ее кузен, которому она поклялась не раскрывать его полного имени, которое на самом деле было Реймонд, сузил глаза и посмотрел на нее.

Ее кузену, ростом шесть футов три дюйма и весом свыше двух сотен фунтов, больше бы подошла экипировка игрока в американский футбол, но Рамон, казалось, вполне комфортно чувствовал себя в шеф-поварском колпаке и переднике. Благодаря его четырехлетней службе на морском флоте, здесь, в ресторане, кухня работала, как хорошо отлаженный военный механизм.

– Меня отвлекли от моего суфле из-за какой-то юбки?!

– Успокойся. Ты заменишь меня в баре, а я пока поколдую над юбкой Челс, – ответил за нее Дэрил. – Ты ведь знаешь, какой фанатик Пьер.

– Ровно минута и ни секундой больше, – сказал Рамон, бросив взгляд на часы.

– Можешь распоряжаться у себя на кухне, но не пытайся впихнуть творческих людей во временные рамки. Такое с нами не пройдет.

Дэрил подмигнул Челси и вышел из-за стойки.

Несмотря на то, что Дэрил и Рамон являли собой полные противоположности, они были лучшими друзьями Челси. С Дэрилом девушка познакомилась в итальянском ресторанчике, куда Рамон устроил ее официанткой, когда она впервые приехала в Нью-Йорк. Сейчас Рамон работал шеф-поваром, а Дэрил учился на дизайнера одежды и подрабатывал барменом. Незаметно они стали все чаще проводить свое свободное время втроем. Полгода назад, получив невидимые глазу шрамы на любовном фронте, они стали снимать квартиру все вместе, образовав «клуб одиночек» и поклявшись больше никогда не ходить на свидания. Если же свидание всё-таки происходило, не сдержавший своей клятвы был обязан уплатить штраф в двадцать долларов – и так за каждое свидание.

– Так, а теперь пальто долой! – скомандовал Дэрил. – И встань напротив окна, чтобы мне было лучше видно.

Челси еще раз осмотрела ресторан. Понемногу зал заполнялся. У стола администратора уже стояли четыре женщины. Пока у нее еще есть шанс, она должна сделать то, что велит Дэрил. Если бы еще не легкое чувство вины… Ведь она не стала разубеждать Гвен и Кейт, что не собирается использовать юбку по ее прямому назначению, потому что даже думать о мужчинах сейчас у нее нет времени. Не считая того таинственного незнакомца, которого Челси мысленно увидела в редакторском кресле, когда в первый раз держала юбку в руках…

– Пятьдесят секунд, – сказал Рамон.

Челси с вздохом сняла пальто и положила его на стул. Посмотрев на юбку, она вновь испытала то удручающее чувство, которое охватило ее, когда она надела ее утром, и взглянула на себя в зеркало. Юбка висела на ней так, как могла бы висеть мешковина, вздумай она ее надеть, – в таком виде мужчин ей не привлечь. И тут даже упоминать не стоит о трех обещанных ею статьях для «Метрополитен»…

– Великовата, – объявил Рамон. – Осталось сорок секунд.

– Не торопи меня, – сказал Дэрил, нарезая круги вокруг Челси. – Так… Значит, ушить в талии и укоротить примерно на шесть дюймов…

– Нет, – сразу возразила Челси. – Женщина, которая продала Тори юбку, предупредила ее, что ничего такого делать нельзя, иначе юбка утратит свою силу.

– Так ты вроде бы сама говорила, что не веришь в эту чепуху? – поднял брови Дэрил.

– Не верю, но раз уж я пишу три статьи для «Метрополитен», юбка не должна пострадать. А вдруг что-нибудь на самом деле случится, когда я буду ее носить?

– Так ты продала свою идею? – Дэрил быстро и крепко ее обнял. – Поздравляю.

Рамон оторвался от часов и одобрительно поднял вверх большой палец, заметив при этом:

– Тридцать секунд.

– Ну что ты за человек, Рамон? – возмутился Дэрил. – Нам пора открыть бутылку шампанского, а ты считаешь секунды.

– Нет, Рамон прав. Вы оба должны работать, а мне нужно в «Метрополитен». Я просто подумала, что до этого не помешало бы испытать юбку в деле. – Челси оглядела зал, но никто, кроме ее друзей, на нее не смотрел. – Ну а вы что думаете? – обратилась она к ним.

– По-моему, все эти басни о волшебной силе юбки – полная чепуха, – заявил Рамон. – Ведь на нас с Дэрилом она не действует.

– И слава богу! – воскликнул Дэрил. – Меня женщины больше не привлекают, а ты и Челс – родственники.

– Секрет успеха любого предприятия – в тщательной проверке. Думаю, тебе сначала нужно было проверить свою идею в реальных условиях, а уж потом продавать ее, – назидательно сказал Рамон.

Дэрил бросил на Челси красноречивый взгляд и почти заставил ее улыбнуться. Рамон обожал рассуждать вслух о пользе планирования.

– Тори сказала, что юбка действует не на всех мужчин, – все же не сдавалась она. – Хотя лично я в ней выгляжу просто жалко.

– Не переживай, – ободрил ее Дэрил, просовывая руки под ее свитер. – Подай мне степлер, Рамон.

– Двадцать секунд, – сообщил Рамон, передавая степлер Дэрилу.

– Так, небольшая складочка здесь и здесь. Тут главное что? Чтобы складки в глаза не бросались… Мне было бы проще, если бы ты сняла юбку.

– Ты шутишь?

– Осторожно, враг справа, – театрально прошептал Рамон.

Челси и Дэрил обернулись одновременно и заметили, что к ним спешит администратор Пьер. Он был невысокий, лысый, с усами, закрученными на концах в колечки.

– Что вы тут себе позволяете? – возмутился он с отчетливым французским акцентом.

– Да так… Небольшое спешное дельце по поводу одежды, Пит, – отозвался Дэрил.

– Я уже устал повторять, что меня зовут Пьер! Немедленно прекратить, – прошипел он. – Сначала ты залезаешь ей у всех на глазах под свитер, а теперь и под юбку! Что подумают посетители? – Он наконец обратил свой взгляд на Челси. – Мисс, я буду вынужден…

Он так и не закончил предложение, а Челси стрельнула глазами в направлении мужчины и женщины, занимавших столик около бара. Женщина сидела к ней спиной, но это было не важно, потому что мужчина смотрел на нее. В следующую секунду Дэрил просунул руки ей под юбку, и мужчина за столиком нахмурился.

– Дэрил, я думаю…

– Мисс, – сглотнув, продолжил Пьер, – прошу прощения за поведение нашего бармена и приглашаю вас отобедать у нас за счет заведения. Позвольте проводить вас к нашему лучшему столику.

– Повернись, – велел Дэрил, не обращая внимания на Пьера.

– Посетители смотрят, – вполголоса пробубнила Челси. – Я не хочу, чтобы из-за меня вы с Районом потеряли работу.

– Осталось еще чуть-чуть.

Челси подчинились, чувствуя спиной пристальный взгляд незнакомого мужчины. Она могла бы даже поклясться, что он опустил глаза на подол ее юбки, которую Дэрил укорачивал с помощью липкой ленты.

– Ты не слышал и слова из того, что я сказала.

Зак оторвал взгляд от женщины у бара и посмотрел на обожаемую им с детства тетю Миранду, одну из добрейших и великодушных людей, каких он знал.

– Я слышал. Ты хотела убедить меня, что…

Его прервал подошедший к ним официант. Зак подавил улыбку, когда тетя Миранда заказала мартини и попросила положить туда вишню. Официант остался невозмутим.

– А вам, сэр?

– Бутылку воды.

Когда официант удалился, Зак усмехнулся.

– Позволь мне догадаться самому. Цвет вишни подходит к цвету твоего костюма.

– Конечно. И еще к лаку для ногтей.

Зак не был уверен, что многие женщины смогли бы надеть ярко-красный шерстяной костюм и широкополую шляпу. Импульсивно он поднес ее руку к губам.

Миранда вздохнула.

– Ты что, совсем ничего не слышал из того, что я только что говорила?

– Ты пыталась убедить меня, что мой отец в действительности хотел, чтобы я стал во главе «Метрополитен». Только вот в своем завещании он назначил на эту должность тебя. Это доказывает, как мало он в меня верил.

– А ведь ты очень на него похож. Упрямый, независимый… – Она проследила направление взгляда своего племянника. – Ну вот, теперь мне ясна причина такого невнимания. Она очень хорошенькая.

– Бармен думает так же, – криво улыбнулся Зак. – Он не может оторвать от нее рук с того момента, как она сняла пальто. Хотя это понятно, раз ее юбка ничего не скрывает. С таким же успехом она могла бы ее вообще не надевать.

Миранда нахмурилась.

– Не понимаю, о чем ты. Даже, на мой взгляд, юбка слишком длинная.

– Да ведь юбка совсем не скрывает ее ноги!

Сам он думал, что ноги не могут быть такими длинными, с той самой секунды, как женщина сняла с себя пальто и встала напротив окна. Да и ткань юбки была прозрачна, как марля. Женщина не была высокой, но, глядя на ее ноги, он неожиданно представил, как они обовьют его талию…

– Я много раз слышала о мужчинах, которые раздевают женщин глазами, но сталкиваюсь с этим впервые.

Зак посмотрел на тетю Миранду. Она смеялась. Он почувствовал, что краснеет. Последнее такое случалось с ним, когда он был еще подростком.

– Если хочешь, я незаметно уйду, а ты познакомишься с этой молодой леди, – наклонилась к нему Миранда.

Зак нахмурился, но его взгляд, словно намагниченный, снова нашел женщину у бара.

– Вряд ли леди наденут подобную юбку. Не говоря уже о том, чтобы позволить лапать себя в публичном месте.

Миранда покачала головой.

– Слышал бы ты себя со стороны. Сейчас ты говоришь как твой брат.

– Ну вот, – притворно взвыл Зак. – Ты не могла задеть меня сильнее.

– Уж извини, но я сказала правду. Одного ханжи-племянника мне за глаза хватает.

– Раз уж речь зашла о Джерри… Как там наш достопочтимый конгрессмен отреагировал на то, что благодаря тебе я встал во главе журнала?

Сам Зак был уверен, что для Джерри стало шоком, когда Миранда сделала то, чего не сделал отец, – доверила ему свое дело. И кому? Заку, паршивой овце в семье, по мнению его старшего братца.

– Что, нелегко тебе пришлось на совете директоров?

– Наоборот, – жизнерадостно пропела Миранда. – У него не было иного выбора, кроме как поддержать меня. Выступи он с каким-нибудь резким возражением, все бы знали, как он подло обошелся со своим родным братом. Может, некоторые тебя и не жалуют в качестве главного редактора, но для многих узы семьи ценны. Помни об этом, когда будешь выступать, и не забудь упомянуть про семейные ценности.

– А что, совет согласился, чтобы я выступил со своей новостью?

– Ну конечно. Теперь за благополучие журнала отвечаешь ты.

Мой журнал, повторил про себя Зак. Он мечтал об этом с детства.

– Все равно, не верю, что Джерри счастлив при мысли о том, что теперь главный редактор – я.

– Ничего, – фыркнула Миранда. – Ему ведь не пришлось по душе, когда ты окончил факультет права в Гарварде – у него-то нет такого преимущества. Отец был бы тобой горд.

– Такое случилось только раз. И он был горд не до такой степени, чтобы дать мне работу в журнале. И уж конечно, совсем не был горд, когда я отклонил предложение от той престижной юридической фирмы. Так что, тетя Миранда, факты таковы: у тебя не найдется доказательств, чтобы убедить меня, будто отец хотел, чтобы я стал его преемником.

– Сдаюсь. – Миранда подняла руки вверх. – Куда уж мне тягаться с таким юристом, как ты. Лучше уж буду наслаждаться обедом в обществе своего любимого племянника.

Зак пожал ее руку.

– Я не хочу показаться неблагодарным. Знаю, как нелегко тебе пришлось, чтобы совет директоров утвердил меня на эту должность. Принимая во внимание, где и кем я только не работал.

– Можешь меня не благодарить. И когда ты работал консультантом в издательствах Сан-Франциско, Чикаго и Атланты – это ведь не было бесполезной тратой времени. Ты приобрел необходимый опыт, связи, которые пригодятся нам в «Метрополитен».

– Почему ты так уверена?

– Потому что я помню, каким ты был в детстве. Ты уже тогда все планировал – и шагу не сделаешь, пока все тщательно не взвесишь. Жду не дождусь услышать, что ты хочешь изменить в журнале. С тех пор как заболел твой отец, тираж постоянно уменьшался.

– Скоро все изменится, – уверенно сказал Зак. – Даже категория наших читателей.

Миранда откинула голову и рассмеялась.

– И почему я не удивлена?

– Я давно хотел это сделать, но отец мне бы никогда не позволил, – признался Зак. – Он всегда говорил, что власть только в руках политиков. Я думаю иначе. Власть у тех, кто умеет думать и может научить думать других. Я хочу, чтобы «Метрополитен» стал форумом, на котором наши читатели стали бы обсуждать интересующие их вопросы с известными и уважаемыми людьми.

– Вот когда официант принесет нам наши напитки, мы за это и выпьем. Он еще не идет?

Зак оглядел зал, и его взгляд снова наткнулся на женщину у стойки бара. Руки бармена снова лежали на ее талии.

– Кто-нибудь положит этому конец? – вырвалось у него.

– Вот и все, – сказал Дэрил.

Челси отступила на шаг.

– Ну, что скажете?

– Скажу, что мне пора к суфле, – ответил Рамон.

– Думаю, я влюбился, – сказал Дэрил.

– Издеваешься? – возмутилась Челси.

– Но я, правда, уже влюблен. Правда, не в тебя, милая. В материал. В этой простой черной ткани есть нити, отражающие свет. – Он снова потрогал юбку.

Рядом раздался какой-то приглушенный звук, и, подняв глаза, Челси увидела Пьера. Администратор стоял, схватившись рукой за сердце, а на его лице было написано едва ли не обожание.

– Мисс, я…

В эту же секунду Дэрил опустился на колени, и его голова почти скрылась под ее юбкой.

– Дэрил! – прошипела Челси. – Ты с ума сошел?

– Хочу понять, что за материал. Должно же это быть где-нибудь написано.

– Кажется, кое-кому твое поведение не нравится, – негромко сказал Рамон.

Челси подняла глаза и увидела, как к ним приближается мужчина, который уже не раз с неудовольствием поглядывал в их сторону. Сейчас он был мрачен, как грозовая туча.

– Дэрил, вставай! Я не хочу, чтобы из-за меня у вас были неприятности, – настаивала Челси.

– Пожалуй, мне лучше остаться здесь. – Дэрил вынырнул из-под юбки и быстро оценил ситуацию. – Не будет же он бить меня, когда я уже на полу? Ты что делаешь? – Он неожиданно повысил голос, когда Челси накинула на себя пальто. – Не прячь юбку. Ты что, не видишь, в каком ступоре находится Пьер? Может, в этой юбке, и правда, что-то есть? Тогда тебе не составит труда утихомирить еще одну надвигающуюся бурю. И все-таки что это за материал? – пробубнил он себе под нос и даже понюхал ткань.

– Прекрати, – шикнула Челси.

Словно не слыша ее, Дэрил продолжал свои исследования.

– Леди попросила вас прекратить!

Глава вторая

Почти сразу Челси почувствовала, как Дэрил отпустил юбку, и теперь всем ее вниманием завладел мужчина, остановившийся в трех футах от нее. Она отметила, что незнакомец красив, темноволос и на подбородке у него едва заметный шрам. Его глаза цветом напоминали темно-синие сапфиры, в глубине которых она сейчас отчетливо читала угрозу, а элегантный костюм не скрывал движений его тела, выдающего человека, готового к драке.

Это почувствовала не только она. Дэрил рывком поднялся на ноги, Рамон мигом встал рядом с ним.

Пьер прочистил горло.

– Сэр, – начал он.

– Подойдите ко мне.

Мозг еще не осознал, как реагировать на этот приказ, а ноги Челси уже сделали шаг вперед.

– Полегче, приятель, – приняв боксерскую стойку, сказал Рамон. – Эта леди с нами.

– Послушайте, – начала было Челси, но почти сразу поняла, что ее никто не слышит.

– Не люблю, когда с женщинами обращаются так неуважительно, да еще на людях, – сказал мужчина.

– Мы как-нибудь сами разберемся, как нам вести себя на людях, хорошо? – подал голос Дэрил, надвигаясь на него.

– Перестаньте! – Челси бросилась между незнакомцем и тремя мужчинами. – Прекратите сейчас же!

– Челс, не мешай, – сказал Рамон.

– Нам всего-то нужно несколько секунд, – кивнул Дэрил.

Челси попыталась загородить собой незадачливого спасителя, сделала шаг назад и почувствовала, будто налетела на скалу. В ее мозгу еще успела пронестись мысль, что она, возможно, защищает совсем не того, кого нужно, как Рамон также подался вперед.

– Вам так не терпится потерять работу? – громко спросила она.

Словосочетание «потерять работу» мигом дошло до сознания обоих. Оба расслабились, Пьер облегченно выдохнул, а Челси продолжала наступать.

– Рамон, по-моему, ты спешил к своему суфле? Дэрил, разве не ты утверждал, что не можешь оставлять бар без присмотра? Пьер, мне кажется, вас там люди ждут?

Первым отреагировал Дэрил.

– Милая, ты сама справишься?

– Если вы вспомните, что здесь ресторан, а не боксерский ринг, – то да.

Дэрил пару секунд сверлил взглядом незнакомца, затем кивнул Челси и встал за стойку. Рамон и Пьер также удалились.

Челси позволила себе расслабиться, сделала шаг вперед и повернулась лицом к мужчине.

Синева его глаз оказалась даже еще глубже, чем ей показалось, а его пристальный и откровенно мужской взгляд на несколько мгновений лишил Челси способности думать. Он перевел взгляд на ее губы, которые вмиг пересохли, и она почувствовала слабость в коленях. Челси хотела отступить подальше от незнакомца, но, не доверяя своим дрожащим ногам, осталась стоять на месте.

– Дэрил – ваш любовник?

– Дэрил? – заморгала она. – Нет. То есть… это не ваше дело.

– Вы так считаете? – Мужчина поднял брови. – А меня могли покалечить, когда я бросился вам на помощь.

– Дэрил всего лишь укорачивал юбку. Он мой… – Челси запнулась, – ну, может, костюмер или дизайнер.

– Понятно.

– Мне кажется, ваша знакомая вас уже заждалась.

Его губы изогнулись в усмешке, а глаза просветлели и стали напоминать глубокие чистые воды океана в жаркий летний день.

– Я все гадал, когда же вы и меня отправите восвояси, как и всех мужчин до этого. Надо думать, в делах подобного рода у вас колоссальный опыт.

– Три брата, – сказала Челси, понимая, что буквально тонет в его глазах. Она попыталась сконцентрироваться. – А почему вы не отправились восвояси?

Он улыбнулся.

– Может, потому что у меня нет сестры, которая бы мной командовала? Давайте проверим. – Он поднял с пола ее пальто, которое она бросила, когда пыталась предотвратить драку, взял ее за руку и потянул за собой.

– Держать-то меня зачем? Я в состоянии шагать сама.

Он мгновенно выпустил ее руку и с минуту смотрел на нее. Его взгляд снова стал пристальным, улыбка сошла с лица.

– Я хочу пригласить вас отобедать со мной.

– Не могу. Мне нужно на встречу. Отдайте пальто, пожалуйста.

Он беспрекословно подчинился и помог ей надеть пальто, а Челси постаралась заверить себя, что чувство, которое она испытала, было вовсе не разочарование. По-прежнему не говоря ни слова, он взял ее за руку и вывел из ресторана на улицу.

– Спасибо.

Челси огляделась, но, не заметив ни одного такси, рискнула посмотреть на мужчину и снова поразилась синеве его глаз – завораживающей, влекущей.

– Может, оставите хотя бы свой номер телефона?

– Зачем?

– Я хотел бы увидеться с вами еще раз.

Челси недоуменно свела брови, а затем расплылась в улыбке.

– Так это же отлично!

Мужчина вытащил из кармана маленький блокнот и ручку.

– Вы меня не совсем правильно поняли, – помотала головой Челси. – Я сказала так потому, что вы спросили у меня номер телефона.

– Так почему бы вам мне его не дать?

Мужчина явно недоумевал.

– Куча причин, – подавив вздох облегчения – конечно, не разочарования! – ответила она, когда рядом с тротуаром остановилось такси. – Одна из которых заключается в обещании не ходить на свидания, которое дали я и мои соседи по квартире. Ну и конечно, эта юбка.

– Не совсем вас понимаю…

– Это долгая история. К тому же вы вряд ли поверите. Несколько минут назад я сама не верила. Конечно, это может быть просто случайность, но я почти уверена, что нет, а это значит, что нам больше не стоит встречаться. Поверьте мне.

С проворством, присущим любому ньюйоркцу, Челси скользнула в такси, как только из него вышел пассажир.

– Подождите!

Но она уже закрыла дверцу. Такси тронулось.

Челси оглянулась. Мужчина что-то торопливо записывал в блокнот. Номер такси? Зачем? Он так хочет с ней встретиться снова? Справившись с возбуждением, она сказала себе, что все дело в юбке, магия которой – и это было невероятно! – работает!

В два часа тридцать минут Зак стоял у окна в кабинете, который когда-то принадлежал его отцу, и смотрел на улицу. Сквозь тонированное стекло день казался пасмурным. Прозвучал гром, и на стекло упали первые капли снега с дождем.

Хорошо, что он не верит в предзнаменования, подумал Зак, раз солнце так быстро скрылось за облаками, а день стал хмурым и пасмурным. Так же быстро мрачнели лица сотрудников редакторского отдела, когда несколько минут назад он закончил собрание в конференц-зале. Он озвучил свои планы преобразования, которые был намерен воплотить в жизнь, и даже тетя Миранда не поддержала его. Зак подозревал, что настоящее собрание проходит как раз в эти минуты, потому что при выходе из конференц-зала он видел, как несколько человек обступили тетю Миранду и куда-то увели ее за собой.

Зак невесело усмехнулся. А чего он, собственно говоря, ожидал? Для всех он всего лишь младший сын Джереми Макдэниелса, свалившийся на них как снег на голову. Почему они должны тут же принять его с распростертыми объятиями? Ведь некоторые из этих людей в последний раз видели его восемнадцать лет назад, когда ему было двенадцать лет.

Ничего, он заслужит их уважение. И нет ничего удивительного в том, что сейчас он для них никто, раз уж даже сам еще не до конца поверил в то, что кабинет отца теперь принадлежит ему.

Зак подошел к креслу, но не сел в него. В глаза бросилась маленькая керамическая рождественская елка на дальнем углу стола. Первым его порывом было убрать ее оттуда – он не любил Рождество, – но тут ему на память пришел тот день, когда они с матерью принесли эту маленькую елку. Пока они ждали отца, мать разрешила ему посидеть на отцовском столе. И та золотая ручка, которую он взял, чтобы порисовать, по-прежнему стояла на том же месте…

Зак не вспоминал про гнев отца, когда тот вошел в кабинет и застал сына за рисованием, сидящим на столе, – слишком часто он вел себя не так, как подобает вести себя тому, кто носит их фамилию. Повзрослев, Зак привык к отцовским вспышкам. А в памяти осталось только заплаканное лицо матери, чьи слезы вызвала отцовская отповедь. Затем, только Зак и она, пошли в парк, где он покатался на скейтборде. Это было его последнее воспоминание о маме…

Вообще Зак редко позволял себе вспоминать мать, а сегодня это произошло уже дважды. В первый раз, когда та незнакомка из ресторана садилась в такси. Именно в этот момент он вспомнил машину «скорой помощи», которая отвезла его мать в госпиталь, а он, беспомощный, стоял на тротуаре.

Но сейчас он не был беспомощен. У него есть номер такси и адрес ресторана, где работают ее приятели.

Что-то уж очень много он думает об этой женщине, решил Зак. Ему сейчас не об этом нужно волноваться. Но ведь из-за этой незнакомой женщины он едва не выступил зачинщиком драки прямо в ресторане! А когда тетя Миранда спросила у него, что это на него нашло, Зак так и не сумел ей ничего объяснить, потому что и сам не знал. Такая импульсивность совсем не в его характере. Он ведь гордится своим умением сначала все взвесить, а уж потом – действовать. А ведь он еще пригласил ее пообедать! Вот уж действительно загадка…

– Ну, совсем в себя ушел!

Зак вскинул голову и увидел свою тетю.

– Я стучать устала и потому вошла, – пояснила она, изучая его внимательным взглядом. – Ты в порядке?

Зак улыбнулся.

– Этот вопрос должен задать я. Не на меня же коршуном налетели после собрания!

– Все расстроены, – сообщила Миранда. – Люди всегда так реагируют, когда грядут перемены.

– И ты тоже?

– С чего ты взял?

– Я наблюдал за тобой.

– У меня ноги заболели. – Она опустилась в кресло. – Нужно было взять такси, а не идти пешком в этих туфлях.

– Не уклоняйся от ответа. Ты была расстроена.

Миранда подняла брови.

– Что, опять допрос? Сначала твои сотрудники, теперь ты.

– Ответь мне.

– И подумать только, что это я сама настояла, чтобы ты закончил юридический!

Зак молча ждал. Она вздохнула.

– Я не была расстроена. Удивлена.

– Ты не считаешь, что я поступаю опрометчиво, решившись изменить тематику журнала?

– Не считаю. Как раз наоборот. Если это удастся – продажи возрастут.

– Тогда почему у меня такое чувство, что ты чего-то не договариваешь?

– Ничего подобного, – возразила Миранда. – Просто твоему отцу это пришлось бы не по душе.

– Меня интересует твое мнение.

– А я сказала тебе об этом в ресторане. За последние два года журнал утратил свои лидирующие позиции. Это началось, когда еще был жив твой отец. Нужны перемены, и в этом я с тобой полностью согласна.

– Но?.. – проницательно спросил Зак.

– Нет никаких «но». Я просто немного волнуюсь, что Билл Андерсон уйдет. Если он уйдет, как бы другие за ним не потянулись.

– Кто «другие»?

– Ну, Хэл Дэвидсон, например. Или Карлтон Бушнелл. Они ведь его друзья и уйдут, чтобы только поддержать его, а другую работу они найдут быстро, несмотря на возраст.

Зак кивнул – в том, чтобы потерять высокопрофессиональных сотрудников, работающих в журнале не один десяток лет, приятного мало.

– Как насчет Эсме Синклер?

Высокая пожилая женщина с седыми волосами, собранными в тугой узел, была всегда модно одета, но у Зака она всегда ассоциировалась с суровой и непреклонной к ученикам директрисой частной школы, где он когда-то учился.

– Она останется. Она здесь с самого основания. Твой отец всегда на нее рассчитывал.

– И какую рубрику она собирается вести, если я намерен закрыть раздел о моде и светских сплетнях?

– И напрасно. Я сама часто покупаю журнал только по этой причине. – Миранда закрыла рот рукой. – Забудь, что я сказала. Я обещала себе, что не буду об этом говорить.

– Вот это и есть твое «но», – медленно произнес Зак.

Миранда вздохнула.

– Я уверена, многие женщины покупают журналы только с этой целью. А в двух последних номерах Эсме напечатала две статьи, которые было не только забавно читать. Они подняли продажи.

– Должен признаться, не ожидал, что ты читаешь статьи типа «Ах, какой мужчина!». Я не собираюсь превращать «Метрополитен» в развлекательный журнал. Вообще не понимаю, как Эсме позволила их напечатать.

– Эсме фактически вела все дела, когда заболел твой отец. Только благодаря тому, что она встала у руля, продажи хоть немного возросли.

– Я не знал. – Зак нахмурился. – Думал, это все благодаря тебе.

– Мне? – удивилась Миранда. – Да я в жизни ни дня не работала!

– Ты входила в совет директоров «Макдэниелс инкорпорейтед» с того дня, как компания была основана.

– Только на бумаге.

– Хочешь уверить меня в том, что все твои благотворительные фонды, которые ты основала, работают сами по себе, причем довольно успешно?

– Почему же? Я нашла для них хороших руководителей. Таким образом, вся слава достается мне, и для этого мне даже пальцами щелкать не нужно. – Миранда встала с кресла. – Но раз уж я щелкнула, чтобы тебя избрали на мое место, могу спокойно возвращаться домой и снять наконец эти убивающие меня туфли.

– Я никогда не смогу отблагодарить тебя за то, что ты для меня сделала.

Зак подошел к ней и обнял.

– Почему же? Ты можешь прийти на рождественский благотворительный бал, который я устраиваю в субботу.

– Тетя Миранда, ты же знаешь, что я не люблю…

– Знаю, но если ты придешь, доставишь радость не только мне. Твоя мама была бы тоже счастлива. Я оставлю за столом два места. Приведи с собой гостью.

– Звучит почти как приказ.

– Так оно и есть.

– Ладно. Я приду, но только один. Тебе еще не надоело искать для меня женщину, которая сделает меня счастливым?

– И никогда не надоест.

– Даже если такая не существует?

– Ты еще просто ее не нашел, но, когда это случится, ты не захочешь ее отпустить.

– Тетя Миранда, один, – напомнил Зак.

Она чуть сжала губы.

– Хорошо, но когда начнутся танцы, пеняй на себя.

Зак взял ее за руку и повел к двери.

– Я буду пенять на себя уже после того, как появлюсь на бале. Но я все-таки приду.

Зак открыл дверь и обнаружил за ней Эсме Синклер.

– Мне бы минутку вашего внимания. Если я вас ни от чего не отвлекаю… – начала она.

– Уже нет, – улыбнулась Миранда.

– Я могу для вас что-нибудь сделать, миссис Синклер? – спросил Зак, попрощавшись с тетей Мирандой и закрывая дверь.

– Наоборот. Это я могу кое-что для вас сделать. Вы хотите закрыть занимательные рубрики – «легкомысленные», как вы их окрестили, – немедленно, но боюсь, это невозможно.

– И почему же?

– Недавно мой отдел стал сотрудничать с одной молодой женщиной, которая уже написала для нас две прекрасные статьи. Я купила их с целью привлечь в ряды наших читателей молодых людей, и этот шаг себя оправдал – об этом свидетельствует объем продаж. Сегодня утром, до того как мне сообщили о вашем назначении, я заключила с ней контракт еще на три статьи. – Она протянула ему папку. – Может, вы захотите ознакомиться с предложенными ею темами, которые я одобрила, и прочитать уже вышедшие две статьи? Я поговорила с нашими юристами, и они сказали, что нам выгоднее выполнить обязательства по контракту, так как он краткосрочный.

Зак взял папку.

– Не обязательно. Мы можем его выкупить.

В глаза ему бросилось имя автора. Челси Броквей.

– Организуйте мне с ней встречу.

– Я позвонила ей сразу же после собрания. Она ждет в приемной.

Эсме Синклер открыла дверь. Зак моментально узнал ноги, которые он видел несколько часов назад.

Глава третья

– Мисс Броквей, познакомьтесь с нашим главным редактором Заком Макдэниелсом!

Челси сделала два шага и застыла на месте.

– Вы? – Она посмотрела на Эсме. – Это мистер Макдэниелс?

– Во плоти. – Эсме перевела взгляд с одного на другого. – Я так понимаю, вы уже знакомы?

– Если не придираться к словам, – ответила Челси. – Мы случайно познакомились сегодня в баре ресторана.

– Вот как?

Челси поторопилась продолжить:

– Я забежала в ресторан, чтобы… поболтать с моими друзьями, а мистер Макдэниелс вступил в беседу. – Она улыбнулась. – Правда, мы не успели представиться. Или обменяться номерами телефонов.

Челси заставила себя замолчать, когда поняла, что говорит, не умолкая.

– Садитесь, – пригласил Зак.

Челси села в указанное кресло и подняла на него глаза. Чтобы снова утонуть в их синеве. Наступила тишина, которую нарушила Эсме.

– Вы хотите, чтобы я сама сказала мисс Броквей?

– Сказать мне что? – встрепенулась Челси.

– Я сам. Вы не оставите нас на минутку, миссис Синклер?

– Я подожду в приемной.

В голове Челси раздался тревожный звоночек. Она не знала истиной причины, но чувствовала, что случилось что-то серьезное и это касается ее. Она вскинула голову.

– Что? – спросила она, увидев хмурое выражение Зака Макдэниелса.

– Миссис Синклер только что сказала мне, что вы подписали контракт еще на три статьи.

Челси нахмурилась.

– Что-то не так с контрактом?

– С контрактом все в порядке, – медленно ответил Зак. – Все дело в том, что, когда миссис Синклер предлагала вам его заключить, она еще не знала, что я стану главным редактором, как не знала и о переменах в журнале, которые несет с собой мое назначение. Я хочу предложить вам…

Его прервал звонок интеркома. Зак нахмурился, но ответил.

– Мисс Паркер… – начал он, но его слова заглушил громкий сердитый голос ворвавшегося в кабинет мужчины.

– …мне плевать, кто у него в кабинете! Я все ему выскажу!

Мужчина остановился перед столом, и в Зака полетел конверт, который от его плеча спланировал на стол. Челси скосила глаза и увидела высокого полнеющего мужчину с седыми волосами.

– Мое заявление об уходе, – заявил мужчина. – Ты своего добился.

– Мне жаль, что вы решили уйти.

– Ты еще не так пожалеешь, когда на твой стол посыпятся другие заявления. Я бы мог оставить письмо у твоего секретаря, но хочу кое-что сказать тебе до ухода.

– Прошу, – ровно сказал Зак. – Так почему вы хотите уйти?

– Ты лучше меня знаешь причину. Я двадцать лет заведовал спортивным разделом, но сегодня узнал, что больше не нужен. – Мужчина фыркнул. – И не я один.

– Я такого не говорил.

– Да, конечно, ты просто выразился иначе, но смысл был тот же.

– Это все?

– Нет. Я пришел сказать тебе, что для тебя это новая игра. Когда твои планы окончательно потопят журнал, ты просто его продашь и найдешь себе другое занятие. Я говорил об этом твоей тете, теперь говорю тебе.

– Я бы попросил вас оставить мою тетю в покое и с жалобами обращаться непосредственно ко мне.

– Мне это уже не понадобится. Если бы твой отец хотел, чтобы ты занял его место, это бы случилось уже давно. Я сказал твоей тете, что она идиотка, раз…

Зак стремительно обошел стол и остановился перед ним.

– Выбирайте слова, когда говорите о моей тете.

– Говорю то, что есть, – заявил мужчина, сделав шаг ему навстречу.

– Вы ведь не хотите, чтобы это случилось, правда?

Челси сама не поняла, как это произошло, но она уже была на ногах и стояла между двумя мужчинами.

– Что за?.. – Мужчина посмотрел на нее сверху вниз с высоты своего роста. – А вы кто такая?

– Челси Броквей, – представилась она и протянула руку.

Мужчина несколько секунд изучал ее прищуренными глазами, но затем все же взял протянутую ему руку.

– Билл Андерсон. Бывший редактор спортивного отдела. – Его глаза совсем скрылись под сведенными бровями. – Броквей. Это не вы написали статью «Ах, какой мужчина!»?

Челси кивнула, пытаясь освободить свою руку из тисков его рукопожатия.

– Неплохо. Моей жене и дочке очень понравилось. Я прочитал ваши статьи. Из вас может получиться неплохой колумнист. – Он посмотрел на Зака. – Только здесь вы теряете свое время. Зак собирается с журналом покончить. Если хотите, я могу кое-кому о вас шепнуть.

– Спасибо, – улыбнулась Челси. – Но я сегодня подписала контракт на три статьи. Вы знаете эту пословицу? Лучше синица в руках, чем…

Она не закончила предложение, надеясь, что Билл Андерсон понял намек и теперь отпустит ее руку.

Ничего подобного.

– Послушайте. На углу есть бар. Меня там уже ждут. Не хотите присоединиться?

– С удовольствием.

Челси уже давно чувствовала на себе обжигающий взгляд Зака Макдэниелса и старалась не обращать внимания на расползавшееся по телу тепло. Свободной рукой она взяла конверт и протянула его Биллу Андерсону.

– Мистер Андерсон, я буду рада присоединиться к вашей компании, а пока возьмите ваше заявление. Не хочу вмешиваться, но, может, лучше еще немного подумать, прежде чем рубить сгоряча? Поговорите с женой и дочерью, выслушайте их мнение.

Билл Андерсон неохотно, но все-таки выпустил ее руку и взял письмо.

– Вы что же, верите, что план Зака сработает?

– Разумеется, – без запинки сказала Челси.

– Ну ладно. Я подумаю. Так вы придете в бар?

– Обязательно.

Заку с трудом удавалось сдерживать себя, но если бы Билл Андерсон удержал руку Челси секундой дольше, он не был уверен, что смог бы сдержать рвущийся наружу гнев.

Или это была ревность? Нет, это невозможно. Он напомнил себе, что мисс Броквей не относится к тем женщинам, которые ему нравились: утонченные, с прекрасными манерами, ухоженные. А при взгляде на короткие белокурые волосы мисс Броквей создавалось впечатление, что она забыла их расчесать, решив, что достаточно пригладить вихры рукой. Ее кожа была светлее, чем он запомнил. Она даже не пользовалась косметикой, потому что на ее скулах вдруг проступили веснушки.

Что касается ее одежды… Зак охватил ее взглядом. Зеленый свитер – во всяком случае, подходит под цвет ее глаз, но не более того. А ее юбка… По мере того как он опускал глаза, его брови все ближе сходились у переносицы. Нет, юбка сидит на ней отлично, но она так обтягивает ее бедра, что он стал размышлять, надето ли на ней еще что-нибудь, кроме юбки.

А фигура у девушки очень даже… Что увидел ее «костюмер», заглядывая под подол? Мысль обожгла мозг. Зак определенно ревновал, потому что только он один хотел дотрагиваться до нее…

– До того, как нас прервали, я поняла, что возникла проблема, – сказала Челси. – Я бы хотела знать, в чем она заключается.

– В вас.

– Во мне? – удивилась она. – Но что я сделала?

Заставила его ревновать, мрачно подумал про себя Зак. Заставила его желать себя, хотеть коснуться ее. Чтобы этого не произошло, он засунул руки в карманы и сжал их в кулаки. Нужно решать проблему под названием «Челси Броквей» немедленно.

– Садитесь.

Челси села, сложила руки на коленях и вздохнула.

– Что-то подсказывает мне, что вам не нравится идея статьи о юбке.

Зак невольно посмотрел на этот предмет одежды. Юбка немного поднялась, притягивая его взгляд к изящным лодыжкам.

– Поверьте мне, я тоже сначала сомневалась, – продолжала Челси. – Юбка, притягивающая мужские взгляды? Смешно. Но после подумала, что это может стать хорошим материалом для новой статьи. Что-нибудь вроде «Как моя счастливая юбка помогла мне найти мужчину моей мечты». А затем миссис Синклер предложила мне написать три статьи. Честно признаюсь, на такое я и не рассчитывала. Еще утром я не была уверена, что не продала кота в мешке. Но сначала Пьер предложил мне обед за счет заведения, а затем вы попросили у меня номер телефона. Разве это не доказательства?..

– Простите. – Зак нахмурился и перевел взгляд на ее лицо. – Доказательства чего?

– Доказательства, что моя идея не так уж плоха. – Она расплылась в улыбке. – Вот вы, к примеру. Вы обычно спрашиваете номер телефона у женщины, с которой случайно встретились в баре?

– Обычно да.

– Спрошу иначе, – кивнула Челси. – Вы всегда готовы вступить в драку из-за неизвестной вам женщины?

– Обычно нет, – спустя паузу согласился Зак.

– Вот видите! Не знаю, в юбке ли дело или нет, но я хочу продолжить этот эксперимент. Если мне повезет, то я смогу написать все три статьи, затронув проблему одиночества в большом городе.

– Кажется, я понял, – протянул Зак. – Вы собираетесь написать статью о юбке, которая действует на мужчин, как магнит?

– Вы удивительно точно подобрали сравнение.

– Самая невероятная чушь, которую мне доводилось слышать в своей жизни, – заявил Зак. – Хотел бы я посмотреть на тех, кто будет это читать.

– Люди, у которых нет семьи, – пожала она плечами. – Одинокие и желающие с кем-нибудь познакомиться.

– Я не женат, не ищу встреч и не собираюсь читать ваши статьи.

– Я тоже не замужем и не ищу встреч. Но большинство одиноких людей хотели бы найти родственную душу. Особенно это касается жителей больших городов.

– И чем же им поможет ваша статья?

– Может, немного повеселит, поднимет настроение. А может, они смогут поверить, что когда-нибудь будут не одиноки, если продолжат искать и не будут отчаиваться.

– Хорошо, пусть так. Но при чем здесь юбка?

– А почему все это время вы сами на нее смотрите?

Зак сразу поднял глаза.

– А почему вы уверены, что я смотрю, на юбку? Может, я смотрю на вас? Что же касается несостоявшейся драки… Она едва не разгорелась не потому, что на вас была эта юбка, а потому, что ваш… гм… «костюмер» заглядывал вам под подол.

– Дэрил пытался понять, из какого материала сшита юбка. Он учится на модельера и сказал, что еще не видел подобной ткани. – Она взяла край подола. – Вот, потрогайте сами.

Помимо своей воли Зак нагнулся, и его обволок ее запах – нежный, экзотичный. Он почему-то сразу представил себе остров с кажущимися бесконечными белыми песчаными пляжами, освещенный луной…

– Дэрил не видел подобной ткани, потому что моя подруга купила эту юбку на одном из небольших островов, на которых редко бывают туристы.

Челси продолжала говорить, но Зак ее уже не слышал. Чувствуя мягкость шелковой ткани, он представлял себе, как накроет эту женщину своим телом на теплом песке, а рядом будет слышен шум накатывающих на берег волн океана…

Женщина, которую ты не захочешь отпустить.

Так сказала тетя Миранда, вспомнил Зак, когда на память ему пришли эти слова. Он слегка покачал головой, прогоняя туман, возникший в голове, и вслушиваясь в то, что говорила Челси.

– Якобы женщины с этого острова вплетают в ткань волокна одного растения, обладающего способностью притягивать к себе мужчин, потому что эти волокна «поцеловала луна».

Зак разжал пальцы и отстранился от нее, чтобы ее запах перестал кружить ему голову.

– Только не нужно пересказывать легенды островных туземцев. Юбка, обладающая магией? Это годится для фантастики, а не для реального мира.

– Я не говорила «магия», – возразила Челси. – Но вот в чем дело. Посмотрите на меня. Разве я похожа на женщину, которой в обычной ситуации администратор ресторана предложит обед за счет заведения? И я почти уверена, что, не будь на мне этой юбки, вы бы не попросили у меня номер телефона. Не то чтобы я этого хотела, но…

Кольцо, которое она теребила в волнении, не отдавая себе в этом отчета, вдруг соскользнуло, с пальца и упало на пол. Челси опустилась на колени одновременно с Заком и потянулась к кольцу, задев при этом его руку.

– Извините, – пролепетала она. – Обычно я много болтаю, когда нервничаю. – О боже, только бы он не спросил, почему она нервничает! – Если я снова начну болтать, вы просто скажите мне, чтобы я помолчала, ладно?

– Помолчите.

Зак не мог заставить себя отвести взгляд от ее полураскрытых, влажных, чуть подрагивающих от волнения губ. Он только почувствует ее вкус, и все. Только один поцелуй. Один, напомнил он себе за миг до того, как коснулся ее губ, и тотчас же забыл о своем обещании.

Сначала он почувствовал невероятную сладость и нежность ее губ, а чуть позже легкую горчинку, которая вдруг то пропадала, то возвращалась, и Зак не мог понять, какого же вкуса ее губы на самом деле. Он чуть отстранился и посмотрел на нее. Ее глаза медленно открылись, и он увидел, что по цвету они стали напоминать изумруд, в глубине которого мерцает свет.

Его охватило желание, неподвластное рассудку. Он снова прижался к ее губам и тут почувствовал ее голод. Зак неожиданно понял, что никогда не насытится вкусом Челси Броквей.

Челси не могла думать, только чувствовать. Губы Зака разбудили в ней вулкан, о котором она даже не подозревала. На миг у нее мелькнула мысль, что она играет с огнем и в этот раз может не только обжечься, но и сгореть в его пламени, однако длилось это только миг. Когда еще один поцелуй обжег ее губы, страсть затуманила мозг и воспламенила кровь.

Его ладони коснулись ее шеи, посылая по ее телу электрический разряд. Затем, она почувствовала, как теплые сильные пальцы ласкают ее голову, и была вынуждена схватиться за его плечи, чтобы справиться с охватившей ее дрожью.

Едва Зак осознал, что стучат в дверь, как почти сразу услышал осторожное покашливание. Он отпустил Челси, встал с колен и помог подняться ей. Оглянувшись, он увидел Эсме Синклер.

– Извиняюсь, что помешала, но значит ли это, что вы уладили возникшую проблему?

– Еще нет, – услышал он свой спокойный голос.

Он не только не уладил проблему, но она стала принимать признаки катастрофы. Эсме Синклер повернулась, чтобы выйти.

– Думаю, будет лучше, если вы останетесь, – сказал он, открыл папку, принесенную ранее Эсме, и заставил себя сконцентрироваться.

– Статьи, посвященные юбке, не подходят для концепции, согласно которой скоро будет развиваться «Метрополитен».

– Почему нет?

Зак оторвался от папки и посмотрел на Челси. Ее глаза были ясными и внимательными. Он не увидел и следа той страсти, которую, как ему показалось минуту назад, она испытывала.

– Я уже объяснил своим сотрудникам, что «Метрополитен» в ближайшем будущем должен стать журналом для вдумчивых и образованных людей. Мы больше не будем печатать то, что можно найти в любом женском журнале.

– А как насчет того, что мои статьи, «которые можно найти в любом женском журнале», подняли вам продажи?

– Это плюс, – вынужден был согласиться Зак.

– И я не вижу минусов.

– Минус в том, что среди этих читателей нет тех, которых мне бы хотелось видеть. Более того, если мы продолжим сотрудничество с вами, существует риск, что эти люди от нас вообще отвернутся.

– Но если вы сделаете то, что решили, от журнала отвернутся те, которые читают его из-за статей, подобных моим. Миссис Синклер сказала мне, что номер, в котором вышла моя статья, увеличил продажи на тридцать процентов. Вы хотите лишиться тридцати процентов прибыли?

Зак нахмурился – очень уж хорошо она во всем разбирается!

– А если я все-таки выкуплю ваш контракт и заплачу сумму, превышающую сумму гонорара?

Ответ последовал незамедлительно:

– Нет!

– Я ведь еще не озвучил свое предложение.

– Мне не нужны деньги. Я хочу писать о том, что волнует людей.

– Отлично. Вы можете взять деньги и продать свои статьи другому журналу.

– Вряд ли кого-нибудь заинтересуют мои статьи. Пока я смогла убедить лишь миссис Синклер, что подобный материал привлечет читателей. Вы, например, не верите в эту идею.

Зак не хотел себе признаваться, но он получал удовольствие, споря с мисс Броквей, которая оказалась не только привлекательна, но и умна.

– В любом случае я не собираюсь печатать ваши статьи, и своим упрямством вам меня не переубедить.

Глаза Челси вспыхнули. Она придвинулась ближе к Заку.

– И как вы собираетесь этому помешать? В контракте все предусмотрено.

Зак улыбнулся немного снисходительно.

– Так обычно говорит тот, кто не разбирается во всех тонкостях составления контрактов.

Улыбка Челси ни в чем не уступала его.

– Я, может, и нет, но ведь есть организации, которые все расставляют по своим местам. Например, суд.

– Конечно. Но вам это все зачем? Мы можем решить этот вопрос без лишних нервов – только назовите вашу сумму. В разумных пределах, конечно.

– Подождите. – Челси помотала головой. – Вы хотите от меня откупиться, потому что история про юбку не укладывается в ваше представление о том, каким должен быть журнал?

– Можно и так сказать.

Челси положила руки на стол и посмотрела ему прямо в глаза.

– Вы когда-нибудь играли, мистер Макдэниелс?

– Разумеется.

– Как насчет пари? Если мне удастся доказать вам, что статья про юбку – не такая уж чушь, как кажется на первый взгляд, вы напечатаете эти три статьи. Если мне это не удастся, можете разорвать наш контракт, а я не потребую с вас ни цента.

Зеленые глаза скрестились с синими. Зак вспомнил, что в кабинете они не одни, только когда Эсме прочистила горло.

– Мисс Броквей, я просто хотела напомнить вам, что первая статья должна лежать у меня на столе уже завтра. Вы уверены, что вам хватит времени убедить мистера Макдэниелса?

– Думаю, я смогу убедить мистера Макдэниелса уже сегодня. Для этого ему нужно будет только прийти в бар, куда меня пригласил мистер Андерсон. Ну как, пари?

Никогда не стоит соглашаться на пари, которое выглядит беспроигрышным, Зак усвоил это правило, еще учась в школе, но его рука сама собой пожала руку Челси. После этого ему осталось только кивнуть.

– Пари.

Глава четвертая

– Что вам удалось сделать такого, чтобы Билл Андерсон взял свое заявление об уходе?

Челси взглянула на худого светловолосого мужчину, который сел напротив. Хэл Дэвидсон, редактор отдела новостей политики.

– Ничего, – улыбнулась она. – Просто предложила ему посоветоваться с семьей.

– Похоже, вы умеете настоять на своем. Ведь Билл многих убедил, что продолжать здесь работать – гнилое дело, а когда вышел от Зака, запел по-другому.

– Вы как будто разочарованы.

– Нет. Всего лишь удивлен…

Челси посмотрела в сторону Билла. Когда она пришла в бар, ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что Билл Андерсон пользуется авторитетом у сотрудников. Едва Билл ее увидел, как помахал ей рукой и представил Челси как протеже Эсме и автора статьи «Ах, какой мужчина!». За столом она оказалась между фотографом Чаком и руководителем рекламного отдела Карлтоном Бушнеллом – мужчиной довольно устрашающей внешности, которому на вид было около пятидесяти.

Разговор за столом шел в основном о новом главном редакторе. В ходе рассказов сотрудников Челси выяснила две вещи. Первое: все были преданы отцу Зака, несмотря на то, что в последние годы журнал терял читателей. Второе: они не верили в Зака. Самыми активными критиками против назначения Зака на эту должность выступали Билл Андерсон и Хэл Дэвидсон. Главным его недостатком они считали непостоянство в работе и отсутствие у него необходимых знаний и опыта.

Челси участия в разговоре не принимала, в основном слушала и смотрела. Бар был полон. Среди остальных посетителей особенно выделялись четверо мужчин, чей акцент выдавал в них жителей Техаса. Воздух был наполнен запахом виски, пива и попкорна. У стены стоял музыкальный автомат, наполняя помещение звуками блюза.

Каждый раз, когда открывалась входная дверь, взгляд Челси устремлялся на нее, но Зак все не приходил. Хотя в этом был свой плюс, так как до сих пор юбка не привлекла к себе внимания мужчин, которое ей необходимо, чтобы выиграть пари.

– Билл сказал, что ваша вера в Макдэниелса безгранична. Вы его хорошо знаете?

– Ну… – замялась Челси, заметив, что многие ждут ее ответа. Не могла же она признаться, что сказала так потому, чтобы предотвратить неприятную сцену. – Не то чтобы хорошо, но он производит впечатление человека, знающего, чего хочет и как этого добиться.

– Так-то оно так, но ведь дело в том, что, если он сделает так, как говорит, мы потеряем добрую часть наших читателей.

– Если вы так думаете, почему бы вам с ним не переговорить на эту тему?

Хэл не ответил на ее вопрос.

– Вы еще будете с нами сотрудничать?

– Думаю, еще три статьи я напишу.

– Спорю, что они будут написаны в ином ключе, нежели первые две.

Челси немного заколебалась, но затем все же сказала:

– Вообще-то сейчас я пишу статью о неких приключениях, которые происходят со мной благодаря вот этой черной юбке. Она раньше принадлежала моей подруге, которая верит, что она притягивает мужчин.

– Вы нас разыгрываете? – вступил в разговор Карлтон Бушнелл.

– Вовсе нет. Почти каждый человек уверен, что у него есть что-нибудь из одежды, приносящее ему удачу. Счастливый галстук, например.

Их разговор привлек внимание. На лицах некоторых мужчин Челси читала откровенный скептицизм, другие явно задумались.

– У меня есть шляпа, которую я всегда надеваю, когда хожу на рыбалку независимо от погоды, – сказал Билл.

Челси кивнула.

– Я так и думала. А что касается женщин… Вот скажите, есть ли у ваших жен или подруг какая-нибудь одежда, которую вы выделяете из всего ее гардероба, потому что в ней женщина кажется вам еще соблазнительнее?

Карлтон Бушнелл закашлялся.

– Ну, если Макдэниелс дал добро на такую статью, то следует дать парню шанс. – Он повернулся к Андерсону. – Хорошо, что ты передумал увольняться немедленно. Пока с этим можно повременить и поговорить с Макдэниелсом еще разок – все понимают необходимость перемен.

– Это так, но каких перемен? Вот в чем вопрос, – сказал Хэл.

– Но ведь нельзя оставлять все как есть, если мы не хотим, чтобы «Метрополитен» превратился в скучный философский трактат, – поддержал его Андерсон. – Так мы точно растеряем всех наших читателей, а наш корабль пойдет на дно.

– Ну, пока эта молодая леди будет писать статьи, а молодой Макдэниелс будет их покупать, мы еще поплаваем. – Карлтон подмигнул Челси. – Кстати, не будет ли несколько советов для человека моего возраста?

Билл громко расхохотался.

– Карлтон, да ты как-никак захотел стать кем-то типа «Ах, какой старичок!»?

Челси подмигнула Карлтону.

– Так и быть. Несколько советов в обмен на танец.

– Осторожнее, мисс Броквей, – впервые вступил в беседу фотограф. – Он опасный мужчина, а вот со мной вы будете в безопасности.

– Юная леди больше любит риск, – усмехнулся Карлтон, когда Челси приняла его руку.

Они кружились около музыкального автомата, когда Челси внезапно поняла, что пришел Зак, потому что ей неожиданно стало жарко и ее охватило волнение. Не поворачивая головы, она уже знала, что он смотрит на нее. Карлтон крутанул девушку вокруг себя, и ее взгляд, минуя Эсме, встретился с бездонными синими глазами. Она мгновенно вспомнила их поцелуй…

– Есть мужчины, которым всегда везет, – заметил Карлтон.

– Вы о чем?

Он лукаво улыбнулся.

– Я еще не так стар, чтобы не заметить, как женщина, с которой я танцую, смотрит на другого мужчину.

– Вы хотите сказать… Это не так. – Однако ее взгляд снова выхватил Зака. Челси отметила, что он чем-то недоволен. – Я вовсе не… Мы…

Она вздохнула.

Карлтон широко усмехнулся.

– Не забудьте сказать ему об этом, пока он не успел меня припечатать.

– Похоже, мне пора припудрить нос, – заявила Челси.

– Буду весьма обязан, так как мой нос мне больше нравится прямым, а не сломанным, как у боксера.

Челси на дрожащих ногах отошла от Карлтона, чувствуя настойчивый взгляд Зака. Его взгляд продолжал жечь ее, даже когда его самого не стало видно. В каком-то оцепенении она дернула ручку, но в эту секунду на ее руку опустилась большущая рука.

– Леди, вы уверены, что вам туда?

Челси быстро подняла голову и увидела букву «М».

– Благодарю, – выдохнула она.

– Не стоит. – Мужчина икнул. – Простите.

Его акцент выдавал в нем техасца, и Челси узнала в нем одного из четырех мужчин из-за соседнего стола.

– Не стоит извиняться, – улыбнулась она и повернулась, чтобы уйти.

– Нет проблем. Только вы ничего не забыли?

Ее лицо приобрело недоуменное выражение, в то время как мужчина пристально ее разглядывал.

– Что?

– Услуга за услугу, – пояснил он. – Потанцуем?

– Я бы с удовольствием, но мне нужно в дамскую комнату.

– Ничего, я подожду.

Уже закрывая дверь, Челси услышала, как мужчина громко сказал:

– Тебе понравится техасский тустеп, крошка, вот увидишь.

Челси почти сразу забыла об этом мужчине. Нахмурившись, она стала размышлять над тем, как решить внезапную проблему, имя которой – Зак Макдэниелс. Проблема грозила принять угрожающие размеры, раз Челси настолько забылась, что едва не зашла в мужской туалет. А ведь ей еще нужно доказать, что ее статьи стоят того, чтобы их напечатали.

Она взглянула на себя в зеркало. На нее смотрела та же Челси, которую она привыкла видеть по утрам в ванной, – ординарная, ничем не примечательная. Вряд ли она смогла бы привлечь к себе внимание богатого и обаятельного Зака Макдэниелса. Значит ли это, что чудеса все-таки бывают? Если да, то их чувство взаимного притяжения исчезнет, если на ней не будет этой юбки. Или нет?

Челси покачала головой. Она сходит с ума. Юбка или не юбка, но неужели опыт с Бойдом ее ничему не научил? Она влюбилась в него, в то время как для него она была лишь очередной подружкой. А Зак Макдэниелс разве не сказал ей, что имеет привычку знакомиться с женщинами в барах и брать у них телефоны? Да и откуда ей знать, скольких женщин он перецеловал на полу в своих кабинетах?

Челси снова настолько ушла в себя, что не сразу поняла, что она уже не одна.

– Вы решили сдаться?

Она встретилась взглядом в зеркале с Эсме Синклер. Вопрос оказал на нее отрезвляющее действие.

– Нет.

Женщина кивнула.

– Зак послал меня проверить, куда вы пропали. – Она вытащила помаду и наклонилась к зеркалу. – Позволю себе заметить, что в кабинете вы поступили весьма опрометчиво.

Челси покраснела.

– Тот поцелуй… Это не то, что вы думаете.

Женщина подняла тонкие брови.

– Вообще-то я говорила о пари. Вы поступили глупо, отказавшись от предложения Зака. Он был бы очень щедр.

– Я не думала о деньгах.

– А следовало бы.

– Может, вы и правы. Но я хочу убедиться, что в этой юбке нет ничего сверхъестественного, или наоборот, что это уникальная вещь. В любом случае мне кажется, что статья может получиться очень забавной.

– Давайте-ка я завтра позвоню в другие журналы и выясню, не захочет ли кто-нибудь приобрести ваши статьи.

– Вы и так для меня много сделали, – с признательностью сказала Челси. – Даже не знаю, как мне вас отблагодарить.

– Не стоит. Я знаю, каково приходится тем, кто попал под перекрестный огонь.

Эсме улыбнулась.

Челси улыбнулась ей в ответ.

– Еще раз спасибо за поддержку, но мне пора. Техасский тустеп ждет меня.

Зак сделал глоток пива и посмотрел на часы. С того момента, как он послал Эсме выяснить, куда пропала Челси, прошло пятнадцать минут. Внезапно его внимание привлек громкий голос мужчины, который вышел в коридор сразу за Челси. Он хвастался своим дружкам, что сладенькая зеленоглазая сирена обещала ему танец. Зак нахмурился. Это определение чертовски подходило Челси Броквей.

Похоже, она всерьез хочет выиграть самое что ни на есть дурацкое пари. Неужели эта девушка не понимает, что дело совсем не в юбке, а в ней самой? Что привлекает мужчин вовсе не юбка, а она? Он покачал головой и задался вопросом, со сколькими мужчинами Челси уже перетанцевала до того, как он пришел. Покосившись в сторону Карлтона Бушнелла, он снова покачал головой.

Карлтон Бушнелл работал в «Метрополитен» уже целую вечность, но Зак никогда не видел, чтобы тот улыбался. Когда же Бушнелл кружил Челси в танце, Зак не поверил своим глазам: оказывается, Карлтон умеет не только улыбаться, но и смеяться!

Да, напрасно он заключил с ней пари. И напрасно ее поцеловал. Воспоминание о вкусе ее губ, ее аромате всколыхнули жажду обладать этой женщиной, жажду, которая так внезапно овладела им в кабинете.

– А вот и моя крошка! – вдруг воскликнул техасец, вскочив со стула.

Челси, видя приближающегося к ней мужчину, заставила себя улыбнуться и не смотреть в сторону Зака, но ее взгляд помимо воли остановился на нем. Едва их взгляды встретились, как у нее участилось сердцебиение, а ноги сами понесли ее к нему.

– Я здесь, – обхватив Челси за талию, сказал техасец. – Слышишь? Наша мелодия.

Челси с трудом сфокусировала свой взгляд на ковбое и слабо улыбнулась.

– Всю жизнь мечтала научиться танцевать тустеп.

Глава пятая

Зак думал, стоит ли ему брать третью кружку пива или нет, и в конце концов решил, что не стоит. Если две кружки не помогли ему решить, как поступить с Челси Броквей, вряд ли поможет третья.

Он посмотрел на танцевальную площадку и сжал челюсти. Похоже, приглашение Челси на танец для этого верзилы было лишь предлогом, чтобы пощупать ее тело. И ей как будто это даже нравится!

Зак с трудом разжал зубы. Если он подойдет к ним и оттащит ее от этого ковбоя, у Челси появится повод сказать ему, что она выиграла пари. Зак снова посмотрел на нее. Челси смеялась. Он сдвинул брови. А еще она может отказаться с ним пойти. И это тоже было возможно – Челси Броквей слишком непредсказуемая.

– Решительная, – сказала Эсме.

Зак посмотрел на нее.

– Вы считаете, что я должен напечатать эти три статьи?

Эсме спокойно встретила его взгляд.

– Вы теперь новый босс, вам и решать. Если бы меня предупредили заранее, что вы назначаетесь главным редактором, я бы не стала заключать с ней контракт и не доставила бы вам столько проблем.

– Я просил никому об этом не говорить. – Заку показалось, что в глазах Эсме что-то вспыхнуло, но это выражение быстро исчезло. – Вы расстроены тем, что я стал главным редактором?

Эсме сделала глоток вина и отвела взгляд.

– Нет, только удивлена, хотя, наверное, и не должна была бы. Ваш отец тоже умел удивлять. Очевидно, это семейное.

Зак внимательно изучал сидящую перед ним женщину. Ее слова заставили его подумать: а не рассчитывала ли она, что ее временное назначение на должность главного редактора станет постоянным? Да, не хотелось бы, чтобы осуществление его собственной мечты похоронило мечту других.

– Вы ведь сами рассчитывали на это место, верно?

Эсме взглянула на него.

– Я? Если бы я хотела возглавить журнал, я бы давно ушла из «Метрополитен».

– И почему же вы остались?

– Я была счастлива работать с вашим отцом.

Гул голосов, доносящихся с танцевальной площадки, усилился, и Зак посмотрел туда. Челси стояла между своим партнером и еще одним мужчиной. Чувствовалось, что вот-вот вспыхнет потасовка. Зак встал и быстро направился туда.

– Теперь моя очередь танцевать, – говорил второй мужчина.

– Еще один танец, и потом ты можешь ее пригласить, – не соглашался первый.

– А я говорю, что леди хочет танцевать со мной!

– Не думаю, что леди хочет танцевать с кем-либо из вас, – сказал Зак, отметив, что каждый из мужчин держит Челси за руку.

Оба техасца посмотрели на него одновременно.

– Эта леди сначала потанцует со мной, а затем с моим приятелем, – заявил первый партнер Челси.

– Да, – поддержал его друг. – Так что проваливай!

– Джентльмены, прошу вас, – почувствовав, что ее обе руки неожиданно стали свободны, сказала Челси.

Мужчины даже не взглянули в ее сторону, надвигаясь на Зака. Он напрягся, краем глаза заметив, что Карлтон Бушнелл и еще несколько человек из журнала приблизились к танцевальной площадке.

– Мы уходим, – спокойно сказал Зак. Продолжая пристально наблюдать за обоими мужчинами, он велел: – Челси, иди к Биллу.

– Зак, пожалуйста…

Договорить ей не дал Билл Андерсон. Он взял ее за руку и потащил за собой.

Техасцы быстро оценили соотношение сил: их двое, но к ним могли присоединиться еще двое их друзей, которые пока внимательно следили за развитием событий. Причем все четверо были здоровяки и по росту и весу превосходили всех.

– Кажется, кто-то напрашивается на драку, – сказал партнер Челси по танцу, но его друг уже выступил вперед.

Зак увернулся от удара, сделал поворот и ребром ладони нанес ответный удар по шее. Мужчина рухнул как подкошенный.

– Перестаньте! Перестаньте, пожалуйста! – взмолилась Челси.

Мозг Зака бешено работал. Не то чтобы у него было много вариантов, но боксировать с мужчиной, чьи кулаки напоминали небольшую боксерскую грушу, было последнее, чего бы ему хотелось. Конечно, на его стороне то, что мужчина много выпил, но…

Додумать он не успел. Техасец размахнулся. Зак с трудом увернулся от первого удара, блокировал второй и нанес удар в челюсть. Мужчина не успел уйти от удара и пошатнулся. Не теряя ни секунды, Зак оглянулся, увидел рядом Челси, схватил ее за руку и потянул за собой. Карлтон Бушнелл и еще несколько человек удерживали двух других приятелей поверженных мужчин.

Они выбежали на улицу, но такси, как назло, не было видно.

Посмотрев через плечо, Зак увидел, как двое техасцев пытаются прорваться через заслон, выставленный сотрудниками издательства.

– Похоже, предстоит пробежка, – сказал он.

Добежав до угла, он кинул взгляд на Челси. Она бежала рядом, не задавая вопросов и не жалуясь. Пробежав еще немного, Зак снова посмотрел на нее и был готов поклясться, что ей нравится происходящее. С некоторым удивлением он отметил, что и ему тоже. Он почувствовал почти разочарование, когда перед ними возникла большая елка, которую было видно из окон «Метрополитен». Зак оглянулся и замедлил шаг.

– Никого.

– Хорошо еще, что они оставили в Техасе своих лошадей, – слегка задыхаясь, сказала Челси.

Зак проглотил смех и остановился.

– Ты как, в порядке?

– Я-то да, а вот моя юбка не совсем.

Зак опустил глаза и увидел, что одна сторона подола ее юбки была длиннее другой, а сама юбка обхватывала уже не талию, а бедра.

– Называется, потанцевала тустеп, – сказала Челси, и Зак увидел, как в ее глазах вспыхнули веселые искорки.

Они рассмеялись одновременно. Когда смех затих, Зак был не в состоянии отвести от нее взгляд. В свете уличных фонарей Челси была прекрасна.

Не хорошенькая, как он раньше думал, а настоящая красавица. Он почувствовал желание, примитивное и всепоглощающее.

– Ты знаешь, а ведь из-за меня раньше никогда не вспыхивали драки в барах. А сегодня это произошло почти дважды.

Зак не слышал ни слова из того, что она сказала. Он видел только движение губ – нежных, блестящих, полураскрытых губ – и мог думать только о том, как ему хочется к ним прикоснуться и снова ощутить их вкус.

– Кажется, я опять болтаю, – сокрушенно заметила Челси. – А ведь у нас есть более серьезный разговор.

– Что? – переспросил Зак.

– Пари. Я выиграла? Ты напечатаешь мои статьи?

Женщина, которую он никогда не отпустит.

– Да.

Он только потянулся к ней, как Челси уже обхватила его шею руками.

– Спасибо!

Заку стоило огромного труда не прижать ее к себе. И только в эту минуту он заметил, что Челси дрожит.

– Ты замерзла? – Он стал быстро снимать с себя пиджак. – Надень. Надеюсь, кто-нибудь вспомнит про наши пальто и вернет их нам завтра.

– Нет, я не замерзла. – Челси остановила его и огляделась. – Поскорее бы найти такси. Мне еще статью нужно закончить.

– Тогда идем, – накидывая на нее пиджак, сказал Зак. – Я знаю, где можно быстро поймать такси.

Несколько минут они шли в молчании. Когда проходили мимо катка, до них донеслись звуки рождественского гимна и веселый смех.

– Ты заметил, что чем ближе к Рождеству, тем больше все о нем напоминает?

Зак споткнулся.

– Заметил, – кисло сказал он.

– В чем дело? – удивилась Челси.

– Я не очень люблю Рождество.

– Потише, – шикнула на него Челси. – Если тебя услышат, сразу начнут тыкать пальцем.

Зак криво улыбнулся.

– Это я тоже заметил.

– А почему?

– Почему я не люблю Рождество? У меня с ним связаны не самые счастливые воспоминания.

Челси покусала губы.

– Для тех, кто не любит этот праздник, в этом есть и свои плюсы.

– Интересно узнать, какие?

– Ну как же? Никакой беготни по магазинам, не нужно ломать голову над тем, что кому подарить, как украсить дом, не надо стоять у плиты. – Она хмыкнула. – Последнее я всегда оставляла для тех, с кем делила квартиру. Сейчас этим занимается Рамон.

– Я живу один.

– Ну, тогда придумывай сам, какие плюсы есть для тех, кто не любит Рождество.

Зак внимательно посмотрел на нее.

– Неужели Рождество тоже не входит в список твоих любимых праздников? Тебя Санта разочаровал?

– Не совсем так. Меня под елкой всегда ждала куча подарков. – Челси помолчала, не зная, говорить ему или нет. Но, может, Зак сможет ее понять, раз он не испытывает воодушевления по поводу предстоящего праздника? – Вообще-то раньше мне нравилось справлять Рождество, но это было до того, как я узнала, что у меня есть отец, который никогда не хотел и не хочет меня видеть.

– Продолжай.

– Мама говорит, что он боялся ответственности, которую всегда несет рождение ребенка. Я родилась на Рождество, а он даже ни разу не пришел посмотреть на меня. Когда я об этом узнала, Рождество перестало быть для меня праздником. Глупо, на самом деле.

– Нет.

Голос Зака звучал задумчиво. Челси взглянула на него. Нерадостные воспоминания? Она хотела спросить, но Зак ее опередил.

– Значит, ты никогда не встречалась со своим отцом?

– Нет. Он заплатил за мое образование. Сделка, которую он заключил с матерью в обмен на то, чтобы я не делала попыток с ним встретиться. А почему ты не любишь Рождество? – набравшись смелости, поинтересовалась она.

– В следующий раз. Сейчас мне бы хотелось узнать как можно больше твоих секретов. Почему ты стала журналистом, например?

– Это не секрет. – Она пожала плечами. – Я сочиняю и пишу с детства. А почему журналистика? Статьи короче и публикуются быстрее, чем книги.

– А почему ты сотрудничаешь с журналами, а не с газетами?

– Журналы красочнее, – улыбнулась Челси. – А ты кем мечтал стать в детстве? Главным редактором?

– Да, – кивнул Зак. – Возможно, я стал мечтать об этом, потому что этим занимался мой отец.

– А почему ты так решительно настроен против развлекательных статей?

– Может, потому, что мне всегда хотелось заниматься чем-нибудь серьезным? Чтобы на страницах журнала, который я возглавляю, люди могли высказаться о том, что их не устраивает в современной жизни, чтобы они могли поделиться своими мыслями с другими. Такой своеобразный литературный форум.

– Но ведь уметь сделать так, чтобы люди могли расслабиться, – это тоже важно, – не согласилась Челси. – Вот я и стараюсь писать, чтобы люди могли взглянуть на свои проблемы со стороны, а может, даже посмеяться над ними. Писать о серьезных вещах в шутливом тоне – это тоже искусство. Ты мне лучше посоветуй, куда еще я могу надеть эту юбку. Мне ведь еще вторую статью писать.

– Мне это не нравится. – Зак остановился и посмотрел на нее. – Я не хочу, чтобы ты разгуливала в этой юбке одна. Она притягивает не мужчин, а неприятности.

– И я слышу это от тебя? – поддразнила его Челси.

Зак нахмурился.

– Не хватало только, чтобы ты пострадала из-за каких-то статей. – Его вдруг осенило. – В следующую субботу моя тетя устраивает благотворительный бал. Почему бы тебе не пойти со мной?

Челси подозрительно посмотрела на него.

– Это что, свидание? Я ведь тебе уже говорила, что я не хожу на свидания.

Зак даже не удивился. Он только испытал разочарование. А ведь до знакомства с Челси он не знал ни одной женщины, которая бы отказалась от его приглашения.

– Говорила?

Она кивнула и, тщательно выбирая слова, продолжила:

– Когда встречаешься с кем-нибудь, всегда есть вероятность, что ты привяжешься к этому человеку сильнее, чем хотелось бы, а если это чувство не будет взаимным, оно принесет только боль. Так что Дэрил, Рамон и я пообещали завязать со свиданиями и сосредоточиться на карьере.

– А кто говорит о свидании? Я всего лишь предложил тебе провести еще один эксперимент с юбкой. На балу будет много известных и популярных людей. Подумай, какую статью ты сможешь написать, если твоя магическая юбка поможет тебе увлечь какого-нибудь бизнесмена.

Челси представила себе такую картину и почувствовала азарт.

– Ты прав. – Ее глаза загорелись. – Я не могу упустить такой шанс. Пойдем.

Она в нетерпении шагнула с тротуара.

Позже Зак анализировал эти минуты и так и не смог определить, откуда у него возникло чувство опасности. Но когда, откуда ни возьмись, вынырнул автомобиль и понесся прямо на них, он уже бежал к противоположной стороне дороги, тянув за собой растерявшуюся Челси. Толкнув ее между припаркованными машинами, он накрыл ее сверху своим телом.

Раздался скрежет металла. Включилась сигнализация, но быстро смолкла. Когда машина стала удаляться, Зак вскочил на ноги, но в свете фонарей увидел только, как темно-синий седан завернул за угол.

Челси медленно встала. Зак порывисто обернулся и обеспокоенно спросил:

– Как ты?

Вместо ответа она кинулась ему на шею и уткнулась в грудь. Он почувствовал, как она кивнула, и на него разом нахлынуло облегчение, которое тут же сменилось бессильным гневом. Он погладил ее спину и снова испугался – Челси показалась ему очень ранимой и хрупкой.

– С тобой точно все в порядке?

– Да. – Ее голос звучал приглушенно. – Дай мне еще секунду.

Зак отодвинул ее немного от себя и поднял руку, чтобы поднять ее голову и заглянуть ей в лицо. И тут в плече стрельнула боль, которая, к счастью, быстро прошла.

Вздохнув, Челси отступила на шаг.

– Кажется, пронесло. – Она улыбнулась, но ее лицо еще хранило следы пережитого потрясения и страха. – Еще бы чуть-чуть…

Закончить она не смогла.

Зак снова притянул ее к себе, чтобы убедиться, что все обошлось. Он испытал такой страх, какой не испытывал еще никогда в жизни. Несколько минут они просто стояли. Челси была первой, кто разорвал их объятие.

– Спасибо.

– За что?

– За то, что избавил меня от пьяного ковбоя, спас мне жизнь, пригласил на рождественский бал, позволил мне закончить статьи. Что еще? А, еще за пиджак. – Она перевела дух. – Я ничего не упустила?

Неизвестно почему, но ему хотелось засмеяться.

– После всех этих подвигов я заслужил чашку горячего кофе?

Челси улыбнулась.

– Даже две.

– Слышишь, Рамон? Тебе не кажется, что это свидание? – спросил Дэрил, наливая тонкой струйкой в таз горячую воду, в котором Челси грела ноги.

Рамон оторвался от печенья, которые выкладывал на противень.

– Мужчина и женщина идут на рождественский бал вместе? Верное свидание.

– Нет, это не свидание, – протестовала Челси. – Это все юбка. Я что, похожа на тех женщин, которых богатые холостяки приглашают на рождественские балы?

– А почему ты считаешь, что это невозможно? – спросил Дэрил.

– Потому что… – Челси замялась, а потом выпалила: – Потому что мы не подходим друг другу.

– Потому что он тебе нравится, а из-за того гаденыша Бойда ты теперь боишься признаться в этом даже себе, – заявил Дэрил.

Ей нравится Зак Дэниелс? Этого не должно быть! Он как раз относится к тому типу мужчин, о котором ее предупреждала ее мать. Умный, богатый, красивый. Такие, как он, всегда ищут себе постоянных спутниц из своего круга – и это было единственное описание, которое привела ее мать, когда рассказывала Челси об отце.

Рамон оторвался от своего занятия, и теперь на нее смотрели две пары глаз. Причем с одинаковым выражением. Челси вздохнула и сдалась.

– Ну хорошо, хорошо. Свидание.

– И это все? – поднял брови Рамон.

Челси еще раз вздохнула и вытащила двадцать долларов.

– Но все равно это не совсем честно, потому что я иду на бал только из-за статьи, которую мне нужно написать.

– Ты хочешь надеть ту юбку? – поперхнулся Дэрил. – С ума сошла?

– Вовсе нет. И мне понадобится твоя помощь.

– Я похож на крестную фею Золушки?

– Пожалуйста, Дэрил, не губи мне карьеру, – взмолилась Челси.

Дэрил наклонил голову, подумал и кивнул.

– Ладно. – Он вдруг воодушевился. – У меня есть кое-какие идеи и…

– Я хочу заказать пиццу на дом. Кто-нибудь еще хочет? – заглушил его слова Рамон.

– Ты же шеф-повар. Ты же не можешь не понимать, какая это дрянь, – поморщился Дэрил.

– Вкусная дрянь, – поддержала кузена Челси. – На меня тоже заказывай.

На телефоне замигал индикатор автоответчика.

– Вы же знаете правила, – пробурчал Рамон. – Кто приходит первым, тот и проверяет.

Он подошел к телефону.

После приглашения оставить сообщение раздалось второе, но по голосу говорившего было нельзя определить, кто звонил: мужчина или женщина: «Статьи в «Метрополитен» отвратительны. Прекратите проповедовать секс, иначе будет покончено с автором!»

Челси почувствовала, как ее начинает бить озноб.

– Кто это был? – сглотнув, спросила она.

– Номер не определен, – ответил Рамон, посмотрев на экранчик.

Дэрил сел рядом с ней и погладил по плечу.

– Не бойся. В мире полно сумасшедших и неудачников, которые в большинстве своем трусы.

– Я уже не боюсь. – Челси взяла себя в руки и улыбнулась Дэрилу. – Я в бешенстве. И еще голодна. Заказывай пиццу, Рамон.

Рамон кивнул, но позвонить не успел, потому что раздался звонок. Челси немного настороженно следила за выражением его лица, но, заметив, как оно посветлело, тоже расслабилась.

– Вот как? Хорошо, сейчас я передам ей трубку. Говорят, что это из телешоу «Доброе утро, Нью-Йорк!». Если поймешь, что что-то не так, кивни.

Челси взяла трубку.

– Челси Броквей. Да, это я автор статей. – Послушав немного, она округлила глаза. – Да, конечно. Я буду ждать. – Она положила трубку и посмотрела на своих друзей. – Мужчина представился Джеймсом Маккарти. Он хочет пригласить меня на свое шоу в пятницу и пришлет за мной машину в пять утра.

На лицах обоих ее друзей проступило выражение шока, сменившееся восторгом.

– Ну ты даешь! – выдохнул Дэрил.

Рамониздал какой-то нечленораздельный вопль.

– Я надену юбку, – решила Челси и усмехнулась. – Заодно проверю, передается ли волшебство с помощью электромагнитных волн.

Глава шестая

– Зак? Ты проснулся?

– Да.

Несмотря на то что часы показывали только семь, Зак не только встал, но уже закончил свои обычные утренние занятия медитацией и был готов отправиться на работу. Что его удивило, так это ранний звонок тети Миранды.

– Что-то случилось?

– Включи телевизор.

– Не знал, что ты смотришь телевизор в такую рань, – сказал Зак, беря в руки пульт. – Какой канал?

– Пятый.

– И что там такого интересного?

– Увидишь.

Зак переключился на пятый канал и сначала не поверил своим глазам. У камина стояли два кресла. В одном из них сидел привлекательный мужчина, во втором… – Челси!

Он скучает по ней, неожиданно понял Зак. Это открытие заставило его нахмуриться. Тетя Миранда что-то еще говорила в трубку, а он жадно смотрел на экран. Морщинка между его бровей стала глубже, когда он увидел, что на Челси знакомая черная юбка, которая открывала ее ноги на добрых два дюйма выше колен.

Он четыре дня намеренно избегал с ней встреч. На следующий день после их знакомства Эсме положила на его стол первую статью Челси, уже отправленную в типографию. Прочитав ее, Зак был вынужден признать, что Челси наблюдательна и хорошо пишет. Ее статья была пронизана юмором и читалась на одном дыхании.

Ведущий что-то сказал, чем вызвал искренний веселый смех Челси, от которого у него все внутри перевернулось. Четыре дня ничего не изменили. Его тянуло к ней еще сильнее, чем в первый день.

– Почему ты мне не сказал, что именно она автор тех двух статей, которые подняли нам продажи? Это ведь ее мы видели в ресторане в тот день?

– Да, это она, – собравшись с мыслями, ответил Зак.

– Так почему ты мне не сказал?

– Тогда я этого еще не знал.

– И ты заключил с ней контракт еще на три статьи, одна из которых уже выйдет в завтрашнем номере? По-моему, это несколько расходится с тем, что ты говорил на собрании. Или я ошибаюсь?

– Контракт заключила Эсме, когда она временно руководила журналом. Я лишь решил, что не буду его разрывать.

Камера выхватила лицо Челси крупным планом. Она в это время рассказывала легенду о юбке, которая и подтолкнула ее написать еще несколько статей. Челси провела параллель между юбкой и «счастливыми» рубашками и галстуками в гардеробе многих людей. Она даже добилась признания ведущего, что и у него есть один особенный галстук, который приносит ему удачу.

– Неплохо, совсем неплохо, – заметила Миранда.

Неплохо? Это слово совсем не подходит для Челси. Она лучшая! Она была так убедительна, что Зак уже не сомневался: женская половина, которая сейчас смотрит эту программу, поверила, что обычная юбка и впрямь способна притягивать к себе мужчин.

– Ты хорошо придумал, что предложил ей выступить. Она создаст нам дополнительную рекламу.

– Это не я, – кратко сказал Зак.

Пригласить Челси выступить на телевидении с рассказом о какой-то «волшебной» юбке было последним, что могло бы прийти ему в голову.

– Ну, кто бы это ни был, этот человек принес нам пользу. Интересно, насколько теперь вырастут продажи журнала? «Доброе утро, Нью-Йорк!» смотрит половина города.

Зак не ответил, потому что в это время ведущий сказал:

– Я бы хотел задать вам пару вопросов, касающихся ваших недавно вышедших статей в «Метрополитен». Думаю, многие хотели бы уточнить, кого можно назвать «Ах, какой мужчина!».

– Это мужчина, которого смело можно назвать мечтой любой женщины. У каждой он свой, но вместе с тем он вобрал в себя все качества, которые женщина ценит в мужчине. Ну и, конечно же, он восхитительный любовник.

– То есть не просто идеал мужчины, но еще и герой-любовник?

– Без сомнения.

Ведущий улыбнулся.

– Думаю, сегодня мы не будем выяснять, какими качествами должен обладать герой-любовник. Это мы оставим для другого, вечернего шоу, – иначе как бы наши зрительницы не решили сразу проверить, не просмотрели ли они чего-нибудь в своем партнере? Поэтому мы решили подготовить список мужчин, некоторые из которых всем хорошо известны, и определить, к какому типу они относятся: «Ох, этот мужчина!» или «Ах, какой мужчина!».

– Я хочу с ней познакомиться, – заявила Миранда.

– Ты сможешь сделать это уже завтра. Она придет на бал.

– Мне уже не терпится поговорить с ней.

Мне тоже, хмуро подумал Зак. Неожиданно среди фотографий политиков и звезд кино, мелькавших на экране, он заметил свое собственное изображение.

– Ну, мисс Броквей? Я уверен, все ждут вашего вердикта. Вы ведь эксперт.

– Мне трудно сказать, глядя на фотографии. Со многими из них я не знакома, – слегка смущенно улыбнулась Челси.

– Ладно. Тогда что вы скажете о Закари Макдэниелсе, новом главном редакторе «Метрополитен»? С ним-то вы уже успели познакомиться?

– Да, конечно.

– Ну и каков ваш приговор?

– «Ах, какой мужчина!», – не моргнув глазом, сказала Челси.

В ушах Зака раздался веселый смех тети Миранды, а ведущий уже громко говорил:

– Женщины Нью-Йорка, вы это слышали? Мистер Макдэниелс, я надеюсь, вы нас сейчас смотрите, потому что я уверен, что все женщины Нью-Йорка сейчас горят желанием увидеть хотя бы на экране и услышать голос идеального мужчины и идеального любовника. Я приглашаю вас прийти к нам в студию в следующий вторник, сразу после Рождества, а до этого все желающие могут принять участие в голосовании, которое будет длиться до понедельника. Вопрос один: «Закари Макдэниелс – ох или ах?». – На экране возникла его фотография. – Результаты мы сообщим во вторник в любом случае. А на сегодня все. Я благодарю нашу гостью и желаю всем доброго утра.

Миранда снова засмеялась.

– Как ты думаешь, сколько человек теперь будут ждать вторника, чтобы узнать, примешь ли ты вызов?

Зак поморщился. Он не хотел об этом даже думать.

Челси вышла из лифта и попала в объятия Дэрила.

– Ты была восхитительна!

– Может быть, только я уверена, что Закари Макдэниелс с тобой не согласится.

– Он поймет, что у тебя не было иного выхода. Не могла же ты на весь Нью-Йорк сказать: «Ох, Закари Макдэниелс!» Поверь мне, ему больше понравился твой вариант ответа. К тому же у меня предчувствие, что после этого шоу женщины просто сметут «Метрополитен» с газетных прилавков. А если кто-то вобьет себе в голову, что юбка, и правда, притягивает мужчин, боюсь, в какой-нибудь момент ее просто с тебя стащат, особенно когда станет известно, что он пригласил тебя на свидание.

– Не меня, а юбку! – буркнула Челси.

Дэрил хмыкнул.

– Рассказывай это кому-нибудь другому. Конечно, юбка сейчас, когда я над ней немного поработал, выглядит классно…

– За что я тебе очень благодарна. Ты знаешь, я уже сама уверена, что без проделок луны тут не обошлось. Прошло уже четыре дня, а он мне ни разу не позвонил. Так что, как бы неправдоподобно это ни звучало, впонедельник он находился под влиянием этого куска ткани.

– Господи, Челс! – нетерпеливо воскликнул Дэрил и развернул ее лицом к зеркальной витрине магазина, мимо которого они шли. – Да ты посмотри на себя! Ты умная и симпатичная.

– Но он почему-то мне не позвонил… – дрогнувшим голосом, сказала она.

– Может, он занят? Позвони ему сама. Кстати, ведь его пиджак еще у тебя? Вот и действуй. Увидишь, он еще поблагодарит тебя за рекламу, которую ты создала журналу.

– Ты думаешь?

Челси с надеждой посмотрела на него.

– Ну конечно! Да, и не забудь сказать ему, что тебе угрожают.

Челси вздрогнула. Нет, она не боялась, но нет ничего приятного в том, чтобы каждый день получать угрозы. Слова всегда были одни и те же, как и голос, приглушенный и до невозможности искаженный. Возможно, это была запись. Челси до сих пор так и не поняла, кто и почему ей угрожает.

– Но мы ведь пришли к мнению, что это просто чья-то злобная шутка, – сказала она.

– Да, но твой босс должен быть в курсе.

– Доброе утро, мистер Макдэниелс, – приветствовала Зака секретарша Линда Паркер, протягивая ему пачку писем. – Ваш брат звонил дважды. Я сказала ему, что вы еще не пришли, но он мне, похоже, не поверил.

– Если он еще раз позвонит, скажите ему, что я на важной встрече. И соедините меня с мисс Броквей.

Линда заметно оживилась.

– Мне так понравилось ее сегодняшнее выступление!

Зак, уже толкнувший дверь кабинета, остановился.

– Вы смотрите это утреннее шоу?

– Каждый день, – кивнула секретарша, привлекательная девушка лет двадцати пяти. – Вы хорошо придумали, чтобы мисс Броквей выступила на телевидении. Все уже обсуждают плюсы этого хода. – Она откашлялась. – Хотя есть и минус. Уже звонили несколько женщин. Боюсь, скоро к нам будет не прозвониться.

– Я… – начал было Зак, но его прервал телефон.

– Приемная главного редактора, – сказала Линда в трубку. – К сожалению, ваш брат сейчас на встрече. – Она заговорщически улыбнулась Заку. – Я обязательно ему передам.

Зак кивнул и зашел к себе. На автоответчике было два сообщения от его брата, который до этого никогда ему не звонил, а также от Джеймса Маккарти, шоу «Доброе утро, Нью-Йорк!» и дюжина звонков от женщин, чьи имена ему были незнакомы.

Челси Броквей придется многое ему объяснить.

Он взял конверт, на котором была напечатана только его фамилия с пометкой «лично». В конверте лежал листок. Развернув его, Зак прочитал: «Прекратите проповедовать секс. Понедельник был предупреждением».

Зак открыл дверь в приемную.

– Я как раз набираю номер мисс Броквей.

– Как к вам попал этот конверт?

– Его доставили курьерской почтой, – немного растерянно сказала Линда.

– Постарайтесь выяснить, кто был отправителем.

– Конечно.

Зак вернулся к себе, и тут зазвонил внутренний телефон.

– Пришла мисс Броквей. Мне сказать, что вы на собрании?

– Пусть немедленно зайдет ко мне!

Зак остановился у окна, стоя спиной к двери. Сердце почему-то взволнованно забилось. Чертовщина какая-то. Он не может быть возбужден. Он зол на нее и…

Он не слышал, как открылась и потом закрылась дверь, но почувствовал ее присутствие. Обернувшись, Зак понял, что все эти четыре дня только обманывал себя. Он по-прежнему желает Челси Броквей, да так сильно, что готов забыть, где находится, и заняться с ней любовью прямо на отцовском офисном столе. Он жадным взглядом охватил ее фигуру.

– Я хотела только оставить пиджак, – начала Челси. – Но если я пришла в неподходящее время…

– О чем ты только думала, согласившись пойти на телешоу?

Он не удержался и шагнул к ней, словно его тянуло магнитом.

– Ты рассержен, – констатировала она.

– А ты наблюдательна.

– Но ведь это дополнительная реклама!

– Реклама? Печальная известность – вот как это называется. Как, по-твоему, я смогу завоевать людей, которых мне бы хотелось видеть среди читателей журнала, когда я объявлен идеальным любовником?

Зак стоял теперь всего в нескольких дюймах от нее.

– Мне что же, следовало это опровергнуть?

Она задрала голову.

– Что тебе следовало сделать, так это не появляться на шоу, преследуя свои собственные цели, которые подрывают авторитет журнала. – Видя ее губы совсем близко от себя, Зак чуть не потерял голову от страсти. – Это невозможно, – процедил он.

Схватив Челси за руку, он довольно грубо дернул ее на себя и впился в губы девушки.

Челси не могла пошевелиться. Разве можно потерять голову всего лишь от одного поцелуя? – беспомощно подумала она. Да, можно, ответила она на свой вопрос, вернув Заку поцелуй с такой же страстью и запуская руки в его волосы. Как ни жаль, но, похоже, она бы ни в чем не смогла отказать Заку Макдэниелсу…

– Как ты посмел опозорить отца?

Громкий гневный окрик проник сквозь ее затуманенное сознание в ту самую секунду, когда Зак оторвался от ее губ и отпустил.

Глава седьмая

– Челси, позволь познакомить тебя с моим братом, Джереми Макдэниелсом, в будущем губернатором штата Нью-Йорк. Джерри, это…

– Я знаю, кто это, – оборвал Зака Джерри, бросив на Челси уничижительный взгляд. – И я не допущу, чтобы это продолжалось!

– Ты не позволишь мне ее целовать?

Лицо Джереми стало багровым, но Челси все-таки узнала в нем конгрессмена с Лонг-Айленда, который выставил свою кандидатуру на пост губернатора. Она перевела взгляд с одного мужчины на другого. На первый взгляд братья были совсем не похожи, но, присмотревшись, она заметила несомненные признаки фамильного сходства.

– Ты знаешь, что я говорил не об этом, – процедил Джереми. – Хотя мне не нравится, для каких целей ты используешь кабинет отца.

– Мой кабинет, – уточнил Зак.

– Это ненадолго. Уж поверь мне, я постараюсь исправить ошибку тети Миранды. Когда я пообещал себе не вмешиваться, то надеялся, что ты исправился, но теперь, когда в журнале отца с твоего согласия проповедуют секс…

– Постой!

Зак поднял руку. Инстинктивно Челси встала между мужчинами, которых уже разделяло чуть более фута.

– Перестаньте. Ваш отец бы этого не одобрил. Тем более в своем кабинете.

– В моем кабинете, – поправил ее Зак.

– Я не собирался махать кулаками. Я противник насилия. – Джерри по-прежнему смотрел мимо Челси. – Я пришел лишь затем, чтобы сказать, что буду настаивать на том, чтобы во вторник собрать внеплановый совет директоров и поднять вопрос о твоей отставке.

– Я никуда не уйду.

– Тогда я найду способ этого добиться, так как тебе, очевидно, наплевать на семейные ценности.

– Извините меня, мистер Макдэниелс, – вставила Челси, – но это вам наплевать на семью. Вы ведь хотите вонзить нож в спину брата.

Впервые Джерри посмотрел прямо на нее.

– Я не собираюсь выслушивать лекции женщины, которая ничего, кроме «ах» и «ох», сказать не может или рассуждает о юбке, которая… – кивнул он на ее юбку и вдруг поперхнулся. – Тем более, когда эта юбка демонстрирует доступность жен…

Он сглотнул и с очевидным трудом перевел взгляд с юбки на лицо девушки.

– Вы не хотите слушать меня, – сказала Челси, наблюдая за ним с некоторым удивлением. – Но своего брата вы должны выслушать. Он объяснит вам, почему так вышло, что журнал печатает мои статьи. Ваш брат был как раз против их публикации и предложил мне выкупить контракт, но…

– Но он до сих пор этого не сделал, принимая во внимание сцену, свидетелем которой я стал недавно.

Джерри вдруг сделал несколько шагов по направлению к двери, словно больше не мог находиться рядом, рывком открыл дверь и поспешно вышел.

– Подождите!

Челси рванулась за ним, но Зак удержал ее за руку.

– Бесполезно.

Челси посмотрела на него, и Зак рассмеялся, увидев на ее лице выражение отчаянной решимости.

– Это не смешно, – нахмурилась она, но смех Зака был столь заразителен, что она засмеялась вместе с ним.

– Видела, как он смотрел на юбку?

– Словно опасался, что она вот-вот его укусит! – Она снова залилась смехом. – Но ты должен был догнать его и объяснить, что…

Зак покачал головой.

– Ты не знаешь моего брата. Джерри никогда не хотел, чтобы я стал преемником отца. Статья про юбку – всего лишь предлог, чтобы выкинуть меня отсюда.

– Тогда ты просто обязан пойти на телешоу! Это твой шанс рассказать всем, как в скором времени преобразится журнал.

Зак посмотрел в ее глаза – Челси искренне переживает за него. Он не мог вспомнить ни одного человека, кто бы отстаивал его интересы. Даже тетя Миранда, когда отец был жив, никогда открыто не защищала племянника, не выступала против брата, даже если не одобряла его решения. А Челси уже не в первый раз бросается ему на подмогу.

– Ты не должна так поступать.

– Поступать как? – не поняла она.

– Встревать между мной и другим мужчиной.

– Это старая привычка. – Челси небрежно пожала плечами. – У меня же три младших брата. Когда они были маленькими, в мои обязанности входило не допускать драк. Самым эффективным средством было встрять между ними, правда, не всегда удавалось разнять мальчишек.

– Не всегда?

– Однажды мне все-таки досталось. – При этом воспоминании Челси улыбнулась. – Мне сломали ребро, а врач сказал, что мне еще повезло, что не нос.

Зак коснулся ее прямого милого носика.

– Он был прав.

Напрасно он до нее дотронулся. Почувствовав гладкость и бархатистость ее кожи, он не смог заставить себя убрать руку. Его ладонь накрыла ее щеку, соскользнула вниз по шее, и Зак ощутил, как участился ее пульс. Он не отрывал от Челси взгляда и видел, как темнеют ее глаза и расширяются зрачки. Когда с ее полураскрытых губ слетел едва слышный вздох, Зак понял, что она не будет против, если он ее поцелует.

И о чем он только думает? – почти сразу пронеслось в его голове. Ему нужно думать о том, что предпринять, чтобы защитить себя от Джерри, а не о том, чтобы заняться любовью с Челси Броквей в отцовском кабинете. В его кабинете, поправил он сам себя. А если он и дальше хочет продолжать руководить журналом, ему нужно немедленно избавиться от этого наваждения.

– Это нужно прекратить, – охрипшим голосом, сказал Зак.

Ее веки приподнялись, и он увидел, что глаза Челси подернуты мечтательной дымкой.

– Я хочу тебя, – вырвалось у него, и, когда он сделал это признание, ему неожиданно стало намного легче сопротивляться.

Зак убрал руки, сжал их в кулак и сделал шаг назад.

Челси моргнула и тоже отступила.

– Это все юбка.

– Ты о чем?

– Ты признался, что тебя тянет ко мне. Но это только потому, что на мне волшебная юбка, – пояснила она.

Зак возвел глаза к потолку.

– У тебя есть другое объяснение? – спросила она.

– Это химия. Страсть. Ты красивая женщина, а я всего лишь мужчина.

Челси покачала головой.

– Я сначала тоже не особенно верила, но ты ведь видел, как странно начинают вести себя некоторые мужчины, когда замечают на мне эту юбку. Даже твой брат.

Зак хмыкнул.

– Джерри, может, иногда и тугодум, когда речь заходит о женщинах, но он не слепой. Твоя юбка почти прозрачна…

Челси приподняла подол и посмотрела сквозь материю.

– Что ты имеешь в виду? Да я даже своих пальцев не вижу.

Зак мог сказать ей, что для этого ей нужно встать напротив источника света, но подумал, что это лишнее.

– Я не хочу больше продолжать этот разговор о магической юбке. Ты женщина, я мужчина. Между нами вспыхнуло обоюдное желание. Это случается. Теперь нам нужно эту проблему решать.

Раздался звонок внутреннего телефона.

– Пришла ваша тетя, – сообщила Линда. – Я сказала, что вы заняты, но она…

– Для тети Миранды я всегда свободен.

Челси придвинулась ближе к стене и смотрела, как в кабинет Зака входит высокая женщина в зеленом костюме. Не заметив Челси, она остановилась рядом с племянником. Челси узнала в ней ту самую женщину, с которой Зак был в ресторане.

При виде тети Зак улыбнулся и крепко обнял ее. Запечатлев на щеке племянника поцелуй, Миранда сказала:

– Теперь я могу назвать еще одну причину, почему я люблю только одного племянника.

– Ты встретилась с Джерри?

– Он был у тебя?

– Ушел несколько минут назад.

– Жаль, он уже не маленький и я не могу его хорошенько встряхнуть. Пока я к тебе поднималась, мне уже позвонили несколько членов совета директоров с требованием созвать внеочередное собрание. Я сказала, что в любом случае раньше вторника не получится. Может, до этого момента они немного остынут. И подумать только, что причиной всего этого послужило появление мисс Броквей на утреннем шоу!

– Ты так взволнована, потому что переживаешь из-за меня? – с любовью глядя на тетю, спросил Зак.

– Ну еще бы! До того, как состоялся совет директоров, на котором тебя назначили главным редактором, Джерри пообещал мне, что поддержит тебя. По крайней мере, не будет замышлять заговора за моей спиной.

– Из его слов я понял, что он действительно меня поддержал. Но, получается, я обманул его доверие.

– Меньше чем через неделю после твоего назначения? – воскликнула она. – Нет, твой брат притворялся, понимая, что я упряма и своего добьюсь. Вот он и затаился, выжидая благоприятного случая, чтобы сделать по-своему.

– Джерри имеет такое большое влияние на членов совета директоров?

– Он хороший политик и умеет управлять людьми. Думаю, он сумеет преподнести все так, чтобы склонить большую часть совета на свою сторону. Но я тоже много чего повидала на свете и кое-чему научилась. Мы будем действовать.

– Скорее всего, я бы смог справиться и сам, но все равно, спасибо за поддержку. А как ты хочешь действовать?

– В первую очередь, ты примешь приглашение и пойдешь на шоу, – заявила Миранда.

– Минутку. – Зак протестующе поднял руку. – В моем плане этого нет.

– Ты хочешь отказаться от такого шанса – склонить членов совета директоров на свою сторону, разъяснив свою позицию и направление, в котором будет развиваться журнал? А до этого, на бале, я устрою так, чтобы кое-кто из совета директоров сел за мой стол, и как можно незаметнее постараюсь внушить им определенные мысли на твой счет. К тому же я раздобыла у твоего секретаря телефон мисс Броквей. Я позвоню ей сегодня.

– Зачем ждать? Тетя Миранда, позволь познакомить тебя с мисс Челси Броквей.

Повернувшись, Миранда обнаружила, что в кабинете они были не одни.

– Прошу прощения, – приветливо улыбнулась она, протягивая Челси руку. – Приятно с вами познакомиться. Надеюсь, я не сказала ничего шокирующего?

Челси вернула ей улыбку и пожала руку.

– В любом случае я буду нема как рыба.

– Отлично сказано, мисс Броквей, – взглянув на племянника, заявила Миранда. – Надеюсь, вы наденете юбку, о которой рассказывали на шоу?

– Она на мне.

Миранда опустила глаза и несколько секунд изучала юбку.

– Но она выглядит такой обычной, – наконец сказала она и сосредоточенно нахмурилась. – Постойте-ка. Разве не в этой самой юбке вы были в понедельник в ресторане? И вокруг вас еще бармен суетился?

– Так оно и было. А бармен – мой друг Дэрил. Он учится на модельера и подгонял юбку под меня подручными средствами.

– Это какими же? – полюбопытствовала Миранда.

– Степлер и скотч.

– В самом деле?

– Конечно. Именно благодаря Дэрилу я не потеряла юбку, когда мы с Заком спасались бегством от двух пьяных ковбоев.

– Вы говорите о техасцах из вашей статьи? И Зак тоже спасался бегством? Интересно.

Она кинула быстрый взгляд на племянника.

– Да, – кивнула Челси. – Если бы не Зак, я бы ни за что не смогла разминуться с машиной, которая едва нас не сбила.

– Машина, – неожиданно произнес Зак. – Я совсем забыл об этом.

Миранда и Челси непонимающе посмотрели на него.

– Я получил сегодня письмо с угрозой. – Он нашел его среди других писем на столе. – Я сначала не понял, о каком понедельнике шла речь, но теперь все ясно…

Миранда потеряла дар речи. По спине Челси поползли мурашки, а когда Зак прочитал письмо вслух, она испугалась по-настоящему.

– Всю эту неделю кто-то оставляет подобное сообщение на моем автоответчике, – дрожащим голосом сказала она.

– Что? – в один голос воскликнули Зак и Миранда.

– Тебе угрожают, и ты мне ничего не сказала?

Голос Зака повысился на октаву.

– Я думала, что это чья-то злобная шутка. – Она сделала попытку улыбнуться, но не смогла, потому что в голову ей пришла неожиданная мысль: Заку стали угрожать из-за нее! Челси покачала головой. – Извините, что не сказала сразу, но я не знала… я не думала… Зак, прости, что причиняю тебе неприятности. Кому-то не нравятся мои статьи, а страдаешь из-за этого ты. Я больше не буду писать ничего подобного. Я хочу отказаться от контракта.

Зак сузил глаза.

– Что я за редактор, если буду пугаться каждого подобного сообщения? В этот раз кому-то не понравилась статья о юбке, а в следующий раз мне опять будут указывать, что я должен напечатать?

– Но я не хочу подвергать никого опасности!

– Самая большая опасность грозит тебе. – От этой мысли он весь похолодел. – Пожалуй, я найму тебе охранника.

Миранда кивнула и открыла сумочку.

– Зак прав. Вот адрес фирмы, которая будет обеспечивать безопасность на моем балу. Я уже давно работаю с этой компанией. Они не только занимаются обеспечением безопасности, но и расследуют такие дела. Нужно обязательно выяснить, кто стоит за этими угрозами.

– Спасибо, тетя Миранда, – благодарно улыбнулся ей Зак.

В эту минуту в дверь постучали.

– Извините, мистер Макдэниелс, – сказала Линда. – Я не хотела вас отвлекать, но позвонила миссис Синклер и попросила вас немедленно прийти в конференц-зал. Возникла какая-то проблема.

Зак обменялся взглядом с тетей.

– Похоже, мой братец поднял на уши не только совет директоров.

– Мне пойти с тобой? – спросила Миранда.

– Спасибо, но я справлюсь сам.

– Так я скажу аннулировать контракт? – раздался голос Челси.

Зак резко повернулся к девушке.

– Нет!

Челси хотела что-то добавить, но ее опередила Миранда.

– Иди, Зак, а мы с мисс Броквей пообедаем. Вы не откажетесь составить мне компанию? – обратилась она к Челси.

– Да, конечно, – вынуждена была согласиться она.

– Отлично.

– Мы еще не все решили, – сказал Зак, посмотрев Челси в глаза, и вышел.

Дверь за ним захлопнулась. Вот тут ты ошибаешься, подумала она про себя, все уже для себя решив.

Глава восьмая

После обеда с тетей Зака в одном из самых дорогих ресторанов Нью-Йорка Челси, сославшись на усталость – из-за шоу ей пришлось встать в четыре часа утра, – отправилась домой. Миранда ни за что не хотела отпускать девушку одну, и Челси пришлось постараться и убедить Миранду, что дома она будет в безопасности. Но уже по дороге домой Челси задумалась о том, а не обратиться ли ей в полицию?

Несмотря на то что тетя Зака оказалась замечательной собеседницей, в какой-то момент Челси осознала всю несбыточность своих робких надежд. Она чувствовала себя Золушкой, которой в полночь из принцессы надлежит снова превратиться в оборванку. Это чувство усилилось, когда такси остановилось у обшарпанного дома, в котором она жила.

Магия юбки или что-то другое сыграло свою роль, раз Зак нашел ее привлекательной, но невозможно закрыть глаза на то, что между их жизнями лежит космическая пропасть. Для нее же будет лучше, если она сама положит всему конец и не будет подвергать Зака опасности. Конечно, она пообещала Миранде, что придет на бал, но это все.

Задумавшись, Челси поднялась на свой этаж. Поднеся ключ к замку, она вдруг замерла: дверь была приоткрыта. Страх охватил ее с головы до пят. Когда в квартире раздались осторожные шаги, Челси сначала окаменела, а затем тихо-тихо стала отходить от двери. Сердце гулко стучало в груди. Спина покрылась липким потом. Челси знала, что в квартире чужой, потому что Дэрил и Рамон еще на работе. Это мог быть грабитель, а может – от этой мысли у нее волосы встали дыбом – кто-то поджидает именно ее!

Не доходя до лифта, она бросилась по лестнице вниз, молясь успеть выбежать из дома до того, как неизвестный поймет, почему она не зашла в квартиру – он не мог не слышать звона ключей. Оказавшись на улице, Челси помчалась прочь, стремясь побыстрее оказаться подальше от дома.

Экстренное собрание, созванное сотрудниками журнала, не подняло Заку настроения. Все хотели знать, чему они должны верить, если слова главного редактора расходятся с делом. Билл Андерсон прямо спросил, не собирается ли Зак освободить должность уже во вторник.

На лицах людей Зак читал растерянность и тревогу: никто не понимал, что происходит, и это никому не добавляло оптимизма, хотя пока больше никто не подал заявление об уходе. Конечно, впереди праздник – кому хочется потерять работу за три дня до Рождества?

– Мистер Макдэниелс, вам звонит мисс Броквей, – сказала Линда, прибавив к терзавшим его мрачным мыслям еще и острое чувство тревоги.

– Слушаю.

– Зак…

Услышав ужас в ее голосе, он почувствовал всепоглощающий страх.

– Что случилось?

– Кто-то проник в мою квартиру и…

– Ты где? – перебил ее Зак.

– В кофейне. Я запаниковала и убежала.

Зак немного расслабился. По крайней мере, сейчас Челси среди людей и в относительной безопасности.

– Успокойся и расскажи все по порядку.

– После обеда с твоей тетей я поехала домой. Когда я хотела вставить ключ в замок, то поняла, что дверь открыта. Потом внутри раздались тихие шаги, и я убежала.

– Ты правильно поступила. Ты уже сообщила в полицию?

Повисла пауза, а затем Челси немного нервно засмеялась.

– Я хотела позвонить, но забыла. Сейчас позвоню.

– Хорошо. Продиктуй мне адрес, я сейчас приеду. Никуда не уходи. И запиши номер моего мобильного телефона. Если что – немедленно звони.

По дороге в кофейню Зак о чем только не передумал. Страх, что с Челси могло произойти что-то ужасное, не отпускал его ни на секунду. Только убедившись, что она жива-здорова, он позволил себе вздохнуть с облегчением, хотя на душе его было тревожно.

Дождавшись приезда полиции, они вошли в квартиру. Она была полностью разгромлена. Челси побледнела, ее стал бить озноб. Видя состояние девушки, Зак крепко обнял ее. Слыша размеренные удары его сердца, чувствуя надежные руки на своей спине, она стала понемногу приходить в себя. Уткнувшись Заку лицом в грудь, Челси вдыхала его запах и мечтала никогда не покидать его объятий.

– У вас были враги?

Вопрос полицейского не сразу дошел до ее сознания, но затем Челси все вспомнила. Почему ее обнимает Зак и почему он с ней. Зак немного разжал руки, чтобы она могла повернуться к полицейскому, но из объятий своих не выпустил.

– Враги? Не знаю. – Она попыталась сосредоточиться. – Нет, не думаю.

– Подумайте еще раз.

Челси нахмурилась.

– А почему вы уверены, что это не ограбление?

– Если вы пройдете в спальню, то обнаружите на полу разбитую копилку, рассыпавшуюся мелочь и двадцатидолларовую банкноту. Ну, и к тому же есть еще кое-какие признаки.

– В спальне, – кивнула женщина-полицейский, которая по внешнему виду приходилась Челси ровесницей, – из шкафа вытащили все вещи, но порвана только женская одежда.

– Кто-то разорвал мою одежду? – не поверила Челси.

– Мисс Броквей, пожалуйста, еще раз подумайте над тем, кто это мог сделать.

– Но я не знаю, – растерянно произнесла она.

– Кто-нибудь из тех, с кем вы не ладите, кто вас ненавидит, бывший приятель, – перечислял детектив. – Кстати, представьтесь, пожалуйста, – обратился он к Заку.

– Я ее начальник.

– И вы не встречаетесь с мисс Броквей?

– Завтра мы идем на благотворительный бал.

– Свидание?

– Не совсем так, – быстро вставила Челси.

– Вы не встречаетесь, но на бал идете вместе, – подытожил детектив. – Хорошо. Есть ли у вас еще приятели среди мужчин? Бойфренд?

Челси почувствовала на себе взгляд Зака.

– Сейчас я ни с кем не встречаюсь.

– Сейчас? – ухватился детектив за это слово. – С кем вы встречались раньше?

– С Бойдом Картером, – с заминкой сказала она.

Зак знает его! Челси поняла это по тому, как он напрягся. Детектив это тоже заметил.

– Вы его знаете? – внимательно глядя на Зака, спросил он.

– Если это тот, о ком я думаю, то его отец входит в состав совета директоров «Макдэниелс инкорпорейтед».

Неизвестно почему, но детективу это не понравилось.

– Могу я посмотреть спальню? – спросила Челси.

– Вам придется немного подождать, пока там все не проверят. А пока, может, вы расскажете детективу Грею о ваших отношениях с мистером Картером?

Когда Зак увидел, во что превратилась спальня, он пришел в ужас. Если бы Челси вошла сегодня в квартиру, если бы она не убежала… Он даже боялся закончить свою мысль.

– Расскажите мне о Бойде Картере, – сказал детектив.

– Вы думаете, это сделал он?

– Я пока ни о чем не думаю, а только собираю факты.

Зак перевел взгляд и вдруг оцепенел. На зеркале маркером было выведено: «Прекрати проповедовать секс. Это последнее предупреждение».

«…проповедуют секс», – вспомнил Зак слова брата. Но ведь это не мог быть Джерри! Конечно, брат ненавидит его, но он достаточно умен, чтобы не прибегать к таким примитивным и варварским средствам. Даже если ему нужно добиться своей цели.

Детектив Перес задал ему множество вопросов. Узнав, что почти такое же сообщение получил Зак и что в понедельник их с Челси едва не сбила машина, он призадумался.

– По тому, как здесь орудовали, я бы сказал, что этот человек действовал в приступе ярости или ревности, а учитывая, что подобные угрозы стали приходить после вашего знакомства с мисс Броквей, можно предположить, что именно ваше знакомство послужило причиной того, почему эта ярость прорвалась наружу, – наконец сказал он. – Конечно, можно предположить, что ненавидят не лично мисс Броквей, а тематику ее статей, которые, по мнению неизвестного, «проповедуют секс», но то, что вас едва не сбила машина, говорит об обратном. А это не могли сделать ваши враги, мистер Макдэниелс?

– Мои?!

– Вы сказали, что заступили на должность главного редактора в понедельник и многим ваше назначение не понравилось.

– Но при чем здесь Челси?

– Кто-то мог решить, что до вас им легче добраться, действуя на девушку.

– Но мы знакомы с ней всего пять дней!

А у него такое чувство, что всю жизнь…

– Я понимаю ваше недоумение, но должен все проверить. Может, неизвестный решил, что вас связывают не только трудовые отношения? Ведь было еще выступление мисс Броквей на телевидении, я прав? Возможно, были еще некоторые признаки, которые убедили этого человека, что мисс Броквей вам небезразлична.

Зак вспомнил их поцелуй в кабинете, когда вошла Эсме Синклер. Могла она рассказать об этом кому-нибудь еще или нет? Кроме того, что она была предана его отцу, он больше ничего о ней не знает. А как быть со словами «проповедовать секс»? Их употреблял и Джерри, и неизвестный. Могло ли это быть простым совпадением? Что, если все эти угрозы на самом деле предназначались ему, а Челси здесь ни при чем? Ведь не все могут знать, что ей осталось написать только две статьи. Каким бы хорошим журналистом она ни была, но «Метрополитен» больше не будет с ней сотрудничать, если, конечно, ее заметки не станут отвечать новым требованиям, которые он поставил перед сотрудниками журнала.

Если этот кто-то поймет, что Челси делает Зака уязвимым, он не оставит свои угрозы и в конце концов вынудит его уйти с должности, потому что, если Зак откажется выполнять требования этого человека, Челси может пострадать. Ведь если с ней что-нибудь случится, он себе этого никогда не простит, потому что по неизвестной ему причине Челси Броквей стала ему очень дорога…

Но просто сидеть сложа руки и ждать, он не намерен.

После того как ушли полицейские, Зак пригласил Челси в ресторан. Он был так внимателен и чуток, что девушка призналась себе, что влюбиться в Зака Макдэниелса очень легко.

– Расскажи мне про Картера, – сказал он, когда официант принял заказ.

– Я бы не хотела о нем вспоминать.

– Не мог он устроить такой погром?

– Бойд? – криво усмехнулась Челси. – Только не он.

– Где вы познакомились?

– Ты ведь не отстанешь, верно? – Она вздохнула. – В ресторане, где работают Рамон и Дэрил, – неохотно начала она. – Он был чертовски обаятелен. Что было совсем неудивительно, как стало мне известно немного позже. Мы встречались три месяца, когда я поняла, что ничего для него не значу. Так, очередная кукла. Затем я узнала, что одновременно со мной он встречался еще с несколькими девушками, но к тому времени я имела глупость влюбиться в него, поэтому терпела. Примерно через год он меня бросил, а на следующий день я встретила его в ресторане с очередной пассией. Так что, – она невесело улыбнулась, – теперь ты сам понимаешь, что это не мог сделать Бойд.

– Как это тебя угораздило влюбиться в такого проходимца?

Челси вдруг широко улыбнулась.

– Дэрил тогда за меня отомстил, облив Бойда красным вином. Ему, конечно, досталось от Пьера, но зато я немного повеселилась.

Зак взял ее руку и поднес к губам.

– Напомни мне поблагодарить Дэрила, когда я увижу его в следующий раз.

От прикосновения его губ Челси затрепетала. Все неприятности дня отступили на задний план перед ощущениями, которые будили в ее теле прикосновения Зака.

– Пока полиция не выяснит, кто стоял за этим погромом, я хочу, чтобы ты пожила у меня.

От предложения Зака у Челси закружилась голова. Стоило ей представить себя в его квартире, в его спальне, как ее захлестнула волна желания. Ей потребовалось усилие, чтобы взять свое воображение под контроль.

Она вспомнила Бойда, боль и разочарование, которые испытала, когда тот заявил, что между ними все кончено. Вспомнила, сколько времени ей понадобилось, чтобы немного прийти в себя. Больше она не хочет испытывать ничего подобного, потому что ее чувства к Заку уже несравнимо глубже, несмотря на непродолжительное знакомство. А это значит, что и боль от разрыва будет несоизмеримо сильнее.

– Спасибо, – Она улыбнулась, отнимая свою руку и чувствуя одновременно радость и тоску. Радость, потому что он тревожится о ней, тоску – потому что Золушка, превратившаяся в принцессу, не должна забывать, что когда-нибудь наступит полночь и все вернется на круги своя. – Ты и так уже много для меня сделал. После того, что произошло сегодня, я буду очень осторожна, а с Дэрилом и Районом мне ничего не страшно.

– Но ведь они возвращаются домой не раньше двух часов ночи.

Зак снова взял ее руку в свою и слегка сжал.

Челси смотрела в его синие глаза, чувствуя, как уступает ее напускная решимость перед влечением к этому мужчине.

– Не думаю, что будет разумно, если я буду жить у тебя, – прошептала она.

– Я с тобой полностью согласен.

– Вот и хорошо.

Она выдавила из себя улыбку, убеждая себя, что это единственно правильное решение.

– Ничего хорошего, – возразил Зак. – Я лишь согласен с тобой в том, что, если мы переступим дружескую черту, это только запутает наши отношения и вызовет дополнительные трудности, которых у меня сейчас и так предостаточно. Которых у нас обоих предостаточно, – поправился он. – Но пока не нашли этого негодяя, мне будет спокойнее, если ты будешь рядом со мной. Может, ты все-таки согласишься пожить у меня, если я приглашу Рамона и Дэрила? У меня три гостевые комнаты, так что места хватит всем. Кстати, Дэрил уже принял мое приглашение и даже получил ключ, который я отправил ему с курьером.

– Похоже, ты уже все продумал, – медленно сказала Челси.

Жаль только, что он даже не догадывается о ее мыслях. И желаниях.

Челси придирчиво изучала свое отражение в зеркале ванной комнаты, прилегающей к кабинету Зака, – они вернулись в офис полчаса назад. Нет, она нисколько не изменилась. Эту же самую женщину она видела в зеркале каждое утро. Прямой нос, красивый изгиб губ, светлые волосы – она миловидна, может, кто-то даже назовет ее хорошенькой, но она точно не красавица. Раньше ее это мало волновало – но это было до того, как она познакомилась с Закари Макдэниелсом. Раньше у нее была другая мечта, а Зак спутал все ее карты…

Она знала, что должна бороться со своими чувствами, особенно когда он находился поблизости, но это проще сказать, чем сделать. Ко всем своим многочисленным достоинствам – красивый, богатый, умный и холостой – можно было добавить такие качества, как отзывчивость и чуткость. Если бы Зак ими не обладал, разве можно было бы ожидать, что он пригласит пожить у себя ее друзей, чтобы только ей было спокойнее?

Челси выглянула из ванной комнаты. Зак склонился над документами и ничего не замечал. На ее губах появилась грустная улыбка. Пока она медленно сгорает в огне страсти, Зак работает как ни в чем не бывало. Она почувствовала укол в сердце. У них и так немного времени. Очень скоро они могут расстаться. Полиция или частный детектив, которого нанял Зак, рано или поздно выйдут на след того, кто им угрожал. И тогда что? Она закончит две статьи, вернется в свою квартиру и может уже никогда его не увидеть. Он забудет ее, и никакая волшебная юбка ей не поможет.

Челси посмотрела на юбку и, подчиняясь какому-то импульсу, сняла ее и принялась рассматривать. Поднеся ее к свету, нахмурилась. Серебристый свет, который ослепил ее, когда Тори кинула юбку на своей свадьбе, исчез. Челси повертела ее и так и эдак, но в ее руках была обыкновенная черная юбка. Если в ней и было что-то волшебное, то теперь это волшебство исчезло без следа.

– Ты в порядке? – раздался вдруг голос Зака.

– Да, – вздрогнув от неожиданности, сказала Челси, но это было далеко не так.

Глава девятая

С той минуты как Челси скрылась в ванной комнате, Заку казалось, что прошла уже вечность.

Он открыл рот, чтобы окликнуть ее еще раз, как услышал едва слышный звук. Или это был стон? Он решительно постучал в дверь.

– Челси? Что с тобой?

– Все хорошо.

Только вот ее голос его в этом не убедил. Он звучал как-то устало и безжизненно. Конечно, он мог ее понять – после всего, что Челси пришлось сегодня пережить. С ней могло случиться самое страшное. Его воображение не раз рисовало ему картины, одна ужаснее другой, и ему стоило огромного труда обуздать свой страх.

Сейчас она в безопасности, повторил про себя Зак. Она здесь, с ним, он слышит ее голос, а когда она выйдет, он может обнять ее, прижать к себе и… В этом месте его мысли потекли в том направлении, что и всегда, когда он держал ее в своих объятьях, чувствовал гибкость и женственность ее тела, видел перед собой ее манящие губы.

Зак тряхнул головой и отошел к окну, возвращая себя на землю. На небе уже зажглись звезды, ярко сиял лунный диск.

Глядя в окно, Зак задумался. Предложив Челси пожить у себя, даже в компании ее друзей, он совершенно не был уверен в том, что ему удастся сохранить над собой контроль. Однако он знал, что обязан сдержаться, пока не выяснит, кто стоит за всеми этими угрозами, чтобы потом не испытывать чувства вины. Вдруг мишень – это он, а Челси лишь подставлена под удар? Он даже касаться ее не будет, потому что одних прикосновений ему уже мало…

В ванной раздался приглушенный всхлип. Зак моментально забыл обо всем и, не церемонясь, распахнул дверь. Она стояла у стены, прижимая юбку к груди, а ее глаза были полны слез.

– Челс… – сказал он, чувствуя себя неловким и беспомощным. – Что случилось?

– Ничего. – Челси небрежно взмахнула рукой и как-то неестественно рассмеялась. – Как раз когда я начала верить в силу этой юбки, ее волшебство испарилось.

Она говорила что-то еще, но Зак не мог сосредоточиться. У него пересохло в горле, когда он увидел стройные ноги в черных колготках.

– Мы поговорим, как только ты приведешь себя в порядок, – сказал он, не слыша своих слов за шумом разгоряченной крови, громко бьющейся где-то в ушах. Судорожно сглотнув и сжав руки в кулак, он отступил обратно в кабинет.

Когда дверь за ним закрылась, Челси не удержалась от гримасы. Вот и доказательство, что без юбки ее власть над мужчинами заканчивается. Зак увидел ее почти что обнаженной, но эта картина его ничуть не взволновала. Она вздохнула и посмотрела на юбку. Значит, в ней действительно было что-то сокрыто, пока Дэрил над ней не поколдовал.

Вдруг ее глаза заблестели, спина выпрямилась. Да что это она все о юбке и о юбке? Если в этом куске тряпки заключена какая-то магия – ну и ладно! Но она сама – женщина! Разве это не ее оружие? А юбка ей просто в этом поможет. Хотя бы на одну ночь, но Зак будет принадлежать ей, а здравый смысл…

А здравый смысл пускай отправляется ко всем чертям!

Когда она вышла, Зак стоял у окна. Луна светила прямо на него.

– Как это понимать, что вы не можете связаться с этим представителем охранной фирмы? Его зовут Сэм Романо?

Зак поднес телефонную трубку к другому уху.

Челси сделала один шаг вперед, спустив юбку с талии еще на дюйм.

– Да, я знаю, что мы должны были встретиться в моем офисе в семь тридцать, но планы изменились – встреча должна состояться как можно раньше. – Он выслушал, что ему говорили. – Его мобильный телефон у вас есть? Да? Прекрасно. Тогда я скоро жду его у себя в кабинете.

Зак положил трубку, но не обернулся.

– Я привела себя в порядок, – кашлянув, сказала Челси.

– Скоро должен будет прийти сотрудник охранного агентства. Как только он придет и мы обговорим условия, он отвезет тебя ко мне. Тебе нужно отдохнуть.

– А ты?

– Мне нужно закончить кое-какую работу. Я задержусь надолго, но о тебе позаботятся.

Челси сделала еще несколько шагов, опуская юбку чуть ли не на середину бедер, а Зак увлеченно продолжал рассматривать что-то за окном. Ярко наряженную рождественскую елку? Или разноцветный каток?

– Что ты там увидел такого интересного?

Челси вытянула шею.

Зак не ответил. Видя ее отражение в зеркале в непосредственной близости от себя, вдыхая ее запах, он больше ничего не видел, кроме нее. Она казалась ему такой хрупкой и уязвимой, что ему хотелось обнять ее, защитить…

Челси посмотрела на Зака. Что его гложет? Может, он сожалеет, что не любит Рождество, потому что с ним у него связаны не самые приятные воспоминания?

– Ты знаешь, – сказала она, и в ее голосе ему послышалась нежность, – говорят, чтобы избавиться от грустных воспоминаний, нужно просто заменить их такими, которые приносят радость. Может, и мы попробуем?

Зак услышал тихий шорох, а затем звук расстегиваемой молнии. Не подумав, он резко повернул голову, и у него перехватило дыхание.

– Ты что делаешь? – неожиданно хриплым голосом спросил он, но отвести от Челси взгляд было выше его сил.

– Ты не видишь? – На ее губах показалась чувственная улыбка. – Соблазняю тебя.

Она стала снимать юбку, продолжая смотреть на него.

Зак напряженно следил, как юбка медленно сползает с бедер на колени, и понимал, что если Челси не остановится, то пути назад уже не будет – он уже был весь охвачен огнем.

– Это может быть ошибкой…

– Я знаю, – просто сказала она. – Но с ошибками вот ведь какая штука – ты не узнаешь, было это ошибкой или нет, пока ее не совершишь.

Юбка упала. Челси перешагнула через нее и сделала шаг ему навстречу. От аромата ее духов и запаха ее тела у него закружилась голова.

– Челс, не надо, – глухо сказал Зак.

– Я думала, я тебе нравлюсь.

– Так и есть. – Он на секунду закрыл глаза, потому что это было невыносимо – видеть Челси в нескольких дюймах от себя и не касаться ее. – Но ты действуешь сейчас, не подумав. И это объяснимо. Сегодня ты пережила стресс и…

Он замолк, когда ее теплые ладони коснулись его шеи, затем она стала развязывать его галстук. Зак осел на стол, и руками вцепился в его край, чтобы удержаться от соблазна сорвать с нее всю одежду.

– Я не хочу причинить тебе боль, – выдохнул он, когда Челси отбросила в сторону его галстук.

– Как ты думаешь, что я делала в ванной? Считала плюсы и минусы. Во время нашего обеда тетя Миранда сказала мне, что это твой обычный подход к любому делу. – Она расстегнула одну пуговицу. Зак прерывисто задышал. – Я пропущу минусы – их слишком много, и только один плюс. Вот этот.

Она подалась ему навстречу и коснулась губами его губ.

Почувствовав упругость ее груди и мягкость ее тела, Зак понял, что погиб.

– Ты знаешь, что я не могу тебе сопротивляться.

Ее глаза вспыхнули.

– Именно это я и надеялась услышать.

Так же неожиданно и грациозно она выпрямилась и вернулась к расстегиванию пуговиц его рубашки.

Зак поймал ее за запястья и поцеловал сначала одну ладонь, потом другую.

– Я хочу, чтобы это было медленно, а если ты продолжишь касаться меня, так не получится.

– Разве у тебя не назначена встреча? – Она рассмеялась тихим грудным смехом, от которого его кровь воспламенилась. – К тому же у быстрого способа есть свои плюсы, а если у нас что-то не получится в первый раз, у нас будет второй раз, чтобы все исправить.

– У нас все получится в первый раз.

Зак положил руки ей на бедра и резко притянул к себе.

Челси не удержалась и вскрикнула. Его губ коснулась ленивая улыбка.

– Хочешь еще одно пари? – учащенно дыша, спросила она.

В ее затуманенных глазах блеснул вызов.

– Не хочу, чтобы ты его проиграла, даже не заключив, – отказался он. – Ты защищена?

– Да.

– Тогда я могу сказать тебе о минусах быстрого способа.

– Ты мог бы показать мне.

Глаза Зака потемнели.

– Это слишком взрывоопасно. Нет времени, чтобы представить себе, что я сделаю в следующую секунду, где коснусь тебя. – Он положил руку ей на шею, почувствовал, как участился ее пульс, и удовлетворенно улыбнулся. – Как ты ответишь на мою ласку?

Челси задрожала. Ее словно подхватил теплый водоворот, который стремительно набирал силу и скорость.

– Я не хочу спешить, – расстегивая пуговицы ее блузки, продолжал говорить Зак. – Хочу, чтобы ты сначала представила себе, что испытаешь, когда мои губы коснутся тебя здесь… или здесь…

Челси изогнулась, чувствуя его губы сначала на своем плече, а затем чуть ниже ключицы. Она закрыла глаза, упиваясь его поцелуями. Из ее груди вырвался стон.

– Ты знаешь, что твоя кожа пахнет по-другому, когда ты вся горишь? – пробормотал Зак, вдыхая разгоряченный запах ее тела и забывая обо всем, кроме того, что в его объятиях находится самая желанная женщина.

Изнемогая от страсти, Зак тем не менее не спешил. Слишком долго он ждал этого момента и теперь хотел растянуть его как можно дольше. Очень медленно он опустил бретельки ее бюстгальтера, обнажая упругую грудь. Когда кончик его языка лизнул сосок, у нее подогнулись колени.

Челси обмякла, голова ее запрокинулась. Все перестало иметь для нее значение, кроме рук и губ Зака, его ласк, которые дарили ей восторг и наслаждение. Реальность отступила, ее место заняли образы, которые вспыхивали в ее воображении, когда Зак шептал слова восхищения, исследуя ее тело.

Она больше не могла ждать. Ей казалось, что всю свою жизнь она ждала именно этого мужчину, прикосновений именно его губ и рук. Желание стать частью единого целого стало нестерпимым. Челси знала, что только Зак может утолить ее жажду.

– Скажи, что ты хочешь, – прошептал он ей в губы.

– Тебя, – едва слышно сказала она. – Пожалуйста.

Челси смутно сознавала, что лежит. Сделав над собой усилие, она открыла глаза и поняла, что лежит на ковре полностью обнаженной, хотя, когда это произошло, она не заметила.

– Скоро, – пообещал Зак.

Себе и ей. Пламя, которое он пока еще держал под контролем, уже было готово вырваться наружу.

Челси почувствовала, как изменились его прикосновения. Теперь в них не было нежности и чувственной неторопливой неги. Движения его рук, губ, языка стали жадными и нетерпеливыми.

Ее тело изогнулось в молчаливой мольбе, и желание обладать ею стало невыносимым. Зак откликнулся на этот призыв, следя за выражением ее лица. Он хотел видеть Челси пленницей удовольствия, которое он доставит ей, но сам стал пленником безумной и неуправляемой стихии страсти.

Глава десятая

Позже, когда к Заку вернулась способность мыслить, а дыхание стало ровным и размеренным, он скатился на пол рядом с Челси, продолжая сжимать ее в своих объятиях. Только увидев рядом с собой край стола, он окончательно осознал, где они находятся. В его кабинете. Под его рабочим столом.

Стояла тишина, нарушаемая только их дыханием и стуком сердец. Челси полулежала на нем, а Зак неожиданно подумал, что он мог бы обнимать ее так очень долго. Вечно. Что думала она, он не знал. Не имел ни малейшего представления. Все произошло так быстро, так стремительно, а ведь они знакомы неполную неделю! И уже стали любовниками. И произошло это не где-нибудь, а на полу его кабинета. У них даже свидания не было. Все это было совсем на него не похоже.

Челси пошевелилась и поудобнее устроила свою голову на его плече. Зак опустил глаза, пытаясь понять, что она испытывает, но выражение ее глаз скрывали опущенные ресницы.

– Пенни за твои мысли, – сказал он.

– Я думала, но, наверное, я еще не уверена…

– Не уверена в чем?

Челси приподнялась на локте и повернулась к нему лицом. Их взгляды встретились.

– Чтобы это узнать, придется доплатить.

Зак улыбнулся.

– Четвертака будет достаточно?

– Ого, тебе в самом деле так интересно?

– Более чем интересно, – кивнул он. – Так что плачу доллар.

Закусив губу, Челси склонила голову набок, словно решая, приемлема ли цена, но потом все же кивнула.

– Я не уверена, как было бы лучше: медленно или быстро. Я считала плюсы и минусы каждого способа.

– Может, их лучше стоит проверить? – поднял брови Зак.

– Я тоже так подумала.

Зак приподнял ее подбородок, чтобы видеть ее глаза.

– Мы проверим это сразу после того, как ты скажешь мне, о чем думала на самом деле.

Челси с минуту изучала его.

– Забавно, – наконец сказала она. – Я просто вспомнила, как несколько раз представляла себя сидящей в этом кресле за этим столом, но ни разу под ним.

– Ты сожалеешь?

– Смеешься? – Она улыбнулась. – Если я ничего не путаю, это была целиком и полностью моя идея. Я хотела тебя соблазнить. Так что это я должна спрашивать тебя, не сожалеешь ли ты?

– Нет.

– Абсолютно правильный ответ. Иначе ты мог бы, подать на меня в суд за нанесение тяжких увечий.

Его брови снова взметнулись вверх.

– Ты бы решилась на такое?

Челси неожиданно резко и весьма ощутимо дернула его за ухо.

– Оу! – взвыл Зак.

– Это всего лишь малая часть из того, что бы тебя ожидало.

Зак потер ухо.

– Ты, правда, мечтала занять это кресло?

– Может, не совсем это, но похожее, когда познакомилась с Эсме Синклер. Я стала восхищаться ею, начиная с того дня, когда она пригласила нашу группу прийти сюда на экскурсию. Я тогда училась на первом курсе.

– А почему это кресло?

– Она сидела в нем, когда мы пришли.

– Должно быть, Эсме заменяла отца, когда он заболел, – кивнул Зак. – Забавно, что у нас даже мечты общие, раз мы оба хотели сидеть в этом кресле.

– Ты никогда не сидишь в нем.

– Конечно, сижу.

Челси помотала головой.

– Почти никогда. Ты либо сидишь на краешке стола, либо стоишь у окна, либо шагаешь по кабинету.

– Ты права. – Зак медленно кивнул, соглашаясь с ее словами. – В последний раз, когда я сидел за этим столом или, если уж быть точным, на столе, я заставил свою мать плакать.

– Что же ты такого натворил?

Неожиданно для себя Зак рассказал Челси о событиях того грустного дня.

– Почему же ты говоришь, что это ты заставил ее плакать? Это сделал твой отец, накричав на тебя безо всякой на то причины. – Она наклонила голову и коснулась его губ. – Не думай больше об этом. К тому же у меня появилась одна идея.

Челси легко вскочила на ноги и потянула его за собой. Увидев ее обнаженное тело, освещенное лунным светом, Зак снова возбудился.

– Помнишь? Хорошие воспоминания обязательно должны заглушить неприятные.

Она толкнула его в кресло и села ему на колени.

– Ты серьезно?

– О, абсолютно.

– Челс…

– Кстати, у тебя уже есть подобный опыт? – перебила она его.

– Заниматься любовью на кресле? Да.

– Тогда что ты медлишь?

Она обвила его шею руками.

– Пытаюсь понять, ты шутишь или все-таки говоришь серьезно. – Она поцеловала его в грудь, а затем надавила указательными пальцами на его соски. Зак прерывисто задышал и перехватил ее руки. – Теперь я понял.

– Ну наконец-то!..

Они сидели на скамейке и надевали коньки.

– Тебе необязательно кататься со мной, если ты не хочешь, – уже в который раз говорила Челси. – Со мной ничего не случится. Ты ведь именно для этого нанял мистера Романо?

– Мы уже решили это в такси. Одну на каток я тебя не пущу.

Спорить они начали уже с прошлого вечера, когда в офис явился Сэм Романо. У себя в фирме он совмещал должность консультанта по вопросам безопасности и охранника – в зависимости от того, как того требовала ситуация.

В ходе этого разговора Челси поняла одну вещь, отчего у нее по коже прошел озноб. Возможно, мишенью неизвестного была вовсе не она, а Зак! Она с беспокойством посмотрела на Зака, который обсуждал с мистером Романо вопросы ее безопасности, словно его ничуть не заботила его собственная.

Когда она стала настаивать, что телохранитель нужен и ему, Романо ее поддержал. Зак отказался.

Тогда Романо обратился к ней и спросил о ее планах на следующий день. Челси хотела сходить на каток, потому что ей необходимо заканчивать вторую статью, для чего сначала нужно было собрать материал, а именно – мужчин. К тому же неплохо было бы еще раз проверить, действует ли ее юбка. Может, она просто временно утратила свою силу от длительного ношения?

Услышав это, Зак нахмурился и запретил Челси выходить из дома. Она посмотрела на Романо, надеясь, что тот ее поддержит, но Сэм широко улыбнулся и сказал, что всегда следует своему правилу не вмешиваться в споры своих клиентов, однако заметил, что если они проведут выходные в четырех стенах, вряд ли узнают что-нибудь нового о личности их недоброжелателя.

Челси воспользовалась этой своеобразной помощью и заявила Заку, что чем скорее она закончит статьи, тем быстрее они смогут понять, кому из них на самом деле предназначались угрозы. Зак задумался, но в конце концов был вынужден с ней согласиться и заявил, что на каток они пойдут вместе. Романо кивнул и сказал, что это был бы наилучший вариант: Зак будет присматривать за Челси, а он, Романо, в свою очередь, – за ними обоими.

Еще кое-что тревожило Челси с прошлого вечера. Когда они приехали к Заку домой, он, словно по мановению волшебной палочки, неожиданно изменился и стал обращаться к ней вежливо и отстраненно. Показав ей одну из гостевых комнат, пожелал спокойной ночи и ушел.

Ее сердце сжалось. Неужели он уже сожалел о том, что они занимались любовью? Она вздернула подбородок. Ладно, ей не привыкать, что она немного значит для мужчин. Для начала взять хотя бы ее отца…

Завязывая шнурки, Челси изредка поглядывала на каток, на котором уже катались дети, молодые и пожилые пары, откровенные новички и почти профессионалы – возможно, только на ее взгляд. К счастью, среди всей этой толпы было несколько одиноких мужчин – будет на ком проверить, действует ли еще ее юбка.

Плавное течение ее мыслей прервало недовольное бурчание Зака – он никак не мог завязать шнурки так, чтобы они не слишком давили на ноги.

Это неожиданно напомнило Челси еще кое о чем. Она наклонилась к Заку.

– Хочу ознакомить тебя с некоторыми правилами. Так как на каток я пришла с единственной целью – проверить эффективность юбки – ты, если хочешь, можешь держаться поблизости от меня, но не мешать мне и не встревать, если я не попрошу тебя об этом.

Зак оторвался от своего занятия и поднял голову. Их взгляды скрестились. В его глазах горел огонь, от которого в ее теле родилось тепло, а спустя секунду она уже почувствовала его дыхание на своем лице. Сдержанность, которая появилась в нем вчера поздно вечером, исчезла – ее снова заменила страсть. Пальцы Зака нежно коснулись ее щеки, прижались к губам, которые приоткрылись в ответ на эту ласку.

– Челс, – негромко сказал Зак, пресекающимся от желания голосом.

– Что? – прошептала она, борясь со своим собственным и неожиданно вспыхнувшим желанием.

– Давай вернемся ко мне.

Он наклонился к ее уху.

У нее закружилась голова от его жаркого шепота, от одной мысли, как бы они могли скоротать оставшиеся до бала часы. Его слова разбудили ее воображение, воспламенили кровь. Челси забыла, где находится. Если бы Зак сейчас встал и повел ее за собой, она бы безропотно последовала за ним хоть на край света…

– Извините нас. Не могли бы вы…

Зак взял Челси за руку и взглянул на женщину. По обе стороны от нее стояли две девочки, скорее всего, ее дочери.

– Что вам нужно?

Женщина невольно отшатнулась, услышав его недовольный голос, однако продолжила:

– Извините, но не могли бы вы немного подвинуться, чтобы мы могли сесть и надеть коньки? Вы уже в коньках.

– Конечно, – улыбнулась ей Челси и хотела встать, но Зак удержал ее.

– Подождите минутку. Нам еще нужно их снять.

Однако туман в голове Челси уже немного прояснился.

– Пока нет, – сказала Челси, стараясь не глядеть на Зака, чтобы не растерять свою решительность. – Раз уж мы пришли, нужно сделать хотя бы несколько кругов. – Она ущипнула Зака. Он неохотно отпустил ее руку, и она встала. – Пожалуйста, садитесь, – она еще раз улыбнулась женщине и двум ее девочкам.

Ходить на коньках оказалось невероятно трудным занятием, но это не шло ни в какое сравнение с тем, когда Зак вышел на лед, стараясь не упускать из вида Челси, упорхнувшую от него за долю секунды. Чтобы не потерять равновесие, он был вынужден схватиться за борт катка. Когда ноги перестали разъезжаться в разные стороны, он поднял голову, но Челси на прежнем месте уже не было.

Зак старался подавить панику. Как-никак она среди людей. Да и Сэм Романо не спустит с нее глаз. На коньках он катается гораздо лучше его – Зак краем глаза видел, как охранник покатился за Челси. Неожиданно он почувствовал глухое раздражение, потому что он, в отличие от красавчика Романо, не мог находиться рядом с ней. Неизвестно почему, но Зак ревновал Челси к этому красивому темноволосому мужчине.

А вот это уже зря. Он же нанял не какого-нибудь жиголо, а опытного охранника!

И с каких это пор он стал терять самообладание из-за женщины? – хмуро думал Зак, осторожно двигаясь вдоль борта и не решаясь его отпустить. Тут он увидел Челси немного впереди себя и, резко оттолкнувшись от борта, убрал руки, за что сразу поплатился. Пошатнувшись, он замахал руками, стараясь вернуть равновесие. Возможно, он бы преуспел в этом, если бы кто-то на приличной скорости не врезался в него сзади. В следующую секунду перед его глазами мелькнул прозрачный гладкий лед, затем Зак успел оценить его твердость и почувствовал, как на него кто-то упал.

Глава одиннадцатая

Когда Челси обернулась, то увидела Зака, буквально висящего на бортике катка. Она не смогла удержаться от улыбки. И почему он так настаивал на том, чтобы сопровождать ее, если даже кататься толком не умеет? По-прежнему улыбаясь, она покачала головой, вспоминая своих братьев. Повзрослев, они так и остались упрямыми мальчишками. Совсем как Зак.

Когда она оглянулась в следующий раз, то увидела, как Зак машет руками, а позади него несется мальчишка лет восьми. Видя перед собой вихляющего в разные стороны Зака, он попытался затормозить, соображая, с какой стороны безопаснее объехать неуклюжего дядю, но не угадал с направлением и врезался ему в спину.

Зак тут же упал. Мальчишка – на него. Челси поспешила к ним, испытывая возрастающую тревогу. Со стороны падение выглядело весьма травматичным. Она лишь надеялась, что никто ничего себе не сломал.

Когда она подъехала ближе, тревога улеглась. Зак уже встал. Виновник падения стоял рядом с сияющей физиономией. Зак выглядел взъерошенным, немного морщился от боли, но было видно, что ничего серьезного с ним не произошло, разве что наставил себе пару-другую синяков.

Челси облегченно выдохнула. В эту секунду Зак улыбнулся мальчику, который что-то сказал – видимо, извинился, – и ее затопила нежность. Она резко остановилась, когда вдруг поняла причину своей тревоги и нежности, когда поняла, почему ее так тянет к Заку. Она влюбилась! Влюбилась в Зака Макдэниелса, что никак нельзя было назвать умным поступком. Конечно, он находит ее привлекательной, но и только. Вряд ли ему нужна ее любовь. Ее сердце наполнилось болью, но она поспешила улыбнуться, потому что Зак посмотрел ей прямо в глаза.

– Ты в порядке? – спросила она, стараясь, чтобы ее голос звучал как обычно. Зак кивнул. – Ты ведь не умеешь кататься, – укоризненно сказала она.

– Умею, – сразу же возразил Зак. – Ну, умел, – поправился он. – Когда мне было пять лет, мы приходили сюда с мамой.

– И сколько раз ты катался?

– Может, пять раз. Или десять. – Зак нахмурился. – Я точно не помню.

Он снова потерял равновесие, но Челси успела схватить его за руку и помогла ему удержаться на ногах.

– Ну что ж, думаю, сейчас самое время вспомнить, как это делается.

– Я умею кататься, – запротестовал Зак, но когда Челси отпустила его руку, он сразу же зашатался.

В этот раз Зак сам схватился за ее плечо и вздохнул, признавая свое поражение.

Они сделали один круг, держась за руки.

– Уже лучше, – подбодрила она его, как вдруг Зак споткнулся, и в эту минуту в них кто-то врезался.

Опять! – подумала Челси, пытаясь выровнять равновесие.

Зак упал первым и потянул ее за собой. Челси не удержалась и тоже упала, больно ударившись об лед головой, но чей-то громкий испуганный вскрик мгновенно заставил ее поднять голову. Перед глазами замелькали черные точки. Когда они пропали, она сначала увидела Сэма, который сверху навалился на какого-то человека, а затем и Зака, который неподвижно лежал рядом, чуть позади нее.

Цепенея от ужаса, она встала на колени и потянулась к Заку. В эту минуту он пошевелился и застонал.

Голова у Челси снова закружилась. Лед, на котором лежал Зак, был красным от крови.

Зак лежал на кровати в госпитале, изнывая от желания увидеть Челси, с которой расстался четыре часа назад. Тревога не покидала его, когда Романо сказал ему, что Челси сильно ударилась головой об лед. Небольшим облегчением для него было узнать, что мужчина, который ударил его ножом, уже в полиции и дает показания. После этого медсестра попросила Романо выйти из ординаторской, чтобы врач могла зашить ему рану на руке. Пока обезболивающее еще действовало, боли Зак почти не чувствовал.

После того как невысокая хрупкая женщина-врач с азиатским типом лица, которая зашивала его рану, ушла, Зак медленно встал и добрел до двери. Он только занес одну ногу над порогом, как уже знакомая ему женщина в белом халате преградила ему путь, выставив вперед инвалидное кресло.

– Ваше транспортное средство, – сказала она. – Иначе вы не покинете ординаторскую.

Будь она мужчиной, Зак бы нашел путь не садиться в это «транспортное средство», но и просто молча подчиниться, он тоже не мог.

– Что с мисс Челси Броквей?

– С ней все в порядке, – ответила врач и усмехнулась. – Побольше бы таких понятливых пациентов, как она.

Зак посмотрел на бейджик с ее именем.

– Доктор Тонг. Айрис. Я молчал, пока вы штопали мою руку, чтобы не мешать вам спокойно делать свою работу, но теперь я должен сам убедиться, что с ней все в порядке.

Он попытался проскользнуть мимо нее, однако плечом ударился о косяк. Удар резкой болью отозвался в пострадавшей руке.

– С мисс Броквей все в порядке, – повторила врач. – Ей был сделан рентген. Сотрясения мозга нет.

– Я должен убедиться сам.

– Я не сдвинусь с места, а если вы не сядете в кресло и попытаетесь миновать меня также неудачно, как минуту назад, у вас может начаться кровотечение. Вы хотите, чтобы я снова вас зашивала? Вашей руке нужен покой. К тому же вы не знаете, где находится мисс Броквей. А я знаю. Садитесь в кресло, если хотите поскорее ее увидеть.

Зак протяжно вздохнул.

– Вы чертовски хороший врач, – пробурчал он, садясь в кресло.

– Я знаю, – улыбнулась она. – И хороший психолог.

– Психолог?

– Мне часто попадаются такие упрямые пациенты, но, к счастью, я легко угадываю их слабые места. Это позволяет мне справиться с ними без лишних нервов.

– И какое же мое слабое место? – спросил Зак.

Он не видел ее, однако чувствовал, что она улыбается.

– Ваша любовь к мисс Броквей.

Зак замолчал, переваривая слова врача и пытаясь разобраться в своих чувствах. Что эта женщина имеет в виду? Челси красивая и страстная женщина, поэтому его влечет к ней. Но… любить ее? Нет!

Или да?

В нем поднялся неожиданный страх. Неужели он, и правда, влюбился? Но ведь это невозможно – они знакомы всего несколько дней!

И тут он увидел Челси, а следом за этим его мозг зафиксировал мужчину, который стоял на коленях и держал подол ее юбки в руках. Не помня себя от ярости, затуманившей мозг красной пеленой, Зак вскочил с кресла и рванулся к нему. Все произошло так быстро, что даже Сэм на секунду опешил, однако затем все-таки успел обхватить Зака из-за спины и оттащить в сторону.

Когда красная пелена рассеялась, Зак увидел перед собой белый носовой платок, а затем узнал в мужчине Дэрила, позади которого стоял ухмыляющийся Рамон.

– Мир, – сказал Дэрил, прячась за Челси. – У Челс порвалась юбка, а я устранял нанесенный ущерб.

– Ты в порядке? – потребовал Зак, не обращая внимания на Дэрила.

– Я-то да, а вот твоя рука нет, – бросив быстрый взгляд на его перебинтованную руку, заметала Челси. – Что скажете, доктор?

– Если бы мистер Макдэниелс умерил свой пыл и перестал бросаться с кулаками на людей, едва завидев их, то его рана затянулась бы скорее, но с такими темпами я даже не знаю, насколько затянется процесс заживления. Рука должна находиться в покое, – назидательно сказала она Заку.

Здоровой рукой Зак обнял Челси.

– Что известно о мужчине, который напал на меня с ножом? – спросил он у Сэма.

Романо красноречиво посмотрел на него, но Зак сказал:

– Вы можете говорить. Здесь все свои.

– Мужчина, который вас ранил, уже пару раз был задержан полицией за такое же нарушение.

– То есть его кто-то нанял? – сузил глаза Зак.

– Очевидно, – кивнул Сэм, – но он пока все отрицает.

Зак крепко прижал Челси к себе.

– Тогда мы возвращаемся ко мне.

– Ты что, забыл? – Челси подняла голову. – Сегодня у твоей тети бал. Я должна пойти, раз уж ты не можешь. К тому же я обещала ей надеть эту юбку.

– Чтобы навлечь еще больше неприятностей на свою голову? – не поверил Зак. – Нет.

– Да, – упрямо сказала Челси.

– Тогда я иду с тобой.

– Ты должен остаться дома. Тебе ведь только что было сказано, что руке нужен покой. Ты что, не слышал, что сказал врач?

Зак сжал челюсти.

– Либо мы идем вместе, либо ты никуда не идешь.

– Ты хочешь, чтобы тебя еще кто-нибудь пырнул ножом? – воскликнула она.

Или тебя, подумал Зак. Эта мысль прочно засела в его голове, когда он прокручивал в голове все, что случилось на катке.

Челси ехала по внешнему радиусу, он держался ближе к борту катка, однако за секунду до того, как получить удар ножом, он споткнулся и дернул Челси за руку так, что она оказалась чуть справа, а не слева от него.

– Я должна пойти, – упрямо сказала Челси. – К тому же со мной будет мистер Романо. Ты спокойно можешь остаться дома и отдыхать.

Она повернула голову и что-то сказала Дэрилу.

Зак посмотрел на Романо.

– Не спускайте с нее глаз.

– Конечно, мистер Макдэниелс, – невозмутимо отозвался Сэм. – Я знаю, что мисс Броквей вам очень дорога.

Глава двенадцатая

Куда бы Челси ни посмотрела, повсюду царил блеск, великолепие и роскошь. Миранда совершила настоящее чудо, превратив последний этаж отеля «Мирамар» в рождественскую волшебную страну. С потолка свисали гирлянды, и их свет, отражаясь от хрустальных люстр, подсвечивал их яркими разноцветными огоньками. С высоты верхнего этажа, большая часть стен которого была выполнена из сверхпрочного небьющегося стекла, было видно потрясающее ночное небо, усыпанное звездами. Столы ломились от изысканных блюд, от запаха которых текли слюнки. Негромкая музыка, исполняемая небольшим оркестром, была слышна в любом уголке зала. Словом, все было направлено на то, чтобы каждый почувствовал атмосферу праздника и веселья.

Только вот Челси так и осталась несчастной. Зак был разъярен – он даже не подошел к ней, когда она с Дэрилом вошла в зал, – и она не знала причину его дурного настроения. Сейчас они сидели за столом друг напротив друга, а он даже ни разу не посмотрел на нее. Вместе с ними за столом сидели несколько членов совета директоров компании «Макдэниелс инкорпорейтед», и с некоторыми из них Зак поговорил уже до того, как они сели за стол.

Конечно, Челси не скучала. Ноги уже болели от танцев, на которые ее неизменно приглашали мужчины, с которыми ее знакомила Миранда. Во время одного танца, когда ее партнером был Сэм Романо, она расспросила его о принятых мерах безопасности, думая при этом о Заке. Словно прочитав ее мысли, Романо уверил девушку, что, кроме него, в зале находится еще один человек, на которого целиком возложена задача обеспечения безопасности Зака Макдэниелса.

Челси немного расслабилась, но страх за Зака, поселившийся в ней еще на катке, когда она поняла, что он ранен, не покидал ее ни на минуту. Снова поймав себя на том, что она смотрит на него, Челси попыталась отвести взгляд в сторону и не смогла. Глядя на то, как спокойно и уверенно он держится, никто бы не заподозрил, что на самом деле в нем все бурлит. Однако она знала это, чувствовала.

Челси понимала, что, возможно, смотрит на него, как обожающий своего хозяина пес, но желание, хотя бы просто время от времени бросать на него взгляды, было сильнее гордости.

С огромным трудом ей удалось отвести от него взгляд и собраться с мыслями. Если уж она пришла на бал, чтобы собрать данные о том, как действует ее юбка – или не действует – на богатых и влиятельных мужчин, то нечего ей смотреть на Зака и безнадежно вздыхать от любви. Нужно действовать. Миранда была так добра, что познакомила Челси с несколькими мужчинами, с которыми ее путь вряд ли бы когда-нибудь пересекся, если бы Зак не пригласил ее на этот благотворительный бал.

Среди гостей был и Джеймс Маккарти, которому принадлежало шоу «Доброе утро, Нью-Йорк!». Он поблагодарил Челси за то, что она приняла его приглашение поучаствовать в передаче, потому что их рейтинг резко увеличился. Он был очень внимателен к ней, галантно поправил сползшую бретельку с ее плеча и предложил сопроводить ее на балкон, чтобы подышать прохладным свежим воздухом. До балкона они так и не дошли, так как на их пути им встретилась Миранда, которая извинилась перед Джеймсом и увлекла Челси за собой.

Волнуясь за Зака, Челси тем не менее не могла нарадоваться на свое импровизированное платье. Под ее юбку Дэрил специально сшил верх из черной ткани с тонкими бретельками. Еще несколькими незначительными штрихами – она даже не знала, как, – он добился, чтобы ее наряд производил впечатление целостного платья.

Когда Миранда представила ее трем женщинам, успев шепнуть, что они жены директоров совета компании «Макдэниелс инкорпорейтед», одна из них поинтересовалась, кто шил ей наряд. Челси с радостью и гордостью представила им Дэрила. Затем она, Дэрил и Миранда выпили за его успех – все три женщины изъявили желание, чтобы такой талантливый мастер сшил и им что-нибудь подобное.

– Твой босс кидает на меня кинжально-острые взгляды, – неожиданно сказал Дэрил. – Лучше мне уйти. Что-то мне совсем не хочется пострадать, тем более теперь, когда я только что сделал робкий шаг наверх в моей карьере модельера.

Миранда наклонилась к Челси.

– Я никогда не видела своего племянника в таком состоянии, – с тихим смешком сказала она. – Похоже, тебе удалось сделать то, чего никогда еще не удавалось сделать ни одной женщине – покорить его.

– По-моему, вы все преувеличиваете, – вздохнула Челси, сделав глоток шампанского.

– Ну уж нет! – заявила Миранда. – Ты не видела, какими глазами он смотрел на Джеймса Маккарти, когда он поправлял бретельку твоего платья, поэтому я поспешила поскорее увести тебя, чтобы мой любимый племянник не испортил мне праздник, устроив какую-нибудь безобразную сцену. – Она хмыкнула. – Раньше, если бы кто-нибудь сказал мне что-нибудь подобное, я бы первая подняла его на смех. Чтобы Зак устроил сцену? Да никогда! Однако после встречи с тобой он стал вспыльчив и горяч, как будто его подменили. И я уверена, что причина в тебе. – Она помолчала. – Ведь он не ходил на каток с пяти лет.

– Поэтому и не научился кататься как следует.

Миранда медленно покачала головой.

– Наверное, ты не знаешь, но его матери стало плохо именно на катке. Когда ее привезли в госпиталь, ее сердце уже остановилось. Оно ведь никогда не было сильным. После рождения Джереми врачи предупреждали ее, что она больше не должна рожать, но она очень хотела еще одного ребенка. Я не знаю точно, но мне кажется, что в смерти Мэри мой брат в глубине души винил Зака.

Взгляд Челси невольно остановился на нем, и она словно увидела его впервые. Ее сердце забилось быстрее. Возможно ли, что это ради нее он пошел на каток, с которым у него связаны такие грустные воспоминания? Встретившись с прищуренными синими глазами, она вздрогнула и поняла всю безосновательность своих надежд. Вряд ли он пошел на каток ради нее. Сейчас он злился и даже не скрывал этого.

Она явно расстроилась, но довольно бодро спросила:

– Кого бы мне пригласить на танец?

– Пригласи меня, – сказал Дэрил.

– Нет уж. Раз уж мы установили, что юбка на тебя не действует, в моих же интересах найти кого-нибудь другого.

– Я бы предложила тебе потанцевать с Заком, если бы не его рука, – сказала Миранда. – Хотя, кажется, у меня появилась идея получше. – Она оглядела зал. – Так, вот и жертва. Ты уже знакома с братом Зака?

– Мимолетно. И не сказать, что встреча была приятной!

– Об этом можно забыть. Джерри никогда не позволит себе устроить сцену среди людей. Так что у нас перед ним есть некоторое преимущество.

– Но мне не о чем с ним говорить, – возразила Челси.

– Разве? – Миранда посмотрела на нее краем глаза. – Почему бы тебе не попытаться опробовать на нем свои чары – или силу юбки, – чтобы заставить его пересмотреть свое мнение в отношении брата?

Челси подумала и кивнула.

Зак смотрел на Челси, испытывая желание схватить ее за руку и увести отсюда, где столько людей, чтобы знать, что она в полной безопасности. Однако он не мог этого сделать. Столкнувшись с ее упрямым нежеланием понимать грозившую ей опасность, ему ничего не оставалось сделать, как выработать план с Сэмом Романо.

Узнав, что она идет на бал с Дэрилом, Зак испытал двойственные чувства. С одной стороны, он был рад, что рядом с Челси будет человек, который не даст ее в обиду, с другой – его мучила ревность, потому что этим человеком был не он. В результате все вылилось в глухое раздражение, которое было плохим помощником, когда ему так необходимо выяснить, кто же ненавидит Челси и хочет причинить ей вред.

Сэм Романо согласился с ним, что, вероятнее всего, целью этого человека была именно Челси, а не Зак. Он пришел к такому же заключению, что и Зак, проанализировав события на катке. Теперь оставался только один вопрос: кто этот человек?

Бойд Картер исключался. По сведениям полиции, он уже две недели находился на одном из европейских горнолыжных курортов, поэтому в списке подозреваемых Зака, на первое место вышел его брат.

Видя, как тетя Миранда и Челси направились к танцевальной площадке, Зак встал из-за стола и подошел к одному из баров, чтобы держать их в поле зрения. Оттуда он видел, как с противоположного конца к ним подтянулся Сэм Романо.

Взяв из рук официанта бокал, Зак едва не выплеснул его содержимое на пол, когда тетя Миранда остановилась за спиной его брата и постучала его по плечу. Зак решительно поставил бокал на стойку и зашагал к ним. Не успел он сделать два шага, как перед ним вырос Дэрил.

– У меня для вас два сообщения, но я хочу быть уверен, что вы не убьете гонца.

Зак поднял брови, приглашая его продолжить.

– Миранда хочет, чтобы Челси попробовала немного улестить вашего брата, а я буду следить за тем, чтобы ничего не произошло.

– Хочу поблагодарить вас, что сегодня вы пришли с ней, – вместо ответа сказал Зак.

– Это мы с Рамоном благодарны, что вы пригласили нас всех троих пожить у вас. Когда я увидел, во что превратилась наша квартира, я бы ни за что не отпустил ее одну. Рамон тоже хотел прийти, но он должен работать.

– А у вас выходной?

Дэрил широко улыбнулся, продолжая наблюдать за Челси.

– Нет.

– Вы не боитесь потерять работу?

– Челси важнее, а благодаря вашей тете я недолго буду без работы. Она познакомила меня с женами директоров правления вашей компании, а они, узнав, что я учусь на модельера и сшил для Челси ансамбль из юбки и топа, который сейчас на ней, захотели, чтобы я придумал что-нибудь для них. Одна дама оставила мне визитку владельца бутика, в котором она покупает одежду, и сказала, чтобы я обратился к нему от ее имени.

– Извини, Зак, – вдруг прозвучал голос его тети. – Но я вынуждена забрать у тебя Дэрила.

Дэрил кивнул Заку и пошел за Мирандой. Наблюдая, как они прокладывают себе путь к танцевальной площадке, Зак сделал большой глоток скотча. Примерно через час, ближе к полуночи, он закончит то, что тетя Миранда поручила ему сделать. Единственным человеком, с которым он еще не поговорил, был Гаррисон Марш, президент совета директоров. Тетя Миранда познакомила его с Челси и устроила так, что они уже вместе потанцевали, причем во время танца Гаррисон Марш, известный своим постным и непроницаемым лицом, был трижды замечен смеющимся.

Зак был уверен, что если бы он сказал Челси, что она совершила маленькое чудо, она бы списала все на юбку, не понимая, что все заслуги принадлежат ей.

И он любит эту женщину. Зак признался в этом самому себе и уже почти смирился с тем, что его чувства к Челси навсегда останутся столь же сильными и неконтролируемыми, как и в первый же день их знакомства. Разве случайно он достал из сейфа кольцо, которое когда-то принадлежало его матери? И почему его совсем не пугает перспектива стать женатым мужчиной?

После бала, как только они останутся наедине, он попросит Челси стать его женой…

С того момента, как ее пригласил на танец Джерри Макдэниелс, прошла ровно минута, но Челси поняла две неоспоримые вещи. Первое – брат Зака танцевал так же, как корова на льду. И второе, что было более важно, юбка на него совсем не действовала, как и в первую их встречу. Может, все дело было в том, что ее волшебство за весь день снова уже немножко «поистерлось»? На эту мысль ее наводило то, что конгрессмен Макдэниелс был вовсе не намерен раскрывать рта. По крайней мере если это случалось, то обращался он исключительно к другим.

Бросив взгляд за плечо Джерри, Челси заметила веселое подмигивание тети Зака и одобрительный кивок Дэрила. Позади них стоял Зак в обществе одной привлекательной блондинки. Они оживленно болтали.

Челси сразу перевела взгляд на Джерри и решила, что пора брать быка за рога.

– Почему вы не хотите, чтобы ваш брат оставался главным редактором «Метрополитен»?

Джерри сбился с шага. Ничего не выражающая улыбка быстро сошла с его лица. Он было нахмурился, но затем опомнился. Улыбаться он уже не мог, как не мог и игнорировать ее прямой вопрос.

– Это вас не касается, – буркнул Джерри.

– Вы правы, – не стала спорить Челси. – Однако мне кажется некрасивым, что вы так откровенно пытаетесь настроить людей против своего единственного брата.

– Потому что это мой долг. Я не хочу, чтобы Зак разрушил дело всей жизни моего отца.

– Но он также и отец Зака, – мягко сказала Челси. – Конечно, это только мое личное мнение и я многого не знаю, но почти уверена, что вы завидуете ему. Я знакома с вашим братом совсем недолго, но уже успела понять, что он умный и решительный и всегда добивается успеха. Я почти уверена, что именно в этом кроется причина вашей неприязни.

Джерри сердито нахмурился, однако в следующую секунду рассмеялся, и это был весьма неискренний смех.

– Вы сами сказали, что знакомы с ним не так давно. Поэтому я вообще не понимаю, откуда у вас могло сложиться о нем такое мнение. Тем более абсурдным кажется мне ваше предположение, что я завидую брату. Зак ничего не добился в своей жизни, чтобы ему могли завидовать люди, тем более я.

– Возможно, вы не знаете, мистер Макдэниелс, но у меня есть три брата, и мне многое известно о соперничестве между детьми. Лично я, например, никогда не могла сделать все так, чтобы мой отчим был мной доволен. Моим братьям это удавалось легко. В такой ситуации кто-нибудь более ранимый, чем я, мог бы решить, что это его вина, что он чем-то хуже своих братьев и сестер. Я поначалу завидовала своим братьям и даже иногда их ненавидела, но потом поняла, что они ни в чем не виноваты. Причина крылась в их отце.

– Вы забываете о том, что мы с Заком родные братья.

– А значит, это даже хуже, – энергично кивнула Челси. – По крайней мере, мой отчим мог находить оправдание своим поступкам в том, что я – не его родная дочь.

Они уже не танцевали, а стояли на месте. Правда, Челси сомневалась, что Джерри это заметил.

– Все дело не в братской зависти или ненависти, – неожиданно сказал он. – Зак не должен печатать статьи того рода, какие пишете вы. Это оскорбляет память о нашем отце. Он не хотел, чтобы «Метрополитен» стал развлекательным журналом, поэтому я буду настаивать на том, чтобы совет директоров принял решение о его отставке.

– Но Зак думает так же, как вы. Он действительно не хотел печатать мои статьи. К тому моменту, когда Зак был назначен главным редактором, Эсме Синклер уже подписала со мной контракт. Зак даже и не думал о том, чтобы его продлевать.

– Постойте-ка. – Джерри сильнее, чем нужно, сжал ее локоть. – Разве не он заключил с вами контракт?

– Именно это я и пытаюсь до вас донести, – Челси даже взмахнула руками. – Контракт со мной подписала Эсме Синклер, а Зак лишь согласился его не аннулировать. К тому же не только вам не нравятся мои статьи. Есть еще кто-то, который уже не раз грозил и мне, и Заку. Причем этот кто-то не ограничился только угрозами. Он побывал в моей квартире и перевернул все вверх дном, а сегодня утром, когда мы с Заком были на катке, на вашего брата напали с ножом.

– Напали с ножом? На Зака? – переспросил Джерри. Он покачал головой. – Я видел его здесь. Он выглядит как всегда.

– Это потому, что вы не видели его руку. Ему наложили четырнадцать швов!

Брови Джерри резко взлетели вверх, а затем он стал озираться по сторонам, словно искал кого-то.

– Зак вон там, – сказала Челси, думая, что он ищет брата.

– Извините меня, – вдруг услышала она рядом с собой голос Дэрила.

Джерри повернул голову в его сторону.

– Я бы хотел пригласить Челси на танец. Вы оба уже давно стоите на одном месте, – пояснил Дэрил.

– Пожалуйста, – кивнул Джерри и посмотрел на Челси. – Я должен вас поблагодарить, мисс Броквей. Если бы не вы, я бы совершил огромную ошибку. Прошу меня извинить.

– Его что-то гложет, – обронила Челси, глядя, как Джерри спешит прочь.

– Еще бы, – хмыкнул Дэрил. – Наверное, страдает от внутреннего кровоизлияния из-за кинжальных взглядов своего брата.

Заку удалось немного расслабиться, когда место Джерри занял Дэрил. Но тут он заметил, что Джерри явно чем-то взволнован.

– Ловкий ход, Зак, послать к Джерри мисс Броквей, чтобы она заговорила ему зубы.

Зак обернулся и увидел стоящего рядом Билла Андерсона.

– За это нужно поблагодарить мою тетушку.

– Мой отец, бывало, говорил, что хорошо иметь идеи самому, но также неплохо, если тебя окружают люди, способные их тебе подбросить.

– Твой отец был умным человеком.

– Я тоже так думаю. Кстати, я подошел к тебе не за этим, а чтобы сказать, что я изменил о тебе свое мнение в лучшую сторону.

– И кому я должен сказать за это спасибо?

– Самому себе. – Билл пожал плечами. – Я убедился, что ты умеешь держать слово, раз сдержал обязательства Эсме Синклер, данные ей мисс Броквей, как бы самому тебе это не нравилось.

– Спасибо, конечно, но это может быть уже не важно после собрания директоров, которое состоится на следующей неделе.

– Ты напрасно недооцениваешь мисс Броквей и то, как убедительна она может быть.

Зак немного сдвинулся в сторону и увидел, что Джерри остановился рядом с Эсме Синклер. У них завязался разговор.

Билл это также увидел.

– А если Эсме скажет Джерри о возросших продажах журнала после того, как ты согласился печатать статьи мисс Броквей, я почти уверен, что на собрании директоров он не только не выступит против тебя, но и встанет на твою сторону.

– О каких возросших продажах журнала ты говоришь? Первый выпуск журнала под моим непосредственным руководством вышел в печать только вчера.

– Тебе никто не сказал? – удивился Билл. – Даже Эсме? После того, как мисс Броквей выступила на телевидении, заказы на следующий номер журнала текут рекой.

– Тебе Эсме сказала?

– Нет, вчера мне пришлось самому принять несколько заказов. Я даже не помню, когда в последний раз мы продали столько экземпляров. Типография может не справиться с таким тиражом ко вторнику, но будет даже лучше, если журнал появится на прилавках после твоего выступления на шоу «Доброе утро, Нью-Йорк!».

– И это тоже не моя идея.

Билл Андерсон негромко рассмеялся.

– Извини меня, – сказал Зак, заметив, что к Дэрилу приблизился Хэл Дэвидсон и похлопал того по плечу.

Дэрил уступил ему место, но Зак успел вклиниться между ним и Челси.

– Моя очередь, – взяв Челси за руку, сказал он и потащил ее за собой.

– Если уж ты встрял, то должен танцевать.

– Я не танцую. Я вообще не должен к тебе приближаться.

Челси пожала плечами.

– Тогда я потанцую с Хэлом.

– Нет, – категорично заявил Зак.

– Если ты не хочешь танцевать, это не значит, что я не хочу.

– И тем не менее ты отправишься ко мне домой, как только Сэм выйдет. Мы с ним подумали и пришли к выводу, что угрозы в действительности предназначаются мне, – соврал Зак. – Я не хочу, чтобы ты пострадала.

Челси нахмурилась.

– Поэтому ты и избегал меня весь вечер?

– Да.

Они вышли в коридор, где никого не было. Неожиданно Челси обвила его шею руками и прижалась к нему всем телом.

– Это было очень паршиво с твоей стороны поступить со мной таким образом, – целуя его в губы, сказала она. – Я даже подумала, что я тебе надоела.

– Ты не можешь мне надоесть, – вернув ей поцелуй, сказал Зак, а затем крепко сжал ее в своих объятиях. Весь вечер он смотрел, как Челси обнимают другие мужчины, и видеть это было невыносимо. Кровь запульсировала в висках с бешеной силой. Он просунул палец под бретельку платья.

– Нет.

Она отпрянула от него и вернула бретельку на место.

– Почему?

Зак предпринял еще одну попытку снять бретельку с ее плеча.

Челси удержала его за руку.

– Ты не можешь снять с меня топ, иначе юбка не будет держаться. Дэрил специально сделал так, чтобы создавалось впечатление, что на мне платье.

– К черту юбку! – грубовато сказал Зак. Коснувшись ее обнаженных плеч и почувствовав нежность ее кожи, он застонал и прижал Челси к стене, и лишь сознание, что им могут помешать в любой момент, немного охладило его пыл. Он прижался лбом к ее лбу. – Что ты со мной делаешь? – грустно спросил он, обращаясь скорее к себе, чем к ней. – Когда ты рядом, я ни о чем другом больше думать не могу.

На ее губах показалась дразнящая улыбка.

– Так это же хорошо!

– Чего же тут хорошего, если мне не подчиняется собственное тело?

С этими словами он прижался к ее губам, его поцелуи с каждой секундой становились все горячее и ненасытнее.

– Ты моя, – жарко прошептал он ей в губы.

– Да, – простонала Челси, почувствовав его настойчивые руки на своих бедрах.

Рядом с ними раздалось тихое покашливание, а затем они услышали голос Сэма:

– Я бы не стал вам мешать, но ваш брат хотел бы с вами поговорить, мистер Макдэниелс. Он говорит, что это срочно.

Зак посмотрел на румянец, выступивший на щеках Челси, на блеск ее глаз, и от желания у него закружилась голова. Меньше всего ему сейчас хотелось говорить со своим братом.

– Хорошо, – обреченно вздохнул он. – Я поговорю с ним.

– Конечно, – кивнула Челси. – А я пока посещу дамскую комнату.

– Я буду поблизости, – кивнул Сэм, поймав устремленный на себя красноречивый взгляд Зака.

Челси стояла перед зеркалом, когда вошла Эсме Синклер. На ее руках лежала меховая накидка.

– Вы заметили, что мы постоянно сталкиваемся с вами в дамской комнате? – улыбнулась ей Челси.

Эсме ответила ей сдержанной улыбкой.

– Да уж. Но раз уж мы здесь столкнулись, я бы хотела вас поздравить. Никак не ожидала, что ваши статьи принесут нам такую популярность.

– Это все благодаря вам. Если бы не поверили в меня, ничего такого бы не случилось. Я просто не могла вас подвести. Это я ваша должница.

Эсме перестала улыбаться.

– Когда вы впервые вошли в мой офис, вы напомнили мне меня в молодости.

– Я польщена. Я всегда восхищалась…

Слова Челси повисли в воздухе, когда она увидела направленный на себя пистолет.

– Вам следовало бы прислушаться к моему совету там, в дамской комнате в баре. Напрасно вы не предложили свои статьи другому журналу.

– Почему? – глядя прямо в глаза стоявшей перед ней женщины, спросила Челси.

По позвоночнику прошла липкая волна страха, когда она увидела откровенную ненависть в глазах Эсме.

– Я подписала с вами контракт. Это был риск, но он себя оправдал. Я не позволю ему воспользоваться моими плодами. Только не в этот раз! Он и так всегда пользовался моими идеями. – Кивком головы она указала Челси на дверь. – Иди.

Челси сделала маленький шажок в указанном направлении, понимая, что ее единственный шанс – тянуть время. Может, кто-нибудь войдет? А пока нужно постараться отвлечь ее внимание от себя, а лучшего способа, чем задавать вопросы, Челси не знала.

– Он всегда пользовался вашими идеями?

Лицо Эсме искривила гримаса.

– Всегда. Он обещал мне, что однажды я стану главным редактором, а я была достаточно глупа, чтобы поверить ему, потому что любила его.

– Вы ведь говорите не о Заке, верно? Он-то никогда не мог обещать вам ничего подобного.

– Мне обещал его отец, а Зак во многом на него похож. Вы совершили такую же ошибку, что и я, влюбившись в него. Раз он сказал, что не будет печатать ваши статьи, так оно и будет.

Как бы ни были малы ее шажки, но Челси уже уперлась в дверь.

– Эсме, – с мягкой убежденностью в голосе сказала она. – Я уверена, что, если вы скажете Заку об обещании, данном вам его отцом, он что-нибудь придумает, чтобы отблагодарить вас.

Эсме смерила ее холодным взглядом.

– Мне уже недостаточно одной благодарности. Я хочу руководить журналом, как мне и было обещано.

В глазах Эсме блеснул безумный огонь, и у Челси заледенела кровь.

– Это вы пытались сбить нас на машине, когда мы выбежали из бара? – неожиданно для самой себя спросила она.

– Когда я увидела, как почти все, включая Зака, смотрят на вас с восхищением, я вас возненавидела, потому что его отец никогда так на меня не смотрел, а я ведь сделала для него больше, чем вы когда-либо сможете сделать для его сына.

– А телефонные звонки и письма?

– Тоже я. И я же рассказала брату Зака, что он согласился печатать ваши статьи, но не сказала, что это я заключила с вами контракт. Я знала, что это Джерри не понравится.

– А зачем вы забрались ко мне в квартиру и, главное, как?

– Я знала, что если ваши статьи начнут приносить прибыль журналу, а после вашего выступления на телевидении это стало более чем очевидно, я поняла, что совет директоров может не поддержать Джерри, поэтому я решила выкрасть юбку. Нет юбки – нет статей.

Несмотря на владевший ею страх, Челси едва не рассмеялась, забыв, что Эсме не ответила на вопрос, как она проникла в квартиру. Неужели Эсме Синклер действительно думала, что, выкрав у нее юбку, она решит, что дело сделано? Она ведь умная женщина.

Во всяком случае, была, если совсем не спятила от злобы.

При этой мысли Челси стало не до смеха. Неизвестно, что творится в голове безумного человека, а если Эсме уже нашла козла отпущения, Челси грозит смертельная опасность.

– И на катке должны были убить меня? – стараясь удержаться от дрожи в голосе, спросила Челси.

– Вас обоих. – Эсме подняла пистолет выше. – Но тот идиот, которого я наняла, не смог справиться с таким простым заданием, поэтому я сделаю все сама. – Она неожиданно схватила ее за руку, и Челси почувствовала, как в бок ей уперлось дуло пистолета. Видеть его она не могла, потому что оно было спрятано под мехом, но холод металла не позволял об этом забыть. – Выходи и иди к лифту как ни в чем не бывало. Если Зак захочет тебя остановить, ты должна сказать ему, что у нас важный разговор. Если ты этого не сделаешь, я сначала убью тебя, а потом пристрелю его.

Челси увидела перед собой остекленевшие глаза и поверила ей. Когда они вышли из туалета, она заметила Сэма, который всем своим видом демонстрировал, насколько он пьян, хотя глаза его смотрели остро и настороженно. Сердце у нее ушло в пятки, когда она увидела Зака, а рядом с ним Джерри. Они шли к ним навстречу.

– Беги, – прошептала она Заку одними губами, когда двое мужчин встали на их пути. – Мы с Эсме должны кое-что обсудить, – с натянутой улыбкой сказала она. – Я скоро вернусь.

– Я с вами.

– Нет. – Ее голос зазвучал резче, чем надо. Челси попыталась сгладить это улыбкой, чтобы не нервировать Эсме, но почувствовала, как дуло пистолета сместилось в сторону Зака. – Разговор только для женщин, – выпалила она и загородила собой Зака.

За секунду до того, как раздался выстрел, Челси почувствовала, что кто-то резко рванул ее на себя. Она не удержалась на ногах и упала, видя стремительно приближавшийся к ней пол.

Эпилог

Предложение руки и сердца Челси услышала в тот момент, когда меньше всего этого ожидала.

Когда она открыла глаза, то увидела склонившееся над собой обеспокоенное лицо Зака и прочитала тревогу в его глазах. Она попыталась улыбнуться и, чтобы доказать ему, что с ней все в порядке, подняла голову, но сделала это слишком резко. В глазах потемнело от боли. Когда она снова пришла в себя, то обнаружила себя в машине и узнала, что они едут в госпиталь. Зак рассказал ей, что случилось в коридоре и как он за нее испугался. Оказывается, Сэм подкрался к Эсме сзади и прыгнул на нее в тот момент, когда Джерри успел толкнуть Челси на пол, и потому пуля Эсме попала не в нее, а в стену.

Когда они проезжали мимо катка, Челси объявила, что с ней уже все в порядке. Зак не захотел ее даже слушать и заглушил ее протесты поцелуем.

За окном машины мелькнула рождественская елка. Зак попросил водителя остановиться. Выйдя из машины, он крепко взял ее за руку и повел за собой.

– Ты передумал ехать в госпиталь? – спросила она, несколько удивленно глядя на него.

Неожиданно Зак упал перед ней на колени. Перепуганная Челси тут же вспомнила о его ране и упала на колени рядом с ним.

– Тебе плохо? – заглядывая ему в глаза, в тревоге спросила она.

– Сердце…

Ее собственное сердце вдруг пропустило удар. Зак поднял ее лицо за подбородок, и она увидела смех в его глазах. А еще любовь и нежность.

– Я люблю тебя, Челс, – негромко сказал он. Ее сердце на секунду остановилось, а затем взволнованно забилось. – Я хотел сделать тебе предложение совсем иначе, но после того, что случилось, понял, что больше не могу ждать. – Он вытащил из кармана пальто коробочку, открыл его и протянул ей кольцо. – Ты выйдешь за меня замуж? – (Челси продолжала молча смотреть на него, не веря, что слышит от него эти слова.) – Кто-то однажды сказал мне: чтобы забыть о грустных воспоминаниях, нужно заменить их другими, о которых было бы приятно вспоминать. Я хочу, чтобы твои воспоминания о Рождестве навсегда остались светлыми и счастливыми. Если ты выйдешь за меня замуж, я обещаю об этом позаботиться.

– Тебе не нужно об этом заботиться, – с улыбкой сказала Челси, хотя на глаза навернулись слезы. – Недавно я поняла, что мечтаю, чтобы для тебя Рождество стало самым лучшим и любимым праздником на свете, только я не знала, как это сделать. – Она взяла из его рук кольцо и надела на палец. – Кажется, теперь знаю.

Зак взял ее за руку и помог подняться. Обхватив ладонями ее лицо, он поцеловал Челси в губы.

Они стояли рядом с красавицей елкой, сверкающей разноцветными огнями, а с неба на них смотрела и улыбалась луна. И оба не заметили, как юбка Челси, выглядывавшая из-под полы ее короткого пальто, засияла, окружив их серебристым ореолом.

Content

Кара Саммерс
Магия луны

Пролог

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Эпилог