Сугралинов Данияр Саматович

Инициал Спящего

Данияр Сугралинов

Дисгардиум 2 Инициал Спящего

Глава 1. Спящий бог

В абсолютно чистом небе грянул гром. Земля содрогнулась, а по болотной трясине пошла рябь. Оттуда полезли гнусные твари, бешено наползая, запрыгивая друг на друга, и стараясь выбраться из воды. От нее пошел пар, она вскипела, и заживо сваренные гады замирали кверху белеющим брюхом. Огромные пиявки-кровососы и тускло светящиеся «шары» лопались, разбрызгивая капли отвратительной бурой жижи.

Глобальное уведомление, прокатившееся по всему Дисгардиуму, сбило меня с мысли. Голос Бегемота продолжал что-то нашептывать, но это было больше похоже на бормотание спящего, нежели на что-то осмысленное. Его приветственные слова на время стали последним разумным, что я от него слышал.

Зарегистрированы искажения струн мироздания! Могущественное зло пробудилось в Дисгардиуме!

Оценка потенциального класса угрозы: A.

Оценка текущего класса угрозы: Q.

Вероятная локация аномалии: невозможно распознать.

Мир никогда не видел угрозы такой мощи! Не дайте пробудившемуся злу набраться сил, уничтожьте его раньше, и награда сильных мира сего будет щедрой!

Да будут благосклонны к вам боги, храбрецы и герои!

Хвала всем богам, что они не смогли распознать мое местоположение! Видимо, искажения струн мироздания столь сильны, что тряхануло весь мир, а не одну конкретную локацию.

Я почувствовал, как устал. Тех нескольких часов суррогатного сна — сначала в инстансе, потом в ожидании того, когда «дементоры» дойдут до финального босса, — помогли, но полноценным отдыхом не стали. Я даже в Дисе чувствовал, как начинает раскалываться голова. Мне хотелось довести ситуацию до логического конца, поняв, чего от меня хочет спящий бог, и выполнить квест Патрика.

Думать обо всем остальном решил потом. Мне просто хотелось отдохнуть от Диса, к тому же к вечеру должны были вернуться родители, и я хотел провести время с ними.

Когда я взобрался на островок посреди болота, увиденная мною сущность меньше всего была похожа на бога. Маленький, расплывающийся в очертаниях комок зеленоватой протоплазмы.

Если не вглядываться, можно было подумать, что это затянутая ряской лужица, колеблющаяся под порывами ветра. И только пояснение системы убеждало в том, что это нечто большее: «Бегемот, Спящий бог». Существо неопределенного уровня, либо уровня столь высокого, что такому нубу, как я, и не определить.

После обмена приветствиями лужица внезапно оказалась у моих ног и попросила впустить. И я впустил — как оказалось, она имела в виду мою голову. А потом грянуло уведомление о повышении как потенциала «угрозы», так и текущего класса.

И все изменилось — речь Бегемота стала разумной и осмысленной, а передо мной появилась призрачная фигура аватары бога, и он даже намеком не походил на гиппопотама. Мне сложно описать его словами, как непросто найти хоть какое-то сходство с каким-либо из известных мне животных или фэнтезийных существ.

Чудовище? Монстр? Кошмар? Ни один из боссов пройденных мною инстансов даже близко походил не Бегемота. При всем при этом он был одного со мной роста и недобро смотрел мне прямо в глаза.

— Думал, ты больше, — признался я. — Все-таки бог, хоть и Спящий. И технически, если ты уже не спишь, значит, ты больше не Спящий бог?

— Размер не имеет значения, инициал Скиф, — пророкотал голос. — То, что ты видишь — всего лишь отпечаток одного из моих обликов в твоем сознании, и размер именно такой, чтобы нам было удобно общаться. Моя истинная сущность заперта очень глубоко, а ты и всё, что тебя окружает, — всего лишь мой сон.

— Думаю, несколько сотен других богов, чьим именем раскалывают горы в этом мире, с тобой не согласятся.

— Как и все остальные разумные, — на удивление легко согласился Бегемот. Из его многочисленных хоботов на морде и жутковатых зубастых отверстий по всему массивному телу вырвался густой пар и шипение, и я не сразу понял, что он смеется. — Никто из нас — Спящих — не контролирует свои сны. Но стоит нам проснуться, как всё исчезнет. В том числе, и так называемые «боги», вроде того убогого, что нацепил на тебя свое право владения. От тебя смердит его меткой.

— Меткой? — я навострил уши. — Ты о Чумном море?

— Чумной мор… — он издал недовольный глухой рокот, похожий на рычание. — Пустые слова, не говорящие ничего о том, кто это затеял. Маскарад. Но этот убогий дает тебе силу, и пока нам это на руку, пусть будет.

— Нам? Я бы так не спешил, Спящий. Я ещё не в твоей команде! Но ты прав, я пришел тебе помочь, — мне надоело стоять, и я присел на пожухлую травку. — Меня прислал житель Тристада Патрик О'Грейди. В награду за мою будущую помощь прошу то, что ты ему обещал и не сделал.

— Тристад… Патрик… Снова пустые слова, не несущие никакого смысла. Если ты о том безумце, явившемся сюда с несчастным, отлученным от матери, волчонком, то я ему ничего не обещал. То, что с ним произошло, случилось не в этом мире, а то, что он считает, было ему обещано, обещал ему не я. И ты здесь не потому, что тебя прислал какой-то Патрик, а потому что я тебя перехватил на глубинных путях.

— Постой, Бегемот! Я не понимаю… Ты меня запутал!

— Тебе нечего понимать об этом, — голос Спящего бога прозвучал устало и заметно тише, чем до этого. — Это не имеет значения, инициал. Ты слаб, а потому слаб и мой отпечаток. Он тает. Мы зря теряем время.

— Нет, это имеет значение! — зато мой голос, напротив, окреп.

Меня категорически не устраивал ответ Бегемота, и я не собирался проваливать свой единственный полноценный квест, если не считать тех, что были пучком собраны с доски объявлений тюрьмы.

— Мною было обещано Патрику О'Грейди выполнить то, что он просил. Я готов помочь тебе, но взамен ты должен сделать что-то для него! Что ты ему пообещал?

— Он потерял невесту и смысл жизни. - Хоботы бога обвисли, но как это интерпретировать, былонепонятно.

— Я не могу вернуть ему ни того ни другого. Но я могу помочь ему найти новый…

Или новую…

— Невесту или смысл?

— Первое станет вторым, а со вторым ему не понадобится первое.

Неважно. Пустые слова. Я скажу, что ему передать, чтобы бы он снова обрел утерянное. Ты доволен, инициал?

Задание почетного гражданина Тристада, бывшего капитана патрульного отряда стражи,Патрика О’Грейди выполнено.

Вам удалось добраться до указанной им точки в Болотине, предложить помощь Бегемоту и попросить наградой то, что он обещал Патрику.

К сожалению, это будет не та награда, на которую он надеется.

Сообщите Патрику О’Грейди о разговоре с Бегемотом, чтобы получить награду.

— Я доволен. Почему ты называешь меня инициалом? Что это значит, Спящий?

— Ты — самый первый. Предшествующий всему остальному. Ты — мой инициал, и теперь мы неразрывно связаны… — Бегемот чуть склонил голову и сверкнул глазами. — Это лишнее. Я убрал

ту досадную помарку, которую тот безумец моим именем привлек на тебя.

Не сразу мне удалось понять, о чем он. А когда до меня дошло, и открытый профиль подтвердил мысль, я не знал, радоваться мне или огорчаться. «Мятежная душа», то самое проклятие Патрика,позволявшее мне возрождаться на месте гибели, исчезло.

— Мой отпечаток тускнеет, — продолжил Спящий. — Ни я, ни другие Спящие более не контролируем свои сновидения, ибо порождения наших снов не верят в своих создателей. Без нашего контроля всё рано или поздно будет поглощено Бездной, а ваши убогие «боги» только ускоряют этот

процесс. С Бездной придет бесконечный кошмар, от которого нам не будет пробуждения.

— Но что я могу сделать?

— Ты — мой инициал. Это значит, что в этом мире я — это ты, а ты — это я. Не пугайся, смысл лишь в том, что ты — мой главный проводник. Чем больше будет моя сила, тем сильнее станешь ты сам.

Ты сможешь привлекать новых последователей, и каждый, кто примкнет к тебе, усилит всех, и усилится сам! — последние слова я едва расслышал. — Во имя единства!

Спящий бог Бегемот дарит вам божественную способность «Касание

Спящего бога»!

Касание Спящего

Активная способность.

Позволяет обращать разумных в новых адептов Спящего бога Бегемота.

Требуется подтверждение обращаемого.

Спящий бог Бегемот дарит вам божественную способность «Единство»!

Единство

Пассивная способность.

+1 к случайной характеристике всем последователем за каждого адепта Бегемота.

— Ничего себе! — воскликнул я. — Да за такую плюху можно весь мир на свою сторону обратить!

— К сожалению, пока это число ограничено тринадцатью… — аватара Спящего растворилась в воздухе. Но голос остался, разве что шелестел он теперь только в моей голове. – Спрашивай…

— Как увеличить это число?

— Остров в Бездонном океане к западу от побережья материка.

Найди там руины древнего святилища. Это место силы, расположенное ближе всего ко всем Спящим. Построй там храм, который будет концентрировать веру, и развивай его.

Спящий бог Бегемот хочет, чтобы вы отстроили новый храм на безымянном острове в Бездонном океане.

Награды: неизвестно.

— Понял. Пока не знаю, с чего начну, но постараюсь. Что передать Патрику?

— Направь его в Каратас. Его Джейн жива и учится там в Университете магии. Но прежде чем направиться туда, ему стоит вернуть себе прежний облик и разум.

— Что-то еще?

— Она никогда не была его невестой. Поэтому скажи ему, что она ничего не помнит. И раз уж он, кроме тебя, единственный, кто меня видел, убеди его стать адептом.

— Думаю, это будет несложно после того, что я ему расскажу о Джейн. Кстати, он упоминал, что ты называешь себя единственным истинным богом. Но ты сам рассказал, что таких, как ты, Спящих,несколько.

Как так?

— Единственный и истинный остался в его мире. Безумец просто напутал и разучился разделять реальность с бредом. Мои силы на исходе, Скиф…

— Постой! Как к тебе вернуться? Вдруг мне надо будет спросить что-нибудь или…

— Так же, как ты сюда попал…

Шелест чужих мыслей окончательно исчез. Я огляделся и заметил, что трясина вокруг острова отошла дальше от берега, а уровень болота снизился. Солнце клонилось к закату, откат до Глубинного телепорта будет длиться до завтра…

Пока я, как Патрик, не начал путать миры, надо возвращаться.

Выход

Глава 2. Альянс «превентивов»

Вечером вернулись родители. Те несколько часов, что прошли между выходом из Диса и их приездом, я приводил себя и квартиру в порядок. Во всех смыслах, в том числе по учебе. Пропущенные дни в школе достигли критической отметки, и то, что родителей уже уведомили, я был уверен. Несколько пропущенных звонков от них и гневное сообщение от мамы были тому ярким доказательством.

Так что я спешно наверстывал пропущенные уроки, штудируя учебники. В это время позвонила Тисса, чтобы узнать, как дела и где я оказался после Глубинной телепортации. Как оказалось, всех «дементоров» раскидало по самым разным отдаленным частям песочницы, и чтобы вернуться, им понадобится много времени.

Я же все гадал, какой класс получу. В Болотине мне было как-то не до этого, потом был разговор с Бегемотом, а потом я вышел, забыв глянуть системное сообщение. Тисса, кстати, сказала, что завтра после школы они собираются у Эда отпраздновать «Первое убийство», и между делом поинтересовалась, не хочу ли присоединиться. Я ответил, что с удовольствием это сделаю.

В общем, когда я дошел до квантовой теории поля, пройденной без меня на физике, входная дверь открылась, и в квартиру завалились донельзя уставшие и мрачные папа с мамой.

— Алекс, Алекс… — покачала головой мама. Вопреки ожиданиям, она не начала сразу орать. — Тебе несколько месяцев до гражданских тестов, потом тебе придется жить самому. На что ты рассчитываешь с таким отношением к учебе?

Пока она меня отчитывала, отец потрепал меня по затылку и закрылся в ванной. Следующие полчаса оттуда доносились брызги, бульканье и кряхтение.

— Как слетали? — поинтересовался я.

— Так себе… — буркнула мама и долго молчала. — Они не приняли проект. Хорошо, хоть аванс не заставили возвращать, хотя могли.

— Как так? Почему не приняли?

— Мы с ним снова сильно поссорились, — ответила она, и я понял, что она говорит об отце. — Расчеты пошли к чертям, и на испытании полезли критичные баги. Заказчики были в ярости. Они готовятся к какому-то глобальному ивенту в «Дисгардиуме», новой локации с топовым рейд-подземельем. Их инсайд в «Сноусторме» выдал им характеристики и механику боссов, и нашей задачей было, используя эти данные, собрать им бета-полигон.

— А что за клан?

— Один из самых влиятельных в Дисе — «Модус». Победители последней взрослой «Арены» и самые успешные «превентивы».

— Почему они не дали вам время все исправить, мам?

— О, им вдруг стало не до нас. В Дисе появилась новая «угроза» А-класса. Подобной еще никогда не было! Естественно, что они встали на уши, и теперь роют землю, чтобы найти ее! — мама засмеялась.

— Может, потому они и не стали настаивать на возврате аванса. У них там срочный сбор всех «превентивов», и им точно стало не до нас…

— Сбор? Зачем, мам? Они ведь, обычно, стараются найти «угрозу» первыми, чтобы не делить награды.

— После ликвидации «угрозы» D-класса никому не известный клан из восьмой тысячи топа вошел в тройку лучших. Как думаешь, Алекс, эти ребята знают, что могут получить за «угрозу» тремя уровнями выше, за класс А? Там ведь награды чуть ли не в геометрической прогрессии растут с каждым уровнем! Так что из того, что мне удалось подслушать, они собираются создать Альянс «превентивов».

Только в этот момент до меня дошло во всей красе, с чем мне придется столкнуться. Один против сего мира, если не считать неведомый Чумной мор и кучку протоплазмы, называющую себя Спящим богом.

Ева… С ней все сложно, и, боюсь, если я не отвечу на ее чувства, они могут кардинально измениться.

А «Дементоры» рядом — это как привязанная к тебе пороховая бочка. Ее можно перепутать с пивной, но ровно до момента, пока они не поймут, с кем связались. Если уже не поняли…

Завтрашняя встреча с ними позволит мне на многое открыть глаза.

Думаю, будет алкоголь, и будут развязанные языки. Надеюсь, это позволит мне понять, как с ними вести себя в дальнейшем.

— Мам… — я запнулся, формирую мысль помягче. — А вы с папой…

— Что, Алекс?

— Вы с папой не пробовали помириться? Вы же столько лет вместе!

Мой вопрос застал ее врасплох. Она долго не отвечала, делая вид, что занята приготовлением чая, и когда она все-таки села напротив, поставив передо мной чашку, в ванной стихла вода — папа закончил мыться. Мы молча сидели, слушая, как отец по старинке бреется электробритвой, вместо того, чтобы раз и навсегда удалить щетину кремом (он считал, что она придает ему мужественности), я повторять вопрос не решался, а она отвечать на него нет хотела.

Но все-таки ответила, уже тогда, когда папа зашелестел полотенцем, вытирая лицо:

— Я не люблю твоего отца, сынок. Я не люблю Марка. У меня есть другой.

Я догадывался об этом, но такое подтверждение вдарило под дых сильнее Молота. В горле застрял комок, мое лицо перекосило, как у маленького, и я просто закрыл его ладонями, сдерживая слезы. Это был окончательный приговор.

Всю прошедшую неделю я все еще на что-то надеялся, где-то подсознательно рассчитывал, что они все-таки перебесятся и изменят свое решение, но теперь все было кончено. Папа не будет жить с ней, зная, что у нее есть любовник. Мама тем более ждет не дождется свободы, чтобы поскорее перебраться к своему…

Я посмотрел на нее другими глазами — ей тридцать шесть, она все еще привлекательна и у нее сногсшибательная фигура. И теперь ее обнимает не папа?

Чувствуя бешеный приступ ненависти к какому-то похотливому придурку, заморочившему маме голову, я ушел к себе, не став допивать мамин порошковый чай. Старик Фуртадо был прав, то, что сделала мама, не имело никакого отношения к благородному напитку.

Чтобы отвлечься, я попробовал связаться с Евой, но ее комм был недоступен. Тогда я с головой ушел в учебник физики. «Квантовая теория систем с бесконечным числом степеней свободы…»

Захватывающее чтиво.

***

— Шеппард, задержись, — сказал мистер Ковач, не отрывая глаз от панели с моей успеваемостью.

— Да, Грег? — я остановился рядом с учителем. Он удивленно вскинул глаза, хотя сам на прошлой неделе позволил называть себя по имени, и я поправился: — Мистер Ковач.

— Мы подождем, — кивнул мне Эд, и задержавшиеся «дементоры» вышли из класса.

— Лучше присядь, — мистер Ковач указал мне на стул рядом с его столом. — У нас будет долгий и серьезный разговор, Шеппард.

Подобное на моей памяти было впервые. Никогда раньше он не говорил со мной таким серьезным, сухим и официальным тоном, называя меня по фамилии. Обычно он, напротив, всегда играл в равенство между собой и учениками.

Ковач встал, закрыл дверь и вернулся. Потарабанил пальцами по поверхности стола, и резко сказал:

— У меня мало времени, Шеппард, поэтому буду немногословен.

Посещаемость последнего блока — восемьдесят процентов.

Комплексный показатель успеваемости — семьдесят девять процентов. Еще не фатально, но очень близко к этому. Допустить этого я не могу. Поэтому я связался утром с твоими родителями, чтобы выяснить причину происходящего, и, знаешь, что они мне сказали?

— Что они разводятся?

— Что? — удивился мистер Ковач. — А они разводятся? Тогда многое проясняется… — Он снова забарабанил пальцами по столу.

— Так-так… Что ж, я чувствую, что несу еще большую ответственность за твое будущее, Алекс. — Его тон смягчился. — Я назначаю тебе два дополнительных урока каждый день до полного исправления комплексного показателя успеваемости. Начиная с сегодня. Учебное место в лабе на тебя уже оформлено, так что сразу после нашего разговора можешь идти туда и приступать.

Я ничего не ответил и просто кивнул. Как он говорил, не смертельно, переживу. Да я и сам понимал, что надо подтянуть учебу.

Прослушать в обычном VR-шлеме пропущенные уроки и повторно сдать по ним тесты — ничего страшного.

— Это не всё. Твоя мама, миссис Шеппард, сообщила мне о твоем нездоровом увлечении «Дисгардиумом».

— Что? Нездоровом? Вы хотите сказать, что весь мир страдает нездоровой фигней?

— Возможно, я неправильно выразился. Впрочем, я лишь передал эпитет твоей мамы. Скорее всего, она имела в виду твой резко выросший интерес к Дису. Ты знаешь, я не сторонник конкретно этой рекомендации Департамента образования… Как бы помягче…

Мне кажется, они перегибают палку с этим обязательным временем в игре. Понимаешь? Это могло бы сгодиться низшим гражданским статусам, потому что им действительно после школы идти некуда, и Дис отлично снимает социальную напряженность в этом плане… — он пожевал губами и почесал нос. — Но ведь ты из благополучной семьи, Алекс! Статус F! Тебе прямая дорога в полноценные члены общества!

— Вы забыли? Они разводятся!

— Но еще не развелись! — Грег треснул ладонью по столу и привстал. В его глазах плескалась ярость, и от неожиданности я откинулся к спинке стула. — И если они достаточно разумны, то не станут это делать как минимум до твоих гражданских тестов!

Он был прав. Высокий гражданский статус родителей может дать в глазах комиссии дополнительные баллы. А может и не дать, это лишь слухи, но упорные, и статистика это подтверждает.

Хотя, может, всё дело просто в том, что у высокостатусных семей больше возможностей дать отпрыскам лучшее здоровье, социальные навыки и обучение с самого детства, если не сказать, с момента зачатия. Генетические корректировки стоят больших денег, но они возможны и доступны почти всем желающим, только плати.

Мистер Ковач долго буравил меня взглядом, но, наконец, морщинка, залегшая между его бровями, разгладилась, ноздри перестали грозно раздуваться, а сам он нашел под собой стул и сел. Говорить он продолжил своим обычным тоном, словно и не было той вспышки:

— Час назад я подал прошение в Департамент образования о временном бане твоего персонажа в «Дисгардиуме». Привел все формальные обоснования, в том числе, учитывая твою потенциальную ценность для общества… этого мира, а не Диса.

Прошение удовлетворили. Твой персонаж забанен на две недели. Надеюсь, тебе хватит этого времени, чтобы наверстать упущенную программу.

— Что? Вы, наверное, шутите? Вы не можете! Мистер Ковач… — я чуть было не рассказал о своем обязательстве, как «угрозы», проводить в игре не менее восьми часов в день, но он меня, к счастью, перебил.

— По-твоему, я похож на шутника? Еще как могу! — он снова разъярился. — Встать, Шеппард! В VR-лабораторию на дополнительные уроки! Немедленно!

Захлопывая за собой дверь, я подумал, что слухи о боевом прошлом нашего школьного учителя имеют под собой основания. В коридоре я увидел изумленные лица подслушивавших «дементоров» и шутовски вытянувшегося по стойке «смирно» Ханга.

— Сэр, да, сэр! — заорал он, выпучив глаза.

— Ханг Ли! — донесся из класса голос Ковача. — Два дополнительных урока вместе с Шеппардом! Выполнять!

Глава 3. Запрет на погружение

Письмо от «Сноусторма» пришло, когда я ещё проводил время с «дементорами» у Эда. Как бы я не затуманил себе мозги крепким алкоголем, мне хватило ума не читать письмо сразу.

Приоткрыв ладонь, я глянул уведомление в коммуникаторе: из плывущего текста я вычленил название корпорации и тут же сжал кулак, пока не вчиталась любопытствующая Тисса. Она сидела между мной и Эдом, периодически касаясь меня то плечом, то волосами, а пару раз клала руку мне на колено. Справедливости ради, другая рука в то же время лежала на колене Эда — как будто наши ноги заменили ей отсутствующие ручки кресла.

Почувствовав, что поплыл, и у меня вот-вот окончательно развяжется язык, и даже не сколько от непривычного алкоголя, сколько от душевности посиделок и чувства дружелюбного тепла от окружавших ребят, я скомкано распрощался, но они не дали мне уйти одному. Вышли всей компанией проводить до флаера, потом Ханг убедился, что я назвал точку назначения верно, потом они долго обнимали меня, хлопая по спине, а Эд заплетающимся языком говорил, что они проведут ревизию налутанного в данже и начнут неспешно распродавать всё ненужное, и я обязательно получу свою долю за весь инст, а не только за последнего босса, и только потом они меня отпустили…

Дорогу до дома я продремал, и не знаю, сколько проспал, сидя в приземлившемся на крыше нашего дома флаере — может, минуту, а может час. Потом я, врезаясь плечами в косяки и протирая стены, доковылял до дома, дотащил себя до кровати и провалился в густой дремучий сон.

Проснулся я от раздирающей нутро жажды только под утро, причем раздетый и накрытый одеялом — кто-то из родителей позаботился о своем впервые в жизни напившемся сыне. Свидетельствуя об этом, на прикроватной тумбочке стояли бутылка воды и стакан, а рядом белел диск шипучей таблетки, хорошо знакомый мне по отцовским похмельям.

Утолив жажду пузырящейся жидкостью с анальгетиком, я поднялся с кровати. Эйты лежал рядом, опустив голову на лапы. Заметив мое пробуждение, он поднял ухо, но считав моё настроение, подходить не стал.

С раскалывающейся башкой я бесцельно побродил по комнате, собираясь с мыслями. До школы было еще много времени, и начать я решил с самого простого — забрался в душевую кабину и долго стоял под оживляющими тело и разум потоками. Боюсь даже представить, сколько денег скрутил счетчик потребления воды.

Но мне стало легче. Решив проверить реальность угроз Грега, я залез в капсулу, но ожидаемо услышал сообщение о временном запрете на погружение во все игровые миры. Тогда-то я и вспомнил о письме от корпорации. Короткое письмо от Марианны, всё той же сотрудницы «Сноусторма»:

Дорогой Алекс!

Настоящим письмом я хочу сообщить вам, что мы уведомлены о поступившем на ваше имя школьном запрете на двухнедельное посещение Дисгардиума.

Принимая во внимание ваш особенный статус в мире и ваши обязательства по обязательному времени в игре, я решила написать вам лично, чтобы успокоить. Все мы здесь, в «Сноусторме», когда-то учились в школе. :-) Так что мы прекрасно вас понимаем и готовы войти в ваше положение.

На время школьного запрета мы снимаем с вас все обязательства по присутствию в мире Дисгардиума.

Желаю как можно скорее решить все вопросы, препятствующие вашему погружению! Пусть небо Дисгардиума будет всегда чистым над вами!

С дружеским приветом,

Марианна Да Силва, специалист отдела по работе с клиентами,

«Сноусторм Инкорпорейтед».

Удовлетворённо хмыкнув, я собрался в школу и выбрался из своей комнаты. Под сочувственным взглядом отца я выслушал мамины нотации, позавтракал и полетел на учёбу.

Уроки пролетели незаметно. Впервые за последнее время я почти не думал о Дисе, внимательно слушая преподавателей и добросовестно выполняя задания. На переменах мы болтали с «дементорами». Они предвкушали, как доберутся до Тристада и сдадут квест первому советнику Уайтекеру — всем нам выпал скорпионий глаз с финального босса, ставший квест-стартером.

В честь грядущего Дня благодарения Грег не стал настаивать на моих дополнительных уроках, но я их всё равно отсидел, изучая пропущенные уроки.

Четыре выходных праздничных дня пронеслись как один. В четверг к нам пришли гости и смели со стола всё, что наготовила мама. Хотя, «наготовила» звучит слишком громко, это заняло у неё не больше часа: она просто «развернула» в кухонном комбайне премиальный кулинарный набор «День благодарения» на восемь-десять человек стоимостью всего девяносто девять фениксов. Стол украсили запечённая индейка, картофельное пюре, сырная запеканка с кукурузой и тыквенный пирог, не считая прочего.

В пятницу по гостям пошли уже мы. Родители тщательно скрывали свой будущий развод и искусно разыгрывали счастливую семью. Подыгрывать им было легко, тем более они почти обманули и меня, и я бы поверил, не признай мама до этого, что больше не любит отца.

В субботу и воскресенье я занимался своими обычными делами — учился, смотрел кино и видеоматериалы марсианской экспедиции Лемана, а ещё безуспешно пытался вытащить на свиданиеТиссу. Она долго не отвечала, зависая в Дисе, но когда ответила, её сообщение прозвучало сухо: «Не

могу. Не до этого». Я ещё подумал, стоит ли обижаться, но решил, что абсолютно точно — нет.

Со скуки я даже пытался связаться с Евой, но вместо неё ответила её мать, сказав, что процесс восстановления затягивается, так как «дочка вошла во вкус».

В общем, за выходные я успел подустать от отдыха, а в понедельник полетел в школу с радостью.

Там-то всё и выяснилось.

***

Убитые горем. Мрачные. Опустошённые и сокрушённые. Именно такими я нашёл «дементоров» в школьном дворе. И хотя с безоблачного неба ослепительно светило солнце, вокруг ребят царили холод и уныние, будто «дементоры» стали именно теми, в честь кого и назвали клан.

На первом уроке их не было, на второй они явились с опозданием, на перемене меня задержал Грег, и только после мне удалось найти их. Они сидели на скамейке, нахохлившись, как замерзшие воробьи.

— Привет… — осторожно протянул я. — Как дела?

— Привет, — хмуро ответила Тисса и отвернулась, но я успел заметить, что у неё глаза на мокром месте.

Остальные промолчали. Их ощутимо напрягало моё присутствие: похоже, я прервал их разговор, а продолжать при мне они не хотели.

— К чёрту, — выплюнул Ханг. — Его это тоже касается.

Эд смерил меня пустым взглядом и опустил голову, закрывшись руками.

— Что случилось? Кто-то умер?

— Да мы все умерли! — нервно рассмеялся Малик. — И очень много раз!

— Ладно… — пробормотал Эд, что-то решив для себя. Он поднял голову и воскликнул: — Алекс, мы в полной заднице!

— Это я уже понял, — я сел рядом, распихав Ханга и Малика. — А подробнее?

— Аксиома… — начал было пояснить Малик, но Эд его остановил и заговорил сам.

— В прошлый четверг Большой По занёс нас всех в КОС-лист и объявил награду: пятьдесят золотых за каждое убийство любого из нас.

— И меня?

— Насчёт тебя мы не в уверены, но можешь посмотреть форумы, — ответил Эд. — Там пока только четыре имени: я, Тисса, Бомбовоз и Инфект. Что касается тебя, то у них есть к тебе вопросы, но если что, мы сказали, что тебя с нами не было.

— Вы хоть лут донесли?

— Ни черта мы не донесли! — неожиданно взорвался Ханг. — Никто из нас до города не дошёл!

Перехватили каждого!

— Где вы сейчас?

— Всё там же, — буркнул Эд. — На точке возрождения в Олтонских каменоломнях. Всех опустилидо десятого уровня. Раздели полностью! Выйти не дают, там постоянно пасутся хедхантеры, чередуют киллы, чтобы не сработал диминишинг на убийство.

— Это что такое?

— Нельзя одному и тому же игроку или его группе убивать другого в течение суток более трёх раз подряд, — пояснила Тисса. — После третьего их атаки перестают наносить урон. Вот они и меняются.

— А телепорт?

— Он же кастуется не сразу, — пожаловался Ханг. — Контролят, не дают свалить. Эд, вон, успел разок — попал к нагам, те его быстро сложили.

— А что я мог сделать? — фыркнул Эд. — Голый, на десятом уровне!

— И долго это будет продолжаться? — спросил я.

— Пока не покинем песочницу. Мы вместе с Хангом слетали к Большому По сегодня утром. Хотели договориться… — Эд сплюнул. — Он только посмеялся! Заявил, что оценивает моральную и материальную компенсацию в сто тысяч золотых. У нас никогда не было таких денег, так что…

— Что?

— Не знаем, Алекс! — простонала Тисса. — Не знаем! Подождем несколько дней, может все утихнет.

Нам, главное, добраться до города и одеться. Оттуда мы уйдем куда-нибудь в безлюдные края, в ту же Болотину, и будем качаться там. Другого выхода у нас нет.

— Если это не сработает, тогда бросим Дис до выхода в большой мир, — отрезал Эд и спохватился:

— Слушай, а ты можешь пойти с нами? Если найдём новый инст, можно спокойно только там и качаться! Алекс!

— Не получится, Эд. На мне больше нет того проклятия.

— Как нет? — всполошился Родригез. — Почему?

— Я выполнил квест Патрика. Сразу после проклятие снялось.

— Бездна! — «дементоры» выругались одновременно…

— Значит, всё… — выдавил Эд.

Всё… Так прервалась моя короткая дружба с «дементорами». Явно об этом никто не говорил, но это чувствовалось. Нас связывал Дисгардиум, но когда он исчез из наших жизней, общаться стало не о чем. Они молча отсиживали уроки, сухо отвечали на мои приветствия, не выказывая желания

общаться, а на переменах где-то пропадали. Впрочем, я не навязывался, да и времени совсем не было.

Единственное, что удалось узнать через неделю после — им всё-таки удалось прорваться в Тристад, забиндиться там, и теперь они готовятся к задуманному побегу в Болотину. Грег, обрадовавшись моему вновь вспыхнувшему интересу к учёбе, грузил меня не только на дополнительных уроках, но и в домашних заданиях, не ограничиваясь рамками обязательной школьной программы. Я же старался уйти по ней вперёд, максимально полезно используя время перед возвращением в игру.

Дома родители заключили пакт о ненападении, и в этом шатком перемирии и отец, и мать были особенно осторожны в словах и поступках. Отец бросил пить, мама перестала его пилить — оба погрузились в новый проект, решив не налажать и заработать как можно больше денег до развода. Не знаю, как там мамин хахаль, но она за все две недели моего бана ни разу не покидала дом без отца.

Всё как будто стало по-прежнему, и даже лучше, но это была лишь иллюзия благополучия.

Ева, едва выписалась из клиники, улетела на юг восстанавливаться.

Миссис О’Салливан, видимо, договорилась в школе о дистанционном обучении на это время.

Встретиться со старой подругой мне так и не удалось, она улетела сразу из клиники, но мы пообщались по комму. Она очень изменилась — ничего, кроме лица, мне разглядеть не удалось, но и того, что я увидел, хватило, чтобы впечатлиться. Ева стала совершенной. Идеальной. Но всё так же не в моём вкусе.

Вечером последних суток бана мне снова пришло письмо от Марианны. Она поздравляла меня с окончанием срока запрета на погружение и напоминала о возобновлении обязательного времени в Дисе. Это был вторник.

А в среду, сразу после школы, я пообедал и полез в капсулу.

Добро пожаловать в «Дисгардиум», Скиф

Глава 4. Кто хочет стать миллиардером?

Островок, на котором я встретил Бегемота, увеличился и порос травой за две недели моего отсутствия за счет понизившегося уровня воды. О Спящем боге ничего не напоминало — остатки накопленной энергии он, видимо, влил в меня, дав силу новым навыкам, и теперь беспокойно спит в ожидании новых адептов и храма.

В момент погружения я успел подумать, как насыщенность и яркость жизни меняют восприятие времени: с известия о разводе родителей я провел в Дисе неделю, а после бана от Грега не заходил сюда две, но по ощущениям казалось иначе. Будто в мире меча и магии я прожил всю предыдущую жизнь, был из него изгнан и, наконец, возвращаюсь. Странное чувство, особенно учитывая, как скучно мне было в Дисе раньше.

Какое-то время я размышлял над тем, с чего начать. Горевшие иконки конвертов, уведомлявшие о новых письмах, системные уведомления о невыбранном классе и нераспределенных очках характеристик, несданные Патрику и Уайтекеру квесты, сетовый эпик в инвентаре — всё было любопытно, но хотелось… посмаковать, что ли.

Здесь же, на болоте, ко мне в любой момент могут выбраться местные недружелюбные твари, и противопоставить им мне теперь нечего. Если погибну, то потеряю опыт и окажусь на кладбище Тристада. Метка Чумного мора мне здесь не помощник — проклятие нежити давно слетело, а вероятность того, что метка снова прокнет — лишь восемь процентов.

Значит, решено: мне надо в Тристад в личную комнату и как можно скорее. Но там меня могут подстерегать люди Большого По. Не думаю, что они просто так меня отпустят, прежде чем не вытрясут всё, что их интересует.

Дело за малым — чтобы великий глубинный рандом навыка телепортации сработал, как нужно. Ну, Спящий, не подведи…

Глубинная телепортация!

Но оказался я не в городе.

Уныло-тоскливое, но всё же светлое, благодаря яркому солнцу, болотное окружение сменили вечные сумерки Мраколесья. Едва я это понял, как сразу же рухнул на сухую растрескавшуюся почву, спрятавшись в Скрытности. Подо мной что-то хрустнуло, впилось в грудь, а руки тут же оказались в зеленоватой слизи.

Вокруг заслышался неумолчный трескучий шорох. Осторожно оглядевшись, я вскочил на ноги — поле зрения завалило уведомлениями о проваленной проверке на скрытность. Никакая скрытность не спасет, если ты оказался в центре огромной охраняемой кладки паучьих яиц. За стенами растянутой паутины деревьев было не видно! Тысячи яиц усеивало всё пространство вокруг, и из некоторых из них пробивались наружу маленькие паучки. Но это меркло в сравнении с чудовищными силуэтами взрослых арахнидов. Я быстро просканировал одного из них:

Порченный арахнид-страж, 14 уровень

Рядом с ним возвышались ноги-колонны существа помощнее — Порченный арахнид-смотритель выводка семнадцатого уровня.

Собственно, на этом демонстрационная часть экскурсии в новое Мраколесье была окончена. В следующий миг все пауки одновременно атаковали.

Под Каменной кожей мне удалось выстоять полминуты, и ещё секунд десять благодаря Устойчивости в девяносто процентов, и за это время я смог уложить полдесятка пауков, не щадя чумную энергию и Жуткий вой, но итог был закономерен. Без висящего на мне проклятия нежити надеяться на что-то иное было глупо.

Новорожденный арахнид нанес вам урон: 16.

Очки жизни: 0/405.

Вы мертвы.

Погибнув, я не торопился возрождаться. Логи говорили о том, что вся моя Устойчивость яйца выеденного не стоит против мобов уровнями намного выше, а здесь даже новорожденный паучок сразу тринадцатого уровня, — за каждый уровень разницы в пользу противника я теряю десять процентов срезаемого урона. Так что, получилось, что хоть пауки и били меня в вполсилы, но их было много, а я… Мой текущий объём жизни — это на два-три удара такому, как Порченный арахнид-смотритель выводка.

Таймер отсчитал последнюю секунду в теле трупа. По привычке я возрождался, держа наготове связку навыков для моментального включения в бой, но в этот раз это оказалось зря — передо мной высилась стена Тристада. Никто не спешил на меня нападать — я появился на городском кладбище. Перед глазами зависло в воздухе предупреждение:

Штраф за смерть: −550 очков опыта.

Прикинув, я вспомнил механику расчета штрафов: текущий уровень, помноженный на полсотни. Неприятно, но терпимо. Стоимость примерно десятка убитых мобов на любом уровне. Проблемой этой становится, если тебя держат на точке респауна.

Смахнув уведомление, я проверил инвентарь. Спасибо моей редкой сумке, лут из «Зла из глубин» лежал в инвентаре. Прикинув маршрут, я спокойно добрался до городских ворот, а оттуда побежал трусцой к «Буйной фляге», решив, что пока не разберусь с письмами, классами и планами, из комнаты не выйду.

Визуально город не изменился, разве что народу на улицах бродило чуть больше, чем обычно. Причина этого выяснилась, когда я подбегал к таверне. У дверей «Буйной фляги» надрывал глотку какой-то игрок двенадцатого уровня:

— Голосуйте на выборах в Городской совет! Впервые в них участвует игрок, известный каждому, уважаемый Полинуклеотид!

Его главная цель — повышение наград за социальные задания!

Кроме того, игроки смогут обзавестись недвижимостью в черте…

Изумлённо подивившись этому, я хотел узнать подробности, но вдруг обнаружил на себе чей-то пристальный взгляд. Повернув голову, понял, что меня засекли, курьер четырнадцатого уровня по имени Вишенка из «Аксиомы» беззвучно шевелила губами перед амулетом связи. Убедившись, что я смотрю, она направила в меня палец, что можно было понять, как «Стой на месте!»

Нет, спасибо. Качнув головой, я прошмыгнул в таверну и поднялся к себе. Говорить с ними придётся так или иначе, но лучше не сейчас, когда я в одних трусах и с нераспределенными очками характеристик. Ничего хорошего, с психологической точки зрения, из такой беседы для меня не

выйдет.

В комнате я растянулся на кровати и облегченно вздохнул.

Полмесяца назад я выходил отсюда,будучи шестого уровня. Вернулся на одиннадцатом…

Что ж, пора разбирать подарки. Я свернул окошко с выбором класса, успев удивлённо заметить названия предлагаемых системой классов:

«Соло-приключенец»,

«Странствующий монах»,

«Предвестник».

Ни одно из названий мне ни о чём ничего не говорило, но разбираться с этим я буду после.

Открытый почтовый ящик высветил мне ряд непрочтённых писем, и самое свежее, суточной давности, было от Тиссы:

Алекс!

Прости, что пишу только здесь и сейчас. У Эда паранойя, и в реале мы стараемся ни с кем не общаться до поры до времени. Даже с тобой. Я знаю, что это глупо, но мы так решили. Ещё раз, извини.

Кстати, Ханг был прав. Г.Т. на третьем уровне позволяет выбирать две точки назначения. А тамкак повезет.

Понятно, что «Г.Т.» — это Глубинная телепортация. Значит, они каждый день использовали её, пытаясь вырваться, пока все не оказались в Тристаде? Возьму на заметку. Но что мешало написать мне хотя бы на комм? Или сказать то же самое в школе? Странно вся эта таинственность выглядит.

Отвечать я не стал, решив поговорить лично.

Потом открыл следующее письмо — от Перевес:

Привет, Скиф!

Ты давно не появлялся, вот и решила напомнить о себе. Сегодня перебирали с Недом шмотки, ну, знаешь, сделали что-то типа ревизии. В общем, мы наткнулись на набор шмоток на пятый уровень, что Нед откладывал для тебя. Как ты там, сделал уже пятый?

Перевес (Рита).

Сделал ли я пятый уровень? Я ухмыльнулся и быстро накатал ответ:

«Рита, привет! Прости, не заходил в Дис две недели. Загляну к вам на днях!»

Не знаю, буду ли что-нибудь у них покупать, но увидеться с девушкой не откажусь.

Ещё одно письмо, открытое мною, написал Большой По:

Шеппард!

Я знаю, что ты там был. Надеюсь, при встрече ты не будешь отпираться и отрицать это. Твои друзья уже наказаны, и заслуженно, если ты ещё не в курсе, и единственная причина, по которой ты ещё не в нашем КОС-листе — мне бы хотелось поговорить с тобой до того, как ты озлобишься.

Ответь сразу, как появишься в Дисе и прочтёшь это. Не оттягивай неизбежное.

Б.П.

Мой ответ ему был ещё короче, чем Рите:

«Через час в таверне».

Он прав, ни к чему затягивать —лучше решить вопрос и потом строить планы. Разве что, я решил сначала разобраться с классом и очками характеристик. А заодно глянуть, что изменилось в связи с повышением моего потенциала, как «угрозы» миру.

Тем более, следующее письмо было именно на эту тему. Начиналось оно уже знакомым приветствием:

Боги Дисгардиума приветствуют тебя, Скиф!

Заржавевшие шестерёнки мироздания провернулись и дали толчок, великое множество независимых событий случилось, приведя к невозможному, и в одном разумном столкнулись две ужасающих напасти старого и нового миров!

Со времён Раскола мир не видел угрозы страшнее той, в которую ты можешь превратиться!

Потенциальный класс твоей угрозы миру: A.

Текущий класс твоей угрозы миру: Q.

Тематика угрозы: явная, Спящие, Чумной мор, раскол, пандемия, взрывное развитие персонажа, глобальный катаклизм, война богов, скрытое преимущество в боях с многократно превосходящими по уровню противниками…

Далее шли уже частично мне знакомые слова с предупреждениями, штрафами за разглашение и перечнем наград, которые опять же конкретно не назывались. И только после появилось кое-что новое. Там говорилось о том, что за достижение класса L, предыдущего потолка «угрозы», я всё

равно получу новейшую капсулу с полным жизнеобеспечением, массажем и стимуляцией мышц, а также прочими важными и неважными «плюшками». Типа той же лучшей скорости передачи данных от мозга в Дис, за счет которой владельцы таких капсул, пусть и на доли секунды, но опережают остальных.

Но это меркло в сравнении с тем, что было в самом конце. Там шли строчки о новой награде за развитие «угрозы» до максимума. Там шли нули, и мне пришлось их дважды перечитать. Я не ошибся, и потом долго, не веря своим глазам, пялился, пока нули не поплыли.

Девять нулей после единицы. Миллиард фениксов за полностью прокачанный класс «угрозы». Но и это было не всё. За прокачку хотя бы до уровня D они обещали полноценный трудовой контракт со «Сноустормом», предлагая позицию консультанта департамента «угроз» с восьмизначными суммами зарплаты в год! И это без бонусов!

Моё сердце забилось так сильно, что я почувствовал это даже в Дисе. Большой По, «дементоры»,школа и даже Тисса — всё поблекло, стоило мне только подумать о наградах. Они решали вообще все вопросы! Образование за счёт «Сноусторма»! Гражданский статус не меньше C — это уровень миллионеров! Космогид? Ха, да за сотню миллионов можно купить новую космическую яхту и летать сколько угодно!

Я нажал «Принять», но пока это оставалось действующим только в Дисгардиуме. Теперь надо было заключить договор в реальном мире.

Не теряя времени, я вышел из игры, выждал минуту адаптации в полной тьме, пока интра-гель возвращал мне контроль над телом, выбрался из капсулы и открыл уже реальную электронную почту, чтобы подписать обновленное соглашение со «Сноустормом». Не ленясь — какая лень, когда на кону такое? — я внимательно прочитал все девять страниц договора и влепил электронную подпись везде, где это требовалось.

Сразу после, проявившись в Дисе, я хотел было перейти к выбору класса, когда в личку настойчиво постучали:

Игрок Полинуклеотид (Уэсли Чоу) хочет добавить вас в друзья.

Принять?

Вы можете выставить настройки приватности, чтобы определить степень доступности информации о персонаже вашим друзьям.

Уэсли Чоу, он же Полинуклеотид, он же Большой По, напомнил о себе и о нашей встрече.

Глава 5. Слишком много «По»

В той части «Буйной фляги», где вольготно расположился Большой По, пространство будто вымерло. Свободные столики вокруг него и бойцов «Аксиомы» зияли пустыми местами и поверхностями, а народ, перемещаясь по залу, огибал эту зону.

Причина этого выяснилась, когда я подошёл ближе и уперся в невидимую завесу. Под моим напором она поддавалась, но ощущение было такое, словно я снова оказался в толще трясины Болотины — тело обволокло незримое давление, уши заложило и стало тяжелее дышать. Что говорили за столом топ-клана до меня не доносилось, но я увидел, как Большой По шевельнул губами, пелена исчезла, и я по инерции провалился внутрь «пузыря».

Одновременно, почти все аксиомовцы встали и, пару раз толкнув меня плечами, направились к выходу из таверны. Я обратил внимание на имя одного из покинувших нас — Джей-Джей, бард восемнадцатого уровня, бывший лидер клана «Ночные сталкеры», ставший заместителем Большого По после объединения кланов.

Остались только двое: рядом с Уэсли Чоу сидела девушка с выбритыми висками и длинным синим хвостом.

— Уэсли, Ирина, — я кивнул и, не дожидаясь от них приглашения, сел за стол.

Они оценивающе рассматривали меня — доступную информацию профиля и во что я одет, — и я делал то же самое в их отношении.

Полинуклеотид, человек 19 уровня

Клан: Аксиома.

Настоящее имя: Уэсли Чоу.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: вождь.

Ирина была мистиком двумя уровнями ниже. И если об её классе я слышал, то «вождь» мне ни о чём не говорил.

— Интересный у тебя класс, Большой По… — протянул я, чтобы хоть как-то разбавить затянувшееся молчание. Из-за установленного «пузыря» тишина стояла оглушающая — я слышал биение своего сердца. — Это хотя бы боевой класс?

Лидер «Аксиомы» поднял указательный палец, призывая помолчать, а сам, не отводя взгляда, склонился ближе к Ирине. Та довольно отчётливо зашептала:

— Сорок четыре тысячи очков опыта набрано за последнюю неделю, плюс-минус день. В среднем пять тысяч очков в сутки. Класс не выбран, похоже, не успел. В наш инст заходил на шестом, после инста получил школьный бан. Последние пять уровней набраны за сутки, предшествовавшие бану. Он был там.

Он откинулся назад, закинув руки на спинку лавки, и обратился ко мне:

— Ты всё слышал, Шеппард. Мой аналитик уверен, что ты был с «дементорами».

— А как же «здравствуй, Скиф», «рад знакомству», ну или, на худой случай, «долго же мы тебя ждали, дорогой Алекс!»?

— Не хами, — жестко сказала Ирина. — Ты здесь никто и звать тебя никак. Поблагодари По за то, что он решил быть справедливым и выслушать тебя, прежде чем объявлять на тебя охоту.

— Огромное спасибо, Большой По! — я привстал и шутовски поклонился. — А почему именно «большой» По? Не средний, не мелкий, а именно большой?

Не знаю, что на меня нашло. С теми перспективами, которые передо мной нарисовались десять минут назад, мне стоило бы быть повежливее с главой лучшего клана песочницы. К чему обострять и без того напряженную обстановку? И я был бы вежлив, будь вежливы они. Их что, здороваться не учили?

— Понторез. Погром. Мой младший брат Полинуклеар, — стал перечислять Уэсли, загибая пальцы. — Слишком много «По» в одном клане. Я крупный, у меня что-то не так с обменом веществ. Поэтому я — «большой». Ещё вопросы?

— Пока нет. Спасибо, что ответил, — смущенно кивнул я. Он меня обезоружил. Я ожидал чего угодно, вплоть до мгновенного занесения в КОС-лист, вспышки ярости, перевернутого стола, но не простого и понятного ответа.

— Тогда ответь и ты мне. Ты был в инсте?

— Да.

— Назови хоть одну причину… — Большой По сделал паузу, чтобы глотнуть имбирного пива. — Почему я должен тебя простить?

— Простить меня? — я рассмеялся. — За что? Ваш боец сам разрешил мне зайти в данж.

— Что было дальше?

— Дальше всё было просто. Инст пошел на техническое обслуживание, и я вышел до того, как меня выкинуло…

— Ну-ну… — не поверила Ирина. — Ври дальше.

— Утром я зашел, убедился, что перс всё ещё внутри, и позвал «дементоров». Дальше вы знаете.

— Он врёт! — безапелляционно заявила девушка и повернулась к Большому По. — При технических работах подземелье полностью перегружается, всех игроков выкидывает на точку респа.

— Смотри, Шеппард, — Уэсли лёг большим пузом на стол, сузив и без того узкие глаза. — С Краулером и его парнями покончено. До выхода в большой мир игры им не будет, это я гарантирую. А будут рыпаться, поимеют проблем и в реале. Они кинули меня на «Первое убийство» созревшего данжа, такое не прощается, за такое в большом Дисе могут убить. Ты же понимаешь, какие ставки? По нашим наблюдениям, вы там урвали кое-что поценнее низколевельных эпиков. Чёрт с ними-то, их можно купить. А вот способность телепортации — это то, что мы можем больше никогда не получить. Понимаешь?

— Понимаю твоё разочарование и не понимаю, почему можете никогда не получить. Почему? У вас вся жизнь впереди, будут и на вашем веку новые «Первые убийства».

— Чёрта с два! — По грохнул кулаком по столу. — Топ-кланы контролируют всё. Если новый данж найдут какие-нибудь нубы, они, скорее, продадут координаты большой десятке, чем рискнут проходить его сами. Это и выгоднее и надёжнее. У топов скаутские сети покрывают весь известный Дисгардиум, и сети эти с мелкой ячейкой! Так что если вдруг нам повезёт, абсолютно не факт, что за «Первое убийство», если оно вообще удастся, нам дадут именно «Телепортацию».

Закончив жаркую речь, По присосался к бокалу с пивом. Пока он жадно смачивал горло, ко мне обратилась Ирина. Говорила она тихо и размеренно, но в каждом её слове чувствовалась горечь:

— Скиф, ты вообще в курсе, сколько стоят услуги магов по открытию порталов в большом Дисе? В зависимости от расстояния стоимость разового перехода может доходить до десяти тысяч золотом.

Мало быть магом, надо специализироваться именно на пространственной магии. Полный курс обучения, фолиантов и свитков обучения может доходить до миллиона голды. Плюс класс совсем небоевой, и прокачивается, обычно, сильным кланом для собственных нужд. Стационарные

телепорты работают только в столицах и тоже недешёвы. Вы с этими придурками из Азкабана оторвали бесценные навыки…

— Бездна! — Уэсли витиевато выругался, упомянув, как и в каких позах он вступит в половой акт с Эдом Родригезом и его кланом. Тиссу он не упомянул. — Хрен с ним, с этим латиносом, но Ханг! Да он же мне почти родственник! Если бы только я уговорил его тогда перейти к нам… Без танка

Краулер просто в очередной раз бы соснул леденца в данже, и всё было бы нормально!

Наблюдал за их откровениями я с некоторым удивлением. Нет, я верил в их гнев и негодование, в горечь и разочарование, но ведь до этого они исполняли совсем другие роли — сильных, хладнокровных, просчитанных. Не зря же «Аксиомой» назвались! И вдруг такой спектакль? К чему

они клонят? Хотят так завиноватить, чтобы я сам признал несуществующую вину? Если так, то не сработало.

— Значит так, Шеппард, — хмыкнул Большой По, всё это время наблюдавший за моей реакцией.

— Расскажешь, что вы на самом деле провернули в данже, назовёшь лут, выпавший с ласта и скинешь полное описание полученной способности. И тогда я подумаю, валить тебя или нет.

Он ещё не закончил говорить, как я уже всё решил. Занесут в свой КОС-лист — свалю в Болотину.

Или вообще буду в личной комнате положенные часы отсиживать. Признаваться им в том, что было на самом деле — а «дементоры», похоже, сдавать меня не стали, за что и поплатились, — я не стану.

Ни одного намёка на мой истинный статус, ведь у Большого По есть завязки среди «превентивов».

— Нет.

— Что «нет»? — изумился Уэсли. — Не валить?

— Не расскажу. Я этот ваш Дис терпеть не могу, и продолжать играть не собираюсь. У меня универ, учеба, плюс гражданские тесты на носу — не до игры будет.

— У всех тесты… — пробормотала помрачневшая Ирина.

— Значит, вы меня можете понять. Эд, Ханг, Малик, Тисса — мои друзья. Я их с первого класса знаю, а вас впервые в жизни вижу. Если они не рассказали, то и я не буду.

— Позиция понятная, — кивнул Уэсли. — Принимается. В КОС-лист заносить тебя не буду.

— Серьёзно? Так просто?

— Абсолютно. Ты был прав, сказав, что мой человек сам запустил тебя в инстанс. Он, кстати, уже не в клане. Насколько я понимаю, обещания не убивать Мракисса ты ему не давал? — он расхохотался.

Ирина тоже улыбнулась. — Не давал же?

— Нет, не давал.

— Тогда вопросов больше нет. Гуляй, Шеппард. Ты уж прости, но мы за тобой понаблюдаем немного… Ненавязчиво.

— И всё? — Я не поверил своим ушам и ждал подвоха. — Понаблюдаете и всё? Никаких претензий?

— Решишь поделиться информацией, пиши, — пожал плечами Полинуклеотид. — Могу даже в клан пригласить, если вдруг захочешь серьезно поиграть в Дис…

— У меня вопрос, — встряла Ирина. — Качался сам или «Дементоры» паровозили?

— По-всякому, — неопределённо ответил я и встал из-за стола. — Ладно, пока.

— Ага, пока… — ответил он. — Кстати, Шеппард…

— Да?

— Вождь — это боевой класс, — сказал он и спрятал улыбку, склонив голову.

Я улыбнулся в ответ — Большой По ярко продемонстрировал позицию сильного, не оставив без ответа ни одного вопроса.

Ирина сняла недоступную взору пелену «пузыря», и в уши ударили басы и звенящая музыка группы весёлых бардов на сцене и галдёж гостей таверны. В зале находились только игроки и неписи — работяги ещё на смене. Патрик, которому я хотел сдать квест, тоже не наблюдался. Карта показала, что он отирается в районе торговой площади Тристада, и тем лучше — сдавать квест при невидимых шпионах «Аксиомы» станет ошибкой.

Оглянувшись, я увидел, как Большой По шепчет что-то в амулет связи, а Ирина раздаёт команды непонятно как оказавшимся возле неё вору и разбойнику. Они что, всё это время сидели с нами за столом?

Беседа с лидером «Аксиомы» оказалась не такой неприятной, как я ожидал. Кроме того, это дало мне своего рода переоценку ценностей: Глубинная телепортация в моих глазах стала ценнее любой легендарки. Особенно, если учитывать, как важно мне быть мобильным — в плане выхода из

окружения это просто палочка-выручалочка.

Я бегом поднялся по лестнице на второй этаж, проскочил коридор, наткнувшись на обнимающуюся парочку четырнадцатилетних нубов, и окунулся в портал личной комнаты.

Сегодня я получу класс. Это затянется — изучу описания предлагаемого и вылезу из Диса, чтобы почитать гайды. Первый выбор класса, конечно, не смертелен, ведь можно будет перегенерировать персонажа, сохранив набранные уровни, при выходе в большой Дисгардиум, но это явно не мой случай. Слишком много я потеряю — статус «угрозы», достижения и приобретенные навыки вроде того же «Жуткого воя» и телепортации. К тому же, тогда будет возможен выбор только стандартных классов, пусть даже их четыре сотни с лишним, и это не считая специализаций — от курьера до оружейника. А вот уникальные… хорошо-хорошо, редкие классы специальный ИскИн игры выдаёт только в песочнице, оценивая твой стиль геймплея.

Итак, что у меня в наличии: «Соло-приключенец», «Странствующий монах» и «Предвестник».

Передо мной встали в полный рост три моих аватара.

Первый, затянутый в латные доспехи, покрутил мечом и закинул его за плечо. Второй, в шароварах и какой-то жилетке, выдал серию приёмов ногами и руками, совершил сальто и застыл в боевой позе.

Третий, в поглощающей свет броне и чернённой то ли короне, то ли венце, просто стоял, сложив руки на груди и зловеще мерцая сияющими зелёным глазами.

Его я решил оставить на сладкое, и начал с самого понятного:

Странствующий монах Редкий боевой класс (выбран менее чем 0,01% игроков).

Специализации: боец ближнего боя, боец поддержки.

Бонусная характеристика: ловкость.

В сокрытых в отдалённых частях Дисгардиума монастырях, о местоположении которых знают лишь избранные, монахов обучают не только Вере и использованию защитных и наступательных аур, но и смертоносным приёмам боевых искусств…

Читая описание класса, я машинально поцеловал костяшки правого кулака. Мои губы растянулись в улыбке: если я необученным нубом выдаю Молотом ядерный урон, то что будет, когда меня обучат связкам-комбо и «смертоносным приёмам», приправленным чумной энергией?

Глава 6. Сложный выбор

Как оказалось, странствующие монахи — очень своеобразный класс. У них нет родины, они не могут принадлежать ни к одной фракции или придерживаться культа какого-то божества. Ещё они проповедуют альтруизм и не могут первыми начать бой, в противном случае дерутся с огромными штрафами на силу Веры и запретом на использования классовых боевых приёмов.

Терпимым минусом стало то, что странствующие монахи не могут иметь никаких профессий. Кроме того, им невозможно отказаться от квестов и носить тяжелые доспехи.

И всё же, чем больше я изучал этот игровой класс, тем скорее мне хотелось его выбрать.

Во-первых, выяснилось, что помимо маны, используемой для активации заклинаний, монахи используют дух. Это дополнительный ресурс, влияющий на силу заклинаний и приёмов, а его мощь и объём зависят от силы Веры. Это не то, чем оперируют жрецы многочисленных богов Дисгардиума, а кое-что, может быть, совсем противоположное.

Если последователи культов верят в могущество своего божества и получают за это крупицы репутации и очки веры, на которые потом активируют бафы и новые способности, то…

…Странствующие монахи, благодаря неистовой Вере в то, что мир, хоть и создан Богами, но податлив, и формируется лишь только благодаря силе мысли разумных, действительно могут гнуть и искажать реальность.

Их безоружные атаки наносят не только физический, но и мысленный урон, который, тем не менее, становится сокрушающим.

Силой Веры монахи могут контролировать скорость течения времени в бою, что невероятно повышает их возможности уклониться или нанести за доли секунды град неотразимых ударов. И чем сильнее Вера и развитие приёмов, тем кошмарнее становится монах для своих противников.

Монах, пожалуй, один из самых скоростных классов Дисгардиума. И самый непредсказуемый. Ведь этот класс владеет одним из сильнейших боевых приёмов в мире. В прямом смысле разрывая ткань реальности силой мысли, монах в состоянии с некоторой вероятностью уничтожить любого противника. Вероятность этого крайне мала, и чем выше уровнем противник, тем меньше, но она есть. Всегда. В бою с любым врагом любого уровня и при каждой атаке.

В то же время монах может быть ценным бойцом поддержки. Его защитные ауры повышают шансы на уклонение и незначительно повышают броню всех союзников, лечащие — восстанавливают им очки жизни, а наступательные — непрерывно наносят урон оказавшимся в радиусе действия ауры противникам.

Классовые бонусы:

+5 к ловкости каждый уровень

+1% к скорости восстановления жизни, маны и духа каждый уровень

+30% к урону безоружного боя

+25% к урону боя древковым оружием

+10% к скорости атаки

+5% к скорости передвижения пешком

Значит никаких мечей, кольчуг, лат? Что ж, мне не привыкать. Я почти все бои провёл в одних трусах! Кроме того, класс хоть и редкий, но отлично маскирует мои способности. Дерусь кулаками? Потому что монах! Хожу с голой задницей? Табу на штаны! Редко появляюсь в городе? Монахам нельзя ночевать в тавернах и проводить более суток в городах. Это, кстати, правда.

В общем, изучение двух остальных классов может стать формальностью, но учитывая необратимость выбора, надо внимательно изучить и их. Потом неспешно покурить форумы и посидеть с калькулятором, прикидывая билд и распределение характеристик. Их у меня, с учетом бонуса за класс, будет сто двадцать. Короче, торопиться некуда, сделаю всё по уму.

На случай, если информации о классе не окажется в сети, я сохранил снимок описания и открыл следующий:

Соло-приключенец

Редкий смешанный класс (выбран менее чем 0,01% игроков).

Специализации: авантюрист, универсальный боец.

Бонусная характеристика: две любых на выбор.

Путь одиночки в Дисгардиуме тернист и извилист. Там, где группа единомышленников пройдёт, расчищая путь огнём и мечом, одиночный приключенец пойдёт в обход, но если придётся — то примет бой и будет драться за троих…

Пока я это читал, мой аватар несколько раз полностью сменил экипировку: покрасовался затянутым в кожаный доспех и с двумя искривленными кинжалами в руках, сменил всё на кольчужные, а потом на латные доспехи. Кинжалы растеклись в короткий узкий меч, который на глазах удлинился в двуручный, преобразовался в копьё, алебарду, а потом вспыхнул и превратился в составной лук с наложенной стрелой. Анимация пошла по второму кругу…

…Героям-одиночкам не привыкать надеяться только на себя. Но путь они выбирают каждый свой.

Авантюрист предпочитает незаметность, внезапные атаки и там, где можно обойтись без боя, справится одним лишь убеждением, а если не сможет, то так заморочит голову врагу, что тот на время станет ему другом.

В то же время, разные ситуации требуют разных умений, а потому некоторые соло-приключенцы славятся способностью познания сути. Владея одним видом оружия, с большой вероятностью они с таким же успехом познают искусство поединка смежными типами. Мечник будет одинаково хорош и с палицами, и с топорами, а научившись стрелять из лука, герой научится использованию арбалетов и пращи.

В зависимости от выбранного пути разнятся классовые бонусы и возможности. Авантюрист хотя и может надеть тяжелые доспехи, но никогда не станет этого делать, чтобы не потерять своих преимуществ. Универсальные бойцы с одинаковым успехом могут носить любую броню и использовать любое оружие.

Торговцы и владельцы таверн испытывают симпатию к героям-одиночкам, предоставляя им хорошие скидки.

Навык познания сути даёт приключенцу знание об уязвимых точках противников, а умение правильно укладывать походный скарб и добычу позволяет переносить больше груза.

Однако главной и сильнейшей стороной соло-приключенца является его независимость. Не являясь членом клана, он получает огромные бонусы к характеристикам, и ещё большие — вне группы…

В отличие от класса странствующего монаха, этот давал разные бонусы к навыкам в зависимости от выбранной специализации. К сожалению, совместить их было нельзя. Но нашлись и общие, причём как бонусы, так и штрафы.

Классовые бонусы:

+3 к любым выбранным характеристикам каждый уровень

+10% ко всем основным характеристикам (вне клана)

+20% ко всем основным характеристикам (вне группы)

+30% к скорости восстановления жизни и маны вне боя

+20% к критическому урону

+15% к грузоподъёмности

+5% к скорости передвижения

+10% к торговым скидкам

+100% к объёму инвентаря

+1% к шансу получить улучшенную добычу

Классовые штрафы:

?10% ко всем основным характеристикам, если в клане

?20% ко всем основным характеристикам, если в группе

Количество бонусов соло-приключенца внушало. Стандартные классы получают лишь +5 очков к бонусной характеристике за уровень, соло — в сумме шесть. Причём к любым на свой выбор, балансируй, как хочешь. Эта единичка преимущества на сто десятом уровне вырастает в сотню

плюсовых очков характеристик, а за счет бонусов — в сто тридцать. Без клана, вне группы, зато машина для убийств. Странно, что класс такой редкий… Хотя, в Дисе в одиночку только под проклятием нежити реально подземелья проходить и тех же рарников валить, а так, без группы, — ты

никто. В общем, сидеть мне с калькулятором и сидеть, как бы голову не сломать — надо ведь учитывать потенциальные бонусы от культа Спящих и Чумного мора.

Культ! Бездна, а ведь странствующим монахам нельзя быть членом культа! Это что же, я класс не смогу выбрать? Или меня заставят отказаться от квеста Бегемота и снимут инициацию?

А Чумной мор? Это божество или что? Я вытер со лба выступивший пот и растянулся на кровати.

Что-то подо мной жалобно скрипнуло, и я чертыхнулся. В комнате ощутимо пахло чем-то в пробивавшихся лучах солнца из запыленного окна плавали, поблескивая, пылинки. Проапгрейдить личную комнату, что ли? Кто знает, может мне здесь теперь много времени придётся проводить…

Я нехотя закрыл окошко класса и перешёл к следующему. Название интриговало:

Предвестник

Уникальный класс (никогда не выбирался игроками).

Специализации: нет.

Бонусные характеристики: харизма и удача.

Только отмеченный богами может стать предвестником грядущих изменений мира.

А поскольку таковые не намечаются, но мистер Инганнаморте настаивает на внедрении всех возможных классов до запуска Диса, то я тупо набиваю текст. Бла-бла-бла, великий предвестник, чего-то там, все дела. Нергал пускает молнии из задницы! Или свет? Да, пофиг. Мой кот нассал мне в ботинок, скотина! Ох… Эльза, немедленно перестань крутить жопой перед этим ублюдочным Рамачандрой!

Что вообще значит это имя? ОМГ, столько работы, а я должен набивать знаки! Это никогда не пригодится!

Так, я сходил за кофе. Чел, кто бы ты ни был, но если ты читаешь этот текст, то знай — это мой последний рабочий день в «Сноусторме». Я бы даже сказал — последний час! Так, сколько там еще надо? Пять тысяч знаков и это только в описание. Бездна! Надеюсь, этот текст достаточно

уникален, мистер Инганнаморте? И куда вы так спешите с запуском?

Мне ещё бонусы вбивать, а этот чертов отдел классовых специализаций, конечно, ни черта не прислал! Лол. Кто в здравом уме может придумать десять тысяч разных классов? Кому они нужны? Зачем придумывать сто вариаций воина? Латы, меч — воин. Нет, надо придумать

смежные классы на любой вкус! П-фф… Если назвать класс «богатырь», он не перестанет быть воином. Но как же, у нас огромный русский рынок! Больше модификатор урона от силы? И для этого нужен отдельный класс? И это я молчу о китайских. Воин шу и воин цзи. Кодерам одну

строчку изменить, а нам тут сидеть и отдельные описания клепать…

— Наша игра будет саморегулируемой! — Ага, конечно.

Костыль на костыле. Это же идиотизм — целый департамент год пилил функционал Спящих богов, которых в игре даже нет! У нас должны быть Спящие боги, они есть в каждой уважающей себя игре. Конечно, мистер Инга-поцелуйменявзад-ннаморте! Никто не будет играть в вашу поделку.

Это полная хрень, и никакие новомодные технологии погружения вам не помогут! Одно дело жать на кнопки, совсем другое — получать реальным мечом в живот. Где вы найдёте столько мазохистов?

Не более двенадцати бонусов и штрафов на каждый класс. Так-так-так… Две тысячи символов есть…

Подобный бред тянулся еще долго. Первой мыслью было сообщить об этом в службу поддержки «Сноусторма», и я бы так и сделал, не дочитай до классовых бонусов.

Классовые бонусы:

+100 к навыку убеждения уровня

+5 к харизме и удаче каждый уровень

+50% к урону дистанционным оружием

+30% к скорости передвижения

Навык «Сокрытие сущности»

Навык «Имитация»

Навык «Предвестник»

Навык «Божественное озарение»

Классовые штрафы:

?50% к торговым скидкам

?30% к грузоподъёмности

?90% к объёму инвентаря

?50% к показателю брони

Уникальный класс, принят автоматически. Отказаться невозможно!

Финальные строчки описания уникального класса глумливо сообщали: «Русский рандом в действии!

Фигачь теперь, как можешь, чел. Сочувствую! А я первым флаером валю домой! Будешь в Оренбурге, заглядывай “К Михалычу”, спроси Вову Картавого, расскажешь, как тебя угораздило поймать это».

Вот так, …!

Глава 7. Предвестник

Отрицание, гнев, торг, депрессия и смирение — пять стадий принятия неизбежного. Стадия отрицания и гнева у меня прошла довольно быстро, а вот на стадии торга я застрял, изучая классовые навыки.

Сокрытие сущности

Активный классовый навык.

Текущий уровень навыка: 1.

Знание того, кто твой противник, зачастую является определяющим в бою. Теперь вы можете скрыть свою сущность, лишив врага важной информации о себе.

Навык воздействуют на всех, однако, чем выше вашего их уровень, тем больше шансов игнорировать воздействие.

На текущем уровне скрывается: имя персонажа.

Возможно, с развитием навыка скрыть можно будет больше, чем одно имя. Впрочем, в моём случае навык пока бесполезный — вызовет больше вопросов, да и гордое звание предвестника никуда не денется. Кроме того, в песочнице отображаются реальные имя и возраст, а об их скрытии речи вообще не идёт. Я даже понял, почему: класс и его навыки закладывались на этапе разработки игры много лет назад, а требование департамента образования о выводе реальных имен появилось через несколько лет после запуска.

Намного полезнее может быть…

Имитация

Активный классовый навык.

Текущий уровень навыка: 1.

Путь предвестника нового времени чрезвычайно многосложен и тернист: где бы он ни был, глашатай новых богов и грядущих изменений везде подвергается гонениям. Умение стать двойником доступно не каждому предвестнику, но только истинным из них.

Навык воздействуют на всех.

Для использования выберите оригинал (должен быть в зоне прямой видимости).

На текущем уровне имитируется: класс персонажа.

Я резко вскочил с кровати. Зачесались руки проверить действие навыка. Выбравшись из комнаты, быстро оглядел коридор — никого.

Даже если Большой По приставил ко мне соглядатая, здесь, в свете специальных светильников, его незаметность не сработает. Если меня и пасут, то с улицы на выходе из таверны.

Осторожно посматривая вниз, я спустился по лестнице, но и там никого не было. Вдоль стены проскользнул мимо кухни к общему залу. Оттуда доносился мерный гомон.

У входа я остановился и аккуратно заглянул в зал, стараясь не попасться на глаза — мой класс предвестника показывать нельзя.

Пусть даже его напрямую не привяжешь к статусу «угрозы», особое внимание и расспросы обеспечены.

Вечер еще не наступил, и в «Буйной фляге» было относительно тихо.

Группа бардов репетировала вечернее выступление и переговаривалась на сцене. Ближайшие ко мне два столика заняли работяги, за следующим что-то бурно обсуждали воин и друид. Я водил взглядом по таверне — скрывший лицо капюшоном вор, что-то втолковывающий ему игрок без класса, жадно присосавшийся к кружке варвар, зависший возле смазливой официантки лучник… О, лучник подойдет! Учитывая мой бонус к урону дистанционным оружием, хорошее прикрытие!

Я активировал навык, и все фигуры в поле зрения обвелись зеленым контуром с всплывшей подсказкой-вопросом:

Имитировать воина 10 уровня Дровосека?

Имитировать игрока без класса Зузувелу?

Имитировать лучника 11 уровня Даплоласа?

Да. Я сфокусировался на лучнике и взглядом вдавил кнопку. Но это оказалось не всё. Система посчитала нужным предупредить:

Возможна имитация только класса. Выбрать класс «лучник»?

Да.

Я открыл профиль, чтобы убедиться, что навык сработал, как нужно.

Скиф, человек 11 уровня

Настоящее имя: Алекс Шеппард.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: предвестник.

Отображаемый класс: лучник (имитация).

С души свалился огромный, не меньше скалы в Безымянных горах, камень. Я уже прикидывал, как Глубинной телепортацией свалю отсюда подальше, чтобы не светить новым классом, но, благодаря имитации, это теперь необязательно.

Весело насвистывая, я вернулся на лестницу и, поднимаясь, наткнулся на спускавшегося хмурого Утёса. От неожиданности я его поприветствовал:

— Здорово! Как дела?

Битый мной на Арене воин обернулся и к моему удивлению не стал рассыпаться в проклятиях, а остановился и ответил:

— Нормально. Сам как? Давно не видел тебя здесь…

Он был всё того же двенадцатого уровня, но одет уже не так дорого, как раньше. Какие-то разнородные доспехи, ржавый меч, на спине убитый серый щит. Из всей экипировки лишь сапоги были синего качества. Все остальное пестрело серым, белым и зелёным. Похоже, после нашей дуэли дела его пошли не очень хорошо.

— В школе забанили из-за учебы.

— Одинадцатый уже… Лучник? — он удивленно вскинул брови.

— Думал, ты в милишники пойдешь.

— Потому и взял рейнджа, надоело в лоб получать. Сам как?

— Понятно… — он замялся, не ответив на вопрос, потёр лоб и, глядя в пол, пробубнил: — У тебя мелочи нет? Монеты-другой? Одолжишь?

Я оценил. Видимо, дела совсем плохи, раз обратился ко мне. И деньги у меня есть — двадцать два золотых с аукционных продаж как раз перед дуэлью с ним. И с инста накапало…

— Пожалуйста… — добавил он неуверенно.

— Нет, Тобиас, — я покачал головой.

Он кивнул и молча направился к выходу из таверны. На секунду мне захотелось его окликнуть и дать пару золотых — мне не критично, а ему поможет. Но я стряхнул эту мысль. Чего жалеть ганкера?

В комнате я продолжил разбираться с классовыми навыками. В этом списке Божественное озарение было написано серым. Ни описания, ни требований для открытия — навык был заблокирован. Хотя, чего ждать от забагованного класса?

Читая описание последнего, я рассмеялся. Бездна, да это же то, что нужно!

Предвестник

Разовый активный классовый навык.

Поднимает уровень любого уже открытого, кроме классовых, навыка до максимального значения.

Выбирал я недолго. У меня и без того почти всё развито почти до предела. Так что… Поле зрения засыпало строчками уведомлений:

Уровень навыка «Метка Чумного мора» поднят до максимального значения: 100.

Навык «Предвестник» утерян.

Улучшен пассивный навык «Метка Чумного мора»: +92.

Шанс получить «Проклятие нежити»: 100%.

Текущий уровень навыка: 100.

Навык «Метка Чумного мора» преобразован!

Предвестник Чумного мора

Активный навык.

При активации вы получаете «Проклятие нежити». В этом случае вы начинаете гнить заживо, но остаётесь живы, а весь получаемый вами урон сокращается на 100%.

Проклятие будет активно до тех пор, пока вы полностью не восстановите очки жизни.

Кажется, мне больше не надо умирать.

***

После изучения классовых навыков предвестника я был готов проскочить депрессию и сразу перейти к финальной стадии, приняв неизбежное. Но мне хотелось расставить все точки над i.

Подумав, стоит ли писать в техническую поддержку корпорации, я сначала откинул эту мысль, побоявшись репутации «проблемного» игрока — всё-таки уникальный класс, и терять его теперь, когда я получил контролируемый «режим бога», то есть, полной неуязвимости, не хотелось. А потерять шанс был — учитывая, какой он читерский и несбалансированный, «Сноусторм» может его отобрать.

Но написать всё же решился, чтобы избежать проблем в будущем. И получил ответ довольно быстро:

Здравствуйте, Скиф! Ваш запрос в службу технической поддержки получен и рассмотрен.

Мы внимательно изучили предоставленные данные. Вами получен уникальный класс «Предвестник», поздравляем! Скажите, что именно вас смущает?

Что касается бонусов и штрафов «Предвестника». Вы же могли ознакомиться с ними до того, как выбрали класс, как и с предупреждениями о невозможности в будущем изменить выбор. Если вы выбрали класс, и спустя время решили его изменить, к сожалению, мы не можем вам с этим помочь.

Пожалуйста, обратите внимание, что в случае, если ответ от Вас не будет получен в течение двух дней, запрос будет расценён как решённый или не требующий ответа и будет автоматически закрыт.

С уважением, служба технической поддержки «Сноусторм Инкорпорейтед».

Кажется, они не поняли меня. Тем более у меня не было никаких предупреждений! Я начал слегка закипать и излил негодование в ответном письме, упомянув, что класс был выбран автоматически, а описание сгенерировано явно не ИскИном, а вполне конкретным человеком. К письму я прикрепил сохраненный до этого скриншот описания класса предвестника.

Полученный ответ корпорации был краток:

Здравствуйте, Скиф! Ваш запрос в службу технической поддержки получен и рассмотрен.

Ещё раз ставим вас в известность, что игровые классы не выбираются, как вы выразились, «автоматически».

С уважением, служба технической поддержки «Сноусторм Инкорпорейтед».

Ни слова о кривом описании. Боле того, сразу после получения письма пришло уведомление, что «инцидент решён». И эта странность меня насторожила. Было во всем этом ощущение какой-то неправильности, да и на сердце было неспокойно. Что-то меня смущало.

В горле пересохло так сильно, что я вылез из капсулы попить и проверить почту. А заодно почитать, что люди пишут об уникальных классах.

На кухне я застал ужинающих родителей. Я замер на полпути к холодильнику, но был замечен.

— Давай к столу, Алекс, ты как раз вовремя! — приказала мама.

— Составь компанию, — добавил папа и подмигнул. — Расскажешь, что у тебя в школе и в Дисе.

Отказываться не стал. Кто знает, сколько мы ещё раз соберемся за столом вместе?

Около часа мы ужинали и пили чай с приготовленным мамой яблочным пирогом. Отец с интересом выслушал о предлагаемых мне классах, перечисляя которые, мне пришлось схитрить, а потом принялся советовать:

— Выбор сложный, сынок. С одной стороны, я бы выбрал лучника.

У них, в отличие от комплексных рейнджей, вроде тех же охотников, бешеный урон по одиночной цели. В любом рейде лучник всегда будет в топе по нанесенному урону. Да и безопаснее — меньше уворачиваться на боссах придется. Но плюсы монаха невероятны! Они легко компенсируют недоступные ему бонусы последователей богов и членов фракций. А шанс на убийство одним ударом? Шикарный класс! — папа восхищённо покачал головой. — Бери его, сынок, не ошибешься! А про соло-приключенца забудь. В одиночку не видать тебе рейдовых подземелий, а, значит, и хорошей экипировки.

Да и весь смак игры в групповых прохождениях, в кланах и группах. А в них соло будет ущербный.

Мама укоризненно посмотрела на отца, но промолчала. Но и без слов было понятно, что она хотела сказать: «Не тому ты учишь сына, Марк». Думаю, она всё еще винила Дис в разрыве с отцом, ведь если бы папа не пропадал сутками в рейдах, глядишь, и мама бы не стала искать утешения на стороне.

После ужина я вернулся к себе. Новых писем не было, и я погрузился в форумы, включив поиск тем по уникальным классам, а также по тем двум, что мне не удалось выбрать.

В обсуждениях монаха, коих набралось всего с пару десятков, общая тональность сводилась не к его крутости, в чем никто не сомневался, а в нереальности его получения. Никто не понимал, от чего зависит его появление в списке доступных классов — при перегенерации персонажа

«Странствующего монаха» там не было, а был просто стандартный «Монах», плюсы которого были совсем не такими очевидными.

Люди пробовали качаться только на кулаках или посохах, избегали групп и не заходили в город — ничего не помогало. Подумав, я решил, что, возможно, триггером является одиночное прохождения инста? Или еще что-то, что возможно только с таким читерским навыком, как Метка Чумного мора?

«Соло-приключенец» встречался в мире Диса чаще, но популярностью не пользовался по причинам, озвученным отцом. Впрочем, сильнейший соло-приключенец  Диса — игрок триста восьмидесятого уровня Дэка опровергал отцовские теоретические выкладки, в одиночку зачищая высокоуровневые данжи. В отдельной теме, полностью посвященной Дэке, нашлось этому разумное объяснение — «пузырь» и клинок с вампиризмом. За счет прокачанной до небес репутации с Нергалом  Лучезарным этот приключенец мог на тридцать секунд окружать себя невидимым пузырем, полностью поглощающим любой урон, а быстрый легкий меч с высоким процентом лайфтстила, то есть конверсии урона в поглощенное здоровье, перманентно его выхиливал.

Но Дэка был исключением из правил. Те, кто пытался повторить его путь, не учитывали, как долго их образец для подражания шел к своей цели, годами добиваясь задуманного. Зато теперь, когда добился, активно наёмничал, участвуя в осадах замков за тот или иной клан. Да и как телохранитель зарабатывал он огромные деньги.

Про уникальные классы в результатах поиска было больше миллиона упоминаний. Каждый, начавший играть в «Дисгардиум», мечтал и стремился получить именно такой класс. Их ещё называли эпическими, легендарными, но это было неофициально.

Что удивительно, уникальный класс не обязательно должен был быть сверхкрутым. Формально, чтобы считаться системой уникальным, в нём должно было совпасть два параметра. Первый — не менее двенадцати бонусов и штрафов. Второй — никто из игроков ранее не должен был его получить.

Если ранее уникальный класс выпадал кому-то ещё и был выбран, класс терял уникальность. Как писали на форумах, после такого класс появлялся чаще и со временем становился довольно популярным. Так было с «Белым некромантом», «Крестоносцем» и… «Странствующим монахом». А

вот «Соло-приключенец» изначально был заложен в игру, как стандартный класс.

Тренькнул комм, сообщая о новом письме. Я вывел проекцию изображения перед собой и открыл почту. Новое письмо было со встроенным свойством «После прочтения сжечь», но на этот раз оно было не от Гранта, а от некоего Купера:

Алекс, привет!

Прежде всего, уведомляю тебя о том, что вся информация, предоставленная в этом письме, носит неформальный характер и не является официальным заявлением или позицией компании «Сноусторм Инкорпорейтед», а также всех её аффилированных и дочерних структур, включая, но не

ограничиваясь…

Как обычно у этих таинственных ребят. Я промотал до сути:

Спасибо, что поставил в известность. Не обращай внимания на ответы технарей из поддержки — до них твои запросы дошли в, скажем так, подкорректированном виде.

Извини, что так получилось с твоим классом. Я посмеялся, читая последний привет от Владимира.

Так вышло, что я его знал.

Запуск «Дисгардиума» происходил в диком аврале, переносить запуск было нельзя ни в коем случае, и мы запустили как есть. Проблема в том, что ядро Диса всегда неизменно. Планировалось, что после запуска мир игры заживёт своей жизнью, и к определенному моменту, после серии добавлений и исправления багов, нашего вмешательства более не понадобится.

Так оно и вышло. Дис живет своей жизнью. Наши вторжения минимальны и не затрагивают ядро.

По правде сказать, это нереально. Дис придется перезапустить, и никто не гарантирует, что он останется прежним, если вообще не полетит к чертям.

Так что изменить описание «Предвестника» невозможно. К тебе никаких претензий нет, но если ты захочешь изменить класс, ты потеряешь статус «угрозы». Надеюсь, говорить о том, что не стоит светить описание, можно не говорить?

Штрафы у тебя адские, сочувствую. Набор бонусов вообще непонятный, такое ощущение, что Влад накидал их случайным образом, кроме навыков — они шли в комплекте изначально. Не знаю, как ты справишься, но я покрутил твое возможное развитие — оно вырисовывается довольно забавным и перспективным. Единственное, учитывай, что «Харизма» работает только на NPC, а от «Удачи» зависят все показатели, где встречается слово «шанс». Ты понимаешь, о чем я?

Да, и не ищи никакого «Вову Картавого». Он давно не с нами.

Успехов!

Купер (нет).

Стилистика письма была очень похожа на ту, которой пользовался Грант. Разве что, на этот раз шуток было поменьше. Мне оставалось только гадать, кто этот человек, и какую должность он занимает в «Сноусторме». Явно, высокую, раз участвовал в разработке с самого начала и может перехватывать информационные потоки.

Ладно. Раз «Сноусторм» дал добро, пусть даже неформально, можно, наконец-то начать играть.

Распределю только очки характеристик и за луком на аукцион. А там Патрик, квест Бегемота и жесткий, бессовестный, ничем не прикрытый соло-кач.

Всё, как я люблю.

Глава 8. Фарм-машина

Сложно удивляться постоянно. Радость тоже не бесконечна, особенно если поводы для неё появляются один за другим. Я бы даже сказал, что это невозможно.

На уроках биологии нам объясняли, что любая эмоция, испытываемая человеком, сопровождается всплеском определенных гормонов, что, по сути, и есть сама эмоция, как реакция на изменение внешних или внутренних обстоятельств. Способность радоваться или удивляться — переживать что-то, что ранее не вписывалось в жизненный опыт, это тоже эмоция.

Но я был слишком истощен эмоционально, так что, изучая свой профиль предвестника, я лишь подмечал, что это круто, офигенно, и любой другой игрок на моем месте ради такого готов бы был годами трудиться и выполнять бесконечные квестовые цепочки, причем без всякой гарантии на результат. Но радоваться и удивляться всё равно не мог.

Среди вала системных уведомлений прошла незамеченной пачка усилений проклятия нежити. Объем чумного резервуара повысился и преобразовывал в энергию больше полученного урона. Финальное усиление выглядело так:

«Проклятие нежити» усилено!

Объем чумного резервуара: 100000 единиц.

10% урона, полученного вами в состоянии под «Проклятием нежити», преобразовывается в чумную энергию и скапливается в резервуаре.

Чумная энергия может быть использована для усиления боевых приемов, как частями, так и в полном объеме, в соотношении: единица затраченной энергии на единицу усиления урона.

Сто тысяч единиц? Да я таких, как Крушитель, могу теперь вязанками с одного удара укладывать! Я всё ещё не знал, кто или что такое, этот Чумной мор, но возможности, которыми он награждал своих последователей, казались чем-то абсолютно нереальным. Учитывая то, что теперь я могу включать проклятие нежити по мысленному щелчку, прокачка персонажа станет легкой прогулкой…

Мои мысли прервали фанфары, нарушившие тишину моей личной комнаты.

Глобальное уведомление по всей песочнице!

Клан «Аксиома» совершил в Мраколесье первое убийство локального босса Живоглота! Жители и гости Тристада! Приветствуйте клан «Аксиома»! Слава героям! Слава игрокам Ирине, Полинуклеотиду, Понторезу, Джей-Джею, Карику, Одинвыстрелу, Хоткоту, Вахану, Грейкилле, Билику, Комару, Зубоскалу…

Полный список рейда «Аксиомы» включал примерно сорок имён. Промелькнула лёгкая досада — ведь этот фёсткилл мог сделать, если бы не терял время, я! — после беседы с Большим По и Ириной прошло около трех часов.

Вроде бы и бездна с ним, всех достижений не получишь, но очевидность этого потерянного мною первого убийства заставила разозлиться на себя. Сижу тут, рассусоливаю, переписываюсь с админами… Тем не менее, прежде чем мчаться, сломя голову, на поиски приключений, надо было распределить очки характеристик. По пять очков за одиннадцатый уровень уже прибавились к удаче и харизме.

Я стал прикидывать. С чумной энергией полагаться на силу смысла нет, мой урон и без того чудовищен. Аналогично, из-за проклятия нежити, по идее, не очень-то и важна выносливость.

Грузоподъемность, учитывая мои штрафы на инвентарь, вообще не нужна. Моим текущим рюкзаком я могу переносить только три предмета в нем. Даже если я куплю за сотню тысяч золотых эпическую сумку наилучшего качества, это поднимет количество слотов только до сотни, не больше. Со штрафом смогу использовать только десять. Для долгих фармов хорошо бы обзавестись компаньоном с огромной грузоподъемностью…

Я оставил эту мысль на задворках сознания и перешел к оценке того, как на персонаже сказались классовые бонусы и штрафы.

В навыках добавилось:

Убеждение

Текущий уровень навыка: 100.

Общаясь с разумными, вы воздействуете на их сознание, снижая критичность воспринимаемых доводов. В процессе разговора ваша репутация с собеседником повышается в 10 раз.

Достигнут предельный показатель навыка!

Я открыл вкладку с таблицей значений репутаций, чтобы просчитать, что даёт навык. Ага, если навскидку, то нейтральные неписи будут относиться ко мне с дружелюбием, а дружелюбные — с симпатией или уважением. На торговых скидках навык визуально никак не отразился.

Зато на них отразился классовый штраф на скидки. Судя по профилю, теперь все цены торговцев стали для меня на сорок три процента выше, а сам штраф просчитывается, к счастью, только от базового значения скидок. Таким образом, с повышением харизмы положение постепенно выправится. Я поиграл с плюсиками к ней: если вложить всю сотню очков в эту характеристику, то скидки выйдут в плюс и достигнут сорока семи процентов. Отлично. Разве что, всю торговлю пока придется вести через Неда с Перевес.

Грузоподъёмность снизилась, но это настолько несущественный показатель с моим ограничением на инвентарь, что о нём можно забыть.

Добавилась строчка с показателем бонуса к дистанционному урону, напоминая мне о желании купить себе лук. Лучник я или кто, к конце концов? Я улыбнулся — ещё один повод заглянуть к Неду.

Моя скорость передвижения повысилась на тридцать процентов, но когда я попробовал это проверить, наворачивая круги по комнате, эффекта не заметил. Как это реализовано физически? Шаги стали шире? Ноги длиннее? Или я просто быстрее шагаю? Да вроде, как обычно. Ладно, проверю это позже.

Я вернулся к прикидкам по распределению очков, и, всё покрутив и обдумав, решил сделать упор на интеллект и восприятие. Из любви к круглым числам, я довел до них остальные характеристики, и в результате получил персонажа-фабрику фарма!

Скиф, человек 11 уровня

Настоящее имя: Алекс Шеппард.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: предвестник.

Основные характеристики:

Сила: 25.

Восприятие: 40.

Выносливость: 20.

Харизма: 10.

Интеллект: 40.

Ловкость: 20.

Удача: 20.

Второстепенные характеристики:

Очки жизни: 653/653.

Очки маны: 50/50.

Очки чумной энергии: 258/100000.

Скорость восстановления: 60 очков жизни в минуту.

Бонус к скорости передвижения: 50%.

Базовый урон: 9.

Грузоподъемность: 228 кг.

Меткость: 210%.

Бонус к силе заклинаний: 48%.

Шанс уклонения: +31%.

Шанс критического урона: +41%.

Торговые скидки: −40%.

Шанс получить уникальный квест: +1%.

Шанс получить улучшенную добычу: +2%.

Бонус к дистанционному урону: +50%.

Известность: 0.

Навыки:

Безоружный бой: 72.

Владение дробящим оружием: 1.

Владение одноручными

Божественные способности:

Касание Спящих.

Единство.

Достижения:

«Я в огне!»

«Я в огне! — 2»

«Я в огне! — 3»

«Лич умер! Да здравствует новый…»

«Первое убийство: Крушитель»

«Первое убийство: Мракисс»

Скрытый статус: Посланник Чумного мора.

Скрытый статус: Угроза Q-класса с потенциалом A.

Заглянув в описание Кулака-молота, я ухмыльнулся — урон этим приёмом стал под тысячу единиц.

К фарму готов.

***

Я встретил его у фонтана — излюбленное место встреч игроков в Тристаде — по пути к Неду. Он тёрся возле лавки уличного торговца едой и водил носом, жадно втягивая запах запеченного мяса и чеснока. «На ловца и зверь, то есть, квестгивер бежит», — подумал я и пошел к нему навстречу.

— Мистер О’Грейди?

Тронув его за плечо, я отшатнулся — Патрик был мрачный как туча. Он сначала неприветливо затянул свою постоянную шарманку:

— Пацан, найди медяшечку почетному гражданину... — но, узнав меня, запнулся. — Я не нахожу слов, чтобы достойно извиниться перед тобой, малой… Отправить тебя на верную смерть! О, нет же мне прощения!

Он спрятал лицо в ладонях, и его дальнейшие стенания стали неразборчивы. Городской пропойца убивался так искренне, что мне стало стыдно. Он знает, что мы не умираем?

— Я был у Бегемота, Патрик. Поговорим?

Он поднял голову, неверяще открыл рот, чтобы что-то сказать, но не нашел слов, будто боялся услышать то, что окончательно лишит его надежды.

— Джейн жива. Она…

— Тс-с-с… — он ткнул грязным пальцем мне в губы, но я успел отстраниться, заметив его черные ногти. — Не здесь, Скиф. Власти города объявили единобожие. За одно упоминание кого-то, кроме Нергала Лучезарного, кинут в острог.

— Э… И что тогда…

— Ступай за мной, — Патрик качнул головой.

Не уверен, что подействовало больше: успешное выполнение квеста или навык убеждения, но он перестал меня называть «пацаном» и стал обращаться ко мне по имени.

Всю дорогу до городских ворот, а пьяница вел меня именно туда, я крутил башкой, ощущая, что город неуловимо изменился. Стало больше жрецов светозарного бога, больше стражи на улицах.

Повсюду были развешены плакаты с изображением Большого По — кандидата в члены городского совета.

Патрик лавировал между прохожими, но его координация явно оставляла желать лучшего — он периодически врезался, задевал людей плечами, его ноги заплетались, отчего он пару раз свалился, искусно чертыхаясь и поливая бранью всех вокруг.

Жизнь за городской стеной тоже изменилась. Хотя уже и наступил поздний вечер, на месте хаотичных торговых рядов шла стройка — плотники сколачивали лавки, рабочие бойко ровняли

землю, да и вообще, было очень оживленно. Заложив руки за спину, там прохаживался первый советник Уайтекер, окруженный помощниками. Среди них я заметил и Ирину из «Аксиомы». Топклан песочницы, похоже, стремился к абсолютной власти в городе.

— А куда дели тех, кто здесь стоял раньше? — спросил я у Патрика.

— Город расширяется, — пояснил он. — Теперь, если хочешь торговать у стены, надо получить лицензию. Дикие торговцы переместились ближе к лесу. Вон, гляди… — он показал пальцем.

— Видишь?

И правда, на расстоянии нескольких сотен шагов от городских стен расположились торговцы. В сумерках этот участок на границе пустыря с лесом выделялся огнями факелов и магических светильников.

— Прогуляемся туда? — предложил я. — Мне все равно там надо кое с кем повидаться.

— Как скажешь, Скиф.

Когда мы отдалились от людной стройки, Патрик замедлил ход и потребовал:

— Ну, давай, рассказывай, не томи!

Его трясло, волнуясь, он тяжело дышал. Нелегко ему дались эти четверть часа пути от городского фонтана. Мы почти дошли до опушки леса, и продолжать разговор возле торговцев мне бы не хотелось.

— Вы были правы, Патрик. В Болотине смертельно опасно, столько мерзких и опасных тварей я никогда не видел. Если бы не ваше проклятие, я бы туда никогда не добрался живым… относительно живым.

— И? Ты встретился с Бегемотом?

— Да. Вы знаете, кто это? Это один из Спящих богов.

— И? — нетерпеливо сказал Патрик, дернув меня за руку. — Что сказал Спящий? Ты выполнил то, что он требовал?

— Да, — ответил я, и Патрик побледнел. — Но я не сделал ничего постыдного! Не знаю, о чем он просил вас, но в моем случае ему для общения хватило жизней тех поганых тварей, что обитают в трясине.

— Как тебе удалось? — он пошатнулся, но я ухватил его за локоть и не дал упасть. — Как?

— Мистер О’Грейди, давайте присядем. Вас ноги не держат.

Он кивнул. Я помог ему опуститься на траву и присел рядом.

— Бегемот посчитал, что вы выполнили своё обещание, пусть и не напрямую, но послав к нему меня.

Взамен он выполнил своё. Джейн жива, но она не помнит того, что была вашей невестой.

— Где она?

— В Даранте. Учится там в Университете магии.

Патрик резко поднялся, сразу забыв обо мне и бормоча6

— Дарант… Дарант… До Караксона пешком доберусь, там устроюсь на корабль и морем…

— Постойте, Патрик. Спящий сказал, что в таком виде вам к ней ехать нельзя. Вам надо вернуть себя утраченный человеческий облик! Привести себя в порядок, перестать пить… Джейн вас просто не узнает! Кстати, на медальоне изображена она?

— Ах, да… — Патрик, начавший подниматься с земли, снова сел. Кажется, из всего, что я ему сказал, он услышал только последнее. — Могу я на него взглянуть?

— Я вообще хочу вернуть его вам, — я достал прихваченный медальон, но пока передавать не стал.

— Есть ещё кое-что, Патрик. Бегемот назвал меня инициалом Спящих и сказал, что вы должны стать первым адептом, как единственный, кроме меня, кто его видел.

С этими словами я отдал ему медальон. Он раскрыл его и уставился на портрет девушки…

Задание почетного гражданина Тристада, бывшего капитана патрульного отряда стражи, Патрика О’Грейди выполнено.

Получены очки опыта: 1200.

Очки опыта на текущем уровне (11): 7740/8800.

Ваша репутация с Патриком О’Грейди повышена на 150.

Текущая репутация: симпатия.

Патрик с щелчком закрыл медальон и аккуратно сложил его во внутренний карман потрепанной жилетки. Я заметил, как его ранее ссутуленная спина выпрямилась, плечи расправились, а в глазах появился огонь, словно он принял решение жить дальше и бороться за свое счастье.

— Как обещал, расскажу тебе свою историю, Скиф. Ты хороший парень, и ты заслужил мое доверие.

Единственное, у меня к тебе будет просьба. И ты, и Бегемот правы. Если Джейн увидит меня таким — опустившимся, грязным, вонючим и слабым… Хорошо, если она меня просто не узнает! Я не могу её снова потерять! — он горько улыбнулся. — Я готов последовать за тобой и Спящим, но прошу тебя помочь мне вернуть мою невесту!

— Сделаю всё, что в моих силах, мистер О’Грейди… — осторожно произнес я, прикидывая, чего мне встанет следующий квест цепочки.

— Патрик, дружище. Для тебя просто Патрик.

— Хорошо, ми… Патрик.

— Знаешь, для тебя, Скиф, я теперь сделаю всё, что скажешь… Я уже и не надеялся, думал так и сдохну в канаве… — он сорвал травинку и закусил её, мечтательно уставившись в звездное небо. — А знаешь, с чего всё началось?

— Вы были капитаном патрульного отряда стражи?

— Да, я был капитаном, — согласился он. — Но знаешь, Скиф… Воспоминания путаются. Я помню, что был в страже Тристада, что влюбился в долговязую тощую девчонку с острыми коленками, дочку торговца дорогими тканями, и ждал, когда она вырастет. Ещё помню, как до этого три года служил в армии Альянса во времена Второй войны с Роем… Но знаешь, что странно?

— Что, Патрик?

— До всего этого я участвовал в другой войне. В Третьей мировой, так она называлась. Но, хоть убей, не помню, что то была за война и кто с кем воевал. Помню лишь, кем я тогда был — пилотом боевого меха. И пусть меня утащит в Бездну, если я знаю, что это значит!

Глава 9. Большой привет

Городской пьянчуга Патрик О’Грейди — самый странный NPC из всех, кого я только встречал, а Тристад, подозреваю, — самая странная песочница. Я вспомнил, что именно этот тощий, с испитым и изборождённым морщинами лицом, неигровой персонаж неопределенного возраста «наградил» меня проклятием, ставшим первым шагом к статусу «угрозы». Не сжалься тогда надо мной покойный Клейтон, управлявший Дарго, всё бы на том и закончилось, но началось всё именно с пьяницы.

Вспомнились мне слова Бегемота о том, что Джейн никогда не была невестой Патрика, и что тот просто напутал и разучился разделять реальность с бредом. А теперь ещё упоминание о третьей мировой войне… Вопреки зловещим прогнозам, она стала самой короткой в истории человечества, причём без использования ядерного оружия и почти без жертв среди гражданского населения, но она была. И мехи в ней активно использовались.

Однако гадать и выяснять причины прямо сейчас не хотелось. Стихийные торговцы, судя по гаснущим огням на опушке леса, уже расходились, а получить лук нужно сегодня же, чтобы, не теряя времени, начать прокачку навыка. И так много времени потерял, выслушивая историю пьянчуги.

Патрик рассказал, как он дошел до жизни такой: как служил в городской страже, как влюбился в Джейн и в последний день перед свадьбой перебил весь свой отряд, поддавшись влиянию то ли таинственного тумана, то ли дыханию Спящего. История была трагической, но абсолютно не в стиле корпорации, ведь обычно она так не жестила, и это стало ещё одной странностью…

— Дальше ты знаешь, — закончил свою историю Патрик. — А потому, дружище, прошу, помоги! Теперь, когда в моей жизни снова появился свет, мне, как никогда, нужна помощь!

Почетный гражданин Тристада, бывший капитан патрульного отряда стражи, Патрик О’Грейди, узнав, что его невеста жива, воспрял духом и обрёл вкус к жизни. Помогите ему снова «стать человеком», вернув былую репутацию и авторитет в обществе.

Награды:

— 2400 очков опыта;

— ваша репутация с Патриком О’Грейди повысится на 250 очков;

— следующее задание в цепочке квестов.

В отличие от первого задания в цепочке, это никакими штрафами в случае отказа или неисполнения не грозило, поэтому я, не раздумывая, его принял:

— Конечно, Патрик. Помогу всем, чем смогу! Разве что…

Задача в первоначальном описании показалась мне довольно размытой, но проявилась четче, когда открылись квестовые прогресс-бары. Тогда-то я и понял, что задание невыполнимо. Разве что, я забью на всё остальное, и годами буду заниматься только помощью бывшему капитану патрульного отряда стражи.

Алкоголизм

Дней без алкоголя: 0/21.

Внешний облик

Харизма: 2/15.

Физические характеристики

Сила: 9/45. Ловкость: 6/35. Выносливость: 4/35. Восприятие 9/30.

Репутация

Тристад: 25/2000 (недоверие).

Джейн: 0/2000 (недоверие).

Похоже, задание выполнится, когда все индикаторы будут заполнены полностью, вот только виделся мне в нём подвох. Как довести репутацию Патрика с городом до уважения, то есть до двух тысяч очков, за то время, что мне осталось провести в песочнице? Невыполнимо! Всё остальное можно будет сделать и в большом мире, и даже морщины сойдут с его лица, если поднимем ему харизму, но репутация с городом? Разве что, после снятия дебафа алкоголизма что-то изменится? Может, именно он сейчас срезает цифры характеристик Патрика?

Тем временем странный NPC кинулся трясти мою руку и благодарить:

— Спасибо, Скиф!

— Но предупреждаю — больше никакого алкоголя! Хотя раз увижу, что ты выпил — сам свою Джейн возвращай. Понял?

— Даже эльфийского белого нельзя? Оно ж как ягодный отвар…

— Ни эльфийского вина, ни дворфийского пойла. Это самый важный шаг на пути к возвращению твоей невесты!

— Хорошо, — серьезно сказал Патрик. — Не думал, когда просил тебя наведаться к Бегемоту, что это к чему-то приведет. Но раз такое случилось, значит, боги дают мне ясно понять, что мой путь не закончен.

— Кстати, насчет богов… — я вспомнил рекомендацию Бегемота. — Спящий…

— Я готов, — перебил меня он, усмехнувшись. — Что для этого надо сделать? Принести кого-то в жертву? Принести клятву верности? Отказаться от…

— Ничего подобного, — перебив его, я покачал головой. — Дай мне руку, Патрик.

Он протянул грязную руку с почерневшими ногтями и внутренне как-то сжался. Я сжал ему ладонь и активировал Касание Спящих. Патрик едва заметно кивнул и сжал мою руку в ответ. Визуально больше ничего не произошло, но у Бегемота и его летаргических друзей появился первый последователь.

Патрик О’Грейди обращён в нового адепта Спящих богов.

Как Инициал Спящих, теперь вы видите информацию о новообращенном в специальной вкладке в вашем профиле. Пока это только общая информация, но чем выше будет уровень храма Спящих, тем больше вы будете знать о последователях.

Вольный город Тристад добавлен в список городов, в которых живут жители последователей Спящих.

Недостаточное количество последователей Спящих в Тристаде, чтобы объявить его городом под сенью Спящих! Требуется: более 75% жителей — последователей Спящих. В настоящий момент: менее 1%.

Доминирующим богом Тристада в настоящий момент является: Нергал Лучезарный.

Получены очки опыта за привлечение нового адепта: 100.

Очки опыта на текущем уровне (11): 7840/8800.

Эффект Единства: +1 к силе.

Желаете произвести Патрика О’Грейди в жрецы Спящих?

Жрец получает способность привлекать новых адептов, получая дополнительные бонусы за каждого.

Не более одного жреца на текущем уровне развития храма (0).

Непись — жрец Спящих? Идея показалась мне привлекательной, а легенда более чем подходящей.

Пьяница вдруг уверовал и ударился в проповеди, завлекая в секту новичков. Но всё оказалось не так просто — он не принял назначение.

— Не гони лошадей, падре, — объяснил он свой отказ. — Прежде расскажи мне о Спящих. Слышал я о них много, но ничего хорошего. Одно дело такому безбожнику, как я, потрафить другу, объявив себя последователем, — он согнул пару пальцев, изображая кавычки, — а совсем другое — заманивать в культ безвинных людей.

— Да я и сам пока знаю не много, Патрик, — я поднялся сам и помог встать и ему. — Пойдем к торговцам, пока не разошлись. Надо бы и тебя приодеть… Ты чем дерёшься, мечом?

— А что, идем куда-то что ли? — поинтересовался он. — Биться с кем?

— Вот именно. Нечисть будем зачищать, — у меня появилась мысль, как убить двух зайцев: и ему помочь, и свой план по прокачке реализовать. — Видел, на сколько монстров городской совет награду объявил? Вот мы ими и займемся.

— Так у меня всё есть! — воскликнул он. — Я, конечно, всё пропил, даже разум, но доспехи и меч сохранил. Рука не поднялась продать. Надо только домой заглянуть.

В торговом ряду я не обнаружил ни Недовеса, ни Перевес. Может, оно было и к лучшему — не потерял времени на разговоры и расспросы, купив обычный белый лук у зевающего продавца низкоуровневой экипировки за десять серебра.

Многослойный изогнутый лук

Урон: 7-10.

Оружие дальнего боя.

Прочность: 55/55

Требуется уровень: 10.

Цена продажи: 3 серебряных монеты, 25 медных монет.

Потом мы с Патриком потащились в город, заглянули к городской тюрьме, где в свете фонарей я обновил список квестов на головы разыскиваемых монстров и беглых преступников. Вообще, это была больше условность, полезная самому игроку — чтобы знать, на кого охотиться и иметь представление о местах обитания тварей. Для того чтобы сдать голову той же зловещей Ведьмы Мередит, заманивающей к себе путников, квест не нужен: принёс доказательство, что ведьма мертва — получай награду.

Встречавшиеся игроки с удивлением провожали нас взглядами, но, если бы задали вопросы, у меня была легальная причина быть рядом с неписью — квест. И я мог легко его светануть любопытствующим — он, может, и являлся уникальным, но ничего такого, чему стоило бы позавидовать, в нём не содержалось.

— Эх, малой! Как представлю, как снова увижу Джейн, пусть даже издалека, просто бы полюбоваться ею, так у меня внутри все поет! — мечтал Патрик. — И, знаешь, даже если она меня видеть не захочет, или забыла, например, я не расстроюсь. Одного того, что жива она, мне хватит. А я всё теперь сделаю, чтобы её любовь вернуть!

После тюрьмы мы попёрлись на другой конец города, чтобы Патрик экипировался. К этому моменту он уже прилично меня достал, потому что на любой случай у него была припасена история, и не одна.

Он рассказывал о том, как будучи младшим сыном крестьянина, завербовался в армию, а потом внезапно вернулся к теме с его отказом от жречества и развил тему вообще в другом направлении.

— Знавал я, Скиф, одного бородатого проповедника, — начал Патрик, провожая взглядом вход в таверну и рефлекторно облизываясь. — Вот только проповедовал он не веру в божество какое-нибудь,

а совсем даже напротив. То ли Карлос, то ли Маркус его звали, уже и не помню, но он всё призывал всех к коллективной жизни, к равенству и прочей подобной белиберде — мол, заработки будут общие, всё будет общее, и жёны, стало быть, тоже. Его, кстати, потом с позором разжаловали и изгнали из армии: капраловскую жену оприходовал, шельмец! Перепутал, стало быть, чужое с общим. Но одно мне запомнилось особенно. Говорил он, что нет, якобы, никаких таких богов, а есть только дурман для народа. Мол, боги все — сплошь выдумка жрецов, набивающих мошну пожертвованиями прихожан. Ему говорят — дурачок, мол, откуда тогда божественные благословения берутся, если не от богов? А тот уперся — обычная магия и ничего более…

Патрик остановился возле небольшого домика с покосившимися ставнями. Низкий щербатый забор напоминал старческую челюсть с отсутствующими зубами, а калитка так и вовсе валялась на земле.

— Мы пришли. Извини, в дом не приглашаю… пока. У меня там немного не прибрано… Стыдно, — признался он и спросил с надеждой в голосе. — У тебя, часом, нет больше никаких дел? Я бы помылся, не хочется марать форму…

— Дела есть, — подтвердил я. — Но не знаю, выполнимы ли они сейчас. Патрик, ты же всех в городе знаешь, не подскажешь, где я могу найти мастера безоружного боя?

— Так ты же, вроде, лук купил? Думал, ты лучник…

— Лучник и есть. А навыка пока нет, надо сначала научиться стрелять.

— Ну ты даешь! — расхохотался Патрик. — Тебе кто-нибудь говорил, что за головы тех страшилищ, на которых ты собираешься идти, не просто так награда назначена? Они опасны! И как ты собираешься с ними разбираться? Если ты надеялся на меня, то не хочу тебя разочаровывать, но я вроде бы не в форсе, если ты понимаешь, что я имею в виду… Или ты так решил избавиться от меня?

Так для этой цели у тебя слишком изощренный план, малой! Сдохнуть я могу и немытым!

— Нет такого плана и не было, но я уже начинаю жалеть, что согласился тебе помочь. Я тебе прямой вопрос задал, а в ответ услышал…

— Всё-всё-всё, — Патрик примиряюще поднял ладони. — Извини, я же уже второй час, как ни капли в рот, а это непросто мне даётся! Трубы горят, в горле дерёт… Ладно, это я переживу.

Слушай, учитель драки накулаках, мастер Сакда, живёт в оружейном квартале. На вывеске у негокулак нарисован красный, не пропустишь. Он, кстати, и ногами машетдай Нергал, тьфу, Спящий, каждому! Что твоя мельница! Там же, еслизахочешь, найдешь и охотника Конрада. Он мастер лука — с пяти сотен шагов белке в глаз стрелу засаживает! Правда, ночь на дворе, и вряд лиони тебя примут, но ты попытай счастья…

Патрик широко зевнул, и, глядя на него, я сделал то же самое. Первый день в Дисе после бана затянулся, а я так ничего и не сделал.

— Знаешь что, малой? Может, отложим на завтра? — предложил мой подопечный. — Я посплю, с утра приведу себя в порядок, начищу доспехи, заточу меч, а ты спокойно обучишься у мастеров и…

В первые мгновения я не понял, что произошло. О’Грейди вдруг задергался, захлебнулся словами, забулькал, а из его рта полилась черная в свете луны Геалы кровь. Тело городского пропойцы рухнуло, а за ним обнаружился темный силуэт убийцы. В его руках хищно изгибались дымящиеся кинжалы.

Убегать он не стал. Невозмутимо облутав труп, он сверкнул белозубой улыбкой.

Атиякари, человек 18 уровня

Клан: Аксиома.

Настоящее имя: Санджи Редди.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: головорез.

— Ого, почти золотой серебром! Вот же попрошайка, всегда знал, что у него есть деньги! Черт, минус три очка репы с городом… — сказал он.

— Нафига? — только и смог вымолвить я.

— Обломалась уникальная цепочка? Сочувствую, — никакого сочувствия в его голосе не обнаружилось.

— Нафига, Санджи?

— Без понятия, — он пожал плечами. — Я просто выполнил приказ.

— Чей? — спросил я,

— А, ну да, забыл. Тебе привет от Большого По!

Головорез растворился во тьме. Я смотрел на лужу крови, расплывавшуюся под Патриком, и услышал за спиной стихающий в ночи смех.

Глава 10. Дилемма судьи Кэннона

В остекленевших глазах Патрика отражалось звёздное небо. Шок от внезапности произошедшего прошёл, и его сменили вопросы: как много успел услышать Атиякари? Что, если он был свидетелем нашего обсуждения Спящих, всё это время незримо присутствуя рядом с нами? И успел ли Патрик?

Ни на один из вопросов ответов я получить не успел. Пустынная окраинная улочка ожила, осветилась светом приближающихся факелов, а лязг доспехов известил о приближении стражи. Меня окружил сразу десяток городских стражников. Кто-то из них ощупал труп Патрика.

— На землю! — протяжно рявкнул чей-то властный голос. — Руки за голову! Не двигаться!

Меня сбили с ног, скрутили и обезоружили. Схватив за волосы, рука стражника приподняла мою голову, и в нос ударило запахом мяса и лука. Кривя губы, уже знакомый мне старший стражник Гейл с ненавистью вперился мне в лицо:

— Гость Тристада Скиф! Ты обвиняешься в преднамеренном убийстве почетного гражданина города, бывшего капитана патрульного отряда стражи Патрика О’Грейди! — объявил он. — Тащите его в тюрягу, ребята!

— Это не я, стражник Гейл! — заорал я, придя в себя. — Я видел, кто это был! Это сделал…

Жесткий удар под дых не дал мне договорить. Гейл больно схватил меня за уши, резким ударом лбом сломал мне нос и, бешено вращая глазами, проревел:

— Заткнись, твою мать! Пасть раскрывать будешь только тогда, когда тебя спросят!

В тот же час моя репутация с городом рухнула до состояния враждебности. В голове мелькнула мысль активировать жуткий вой и сбежать из города, но я ее отмел. Это станет равносильно признанию вины, и лучше посмотреть дальнейшее развитие событий. Тем более, я отказался от идеи перебить стражу. После такого о городах Содружества можно забыть навсегда.

Единственное, что меня утешало, так это то, что Патрик успел. Обычно уведомления всплывают перед глазами сразу, но конкретно эти, связанные с богами, были отфильтрованы, и я их увидел, только промотав логи:

Патрик О’Грейди принял ваше предложение стать жрецом Спящих богов.

Всё-таки успел! Видя, как он дергается под серией кинжальных ударов убийцы, я интуитивно среагировал и кинул ему предложение стать жрецом. И он принял!

Вслед за этим уведомлением шло то, чего ради затевалось жречество Патрика:

Погиб единственный жрец Спящих Патрик О’Грейди.

Спящие боги решили вмешаться! Их волей и силой Бегемота единственный жрец культа будет возрожден через 23:58:21…

Облегченно вздохнув, я все же, пока меня тащили в тюрьму, вступать в переговоры со стражниками более не решался. Мне бы только дождаться возрождения Патрика и надеяться, что его чудесное возрождение вернёт мою репутацию с городом.

Кто меня так подставил, натравив мирно пировавших в таверне стражников, можно было не гадать. Демонстративно проявив великодушие, Полинуклеотид затаил злобу и, однозначно, будет и дальше гадить во всём, в чём сможет. А что может быть хуже, чем облом уникальной квестовой цепочки и минусовая репутация с единственным городом нашей песочницы? Единственным населенным пунктом, где обычный игрок может закупиться и распродаться на аукционе, починить экипировку, передохнуть, навестить учителей и получить квесты?

Вот только эта сволочь не учла одного: игрок я далеко не обычный…

За квартал до тюрьмы я вспомнил, как Гейл вымогал у меня три медяка, чтобы отпустить меня без суда за порванное платье Висты, и решил попробовать договориться. Подумал, что это может помочь вернуть репутацию. Да и когда еще проверять, как работает мой навык убеждения, как не сейчас?

— Сэр! У меня есть деньги, — шепнул я в затылок идущему впереди Гейлу. — Может, решим вопрос без участия судьи? Ночь на дворе, зачем беспокоить старого человека?

Меня словно не услышали, и тогда я озвучил сумму:

— Тридцать золотых, сэр. А если подождете, то будет и больше…

Гейл резко остановился, и ведущие меня стражники встали, как вкопанные. Старший подошёл ближе. По его лицу было видно, как в нем борются алчность и что-то еще. Он поиграл желваками и миролюбиво произнес:

— Ты мне тут не «сэркай»! Можешь звать меня Дэвид. По правде сказать, за любого другого горожанина мы, возможно, и договорились бы… убийца. Впрочем, это еще не доказано… Скиф. Но капитан О’Грейди не любой другой! Так, ребята?

— Так точно! — раздались голоса вокруг. — Он наш!

— Вот именно, — кивнул Гейл. — У нас бывших не бывает!

— Я и сам горжусь мистером О’Грейди! — воскликнул я. — Мы с ним весь вечер провели вместе, спросите кого хотите, нас многие видели, сэр… Дэвид! Мы собирались пойти вместе с ним на поиски преступников, досаждающих горожанам. Тех, на чьи головы объявлена награда! Мистер О’Грейди хотел бросить пить и вернуть себе былое уважение! Любой искатель истины это подтвердит!

— Это так не работает, — поморщился Гейл. — Искатели истины не привлекаются судьей для разрешения дел между гостями Тристада и городом, Скиф. Там, где речь идет о горожанах, их способности бессильны.

Похоже, этот функционал — для разрешения споров только между игроками… Бездна! Всё-таки мне очень не хватает фундаментальных знаний об игре, ведь было б иначе с искателями истины, вряд ли Большой По стал бы придумывать такую комбинацию, напротив, она бы ударила по самой «Аксиоме». Член клана, возглавляемого кандидатом в городской совет, убивает почетного гражданина города? Не лучший расклад для их шансов на выборах.

— Сэр, неужели нет никаких вариантов? Я клянусь вам, что не виновен! Да и как бы я смог убить мистера О’Грейди? Вы посмотрите на меня, Дэвид, да я бы даже поранить его не сумел!

Гейл скептически оглядел меня, оценил уровень и несколько виновато произнес:

— Понимаешь, Скиф… Наводка на тебя сверху пошла. Дело на особом контроле, так что не выгорит никак.

Резко отвернувшись, он дал команду продолжать движение, а если я снова заговорю, разрешил сломать мне руку. О том, что это он так своеобразно пошутил, можно было догадаться только по гоготу конвоиров.

Я шёл, опустив голову, и возле портала в инст, в правое крыло тюрьмы, периферийным зрением заметил скалящегося Атиякари, реального убийцу. Похоже, сегодня его смена по наблюдению за мной. Если это решено сделать постоянным, то мне впредь стоит быть осторожным и хорошо проверяться, активируя проклятие нежити.

Небольшое помещение зала суда находилось прямо в здании тюрьмы, и из него вело два выхода: в тюремные камеры и на волю. В тюрьме Гейл передал меня из рук в руки уже знакомому седовласому тюремщику Древнику. Тот за весь путь до зала суда не вымолвил ни слова и, лишь оставив меня, одними губами произнес:

— Удачи, Скиф.

Сам он встал рядом. Меня тут же окружило энергетическое поле, а ноги сковали магические кандалы.

Более того, теперь я не мог ни выйти из Диса до оглашения приговора, ни сказать что-либо — мои уста запечатало заклятием безмолвия.

Никакой торжественностью не пахло: слабо освещенное помещение, чадящие факелы на стенах, нетерпеливо переминающиеся охранники, зевающий судья, которого, похоже, выдернули из постели.

Но хуже всего было то, что на мне повис дебаф усмирения: все характеристики и навыки снизились в десять раз. Понятно, что убедить судей в собственной невиновности мне не удастся.

За короткой трибуной рядом с престарелым Кэнноном находился начальник тюрьмы Купер. Он что-то прошептал судье на ухо, и тот без лишних церемоний огласил:

— Гость города Тристада Скиф! Вы обвиняетесь в преднамеренном убийстве почетного гражданина Тристада Патрика О’Грейди. Вам есть, что сказать в свое оправдание?

— Подонок! — выкрикнул Купер. — Мерзавец!

— Тишина в помещении! — призвал судья.

Каким бы хилым и болезненным ни казался Кэннон, голос у него был командирский — густой и басовитый.

Я лихорадочно думал. Говорить о грядущем возрождении Патрика нельзя, ведь тогда потребуют объяснений, и мне придется признаться в том, что я основал культ Спящих. Нет, лучше вести себя как обычный игрок.

— Я невиновен, господин судья, — заявил я, едва спало заклятие безмолвия. — Мистера О’Грейди убил не я.

Судья недоверчиво склонил голову на тонкой старческой шее. Пошамкав губами, он спросил:

— Есть ли хоть кто-то, кто может подтвердить ваши слова, обвиняемый?

— Кроме нас с Патриком О’Грейди и убийцы по имени Атиякари рядом никого не было, господин судья. Но, возможно, кто-то из жителей…

— Достаточно! — взревел начальник тюрьмы Купер. — Господин судья, давайте не будем затягивать с приговором? Гость Тристада, именуемый Скиф, за всё время пребывания в городе не показал себя ни с единой хорошей стороны, не заслужив ни достойной репутации, ни уважения горожан! И на вашем месте…

— Я бы вас попросил! — недовольно проговорил судья, прерывая Купера. — Вы не на моем месте, слава Нергалу! Командовать будете у себя в тюрьме, а у нас здесь справедливый суд! Введите свидетеля!

Обернувшись, я увидел, как, осклабившись, в зал суда входит Атиякари. В тот же момент я понял, что мне ничего не светит, и стал пытаться предугадать, как игровая механика накажет за убийство NPC.

Минусовая репутация? Изгнание из города? Несколько суток в тюрьме? Работа на рудниках? Денежный штраф?

Головорез из «Аксиомы» тем временем соловьем пел о том, как он прогуливался по ночным улицам, наслаждаясь тишиной и сочиняя поэму в честь этого прекрасного города, как вдруг заметил, что некий игрок, в котором он опознал меня, оскорбляя и избивая, клеймит беззащитного городского попрошайку. Атиякари хотел вступиться, но не успел — беззащитный мистер О’Грейди, к слову, почетный гражданин города, уже пал под смертельными ударами моих кинжалов. Не мешкая, Атиякари побежал к ближайшему патрулю городской стражи, одновременно передавая по амулету связи своим друзьям, чтобы те срочно прислали подмогу. Вступать в единоборство он не рискнул, зная о моих преступных наклонностях. На этих словах он запнулся, перехватив скептический взгляд судьи, понял, что перегнул палку в своих показаниях, и стушевался.

— …Не, ну правда, господин судья! — воскликнул убийца. — Этот Скиф, знаете, какой зверь? Он известного всем и прославленного воина Утёса одними кулаками уложил!

— Одними руками? — переспросил его Кэннон и обратился ко мне: — Стало быть, вы мастер безоружного боя, обвиняемый? Логичный вопрос: досмотр тела убитого показал, что он был заколот кинжалами, но никакого оружия ни на месте преступления, ни при досмотре не выявлено. При вас найдены лишь кастеты, коими порезать, насколько я понимаю, довольно проблематично. Свидетель, как это соотносится с вашими показаниями?

— Да мне откуда знать, господин судья? — удивился Атиякари. — Темно было, может, и не кинжалы то были.

К судье склонился Купер и, активно жестикулируя, стал что-то шептать. Старик покивал головой:

— Хорошо. Принимается. — Он посмотрел на меня. — Обвиняемый, прошу вас предоставить полный доступ к содержимому вашей сумки.

Равенство в действии. Неписи не только знают о нашем внепространственном инвентаре, но и сами его активно используют. Я снял рюкзак, открыл доступ судье и, дождавшись отключения энергетического поля, передал Древнику. Охранник, в свою очередь, отнес рюкзак Кэннону Тот брезгливо покопошился внутри и достал огромный, размером с кочан капусты, глаз скорпиона.

— Нергал Лучезарный! — Кэннона передёрнуло, и он отбросил глаз на стол. — Что это такое? Глаз Мракисса? Того самого, что захватил Олтонские каменоломни? Какое отношение вы имеете к этому, обвиняемый?

— Самое непосредственное, господин судья. Я был в группе тех, кто изгнал зло из глубин Олтонских каменоломен.

Насколько я понимал механику таких инстов, после того как мы побили Мракисса, инстанс из активной фазы перешел в пассивную: он остался доступен для прохождения другим группам, но уже не влиял на окружающий мир. Грубо говоря, шахтеры теперь работали там спокойно, по крайней мере, до тех пор, пока не начнется новая фаза.

— Да? — негромко хмыкнул Древник, но его услышали. — Неожиданный поворот! Насколько я помню, Уайтекер много чего обещал за ликвидацию скорпида. Пять сотен золотых, если я не ошибаюсь, и…

— Умолкни, сержант! — гаркнул Купер и уже спокойнее продолжил: — Один гад прикончил другого, ничего более. Нам это, конечно, на руку, но не оправдывает убийства уважаемого О’Грейди! Судья Кэннон! Первый советник Уайтекер прямо дал понять, что…

— Передавайте господину Уайтекеру мои искренние пожелания не лезть в чужой огород! — Кэннон одарил начальника тюрьмы таким презрительным взглядом, что тот заткнулся и больше говорить не пытался.

Я же ломал голову, пытаясь понять, как «Аксиома» достигла такого влияния в городском совете, что Уайтекер пытается лоббировать их пожелания. Тем временем судья продолжал, и его бас монотонно заполнял помещение:

— Однако стоит признать справедливость слов господина начальника тюрьмы. С тем, что в свете рассматриваемого дела былые заслуги нельзя рассматривать как весомые, я, пожалуй, соглашусь, — заявил судья Кэннон. — Но всё же приму во внимание это деяние обвиняемого. Итак... — он откашлялся, отпил воды и продолжил: — Выслушав все стороны, я пришел к выводу, что вина Скифа в убийстве Патрика О’Грейди не доказана, — он нахмурился, заметив мою улыбку. — Не спешите радоваться, обвиняемый! Ваша вина не доказана, но так же не доказана ваша невиновность! А потому я передаю правосудие в руки богов! Ордалия! — он грохнул молотком по столу. — Привести приговор в исполнение! Увести обвиняемого!

Ожидая, когда Древник освободит меня, я заметил, как Купер не скрывал радости, потирая руки.

Судья повернулся к нему:

— Что, Эдвин, много у вашего брата там скопилось?

— Все камеры забиты, господин судья! Под завязку! Как раз завтра после полудня очередное испытание!

— Это хорошо, — удовлетворенно произнес судья. — Это хорошо.

Рядом раздался смех. Парень из «Аксиомы» встал рядом и фальшиво посочувствовал:

— Ты попал, Скиф. После ордалии обычно начинают заново.

— Да что там такое?

— Там? Закрытый данж, забитый преступниками со всего Диса. По разным причинам казнить их не могут, поэтому отдают всё на суд богов — через порталы закидывают в одну локацию. Они есть во всех тюрьмах Диса. Порталы односторонние до тех пор, пока в живых не останется только один. Ну, или как-то так. Сам я там не был, как ты понимаешь.

— А в чем подвох-то? Ну, пусть убьют меня там, так я воскресну на городском кладбище, да и всё.

Делов-то…

— Видишь ли, Скиф… — ухмыльнулся Атиякари. — Ты не воскреснешь.

Глава 11. Чумной мор

— Видишь ли, Скиф, ты не воскреснешь… — ухмыльнувшись, сказал Атиякари.

Он говорил что-то ещё, но я больше ничего не услышал. Головорез растворился в воздухе, а вслед за ним исчез и весь мир вокруг. В мимолётной вспышке пропал зал суда вместе с судьей Кэнноном и начальником тюрьмы Купером, исчезла стража с внедренным в непися Древника жителем Калийского дна…

В ту же секунду я осознал, что нахожусь на Моховой улице, в нескольких кварталах от дома Патрика. Сам пьянчуга обогнал меня на несколько шагов и вещал то, что я уже слышал:

— …стало быть, завербовался в армию. Вербовщик, конечно, был тот ещё искуситель! Поверить его словам, так выходило, что война — это сплошь развлечения и удовольствие: путешествия, девочки, выпивка и легкие неутомительные пробежки…

Не зная, что обо всём этом думать, я догнал его и покрутил головой. Все было спокойно, лишь подвыпившая группа дворфов, шатаясь, еле передвигалась по другой стороне улицы.

Вдруг сработало оповещение, не сопровождавшееся никакими шумовыми эффектами. Текст, оформленный как стандартное уведомление, проявился перед глазами:

Спонтанная активация Божественного озарения!

Извини, дружище, что без предупреждения, но так оно и задумывалось. Навык сырой и не даёт большой точности, не хватило времени даже залегендировать описание, но суть ты, наверное, понял: исходя из известных ИскИну данных, касающихся твоего персонажа, моделируется твоё ближайшее будущее. Этакий персональный инстанс с копиями неигровых персонажей и игроков, с которыми ты взаимодействуешь или потенциально будешь взаимодействовать в ближайшее время.

Время в процессе «Божественного озарения» течёт намного медленнее, чем в реальной жизни, так что не удивляйся, если предвидение покажет тебе час будущего, а по факту пройдет пара секунд.

Навык срабатывает внезапно и только перед потенциально ключевыми для твоего персонажа событиями. Надеюсь, поможет. Главное, учитывай, что моделирование будущего идёт довольно грубо, без детализации, и при переигрывании, вполне возможно, всё пойдет совсем не так.

Да, этот текст больше не появится. Удачи, предвестник!

Буквы растворились в густом и влажном воздухе. После того описания, которым сопровождался класс предвестника, удивляться было сложно, но я все же удивился, ведь моделирование моего персонального инстанса было таким реальным! Разве что, сейчас, уже пытаясь вспомнить, я осознавал, что многих деталей не хватало, а воспоминания были словно флэшбеки: смерть Патрика, непонятно откуда мгновенно появившееся стражники, короткий разговор с Гейлом и бац! — сразу скоротечный суд. Это было словно короткий, но яркий сон, подробности которого обесцвечиваются и угасают после пробуждения.

Вспомнив, что где-то рядом с нами ошивается убийца, я придержал Патрика, который к этому моменту перешел на историю об одном бородатом проповеднике — то ли о Карлосе, то ли о Маркусе:

— Постой, — я приложил палец ко рту.

Патрик остановился и, непонимающе глядя, замолчал. Я прикинул, где мы находимся, и решил повести его в таверну, благо до неё надо было пройти только один квартал.

— Давай заглянем в «Буйную флягу», — предложил я.

— У нас изменились планы, Скиф?

— Да, Патрик. Во-первых, для твоей же безопасности, немедленно прими предложение и никак его не комментируй! — «уши» Большого По могли быть рядом, и допускать ту же ошибку я не собирался.

Патрик молча согласился стать жрецом Спящих, и одной проблемой стало меньше. По крайней мере, за его жизнь теперь можно было не переживать — не уверен, что напади убийца снова, я успею поступить как во сне, то есть, в озарении, сделав О’Грейди жрецом.

Мы добрались до таверны, высмотрели свободный столик и направились к нему. На полпути я оглянулся и совсем не удивился, увидев входящего Атиякари. Не сегодня, гад…

— Поужинай, сними комнату в таверне и иди спать, — тихо сказал я, когда мы уселись за стол, и я убедился, что головорез идет к своим соклановцам. — Утром выбирайся из города и направляйся в Дарант, Патрик.

— К Джейн? — его лицо озарила щербатая улыбка, но она тут же угасла. — Но ты же обещал помочь…

— И помогу. Но кое-что изменилось. В этом городе у меня появились враги, и, поняв, что ты со мной заодно, они не дадут тебе спокойной жизни. Ты же пока слишком слаб, чтобы противостоять им, а я не смогу все время быть рядом с тобой, чтобы защитить. Да я и сам пока… слаб. Себя бы защитить.

— Я так понимаю, речь идет о тех, — Патрик кивнул в сторону стола «Аксиомы», откуда нас буравил взглядом Большой По, слушая Атиякари. — Слышал я, как они тебя обсуждали. Крепко ты им насолил, видать! Ладно, сделаю всё, как ты сказал. В Даранте… я могу встретиться с Джейн?

— Я не могу тебе запретить видеть её, но постарайся всё не испортить. Ты сейчас совсем не тот храбрый и сильный воин, Патрик, каким был тогда. Но теперь, когда ты знаешь, что твоя невеста жива, ты просто должен стать прежним! Главное — не пей. Возобнови тренировки, займись чем-нибудь полезным в столице. Деньги на первое время, — я протянул в сжатом кулаке десяток золотых. — Не уверен, знаешь ли ты, но до весны я покинуть земли Тристада не могу…

— Слышал о таком, — кивнул Патрик. — Вы, я имею в виду гостей города, попадаете к нам из другого мира, будучи подростками, и с совершеннолетием уходите в большой мир.

— Да, так оно и есть. Ты успел посмотреть, что нам дают новые адепты?

— Каждый новый будет делать нас сильнее. Я оценил, — шепнул он и, прикрыв ладонью от чужих глаз, быстро показал большой палец. Почесав голову, он скосил глаза к потолку и спросил: — Эти… Они хотя бы хорошие, Скиф?

— Не знаю, — честно признался я. — Но суть в том, что если они не вернут силу, мир покатится в Бездну.

— Да, похоже на то, — согласился он. — Постараюсь привлечь больше последователей. Уходишь?

— Да, пора. Ладно, удачи тебе на твоем пути в столицу, Патрик! — я встал из-за стола и протянул ему ладонь.

— И тебе, малой, — он сжал мне руку и, не отпуская, спросил: — Какой он — тот мир, откуда ты родом?

— Почему ты спрашиваешь, Патрик?

— Никак не могу забыть вкус одного напитка — сладкий такой, с кислинкой, шипучий, пузырьки так и щекочут язык и глотку, когда пьешь. Пьешь его, пьешь, и не можешь напиться! Сроду не пил такого, хотя побывал много где. Вот подумалось вдруг, может у вас он есть?

— Сладкий, шипучий и с кислинкой? — переспросил я. — Нет, такого у нас нет.

— Значит, привиделось… — он отвел взгляд и пробормотал еле слышно: — Странные мне сны снятся, Скиф, да, впрочем, в бездну их! Я увижу Джейн!

— Конечно, увидишь…

Следующим днём, судя по метке жреца на карте, Патрик был уже на пути в Дарант.

***

Ночь прошла беспокойно. Первый раз проснулся от того, что болела голова. Я долго стоял на балконе, вдыхая прохладный воздух и пытаясь перетерпеть, но боль не уходила, въевшись изнутри в лоб и выдавливая глаза.

Я некоторое время провел, копаясь с настройками «Домашнего доктора», пока на шум не проснулась мама. Она выяснила причину и настроила аппарат на обезболивающий эффект. Благодаря этому, удалось уснуть. Потом я проснулся весь в поту уже под самое утро от кошмара, который даже вспомнить не смог. Перевернув подушку, я некоторое время валялся, но сон не возвращался.

Из-за этого в школе клевал носом. Учитель Грег, заметивший это, покачал головой, но ничего не сказал. На перемене я сделал попытку выяснить у ребят, сохранили ли они эпический лук, полученный в Олтонских каменоломнях. Я нашел их в том же закутке, где они когда-то уговаривали меня помочь им со «Злом из глубин».

— Выставили на аукцион, но пока не продали, — сказал Эд, перекинувшись взглядами с Тиссой и Бомбовозом. — Деньги нужны, так что цену задрали. А что?

— Я выбрал класс, — ответил я. — Лучник. Как понимаешь, эпик-лук был бы кстати.

— Не вопрос, если не выкупили, сниму с аука сегодня же, — не стал возражать Эд. — Твоё право.

Рвану с последнего урока, пока «Аксиома» в школе, и сделаю. Скину тебе почтой.

— Отлично, спасибо. Могу взамен отдать перчатки из эпического сета.

— Пока не стоит, сохрани у себя, Алекс, — сказала Тисса. — Мы сейчас стараемся не одевать ничего дорогого, все равно снимут. Даже у эпика есть десятипроцентная вероятность выпасть после смерти, не стоит рисковать таким. Тем более, насколько я помню, вещь на двадцатый уровень, и в ближайшее время нам точно не пригодится.

— Так может тогда продать? Если вам деньги нужны, то…

— Ни в коем случае! — перебила девушка. — Двадцатый нам в песочнице не светит, а вот в большом Дисе перчи пригодятся! Они и мне и Эду будут очень в тему!

— Хорошо, как скажете… — я замолчал.

— Как ты, Алекс? Как твой первый день после бана? — спросил Ханг. — Слышали, ты общался с Большим По?

— Да, он снял претензии. Но наблюдает за мной, рядом постоянно крутятся его ребята в незаметности — вынюхивают что-то. Да, про то, что было в инсте, я не рассказал, и спасибо вам, что и вы не сделали этого.

— Ты нас за уродов-то не держи! — рявкнул Ханг. — Мы знали, во что ввязываемся, и благодарны тебе за ачивку. Всё это фигня, на самом деле — таланты-то у нас никто не отнимет!

— Да, телепортация — вещь! — воскликнул Малик, которого я сначала даже не заметил, хотя в реале у него никакого стелса, понятно, не было.

— Какие планы у вас?

Они снова переглянулись, и когда я подумал, что ответа не будет, он всё-таки прозвучал:

— Фармим инст гноллов и подводные пещеры мурлоков, — ответил Эд. — Всё сливаем вендорам и на аукцион. Обычно, утром, пока все в школе. Если ты заметил, на первом уроке обычно кого-то из нас нет. А вообще — копим деньги на большой Дис, в прокачку не упираемся, просто стараемся выжать максимум голды из того времени, что нам осталось в песочнице.

— А ты чем будешь заниматься, Алекс? — спросила Тисса.

— Ну, проклятия у меня больше нет, так что фиг его знает. Может, прибьюсь к какому-нибудь клану, может, сам попытаюсь покачаться, а может, ударюсь в социалку…

— Так давай с нами! — предложила она.

— Ага, — поддержал её Ханг. — Без танка тебе лук тяжело будет прокачивать, а так — стой себе в сторонке да постреливай. Тем более ты сейчас такого же, как мы уровня, раз класс получил, — он засмеялся, но как-то невесело.

— Может быть, — я решил прямо не отказываться. Может, и похожу с ними, чтобы не вызывать подозрений. — Закончу только с одним квестом…

Но я ошибся. Стоило мне проявиться в Дисгардиуме и выйти из личной комнаты, где я оставил персонажа, как наткнулся на высокую, на голову выше меня, массивную фигуру. Человек то был или эльф, орк или таурен — было не понять. Черный плащ, украшенный вышитым серебром знаком на левой груди — круг в квадрате, квадрат в треугольнике — скрывал тело, а тень капюшона — лицо.

Над головой не выводилась никакая информация, и даже понять, игрок то или непись, было сразу не понять.

Я вытянул руку, дотрагиваясь до неизвестного. Тело было реальным, но от него исходил холод. Оно шумно выдохнуло и приблизилось вплотную. Лицо было нечеловеческим. Безгубый рот, провал там, где должен быть нос и никаких глаз, там, где они должны были быть.

— Скиф, — существо, открыло рот, и его щеки, раздвинувшись в стороны, обнажили не то жвала, не то щупальца, а мне в лицо дохнуло гнилью, но его вибрирующий голос звучал в голове. — Я — посланник Чумного мора.

Я оглядел коридор, надеясь, что никого из игроков рядом нет. Не хватало еще, чтобы меня заметили рядом с этим чучелом!

— Не беспокойся, меня видишь только ты, — прошуршал голос посланника. — Ядро довольно тем, как ты развиваешься, и готово проверить тебя. Тебе выпала великая честь: Тристад должен стать очередным оплотом Чумного мора! У тебя — три месяца, предвестник!

С этими словами Посланник исчез, оставив меня наедине с новой способностью и квестом, от которого нельзя было отказаться.

Открыт навык «Чумное поветрие»!

Активный навык.

Заражает живых Чумным мором. После смерти заражённые восстают из мёртвых и подчиняются тому, кто их заразил.

Требует касания жертвы. Действует только на неигровых персонажей.

Стоимость использования: 10000 единиц чумной энергии.

Ядро Чумного мора хочет вас испытать и даёт первое задание: захватить Тристад. Вы должны заразить критическую массу горожан: 51%. Это позволит подготовить город к вторжению,

накопить достаточное количество чумной энергии и открыть портал легионам нежити.

Награды:

— 10000 очков опыта;

— следующий ранг в иерархии: Легат Чумного мора.

Штрафы в случае невыполнения задания:

— лишение Метки Чумного мора;

— лишение ранга Предвестника Чумного мора.

С тихим хлопком из портала, ведущего в личную комнату игроков, появился варвар пятнадцатого уровня Скиссор.

— Твою мать! — отталкивая, обругал меня он. — С дороги! Ты чо тут встал, нубяра?

Изрыгая проклятия в адрес дебилов, заполонивших Дис, он спустился по лестнице. Я же, почувствовав, как подгибаются ноги, медленно опустился по стене и задумался. Я, может, и «нубяра», но могу стереть всю песочницу в самое короткое время.

Интерлюдия 1. Тобиас

Тобиас Ассер, сколько себя помнил, всегда жил с ним. Творец всего сущего присутствовал рядом всегда. С его именем он просыпался, с ним же засыпал, и даже успешно сходив по нужде, мысленно благодарил Творца. Не то чтобы он был таким набожным, напротив, оставаясь наедине сам с собой, в мыслях Тобиас ненавидел Творца. Но даже себе он боялся признаться в этом.

Тем не менее, именно в нём и его поучениях он видел причину всех своих неудач. Своих и родителей. Если бы не их фанатичная вера, то, может, они не стали бы довольствоваться гражданской категорией «L», самой низкой, какая только может быть. Ниже некуда, ниже только неграждане.

Но родители не стремились ни к чему большему — довольствовались малым сами, и учили тому же его. Каждое их слово, каждый поступок в отношении сына были направлены только на одно — на его воспитание благочестивым и богобоязненным мальчиком. Все остальное не имело значения. Только Слово Творца было важным.

Им всегда было безразлично, как к Тобиасу относятся в школе, какие оценки он получает и есть ли у него друзья. Одежду ему покупали, только если он совсем из нее вырастал, а протертую дыру всегда можно зашить, наложив заплатку. Игрушки в семье считались излишеством, как и любые развлекательные вещи — от книг до фильмов.

Не видать было парню и виртуальных миров, если бы не обязательное для всех подростков время в «Дисгардиуме». С каменным лицом мать наблюдала за тем, как работники Департамента образования заносят и настраивают капсулу погружения. Дешевая базовая модель, но Тобиас был рад и ей. Разве что, пришлось изобразить недовольство и деланно посетовать на глупое законодательство, заставляющее его заниматься тем, чем ему заниматься совсем не хочется.

Там, в богомерзком языческом мире, все было иначе. Он навсегда запомнил свой первый день в Дисе, который он и «Дисом» стал называть много позже, обходясь в разговорах с родителями нейтральным «там».

В тот, самый первый, день, день его четырнадцатилетия, из гостевого холла здания городского совета он так и не вышел. Все новички уже давно распределили очки характеристик и убежали осваиваться, а он же все сидел, высунув язык, и медленно вникал.

Без опыта подобных игр, без изучения каких бы то ни было гайдов, а все его знания базировались на подслушанном в школе, он прочитал весь текст введения в мир, одновременно слушая и боясь прервать чудесный женский голос, рассказывающий ему о волшебном мире, полном захватывающих приключений. Мире, где живут сотни рас, а королем и героем может стать каждый. Ему виделись картинки будущего, где он становится таким героем и спасает мир, но он сам себя бил по рукам за такие фантазии и молил прощения у Творца.

В тот день настоящего Диса он так и не увидел. Первый советник Уайтекер произнес приветственную речь и отправил их к писарю Карлсону. Стесняясь что-либо спрашивать у него при других, он дождался, пока партия новичков разойдется, а потом долго пытал писаря, выясняя, что к чему. Неожиданно обязательные два часа истекли, и отец врубил внешний экстренный выход. Из капсулы Тобиас вылезал ошарашенный, с усилием вживаясь в такую серую и унылую реальность. Все вокруг было тусклым, и было тусклым всегда, но понял это Тобиас, только побывав в Дисе.

Освоился он не сразу, но довольно быстро. Даже сам не ожидал, что так легко воспримет мир игры, как настоящий, и свыкнется с интерфейсом. Понимание того, что такое очки характеристик, цифры урона, развитие навыков и ремёсел — всё это придет позже, а пока же он просто радовался тому, как реален Тристад и населяющие его неписи. В то, что это неигровые персонажи, управляемые искусственным интеллектом, он поверил не сразу, уж больно живыми они были.

В первые дни он честно пытался выполнять социальные квесты: разносил почту, пропалывал огороды и убирал мусор. Делал всё это он с удовольствием, куда большим, кстати, чем когда практически то же самое совершал в реальном мире. Только там это было его обязанностью — помогать родителям с хозяйством, и лучшей наградой было отсутствие побоев. В Дисе же его хвалили, благодарили, награждали очками опыта, репутации и медяками, на которые можно было что-то купить! В один из первых дней он потратил все сбережения на мороженое и сладости. Виртуальные, нарисованные, несуществующие — да какая разница? Они были вкусные, и он ощущал их вкус куда лучше, чем тот, каким сопровождалась картонная еда в его мире. В мире того Творца, который требовал не только непоколебимой веры, но и бесконечных молитв, и соблюдения правил, и отказа от всего интересного, и за исполнение всего этого он ничем не награждал.

В этом же ярком мире быть бесконечно и беспрестанно благодарным было не обязательно. Богов много, и выбирать какого-то из них или нет, веровать или плевать на них, никто не заставлял. Соблюдай законы тех, кто сильнее, и ты вправе и сам отбирать то, что тебе нужно, у слабых. Это нехитрое правило Тобиас уяснил уже на вторую неделю.

С социальными квестами он к тому времени завязал, как отказался и от группового фарма мелких мобов. Командная игра ему не понравилась. На лидера он не тянул, не умея толком общаться, а постоянно выполнять чужие приказы и выслушивать обвинения в криворукости… Нет, спасибо.

То ли дело самостоятельная игра! Иди куда хочешь, делай что хочешь... Тобиас дорвался до свободы, и не собирался ее променивать ни на что на свете. Он бродил по округе Тристада, осторожно выпуливая одиночных мобов и планомерно копя очки опыта. Простота правил мира поражала: чем сильнее ты становишься, тем больше тебе дается, и тем сильнее мобов ты можешь убивать, и тем богаче с них лут, и тем сильнее твоя экипировка. Круг силы — так он тогда назвал свою философию.

Однажды крутился он в районе Стремители, там, где река успокаивалась и несла свои воды тихо и размеренно, выглядывая беззаботных рыбаков, и увидел, как непонятно как забредшая туда группа второуровневых новичков толпой забивает дикого вепря пятого уровня.

Вепрь дико визжал и сопротивлялся, прикончил троих, но и его самого почти убили. Жизни у него оставалось десять-пятнадцать процентов, не больше. Тобиас тогда, как раз накануне, сам достиг второго уровня, и всё прикинув, набросился на игроков сзади. В неразберихе нубы даже не поняли, что случилось. Он успешно уложил одного, второго, потом третьего, после чего пришла очередь вепря.

Возвышаясь в центре груды трупов и пытаясь отдышаться, он счастливо глазел на привалившее богатство. Один из погибших был хорошо одет, потом уже Тобиас понял, что тот был донатером, но тогда он просто ошалел от той простоты, с которой получил несколько серебряных монет — намного больше, чем он заработал за всё время в Дисе, — много хорошего и не очень шмота, гору опыта с вепря и ингредиенты с него же — шкура, мясо, печень. Распродав барахло, он понял, что нашел свое призвание. И золотую жилу.

Он приспособился вылавливать новичков-одиночек на точках фарма, коварно нападая сзади в тот момент, когда игрок просто не мог отвлечься от грызущего моба. Какое бы решение не принимала жертва — добивать моба, или защищаться и бить Тобиаса, почти всегда исход был предопределён.

Атакуемый с двух сторон, игрок погибал, а свежий и полный сил ганкер добивал моба.

Так прошел год. Тобиас прокачался до десятого уровня, и, к его сожалению, это был его потолок при двухчасовом лимите на игру. Родители строго контролировали проводимое им там время, которого и так было мало и ни на что не хватало. К тому же, отец повредил спину, пытаясь заработать на нелегальных работах и конкурируя в доках с автопогрузчиком, и вся тяжелая работа по дому легла на плечи пятнадцатилетнего подростка. С деньгами дома стало совсем туго.

Жаль, что в песочнице нельзя было выводить голду в реал, так хоть какое-то было бы подспорье. Тем не менее, совершеннолетие, а вместе с ним и большой Дис, были не за горами, а значит, возможность зарабатывать в игре могла стать вполне реальной.

Тобиас все эти дни упорно думал, и надумал, что продолжать жить только ганкерством — путь в никуда. С нубов падал хлам и жалкие медяки, а после десятого уровня многие становились членами кланов, и попадать ни в один из их КОС-листов Тобиас не хотел.

Всё взвесив, он решил стать членом клана. Небольшого, с такими же, как у него целями, и с хардкорным геймплеем — не ради фана, а именно ради заработка, сейчас и в будущем.

Помониторив доски объявлений Тристада он обратил внимание на небольшую слаженную четверку Краулера: жрица-хил, маг огня с уроном по площади, воин-танк и вор, выдающий взрывной дамаг по одиночным целям. Учитывая, что полноценных хилов в Тристаде было раз-два и обчелся, а магов и того меньше, группа казалась очень перспективной. Он встретился с ними и предложил свои услуги.

Класс он ещё не выбрал, и помимо воина мог выбрать головореза или джаггернаута — идиотский класс с потенциально огромной броней, но минусовой меткостью. Краулер сказал, что второй танк — оффтанк, могущий наносить урон, — им не помешает, и Тобиаса взяли на испытательный срок. Так он стал «воином» в клане «Дементоры».

Пользуясь беспомощностью отца, он жестко поговорил с матерью и объяснил, что благодаря Творцу у него появился верный шанс крепкого заработка, но для этого ему надо посвящать больше времени «Дисгардиуму». Не сказать, что она осталась довольна: он слышал, как ночами она плакала и молила господа вразумить сына, но его это устраивало.

По крайней мере, включать экстренный выход она перестала, за исключением того раза, когда отцу стало плохо. Его вырвали из инста в разгар битвы с боссом, и из капсулы он вылетел разъяренный, готовый орать на мать, если не хуже, но сдержался, увидев, в каком состоянии отец: с пеной у рта, с блуждающим, не узнающим никого взглядом, и несущего какой-то бессвязный бред. Людей ближе, чем родители, у него не было, а за отца он даже испугался. К счастью, ничего страшного тогда не случилось, медицинский бот ввёл необходимые препараты, чем предотвратил последствия инсульта.

Отцу перекосило рот, и его молитвы стали не особенно разборчивыми, но в остальном ничего не изменилось. Даже работы он не лишился — вступился профсоюз.

«Дементоры» дали Тобиасу кое-что новое. Пожалуй, впервые в жизни он общался с девушкой, и она была не против. Тисса для всех была кем-то вроде сестры, но даже с такой условностью разговоры с ней стали для него важным жизненным уроком — он убедился, что девчонки, какими бы красивыми они не были, такие же люди. Не принцессы. И они абсолютно так же писают и какают, в чём он,

честно говоря, до этого был не вполне уверен. В этом он убедился, когда ребята стали брать его с собой на вечеринки. Алкоголь им не продавали, но у Тиссы был знакомый охранник в клубе, который их пропускал, Ханг всегда знал, как добыть бухла, да и Эдовский балкон всегда был к их услугам.

До сих пор Тобиас жалел, что так глупо подставился. Краулер его предупреждал, что не потерпит ганкеров в клане, и Тобиас действительно завязал. Но в тот раз не удержался — в Мраколесье девчонка без клана в одиночку противостояла паку умертвий, и с ног до головы была одета в синеву.

По самым скромным прикидкам добыча могла превысить сотню голды, а сотня голды — это всегда сотня.

По факту вышло бы даже почти в два раза больше, но распродать лут он не успел. Отец девочки вышел на Большого По, тот надавил на Краулера, а тот приказал всё немедленно вернуть, компенсировать моральный ущерб и извиниться перед девчонкой.

Он, скрепя сердце, так и сделал. Но девчонке было этого мало, она потребовала извинений на коленях. Этого он стерпеть не мог — даже перед Творцом он вставал на колени лишь в церкви. Так что он смачно плюнул ей под ноги и ушел.

Краулер влепил ему первый страйк, объявив, что второго не будет — Тобиас вылетит из клана за любой проступок, бьющий по репутации «дементоров». Его объяснений никто слушать не захотел, и даже Тисса, которая всегда была готова его выслушать, и относилась к нему приветливо и дружелюбно, и та не сдержалась и врезала ему несколько крайне обидных слов, среди которых «дебил» и «придурок» были самыми мягкими.

Психанув, он ушёл из клана, хлопнув дверью. То есть, сначала хлопнул дверью в гараже отца Тиссы, где они поругались, а потом и в Дисе.

Через несколько дней постоянной слежки он-таки подловил ту девчонку ещё раз. В этот раз он спрятал все награбленное, а сам решил стоять до конца. Он пошел к Большому По и заявил, что так дела не делаются, а ганк — часть игрового процесса, и если Большой По снова вздумает давить на него и требовать возврата шмоток лохушке, то он, Тобиас, пошлет всех в задницу, закроется в своей личной комнате и не выйдет оттуда до выхода в большой мир. Полинуклеотид долго смеялся, похлопал его по плечу и сказал, что пускай девчонка разбирается с Тобиасом сама, а сам он пусть катится в бездну и не попадается ему больше на глаза, если не хочет сидеть в личной комнате и в большом Дисе, где Большой По найдет его, в случае чего, чего бы ему то ни стало.

В дальнейшем он был осторожнее. Выбрал стиль игры поспокойнее, не усердствовал с ганкерством, качался и выполнял квесты, втайне надеясь сколотить свой клан и заняться тем же, чем занимался с «дементорами» — фармом данжей. Он присматривался к новичкам и по мере сил помогал им, проповедуя свой стиль игры и собственную философию круга силы. Так в его окружении появился Рашидос, так прибилась Виста, из которой он надеялся сделать жрицу Нергала, то есть хила для группы. Всё шло хорошо.

Рушиться всё начало тогда, когда ему встретился Скиф. Тобиас и думать забыл об их первой встрече — той самой, на которой он познакомился с Вистой. Нуб порвал ей платье и позволил Тобиасу произвести на девушку нужное впечатление.

А вот на следующий день началось то, что обычно называют началом конца. Сам Тобиас об этом и не подозревал, когда пытался выторговать у нуба синий пояс. Конечно, стоило поступить умнее — отследить и отобрать шмотки там, где тот был бы беззащитен. Но увидев у лошка такую нехилую вещицу, которая отлично пошла бы Рашидосу — а он в тот момент думал только об усилении подопечного, — он потерял голову. Скиф был чудаком, просидевшим почти полтора года у «Буйной фляги», и то, что он так запросто отказал ему, стало неожиданно неприятным. Выставил его каким-то дебилом! С самого раннего возраста, едва он стал разбирать речь, родители называли его дебилом, и слышать подобное (а Скиф, Тобиас был уверен, именно так его про себя и называл) ещё от кого-то?

Тобиас затаил злобу.

Лучше бы он этого не делал. Потому что из-за этого он в считанные дни растерял репутацию, соратников, дорогую экипировку, все сбережения и стал посмешищем на Арене, проиграв кучу денег и влетев в долги из-за неудачной ставки. Кто же знал, что Скиф задрал показатели безоружного боя к небесам? Уже потом, проиграв дуэль, он читал логи и тихо шалел от цифр урона. Получается, пока все думали, что паренек валяет дурака, тот как-то и где-то втихую качал кулаки? Да уж, нуб оказался с сюрпризом. Не просто так Краулер его к себе взял...

История незадачливого ганкера Утёса стала достоянием общественности, и на него объявили охоту.

Найти и прикончить Утёса стало своего рода модным развлечением.

Так все обернулось, что его самого многократно ганкнули, раздев полностью и его и соратников. Не вытерпев этого, Рашидос сбежал в другой клан, а Виста стала встречаться с каким-то парнем и проводила время в игре только с ним, и он — грозный воин Утёс, назвавшийся так в честь одного легендарного пулемета, — остался совсем один. Наверное, после этого на него снизошло смирение.

К тому же мать начала сдавать, и на Дис оставалось все меньше времени. Он продолжал заходить в игру, забив на ганкерство и проводя обязательные часы так, как умел лучше всего — молясь в храме Нергала Лучезарного. Делать что-то ещё ему не хотелось. Путь одиночки, путь члена клана, путь лидера — всё оказалось ему не по плечам. «Может, местное божество даст ему больше, чем Творец?» — думал он.

Он и сам понимал, насколько глупы эти мысли, но рассчитывал, что намоленные очки веры приведут его к чему-то иному, к тому, к чему он не смог прийти другими путями. Уж что-что, а молиться он умел как никто другой. Особенно во второй половине двадцать первого века, когда бога людям заменили машины, и вера в бога уступала вере во множество других вещей и понятий.

День за днем у лика Лучезарного бога в монотонных, самолично выдуманных молитвах привлекли к нему внимание. Сначала жрецов, каждый из которых, проходя мимо, угощал его божественным нектаром или одаривал благословением, потом его заметил и верховный жрец, который подолгу стоял рядом с его ссутулившейся поникшей фигурой, вслушиваясь в его молитвы. Утёс же не обращал ни на что внимания, полностью погруженный в свои исповеди, и просьбы, и жалобы, и просто мысли о мироустройстве, справедливость которого подвергалась им сомнению, как в реале, так и в Дисгардиуме.

К этому времени он перестал считать часы, словно впадая в транс, и исступлённо молясь, и вымаливая хоть что-то, что позволит ему изменить свою жизнь. Он не жаждал мстить, да и некому было мстить, он не горел желанием стать сильнее всех на свете, ибо это требовалось для грабежей, а он грабить больше никого не хотел; он не просил власти и денег, так как не думал, что это пойдет ему на пользу, развращая и испытывая, а он устал от испытаний, и хотел просто спокойствия. И немного возможностей, чтобы вылечить отца, чтобы помочь изнуренной жалкой жизнью матери, и чтобы успокоиться самому. Чтобы знать, что он защищен и может сам защитить, если то потребуется, потому что ни Рашидоса, ни Висту он защитить не смог.

И тогда на него обратил внимание сам Нергал. Лучезарный ответил ему посреди ночи, когда в храме оставался он один, всё так же смиренно молясь и говоря с богом.

— Я услышал твои молитвы, — раздался в его голове ласковый голос. Тобиас открыл глаза и сглотнул накативший комок. — Ты получишь, то, о чем просишь, хотя и сам не знаешь, чего именно.

Лик бога снова застыл, и ничего не напоминало о том, что разговор с Нергалом вообще состоялся.

Утёс решил, было, что ему это почудилось, но догадался заглянуть в профиль персонажа. В списке навыков и способностей появилась новая красная строчка: «Гнев Нергала».

В описании этой пассивной способности говорилось, что она активируется, если Утёс подвергнется нападению. Только в этом и никаком другом случае на всё время боя способность повысит в десять раз его характеристики, и это на первом уровне! Более того, божественная способность защитит и боевых товарищей Утёса, то есть тех, с кем он в группе.

И только после того, как он осознал, что намолил, завыла сирена:

Зарегистрированы искажения струн мироздания! В Дисгардиуме пробудилось то, что может нарушить баланс сил и воцарить хаос!

Оценка потенциального класса угрозы: D.

Оценка текущего класса угрозы: Z.

Вероятная локация аномалии: невозможно распознать.

Не дайте пробудившемуся зачатку хаоса набраться сил, уничтожьте его раньше, и награда сильных мира сего будет щедрой!

Да будут благосклонны к вам боги, храбрецы и герои!

Тобиас Ассер, он же Утёс, поднялся и расправил плечи..

Глава 12. Отщепенцы

Военный лагерь кобольдов жил своей жизнью: несколько дозорных вглядывались в туман, пара бойцов суетилась у большого котла на костре, остальные расселись полукругом и общались. Один из них что-то рассказывал, остальные внимали и вставляли комментарии. Гортанно-лающий язык был мне не знаком, но рассказчик, похоже, рассказывал что-то смешное, потому что раскаты хохота раздавались оттуда регулярно.

Обмотанные грязными тряпками гуманоиды обосновались у каверны, то ли охраняя вышедшую на поверхность породу, то ли будучи изгнанными из родного племени. Ясно было одно, лидер этой группы изрядно насолил Тристаду, раз за его голову назначена награда — аж пять золотых. Не бог весть что, но меня заклинило — захотелось помочь обреченному городу хотя бы так. Кроме того, в уме тлела кое-какая идейка, никак не желая покидать голову, пока я ее не проверю.

Нужный мне кобольд, лидер шайки Грог'хыр, за голову которого город объявил награду, увлеченно счищал ржавчину с тяжелой кирки. Выглядел он чуть выше и массивнее своих соплеменников — мне примерно по грудь, зато шире в плечах втрое. Огромное пузо свисало ниже ремня, который носил чисто декоративные функции — кобольд, нисколько не смущаясь, обходился без штанов, одной только набедренной повязкой. Но больше всего поражали его ступни, несоразмерные его росту, и длиной не меньше полуметра.

Отщепенец Грог'хыр, 13 уровень

Кобольд

Элитный

Значит, изгнанник. Тогда понятно, почему рудокопы вдруг вышли на большак, грабя путников и совершая набеги на фермеров округи Тристада.

Тем временем отщепенец почесал пятку киркой и зевнул. Любитель поспать после сытного обеда? Я внимательно обвел взглядом его подручных. Десятый-одиннадцатый уровень бойцов, коих я насчитал десять и престарелый ссутуленный шаман двенадцатого уровня, пританцовывающий и что-то напевающий у костра.

Все это время я лежал в незаметности, не столько продумывая атаку, сколько отслеживая наличие игроков поблизости. Навык совсем не качался, но это было гарантией того, что меня точно не обнаружат, шестьдесят третий уровень в песочнице — это космос. Выждав еще пару минут и не заметив ничего подозрительного, я на всякий случай скрыл имя и выдвинулся на позицию.

Я мог бы прикончить элитника с его восьмьюстами очками жизни одним выстрелом из лука, даже не заходя в агро-зону, но мой чумной резервуар был почти исчерпан. Так что, раз уж придется постоять голым под атаками немытых пещерных жителей, — шмотки, не влезающие в инвентарь, я оставил под деревом, чтобы не снижать получаемый урон и прочность вещей, — то хотя бы с пользой.

Я вытащил свой обычный лук, купленный накануне, вытянул руку с ним вперед, другой взялся за тетиву и почувствовал материализовавшуюся стрелу. Охотник Конрад, обучавший меня стрельбе, показал, как правильно держаться за орудие, как целиться и как стрелять. Учитывая, что это игра, я мог бы использовать лук и без учебы, и даже без навыка, как в свое время сам научился драться мечом и дубинкой, но от развития навыка сильно зависела успешность использования — как по точности, так и по наносимому урону. Даже при высочайшем уровне меткости неумение владеть оружием накладывало штрафы. А так — честно «выученный» первый уровень стрельбы из лука. Ради интереса поинтересовавшись у наставника, я также выяснил, что стрельбе из арбалета или гномьего ружья учиться придется отдельно.

От него же стало известно, как реализован механизм использования разных стрел. А их в игре было множество! На любой садистский вкус — от замораживающих и воспламеняющих до стрел с расщепляющимся внутри тела цели наконечником. Материал наконечника тоже мог быть разным, например адамантиевым с зачарованной взрывной боеголовкой, да еще и с нанесенным ядом для пущего эффекта. Но мне о таком можно было пока что только мечтать. Переключения между имеющимися в стандартном колчане стрелами производилось активацией соответствующей иконки в интерфейсе, но у меня там сиротливо мерцала только одна — обычная стрела с бронзовым наконечником. До стрел помощнее я не дорос ни уровнем навыка, ни финансово. Все, как у пещерных людей, Скиф.

Вот только у тех вряд ли была чумная энергия. Для затравки я вложил все остатки чумного резервуара, прицелился — о, да, это обязательно, более того, от места попадания зависит критический урон! — и выстрелил в шамана. Сказал бы, что этот сгорбленный старикашка мне сразу не понравился, но на самом деле руководствовался я другим: в любом паке первым из строя надо выводить мага — жизни в нем меньше всех, зато по опасности даст фору всему паку. Урона должно было хватить, чтобы отправить шаму в его любимый астрал.

Каково же было мое разочарование, когда выстрел ушел мимо! И это не осталось незамеченным кобольдами — стрела просвистела в воздухе прямо над мясистым ухом цели.

Воины моментально вскочили на ноги и обеспокоенно завертели косматыми головами. Вождь пролаял ряд команд, указав в мою сторону, но вопреки моим ожиданиям, никто не кинулся атаковать.

Бойцы выстроились вокруг элитника лицом ко мне. Рядом с ним встал шаман и немедленно начал колдовать. Что именно он сделал, я понял, когда серией зарядил из лука Быстрый выстрел, пока единственный мой прием. Все выпущенные стрелы увязли в невидимой преграде, замедлились до полной остановки и растворились. Очередной лай вождя, и шаман призвал адов. Почва вспучилась, выпуская наружу небольших, с самого шамана ростом, духов земли.

Оформившись, они получили команду и провалились под землю. Забурлившая твердь по траектории их движения показала, что они движутся ко мне. Проклятие нежити позволяло не беспокоиться, но я все равно отступил на пару шагов назад, когда, разбрызгивая комья, земля взорвалась передо мной.

Духи обрели плоть и дружно атаковали, а вслед за ними, поняв, где скрывается враг, рванули и кобольды. Вождь остался на месте — то ли прикрывать безостановочно призывающего новых духов шамана, то ли решил, что с единственным противником его бойцы разберутся сами. И разобрались бы — мои очки жизни сливались крайне быстро, но…

Проклятие нежити активировано»: весь получаемый урон снижен на 100%!

Проклятие будет активно до тех пор, пока вы полностью не восстановите очки жизни.

Что-то почувствовав, шаман строчил заклинания как из пулемета, и, честно говоря, ничего приятного в очередном паке призванных адов не было — ни опыта, ни лута, так что я решил следовать плану и первым успокоить дедушку. Причем без всякого лука, а старым добрым кулаком.

Разогнав и воинов и адов Жутким воем, я рванул к говорящему с духами. За мной увязались два бойца, на кого вой не подействовал, но, учитывая мой бонус на скорость, быстро отстали.

Вождь проявил доблесть, грудью загородив шамана. Я замахнулся, но тут кобольд поднял руку когтистой ладонью вперед и заговорил по-человечески, и это было так неожиданно, что я остановился.

— Постой, человек!

Говорящие мобы — не новость, но обычно в рамках квестов или внутри подземелий. Обычные мобы сначала атакуют, а потом разбираются. Хотя, этот — именной элитник, еще и квестовый. Ладно, человек-крыса, говори.

Мы стояли друг напротив друга — я, склонив голову, и он, задрав ее и скаля зубы.

— Твое слабоумие и отвага не знают границ, чужеземец! Вы, люди, любите воевать, с головы до пяток спрятавшись в железе, но ты! Ты пошел в бой в одной лишь набедренной повязке и с этой смешной деревяшкой, которую и луком-то не назовешь?! Воистину, ты спятил! Или ты самоубийца, человек?

— Вовсе нет, кобольд. Я не спятил и не самоубийца.

— Значит, твое безумие зашло еще дальше! Как и коварство! Затаился в кустах и подло пустил стрелу в уважаемого Рыг'хара, говорящего с духами! — пролаял Грог'хыр. — Тебя прислали Теневые проходчики?

— Понятия не имею, о чем ты, вождь.

— Клан Теневых проходчиков. Наш бывший клан. Они тебя прислали?

— Нет, Грог'хыр. Ты — преступник, и за твою голову в Тристаде назначена награда. Сейчас... — я открыл квестовое окно и зачитал: — Лидер банды кобольдов-ренегатов. Убийца, грабитель.

— Значит, ты пришел за мной, — вождь почесал пузо, раздирая наросшую на шерсти грязевую коросту когтями. — Скажи, человек, откуда взялась твоя уверенность? Ты слаб, и ты один. А нас...

Я оглянулся и увидел, что окружен воинами и земляными духами, и каждый держит острие своего копья в полуметре от меня, разве что в случае духов копья были каменными. Кобольды рычали и источали смрад, что можно было воспринять как психологическую атаку. И тогда я рассмеялся — они были такими смешными в своей непреодолимой уверенности, что держат ситуацию под контролем.

— Разве ты, Грог'хыр, не видишь, что я не совсем человек?

В задумчивой тишине отчетливо раздалась команда шамана. За моей спиной раздался треск и шуршание, а следом меня накрыло тенью. Я обернулся. Все духи слились в одного мега-духа земли в несколько человеческих ростов. В отличие от своих маленьких составляющих у этого внизу проявились ноги, а сам он оформился в каменного гиганта, вырезанного из цельного куска скалы — без шеи, но с колоссальными руками, каждая из которых могла без труда раздавить человека. В них он держал массивную палицу, при одном взгляде на шипы которой становилось дурно.

Элементаль земли, 15 уровень

Прислужник Рыг’хара

Замахнувшись каменной палицей, элементаль попробовал вбить меня в землю. Атака была насколько неожиданной, настолько бесполезной. Я даже устоял на ногах, а вот палица развалилась на тысячу осколков.

Удар был очень силен. Тем больше поглощенной энергии скопилось в резервуаре. Я подошел к стихийному созданию и впечатал в него Кулаком-молотом, плеснув в него собранной чумной энергией. Чудовище взорвалось и осыпалось комьями грязи, глины, и скальной пыли.

Вы нанесли урон Элементалю: 1217.

Элементаль мертв.

Кто-то шумно прочистил горло. Среди заставших каменными изваяниями воинов воцарилось ошеломление.

— Если разговор окончен, давайте приступим, — я спрятал бесполезный лук в инвентарь, а сам размял кулаки. — А вообще, это было крайне подло, шаман.

— Согласен. Старик, ты поступил бесчестно! — возопил Грог'хыр, с негодованием поворачиваясь к «уважаемому Рыг’хару».

— Это нежить, Грог! — сварливо заметил шаман. — Я вижу в нем силу, но не могу понять ее источник. Очевидно, что парень что-то скрывает! Я просто проверил его мощь. Он ее доказал.

Очевидно, что биться с ним бесполезно, и лучше бы тебе сдаться. Глядишь, люди не казнят тебя сразу, а отправят в тюрьму. Тебе там понравится, Грог, я как-то бывал там...

Говоря это, он пятился к каверне. Заметив направление его движения, вождь нахмурился, вздохнул, махнул рукой и повернулся ко мне. Его лапы сжимали и разжимали рукоять кирки.

— Живым не дамся, — прорычал он. — Прошу только пощадить моих соплеменников и предлагаю честный поединок: только ты, человек, и я.

— Как скажешь, — я пожал плечами, собираясь не затягивать время, как меня осенило. — Стой! Грог'хыр, а ведь есть и другой выход!

— Это какой же? Правителей вашего города устроит голова старого Рыг'хара?

Шаман, до этого прекративший движение, снова начал пятиться.

— Да бездна с ними, с правителями. Кому вы поклоняетесь?

— Бог-кобольд Куртулмак ведет народ кобольдов к господству и превосходству над высокими расами, — не задумываясь, ответил Грог'хыр. — Особенно Куртулмак ненавидит дворфов. Будь ты им, человек, я бы с тобой и говорить не стал!

— Но теперь вы, кобольды-отщепенцы, вышли из подчинения вашему божеству?

— Это еще почему? — удивился вождь, и бойцы приглушенным рычанием его поддержали.

— Да потому что вы больше не нормальные кобольды, а бандиты. Живете не в пещерах, а снаружи, и промышляете не тем, чем положено любому уважающему себя кобольду, а грабежами и воровством! Вряд ли Куртулмак одобрил бы это.

— Мы не отщепенцы! — взъярился Грог'хыр. — Так сложились обстоятельства! И не от хорошей жизни мы... сменили деятельность. Мы — воины! А оставшееся племя прячется по норам, и носа высунуть не смеет при виде человека!

— Не вы такие, жизнь такая? Что за чепуху ты несешь, вождь? Мир всегда одинаков, меняются лишь те, кто его заселяет. И если ваш бог хотел от вас, чтобы вы искали золото — солнечные угольки, кои вы обязались вернуть солнцу, а ты решил жить иначе, то либо ты берешь смелость признать, что более не признаешь своего бога, либо все-таки делаешь все по его правилам, оставаясь ему верным.

Где ваши свечи? — пафосно вопросил я, радуясь, что не зря почитал игровую энциклопедию, прячась в незаметности.

— Мы больше не носим свечей, человек, — голос вождя прозвучал глухо. — В этом больше нет нужды, да и слишком поздно возвращаться к прежней жизни.

— Никогда не поздно! — крикнул я, но он отвернулся, не ответив, а я не стал продолжать.

Грог'хыр надолго ушел в себя, а его воины, поняв, что драка откладывается на неопределенный срок, расселась вокруг. Зарядил дождь, и их мокрые морды с жесткими твердыми усиками стали еще больше напоминать крысиные.

— Что ты предлагаешь? Войти в твою стаю? Но у тебя нет стаи, человек!

— Не в мою, но идею ты уловил верно, Грог'хыр... За много-много зим до того, как Куртулмак появился на свет, миром правили другие боги. Ты их знаешь, как Спящих...

Кобольды вздрогнули при упоминании, но заинтересованно приблизились и навострили уши. Вождь слушал внимательнее всех, но по его окаменевшей морде было не понять, убеждается ли он или просто удовлетворяет любопытство.

— ...силой единства. Это не пустая вера за эфемерные временные усиления. Это гарантированный рост всех показателей — от интеллекта и силы до выносливости и ловкости. И я позволю тебе, Грог'хыр, первым среди твоих вступить в ряды последователей Спящих.

Вождь кобольдов-отщепенцев окинул взглядом стаю, прикинул в уме количество получаемых бонусов, скрестил лапы на груди и пролаял:

— Я уверую в твоих богов, как только увижу обещанное. Что надо сделать?

***

Встретившись с посланником Чумного мора, я малодушно отказался принимать и обдумывать хоть какое-то решение по этому квесту. Решений этих за последние пару дней мне пришлось принять много, и еще больше меня выводили из себя постоянно вырастающие помехи в реализации моих планов.

Три месяца на выполнение квеста Чумного мора и бессрочный квест на восстановление храма Спящих позволяли не гнать флаеры выше звуковой. В бездну все, у меня руки чесались подраться, а застывшие цифры уровня нервировали до такой степени, что я плюнул и на мастера боя без оружия, и на задуманную прокачку кулинарии, собравшись, не теряя больше времени, рвануть на фарм опыта. В общем, я так спешил, что даже не сдал квест за очищение Олтонских рудников, и Глаз Мракисса все так же занимал одну из трех ячеек моего заштрафованного классовыми «бонусами» инвентаря.

Разве что к наставнику по стрельбе из лука заглянул, чтобы открыть навык. Охотник Конрад за золотой открыл мне навык, обучил приему и сказал возвращаться за новыми знаниями, когда буду готов.

Выйдя от охотника, я вспомнил про обещанный Краулером эпический лук, но в почте от него ничего не оказалось. Более того, он вообще был не в игре, как и все остальные «дементоры».

Из города я рванул на юго-восток от Тристада, чтобы оттуда начать свой великий поход за головами самых разыскиваемых мобов. Там-то я и наткнулся на лагерь кобольдов. Надо сказать, что квестовая метка не указывала на конкретное место, а очерчивала на карте лишь ареал обитания моба, и чтобы его исследовать полностью, в худшем случае можно было убить весь день.

Но мне повезло. Час блужданий, скрашенный выкосом низкоуровневых мобов, и Грог'хыр был обнаружен. Вот только вместо его головы я получил сразу двенадцать новых последователей Спящих и столько же рандомно распределенных очков характеристик. Тысяча двести очков опыта и двенадцатый уровень стали приятным бонусом.

К моему удивлению, в иерархии крысолюдей-рудокопов я сразу же занял первое место, и кобольды изъявили желание следовать за мной. Это мне было ни к чему.

— Грог'хыр, вам надлежит оставаться в этих краях и беречь стаю. Придет время, и каждый боец будет важен. Избегайте людей — таких, как я, — и становитесь сильнее, как воины.

Я не был уверен, что в их случае сработает респаун. Насколько я помнил, такие именные элитники после смерти и сдачи квеста исчезали, а вместо них появлялся кто-то иной — просто монстр ли или очередное чудовище, и только после того, как оно засвечивалось в криминальных, скажем так, хрониках Тристада, за его голову объявляли награду.

— Я вас понял, повелитель, — Грог'хыр и его клан склонили головы. — Будут ли еще приказания?

Он сказал «повелитель»? Это меня позабавило. Так недолго и в черные властелины податься, особенно, учитывая, с кем я повелся — со смертельным Чумным мором и жуткими Спящими.

— Только одно. Если будете общаться с кем-то из бывших соплеменников, а может с другими разумными — троллями, троггами, гноллами…

— Гноллы — наши исконные враги! — подал голос дотоле смущенно молчавший шаман.

— Буду иметь в виду. Так вот, я уж не знаю, с кем вы пересекаетесь, но с кем бы ни общались, — несите им имя истинных богов.

— Будет исполнено, повелитель! — гаркнул Грог'хыр. — Увидимся ли мы еще?

— Я буду у вас появляться... иногда, — неопределенно ответил я. Жреца среди них я назначить не могу, а значит, придется мне их навещать — на случай, если они привлекут кого-то еще. — Обещаю.

Из лагеря кобольдов я направился прямиком в Мраколесье. Там, на границе с горной грядой, согласно квесту, затаился огр-людоед, и либо обе его головы окажутся в моем инвентаре, а на следующий день — на столе первого советника Уайтекера, либо одним, а может, двумя, если по количеству голов, последователями у Спящих станет больше.

Не забыв отключить Сокрытие сущности, к следующей точке я пошел без проклятия. К тому моменту отваливающиеся лоскуты кожи и гниющей плоти стали заметны издалека, и рисковать без причины не стоило.

Тогда же мне в голову пришел вопрос: а что, если дождаться окончания трансформации? Если дать проклятию нежити превратить меня в полноценную нежить, изменится что-то? Или это просто визуальные спецэффекты?

Додумать я не успел, атакованный бешеным вепрем восьмого уровня. Зверь с разгону воткнул клыки мне в филейную часть, и следующие пару секунд я провел в полете, оглашая окрестности криком. На этом триумф дикой свиньи закончился.

С пары ударов свалив вепря, я двинул дальше. С этими штрафами на инвентарь я даже котелок с дровами и огнивом не мог с собой таскать, а так бы приготовил кабанятину на месте.

Мобы в этой части песочницы были невысокого уровня, и игроков можно было встретить довольно часто. Встретил я и ганкеров, застав их над исчезающим трупом игрока, но они были начинающими, и, оценив мой уровень, предпочли обойти сторонкой.

По дороге я выкашивал разную живность, част натыкаясь на разрозненные группки низкоуровневых разбойников из банды Крапивы — одного из разыскиваемых Тристадом преступников, которого никто не мог найти. Квестовая метка указывала на всю область песочницы, и складывалось впечатление, что главарь банды Крапива может быть где угодно, ведь его подручные орудовали по всей песочнице.

По большому счету, так называемые Разбойники из банды Крапивы были обычными мобами, хоть и людьми. Они выкрикивали повторяющиеся фразы и вели себя довольно бестолково. Классические мобы для левелинга с первого по десятый уровень. Вырезанные бандиты в течение четверти часа респаунились, и предполагать в них хотя бы зачатки разума бесполезно — это я все о своей идее привлечения новых адептов. Раз с кобольдами сработало, то, по идее, могло сработать и с бандитами.

Смущало только то, что лидер банды, в существование которого никто не верил, все-таки существовал. Ну не будет же город объявлять премию за голову несуществующего моба? Эти домыслы породили другие — Крапива реален, но это не обычный элитник или рарник, а самый настоящий рейд-босс.

Дорога затянулась. Без проклятия нежити резервуар не пополнялся, и драться приходилось, рассчитывая только на честный урон. Я пулил мобов выстрелом из лука, и успевал выстрелить еще раза три, пока не приходилось вступать в ближний бой. Кулак-молот решал, и с особыми сложностями я не столкнулся. За все время моя жизнь ни разу не опустилась ниже половины, и то, случилось такое только раз — когда я схватился сразу со стаей Матерых волков, и вдруг со спины на меня напал прогуливавшийся Ветвисторогий олень, которому ни с того ни сего показалось, что я нарушил границы его территории. К веселью присоединился Черный медведь, и хорошо, что большая часть волков к тому моменту уже не дышала.

Оставляя волчатину, медвежатину и оленятину неподобранным лутом, я вздохнул — имей я рядом Патрика, было бы, куда складывать добычу.

Солнце скрылось за горизонтом, стемнело, а на небосклоне проступили звезды, когда я почти добрался. Уже на подходе к логову огра-людоеда я понял, почему с ним никто не связывается, а квест на его обе-две головы никто не стремится выполнять. Награда в десять золотых явно не стоила затрачиваемых усилий, учитывая отдаленность разыскиваемого моба и набранный рарником уровень.

Семнадцатый! В отличие от Крушителя, за убийство которого можно было получить достижение, этот огр не считался локальным боссом. Обычный именной моб, разве что... отожравшийся!

Ничо’ал, 17 уровень

Огр-людоед

Редкий

Легкая добыча. Я вытащил лук, приготовился активировать проклятие нежити, когда рядом раздался шорох.

Из кустарника вылез Утёс

Глава 13. Веселящий эликсир

Небрежно пиная лежащие под ногами камни, Утёс подошел ко мне. Он не осторожничал, готовясь в любой момент дать стрекача, а двигался вполне уверенно, походкой вразвалочку, и в глазах его затаилась усмешка.

— О, и ты здесь, нубик Скифи… — он на секунду скосил глаза и считал данные над моей головой. — К огру?

Воин-ганкер изменился за сутки, прошедшие с нашей последней встречи. Поднял уровень, приоделся. Это, конечно, была не та блистающая экипировка, в которой он щеголял в прошлом, но и не разнородный хлам, красовавшийся на нем вчера. Опять взялся за старое? Успешный ганк? Или нашел денег и купил? И взгляд парня тоже изменился — теперь в нем читалось какое-то затаенное превосходство.

— Да. Ты тоже?

— Можно и так сказать, — прокряхтел он, окончательно выходя на свет Геалы. Он смерил меня взглядом, чему-то улыбнулся и сплюнул мне под ноги. — Только один вопрос решим. Между мной и тобой, помнишь?

— Вопрос был закрыт на арене. И лучше бы тебе не связываться со мной, если ты еще не понял…

— Тогда тебе тем более нечего боятся, тупой нуб. Смотри, я даже без оружия! — он демонстративно спрятал меч.

— Да мне плевать, я здесь не ради этого.

— Струхнул! Смотри, в штаны не наложи! Что, без своих «дементоров» кишка тонка?

Я присмотрелся, пытаясь понять, что он задумал. Актер из Утёса вышел неважный, так что догадаться, что тот что-то скрывает, было несложно. Но что? Подначивает ведь не просто так! И смысла провоцировать на первый удар в этой зоне нет — репутация не пострадает, даже если он атакует первым. Тогда что? В кустах затаились помощники?

Впрочем, раз он так хочет, чтобы я начал с ним драться, значит, именно этого и надо избегать. Не обращая внимания на ганкера, я спокойно направился к логову огра. Моих бонусных характеристик хватит, чтобы прикончить целый пак таких, как Уот’ал, даже если в спину ударит Тобиас. Если говорить только о них, по показателям меня можно было сравнить с игроком тридцать пятого уровня. Плюс Жуткий вой, Устойчивость и полминуты Каменной кожи — даже проклятия нежити не понадобится, чтобы в случае чего убить этих двоих: редкого огра Уот’ала и еще более редкого идиота Утёса.

— Эй, нубас, ты куда? — раздалось за спиной.

— Иди… погуляй лучше, дурачок!

— Хм, ладно… Еще увидимся, обещаю! Посмотрим, кто из нас кто!

— Жду с нетерпением, Утёсик!

Ответа я не дождался, воин скрылся к глуби леса, продемонстрировав напоследок неприличный жест с оттопыренным средним пальцем.

Я заглянул в пещеру. Три десятка метров в глубину, чуть меньше в высоту и в ширину от стенки до стенки. Там, у дальней стены, восседал на некоем подобии табурета здоровенный огр. Голова у него все-таки была одна, и он туда ел, зачерпывая половником прямо из котла, который взгромоздил на колени. Размеры людоеда впечатляли — за любой ногой огра мог бы скрыться средних размеров кобольд!

Чуть дальше горел большой костер, и в его переменчивом свете тени мельтешили на стенах так, что сбивали с толку.

Я вошел в Незаметность и замер у входа, чтобы проверить, где ганкер. На подъеме к пещере видно никого не было, и я почти удостоверился, что ганкер ушел. Окончательно в это поверить не позволял опыт общения с мистером Ассером — всегда крайне негативный, не без ударов в спину.

Выждав еще пару минут, я так и не заметил никакого движения за спиной и дальше перестраховываться смысла не увидел. Огр продолжал жрать и, судя по объему котла, предаваться этому занятию мог еще долго. Мысленно извинившись за то, что прерываю ужин, я поднялся с камня и рванул к рарнику.

На ходу зарядив в него серией Быстрых выстрелов, я спрятал лук и с размаху залепил в обиженно заревевшего людоеда Молотом.

Вы нанесли урон Уот’алу: 937.

Очки жизни: 1663/2600.

В его руке появился массивный тесак, которым он без замаха рубанул меня в лицо. Уклониться я не успевал, но Каменная кожа была наготове.

Уот’ал нанес вам урон: 18.

Очки жизни: 736/754.

Полученный урон был урезан и Устойчивостью, и Каменной кожей, и, как следствие, ничтожен, но удар чуть не оторвал мне голову — будь ноги сцеплены с землей, так бы оно и случилось, — но игровая физика оказалась на моей стороне: тело оторвалось от каменного пола пещеры и взлетело. Уже в воздухе меня догнало копье огра, но, к счастью, не пронзило насквозь, а придало еще большее ускорение, пройдя по касательной.

Уот’ал нанес вам урон: 11.

Очки жизни: 725/754.

Несколько раз кувыркнувшись назад, я уперся в чьи-то ноги. Утес! Черт, знал же, что он пасется рядом и ждет момента, но надеялся успеть вырубить рарника раньше!

Вскочив на ноги, я заметил, что он держит в руке меч. Пока это не стало поводом для беспокойства, ведь Каменная кожа еще действовала, и за это время я рассчитывал добить огра. Оттолкнув ганкера, я, чтобы тот не мешался и не путался под ногами, Жутким воем отправил его бегать и бояться, а сам рванул к Уот'алу. Огр тоже не стоял на месте, плотоядно скалил зубы и чуть не облизывался, тяжелой поступью направляясь ко мне.

В этот раз то ли я удачно поднырнул под просвистевшим тесаком, то ли сработало уклонение, но он меня не задел, и я с разбегу вломил ему Молотом выше колена. Критануло знатно!

Вы нанесли критический урон Уот’алу: 1376!

Очки жизни: 287/2600.

Не собираясь затягивать, я добавил серию ударов, и в этот момент огр, воющий от боли, поднял меня над собой. Под сводом пещеры я успел окинуть ее взглядом — Утёса видно не было.

Бросить меня, как собирался, людоед не успел: откатился Молот, а отвратительная рожа огра оказалась в зоне досягаемости.

Вы нанесли урон Уот’алу: 937.

Уот’алу мертв.

Получен квестовый предмет «Голова Уот’ала».

Задание «Живым или мертвым: Уот’ал» выполнено!

Сообщите первому советнику города Тристада Питеру Уайтекеру о своих успехах, чтобы получить награду.

Ноги огра подкосились, и он с грохотом, сотрясающим пещеру, рухнул, выронив меня. Я скользнул по его туловищу и оказался на ногах.

И тут произошло следующее. Я протянул руку, чтобы посмотреть лут, Каменная кожа спала — а через мгновение я увидел высунувшиеся из груди острие меча, которое тут же исчезло, сменившись градом ударов. Даже несмотря на кап Устойчивости, они были очень чувствительными, снося почти по несколько десятков жизни жизни за раз.

Резко развернувшись, я перехватил его руку, решив воспользоваться преимуществом в силе, но произошло невероятное: Утес легко освободился и пнул меня ногой в живот так, что я отлетел к дальней стене пещеры — прямо в огонь костра.

Игрок Утёс (Тобиас Ассер) нанес вам урон: 31.

Очки жизни: 601/754.

Удивление сменилось пониманием — ну конечно! Он же воин, у него силы больше! Для меня-то она, с учетом чумной энергии, не играет критического значения, а вот для воина… Но ведь… Задумываться о том, почему не сработала Устойчивость, или откуда у этого парня такой бешеный, перекрывающий ее, урон, было некогда.

Воин, подняв щит и меч, шел ко мне. Внезапность и коварство первых атак дали ему незначительную фору, но на этом его удача закончится.

Мы снова вступили в ближний бой, только на этот раз я был готов. Он бил, я уклонялся, стараясь ударить в ответ, но то попадал в щит, оставляя в нем чудовищные вмятины, то просто промахивался — у парня был на редкость высокий шанс уклонения и парирования.

На очередном Молоте щит ганкера развалился, и Утёс спокойно отбросил его в сторону.

Дрался он молча и сосредоточенно, не ухмыляясь, как делал это раньше. Мы обменивались атаками в гнетущей тишине, разбавляемой лязгом оружия и тяжелым дыханием.

Полжизни у меня еще оставалось, и я не паниковал. Такого, как Утес, я вынесу с одного удара Молотом. Главное, сделать этот удар. А валяться мне не впервой. Тем более, мне не пришло в голову активировать проклятие нежити. Не стоила эта мелкая стычка гарантированного афиширования статуса угрозы.

У него прошел очередной удар, и я опасно приблизился к желтой зоне индикатора здоровья. Попытки сблизиться он пресекал, легко отталкивая меня то плечом, то пинком, и это было очень чувствительно — будто с грузовиком столкнулся. Ганкер старался прижать меня к стене, но я каждый раз выскакивал из западни. Его здоровье тем временем не опустилось даже на четверть процентов, несмотря на прошедший у меня Молот… Что? Больше трех тысяч единиц жизни? Как?

Мельком я успел отругать себя за опустошенный чумной резервуар и поклясться, что больше меня никто врасплох не застанет.

— Ты все в выносливость влил, что ли? И Устойчивость прокачал? — вдруг остановившись, спросил Утес, и прозвучало это так обыденно, будто мы с ним старые друзья — сидим на диване и просто общаемся.

— А ты чего такой здоровый? Нереально так выносливость прокачать на твоем уровне! Обычно с моих ударов ложатся сразу, а у тебя индикатор жизни как приморозило…

— Все реально, — меланхолично заметил он и снова пошел в атаку. — И слава богу!

Воин провел несколько ударов, в построении которых читалась заученная комбинация. Лезвие клинка размазалось в воздухе, опуская мою жизнь в красную зону, и происходи это в реальном мире с реальной физикой, я не пережил бы и одного. Впрочем, там мне и не удалось бы нанести удар подобной мощи: нырнув ему под руку, я вошел в клинч и, схватившись левой рукой за шею Утеса, другой вбил кулак ему в нос.

Вы нанесли критический урон игроку Утёсу (Тобиас Ассер): 872!

Очки жизни: 1964/3610.

Хрустнуло, ганкер вскрикнул и, вырвавшись, отступил. На своем уровне он не владел большей частью атакующих приемов воина, иначе давно бы оглушил щитом или чарджем.

Развивая преимущество, я обрушил на него град ударов, но слишком увлекся. Эффект кровотечения, обновляемый с каждой ранящей меня атакой, достиг восьмого уровня, и тики дота стали слишком ощутимы. Интерфейс замигал красным, и я малодушно чуть не включил проклятие нежити, но, слава Спящим, не стал. А использовать откатившийся Молот не успел — завершающий удар Утеса кританул и снес мне голову.

Игрок Утёс (Тобиас Ассер) нанес вам критический урон: 118!

Очки жизни: 0/754.

Вы мертвы.

***

Появившись на кладбище Тристада, я вышел из круга возрождения и сел на землю. Не понимая, как с максимально прокачанной Устойчивостью, адски развитым Безоружным боем, с бонусными ста тринадцатью очками характеристик, я проиграл игроку, практически равному мне по уровням. Что-то в этом было нечисто, но что мне делать с этой информацией, я понятия не имел. Написать «превентивам»? Скажут, пришли логи боя, а там такие логи, что я прежде всего сдам сам себя. Без логов же сочтут, что проиграл бой ганкеру и обиделся. В бездну, время покажет, «угроза» он или просто накачался эликсирами.

Разочарование от проигрыша было столь велико, что я отказался от дальнейшей игры. Время близилось к полуночи, и рыскать по Мраколесью или сырым данжам не было абсолютно никакого желания. Весь шмот выпал, а запасным комплектом я не обзавелся. Так что, чтобы не позориться, я заглянул в комнату одеться в обычные штаны и рубаху.

В сундуке все так же хранился, ожидая своего часа, свисток призыва легендарного пета, эпические сетовые перчатки и несколько редких синих предметов. Некоторые из них я уже мог использовать, но считал глупым надевать их на фарм — и так в инвентаре мало места, а на себе носить — снижать прочность. В общем, смысла в этом я не увидел.

Спустившись в общий зал, я решил посидеть со всеми как обычный казуальный игрок. Не гоняться по лесам и подземельям, фармя опыт и лут, не умирать раз за разом, прокачивая умения, а просто провести время с такими же праздными и отдыхающими игроками.

У входа я покрутил головой, выискивая свободный столик, и увидел, как мне машет Перевес. Рита сидела не одна, а со своим братом-торговцем Недом и компанией. Я прошел к ним.

— Спасибо! Поблагодарим замечательную Стефанию за ее прекрасные песни и поприветствуем «Воинов-гитаристов»! — объявлял со сцены некий Клаудио, пока я шел к столику Неда и Перевес.

Голос парня магически усиливался, что было сделано очень умно: слышно каждому, но не заглушая разговоры за столами.

— Ничего себе! — воскликнул Нед, завидев меня. — Все в этой жизни течет и изменяется, и только Скиф всегда в своем стиле! Штаны и рубаха, что еще нужно человеку, для того чтобы почувствовать себя счастливым? Вопрос риторический, друзья, отвечать на него не обязательно! Знакомьтесь с нашим особым клиентом Алексом! Легендарный в нашей песочнице игрок, прошу заметить…

Пока Нед распинался о том, как я полтора года просиживал штаны на лавочке (Скиф, а не те ли самые это штаны на тебе?!), я пожал протянутые руки. Кто-то похлопал меня по плечу, кто-то дал пять, и в итоге меня усадили за стол между Ритой и какой-то смешливой девчонкой по имени Кряпота. Она заинтересованно изучила меня и, похоже, осталась довольна увиденным, потому что тут же предложила выпить. «За знакомство», — сказала она.

Передо мной поставили бокал со сливочным пивом, но когда я взялся за него, чтобы поднять и выпить «за знакомство», Кряпота придержала мою руку:

— Уоу-уоу! Не спеши! Эрл, плесни-ка своего волшебного зелья!

С другой стороны стола поднялся невысокий улыбчивый парень с красными щеками, вытянул руку и что-то капнул в мой бокал. Через секунду описание содержимого изменилось, и вместо «Сливочного пива» проявился другой текст:

Веселящее сливочное пиво

Изготовитель: Эрл.

— Поясни, — панибратски обратился я к Кряпоте.

— Умение превращать любой напиток в собственное подобие, но дающее эффект, близкий к алкогольному опьянению, доступно не каждому алхимику, — ответил вместо нее Эрл. — Особая ветка, заточенная на пищевые продукты.

— Ага, — радостно подтвердила Кряпота. — Эрл только сегодня достиг этого умения, к нему уже очередь на месяц вперед!

— Да, к сожалению, откат на изготовление крайне велик… — внес ремарку алхимик.

— Все равно круто, поздравляю!

Я поднял пиво и кивнул алхимику, выражая почтение. Мы чокнулись, кто-то заорал, что негоже пить без участия остальных, и следующие секунд десять все дружно стукались бокалами, проливая на стол янтарный напиток со сладкой сливочной пенкой.

— Как дела, Скиф? — спросила Рита, когда мы выпили. — Получила письмо о том, что ты не играл две недели. Случилось что-то?

— Да ничего особенного. Учительский бан.

— Проблемы с учебой? — удивилась она. — Ты не производишь впечатления тупого!

— Ты посмотри на мой уровень, Рита...

— Ага, теперь понятно! Забил на все и качался? Прогресс впечатляющий! Слышала, тебе «дементоры» помогали?

Я неопределенно кивнул.

— Ну понятно. Кто бы им самим теперь помог. Уэсли был вне себя, когда они его с достижением кинули!

— Ты с ним знакома?

— Да, подкатывал как-то, — она отмахнулась. — Мы же в одной школе учимся, пересекаемся в паре классов. Не в моем вкусе.

— Дурак он, — встряла Кряпота. — Для него что игра, что реал — все одно. Слышала, как он избил одного парня, с которым не поделил лут? В прошлом году это было.

— Избил? И ему ничего за это не было?

— Тот парнишка струсил и не стал рассказывать, а в школе дело спустили на тормозах. У нас и так рейтинги невысокие...

По ходу беседы выяснилось, что все, сидящие за столом, учатся в одной школе. В шумной компании из двенадцати человек было представлено четыре клана и торговцы Недовес с Перевес. Эти ребята принципиально отказывались от вхождения в любой, даже фановый, клан и видели себя только торговцами. Достигнув недавно десятого уровня, они добились своего — система предложила им этот класс.

Как оказалось, прокачиваться в игре можно не только битвами и убийством мобов, но и выполнением классовых квестов. Торговцы Крис и Рита Вуд за каждую операцию получали опыт, причем, чем удачнее и выше маржа, тем больше. С развитием можно было открыть свой магазин, а со временем — и торговую компанию.

Именно к этому они и стремились, уделяя все свое время только торговле и связанным с ней квестам.

Время летело незаметно, а я потерял счет выпитым кружкам пива, в которые Эрл не переставал любезно подливать своего волшебного веселящего эликсира. Раскрасневшийся Нед тем временем плотно приклеился к смазливой рыжухе Эмми, цветом волос напомнившей мне Еву О’Салливан. Торговец, судя по всему, включил все свои навыки уговоров, и так получилось, что через какое-то время их места освободились, а сами они куда-то исчезли.

— А где Нед? — спросил я между делом, указывая на его место.

— Крис с Эмми? Поднялись наверх, наверное, — пожала плечами Рита. — Как обычно.

— Они встречаются?

— Кто, они? — изумилась она. — Нет, что ты! Эмми едва рассталась со своим парнем, а с Крисом они только сегодня познакомились!

Пока Рита отвлеклась, отвечая на чей-то вопрос, блондинка Кряпота, оказывавшая мне искренние знаки внимания, тронула мой рукав:

— Эй, Алекс, может, потанцуем?

Девчонка показалась мне симпатичной, и я не видел причин отказывать. Но ответить не успел.

— Кря, можно тебя на минутку? — откинувшись на спинку стула, вкрадчиво спросила Рита.

Девчонки отошли подальше, о чем-то поговорили, и Рита Вуд вернулась одна.

— Крякряшечке внезапно понадобилось выйти, — сказала она. — Так что я ее заменю.

— Э... заменишь в чем? — затупил я.

— Пойдем, Скиф, потанцуем. Умеешь?

Я умел. С детства на всех семейных торжествах Ева приглашала меня на белый танец. Музыканты на сцене как раз зарядили что-то крайне романтичное и, я бы сказал, унылое, но не стану обижать группу. Барды действительно старались, и, не знай я, что это такие же, как все мы, школьники, принял бы их за профессионалов. Хотя и механика мира им помогала, конечно. Уверен, у бардов умение играть на музыкальных инструментах и пение качаются так же, как у меня боевые навыки. Использованием.

— За ноги можешь не переживать. Есть у меня талант не наступать во время танца.

Я поднялся, подал Рите руку и повел ее танцевать. Площадка быстро заполнялась парочками. Все танцевали, как умели, но большинство без изысков — в варианте, позволяющем максимально плотно прижаться друг к другу и дать рукам оперативный простор.

Не стали ничего выдумывать и мы. Я обнял девушку за талию, показавшуюся мне тоньше, чем я думал, а Рита положила голову мне на плечо. Мы закружились сначала медленно, подстраиваясь под движение друг друга, потом чуть быстрее. Я чувствовал пальцами ее горячую спину, она же прильнула, прижалась ко мне и положила голову на плечо.

От девушки исходил легкий аромат пива и чего-то цветочного — я не знаток, но запах мне нравился.

— Ты не торопишься? — шепнула она мне в ухо.

— Прости, давай двигаться медленнее…

— Нет, я про Дис. Может…

Активирован экстренный выход: поступила внешняя команда капсулы погружения!

До выхода: 3…

— Рита, прости, кто-то активировал экстренный выход! — выпалил я, исчезая из ее объятий.

Что она ответила, я уже не услышал. Пробыв некоторое время в темноте капсулы, адаптируясь, я выждал, пока ко мне вернется контроль над телом. Из комнаты доносились чьи-то приглушенные голоса. Интра-гель схлынул, створки разошлись, и я увидел маму.

— Алекс, не знала, что делать… — растерянно проговорила она. — Но это важно.

Из-за ее спины вышла Тисса, и выглядела она ужасно.

Глава 14. Заведомо проигрышный спор

— Здравствуй, Тисса, — сказал я.

— Привет... — тихо ответила она, не зная, куда деть руки. — Я... у меня...

Она запнулась. Тисса попала под ливень и вся промокла, но вряд ли она была расстроена именно из-за этого. Обычно красивые глаза девушки покраснели, одна скула побагровела, а по бархатистым щекам покатились безмолвные слезы. Не помню, чтобы Мелисса Шефер когда-нибудь плакала. А я ее знаю с пяти лет.

В младших классах чрезмерно суровый отец Тиссы побрил дочь наголо. Вряд ли мистер Шефер хотел этим как-то наказать дочь или сделать посмешищем, скорее это вполне вписывалось в его представления о разумности и практичности. Ершик волос не надо часто мыть, он требует меньше шампуня, быстрее сохнет, да и вообще, отец Тиссы воспитывал дочь, как мальчика — и до средних классов одевал ее соответственно. Впервые после летних каникул увидев Тиссу, мы засмеялись, и даже учитель Грег не сдержал улыбки. Но Тисса лишь шутила в ответ, не обращая внимания на издевки.

Не плакала она ни тогда, когда вывалилась из переполненного школьного флаера, сломав левую руку, ни получив пребольно открытой мною дверью в лоб, ни когда третьеклассник Эд Родригез дергал ее за косы, а маленький Ханг отобрал у нее сумку и закинул на крышу.

Но сейчас глаза ее были полны слез. Она переминалась возле мамы, прикусив губу, но не выронила ни слова, пока я спешно и суетливо одевался.

— Ладно, я, пожалуй, оставлю вас, ребята, — проронила мама. — Если пожелаете горячего шоколада или перекусить, только скажите. Да... Мелисса, уже поздно, и если захочешь, можешь остаться у нас переночевать. Я постелю тебе в гостиной на диване.

Мама ушла, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Я приблизился к Тиссе и молча обнял. Не знаю, откуда, но мне как-то удалось понять, что в этот момент лучше не произносить никаких слов. Она прижалась и разревелась, заливая меня слезами.

Мы так стояли долго. Крепко обняв, она почти повисла на мне, и в какой-то момент, почувствовав, как подгибаются колени, я повел к кровати.

— Давай сядем. После капсулы ноги не держат.

Она молча кивнула. Забралась на кровать, подтянув колени к груди.

— Расскажешь, что случилось?

— Да, — тихо ответила она. — У тебя есть еще футболка? Мне бы переодеться в сухое.

— Конечно.

Я вытащил чистую черную футболку с голопринтом Солнечной системы и протянул ей:

— Ты переодевайся, я пока схожу и принесу нам что-нибудь поесть.

Оставив ее одну, пошел на кухню. Папа смотрел что-то по комму, а мама суетилась у комбайна и при моем появлении обеспокоенно поинтересовалась:

— Как она?

— Пока не знаю. Оставил ее переодеться.

— Пицца и горячий шоколад?

— Да, отлично. Спасибо, мам.

— Будет готово через три минуты. Дождешься или вам принести?

— Дождусь.

— Тогда помогай — достань нож для пиццы... — мама помолчала. — Давно вы стали снова общаться?

— Не очень, мам.

— Будь с Мелиссой поделикатнее, Алекс, — добавил папа. — Я слышал, что у ее отца проблемы. Возможно, это сказывается на их отношениях. Она тебе нравится, сынок?

Я кивнул. Отец подмигнул, показал большой палец и снова погрузился в комм, с которого смотрел новости.

— Марк, я думаю Алекс разберется сам, — недовольно заметила мама. — Но сынок, вот что я тебе скажу. Если у девушки проблемы, и она летит именно к тебе за помощью, то это о чем-то говорит!

— Подтверждаю, — хмыкнул папа, не отрываясь от экрана.

Мама закатила глаза. В этот момент щелкнул таймер, и она достала дымящуюся пиццу из кухонного комбайна.

— Готово!

Четырьмя сноровистыми движениями она порезала круг «Пепперони» на части.

— Соус?

— Нет, спасибо, мам.

Она помогла мне донести пиццу и кружки с горячим шоколадом, а там их перехватила переодевшаяся Тисса. Мы снова остались одни.

Судя по сушившимся на спинке стула штанам, футболка осталась единственным предметом одежды на девушке, если не считать нижнего белья. Как бы то ни было, ее длины хватило, чтобы прикрывать эти интимные предметы гардероба... почти все время.

На обжигающую дымящуюся пиццу она накинулась чуть ли не с утробным урчанием, впрочем, как и я — оба проголодались.

— Спасибо, Алекс, — прожевав первый кусок, сказала Тисса. — Мне правда некуда было идти.

— А парни?

— Парни в больнице, — помрачнела она. — Не знал? Сегодня на них напали, причем в слепой зоне! Избили битами, переломали кости... Хорошо, череп никому не пробили.

— Кто? — от таких новостей я поперхнулся. — Нашли тех, кто это сделал?

— Какие-то оницо. Ханг сорвал маску с одного, но все, что ему удалось запомнить, так только то, что тот был азиатом.

— Установили личность?

— Алекс, нет! Я же говорила, это произошло в слепой зоне, а по данным контролера нападавшие вообще там не находились! Якобы парни там были одни. Конечно! И сами себя избили!

— Думаешь, это свободные?

Я имел в виду набирающее популярность общественное движение тех, кто отказался от встроенных медицинских чипов. Изначально чипы при рождении устанавливали каждому, чтобы мониторить состояние организма и вовремя оказать медицинскую помощь. С развитием технологий «медицинские» чипы стали выполнять все больше функций, и одной из них стала непрерывная слежка государства за каждым гражданином и негражданином, но название осталось в ходу.

— Возможно.

— Ты была с ними?

— В том-то и дело, что нет! — сказала она так, будто ее присутствие могло предотвратить нападение. — Они полетели без меня, потому что меня забрал отец. Над свалкой их флаер неожиданно сошел с маршрута и приземлился.

— Как так?

— Ручное управление заблокировалось, а автоматическое кто-то перехватил... Алекс, это или свободные, или те, кто перепрошил чип, ведь если они могут перехватывать управление флаером, это точно не обычные хулиганы!

Ее слова ошеломили. Там, где есть автоматика и сеть, всегда найдутся уязвимости и хакеры, чтобы их взломать, но в обычной жизни с этим редко кто сталкивался. Сеть теперь намного прозрачнее, чем в первые годы развития, и полная анонимность там стала чем-то недостижимым. Все коммы как интегрированные в тело, так и внешние, персонифицировались и были привязаны только к своему владельцу. Без комма в сеть не выйдешь, а если подобный факт случится, то в тот же момент будет пресечен! Виртполиция стала настолько мощной организацией, что количество ее сотрудников и задействованных охранных ИИ превышало силы обычной полиции в разы. Тем более, последнюю все больше замещают робокопы, название которым фантасты придумали задолго до появления первого прототипа.

— Всегда надо смотреть, кому выгодно. Их... — я запнулся, у Тиссы немного задралась футболка, и мой взгляд застрял на оголенном бедре, — ограбили?

— Нет. У Малика на шее золотая цепочка, и ту оставили. Ничего не взяли. Но кто это затеял, можешь не гадать, Алекс... — Тисса вздохнула. — Избив ребят, кто-то из напавших напоследок сказал, что через две точки можно провести только одну прямую. И заржал, будто сказал невесть что смешное.

— Одну прямую... через две точки... Это аксиома?

— Ты умнее, чем парни, — печально улыбнулась Тисса. — Утверждение, не требующее доказательств. Они не поняли, пока я не догадалась. Это точно «Аксиома», а если точнее, — Большой По. Уэсли хренов Чоу!

— Как они?

— Навестила их в больнице. Через день будут в порядке, переломы зарастут уже завтра. Полицейский офицер, расследующий дело, записал показания, сказал, что допросит Чоу, но доказать его вину невозможно. Все это, как он сказал, очень притянуто за уши и выглядит как попытка очернить человека, с которым случился конфликт в «Дисгардиуме». Да и вообще, его больше беспокоит факт перехвата управления флаером! Придурок! Будь мы выше категорией, он бы вел себя иначе! И знаешь, что, Алекс?

Я с трудом оторвал глаза от белеющего участка ее кожи, приоткрытого задравшейся футболкой. Он очень контрастировал с красивыми загорелыми ногами и притягивал взгляд.

— Что?

— Этот злобный мстительный идиот не остановится! Тебе тоже надо быть осторожнее!

— Как и тебе. Бездна, это нельзя так оставлять!

— И что ты сделаешь? — насмешливо поинтересовалась Тисса.

— С ним надо поговорить! Выяснить, он это или нет...

— Так он тебе и скажет!

— Признается или нет, но какие-то выводы можно будет сделать по его поведению. Я пошел...

Я вскочил с места и, на ходу снимая одежду, направился к капсуле.

— Да подождите ты, Алекс! — вскричала девушка. — Уже ночь, вряд ли он там! Завтра поговорим!

Слетаем вместе к нему в школу...

Я остановился, и тут до меня дошло, что снова стою перед ней в одних трусах. Только на этот раз мне точно стоило прикрыться. Краска залила лицо, и я, спотыкаясь и не попадая ногой в штанину, смутился еще больше. Тисса залилась беззлобным смехом, и я бросил в нее подушкой.

— Отвернись! — Одевшись, я сел рядом. — Повезло, что ты была не с ними.

— Может, повезло, может — нет, — она неопределенно пожала плечами. — Ко мне он относится лучше, чем к парням.

— Минутку... Так если ты была не с ними, тогда откуда у тебя... — я показал на скулу. — Что с ребятами — понятно. Что случилось с тобой?

Она помрачнела и опустила голову.

— Если ты не против, я бы не хотела с тобой это обсуждать. Могу остаться у тебя на пару дней? Отец придет в себя, и я смогу вернуться домой...

— Так дело в нем? Он тебя ударил?

— Нет, Алекс, не выдумывай! — Тисса вскочила, схватила меня и затрясла, в ее глазах плескалось пламя. — Не смей! Никому! Рассказывать! Ты меня понял?

— Понял.

Она отпустила меня и начала нервно ходить по комнате. Я счел за лучшее помолчать и дождаться, пока она успокоится — в реальной жизни жрица света славилась вспышками гнева и быстрой отходчивостью. Так и произошло, через несколько минут ее грудь перестала ходить ходуном, глаза метать молнии, и она присела рядом.

— Если об это узнают, папу лишат отцовства, — тихо сказала она. — Он этого не переживет! Я — все, что у него осталось. Просто у него... трудности, и в такие моменты он... Я сама виновата, наговорила ему...

— И часто у твоего отца... трудности?

— Нет, что ты! — она испуганно вскочила. — Нет! Просто ему надо успокоиться... Прийти в себя.

Так я останусь?

— Конечно, оставайся! — Мысли о папе Тиссы мгновенно выветрились, едва я осознал, что она просит. Взбудораженный, я вскочил с кровати и начал ходить по комнате. — Если хочешь, можешь лечь в моей кровати, а я посплю в гостиной.

— Спасибо, Алекс. — Он чмокнула меня в щеку и зевнула, прикрывшись ладошкой. Потерла глаза. — Тогда, если ты не против, давай спать...

***

Ночь на диване в гостиной выдалась для меня беспокойной. Сокровенные мысли крутились, наслаивались, и ясное осознание того, что в моей постели сейчас спит Тисса, будоражило. К середине ночи мне удалось успокоиться, но в голове закрутилось другое — нападение на «дементоров». Что-то в этом выходило за рамки привычного для меня переплетения реалий нашего мира и Диса. Неужели Большой По настолько мстителен, что не погнушался открытым криминалом?

Не сходилось. Кто такой Уэсли Чоу? Такой же подросток, как и я, из самой обычной семьи. Мы с ним даже не граждане! У нас нет денег, нет влияния, нет связей. Его гильдия зарабатывает неплохие деньги, но это в голде, и вывести их пока невозможно! Встретиться с игроками из большого Диса нельзя никак, и даже почта туда не ходит, так что…

Все это сводилось к одному: если произошедшее с «дементорами» дело рук Большого По, то тогда как он это организовал? Ведь явно те, кто напал, — не простые безработные оницо, а кто-то из криминала. Те, кто не носил чипа, не стремился к гражданству и плевать хотел на гражданские категории. Те, кому было плевать на закон.

С этими мыслями я уснул, и едва закрыл глаза, меня уже будили мама с Тиссой. Я ощутил запах тостов и свежезаваренного кофе.

— Вставай, лежебока!

Тисса пихнула меня в плечо и рассмеялась. Она уже оделась и выглядела очень свежо, намного лучше, чем накануне. Синяк на скуле уже был залечен домашним доктором, и о случившемся ничего не напоминало.

— Поднимай, поднимай его, Мелисса! — подначивала мама. — Алекс всегда готов променять горячий завтрак на двадцать минут лишнего сна!

— Лишнего сна не бывает, мам! — заорал я, вскакивая с дивана, и побрел умываться.

Мы позавтракали без папы. Он, как оказалось, всю ночь провел в симуляции нового проекта и сейчас отсыпался. Мама, накрыв на стол, выпила с нами чашку кофе и тактично оставила одних.

— Надо лететь сейчас, — сказал я. — Не смогу спокойно сидеть в школе, пока мы не решим вопрос с Большим По.

— Согласна. Летим, — Тисса была полна непоколебимой решимости. — Посмотрим, что скажет этот жиробас!

***

Школа «Летящие паруса», где учился Уэсли Чоу и, как вчера выяснилось, Недовес, Перевес и Кряпота, была той же категории, что и наша с Тиссой. Находилась она в другой части дистрикта, и лететь туда пришлось почти час, но в компании Тиссы он пролетел незаметно. Понятно, что нас туда не пустили, оставив ждать Чоу на аллее перед главными воротами, причем предварительно пришлось назвать имена и цель посещения. Такие меры предосторожности стали обычными для школ после многократных случаев появления в школах «стрелков» — тех, кто без причины впадал в агрессию и расстреливал школьников.

Ждать пришлось долго: сначала звонка, потом самого Большого По, который, кстати, мог бы и не выйти, не захоти он общаться. Но он захотел — скорее всего, просто стало любопытно. Или захотел лишний раз постебаться над нами. Из опыта общения с ним сложилось впечатление, что Уэсли никогда не упустит случая напомнить, кто есть кто, и кто важнее.

Его массивную рыхлую фигуру было сложно перепутать с чьей-либо еще, хоть я и видел его впервые в реальной жизни. Мы с Тиссой одновременно поднялись со скамейки, и мне пришлось ее придержать — она кипела от пламенного гнева и порывалась накинуться на Уэсли с кулаками, от чего я ее уговаривал воздержаться весь полет сюда.

— Надо же, кого принесло! Шеппард! Тисса! Решились вступить в «Аксиому»? Для этого необязательно было прилетать сюда!

Руки он не протянул. Встал перед нами, осклабился и сложил руки на груди.

— Говорите.

— Вчера кто-то избил Эда, Малика и Ханга, — сказал я. — Мы уверены, что ты приложил к этому руку.

— Краулер, Инфект и Бомбовоз избиты? Какая жалость… Ничего об этом не знаю, — он развернулся, чтобы уйти. — В любом случае примите мои соболезнования.

— Ах ты лживое дерьмо! — заорала Тисса, бросаясь на Большого По, но я ее остановил.

Уэсли удалялся, подняв руку с вытянутым средним пальцем. Оставив Тиссу, я догнал его у ворот.

— Постой, Уэсли, — я схватил его за руку, но он вырвал ее.

— Без рук, Шеппард!

— Хорошо. Ответь только на один вопрос...

Он демонстративно посмотрел на часы и кивнул:

— Говори быстрее, мне надо возвращаться на урок.

— Просто скажи, как это остановить?

— Остановить что? — Насмешка в его голосе сняла все сомнения. Он презрительно сплюнул мне под ноги. — Ну! Конкретнее!

— Ты знаешь.

— Знаю. И они знают, ну и что? — он пожал плечами. — Я им говорил — сто тысяч голды, и инцидент исчерпан. Но знаешь… даже если они найдут, я скажу, что ставка увеличилась! И скажу — сто пятьдесят!

Большой По мерзко захихикал. Вот серьезно, крайне мерзко! Мне захотелось вбить это хихиканье ему в глотку, но я сдержался.

— Значит, только деньги, и даже они ничего не изменят?

— Ну... почему же, только деньги? Деньги, как раз-таки, самое неинтересное. А вот какой-нибудь артефакт... — Большой По почесал затылок и ухмыльнулся.

— Артефакт? Легендарка устроит?

Черта с два ему, а не легендарку, мне просто хотелось вытащить из лидера «Аксиомы» больше информации, глядишь, что-то и пригодится.

— Вполне! — его глаза загорелись, и в них вспыхнуло подозрение. — Откуда у такого нищеброда легендарный предмет? Я что-то о тебе не знаю, Шеппард?

— Погоди, я не до конца понял. Просто подарить тебе артефактную или легендарную шмотку, и ты все забудешь? Отстанешь от нас и в реале и в Дисе?

— Скиф, да пошел он к черту! — влезла Тисса. — Не видишь, он же просто издевается!

— Нет, не подарить! — Уэсли не обратил на нее никакого внимания. — Такие подарки просто так не подаришь, все подобные сделки под особым контролем корпорации и обеих полиций. Знаешь, сколько было случаев шантажа и вымогательства в реале? Сколько так отмыли денег? Сколько взяток было роздано виртуальными шмотками? Нет, Скиф, это не так просто.

— Тогда как?

— Предположим, тебе есть что поставить. Тебе, потому что договариваться с Родригезом и его парнями я не буду, я им больше не верю. Но, предположим, у тебя есть некий легендарный меч...

— Ага. Или маунт. Или кольцо.

— В этом случае могу предложить тебе поставить своего маунта или кольцо как ставку в нашем споре. Споре, который ты проиграешь.

— Споре о чем?

— Понятно, что не о погоде. Этот должен быть спор, влекущий действие. Дуэль на арене?

— Скиф, не вздумай! — прошипела стоящая рядом Тисса.

— О, у меня идея намного лучше! — воскликнул Большой По. — Думаю, Краулер ухватится за нее двумя руками!

— Что? — прищурив глаза, подозрительно спросила Тисса.

— Как насчет клановой Арены? Это будет моя последняя Арена в песочнице, и я с огромным удовольствием размазал бы вас по песку на глазах у миллионов зрителей!

Игры ежегодной клановой Арены среди песочниц, конечно, были не так популярны, как Арена большого Диса, но все равно, имела миллионы зрителей по всему миру. «Аксиома» в прошлом году заняла самое высокое место в итоговом рейтинге среди наших кланов, и автоматически стала топкланом песочницы Тристада.

— Оставь свои влажные фантазии своей девушке, если она у тебя есть, — фыркнула Тисса.

— Боже, Шеппард, как ты ее терпишь? Она хоть когда-нибудь улыбается? — хохотнул Уэсли. — Короче, займешь со своим кланом место выше, чем «Аксиома» — я забуду про свои обиды и огорчения по поводу «дементоров». И тебя лично, каким бы хитрожопым ты мне ни казался. Не сможешь — отдашь легендарку... которой у тебя нет. Ладно, мне пора. Если что, после школы я буду в «Буйной фляге» — вдруг захочешь зарегистрироваться спор…

Уэсли, что-то насвистывая, удалился. Тисса смотрела ему вслед, и произнесла сквозь зубы:

— Перебьется, гад. Да даже если нам было что поставить, шансов победить нет! Вот же урод, а…

— Главное, мы поняли, что это он. Ты записала, что он говорил?

— Да… Только это бесполезно, Алекс! Он ни в чем не признался. Офицер пошлет меня вместе с этим куда подальше.

— Значит, придется спорить, — я вздохнул, принимая решение. — Когда там Арена начинается?

Глава 15. Пробужденные

«Ты такой же азартный, как твой отец, — любила говорить мама. — Если чем-то серьёзно увлечешься, то отдаёшься этому с головой и надолго... до следующего увлечения».

Сейчас я сильно увлекся «Дисгардиумом». Задор и кураж наложились на впечатление от нахального поведения Уэсли Чоу, умножились врожденным обостренным чувством справедливости, душевной теплотой, испытываемой к ребятам из «Дементоров», и привязанностью к Тиссе. Но все равно, прежде чем дать сердцу принять решение за меня, я все просчитал. По крайней мере, попытался, исходя из имеющихся данных и логических выводов.

То, что я замыслил в отношении Большого По, базировалось на очень большом количестве «если». Слишком большом. Для успеха должно сойтись много факторов, и некоторые из них были пока только гипотезами. И тем не менее идея потягаться с «Аксиомой» захватывала воображение.

После школы мы слетали с Тиссой к парням в региональную больницу. Мы встретились в живописном парке, полном вековечных дубов, на безмятежной аллейке у фонтана, который, к сожалению, не работал из-за холодной погоды. Дул сильный ветер, пригибающий небольшие деревья, залезающий под одежду, заставляя поёживаться, и мы все мерзли, но внутрь клиники не шли. У Эда в голове сидел огромный таракан насчет тем, которые нельзя обсуждать в общественных местах и внутри помещений. А разговор об «Аксиоме» и Дисе возглавлял рейтинг подобных табу. Выглядели ребята нормально, только Ханг немного прихрамывал.

Из их объяснений я не узнал ничего нового, кроме того что нападавшие выглядели старше ребят, и было их шестеро. В красочном исполнении Тиссы услышав подробности нашего разговора с Большим По, Эд психанул:

— Да я этот китайский мешок с дерьмом на части разорву! Он что, совсем озверел? Еще, сука, издевается! Арена! Ага, конечно! Нашел идиотов — проще забить на Дис.

— Хорошо, что до выхода в большой мир недолго осталось... — протянул Малик. — И да, Алекс, забей ты на него. Никто нас больше не тронет, так, припугнули разок, на этом все и закончится.

— Спустить ему это с рук? — зарычал Ханг. — Хрена с два! Не знаю как, но я отвечу! Год, два, десять — неважно! Не забуду!

— До Арены мало времени, отборочные игры начинаются в первую неделю нового года, — бесстрастно заявил Эд. — Все команды с низким рейтингом поделят на группы по пять, из которых только две выйдут в плей-офф. С уровнем ниже пятнадцатого туда никто не суется. И у нас нет никаких шансов уравняться даже с ними, не говоря уже об «Аксиоме».

— Они так сильны? — спросил я.

— Были сильны. На прошлой клановой Арене среди песочниц Большой По был маленький, но его все равно взяли в пятерку, и они выступили достойно, попав в топ-сто. Лучше всех из нашей песочницы! С того времени в основном составе PVP-команды «Аксиомы» никого не осталось, кроме самого Полинуклеотида, — Эд выговорил ник скороговоркой, будто выплюнул. — В бою один на один ему нет равных…

— Будь мы с ними одного уровня, имело бы смысл, — заявил Ханг. — Мы слажены, скоординированы, у нас огромный опыт...

— Вот только мы не одного с ними уровня, — горько бросил Малик. — Скиф — двенадцатый, у Краулера — одиннадцатый, у остальных — десятый. Год кача коту под хвост.

— Да... — вздохнул Ханг. — Даже будь у нас, что поставить, выше пятнадцатого раскачаться не успеем. И то, если круглосуточно из данжей не вылезать…

— Да пошел он в задницу! — неожиданно взорвалась Тисса. — Все, забыли! Уязвимость флаеров уже закрыли — утром в новостях сообщили, в школе мы в безопасности. А Дис... Продолжаем в том же духе, ребята! Мы больше никуда не торопимся, качаемся по мере возможности, копим ресурсы, в городе появляемся только утром, пока все в школе...

— Как крысы! — перебил ее Ханг.

Повисло тягостное молчание. Тисса ковырялась носком в опавших листьях, Малик обнял себя за плечи и клацал зубами, Эд щурился от ветра и грыз губы, а Ханг уселся на мокрую скамейку и вытянул ноги. Правая зажила не до конца, хотя кости уже срослись.

Я — не в силах решиться — напряженно размышлял, но потом собрался с духом и выпалил:

— Мы с детского сада знакомы. Считай, десять лет уже. Так скажите мне, Эд, Тисса, Ханг, Малик... Я могу вам доверять?

— Конечно! — синхронно ответили ребята.

— Окей. Есть один вариант, при котором мы можем надрать «Аксиоме» задницу...

Я замолчал. Сначала они удивленно смотрели на меня, ожидая продолжения, а потом понеслось. Малик заорал что-то ликующее, Тисса, завизжав, повисла на шее, а Ханг привстал и стукнул меня по плечу:

— Я знал! Я всегда и всем говорил: Алекс Шеппард — самый чертовски хитрожо... прости, Алекс… Самый толковый парень в нашей чертовой школе! И у него завсегда найдется сюрприз! Ведь так, дружище? — он взволнованно встал, наступил на больную ногу и выругался.

— Алекс, ты можешь нам доверять, — сказал Эд, когда проявления радости стали потише. — Но я бы хотел тебя предостеречь. Понимаешь, я, кажется, догадываюсь… не конкретно, нет, — но в общих чертах. У тебя есть некий талант или квест, или абилка, не суть. Так вот, болтать об этом не нужно. Вообще.

— То есть вы просто-напросто поверите мне и будете делать, что скажу?

— Почти так, но есть нюанс, — Эд рассуждал сдержанно и размеренно. — Вечером мы уже будем дома, и я распущу клан «Дементоры». Большой По ведь предлагает спорить именно с тобой и твоим кланом? Не кланом, в котором ты можешь состоять, а именно с твоим, понимаешь? Вот ты его и создашь. А пять подписей, которые для этого нужны, вместе с нами у тебя будут.

— Не вижу разницы, честно говоря…

— Разница есть, Алекс, — вмешалась Тисса. — И ты поймешь.

***

Тиссе пришлось слетать домой. Создание ее профиля в моей вирткапсуле стоило дополнительных денег и продолжительных перенастроек.

Я сидел в своей комнате и не заходил в Дис, пока не дождался ее звонка:

— Папаша спит, я зашла домой. Через пять минут будут внутри.

— Понял, захожу...

— Алекс! Постой. К ночи он проснется и опять будет не в себе. Как закончим с кланом, я к тебе, ладно?

— Не вопрос. Ты же обещала моим…

Появился я прямо посреди танцевальной площадки таверны, там же, где вчера танцевал с Ритой.

Никого из «дементоров» онлайн пока не было, и я потащился к зданию городского совета. Там мы договорились встретиться с парнями и Тиссой, а я решил заодно сдать завалявшийся Глаз Мракисса.

Вечер в Тристаде радовал погодой, в особенности после промозглого сырого воздуха и ветра в реале.

Темнеющую синеву, на западе подкрашенную красно-оранжевым, не затеняло ни единое облачко.

Жару смягчало дыхание морского бриза, доносившегося с побережья, — того самого, где обитали наги.

К грядущим выборам в городской совет центр города приводили в порядок: улицы и площадь перед храмом Нергала тщательно подметали как неписи, так и игроки, взявшие социальные квесты, фасады домов украшали цветными лентами, на шестах поднимали флажки с гербом вольного города Тристада.

Насколько я понял, впервые в истории песочницы одним из кандидатов в городской совет стал игрок.

Эд прояснил, как Полинуклеотиду это удалось: максимальная репутация с городом, со всеми городскими фракциями и отдельными уважаемыми персонажами, такими, как первый советник

Уайтекер или глава купеческой гильдии Афанасий.

К сожалению Большого По, игроков со статусом «житель Тристада» было немного. По пальцам можно было пересчитать тех, кто упорно фармил репу с городом, выполняя социальные квесты, вместо того чтобы искать приключений за городскими стенами, и это имело смысл — репутация с Тристадом косвенно отражалась на отношении всех остальных городов Содружества. «Гости города», такие, как я, в голосовании участия не принимали, иначе пост в совете можно было бы вручать Большому По досрочно. Думаю, «Аксиома» нашла бы рычаги воздействия.

Первого советника Уайтекера я перехватил, когда он уже собирался идти домой, хотя часы говорили, что до закрытия ратуши еще больше часа. Советник, над головой которого вращался вопросительный знак награждающего за выполненный квест, судя по всему спешил.

— Скиф! Какая отрада видеть вас в добром здравии! — возгласил он, впрочем, без воодушевления. — Питаю надежду, вы не ко мне? Мне надо отойти, и я спешу.

— Добрый вечер, советник! У меня для вас отличные новости! — Я поочередно извлёк из рюкзака глаз скорпиона и голову огра, сложив у его ног. — У города двумя проблемами меньше, сэр!

— Фу, какая мерзость! — поморщился Уайтекер приглядевшись. — Зло из глубин и каннибал Уот’ал?

Превосходно! Отлично! Прекрасно, Скиф! Будьте добры, придержите это покамест при себе. Прошу в мой кабинет.

Мы прошли мимо гобелена, изображающего пиршественное застолье трех уже скончавшихся королей: человека, эльфа и дворфа, основоположников Содружества, — свернули в пропахший

старым деревом и пылью коридор, в конце которого уперлись в дверь. «Питер Уайтекер. Первый советник», — гласила табличка на входе. Хозяин кабинета погремел ключами, ковыряясь в замке, распахнул дверь и приглашающе повел рукой:

— Давай, давайте скорее, уважаемый Скиф. Бросайте свои трофеи в корзину, а я пока отсчитаю ваше вознаграждение.

Я остановился возле упомянутой плетеной корзины размером, наверное, с мусорный бак, и заглянул внутрь. Там было пусто. Надпись над корзиной уведомляла, что та означена как «Склад бессрочного хранения вещественных доказательств». Я бросил туда тяжеленную голову огра, но она не долетела до дна, исчезнув примерно на середине пути. Некий стационарный портал? И куда в итоге падают все эти головы, клешни, глаза и прочие «вещественные доказательства»? А, плевать.

Задание городского совета Тристада «Живым или мертвым: Мракисс» выполнено.

Получены очки опыта: 5000.

Очки опыта на текущем уровне (12): 5240/10100.

Ваша репутация с городом Тристад повышена на 50.

Текущая репутация: равнодушие.

Задание городского совета Тристада «Живым или мертвым: Уот’ал» выполнено.

Получены очки опыта: 300.

Очки опыта на текущем уровне (12): 5540/10100.

Ваша репутация с городом Тристад повышена на 5.

Текущая репутация: равнодушие.

Обернувшись, я наткнулся на внимательный взгляд Уайтекера. В руках он держал два мешочка.

— Господин Скиф, — сменившийся тон Уайтекера стал первым признаком улучшившейся репутации с городом. — Сто золотых за решение осточертевшей всем, а в особенности шахтерам проблемы с глубинным скорпидом Мракиссом. Совокупная награда, назначенная городом, возросла до пяти сотен золотых, но, как я уразумеваю, вы одолели чудовище с помощью приятелей. Они, кстати говоря, уже сдали свои Глаза Мракисса. Сколько всего имелось глаз у этой твари — Много, мистер Уайтекер. Бой был нелегким.

— О, поверьте мне, я располагаю сведениями. Неслучайно вознаграждение так долго ждало своих героев! Но позвольте мне закончить, как я и говорил, я спешу, а мне еще предстоит очередной брифинг с гостями, впервые попавшими в Тристад. Возьмите награду за огра-людоеда. Попортил он нервов нашим фермерам и собирателям необычных целительных трав, каковые, как назло, растут только в тех краях, где промышлял Уот’ал.

Мешочки испарились с ладони, едва я пересыпал золотые монетки в рюкзак. Таким богатым я себя никогда не ощущал ни здесь, ни в реальном мире.

— Премного благодарен, что участвуете в жизни города, Скиф, — на прощание изрёк советник. — Продолжайте в том же духе, и я найду вам дело поувлекательнее, если вы заинтересованы в том, что стать городу еще полезнее.

У входа в здание меня уже ждали «дементоры». Краулер негромко проронил:

— Протяни руку. Я вложу эпик, убери его немедленно.

Ощутив тяжесть эпического лука в ладони, я тут же убрал его в инвентарь, а затем занялся изучением характеристик:

Лук Жгучих Стрел

Эпическое

Лук.

Урон: 28-42.

Вероятность поразить противника в дальнем бою заклинанием «Жгучая стрела», наносящим 12 ед. урона от огня.

+12% к шансу критического урона.

Прочность: 300 / 300.

Требуется уровень: 20.

Цена продажи: 85 золотых монет.

Шанс потерять после смерти снижен на 90%.

Шикарный лук! Краулер кивнул, соглашаясь с моим невысказанным восхищением. Использовать его я пока не мог, но может, я успею к Арене достичь нужного уровня? А пока надо будет оставить его на хранение в сундуке.

— Ну что, идем? — нетерпеливо поинтересовался Инфект. — Публика местная уже пялится, опять телепортом уходить придется, а он у меня на кулдауне.

— Ничего страшного, — фыркнула Тисса. — В таверне тушки бросим, с утра уберётесь своим ходом.

Давайте сделаем это скорее, у меня папаша вот-вот проснется.

— Ну, тогда ливайте из клана, — угрюмо произнес Краулер. — Ну!

— Кто первый? — осведомился Инфект.

— А, к черту, — Бомбовоз махнул рукой, и через мгновение строка о клановой принадлежности под его ником исчезла.

Его примеру последовали Тисса с Инфектом, и только Краулер никак не мог решиться. Даже тут, в вирте, я слышал, как скрипят его зубы. Палец повис в воздухе, и только переступив через себя, парень ткнул в невидимую нам кнопку выхода из клана.

В городском чате появилось скупое уведомление:

07.12.2074 18:36> Игровой клан «Дементоры» расформирован.

Из Эда Родригеза как будто выпустили воздух. Но на его лице отражалась не только печаль о несбывшемся и сумрачная решимость, но и нечто большее. Надежда.

— Что нос повесили, а? — гаркнул Бомбовоз. — Не на похоронах ведь! Это просто-напросто строчка над башней. А так — мы все еще вместе! И с нами теперь Алекс!

— Да как-то... — Тисса прикусила губу. — Помните, как мы мечтали, что «дементоры» прогремят на весь мир?

— А мы все равно прогремим! — ухмыльнулся Бомбовоз. — Да, Скиф?

— Я тебя только об одном прошу! — взмолился Инфект. — Не называй свой клан сопливо, а? Ну, знаешь, все эти «Рыцари света», «Защитники Тристада», «Лесная братва»...

— Чем тебе «Лесная братва» не угодила? — деланно возмутился Бомбовоз. — По мне, так крутое название! Только можно не лесной назваться, а поэкзотичнее — болотной…

— Заболотная братва! — расхохотался Инфект. — Может, «Реактивные засранцы»?

— Реактивные? — подняла бровь Тисса.

— Ну да! Мы же все с телепортацией — будем самыми мобильными засранцами в мире!

— Тогда уж «Джамперы» ... — проворчал Краулер.

— «Шило в заднице “Аксиомы”»? — продолжали сыпать своими вариантами Бомбовоз с Инфектом.

— «Теорема Пифагора»? «Парагон»? «Экзодус»?

— Ладно, хорош, парни, теряем время. Скиф, давай к писарю Карлсону, — Эд шагнул на ступеньку, ведущую в городской совет. — Десять золотых на регистрацию клана есть, Скиф?

— Найду.

— По названию — вместе будем выбирать, или ты уже принял решение?

— Решил.

Моя немногословность объяснялась опасением, которое я тщательно пытался скрыть, гадая, что произойдет в тот момент, когда я и ребята станем соклановцами. Не выведется ли им сразу информация о моем статусе?

Писарь Карлсон, только выпустивший очередную партию новеньких, облегченно перевёл дыхание, обтёр высокий лоб неразрушимым — в статусе так и было написано — эпическим платочком и достал из внутреннего кармана камзола серебристую фляжку, когда появились мы. Он недовольно отставил ее в сторону и хмуро поприветствовал:

— Добрый вечер, гости Тристада Скиф, Краулер, Тисса, Бомбовоз и Инфект, — он перечислил наши имена, начиная с самого высокого уровня. — Чем обязан?

— Добрый вечер, мистер Карлсон!

— Я вас внимательно слушаю, — писарь попытался изобразить любезность. — Однако поторопитесь, ведь мой трудовой день скоро заканчивается. Цель вашего визита?

— Регистрация клана.

— Требуется пять подписей лиц уровнем не ниже пятого. — Вытянув указательный палец, он посчитал нас. — В наличии. Все присутствующие желают присоединиться к создаваемому клану?

— Все.

— Требуется уплатить пошлину за регистрацию клановой единицы в соответствующем реестре — пять золотых. И еще столько же за предоставление одного из стандартных клановых символов. Если желаете выбрать собственные цвета, символ, звуковой позывной, оформить внутриклановую почту, амулеты связи, банк, арендовать клановое хранилище, а также ознакомиться с полным перечнем клановых сервисов...

— Бери дефолтный, — шепнул Краулер. — Потом сменим за те же деньги. Сами, без этого жука, через настройки.

— Спасибо, мы ограничимся только регистрацией, — подняв руку, я вежливо не дал писарю закончить.

— Существует возможность отказаться от клановых цветов и символа. В этом случае на всех членов клана накладывается ограничение на начисление репутации...

— Нас вполне устроит стандартный символ, писарь Карлсон.

— Как знаете, — он недовольно пожал плечами. — Пять да пять — десять. С вас десять золотых.

Я протянул деньги, и монеты мистическим образом мгновенно исчезли. Вместо них перед нами открылось окно создания клана.

Регистрация нового клана требует 5 подписей игроков уровнем не ниже 5.

Прикоснитесь в соответствующей строке, чтобы подписать заявку.

Первый подписант (основатель и глава клана): …

Второй подписант: …

Третий подписант: …

Четвертый подписант: …

Пятый подписант: …

Я коснулся первой строки, и там добавилось: «Скиф, человек, 12 уровень». Повторным прикосновением я подтвердил данные.

Когда все строчки заполнились, проявилась кнопка финального подтверждения, которую требовалось нажать основателю клана. Я это сделал. Следующее окно предложило выбрать символ, который ни на что не влиял, но придавал уникальности и работал на узнаваемость. Из нескончаемого списка я выбрал вкладку «Звери» и ткнул в распахнутое рыло бегемота.

— Надеюсь, это не намек на то, что я толстая, — нервно пошутила Тисса.

Заключительное окошко предлагало вбить наименование клана. Я чувствовал за спиной горячее взбудораженное дыхание бывших «дементоров».

— Про... Профи? — гадал Инфект, пока я вводил название. — Бу... Пробу что?

Регистрация клана завершена.

Название: Пробужденные.

Дата основания: 7 декабря 2074.

Основатель и глава клана: Скиф.

Состав клана: Скиф, Краулер, Тисса, Бомбовоз, Инфект.

— Пробужденные! — выдохнула Тисса, когда мы оставили канцелярию, и расплылась в улыбке. — А что, мне нравится!

Она хотела сказать что-то еще, когда все пришло в движение. Парни отпихнули девушку в сторону, Инфект окинул взором помещение, выглянул за дверь и доложил:

— Чисто!

Бомбовоз схватил за руку, а Краулер задрал рукав моей рубахи и ткнул пальцем в запястье.

— Я же говорил! — прошипел он.

***

Уши после телепорта как всегда заложило. В них еще отдавался хлопок, связанный с нашим внезапным появлением в этой части Мраколесья, когда откуда-то издалека, будто сквозь вату, до меня донесся голос Бомбовоза:

—...место. Здесь шныри Большого По нас не найдут. Только надо пройтись до лесной хижины, она у реки, никто к нам не подберется, даже черепашка-ниндзя.

— Черепашка? И ниндзя? Тебе надо заканчивать с отливом алкоголя у своего папаши! Ты бы еще «улитка-спринтер» сказал! — залился Инфект.

Этого парня вообще нетрудно рассмешить, только дай повод обнажить белоснежные зубы в улыбке.

— Так, ребята, я в любой момент могу вылететь, — в который раз уведомила нас Тисса, — если отец продерёт глаза и активирует экстренный выход. Не хотелось бы с ним встречаться, мне еще к Скифу лететь...

— Вот не понимаю, зачем к нему-то? Могла бы ко мне, — пробурчал Краулер, шедший вслед за Бомбовозом. — Или к парням, если ко мне не хочешь.

— Во-первых, твоя бабушка меня не любит, — начала оправдываться Тисса. — Во-вторых, отец в первую очередь ей начнет звонить, как в тот раз. В-третьих, у Малика полный дом братьев и сестер, а в таком бедламе только такие, как Инфект, могут выжить. У Ханга, кстати, не лучше, только еще вонючими специями все пропахло!

— Полегче, сестренка! — упрекнул Бомбовоз. — Когда ты пожирала димсам и свинину в медовом соусе, что-то я от тебя таких претензий не слышал!

— Да ну тебя… — отмахнулась Тисса. — А главное, я уже пообещала родителям Алекса, что еще вернусь. Дядя Марк хотел поговорить про Дис, а тетя Элен сказала, что приготовит особый ужин и бездну историй про мелкого Шеппарда. Так что выбор здесь однозначен!

Мы вышли к заброшенной хижине. По словам ребят, в ней периодически заводился рарник — Воющее привидение или Лич-отшельник, — в зависимости от того, как лягут кости рандома, но сейчас там было пусто.

— Чисто, — подтвердил Инфект, владевший прокачанным умением видеть скрытое: ловушки, западни, потайные двери и невидимок в стелсе.

— Хорошо, тогда оседаем прямо здесь, — предложил Краулер, и когда мы расселись тесным кружочком, заговорил прямо: — Скиф, извини за грубость, мы хотели сразу разрешить для себя этот вопрос, не оттягивая. Вряд ли ты бы сам нам рассказал, но теперь, когда мы знаем, что ты «угроза», я открою секрет. Поскольку мы в одном клане, это разрешено. Я тоже был «угрозой»...

Я облегченно выдохнул. После того что они увидели на моем запястье, я подумал, что планам конец, а меня провели, как ребенка. К счастью, информация об уровне и потенциале им осталась неизвестна, иначе ребят бы удар хватил. Но и без этого они едва скрывали свою радость, но не оттого, что раскрыли меня, а потому что появился шанс на лучшее будущее. В подробности вдаваться не стали, но я и без того понял, что говорить о таких вещах в центре Тристада смертельно глупо. Вместо этого Краулер попросил всех заткнуться, а Бомбовоз создал группу и утащил нас телепортом в свое, как он выразился, секретное место. Десятый уровень Глубинной телепортации это позволял.

Из повествования Эда я узнал, что в самом начале своей игры он набрел на подземную пещеру в горах. Случилось это еще до того, как в «Дисгардиум» стало позволено играть Тиссе, Хангу и Малику, которые младше него.

Накануне сошла лавина. Разбушевавшаяся стихия выдрала с корнями деревья и кустарник, перекрывавшие узкий потайной лаз, и маленький — всего-то второго уровня — Эд, персонажа которого в то время звали Нагваль, на него набрел. Первые дни в Дисе у каждого связаны с изучением мира, и он не стал исключением.

Парень пополз вглубь, и чем дальше продвигался, тем больше ругал себя последними словами, потому что лаз сужался, и вскоре Эд мог только погружаться без шансов выползти обратно. Так он добрался до спуска, который вел в безжизненную пещеру, освещенную исходящим с потолка мертвенно-белым светом, и наткнулся на чернеющее озерцо. Поверхность была гладкая, как стекло, а брошенные камни тонули без всплеска, не давая кругов по воде, которая, по словам Эда, и водой-то не была. Какая-то тягучая холодная жидкость, вязкая и густая, как смола. При приближении Эда уровень озера стал резко подниматься, и парень еле унес ноги, разумно полагая, что ничего хорошего оно не принесет.

К лазу он не успел, а потому зацепился за торчавший из-под потолка камень, взобрался по стенке и там повис. Вода поднялась и так же быстро схлынула. Тогда-то Эд и увидел, что она оставила после себя.

На берегу валялся рассыпающийся скелет, обыскав который, Нагваль обнаружил флакон со странным эликсиром, переливающимся всеми оттенками фиолетового. Дойдя до этого места истории, Краулер замер, а его лицо приняло мечтательное выражение. Он вздохнул:

— Глупец я был! Мне бы отложить его до открытого мира, добраться до фронтира и только потом пить. Вот бы я развернулся! Да, чего теперь лить слезы, что сделано, того не воротишь!

«Соль Мефистрота», а именно так назывался эликсир, Нагваль проглотил немедленно, предполагая, что живым из пещеры ему не вылезти, и флакона он все равно лишится, — а если даже выберется, может натолкнуться на ганкеров. Сначала ничего не произошло. Прислушавшись к себе, он почувствовал, как изнутри сжигает огонь. Его начало выворачивать, ломать, конечности гнулись так, как гнуться не могли…

Так в парня вселился внеуровневый демон, что дало одноразовую способность приручить, путем его переселения, любого моба любого уровня. Демонический пет, как объяснялось в описании навыка, рос в уровнях вместе с владельцем, но с двойным коэффициентом, то есть всегда оставался уровнем в два раза выше, чем сам Нагваль. А погибнув, возрождался через определенное время, что превращало пета в бесплатный паровоз по инстам Дисгардиума, так как заработанные очки опыта полностью шли хозяину.

Едва Нагваль это осознал, прошло глобальное уведомление о новой «угрозе» с потенциалом U. Эд не помнил, как выбрался из пещеры и покинул Дис, не зная, что делать. Дальше все было почти как у меня: ошеломление, письмо от корпорации, изучение информации в сети, паническое планирование и невозможность ни с кем поделиться. Положение парня осложнялось тем, что над ним повис дебаф или баф, как посмотреть, одержимого. Скорость набора опыта удваивалась, пока демон был внутри, но по той же причине внешне Нагваль стал походить на кого угодно, только не на человека: белки глаз залило маслянисто-черным, кожа побагровела, пробив сапоги и перчатки, отросли грандиозные когти. На людях в таком виде появляться было нельзя.

Эд стал думать, кого приручить, чтобы снять эффект одержимости.

— После долгих раздумий я выбрал Москито, — рассказывал он. — Был в то время на краю Болотины такой локальный босс — эдакий чудовищных габаритов комар величиной с грузовик.

Восемнадцатый уровень, самый высокий, что мне был доступен в песочнице. Приручение прошло спокойно, демон только покинул мое тело, и — бац! — он уже в Москито. Комарик преобразился и стал еще кошмарнее!

— И что пошло не так? — спросил я, хорошо понимая, что чувствовал Эд в тот момент.

— Его нельзя было отозвать. Никак. Он всегда сопровождал меня, над ним красовалась четкая и понятная каждому надпись, что это мой прислужник — Демонический Москито... А, и у меня рухнула репутация сразу со всеми фракциями Содружества. До ненависти.

Дни напролет Эд проводил в пустынных областях и подземельях, фармя золото, вещи и опыт. Вот только сделать с добычей он ничего не мог, так как путь в город был заказан. Он не имел возможности даже отправлять добытое знакомым через игровую почту, ведь стал врагом всех людей, эльфов, гномов, дворфов и прочих рас Содружества.

Это был тупик, но не конец. Оставалось тянуть время до выхода в открытый мир, а там двигать на фронтир или к темным расам. Но он попался. Его заметили, и парень едва удрал. А когда вошел в Дис на следующий день, округу уже прочесывали. И все шло к устранению его как «угрозы» в самое ближайшее время.

Нагваль затаился в горах, в одной из тех пещер, где никогда никто не появлялся. Заходил в Дис, проводил положенное время, не высовываясь, и возвращался на следующий день, чтобы делать то же самое, а вернее — не делать ничего.

В очередное свое появление он нарвался на группу приключенцев. Демонический Москито атаковал без приказания, группа легла без единого шанса на победу, но место, где прятался Нагваль, было раскрыто. На «угрозу» началась охота.

К тому времени в Дисе уже зарегились Ханг с Маликом, и вот-вот должна была появиться Тисса. И Эд решил сдаться. Но сдаться своим, чтобы разделить награду за ликвидацию. Он скинул парням ссылку на материал о ликвидации угроз, добавив, что надо прочесть и усвоить, а потом сообщил, где и в какое время им надо быть в Дисе.

Непредупрежденные об истинном статусе Эда парни пришли в указанную точку. Москито агрился на всех, кто появлялся в зоне видимости, и его требовалось устранить заранее. Для этого хозяину пришлось помучиться, ранним утром пробираясь в высокоуровневый данж и собирая вокруг первого босса паки мобов. Общими усилиями враждебной фауны подземелья высокоуровневого Москито убили, и получасовой откат на перерождение создал то самое окно, в которое Эд смог спокойно пообщаться с друзьями с глазу на глаз.

При виде Нагваля парни не растерялись. Убивая несопротивляющуюся «угрозу» им пришлось повозиться, но процедура ликвидации прошла как надо. «Я изгоняю тебя из Дисгардиума навсегда!»

— пафосно воскликнул Ханг, воткнув кинжал в сердце погибшего Нагваля в те несколько секунд, в течение которых труп еще не развоплотился.

Краулер, новый персонаж Эда, получил от разработчиков масштабируемый эпический плащ и постоянный бонус — десять процентов к скорости набора опыта. А вот невольные «превентивы» Инфект с Бомбовозом взяли бонусы посерьезнее: фолиант магии огня, фолиант магии света, пятьдесят тысяч золотых, масштабируемый эпический меч и сходный кинжал.

В итоге это стало стартовым капиталом клана «Дементоры», к которому вскоре присоединилась и Тисса. Краулер стал огненным магом, Тисса — жрицей Нергала Лучезарного, а на будущих классах Инфекта и Бомбовоза сказались поделенные между ними эпические клинки.

— Потрясающая история, — я взглянул на Эда другими глазами.

— Да, я рассказал это, чтобы донести до тебя кое-что другое. Тогда, едва все закончилось, я просто помешался на «угрозах». Да все мы будто с ума сошли! Но, в отличие от «превентивов», стремились не к поиску и уничтожению, а к тому, чтобы кто-то из нас снова ею стал. Облазили всю песочницу, совали нос в каждую дыру, надеясь найти хоть что-то подобное... Мы потратили больше десяти тысяч на информацию и вот что выяснили. Девять из десяти «угроз» в момент получения статуса состояли в клане. А от соклановцев такое не скроешь, они начинают видеть метку «угрозы» на руке.

Понимаешь?

— Пока не очень.

— Слушай дальше, — сказал Краулер. — Со статусом «угрозы» возможен только путь одиночки.

Если «угроза» не лидер клана, то ему сразу, еще до глобального уведомления, предлагается или покинуть его, или отказаться от статуса, заодно со всеми приобретенными способностями и плюшками. Других вариантов нет. Такая же фигня происходит, если «угроза» вступит в чужой клан или отказ без всяких «наград» с утерей имба-навыков или… никакого клана. Кнопка вступления просто не появится.

— Но если «угроза» — лидер клана… — догадался я.

— Тогда всякий соклановец, обнаруживший метку, сам становится «угрозой»! — не выдержал Бомбовоз. — Другие варианты не имеют смысла!

— Да ладно! И вы тоже стали?

— Не совсем так, — прохрипел Эд, отпил из фляжки с холодным чаем и разъяснил: — Мы теперь «субугрозы». А это меняет весь расклад! Во-первых, мы не можем тебя убить. Во-вторых, если тебя ликвидируют, мы не заработаем ничего, кроме штрафов за то, что не уберегли. В-третьих, если мы кому-то тебя сдадим — корпорация это узнает, и нам влепят пермабан со всеми вытекающими, вплоть до понижения категории или лишения гражданства. Теперь ты понимаешь, как сильно мы повязаны? Помочь тебе достигнуть максимального потенциала — наша задача. Потому что нас наградят, только если ты достигнешь максимума. Думаю, это реально сделать уже в песочнице, ведь вряд ли у тебя потенциал выше P? Вообще, это был наибольший когда-либо полученный в песочницах. Какой у тебя в настоящий момент класс «угрозы»?

— Прежде чем я тебе что-то отвечу... Эдвард Родригез, ты как-то можешь подтвердить свои слова? О «субугрозах» и прочем...

— Легко. Загляни в закрытый пользовательский раздел игровой энциклопедии. Тот самый, куда ты как «угроза» мог бы и сам давно заглянуть. А ты не поинтересовался, иначе бы не спрашивал, — усмехнулся Краулер.

— Нет, как-то не догадался... — краска залило лицо. — А что...

— Ну да. Твой статус — такая же часть игрового процесса. А раз так, она должна быть описана разработчиками, но доступна только тем, кого это затрагивает напрямую. Не упрекай себя, я был таким же. Мог сэкономить клану уйму денег, если бы узнал все оттуда, а не из платных источников тогда, когда утратил статус.

Игровая энциклопедия в разделе «Субугрозы» полностью подтверждала слова Родригеза. Бывшие «дементоры» сейчас заинтересованы в моей безопасности больше, чем я сам! Потому что я получу награды, пусть и другого размера, при любом развитии потенциала. А они — только при максимальной прокачке моего статуса. Бинго! Мои губы растянулись в улыбке.

— Текущий статус моей «угрозы»… — сказал я, записывая на видео выражения их лиц. Сохраню для истории и буду пересматривать, когда будет грустно. — Q.

— Ого! — раздались восхищенные восклицания ребят. — Круто! Значит, до максимума осталось совсем немного! Поделим награды, прокачаем тебе нового чара и разорвем «Аксиому».

— Минутку... — самой здравомыслящей оказалась Тисса. — Алекс, а какой у тебя потенциал?

— Потенциал? A.

Все замерли, на их лицах проявилось нетерпение и возбуждение.

— А что? Ну, договаривай!

— А! А у меня потенциал!

— Да мы поняли, что у тебя потенциал! Класс какой? А, а! Заладил... — Бомбовоз беззвучно шевелил губами и хлопал глазами.

— Угроза с потенциалом класса А... — прошептал Краулер. — Твою мать!

Огласивший округу сумасшедший торжествующий рёв спугнул с деревьев ворон.

Глава 16. Меж двух огней

Между заброшенной деревянной хижиной, где мы сидели, и лесом не было просвета, листва молодых деревцев и редких кустов можжевельника спутывалась с ядовитым плющом, цеплявшимся за хижину. Мне показалось, что там, снаружи, что-то появилось.

Тем временем ликование бывших «дементоров» сменилось унынием — никто не представлял, возможно ли вообще раскачать статус «угрозы» до такого высокого уровня, — а потом снова безграничной радостью, уже от того, что с таким имбой, как я, у них появились объективно реальные шансы утереть нос «Аксиоме».

Я почувствовал, как по щеке, щекоча, присасывается и ползет что-то невидимое, но явственно осязаемое. Что-то липкое и скользкое. Я резко хлопнул себя по тому месту, но рука не нашла ничего чужеродного.

Ребята умолкли и обеспокоенно завертели головами. Ощущение, что мы не одни, появилось не только у меня. Воцарившуюся мертвую тишь прерывал лишь едва слышный неестественный звук снаружи хижины — на самом рубеже слышимости что-то слабо шелестело, будто флаги на ветру.

А потом донесся отчетливый запах падали. Сладковато-резкий, тошнотворный.

Краулер коснулся указательным пальцем губ, призывая хранить молчание, и кивнул Бомбовозу. Тот потянулся за спину. Меч, медленно выползая из матово-антрацитовых, покрытых эльфийской серебряной вязью ножен, блеснул над его головой.

— Медленно встаем, чтобы не сагрить. Бом, заберешь его, как выйдем. Инфект, сбивай касты. Тис, ты на... Короче, все, как обычно, — быстро прошептал Краулер. — Скиф, будь рядом с Инфектом, если будешь драться в мили, или рядом со мной, если стрелять.

— Свой лук я вчера потерял, — я покачал головой. — Утес ганкнул. Так что буду драться кулаками. Вот только с кем?

Ребята удивленно повернули головы, удивляясь, как «угроза» A-класса могла проиграть какому-то спустившемуся до десятого уровня ганкеру, но ничего не сказали по этому поводу.

— Лич-отшельник зареспаунился, видимо, откатился, — объяснил Краулер. — Уровень шестнадцатый — семнадцатый, не выше — еще не успел отожраться. Но бьет больно, вешает смертельные доты и сумасшедшие дебафы, так что фактически снизит нас на несколько уровней каждого. Адов быть не должно, поэтому сразу вливаемся в босса. Все, выходим.

Мы замерли у хижины, изучая противника. Я мог бы завалить его сам, причем не особо напрягаясь, но следовало отрабатывать командное взаимодействие, беря во внимание будущие бои на Арене.

Локальный рарник хоть и имел в названии слово «лич», совсем не походил на лича Дарго, исполняемого покойным Клейтоном. Отшельник витал в воздухе, его нижние конечности, больше похожие на призрачные щупальца осьминога, плавно парили в метре над землей. Присмотревшись, я увидал серое лицо твари, сузившиеся желтые глаза с вертикальными зрачками, узкие щели вместо носа. Уши у лича отсутствовали, как и рот.

Лич-отшельник, 18 уровень

Магическое существо

Локальный босс

Тварь оказалась стремительной: атаковала сразу, стоило Бомбовозу сделать к ней шаг. Ее щупальца одновременно вытянулись в струну, напряглись, задрожали и выстрелили чернильными струями какой-то мерзости. Залп стал сверхточным — все наши характеристики обрушились на тридцать процентов, а танка вообще перехватило в процессе чарджа и так замедлило, что его сверхскоростное передвижение к рарнику снизило скорость до пешего шага.

Лич распахнул пасть — оказалось, рот у него все-таки есть, безгубая расщелина — и невнятно заговорил. Из прогнившего отверстия потекло заклинание, он развел руки, и вся поверхность в радиусе двадцати метров задымилась коричневыми клубами. Мы стали задыхаться и закашлялись, земля пошла пузырями. Скорость передвижения снизилась еще больше — ноги вязли, и лич, до которого оставалось метров семь — восемь, не собирался останавливаться. Об этом говорила замершая полоска произносимого заклинания.

Жуткий вой по нему не прошел, лишь Краулер понимающе спросил:

— Крушитель? После него ты стал «угрозой»?

Я покачал головой, но в объяснения вдаваться не стал. Самое время подкопить чумной энергии.

— Не удивляйтесь тому, что увидите! — предупредил я ребят, активируя проклятие нежити.

Рассказать о том, что конкретно делает меня угрозой столь высокого класса, я не успел — слишком буйным было веселье, а потом появился лич. На меня бросили взгляды и не увидели ничего необычного. Как и я. Большого урона от бьющей по площади магии рарника я не получал, а только проявившееся проклятие нежити тут же спало — здоровье восстановилось до максимума.

А все потому, что Тисса сохраняла спокойствие и не прекращала хилить. Вспышки света от ее фигуры расходились кольцами света и лечили всю группу. В подобной ситуации боеспособным оставался только Краулер, заливавший босса всеми разновидностями огненной магии, но из-за слишком высокой разницы в уровнях заметного урона по личу не проходило. Дебаф снижал усилия мага еще больше. А я пожалел, что остался без лука.

Инфект, смекнув, что таким манером до Лича-отшельника не добраться, отрывисто выкрикнул что-то по-арабски и метнул в него кинжал. Рога точно использовал какую-то способность, потому что его меткий бросок сбил каст.

Почувствовав под ногами почву, мы с Бомбовозом и Инфектом рванули к твари. Однако вгрызться в него не удалось. Лич окружил себя непроницаемой пеленой оранжевого марева и протяжно завыл. Звук, огласивший окрестности, леденил кровь в жилах, и тут же получил ответ. Из земли полезли мертвецы и скелеты, а из леса раздался пронизывающий душу крик банши. Эд ошибался, у босса появились ады.

— Бом, забирай! Тисса, вливайся пока в босса! — крикнул Краулер. — У тебя же дополнительный урон по нежити! Скиф, что ты можешь?

— Пусть Бомбовоз не отвлекается, я беру адов на себя! Тисса, меня не хиль!

Отвечая, я активировал проклятие нежити и побежал по спирали, стягивая на себя мертвецов.

Четырнадцатый — пятнадцатый уровни, обычные мобы, но много. Я крушил кости и пробивал зияющие дыры в их телах, Молотом срывая черепа скелетов и разнося в клочья гниющую плоть

зомби. Криты убивали их сразу, после обычных ударов приходилось добивать, но я не останавливался на месте. Через минуту не осталось ни одного ада, но показались новые — до места боя добралась

призванная из леса банши, а следом из кустов выскочила огромная туша волка.

Каратель, 16 уровень

Нежить

Локальный босс

Вассал Чумного мора

Последнюю строчку видел только я. Это была «скрытая информация, видимая только посланнику Чумного мора».

— Твою мать! — закричал во все горло Краулер. — Это вайп! Скиф, если ты можешь что-то сделать, то самое время!

— Могу, — ответил я, набирая скорость навстречу волку. — Каратель мой!

Эд что-то прокричал, но его слова заглушили чужеродные мысли в голове:

— Приветствую тебя, предвестник. Ты позвал, и я пришел.

Слов как таковых не прозвучало, явилось лишь понимание: Жуткий вой на короткой дистанции призывает Карателя, воспринимающего меня, как — нет, не хозяина, — скорее как союзника.

Когда описываешь все это, возникает ощущение, что события заняли много времени, но по факту с начала боя до появления волка прошло меньше двух минут.

Волк оказался рядом и дружелюбно ткнулся мне в плечо носом. Никаких дополнительных кнопок управления им в интерфейсе не появилось, и я не понимал, как давать ему команды. На мысленные он не среагировал, и я подтвердил ее голосом:

— Убей Лича-отшельника!

Массивная туша волка в один прыжок оказалась возле босса и вцепилась в одно из щупалец. Лич, определив новую угрозу как самую опасную, переключился на Карателя. Его длань зависла над лобастой мордой, заклубилась мгла, и Каратель душераздирающе заскулил.

Используя момент, я одним мощным Молотом врезал по башке лича, а вторым ударом перебил руку, которой тот испускал черное колдовство в волка-нежить.

Вы нанесли урон Личу-отшельнику: 635.

Очки жизни: 1541/2300.

Вы нанесли урон Личу-отшельнику: 37.

Очки жизни: 1504/2300.

Тварь заволновалась, забыла про волка и отпрянула подальше, но вырваться ей не удалось. Каратель вцепился в щупальце и мотал башкой, стараясь его оторвать.

Воткнув очередной Молот в босса, я бросил взгляд за спину. Банши, отвратительного вида старуху в лохмотьях одежды и распущенными волосами, перехватил Бомбовоз и вместе с Тиссой и Краулером успешно сносил ей остатки очков здоровья. Старуха завизжала, рассыпаясь в пыль.

Рарник затеял очередное AOE-заклинание, бьющее по площади — пузыря землю и затягивая поле боя коричневым токсичным дымом, но каст не продержался даже двух секунд — Инфект оказался за спиной босса, Пинком прервал заклинание и вгрызся в спину лича. Следом чарджнулся и обездвижил босса Бомбовоз, я вбил Молот, а световой луч и прилетевшая следом с неба тяжелая Длань Нергала в исполнении Тиссы заставили мертвого колдуна задымиться, а потом и воспламениться от краулеровского  Поджигания. Раздирание волка довершило совокупный взрывной групповой урон.

Издав шелестящее шипение, Лич-отшельник спущенным шариком приземлился и растекся по земле смоляной лужицей.

Лич-отшельник мертв.

Получены очки опыта: 70.

Очки опыта на текущем уровне (12): 5760/10100.

Волк пихнул меня мордой в грудь. Я схватился обеими руками за его отчего-то мокрую, попахивающую гнилым мясом башку. Один глаз помощника загноился, и, увидев там быстро скрывшуюся полоску трупного червя, я едва сдержал рвотные позывы, подумав, что в здравом уме играть за подобную фракцию, как Чумной мор, никто бы не стал.

— Спасибо, — сказал я, глядя в здоровый глаз волка.

— Зови, если понадобится помощь, предвестник, — пронеслись в голове чужие мысли. — В пределах леса, и если я буду поблизости — приду. Доброй охоты во имя Чумного мора!

Лизнув меня холодным и склизким языком в лицо, он в пару скачков исчез за деревьями.

Бомбовоз переглянулся с Инфектом, откашлялся и осведомился:

— Этот волчара — твой пет? И... Что у тебя с лицом? У тебя кожа отваливается и видно кости черепа!

— Стоп! — резко сказал Краулер. — Не здесь, не сейчас. Завтра после школы все расскажешь, Скиф.

Кто будет сборщиком лута? Предлагаю оставить Бомбовоза — у него почти двести ячеек и большая грузоподъемность. Скиф?

— Согласен. Тем более у меня с этим проблемы, не могу...

Краулер поднял ладонь, и я понял. Завтра — так завтра.

— Заодно решим по спору с Большим По. Предлагаю расходиться — меня сестренка ждет, соскучилась за то время, что был в клинике.

— Да, мне тоже пора выдвигаться к Алексу, — согласилась Тисса.

Наш танк наклонился, чтобы подобрать лут.

— Так, с банши пыль, белый хлам и немного серебра. С лича... О, смотрите — синька!

Рука Векны

Редкое

Жезл.

Урон: 11–15.

+13 к интеллекту.

+4 к выносливости.

+3% к критическому урону.

Прочность: 150 / 150.

Требуется уровень: 15.

Цена продажи: 11 золотых монет, 49 серебряных монеты.

Шанс потерять после смерти снижен на 50%.

— Я заберу? — спросила Тисса. — Лучше той зелени, что у меня сейчас. Надеюсь, скоро пригодится.

Возражений не последовало.

— Скиф, тогда на сегодня все? — спросил Краулер. — Пока мы все не взвесим, лучше не предпринимать никаких действий.

— Могли бы пофармить лес... — протянул Инфект.

— Нет, — я покачал головой. — Краулеру и Тиссе надо офлайн, да и у меня еще есть дела.

Мы пожали друг другу руки, прощаясь, а потом один за другим вышли из Диса. За мгновение до сработавшего таймера я передумал, отменив выход.

До прилета Тиссы еще было время, и я подумал, что могу его использовать полезнее.

Активированная Глубинная телепортация доставила меня туда, куда я и собирался.

***

Куда проникал взгляд, не было никого. Где-то на краю зрения маячила вдалеке стена темного густого леса из обомшелых стволов, но по остальному обозримому пространству тянулись бесконечные болота. Навык глубинного переноса страдал погрешностями — я оказался не на островке Бегемота, а немного в стороне от него. К счастью, на твердом участке.

Повышен навык глубинной телепортации: +1.

Время восстановления снижено с 24 до 16 часов.

Текущий уровень навыка: 2.

Определившись с направлением по собственной метке на карте, я побрел через топь, ступая у комлей засохших деревьев, прыгая по валунам и камням, и балансируя на прогибающемся ковре из мха и ряски. Моя тканевая рубаха, разодранная скелетами и зомби Лича-отшельника, пропиталась потом и исходящей от болота влагой. Ближе к крохотному островку Спящего я погрузился в трясину с головой, подвергся безжалостным атакам болотных тварей, и это стало хорошим способом забить чумной резервуар под завязку, а заодно подкормить Бегемота.

— Ты пришел... — слабый голос в голове застал меня, выбирающимся на сушу.

При моем появлении лужица протоплазмы заволновалась и пошла кругами.

— С какой целью, инициал? Ведь храм еще не восстановлен...

— Кое-что изменилось, Спящий.

— Подойди ближе и впусти, — донесся стихающий голос.

Я дошел до лужи и поставил ногу рядом. Она втекла в меня, и в то же мгновение передо мной воплотилась проекция разума — аватар Спящего бога. Кошмар во плоти.

— Большое спасибо за новых адептов, — искренне поблагодарил Бегемот. — Это росинка от того океана веры, что нам необходима, чтобы вернуть контроль над снами, но она снова дала нам возможность общаться.

— Вам?

— Да, нам — Спящим, чьи имена совсем позабыты разумными этого гибнущего мира. Их зовут Левиафан, Кингу, Тиамат и Абзу.

У разработчиков явно не все были дома, когда они давали имена Спящим. Все пятеро в моем мире не у одной древней народности считались сущностями явно недобрыми.

— О чем ты хотел поговорить, инициал? — прогудел Бегемот. — Поддержание аватара энергозатратно, поспеши!

— Чумной мор, метку которого ты видишь на мне, поручил мне помочь ему со вторжением в Тристад. Это единственный крупный город на ближайшие сотни километров, и его захват...

— Его захват надо предотвратить! — рявкнул Спящий. — Сущность, маскирующаяся как бездумная стихия, таковой не является! О нет, это проявление темной стороны убогого Познавшего силу, называемого разумными богом, и его усиление ускорит прорыв Бездны!

— Кто же этот убогий, Спящий? О ком ты говоришь?

— Кто-то из новых божков, коих развелось больше, чем может себе позволить один мир с ограниченным объемом энергии. Тот, кто пометил тебя... Его отпечаток смазан порчей, которой он подвергся. Так Бездна поглощает миры, соблазняя сильнейших еще большей силой. Что тебе грозит, если ты не станешь делать того, что требует Чумной мор?

— Я потеряю все способности, которые он мне дает, Бегемот. Это неуязвимость, когда...

— Я вижу! — перебил меня бог. — Снял слепок плетений в твое первое появление и сделал то же самое сейчас. Ты стал сильнее. Теперь ты сам контролируешь проявление заражения... Ну-ка, ну-ка...

Поразительно! Это примитивная, грубая, но действенная магия плоти, помноженная на бесконечность Бездны. И, что неудивительно, она работает только с такими же пришельцами в этот мир, как ты.

Любого местного проклятие пожрало бы в считаные дни, преобразовав в бездумную тварь и полностью подчинив Чумного мору. Но не тебя! Твоя природная способность к регенерации сильнее проклятия...

— И если я потеряю эту примитивную способность, мне станет много тяжелее.

— Ты ее не потеряешь, — просто промолвил Бегемот. — Восстанови храм, и у меня станет достаточно силы, чтобы одарить тебя чем-то подобным.

— Мне туда не добраться в ближайшие три месяца, Спящий. Остров, о котором ты говорил, находится за пределами территории, где я — пришелец — могу находиться. А у задания Чумного мора определенный срок...

Мое нытье осталось без ответа. Последние слова я произносил в никуда. Бегемот развоплотился, оставив после себя только спокойную лужицу протоплазмы и открывшийся квест.

Спящий бог Бегемот хочет, чтобы вы предотвратили захват Тристада Ядром Чумного мора.

Награды:

— 10000 очков опыта;

— навык «Неуязвимость Спящих»;

— навык «Возмездие Спящих».

Штрафы в случае невыполнения задания:

— лишение статуса «Инициал Спящих».

Конечно, от задания отказаться было никак нельзя. И мне предстояло выбрать, чью сторону предпочесть: гниющих мертвецов, угрожающих миру смертельной эпидемией, или мутных Спящих, ни одно из имен которых, не говоря уже об облике Бегемота, не внушало доверия.

***

После того как Бегемот оставил меня одного, я решил потратить какое-то время до приезда Тиссы на фарм, благо толстых и злых мобов в трясине водилось много. По отработанной схеме я погрузился в болото и около часа занимался геноцидом гадов, рептилий, магических шаров и мириад живности поменьше вроде кровососущих пиявок с локоть размером.

Проклятие нежити, как всегда, не подвело. Дождавшись снижения здоровья до оранжевой зоны, я активировал неуязвимость, а на пролитую кровь собралось достаточно голодных мобов, чтобы добить опыт до следующего уровня.

Вы подняли уровень — 13!

Доступно 5 свободных очков характеристик!

Пять очков ушли в выносливость, самую проседающую характеристику. Из лута ничего интересного не выпало, кроме разномастных алхимических и кожевенных ресурсов, а также странных кулинарных ингредиентов.

Ядовитое филе болотного голована с кровью Кулинарный ингредиент.

Стоимость: 27 медных монет.

Ими я и забил две ячейки инвентаря под завязку, больше не влезло, так как третий слот был занят эпическим луком. Можно было бы поэкспериментировать с Кулинарией, но без огня и котелка это проблематично. Попробую что-нибудь приготовить в таверне, если шеф-повар Арно позволит.

Получив левел ап, я выбрался на сушу, добил тех, кто вылез меня преследовать, и дождался спадания режима боя, чтобы можно было выйти.

Оставив тушку персонажа на островке посреди Болотины, я покинул Дис.

За раздвинувшимися створками стояла Тисса и насмешливо качала головой:

— Ай-ай-ай, Алекс, променял игрушку на девушку!

— Ты ела, девушка? А то я голоден, как волк.

— Кстати, о волке. Он часть твоей «угрозы»?

— Если честно, я так не думаю. Он не мой пет, управлять им не могу, и даже призвать на помощь, как оказалось, его можно только в Мраколесье, и то, если он недалеко. А вообще, к черту Дис, обсудим завтра с парнями... — Одевшись, я выглянул из комнаты и прокричал: — Мам! Что на ужин?

За ужином папы с нами не было, он все так же проводил вечер с тем же заказчиком, что и вчера. В наш век развития виртуальных переговорных, когда люди из разных частей света могли, не выходя из дома, встретиться с кем угодно, просто используя капсулу, общение с глазу на глаз стало чем-то столько же редким, сколь и избыточным. Но когда дело касалось секретных проектов, серьезные люди выбирали безопасность и конфиденциальность личных встреч. Как раз на такую второй вечер подряд и полетел отец.

Мама с Тиссой сразу нашли общий язык. Девушка рассказала о том, как потеряла свою, моя всплакнула, и я и глазом не успел моргнуть, как эти две представительницы прекрасного пола сговорились, начали шушукаться о своем, о женском, а потом вообще свалили в другую комнату секретничать. Я озадаченно почесал репу, думая, чем бы заняться, и выбрал уроки.

Закончив с ними, я уже собирался идти и отбивать Тиссу, но она вернулась сама. Зайдя, она закрыла за собой дверь и смущенно хихикнула. На ней вновь висела моя футболка, и было в этом что-то интимное. Вчера она промокла, но что сегодня? Заметив, куда я смотрю, она поправила задравшуюся футболку, подошла ко мне и обняла.

— Спасибо, Алекс. За все. Вчера был ужасный день, и мне казалось, что моя жизнь рухнула, и дальше будет только хуже. Ну, ты понимаешь? В Дисе без перспектив, а в реале... Да и я, честно говоря, не надеялась, что ты и твои родители так легко позволяет мне остаться. Мы же давно не общались… Но ты сделал намного больше! Одно то, что ты, даже не зная последствий, решил нам помочь...

— Ни слова о Дисе! — я протестующе поднял руки.

— Ладно, ладно! — засмеялась она. — А еще огромное спасибо твоей маме! Она у тебя замечательная! С ней так легко говорить…

Она замолчала, но я понял, что она имела в виду. Есть темы, которые девочки могут обсудить только с матерью, особенно, если все твои друзья — парни. Ну а если мамы нет... Я думал об этом, продолжая обнимать девушку, и сердце пело от счастья, что она не отстраняется.

— Кстати, а почему «дементоры»? — я решил прервать неловкое молчание, сменив тему разговора.

— Кстати? Совсем нет! Но я отвечу, — Тисса улыбнулась. — Ты знал, что Эд всегда болел за Волдеморта? Ему казалось, что у Гарри с его неуязвимостью против магии Лорда какой-то чит-мод, и как бы бедолага не клепал крестражи, все тщетно… Несправедливо! А мы сразу решили, что как только выйдем в открытый мир, перейдем на сторону темных рас. «Пожиратели смерти» были заняты, так что мы выбрали другое название.

— Как-то это… мрачно.

— Сам— то! Ты видел себя в зеркало под этим твоим проклятием нежити? Ха-ха! А вообще, светлые боги, добрые расы... Нет ни хороших, ни плохих, Алекс, тем более в Дисе, где у каждого народа своя правда. Вот назови хотя бы одну абсолютно злобную расу!

— Хмм... Орки? Нет, эти просто дикие. Наги?

— Да, наги поддержали темное божество, но ты знаешь их предысторию? У них не было другого выхода! Иначе бы они вымерли!

— Демоны?

— Да, демоны символизируют абсолютное зло, но! Во-первых, это не игровая раса, а во-вторых, это их сущность! Родись ты демоном в атмосфере жесточайшей конкуренции, в перенаселенном сообществе, управляемом всесильным диктатором, чьи команды ты просто не можешь не выполнить, иначе будешь развоплощен...

Я вдыхал запах ее волос, пока она продолжала что-то говорить о жителях Инферно, когда раздался звонок открывающейся входной двери. Послышался мамин голос. Тисса обеспокоенно посмотрела на дверь, чего-то опасаясь, но я ее успокоил:

— Это отец.

— Дядя Марк?

— Ага. О, сейчас ты с моим папой еще ближе познакомишься, и вам точно будет, о чем поговорить!

Ведь он несколько лет безвылазно просидел в Дисе! Рейды водил еще тогда, когда...

Уткнувшись в шею девушки, я не видел двери, а потому раздавшийся вместо отцовского голос стал полнейшей неожиданностью:

— Привет... Алекс… Мелисса?

Медленно отстранившись от Тиссы, я обернулся. На пороге, смущаясь, стояла едва знакомая мне девушка, распознать в которой Еву О’Салливан было дьявольски сложно. Я ошарашенно вглядывался в незнакомое лицо, подмечая результаты пластики. Похоже, их заметил не только я:

— О’Салливан, ты ли это? — ахнула Тисса.

— Ева, здравствуй! Прекрасно... — протянул я. — выглядишь...

Мое замешательство было легко понять. Евины обтягивающие короткие шорты не скрывали длинные идеально ровные ноги. Свитер с высоким горлом заканчивался под грудью и открывал плоский загорелый животик. Бюст, грозящий разорвать топ, визуально стал объемнее, но в меру. Я не разбираюсь в размерах, но уверен, что мне понадобились бы обе ладони, чтобы прикрыть только одно из двух полушарий. Волосы Евы подверглись изменению пигментации: посветлев, они из ярко-рыжих превратились в светло-русые.

Но самым большим корректировкам подверглось лицо. И хоть глаза посинели, в целом врачам удалось сохранить уникальные черты, присущие только ей, и в то же время преобразовать их так, что девушка стала очень привлекательной. Безумно привлекательной. Я с трудом отвел взгляд, стыдясь Тиссы.

— Спасибо, — Ева ответила машинально, не сводя глаз с гостьи в моей футболке. В замешательстве я убрал руки, перестав ее обнимать. — А что… вы здесь делаете?

— Ничего особенного, — быстро ответила Тисса и лукаво улыбнулась. — Разве что...

Я одарил ее взглядом, призывающим заткнуться и не разжигать, а сам вскочил и схватил Еву за руку:

— Извини, подруга, за замешательство. Присаживайся! — Я подставил стул, и она нехотя уселась на самый краешек, сложив руки на коленях. — Просто это так неожиданно! И твой визит, и... как ты изменилась. Нет, правда, хоть и знал, что это произошло, и видел тебя по комму, но все равно — увидеть собственными глазами... Выглядишь потрясающе! Как твое восстановление? Как все прошло?

Ева прикусила губу. Привычки не изменишь, и я понял, как сильно она расстроена. Только сейчас заметил, что она судорожно стискивает небольшой пакет. Она протянула его мне.

— Это тебе. Футболка. В темноте она отображает именно те звезды, которые ты видишь над собой...

— Ева вытащила и расправила подарок. — А если переключишь режим, будет отображаться Солнечная система целиком. В динамике. Вот, смотри... Прикоснись к любой планете, и она увеличится. Клево, да?

— Мне очень нравится!

— Я рада, — ответила она безжизненным голосом. — Увидела ее в сувенирной лавке лунного космопорта и сразу вспомнила, как ты любишь космос.

— Спасибо, Ева. Хочешь посидеть с нами?

— Я бы с удовольствием, Алекс, но мне кажется, я не вовремя. Не буду вам мешать. Пока, Мелисса.

Поднявшись со стула, она скользнула глазами по Тиссе и направилась к двери. Я пошел вслед, чтобы проводить, и невольно залюбовался ее походкой, высоко поднятой головой и расправленной спиной.

Ей исправили осанку, догадался я. Входная дверь поднялась, выпуская гостью, а она и не думала оборачиваться.

— Ева!

Остановившись, она повернула голову:

— Да?

— Спасибо, что заглянула. И за подарок.

— Пустяки, Алекс. Доброй ночи... А еще знаешь что? — В ее глазах застыли слезы. — Пошел ты!

***

На следующий день после школы мы впятером полетели на юго-восточное побережье. Я не понимал, почему мы не можем обсудить планы в любом месте на улице, но ребята настояли.

Место указал Ханг, рассказав, что там можно недорого перекусить китайской едой. Через сорок минут полета мы приземлились на взлетной площадке и, скрывшись под капюшонами от сильнейшего ливня, добежали до закусочной. По улице, протянувшейся вдоль пустынного пляжа, располагались десятки кафе и ресторанов. В один из них, с иероглифами на вывеске и тесно поставленными пластиковыми столами внутри, мы вошли и заняли место у окна.

— В детстве отец всегда по выходным возил нас сюда с братьями. Здесь в это время года редко кто бывает, поэтому любой приземляющийся флаер заметим заранее, — сказал Ханг.

— И ради этого мы улетели за две сотни километров? — скептически спросил я. — Оно того стоило?

— Мы пересекли границы дистрикта, Алекс. Теперь, если кто-то из пре... кхе-кхе, — Эд как-то ненатурально закашлял, — вен... кхе-кхе... тивов засечет разговор удаленной прослушкой по ключевым словам, то они, как минимум ошибутся песочницей.

Сначала я подумал, что они перебарщивают с паранойей, но вспомнив, что стоит на кону, мысленно поблагодарил ребят за предусмотрительность.

К нам подошла официантка — миловидная девушка азиатской наружности. Ханг сделал заказ на всех, причем по-китайски. После он сказал ей что-то еще, и она отошла. Вернулась с плетеной корзинкой.

— Снимайте коммы и кидайте сюда, — сказал Ханг. — Потом вернут.

Глядя на остальных, я отцепил комм и кинул в корзину. Ханг удовлетворенно кивнул, а потом пояснил:

— Мы не знаем, с кем имеем дело. Если они перехватывают управление флаером, то вполне могут слушать нас через коммы.

— И даже после этого лучше перестраховаться, — добавил Эд. — Поэтому смотри...

Он вывел на салфетке: «Угроза — Гражданство. Класс — Категория. Превентивы — Учителя».

— Понял?

Я кивнул. Эд скомкал салфетку и сложил в карман.

— Хорошо, тогда рассказывай, в чем суть твоего гражданства, и как ты получил такую высокую категорию.

В течение моего рассказа о гражданстве категории «A» Эд с Тиссой делали пометки и расчеты прямо на салфетках. Периодически в их размышления вмешивался Малик, всегда славившийся математическими способностями, и только Ханг сидел, чуть прикрыв глаза и загадочно улыбаясь.

Мимоходом я упомянул о легендарном Свистке призыва, который решил выставить ставкой в споре с Большим По, и почувствовал, как под столом Тисса, сидящая рядом, нашла мое колено и крепко его сжала.

Удивленные глаза всех присутствующих за столом постоянно увеличивались, и к окончанию рассказа, когда закончив с Чумным мором, я перешел к Спящим и их бонусам, челюсти у ребят совсем отвалились. Подобрав свою, Эд заговорил первым:

— Потенциально направление Спящих намного перспективнее. Но! Пока есть время до конца срока квеста Чумного мора, надо использовать это на всю катушку. У нас в наличии полная неуязвимость, камень воскрешения и сумасшедший урон Скифа. Ежу понятно, что он будет уаншотить любого босса. В плане прокачки — это фантастика! Оптимальный маршрут, локации, подземелья — это все на мне с Тиссой. Просчитаем темп прокачки, в соотношении время — очки опыта определим точки с учетом респауна мобов и отката пройденных данжей. Голда дело второстепенное, оденемся в инстах.

— Можем использовать тот план, что мы применяли сами, — заметила Тисса.

— Да, но ты забыла о скорости. С Алексом у нас будет зеленый свет и скоростные прохождения.

Главное, не спалить его способности на открытом пространстве...

— Не спалим, — уверенно заявил Ханг. — У него устойчивость на максе, он и без своих абилок может танковать лучше меня.

— Как же здорово, что его чумные удары логируются, как обычные! — воскликнул Малик, поедая бурый рис со свининой.

— Фармить начнем завтра. Тисса, как твой папаша?

— Оклемался. После встречи я домой.

— Тогда приступим завтра! — заявил Эд и виновато посмотрел на меня. — Алекс, ничего, что я командую? Ты — лидер...

— Но опыта у вас больше, — ответил я. — Так что продолжай в том же духе. Но сначала, смотрите, какие у меня мысли. Я вижу три важных направления нашей деятельности. Первое, это насчет кача.

Инсты инстами, но если они постоянно будут на техническом обслуживании, это вызовет вопросы.

Рано или поздно кто-то сложит два и два. Поэтому предлагаю зафармить Болотину. Есть что-то, что поможет нам не утонуть? Мне-то все равно...

— Зелье хождения по воде, — быстро сказала Тисса. — Стоит серебряк за стак, одно из начальных у алхимиков. Аук им забит.

— Отлично. Насколько я знаю, в Болотину почти никто не ходит. Так, делают квесты на границе у лагеря охотников, но вглубь никто не лезет. А мобы там высокоуровневые.

— Ох, складывать нас там будут, Алекс, — поморщился Ханг. — Ты уверен? Там же паки сумасшедшие, сагришь один — пол локации сбежится! Мы туда не совались даже до конфликта с «Аксиомой», а теперь, на наших уровнях...

На несколько секунд все утихли, и над столом раздавался только звук работающих челюстей.

— Надо попробовать! — внезапно меня поддержал Малик. — Там не нашли ни одного данжа, вы же в курсе? Кто знает, может, мы что-нибудь найдем? Да и потом, ну ляжем, и что? Алекс поднимет Тиссу, а она — остальных. Что мы, не вайпались никогда? Помните, как «Зло из глубин» траили? Не ленились же бегать от точки респа! А тут все условия — бессмертный танк-уаншотер с камнем возрождения! Это же мечта донатера!

— Ладно, примем как вариант, — резюмировал Эд. — Алекс, что второе?

— Храм. Без него количество адептов ограничено, я говорил.

— Да, но добраться на тот остров пока нереально, за пределами песочницы в океане сработает Изнеможение. Пока не выйдем в открытый мир, о храме Спящих можно забыть. Да и где мы возьмем строителей? И даже если восстановим храм, как ты представляешь набор адептов в песочнице? Это сразу привлечет внимание «учителей», — он согнутыми пальцами изобразил кавычки. — Что дальше?

— Арена, — сказал я. — Вечером я встречусь с Большим По. Сам, не стоит его лишний раз нервировать вашим появлением. Так вот, я поставлю своего призрачного волка, стоимости которого хватило бы оплатить часть учебы. Как будем отрабатывать тимплей, чтобы я его не потерял?

— Он у нас отработан, — заявил Ханг, орудуя палочками, чтобы выцепить последнюю рисинку в его тарелке. — Осталось вписать туда тебя.

— Впишем, — уверенно сказал Эд. — Нам вообще всю тактику надо будет пересмотреть, ведь Скиф — не просто дамагер. Но сначала, Алекс, недельку побегаем вместе — я присмотрюсь к твоему стилю боя, изучу характеристики. Нам мало выигрывать. Нам надо выигрывать так, чтобы никто ничего не понял о твоем «гражданстве».

Домой я вернулся к вечеру. Посидел с родителями, пока они ужинали, поклевал немного из тарелки, выслушивая мамины причитания о «бедной девочке» Тиссе и о том, чтобы я не смел ее обижать, а потом нырнул в капсулу.

— Ты пришел... — простонала протоплазма Спящего.

— И ушел, — ответил я, активируя Глубинную телепортацию. — Увидимся, Бегемот!

Оказался я, к сожалению, не в Тристаде, и, к счастью, не в локации Олтонских рудников. В Мраколесье и недалеко от города. Добрался до него я без приключений, и, пройдя ворота, направился в «Буйную флягу». На центральной площади, заметив указатель в оружейный квартал, я вспомнил про неосвоенные приемы безоружного боя и решил заскочить к наставнику.

Найти нужное здание, затерявшееся среди массы остальных, оказалось непросто. Зазывалы, заглушая друг друга, кричали о непревзойденных наставниках и скидках, а вывески пестрели рекламой. Я заметил школу мечников мастера Кирито, академию — я не шучу, она так и называлась — искусства боя на топорах прославленного мастера Фигли, дворфа судя по выгравированному портрету на вывеске, а также конкурирующие магазины бронников, оружейников и кузнецов разного уровня мастерства и на разные кошельки.

— Не подскажите, где найти школу безоружного боя? — спросил я у зевающего стражника Малоуна.

— Мастера зовут, кажется, Сагда.

— Тебе-то он зачем, оборванец? — он покосился на мои лохмотья. — Тебе портной нужен! И баня!

— Хочу научиться драться, — я был воплощением терпения. — Так где я его могу найти?

— Это который бьётся на кулаках? Малыш Сагда? — хохотнул Малоун. — Он закрыл школу.

Клиентуры нет, так что Малыш зарабатывает не наставничеством. Ищи его или на заднем дворе таверны, где Ташот проводит подпольные бои, или в Доме удовольствий мадам Лакиши. Он там подрабатывает вышибалой. Хотя тебе туда рановато, парнишка. Не отросло у тебя кое-что еще. Если хочешь, я могу сам проверить, там ли сейчас Малыш. Но... — стражник склонился и зашептал: — Ты же понимаешь, там вход не бесплатный. Золотой компенсируешь?

— Спасибо, я как-нибудь сам.

Дом удовольствий... Заветная и пока недостижимая мечта многих, попавших в песочницу. О нем ходили легенды, но никому из игроков побывать там не удалось. Мы просто не могли туда зайти — невидимая пелена на входе просто отбрасывала, и срабатывало предупреждение о возрастном цензе.

Что интересно, ни у кого не возникало вопросов, зачем такое заведение в песочнице. Как бы там ни было, Тристад считался развитым городом, а в таком помимо нас есть и неписи, живущие полноценной жизнью, и рабочие, которым и в таверне подавали настоящий эль, и в Дом удовольствий позволялось входить, только плати.

Заняться поисками мастера я решил завтра, как и экспериментировать с Кулинарией. Сейчас важнее была проблема с Уэсли Чоу.

Поднявшись в личную комнату, я достал из сундука Свисток призыва и направился в общий зал.

Большой По был там в окружении офицеров клана. Вообще, судя по его манере игры, он гораздо больше времени уделял стратегии и управлению, нежели собственной прокачке. Впрочем, вполне вероятно, одно не мешало другому.

Я остановился у столика, накрытого Куполом безмолвия. Полинуклеотид кивнул, дав понять, что заметил меня, и продолжил говорить. Он ткнул в меня пальцем, беззвучно расхохотался, и его веселье поддержали остальные аксиомовцы. Вытирая слезы, он поманил меня рукой. Купол исчез, и я сел на свободное место.

— Пробужденные! Он реально создал свой клан, парни! Ну, здорово, Шеппард! Я смотрю, ты не тот человек, что бросает слова на ветер. Ты готов спорить? — Он ухмыльнулся. — Но я не спорю с нищебродами, ты уж извини...

— Перестал отвечать за свои слова, Уэсли? — поинтересовался я. — Бросаешь слова на ветер?

— Нет, что ты... — он не смутился. — Но я однозначно дал понять, что ставкой приму только предмет качеством выше легендарного. А судя по твоему виду, у тебя нет денег даже на зелень, так что...

— Так что вот моя ставка! — я продемонстрировал легендарный Свисток призыва и дал им считать показатели, после чего вернул его в инвентарь. — Ну что, спорим? Призываем Арбитра?

Об Арбитрах — специально выделенных ИИ, отвечающих за разрешение спорных ситуаций, — мне рассказал Эд. Заготовку текста соглашения он же скинул мне на почту, и сейчас я бросил ее Полинуклеотиду.

— А ты везучий, Скиф! — воскликнул он. — Ну надо же, где ты его выбил?

— Там уже нет. Изучи текст.

Он буравил меня взглядом, но больше ничего не дождался. Картинно вздохнув, лидер «Аксиомы» начал читать.

— Какой продуманный... сукин сын, — задумчиво сказал Большой По. — Ирина, Джей-Джей, ознакомьтесь. Принимаем?

— На весь срок действия спора клан «Аксиома» обязуется снять преследование с каждого члена клана «Пробужденные», как в «Дисгардиуме», так и в реальном мире... — процитировала Ирина. — Они пытаются нас развести. Выигрывают время, По. Месяц до старта отборочных, потом почти месяц игр...

— Ну как сказать... — Уэсли машинально потер лоб. — Дорого им обойдется этот выигрыш времени.

Ладно, беру ответственность на себя. Что делать с выигранным маунтом, решим потом. Может, я его выкуплю для коллекции.

Он переглянулся с офицерами, получив согласные кивки и отчетливо, глядя в потолок, произнес:

— Я, Полинуклеотид, призываю Арбитра для регистрации спора между мной и игроком Скифом.

Над столом с тихим гудением воплотилось пылающее синим Око — внеуровневый Арбитр, по легенде — посланник богов.

— Предмет спора?

— Итоговая позиция кланов «Аксиома» и «Пробужденные» в предстоящей Арене. В случае, если «Аксиома» займет место выше «Пробужденных», игрок Скиф обязуется передать мне артефакт «Свисток призыва легендарного призрачного волка». В другом случае клан «Аксиома» обязуется прекратить преследование на членов клана «Пробужденные». Полный текст соглашения прилагается.

— Процесс регистрации спора активирован, — хрустальным голосом объявил Арбитр. — Изменение условий спора невозможно. Сторона, инициирующая расторжение спорного соглашения, объявляется проигравшей. Условия спора проанализированы и признаны неравноценными. Игрок Полинуклеотид, пожалуйста, подтвердите, что данный спор не является следствием воздействия на игрока Скифа в другом мире, или любым другим способом нелегальной передачи ценного артефакта.

— Ни в коем случае! — воскликнул Большой По. — Арбитр, все в рамках игрового процесса! Наш клан имеет превосходство в силе и развитии, и с кем воевать, а с кем нет, мы выбираем сами! Ведь это — одна из целей прогресса клана! Скиф предложил прекратить войну, и я согласился в том случае, если его клан окажется лучшего нашего на Арене. Если же нет, я бы хотел получить компенсацию за то, что даю им время на передышку.

— Отклонено. Игрок Полинуклеотид, это финальное предупреждение. Желаете поставить равноценную ставку или признаете себя проигравшей стороной?

— Ирина, быстро в хранилище! — Уэсли треснул кулаком по столу, опрокидывая бокал со сливочным пивом. — Принеси любую легендарку подешевле...

— У вас десять секунд, — бесстрастно объявил Арбитр. — Девять... Восемь...

На Большом По лица не было. Трясущимися руками он стал выгребать из инвентаря эпики, тем же самым занялись офицеры клана, но на каждый выложенный предмет Арбитр непреклонно изрекал:

— Отклонено. Стоимость неравнозначна. Четыре... Отклонено... Три...

И тогда клан-лидер выгреб свой финальный довод.

Горн распорядителя Арены

Легендарное

Уникальный предмет.

Аксессуар.

+20% ко всем характеристикам всей группе.

Использование: Призыв огров-гладиаторов, которые будут сражаться за вас. Уровень огров всегдавыше уровня призывателя на 3.

Восстановление: 24 часа.

Только для класса «бард»!

— Ставка принимается. Спор зарегистрирован. Ставки будут изъяты до завершения сделки и будут выданы победителю. Удачи.

Арбитр исчез вместе с двумя легендарками, оставив после себя затихающий звон хрусталя. Взмокший По сидел с разинутым ртом.

— Капец… — донеслось от кого-то из офицеров «Аксиомы».

— С тобой приятно иметь дело, Полинуклеотид. — Я встал из-за стола, пожал вялую руку Уэсли. — Хорошего вечера!

Выбравшись из-под «пузыря», я направился в противоположный конец зала. Сделку стоило отметить.

Глава 17. Деритесь!

Отвалив подальше от штаб-стола «Аксиомы», я ненадолго остановился у барной стойки и закрутил головой, выискивая знакомых. Бывшие «дементоры» в Дис пока не вошли, а потому компании на вечер у меня не было. Мы договаривались, что примерно в это время они появятся, чтобы узнать результаты общения с Большим По.

— А ну-ка, крошка, подай-ка мне еще пива! — перекрикивая музыку, заорал какой-то бородач у барной стойки.

Он пританцовывал под энергичные гитарные ритмы тройки бардов, одним из которых была милая девушка в летнем платьице с поразительной чистоты голосом. Нежно допев куплет о юной разбойнице, безответно влюбленной в жестокосердного рейд-лидера, а потому решившей привлечь внимание парня лиройдженкинством, она набрала побольше воздуха, выпучила глаза и во все горло совершенно немелодично захрипела:

— Это вайп! Вайп, вайп, вайп! Получай! Вайп, вайп, вайп!

От такого резкого перехода бородач вздрогнул, а потом вскинул кружку с пивом и стал ею размахивать в такт припеву. То ли песня понравилась, то ли тема вайпов была ему близка.

По таверне расходились аппетитные запахи жареного мяса, свежей выпечки, пряных трав и эля. Официантки носились по залу как расторопные белочки, за чем строго наблюдал хозяин заведения Ташот — немолодой чернявый мужчина, с пузом и блестящей проплешиной. К нему регулярно подходили разные люди, причем и игроки тоже, и тогда Ташот доставал пухлый потрепанный блокнот и делал в нем какие-то записи.

Звякнуло уведомление, что Тисса зашла в Дис, а через мгновение в клановом чате появилось ее сообщение: «Ну как?» О чем она спрашивает, догадаться было несложно, так что ответил я сразу: «Он принял условия! Подробности завтра». Тисса отправила довольный смайлик и тут же вышла из игры. Видимо, чтобы сообщить мой ответ ребятам. Каждый из них старался этот вечер провести с близкими, потому что следующий месяц, за вычетом времени на сон и учебу, нам предстоит прожить в «Дисгардиуме».

За дубовыми столами вовсю веселился народ — как неписи и игроки, так и неграждане. Парочку из них я узнал, и губы невольно растянулись в улыбке.

В дальнем углу зала я увидел старых знакомых из Калийского дна — рудокопа Мэнни, за которого я вступился перед Утесом, и Трикси. Карлик, выглядевший в Дисе, как и все неграждане, аналогично своей реальной внешности, болтал ногами и бешено махал руками, стараясь привлечь мое внимание. Я помахал в ответ и направился к ним.

Семеро работяг заливали жаркое темным дворфийским элем и зыркали на томную красотку из неписей. Мэнни представил меня своей бригаде, напомнив, что я для него сделал, и их отношение заметно изменилось. Мне пылко пожали руку, похлопали по плечам, а соскользнувший со стула Трикси устремился за еще одним — уже для меня.

— Сядешь с нами, Алекс? — спросил Мэнни. — Извини, что не предлагаю выпить, ты же знаешь про эффект возрастной адаптации...

— Это когда твой алкогольный эль в моих руках преобразуется в сливочное пиво?

— Ну да, типа того. — Бригадир рудокопов кликнул официантку и сделал заказ. — Причем, даже если оно останется в моих руках, а ты просто отхлебнешь, напиток поменяет свойства. Так что не будем переводить продукт.

— А почему вы не выпиваете в реале? Там дороже?

— Да знаешь, не особо, — нахмурился Мэнни. — Здесь на все аналогичные блага общества цены не ниже. Казалось бы — продают цифровой код, проекцию моего разума... Вот ты знаешь, что со мной делает это дворфийское пойло? — Мэнни поднял бокал. — Вирткапсула просто активирует нужные участки мозга, имитируя воздействие алкоголя. Но суть в том, что эффект настоящий. Такой же, как от реального бухла, только безвредный для организма. Понимаешь? Без побочных эффектов вроде перегруженной печени, интоксикации и похмелья.

— Ваш заказ. Сливочное пиво. — Официантка, отыгрываемая Джерси Локателли из нашей школы, поставила передо мной кружку.

Я сделал несколько больших глотков и слизнул с губ сладкую пену.

— Как твои дела, Алекс? — спросил Трикси. И добавил: — А я теперь рудокоп!

— Я знаю, Трикси, — я улыбнулся. — Дела у меня хорошо. Как дедушка?

— А... — карлик махнул рукой. — Ворчит. Все ему не так. Сказал, передать тебе привет, если встречу. Передаю.

— Сдает старик Фуртадо, — вздохнул Мэнни. — Ладно, не будем о грустном...

Его перебил знакомый и несколько удивленный голос Риты Вуд:

— Скиф? Это ты?

— Привет, Перевес! — обернувшись, ответил я. — Хочу извиниться за тот танец... Мама активировала экстренный выход.

— Я так и поняла. Надеюсь, ничего страшного? Все хорошо?

— Да, все нормально... — я замялся, мне хотелось и с ней пообщаться, и бросать на полуслове разговор с Мэнни и Трикси было некрасиво.

— Если что, я здесь, — сказала она. — Вон за тем столиком. О боже, Кряпота уже пишет мне в личку, чтобы я тебя пригласила. В общем, будет желание — присоединяйся!

Похлопав меня по плечу, Рита удалилась. Я мысленно поблагодарил ее за то, что она не стала акцентировать внимание на том, что я сижу за одним столом с негражданами. Это, мягко говоря, считалось странным.

— Мэнни, — я вернулся к беседе с бригадиром. — А чем ваши капсулы от обычных отличаются?

— Ха! — воскликнул он. — Ну ты спросил! Да всем! Наши рабочие гробы заточены только на Дис, бесплатно выдаются самим «Сноустормом» в рамках поддержки неграждан. И знаешь, что это значит? — Я помотал головой, и Мэнни ответил: — А то, что персонаж, вошедший через подобную капсулу, — это отдельный класс. Это не игрок, не NPC, это чертов работяга! Опыт не капает, соответственно, уровни не растут — это раз. Боевые навыки отсутствуют — это два. А значит, прокачивать можно только добывающие профессии — это три. Хвала всем богам, что нам хотя бы оставили полное восприятие. Но у этой медали есть и обратная сторона — болевые ощущения имеют стопроцентную передачу. Так что, хочешь не хочешь, а единственное, что остается — это трудиться.

— Или в данже сидеть, — встрял Трикси.

Мэнни шикнул и дал карлику подзатыльник.

— Тебе сколько раз можно повторять, чтобы ты держал рот на замке, Трикс? — зашептал он.

— Так Алекс знает, — удивился Трикси.

— Да? — в свою очередь удивился Мэнни. — Но здесь не только он, балда!

Возникшее неловкое молчание я прервал давно интересовавшим меня вопросом:

— Мануэль, а что вам мешает приобрести нормальные капсулы? Смогли бы качаться, играть как все и зарабатывать фармом...

— Ничего не мешает. Формальных запретов на это нет, — помрачнел Мэнни. — Разве что... цена? На капсулу самой низкой категории мне, бригадиру, который еще и получает десять процентов от всего фонда оплаты бригады сверху, зарабатывать лет двадцать. А мне семью кормить.

— А среди ваших… среди неграждан были... прецеденты? Может, кому удавалось?

— Удавалось, конечно, — пожал плечами Мэнни. — Но это как лотерея, понимаешь? Среди миллиарда всегда найдется несколько тысяч тех, кому повезет. Вот, например, несколько лет назад в Калийском дне жила такая Рейчел Кесслер. Работала мойщицей посуды в таверне, сблизилась с поварами. Во всем они с мужем себе отказывали, копили на капсулу для нее... Скопили — но это только начало. Дальше ведь тоже не так просто хотя бы даже эти вложения отбить? Ну она, значит, вспомнив свой опыт, освоила кулинарное ремесло. Поначалу скупала у нубов ингредиенты — кроличье мясо, ягоды, оленину, ну знаешь, то, что в нубятниках каждый игрок фармит. Потом им же, только уже в виде еды, продавала фактически по себестоимости. Так и прокачивала профессию.

Экспериментировала, конечно.

— А я помню тетю Рейчел! — похвастался Трикси.

— Помнит он... — усмехнулся Мэнни. — Кто же ее не знает? Сейчас в Даранте у нее свой ресторан, а ее фирменными блюдами большинство топовых кланов баффается! Ну и, конечно, гражданство получила — ты же знаешь, что успехи в Дисе приравниваются к реальному миру? А у Кесслер одних легендарных рецептов, ею изобретенных, — три десятка! Сейчас может и больше...

***

После разговора с Мэнни я, помахав рукой Рите с Кряпотой, жестами показал, что скоро вернусь, и направился на кухню таверны. История Рейчел Кесслер вдохновила, и я решил подтянуть ремесло, ведь грядущей клановой прокачке поможет каждый бонус, который может дать правильная еда.

Но из зала выйти не успел. Музыка вдруг затихла, и на сцене появился хозяин заведения Ташот. Он начал говорить, и я, заинтересовавшись, вернулся.

— Уважаемые жители и гости Тристада! — важно надувшись и артистично жестикулируя руками, объявил Ташот. — Напоминаю, что сегодня — наша очередная еженедельная индивидуальная миниарена, турнир «Буйной фляги»! На данный момент зарегистрировано только семь участников, и нам нужен еще один боец! Вступительный взнос — сто золотых! Победитель получает все! — он откашлялся и добавил: — За вычетом небольшой комиссии организаторам. Напоминаю, что арбитр турнира — неподражаемый мастер безоружного боя Сагда!

Возле Ташота незаметно очутился невысокий, обнаженный по пояс мужчина в широких штанах. Его длинные черные волосы были заплетены в косичку, кончик которой опасно поблескивал. Он крутанулся на месте, оторвался от сцены и произвел ряд молниеносных ударов руками и ногами, практически зависнув в воздухе. Поклонился, вызвав аплодисменты. То, что продемонстрировал мастер Сагда, казалось сродни магии — траектория ударов полыхала затухающим синим огнем, а возмущенные точки пространства, пораженные кулаками мастера, расходились концентрическими кругами.

— Напоминаю, что на результаты боев принимаются ставки! — похлопав арбитру турнира, сообщил Ташот. — Их вы можете сделать у любой из наших девочек или лично у меня. Старт турнира — через полчаса на заднем дворе!

Пробираясь сквозь расходящуюся по местам толпу, часть которой ломанулась к Ташоту делать ставки, я продрался к мастеру Сагда, который уже успел сесть за отдельный столик. Закрыв глаза, он с наслаждением опустошал бокал с темным элем, заливаясь им как путник, несколько дней проведший в пустыне и, наконец, наткнувшийся на источник родниковой воды.

— Мастер Сагда, добрый вечер! Могу я с вами поговорить?

Он недовольно отставил бокал и обернулся. Его лицо не выражало ничего хорошего.

— Я ставки не принимаю, лучник. Обратись к владельцу этого притона или к одной из его девиц.

— Я насчет обучения безоружному бою…

— А! — понимающе воскликнул он. — Так ты из этих, лучник? Слыхал я, что есть придурки, осваивающие все виды боя. Глупцы! Нет смысла изучать что-то еще, не освоив одно, а освоить одно невозможно даже за несколько жизней, если ты понимаешь, о чем я! Дилетанты! Терпеть не могу таких! Так что исчезни с моих глаз!

Язык у него не заплетался, но сорт его пьяного мышления я узнал. Бывают люди, что строят предположения о чем-то, развивают их и выносят вердикт, даже не попытавшись разобраться. Как моя мама, например, выпив вина, спросит что-то, сама ответит, и, базируясь на этом, приходит к чему-то третьему, вообще не имеющему ко мне отношения.

Этот NPC хоть и не человек, но характер его ИИ развил именно такой.

— Еще эля! — заорал Сагда, грохнув пустым бокалом по столу. Он нахмурился еще больше, заметив, что я продолжаю стоять рядом. — Ты тупой?

— Вы какой-то не позитивный, мастер Сагда. За долгое время к вам пришел настоящий ученик, и вы его проглядели, заливая глаза дешевым пойлом в таверне. Здесь ваше место? Разыгрывать роль арбитра показных боев на потеху публике?

Сагда изучил меня взглядом холодным, как бозе-эйнштейновский конденсат. Мне стало не по себе, и я уставился на свои босые ноги, чувствуя, как в горле поднимается комок необоснованного страха.

Нет причин бояться мастера, не так ли? Но мне почему-то очень захотелось вернуть свои слова обратно.

В следующее мгновение пол ушел из-под ног, я приложился затылком о пол, а в локте от моего лица, кривя губы, шипел мастер:

— Ты, помесь осла с кобольдом, совсем потерял рассудок, если думаешь, что можешь безнаказанно говорить мне такое!

Он изрыгал проклятия, брызжа слюной, но я улыбался. Он мог говорить что угодно, но плюс пять очков к репутации с мастером однозначно свидетельствовали — я до него достучался. На шум прибежал Ташот:

— Этот гость вам докучает, мастер? — поинтересовался владелец таверны.

— Нет, все нормально, — подумав, ответил Сагда. — Небольшая демонстрация преимущества этому недоверчивому юноше, господин Ташот.

Усмехнувшись, толстяк немедленно удалился. Наставник помог мне подняться, протянув руку, и вернулся за стол. Я набрался наглости и сел напротив.

— Что? — он поднес кружку с принесенным элем ко рту, но не стал пить, глядя на меня поверх нее.

— Научите меня драться, мастер!

— Я не обучаю стрельбе из лука, лучник! — последнее он выплюнул с таким презрением и хлещущей ненавистью, что можно было подумать, кто-то из стрелков увел у него невесту.

— Мои навыки боя без оружия намного выше, чем навык стрельбы. Разве вы, с вашим огромным опытом, не понимаете, что нельзя судить человека по первому впечатлению?

— Боги не ошибаются, а их подсказка говорит, что ты лучник, — уже спокойнее проворчал мастер и снова присосался к кружке. Отпив половину, он вернул ее на стол. — Но даже если ты не тот, за кого себя выдаешь, я завязал с наставничеством. Ищи себе других учителей.

Он жестом показал, чтобы я испарился, а сам потерял ко мне всякий интерес и начал подпевать песне, звучавшей со сцены. Женская бард-группа исполняла вечный хит этого мира о ганкерах, подошедших из-за угла.

— Посмотри на звезды, посмотрите на это небо... — ужасным и проникновенным голосом исполнял Сагда.

Бездна! Если я, с задранной харизмой и навыком убеждения так с ним мучаюсь, как справляются другие? Или эта непись окончательно сменила профессию, и теперь ИскИн просто выдумывает причины, чтобы отшить меня? Об этом говорила и подпись под его именем — никакого «Наставника безоружного боя», как это было в случае с охотником Конрадом, обучавшим меня стрельбе из лука, не было.

— Сто золотых, — привел я последний довод. Эта сумма превышала ту, что я отдал охотнику ровно в сто раз. — Научите меня приемам.

Сагда протяжно рыгнул, всхрапнул, хохотнул и посмотрел на меня с нескрываемым одобрением.

— Ты как тот репей, что прицепился ко мне в степях Харестана, лучник. Вырывать пришлось с мясом, а потом весь день выковыривать занозившие, застрявшие шипы. Чему мне тебя учить? Как бить кулаком? — Он вытянул руку. — Учу бесплатно, цени! Показываю: собираешь пальцы в кулак, замахиваешься, резко на выдохе выпрямляешь руку, целясь вот этими двумя костяшками в нужное место. Гони сотню!

— Я серьезно, мастер.

— Тогда и я серьезно. Докажи мне, что ты способный ученик. Ты еще успеешь записаться на турнир, а деньги у тебя, судя по твоим словам, в наличии. Нам как раз нужен восьмой. Бои навылет, выиграй хотя бы в одном.

— И тогда вы обучите меня?

— Обучу всему, чему ты в состоянии обучиться на твоем уровне развития. А ты способен на многое, как мне подсказывает чутье, так что за все — пять сотен. А если тебя что-то не устраивает...

— Меня все устраивает. Уговор? — я протянул руку.

Моя репутация с ним подскочила еще на десять очков. Все еще равнодушие, но даже в рамках одного уровня репутации это имело значение. Он с размаху пожал мне руку и сжал так крепко, что у меня из глаз брызнули слезы.

— Иди записывайся, — удивленно хмыкнул он, поняв, что я не собираюсь визжать от боли. — Посмотрим на тебя в деле... лучник. И имей в виду, никакого лука и стрел на арене. По крайней мере, не в качестве основного оружия. Как я уже говорил, я не учу стрельбе из лука.

***

Я слегка переживал, станет ли смотреть бои кто-то из «Аксиомы», но их столик уже опустел. Не их уровень, похоже.

До начала турнира оставалось минут десять. Я изучал вывешенный на стену список соперников. На грифельной доске мелом была нарисована сетка из восьми участников от тринадцатого до пятнадцатого уровня. В одной четвертой финала меня ждал бой с шаманом-воздушником четырнадцатого уровня Джаспером.

— Сноси его тотемы, — раздался за спиной голос мастера Сагда. — Если он успеет поставить три, можешь сдаваться. Он станет в три раза быстрее, обзаведется воздушным щитом и элементалем, который не только тебя замедлит, но и прилично будет долбить издалека Воздушным рассечением...

Когда я оглянулся, Сагда, насвистывая, уже беседовал о чем-то с Ташотом. Владелец таверны на радостях, что получил восьмого участника турнира, объявил мне, что на всю неделю я получаю скидку в десять процентов. С учетом моего классового штрафа это казалось ерундой, но я не забыл поблагодарить хозяина. За это или за участие, но моя репутация с ним повысилась на пять очков.

Куда больше, чем участие в турнире меня беспокоили другие вопросы.

Во-первых, необходимость не выделяться. Понятно, что я не смогу использовать проклятие нежити, но светить максимально прокачанную устойчивость тоже не хотелось. Значит, бои нельзя затягивать.

Чем короче бой, тем меньше урона я получу, тем меньше логов будет для последующего изучения. Но и уаншотить нельзя. В общем, попробую взять на вооружение ту же тактику, что я использовал на Арене против Утеса.

Во-вторых, деньги. Их хватало на оплату учебы у Сагда, но тогда я останусь совсем пустой. Сотня за участие, полтысячи мастеру — и все, я снова нищий. Нищий... Черт, я же в базовой одежде новичка!

Через весь зал я направился к столику Перевес. Кряпота, завидев меня, радостно заулыбалась.

— Привет, Алекс! — воскликнула она. — Наконец-то ты присоединился!

Рита покачала головой.

— Кря, ты слишком бурно выражаешь свои восторги! Веди себя прилично, — шепотом сделала она замечание подруге и перевела взгляд на меня. — Алекс, ты к нам? Составишь компанию?

— Пока нет, Рита, я записался на турнир. Слушай, надо поговорить. Наедине. Отойдем? — в ожидании ответа я кивнул симпатичной подружке Перевес: — Прости, Кряпота.

— Вот оно что! — подружка Перевес изумленно распахнула глаза. — Рита, так ты сама на него глаз положила? В тихом омуте...

За столом сидели еще две девчонки, и они прыснули, комментируя:

— Недоступная Рита Вуд не такая уж и недоступная?

— Не говорите глупости! — вспыхнула Перевес поднимаясь. — У нас со Скифом деловые отношения!

— Вот оно как теперь называется, — подняв указательный палец, протянула одна из девушек. — Деловые отношения!

Развеивать подозрения Кряпоты и подружек я не стал. Рита на самом деле мне нравилась, и это вводило меня в смятение, ведь я любил Тиссу. Осознав это, я почувствовал себя ужасно неуютно, а вконец запутавшись, смутился, и лицо залило краской.

— Увидимся, — сказал я, хватая Риту под руку.

Мы отошли к одной из колонн в центре зала. Не понимаю, почему не спросил, что хотел, на месте?

Что в этом секретного? Ничего не изменилось, все так же рядом с девчонками я превращаюсь в идиота.

— А Нед не с тобой? — спросил я.

По-хорошему, мне нужен ассортимент обоих торговцев.

— Тим? Он наказан, уроки делает. Совсем отстал по учебе, препод скинул страйк предкам, уже второй в этом году, вот те и злятся. Хотели и меня заодно наказать, но у меня все нормально с оценками. Минутку... — она подняла глаза, вчитываясь в текст надо мной. — Ты вошел в клан?

Пробужденные? Не слышала о таком...

— Да это фан-клан.

— А, понятно. Кто клан-лид?

— Э... Я.

— Ты создал свой клан? — она застыла с открытым ртом. — Бездна! Ничего себе скачок от тогосамого-нуба-с-лавочки до своего клана! Как тебе в голову такое пришло? И зачем?

— Да так...

— Это как-то связано с «Аксиомой»? Видела тебя с ними. Вы так мило болтали... — она вдруг оборвала сама себя. — Ладно, не отвечай. Я уважаю коммерческую тайну! Давай говори, что у тебя. А то опоздаешь... — она кивнула в сторону сцены, где Ташот начал объявлять о начале турнира.

— Мне надо срочно одеться. Лишь бы во что, главное, забить все слоты. Товар при тебе?

— Точно! А я смотрю на тебя и не понимаю, как ты собрался драться в этом? Что-то при мне, что-то в сундуке, сбегаю наверх. Особые пожелания есть?

— Нет, положусь на твой опыт. Главное, быстро. Оружие не нужно, только если плюсовое, драться буду все равно без него. У меня скоро бой на заднем дворе...

— Сделаю. Подберу все-таки так, чтобы ты в этом мог и дальше ходить. Через десять минут все принесу к арене. — Мне понравилось, как невозмутимо она среагировала на нерядовую ситуацию. — Это все?

— Нет. Еще кое-что. Это не срочно, но мне нужны деньги. Ты не могла бы...

— Сколько? — перебив, спросила Рита. — У меня есть почти полторы тысячи...

— Нет-нет, — снова смутился я. — Ты не так поняла. В общем, не спрашивай почему, но у меня дикие штрафы на торговые операции. Есть несколько шмоток на продажу, ты не могла бы за меня скинуть их на аук?

Ее лицо озарилось пониманием, прояснилось, а голос приобрел деловой тон:

— Конечно, Скиф! У меня же семьдесят пять процентов скидки на комиссию аукциона! Приоритет в выводе лотов покупателям! Зря, что ли, навык качала? Вообще, мы с Недом берем пять процентов от финальной стоимости за посреднические услуги, но мне от тебя ничего не надо. Что у тебя конкретно и чего?

— Слушай, я просто скину тебе почтой все, что есть, ок? А свой процент можешь вычесть, потому что это не разовая акция, Рита. Я теперь все через тебя буду сливать. Спасибо!

— Тогда за мои шмотки можешь сегодня не платить, чтобы деньги туда-обратно зазря не гонять...

Я, сам от себя такого не ожидая, чмокнул ее в бархатистую щечку, для чего мне понадобилось немного привстать на цыпочки, и рванул на задний двор. Мой бой — последний в этом раунде, но посмотреть на противников в деле надо обязательно.

***

Вытоптанная земля, огороженная мерцающим в воздухе магическим барьером, выполняла функции площадки для дуэлей. Несколько десятков зрителей, не выпуская бокалы со сливочным пивом и темным элем из рук, окружали арену и бурно выражали свои предпочтения.

Первые участники уже стояли по углам импровизированной арены, используя время на проверку снаряжения и обновление баффов. Оба — бойцы ближнего боя, только один воин, а другой — ассасин. Первый, Терри, был упакован в полный латный доспех, прикрывался большим ростовым щитом в одной руке, а в другой сжимал короткий меч. Ассасин Мангуст щеголял в кожаной броне и с оружием в руках — небольшим топориком с изогнутой рукоятью и исходившим черной копотью кинжалом. Экипировка обоих бойцов пестрила зеленым и синим в названиях, и только щит — как я понимаю, гордость воина — был эпического качества.

На середину площадки вышел Ташот, безмерно довольный и счастливый. Ходили слухи, что в прошлом он сам был активным бойцом, участвуя как в официальных турнирах Содружества, так и реальных боевых действиях. Выйдя на пенсию, он открыл таверну и оброс жиром, но любви к хорошей драке не потерял. Ко всему, такой турнир позволял посетителям спускать пар и выяснять отношения, не круша заведение.

— Дорогие жители и гости города! — улыбнувшись от уха до уха, огласил Ташот. — Добро пожаловать на наш еженедельный турнир «Буйной фляги»! Первый из четырех поединков первого раунда вот-вот начнется, а я напомню вам правила турнира! Бои навылет! Ограничений на использование баффов, эликсиров, зелий и свитков нет, как их нет и на уровни участников!

Максимальная продолжительность поединка — пять минут! Если к этому времени победитель не определится, бойцов настигнет проклятие Внезапной смерти, снижающее уровень здоровья на один процент каждую секунду! В общем, все как всегда — правила стандартные для любой арены Содружества! Сегодняшние участники все как один, опытные и закаленные турнирными боями поединщики, кроме одного новичка. Его вы увидите в завершающем раунд поединке. Нас ждет жара!

— Буйная фляга! Первый бой! — раздался магически усиленный голос мастера Сагда. — Одна четвертая финала! Двукратный чемпион турниров «Буйной фляги», воин четырнадцатого уровня, Терри против трижды финалиста, ассасина тринадцатого уровня, Мангуста! Участники, приготовились! Три! Два! Один!

«Деритесь!» — взвыла толпа одновременно с комментатором. В то же мгновение фигура ассасина размазалась в воздухе, а через мгновение воплотилась позади воина и, каким-то фантастическим прыжком взвившись на пару метров ввысь, спикировала прямо на воина. Тот отпрыгнул, рубанул мечом, но промазал. Мангуст медленно, грациозно переступая ногами, развернулся, обошел его и снова напал, замахиваясь топором.

Воин ждал, вытянув меч в сторону нападающего, и в самый последний момент прыгнул — не уходя с линии атаки, а на противника, рубанув наотмашь, так что взвыл воздух. И снова промахнулся.

Видимо, это было для него неожиданно, потому что он вдруг выбился из ритма и уклонился с секундной задержкой. Ассасину этого хватило. Очутившись с неприкрытой стороны Терри, он ошеломил воина, и тот закачался в стане. Мангуст дважды что-то выкрикнул, и его силуэт вспыхнул желтым, сразу следом полыхнул красной вспышкой, после чего обзавелся оранжевой, с огненными прожилками, аурой.

— Хо-хо-хо! Мангуст использовал ожидаемую связку Консервный нож и Жажда крови! Полное игнорирование брони и удвоенный урон! — воскликнул мастер Сагда, комментирующий поединок. — Не рано ли? Критический момент поединка!

И ассасин в прямом смысле вгрызся в противника, начав с того, что провел специальную атаку, и в тот же миг топорик вцепился воину в шею, пробив латы, а кинжал, игнорируя броню, заработал, как нож мясника, шинкуя внутренности бедолаги воина. Застонав, тот оттолкнул кровожадного ловкача, развернулся на месте, перенес вес тела на правую ногу, резко ударил… и снова не достал невероятно подвижного врага.

С начала поединка прошло каких-то секунд пятнадцать, а жизнь воина уже снизилась на две трети.

Ассасин почему-то развивать преимущество не стал и отскочил на безопасное расстояние. Потускнев, его вулканическая аура погасла.

Оскалившись, он выкрикнул оскорбление, но противник не отреагировал. Вместо этого он с характерным звуком откупорил зубами Великое зелье здоровья и в один глоток опустошил флакон.

Все, второй раз за бой использовать такой вид лечения нельзя.

— Кажется, ассасин Мангуст — нежилец, — услышал я рядом голос Ташота.

Такого же мнения придерживался и мастер Сагда, комментирующий поединок. Не знаю, слышали ли его бойцы, но воин зло оскалился и пальцем поманил шустрого убийцу. А я понял, что ничего не понимаю. Каким образом ассасин — нежилец, если он показал явное преимущество в первой же стычке? Абилки, позволившие нанести взрывной дамаг, на откате?

Воин тем временем, прикрываясь щитом, уверенно надвигался на противника. Мангуст бросил ему в глаза песок, и, воспользовавшись ослеплением Терри, сумел провести серию ударов, но без Консервного ножа урон от них стал незначительным. Оправившись, воин снова направился к ассасину. Чардж! Рога успел включить Уклонение и избежать большого урона. Подобные кошкимышки продолжались еще с минуту, пока у роги оставались активны трюки в запасе, но вскоре Терри добился своего. Зажав у барьера Мангуста, он застанил его Ударом щита, а потом провел Погибель — такую сокрушительную атаку, что добить хватило одного обычного удара мечом. Что-то не припомню такого приема у Бомбовоза. Может, у воинов разные ветки прокачки? Ханг все-таки танк.

— Какое исполнение! — воскликнул Сагда. — Терри берег свой коронный прием до верного!

Потрясающая выдержка!

— Победитель первого поединка четвертьфинала — воин четырнадцатого уровня Терри! — объявил Ташот.

Воин помог поверженному ассасину подняться. Оба улыбались и что-то обсуждали, а Сагда тем временем объявлял следующую пару, друида и охотника с петом — здоровенным черно-красным медведем. Он его покрасил что ли?

Посмотреть бой не удалось. Кто-то тронул меня за плечо:

— Скиф, принимай, — я услышал голос Риты, и одновременно с этим передо мной открылось окно обмена. А следом полилась поставленная и убедительная речь прирожденного продавца: — Весь шмот на десятый уровень. Ничего феерического, но добротно и уж точно лучше того, что на тебе сейчас. Прочность у всех предметов на максимуме, прослужит долго без ремонта. Все — зелень на ловкость и выносливость, пара колец на силу, аксессуар даст слабый Малый щит поглощения на сто очков, если здоровье рухнет ниже десяти процентов. Ожерелье было только одно, на ману, давать?

Ок, лови, — она добавила в слот обмена ожерелье. — Вся броня — кольчужная, надеюсь, пятнадцать силы у тебя есть? Гуд, — сказала она, когда я кивнул, и продолжила: — Ты лучник, поэтому я всетаки добавила лук и колчан на плюс к урону из лука. Из плюсов этого мини-сета — плюс к скорости передвижения и навыку незаметности. Не благодари.

— Все равно спасибо! Сколько я тебе должен?

— Кстати, да, — она хлопнула себя по лбу. — Смотри, по стоимости вышло чуть больше шестидесяти золотых. Запишу на тебя пятьдесят пять, с учетом скидки за опт. Все, готовься, а я вернусь с девчонками, поболеем за тебя.

Она собралась уходить, но я ее задержал.

— Постой, Рита.

— Да?

Я открыл окно обмена и передал ей пятьсот золотых, полученных за Мракисса.

— Поставь на меня, ок? На победу в турнире.

— Что? — она захлопала глазами. — Скиф, это огромная сумма! Ты новичок, и ставки на твою победу пятнадцать к одному!

— Вот именно, Рита. Вот именно. Сделай, как я сказал.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Она вздохнула, приняла деньги и направилась к Ташоту. Я с трудом отвел взгляд от маятника ритмичных покачиваний ее бедер, и спешно стал одеваться, пока Рита не отошла слишком далеко для окна обмена. Фокус на предмете — надеть, повторить. Успел.

Чтобы не забивать сумку, без сожалений уничтожил холщовые рубаху и штаны новичка. Попрыгал, присел, вызывая недоуменные и возмущенные взгляды соседей — все село, как влитое. Игровая механика «Дисгардиума» в действии — одна и та же одежда всегда как раз и гному и троллю. Причем любого пола.

Пока я занимался шопингом, охотник заканчивал расстрел друида. Тот выбрал форму пантеры — упор на урон, слабая защита, — за что и поплатился. Сагда, комментируя поединок, отметил, что охотник взрывным и опасным атакам друида грамотно противопоставил морозные капканы и сдерживающие атаки танкующего медведя. Вкупе с замедляющими Калечащими выстрелами это позволило всегда держать друида на расстоянии и безнаказанно вредить его здоровью. Закончил бой охотник красиво — прыжком назад ушел от разъяренной от Животной ярости пантеры и расстрелял ее морду в упор Очередью. Дворфийские ружья — страшная сила.

В третьем бое, который я смотрел уже в компании девчонок, маг иллюзий легко разобрался с варваром двумя уровнями ниже. Беря во внимание, что кто-то из этих двоих — мой следующий противник, я отметил, что маг активно создает собственные иллюзии, доводя их число до трех, а варвар, выбирая цель, всегда ошибался, уничтожая ближние иллюзии. Подсознательно или намеренно, но оригинал мага всегда располагался на шаг-другой дальше от противника. Кроме того, двуручная секира варвара была слишком медленным оружием против блинкующегося по откату мага.

Короткими телепортациями и иллюзиями тот напрочь одурачил соперника, не дав, по итогу, ни разу по себе ударить.

— На арену вызывается последняя на сегодня пара участников! — прогремел голос мастера Сагда. — Против однократного чемпиона и дважды финалиста турнира «Буйной фляги» шамана пятнадцатого уровня Джаспера выходит новичок, лучник тринадцатого уровня Скиф! Поприветствуем безумную отвагу Скифа, рискнувшего поставить на свое участие сумму, превышающую стоимость его экипировки!

Ожидаемо, что на шутку комментатора зрители расхохотались.

— Удачи, Алекс! — кричали девчонки, но больше всех визжала Кряпота. — Давай, Скиф!

Рита стояла, поджав губы, и явно переживала за полтысячи моих золотых. Оглянувшись, я поймал ее взгляд. Она кивнула.

Я прошел сквозь магический барьер, изучая выскочившее окошко с предупреждением:

Турнир «Буйной фляги»

Первый раунд: Джаспер vs Скиф. 1/4 финала.

Организатор: Ташот Саркиссон.

Лицензия на проведение турниров и техническое сопровождение арены: Гильдия азартных игр «Зеленая лига» (центральный филиал в Содружестве: Дарант, Бойцовый квартал).

Тип поединка: нерейтинговый.

Игрок Скиф (Алекс Шеппард), ваше участие подтверждено. Доступ разрешен.

Условия поединка: усиления разрешены, прочность экипировки не меняется, смерть персонажа отсутствует.

При снижении очков здоровья до нуля игрок объявляется проигравшим.

Подтверждением участия в дуэли считается десятисекундное нахождение на арене.

Отрешившись от гомона толпы зрителей и голоса язвительного комментатора, решившего меня морально уничтожить, предлагая делать ставки на то, какая секунда станет для меня последней, я изучал шамана. Он быстрый, говорил Сагда. Но для заемной быстроты ему нужны тотемы, а тотем ставится три секунды — спасибо игровой энциклопедии, изучил. Я же буду возле него к четвертой.

Площадка небольшая, а скорость передвижения у меня фантастическая. Чумной энергии во мне — хватит на сотню Джасперов, вопрос только в том, на сколько ударов размазывать чумной урон...

— Деритесь! — заорали зрители.

Вместе с ними что-то бессвязное заорал шаман, призывая духов и устанавливая тотем. Я ошибся, на установку первого, с привязанным воздушным элементалем, у него ушло полторы секунды. То ли баф, то ли особая абилка, то ли эффект экипировки. Элементаль, больше напоминающий небольшой черно-белый торнадо, тут же рванул ко мне, осыпая градом Воздушных рассечений. В последний момент до столкновения я прыгнул в сторону, перекатился и снова прыгнул, в воздухе заводя кулак и готовясь прожать Молот.

— Уо-хо-хо! — раскатом донеслось до меня. — Лучник стремится в ближний бой, что за идиотизм!

Он даже не стал доставать лук!

Перед Мангустом встал выбор — уходить с линии моей атаки или закончить установку второго тотема. Он выбрал второе. Его тут же окружил воздушный, точь-в-точь мыльный, пузырь, и за миг до того, как мой кулак, пробив щит, врезался ему в грудь, я влил в урон сотню очков чумной энергии.

Щит срезал урон, но шаману досталось прилично.

Вы нанесли урон игроку Мангусту (Дарсан Октай): 682.

Очки жизни: 278/960.

Удар его опрокинул. Я же, чувствуя, как спину царапают острые невидимые лезвия элементаля, не пожалел энергии и, пользуясь временным ошеломлением противника, уничтожил оба тотема. Запаса прочности в них, к счастью, было немного — по двести единиц.

На этом все для него было закончено. Утратив преимущество в скорости, он решил задавить меня преимуществом в уровнях, но до моих характеристик ему было далеко. Он кинулся на меня в атаку, я встретил его Молотом, а потом за пару секунд добил обычными ударами, укрепленными запасами чумного резервуара. Он даже не успел использовать зелье здоровья.

— Да, неожиданный исход, — пробормотал мастер Сагда. — Шаман недооценил лучника... да что там, все мы его недооценили! Кто мог ожидать того, что он полезет биться голыми кулаками?

Воистину, идиотизм, помноженный на удачу, иногда творит чудеса! Минутку... — чей-то тихий шепот пронесся по затихшему дворику. — Мне сообщили, что победитель боя Скиф уже одерживал победу в характерной манере в дуэли с воином Утесом, частым участником наших прошлых состязаний. Что ж, это многое объясняет... — голос комментатора затих и стал больше похож на размышления. —

Многое объясняет...

Я вернулся к девчонкам, которые, сложилось впечатление, задались целью задушить меня в горячих объятьях. Они кричали, вопили что-то радостное, поздравляя меня с первой победой. Где-то в просвете между шеей Кряпоты и грудью Рейвен, одной из подружек, я увидел протянутый кулак Перевес и протянул свой в ответ. Они соприкоснулись.

— Какой уровень безоружки? — спросила она. — И почему тогда лучник?

— Очень высокий, Рита, — ответил я, освободившись от объятий. Странное было чувство — я-то их практически не знал, а поздравляют, как старого друга. — Мог выбрать монаха, но захотелось поиграть рейнджем.

Объяснение ее удовлетворило, и больше подобных вопросов не звучало.

В первом полуфинале воин в затяжном бою, в котором по истечении пяти минут даже включилось проклятие Внезапной смерти, одолел охотника. После небольшого перерыва, связанного с желанием зрителей освежить бокалы, на арену вызвали нас с магом иллюзий.

— Что ж, своей неожиданной победой Скиф изменил расклад ставок на этот турнир! — объявил Ташот. — Но, тем не менее, те, кто решится поставить на лучника, все еще могут прилично выиграть!

Текущие коэффициенты на победу: воин Терри — полтора к одному, маг Плазмаган — два к одному, лучник Скиф — пять к одному! Делайте ваши ставки, жители и гости...

Бой не начинали, пока не собрали ставки со всех желающих. Ставили причем не только игроки, но и неписи и неграждане. Судя по довольному выражению лица Ташота и очереди к нему, ставили активно. Воспользовавшись этим, Плазмаган подошел ко мне и тихонько, чтобы никто не услышал, предупредил:

— Смотри, Скиф. В деле серьезные люди, а на кону большие деньги. Я должен победить в турнире.

Если не хочешь проблем, ложись, и получишь тысячу сразу после этого боя.

— Какие серьезные люди? — удивился я этому факту больше, нежели предложению слить бой. — Кому интересен турнир в этой забегаловке?

— Такие турниры не контролируются, а у Ташота состояние в несколько миллионов, и он выплатит любые выигрыши, — стал откровенничать маг. — Так что этот турнир интересен многим.

— И ты сомневаешься, что победишь сам? Без моих поддавков? А как же воин?

— Терри в теме. Что касается тебя, то шансов у тебя нет, но я решил подстраховаться — ты какой-то странный, а я странности не люблю. Я вообще готовился к шаману, а тут из ниоткуда вдруг ты появился! Всю сетку нам сломал!

— Слушай, Плазмаган, тогда почему бы твоим серьезным людям не поставить на меня? Больше выиграют...

— Ты смеешься? — он зло усмехнулся. — Ладно, забудь. Я тебя и так порву, придурок!

Он, осклабившись, отошел к барьеру, и в этот момент комментатор вместе со зрителями начал обратный отсчет.

— Деритесь!

С периодичностью в пару секунд мага начали окружать иллюзии — копии Плазмагана. Едва появившись, они моментально менялись местами друг с другом и оригиналом, полностью повторяя его движения. Четыре мага начали обстреливать меня заклинаниями. Над ними маячили такие же надписи, как и над самим Плазмаганом, и определить, кто из них копия, а кто оригинал, на глаз было невозможно.

Но я и не собирался делать это на глаз. Вытащив лук, я застрочил по каждому силуэту, вливая по триста очков чумной энергии сверху. Как и тотемы шамана, копии большим количеством жизни похвастаться не могли и со звоном рассыпались на призрачные осколки при первом же попадании.

Не переставая отстрел иллюзий, я под Каменной кожей побежал в сторону мага. По нанесённому по оригиналу урону определил истинного Плазмагана и, спрятав лук, пошел работать кулаками.

Тряпичные одеяния мага упростили мои усилия, и после пары блинков на несколько метров, которые его не спасли, Плазмаган погиб. В отличие от неповоротливого варвара, я оказался для него намного быстрее.

С ненавистью посмотрев на меня, он поднялся сам, хоть я и протянул ему руку. Быстро исчезнув с площадки, он пробрался сквозь недовольно гудящую толпу к хмурому Терри, и начал что-то быстро шептать. Воин нахмурился, слушая Плазмагана, а потом сплюнул, покачал головой и направился к Ташоту. Туда же направился и маг.

Я снова вернулся к девочкам, обреченно готовясь к новым излияниям радости и восторга. Так оно и произошло, только теперь к объятиям и поцелуйчикам присоединилась сияющая Рита Перевес.

После очередного объявления Ташота мастер Сагда, подогревая интерес публики, провел анализ финалистов, акцентируя внимание на том, что мне впервые за турнир попался латник, и, откровенно говоря, мои шансы невелики:

— Да, Скифу удалось дважды удивить публику, но посмотрите сами, кого он одолел? Шамана и мага!

Кожа да тряпки! Теперь же ему будет противостоять сам Терри, чемпион, который, мало того, что выше уровнем, так еще и носит экипировку намного лучше той, во что одет Скиф! Нет, господа, думаю, на сегодня сюрпризы закончились! Исход финала предрешен!

Как бы легко мне ни дались предыдущие бои, опасения за финал у меня присутствовали. Слишком свежи были воспоминания о проигрыше Утесу, тоже воину. Я помнил, как долго не мог пробить его щит, и как прилично срезали мой урон его латные доспехи.

— Деритесь! — в заключительный на сегодня раз прозвучало на заднем дворе «Буйной фляги».

— Давай, Терри! Сделай его! — проревел кто-то из неписей, судя по габаритам — кузнец.

— Скиф! Скиф! — разнеслось с другого конца, и в этих криках поддержки я узнал зычный голос Мэнни и надтреснутый — Трикси.

Посмотрев в ту сторону, я поднял кулак и попер на воина. Я помнил, как действовал ассасин, и решил драться в той же манере.

Но все пошло по другому сценарию. От резкого Чарджа воина мне уклониться не удалось, и тот врезался меня, как грузовой флаер на полном ходу. Много жизни я не потерял, успев врубить Каменную кожу, но прием меня обездвижил, и Терри решил использовать свое главное умение — Погибель, которая предрешила исход поединка с ассасином. Сокрушительной мощи удар вбил меня в землю, рассекая дешевую броню, разрывая мышцы и круша кости. Фонтан взлетевшей крови вызвал как горестные вопли разочарования, так и восторг тех, кто ставил на воина.

Терри, воодушевленный атакой, не обратил внимания на то, что его удачно проведенный прием не смог отнять у меня даже трети жизни. Откинув щит, тот перехватил меч двумя руками и налетел, бешено рассекая воздух, чтобы довести до конца начатое. К этому времени я уже стоял на ногах, и под удивленные крики — кто-то обратил внимание на мой показатель жизни — пошел в контратаку.

Сжав зубы, я принял удар на руку, и в тот же момент впечатал Кулак-молот в голову.

После такого прицел у Терри явно сбился, вследствие того что вмятый металл шлема сузил ему обозрение, и вояка не сразу обнаружил, что перед ним меня уже нет. Я же обрушился на него со спины, вколачивая сгустки чумной энергии и чередуя со своим единственным приемом по откату.

Жизни у него было меньше, чем у Утеса, а потому он не выстоял. Его попытка отмахнуться ни разу не принесла успеха. Тяжелые латы замедляли его скорость, моя же — напротив, превышала обычную.

Но какие-то его удары все же достигали цели, понемногу сокращая мое здоровье.

Дождавшись отката, он снова чарджнулся в моем направлении, но пронёсся мимо. Впрочем, того, что он задел меня плечом, хватило, чтобы я отлетел в сторону и потерял несколько секунд под станом — чертова игровая механика. Тем не менее, именно благодаря ей мои кулаки прошибали его латы, как жестяную банку.

Поняв, что запахло жареным, Терри использовал все, что у него было. Опустошив красный флакон, полностью восстановил здоровье, вернул щит и поменял сломанный шлем на другой. Все началось сначала, только я уже был только с половиной жизни, удивляясь своей самонадеянности — хотя б зельями здоровья стоило запастись перед турниром.

Остаток времени до срабатывания проклятия Внезапной смерти Терри осторожничал. Спрятавшись за высоким полутораметровым щитом, он делал резкие выпады, стараясь дотянуться мечом, и не открывался, чтобы не дать мне шанса пробить его защиту. Его тактика меня не удивила — у его ультимативной абилки, которой он почти уложил ассасина, большой откат, и он ждет его завершения.

Кроме того, Внезапная смерть сыграет ему на руку, ведь у него жизнь полная, в отличие от меня.

— Финальный поединок, начавшийся столь ярко, перешел в разряд скучнейших! Самый скучный бой из всего, что мне доводилось видеть, — докатился до меня голос комментатора. — Моральное превосходство за Скифом, но одна оплошность — и выжидательная тактика Терри предоставит воину преимущество...

В поле зрения проявился таймер, отсчитывающий последние тридцать секунд до срабатывания Внезапной смерти. Терри перестал наступать, наоборот — он разорвал дистанцию, затягивая время.

Я достал лук. Натянул тетиву, ощущая, как материализуется стрела, влил тысячу единиц чумной энергии и побежал на воина. В трех метрах до него я спустил стрелу, отбрасывая ставший бесполезным лук и сиганул.

Выстрел превзошел ожидания — эпический щит треснул и рассыпался на куски, оставляя в руке Терри одну рукоять, а сам он наконец-то прочувствовал, что переживаешь, когда в тебя врезается поезд. Инерция выстрела отбросила его в магический барьер. Брызнули искры, запахло жареным мясом, а арену огласил крик боли.

Подняться я ему не дал, окончательно разбив его шлем сильными ударами и парой Молотов.

— Внезапная смерть! — проревел демонический голос.

Таймер проклятия тикнул, снимая с Терри последний процент жизни.

Под звучание фанфар над ареной закружилась видимая всем зрителям надпись: «Скиф победил Терри! Скиф — чемпион турнира „Буйной фляги“!»

Что началось! Восхищенные слова Ташота перебивали визги девчонок, кто-то бранился, оплакивая проигранное, кто-то сыпал проклятиями в адрес «лузера» Терри, что-то возбужденно кричал мастер Сагда... Я помог подняться воину, и в отличие от мага Плазмагана, он пожал мне руку:

— Слава богу, эпик восстановился, — сказал он, подбирая щит. Смахнув с лица кровь, Терри оскалил зубы. — Я смотрел то видео с Утесом. — Ты истинно задрот, Скиф! Так прокачать безоружку... Тебя любой клан в открытом мире сразу в основу на зарплату затащит!

— Не ожидал, что ты серьезно будешь сопротивляться, — сказал я. — Плазмаган говорил, что все решено, и ты сольешь ему турнир. Мол, серьезные люди...

— Кто? Плазма? Деньги тебе предлагал? Да он знатный разводила, слушай его больше! — воскликнул Терри. — Он так прошлый полуфинал типа выиграл. Понятно, никаких денег тому лоху никто за слив не заплатил.

— Я думал, вы с ним договорились, — сказал я, вспомнив, как они разговаривали перед финалом.

— А, да. Он предлагал мне слить бой, решив ставить на тебя, чтобы отбить проигранное.

— А ты?

— Я отказался, и он побежал ставить на меня. Вот же не повезло дурачку, да?

— Так ты же тоже ставил перед финалом, я видел…

— Скиф, я в порядке, не парься. — Он приобнял меня за плечи и повел с арены. — Я поставил сотню на свой проигрыш, так что я в плюсе был бы при любом исходе. Ладно, идем внутрь, сейчас будет награждение.

Зрители возвращались в таверну, а у барьера остались только Ташот, Сагда, Мэнни с Трикси и мои девчонки. Принимая поздравления, я заметил на себе цепкий взор наставника безоружного боя. Он кивнул, хапнул меня за голову, вперился лбом в лоб и тихо проговорил:

— Завтра в восемь утра возле моей школы. В тебе есть потенциал, парень.

Интерлюдия 2. Беллами

Комната чрезвычайных совещаний по особым проектам никогда не нравилась Беллами Дрейку. Реальная комната в настоящем подземном бункере без всякой связи. Непроницаемые для любых излучений и волн стены капсулировали, казалось, не только пространство, но и время. Такой клаустрофоб, как Беллами, мог бы за очень большие деньги согласиться посовещаться в этом бункере раз в год. Минут так десять. И то, не факт.

Но должность обязывала. В последнее время проекты «Пилигрим» и «HCMO — Калийское дно» стали пересекаться, и подобные совещания созывались все чаще. Последнее было месяц назад, и вот снова — то, что нельзя озвучивать в самом надежном из отдельных миров виртуала, отдельном рабочем пространстве сотрудников компании, обсуждалось в реальном мире. В настоящем бункере на глубине в три тысячи метров.

Глава проекта, вечно молодой Киран Джексон, человек с индийскими корнями и собственным островом в Тихом океане, работал в «Сноусторме» так долго, что из текущих участников совещания никто не мог похвастаться большим стажем. Даже южноамериканец Питер Говатски — куратор проекта, связанного с Калийским дном, чья польская фамилия никак не вязалась с отцом-британцем и бразильской матерью, проработавший в «Сноусторме» четверть века.

Оба руководителя сейчас угрюмо переглядывались, слушая доклад одного из ответственных за проект «Пилигрим».

— Как видите, дальнейшее развитие темы HCMO не представляет для нас интереса, — подвел итоги докладчик.

— Какова максимальная продолжительность игровой сессии контрольных образцов? — осведомился Джексон.

— Двадцать один час, Киран, — ответил докладчик. Джексон требовал, чтобы сотрудники обращались к нему по имени. — У всех испытуемых капсулы негражданского образца с урезанным функционалом. Поддержка жизнеобеспечения в них отсутствует.

— Отобрать десять наиболее успешных испытуемых. — Киран рублеными фразами говорил куда-то в пустоту, но докладчик и Говатски принялись делать записи в планировщиках. — Обеспечить их капсулами с жизнеобеспечением. Мягко порекомендовать постепенно увеличивать продолжительность игровых сессий, начиная с двадцати четырех часов, с шагом увеличения на шесть. Фиксировать все отклонения в бытовом и игровом поведении, отслеживать малейшие изменения в структуре головного мозга.

— Что с остальными? — поинтересовался Говатски.

— Зачистить, — отмахнулся Киран, недовольный тем, что приходится разъяснять простейшие вещи. — Инсульт, инфаркт, организуйте им что-нибудь. Трагические случаи в капсулах неграждан случаются каждый день.

— Принято, — кивнул Питер.

— Ладно, по HCMO на сегодня закончим. Или есть еще какие-то вопросы по Калийскому проекту?

— Нет, Киран, все понятно, — отозвался Питер.

Беллами подумал, что идея отдавать неигровых персонажей под управление людьми — затея глупая. Но она была тесно связана с его «Пилигримом», и в ее успехе он был заинтересован не меньше самого Говатски. Дождавшись, пока предыдущий докладчик освободит место, он собрался духом и вышел на всеобщее обозрение.

— Белл, прошу, — кивнул Киран.

— Коллеги, я сразу к делу, — прочистив горло, начал Беллами. — Как вы знаете, помимо основной деятельности в проекте «Пилигрим», я курирую департамент «угроз». Так сложилось исторически — я был одним из инициаторов этого направления, и продолжаю за ним наблюдать. Как вам известно, объект «Патрик» — единственный относительно успешный опыт переноса человеческого сознания в «Дисгардиум». Патрик О’Грейди, инвалид Третьей мировой войны, судимый за массовое убийство — для тех, кто не в курсе, он расстрелял собственную невесту и друзей за день до свадьбы, — был приговорен к смертной казни. Его перевели к нам, в одну из наших тюрем для последующего исполнения приговора. Три года назад нам удалось полностью перенести его сознание в неигрового персонажа Патрика О’Грейди, заранее созданного нами за год до эксперимента. Реальное тело при этом подверглось ЭВС — эффекту внезапной смерти, причем без каких-либо нарушений в жизнедеятельности организма. В одно и то же мгновение разум испытуемого перенесся в виртуальный мир, а тело погибло: разум перестал подавать признаки активности, сердце остановилось. Это стало отдельной темой наших исследований...

Белл, — прервал его Киран. — Ближе к теме доклада.

— Окей, — согласился Дрейк. — Все мы помним, как праздновали первый успех. Нам всем казалось, что осталось только повторить все сопутствующие условия и — готово! Перенос можно ставить на поток, решая этим и проблему перенаселения и осуществляя первый этап проекта «Пилигрим». Но радовались мы рано — ни с одним из последующих образцов повторить перенос не удалось. Более того, и поведение оцифровавшегося Патрика не поддавалось рациональному объяснению. Тщательно подготовленная легенда — история его персонажа — посыпалась, так как он сохранил обрывочные моменты памяти из прошлой жизни. Его разум отторгал навязанные воспоминания, и по сей день путает реальные события из земной жизни с фальшивыми. В какой-то момент мы уже почти, было, поставили на нем крест, решив его изолировать, но кое-что изменилось.

— Что именно? — спросил кто-то из команды Говатски.

Беллами по привычке, забыв, что он в реале, всмотрелся в отсутствующий профиль над головой задавшего вопрос, а потом перевел взгляд на бейдж — Макс Колесников.

— Я уже упоминал, что курирую департамент «угроз», Макс? — он обратился к Колесникову, но, рассказывая, постепенно обводил взглядом всю аудиторию. — Это саморегулируемая система создана специально, и убивает несколько зайцев. Во-первых, выводит из мира дисбалансных игроков, а таковые всегда будут, так как все предусмотреть разработчикам невозможно. Во-вторых, и это маркетинговая фишка — дает обычным игрокам будоражащий кровь геймплей и элемент неожиданности. В-третьих, то, о чем мы не говорим. Корни подобной политики навешивания ярлыка «угроза миру» исходят с начала двадцатого века. Коммунизм, ядерная война, исламские террористы, наркокартели, глобальное потепление, бунт машин, лунные повстанцы, перенаселение — дрессировка человечества объединяться перед лицом очередной общей угрозы. После глобализации мира людям нужны новые угрозы, чтобы сохранять единство и быть управляемой толпой. В «Дисгардиуме» этот процесс смены угроз реальных сменили угрозы надуманные в режиме нон-стоп. Но недавно в Дисе появилась угроза ненадуманная, а вполне реальная.

— Белл, спасибо за отступление, но давай ближе к делу, — сказал Киран.

— Уже, — кивнул Беллами. — Все слышали, что в Дисе появилась угроза с потенциалом А-класса?

Именно Патрик, как оказалось, инициировал эту цепочку крайне маловероятных событий. В один из моментов помутнения рассудка он исчез из города привязки и забрел в зону, недоступную обычным игрокам. Неписи туда не суются — они просто не замечают эту зону. На краю локации — она называется Болотина — есть лагерь неписей, дающий квесты на местных монстров, но уже в десяти километрах от лагеря начинается «слепая» зона. Игрокам туда не добраться — их засасывает трясина, а если они используют зелье хождения по воде, со всей Болотины собираются и агрятся бесчисленные мобы с пятисекундным респауном. Там не пройти никому. А огородили мы локацию из-за зашитого в ядро сценария «Пробуждение Спящих».

— Здесь бы поподробнее, — попросил Киран. — Не все присутствующие в курсе этой проблемы, Беллами.

— Конечно, — готовно откликнулся Дрейк. — Еще до запуска всей этой темы с «угрозами» один из первоначальных ведущих разработчиков внедрил в ядро «Дисгардиума» сценарий глобального апокалипсиса. На тот момент запуск сценария привел бы к однозначному концу света. Сейчас...

— Минутку, — перебил его Говатски. — Беллами, если это такая ядерная бомба, то почему сценарий просто не удалили?

— Это невозможно, Питер, — ответил за Дрейка Киран. — Ядро игры неизменно, это физика мира, его суть и правила, по которым он живет. Это все равно, что перезапустить наш мир — вся текущая цивилизация будет уничтожена, стерта, а жизни придется заново развиваться из бактерии...

— Новая эволюция, зарождение разума, и в этот раз это могут стать не люди. Это понятно, Киран, — Говатски зевнул и, покопавшись в кармане, достал и впрыснул в рот «ускоритель» — легализованный наркотик, разгоняющий мыслительную деятельность и снимающий усталость. Наркотик обладал анестезирующим эффектом, и следующую фразу он произнес невнятно: — Но ведь Дис — это не реальный мир. Локации, мобы, неигровые персонажи — все прописано раз...

— Нет. Это будут уже другие неписи, Питер, разве ты не понимаешь? Искины живут в этом мире, не догадываясь, что они — не более чем разумный кристалл. Они осознают себя людьми, орками, да кем бы они там ни были прописаны, и, умирая — перерождаются в новых персонажах, начиная все с нуля. Тебе надо сделать передышку от ускорений, ты себя убиваешь. Не говоря уже о том, что не помнишь базовых вещей.

— О мой бог, Киран! — Питер закатил глаза. — У меня еще две дозы до достижения доказанного предела прочности, потом я лягу спать. Все нормально, не переживай. Беллами? Прости, что прервали, продолжай, пожалуйста.

Дрейк улыбнулся, потянулся было за своим «ускорителем», но передумал. Не стоит себя компрометировать перед коллегами. Пусть формально он занимает положение не ниже того же Говатски, но что позволено любимчикам отцов-основателей, то не стоит позволять себе ему.

— Итак, коллеги, произошло просто фантастическое совпадение маловероятных событий! — Беллами вывел всеобщее обозрение слайды.

Заинтересованный народ поднялся с кресел и окружил панораму. На каждом из трехмерных голослайдов прокручивались разные сцены. Дрейк принялся давать пояснение к каждой:

— Событие первое. Объект «Патрик» подвергается действию флэшбака из прошлой жизни и сходит с ума, уничтожая отряд патрульной стражи. Единственная выжившая — неигровой персонаж Джейн, магичка, оставляет вместо себя иллюзию собственного трупа и сбегает. Заблудившись, истощенная и без запасов маны, она попадает в лапы оркских разбойников близ Туафа. Те продают ее в рабство в гарем местного правителя, но девушке удается сбежать и добраться до Даранта. Там она узнает, что ее отец покончил с собой, считая ее мертвой. Джейн решает остаться в столице Содружества, поступив в Университет магии.

Слушали Беллами, затаив дыхание. Об «угрозе» A-класса все присутствующие уже слышали, но о том, какие последствия могут быть, и как это завязано на проекты «Пилигрим» и «HCMO — Калийское дно», слышали впервые. Только Киран уткнулся в комм — все это он уже знал.

— Событие второе. Объект «Патрик» блуждает по Мраколесью и забредает в Болотину. Происходит ложная инициация сценария «Спящие боги». Вернувшись в город, Патрик приходит в себя и не выполняет условий запуска сценария.

Беллами промотал слайды, и на общее обозрение всплыл босой худощавый юноша в холщовых штанах и рубахе.

— Событие третье. Игрок первого уровня Скиф, с самого старта полтора года неразвивавший персонажа, внезапно доводит ИскИн неигрового персонажа «Питера Уайтекера» до бешенства и получает квест на зачистку зоны X 4 — одной из...

— Управляемых нами, — подал голос Говатски, нависнув над слайдом. — Подвалы храма Нергала Лучезарного в Тристаде. Я помню тот инцидент. Зона была под управлением HCMO Андрея Клейтона, инвалида и негражданина. Клейтон поддался Скифу.

— Вы опережаете события, Питер, — Беллами мягко отодвинул его и продолжил: — Событие четвертое. Объект Патрик нарывается на отказ подать ему на выпивку со стороны игрока Скифа и — внимание! — проклинает его!

— В смысле? — хором раздались несколько голосов.

— В прямом. Из-за незавершенного запуска сценария, а также не очень обычной природы объекта «Патрика», между ним и одним из Спящих богов Бегемотом сохранилась связь. Спящий уловил силу пожелания объекта «Патрик» и реализовал его в перманентное проклятие «Мятежная душа». Ввиду отсутствия в оперативной базе данных, дебаф, повиснувший на Скифе, даже не отображался на нем.

Его можно было увидеть только в профиле персонажа и только самому игроку. Это событие четыре.

— А есть еще? — спросил Колесников.

Этот парень не понравился Беллами — слишком любопытный, острый на язык и часто говорит, когда его не спрашивают. Но по слухам, он один реализовал половину всей работы проекта «HCMO — Калийское дно» и с ним стоило держать ухо востро. В этой компании взлеты так же стремительны, как и падения.

— О, и не одно! — воскликнул Беллами. — Но спасибо за хороший вопрос, Макс! Смотрите...

Событие пятое. То, о чем упомянул Питер: Клейтон поддается Скифу, поняв, что парень будет перерождаться рядом с ним — а именно так работало проклятие Патрика — бесконечно. Здесь видно, что он писал свои вопросы на полу, но вот ответы Скифа нам неизвестны.

— Да, да, да... Сколько раз я говорил, что мы должны логировать все звуковые разговоры игроков, а не только те, что передаются по амулетам связи! — воскликнул Колесников, и Беллами с удивлением

заметил, что его никто не осаживает. Похоже, у парня куда больше авторитета, чем он думал. — Что заставило объект «Клейтон» сдаться? Он же знал, чем рискует!

— Да, но записи ведутся! — не согласилась девушка из того же департамента. Ее имени Беллами точно не знал, он видел ее впервые. — Все, что произносится игроками в зонах X, пишется!

— Стало писаться с того инцидента, — хмуро заметил Говатски. — Ладно, Белл, продолжай.

— Событие шестое, исходящее из пятого, — невозмутимо продолжил Дрейк, когда понял, что дальнейших разборов эпизода не последует. — Клейтон включает окончательную смерть и активирует маловероятную передачу рандомного скилла из арсенала Чумного мора. И Скиф получает... получает Скиф... Та-дам! — пропел Беллами. — Метку Чумного мора!

— Это полный капец... — прошептала девушка, распахнув глаза.

— Ага, — довольно осклабился Дрейк, будто сам вручил Скифу абилку. — Скилл босса, которого еще даже не видел ни один из игроков. Да что там, даже локацию эту не открыли!

— Тем не менее это дало ему всего лишь угрозу L-класса, — добавил Киран. — Давай, Белл, жги дальше. Удиви народ!

— Дальше — еще невероятнее! Событие седьмое — используя проклятие нежити, Скиф делает первое убийство Крушителя — мелкого рарника из Мраколесья. Все бы ничего, но выстреливает полупроцентная вероятность слутать... та-дам! Квестовый! Медальон! Патрика! А? Улавливаете, чем пахнет?

— Патрик сгенерировал квест? — спросил Говатски.

— Да. Сработал триггер на события до встречи О’Грейди с Бегемотом. Увидев его в руках Скифа, Патрик дал ему задание попасть к Спящему. И здесь мы плавно переходим к восьмому событию, уже вполне вероятному, учитывая, как сходятся звезды. Недоактивированный сценарий закольцевался, и система, выискивая варианты развития, выкидывает Скифу за первое убийство в локации «Зло из глубин» — снова та-дам, — без всякого выражения произнес Беллами, — навык глубинной телепортации. Согласно сценарию, это навык жрецов Спящих, и именно им ИскИн Бегемота награждает Скифа, используя, единственную возможность! Почему единственную? Да потому что в этой песочнице только «Зло из глубин» имело тег «дыхание Спящих», а навык можно было вручить

только за первое убийство! Ну же, коллеги, вы осознаете, какова была вероятность такого совпадения?

— Я так понимаю, есть еще и девятое событие?

— Ну, это не событие, а так, мелочь. Глядите. — Беллами открыл последний слайд: Скиф активирует телепортацию, после чего будто проваливается сквозь землю. — ИскИн Бегемота перехватывает Скифа на пути в Тристад, куда его должно было перенести, и отправляет в Болотину. Будь на месте парня любой другой игрок, и для него все этим бы и закончилось. Хотя бы потому что там бы никтоне выжил! Никто! Или потонул бы в трясине, или был бы сожран болотной фауной! Но это оказался именно Скиф, всегда возрождающийся на месте гибели, да еще и с вероятностью стать неуязвимым.

И он им стал. Заодно прокачал навык устойчивости до максимума — хвала Бездне, что не первым!

Вы помните, какое достижение за это получил Магвай?

— Да помним, помним, — сварливо сказал Говатски. Топ-1 игрока мира знали все. — Что в итоге-то?

— Бегемот сделал парня инициалом Спящих. Пока это не дает парню никаких преимуществ, но потенциально, вкупе с Чумным мором, он может уничтожить весь мир. Не так, как планировал тот разраб, заложивший бомбу, потому что вряд ли Скифу удастся обратить к Спящим больше половины населения Диса — полного пробуждения Спящих не будет. Но просто представьте, что будет, если парень заразит тот же Дарант? Да половина мирового распределения сил, экономика, взаимосвязи, квестовые цепочки, лидеры Содружества… Все рухнет! Мир уже никогда не станет прежним!

— Что мешает просто забанить его аккаунт?

— Мы не можем, — покачал головой Киран. Все обернулись к нему. — Мы не можем предпринимать к нему вообще никаких действий. Даже если сам парень... ну... скажем, неожиданно разобьется, сидя во флаере, система просто перехватит его персонажа, как это случается с любыми «угрозами» в таких случаях. Он уже часть Диса, это не изменить никак, кроме как игровыми методами.

— «Превентивы»? — Беллами озвучил очевидное.

— Да, но не так, как ты предполагаешь, — глава проекта «Пилигрим» знаком показал всем вернуться на свои места. — Никаких сливов информации кланам «превентивов», никакой помощи и подсказок.

Это всем ясно? — Киран повысил голос, и кое-кто вжал голову в плечи. Этот человек движением пальца мог возвысить и пинком отправить с Олимпа любого присутствующего. — Хорошо. Для тех, кто еще сомневается, уточню — это желание отцов-основателей. Они присматривают за этим парнем и даже делают ставки, как далеко он зайдет.

— То есть мы просто наблюдаем? — воскликнул Майк. — Из-за него весь «Пилигрим» может...

— Питер, угомони своего бойца, — лениво произнес Киран. — Напомни ему, что «Пилигримом» руковожу я, а ваша задача остается прежней. Обеспечить полноценный перенос сознания в Дис.

Иначе никакой «Пилигрим» возможен не будет.

— Может, хотя бы поговорить с этим парнем? — предложил Беллами. — Ну, чтоб дров не наломал.

Пообещать ему денег, универ оплатить... Ну, не знаю, может, гражданскую категорию повысить?

Пусть сидит тихонечко, рейдовые инсты фармит, зачем ему мир завоевывать? Он, вообще, адекватный?

— Я с ним, в некотором роде... общаюсь, — нехотя признался Киран. — Толковый. И предложение, если сделать, примет точно. Но мы поступим иначе

Глава 18. Трудные уроки

После вынужденного двухнедельного отлучения от Диса последние дни были так богаты на события, что я долго ворочался, пытаясь заснуть. В голове крутился миллион мыслей, среди которых были и приятные: победа на мини-арене, отношения с Тиссой, будоражащая явная симпатия Риты, яркое и светлое будущее, если удастся задуманное с прокачкой статуса «угрозы».

Но не давали покоя и беспокоили опасения, и их было много. В тревожном сне я видел кошмары: как меня раскрывают и истребляют, как «угрозу», как люди, коим я доверился, предают меня, как я заваливаю тесты на гражданство и теряю гражданский аккаунт, а видящие меня рудокопом игроки посмеиваются и показывают пальцем. И больше всех хохочет Большой По.

Хорошо, что утром, каким бы разбитым и невыспавшимся я себя ни чувствовал, большинство переживаний потускнело и почти истерлось из памяти. Я начал собираться в школу, потом потащился завтракать, и тут-то меня и осенило: мастер безоружного боя ждет меня!

Я бросил взгляд на часы — половина восьмого. У меня оставалось полчаса на то, чтобы убедить родителей в том, как важно пропустить школу ради Диса, нырнуть в капсулу и добежать до здания школы мастера.

— Мам, пап... — начал я говорить, но продолжать не пришлось.

— Хорошего дня, Алекс! — мама чмокнула меня в щеку, отец потрепал по волосам, и они встали из-за стола.

— Вы уезжаете? — не понял я. — Или что?

— Прости, Алекс, — ответила мама. — Вчера ты вышел слишком поздно, а с утра у меня голова совсем не работает! Забыла тебе сказать — мы твоим папой улетаем в Новую Зеландию. Вернемся поздно вечером, а, может, там заночуем.

— Зачем?

— Надо сделать съемки для нового заказа. Марк сумел договориться, и заказчик все затраты взял на себя. Веди себя хорошо!

Отец подмигнул, улыбнулся чему-то своему, подвергся укоризненному взгляду мамы и, приобняв ее, увел к выходу. Вопрос с тем, чтобы отпроситься от школы, разрешился сам собой.

Уже через пять минут я стоял у входа в таверну и щуря глаза из-за прямых лучей взошедшего солнца, пытался сориентироваться и проложить кратчайший маршрут. Тристад, хоть и небольшой город, но пешеходный — общественного транспорта, ха-ха, здесь нет.

Определившись с направлением, я рванул по полупустым улицам. В отсутствие игроков-школьников уже проснувшийся город продолжал жить своей вполне насыщенной энписишной жизнью: подметались улицы; у торговой площади скапливались повозки со свежей рыбой, дичью, овощами и фруктами; лавочники протирали витрины. Мимо меня в сторону городского совета пронеслась карета с Уайтекером. Пробегая вдоль жилых кварталов, я видел, как за столиками в уютных двориках устраиваются старики, как матери прогуливаются с детьми, и как хозяйки развешивают белье.

Это казалось полноценным обществом, которое может прожить и без нашего участия, и мне даже стало любопытно, что станет с городом лет через двадцать, если оставить их жить самостоятельно и вернуться посмотреть? Наверное, то же самое, что и с любым настоящим городом. На форуме писали, что тот же Питер Уайтекер много лет назад был обычным уличным мальчуганом, иногда выдающим квесты: найти его потерявшегося кота, помочь с покраской забора или привести его домой — в одном из квестов его можно было найти в пещере Безымянных гор, где он заблудился.

За этими праздными наблюдениями я сам не заметил, как добрался до школы безоружного боя и даже не запыхался благодаря подросшей выносливости.

Мастер Сагда уже стоял у двери, привалившись к стене и сложив руки на груди. При моем появлении он сдержанно сказал:

— Я надеялся что ты опоздаешь, или, что стало бы совсем хорошо, не придешь.

— И вам доброе утро, мастер Сагда...

— Первый урок, ученик. Забудь это обращение! — наставник недовольно поморщился. — Я и не мастер, и не Сагда.

— Как так? — опешил я.

— Сагда — фамилия моего отчима. Не самый приятный он был человек, и слышать в очередной раз его фамилию... Вызывает плохие воспоминания. Фамилия моего настоящего отца — Буако.

Мелькнула мысль, что мне-то не сложно переключиться, но почему он позволяет другим называть себя «Сагда»? Вчера хозяин таверны Ташот не раз оглашал собственно это имя.

— Что касается звания «мастер», то и здесь есть несоответствие, — продолжал говорить наставник. — Я достиг уровня великого мастера, но величайший грандмастер Ояма, единственный, кто может подтвердить мое звание, несколько лет назад ушел в созерцание, и до сих пор не вернулся из своего затянувшегося путешествия по астралу.

— Тогда как мне к вам обращаться? Великий мастер Буако?

— Нет, ученик. Звони меня просто Бу, — с непроницаемым лицом произнес он и протянул руку. — Принес оплату?

Я передал ему полтысячи золотых, которые он мгновенно сгреб. Деньги исчезли, а он, больше ничего не говоря, зашел в здание. Я направил вслед за ним и сразу начал чихать от пыли, кружащей в воздухе.

В пыльном и затхлом зале, забитом всякими ящиками, мастер Сагда, то есть, Бу, приказал мне расчистить пространство.

— Аккуратнее, ученик! — рявкнул он, когда я чуть не уронил тяжеленный ящик. — Это продукция торговца Афанасия, и если ты что-то повредишь, будешь возмещать стоимость сам.

— У вас тут что, склад? — изумился я.

Вслед за этим я схлопотал чувствительный удар длинной гибкой тростью.

— Второй урок: никаких вопросов не по предмету обучения!

С каждой минутой пребывания в «школе» я закипал все больше. Второй час я возился с приведением зала в порядок, а до учебы мы так и не добрались. И ладно, это было бы в форме квестов вроде «Уберись в тренировочном зале» с наградой пусть даже в пару очков опыта, но нет. Я дивился хитроумию и коварству ИскИна мастера, за мои же кровные пять сотен золотых решившего получить халявную уборку.

Расчистив пространство, я, понукаемый Бу, притащил метлу и долго выметал мусор, чихая от поднявшейся пыли. Этим уборка не закончилась, напротив, она только началась, и после я мыл полы, вытряхивал коврики, стирал пыль с окон и вычищал из потолочных углов скопившуюся паутину. И ради этого я пропустил школу?

Разблокировано достижение «Наивный глупец!»

Заплатите большую сумму денег за право убраться в школе безоружного боя мастера Сагда.

Награда: стыд за бездарно потерянное время.

Примерно такое достижение я мысленно вывел у себя в голове, маленькой тряпочкой оттирая с растрескавшегося деревянного столика засохшие винные пятна. Уборка к тому времени уже переместилась в спальню Бу. Мастер накачивался чем-то из фляжки и на глазах становился веселее, не уставая выдавать очередные перлы и «уроки»:

— Урок двадцать первый, ученик, — сказал он, обгладывая баранью ногу. — Тарелка, свалившаяся со стола, почти всегда разбивается, особенно если пол не деревянный, а каменный. А теперь живо убери осколки!

Я много раз порывался послать его и его «уроки» куда подальше, но было безумно жалко потерянного времени и заработанного «страйка» за пропуск настоящих уроков в школе, так что я, стиснув зубы, продолжал терпеть издевательства поехавшего крышей и обнаглевшего искусственного интеллекта..

К полудню и тренировочный зал, и жилые комнаты наставника сияли чистотой, а сам он, изрядно окосевший, сыто издал отрыжку и отрывисто бросил:

— Во дворе умывальник. Помой руки и в зал! У меня там чисто, понимаешь ли, и не хватало еще, чтобы ты мне там все запачкал.

Радостно кивнув, я помчался во двор и кинулся к умывальнику. Там-то я снова обломался — воды в нем не было. Чертыхнувшись и помянув бездну, будь она неладна, я представил Бу в адском котле и решил, что даже там он будет вальяжно валяться и гонять чертей за бухлом.

Взгляд наткнулся на пустое ведро. Схватив его, я ринулся за водой к колодцу, залил в умывальник, помыл руки и вернулся в зал. Пьяный мастер стоял там, сложив руки на груди, и глазел куда-то в одну точку.

— Бу? — окликнул я его, решив, что он уснул.

— Ты задержался, — констатировал наставник, зевая.

Я уже ждал очередного наказания, но он не стал этого делать, а просто подозвал меня в центр зала и наконец-то начал учить меня безоружному бою.

Процесс обучения сильно отличался от того, что я прошел у мастера стрельбы из лука охотника Конрада, и это было легко объяснить — к Конраду я пришел вообще не владея навыком, а к Бу — с семьдесят вторым уровнем безоружного боя.

— Я многому могу тебя научить, Скиф, — серьезно произнёс Сагда.

Мастер безоружного боя Сагда предлагает вам выбрать один из следующих трех боевых приемов:

Удар скорпиона

Уровень: 1.

Вероломный удар с длинной дистанции: после прыжка вперед вы приземляетесь на руки и бьёте согнутыми ногами. Ввиду внезапности прием игнорирует 25% брони противника.

Стоимость использования: 5 очков маны.

Наносит 250% от обычного урона.

Хвост дракона

Уровень: 1.

Удар ногой с разворота, как правило, в голову противника. Существует вероятность 1% ошеломить противника на 1 секунду.

Стоимость использования: 4 очка маны.

Наносит 200% от обычного урона.

Оглушающий пинок

Уровень: 1.

Простой, но оттого, очень эффективный удар. С вероятностью 30% оглушает противника на 3 секунды.

Стоимость использования: 3 очка маны.

Наносит 150% от обычного урона.

— И все? — поразился я скудности выбора.

— На твоем уровне развития ты можешь выбрать четырнадцать из более чем четырех сотен приемов, — ответил наставник. — Но не все сразу. Сейчас ты выбираешь из базовых приемов, и от твоего выбора зависит, что я смогу предложить тебе дальше.

— Тогда я выбираю Оглушающий пинок, — заявил я.

— Не спеши, ученик, — Сагда взял меня за подбородок, приподнял мою голову и внимательно посмотрел в глаза. — Я тебе объясню, как это обычно происходит... кхм-кхм... не с такими одаренными учениками, как ты. Они развивают навык и каждые пять его уровней получают возможность выбрать один из трех открывшихся приемов разных школ боевых искусств.

— И от чего зависит, какие приемы откроются…

— Не перебивай! — Очередной хлесткий удар палкой заставил меня заткнуться. — Приемы могут быть атакующими, защитными, контратакующими — всякими, в том числе смертельными с определенной долей вероятности. От набора освоенных приемов и их уровня развития зависит, какой стиль боя станет для ученика основным, и в дальнейшем новые приемы будут ему предлагаться с учетом этого. Но! — Наставник склонил голову, покрутил указательным пальцем и выдержал паузу.

— Если ученик скопил достаточно места здесь...

Наставник постучал пальцем по лбу, и я понял, что он имеет в виду игровую условность — неизрасходованные очки, которые я получал за каждые пять уровней боевого навыка. Формально, за каждое такое очко я мог изучить новый прием, а я их накопил аж четырнадцать.

— ...то и возможностей перед ним открывается куда больше, — продолжал Сагда. — Многие идущие по пути безоружного боя слишком спешат, торопятся узнать новый прием в надежде разнообразить стиль и получить новый, более мощный прием, но все они кое-что упускают. Осваивая разное, ни в чем не добиваются серьезного успеха. Тот же, кто продолжал совершенствоваться в одном, не распыляясь на многое, способен на большее. Такой ученик может повысить эффективность известного приема...

Я насторожился. Мой Кулак-молот развивался, становясь эффективнее, и так, без всякого «усовершенствования» у наставника за пять сотен золотых, но, может, он говорит о чем-то другом?

— …а освоив хорошо известный прием на новом уровне, боец тратит на него меньше маны, может использовать прием чаще, а сила его удара возрастает на четверть! — торжественно заключил наставник, а потом снова поднял указательный палец. — Подобное возможно только дважды, после чего достигнутый боевой прием достигает идеала в исполнении. И ты мой первый ученик, Скиф, кому я могу преподать подобный урок.

Мастер безоружного боя Сагда предлагает вам усовершенствовать прием «Кулак-молот»:

Тяжелый кулак-молот

Оттачивая мастерство, вы улучшили эффективность боевого приема.

−0,5 очка маны от стоимости использования.

+5% от обычного урона за каждый уровень приема.

+0,5% к точности за каждый уровень приема.

+0,1% к игнорированию брони за каждый уровень приема.

Стоимость: 5 очков обучения.

Глядя на то, каким грозным может стать и без того бешено прокачанный Кулак-молот, я без промедления согласился. Едва заметно улыбнувшись, наставник тут же предложил еще один апгрейд:

Мастер безоружного боя Сагда предлагает вам усовершенствовать прием «Тяжелый кулакмолот»:

Сокрушающий кулак-молот

Оттачивая мастерство, вы достигли совершенства в использовании боевого приема.

−1 очко маны от стоимости использования.

+10% от обычного урона за каждый уровень приема.

+1% к точности за каждый уровень приема.

+0,2% к игнорированию брони за каждый уровень приема.

Стоимость: 5 очков обучения.

Я принял и это предложение, а потом невольно расплылся в улыбке, отмечая, как круто выглядят цифры моего единственного, но зато улучшенного приема:

Сокрушающий кулак-молот

Уровень: 72.

Стоимость использования: 1 очко маны.

Наносит 4420% от обычного урона.

Точность: 437%.

Игнорирование брони: 85,4%.

— Мудрый выбор, ученик, — сказал мастер Сагда. — Осталась последняя ступень, получив которую, ты сможешь не кривя душой сказать, что познал прием Кулака-молота полностью.

— Учитель, но вы же говорили, что у любого приема только три ступени?

— Ступени три, и я не отказываюсь от своих слов. Но на максимальной ступени любого приема открывается дополнительная возможность наносить непрерывные серии ударов. Комбо! У него есть особый эффект — только мастер выше уровнем способен его прервать, а ошеломленный противник не будет способен на противодействие!

Я открыл рот, чтобы разузнать больше, но не решился прерывать академический тон Бу. Он продолжал рассказывать о связках приемов, применяя которые в определенной последовательности, можно не только значительно повысить свой урон, но и развивать их:

— Изучив метод проведения серий однотипных приемов, ты будешь способен на все более сложные серии. Великий учитель Люкан был способен проводить связки из более чем сорока ударов и приемов! — в его голосе прозвучало неподдельное восхищение, а я сделал в голове пометку — попробовать найти этого великого мастера. — Как правило, в реальном бою он никогда не успевал провести ее полностью, так как противник погибал раньше или начинал молить о пощаде. У тебя еще достаточно сил, чтобы освоить и эту способность. Желаешь ли ты это сделать, Скиф?

Мастер безоружного боя Сагда предлагает вам изучить новый боевой прием:

Комбо

Уровень: 1.

Составной боевой прием, объединяющий ударные способности в непрерывную череду атак.

Количество слотов в связке: 2.

Стоимость использования: 90% от суммы стоимости использования отдельных приемов в серии.

Откат: 5 секунд.

Стоимость: 3 очка обучения.

Согласился я, не раздумывая: два Молота подряд с отдельным откатом — страшная сила! Усвоив Комбо и собрав связку ударов, я загорелся поскорее испытать их в деле, бросив взгляд на стоящий в углу манекен, но наставник умерил мой пыл:

— Не спеши, ученик. У тебя осталась возможность изучить еще один прием. Выбирай мудро!

Вернулось самое первое окно с выбором между Ударом скорпиона, Хвостом дракона и Оглушающим пинком.

Я прикинул, что прокачка новых приемов займет время, а ощутимого преимущества они мне не дадут. Разве что Оглушающий пинок, который хоть и наносит мало урона, но имеет шанс оглушить противника. На Арене это может переломить ход всего поединка. Руководствуясь этим, я выбрал его.

— И снова мудрый выбор, ученик! — довольно осклабился мастер Сагда. — Это все, чему я могу тебя обучить на сегодня. Теперь ты можешь заняться тренировкой усвоенного. Мой зал в твоем распоряжении, а я же пойду вздремну.

После его ухода я остановился напротив тренировочного манекена с меня ростом. Мне показалось, что когда я впервые зашел в зал, он был выше — этакая ростовая деревянная кукла без рук и ног, размещенная на прочной толстой пружине.

Тренировочный манекен

Уровень всегда равен уровню тренирующегося. Развитие навыков и приемов происходит в десять раз менее эффективно, чем в бою с настоящим противником.

Прочность: неразрушимый предмет.

Манекен был тренировочным, но после первого же пробного удара включился режим боя, и пошли логи. Я провел Комбо и понял, что теперь и без чумной энергии наношу невероятный урон.

***

До появления бывших «дементоров» оставалось часа три-четыре, и я решил их провести с пользой.

Во-первых, прокачать ремесло кулинарии, а заодно попробовать что-то сообразить из стаков с мясом болотных тварей; во-вторых, поискать на аукционе Внутренности крысы-зомби. Чумной мор появлялся не только в Тристаде, и я надеялся, что без готовых рецептов тошнотворную требуху игроки дешево сливают на ауке, и скупив все, я смогу запасти побольше Запеченной крысиной требухи нежити, что ускоряет прогресс. Это не помешает ни мне, ни откатившимся вниз по уровням соклановцам.

Шеф-повар Арно в мыле метался по кухне, подгоняя помощников. На плитах что-то жарилось, варилось и бурлило, из печки, где что-то запекалось, несло просто умопомрачительно, и ни одного свободного очага я не обнаружил.

— Скиф! — воскликнул Арно. — Зашел перекусить? Тогда тебе в зал, дружище... — Он отвлекся и заорал на юную повариху Раду: — Да кто так режет лук! Дай сюда нож!

Чертовы игровые условности! У меня три слота в инвентаре, все забиты, и некуда даже положить котелок, дрова и огниво, без которых не развести костра и не начать готовку. Я задумался. В этот момент Арно с мускулистым низкорослым поваром стали снимать с огня огромный котел, в котором бурлило какое-то месиво, то ли каша, то ли похлебка.

Котел переставили на каменный стол, а Арно, удостоверившись, что помощница правильными порциями разливает варево, уселся на стул и обращаясь ко мне, пожаловался:

— И так каждый день. Хозяин придумал этакую штуку — с часу до двух в таверне комплексные обеды. Первое, второе и третье. И требует каждый день новых блюд! Компот уже сварен, лесная каша с мясом и ягодами доходит, вон, томится на плите, а вот к запланированной рыбацкой ухе у нас совсем не оказалось рыбы! Можешь себе представить, Скиф? Разбойники ограбили утренние поставки с моря, вот, пришлось срочно бежать на рынок и закупать речную рыбу — сплошь чешуя да кости! Тьфу! Еле успели!

— Сочувствую, дядя Арно, — сказал я.

Просить его о чем-то было пока некстати.

— Так, а ты чего сидишь? — встрепенулся он. — Видишь, уже разносят! Иди в зал, все подадут!

— Я не обедать пришел. Выдалось свободное время, хотел посвятить его кулинарии, а для этого мне нужно воспользоваться вашим очагом.

Арно изучающе посмотрел на меня, что-то прикинул и предложил:

— Вижу, что в твоем развитии ремесла тебе помогут блюда из речной рыбы. Вон там, в мешке, ее еще много осталось — караси, уклейки, ерши да окуни. Чешуя да кости. — Он указал в дальний угол кухни. — Мелочь, да и пропадет быстро. Если хочешь, можешь воспользоваться нашими запасами, Скиф.

Поблагодарив Арно, я направился к мешкам, одновременно пролистывая список известных мне рецептов. Названия блюд серого цвета прироста ремесла мне не дадут, зеленые — дадут, но с очень маленькой вероятностью. Желтые при готовке почти точно повысят уровень, а вот красные — повысят однозначно, но с риском неудачного приготовления. Впрочем, экономить бесплатные ингредиенты я не собирался.

Я перетащил мешок к свободному очагу, взял взаймы у Арно котелок и принялся за готовку. Я готовил Копченых окуней, Жареных карасей, Хрустящих ершей, Рыбную жареху, и уровень ремесла рос на глазах. Приготовленным я забивал корзину, выделенную тем же шеф-поваром.

На двести пятидесятом уровне ремесла Арно, одобрительно похмыкав, сам предложил мне повысить ранг навыка кулинарии. И снова бесплатно!

Ваш ранг ремесла кулинарии повышен до умельца!

Текущий уровень навыка: умелец (251/500).

Шанс успешно приготовить блюдо по известному рецепту: 100%.

Шанс успешно приготовить новое кулинарное блюдо: 15%.

Добавлены кулинарные рецепты: сочный стейк из мяса льва, сытная носорожья похлебка, горячий яблочный сидр, жареный моллюск, жареное крыло гуся, острая волчья грудинка, мясо в соусе «Дыхание дракона», камнешкурая рыба в кляре…

Продолжайте совершенствовать ремесло: готовьте по известным рецептам, придумывайте свои, экспериментируйте с ингредиентами.

Получены очки опыта за повышение ранга ремесла: 50.

Очки опыта на текущем уровне (13): 441/11400.

Рыбы я попортил немало, так как делал упор на красные блюда, но попутно даже изобрел новый рецепт — Хорошо прожаренный карась в сметане. Как туда попала сметана, я понятия не имею, потому что от скуки я всего-то плеснул в котелок с жарящимися карасями прокисшего молока. Не сказать, что блюдо вышло очень полезным: восстанавливало двадцать очков жизни, если его полностью съесть, и давало десятиминутный баф с плюсом в десять процентов к скорости восстановления маны, но для низкоуровневых игроков это может стать настоящим подарком.

Получив разрешение Арно, я сложил все приготовленное в ту же корзину и решил отнести на аукцион и выставить на продажу. За все про все заработаю меньше золотого, но мне все равно надо туда, чтобы проверить наличие Внутренностей крысы-зомби.

Блюда из речной рыбы все посерели, и дожаривал я остатки скорее из принципа. Прогресс ремесла замер на отметке «254». Пора было начать экспериментировать.

Я выгреб из рюкзака Ядовитое филе болотного голована с кровью и для начала попробовал просто его пожарить. Раз за разом мне удавалось получить только угольки или несъедобную отвратительного вида массу — мясо сгорало и разваривалось, а уведомления сообщали о провале.

Попытка создать новое кулинарное блюдо!

Провал!

— Скиф, позволь дать совет, — вмешался Арно, когда я испортил первый стак и перешел ко второму.

— Не знаю, чье это мясо, но выглядит оно очень нежным. Попробуй добавить немного яблочного уксуса, зелени и вот этого красного лука. Возможно, и огонь не понадобится. Да, и побольше перца!

Попробуй черный и огненный...

Он указал на мешочки с приправами, и я последовал его рекомендациям. Я снял котелок с огня, выложил там порцию мяса болотного голована и сделал все, как сказал Арно. В первые раза три ничего из этого не вышло, и тогда я стал менять количество уксуса, приправ, а когда понял, что, может быть, игре нужен огонь — как основное условие приготовления пищи.

Я снова все разложил в котелке, помял содержимое и поставил на угли. И через три секунды вытащил.

Попытка создать новое кулинарное блюдо!

Успешно! Вы создали новый кулинарный рецепт: «Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью»!

Получены очки опыта за новый кулинарный рецепт: +100.

Вы приготовили «Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью».

«Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью» (1) добавлено в ваш инвентарь.

Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью.

Ингредиенты: ядовитое филе болотного голована с кровью, яблочный уксус, черный перец, огненный перец, красный лук, зелень.

Страшно ядовитое мясо болотного голована при правильной готовке превращается в настоящий деликатес! Его изобретатель Скиф провел не один эксперимент, прежде чем научился правильно его готовить.

Особые эффекты при поглощении: +10 к наивысшей основной характеристике на 3 часа.

Эффект снимается после смерти.

Стоимость: 54 серебряные монеты.

Кулинарное ремесло: +10.

Ваш текущий уровень кулинарного ремесла: умелец (264/500).

Получены очки опыта за развитие ремесла: +10.

Результат впечатлил не только меня. Арно возбужденно подскочил ко мне, обнял и начал трясти:

— Два новых блюда меньше, чем за час! Скиф, в тебе скрыт огромный потенциал кулинарного мастера! Я советую, нет, я настаиваю! Ты обязан принять участие в кулинарном поединке!

— Дядя Арно, это же просто случайность! — отнекивался я. — Фактически, этот рецепт ваш! Да почти все ингредиенты ваши!

— Нет, молодой человек! — затряс головой шеф-повар. — Мне никогда и в голову бы не пришло поставить на угли подобный маринад! Это совсем не в моем стиле!

Он долго распинался и рассказал о кулинарном турнире, проводимом каждое воскресенье среди мастеров ремесла по всему Дисгардиуму. Для подачи заявки на участие надо было отправить свое фирменное блюдо — это было основное условие, чтобы участники турнира готовили только собственноручно придуманные блюда — организаторам в гильдию кулинаров. Если потенциальный участник проходил отбор, ему высылалось приглашение на очередной турнир — письмо с активацией прямого телепорта в главной здание гильдии в день турнира.

— Знаешь ли ты, Скиф, что ты, как изобретатель нового блюда будешь получать один процент с каждой его продажи? Естественно, для этого тебе надо будет зарегистрировать рецепт в Гильдии кулинаров...

Я вспомнил о том, что за мной числятся еще два новых блюда — Запеченная крысиная требуха нежити и Хорошо прожаренный карась в сметане — и согласился.

— Что от меня требуется, дядя Арно?

— С твоего позволения, я заберу то, что у тебя получилось, и сам займусь заявкой. У меня будет лишь одна просьба. Тебе будет позволено взять с собой одно сопровождающее лицо. Я бы с удовольствием посетил гильдию, у меня там скопилось много дел. А если еще на турнире ты объявишь меня своим наставником, то этим ты изрядно польстишь старику...

Арно как-то застенчиво посмотрел в потолок, и я улыбнулся. Кем-кем, а стариком этот полный сил мужчина точно не был.

— Конечно, дядя Арно!

Шеф-повар меня обнял и растроганно стер слезу. А я, с уже готовым рецептом на руках доготовил остатки мяса болотных тварей, а заодно решил забить сумки Бомбовоза ингредиентами для моего нового блюда, что на месте, прямо в Болотине, сразу готовить.

Закончив, я сказал Арно, что не прощаюсь и скоро вернусь, одолжил корзину, забитую приготовленной рыбой, и побежал в сторону аукциона. Соклановцы должны были вот-вот войти в Дис, а я хотел успеть добить тему с кулинарией и усилить наш будущий прогресс Запеченной крысиной требухой нежити.

На аукционе я всецело разгрузил и корзину, и рюкзак, выставив на продажу все наготовленное.

Копеечные блюда я выставлял совсем за символическую стоимость в один-два медяка, карась в сметане пошел по три медяка, а вот на Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью я поставил цену в три золотых. Не знаю, может его раскупили бы и по десять, но учитывая неиссякаемый ресурс основного ингредиента в Болотине, я ничем не рисковал.

Внутренности крысы зомби на аукционе были представлены всего ничего — всего двенадцать штук от разных продавцов на весь Дисгардиум. Стоимость варьировалась, причем если большинство лотов были выставлены по три-четыре серебра, то на два от одного торговца была выставлена космическая стоимость в пятьсот золотых. Похоже, не понимая, с чем он имеет дело, он выставил цену совсем от фонаря, подозревая, что редкий, малоизвестный алхимический и кулинарный ингредиент может стоить и таких денег. Он был недалек от истины, но покупать его лоты я не стал Через десять минут я выгреб из ящика покупки, на кухне приготовил крысино-зомбячьи внутренности и, тепло распрощавшись с Арно, двинул в общий зал «Буйной фляги». Соклановцы уже

собрались в Тристаде и двигались по направлению к таверне, месту встречи клана «Пробужденные».

Нас ждал многочасовой фарм в Болотине, а я даже не пообедал. Надеюсь, парни и Тисса войдут в положение.

Системное сообщение поймало меня, когда я озирался в зале, выглядывая ребят.

Состоялись выборы в городской совет Тристада!

Вместо вышедшего на пенсию Варма Торгердсона избран новый советник — господин Полинуклеотид.

Торжественная церемония состоится на Центральной площади перед зданием городского совета в 20:00.

А следом, почти сразу, всплыло еще одно оповещение, и насколько оно было странным, настолько невыполнимым был содержавшийся в нем квест:

Советник Полинуклеотид хочет, чтобы вы украсили праздничными гирляндами все улицы города Тристада.

Прогресс выполнения: 0/63.

Срок выполнения: до начала торжественной церемонии в честь окончания выборов в Городской совет (05:18).

Награды:

— 30 очков опыта;

— 3 серебряные монеты.

Штраф в случае невыполнения или отказа от задания: ваша репутация с городом Тристадом снизится до уровня «Враждебность».

Принять или отказаться?

Глава 19. Заклятые друзья

— Как тебе мой уникальный квест, Скифи? — из-за колонны выступила фигура Большого По. Он ухмыльнулся и глумливо объявил: — Тебе выпала огромная честь украсить город к торжественной церемонии!

Не успел я придумать, что ответить и как выразить негодование, как в таверну влетела Тисса, а вслед за ней и остальные ребята.

— Привет! — я потонул в объятьях девушки, а потом на меня обрушились тяжелые похлопывания парней.

— А этому что еще нужно? — Эд смерил Большого По взглядом, не предвещавшим ничего хорошего.

— Ох, как удачно получилось! — Уэсли Чоу потер ладони, обвел ребят взглядом, задерживаясь на каждом, и кивнул, скрывая улыбку. — Удачи в выполнении квеста, неудачники!

Он направился к своему излюбленному и уже оккупированному офицерами «Аксиомы» столику. Судя по их раскрасневшимся лицам, они уже успели выпить не простого сливочного пива, а добавив туда веселящего эликсира алхимика Эрла.

Эд на мгновение замер, а потом разразился проклятиями в спину Полинуклеотида:

— Какого хрена, По? Как?

По остановился и неторопливо развернулся. Его взор полыхнул ненавистью:

— А ты думал, зачем нам было нужно место в совете, ты, кусок идиота? В том числе, для такого. Чтобы вам, неудачникам, жизнь медом не казалась! Квест вы не сделаете, это я вам гарантирую. Так что валите отсюда нафиг, пока на вас весь город не сагрился!

Мы проводили его взглядами, после чего я кивнул в сторону незанятого столика, и подал пример, усевшись за него. На бывших «дементоров» обратили внимание, и под вопросительными взглядами посетителей «Буйной фляги» они последовали моему примеру.

— У всех один и тот же квест? — спросил я.

— Украсить все улицы гирляндами, — ответила Тисса. — У тебя?

— Да, такой же. Где можно взять эти чертовы гирлянды?

— Продаются в сувенирной лавке старого Джа, — ответил Инфект. — Но для такого квеста их нам бесплатно выдаст Уайтекер.

— Только нам это не поможет, — мрачно изрёк Краулер. — Ты когда-нибудь развешивал гирлянды, Скиф? К любому из праздников Уайтекер просто сыпал такими квестами — от украшения елки до раскладывания пасхальных яиц.

— Нет, — я покачал головой.

— Чтобы их «развесить», — Эд показал пальцами кавычки, — вдоль одной улицы, нужно потратить около часа. При открытом квесте система подсвечивает тебе точки на стенах, где можно прицепить гирлянду. Ты подходишь туда и типа «прикрепляешь» — ждешь, пока заполнится прогресс-бар. Минута на точку, сорок-пятьдесят точек на улицу. До торжественной церемонии пять часов, нас пятеро, а это значит, что в лучшем случае за отпущенный срок мы развесим гирлянды...

— На двадцати пяти улицах, — перебил я его.

— Вот именно. Лидер «Аксиомы» хороший математик. Если верно то, что я читал об этом, при генерации задания игроком система не дает возможности создать невыполнимое. Этот квест выполним. Я уверен, что, кроме нас, По выдал его нескольким соклановцам с прокачанной репутацией с Тристадом. Так что, если бы каждый занялся выполнением, мы бы успели.

— А «аксиомовцы», понятное дело, выполнять квест не будут, — вздохнул Бомбовоз. — Но они же тоже понизят себе репу?

— Вряд ли их это беспокоит, Бом, — ответил Краулер. — Завтра Большой По сгенерит им еще какое-нибудь задание, и все потерянное вернется. Ладно, что делаем, Скиф? Командуй.

Тисса покачала головой официантке, подошедшей принять заказ, отправив ее восвояси, и взгляды «пробужденных» обратились ко мне.

— Всем светит враждебность за невыполнение задания? — осведомился я.

Ребята застыли, изучая свои профили. Глаза Тиссы расширились:

— Бездна! Если я не смогу войти в город, будет полная задница! С каждым пропущенным днем без молитвы в храме очки веры будут снижаться в геометрической прогрессии! Через пару недель я потеряю статус жрицы Нергала! О, нет... — Тисса подняла руки и взмолилась, глядя в потолок. — За что? Столько времени на это убила...

— Магию света тоже потеряешь? — обеспокоился я.

— Нет, — ответил Краулер. — Магия с фолианта, но от Нергала ей идут нехилые бонусы. В общем, понятно, что в город мы через пять часов больше войти не сможем.

— Раз так, надо использовать это время по максимуму. Продукты, питье, зелья, ремонтные наборы...

Я перечислял все, что, по моему мнению, нам понадобится, но заметил, что Краулер хочет что-то сказать.

— Да, Эд?

— Скиф, доверься в этом вопросе нам, — сказал он. — Мы уходили в двухнедельные рейды, когда осваивали инсты и переносили точку реса туда же. Меня беспокоит другой вопрос — есть у нас хоть кто-то, кому мы здесь сможем доверить торговлю? Я не про мелочь, это можно через любого из одноклассников провести, но что, если нам выпадет что-нибудь дорогое? Эпик, например? Если выслать такой предмет почтой, это равнозначно дарению, и любой Арбитр это подтвердит. Меня как-то Рассел на две синьки кинул, помните?

— Угу, — хмыкнул Бомбовоз. — И ведь не докопаешься и предъявить нечего. Ты сам ему выслал.

— У меня есть такой человек, сейчас приглашу на разговор…

Я скинул сообщение Перевес, предлагая встретиться возле таверны. Она тут же ответила, написав, что скоро будет.

— Лучше бы нам сменить место беседы, учитывая, сколько здесь ушей, — сказала Тисса.

— Тогда выдвигаемся. Бом с Инфектом на закуп, а мы с Тиссой и Скифом пообщаемся с его торговцем. — Эд повернулся к парням. — Закупайтесь по обычной программе, просто берите всего раз в пять больше. Склянки, чистые свитки и ингредиенты к алхимии не забудьте. Варить зелья будем на месте...

Дзынь! Звякнуло уведомление о том, что продались все лоты моего особого блюда из болотного голована. По три голды за штуку! Значит, можно повышать цену... Бездна, аукцион! Я совсем забыл, что хотел слить через Риту ненужные шмотки, а ведь после выхода из города я вряд ли скоро смогу получить доступ к сундуку.

— Я отлучусь на две минуты, — сказал я. — Срочное дело.

Срываясь с места, я услышал недоуменно-вопрошающий голос Инфекта:

— Мы в таверне, и наш друг внезапно срывается из-за стола. Вопрос, ему приспичило?

— Если ты в туалет, Скиф, то, надеюсь, тебе дали достижение, как первому игроку, которому он понадобился? — жизнерадостный гогот Бомбовоза преследовал меня до выхода на лестницу.

В комнате я наскоро провел ревизию, выслал всю синеву Рите, а потом ломал голову, что делать с эпиками — луком и перчатками. Они понадобятся только на двадцатом уровне, и до того мы с ребятами будем умирать чаще, чем хотелось бы. Шанс потерять эпическую шмотку низок, но он есть.

И тогда я отправил их отдельным письмом Перевес с припиской: «Сохрани, пожалуйста, у себя. Объясню при встрече».

Вернувшись к соклановцам, я тут же подвергся допросу Инфекта на предмет того, что мне нужно в нашем длительном рейде, а может быть, даже в долгом изгнании — ровно до выхода в большой мир.

— Да мне вроде ничего не надо, — машинально отозвался я.

— Точно? Подумай хорошо, может, у тебя есть какие-то особые пожелания? — поинтересовался Ханг.

— Да, есть, — кивнул я, вспомнив о том, что хотел готовить еду из мяса тварей Болотины...

Я перечислил Бомбовозу необходимые кулинарные ингредиенты, заказал пару стаков разных приправ на случай, если удастся налутать новых ресурсов для готовки, а потом скинул в клан-чат линк на описание Запеченной крысиной требухи нежити.

— Нифига себе! — присвистнул Эд. — Откуда? Сколько есть?

— Ты полон сюрпризов, дружище Скиф, — почему-то шепотом произнес Ханг.

Инфект покрутил головой и показал большой палец:

— Чисто! Вокруг нас никого…

Эд кивнул. Все обратили взоры ко мне, ожидая ответа.

— Сам приготовил, — ответил я на вопрос Краулера. — Есть пол-стака, но если знаете, где можно найти крыс-зомби, приготовлю еще. А ты, Бом, глянь аук на предмет ключевых ингредиентов. Забей в поиск «Внутренности крысы-зомби».

— Понял, — кивнул танк, сделав у себя в интерфейсе какую-то пометку.

Они с Инфектом поднялись из-за стола. Ханг зачем-то похлопал себя по карманам и повел шеей, разминая затекшие мышцы — привычки реала часто переносятся в Дис.

— Постарайтесь управиться за час, — напутствовал их Эд. — Нам еще много вопросов надо успеть решить до выхода в поле. Перебрать комплекты шмотья, провести полный ремонт...

— Знаем, знаем, — прервал его Инфект. — Не первый раз замужем.

Со звуком шороха бумаги загорелась строчка с личным сообщением от Риты: «Я у входа. Мне войти?».

— Мой человек пришел, — сказал я Тиссе и Краулеру. — Идемте пообщаемся.

Рита Перевес, высокая, фигуристая и особенно красивая в легком светлом платьице, не скрывающем коленей, удивленно вскинула взгляд, поняв, что я не один. Тисса рядом с ней смотрелась совсем подростком, хотя им и она, и мы все являлись. Просто, глядя на Риту, я видел в ней... как бы это сказать... женщину? С Мелиссой я рос с детского сада. Знавал ее и смешным карапузом с разбитыми коленками и бантиками в косичках, а значит, видел в ней, прежде всего, друга, хоть и другого пола, хотя, понятно, испытывал к ней очень нежные, волнительные чувства. Да что там, я любил ее.

С Ритой Вуд все иначе. Эта девушка пробуждала во мне что-то другое. Что-то, идущее не от сердца и уж точно не из головы, и это будоражило и заставляло бурлить кровь.

— Привет, Алекс! — первоначальная растерянность сошла с лица Риты, и она широко улыбнулась.

— Привет! Рита, знакомься, это мои друзья и одноклассники...

— ...бывшие, как я понимаю, «дементоры» Краулер и Тисса, — продолжила Вуд и сухо сказала. — Мы знакомы.

— Это и есть твой «надежный человек»? — не отводя глаз от Перевес, задал мне вопрос Эд.

— Да, я доверяю ей. А что?

— А то, что она с ее братом Тимом кинули нас! — воскликнула Тисса. — Пойдем отсюда!

— Стоп, стоп! Не так быстро! — я задержал ее за руку.

Тисса нехотя остановилась, а Эд стал меня убеждать:

— Скиф, тут пасется «Аксиома», это раз. Нельзя подобные разговоры вести здесь. Второе — Вуды те еще кидалы, и уж с кем с кем, а с ними точно нельзя иметь никаких дел!

Рита молчала, но ее выражение лица, сжимающиеся кулаки, вздымающаяся грудь и подозрительно заблестевшие глаза говорили, что сейчас взорвется бомба. Я взял ее за руку, не отпуская при этом Тиссы, и потащил их в таверну.

— Что? Отпусти! Куда? Немедленно отпусти меня, Алекс Шеппард! Зачем? — раздались одновременные девчачьи возмущения под сопровождение ими же издаваемого кошачьего шипения.

— Краулер, сними, пожалуйста, комнату у Ташота. Слышал, там установлен полог тишины — как раз проверим, как он работает.

Обычно команды в Дисе раздавал он, и было заметно его секундное напряжение, но приняв решение, Эд послушал меня и рванул вперед к стойке. Через полминуты, позвякивая ключом, он начал подниматься по лестнице на второй этаж, а я с упирающимися девчонками вслед за ним. Слава Чумному мору, сила у меня была прокачана больше, чем у них обеих, вместе взятых.

Зайдя в комнату последним, Краулер запер дверь.

— Это что, похищение? — спросила Рита, поправляя сбившееся платье.

— Это попытка сохранить нашу дружбу, Перевес, — ответил я.

Рассаживаться никто не стал, и все продолжали стоять — девчонки, бычясь, по разные стороны комнаты, Эд у двери, а я у окна. Я быстро огляделся, так как в таком номере таверны был впервые.

Он был очень уютным — просторным, с огромной кроватью у стены, панорамным окном, выходящим на улицу и обилием предметов интерьера. На стенах были развешаны картины романтической тематики, на столе стояла ваза с красивым букетом свежих цветов и что-то еще.

Заострять внимание на этих деталях я не стал, просто убедившись, как в Дисе работает недешевый апгрейд гостиничного номера. Обстановка напомнила мне один роскошный отель в Персидском заливе, где мы бывали в те времена, когда у родителей все было хорошо. Комната располагала к мирной беседе.

Я сел в глубокое мягкое кресло у окна, вытянул ноги и предложил сделать то же самое остальным.

Моему примеру последовала только Тисса, усевшись в другое кресло. Эд остался у двери, а Перевес сложила руки на груди и кусала губы.

— Рита, я прошу прощения, но поговорить на людях мы не могли. Скажу тебе прямо, пока мы ни о чем не договорились...

— Скиф! — встрепенулась Тисса, но я остановил ее жестом.

— У нас меньше пяти часов. Полинуклеотид, ставший городским советником, выдал нам невыполнимый квест. Уже этим вечером отношение Тристада к нам станет враждебным. Выводы ты можешь сделать сама.

— Твою мать, Шеппард! — ругнулся Эд, но больше ничего говорить не стал.

— Родригез, — ответил я ему в тон. — Мы еще дойдем до вашей истории взаимоотношений с Тимом и Ритой Вуд, окей? Сейчас я хочу объяснить Рите наше положение.

— Алекс, как только ты закончишь, и прежде чем выслушаешь друзей, я прошу тебе дать мне возможность самой рассказать, что тогда произошло, — попросила Перевес. — В жизни не стала бы не то, что общаться, находиться в одном помещении с этими людьми, и делаю это только из-за тебя.

Тисса метнула в ее сторону злющий, как Эвилский плесневик, взгляд.

— Обязательно, Рит, — пообещал я. — Все происходящее — из-за вражды с «Аксиомой» и лично Большим По. А началась она после того, как мы увели у них «Первое убийство» в Олтонских каменоломнях. Это мало кто знает, потому что ни мы, ни они напрямую об этом не говорим, но от тебя, как видишь, я это не скрываю. Хочу, чтобы ты понимала, во что я хочу тебя втянуть.

— И во что же ты хочешь меня втянуть, Алекс? — Рита едва заметно улыбнулась.

Тисса, наблюдавшая за моей собеседницей сквозь ресницы прикрытых глаз, заметила томные вибрирующие интонации Перевес и мгновенно среагировала:

— Губу назад закати, Вуд! Никто тебя не во что втягивать не собирается. Алекс просто не знает, кто ты на самом деле!

— Тисса! — мне пришлось повысить голос. — Мы теряем время!

— Окей, босс, — донеслось из кресла.

Блондинка подобрала ноги и сделала вид, что накидывает на голову капюшон. Вот только она сидела не в реале, и никакого худи на ней не было, как и любимых штанов, а только платье жрицы Нергала, и ей, спохватившись, пришлось быстро скрестить ноги.

Спрятав усмешку, я продолжил говорить с Ритой:

— Ничего криминального. Мы уходим в поле на длительную прокачку и фарм, и, как понимаешь, не сможем пользоваться аукционом, чтобы продавать лут. Кроме того, нам надо будет пополнять запасы зелий, эликсиров, алхимических, кулинарных...

— ...и всех прочих ремесленных ингредиентов и ресурсов, — закончила мысль Перевес. — Я поняла, Алекс. Без вопросов, ты же знаешь, что можешь на меня рассчитывать. Мои условия тебе тоже известны, как и то, что для «Пробужденных» это будет выгоднее, чем заниматься торговлей самим. Я, кстати, уже закинула твои шмотки на аук, но что делать с... — она запнулась, не зная, можно ли говорить о моих эпиках при Тиссе и Краулере.

— Что делать с эпиками? Сохранить их, и выслать мне, когда я попрошу.

Я чувствовал, как Тисса с Эдом буравят меня взглядами, но разъяснять что-либо при Рите не собирался. Это наши внутриклановые дела, и рисковать, как бы я ни доверял Перевес, не хотел. Ни к чему давать

— Хорошо, я так и сделаю, — кивнула она. — Что-то еще?

— Нет, Рита. Это все, что мне от тебя нужно.

— Тогда выслушай мою версию наших с Недом разногласий с «дементорами»…

— Разногласий? — перебив Перевес, хмыкнул Эд. — Вы нас кинули!

— Вовсе нет, — не согласилась девушка. — Не было с нашей стороны ни кидалова, ни обмана...

— Нифига! — крикнула Тисса.

Перебивая друг друга, они рассказали, из-за чего весь конфликт. И выяснилось следующее. Примерно с год назад, когда «дементоры» только начали освоение своего первого рейдового босса, им выпала эпическая фиолетовая шмотка — Меч то ли сотни, то ли тысячи истин, мнения разделились.

У Бомбовоза уже был масштабируемый эпик за устранение «угрозы», Инфект бегал с кинжалами, а магам Тиссе и Краулеру оружие было без надобности. Потому его было решено продать.

Черт его знает, почему они решили это сделать через Вудов — то ли до аукциона было далеко, а Недовес оказался рядом, то ли Тим сам предложил им, но вышло так, как вышло. Когда Рите все-таки дали вставить слово, она пояснила, что Нед в те времена ходил по отдаленным локациям, скупая у игроков налутанное. Так, собственно, он с Ритой и создавал первоначальный капитал — честно предупреждая, скупал дешевле и продавал дороже.

Низкоуровневые игроки были не против. Более того, они даже были довольны тем, что ради продажи барахла не надо тащиться в город — сумки, в основном, у всех были стандартные, вмещалось туда мало, и освободить слоты от хлама, не сходя с точки фарма, мало кто отказывался. Недовес же мог унести много — и за счет дорогих объемных сумок, и за счет развитой силы. За харизму, важную в общении с торговцами, в их тандеме отвечала Перевес.

А дальше все было предельно честно, по мнению Риты, и полным разводом и кидаловом по версии ребят: они продали Неду эпик за семьсот голды, а тот перепродал почти за две тысячи, о чем и не преминул наивно похвастаться в таверне. Информация дошла до «дементоров», и те кинулись разбираться. Недовес отмел все претензии, и, по-моему, был абсолютно прав. Он предложил цену, ребята сами согласились, и никто бластер у виска у них не держал.

К тому же Рита объяснила, что когда Тим оценивал эпик, он и не предполагал, что тот стоит дороже тысячи, и то, в лучшем случае. Учитывая комиссию аукционера, он планировал заработать на шмотке не больше сотни золотых. А эпик больше и не стоил, на самом деле, если смотреть только на характеристики, и цена поднялась из-за того, что за него принялись драться коллекционеры. Именно этот эпик выпадал только в песочнице Тристада, а потому был крайне редок.

Разобравшись, в чем дело, я, вопреки ожиданиям соклановцев, принял сторону Вудов:

— Эд, Тисса, это точно нельзя назвать кидаловом. Так что забудьте о претензиях, начнем отношения с Перевес и ее братом с чистого листа. Если в вас есть неуверенность в честности Вудов, я беру ответственность на себя. Обещаю компенсировать все возможные последствия этого решения.

Договорились?

— Скиф, ты, кажется, не понимаешь! — возопил Эд. — Я бы и слова не сказал, даже если бы он продал эпик раза в полтора дороже, но в три? Больше штуки голды прибыли, когда мы с ребятами на тот момент полгода собирали каких-то пятьсот? Тебе не кажется, что это как-то несправедливо?

— Алекс, ты, может, не в курсе, но мы тогда в школе даже не обедали — все откладывали на Дис, — добавила Тисса. — И то, как нас развел Вуд — это просто в голове не укладывается! Даже сейчас...

Ты что, реально веришь, что ее брат не знал истинной стоимости шмотки?

— Я ей верю. И на этом закрыли тему, а если вы и дальше хотите обсуждать это, то обсуждайте. Но без меня.

Нехотя и сквозь зубы ребята согласились больше об этом не вспоминать. На том и порешили.

Тем временем Рита отвлеклась, глядя в интерфейс.

— Тим интересуется, куда я пропала, — озабоченно сказала она. — Если мы закончили, я, пожалуй, пойду.

— Тебя никто не держит, — заметила Тисса.

— И передай брату большой привет от меня лично, — сказал Краулер.

— Хорошего фарма и быстрой прокачки, Алекс! — сказала Рита, будто не замечая их слов. — Шептались, что ты забился с Большим По, кто будет выше в клановой Арене песочниц, и, если так, удачи тебе и твоим друзьям!

— Спасибо, Рита...

Она не дала договорить — обняла меня и прошептала в ухо:

— Не хочешь слетать на рок-фестиваль в Гластонберри на следующие выходные? В реале, настоящий. Тим летит со своей девушкой, и Кряпота хочет, чтобы ты к нам присоединился.

— Кряпота? А ты?

— И я хочу, — легко согласилась она.

Подумав, я решил отказаться. Это будет легкомысленно.

— Спасибо, но вряд ли. Нам надо готовиться к Арене, и дорог каждый день.

— Жаль, — ее голос чуть дрогнул, она расстроилась. — Ладно, я все-таки буду надеяться. Если что, позвони. Номер моего комма у тебя в почте.

Чмокнув меня в щеку, она нехотя отпустила мою руку и вышла из номера.

— Это что-то новенькое, Шеппард, — холодно заметила Тисса. — Ты не говорил, что у тебя есть девушка.

— Она мне не девушка. Мы просто друзья.

— А кто такая Кряпота? — поинтересовался Краулер, у которого оказался превосходный слух.

— Эд, не разжигай, — взмолился я.

Он, глядя на закипающую Шефер, расхохотался.

— Ай да Алекс, ай да ловелас!

— Не смешно, Эдвард! — гаркнула девушка. — К черту, давайте уже займемся делом! Второй час в Дисе, а я еще никого не убила!

— Да, этот ненужный разговор занял слишком много времени, Скиф, — поднимаясь, сообщил Краулер. — Парни уже все закупили и идут сюда.

— Тогда пусть поднимаются, — ответил я.

— Зачем?

— Как зачем? Великий и ужасный Бегемот — это вам не какой-то задрипанный лучезарный бог.

Таинство посвящения в адепты Спящих — это...

Договорить мне не дали. Эд понимающе закивал, рухнул ниц, вскинув руки, а Тисса мстительно врезала ему пинком под ребро:

— Это тебе за то, что смеялся надо мной, бездушное животное!

Глава 20. Начало похода

Я же уже упоминал, что в присутствии симпатичных мне девушек начинаю нещадно, прямо-таки люто, тупить? Вот и сейчас, то ли после предложения Риты, то ли из-за совершенно непонятной реакции Шефер, я замер, плохо понимая, что творится.

— Думаешь, это смешно? — Тисса не угомонилась, и еще раз приложила Краулера, но тот только продолжал посмеиваться. — Эдвард Родригез!

— Все, все, я сдаюсь!

Эд поднялся, силясь сохранить серьезное выражение лица, но ему не удалось — он прыснул и снова залился смехом.

— Да что за фигня происходит? — не сдержался я.

— Скиф, ты когда-нибудь видел, как жрецы Нергала молятся? — сквозь смех поинтересовался он.

Теперь уже застыла Тисса. Она недоверчиво посмотрела на Эда и успокоилась.

— То есть, ты решил, что это из-за твоего тупого передразнивания? — осведомилась она.

Ответить Краулер не успел. В дверь условно постучали, я отомкнул замок, и в комнату ворвались Инфект и Бомбовоз. Оба были чем-то возбуждены.

— Народ! — обратился к нам Ханг. — А чего мы так легко сдались-то? Скиф, ты же при Арбитре спорил с Большим По? Он же не должен ставить нам палки в колеса!

— Ну да! Точно! — вскричал я, ругая себя последними словами, что не сообразил сам. — Сейчас...

Ребята столпились вокруг, а я выдал стандартную формулировку призыва ИскИна, разрешающего споры. Вообще, вызывать Арбитра по любому предлогу было чревато рухнувшей репутацией. В Дисе судьи выделялись в отдельную фракцию Небесный арбитраж, и поговаривали, что плохая репутация с ними может повлиять на решение вопросов, а так как никто не знал, как улучшить их отношение, по пустякам звать представителей фракции не рисковали.

Метрика пространства в середине комнаты на миг искривилась, и из образовавшегося пролома выпала небольшая, с яблоко величиной, сфера. Издающее слабый мерный гул Око, потрескивая синим пламенем, обратилось ко мне:

— Изложите суть обращения, игрок Скиф.

Я изложил, а Тисса, вклиниваясь со своими замечаниями, добавила красок. Око на мгновение замерло, постигая известные ему подробности, и огласило вердикт:

— Задание выдано в рамках игрового процесса, — невозмутимо сообщило оно. — Исполнители определены избранным советником, игроком Полинуклеотидом, исходя из собственных предпочтений, что не противоречит правилам.

— Но квест невозможно выполнить в срок! — Тисса старалась не орать, но все равно получился возмущенный крик. — Потому что игроки из «Аксиомы», также получившие задание, не собираются его выполнять!

Око обернулось к девушке, сделало просчет сказанного и разродилось решением. Переливающийся звон хрусталя отразился затихающим эхом от стен:

— И это тоже в рамках игрового процесса. Провал задания приведет к штрафным санкциям со стороны городского совета. Вопрос считается разрешенным.

Око исчезло, оставляя нас в гнетущей тишине. Случившееся было насколько несправедливым, настолько же почти неисправимым — для роста репутации нам оставался только крайне нудный и долгий фарм врагов города и выполнение малозначимых квестов в других локациях, косвенно повышающих отношение к нам Тристада. В преддверии Арены это стало бы бессмысленной тратой времени, к тому же пока Большой По советник, нам всегда могут выдать еще один сгенерированный невыполнимый квест.

А потом я принял ребят в адепты Спящих. Порядок вступления они разыграли на «камень-ножницы-бумага», потому что первый из них получал случайных плюсов к характеристикам больше, чем остальные. Видимо, в качестве компенсации за утерю статуса жрицы Нергала, первой стала Тисса.

Много времени это не заняло, пару минут от силы. Но Краулер и Тисса сразу включили своих внутренних аналитиков и некоторое время глубокомысленно хмыкали, изучая открывшуюся по божествам информацию:

— Так, откуда столько верующих в Спящих уже, Алекс? — обеспокоенно спросила Тисса. — Без нас — тринадцать адептов! Я стала четырнадцатой…

— Что ты видишь? — спросил я.

— Только общее количество адептов. Это, конечно, круто — у Нергала такого не было. Но откуда они взялись?

— Не переживай, пока, кроме нас, в Спящих верят только неписи.

Я рассказал об изгнанном клане кобольдов-отщепенцев и о миссии Патрика.

— Нужен храм, — заявил Эд. — Без него мы можем принять всего только пятьдесят человек. Большого преимущества это нам не даст. Плюс полсотни к характеристикам получит только Скиф, а до меня, например, дойдет всего тридцать три очка. На Арене эта разница будет легко компенсирована одной приличной шмоткой, а мы там в зелени никого не увидим, это я гарантирую.

— Да и в синьке туда мало кто сунется, — добавил Инфект. — Разве что на отборочном этапе.

— Обсудим по пути, — предложил я, ощутив рези в желудке. Горло тоже пересохло — реальное тело напоминало, что его пора бы заправить.

— Тогда выходим? — спросил Эд, и все посмотрели на меня.

Внезапно выпавшее лидерство мне не нравилось: я пока не привык нести ответственность за других. Но все же решил, что придется учиться быть лидером — иначе, в одиночку, шансов развить потенциал у меня нет.

— Я с восьми утра здесь, — сказал я. — Сгоняю в реал перекусить и выдвинемся. Вернусь через двадцать минут.

Выбравшись из капсулы, я чего-то, не разбирая, поел, напился, справил остальные потребности и вернулся в Дис. Ребята, ожидая меня, все так же сидели в комнате и обсуждали план действий на сегодня.

— Скиф, — кивнул Краулер, когда я появился. — Времени сегодня мало, поэтому предлагаем следующее: выдвинуться пешком к руднику гноллов...

— Почему не телепортом? — удивился я.

— Слишком много прыгать, — пояснил он. — По пути будет несколько жирных рарников, мы к ним регулярно заглядываем. Крайне редко, но шанс все-таки есть — судя по известному листу дропа, с них выпадают эпики. Да и идти не так далеко.

Из города мы вышли задолго до окончания срока задания Большого По. Обогнули городские стены с запада и добрели до подножья Безымянных гор. С возвышенности можно было легко разглядеть Тристад. Тисса остановилась и долго смотрела на город, в котором провела практически всю жизнь в Дисгардиуме.

— Весь последний год я мечтала поскорее свалить из этого городишки, — вздохнула она. — Но сейчас стало грустно.

— Не грусти, сестренка, — трогательно сказал Бомбовоз. — Когда-нибудь мы вернемся в Тристад. Но сейчас лично мне больше хочется выбраться из чертовой песочницы, чем возвращаться в город.

— Кстати, насчет большого Диса. Мне осталось провести здесь три с половиной месяца, — сказал я.

— У меня день рождения двадцать седьмого марта.

— Двенадцатого февраля, — хмуро отозвался Краулер. — Я выйду первым.

— У меня тоже в марте, — сказал Бомбовоз, — пятнадцатого.

— Девятого апреля, — ухмыльнулся Инфект.

Тисса промолчала, но мы это уже обсуждали раньше — ей исполнится шестнадцать позже всех, только второго июня. И она очень переживала, что проведет здесь несколько месяцев без нас.

Под горой шумел неугомонный ручей. Мы наполнили фляжки под струей водопада с уступа голубоватого камня в человеческий рост. Вода (+5% к восстановлению бодрости) была ледяная, и мы радостно пыхтя и отфыркиваясь, умылись. Бомбовозище, как обычно, не удержался и забрызгал всех с ног до головы.

— Знаешь что, Мелисса? — довольно заявил Ханг, вытирая об одежду мокрые руки. — А ведь если наш план удастся, у тебя будет шанс получить Великое достижение!

— Какое? — встрепенулась девушка.

— Ты можешь добиться самого высокого уровня, достигнутого в песочницах! Рекорд пока принадлежит одному парню из Сеула — у него апнулся двадцать седьмой за день до выхода в большой Дис!

— Двадцать седьмой! — воскликнула Тисса. — Тот парень, наверное, вообще отсюда не выходил?

— Да, он не ходил в школу, — подтвердил Бомбовоз. — Его родители из топового азиатского клана, и изначально планировали, что сын будет делать карьеру в Дисе...

Ханг с удовольствием погрузился в пространные рассуждения о том, каково быть отпрыском таких родителей, а я окинул взглядом всех, включая себя, «Пробужденных» и зафиксировал в памяти характеристики, как некую стартовую информацию.

Настоящее имя: Алекс Шеппард.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: предвестник.

Отображаемый класс: лучник (имитация).

Краулер, человек 11 уровня

Клан: Пробужденные.

Офицер-тактик.

Настоящее имя: Эдвард Родригез.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: маг огня.

Тисса, человек 10 уровня

Клан: Пробужденные.

Офицер-аналитик.

Настоящее имя: Мелисса Шефер.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: маг света.

Бомбовоз, человек 10 уровня

Клан: Пробужденные.

Офицер-интендант.

Настоящее имя: Ханг Ли.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: воин.

Инфект, человек 10 уровня

Клан: Пробужденные.

Офицер-разведчик.

Настоящее имя: Малик Абдуалим.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: вор.

Должности в клане я назначил чисто условно, исходя из того, что знал о ребятах. Мы этим пока не заморачивались и не станем этого делать и впредь — «Пробужденным» суждено было оставаться небольшим и крайне закрытым кланом.

Эд Родригез, иногда занудный до невозможности, в который раз изложил наш маршрут, но к моему удивлению, никто из ребят не возмущался, и слушали так же внимательно, как и в первый. Похоже, в клане «Дементоры» повторение считалось основой всего, и во многом, благодаря ему, они и достигли такого прогресса — отличного, надо признать, для маленького клана.

— Заглянем в Виноградники Пакстона, там иногда спаунится Древний лепрекон. Оттуда в Воющий Склеп и Загоранскую запруду — много времени не займет, но оно того стоит. — Краулер посмотрел на меня, потому что остальные все это знали и без того. — В Склепе дропается Костяной конь.

Теоретически, потому что за последние года четыре не повезло никому. В запруде закинем удочки...

— Э...

— Ханг у нас рыбак, — пояснила мне Тисса.

— Займет не больше минуты, — продолжил Краулер. — Бомбовоз пытается сделать ачиву и поймать там золотую рыбку. Она ловится только с первого за неделю броска.

— Да можно пропустить, фигня это все, — пробасил Ханг. — Сказки.

— Ничего не сказки! — резко сказал Эд. — Доказано неоднократно, просто нужно терпение.

Я не стал спрашивать, что это ему даст, но Тисса решила объяснить сама:

— Золотая рыбка дает единственное задание — просит отпустить, и наградой можно выбрать случайный предмет, обычно качеством не ниже эпика, или постоянное повышение любой основной характеристики, обычно от двадцати до ста очков плюсом.

— Может выпасть и легендарка, — добавил Бомбовоз. — Но я бы взял плюс к стате. Раньше взял бы выносливость, но с Алексом можно вложиться и в силу…

— Да, стратегически это намного выгоднее, — согласился Краулер. — Но давайте вернемся к плану.

Закончим мы на сегодня Заброшенными копями. Раньше это был действующий рудник, но запасы были исчерпаны, его бросили, и шахты захватили гноллы. Так что в ходу другое название — Рудник гноллов. Ничего полезного для нас там особо нет, но нам нужен одноразовый ключ, который дропается с ласта. Без него в Ущелье Горо, рейдовый инст огров, не проникнуть. Оттуда заглянем в Мраколесье. Тисса, твой выход.

— Да, это было мое предложение, — подтвердила Шефер. — Там, в глуби леса, кое-что появилось.

Вообще, там когда-то была деревенька лесорубов. Когда лес подвергся Дыханию бездны, люди обратились в чудовищ, сохранив при этом, правда, свой облик. Они пожирали заблудших путников, пока Тристад не снарядил туда карательный отряд и не зачистил деревню. Недавно кто-то из «Дождевых раков» забрел в ту часть леса и издалека заметил квестгивера, какого-то призрака, тот шатался по деревне. Но получить задание не сумел — его убили умертвия. Ну и написал об этом на форуме.

Я вспомнил, как Тисса рассказывала, что они всем составом «Дементоров» постоянно мониторят форум песочницы как раз на такой случай — кто-то где-то увидел что-то чудное, не понял, что именно, и поспешил поделиться с народом.

— Короче, я предлагаю заглянуть туда и проверить, вдруг там что-нибудь стоящее?

— Принимается, — кивнул я. — Там же можно будет поднять по уровню-два — места там безлюдные, а злых высокоуровневых мобов много.

— Мне нравится твой настрой, Скиф! — Бомбовоз двинул мне по плечу, выражая этим восторг. — Поднимем по уровню-два! Ха-ха! Из твоих уст это прозвучало, будто это раз плюнуть!

— А что такого? — не понял я.

— Ты знаешь, сколько времени это бы заняло у нас без тебя?

— Догадываюсь, — вздохнул я. — Много.

— Значит, проверяем ту деревушку, фармим по уровню и идем дальше — через Тремитель к лагерю охотников у Болотины... — сказала Тисса.

— Может, ну их нафиг? — предложил Инфект. — Рванем сразу вглубь...

Тогда снова включился Эд и объяснил, что лагерь охотников — отдельная фракция, не имеющая отношения к Тристаду, однако, выполняя их квесты, можно немного нарастить репутацию и с городом. Ребята все-таки не теряли надежды восстановить доброе отношение места, где родились наши персонажи.

Потом Эд в который раз растолковал нашу тактику на случай встречи с ганкерами, и за это время мы перекусили походной едой на баф к скорости, а Тисса присовокупила к нему еще и своей магии.

Легкие ноги

Свет озаряет вам путь!

+10% к скорости передвижения.

Срок действия: 1 час.

Наконец, мы снялись и выдвинулись в седьмом часу вечера. День выдался ясный, и алое солнце, уже скрываясь за горизонтом, за день успело накалить землю, и воздух над ней тянулся вверх прозрачными струйками. Спустились напрямик, перешли ручей, а там опять вверх-вниз по высоким склонам, и так от холма к холму. Не считая одного разъяренного могучего медведя и банды глупых низкоуровневых бандитов, никто не агрился — мелочь просто разбегалась, а одиночные звери,

равные нам по уровням, здраво оценивали превосходство нашей группы.

Обещанные Краулером рарники никаких проблем не доставили, правда, ни Древний лепрекон из виноградников, ни Барон Дастбрингер лута, на который мы надеялись, после себя не оставили.

Бомбовоз же, забросивший удочку (+5 к ремеслу рыбной ловли), вместо золотой рыбки поймал какого-то особенно дерзкого Полосатого окуня, сожравшего и крючок с наживкой, и — почти — полпальца незадачливого рыболова Ханга, пока тот пытался снять добычу.

— Отдам Скифу, он тебя поджарит, — мстительно буркнул он, забрасывая трепыхающегося окушка в инвентарь.

Между тем багрово-красное закатное солнце совсем потускнело у нас за спиной прежде, чем мы дошли от запруды к дороге, изначально стремившейся к Мраколесью. Она вдруг круто свернула направо, к океану; по левую руку зеленели поля и виноградники без конца и края, а перед нами высились скалы и темнели овраги. Туда мы и направились.

Я впервые был в этой части песочницы — так далеко мы с Евой заходить не решались. Пыльная дорога все петляла, забегала на холмы и снова ныряла вниз, но вскоре обернулась плавным спуском в узкое ущелье.

— Как зайдем в инст, я приму неуязвимую форму и, стягивая на себя всех мобов, побегу к первому боссу, — объявил я. — Вы никого не агрите и просто бежите в отдалении за нами...

— Мы все помним, Алекс, — успокоила меня Тисса. — Не переживай.

Но я все равно переживал. Инст с гноллами они изучили вдоль и поперек, вот только танковал всегда Бомбовоз, а мое предложение ускорить процесс фарма хоть и вызвало их энтузиазм, беспокоило меня самого — а вдруг кто-то сагрится на них? Смерть любого соклановца некритична, ведь Тисса может поднять погибших, а я всегда могу воспользоваться Камнем возрождения и поднять ее саму. Но смерть будет значить потерю опыта, а это регресс в прокачке. Смертей допускать нельзя.

— Скиф! — Ханг положил мне на плечо тяжелую руку. — Все будет хорошо, не переживай! В твоей группе самые рукастые и опытные рейдеры в этой песочнице. Просто делай все, как обычно делал это сам, а мы подстроимся.

Малик с Эдом одобрительным хмыканьем подтвердили, что да, все так будет — они подстроятся.

— Тогда погнали, — сказал я и первым пошел спускаться к руднику.

Вход в него охраняли три пака дозорных — ничего особенно, десятый-одиннадцатый уровни, даже не элита. Примерно такого же уровня мобы были внутри подземелья, разве что усиленные элитным статусом.

Гуманоидные собаки — вот что первое приходило на ум при виде гноллов. Я слышал, что в мифологии гноллы считались помесью гномов и троллей, но в Дисе многое было основано не на мифах и легендах, а на устоявшихся, благодаря первым фэнтэзийным играм начала века, образах.

Гноллы Диса были чуть выше двух метров ростом, с мощными звериными лапами, прямоходящие, покрытые зеленовато-серой шерстью и редкой свалявшейся гривой вдоль хребта.

А еще, даже с такого расстояния, от них исходил острый, густой и тяжеловесный запах псины.

Именно это родство с собачьими, видимо, и стало основой в их организации — они разделялись на внушительные стаи, и где-то на севере континента у них даже существовало свое государство, признанное как темными фракциями, так и Содружеством.

— Давайте уже, во имя Спящих! — возбужденно шепнул Эд. — Скиф, танкуй вместе с Бомом...

Дозорных, Гноллов-разведчиков, устроившихся у костра, разобрали быстро и как по маслу. Мне даже чумная энергия не понадобилась — Комбо из двух Кулаков-молотов валило любого насмерть. Мы с Бомбовозом перехватили по пачке, остальные вливались уроном — на вынос всех гноллов у входа у нас ушло меньше десяти минут.

Собрав нехитрый лут, мы зашли в подземелье, и на наше счастье оно было свободно от игроков.

Лутать решено было вообще все, чтобы разобраться с добычей позже — Бомбовоз тащил на себе пять синих рюкзаков и мог похвастаться почти двумя сотнями свободных ячеек.

Зайдя внутрь, я огляделся, прикидывая куда идти. Вглубь шахты вел широкий просторный проход, но это был не единственный путь — сбоку виднелись еще проходы.

— В рукава и карманы заходить не нужно, — сказал Эд. — Двигаемся по основному тоннелю, он в виде незамкнутой окружности. После финального босса отвалится камень, загораживающий проход, так что выйдем отсюда же. По сути, нам нужен только ключ к Ущелью Горо, а он выпадает с ласта.

— Окей, — кивнул я и активировал проклятие нежити.

— Твою мать! Прости, Скиф, но выглядишь ты, как чертов зомби! — заорал Инфект.

— А знаешь, почему, Малик? — усмехнулся я, чувствуя, как кожа покрывается трупными пятнами. — Потому что я такой и есть!

Больше не говоря ни слова, я побежал по тоннелю, разражался серией ударов по очередному встреченному паку, норовя никого не обделить, и мчался дальше.

Рудник был чистым — никаких тебе органических наростов на стенах или ядовитых луж, только груды камней, руды, тут и там расставленные вагонетки на узкоколейных рельсах и оставленные тачки у стен.

Все встреченные мобы были, как один, гноллы, и разделялись они на два отличающихся вида: рабы, военнопленные из конкурирующих кланов, были помельче и безоружны, зачастую прикованные кандалами к месту работы, и воины из клана владельцев рудника. Вторые делились на арбалетчиков и мечников, и при виде меня издавали нечто среднее между собачьим лаем и человеческим смешком.

Возможно, так хохотали гиены, но я ни одной гиены, тем более хохочущей, в жизни никогда не видел — вымерли, как вид, — а потому не могу сказать достоверно.

К первому боссу я добрался, волоча за спиной длиннющий пассажирский паровоз рычащих, визжащих и хохочущих гноллов. Судя по показателям фреймов членов группы, соклановцы были целы, и даже умудрялись сносить отстающих мобов, о чем заверяли капающие мне крохи опыта.

Я дождался, когда ребята забегут в центр пещеры с первым боссом — высоким, на три головы выше меня, гноллом в массивной кольчужной броне и тяжелой дубиной в руках.

Кровозуб из стаи Чернолапов, 13 уровень

Гнолл

Босс подземелья

Босс, или управляющий им ИскИн, при виде такой нештатной ситуации немного затупил, а когда опомнился и начал издавать боевой клич, вскинув дубину, для него все внезапно закончилось.

Экономить чумную энергию я не стал, врезав кулаком в его необычайно широкую грудь.

Вы нанесли критический урон Кровозубу из стаи Чернолапов: 9458!

Кровозуб из стаи Чернолапов мертв.

Получены очки опыта: 85.

Очки опыта на текущем уровне (13): 1665/11400.

Сразу после этого меня буквально завалило полусотней разъяренных гноллов, и мне пришлось разгонять их Жутким воем.

Когда действие эффекта закончилось, мобов в живых осталось меньше половины, и все они снова бросились на меня, так что дрался я, не видя ничего, кроме оголтелых гноллов, и задыхаясь от запаха псины.

О том, что мобы закончились, я узнал из возбужденных и радостных комментариев ребят:

— Алекс, это самый адский чит из всех, что я видел! — огласил пещеру восхищенный крик Инфекта.

С Кровозуба выпали синие латные ботинки, которые немедленно выдали Бомбовозу. Ничего особенно в них не было, но они точно были лучше, чем та зелень, которую он носил за неимением лучшего.

Через час с небольшим подземелье было пройдено. Из лута нам пригодился только синий кожаный ремень с предпоследнего босса Шкуропляса — он ушел Инфекту. И хоть опыта накапало не очень много, примерно по тысяче очков каждому, самое главное, ради чего вообще зашли в рудник гноллов, мы получили — ключ к рейдовому инсту огров. Именно там мы надеялись не только нафармить

больше опыта, но и получить хотя бы один эпик.

Сидя у выхода из инста, мы подбили итоги: Инфект и Бомбовоз взяли по уровню, догнав Краулера, а Тиссе до левел апа не хватило чуть-чуть. Пользуясь тем, что весь урон приходился в меня, ребята подняли что-то из отстающих приемов и навыков.

У меня же подрос Жуткий вой и не по разу повысились уровни обоих новых приемов.

Жуткий вой

Активный навык. Текущий уровень навыка: 10.

Вы воете, нагоняя страх на ваших врагов. Кровь леденеет в их жилах. душа уходит в пятки, а волосы встают дыбом, когда они панически бегут прочь.

Навык воздействуют на всех противников, однако, чем выше вашего их уровень, тем больше шансов игнорировать воздействие.

Срок действия: 20 секунд.

Радиус действия: 20 метров.

Оглушающий пинок

Уровень: 3.

Простой, но оттого очень эффективный удар. С вероятностью 32% оглушает противника на 3 секунды.

Стоимость использования: 3 очка маны.

Наносит 160% от обычного урона.

Комбо

Уровень: 3.

Составной боевой прием, объединяющий ударные способности в непрерывную череду атак.

Количество слотов в связке: 2.

Стоимость использования: 90% от суммы стоимости использования отдельных приемов в серии.

Откат: 5 секунд.

Оглушающий пинок с каждым новым уровнем прибавлял один процент к шансу оглушения, и качать его по максимуму однозначно стоило — единственный в моем арсенале стан.

Что касается Комбо, то третий слот в связке я получу только на пятом уровне приема, а стоимость использования снизится на один процент от общей суммы.

—   Схема признается отработанной и успешной, — объявил Эд. — Повторные испытания состоятся завтра в Ущелье Горо и далее по разработанному плану. А на сегодня предлагаю закончить.

—   Согласен, — сказал я. —Радиус действия: 20 метров.

Оглушающий пинок

Уровень: 3.

Простой, но оттого очень эффективный удар. С вероятностью 32% оглушает противника на 3 секунды.

Стоимость использования: 3 очка маны.

Наносит 160% от обычного урона.

Комбо

Уровень: 3.

Составной боевой прием, объединяющий ударные способности в непрерывную череду атак.

Завтра комплексный тест, провалить который никому из нас нельзя категорически. Иначе дополнительные уроки и пересдача, а у нас и так времени в обрез. До отборочных к Арене меньше месяца.

— Бездна, придется не спать и зубрить, — почесал затылок Бомбовоз.

Спрятавшись неподалеку, под выступающую скалу, распрощались до завтра и покинули Дисгардиум.

Глава 21. Непредвиденные обстоятельства

Отец с мамой накануне так и не вернулись, прислав видеосообщение на комм, что остаются в Новой Зеландии на ночь. Выглядели они радостными и веселыми — похоже, съемки прошли успешно.

Я наспех утолил голод и свалился спать, и, погружаясь в сон, думал о том, что они зачастили в совместные поездки, пускай и по работе, но спать-то родители ложатся вместе? Будет хорошо, если они помирятся. При мысли об этом я как-то глупо ухмыльнулся, и дело было не в моей учебе и их гражданском статусе, а в том, что мне очень хотелось, чтобы они были вместе.

А первая половина следующего дня показала мне, как важно ходить на тесты подготовленным. Я был уверен, что готов, но...

Иногда складывается впечатление, что мой мозг не сильно парится, обрабатывая новую информацию, и попросту перезаписывает ее поверх старой. Я завалил ряд вопросов, ответы на которые знал раньше совершенно точно, и, может, в итоге ответил бы правильно, вспомнив, но счетчик таймера был неумолим — на каждую группу из шестидесяти вопросов предоставлялось лишь двадцать минут, а ведь еще требовалось время, чтобы их прочитать. Капитан нашей футбольной команды Тим все время из-за этого страдает, просто-напросто не успевая прочитать вопрос вовремя.

«Дисгардиум» все больше вытеснял реальную жизнь, и это начинало пугать. Я ответил правильно лишь только на семьдесят два процента вопросов, что было критически близко к той планке, ниже которой начинаются проблемы. Меня элементарно могут не допустить к гражданским тестам, если на выпускном экзамене я получу меньше семидесяти процентов!

С этими тревожными мыслями я возвращался после школы домой. На взлетной площадке я встретил Еву и предложил ей полететь вместе, но она лишь покачала головой, воспользовавшись другим флаером. Взлетев, я увидел, что она направляется совсем в другую сторону от нашего дома.

Дома на кухне уже вовсю хозяйничала мама. Напевая, она с полотенцем на голове готовила обед, а папа в это время бездарно насвистывал ту же самую мелодию — видимо, слушали в дороге, пока летели.

За обедом они рассказали о Новой Зеландии, ставшей одним из самых респектабельных мест для жизни на планете, о ее нетронутой природе, а я о сегодняшних тестах. Отец, как раньше, подтрунивал над мамой, строящей предположения о том, как сын провел ночь, и на мгновение мне показалось, что у них все хорошо. Но только на мгновение — маме кто-то позвонил, и она ушла в другую комнату, чтобы поговорить. Значит, звонок был не по работе.

Я уже раздевался, чтобы залезть в капсулу, когда позвонила Тисса, чтобы удостовериться, что я не опоздаю. А через три минуты мы стояли лицом к лицу в Дисе с ней и остальными.

— Я перебрал вчерашний лут, — сказал Бомбовоз. — Две синьки и три стака реагентов для алхимии и кузнечного дела. Нам ничего не нужно, так что принимай обмен, вышлешь своей торгашке.

Меня неприятно задело то, как он назвал Риту, и я сказал:

— Давайте договоримся. Торговец, Рита, Перевес, Вуд — называйте как-то так.

— Барыга? — поинтересовался Инфект.

— Нет.

Они переглянулись.

— Окей, — ответила за всех Тисса и добавила в голос яду: — Мне нравится «Перевес». Очень хорошо отражает ее... некоторые особенности.

Я счел за лучшее промолчать. Ссориться с друзьями не хотелось.

Отправка ненужного Рите заняла некоторое время — единовременно я мог принять от Бомбовоза сначала только два предмета. Третий доступный после классовых штрафов слот был сначала занят Камнем возрождения, который я отдал Хангу, а потом вернул.

Дорога до Ущелья Горо заняла около часа. Я шел первым, собирая на себе паки гноллов, сменившиеся сначала на кобольдов, а потом и на огров. У последних в каждом отряде присутствовал маг, и это немного мне усложнило процесс танкования, но не сильно — просто пришлось начать использовать лук. Тот самый, что мне продала Перевес перед мини-ареной в таверне.

Улучшен навык стрельбы из лука: +1.

Урон, наносимый стрельбой из лука, повышен на 20%.

Точность ударов повышена на 20%.

Текущий уровень навыка: 2.

Продолжайте совершенствовать навык в боях с противниками вашего уровня или выше для получения дополнительных бонусов и новых приемов.

Улучшен прием «Быстрый выстрел»: +1.

Стоимость использования: 2 очка маны.

Наносит 200% от обычного урона.

Игнорирует 1% брони.

Проклятие нежити, боясь, что кто-то увидит, я не применял, но хватало Устойчивости и Каменной кожи. Опыта с этих паков мы получили мало, но ценно было каждое очко. У входа в ущелье мы сменили точки возрождения, сменив Городское кладбище на Ущелье Горо.

Минут через пять мы дошли до входа в инст. Первым к нему подошел Краулер.

— Черт, занят! — Он разочарованно пнул каменный столб, один из двух, между которыми мерцала пленка портала в инстанс. — Они на пятом боссе. Вся группа жива. Ждем?

— Всего восемь? — уточнил я.

— Девять, — ответил Краулер. — Если они решат убивать всех, то можно вызвать девятого, но он необязательный.

— Сколько это может занять по времени?

— Часа два минимум, — встрял в разговор Инфект. — Группа четырнадцатого уровня почти вся, танк — пятнадцатого. Возиться будут долго...

— Если не вайпнутся раньше, — заметил Бомбовоз. — Какие предложения? Скиф?

— Здесь есть поблизости место, где можно хайлевелов пофармить? Чтобы много и недалеко?

Ребята задумались, а Тисса с Краулером, судя по застывшему взгляду, открыли карты. Девушка откликнулась первой:

— Куцый Вражек.

— Скальные многоножки! — вскричал Инфект.

— Будет больно, — засомневался Бомбовоз.

— И мерзко, — вставила Тисса.

— Зато опыта вагон, — резонно подвел итог Краулер.

— А теперь подробнее, — попросил я.

Из их лаконичного рассказа выяснилось, что неподалеку от Ущелья Горо есть некий Куцый Вражек — узкая и очень глубокая расщелина, просто кишмя кишащая огромными, с руку длиной, Скальными многоножками от пятнадцатого до восемнадцатого уровня.

Никто в здравом уме туда не лез, это гарантированный вайп. Если сагрится одна, считай, что сражаешься со всеми — при виде врага многоножка издает раздирающее душу стрекотание на грани ультразвука, служащее сигналом всем остальным: здесь еда! «Дементоры» как-то обвесили себя защитными бафами и наглотались эликсиров, но продержались меньше минуты. «Аксиоме» тоже не удалось, хотя они собрались всем кланом и просто залили весь овраг бьющей по территории магией.

Твари обладают просто невероятным резистом к любой волшбе и повышенным показателем брони, и бить их надо было строго по фасеточным глазам — единственному незащищенному участку тела.

— Идем, — не сомневаясь, заявил я. — В трясине Болотины водятся гады похуже...

Мы вышли из ущелья и обогнули его с юга, прижимаясь к горе — недалеко находился военный пост стражи Тристада. Увидев нас, они бы точно атаковали, и вступать с ними в бой, еще больше портя репутацию с городом, не хотелось.

Я покрутил головой, запоминая местность — позади нас остались Безымянные горы, и выше всех  возносился Орлиный пик, со скалистых склонов которого спускались длинные языки ледники и снега, из-за чего он казался оплетенным белыми шарфами, а его вершину окутывали вуали облаков. Впереди расстилалась равнина, а вдали поблескивала извилистая ниточка Тремители.

— Вон он, — Тисса указала на зияющий чернотой провал под нами. — Куцый Вражек. А вон там, правее, Дольмен Рока. Заглянем?

— Если останется время, — сказал Эд. — Мобов там нет, но могут быть, если только что не собрали, Могильные грибы. Респаун — два часа.

Я вспомнил, что Краулер взял ремесло алхимии, и поинтересовался, какому рецепту служат ингредиентом эти грибы.

— Призрачное зелье, — ответил он. — Тридцать секунд невидимости для мобов. В бою не действует, так что польза для наших целей сомнительная.

— Тогда не будем терять время. Ладно, пора, — сказал я. — Бом, доставай жратву. Бустанем прокачку.

Ханг вытащил Запеченную крысиную требуху нежити и раздал всем. Вкусом в процессе никто не наслаждался, как и не думал о том, из чего это приготовлено, но ели с энтузиазмом.

— Плюс тысяча процентов к скорости набора опыта! — воскликнул Бомбовоз. — В десять раз больше будет капать!

— В одиннадцать, — поправил Инфект. — Итоговая скорость — тысяча сто процентов, дубина…

— Ладно, пора, — сказал я, не дожидаясь, пока все дожуют, а Ханг вникнет в разъяснения Малика.

Баф короткий, надо выжать из него максимум. — В бой не лезьте, как бы ни хотелось помочь.

Полезут к вам — бегите, или кайтите вокруг оврага...

— Иди уже! — рявкнул Краулер. — Баф уже тикает!

Спустившись с возвышенности, я ускорил шаг на пути к оврагу. Ребята отставали метров на двадцать — в бой я им вступать запретил, а свою часть опыта они получат просто находясь рядом.

Овраг тянулся с запада на восток метров на пятьдесят. С востока спуск в него пролегал относительно полого, а потому оттуда я и решил спуститься. В ширину овраг был не шире флаера — два с половиной метра. Края поросли травой, но внутри растительностью и не пахло — оттуда несло мертвечиной и сыростью. Дна я не увидел, пока не спустился, по нему клубился белесый туман странных испарений.

— Как дела, Скиф? — сверху, метрах в восьми от дна, на фоне ярко-синего неба появилась голова Бомбовоза. — Если что, Инфект проверил все в округе — чисто!

— Здесь точно кто-то водится? — спросил я, и в этот момент все пришло в движение.

Мой голос неоднократно отразился от возвышающихся стен, и их поверхность, вспухая, ожила — изнутри полезли многоножки. Я вскрикнул — что-то впилось мне в ногу, и ощущения были не из приятных. Ногу обвило узкое, как веревка, упругое и жгучее тело многоножки, и оно стягивало ногу, одновременно впиваясь подвижными жадными отростками по всему туловищу. Я вскользь оценил характеристики напасти:

Скальная многоножка, 17 уровень

Меня передернуло от отвращения, и я быстро защитился неуязвимостью:

«Проклятие нежити» активировано: весь получаемый урон снижен на 100%!

Проклятие будет активно до тех пор, пока вы полностью не восстановите очки жизни или не отмените его сами.

Ничто не вызывает во мне такой ужас и брезгливость, как подобные гады. Человечество задумывается о терраформировании Марса и основывает там первые поселения, но все так же не может справиться ни с гриппом, ни с тараканами. Даже в жилье нашей далеко не низкой категории можно порой встретить черных, с лоснящимися боками, усачей. Маленьким я просто убегал, завидев таракана, став старше — с отвращением прихлопывал, но внутри меня всегда передергивало при одном виде. В сравнении со Скальной многоножкой, мгновенно возглавившей мой личный топ отвратительных насекомых, таракан был просто милашкой.

Я едва поборол вспыхнувшую панику, поняв, что буквально стою по грудь в полезших из всех щелей тварей. Цифры полученного урона сменялись так часто, что чумную энергию можно было не экономить — она восстанавливалась много быстрее. Не дожидаясь откатов Сокрушающего кулакамолота, я заколотил по живой колышущейся и жгучей хитиновой массе, вкладываясь в каждый удар с запасом, чтобы наверняка. Не знаю, попадал ли я по глазам, но они дохли и так — с моим-то уровнем игнорирования брони!

Ребята говорили, что у многоножек высочайшее, если не полное, сопротивление любой магии, но видимо, магия Чумного мора таковой не была, раз твари не могли его отразить.

Сверху доносились подбадривающие крики ребят, но отвечать им я не рисковал. При одной мысли, что мне в рот может заползти любая из многоножек заставляла стискивать зубы и сжимать губы как можно крепче. Я даже старался не дышать, выбивая из чудовищных насекомых жизнь.

К пятой минуте я совсем освоился, здраво рассудив, что после битвы с болотными тварями с головой в трясине мне уже мало что может быть страшно. Разве что там никто не кричал на грани ультразвука — зато здесь кулак летали намного эффективнее, чем в толще грязи.

Опыт лился рекой даже мне, что уж говорить о ребятах. Свой уровень я взял, когда уже начал думать, что это какой-то баг, а многоножки просто бесконечно респаунятся сразу, как только я их убиваю.

Вы подняли уровень — 14!

Доступно 5 свободных очков характеристик!

Я отстранился на несколько секунд от боя, чтобы вложить все пять очков, как и планировал заранее, в ловкость. Она отставала от прочих характеристик больше всего. А затем снова принялся раздавать тумаки, не глядя — куда ни ткни, вокруг копошились и змеились отвратительные насекомые.

Не знаю, сколько тварей легло, но в какой-то момент все вдруг закончилось. Последнюю многоножку я мощным Молотом сбил со своей груди. Стало тихо. Куда ни глянь валялись незалутанные останки насекомых, и от них и от желтоватых лужиц гемолимфы под ними исходил смрадный чужеродный мускусный запах.

Сквозь заложенные уши я начал различать крики «пробужденных». Кто-то, кажется, Эд, крикнул:

— Скиф, мы спускаемся!

Я обессиленно опустился, съехав по стенке оврага. За этот долгий бой я повысил и Пинок, и Комбо, но не так круто, как надеялся — не так уж и велика была разница в уровнях — всего по уровню сверху.

Пока ждал ребят, ради интереса проверил, что выпало с одной из многоножек, и получил:

Щетинка скальной многоножки

Редкое.

Крайне редкий ингредиент. Используется в швейном и кожевенном ремесле.

Стоимость: 1 золотая монета, 48 серебряных монет.

— Два уровня! — сияя, сообщила Тисса, бросаясь мне на шею. Когда первые эмоции сошли, она резко откачнулась и фыркнула. — Фу! Ой. Прости, Алекс, но... ты как живой труп... и весь в крови этих...

Она пнула многоножку, окончательно смутившись. Ребята изначально были невозмутимее, но видимо, им стало неловко за поведение подруги. Бомбовоз демонстративно обнял меня, поднял в воздух и заревел:

— Дорогу властелину мертвых!

— Самый быстрый левел ап на моей памяти! — драл горло Инфект, выплясывая джигу на хрустящем хитине мертвых многоножек. Остановившись на пару секунд, он заметил: — Слушай, Алекс, тебя под грудой инсектоидов даже видно не было, сплошная колышущаяся масса!

— Да ладно, я и без вас знаю, что выгляжу как дерьмо, — ухмыльнулся я. Отменив действие проклятия нежити, жестом показал на трупы: — Лутайте сами. Я на этих тварей смотреть даже не могу.

Ребята в четыре руки довольно быстро собрали лут: синие наплечники для Краулера, две зелени на продажу и десять с половиной стаков Щетинок скальной многоножки.

Результат был таким ошеломляющим. Никто не знал, сколько может стоить ремесленный ингредиент, но даже по себестоимости выходило больше трех сотен золотых. Но важнее было то, что все взяли по уровню, а Тисса сразу два, менее чем за четверть часа. Все они стали двенадцатого уровня, так что мысль продолжать фармить опыт здесь родилась одновременно у всех:

— А зачем нам вообще Болотина? — первым спросил Бомбовоз.

— А что если... — начала говорить одновременно с ним Тисса.

— Может, осядем здесь? — закончил мысль Краулер. — Осталось только разобраться со временем респауна многоножек...

Инфект продолжал пританцовывать и кивать, соглашаясь с друзьями, мол, а почему бы и да? Они все обращались ко мне, потому что, с их точки зрения, выбор был однозначен — неизвестная мерзкая Болотина или уютное, с их позиции, место фарма опыта.

— Вы кое-что забыли. В Болотине мобы двадцатого — двадцать пятого уровня, и опыт там будет фармиться быстрее. Но это не главное. Важно то, что пусть в овраг и не суются, но место открыто и доступно каждому. И вы можете гарантировать, что этот аттракцион невиданной неуязвимости не заметил кто-то из скаутов «Аксиомы»? И не обнаружит кто-то еще?

— Бездна! — Инфект сорвался с места. Через пару минут сверху раздался его голос: — Чисто!

— Он проверял на подходе и постоянно контролировал присутствие, пока ты дрался, — сказал Эд. — Но ты прав. Это слишком палевно. Прости, что показали себя эгоистами, просто...

Он замялся и не стал продолжать. Да и не было в этом смысла: судя по их виноватому виду, они осознали, к чему может привести подобная беспечность.

Инфект, беззаботно спускавшийся к нам, вдруг взлетел в воздух, нелепо размахивая руками и оглашая окрестности испуганным криком. Мы вскочили на ноги — из дальнего, пологого, конца оврага, разбрасывая груды земли, выбралась огромная хреновина размером с вагон аэропоезда.

Мок’Рисса, Скальная мать, 19 уровень

Инсектоид

Локальный босс

Босс ощетинился длинными, в метр-полтора, щетинками. Каждая из них отливала металлическим блеском и заканчивалась угрожающим острием. Сама Мок’Рисса выглядела как чудовищно увеличенная многоножка, но сильно заматеревшая — хитиновая поверхность ее корпуса была покрыта ороговевшими наростами.

— Забираю! — заорал я, на ходу активируя Проклятие нежити. За спиной Краулер выкрикивал команды, выставляя формацию, и я решил дать парням порезвиться. — Вливайтесь тоже!

Я с ходу воткнул сдвоенное Комбо, усиленное чумной энергией, но убивать ее сразу не стал — снял процентов пятнадцать здоровья, не больше. Может, и был в этом какой-то воспитательный момент, но кое-что я знал точно: привычка — вторая натура. Привыкнут ребята к тому, что во время боя можно слакать и играть роль зрителей, и это нам аукнется.

Бум! Откуда-то сзади в морду твари прилетело Воспламеняющее ядро Краулера, а следом от Тиссы жахнула тяжелая и ослепляющая Длань Нергала. Инфект, пострадавший больше морально, чем телесно, вскинул сочащиеся ядом кинжалы и вгрызся в бок твари, активировав Мясорубку. Рядом с ним пыхтел и ухал при каждом ударе Бомбовоз, включивший Атакующую стойку. Его Чардж прокнул, и Скальная мать на пару секунд была оглушена, что позволило Хангу нанести ей кровоточащие Глубокие раны.

Как бы все это грозно ни звучало, урон они наносили мизерный — слишком велика была разница по уровням. Но ускорять ход боя я не стал, продолжая держать внимание босса на себе и практически не используя чумную энергию.

Вы нанесли урон Мок’Риссе, Скальной матери: 2489.

Очки жизни: 13187/16000.

Поначалу однообразные физические атаки колоссальной многоножки, занявшей почти половину оврага, изменились, когда у нее осталась половина здоровья. Она распахнула пасть, обнажив ряды заостренных клыков, и завизжала. Эффект Парализующего стрекота, специальной абилки босса, в прямом смысле ошеломил всю группу — нас застанило на пять секунд, и этого хватило Мок’Риссе, чтобы прикончить всех, кроме меня. Судорожно сжавшись, она выкинула тело вперед и оказалась между мной и ребятами. Меня сначала придавило хвостом, так, что меня прижало к сырой поверхности дна Куцего Вражека, а потом в меня воткнулось сразу несколько извивающихся щетинок. Босс стал выкачивать из нас жизнь.

В считаные секунды портреты ребят во фрейме группы посерели, а в логах появилась информация, что они мертвы.

Затягивать бой дальше я не видел смысла. Едва спал стан, я вскочил на ноги и, влившись в финальное Комбо чумной энергией, отправил босса туда же, где уже начало осваиваться ее многочисленное потомство — в бездну.

Мок’Рисса, Скальная мать мертва.

Получены очки опыта: 65.

Очки опыта на текущем уровне (14): 545/12900.

Разблокировано достижение «Первое убийство: Мок’Рисса, Скальная мать»!

Вы первым в песочнице одолели локального босса — Мок’Риссу, Скальную мать! Чудовищная многоножка была одним из правящих лидеров нации инсектоидов, разумных сарантаподов, в Скальном Улье.

Мок’Рисса, Скальная мать, погибла, но перед смертью непредумышленно успела передать вам толику своей силы.

Награда: разовый активный навык «Похищение жизни».

Похищение жизни

Разовый активный навык.

Позволяет присвоить любому боевому приему свойство «Похищение жизни»: переводит 1% нанесенного урона в очки жизни.

Слава герою!

Желаете обнародовать свое имя? Это даст +100 очков к репутации с городом Тристадом и +5 очков к известности.

Соклановцы уже бежали ко мне, успевая забрасывать клановый чат восторженными сообщениями и рекомендациями обнародовать имя. Я согласился на «Славу…» и снял с себя проклятие.

Глобальное уведомление по всей песочнице!

Клан «Пробужденные» совершил у подножия Безымянных гор первое убийство локального босса Мок’Риссы, Скальной матери! Жители и гости Тристада! Приветствуйте клан «Пробужденные»!

Слава героям! Слава игрокам Скифу, Краулеру, Тиссе, Бомбовозу и Инфекту!

Ваша репутация с городом Тристад повышена на 100.

Текущая репутация: недоверие.

Отлично! С таким показателем можно будет войти в город — стражники агриться не будут.

Порадовавшись, я решил не дожидаться ребят и положил руку на труп босса, чтобы собрать лут, как вдруг что-то начало происходить.

Огромная нора, из которой он появился, внезапно завибрировала, стала расширяться, и я, не глядя, сгреб лут и заелозил ногами, стараясь отодвинуться подальше. Земля подо мной продолжала дрожать и осыпаться, и немного запаниковав, я побежал к дальнему краю, и по крутому подъему взобрался наверх.

В периферии поля зрения я заметил приближающиеся фигуры друзей, а сам же не отрываясь, смотрел за локальным природным катаклизмом. Если это и было землетрясение, то очень небольшое. Овраг ширился, заставляя меня отступать от него, углублялся, и когда я уже решил, что надо делать ноги, потому что скорость преобразования локации повышалась с каждой секундой, все вдруг закончилось — стихло, замерло, и даже комья осыпающееся земли остановились.

Первоначальную дыру на дне резко затянуло переливающейся зеленым тканью портала, а следом бахнуло:

Глобальное уведомление по всей песочнице!

У подножия Безымянных гор открыто новое подземелье — Улей сарантаподов.

В недрах подземных тоннелей зародилось и множится потомство древнего бога Шог'рассара, праотца цивилизации разумных инсектоидов — сарантаподов. Исчерпав ресурсы материнского улья, сарантоподы готовятся к выходу на поверхность близ Тристада.

Рекомендуемый уровень прохождения подземелья: 18+.

Бонусы первого посещения: +50% к получаемому опыту, +10% к шансу получить улучшенную добычу +5% к шансу выпадения предмета качеством выше обычного.

—   Нифига себе! — я услышал незнакомый девчачий голос. — Это мы удачно мимо проходили! А где остальные герои? Похоже, вайпнулись?

Обернувшись, я увидел полную группу игроков четырнадцатого-пятнадцатого уровней из клана «Засада» — четырех девушек и одного парня-охотника. Судя по тому, что он располагался чуть позади остальных, я предположил, что в их группе Никкин, так его звали, не на первых ролях. И угадал.

—   Привет, Скиф! — дружелюбно обратилась ко мне невысокая коренастая девчонка-разбойница по имени Белена. — Что здесь произошло?

О моего внимания не ускользнуло то, что пока Белена, поигрывая кинжалом, отвлекает меня, две других девчонки и Никкин обходят провал, выискивая, откуда спуститься.

— С неба свалился метеорит, — ответил я и рванул к яме. Не знаю, дают ли достижение за то, что первым вступишь в инст, но рисковать этим не собирался.

Добраться до входа первым не удалось. Я спрыгнул с обрыва, включив Каменную кожу, когда сзади раздался крик Белены: «Затормози его!», и уже в полете почувствовал, как в спину вонзается стрела.

Игрок Никкин (Николас ван Арле) нанес вам урон: 36.

Очки жизни: 15/53.

Вы замедлены: -50% от скорости передвижения.

На дно провала я рухнул бесформенной кучей, потому что Замедляющий выстрел охотника хоть и не застанил меня, но спутал сетью по рукам и ногам, лишив возможности сгруппироваться в падении.

Тем не менее, в провале я очутился первым, а Каменная кожа позволила безболезненно пережить падение и стрелу в спине. Путы спали через три секунды, и все это время и лихорадочно размышлял, как поступить — вступить в бой, чтобы не дать погибнуть ребятам, или бежать к порталу и занимать инст?

Второе было чревато тем, что сразу после группа Белены наткнется на сообщение о технических работах в подземелье. Может, они ничего и не поймут, но совсем скоро здесь окажется половина песочницы с «Аксиомой», и расспросы неизбежно дадут Большому По знать то, что ему лучше не знать. Свести один к одному ему и его аналитикам труда не составит — аналогичные технические работы были в данже «Зло из глубин», когда я туда проник.

Так что я встал у входа в портал, мысленно приготовившись прожать Жуткий вой и вломить чумного Комбо по любому, кто подступит, а сам быстро, мысленной речью, отправил в чат:

[16:58] [Клан] [Скиф]: Открылся новый инст! Стою у портала, защищаю от группы из 5 человек 14-15 лвл. Клан «Засада». Лидер — Белена.

Первым откликнулся Эд:

[16:58] [Клан] [Краулер]: Не сходи с места, а лучше займи данж! Мы на подходе, разберем уродов.

Разберут, как же! Я сделал еще шаг назад. Силуэты сверху заметались, я видел, что члены «Засады» тоже понимают, что совсем скоро здесь будет не протолкнуться, и потому спешат. Собравшись в кучу, они начали спуск.

—   Скиф, давай к нам в группу, вместе пройдем инст, — елейный голос Белены сочился патокой. — Ну не твоего уровня же! Ну!

—   Стойте, где стоите! — крикнул я. — Иначе я зайду.

Они остановились и нерешительно затоптались, переглядываясь и перешептываясь.

—   Договоримся, Скиф! — пустив петуха, крикнул Никкин. — Не валяй дурака!

Нашел дурака, дурачок. Так они меня и примут в группу, ага. Примут, войдут в инст и тут же выкинут. А вне группы меня выкинет из инста в тот же миг.

Охотник продолжал что-то кричать и увещевать, когда фигура Белены растворилась в воздухе. Три... два... раз! Жуткий вой!

Из скрытности девушка вывалилась в двух метрах от меня и. потешно размахивая руками, в ужасе унеслась в сторону, врезалась в стену и побежала вдоль. До остальных эффект способности не достал.

В следующее мгновение с края оврага ринулся вниз Бомбовоз. Массивный силуэт воина понесся по направлению к столпившимся девчонкам и Никкину, и, видимо, из джентльменских соображений, врезался в охотника. Следом за ним уже съезжал ушедший в невидимость Инфект, а Тисса с Краулером кастовали на головы попавшихся в ловушку «засадников» что-то смертоносное.

— Скиф! В данж! — закричал Краулер.

Колебался я только долю секунды — очень хотелось помочь друзьям и вырубить хотя бы Белену, — но здравый смысл взял верх. Смерть ребят приемлема, а вот утеря шанса на первое прохождение непоправима. Большой По и «Аксиома» не дадут соврать. А ведь еще будут повышенные для первооткрывателей подземелья шансы на улучшенную добычу!

С этими мыслями я сделал два шага назад, и через два биения сердца оказался внутри подземелья «Улей сарантаподов».

Глава 22. Призрак Вильяма Стаффорда

Телепортация, в том числе при входе в закрытые локации вроде инстансов, в Дисе всегда мгновенна, но переход нерезкий. По ощущениям это сравнимо с секундным падением в пропасть с закрытыми глазами. Будто зажмурился, ухнул в бездну, открыл глаза, а перед тобой уже другая местность.

За это мгновение я успел продумать последствия: «Технические работы», призванные замаскировать мое нахождение в инсте, сейчас послужат прямо противоположному. Наше несоответствие уровню данжа вкупе с итоговым, я надеюсь, «Первым убийством», пусть и будет подозрительным, но хоть как-то объяснимым — на выходе ребята возьмут по уровню-другому. А вот то же самое «Первое убийство» в инстансе, закрытом на технические работы, причем не в первый раз — такое обязательно вынесут на обсуждение всем миром, а там до пристального внимания «превентивов» считанные часы.

Портреты соклановцев были пока цветными, но здоровья у всех оставалось меньше половины. И тогда я ступил обратно в портал. Плевать мне было и на инст, и на достижения, если моих друзей бьют, а я стою в сторонке, зная, что могу помочь.

Переход от сумрачного света подземелья к яркому дневному послужил образцом реализма Диса — на то, чтобы привыкнуть к смене освещенности, ушло несколько секунд. Что там, виртуальные фоторецепторы — колбочки да палочки — моих виртуальных глаз перестраивались? Ухмыльнувшись, я потратил пару секунд на оценку ситуации.

Бой на дне оврага переместился ближе к порталу. Краулер с Тиссой тоже спустились и стояли, прижавшись к стенке, за спинами Бомбовоза и Инфекта. Ханг, вытащив щит, отражал наскоки Белены и девушки-варвара Аманиты, Охотник Никкин и держащая длинное копье чернокожая Ошандра сфокусировались на Тиссе. Еще одна «засадница», друид Дейдре, приняла форму медведицы и с оглушающим ревом раздирала прикрывшегося Огненным щитом Эда, и если бы не умелый хил нашей подруги, кто-то из ребят уже был бы на точке респауна. Шкура зверя тлела — Краулер запалил в него Ядром, после чего сфокусировался на другой цели. Бить танка первым — верх глупости.

Жуткий вой мало того что повысил уровень, так еще и сработал сразу на всю группу «Засады». Медведица, обиженно ревя, бросилась прочь. Девчонки разбежались в разные стороны, а Никкин, истошно вопя, ломанулся по стене вверх. Насколько я помнил по бою с Крушителем, победа над которым и подарила мне этот навык, игрок в данный момент не контролирует тело, и оно бежит сломя голову и изображая смертельный ужас.

Отмахнувшись от уведомления, я бросил друзьям: «Хильтесь!» и кинулся за охотником. Прикончить его почему-то казалось мне важнее — возможно, обычное желание отомстить за стрелу в спину. Парень в этот момент безуспешно карабкался по вертикальной стенке оврага. Вскинув кулаки, я провел по нему тройное Комбо, заряженное толикой чумной энергии, чтобы наверняка. Завершающий серию Оглушающий пинок прошел вхолостую — парень погиб раньше.

Никкин (игрок Николас ван Арле) мертв.

Действие Жуткого воя заканчивалось, и я метнулся к Белене. Лидер группы пробежала в сторону входа в подземелье, и только чудом игровой рандом не отправил ее прямиком в портал — пробежав мимо, девушка уткнулась в стену. Второе Комбо добило ее, когда действие эффекта Страха закончилось, но, очнувшись, ничего противопоставить мне она не смогла. Успела только выкрикнуть команду, качнув головой в сторону портала:

— Ама! Оша!

Белена (игрок Мэдисон Райсман) мертва.

Повернувшись к оставшимся в живых, я увидел, как Бомбовоз предотвратил захват инста, чарджем застанив Аманиту. Ребята сфокусировали на ней огонь, пока Тисса висла на Ошандре, не давая той сдвинуться с места. Подбежав к ним, я успокоил вырывающуюся Ошандру Пинком. Тем временем Дейдре обратилась в волчицу и бросилась бежать прочь.

Аманита (игрок Лори Симмонс) мертва.

— Забираю друида! — крикнул я и кинулся в погоню.

В следующую секунду волчица отхватила в спину метательный кинжал Инфекта и Воспламеняющее ядро Краулера, после чего ребята переключились на Ошандру. На секунду оглянувшись, я увидел, как девушка бешено вращает копье, не давая к себе приблизиться и что-то орет.

Дейдре в форме волчицы имела тридцатипроцентный бонус к скорости передвижения. Но у меня было больше: плюс тридцать процентов от классового бонуса, десять процентов от колчана, купленного у Риты, и еще столько же от бафа Легкие ноги.

Ошандра (игрок Ошандра Нгуен) мертва.

Я настиг ее наверху, когда она почти добежала до конца подъема. Сбил с ног Оглушающим пинком, и хоть стан и не прошел, Дейдре, заскулив, перекувыркнулась и цапнула меня за руку. Другой я влепил три Молота подряд — обычный и в составе серии — в широкий лоб, завершив Комбо эффектным Пинком.

Дейдре (игрок Дейдре Дуглас) мертва.

Погибнув, друидка вернулась в человеческую форму. Сумка у нее была обычная, все содержимое выпало, а потому, спустившись, я отправил Ханга за лутом. Остальные в это время разобрали дропнувшиеся после смерти свои вещи и облутали других «засадников». Никкин, как выяснилось, потерял синий лук, а остальные — всю зелень. «Что с бою взято, то свято», — вспомнил я любимую дядину присказку, когда Тисса протянула мне лук.

— Твой вроде зеленый, лучник? — улыбнулась она. — Этот точно лучше, бери.

Ядовитый удар

Редкое.

Лук.

Урон: 16-18.

С некоторой вероятностью каждая атака может поразить цель ядом, наносящим 5 ед. урона.

+9 к ловкости

+11 к выносливости

Прочность: 80 / 80

Требуется уровень: 14.

Цена продажи: 9 золотых монет, 45 серебряных монет.

Шанс потерять после смерти снижен на 50%.

Я снял с себя зеленый лук и произвел обмен с Тиссой. Никаких угрызений совести я не испытывал: да, раздетой «Засаде» теперь придется непросто, но это был их выбор — они атаковали меня первыми, причем впятером на одного.

— Пока никого вокруг, — доложил Инфект, осмотрев наверху окрестности.

— Заходим? — спросил меня Краулер.

— Все, кроме Малика, — ответил я. — Надо проверить, что будет отображаться на входе.

Я с замиранием сердца ждал вердикта, готовясь писать в техническую поддержку о том, что их «маскировка» демаскирует меня, и хорошо бы ее убрать, но это не понадобилось.

Через пару минут, когда мы крутили головами внутри Улья, вор отписал:

[17:14] [Клан] [Инфект]: Ничего необычного. Показывает, что внутри 4/5 членов группы. Я захожу.

Похоже, прикрытие техническими работами исчезло вместе с проклятием Патрика? Что ж, одной головной болью меньше, а поводом вызвать подозрения Большого По — меньше. Осталось решить, проходить ли нам инст и стоит ли возможная награда за достижение разоблачения статуса «угрозы».

Так что, когда Инфект зашел в подземелье, Бомбовоз развел костер, поднимающий скорость восстановления бодрости, мы расселись вокруг него и начали думать.

Глаза бывших «дементоров» в предвкушении прохождения новейшего инстанса и «Первого убийства» горели так ярко, что хоть сейчас любого в адепты Лучезарного, но первым, кто высказался благоразумно, стал как раз-таки Краулер.

— Надо валить отсюда, — немного неуверенно заявил он. — Очень и очень палевно!

— Что? — заревел Бомбовоз. — Ты в своем уме, Родригез? Когда нам еще так повезет? Вспомни, что нам дал Мракисс! Это же на всю жизнь! А ты боишься спалиться перед каким-то Поли-что-то-там?

Да пошел он в зад Пифагора! Мы его через три-четыре месяца, может, больше вообще никогда в жизни не увидим!

— Ханг, ты делаешь успехи! — заржал Малик. — И кто такой, по-твоему, Пифагор?

— Не сейчас, — оборвал его Краулер.

— Эд? — Тисса подняла бровь, ожидая объяснений по поводу первого заявления, и перевела взгляд на меня.

— Он прав, — хмуро сказал я. — Мы в одном шаге от того, что По натравит на нас «превентивов», если не решит заняться этим сам. Пока от активных действия его сдерживает наш спор, но если его подозрения укрепятся, я думаю, он легко пожертвует легендаркой ради много большего.

— Да он все равно не сможет тебя убить, Шеппард! — рявкнул танк.

— А на выходе из песочницы соберутся все «превентивы». Выяснить мой день рождения труда не составит, и встречать меня будут с песнями, красной ковровой дорожкой и заостренными кольями в руках.

— Но убить же не смогут? — уточнил Инфект.

— Парни, даже если не смогут, о нормальной игре можно будет забыть...

Я не стал им говорить об ахиллесовой пяте своей способности: никто не помешает «превентивам» застанить и выхилить меня, чтобы убить с одного удара. Вряд ли даже с максимальной для моего уровня Стойкостью я выстою против игрока трехсотого левела. Такая разница в уровнях сделает навык бесполезным, а поднять кап я смогу, только достигнув сотого — максимально возможный уровень любого навыка прирастает на сотню каждые сто уровней.

А ведь меня могут просто обездвижить и приковать где-нибудь в подвале кланового замка. Способов много, и если они это сделают, наверняка разберутся, что делать. Может, используют какой-нибудь нейтрализатор или подавитель магии, чтобы убить? Не знаю, не хватает информации. Но пока я не хочу даже думать об этом, главное одно — если я попаду в руки «превентивов», однозначно потеряю статус «угрозы».

— Может, хотя бы первых боссов зачистим? — с надеждой в голосе предложил Инфект.

— Нет, — сказал Краулер. — Боссы здесь не ниже двадцатого уровня. Прогресс отобразится на входе, и как мы это будем объяснять? Боюсь, здесь даже «Аксиома» с первого раза не зачистит инст — освоение и изучение тактик боссов займет кучу траев.

— Давайте качаться по плану, — предложил я. — Мы и так на ровном месте оторвали по вампиризму, или как оно там называется?

— Похищение жизни, — ответила Тисса. — Ой, а я и забыла. Надо приклеить к Длани Нергала, от него у меня больше всего урона.

— Кстати, хотел спросить, — сказал я. — Ты же больше не жрица, а заклинание осталось?

— Оно у меня всегда было, — ответила девушка. — Оно из магии света, просто название такое.

Некоторое время мы выбирали, какому приему придать свойство. Я, можно сказать, схитрил и выбрал Комбо — теперь каждый удар связки будет похищать жизнь.

— Всего один процент, — хмыкнул Ханг. — Негусто.

— Это пока, — ухмыльнулся Краулер. — С ростом уровня приема будет расти и это.

— Друзья, это все замечательно, но предлагаю валить отсюда Глубинной телепортацией, — сказал я.

— У входа нас точно вынесут, Инфект с Бомбовозом громко вздохнули, и я попробовал их успокоить:

— Да не расстраивайтесь вы так! Сделаем двадцатые уровни и вернемся. Если Большой По со своими орлами так долго не мог пройти «Зло из глубин», то здесь они и подавно застрянут.

— Точно! — просветлел Бомбовоз. — Откат на рейдовые подземелья — неделя. А с такими темпами прокачки мы вернемся сюда через пару недель!

— А еще надо посмотреть лут с Мок'Риссы, — добавил Краулер. — Ты, дорогой Скиф, то ли забывчивый, то ли все такой же хитро... умный. Что ты там с нее снял, в чате не показалось.

Я заглянул в инвентарь и довольно улыбнулся:

— Потом покажу. Валим отсюда, мне здесь не нравится.

***

Солнце скрылось за верхушками деревьев, когда перед нами, сразу за буйной речкой Тремителью, простерлось редколесье, сливавшееся вдалеке с темнеющей стеною мертвых деревьев. Ферма Макмиллана, куда нас перенес Краулер, была за спиной. Эд не стал портировать нас прямо в Мраколесье — выкинуть нас там могло где угодно, а надо было поближе к вымершей деревушке лесорубов.

В поле, помимо самого фермера и его семьи, копошились магические големы-харвестеры — что-то типа древнего трактора, только на двух деревянных ногах и с опасно выглядящими лезвиями на верхних конечностях. Еще я заметил пару бегающих по полю игроков второго уровня.

— Делал тут квесты? — поинтересовался у меня Краулер. Я качнул головой, и он продолжил: — Иногда харвестеры ломаются, и старший Макмиллан дает квест на их усмирение и ремонт. А те вон, что бегают туда-сюда, занимаются отловом Сусликов-вредителей. Кошмарный квест, отнимает весь день.

— Я помню, пугалом у Макмиллана работал, — с некоторой ностальгией в голосе вспомнил Бомбовоз. — Ворон с поля шугал. И как-то доигрался — спутал ворону с вороном, а тот вообще не нейтральный моб! Сагрился...

— И что?

— Заклевал до смерти, — грустно ответил танк.

В Ущелье Горо мы решили сегодня не возвращаться. Вообще, сходить туда ребята хотели, чтобы приодеться — пусть и в синий шмот, но там, бывало, иногда выпадали эпики. Вот только из-за нового инста в округе сейчас наверняка столько активности, что появляться там без особой необходимости не хотелось. Одеться к Арене мы успеем. Сейчас важнее вытянуть всех по уровням.

— С Мок'Риссы выпало две шмотки. Смотрите... — я достал лут из рюкзака, начав с эпика.

Пояс Глубинного зла

Эпическое, часть комплекта Глубинного зла

Тканевый доспех.

Броня: 18.

+15 к интеллекту.

+15 к выносливости.

+12% к скорости регенерации маны.

+5% бонус к силе заклинаний.

Прочность: 250 / 250.

Требуется уровень: 20.

Цена продажи: 89 золотых монеты.

Шанс потерять после смерти снижен на 90%.

Комплект Глубинного зла: пояс, наручи, корона, перчатки, оплечье, одеяние, сандалии, штаны.

2/8 комплекта Глубинного зла: Снижает получаемый магический урон на 15%.

4/8 комплекта Глубинного зла: При получении урона в бою дает шанс закрыть носителя щитом, поглощающим 350 единиц урона.

6/8 комплекта Глубинного зла: Увеличивает интеллект на 20.

8/8 комплекта Глубинного зла: +100 к броне, бонус к регенерации маны +33%.

— Повезло Тиссе... — завистливо изрёк Инфект и перевел взгляд на Эда. — Или Краулеру.

— Тиссе, — покачал головой тот. — Ей скорость регена маны и сила заклинаний важнее. Ко всему, с дамагом у нас все в порядке, а от хила на Арене будет многое зависеть.

Мелисса Шефер засияла так, будто все еще оставалась жрицей Нергала Лучезарного — на двадцатом уровне ее ждали два сетовых эпика вместе с бонусом за обладание двумя предметами комплекта.

— Скиф, не томи! — взмолился Инфект. — Что там еще?

Я вытащил второй предмет. Переводя взгляд с одного расплывающегося в улыбке лица на другое, не сдержался и заулыбался сам.

Осколок печати Шог’рассара

Квестовый персональный предмет.

Изгнанный из этого пласта реальности Спящими богами древний маг Шог'рассар в другом мире сам стал богом, покорив народ сарантаподов. С тех пор он не оставляет надежды вернуться в Дисгардиум. Сквозь пробитый им межмировой портал он отправил в наш мир передовой отряд сарантаподов.

Мощность портала пока невелика и не позволяет вернуться самому Шог'рассару. Чтобы его расширить, генералы передового отряда решили затаиться, скопив силы и ресурсы, а потом обрушиться на Дисгардиум всей мощью и гневом изгнанного божества, щедро наделившего силой своих подопечных.

Каждый из трех генералов отряда вторжения владеет собственным осколком печати. Семь осколков, собранные воедино и размещенные у основания портала в Улье сарантаподов, позволят призвать Шог’рассара.

Собрано: 1/7.

— Я что-то не понял, — задумчиво произнес Бомбовоз. — Боссов три, а собрать надо семь?

— Ага, — радостно кивнул Краулер. — Понимаешь, в чем фишка?

— Пока нет, — нахмурился танк.

— Все просто, Бом, — встрял Инфект. — Даже если «Аксиома» убьет всех в Улье, у них будет только три осколка. Они не смогут призвать финального босса. Этого, как его... Шог’рассара

— Вообще, смогут, но только как минимум через три недели. Им нужно две полных зачистки инста, чтобы собрать шесть осколков, — поправила Тисса. — Не забывайте про недельный откат. Седьмой они получат на третье прохождение.

— И фарм разными группами им тоже не поможет — осколки персональные, — добавил Эд. — Скорее всего, По отправит несколько групп на разведку одну за другой изучать инст, после чего пойдет основным статиком.

— Все-таки надо было пройти хотя бы пару боссов, раз так, — сказал Бомбовоз.

— Нет, сейчас к этому месту слишком пристальное внимание, — не согласился я. — И вообще, когда сами будем зачищать Улей, пойдем с утра, пока все в школах. А оттуда будем уходить телепортом. Копить осколки надо тайно. Жаль только, что лут подобрал я...

— Почему? — не понял Бомбовоз.

— Потому что у Скифа теперь забито два слота из трех, вот почему, тормоз! — ответил за меня Инфект.

Закончив с этим — эпик Тиссы до поры до времени спрятал к себе Ханг, — мы поднялись и выдвинулись к Мраколесью.

Узкая дорога вдоль реки вилась и вилась нескончаемой бечевой на восток. В сотне шагов от нас мы заметили группу игроков седьмого и восьмого уровней.

— О, бродячий торговец! — изумился Бомбовоз. — Давненько я их не видел...

Присмотревшись, я увидел, что игроки скопились у необычно выглядевшего непися с чалмой на голове и огромными, многоуровневыми сумками за спиной. Рядом с торговцем переминалась небольшая лошадка, навьюченная так, что из-под груза торчали только голова и грива.

— Пойдем, глянем, что у него, — предложил Краулер. — У них иногда встречается то, что больше нигде не... — он вдруг запнулся, вытянул шею, приложив руку ко лбу, всмотрелся и сорвался с места, крича: — Вы что творите, олухи! Идиоты!

Ребята бросились вдогонку, а вслед за ними, недоумевая, и я. Впрочем, удивлялся недолго, увидев, что игроки вступили с торговцем в бой.

Не добежав до места драки шагов двадцать, Краулер остановился, обернулся к нам и развел руки, останавливая нас:

— Все, стоп. Поздно, не успеем уже никого спасти. Не входим в зону агро!

— Почему? — спросил я.

— Это бродячий торговец, — пояснила Тисса. — Из гильдии. Они носят с собой товара на десятки тысяч золотых и передвигаются без всякой охраны. Как ты думаешь, почему?

— Ну... Если такого ограбят, напавшие станут врагами гильдии бродячих торговцев?

— Куда хуже, — сказала Тисса. — Смотри, скоро сам увидишь.

В это время один из игроков, дерущихся с торговцем, обернулся к нам и заорал:

— Эй! Валите отсюда! Это наша добыча!

— Смотрите не подавитесь, — хмуро заметил Эд, играя желваками.

Торговец, низенький невысокий мужчина со сморщенным, как сушеный виноград, лицом, был всего десятого уровня. Он был босой и одет в какой-то замызганный цветастый халат и широкие свободные штаны. Ни брони, ни оружия, так что дрался он голыми руками, и не сказать, что успешно — скорее, просто отмахивался, а потом его и вовсе свалили на дорогу и начали добивать. Его лошадка, в которой вблизи я опознал стригущего ушами ослика, в бой не вступала, пока ее не задело размашистой атакой одного из грабителей. «И-а!» — возмущенно проорал ослик пятого уровня и лягнул копытами.

Через несколько секунд все было кончено. Чалму с торговца сбили в пыль, сам он, скрючившись, бездыханным телом валялся на обочине, а рядом растекалась кровь под осликом.

Игроки, распихивая друг друга, тут же бросились лутать трупы. Копошась в сумках и громогласно радуясь находкам, они и не заметили, как над телом бродячего торговца вознесся смолисто-черный дух торговца. Мгла клубами расходилась от него и, сужаясь, вытягивалась в жгуты. Через мгновение дух полностью рассеялся, втянувшись в тела грабителей.

— Ну и идиоты... — восхищенно-удивленно закачал головой Ханг.

— Вашему вниманию — нубы обыкновенные, альтернативно одаренные, — объявил Инфект. — Вместо мозга — солома, вместо рук — клешни, а вместо лута...

— Проклятое дерьмо, — глубокомысленно хмыкнул Эд.

Набив сумки, один из грабителей начал жаловаться, что в сумках больше нет места. Другой, отхватив эпик, о чем он прилюдно заявил, начал пританцовывать, но от процесса обыска не отрывался. А потом началось неладное — ники над головами нубов покраснели, а сами они, пошатнувшись, рухнули.

— Ладно, спектакль закончен, можно идти, — сказал Краулер.

— Так что произошло?

— На них легло проклятие бродячих торговцев, — объяснил он. — Залутанное зеркально обратилось в проклятые вещи — все плюсы превратились в минусы. А награбили они много. Так что все характеристики у них в глубочайшей... большом минусе, в общем.

— А выкинуть?

— Невозможно избавиться никак. Ни потерять, ни выкинуть, ни продать, тем более. Только тащиться в Дарант и вымаливать прощение, выплатив компенсацию в десятикратном размере и вернув все награбленное. Но им в ближайшие... — Краулер присмотрелся к профилям грабителей, — полтора года никакого Даранта не видать.

— Написать в техподдержку?

— И получить ответ, что все в рамках игрового процесса. Тем более, торговец их предупреждал, что они пожалеют, но они не прислушались. Ладно, валим отсюда.

— Жалко дедушку, — всхлипнула Тисса.

— Может, прикончим придурков? — предложил Инфект. — Они же на своих минусах даже до города не доползут?

— И поделом, — жестко сказал Ханг.

Смерив их презрительным взглядом, Ханг первым вломился в кустарник, которым порос в этом месте берег Тремители.

Речку преодолевали, выпив зелья хождения по воде, но даже так это потребовало сноровки.

Поверхность под ногами словно затвердевала при каждом шаге, и из-за бурлящей стремнины ставить ногу ровно было непростой задачей.

Кроме того, при нашем появлении вода вскипела от налетевших со всей округи Каменных рвачей.

Они выпрыгивали, хватая нас зубастой пастью за ноги, и по-бульдожьи трясли головой, но в отличие от памятной мне первой встречи с ними, сейчас я был облачен с ног до головы в кольчугу и кожу.

Похоже, агрессивные рыбки, вцепившись, разжать челюсти уже не могли, так что на берег мы выбрались, увешанные трепыхающимися тельцами рвачей, как рождественские елки украшениями.

Там нас уже встречали, привлеченные шумом, Гипнотические жабы восьмого уровня. Они сели рядком, как бабульки с лавочки на крыше нашего жилого комплекса, и безуспешно пялились, пытаясь застанить нас взглядом. Безуспешно.

Бом, собравший с нас всех рвачей в сумку, скормил им несколько рыбешек и, смутившись, объяснил:

— У меня в детстве был лягушонок. Я его еще головастиком на речке поймал, держал в бутылке. А когда он метаморфировал в лягушонка, помню, я так радовался... — суровый здоровяк сглотнул подкативший комок. — На следующий день пришел из школы, а его наш тупой кошак схавал.

После этого удивительного признания последовал эмоциональный рассказ о глупом шотландском вислоухом «кошаке», и мы сделали передышку на то, чтобы высвободить сумки. Весь ненужный лут, включая вещи «Засады» и стаки Щетинок скальной многоножки, я отправил Перевес. Происходило это на глазах требовательно зыркающих жаб, так что в итоге, не выдержав, мы скормили всех рвачей им.

Потом Тисса обновила бафы, мы поели еды с бонусом на характеристики и выдвинулись в путь.

Пройти надо было около десяти километров вглубь Мраколесья по заросшей исчезающей тропинке.

В сумраке леса длинные и пугающие тени деревьев протянулись по хищной траве. Пробираться было нелегко не только из-за то и дело агрившихся мобов: ноги застревали в дерновине, спотыкались о кочки и неровную почву, да и деревья то и дело скоплялись в перелески, сплетаясь ветками и стволами в чудных изгибах.

Шли осторожно, хотя в этой части леса бродили посильные любому из группы мобы. Не хотелось отвлекаться и терять время.

Но мобы все равно, понятное дело, агрились часто — в противном случае здесь было бы не протолкнуться от игроков. Сложность Мраколесья сродни той, что в Болотине — этакая лайт-версия.

Группы неприятных мобов вроде гигантских пауков, жутких умертвий или бешеных волков встречаются часто, а так как они не стоят на месте, велика вероятность сагрить сразу не один пак. Для обычного игрока или неслаженной группы это обычно заканчивается вайпом.

Из-за всего этого до заброшенной деревушки мы добрались только ночью, решив не откладывать на завтра загадочный квест. Дома еще не рассыпались в труху, но были близки к этому. Почерневшие остовы домов выделялись на фоне подозрительно светлого окружения. Нагнувшись, я набрал в ладонь земли — она была серого, поблескивающего в свете Геалы цвета.

— Похоже на пепел, — сказал я.

— Пепел и есть, — подтвердил Краулер. — После зачистки здесь все сожгли к чертям собачьим.

— Странно, что за столько лет его не разнесло по окрестно...

— Алекс, забирай! — заорала Тисса.

Мой взгляд заметался, пытаясь вычленить в сумерках угрозу, и сделав это, я побежал. Угроза была повсюду — со всей деревни к нам стекались аспидные, поглощающие лунный свет, тени умертвий.

Эд раздавал команды, выстраивая защитную формацию. Я оценил уровень противников:

Безмолвное умертвие, 19 уровень

Первой задачей было собрать агро на себе, и я занялся этим, стягивая на себя мобов. Спустив уровень здоровья до половины, я активировал проклятие нежити.

Умертвий вокруг меня собралось, конечно, меньше, чем многоножек в Куцем Вражеке, но все равно прилично. Физический урон по ним проходил с большими штрафами, так что пришлось активно использовать чумную энергию. Ребята делали то же самое, что и возле оврага — выпуливали мобов по одному и били как могли — им важнее было не убивать, а прокачивать навыки.

Передо мной полыхнуло пламя — Краулер выставил Огненную стену. Я мысленно одобрил, ведь чем больше урона она нанесет, тем быстрее будет качаться заклинание. Думая об этом, улыбнулся — бой с тремя десятками элитных высокоуровневых мобов стал для меня рутинным.

Я чередовал Комбо с Молотом, понимая, что в будущем надо быть аккуратнее. Похищение жизни лечило, а это значит, что с моими показателями урона на высоком уровне развития способности надо будет следить за тем, чтобы неуязвимость не слетела в самый неподходящий момент.

Убитые умертвия превращались в чернильные кляксы, с шелестом опадая на землю. Вскоре не осталось никого из них — мне хотелось спать, и чумную энергию я не берёг. Бой отнял минуты три.

Вмешиваться в драку бывших «дементоров» я не хотел — они справлялись и так, но Бомбовоз взмолился:

— Скиф, сними его с меня! Хочу атакующую стойку покачать…

Парой обычных ударов я перетащил внимание моба на себя, и, попыхтев, ребята завалили последнее умертвие. Бом собрал лут, и мы пошли исследовать деревушку.

На загадочного квестгивера наткнулись в дальнем доме, вернее, в том, что от него осталось.

Умертвие, силуэтом напоминающее рыцаря в полном латном доспехе, приветливо застонало и подлетело к нам. Над его головой светился значок того, что у непися для нас задание.

Призрак Вильяма Стаффорда, 20 уровень

— Приветствую вас, доблестные путешественники! — завыл призрак. — Как же я рад вас видеть! Наконец-то хоть кто-то добрался до этой забытой всеми богами деревни!

Из его долгой и пространной речи, которую мы слушали, откровенно зевая и чуть не сворачивая челюсти, выяснилось, что он возглавлял тот самый карательный отряд, уничтоживший деревню. Боги, по его словам, прогневались, и он сам стал одержим тем же самым, что и проклятые лесорубы. Случилось это за пределами Тристада, в Даранте, и его быстро прикончил отряд городской стражи.

В результате после смерти он вдруг оказался здесь, на месте своего нечестивого деяния и без всякой возможности его покинуть. Люди здесь появлялись редко, да и тех быстренько разрывали на части живущие здесь умертвия. так что поговорить призраку было не с кем. А поговорить ему было очень важно, так как в Тристаде у него остался сын, не знающий, где отец спрятал все семейные сбережения. Вильям переживал, что отпрыск остался без средств, и был готов поделиться частью сбережений с тем, кто расскажет сыну, куда старый Стаффорд закопал деньги.

Призрак Вильяма Стаффорда хочет, чтобы вы освободили его душу, уничтожив его призрачную форму и передав его сыну Альберту информацию о месте, где спрятаны семейные сбережения.

Срок исполнения задания: 7 дней.

Награды:

—   100 очков опыта;

—   ваша репутация с Альбертом Стаффордом повысится на 50 очков;

—   ваша репутация с городом Тристадом повысится на 5 очков;

—   5 золотых монет.

Штраф за невыполнение задания:

—   на вас ляжет проклятие Вильяма Стаффорда;

—   ваша репутация с Альбертом Стаффордом снизится на 150 очков;

—   ваша репутация с городом Тристадом снизится на 15 очков.

—   Да уж... — Инфект почесал затылок. — Стоило оно того?

—   Ну... Пять золотых — это пять золотых, — выдал сентенцию Бомбовоз и тоже почесал в затылке. — По золотому на брата.

—   Репа тоже на всех будет поделена? — спросил я.

—   Нет, каждый получит, — ответила Тисса. — Давайте возьмем? Задание — фигня, прикончить духа и забежать в Тристаде к его сыну. Плевое дело!

—   Ладно, — кивнул я. — Не дадим Альберту сгинуть в нищете! Мы приняли квест, и тогда Вильям заговорил снова:

—   Спасибо, доблестные путешественники! Теперь, когда вы скрепили свое обещание перед богами, я открою вам, как освободить мою душу, и расскажу, где находятся мои сбережения.

—   Мы все — внимание, — сообщил Бомбовоз. — Пожалуйста, продолжайте, сэр Стаффорд!

—   Деньги закопаны поддеревом на заднем дворе нашего дома. Надо сделать пять шагов на север: там, на полуметровой глубине зарыт сундучок с золотом.

Призрак вдруг заволновался и сделал паузу.

—   Мы сообщим Альберту, — пообещала Тисса.

—   Благодарю, — призрак положил руку на сердце. — Что касается освобождения моей души, то все не так просто. Боги будто посмеялись надо мной, сделав эту форму бытия невосприимчивой к магии и физическому урону. Есть только один способ — обратиться за помощью к шаманам в прериях Оцеолы...

Вильям продолжал увлеченно рассказывать об астрале, духах и специальном шаманском обряде, но мы уже схватились за головы, не слушая Вильяма.

—   Бездна! — выругался Краулер. — Прерии Оцеолы вообще на другом континенте! Это фейл, ребята! Это адский фейл!

На Тиссе лица не было. «Ну зачем я предложила сюда идти!» — кричала она, заламывая руки. Это было так искренне, что мне самому захотелось расплакаться.

Чем грозит проклятие Вильяма Стаффорда, нам только предстояло узнать, но ничего хорошего от него мы не ждали. Слишком свежа была память о тех грабителях, пораженных проклятием бродячего торговца.

Призрак закончил говорить и потерял к нам интерес. Он парил вокруг нас, пока парни пытались вытащить из него еще хоть слово о том, что за проклятие он парни пытались вытащить из него еще хоть слово о том, что за проклятие он собирается на нас наслать, и довольно ухал.

—   Долбанный ИскИн! — ругалась Тисса. — Кто только такой дебильный квест засунул в песочницу?

Инфект ушел в незаметность и вынырнул оттуда за спиной призрака, чтобы нанести удар двумя кинжалами сразу. Оружие прошло насквозь, не нанеся даже единицы урона бесплотному телу. Бомбовоз чарджнулся и влетел в обвалившуюся стену. То же самое случилось с файрболами Эда и световой магией Тиссы. Все удары были тщетны. Его не брала ни магия, ни физическое оружие.

И тогда я, неспешно подойдя к нему ближе, вломил ему чумным Молотом.

Призрак Вильяма Стаффорда рассыпался в прах. Что-то звякнуло, и от пола на три метра ввысь вознесся золотистый сияющий лучик.

—   Это же леген... — прошептал Краулер.

—   Подожди, подожди! — перебил Инфект скалясь.

—   ...дарка! — заорала Тисса. закончив предложение.

Под ее радостные визги и наш рев Бомбовоз подобрал лут.

Глава 23. Лагерь охотников

Мне сложно описать счастье, охватившее ребят. Мой папа как-то, повествуя о своих рейдах в Дисгардиуме, уподоблял это ощущение поклевке на рыбалке, куда он в детстве ездил с моим дедом. Убийство босса, просмотр лута и...

Если даже у отца в этот момент каждый раз замирало сердце, то, что уж говорить о бывших «дементорах», впервые увидевших легендарку в собственном луте.

— Кольцо! — не своим голосом закричал Инфект.

В групповом чате появилась информация о том, что именно подобрал Бомбовоз.

Отвага Свентовита

Легендарное

Уникальный предмет.

Кольцо.

+12% ко всем основным характеристикам.

Поглощает весь урон от одной летальной атаки. Срабатывает не чаще раза в 2 минуты.

Количество гнезд для самоцветов: 1.

Только для класса «воин»!

Шанс потерять после смерти снижен на 100%.

Двухметровый гигант уже вовсю подпрыгивал на одной ноге и тряс лапой, исполняя вокруг нас какой-то первобытный танец.

— Повезло же Хангу! — завистливо воскликнул Малик.

— Повезло! — согласился я.

Подняв руку, я дал «пять» проскакавшему мимо Бомбовозу и широко улыбнулся. Не видя большой ценности в таких шмотках для себя, просто радовался за друга, а о деньгах в тот момент даже не думал.

— Погодите, — поспешил охладить наш пыл Краулер. — Танкует у нас Скиф. Нам точно нужно это кольцо? Оно не такой уж большой прирост даст Бому, даже на двадцатом уровне. А вот хайлевелам... Боюсь даже предположить, сколько оно может стоить! Так что послушаем, что скажем клан-лид.

— Уоу-уоу, полегче! — Ханг уселся рядом с нами. — Вы чего! Это же легендарка! Как ее можно продавать? Вы в своем уме?

— Ханг Ли! — строго одернула его Тисса, копируя интонации учителя Грега Ковача. — Ты ведешь себя эгоистично! Алекс не побоялся рискнуть своим легендарным маунтом и ради нас поставил его на кон! А сейчас, если б не он, никакой легендарки ты бы не получил...

— Ребят... ну это же... — Бомбовоз смутился, его губы задрожали. — Ну как же...

— Не вижу пока причин продавать, — сказал я. Ханг просветлел и с надеждой посмотрел на меня. — Любой эквип, купленный на вырученные деньги, станет бессмысленной тратой. С нашими возможностями мы оденемся без подобных затрат, а ни на что другое нам деньги пока не нужны. Забыли, что мы их даже вывести не можем? Выставим на аук, только если совсем другого выхода не найдем, а деньги будут крайне нужны. Бом, надевай кольцо. Станет нашим депозитом на черный день. Договорились?

— Ски-и-и-ифффф! — заорал Ханг.

Я едва уклонился от налетевшей туши:

— Без обнимашек! Какой-то ты чрезмерно сентиментальный стал, Бомбовозище!

Сдачу квеста решили не откладывать. «Аксиома», решили мы, скорее всего, крутится внутри и вокруг нового подземелья, и в город можно наведаться.

Инфект перетащил нас в Тристад, а я подумал, что такими темпами я нескоро прокачаю собственный навык глубинной телепортации. Озвучив свои опасения, тут же получил от Тиссы предложение:

— Алекс, сдадим квест, и давай прыгнем вместе. У тебя же второй уровень? Значит, выбора, куда прыгать, пока нет. А оттуда я нас верну.

Так мы и сделали. Но сначала навестили молодого Альфреда Шеппарда. Дом, где он жил, находился в богатой части города, но выглядел неухоженным: забор покосился, краска облупилась, а садик порос бурьяном.

Стучаться пришлось долго, потому что в доме все уже спали судя по темноте в окнах и тишине внутри. Наконец, за дверью послышалось старческое шарканье. Кто-то долго копошился с замком, а когда открыл дверь, мы увидели заспанного и зевающего парня лет двадцати.

— Али, я оттарабанил две смены подряд! Даже не проси... — он поднял глаза, понял, что ошибся и откашлялся, придавая голосу серьезность. — Прошу прощения, принял вас за сменщика в страже. Доброй ночи, гости Тристада! Чем обязан вашему столь позднему визиту?

— Альфред Стаффорд? — вежливо поинтересовался я, хоть и знал, что это он. Он подтвердил, и я продолжил: — Прошу прощения за то, что нарушили ваш сон, но дело не терпит отлагательств.

— Пройдемте в дом, раз так, — неопределенно качнул головой парень.

В доме царил еще больший беспорядок, чем снаружи. Заметив наши взгляды, он, будто извиняясь, объяснил:

— После смерти отца слегла матушка. Таяла на глазах. Возил ее в столицу, истратил все деньги, но ничего не помогло. Тамошние целители только жали плечами, мол, от тоски не лечим. Вскоре ушла и она, а я остался один. Работаю в городской страже в дальних патрулях, до домашних забот руки не доходят...

Я заметил, что никто из ребят не торопит непися, все внимательно слушают и даже... сочувствуют? У меня сложилось полное впечатление, что «дементоры» относятся к истории парня, как к настоящей. Хотя... Бездна! Она и была реальной! Конкретно этот ИскИн, учитывая давность мира игры и свежесть событий, на самом деле родился, вырос с родителями, потерял их и сейчас пытается, оставшись один и тоскуя, как-то справиться со своей жизнью.

— Альфред... — начала говорить Тисса. Мы договорились, что квест будет сдавать она. — Мы искренне сочувствуем твоей потере! Но у нас для тебя хорошая новость! В Мраколесье нам встретился дух твоего отца Вильяма. Его душа не могла найти покоя, не в силах сообщить тебе кое-что важное...

Через пару минут мы помогли парню выкопать небольшой сундук. Все сбережения старого Стаффорда оказались на месте в целости. Парень долго сидел у вырытой ямы, держа в руках сундучок и опустив голову. По его щеке пробежала слеза, и все это время мы тактично стояли рядом, не решаясь напомнить о награде.

— Думаю, это ваше по праву, — сказал он, протягивая нам обещанную его отцом долю.

Задание призрака Вильяма Стаффорда выполнено.

Вы освободили его душу и сообщили его сыну Альфреду, где спрятаны семейные сбережения.

Получены очки опыта: 100.

Очки опыта на текущем уровне (11): 7740/8800.

Ваша репутация с Альбертом Стаффордом повышена на 50.

Текущая репутация: равнодушие.

Ваша репутация с городом Тристад повышена на 5.

Текущая репутация: равнодушие.

Сразу после этого настроение Альфреда изменилось. Он воспрянул духом и собрался бежать и просить руки любимой у ее папаши, жениться на которой не мог, не имея возможности обеспечить семью.

— Теперь он точно не откажет! — ликовал он.

Нам едва удалось убедить его отложить это на утро.

Тепло распрощавшись с парнем, мы вышли на улицу. Шел первый час ночи, и мы решили на этом закончить. Мне оставалось только одно — отправить свою тушку куда-нибудь, чтобы прокачать навык. Ребята вызвались со мной:

— Мало ли куда вас с Тиссой выкинет, — сказал Краулер. — Прыгаем вместе.

Глубинная телепортация, активированная мною, отправила нас в Олтонские каменоломни, а оттуда Тисса вернула всю группу в Тристад. Уровень навыка у меня, правда, не поднялся, но прогресс-бар показал, что еще одно использование, и будет повышение.

— А вообще, замечу, что нам в каком-то смысле повезло, — вдруг заявил Инфект, когда мы прощались. — То, что кольцо классовое, спасло Скифа от необходимости принимать трудное решение. Если бы он забрал его себе, как лидер клана, это не вызвало бы вопросов, но все равно, осадок бы остался...

— Ну ты и жук, Малик! — Бомбовоз треснул Инфекта по плечу. — А теперь у тебя осадок, что кольцо взял я?

— Да, я завидую и честно это признаю! — гордо объявил вор и ухмыльнулся. — Никакого лицемерия, удачливый ты сукин сын!

— А если бы выпало кольцо не на наш класс, а на какого-нибудь шамана? Давайте порадуемся за Бома, ведь будь иначе... Согласитесь, это смазало бы радость... — добавила Тисса. — Ведь так?

— Ну и продали б его к чертям! — подвел я итог дискуссии.

На этой философской ноте закончился наш второй день фарм-похода. Как ни посмотри, а гриндинг опыта и шмоток можно было назвать успешным. Одно «Первое убийство» Мок’Риссы чего стоит!

***

Днем позже наша клановая казна пополнилась на три с лишним сотни золотых, а моя личная — еще на пятьдесят два. Перевес успешно распродала почти все, что мы ей высылали. К письму был приложен перечень проданного с указанными расчетами по каждой позиции: средняя стоимость на аукционе, за сколько ушли лоты и какие комиссии удержаны. Краулер дотошно проверил цифры и, кажется, остался доволен. Правда, говорить он ничего не стал, лишь кивнул. Зная его, уверен, что будь у него претензии, он бы молчать не стал.

Ради интереса, и пользуясь тем, что мы в Тристаде, Эд промониторил рынок масштабируемых легендарок — а кольцо Отвага Свентовита было именно таким, — и прикинул, сколько может стоить наше, оказавшееся не очень-то и крутым. Топовые масштабируемые легендарки давали до тридцати процентов к характеристикам. Вроде бы существовали еще лучше, но такие продавались не через аукцион. Что касается нашего кольца, то если бы не удачное свойство по поглощению летального урона, его стоимость была б еще ниже.

После победы на турнире в «Буйной фляге» мой капитал превысил семь тысяч золотых, но что делать с этими деньгами, я пока не знал. Возможно, понадобятся, чтобы докупить недостающие предметы экипировки перед Ареной.

На дела в городе ушло около часа. Ребята заглянули к классовым учителям, чтобы приобрести новые умения или повысить имеющиеся, а я же впервые задумался о том, насколько куцым является мой класс. Где мой классовый наставник? Как получать новые умения?

Чтобы точно прояснить это, я, пока ждал ребят, даже написал письмо в поддержку, надеясь на перехват тем же самым высокопоставленным сотрудником «Сноусторма». Ответили мне очень коротко, правда, чтобы прочесть ответ, мне пришлось вывалиться из Диса и проверить почту на коммуникаторе. Письмо с одноразового ящика было коротким и без формальностей:

Алекс!

Игровой механикой классовый наставник предвестников не предусмотрен. Подразумевается, что ты будешь получать навыки от покровительствующего тебе божества.

Джексон Бриггс (или Соня Блейд, как пожелаешь).

Похоже, это все тот же Грант и Купер, писавший мне ранее. Его ответ меня не расстроил — лучше пара суперспособностей, чем два десятка обычных.

Вернувшись в игровой мир, я пошел прогуляться по центру города и у храма Нергала заметил Афродиту, то есть, Еву. Я приветливо помахал ей рукой. Она отвернулась, и только тогда я заметил, что она не одна. Рядом с ней шел Утес. Обернувшись, он помахал мне рукой и широко улыбнулся, после чего обнял девушку за талию и повел в храм.

Ева достигла седьмого уровня, а воин-ганкер — пятнадцатого. В последний раз, когда я его видел, в пещере Уот’ала, он был тридцатого уровня, и было это… всего-то четыре дня назад! Надо же, какой прогресс…

Никого из «Аксиомы» я так и не заметил. Пустовал и их столик в «Буйной фляге». Побродив по залу таверны, я прислушивался к разговорам, и большинство из них были о новом инстансе. Удалось выяснить, что за прошедшее время подземелье ни разу не пустовало.

Вопреки ожиданиям, первыми в инст после нас проникли не люди Большого По, а... «Засада»!

Примчавшись на место смерти, они оказались первыми, а данж к тому времени уже пустовал — мы ушли. Без всякой подготовки они вошли внутрь и, конечно, обломались. Им не удалось даже дойти до первого босса — вайпнулись на одном из первых же паков, но все-таки отхватили каких-то редких ингредиентов для алхимии. Так что потерянное в бою с нами они возместят.

Сразу после этого инст заняла «Аксиома» и более никого туда не запускала. Уэсли Чоу разбил всех своих хайев на смены, чтобы обеспечить круглосуточное дежурство у входа. Свободные группы поочередно проникали внутрь, докладывая все происходящее по амулету связи в штаб, организованный прямо в овраге. Аналитики обрабатывали поступающую информацию в режиме реального времени, стараясь найти в базе похожих боссов с аналогичными способностями.

До первого босса удалось дойти только третьей по счету группе, но они не выбили даже половины его здоровья. К утру пятая группа убила первого, но не дошла до второго — паки мобов становились все больше и злее.

В школу они не пошли. К полудню у По был полный расклад по тактике на первого босса и приблизительные расклады по второму. С час назад он с основным составом зашел внутрь.

Если они не добьются успеха, нам откроется прямая дорога к «Первому убийству».

***

На границе трех зон — Мраколесья, Болотины и Окрестностей Тристада, кои тянулись на десятки километров, включая в себя сторожевые посты, фермы и рудники — на небольшой возвышенности над впадающей в озеро Тремителью расположился пятнистый тент высотой в два человеческих роста.

Рядом приткнулись несколько невзрачных палаток, между которыми на костре запекали тушу какойто дичи. Запахи оттуда доносились сногсшибательные. Я невольно сглотнул слюну.

— Добрались, — выдохнула Тисса. — Вот он, лагерь охотников. Главным у них Гэррисон Альт, он же единственный, у кого здесь можно получить задание.

В дороге от Мраколесья, куда нас перенес Бомбовоз, ребята рассказали о фракции охотников на опасных животных. У этих серьезных мужчин и женщин разных рас в крови бродил взрывной коктейль из любви к природе, жажде приключений и желания принести пользу обществу. Шило в заднице прилагалось бонусом. Они были своеобразными защитниками всего живого, кроме опасных хищников. К подобным они относили те виды, что напрямую угрожали разумным. Скажем, у них не было никаких претензий к тиграм, но если где-то появлялся тигр-убийца, убивающий не ради того, чтобы насытиться, на такого объявлялась охота.

Местное подразделение фракции обосновалось здесь надолго. Живность местного леса и болот представляла большую опасность, и неслучайно обе локации не заселялись никакими разумными.

Даже туповатые кобольды и гноллы обходили эти места стороной. Так что работы у Гэррисона Альта и его сподвижников хватало.

— Чем они зарабатывают? — поинтересовался я.

— Им платит город, — ответил Краулер. — Если бы не они, не справился бы никакой пограничный патруль стражи. Кроме того, у них много других источников дохода, завязанных на переработку и продажу добычи. Опасные хищники — дорогой лут. Редкие шкуры, внутренности, клыки...

Не теряя время, мы направились прямиком к главному тенту. Гэррисон Альт, о чем-то беседовавший с каким-то игроком, завидев нас, похлопал парня по плечу и вышел нам навстречу. Это был видный представительный мужчина, высокий и крепкий, в высоких сапогах, штанах из прочной ткани и кожаной куртке. Но первым, что привлекало внимание, были его волосы — абсолютно белые, цвета снега на вершинах гор, собранные в хвост и спускающиеся ниже плеч. За спиной крест-накрест крепились два длинных узких меча, а в руках он держал гномье двуствольное ружье.

— Как вам моя малышка? — он с любовью продемонстрировал нам ружье. — Бьет на пятьсот шагов!

Валит с ног пещерного медведя! А вот это видите? — Альт показал на закрепленную между стволами поверх металлическую трубку с линзами внутри. — Алмазный прицел!

Мы выразили восхищение, а Тисса попросила подержать ружье, в чем Гэррисон ей отказывать не стал. «Эпик! Персональный! — восхищенно прошептала она. — С привязкой к владельцу. Вещь!»

— Меня зовут Гэррисон, но вы можете звать меня Гэрр. Гэрр Альт, — представился он мне, и я ответил тем же. — Ваших друзей я знаю — перспективные молодые люди!

— Мы сделали первые восемь квестов цепочки, — тихо разъяснил мне Краулер. — Репутация с Лагерем охотников достигла дружелюбия.

— Что вас привело в эти гиблые земли? — крепко сжав мою ладонь, поинтересовался Гэрри.

— Желание помочь славному делу охотников, — отозвался я. — Надеюсь, смогу быть полезным.

— Очень похвальное желание, молодой человек! — обрадовался охотник. — Прямо сейчас нам необходима подмога в прореживании рядов Камышовых котов-гаторов. Не обманывайтесь словом «кот» в названии этих омерзительных тварей. Все мы любим котиков, у меня в Даранте даже есть ручная пантера, которую я котенком подобрал в Урсайских джунглях. Но коты-гаторы — это совсем другое. От славного семейства кошачьих в них давно ничего не осталось. Это, скорее, чешуйчатые рептилии, покрытые отвратительной слизью, нежели коты.

Я не удержался от вопроса:

— Тогда откуда взялось название?

— Они мяукают, — недовольно признал Гэрр Альт. А помолчав, добавил: — И мурлыкают. Но знаете, когда они это делают? — Я покачал головой. — Выгрызая внутренности своей жертве!

Принесите мне для начала хвосты десяти котов-гаторов, и если вам это удастся, нам найдется, о чем еще поговорить.

Руководитель лагеря охотников Гэрр Альт предлагает вам выполнить тестовое задание:

Уничтожить десять Камышовых котов-гаторов и в доказательство собрать их хвосты.

Награды:

— 30 очков опыта;

— 50 серебряных монет.

— Я принесу вам хвосты, — сказал я, принимая квест.

— Замечательно, — расплылся он в улыбке, а потом перевел взгляд на ребят. — А вы, друзья?

Удалось ли вам справиться с гнездом Болотных иглоколов?

— Еще нет, Гэрр, — откликнулся Краулер. — Мы решили помочь товарищу с вашими тестовыми заданиями, чтобы потом заняться этим вместе.

— Разумно, — согласился он. — Вопросы?

— Никаких, — ответил я.

— Тогда не смею вас больше задерживать! — воскликнул он, кивнул и оставил нас, вернувшись к тенту.

На мини-карте появилась метка на той области, где водились коты-гаторы.

— Нам точно нужна эта цепочка? — я обратился к ребятам. — Сколько она займет? Одни перемещения чего стоят...

— Нужна! — ответили они чуть ли не хором.

Переглянувшись, они дождались, пока Инфект кивнет, обозначая отсутствие лишних ушей, и Краулер жарко зашептал:

— Никто не делал эту цепочку до конца, Скиф! За всю историю песочницы — никто!

— В чем подвох?

— Иглоколы. Откладывают своих личинок под кожу, те зарываются в плоть, прям ввинчиваются внутрь.

Тиссу передернуло, и это стало заразным — у меня мурашки пошли по коже.

— Ну и? Что такого? Ребята, не темните, меня травили кислотой, сжигали, рвали на части живьем, отрубали голову... Что в иглоколах такого, что никто их пройти не может?

— Да никто не темнит, Скиф, — забасил Бомбовоз. — Личинки иглоколов обладают странной природой. Они материальны, но при этом, как бы... нематериальны. Этакие астральные существа, привязывающиеся не к телу, а к душе. Они вешают на тебя дебаф, который не исчезает даже после смерти. Держится неделю, и если за это время не произошло обновления, а оно, как правило, происходит при любой встрече с иглоколами, то дебаф спадает.

— Но?

— Дебаф сопровождается прогресс-баром, который показывает, как много личинок в тебе, — терпеливо начал объяснять Краулер. — Одна личинка — один процент бара. На столько же у тебя снижается максимальный объем очков жизни. Когда индикатор достигает сотни процентов, иглокол разрывает тебе грудную клетку и выбирается наружу. А ты умираешь, и возрождаешься уже без дебафа.

— Все осложняется тем, что выполнить квест можно только в один заход. Вайпнулись — начинайте все сначала. Только в вас уже будет полно личинок, и жить они будут неделю. Теперь понимаешь, почему еще никто не разорил гнездо?

— Минутку... — Паззл в моей голове окончательно сложился. — Так это инст?

— Вот именно, Скиф, — осклабился Инфект. — Ты чуешь, чем это пахнет?

Я чуял. «Первым убийством». И чем-то особенным от Гэрра Альта.

***

Всю цепочку вплоть до получения финального квеста цепочки на зачистку гнезда Болотных иглоколов я выполнил за два дня. Это заняло бы больше времени, но ребята хорошо ориентировались на местности, и все было предельно эффективно.

После первого разговора с главой лагеря охотников мы сходили на озеро, все побережье которого заняли Камышовые коты-гаторы — действительно омерзительные рептилии. Жуткой какофонией заполонил всю округу оглушительный кошачий мяв. Маленькие змееподобные крокодильчики, блеснув серебристой чешуей, при нашем появлении мгновенно скрылись в грязи. Некоторые, судя по вспухающей полосами земле, направились к нам. Двенадцатый уровень рептилий не представил нам никаких сложностей, разве что бить их было неудобно ввиду их невысокого роста — по колено.

Нужное количество хвостов я набил минут за пять.

В копилку капнуло немного очков опыта, а Гэрр выдал мне пятьдесят серебра и следующее задание цепочки — волки-убийцы. С ними тоже все прошло просто, и десять Клыков волка-убийцы я обменял на опыт и монеты.

Потом Альт выдал три задания одновременно, и все на геноцид опасных хищников. Ядовитые стервятники, Электрические гекконы и Гигантские нетопыри-кровопийцы пополнили известный мне бестиарий песочницы. Кроме того, они пополнили рюкзаки Бомбовоза всякими ингредиентами для ремесел, группа получила опыт за их убийство, а я — еще и за выполнение квестов. Гэрр Альт поощряюще хлопал меня по плечам и продолжал выдавать серебро и очки опыта. Стоит заметить, что ни за один квест он не выдал больше золотого.

Очередные три задания также были выданы единовременно. Связано это было с тем, что никто не знал точное местоположение элитных монстров — объектов охоты. Они передвигались по обширной территории, и в своих поисках игрок мог наткнуться на любое из разыскиваемых чудовищ.

— Рарники, — пояснил Эд.

Рарники отняли у нас весь следующий игровой день. Грязная тень, босс стервятников, нашелся в дупле огромного дерева; Гроза, атакующий электрическими разрядами ящер, грелась на солнце, развалившись на равнине восточнее лагеря охотников; Клыккинга, больше смахивающего на птеродактиля, чем на нетопыря, мы прикончили на стыке с Мраколесьем.

Все элитники были пятнадцатого уровня, но против слаженной группы сделать ничего не смогли.

Никто из наших даже не умер ни разу, хотя Инфект был очень к этому близок — я решил покачать Оглушающий пинок и бил Грозу только им, и вор меня переагрил. Впрочем, внимание ящера я вернул одним Молотом. На Клыккинге, кстати, нам удалось увидеть действие легендарного кольца Ханга воочию. Танковал босса он, и Тисса, увлекшись прокачкой атакующих заклинаний, его недохилила Понятно, что в своих поисках мы постоянно натыкались на агрессивную фауну локации, что как-то продвигало нас в прокачке, но до космических темпов Куцего Вражека было далеко. Связано это было с тем, что я не рисковал использовать проклятие нежити на открытой местности — кругом сновали игроки. Так что по итогам второго дня никто не взял даже одного уровня, хотя и приблизились к ним напрямую. Зато навыки и боевые приемы качались, и несколько левелапов получил каждый.

— Впечатляет, — сказал Гэрр Альт, когда я сложил перед ним перо, хвост и клык с трех рарников. — Эти звери плодятся быстрее, чем мы успеваем их проредить, — пожаловался он. — Убьем одного вожака, тут же появляется другой. Чтобы не плодить сущности, даем им одни и те же прозвища.

Он поманил рукой кого-то из своих, и трофеи унесли. Гэрр смерил меня взглядом, прежде чем выдать финальный квест цепочки:

— Я чувствую, что ты готов, Скиф. Долгие годы нас беспокоят Болотные иглоколы. Эти исчадия Бездны прежде были обычными насекомыми-переростками. Вот такими, — он смерил руку по локоть. — Но несколько лет назад все вокруг изменилось. Лес и болото заполонили монстры и чудовища, и иглоколы — самые мерзкие. Сколько бы мы их ни уничтожали, все тщетно, пока жива их матка. Уничтожь ее и разори гнездо, и ты вытащишь огромную занозу из нашей задницы!

Руководитель лагеря охотников Гэрр Альт хочет, чтобы вы уничтожили Чаф, Матку болотных иглоколов и разорили ее гнездо.

Награды:

— 3000 очков опыта;

— 300 золотых;

— один классовый предмет из комплекта «Охотник на монстров».

Я согласился выполнить задание. Гэрр пожал мне руку и, пожелав нам удачи, вернулся под тент.

Подозреваю, что спать, потому что подняли мы его почти в полночь.

— Продолжим завтра, — сказал я зевнув.

***

Подземелье такого типа я видел впервые. Никаких длинных извилистых тоннелей и коридоров — просто одна большая подземная пещера, в которой мы оказались, зайдя в портал инста.

Правда, перед этим нам пришлось пробиваться через группы Болотных иглоколов — этаких гигантских мух-мутантов с толстым жалом на хоботке, торчавшем из нижней части туловища.

Именно им они и откладывали личинок в своих жертв. Этим, правда, не повезло — расстреляли их издали, не давая даже приблизиться. Дистанционные атаки были у всех нас: Инфект метал ножи, я стрелял из лука, Тисса с Краулером били заклинаниями, а у Бомбовоза всегда при себе имелся арбалет, чтобы пулить мобов.

«Очередной инст с насекомыми, — подумал я. — Наверняка, это неслучайно, учитывая, как Департамент образования жестко цензурирует все песочницы, ведь убивать, пусть даже в вирте, насекомых, это не то же самое, что…»

— Ни с места! — предупредил Краулер, сбивая меня с мысли. — Скиф, напоминаю тактику до того момента, что нам известен. В центре пещеры — кладка огромных яиц…

— Фигня какая-то, — пробормотал я. — Они плодятся яйцами или откладывая личинок?

— Черт его знает, — пожал плечами танк. — Тебе не все равно?

— Да просто дизайнеры этих мобов не дружили с биологией, вот и все, — предположил Инфект.

— Уничтожить яйца сможем, подозреваю, только когда расправимся с Чаф, — продолжил рассказывать Эд то, что уже объяснил по пути сюда. Но теперь это было наглядно. — Она появится после неизвестного количества волн иглоколов. Они все одинаковые, но от волны к волне растут в уровнях и количестве. До последней волны мы не дошли. Вроде ничего сложного, несколько десятков мобов до шестнадцатого уровня в восьмой волне, вот только к тому моменту у всей группы дебаф снижает почти все здоровье...

— Это точно! — нервно хохотнул Бомбовоз. — Я тогда танковал, и как понимаешь, собрал больше всех личинок. Десятую волну встречал с шестью процентами здоровья — и это при максимальном отхиле!

— Между волнами есть минутный перерыв, — добавила Тисса. — Если б не дебаф, пройти инст было бы раз плюнуть — отожрался, отпился, обновил бафы и вперед!

— Вы говорили, что делали три попытки, — сказал я. — Почему так мало? Вы то же «Зло из глубин» траили кучу раз, а здесь то же самое — неосвоенный никем данж...

— Даже третья попытка уже была лишняя, — поморщился Инфект. — Это математически понятно.

Каждый иглокол успевает отложить две-три личинки, причем хоть и атакуют они танка, но для дебафа выбирают случайную цель. Вот и считай. А убивать их раньше, чем они отложат личинку, не хватало урона. И представь — потом неделю с таким дебафом ходить? Из города не вылазили, от любого чиха помирали...

— Задача понятна, — я вытащил лук, собираясь отстреливать тварей чумными стрелами. — На объем здоровья мне плевать, но вот вы можете до босса не дожить. Может, дождетесь его за пределами инста? А то с таким дебафом вам потом туго придется.

— Я за! — воспрянул духом Инфект.

— А опыт? — Тисса посмотрела на Краулера.

— Скиф прав, — ответил тот. — Мы же потом неделю фармить не сможем, а ходить за ним с каплями жизни, рискуя смертью и потерей опыта... Не, не вариант. И вообще, странно, что мы сразу об этом не подумали!..

На том и порешили.

Один за другим одноклассники покинули пещеру, и я остался один. Присев, я стал думать — а что, если дебаф проигнорирует проклятие нежити? Получу свою сотню личинок и что? Разорвет меня на части или как?

«Не попробую — не узнаю», — подумал я и поднялся. Сделав пару шагов, остановился и натянул тетиву. Впереди раздался треск, и из ближнего ряда светлеющих в темноте пещеры яиц одновременно взмыли в воздух несколько иглоколов.

Болотный иглокол, 12 уровень

Магическое существо

Ага, значит, это не совсем насекомые. Что-то типа подопечных Мракисса — мутировавшие и не очень нормальные существа. Это объясняет и яйца, и личинок. Возможно, второе появилось в результате воздействия дыхания Бездны.

Я пустил стрелу, оценил объем жизни и прицельно расстрелял всю пачку. Чумной энергии было столько, что индикатор наполненности резервуара даже не колыхнулся.

Две секунды на выстрел, двадцать секунд на первую волну. Эти нехитрые расчеты привели меня к мысли, что, может быть, стоит вернуть соклановцев. Все взвесив, не стал этого делать, ведь мои выводы были основаны лишь на первом паке. На пятом вылупится полсотни иглоколов, и я просто не успею отстрелять всех. Дебафы неизбежны.

Первую личинку я получил на третьей волне. Долетевший иглокол воткнул в меня жало, проткнув кольчугу, тварь судорожно выгнулась, по жалу пробежала волна, и в месте прокола вдруг стало очень, прямо-таки адски, больно. Жгучая боль сошла, но меня чуть не стошнило, когда я увидел, как у меня под кожей, приподнимая даже кольчугу, перемещается какая-то хрень величиной с бильярдный шар.

Покрутившись, она отыскала теплое местечко где-то в районе живота и унялась.

Паразит внутри — 1

В ваше тело отложена личинка болотного иглокола. Часть ваших жизненных сил уходит на развитие паразита.

−1% от объема жизни.

Паразитов до полного слияния: 1/100.

Срок действия: 7 дней.

Боль стихла, но я в очередной раз задумался о странностях с болевыми ощущениями. Это следствие статуса «угрозы»? Ведь никто из обычных игроков не испытывал ничего даже близко подобного тому, что ощущал в боях я.

Пока я отвлекся, на меня напали еще два иглокола, а третий противно зудел рядом и готовился атаковать, раззявив жвала и ощетинив иглы. «Ну и страхолюдина!», — подумал я, в панике раздавая обычные удары вперемежку с Молотом. В Комбо необходимости не было — чумную энергию можно было не экономить, а для прокачки приема я найду место поуютнее.

Четвертая и пятая волны показали мне, за что Болотные иглоколы заслужили свое название. Десятки гадов расстреливали меня сотнями острых ядовитых игл с палец величиной и наваливались кучей, вбивая мне в тело своих личинок.

Паразит внутри — 99

В ваше тело отложена личинка болотного иглокола. Часть ваших жизненных сил уходит на развитие паразита.

−99% от объема жизни.

Паразитов до полного слияния: 99/100.

Срок действия: 7 дней.

Ощутив очередной укол жала, я напрягся. Личинка скользнула по хоботку и застряла там, не в силах проникнуть в мое тело. Слава Чумному мору!

Прогресс-бар дебафа замер на девяноста девяти процентах! Проклятие нежити сработало, не дав убить меня сотой личинкой. Я демонстративно хрустнул кулаками и пошел раздавать удары направо и налево. Тела жутких насекомых взрывались литрами слизи, лимфы и хитина — я овердамажил, чтобы наверняка.

Странно, но ни один из мобов не оставлял после себя лута. В перерывах я отписывал в групповой чат текущий статус, и читал сообщения ребят. Понимая мое положение, они развлекали меня, как могли.

[18:12] [Клан] [Краулер]: Аксиома установила цену на право войти в Улей сарантаподов. Тысяча золотых!

[18:12] [Клан] [Скиф]: Большой По в своем репертуаре! Не съем, так понадкусываю, как говорил мой дядя Ник! Ха-ха! Кстати, уже восьмая волна на подходе.

[18:12] [Клан] [Тисса]: Алекс, ты удивишься, но очередь до конца недели!

[18:12] [Клан] [Инфект]: А вообще, пора начать собирать на амулеты связи!

...

[18:12] [Клан] [Скиф]: Я так скоро мастером лука стану — уже пятый уровень навыка! Кстати, девятая волна...

[18:12] [Клан] [Краулер]: Ну ты крут, Шеппард! Мы тогда возвращаемся. Отходили на минутку к озеру — Тисса собирала цветочки, а Бомбовоз расчехлил удочку и качал профу, но, кажется, ни черта не поймал.

[18:12] [Клан] [Тисса]: Не цветочки, а корешки! И, между прочим, для тебя, Эд!

[18:12] [Клан] [Бомбовоз]: Эй! Я наловил Масляных сазанчиков! Покачаешь кулинарку, Скиф!

Тисса взяла Травничество, а Краулер — Алхимию, отличное сочетание завязанных друг на друга профессий. Самая странное ремесло выбрал Инфект — он занялся Археологией. Это было совсем глупо, потому что в песочнице ему, по сути, негде было проводить раскопки, но менять профессию наш арабский Индиана Джонс не собирался.

К этому моменту я уже действовал механически: отмахивался от иглоколов, успевая отстрелять полтора-два десятка на подлете, смотрел, что пишут в чате, ходил по пещере кругами, осматривая ее на предмет скрытых тайников, проходов или кладов. Ничего не нашел, и это шло вразрез с выкладками моего папы — он говорил, что не пройденные инсты хранят утерянные вещи игроков. А судя по истории «Гнезда болотных иглоколов», таковых должно быть очень много.

Оглушающий пинок поднялся до девятого уровня, навык стрельбы из лука и Быстрый выстрел — до шестого, когда я закончил с десятой волной.

Я написал в мат, чтобы ребята быстрее заходили в инст, так как если появится босс, то сделать это будет уже невозможно.

В пещере они появились одновременно с тем, как пещера начала дрожать, а земля под ногами заходила ходуном. У дальней от нас стены пещеры открылся широкий проход, и оттуда вывалилась колоссальная туша матки.

Чаф, Матка болотных иглоколов, 21 уровень

Магическое существо

Босс подземелья

Чаф покрывала белесая слизистая шкура, и она сразу напомнила мне урок биологии — жирный опарыш с коротким телом. Конечностей у нее не было, зато наличествовало другое. По всей поверхности туши босса раскрылись противные, сочащиеся слизью, отверстия и оттуда с хлюпающим звуком повылезали длиннющие извивающиеся щупальца с десяток метров длиной. Увенчивали их жала, схожие тем, что я видел у иглоколов. только много массивнее.

—   Что они курили? — спросил Инфект. — Кто в трезвом рассудке может такое придумать?

Тварь поперла на нас. Она чем-то напоминала Мок'Риссу, но если ту по десятибалльной шкале омерзительности я бы оценил на десять, то Чаф — на все пятнадцать. От одного ее вида хотелось блевать.

—   Эх, пожрать крыс-зомби не успели, — огорченно произнес Бомбовоз. — Может, успеем?

—   Не надо, — сказал я. — Драться вам не придется.

Затягивать бой я не собирался. Мне до нее даже дотрагиваться было противно! Так что я вскинул лук, натянул тетиву и выпустил стрелу, усиленную двадцатью тысячами очков чумной энергии. Просвистев в воздухе, стрела вонзилась в белесую склизкую шкуру.

—   Поздравляю с первым... — начал говорить я, улыбаясь, но осекся, неверяще пялясь на индикатор жизни босса. Он оставался полным. — Что за...

Глава 24. Болотные гады

Босс, оставляя за собой широкий слизистый след, на мгновение замер, выбирая цель, а потом решительно направился ко мне. Я изучил логи:

Вы нанесли критический урон Чаф, Матке болотных иглоколов: 20011!

Весь урон поглощен Неуязвимой шкурой Чаф, фактический урон: 0.

Ноль? Почему? Я вогнал еще две чумные стрелы в тушу Чаф, замечая, как тает индикатор чумной энергии, прежде чем понял, что делаю что-то не так.

Ребята тем временем не паниковали: Краулер начал отдавать привычные распоряжения, на ходу обмениваясь со мной и Тиссой разбором босса:

— Она еле движется, можно кайтить! Рассредоточились! Скиф, забирай и таскай у дальней стенки!

— Двадцать четыре тонны жизни! — кричала Тисса. — Надо найти уязвимое место…

Чаф была на два ниже, чем памятный Мракисс, а того мы завалили без всякого читерства. Вот только группа тогда была сильнее по уровням и экипировке, так что дамаг соклановцев будет символическим, и надеяться я мог только на себя. Соклановцы были слишком мелкими в сравнении с боссом.

Врезав себе в скулу Молотом, я активировал проклятие нежити и ринулся на Чаф. Разряженное Комбо ушло вхолостую — все так же ноль урона.

Ш-ш-шух! Длинные пурпурные щупальца матки выстрелили во все стороны и безошибочно вонзились в каждого из нас.

— Личинки! — возопил Инфект. — Взял две!

Остальные тоже озвучили, сколько дебафа отхватили, но я ничего не расслышал. В меня воткнулось сразу четыре жала, и, завибрировав, они протолкнули мне в плоть личинок!

Не контролируя тело, я бесформенным мешком свалился на землю. Меня корежило и разрывало изнутри, кровь залила глаза, и если б не прокачанная Устойчивость, я наверняка умер бы от кошмарной боли.

Паразит внутри — 100

Слияние! Вы, ценой собственной жизни, даете жизнь Болотному иглоколу!

С раздирающим хрустом из моей груди вырвался зрелый иглокол девятнадцатого уровня. Глядя на это, я не мог поверить, что это происходит со мной, и только вбиваемая в башку мантра о том, что это нереально, это просто проекция виртуального мира в мое сознание, позволяло сохранить хладнокровие.

Рождение паразита сопровождалось уроном, десятикратно превышающим мой объем здоровья, и я бы умер, не будь проклят.

Урон полностью поглощен «Проклятием нежити».

Жестокая боль прекратилась так же внезапно, как возникла. Одновременно вернулись слух, зрение и контроль над телом. Первым осмысленным движением я взорвал чумным Оглушающим пинком вылезшую из меня и зависшую в воздухе тварь. Она разлетелась в ошметки и брызги гемолимфы.

Потом я огляделся, оценивая поле боя. Чаф, решив, что со мной покончено, переключилась на Инфекта, как на самого опасного, на ее взгляд. Вор попытался выйти из боя, включив Уклонение и Исчезновение, но из скрытности его безошибочно вывело очередное щупальце. Проявившись, фигура вора откатилась в сторону и дала деру. Матка медленно двинулась вслед за ним, периодически выстреливая жалами по окружающим. По всем, кроме меня.

Только тогда я расслышал, что Краулер истошно дерёт горло, обращаясь ко мне:

— Скиф, щупальца! Щупальца! Выноси хоботки!

Бросив взгляд на боевые логи, я заметил, что, хоть и измеряемый единицами, но урон проходит! Краулер, Тисса и Бомбовоз молотили абилками по щупальцам!

— Понял! — заорал я, подаваясь адреналиновому буйству вокруг.

Сколько там? Шестьсот единиц здоровья у каждого щупальца. Фигня вопрос!

Три ближайших ко мне я раздербанил в труху обычными ударами, заряженными чумной энергией. Остальные, войдя в азарт, принялся отстреливать из лука. С утратой каждой конечности Чаф сочно всхлипывала, содрогалась и старалась сменить позицию так, чтобы прикрыть незащищенные открытые раны на месте оторванных щупалец.

Увлеченный расстрелом, я не заметил, как и когда погиб Инфект, принявший на себя большую часть личинок во время очередного выброса и попавший под Бросок Чаф. Остальные тем временем сфокусировались на одном щупальце — Бомбовоз забрал агро босса, повис на конечности и чуть ли не зубами пытался его отгрызть, пока Тисса вливалась светом, а Краулер — огнем. Им втроем удалось едва-едва снять половину жизни единственного щупальца. А их колыхалось в воздухе еще очень много.

«Неужели придется сносить все?» — подумал я, вгоняя в них стрелы.

Меньше чем за минуту отстреляв пару десятков щупалец, засек, как из полностью зачищенного от них участка туловища Чаф сочится бурая густая жидкость. Я натянул лук и запулил в открытую рану Быстрым выстрелом.

Вы нанесли урон Чаф, Матке болотных иглоколов: 7.

Очки здоровья: 23993/24000.

Ухмыльнувшись, я повторил выстрел в то же место, добавив ровно двадцать четыре тысячи чумной энергии. С ма-а-аленьким запасом.

Вы нанесли критический урон Чаф, Матке болотных иглоколов: 24006!

Очки здоровья: 0/24000.

Чаф, Матка болотных иглоколов, мертва.

Получены очки опыта: 150.

Очки опыта на текущем уровне (15): 50/14400.

Вы подняли уровень — 15!

Доступно 5 свободных очков характеристик!

Она попросту перестала двигаться и застыла на месте. Оставшиеся щупальца поникли и легли на землю. Фигуры ребят осветились вспышками золотого света — они заработали по уровню — все, кроме Инфекта, оштрафованного за смерть на шестьсот очков опыта. И все стихло.

В нависшем безмолвии послышалось тихое гудение каста Тиссы, поднимающей незадачливого вора.

Зеленовато-голубые яйца в центре пещеры вдруг затрещали, но оттуда никто не вылупился — только вылилось содержимое, и даже скорлупа поблекла, омертвев.

— Да-а-аа-ааа! — пещеру огласил рев ожившего Инфекта.

— Да-а... — без энтузиазма протянул Бомбовоз. — Кстати, дебаф вроде полностью отвалился вместе с киллом босса! Но появился другой: «Дохлый паразит внутри». Срок — трое суток. Все показатели снижены на шестнадцать процентов. У всех так?

— Похоже, у всех, — ответила Тисса. — Только у меня на девять.

— У меня ничего, — сказал я. — Личинка вылупилась, а новых не завезли...

Я подошел к ребятам и похлопал по выставленным вялым ладоням. Некоторое время никто больше ничего не говорил. Убийство босса не принесло того, что все ждали.

Недоуменное молчание затягивалось, никто даже не сделал попытки взглянуть, что в луте — все переглядывались и разводили руками.

— Где наше «Первое убийство»? — озвучил одолевавший всех вопрос Краулер.

— Может, мы не первые? — предположил я.

— Да как не первые? Первые! — уверенно заявил он. — Никто до нас даже босса не видел, не то что убить его...

В это время Бомбовоз, сложив руки за спиной, задумчиво бродил по пещере. Он дошел до той стороны, откуда явилась Чаф, на пару секунд замер, вглядываясь под ноги... А потом поднял тяжёлый меч и со всего маху врезал по раскисшей от слизи земле.

— А так? — оскалившись, прокричал он. — Тут какой-то жгут, типа пуповины, от стены к боссу шел.

Ну я его и того…

— Смотрите, смотрите на босса! — истошно завопила Тисса, тыча пальцем в Чаф.

Мы синхронно обернулись и увидели, как туша матки видоизменяется, на глазах превращаясь в иссушенный остов огромного насекомого. Выглядело это, будто ее труп выставили под палящие лучи солнца и показали в многократно ускоренной съемке — щупальца рассохлись, отвалились и рассыпались в пыль, туловище сжалось, сморщилось, съежилось и... Тоже осыпалось прахом!

Та-дам! Бум! Громыхнуло под сводами пещеры так, что заложило уши. Звуковые и визуальные эффект полученных достижений закончились, но шум только нарастал — бывшие «дементоры», выпучив глаза, вчитывались в уведомления, и чем дальше читали, тем больше орали во все горло.

Это надо было видеть! Я сделал несколько кадров для истории клана: Малик, ходящий на руках и дрыгающий ногами, Ханг, выплясывающий джигу вокруг дохлой Чаф, визжащая Тисса и хохочущий Эд.

— Ачивка! Еще одна! Питомец! Иглокол! — не сдержавшись, орал обычно невозмутимый Краулер.

— Персональный! А-а-аа-аа!

— Пришел, увидел, победил! Пришел, увидел, победил! — напевал Инфект, стоя вниз головой. — Семьдесят пять халявных очков характеристик! Пришел, увидел, победил!

Не выдержав, я поддался всеобщему веселью, а через несколько мгновений оказался в объятьях друзей.

Разблокировано достижение «Первое убийство: Чаф, Матка болотных иглоколов»!

Вы первыми в песочнице одолели финального босса 21 уровня — Чаф, Матку болотных иглоколов!

Просочившееся дыхание Бездны извратила ее сущность, превратив ее потомство в опаснейших созданий Дисгардиума.

Награда: яйцо болотного иглокола.

Яйцо болотного иглокола

Эпическое

Персональный предмет.

Питомец.

Болотные иглоколы — измененные прорвавшимся дыханием Бездны гигантские болотные мухи.

Мутация дала рождение новому виду — агрессивному, безжалостному и безмерно преданному Гнезду. Ваш питомец — один из пяти последних из вида. Его родительское Гнездо разорено, а потому он будет привязан только вам.

До вылупления: 0/1000 очков опыта.

Скиф, определите процент выделяемых питомцу очков опыта.

Сейчас: 0%.

Разблокировано достижение «Пришел, увидел, победил — 2»!

Вы получили очередное достижение категории «Первое убийство» с первой же попытки! Видимо, боги Дисгардиума не только благоволят вам, но и выделяют из массы других героев!

Награда: +10% постоянного бонуса к следующим второстепенным характеристикам: скорость передвижения, меткость, шанс уклонения, шанс критического урона, бонус к силе заклинаний и их урону, дистанционный урон.

— Фу, мерзкий иглокол! — фыркнула Тисса, ознакомившись с наградой за достижение. — Не буду его вылуплять!

— Не торопись с выводами, подруга, — заметил Краулер. — Личный боевой пет! Только представь…

— А вдруг он милаха? — предположил Бомбовоз. — Лично я вгоню в него сто процентов опыта, лишь бы скорее вылупился! Его же еще потом качать надо будет!

Я же смахнул предложение настроить очки опыта для питомца, решив заняться этим позже. Все поле зрения, выделенное мною под уведомления, и без того засыпало окнами.

Задание руководителя лагеря охотников Гэрра Альта выполнено.

Вам удалось убить Чаф, Матку болотных иглоколов, и разорить ее гнездо. Неизвестно, возродится ли она, но на время жители округи получили передышку.

Сообщите руководителю лагеря охотников Гэрру Альту о своих успехах, чтобы получить награду.

Получены очки опыта за прохождение подземелья «Гнездо болотных иглоколов»: 200.

Очки опыта на текущем уровне (15): 250/14400.

Слава герою!

Желаете обнародовать свое имя? Это даст +150 очков к репутации с городом Тристадом и +10 очков к известности.

— От Славы отказываемся, — предложил я. — Окей?

— Однозначно, — поддержал меня Краулер. — Нафиг нам такая слава…

Глобальное уведомление по всей песочнице!

Игроки, пожелавшие остаться неизвестными, совершили в локации «Гнездо болотных иглоколов», что близ Болотины, первое убийство финального босса Чаф, Матки болотных иглоколов! Жители

и гости Тристада! Приветствуйте игроков, пожелавших остаться неизвестными! Слава героям!

Слава игрокам, пожелавшим остаться неизвестными!

К этому моменту все расселись кружочком, копаясь в интерфейсе и распределяя очки характеристик.

У меня начала отставать выносливость, и я все пять очков добавил к ней. Активное использование лука повысило навык и Быстрый выстрел еще на единицу — и то и другое выросло до шестого уровня. Настало время заглянуть к наставнику Конраду за новыми приемами.

Я закинул ссылку на «Пришел, увидел, победил — 2» в клановый чат. Они все еще не подозревали, что для меня это уже второе подобное достижение.

— Зацените, как вам? — поинтересовался у ребят.

— Нифига себе! — воскликнул Бомбовоз. — Некисло!

— Крутяк! Это же второе? Надеюсь, и мы его получим когда-нибудь! — загорелся Краулер. — За что дали первое? За Крушителя?

— За «Зло из глубин». Только мне дали сто очков. Ни за Крушителя, ни за Мок’Риссу ничего подобного не получал, за них только «Первое убийство».

— Логично, — сказала Тисса. — Это, похоже, дается только за инсты. Они намного сложнее, чем рарники.

— Да, ачивка дается только за первый бой, — подтвердил Инфект. — Я раньше слышал про нее, получить можно только за «Первое убийство» в первом же бою с финальным боссом. Кто-то из друзей старшего брата брал — дали пятьдесят свободно распределяемых очков. Ему тогда повезло: из основного статика выбыл дамагер, и знакомого взяли на его место.

— А нам дали по семьдесят пять, а не пятьдесят, — задумалась Тисса. — А Скифу вообще сто!

— Хм… — Эд почесал затылок. — Наверное, потому что он тогда совсем маленький был относительно босса. Как и мы сейчас, но у нас разница в уровнях меньше. Эти награды за ачивки просчитываются ИскИном динамично, и, возможно, он решил, что Скиф заслужил удвоение награды.

Ну а нам дал в полтора раза больше.

— Кстати, о наградах! — Бомбовоз рывком поднялся и направился к трупу босса. Сунув руку в лут, он прокричал: — Проверьте в сумках, особенно ты, Скиф!

Я заглянул в рюкзак, и увидел, что заняты все три доступные ячейки. Там лежали Камень возрождения, Яйцо болотного иглокола и квестовый предмет Засохшее жало Чаф. В чате появилось сообщение о выпавшем луте:

Пелерина из шкуры Чаф

Эпическое

Плащ.

Броня: 5

С некоторой вероятностью может полностью отразить урон, нанесенный в спину.

+14 к интеллекту.

+14 к выносливости.

+18% бонус к силе заклинаний.

+3% к шансу критического урона.

Прочность: 200 / 200.

Требуется уровень: 20.

Цена продажи: 9 золотых монет, 45 серебряных монет.

Шанс потерять после смерти снижен на 90%.

— Больше ничего? — с тайной надеждой поинтересовался Инфект.

— Не-а, это все, — ответил Бомбовоз.

— Опять эпическая тряпка! — горестно высказал Инфект. — И опять Тиссе?

— Я бы не отказался взамен моего... Того эпика, что из меня выбила «Аксиома», — пробурчал Краулер. — Но важнее усилить хила! С уроном у нас, как я уже говорил, все в порядке!

— Эд… Может тебе? — засомневалась девушка.

— Он прав, — настал мой черед поддержать Краулера в его нелегком решении. — Шмоток мы еще набьем, урона хватает, а вот сильный хил нам нужен уже сейчас. Особенно на Арене.

— Согласен, — встрял Ханг. — Усиление эффективности лечения на восемнадцать процентов даст нам больше, чем усиление урона Краулера. Тисса, принимай…

Из инстанса мы портанулись напрямую в лагерь охотников. Громыхнувшее глобальное уведомление могло привлечь интерес, и терять очки славы за просто так не хотелось.

Когда мы выложили Засохшие жала Чаф перед Гэрром Альтом, он не сразу пришел в себя.

Ошарашенно изучая конечности, долго их изучал, обнюхивал, качал головой, а потом удовлетворенно кивнул и молча поманил за собой.

Охотник остановился у сундука, открыл его и бросил туда все жала. Пришло сообщение о выполненном квесте, о подросшей репутации с фракцией и городом, о трех тысячах очков опыта — Инфект после этого, кстати, догнал остальных и стал тринадцатого уровня, — а потом появилась и материальная награда.

— Вы — настоящие герои! — заявил Гэрр Альт. — Подумайте о карьере в нашей гильдии, молодые люди! Ваша отвага и умение находить выход из самых сложных ситуаций, ваше непримиримое желание служить на благо общества и бороться с опасными монстрами — все это получит достойную оценку. Я сегодня же вышлю в Дарант мои самые лучшие рекомендации каждому из вас! Будете там или в любом другом нашем лагере, коих по всему миру десятки, обращайтесь к моим коллегам, не раздумывая!

Закончив говорить, он выдал нам мешочки с золотом, а следом поочередно вытащил по одному классовому редкому предмету из комплекта «Охотник на монстров». Каждый из нас получил сапоги — я кольчужные, Бомбовоз — латные.

Инфект — кожаные, а маги — тканевые. Тиссе достались атласные, а Краулеру — шелковые. Предметы были на двадцатый уровень, и я свои сапоги отдал на хранение Бомбовозу.

Покрутив свои. Эд недовольно бросил их в сумку и в сердцах сердито заявил:

— Я в этом ходить не буду!

И лягушки квакали как-то иначе, и цапли жалобно подвывали совершенно не по-птичьи. Но все равно, удивительно было встречать нормальных нейтральных зверей и птиц, не обезображенных

извращенным воображением гейм-дизайнеров и не стремящихся вгрызться в твое тело. Я даже заметил настоящего белого аиста двадцатого уровня, и его метка тоже была нейтральной — такой не

нападет, если только не придется защищаться.

За пару часов до этого я снова использовал услугу «Туда и обратно», телепортировавшись случайным образом в Мраколесье, а оттуда Краулер вернул меня назад, к лагерю охотников. Навык Глубинной телепортации наконец-то подрос, и у меня появилась возможность выбрать две точки назначения из всех доступных. Этим вероятность попасть не туда, куда нужно, снизилась вполовину, а там, как когда-то писала мне Тисса, как повезет.

Мы продирались сквозь заросли камыша и осоки и двигались зигзагами — от пака к паку, которых я агрил выстрелами из лука.

Так мы забрели в самую глубь Болотины, употребив Зелья хождения по воде. Под ногами хлюпала застойная топь, поверхность которой застлало ряской, но ног мы не намочили — зелье работало

исправно.

— Здесь точно никого не встретим, — задыхаясь на бегу, сообщил Инфект. — Чисто на километры вокруг.

— Согласен, — поддержал друга Бомбовоз, замыкающий группу. — Сюда и хайлевелы не дойдут…

В сгущающейся тьме я увидел вдали знакомый островок, окаймленный редкими зарослями рогоза и тростника.

— Впереди суша, примем мобов там! — обернувшись, прокричал я.

За спиной мы оставили горы вражеских трупов, подняв всем бывшим «дементорам» по уровню, но главное нас ожидало впереди. Хотя, это как посмотреть. Для нас, взмыленных и бегущих на крохах

бодрости, пополняемой эликсирами, оно в прямом смысле было позади — наступало на пятки, грызло и впивалось в них, по мере возможности.

Уже через пяток километров от лагеря охотников агро встреченных паков начало работать по тому же принципу, что и у многоножек в Куцем Вражеке. Стараясь отойти подальше, мы собрали длиннющую стаю преследователей всяческой болотной живности: чрезвычайно агрессивных и шустрых двуногих Трясинных ящеров, плюющих ядом Камуфляжных жаб, крайне навязчивых Кислотных дракончиков.

Под ногами вились в мутной жиже Пиявки-бурдюки, уже известные мне Болотные голованы и светящиеся синим магические Шары-удильщики.

Добежав до маленького и единственного в округе островка суши с небольшим пригорком в середине, мы взобрались туда. Я остался чуть ниже, на откосе, чтобы перехватывать всех беснующихся тварей.

На сотню метров вперед бурлила живая река приближающихся монстров, и я переживал только за то, что под этой кишащей массой просто не смогу затащить все агро на себя. Проклятие нежити

поглощало урон, наплевав на биологию и анатомию, но соблюдало физические законы — если меня придавит парой тонн мобов, меня... прижмёт. Работать я смогу только боевыми приемами — этим законы физики до зелёного фонаря.

Так и вышло. Я успел выпустить с десяток стрел, прежде чем догоняющий мега-пак мобов добрался до меня. Первыми один за другим прыгнули Трясинные ящеры — этакие велоцирапторы человеку по бедро. С расстояния в десять-пятнадцать шагов они взмывали в воздух и летели нижними лапами вперед, готовые раздирать длинными крепкими когтями любого в багровые ошметки. Инерция скачка рептилий сбила меня с ног, и прежде чем я порешил первых, накрыло другими. Захлюпали плевки Камуфляжных жаб, с резким струящимся звучанием дракончики обдали мою гниющую тушку своим кислотным дыханием.

Серией разящих ударов я пробил пространство над собой, каким-то чудом лежа (!) совершил Оглушающий пинок и поднялся на ноги. Фреймы ребят отображались в цвете, но всматриваться и

оглядываться значило терять время, так что я продолжил биться.

Первыми ушли на перерождение ящеры. Они атаковали в ближнем бою, а потому вначале я бился только с ними. Подводные твари на берег вылезти не могли, как бы ни старались; жабы и дракончики расстреливали меня с дистанции, и тогда я, свернув Молотом вытянутую зубастую морду последнего динозавра, поднял лук.

Правда, зона видимости сократилась из-за парящей вокруг кислотной взвеси, а сам я был с головы до ног захаркан тупыми жабами. Эти все ждали, когда я двину коня и переварюсь, чтобы приступить к пиршеству, и будь у них мозги, давно б сообразили, что ужин отменяется.

— Скиф, помоги! — сквозь заглушающую все другие звуки какофонию плевков и кислотного дыхания я услышал визг Тиссы.

Выпустил наведенную стрелу в уже готовую плюнуть беззубую пасть глупой жабы и обернулся.

Несколько ящеров, не сумев добраться до меня, перекинулись на Бомбовоза. Тот уже держался на соплях, хотя Тисса вливалась в него хилом по полной. Воин, заслонившись щитом, обрушивал меч на ближайшую цель, но сомневаюсь, что удары наносили хотя бы полсотни урона. Рядышком валялись трупы Инфекта и Краулера.

В следующее мгновение я уже прыжками бежал к ребятам, но близко подступать не стал, чтобы не затащить к ним еще и безумствующую орду любителей поплевать отравой и кислотой. Вытащив лук и не жалея чумной энергии, я снял с Бомбовоза особо ретивого ящера, потом еще двух, а последнего, подранив, оставил им развлекаться и качать навыки. Двадцатый уровень моба поможет Бомбовозу хорошо прокачать навыки танка, а Тиссе — атакующую магию света.

А потом я устроил самый форменный тир. Перестрелял дракончиков для начала, чтобы убрать, наконец, досаждающее туманное марево кислотных испарений. Кинул взгляд назад и убедился, что Тисса, воспользовавшись выходом из режима боя, подняла на ноги Эда с Маликом. Потом занялся жабами.

Когда на суше не осталось ни одного моба, у всех соклановцев уровень вырос до пятнадцатого, а я вплотную приблизился к семнадцатому.

— Закончим на сегодня? — спросил Краулер, пока остальные в три руки собирали лут.

— Нет. Смотри туда, — я показал на то место в воде, где сконцентрировались болотные твари.

Там, и на глубине и у поверхности, бесновались пиявки, голованы и удильщики, и от последних из слоя воды исходил рассеянный синий свет.

— В среднем двадцатый левел. Их тоже можно перестрелять.

Эд задумался. Что-то прикинув, он предложил:

— Не слишком быстрый прогресс? Может, отложим на завтрашний день?

— Не думал, что когда-нибудь добровольно откажусь от халявного уровня, но я согласен с Краулером, — заметил Ханг. — До Арены без малого три недели, скорость прокачки в Болотине нам теперь хорошо известна, и она, конечно, более чем впечатляет...

— Ха! Впечатляет? Да она самая читерская из всех самых читерских прокачек в топе читерских прокачек! — воскликнул Инфект. — Два уровня за три часа! Даже с учетом того, что темп будет падать, через неделю мы все будем выше двадцатого! Ю-ху!

— Скиф, — окликнул меня Бомбовоз. — Тут, кстати, дофига кулинарных ингредиентов. Я скину тебе названия, а ты бы посмотрел, что с этим можно сделать. Если что, рецепты можно будет прикупить на ауке.

— Ага, кидай. Только тех гадов, что у берега, я все-таки перестреляю. А потом познакомлю вас кое с кем...

Здраво размыслив, мы съели по последней порции Запеченной крысиной требухи нежити, подняв скорость развития навыков на тысячу процентов. Лучшей ситуации для использования этой еды с часовым эффектом не придумать.

— Ну что, голованчики, пиявки и шарики! На мертвечинку налетай! — я сунул носок в болото и взбаламутил жижу.

В следующую секунду вода у берега заклокотала, а пару присосавшихся к сапогу пиявок мне пришлось сносить Молотом — я чуть не запаниковал, представив, что меня сейчас снова утащат в трясину.

А дальше начался отстрел. Мой навык стрельбы из лука достиг десятого уровня, и я мечтал, что у наставника Конрада окажется что-нибудь, бьющее по территории: какие-нибудь взрывающиеся стрелы — как раз для таких ситуаций.

Выстреливать гадов по одному стало занятием долгим и муторным, но важным. И не только потому, что я прокачивал себя и ребят. Этим я подпитывал поблескивающую в свете звезд  маленькую лужицу протоплазмы. В таком виде показывать великого Бегемота ребятам — курам на смех.

Закончив с разбором и сортировкой лута — выпало с полдесятка зелени, редкие кожаные штаны на Инфекта и просто гора кулинарных и алхимических ингредиентов, — парни и Тисса помогали мне, чем могли.

Эд с Тиссой кипятили воду файрболами и лучами света, Малик пытался исчерпать свой бесконечный запас метательных ножей, а Ханг лениво постреливал из арбалета. Их боевые навыки не упали после отката к десятым уровням, но возможности вот так долго и безопасно качать их на высокоуровневых мобах не было, а потому они нашли, что прокачать.

Времени на это ушло очень много. Часы уже давно перевалили за полночь и уверенно приближались к двум, когда последний мерцающий источник света в толще грязной мутной воды погас.

Я сделал восемнадцатый, а соклановцы — шестнадцатый. До следующего уровня им не хватило чутьчуть. Краулер — так точно бы взял, если б не умер в начале, потеряв опыт.

— Хорошо, что они водятся только в этой части Болотины, — заметил он. — Иначе бы все рейнджи так качались.

— Залутаем? — справился Бомбовоз, указав пальцем в место бойни.

— Нет, спасибо, — отказался я. — Там глубина метров двадцать. Я туда не полезу.

— Эх, жаль... — вздохнул Инфект. — Вдруг там эпик? Блин, я же теперь спать не смогу, представляя, что там могло быть!

— Не унывайте, пацаны, — сказал я. — Особенно ты, Малик. На выходных зайдем в «Улей сарантаподов», налутаем эпиков…

— Как? — закричал Краулер.

Заинтригованные, ребята загомонили и облепили меня не хуже Трясинных ящеров, но совсем близко подходить не стали. Причину этого звучил Бомбовоз.

— Скиф, ты бы снял с себя... У тебя уже вон, ребра видно и мясо отваливается, — зажав нос, прогундел Бомбовоз.

Принюхавшись, я поморщился и едва сдержал рвотные позывы — от меня несло сладковатотошнотворным запахом гниющей плоти. Деактивировав проклятие нежити, стряхнул с себя омертвевшие куски тела и, ухмыляясь, наблюдал, с каким неподдельным интересом ребята смотрят, как на мне все заживает. Первой в себя пришла Тисса:

— Алекс! Платить штуку этому жирному ублюдку? Пошел он!

— Ну, может, и заплатим, в нашем случае это точно окупится, — заявил я. — Но есть у меня еще одна идейка. Там кое-что надо будет проверить, и если сработает, платить не придется, как и прорываться с боем.

— Расскажешь? — девушка наглядно показала, что в своем любопытстве на голову опережает всех остальных.

— Обязательно. Но не сейчас. Сейчас… — Я сделал несколько шагов в сторону лужицы, обернулся и позвал за собой. — Идемте. Я хочу вам кое-кого показать…

«Приветствую, инициал! Кого ты привел? — поинтересовался голос в голове. — Союзники?»

«Именно, Спящий, — ответил я. — Проявишься? Надо впечатлить, так что не жалей   воображения!»

Лужа пошла кругами, но заметил это только я. Ребята пока не обращали на нее внимания, и это было на руку. Пусть явление великого и могучего Бегемота станет неожиданным...

В полной тишине в небо ударил широкий смоляной столб мглы с серебристыми завихрениями. Отпрянул даже я, так это внезапно случилось. А через три биения сердца мгла собралась в исполинскую фигуру бога, а нас просто разметало на несколько метров вокруг.

—   Дракон! — прошептал Краулер.

Он попытался подняться, но что-то его удержало.

—   Ангел! — восхищенно произнесла Тисса.

—   Иблис! — возопил Инфект.

Самым оригинальным стал Бомбовоз: «Твою мать! Это еще что за херня?»

Я же видел все того же кошмарного монстра с кучей пышущих паром зубастых отверстий и хоботов по телу, только ростом раз в пять выше, чем при нашей первой встрече. Ни драконом, ни ангелом назвать его у меня бы язык не повернулся, но я уже понял, что Бегемот создал индивидуальную проекцию своей аватары в разумах всех присутствующих.

—   Знакомьтесь, народ. Перед вами Спящий бог Бегемот.

Никто мне не ответил. Похоже, Бегемот забрался в голову каждому и мысленно беседовал лично.

—   Не могу их принять в твои последователи, Спящий, — пожаловался я. — Набрал кобольдов-отщепенцев, теперь места нет.

—   Это не имеет значения, — ответило божество. — Спящим одинаково дороги все последователи. И рабы и императоры. Важно, что твои единомышленники верны тебе. Ты больше не один, это главное. Ты же помнишь? В единстве — сила!

—   Помню. Спящий. Что будет, если кто-то из последователей погибнет? Остальные потеряют часть силы Единства?

—   Никаких потерь. Если последователь ушел на перерождение, веруя в Спящих, его вера продолжит крепить силу Единства. А сейчас пора прощаться... Слишком много энергии уходит на поддержание пяти различных аватар. Продолжай развиваться сам, помогай друзьям и никогда не отказывайся от новых. Даже если они раньше были тебе врагами. До встречи, инициал...

Голос угас, а фигура бога растаяла в воздухе. Застывшие и сосредоточенные лица одноклассников потихоньку оживали.

—   Но как? — вдруг проронил Краулер. — Я буду стараться, но...

—   Что. Это. Было? — отчетливо выговаривая слова, спросила Тисса.

—   Спящий бог. я же говорил, — отозвался я. — Что он вам сказал?

—   Лично мне он сказал, что моя судьба переплетена с судьбой Скифа, и чтобы я относился к нему, как к брату. — сообщил Инфект. — Будто мне своих братьев мало!

В большой арабской семье Инфекта числилось столько родственников, что количеству его братьев и сестер разной степени близости мы всегда завидовали.

Тем более, их не делили на двоюродных, троюродных и еще каких-нибудь — все были братьями и сестрами. А также дядями и тетями, даже если ты седьмая вода на киселе.

—   Становиться еще одним братом Малика я даже врагу не пожелаю, — пробасил Бомбовоз. — Мне он говорил примерно то же самое. Судьбы, жизни, будущее, сила, единство... Короче, придется с тобой общаться и после песочницы, Шеппард! И никуда ты от меня уже не денешься — бог приказал!

—   Вы хоть поняли, что видели разные проекции? — поинтересовался я. — Его истинное обличье мы не узнаем, пока не посвятим ему храм...

Четверть часа мы увлеченно обсуждали, кто и что видел, о чем говорил о Спящим, а потом кто-то зевнул, и это заразило всех. Громче всех, с рычанием и всхрапыванием, зевал Ханг.

—   Расходимся. Как насчет того, чтобы сделать завтра двадцатый уровень? — улыбаясь, предложил я.

—   Я тут подумал... — ответил Эд. — За уровни к Арене я теперь спокоен. Со шмотками тоже проблем не вижу — нафармим, а чего не хватит, докупим на аукционе. В крайнем случае продадим легендарку...

—   Эй! — запротестовал Бомбовоз.

—   Я сказал «в крайнем случае»! Короче. Давайте завтра займемся отработкой тактики. Только полезем не на нашу Арену, чтобы не палиться, а на Поля боя. Туда идет призыв со всего Диса. так что у нас будет возможность спокойно обкататься РХ/Р-тимплей в самых разных ситуациях.

—   А куда? — подал голос Инфект.

—   Чтобы не толпиться, предлагаю погонять десять на десять, — сказал Краулер. — Как насчет «Захвата флага», народ? Алекс?

—   Хорошо, — кивнул я. — Только при одном условии...

—   Каком? — насторожился Краулер.

—   Завтра в школе Малик на глазах всего класса исполнит такой же дурацкий танец, как сегодня — сначала в данже, а потом, обретя новые штаны. Если он синьке до такой степени радовался, боюсь, ничего лучше выдавать ему нельзя. Покалечится.

Глава 25. Поле боя

Класс по здоровью был обязательным, а посему мисс Калинович или попросту Лену, как она просила себя называть, знал каждый старшеклассник нашей школы. И неистово ею восхищался.

Не только потому, что именно от нее, по предположению директората, мы узнавали детали интимной жизни, но и потому, что длинноногая стройная Лена была сногсшибательно красива. Злые (как правило, девчачьи) языки твердили, что внешность учительницы — результат комплексной пластики, но даже если так, никто из нас не видел в этом ничего худого. В общем, наверное, поэтому мы хорошо учились в ее классе, и мне очень запомнилась одна фраза.

Сон — важная составляющая развития и восстановления организма, так нам рассказывала мисс Калинович. Во сне мы растем, во сне обновляются клетки, а мозг стирает неважную информацию, структурирует оставшуюся и дефрагментирует содержимое. Последствия последнего мы видим в своих грезах, кои мисс Калинович назвала отражением действительности.

Вот только для меня там отражалась не действительность, а виртуальность. И мозг, видимо, выдавал то, что собирался стирать: иглоколов, личинок в теле, их движение под кожей... Кошмар с разрывом грудной клетки напомнил VR-ремейк старого фильма о Чужих. Проснувшись под утро, я долго себя ощупывал, чтобы убедиться в том, что это был только сон.

У кровати встрепенулся Эйты. Котопес почувствовал мое настроение и лизнул ладонь. Я потрепал его за ухом и, не убирая руку с лобастой морды, снова провалился в сон.

Через мгновение меня снова разбудили — вначале будильник, затем, когда я его отключил и снова уснул, мама.

За завтраком я клевал носом. Мама заявила, что нарочно заходила проверить, когда я лег спать, и осталась чертовски недовольна тем, что в два часа ночи моя постель пустовала, зато вирткапсула была полна интрагеля. И если продолжится в том же духе, сказала она, то... мама много чего сказала, но смысл свелся к тому, что все будет скверно. Папа ее поддержал.

В дороге я поставил флаер на автопилот, чтобы вздремнуть. В школе попытался урвать хоть немного сна на переменах, и даже танцующий на руках Малик не сумел меня оживить. Честно говоря, все соклановцы были примерно в таком же состоянии, а потому мое предложение встретиться в Дисе не сразу после школы, а ближе к вечеру, чтобы поспать днем, нашло живейший отклик и понимание.

— Мы сейчас не «Пробужденные», а почти спящие, — скаламбурил Бомбовоз, широким зевком сворачивая челюсть.

На одной из перемен ко мне неожиданно приблизилась Ева. Даже в далекой от фривольности школьной форме она выглядела убойно — Тим, проходящий мимо, не смог отвести глаз и врезался в директора школы.

Ева никак не реагировала на такой повышенный интерес — то ли привыкла, то ли не замечала. Вообще, повела она себя намного увереннее, чем раньше, и это выразилось в прямом — без всяких вступлений — вопросе:

— Привет, Алекс! Скоро новогодний бал. Пойдешь со мной?

— Э... Бал?

Мысли заметались: а когда там Новый год? какое число? идти на бал или не терять время? с Евой? или с Тиссой?

Видимо, это не ускользнуло от внимания Евы, и озвучивать ответ не понадобилось.

— Понятно, — кивнула она. — Окей.

О’Салливан упорхнула к группе ожидавших ее девчонок, что-то им сказала, и те заулыбались, одаривая меня взглядами, полными презрения. Мелькнула мысль, что Ева становится популярной. Я вспомнил, как нерешительно она предлагала посмотреть вместе материалы Марсианской экспедиции чуть больше месяца назад... Мы оба с того времени изменились.

По домам спящие-пробужденные летели в одном флаере. Парни рассказывали о Полях боя и объясняли, что это нечто совсем другое, нежели привычные для меня бои против мобов.

— Очень важно знать способности классов, против которых сражаешься, — добавил Бомбовоз. — Но сколько ни учи, пока не проведешь сотню боев против того же друида или шамана, не сообразишь, чего и когда от него ждать. Поэтому внимательно слушай команды Эда.

В который раз посетовав на дороговизну амулетов связи, он вдруг посерьезнел:

— На Арене без связи делать нечего. На пять амулетов нам нужно пятьдесят тысяч, не меньше. Если не успеем нафармить, давайте продавать кольцо.

Дома, пообедав с родителями, я свалился в кровать и отдал голосовую команду домашнему помощнику. Многие их персонифицировали, давая внешность, имена и голоса знакомых или кинозвезд. У Эда, например, домом управлял виртуальный образ его погибшей мамы, а сказки сестренке рассказывались голосом отца. Но мои родители оставили стандартные настройки и бесполое имя «О».

— О, ночной режим.

Окна потемнели, потеряв прозрачность. Помощник установил в комнате комфортную температуру, а кровать перестроилась в спящий режим — разложилась и выдвинула подушки.

— О, режим сна. Разбуди в шесть...

***

Аванпост войск Содружества размещался на рубеже Окрестностей Тристада и речных земель мурлоков. Вольному Тристаду они не подчинялись, но обозначали присутствие — только там находился стационарный портал, откуда, в случае угрозы, хлынут передовые отряды армии.

Чтобы попасть туда, мы телепортировались на Загоранскую запруду, где Бомбовоз снова не смог выловить Золотую рыбку, а оттуда через те же грибные места — Воющий склеп и Виноградники Пакстона — добрались пешком до аванпоста. Маунт не выпал, а лепрекона на месте не оказалось.

Заворачивали и к Улью сарантаподов, чтобы посмотреть и оценить обстановку. У портала в подземелье крутилась группа «Аксиомы». Мы их заметили издали, но подходить не стали.

— Может, расскажешь, Алекс? — попросила Тисса. — Как мы туда попадем?

— Меньше знаешь — лучше спишь, Мелисса, — ответил я.

Я ее не дразнил, как и остальных, просто сам был не уверен в своей идее, а проверить пока не доходили руки.

До аванпоста добрались без приключений. Одноклассники, поняв, как быстро и просто теперь можно качаться, перестали агрить каждую мелочь ради капли опыта, и весь путь от пруда до цели занял около часа.

Аванпост спланировали со знанием дела и применением природных укреплений. С высокой каменной башни нас окликнул караульный:

— Кто, откуда и с какой целью? — лениво пережевывая травинку, осведомился он.

Угрозы в нас он не видел — кто мы против его пятидесятого уровня?

— Гости Тристада, хотим потренироваться на Поле боя, — ответил я.

— Заходите.

Ворота между выдающейся башней и высокой скалой отворились.

Капитана войск Содружества Николаса Гумилевского мы нашли на втором этаже сторожевой башни.

Бравый вояка с несколько отекшим лицом, сливообразным носом и довольно резкими морщинами под глазами выглядел уставшим, но взбодрился, услышав о цели нашего визита:

— Отрадно видеть, что не перевелись воины в Тристаде! Первые добровольцы за сегодня!

Парни уже рассказывали, что в песочницах Поля боя большой популярностью не пользуются, слишком много беготни и куча затрачиваемого времени за бесполезные Знаки доблести. Их выдавали по одному за участие, по три за победу и еще три самому ценному игроку сражения. Еще можно снять знак с поверженного врага. Ни тебе очков опыта, ни лута, только крохи крох очков репутации с фракциями Содружества. По крайней мере, на тренировочных полях. На реальных, конечно, плюшки куда ценнее, вплоть до эпических гладиаторских сетов — специально заточенных на PVP комплектов экипировки. Что уж говорить про транслируемые на весь мир бои высшей лиги Полей боя — за ними наблюдало не меньше народа, чем за чемпионатом мира по футболу.

В песочницах же бесполезными Знаки доблести считались, потому что приобрести на них можно было только временные усиления, а использовать их разрешалось лишь на Полях боя.

Так что записывались в основном ради фана. Или, очень редко, ради тренировок тимплея — особенно те, кто спал и видел себя будущей звездой баттлграундов.

— Выберете случайное Поле боя или какое-то конкретное? — спросил Гумилевский.

— Лишерская низина, сэр! — браво гаркнул Бомбовоз, щелкнув подошвами латных сапог. — Желаем отработать взаимодействие и тактику малых групп, сэр! Во благо Содружества! Сэр!

От такого рвения капитан восторженно выпучил глаза, цокнул языком и, сняв шлем и вытерев со лба пот, похлопал Ханга по плечу.

— Вольно, боец! Отличный выбор! — одобрил Гумилевский. — Правила боя этой тренировочной зоны известны?

— Так точно, сэр!

— Молодцы! Но я все равно обязан вам о них рассказать. Буду краток: две команды по десять человек, каждая владеет базой — небольшим укреплением, в недрах которого сокрыт флаг. У красных, значится, красный, а у синих, стало быть, синий. Прошу обратить внимание на карту, — из кучи свитков капитан безошибочно выудил нужный и дальше указывал пальцем. — От базы до базы — километр. По ширине Поле ограничено горами. Ровно посередине пролегла река. Боевая задача: выкрасть флаг противника и донести его до своей базы. Если при этом собственный флаг находится на месте, команде засчитывается очко. Вражеский флаг возвращается на базу. То же самое происходит, если убивают того, кто его несет. Боевая задача понятна?

— Сэр! Так точно, сэр!

— Все желают принять участие? — уточнил Гумилевский.

— Мы хотим зарегистрироваться всей группой, — ответил я.

— Похвально, — кивнул капитан. — Лидер группы должен подтвердить регистрацию...

Он достал механический шар, подсвеченный изнутри, и покрутил его половинки. При каждом вращении шар менял цвет, и на лиловом Гумилевский остановился. После чего установил артефакт в подножие портального круга.

Проход открылся.

— Удачи, бойцы! — пожелал капитан. — Не посрамите честь Тристада! И пусть земля горит под ногами ваших противников!

***

Локация «Лишерская низина» на севере Безымянных гор относилась к тренировочным: в ее боях принимали участие только представители светлых фракций.

По всему Дисгардиуму во множестве располагалось множество Полей боя, но до тридцатого уровня доступ к реальным баталиям, где награды выдавались на порядок весомее, разрабы закрыли, а игроки песочниц, ясный перец, до тридцатого не успевали развиться. Собственно, потому и участниками тренировочных Полей боя были только люди — в песочницах других рас нет.

Пройдя через портал первым, я очутился в большом зале с сырыми каменными стенами. У задней по центру возвышался постамент с синим флагом. Там же крутились несколько игроков, но сначала мое внимание привлекли огромные буквы текста сообщения:

С прибытием на Поле боя, новичок!

Скиф, ваша группа прикреплена к синей команде.

Состав синих:

Мойлорд-Питерборо, человек, паладин 19 уровня, клан «Сыны анархии»

Карамба-Питерборо, человек, гренадер 19 уровня, клан «Сыны анархии»

Диггерша-Ансан, человек, головорез 19 уровня

Морти-Вильреаль, человек, охотник 18 уровня, клан «Задница Денизы Ле Бон»

Виталик-Любеч, человек, воин 18 уровня, клан «Виталик»

Скиф-Тристад, человек, лучник 18 уровня, клан «Пробужденные»

Краулер-Тристад, человек, маг огня 16 уровня, клан «Пробужденные»

Тисса-Тристад, человек, маг света 16 уровня, клан «Пробужденные»

Инфект-Тристад, человек, вор 16 уровня, клан «Пробужденные»

Бомбовоз-Тристад, человек, воин 16 уровня, клан «Пробужденные»

До начала сражения: 02:07... 02:06... 02:05...

Основной вводный текст исчез, но цифры таймера остались. Две минуты до боя.

— Черт, дебаф! — шепнул Краулер. — С урезанным здоровьем мы тут много не навоюем...

В это время Мойлорд, коренастый сердитый паренек с двуручником за спиной, приблизился к нам.

Подняв забрало, он скользнул взглядом по нашим никам, нахмурился и сплюнул.

— Ну капец! — выругался он. — Что за непруха, то крабы с раками в команде, то вот теперь полсостава нубов! Эй ты! — он обратился ко мне. — Скиф, вы опыт на Полях боя имеете?

— Неа, в первый раз тут, — признался я.

Ну а что? Врать смысла не видел, все равно все обнаружится сразу же.

— Кхе-кхе, — откашлялся Краулер, привлекая внимание. — Мойлорд... бездна! Короче, Лорд, мы бывали на бэгэ[1] вообще и в этой низине в частности. На уровни не смотри, откатились.

— Ну-ну, — встряла в разговор Карамба, плечистая девушка с гномьей переносной пушкой на плече.

— Радует хоть, что группа слаженная. Ведь так?

— М… да, — неопределенно ответил я.

— Короче, времени нет, — резко сказал Мойлорд, — кто у вас тут типа опытный, слушай сюда: Держите подземный тоннель. Защищайте проход, если будут ломиться толпой, сразу сообщайте! Мы с Карамбой будем таскать флаги, остальные трое — Морти, Диггерша, Виталик — на вас защита флага. Верхний проход держать смысла нет: через него толпой не бегают, слишком узкий и долгий.

Там ползти надо, а с одним вы и втроем справитесь. Будут переть на главный — Скиф и его группа заходят им в спину, остальные встречают на базе. Все ясно?

— А чего это гренадерша за флагом будет бегать, не понял? — удивилась Диггерша. — У нее базука полцентнера весит, и скорость низкая. Я в стелсе могу проникнуть, пока...

Таймер начал отсчитывать последние секунды. Цифры увеличились, и бесстрастный женский голос озвучил обратный отсчет:

— Три! Два! Один! Бейтесь!

Бахнуло будто из пушки. Битва за флаги на Поле боя началась.

— Диггерша, тогда ты с нами, — переиграл Мойлорд. — Мы с Карамбой отвлечем защиту, ты лезь поверху. Отключишь из стелса...

— Не учи ученую! — эти слова раздались из воздуха, так как головорезка скрылась из виду, и о ее существовании напоминал только едва видимый только союзникам прозрачный силуэт.

Чертыхнувшись, Лорд побежал за Диггершей, а следом, гулко стуча тяжелыми сапогами, рванула и Карамба.

Охотник Морти воткнул в стену Факел обнаружения, после чего начал обкладывать флаг Морозными капканами, а потом, как паук, метнул «кошку», зацепился за крюк под потолком и пополз наверх.

Краулер, глядя на него, одобрительно кивнул:

— Включит Маскировку. Оттуда Замедляющими выстрелами будет тормозить тех, кого встретит воин. Ладно, за мной!

Краулер побежал к проему, и мы припустили за ним. Там нам открылся тусклый тоннель, ведущий вниз. Оттуда дохнуло теплым и затхлым.

Спустившись, мы — по колено в грязной воде — прошли его полностью и оказались за пределами нашей маленькой крепости. Вдали на фоне заходящего солнца виднелось такое же укрепление с

красными полотнами, развешенными по периметру. По краям Поля боя нависали неприступные вертикальные скалы.

— Этот Лорд сам нубас еще тот, — признал Эд. — И флаг они не возьмут. Обычно на захват идут большой группой, потому что обычно в защите не меньше пяти человек. А у противников все

девятнадцатого. В общем, не смотрим на результат, просто тренируемся биться против игроков.

— Как обычно? — из невидимости донесся голос Инфекта.

— Да, мы — как обычно. Скиф, ты по ситуации, но старайся фокусить ту же цель, что и Инфект. По откату врубай Оглушающий пинок, авось прокнет стан. А вообще, ты пока у нас как джокер, надо собрать больше статистики боев, чтобы делать выводы. Так, все готовы?

— Вижу пять целей, — доложил Инфект из инвиза. — Воин, шаман, маг, жрец и друид-сова. Бегут к главному входу. Встречаем?

— Нет, — ответил Краулер. — Рейд-лид сказал пасти тоннель. Пасем тоннель. Потом зайдем в спину.

Разве что... Инфект, иди за ними. Отпишешь, что там.

Всмотревшись, я увидел, как в центре бегущей группы противников расцвели огненные цветы взрывов. С дистанции по ним палила Карамба.

— Все, отстрелялась, теперь куча времени на перезарядку, — подметил Бомбовоз. — Сняла примерно по трети здоровья.

По фигурам атакующих пробежали волны целительного света, но они и не подумали останавливаться или отвечать на нападение гренадерши.

— Мы так и будем стоять? Эд, я не понимаю, — признался я. — Вот мы, вон — враг. Почему мы медлим?

— Потому что, если начнем заниматься самодеятельностью, точно проиграем, — наставительно ответил он. — А если кто-то не согласен с рейд-лидом, пусть и самоназначенным, — опротестовывать лидерство Лорда никто не стал, — надо было озвучивать свое несогласие до боя, а не во время. Все, Скиф, расслабься. Это просто тренировка.

А дальше стало не до разговоров. Начался штурм.

Враги ворвались в крепость через главный вход, вынесли и охотника Морти и воина Виталика, мимоходом выцепили из стелса Инфекта, захватили флаг и так же, через главный вход, побежали прочь. Мы перехватили их у входа и просто ничего не успели сделать. Наступательная группа с несущим флаг воином в считаные мгновения слила Краулера с Тиссой, застанила Бомбовоза и прихлопнула меня. И никакая Устойчивость с Каменной кожей не помогли. Меня замедлили, оглушили и врезали всей совокупной мощью пяти хайлевелов.

Вместе с остальными я в форме духа оказался на кладбище позади крепости и пятнадцать секунд ждал воскрешения. За это время противники хладнокровно отразили наскок Мойлорда, Карамбы и Диггерши, дотащили наш флаг до своей базы и повели в счете — 1:0.

При счете 3:0 Виталик взбунтовался и побежал за вражеским флагом вместе с Морти. Видя такой раздрай, Инфект в инвизе тоже бросился за злополучным стягом. Мы оставались на охране базы:

Тисса закатывала глаза при каждом сообщении в логах о смерти кого-то из команды, Краулер мрачно улыбался и не уставал повторять, что это просто тренировка, но, судя по нецензурно ругающемуся Бомбовозу, они были не в восторге. Проигрывать, тем более так бездарно, никому не хотелось.

Что касается меня, то я просто учился драться, не применяя читерские абилки. В этом сражении я осознал, насколько беззащитен против слаженной премейд-группы противников, где каждый знает, что делать.

У меня напрочь отсутствовали способности, снимающие контроль, а потому нечасто удавалось даже приблизиться к кому-либо, чтобы нанести удар. Меня вязали внезапно выползающими из-под земли корнями, заковывали в куб льда, отравляли замедляющим ядом, ослепляли, ошарашивали щитом — все мое первое Поле боя стало вереницей разнообразных смертей и постоянного пребывания то в стане, то в виде призрака на погосте. Причем с каждым разом откат возрождения увеличивался, и к концу боя я проводил призраком по три минуты.

Инфект с Краулером набили по паре фрагов, но это в свалке, когда они смогли просто добить кого-то.

Я сдерживался, как бы мне ни хотелось влить в очередной слабый выстрел из лука немного чумной энергии, злясь, что снова не могу шевельнуться, хотя при желании легко отправлю на кладбище издевающегося надо мной разбойника.

О да! В выражениях никто не стеснялся. Это была не песочница, и ненормативная лексика активно употреблялась обеими сторонами, но самые яростные проклятия как в наш адрес, так и в сторону противников, изрыгал Виталик. Благодаря встроенному переводчику, я постиг значение многих русских слов, но все они означали или половые органы, или акты, с ними связанные. Что удивительно, совершаемые в немыслимых — да вообще, нереальных физиологически! — позициях.

Окончательно психанув от тупизны Майлорда, Виталик обругал того падшей женщиной и гомосексуалистом одновременно, а Карамбу и Диггершу неострыми вагинами, совершенно утвердив меня в мысли, что русские дьявольски изобретательны, и дальше откровенно спамил в рейд-чат заковыристыми язвительными комментариями.

Издёвки противников, снимающих с моего трупа знак доблести, довели до исступления. В очередной раз возродившись, я разыскал и издалека пристрелил вражеского рогу, присовокупив к каждому выстрелу по сотне очков чумного урона.

Потом врезался в схватку Бомбовоза, вместе с Мойлордом отражавшего натиск врагов, и с одного чумного Комбо выпилил зловредного фрост-мага, а потом снял с Ханга вгрызающегося в него особенно дерзкого и недоброжелательного шамана с нашим флагом. Обнаглевший флагоносец даже не стал убегать, стараясь добить Бомбовоза, оставшегося с одним процентом жизни. Но у того сработало кольцо Отвага Свентовита, и воин выжил.

Видя локальные успехи, к нам примкнули остальные, и по итогу Инфекту удалось достать и донести до нашей базы неприятельский флаг. Так что первое Поле боя мы проиграли не всухую — 14:1.

До конца дня провели еще шесть боев. Слили все, но с каждым разом я чувствовал себя все уверенней, а проигрывали мы уже не так разгромно.

Тренировочный день и несколько зачисленных на баланс Знаков доблести можно было занести в актив.

***

Следующим утром я получил сообщение от Риты. Она напомнила, что к обеду собирается лететь в Гластонберри на рок-фестиваль и осторожно выразила надежду, что я отправлюсь с ней и Кряпотой.

Ответил, что я бы удовольствием, но не смогу — дела. «Жаль», — пришло в ответ.

За завтраком я заметил, как родители просматривают варианты жилья, в которое собираются разъехаться после развода. Это напомнило о реалиях и недалеком будущем, когда мы перестанем быть семьей. Настроение рухнуло так сильно, что «Домашний доктор» незамедлительно отреагировал, предложив вкатить дозу детских антидепрессантов. Я мысленно послал и его, и родителей в сумеречную зону, а сам залез в Дис. Ребята в игру пока не вошли.

В почтовом ящике меня ждали письма. Первое от организаторов кулинарного турнира. В конце приглашения стояла печать: магическое клеймо-портал в виде зажаренного окорока. От письма пахло умопомрачительно вкусно — запеченным мясом, свежим хлебом и жареным чесноком.

Воспользоваться порталом предстояло завтра, в воскресенье, в восемь вечера.

Во втором письме шеф-повар «Буйной фляги» Арно писал, что получил свое приглашение и надеется увидеться со мной на конкурсе. Ингредиенты надо приносить свои, но за приправы и специи можно не переживать — он все берет на себя.

Закончив с разбором почты, я решил чем-нибудь заняться. Глубинная телепортация отправила меня в Олтонские каменоломни, и я не стал упускать возможность пообщаться с Мэнни и Трикси.

Неграждане с раннего утра добывали руду, и когда карлик, поморщившись, вытер со лба пот, я вспомнил, что их капсулы передают боль и ощущения на сто процентов. При таких условиях даже едкий пот, попавший в глаза, вызывает дискомфорт.

— Нашел колечко, — похвастался Трикси, продемонстрировал палец с неказистым медным украшением. — Зеленое! Плюс два к силе дает!

— Да, подфартило мелкому, — завистливо проронил кто-то из бригады Мэнни.

Сам бригадир рассказал, что даже такое небольшое повышение основной характеристики прилично ускоряет процесс добычи. Их бодрость завязана на выносливость: безостановочно стучать киркой невозможно, всегда надо делать перерыв на восстановление. Повысившаяся сила позволит Трикси наносить меньше ударов за каждый кусок рудной породы.

От шахты я прогулялся в горы, чтобы познакомиться с местной живностью. Пострелял по местным Стервятникам-трупоедам и Скальным койотам, набрел на гнездо Одичавших гарпий — отвратительных, грязных и вонючих карикатурных женщин с большими крыльями, серповидными когтями и скрюченными неразвитыми ногами. Они были практически голые, но ничего привлекательного в этой наготе не усматривалось — все скрывал слой грязи. Лутом из них выпадали Перья одичавшей гарпии и медяки. Рюкзак не забивал, так как перья были грошовым ингредиентом алхимии и портняжного дела.

Поднятый уровень навыка стрельбы из лука напомнил мне о ребятах. Забеспокоившись, я вышел из Диса и позвонил Тиссе. Она не ответила, и тогда я стал звонить каждому. Не отвечал никто.

Наконец, вместо подруги ответил ее отец.

— Кто это? — строго спросил он, сверкнув такими же, как у дочери, глазами из-под кустистых бровей.

— Э... Мистер Шефер? Меня зовут Алекс Шеппард...

— Я знаю, что ты Шеппард, Алекс. Я умею пользоваться коммом, он высветил твои данные. Говори, что тебе нужно от моей дочери?

— Мы договаривались с ней и другими ребятами встретиться в «Дисгардиуме». Но ни она, ни остальные не отвечают. Что-то случилось?

— Мелисса заболела. У нее какая-то инфекционная лихорадка, но диагноз поставить не могут.

Непонятно даже, как передается эта болезнь. Ночью я отвез дочь в больницу, и сейчас она здесь.

— В какой вы больнице, мистер Шефер? Могу я ее навестить?

— Не можешь, — ответил он, чуть смягчившись. — Это инфекционное отделение, парень. Ты знаешь значение слова «инфекция»? Это может быть заразно.

— Знаю, мистер...

— Тогда ты должен понимать, что тебе здесь не место, — перебил меня он. — Если ты, конечно, не хочешь тоже слечь. Насколько я понимаю, ее придурочные друзья Родригез, Ли и тот смуглый арапчонок Малик тоже там. Сам их не видел, но общался с родными парней.

— Врачи не говорили, когда приблизительно можно будет с ними созвониться?

— Они в лечебных капсулах, Шеппард. Погружены в сон. Смотреть, конечно, будут по состоянию, но самое меньшее — двое суток им там придется провести. Будут наблюдать и отслеживать развитие инфекции. Мне пора. Будь здоров, парень.

Шефер отключился. Я некоторое время отрешенно смотрел на комм в руке, с которого мне улыбалась Тисса, посылая воздушный поцелуй.

Что с ними случилось? Почему они заболели, а я — нет? На всякий случай я воспользовался «Домашним доктором» и провел диагностику. Не считая плохого настроения, он не нашел ничего — никаких болезнетворных инфекций и вирусов. Разве что зарождающийся прыщик на лбу, который док тут же залечил.

Отправив ребятам сообщения с пожеланием поскорее поправляться, я задумался. Что делать дальше?

Качаться одному? За прошедшую неделю Дис засел в печенках. Я уже почти решил взяться за уроки, но вдруг вспомнил о Рите и рок-фестивале. От одной мысли о том, что собираюсь развлекаться, пока мои друзья больны и даже неясно насколько серьезно, я ощутил угрызения совести. Пока колебался, в комнату зашла мама:

— Сынок, ты не в капсуле? Поразительно! — делано удивилась она.

— Что-то случилось?

— Случилось, — согласилась мама. — Уведомление о результатах твоего последнего теста. Ты его чуть не провалил!

— Но не провалил же...

— Еще не хватало, чтобы провалил, Алекс! Ты так добьешься того, что тебя просто-напросто не допустят к гражданским тестам!

— Это вряд ли...

Я попробовал ее успокоить, сообщив, что как раз собираюсь посвятить выходные урокам, но она ответила нешаблонно:

— Тебе бы проветриться, сынок, — спокойно посоветовала она. — Школа да Дис! Успеешь еще пожить там, — мама кивнула в сторону капсулы. — Используй остатки детства на что-то другое.

Сходи в кино, слетай на пляж, покатайся в парке аттракционов... А хочешь, сгоняем на Луну? Все вместе — ты, я, папа?

— Когда, сегодня?

— М-м-м... Сегодня не получится, — она расстроилась. — И завтра тоже, но, может, на следующие выходные? Идет?

— Конечно, — я улыбнулся. — А на сегодня у меня тогда другие планы. Знакомая пригласила в Гластоберри на рок-фестиваль. С ночевкой. Я слетаю?

— Что за знакомая? — встрепенулась мама. — Мелисса?

— Нет, Рита. Ты ее не знаешь, она из другой школы...

Папа, незаметно подслушивавший наш разговор за дверью, загоготал. Мамины зрачки расширились, и с пару минут я ей объяснял, что с Ритой у нас ничего такого, просто я, кажется, ей нравлюсь, да и она вроде ничего, но мне нравится Тисса, а вообще, все сложно, в итоге и маму запутал, и сам запутался.

Сконфузившись, выпроводил родительницу из комнаты, а сам созвонился с Перевес. Как бы она ни пыталась скрыть радость, ей это не удалось. И не только ей. В кадр влезла стоявшая рядом Кряпота:

— Где тебя забрать? Мы залетим!

Блондинка выглядела отлично, разве что густо подведенные глаза видеть было непривычно. И только потом до меня дошло, что ни одну из собеседниц в реале я никогда не встречал.

— Да что вы все о Дисгардиуме да о Дисгардиуме, — капризно надув пухлые губки, сказала Кряпота, которую на самом деле звали Кариной.

Перелет сначала через континент, а потом через океан длился уже третий час. Оставалось немного, но почти весь путь заняли разговоры о Дисе. Мы летели втроем, а в другом флаере брат Риты, Крис, наслаждался уединением со своей девушкой Рейвен.

Личных тем пока избегали — может, потому что впервые встретились, и после игрового мира требовалось время на то, чтобы привыкнуть друг к другу.

Рита Вуд, кстати, в жизни оказалась стройнее, чем в игре. «Похудела», — смущенно пояснила она.

Вообще, в жизни обе подруги выглядели намного лучше. Подросли с момента первого сканирования в четырнадцать лет.

— Так что с Ульем? — спросил я. — Ты сказала, там что-то происходит. Они внезапно понизили ставку за вход?

— Не, там другое. Ты же знаешь Джей-Джея? — дождавшись моего кивка, Рита продолжила: — Бывший клан-лид «Ночных сталкеров». После объединения с «Аксиомой» он стал заместителем Большого По.

— Что они не поделили?

— Это все из-за Маришки, — ответила Карина. — Она девушка Джей-Джея.

— Ага, — подтвердила Перевес. — После открытия нового инстанса и первых забегов Большой По пересобрал основной состав статика. Он убрал Маришку, поставив вместо нее Ирину. Дамагер из нее так себе, она же мистик, и ее магия действует эффективно только на разумных. Но когда выяснилось, что сарантаподы вполне себе разумные, и Ирина их хорошо контролит, Уэсли тут же внес коррективы. И, конечно, Маришка с Джеем остались очень недовольны.

— Ха! — воскликнула Кряпота. — Недовольны! Да они скандалили на всю таверну! Даже Купол безмолвия им не помог! Маришка чуть ли не когтями в лицо Ирины вцепилась!

— Кря немного преувеличивает, но в целом — да, так и было, — согласилась Рита. — «Первое убийство» — слишком лакомый кусочек. В итоге Джей психанул: вышел из клана вместе со своей девушкой, танком, хилом и топовым дамагером. Ребята сказали, что им плевать на По и его правила, и они будут ходить в Улей по откату без всякой оплаты.

— А что По?

— Злится, — пожала широкими плечами Рита. — Что ему остается? Удвоил охрану у данжа, но и все.

Награду за головы ренегатов назначать не стал — его просто не поймут в клане. Свои же, хоть и бывшие. Друзья. Тем более многие ропщут — считают несправедливым, что основного игрока статика Уэсли заменил на... ну, это на уровне слухов... на свою девушку.

— Ирину?

— Ага. Их не раз видели вместе в реале...

После этого о Дисе больше не говорили. Девчонки, подначивая друг друга, вывалили на меня ворох личной информации, и за общением мы не заметили, как долетели. Тысячи приземляющихся и взлетающих флаеров производили впечатление пчелиного улья.

— Реальный концерт! Настоящие музыканты! А-а-а! — восторженно орала Кряпота.

Я ее понимал. Для меня самого все было в новинку! Я, разинув рот, осматривался, не понимая, куда идти. Вокруг толпился народ, разодетый так необычно, что уже одно это приводило в восторг, создавая ощущение праздника.

— Бездна! Это вам не вирт, сопровождающих гидов не будет. Давайте ориентироваться по стрелочкам, — предложила Рита. — Вон, видите?

В воздухе высоко над землей зависли огромные голографические буквы и стрелка: Добро пожаловать в Гласто на самый лучший в мире рок-фестиваль!

Пирамидальная сцена — туда!

Покрутив головой, я увидел такие же указатели, только ведущие на несколько дополнительных сцен, а также к цирку и аттракционам.

— Вы как хотите, но я хочу выпить, — заявила Кряпота. — Причем прямо сейчас!

— Поддерживаю! — обрадовался Крис. Он что-то прошептал на ухо Рейвен, и та рассмеялась. — Рей с нами! Кто еще?

Отказываться никто не стал. Мы нашли мобильный бар и — о, чудо! — нам продали алкоголь, даже не проверяя личную информацию и возраст. Это на самом деле был фестиваль свободы.

Взяв по бутылке темного пива, мы влились в толпу шествующих к главной сцене. Оттуда уже доносились тяжелые гитарные риффы и чей-то хриплый голос.

Народ вокруг бурлил, радовался и по-хорошему бесновался. Кто-то танцевал, кто-то пил, кто-то смеялся. Встречные говорили нам «Привет!» и улыбались, мы отвечали тем же, и в этом настроении на подходе к сцене я услышал, как мне звонят.

Ответил и увидел бледное лицо Тиссы. Она лежала в медицинской капсуле.

— Алекс, — ее голос был слаб. — Ты как?

— Хорошо. Я звонил тебе все утро, но мне ответил твой папа. Он рассказал.

— Да, он упоминал. Я только проснулась. Они снова хотят отправить меня в сон, но я попросила дать сделать звонок. Ты здоров?

— Здоров. Что говорят врачи?

— Какая-то странная и непонятная хрень. Диагноз поставить не могут — просто держится высокая температура. И у парней то же самое. Ох, что там вокруг тебя за шум? Ты где?

— Я… Я в Гластонберри. С Вудами и их друзьями. Твой отец сказал, что вы до вечера воскресенья не проснетесь, а качаться в Дисе без вас я не захотел.

— С Вудами? И эта… Перевес тоже там?

— Да, она рядом. Передать ей от тебя привет?

— Вот еще, — фыркнула Тисса.

— Хочешь, я прилечу к тебе?

— Нет, что ты! Отдыхай! Оторвись там за нас всех! Только… не позволяй себе лишнего, Алекс. Я ревную!

Сразу после этого связь прервалась. На моем лице застыла дурацкая ухмылка.

Интерлюдия 3. Ева

Афродита, чуть приотстав, шла за Утесом и любовалась парнем. Она не могла разобраться в своих чувствах, но кое-что в отношении девушки зиждилось на очень важной мысли: она ему нравилась. Она, настоящая Ева О’Салливан в истинном обличье.

После пластической операции Ева долго не могла привыкнуть к собственному отражению. При всей его красоте сложно было сознавать, что это она.

Большие изменения в строении тела, когда ей даже вытягивали кости и позвоночник, чтобы повысить рост и удлинить ноги и руки, привели к тому, что девушке пришлось заново учиться ходить и вообще управлять новым телом. Она была как нескладный подросток, внезапно за лето вымахавший на двадцать сантиметров и теперь не знающий, что делать и как справляться со всем этим добром. Собственно, Ева и была нескладным подростком — вчерашней девочкой, игравшей в куклы.

После пластики пришлось лететь на Луну в специальную клинику, где в условиях пониженной гравитации она проходила реабилитацию. Алексу девушка тогда сказала, что отправляется отдыхать. Хотя отдыхом это было назвать сложно. Там она свыклась и даже полюбила боль. Она была полезной — значила, что тело крепнет.

Вернувшись домой, а вместе с этим и в Дис, она неприятно удивилась тому, что ее персонаж — Афродита — выглядит по-прежнему. С лишним весом, жировыми складками и двойным, если не тройным, подбородком, пухлыми щечками, набрякшими веками и блеклыми ресничками.

Срок давности ее соглашения с «Аксиомой» об ускоренной прокачке истек, а принимать новый заказ их лидер отказался. Так что, не зная чем заняться, она вернулась на излюбленную скамейку у «Буйной фляги». В первый день на нее обращали внимание и даже спрашивали, где пропадала, и куда подевался ее извечный напарник.

На второй — она снова стала никому не нужна. Даже Алекс, теперь везде появлявшийся в компании одноклассников и Тиссы, ее не заметил.

В тот же вечер Ева набралась отваги и зашла к нему домой. Она была готова ко всему, но только не к тому, что Алекс будет не один. Там была Мелисса Шефер, и, судя по тому, как вольготно и развязно она себя вела… Это уничтожило все. Надежды и мечты Евы оказались иллюзиями, развеянными образом полуголой Мелиссы на коленях Алекса.

Следующие дни пролетели в тумане. Она жила как андроид: механически переживала, просиживала уроки, в прострации возвращалась домой и так же на автомате заходила в Дис, чтобы отсидеть там, на лавочке, положенный час.

В один из таких дней рядом устроился высокий воин в полном латном доспехе и сказал «Привет».

Так она познакомилась с Тобиасом. Они стали общаться, нашли много общего: Утес так же не имел друзей в реале и страдал, как решила Ева, от одиночества. А еще он был очень чутким — когда девушка рассказала о том, что «Аксиома» отказала, а к кому еще обратиться, она не знает, тот предложил помощь. Причем абсолютно бесплатно.

Они тепло попрощались, когда Ева решила выходить из Диса, так как обязательное время закончилось, и она с удивлением поняла, что не спешит.

На следующий день Утес уже сам поджидал на той же лавочке.

Блуждание по Дису с ним казалось приятной прогулкой. Воин легко побеждал даже многочисленные паки высокоуровневых мобов, никому не давая ее в обиду. Они прошли подземелье «Городская тюрьма» и даже ни разу не погибли, хотя инстанс был рассчитан на группу из пяти человек. Напротив, сделали всех играючи. Ко второму боссу Ева вошла во вкус и азартно отстреливала мобов, наседавших на Утеса. Ее так толком никто и не коснулся.

Вообще, ей и самой стали намного легче даваться бои. Сейчас, вспоминая, как страдала и погибала от зубов и когтей агрессивных кроликов второго уровня, она не понимала, как такое могло происходить.

Поняв, что девушка боится боли, Утес подарил ей полный комплект зеленого снаряжения и синее гномье ружье.

— Легкое, удобное, самозарядное, — сияя, сообщил Утес. — Все, что тебе надо будет делать, навести ствол и спустить курок.

Ружье изменило все. Если не считать боссов, оно убивало любого моба с одного-двух выстрелов! Это казалось невероятным, но ей настолько понравилось, что Ева стала задерживаться в Дисе куда дольше, чем требовалось. Правда, почему-то это происходило только тогда, когда Утес был рядом.

— У меня особая аура, — широко улыбнувшись, сказал Тобиас. — Не, я серьезно. Особый классовый талант — в группе со мной ты становишься сильнее.

Ни он, ни она не любили скопления народа. Чтобы общаться оставалось гулять по песочнице и бить встречные паки мобов. О встрече в реале речи пока не заходило.

Который день они бродили вдали от людских поселений. Купались в речке — там, где Тремитель расширялась и умиротворенно несла свои воды, а злобные зубастые рыбки не водились. Собирали ягоды на виноградниках, дурачились у запруды, запуская «лягушек».

Для Тобиаса все это было в диковинку. Он не делился с ней информацией о своей семье, но Ева смогла сделать вывод, что парня не баловали. Осознав это, девушка увлеклась им еще сильнее — Алексу ее болтовня была неинтересна, Тобиас же внимал, затаив дыхание.

— Слышала о новом инстансе? — спросил парень. — Его так никто и не смог пройти. Хочешь, сходим туда? Интересно?

Ева, улыбнувшись, просто кивнула. С Тобиасом в этом мире ей было интересно все.

Об инсте они узнали из глобального уведомления. Заинтересовавшись, пошли в Тристад и там, на площади у храма Нергала Лучезарного, им удалось выяснить, где находится новое подземелье. Тогда же Ева снова увидела Алекса, и тот даже помахал ей. Смутившись, она отвернулась, не ответив. Вместо нее это сделал Тобиас.

— Ты его знаешь? — удивилась тогда Ева.

— Ага. Странный малый, — лаконично ответил он. — Такой же, как я.

Сегодня они гуляли не просто так, а с целью. Тобиас излучал уверенность, что они легко пройдут «Улей сарантаподов» и получат достижение. Пробираясь сквозь паки мобов Ущелья Горо, Тобиас ни на минуту не замолкал, рассказывая о достижениях, о том, как они высоко ценятся, и как им повезло, что еще никто не успел пройти новое подземелье полностью.

— «Первое убийство», представляешь, Ева? — горячо говорил он. — Это круто! Раньше я о таком мог только мечтать!

— И что случилось? — лукаво улыбнулась она.

— Я встретил тебя, — ответил Тобиас.

Это был правильный ответ. Еве понравилось, что он сказал это, не колеблясь, не размышляя над словами, как случилось на днях, когда она пригласила на новогодний бал Алекса.

То было импульсивное желание проверить свои чары. Но что-то пошло не так: Шеппард замялся, чтото замямлил — и задумка не удалась. А жаль. Если б согласился, она с большим удовольствием рассмеялась бы ему в лицо и сказала что-нибудь в духе «Только в твоих мечтах, неудачник!»

Ну а кто он еще? Родители, и так звезд с неба не хватавшие, разводятся; в школе его успеваемость, судя по чартам, падает; а главное, даже в Дисе он лузер. Неудивительно, если он и гражданские тесты провалит. И поделом! Повелся на смазливое личико вертихвостки Шефер, не сумев разглядеть истинную внутреннюю красоту и чувства подруги детства!

Зато в этом преуспел Тобиас. Представляя, как тот удивится, увидев ее в реале, Ева тихонько счастливо рассмеялась. Оба оттягивали этот момент, просто наслаждаясь общением в Дисе. То, что это происходило как бы не по-настоящему, придавало им смелости — они уже целовались, а о большем Ева пока и думать боялась. По крайней мере, проявлять инициативу в этом вопросе точно не собиралась. Другое дело, если Тобиас сам предложит ей встретиться, пригласит на свидание, и тогда... Ева покраснела.

— Кажется, пришли, — голос Утеса вернул ее в чувство. Хорошо, что парень смотрел в другую сторону и не увидел румянец на ее щеках. — Что-то народу там много. Занят, похоже. Ладно, пойдем на месте разберемся.

Тобиас взял ее ладонь, пальцы очень естественно переплелись, и ребята направились к широкой расщелине. Там, внизу у дальнего края, мерцал овал портала в подземелье.

Ева поежилась, вспомнив, как впервые побывала в подобном с Алексом. Вроде прошло немного времени, а ощущение, словно минуло уже несколько лет. Она больше не боялась, напротив, руки чесались вскинуть ружье, выпалить Очередью или Разрывным выстрелом какому-нибудь монстру в морду и увидеть взметнувшиеся кровавые брызги и белеющие осколки черепа. Ева понимала, что испытывает не очень нормальные для юной девушки желания, но каждое такое убийство придавало уверенности, в очередной раз подтверждая, что та Ева — стеснительная и боязливая — в прошлом.

Тем более это все понарошку.

В очередной раз погрузившись в воспоминания, она не сразу поняла, что Тобиас с кем-то ругается.

— Ты что, не понял? Вали отсюда! — чей-то глумливый голос отразился от стен расщелины. — И телку свою прихвати!

Подняв взгляд, Ева увидела, как ее парень, склонив голову, выслушивает издевки членов клана «Аксиома». Одного из них она знала — водил группу, которая ее паровозила, — головорез двадцатого уровня Атиякари. Именно он и назвал ее «телкой»! Кровь застила глаза.

— Кого ты назвал телкой, придурок? — закричала она, направляясь к нему.

Тобиас мягко встал у нее на пути и, обняв, отвел в сторонку.

— Не надо, — тихо сказал он. — Этот мудак того не стоит, Ева. Лучше уйдем отсюда.

Гнев куда-то схлынул. Утес парой слов всегда мог ее развеселить или успокоить. Как сейчас.

— Но почему? — решила все-таки прояснить она. Ведь они планировали пройти это подземелье. И она хотела его пройти! — Подземелье занято?

— Нет, — чуть поколебавшись, признал Тобиас. — На инст наложила лапу «Аксиома». Еще вчера можно было войти за тысячу золотых, но с утра доступ закрыли всем. Большой По хочет получить

«Первое убийство», после этого его отдадут всем желающим.

— Но это же нечестно! — вскрикнула Ева. — Какое у него право запрещать? С какой стати? Я понимаю, если бы данж был занят, но он свободен! Почему никто не возмущается? Я этого так не оставлю!

Последние фразы она, как обычно, когда сталкивалась с несправедливостью, прокричала во весь голос. Причем в полной тишине — ребята из «Аксиомы» с интересом прислушивались к их разговору, находя в этом хоть что-то, что разбавит скучное дежурство.

— Что, Утес, твоя толстая подружка качает права? — озабоченно поинтересовался Атиякари. — Она типа тоже ганкер?

Его друзья, среди которых было несколько девчонок, с готовностью заржали.

— Не бери в голову, — шепнул Еве Тобиас. — Я разберусь с этим. Сам.

Оставив ее, он приблизился к задире и громко спросил:

— Знаешь, Санджи, я бы насчет этого поспорил. Еве очень далеко до твоей подружки — Большого По. Мы же все понимаем, что значит «По»? Она у него реально огромная! И ты ей прислуживаешь...

Атиякари изменился в лице. Его соклановцы синхронно и удивленно присвистнули, готовясь к неожиданному представлению.

— Не нарывайся, сектант, — с угрозой сказал головорез. — Мало в КОС-листе просидел? Так мы можем добавить!

— Слушай, я не хочу проблем, — признался Тобиас. — Ты оскорбил мою девушку, я ответил. Ты извинишься, я извинюсь, мы уйдем.

Ева порывалась добавить что-нибудь от себя, но разум возобладал над чувствами — Тобиас прав, им и так хорошо. К черту инст. Извинений будет достаточно.

— Я? Извинюсь? Может, мне еще поклониться? На колени встать? В чем я не прав? Она жирная? Жирная. Телка? Ну да, не парень же. Она качала права? Еще как. Так что катись отсюда, дебила кусок... — Атиякари сплюнул под ноги Утеса и исчез в инвизе.

А через секунду проявился за его спиной и от души врезал Тобиасу под зад.

Издевательский гогот аксиомовцев стал отправной точкой — Ева поняла, что включился режим боя.

Громче всех, причем не над Тобиасом, а над ней, показывая пальцем, смеялась Малышка — высокая блондинистая деваха с острыми скулами. Она не прекратила хохотать, даже когда рядом с ней пронесся меч Тобиаса и снес ее соседу голову с плеч.

Ева вытащила ружье и оскалилась. Направила ствол в лицо блондинки...

Разрывной выстрел! Очередь!

Голова взорвалась, разбрасывая кровь и сгустки мозга, а тело, чуть постояв, рухнуло наземь. Тобиас двумя ударами располосовал Атиякари и врезался щитом в ближайшего противника. Ева начала упоенно расстреливать остолбеневших охранников подземелья...

Она что-то весело кричала и даже не дрогнула, когда к ней понесся огромный варвар. Того перехватил Утес, и Ева с огромным удовольствием накормила гада свинцом.

Через пять минут аксиомовцы были мертвы. Тобиас деловито облутал всех, порадовался выпавшему эпику, а потом крепко-крепко обнял Еву и поцеловал.

«Наверное, это и есть счастье». — подумала она.

Отстранившись. Тобиас нахмурился.

—   Будут проблемы. — сказал он. — Но семь бед — один ответ.

—   Мы их преодолеем, любимый. — ответила Ева. — Вместе.

—   Тогда пойдем, поиграем.

Они вошли в «Улье сарантаподов».

Глава 26. Кулинарный турнир

Гластонберри оставил отличные воспоминания. Мы бесились на концерте, вкусно ели, много пили и к рассвету, когда на балконе моего номера в мини-отеле остались только мы с Ритой, я уже не хотел ничего, кроме как лечь и отдохнуть. С непривычки болели ноги и спина — позволил Карине сесть мне на шею, чтобы лучше видеть сцену. Голова — так та вообще просто раскалывалась.

Вчера после полуночи, когда мы втроем уютно, укутавшись в пледы, устроились в креслах на балконе, девчонки устроили турнир на выносливость: кто кого пересидит. Соревновались они между собой, надеясь, что кто-то не выдержит первым и уйдет, оставив меня с победительницей. Победила Рита, но это была Пиррова победа — пока я провожал Карину до ее номера, Перевес уснула на моей кровати. Пришлось мне устроиться спать в кресле.

Если и задумывалась между нами какая-нибудь романтика, то ее не случилось. И хорошо. Потому что за спиной Тиссы это... Мне бы это не по душе, а девчонки обиделись бы, отвергни я кого-то из них. А так все решилось естественным образом.

Поспать толком не удалось. С утра под окнами и в отеле начали шуметь люди, со сцены доносился саунд-чек музыкантов, а за стенкой кто-то активно занимался. Чем именно, не скажу, но догадываюсь.

Первой поднялась Рита. Стараясь не шуметь, она покинула номер и ушла к себе.

Оказавшись впервые за сутки в одиночестве, привел себя в относительный порядок и начал собираться домой. Надо было наверстать обязательное по договору со «Сноустормом» время в Дисе, проведать ребят и поучаствовать в кулинарном турнире. Ни на какую победу я не надеялся, но подводить Арно не хотелось. Ну и самому интересно, конечно, побывать за пределами песочницы.

Как бы Рите с Кариной ни хотелось, чтобы я остался с ними до вечера, к обеду я улетел. Домой добирался на автопилоте и всю дорогу проспал.

Созвонился с Тиссой. Ее голос звучал почти обычно и уж точно намного бодрее, чем вчера. Ее не лихорадило, температура спала до нормы, и чувствовала подруга себя явно лучше.

— Они так ничего и не нашли, — сказала она. — Сказали, понаблюдают до утра, и если все будет в порядке, выпишут. Я тебе позвоню сразу же, как это случится. Как потусил на фестивале?

— Весело. Но лишнего себе не позволял, так что можешь быть спокойна.

— Алекс! Вот еще! — возмутилась Тисса, но голос звучал довольно. Так что я не удивился, когда она прибавила: — Ладно, поверю на слово. Какие планы?

Я рассказал ей о кулинарном турнире, и Тисса заявила, что мне непременно надо вступить в гильдию и закупить особые рецепты, доступные только ее членам. Мы еще немножко поговорили о пустяках и попрощались.

Поужинав с родителями, поведал им, как все прошло в Гластонберри, и неохотно полез в капсулу. Слишком устал, но надо было нагонять не добранное за вчерашний день время.

Стоило оказаться посреди величавых Безымянных гор, недалеко от Олтонских каменоломен, вялость смыло. На меня дохнуло студёным бодрым воздухом с вершин, обдало ароматом горных трав и хвои, и я пробудился, перестав ощущать и усталость и сонливость.

Сильно вдохнув, потянулся и развел руки — захотелось охватить всю эту неимоверную красоту, и даже тени сомнения в неподдельности окружающего не возникло.

Приближалось время турнира, до которого оставалось меньше десяти минут. Я открыл письмо-приглашение, усмехнулся, снова почуяв дух жареного мяса, и активировал клеймо-портал.

Мир мигнул.

***

— А вот и Скиф! — услышал я. — Эй, Боб, передай шефу, что последний участник прибыл!

Ко мне приблизился кряжистый бородатый дядька. Он твёрдо пожал мне руку, и только почувствовав, как утопает в его лопатообразной ладони моя, осознал — дворф! Я видал в Тристаде его соплеменников, но никогда с ними не общался — город человеческий, и прочие расы Содружества там обычно проездом.

— Добро пожаловать, Скиф! — обратился он. — Я мастер Ромм, помогаю в организации кулинарного турнира госпоже Блумфи. Как добрался?

— Глазом не успел моргнуть...

— Да? — нахмурился Ромм. — Даже ничего не почувствовал?

— Нет. Я активировал портал в приглашении и моментально очутился здесь. А что?

— Боб! — гаркнул дворф, обернувшись. — Что за ерунда? Почему доставка без эффектов? Почему мгновенно? Вы там вообще все мозги элем залили? — Он снова обратился ко мне. — Прости, Скиф. Мы заплатили кучу денег за эксклюзивную доставку гостей! По задумке, процесс телепортации должен был длиться около трех секунд, а ты за это время мог успеть ощутить вкус одного из наших лучших кулинарных достижений. Не знаю, какого, каждый раз что-то новое. Ты точно ничего не почувствовал? Да? Ну, ладно. Следуй за мной.

Он привел меня в небольшой актовый зал, где уже собрались участники — все, как один, высокоуровневые игроки. Никого ниже сотого уровня я не увидел, как и Арно, который, наверное, улаживал свои дела в гильдии.

Ромм усадил меня с краю, на свободное место, похлопал по плечу и удалился.

— Итак, все участники турнира в сборе! — объявила женщина со сцены.

На небольшой сцене стояла высокая эльфийка. Банально будет упомянуть, что ее красота меня сразила? Но так и случилось. Даже голос ее звучал так звонко и казался таким юным, что я не мог наслушаться.

— Представлюсь тем, кто меня не знает. Я Юнифельда, заместитель главы гильдии кулинаров. Наша организация существует с тех незапамятных времен, когда первые разумные научились пользоваться огнем, и примерно с тех же пор мы проводим этот турнир. Последние сто четыре года все кулинарные поединки показываются по маговидению и будут продолжать транслироваться еще двести лет точно. Совсем недавно мы продлили гильдии магов-визоров права на трансляцию именно на такой срок. Интерес к нашим турнирам очень велик!

Присутствующие игроки одобрительно захлопали. Похоже, каждый из них жил ремеслом и всей душой переживал за гильдию. Я почувствовал себя выскочкой и лишним в этой компании единомышленников.

— Даже наши скоротечные еженедельные турниры приобрели огромную аудиторию поклонников, — продолжала Юнифельда. — Именно поэтому в сегодняшнем турнире участвовать будут не все из вас — это затянет шоу. Я проведу короткий отбор, основываясь на ваших знаниях ремесла — буду задавать вопросы, и каждому, кто верно ответит первым, будет зачислено очко. По итогам этой викторины определятся основные участники.

Никто не удивился. Видимо, подобное происходит каждое воскресенье. Пришло ясное понимание, что мне ничего не светит. Загадочная болезнь ребят, поездка на рок-фестиваль и ночные посиделки с девчонками сказались — ничего не продумав и все забыв, я даже не взял с собой никаких ингредиентов. Планировал же отхватить у Бомбовоза стак, но ячейки были заняты, а уже следующей ночью его госпитализировали.

«Бездна! — подумал я. — Мог же настучать ресов в Болотине, предварительно сгрузив в личный сундук квестовые вещи! Да и Камень возрождения, с которым таскаюсь, пока ни разу не пригодился!»

— Без какого важного ингредиенты нельзя приготовить Острую похлебку Оцеолы? — пока я занимался самоистязанием, Юнифельда задала первый вопрос отборочной викторины.

— Вяленое мясо бизона! — быстро отозвался голосок с первого ряда.

Привстав, я увидел макушку полурослика. Надо же, живой хоббит!

— Правильно! Очко Дженкинсу. Следующий вопрос: сколько Жгучего перца используется в приготовлении Улиток в чесночном соусе?

— Нисколько! — завопило сразу несколько глоток. — В ястве применяется синий, а не жгучий перец!

— Очко в пользу Бари! — Крики возмущения не смутили эльфийку. — Он ответил первым.

Следующий вопрос...

Я потерял счет вопросам. Их сложность росла, и за правильные ответы начислялось больше очков.

Волшебное табло, зависшее за спиной Юнифельды, показывало, что на многие вопросы ответили хоббит Дженкинс с толстым гномом Бари. Им в спину дышал убелённый сединами человек Оливер.

Другие безнадежно отстали. В конце списка фигурировало несколько имен, включая мое, с нулем баллов.

И вдруг я услышал знакомое сочетание слов:

— ...болотного голована с луком и зеленью?

Целиком вопроса не расслышал, но по догадкам участников сообразил.

— Сопротивление ядам?

— Повышение выносливости?

— Отравление?

— Болотная аура?

Они продолжали гадать, но осторожничали — за два неверных ответа подряд балл снимался. Стало понятно, что речь идет об эффектах блюда. Подняв руку, я громко и четко произнес:

— Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью дает следующий бонус: плюс десять к наивысшей основной характеристике на три часа.

— Прекрасный ответ! — обрадовалась Юнифельда. — Развернутый и абсолютно верный! Пять очков в пользу Скифа!

«Кто это?», «Откуда взялся этот нуб?», «Что это вообще за блюдо?», «У кого есть рецепт?» — посыпались вопросы среди участников. Внимание всех в зале обратилось ко мне, и, не зная, куда деваться, я начал считать знаки на табло участников. Положение спас непонятно откуда взявшийся Арно.

Он взревел, как раненый слон, и начал трясти меня за плечи. На него зашикали, и Арно снова исчез.

Оглянувшись, я заметил, что зрители скопились у двери в актовый зал. Там же, горделиво приосанившись, стоял шеф-повар «Буйной фляги».

— На этом отборочный раунд завершен! — объявила Юнифельда. — Итак, в основной воскресный турнир проходят следующие участники: Дженкинс, Бари, Оливер...

Арно болел за меня больше, чем я сам — стиснул пудовые кулаки, скрипел зубами и затаил дыхание.

Так что, когда последним назвали мое имя, сдерживаться он не стал.

— Не спешите радоваться, дядя Арно, — я выскользнул из его объятий. — Так вышло, что я не взял абсолютно никаких ингредиентов. Мне нечего готовить!

Дядя Арно сделал вид, что поник — по его лбу пробежала морщинка. А потом на его лице появилась улыбка от уха до уха.

— Не беда, Скиф! — воскликнул он. — Сам факт твоего приглашения и участия в турнире уже может являться основанием для вступления в гильдию! Ты ведь не против?

— Абсолютно нет, — я улыбнулся. — Но что готовить? Я же не могу...

— Ты придумаешь, что сделать. Совершенно случайно, — он подмигнул, — я прихватил с собой запас с кухни. Рыба, мясо, овощи, фрукты. О приправах и специях я и упоминать не буду, они неизменно при мне. Думаю, с твоей фантазией ты что-нибудь сообразишь?..

***

Главный турнир проводили в громадной кухне с несколькими десятками печей, плит и столов.

Устроители предоставляли массу ингредиентов — только мяса всяческой дичи я насчитал с три десятка видов, но все они были общеизвестными, и придумать что-то новое из этих продуктов казалось невозможным.

Над каждым из участников маги-визоры разместили Око Эгерии — магические шарики, передающие все, что видят, в центральную маговизорскую башню. Оттуда уже шла передача владельцам зачарованных Шаров Эгерии.

Вообще, понимая, как важно влияние средств массовой информации на сообщество, «Сноусторм» извратился, выдумывая аналоги технологическим видам передачи данных. Вместо коммов — амулеты связи, вместо радио — божественные уведомления, ну, а вместо объемного телевидения — Шары Эгерии. Последние стоили относительно недорого, но в песочницах были под запретом.

Всех нас условно разбили на пары, из которых жюри откинет по одному уступившему сопернику, а потом будет сравнивать творения победителей этих условных пар.

Каждый участник турнира должен приготовить одно блюдо по собственному рецепту. Результат оценивается жюри по нескольким категориям: «вкусовые качества», «полезные эффекты», «уникальность» и «изысканность». Если с первыми тремя критериями все было ясно, то по последнему я понятия не имел, что они под этим подразумевают. То есть слово-то известное, но как изысканность оценивается с точки зрения игровой механики?

Арно помог с ресами, свалив на мой разделочный стол груду рыбы и дичи, овощи, фрукты и зелень с рынка Тристада. Отдельно он выставил баночки с приправами. Ведущей кулинарного шоу была все та же Юнифельда. Закончив приветственную речь для зрителей, она сделала упор на то, что блюда должны быть новыми или, как минимум, созданные по авторским рецептам. Потом она представила участников и в итоге объявила:

— Условные пары соперников определены слепым жребием! Великий мастер Дженкинс против искусника Блохи, мастер Бари против мастера Силка, великий мастер Нобу против мастера Кима... — Перечисление пар заняло время. — И, наконец, великий мастер Оливер против умельца Скифа, — она издала смешок, который поддержали многие участники. — Начали!

Ударили в гонг. Я быстро осмотрелся: все немедленно принялись за готовку, и у меня снова сложилось впечатление, что я здесь лишний. У всех есть заготовки, каждый уверенно что-то делает, и только Скиф стоит и нещадно тупит.

За столом напротив расположился Оливер. Он подмигнул мне и улыбнулся в усы, кивнув на мои ингредиенты. Выглядели они не так роскошно, как то, что аккуратно разложил мой соперник.

Опрятные пучки зелени, аппетитные куски мяса, в том числе дорогущее лоснящееся филе киммерийского вепря, чистенькие луковички, склянки с приправами, баночки с крупами... Когда же он вытащил на свет эпический нож и набор посуды из зачарованной синей стали, завистливо ахнул даже Арно:

— Невероятно! Этот малый знает толк в готовке!

Я, меланхолично перебирая рыбу, кинул взгляд на экипировку Оливера — она вся была на повышение уровня ремесла. От поварского колпака и фартука до кастрюлек и сковородок. Посуда, причем, ускоряла время приготовления и снижала риск испортить блюдо.

Среди рыбы я наткнулся на множество Каменных рвачей, от которых исходил сильный запах свежих огурцов. Их оскалившиеся пасти и тощее костистое тельца не оставляли надежд на то, что рыбешки на что-то сгодятся, поэтому я начал с них. Попытка не пытка.

Я поставил котелок, выделенный организаторами, на плиту разогреваться, а сам взялся за Универсальный нож Деба, в описании которого было сказано, что он годится практически для любых операций с рыбой, а ее очистка повышает шансы на дополнительные бонусы блюда. Его и еще ряд поварских инструментов — не таких хороших, как у Оливера, выдали всем участникам.

— Экспериментируй, ученик! — выкрикнул из зрительского ряда вдоль стены Арно.

И я принялся экспериментировать. Участникам выделили час, и за это время я израсходовал и запорол почти все продукты. Жарил и запекал на углях мясо, пытался сделать что-то вроде похлебки или ухи из рыбы, добавлял овощи, мариновал в уксусе, сочетал несочетаемые продукты... Все тщетно. У меня получались либо общеизвестные блюда, либо несъедобное месиво. Что касается Каменных рвачей, то за неимением рецептов с этой рыбой, ничего толкового не получалось.

Правда, попутно изобрел какое-то бредовое блюдо под названием Уха шахтерская, когда от отчаяния плеснул в бурлящее варево с подгоревшим рвачом и чечевицей рюмку эльфийского бренди: +1 к силе, −1 от силы. Как такое вообще возможно, я не представлял, но, похоже, так по-идиотски система сгенерировала бонусы блюда, взяв по параметру от каждого ингредиента. Я отставил Уху шахтерскую в сторонку, решив выдать, как результат, если не выйдет ничего лучше.

Прорыв случился, когда я прекратил метаться, очистил посуду от испорченных продуктов и на минутку остановился.

Оливер уже закончил со своим блюдом и о чем-то оживленно общался с Дженкинсом. Мастера посмеивались, поглядывая на меня.

Я помахал им рукой. Оба сделали удивленные лица, полурослик что-то сказал, и они расхохотались.

«Так, в бездну обоих, — подумал я. — Выигрывать все равно не собирался, но и так позориться тоже не дело!» Пожалел только, что нет при себе Болотных голованов — не бог весть что, но уникальное же блюдо!

Успокоившись, включил логику и подсознательную память: мне все-таки доводилось видеть, как готовят в уличных фургонах и как колдует у плиты, по особым случаям, мама. Повинуясь интуиции,

отсыпал в посудину муки, бухнул туда соли и перца. Потом почистил пару оставшихся рвачей, причем, только требуху. Тонкую шкурку чешуи снимать не стал. Вместо этого забил рыбок нарезанной зеленью, обсыпал приправами, обмакнул в муку и бросил в кипящее масло. Выдержал несколько секунд и перевернул.

Сработало!

Попытка создать новое кулинарное блюдо!

Успешно! Вы создали новый кулинарный рецепт: «Перченый жареный каменный рвач, фаршированный зеленью»!

Получены очки опыта за новый кулинарный рецепт: +100.

Вы приготовили «Перченый жареный каменный рвач, фаршированный зеленью».

«Перченый жареный каменный рвач, фаршированный зеленью» (1) не может быть добавлен в ваш инвентарь!

Недостаточно места в сумке!

Перченый жареный каменный рвач, фаршированный зеленью.

Эпический рецепт

Ингредиенты: очищенный каменный рвач, мука, растительное масло, соль, черный перец, майоран, укроп, петрушка, розмарин, тмин.

Хищный плотоядный каменный рвач водится в быстрых горных реках с чистейшей водой. Благодаря этому, его нежное мясо при правильной готовке обладает сильнейшими магическими эффектами.

Скиф, создатель блюда, придумал его в рамках турнира, устраиваемого гильдией кулинаров Содружества.

Особые эффекты при поглощении:

+50 к харизме;

— значительно повышает привлекательность в глазах противоположного пола на 24 часа;

— визуально омолаживает.

Эффект снимается после смерти.

Стоимость: 35 золотых монет.

Кулинарное ремесло: +10.

Ваш текущий уровень кулинарного ремесла: умелец (327/500).

Я тут же, не вчитываясь в сообщения, снял сковороду с огня.

— Сервируй блюдо! — закричал довольный Арно.

Я взял большую плоскую тарелку, выложил туда рыбу, добавил пару долек помидора и кружок лимона. Чего-то не хватало. Вспомнив наши с родителями походы в ресторан, добавил листья салата.

Подумав, пихнул салат под рыбу.

— Готово! — я поднял руку.

Коротко протрубила сирена, и вокруг меня вспыхнул зеленый столб света. Игриво одетая эльфийка подхватила мое блюдо и унесла к жюри, заседавшему на другом краю зала. Не зная, чем заняться дальше, я отошел от плиты к Арно. В ожидании вердикта судей мы поболтали о последних городских событиях, а потом объявилась Юнифельда, обвела всех участников загадочным взглядом и огласила итоги:

— Наши зрители уже догадываются, какие оценки выставили достопочтимые судьи, ведь они могли видеть их реакцию в процессе дегустации блюд. Лишь главные действующие лица, непосредственные участники турнира, замерли в нетерпеливом ожидании решения жюри, которое возглавляет, напомню, сама глава кулинарной гильдии, грандмастер, госпожа Эйприл Блумфи!

Публика в зале зашепталась, и из комментария Арно я уяснил, что эта великая женщина — автор сотен эпических рецептов и подруга бывшей негражданки Рейчел Кесслер из Калийского дна. Игрок!

— Итак... — Юнифельда развернула свиток и застыла, вчитываясь. Через несколько секунд она откашлялась, смутилась и начала говорить: — Уважаемые зрители! На моей памяти такое впервые, а я, поверьте, многое повидала! Единогласным решением судей безоговорочным победителем этого воскресного кулинарного турнира объявляется участник, не являющийся членом нашей гильдии!

Победителем становится... умелец Скиф из вольного города Тристада!

Что тут началось! Шум, гам, крики возмущения и удивления! Пока Арно душил меня в объятьях, я успел заметить игровые уведомления о росте ремесла на сто очков сразу, повышении моей известности и репутации с гильдией кулинаров, Тристадом, Юнифельдой, Эйприл Блумфи, шефповаром «Буйной фляги» и еще целым рядом незнакомых мне имен.

Маговидение — страшная сила!

***

Засев на большом и до блеска отполированном дождями и ветром камне, я долгое время приходил в себя. Участие в кулинарном турнире позволило мне распробовать вкус большого Диса, и он мне понравился. Я ощутил, как огромен и многогранен этот мир, где не обязательно фармить мобов и заниматься рутинными квестами. В нем действительно можно жить и заниматься тем, к чему лежит душа.

После объявления итогов больше всего меня удивили полурослик Дженкинс и Оливер. Оба, не скрывая удивления, поздравили с заслуженной, как они выразились, победой.

— Ты молодец, парень! Мы тебя недооценили, конечно, — признал Оливер. — Хочу сделать небольшой подарок. Видел, как ты заглядывался на мой нож. Подарить его не могу, он персональный — получил за победу в ежегодном турнире, — но зато у меня есть еще такой.

Он протянул ладонь, и там материализовался невероятной красоты и функциональности нож.

Шеф-нож Сантоку

Редкое

Кухонный нож.

Пища, приготовленная с использованием этого ножа, удваивает длительность полезных эффектов.

Прочность: 120 / 120.

Создатель: Самура

Цена продажи: 150 золотых.

Я принял подарок и кинул его в карман. Не инвентарь, можно потерять или могут украсть, но до личной комнаты как-нибудь донесу.

Дженкинс ничего не подарил, но пригласил в некое закрытое сообщество кулинаров:

— Добавь меня в друзья, Скиф. Выйдешь из песочницы, напиши. Мы с коллегами собираемся раз в месяц в чьем-нибудь ресторане и делимся секретами. Гильдия гильдией, а только самые топовые рецепты кому попало не уходят. Сам понимаешь, это большие деньги. И дам совет на будущее — не делись с ними рецептами.

Сказав это, он показал глазами на главу гильдии, таинственно усмехнулся и отошел. Награждала меня, под вспышки магических шаров, лично невероятно привлекательная под бафом от моего блюда Эйприл Блумфи. Женщина средних лет с собранными в пучок темными, с проседью, волосами, в черной с золотом мантии великого мастера, выдала поздравительную речь и напутствовала:

— У вас дар, молодой человек. Вы настоящий талант! Не зарывайте его в землю. В вашем возрасте обычно тянутся к приключениям, но я вам так скажу: мы, кулинары, знаем, что настоящее приключение всегда требует много сил и энергии. А это дает только вкусная и питательная еда!

Она посмеялась своей шутке, я вежливо улыбнулся. В ее словах я смог уловить намек на то, что все рейдеры многими стаками скупают дорогущие блюда и пометил развитие ремесла, как запасной вариант на тот случай, если мне все же придется зарабатывать в Дисе.

Под аплодисменты собравшихся госпожа Блумфи посвятила меня в члены гильдии и вручила эпический рецепт рейдового блюда «Горское застолье»: +200 к наивысшей основной характеристике. +50 ко всем остальным, +50% к регенерации жизни и маны. Рецепт требовал полтора десятка редких ингредиентов и, по самым скромным прикидкам, себестоимость одной порции на рейдовую группу вставала в тысячу-другую золотых. Продавать его я не планировал, а потому тут же выучил.

После церемонии награждения у меня взяли интервью для всеобщего «Вестника Содружества» и «Ежедневного Дисгардиума». Вторая газета существовала только для игроков, и более дурацких вопросов, чем от «Ежедневного Дисгардиума», я не слышал. Впрочем, я старательно отвечал на все.

—   Скажите, Скиф, каково это — быть подростком в такой дыре, как Тристад?

—   Мы всем Тристадом готовы ответить на этот вопрос, если вы приедете к нам и зададите его еще раз.

Один из служащих гильдии по имени Боб позволил воспользоваться гильдейским магазином и прикупить ряд рецептов на мой уровень ремесла. Он же зарегистрировал все мои авторские рецепты: Хорошо прожаренный карась в сметане, Уха шахтерская, Маринованное филе болотного голована с луком и зеленью. А вот рецептом Запеченной крысиной требухи нежити делиться я не стал, памятуя о словах Дженкинса.

— Гильдия завтра же включит ваши рецепты в реестр предлагаемых к реализации.

У вас есть банковский счет? Еще нет? Ничего страшного, мы будем делать ваши авторские отчисления по почте. Один процент от суммы всех продаж ежемесячно.

Однако, имейте в виду. Скиф! — сказал в заключение Боб, пожимая мне ладонь. — Чем необычнее рецепт блюда и полезнее его свойства, тем выше процент!

Потом мы тепло распрощались с Арно, и встречавший меня дворф, мастер Ромм, отправил меня туда же, откуда я прибыл — к району поблизости от Олтонских каменоломен.

Примостившись на камне, я подумал, чем заняться дальше. Обязательное время в Дисе еще не истекло, фармить мобов желание отсутствовало, а потому придумал кое-что иное.

Я телепортировался в Тристад. Выбирал между ним и Виноградниками Пакстона. и рандом сыграл на моей стороне. В городе снял комнату в таверне, запер дверь и устроился у окошка, из которого хорошо было видно всех прохожих.

Настало время проверить теорию на практике. Если сработает, уже завтра мы наведаемся в новое подземелье.

Имитировать жреца 19 уровня Хильяну?

О. да.

Глава 27. Имитация

Задуманная мной авантюра перестала казаться ею после кулинарного турнира. В тот вечер я получил второй уровень Имитации сразу, как только сменил класс лучника на жреца. Научился имитировать не только класс, но и уровень. Дальнейший перебор к повышению навыка не привел, а никаких системных подсказок, даже индикатора прогресса способности для предвестника, не существует. Спасибо разработчикам.

Остановившись на варваре двенадцатого уровня, я прекратил этот разброд и шатание и лег поспать. Отдыхал там же, в снятой комнате таверны, нагоняя недоспанное в Гластонберри. Проснувшись через пару часов, никакого прогресса не обнаружил. Снова сменил класс и уровень — улицы к этому времени уже опустели, но редкие игроки по городу еще бродили. Даже не читая уведомления, понял: Имитация достигла третьего уровня. Теперь я мог копировать еще и чужую экипировку, жаль, только внешний вид. Все это утвердило меня в мысли: для прокачки неважно количество использований навыка, играет роль только время, проведенное в чужом облике.

Я снова лег спать, поставив системный будильник на утро. Проснувшись, разочарованно выдохнул: уровень Имитации не поднялся.

В школе встретился со всеми «пробужденными». Они выздоровели. Ребята даже выглядели отдохнувшими и свежими, проведя двое суток в оздоровительных капсулах. Вернувшись домой, я сразу залез в Дис — уровень навыка не поднялся. Понял, что в зачет прогресса Имитации идет только активное время в чужом обличье.

День вышел очень плодотворным. Я прокачал Глубинную телепортацию до пятого уровня, получив, наконец, точечную телепортацию, пусть пока и с большим откатом. Потом мы посвятили время отлову Каменных рвачей. Я показал ребятам рецепт и предположил, что эти редкие рыбки скоро взлетят в цене. Гипнотические жабы снова выпрашивали еды, но на этот раз получили кукиш с маслом.

После рыбалки совершили рейд в Болотину: я стал двадцатого, Краулер, за счет бонуса прокачки, девятнадцатого, а остальные восемнадцатого уровня. Там-то мы и вылупили наших боевых питомцев, Болотных иглоколов первого уровня, и здорово их прокачали. Толку от них пока не было никакого — иглоколы умели летать, жалить, но никакими личинками пока и не пахло. Дали им имена. Я своего назвал Игги. Ребята проявили фантазию: Чужой, Колючка, Хрень и Хоботок. Догадайтесь сами, кто и какие дал прозвища.

А еще они выглядели мелкими, не больше мухи, при рождении и с детский кулачок на десятом уровне. Довели их до двадцатого, сливая питомцам по сто процентов опыта, потом снизили до десяти, достигнув главного: Игги, Чужой, Колючка, Хрень и Хоботок научились откладывать личинок. Раз в минуту, но их же пятеро!

Первые же испытания в данже «Зло из глубин» показали, что пять иглоколов за пять минут боя с боссом подземелья сокращают его здоровье на четверть. Мы специально затянули процесс, чтобы это проверить. Особый смак придавало то, что петы не забирали агро на себя и погибнуть могли только случайно — от чего-то, бьющего по площади. Так, почти все они сгинули на Мракиссе. Выжил только Хоботок — Инфект отозвал его на последних процентах. Зато мы отхватили просто дофига синевы и два эпика! На этот раз повезло не только Тиссе, получившей корону, третий предмет в комплект Глубинного зла, но и мне. Я обзавелся прекрасными фиолетовыми кольчужными сапогами Сумеречные хитиновые ботинки, в сравнении с которыми награда охотника на монстров Гэрри Альта казалась дешевкой. Честно говоря, мой показатель силы уже позволял легко носить и латные вещи, но приоритетно мы одевали в них Бомбовоза. Зато Краулер торжественно выдал мне Заклятый смертью хауберк — эпический нагрудник на двадцатый уровень, выпавший в наше первое прохождение «Зла из глубин» с босса Локуста, которого они грохнули, пока я отсыпался.

Все это время я, кстати, провел воином, скопировав танка, чем вызвал бешеный восторг соклановцев. Еще большее изумление спровоцировало продемонстрированное после очередного повышения Имитации полное копирование: я стал вором восемнадцатого уровня, один в один одетым в экипировку Инфекта, но, самое главное, с точно такой же внешностью. Малик, глядя на себя со стороны, ошалел и ушел в прострацию, из-за чего чуть не погиб на одном из боссов — все время отвлекался, глядя на меня-себя.

Вчера я снова ночевал в Дисе ради прокачки Имитации, из-за чего клевал в классе носом и получил замечание от Грега. В тот же день мы зарегистрировали наш клан в юниорской Арене. От одного клана можно было заявить только одну команду, зато с запасными. Таковых у нас не было, так что в заявочный лист я вписал только пятерых.

— Вы уверены? — решил уточнить регистратор. — Не дозволяется дозаявлять новых участников по ходу турнира.

— А что будет, если кто-то из нас заболеет? — спросил я.

— Будете биться вчетвером против пятерых, — хмыкнул тот в ответ. — Минимальный состав к участию — двое. Но в этом случае проще не явиться на бой. Результат будет тем же самым — техническое поражение.

День ушел на тренировки на Полях боя, и мы даже выиграли несколько раз. Командное взаимодействие намного улучшилось, особенно, если сравнивать с первыми попытками. После этого я не рискнул возвращаться в город и остался куковать на острове Бегемота. От скуки пообщался со Спящим, но очень недолго. Расспросил его о классовых навыках, и божество пообещало наделить дополнительными способностями сразу после постройки храма. Какими именно, не сообщило.

— Я приму решение по ситуации, — провещал Бегемот, исчезая.

Этим он окончательно утвердил меня в мысли, что предвестник — абсолютно непродуманный класс. Скорее всего, ИскИн генерирует квесты, навыки и историю Спящих на ходу. Впрочем, насчет последнего я не уверен.

К полуночи уровень Имитации поднялся до пятого. Я научился копировать еще и системный текст над головой: ник, имя, расу и клан. С этого момента я мог прикинуться кем угодно, причем без отката, лишь бы цель была в пределах видимости. Что будет на следующих уровнях, догадывался, но на проверки больше не было времени.

Спустившись по лестнице к общему залу, но не заходя туда, я начал искать хоть кого-нибудь из «Аксиомы». Подставлять никого другого не хотелось. И надо же было такому случиться — первым, на кого наткнулся взглядом, стал Большой По. У них случилось какое-то чрезвычайное происшествие, и Уэсли, багровея лицом, орал на своих. Что кричал и о чем, из-под Купола безмолвия в зал не доносилось. Я не стал заморачиваться, быстро сымитировал вождя двадцать второго уровня Полинуклеотида и вернулся в номер. Оставив там персонажа, вышел из Диса, связался с друзьями и обрисовал план проникновения в охраняемое подземелье «Улей сарантаподов»...

***

Утро в Дисгардиуме — лучшее время, чтобы побыть наедине с природой и увидеть, как она просыпается. Как бледнеет, растворяется в небе Геала, и восходит алое солнце. В песочнице это редкий момент, когда мир живет собственной жизнью почти без участия игроков. «Почти», потому что мы в полном составе в игре: ребята ждали сигнала на островке Бегемота, пока я приближался к Куцему Вражеку.

Пару минут изучал обстановку: на дне прилично увеличившегося в размерах оврага тихо переговаривались двое из «Аксиомы». Парень, Детрове, развел костер и собирался готовить кофе; девушка, Энамаси, громко зевала и потягивалась.

— Быстрее бы закончились эти дежурства, — пожаловался Детрове. — У меня уже два страйка в этом семестре, Эна!

— И что? — вопросила девушка. — Расслабься, Дет, «Первое убийство» — это огромный задел на будущее. Даже если мы не в основе, это усилит клан! В большом Дисе нам всем будет проще... По?

Глаза Энамаси расширились при виде подходящего к ним лидера клана Полинуклеотида.

— Эна, Дет, я снимаю вас с дежурства, — сказал я.

— Но почему? Что случилось? — возмутился парень, только что так переживавший за пропуск школы. — Все нормально, По?

— Наши нахватали слишком много страйков, Дет, — ответил я, придав голосу озабоченный тон. — Давайте валите из Диса — еще успеете к первому уроку. У меня освобождение по болезни, подежурю сам.

Они еще какое-то время поломались, убеждая меня в том, что их дела в школе в полном порядке, но я видел, что ребята рады. Через пару минут оба вышли из мира.

[07:36] [Клан] [Скиф]: Все чисто. Прыгайте к данжу. Я захожу.

Я вошел в инст и наконец-то выдохнул. Пока ждал соклановцев, примостился к стенке и прикрыл глаза, наслаждаясь несколькими минутами покоя.

Тихие всплески портала известили о появлении ребят. Они улыбались, Бомбовоз с Инфектом обменивались шуточками, но я не поддержиал их игривого настроения. Очень устал за эти дни, и конца края этому было не видно.

Плевать мне и на сам инст, и на боссов. Важно просто пройти его как можно скорее, исчезнуть и вернуться через неделю, чтобы получить «Первое убийство». Полезные абилки важнее, чем временные усиления эпической экипировки. Хорошо хоть, когда вырастем из нее, можно будет продать.

— Ориентировочное время прохождения — три часа, — сказала Тисса. — Я знаю одну девчонку из «Аксиомы», она поделилась тактиками на боссов. Если не вайпнемся, уложимся в два с половиной часа.

— Давайте сделаем это за час, — сказал я. — Просто бегите позади и подбирайте лут. Я буду всех ваншотить.

Глава 28. Отборочная группа

Через неделю, за несколько дней до Нового года, мы получили «Первое убийство» за призванного финального босса «Улья сарантаподов» Шог’рассара, бога сарантаподов. Награда не сказать, что разочаровала, но ничего сверхъестественного в ней не было. Хотя парни со мной не согласились, потому что получили мы не навык, не шмотку, а ни много ни мало — божественный знак!

Защита Шог’рассара

Божественный знак.

+50% сопротивления урону от инсектоидов.

+100% сопротивления ядам.

Знак сначала выглядел как красная татуировка на предплечье, потом поблек, а в итоге вовсе исчез. Божественные метки, как оказалось, видят только боги. Подозреваю, на мне их сейчас три. И еще одна, как у «угрозы».

От «Славы героям» мы отказались, даже несмотря на то, что охотились сейчас не на меня. Всю песочницу перерыли в поисках Утеса и Евы. Как выяснилось, эти двое каким-то образом вынесли две группы дежурных «Аксиомы» в Куцем Вражеке, причем почти не прилагая усилий. По рассказам очевидцев, обоих якобы не брало ни оружие, ни магия, а ваншотили они чуть ли не щелчком пальца. Это привело всех к очевидным выводам: кто-то из них двоих является «угрозой».

Тем временем семья Евы переехала в район классом выше — туда уже так просто со стороны не попадешь. Я созвонился с подругой детства, узнать, все ли у нее в порядке и не нужна ли ей помощь. Ответить она ответила, но ничего толком не рассказала. Сообщила лишь, что у нее все очень (она подчеркнула это слово) хорошо, и, конечно, весьма мило, что я беспокоюсь, но переживать не о чем. Вообще, разговор сложился почти по-старому, теплый, и мы даже договорились как-нибудь встретиться.

Что касается Утеса, то он в Дисе, по слухам, засел в личной комнате и никуда оттуда не выходил. У его одноклассников якобы удалось выяснить, что парень все подозрения в статусе «угрозы» отвергает и ведет себя как обычно. То есть никак — общительным его никто и никогда назвать бы не смог, скорее, замкнутым и угрюмым. Я предположил, что Тобиас решил отсидеться до выхода из песочницы, но свои мысли держал при себе.

Узнать что-то еще никому из нас не удалось, но я все-таки написал ему:

Привет, Тобиас.

Мы не друзья, но я побывал в твоей шкуре. «Аксиома» роет землю, чтобы найти тебя, и если не обнаружит — перекинется в реал, если еще не успела этого сделать. Так что дам совет: не высовывайся.

Скиф.

Ответил он на следующий день: «Знаю. Спасибо».

Всего за два рана в «Улье сарантаподов» мы выбили просто дофига отличной экипировки. Разок даже сработал шанс на улучшение лута, когда с обычного моба свалился эпический латный нагрудник для Бомбовоза. В сумме мы сорвали куш в пять эпиков и десяток редких вещей. Все на двадцатый уровень.

С первого босса я получил эпические Поручи Непроглядной Бездны, и с него же, только в другой ран — фиолетовый Убийственный колчан с бонусом на ловкость, выносливость, урон и скорость атаки из лука.

Однако круче всех повезло Тиссе. Она получила еще один предмет сета — Одеяние Глубинного зла. Четыре собранные вещи сета дали ей снижение получаемого магического урона и шанс закрыться от противника приличным магическим куполом.

А днем ранее Бомбовоз, щеголявший легендаркой на пальце, смог, наконец, еще и Золотую рыбку выловить! Она выдала квест отпустить ее, Бомбовоз не стал отказываться и в награду получил +75 к силе навсегда.

Инфект от таких новостей и потрясений от зависти чуть не удавился! Надувшись, он рекордное время прожил под контролем своей жабы, испуская лучи недоброжелательности, и если бы не цепной хомяк Краулера, мы бы Малика потеряли. Ну, я к тому, что зависть — очень разъедающее чувство, и гасить такое надо в зародыше. Вот Эд и раздавил, напомнив, благодаря кому вор бегает с масштабируемым кинжалом. Это он на себя намекнул — как пожертвовал статусом «угрозы». Потом кивнул на меня, на тот момент одетого хуже всех. Этого хватило. Инфект осознал и извинился.

С Ритой Вуд я встретился еще раз на выходных. Взял отгул от Диса, и мы с девушкой посидели в кафе. Очень мило пообщались. Рита даже заикнулась о том, что была бы не прочь войти в наш клан, так как уж больно примечательный лут мы скидываем ей на реализацию.

— Я бы с удовольствием тебя принял, — ответил я, — но не уверен, что ребята легко согласятся. Может быть, после выхода из песочницы вернемся к этой теме?

— Я не настаиваю, — сказала Рита. — Но если вы продолжите в том же духе, у «Пробужденных» отличные перспективы в большом Дисе. И тогда… Ни одному клану не помешает свой прокачанный торговец, ведь так?

Не знаю, чего в ее желании к нам присоединиться было больше: бизнеса или стремления чаще быть рядом. Она показала себя очень прагматичным дельцом, но очевидным казалось и то, что я ей нравлюсь. Кстати, она вернула отданные ей на хранение эпики. Лук жгучих стрел с Мракисса пришлось, правда, пока отложить в сундук. Он требовал двадцать пятого уровня.

После получения достижений в Улье мы скакнули в Болотину. Там добили наши уровни до двадцать вторых, решив на этом остановиться. На Арене это будет в пределах нормы и не вызовет вопросов.

Излишки опыта сливали подросшим и, я бы сказал, возмужавшим иглоколам, но Колючка Тиссы и Хрень Бомбовоза казались нам девочками. Серьезно, у них даже цвет туловищ был нежнее, чем у парней. Те и стрекотали грубее и вообще вели себя по-хамски. Игги, например, все время норовил сагриться первым, игнорируя команду находиться рядом и защищать хозяина. Пока бродили по топи, пару раз умудрился чуть ли не нырнуть под воду, чтобы напасть на голованов. Диковатый он был пока.

На двадцать пятом уровне иглоколы достигли размера взрослой особи и стали выглядеть внушительно. Здоровенные, с теленка размером, и опасные — это тебе не какой-то там карманный собакен, кои в виду дешевизны стали самыми распространенными питомцами. Те только тявкать и умеют, хотя вроде тоже считаются боевыми питомцами.

Нигде, кроме подземелий и Болотины наших иглоколов мы не показывали и не собирались делать это и впредь. Грозная пятерка будет нашим оружием последнего шанса.

Особенно ввиду того, что каждый из них приобрел собственную абилку. Например, мой Игги мог издать Смертельный стрекот. Ничего смертельного в нем пока не было, всего лишь массовый стан всех врагов в радиусе десяти метров на одну секунду. Вроде мелочь, но эта секунда может изменить исход боя.

Хоботок забрасывал в цель не одну личинку, а две сразу. Хрень научилась разливать под ногами противника лужицу замедляющей слизи, которая даже наносит урон, но с такими малыми цифрами, что их можно не учитывать. Колючка умела ощетиниться как дикобраз, и атакующий девочку сам получал урон. Даже на расстоянии — такая вот магия.

Уже после этого нам в головы закрались мысли о том, как ИскИн отреагировал на прозвища питомцев. Подозрения утвердились, когда Чужой при получении ран стал фонтанировать кислотой.

«Сноусторм», ты серьезно?..

Закончив с фармом, мы отправились в город, чтобы докупить недостающие элементы экипировки.

Общим решением постановили не тратиться на эпики — просто сменили синие низкоуровневые шмотки на актуальные. Уложились в шестьсот золотых.

В общем, в том, что касалось экипировки, наша группа перестала напоминать бомжей. Наоборот, внешним видом мы внушали уважение большинству игроков песочницы. Бом даже заикнулся о трансмогрификации эквипа под какой-нибудь красивый комплект, чтобы не ударить в грязь лицом на Арене.

— Тысячу голды или даже больше трансмогрификаторам только за то, чтобы ты там покрасовался?

— спросила Тисса. — Может, ты еще мейк-ап сделаешь? Волосы завьешь? Ты боец или «красивый»?

И вообще, я хоть и девочка, но даже не задумывалась об этом.

«Красивыми» называли тех, кто смыслом жизни поставил внешние данные. Эти ребята заточились на физическом совершенстве и красоте. В ход шло все: от пластики до банальной косметики. Вроде бы ничего необычного, но они вообще не видели берегов. Так и говорили: «Красота не имеет границ».

Ну, а когда улучшать нечего или не хватает возможностей, можно заняться внешним украшательством — оттенки кожи, цвет волос, глаз и ногтей, пирсинг, татуировки, одежда, косметика, имплантированная бижутерия и биохакинг. «Красивыми» некоторые восхищались, но в нашей компании больше посмеивались. Никто из нас не видел в их действиях смысла. Понятно, Дениза Ле Бон — она зарабатывает красотой, но зачем это рядовому дизайнеру ресторанных меню?

Так что Ханг тут же дал задний ход и почему-то стал извиняться перед Тиссой. Женская магия, не иначе. Как они так виноватят парней на ровном месте?

— Ладно, закругляемся, — сказал Краулер. — Надо выспаться перед завтрашним днем.

На следующий день у нас начинались отборочные игры юниорской Арены. Она, вообще-то, уже стартовала, но наши первые бои только завтра.

Попрощавшись, ребята вышли из игры. Я же остался — из головы не выходили слова Бегемота, и мне хотелось проверить кое-что еще.

***

Мы сидели в выделенной нам комнате в подтрибунном помещении главной Арены Содружества. Это не та, на которой я дрался с Утесом, но построили ее по тому же принципу. Разве что намного масштабнее.

Небольшое помещение: посередине столик с прохладительными напитками, вокруг него кресла, у стены диван, под потолком Шар Эгерии, проектирующий на другую стену происходящее на Арене.

Для комфортного просмотра одновременно проходит только один бой на территории всего ристалища, а пятнадцатиминутные схватки идут одна за другой с утра до позднего вечера — в школах зимние каникулы. Ландшафт боевой зоны каждый раз меняется случайным образом.

— Алекс, я тебе сто раз говорил и скажу в сто первый! Как бы ни сложилась ситуация, ни в коем случае не юзай читерские абилки! — твердил Эд. — Даже чумной энергией не пользуйся! Завтра все логи боев будут изучаться под лупой всеми: и кланами-участниками, и обычными зрителями.

Аналитики и статистики, заметив любое отклонение от нормы, обязательно заострят на этом внимание. От этого до интереса «превентивов» — доли секунды…

— Да понял я, понял, — огрызнулся я. В чемпионате мира среди зануд Родригез взял бы первое место. — Все будет хорошо, Эд.

С нашего первого Поля боя, когда я, психанув, пошел всех крушить чумой, Краулер каждый день нудел о недопустимости подобного впредь. Парень был заинтересован в развитии потенциала моей «угрозы» больше меня.

— Просто помни: в случае проигрыша спора все, что мы потеряем, — твой легендарный пет. Он дорог, не спорю, но ставки на порядки выше, понимаешь? — говорил он мягко и спокойно, будто втолковывал что-то своей младшей сестре Полианне.

— Хорошо, Эд. Не волнуйся, я буду действовать как лучник. Даже кулаки использовать не стану.

— Не дай бог! — воскликнул Бомбовоз. — От твоих Молотов вековые деревья рушатся! Не спали контору, Скифи!

— Палить — это по части Краулера, — отшутился я.

За счет задранных основных характеристик, высокого уровня Стрельбы из лука и развитых новых выстрелов, которым меня обучил наставник Конрад, я мог драться на Арене как настоящий лучник.

Безоружный бой вырос до семьдесят пятого уровня, а для песочницы это предел. Мобов выше двадцать пятого я здесь не видел — Для всех, кто только присоединился к нашей трансляции: э-э-э-то-о-о Ар-р-р-ре-е-н-на! — прорычал бессменный комментатор Дариуш Ковальски по маго-визору.

Дариуш не игрок, но человек. «Сноусторм» переманил его из Мировой лиги боевых роботов лет десять назад, и с тех пор все состязания комментировал только он и какой-нибудь сменяющийся напарник, приглашенный гость.

— Арена, но юниорская, — заметил Рэм Мей, второй комментатор. — Напоминаю зрителям, что участие в ней принимают только игроки подростковых песочниц!

— Ох уж эти подростковые бои, — засмеялся Ковальски. — Бессмысленные и беспощадные!

— Здесь я с тобой не соглашусь, коллега, — сказал Рэм. — Множество чемпионов взрослой Арены вышло из таких вот песочниц…

— И ни одного в составе «Модуса»! Действующих чемпионов! — перебил его Дариуш. — Никто из них не блистал в песочнице, но скажи, Рэм, чьи лица в небе ты видел, когда летел в студию?

— Это да. Но тоже имею кое-что напомнить. Двенадцать лет назад на этой самой Арене чемпионом стал один шестнадцатилетний мальчишка. Его звали Магвай. Помнишь такого?

— Кто не знает лучшего игрока мира? — смутился Дариуш Ковальски, но тут же взял себя в руки. — Мы отвлеклись! Итак, мы продолжаем отборочную серию игр следующим боем...

— На третью арену вызываются команды кланов «Пробужденные» и «Корпус тьмы»! — раздалось в комнате. — Минутная готовность!

Мы переглянулись и, не сговариваясь, одновременно поднялись из кресел. Двадцать секунд ушло на то, чтобы экипироваться. Оставшееся до призыва на поединок время мы стояли, стянувшись в круг, обнявшись и склонив головы.

— Клан «Пробужденные», представляющий Тристад, встретится с кланом «Корпус тьмы» из Эбенгарда, — затараторил Дариуш. — Обе команды из отборочной группы NA-12. Всего в ней пять команд. Каждая встретится в бою с каждой. За победу начисляется одно очко, за поражение — ноль.

Две лучшие команды группы выйдут в основную сетку плей-офф, откуда начнут свой путь к званию чемпиона этого года!

Ш-шу-у-ух-х! Только что мы находились в тишине, а в следующее мгновение оказались в стартовой позиции на бурлящей от зрителей Арене.

Пара секунд ушла на то, чтобы перестроить зрение. Нас перенесло так же, как мы стояли, — кругом.

Разделившись, осмотрелись. Справа виднелся заброшенный трехэтажный дом, слева заросли какой-то буйной растительности, в дальнем от нас конце поднимался настоящий лес. В центре возвышался холмик. Здесь вообще все декорации были настоящие: маги просто копировали реально существующий участок местности.

— Мы расскажем вам о составах команд сразу же, как только начнется бой! — пообещал Дариуш. — А сейчас... Три! Два! Один!

— Деритесь! — взорвались трибуны

Глава 29. Первый храм

В Дисе слишком много классов. Так что глобальной градацией бывшие «дементоры» не заморачивались: «тряпки» — маги, жрецы и им подобные в тканевой броне, «мили» — то есть бойцы ближнего боя, и «рейнджи» — соответственно, дальнего. А еще поддержка или «саппорт». Эти могли быть бардами, инженерами, феями, знаменосцами, хилами — в общем, всеми, кто больше усиливал союзников, чем наносил урон.

Первый бой мы слили вообще без шансов. До выхода на Арену Эд с Тиссой определили тактику: станим паладина, быстро сносим «тряпок», то есть, двух магов, после чего переключаемся на хила. Последними добиваем стрелков: следопыта и охотника.

Как и намеревались, сразу после «Деритесь!» успешно законтролили пала и ринулись фокусить ближайшего к нам мага. Пока добежали, тот сотворил четыре иллюзии, следопыт разбросал вокруг него ловушки, охотник захватил позицию на возвышенности и натравил на Тиссу медведя... В общем, сложили нас одного за другим — под улюлюканье зрителей и едкие иронические комментарии Дариуша — стремительно и профессионально. Я, честно, растерялся и умер последним только за счет быстроты ног, Каменной кожи и высокой Устойчивости. Пока меня пытались добить, сумел все-таки отправить на перерождение их иллюзиониста.

Потом долго ждали следующую схватку. Клан «Изумрудный сон» казался слабее, чем «Корпус тьмы», и мы надеялись реабилитироваться.

Напрасно. Умудрились продуть и им. Побарахтались, само собой, даже вынесли дерзкого разбойника и шамана воды. Первого выцепили из инвиза и сразу загнали в стан, больше оттуда не выпуская, второго по традиции добил уже я, оставшись один.

В результате бездарно слились. У них даже хила не было, зато Тиссу снесли первой. Потом под раздачу попал Краулер, я шуганул их Жутким воем, они сразу же как-то сняли Страх и добили мага огня. Инфект вгрызся в их чернокнижника, а через секунду сам побежал в Страхе. Лока, кстати, петоводил и водился с Демоном бездны, это впечатлило даже Эда. С таким классом действует бешеный штраф на набор репутации у фракций Содружества — очевидно, что чернокнижник планирует переметнуться к Темным сразу после песочницы. Добили меня за счет сработавшего проклятия Внезапной смерти.

Короче, снова проиграли и оказались на грани вылета. Из группы выходят только две команды, и даже если победим в оставшихся боях, не факт, что займем место выше третьего.

Радовало только то, что у «Аксиомы» дела шли не лучше. В первом поединке они разгромно продули юниорской команде «Модуса», а во втором по глупости сами отдали победу — убили двоих, при этом все пятеро у них оставались живы, но вместо того чтобы отступить, залечить раны и спокойно вынести оставшихся противников, кинулись добивать. Не смогли, подорвались на магической мине и застыли на десять секунд. Соперникам этого хватило, чтобы обратить результат в свою пользу.

Нам не хватало сыгранности, а компенсировать ее было нечем. Вообще, все участники экипировались не хуже нас, а кто-то и намного лучше. Уровнями нам вообще никто не уступал — наш двадцать второй был нижним пределом. Низкоуровневые команды даже не рыпались, чтобы не рисковать тысячей золотых за регистрационный взнос. Несправедливо? Как сказать, финансовая успешность считается еще одним показателем уровня клана. Тем более все деньги шли в призовой фонд, и без того огромный за счет спонсорских денег. Организаторы же зарабатывали за счет продажи прав на трансляцию Арены в реал и получали деньги от спонсоров, контракты с которыми заключались на годы вперед. Вполне логично, учитывая золотоносность подростков. В необязательном классе маркетинга, который я посещал, нам рассказывали, что мы — самый лакомый кусок пирога для рекламодателей. Мол, какие бренды полюбим в этом возрасте, тем и будем хранить верность до конца жизни.

Все мои убер-плюшки использовать было нельзя: ни чумную энергию, ни болотных иглоколов, ни тем более проклятие нежити. За счет высокой Устойчивости и бонуса к скорости передвижения меня убивали в обоих боях последним, но Арена не турнир одиночек. Гордиться нечем.

Единственной из необычных способностей, что я использовал, был Жуткий вой, но исхода он не решал: у всех соперников нашлось, чем снимать эффекты контроля.

***

Сразу после позорного поражения нас отправили в родную песочницу. Мы были настолько опустошены, что просто сидели молча в снятой комнате «Буйной фляги». До оставшихся двух боев оставалась неделя, но если что-то не придумать, мы и их проиграем. То ли скилла нам не хватало, то ли опыта PVP, то ли сыгранности. А может, всего вместе.

— Ладно, не кисните, — нарушил я тягостную тишину. — Есть у меня один запасной вариант. Пока не знаю, удастся ли реализовать. Слишком много «если», но, может, сумеем что-то придумать совместными усилиями.

Ребята встрепенулись, а Бомбовоз в возбуждении по привычке врезал мне по плечу, но остановился, не понимая пока, есть ли повод для радости. Разбаловал я их неожиданными приятными сюрпризами.

— Говори, — потребовал Краулер.

— Дело было так... На днях я решил проверить одну старую идейку. Она пришла мне в голову в тот день, когда мы разбирали тот давний инцидент с «кидаловом» Криса и Риты Вудов, помните? Как раз перед выходом на наш первый фарм. В тот день я ее не принял в расчет, решив, что проверка займет слишком много времени…

Я рассказал, как спустя какое-то время после разговора с Бегемотом идея всплыла снова. Ребята тогда разошлись спать, а я остался в Дисе. Освободил инвентарь, запасся зельями и отправился пешком на запад. Преодолел речные земли мурлоков и владения нагов и вырвался к Бездонному океану. Бежал я так быстро, что все хвосты сагрившихся мобов отставали, не выходя за пределы своей территории.

Квестовая метка на карте показывала, где я должен отыскать руины древнего святилища — место силы, расположенное ближе всего к Спящим. Примерное расстояние я оценил в сорок пять километров. В жизни столько не пробежал бы, если бы не игровые условности. Дыхалка заточена на выносливость, а скорость передвижения у меня с семидесятипроцентным бонусом. Решил, что добраться вполне реально, лишь бы прокатило.

Выпив Зелье хождения по воде, я побежал в сторону метки. Что там находится, из-за тумана войны я не видел, но был уверен, что найду остров.

Когда позади остался километр, настиг дебаф Изнеможения. Жизнь стала таять, и если первый тик снимал один процент жизни, то дальше урон только нарастал. Грозное уведомление обещало, что если не поверну обратно в песочницу, то неотвратимо погибну. Конечно, я поплыл дальше. Разве что врубил проклятие нежити. Спустя несколько часов я добежал. Вернее, уже доплыл, так как все зелья закончились, за счет чего Плавание повысилось до шестьдесят шестого уровня.

Ребята слушали меня очень внимательно.

— В итоге я открыл остров. Система предложила дать ему новое или вернуть забытое название бывших обитателей — Кхаринза. Я не стал мудрить и согласился на старое.

— Назвал бы «Остров Скифа», — улыбнулся Инфект. — Или «Остров Пробужденных»! Эх ты, лапоть!

— Слушай дальше, остряк. За уважение, проявленное к аборигенам, получил триста очков к репутации с фракцией Ушедших. Хрен его знает, кто это, но все равно круто, да?

— Посмотрел в игровой энциклопедии. Ни единого упоминания об Ушедших, — тут же откликнулся Краулер.

— По однокоренным словам тоже ничего, — покачала головой Тисса.

— Ладно, слушайте дальше. Бродил я там, бродил и добрался до места, отмеченного на карте. Какието руины с непонятными знаками, все заросло нафиг, и хрен его знает, что с этим делать. Я покрутился вокруг, но что делать, так и не сообразил. К этому моменту мой мозг отказал полностью.

Оставлять персонажа там не стал, вернулся в город, — закончил я свой рассказ.

— Какой там уровень мобов? — деловито спросила Тисса.

— Насколько большой остров? — одновременно с ней задал вопрос Краулер.

— Офигеть! — воскликнул Инфект. — Может, там даже новый данж есть?

И только Бомбовоз промолчал. Он сидел, опустив голову, и о чем-то думал. Дождавшись, когда все заткнутся, пробасил:

— Успеем еще там пофармить, если, конечно, там есть, что фармить. Я о другом...

— Это вряд ли, — не дал я договорить Бомбовозу. — Изнеможение не слетело с меня и на острове.

Можно, конечно, рискнуть и портануть вас туда...

— А давай, — легко согласились ребята.

Меньше чем через три минуты мы вернулись в Тристад — стоило нам оказаться за пределами песочницы, как жизнь начала утекать. Молча добрались до таверны и вскоре снова сидели там же, откуда прыгали на остров Кхаринза. Даже расселись аналогично.

— Я продолжу? — невозмутимо спросил Ханг, дождался кивков и заговорил: — Хорошо. Так вот, все вы, кроме Скифа, понятно, думаете не о том. Он-то как раз молодец. Вспомните, что говорил Бегемот? В единстве сила. Откроем храм, сможем стать последователями Спящих.

— Ну и где мы наберем столько народу, чтобы от этого был прок? — спросил Краулер.

— Набрал же Скиф без нас двенадцать последователей? Было бы предложение, а желающие найдутся, так ведь? По неписям прошвырнуться...

— По неписям? — с сомнением протянула Тисса. — Ты серьезно? Тристад под Нергалом, там ловить нечего. У охотников свои боги, а...

— Неписи не нужны, — перебил я. — Пару недель назад я общался со знакомыми негражданами в Олтонских каменоломнях. Там один из них выкопал медное колечко на плюс два к силе. Так вы не представляете, сколько народу ему завидует! Даже такой мизер для них — повышение продуктивности, а значит, и дохода. Реального, замечу, на который они кормят свои семьи. А там ведь не только рудокопы. Уборщики, строители, каменщики, дровосеки, плотники...

— Ну, допустим, строителей мы там найдем. Среди неграждан их немало — популярная рабочая профессия. Но что ты предлагаешь? Слетать в какие-нибудь трущобы оницо и покричать на улице? — саркастично поинтересовалась Тисса. — Веруете ли вы в Спящих? Уверуйте же, помогите нам отстроить храм и получите плюс к характеристикам!

Краулер, глядя на нее, улыбался. Когда девушка закончила ерничать, он сказал:

— Тисса, двадцатью секундами ранее Скиф во всеуслышание объявил, что у него есть знакомые рудокопы. Смена у них уже закончилась, так что можем пообщаться завтра.

— К чему ждать завтра? Полетели сегодня. Я знаю, где найти их в реале.

— Э... Ты серьезно? Это опасно! Куда лететь? — синхронно воскликнули ребята.

— Серьезно. И не очень опасно. А лететь надо в Калийское дно.

***

Пока одноклассники испуганно жались к стенке, не участвуя в беседе, я рассказал о своем предложении деду Трикси. Тот вызвал братьев Алмейда: Мэнни и Хэнка (который, впрочем, не явился).

— Брат теперь круглосуточно в капсуле, — объяснил Мэнни отсутствие Хэнка. — Корпорация предложила ему улучшенные условия контракта, но нынче ему надо подолгу сидеть в Дисе.

Вникнув в идею единства и Спящих, Мэнни чрезвычайно взволновался и кликнул друзей и коллег.

Через четверть часа в маленькой клетушке старика Фуртадо стало невыносимо тесно, и все заинтересованные лица перебрались на крышу. Мы, Мэнни, его брат Хэнк, Трикси с дедом и еще человек пять. Все трудились в нашей песочнице, и если б не это условие, собрался бы весь район.

Хорошая погода позволила занять детскую площадку, откуда мужики разогнали всю малышню. Мы остались одни.

— Все вы знаете Алекса! — проникновенно заговорил Мануэль. — К нему хорошо относился покойный Клейтон, он помог мне и всегда уважительно относился к каждому из нас. В Дисе он Скиф, вы его наверняка видели в «Буйной фляге». Парень заслуживает доверия и... нашей помощи. Тем более она станет взаимовыгодной! Кто знает, может, для нас это станет тем самым шансом на лучшую жизнь, о котором мы мечтали? Но обо всем по порядку. Рядом с Алексом его товарищи...

Одноклассники представились, и Алмейда продолжил:

— Все, что вы услышите, должно остаться между нами. Даже родным ни слова! Если это всплывет хоть где-то, хоть намеком, все пойдет крахом! Это всем ясно?

Народ отреагировал согласием. Тогда Мэнни попросил меня повторить то, что я рассказал ему.

— Э... — уверенно начал я. — Всем привет! Дело такое. В Дисе появились новые боги. Спящие. Так вышло, что мы получили от них квест на восстановление храма. Место находится за пределами песочницы, и нам туда не попасть, так как персонажи до совершеннолетия привязаны к песочнице Тристада. Да и строителей, и каменщиков среди нас нет...

— Еще бы, — фыркнул широкоплечий мужик в кепке. — Зачем, если есть мы...

На него зашикали, но я успокаивающе поднял руку и обратился к нему:

— Простите, как вас зовут?

— Дьюла, — буркнул мужик.

— Дьюла, сколько вам лет?

— Сорок восемь.

— А мне пятнадцать. Систему гражданства придумало ваше поколение, а не мое. Хотите найти виноватого, ищите среди них.

Побагровев, Дьюла сплюнул, что-то прошипел и направился прочь, но его остановил Мэнни:

— Дослушай, Дью! Богом клянусь, ты не пожалеешь! — склонившись ко мне, он негромко сказал: — Он же прокачанный каменщик! У нас таких больше нет!

Мэнни вернул Дьюлу и начал с ним шептаться. Неловкую тишину нарушил звенящий голос Тиссы:

— И вообще, мы еще даже тестов на гражданство не прошли! А вы нас обвиняете? Знаете, как мы хотим вам помочь? Да у вас все изменится!

Трикси, не отрывавший от нее взгляда, вдруг выскочил в центр сборища и закричал:

— Тисса хорошая! Алекс хороший! Ханг хороший! Эдвард хороший! Малик хороший! Они хорошие! Хотят помочь!

Он повторял эти слова раз за разом — похоже, его заклинило. Внимание всех на крыше здания было приковано к нам. Мэнни призвал карлика к порядку, а остальных попросил говорить тише. Когда воцарилось спокойствие, я перешел к сути…

Примерно через час все было решено. Мы нашли трех надежных каменщиков, и у одного, того самого Дьюлы, даже был проект храма. Именно его, а также Мэнни решили назначить жрецами Спящих, чтобы дальнейший набор последователей среди неграждан они вели сами. Дело оставалось за малым — найти на острове строительные ресурсы и обеспечить охрану. У рудокопов персонажи первого уровня, их любой агрессивный воробушек может заклевать до смерти.

Чтобы не терять время, уже после полуночи мы с Мэнни и Дьюлой встретились в «Буйной фляге», отошли в безлюдное место и оттуда перенеслись на Кхаринзу. Бывших «дементоров» тащить с собой смысла не было — и двух минут не продержатся, как погибнут ни за что.

***

В первый же день, вернее, ночь, в глуби острова удалось обнаружить скальные пригорки. Там нашлись и камни, и какие-то редкие руды. Мэнни профессионально повел горбатым носом, поработал киркой и выдал вердикт:

— Концентрация руд невероятна! Странно, что сюда еще никто из горнодобывающих компаний не явился! Тут и медь, и железо, и олово, но это само собой. Золото! Вижу следы мифрила, но добыть не могу. Уровня ремесла не хватает, конечно. На медных рудниках сильно не прокачаешь. Может, здесь адамантит есть? С самоцветами, думаю, тоже богато... Эх, сюда бы наших притащить...

Бешеный рев прервал возбужденный ход его мыслей. А потом мы услышали топот. Размеренный, гулкий. С каждым шагом земля под ногами тряслась все сильнее, а потом, проломившись сквозь высоченные деревья, появился он. То есть мы подумали, что это он, но это была только одна его нога.

Только задрав головы, мы увидели его целиком.

Выбравшись из леса, он остановился и издал леденящий душу рев. Иссиня-черный, высотой метров тридцать, с колоссальными лапами-колоннами и длинной мощной мордой. В ярком свете местной луны Геалы особенно хорошо были заметны чудовищные клыки монстра.

Монтозавр, ??? уровень

Древний ящер

Глобальный босс

Босс был настолько силен, что я даже не смог определить его уровень! Расстояние до него измерялось несколькими сотнями шагов, но эффект рева все-таки нас зацепил — оглушило на пару секунд.

Вернуться в город мы не могли, Глубинная телепортация не откатилась. И произойти это должно было нескоро — мы ведь только-только сюда прибыли.

Едва отморозились, я скороговоркой выпалил план действий:

— Дью, Мэнни, я отвлеку его и утащу подальше отсюда. Вы же бегом к святилищу! Оттуда выходите из Диса. Встретимся завтра — после школы я прилечу к вам. Обсудим, что да как дальше.

Рванув к Монтозавру, я привлек его внимание и побежал подальше от работяг. На бегу запулил в босса Замедляющим выстрелом, влив в него весь объем чумного резервуара на сто тысяч единиц.

Стрела бессильно отскочила от бронированной груди ужасного монстра. Эффект замедления и дамаг от самой стрелы, разумеется, не прошли.

Вы нанесли критический урон Монтозавру: 100 000!

Очки жизни: 59 900 000 / 60 000 000.

Нашла коса на камень! Шестьдесят лямов жизни! Включил запись, снял, как громадная туша издает Леденящий рев и не торопясь движется ко мне, парализованному Ужасом.

Отморозившись, помчался прочь по трясущейся и уходящей из-под ног земле. Но далеко уйти не удалось. Монтозавр легко меня настиг и, схватив верхней конечностью, потащил в неохватную пасть.

Перепугавшись, я заорал, но тут же закашлялся, вдохнув смрадного дыхания из пасти ящера. «Чем он здесь питается? — мелькнула мысль. — Он же всех сожрал давным-давно!»

Монтозавр попытался перегрызть меня, но у него ничего не вышло. Тогда он выплюнул мое тело и решил раздавить, но я не стал ждать и прыгнул в чернеющее рядом отверстие в скале. Протиснулся глубоко внутрь, как таракан, и замер, чувствуя, что лапа босса скребет за спиной длинными мощными когтями.

Тем временем Мэнни написал в личку, что они с Дью успешно добрались до святилища. Спрашивал, все ли у меня в порядке и могут ли они покидать Дис. Я ответил, что могут, а через некоторое время, когда ящер сдался и перестал грызть базальтовую скалу, внутри которой я засел, режим боя слетел, и я спокойно вышел из игры.

Наутро в школе ребята рассказали, что обнаруженный остров отсутствует на всех картах, так как эта территория относится к неизведанной части Дисгардиума. Единогласно решили, что это нам на руку.

В тот же день выяснилось, что в радиусе трех сотен метров или около того вокруг руин святилища все мертво. Растительность есть, а животных, птиц, насекомых или какой-нибудь нечисти — нет.

Видимо, какая-то аура или дыхание Спящих отпугивает все живое.

Это стало лучшей новостью дня. Основывать храм можно было, не боясь динозавра. Дьюла возглавил строительство.

— Я примерно прикинул, как здесь было раньше, — сказал он. — Руины древние, но система в их расположении прослеживается четко. Возводить храм будем на старом фундаменте.

— В неделю уложимся?

— Можем и раньше, — почесав затылок, ответил Дьюла. — Проект малого храма для меня новый, достался по случаю от наставника. Не думал, что он когда-нибудь понадобится. Нужно больше рабочих. Требуется: каменных блоков четыре тысячи шестьсот двадцать, древесины...

С добычей ресурсов пришлось поизвращаться. Основными ресурсами для постройки малого храма шли камень, лес и песок, который можно было «создать», но куда дешевле и быстрее оказалось найти готовый. Его обнаружили у реки за пределами защиты святилища.

Перспектива появления новых, пусть и надежных, по словам Мэнни, лиц заставила задуматься о конспирации. Как выяснилось, Сокрытие сущности тоже прекрасно качается. Чем дольше я его использовал, тем больше мог скрывать, и вскоре, буквально к концу третьих суток, окружающие вместо меня стали видеть лишь дымчатый тёмный силуэт без информации.

А еще навык успешно маскировал мою расползающуюся гниющую плоть — на острове я мог жить только под проклятием нежити.

Изнеможение напомнило, как я качал Устойчивость. Я подал ребятам идею, и та сработала. Хлопки телепортов на протяжении всего строительства стали раздаваться у святилища с завидной регулярностью, ребята прыгали сюда по откату, выживали под массовым хилом Тиссы, сколько могли, и за секунду до смерти возвращались назад. До капа они не добрались даже близко, но и двадцать с лишним полученных уровней навыка резко повысят выживаемость «Пробужденных».

После очередной агитационной компании Мэнни Алмейды мои ребята перетаскали на остров еще человек двадцать рудокопов, лесорубов, каменщиков и строителей. Все жители Калийского дна. И каждый, включая Трикси, после рассказов Мэнни о незанятом богатом руднике рискнул: уволился из компании и решился помогать мне. Не знаю, чего они себе там напридумывали, но идея имела смысл.

Если мы сможем сами добывать руду и отливать ее в слитки, при содействии Перевес можно будет поднять доходы неграждан в несколько раз! И это с учетом интересов клана.

Моей же задачей оставалось охранять бригады, добывающие ресурсы. Монтозавр патрулировал остров и появлялся у рудника несколько раз в день, но без всякой системы. Предугадать его визит не представлялось возможным.

Я перехватывал агро, убегал к своей норе, а рабочие тем временем организованно пережидали под охраной святилища, пока босс не свалит по своим делам.

У меня ехала крыша от переизбытка Диса, из которого я выходил только для того, чтобы перекусить, сделать несколько упражнений вроде приседаний и отжиманий, справить естественные надобности и принять душ. На большее времени не оставалось — мы спешили.

Через пару дней после начала работ Дьюла и Мэнни вызвали меня на разговор.

— Алекс, надо здесь обосновываться, — сказал Мэнни. — У Дью есть предложение.

— Какое?

— Когда вы, ребята, планируете выбираться из песочницы? — спросил Дьюла.

— Месяца через три. Кто-то раньше, кто-то...

— Я понял. Смотри, парень, бесхозных ресурсов здесь полно. Я могу отстроить вам клановый форт первого уровня. Ничего особенного, но мы с мужиками сможем здесь обосноваться и строить дальше:

жилые помещения, таверну, клановое хранилище — это для начала. За счет этого поднимем ремесло и сможем проапгрейдить форт до второго уровня. Там есть куда развиваться, поверь, вплоть до кланового замка. Стационарный телепорт, магазины, отделение аукциона, мастерские...

— Мне нравится. Что для этого нужно?

— Для форта хватит того, что мы добываем здесь. А вот апгрейды и новые здания потребуют огромных вложений, — ответил за товарища Мэнни. — Какие-то ресурсы сможем добывать здесь, за счет этого и мы, рудокопы, поднимем уровни ремесла, получив возможность добывать новые руды.

Излишки можно продавать, но заняться этим лучше тебе и твоим людям. У нас большие штрафы на торговлю. И... — Он запнулся. — Вот еще что. Свой клан мы создать не можем. Уровнями да рылами не вышли. Но если ты примешь нас в свой, это решит кучу вопросов…

Текущая репутация: симпатия.

Я убрал эти уведомления, чтобы почитать о полученных классовых навыках.

Освобождение

Пассивный классовый навык.

Текущий уровень навыка: 1.

Снимает любой эффект контроля. С вероятностью 1% отразит эффект контроля.

Время восстановления: 5 минут.

Летаргия

Активный классовый навык.

Текущий уровень навыка: 1.

Отправляет цель в летаргический сон. Эффект невозможно снять.

Навык воздействуют на всех противников, однако чем выше вашего их уровень, тем больше шансов игнорировать воздействие.

Срок действия: 1 час.

Радиус действия: 10 метров.

Время восстановления: 24 часа.

Офигеть! Где-то поблизости, в зарослях папоротника, отчетливо раздалась неоклассическая композиция River Flows in You выдающегося Юримы[1].

— Ты справился, — благодарно прогудел Бегемот. — Мои силы многократно возросли, но другие аспекты мироздания все еще мучаются кошмарами и слишком слабы. Только твоя вера в них удерживает Тиамат, Кингу, Абзу и Левиафана от забвения.

— Что от меня требуется? Еще один храм? Четыре храма?

— Не сейчас, инициал. Сначала тебе надо завершить дело с другим твоим покровителем. Пока его метка гниет на твоем теле, нам от него ничего не скрыть. С этим храмом у нас не было другого выхода, но в дальнейшем мы будем действовать вне поля зрения мстительной и алчной сущности, паразитирующей на разумных.

— Может, ты все-таки объяснишь мне, что это за сущность?

— Может быть. Но не сегодня…

Он резко повел носом, гулко принюхался и... Подхватив меня под руки, Бегемот резко приблизился и пристально всмотрелся в мои глаза. К горлу подкатило. Я чувствовал, как тону в бездне.

Щупальца бога вытянулись и задрожали, из пор выступила дымящаяся кислота, могучие плечи ощетинились кривыми костяными клинками, и я едва успел отклониться. Поперечные гребни и многочисленные складки на его голове раскрылись и сделали его еще кошмарнее. Он зашипел и, вперив в меня взгляд, произнес:

— Ты, называющий себя Чумным мором! К тебе обращаюсь я, Бегемот, один из пяти Спящих, в чьих кошмарах ты паразитируешь! Я приду за тобой, глист!

Он откинул меня и вернул прежнюю форму.

— У тебя все в порядке, Спящий? Какая-то немотивированная вспышка агрессии! И что-то не то с регуляцией пота — ты потеешь кислотой, ты в курсе? — От шока и испуга меня понесло. — А вообще, прости, Бегемот, что вмешиваюсь не в свое дело, но с твоей аватарой надо что-то делать! Ты так всех адептов распугаешь!

Миниатюрные кратеры на его теле выпустили струйки пара. Он веселился.

Отсмеявшись, Бегемот в один миг сменил облик. Передо мной стоял очень высокий, метра три ростом, широкоплечий человек в черненой латной броне. Все в нем было человеческое, только... Я поднял глаза. Человек с головой бегемота.

— Так лучше, инициал? — он снова засмеялся, оскалив здоровенную пасть.

— Намного, Спящий. Зубы почисти. У тебя… изо рта дурно пахнет.

[1] Юрима (настоящее имя Ли Рума) — южнокорейский пианист и композитор первой половины XXI века. River Flows in You — одна из самых известных его композиций.

Глава 30. Финал

Сто пятьдесят два новых последователя Спящих (помимо «Пробужденных») — неграждан, набранных новым жрецом Мэнни, прибавили нам столько же очков характеристик. В первую очередь Мануэль Алмейда принимал тех, кто ушел работать на нас.

Второе вакантное место заняла Тисса, отрекшаяся от Нергала. На данном этапе развития веры у жрецов существовало только одно преимущество: от Единства они получали столько же бонусов, сколько и инициал. То есть я.

Жречество, кстати, разыграли на «камень, ножницы, бумага». Причем в реале — на следующий день после возведения храма, в школе.

Малик завистливо посетовал на удачливость Тиссы, по-видимому, прокачанную не только в Дисе, но этим все закончилось. Разница в полученных бонусах была невелика.

За оставшиеся дни до следующих отборочных боев мы прокачались до двадцать пятого уровня, не боясь выделиться. Арена этого года показала, что средний уровень участников прилично вырос. Также обзавелись новыми приемами и улучшили имеющиеся. Кроме того, выбили еще три эпика, докупили ребятам аксессуары на снятие контроля и стали чувствовать себя намного увереннее.

Победа в третьем отборочном бою досталась нам легко. Команда клана «Аста-Раста» в первом туре победила «Изумрудный сон», которым мы проиграли, и надеялась вынести нас одной левой. Ага, конечно. С новыми классовыми навыками и бонусами от Единства против расслабленных оппонентов я чувствовал себя как хулиган в детском садике. Летаргию, после недолгих размышлений, решили все-таки использовать — не мы одни владели редкими талантами. Так что с самого начала боя я отправил спать лидера «Асты-Расты», а потом помог парням выпилить их топового дамагера. Минус два. Тисса сидела на хиле группы, но по отмашке Краулера помогла уроном. Победили, а из наших даже никто не погиб.

Такая же история чуть не случилась в поединке клана «Корпус тьмы». Они тоже недооценили соперника и неожиданно чуть не проиграли аутсайдеру — «Волкам Кальи»: к Внезапной смерти осталось по одному бойцу с каждой стороны, но у чернокнижника был Демон бездны. Он и решил исход встречи в пользу фаворитов.

Перед последним туром в нашей группе шансы оставались у всех команд. Лидировал «Корпус тьмы» с тремя победами. С двумя шли «Волки Кальи». За ними расположились «Изумрудный сон», «Аста-Раста» и мы — у всех по очку.

В своей группе «Аксиома» тоже одержала первую победу, но шансов у нее уже не оставалось — два лидера взяли по три очка и в последнем туре встречались между собой.

Нам, чтобы выйти в следующий круг, обязательно надо было побеждать «Волков» и ждать исхода боя между «Корпусом тьмы», которому уже ничего не было нужно, и «Изумрудным сном». Если вторые выиграют, нам ничего не светит даже при победе.

Бой с «Волками Кальи» проходил ожесточенно. Летаргия к тому моменту не откатилась, а потому нам пришлось трудно. Противники, хоть и уступали нам в экипировке, показали себя тактически выученной и крепкой командой. Они попытались зергануть Тиссу, но разбежались от Жуткого воя. Зализав раны, стали осторожничать и дотянули до Внезапной смерти. А там уже выяснилось, что без хила в группе на Арене делать нечего, пусть даже у тебя в команде пять крутых дамагеров.

«Изумрудный сон» свой бой проиграл, мы сравнялись по очкам с «Волками», но обошли их за счет победы в очной встрече. «Пробужденные», как и еще пятьсот одиннадцать команд, вышли в плей-офф!

Сразу после этого Арбитр признал меня победившим в споре с Большим По и выдал по этому поводу личное уведомление. Через мгновение в почтовом ящике тренькнуло сообщение о пришедших Свистке призыва и легендарном Горне распорядителя Арены.

Вечером, когда мы праздновали победу — и на Арене, и над «Аксиомой» — в «Буйной фляге», мне довелось увидеть кислую мину Полинуклеотида. Он сделал вид, что не заметил меня, и исчез из таверны.

На радостях мы решили рискнуть и поставили через Перевес тысячу золотых на свой выигрыш в Арене. От себя Рита добавила еще сотню. Нам хватило здравого смысла не ставить больше, но устоять перед шансом, пусть и призрачным, увеличить клановую казну на полмиллиона не смогли. Букмекеры оценивали нашу команду ниже всех: 500 к 1, что мы станем чемпионами. Для сравнения — на «Т-Модус» давали 3 к 1.

Первый раунд на вылет мы прошли легко, хотя и сражались с лучшей командой группы NA-48 — «Поющими гориллами». С каждым боем мы все лучше чувствовали друг друга, и даже отсутствие амулетов связи не мешало действовать сыгранно.

С каждым следующим раундом бои давались все сложнее в плане противников, однако легче в плане взаимодействия. Если после победы над «Поющими гориллами» в нас продолжали не верить и даже коэффициент особо не опустили, то уже к четвертьфиналу ставки принимали как 25 к 1.

Наши работяги Мэнни, Трикси и Дьюла так в нас верили, что собирались поставить, но я им запретил. Не прямо, скорее, переубедил. Спросил, сколько они собираются вложить. Выяснилось, что по золотому. Договорились, что в случае победы, выдам им по двадцать пять золотых. Так что они ничего не потеряют, если проиграем.

После «Горилл» мы выиграли семь боев кряду. Тяжелее всего пришлось в полуфинале. Учеба в школе уже шла полным ходом, и Грег в первый же день новой четверти уведомил, что за любое нарушение и плохие результаты по тестам я получу длительный бан на Дисгардиум. Родители тоже присовокупили: мама прочла нотацию о важности успешного окончания школы, а отец припечатал угрозой лично приходить в девять вечера и врубать экстренный выход с дальнейшим отключением капсулы с выставленным «Родительским контролем».

Но даже это меркло по сравнению с осознанием того, что мы вышли в финал. Наша популярность достигла мирового масштаба, и только закон о правах несовершеннолетних не позволял журналистам разорвать нас на части. Зато в Дисе мы стали звездами. Даже скупердяй Ташот наделил нас пожизненным правом бесплатно обслуживаться в его таверне.

***

В воскресный день финала мы — «Пробужденные» и «Т-Модус» — стояли в центре кипящей Арены в лучах магических прожекторов и улыбались. Не знаю, как остальные, но мне это давалось очень тяжело. За нашей спиной выступали «Драконы бесконечности» — самая популярная рок-группа в обоих мирах, которую «Сноусторм» специально пригласил разогреть публику перед финальным боем.

Одна победа отделяла нас от звания чемпионов юниорской Арены 2075 года. Где-то там, на трибунах, расселись наши болельщики: горожане Тристада и Патрик О'Грейди, сообщивший о том, что будет присутствовать, письмом. Приехал весь, кроме Большого По, городской совет, возглавляемый

Питером Уайтекером. А еще — шеф-повар Арно и Ташот, мастер Бу, он же Сагда, начальник городской тюрьмы Эдвин Купер, писарь Карлсон, наставник Конрад, тайная возлюбленная первого советника госпожа Гройсман из «С пылу с жару», Альфред Стаффорд, стражники Миллс и Гейл. С каждой победой наша репутация с Тристадом и его ключевыми неписями росла и уже достигла уважения.

Я почувствовал, как Тисса взяла меня за руку и крепко сжала. Повернул голову и увидел, что у нее глаза на мокром месте.

— Это... это потрясающе! — прошептала девушка. — Алекс, это все твоя заслуга! Месяц назад мы с парнями не знали, куда деваться. Мы были унижены, ограблены, избиты и без надежды на то, что будет лучше. И вот... мы стоим здесь, а весь мир смотрит на нас.

Мы обнялись, а потом к нам присоединились Эд, Малик и Ханг. Так и стояли, прижавшись друг к другу. Музыка стихла. Народ на трибунах проводил «Драконов» аплодисментами, и в затихающей Арене прозвучал бодрый и напряженный голос Дариуша Ковальски:

— Вы только посмотрите на это! Это самая трогательная сцена, что я видел! «Пробужденные», видимо, сами не верят тому, чего достигли!

— Знаешь, Дариуш, мне кажется, и мы с тобой не верим своим глазам! — к Ковальски присоединился глубокий голос Васа Даксона, звезды спортивной журналистики. — Это же самая настоящая история Золушки, только...

— У нас их сразу пять, — неуклюже пошутил Дариуш. — Итак! Достопочтенные жители Содружества! Дамы и господа! Граждане и неграждане! Вашему вниманию представляется главное событие вечера! Финал юниорской Арены!

— В бою встречаются... — вступил Вас Даксон. — Безусловный фаворит, юниорская команда чемпиона взрослой Арены, клана «Модус» — «Т-Модус» из Брокен Хиллс. И темная лошадка турнира, никому неизвестный еще пару недель назад клан «Пробужденные» из Тристада!

— Пробудитесь, пробужденные! — снова пошутил Дариуш. — Соперники, пожмите друг другу руки!

Мы обменялись рукопожатиями. Лица противников не выражали никаких эмоций — ребята были уверены в своих силах. Разбойник Филекс, воин Карт, колдун Олаф, друид Кану и лучница Йен.

Каждый двадцать шестого уровня. Этих парней и девчонку знал каждый тинэйджер: «Т-Модус» поставлял призеров юниорской Арены каждый год, и информация о новом составе распространялась задолго до начала турнира. Впрочем, мы тоже сделали двадцать шестые уровни, и в этом им не уступали. Но у них было кое-что еще.

За спиной капитана «Т-Модуса» разлегся самый настоящий дракон, боевой питомец Филекса.

Двадцать пятый уровень, испепеляющее дыхание и массивная туша, которой легко можно придавить любого из нас. Рядом паслись остальные питомцы соперников: медведь, тигр, вепрь и крокодил. Эти были уровнями пониже, но ненамного. Именно поэтому все ставки были против нас.

— Удачи, — сухо пожелал Филекс, их капитан.

— И вам, — ответил я.

Мы заняли позиции на нашей половине поля, встав в специально отмеченные на земле круги, и замерли в ожидании сигнала к началу поединка. Инфект, нервничая, в который раз проверял снаряжение. Краулер смотрел прямо перед собой, но сжатые кулаки выдавали его волнение. Тисса закусила нижнюю губу. Бомбовоз поднял забрало и почесал лоб.

— Генерация зоны поединка... — объявил женский голос. — Локация создана.

В доли секунды поле Арены трансформировалось. За нами вырос холм, вытянулись деревья, на половине «Т-Модуса» вознеслась небольшая крепость, а по диагонали поля протекла река.

— Схема шесть, — сказал нам Краулер.

— Согласна, — оглянувшись, ответила Тисса.

У остальных предложение возражений не вызвало. Шестая схема подразумевала ложное отступление и выбивание одиночных целей, если такие будут. Если нет, схема трансформировалась в седьмую.

Схватка лоб в лоб, Жуткий вой, чтобы посадить их аксессуары на откат, и Летаргия на хила или топдамагера.

Огромные, всем видимые цифры обратного отсчета появлялись прямо в воздухе.

— Три! — хором с комментаторами проревели трибуны. — Два! Один! Деритесь!!!

Мы побежали назад, к присмотренному заранее холмику с рощицей. К нему вел только один подъем, и обойти нас было невозможно. Мы забрались в рощу и затаились. Инфект выглянул и доложил:

— Их лучник занял позицию в крепости. До нас не добьет никак. К нам бежит кабан. Отстает медведь, за ним дракон. Крокодил плетется сзади. Тигр с хантом. Рога в инвизе заходит справа.

Остальные слева, но дру в форме дерева держится чуть сзади. Остановились. Дальше не идут.

Встречайте кабана!

Через секунду мы призвали питомцев, уравняв составы. Трибуны ахнули, а Дариуш забился в истерическом восторге.

Захрустели ветки под копытами вепря, и из кустов вырвалась туша могучего зверя. Раздался свист.

Окинув нас взглядом, вепрь хрюкнул и развернулся, чтобы вернуться к хозяину. Но не ушел.

Я его замедлил, Бомбовоз врезал Погибелью, и этого хватило. Минус вепрь. Мы привязали иглоколов к Инфекту, и он отправился перехватывать Филекса. На тридцатом уровне у Хрени открылся талант видеть невидимое.

Сами же мы вышли из рощи на расстояние выстрела до ближайшего противника, коим оказался медведь, и положили его издали. Я же говорил, что мы нехило подняли уровни боевых навыков? Но забыл упомянуть, насколько. Мой Усиленный быстрый выстрел не только проапгрейдился, но и вырос до семьдесят пятого, снимая немногим меньше, чем Молот!

— Помогу Инфекту, — сказала Тисса, заметив, как друид бежит в сторону стычки нашего вора с их разбойником.

Фрейм Инфекта показывал, что тот дерется, но чувствует себя лучше Филекса — сложно выдержать совокупный удар пяти иглоколов, фигачащих из всех орудий!

Мы отступили обратно в рощу, когда Инфект, Игги, Чужой, Колючка, Хрень и Хоботок вынесли Филекса. Минус разбойник, а вместе с ним и его дракон.

Сгруппировавшись, мы сами пошли в атаку. Наши питомцы сфокусировались на воине, как на самом «толстом» противнике. Я приблизился к друиду и, пока тот отчаянно пытался выхилить воина, отправил его в летаргический сон. Для Кану бой был завершен. Минус друид.

Закончить бой победой было делом техники. Я отправил оставшихся врагов разбегаться в Страхе, активировав Жуткий вой, успешно отразил Освобождением, прокачанным силами клана, Парализующий выстрел лучницы, и помог остальным добить Карта. Минус воин.

Олаф еще побарахтался, но недолго. Лучница Йен сдалась.

Разблокировано достижение «Morituri te salutant! — 1»

Вы стали чемпионом юниорской Арены!

Награды:

— звание «Юный гладиатор»;

+5% урона в боях против игроков;

+5% к навыку устойчивости в боях против игроков;

+10 ко всем основным характеристикам.

— «Пробужденные» победили! — оглушительно завопил Дариуш. — Безупречная победа!

***

Весь следующий день в школе прошел, как прекрасный сон. Нас поздравил даже директор школы Фульц. Специально зашел посреди урока и произнес проникновенную речь. Поздравляли учителя, одноклассники, ученики. Да вся школа гордилась тем, что с ними учатся новые чемпионы юниорской Арены. В своем интервью для журналистов директор заметил, что «Пробужденные» вместе с первого класса, и их успех, несомненно, заслуга учителей и вашего покорного слуги господина Фульца.

Больше всех нам завидовал Арон Квон. Мой старый друг, с которым мы давно перестали общаться, после того как родители подарили ему робота-любовницу с внешностью Денизы Ле Бон. И знаете почему? Потому что нас награждала сама Дениза Ле Бон! Ну не сама она, конечно, а ее персонаж в Дисе, но это все равно была она! Смутились мы все страшно, даже Тисса замялась и слова не могла вымолвить. Не растерялся только Бомбовозище — обнял мировую звезду и чмокнул в щеку. Так он стал единственным среди нас, кому довелось прикоснуться, путь и к виртуальным, но таким же, как настоящие, прелестям Денизы. Уточню, верхним прелестям, чтобы вы ничего не подумали.

Сразу после награждения мы раздали кучу флэш-интервью и, счастливые, направились в зону телепортации, откуда нас должны были вернуть в Тристад. Но на полпути перехватили.

Сначала пообщаться с нами захотел мощный орк по имени Хорвац, лидер одного из топ-кланов «Странники». После обмена любезностями парень перешел к делу:

— Готов принять всех вас к себе. Без испытательных сроков. Ускоренная прокачка, крафтовая экипировка, лучшие шмотки из кланхрана. Добавьте меня в друзья...

— Меня тоже, — вмешался высокий лесной эльф Ягами. — У меня точно такое же предложение, друзья, но в несколько раз лучше. Мы поставим вам годовой оклад в размере сто тысяч фе...

— Двести тысяч, — перебил эльфа-японца минотавр Е Цю, лидер топ-клана азиатского сегмента.

— Шлите этих неудачников подальше, — растолкав всех, посоветовал Ярый.

Это был Ярослав, один из трех лидеров «Модуса». Чемпионы Арены и топовый клан «превентивов».

— А можно автограф? — поедая его глазами, попросила Тисса.

В результате нас пытались схантить даже такие экзотические кланы, как «Белые амазонки». Их глава — Охряная ведьма — прицепилась к Тиссе и выбила согласие на встречу в реале. «Милая, посидим в чудесной кофейне, выпьем... — сказала она жрице Спящих. — Прекрасно проведем время!»

Вернувшись в Тристад, мы ощутили на себе все прелести превознесения — достигли максимума репутации. Город бурлил. Все вышли на улицы: радовались, праздновали, веселились и «в воздух чепчики бросали». Нас носили на руках, и за всем этим как-то незамеченной осталась новость о том, что Большой По вышел из клана «Аксиома».

***

Спустя неделю после победы на Арене учитель Грег оставил меня после уроков.

— Шеппард, — сказал он, и в этом обращении читалось многое. Будет ругать. Так и вышло, но в несколько странной форме. — Ты, конечно, чемпион, и мы, безусловно, все тобой гордимся... Я понимаю, что тебя донимают репортеры, поклонники, поклонницы...

Он был прав. Они донимали. За последние дни я получил три десятка предложений сходить на свидание и штук пятнадцать — стать чьим-то парнем. Сразу, без предварительных свиданий.

Отголоски моей славы коснулись даже Риты Вуд — Кряпота разболтала, что мы встречались. От обилия предложений кружилась голова, и я сделал единственно верное — начал встречаться с Тиссой. Мы улетали куда-нибудь на пустынное побережье и... Ну, в общем, целовались. До главного у нас пока не дошло, но я и сам не спешил — боялся ударить в грязь лицом.

— ...только ради твоего же блага, Алекс! — оказывается, Грег продолжал что-то говорить. — Все уже согласовано. Начинай приходить в себя и учиться!

— Простите, мистер Ковач, что?

— Я говорю, Департамент образования утвердил твое отстранение от программы социализации в Дисгардиуме и наложил запрет на погружение сроком восемь недель.

— Восемь недель? — мне показалось, что я ослышался.

— Именно. «Сноусторм» уведомлен. Учись, Алекс. До гражданских тестов осталось всего четыре месяца.

***

Как выяснилось, забанили не только меня. Всем героям Арены наложили запрет на погружение, и неожиданно жить стало очень скучно. Школа, уроки, сон. Были еще редкие, помимо школьных, встречи с Тиссой — ее отец, получив уведомление из школы, разгневался и добавил свой бан на

общение с нами. Особенно ему не нравились докучавшие журналисты и папарацци — мистер Шеффер разбил кому-то нос, и его самого посадили под домашний арест, заставив выплатить компенсацию.

Хорошо хоть, мы успели передать пять тысяч Мэнни, и он за небольшую комиссию сумел вывести нам эти деньги. И то столкнулся с кучей проверок, доказывая, что не жираф, а деньги им честно заработаны. Ну как честно — в рамках игрового процесса. Со мной даже связались из «Сноусторма», и я подтвердил, что покупал у Мэнни руду, добытую в незарегистрированном никем руднике. Деньги, оставшиеся от выигрыша на тотализаторе и приза за победу, мы торжественно внесли на банковский счет клана. «Дисгардиум Банк», хоть и управлялся Лигой гоблинов, по факту принадлежал самому «Сноусторму».

Недели сменялись неделями, и вскоре жизнь вернулась в прежнее русло. Краулер по возрасту уже перерос песочницу, и когда он вернется в Дис, обнаружит своего персонажа в Даранте, в гостевом покое городского совета. Там его ждут те же самые процессы, что и при первом появлении в Тристаде: оформление персонажа у писаря, во время которого он сможет выбрать другой класс или фракцию. Если сменит класс, потеряет все прокачанные классовые навыки. Если же переметнется к Темным или Нейтралам, его телепортирует в другую зону.

Я все-таки встретился с Евой. Когда из-за вынужденного перерыва угасла горячка по Дису, я осознал, как некрасиво со стороны выглядит мое отношение к подруге детства. Мы откровенно поговорили, и девушка призналась, что любила меня. Но все прошло, и она какое-то время встречалась с Утесом.

Спрашивать о том, «угроза» ли он или она, я не стал. Это не тот вопрос, который ждешь от друга. В любом случае что-то между ними произошло, и ребята расстались. Что с Утесом сейчас, она не знала, так как полностью перестала общаться с парнем.

— К папе, кстати, приходили какие-то серьезные люди. Такие серьезные, что отец выставил им свой самый дорогой виски. Они пообщались, а потом пригласили меня. У них было очень много вопросов о Тоби...

Ева рассказала этим «серьезным» людям все, что знала, решив, что утаивать ни к чему. Это же просто игра, а взрослые без причины так интересоваться не будут.

Еще я встретился с Ритой. Сказал, что люблю другую, но очень хочу продолжать с ней общаться и, конечно, дружить. Она грустно кивнула, признавшись, что я ей понравился сразу, когда мы впервые встретились и она подарила мне ту серую дубинку Большая медвежья кость.

— А знаешь, Алекс... — сказала Рита. — Мне все стало понятно уже в тот день, когда ты нас познакомил у «Буйной фляги». Вы так друг на друга смотрели! Но... А, забей.

Что «но», она не сказала. Впрочем, я понял. С того времени мы почти каждый день созванивались и дружески болтали. Она рассказывала о том, что происходит в Тристаде, а я о своей жизни и учебе, которую мне удалось выправить.

— Кстати, Большого По давно никто не видел... — как-то сообщила мне Рита. — Странно, да?

***

За несколько дней до окончания моей жизни в Тристаде и выхода в большой мир я снова зашел в Дисгардиум. Очутился там же, где и покидал игру до запрета на погружение, — у барной стойки в таверне.

— Какие люди! — воскликнул Ташот, протиравший бокалы. — Погоди, дорогой, у меня для тебя коечто есть!

Его голова исчезла под прилавком, а когда снова появилась, он протягивал мне конверт.

— Передали из Даранта от Патрика, — сказал он.

Я машинально поблагодарил, пихнул конверт в карман, а сам опустился на стул. Весь обзор загородили сообщения.

Квест Ядра Чумного мора провален!

Вы не смогли пройти испытание и выполнить его первое задание: захватить Тристад!

Вы лишены Метки Чумного мора!

Вы лишены ранга Предвестника Чумного мора!

Навык «Чумное поветрие» удален из списка доступных!

Навык «Предвестник Чумного мора» удален из списка доступных!

Ваша репутация с Ядром Чумного мора понижена на 5000.

Текущая репутация: ненависть.

Все? Конец моему статусу угрозы? Или просто понизят класс? Я быстро глянул метку «угрозы» на запястье:

Клеймо угрозы Q-класса с потенциалом развития до A-класса

Хм, странно. Не зная, что теперь делать и как попасть к Бегемоту без ставшей привычной неуязвимости, я распечатал конверт и прочитал письмо Патрика. Первый жрец Спящих писал, что обосновался в Даранте и обзавелся знакомствами. Видел Джейн, но не решился заговорить. Она его, кажется, не узнала. Главное, Патрик убедил стать последователями Спящих небольшое племя канализационных троггов, обитающих под столицей Содружества. Теперь он и его друзья-трогги с нетерпением ждут, когда лимит на последователей повысится. «Все их племя готово вступить в наши ряды, — писал Патрик. — Их немного. Чуть меньше тысячи человек (зачеркнуто) троггов».

Я посидел в таверне, выпил пива с работягами, потом провел время с Тиссой и Инфектом. Бомбовозу двумя днями раньше исполнилось шестнадцать, и он ушел вслед за Краулером. Я все больше задумывался о том, что делать в Дисе дальше. Показатели персонажа даже без Метки Чумного мора позволяли надеяться, что все получится:

Скиф, человек 26 уровня

Настоящее имя: Алекс Шеппард.

Реальный возраст: 15 лет.

Класс: предвестник.

Основные характеристики:

Сила: 102.

Восприятие: 70.

Выносливость: 100.

Харизма: 96.

Интеллект: 65.

Ловкость: 100.

Удача: 105.

Второстепенные характеристики:

Очки жизни: 4446/4446.

Очки маны: 465/465.

Скорость восстановления: 300 очков жизни в минуту.

Бонус к скорости передвижения: 140%.

Базовый урон: 32.

Грузоподъемность: 874 кг.

Меткость: 370%.

Бонус к силе заклинаний: 88%.

Шанс уклонения: +166%.

Шанс критического урона: +216%.

Торговые скидки: −2%.

Шанс получить уникальный квест: +9,6%.

Шанс получить улучшенную добычу: +10,5%.

Бонус к дистанционному урону: +60%.

Известность: 455.

Навыки:

Безоружный бой: 75.

Владение дробящим оружием: 1.

Владение одноручными мечами: 1.

Ночное зрение: 45.

Плавание: 66.

Скрытность: 66.

Стрельба из лука: 66.

Убеждение: 100.

Устойчивость: 90.

Приемы и способности:

Замедляющий выстрел: 48.

Каменная кожа: 90.

Коварный удар: 1.

Комбо: 36.

01.04.2019

3/4

Оглушающий пинок: 33.

Парализующий выстрел 1.

Разрывной выстрел: 4.

Сокрушающий кулак-молот: 75.

Таран: 1.

Усиленный быстрый выстрел: 60.

Ремесла и профессии:

Кулинария: умелец (445/500).

Особые навыки и способности:

Жуткий вой: 21.

Глубинная телепортация: 7.

Классовые навыки:

Божественное озарение (спонтанный).

Имитация: 5.

Летаргия: 3.

Освобождение: 24.

Сокрытие сущности: 5.

Божественные способности:

Касание Спящих.

Единство.

Достижения:

«Morituri te salutant! — 1»

«Лич умер! Да здравствует новый…»

«Первое убийство: Крушитель»

«Первое убийство: Мок'Рисса, Скальная мать»

«Первое убийство: Мракисс»

«Первое убийство: Чаф, Матка болотных иглоколов»

«Первое убийство: Шог'Рассар, Бог сарантаподов»

«Пришел, увидел, победил — 1»

«Пришел, увидел, победил — 2»

«Я в огне! — 2»

«Я в огне! — 3»

«Я в огне!»

Божественные знаки:

Защита Шог’рассара

Питомцы

Игги, болотный иглокол 30 уровня

Скрытый статус: Угроза Q-класса с потенциалом A.

Идти и заниматься фармом нам не хотелось. Так прошел первый день в Дисе после бана, и так же проходили все последующие. В песочнице качаться нам было уже неинтересно, да и скорость сильно снизилась — мы уже превзошли максимальный уровень здешних мобов. Так что заходить в Дис я стал только чтобы отсиживать положенные часы и почти все время проводил в таверне.

На следующий день Ташот устроил очередной мини-турнир. Участвовать я не стал ввиду явного превосходства в уровнях, а вот поглазеть не отказался.

— Ты бы зашел ко мне на днях, — сказал мне мастер Сагда в перерыве между боями. — Научу новому.

Многому он меня не научит — всего-то плюс три уровня к Безоружному бою с нашей последней тренировки, но я все равно пообещал заглянуть.

А за день до моего выхода в большой мир в Тристаде случился прорыв Чумного мора.

***

В свой последний вечер в песочнице я совершил короткий забег по всем памятным местам. Начал с городского совета, куда заглянул с гостинцами — коробкой горячих булочек, банкой клубничного джема и свертком сладостей. Подарил их писарю Карлсону.

С первым советником Уайтекером мы общались недолго, так как он спешил к госпоже Гройсман. Как выяснилось, бывшая супруга советника миссис Уайтекер прознала про похождения мужа и, собрав вещи и детей, увезла их к родителям в Звенящие рощи, небольшой городок на границе с эльфийскими владениями. «Подлец! — сказала она на прощание бывшему мужу. — Знай же, что я тебя никогда не любила! А еще у тебя маленькие перспективы!»

Про перспективы мистер Уайтекер не согласился, считая, что они у него огромные. Видимо, он убедил в этом и госпожу Гройсман, так как она согласилась выйти за него замуж, и их быстренько обвенчали в храме Нергала Лучезарного.

Уайтекер в ответ на мои сожаления широко улыбнулся:

— Послушай меня, парень. Жизнь убедила меня в том, что все перемены к лучшему. Я только сейчас осознал, как несчастлив был рядом с Клариссой. Никогда бы этого не понял, если бы не получил возможности сравнить.

Из городского совета я уходил в глубоких раздумьях. Чем-то его слова задели меня.

Потом наведался к Бу, он же мастер Сагда, но тот отказался прощаться и порадовал, сказав, что Тристад у него уже сидит в печенках, и он собирается в Лахарийскую пустыню, где находится бренная оболочка великого гранд-мастера Оямы.

— Вести оттуда доходят не быстро, но послушники рассказывали, что великий мастер поднял одну бровь. Возможно, он закончил созерцание и готовится к выходу из астрала, — с надеждой сказал он.

Мы договорились не терять связи и встретиться. Кто знает, может Сагда познакомит меня с великим гранд-мастером Оямой.

Охотник Конрад, обучавший меня стрельбе из лука, просто обнял меня, рассказав, где находится его учитель в Даранте. Сказал, что я его самый лучший ученик, и если продолжу в том же духе, на Играх могу претендовать на высокие места. Игры — это нечто вроде Олимпийских игр. В них принимают участие все фракции, а потому к ним огромнейший интерес по всему миру. Обоим мирам.

Потом я заглянул к шеф-повару Арно, и мы с ним тепло распрощались. Еще теплее вышло прощание с Ташотом. Он торжественно, под гром аплодисментов, вывесил наши портреты на стену.

Не знаю, кто рисовал, но вышло почти похоже, разве что с небольшими творческими корректировками: Бомбовозу художник увеличил нижнюю челюсть вдвое, Краулеру сделал пылающие глаза, Инфекту — плутоватый взгляд и орлиный нос. С моего портрета, презрительно оттопырив губу, надменно смотрел Скиф. Впечатление было такое, что он вот-вот не выдержит и плюнет тебе в лицо. Больше всего повезло Тиссе. Ей художник просто раза в два увеличил грудь, заголив ее сверх меры. Так Тисса стала еще популярнее.

Вместе с ней и Инфектом мы прошвырнулись по местам моей боевой славы. Прошлись по Мраколесью, посетили остров, где я встретил Бегемота, в Болотине, отуда в Олтонские каменоломни, в которых я не увидел никого из знакомых. Пока ждали отката, пробежались по «Злу из глубин» ради фана и ностальгии. Зачистили втроем без всякого проклятия нежити и чумного урона. Изи катка.

Все неграждане из Спящих добрались до Даранта и встретились там с Краулером. Тот телепортировал их партиями на Кхаринзу. Они достроили клановый форт, поставили там точку респауна и спокойно добывали ресы. Штрафов от смерти, кроме временного падения характеристик, они не получали, а потому спокойно умирали от когтей, лап и зубов Монтозавра. Ну... как спокойно.

У них сто процентов ощущения боли, так что Краулер и добравшийся до них Бомбовоз старались забрать агро Монти, как они прозвали ящера, на себя.

Прогулялись через Виноградники Пакстона и Загоранскую запруду, заглянули в Воющий склеп, но маунт так и не выпал. Завершили экскурсию у небольшого водопада, где когда-то начались наши совместные приключения.

Вечером засели в таверне вместе с Кряпотой, Ритой и Крисом Вудами и много выпивали. Эрл подогнал нам своего веселящего зелья, так что мы не скучали.

— «Превентивы» все еще пасут городской совет в Даранте, — шепнула мне Тисса. — Не забудь, а то еще хватит ума выйти из комнаты регистрации!

Да, именно таким был план ускользнуть от внимания «превентивов», успешно опробованный Эдом и Хангом. Глубинная телепортация обходила блокировку на использование телепортов внутри здания совета.

Когда мы уже планировали расходиться, у входа в зал что-то начало происходить. Народ там заволновался, донеслись крики, а потом началось!

Из кухню появился Арно в окровавленном фартуке, что, впрочем, было нормально, но у него и все лицо было в крови! Понятно, выглядела она нереалистично, все-таки песочница, но мы-то знали, что это кровь!

Взревев, Арно набросился на Ташота и вцепился зубами ему в шею. Владелец таверны истошно завопил. Шеф-повар оторвал от него изрядный кусок плоти и стал, урча и помогая себе руками, жадно заглатывать. Взгляд у него был безумный — покрытые белесой пленкой глаза, казалось, помертвели и ничего не видят. Из шеи Ташота фонтанировала кровь, он пошатнулся и рухнул, скрывшись за стойкой.

— Нежить! — завопила официантка и бросилась бежать.

Арно, вытянув вперед руки, поковылял за ней. «Все-таки обратился!» — подумал я. Оставалось непонятным, отчего? Он умер?

Бойцы из посетителей кинулись усмирять Арно, остальные пустились врассыпную. Не сговариваясь, мы вскочили из-за стола и побежали на улицу. Оттуда уже доносились рев, урчание и страшные крики. Где-то заплакал ребенок.

— Прорыв бездны! — орал стражник Миллс, показывая рукой направление. — Твари бегут откуда-то с площади перед городским советом! Тревога! Тревога! Прорыв Бездны!

В ту сторону бежали патрульные и взбудораженные игроки. Последние радовались и шумно обсуждали, с чем связан ивент.

Миллс ошибался. Это был прорыв Чумного мора. Кто-то открыл портал, заразив многих горожан, и нежить перла отовсюду. Просто на городской площади всегда больше народа.

— Как думаешь, что это? — спросила Тисса.

Я окинул взглядом друзей.

— Рита, Кряпота, Крис, вам лучше выйти из игры. Вы слишком маленькие, вас быстро сгрызут.

Потеряете опыт, шмотки...

— Не получается! — крикнул Недовес. — Невозможно выйти из игры во время глобального события!

Не дослушав парня, я вскинул лук и влепил стрелой в глаз приближающемуся мертвецу. Это был владелец лавки безделушек. Кто-то точно заразил горожан Чумным мором!

— Тогда лучше запритесь в личных комнатах и не выходите, пока я не напишу, что можно. Все, Тисса, Инфект, за мной!

Отбежав подальше, я остановил друзей. Рядом никого, кроме пары зомби, не было, и можно было поговорить. Не хотел скрывать от друзей, что все наши планы на будущее могут сегодня рухнуть.

— Скиф? — не поняли они.

— У нас большие проблемы. Огромные. — Мы синхронно сработали по мертвякам, упокоили обоих, и я продолжил: — Бегемот дал мне задание: предотвратить захват Тристада Чумным мором. Если провалю, лишусь статуса «Инициал Спящих». Читерских абилок у меня уже и так нет. Знаете, что это значит?

— Ты потеряешь статус «угрозы»? — нахмурилась Тисса.

— Вот именно. Нам надо найти, где именно открыт портал. И как-то его закрыть. А потом очистить город от ходячих мертвецов.

— Тогда нам лучше поторопиться, — сказал Инфект, озираясь на бредущую к нам нежить.

Разделяться мы не стали и побежали по улице, убивая встречных мобов. Помимо обратившихся горожан это были еще и монстры, причем все выше двадцатого уровня. Ползущие по брусчатке Очаги чумы, этакие серые кляксы, стали самыми сложными противниками. Физический урон их не брал, за то Длань Нергала припечатывала их сразу до смерти. Мертвые гончие нападали обычно стаей, и с ними терять концентрацию нельзя было ни на миг. Позволишь вцепиться одной, накинутся все остальные. На наших глазах пак гончих разорвал стражника в полной латной броне.

У квартала оружейников встретили первое Поганое тошнотище — слепленное из разных частей тел людей и животных чудовище. Видел такое в Подвале Храма Нергала Лучезарного, а потому не очень испугался тридцатого уровня и спокойно расстрелял его издали. Тисса помогла шарахнувшим сверху световым зарядом, а Инфект не успел даже к нему приблизиться.

Врезаясь в паки мобов, раскидывая их кулаками, и вколачивая в них дорогущие стрелы с зачарованной взрывной боеголовкой, я вел себя так, будто в любой момент могу прикрыться проклятием нежити, и изредка ловя себя на этой мысли, удивлялся собственной безрассудности.

Сложно менять привычки, но во многом благодаря этому нам удалось зачистить квартал и организовать его жителей.

Видя, как внешне легко мы расправляемся с монстрами, мужчины во главе со стражником Миллсом занялись сбором и прикрытием детей и женщин. Мне сообщили, что Ташот тоже обратился, но после того как его и Арно упокоили, больше там нежити не осталось. В здании бывшей таверны организовали эвакуационный пункт.

К горлу подкатил комок. Я же несколько часов назад обнимался с дядей Арно… Все, больше я его не увижу? А Ташот? Этот вроде бы хитроватый и скуповатый, но с огромным сердцем человек? Я услышал, как заскрипели мои зубы.

Другого знакомого стражника, Гейла, мы встретили у храма Нергала. Вот только он уже не был живым. Этакий ходячий мертвец с истыканным стрелами плечом. Он и еще несколько десятков Обращенных жителей скопились у входа в храм. За их спинами, издавая хлюпающие звуки, бесцельно бродили Поганые тошнотища. Повсюду валялись растерзанные трупы горожан. Игроков вокруг видно не было — твари были слишком сильны для подавляющего большинства населения песочницы.

Мы затаились за углом здания напротив, чтобы решиться, что делать дальше.

— Где все? Разгар вечера, а я не вижу никого из сильных кланов, — покрутив головой, сказала Тисса.

— Может, из-за ивента? — предположил Инфект. — Если нельзя выйти из Диса, то может нельзя и войти?

— Еще вариант — погибшие игроки или обращаются в нежить, или погибают окончательной смертью. Забыли? Вот это все, — я повел рукой вокруг, — должен был сделать я. Так что я немного эксперт. Помните Крушителя? Он обратился в Карателя…

— Да ну, бред... — перебив меня, Инфект махнул рукой. — Если с персонажами игроков что-то случится, завтра «Сноусторм» засудят. Сам подумай, какой в этом смысл? Вложить годы времени и тонны денег, чтобы завтра какой-то Чумной мор превратил тебя в нежить?

— Вот поэтому такие игроки и угроза, Малик.

— Ладно, выйдем отсюда — почитаем, что народ пишет, — сказала Тисса. — Какой план?

— План такой, что надо найти и закрыть портал. Иначе мне полный... Смотрите!

На наших глазах двери храма распахнулись, выпуская наружу несколько паков тошнотищ, гончих и чумных клякс.

— Сто пудов, портал там! — я треснул кулаком по ладони. — Мне надо пробиться внутрь.

— Я могу сагрить всех на себя, а вы рвите внутрь, — сказал Инфект. — Докайчу на пару кварталов отсюда, потом уйду в инвиз. Он прокачан, не заметят. Потом вернусь к вам.

Так и сделали. Пока вор стремглав мчался по улице, улюлюкая и дразня нежить, мы выжидали, пока он отведет ее подальше, а потом рванули в храм. Я оторвался от Тиссы за счет высокой скорости и забежал внутрь первым.

Там, у алтаря, сидел на полу Большой По. Он держал руку у подножия черного, вязкого, с зеленоватыми прожилками, портала. Заслышав мои шаги, он поднял голову, узнал и осклабился:

— Слушай, Шеппард, ты как раз вовремя! Я уже планировал поскорее закончить с этим и идти на твои поиски.

Его губы сгнили, и то, что я принял за улыбку, оказалось оскалом обнаженных челюстей. Его глаза вытекли, и там зияли чернеющие отверстия, в одном из которых промелькнула белизна трупного червя. Бездна, неужели я тоже так выглядел?

— По? Что это? Что происходит? — Мой голос дрожал. — И что ты, твою мать, такое? Почему ты выглядишь, словно мертвец?

Я сделал вид, что меня тошнит. Удивление, шок, охреневание, в конце концов, вот что он от меня ждет! И побольше страха в голосе.

— О, не играй со мной в эти игры, Шеппард, — рассмеялся По. — Я знаю, что ты и сам был меченный. Слава Бездне, ты не справился, а Чумной мор нашел замену. Мне, в отличие от тебя, хватило меньше трех недель. И, опять же, в отличие от тебя, неудачника, я свой шанс не упущу, и не потеряю статус «угрозы»!

— Ты так открыто в этом признаешься?

Рядом появилась Тисса.

— По? Под проклятием? — удивленно воскликнула она. — Какого хрена?

— О, и твоя белобрысая подружка здесь? — захихикал Уэсли. — Слышь, Мелисса, я теперь в курсе, как вы отжали «Первое убийство»! И не одно, полагаю? Я так думаю, что и Крушитель, и Мракисс, и Чаф, — ваших рук дело? Шог'Рассара, скорее всего, завалил тот придурок Утес, но ему недолго радоваться осталось. «Модус» и остальные «превентивы» пасут его на выходе круглосуточно. Им даже пришлось срочно ввести своего человека в совет Даранта...

Он вдруг закашлялся и поднял руку, мол, сейчас продолжит. Я не знал, что делать. Что можно сделать с неуязвимым... Ну, конечно! Я направил руку, и тут он снова заговорил.

— Ты спрашивал, не боюсь ли я «превентивов»? Поверь, уже сегодня они сами будут бояться меня! Я захвачу Тристад, а им сюда доступа нет. Отсюда Чумной мор начнет захватывать все окружающие территории, и отсюда мы захватим весь мир.

— Почему же они будут тебя бояться, По? — не сдержала любопытства Тисса.

— Хе-хе. Все-то вам расскажи, — с ухмылкой потянул он. — Ладно, скажу. Остальные будут больше бояться! Ядро Чумного Мора щедро! Своих Предвестников оно наделяет такими... хотя кому я рассказываю? Скифи, ты же и так все это знаешь? Ты же и сам мог все это сделать, но не делал, предпочитая воровать у меня по мелочи! Что за дурак! Променять «угрозу» на победу в детской Арене и парочку ачивок! Болван, перед тобой лежал весь мир!

Портал начал вздуваться, готовясь выпустить очередной отряд Чумного мора. Я принял решение и был готов.

— Вас не удивляет, куда делись игроки? — продолжал Большой По. — Я их заразил. Погибнув, они превратились в бездумных мобов, подчиняющихся только мне. Уверен, сейчас тысячи игроков бьются в истерике, не в силах войти в Дис. И это только...

Глаза Тиссы расширились, а потом осознал и я. Он и нас заразил! Хватит с меня, разберусь с этим потом.

Летаргия!

Не договорив, Полинуклеотид погрузился в сон. Обмякшее разлагающееся тело бывшего клан-лида «Аксиомы» свалилось на пол у алтаря. Как только его рука оторвалась от портала, тот протестующе загудел. Гул затихал, а потом и вовсе прекратился. Портал закрылся.

— Ни хрена себе! — из воздуха донесся голос Инфекта. — Ну дела!

Втроем мы оттащили тело Большого По в каморку в дальнем заднем углу. Закрыли дверь. Оставалось самое главное.

— Он для тебя зеленый? — спросил я у Тиссы, кивнув на По.

Она кивнула:

— Ну да, мы же его не атаковали.

Я наклонился над Предвестником Чумного мора и, глядя в глаза, зная, что он слышит, сообщил:

— Видишь, Уэсли, и с тобой случилась та же фигня.

— Какая? — поинтересовался Инфект.

— Мы трое в группе. Ему бы да хоть ножиком в нас метнуть, чтобы стать нам противником для системы. А он что? Все о планах рассказывал, как киношный злодей. А теперь мы его можем спокойно отхилить. Тисса, давай, лечи гада.

И она вылечила. Его жизнь доросла до ста процентов, и тело начало восстанавливаться, а проклятие нежити слетело. Он снова стал уязвим.

Я провел по нему Комбо и Молотом, ребята добавили. Жизни у него осталось на один удар. Инфект протянул мне кинжал.

— Я изгоняю тебя из Дисгардиума навсегда! — крикнул я.

Извилистое серебрящееся лезвие клинка вошло в сердце игрока Полинуклеотида. Большой По, он же Уэсли Чоу, перестал существовать в мире Дисгардиума.

***

Выходя из храма, мы наткнулись на знакомого воина. Утес, завидев меня, почему-то обрадовался и побежал на встречу.

— Скиф! Надо поговорить! Один на один! — он мазнул взглядом по Тиссе и Инфекту. — Без них!

Я кивнул, глазами показав ребятам держаться рядом, и пошел в храм. Утес направился следом.

Мы зашли в ту же самую каморку. Большой По уже развоплотился, и ничего не говорило о том, что еще десять минут назад он угрожал разрушить весь мир.

— Говори.

—   Ты — «угроза», — констатировал Утес. — Тихо-тихо, не напрягайся. Каким ты бы сильным ни был, я всегда буду сильнее. Потому что я тоже «угроза». Насчет тебя проговорилась Ева. Вернее, она даже не поняла ничего, просто рассказывала, как ты в одиночку зачистил на первом уровне инст, и упомянула что-то о Чумном море.

То, что творится, твоих рук дело?

—   Нет. Объяснения потом, говори, что хотел сказать. Город гибнет, надо спасать жителей!

—   Ладно, не буду ходить вокруг да около. Ты парень умный, наверняка уже есть запасные ходы-выходы? Как выбраться из песочницы? Меня уже куча народу пасет! Угрожают в реале! Какие-то оницо чуть не увезли куда-то, пришлось с взлетающего флаера прыгать! Еле убежал!

—   Я предупреждал про реал. Нафига ты вообще засветился возле Улья?

—   Они Еву оскорбили... — Утес нахмурился. — Слушай, это дело прошлое, не изменишь. У меня родители больные, отец на грани, мать тоже где-то рядом. Я был один, понимаешь? Совсем один... И Ева стала для меня всем! Ладно, это уже неважно. Я сменил жилье — нашел каморку кое-где и переехал туда.

—   А я здесь причем?

—   Алекс, не держи зла за прошлое. Дурачок я был. Просто скажи, можешь помочь?

Понимаю, что вряд ли хочешь, но можешь?

—   Могу, — ответил я. — Помогу. Когда у тебя выход?

—   Уже скоро.

—   В чем суть «угрозы»?

—   Если не я начал бой, все характеристики растут в несколько раз.

—   Во сколько раз конкретно?

—   Во много. Было в десять на первом уровне, но я качал... Уже в семнадцать, короче.

Я некоторое время офигевал. впечатленный услышанным. Теперь понятно, как он раскидал охрану Куцего Вражека. Но... Постойте, а Ева?

—   Я правильно догадываюсь, что навык применяется ко всем в твоей группе?

Утес кивнул.

—   Принимай приглашение в клан, Тобиас. Я знаю, где тебя спрятать. И тебя и твоего персонажа.

Воин 26 уровня Утес (игрок Тобиас Ассер) присоединился к клану «Пробужденные».

— Пока не знаю еще. что у тебя за суперсила, — возбужденно заговорил Утес. — Но как представлю, что мы сможем сделать вместе! Да весь мир обосрется!

Я и сам не знал, что у меня за суперсила. Квест Бегемота по Чумному мору еще не был закрыт, но в его успешном завершении я не сомневался. С Тиссой, Инфектом и Утесом мы легко зачистим город от оставшейся нежити. А вот чем наградит Спящий...

Я и сам не знал, что у меня за суперсила. Квест Бегемота по Чумному мору еще не был закрыт, но в его успешном завершении я не сомневался. С Тиссой, Инфектом и Утесом мы легко зачистим город от оставшейся нежити. А вот чем наградит Спящий...

И так ли это важно? Думаю, за устранение «угрозы» Большого По я получу столько, что даже моей доли хватит на полный курс обучения в университете...

Обо всем этом я решил подумать потом, решив двигаться от задачи к задаче. А то что я все делал правильно, и Дис подтвердил, высветив уведомление:

Повышена оценка текущего класса угрозы: P

Конец второй книги

Content

Сугралинов Данияр Саматович Инициал Спящего

Данияр Сугралинов Дисгардиум 2 Инициал Спящего

Глава 1. Спящий бог

Глава 2. Альянс «превентивов»

Глава 3. Запрет на погружение

Глава 4. Кто хочет стать миллиардером?

Глава 5. Слишком много «По»

Глава 6. Сложный выбор

Глава 7. Предвестник

Глава 8. Фарм-машина

Глава 9. Большой привет

Глава 10. Дилемма судьи Кэннона

Глава 11. Чумной мор

Интерлюдия 1. Тобиас

Глава 12. Отщепенцы

Глава 13. Веселящий эликсир

Глава 14. Заведомо проигрышный спор

Глава 15. Пробужденные

Глава 16. Меж двух огней

Глава 17. Деритесь!

Интерлюдия 2. Беллами

Глава 18. Трудные уроки

Глава 19. Заклятые друзья

Глава 20. Начало похода

Глава 21. Непредвиденные обстоятельства

Глава 22. Призрак Вильяма Стаффорда

Глава 23. Лагерь охотников

Глава 24. Болотные гады

Глава 25. Поле боя

Интерлюдия 3. Ева

Глава 26. Кулинарный турнир

Глава 27. Имитация

Глава 28. Отборочная группа

Глава 29. Первый храм

Глава 30. Финал