Светлая тьма. Сирота

Глава 1

— Владимир Алексеевич, вы уверены, что именно этот мальчик? При всём уважении, я бы крайне не рекомендовала его.

Глядя в окно, как на площадке играют младшие воспитанники детского дома, произнесла его управляющая Ольга Леонидовна Азарская.

Слово — директор, а тем более директриса, ей очень не нравилось. Хотя по всем документам Ольга Леонидовна была именно директором детского дома имени Максима Горького, расположенного в крошечном городке недалеко от столицы империи, куда Азарскую направили работать сразу после окончания педагогического университета.

Эффектная женщина, слегка за сорок, с роскошной шевелюрой каштановых волос, великолепным телом, прекрасным вкусом и ангельским голосом, как она сама о себе думала.

Сейчас Ольга Леонидовна находилась в своём кабинете и беседовала с представителем одного из главных спонсоров детского дома. Молодым мужчиной в строгом костюме, на лацканах которого красовался позолоченный герб одного из великих родов империи.

Мужчина представился ей, как Владимир Алексеевич и больше ничего не сказал о себе. Лишь предоставил документы, заверенные личной печатью князя Апраксина. Стихийный оттиск невозможно было подделать. Поэтому никаких сомнений, что это действительно представитель древнего рода, у Азарской не возникло.

Сперва она испугалась, что молодой человек прибыл с проверкой. Всё же управляющая позволяла себе небольшие вольности, деньги на которые она брала, как раз из спонсорской помощи. Но вместо проверки Владимир Алексеевич запросил личные дела всех воспитанников от десяти до четырнадцати лет включительно.

И вот после часа перебирания папок Владимир Алексеевич остановился и протянул папку с именем Александра Иванова.

На папке была налеплена фотография хмурого паренька с растрёпанными светлыми волосами, слегка вздёрнутым носом и дьявольскими глазами, которые всегда ввергали Ольгу Леонидовну в ужас. Впрочем, не её одну, а весь персонал детского дома, да и всех посторонних, кто хоть раз встречался с Александром. Один глаз у паренька был ярко-зелёным, а второй карим, практически чёрным.

Но фотография не могла передать те ощущения, что испытываешь, когда Иванов смотрит на тебя. Словно он способен пробраться в саму душу и заставить её трепетать от страха. А потом улыбнуться и мгновенно оказаться самым милым ребёнком на свете. Таким, что даже сама Ольга Леонидовна уже раз сто всерьёз задумывалась над тем, чтобы усыновить Александра.

С первого дня, как мальчик появился в детском доме, Ольга Леонидовна пыталась избавиться от него, но ничего не выходило. Хотя она предлагала всем парам, кто хотел усыновить ребёнка, самые лучшие условия, если они остановят свой выбор именно на Александре. Даже пыталась напрямую предложить взятку. Но после разговора с мальчиком все просто сбегали, даже без объяснения причин.

Вот так, благодаря Иванову, из детского дома почти целый год не забирали ни одного ребёнка. После чего Ольга Леонидовна смирилась, даже не мечтая избавиться от парня до его совершеннолетия. И прекратила все попытки. С этого момента ситуация коренным образом изменилась, и люди с охотой стали забирать её бывших воспитанников.

Вот уже шесть лет весь персонал детского дома старается как можно реже встречаться с Александром. И тем более, не смотреть ему в глаза.

И тут появился Владимир Алексеевич, и выбрал именно Иванова из трёх десятков других детей. Вроде бы Ольга Леонидовна должна обрадоваться, но она не могла допустить, чтобы столь уважаемые люди забрали этого демонёнка. На этом сразу же и закончится их спонсорская помощь. А без неё сразу всем станет очень тяжело.

Азарская уже запланировала отпуск на следующий год. И как раз собиралась взять на него деньги, именно из этих средств. А ещё она планировала сделать ремонт в гостиной и отправить старшую дочь обучаться в один из самых престижных лицеев империи. Да и помимо этого, было полно других целей, на которые нужны немалые средства. Так что нельзя было отдавать Александра. Ни в коем случае нельзя.

— Я уверен на все сто процентов. Александр идеально нам подходит. — произнёс Владимир Алексеевич, разбивая все мечты управляющей. Но так просто она не собиралась сдаваться.

— К сожалению, мальчик два дня назад слёг с ветрянкой. Карантин — двадцать один день.

— Это не проблема. Сейчас я вызову родового целителя, он быстро поставит его на ноги. Заодно произведёт дезинфекцию во всём детском доме. И если понадобится, исцелит других детей.

— Не стоит! — тут же вскинула руки управляющая. — Это огромные траты. А ваш род и без того очень сильно помогает нашему детскому дому, за что мы безмерно благодарны. Возможно, я ошиблась и в карантине сейчас находится другой ребёнок. Просто у нас всегда происходит столько всего, что порой в голове такая каша.

Владимир Алексеевич улыбнулся, но ничего не сказал по этому поводу. Положил руку на папку с делом Александра и постучал по его фотографии пальцем.

Мысли Ольги Леонидовной устроили родео, пытаясь найти выход из столь дерьмовой ситуации, но его не было. Она никак не может помешать Владимиру Алексеевичу забрать демонёнка. Если только попробовать потянуть немного времени. Попробовать выиграть хотя бы один день. Возможно, за это время она сможет найти выход.

— Вы отведёте меня к Александру, или я могу найти его сам?

Ольга Леонидовна посмотрела на своего гостя и вздрогнула, когда его глаза на мгновение затянуло белёсой пеленой. Вот же она дура! Пыталась обмануть человека, который с лёгкостью может узнать, правду она говорит или нет.

Кто же знал, что Апраксины пришлют столь ценного одарённого.

Ольга Леонидовна сама не заметила, как начала трястись. А вот её гость заметил.

— Вам плохо? Может, вызвать медика?

После этих слов стало совсем плохо. В голове начало шуметь, а в груди взорвалось что-то обжигающе горячее и начало разливаться по всему телу.

«Вот и отсрочка. Вот и отсрочка.»

Думала управляющая, когда земля ушла из-под ног и она начала падать. А затем сознание покинуло её.

— Говорил же, что нужно было посылать кого-нибудь другого. — начал бубнить себе под нос Владимир Алексеевич, оказавшись рядом с женщиной.

Вот так всегда: в его присутствии люди начинают слишком сильно нервничать, и происходят подобные инциденты.

Вроде жива, но точно нужен медик. Причём срочно. Только оставлять управляющую одну нельзя. Так он сможет поддержать её своим даром.

— Парень, иди быстрее сюда. — крикнул Владимир Алексеевич, высунувшись из кабинета.

В коридоре он увидел паренька лет пятнадцати, с какой-то коробкой в руках. Его и позвал. Парень оказался довольно смышлёным, и через несколько секунд, патлатая голова уже торчала из-за приоткрытой двери.

— Срочно приведи сюда медика, — Ольге Леонидовне стало плохо. Управишься за три минуты, получишь от меня тысячу.

Такого стимула оказалось вполне достаточно, чтобы парня и след простыл. Осталось теперь дождаться медика, а уже потом он пойдёт за Александром. Парня необходимо доставить как можно скорее. Всё уже решено. Кандидата лучше они уже точно не найдут. Идеальное попадание. Поиски, длившиеся больше семи месяцев, завершены.

* * *

Серый нёсся со всех ног после того, как заглянул в кабинет к Леониду. Только не в лазарет к противной медсестре Алевтине, а в их тайное логово.

Кабинет на третьем этаже, который уже давно использовали для складирования всякого хлама. Настолько давно, что даже забыли о существовании этого кабинета. Вернее, они захламили его настолько, что туда уже ничего не влезало. После чего благополучно забили, начав захламлять другие кабинеты.

И нёсся он в этот кабинет, чтобы предупредить Саню. Он видел в руках у хлыща его личное дело. Обычно такие люди берут личные дела тех, кого собираются усыновить. И это было очень плохо. Нельзя Саню сейчас усыновлять.

— Там это… — начал тараторить Серый, пробравшись через залежи, которые они использовали в качестве прикрытия. — Это. Как его. Хлыщ, на кабриолете… Он это…

— Да чего? — не выдержал Саня и так зыркнул на друга, что тот моментально собрался с мыслями и выдал складную речь.

— Там хлыщ, что приехал на кабриолете, собрался тебя усыновлять. Я только что был в кабинете у Леонида. И хлыщ держал в руках папку с твоим личным делом.

— И чего ты поднял кипишь? — совершенно невозмутимо спросил Саня. — Просто увидел моё личное дело у кого-то в руках и уже всё решил. Сколько раз я тебе уже говорил, что не нужно принимать поспешных решений, не имея на руках всю возможную информацию.

— Так всегда было: если видят у приезжих папку с личным делом, то этого ребёнка забирают. А там ещё и Леониду вроде плохо стало. Хлыщ просил меня сгонять за Алевтиной. По-любому…

— Стоять! Так чего же ты сразу ко мне полетел, если Леониду плохо стало? А если она там сейчас помрёт? А ну, быстро метнулся в лазарет. И только если с Леонидом что-нибудь случится, ты у меня до выпуска будешь ходить и младшим сопли подтирать.

Глаза Александра заблестели, и Серый пулей вылетел из их убежища, при этом снеся большую часть маскировки. Грохот стоял на весь этаж. По-любому на него сейчас прибежит кто-нибудь из сотрудников детского дома. Но Серому было на это плевать. Он спешил выполнить приказ своего босса.

* * *

Вот и пришло время. Конечно, я думал, что директриса оставила свои попытки избавиться от меня. Но, как оказалось, нет. Горбатого могила исправит.

В отличие от Серого, я не видел в этом ничего страшного. Ну подумаешь, очередная семья решила усыновить симпатичного мальчугана с необычной внешностью. Тоже мне беда. Мне вполне хватит пары минут наедине, чтобы отговорить любого от этой затеи.

Зачем мне уходить из места, где я уже успел неплохо устроиться? Это поначалу у нас совсем не задалось со старшими ребятами, которые решили сделать новичка своей игрушкой. Но они быстро поняли, что игрушка с шипами. И никогда не знаешь, откуда один выскочит в следующий раз.

Методом проб и ошибок. В основном, конечно, ошибок и довольно серьёзных.

Потребовалось не так много времени, чтобы они поняли, что не стоит меня задирать. А через год уже все знали, что гораздо выгоднее дружить со мной и даже слушаться. Можно получить дополнительный кусок хлеба перед сном. Или оказаться в числе счастливчиков, которых освобождали от уборки территории, а вместо этого отправляли разгружать машину с продуктами или вообще дежурить в столовой.

В общем, много всего интересного, что могли получить те, кто слушал, что я говорю делать. А со временем уже абсолютно все воспитанники детского дома, пытались оказаться полезными для меня. И все получали от этого выгоду.

Кто-то материальную, в виде лишнего куска, того же хлеба, куска рафинада или свежей простыни, а кто-то — покровительство и в какой-то степени наставничество. Одним из последних и был Серый. Он как-то совершенно незаметно стал не только моим лучшим другом, но и правой рукой.

После его предупреждения пришлось срочно сворачивать все дела и оставлять непроверенными ещё четыре отчёта. Ребята, что дежурили сегодня в столовой, должны были подготовиться ко дню рождения Арсения Сиротинина. Парню исполнялось десять лет, и мы не могли оставить его без праздника.

Смогли они всё подготовить или нет, узнаю теперь только после разговора с моим очередным усыновителем. Машина у него, конечно, улёт. Чёрный кабриолет, в котором наверняка даже и не чувствуешь дорогу, когда едешь. Не то, что в нашем автобусе. На малейшей кочке кажется, что зубы осыпятся, настолько сильно трясёт.

Но ничего. Вот я сейчас разберусь со всеми проблемами, налажу бизнес и тогда смогу купить себе любую машину, какую захочу. А ещё обязательно куплю для детского дома новый автобус. И позабочусь, чтобы все воспитанники получали сладости и фрукты без ограничений. Особенно яблоки. Уж очень сильно я их люблю.

Пока размышлял над этим и строил планы на ближайшее будущее, успел дойти до крыла, в котором находилась моя комната. Её я делил ещё с пятью мальчишками. Один мой ровесник, двенадцати лет, двое на год младше и ещё двое на год старше. Если меня будут искать, то здесь. Хотя сейчас уроки ещё не закончились, но всем прекрасно известно, что по средам я там не появляюсь.

Это единственный день в неделю, когда можно пропустить занятия и ничего не потерять. В этот день я и занимаюсь документами, накопившимися за неделю. Поставить это дело на поток было довольно сложно. У меня ушло четыре года, прежде чем всё стало работать без перебоев. И здесь даже не помогали мои небольшие способности.

Набирать сотрудников среди младших детей было бессмысленно. Они и читать-то толком не умели, а мне нужны были грамотные сотрудники. Поэтому выбор пал на старшаков. И главная проблема здесь заключалась в том, что они слишком быстро покидали стены детского дома.

Исполнилось восемнадцать лет — вперёд, во взрослую жизнь. Империя выделит тебе крошечную квартирку. Выдаст пособие, на три месяца, за которые ты либо должен поступить в какое-нибудь училище, либо найти работу (это для девушек), либо отправиться отдавать долг родине (это для парней).

А если очень сильно повезёт, и в тебе проснётся магический дар, то можешь считать, что жизнь удалась. Тебя сразу же прибегут к рукам сильные мира сего. Правда, это они сами решили, ну да ладно. Если им так спокойнее живётся, то на здоровье.

Я вот не считаю себя слабым или обделённым. Да, не сложилось с родителями. Да, нет возможности учиться у лучших преподавателей. Да, нет ещё очень много всего. Но это же прекрасно. Это открывает передо мной невероятные возможности. Всему предстоит научиться самостоятельно. Получить бесценный опыт и на выходе стать гораздо более приспособленным к жизни, чем все, кто получил вышеперечисленные блага без каких-либо усилий. Лишь по праву рождения.

Вот я сейчас и учусь всему, чему только можно. Вообще, люблю учиться это открывает перед любым человеком невиданные горизонты.

— А ты чего здесь делаешь? Снова решил уроки прогулять? — вырвал меня из раздумий голос нянечки, бабы Вали.

Она стояла в дверях со шваброй в руке, а у её ног взгромоздилось металлическое ведро с проржавевшей ручкой. Всем был прекрасно известен грозный нрав бабы Вали в отношении прогульщиков. Могла и шваброй огреть без проблем.

Баба Валя была единственной среди персонала детского дома, кто относился ко мне так же, как и к другим воспитанникам. А я никогда и не пытался применять к ней свои маленькие хитрости, которые помогали с остальными.

— Баб Валь, вы чего такого говорите? Разве я могу прогулять уроки? Просто у меня прихватил живот, вот Поган… то есть Алевтина Петровна и отпустила меня. Дала какую-то таблетку и сказала полежать.

— Алевтина значит? — как-то недобро начала говорить нянечка, при этом поправляя старую тряпку на швабре и делая шаг в комнату. — Которой уже третий день нет на рабочем месте.

Блин, а почему мне никто не доложил об этом? Куда смотрел Витька и его отдел? За что я вообще им по пять рублей в неделю плачу? Теперь придётся спасаться бегством от боевого киборга в калошах.

И что за день сегодня такой? Сперва усыновить собираются, теперь вот на бабу Валю нарвался.

— А ну, стой на месте! — гаркнула валькирия, замахиваясь своим оружием, отчего по комнате полетели брызги, но я в этот момент был далеко от их траектории полёта, поэтому остался сухим и чистым. Чему был несказанно рад.

Слишком сложно поддерживать белую рубашку в чистоте в наших условиях. Я за неё заплатил живыми деньгами. Причём в два раза больше, чем она стоила. Просто иначе договорится со сторожем Санычем было невозможно. А добираться до города самостоятельно было слишком далеко.

Тогда потратил месячный доход моего небольшого предприятия по мойке автомобильных окон, зеркал, колёс и всего, что захочет клиент.

А без рубашки я не могу. Всегда необходимо выглядеть представительно. Иначе люди не будут воспринимать меня всерьёз. Здесь и думать нечего о том, чтобы вести серьёзные дела и руководить другими.

Ещё бы обзавестись полноценным костюмом, но это уже слишком баснословные траты. Сейчас я такие точно не потяну. А среди вещей, что жертвуют приюту найти подходящий костюм просто невозможно. Все они либо потрёпаны до состояния, когда заплаток уже больше, чем изначальной ткани, либо сидят на мне, как мешок.

О какой представительности здесь вообще может быть речь?

Пугало на огороде и то выглядит более представительно. Вот и приходится идти на некоторые ухищрения. Которые обходятся очень дорого. А с учётом того, что я ещё и росту… Даже думать об этом страшно.

Тем временем мой манёвр не остался без внимания. Прекрасно зная, что если выпустит меня из комнаты, то уже точно не поймает, главная боевая единица нашего детского дома, перекрыла собой единственный выход из комнаты. Габариты нянечки позволяли ей сделать это без особых проблем. А исходя из того, что в руках у неё было довольно длинное оружие, баба Валя планировала достать меня в любом случае.

Ни один прогульщик не уйдёт от возмездия. Во имя швабры, половой тряпки и ржавого ведра!

Благо комната была достаточно просторной, что позволяло мне избегать всех возможных ударов.

Баба Валя стояла в дверях, ожидая, что я буду делать. Я стоял возле дальней от входа стены, ожидая её хода. Но никто из нас не собирался действовать первым.

На случай вот такого патового положения у меня уже давно был разработан план.

Всего в комнате стояли шесть кроватей. Четыре возле глухой стены, ещё две по сторонам от единственного окна, а напротив входа расположился общий, старинный платяной шкаф. И я сейчас стоял как раз возле шкафа, за задней стенкой которого находился гвоздь, на который была намотана прочная леска. Она шла по стене и скрывалась под потолочным плинтусом. А дальше выходила на потолок и пряталась в массивной люстре, которая освещала комнату по вечерам. И вот в этой люстре был спрятан мой секрет — крупный резиновый паук, которого я освободил, распутав леску и дёрнув её в нужную сторону.

Резиновый арахнид выскочил из засады и устремился на заблокировавшую дверь грозу пыли, грязи и прогульщиков.

— Ох. — только и смогла выдать баба Валя, уворачиваясь от спикировавшего на неё паука.

Она отошла в сторону, открывая путь на свободу. В этот момент я уже был рядом, стартанув одновременно с начавшим падать пауком.

Немного повернуть корпус в сторону, чтобы не коснуться грязной тряпки, затем подпрыгнуть, чтобы перелететь через ведро, и вот я уже в коридоре. Вырвался на оперативный простор. Быстро развернуться и… Врезаться в незнакомого мужчину, костюм которого стоил дороже, чем весь наш детский дом. А пахло от него не перегаром, или табаком, как от всех мужиков, что мы здесь встречаем, а чем-то очень странным. Должно быть, именно так пахнет богатство и успех.

— Я так понимаю, Александр? — спросил мужчина, схватив меня за плечи и тем самым, удержав в вертикальном положении.

Глава 2

— Маленький гадёныш! Ну я тебе сейчас задам! — раздался из комнаты крик разъярённого бойца с грязью. Одновременно с этим, я ощутил, как в спину и затылок попало нечто мокрое.

Только после этого поднял голову и увидел лицо мужчины, которое также было в каплях мутной воды. А на белоснежном воротнике расплывалось тёмная клякса.

— Ой… — ойкнула баб Валя, но на этот раз от осознания того, что она обрызгала очень важного человека — аристократа. Кем ещё может быть человек с гербом одного из знатных родов империи?

— Господин, простите меня, дуру старую! — начала причитать нянечка, и по звуку я могу сказать, что она плюхнулась на колени. Её же теперь всем приютом поднимать придётся… — Я сорванца этого хотела проучить, чтобы уроки больше не прогуливал, а оно вон как вышло. Я всё отчищу. Костюм будет выглядеть лучше, чем новый. Нет. Лучше квартиру продам, но куплю новый. Только не гневайтесь. Мне о внучке нужно заботиться, одна я у неё осталась.

Уже после первых слов голос баб Вали начал дрожать, а под конец она хлюпала не хуже башмаков Серого, когда он по весне наступил на тонкий лёд и по колено провалился в лужу. Но состояние бабы Вали не вызвало у хлыща даже капельки сострадания. Он даже не моргнул ни разу. Да и на нянечку не посмотрел. Не отрывал взгляда от меня, в ожидании ответа.

— Правильно понимаете, Александр. — ответил я. — А вы с какой целью интересуетесь?

Настроение у меня уже упало ниже плинтуса. Так, теперь ещё и баб Вале из-за меня может влететь. А то и вовсе без работы останется. Или вообще без крыши над головой. Знаю я этих аристократов, наслышан… Они за испорченную вещь и убить могут. А тут вон костюм и рубашка забрызганы грязью. Как я уже говорил, костюм этот должен стоить едва ли не дороже всего детского дома.

Нянечке таких денег до конца жизни не собрать. Боюсь, что не хватет, даже если она квартиру продаст.

— Поговорить с тобой хочу, не против? — продолжая игнорировать причитания нянечки, ответил хлыщ.

— Поговорить можно. Только при одном условии. — впервые с нашей встречи на лице хлыща появились хоть какие-то эмоции. Он улыбнулся. — Во всём, что сейчас произошло, виноват только я. Вы не имеете никаких претензий к баб Вале. И к детскому дому.

— Никаких. — даже без раздумий согласился хлыщ.

Баб Валя разрыдалась ещё сильнее, принявшись благодарить благодетеля, как она сама говорила. А я насупился ещё сильнее. Как-то мне всё больше и больше не нравится сегодняшний день. И эта улыбка. И папка с моим личным делом, что валялась у наших ног. Никто не может вот так, без последствий, бросать меня на пол.

— Может, тогда на улицу? Прогуляемся немного в парке, погода сегодня отличная.

— Веди. — наконец, отпустив меня, сказал хлыщ.

Только сейчас он достал из кармана белоснежный платок с позолоченным гербом и протёр им лицо. На ткани сразу же появились грязные разводы, но это ничуть не расстроило хлыща. Он протёр костюм, а затем скомкал платок и бросил его в мусорное ведро, что стояло возле каждой комнаты.

Невероятная расточительность. Его постирать и будет как новый. Поэтому я развернулся и поспешил помочь подняться бабе Вале. А заодно, пока помогал, незаметно достал платок и сунул его себе в карман. Спроважу хлыща и потом постираю его. Может, даже удастся продать кому-нибудь через интернет.

Только нужно будет забраться в кабинет к Леониду. Только там есть компьютер с выходом в сеть. Но это всё потом, сперва разговор с хлыщом, который даже не представился. Какой-то хреновый из него аристократ.

Только стоило мне подумать об этом, как хлыщ заговорил.

— Прошу прощения за бестактность. Меня зовут Владимир Алексеевич Волков. Ты можешь называть меня просто Волком. Я представляю интересы рода Апраксиных. А если конкретно, то являюсь заместителем главы службы безопасности рода.

Очень интересно, кто такие эти Апраксины и для чего я им понадобился? Вон, даже прислали целого заместителя главы службы безопасности рода. Наверное, это какая-то важная должность. Ни черта не смыслю во всём, что связано с аристократами.

— Александр Иванов, сирота. Не представляю, ничьих интересов. — в ответ представился я и двинулся в сторону лестницы.

Вежливость — главное оружие любого уважающего себя человека.

Понятия не имею, где я это услышал, но фраза отличная. Мне нравится.

— С Ольгой Леонидовной всё в порядке? — спросил я, решив нарушить образовавшуюся тишину. Волк явно не собирался говорить, для чего конкретно я ему понадобился, пока не окажемся подальше от чужих ушей. Хотя их и здесь не было.

— Ничего страшного, просто резко поднялось давление. К вечеру прибудет родовой целитель и подлатает её.

— Это хорошо. Она хоть и порой слишком перегибает палку, но заботится о воспитанниках детского дома. По крайней мере, у нас есть что поесть и в чём ходить в любой сезон. Правда, с фруктами проблема. Конкретно с яблоками. Дают, только когда в саду созреют. А я их очень люблю. У вас, случайно, нет с собой?

Волк как-то странно хмыкнул, но промолчал. Жаль, конечно, что яблока у него не было. А ещё, было похоже, что Волк прекрасно знал обо всех махинациях директрисы. Снова образовалась неловкая пауза, но к этому моменту мы уже находились на улице. А парк у нас располагался на всей территории детского дома, так что уже можно переходить к основной части разговора.

— О чём вы хотели со мной поговорить? Здесь нас уже точно никто не услышит. Старшие дети пока ещё учатся, а у младших уже закончилась прогулка, и их повели в столовую. Кстати, можно поскорее. Не хочу пропускать обед.

— Как ты смотришь на то, чтобы покинуть детский дом?

— Весьма негативно. Через шесть лет я и так его покину.

— И ты не хочешь эти шесть лет провести в более подходящих условиях?

— У нас здесь отличные условия. Поэтому не вижу причины их менять. К тому же здесь у меня уже налажен бизнес, который будет глупо оставлять. Да и просто я не хочу. Это главный критерий.

Снова Волк хмыкнул. Странная у него привычка, которая начинает меня раздражать.

— Получается, ты бизнесмен? — я кивнул. — Если не секрет, в какую сумму ты оцениваешь свой бизнес?

— Сто тысяч. — даже не раздумывая, выпалил я.

Назвал сумму, которой хватит, чтобы открыть настоящее дело. Которое будет приносить стабильную прибыль.

На самом деле мой бизнес не стоил вообще ничего. В том плане, что ноль вложений в него. Тряпки и старые вёдра брали в аренду под реализацию, так сказать. Наш завхоз Аркадий Васильевич был отличным мужиком и всегда шёл навстречу. Особенно если ему с этого что-нибудь перепадёт. А перепадало ему ни много ни мало — пятьдесят процентов от выручки. Ещё двадцать забирали себе непосредственно исполнители, и оставшееся уже отходило мне.

За два года вот такой работы смог накопить только пятнадцать тысяч. А по моим прикидкам необходимо минимум сто, чтобы открыть уже полноценную мойку. Ещё пару лет, чтобы выйти на самоокупаемость, а после этого можно и расширяться.

— В таком случае я могу купить твой бизнес прямо сейчас. И предложить работу. За которую Апраксины готовы заплатить тебе ещё миллион.

— Сразу говорю, что убивать, воровать или ещё каким-то образом нарушать законодательство я не собираюсь. Мне уже двенадцать и я несу частичную уголовную ответственность за свои поступки. Так что…

Волк снова хмыкнул. А чего он хотел? Я первым делом ознакомился с имперским законодательством и прекрасно знаю, что уже могу попасть под суд. Так что никаких противоправных действий ни я, ни мои сотрудники не совершаем. А то, что все желающие меня усыновить резко передумывают, так я здесь ни при чём. Просто не нравлюсь им. За это не предусмотрено никакого наказания.

— Никого убивать или грабить тебе точно не придётся. Вот, посмотри. — Волк протянул мне фотографию, на которой был запечатлён я.

Как это вообще понимать?

Только там я был брюнетом с голубыми глазами и слишком ухоженным для детдомовца. Но точно я. Один в один. Вон, даже форма ушей одинаковая. И левый глаз слегка прищурен, как я это делаю, когда думаю. А думаю я всегда, так что хожу такими постоянно.

Только на этой фотографии я слишком хорошо одет. И стою рядом с каким-то спортивным автомобилем. Явно жутко дорогим. А ещё рядом со мной какая-то незнакомая женщина в дорогом вечернем платье. Элегантной шляпке, с крошечной сумкой в руках, сделанной из кожи какой-то рептилии, и сигаретой в длинном мундштуке.

На обороте фотографии было написано:

«Дорогому племяннику от Графини Ростовой. Не превышай скорость. Двенадцать лет, это только начало долгой и полной приключений жизни.»

Выходит, что эта машина — подарок мне. То есть тому парню, что запечатлён на фотографии.

— Это, Виктор Александрович Апраксин. Единственный внук главы рода по прямой линии и его наследник. Он очень похож на тебя. А ещё у него имеются определённые проблемы со здоровьем.

На этом Волк замолчал, и я показал ему жестом говорить дальше, сам же продолжал рассматривать фотографию, находя всё больше и больше сходств между мной и княжичем.

Очередное хмыканье и Волк одной рукой схватил меня за плечо, а другой за подбородок и поднял голову, чтобы я встретился с ним взглядом. В этот момент его глаза затянуло белёсой пеленой. Я ощутил, что кто-то пытается пролезть мне в разум. Резко, настойчиво и как-то очень по-детски. Наивно что ли… Отчего невероятно сильно удивился и едва не пропустил его.

Теперь был мой черёд. Прикрыл правый глаз и ответил ударом на удар. Пусть никто не знает, но я уже давно обнаружил у себя способности к магии. Мой левый глаз обладал способностью пугать людей, а правый — располагать их ко мне. Толком я ничего не знал о своей силе, но вот этими способностями пользовался очень часто, с того момента, как обнаружил их. А случилось это лет в пять.

Именно благодаря этим способностям я и остаюсь до сих пор в детском доме. И сейчас я рассчитывал на них. Но похоже, что в этот раз так просто избавиться от усыновления не получится. Волка не взяло. Он снова усмехнулся, и я ощутил многократно возросшее давление.

Тогда в ход пошёл и второй глаз. Попытался надавить на Волка всем, что умел. Но и это не помогло.

— Я не смогу тебе больше ничего рассказать, если не позволишь проникнуть в твой разум и поставить запрет на разглашение информации.

— Я, по-твоему совсем ничего не соображаю и позволю кому-то копаться у себя в мозгах? Ищи дурака в другом месте.

Как ни странно, но это подействовало. Волк отпустил меня и давление тут же исчезло.

— Александр, ты нужен Апраксиным. Никто не собирается заставлять тебя делать что-то против воли. Мы хотим нанять тебя на работу, не более. Очень ответственную и высокооплачиваемую. Сопряжённую с определённым риском. Но я уверен, что дальнейшие перспективы с лихвой перекрывают всё это.

— Пока я ничего толкового не услышал. Ни о каких перспективах для себя. Ты лишь попытался применить ко мне магию. А это вообще законно? Вот так вторгаться в детский дом и пытаться заставить несовершеннолетнего, что-то сделать при помощи магии? Уверен, что в полиции очень заинтересуются этим.

Мои слова вызвали ироничную улыбку у Волка. Он смотрел на меня, как на наивного котёнка, которого живодёры поманили куском колбасы, а тот и несётся, надеясь, что сейчас поест. Только Волк ошибся, я уже давно перестал быть вот таким котёнком.

— Ну а если не в полиции, то среди аристократов может пойти слух, что Апраксины заставляют своих слуг воровать для них беспризорников из приютов. В наше время масса возможностей донести информацию до нужного человека. Киднеппинг порицается абсолютно всеми.

— Держи. Это за молчание. — сказал Волк, протягивая мне кошелёк. Даже на вид довольно увесистый.

Отказываться я не стал, как и верить в то, что внутри действительно есть деньги. У аристократов всё лежит на банковских счетах, и расплачиваются они исключительно картами.

Поэтому проверил содержимое кошелька прямо при Волке. И С трудом сдержался, чтобы не присвистнуть. Внутри лежало тысяч тридцать. Точно посчитаю потом, когда останусь один.

— Гарантирую, что произошедшее здесь останется только между нами. Есть ещё какие-нибудь вопросы? Предложения? Если нет, то мне нужно идти. Ещё очень много дел. Да и обед пропускать нельзя. Обед — это святое!

— Есть и вопросы, и предложения. — ничуть не смутился мой собеседник. — Сперва я ошибся, когда решил разговаривать с тобой, как с несмышлёным ребёнком. Признаю свою ошибку. Вижу, что ты далеко не так прост и сильно отличается от своих сверстников. Позволь мне начать заново?

Если решил, что сможет вернуть кошелёк, то это он зря. Что попало ко мне в руки, уже автоматически считается моим. А со своими вещами я расстаюсь очень неохотно. Только если могу выручить за них гораздо больше, чем потратил на приобретение.

Я демонстративно убрал кошелёк в карман, потрёпанных джинсов, похлопал по нему и скрестил руки на груди, что вызвало очередную улыбку у Волка.

— Можешь начинать. Только у тебя пять минут. Скоро должны закончиться уроки у старших ребят, а мне к их приходу ещё нужно припрятать заработанное. И пообедать… — сказал я, снова хлопнув по оттопыренному карману.

— Уложусь и за минуту. — хмыкнул Волк. После чего моментально стал таким серьёзным, словно его всю жизнь поили одной касторкой. — Меня зовут Волков Владимир Алексеевич, я представляю род Апраксиных и являюсь заместителем главы их службы безопасности. А также человеком, который решает все кадровые вопросы данной службы. Александр Иванов, я предлагаю тебе поступить к нам на службу. Для начала заключить контракт на полгода. Ты получишь подъёмные в размере ста тысяч рублей. Плюс компенсацию за потерю бизнеса. Также сто тысяч рублей. А по истечении контракта твоё вознаграждение составит миллион. Всё, что тебе нужно, это позвонить по этому телефону. И в течение часа за тобой приедет машина.

В руке Волка появилась небольшая пластиковая карта, которую он протянул мне. На чёрном, матовом пластике был выгравирован номер телефона и больше ничего.

— Ещё новый автобус. — выпалил я, даже толком не понимая зачем.

— Какой? — спросил ошарашенный Волк.

— Комфортный и большой. Чтобы когда едешь в нём, не трясло. И сиденья были целыми.

— Зачем тебе автобус?

— Так это не мне. А детскому дому. Если нас, куда вывозят, так это настоящее мучение. Потом полдня ходишь и шатаешься. Многих там вообще укачивает, и любая поездка превращается в настоящий ад.

— Это всё? — я кивнул. — Телефон здесь сможешь найти? — я снова кивнул. — Три дня тебе на раздумья. Апраксины всегда держат своё слово и не меняют условия найма сотрудников после того, как озвучили их.

После этих слов Волк развернулся, начав искать выход с территори детского дома и, обнаружив искомое, двинулся в ту сторону, поправляя идеально сидящий пиджак. Только тут до меня дошло.

— Ещё мне нужен костюм! Не хуже твоего. Без герба. И две… нет три белые рубашки. Боюсь, что эту теперь не отстирать.

Волк ничего мне не ответил. Даже не повернулся. Лишь поднял руку с оттопыренным большим пальцем и через минуту уже оказался за территорией приюта. Там он ловко запрыгнул в свой кабриолет. Мотор взревел, и машина с пробуксовкой сорвалась с места, оставляя после себя клубы пыли.

— Охренеть! Вот это тачка. — раздался за спиной голос Серого. — Чего хотел от тебя этот хлыщ? Я видел, как он тебя за плечо схватил. Собирался уже на подмогу прибежать, вон даже лопату смог выпросить у Василича, но не потребовалось. Не сомневался, что стоит тебе зыркнуть на него, как ты умеешь, и всё будет в порядке. Так и произошло. А чего это у тебя вся спина в грязи, словно кто обрызгал? И карман, почему так оттопырен? А в руках у тебя это, чего такое?

— У тебя на сегодня больше дел нет? — спросил я, повернувшись к другу.

Совсем не хотел применять к нему свою силу, но он всё равно вздрогнул так, словно увидел перед собой мертвеца.

— Это… тебя там ещё Леонид искала. Сказала, как увижу, чтобы ты сразу шёл к ней. Пойду я, отдам лопату Василичу, а то ещё отрабатывать за аренду заставит.

Серый убежал, явно испугавшись. А мне ничего не оставалось, кроме как пойти к директрисе. Вернее сперва спрятать компенсацию. А ещё нужно узнать, как там баба Валя. Перепугались нянечка не на шутку. Обрызгать аристократа водой с половой тряпки… Надо ей пару леденцов дать. Они всем помогают.

Всё же сегодня обойдусь без обеда. Придётся меняться с дежурными. Кусок сахара на три куска хлеба. Больше всего ненавижу незапланированные траты.

Глава 3

Волк ехал по ещё одному адресу, предоставленному вышестоящим начальством. Ещё один детский дом. И ещё одна попытка найти подходящего человека.

Будь его воля, он бы уже остановился на Александре. Парень подходит просто идеально. Он как две капли воды был похож на юного княжича. Изменить цвет волос, поставить цветные линзы — и их точно никто не сможет различить.

Только его очень смущала сила Александра. Даже волк не смог пробиться через его блок. Хотя он считался одним из лучших разумников не только у Апраксиных, но и во всей столице.

Заместитель главы службы безопасности, или просто мозгоправ. Человек, который способен вытащить любую информацию прямо из головы подозреваемого. И то, что он попытался сегодня сделать в приюте, было грубейшим нарушением закона.

Если парень действительно решит пожаловаться, то Волка не спасёт даже сам князь. Но он не боялся. Он был уверен, что Александр никому не расскажет. Мальчишка уже восстановил справедливость, получив нехилую компенсацию, и на этом остановится.

Всё же какой наглец! Мало того что дал отпор одному из сильнейших менталистов, так ещё и практически в открытую потребовал компенсацию. А эти его требования — автобус и костюм. Ничего глупее Владимир в жизни не слышал.

Согласись парень на его предложение сразу и уже мог получить всё это просто так, без всяких там условий. Хоть автобус, хоть машину, да хоть вертолёт. Обычный, конечно, небоевой. Боевого даже у князя нет. Такие положены только военным.

С автобусом разберётся немного позже, а вот с костюмом можно и сейчас решить. Будет своеобразный аванс парню.

— Это Волков. У княжича там есть пара новых костюмов, без герба. Заказывали буквально перед случившимся. Возьми один. Плюс пять белых рубашек к нему и доставь всё в детский дом имени Максима Горького. Передай лично в руки Александру Иванову. Повтори. Отлично. У тебя три часа.

До следующей точки ехать ещё часа два, если не будет пробок, так что есть время подумать. Что делать, если парень всё же откажется? Ведь он может. Волков теперь отлично понимал, почему столько отказов в усыновлении. А ведь люди уже были готовы взять его. Но после общения с глазу на глаз резко передумывали.

Да просто Александр сам этого не хотел. И эта его странная сила. Хотя опять же, в личном деле ни слова не говорится о том, что он одарённый. Причём, использующий дар не пробудившись. Да и не стали бы держать одарённого в обычном детском доме. Его уже давно попытался бы завербовать какой-нибудь средний род. У них всегда проблема с магами. Даже готовы принимать вот таких сирот.

В том, что парень уже мог использовать зачатки магии, никаких проблем не было. Княжич также уже коснулся дара, и всем об этом было прекрасно известно. Правда, никто ещё не знает, какой именно силой обладает юный княжич. Заполучил он родовую магию Апраксиных или дар отца. Нередким было и смешивание даров родителей, после чего на выходе получалась совершенно новая сила.

А ещё никто не знает, с какими трудностями столкнулся Виктор во время всплеска магии. Но никто и не должен узнать об этом. Для всех посторонних юный княжич должен быть полон сил и здоров как слон.

За этими мыслями Волков не сразу понял, что звонит телефон. А судя по мелодии, делает он это уже достаточно давно.

— Планы немного поменялись. Замена нам нужна уже на следующей неделе. Поступила информация, что готовится покушение. И готовится очень серьёзными людьми. Рисковать жизнью княжича мы не можем. Не в его нынешнем состоянии.

— В таком случае мне нужен автобус и фура с яблоками. И ещё дока нужно прислать, чтобы подлатал директрису детского дома имени Горького. — выдал Волк, после чего раздался удивлённый возглас, и последовал вполне закономерный вопрос.

— На хера? И чего случилось с этой директрисой?

Собеседник совершенно не стеснялся в выражениях. Впрочем, глава СБ Апраксиных мог себе это позволить. Он был простолюдином и плевать хотел на все условности, что сдерживали аристократов. А вот Волк не мог себе этого позволить. Хотя после общения с Александром очень хотел. Поэтому он как можно короче и информативнее ответил на вопросы начальства.

— Автобус одно из условий, что поставил мне наш потенциальный сотрудник. А яблоки — небольшой бонус от меня. С директрисой всё в порядке, но я обещал, что пришлю целителя.

— Бред какой-то. Будет тебе автобус и фура с яблоками, и целитель. Говори, куда нужно это всё подгонять.

* * *

Ольга Леонидовна сидела в своём кабинете и с облегчением пила крепкий чай. Давление уже пришло в норму. А разговор с Ивановым окончательно её успокоил. Сегодня парень на удивление вёл себя очень примерно. Не отговаривался, не пытался запудрить управляющей мозги. А его глаза уже не казались такими пугающими. Даже, наоборот, они оказались довольно милыми.

Александр снова стал тем кротким и покорным мальчиком, которым он был, только появившись в детском доме. Он заверил её, что разговор с Волковым прошёл отлично. Тот не пытался ничего выяснить, просто предложил ему пойти на работу, что было крайне странно.

Хотя сегодня это не все странности. Ещё был очень странный инцидент с Валентиной Степановной. Нянечкой, что работала в приюте, уже лет сорок. Она ни с того, ни с сего прибежала к Ольге Леонидовне и написала заявление на увольнение. Без объяснения причин. Лишь говорила, что не хочет, чтобы из-за неё у приюта были проблемы.

Правда, управляющая не подписала это заявление. Дала нянечка время. Может, передумает? Найти персонал для детского дома — ещё та задачка. Никто не хочет идти работать сюда за такие смешные деньги. А предложить больше Азарова не может. Финансирование не позволяет.

Вернее, потребности самой Ольги Леонидовны. Не может же она экономить на себе, чтобы поднять зарплату персоналу!

Женщина сделала очередной глоток чая и услышала громкий топот за дверью. А затем раздался требовательный стук.

— Войдите.

— Ольга Леонидовна, — влетел в кабинет Василий, один из трёх охранников детского дома.

Он был выходцем с Дальнего Востока и имел соответствующую внешность. Порой даже нельзя было понять, открыты у Василия глаза или нет. Но вот сейчас в этом не могло возникнуть никаких сомнений. Глаза у охранника были раскрыты так широко, что даже становилось немного страшно.

— Ольга Леонидовна, куда девать автобус и фуру с яблоками?

— Какой автобус? Какую фуру? — не понимая, что снова случилось, спросила директриса.

— Автобус новенький. Марку точно не запомнил. А фуру с яблоками. Полная. Водитель говорит, что заказ был на наш детский дом. И ещё там приехал целитель от Апраксиных. Спрашивает, кому у нас здесь нужна помощь?

— Похоже, что мне. — произнесла Ольга Леонидовна, чувствуя, как голова снова начинает кружиться, а земля уходит из-под ног.

* * *

А Волк очень серьёзно настроен. Настолько, что все мои требования были выполнены в этот же день.

Теперь возле гаража стоит старый автобус, а новенький загнали внутрь. Дед Митяй не верит своему счастью и вроде даже остался ночевать в новом агрегате. Как он сам сказал.

На ужин нам всем выдали сразу по пять яблок. Крупных, красных, обалденно пахнущих и не менее обалденно вкусных. Теперь у меня есть полсотни яблок в кабинете. Купил их у других детей. По рублю за штуку. Уму непостижимо. Но я совершенно не жалею. Денег ещё заработаю, а вот таких вкусных яблок могу и не найти.

После ужина меня вновь вызвала к себе директриса. Уже второй раз за день, что так же ни в какие ворота не лезет. Даже одного раза много, а тут сразу два. Хотя в первый раз я сделал всё возможное, чтобы успокоить её.

А когда оказался в кабинете, то никакой директрисы там не было. Только мужик в строгом костюме. Без всяких опознавательных знаков.

— Охренеть! — выдал мужик, когда я оказался в кабинете.

Он пялился на меня так же, как и Волков. Даже пришлось немного коснуться его своей силой, чтобы привести в норму.

— Ты Александр Иванов?

— Ага.

— Тогда получи и распишись. Подойдёт идеально.

Я даже не заметил, что на столе, стоявшем за мужиком, лежали какие-то чехлы, которые он мне и протянул.

— Это чего? — спросил я. Не собираюсь расписываться непонятно за что.

— Костюм и пять рубашек.

— Белых?

— Белых.

— Тогда ладно, давайте распишусь.

Старательно вывел свою самую лучшую подпись, которую я подготавливал специально для подобных случаев, схватил чехлы и поспешил к себе в кабинет. Не стану же я смотреть, что мне передал Волк при всех. Знаю я их, сразу полезут щупать грязными руками.

Дверь в кабинет директрисы захлопнулась раньше, чем мужик успел хоть что-то сказать. Но это его проблемы. Я посылку получил, подпись оставил. Больше от меня ничего и не требуется.

Отойдя от кабинета буквально на пять шагов, наткнулся на Ольгу Леонидовну, выскочившую из-за угла. Она уже была при полном параде и явно собирались домой. А ещё от неё странно пахло. Почти, как от завхоза в день получки. Лекарствами какими-то. Наверное, целитель ей дал. Волк же обещал, что он приедет.

— Ты куда так несёшься и это ещё что такое?

— Подарок от возможного работодателя. — буркнул я и на этот раз не стал церемониться. Директриса ойкнула, схватилась за сердце и сделала шаг в сторону, давая мне пройти.

Интересно, целитель уже уехал? Как бы снова директрисе ни стало плохо.

Уже в нашем тайном кабинете я открыл первый чехол и сразу же начал скидывать с себя обноски, в которые был одет. Костюм выглядел просто потрясающе. Темно-синий, с серебряной отделкой на лацканах и рукавах. Какие-то замысловатые растения, которые смотрелись великолепно.

Ткань немного блестела, словно в неё также были вплетены частицы серебра.

Даже костюм Волкова, в сравнении с этим выглядел дешёвкой. Жалкой подделкой.

Коснувшись ткани, я почувствовал лёгкое покалывание, которое быстро прекратилось. А внутри появилось какое-то незнакомое до этого момента чувство.

Невероятно! Раньше я лишь слышал о таком. Этот костюм вышел из-под рук одарённого. Зачарованная ткань. Она способна защищать своего владельца.

Даже не представляю, сколько такая может стоить. Нигде нет об этом информации. Знают только высшие аристократы, которые и заказывают себе такую одежду. Да и мастеров во всей империи можно сосчитать по пальцам одной руки.

Рубашки оказались совершенно обычными. Ну как обычными, не из зачарованной ткани. А так они были во сто крат лучше любой вещи, что я когда-либо надевал. И настолько белоснежные, что даже не верилось. Я руки три раза помыл, с мылом! И только после этого коснулся рубашки.

Быстро облачившись в новый костюм, с сожалением понял, что нужно было просить ещё и обувь. Старые, потрёпанный кеды совершенно не подходили к костюму. Но выбора у меня всё равно не было. Пока и в кедах похожу. А теперь просто необходимо покрасоваться перед ребятами. Только нужно будет быть предельно осторожным и не позволять никому трогать костюм.

Кто знает, как на это отреагирует зачарованная ткань? Она уже признала меня, как владельца, поэтому другим может не поздороваться. Даже от простого прикосновения.

Пока занимался с костюмом, даже не заметил, как на улице стемнело. Свет в этом крыле административного здания уже был выключен, поэтому пришлось двигаться практически на ощупь. Мелкими перебежками между окнами, в которые попадал свет от уличных фонарей. Там этих фонарей было всего ничего, но мне хватало.

Раздался какой-то странный хлопок, и я на мгновение замер, припав к стене. Прошло секунд двадцать никаких звуков больше не было слышно, и я двинулся дальше. Наверное, что-то на улице упало. Или лопнуло колесо у проезжающей мимо машины. Такое уже случалось несколько раз.

Теперь оставалось выбраться на улицу и прошмыгнуть мимо сторожа, чья коморка находилась на выходе из административной части приюта. Жилые и учебные помещения располагались в соседнем крыле. Что по факту делило сам приют на две части. И перехода из одной в другую часть внутри помещений не было.

Понятия не имею, кто придумал это, но мне было очень неудобно вот так перебегать из одной части здания в другую. Особенно зимой. Мало того что холодно и снега полно, так ещё и в зимней одежде спокойно пройти мимо охранника — очень сложная задача.

Несколько раз я попадался, получал выговор, наказание и всё в этом роде. Даже не хотел оспаривать это. Сам виноват, что попался. Но проколы случились исключительно зимой. Стоило на улице немного потеплеть и мне без проблем удавалось добраться до жилого крыла, будучи не пойманным.

Вот и сейчас я подошёл к коморке охранника. И заглянул в неё через смотровое окошко, чтобы увидеть, как два мужика в камуфляже скручивают Ваську. Лиц я их не видел. На них были натянуты тёмные шапки, прям до горла. Очень странные.

Васька — один из наших сторожей, он же охранник. Невысокий, тучный, страдал одышкой и постоянно пользовался ингалятором.

А эти люди залепили ему скотчем рот и нос так, что бедолага не мог дышать. Он и так это толком не мог делать, а сейчас подавно. Вон, уже синеть начал.

Приют решили ограбить? Очень странно. Чего здесь брать? Но сейчас не это главное. Бежать и звать других ребят нельзя. Не успею. Васька раньше преставится. Так что вся надежда только на меня и мой дар.

Что самое главное, всё происходящее в коморке было совершенно беззвучно, хотя я видел, как у бандитов шевелятся их накидки в районе рта. Они явно разговаривали. Затем Васька попытался ударить одного ногой и тут же получил кулаком по носу. Брызнула кровь, и в этот момент я сорвался с места.

— … же нам, чтобы без крови. — услышал я, когда оказался в каморке. Словно преодолел какой-то барьер, который не выпускал отсюда звуки.

— Ни с места, это полиция. — заорал я первое, что пришло в голову.

Бандиты ту же повернулись в мою сторону и встретились с левым глазом. Я выжимал из него всё, что только мог. Воздействовать сразу на двоих было очень сложно. Но, судя по тому, что они начали пятиться, всё получалось.

А затем раздался громкий хлопок. Что-то тяжёлое ударило меня в живот.

— Ты посмотри, как похож. Всё же не зря было потрачено столько ресурсов. Волк не подвёл. Послушная собачонка смогла отыскать для хозяев идеальный вариант.

Глава 4

— Пошли. — отдал короткую команду Волк, когда раздался первый выстрел.

Сейчас ещё шесть групп находились возле детских домов, в которые он сегодня заезжал. Среди людей Волка оказалось сразу трое кротов, которые сливали информацию. Причём кому именно пока было неизвестно. Слишком много подставных лиц было между исполнителями и конечным заказчиком.

Вычислил он их уже давно. Специально держал для вот такого случая.

Они готовили эту операцию уже довольно давно, и вот сегодня время настало. Кто-то всерьёз решил, что сможет обмануть разумника Апраксиных. Самонадеянные идиоты.

Владимир щедро раскидал приманку, на которую клюнула очень крупная рыба. Организовать столь масштабную операцию недалеко от столицы могли только представители какого-нибудь влиятельного рода. Мало чем уступающего Апраксиным.

Отряд Волка прибыл к приюту, в котором он нашёл Александра. Если на остальные можно было закрыть глаза, там всё равно не нашлось никого подходящего, то этот приют нельзя было оставлять без охраны. Расчёт оказался верным.

К воротам детского дома подъехали четыре тонированных внедорожника и из них высыпали полтора десятка боевиков, одетых в камуфляж. Лица были спрятаны под балаклавами. Вооружены они были лёгким стрелковым оружием и телескопическими дубинками. Для нейтрализации охраны приюта хватит с лихвой.

И первый охранник даже не понял, что произошло. Волк всё это время наблюдал за происходящим, и он сделал всё правильно. Сразу после нейтрализации первого охранника появилось главное действующее лицо. Мужчина, скрытый под магической завесой.

От него шёл довольно сильный стихийный отклик. Маг пятой ступени, не ниже. Волков сам находился на этой ступени, поэтому прекрасно знал, насколько опасным может быть этот человек. Но он его не боялся. Разумник сможет одолеть мага, превосходящего его на целую ступень. Так что здесь всё было в норме.

К тому же Волк не сомневался, что главный удар нацелен именно на этот детский дом. На Александра Иванова, которого попытаются похитить и дальше использовать, чтобы навредить Апраксиным. Что только доказывало правильность выбора менталиста.

Правда, ещё предстояло утвердить кандидатуру парня у Князя, но с этим не должно возникнуть проблем. Григорий Константинович обязательно одобрит план. На кону будущее рода Апраксиных. Его гордость и влияние.

Отряд Волка состоял всего из трёх человек. Это были профессионалы, прошедшие через множество сражений и доказавшие свои навыки на практике. Поэтому сразу после слов командира они оказались на территории детского дома.

Сокрытые в тенях, они быстро побежали к месту, откуда и был слышен выстрел. Здание административного корпуса, в котором Волку довелось общаться с директрисой.

Странно, почему боевики решили полезть именно сюда? Парень сейчас должен находиться в своей комнате. Как стемнеет, всех загоняют в жилой корпус. Он специально узнал об этом у охранника, когда только приехал сюда.

Пост охраны находился не сразу возле входа в здание, а чуть дальше, сразу за небольшим тамбуром и двумя дверьми, которые и являлись главной защитой от вторженцев.

Только сейчас эти двери были раскрыты нараспашку, а замки отсутствовали. Их просто вынесли выстрелами. Именно эти выстрелы и слышал Волк.

Он уже начал думать, что это обычные воры и их интересует сейф в кабинете Азарской. Там должна храниться приличная сумма. Завтра в детском доме день выдачи зарплаты.

Но когда они оказались возле поста охраны, то все сомнения исчезли. Волков начал действовать незамедлительно, увидев в коморке Виктора. Вернее, Александра, в его костюме. А ещё Волк ощутил, что парень использует свою силу. И использует его на полную катушку. Даже ему стало не по себе.

И маг противника сразу понял, кто виновник происходящего. Он смог справиться со своим страхом, навёл на парня пистолет, и раздался выстрел. А затем послышался знакомый голос. Коллега Волка из рода Чернышёвых.

— Ты посмотри, как похож. Всё же не зря было потрачено столько ресурсов. Волк не подвёл. Послушная собачонка смогла отыскать для хозяев идеальный вариант.

Сразу после этого люди Волкова начали действовать, а сам он обрушил сильнейшую ментальную атаку на коморку, уверенный, что Александр сможет защититься от неё. На всех остальных ему было плевать.

* * *

Я даже толком не понял, что произошло, в меня точно выстрелили, но кроме тупой боли, как от обычного удара кулаком в живот, больше ничего не ощутил. А затем меня кто-то схватил за шиворот и выдернул из комнаты охраны. Больно приложился задницей об пол.

После этого ощутил сильнейшее давление, сравнимое с тем, когда Волков пытался проникнуть в мой разум. Начал крутить головой и, собственно говоря, практически сразу встретился с ним взглядом. Вернее, увидел затянутые белёсой пеленой глаза.

Из комнаты охраны в этот момент доносились звуки ударов. Затем оттуда вырвалось огненное облако и тут же рассеялось, столкнувшись с какой-то преградой.

— Готово. Сука, маг оказался очень крепким. Все волосы мне спалил. — раздался голос из комнаты охраны.

Ему ответил другой голос. Что-то, подшучивая, а рядом со мной оказался Волк. Уже с нормальными глазами, в тёмном комбинезоне, оружием в правой руке и довольной улыбкой на лице. Он протянул мне свободную руку.

— Хоть это и зачарованная ткань, но не стоит лишний раз проверять её на прочность и устойчивость к загрязнениям.

— Так, ты меня сам свалил. До этого всё было в норме.

— И даже это? — спросил Волк, указывая на почерневший пятачок в районе живота. Именно туда угодила выпущенная по мне пуля.

— Надеюсь, вы их не убили? Иначе кто будет мне компенсировать понесённые убытки?

Волк расхохотался, и в этот момент из коморки высунулся парень лет двадцати. Сперва он посмотрел на своего командира, пытаясь понять, что его так развеселило, а потом перевёл взгляд на меня, да так и замер с открытым ртом.

— О-х-ре-неть.

Произнёс он через пару секунд. Как раз Волк перестал смеяться.

И чего они все охреневают, когда меня видят? Ну похож я на княжича Апраксина и что с того?

Я наконец, ухватился за протянутую руку и через секунду уже стоял на ногах. Волк поднял меня с такой лёгкостью, словно я вообще ничего не весил.

— Теперь понимаешь, почему я выбрал именно Александра. — хмыкнул Волк. — Упаковали уже гастролёров?

— Да там и упаковывать некого. Одного ты приложил на глухо, ещё двое в полном отрубе ещё до нас были. Это их уже парень. Ну а маг немного потрепыхался, но мы с Коляном его быстро успокоили. Хоть он и пятёрка, но слабоват.

— Вызывай тревожную команду, пускай пакуют. Займитесь здесь всем сами, а у меня ещё дела есть. — сказав это, Волк взял меня за руку и потащил на выход.

Явно хотел поговорить. Только сразу не получилось. На шум уже бежали все воспитатели, что сегодня дежурили. Они были вооружены всем, что только под руку попалось. Кто бежал с веником, кто со шваброй, с которой Волк уже был знаком, а кто и вовсе с тапкой в руке.

Хотя чего с них взять, женщины. Мужиков среди воспитателей не было. Да и вообще с ними в детском доме проблема: три охранника, водитель да завхоз.

— Служба безопасности Апраксиных. — предупреждая ненужные вопросы, повысив голос, сказал Волк и достал какое-то удостоверение. — На территории приюта была проведена операция, согласованная с вашим руководством. Всё уже закончилось. Поэтому можете возвращаться к выполнению своих непосредственных обязанностей. Благодарю за бдительность, но в следующий раз не стоит так рисковать. Нажимайте на кнопку экстренного реагирования и вызывайте полицию.

Боевой отряд кому за пятьдесят, резко затормозил. Двое едва не полетели носом вперёд, наткнувшись друг на друга. А вооружённая тапкой воспитательница младших детей, сняла его с себя и сейчас стояла босой на одну ногу. Пожалуй, эти женщины могли обойтись и без полиции. Любой испугается, если увидит такую картину.

А ещё эти дамы были совсем не из робкого десятка, что тут же доказали.

— Нас никто не предупреждал. — взяла слово кастелянша Елизавета Петровна, или просто Бонапарт, как её прозвали задолго до моего появления в приюте. Понятия не имею почему. Она была вооружена лучше всех, умудрившись где-то раздобыть настоящую биту. — И что здесь делает Александр? Да и так одет… Все дети в это время должны находиться в своих комнатах и делать домашнее задание.

— Его сегодня, как всегда, ни на одном уроке не было. — толкнула подругу в бок Марго, или Маргарита Денисовна. Наша учительница сразу по всем предметам. Её оружием был веник.

— Потому и не было, что Александр участвовал в нашей операции. Ольга Леонидовна в курсе и дала добро. А вы не знаете потому, что это конфиденциальная информация. И теперь должны будете подписать бумаги о неразглашении. В противном случае…

Что конкретно, Волк не стал говорить, но это и так было понятно. Ничего хорошего для женщин не будет. Правда, я уверен, что до подобного точно не дойдёт. Вновь ощутил силу Волка, на этот раз она была направлениям на доблестных защитниц детского дома.

— Выражаю вам благодарность за бдительность. Род Апраксиных не оставит подобную самоотверженность без внимания. Каждая получит премию в…

— Тройном размере оклада. — шепнул я, ударив Волка по ноге. Он согласно кивнул.

— В тройном размере от вашего оклада. А теперь возвращайтесь к детям и успокойте их. Можете спать спокойно, сегодня за ваш покой отвечает служба безопасности рода Апраксиных. И за Александра не нужно волноваться. Он в надёжных руках.

Женщины переглянулись, начали довольно улыбаться и опустили своё оружие. После чего они поблагодарили Волка и пошли в обратный путь, получив со своего Крестового похода гораздо больше, чем могли рассчитывать. А я задал Волку вопрос.

— Уверен?

— В чём? — снова ничего не понимая, спросил менталист.

— В том, что я в надёжных руках?

— А ты сомневаешься?

Теперь настал мой черёд удивляться. После всего случившегося он ещё задаёт подобные вопросы?

Конечно, сомневаюсь!

Судя по тому, как быстро появился Волк со своими людьми, они прекрасно знали, о готовящемся нападении и ждали его. А значит, могли сработать более оперативно, и мой новый костюм остался бы цел. Даже думать не хочется, что будет, если не смогу свести с него след от выстрела.

Всё же зачарованная ткань — это нечто. В меня выстрелили практически в упор. А толком ничего и не почувствовал. Лишь сильный удар. Но это ерунда.

— Есть немного. Не смогли же вы защитить меня. Если бы не костюм…

Я многозначительно развёл руками.

— Если бы не костюм, то с тобой тоже ничего бы не случилось. — обломал меня Волк. — Если ты не понял, то оружие было заряжено небоевыми. Капсюли с транквилизатором. Тебя хотели взять живым.

— Выходит, что всё же приходили за мной. А ты говоришь — доверять.

Выманить у Волка нужную информацию оказалось довольно легко. Пожалуй, даже проще, чем разговорить повариху Зинаиду Альбертовну, где она спрятала ключ от кладовки с сахаром. Там мне приходилось пускать в дело все свои умения и даже прибегать к магии.

Я начал улыбаться, и только после этого Волк понял, что проболтался. Он тихо выругался себе под нос, но тут же сделал рожу кирпичом и попробовал соскочить с этой темы.

— Я говорил, что работа будет иметь определённый риск. И вот ты убедился в этом.

— Только я ещё ни на что не согласился, а уже подвергся этому риску. Не находишь, что как-то странно? Это всё равно, что купить яблоко и, даже не откусив от него ни разу, отдать кому-нибудь. Я бы так никогда не поступил.

— А как бы ты поступил? Что нужно, чтобы ты согласился? Скажи сразу, и уверен, что мы сможем тебе это предоставить. — после этих слов Волк, поправил на мне пиджак, явно намекая, что с их стороны уже были предприняты попытки по налаживанию контакта. Признаться честно, вполне удачные попытки. Мне очень понравились все их шаги. Особенно костюм. Да и с яблоками Волк попал в точку. Но и вот так просто соглашаться я не собираюсь.

Соглашаться на совершенно непонятно что.

Сперва мне необходимо узнать, для какой именно работы меня собираются нанять Апраксины. Причём эта работа сопряжена с реальным риском, что было показано несколько минут назад. Из-за неё меня даже попытались похитить.

— Откуда эти люди узнали, что я был в административном здании, а не у себя в комнате?

Задал я вопрос, который заставил Волка нахмуриться. А я не стал его дожидаться и побежал в жилой корпус. Всего два человека во всём приюте знали, что в административном корпусе у меня есть кабинет. Только они могли направить преступников туда. И об интересе Волкова ко мне также знали всего два человека — Серый и директриса. Вот и получается, что сдала меня именно Азарова.

Похоже, что после моего вопроса Волк также это понял. Он нагнал меня возле двери в жилой корпус и попытался остановить. Только я оказался более юрким и смог стряхнуть с себя его руку.

Захлопнул дверь у Волка перед носом и поспешил на третий этаж, где и находились комнаты старших ребят. И моя, в том числе. По дороге напугал младших девчонок, которые выглядывали из-за двери, откуда доносилась ругань Марго. А оказавшись у себя на этаже, перепугал и Бонапарта. В руках у кастелянши всё ещё была бита, которую она едва не пустила в ход.

Но мне сейчас было не до неё. Поэтому закрыл правый глаз и побежал дальше, оставив воспитательницу в состоянии глубочайшего шока.

— Ты где так долго пропадал? И чего там за кипишь поднялся? Бонапарт никого не выпускает посмотреть. Стоит на вахте с битой. Страшно. Кто знает, чего ей в голову взбредёт? — выпалил Серый, когда я оказался в комнате. Он сидел на своей кровати и листал какую-то книгу.

Помимо него, на меня уставились и другие парни, что жили вместе с нами. Они собрались на кровати Ванька Серова и рубились в карты.

У меня сразу отлегло. Думал, что бандиты поймали сперва Серого и от него узнали про мой кабинет.

— Отпусти вахтёршу, а то она так и копыта откинуть может. — послышался за спиной вкрадчивый голос Волка. И только сейчас я понял, что до сих пор удерживаю Бонапарта под контролем своей силы.

Впервые получилось провернуть подобное. Раньше всегда было лишь мимолётное воздействие, которого вполне хватало. Волк стал первым, с кем у меня произошла осечка.

Через мгновение послышался грохот выпавшей из рук биты и глухой стон. Впредь нужно быть более осторожным, а то так действительно могу кому-нибудь навредить. Кому-нибудь, кто не сделал мне ничего плохого.

— А теперь, когда ты убедился, что с другом всё в порядке, пойдём поговорим. И только не нужно продолжать бегать. Я гораздо старше тебя, и вот такие нагрузки мне не в радость.

— Хреновый из тебя получается заместитель главы службы безопасности. — сказал я. — Спускайся пока. Обещаю, что бегать не буду. Просто скажу парням пару слов и догоню.

Волк немного постоял, раздумывая, довериться мне, или нет, но всё же кивнул и двинулся к лестнице, на ходу понимая упавшую биту и возвращая её хозяйке.

— Я сейчас пойду перекинуть парой слов с этим мужиком, а потом вернусь и всё вам расскажу. Похоже, что у нас скоро появится новая директриса.

Сразу посыпалась куча вопросов, вот только попали они все в уже закрытую дверь. Я поспешил догнать Волка, который уже успел спуститься и выйти на улицу. А прибеднялся, что он старый и трудно за мной бегать.

— Азарова навела этих идиотов на парня. Отправьте к ней группу захвата. Брать предельно осторожно. Когда вернусь, сам буду с ней разговаривать.

Волк словно ждал, когда я выйду, чтобы сказать это кому-то по телефону. Хотел показать мне, что директрису уже скоро поймают. Что он смог сделать такие же выводы, как я. Найти истинного виновника, всего случившегося сегодня.

— Ты сегодня разговаривал с Азаровой? Она тебе ничего не давала? Ничего не делала странного? Может, вещи новые?

— Разговаривал. Три раза за день к себе вызывала. Но точно ничего не давала. Ни вещей, ни еды. От неё вообще хрен когда чего получишь. А к чему эти вопросы?

— Хочу понять, каким именно образом нападавшие смогли узнать, что ты находишься в административном здании. Словно тебя к ним вёл жучок, или что-то в этом роде. Магии здесь точно не было, некому на тебя было повесить следилку. Да и я бы её сразу заметил.

— Какие ещё жучки? Ты что, фильмов про шпионов пересмотрел? — Волк посмотрел на меня очень серьёзно, давая понять, что даже не думал шутить. — Да на мне даже одежда вся нова. Только трусы и кеды старые.

— Разувайся. — тут же скомандовал Волк и даже присел на колени передо мной. А потом и снял с себя куртку, чтобы я мог встать на неё. И это правильно, портить носки я не собираюсь. Целых у меня было всего две пары.

— Вот он. — радостно произнёс Волк, что-то пытаясь сковырнуть ногтем с подошвы моих кед.

А когда у него это получилось, показал мне небольшой кругляш, с несколькими острыми шипами, на которых он и держался в подошве.

— Самый примитивный и в то же время самый действенный инструмент, если нужно проследить за человеком. Азарова всё отлично просчитала и бросила жучок там, где ты должен был пройти.

— И я ещё заступался за неё. Волк, а ты можешь сделать так, чтобы сюда назначили действительно хорошего человека, который будет заботиться не только о своём кошельке, но и о детях? О приюте и его работниках? А то без меня здесь совсем плохо станет.

— Я так понимаю, что ты принимаешь моё предложение?

Глава 5

— Господа, надеюсь, вы понимаете, что ситуация складывается крайне паршивая, с какой стороны ни посмотри. — произнёс князь Воронцов. Глава имперской канцелярии. Тёмный маг на службе императора. И один из самых одиозных государственных деятелей современности.

Вот только всем собравшимся в небольшом, но крайне уютном помещении, прекрасно известно, что вся эта одиозность была очень грамотно создана искусственно. На самом деле Воронцов был гораздо слабее любого из присутствующих.

Любого из двенадцати истинных князей. Или, как их называли лет двести назад — природных князей. Истинных магов, взрастивших свою силу благодаря сотням лет и десяткам поколений, усиления крови и родового дара. Те, кто смог пробудить в себе дар крови. Получить силу, с которой мало что могло соперничать в этом мире.

На этом совете Воронцов представлял императора. А каждый князь отвечал за свой клан.

— Чего же не понимать, Афанасий. — заговорил глава Клана Света — Чернышов Дмитрий Борисович. — В этом году конкуренция среди молодого поколения будет высокой как никогда. Всё же сразу одиннадцать наследников старших семей достигли возраста инициации.

— Двеннадцать. — поправил своего извечного соперника Григорий Константинович Апраксин, глава Клана Тьмы.

— Хочешь сказать, что твой внук всё же получил силу от родителей? Я всегда считал, что он родился бракованным. Каким и должен получиться плод совмещения несовместимого.

— Это и твой внук, — совершенно не растерявшись, ответил Апраксин.

— Я не признал тот союз и оказался прав. Смерть Александра — твоя вина, князь! — вспылил Чернышёв, вскакивая со своего места. Он потянулся силе, но вместо неё наткнулся на пустоту.

Воронцов тяжело вздохнул и покачал головой.

— Прошу вас всех успокоиться. Свои родовые споры оставьте для беседы с глазу на глаз. На этом совете нам необходимо разобраться с совершенно другими проблемами. Ведёте себя, как дети малые.

— Если что, я готов выступить в качестве секунданта. Столь сильная кровь не должна проливаться за зря. Я позабочусь о том, чтобы она принесла пользу. — влез глава Клана Крови — Скуратов Илья Денисович.

— Я тогда выступлю вторым секундантом. — произнёс глава Клана Природы — Шуйский Леонид Васильевич.

Всем было прекрасно известно, что он большой любитель подраться. Но и посмотреть на хорошую драку он был не против. А драка двух истинных князей просто не может быть плохой. Когда такая была в последний раз, с лица империи исчезли несколько небольших пограничных городов. До сих пор на том месте пустырь.

— Много чести, вызывать его на дуэль. — даже не посмотрев на Чернышёва, ответил Апраксин.

— Полностью согласен с этим… — Чернышов махнул в сторону Апраксина и сел на место.

Подобные стычки между князьями уже вошли в привычку и стали неотъемлемой частью любого совета. Они давали всем небольшую передышку, и возможность собраться с мыслями. Обдумать всё услышанное. А порой и принять судьбоносное решение.

Но сегодня таких решений точно не будут принимать. Ни к чему. Князья собрались лишь для того, чтобы обсудить начало очередного цикла противостояния между сильнейшими кланами империи. Противостояния, в котором распределяются ключевые посты и ресурсы на целое поколение.

И сами князья к этому противостоянию не будут иметь никакого отношения. Они будут выступать в качестве сторонних наблюдателей. Не более.

Главными действующими лицами станут их наследники, которым только предстоит пройти инициацию. Или представители клана, если не окажется подходящего кандидата в главной семье.

И этот год был примечателен именно тем, что в каждой из двенадцати старших семей имелся такой кандидат. До последнего не была известна судьба Клана Тьмы, но Григорий Константинович подтвердил участие своего внука. Которого за все двенадцать лет практически никто не видел. Просачивались лишь редкие фотографии с закрытых приёмов Апраксиных. И то этим фотографиям не было никакого доверия.

Даже всерьёз ходили слухи, что мальчика не удалось спасти. Что он погиб вместе с родителями. Только собравшиеся князья прекрасно знали, что это не так. Многие из них даже были лично знакомы с Виктором. И все, за исключением Чернышёва, сочувствовали старому князю Тьмы. Они не ощущали в мальчике ни капли дара.

Поэтому новость о его участии в противостоянии дала пищу для размышлений абсолютно всем присутствующим. Включая и Воронцова. Как глава Ока Государева, он был обязан знать о таких вещах. И обязательно поговорит с человеком, отвечающим за Апраксиных. Похоже, что Григорий Константинович смог перетащить человека Воронцова на свою сторону.

Или это сделал Волков. Одна из немногих ошибок, которые совершил Воронцов за время своей службы на посту главы тайной канцелярии. Упускать столь перспективного менталиста было огромной ошибкой. Но это было в прошлом, необходимо жить настоящим.

— Очень рад, Григорий Константинович, что Виктор примет участвие вместе с другими детьми. Инициация будет проходить, как и всегда, в день осеннего равноденствия. Прошу вас всех подготовить кандидатов к этому времени. У вас есть больше трёх месяцев. Надеюсь, что в этом году мы обойдёмся без жертв. Всё же вы решили выставить своих прямых наследников.

— Моя Алёна утрёт носы вашим оболтусам. Она уже сейчас показывает способности, о которых я в её возрасте мог только мечтать. — потрясая кулаком, выкрикнул князь Багратион, возглавляющий Клан Огня.

А следом за ним и остальные князь начали хвастаться своими внуками и детьми. Только главы кланов Света и Тьмы сидели спокойно, сверля друг друга ненавидящим взглядом.

* * *

— И что это? — спросил я у Волка, когда мы остановились посреди леса, в непроглядной темноте. — Ты просто решил меня похитить? Знай, что я так просто не дамся. Справиться с тобой у меня точно хватит сил.

— Сдался ты мне. — отмахнулся Волк. — Это место, в котором ты будешь жить ближайшие три месяца. Вникать во все тонкости предстоящего задания. Вживаться в роль и всё в этом духе. Более подробно объясню тебе всё немного позже.

— Ты прикалываешься? Хочешь сказать, что я должен буду три месяца жить посреди леса?

— Выходи из машины. — не став ничего отвечать, сказал Волк и первым выскочил, прихватив из бардачка, какой-то непонятный предмет, от которого тянуло магией. После знакомства с зачарованной тканью я уже знаю, что это такое.

На всякий случай приготовился применять свою силу и только после этого вылез из машины. Уговорить меня, согласиться работать на Апраксиных, Волку удалось не сразу. На переговоры у нас ушло несколько часов. Ещё около часа, чтобы разобраться со всеми делами, оставшимися у меня в детском доме. Попрощаться с ребятами, успокоить баб Валю. Для этого заехать к ней домой. А потом Волк сразу привёз меня в это место. Посреди ночи. Так что вокруг была непроглядная тьма. Свет был только от фар машины. И выглядело всё вокруг довольно жутко.

Хорошо, что я не из пугливых. А ещё очень хорошо, что захватить с собой целый пакет яблок. Ребята на прощание надарили мне их столько, что пришлось оставлять в детском доме. Хотел взять всё с собой, но Волков заверил, что яблок у меня будет в достатке. Так что ограничился всего одним пакетом, из которого по дороге уже успел съесть три штуки. Ещё одно яблоко дал Волку, жалко мне его стало.

На улице было довольно прохладно, в лесу пахло прелой листвой и хвоей. А ещё жареным мясом, что было очень странно. Я начал крутить головой по сторонам, но так ничего и не увидел. Темнота. Лес. И только свет от фар, выхватывает из темноты скрюченные силуэты деревьев.

— Я, что, должен буду вырыть себе нору и жить там, как дикое животное?

Мой вопрос заставил Волка рассмеяться. Он вообще с того момента, как я согласился, стал гораздо веселее. И всю дорогу, пока ехали сюда, трещал без остановки. Даже когда ел яблоко, разговаривал.

— Надень на шею. — сказал Волк и протянул какой-то непонятный металлический шарик на шнурке. Как раз его он достал из бардачка.

Я пожал плечами и коснулся шара, ощутив лёгкое покалывание. А затем покалывание сменилось приятным теплом, развившимся по всему телу. Словно этот шар был моим. В нём определённо была магия. Магия, которая не сможет мне навредить.

Когда надел шар на шею, как и говорил Волк, не смог сдержать удивления и присвистнул. Словно с меня сняли очки, стёкла которых были закрашены чёрной краской.

По глазам ударил яркий свет от множества фонарей, которые освещали огромный участок с кучей построек. А мы с Волком стояли сейчас перед массивными металлическими воротами, на которых висел герб. Я так понимаю — Апраксиных.

Щит, поделённый на четыре квадрата. Два чёрных, два золотых. В верхних квадратах были нарисованы какой-то меч и корона, а в нижних — перекрещенные пушки. По центру имелся ещё один квадрат, в котором было изображено золотое солнце, перечёркнутое десятком серебряных линий. Этот же знак был на лацкане Волка, когда мы впервые встретились. И из серебра были сделаны узоры на моём костюме.

— Добро пожаловать на базу подготовки. Здесь проходят первичное обучение все сотрудники Апраксиных. Не только работающие в службе безопасности, а вообще все. Кулон на твоей шее, является ключом доступа к технике, скрывающей базу от любопытных глаз. Сам князь каждый год обновляет эту технику.

— А ты его хоть раз видел?

— Князя? Видел, конечно. Я работаю на Апраксиных уже больше десяти лет. С того момента, как окончил академию Разума.

— Прикольное название. Там тебя научили лазить по чужим мозгам? Мне в тот раз очень не понравилось.

Волк хмыкнул.

— По чужим мозгам, как ты выразился, я не лазил. Просто хотел убедиться, что ты не сможешь передать полученную информацию третьим лицам. А в академии меня научили пользоваться даром, полученным при рождении.

— Я так понимаю, что меня здесь также собираются учить пользоваться даром, полученным при рождении?

— Нет. Для этого тебе сперва предстоит пройти инициацию. И проходить ты её будешь уже в академии Годуновых. Здесь тебя будут обучать всему, что должен знать юный княжич Апраксин. — я повернулся к Волку и вопросительно посмотрел на него. — Больше смогу рассказать лишь после того, как подпишешь необходимые документы. Раз не позволяешь установить ограничения в твоём разуме, то только такой способ. Ты сам говорил, что уже вошёл в возраст наступления частичной уголовной ответственности.

— Я ведь могу и передумать в любой момент. Деньги — это хорошо, но зачем они мертвецу? А по вашей милости в меня уже один раз стреляли.

— Нелетальным оружием. Да и всё находилось под моим контролем. Тебе совершенно ничего не угрожало.

— Это не отменяет того факта, что нападение на меня было. Заметь, первое, почти за тринадцать лет. До знакомства с тобой, как-то не нужен я был никому.

Волк лишь пожал плечами и коснулся неприметной кнопки под одним из солнечных лучей. После этого ворота начали медленно открываться вовнутрь. А из ближайшего домика вышел мужик немногим старше Волка. Он был одет в камуфляж и держал в руках автомат, направленный в нашу сторону. Но при виде меня мужик явно растерялся, а потом и вовсе на его лице отразился страх. Он глубоко поклонился и замер в таком положении.

Дальше произошло вообще, что-то непонятное. Охранник захрипел и упал, воткнувшись лицом в плитку. Волк недоумённо посмотрел на меня и бросился к охраннику. Затем прибежали ещё два охранника. При виде меня они поклонились и только после этого утащили своего коллегу, получив приказ от Волка.

— Чего с ним случилось? Жить будет? — спросил я у Волка.

— До завтра должен оклематься. Любого слугу рода, что направит оружие на Апраксина, ждёт незавидная участь. Это первое, чему учат бойцов СБ рода. И сейчас они видели тому прямое доказательство.

— А ты, Апраксин? — Волк отрицательно покачал головой. Я повернулся, чтобы убедиться в том, что и рядом с нами никого нет. — Так и я не Апраксин.

— Только Савелий об этом не знает. Как и никто из тех, кто сейчас находится на базе. Для них ты юный княжич. Единственный наследник рода Апраксиных по прямой линии и господин, которого они поклялись защищать даже ценой своей жизни.

— Бред какой-то. Сдались мне их жизни. Да и Апраксиным этим.

— Бред не бред, но клятву дают все, кто решит связать свою судьбу с Апраксиным.

— Я никаких клятв давать не буду. Не хватало ещё, потом всю жизнь заниматься непонятно чем. Вот сейчас разберусь с твоим заданием и открою своё дело. Кстати, где мои двести тысяч?

— Заходи уже на территорию базы. Покажу, где ты будешь жить, и проведу небольшую экскурсию. Сейчас на базе нет никого, кроме охраны. Но уже завтра начнут прибывать твои учителя. Учиться ты будешь много и долго. Так что лучше не тратить время, предназначенное для учебы, на знакомство с базой.

Волк бросил ключи от машины ещё одному охраннику, который подошёл так тихо, что я его даже не заметил. Этот уже был без оружия, но всё равно поклонился и сказал, что рад видеть меня в добром здравии, а новый образ мне идёт гораздо лучше предыдущего.

Хотел уже ответить ему, но Волк меня опередил, после чего потащил к двухэтажному дому, расположенному в центре базы.

— Пока не стоит ни с кем разговаривать. Сперва получишь первые вводные, а уже потом можно будет и с сотрудниками общаться. Документы о неразглашении у меня уже готовы. Пойдём в кабинет.

— Учти, что у тебя не получится меня обмануть. Пусть я и не обучался в этой академии Разума, но тоже кое-что умею. И где здесь можно положить яблоки, чтобы они подольше не портились?

* * *

Очень странно. Я проснулся сам. Не шумят другие дети. Не гремит вёдрами баба Валя. Не пахнет пережаренным луком и ещё чем-то непонятным из столовой, в которой вытяжка сломалась лет пять назад. А пахнет здесь свежестью и чистотой.

Сквозь окна в комнату падает несколько солнечных лучей, немного не доставая до кровати. Причём кровать такая, что на ней смогут поместиться все мои соседи по комнате. Даже как-то неуютно в ней.

Поэтому поспешил встать и отправился в туалет, дверь в который находилась прямо в этой комнате. Не нужно выходить в коридор и бежать половину этажа. Причём делать это так, чтобы тебя не заметили девчонки. Ведь с утра совершенно не хочется одеваться.

Часов в комнате не было, поэтому я понятия не имел, сколько сейчас времени. Но, судя по тому, что есть хотелось очень сильно, уже давно прошло время завтрака. Да и не говорил мне Волк ничего про то, во сколько здесь кормят.

До рассвета мы с ним просидели за документами. Я не собирался ничего подписывать, пока не прочту. А по ходу чтения заваливал Волка вопросами, если чего-то не понимал. Не понимал я большую часть. Так что пришлось нам просидеть за документами очень долго. Хотя там и было всего двенадцать листов.

В формулировках, используемых в этих документах, я не нашёл ничего страшного. Просто должен молчать обо всём, что касается задания. Какого именно мне ещё не сказали. Волк пообещал, что завтра, вернее, уже сегодня, всё будет. Сперва документы должны попасть к главе службы безопасности Апраксиных и обзавестись его подписью.

Один экземпляр должны мне вернуть. Так что я также буду защищён с этой стороны в случае каких-то спорных ситуаций. Хотя я и прекрасно понимаю, что никто даже не подумает слушать сироту. Моё слово, против слова даже самого паршивого аристократа ничего не значит. А вот моё умение убеждать людей здесь будет иметь решающее значение. Главное, чтобы Волк не влезал. С ним у меня ничего не получается. Но это пока. Вот стану сильнее, и тогда даже он не сможет сопротивляться моему дару.

А ещё здесь было сразу несколько моментов, которые заставили меня принять предложение Волка. И деньги были далеко не главным. Гораздо важнее было то, что я хотел обезопасить детский дом и своих друзей. Это стало одним из пунктов нашего соглашения. Помимо денег, конечно.

Откажись я, и не известно, что дальше стало бы с ребятами и работниками детского дома. Директриса уже подставилась по полной. Уверен, что теперь из неё вытрясут каждую копеечку, которую она присвоила себе из спонсорских денег. И заниматься этим будут не только Апраксины. А вообще все, кто давал детскому дому деньги.

Но это только проблемы Азаровой, которые совершенно не коснутся самого детского дома и его воспитанников.

И всё это лишь благодаря тому, что я согласился на предложение Волка. Жалко, конечно, бросать ребят одних, но уверен, что они и без меня отлично со всем справятся. К тому же Волк пообещал, что я смогу навещать друзей.

А разберусь с этой работой, и тогда посмотрим, что можно сделать.

Мне же нужны будут сотрудники на мойку? Своё дело в империи можно открывать сразу после получения паспорта. А до этого момента осталось не так уж и долго. Чуть больше чем через три месяца мне исполнится тринадцать. И вот я уже могу стать полноценным владельцем собственного бизнеса.

С конкурентами точно смогу договориться, как и со всеми контролирующими органами. Осталось только выполнить работу, для которой меня и притащил сюда Волк.

Быстро привёл себя в порядок, почистил зубы и даже принял душ. Не в пятницу, как это обычно бывает в приюте, а во вторник. И мне это очень понравилось. А то, что в шкафу ванной нашлось даже чистое бельё моего размера, так вообще красота. Даже десять пар носков. Новых, ещё даже с этикетками.

Впрочем, своих старых вещей я вообще не нашёл. В шкафу висел только один костюм, уже полностью приведённый в порядок. На нём не осталось и следа вчерашних приключений. Даже пропала подпалина. Здесь же я нашёл новые туфли и полностью облачившись во всё новое, вышел из комнаты.

Где кухня, я уже знал. Вчера мы с Волком занимались документами именно там, а не в кабинете. Заодно и устроили себе поздний ужин. Туда я и направился, собираясь поесть. Но стоило только спуститься на первый этаж, как встретился взглядом с суровым седовласым мужиком, одетым в строгий костюм.

Он смотрел на меня оценивающим взглядом, слегка склонив голову набок. А ещё я ощутил, как от его взгляда слегка нагрелся ключ от базы, который Волк мне сказал, носить не снимая. По крайней мере, ещё пару дней. Пока для меня не будет организован полноценный пропуск с доступом ко всем объектам базы.

Так продолжалось секунд пять. Я не собирался стоять и играть в гляделки с этим мужиком. У меня была конкретная задача, добраться до кухни и поесть. Поэтому и отправился её выполнять.

— Невежливо вот так уходить. — раздался глубокий и одновременно глухой голос. Словно кто-то говорил откуда-то со дна колодца.

— Невежливо пялиться на незнакомых людей, а потом ещё и говорить, что они невежливо уходят. — ответил я, даже не думая останавливаться. Нужная мне дверь уже была в поле зрения, так что только вперёд.

Как всегда говорил Серёга, когда собирался наведаться на кухню и попытаться утащить у тёть Зины чего-нибудь вкусного — «Слабоумие и отвага».

Да и с чего мне вообще бояться здесь хоть кого-нибудь? Апраксины сами предложили мне работу, о которой я до сих пор ничего не знаю.

— Воронов Александр Иванович. Глава службы безопасности рода Апраксиных. — всё же соизволил представиться мужик, когда я уже был возле вожделенной двери. Даже за ручку схватиться успел.

Он не мог подождать ещё немного? Теперь же придётся тоже представляться. Всё же это мой непосредственный начальник. Второй по старшинству, после самих Апраксиных. И уже только потом идёт Волк.

Воронов, Волков… Собрали зоопарк. Даже интересно, какие ещё фамилии есть у людей, работающих на Апраксиных?

— Александр Иванов. Сирота. Со вчерашнего дня также работаю на Апраксиных. Только вообще ничего не знаю о своём задании. Может, вы мне о нём расскажите? Только давайте сделаем это на кухне. На сытый желудок всегда дела бодрее идёт.

— Я смотрю, ты за словом в карман не полезешь? — хмыкнул Воронов.

Теперь я знаю, у кого перенял эту привычку Волк. Только у молодого всё равно получается намного бесячей.

— Зачем за ним в карман лезть? Слова у меня пока бесплатные. Так что пользуйтесь возможностью. Кто знает, как дальше жизнь сложится?

— Прав, никто об этом не знает. Но ближайшее твоё будущее я могу рассказать. А также стану одним из тех, кто будет работать с тобой на постоянной основе. Учить тебя, как правильно вести себя в разных ситуациях. Всё же тебе предстоит очень ответственное задание.

— И если я буду выполнять его на голодный желудок, ничего хорошего точно не выйдет. Александр Иванович, давайте всё же на кухню. И прекратите уже пытаться применять ко мне магию. Ключ сильно нагрелся, вы так на мне ожог оставите.

Воронов выпучил глаза, словно услышал нечто невероятное, но промолчал. Указал на кухонную дверь и направился в мою сторону. Что же, учиться я люблю, так что думаю, эта работа будет не такой уж и плохой. Хотя не может быть плохой работа, за которую столько платят.

Любой мальчишка из детского дома отдал бы всё, что у него только есть, чтобы заполучить такую.

Оказавшись на кухне, я замер. Вчера здесь практически не было продуктов, да и кроме нас с Волком никого. Сейчас же вся кухня была заставлена коробками с едой, а за плитой стояла женщина с длинными волосами. Она сильно отличалась от сотрудниц детского дома. И отличалась в лучшую сторону.

Молодая, стройная, красивая и не пытается меня прогнать с кухни. Огромный плюс ей в карму. Настолько большой, что он может искупить все её предыдущие грехи.

Женщина широко улыбнулась, увидев меня.

— Добрый день, господин. Меня зовут Виктория. Я буду вашим поваром на время нахождения на этой базе. Позже нам необходимо будет встретиться, чтобы обсудить меню. Узнать все ваши предпочтения в еде и научиться тонкостям этикета, которые необходимо знать за столом. А пока, прошу вас присаживаться, я уже практически закончила. Взяла на себя смелость и решила приготовить пару лёгких блюд, которые идеально подойдут для первого приёма пищи.

Про разработку меню и предпочтения мне очень понравилось. А вот про тонкости этикета — совершенно нет. Хотя учиться новому я люблю. Возможно, и этот опыт мне понравится.

— Добрый день. Виктория. Меня зовут…

— Виктор, — раздался за спиной голос Воронова. — Виктор Александрович Апраксин. Единственный внук и наследник его сиятельства князя Григория Константиновича.

Затем я ощутил тяжёлую руку у себя на плече, а возле самого уха раздался едва уловимый шёпот.

— Привыкай к своему новому имени. С сегодняшнего дня тебя зовут именно так. Никакого Александра Иванова.

— Да вы совсем охренели!

Глава 6

— Начинаем всё с первого шага. — злорадно ухмыляясь, произнёс Волк, когда я снова ошибся, начав перечислять всех своих родственников.

Вернее, родственников Виктора Апраксина, роль которого мне предстояло сыграть. Вот так взять и притвориться другим человеком. Наследником княжеского рода. И как я понял, очень влиятельного рода. Мой дед — один из двенадцати советников императора, а ещё возглавляет целый клан Тьмы, в который входят шесть родов: сами Апраксины, Потёмкины, Распутины, Лопухины, Брилёвы и Салтыковы. Четыре княжеских рода и два графских. Это я уже выучил. Было не сложнее, чем запомнить, в какой карман по средам повариха кладёт ключ от ящика с сахаром.

А вот с родственниками была большая проблема.

Их оказалось очень много. Хотя Виктор, совсем как и я, оказался сиротой. Родители погибли, когда он только родился. Родовые войны — ужасная вещь. Это со слов Волка. Сам я о них вообще ничего не знаю. Но, как оказалось, ещё и об очень многих вещах.

Даже толком не знаю, как правильно нужно ходить. Как при этом держать голову, куда девать руки и ещё сотни всяких как, которым меня принялись обучать.

Задание оказалось очень сложным, и я даже всерьёз начал задумываться над тем, не продешевил ли я? Не будет слишком мало, всего один миллион?

Мне предстояло притвориться Виктором Апраксиным и отправиться вместо него на обучение в академию, где обучают исключительно отпрысков самых высокородных аристократов. Так что за три месяца я должен выучить всё то, чему их учили тринадцать лет.

Пока мне ещё толком ничего не рассказывали, но вроде там будет проходить какое-то состязание между отпрысками двенадцати родов. И вот я должен показать себя на этом испытании как нельзя лучше. В идеале выиграть их, но и место в первой тройке будет очень круто.

На тот момент, когда Волк рассказывал об этом, я составлял план территории базы. А то уже пару раз терялся, буквально в трёх соснах. И ведь, как назло, рядом не было ни одного человека, хотя обычно рядом со мной всегда столпотворение. Такое ощущение, словно они боятся, что я могу с собой что-нибудь сотворить.

Залезть там куда-нибудь, куда не нужно. Сунуть вилку в розетку. Или попытаться отнять еду у сторожевых псов. Которых на базе отлично заменяли молчаливые охранники. Правда, молчаливыми они были только при мне. А так я частенько слышал, как они переговариваются и даже шутят.

Мне же оставалось только учиться. Но я был не против. Учиться мне всегда нравилось. Когда узнаёшь что-то новое, этот мир становится чуточку лучше. Даже сам не знаю почему.

Пока прошло всего четыре дня. Но и за эти дни я уже успел понять, что мне и другим ребятам из приюта очень повезло. Нет нужды запоминать имена всех родственников. Родственников, их родственников и так далее.

Вот зачем Виктору Апраксину знать, за кем замужен дочь его троюродной тётки по материнской линии? И кто родители её избранника?

Объяснить мне этого никто не мог. Как и то, почему эта информация напрочь вылетает у меня из головы. Всё остальное запоминалось с первого раза. А вот с родственниками была серьёзная проблема.

А ведь мне ещё предстояло сдавать экзамен. Причём в полевых условиях. Как сказал Воронов, в мою честь будет собран званый ужин, на который пригласят всех этих родственников. И я должен буду поздороваться с каждым из них, не допустив ни одной ошибки.

Почему сам Виктор не может отправиться учиться в эту академию, мне также ничего не говорили. Только Волк один раз обмолвился, ещё когда мы находились на территории детского дома. Он, кстати, занимался со мной гораздо больше остальных. И даже применял свою магию. Говорил, что благодаря ей, я буду лучше всё запоминать. Вот только я всё равно блокировал все его попытки проникнуть в мой разум. Но он отчего-то был убеждён, что всё получается. Переубеждать в обратном я его не собираюсь.

Вот и сейчас он пытался заставить меня запомнить всех родственников. У меня же в голове остались только сам князь Григорий Константинович Апраксин и графиня Ростова. С той фотографии, что показывал мне Волк ещё в приюте.

И, как оказалось, та женщина на самом деле не родная тётя Виктора, а одна из его поручителей. Очень странное слово, и что оно означает, я толком не понял. У этих аристократов всё ни как у нормальных людей. Как мне попытался объяснить Волк, когда в твоей семье рождается ребёнок, то ему ищут троих поручителей. Эти люди ручаются, что ребёнок вырастет и займёт достойное место в обществе.

Если с таким ребёнком что-нибудь случается, или он вырастает каким-нибудь преступником, то поручители могут сильно пострадать. Лишиться части своих сил и заполучить ещё кучу всяких неприятностей.

Очередной раз убедился, что аристократы странные. Сами соглашаются на подобное.

А ещё я узнал, что они всегда держат своё слово. Это мне уже рассказывал Воронов.

— Слово аристократа нерушимо. Если он что-то сказал, то уже не может отвернуться от своих слов. Это лишит его части сил, которые потом будет крайне сложно восстановить. Если вообще возможно. Поэтому Виктор, ты должен знать, что разбрасываться словами не стоит. Скажешь кому-нибудь с горяча, что убьёшь его, и должен будешь это сделать. Скажешь, понравившейся девчонке, что женишься, и должен будешь это сделать.

И тут я понял, что лучше всего будет постоянно молчать. Хотя и раньше никогда не нарушал данного слова и всегда делал то, о чём говорю. Просто не мог поступить иначе. Пусть и видел множество раз, как другие врут. Говорят одно, а на самом деле делают совершенно другое, или вообще не делают.

И в основном так поступают взрослые. Они постоянно что-то обещают, но так и не выполняют. Так, я слышал, что Азарова обещала деду Мите новый автобус. Ещё года три назад, но в итоге только благодаря моей сделке с Волком он его получил.

И было ещё много подобных примеров. Отчего-то дети в этом плане были гораздо надёжнее взрослых. Если мы о чём-то договаривались, то обязательно выполняли эти договорённости. Даже если нужно было сделать что-то, что нам не нравится.

Прям, как я сейчас. Сижу и мучаюсь, запоминая родственников Виктора. Но я уже дал слово, согласился работать на Апраксиных. И не собираюсь его нарушать. К тому же у меня всегда были яблоки, а это огромный плюс. В приюте нас заставляли учиться и без всяких яблок.

— На сегодня достаточно. Не понимаю, почему так плохо идёт блок с родственниками. — сказал Волк, когда я в очередной раз сбился. — Но ничего, у нас ещё достаточно времени.

— А что будет, если кто-нибудь поймёт, что я не настоящий Виктор? Они же видели его много раз, разговаривали… Да и друзья Виктора. Вот мои, например, легко бы поняли, если кто-то меня заменил.

— С друзьями Виктора ты не будешь пересекаться. Они останутся в его прошлой жизни. А единственные родственники, с кем Виктор действительно плотно общался, на пару лет отбывают из империи по делам рода.

— В таком случае, может, мне вообще не нужно ничему учиться? Всё равно никто не сможет понять, что я поддельный.

— Понять не смогут. — согласился со мной Волк. — Но сделать выводы, что наследник Апраксиных совершенно невоспитан и не подходит для этой роли — запросто.

— И что будет в этом случае?

— В этом случае они могут повлиять на главу рода и попытаться пропихнуть кого-нибудь из своих детей на твоё место.

— И что? Мне тогда нужно будет ещё и с ними соревноваться?

Глупости какие-то. Проще будет воспользоваться своей силой и договорится со всеми. Уверен, что у меня это получится. Смог же я договориться даже со сторожем на стоянке, что расположена недалеко от приюта. А у него даже ружьё есть, и сразу три злые собаки. Все на цепи сидят и кидаются на любого постороннего.

— Только если они смогут пробудить в себе дар и подходить по всем нужным критериям.

— И есть такие?

Волк покачал головой и вытащил из общей стопки фотографии три штуки. На одной был запечатлён темноволосый парень со смешными раскосыми глазами. Словно он постоянно щурится от солнца. А на двух других были девчонки. Одна со светлыми волосами, заплетёнными в тугую косу. А вторая с каре. Я уже видел такую причёску у нашей поварихи, поэтому знаю, как она называется.

— Твой троюродный брат — Дмитрий. Двоюродные сёстры — Ульяна и Анастасия. Твои ровесники и показали предрасположенность к дару. Инициация назначена на день осеннего солнцестояния. Каждый из этой троицы может занять твоё место в академии.

Мне это уже очень не понравилось. Раз место моё, то и занять его, должен только я. И пусть на самом деле он принадлежит Виктору. Сейчас я — это он.

— Я, получается, подхожу по всем критериям? И что это за инициация такая?

— Подходишь. — согласно кивнул Волк. — А инициация, это ритуал пробуждения крови. Истинного пробуждения. Только после этого ритуала одарённых начинают учить пользоваться силой.

— Ну, это мне не нужно. — отмахнулся я.

Для чего? Я и без всяких инициаций отлично умею пользоваться своим даром. Умею уже лет шесть. Случай в детском доме, это отлично показал. Да и то, что Волк не может ничего со мной сделать. Но отчего-то после моих слов он начал улыбаться.

— Наоборот. Это тебе очень нужно. Твой дар ещё не пробужден. То, что ты можешь сейчас, лишь малая часть настоящих способностей одарённого. И никто не может сейчас сказать, в чём именно заключается твой дар. Это будет понятно только после инициации. И то не сразу. Пойдём, я кое, что покажу тебе.

Волк привёл меня к зданию, в котором я ещё ни разу не был. Да и неинтересно оно совершенно. Обычный каменный квадрат, с единственной дверью. Даже окон не было.

— Это полигон для тренировки одарённых. Всё здание зачарованно на прочность, поэтому можно здесь без опаски применять дар. Сейчас на базе практически пусто, но обычно здесь всегда можно встретить пару тренирующихся бойцов. Пойдём, я покажу, что умеют абсолютно все одарённые.

Вот это уже было гораздо интереснее, чем запоминать родственников Виктора. Драться я не любил и толком не умел. Да и для чего, когда можно всегда договориться? Так я думал до встречи с Волком. На него не действовала моя сила. А раз есть один такой человек, то обязательно найдутся и другие. И если можно мой дар использовать и для драки, то нужно знать, как это делать.

Пусть Волк и сказал, что я ещё не пробудил свою истинную силу, у меня было своё мнение по этому поводу. Взрослые очень часто не видят того, что лежит у них прямо перед носом. Совсем как Виктор Васильевич, когда мы на его день рождения выменяли у сторожа на стоянке бутылку из тёмного стекла, с надписью «Коньяк» на этикетке, на десять яблок.

Как раз в саду детского дома созрел урожай. А ребята, когда мыли одну машину, увидели, как какой-то мужчина на красном джипе пытался подарить эту бутылку сторожу, но тот всячески сопротивлялся и отказывался от неё. Говорил, что и без этого ничего не расскажет жене этого мужика. Наверное, он в машине намусорил и не убрал. Это самая частая причина, из-за чего на нас ругались в детском доме.

Мужик сильно настаивал и в итоге просто оставил бутылку на асфальте, а сам уехал. Только после этого сторож взял бутылку и со словами: «Чего мне с тобой делать, я же так и сорваться могу». А потом отнёс её в свою сторожку и поставил на столе.

Среди ребят был Гришка Петров, очень сообразительный парень. А мы как раз тогда подарок искали для завхоза. Вот он и смекнул. Быстро умчался за мной, а потом уже мы произвели обмен.

Так вот, на эту бутылку мы повязали синюю ленточку, которую нам выделили девчонки. На этот раз в обмен на пять кусков сахара. Одни растраты, но ради такого надёжного партнёра, как Виктор Васильевич, я готов был на них пойти.

Поставили бутылку у завхоза в кабинете, пока он чем-то занимался у директрисы в кабинете вместе с другими сотрудниками детского дома, и оставили Вовку Ершова следить. Он был очень усидчивым парнем. Любил много читать. Мы ему выдали книгу, которую он ещё не читал. Вроде Джека Лондона, что-то про рыцарей. И вспомнили, только через восемь часов.

Оказалось, что парень всё это время продолжал читать. Медленно он это делал. Виктор Васильевич несколько раз за это время заходил в свой кабинет, но так и не заметил наш подарок. И таких примеров была ещё куча.

Вот поэтому я и говорю, что порой взрослые не видят ничего у себя под носом.

Волк повёл меня внутрь полигона, открыл дверь, благодаря длинному коду, что ему пришлось вводить на панели, рядом с входной дверью. Она оказалась очень толстой. Такие, наверное, устанавливают только в банках. Даже в шкафу, где хранился сахар в детском доме, дверь была раз в десять тоньше.

А за дверью нас ждала лестница, ведущая вниз. Оказалось, что дом на поверхности — это только вход. Сам полигон находился в подвале. В подвале приюта находились только трубы, порой проржавевшие и выпускающие из себя воду.

Здесь же всё было совершенно иначе. Сразу после спуска шла раздевалка со множеством металлических шкафчиков. Рядом находился туалет и сразу пять душевых кабинок. Понятия не имею, для чего их так много.

— Здесь можно переодеться, если нужно. В каждом шкафчике лежит тренировочная форма и набор банных принадлежностей. Сейчас они нам точно не пригодятся, но на будущее запомни. На полигон тебя точно будут приводить ещё не раз. Любой выходец из старшей семьи должен уметь защищаться от базовых магических атак. Этому тебя и будут здесь обучать.

— Что значит — старшая семья? Слышу уже это не в первый раз. — спросил я, открыл первый попавшийся шкафчик и принялмя разглядывать его содержимое.

Какой-то тёмный комбинезон, который мне будет слишком велик, кроссовки, также не по размеру и два полотенца. Волк в это время начал переодеваться.

— Старшая семья — это семья, которая уже смогла пробудить в себе силу крови. Погоди с вопросами, сперва отвечу на первый. — осадил меня Волк, когда я уже было открыл рот. — Пробудить силу крови в себе могут рода, которые насчитывают минимум тысячу лет развития. Получается, что только самые древние семьи в империи могут называть себя старшими. Таких семей двенадцать, и ты их должен знать. Апраксины одна из старших семей.

— Получается, что соревнование, на которое меня отправляют, проходит только между старшими семьями?

— Всё правильно. Эти семьи и правят империей.

— Я думал, это делает император. А, оказывается, сразу двенадцать семей. И как они вообще между собой договариваются?

— С трудом. — усмехнулся Волк. — Империей действительно управляет император. Уже семь сотен лет — это выходец из семьи Рюриковичей. А остальные старшие семьи служат ему надёжной опорой и поддержкой. В случае возникновения конфликтов именно старшие семьи первыми встают под знамёна императора и обрушивают свою мощь на врага.

— Глупо. — пожал я плечами. — Всегда же можно договориться. Но я уже понял, что у аристократов так не принято. Что они предпочитают драться. Александр Иванович мне уже рассказывал о кодексе чести. Как по мне, глупая и бесполезная штука. Лучше расскажи, что такое сила крови и как её пробудить?

— Для начала давай пройдём на сам полигон. Там мне будет объяснить гораздо проще.

Я пожал плечами и последовал за Волком. Он привёл меня в огромное помещение, до дальней стены которого быль метров сто. У меня глаз уже намётан на эту дистанцию. Именно столько нужно было пробежать, быстрее всех, чтобы выиграть поездку в столичный цирк.

А так как на территории детского дома не было своего стадиона. Да, даже беговой дорожки не было, пришлось тренироваться в парке. Только там была достаточно длинная прямая. Сто метров мы отмеряли мягким метром, который выпросили у кастелянши. Так вот, после того раза я практически идеально определяю расстояние в сто метров на глаз.

Возле дальней стены стояли манекены, висели мишени и ещё какие-то непонятные для меня приспособления. А ещё всё помещение было разделено на несколько зон высокими каменными стенами. Одна была сильно повреждена и удивительно, как вообще продолжала стоять. Именно к этой стене меня и повёл Волк.

— Ты говоришь, что уже смог пробудить свой дар. Тогда тебе не должно составить труда пробить дырку в этой стене.

Он специально выбрал целый участок и постучал пальцем по месту, где именно я должен разбить стену.

— Я должен это сделать голой рукой? Или есть варианты? — уже начал прикидывать я, как это сделать, но Волк не оставил мне выбора.

— Рукой. Просто ударить и пробить стену.

— Тут толщина в три кирпича. Я точно не смогу её пробить голой рукой. Даже молотком придётся очень долго стучать.

Волк растянулся в улыбке, а затем просто ударил по стене, пробив её насквозь. Несколько каменных осколков отлетели и с грохотом ударили в соседнюю стену, оставив в ней глубокие выбоины.

— Такое может сделать практически любой обладатель дара, кто уже смог пробудить его в себе. Раз ты утверждаешь, что уже это сделал, то повтори.

А может, я и правда умею это? Я же никогда не пробовал. Всегда только договаривался. Или пугал, если слова не действовали.

Выбрал такой же целый участок и подошёл к нему, внимательно изучая. У меня точно есть дар, значит, смогу пробить и эту стену. Тут всего-то три кирпича. Вон, как это легко получилось у Волка. А ведь он не смог пробиться через мою защиту своим даром. Не смог ничего сделать. Выходит, что я сильнее его.

Чтобы уговорить себя, много времени не потребовалось. В этом деле я мастер.

Волк молчал и внимательно наблюдал за тем, что я собираюсь делать.

А я просто взял и ударил, совсем как он.

Глава 7

Волк находился дома, когда пришло сообщение от медиков. Генетическая экспертиза Александра была готова. А так как он отвечал за эту операцию, то и все данные сперва передавались ему.

Вчера Волк уехал от парня в замешательстве, которого не было у него со времён поступления в академию. Только инструкторы могли довести его до такого. Закинуть в разум информацию, которой там никогда не было. И новичку необходимо было выделить эту информацию, отгородить её и потом пересказать всё, что там спрятано.

Благодаря этим тренировкам сейчас никто не способен проникнуть в разум Волка. Даже Мастера разума, которых на всю империю насчитывалось всего два человека. И оба работали на императорскую семью. Но после вчерашнего он всерьёз задумался над тем, что парень смог сломать защиту и заложил в подсознание Волка нужную ему информацию.

Александр совершенно точно ещё не пробудился. Его дар не раскрылся в должной степени, чтобы дать возможность физического усиления. Что также подтверждали все проверки. Как магические, так и с применением современной техники.

Но парню всё равно удалось пробить кирпичную стену толщиной в три кирпича. Сделал он это с третьей попытки. С разбитыми в кровь костяшками. Волк хотел остановить его после первой попытки, но парень посмотрел на него взглядом полным решимости и сказал, что он может это сделать. Просто ещё не до конца смог убедить себя. Осталось крошечное сомнение, с которым он обязательно справится.

И он действительно справился. Этого просто не могло быть без инициации, но было.

Дар парня оказался невероятно сильным, раз смог пробиться через все преграды, без посторонней помощи. А затем, смог вернуться, не оставив и следа своего присутствия.

Сразу после случившегося Волк потащил Александра к целителю. Тот привёл в порядок разбитый кулак и сказал, что парень ещё не пробудился. Что заставило Волка очень сильно задуматься. Он перелопатил кучу информации на эту тему и нашёл несколько похожих случаев. Были они у наследников индийских родов, насчитывающих больше двух тысяч лет развития дара. Постоянного улучшения крови, путём заключения союзов с представителями других древних родов. И ещё неизвестно чего, что использовали индусы для усиления дара.

Впрочем, тем же самым занимались и в других частях света. Российская империя здесь не исключение. Старшие семьи постоянно принимают в род людей, которые способны улучшить их дар. Дать древней крови недостающие части, которые сделают её сильнее.

То же самое пытаются делать и младшие семьи, но у них плохо получается конкурировать со старшими в этом плане. Перспективные новички предпочитают получить весомую выгоду сразу, а не через неопределённый срок. Молодые рода не могут ничего гарантировать. Но если им удаётся заполучить новичка, способного сделать род сильнее, то это сразу переводит их в следующую лигу, откуда нет никаких шансов выбраться. Старшие семьи не терпят конкуренции.

Именно поэтому старших семей всего двенадцать. Ровно, как и кланов. Максимум, на который могут рассчитывать младшие рода — попасть в один из кланов. Но и этого добиться невероятно сложно. В последний раз нового члена принимали к себе Чернышёвы. Извечные соперники Апраксиных. Было это больше десяти лет назад. Тогда Волк ещё учился в Академии Разума, и это событие очень широко освещалось.

Клан Света позволил присоединиться к себе Шумиловым, которые благодаря усилившемуся дару, смогли излечить пациента с раковой опухолью. Это огромные деньги, которые Чернышёвы не могли упустить из казны клана.

Шумиловы могли и сами заняться культивированием новой способности. Стать одними из самых востребованных в мире целителей, но предпочли пойти под крыло к сильному клану, посчитав, что данные перспективы будут для рода более полезны. И сделали абсолютно правильно, как считал Волк.

Клан даёт для любой семьи огромные возможности по развитию. Все рода, состоящие в кланах, занимают лидирующие позиции в империи. А семьи, возглавляющие эти кланы, находятся на самой вершине власти. И Апраксины одна из этих семей.

Поэтому, когда Волк открыл результаты ДНК-теста, то сперва решил, что это какая-то шутка.

— Быть такого не может. — сказал он вслух, когда прочёл отчёт экспертов. И тут же взял телефон, набрав номер лаборатории, в которой и проводились тесты.

Эта лаборатория принадлежала Рюриковичам, поэтому утечка информации была исключена, но Волк должен был лично убедиться в этом.

— Данные точны? Вы ничего не перепутали? — спросил Волк, когда трубку взял глава нужного отдела.

— Владимир Алексеевич, мы лучшая лаборатория империи. За десятилетия работы нам не было допущено ещё ни одной ошибки. Понимаю, что данные Александра могут показаться очень недостоверными, но всё действительно так.

— Оставайтесь на месте и соберите всех сотрудников, что знают об этих результатах. Я буду через час.

Сказав это, Волк повесил трубку и отправился собираться. Через час необходимо быть в лаборатории и убедиться, что полученная информация действительно не попадёт в чужие руки. Об этом должны знать только Апраксины. Даже император ничего не должен знать. Эта информация может оказаться слишком опасной сразу для двух кланов.

Вероятность родства Александра и Чернышёвых согласно исследования ДНК составляет девяносто шесть процентов. И вероятность родства Александра и Апраксиных — девяносто два процента. А это могло означать только одно, что он был наследников сразу двух кланов — Клана Света и Клана Тьмы. В точности, как и Виктор. Только у последнего преобладала ДНК матери, а у Александра отца.

Шестнадцать лет назад между двумя старшими семьями разразилась ужасная война. В той войне погибли многие сильные одарённые. Чернышёвы и Апраксины находились на грани уничтожения, но не собирались идти на мировую. Слишком много крови уже было пролито с обеих сторон. Да и не могут столь древние семьи отступить, пока не уничтожат врага. Это заложено у них в крови. Гордость рода. Или, как называют её многие младшие семьи — двойная удавка. Совершенно непонятно, у кого на шее она затянется.

Тогда в дело пришлось вмешиваться другим старшим семьям, под предводительством Рюриковичей. Обычно император никогда не вмешивался в разборки между старшими семьями, но здесь просто не мог оставаться в стороне. Своей властью он остановил войну и приказал закрепить кровью мир между Светом и Тьмой. Создать новый род, объединив Чернышёвых и Апраксиных.

От Апраксиных была выбрана младшая дочь главы рода Анастасия. От Чернышёвых — старший сын главы рода Александр. Единственный, кто ещё не был женат. Пойти против воли императора никто не посмел, и новый род был создан. Род, который должен был стать буфером между Чернышёвыми и Апраксиным. Между Кланами Света и Тьмы.

По началу всё шло очень даже хорошо. Война закончилась, и рода начали восстанавливаться. Случилось чудо — Анастасия с Александром действительно полюбили друг друга, что было крайне редким явлением в браках высших аристократов. Там всегда преобладал лишь расчёт. При помощи браков заключались сделки, делились сферы влияния, создавались новые союзы и так далее. Это был отличный инструмент, которым пользовались все без исключения.

И вот Анастасия с Александром стали исключением из правил. Крайне редким случаем настоящей любви.

Всё складывалось как нельзя хорошо. Новый род Чернышёвых-Апраксиных должен был стать больше. Анастасия забеременела, и всё вроде шло отлично. До тех пор, пока целители не выяснили, что будет двойная. И чем больше становились дети, тем сильнее становилось понятно, что сила крови Чернышёвых вступила в противостояние с силой крови Апраксиных.

Как такое вообще случилось, никто не мог объяснить. Рода и раньше объединялись, чтобы получить более сильную кровь. Один дар становился доминирующим и вбирал в себя недостающее из другого. Но впервые столкнулись два абсолютно равноценных дара. И от этого столкновения начались невиданные последствия.

Сила тьмы не смогла справиться с силой света. Как и сила света не смогла справиться с силой тьмы. Они оказались на равных. Разделившись между близнецами.

Всё это происходило внутри Анастасии, отчего её собственная сила вышла из-под контроля, уничтожив всех, кто на тот момент находился с ней рядом. Выжить удалось лишь Александру. Но он не мог ничем помочь жене. Он оказался слишком слаб. Впрочем, совладать с разбушевавшейся силой дочери смог только князь Апраксин. Но он не мог помочь Анастасии в противостоянии силам близнецов.

Один унаследовал силу тьмы, второй — силу света. Существовала огромная вероятность того, что близнецы смогут получить оба дара.

Здесь необходимо быль объединиться двум непримиримым врагам. Григорию Константиновичу Апраксину и Дмитрию Борисовичу Чернышёву. Двум светлейший князьям, двум Абсолютам, возглавляющим свои кланы.

Объединиться и попытаться совладать с родовыми силами, что разрывали будущее их семей изнутри.

Они смогли договориться. Смогли на время забыть вражду.

Четыре месяца князья находились рядом с Анастасией и сдерживали силы близнецов. В это же время рядом с женой был и Александр.

Говорят, что за это время он стал похож на ходячего мертвеца. Переживания буквально пожирали его изнутри. Впрочем, и князьям тогда досталось очень сильно. Оба поседели, хотя до этого не было и намёка на седину. Состарились лет на двадцать, и вместо пышущих жизнью мужчин, стали больше похожи на дряхлых стариков.

Эти месяцы оба клана переживали не лучшие времена, терпя постоянные нападки от конкурентов. Но князья во что бы то ни стало решили довести дело до конца. Ведь для любой старшей семьи не может быть ничего важнее потомства. Чем сильнее оно будет, тем сильнее станет род.

А дети, которых вынашивала Анастасия, по всем прикидкам, должны были стать невероятно сильными одарёнными. Вполне возможно, единственными, кто способен обладать сразу двумя силами. В мировой практике подобного ещё не было. Постоянно один дар доминировал над другим.

Появление этих детей на свет могло дать новый толчок в развитие Апраксиных и Чернышёвых. И пускай Анастасия с Александром создали новый род, князья всё равно считали их своими.

Настало время родов и здесь случилось непредвиденное. Князья не справились с возросшими силами малышей. Никто точно не знает, что там произошло. Этой информации нет даже в секретных документах СБ Апраксиных.

Из родильной палаты вышли всего трое. Дмитрий Борисович и Григорий Константинович с младенцем на руках. Больше никто не выжил. А ребёнка себе забрал Апраксин лишь потому, что он родился с даром тьмы.

Кровь Апраксиных оказалась сильнее именно в этом малыше.

Это стало причиной очередного витка вражды между Апраксиным и Чернышёвыми. Но до войны на этот раз не дошло. Умерло несколько отрядов СБ обеих семей и на этом всё успокоилось. Говорят, что тогда снова вмешался император. И поставил ультиматум, либо вражда прекращается, либо Чернышёвы и Апраксины перестают существовать.

Сам Волк с то время только попал на службу к Апраксиным. Ему даже довелось поучаствовать в одной из вылазок на родовые земли Чернышёвых. Где он и получил своё первое и единственное ранение. На то момент он — маг третьей ступени, наткнулся на мага седьмой. И смог выйти из этой схватки победителем. Пусть и едва не откинул коньки. Но всё же смог добраться до своих, а там уже целители не позволили ему умереть.

Это было почти тринадцать лет назад. И каким образом смог выжить второй ребёнок, было совершенно непонятно.

Неужели князья не смогли понять, что он жив?

Верилось в это с огромным трудом. Выходило, что они специально скрыли его. Решили спрятать от всего мира. Да так, что и сами не знали, куда спрятали.

Этим можно объяснить появление людей Чернышёвых в детском доме Александра. Теперь Волк в этом уже не сомневался. А ещё кучу странностей, которые происходят с парнем.

И одна из таких странностей — это реакция на Александра ключей доступа к магической защите базы, которые настраивал лично князь. Артефакты признали кровь Александра. И даже Ворон был поражён тем, что ключ доступа защитил мальчишку при их первой встрече. Он заблокировал все попытки старого безопасника прощупать парня. Но теперь никаких сомнений не было. Нашёлся второй близнец, почти тринадцать лет считавшийся погибшим.

Вот только связаться с князем сейчас не получится. Он вместе с другими главами старших семей находится на большом императорском совете, который собирается каждый год. О месте проведения совета никто не знает заранее. Император сообщает князьям о нём уже в тот момент, когда они находятся в машинах.

Рассказывать об Александре никому, кроме князя, нельзя. Неизвестно, как на появление ещё одного наследника отреагируют другие Апраксины. И в первую очередь старшая дочь Григория Константиновича — княгиня Троицкая.

До лаборатории Волк добрался за сорок минут. Он ехал, наплевав на правила и на все камеры, что встречались. Даже один раз пришлось останавливаться, чтобы объяснить, выполнявшим свой долг полицейским, что очень спешит и нет времени разбираться с ними. Принадлежности к СБ старшей семьи для этого вполне хватило.

Бедолаги полицейские, узнав, что перед ними настоящий боевой маг, а любой другой просто не может находиться на посту заместителя главы СБ Апраксиных, побледнели и начали заикаться. Даже предложили Волку сопроводить его, чтобы минимизировать риск пробок, остановок на светофорах и встречи с ещё одним патрульным экипажем. Заботились о своих коллегах.

Волк принял это предложение и дальше ехал с эскортом, благодаря мигалкам и сирене которого без проблем проехал все пробки и больше не останавливался.

Лаборатория была без охраны, да и кому в голову взбредёт нападать на людей императора? Такие идиоты долго не живут. Рюриковичи крайне щепетильно относятся к оскорблениям. И любая попытка нападения на людей, работающих на них, расценивается именно как личное оскорбление рода.

Впрочем, так поступают любые старшие семьи. Тронь слугу, и будешь иметь дело с его хозяином. Это правило отлично известно всем в империи. Да и за её пределами.

Миновав три контура шлюзовых дверей, где Волка обработали, продезинфицировали и сделали ещё непонятно что, он оказался возле нужной двери. Непосредственно в помещении, в котором проводились все необходимые процедуры.

— Спешил как мог. Здесь все? — спросил Волк, оказавшись внутри помещения, заставленного множеством приспособлений, названия которых он не знал.

Здесь же находилось шесть человек в белых халатах. До появления гостя они о чём-то оживлённо разговаривали. Атмосфера была рабочей. Никакого напряжения в воздухе, и это очень хорошо.

Значит, эти люди уверены, что они не нарушили конфиденциальность проверки. Именно этим славились лаборатории Рюриковичей. Информация из них не уходила даже хозяевам. Но Волк не мог положиться на случай.

— Все, кто работал с вашим материалом. — ответил Волку руководитель этого отдела лаборатории Вишня Геннадий Альбертович. — Я так понимаю, вы хотите поставить запрет на разглашение? Давайте поспешим. У нас ещё много работы. А сегодня это уже второй раз. И хочу предупредить, что любая попытка получения другой информации будет строго караться. Пункт шесть точка три договора об оказании услуг.

Волк лишь отмахнулся от этого предупреждения. Он был слишком опытным разумником, чтобы вляпаться по дурости.

— Данные с серверов? Все записи и прочие носители информации?

Вишня молча взял коробку со стола, что стояла у него за спиной, и передал её Волку. Стандартная процедура, к которой сотрудники лаборатории всегда готовы.

— Теперь прошу вас не волноваться и думать исключительно о моём поручении.

— Несомненно Владимир Алексеевич. Мы умеем работать с разумниками.

В это же время в соседнем помещении расположился человек, которого Волк мог считать своим учителем, погибшем несколько лет назад во время очередной войны между кланами. Но на самом деле он просто перешёл работать к Рюриковичам. Работать с самыми сложными задачами, совсем как эта.

Третий Мастер-разумник на всю империю, который сейчас подсовывал своему ученику ложную информацию. Работал он только с руководителем лаборатории. Его подчинённым не нужна была эта информация. Впрочем, после работы Мастера и Вишня забудет о полученных результатах.

А вот император обязан знать о том, что почти тринадцать лет назад его верные сторонники решили утаить часть правды. Решили спрятать одного из близнецов. Отправить его в свободное плавание, для самостоятельного развития дара, как раньше делали все старшие семьи.

Это сейчас они слишком разнежились и держат потомков в тепличных условиях, что автоматически делает из них слабаков и слюнтяев.

Империи не нужны такие наследники. Они делают её слабой. А слабые всегда погибают первыми.

Глава 8

— Знакомься, Виктор, это Екатерина Андреевна, твой учитель этикета, танцев и просто хороших манер. — представил мне Волк женщину в элегантном тёмном платье, которое отчего-то напомнило мне шторы в нашей комнате в детском доме.

На них также было очень много сборок, и посередине они были перетянуты верёвкой. Да и цвет очень был похож.

А ещё, волосы у моей новой учительницы, были собраны в большой пучок. Он походил на набалдашник от старой деревянной гардины, на которой и висели шторы. Вот и получается, что учить меня хорошим манерам будет Штора. Так и буду её называть.

Правда, я совершенно не понимал, для чего мне это нужно? Здороваться я умею, говорю спасибо, пожалуйста, даже спокойной ночи желаю. В носу не ковыряясь, ногти не грызу. А чего ещё нужно? Я отлично воспитан и точно не нуждаюсь в учителе.

Да и танцевать не люблю. Пробовал несколько раз, когда в приюте устраивали танцы. Мне не понравилось. К тому же нужно танцевать с девчонками, а они всегда слишком много требуют. На такие траты я не готов идти ради того, чтобы девчонка топталась мне по ногам.

Отчего-то старшим ребятам это безумно нравилось, и они старались прижимать девчонок к себе сильнее. Вот я и решил тоже попробовать. Но не моё точно. Да и Серый говорил, что ему тоже не понравилось. Нам тогда было лет по девять. Но я уверен, что за три года ничего не изменилось.

— Здравствуйте, — поздоровался я с учительницей, показывая, что уже хорошо воспитан. — Уверен, что ваши уроки невероятно полезны, но, к сожалению, мне они не нужны. Я хорошо воспитан, знаю все волшебные слова, не имею вредных привычек, а танцевать не люблю. Особенно с девчонками. Они слишком много требуют.

Отчего-то мои слова заставили Екатерину Андреевну улыбнуться. А я ведь даже не думал её веселить. Впрочем, как и всех, с кем мне довелось разговаривать с того момента, как оказался на этой базе.

Веселить не собираюсь, но они всё равно улыбаются, когда разговаривают со мной. Мне не жалко. Да и никто не пытается командовать. Я просто выполняю работу, на которую подписался. А одним из пунктов в договоре было прохождение обучения. Вот я его и прохожу. Со всей стойкостью и мужеством. Не ропщу. Не жалуюсь. Вот только с танцами в первый раз решил отказаться.

— Здравствуй, Виктор. Я очень рада, что ты хорошо воспитан. Значит, нам с тобой будет очень легко. Я просто проведу небольшой тест, и если ты с ним хорошо справишься, то сведу программу к минимуму. Лишь повторение основных моментов. А вот с танцами будет гораздо сложнее. Любой уважающий себя молодой человек должен знать хотя бы четыре основных танца. Чтобы не упасть в грязь лицом, когда его пригласят. Ну или он сам это сделает, что гораздо более правильно. Вот ты себя уважаешь?

— Очень сильно. Я никого не уважаю так же, как себя. Это даже не обсуждается.

— Вот видишь. Значит, нужно научиться танцевать. К тому же при поступлении в академию будет бал, на котором студенты должны будут танцевать. Это входит в обязательную программу. Обычай, который был установлен основателем академии Георгием Герасимовичем Белинским.

— Уверен, что сам Георгий Герасимович не любил танцевать, поэтому и заставлял это делать других. — нахмурившись, произнёс я.

Точно не хочу танцевать на балу. Что я, принц какой-то? Только принцы по балам ездят. Собирают там потерянные туфельки. И куда потом их девать? Ведь по одной даже не продать. Никто же не купит.

— Наоборот, Георгий Герасимович был отличным танцором и всегда своим примером показывал молодому поколению, как нужно это делать. В его честь даже названа самая знаменитая балетная академия в империи. В неё могут поступить только представители лучших аристократических семей империи. А ещё Георгий Герасимович был очень воспитанным человеком и написал несколько книг по тонкостям этикета.

Странно всё это. Каким образом воспитание пересекается с танцами? Но пока ничего спрашивать не стал. Решил послушать, чего ещё расскажут мне про Белинского. Очень непростой был человек, раз основал целую академию, где сейчас учат аристократов. Хотя я и понятия не имею, что это такое. А ещё он явно уважал себя, так же как и я, раз назвал академию в свою честь. Правильно всё сделал.

— А Белинский был влиятельным человеком? — задал я вопрос, который волновал меня больше всего.

— Одним из советников императора.

Должно быть, советник императора очень влиятельный человек. Вон с каким видом это сказала Екатерина Андреевна. Да и мой дед один из этих советников. А раз добиться этого Белинскому помогли танцы, то и я могу немного позаниматься.

— Тогда я согласен. Только вы должны пообещать, что это поможет мне стать влиятельным человеком. Как минимум советником императора. Но лучше самим императором. Да. Так точно будет лучше.

Сам не заметил, как применил свой дар. Только ругань Волка за спиной дала мне понять это. Хотя чего ругаться, когда дело сделано?

— Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы помочь вам воплотить эту мечту в реальность. — механически проговорила учительница, после чего начала мотать головой.

— Это не мечта, а цель, которую я обязательно достигну. Вот выполню контракт и начну становиться императором.

Штора отчего-то села на колени и склонила голову, которую тут же обхватил руками Волк. Его глаза заволокло белёсой пеленой.

— Сходи, пока погуляй, а мне нужно поговорить с Екатериной Андреевной. — выдавил из себя безопасник.

Ага, как же, будет он с ней разговаривать. Видел я уже несколько раз, как он вот также хватает других людей, они потом весьма немногословны. Почти всегда собираются и сразу же уходят. А потом не возвращаются. Или Волк решает, что они не годятся мне в учителя, или ещё что-то.

Вот сейчас он явно испугался, когда Екатерина Андреевна встала передо мной на колени. Видимо, признала меня императором. Это она молодец, точно подходит мне в качестве учителя. Если и она исчезнет, то обращусь к Воронову. Он же начальник Волка, должен на него повлиять. Ну а пока, раз танцы отменяются, схожу на кухню, что-то проголодался я.

До кухни не дошёл. Оказавшись внизу, увидел в окно странную машину и решил выйти посмотреть на неё.

Я, конечно, знаю, что такое танк. Видел пару раз такие игрушки у старших ребят. Даже пытался обменять, но не получилось. Просто хозяин танка запросил сразу десять яблок. И это зимой. Где же я их найду? Тем более тогда у меня ещё не было бизнеса. Даже купить не мог.

А когда появилась возможность, то мне эта игрушка уже была не нужна. Вырос, наверное.

И вот сейчас я увидел машину, очень похожую на танк. Правда, без пушки и всяких антенн, которые должны торчать вверх. Даже автомата не было. А вот большие колёса и броня точно были. Только расцветка весьма странная. Зелёный и коричневые цвета. Такой танк поставишь где-нибудь в лесу и не найдёшь потом.

Мне очень стало интересно, как это ехать в машине с такими большими колёсами? Должно быть, трясёт там очень сильно. Пока Волк разговаривает с учительницей танцев, попробую это выяснить.

— А это танк? — спросил я у усатого дядьки, который стоял, прислонившись к странной машине. Он был одет в пятнистый костюм, цветом очень похожий на машину, на поясе висели настоящие фляга и нож.

Дядька окинул меня взглядом и поморщился. Наверное, из-за того, что я нацепил свои старые кеды, которые нашёл под кроватью, вместе с костюмом. Просто в туфлях было очень неудобно. А другой обуви у меня в комнате не нашлось. Сам-то дядька был в высоких чёрных ботинках. И по всей их длинные тянулись шнурки. Я себе такие точно не хочу. Издевательство какое-то, такие шнурки завязывать. А если их менять придётся? Лучше уж в старых кедах на липучке. Почистил липучку от грязи, и всё хорошо. Снова отлично застёгивается.

— Нет, не танк. — ответил дядька и отвернулся. Видимо, не хотел разговаривать. Это он зря.

— А что тогда? Вон колёса какие большие, даже с шипами, и весь в железо закован.

— Большие, с шипами и закован. — всё же повернулся дядька, поняв, что я не собираюсь уходить. — Это военный вездеход «Медведь». Такие есть только у имперского спецназа. Машина должна проходить через любые препятствия, чтобы доставить бойцов в нужное место.

— А вы кого доставили?

— Вот это уже не твоё дело, парень. Даже несмотря на герб, — дядька указал на мой лацкан. Сам не знаю, когда успели, но теперь там был вышит герб, что красовался на воротах базы. — Я не стану тебе об этом говорить.

Странный он какой-то. Ну да ладно. Не хочет говорить, кого привёз, и не нужно. Собственно говоря, мне это совершенно неинтересно. Я всего лишь хочу прокатиться на «Медведе». Жалко, что ненастоящий. На нём я бы тоже прокатился. Никогда на животных не катался. Даже на лошадях. Попробовал один раз на собаке, но она была против. Только задницу себе об асфальт отбил.

Это я только с людьми умею договариваться, а вот с животными не очень хорошо получается. Наверное, нужно просто знать их язык. А где такому учат, не известно. Я даже в интернете не смог найти. А если там не знают, то и искать нет смысла.

— Ладно, не говорите. — пожал я плечами. — Прокатите меня, и всё.

Мужик от чего-то начал кашлять. Словно мошка в рот залетела, или подавился чем. Слюной, например. Со мной иногда такое бывает. Потом ещё горло саднит. Очень хорошо помогает леденец пососать. Но их никогда нет. Слишком быстро заканчиваются. Вот и сейчас я ничем не мог помочь дядьке.

— Говорю же, парень, иди по своим делам. А если прокатиться на «Медведе» хочешь, то проси об этом отца. Уверен, что он сможет всё организовать.

Жадный какой-то дядька попался. Но ничего, договариваться я умею. Как раз в кармане кольцо завалялось, которое мне вчера Волк дал. То же с гербом Апраксиных. Они так все свои вещи помечают, чтобы не потерять, наверное. Я также в приюте делал. Корону рисовал на всех своих вещах. И никто их не трогал.

* * *

Старший лейтенант Арсений Портнов, или просто Портной, как его звали во взводе, спокойно стоял возле своего «Мишки», когда к нему подошёл пацан лет тринадцати. Очень странный. С разными глазами. Раньше такие глаза Арсений видел только у соседской собаки. Дурная была, на людей кидалась и за машинами постоянно бегала.

Добегалась. Под колёса грузовика и угодила. Как раз перед тем, как Арсению в армию пойти. А это было уже семь лет назад. С тех пор он отслужил срочную и подписал контракт ещё на десять лет. В родную деревню возвращаться смысла не было. Работы никакой, только и делать, что спиваться с местными тунеядцами.

А в армии он уже смог стать младшим офицером и даже получил вездеход в командование. Правда, вместе с генералом, которого ему предстояло везде возить. И генерала крайне тревожного: раз вместо какой-нибудь машины представительского класса, что так любят другие генералы, он выбрал «Медведя». Но Арсения это совершенно не напрягает. Генерал практически никуда не выезжает. Максимум отправляет Арсения забрать какие-нибудь документы, подарки для своей любовницы или порой привезти её в часть, когда генералу было особенно тоскливо.

Поэтому Арсений удивился, когда генерал утром сказал ему собираться. Что сегодня ему нужно навестить старинного друга. И навестить почти за три сотни километров от части. Ехать в Московскую область, на базу одного из аристократических родов.

Живя в деревне, Арсений сроду не знал, как нужно общаться с этими снобами. А именно такими их все и представляли в деревне. Благо, что в части у них не служило ни одного аристократа. Ну, кроме генерала. А как относиться к начальству, он прекрасно знал.

И вот сейчас к лейтенанту подошёл один из этих аристократов. В костюме, который стоит больше всей деревни Арсения. И это со всеми пристройками и скотиной. Подошёл и начал расспрашивать про «Медведя». Про то, кто на нём приехал и всё такое.

А это информация секретна. За её разглашение Портного не просто из армии могут попереть, но ещё и перед этим под трибунал отдать, после чего ему даже дворником нигде не возьмут. Всех, кто попадает под трибунал, автоматически считают предателями родины. С такими нигде разговаривать нормально не будут. Можно забыть про медицинское обслуживание и другие привилегии, которыми пользуются все жители империи.

Но парень не собирался так просто отступать. Он запросил прокатиться на «Медведе». В этом точно ничего секретного не было. Такие вездеходы были вполне доступны. Для крупных кланов так точно. А Апраксины, на чью базу они приехали, управляли одним из двенадцати кланов империи.

Об этом знал даже такой далёкий от всех этих дел, Арсений.

— Ну, чего вы меня прокатите? — спросил неугомонный парень. — Очень интересно, какого это ехать на таких больших колёсах с шипами.

— Сказал же, что не прокачку. Проси отца, и он тебе всё устроит. У вас же так это делается? Чего не захотел, просишь у отца и всё получаешь.

— Не знаю. Я никогда так не делал. Да и нет у меня отца. — пожал плечами парень, чем сильно удивил Арсения.

В том, что перед ним не слуга, он был уверен. Слишком хороший костюм для слуги. Наверняка из зачарованной ткани. Да и герб… Хотя вот с обувью беда. Какие-то старые кеды. Даже армейская обувь Портного была в сотни раз лучше.

— Ну так прокатите? Я бы сам, только не знаю, как управлять машиной. В детском доме был один старый автобус, вот только нас к нему не подпускали, чтобы можно было за руль сесть.

— В каком детском доме? — удивился Арсений.

— Имени Максима Горького. — не растерялся парень. — Так прокатите?

— Сказал уже, что нет. И хватит меня уговаривать.

— Я же не просто так. Смотрите, что могу вам предложить в обмен.

После этих слов парень выхватил что-то из кармана пиджака и протянул на открытой ладони родовой перстень. Пусть Арсений и видел такие всего пару раз в жизни, но прекрасно знал, что они значили. У того же генерала Белкина имелся родовой перстень, и он им невероятно сильно гордился.

Как-то по пьяни даже рассказал своему водителю, что этот перстень заслужил его четырежды прадед во времена Отечественной войны восемьсот второго года. Тогда он умудрился спасти кого-то из старшей семьи и за это был награждён таким даром. По сути, роду генерала предложили стать слугами старшей семьи. От подобного не отказываются.

И вот сейчас Арсению предлагали то же самое. Простому парню из глухой деревни в Самарской губернии. Одарённому всего второго ранга, а это чуть сильнее, чем ничего. Слабее были лишь одарённые первого ранга, которые и свечу не могли зажечь своим даром.

— Согласен? Если нет, то могу ещё предложить пятьдесят рублей. Только потом, когда мне заплатят.

* * *

Дежурство на Добронравово-Апраксинском шоссе всегда было сродни поощрению, которое получают особо отличившиеся сотрудники. Вот и сегодня, старший лейтенант Гаврилин получил заслуженное назначение. Он даже сперва не поверил, когда получил разнарядку именно сюда.

Мечта любого инспектора оказаться дежурить в месте, где чуть ли не каждый второй плевать хотел на правила дорожного движения. А избежать наказания не могли даже самые влиятельные люди. Закон в империи был равен для всех. Это непреложное правило, которое Рюриковичи установили очень давно. Говорят, ещё на заре своего восшествия на престол.

Даже аристократам приходится считаться с большинством законов империи. А уж чего говорить про простых людей, пусть и очень богатых, что живут в коттеджных посёлках, расположенных вдоль шоссе?

Избежать наказания они не могли, а вот немного изменить его, запросто, чем очень охотно пользовались. Вместо того чтобы лишиться права управления автомобилем на внушительный срок, всегда можно было договориться с инспектором, зафиксировавшим нарушение.

Для этих людей суммы чисто символические, а вот для работников государственных структур — весьма приличные. И если по совести делиться с начальством, то ничего тебе за это не будет. Именно благодаря этому негласному правилу Добронравово-Апраксинское шоссе считалось одним из самых беспроблемных участков во всей империи.

Вот и сегодня Гаврилин, вместе со своим напарников Валерой ещё не зафиксировали ни одного нарушения, а уже стали немного твёрже стоять на ногах. Настолько, что могут смело начинать планировать отдых, где-нибудь за пределами империи.

Суббота — отличный день, чтобы встретить на дороге возвращающихся из столицы любителей ночной жизни. Также они любили горячительные напитки и не любили доверять чужим управлять своей машиной. Вот и сегодня, практически сразу после пересменки, встретился один такой гражданин.

Между прочим, сын банкира. Денег у отца было полно, а вот титул купить он всё равно не мог. Иначе бравые служители дорожного правопорядка сегодня остались бы ни с чем. Против аристократов не попрёшь, хоть ты тресни. Слишком незначительным для этого было нарушение. Замнут дело в любом случае, а инспектору потом проще уволиться, чем пожинать плоды своей недальновидности.

Но с такими Гаврилин и не стал бы связываться. Всегда понятно, когда перед тобой аристократ, а когда просто удачно разбогатевший человек. Пусть и одарённый. Сейчас всё больше одарённых стало появляться в обычных семьях. Насчитывающих максимум пару поколений, а то и вовсе одно.

— Валер, поехали, перекусим. Что-то уже тянуть начинает. Заодно отметим сегодняшний прекрасный день. — обратился старшей к своему напарнику. Парню, которого только месяц назад повысили до звания полноценного инспектора. А у Гаврилина напарник ушёл на пенсию, вот и прикомандировали ему молодняк для передачи опыта, так сказать.

Но вместо ответа Валера принялся стучать Гаврилина по плечу.

— Товарищ старший лейтенант. Товарищ старший лейтенант. Там медведь?

— Чего? Какой ещё медведь? — с ленцой в голосе спросил Гаврилин, но всё же повернулся в сторону, куда указывал Валера. — Твою мать! Врубай сирену и давай за ним. Армейцам здесь нельзя передвигаться без специального разрешения. И нас бы обязательно предупредили. Они сейчас своими шипами здесь весь асфальт ухайдокают, а нам потом отвечать. Жми, Валера.

Сирена начала истошно завывать, и одновременно с этим патрульная машина сорвалась с места, бросившись в погоню за выскочивший прямо из леса бронированным монстром.

* * *

— Женя, расскажи мне, куда делся транспорт Тимофея Васильевича? — спросил Волк у безопасника, который отвечал сегодня за ворота базы.

Когда разумник закончил работать с Ворошиловой, а после решил все дела с генералом, то они не обнаружили припаркованный во дворе вездеход. Что было очень странно. Не мог водитель генерала уехать без него.

— Так, уехал, в десять двадцать три. — сверившись с документами, ответил безопасник. — Рядом с ним Виктор Александрович сидел. Сказал, что они немного покатаются и вернутся. Велел никому не рассказывать, только если спросят. Вот я и…

— Срочно поднимай дежурную группу. — перебивай своего подчиненного, распорядился Волк, после чего обратился к генералу. — Тимофей Васильевич. Придётся вам немного задержаться у нас в гостях. Боюсь, что мой воспитанник угнал ваш транспорт вместе с водителем. Но не волнуйтесь, мы быстро с этим разберёмся.

Глава 9

Я даже предположить не мог, что кататься на танке, пусть Арсений и называет его вездеходом, будет так круто.

Как оказалось, передвигаться на машине с такими большими, да к тому же ещё и шипованными колёсами, в разы лучше, чем на нашем старом автобусе.

Правда, это по ровной дороге, а вот по лесу трясло так же. Но я уверен, что наш старый автобус не сможет проехать там и десять метров. А вот «Медведь» не только мог, но и делал это так легко, что я даже попросил у Арсения порулить. Всегда хотел это сделать.

И что самое удивительное, лейтенант мне разрешил. Он вообще стал каким-то очень покладистым, когда я предложил ему кольцо на обмен. Наверное, давно мечтал о чём-то подобном, только найти нигде не мог. Даже от денег отказался.

Правда, он поставил условие, что рулить мне можно только в лесу и совсем недолго. Пару километров и разворачивается в сторону базы. Быстро показал, на какие педали нужно нажимать и как правильно крутить рулём. Потом проверил, насколько хорошо я всё запомнил и сел рядом.

Мотор «Медведя» взревел, я надавил на педаль газа, и машина сорвалась с места, вгрызаясь в густой кустарник.

Подобного восторга я не испытывал ещё ни разу в жизни. Хотя нет, вру. Было один раз, когда спонсоры оплатили нам целый час катания на аттракционах в городском парке. Я также ощущал себя, когда сидел в жёстком, пластиковом кресле цепочной карусели и она быстро крутилась. Девчонки визжали от страха, да и некоторые парни, а мне это очень сильно нравилось. Я был счастлив. Прямо как и за рулём «Медведя».

Вот только раньше, чем закончились, отведённые мне два километра, закончился лес. Мы выскочили на дорогу, и я даже сперва не поверил, что машина может ехать настолько гладко. Вообще, ничего не тряслось. Судя по цифрам на панели управления, мне можно было проехать ещё чуть больше километра. Правда, Арсений попытался возразить. Говорил, что армейским машинам нельзя ездить по общим дорогам.

А где им ещё в таком случае ездить? Это мне было совершенно непонятно. Даже сам не заметил, как воспользовался своей силой и убедил лейтенанта, что обязан доехать отведённое мне расстояние. Причём доехать именно по хорошей дороге, а не по лесному бурелому.

Стоило мне только его убедить, как послышался звук сирены, а вскоре нас догнала сине-белая машина с мигалкой на крыше и надписью «Дорожная полиция» сбоку. Дядька, который сидел за рулём полицейской машины начал мне кричать, чтобы я остановился. Арсений отчего-то принялся ругаться и вспоминать мать этих полицейских. Наверное, он их знал. Или вообще они родственники.

К этому моменту мои два километра уже закончились, с огромным сожалением я нажал на тормоз. «Медведь» встал как вкопанный, ремни больно впились в грудь, точно синяк будет. Но это у меня, а вот Арсений даже не обратил на это внимание. Он быстро отстегнул ремень и выскочил из машины, побежав к полицейским, которые только начали вылезать из машины. И почему-то один из них держал в руках пистолет. Очень похожий на тот, из которого в меня стреляли.

Понятно было, что Арсения нужно спасать. Это в меня стреляли ненастоящими патронами, просто хотели усыпить. А его и убить могут.

Вытащив ключ из замка зажигания, бросил его себе в карман и вылез из машины. После чего поспешил к ругающимся Арсению и полицейским.

— Герасимов отдал приказ доставить секретное донесение в штаб бригады 1381. — выпалил Арсений.

— Где этот штаб и где вы? — выпалил полицейский. Такой круглый, с залысинами и отчего-то очень потный. Хотя на улице было нежарко. Может, болеет чем? Но это точно не мешало ему направлять пистолет на Портного.

— Это кратчайший путь до нужного шоссе. Пропусти нас, лейтенант, или сам будешь с генералом разбираться. Он у нас мужик суровый. Из аристократов. Зачем тебе свою жизнь ломать?

— Ты меня ещё пугать вздумал? — как-то зло произнёс полицейский и зачем-то дёрнул пистолет сверху. Тот странно щёлкнул, но не выстрелил. — А ну, руки вверх. Испортили почти километр дорожного полотна на федеральном шоссе. И не нужно меня пугать генералами. Пускай сперва с нашим начальством попытается разобраться. Посмотрим, у кого аристократ круче будет.

Арсений повернулся ко мне, махнул рукой и шепнул, чтобы я спрятался в машине, а он здесь сам разберётся.

Ага, как же, разберётся. Прекрасно слышу и вижу, как он разбирается. Совсем не умеет с людьми договариваться. Зачем-то генералом каким-то пугает. Не так нужно.

— Арсений, а что у вас здесь происходит и почему этот дяденька направил на тебя пистолет? — вынырнул я из-за спины парня.

Похоже, что толстый полицейский был слишком увлечён разговором с Портным и даже не заметил моего приближения, в отличие от его более молодого и стройного напарника. И когда я вышел, толстый направил пистолет в мою сторону.

В принципе, ничего страшного в этом нет. Я точно знаю, что костюм справится с выстрелом. Но пачкать его снова очень не хотелось. Вдруг на этот раз не получится отчистить? А ещё не известно, привезут замену или нет. Всё же у меня таких костюмов всего три.

Лицо Арсения перекосило от испуга, он резко повернулся к полицейскому, и мне даже показалось, что собрался бросаться на него, но не успел. Я оказался быстрее.

— Стоять! Замерли все! — гаркнул я, пользуясь силой левого глаза.

Этого вполне хватило, чтобы Портной замер, да и полицейский также не шевелился. Даже не моргал и не дышал. Лишь несколько капель пота стекали по его лицу.

Похоже, что переборщил. А вообще, очень странно. Раньше я никогда не мог вот так сильно воздействовать сразу на двоих. Хотя нет на троих. Вон и молодой полицейский замер. Да и я на одного человека не мог так воздействовать. Так, слегка припугнуть, как с теми бандитами в детском доме. Похоже, что это на меня так действует жизнь на базе и обучение всему, что должен знать наследник аристократического рода.

— Почему вы остановили нас и угрожаете оружием? Неужели мы нарушили какие-то законы? Если это так, то прощу прощения и гарантирую, что больше так не буду.

В детском доме это всегда срабатывало, даже без применения дара. К тому же свои два километра я уже проехал. Значит, точно сдержу обещание.

— Так мы поедем? — спросил я после того, как не дождался ответа. А только потом понял, что так и отменил свою просьбу. — Можете уже расслабиться.

Все трое принялись с жадностью хватать ртом воздух. А затем толстый трясущимися руками принялся убирать пистолет в кобуру, что висела у него под животом.

— Прошу прощения, молодой господин, я и не мог предположить, что вы изволите кататься. Просто нас никто не предупреждал.

— Конечно, я же не знал, что сегодня к нам приедут гости. А извиняться тебе не за что. Отлично выполняешь свою работу. Молодец. Только в следующий раз не нужно направлять на людей пистолет.

Отчего-то мои слова сильно напугали толстяка. Он упал на колени и долбанулся головой об асфальт, даже кровь начала течь.

— Господин, прошу вас, не губите! У меня двое детей. Не оставляйте их сиротами.

— Ладно. — сказал я, не понимая, чего это на него нашло.

Странный какой-то. Точно болеет чем-то. Так что нужно поскорее от него уйти, чтобы не заразиться. А то знаю я, какого это, когда в десять лет нас всех Мишка Большов ветрянкой наградил. Потом две недели никуда не выпускали и зелёнкой по три раза на дню мазали. Не хочу так больше. Поэтому я потянул Арсения за рукав.

— Поехали уже, а то нас, наверное, ищут. Волк — дядька суровый, точно ругаться будет. Мне ещё танцам и хорошим манерам сегодня учиться нужно. Теперь ты за рулём. Мои два километра уже закончились.

* * *

— Повезло тебе, старлей, что молодой господин у нас очень добрый. Да и рядом никого из его охраны не было. Иначе кончили бы дурака на месте. — произнёс Волк, едва сдерживаясь от того, чтобы не рассмеяться.

Это же нужно было умудриться нарваться на Александра, да ещё и на него пистолет навести. Пусть и случайно.

Обнаружив пропажу, Волк поднял дежурную группу, и на трёх машинах они бросились в погоню. В пиджаке парня был вшит жучок, так что его местонахождение они определили практически сразу. Он двигался по шоссе в сторону города. Благо, вездеход не отличался скоростными характеристиками. Он больше был заточен на защиту.

А вот их машины оказались гораздо быстрее. И уже через двадцать минут Волк разговаривал с бедолагой старлеем дорожной полиции, который нарвался на Александра. Да не просто нарвался, а умудрился устроить сперва погоню за ним, а затем и попытался задержать. Даже пистолетом угрожал.

Но старший лейтенант Гаврилин оказался очень сознательным мужиком и сразу же доложил обо всём случившемся своему руководству, прекрасно понимая, что это очень серьёзный залёт. За подобное, действительно убивают на месте. И Волк ничуть не лукавил, когда говорил об этом.

Если бы вместо Александра был Виктор, то лейтенанта уже ничего не спасло. За наследником старого князя всегда следят пара скрытых телохранителей. Все же Апраксины возглавляют Клан Тьмы и таких специалистов можно найти только в этом клане.

К Александру просто ещё не успели приставить подобную охрану. Это было даже не в юрисдикции Ворона. Только сам Григорий Константинович мог отдать подобный приказ.

Конечно, старлей мог попытаться схитрить и уничтожить все записи, что обязаны вестись не только из патрульной машины, но и с камеры, закреплённой на форме инспектора. Но в этом случае точно началось бы служебное расследование, и хорошие специалисты всё равно смогли бы восстановить удалённое видео.

А так Волк даже его посмотрел и поразился тому, насколько сильнее стал парень. Он смог полностью подчинить себе трёх человек. Они даже дышать не могли. И это ещё до инициации. Даже представить страшно, что будет после.

Пожалуй, в этот раз противостояние наследников старших семей будет очень интересным, и он обязательно станет следить за ним. Впрочем, как и весь клан Тьмы, когда узнают, что Апраксины всё же решили отправить своего наследника. Это решение всё ещё не было принято. Официально кандидат будет объявлен за две недели до осеннего равноденствия. До дня инициации вошедших в пору наследников.

И на данный момент практически все семьи, входящие в клан Тьмы, уверены, что это будет Денис Распутин. Очень способный парень, который уже сейчас показывает отличные результаты. Его не скрывают от общественности, как это делают практически все семьи, входящие в кланы. Включая Апраксиных.

Но у главы клана свои мысли на этот счёт. И сейчас Волк в очередной раз убедился, что Григорий Константинович совершенно прав. Особенно после того, как нашёл Александра и узнал о его происхождении.

Кровь двух сильнейших родов смешалась в парне и наделила его невероятной силой. Но это было ещё не всё. Проведя рядом с Александром немного времени, Волк мог с уверенностью сказать, что перед ним истинный аристократ. Потомок старшей семьи. Это было видно по поступкам парня. По его поведению и даже словам.

Так могут себя вести только наследники величайших семей. Уверенность в своих силах и гордость у них передаются по наследству. Но Александр отличался от подавляющего большинства аристократов в лучшую сторону. В нём не было никакой спеси. Жизнь в детском доме дала парню огромный опыт, которого не было у других наследников старших семей. И этот опыт должен помочь парню, стать лучшим в этом поколении.

— Товарищ подполковник, я же не знал, что наследник Апраксиных будет разъезжать на «Медведе» с каким-то армейским лейтенантом. Я всё делал по уставу. Хотел привлечь к ответственности нарушителя. И даже не мог предположить, что юный господин выскочит из-за его спины и будет защищать. Нам сегодня не сообщали, что будет проезжать кто-то из господ Апраксиных. — отвлёк Волка от размышлений Гаврилин.

Его напарник вообще не произнёс ни слова, сидел в машине, белый, словно мел, и боялся даже смотреть в сторону трёх бронированных машин СБ Апраксиных. Рядом с машинами стояли бойцы Волка в полной боевой готовности.

Если понадобиться, они смогут взять штурмом отделение дорожной полиции, к которому и были приписаны эти бедолаги.

— Сам слышал, что юный господин не имеет к тебе никаких претензий. Так что расслабься. Только помни, что всё случившееся не должно коснуться чужих ушей. Особенно журналистов. От этого напрямую зависит твоя дальнейшая карьера.

Волк не стал говорить, что от этого зависит жизнь старлея. Это было понятно и без напоминаний.

— Насчёт повреждённого дорожного покрытия также можешь не волноваться, Апраксины возьмут на себя все расходы. И в следующий раз размахивай оружием аккуратнее. С твоим начальством я сам всё решу. Кто там у тебя главный? Виконт Соболев? Вот и отлично.

Старлей бросился благодарить Волка, но разумник просто отмахнулся от него, послав сигнал перестать нервничать и вернуться к выполнению своих прямых обязанностей. Проверить подобное с неодарённым было несложно.

— Они вернулись десять минут назад. — доложил командир сегодняшней смены охраны.

— Тогда и нам пора. А то без меня парень может дров наломать. Не хватало ещё, чтобы он начал генералов строить. Ведь говорил же старому пню, чтобы ехал с нами.

* * *

Генерал-лейтенант Герасимов Тимофей Васильевич не ожидал такой подставы, когда собирался утром по приглашению Волкова. Своего бывшего ученика. Ещё на подготовительных курсах в Академию Разума.

Сам Тимофей Васильевич обладал весьма слабым даром. Всего четвёртый уровень. Но этого было вполне достаточно для получения должности одного из консультантов академии. Можно сказать, что именно с этой должности и началась его военная карьера.

И вот ему понадобилась помощь ученика. Понадобилась по личному делу, и очень срочно. Любовница начала угрожать генералу, рассказать всё его жене, если он не разведётся. Даже подготовила несколько видеоматериалов, когда они развлекались.

Генерал уже собирался избавиться от этой дуры. Всё равно её никто не будет искать. Только она оказалась не такой уж и дурой. Даже своими слабыми способностями он смог найти информацию, что она приготовила сразу несколько страховок. И все они будут задействованы, если с женщиной что-нибудь случиться. Узнать, какие именно страховки и где они находятся, возможностей генерала уже не хватило.

Тогда он и вспомнил о своём лучшем ученике, которому помог поступить в академию. Волков тогда подрался с сыном члена приёмной комиссии, и ему грозило не только не попасть в академию, но и провести какое-то время в одном из исправительных учреждений империи.

Найти телефон Володи было несложно. Рассказывать по телефону о столь конфиденциальной информации генерал не стал, поэтому попросил о встрече. И назначил Волков эту встречу на территории своих господ. Отчего-то он сейчас не мог выкроить даже пару часов, чтобы встретиться где-нибудь на нейтральной территории.

И вот генерал бросает все свои дела, а на носу у него проверка из штаба округа, и несётся за три сотни километров, чтобы договориться с Волковым и разобраться с любовницей. Разобраться так, чтобы выйти сухим из воды. Берёт своего водителя, садится не в удобную штабную машину, а в вездеход, и мчится по пересечённой местности на встречу.

Мало того что Волков согласился помочь лишь в том случае, если Тимофей Васильевич привезёт свою любовницу к нему, так ещё он лишился водителя. Кто же мог знать, что наследник Апраксиных вот так запросто отдаст тому родовой перстень. Сделает его своим слугой.

И поделать здесь генерал ничего уже не может. У Апраксиных достаточно влияния, чтобы решить этот вопрос по щелчку пальцев. Как и снять самого Герасимова с должности. Что может захудалый барон против старшей семьи? Правильно, ничего. Только стоять и утираться.

Теперь Тимофею Васильевичу нужно будет искать нового водителя. А ведь в Арсения он вложил столько времени и сил, что даже представить страшно. Он создал для себя идеального слугу. Тихого, молчаливого и быстро забывающего всё, что происходит с генералом, если только это не касается службы.

К тому же ему теперь ехать в часть самому. А за рулём генерал в последний раз сидел лет тридцать назад.

Радовало одно, что Волк всё же поможет решить ему проблему с любовницей. А младший Апраксин пускай подавится Портновым.

Глава 10

Так уж вышло, что я сделал Арсения слугой рода Апраксиных. Оказывается, что это родовой перстень, и если член рода даёт его какому-нибудь человеку, то хочет сделать его слугой рода. В случае если этот человек принимает перстень, то всё… Договор заключён, и он начинает служить.

Как-то так я понял это из сбивчивого объяснения Волка. А всё из-за того, что он постоянно срывался на смех. Начинал вспоминать выражение лица толстого полицейского. Затем то, как мы уехали кататься, и под конец, лицо бывшего командира Арсения. Генерал уезжал от нас в дурном расположении.

И совершенно непонятно, почему он так на меня обиделся? Он же генерал, у него таких вот Портных ещё полным-полно. Ведь в армии служит очень много человек. Это же престижно, и платят там хорошо. По крайней мере, я так слышал от старших ребят, которые после того, как их отправляли во взрослую жизнь, решали идти служить.

После того как отслужишь, появляется очень много возможностей. Даже безродный может занимать государственные посты. Это аристократам достаточно их происхождения. А вот таким простым ребятам, как я, это возможно только после того, как послужили родине. Возможно, даже где-нибудь, где идёт война.

Ну а после этого веселья настало время серьёзного разговора. Только всё равно я его таким не воспринимал. Даже сам не знаю почему. Возможно, из-за того, что вины своей в этом я не видел. Да и чего плохого в том, чтобы сделать отличного водителя слугой рода? Потом ещё мне спасибо скажут.

— Сами виноваты. Нужно было мне всё нормально объяснить. Для меня это простое кольцо, которое ты мне для чего-то дал и сказал носить на безымянном пальце. Но оно постоянно сваливалось, поэтому я и убрал его в карман. А когда увидел вездеход, то очень захотел на нём прокатиться. С собой у меня ничего, кроме этого перстня, не было. Вот я и решил обменять его на возможность покататься. Вы же мне даже не заплаттили ещё, а все свои сбережения я оставил в детском доме. Ребятам они нужнее.

— Понимаешь, Виктор… Ты член старшей семьи. Что это означает, уже знаешь. — я кивнул, — Так вот, слуга рода — это человек, который уже доказал свою преданность. Сделал для тебя или другого члена рода что-то такое, за что ты ему очень благодарен.

— Арсений и сделал. Не только согласился меня прокатить, но и за руль пустил. Знаешь, как это здорово? Особенно ехать по нормальной дороге. Если хочешь, я его попрошу он, и тебя прокатит. Только нужно будет найти где-нибудь такого же «Медведя».

— Не нужно. Я уже катался. — очень зря отказался Волк. Всё же странный он. Уже катался, и значит, больше не нужно? — И здесь ты не прав. Недостаточно того, что тебя прокатили на вездеходе и пустили за руль, чтобы делать человека слугой рода.

— А что же тогда нужно? — на полном серьёзе спросил я.

— Спасти жизнь. Или предотвратить потерю чего-нибудь очень важного для рода. Или проработать на род всю жизнь, принеся ему большую пользу. На самом деле вариантов много, и это лишь самые простые.

— Ну так, можно сказать, что Арсений спас мне жизнь. Я страсть как хотел прокатиться на вездеходе. Жить без этого не мог. А он не отказал, протянул руку помощи и ещё научил машину водить. Этого достаточно?

Я даже попробовал воздействовать на Волка силой. Ведь получилось у меня это провернуть сразу с тремя взрослыми мужиками. Но с Волком не прокатило. Его защиту я так и не смог преодолеть. И на этот раз разумник заметил попытку вторжения. Он покачал головой, но ничего не стал говорить по этому поводу. Продолжил про принятие в слуги рода.

— Для понимания, даже я не являюсь слугой рода Апраксиных.

— Давай это исправим. — тут же сказал я. — Только у меня второго перстня нет. Не знаешь, где его можно взять? Мне совсем не жалко. Ты вон учишь меня, наставляешь и всё в этом роде.

Я продолжал говорить, пользуясь тем, что Волк открыл рот от удивления, и не знал, что ответить. Но он быстро взял себя в руки.

— Нет, Виктор! Это так не делается. Нельзя принимать в слуги рода кого попало. Даже меня. — ответил на мой удивлённый взгляд Волк. — Слуги рода — это элита. Самые преданные люди, которые с радостью отдадут свою жизнь, чтобы защитить любого Апраксина.

— А ты отдашь за меня жизнь?

И снова Волк замер. Наверное, он сегодня сильно перенервничал, когда узнал, что я уехал покататься с Арсением. Вот теперь и ведёт себя так странно.

— Хоть я и не клялся в верности Апраксиным, это моя работа. Ты один из Апраксиных, поэтому отдам.

— В таком случае я обещаю, что сделаю тебя слугой рода. И даже не спорь со мной. Вот только найду ещё одно кольцо. Не буду же я его у Арсения отнимать… А что ты там говорил про клятву роду? Ему же теперь тоже нужно?

И снова Волк завис, на этот раз, глядя мне прямо в глаза. Не знаю, сколько мы вот так играли в гляделки, но Волк кивнул, словно принимая мои условия, и тяжело вздохнул.

— Нужно. Только этим займётся князь. Здесь я тебе не помощник. Не смогу научить, как правильно это делать.

— Это ерунда. Учёбы мне хватает. И это на каникулах. Представляешь? Никогда бы не думал, что буду вот так их проводить.

— Сегодня у тебя насыщенный день. Отправляемся в столицу. Князь вернётся к вечеру, представлю тебя ему. А пока вперёд, к Екатерине, сегодня ты должен показать князю безупречное воспитание.

— Куда ещё безупречнее? — на полном серьёзе спросил я, отчего Волк ударил себя ладонью по лицу. Отличный момент, чтобы задать вопрос, на который я до сих пор не получил ответа. — Так, что случилось с Виктором? Почему он сам не может отправиться в эту академию?

* * *

Ласковые лучи солнца проникали сквозь распахнутое окно и заливали собой просторную комнату. Не тронутым оставался лишь небольшой участок, где стояла самая современная медицинская кровать, которая стоила как машина представительского класса. Тьма была настолько плотной, что казалось, будто этот участок был вырублен из комнаты. Только подойдя к нему на расстояние вытянутой руки, можно было увидеть, что там стоит кровать.

Свет словно отрубали на границе с этим местом. Он не мог пробиться сквозь тьму и тоскливо стоял у порога, робко пытаясь разогнать её хотя бы одним лучиком.

Рядом с кроватью стояло множество приборов. От них тянулись трубки и провода, исчезая в завесе тьмы. Десятки мониторов показывали какие-то графики, по ним бежали сменяющиеся цифры, горели зелёные индикаторы. В комнате было невероятно тихо. Лишь иногда можно было уловить едва различимое дыхание. И за этим следил специальный человек.

Сгорбленная старуха, чьё лицо избороздили глубокие морщины. Волосы уже давно выцвели, а кожа больше походила на иссохший пергамент.

Она сидела, отстранившись от тьмы, наслаждаясь теплом солнечных лучей. Единственной задачей старухи было записывать, сколько вдохов сделал человек, лежавший на кровати. Темноволосый мальчик двенадцати лет, чьё тело и источало тьму, с которой не мог справиться ни один источник света.

Сегодня выдался отличный день. Мальчик дышит стабильно. Впрочем, стабильность держится уже несколько дней. Целители говорят, что это хороший знак. Но всё равно они не могут ничем помочь. Только разводят руками и призывают ждать. Как долго не известно.

В раскрытое окно ворвались звуки подъехавших машин. Несколько раз хлопнули двери. Послышались торопливые шаги, а затем едва различимый голос, принялся что-то быстро тараторить. Лишние звуки сильно мешали, поэтому пришлось отгородиться от них. По комнате пробежала едва различимое сияние, и вновь осталось лишь дыхание мальчика. Даже самые современные приборы не могли уловить его. Это могла сделать только старуха.

Очень странный выверт Древней Крови. Но совсем не уникальный. Многие потомки старших семей становились жертвами дара. Их тела были не в состоянии выдержать чудовищную мощь, которая требовала выхода. Большинство умирало. Но были и те, кого можно спасти. И мальчик, окутанный тьмой, принадлежал к последним.

Дверь в палату открылась, и на пороге показался седовласый мужчина в деловом костюме. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы признать представителя старшей семьи. И дело не в костюме, который могли себе позволить лишь очень богатые люди. Не в тёмных, практически чёрных глазах, от одного взгляда которых по телу пробегали мурашки, и хотелось всячески угодить этому человеку. Не в незримой охране, что первая скользнула в комнату и принялась осматривать её. И плевать, что они находились в самом защищённом месте родовых земель. Протокол безопасности должен всегда соблюдаться неукоснительно. Не в полном гербе клана, что было дозволено носить только представителям главной линии рода.

Нет.

Всё дело было в атмосфере, что создавали вокруг себя некоторые представители старших семей. Это ощущали все, кто находился с ними рядом. Где-то на уровне подсознания они сразу же понимали, что этот человек по праву крови может отдавать приказы.

И право крови — это непустые слова. Просто родиться в старшей семье недостаточно. Необходимо осознать и полностью принять силу, что дана тебе при рождении. Долго и усердно учиться у лучших. Жертвуя практически всем ради получения силы. Только в этом случае Сила Крови раскроется полностью и поможет. Откроет знания, накопленные за тысячи лет существования рода. Поможет разобраться с конкурентами, в первую очередь в собственной семье и позволит взойти на вершину.

Человек, стоявший на пороге палаты, смог это сделать. Смог подняться на вершину и закрепиться на ней. Но даже он поклонился, переступив порог. Тьма, окружающая мальчика, было, дёрнулась в его сторону, уничтожая свет, но тут же сдала отвоёванные позиции. Сила мальчика ничуть не уступала силе седовласого. Главе Клана Тьмы и рода Апраксиных — Григорию Константиновичу.

— Рад видеть тебя, бабушка. — так и не разогнувшись, произнёс гость.

— Рад ты будешь, когда я сдохну. — послышался старческий, карающий голос, что заставило седовласого незаметно улыбнуться. В этом голосе было много силы. Старейшина рода ещё долго будет оберегать его. Она поможет справиться с текущим кризисом, как сделал это тринадцать лет назад.

— Хватит спину гнуть. Тоже мне взяли моду. Раз пришёл к внуку, то иди, поговори с ним. Сам должен чувствовать, что его сила хочет, чтобы её обуздали.

Седовласый выпрямился, сделал едва различимый жест и через пару секунд дверь за ним закрылась. Теперь они были в палате втроём.

— Чувствую, — согласился со словами старейшины седовласый. — Только это бой Виктора. Он должен сам справиться.

Старуха ничего не ответила. Она уже спала. Теперь можно было передать заботу о мальчике внуку, и необходимо было использовать это время по максимуму.

Седовласый подошёл к окутанному тьмой участку и безбоязненно окунулся в неё, присев рядом с внуком. Уже прошло больше шести месяцев с тех пор, как Сила Крови начала испытывать мальчика. Невероятно сильный дар, который необходимо обуздать.

Сам Григорий Константинович справился со своим испытанием всего за два дня, что считалось ранее невероятно большим сроком. И тогда старейшина рода не отходил от него. Как и от всех будущих глав рода, когда они начинались свою борьбу с Силой Крови.

— Ты обязан справиться, Виктор. — сказал князь и взял руку внука в свои ладони.

В это время тьма ластилась к седовласому, пыталась сказать, что готова служить, но это была не его тьма. Не его сила, и он не имел права забирать её у внука. Не имел права помогать ему. Не имел права нарушать установившийся за сотни лет порядок.

Единственное, что он мог — это приезжать несколько раз в неделю и сидеть рядом, просто держа внука за руку. Разговаривая о всякой ерунде. О проблемах, с которыми сталкивается семья и клан. О грызне, что сейчас происходит между родственниками в преддверии отправки кандидата в академию. И конечно, седовласый никогда не расскажет обо всём этом внуку, когда тот совладает со своей силой. Это слабость, которую не может никому показывать глава семьи.

Сегодня он должен встретиться с мальчиком, которого нашли на замену Виктору. И отчего-то седовласый боялся этой встречи. Это было неслыханно. Один из сильнейших людей современности. Глава Клана Тьмы. Абсолют. И боится встречи с двенадцатилетним подростком.

И всё из-за того, что найденный мальчик оказался точной копией Виктора. Кандидата идеальней просто невозможно было найти. Главное, чтобы Волков смог вложить все необходимые знания и навыки в парня. В своём разумнике князь не сомневался. Он не подведёт. Здесь в большей степени всё будет зависеть от мальчика.

Князь видел лишь фотографию и краткий отчёт, но этого недостаточно, чтобы составить хоть какое-то мнение. Парень уже больше недели занимается и сразу будет виден его потенциал. Пусть в этом поколении Апраксиным и не удастся стать лучшими, но и отказываться от участия в соревновании они не собираются.

Князь не доставит такого удовольствия старому ублюдку Чернышёву. Пусть Клан Света и будет представлять вундеркинд, о котором говорят уже несколько лет. Дочь младшего сына главы Клана Света. Целительница, которая уже превзошла многих титулованных мастеров и вплотную приближается к рангу Абсолюта. Но всё равно это не ребёнок из главного рода. Ребёнок, который унаследовал силу матери, а не отца.

А вот Апраксины так не будут поступать. Хотя на князя и давят на совете клана. Но кто они такие в сравнении с ним? Его слово — закон. А если кого-то это не устраивает, то могут покинуть Клан Тьмы. Оставить всё, что они получили, будучи его членами, и валить на все четыре стороны. Конечно, так никто не поступит. В этом случае они останутся с голой задницей. И автоматически станут врагами старшей семьи. А такие живут крайне мало.

Князь снова попытался достучаться до внука, через тьму. Способ общения, которым могут пользоваться только Абсолюты их рода. Он нашёл всех членов семьи, но Виктора среди них не было. Хотя что-то показалось князю очень странным. Где-то на самой грани чувствительности на мгновение промелькнула крошечная звезда. Совсем как перед пробуждением родового дара у прошедшего инициацию члена семьи.

Это обнадёживало. Оставалось надеяться, что Виктору нужно ещё совсем чуть-чуть времени и он вернётся. А пока этого не произошло, князь будет приходить к нему и пытаться наладить контакт.

До момента, как впасть в это состояния внук практически не видел деда. Его воспитанием занимались другие люди. Он ходил в обычную школу, где никто не мог даже предположить, что они учатся вместе с наследником старшей семьи. Выплеснувшийся дар Виктора поднял тогда знатный переполох. Часть школы оказалась разрушена, а несколько детей сильно пострадали.

Князь всматривался в лицо внука и угадывал черты дочери. Он даже представить не мог, что всё так обернётся. Что два противоборствующих дара объединятся и станут в разы сильнее.

— Хватит. У тебя всё равно ничего не получится. — раздался голос старейшины, который выдернул князя их медитации и оборвал его связь с внуком. — Я достаточно отдохнула. Сегодня тебе нужно навестить младшего племянника, и это важнее любых дел, что были запланированы. Рано тебе ещё встречаться с избранником мозгоправа. Только помни, что потерянное должно быть найдено. А то, что некогда разделилось собранно воедино. И тогда настанет момент, когда сотрутся все границы невозможного. Сила крови совершит стремительный скачок, перейдя на новый уровень. В небе засияет ярчайшая звезда, свет которой навсегда изменит этот мир.

Князь обернулся к старейшине, но увидел лишь затухающий огонёк чёрного пламени в её глазах.

Глава 11

— А разве Арсений не поедет с нами? Ты вроде говорил, что нужно обязательно представить его главе рода. Новый слуга и всё такое. — спросил я у Волка, когда сел в машину.

На этот раз это был полностью чёрный, длинный лимузин. Вроде так они называются. Чёрными было абсолютно всё, даже стёкла. Но когда я оказался внутри, то всё отлично видел. С внутренней стороны стёкла оказались прозрачными. Совсем как обычные.

Но это было ещё не всё. Внутри меня ждали несколько длинных сидений, больше похожих на диваны. На них можно было свободно развалиться и ехать лёжа. Но я так делать точно не буду. Я же воспитанный молодой человек и должен своим примером показывать остальным, как нужно себя вести.

Если что, это не мои слова, а Шторы. Именно с этим напутствием она отпустила меня на встречу с князем — Апраксиным Григорием Константиновичем. Моим прямым работодателем. Именно его имя было вписано в нашем договоре.

Так вот, раз я воспитанный, то ехать мне можно только сидя.

Помимо диванчиков, здесь был настоящий телевизор и холодильник с напитками. Жалко, что там отсутствовал яблочный сок. Как-то я не подумал и не взял с собой яблоко. Но ладно, у князя-то они точно должны быть. А то, что это за князь такой? Без яблок…

Ещё в машине очень приятно пахло. Словно только что прошёл дождь и прибил всю пыль.

Следом за мной в машину залез Волк и сел напротив. Салон заканчивался глухой перегородкой с окошком, которое можно было закрывать и открывать, когда захочешь. Я уже попробовал и поздоровался с водителем. Вижу его в первый раз, но здесь точно не может быть случайных людей.

— Арсений поедет в одной из машин сопровождения. Он же не твой телохранитель. И даже будь им, также следовал бы в одной из машин сопровождения. Этот лимузин защищён не хуже «Медведя». Только комфортнее в сотню раз, быстрее, и топлива жрёт в десять раз меньше.

— Когда жрёт мало, это хорошо. — многозначительно произнёс я, глядя на пачку печенья, что лежала на холодильнике.

Подумал о яблоках и сразу захотелось что-нибудь пожевать. Но я буду терпеть. Лучше, потом припрячу эту пачку. Пойдёт на обмен. Уверен, что в доме князя много всего интересного.

— А ты, получается, мой телохранитель, раз едешь рядом?

— До того момента, пока ты не окажешься под защитой Годуновых, можешь считать, что так.

— А почему именно Годуновых? И почему они вообще должны меня защищать? — удивился я.

Вообще, первый раз слышу об этих Годуновых. Хотя я вообще никого из аристократов не знаю. Только Рюриковичей. Ведь император — Рюрикович, и для меня этого вполне достаточно.

— Потому что за академию, в которой тебе предстоит учиться, отвечают именно Годуновы. Единственная старшая семья, которая не стала создавать клан. Можно сказать, что они верны только императору.

— А другие старшие семьи верны не только императору?

Что-то сегодня Волк говорит, столько всего странного. Наверное, волнуется перед встречей с князем. Вроде все волнуются, когда предстоит встречаться с начальством. Даже мои работники в детском доме всегда тряслись, если я вызывал их к себе. Мне об этом Серый рассказывал. А я ругать-то почти никогда, и никого не ругал. Было всего пару раз. И за дело. Мало того что не помыли фары, так они ещё едва стекло не разбили одному дядьке. Мне потом пришлось сторожу денег давать и благодарить, что он прикрыл нас. Сказал, что камень на стекло упал сверху. Птица какая-то уронила.

— Все старшие семьи верны императору. — после короткой паузы произнёс Волк. — Только помимо верности императору, у них ещё есть верность клану. И для некоторых они равноценны. То есть, они могут выбрать сторону своего клана, а не императора. А вот с Годуновыми ничего подобного не произойдёт. Они поддерживают Рюриковичей с момента своего появления.

— А Апраксины кого выберут: императора или клан?

Должен же я знать, на кого буду работать целых полгода. Может, оно вообще того не стоит? Может, мой работодатель будет вести себя, как предатель родины? А зачем тогда на него работать? Найду другой способ, где взять стартовый капитал на открытие мойки. Да и в приюте меня точно обратно возьмут. Всех берут, от кого снова отказываются. А такое случается довольно часто.

Потом мне приходилось выделять конфет из своих запасов. Жалко, конечно, было, но помочь хоть немного успокоиться вновь отказному, я был должен. Иначе себя бы перестал уважать.

Это ещё одна причина, почему все воспитанники приюта относились ко мне хорошо. Они знали, что в трудную минуту я никогда не откажу в помощи. И даже если у меня не окажется под рукой нужной помощи, то я сделаю всё, чтобы её достать.

— Апраксины выберут императора. — после небольшой паузы выдал Волк. Словно он сам никогда не задавался этим вопросом и вот только сейчас понял. — Но и клан они бросать не станут. Попытаются сделать так, чтобы урегулировать все разногласия между императором и кланом. А вообще, это глупость. Ни один клан не пойдёт против императора. Не только старшие семьи поклялись в верности. Любое нарушение клятвы тут же отразится на Силе Крови. Восстановить утраченное будет уже невозможно. А это столетия взращивания дара.

— Глупости какие-то. Каким образом нарушение клятвы может повлиять на это? Ведь Сила Крови передаётся от предков, а не от императора, и уже точно никакая клятва не сможет на неё повлиять.

— А ты попробуй дать клятву и затем нарушь её. — усмехнулся Волк.

Тоже мне дурака нашёл. Сам говорил, что я ещё даже дар не пробудил. Пользуюсь крохами, которые способен удержать организм. Так что ничего я не смогу понять, даже если это всё правда.

— Но если говорить без всяких шуток, то я не смогу ничего рассказать о твоём даре. О Силе Крови твоего рода. Это смогут сделать только твои кровные родственники.

— Получается, что вообще никто. — на этот раз усмехнулся уже я.

А это довольно забавно. Нужно будет почаще практиковать.

— Не стоит так думать. Порой жизнь нам подкидывает трудности, после преодоления которых следует награда. Да и в наше время найти родителей какой-нибудь потеряшки не так уж и сложно. Конечно, при условии, что они живы.

— Зачем? — действительно не понимая, спросил я.

Если родители решили от меня отказаться, то не вижу смысла их искать. Они уже сделали свой выбор и с тех пор не имеют к моей жизни никакого отношения. Понятия не имею, по какой причине они решили так поступить, но сделанного уже не вернуть. Ну а если они мертвы, то здесь и говорить нечего.

Конечно, есть вероятность, что остались другие родственники. Но опять же, за двенадцать лет никто не попытался меня найти.

— Есть люди, которые хотят встретиться с родителями. — пожал плечами Волк. — А вообще, давай завязывать с этой темой. Лучше ещё раз пройдёмся по родственникам первой линии.

— Может, лучше поговорим ещё немного о родителях? — с мольбой в голосе спросил я, но Волк был непреклонен.

Пытка закончилась минут через сорок, когда заслонка к водителю отъехала в сторону и он попросил Волка подойти. Перекинулись парой фраз и разумник поспешил ко мне. Он был очень встревожен, хотя и не хотел этого показывать. А сам ухватился за дар. Я это прекрасно ощущал.

— Дорога, по которой мы должны были ехать, перекрыта. Буквально час назад обвалилась часть полотна. Придётся ехать в объезд.

— Так поехали. — пожал я плечами, не видя в этом ничего страшного.

А вот Волк видел, поэтому он приказал всем останавливаться и затем вылез из машины, чтобы дать новые указания. Я в этот момент всё же смог забрать себе печенье. Убрать его во внутренний карман пиджака. Он был сшит просто отлично и даже ничего не торчало, если не застёгивать. С другой стороны был ещё один карман, поэтому я решил прихватить небольшую приплюснутую бутылочку, на которой было написано по-иностранному. Точно не английский. Его нам в детском доме уже начали преподавать. Хотя буквы и похожи. Из всего я смог разобрать только Courvoisier ХО.

Словно кто-то решил сыграть в крестики нолики, только на бутылке.

С бутылкой пришлось немного повозиться. Она никак не хотела нормально размещаться в кармане. Даже всерьёз начал думать о том, чтобы вернуть её на место. Но отправляться на встречу с пачкой печенья, когда можно прихватить что-то ещё, довольно глупо. Хотя было глупо изначально выезжать с пустыми руками.

В итоге всё же мне удалось убрать и бутылку. Сразу после этого вернулся Волк.

— Маршрут перестроили, можно выезжать. К нам навстречу уже выдвинулся Ворон с отрядом бойцов в МД.

Мне это ничего не дало. Понятия не имею, что такое МД и почему в них сидит целый отряд бойцов. Остановка подействовала на Волка очень хорошо, он перестал расспрашивать меня о родственниках. Вместо этого сидел с закрытыми глазами и использовал свою силу. Я ощущал, как она касалась меня, но не пыталась проникнуть в голову.

Даже не стал ничего говорить, чтобы не отвлекать разумника. Мне было очень интересно наблюдать за тем, как другие люди применяют свою силу. И Волк был первым, кто мог мне это показать. Правда, он просто сидел с закрытыми глазами и больше ничего не делал. Может, дышал гораздо реже, чем обычно. Вообще, словно спал.

Я даже всерьёз начал пытаться вспомнить родственников Виктора первой линии. Это все мои дяди и тёти, и их отпрыски. Помню, что всего их двенадцать человек. Два дяди и одна тётя, и у каждого по трое детей. А вот как их зовут и тем более, чем они занимаются, я понятия не имею. Да и чем, собственного говоря, занимается сам род Апраксиных. До этого мы ещё не дошли. Хотя, казалось бы, должны были первым делом определиться именно с этим.

Но Волк мне сказал, что об этом пока слишком рано и рассказывать должен совсем не он. Это прерогатива кого-нибудь из самих Апраксиных. В идеале князя, который до сегодняшнего дня был слишком занят.

— Виктор, всё будет хорошо. Даю слово. — сказал распахнувший глаза Волк. Затем он метнулся к перегородке, открыл её с такой силой, что она вылетела и заорал — Резко в право.

Машина тут же повернула в нужную сторону. Благо, что я сидел слева, иначе пришлось бы немного полетать.

Стоило машине повернуть и выровняться, как рядом что-то глухо бухнуло. По стёклам застучала частая дробь, словно в них бросили горсть гаек. Затем машина как-то странно вильнула задом, и я едва не слетел с сиденья. Волк впереди выругался, но вновь сказал водителю, куда нужно поворачивать.

На этот раз я уже держался и был готов к любым манёврам. Но всё равно это оказалось очень неожиданно. Ничего больше не бухало, но гайки продолжали бить по машине.

— Нас обстреливают из МД. — услышал я голос водителя, и Волк выругался.

Впервые слышу от него подобное. Должно быть, ситуация действительно серьёзная. Хотя мне довольно весело. Это даже круче, чем кататься на цепочной карусели. А возможно, даже круче, чем самому сидеть за рулём машины.

— Тормози! — заорал Волк и развернулся ко мне, как раз для того, чтобы поймать снаряд, в роли которого я и выступал.

От резкого торможения полетел вперёд. Не будь Волка, точно сильно треснулся бы головой. А так угодил ему в живот. Но всё равно было довольно больно. Он что, под одеждой сковороду таскает?

Хотел спросить об этом, но даже сам не понял, как оказался возле двери. Волк нажал какие-то кнопки и дверь буквально вырвало, словно с той стороны находился великан, который не рассчитал своей силы.

Затем он потянул меня за руку, и мы оказались на улице. После чего побежали прочь от машины. К высокому зданию, расположенному в десятке метров левее от нас. Я начал крутить головой и увидел несколько высоких монстров, закованных в железо. Прям, настоящие роботы. Правда, маленькие. Высотой всего в два человеческих роста. Моих три.

Они очень забавно двигались, но при этом стреляли сразу из нескольких пушек, расположенных на их теле. Выстрелы слышались глухими хлопками, которые приходились по машинам моей охраны. Особое внимание было уделено лимузину. В него летело больше всего выстрелов.

Волк на ходу отдавал приказы, продолжая тянуть меня за собой. Толком так ничего и не смог разглядеть, как мы оказались скрыты за зданием, отделанным блестящим, чёрным камнем. Ещё несколько шагов, и Волк остановился, присаживаясь рядом со мной, так чтобы его лицо было на одном уровне с моим.

— Послушай, Виктор, пожалуйста, не задавай сейчас никаких вопросов. На нас напали. Используют для этого Мобильные Доспехи. Это очень серьёзно. Ради того, чтобы достать тебя, кто-то пошёл на очень серьёзные шаги. Поэтому ты не должен отходить от меня и делать всё, что скажу. Наши бойцы задержат нападающих, но и мы не должны сидеть на месте и ждать. Необходимо двигаться и убраться из опасной зоны. И сделать это можно только по канализации.

Всю дорогу, пока разумник говорил, он держал правую руку возле уха, словно кто-то разговаривал с ним. А затем закрыл глаза, которые вновь подёрнулись белёсой пеленой, и приложил руку к земле. Пару секунд ничего не происходило, потом тело Волка несколько раз резко содрогнулось и он открыл глаза. Уже совершенно нормальные. При этом пошатнулся и едва не упал, но я ему помог.

— Да там точно безопасно, даже крыс нет. Ближайший люк находится с другой стороны здания, так что нам придётся немного пробежаться под огнём. Возьми это. Он защитит. — на руке Волка лежал небольшой чёрный камень, который словно поглощал свет. И я чувствовал, что этот камень мой по праву. Даже не знаю, как это объяснить. Взял его и засунул в карман, к печенью. Оттуда точно не вылетит.

Убедившись, что камень надёжно убран, Волк снова взял меня за руку, его глаза заволокло белизной, и мы побежали. Вновь вернулись на открытое пространство, где ситуация изменилась. Два робота застыли на месте и сильно дымили. Ещё с десяток продолжали вести бой, но уже и сами были вынуждены защищаться. А возле одного я увидел Арсения, с каким-то непонятным предметов в руке, больше похожим на маленький лом.

Где-то вдали были слышны звуки сирен, мчащих сюда полицейских. Гулкие хлопки вертолётов и какой-то непонятный свист. Крутить головой на бегу было очень неудобно, но у меня получалось. Было очень интересно. Словно смотришь кино. Только всё это было взаправду, и я принимал непосредственное участие в этих событиях.

Наверное, мне должно быть страшно, но страха я точно не испытывал.

Взорвался лимузин, подлетев вверх на несколько метров, после чего упал на одну из машин сопровождения. Затем вспыхнул ещё один робот, словно он был сделан из дерева. Раздалось ещё несколько взрывов.

Свист продолжал нарастать. И когда мы уже остановились, я увидел, как с неба падают другие роботы. Падают и сразу же вступают в бой с напавшими на нас.

— А вот и кавалерия прибыла. Что-то они задержались. Но в любом случае лезь вниз. Я сразу за тобой. И не забывай про камень, что я тебе дал. — сказал Волк, отодвинув в сторону тяжёлый канализационный люк.

Он поднял его с такой лёгкостью, словно тот ничего не весил.

Я тоже обязательно стану таким сильным. Совсем скоро. Вот разберусь с этой работой, открою мойку, а там уже можно будет и начать воплощать в жизнь и другие планы. Стану очень сильным, и тогда сам император предложит стать его советником. Или вообще занять его место. Он дядька умный, точно поймёт, что так будет лучше. А пока нужно лезть в канализацию, хоть очень и не хочется этого.

Я бы лучше остался и посмотрел, как проходит бой. Что это за кавалерия такая и почему они опоздали?

В последний раз окинув улицу взглядом, начал спускаться по крутой лестнице в кромешную темноту, которую разгонял узкий поток света с поверхности. Но темноты я не боялся. Темнота — друг, который никогда не обидит.

Стоило мне полностью скрыться в люке, как сверху легла тяжёлая крышка. Как-то это не похоже на то, что мы будем вместе уходить по канализации.

Глава 12

— Отойди как можно дальше от люка и жди. Я сделал так, что никто из врагов не сможет тебя найти. И ни в коем случае не выбрасывай камень — это маяк для Апраксиных, они обязательно тебя найдут. — крикнул Волк.

Последние его слова потонули за грохотом, и в крошечную дырку люка пробилось пламя, едва не спалив мне волосы. Будь я на ступеньку выше и точно ходить потом лысым. А мне не надо. У меня блох нет.

Немного постоял на лестнице прислушиваясь. Грохот и взрывы продолжались. Жаль, что в договоре было написано, что я должен слушаться Волка. Особенно если моей жизни грозит опасность. Сейчас ей ничего не грозило, но Волк явно думал по-другому.

Я бы сейчас вылез, чтобы посмотреть на бой с роботами. Но нарушать договор нельзя. А ещё крышка, слишком тяжёлая для меня, точно не подниму. Я уже попробовал. Времени убеждать себя в обратном у меня не было. Вот и остаётся только сделать, как мне сказал разумник.

Пахло здесь не очень хорошо. Но хоть было сухо. Не то, что в подвале приюта. Там капало с труб и под ногами всегда хлюпало. А ещё летом было очень много комаров. Меня они не кусали. Наверное, уважали, как и все в приюте. А вот другим ребятам доставалось. Особенно младшим.

Мне даже пришлось самому решать эту проблему. Девчонки постоянно жаловались, что у них всё чешется после укусов. А девчонок нужно защищать и оберегать. Они же девчонки.

Поэтому я и договорился с завхозом Васильичем, который мог отремонтировать всё что угодно, только не хотел этого делать, что он покажет старшим ребятам, как устранить течи в трубах, а они всё и починят. Выделил часть денег из отложенного, на покупку всего необходимого. И уже через две недели в подвале было сухо. А ещё через неделю и комары перестали всех кусать. Только если очень редко и на улице.

Мне тогда даже воспитатели спасибо сказали. А вот директриса сделала вид, что это она всё починила. Даже каких-то дядек в костюмах водила в подвал. Я сам видел. Вроде она с них ещё денег, для компенсации расходов просила. Не знаю, дали они ей их или нет, но я тогда запомнил эти слова.

«Компенсация!»

Очень здорово звучит.

Могу точно сказать, что тот, кто отвечает за канализацию в столице — молодец. Всё у него здесь в порядке. Только плохо, что света нет. Надо бы лампочку повесить. А то вот, пришлось мне сюда спуститься, и теперь неизвестно, сколько сидеть в темноте.

Над головой продолжало бухать, и даже сыпалась пыль. Пришлось пиджаком прикрываться. Его отряхнуть легко, а вот с волосами так не получится.

Отойдя на пару шагов от лестницы, погрузился в абсолютную темноту. За спиной остался лучик света. И несколько таких же я видел где-то впереди. Но идти в ту сторону точно не стоит. Волк сказал отойти от люка как можно дальше, а в той стороне как раз и шёл бой. Значит, пойду в другую. Там тоже виднелись полоски света от дырок в люках. Главное — не споткнуться и не упасть. А то ещё нос расквашу.

Пройдя три люка, я остановился. Этого точно должно хватить. Здесь уже и хлопки почти не слышны, и с потолка перестало сыпаться. Больше всего я не любил скуку, а стоять в тёмном тоннеле невероятно скучно. Поэтому залез в карман с печеньем и нашёл там камень, что дал Волк.

На ощупь он был очень гладким, а ещё тёплым. Его было приятно держать в руке. И он очень походил на ключ от базы. Я ощущал его так же. Это было что-то моё.

Интересно, как он может меня защитить? И как меня найдут с помощью этого камня? И почему это смогут сделать только Апраксины? Смогу я сам воспользоваться камнем?

Не попробую, не узнаю. Потянулся к своей силе, и камень стал ещё теплее. Только больше ничего я так и не смог добиться. Но зато могу быть уверен, что точно не замёрзну. А понять, как с помощью этого камня меня смогут найти, я ещё успею. Вот найдут, тогда и спрошу. Думаю, что за печенье мне точно согласятся ответить. А если нет, то есть запасной вариант в другом кармане. Взрослые любят бутылки со спиртным.

Глаза уже давно привыкли к темноте, и я даже стал различать очертания места, в котором нахожусь. Вернее, возвышения. Недалеко от места, где остановился, я видел провал. Он был гораздо темнее окружающего меня пространства, и ещё оттуда доносился едва различимый гул текущей воды. Делать всё равно нечего, поэтому направился посмотреть, что там есть.

Чем ближе я подходил, тем сильнее был слышен гул воды. Мне повезло оказаться на этом возвышении. Иначе сейчас ходил бы в мокрой обуви. Жалко, что не было фонарика. Посмотрел бы, что там внизу творится. Вон и лестница, чтобы спуститься есть.

Правда, спускаться я бы всё равно до конца не стал. Слишком сильно оттуда воняло. У меня здесь гораздо лучше. А ещё здесь стихли все хлопки. Может, бой уже прекратился и за мной скоро придут? А может, просто я ушёл достаточно далеко? Кто знает, какой толщины слой камня, земли и асфальта надо мной?

Приглядевшись, нашёл под ногами камень и бросил его вниз. Практически сразу услышал всплеск. Вода была совсем рядом. А затем я даже не понял, что произошло, когда слева промелькнула яркая полоса. Начал всматриваться туда и снова её заметил. Через несколько секунд смог уловить едва различимое кряхтение. Там точно был человек. И похоже, что ему нужна была помощь.

А раз кто-то попал в беду, то нужно попробовать ему помочь. Поможешь ты и потом обязательно помогут тебе.

Нужно относиться к людям так, как ты хочешь, чтобы относились к тебе.

Понятия не имею, где это я услышал или прочитал, но слова очень правильные. Всегда стараюсь их придерживаться. Поэтому все мои знакомые знают, что вести дела со мной очень выгодно. А вот враждовать, очень и очень накладно.

Снова появился свет, и я поспешил в ту сторону. Чем ближе подходил, тем сильнее были слышны стоны. Кому-то точно было очень плохо.

Странно, Волк говорил, что здесь никого нет. Должно быть, ошибся.

— Подождите немного, я уже иду. Сейчас помогу вам. — крикнул я.

Голос причудливо отразился от каменных стен, разлетевшись по всем отноркам. Я даже не уверен, что меня услышал тот, кто попал в беду. Ответа точно не было.

Но свет промелькнул совсем рядом, и я поспешил к тому проходу. Стон уже был отлично слышен. Это точно был мужчина. И когда я повернул из центрального тоннеля, то убедился в этом. Фонарь был закреплён на голове парня, в каком-то странном комбинезоне. Он стонал и мотал головой по сторонам, поэтому толком разглядеть ничего не получалось.

В паре метров с потолка падал свет из отверстия в люке. А ещё оттуда доносились голоса, которые я едва различал.

— Я уверен, что здесь никого не осталось. После удара Абсолюта даже в МД не выжить. Пилот превращается в отлично приготовленные консервы. Довелось мне насмотреться на такие во время войны между Природниками и Водниками.

— Раз никого не осталось, то валим дальше проверять. Я тоже никого не ощущаю.

После этого послышались гулкие шаги, словно кто-то начал долбить по поверхности металлическими трубами. Звуки быстро исчезли, а вот стоны остались. Странно, что люди с поверхности их не слышали.

— Похоже, что они искали тебя. — произнёс я, глядя на стонущего человека, который не обращал на меня никакокго внимания. А затем наклонился, чтобы снять с него фонарь. Вот так гораздо лучше. Хоть могу теперь рассмотреть свою находку и понять, отчего он стонет.

Это был молодой парень. Буквально лет шестнадцать. О чём свидетельствовал пушок под носом. Я видел такой же у старших ребят в приюте. Отчего-то они очень гордятся им. А как по мне, то выглядят глупо.

Одет парень был в тёмный комбинезон, с металлическими вставками и какими-то креплениями по всему телу. А из-под высокого воротника торчали две трубки. Открытым оставалась только голова. Но волосы были примяты таким образом, словно он очень долго носил на голове плотный шлем.

А ещё я увидел, что на груди с левой стороны у парня дыра. И из этой дыры течёт тёмная кровь. Вот поэтому он и стонет. Ему, должно быть, очень больно. Как помочь в такой ситуации, я понятия не имею. Была бы у меня аптечка под рукой, тогда другое дело. Я точно знаю, что рану сперва нужно продезинфицировать и сделать это с помощью перекиси водорода, или крепкого алкоголя.

Это нам рассказывал завхоз, когда Димка Стрелков наступил на грабли и проколол ногу. Идти к медсестре было нельзя. Тогда бы пришлось рассказывать, как это произошло, и существовал вероятность, что в этом случае нам пришлось бы на некоторое время залечь на дно. Оставаться в приюте. Этого делать было нельзя. Мойка машин — прибыльный бизнес и наше место обязательно кто-нибудь занял бы. Да и сам завхоз понимал, что в первую очередь достанется ему. Ведь это он снабжал нас инвентарём и помогал выбраться за территорию детского дома.

Он тогда сильно ругался, но всё же притащил раненного в свою каморку и рассказал нам о том, что раны нужно обрабатывать. Иначе туда может попасть грязь, от неё рана начнёт нарывать, загноится, и вообще можно умереть. Перекиси водорода у него не было, зато был спирт. Говорил, что чистый, медицинский.

Оно и понятно: грязным, точно рану не промыть. Только испачкаешь её сильнее.

Так вот, тогда он обработал рану Димки спиртом, и уже через пару дней он практически перестал хромать. Никто так и не узнал об этом. Только обувь ему пришлось новую доставать. Эта сильно мокла в дождливую погоду.

В кармане у меня была припрятанная бутылка с алкоголем. Вот его я и использую, чтобы промыть рану этого парня. Хоть чем-то ему помогу. Всё равно делать здесь больше нечего.

Конечно, я хотел использовать эту бутылку для обмена. Может, чего-нибудь хорошее попалось, но совершить доброе дело — оно важнее.

Да и не боялся я абсолютно этого бедолаги. Уверен, что смогу позаботиться о себе в любой ситуации. А для подстраховки у меня был тот камень. Волк говорил, что он сможет меня защитить.

Достал бутылку. Долго думал, как её открывать. Просто сверху была какая-то плёнка, которая непонятно, как снималась. Красивая, портить такую не хотелось. Но пришлось. Решил просто порвать её зубами. Получилось. Только под плёнкой ещё оказалась и тугая пробка. Вытащил её с большим трудом.

Понюхал содержимое и скривился от противного запаха. Но он был явно лучше тех, что витали в канализации. Это точно был алкоголь. Теперь дело осталось за малым. Присел рядом со стонущим парнем и вылил половину бутылки на его рану.

— А-а-а! — заорал он, распахнув глаза, и попытался встать, только не смог. Рухнул обратно, застонал с новой силой и выдал. — Мать вашу! Садисты!

— Да успокойся ты. Сейчас всё пройдёт. — сказал я, вытирая испачканную в крови руку о его комбинезон. Ткань оказалась очень странной, словно это и не ткань была, а какой-то пластик. Но кровь всё равно с руки стёрлась хорошо.

А ещё я немного воздействовал на него своей силой, чтобы послушался.

— Ты, как говорить можешь? Рану я тебе уже обработал, больше ничем помочь не могу. Здесь трудно найти аптечку. А вообще, тебе бы к врачу. Подожди немного. Скоро за мной придут, и тогда мы тебя отвезём.

— На левом бедре находится аптечка. Возьми оттуда шприц и вколи его мне в ногу. Это поможет. — сказав это, парень снова застонал и закусил губу до крови. Наверное, очень сильно болит.

Я лишь пожал плечами и принялся за поиски аптечки, которая нашлась сразу. Это была небольшая коробочка, закреплённая на бедре ремнями. Очень странная аптечка. Всего содержимого один лишь шприц. И тот странный. Совсем не похож на те, которыми нам прививки и уколы делали. Сделан из тёмного, непрозрачного метала. Примерно по центру шприца светился небольшой экранчик. Сейчас показывал цифру 96. С одной стороны была зелёная кнопка, едва вылезающая из шприца. Ещё иголка была какой-то совсем маленькой. Такой точно будет не больно.

Только уколы делать я совершенно не умел. Поэтому немного завис, пытаясь сообразить, как нужно правильно.

— Нажми на зелёную кнопку, а затем просто воткни иглу мне в ногу, прямо через комбинезон. Дальше инъектор всё сделает сам. — понял моё замешательство парень.

Чтобы сказать это, потребовалось очень много сил, которых у него практически не было. Израсходовал последние и отключился.

Сверху снова что-то бахнуло. А я уже думал, что там всё успокоилось. Похоже, что придётся мне здесь сидеть гораздо дольше, чем думал. Но хоть со скуки не помру.

С этими мыслями я сделал всё, как сказал парень и воткнул иглу ему в ногу. Послышалось шипение. Цифры на шприце стремительно стали меняться. Дошли до 63 и остановились. Снова послышалось шипение, после чего шприц замигал красным. Вытащил его, закрыл крышкой и положил обратно в аптечку.

Мне чужого добра не нужно. Хотя вещица очень занятная. Наверное, совсем не больно колет. Парень даже не дёрнулся, когда я его уколол, а оттого, что рану обработал, вон как орал. Если бы те люди, чей разговор я слышал, всё ещё находились рядом, точно нашли бы нас.

— Спасибо, — секунд через десять, послышался голос парня. Не ожидал, что он так быстро придёт в себя. Видимо, лекарство в шприце очень хорошее.

— Да не за что. Услышал, что ты тут стонешь, вот и пришёл помочь. А ты вообще чего здесь делаешь? Да ещё и с дырой в груди?

— Спасаюсь. — ответил парень, пытаясь сесть, но был ещё слишком слаб.

Тогда я помог ему, стараясь не светить в лицо фонарём. Теперь он стал моим. Будет платой за промывку раны. Помогал я совершенно бескорыстно, а вот потраченный алкоголь мог бы пойти на что-нибудь другое. Но и фонарь, отличное приобретение. Особенно для канализации.

— Я, можно сказать, тоже спасаюсь. Правда, сам не знаю, от кого и зачем. Сказали залезть в канализацию и сидеть здесь, пока за мной не придут. На нас там напали. На настоящих роботах представляешь?

Парень как-то очень странно на меня посмотрел и начал шарить здоровой рукой по поясу, но там ничего не было. Потом возникло такое же чувство, как в те моменты, когда Волк пытается применить ко мне свой дар. Но оно быстро исчезло. Здоровая рука парня буквально загорелась, но всего на мгновение. Он снова застонал и выругался, а потом заговорил.

— На меня тоже напали. Уничтожили мою машину. С трудом смог доползти до люка и спрятаться здесь. Если бы ты мне не помог, то, возможно, уже умер. Так что я обязан тебе жизнью.

— Наверное, это те же, кто напал на меня. А насчёт долга можем легко решить. — сразу же сообразив, что это отличный шанс, сказал я. — Отдай мне свою аптечку и можешь считать, что ничем ты мне больше не обязан. Ну и фонарь, конечно. — на всякий случай решил уточнить я.

Парень очень сильно удивился. Ну да, вот такой я добрый. За спасение его жизни хочу аптечку с полупустым шприцем и фонарь. Всё равно больше ничего у парня не было. Комбинезон интересный, вот только испорченный. Да и мне точно не по размеру. К тому же не оставлю же я его голышом.

— Идёт. Забирай аптечку. Меня зовут Денисом, и я собираюсь стать лучшим пилотом мобильного доспеха в мире, чтобы помогать императору бороться с его врагами.

Очень достойная цель. Не будь у меня своей, возможно, я бы мог позаимствовать её у Дениса.

— А я, Александр, и собираюсь стать человеком, которого все будут слушаться.

— Это ты зря. Таких людей просто нет.

— А император? Разве его не все слушаются?

— Совсем нет. — удивил меня Денис. — Есть много людей, даже внутри империи, которые слушаются указов императора далеко не во всём. Кланы тому прямое подтверждение. Они всё делают только для своей выгоды, и если для этого нужно будет нарушить приказ императора, то сделают это, даже не задумавшись.

— Получается, что кланы нарушают закон и никто их за это не наказывает?

— Получается, что так. — пожал плечами Денис и поморщился от боли. — Если и наказывают, то чисто номинально. Найдут незначительного человека, которого обвинят в нарушении и разберутся с ним, а клан и дальше будет проворачивать свои махинации. Порой ценой жизней самых незащищённых слоёв империи.

— Это они зря. Слабых нужно защищать, а не обижать. Да и законы империи выполнять. Не зря же их придумывали!

— Здесь ты прав. — как-то странно усмехнулся Денис, окинув меня взглядом. — Но подобные решения принимаем не мы с тобой, а люди, возглавляющие кланы. Возглавляющие старшие семьи, которые и строят политику империи.

— Это легко исправить. Просто нужно сделать, чтобы такие решения принимали мы.

Чего может быть проще? Это ведь не пытаться поймать дворовую собаку, чтобы запрячь её в самодельные сани и покататься по снегу. С собакой не получится договориться, даже у меня. А вот с людьми без проблем. Только нужно знать, с кем именно договариваться и иметь при себе нужную этому человеку вещь. Тогда он согласится на всё, даже без применения моей силы.

— Вот поэтому я и собираюсь стать лучшим пилотом в мире. В этом случае никто не посмеет говорить мне, что делать. Я смогу следить за тем, чтобы законы империи выполнялись беспрекословно. Будь то старшая семья или целый клан.

— Так, давай сделаем это вместе? Даю слово, что помогу тебе в этом нелёгком деле. Под моим чутким руководством всё у нас получится. Вот, возьми, — я достал чёрный камень, который уже давно стал моим и протянул его Денису. — Держи его всегда при себе, и я смогу тебя найти. Наверное… Ближайший год я буду занят. А потом можем встретиться и решим, как будем действовать.

— Если бы всё было так просто. — тяжело вздохнул Денис и с опаской протянул руку к камню.

Было видно, что ему очень трудно решиться взять его. Наверное, думает, что это ценная вещь, а дать мне взамен ему нечего. Тогда я сам вложил камень в его руку и немного воспользовался силой.

— Храни его. — а затем продолжил, уже без использования дара. — У тебя есть целый год, чтобы стать лучшим пилотом мобильного доспеха.

Глава 13

Кавалерия прибыла очень быстро, но и она не смогла моментально сломить сопротивление нападающих. Это были очень умелые пилоты. Видно, что они прошли не через один бой и готовы биться до конца. Собственно говоря, как и получилось.

Живым так никого и не удалось захватить. Хотя и сам Волк, и командующий Рюриковым Полком, отдавали подобное распоряжение. Бойцы в МД взрывали себя вместе с машинами, когда заканчивались боеприпасы, или повреждения становились критическими. А пехота и вовсе бросалась в самоубийственные атаки, лишь бы добраться до одной из машин кортежа княжича Апраксина.

Даже несмотря на то, что лимузин они смогли подорвать в первые минуты боя. Эти люди, во что бы то ни стало, хотели уничтожить наследника старшей семьи. Перед атакой с ними поработал сильный разумник. Волк так и не смог пробиться через его блоки. В империи таких было всего двое, и ни один точно не мог выступить против старшей семьи и против императора.

Любое нападение на члена старшей семьи в столице бросало тень на главу государства. Бои на улицах города с использованием МД могли вестись только по предварительному согласованию, которого никто бы не дал. Использовать доспехи в городской черте могли только бойцы Рюрикова Полка.

А появление на улицах трёх десятков неопознанных МД, совершенно точно не имперского производства, вызовет очень много вопросов. Вскоре полетят головы. И будут эти головы принадлежать влиятельным людям. Но Волка сейчас это мало интересовало. Бой закончен, теперь необходимо отыскать Виктора.

Ждать прибытия кого-нибудь из Апраксиных слишком долго. Да и рано ещё показывать мальчишку. Поэтому разумник собрал всех выживших бойцов и вместе с ними спустился в канализацию. Кто знает, как далеко смог уйти парень? Отследить его по маяку было невозможно. Нападавшие уничтожили всю необходимую аппаратуру.

— Ноль восьмой Волку, цель найдена. В полном порядке. Приём. — минут через десять после начала поисков, послышались столь желанные слова.

— Волк, ноль восьмому. Двигайтесь в обратном направлении, иду к вам. Приём.

— Принял…

— А можно мне… — вмешался в разговор Виктор, и возразить ему боец ничего не мог. — Император Волку. Император Волку. Со мной всё в порядке. Даже смог найти себе фонарь и аптечку. Приём.

Парень явно развлекался. Но голос его был совершенно серьёзен. Ребёнок, чего с него взять. Пусть и выросший в обычном детском доме. Это вам не дети аристократов, которых с младенчества учат быть серьёзными и всегда оценивать любую ситуацию с позиции выгоды для семьи. А во время возможного нападения делать всё, чтобы сохранить свою жизнь.

— Волк… Императору, — после небольшой паузы всё же сказал разумник. — Рад, что с тобой всё в порядке. Скоро встретимся. Отбой.

* * *

Жаль, конечно, что Денису пришлось уходить вглубь канализации. Он очень сильно не хотел встречаться с теми, кто придёт за мной. Хорошо, что лекарство в шприце оказалось действенным. Кровь быстро перестала течь, и мне даже показалось, что рана стала затягиваться. Вот так быстро. Не зря я решил попросить именно аптечку.

Как я и говорил, мы обязательно встретимся с ним снова. Уверен, что смогу найти его благодаря камню. И никто, кроме меня, этого не сделает. Я уже договорился с камнем, что он будет работать только на меня. Сделать это было довольно легко. Даже проще, чем договориться с человеком. Камню ничего не нужно было давать взамен.

Эта встреча дала мне понять, что иду по правильному пути. Оказывается, в империи много тех, кто нарушает законы и не слушает императора. Даже среди людей, которые должены быть ему надёжной поддержкой и опорой в любой ситуации.

Конечно, я сразу понял, что Денис был одним из тех, кто управлял роботами, что напали на нас. Как и он понял, что я не просто так прогуливаюсь в канализации, а прячусь оттого, что происходит на поверхности. Но мы смогли найти общий язык и даже договориться.

Я помог Денису, а он помог мне. Отличное, выгодное для нас обоих сотрудничество, которым оно и должно быть.

Денис поспешил укрыться дальше в тоннелях, но перед этим дал мне небольшой металлический прямоугольник с какими-то линиями и углублениями. Парень назвал прямоугольник картой доступа и сказал, что она поможет разобраться с его МД. Как именно она поможет, он не сказал, но отказываться я не стал. Немного ещё постоял, пока Денис не скрылся в одном из отнорков, а дальше отправился к месту, где была слышна вода. Найти его с фонарём оказалось довольно легко. И совсем скоро ко мне вышел подчинённый Волка. А потом и он сам нашёл нас. Внимательно осмотрел меня, убедился, что всё в порядке, и отдал приказ подниматься.

— Встреча с князем отменяется, он срочно был вынужден покинуть столицу. Поэтому возвращаемся на базу, как только за нами приедут. — сказал мне Волк, когда оказались наверху.

Я уже и отвык, что может не вонять и быть так светло. Свежий воздух даже показался каким-то странным, и слегка начала кружиться голова.

— В любом случае я сейчас не готов к этой встрече. Столько времени просидел в канализации, что теперь пару дней придётся отмываться. Нельзя появляться в таком виде перед князем. Што…то есть, Наталья Андреевна мне этого не простит.

— Тут ты прав. Помыться и сменить одежду тебе не помешает. Второй отряд СБ Апраксиных уже на подходе. Они нас и заберут.

Слова Волка заглушило шипение. Я повернулся и увидел, как к нам медленно приближается один из роботов. Он летел, расправив небольшие металлические крылья. Шипение издавали струи пламени, что вырывались у робота из ступней, локтей и ещё нескольких мест, по всему телу. Человекоподобное тело, закованные в стальную броню, выглядело очень внушительно. На плечах у робота было несколько приспособлений с ячейками, очень похожих на пчелиные соты. Из головы торчали антенны, а глаза горели голубым. В каждой руке робот держал по огромной винтовке. Я такую даже поднять не смогу.

— А вот и наш спаситель. Решил познакомиться с тобой лично. Помни, кто ты есть. — быстро произнёс Волк и встал у меня за спиной.

Робот остановился за несколько метров от нас и аккуратно приземлился. Даже толком не было слышно, как он это сделал. Затем снова послышалось шипение, по телу робота побежали световые полосы, и он открылся, выпуская из себя мужчину в практически таком же комбинезоне, что был на Денисе. Только этот был красного цвета, с вышитым на груди гербом империи и дыры в плече не было.

Мужчина снял шлем, взъерошил непослушные, каштановые волосы и подмигнул мне. На гладко выбритом лице появилась широкая улыбка, и пилот шагнул к нам. Он оказался нереально высоким. Больше Волка на две головы, а про меня и говорить нечего. Но, оказавшись рядом, здоровяк словно съёжился. Казалось, словно мы одного роста. Понятия не имею, как ему это удалось.

— Граф Белозёров Алексей Васильевич, к вашим услугам, княжич. — представился мужчина, при этом ударив пятками друг об друга и впечатав подбородок в грудь. Больно, наверное.

— Княжич Апраксин Виктор Александрович. — представился я в ответ. Но не стал ничего делать. Мне это не положено по статусу. Слегка поклониться мне полагалось только перед старшими членами семьи, князьями и императором. Это первое, чему меня научила Штора.

— Мои ребята примчались сразу же, как поступил сигнал от ваших бойцов. Неслыханно, что кто-то посмел напасть на члена старшей семьи прямо на улицах столицы!

Голос графа был под стать его габаритам. Даже уши слегка заложило.

— Да, ситуация хреновая. — ответил я.

Волк отчего-то начал кашлять, должно быть, муху проглотил. Да и граф слегка округлил глаза.

— К сожалению, мы прибыли слишком поздно. Несколько ваших защитников пали в бою.

А вот это было уже очень плохо. Люди защищали меня и погибли. Будь на моём месте подлинный княжич Апраксин, он бы принял это как должное. Я же закусил губу, сжал кулаки и хотел сморозить глупость, но Волк положил мне руку на плечо и слегка сдавил его. Как ни странно это помогло. Не только справиться с ударом, но и найти нужные слова.

— Это их работа, граф. Будьте уверены, что Апраксины по достоинству оценят верность бойцов, погибших сегодня.

— Иначе и быть не может. — кивнул граф. — Позвольте сопроводить вас, княжич, до земель Апраксиных. Во избежание новых эксцессов, так сказать.

Я повернулся к Волку. Понятия не имею, нужно позволять это графу или нет. Подобному меня точно не учили. Да и что это за эксцессы такие, так же не знаю. И почему их нужно избегать?

— Алексей Васильевич по праву признан лучшим пилотом мобильного доспеха в Российской империи, одного его присутствия будет вполне достаточно, чтобы никому и в голову не пришло повторить нападение. — сказал Волк.

А вот теперь я посмотрел на графа другими глазами. Раз он сейчас лучший пилот в империи, значит, Денису необходимо будет победить его.

Что же, я уверен, что парень справится. Ведь он согласился последовать за мной. Иначе просто и быть не может. Если я не буду верить в своих сторонников, то какой же я император? Да и перед расставанием я помог Денису ещё раз. Убедил, что всё у него получится.

— Почту за честь, граф. Только у меня будет небольшое условие. — Белозёров слегка наклонился, показывая, что он весь внимание. — Вы поедете вместе со мной. Очень интересно поговорить с самым лучшим пилотом в империи. К тому же я вообще ничего не знаю о мобильных доспехах. Расскажите о них? Взамен могу предложить вам это.

Достал из кармана карту доступа и протянул её графу. Тот недоумевающе посмотрел мне за спину и, получив разрешение от Волка, забрал мой подарок.

— Как я понял, это карта доступа к одному из напавших на нас МД. Надеюсь, она окажется для вас полезной.

Белозёров быстро закивал и звучно заорал, позвав одного из своих подчинённых. Через мгновение рядом с ним стоял такой же гигант и выслушивал быстрые наставления начальства. Карта доступа перекочевала из рук в руки, и мы снова остались втроём.

— Благодарю за столь ценную вещь. Она поможет нам найти людей, что отвечают за это нападение гораздо быстрее. — Граф поклонился мне, а затем снова заговорил. — Почту за честь, в дороге стать вашим наставником по мобильным доспехам. Величайшему достижению человечества, позволившему таким бездарям в плане дара, как я, сравняться с рядовыми членами старших семей.

— А почему, только с рядовыми?

— Потому что лучшие представители старших семей — это оружие массового поражения, с которым не сможет сравниться ничто на этой планете. Уверен, что вы, княжич, станете одним из лучших представителей не только своей семьи, но и Российской империи. Достойным защитником родины.

— Обязательно стану, граф. Только давайте без восхвалений меня и моей семьи. Просто расскажите мне о мобильных доспехах. Сегодня у меня выдался не самый удачный день. Но в ваших силах сделать его немного лучше. — растянулся я в улыбке, но она быстро пропала. — И прошу меня простить, после пребывания в канализации пахну не лучшим образом.

Вроде всё сделал правильно. Был максимально вежлив и вёл себя, как настоящий аристократ. Даже извинений попросил. Волк не морщился от моих слов, значит, точно всё в норме. Пусть с князем я так и не встретился, но будем считать, что первый зачёт был сдан.

Граф не мог мне отказать, а вот позаботиться о своём роботе был обязан. Он поспешил отдать распоряжения своим людям, чтобы они его забрали и вернули на базу. Волк в это время стал заниматься своими подчинёнными, а мне оставалось только стоять на месте и рассматривать последствия боя.

Практически все машины, на которых мы приехали, были уничтожены. Осталась всего одна, но она была заблокирована сразу тремя развороченными роботами. Подходить мне к ним категорически запретили. И я дал слово, что не буду этого делать. Поэтому оставалось только стоять и скучать, глазея по сторонам.

Бой проходил на очень большой площади, и сюда не пускали полицию и другие городские службы. Машины стояли с обеих сторон дороги, а перед ними выстроились такие же роботы, как и у Белозёрова. Они были повёрнуты лицом внутрь отгороженного пространства и открыты. А их пилоты деловито сновали между останками роботов противника, развороченных машин и каких-то обломков.

Причём меня никто из них не замечал, словно я был невидимкой. Хотя, оказавшись рядом, они всегда обходили меня, словно не видели, но точно знали, что пройти здесь не получится. В эти моменты ловил на себе взгляд Волка. Значит, это его рук дело. Поэтому он и оставил меня одного. Не поверил, что сдержу слово, и решил перестраховаться. Это он зря. Слово я держу всегда.

Минут через пять стало совсем скучно, и я решил найти Арсения. Уверен, что лейтенант смог выжить. Всё же я видел, как он бесстрашно подходил к одному из роботов с ломиком в руках. Он точно должен был его победить. Иначе просто быть не может. Я в него верю.

И моя вера полностью оправдалась. Услышал, как где-то недалеко начали ругаться. Причём отлично слышал голос Арсения. Прям, как в тот раз с дорожной полицией. Как Арсений умеет улаживать конфликты, я прекрасно знал. Поэтому поспешил в сторону, откуда были слышны голоса.

За возвышением, собранным из двух машин, упавших друг на друга, стоял, на вид, совершенно не повреждённый робот. А рядом с ним стоял Арсений и трое подчинённых Белозёрова, они были в таких же комбинезонах. И такие же лысые.

— Отойди, парень. — грозно произнёс один из лысых. — Полковник отдал приказ забрать все МД на базу.

— Никуда я не уйду! Я захватил этот МД, значит, он является трофеем, добытым в бою, и принадлежит моему хозяину!

— И кто же твой хозяин? Никаких опознавательных знаков нет. Где герб? Или хоть что-то? Нету? Так и не мешайся нам.

Лысый кивнул своим напарникам, и они бросились на Арсения с кулаками. Не, ну это ни в какие ворота не лезет.

— Что здесь происходит? — крикнул я, обращаясь к главному среди лысых. При этом ударил по нему страхом. Постарался не задеть Арсения, и вроде получилось. Он остался стоять на месте, а вот лысые попятились.

— По какому праву вы решили применить силу к моему слуге?

— Виктор Алексеевич, они хотят забрать этот МД. Я добыл его в бою. И по всем правилам он теперь принадлежит вам. — заговорил Арсений, как-то очень недобро, смотря на главного лысого. — А вот и мой хозяин. Княжич Виктор Александрович Апраксин.

За моей спиной нарисовался Волк и снова занял место за левым плечом. Должно быть, так положено. Не знаю, но ощущения довольно странные. Постоянно хочется повернуться и проверить, что он там делает. Может, стоит и рожи мне корчит, или вообще рога приставляет? А я в этот момент пытаюсь выглядеть самым воспитанным и интеллигентным подростком среди этого разгрома.

Разумник применил свою силу, также начав давить на этих людей. Хотя они и так уже были сильно напуганы и готовы делать все, что я скажу. Но не убегали, молодцы. В отряде Белозёрова отличная дисциплина и трусов нет.

— Это правда, что трофеи, взятые в бою, принадлежат тому, кто их получил?

— Правда. — ответил Волк

— В таком случае, почему эти люди пытаются забрать мою собственность? Решили ограбить меня?

— Никак нет! — выпалил главный лысый. — Произошло недоразумение. Мы не знали, что этот человек действительно работает на вас. Тем более, слуга. Приносим свои глубочайшие извинения. Просим о снисхождении. И готовы понести наказание.

— Не мне решать, как вас наказать. Этим займётся ваш командир. Можете идти.

— Благодарим вас, княжич. — все трое глубоко поклонились и исчезли.

— Молодец. Не только захватил для меня этот МД, но и смог отстоять его. Ни капли не жалею, что отдал тебе родовой перстень.

Арсений выглядел невероятно гордым. Встал по стойке смирно и выпятил грудь.

— И чего мне теперь делать с этой махиной? — спросил я у Волка.

— Оставим здесь, Воронов заберёт. Не повреждённый МД лишним не будет. Очень редкая добыча. Я бы сказал — уникальная.

— Только не забывайте, что он мой.

Свои вещи я никому так просто не отдаю. Да и стоить такая груда металла, должна немало. Может, хватит ещё на одну автомойку? Открою сразу сеть. В разных концах города.

— Арсений, ты отвечаешь за сохранность этого доспеха. И вообще, будешь теперь моим водителем. Раньше ездил на «Медведе», а теперь учись упарвлять МД. — отдал я распоряжение лейтенанту, и он сразу же встал рядом с доспехом, а в руках словно из воздуха появился тот маленький ломик.

Волк отвёл меня в сторону и тихо заговорил.

— Зря ты позвал Белозёрова с нами. Он не только лучший пилот МД в империи, но и отлично разбирается в людях. А ещё он всю жизнь крутится среди высшей аристократии. В том числе и представителей старших семей. Вполне возможно, сможет понять, что ты не настоящий аристократ, а только начал на него учиться.

Я лишь пожал плечами. Не вижу в этом ничего страшного.

— На здоровье. Пускай понимает. Это в любом случае ничего не изменит. Сам говорил, что Виктора практически никто не видел. И тем более не общался с ним. Так что откуда знать, даже лучшему пилоту, какой я есть? Да и не собираюсь я с ним вести светскую беседу. Пригласил для конкретной цели. Мне действительно интересно узнать о мобильных доспехах. Я сегодня увидел их впервые. В приюте вообще никто об этом не знает. Да и трофей заполучил. Нужно понять, как могу его использовать.

Волк тяжело вздохнул, явно недовольный моим решением. Но повлиять на него он никак не мог. Я уже пригласил графа и отказываться будет грубо. Тем более, Белозёров уже разобрался со своим доспехом и сейчас шёл в нашу сторону. Ещё немного времени было, чтобы я успел подбодрить Волка.

— Всё будет хорошо. Обещаю, что ничего граф не поймёт. Хоть я и не знаю, как должен свести себя наследник старшей семьи. Об этом мне ещё никто не рассказывал, но обещаю, что тебе не будет за меня стыдно. Даю слово.

Больше ничего я не успел сказать, граф подошёл слишком близко.

— Все формальности утрясены, и я в вашем полном распоряжении, княжич. Уже слышал о произошедшем и приношу извинения от всего Рюрикова полка. Виновные в самоуправстве будут наказаны. — произнёс граф, слегка склонив голову.

Я лишь отмахнулся от его слов. Уверен, что граф сдержит слово и накажет лысых.

— Извинения приняты, граф. Машина за мной приедет…

— Через четыре минуты, — правильно поняв паузу, сказал Волк.

— Через четыре минуты, а пока вы можете начинать рассказывать о мобильных доспехах.

— Что именно вы хотите знать?

— А начинайте с самого простого. Я в этом вопросе абсолютная пустышка. Как-то недосуг было заниматься изучением ходячих роботов.

— МД, это совсем не роботы, хоть и могут показаться таковыми на первый взгляд. — приняв мои правила, начал свой рассказ Белозёров. — Не зря же эти механизмы называют мобильными доспехами. А доспех, это то, что можно надеть на себя. Средство защиты и нападения в одном флаконе.

— Как палка? — надеясь, что правильно понял слова графа, спросил я.

— Какая палка? — ничего не понимая, спросил он.

— Думаю, что не короткая. Такой точно не получится защитить себя, да и нападать будет проблематично. То же средство защиты и нападения в одном флаконе. Будет у меня палка в руке, и злой человек сто раз подумает, прежде чем напасть. Ну а если мне что-то не понравится, то всегда могу огреть его этой палкой.

Волк за спиной крякнул. И даже непонятно, смеётся он там или закатывает глаза и хочет ударить себя ладонью по лицу, как он это любит делать. Граф последовал его примеру. Только принял крайне задумчивый вид.

— Никогда не думал в таком вот ключе, но получается, что вы правы, княжич. Самый современный боевой механизм, разработанный для одарённых, можно сравнить с обычной палкой. Расскажу сегодня об этом своим бойцам, пускай немного поломают голову. Это им полезно.

Я лишь удовлетворённо кивнул, давая графу возможность продолжать рассказ. Похоже, что будет совсем несложно всё понять. И раз мобильный доспех во многом схож с обычной палкой, то и управлять им, должно быть, также легко. С машиной же я справился.

— Вы остановились на том, что мобильный доспех можно надеть на себя. — помог я графу.

— Первые доспехи для одарённых такими не были. Они представляли собой стационарную механическую коробку, в которую помещали одарённого, и благодаря изобретениям учёных, он мог использовать свой дар в качестве оружия. Это я говорю про слабых, одарённых. Первого, второго, третьего, а в редких случаях четвёртого и пятого рангов. — заметив, что я собираюсь задать вопрос, сработал на опережение Граф.

Только в рангах этих я также ничего не понимаю. Пока разговоров про одарённых не было. Даже в интернете не найти эту информацию. Как-то раз я пробовал, когда залез в кабинет к директрисе.

— Использовать во время боя такие громоздкие конструкции было жутко неудобно. Поэтому они служили в качестве стационарных защитных систем. Даже сейчас всё ещё можно встретить такие доспехи на службе у некоторых семей. Но за последние тридцать лет технологии сделали невероятный рывок вперёд, и доспехи стали действительно мобильными. Теперь в них можно передвигаться и в случае необходимости делать это очень быстро.

— Даже быстрее, чем на машине? — спросил я, заметив подъехавший за нами транспорт.

— Гораздо быстрее, чем на машине. Только для этого придётся тратить магическую энергию, с которой у слабых одарённых и без того, большие проблемы.

— Прошу прощения, но сопровождение уже прибыло. Продолжим в машине. — вмешался Волк.

Уже через минуту он сидел на переднем сидении, а я с графом расположился сзади. Сюда мы ехали около часа, значит, и возвращаться столько же. Граф успеет многое мне рассказать.

Но стоило машине тронуться, как у Белозёрова зазвонил телефон. Он попросил прощения и достал его, ответил на звонок и начал выражаться совсем не как граф.

Придётся ему извиняться за каждое слово. Ведь аристократ не должен давать волю эмоциям, что бы ни произошло. Одно из главных правил, что заставляла меня выучить Штора.

Глава 14

В светлом помещении, отделанном натуральным деревом, царила тягостная атмосфера. Не из-за того, что одна из стен была увешана оружием, а на противоположной висели охотничьи трофеи со всего мира. И выглядели эти трофеи довольно ужасающе. Таксидермист получил задачу показать разъярённых зверей в момент схватки, и вышло у него это выше всяких похвал.

И не из-за того, что все прекрасно знали, что это оружие было настоящим и каждый экземпляр отнял не одну человеческую жизнь. Только такое оружие удостаивалось чести висеть здесь.

Такая атмосфера царила в этом помещении потому, что оно считалось проклятым.

Очень давно здесь был убит глава семьи. Убит своими детьми. За что род получил наказание от дара и лишился весомой части сил. Для их восстановления потребовалось много времени и работы над усилением крови. Но только здесь Сергей Олегович Апраксин мог быть уверен, что разговор с сыном не услышит больше никто.

Благодаря особой атмосфере этого помещения здесь не работали современные средства слежения. И невозможно было подглядеть или подслушать при помощи дара. Об этом знали только старшие члены семьи. И использовали комнату для важных разговоров. Один из таких начинался прямо сейчас.

Участвовали в нём отец и сын.

— Ты должен сделать всё возможное, чтобы место в академии Годуновых досталось нам. Если сделаешь это, то можешь быть уверен, что после смерти старика, именно ты займёшь его место. А это означает, что все твои братья и сёстры останутся позади. Сильнейший всегда должен стоять во главе рода. И этим сильнейшим будешь ты.

Темноволосый парень двенадцати лет, внимательно слушал отца и даже в мыслях не мог себе позволить перечить ему. С рождения он воспитывался, как наследник старшей семьи. Наследник Апраксиных. Лучшие учителя. Лучшие репетиторы. Лучшие развивающие программы. Всё лучшее.

Сергей Олегович Апраксин был племянником главы рода. И за пределами очереди на это место. Первым до сих пор числился Виктор, которого никто не видел уже больше пяти лет. Даже начали ходить слухи, что мальчишка погиб. Но вчера с Сергеем связался Воронов и попросил, чтобы его Дмитрий побыл рядом с Виктором. Помог ему адаптироваться в мире высшей аристократии.

Конечно, часто практиковалось, когда наследников старших семей отправляли учиться в обычные школы и всячески ограничивали их не только в средствах, но и во всём, что могло позволить ребёнку начать считать себя лучших других. Но Сергей был уверен, что старик не поступит так с единственным наследником. Ведь, кроме Виктора, у него больше не осталось наследников первой линии.

Два двоюродных брата, одна сестра, которая уже давно перешла в другую семью. Несколько троюродных братьев и сестёр и их дети. Вот, собственно, и вся семья Апраксиных. В общей сложности семнадцать членов старшего поколения. Что для старшей семьи невероятно мало. Да многие их подчинённые семьи из Клана Тьмы, насчитывали минимум по тридцать членов. Тридцать одарённых. Тридцать высших аристократов.

И Сергей собирался исправить это. После того как он придёт к власти, пусть и через сына, он сразу же объявит курс на увеличение рода. Уже сейчас он начал вести переговоры с некоторыми влиятельными аристократами, о том, чтобы забрать из их семьи одарённых и принять их к Апраксиным. Через брачные союзы, разумеется.

Дмитрию он уже подобрал отличную жену, с сильным даром крови. Она позволит сделать Апраксиных ещё сильнее. Но отдадут за Дмитрия эту девушку, только в случае, если он будет стоять во главе семьи. А для этого необходимо избавиться от Виктора.

Нет. Убивать его никто не собирался. Добровольно ослаблять род, дураков нет. Просто сделать так, что парень не сможет попасть в академию Годуновых. Не сможет в этом году пройти отбор и тогда у семьи не останется выбора: на место Виктора поставят Дмитрия.

Он также в этом году будет поступать в академию. Только на золотой факультет. Где учатся другие представители старших семей, которым не посчастливилось стать наследниками.

Сергей был уверен в сыне. Он отлично подготовлен и сможет без особых проблем поступить в академию. Занять лидирующую позицию в своей группе и удержать её до конца обучения. Но это только в случае, если ему не удастся оказаться на факультете старшей крови. Вместе с наследниками остальных одиннадцати старших семей.

Этот год обещает быть очень интересным. Всего раз в пять поколений получается, что представители всех двенадцати семей подходят к инициации одновременно. И это поколение несёт империи и всему миру огромные перемены.

В последний раз после этого появились первые мобильные доспехи, что перевернуло мир одарённых с ног на голову. Слабые одарённые получили возможность, пусть и на ограниченный срок, сравняться в силе с теми, в ком течёт более сильная кровь.

А до этого одновременный выпуск двенадцати наследников старших семей породил небывалый индустриальный всплеск. Чудовищно быстрое развитие технологий, науки, медицины. Всего, что только знало человечество. Поэтому Дмитрий просто обязан встать в один ряд с людьми, которым предначертано вершить великие деяния.

— Сегодня со мной связался Воронов. Он просил, чтобы ты немного времени провёл с Виктором. — глаза мальчика округлились, но он смог сдержать своё любопытство и не стал перебивать отца. — Научил его, как нужно вести себя среди высших аристократов. Не таких старпёров, как я, а молодёжи. Помог ему подготовиться к поступлению в академию Годуновых. Естественно, на факультет старшей крови.

Сергей Олегович замолчал, давая сыну время, чтобы уложить услышанное в голове и задать интересующие его вопросы. Дмитрий прекрасно знал отца и всегда очень чутко воспринимал вот такие моменты. Поэтому он не торопился и тщательно подбирали вопросы.

— Получается, что Виктор в полном порядке? Старейшина просто прятал его от нас? И если судить по просьбе Александра Ивановича, то Виктор находился среди простых людей. Возможно, обучался в обычной школе.

Сергей Олегович слушал рассуждения сына и удовлетворённо кивал. Пусть Дмитрий не был старшим из его детей, но он оказался самым способным. Как разумом, так и в потенциале дара. Все тесты показывали, что мальчик сможет добраться как минимум до ранга Мастера. А это уже небывалая мощь. Эквивалент армейской дивизии со всеми средствами усиления.

Сергей Олегович и сам был Мастером, поэтому он прекрасно знает, что это сравнение не совсем корректно, но простым людям так всегда было проще. На самом деле Мастер куда сильнее. Особенно если это Мастер, сумевший пробудить Силу Крови. Что является главной задачей любого члена старшей семьи.

В том, что Дмитрий сможет пробудить в себе кровь предков, Сергей не сомневался. Хотя ему самому так и не удалось этого сделать. Поэтому он и не может претендовать на место главы семьи после смерти старика. А если Дмитрий сможет попасть на факультет старшей крови, то пробуждение Силы Крови ему гарантированно ещё до окончания обучения.

Все выпускники факультета старшей крови выпускаются сильнейшими одарёнными. А затем их ещё ограняют в семьях.

Считается, что заниматься с ребёнком раньше того момента, как он пробудился, только вредит дару и сильно ограничивает его, но Сергей Олегович так не считал. Поэтому он сам начал обучение Дмитрия, когда ему исполнилось шесть. Идеальный возраст, когда любая информация отлично усваивается.

После инициации Дмитрий должен стать одним из сильнейших одарённых, даже среди наследников старших семей. С его знаниями это будет сделать несложно.

— Я также считаю, что наследник жил обычной жизнью. Поэтому Виктор не должен быть для тебя серьёзным конкурентом. К тому моменту, когда необходимо будет выбирать представителя от нашей семьи, ты должен всем показать, насколько сильно превосходишь троюродного брата.

— Я буду должен ему как-то навредить? Сделать так, чтобы он не смог пройти отбор?

Парень всё и сам прекрасно понимал, но этот разговор был необходим. Нужно дать сыну стимул, который будет заставлять его выкладываться по полной. Стараться достичь цели, которая позволит ему взобраться на вершину.

— Ты должен будешь научить Виктора, как нужно вести себя среди высшей аристократии. Наследников других старших семей. И, конечно же, их родственников. Научить так, чтобы на первом же серьёзном мероприятии Виктор стал посмешищем. Опозорил семью так, что старику придётся краснеть.

— Но это сразу же бросит тень на тебя, отец. Раз я учил Виктора и не смог справиться с этой задачей, то с ней не смог справиться и ты, обучая меня.

Сергей Олегович рассмеялся и потрепал сына по волосам.

— Ты у меня всегда ведёшь себя безупречно. Твоим правильным воспитанием я занимался практически с рождения, а вот Виктор был лишён этого. И теперь они хотят, чтобы он смог всё усвоить за пару месяцев. Так что можешь не переживать. Если Виктор облажается, то никто даже не подумает обвинять в этом тебя. Уверен, что старик будет тебе очень благодарен.

— В таком случае я не вижу причин, чтобы отказываться. Раз ты считаешь, что это позволит мне получить место на факультете старшей крови, то я сделаю всё возможное, чтобы Виктор не смог пройти отбор.

— Веди себя с ним максимально дружелюбно. Пускай он пока не знает, что это такое — оказаться среди людей, воспитанных монстрами.

Сергей Олегович рассмеялся над собственной шуткой. Хотя он прекрасно знал, что никакая это не шутка. Столетия закалки сделали представителей старших семей именно, что монстрами. Благородными, всегда держащими слово, невероятно жестокими и безжалостными. Только такие способны не просто выжить в мире, где личная сила значит очень многое, но и возвысить свою семью.

Многие поколения до Дмитрия делали это, выгрызая буквально по крохам своё место у других семей. И многие поколения будут делать это после Дмитрия. Неизменным всегда будет оставаться только император. Не человек, который занимает место на престоле, а титул. Титул, которому поклоняются и служат все старшие семьи.

Не будет императора и не будет порядка. А как известно, в хаосе погибает всё. Поэтому одной из главных задач старших семей не допустить хаоса. И ради этого они готовы пойти на всё. По крайней мере, так всегда было у Апраксиных. Так учили Сергея, и он также учит своих детей. И чтобы избежать хаоса среди Апраксиных, после смерти нынешнего главы, необходимою, чтобы именно Дмитрий стал наследником.

Сергей уже давно отправил сына собирать вещи, а сам сидел и смотрел на трофеи, добытые предками. В те времена всё было гораздо проще. Можно было просто пойти и взять своё силой. А сейчас приходится действовать другими методами. Выигрывает тот, кто окажется умнее. И Сергей по праву считал себя совсем неглупым человеком.

* * *

— Уже известно, кто стоит за нападением? — спросил император у своего самого верного подчинённого.

Князь Воронцов не только возглавлял тайную канцелярию, но и являлся другом детства Михаила Юрьевича Рюриковича. Венценосного вседержителя, российской империи. Пусть Воронцов и не мог похвастаться магической силой, но это лишь на фоне природных князей. Монстров, которые взращивали свою силу на протяжении тысяч лет и сотен браков с целью усилить кровь рода.

Воронцовы были относительно молодой семьёй. Всего, каких-то четыре сотни лет. И за это время они смогли вплотную приблизиться к старшим семьям. Начать дышать им в затылок. Казалось бы, просто стоит немного податься вперёд, и они уже будут рядом. Но на самом деле это огромная пропасть, которую Воронцовым никогда не преодолеть.

— Там всё настолько запутанно, что мы пока застопорились на шестом круге доверенных лиц. Мне кажется, что это бесполезно. Уже сейчас исполнители порой выдают такую чушь, что наши разумники потом отходят по несколько часов.

— Хочешь сказать, что у осмелившихся устроить нападение на члена старшей семьи в столице, имеются сильные разумники?

— Не ниже уровнем, чем мои ребята. А там, может, и выше. Даже я не смог пробиться.

А вот это было уже серьёзным заявлением. Сильнейший разумник империи не смог сломать чью-то защиту.

— Хочешь сказать, что против нас играет разумник ранга Абсолюта? Такие вообще есть на свете?

— Ничего нельзя исключать. — пожал плечами Воронцов. После чего он достал планшет и быстро набрал необходимые команды. В столе у императора раздался сигнал полученного сообщения. — Отправил тебе предварительный отчёт. Более конкретная информация будет чуть позже. А пока могу сказать, что в нападении участвовали люди из Железного Легиона. Пилоты-профессионалы, которые были готовы к смерти. Но далеко не самые лучшие, что имеются у наёмников.

— Получается, что это покушение заранее было провальным и устроившие его люди знали об этом? И поэтому отправили далеко не лучших своих бойцов?

— Бойцы были отменными. Наёмники, европейцы. Скорее всего, выходцы из спорных земель. Сейчас работаем над установлением личности всех нападавших. Они смогли не только раскатать весь кортеж княжича, но и изрядно потрепали ребят Белозёрова. МД без каких-либо опознавательных знаков. Удалось только выяснить принадлежность машин к Японским партнёрам. Все доспехи производства конгломерата Ямаха. Над мозгами одного МД уже трудятся специалисты. Парнишка, Апраксин умудрился добыть карту доступа.

Это были отличные МД, уступающие только российским Пересветам. Корпорация Чернышёвых теснила на рынке мобильных доспехов абсолютно всех. И только Ямаха в своё время смогла выгрызть себе небольшой кусок пирога. Лишь эти две корпорации выпускали действительно стоящие аппараты тяжёлого класса. А все остальные производители занимались дешёвками. Практически одноразовыми. Но стоили эти дешёвки нереально дорого, практически столько же сколько и Пересветы с Ямахами.

— Это же ещё ни о чём не говорит. Продажа МД не запрещена, если у тебя есть деньги и соответствующее разрешение. Но вы должны использовать ситуацию, чтобы надавить на японцев. Передай мои слова Чернышёву. Пускай не упустит момента. Будет ему подарок. И пускай даже не рассчитывает на субсидии от государства в этом году. Выбьет их из Ямахи.

Михаил любил за счёт соседей решать собственные задачи. Вот и сейчас подвернулся отличный случай. Грех им не воспользоваться. На войну с японцами это нападение точно не тянет. Всё же управляли доспехами наёмники из спорных земель. Только осталось понять, каким образом они смогли попасть в столицу, да ещё и со своими МД? Здесь им помог кто-то на самом верху.

— Ещё походи в гости к старшим семьям, посмотри, что да как у них.

— Считаешь, что это кто-то из них? Решили таким образом убрать конкурента из академии? Только явно выбрали не ту цель. По всем данным, княжич Апраксин никак не подходит для факультета старшей крови, возможно, и до золотого не дотянет. А в связи с недавно полученными данными, это кажется всё более вероятным. — высказал свои сомнения Воронцов.

— Тем не менее напали именно на его кортеж. Или ты думаешь, что нападавшие посчитали, будто можно вот так легко напасть на внука Григория? Что он станет для них лёгкой добычей? Сам же прекрасно знаешь, что старик способен защитить любого члена семьи, если почувствует, что ему угрожает смертельная опасность.

— Если это не будет кто-то равный ему по силам.

— Князьям, прям делать больше нечего, кроме как гоняться по столице за возможными конкурентами своих отпрысков.

— Вспомни, как в последний раз проходила учёба на факультете старшей крови. — тяжело вздохнул Воронцов.

— То было простое стечение обстоятельств. И ты сам прекрасно об этом знаешь. Больше подобного не повторится. Теперь Годунов никого не выпустит за пределы академии.

Воронцову оставалось только согласно кивнуть. Старый ректор с прошлого раза так и не изменил систему испытаний. И не собирается никого держать в стенах академии. Это не позволит детям показать всё, на что они способны. На «Око Государево» ложится ещё одно бремя, которое может оказаться не подъёмным. Но Воронцов сделает всё возможное, чтобы защитить наследников старших семей.

Глава 15

Яркое летнее солнце пробивалось сквозь густую листву и падало на небольшой участок, отведённый под клумбу. Там были высажены пионы. Их массивные шапки белоснежных лепестков свисали до земли, чем создавали отличное место для засады, в которой сейчас сидел серый, потрёпанный жизнью кот. Он внимательно следил за стаей воробьёв, кружившей над кормушкой, висевшей на небольшом деревце.

Коту много не нужно, одного воробья вполне хватит. К тому же уйти с большей добычей будет очень трудно. Это территория сторожевых собак, которые могут разорвать бедолагу, если его поймают. Он сильно рисковал, заявившись охотиться именно в это место. Но по-другому не мог. Это единственное место, где серый охотник ещё не отметился.

А сейчас он уже пометил несколько домов, с презрением взглянул на сторожевых псов, которые даже не почуяли его. Оставалось только удачно поохотиться на их территории, и можно смело считать себя главным в этом лесу. Мыши были не интересны коту, да и не забредали они сюда, а вот воробьи или какие ещё птицы, совсем другое дело. Их поймать гораздо сложнее, да и на вкус они лучше.

Серый охотник, прищурил один глаз, защищаясь от слишком яркого солнца, припал грудью к земле, попытавшись как можно сильнее вжаться в неё, при этом его задние лапы начали нетерпеливо танцевать, готовясь выбросить своего владельца в молниеносную атаку. Двух прыжков коту хватит, чтобы схватить добычу.

Это обязательно переполошит сторожевых псов, но у охотника уже был подготовлен путь к отступлению. Вверх по этому дереву, перепрыгнуть на крышу ближайшего дома, что вполне ему по силам, а дальше с презрением посмотреть на беснующихся псов и с гордостью удалиться.

Всё было распланировано идеально. Только в планы кота не входил светловолосый мальчишка, который сидел в своей засаде. Он приметил кота, когда тот проскочил по крыше соседнего здания. И вот уже минут десять следит за серым охотником.

Момент настал, и кот выбросил гибкое тело из засады, устремившись к добыче, которая слишком медленно реагировала на опасность. Одного прыжка ему хватило, чтобы оказаться возле дерева. Ещё один прыжок, и он уже на нужной ветке, а рядом сидят сразу три воробья, хватай любого. Мощные лапы выпустили острые когти, зубы уже готовы были впиться в воробьиную шею, когда кота самого схватили.

— Вот ты и попался! — радостно воскликнул мальчишка, выскочив из-за дерева.

Кот всячески протестовал, шипел, брыкался, пытался разодрать обидчику руки, но силы были не равны. К тому же сразу после поимки на него накинули какую-то тряпку, получилось так, что только голова была свободна. Но даже в таком состоянии кот пытался освободиться и достать обидчика, вцепиться в него зубами. Сделать то, что он собирался сделать с воробьём.

— Успокойся. Теперь тебе не придётся добывать себе еду самостоятельно. Здесь хорошо кормят. Уверен, что и для тебя найдётся лишний кусок мяса. И даже не пытайся выбраться, у тебя всё равно никогда не получится разорвать зачарованную ткань.

Человек попробовал погладить кота по голове, но тут же отдёрнул руку от клацнувших зубов. Но это не напугало мальчишку, наоборот, он растянулся в широкой улыбке и радостно рассмеялся.

— Мы обязательно с тобой поладим. Только придётся пока подержать тебя в домике с садовым инвентарём. Сегодня должен приехать какой-то парень, который будет меня учить, как правильно вести себя среди детей аристократов. Словно они чем-то отличаются от остальных. Глупости какие-то. Но по контракту я должен пройти обучение. Но мне нравится учиться, как и знакомиться с новыми людьми, и заводить друзей. Тебе же придётся немного потерпеть. А потом, я уверен, что мы станем лучшими друзьями.

— Виктор, ты где? — раздался крик, и парень моментально подорвался, схватив свою добычу в охапку.

Сарай для садового инвентаря находился совсем рядом. А там имелась клетка, в которую и посадили кота. Прутья оказались слишком твёрдыми, а расстояние между ними слишком маленьким, но кот всё равно найдёт способ, как отсюда выбраться. Он уже очень давно живёт на улице, справлялся и не с такими трудностями. К тому же ему всё же удалось достать обидчика, на его руке теперь красовалась огромная царапина.

* * *

— Ты где был? — спросил Волк, когда я пришёл.- И что с рукой? Где так умудрился её разодрать? Теперь к целителю нужно.

— Просто гулял по базе, а руку оцарапал о ветку. Хотел кормушку поправить. — разумник прищурился, явно подозревая, что я вру. Не скажу же я, что кота поймал, а тот меня и ободрал?

Никаких домашних животных в нашем договоре не было прописано. А любая попытка завести кота или собаку в детском доме пресекалась самым жёстким способом. Всех, кого мы приносили, просто выкидывали. И даже я здесь ничего не мог сделать. Один раз получилось уговорить директрису оставить крошечного котёнка, которого мои парни притащили со стоянки. Его там чуть собаки не задрали.

Так, этот котёнок отказался водиться с нами. Практически сразу свалил на кухню и выбрал своими хозяевами поваров. Конечно, они его всегда могли накормить, а от нас не дождёшься. Поэтому я больше не собираюсь совершать подобных ошибок. Нужно заскочить на кухню и взять коту мяса, молока, рыбы… в общем, всего, что смогу найти.

Это сейчас он такой строптивый, а как поймёт, что дружить со мной выгодно, так сразу изменится. Ребята в детском доме поначалу также себя вели. А когда я уезжал, рыдали все. Даже воспитатели и нянечки. Особенно баба Валя, которой вместо того, чтобы квартиру продавать, ещё и денег сверху накинули. Тройной оклад от Апраксиных должен компенсировать ей моральные страдания.

— А шерсть кошачья на пиджаке тоже с дерева? — я лишь пожал плечами, делая вид, что не понимаю, о чём вообще говорит Волк. Да там и шерсти почти не было. Вроде я её всю стряхнул. — Ладно, потом с этим разберёмся. Как и к целителю зайдём, кровью точно не истечёшь. Пойдём, познакомлю тебя с троюродным братом.

— Что же это за брат, с которым знакомиться нужно? Братья друг друга с рождения знают.

— Только не в старших семьях. Забыл, что ты воспитывался, как мальчишка из обычной семьи? Обычная школа, друзья и так далее.

— Кстати, о друзьях. — перебил я Волка, за что получил от него весьма красноречивый взгляд.

Одно из главных правил хорошего тона — не перебивать собеседника. И я обязательно извинюсь. Просто вопрос очень волнующий меня.

— Когда я смогу проведать своих друзей? Мне нужно убедиться, что с ними всё в порядке, после моего ухода. Не обижает никто. С бизнесом всё в порядке. Раздать ЦУ и всё в том же духе. И я дал слово, что обязательно приеду к ним в гости. А аристократ всегда держит своё слово.

— Мы уже работаем над этим. Думаю, что к концу недели можно будет организовать поездку.

— Почему так долго? Если некому меня отвезти, дайте машину, я сам. Дорогу запомнил, так что точно не заблужусь. А если и заблужусь, спрошу у кого-нибудь.

Волк начал качать головой.

— И чтобы тебя снова остановила дорожная полиция? У мужиков в прошлый раз едва инфаркт не случился. Наследник Апраксиных за рулём армейского вездехода летит по шоссе. Или ещё чего, похуже, случилось? Нет, Виктор, сказал к концу недели, значит, к концу. Ничего с твоими ребятами, да и бизнесом не случится. Да и не твой он уже. Я у тебя его выкупил. Стало быть, он мой.

— Не мой, так не мой. — пожал я плечами, ничуть не расстроившись. Цель была достигнута — Волк прекратил расспросы про царапину и кошачьи волосы. — Где там мой братец? Пускай начинает меня учить, как правильно себя вести с наследниками старших семей. Всё же мне предстоит стать лучшим среди них.

Волк снова покачал головой, но повёл меня на встречу к брату, которым оказался темноволосый крепыш, с раскосыми глазами. Я уже видел его на фотографии. Чем-то он очень напоминал Серого. До того момента, как тот стал моим другом. Взгляд был такой же. Этот парень считает меня гораздо хуже себя. И здесь кроется его главная ошибка.

Ростом, чуть ниже меня, короткие волосы, голубые раскосые глаза, идеально сидящий костюм, ничуть не уступающий моему, начищенные до блеска туфли и родовой перстень на безымянном пальце левой руки. Причём он специально выставлен напоказ, чтобы все сразу понимали, с кем имеют дело. Парень явно привык чувствовать себя главным.

— Виктор, — представился я, протягивая парню руку. При этом мой правый глаз стал на него давить. Совсем чуть-чуть, но этого уже хватает, чтобы люди начинали ощущать себя неуютно.

— Дмитрий. — как-то очень робко ответил мне брат. — Надеюсь, что смогу быть тебе полезным. Нам предстоит многому научиться. Поэтому рассчитываю на твою помощь.

— В карты умеешь играть?

— Чего? — недоумевая, произнёс Дима и отшатнулся от меня.

Вот такие неожиданные вопросы выбивают людей из колеи. Заставляют их потерять концентрацию, и в этот момент мой дар бьёт точно в цель.

Прямо как и сейчас.

Я улыбнулся и сбавил обороты. А то не хватало ещё, чтобы сразу после знакомства мой учитель решил отказаться. Хотя у него, скорее всего, просто нет выбора. Сказали, учить меня, значит, учить. Со слов Волка, дети в старших семьях очень послушные.

— Говорю, в карты играть умеешь? В дурака там, буру, тыщу. Козла, в конце концов?

Я и сам не любил это дело, но мальчишки в детском доме всегда играли, когда выдавалась свободна минута.

— Карты и вообще, любые азартные игры, это не про меня. Я в шахматы умею. В шашки. Ещё пинг-понгом занимаюсь. В этом году даже выиграл открытый чемпионат столицы.

— И много денег выиграл?

— Нисколько. Только грамоту вручили и поздравил Иван Олегович Рюрикович.

Последнее имя парень произнёс с таким благоговением, словно это был кто-то очень важный. Хотя я знать не знал, кто именно. Если не император, то точно ерунда.

— А этот Иван Олегович, он кто?

Испуг сменило дикое удивление. Словно я обязан знать, кто это такой. До недавних пор я знал только, как зовут всех детей в детском доме, персонал, и императора, а теперь ещё обязан знать всех родственников Виктора Апраксина. И среди этих людей точно нет никакого Ивана Олеговича Рюриковича.

— Это племянник императора. Один из лучших пилотов МД в империи. А ещё он курирует большинство спортивных мероприятий для молодёжи.

— Ну если не сам император, то и неважно. И вообще, я думал, что Белозёров лучший пилот. Мне об этом Волк рассказывал. Да и сам граф хвастался, когда мы с ним домой ехали. Обещал, если у меня с даром получится не очень, то научит управлять мобильным доспехом.

— Да ладно! — явно не поверил мне Дима. — Где ты видел Белозёрова? Да ещё и разговаривал с ним? И он обещал научить управляться с МД?

— Ага. Говорил, что как раз новую модель должны выпустить. Чего-то там с управлением интуитивным, усилениями всякими. Но я в этом всё равно ничего не понимаю.

— Должны быть, он говорил о «Перуне», или «Громовержце», кому как больше нравится. Там действительно должны были полностью переработать систему управления. А то во всех старых моделях с этим довольно большие трудности. Для первичного запуска необходимо…

Глаза парня буквально загорелись, когда он начал рассказывать о мобильных доспехах. Похоже, что я совершенно случайно попал в его слабое место. А раз так, то моё обучение у троюродного брата Дмитрия должно оказаться очень интересным и совсем не сложным.

— Мы договорились с ним как-нибудь ещё встретиться. Говорил, что покажет свой МД изнутри и ещё чего-то там. Если хочешь, могу взять и тебя с собой?

— Хочу! — не задумываясь ни на мгновение, выпалил Дмитрий и только потом спохватился. — А можно?

— Да без проблем. Для меня это пустяк. Должен же я хоть как-то поблагодарить тебя за предстоящее обучение. А что ты любишь, помимо мобильных доспехов? Может, яблоки, или диких котов?

* * *

Тяжёлые занавески не позволяли солнечному свету проникать в обставленный по спартански кабинет. Стол, два стула и шкаф с документами. На столе стоял ноутбук, два стационарных телефона и больше ничего.

Кабинет главы СБ Апраксиных мог удивить любого. Даже Волк, когда оказался здесь впервые, сперва не поверил, что пришёл в нужное место. И лишь эффектное появление хозяина кабинета смогло его убедить в этом.

Сейчас в этом уже не было никакой необходимости. Волк почти тринадцать лет работает с Александром Ивановичем в тесном тандеме. С того самого момента, как он смог разобраться с магом седьмой ступени. А в последнее время он зачастил в этот кабинет.

— Князь просил передать, что не оставит просто так нападение на вас. Он сам найдёт виновников и накажет их.

— Я думал, что этим будет заниматься император и «Око». Всё же нападение произошло в столице. В запретной для МД зоне.

— И император будет этим заниматься. Только не лично, а поручит тому же Белозёрову. Или Воронцова, на крайний случай, привлечёт. Но если князь будет бездействовать, когда нападают на его людей, то может лишиться части силы. А ему нельзя слабеть ещё минимум лет десять. Как раз столько потребуется Виктору, чтобы войти в полную силу и сменить деда.

— Хочешь сказать, что ситуация улучшилась? Мальчишка смог совладать с бушующей магией?

— Был только вчера у него. По-прежнему лежит в отключке. Но целители уже перешли на позитивные прогнозы. Утверждают, что сила Виктора начинает стабилизироваться. Пусть и очень медленно, но видна положительная динамика. Так что без твоего парня нам в любом случае не обойтись.

— Как раз об этом я и хотел поговорить. У меня есть очень серьёзная информация, которая предназначается только для ушей Григория Константиновича. Как ему её передать?

После этих слов по помещению прокатилась тёмная волна, закрывая его даже от малейшей возможности прослушивания или подглядывания. Тени Воронова не подпустят к ним никого. Даже Абсолюту придётся сильно постараться, чтобы пробиться через них.

— Молчи. Ничего мне не говори. Раз эта информация предназначена для князя, то ему её и передашь. Он не сказал, когда вернётся, но как только это произойдёт, я попробую устроить вашу встречу. Есть другие люди, причастные к этой информации?

— Я обо всём позаботился. Информация только у меня. И большая её часть находится здесь. — Волк постучал себя пальцем по лбу.

— Вот и держи её там, до встречи с князем. Ты только за этим зашёл?

— Нет. Ещё хотел узнать насчёт Дмитрия. Что-то, мне кажется, слишком подозрительным, что он так хорошо ведёт себя с Виктором. Он действительно учит его. И исходя из того, что вижу я, учит очень хорошо. Даже как-то не верится, что Сергей Олегович действительно решил отступить.

— Так, он и не решил. Он планирует заменить в академии Виктора на своего сына. Планирует, что именно Дмитрий станет новым главой Апраксиных, когда придёт время. А для этого ему необходимо попасть на факультет старшей крови.

— Это точная, проверенная информация?

— Если только мне перестать верить собственным глазам и ушам. В момент этого разговора я находился на расстоянии вытянутой руки от Сергея.

— В таком случае я совсем не понимаю, что происходит? Похоже, Дмитрий решил ослушаться отца. Совсем на него не похоже. Он же всегда был неимоверно предан семье. Послушен и исполнителен.

— Возможно, таким образом парень втирается Виктору в доверие, чтобы потом ударить ещё больнее? Схем может быть множество, и мы никогда не поймём, какую именно решат использовать в этот раз. Но в любом случае ты не должен спускать с них глаз. И по возможности мониторить всё, чему Дмитрий учит Виктора.

— Скорее, это Виктор учит Дмитрия. Как бы его ни воспитывали, но он всё ещё ребёнок, который не встречал никаких трудностей в жизни, кроме недовольства отца. А вот Виктор хлебнул всего с лихвой. Пускай он и ведёт себя, порой словно ребёнок, но я прекрасно вижу, что всё это напускное. Так ему просто легче справляться с трудностями, что постоянно встают перед ним. Своеобразная защитная реакция. Даже не представляешь, как порой с ним бывает тяжело.

— Представляю. — усмехнулся Ворон. — На последнем занятии он смог убедить меня, что императору не нужно столько советников. Хватит всего одного, и этим советником должен быть именно он. А если тот не справляется со своими обязанностями, то мальчишка может его заменить.

Глава 16

— Ты, главное — не бойся. По началу может показаться, что реально страшно, но на самом деле это не так. Мясо у тебя?

Ещё раз убедившись, что никто нас не видит, открыл дверь и быстро проскочил внутрь, потянув за собой Димку. Как я и думал, он оказался отличным парнем, которого с детства заставляли только учиться, как правильно себя вести и всё такое. Прям, как меня сейчас.

Так вот, парень совсем не знал, что такое играть с другими детьми. Все его игры сводились к тому, что такие же бедолаги, как и он, встречались и разговаривали. Причём не об игрушках, мультиках и всему, что так интересно детям, а разговаривали о том, чему их учат. Разговаривали, как их учили, и за этим постоянно следили.

Подобные встречи проходили крайне редко. В основном всё время Димка проводил с учителями, тренерами, репетиторами и так далее.

Как представлю такое, так сразу в дрожь бросает.

Единственной отдушиной у брата были МД, интересоваться которыми ему никто не запрещал. И даже поощряли это дело: водили на вставки, доставали книги про мобильные доспехи, журналы, а пару раз даже на тренировку пилотов приводили. Фанател он по этим роботам очень сильно. Знает по именам самых лучших пилотов со всего мира. Наших там было всего трое и никаких Денисов. Но это пока,. Мы договорились с парнем, что через год он станет лучшим. Время ещё было.

Так вот, фанател брат только МД и их пилотами, о нормальных детских интересах даже не думал никогда. За два дня, что мы провели вместе, я только начал делать из него нормального ребёнка. Думаю, что за три месяца точно управлюсь. Задача хоть и трудная, но вполне выполнимая.

А он, в свою очередь, учил меня, как нужно вести себя в компании таких же вот бедолаг, как и сам Димка. Учил хорошо. Гораздо лучше, чем остальные мои наставники. Объяснял так, что я сразу всё понимал и никогда не переспрашивал. Должно быть, это оттого, что мы ровесники. Благодаря Димке, я даже почти всех наших родственников запомнил. Он периодически мне о них рассказывал. Всё, что сам знал.

Найти нормальных, детских развлечений на территории базы не удалось, а Волк отчего-то отказался ехать и покупать ту же колоду карт. Но я нашёл способ. Во время следующей пересменки мне их принесёт Сапфир, один из охранников базы. Тот самый, что направил на меня автомат, когда я только сюда приехал.

После того случая он долго извинялся и сказал, что готов любым способом искупить свою вину. Покупка и контрабанда колоды карт меня вполне устроили. Как и Сапфира. Ещё три дня, и начну учить Димку играть. А пока я решил показать ему ещё одну диковинку, которую любят все дети без исключения.

Стоило нам оказаться в сарае с садовым инвентарём, как сразу же раздался злобный мявк, от которого Димка вздрогнул.

— Да не бойся. Это он думает, что может вот так напугать кого-нибудь. Просто близко не подходи к клетке, чтобы лапой не достал, и всё будет в порядке.

Я же не знаю, насколько нежная кожа у Димки? Это мою, после первого раза Акелла больше не может оцарапать. В тот раз я даже не заметил, как он это сделал. А потом убедил себя, что это была случайность и такого больше не повторится. Так и вышло. Сколько бы Акела ни пытался оцарапать меня, ничего у него не выходит.

Кота я так решил назвать, потому что он был диким и свободолюбивым. Совсем как вожак волчьей стаи из Маугли. Книги, которую нам читали в детском доме, когда я туда только попал.

В сарае было темно, поэтому прихватил с собой фонарь, который достался мне от Дениса. Очень хорошая вещь оказалась. Сколько уже им пользуюсь, а батарейка даже не думает садиться.

Нацепив, на голову, включил свой трофей. Сразу стало светло. В глазах Димки я заметил уважение и немного зависти. У него такого фонаря, который входил в стандартное оснащение любого МД, не было. Но ничего, вот настанет время поступать в академию, подарю фонарь Димке. А себе найду новый. Может, даже куплю. Странно, почему брат сам ещё не купил такой? Аристократы вроде все богатые…

Клетка, в которой жил Акелла, пряталась за массивным ящиком, который было трудно двигать. Но зато я был уверен, что больше никто не найдёт моего питомца. Да и в случае чего он всегда сможет убежать. В стене, к которой была приставлена клетка, имелась вентиляция. Решётку я снял, а клетка уже давно была открыта. Я только один день продержал в ней кота, пока он ко мне не привык. Мясо ему очень понравилось. Поэтому после того, как я его отпустил, он день где-то гулял, а потом вернулся.

Причём нашёл мою комнату и принялся стучать в окно лапой. Очень умный кот, он мне сразу понравился. Даже удалось договориться с ним, что теперь жить будет в этом сарае, в клетке. Я ему туда одну из своих подушек отнёс. Как раз заняла всё место в клетке. Делал это ночью, избегая охраны.

А через два дня количество подушек на кровати вернулось к прежнему значению. И никто у меня ничего не спрашивал. Очень хорошо быть аристократом.

— Помоги мне сдвинуть этот ящик. Только не делай резких движений, Акела может тебя испугаться. Убежит ещё, потом неизвестно, когда вернётся.

— Хорошо. — сказал Димка и немного отошёл от меня, начав тянуть ящик на себя. Вдвоём справиться с ним оказалось гораздо проще.

В свете фонаря блеснули зелёные глаза Акеллы и он призывно мявкнул, здороваясь. Я уже привычно протянул руку, чтобы погладить кота, и привычно получил несколько молниеносных ударов когтистой лапой.

Стандартная процедура приветствия была закончена, теперь кот требовательно смотрел на меня, ожидая мясо. Самое время познакомить его с Димкой.

— Давай сюда мясо, только осторожно. — махнул я парню рукой и заговорил с котом. — Вот, Акелла, знакомься, это Дима. Он теперь тоже будет тебя кормить, так что не нужно его обижать. Иначе я вновь оттащу тебя купаться.

Кот злобно посмотрел на меня, выгнул спину дугой и зашипел, но мяукать не стал, что очень хорошо. Значит, он просто выделывается. Не может безропотно согласиться. Просто это не в его природе. Слишком он был самостоятелен и свободолюбив до встречи со мной.

— Чего замер, дай ему кусок мяса, чтобы он тебя признал. А то, так и будем постоянно с ним договариваться.

Димка быстро сунул зажатый между пальцами кусок мяса через прутья и моментально отдёрнул руку, зашипев при этом. Акелла оказался очень быстрым, забрал причитающееся ему лакомство, а заодно показал новому человеку, что с ним шутки плохи.

На пальце у Димки быстро набухали две красные полосы, на которых начали появляться капли крови.

— Он признал тебя. Мне в первый раз царапину на полруки оставил. Да ты и сам видел. — с гордостью произнёс я, показывая, какого размера была царапина. Может, слегка преувеличил, но ничего страшного. — Молодец, хороший кот.

Я вновь засунул руку в клетку, чтобы погладить Акеллу, и снова получил несколько молниеносных ударов. Какой-то он сегодня слишком игривый. Кот как раз доедал лакомство, дарованное Димкой, и можно было его немного потрепать за уши. Любил он это дело.

— Положи ему остальное мясо, пока я глажу, чтобы больше не оцарапал. А то не объясним потом, где ты так умудрился руку разодрать.

— А он тебя, что, не царапает? Вон сколько раз ударил. Я видел, что когти точно выпускал. — спросил Димка, с опаской пропихивая остальное мясо сквозь прутья.

— Не-а. Один раз только оцарапал, а дальше у него не получается. У меня кожа слишком крепкая.

— Быть такого не может. — отчего-то не поверил мне парень, хотя сам всё прекрасно видел.

— Даю слово, что это правда.

Это самый верный способ, чтобы тебе поверили. Особенно сейчас, когда я играю роль аристократа.

— Да я тебе верю. Сам видел. Я о другом. Ты же ещё не прошёл инициацию, а уже можешь использовать свою силу для защиты?

— Да не использую я никакой силы. Просто убедил себя, что в первый раз Акелла оцарапал меня чисто случайно и подобного больше не повторится. С тех пор он и не может меня ободрать. Хотя и очень старается.

Димка посмотрел на меня как-то очень странно. Явно не поверил. Я уже снова собрался дать слово, но он опередил меня.

— А меня ты сможешь убедить?

— В том, что Акелла меня больше не оцарапает?

— В том, что он больше не сможет оцарапать меня. — тяжело вздохнув, сказал Димка.

— Могу и тебя убедить. Мне несложно. Только давай перед сном. Сейчас у нас мало времени. Скоро начнутся занятия с Екатериной Андреевной, а нам ещё с Акеллой поиграть нужно. Давай я его поддержу, а ты погладишь. Он даже мурчать умеет. Очень похоже на звук мотора «Медведя».

— А ты откуда знаешь?

— Так, я недавно на нём катался. Сам за рулём. За мной даже дорожная полиция гонялась. Правда, так и не сказали чего хотели.

— Ты точно наследник Григория Константиновича? Мне бы даже не разрешили подойти к «Медведю». Не то, чтобы сесть за руль. Слишком опасно.

В том, что Акелла умеет мурчать, Димка тоже сомневался. Я как раз схватил кота так, чтобы он не смог его оцарапать, и парень сразу принялся гладить того по голове. Акелла недовольно рычал, но всё же я прекрасно видел, что ему очень нравится.

— Жалко мне тебя, Димка. Уже двенадцать лет, а ты только и занимаешься тем, что ходишь с важным видом, следишь за тем, что делаешь, что говоришь, и даже не можешь себе позволить просто валять дурака. Вон, у тебя даже кота никогда не было.

— Ну да, отец решил, что я должен быть безупречен во всём. Стать человеком, которого выберут на место главы рода. Только знал бы ты, Витька, как меня уже тошнит от всего этого! Что только оказавшись на этой базе, я понял, что всё может быть по-другому. И спасибо тебе за это.

— Всегда, пожалуйста. Но ты ещё ничего толком не видел. У нас впереди три месяца, так что успеем многое. Может и в МД пустят посидеть. Уверен, что смогу договориться с Белозёровым. Да и вообще, я способен договориться о чём угодно и с кем угодно. Если захочу, даже с императором, чтобы он уступил мне своё место.

Димка засмеялся, и я тут же поспешил закрыть ему рот. Нельзя, чтобы нас здесь нашли. Тогда придётся подбирать для Акеллы новое место, а лучше этого сарая ничего на территории базы нет.

— Как ты смотришь на то, чтобы после урока этикета отправиться в город? Просто погулять. Может, удастся встретиться с кем-нибудь из знакомых. Познакомлю тебя и оценю, насколько всё плохо. Всё же одно дело, когда ты общаешься со мной, своим братом, и совсем другое, когда с незнакомыми людьми. Выходцами из знатной семьи. — предложил Димка, продолжая гладить кота. Я уже его не держал, но тот всё равно сидел спокойно, наслаждаясь лаской.

Все мы хотим, чтобы нас любили и заботились о нас. И мне действительно было жалко Димку, имея родителей, он совсем не знает, что это такое. Прям, как и я. Только у меня никогда не было никого, кроме друзей, которых я собирался сегодня вечером навестить. Даже с Волком уже обо всём договорились, так что поехать с Димкой я никак не мог. Но и отказывать ему не хотел.

— А как ты смотришь на то, чтобы не я с тобой поехал, а ты со мной? Познакомишься с моими друзьями, и я посмотрю, как будешь вести себя с самыми обычными ребятами. А потом скажу, безнадёжен ты или всё же удастся спасти. Сделать из тебя нормального человека.

— Боюсь, что мне такое точно не разрешат. Да и охраны рядом будет столько, что ничего толком не выйдет. Моих знакомых уже охрана знает, впрочем, как их меня. Здесь точно никаких проблем не будет.

— Ерунду какую-то говоришь. Поедем только ты, я и Волк. Вот увидишь, что никакой дополнительной охраны не будет. Да и насчёт тебя я уже обо всём договорился. Даю тебе слово.

Димка посмотрел на меня очень странно, словно не верил моему слову. Или знал что-то, чего не знаю я. Но я уверен, что никто лишний с нами в детский дом не поедет. Никакой охраны и всего прочего. Я об этом договорился с Волком, и он мне дал слово.

Разумник сам был аристократом. Пусть и не таким значимым, как Виктор Апраксин, но своё слово сдержит в любом случае. Так что ещё немного погладим Акеллу и вперёд, на поиски разумника.

* * *

Потребовалось четыре дня, чтобы подготовить всё к визиту Александра в детский дом. Место директора сейчас занимал человек, поставленный самим Волком. Человек надёжный, который сможет навести порядок в том, что там устроила Азарова за годы своего правления.

Сам Волк даже не старался вникать во все её тёмные делишки и махинации с деньгами. У него и своих проблем хватало. И Александр был главной. Вернее, его подготовка. Ещё столько всего предстояло сделать, а времени оставалось катастрофически мало. Да и эта странность, благодаря которой парень не мог запомнить имена всех родственников Виктора. Здесь даже способности разумника были бесполезны.

Поэтому, когда парень напомнил Волку об обещании отвезти его в детский дом, чтобы посмотреть, как идут дела у его друзей, он сразу начал подготавливать поездку. После того, что случилось на улицах столицы, нельзя рисковать и пускать всё на самотёк. В ещё глупое условие: чтобы никакой охраны. Чтобы ехали только они вдвоём. Поэтому нужно организовать всё скрытно.

Необходимо было проверить весь маршрут и максимально обезопасить его. Избежать всех возможных опасностей. Предупредить их. Для этого было задействовано почти семь десятков оперативников. Двадцать человек отправились в детский дом, чтобы подготовить его к встрече дорогого гостя. А остальные занялись предполагаемым маршрутом.

Была проведена огромная работа. И всё ради того, чтобы парень час пообщался со старыми друзьями. Сам Волк не хотел давать на это добро, но начальство приказало выполнить просьбу парня. Причём приказ пришёл с самого верха. От князя. А ещё там говорилось, что необходимо отозвать людей, которые по приказу Волка присматривали за беспризорниками, моющими машины на стоянке. Что очень странно. Но приказы не обсуждаются.

Правда, в этих приказах ничего не говорилось о втором мальчишке. Александр с чего-то решил тащить вместе с собой и Дмитрия.

Теперь необходимо давать бойцам новые вводные и делать так, чтобы охрана второго мальчишки не увязалась за ними. Сергей Олегович не доверял никому и поэтому всегда подбирал для себя, жены и детей охранников сам. Вот и у самого перспективного парня, среди Апраксиных, по мнению его отца, имелось два охранника из рода Брилёвых. А всем известно, что они специализируются на тайном наблюдении и сокрытии в тенях.

Благо, что на территорию этой базы им путь заказан. Сила князя сразу выявляет всех теневиков и прочих личностей, что пытаются незаметно пробраться на базу. Всех, кто не работает конкретно на него. Но вот за её пределами может произойти всякое. Поэтому Волку необходимо придумать, как избавиться от незримых наблюдателей. Он их может почувствовать без проблем. Сила разумника это позволяет, но вот запретить следовать за ними уже не выйдет.

Здесь необходимо действовать гораздо тоньше. Сделать так, чтобы теневики не поняли, что их подопечный покинул территорию базы. А для этого необходимо было снять с него технику слежения. Брилёвы были знатные мастера в этом.

Проще всего, избавиться от следилки можно, тупо уничтожив её, но тогда теневики сразу же узнают об этом. Вот и получается, что из-за очередной прихоти мальчишки Волку приходится ломать голову и тянуть время. Если бы он имел возможность связаться с князем, то проблема решалась очень быстро. Но такой возможности не было. Поэтому Волк отправился искать парней.

В последний раз они были в сарае, где Александр решил спрятать кота. Нашёл какого-то облезлого, всего в шрамах, следах многочисленных драк и решил сделать его своим питомцем. Волку пришлось сильно постараться, чтобы вывезти кота и успеть сделать ему все необходимые прививки, обработать от паразитов и всего прочего, пока Александр спал. Только после этого он мог быть уверенным, что парень ничего не подцепит от кота. Заодно ветеринар заверил, что кота не подослали враги рода. Что в нём нет взрывчатки, нет яда, или какого другого вещества. Это был обычный кот.

Оказавшись возле сарая, Волк воспользовался своей силой, но наткнулся лишь на пустоту. Если парни и были здесь, то уже ушли. Дверь в сарай была слегка приоткрыта, поэтому он решил её закрыть. Замок глухо щёлкнул, а вместе с этим послышалось ойканье, в сарае раздался сильный грохот, а потом послышались и голоса.

— Говорил же тебе, что нужно было раньше уходить. Теперь нас поймают с поличным. Помоги мне выгнать Акеллу, чтобы его не засекли. Скажем, что искали здесь лопату. Хотели червей накопать. На рыбалку собрались.

Александр говорил очень тихо. Любой другой на месте Волка не смог бы ничего услышать. Но разумник сразу же, как раздался грохот, потянулся к дару и сделал это не зря. Червей они, значит, собрались копать? Хотя оба сейчас должны находиться на уроке у Кати.

Как-то совсем не похоже, что Дмитрий чему-то учит Александра. Получается всё с точностью наоборот. Парень из детского дома быстро смог взять шефство над ребёнком, из которого с рождения делали идеального аристократа. Которым он и был до встречи с Виктором. И Волк не верит, что Дмитрий играет. Он не чувствовал в нём фальши. Даже дар не помогал.

— Черви на сегодня отменяются. — громко произнёс Волк. — Дмитрий Сергеевич, мне необходимо с вами поговорить. Дело касается сегодняшнего визита к друзьям Виктора Александровича.

— И чего ты на меня вылупился? Раз Волк зовёт — иди. Может, ещё удастся сохранить в тайне, что я завёл себе домашнего питомца? И не вздумай ему ничего рассказать про Акеллу. Хрен ты его тогда ещё хоть раз погладишь.

Волк подождал несколько секунд и уже собрался вновь говорить, чтобы они вышли, но не потребовалось. Дверь сарая открылась, и на пороге показался Дмитрий. Парень старательно прятал руку за спину. И отводил взгляд в сторону, чтобы не смотреть разумнику в глаза. Отлично знает, как подобные Волку люди применяют свою силу. В этом его главное отличие от Александра. Тот вообще практически ничего не знает, и этим иногда пользуется Волк. Пытается подобрать ключ к его защите. Но пока безуспешно.

— Мне нужны провести твой осмотр. Просто я в последний момент узнал, что ты тоже отправляешься с нами.

— Я предлагал Виктору познакомить его со своими друзьями и погулять с ними, но он выбрал поездку к своим друзьям.

— Мы собираемся ехать в детский дом имени Максима Горького.

— А что делают друзья Виктора в детском доме? — спросил ошарашенный Дмитрий.

Глава 17

Раскалённый город стенал от обрушившейся на него жары. Люди прятались в домах, даже боясь высунуть нос на улицу. Одни — в крошечных коморках, сидя перед огромными вентиляторами, дребезжащими, словно пересыпающийся щебень. Другие — в роскошных апартаментах с самыми современными системами климат-контроля. Но всех объединяло одно: они жаждали перемены погоды. Чтобы ветер принёс с собой тучи, а с ними и спасительную прохладу.

Того же хотели и редкие животные, что могли спрятаться только в тени. Даже вода осталась только в городских фонтанах, от которых их отгоняли. И пускай сейчас все блюстители порядка сами не хотели выходить из своих убежишь, животные этого не знали. Единственным местом, где они могли утолить жажду, оставались немногочисленные пруды и речка, протекающая через весь город.

Практически в центре города, речка разделялась сразу на шесть частей. И каждая отрезала приличный кусок суши. Естественные острова стали заповедником, в центре которого возвышалась высокая Сопка, благодаря ей город и получил своё название — Сопчинск.

Никто не видел, как к заповеднику подъехала чёрная машина, и из неё вышел невысокий старик, одетый в просторные одежды. Казалось бы, что сейчас ему должно быть невероятно жарко, но на лице старика не было ни капельки пота. А его полосы развевались так, словно дул сильнейший ветер.

Старик подошёл к ограждению заповедника, и одна из секций просто поднялась в воздух, пропуская его внутрь. Если бы кто-нибудь это видел, то не поверил бы своим глазам. Старик рванул вперёд с невероятной скоростью, поднимая за собой клубы пыли, опавшие листья и ветки, распугивая спасающихся от жары животных.

Буквально минута, и он уже стоял на вершине Сопки, наблюдая за раскинувшимся у её подножия городом. За тем, как солнце продолжает терзать его раскалённую плоть. Ещё максимум час, и придёт исцеление. Старик позволит спасительному ветру ворваться в городскую черту. Поднять пыль, бросить песок в занавешенные окна, принести с собой столь желанную прохладу и солёный запах моря.

Он оставил свой подарок на подступах к городу. Пока слишком рано его вручать. Сперва необходимо закончить все дела здесь. В месте, которое могло гарантировать, что любая тайна останется здесь.

Подобных мест в мире было достаточно, но только это могло гарантировать, что даже самые редкие одарённые — провидцы, не смогут ничего увидеть.

Старик стоял на высшей точке горы и глядел вдаль, на надвигающиеся облака. Они окружали город со всех сторон, готовые обрушить на него накопившуюся за долгую дорогу влагу. Но старику пока нужна была жара, чтобы держать людей в домах. Ни ему, ни его гостю не нужны свидетели.

Под ногой хрустнул камень, и старик улыбнулся, позволяя своей силе начать по немного вырываться наружу. Поднялся лёгкий ветер, который начал спускаться к подножию сопки по-дороге, играя с сухими листьями, прижимая иссушенную траву к земле и ломая сухие ветви кустарников.

Ветер спустился с горы и пробрался в деревья, принявшись шуметь листвой. В тишине, что окружала сопку, это звучало особенно громко.

— Хватит уже прятаться. Я чувствую твоё присутствие. — сказал старик, после чего раздался оглушительный треск: камень в паре метров от него разлетелся мелким крошевом, но ни один осколок не попал в старика. Все они зависли в пальце от него, завязнув в ставшем густым, словно желе, воздухе.

Треск породила собой молния, которая принесла второго старика. Этот был гораздо выше первого и одет в великолепный костюм, по зачарованной ткани которого пробегали остаточные заряды.

— Ты по-прежнему способен уловить тончайшие колебания воздуха. С возрастом не ослабил хватку. — вместо приветствия произнёс гость.

— Всё же это когда-то были мои родовые земли. Местный воздух ничего не может скрыть от меня. А вот ты что-то сдал. Притащил с собой очень слабую бурю. Уверен, что она способна скрыть, куда ты направился?

— Ещё и прикончить всех идиотов, что решат следить за мной. — совершенно серьёзно ответил второй старик. В подтверждение его слов, где-то на самой границе слышимости прозвучало сразу несколько сильнейших раскатов грома.

— Надеюсь, ты понимаешь, для чего я пригласил тебя? Почему решил пожертвовать столь многим, ради этой встречи?

Старик в костюме вышел из ямы, образовавшейся при его появлении, и встал рядом со своим собеседником. Он также окинул взглядом город, громко втянул носом воздух и почесал висок. Под давно выцветшими волосами там находился чудовищный шрам, который не смогли свести самые искусные целители империи.

Напоминание о трагедии, случившейся во время прошлого набора факультета старшей крови.

— Молния, помнит. — произнёс старик в костюме.

— Воздух никогда не забудет. — ответил ему старик в просторных одеждах.

Не сговариваясь, оба старика подняли взгляд в чистое небо, и там стало образовываться облако. Сперва белое, практически прозрачное. Но с каждым мгновением оно становилось всё больше и начинало чернеть, вбирая в себя влагу из воздуха и накапливая ярость молнии.

Первая, ветвистая смерть ударила в громоотвод, установленный на здании мэрии. Это послужило сигналом к тому, чтобы на город со всех сторон начали наползать новые и новые тучи.

Князь Долгоруков и князь Юсупов выполнили просьбу императора. Ещё один город был спасён от небывалой жары, что обрушилась на северо-восток империи в самом начале лета. И только князья знали, что было тому виной.

Только так они могли встретиться в этом месте без всяких подозрений. На землях, которые принадлежат другому князю. Сам он сейчас находился с визитом в столице, так что лучшего времени нельзя было и придумать.

— Годунов в этом году оставил программу прежней, хоть и обещал, что изменит её. — произнёс Долгоруков, отгоняя от них начавший моросить дождь. Порывы ветра не давали ни одной капли коснуться князей.

— Он должен был изменить её ещё в прошлый раз, и тогда наши дети были бы вместе с нами.

— Ты же знаешь, что Годуновым никто не указ. Даже Рюриковичи могут их только просить. А что можем мы? Два природных князя, чьи надежды погибли четверть века назад?

— Вот поэтому мы и должны сделать так, чтобы гибель наших надежд стала началом гибели надежды других старших семей. В этом году только Апраксины не смогут выставить достойного наследника. Слышал, что Виктор оказался очень слаб и едва не умер от начавшей пробуждаться Силы Крови.

— Ветер мне приносил эти слухи. Но ты прекрасно знаешь, как я к ним отношусь.

Оба старика замолчали, пережидая, пока сразу несколько десятков ветвистых молний, ударят буквально в десяти метрах от них. Долгорукий слегка скривился, а вот Юсупов растянулся в довольной улыбке, поглощая высвобожденную стихией энергию. Он поднял руку над головой и опустил излишки.

Сразу после этого, ослепительный столб молний, толщиной в несколько метров ударил в сопку, выбивая из неё крупные каменные осколки. Ярость Абсолюта могла снести любые преграды. Но сейчас слишком рано, чтобы выплёскивать её.

— За неделю до отправки кандидата мы изменим решение. Наследник останется обучаться дома. А его место займёт троюродный брат. Его сила крайне нестабильна, и во время инициации может произойти всё что угодно. Возможно даже полное уничтожение источника. — наблюдая за утихающей стихией, произнёс Долгорукий.

— Мы уже изменили. Правда, пока ещё никому об этом не сказали. Кандидата с нестабильным источником найти не удалось. Но этого и не нужно. Буквально на днях обнаружился один из потеряшек. Крайне озлобленный на весь мир парень. До инициации умудрился разнести половину небольшого городка во владениях Шуйских. Едва смог вытащить. Медведь бушевал так, что даже мне с трудом удалось остаться целым. Теперь ещё и за это отвечать придётся.

— Восстанавливать город Шуйских выйдет очень накладно. Но вскоре об этом уже никто не будет думать. Осталось совсем немного. Старшая кровь готова взять своё по праву.

— Старшая кровь накажет всех, кто был причастен к нашей потере.

— Настало время свершить месть. Все старшие семьи должны ощутить то, что довелось испытать нам.

На раскалённый после царящего зноя камень упала первая капля крови, а вскоре к ней присоединилась и вторая. Они смешались, закрепляя краткосрочный союз между природными князьями. Сила этого союза была очень велика. Все одарённые Сопчинска в один миг вздрогнули, ощутив нечто непонятное. Подобное случается крайне редко. Старшая кровь смешивается лишь для усиления дара, но сейчас всё было иначе.

Раскаты грома приветствовали создание союза. Молнии били в реку не переставая, заставляя воду бурлить.

Сильнейший порыв ветра ударил в сопку, разбившись об неё и бросившись к оживающему городку, ломая тонкие деревца и приминая траву к земле. Здесь со всем было покончено. Договор заключён. Теперь можно возвращаться и забыть об этой встрече. Пока о её последствиях не начнут трубить со всех сторон.

* * *

— Почему мне нельзя самому сесть за руль? — действительно не понимая этого, спросил я.

Волк сидел напротив нас с Димкой и постоянно закатывал глаза. А я чего? Я ничего. Просто хотел, чтобы ребята из детского дома увидели, что я умею водить. Нет, они, конечно, мне поверят. Иначе и быть не может. Вот только одно дело, это услышать и совсем другое — увидеть.

Вот я и пытаюсь объяснить Волку уже минут десять, но он непреклонен. А сила моя на нём всё ещё не работает.

— Потому что тебе всего двенадцать лет. Ты не сдавал экзамен на вождение. У тебя нет водительского удостоверения. Да у тебя даже паспорта нет. — вместо Волка ответил Димка.

Парень он очень умный, но порой говорят такие глупости, что даже не знаю, как на них реагировать.

— И что? Без всего этого я не могу сесть за руль машины? Проехать сотню метров по территории детского дома, где меня никто не увидит?

— Можешь, — согласился Димка. Я даже всерьёз собирался его обнять. Наконец! — Но только после того, как сдашь экзамен на вождение. У Апраксиных с этим очень строго. Мне отец сказал, что не сяду за руль раньше шестнадцати.

— И не нужно оно вам. Для этого есть водитель. Виктор, на тебя гораздо более уважительно будут смотреть, когда вылезешь из машины, которую будет вести другой человек. Это статус, это совсем другой уровень, нежели самому сидеть за рулём.

Волк в очередной раз попытался убедить меня в этой глупости. Вон в детском доме у всех ребят есть водитель и что? Разве на них смотрят с уважением? С сочувствием, с презрением, порой с жадностью, но никак не с уважением.

А большой автобус — он всяко круче любой маленькой машины будет. Пусть даже и кабриолет, в котором в первый раз приезжал Волк. А сейчас мы снова ехали в лимузине. Второй раз выезжаю с территории базы и второй раз на этой машине.

— Ничего вы не понимаете. Дядька Митяй — личный водитель для всех воспитанников детского дома. И никто его не уважает за это. Особенно когда он приходит после праздников. От него пахнет дурно, и руки трясутся. Один раз в таком состоянии он едва в другой автобус не врезался. Чудом успели его в порядок привести.

Волк в очередной раз закатил глаза, замучившись объяснять мне, самые банальные вещи. Это по его мнению.

— Давай договоримся, — это мне уже нравилось. — Сейчас ты приедешь к своим друзьям в качестве пассажира. Очень уважаемого и ценного. С личным водителем. А завтра я запрошу у Александра Ивановича, инструктора по вождению. Начнёшь заниматься. Экзамен ты можешь сдать хоть сейчас, но за руль раньше шестнадцати всё равно не сядешь. Такие в империи законы. Сам говорил, что отлично их знаешь.

— Не те, что относятся к управлению машиной. — ответил я, делая себе пометку исправить пробел в знаниях. — Никто же не узнает. Да и штраф там наверняка небольшой. Я даже готов его сам оплатить.

— Нет. — однозначно ответил Волк, давая понять, что на этом разговор окончен, но так просто сдаваться я не собираюсь.

— В таком случае я хочу себе «Медведя». Или МД, которого для меня захватил Арсений. Это же также машина? Вот на них и буду учиться. К тому же Белозёров приглашал меня в расположение его полка и обещал дать пару уроков по управлению доспехами. Тогда я согласен ездить на лимузине с водителем.

Димка смотрел на меня полными восторга глазами, а Волк, полными офигевания от моей наглости. И ведь выбора у него просто не было. Либо сейчас разрешать мне сесть за руль, либо дать добро на обучение в машинах, которые я запросил.

— Подъезжаем, — раздался голос водителя, который и спас Волка.

— Машина заезжать на территорию детского дома не будет. Остановимся возле ворот, оттуда пешком. Все дети сейчас должны…

Что именно они должны, я недослушал. Машина уже остановилась, значит, пора выходить. Оказавшись на улице, я сразу же помчался к знакомым воротам, возле которых стоял очень серьёзный дядька Коля. Никогда его не видел выбритым и так хорошо одетым. Да и обычно пахло от него не очень приятно. А сейчас ничего не чую. Это после ухода Азаровой он так изменился? Чудеса, что же тогда с остальными стало?

— Привет, дядь Коль! Отлично выглядишь, новая форма тебе идёт.

— С-с-спасибо, молодой господин. — промямлил дядь Коля, пытаясь сообразить, как вести себя со мной.

Что он меня узнал, было прекрасно видно. Вот только выглядел я уже совсем не как воспитанник детского дома. Костюм из зачарованной ткани, блестящие туфли, родовой перстень на безымянном пальце левой руки (Волк заставил надеть), а ещё сам Волк и Димка, которые торопились догнать меня. Да и машина, на которой я приехал. Всё говорило о моём статусе и важности.

— Не надо меня так называть. Это я… — запнулся на мгновение, — Виктор Александрович Апраксин.

Охранник сглотнул и весь побелел, а затем резко поклонился. Сегодня будет трудно.

— Не нужно кланяться. Лучше расскажите, как у вас дела идут в последние пару недель? С момента смены руководства всё в порядке было?

Это интересовало меня больше всего. Пусть Волк и говорил, что после моего отъезда здесь стало гораздо лучше, но убедиться было нужно.

— В порядке, — кивнул дядь Коля, всё же распрямившись. — Васька только на больничном до сих пор. Нам теперь работать и за него приходится. Но новое руководство обещало зарплату поднять. Так что не жалуемся.

— Виктор Александрович, — заговорил, догнавший меня Волк, — Проходите на территорию детского дома. Дети скоро должны идти на обед, а вы сами хотели раздать гостинцы до этого момента.

— Всё уже готово? — Волк кивнул. — Всё свежее, как и договаривались? Мне потом не придётся краснеть перед ребятами? И для воспитателей всё готово? А про баб Валю не забыл?

Было довольно весело смотреть, как Волк стоит и на полном серьёзе отвечает на все мои вопросы. Но иначе просто и не могло быть. Уже сейчас я играю роль наследника Апраксиных, а Волк — наёмный работник, работающий на род. Любое неуважение к члену семьи может обернуться для него серьёзными проблемами.

— Надеюсь, ребята ничего не знают о моём визите? — этот вопрос был адресован дядь Коле.

— Было велено держать всё в тайне. Об этом знает только охрана и новое руководство детского дома. Даже воспитателям ничего не сказали.

— Вот и хорошо. Дмитрий, ты идёшь со мной, остальные остаются здесь.

Волк было собрался возразить, но остановился, наткнувшись на мой взгляд. Я даже не пытался воздействовать на него. Смотрел совершенно спокойно. Решил проверить, насколько хорошо он вжился в роль. Потом обязательно будет меня отчитывать за это, но это потом. А сейчас я хочу встретиться с ребятами без него. Одного его присутствия будет достаточно, чтобы все перепугались.

А вот Димка — другое дело. Я ему обещал, что познакомлю с друзьями. Да и после общения со мной он уже почти стал нормальным. Исчезла вся его спесь, и на людей он теперь смотрит совершенно нормально. Мне так кажется. На меня так точно. Уже не считает, что я хуже него.

— Круто ты с Волковым. Даже мне подобное не позволяют. — уважительно произнёс Димка, когда мы уже попали по территории детского дома. До обеда оставалось совсем немного времени, поэтому пришлось подгадать, чтобы оказаться в столовой раньше ребят.

Сегодня был выходной день, поэтому старшие и младшие дети обедать будут вместе. И обед этот будет особенным. Я сам разрабатывал меню. Даже Виктория не помогала. Может, самую малость. И то лишь с новым оборудованием для кухни, которое ещё вчера должны были привезти. Решил свою компенсацию за потерю бизнеса вложить в новое оборудование для кухни и организацию торжественного обеда для всех воспитанников детского дома.

— Просто ты не умеешь договариваться с людьми. Пытаешься всегда разговаривать с ними с позиции того, что ты лучше их лишь потому, что родился в старшей семье. Я вот себе подобного никогда не позволяю. Поэтому могу договориться с кем угодно и о чём угодно.

— Ну ведь действительно так и есть. Мы родились в старшей семье. Сила крови позволяет нам считать себя лучше других. Позволяет нам управлять другими. И ещё очень много всего позволяет. У любого члена старшей семьи с рождения имеется большая сила. Благодаря которой мы и являемся старшей семьёй. В нашей крови заложены опыт и знания прошлых поколений.

— Чем больше сила, тем больше ответственность. Сильный всегда должен заботиться о слабом, а не пытаться унизить его и показать, что он лучше. Понимаю, что для тебя это будет очень сложно, вот так осознать, но сейчас ты всё поймёшь.

Глава 18

— Ну чего там, ты сегодня заплатишь? — спросил Витька Косой у Серого. — На прошлой неделе не было денег и если не будет на этой, то мы с ребятами перестаём работать.

— Да погоди ты. Не видишь, что сейчас не самое подходящее время. Сам прекрасно знаешь, что произошло на стоянке. Мне пришлось отдать все деньги, какие были. И ещё должны остались. Или ты хочешь, чтобы тот дядька пришёл сюда? Рассказал, чем мы занимаемся? Тогда можешь вообще забыть о деньгах. Увидишь их, только когда придёт время валить из детского дома.

Серёга последнюю неделю крутится, словно уж на сковородке, и не может разобраться даже с половиной проблем, который Саня раньше решал каждый день. Он и не представлял, что это может быть так трудно.

Раньше всегда думал, что ничего в этом сложного нет. Сиди себе в кабинете и отдавай распоряжения. А оказывается, для того чтобы отдать эти самые распоряжения, необходимо знать, что делать. Как решить ту или иную проблему. И как сделать так, чтобы она проблемой и не стала. У Сани это всегда получалось. Причём настолько легко, что Серому и казалось, будто он вообще не напрягается. Стоило ему самому столкнуться с этим, как мнение поменялось.

А ещё Саня всегда мог решить любую спорную ситуацию. Хватало одного разговора, чтобы несговорчивые клиенты соглашались решить всё полюбовно. Или брали чисто символическую сумму в виде компенсации, или вовсе соглашались на бесплатное мытьё фар и стёкол.

Вот и Серый попытался решить возникший конфликт таким же способом. Конфликт случился из-за того, что один дядька нашёл на крыле своей машины царапину, совсем рядом с фонарём поворотника, а так как ребята Серого мыли этот поворотник, он и решил, что это именно они оцарапали машину.

Начал шуметь, ругаться, едва Семёна и Даню не побил, хорошо сторож за них заступился, да за Серым отправил. Он сразу же пришёл и хотел решить вопрос так же, как это всегда делал Саня. К тому же этот дядька уже несколько раз пытался их обвинить, но у него никогда не получлось. Саня всегда опровергал все обвинения.

Серый на всякий случай прихватил с собой деньги, которые друг ему оставил. Чуть больше пятнадцати тысяч рублей. А те, что были в кошельке, он трогать не будет, что бы ни случилось. Потом отдаст Сане, при встрече. Он и так очень много сделал для них.

Но пятнадцати тысяч не хватило. Дядька, мало того, что не захотел ничего слушать, потребовал с ребят деньги не только на покраску всей машины, но и моральную компенсацию. Заломил пятьдесят тысяч. Еле удалось сторговаться до двадцати. Пятнадцать пришлось отдать сразу, а пять — они ещё должны остались. Условились отдать через две недели.

Поэтому у Серого и не осталось денег, чтобы выплатить всем зарплату. А Витька припёрся, выложи ему, и всё тут.

— Мне всё равно, прикроют вашу лавочку по мытью фар или нет. Меня она не касается. А вот следить за всем, что происходит на территории детского дома, с этого момента ты будешь сам. Найдёшь деньги, приходи. Теперь мы будем работать только по предоплате.

— Ну и вали. Можешь забыть о деньгах вообще. Найду себе новых работников. — в сердцах выкрикнул Серый и швырнул в стену старые, тяжёлые счёты. Калькулятора у них не было, а считать всё на пальцах слишком сложно. Вот и пришлось Сане учиться считать на этом древнем монстре. А потом он и Серого научил.

Настроение было испорчено окончательно. Прошло всего две недели с того момента, как Саня ушёл из детского дома, а без него здесь всё рухнуло. Серый прекрасно понимал, что тот мужик был первым, но обязательно появятся и другие. И он не сможет договориться с ними. Не сможет переубедить или напугать. Сможет только согласиться, отдать все имеющиеся деньги и остаться должником.

Похоже, что бизнес придётся сворачивать. И ведь нельзя об этом говорить Сане. Он должен начать новую жизнь. Тот хлыщ был очень важным человеком. Такой точно сможет дать сироте всё необходимое. Даже учиться отправит в хорошее место.

Саня обещал, что скоро свяжется с ним. А свои обещания он всегда выполняет. Впрочем, как и вообще всё, что говорит.

— Больше мы на тебя не работаем. — посмотрев на счёты, сказал Витька и ушёл. И почему Серый не умеет так же зыркать как Саня? Сейчас бы все проблемы мог мигом решить.

— Эх, Саня, Саня. — качая головой, сказал Серый. Он достал из кармана белоснежный платок, с золотой буквой А по краям, и посмотрел на него. Последнее напоминание о Сане, если не считать его белые рубашки. Две штуки. Их он также отдал другу.

Пусть они и были Серому немного малы, но он носил их, стараясь во всём подражать Александру Иванову. Сироте, который смог изменить жизнь многих воспитанников детского дома имени Максима Горького. И за это ему выпал счастливый билет. Вот и Серый пойдёт по стопам друга, он обязательно сможет стать человеком, которого будут уважать. Который сможет решить любую проблему. И начинать нужно с бизнеса, оставленного другом.

К вечеру он соберёт ребят, и они наведаются на стоянку. Мужик, которому они должны денег, оставляет машину там каждый день. Серый попробует поговорить с ним ещё раз. Только теперь совершенно иначе. Он не будет ни за что извиняться и лебезить перед мужиком, как это было в прошлый раз. Теперь он будет ставить условия.

В ноздри ударил запах гари, и Серый увидел, как от его пальцев по платку начали расползаться тёмные пятна. А затем руки покрылись пламенем, но оно совсем не обжигало. Это было невероятно. Теперь он точно сможет договориться с тем мужиком. Не просто договорится, а вернуть все уже отданные ему деньги.

Царапина появилась на машине до того, как его парни принялись её мыть. Вот и получается, что мужик вернёт все деньги и заплатит за работу. Лишнего Серому не было нужно, только то, что они действительно заработали.

Платок полностью сгорел, оставив на руках лишь немного пепла. А на лице Серго застыла глуповатая улыбка. Похоже, что никто в действительности не знал, когда он родился. Дар проявляется себя только в тринадцать лет. А по официальным данным, день рождения у него только в следующем месяце.

Размечтавшись, как и его заберут в приличную семью, а теперь это точно произойдёт, всех пробудившихся забирают очень быстро, Серый даже не заметил, как подошло время обеда. Из-за всего случившегося он и так пропустил сегодня завтрак, так что оставаться голодным и дальше было нельзя. Все запасы Сани он уже давно съел. Да и яблоко последнее, как раз утром. Поэтому аккуратно стряхнул пепел в мусорную корзину, роль которой исполняло треснувшие пластиковое ведро, убедился, что не испачкал документы, и только после этого позволил себе покинуть убежище. Щёлкнул замок, и ключ отправился в задний карман. Теперь сюда точно никто не заберётся.

— Не знаешь, чего там за машины собрались возле ворот? — спросил Генка, когда Серый столкнулся с ним на лестнице.

— Понятия не имею. Нам до них точно никакого дела нет. Ты в столовую? Тогда я с тобой. Давай поднажмём.

Генка был не против, и они побежали. Вот только возле двери в столовой было какое-то нереальное столпотворение. Похоже, что здесь собрались все воспитанники детского дома, вместе с воспитателями, учителями и прочим персонала.

Отчего-то двери в столовую были закрыты и никого, пока не пускали. Серый, как замена Сани, сразу же направился к Бонапарту: она всегда знает, что творится в детском доме. Но практически все боялись с ней разговаривать. Пусть до Сани ей было далеко, но тоже умела зыркать так, что потом совершенно не хочется её ни о чём спрашивать. Но Серый должен это сделать. Должен показать всем, что на него можно положиться.

— Елизавета Петровна, а почему нас не пускают в столовую? Ведь обед уже, как пять минут должен идти.

— Должен, только не идёт. — буркнула кастелянша, но всё же соизволила ответить, когда поняла, что Серый не собирается никуда уходить. — Сама не знаю. Пришли, а двери закрыты. Хотя слышно, что кто-то там ходит и гремит тарелками.

— Может, нам решили праздник, какой устроить?

— С чего это вдруг? Нас бы точно предупредили. Но никто ни сном ни духом. Так что иди к своим и ждите. Столовую скоро откроют.

Стоило Серому сделал пару шагов, как двери в столовую действительно распахнулись, а зычный голос поварихи тёть Зины, разлетелся по коридору, где они топтались.

— Прошу всех к столу. Сегодня у нас праздничный обед. Только помните, что вам нельзя много сладкого.

— Да там пирожные! И мороженое! И конфет полно! И даже арбуз есть!!! — раздался звонкий голос какого-то младшего мальчишки, после чего все ломанулись в открытые двери.

Серый позволил всем себя обогнать. Он обязательно найдёт место. К чему так торопиться. Показывать другим суету. Он должен всегда быть спокоен, чтобы люди видели в нём надёжного человека.

Стоило Серому оказаться в столовой, как его тут же кто-то схватил за руку и сильно дёрнул в сторону.

— Привет, Серый! Я же говорил, что мы скоро встретимся! Знакомься, это мой троюродный брат Дмитрий. Из него с рождения лепили высшего аристократа, поэтому нужно помочь парню. Показать ему нормальную жизнь и нормальных людей. Ты мне поможешь?

Начал тараторить Саня. А Серый просто стоял и не мог в это поверить. И плевать, что на столах вместо горохового супа, который сегодня был в меню, стояли всякие сладости и фрукты. Гораздо важнее для Серого было то, что Саня приехал. Приехал в самый нужный момент, когда ему была нужна помощь.

* * *

— В течение полугода вы все покинете детский дом. К тому моменту уже будут готовы все необходимые документы, и я подберу место, где вы будете работать. Серый, станешь управляющим моей фирмы и остальным место найдём. А теперь быстро вернулись к работе. Неужели у вас ни у кого сегодня больше дел нет?

Достаточно было использовать силу самую малость, чтобы все ребята бросились врассыпную. Даже Димка едва не умчался вместе со всеми. А вот Серый остался. Он лишь вздрогнул, но смог себя перебороть. Волк уже давно показывал мне на часы, поэтому необходимо торопиться.

— Дим, иди пока к машине, я скоро тебя догоню.

Судя по рожам, что корчил Серый, он хотел остаться со мной наедине. И судя по тому, какие виноватые взгляды периодически бросали на нас мои бывшие сотрудники, дело у них шло паршиво.

Брат было собрался возразить, но на него мои взгляды уже давно действовали, а вот на Волка нет. Поэтому пришлось поиграть с разумником в гляделки, прежде чем он ушёл. Сам ушёл, но прикрыл меня своим даром. Отчего у меня мурашки по коже начали бегать. Да и Серый поёжился.

— Саня, тут такое дело. — по старой привычке начал мяться Серый, но быстро исправился. — В общем, я отдал все твои накопления за царапину, которую мы не делали. Кошелёк оставил. Там ничего не трогал. Забери его, пожалуйста, прямо сейчас.

— Синий Фольксваген? Водитель у него, такой дядька худющий, с чёрными волосами и глаз один меньше другого? — Серый молча кивнул. — А царапина у него с правой стороны, прямо под фонарём поворотника? — и снова Серый кивнул. На лице у парня начало появляться осознание, и от этого он становился всё смурнее. — Он уже несколько раз пытался обвинить нас в этой царапине. Начал сразу после Нового года. Видимо, деньги совсем кончились, вот и попытался нажиться на сиротах. И судя по тому, что ты начал мне об этом рассказывать, нажиться у него всё же получилось. Неужели ребята тебе не говорили об этом?

— Говорили: но разве могу я… — Серый махнул рукой. — Он в полицию собирался заявление написать. А ещё пойти к руководству детского дома и всё рассказать. Я отдал ему всё, что ты оставил, и ещё мы должны пять тысяч. Даже не осталось зарплату нашим выдать. Витька уже отказался работать, пока у меня деньги не появятся.

А вот это было уже куда серьёзнее. Витька и его ребята отвечали за разведку и наблюдение. Они знали обо всём, что происходит на территории детского дома. Правда, в тот раз с Алевтиной Петровной, или Поганкой, как мы её называли, облажались они по полной.

— Раз Витька не хочет работать, то пускай не работает. Делай вид, что ничего не произошло, и вскоре он сам попросит вернуться. Слишком все привыкли иметь стабильный заработок. А к этому времени деньги у тебя уже будут. Сегодня оставайтесь здесь, а завтра можете смело идти к тому мужику, и он всё вернёт. С процентами. И слишком здесь не расслабляйся. Вскоре я вернусь за тобой. Узнал тут, как можно сделать любого человека слугой рода. Ты точно пригодишься мне в этой роли. А теперь давай, до встречи.

— Спасибо, — только и смог расслышать я.

Голос Серого слишком дрожал. Да и сам он выглядел не лучшим образом. Словно я пообещал решить для него какую-то невероятно сложную проблему. Хотя на самом деле она была настолько пустяковой, что я даже не буду применять свои способности.

— Постой, — крикнул друг, когда я уже ушёл довольно далеко. — Ты должен узнать об этом первым.

Серый подбежал ко мне, осмотрелся по сторонам, зачем-то стащил кофту и набросил её себе на руку. А затем попытался встать как можно ближе ко мне. Так, словно он пытался от кого-то спрятаться.

— Смотри. Ты будешь первым, кто это увидит. — сказал Серый, и на его ладони появилось несколько язычков пламени. Совсем как на конфорках газовой плиты. — У меня есть дар. Скоро я смогу, как и ты, попасть в очень хорошую семью.

— Даже не думай. Ты нужен мне, и будешь работать только на меня. Волк уже ищет человека, который тебя усыновит. И будет этот человек из службы безопасности Апраксиных. Ты обещал, что станешь управляющим моей фирмы, а до её открытия осталось совсем нет ничего. Поэтому оставим твои способности в секрете. Не показывай их никому. Даже другим ребятам.

Убедить в этом Серго было довольно легко. Он вообще был крайне уязвим к моей силе. Что сейчас и доказал, заявив, что больше никто не увидит, что он одарённый.

— Нужно заехать на одну стоянку в паре километров от детского дома. — сказал я, оказавшись рядом с Волком. Он отдавал какие-то распоряжения по телефону. Через десять минут мы уже подъезжали к знакомому месту.

Несколько металлических ящиков, поставленных друг на друга, заменяли сторожу ночлежку. Там он сделал для себя вполне приличное жилище. Даже диван и три кресла имелись. Правда, все разные, принесённые с соседней свалки, но от этого они не стали хуже. Сторож их отмыл и залатал все повреждения.

От ящиков по всему периметру стоянки тянулся высокий забор из металлических прутьев, сваренных между собой, сверху украшенный колючей проволокой. Кого собирались этим остановить хозяева стоянки, было непонятно. Даже мы без проблем смогли найти лазейку и до договора со сторожем забирались на стоянку через неё. Успевали помыть пару машин и немного заработать, пока не наступала пора уносить ноги от летящих в нашу сторону собак. Мы всегда успевали. Порой раздирали одежду, но тела оставались целы.

Несколько сотен машин и, собственно говоря, всё. Вот так выглядело моё бывшее место заработка. Сейчас наших никого здесь не было. Все ребята находились в детском доме. А сторож сидел в своей коморке. Наверняка пялится в старый телевизор. Единственное его развлечение во время долгих дежурств.

Но стоило нашей машине только подъехать к обычной доске, подвешенной на проволоке, которая выступала в роли местного шлагбаума, как дверь в коморку распахнулась и на пороге появился мой давний компаньон. Хоть он и был уже далеко не молод, выглядел даже крепче Волка. Всегда хмурый взгляд, разочаровавшегося в жизни человека, щетина на лице, помятая и заляпанная машинным маслом одежда. Единственное, о чём всегда заботился сторож — были его усы. Уже наполовину седые, но очень густые и ухоженные.

— Ждите меня здесь. — сказал я Волку и Димке, а сам вылез из лимузина.- Привет, Палыч. Слышал, что у моих парней возникли проблемы?

— Погоди, — начал присматриваться ко мне сторож, явно не веря собственным глазам. — Шурик, ты что ли? Это получается, что ты не сирота? Тогда как и почему?

— Сирота, дядь Жень, сирота. Покажешь мне, где машина того мужика?

— Ты же знаешь, что не позволю бедокурить у меня на стоянке. Тем более, портить чужое имущество. Они же потом с меня начнут требовать ремонт оплатить.

— Даю тебе слово, что даже пальцем не трону эту злосчастную машину.

Сторож развёл руками, и самодельный шлагбаум принялся подниматься. Вот такой незамысловатый трюк с выключателем на стене, вне зоны видимости посетителей. Крикнул водителю, чтобы он оставался на месте. Ослушаться меня тот не мог, как не мог этого сделать и Волк. Точно не при Димке. В очередной раз не пожалел, что взял его с собой.

— Последний ряд, шестое место слева. Он как раз приехал минут десять назад и ещё здесь. — помог мне сторож и сам двинулся следом.

Глава 19

— Последний ряд, шестое место слева. Он как раз приехал минут десять назад и ещё здесь. — помог мне сторож и сам двинулся следом.

Обычно на его плече всегда висела старая винтовка, которая стреляла солью. Мне никогда не доставалось, а вот ребята рассказывали, что это очень больно. И потом долго не можешь сидеть как следует.

Но сейчас Палыч оставил своё оружие в коморке, стоило Волку только посмотреть на него, в открытое окно. Да и рядом я заметил ещё несколько очень странных людей, которые не сводили с нас глаз. Словно собирались бросить на сторожа в любой момент. Всё же Волк не сдержал слово. Но я на него не обижаюсь. Мы уже уехали из детского дома, а договаривались только на него.

Нужную машину я отыскал без проблем, как и мужика, который смог развести Серого. Я уже сталкивался с ним раньше и поэтому прекрасно понимал, с кем предстоит иметь дело. Поэтому не стал ничего выдумывать, а просто подошёл и похлопал его по плечу.

Он заглядывал под капот машины и что-то пытался там сделать. После моего прикосновения мужик подпрыгнул, выбил рычаг, удерживающий капот, и тот с грохотом закрылся. Едва не прищемив ему руку.

— Какого ху… — начал говорить мужик, но стоило ему повернуться и встретиться со мной взглядом, тут же потерял дар речи. Но он точно узнал меня. Даже губы безмолвно выдали — «Ты».

Раньше я уже применял к нему свою силу, а вот сегодня даже не собираюсь этого делать. Для чего, когда мой внешний вид говорит сам за себя? Я встал, так же как Димка при нашей первой встрече.

— Прошу прощения, господин. Вы напугали меня. — начал тараторить мужик, при этом он косился на мой пиджак, на запонки и лацканы, увитые серебряными символами. А затем увидел перстень, начал пятиться, запнулся об какую-то железяку и сел на задницу, при этом начав что-то причитать.

Теперь я могу договариваться с людьми, даже не применяя своей силы. Главное — преподнести себя правильно. Одного внешнего вида и уверенности в себе для этого достаточно.

Сделал два шага вперёд и присел на корточки. Делать это в костюме не очень удобно, но я потерплю.

— Говоришь, царапину сделали ребята из детского дома? И стоит эта царапина как вся твоя машина? Решил, что меня нет и можно творить беспредел?

* * *

— Молодец, Виктор. Просто великолепно. Ты не совершил ни одной ошибки. Как твой учитель, я могу гордиться. — похвалила меня Екатерина Андреевна.

Шторой она перестала быть уже довольно давно. Как-то мне стало неудобно её так называть. Просто на все наши последующие встречи учительница одевала очень красивые платья, не то что в первый раз.

Вот и сегодня на урок она пришла в чёрном платье, которое обтягивало её фигуру. На ногах были туфли на огромной шпильке. Отчего Екатерина Андреевна стала выше сантиметров на десять. Если раньше мои глаза находились на уровне её шеи, то теперь они смотрели на её грудь. И мне показалось, что учительница старалась сделать так, чтобы я смотреть на неё как можно больше.

Сегодня у меня был экзамен по Котильону. Один из танцев, который входил в обязательную программу балла в академии Годуновых. Глупый танец, как и все остальные. Но раз они помогут мне стать влиятельным человеком, то можно немного и потерпеть.

К тому же я вроде начал понимать, почему старшим мальчишкам нравилось танцевать с девчонками. Правда, все наши девчонки сильно проигрывали Екатерине Андреевне. И платьем, и всем остальным. Разве что были моложе.

Да и ко мне никто так не относился. И вот сейчас, когда учительница стала хвалить меня, она подошла очень близко и положила руки на мои плечи. Даже не знаю, что она хотела делать дальше. В танцевальный зал без стука ворвался Волк. Весь красный и тяжело дышит, словно бежал.

— Спасибо за урок, Катя. На сегодня ты свободна. Через час зайди ко мне, есть разговор. И убери уже руки от княжича.

Екатерина Андреевна тяжело вздохнула, как-то очень печально посмотрела на меня, коснулась указательным пальцем моего носа и ушла.

— И зачем ты её обидел? — спросил я у Волка, хмуро глядящего вслед женщине.

— Затем, что кто-то решил самостоятельно расширить свои полномочия. Но это тебя не должно волновать. Главное, что я успел. Слишком сильное, — Волк занялся, явно подбирая слова. — впечатление ты на неё произвёл при первой встрече. Теперь мне приходится бороться с этим.

— И как, успешно?

Мне было очень интересно. Вроде я сразу же перестал применять свой дар, а оказывается, что вон как всё обернулось. Становлюсь сильнее, и это очень хорошо. Глядишь, так скоро и с разумником смогу договориться. Есть у меня пара идей, но он точно не разрешит. Пока…

— Успешно, но бывают рецидивы. Как вот сейчас. — ответил Волк.

Но я так и не понял, что за рецидивы и почему именно сейчас они произошли? Вроде всё как обычно. Может, Екатерина Андреевна прижималась ко мне немного сильнее обычного. Даже несколько раз приходилось голову убирать, чтобы не врезаться в её грудь. Но мне это даже в какой-то степени нравилось. Только пока непонятно что именно.

Но это не важно. У нас ещё будет много занятий танцами, успею разобраться. А сегодня был день, которого я ждал уже давно. Сегодня меня начнут учить драться, не прибегая к своей силе. Волк заявил, что в академии даже мне сделать это будет крайне тяжело. Только если на занятиях в специально оборудованных аудиториях.

А вот за их пределами сила всех учеников будет ограничена. Практически сведена на нет. Вот тут и нужно будет уметь махать кулаками. Сложного в этом я ничего не видел. Уже раньше приходилось несколько раз так делать. Но это до того, как я впервые применил свой дар. После этого мне уже не нужно было сбивать кулаки. Для этого всегда находились другие исполнители, если дело было совсем плохо.

Но раз Волк говорит, что нужно учиться драться без магии, то буду учиться. Контракт и всё такое. Ещё со мной будет заниматься и Димка. До этого он пропускал большинство моих занятий. Одни ему были не нужны, а на другие просто нельзя приходить. Там меня учили вещам, которые и без всякого обучения должен знать Виктор Апраксин. Те же родственники, будь они неладны. За месяц так и не смог запомнить всех. Хоть в первой и второй линиях не путался, и уже очень хорошо.

Сам Димка два дня назад уехал домой. Соскучился по родителям, поэтому мне оставалось только усиленно учиться и редко заскакивать к Акелле, который практически привык к нам и даже уже не шипел. Но лапой бить не перестал. Это у нас было своеобразное приветствие.

Прежде чем кот давал себя погладить, обязательно быстро, быстро бил меня или Димку по руке выпущенными когтями. Оцарапать нас у него не получалось. И только убедившись в нашем превосходстве, Акелла позволял коснуться себя.

Димку я тоже смог убедить, что когти Акеллы не смогут ему причинить вреда. Конечно, пришлось постараться. Провернуть с собой этот трюк оказалось гораздо легче. Но и Димка через неделю уже гордо смотрел на меня, когда Акелла безуспешно колотил его.

Нужно мне будет открыть курсы для всех любителей кошек. Никому же не нравится ходить поцарапанным. Но это будет только после открытия мойки. Когда она начнёт приносить деньги. А пока до этого ещё рано. Сперва нужно закончить работу, на которую я подписался.

— Расскажи мне, как давно у тебя появились эти способности? — спросил Волк, привлекая моё внимание. Так я и не успел продумать новую бизнес-модель. Но ничего, после занятий времени будет много. Тогда этим и займусь.

— Я и сам уже не помню. Давно было. Может, в пять или шесть лет. Меня тогда как раз только перевели в детский дом Максима Горько. А к новичкам там раньше относились весьма предвзято. Обязательно пытались поколотить и сделать мальчиком, или девочкой на побегушках.

— И тебя колотили?

— И меня по началу пару раз колотили. Но быстро перестали, а вскоре и вовсе старались ко мне близко не подходить. Я тогда сам толком не понял, чего случилось, но говорят, что напугал всех очень сильно. Так, что пара старших ребят вовсе заикаться начали. После этого больше никто не хотел меня бить, да и делать мальчиком на побегушках. Мне потом ещё пришлось мириться со всеми. Но это было несложно. Немного сахара, конфет и пара услуг сделали своё дело.

— А что вообще ты испытываешь, когда применяешь свою силу?

— Да ничего, — пожал я плечами. — Просто хочу договориться с человеком. При помощи страха или расположения к себе, зависит от конкретной ситуации. Со страхом всегда проще, но потом люди ведут себя диковато. Постоянно вздрагивают, оборачиваются и стараются избегать меня. А как с такими работать?

— Согласен, трудно. — кивнул Волк. — А попробуй меня напугать. Нагони самый сильный страх, который только сможешь.

— Тебя не могу. Каждый день пробую, ничего не получается.

Волк посмотрел на меня удивлённо. Точно ничего не замечал. А я думал, просто решил не говорить. Раз не могу пробиться, значит, и не нужно обращать внимание.

— Я уберу всю защиту, и тогда точно получится. Прямо сейчас давай.

Глаза Волка затянуло белёсой пеленой. Буквально мгновение, и он вернулся. Вернулся уже изменившимся. Я ощущал его иначе. Словно раньше он всегда стоял сразу в десяти зимних куртках, а сейчас скинул их все с себя. И даже майку снял.

— А если я не хочу тебя пугать? Будешь потом, как и все остальные, дёрганым ходить и сторониться меня. Тогда и учёба вся коту под хвост.

— За меня не бойся. Не зря же я семь лет в Академии Разума провёл. Нас там учили бороться с любым страхом. Даже самым сильным, что только может быть.

Ну, ладно. Раз Волк просит, не буду ему отказывать. За всё время, что мы с ним знакомы, он вообще мало о чём меня просил. Да и все его просьбы были оплачены заранее.

Раз Волк хочет, чтобы я выложился по полной, то так и сделаю. Договориться с собой было легко. Секунда на подготовку, я посмотрел на Волка, и сам едва устоял на ногах.

* * *

— Расскажи мне, что это вообще было? Какого хера ты решил долбануть по всей базе. Да ещё и долбануть изо всех сил. Даже мне от твоего удара стало дурно. Пробился через все блоки, снёс защиту князя, едва мозги мне не вскипятил. Да чего мне. Ты всем, кто на базе находился, едва мозги не вскипятил. Представляешь, что было бы в этом случае? Убить столько слуг Апраксиных…

Ярился Воронов, нарезая круги перед откинувшимся на спинку стула Волком. Разумник был выжат настолько, что сейчас не хотел думать совершенно. Да и мыслительный процесс доставлял ему физическую боль. Он не испытывал подобного ещё никогда.

Его собственные мозги едва не вскипели. И не помогало вообще ничего. Не одна техника защиты разума, ни один блок, ни одна закладка. То, что испытал Волк, нельзя было ни с чем сравнить. Это был не страх. Ужас, паника, хаос и безнадёга.

Всё это смешалось, создав мощнейший ментальный коктейль, который Волк попытался уничтожить. Уничтожить, высвободив всю свою силу и долбанув по базе. В тот момент он не отдавал отчёт в своих действиях. Да и сейчас всё ещё плохо это делал.

Мальчишка оказался нереально силён. Пусть пока он и не способен пробиться через защиту Волка, но после инициации его уже ничто не остановит. Конечно, князья и Абсолюты будут Виктору не по зубам, но как долго — вопрос времени.

Он уже смог пробудить силу крови Апраксиных. И использовал её походя, словно делал это каждый день с того момента, как осознал свои возможности. Скорее всего, так оно и было. Волк здесь ничего не мог сделать.

— Мне срочно нужно поговорить с князем. — найдя в себе силы, выдавил Волк.

— Покаяться ты всегда успеешь. Да и не сможешь ты с ним поговорить. Даже я не знаю, где сейчас князь. После того нападения он исчез и не выходил на связь. Уверен, что скоро в спорных землях освободится кусок жилого пространства. И исчезнет несколько отрядов наёмников.

— Да не собираюсь я каяться. Я защищался. Пытался скинуть с себя воздействие Виктора. Попросил его на свою голову показать, каким образом он может воздействовать на людей. Попросил не сдерживаться, и вот результат. Голова сейчас лопнет.

— Хочешь сказать, что мальчишка смог довести до такого состояния одного из сильнейших разумников империи? Кто же он такой? Ты все анализы делал? Результаты есть?

— Результаты только для князя. — отрезал Волк и этого вполне хватило, чтобы Александр Иванович перестал задавать вопросы. — Поэтому мне и нужно срочно с ним связаться. Ситуация может выйти из-под контроля. Даже моих способностей может не хватить.

— Сперва ключ доступа, который реагирует исключительно на кровь Апраксиных. Потом тот случай на полигоне. Наши бойцы, что вплотную не замечают парня, свободно разгуливающего по базе. Оберег, переданный одному из напавших на нас пилотов. А теперь ещё и ты. Если бы я сам не знал настоящего Виктора, то решил бы, что это он. Что кровь Апраксиных начала пробуждаться.

— Нужно заменить всю охрану. Держать на базе только одарённых не ниже пятого ранга. Их защиту он пока ещё не сможет пробить. И с учителями что-нибудь необходимо делать. Парень умудрился подчинить себе Катю, я до сих пор ещё не справился с последствиями до конца.

— И ты молчал об этом?

— Ситуация под контролем. Да и не смог бы ты ничем помочь. Здесь нужен кто-то из Апраксиных. А в этой ситуации никому, кроме князя, доверять нельзя.

— В таком случае остаётся только ждать возвращения князя. И больше не проси парня применять свои способности. Мы вообще ничего о них не знаем. Через час должен приехать Дмитрий Сергеевич, если он пострадает, отвечать придётся нам. Его отец так просто этого не оставит. Он обязательно воспользуется возможностью и поставит на наше место своих людей.

— Пока князь не появится, не поставит. А когда появится, то он точно не станет слушать племянника.

— Не забывай и о том, что происходит в клане. Это ты совсем не касаешься тех дел, а меня уже тошнит от них. Распутины устроили тур по соклановца в надежде уговорить их проголосовать за своего парня. Слышал, что он недавно смог поднять десяток мертвецов. Чёртовы некроманты. И это ещё до инициации. Страшно представить, что будет после неё.

— А ничего не будет. На золотом факультете ему дадут необходимые знания и начнёт работать по профилю. Отправят куда-нибудь в горячую точку для огранки дара.

— Ты так уверен в Александре?

— Даже не представляешь, насколько сильно. Лучшего кандидата Григорий Константинович не найдёт. Только если Виктор придёт в норму.

Вороном, покачал головой. Целители не давали никаких утешительных прогнозов. Хоть состояние мальчишки и стабилизировалось, оно оставалось очень тяжёлым. Его дар не давал никому, кроме Апраксиных, приближаться к Виктору. Даже целители были вынуждены работать на расстоянии или непосредственно в присутствии князя. Он ненадолго мог создавать брешь в силе внука.

— Остаётся только надеяться, что ты окажешься прав. Парень уже готов перейти к следующему уровню обучения? Как он относится к насилию. — спросил Ворон.

— Нейтрально. Предпочитает всё решать переговорами. И здесь ему также нет равных. Способен договориться практически с любым человеком. Исключением являются менталисты и одарённые начиная с пятого ранга. Но от драки точно не побежит. Он не трус.

— Получается, что с наследниками старших семей у него ничего не получится? Сомневаюсь, что кто-то из них после инициации окажется ниже пятого ранга.

— Я тоже так думаю. Поэтому обязательно необходимо парню научиться драться. Не бездумно махать кулаками, как он это делал в детском доме, а хотя бы выучить основы.

— А что там с Белозёровым? Он вроде предлагал парню экскурсию в расположение Рюрикова Полка и урок по пилотированию МД. Да и тот, захваченный МД. Он числится, как личная собственность княжича. Захвативший доспех парень, от него ни на шаг не отходит.

Ещё один вопрос, который Воронов пока не проработал. Просто не знал, как поступить. Дать парню разрешение на посещение Рюрикова Полка или нет? Без Григория Константиновича он не мог принимать подобные решения. Всё же это территория Рюриковичей. На ней находятся военные объекты, и требуется разрешение на визит. А получить такое разрешение может только князь.

— Предлагал. — согласился Волк. — И говорил, что мы можем это сделать в любое время. Если Полк не будет на задании, то граф лично проведёт экскурсию для Виктора и покажет ему все модели МД, что имеются на вооружении Полка. Сказал, что пропуск будет выписан на месте. А по поводу того МД, я поговорю с Александром. Уверен, что он согласится на компенсацию. Но пока не нужно ничего с ним делать.

— Даже так? — хмыкнул Ворон. — В таком случае пускай Кавадзиро несколько дней погоняет парня. Так, чтобы у него всё тело болело, тогда можно и в гости к Белозёрову. Не хватало ещё, чтобы он действительно позволил мальцу залезть в МД. Кто знает, какие ещё секреты хранятся у мальчишки за пазухой? И что там с этим котом? Мне Виктория уже раз пять докладывала, что с кухни пропадают продукты.

— С котом всё отлично. Все необходимые процедуры проведены. Избавлен от паразитов, вымыт, вычесан, когти пострижены. Степанида Игоревна (психолог) рекомендовала дать парню возможность общаться и заботиться о коте. Это позволит ему быстрее адаптироваться к изменившимся условиям жизни.

— Что-то я не замечал, что он переживал о чём-то. Ведёт себя так, словно хозяин базы.

Ворон даже не представлял, насколько близко он к правде. Но разумник ничего ему не будет рассказывать. Сперва об этом должен узнать князь, а уже потом он сам решит, кого посещать в эту тайну, а кого нет.

Пока же нужно отправляться и знакомить инструктора по боевым искусствам с его новыми подопечными. Волк даже не представляет, как у японца получится научить Виктора драться за столь короткий срок. Ведь после посещения Рюрикова Полка он планирует устроить парню настоящее испытание. В котором тому придётся вступить в реальный бой. И там его сила ничем не поможет.

— Я так понимаю, что вы уже познакомились? — спросил Волк, когда обнаружил хмурого Тацую, стоящего перед домиком Виктора. А рядом с ним на земле лежал, вернувшийся Дмитрий и никуда не уезжавший Виктор.

— Можно, я покажу этому ниндзя, насколько он ошибся, решив, что может вот так обращаться с моим братом? — выкрикнул Виктор, и в следующую секунду произошло нечто невероятное.

Глава 20

Оказывается, что я умею отлично драться. Просто убедил себя в этом, после того, как прибывший азиат раскидал нас с Димкой, как новорождённых котят. Если бы увидел Акелла, то сразу же ушёл. Его хозяин не может быть таким слабым.

А всё началось с того, что я решил проверить, достоин ли этот человек обучать меня. Он сказал, что я должен его во всём слушаться. Хотя между нами никаких договорённостей не было. Пока Волк где-то ходил, мы с Димкой встретились с Тацуей Кавадзири — инструктором по боевым искусствам, который и должен нас им обучать.

Никогда не встречал инструкторов по боевым искусствам и тем более, иностранцев. А Тацуя именно таким был. Даже говорил по-русски плохо. Вот я и решил его испытать. Он сразу же согласился. Сказал, что если победит, то я назову его учителем и буду во всём слушаться. Только я его предупредил, что законы империи нарушать не буду. На всякий случай. Он согласился и сказал, чтобы мы с Димкой вдвоём на него нападали. Конечно, это было нечестно: двое против одного. Но он взрослый, намного выше и тяжелее нас. Поэтому мы согласились.

Первая же атака закончилась полным провалом. Я даже не смог понять, что сделал Тацуя, как оказался на земле, а через секунду ко мне присоединился и Димка. Это уже было совсем невесело. Я не смог не только увидеть движения инструктора, но и противостоять ему.

Так сразу убедить себя не получилось, поэтому пришлось нам с Димкой, ещё несколько раз встретиться с землёй. Больно не было, больше обидно. А ещё инструктор начал оскорблять Димку, называть его мешком с песком, неуклюжим увальнем и ещё что-то на своём языке, я так и не понял. Меня он не обзывал. Наверное, всё из-за герба на пиджаке. У брата такого не было.

Но всё резко изменилось, когда пришёл Волк. К этому моменту я уже практически убедил себя. Оставалась самая малость, прям как на полигоне, когда пробивал кирпичную стену.

— Можно, я покажу этому ниндзя, насколько он ошибся, решив, что может вот так обращаться с моим братом? — выкрикнул я и, не дожидаясь положительного ответа Волка, поднялся на ноги.

Дальше я в два прыжка оказался рядом с инструктором и нанёс несколько очень быстрых ударов. Но этого было недостаточно. Тацуя смог защититься, и даже сам ударил меня ладонью в грудь. На этот раз я не упал. Даже удара почти не почувствовал, лишь лёгкий толчок.

Секундное замешательство, которого мне хватило, чтобы немного испугать инструктора. Он сделал крошечный шаг назад, и в этот момент я нанёс удар. Раздался чудовищный треск, который моментально заставил меня остановиться.

Правый рукав был разорван до локтя. Буквально измочален, словно его трепала собака. Видел я такие тряпки на стоянке. Зачарованная ткань разорвалась настолько легко, будто это была бумага. А про рукав рубашки и говорить нечего, он и вовсе перестал существовать.

А ещё очень саднило руку. Словно я засунул её в кусты крапивы и потом водил ей там из стороны в сторону. Но она была целой. То, что я сделал с одеждой, не коснулось руки.

Правда, со мной всё было в относительном порядке, пострадал всего один рукав, а вот на Тацуе одежды почти не осталось. Но это совершенно не смутило его.

— Вижу, что юный господин уже готов пройти инициацию. А также, что он совершенно не умеет сдерживать силу. Как и не умеет драться. Меня пригласили, чтобы я научил вас делать это без применения магии.

— Без магии, так без магии. Сам не понимаю, как это произошло. Давайте ещё раз. И я обязательно куплю вам новую одежду. Она же обычная? Не как мой костюм? Не из зачарованной ткани?

Инструктор махнул рукой, давая понять, что для него это пустяк. А затем он впервые с нашего знакомства решил быть серьёзным. До этого просто стоял на месте, даже почти не двигался, а сейчас очень странно встал. Одна нога впереди, слегка присел и выставил руки перед собой. Открытые ладони смотрели на Тацую.

— Ещё раз, юный господин. Только теперь я буду не только защищаться при помощи дара. И вам не нужно сдерживаться.

— Запрещаю! — тут же гаркнул Волк и попытался надавить на нас своей силой. Димка застонал, а вот мы с инструктором даже не обратили на это внимание.

Тацуя, оказывается, очень интересный. Вон, даже Волк не может с ним ничего сделать. Мне он уже нравится.

— А я запрещаю тебе вмешиваться. — произнёс я.

Показалось, что слышу скрежет зубов разумника. Только наедине он может перечить мне, не соглашаться и даже ругать. А вот при посторонних должен вести себя, как примерный слуга. Да и не может он ничего сделать. Не способен пробить мою защиту.

— Сейчас решается, кто из нас будет командовать. И раз инструктор Тацуя будет применять свою силу, то я и не стану сдерживаться.

Страх начал распространяться от меня во все стороны. Снова досталось одному Димке. Нужно будет потом поработать с ним, научить сопротивляться. Или ещё что-нибудь придумать. А то я сам не знал, как противостоять моим способностям.

Если Димка застонал, то инструктор даже не шелохнулся. А затем он и вовсе для чего-то сказал:

— Нападаю!

В этот момент я воспользовался и вторым глазом. Просто потому, что не видел, как двигается инструктор. А такой ход позволил мне остановить его. Просто для того, чтобы я снова оказался на земле. На этот раз ударов было несколько, и все ощущались довольно сильно.

— Ещё раз!

Сдаваться так просто я не собираюсь. Да и двигается Тацуя не так уж и быстро. Смог же я его сейчас заметить. Значит, смогу и защититься от его ударов, и сам ударить в ответ. Я всё смогу. Я всё сумею. Нужно только захотеть.

Инструктор не стал мне отказывать, хотя Волк и призывал его к этому. Он уже успел подойти к Димке и закрыть его своей силой. Было видно по затянутым белёсой пеленой глазам. А ещё вокруг нас начали собираться сотрудники базы. Что же, пускай смотрят, мне не жалко. И не мне нужно волноваться, а Тацуе, это он — инструктор, которого сейчас победит двенадцатилетний сирота, совершенно не умеющий драться. А я его обязательно одолею. И неважно, сколько для этого потребуется времени.

— Нападаю! — вновь выкрикнул Тацуя, и на этот раз мы начали двигаться одновременно.

Я видел каждое его движение и даже смог защититься от первых трёх ударов. Четвёртый угодил мне в грудь. Воздух резко закончился, стало трудно дышать. Но это всё мелочи, главное — я смог коснуться руки инструктора, и на том месте мгновенно появился синяк. Это я увидел уже после того, как в очередной раз поднялся на ноги.

За первым пропущенным ударом последовало ещё несколько, с которыми я уже ничего не мог сделать. Но прогресс на лицо,

— Ещё раз!

Инструктор снова встал в свою стойку. Только на этот раз он прикрыл место, по которому я попал. Прикрыл его ладонью другой руки, всего на несколько секунд, а когда убрал ладонь, то синяк уже пропал. Выходит, что Тацуя целитель. Значит, и навредить я ему не смогу. В том, что победа будет за мной, я уже не сомневался. Как не сомневался во мне и Акелла, выглядывающий из-под куста немного левее того места, где стоял инструктор. Как не сомневался и Димка, который после помощи Волка пришёл в себя. Как не сомневалась и Екатерина Андреевна. Всё же она признала меня императором, а император просто не может проиграть.

Я отчётливо ощущал их уверенность. Она смешивалась с моей и придавала сил. Никогда бы не подумал, что вера в тебя настолько окрыляет. Но в следующую атаку Тацуи я смог отбить десятка три ударов и даже сам попал раз пять. Теперь синяки расплывались не только по рукам инструктора, но и на груди. А ещё он слегка прихрамывал на правую ногу. Туда я угодил носком туфли, который оказался очень жёстким.

Конечно, драться в костюме невероятно неудобно. Но отступать, для того чтобы переодеться, сейчас было нельзя. С каждой секундой я ощущал, что верить в меня начинает всё больше людей. И самое страшное, что я могу сделать — это подвести их. Уничтожить веру, что даёт мне силы.

— Нападаю!

На это раз выкрикнул я и бросился в атаку. Тацуя уже исцелил себя и был готов. Первый удар он с лёгкостью отвёл в сторону, второй и третий тоже. А вот на четвёртом я сам не понял, что произошло, но инструктор резко зажмурил глаза, словно от яркого света, это позволило мне преодолеть его защиту и нанести удар в живот. Впервые за наш бой на земле оказался не я. А ещё я распрощался со вторым рукавом.

Но инструктор мгновенно оказался на ногах и бросился за реваншем. Он стал гораздо серьёзнее, и теперь уже я был повержен. Но моя уверенность только росла. Я смогу его победить.

Смогу!

— Вы это видели? Юный господин с каждым разом становится всё быстрее и даже Кавадзири уже не успевает за ним. — донёсся до меня чей-то шёпот.

Из кустов послышался одобрительный мявк, а затем зазвучал робкий голос Екатерины Андреевны, который с каждым новым словом обретал силу.

— Император! Император! Император!

Эти слова подхватили другие голоса, среди них я слышал Димку, Викторию и всех охранников, с которыми уже успел познакомиться. Теперь они все верили, что я смогу победить. Молчал только Волк. Он и был той последней каплей, которой мне не хватает, чтобы убедить себя. Но ничего, скоро и он сдастся. Поверит в мою победу. И этого будет достаточно.

— Нападаю! — вновь выкрикнул я первым, бросая в лицо Тацуи наглухо испорченный пиджак.

* * *

Это было просто невероятно. Волк даже сам не понял, когда поверил, что у Виктора всё получится. Получится справиться с инструктором, которого считали одним из лучших в империи. Да и не только в империи. На родине Тацуи Кавадзири он входил в десятку лучших мастеров боевых искусств и даже удостоился чести тренировать сына императора Токугавы. Что и стало причиной его бегства и поиска покровителей, которые смогут защитить от гнева императора Поднебесной.

Никто не знал, что конкретно там произошло, но Токугава несколько месяцев не показывал никому сына. Да и от Тацуи невозможно было добиться ответа, что послужило причиной его бегства. Здесь не помогут даже способности Волка по добыче информации.

Вот и сейчас он не смог остановить этот бой, хотя пытался изо всех сил. И пытался, после того, как Виктор смог выплеснуть силу. Выплеснуть так, что на лоскуты порвалась зачарованная ткань. Она могла остановить пулю, защитить от техник одарённых до пятого ранга, но не выдержала выплеснувшейся силы неинициированного мальчишки.

Впрочем, и Волк был не в состоянии с ним справиться. Не смог он справиться и с Тацуей, который отлично владел своим даром и смог защититься от воздействия разумника. А дальше моментально восстанавливал все повреждения. Впрочем, он вообще не должен был получать их в этом бою.

И как позже выяснилось, не зря разумник, пытался остановить этот бой. Не дать ему разрослись в нечто большее.

Посмотреть на то, как Тацуя Кавадзири даёт урок наследнику Апраксиных, собрались все свободные от дежурства бойцы и все сотрудники, не имеющие к охране никакого отношения. Причём было удивительно, но большинство болело именно за Виктора. За время, проведённое на базе, парень уже успел расположить их к себе. И клятва верности Апраксиным здесь была совершенно ни при чём.

Если потребуется, они отдадут жизнь за любого Апраксина, но не обязаны хорошо относиться к ним. Могут даже ругать и поносить последними словами. От этого клятва не будет нарушена.

И парень показал всем, что не зря они болеют за него. Раз за разом он поднимался на ноги и продолжал бой. Тацуя был сильнее, быстрее, техничнее. Он в совершенстве владел своим телом. Через его руки прошли сотни учеников, и тем не менее он так и не смог сломить волю Виктора.

Волк уже не сомневался, что это была именно Воля. Воля старшей семьи. Ещё одна сила, которой могли обладать только лучшие одарённые, даже среди старших семей. И знал об этой силе весьма ограниченный круг лиц. Волку посчастливилось попасть в этот круг, когда он занял место заместителя Воронова. Даже в Академии Разума им ничего не рассказывали о Воле старшей семьи. О том, как защищаться от неё. Как помешать противнику использовать её против тебя.

Да и не знал об этом никто. Против Воли нужна другая Воля. И здесь всё зависит лишь от того, чья окажется крепче. На базе других обладателей Воли не было, поэтому Виктор мог без проблем тренироваться в её освоении. Чем он и занимался. А по мере того как парень каждый раз вставал, вновь сталкивался с Тацуей, начинал его доставать и постепенно склонять чашу весов на свою сторону, всё больше и больше человек верили в победу Виктора. Верили и поддерживали, подхватив глупый клич, который первой выкрикнула Екатерина.

Слишком сильно на неё повлиял мальчишка. Даже без всяких клятв она была верна ему. И вся работа Волка по приведению её в порядок, пошла насмарку.

— Император! Император!

Принялись кричать все собравшиеся. И от этих криков у Виктора словно крылья выросли за спиной. Но всё равно этого было недостаточно, чтобы одержать верх над столь сильным противником, как Тацуя Кавадзири. Мальчишка продолжал и продолжал подниматься. Схватки становились всё ожесточеннее, и вот уже Тацуя первый раз оказался на земле.

Волк стоял и не мог поверить в увиденное. Такого просто не может быть. Как мальчишка, который совсем не умеет драться, может вот так противостоять одному из лучших мастеров боевых искусств? Для чего его вообще учить? Да он сам кого хочешь научит.

Волк смотрел на Виктора, и даже сам не заметил, как отринул весь скепсис и начал верить в победу мальчишки. Дошло до того, что он даже начал выкрикивать «Император» вместе с остальными.

Виктор словно только этого и ждал. В одно мгновение он словно освободился от тяжёлых оков, скинул груз, который не давал ему завершить этот бой победой. Вот второй рукав разлетелся на лоскуты, а после мальчишка и вовсе снял пиджак, чтобы кинуть его в лицо Тацуи.

Японцу потребовалось одно мгновение, чтобы избавиться от этого смешного препятствия, но мальчишке этого мгновения вполне хватило, чтобы оказаться рядом и ударить в грудь превосходящего его по всем физическим параметрам мужчину. Удар был такой силы, что Тацую отшвырнуло на несколько метров. Он снёс собой какой-то куст, из-под которого с воинственным воплем выскочил питомец Виктора. А после куста влетел в стену жилого дома. И влетел с такой силой, что по стене пошли трещины.

Кавадзири упал на колени, а затем воткнулся лицом в бетонную отмостку.

— Целителя! — послышался зычный голос Александра Ивановича, он смог перекрыть, начавшееся ликование.

Все, кто наблюдал за этим удивительным поединком, радовались победе Виктора. Хотя сам он отчего-то был не рад. Это было отлично видно по лицу мальчишки. А ещё Волк ощущал, что парень находится на грани. То, что он сотворил с собой, было невероятным. Но тело мальчишки было не готово к подобным нагрузкам.

Инициация ещё не была пройдена, а он уже вовсю пользовался магией. Что в будущем может крайне негативно отразиться на его способностях. Но Волк в этом мало чего понимал. А вот штатный целитель базы должен разбираться. Но пока он помогал Тацуе.

— Это было круто! Почему ты не говорил, что умеешь так драться? — подлетел к победителю Дмитрий и хотел хлопнуть брата по спине, но нарвался на его взгляд, и отшатнулся.

— Твою мать! — выругался Волк и бросился спасать мальчишку, а заодно и возводить барьеры, которые должны сдержать силу Виктора, не дать ему совершить непоправимое.

* * *

Наступление темноты всегда приносило с собой прохладу. Остывали нагревшиеся за день каменные здания. Духота уходила из сотен крошечных квартир, которые с каждым годом становились все меньше и меньше. Застройщики сокращали площади, но увеличивали стоимость.

Когда на город опускалась темнота, он начинал дышать полной грудью, принося всем жителям умиротворение и позволяя забыть все тягости прошедшего дня. В темноте таяли ошибки, совершённые днём, растворялись обиды и уходили тревоги. Для кого-то темнота была верным союзником, а для кого-то — злейшим врагом. Для последних в темноте прятались их страхи, которые они отгоняли искусственным светом. В темноте хранились самые сокровенные тайны и совершались таинства. Именно темнота способствовала появлению новой жизни. Людям так было комфортнее.

Гораздо сложнее было получить темноту днём. Но сейчас палата, которую минуту назад заливал яркий солнечный свет, полностью погрузилась во тьму. Впрочем, как и всё здание. А заодно и прилегающая к нему территория со всеми постройками.

У персонала началась паника. Люди не могли пробиться сквозь эту тьму. Не помогали фонари, мобильные телефоны и даже дар.

А причиной стало то, что единственный пациент этой больницы открыл глаза. Сейчас они светились в непроглядной тьме, выступая в роли единственного источника света. И видела его одна лишь древняя старуха, лицо которой растянулось в широкой улыбке. Сила крови в мальчике невероятно сильна. Практически так же, как в его брате.

Но ему ещё не время приходить в себя. Он ещё не готов.

— И зачем я тебе понадобился, старая карга? — раздался скрипучий голос за спиной старухи.

Она не стала поворачиваться, чтобы не ослепнуть от ярчайшего света, который исходил от такой же дряхлой развалины, как и она сама.

— Помоги мне вернуть мальчика в начало испытания. Слишком рано ему возвращаться, он ещё не готов. Нужно дать время второму. Сперва он должен обрести силу. Понять, как управляться с ней. И мы должны ему в этом помочь.

— Снова ты решила втянуть меня в свои непонятные махинации. Я тогда говорил, что мне это не нравится, и сейчас готов повторить это.

— Да плевать мне, что ты говорил. За эти годы мой ответ не изменился. Либо помогай, либо проваливай ко всем чертям.

Тьму разрезали несколько ярких лучей, и послышался каркающий смех. Настолько заразительный, что старуха сама начала хихикать.

— Столько лет тебя знаю и до сих пор не могу понять, как тебе удаётся это делать? Как ты можешь уговорить помогать себе даже врагов? И почему я всегда иду у тебя на поводу? Даже когда будущее семьи стоит на кону.

— Просто это очень легко, — ответила старуха. — Договориться всегда проще, чем враждовать. И ты не идёшь у меня на поводу. Ты просто знаешь, что так будет лучше для всех. Для света и для тьмы. Для твоей семьи. Сила крови в мальчишках невероятно сильна. Гораздо сильнее, чем в членах любой старшей семьи.

— В таком случае, почему же ты не даёшь ему очнуться? Почему держишь во тьме и обманываешь даже своего внука?

— Слишком много вопросов, старая ты развалина. Приготовься, сейчас я буду загонять тьму обратно, а ты подчисти всё, что она уже успела натворить, и приготовь надёжный засов. Следующий прорыв должен случиться не раньше инициации потеряшки.

Старуха встала со своего стула, её волосы начали развеваться, словно вокруг бушевал сильнейший ураган. С трудом она поднесла руку к лицу и прокусила большой палец. В этот момент её глаза наполнились тьмой. Гораздо более глубокой, чем та, что захватила территорию больницы. Глаза старухи стали светиться тьмой, как бы абсурдно это ни звучало.

А затем её руку подхватил сияющий гость. Начав передавать старухе своё свечение. Только её глаза оставались двумя безднами, в которых пряталась самая непроглядная тьма.

— Ради семьи и будущего. — произнёс старик, после чего его свет начал заливать всё вокруг. Не в силах проникнуть лишь во тьму в глазах старухи.

Глава 21

Победа над инструктором далась мне крайне тяжело. Я уже толком ничего не соображал, когда нанёс победный удар. Перед глазами плыли разноцветные круги, в груди долбил отбойный молоток, отдавая в виски, руки нещадно саднило. И в этот момент все начали кричать. Радоваться моей победе.

— Император! Император! Император!

А император в этот момент хотел только одного — тишины. И чтобы обеспечить её, необходимо было просто разогнать всех. Напугать их так сильно, как только возможно. Договариваться ни с кем совершенно не хотелось.

Вся сила передалась правому глазу, и в этот момент ко мне подскочил Димка. Он получил самый сильный удар. Упал на задницу, открыл рот от ужаса и начал отползать от меня. Но его перехватить Волк и что-то попытался со мной сделать. Вернее, с силой, что я выпустил.

Правда, после появления Димки этого уже не нужно было. Я пришёл в себя. Понял, что собираюсь делать, и всё из-за простой усталости. Хотя бы не такой уж и сильной она была. Когда тренировался бегать стометровку, выматывался куда сильнее. Но там я ещё не умел убеждать себя, а вот сейчас запросто.

— Всё нормально. Я вернулся и не буду никого пугать. — сказал я Волку, который уже стоял, шатаясь от перенапряжения. Сдерживал силу, которой не было. Очень сложно, наверное. — Мне понравилось сражаться с инструктором. Он отличный боец и сможет многому меня научить. Я буду называть его учителем и слушаться.

— В-в-витя. Не делай так больше никогда. Я думал, у меня сердце остановится от страха. — вместо Волка заговорил брат.

Выглядел он действительно паршиво. А ещё в волосах появилось несколько белых пятен. Это он чего же дома делал? Волосы, что ли, красил? Зачем? Ну ладно, у аристократов свои причуды, о которых я ничего не хочу знать.

— Прости, хотел избавиться от шума. Больше не буду так делать, даю слово. А ещё лучше я могу сделать так, чтобы ты перестал бояться? Хочешь?

Действительно, могу убедить Димку, что страха вообще нет. И тогда даже мой правый глаз не сможет ничего с ним сделать. Только сейчас в голову пришла эта мысль.

— Не нужно. Страх делает нас людьми. Позволяет нам преодолевать себя и становиться сильнее. Отец говорит так, каждый раз, когда ставил передо мной, казалось бы, невыполнимые задачи. За которые даже браться страшно. И каждый раз благодаря страху мне удавалось перебороть себя. Выполнить поставленную задачу и стать сильнее.

— Здорово. Я вот тоже практически ничего не боюсь. Но есть одна маленькая штука… — Волк и Димка слушали меня крайне внимательно. Оба даже подались вперёд, хотя Димка и сидел на земле. — Но я вам о ней рассказывать не буду. Лучше пойду посмотрю, чего там с инструктором. Нужно узнать, когда начинаем занятия и что нужно брать на них? Драться в костюме я больше точно не буду. У меня их осталось всего два таких. А говорили, что зачарованная ткань очень крепкая. Наврали. Или тот, кто продавал эти костюмы, обманул. Вон, как рукава на лоскуты разорвало.

Останавливать меня никто не стал. Волк принялся разгонять группу поддержки. А Димка так и остался сидеть на земле. Видимо, думал над тем, что я сказал. Пытается теперь понять, чего же я боюсь. Пускай попробует, потом, может, и мне расскажет. Я вот точно никому об этом не стану говорить. Даже себе.

— Твой удар никуда не годится, — заявил инструктор Тацуя, когда я к нему подошёл. Местный целитель Альберт, как раз что-то делал с ним. — В настоящем бою ты бы пал после первого удара. Сейчас я позволял тебе подниматься. Позволял проводить анализ и делать работу над ошибками. И только благодаря этому тебе удалось нанести последний удар. Силы, вложенной в него, могло хватить, чтобы убить десяток человек. А вышло так, что я немного полетал. Треснули пара рёбер и синяков прибавилось.

— Вы так говорите, словно я совсем драться не умею. А всё, что сейчас было, лишь заслуга дара. Хотя я даже ещё инициацию не прошёл.

— Так и есть. И это сможет подтвердить любой человек, который хоть немного разбирается в боевых искусствах.

Я сразу же повернулся и начал выбирать одного из охранников базы. Все они работают в службе безопасности Апраксиных, значит, драться умеют. Вот у первого попавшегося и спрошу.

— Эти люди не подойдут. Они слишком предвзяты. Но если ты хочешь, и, если получится уговорить Волка, можем встретиться с парой опытных мастеров. Они всё и подтвердят.

— Зачем? Не нужно ни с кем встречаться. Я вам верю. Любой ученик должен верить своему учителю. Когда начинаем занятия?

— Не раньше, чем через пару часов. — произнёс целитель, продолжая заниматься инструктором.

— Так вроде, учитель Тацуя и сам целитель? Что вы вдвоём не справитесь быстрее?

Просто я не хотел опять заниматься изучением родственников, или тем же этикетом. Этого у меня и так каждый день выше крыши. Хотелось разнообразия. Мне ещё в академии предстоит полгода учиться. И кто знает, как там будут обстоять дела?

Никто не знает, как там устроен учебный процесс. Вернее, знают многие, вот только рассказать об этом не могут. На них ставят запрет в самой академии. Но с этим проблем не должно возникнуть. Раз я Волку не дался, то и там не позволю ничего ставить у себя в голове. Обойдутся. Просто дам слово, что никому и ничего не расскажу. Этого будет более чем достаточно.

— Ну так что, справитесь раньше? — спросил я, не собираясь отступать.

— Не получится. — покачал головой инструктор. — Если док сказал не раньше, чем через пару часов, значит, так и будет. Я не целитель. Мой дар не имеет к целительству никакого отношения.

— А как же вы тогда так легко с синяками и ушибами справлялись? Или все одарённые так могут? Я после инициации, тоже смогу научиться?

— Возможно, и сможешь научиться. — пожал плечами Тацуя и скривился от боли. Но лишь на мгновение, после чего продолжил. — Мой дар состоит в управлении телом. Убрать любую гематому для меня не проблема. Так же, как и справиться с ушибами. А вот с трещинами и переломами гораздо сложнее. Если нет под рукой необходимого материала, то ничего не смогу сделать. Например, для сращивания костей необходим кальций, плюс витамин Д. И ты даже не представляешь, сколько его нужно и каким образом доставлять до повреждённого места. Здесь гораздо проще воспользоваться услугами целителя.

— А вы руку новую сможете отрастить? Конечно, если все необходимые материалы будут?

Отчего-то сразу представил себе ящерицу, которой наступили на хвост. Хвост остаётся под ногой обидчика, а сама ящерица благополучно убегает. И через какое-то время у неё вырастает новый хвост. Только я не знаю, что для этого ей требуется. Может, тоже кальций? Это же вроде мел?

— С рукой всё гораздо сложнее, но и это возможно.

Инструктор как-то очень странно посмотрел на свою левую руку, словно собирался оторвать её, поэтому я поспешил его остановить.

— Демонстрировать не надо. Я верю вам на слово. Через два часа, так через два часа. А можно я буду не один? Можно со мной ещё и брат придёт? Вон он, на заднице сидит. — я показал Димку, который отчего-то всё ещё не поднимался. Сильно, наверное, перепугался. Ноги теперь не держат. Но ничего, сейчас здесь закончу и помогу ему, — Он парень отличный, только всю жизнь и делает, что учится. Говорил, что драться умеет. Но мне в это слабо верится. Да и вы нас обоих, вон как легко раскидывали в первые разы. Так что точно не умеет.

— Можно и брата. — не стал отказываться Тацуя. — Только учти, что времени у нас очень мало, поэтому заниматься мы будем много. И я не даю никаких гарантий, что двух месяцев будет достаточно. Смогу научить тебя только основам.

— Этого будет достаточно. — отмахнулся я от инструктора. — Через два часа. Я запомнил. Буду ждать.

Альберт начал что-то ворчать, но я поспешил к Димке.

— Хватит сидеть на земле, поднимайся уже. — сказал я брату, протягивая руку. — У нас есть два часа до первого занятия с учителем Тацуей. Так что пойдём, расскажешь мне, чего ты такого делал дома, что у тебя волосы побелели?

— Как побелели? — спросил очень удивлённый Димка.

— Не очень сильно. Я вижу в трёх местах, а там, может и ещё есть.

Но Димка просто отмахнулся от моих слов, видимо, ему было без разницы, что появились белые волосы. Он поднялся, с опаской глядя на меня. Отчего я растянулся в улыбке, показывая, что не собираюсь его пугать. И для усиления эффекта совсем немного воспользовался второй стороной своего дара. Пугать людей всегда легче, но располагать гораздо приятнее. Вот и Димка, встретившись со мной взглядом, улыбнулся и сразу весь его страх исчез.

— Это было круто! Я даже не представлял, что кто-то нашего возраста может дать отпор настоящему инструктору по боевым искусствам. А я слышал, что Тацуя Кавадзири — один из лучших. Отец его хотел и для меня пригласить, но князь отказал. А вот для твоего обучения, видишь — разрешили.

— Ерунда какая. Раз так хотел заниматься с учителем Тацуей, то будешь. Я уже договорился, что ты станешь заниматься вместе со мной.

— Правда? — выпалил радостный Димка. Всё же он до конца сомневался. что ему то же разрешат.

Таким воодушевлённым я его видел, только когда пообещал ему взять с собой в гости к Белозёрову. Значит, ему ещё нравятся боевые искусства. Что же, пускай радуется. А с Белозёровым надо связаться. Приглашение было получено, значит, нужно им воспользоваться. Но это потом. Ещё нужно найти Акеллу и проверить, как он там. Вроде наблюдал за моей дракой с инструктором из-под тех кустов, через которые инструктор и пролетел. Обидеться может, что я его чуть не зашиб.

* * *

Безразличное солнце даже не подозревало, что где-то на далёкой Земле, что крутится вокруг гиганта и пользуется его невероятной энергией, эта самая энергия превращает некоторые места на планете в ад, практически непригодный к жизни.

Миллионы тонн песка, выжженного мощью светила, покрывают собой огромные площади. В этих песках практически нет жизни. А те, кто всё же смог приспособиться, смогли найти своё место именно здесь, выходят из убежишь только ночью. И только люди приспособились жить даже в столь суровых условиях, практически не испытывая никаких неудобств.

Достаточно нескольких одарённых, имеющих предрасположенность к водной стихии, и вот уже ад превращается в пригодное для жизни место. Людям по силам было бы превратить безжизненную пустыню в цветущий сад, но они осознанно не делают этого. Столь суровые условия идеальны для того, чтобы обезопасить себя. Возвести тайную базу, или устроить схрон, который невозможно будет найти, если не иметь точной привязки к координатам.

А ещё смертоносные пески просто идеальны для того, чтобы провозить через них запрещённые грузы. Устраивать аукционы, где возможно купить абсолютно любую вещь, которая продаётся. Даже обзавестись одарённым рабом, чью волю сломили разумники.

Именно здесь, в самом центре крупнейшей в мире пустыне, в месте, которое называют Спорными Землями, расположился крупнейший в мире Чёрный рынок. Сюда стекаются запрещённые товары со всего мира. И перевозят их исключительно колёсным транспортом. Над Спорными Землями запрещены полёты. За этим следят шесть государств гарантов, которые без предупреждения сбивают любой самолёт, оказавшийся в запретной зоне. А вот на караваны, передвигающиеся по пескам, они не обращают внимание.

Поэтому начальник охраны каравана — Сириус, глава наёмников Железного Легиона, особо не напрягался, полностью уверенный в том, что его ребята смогу справиться с любой появившейся проблемой. Это от регулярных частей сильных государств будет отбиться очень трудно, а от мелочёвки, что промышляет в песках и пытается заработать, ограбив богатый караван, они смогут легко отбиться.

Их отряд состоял из опытных пилотов, а все МД были последней модели. Самые лучшие, что можно достать на Чёрном рынке. Они получили их за выполнение одного крайне трудного и опасного задания, с которого живыми вернулись всего три человека. Двое остались на базе, а самого молодого Сириус взял с собой. Отличный пилот, которому нужно привыкать к новой машине.

На том задании погибли далеко не лучшие бойцы Железного Легиона. Элита осталась в строю. Да и понесённые потери личного состава восполнились очень быстро. Новости пот Спорным Землям разлетаются очень быстро. Особенно если им помочь. Поэтому желающих получить в своё распоряжение новенький МД, а в придачу ещё и более увесистый оклад, всегда будет гораздо выше, чем предложений. Здесь можно выбирать только лучших. Что и было сделано.

Это задание стало первым, чтобы обкатать новые машины и новых людей. Всего двадцать шесть МД, которых более чем достаточно для защиты каравана из двенадцати машин. Что они везли на Чёрный рынок, Сириуса не интересовало. Главное, что платили очень хорошо. А на месте можно будет найти новых нанимателей. Пески Мёртвой Пустыне — крайне опасное место, и передвигаться по ним без охраны — настоящее безумие.

Сириус находился в машине нанимателя и пил с ним кофе, когда в наушнике послышался взволнованный голос одного из новичков, что отвечал за разведку.

— У нас впереди движение. Один человек. Не вооружён. Идёт, даже не думая прятаться. Не можем разглядеть лицо, как и просканировать на наличие дара. Может, устранить его от греха подальше? Вдруг это одарённый?

— Ты считаешь, что сюда заявится Абсолют? Только этих монстров не может просканировать наша техника. — ответил ему другой разведчик. Один из ветеранов Железного Легиона. Один из лучших и самых преданных людей Сириуса. Поэтому глава наёмников даже не стал обращать внимание на излишнее беспокойство новичка. Он даже не ответил ему, оставив разбираться со всем своего заместителя. Да и незачем заставлять нанимателя нервничать.

Изнутри машина была отделана натуральным деревом, обставлена со вкусом и роскошью, которую помогут себе позволить далеко не все, кто промышляет на Чёрном рынке Пустыни Смерти. Играла спокойная музыка, воздух был прохладен, а кофе восхитителен. Сириус знал, что так и будет, поэтому лично отправился на это задание, оставив на базе своего брата — Марса. С тем, что бы проследить за порядком, он справится.

Выслушав переговоры разведки, Сириус попытался вспомнить, что говорил его собеседник. Обычно это давалось ему без особых проблем, но вот сейчас что-то мешало. И он даже сперва не понял, что его наниматель уже мёртв. Что жизнь исчезла из широко распахнутых глаз. Не понял, что прекратились все переговоры его бойцов. Что сам он не в состоянии пошевелиться.

Послышались первые выстрелы. Засвистели ракеты. Поднялся шум, но в наушниках у Сириуса по-прежнему стояла тишина, которую нарушил невероятно спокойный, твёрдый, властный, пробирающий до костей голос.

— Я так понимаю, что это твои люди недавно развлекались в столице Российской империи?

Тело нанимателя исчезло, поглощённое тьмой, а через мгновение на его месте сидел седовласый мужчина. Чёрные глаза старика проникали в самую душу Сириуса и вызывали у него страх, которого он не испытывал ещё ни разу в жизни. Хотя бывалому наёмнику довелось сотни раз ходить по лезвию бритвы, находиться на грани жизни и смерти, видеть ужасы, которые могли сломить любого. Но тогда он не боялся, а вот сейчас пребывал в ужасе. Даже мысли не могло быть, чтобы противиться этому старику. Чтобы попытаться не ответить на его вопрос, а тем более соврать. Но и говорить он не мог, поэтому просто кивнул.

Старик взял чистую чашку и налил себе ароматного кофе из турки, что стояла на постоянном подогреве. Сделал небольшой глоток, уважительно кивнул, после чего щёлкнул пальцами, и на столе перед Сириусом появился сгусток тьмы. Пару мгновений — и он исчез.

Сириус в ужасе отшатнулся, свалив стул и облив себя кофе. На столе лежали три головы его ребят. Все они смотрели на своего командира, и в мёртвых глазах читалось удивление. Они даже не поняли, как умерли. Ещё щелчок, и сгустки тьмы начали появляться везде, где только могли. Через пару мгновений на Сириуса смотрели все его ребята. Новички и ветераны.

Они осуждали его. Осуждали за то, что наёмник решил, словно в Спорных Землях его никто не достанет. Что не осмелятся лезть сюда и навлекать на себя гнев государств-гарантов. Новички делали это не столь очевидно, а вот ветераны Легиона, с которыми Сириус провёл бок о бок не один бой, разрывали его душу на части.

— Мне нужно знать, кто выступил нанимателем твоего отряда? — снова заговорил старик.

От его голоса Сириус вздрогнул и даже вскрикнул. Тело начала бить крупная дрожь. Штаны намокли и прилипали к ногам. Он прекрасно знал, что не сможет ничего рассказать о том нанимателе, но и отказать этому монстру не мог.

— Г-г-г… — начал говорить Сириус, но это стали его последними словами. В одно мгновение его мозг превратился в кровавую кашу. Кровь хлынула из носа, глаз и ушей. Тело упало на стол, раскидав по сторонам головы и перевернув его. Кувшин с кофе подлетел вверх, как и недопитые чашки.

Послышался треск бьющегося фарфора, а всё помещение залило ароматным кофе. Но присутствующим здесь было уже всё равно, а старик исчез, отправившись дальше искать правду. Здесь он больше ничего не найдёт. А с оставленным добром пускай разбирается мальчишка, который поразил его наличием родового артефакта — Охранителя, настроенным лично внуком старика.

Он просто не мог убить этого мальчишку. Раз внук доверил ему столь ценную вещь, то это его бремя. А пока старику не остаётся ничего, кроме как идти дальше по следу. Конечный заказчик будет найден и уничтожен. По-другому просто не может быть. Сила крови требует отомстить за погибших слуг рода.

Глава 22

Денис не мог нарадоваться новому доспеху. Он был в разы лучше старых «Ямах», на которых раньше доводилось работать парню.

Русский «Богатырь» во всём превосходил агрегат из Страны восходящего солнца. Начиная от более удобного ложемента, в котором любой пилот проводил большую часть своей жизни, и заканчивая системами охлаждения и жизнеобеспечения. Про защиту и вооружение вообще говорить не стоит. МД, выпущенный тридцать лет назад, сильно проигрывал модели выпущенной всего, как три года.

Все механизмы работали идеально. Стабилизаторы позволяли махине весом в тонну спокойно передвигаться по зыбкому песку, практически не оставляя следов. А если потребуется, то имелась возможность устроить засаду, полностью погрузившись в песок. В этом случае всё продолжит работать, как и раньше. Ни одна песчинка не попадёт внутрь кабины пилота или в критические узлы МД.

Денис уже несколько раз выходил на разведку и проводил подобные тесты. Теперь осталось проверить, как «Богатырь» чувствует себя под водой, и можно смело утверждать, что это лучший МД из тех, что есть на рынке. Конечно, не в открытой продаже. Хорошо, если Рюриковичи разрешат свободную продажу этих доспехов лет через двадцать. Когда полностью оснастят ими армию.

Теперь цель Дениса стала гораздо ближе. Уже сейчас он управлялся с «Богатырём» в разы лучше любого пилота среди наёмников «Железного легиона». Как новичков, так и матёрых ветеранов. Именно поэтому командир и поставил его охранять самый ценный груз, на который указал заказчик.

Металлический контейнер, в котором смело может поместиться несколько МД. И судя по тому, что выдавали сканеры «Богатыря», именно МД там и находился. Но что за модель, определить было невозможно. Как и узнать производителя.

Единственное, что точно знал Денис, что это невероятно ценный экземпляр. Настолько, что для его защиты наняли их. Одних из самых дорогих наёмников Спорных Земель. А в связи с переходом на новую технику, стоимость их услуг должна подскочить до заоблачных высот.

И ещё он знал, что задание будет очень лёгким. Никто не рискнёт напасть на караван под охраной такого количества МД. В этих песках всего три отряда наёмников смогут провернуть подобное, и со всеми этими отрядами у Сириуса заключено соглашение о невмешательстве. Поэтому плёвое задание, которое станет отличной тренировкой, для знакомства с новым доспехом.

Пустив немного больше энергии в ножные стабилизаторы, Денис решил пробежаться. Буквально сто метров от охраняемого объекта и обратно. Это должно занять несколько секунд, так что ничего страшного точно не случится. Доспех безропотно принял команду пилота и рванул с места. Денис ощутил что-то непонятное, что вскоре преобразовалось смертельную опасность, которая надвигалась со всех сторон. Раздались звуки выстрелов и взрывов, в общем канале послышались крики его сослуживцев.

Грудь обожгло, даже через плотную кожу, из которой был сделан небольшой мешочек, где Денис хранит тот чёрный камень, что ему подарил Виктор. А уже через пару мгновений в лицо Дениса ударил обжигающий порыв ветра, вместе с жалящими песчинками.

Нижняя половина тела Дениса оставалась в доспехе, а вот верхняя оказалась на свободе. Верхнюю часть Богатыря разорвало на несколько частей и раскидало по Пустыне Смерти. Сам Денис каким-то чудом оказался цел. Ничего не болело, за исключением продолжавшего печь грудь камня.

Денис быстро осмотрелся по сторонам и увидел, что караван остановился. Со всех сторон поднимался дым от уничтоженных Богатырей.

— Очень интересно. — послышался пугающий голос, от которого Дениса буквально парализовало. — Кто дал тебе этот камень? И почему вещь, которая может быть только у самых важных членов моей семьи, находится у какого-то наёмника?

Денис даже не мог пошевелить головой, чтобы посмотреть, что это за монстр напал на караван. И о чём он вообще говорит? Но он хотел рассказать этому человеку всё, что знает. Хотел угодить ему. Стать полезным. Даже если ради этого придётся перерезать себе горло, Денис был готов к этому. Отвратительное чувство, которое исчезло после того, как шею обожгло резкой болью. Это порвалась верёвка, на которой висел мешочек с подарком Виктора.

— Стало ещё интереснее. Кто же такой умелый, что смог изменить привязку? Даже настроил Охранитель на тебя, парень. От кого ты получил этот камень?

Дениса отпустило. Он смог, наконец, пошевелиться и увидеть монстра, что смог в одно мгновение разобраться со всей охраной каравана. Перед ним стоял старик во всём чёрном. Только его волосы уже давно коснулась седина. Чудовищные глаза полностью заволокло тьмой. Это мог быть только один человек — глава клана Тьмы. Абсолют, способный уничтожить целую армию. И сейчас он задавал вопросы Денису. Одно неосторожное слово, и он умрёт.

— Мне его дал Виктор. Сказал, что мы обязательно встретимся через год, а этот камень поможет ему найти меня.

Старик задумчиво подкинул камень на ладони. При этом от него начали открываться лоскуты тьмы и растворяться в обжигающем воздухе Пустыни Смерти.

— Раз тебе его дал внук, то не мне лезть в его планы. Ты единственный выживший в этом караване. Так что можешь распоряжаться всем, что здесь есть. Мне эти трофеи не нужны. Наёмников «Железного легиона» больше не существует.

* * *

После дождя в воздухе витали ни с чем не сравнимые ароматы: свежей травы, мокрой земли и свеженаломанной древесины. Наломанной она была благодаря старанию двух мальчишек, что под чутким руководством инструктора уже третий день колотят трёхметровые доски. Колотят, разбивая в кровь кулаки, цепляя занозы и стискивая зубы после каждого удара. И этими мальчишками были мы с Димкой.

По началу мы ругались, что недостойно наследников старшей семьи, поэтому к Тацуе Кавадзири присоединились ещё два учителя. Екатерина Андреевна и Волк. Они быстро смогли донести до нас, что не стоит так выражаться, что бы ни случилось. Аристократ всегда знает себе цену и даже в самых сложных и тяжёлых ситуациях должен держать лицо.

Первый день у нас это получилось паршиво, но после того, как отдохнули, всё перевернулось с ног на голову. Мы не только стали гораздо меньше получать травм, но и перестали ругаться. Перед тем как приступать к настоящему обучению, необходимо укрепить изнеженные кулаки аристократов. Благо, что под присмотром целителя этот процесс можно было многократно ускорить. Иначе отведённого времени не хватило бы даже на это.

Вот и сейчас, целитель поспешил восстановить разбитые кулаки. Прогресс был на лицо. Сорок два удара у меня и тридцать шесть у Дмитрия. Хотя три дня назад наши кулаки разбивались после первого же настоящего удара. Когда количество ударов дойдёт до пятидесяти, можем переходить к настоящему обучению.

— Почему мы уже три дня только и занимаемся тем, что колотим эти доски? — спросил я, когда доска уже была изломана, и отправился за другой.

— Это тренировка, которую должен пройти каждый, кто хочет сражаться достойно. — уже привычно ответил учитель Тацуя. — Без закалки духа даже не стоит думать о закалке тела.

— А разве мы сейчас не закаляем тело? Вон, как кулаки сбиваем. Они уже стали грубыми. Кажется, что я могу ими даже пулю остановить.

— Для одарённых не нужно уметь останавливать пулю кулаками. За них это сделает дар. Но бывают ситуации, когда дар недоступен. И вот здесь могут помочь только тренировки, подобные этой. Они не сделают вас пуленепробиваемыми, но сильно увеличат шансы на выживание.

— В таком случае мы должны тренировать всё тело, а не только кулаки. Если в нас будут стрелять, они точно не станут целиться в руки. — сказал Димка, и я был с ним полностью согласен. Совсем не так я представлял тренировки по боевым искусствам.

— Можешь помочь? — обратился учитель Тацуя к Волку, при этом он указал на пистолет, что находился у разумника в кобуре, висевшей на ремне с правой стороны. Дождавшись кивка, инструктор снова заговорил. — Конечно, никто не будет целиться вам в руки, но и вы не будете стоять на месте, когда начнут стрелять.

Мы с Димкой замерли, наблюдая за тем, как Волк и учитель Тацуя отходят друг от друга метров на двадцать.

— Всю обойму, — не останавливаясь. — выкрикнул инструктор. Волк тут же выхватил пистолет и начал стрелять, пока не закончились патроны.

Послышался испуганный возглас Екатерины Андреевны и удивлённый Димки. Я же был слишком занят происходящим, чтобы удивляться.

С огромным трудом успел перевести взгляд на инструктора, чтобы увидеть, как невероятно быстро двигаются его руки. Уследить за ними было практически невозможно. Открытые ладони мелькали с невероятной скоростью и точностью. Не было ни одного лишнего движения.

— А теперь подойдите ко мне. — позвал нас учитель Тацуя. Он был цел и при этом даже не сбил дыхание. Стоило нам подойти, он показал ладони, на которых отчётливо виднелись следы от десяти пуль.

— Я сделал это, не используя дар. Остановил пули, направленные мне в голову и тело. Так для чего зря тратить время, когда можно просто натренировать руки? Вот у вас есть несколько лет, в идеале десятилетий для этого? Поэтому мы и занимаемся тренировкой ваших рук.

— А если я тоже так смогу, то мы перейдём к настоящему обучению? — спросил я, с интересом разглядывая аккуратные синяки на ладонях учителя.

— Нет. — отрезал он. — Я не позволю тебе даже пробовать это повторить. Слишком опасно. Без полноценного пробуждения дара твоё тело не сможет справиться с подобным.

— Меня даже Акелла не может оцарапать. А знаете, какие там когти здоровые?

Учитель Тацуя посмотрел на меня так, словно не мог понять, шучу я или говорю правду. Но мне на помощь пришёл Димка.

— Это правда. Виктор и меня убедил, что кот не сможет оцарапать. Как только я поверил в это, Акелла действительно не смог ничего сделать. Хотя очень старался. Он очень сильный, но нас уже не может царапать.

— А можно об этом немного подробнее? Как это Виктор смог тебя убедить? — спросил, подошедший к нам Волк.

— Так же, как и себя. Поэтому Акелла сейчас не может нас оцарапать. Хотите, мы вам покажем?

Я даже не думал, что они согласятся. И вот мы стоим возле сарая с инвентарём. Всё равно после того, как все видели Акеллу, скрывать его смысла уже нет. Теперь можно будет не воровать мясо тайком, а просто приходить и брать.

Ящик отодвинул учитель Тацуя и сразу же получил злобный мявк в свой адрес и шипение. Акелла уже был готов бросится в драку, выпустив свои когти, когда я отодвинул учителя в сторону и уже привычно поздоровался с котом, подставив ему свою руку. Десяток молниеносных ударов, и он перестал шипеть, но гладить я кота не стал.

— Вот, смотрите. Даже следа не осталось.

То же самое повторил и Димка. Правда, его Акелла больше не любил, поэтому бил гораздо сильнее и даже смог оставить синяк. Но кожа всё равно осталась целой. Никаких царапин.

Учитель Тацуя не поверил своим глазам и сам сунул руку Акелле. Те же молниеносные удары, и по сараю разлетелся радостный, победоносный мявк. На этот раз жертва Акеллы оказалась вполне пробиваемой. Кровь быстро побежала по руке учителя из множества царапин, что оставил ему кот.

— Ты можешь объяснить, как это возможно? — спросил он Волка, который стоял с очень задумчивым видом и смотрел на нас с Димкой. На наши невредимые руки.

— Либо они уже могут использовать дар для усиления тела. Либо я просто ничего не понимаю.

Конечно, не понимаешь. Куда тебе? Взрослые вообще мало чего понимают. Особенно когда уверены, что знают что-то лучше ребёнка.

— Так чего, выстрелите в меня? Уверен, что когти Акеллы будут даже сильнее, чем пули. Он вон как ловко по деревьям забирается. И всё благодаря когтям.

— Это исключено. Мы не можем подвергать тебя такой опасности. — покачал головой Волк.

— Но ты можешь попробовать использовать эти способности для разбивания досок. Так мы гораздо быстрее перейдём к основному этапу обучения, — помог Волку учитель Тацуя.

А я ведь думал об этом, но решил, что так будет нечестно. Решил, что должен добиться необходимого результата без подобной помощи. Да и с Димкой так будет честно. Снова убеждать его будет слишком долго. В прошлый раз мы почти всю ночь просидели. Он никак не хотел мне верить. Слишком много в него уже заложили. Необходимо было сперва пробиться через старые запреты, и только после этого всё удалось.

Поэтому снова проходить через это я совершенно не хотел.

— А как же Димка? Ведь ему больше, чем мне нужно до пятидесяти ударов. Без него вы всё равно не начнёте моё обучение.

— Ему я могу сделать небольшую поблажку. Всё же это тебе предстоит оказаться на одном факультете с другими наследниками старших семей.

— Так это всё ерунда. Уверен, что я смогу договориться с главным в академии и Димке разрешат учиться вместе со мной.

— Боюсь, что у тебя ничего не получится. На факультете старшей крови могут обучаться только выбранные кандидаты от двенадцати кланов. Двенадцать человек, не больше. — попытался обломать меня Волк, но у него ничего не вышло.

— Глупые какие-то правила. Вот окажусь на месте, тогда посмотрим, можно здесь что-нибудь придумать или нет. Безвыходных ситуаций не бывает. Бывают ленивые люди, которые не хотят искать выход. — многозначительно произнёс я, подняв указательный палец. Так я должен выглядеть более убедительным. И судя по лицам Волка и учителя Тацуи, у меня это получилось. Даже Димка преисполнился важностью и выпятил грудь.

— Теперь пойдёмте проверим, смогу ли я выполнить поставленную задачу? Как раз по дороге начну себя убеждать, что это возможно.

* * *

— Ты вообще понимаешь, что происходит с парнем? Как это возможно? Ещё до инициации он вытворяет такое, что большинству одарённых даже и не снилось. — всё ещё пребывая в шоке от увиденного, спросил Тацуя.

Практически весь день они сегодня провели вместе с Волковым и мальчишками. Рассказанное Виктором не вписывалось ни в какие рамки. Что это значит, я просто убедил себя и стал неуязвимым для когтей кота? А ещё и убедил в этом брата. Эффект получился тот же.

— Ты не забывай, что мы имеем дело с наследником старшей семьи. С ребёнком, который родился при смешении крови Чернышёвых и Апраксиных. И там были не последние представители семей. Прямые наследники глав семей.

— Я прекрасно об этом помню. Но способности Виктора… Вот ты сможешь убедить себя, или другого человека, что его кожа станет непробиваемой? Ты менталист и работа с мозгами — твоя основная специальность.

— Убедить смогу, но вот чтобы это действительно стало так, не в моих силах. Одно дело вложить в мозг нужные мне воспоминания, знания и так далее, и совсем другое — сделать так, чтобы эти знания смогли изменить тело нужным образом.

— Я могу изменить своё тело, сделать его крепче, убрать синяки и всё в этом роде. Но это мой дар. С этим я родился. И для использования этой силы мне необходимы ресурсы. Порой весьма специфические. И опять же, это стало возможным только после прохождения инициации.

— Виктор совершенно точно её ещё не проходил. Об этом свидетельствуют все проверки. Альберт осматривает его на предмет инициации ежедневно. И никаких ментальных способностей у него нет. Это уже я проверяю. Не каждый день, но бывает. А ещё я не способен пробиться через его естественную защиту.

— Ты⁈ — удивился Тацуя.

Он прекрасно знает, что мало кто из менталистов сможет сравниться с Волковым. И не только в Российской империи. Можно сказать, что наличие столь сильного менталиста у Апраксиных и стало решающим в тот момент, когда все двенадцать старших семей предлагали покровительство беглому Мастеру. Не только мастеру боевых искусств, но и человеку имеющему ранг одарённого — Мастер.

И выбрал Тацуя Кавадзири Апраксиных, чтобы снять все ограничения, которые были наложены на него менталистом старых хозяев. За последние четыре года, что он находится в империи, Волк стал одним из немногих, кого Тацуя действительно может называть своим другом.

— Я сам сперва не поверил. А ещё сильнее удивился, когда мальчишка смог ответить мне. Нанести удар, который удалось сдержать с огромным трудом. И в том ударе не было ни капли ментальных способностей. Сила Крови мальчишки невероятна сильна. Уверен, что он сможет пробудить её сразу после инициации.

— Ты же понимаешь, что в этом случае может случиться непоправимое? — очень серьёзно спросил Тацуя.

Он, как никто другой, знал об этом. Пробуждение силы крови сразу после инициации и стало той причиной, из-за которой ему пришлось бежать с родины. Он не смог ничем помочь сыну императора, чем навлёк на себя его гнев. А ещё в тот момент погибли все, кто находился рядом с мальчишкой в радиусе сотни метров. Самому Тацуе удалось выжить только благодаря своему дару.

— Понимаю, но ничего сделать не могу. Виктор должен пройти свою инициацию в академии. Апраксины не могут показать слабость перед другими старшими семьями. Этот год особенный.

— В таком случае мы должны сделать все возможное, чтобы во время инициации не произошла трагедия. Поговорить с Виктором и убедить его держать свою силу в узде. Раз он способен без инициации сделать тело прочнее, то и с этим должен справиться.

Громкий стук в дверь заставил Волка и Тацую вздрогнуть, а когда в комнату вошёл дежурный по базе и заговорил, то они сразу бросились на улицу.

— Юный княжич пропал, его нет на территории базы, и все датчики отключены.

Глава 23

Бывает, что солнце садится совершенно незаметно. Вроде только было светло и уже темнота. А бывает, что ты прекрасно замечаешь, как постепенно начинает становиться темнее. Спадает дневная жара, бабочек и стрекоз сменяют комары и мотыльки.

Уловить эту смену практически невозможно. Словно кто-то щёлкнул выключателем. Решил сменить день на ночь. Это время особенное. Вместе с ним приходит какое-то умиротворение. Ничего не хочется делать, внимание притупляется, организм уже начинает готовиться к ночному отдыху.

А ещё в это время уже нет никаких занятий. Ужин прошёл, и появляется свободное время.

Димка уже познакомился с моими друзьями, теперь настал и мой черёд познакомиться с друзьями Димки. Как раз сегодня у одного из них был день рождения. И он пригласил на него Димку. А брат решил пригласить меня. Этот друг был необычным ребёнком. Сыном какого-то важного аристократа. Поэтому приглашение для меня стало чем-то вроде проверки, которую Димка до сих пор так и не провёл. Он хотел увидеть, как я буду вести себя среди детей других аристократов.

Место, где был назначен праздник, находилось недалеко от нашей базы. Это со слов самого Димки. Поэтому получить разрешение от Волка не составило никакого труда. После ужина уже всё было готово. Шесть машин сопровождения, плюс наш лимузин. Только у меня не было подарка, а заявляться без него на день рождения плохо. Даже в детском доме мы всегда что-нибудь старались дарить. Будь то конфетка, или старая игрушка. А здесь аристократы, у которых и подарки должны быть непростыми.

Поэтому я решил, что подарю шприц, который выменял у Дениса. Такого подарка точно ни у кого не будет. Завернул коробку из-под шприца в красивую бумагу, которую нашёл среди принадлежностей для учёбы. Ещё бы бант большой и вообще супер. Но банта не нашлось. Вместо него я нарисовал корону. Могу поспорить, что никто из друзей Димки ещё ни разу не получал императорский подарок.

— Алексей — третий сын в семье Беловых. — начал мне рассказывать Димка, когда мы уже ехали. — Эта семья не входит ни в один клан. Хотя по своим возможностям вполне соответствует стандартам любого клана. Отец Алексея — Абсолют. Вот только сила крови в их семье ещё не пробудилась, и поэтому они считаются младшей семьёй. Хотя по своим финансовым и боевым возможностям уже давно перешли в следующую лигу.

Волк сидел рядом и внимательно слушал, удовлетворённо кивая.

— Основная часть праздника была проведена ещё на выходных. На том званом ужине присутствовало много очень видных персон. А сегодня всё планируется максимально просто и только для друзей Алексея. Поэтому я уверен, что ты отлично справишься. Просто не забывай о том, чему тебя учила Екатерина Андреевна. Все друзья Алексея с рождения обучались тому, как нужно вести себя в высшем обществе. Порой даже мне бывает тошно рядом с ними.

— Если они будут такими же скучными, как и ты при нашей первой встрече, то придётся сложно, но я обязательно справлюсь. — заверил я Димку, после чего встретился взглядом с Волком. И мне не понравилось, как он смотрел. Словно не верил. Думал, что я обязательно устрою что-нибудь этакое. Хотя сам даже не знаю, что такого могу устроить.

Подумаешь, вчера решил немного прогуляться перед сном в лесу. Один. Без постоянного контроля и надзора. Прям, как Акелла. И для этого мне пришлось сильно постараться. Снять с себя всю одежду и переодеться в тренировочный костюм, что я взял из раздевалки на полигоне. А ещё убедить себя, что никто не сможет меня найти при помощи магии. Волк это точно умел. Дальше избежать встречи с охраной и позаботиться о том, чтобы не попасть на камеры, расположение которых я уже давно выучил и нашёл место, где можно перебраться через забор. Защитные техники князя меня не сдерживали. И я оказался за территорией базы. А потом просто отправился гулять.

Правда, долго мне не дали побыть наедине с собой, своими мыслями и лесом. Максимум полчаса, и на меня вышел первый поисковый отряд. Пришлось возвращаться, а потом ещё выслушивать нотации от разумника. Но я быстро смог его убедить, что мне необходимо немного времени наедине с самим собой. И не в том месте, где я постоянно под надзором.

Даже смог договориться на одну часовую прогулку в неделю. Только в месте, которое будет выдирать сам Волк. А сегодня мы отправились в гости к Беловым.

Здесь никаких защитных техник не было. Поместье Беловых было видно издалека. Мало того что к нему вела ярко освещённая дорога, так ещё и само поместье светилось так, словно там всё увешано самыми яркими фонарями, что только бывают.

Наш лимузин заехал на территорию поместья, а машины сопровождения остались за его пределами. На специальной стоянке, отведённой для охраны. Там уже стояло шесть машин. Значит, мы будем не первыми.

Лимузин остановился рядом с каменной лестницей, которая вела в само поместье. Огромное трёхэтажное здание с колоннами по периметру. Какими-то каменными монстрами, сидящими над окнами, статуями, расставленными по всей территории, и ещё кучей других украшений, которые мне совершенно не нравились. Страшные они были.

Стоило только открыться двери лимузина, как рядом с ней возник светловолосый усатый дядька в белом костюме и чёрной рубашке. Я невольно даже засмотрелся на него, зацепился ногой за порог машины и едва не упал прямо под ноги усатому. Но он меня спас, оказавшись рядом невероятно быстро. Также быстро мог двигаться только учитель Тацуя. Получается, что этот дядька — мастер боевых искусств. Очень интересно.

— Прошу прощения за мою неловкость. Княжич Апраксин Виктор Александрович. — сразу же представился я, показывая свои манеры.

— Не стоит извиняться, княжич. Все мы можем оступиться в любой момент. Граф Белов Юрий Дмитриевич. — представился в ответ усатый, оказавшись хозяином поместья. — Для меня огромная честь видеть вас в своём доме. Надеюсь, что сегодняшний вечер вас не разочарует. Сын уже должен подойти с минуты на минуту, отправился проводить гостей, что приехали перед вами.

— Здравствуйте, дядя Юра. — раздался за спиной голос Димки. Дядя Юра, как-то совсем невежливо звучит. А ещё меня учить собирается. — Надеюсь, Алексей уже получил мой подарок?

— Здравствуй, Дмитрий. — растянулся в широкой улыбке Белов. От этого его усы стали похожи на обувшую щётку. Такие же густые, жёсткие на вид и вытянуты в линию. — Подарок был доставлен ещё утром, и он очень понравился сыну. Боюсь настолько, что, наплевав на все правила приличия, он решил нацепить его на себя сразу же. С тех пор так и не снимал. Виктор Александрович, я так понимаю, что это подарок для Алексея? — показывая на коробку у меня в руках, спросил Белов. И после того как я кивнул, продолжил. — В таком случае позвольте забрать его. Открывать подарки сын будет после салюта. Кстати, вот и он уже возвращается.

Я посмотрел в сторону, куда указал граф, и увидел идущего к нам смуглого паренька, который совершенно не походил на отца. Огромные глаза, широкое и какое-то слишком добродушное лицо. А ещё парень был одет в такой же костюм, что я видел на Денисе. Только этот был целый, и на бедре отсутствовала аптечка. Ну и фонаря на лбу не было. С аптечкой я угадал, а вот фонарь не отдам. Слишком жирно будет. Достаточно и одного подарка.

— Юрий Дмитриевич, разрешите мне самому вручить подарок вашему сыну? — спросил я и, не дожидаясь ответа, забрал коробку.

Но хозяин дома был не против. Он тут же подлетел к сыну и принялся представлять меня. Всё же целый княжич. Пусть Димка тоже Апраксин, но он не наследник и даже не относится к первой линии рода. Не имеет права называть себя княжичем, я так и не понял почему. Я же потенциальный глава рода и Клана Тьмы.

Два раза представился, и мне это уже очень сильно не нравится. Ещё неизвестно, сколько раз за сегодня придётся это сделать. Хорошо, что гостей сегодня будет немного. Иначе весь вечер уйдёт на одни только представления.

— Алексей, поздравляю тебя с днём рождения. Надеюсь, тебе придётся по душе этот подарок. — я протянул коробку парню и тот сразу же рассыпался в благодарности. А вот открывать саму коробку отчего-то не стал. Отдал её подбежавшему слуге.

— А теперь, пойдёмте к остальным. Все уже прибыли, ждали только вас.

Димка кивнул мне, и мы двинулись следом за Алексеем, а Волк остался с Юрием Дмитриевичем. Я только смог услышать что-то о мерах безопасности. Он как всегда.

Друзей у Алексея действительно оказалось немного, ещё два парня и одна девчонка. Когда мы приближались, они не сводили с меня взгляда. Видимо, Димка заранее сказал, что приедет с братом. С целым княжичем и наследником старшей семьи.

Не успели мы подойти, как ко мне подлетел парень на целую голову выше. Рыжие волосы, усыпанное веснушками лицо и слегка раскосые глаза. Но до Димки ему было далеко. Тот, когда смеялся, глаз вообще не было видно.

— Разрешите представиться: виконт Владимир Загорский. Для меня огромная честь познакомится с вами, княжич. Я даже сперва не поверил Дмитрию, когда он сообщил о вашем визите.

— Очень приятно, Апраксин Виктор Александрович. И давайте сразу перейдём на ты. Это относится ко всем присутствующим. — повысить я голос.

Девчонка облегчённо выдохнула, а второй парень широко открыл глаза от удивления. Зато рыжий оказался только за. Он принялся трясти мою руку и потом задал очень странный вопрос.

— А правда, что ты получил сразу два дара? Мне об этом отец рассказывал. Сила тьмы и сила света. Должно быть, очень круто? Не то, что у нас, максимум по одному дару, и те не самые сильные. Даже не тянут на поступление в академию Годуновых. В этом плане вам с Димкой очень повезло.

— Владимир! — отдёрнул друга именинник. — Оставь княжича в покое. Вот именно из-за таких, как ты, он наверняка и предпочитает не появляться на людях.

— Мне тоже очень интересно. — сказал девчонка. А когда я на неё посмотрел, ойкнула и вся покраснела. Хотя я точно не применял свои способности. Странная какая-то. — Прошу прощения, это я от волнения. Даже забыла представиться: виконтесса Ольга Анатольевна Ланская.

Девчонка присела в глубоком реверансе, вроде это так называется, а затем протянула мне руку. Только как-то очень странно. Не как это делают парни для рукопожатия, а тыльной стороной ладони вперёд. Очень неудобно так пожимать руку, но я справился. И отчего-то это сильно удивило Ольгу, она открыла рот и не знала, что сказать. Наверное, это было какое-то испытание для меня, и я с ним справился. По-другому просто быть не может. Да и не учили меня, что с девчонками нужно здороваться как-то по-особенному.

Следом за Ольгой представился и последний друг именинника. Крепкий, черноволосый парень с совсем неаристократическим лицом. По крайней мере, я себе такими аристократов точно не представлял. Широкий нос, мощная челюсть, глубоко посаженные глаза и слишком длинные волосы. Такие расчёсывать замучаешься. Но, несмотря на всё это, парень мне показался самым нормальным из друзей брата.

Представился просто как Степан. Сказал, что рад познакомится и не спрашивал про мой дар. А вот рыжий Вовка всё ещё ждал ответа.

— Я понятия не имею, каким даром обладаю. Инициация запланирована на сентябрь. Когда буду поступать в академию Годуновых, тогда и узнаю. А у вас здесь яблоки есть?

Мой вопрос застал всех врасплох. Один лишь Димка отреагировал на него нормально. Он уже привык к тому, что я ем яблоки при любом удобном случае.

Именник позвал слугу, и через несколько секунд я уже вгрызся в довольно вкусное зелёное яблоко. Но всё равно Волк присылал в детский дом вкуснее.

— Все говорят, — начал я говорить, прожевав первый кусок. — что во мне очень сильна кровь Апраксиных. Поэтому и дар, скорее всего, родовой. Тьмой буду управлять.

— Я слышал, что Апраксины по первой линии просто незаменимы во время масштабных сражений. Вы способны насылать на врагов проклятия, ослабляя их и внушая страх. Даже способны обернуть армию в бегство. — сказал рыжий. Явно разбирается в этом лучше остальных. А меня и подавно.

— Наверное, незаменимы. — пожал я плечами. — Если честно, мало что знаю о нашем родовом даре.

При этом я самую малость начал давить на присутствующих правым глазом. Раз говорят, что Апраксины способны пугать врагов, то это и я могу. Проклинать никого не умею, как и ослаблять, а вот напугать или договориться, запросто.

— Меня воспитывали в обычной семье. Про дар и всё прочее ничего не говорили. А все мои друзья живут в детском доме.

На лицах друзей Димки отразился настоящий ужас, и тут даже непонятно, то ли мой дар так подействовал, то ли они реально так боятся обычной жизни? Той, что живёт подавляющее число граждан империи. В сравнении с ними аристократов — единицы, а представителей старших семей единицы, среди аристократов. Получается, что я, как наследник старшей семьи, уникален. Можно заносить в Красную книгу и охранять так же хорошо, как и Амурских тигров. Если их вообще охраняют.

— Мы с Димкой буквально на этой недели ездили в детский дом. Он познакомился с моими друзьями. Как вы видите, остался жив и здоров. Ему даже понравилось побывать среди обычных детей, у которых нет ничего, кроме пары личных вещей и надежды, что смогут устроиться в жизни после выпуска из детского дома.

На этот раз все уставились на Димку, и делали они это понемногу отходя от меня. Было прекрасно видно, что ребята пытаются бороться с собой. Пытаются показать своё воспитание, нельзя вот так уходить от собеседника, но страх был сильнее. А мне было очень весело наблюдать за происходящим.

Даже не заметил, как к нам подошёл Волк и наклонился к моему уху.

— Давай не будешь здесь никого пугать? У Беловых нет своего менталиста, дети потом будут долго приходить в себя. Особенно девчонка. Даже моих сил не хватает, чтобы прикрыть её. Настолько она впечатлительна.

Я лишь пожал плечами и снова откусил яблоко. Напоследок надавил со всей силы. Буквально на одного мгновение. Но и этого оказалось достаточно, чтобы рыжий оступился и упал, виконтесса завизжала, а именник принялся звать охрану.

Самым стойким в этой компании оказался Степан. И он единственный не назвал мне свой титул. Либо не имеет его, либо просто не считает нужным это афишировать. Правильный парень. Вот его воспитание мне нравится. А остальные лебезят передо мной, так, словно я обещал им сделать что-то невероятное. Достать какую-нибудь редкую вещь или оказать услугу.

— Прошу у всех прощения. Надеюсь, я ответил на вопрос Владимира о моём даре?

Я и не представлял, что испуганные мной люди будут этому так радоваться. Ребята были в восторге. Особенно Володя, который не отходил от меня весь вечер. Впрочем, и Оля крутилась постоянно рядом. Даже танцевать меня приглашала, и отказаться я не мог. Но оказалось, что танцевать с аристократкой гораздо приятнее, чем с девчонками из детского дома. Никто не топчется по ногам, не ойкает и не просит за танец вознаграждение. Уроки Екатерины Андреевны мне очень пригодились. Я даже ни разу не ошибся. Хотя девчонка и удивилась, когда я сказал, что умею танцевать всего два танца. Остальные ещё предстоит выучить.

Она даже сказала, что может мне с этим помочь. Пришлось отказываться. Екатерина Андреевна прекрасно с этим справляется, к тому же она уже признала меня императором. Не могу я так поступить с ней и отказаться от услуг на половине пути. Да и девчонка была слишком навязчивой. Постоянно липла ко мне и задавала какие-то странные, а порой и очень глупые вопросы.

Вот зачем ей знать, помолвлен я уже или нет? Я и значение этого слова толком не знаю. А потом ещё начала расспрашивать, какие девушки мне нравятся. Не скажу же, что те, которые ко мне не лезут, не задают глупых вопросов и ничего не требуют за своё общество?

Даже пришлось самую малость воспользоваться даром снова. Буквально, чтобы Оля немного сбавила обороты.

Никогда не думал, что день рождения может быть таким скучным. Даже у нас в детском доме, всегда было гораздо веселее. Здесь же единственным развлечением были разговоры и танцы. Я уже откровенно начал скучать и искать, чем бы нам заняться.

Мы находились в доме, хотя на улице стояла отличная погода. Вот туда я и предложил всем пойти. Ребята не могли долго решиться, постоянно бросая взгляды на взрослых. Пришлось им немного помогать. Пугать я их не стал, теперь использовал своё второе оружие. И на Алексея оно подействовало безотказно.

— Действительно, пойдёмте на тренировочную площадку. Я покажу, чему уже смог научиться у отца.

В глазах парня что-то заблестело, а волосы у Ольги и Степана, которые стояли рядом с именинником, встали дыбом. Получается, что Беловы способны управлять электричеством. И это было очень интересно. До этого мне довелось видеть только Волка, применяющего дар. Но он специализировался на чужих мозгах, а здесь явно дар, которым можно сражаться с другими.

— Разве тебе уже можно использовать дар без инструктора? — спросила напуганная Ольга. — Ты уже получил разрешение комиссии?

— Ещё на прошлой неделе. — заявил гордый Алексей и достал из кармана какой-то жетон на золотой цепочке.

Все сразу же начали восхищаться этим жетоном, а я не понимал, что это вообще такое и зачем нужно. Димка понял моё замешательство и поспешил объяснить.

— Беловы, довольно молодой род. Всего восемь поколений. И дар у них проснулся лишь в третьем поколении. Поэтому они считаются очень молодой семьёй, которая ещё даже толком не умеет обращаться со своими силами. — начал говорить Димка, косясь на Алексея, но тот был слишком занят похвальбой перед друзьями. — И поэтому все одарённые в таких семьях должны сперва пройти обучение и показать, что они не опасны для общества. Что их дар не выйдет из-под контроля. После обучения им выдаётся вот такой жетон, который доказывает, что одарённый способен управлять своей силой.

— Мне такой точно не нужен. — махнул я, не понимая, чему так радуются остальные. Доказательству того, что у Алексея действительно есть дар? Тому, что неизвестно, кто разрешил ему им пользоваться? Да это бред. Всё равно, что мне запретят смотреть правым глазом на лево или левым направо.

— Тебе не нужен, как и мне. А вот таким семьям как Беловы, очень даже. Если они воспользуются даром, без подобного разрешения и погибнут люди, то наказан будет весь род. Возможно, даже уничтожен. Старшие семьи следят за новичками очень строго.

— Получается, что мы просто боимся конкуренции? Боимся, что младшая семья может оказаться лучше и сильнее?

Я и не заметил, как все собрались вокруг нас с братом и очень внимательно слушали. А вот он заметил и замолчал.

— На эту тему ты должен разговаривать не со мной. Только Григорий Константинович сможет дать тебе ответ.

Так бы и сказал, что сам не знает ответа. Но ладно, это он, наверное, перед друзьями не хочет показаться невежественным. Понимаю. Сам такой. Сам всегда стараюсь ответить на все вопросы друзей.

— Раз с этим разобрались, то предлагаю продолжить наш путь на тренировочную площадку. Очень хочу посмотреть, чему научился Алексей. Никогда ещё не видел, как одарённые применяют свою силу.

Ребята дружно переглянулись, но ничего не сказали. Да и чего тут скажешь? Я жил среди обычных людей. В то, что по телевизору показывают, особой веры нет. Они там и придумать могут.

Именник двинулся дальше, а мы следом за ним. Почувствовал на себе силу Волка, но быстро избавился от неё. А то следить он собрался!

Вообще, мне не доверяет!

И чем я заслужил подобное?

Глава 24

Оказавшись на улице, мы двинулись к участку, отгороженному высоким каменным забором. Камень был в точности как на входе в здание полигона на базе Апраксиных. Я уже знал, что он зачарованный, и может выдерживать силу одарённых.

— Тренировочная площадка сделана по всем стандартам безопасности. — с гордостью начал рассказывать Алексей. — Периметр защищён зачарованным камнем. Имеется два защитных контура, плюс ещё сверху отец поставил свою защиту. Купол молний способен сдержать даже удар Мастера.

Должно быть, очень круто, раз это так преподносится, да и Алексей явно ждал от меня какой-то реакции, так внимательно смотрел, поэтому нельзя было молчать. Зачем расстраивать именинника?

— Здорово! Даже у Апраксиных на тренировочной базе такого нет. — услышав это, парень буквально засветился от счастья. — Там всего лишь небольшая коморка на поверхности, которая служит входом. А сам полигон находится под землёй. Такой большой, даже не знаю, с чем сравнить. Метров по сто в каждую сторону. Разделён на секции. И тоже весь сделан из зачарованного камня. Правда, я не знаю, стена, которую я сломал, была из него или нет.

— Какая стена? — удивился Димка, которому я ничего про это не рассказывал. Как-то забыл уже совсем.

— Кирпичная. Вся поломанная уже, но там есть несколько целых участков. Волк мне решил показать, на что способен одарённый после инициации. Пробил дыру в стене, а она толщиной в три кирпича, потом и мне предложил попробовать.

— И ты смог её сломать? — с каким-то придыханием спросила Оля и встала совсем рядом со мной, практически касалась руки. Наверное, хочет посмотреть, остались на кулаке следы или нет. Но откуда там, Альберт отлично знает своё дело. Исцелил всё, даже следа не осталось.

— Смог. Правда, только с третьего удара, и кулак сильно разбил. Но целитель у нас хороший, даже следа не осталось. — быстро добавил я, опасаясь, что девчонка сейчас будет хватать меня за руки и искать следы. Ещё подумает, что вру. — Мне не верите, можете у Волкова спросить.

— Верим! Верим! Охренеть, как круто! Виктор, а ты можешь показать, как сделал это? Алексей, у вас на тренировочной площадке найдётся что-нибудь подходящее? — принялся радоваться рыжий. Даже непонятно почему, раз все одарённые могут так ломать стены. Он-то по-любому должен был это видеть.

— Могу. Только стена должна быть не толще трёх кирпичей. Такую я точно знаю, что смогу пробить.

— Что-нибудь найдём. — одновременно со мной сказал вмиг расстроившийся Алексей. Всё же день рождения у него, а все хотят увидеть, как я ломаю кирпичи. Непорядок.

— Но только после того, как Алексей покажет нам, чему он смог научиться у отца.

Небольшого воздействия хватило, чтобы все меня поддержали. Вот таким нехитрым способом мы вернули расположение духа имениннику. Мне совсем нетрудно, а парню приятно.

Тренировочная площадка оказалась гораздо хуже, чем полигон на базе. Но оно и понятно: где старшая семья и где Беловы. Похоже, что зачарованный камень очень дорогой. И даже такая небольшая площадка стоит как самолёт. Они большие и летают, значит, стоят очень много. А ещё над нашими головами была видна полупрозрачная пелена, по которой периодически проскакивали молнии. Видимо, это и есть купол молний. Красиво. Можно просто стоять и смотреть на него. Но пришли мы сюда за другим. Да и наверх смотрел я один. Должно быть, все ребята здесь уже не раз были.

Размером площадка была раз в пять больше, чем моя комната на базе. А она там довольно большая. Десять шагов от стены к стене. У дальней стены от входа стояли манекены и мишени, совсем как на полигоне Апраксиных. А ещё здесь всё было посыпано песком. За исключением небольшой бетонной отмостки, буквально метр шириной и метров пять длиной, где мы сейчас и стояли. Видимо, на каменный пол денег не хватило. Но мне песок нравился больше. Он мягкий. Жалко, что нельзя было разуться и походить по песку босыми ногами. Это очень грубое нарушение этикета. Но в том, чтобы просто походить по песку, я не мог себе отказать. А вот ребята от этого воздержались. Особенно Оля. Она была в туфлях и побоялась насыпать в них песок.

Сам Алексей песка не боялся. Впрочем, он единственный из нас был не в костюме и туфлях. Он быстро пробежался до небольшого тёмного круга, метрах в пяти от входа, который я сперва не заметил. Парень встал в этот круг, и перед нами сразу же появилась такая же пелена, что служила площадке вместо потолка.

— Защита для зрителей. Должна быть на всех подобных тренировочных площадках по правилам безопасности. — сказал мне Димка, заметив мой интерес.

Было слегка непривычно. Защита была тёплой и слегка покалывала кожу, словно в неё били крошечные молнии. Странные ощущения. И похоже, что они очень не нравились рыжему и девчонке. Они оба несколько раз дёрнули руками, словно стряхивали с них воду, и защита исчезла.

А вот я не стал. Мне было интересно. Впрочем, и Димка, глядя на меня тоже не стал избавляться от защиты. Хоть и было видно, что ему также не комфортно. И Степан не стал избавляться от защиты, такое ощущение, что он её вообще не замечал.

Алексей убедился в том, что защита сработала, как и должно. Закусил губу, когда Ольга и рыжий отказались от неё, но ничего не стал говорить по этому поводу.

— Это отметка для тренировок. Расстояние до мишени сорок метров. Смотрите внимательно. — выкрикнул нам Белов. После чего послышался глухой треск, а между руками у парня начала появляться тонкая ветвистая молния. Выглядело очень эффектно. Мне понравилось.

Правда, ничего дальше не произошло. Молния появилась, немного повисела между рук Алексея и исчезла. Он сразу же нахмурился и попытался снова. Эффект оказался ещё хуже. Проскочил несколько искр, и на этом всё.

— Подождите немного. Сейчас всё будет. Просто я слегка волнуюсь.

Я — то подожду, да и Димка тоже. А вот Володя и Оля явно были сильно разочарованы. А Степан и вовсе махнул рукой и вышел за пределы площадки. С такими друзьями и врагов не нужно. Друзей необходимо всегда поддерживать. Особенно когда у них что-то не получается. Если такое поведение у аристократов — норма, то мне совершенно не нравится быть одним из них.

Уж лучше всегда оставаться сиротой, чем видеть, как твои же друзья тебя не поддерживают. Смотрят со снисходительством, хотя сами также ничего не умеют. Что-то никто из них не сказал, что уже может применять свой дар. Наоборот, вон как завидовали Алексею.

Но я не такой. Я могу поддержать даже малознакомого человека. Это просто по-человечески правильно. В очередной раз руководствуюсь правилом: поступай с другими так, как хотел бы, чтобы поступили с тобой.

— Ты, главное — не волнуйся. Уверен, что у тебя всё получится. — сказал я и похлопал Алексея по спине. В этот момент решил ему помочь не только словом. Использовал левый глаз на полную катушку. Даже слегка голова кружиться начала. Но это того стоило.

Следом за мной к Алексею подошёл Димка, а за ним и Степан, который всё же решил поддержать друга и вернулся. А вот Оля и Володя остались стоять на бетонной площадке, им было жалко портить обувь ради друга. Да и не верили они, что Алексей справится. Ну и зря.

Я вот верил в него и поэтому встал за защитным экраном. Не зря же здесь предусмотрена защита?

— Как я и говорил, расстояние до мишени сорок метров. — снова начал говорить Алексей, а между ладоней у него уже проскакивали яркие искры, которые быстро превратились в тонкую молнию. Но тонкой она была недолго. Ровно до того момента, как Алексей выбросил руки в сторону мишени.

Защитный купол над нашими головами дрогнул. И сразу десяток светящихся линий протянулся от него к Алексею. Всё тело парня охватило молниями, которые отскакивали в разные стороны. А затем мы увидели, как все мишени накрыло обрушившимся с чистого неба столбом, состоявшим из сотен молний.

* * *

Юрий Дмитриевич разговаривал с Волковым, когда почувствовал нечто неладное. Совсем рядом появился довольно сильный одарённый. Причём он ощущал силу своей семьи. А такого просто быть не может. Сейчас в поместье он был единственным, кто обладал подобной мощью.

Алексей только получил свой первый ранг после инициации. Пусть ему и присвоили сразу четвёртый, что для только прошедшего инициацию очень хорошо, но сын совсем не умел пользоваться своим даром. Юрий Дмитриевич научил его паре самых простых техник, которые давались сыну с невероятным трудом.

Но это всё дело наработки навыка. Просто необходимо больше заниматься. Алексей не был гением, не хватал звёзд с неба. Добиться результата он мог только благодаря тяжёлому труду.

И вот сейчас Белов ощутил появление столь сильного одарённого. Охрана точно не могла никого пропустить. Да и защитные техники должны были сработать. Даже если бы заявился Абсолют, Юрий Дмитриевич тотчас узнал бы об этом.

— Что происходит? — спросил Волков, похоже, также ощутив сильного одарённого.

Граф ничего не успел ответить, как свет в поместье погас, а через мгновение окна, выходящие на задний двор, озарила мощнейшая энергетическая вспышка. Столб молний толщиной в несколько метров обрушился на тренировочную площадку. Даже Юрию Дмитриевичу будет сложно нанести подробный удар без надлежащей подготовки.

— Там дети. — произнёс Волков.

Сразу после его слов до поместья докатилась звуковая волна, а следом за ней и ударная, выбив все стёкла в здании.

Но Юрию Дмитриевичу на это было плевать. Он уже окутал себя молниями и стоял на тренировочной площадке. Наблюдая за тем, как Алексей купается в слепящих молниях. Сила буквально переполняла его. Он смог вобрать в себя всё, что оставил граф, при создании Купола Молний, сразу перескочив на ранг Мастера.

Подобного просто не могло быть. Юрий Дмитриевич никогда бы не поверил, если бы не видел всё своими глазами. Но разбираться с сыном он будет потом. Сейчас необходимо помочь другим детям. Владимир и Ольга лежали возле одной из стен тренировочной площадки.

Через мгновение они уже находились в лазарете, где дежурил родовой целитель. Абсолют, обладающий силой молнии, мог двигаться практически также быстро.

— Светлана, они ударились о каменную стену. Ударились очень сильно. — выдал вводную граф и тут же исчез, вновь появившись на тренировочной площадке.

На этот раз его целью был сын. Он совершенно не умеет обращаться со своим даром и может выгореть, если не подавит бушующую вокруг него силу. А в этом случае Беловым придётся начинать всё с нуля. Они уже подобрались очень близко к пробуждению Силы Крови. Смерть Алексея откинет их в самое начало.

А ещё он мог навредить наследнику Апраксиных, и тогда Беловых вообще ничто не спасёт. Князь уничтожит род, из-за которого пострадал его наследник. На Дмитрия ему плевать, а вот Виктор.

Парень стоял и с восхищением смотрел на Алексея. На то, как вокруг него беснуются молнии. Как мощные удары заставляют песок застывать в причудливых узорах, возвышающихся далеко за пределами стен тренировочной площадки. Купол молний исчез, став той силой, что сотворила всё это. Но теперь граф был рядом и готов усмирить разбушевавшуюся стихию.

Вытянув руку, он призвал к себе силу молнии, и через мгновение Алексей упал на затвердевший песок, ошарашенно глядя на отца.

— Не могу поверить, что это сделал я. — произнёс сын.

— Я же говорил, что у тебя всё получится. С днём рождения! — выкрикнул княжич Апраксин и растянулся в широкой улыбке, показывая поднятый вверх указательный палец. А за его спиной уже появились бойцы СБ Апраксиных, в полной боевой готовности, и возглавлял их менталист, чьи глаза затянуло непроглядной белизной.

Волков был опасен даже для Абсолюта. Юрий Дмитриевич прекрасно знал об этом, поэтому он сразу же отпустил силу. С проблемой было покончено, незачем провоцировать представителя старшей семьи? Графу и без этого теперь придётся извиняться перед Загорскими и Ланскими. Но с этим никаких проблем не будет. Оба рода давно хотят открыть совместное с Беловыми предприятие. А вот извиниться перед Апраксиным будет уже гораздо сложнее. Необходимо подумать, чего род может отдать, не понеся сильного ущерба, и в то же время, не оскорбить ещё сильнее старшую семью.

— А теперь я хочу знать, что здесь произошло? — повысив голос так, чтобы его гарантированно услышали все присутствующие, спросил Юрий Дмитриевич.

* * *

Все люди делятся на несколько категорий. Одни любят ходить на дни рождения, а другие нет. Первые идут туда, чтобы пообщаться с друзьями или завести новые знакомства. В праздничной обстановке делать это гораздо приятнее. А ещё есть разные угощения, и что самое главное — всё бесплатно.

Но это только среди обычных людей. Простых работяг, которые зарабатывают себе на жизнь, трудясь на каком-нибудь заводе, принадлежащем аристократам. Старшей или совсем молодой семье, это совсем неважно. Условия работы и оплата труда для рядовых сотрудников практически везде одинаковая.

А вот аристократы ходят на дни рождения совершенно с иными целями. Причём могут пойти к совершенно незнакомому человеку. Для аристократа день рождения — это в первую очередь возможность. Возможность обзавестись новыми знакомствами, непременно полезными, иначе для чего вообще эти знакомства? Возможность показать себя перед другими, желательно в лучшем свете, но может случиться всякое. Например, появится возможность стать свидетелем чего-нибудь очень необычного.

Как это произошло на дне рождении Алексея Белова. Я впервые увидел, как применяют очень сильный дар. И мне это понравилось. Хотел бы и я вот также уметь выпускать из рук молнии? Нет, не хотел. Для чего? С кем мне драться? Я предпочитаю не доводить дело до драки, и это у меня отлично получается.

Но всё равно смотреть, как другие применяют свой дар, да к тому же столь зрелищный, — настоящее удовольствие.

Правда, пришлось потом срочно возвращаться на базу. Но сперва я узнал, как обстоят дела с Владимиром и Ольгой. Меня заверили, что с ними всё будет хорошо. Только после этого, я позволил себя увести, предварительно попрощавшись с хозяином поместья и главным виновником торжества, который пребывал в шоковом состоянии.

На ухо ему я шепнул, чтобы воспользовался моим подарком. Лекарство, что осталось в шприце, точно поможет Алексею прийти в себя. Заторможенный парень, чисто на автомате поблагодарил меня и ушёл. А вот его отец принялся извиняться. Даже пришлось давить на него силой правого глаза, чтобы избавиться. Только ничего не вышло. Отец Алексея даже не заметил моих потуг. А вот Волк не только заметил, но и дал мне понять, чтобы я прекращал.

В общем, уехали мы с дня рождения, так толком и не отметив его. Даже не поели. А я рассчитывал, что помимо зрелища будет ещё и хлеб. Но нет так нет. В машине снова лежала пачка печенья, так что по дороге мы с Димкой её и умяли.

— Поверить не могу, что Лёха смог применить технику, доступную только Мастеру. — говорил Димка, когда засовывал очередное печенье в рот. — Я уже один раз видел, как Юрий Дмитриевич применяет эту технику. Столб молний называется. Очень мощная штука. Способна одним ударом уничтожить МД старого образца. С новинками не справится, там защита на несколько порядков лучше. Но электронику всю выжжет. Ну Лёха, конечно, дал.

В голосе Димки было уважение и восхищение другом. Всё, как и должно быть. А не то, что я видел, когда у именинника не получилось воспользоваться своей силой. Я помог ему самую малость. Просто поверил в него. А дальше парень всё сам.

— Да, он действительно молодец. А вот вы плохие друзья. Вместо того чтобы поддержать парня, когда у него случилась осечка, принялись злорадствовать. Всего лишь нужно было верить в своего друга. Как сделал я. И тогда, может быть, у него ещё сильнее ударить получилось бы.

Димка сразу же отвёл взгляд и принялся смотреть в окно. Интересного там ничего не было. Деревья, редкие машины и несколько чёрных точек, что летели прямо рядом с машиной. Я даже сперва не поверил, что это взаправду. Ведь Димка ничего не говорит. Хотя он смотрит прямо на эти точки.

Зажмурил глаза, потряс головой, но ничего не изменилось. Точки продолжали лететь рядом с машиной.

— Неужели ты ничего не видишь? — спросил я у Димки. Тот тяжело вздохнул, но так и не посмотрел на меня.

— Конечно, вижу. И понимаю, что ты прав. Друзья всегда должны поддерживать друг друга. Но это там, в той жизни, в которой ты раньше жил. А вот среди аристократов всё иначе. Особенно если ты являешься членом старшей семьи. На первом месте для нас всегда стоят интересы семьи. И если ради этих интересов придётся обидеть друга, то я сделаю это не колеблясь. Как и любой другой Апраксин. С рождения нас учат не привязываться к людям. Что в любой момент, даже самый близкий друг может стать врагом. И таких примеров полно. Мы можем дружить лишь с родственниками, или детьми из вассальных родов.

— Глупости какие. Я буду дружить с тем, с кем захочу. И предавать друга я точно не стану. Как и делать его своим врагом. Ведь всегда можно найти способ, чтобы и интересы семьи соблюсти, и друга не обидеть. Не бывает безвыходных ситуаций. Это у взрослых всегда есть только чёрное и белое. Отчего-то они не могут выбрать серое.

— Нет, Виктор, — покачал головой Димка и наконец, посмотрел мне в глаза. В его я увидел что-то странное. Словно взглядом он умел выражать боль. — Мы Апраксины. Члены старшей семьи. В наших жилах течёт древняя кровь. Она не даст нам совершить такие ошибки. Дружба — это всё сказки для маленьких детей. Либо человек полезен тебе, либо нет. Третьего не дано. Если друг встаёт у тебя на пути, то просто снеси его. Если он начинает мешать тебе вести дела, избавься от него. Семья важнее даже самого верного и преданного друга. Его могут купить, использовать против тебя. А семья всегда будет тебя поддерживать.

— В таком случае мне не нужна семья. — сказал я, пожимая плечами.

Видимо, сказал это слишком громко, и водитель резко ударил по тормозам. Я успел схватиться за сиденье, а вот Димка нет, и отправился в полёт. Волка с нами не было, он ехал в другой машине. Сказал, что необходимо решить дела, которые нам будут неинтересны.

Димка слетел с диванчика и долбанулся об пол. Пару синяков набил, не больше. Даже не пискнул и тут же поднялся. Жить точно будет.

Пару секунд мне потребовалось, чтобы оказаться рядом с задвижкой и открыть окно к водителю.

— Что произошло? Почему ты так резко затормозил?

— Приказ господина. — ответил водитель.

— Какого ещё господина?

Кто, кроме меня и Димки, может быть этим господином? Не ждал же нас кто-то из Апраксиных, прямо посреди дороги? Или всё же ждал?

Я вновь заметил чёрные точки, только их стало в разы больше. И теперь они висели на месте. Словно невидимый художник, просто взял кисть с чёрной краской и принялся брызгать ей на воздух. А ещё ключ от базы начал нагреваться. Словно он радовался. Встретил старого хозяина и просто хотел показать ему, что помнит его. Что безмерно рад его видеть вновь.

Димка что-то начал бубнить себе под нос о том, что он никогда не видел действие Охранителя и только сейчас понял, что это было, когда Алексей ударил столбом молний.

— Но тогда я не понимаю, почему только сейчас? Прошло уже полчаса. За это время нас уже могли убить тысячу раз?

После этих слов дверь в машину открылась.

— Потому что смертельная опасность вам грозит только сейчас, если не вылезете из машины немедленно. — раздался очень странный голос, больше похожий на скрип плохо смазанных дверных петель. — С этого момента детские игры закончились, настала пора осознать, что значит быть наследником старшей семьи.

p.s. Спасибо всем, кто следил за началом истории Александра: необычного мальчика с разными глазами и весьма своеобразным восприятием мира. Впереди нас ждёт ещё больше приключений и испытаний. Если вам понравился первый том, то не держите в себе, напишете об этом в комментариях. Поделитесь с дургими. В первую очередь с читателями, которые думаю, стоит начинать читать книгу или нет? Ну и, конечно, автору будет очень приятно. Всех обнял, парням пожал руку, девушек поцеловал в щёчку).

С уважением

Алексей Шмаков

А теперь без лишних слов продолжаем читать: начало второго тома уже здесь https://author.today/reader/355949/3274464

Конец книги

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Светлая тьма. Сирота

Content

Светлая тьма. Сирота

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Nota bene