В тени дракона

Пролог.

17 июля было обычным летним вечером, таким же, как и все другие в этом году. Лил мелкий холодный дождь, ветер разгуливал среди пустых улочек, а редкие машины слегка разгоняли темноту и разбавляли музыку дождя шумом моторов и колёс, рассекающих лужи.

Что именно произошло в тот вечер под серым, как древние скалы мироздания, небом… никто не знает. Ничто не предвещало событий, и все вокруг шло как обычно, когда в какой-то момент в парке неожиданно мелькнула вспышка света.

Никто не почувствовал этого, и никто ничего не заметил. Даже самые сильные волшебники, что хвастались своей невероятной чувствительностью к магии, не вздрогнули в этот вечер, не поморщились и никак не заметили ничего странного, продолжив заниматься своими делами.

Но ничто в мире не происходит без последствий.

А потому магический импульс прошел по всему миру, лишь на доли секунды качнув реальность.

Это событие стало тем последним камешком, что начинает оползень. Чаша весов была смещена последним перышком.

И, что бы ни случилось дальше, это больше не остановить…

Глава 1. Доброе утро.

- Посмотрите на этого неудачника, - рассмеялся Рональд Уизли, пнув его в живот. – Он что-то тут мямлит и вякает. Ну что за слабак.

В ответ был лишь скрежет зубов.

Он ничего не говорил, лишь рычал и молчал. Понимал, что нет смысла говорить, нет смысла пытаться огрызаться, это их лишь повеселит. Он ничего не скажет, не попросит отпустить его. Он не заплачет и не даст растоптать свою гордость.

Он стерпит, как всегда терпел. Он привык к этому.

- Как бы он не разревелся опять, - фыркнул Дин Томас.

- Ага, неудачник он и есть неудачник, - усмехнулся Симус Финниган. – Нечего ждать от него чего-то.

Они насмехались над ним и говорили неприятные вещи.

Но он не ответит им, он смолчит. Это все равно ничего не решит, а лишь усугубит.

Он привык к этому.

- Может, не стоит? – промямлил Невилл Лонгботтом. Он, в отличие от остальных, стоял чуть в стороне и явно чувствовал себя не в своей тарелке.

- Хватит уже ныть, Невилл. Лучше помоги держать, пока я сбрею ему макушку.

- Гр-р-р-р! – рычал тот, кто лежал на полу. Уизли поставил ему на спину ногу и не давал встать, а двое других парней держали его за руки и за ноги.

- Ребята… если об этом узнает моя бабушка, она меня накажет.

- Пха-ха-ха-ха. Ну и умора. А теперь сядь на него….

Неожиданно все четверо замолкли, посмотрев куда-то. Он тоже повернул голову и увидел… девушку… что как две капли воды была похожа на него… Короткие черные волосы, торчащие в разные стороны, круглые очки и большие зеленые глаза. Она была одета в мужскую школьную форму и смотрела на него со смесью презрения и отвращения.

- Не задерживайтесь тут, - отвернулась она, и пошла своей дорогой, наплевав на то, как издеваются над ее родным братом…

Но он не стал ничего говорить или реагировать.

Он привык и к этому…

- А?! – резко открываю глаза.

Передо мной все какое-то мутное и плохо различимое. Я пытаюсь понять, что происходит, но окружение так плывет, что я не могу сконцентрироваться и различить, что вокруг.

Несколько минут я пребывал в странном состоянии пустоты головы, пока в череп не закралась одна очень важная мысль.

- У меня же зрение плохое.

Вспомнив это, я тут же нашарил рукой на рядом стоящей тумбочке очки. Что-то я спросонья туго соображаю, хотя особой сонливости не чувствую.

Окружение резко стало четче, вокруг кровати обнаруживаются белые занавески. Обычная одноместная кровать с белыми простынями, но довольно узкая. Рядом с кроватью небольшая тумбочка, на которой стоит стакан с водой.

Взяв стакан, я отпил воды, смочив пересохшее горло.

С другой стороны я увидел капельницу с трубкой, которая идет мне в руку. Только сейчас заметил и почувствовал это.

- Я в больнице? – с удивлением произнес я.

Будто ожидая этих слов, занавеска отъезжает и передо мной оказывается девушка в одежде медсестры.

- О, ты очнулся? - удивилась она. – Сейчас позову доктора.

Медсестра тут же ушла, оставив меня одного. Занавеску она не зашторила, потому я увидел за ней еще несколько таких же кроватей, людей в белых халатах, снующих туда-сюда, и медсестер.

Я же, упав головой на подушку, стал размышлять, что происходит, и как я тут оказался. Воспоминания крайне мутные. Помню, как надел мантию-невидимку и с помощью каминного портала перенесся в Министерство. Затем… помню, летели заклинания, крики, зеленая вспышка и… все. Ничего толком не могу сообразить, все словно в тумане.

Вскоре ко мне подошел немолодой мужчина в больничном халате. Седоволосый господин, что чем-то своим лицом напоминал лягушку, добродушно улыбнулся мне.

- Доброе утро, молодой человек, - сказал он, присаживаясь на стул рядом с кроватью и открывая какую-то папку. – Как себя чувствуете?

- Эм-м-м… нормально, - ответил я.

- Откройте рот, снимите очки.

Он осмотрел меня, проверил пульс, посветил фонариком мне в глаза. О чем-то помычал и что-то записал.

- Так, вы помните, как вас зовут и откуда вы?

- Ну-у-у, - задумался я. Голова работала со скрипом и явно не хотела особо думать, но мне все же удалось кое-что вычленить из черепной коробки. – Гарри… Гарри Эванс, - вспомнил я. – Живу я, вроде как, в графстве Суррей, э-э-э-э… на Тисовой Улице, дом 4, кажется.… Не помню толком ничего конкретного…

В голове была странная каша, которая никак не могла сойтись в цельную картину.

- Ничего, не переживай, - поднял руки врач. – Адрес я теперь знаю, попробуем связаться с твоими родственниками.

- А как я тут оказался? – спросил я.

- Две недели назад тебя нашли в парке, - ответил доктор. – Патрульный случайно увидел тебя, валяющегося на траве, подумал: очередной бездомный. Но осмотрев, тут же вызвал скорую. У тебя была черепно-мозговая травма. Вот, - он указал на мой лоб.

Только сейчас понял, что голова у меня перебинтована. Что-то я сильно туплю, даже таких очевидных вещей не замечаю.

- Поэтому небольшая потеря памяти вполне ожидаема.

- Там что-то серьезное?

- Нет, - махнул он рукой. – Все нормально. Небольшая царапина и ушиб, крови было много, но никаких серьезных ран, можешь не беспокоиться. Шрама на лбу, скорее всего, не будет.

- Хех, хоть что-то хорошее, - выдохнул я. – А память в норму придет?

Я не был совсем уверен, что именно забыл. Вроде как все помню, но в то же время когда пытаюсь о чем-то серьезно думать, побаливает голова.

- В течение пары месяцев или около того. Может дольше, тут все индивидуально, - заверил он меня. – Главное - никакого стресса, желательно хоть неделю постельного режима и побольше еды. Ты худоват как-то.

- Как есть, - вздохнул я.

Что-то я сомневаюсь, что Дурсли обрадуются мне и позволят хотя бы день бездельничать. Да и с кормлением могут быть проблемы: если Дадли все еще на своей чертовой диете, то мне нормальной еды тоже не видать. Опять грейпфрут и рис.

- Денек еще побудешь у нас, я пока свяжусь с твоими родными и попрошу их приехать за тобой.

- Ясно, спасибо вам.

Да уж, придется ехать домой. Вроде как еще учебный год не закончен, надеюсь, мне удастся забрать свои вещи и домашнее задание, иначе в следующем году Снейп будет оттягиваться на мне еще больше, чем на его «дополнительных уроках».

А учебный год еще идет или нет?

Этот вопрос взволновал меня, а то может еще есть возможность хоть на пару дней в Хогвартс вернуться. Не то, чтобы там мне было особо чем заняться и меня там кто-то ждал, но с Дурслями мне хочется видеться как можно меньше.

- А какое сегодня число?

- 26 июля, - ответил врач.

От этих слов я застыл…

Как это 26-е? Уже почти конец июля? Но ведь совсем недавно июнь был! Я помню… СОВ ведь совсем недавно закончилось, а после того как Амбридж… черт, не могу вспомнить… Тогда был июнь, это я знаю точно.

Если меня нашли две недели назад, то где я пропадал все оставшееся время?

Что со мной было все это время?

Так, спокойнее. Не нужно поддаваться панике, я не стану опять паниковать. Нужно собраться.

Вдох, выдох, вдох, выдох.

Спокойно.

Я немного нервный, поэтому мне потребовалось пару минут, чтобы собраться и взять себя в руки. Я был так поглощен собой и своими мыслями, что не заметил, как ушел доктор. Я даже имени его не спросил, но, может, потом увидимся.

Надо немного поспать и успокоиться. Может, найдется какой-нибудь ответ потом. Сейчас я просто несколько на эмоциях, да и голоден слегка. А когда я голоден, то становлюсь более эмоциональным.

- Гарри Эванс? – послышалось слева от меня.

Повернувшись, я увидел мужчину одетого в униформу почтальона.

- Э-э-э, да…

- Вам посылка, - протянул он мне небольшую коробку. – Вот, распишитесь.

Мне вручили бумажку, которую я, будучи несколько в шоке, подписал, не читая. Затем я взял посылку, а почтальон удалился, козырнув мне фуражкой. Я еще некоторое время смотрел мужчине вслед, пытаясь сообразить, что только что произошло. Да и поверить, что почтальоны по палатам ходят и посылки доставляют лично людям, не проверяя документов, тоже сложно.

Новые правила почтовых служб?

Или же чьи-то личные распоряжения?

Помотав головой, я посмотрел на коробку. Она довольно легкая, небольшая, потому многое в ней явно не могло вместиться. На коробке нет адреса отправителя, только мое имя и подпись – «От Друга».

Открыв посылку, я уставился на… одежду. Рубашка, клетчатые штаны, туфли, носки и черный френч. Тут же была волшебная палочка, явно не моя, плеер с наушниками, а также… мантия-невидимка моего отца.

Еще здесь лежал конверт с такой же подписью.

Открыв его, я нашел в нем пару галеонов, несколько сиклей и кнатов, магловские купюры в пару тысяч фунтов, а также письмо.

Привет.

Читай внимательно и запоминай, после прочтения текст пропадет.

Тут сменная одежда, немного денег, новая палочка и твоя мантия, ну и от меня подарочек. Твоя палочка сломалась, так что бери эту. Не волнуйся, она подойдет тебе, пусть ничего выдающегося в ней и нет. Мантию тоже возвращаю, но не советую ее теперь долго носить: печать на ней сломана, и если задержишься под ней слишком надолго… лучше тебе не знать, что с тобой произойдет.

На этом все, удачи, тебе она определенно пригодится.

От Друга.

P.S – В тени дракона не видно звезд.

Некоторое время я тупо хлопал глазами. Несколько раз перечитал, пока текст реально не пропал с бумаги.

- Что происходит?..

Глава 2. Неприятные ассоциации.

Stayin' still, eyes closed

Let the world just pass me by

Pain pills, nice clothes

If I fall I think I'll fly

Touch me, Midas

Make me part of your design

None to guide us

I feel fear for the very last time

«The Living Tombstone - My Ordinary Life»

В наушниках играла музыка, а я тупо сидел на лавочке и пялился в небеса. Мысли в голове текли вяло, и я особо не пытался за ними следить, лишь погружался в музыкальную эйфорию, словно сам уже под кайфом, и ни о чем не думал.

Никогда не замечал в себе такую любовь к музыке, но мне реально понравилось просто сидеть и наслаждаться композициями, позволяя разуму плыть по волнам мелодии и уносить меня в пустоту безмятежности. Хотя у меня и плеера никогда в жизни не было, поэтому не могу судить, да и с музыкой всегда был напряг. Дурсли лучше деньги свои сожгли бы, чем купили бы мне что-то сверх необходимого. Они и носки-то мне дарили лишь потому, что нужно было что-то дарить на день рождения или рождество. Хорошо, хоть не старые Дадлины выдавали, а то одежку мне покупали исключительно тогда, когда я вырастал из старой, или слишком дотошные соседи спрашивали: «Чего это ваш племянник на нищего похож?» И то, все было не новым и не дорогим.

Не скажу, что у них не было причин так поступать.

Я как-то слышал от миссис Фигг, что когда я был совсем маленьким, то доставил много неприятностей и убытков дяде с тетей, а учитывая, что я маг, то «убытки» могли быть весьма существенными. Ну и тетя мне еще давно сказала, что жизнь моя легкой не будет, а потому не стоит привыкать к хорошим вещам. Никому не нужный сирота вряд ли добьется в этой жизни чего-то стоящего, а помня, какой я неудачник, то это определение весьма точное.

Эх, что-то меня на негатив тянет, но ничего не поделаешь.

Что я сейчас делаю?

Сижу на автобусной остановке, туплю в космос и пытаюсь понять, как мне быть дальше, ибо неприятности не заставили себя долго ждать.

Через час после прихода посылки вернулся тот врач-лягушка с весьма неприятной новостью. Дозвониться до Дурслей он не смог: там их автоответчик пояснил, что они уехали в отпуск во Францию на все лето.

Вот это реально была подстава, какую от мира я не ожидал. Походу, не дождавшись моего возвращения, они на радостях свалили, чтобы не дай бог меня все же не вернули им.

Идти мне некуда, друзей нет, а денег, что мне оставил «Друг», не хватит на то, чтобы все лето жить хоть в какой-нибудь гостинице.

На следующий день меня выписали, и оставаться в больнице мне уже было нельзя. Я съездил домой, и действительно оказалось, что все уехали. Попытка обратиться к миссис Фигг, нашей соседке, не увенчалась успехом: та вообще переехала куда-то.

Вот я и остался без жилья, а по пути сюда в автобусе у меня еще и почти все деньги украли. Все, на что моих остатков хватило – это купить бутылку дешевой минералки и хот-дог, что, согласитесь, на нормальный обед не тянет.

Обдумав ситуацию, я не нашел толком решения, что мне делать.

Друзей ведь у меня реально нет. Даже в Хогвартсе мне с этим не повезло.

Ну да, Гарри Эванс, жалкий неудачник и слабак всегда будет в тени…

- Лучше не думать, - вздохнул я и потрепал свои волосы. Как хорошо, что волосы у меня очень быстро отрастают, иначе ходить по школе с прической монаха пришлось бы всегда. Но пережитого унижения мне все равно не забыть, хотя таких издевательств столько было, что я уже им счет потерял.

Еще раз взмахнув палочкой, я вновь вызвал «Ночной Рыцарь», но в ответ опять же тишина. Вроде и улочку выбрал пустую, но транспорта все никак нет, а ведь денег только на него у меня и осталось. Надеюсь, слово «Ночной» не означает, что ездит он только по ночам, иначе мне будет крайне трудно просидеть тут до вечера. А учитывая, что скоро точно начнется дождь, мне лучше бы найти лавочку с навесом.

Ну, поскольку выбора у меня особо и нет, я решил отправиться в Хогвартс. Вряд ли там меня встретят с распростёртыми объятьями, но хоть какую-то помощь могут оказать. Я уже давно понял, что «друзьям моих родителей» до меня дела нет, а мое существование они старательно игнорируют.

Не знаю, помогут ли мне в школе.

Наш директор вполне себе приятный человек и, может, подскажет мне, где можно поселиться до осени, а то жить на улице в коробке или вплавь добираться до Франции как-то не самые лучшие планы. Ну, или трансгрессирует меня к Дурслям, что было бы приятно. Но как в Великобританию потом возвращаться, учитывая, что документов и прочего у меня нету, я решительно не понимаю.

Ладно, поживем - увидим.

Мысли же мои крутились сейчас вокруг другого.

Кто этот «Друг» и что он со мной сделал, еще только предстояло понять. Но хоть одежку мне подобрал приличную.

Нет, реально, вот за это я ему благодарен. У меня из одежды моего размера была только школьная форма, да и то, на вырост купили, а вот что-то другое или дешевое и поддержанное, которое не по размеру, или вообще от Дадли досталось.

Эта же отлично сидит, прекрасно смотрится и мне очень нравится. Брюки, туфли, рубашка и пиджак весьма хороши. Оказывается, я могу выглядеть прилично и даже не вызывать в людях желание позвать полицейского, так как рядом бомж стоит. Да и очки, оказывается, на мне не мои велосипеды, склеенные скотчем, а новенькие. Очень приятно смотрится, разве что волосы чуть закрывают глаза, но по мне это даже стильно выглядит.

Я не узнал себя, когда в зеркале увидел. Вот как может преобразить человека приличная одежка. Если бы мои патлы не торчали в разные стороны, вообще было бы отлично. Хотя польза от них сейчас есть, они пластырь закрывают на лбу. Там, где у меня раньше был шрам-молния, сейчас небольшая ранка, которая периодически побаливает, но не так страшно, как раньше.

Хорошо, хоть постоянные головные боли и кошмары прошли. По крайней мере, я нормально высыпался.

Единственное, что реально меня напрягало – это мантия-невидимка, что сейчас была сложена и находилась в моем кармане.

Я вот решил проверить, что имел в виду «Друг» о мантии, и надел ее…

- Лучше бы я этого не делал, - поежился я. – Это… было страшно.

После пяти минут в ней я сорвал ее с себя и теперь даже прикасаться боюсь. Будь моя воля, выбросил бы или вернул, но приходится носить с собой. Жуть, а не артефакт.

Ладно, пока она у меня в кармане, холода от нее не ощущается, значит, вроде не должна вредить.

Вскоре автобус все же подъехал и передо мной появился трехэтажный транспорт, который надежным никак не выглядел, а даже наоборот, внушал желание уйти от него подальше и ни за что не садиться внутрь.

Из машины вышел кондуктор, высокий лихой парень в слегка мятой одежде и с весьма нагло-пацанским видом.

- Приветствую в автобусе «Ночной Рыцарь». Я кондуктор - Стенли Шанпайк, - представился парень.

- Я думал, вы быстро на вызов реагируете, - сказал я, поднимаясь с лавочки.

- Пробки, протиснуться между машинами даже с ужиманием трудновато, - поморщился он. – Прошу на борт.

Зайдя внутрь, я увидел обычные сиденья, какие часто встречаются в автобусах. Ну, как я слышал, ночью тут появляются кровати, а днем как раз просто сиденья.

- Куда едем?

- Хогсмид.

- Пятнадцать сиклей.

Это были остатки моих денег, а потому отдал ему все, что было. Приняв монеты, он выдал мне билет и постучал по стеклу некоему Эрни, водителю, и тот со старта рванул так, что я чуть не упал, а затем едва головой о перила не ударился.

Черт, я так и всех остатков памяти лишусь.

- Хм-м-м-м, - он задумчиво смотрел на меня. – А ты часом не тот Ребенок-Который-Выжил?

- Я что, на девушку похож? – фыркнул я. – Та-Кто-Выжила – это моя сестра Генриетта Поттер, а я просто… Гарри Эванс…

- Не знал, что у нее есть брат, - хмыкнул он.

- Она тоже знать меня не хочет… - вздохнул я.

Не то чтобы без причины… на четвертом курсе мы… многое наговорили друг другу.

Мотнув головой, я отогнал неприятные мысли. Не хочу о ней думать.

- А почему фамилии разные у вас?

- Не знаю, - опустил я голову. – У меня мамина фамилия, а у нее отцовская…

Действительно не понимаю, почему нас растили порознь.

После смерти родителей от рук Волдеморта меня отправили жить к Дурслям, а ее на воспитание взял ее крестный Сириус Блэк. Ну, и, когда мы встретились в Хогвартсе, мы как-то не поладили.

Стенли решил не спрашивать ничего и просто уткнулся в газету «Пророка», а я же пытался не упасть в этом адском транспорте, о призыве которого я за пять минут успел сто раз пожалеть. Учитывая, что, кроме меня, тут никого не было, в выражениях можно было особо не стесняться, а кондуктору явно было пофиг. Он еще мне предложил купить стакан горячего шоколада, но с тем же успехом мог просто вылить его мне на лицо: это было бы даже милосерднее.

Обратив внимание на газету, я увидел на обороте заголовок.

«Омерзительная жизнь Фенрира Сивого и его позорный конец».

- Фенрир Сивый?

Что-то такое помню. Имя знакомое, но никак не могу припомнить точно.

- Ты что, не знаешь, кто это?

- Не могу вспомнить, - потер я лоб.

- Фенрир Сивый был одним из самых преданных людей Сам-Знаешь-Кого, - ответил Стенли почти шепотом, явно пытаясь нагнать жути. – Он провел 14 лет в Азкабане, пока не был Им освобожден. Он оборотень, известен своей любовью заражать ликантропией маленьких детей, чтобы они тоже стали тварями, как он. Он маньяк и убийца, и недавно авроры его убили, - он провел пальцем по шее.

Вспомнил. О нем в газетах писали, как обо всех, кто сбежал из Азкабана в прошлом году.

- Ого, Министерство стало что-то делать, - удивился я.

Весь прошлый год Фадж старательно игнорировал возвращение Волдеморта и обвинял директора и мою сестру в попытке поднять панику в стране, и даже Амбридж к нам в школу послал.

- Сам удивлен, - усмехнулся парень. – Но… Это официальная версия.

- Официальная?

- Ага, есть такой слушок, - он говорил тихо, будто боялся, что нас кто-то тут подслушает, но учитывая, что мы тут одни, то не от кого было скрываться. Разве что водитель, но этот старичок Эрн слишком сильно сосредоточен на вождении. – Поговаривают, когда авроры прибыли на место, Сивый уже был без головы, - он провел пальцем по своей шее.

Почему-то от его слов мне стало как-то не по себе.

То ли говорил он так, что аж я проникся этим, то ли атмосфера создалась неприятная, но почему-то мне это не понравилось.

- Министерство представило все как свою победу, - уже более спокойно продолжил он говорить. - Хотят себе славу, ну или паники не хотят, но недавнее нападение на мастера Олливандера уже о многом говорит.

- На мастера Олливандера напали?

Я помню этого старика. Очень приятный дедуля. Ко мне редко кто с теплом относился, но он был весьма доброжелателен, когда я впервые пришел в Косой Переулок с Хагридом.

- Пожиратели Смерти устроили налет на его лавку, и поговаривают, что вел их как раз Сивый, а затем труп оборотня был обнаружен в заброшенном доме соседнего квартала. Сам старик спасся, но авроры нашли следы борьбы в его магазине и несколько трупов.

Мистер Олливандер…

Почему-то у меня в голове сразу же возникла мысль о моей новой палочке.

В голове сам собой ассоциативный ряд появился, что некто, кто помог мне, и это событие как-то связаны. Может, стоит как-нибудь навестить старика и спросить его? Он говорил, что помнит все проданные палочки, может, и мою узнает. Вдруг он продал ее «Другу», в тот самый день, а он уже отдал мне. Конечно, есть еще вариант, что все это совпадение и никак не связано, но учитывая мою «удачу», то всякое может быть. Все же понять, что со мной произошло, крайне необходимо.

Дальше мы ехали в тишине. Автобус добирался до деревни еще полчаса, по пути подобрав несколько пассажиров, но с ними я уже не контактировал и молча сидел у окна, пытаясь не упасть и слушая музыку.

Мысли в голове были весьма не радостные, и что-то подсказывало мне, что это далеко не конец…

Глава 3. Неожиданное возвращение.

Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, директор Школы Магии и Волшебства Хогвартс, кавалер ордена Мерлина первой степени, Великий волшебник, Верховный чародей Визенгамота, Президент Международной конфедерации магов и просто хороший человек, восседал на своем излюбленном кресле в кабинете и, поглаживая рукой свою бороду, делал то, что обычно делают великие волшебники: думал о важных вещах.

О том, что сейчас творится вокруг.

Поедая лимонные дольки и запивая сладким чаем, он хмурился и смотрел в окно, пытаясь понять, что теперь делать.

Последняя неделя оказалась весьма богата на события, и в них нужно было разобраться.

Для начала на лавку его друга Гаррика Олливандера было совершено нападение. Пожиратели Смерти уже давно совершают рейды на мастеров палочек. Похоже, Том понял, что его палочка недостаточно хороша, и он решил найти ей замену. Это неудивительно, ведь он стал уже даже не человеком, и его палочка из пера Фоукса как минимум должна была отреагировать.

Альбус даже знал, что именно Том ищет, и был уверен, что скоро сможет найти. Но похитить Гаррика его людям не удалось. Старый друг сумел сбежать, пока они столкнулись с кем-то. С кем именно, мастер палочек не знает, так как торопился покинуть место боя, которое вскоре было перенесено на заброшенное здание. С кем сражались люди Тома, понять никто не мог: все, кто был в том рейде, мертвы, а свидетелей самого поединка не было.

Возглавлял этот набег сам Фенрир Сивый, один из Ближнего Круга, Рыцарей Вальпургиевой Ночи, самых сильных и опытных магов на службе Темного Лорда. Может, оборотень и не обладал мастерством и искусностью в чародействе, но был очень силен и крайне устойчив ко многим видам проклятий. Потому вполне мог выдержать весьма страшные раны без вреда для себя. А учитывая, что он из-за своих опытов над ликантропией всегда находился в промежуточном состоянии своей трансформации, то убить такого врага было трудно даже опытному магу.

Но его обезглавленное тело было найдено аврорами. Те быстро отреагировали на вызов и, услышав звуки боя, ворвались в комнату, но успели увидеть лишь падающую голову Сивого и кого-то, закутанного в черный плащ, что растворился в тенях.

Альбус сумел получить воспоминания очевидцев, которые Министерство предпочло не обнародовать и, желая приободрить людей, раздуло из всего этого целое шоу. И Альбус не мог их винить: в последние месяцы хорошие новости были редкостью.

Получив воспоминание, он несколько раз уже просмотрел его и единственной зацепкой, которую ему удалось увидеть, было орудие убийства. Изогнутый обоюдоострый кинжал с клинком, явно сделанным из алхимически укрепленного серебра. Этот блеск Альбус ни с чем не перепутает, пусть и привык видеть его на лабораторных приборах, а не оружии.

- Кажется, такой кинжал называется «джамбия» или «бебут», - произнес он. Альбус никогда не увлекался холодным оружием, и его познания были ограничены тем, что он успел прочитать о том, что видел. – Оружие с ближнего востока.

Зацепка есть, но она ничего пока не говорит. Мастеров, способных работать с таким материалом, в мире немало, не говоря уже о том, что кинжал вообще может быть далеко не новоделом. Алхимическое серебро не потемнеет и за столетия, так что на взгляд возраст вещицы точно не установить. Более того, благодаря многим полезным качествам, оно всегда было популярным материалом в западной половине мира. Ближневосточное происхождение тоже ничего не дает, подобных вещиц за времена Pax Britannica(1) в страну было завезено неимоверное количество.

Так или иначе, его личное расследование сейчас зашло в тупик и никак не продвигалось.

- Придется ждать, - вздохнул он.

Том уже наверняка тоже получил это воспоминание. Альбус был уверен, что он уже знает все: его люди в Министерстве все еще имеются, а потому можно дождаться его реакции.

- Возможно, Северус сможет рассказать что-нибудь.

Одни трудности, а такие загадки Альбус не особо любил.

- Да и времени у меня осталось немного, - он с грустью посмотрел на свою руку. Чернота уже поглотила пальцы, и они плохо слушались его.

Дамблдор понимал, что совершил ошибку, отправившись на поиски этого крестража в одиночку, но поделать уже было нечего. Благодаря Северусу он сумел замедлить распространение проклятья, но остановить его уже нельзя.

- У меня остался год, - вздохнул он. – Год, чтобы закончить все свои дела и попытаться исправить хоть какие-то ошибки.

Умирать он не хотел, но поделать с этим, увы, ничего не мог.

Неожиданно горгулья, закрывающая проход в его кабинет, начала отъезжать и образовывать лестницу. Послышались шаркающие шаги и тяжелое дыхание, а вскоре и сам гость прибыл.

- Аргус, - кивнул директор завхозу школы. – Что-то случилось?

- Да, директор, - произнес мужчина. – К вам тут пришли.

Следом за сквибом в кабинет немного робко и неуверенно вошел и второй человек…

- Гарри? – удивился директор, увидев мальчика, что втянул голову и явно чувствовал себя не особо уютно.

Альбус с искренним удивлением смотрел на молодого человека. Не только потому, что был в шоке от его возвращения, но и просто не сразу узнал его из-за новой одежды. Сейчас он был больше похож на своего отца, чем на себя самого. Даже Генриетта не была так сильно похожа на Джеймса, хотя старательно пыталась ему подражать.

- Здравствуйте, директор, - слегка стесняясь, произнес мальчик. – Я не помешал вам?

- Нет, нет, все в порядке, - тут же ответил Дамблдор.

Мысленно обратившись к системе слежения Хогвартса, он тут же проверил того, кто перед ним стоял. Система настроена на учеников и всегда может определить, где они в Школе. У Альбуса, как директора, был полный доступ к ней, и он мог легко все узнавать. Все же как бы Мародеры ни гордились своей «Картой», но без разрешения директора сделать ее они бы никогда не смогли, а он позволил им ее создать, и даже помог. Ведь они так пытались помочь Римусу, что нужно было поощрять.

Система Школы тут же отозвалась и четко показала ему, что перед ним находится студент Гриффиндора «Гарри Эванс».

- Аргус, спасибо, что привел его, - улыбнулся он завхозу. – Дальше я сам.

- Хорошо, директор, - кивнул сквиб и пошел к выходу.

Мальчик вежливо поблагодарил Филча. Все же Гарри весьма воспитанный и, в отличие от других гриффиндорцев, никогда не смеялся над старым завхозом, а порой и помогал ему с уборкой, потому отношения у них были относительно теплыми. Аргус, может, никогда и не признается, но к мальчику он испытывал симпатию и порой сам ему помогал, но гордость не даст сознаться в этом.

- Присаживайся, мальчик мой, - улыбнулся директор. – Чаю?

- Если можно, - чуть улыбнулся он.

Взмахнув палочкой, Альбус стал разливать горячий напиток и добавлять сахар, а сам попутно прокручивал в голове недавние события, связанные с этим ребенком.

Гарри увидел подкинутое видение о том, что Сириуса пленили в Министерстве, но, поскольку самого Альбуса в школе тогда не было, мальчик побежал к Северусу и все ему рассказал. Их разговор подслушала Генриетта и тут же отправилась в Министерство, чтобы спасти крестного, так как не доверяла Снейпу. Это была ловушка, и девушка с друзьями угодили туда, но к ним вовремя прибыл Орден Феникса, предупрежденный Северусом. Всех удалось спасти, Том был показан публике, несколько Пожирателей были арестованы, а его люди отделались лишь ранениями, но были живы.

И вот на фоне этих важных событий Альбус совсем упустил из вида другое. Гарри Эванс неожиданно пропал из Хогвартса. Он не появился в Большом Зале, его не было в общежитии, а система показала, что отсутствует он уже больше двух дней.

Как ни странно, но заметили пропажу первыми вовсе не директор, к его же стыду, а мисс Грейнджер и, что удивительно, мистер Малфой. Первая просто очень наблюдательная девушка и староста Гриффиндора, а потому такие вещи замечать должна, а второй лишь искал возможности как-нибудь поддеть свою извечную соперницу и заметил отсутствие ее брата.

Мальчика найти так и не смогли: его вещи остались в Школе, а сам он пропал, и, где он, никто узнать не мог. Вместе с ним пропала и мантия-невидимка, о чем больше всего сокрушалась мисс Поттер, но Альбус с грустью принимал такое поведение девочки.

И вот, спустя месяц, этот мальчик возвращается.

Сидит перед ним и с улыбкой пьет горячий напиток.

- Итак, мальчик мой, расскажи, пожалуйста, что случилось, и где ты пропадал? – спросил директор.

Гарри оставил чашку и вздохнул.

- Ну… - начал он. – Я не помню всего… Последнее мое воспоминание о том, как я беру мантию и иду к камину. Я отправился в Министерство… Хотел помочь, - его голос стал особенно грустным. – А дальше… Все как в тумане… - он нахмурился. – Я проснулся несколько дней назад в больнице. Мне сказали, что меня нашли с травмой головы две недели назад… Ну, и у меня частичная амнезия…

Альбус не изменился в лице, но задумался над его словами.

То, что Гарри отправился вслед за своей сестрой, не было чем-то удивительным. Пусть все и считали его трусом или бездарностью, но мальчик обладал некой внутренней силой, храбростью, которой могут позавидовать даже взрослые. Одно то, что он бросился следом за своей Генриеттой в Тайную Комнату и, пусть дико боялся, но все равно пытался отвлечь василиска, пока девочка подбирала Меч Гриффиндора, уже о многом говорит. Да, их отношения, насколько Альбус знал, с четвертого курса сильно испортились, но сам факт, что мальчик хотел помочь ей, вполне себе правдоподобен.

А вот остальное...

Пропал на целый месяц, две недели провел в больнице и только недавно вышел из кратковременной комы, и еще частично потерял память. Очень подозрительно и странно. Но мальчик не врет, директор сильный маг и менталист, ложь он умеет определять отлично.

Похоже, кто-то пытался что-то скрыть, но или по незнанию не учел всех деталей, или не захотел утруждать себя этим, или же специально все так поставил, чтобы привлечь внимание. Сложно ответить.

Мальчик пересказал ему все, что случилось с ним позже, рассказал о письме и отдал его. Увы, чернила и правда пропали, и вернуть их было нельзя никак, но текст Гарри помнил и все поведал.

- Можно твою палочку?

- Конечно.

Альбус внимательно осмотрел палочку, но ничего необычного в ней не заметил, разве что заклятья Надзора нет, но в текущем положении это даже хорошо. Он быстро сложил несколько мыслей и пришел к выводу о возможной связи того нападения и этой палочки, а потому сказал, что временно заберет ее. Он собирался встретиться с Гарриком: тот знает все свои палочки, может, сумеет что-то сказать. Также директор проверил все его вещи и одежду, но ничего магического во всем этом не нашел, разве что магловское устройство на магической батарейке, но такие недавно стали продавать близнецы Уизли.

- А что случилось с мантией?

Мальчик побледнел, и его руки слегка задрожали.

Он сделал вдох, а затем выдохнул.

- Я… Решил сам посмотреть, что с ней, - говорил он. – Надел ее и… Директор, - посмотрел ему в глаза. – С ее помощью я смог пройти сквозь стены.

- Что? – удивился Альбус.

- Когда я надел ее, то… Будто стал воздухом, призраком, не только невидимым, но и неосязаемым. Я прошел сквозь людей и сквозь стены. Это было просто поразительно, но… - он поежился будто от холода. – Через пару минут мне… Стало так холодно, не морозно, а какой-то внутренний холод. Будто я находился на каком-то кладбище ночью. Мне стало не по себе, но когда я посмотрел на свои руки… Они… Начали просвечиваться. Я тут же сорвал мантию и все прекратилось, - мальчик выглядел очень испуганным. – Больше я эту штуку не надену.

Он положил серебряную ткань на стол и отошел от нее подальше, искренне боясь ее.

Директор был в замешательстве. Он в свое время хорошо изучил этот артефакт. Превосходная мантия-невидимка, что сохраняла свои магические свойства много веков, тогда как обычные мантии выдыхались через пару лет. Все же Певереллы были гениями, создавшими столь удивительные артефакты. Но если Камень и Палочка были поистине могущественными, то вот Мантия на их фоне выглядела весьма блекло. Да, она хороша, но не более.

И вот такой сюрприз.

- Я ее изучу, если ты не против.

- Не против, - замотал он головой. – К тому же… Она ведь не моя.

- Ну, Джеймс явно завещал ее своим детям, потому ты имеешь на мантию столько же прав, сколько и твоя сестра.

- Я сомневаюсь…

Старику было нечего сказать на это.

Он прекрасно понимал всю ситуацию с Гарри, но, увы, ничего не мог поделать. Он пытался спасти мальчика, делал все что мог, вот только темная магия крестражей так и осталась ему непостижимой.

- Гарри, скажи, ты еще видишь необычные сны?

- Нет, - ответил он. – С тех пор как я проснулся в больнице, никаких кошмаров не было.

Этого стоило ожидать. Альбус подозревал, что это Том и его люди похитили мальчика, но Северус никаких намеков не обнаружил. Даже более того, Темный Лорд будто сам не заметил отсутствие крестража, что говорило о многом.

- Ты не против, если я осмотрю твою рану?

- Пожалуйста, - он поднял волосы, показав пластырь на лбу, точно в том месте, где находится крестраж.

Альбус провел палочкой у вместилища - и… ничего…

Вообще ничего.

Повторив процесс, он снова не добился никакой реакции. Глаза старого волшебника начали расширяться. Он проверял шрам вновь и вновь, но ничего не было. Вообще…

Великий Чародей молча сел обратно в свое кресло и серьезно задумался.

«Крестража нет, - сказал он сам себе, - но мальчик жив».

Вот это уже что-то действительно необычное.

Альбус потратил много сил, времени и денег на поиски способа извлечь кусок души из шрама ребенка, но не добился ровным счетом ничего. Он давно отчаялся хоть что-то сделать и смирился с этой ужасной трагедией. А тут после месяца пропажи Гарри просто возвращается и уже без филактерии, причем живой, здоровый и явно без особых осложнений.

«Разве что потеря памяти».

В голове директора начала складываться следующая картина.

Гарри неизвестно как попался на глаза кому-то очень необычному, предположительно тому самому неизвестному, что убил Сивого. Тот нашел ребенка уже без сознания или сам потом стер ему память, извлек или как-то удалил крестраж и… Замел следы своей деятельности. Если не знать, что искать, то даже и не поймешь, что там что-то было.

«Может слияние с душой? Такое теоретически возможно, но нужны углубленные исследования и более тщательные осмотры. Если допустить…»

- Директор? – подал голос мальчик. Это вывело старого мага из раздумий. – Что-то не так?

- А? Нет, все в порядке, - улыбнулся старик. – Не обращай внимание, я о своем старческом задумался.

- Ясно…

- Думаю, тебе стоит сегодня на ночь остаться в школе, - сказал Альбус. – Я хочу, чтобы завтра ты прошел медицинское обследование у Поппи.

- Хорошо, - кивает он.

- А потом тебе стоит вернуться к Дурслям. Знаю, тебе у них не нравится, но…

Мальчик вздохнул.

- Да не в этом дело, директор. Я как бы к ним и пытался поехать, да только они сами в отпуск укатили. Сейчас где-то во Франции сидят.

А вот это не совсем хорошая новость. Странно, что Арабелла не предупредила его.

Стоит самому все проверить, но если лишь предположить, что крестража действительно нет, то…

Одна мысль об этом уже немного согрела старое и больное сердце директора. Да, надеяться глупо, но помечтать ведь можно.

- Хорошо. Ну, в любом случае пока оставайся в школе, а потом уже решим.

- Да, директор.

- Можешь идти. Пароль в гостиную пока не менялся, а твои вещи все еще в общей комнате.

- Я его забыл, - опустив голову, признался он.

- Банановые оладьи.

Мальчик улыбнулся.

Эта искренняя и счастливая улыбка пролилась бальзамом на усталую душу старого мага. Горько осознавать, что мальчика радуют такие мелочи.

Гарри покинул кабинет, а Альбус отправился проверять все узнанное, а также готовить обследование.

1. Pax Britannica (по аналогии с лат. Pax Romana) — период доминирования Британской империи на море и в международных отношениях начиная с битвы при Ватерлоо 1815 года и заканчивая Первой мировой войной (1914—1918). Вершина британского могущества пришлась на Викторианскую эпоху (1837—1901).

Глава 4. Игровая комната.

Покинув кабинет директора, я, наконец, выдохнул. Сильно боялся, что мне не позволят остаться и придется жить до конца лета на улице. Ну, директор не тот человек, кто стал бы бросать подростка в беде, но помогать мне он ведь совершенно не обязан.

Я ведь никто: семьи нет, друзей нет, даже родная сестра отреклась от меня, а потому не было никаких причин хоть что-то для меня делать… Для меня редко кто-то что-то делал.

Вздохнув, я двинулся в сторону общежития, но по пути о себе напомнил желудок и настойчиво попросил еды. Чая и печенья в кабинете директора ему было маловато, а потому я сменил маршрут и направился на кухню.

Кухня Хогвартса представляла собой огромнейший зал, являющийся урезанной копией Большого Зала. В нем пять больших столов: четыре ученических, стоящих вдоль комнаты, и один учительский, у стены поперек. Потолок тут значительно ниже - маленьким домовикам большой и не нужен. Окошки тут совсем небольшие, а вдоль стен стояло множество плит, кухонных столов и прочих кухонных приспособлений. Ну и заправляли всем этим домовики, которых было тут сейчас совсем мало.

Обычно шумная и переполненная народом кухня была сегодня особенно пустынной, и находилось тут очень мало работников.

- Гарри! – сразу же обрадовались мне домовики.

Небольшой народец бросился обниматься и чуть не повалил меня, так рады были они меня видеть. Добби, Винки, Пикси, Хьюри, Макки, Оуди, Лунму и другие, почти все на одно лицо, в довольно дешевой одежке, что представляла собой довольно чистые простыни и легкие тапочки. Ну да, не будут же грязных оборванцев к еде школьников подпускать. Магия магией, но узнай родители детей, как именно готовится еда, школу бы сожгли с тем, кто такое придумал.

- Ну, все, хватит уже, - послышался гневный и сильный голос. – Отпустите его, а то он сейчас упадет. Идите работать!

Народ, услышав голос начальства, быстро испарился и отправился заниматься своими делами, а я вздохнул спокойнее.

- Малыш, - улыбнулась она.

- Здравствуйте, госпожа Гагата, - поздоровался я.

Передо мной стояла невысокая, полноватая домовиха. Темная морщинистая кожа, добродушное лицо и густые седые волосы на голове. Женщина, в отличие от всех остальных, была прилично одета: в одежку, явно пошитую под нее, пусть и старую и со множеством заплаток и стежков.

Дама обняла меня и потрепала волосы.

- Рада, что ты живой, малыш, - сказала глава общины домовиков Хогвартса.

- Простите, что заставил вас волноваться обо мне, - чуть смутился я. – Я зашел поздороваться и думал перекусить, если вас не затруднит.

- Ну, что ты, сейчас организуем, - махнула рукой. Щелкнула пальцами - и пара домовиков, что старательно имитировали рабочую деятельность, тут же кинулись к плите и начали готовить. – А ты присаживайся да рассказывай, чего пропал, где пропадал и что приключилось с тобой.

- Ну, что со мной произошло, мне точно сказать сложно, - вздохнул я.

Пересказал ей все, что со мной произошло за эти пару дней, и все, что знал. От госпожи Гагаты у меня тайн нет, она ведь одна из немногих личностей, что ко мне всегда с добротой и теплотой относилась. Когда я был изгоем в школе, домовики всегда были мне рады, угощали и просто разрешали проводить с ними время. Госпожа Гагата очень старый домовик, сколько ей точно лет, я не знаю, но слухов о ее возрасте ходит немало.

Она заведует не только общиной домовиков, но и всеми хозяйственными делами в школе. Ну не мистеру Филчу же этим всем заниматься: он просто не справился бы с такими масштабами, а ведь он даже магией не владеет, потому госпожа Гагата тут самая главная и всеми руководит.

Характер у нее весьма суровый, потому лучше даму не сердить. Именно поэтому близнецы Уизли, да и вообще все хулиганы Школы по молчаливому согласию обходят кухню стороной и никогда тут не шалят, а то госпожа Гагата не церемонится с теми, кто вредит ее вотчине. Я слышал, что она весьма сильно выпорола близнецов, когда те пытались подлить какое-то зелье в еду слизеринцев.

В общем что ни говори, но личность она колоритная.

- Вот так я и пришел сюда, - закончил я свой рассказ.

Женщина некоторое время молча обдумывала мой рассказ, поглаживала подбородок и хмуро смотрела в стену. Я молча ждал, когда она закончит: все же мне нужен хоть чей-то совет, а то директор, даже если что-то поймет, вряд ли будет ставить меня в известность.

- Сложно сказать, малыш, - серьезным тоном сказала она. – Кто-то не просто с тобой все это сделал, а явно хотел еще привлечь к этому внимание директора.

- Директора?

- Как ни крути, но ты тоже связан с этой текущей войной, хочешь ты этого или нет. Малышка Генни, конечно, тут играет ключевую роль, но ты ее брат и, может, кто-то пытается через тебя добраться до нее. Это, как по мне, самое очевидное.

- Генни…

- Убирайся, - ее тон, словно порыв холодного ветра, проходил сквозь тело, оставляя внутри только пустоту, - ты мне не нужен, неудачник.

Мотнул головой, прогоняя неприятные воспоминания. Не хочу думать об этом.

- Так что готовься, малыш, завтра тебя точно будут проверять.

- Проверять?

- Разумеется. Ты пропадал целый месяц, а тут заявляешься, как ни в чем не бывало. Это само собой подозрительно, и на месте Альбуса я бы сделала то же самое. Завтра тебя будут проверять, как здоровье, так и разум, и магическую силу. Все и сразу. Мало ли какие ментальные закладки в тебя вложили, а может, внутри какая-нибудь бомба вшита.

- А?! Такое возможно? – ужаснулся я.

- Легко. Слышала я, как одного человека накачали каким-то зельем и ничего с ним не случилось, жил себе пару лет спокойно, а затем что-то съел и взорвался. Когда расследовали, выяснили, что накачали его особым составом, который при взаимодействии с определенными продуктами давал мощную взрывную реакцию.

Что-то мне резко расхотелось есть.

- Да не бойся, я уже сама тебя проверила. Магия домовиков особенная, мы можем и глубже глянуть, и ничего в тебе нет. По крайней мере, мне не видно, а завтра уж тебя Поппи осмотрит и точно что-то скажет.

- Спасибо…

- Но будь осторожен и при самовозгорании мебель не повреди.

- Госпожа Гагата!

- Ха-ха-ха! – рассмеялась она.

Вот же… Всем только повод дай поиздеваться надо мной.

Я все же приступил к супу. Ох, я будто сто лет горячего не ел! Все же из-за дементоров на улице довольно холодная погода, несмотря на лето. Потому посидеть в тепле и поесть чего-то согревающего очень хочется.

Посидеть в компании с доброй и заботливой госпожой Гагатой было приятно. Дама сетовала на очередные попытки Гермионы Грейнджер освободить эльфов. Да, она так успела достать всех, что ей просто заблокировали вход на кухню. Девушка вбила себе в голову начать реформы и пыталась подбить всех освобождать домовиков. При этом мнение самих «рабов» ее мало волновало, а к чужим доводам она была глуха.

Ну, как обычно, тактикой бульдозера действует.

Долго задерживаться на кухне я не стал, так как домовикам работать нужно, а мешать им я не хотел.

Попрощавшись с эльфами, я покинул их и направился к себе, но по пути решил в гостиную все же не идти. У меня было иное место…

Добравшись до пятого этажа, я подошел к старой, ничем ни примечательной двери. Обычная дверь, каких на этом этаже полно. Все они ведут в старые заброшенные классы. Вероятно, или раньше учеников в Хогвартсе было гораздо больше, или само здание строилось с прицелом на увеличение учащихся, но так уж получается, что большая часть кабинетов закрыта и пустует не одну сотню лет. В основном эти помещения используются как склад для хлама или просто в качестве запасных аудиторий, если с остальными что-то случилось.

Как только я коснулся ручки, на двери тут же вспыхнули руны, а затем погасли, подтверждая мою ауру. Открыв дверь, я вошел внутрь.

Бывший некогда классом зельеварения, кабинет сейчас представлял собой немного захламленное помещение. В центре стоял старенький диванчик с отвалившейся ножкой, которая была заменена подсвечником и стопкой макулатуры. Там собрание сочинений Локонса валяется, хоть для чего-то сгодилось. Небольшой столик перед ним, покрытый неровным слоем лака. Ковер сшит из разных кусков других и покрывал собой большую часть комнаты. У стены находился старый, но вполне крепкий стол, рядом стул, еще здесь можно было найти два кресла перед столиком, дубовый шкаф и пару тумбочек. Также была кровать: мне случайно удалось ее найти в Выручай-комнате в прошлом году, а то на диване спать не всегда удобно.

На другом конце этой комнаты находился всякий мусор в виде сломанных стульев и прочей поломанной мебели, которая раньше занимала все пространство.

Это место я нашел еще на первом курсе. Просто это оказался единственный кабинет, который был открыт, вот я тут и обосновался. Постепенно перетащил большую часть мусора в сторону. Когда научился Левиосу использовать, стало попроще. Затем нашел старый диван, и, лишь освоив Уменьшение, я сумел его сюда дотащить. Ну и прочую мебель, что я добыл в Выручай-Комнате и принес сюда.

- Моя личная игровая комната, - улыбнулся я.

Дело в том, что со своими соседями по общежитию у меня отношения не заладились. Все же компания Уизли, Невилла, Симуса и Дина меня не особо порадовала, так что проводить время с ними мне совершенно не хотелось. Потому я и нашел это место. Тут я делал уроки и проводил большую часть времени, а ближе к отбою возвращался и просто спал у себя. Если бы не правила, обязывающие студентов спать в своих гостиных, я бы вообще не возвращался, а остался бы тут…

Усевшись на диван, я откинулся назад и закрыл глаза.

- Так тихо… - прошептал я. - Тут почти всегда было так тихо…

Почти всегда. На четвертом курсе… я тут был не один…

- Спасибо, Гарри, - ее улыбка была столь теплой и приятной, что я просто таял от умиления. – Я рада, что ты со мной…

Отогнав воспоминание, я достал плеер и, включив его, погрузился в музыку…

- Предатель…

Do you remember

The things we used to say?

I feel so nervous

When I think of yesterday

How could I let things

Get to me so bad?

How did I let things get to me ?

Like dying in the sun

Like dying…

«The Cranberries – Dying In The Sun»

Глава 5. Планы из темноты.

Аппарировав на небольшую площадку, он, не задерживаясь на месте, двинулся вперед, попутно накидывая на плечи длинный черный плащ. Он не особо любил эти балахоны и предпочитал не носить их в обычное время, но, приходя в ставку Темного Лорда, стоило соответствовать установленной униформе, хоть она и представляет собой лишь только мантию и серебряную маску.

Высокий статный мужчина с армейской выправкой уверенно шел по темному коридору Малфой-Менора, не особо обращая внимание на копошение всяких бродяг и прочих бездарей, которые носятся по зданию вместо того, чтобы заниматься делом.

Джерико Хаффил презирал безалаберность своих коллег, которые вместо того, чтобы поддерживать в своих отрядах хоть какую-то дисциплину, предпочитали не обращать внимания на то, что делают их люди вне операций.

Нет, он понимал, что сделать солдат из вчерашних бездомных, проходимцев, мелких бандитов и прочего сброда, что подобрали в Лютом переулке, невозможно за столь короткое время. Но они даже не пытались, что еще сильнее злило мужчину.

Он считал, что если Темный Лорд назначил их командирами, то они должны соответствовать своей должности и пытаться повысить свою эффективность, но вместо этого они просто пользуются услугами дома Малфоев, поглощая алкоголь, и питаясь изысканными блюдами, да развлекаясь с пленниками, а не занимаются делом.

Повелитель пока не предпринимает активных действий и отменил многие операции, но это не повод бездельничать.

В своем отряде Джерико старался поддерживать хоть какую-то дисциплину и не давать этим недоумкам, какими бы тупыми и бездарными они ни были, шастать по особняку и мозолить глаза офицерскому составу Пожирателей Смерти. А учитывая, что звание тут от мозгов и умений не всегда зависит, то проблем с тупыми аристократами может быть немало.

«Отвратительно, - поморщился темноволосый мужчина. Увы, поделать ничего он не мог. Пока он лишь обычный командир одного из небольших подразделений и ничего не решал. – Ничего, - он сжал кулак. – Скоро это изменится».

Чтобы понять, что это значит, стоит вообще разобраться, как устроена организация, именуемая Пожиратели Смерти.

Устройство данной организации довольно хаотично. На самом верху стоит Темный Лорд и управляет всеми, но лично каждым не занимается, а поручает это своему Ближнему Кругу.

Сам же Круг внутри себя делится на две категории – Рыцари Вальпургиевой ночи и «денежные мешки». Первые – это элитные бойцы, самые верные и преданные люди Повелителя. Они очень сильны, они служили ему еще в прошлой войне, и многих он самолично вытащил из Азкабана, куда они попали, не став отрекаться от него даже в те тяжелые времена. Каждый из них имеет своих подчиненных и управляет своими людьми, выполняя приказы Господина.

Вторые тоже как бы близки, но им не особо доверяют. Все они богатеи, которые достаточно влиятельны и состоятельны, чтобы как раз спонсировать всю организацию и снабжать нужными ресурсами.

Служат они ему или из личных интересов, или порабощены с помощью Темной Метки.

«Как иронично, - усмехнулся Джерико. – Эти типы хотели управлять всеми, подчинить себе страну, а по сути, сами стали рабами».

Темные Метки не дадут им предать Повелителя и сбежать. Владыка весьма хитро обманул всю магическую элиту Великобритании, фактически взяв этих напыщенных снобов в рабство.

А вот после них идут «вольные банды», то есть небольшие разрозненные группировки. Обычно или преступные группы, или просто собравшиеся вокруг сильного лидера. Таких все называют Полевыми Командирами.

Они все сильные маги с боевым опытом, в основном или из бывших солдат, или из офицеров Аврората, кем как раз Джерико и был.

Еще год назад он был обычным аврором на службе у Министерства, но затем, когда Темный Лорд вернулся, Хаффил быстро понял расклад сил и решил стать на сторону победителя сразу и получить награду, чем потом служить по принуждению. Да и защищать сторону, которая сама копает себе могилу – дело неблагодарное и глупое.

Сами «вольные» работают на подхвате, и так как одного лидера у них нет, то подчиняются кому придется. В этом есть определенные плюсы и минусы. В плюсы можно записать некую независимость и автономность: можно делать что хочешь, пока это не вредит организации, и отчета никто требовать не будет. Но минус в том, что любой из Ближнего Круга может заставить их что-то делать, что порой не особо приятно.

Последними тут является все остальное мясо. И неважно, обычные это люди или представители каких-то магических народов. Все остальные просто массовка, которая нужна, чтобы отвлекать на себя атаку противника, и жалеть их не нужно. В основном это всякие мелкие преступники, бродяги и проходимцы, которые и магией-то толком не владеют, потому их обучают простым боевым заклинаниям, одевают, дают пару монет и отправляют в бой.

Но это не значит, что их нельзя эффективно использовать.

Джерико всегда старался своих людей просто так на убой не отдавать, но не из-за человеколюбия, а чисто из прагматических соображений. Лучше иметь более-менее устоявшуюся группу, что хоть как-то сможет обороняться, чем постоянно меняющийся сброд, который просто невозможно успеть хоть как-то обучить из-за текучки кадров.

В своем отряде Хаффил старался хотя бы видимость порядка и дисциплины делать, потому его люди по Малфой-менору не носились: он заставлял их отрабатывать заклинания и хотя бы пытаться работать в команде.

Получалось не очень, но лучше так, чем никак.

Однако не все так радужно, как может показаться. Они все же скорее банда, чем армия, банда с атаманом во главе, и контроль в большей мере обусловлен страхом и силой, чем личной верностью. Командиром там может быть только самый умный, хитрый и сильный, а потому почти все полевые командиры весьма опытные и сильные бойцы, с которыми даже Ордену Феникса приходится считаться.

Работа весьма неблагодарная и толком не дает возможности проявить себя и заслужить почет.

«Но скоро это изменится»…

Точнее, все уже изменилось.

С тех пор, как был убит Фенрир Сивый, в стане Пожирателей Смерти начались очень сильные сдвиги. Оборотни разделились в своем мнении о происходящем. Самые отмороженные вервольфы рвались мстить и убивать, а также занять место вожака стаи, так что проклятые сейчас самые не эффективные бойцы. Пока не выберут нового главаря, ничего толком сделать не смогут. И Темный Лорд не может назначить главного: у них там культ силы и дикости, а потому слабого они никогда не признают и убьют при первой возможности, вот все и ждут.

Но другие оборотни, которые в основном подчинены были страхом или безысходностью своего положения, сейчас в сомнениях: стоит ли дальше служить Темному Лорду? Не все такие, но шепотки и слухи распространяются быстро, а стаи очень неоднородны.

Вот только если все думают, что неразбериха касается только оборотней, то это далеко не так.

Среди обычных магов сейчас тоже началось движение. В Ближнем Кругу Рыцарей появилось вакантное место, и на него претендуют сразу несколько сильных магов.

Джерико, увы, при всех своих талантах и способностях не дотягивал до Рыцаря, но кое-какие планы на продвижение вперед у него уже появились.

Добравшись до северного крыла менора, он вошел внутрь и закрыл за собой дверь.

В нос резко ударил неприятный запах реагентов, от которого сразу захотелось чихать. Все большое помещение было заполнено множеством лабораторных столов, котлов с варящимися в них зельями и ядами. Также тут было немало всякой темной живности и прочих живых и не очень ингредиентов.

Это место было вотчиной одного из приближенных Повелителя, Северуса Снейпа, но работать он предпочитал в личной домашней лаборатории, а это место нужно, скорее, для обслуживания всех остальных Пожирателей. Стимуляторы, наркотические препараты, яды и прочие вещи, которые могли быть нужны Темному Лорду и его людям. И пусть технически всем тут заведовал Снейп, но по факту он тут почти никогда не появлялся и всю работу делал его заместитель.

- А, господин Хаффил, - послышался хриплый голос, исходящий из глубины лаборатории. – Рад вашему прибытию в мою обитель.

Из темноты вышел невысокий полноватый человек с редкими волосами на голове и множеством ожогов на лице. Одет он был в грязную, пропахшую всякими реагентами и кровью одежду, да и сам вряд ли часто мылся.

Звали этого типа Отто Полклин, и был он широко известным в узких кругах «ученым», который любил ставить опыты на маглах и баловаться темными артефактами. А потому, когда вернулся Темный Лорд, этот тип просто не мог не пойти к нему на службу.

- Хватит так говорить, Отто, - скривился Джерико. – Я пришел по серьезному делу.

- Раз по-серьезному, то говори, Джерри, - пожал мужчина плечами.

- У тебя должок передо мной, так что я хочу его стрясти с тебя.

Да, Полклин весьма немало должен Хаффилу. Еще будучи аврором, Джерико не был ангелочком и ярым приверженцем закона, а потому, когда была облава на этого «ученого», аврор решил, что иметь такого должника намного выгоднее, чем получить бесполезную медаль от неблагодарного начальства, которое могло просто обойтись банальным «спасибо», а на просьбу о повышении зарплаты вообще пригрозить увольнением. Вот он и отпустил маньяка-исследователя, и, похоже, время воспользоваться его услугами пришло.

- Ко мне бы ты за деньгами не пришел, - пожал Отто плечами. – Так что тебе нужно?

- Поисковой амулет, - заявил он и положил на стол маленький пакетик. – Мне нужно отслеживать перемещение этого человека.

Отто взял бумажный пакетик и посмотрел внутрь. Там находилось несколько локонов волос, которые Джерико не так давно незаметно отрезал.

- И кому они принадлежат?

- Брату Избранной.

В лаборатории тут же установилась мертвая тишина. Отто выпучил глаза и с шоком уставился на него.

- А у нее есть брат? – удивился он.

- Есть, - кивнул бывший аврор. – Зовут его Гарри Эванс, он ее брат-близнец.

- Не знал, что у нее есть брат.

- Об этом мало кто знает, - ответил Хаффил. – Дамблдор явно постарался, чтобы широкая общественность ничего о парне не узнала. Я и сам знаю это только потому, что в Аврорате работал и несколько лет назад за порядком на Турнире следил, но и то, только во время одного дня.

- Понятно, - задумался ученый, потирая подбородок. – Где ты достал волосы?

- Встретил мальчишку в городе. Случайно наткнулся и если бы не знал, как он выглядит, может, и не обратил бы внимание, но это был действительно он.

- Так его стоило просто схватить, а не волосы отрезать.

- Я не решился нападать, - сказал он. – Пацан шел слишком расслабленно и свободно. В наше время быть таким неосмотрительным глупо, потому я решил просто понаблюдать, нет ли у него тайной охраны. А затем добыл несколько волосков, чтобы потом отслеживать. Сам по себе он мелкая сошка, но может привести нас к своей сестре.

- Пожалуй, - согласился работник лаборатории. – А Повелитель дал добро на это?

- Я никому ничего не говорил пока, - признался Джерико. Это, конечно, риск, но сам он в любом случае ничего сделать не может. – Если я просто принесу ему волосы и новость, он мне разве что «спасибо» скажет. Максимум артефакт какой или симпатичную пленницу с вышибленными Империо мозгами дадут, плодить и размножать чистокровный народ. А само дело передаст кому-то другому… Но если я приведу ему Девочку-Которая-Выжила…

- То награда будет в разы лучше, - понял Отто.

Да, об этом парне у него почти нет информации. Был соблазн схватить его и притащить Темному Лорду, уж Владыка сумел бы придумать, как мальчишку использовать. Но тогда награда самого Джерико была бы сугубо материальна. Галеоны он в текущем беспорядке мог достать и сам, а вот самого важного – уважения, влияния и, в конечном счете, куска пирога под названием «Магическая Британия» - ему при таком раскладе бы не досталось.

Потому и решил, что через пацана можно выйти на его сестру, тем самым приумножив свой приз, ну, и сделав все самостоятельно, он докажет, что достоин войти в свиту одного из Рыцарей, а это местечко очень теплое. А уже потом, когда он наберет авторитет и силу, может, и на место начальства позариться.

- И, разумеется, я не забуду тех, кто мне помогал, - намекнул он.

- Довольно рискованно, - покачал ученый головой.

- Риск минимален, я все обдумал. После смерти Сивого тут сплошная неразбериха, а потому никто даже не заметит нашей деятельности.

- Даже если так. Ни один поисковой амулет не сможет показать его, если парень будет под Чарами Фиделиуса прятаться.

- А мне и не нужен точный адрес. Главное, узнать приблизительное месторасположение и организовать слежку, а там действовать по обстоятельствам.

Отто ломался недолго.

Он и сам явно хочет повышения, а то быть на побегушках у Снейпа не особо приятно, а Джерико - человек разумный, он союзников не забывает и точно отблагодарит человека, что ему помог.

- Хорошо, - сдался он. – Но то, что я помогал, знать не должны. Я не хочу проблем, а Снейп точно захочет выяснить у меня подробности. Он ведь «двойной агент».

Ну, кому именно верен Северус Снейп, тот еще вопрос. Вроде господину, но сомнения все равно есть. Да и если он об этом узнает, то может попытаться славу отнять и присвоить поимку девчонки себе. В таком деле нужно быть очень осторожным и скрытным, но это Хаффил умеет.

- Не волнуйся, я умею держать рот на замке. По рукам?

- По рукам…

Глава 6. Проверки.

То, что мне разрешили остаться в Хогвартсе, было хорошей новостью. Вот только я не знал, насколько мое исчезновение было серьезным делом. Госпожа Гагата, конечно, предупреждала меня, что будут проверки, но такого я точно не ожидал. За последующие два дня я прошел через столько проверок и сканирований, что проверяй меня так в больнице, я бы уже светиться начал от рентгеновских лучей, как рождественская ёлка.

Директор явно задался целью проверить каждый сантиметр моего тела. К счастью, не лично. Если бы он захотел лично все проверить и просмотреть, я бы побежал из школы хоть голышом, ибо оставаться в такой компании я был морально не готов и вряд ли когда-либо буду.

Всю работу он скинул на мадам Помфри, чему я был искренне рад, и та устроила мне полный медицинский осмотр. Я за эти дни, кажется, перепробовал все зелья, какие у нее только были, мое сознание просматривали раз сорок (к счастью, не Снейп: он вообще не появлялся в школе), а волшебная палочка столько крутилась перед моим лицом, что у меня реально началась мигрень.

Но это было только половиной всего, что мне пришлось пережить.

- Ей богу, лучше бы к Дурслям отправили, - вздыхал я, но послушно принимал все, что давали, и делал все, что нужно было.

Как-то с некоторой досадой и неохотой «Великий Надзиратель Всея Хогвартса» заключила о моем полном физическом, магическом и ментальном здоровье. Создалось впечатление, что она бы с радостью до конца лета оставила меня тут, приковала к постели и заставила пить всю дрянь, какая у нее имеется.

Благо, я тут отмучился и был выписан. Мне даже сказали, что у меня по какой-то причине начало улучшаться зрение. Лечение глаз в магическом мире - дело обычное, и оно делается в десятки раз лучше и относительно безопаснее, чем у маглов. Ну, у них ослепнуть окончательно от лечения нельзя, можно жабрами или крыльями обзавестись, или уткой стать, но ослепнуть никогда. Вот только мне такое лечение сделать не могли.

У Поттеров есть такое семейное проклятье, что зрение у всех всегда паршивое, потому и носим очки. У отца такое было, у деда и у остальных предков. Единственный человек, на кого это все не распространялось, была, как ни удивительно, моя сестра. У нее зрение идеальное, но очки она носит чисто для красоты, ну или еще по какой-то причине. Я не спрашивал - она не ответит.

Мне сказали, что сейчас ситуация почему-то изменилась и в течение полугода зрение у меня станет превосходным. Поэтому мне чуть заколдовали очки, чтобы линзы под глаза подстраивались.

Что ж, избавиться от очков было бы приятно, хотя я к ним так привык, что вряд ли избавлюсь навсегда. Буду просто так носить. К тому же благодаря новым очкам я вообще с шоком увидел, что мне, оказывается, это идет.

Но вот после посещения мед.ведьмы меня припахал директор. Посадил в центре какого-то магического круга, окруженного жаровнями и курительными палочками, сказал просто сидеть и не двигаться.

Сидеть приходилось долго, но спорить я не стал.

После трех таких ритуалов директор отпустил меня и сказал, что проверки закончились.

Значит, страдания мои позади, все проверили, и теперь я могу быть свободен. Осталось дождаться, когда мне вернут палочку, ну или новую дадут, а то денег у меня вообще нет, ничего другого купить не смогу. А еще решат, где мне жить до конца лета.

Я был бы не против остаться в Хогвартсе, но, увы, этого нельзя. Учителей тут вообще, кроме директора, нет, мадам Помфри вообще была срочно вызвана, даже Хагрид и тот уехал, а одного меня тут никто оставлять не посмеет.

Так что придется…

- Ш-ш-ш-ш-ш… - послышалось недалеко от меня.

- А? – начал крутить головой, ища источник звука.

Змею я все же нашел, тут под столом была: скорее всего, уползла из лаборатории мадам Помфри. Она ведь яд сцеживает для каких-то настоев, вот, похоже, кто-то и сбежал.

- Так… как там было? – пытался вспомнить я.

- Ш-ш-ш-ш, - шипела змея, ползя мимо меня.

- Странно, - нахмурился я, смотря на полоза.

Со стороны двери послышались шаги, и в лазарет вошла мадам Помфри.

- Снова сбежала, - покачала головой медик. – Гарри, можешь сказать ей вернуться?

- Пытаюсь, - ответил я. – Но… Не могу.

- Ты же змееуст? - удивилась она.

- Я тоже так думал, но… Я не понимаю ее…

Странно. Очень странно. Я же всегда змеиный язык понимал и говорил на нем свободно, даже не осознавая, что делаю. На втором курсе, когда Наследник Слизерина похитил Джинни Уизли, именно меня Генни попросила открыть Тайную Комнату для нее. Сама она догадывалась, где это место находится, но проход мог открыть только змееуст, вот я и помог.

Но сейчас… Мало того, что я ни черта не понимаю, так еще и сам сказать толком ничего не могу.

- Похоже… Я потерял этот дар…

Не сказать, что меня подобное печалит. Данная сила ничего, кроме проблем, мне в свое время не доставила. Когда я случайно спалился на втором курсе, что умею говорить со змеями, пытаясь не дать кобре напасть на одного хаффлпаффца, все посчитали меня Наследником, хотя это было даже смешно. Если уж я Наследник, то у Слизерина реальные проблемы.

Змею мадам Помфри поймала сама, а меня отправили ужинать, так как проверки закончились, а директор скоро может позвать.

- Интересно, а что еще я потерял?...

***

Альбус, нахмурившись, просматривал папку с отчетом Поппи и внимательно вчитывался в каждую строку, стараясь ничего не упустить. Он и так вызвал даму из ее отпуска и попросил помощи, благо она весьма добрая женщина и не помочь ребенку не могла, но он пообещал себе как-нибудь отблагодарить ее за потраченное время. Все же вести Гарри в Мунго он бы не хотел: лишнее внимание привлекать не стоит.

Если суммировать все написанное в документах, то мальчик полностью здоров. Истощен немного, но ничего критичного, никаких посторонних веществ в его теле, крови и во всем остальном нет. Даже более того, здоровье его стало получше. Намеки на астму пропали, и семейное проклятье плохого зрения спало, так что все даже лучше, чем было.

«Похоже, крестраж еще и здоровью мальчика вредил, но после его пропажи все начало приходить в норму», - подумал директор.

В целом с телом мальчика все в порядке, ничего опасного и подозрительного нет.

С душой тоже в норме. Альбус провел несколько ритуалов, чтобы понять, слился ли крестраж с душой Гарри. Столь черная и злая душа как минимум должна была оставить свой след, но тоже ничего. Душа сына Джеймса и Лили вполне себе обычная, никакой тьмы, даже наоборот, она весьма светла и наполнена положительной энергией. Ее содержание немного необычно, но объяснение Дамблдор вполне мог найти.

«Возможно, кто-то сумел так сконцентрировать Позитивную Энергию и влить ее в тело мальчика, что она просто выжгла тьму? – задумался он. – Нет, это слишком опасно и могло просто убить… Но если это так, то мы имеем дело с кем-то, кто сумел открыть и другие секреты Высшей Магии помимо Патронуса».

Патронус действительно прекрасное заклятье, и Альбус даже нашел несколько нестандартных способов его применения, например, передача сообщений. Но эта сила лишь отпугивает нежить. И если кто-то владеет чем-то большим, то этого человека непременно нужно найти. Такие секреты магии должны стать достоянием общественности. Если они не опасны, конечно.

Все же большая часть заклинаний, что сейчас запрещена, не всегда темная. Иногда просто слишком сложная, от которой надорваться можно и навредить себе. То же Адское Пламя очень сложно в контроле и не раз убивало того, кто его призвал, потому и учить такому детей ни в коем случае нельзя.

- Ты что-нибудь нашел? – спросил он человека, сидящего в кресле перед ним.

Северус Снейп выглядел весьма задумчивым и тоже о чем-то размышлял. Когда Гарри вернулся, Альбус тут же вызвал своего верного помощника, чтобы обсудить все и спланировать проверку. Потому, пока директор и Поппи осматривали мальчика весьма открыто, Северус под своей мантией-невидимкой и отводящими глаз чарами тайно делал свои проверки, в основном разума. Проникал в память аккуратно и скрытно, чтобы не вызвать подозрения и не навредить мозгу.

«Все же зря я попросил Северуса сломать ментальные щиты».

Суть в том, что Гарри часто видел сны и проникал в разум Тома, благодаря чему и был спасен Артур Уизли. Это было слишком полезной и жизненно необходимой вещью в тот момент. Поэтому Альбус попросил Северуса подточить щиты ребенка, чтобы усилить связь. Потом он понял, что решение было плохим, пусть одно спасение Артура благодаря своевременному предупреждению уже сильно помогло. Но своими действиями директор только ухудшил жизнь ребенку, о чем сильно жалел.

- Ничего, - ответил Северус. – Ментальных закладок не обнаружено, внушений нет, следов гипноза тоже, даже раздвоения личности не наблюдается.

- Вообще ничего?

- Не совсем, - нахмурился преподавать зельеварения. – Часть памяти у него действительно подтерта, кто-то явно убирал из его мозга что-то. А вот другая часть… потускнела.

- Как это?

- Будто бы он просто стал забывать сам некоторые вещи. Словно разум посчитал часть его прошлого не столь важным, и все эти воспоминания померкли.

- Ясно, - Альбус погладил свою бороду. – Какие могут быть прогнозы?

- Опасностей я не заметил, но приглядывать за ним нужно, - сказал Снейп. – Лучше всегда держать его на виду, на всякий случай. Ну, и вполне возможны изменения личности, но это уже не с пропажей связано.

- М?

- По вашей указке я ломал ему ментальные щиты, а такие вещи без последствий не проходят. Так что в ближайшее время можно ожидать или переоценку приоритетов, или полное переосмысление модели поведения. Не скажу, что все будет радикально, да и явно небыстро, но что-то скоро может начать проявляться.

- Хорошо…

- А что насчет палочки?

Альбус посмотрел на волшебную палочку на своем столе. Он уже успел поговорить с Гарриком и получить от него все сведения, которых, увы, было не так много. Палочка действительно его производства, сделана из очень редкой древесины, с сердцевиной из сердечной жилы дракона. О том нападении на свой магазин он тоже рассказал и даже воспоминание показал.

С ним Альбус сумел подробнее рассмотреть убийцу Сивого. Угольно-черный плащ с рваными краями и наплечниками из перьев, глубокий капюшон, под которым будто клубилась темнота, не дающая рассмотреть лица. Еще удалось увидеть что-то вроде чешуйчатого нагрудника, - но лишь мельком, - и багрово-красные сапоги с белыми вставками. Сапоги весьма интересной работы: они были будто сплетены из полос кожи, переплетенных между собой вокруг ног и плотно обхватывающих их. Такой обуви Дамблдор никогда не видел.

Но ничего сказать гость тогда не успел: в следующий миг на магазин напали. Гаррик сбежал и уходил улочками, а что было дальше, не знает.

- Ничего особо ценного, - покачал директор головой. – А что обо всем этом думает Том?

- С Темным Лордом все сложно, - нахмурился Северус. – Когда мальчишка пропал, он явно это почувствовал. Причем если подумать, то он стал странно вести себя как раз после события в Министерстве. При нас он ничего не упоминал, но с Беллой о некоем «даре, что оставил ей» он говорил. А когда мальчишка вернулся, то даже не заметил этого. Похоже, крестража и правда нет, и уже давно.

- Или связь была оборвана, - сказал директор. – Ясно, что ничего не ясно.

- После убийства Сивого Лорд и его приближенные сейчас на ушах, - говорил зельевар. – Оборотни разделились в своем мнении. Кто-то пылает яростью, что убили вожака, но многие рады смерти этого маньяка.

- В ближайшие дни нужно будет отправить Римуса на переговоры с сомневающимися. Такой шанс упускать нельзя.

- Оборотни не пойдут на нашу сторону, пока Министерство продолжает штамповать законы против них. Если бы в стране не было такой паршивой ситуации, у Лорда никогда не нашлось бы союзников.

- Увы, я не всесилен, - вздохнул Дамблдор. – Сам понимаю, что нужно что-то делать, но… Для этого Генни и растет. Она будет тем самым лучом света, что поведет страну к более светлому будущему. Как раз после того, как пережитки прошлого и глупые старики покинут этот мир…

Он посмотрел на свою руку.

- Включая меня…

В кабинете повисла весьма угнетающая тишина. Каждый понимал, что к чему, и вновь обсуждать план не было никакого смысла. У Альбуса осталось мало времени, а потому нужно действовать.

- Ладно. Закончим на сегодня. Если у тебя будут новые сведения, сообщи мне.

- Хорошо.

Северус покинул кабинет, а Альбус отправил домовика позвать мальчика к нему. Пора решить, где он будет жить до конца лета.

Но одни слова все же не давали старику покоя больше всего остального. То послание, что неизвестный оставил для Гарри:

- В тени дракона не видно звезд…

Глава 7. Перед ней.

К директору меня вызвали, когда я доедал свой ужин и попутно общался с домовиками. Похоже, проверяющие пришли к каким-то результатам и теперь решили, что со мной делать.

- Если тебя отправят в Азкабан, я буду присылать тебе пирожки, - заверила меня госпожа Гагата. – Даже теплые еще будут.

Что-то от ее «заботы» мне как-то нехорошо стало.

Одна мысль о соседстве с дементорами пугала.

Вот спасибо, «успокоили», теперь идти куда-то страшно.

Но идти надо, а потому, тяжело вздохнув, двинулся к кабинету, попутно думая, куда меня могут отправить. Скорее всего, директор нашел, куда отправились Дурсли, и закинет меня к ним. Надеюсь, они сейчас на каком-нибудь пляже: даже если меня заставят все время сидеть в отеле, это будет куда более приятное времяпрепровождения, чем в их чертовом доме.

- Зато море увижу, - улыбнулся я.

Сколько живу на Британских островах, а океана никогда не видел. И вроде просто: сел в поезд, пару часов или около того доехать - и все, вот тебе и море, смотри, сколько хочешь. Но, увы, денег у меня даже на жвачку никогда не было, чего уж там говорить про поезда. Та сумма, что пришла мне с конвертом, была самой крупной, какую я когда-либо в руках держал.

Ладно, главное, чтобы реально в Азкабан не отправили.

Войдя в кабинет директора, я встал перед ним и стал ждать, когда он закончит что-то читать. Ожидание несколько затянулось, потому я начал волноваться, не оправят ли меня к каким-нибудь чертям.

- Директор? – подал я голос.

- А? – поднял он голову и посмотрел на меня. – А, Гарри. Прости, отвлекся, - улыбнулся он и поспешно убрал папку с документами. – Спасибо, что пришел так быстро.

- Как результаты?

- Все в порядке, - сказал он. – Проверок больше не будет, а потому стоит решить, где ты проведешь остаток лета.

- Надеюсь не в Азкабане, - буркнул я.

- Ну, все не настолько плохо, - усмехнувшись, махнул он рукой. – А так, думаю, семья Уизли с радостью позволит тебе пожить у них.

- Уизли? – приподнял я бровь. – Знаете… Азкабан не такое уж и плохое место. После того как большая часть дементоров покинула его, компания маньяков, преступников и всякого сброда не кажется мне такой уж плохой.

Да, я с Уизли, мягко говоря, не в лучших отношениях. Точнее, не с ними, а некоторым потомством этой семейки, с последними двумя. Билла и Чарли я видел только один раз на четвертом курсе, когда они приезжали. Слышал, что Билл сумел закадрить Флер Делакур с Шармбаттона, но тогда я мало обращал на все это внимание. Перси Уизли - просто козлина, продавшийся Министерству и активно помогавший Амбридж мучить студентов. Близнецы еще нормальные, но, скорее всего, так я думаю потому, что никогда не становился объектом их шуток, но, как я слышал, они «приколами» снабжали своего младшего брата, а тот все это пускал на меня. Хотя на фоне того, что творил мой отец в школьные годы, это двое просто ангелы. Я в Омуте Памяти Снейпа насмотрелся на те мерзости.

И вот мы подходим к двум последним.

Рональд Уизли – это лучший друг моей дражайшей сестренки, полный придурок и бездарный говнюк, но сидящий в друзьях у главной знаменитости, а потому свято верящий в свою исключительность. Самое забавное, что на первом курсе он даже вполне себе терпимым был. Ну да, болтает много и бахвалится, но за меня он даже немного заступался, когда приставали Малфой и его дружки. Хотя не так чтобы уж яро, скорее он блондина не переносил, чем ему особо было до меня дело. Но с третьего курса они с Драко будто местами поменялись, и он теперь стал меня доставать, а Драко почти забыл о моем существовании и вспоминал изредка. Не знаю, с чего рыжий меня так невзлюбил. Загадка, которую я вряд ли когда-либо пойму.

Вот с тех пор я и терплю от него издевательства.

Побои и «шутки» с обриванием головы, измазывание в краске и прочем уже стали нормой.

«Как хорошо, что он не имеет таланта старших братьев и никак меня не заколдовывал. Если бы умел, точно бы применял».

Хотя, если смотреть на вещи трезво, дело тут не в таланте, а в мотивации и усидчивости. Роникинс вполне справляется с боевыми заклинаниями, потому что считает, что это «круто». Но тренировки ЗОТИ и квиддича исчерпывают его и так не большой энтузиазм до дна, на проклятия его не остается. К счастью.

Ну, а Седьмая просто является маленькой избалованной стервой, которая называет себя «Лучшая Подруга Генриетты Поттер», да, именно с больших букв. Ее все называют «Самой Красивой Девушкой Школы», но, что в ней такого нереального, я так и не понял. Да, симпатичная, но характер портит все, да и получше я видел.

Я даже слышал, что когда она поступала, то имела при себе список тех людей, с кем она будет дружить.

Короче, я лучше дементоров потерплю, чем буду целый месяц страдать в этой больной компании.

Профессор Дамблдор молчал, о чем-то думая, и ожидание его слов как-то затянулось, что опять же меня начало беспокоить. Стою тут перед ним, а вот что он там решит, даже представить страшно.

- Возможно, ты прав, - сказал он.

- То есть в Азкабан? – ужаснулся я. – Я вообще-то пошутил!

- Нет-нет-нет, я не об этом, - успокоил он меня. – У Артура и Молли сейчас своих дел полно, так что ты там и правда будешь лишним. Потому время до конца лета ты проведешь со своей сестрой.

Что на это сказать, я просто не знал.

Внутри меня забурлили две разные мысли, которые тут же захлестнули меня.

Одна моя сторона, - та, что так и осталась маленьким глупым ребенком, плачущим в чулане под лестницей, что всей душой желала лишь одного – иметь семью, - сейчас была в восторге. Мальчик, что никогда не знал ласки и любви, тянулся к единственному родному человеку в этом пустом мире, где все вокруг игнорируют мое существование. Хотя, может, и знал хорошее, но в столь далеком прошлом, что оно не отразилось в моей памяти.

И эта частичка так сильно желала встретить ее, вновь увидеть, быть с ней и…

Но другая часть меня была в настоящем бешенстве. Я не мог толком понять, что именно я тут чувствую, я лишь вижу кричащего от ярости и бессилия человека, что повторяет одно слово… «Предатель!»

В голове началась откровенная каша, но я с трудом подавил эмоции и успокоился.

- Я не уверен… что мы… сможем ужиться… - тихо произнес я. – Мы ведь… чужие друг другу.

- Мне жаль, что пришлось разделить вас в детстве, - с грустью произнес директор.

- А… почему так?

Профессор Дамблдор вздохнул.

- В ту роковую ночь ты получил весьма сильное проклятье, мальчик мой, - он указал на шрам. – С тобой все было так серьезно, что мы сомневались в том, останешься ли ты магом. Как ты знаешь, сквибам нельзя жить в Мире Магии, особенно детям, ведь тут они будут чувствовать себя неполноценными.

Да, пример Филча вполне очевиден.

- Потому было принято решение отдать тебя на попечение твоей тети… Там ты хотя бы мог выжить. Потому твою фамилию и изменили, чтобы не было опасности для тебя. Как мы видим сейчас, с возвращением Волдеморта, опасения не беспочвенные.

- Но я не стал сквибом.

- Да, и я этому очень рад, - грустно улыбнулся он. – Но просто так я забрать тебя от родственников не мог. По многим причинам, о которых я не хотел бы говорить.

Старик встал передо мной и положил руку мне на плечо.

- Гарри, - посмотрел он мне в глаза, - быть может, судьба была к тебе несправедлива эти годы. И я понимаю, что ты сам немало проблем испытал от своей сестры, но послушай моего совета, - его голос звучал серьезно. – Не отрекайся от нее… Потому что потом ты всю жизнь будешь жалеть об этом. И все несказанные слова, обиды и злость будут мучить тебя до конца жизни.

Почему-то в этот момент я будто увидел нашего директора настоящим, по крайней мере, мне так показалось. Столько грусти и личной боли в глазах. Неужели он сам испытал все это?

Я… ведь ничего о директоре, по сути, и не знаю. Он вроде был близким другом и наставником моих родителей, но я с ним лишь изредка виделся. Самым ярким моментом была встреча рядом с зеркалом Еиналеж…

- Хорошо, директор, - опустил я голову. – М?

Я посмотрел на вторую руку профессора, которую он старательно прятал под рукавом. Почему-то его пальцы были каким-то черными, и выглядело это не очень.

Поняв, куда я смотрю, он тут же одернул руку и улыбнулся.

- Не обращай внимание, - сказал он. – Небольшая неудача, попрошу тебя никому не говорить. Не стоит заставлять людей волноваться по пустякам.

- Ладно…

- Ну, а теперь пошли, отправляемся немедленно.

Директор быстро пояснил мне, что дом, где живет Генни, окружен особыми чарами, так называемые "Чары Доверия", или Фиделиус. Они скрывают ото всех определенные вещи или места, и найти их физически просто невозможно, если Хранитель Тайны не откроет ее добровольно. В ином случае никто никогда не найдет того, кто укрыт под Фиделиусом.

- Да, я знаю, что ты хочешь спросить, Гарри, - сказал директор. – Дом твоих родителей тоже был укрыт Фиделиусом…

- Я знаю, - вздохнул я. – На третьем курсе узнал…

Третий курс у нас, в отличие от двух первых, прошел относительно спокойно. Только в школу были дементоры отправлены, когда в Хогсмиде был замечен Питер Петтигрю. Как я слышал, его обнаружили во Франции, но предатель сумел сбежать и скрылся, а затем его увидели в Хогсмиде, потому в Хогвартс были направлены и дементоры, и даже авроры, но найти крысу так и не смогли.

Потом выяснилось, что это был его план. Показаться у Хогвартса, чтобы крестный Генни Сириус Блэк бросил все силы на ее защиту, и его пытались найти в округе, а сам тем временем сбежал в Албанию. Тогда-то я все от профессора Люпина и узнал.

Мы переместились куда-то в Лондон, затем директор дал мне листок с адресом, после чего открыл для меня вход в сам дом. Дом 12 на площади Гриммо оказался спрятан между другими домами, будто в них самих скрывался. Как он появился из ниоткуда, было просто офигенно.

Мы вошли внутрь и, пройдя по довольно темному коридору, прошли в гостиную. Внутри все пока было мрачновато и темновато, но весьма уютно, тепло и приятно.

- Кто-то пришел? – послышался голос с лестницы наверху.

Я застыл…

Слышу шаги…

Сердце начинает сильнее колотиться…

Вскоре она появляется тут…

Один ее вид всколыхнул все те мысли и чувства, которые я испытывал недавно. Один ее вид заставил меня с силой сжать челюсть, чтобы не дать никаким словам вырваться из меня. Один ее вид…

Радость и злость, грусть и бешенство – все это появилось во мне одновременно…

Передо мной стояла она… моя сестра-близнец.

Казалось, будто я не видел ее много лет, а вовсе не один месяц, но боль и яркие воспоминания о том самом дне ударили прямо в душу, заставляя меня наяву переживать тот омерзительный момент.

День, когда мое сердце было растоптано, когда мои чувства были уничтожены, а все теплое и хорошее во мне отравлено.

По росту мы были с ней почти одинаковыми. Ну, я разве что чуть-чуть выше, до прошлого года я всегда был ее ниже, но чуток вытянулся. Телосложение ее может показаться хрупким и нежным, но это просто никто не видел ее в спортзале. Под ее свободным свитером скрывается спортивное тело, сильное, крепкое. Нет, она не походила на тех мускулистых баб, каких иногда демонстрировали по телевизору, хотя в тренажерном зале она занималась даже больше. Тела сильных магов стремятся к совершенству, а потому такие никогда не бывали страшными или некрасивыми. Вот и тело Генни всегда было изящным и женственным, несмотря на то, что кулаком она вполне может каменные стены ломать.

И ее лицо…

Нежное личико с слегка заостренными чертами, но они не делали ее резкой или грубой, наоборот, они лишь подчеркивали ее очарование. Пухлые губы, небольшой носик и тонкие брови, а глаза… Эти большие зеленые глаза за круглыми очками, такие же черные непослушные волосы.

Она собой вызывала восхищение и боль…

Девушка посмотрела на директора и слегка улыбнулась, но, когда ее взгляд перешел на меня, улыбка покинула ее. Взгляд стал холодным и жестким, губы сомкнулись в тонкую полоску, а торчащие локоны слегка зашевелились от истекающей из нее магии, что выглядело немного угрожающе. Как будто кошка, что распушилась при виде врага.

Я же молча смотрел на нее и крепко сжимал кулаки, борясь с нахлынувшими эмоциями.

- А, ты, оказывается, живой, родственничек, - фыркнула она, затем перевела свой взгляд на профессора Дамблдора. – Простите, директор, Сириуса сейчас нет: он на работе.

- Ну, тогда я загляну к нему, - кивнул директор. – Девочка моя, ты не могла бы выделить Гарри комнату: до конца лета он останется тут.

- Что?! – удивилась она. – Этот будет жить здесь?!

Новость, мягко говоря, не порадовала ее, что явственно отразилось на ее лице. Ее аура стала еще более угрожающей, а учитывая, что боевой потенциал Генриетты Поттер на уровне опытного аврора, то угрозой она является даже более весомой, чем какой-нибудь тролль. Если не страшнее. Ведь тролль тупой, а она гений, каких в мире рождаются единицы в поколение.

Верно, о нас с ней говорят: «Она родилась счастливчиком, а тебе повезло, что вообще родился».

- Так нужно, - сказал директор, уже сам чувствуя напряжение между нами.

Я же все еще молчал. Я боялся, что если открою рот, то непременно выскажу ей немало того, что кипит во мне, но я держусь. Один раз я уже не сдержался и…

- Хорошо, профессор, - сдалась она.

Директор покинул нас, уйдя камином, а мы остались одни.

Холод между нами ощутимо возрос, а напряжение было таким, что его можно даже ощутить физически. Если бы кто-то сейчас оказался между нами, то человека этого наверняка бы впечатало в пол и размазало тонким слоем. Атмосфера злобы и ненависти, словно пожар, пожирала все вокруг, но вскоре этот яростный огонь утих и уменьшился до небольшого костра.

- Идем, - сказала она и, не ожидая меня, направилась к лестнице наверх.

Я все же последовал за ней. На третьем этаже она указала мне на комнату, которая, скорее всего, была на максимально возможном расстоянии от ее.

Сама комната была вполне обычной, никаких изысков, но и на камеру заключенного похожа не была. Небольшой стол, стул, шкаф, тумбочка и кровать, на полу небольшой коврик, а на стене какие-то картины пейзажей. Пыли нет, все чисто и убрано.

- Где моя мантия? – задала она вопрос.

- У директора, - кое-как выдавил я из себя ответ.

Больше она ничего не сказала, а лишь захлопнула дверь и, громко топая, пошла дальше по коридору, а затем также с силой захлопнула и свою дверь, явно закрыв ее потом на несколько замков.

Когда она ушла, я выдохнул и просто рухнул на кровать.

Эмоции все еще колотили меня, но, когда она покинула комнату, мне стало полегче, только чувства утихали слишком медленно.

Достаю плеер и, находя там мелодию, включаю ее, стараясь фокусироваться именно на ней, а не воспоминаниях.

- Я мечтал об этом всю жизнь, - произнес я. – Но получив, желаю лишь уйти…

Столько лет полного и безграничного одиночества, столько лет пролитых слез и тоски, но, когда мы встретились, я получил лишь холодное отвращение и отчуждение. Она была так холодна со мной и никогда не обращалась ко мне, как я всегда хотел…

- И вот я здесь…

Но это не радует меня, а лишь печалит и заставляет грустить еще сильнее.

Скинув с себя пиджак и обувь, я залез под одеяло и, закутавшись в него, постарался уснуть, слушая лишь музыку…

Vetur, Sumar, Saman Renna

Vetur, Sumar, Saman Renna

Vetur, Sumar, Saman Renna

Þar sem gróir þar er von.

Allt sem græðir geymir von.

Úr klakaböndum kemur hún fram.

Af köldum himni fikrar sig fram

«Yoko Kanno – Von»

Глава 8. Кусок сердца.

Сириус Блэк перебирал одну бумажку за другой, уже даже толком не читая, что именно там написано, а просто смотря на последние строки и подписывая почти не глядя. Подкинь ему сейчас кто-нибудь контракт на его душу, он бы, скорее всего, так и не заметил ничего.

Уже который день он сидел за этим чертовым столом и пахал как проклятый, пытаясь как можно быстрее закрыть все дела, какие у него остались.

- Вот и сказалась моя лень, - вздохнул он.

Да, по сути своей Сириус был человеком немного ленивым, что для одного из старших офицеров Аврората, командира отдела криминалистики, было не очень хорошо, но до недавнего времени большую часть бумажной работы он спихивал на своих помощников, а сам занимался только реально важными делами или оперативной работой, которая была ему приятнее.

- Я уже жалею, что согласился на повышение.

Не то, чтобы ему не нравилось быть большим начальником, но количество работы, что с этим статусом полагается, было слишком неприятным. Он вообще-то хотел отказаться от должности, но Альбус уговорил его пост принять. Тогда Министерство только начинало свою политику давления, а потому директору Хогвартса нужен был свой верный человек в Аврорате на высоком посту, чтобы хоть как-то влиять на деятельность чиновников и быть в курсе всех важных событий. Все же одного Кингсли недостаточно, потому Сириус принял повышение.

Но до недавнего времени все было нормально…

Фадж уходит с поста Министра, явно убегая, пока никто не вспомнил о его грешках и не бросил в Азкабан вслед за этой мерзкой жабой Амбридж.

Руфус Скримджер, уже бывший глава Аврората, стал Министром Магии. Своим преемником он назначил Амелию Боунс, и та, став теперь непосредственным начальником Сириуса, потребовала все отчеты ей на стол до конца недели. Вот Блэк и работал, быстро закрывая все пробелы, иначе его точно ждет выговор и другие проблемы.

Нет, Сириус не боялся понижения по службе. Он даже хотел бы снова стать оперативником и быть на острие операций, а не сидеть тут и руководить. Уменьшения зарплаты он тоже не боялся. Огромного наследства Блэков вполне ему и Сохатику хватит на пару веков безбедной жизни.

Боялся он именно увеличения количества бумажной работы. Вот что пугало его и ужасало в кошмарах. Он не удивился бы, если однажды встретил боггарта в виде кучи такой работы.

- Я бы испугался, но потом долго ржал. Джеймс бы оценил иронию, - с грустью произнес он.

Поправив рядом стоящие фотографии, он на минутку позволил себе уплыть в воспоминания о своем дорогом друге и практически брате – Джеймсе Поттере.

Он скучал по тем школьным дням, когда они были просто детьми, просто друзьями, просто Мародерами, а вовсе не скучными взрослыми, которым нужно думать о таких глупостях, как семья, работа и прочее. Потеря одного лучшего друга и предательство второго сильно ударили по Блэку, но наличие маленькой крестницы заставило его не сдаться и жить дальше. Если бы не детские крики со второго этажа, он бы потерял голову от вида мертвого тела Сохатого. Отправился бы на поиски Питера и убил бы его, но и самого Сириуса, скорее всего, отправили бы в Азкабан, ведь доказательств невиновности у него тогда не было.

Он ведь сам предложил Петтигрю на роль Хранителя, чтобы обмануть Пожирателей, а затем сам же всем и говорил, будто Хранитель Тайны – это он сам, чтобы отвлечь внимание врагов от друга, но Хвост оказался предателем…

Это разбило ему сердце.

Лишь благодаря маленькому Сохатику он с Хагридом отправился в Хогвартс и все рассказал Альбусу, что и спасло его от тюрьмы.

Сейчас его маленькая крестница, его гордость и почти дочь, сидит дома и ждет, когда он вернется. Но домой он придет поздно, если вообще сегодня.

- Надеюсь, Андромеда оставила ей поесть. Сохатик ужасно готовит, как, впрочем, и я.

Да, вот в чем смех.

Малышка может сварить Оборотное зелье пятью разными способами, она может даже Удачу сделать почти идеально - были бы ингредиенты. Но когда дело доходило до банальной яичницы, выходила редкостная дрянь, которую есть невозможно.

- И как такое может быть? – удивлялся он. – Видать, нельзя быть во всем идеальной.

Девочка настоящий гений, каких единицы рождается в поколение. Талантлива, умна, трудолюбива и так похожа на своего отца. Сириус потратил немало сил, средств и времени, чтобы воспитать ее такой. Нанимал лучших учителей, тренеров, оборудовал личный спортивный зал и сам воспитывал ребенка, уча ее гордости и чести - все по заветам Годрика Гриффиндора.

Она выросла сильной и гордой, какой и должна быть истинная гриффиндорка, идеальная Избранная.

Сириус ужасно гордился ей и всем рассказывал, какая она у него молодец.

- Хотя, скорее всего, я просто всех достал этим, - хихикнул он.

Ну, ничего поделать с собой он не мог. Она - его маленькая радость и счастье в этом холодном и жестоком мире. Потому он сделал все, чтобы подготовить ее, и будет оберегать столько, сколько потребуется, чтобы быть за нее спокойным.

- Эх, надо продолжать работать, - тяжело вздохнул он, но мысли о Сохатике все же приободрили его. Чем быстрее он закончит с бумагами, тем быстрее вернется домой.

Его кузина Андромеда сегодня будет тоже занята у себя, а племянница Нимфадора отправилась на стажировку, потому малышка наверняка тоскует дома одна. Он бы и у Уизли ее оставил, но у тех сейчас семейные проблемы.

- Ничего, скоро ее день рождения, а значит, мы сходим куда-нибудь, - решил он. – Возьмем с собой Рона и Гермиону, Римус точно пойдет, и Нимфадору постараюсь вытащить на денек. Главное, о подарке не забыть.

Вот так, думая о хорошем, он и работал…

Тук-тук-тук!

- Да!

Дверь открылась - и внутрь вошел профессор Дамблдор!

- Альбус, - улыбнулся Бродяга, поднимаясь.

- Добрый вечер, Сириус, - также улыбался старик. Судя по виду, настроение у него было прекрасным.

- Если что-то срочное, то могли бы меня позвать.

- Позвать и оторвать от столь занимательной работы? – сказал директор Хогвартса, чем кольнул по больному месту и напомнил о том, что Сириусу еще несколько часов работать. А ведь он так надеялся, что его срочно вызовут и можно будет выдать вполне себе честное оправдание задержке.

- Уели, - признал он.

Подкол был отличным, стыдно не признать.

- Хо-хо-хо, прости, не мог удержаться. Сам не люблю всю эту волокиту, - добродушно посмеялся старик, присаживаясь напротив.

- Может, тогда посоветуйте, как с ней получше справляться? У вас ведь такой опыт.

- Найти хорошего секретаря, а лучше женись.

- Я еще слишком молод для такого, - отмахнулся Бродяга.

- Ну и будешь старым одиноким дураком, как я, - покачал Альбус головой. – Задумайся.

- Обязательно, - кивнул он. – Так что же привело вас ко мне?

- У меня отличные новости, - заявил директор. – Вообще-то они у меня появились еще два дня назад, но, пока лично все не перепроверил, я не спешил зря обнадеживать.

- И что же такое хорошее? – усмехнулся Блэк. – Ну, я весь во внимании.

- Гарри вернулся.

Эта новость несколько обескуражила Мародера.

Гарри, сын Джеймса и Лили, второй ребенок его дорогих и близких друзей, пропал около месяца назад. Он просто исчез из Хогвартса, вместе с мантией-невидимкой. Кто-то говорил, что он просто сбежал, украв фамильную ценность Поттеров, но Сириус больше склонялся к мысли, что его похитили Пожиратели, и он давно мертв. Не верил он, что сын Джеймса может быть вором.

Мысли о мальчике принесли в его голову просто тонну воспоминаний и чувств, которые он постарался подавить и взять себя в руки.

- Ну, это хорошо, - он сдержанно улыбнулся.

- Это еще не все, - сказал профессор. – Крестража больше нет.

Эти слова прозвучали словно гром среди ясного неба.

Сириус выронил перо и потряс головой, поковырялся в ухе и постарался прийти в себя.

- Что вы сейчас сказали?

- Крестража в мальчике больше нет, - четко и медленно произнес директор.

Вот теперь из бури все это переросло в настоящий безумный ураган эмоций и мыслей.

Когда Джеймса не стало, он был готов взять под свою опеку обоих детей, и ему было не важно, что один ребенок может стать сквибом. Он готов был заботиться о нем и растить как родного, ведь это ребенок Джеймса и Лили, а ради них он готов был пойти на все.

Но известие о том, что в мальчике крестраж, чуть не убило его.

Крестраж означает, что ребенок обречен. Не существует безопасного способа извлечь кусок души из живого объекта, не навредив ему. Будучи наследником весьма темной семьи, он немало об этом знал и прекрасно представлял, насколько все плохо. Ребенок обречен, рано или поздно он должен был умереть. Но у него просто рука не поднялась прервать страдания несчастного младенца.

Если бы он тогда собрался с силами, то сумел бы спасти мальчика от столь ужасного существования, но его трусость и мягкосердечность не дали ему сделать необходимое. Потому он и постарался отстраниться от ребенка и никогда с ним не разговаривал, никогда о нем не вспоминал и даже Сохатику о существовании брата до отправки в Хогвартс не говорил, чтобы у той не было надежд и привязанностей.

И, когда Гарри пропал месяц назад, Сириус отчасти даже порадовался.

Наконец-то, все это закончилось.

Он лишь надеялся, что смерть его была легкой и безболезненной…

- Дышать… нужно... дышать… - произнес он, стараясь не упасть в обморок.

- Тихо, тихо, Сириус, не паникуй, - пытался помочь ему Альбус. – Все хорошо. Все в порядке.

- Я… я… я… я понимаю… просто… после стольких лет безнадеги…

Он чуть ли не каждый год спрашивал, сумел ли директор добиться успеха в поисках решения проблемы, но каждый раз уходил ни с чем. Затем напивался, лишь бы забыть об этом горе…

- Да, я сам был в шоке, когда узнал.

- То есть не вы от него избавились?

- Нет, - покачал он головой. – Мальчик вернулся два дня назад, пришел ко мне и рассказал, что недавно очнулся в больнице. Провел в коме несколько недель и очнулся уже таким. При себе он нашел лишь одежду, новую палочку, мантию-невидимку и письмо от кого-то, кто предположительно и удалил крестраж, не навредив ему.

- Вот оно как, - только и смог сказать Сириус. – А вы проверяли его? Там может…

- Разумеется. Эти два дня я, Поппи и Северус проверяли его, как только могли. Тело, разум и душа – все было осмотрено и ничего подозрительного не найдено. Я потому и не говорил тебе ничего, пока сам не убедился во всем.

- Ясно… Где он сейчас?

- Я оставил его у тебя дома.

- Что?! – подскочил он. – Но там может быть…

- Успокойся. Гарри и Генни там не одни. Я попросил пару домовиков приглядывать за мальчиком и докладывать мне. Я не настолько старый маразматик, чтобы не подстраховаться. За ним будут следить и, если что, мне тут же сообщат, и я немедленно приму меры.

- Спасибо, - успокоился он. – Мне… нужно обдумать все это, директор.

- Я понимаю, - улыбнулся Альбус. – Я просто хотел предупредить тебя, а также порадовать.

- И вам удалось.

- Вот и хорошо. Мантию я пока оставлю у себя, верну позже. О ней нам с тобой нужно будет отдельно поговорить, но уже когда я буду более свободен.

- Если меня не убьет эта гора макулатуры, я обязательно приду.

- Тогда буду ждать.

Попрощавшись, Альбус покинул его кабинет.

Как только дверь закрылась, улыбка тут же пропала с лица Сириуса, сменившись смесью паники и ужаса. Он тяжело дышал и пытался собраться с мыслями и, главное, смириться с новостью, которую ему принесли.

Он много лет мечтал, но оказался совершенно не готов к исполнению этого.

Сказка стала явью, та самая глупая и безнадёжная мечта ис…

- Нет! Стоп! – он заставил себя собраться и не подчиняться эмоциям. – Нельзя поддаваться! Я уже отнесся легкомысленно к важным вещам, и это стоило Джеймсу и Лили жизни!

Сириус винил только себя в том, что произошло. Отнесись он ко всему серьезно, расскажи все сразу Альбусу - и, возможно, помощь пришла бы вовремя, а Питер был бы раскрыт до предательства. Но Блэк тогда был слишком наивен и глуп. Больше он подобного не допустит.

Он верил Альбусу, он верил Поппи, но он совершенно не верил Снейпу.

Этот скользкий и мерзкий неудачник точно верен Волдеморту. Он просто притворяется, что работает на Орден, а на самом деле шпионит для Пожирателей. Он и в школе был жалким ничтожеством и придурком, и таким и остался.

- Люди не меняются, - мрачно произнес он.

Можно сколько угодно оправдываться, но Сириус верил, что негодяи остаются такими навсегда, а такой жалкий слабак, как Нюниус, мог вырасти только таким же жалким предателем, каким он и является на самом деле.

- Это в духе Слизерина, - с отвращением произнес он.

Нет, не все слизеринцы такие. Та же Андромеда с зеленого факультета, но после седьмого курса сбежала с Тедом Тонксом и отреклась от мерзости темных. Но она всего одна, а больше таких благородных и добрых людей он оттуда не видел.

Так что Снейпу он ни в коем случае не доверял, но донести эту мысль до Альбуса у него никак не получалось.

- Скорее всего, Нюниус или ничего не нашел в силу своей бездарности, или специально скрыл. Мальчишка пропал на месяц, наверняка он был в руках у Волдеморта, и тот специально забрал свой крестраж, а затем что-то с ребенком сделал, чтобы потом использовать.

Это были лишь теории, самый худший вариант развития возможного, но отвергать его было нельзя.

- Нужно проверить все лично…

Вот только сделать это тайно он не мог. Сириус оперативник и боец, а не врач или легилимент, а уж о ритуалах душ он вообще ничего не знает. Потому действовать сейчас он просто физически не может.

- За парнем нужно приглядывать… - произнес он. – Нужно предупредить Сохатика обо всем. Она умная, сама будет внимательна, пока я не придумаю, как лично во всем убедиться… - сказал он, взяв себя в руки. – Я готов на все, чтобы защитить Сохатика… На все…

Глава 9. Терпение.

Заклинания крутились вокруг нее, множество атак и ударов обрушивались со всех сторон, и, если бы не выучка и тренировки, быть ей давно мертвой.

Смертельная опасность прямо витает в воздухе, а близость жуткой и холодной Арки Смерти за спиной только усугубляет ситуацию. Она боялась отступать, не хотела приближаться к этому страшному артефакту, чье холодное касание будто тянется к ней.

Вот новые атаки, заклятья вспышками мелькают перед ней, и блики отражаются в очках, но вдруг…

- АВАДА КЕДАВРА! – прогремел чей-то голос, когда Генни отпрыгивала.

Зеленый луч устремляется точно в нее, почти касается лица и…

- Берегись…

Что-то толкает ее в сторону - и девушка падает, а заклинание пролетает мимо.

Обернувшись, она, увы, никого не увидела. За ней просто ничего не было. Лишь Арка Смерти будто стала еще холоднее…

Высунувшись из-под одеяла, она некоторое время тупила в космос, пытаясь понять, где находится и куда именно убежала огромная хохочущая змея и толпа пони. Через пару секунд понимание того, что змеи не разговаривают, а она не змееуст, дошло до ее мозга, а еще спустя десяток - что пони тоже как бы не говорят, а она не пониуст.

- Че за бред крутится у меня в голове? – тряхнула Генриетта головой, будто стараясь выкинуть из черепа весь тот укуренный бред, что ночью ей привиделся. – Хватит читать всякую чушь перед сном, реально какие-то ужасы в голову приходят.

Посмотрев в окно, она поняла, что уже утро. Часы показывали полвосьмого, а значит, пришла пора вставать, начинать утреннюю разминку и вообще поесть не помешало бы.

Вчера она что-то поздно уснула, вот и проспала. Обычно уже к шести она на ногах была. Но это в школе, а дома, на каникулах можно и полениться немного, и поспать чуть дольше.

Спать слишком долго она просто физически не могла: от скуки просто подохнет так.

Осмотрев комнату, она хмыкнула, увидев весь этот беспорядок. На полу валялась одежда, книги были разбросаны повсюду, как и прочие вещи. Генни была, конечно, очень аккуратной девушкой, но когда дело доходило до личного окружения, то могла быть на удивление безалаберной. Чистоту и порядок поддерживать пыталась, но срач очень быстро возвращался, и поделать с этим она ничего не могла.

Да и не особо хотела.

Потянувшись, она встала с кровати, затем, надев свои очки, двинулась вниз. Судя по отсутствию сумки и других вещей, Сириус и тетя Мёда еще не пришли, а Нимфа точно бы ворвалась к ней и разбудила, потому она решила, что дома одна, но к этому она привыкла. Умывшись, она уже было отправилась в тренажерный зал, дабы размяться и окончательно проснуться, как заметила, что в библиотеке кто-то был.

Палочка моментально показалась в ее руке, и она была готова дать отпор. Годами вбиваемые тренерами и учителями рефлексы тут же дали о себе знать, и она бесшумно двинулась к приоткрытой двери. Девушка прекрасно чувствовала чужое присутствие и не узнавала его, а потому решила перестраховаться.

- Стоять! – ворвалась она в библиотеку, наведя палочку на незнакомца.

Тот оторвался от книжки и посмотрел на нее.

Где-то секунду Генни пыталась понять, кто это и откуда он тут взялся, но затем еще не до конца проснувшийся мозг начал подкидывать ей воспоминания. Она некоторое время смотрела на него и первая мысль, пришедшая ей в голову, была весьма необычной.

«Папа?» - подумала она.

Человек, сидящий в кресле, одетый в приличную и весьма стильную одежку, очень сильно походил на ее отца в молодости. Только глаза почему-то зеленые, а так один в один. Сидит в кресле, скрестив ноги и книгой на коленях.

- А, это ты, - вспомнила Генриетта. – Я и забыла, что ты существуешь.

- Пф, - фыркнул Гарри, вернувшись к книжке. – Паранойю лечи.

- Не вякай, родственничек.

Он промолчал и ничего ей не ответил, полностью погрузившись в книгу и… слушая музыку.

- Откуда у тебя плеер? – спросила она.

Генни и сама давно хотела себе что-то такое, но она редко бывала в магловском Лондоне, а тут подобное нигде не купить. По крайней мере, она об этом не слышала, да и в Косом Переулке давно не была.

- Подарили, - ответил он, не смотря на нее.

Ну, в такое можно поверить. Кто-то разжалобился над убогим и игрушку ему дал, лишь бы не ныл. Отбирать она ничего не собиралась, ибо это ниже ее достоинства, но пообещала себе добыть такое же, только получше.

«Если не получится купить магловский, нужно будет запрячь близнецов мне такую штуку сделать. Они все равно мне должны: я ведь вложилась в их бизнес».

Идея была неплохой, а стрясти пару долгов с этих рыжих котов нужно, а то они пытались откупиться от нее канареечными помадками, блевательными батончиками и фальшивыми любовными зельями (1). Не дураки же они, продавать настоящие, за такое можно и в тюрьму угодить.

- Кстати, а ты где пропадал этот месяц? – спросила она. – Если бы не Гермиона, никто бы твоего исчезновения и не заметил.

Ага, она после возвращения из Министерства вообще ни на что внимание не обращала. Там ведь вернулся Волдеморт, там была битва, а потому отсутствие на завтраке одного неудачника она даже не заметила. Если бы Гермиона не упомянула и не спросила учителей, может, никто бы и не заметил, что он исчез.

- Не помню, - сказал он. – У меня амнезия. Часть воспоминаний утеряна. Вот, вспоминаю, - он указал на книгу.

Это оказалась трансфигурация за первый курс. Похоже, он реально немало забыл, раз вынужден перечитывать старые учебники, чтобы вспомнить.

Ну, больше ей спрашивать было нечего, точнее, все остальное ей просто было не интересно, да и разговаривать с этим придурком она хотела, как можно меньше. Один его вид вызывал в ней отвращение и желание выкинуть неудачника в окно. Ей было стыдно, что это убожество является ребенком ее родителей и хоть как-то кровно связано с ней, а потому она желала проводить в его компании как можно меньше времени.

Покинув библиотеку, она направилась на кухню: нужно было попить, а также проверить наличие завтрака. Учитывая, что дома появился нахлебник, то стоит сразу обезопасить свои продукты от его посягательств.

Добравшись до кухни, она, потирая руки и улыбаясь, открыла холодильник и…

- А?! – захлопала она глазами. – Где? Где он?!

Осмотрев все полки, Генни ничего не нашла. Проверила все еще раз. Ничего.

Ее охватила паника.

Она бросилась к раковине, и там она увидела вымытую тарелку из-под…

- УБЬЮ!!! – взревела она.

С ноги открыв дверь в библиотеку, она с трудом сдерживалась, чтобы не придушить этого недоумка. Всего один день в ее доме, а он уже успел взбесить ее до белого каления.

- А? – он поднял голову, вытащив наушники из ушей.

- Ты! Съел мой кусок пирога! – зарычала девушка. – Да как ты посмел к нему даже прикоснуться?!

- Ну, там был какой-то кусок недельной давности, - пожал он плечами. – Я искал завтрак, но холодильник был почти пустым. В упаковке была какая-то еда, но на ней было подписано твое имя, потому я не стал трогать, а нашел какой-то старый огрызок пирога и решил доесть, раз никому не нужно, - говорил он это с каким-то пофигистичным выражением лица, совершенно не раскаиваясь в том преступлении, что он совершил.

- Это был мой пирог! – злилась она. – Из-за строгой диеты мне сладкое можно только раз в неделю, и этот кусок был моим! Мне теперь еще неделю ждать из-за тебя! И ты это знал!

- А? – он задумался. – Я… забыл…

- Убью!

Схватив рукой первое, что попалось под рукой, а это оказалась подушка, она швырнула ее в рожу этому придурку. Удар получился смачным, и его вместе с креслом перевернуло.

- Ауч!

Ему повезло, что она схватила подушку, а не книгу или стул, а то голову бы ему снесла.

Ну, вообще-то не совсем так, она пусть и была зла, но вбитые тренерами рефлексы не дали бы ей совершить такую глупость. Она все же сдержалась.

Все еще пребывая в ярости, она отправилась в тренажерный зал. Ей нужно было выпустить пар, а потому боксерской груше сегодня явно не поздоровится…

***

Черт, как больно.

Как же хорошо, что это была только подушка, а не что-то чуть более тяжелое. Еще бы немного - и мне бы шею сломало.

Кто же знал, что она так взбесится из-за пирога…

Но вообще-то она мне что-то такое говорила пару лет назад, вот только я забыл. У Генни ведь и правда строгая диета.

Да, только тут жрать мне было тупо нечего. Те остатки еды явно для одного человека оставлены, а съев их, я бы не порадовал ее. Похоже, гостя никто не ожидал, да и они сами не особо следят за всем этим, вот и не подумали.

Хотя дом вообще выглядит так, словно в нем пара поросят живет. Посуда грязная и свалена горой в раковине, везде разбросаны вещи и одежда. Я вот, когда тут устраивался с книжкой, наткнулся на чьи-то очень миниатюрные шортики, которые пришлось уносить в корзину для грязного белья. Лучше не задумываться, чьи они.

Так что перед тем, как удобно устроиться для чтения, пришлось тут хоть какой-то порядок навести. Вообще в доме давно нужно генеральную уборку сделать.

В коридоре послышались звуки ударов.

Поднявшись с пола, я вышел из библиотеки и подошел к приоткрытой двери в конце коридора. За ней оказался самый настоящий спортзал, причем точно магловский, с весьма обыкновенными современными тренажерами, только явно работающими на магии, ведь магловские вещи тут тупо сгорают. Увы, магия и электроника не ладят между собой.

И вот в центре этого всего стояла весьма большая боксерская груша, перед которой стояла моя сестра, и… Она просто лупила по несчастному предмету, швыряя его в разные стороны. Не будь груша прицеплена к потолку цепью, ее давно бы сорвало и выкинуло в окно.

«Судя по трещинам на потолке, она скоро полдома разнесет».

Страшные удары маленьких кулачков Генриетты выглядели очень впечатляюще и пугающе. Девушка, которая вроде как не выглядела такой сильной, совершала столь невероятные вещи, что мне реально боязно за того, кто серьезно ее разозлит, чтобы она кого-то рукой ударила. Это я еще молчу про ее удар с ноги, который чуть цепь не порвал, а с потолка посыпалась побелка.

Насколько я знаю, это не чисто голая сила, а скорее некая совокупность магии и работы тела. В момент удара Генни выплескивает импульс энергии, отчего его разрушительная сила повышается в разы. Для применения такого нужно иметь немалый магический резерв взрослого и быть тренированным бойцом, чтобы правильно совместить выброс и удар, а это очень сложно.

«Вот что значит, тренироваться с раннего детства».

Названия у этой техники нет, его называют или Усилением, или еще как, ничего конкретного, но на языке крутится какое-то имя, но вспомнить не получается.

«Как же там…? Не помню, никак мысль ухватить не могу».

Ну, и не важно. Она как-то рассказывала об этом, вот я и запомнил.

Ага, ведь Генни помимо невероятного таланта обладает еще немалым трудолюбием, помноженным на возможности и деньги ее крестного, а потому тренировки всегда получала первоклассные от настоящих мастеров.

«Похоже, Сириус Блэк решил создать Машину Смерти, а не мага».

Она уже на чисто магическом уровне может смело идти в Аврорат работать, а если присовокупить знания боевых искусств, очень солидное образование и навыки... мне даже страшно представить, какой силой она будет обладать лет через десять. Боюсь, директору и Волдеморту придется потесниться на пьедестале «Сильнейших Магов Нашего Времени».

«Ну, мне там никогда места не будет, потому и волноваться нет смысла, - махнул я рукой и покинул помещение, вернувшись в библиотеку. – По крайней мере, линия поведения работает».

Разговаривать с сестрой мне довольно тяжело. Один ее вид пробуждает самые неприятные воспоминания о том случае… Потому, когда я проснулся сегодня и пик эмоций поутих, то стал думать, как мне выдержать больше месяца соседства с ней. Вот и решил говорить односложно, как можно холоднее и стараться оставаться с ней в помещении на как можно меньшее время. Конечно, порой приходится отвечать более развернуто, но даже в этом случае лучше вести себя так, будто тебе на все плевать.

Так или иначе, я лучше буду заниматься своими делами.

Когда я спустился в библиотеку, то просто офигел от количества книг тут. Это, конечно, не то, что в Хогвартсе, но тут литература более редкая и интересная, правда, все же без изысков. Ничего темного или запретного тут наверняка нет, не будет же Сириус оставлять такое на самом виду. Если и есть, то он или сдал все на работе, или убрал куда подальше. Я сначала думал найти что-нибудь интересное почитать, но после пары строк какой-то книги осознал, что ни черта не понимаю.

Похоже, школьная программа в моей голове как-то померкла. Поэтому я взял учебник за первый курс и стал вспоминать. Кое-как дело идет, и при просмотре строк учебника память обновлялась, но заклинания нужно бы отработать.

Ничего, у меня больше месяца до школы, успею более-менее вспомнить, что и как. Скоро к тому же результаты СОВ прийти должны, но вряд ли у меня будет там что-то выдающееся.

Ладно, Генни еще долго будет пар выпускать, а я лучше займусь своими делами…

***

Выйдя из камина, Сириус поставил пакеты на стол, а сам поспешил найти крестницу и ее брата, которые должны находиться в его доме. Когда Альбус рассказал ему о случившемся, он достал бутылку и долго «лечился», чтобы успокоить нервы и прийти в себя, после чего отрубился за столом, просрал все сроки и получил серьезный выговор от начальства, но домой его все же отпустили.

По пути он забежал в магазин и купил продуктов, которых дома почти не осталось.

«Мне срочно нужен домовик», - вздохнул он.

Ну, Кикимер вроде как есть у него, но этот тип его ненавидит, не слушается и вообще пропадет где-то постоянно, а нового он из-за этого нанять не может. Он бы и Добби на работу взял и был бы не против платить тому, однако магические контракты есть контракты, а разорвать их он не может. Вот и приходится обходиться своими силами.

- Если бы не Андромеда, померли мы бы все с голоду.

Да, мысль привлечь на помощь свою кузину, что как раз осталась без мужа, жилья и с дочерью на руках, была самой гениальной идеей, какая приходила ему на ум. Эта женщина просто спасла их с Сохатиком, ведь без нее эти двое ничего бы сделать не смогли. Да и сейчас стоит ей на пару дней уехать, как дом начинает превращаться в помойку, где становится трудно находиться.

Хорошо Бродяга про еду вспомнил, а то так бы пришел, а дома ни крошки.

Он влетает в библиотеку и замирает.

В кресле с книгой в руках сидел… Джеймс.

Точно такой же, как в молодости: спокойное выражение лица с легким налетом пофигизма и безразличия, опрятная и стильная одежда, которой он подчеркивал свой статус самого крутого парня факультета, и некая уверенность в фигуре.

Он поднял на него взгляд, и ему показалась, что на него с неким упреком смотрит Лили…

Он мотнул головой, прогоняя наваждение, и перевел свой взгляд на крестницу.

Сохатик в противовес Гарри выглядела ну очень взъерошенной и недовольной. Она смотрела на парня как на врага всего человечества, и с трудом сдерживалась, чтобы его не прибить. А тот лишь пожимал плечами и игнорировал всю ту кровожадность, что она источала.

Атмосфера в помещении была весьма напряженной и убийственной.

- Эм-м-м… привет, - сказал Блэк. – Что тут происходит?

- Он. Съел. Мой. Пирог. – Отчеканила каждое слово Сохатик.

- М-да…

Он знал о ее диете и строгом следовании установленным правилам, хотя и не особо понимал - зачем. Он ее в сладком никогда не ограничивал и позволял питаться десертами сколько угодно, но та сама решила, что большое количество сахара вредит ей, и потому позволяла себе кусочек пирога или другого десерта только раз в неделю.

«Она столько тренируется и так сильна в плане магии, что может хоть всю жизнь тортами питаться и проблем с зубами и фигурой у нее никогда не будет».

Но переубедить упрямицу невозможно, так что он сдался и больше эту тему не поднимал.

На это заявление Гарри только закатил глаза.

- Андромеда прибудет сегодня, попросим ее приготовить еще.

- Тетя Мёда после работы захочет отдохнуть, а у меня совести не хватит просить ее напрягаться из-за меня, - буркнула девочка.

- Мы решим эту проблему, - заверил он крестницу, затем посмотрел на парня и ощутил весьма неприятные эмоции, что поднимались из глубины души - от гнева до печали и стыда. Но он сумел справиться с чувствами и улыбнуться. – Ну-с, добро пожаловать к нам, Гарри.

- Простите за беспокойство, мистер Блэк, - сказал тот, отложив книгу. Голос такой же, как у Джеймса…

- А, зови меня Сириус или Бродяга, - махнул он рукой. - Я не настолько стар, чтобы ко мне на «вы» обращались.

- Ну, ладно… Сириус - замялся он.

- Я продуктов купил, - сказал Сириус. – Пока Андромеда не вернулась, будем питаться, чем есть.

- Я могу приготовить, что-нибудь, - сказал парень.

- А ты умеешь? – удивился он.

- Да, меня тетя Петунья учила.

- А, Петунья, - вспомнил он ту не очень приятную сестру Лили, - как она там?

- Я… не помню, - грустно вздохнул Гарри.

- Ладно. Если сможешь что-то сделать, буду тебе благодарен, а то моя кузина прибудет еще неизвестно, когда, а мы тут без нее как без рук.

Учитывая, как паршиво готовят они с Генни, то если он сделает хоть немного лучше, до прихода Меды они все дотерпят. Главное, чтобы съедобно было, а остальное вторично. На худой конец можно в ресторан пойти и нормально поесть.

- Хорошо, - кивнул он и отправился на кухню.

Как только парень ушел, Сириус стал серьезнее. Закрыл дверь и наложил чары, чтобы их не подслушали. Директор оставил за парнем слежку, потому за еду можно не волноваться, да и нет там ничего такого, из чего можно яд сварить. Плюс у него и Сохатика при себе по артефакту, определяющему примеси, и обмануть их не получиться.

- Сириус, он и правда должен оставаться с нами до конца лета? – надулась крестница. – Я долго так не выдержу и прихлопну его как муху.

- Так сказал директор, потому ничего поделать я не могу, - вздохнул он.

- М-м-м-м, - сердилась девочка.

- А теперь серьёзно, - сменил он тон. – Пусть Гарри и разрешили тут остаться, но за ним постоянно следят.

- Зачем? – удивилась она.

- Сохатик, он пропал на целый месяц, никто его не мог найти, даже директор. Понимаешь?

Девочка осознала и стала серьезнее.

- Его, разумеется, проверяли, но одним из проверяльщиков был Снейп, а мы оба знаем степень доверия к нему.

- Да, сальноволосому ублюдку верить нельзя, - кивнула она.

- Кто бы его ни похитил, он точно не оставил следов и стер парню память, но мало ли что кроется внутри него, потому будь с ним осторожнее. Пока ничего делать не нужно, просто будь осмотрительной и всегда знай, где он находится.

- Хорошо.

- Я пока сам поищу способ как бы его проверить, но до этого ничего не предпринимай.

- Поняла. Я могу рассказать это своим друзьям?

- Только Рону и Гермионе. Но, ради Мерлина, прошу, не делайте глупостей.

- Обещаю.

Все решив, они отправились на кухню. Нужно было проконтролировать, как там проходит процесс приготовления обеда.

1.Любовные зелья – Амортенция – У нас считается запрещенным и в общественных местах не продается из-за своей опасности. Пусть на магов это зелье работает хуже, но все равно оно считается противозаконным. Потому в магазинах продаются пустышки или просто похожие, так как за распространение настоящих можно попасть в Азкабан.

Глава 10. Разговор на кухне.

Что-то приготовить из тех продуктов, которые принес мистер Бле… то есть Сириус, будет сложно. Ну, думаю, «яйца по-шотландски» я сварганить смогу. Необходимо лишь фарш сделать да поставить яйца вариться. Сухари есть, мука тоже. Живем. Это просто и вполне себе вкусно, да и быстро, а то видно, что эти двое явно голодны. Если найду сыр гауда, можно и сырные шарики сделать: мне они очень нравятся. Но пока сыра в пакетах не видать, а потому обломимся.

Включив плеер, я стал слушать музыку, попутно занимаясь механической работой.

Я никогда особо не любил готовить, просто потому что с готовкой у меня всегда были связаны не лучшие воспоминания. Поскольку мои родственники считали, что я нахлебник и потому должен отрабатывать проживание с ними, тетя всегда меня нагружала помогать ей. Обычно я лишь помогал с нарезкой, помешивал или следил за готовкой, пока она или делала другие вещи, или свои любовные сериалы смотрела. Так и учился, но удовольствия мне это никогда не доставляло: я ведь готовил потому, что так нужно было, а не потому, что я сам хотел. Да и приготовить то, что хочется мне, никогда не разрешили бы. Ну, и все что готовилось, я не всегда ел, хоть и пробовал.

Тетя считала, что мой максимум в жизни – это быть поваром в каком-нибудь захудалом ресторане или коком на флоте, если меня туда возьмут. Вот и учила, чему могла.

In your mind's eye

Lives a memory

Hard to find

Blinded by sorrow

And her cold voice

Sings a melody

Hear her sing

Hell frozen rain falls down

«Akira Yamaoka - Hell Frozen Rain»

Вот так я работал и не заметил, как на кухне оказался не один.

Обернувшись, я осознал, что на меня смотрит какая-то женщина. На вид около тридцати пяти, но у волшебников сложно точно определить возраст, особенно у женщин. Густая грива темных волос обрамляла прекрасное лицо. Одета она была в темно-синее платье, в какие обычно наряжаются местные волшебники, застрявшие по стилю одежды где-то в 18-19 веке, но юбка не пышная, да и сама одежда вычурной или особо яркой не кажется. Она с улыбкой смотрела на меня, но молчала.

- Здравствуйте, - поздоровался я, сняв наушники.

- Здравствуй, Гарри, - сказала она. – Добавь в фарш мускат: это сделает вкус более насыщенным.

- Я и не знал о таком, - почесал я затылок. – Тетя мускатные орехи не любит, у нее на них аллергия.

- Ну, теперь знаешь.

- Спасибо, - смутившись, ответил я. Как-то неловко получается. – А вы…

- Андромеда Тонкс, - представилась она. – Можешь звать меня тетей Медой, как Генни.

- Ну-у-у…

- Расслабься. Сириус уже рассказал мне все, так что я не против. Но рада, что теперь есть кому, кроме меня, хозяйничать на кухне.

- Простите, что занял вашу вотчину.

- Ничего. В этом доме все равно, кроме меня, никто готовить толком не умеет, - вздохнула она. – Я пыталась научить Генни, но у нее никак не получалось, что просто поразительно, учитывая все ее таланты. Сириус просто безалаберный лентяй, на которого надежды нет. Если бы не я, так и травился бы магловскими полуфабрикатами, а моя дочь Нимфадора слишком неуклюжая, чтобы ее подпускать к кухне.

Про неуклюжесть Нимфадоры Тонкс я слышал: об этом легенды складывают. Но она Хогвартс уже закончила.

- Я просто бываю занята на работе, и мне порой сложно следить, чтобы дома все было в порядке, а то на этих двоих полагаться опасно, - покачала она головой. – Как-то оставила их одних на неделю, так они всю кухню спалили.

- Да уж, - хмыкнул я. – Ну, по крайней мере, мне теперь будет чем заняться.

Мы некоторое время молчали. Я чувствовал некоторую неловкость рядом с ней. Она разговаривает со мной, будто бы знает меня, но вот я совершенно ничего не знаю о ней.

- Я была подругой твоей мамы и фактически являюсь твоей крестной, - ответила она на мой безмолвный вопрос.

От этой новости я чуть было не выронил лопатку.

- Знаю, о чем ты думаешь, - вздохнула она. – Взять над тобой опеку я, увы, не могла. После смерти мужа его родственники выселили меня, отняв права на дом, а я тогда сама была в тяжелом положении с семилетней дочерью. Да и репутация сестры Беллатрисы Лестрейндж не добавляла ко мне доверия. Если бы Сириус не попросил меня помочь ему с Генни, я бы так и осталась на улице. А потом было уже поздно забирать тебя от твоих родственников.

Мне хотелось сказать, что забрать меня от Дурслей было никогда не поздно, но все же промолчал. И так видно, что женщине самой очень неловко, а потому упреки с моей стороны были бы тем еще свинством.

- Ничего, - сказал я, поворачиваясь к сковородке. – Я понимаю.

Мы вновь замолчали.

На кухне установилась неприятная тишина и слышно было только шипение масла. Я не знал, что сказать и как приободрить женщину, а она не решалась начинать разговор. Молчание несколько затянулось и могло бы перерасти в весьма неприятную фазу, если бы на кухню не зашли.

- Скоро там еда будет? – спросила Генни, зайдя на кухню. Затем принюхалась, но, увидев у плиты все еще меня, а не тётушку Андромеду, недовольно скривила личико. – Надеюсь, не отравимся.

- Поэтому и готовлю я.

Подкол она ощутила и, надувшись от обиды, ушла.

- Я так понимаю, ваши отношения переросли в стадию «холодной войны», - покачала она головой.

- Типа того, - закатил я глаза.

- Ничего, - улыбнулась она. – Время лечит. Поживете, а затем сумеете помириться.

- Нет, - произнес я, смотря на скворчащую сковороду. – Время делает лишь хуже…

Не знаю, почему я это сказал. Прошло ведь всего полтора года с того самого дня. Полтора года… До того дня наши отношения еще плавали от холода к теплу и порой бывали весьма мирными, но после того как…

- Хватит себя накручивать, - ее рука легла мне на голову, такая теплая, нежная. – Не переживай. Я уж знаю, как тяжело с сестрами: у меня их две и с обеими отношения у меня не очень.

Да, я слышал, кто ее сестры.

Одна Нарцисса, жена Люциуса Малфоя и мать Драко, а вторая Беллатриса, маньяк-убийца, что запытала родителей Невилла и провела много лет в Азкабане. Да, с такой родней ей явно не очень хорошо живется. Но она старается быть оптимистичнее.

- Лучше помоги мне разгрузить покупки, - сказала она. – Ужином уже я сама займусь, ну, если ты мне поможешь.

- Я помогу. И еще, - я вспомнил, что хотел. – Можете мне помочь кое в чем?

- М?...

***

Выслушав просьбу мальчика, Меда улыбнулась и пообещала помочь. Раз он просит об этом, то она поможет. Такому обязательно нужно помочь, а пока нужно отдохнуть и поесть.

«Как хорошо, что Гарри решил озаботиться обедом».

Когда ей Сириус сообщил, что у них дома теперь новый житель, она сильно заволновалась, будет ли им сейчас что есть, а потому после магазина поспешила домой. Она, конечно, сказала Сири купить продуктов, но сильно сомневалась, что он хотя бы половину необходимого вспомнит.

Но оказалось, что спешить не нужно было: Гарри за обед взялся сам. И, судя по отработанным движениям, четкому пониманию и уверенности нахождения на кухне, он явно знает, что делает, и получалось у него неплохо. Она смотрела и радовалась: наконец-то дома появился кто-то более надежный.

Разговор с мальчиком вышел сложным для нее.

Все же она считала себя виноватой в том, что не могла исполнить последнюю волю Лили и взять Гарри к себе. Но тогда она ничего поделать не могла.

После смерти Теда удача отвернулась от нее. Андромеда плохо ладила с его родственниками, а после того, как мужа не стало, те воспользовались ее горем и слабым знанием о мире маглов и выселили ее из дома, лишив крова. Ей еще повезло, что ребенка не отняли, а то они вполне могли.

То было для нее тяжелое время. У нее было три работы, никаких выходных и постоянные счета за ту жалкую каморку, что они с дочкой снимали. Она боялась, что она не сможет даже отдать ребенка в Хогвартс, да и кровь метаморфов проявилась в малышке, что могло принести немало проблем.

Но ее из этого положения спас Сириус.

Она не хотела сама просить помощи, так как рассталась с ним не в лучших отношениях после случившегося с беднягой Регулусом. Но, когда кузен пришел к ней с просьбой о помощи, отказать она не могла. Генриетте нужна была забота и помощь, а Сириус совершенно не умел обращаться с детьми, готовить не умел и чуть было не погубил дите. Благо, ума признать свои ошибки хватило: все же смерть Джеймса заставила его почаще включать мозги.

Так Меда и Нимфадора переехали сюда и стали жить с ними.

Но, увы, даже так забрать Гарри к ним она не могла. На все вопросы Сириус отвечал, что мальчик уже счастливо живет с Петуньей, и отбирать у нее ребенка нельзя, и посещать его тоже не нужно, ведь если он сквиб, то это может навредить ему.

Но даже после того, как Гарри пошел в школу, ей не дали забрать его, оправдывая все тем же. Это было крайне подозрительным, но после всего, что кузен для нее и Доры сделал, она просто не могла перечить ему или давить. С ее стороны это было бы тем еще свинством.

С тех пор как Генни пошла в школу, и постоянного пригляда было не нужно, Андромеда нашла себе работу, так как не хотела целыми днями сидеть дома, как Молли, слушая надоевшее радио и зачитываясь книжками Локонса.

Не то, чтобы ей сейчас были нужны деньги.

Она просто не хотела слишком сильно зависеть от Сириуса. Мало ли что может случиться: работа аврора опасна, а Мёда не хотела однажды получить известие о выселении. Если за дочку она уже не волновалась, то сама побаивалась, куда ей потом податься. Вот и копила себе средства на дом. Собственный дом, чтобы Генни всегда могла найти приют у своей тети, если ей будет некуда идти. Да и о дочери своей подумать нужно, а то, пока молодая, гуляет, а потом осесть захочет, а учитывая, как она поглядывает на Римуса, то жилье им точно пригодится.

Еще раз взглянув на Гарри, она грустно улыбнулась.

Он вырос, но она для него ничего сделать не могла, чего очень стыдилась.

«Еще бы понять, что именно у них с Генни тогда произошло».

О событиях четвертого курса она мало знает. Малышка молчит и ничего не рассказывает, а больше никто и не знает. Сириус, может, имеет какую-то информацию, но по какой-то причине все связанное с Гарри он скрывает. Друзья Генни тоже не особо болтают: по крайней мере, Гермиона по какой-то причине отмалчивается, а верить всем словам Рональда она не могла. Слишком он предвзят.

Так что о тех событиях она могла только догадываться.

Гарри пропал месяц назад и, неожиданно вернувшись, оказался тут, и теперь до конца лета будет жить с ним.

«Как очень быстро все случилось, - задумалась она. – Как бы ничего плохого не произошло».

Сириус уже успел сказать ей крайне странную фразу, связанную с Гарри. Что оно все означает, она не понимала, но просто выкинуть из головы не могла.

- Будь осторожна. Кто знает, где он был целый месяц.

Что он имел в виду, она не знала, но, ей казалось, Сириус несколько перестраховывается. Если уж Альбус сказал, что все в порядке, то нет смысла волноваться. Но кузена теперь не переубедить.

«Но быть внимательной стоит, а то всякое может случиться».

Ну а пока можно пообедать…

Глава 11. Посиделки с друзьями.

Когда зеленый огонь угас, ее гостиная сменилась другой комнатой, находящейся за много километров от ее дома. Выйдя уже в Норе, Генни отправилась искать своих друзей, которые сегодня точно должны были быть тут.

- Генни! – услышала она радостный голос.

В коридоре стояла миссис Уизли, полная улыбчивая женщина с огненной гривой рыжих волос и в довольно старомодном платье.

- Здравствуйте, миссис Уизли, - поздоровалась девушка. – А Рон и Гермиона тут?

- Да, они на улице, - указала она на окно. – Ты не голодна?

- Нет, уже поела, - махнула она рукой.

- Ничего, я еще докажу, что готовлю лучше Андромеды, - с огнем в глазах женщина сжала кулаки.

Генриетта улыбнулась на эти слова.

Да, их соперничество с тетей Мёдой в плане кулинарии идет уже несколько лет. И пусть Генни нравилось, как готовила глава семейства Уизли, но ее пища всегда была слишком жирной, что не особо устраивало девушку. Нет, за фигуру она не переживала, но ей самой такое не сильно нравилось. Она предпочитала сбалансированное питание, которое идет на пользу ее телу, а все хоть сколько-нибудь вредящее, или что потенциально может навредить, она старалась избегать. Потому пусть сладкое она и любила, но сама себя в нем ограничила.

- Да, удачи вам, - чуть нервно улыбнулась она.

Говорить миссис Уизли, что сегодня готовила не тетя Мёда, она не стала. Да и ни за что не признается, что яйца по-шотландски были вкусными. Одна мысль, что этот бездарный придурок готовит лучше нее, уже дико бесила ее. А уж есть его еду пусть и было вкусно, но с моральной точки зрения просто невыносимо. Для нее была противна мысль хоть в чем-то уступать ему, а тут она, увы, проигрывала по всем статьям.

Покинув Нору, девушка двинулась к большому дубу, под которым устроились ее друзья: первый и лучший друг Рональд, - он же Рон, - а также ее самая близкая подруга - Гермиона. Да, Джинни была первой именно подругой, но у нее с единственной дочерью Уизли интересы как-то не сложились. Генни совершенно не была заинтересованная в таких вещах, как косметика, мальчики и прочая девчачья фигня. Она предпочитала спорт, квиддич, а также исследование чего-то нового и познание секретов магии. Именно на последнем они с Герми и сошлись. Поттер умна и опытна, а Грейнджер просто жадна до знаний и всегда пытается урвать как можно больше. Больше, чем может проглотить. Одна комедия с Маховиком на третьем курсе, когда идиотку приходилось в Больничное крыло тащить от переутомления, уже о многом говорит.

Рон и Гермиона сидели под деревом и, как обычно, спорили.

- Рон, ты должен взяться за домашнее задание! – говорила Гермиона. – Лето пролетит быстро, а заниматься нужно начать уже сейчас.

- Да успею я, - отмахивался рыжий. – Если заниматься столько, сколько и ты, то можно вообще крышей поехать.

- Значит, говоришь, что я сумасшедшая?!

Услышав возмущение Гермионы, Генни поняла, что пора вмешаться, так как у ее подруги под рукой всегда полно тяжелых фолиантов, что может для их рыжего друга стать фатальным.

- Так! Остановить войну! Прошу разрешения вступить на территорию воюющих государств, - сказала она, забирая здоровенную книгу из рук подруги. Будь у нее такая штука утром, от ее сиблинга(1) осталось бы мокрое место.

- Генни! Скажи, что я права! – дулась Лохматик.

- Нет, спаси меня, она опять книги распускает! – отползал Рыжий.

- Все, я перехватываю бразды власти, и теперь кого казнить, а кого помиловать, решаю я, - она села между ними.

Генни всегда была главной в решении их конфликтов. По большей части. Ибо когда спор между этими двумя заходил в логический тупик, то искать компромиссы приходилось Поттер, ну, или очень быстро убегать, чтобы они не заставляли ее выбирать, кто из них прав. Чаще всего, прав был никто, но выбирать приходилось.

- Но, Генни, ведь Рон староста, ему нужно соответствовать своему статусу.

- Ой, да подумаешь, - фыркнул он. – Это все равно никого не волнует.

- Это волнует ме…

- Ну, все хватит! – повысила голос Генни. – Давайте отложим этот спор!

Гермиона явно была не согласна опять откладывать этот разговор, но сдалась. Генни и сама была бы не против, возьмись Рон за голову и начни работать над собой. Но он слишком ленивый, чтобы этим заниматься, а потому нет смысла даже пытаться мотивировать его. Однако Герми пытается, пусть получается не очень. Она ведь хочет помочь ему, а тот лишь отмахивается.

«Ну, это его выбор, - пожала плечами девушка. –А если быть точной, то Герми просто пытается дать рыжему понять, что он ей нравится».

Влезать в личные дела друзей она не станет. Тут уж пусть сами решают, как им быть. Сама Поттер в романтике и отношениях не очень заинтересована, потому лезть в чужие не станет.

- Генни, ты же теперь капитан команды по квиддичу, - решил сменить тему Рон. – Когда отбор собираешься проводить?

- Пока не знаю, - почесала она затылок. – Поговорю с Анджелиной, Алисией и Кэти, и решим, как набирать новую команду.

Да, последние три года квиддич был не очень. На третьем курсе игре активно мешали дементоры, на четвертом из-за Турнира его вовсе отменили, а на пятом Амбридж запретила Генни и еще нескольким гриффиндорцам играть, из-за чего их команда плохо выступила. В этом году нужно все исправить и победить, а раз ее назначили капитаном, то она обязательно приведет команду к победе.

- Это точно мой шанс, - загорелся Уизли. – Я обязательно пройду отбор и стану вратарем.

Генриетта хотела сказать, что обязательно его возьмет, но прикусила язык, не став давать невыполнимых обещаний. Если там будет вратарь получше, то ей придется взять его, а не друга. Рон в целом неплох, но отбор для того и проводится, чтобы найти как можно лучших игроков.

- Рон, ты же понимаешь, что тебя не возьмут в команду только потому, что ты ее друг? – покачала головой Грейнджер, специально задав вопрос, который Поттер озвучить бы не хотела.

- Пф, я и не хочу так, - гордо вздернул нос рыжий. – Я сам пройду отбор и покажу, насколько я крут. Ну, а если не пройду… обидно будет, - почесал он затылок, - зато буду знать, что в команду взяли хорошего вратаря. Победа команды – это святое.

- Посмотрим, - сказала Генни, выдохнув. Все же не стоило в нем сомневаться. Все, что связано с квиддичем, Рон воспринимал очень серьезно и ответственно. – А вы тут как?

- Я прибыла только недавно, - сказала Гермиона, отнимая свою тяжеленную книжищу. – Взяла себе для легкого чтения, - пояснила она.

У Рона и Генни задергались веки от этой фразы. Да там на таком древнеанглийском написано, что даже Поттер без словаря не разобралась бы, а для Герми это «легкое чтение». Все же «Книгоед» нереально страшный. Стоит побеспокоиться о том, чтобы в библиотеке Хогвартса хватило чтива, а то эта девица сожрет всю школу, когда осознает, что ей читать нечего.

- Ясно, - хмыкнула Поттер. – А у меня тут новость. Вчера мой родственничек нашелся.

- Этот придурок живой? – удивился Рон.

- Гарри в порядке?! – заметно оживилась Гермиона.

Генни догадывалась, что Эванс немного нравится ее подруге. По крайней мере, на четвертом курсе они неплохо ладили, но после «того» случая... не общались. И Герми была первой, кто заметила отсутствие этого недоумка, из-за чего поиски и начались.

- Его поймали на продаже твоей мантии? – предположил Рон.

- Рональд! – возмутилась Грейнджер. – Гарри имеет столько же прав на мантию-невидимку, сколько и Генни. И я не верю, что он воровал ее!

- Да-да-да, - фыркнул рыжий. – А по мне, он просто трусливо сбежал, обворовав нас.

- Спокойно, - подняла Генни руки, туша очередной конфликт. – Гарри вернулся сам, мантия у директора, и все в порядке. Сейчас его поселили у меня.

- Он у тебя?

- Сочувствую. Должно быть, тяжело выносить этого нытика.

- Не то слово, - кивнула Поттер. – Он уже успел меня выбесить…

Боксерскую грушу от цепи оторвать не удалось, зато саму ее она порвала мощным ударом ноги.

Все же взбесил он ее страшно.

- Ладно, я хочу еще кое-что вам рассказать, - подняв палочку, она наложила заглушающие чары.

Обычно несовершеннолетним запрещено колдовать вне Школы, но Сириус давно снял Надзор с палочки своей крестницы и позволил колдовать свободно и где угодно. Но Генни никогда этим не злоупотребляла и магией пользовалась лишь в тренировках или действительно важных моментах. А для всего остального она и без палочки могла бытовые чары применять, что отследить невозможно.

Генни рассказала им то, что ей поведал Сириус.

- То есть он предатель или шпион? – спросил Рон. – Предлагаю сбросить его в колодец и забыть о его существовании!

- Рон! – возмутилась Гермиона. – Не смей говорить такие ужасные вещи! – она стукнула его по ноге.

- Ауч! Да я пошутил, - потер рыжий ногу.

Генни не то, чтобы была особо против этого предложения, но столь радикальные методы ей не нравились, да и Сириус просил ничего пока не предпринимать.

- Ну, так давайте его Зельем Правды напоим, как на втором курсе?

Да, когда выяснилось, что ее сиблинг является змееустом, Генни сразу решила допросить его, но не стала действовать грубо, да и другие подозреваемые были. Потому она решила немного пообщаться с Гарри и втереться в доверие. Пока Гермиона готовила Оборотное зелье и Веритасериум, она общалась с родственником.

И если быть честной, то общение в целом было неплохим.

Если на первом курсе он просто был навязчивым и прилипчивым придурком, то, поговорив с ним, она поняла, что он в целом был не так уж и плох. По крайней мере, не приставал как раньше. Да и помог ей Джинни спасти, открыв Тайную Комнату, а также отвлекал на себя василиска, пока она била его мечом Гриффиндора. Ну, как отвлекал, бегал по залу и кричал, а змея носилась за ним, но это помогло. На третьем курсе у нее не было времени на него, потому отношения вернулись к прежнему состоянию. Ну, а на четвертом…

«Лучше не вспоминать», – поморщилась она.

- Это не поможет, Рон, чем ты слушал? – Гермиона закатила глаза. – У него же память стерта. Даже если захочет, ничего не вспомнит, потому поить его зельями бесполезно.

- Ясно, ясно, я не дурак.

- Ну-ну, - покачала Лохматик головой. – Но, Генни, директор же проверял Гарри. Так почему нужно еще раз?

- Одним из проверяющих был Снейп, а ему ни в коем случае нельзя верить.

- Согласен, - поддержал ее друг. – Этот змеиный ублюдок точно нам враг, и он все саботировал.

- Северус Снейп – профессор Хогвартса, и он верен профессору Дамблдору, а директор наш не тот человек, которого так просто обмануть.

- Крауч-младший обманывал, - неожиданно умный аргумент произнес Рон. – Квиррел и Локонс тоже.

Да, директор иногда ошибки совершает.

Как можно не узнать в облике близкого друга совершенно иного человека? Как можно не понять, что перед тобой одержимый духом Реддла человек? Ну и как можно не увидеть в Локонсе обыкновенного мошенника?

Так что сомнения имеют место быть.

- Будем теперь приглядывать за ним, - сказала Генни. – Пока Бродяга не придумает, как его проверить, мы ничего предпринимать не будем, но если заметим что-то странное, то нужно будет предупредить.

- По мне, так его вообще в школу допускать нельзя, - фыркнул Рон. – Такому бездарю и неудачнику рядом с нормальными людьми не место.

- Жаль, не нам это решать, - проворчала Генни.

Гермиона явно хотела что-то сказать, но почему-то промолчала.

Ну и ладно. Нечего развивать эту тему, лучше вообще о нем забыть.

- Ладно, давайте лучше решим, где будем праздновать мой день рождения?!

Эта тема понравилась всем.

Конечно, все решать будет Сириус, но помечтать-то можно. Генни бы хотела пойти в парк аттракционов, покататься на куче всякого, да и Рону показать крутости магловского мира хочется. А затем завалиться в кинотеатр и посмотреть какой-нибудь крутой боевик с кучей экшена.

- О, вспомнил, - сказал Рон. – Фред и Джордж рассказали, что они теперь торгуют магловскими вещами, переделанными под магию. Какие-то музыкальные штуки, как их там, плее… что-то там.

- Плееры?! – оживилась Генни. – Отлично! Я давно такой хочу! Значит, обязательно к ним зайдем!

Вот это уже и правда была прекрасная новость.

Так они и болтали до вечера, после чего Генни отправилась домой.

От ужина она отказалась: есть свинину ей как-то не сильно хотелось, а дома тетя уже готовит, и хочется провести время там. Попрощавшись с друзьями и семейством рыжих, она вернулась домой.

Тетя Мёда заканчивала ужин, Сириус был у себя в комнате, а родственничек оказался в библиотеке. Генни уже собиралась пойти к себе, чтобы переодеться, как неожиданно ее чувствительный носик учуял нечто очень вкусное.

Повернув голову, она уставилась на пирог.

Свеженький, только из духовки и явно очень вкусный! Один его запах уже заставлял и без того голодную девушку истекать слюнками.

Убедившись, что тетя Мёда отвлеклась на суп, Генни подкралась к десерту и умыкнула кусочек.

- М-м-м-м, - улыбалась она, откусив от этой вкусноты. Корочка так хрустит, тесто очень вкусное, а начинка из яблочного сиропа таяла на языке. Глаза девушки засияли, а на щеках появился румянец, и она на пару секунд выпала из реальности, наслаждаясь этим вкусом.

- Понравилось? – голос тети вывел ее из эйфории.

- Ой, - втянула она голову и густо покраснела, поняв, что ее спалили. Обычно она быстро сбегала непойманной, но тут что-то задержалась. – Прости.

- Хи-хи-хи, ничего, - ее погладили по голове, а затем поцеловали в лоб. – Иди лучше умывайся и приходи на ужин, а потом уже пирог съедим.

- Хорошо, тётя Мёда, - улыбнулась девочка.

Генни давно воспринимала свою любимую тетю как настоящую маму и даже иногда её так и называла, но не когда Сириус дома. Он очень щепетильно относится к памяти Поттеров, поэтому лучше эту тему не поднимать.

Ну, а для Генни тетя Мёда была именно той самой женщиной, что растила ее, любила и заботилась. Увы, она почти не помнит свою настоящую маму, а потому давно привыкла относиться к тетушке как к настоящей.

- Ну, иди, иди, - направили ее к выходу с кухни.

Генни уже было ушла, как ее окликнули.

- И еще, - сказала Мёда, - пирог готовила не я.

Поттер замерла на месте и пару секунд не шевелилась, не зная, что ей и думать. Кто именно приготовил это, она осознала быстро, вот только лучше ей от этого не стало.

Она молча кивнула и ушла к себе, но тихо прошептала по пути:

- Мне ничего не нужно от предателя…

1.Сиблинг – Родственник. Так говорят о ребёнке тех же родителей, не упоминая его пол или другие черты.

Глава 12. Шумное утро.

Последующие дни в доме 12 на площади Гриммо прошли относительно спокойно. Я просыпался раньше всех, просто потому что привык так делать, и занимался завтраком на всю семью. Обычно завтраком занималась тетя Мёда, но женщина уставала на работе, а потому я решил взять эту обязанность на себя, а она пусть подольше отдыхает.

Тетя Мёда, пожалуй, единственный человек в этом доме, с кем у меня выстроились весьма теплые отношения. Она добрая, милая и просто очень приятная женщина, да и красивая, грех такое не отметить. В свои сорок с чем-то очень даже хороша собой и явно привлекает толпы поклонников, но почему-то отношения заводить не стремится. То ли не хочет, то ли о покойном муже забыть не может или еще какие причины - я с такими вопросами к ней не лез.

Дома она бывала только утром и, может, к вечеру, а то и на следующий день приходила. Работа в алхимической лавке ей нравилась, пусть и выматывала сильно. Просто скоро уже ученики будут закупаться для школы, а потому ей нужно завозить побольше товаров, некоторые из которых весьма чувствительные и требуют долгого приготовления перед продажей.

С остальными в доме все было в районе или ничего, или холода арктического.

Сириус сам постоянно на работе пропадал, и пусть человек он приятный, но в нем ощущается какая-то отчужденность и желание держать со мной дистанцию. Не знаю, с чем это связано, но я никому не навязывался, сам понимаю, что никому я тут такой не нужен, а благодарен быть должен, что со мной хотя бы вежливы.

Вслух мне это никто не сказал, но так, скорее всего, и есть. Я привык.

С Генни наши отношения… Да никакие, что меня в целом полностью устраивало, потому что конфликта я все же не хочу.

Мой пирог она попробовала, и ей понравилось, но, узнав правду о том, кто создатель этого десерта, была возмущена. Во внутренней борьбе ее гордости и желудка триумфально победил желудок, и пирог она слопала, да никто и не возражал.

Вот только признавать поражение она никогда не станет, но, судя по бросаемым взглядам, она явно размышляет, как бы заставить меня приготовить такое еще раз.

«Ну, если предложит хорошую цену, то я подумаю».

Как говорится, если ты что-то умеешь лучше других, никогда не делай этого бесплатно. Готовить завтраки, обеды и ужины я готов просто так, хотя бы за то, что мне позволяют тут жить, но вот кое-какие вещи я делать бесплатно отказываюсь. Особенно ради тех, с кем ладить не хочу.

Так или иначе, я думаю, еще неделя или две - и она придет с щедрым предложением. Генни слишком гордая, чтобы пытаться заставить меня что-то сделать силой. Она может, но не станет, так что думает, как лучше всего поступить. А меня все равно силой заставить что-то сделать не получится. Уизли и его компашка пытаются, как и те недоумки из хаффов, но хрен им с маслом.

И вот, пока я готовил на всех, народ начал как-то более активно прибывать.

Сириус, что обычно оставался на чашку кофе, а затем бежал в Аврорат, спал аж до восьми, сегодня никуда не спешил. Тетя Мёда еще спит. Разве что Генни раньше всех поднялась и уже закончила утреннюю тренировку.

Я до этого не догадывался, как много она тренируется. Утром, днем, вечером - день у нее плотно забит, так что к друзьям она уходит не сразу.

Сейчас Генни сидела за столом и уплетала приготовленный завтрак вместе с Сириусом, и выглядела она при этом очень и очень довольной, и счастливой. Даже мое присутствие ее не особо волновало, хотя обычно кислота в ее лице при взгляде на меня столь сильна, что может растворить даже золото.

- А что сегодня за повод для радости? – спросил я.

- У тебя амнезия или слабоумие? – фыркнула она. – Сегодня у нас день рождения.

- А, - произнес я. – Амнезия.

И правда. Сегодня 31 июля, день рождения у меня и Генриетты. Нам сегодня по 16 исполняется.

- Хорошо, - пожал я плечами.

Ну, день как день, ничего такого.

Свой день рождения я никогда не праздновал. Точнее, Дурсли только на восьмом году жизни сказали, когда я родился. И то, только потому, что я сам посмотрел в школьном журнале дату своего рождения. До этого они не утруждали себя ответами на данный вопрос или подарками для меня, а после того, как я все узнал, я в эти дни ничего не получал, кроме носков или новой одежды. Не скажу, что это прямо-таки ужасно. Я просто привык и уже не обращаю внимание. Да и ничего такого в этом страшного не вижу.

- Сегодня погуляем! – светилась сестра. – А куда мы идем, Сириус?!

- А? – оторвался он от газеты. – Ах, да. В парк аттракционов. Рон и Гермиона тоже пойдут. К тому же скоро прибудут Римус и Нимфадора.

- Круто! – она радовалась прямо как маленький ребенок.

Чем-то в этот момент она напомнила мне моего кузена Дадли, точнее, нашего кузена. Я прямо жду, что тут появится пара десятков бесполезных подарков, смысл которых лишь в количестве и размере, а не чем-либо еще. Но контейнера с безделушками что-то не видать.

Хотя она всегда негативно относилась к бесполезным вещам. Возможно, поэтому на меня волком и смотрит. Я же бесполезный.

- Ты, Гарри, тоже идешь, - сказал мне Сириус.

- Зачем?/Зачем?! – спросили мы с Генни одновременно.

- Надо, - ответил он. – Так что ждем остальных и отправляемся. Тебе, Гарри, к тому же нужна хоть какая-то сменная одежда. Твою разве что на растопку камина использовать можно.

- Пожалуй, - согласилась Генни. – Ты чего вообще чужие вещи с собой берешь?

- Перепутал багаж, - уклонился я от ответа.

Не вижу смысла говорить, что это вся одежда, какая у меня есть, а тот костюм, что на мне, и правда самый приличный.

- Мне нечем будет отдавать за такие покупки…

У меня вроде как есть наследство. Хагрид даже водил меня к сейфу родителей, но до семнадцати лет, насколько я знаю, доступ к нему ограничен для несовершеннолетних. А учитывая, что мне деньги просто некуда тратить, то особо я никогда в них и не нуждался. Да и не интересовался, что там с моим сейфом. Надо будет спросить.

- Забудь, - махнул Блэк рукой. - С сына своих близких друзей я и кната не возьму за такие пустяки.

- Спасибо.

- Но сначала парк, - настояла сестра.

- Да-да-да, - сказали мы с Сириусом хором.

Вскоре на кухне стали появляться и другие люди. Проснулась тетя Мёда и поздравила нас с шестнадцатилетнем, но пойти с нами в парк не могла: у нее дела, да и ужин праздничный готовить нужно. Мою помощь она отвергла, сказав, что тут уж сама справится.

Следом из камина к нам прибыли и другие гости.

- Профессор Люпин, - поздоровался я.

- Гарри, я больше не профессор, - улыбнулся мужчина. – Просто Римус, или Лунатик.

- Ну, я постараюсь… - чуть смутился я.

Профессор Люпин преподавал у нас на третьем курсе. Как и Сириус, он друг моих родителей и оказался лучшим учителем ЗОТИ, какие у нас были и, скорее всего, будут. Его уроки были веселыми и интересными. Если бы кто-то не проболтался, что он оборотень, то мог бы еще остаться, но, увы.

Хотя сейчас, думая над той ситуацией, мне кажется, что он сам мог слух пустить. В следующем году у нас был Турнир Трех Волшебников, и школе мог грозить международный скандал, узнай все, что один из учителей - проклятый. Вот он и ушел сам, чтобы проблем не создавать никому.

Похоже, гостей будет много, потому завтрак я стал делать еще на несколько человек.

- ПРИВЕТ! – прогремел крик, да так громко и неожиданно, что я чуть на себя сковородку не уронил.

На кухню залетел какой-то розовый вихрь, который тут же набросился на Генни, схватил и стал тискать. Сестренку прижали к двум грудям пятого размера и, судя по дергающимся рукам, там была реальная проблема с подачей кислорода.

- С днем рождения, малявка! – смеялась девушка с розовыми волосами, одетая, как настоящий панк, каких я на улице часто видел. Ей только ирокеза не хватает - и была бы полная картина. Кожаная куртка, топик, едва прикрывающий бюст, узкие облегающие джинсы, высокие сапоги с шипами, пирсинг в носу и брови да яркий макияж на округлом личике.

Через пару секунд неравного боя Генни сдалась и обмякла.

- А-а-а-а! Не умирай, Генни! – начала она трясти мою сестру, которая старательно притворялась, что без сознания.

- Дурдом.

Когда Генни прекратила корчить «умирающего лебедя», розовый ураган, имя которому Нимфадора Тонкс, заметила меня.

- Гарри, - улыбнулась она и выронила Генни из рук.

- Ауч! – та упала на пол и потерла ушибленный лоб.

- Иди ко мне… - ее маниакальная улыбочка мне что-то не понравилась, и я начал отступать. – Я тебя крепко обниму.

Подтверждая ее слова, груди девушки еще увеличились, и мне показалось, что там я реально мог бы утонуть. Может, в обычной ситуации я был бы и не против прильнуть к такой красоте, но что-то ее светящиеся как фары глаза меня пугали.

- Нимфадора Тонкс, немедленно прекрати! – поднялась госпожа Тонкс и строго посмотрела на свою дочь. – Заканчивай это непотребство и немедленно переодевайся. Твоя одежда слишком неприлична. И верни грудь к нормальному размеру.

- Нормальный у меня прикид, - фыркнула розовая, чьи волосы тут же стали красными. – Вы, старичье, все сидите в своей средневековой моде, а молодёжь просто идет в отрыв. Старым мощам не понять таких, как я.

- Я тебе сейчас голову оторву за такие речи, юная леди, - пригрозила ей женщина. – И твои мощи будут в каком-нибудь храме как останки святого воспевать.

Девица лишь гордо вздернула носик, но грудь уменьшила и пошла переодеваться.

В это время Римус и Сириус сидели очень тихо и делали вид, что читают газеты вверх ногами, но, судя по глазам, шоу им понравилось, да они и сами были не против таких обнимашек. Что ни говори, а атмосфера стала повеселее.

За стол вернулась Генни, потирая шишку.

После этого урагана появление Шестого Уизли и Гермионы прошло довольно тихо и спокойно.

- Привет, Гарри, - улыбнулась мне Гермиона при встрече. – Рада, что с тобой все в порядке.

Ну, хоть кто-то искренне рад меня видеть, что уже приятно. Гермиона - единственный человек во всей школе, кто меня не чурался и не стеснялся. Пусть мы на первых курсах не были особо дружны и не гуляли вместе, но она ко мне никогда негатив не проявляла и всегда старалась помогать.

Уизли же сделал вид, что меня не видит и вообще, я не существую. Ну и хорошо. Его присутствие я тоже не замечал.

Они, к счастью, уже позавтракали, но чаю себе налили сами.

- Ох, на днях должны прийти результаты СОВ, - паниковала Гермиона. – Я так волнуюсь!

- Гермиона, хватит уже говорить об этом, мне тоже неприятно, - буркнул Уизли. – А твои десять «Превосходно» ты еще успеешь получить.

- Нет, я по Рунам точно провалилась, - сказала Пушистая. – Я там совершила страшную ошибку и точно все испортила.

Да, СОВ мы сдавали на пятом курсе. Насколько я помню, результаты там оцениваются так:

Проходные баллы:

Превосходно (П)

Выше ожидаемого (В)

Удовлетворительно (У)

Непроходные баллы:

Слабо (С)

Отвратительно (О)

Тролль (Т)

Ну, мои результаты вряд ли будут чем-то выдающимся. Я довольно посредственный маг и ученик, а потому ничего особого не жду от всего этого. Мне, главное, проходной минимум добрать, а там посмотрим. Все равно я вряд ли найду себе работу в Магическом Мире. А учитывая текущее положение в стране, да и мою жизнь в целом, дожить до совершеннолетия будет тем еще небывалым успехом. Если все же повезет, у меня есть планы, как быть, но загадывать не хочется.

- А-а-а-а-а! – закричала Гермиона.

На ее лице был настоящий ужас, она испугано указывала пальцем на окно.

Там оказалось четыре совы с черными конвертами - явно от Министерства. На одном из конвертов было написано «Гарри Эванс».

Отвязав письма, мы заглянули внутрь.

И правда, результаты СОВ.

- Да! – обрадовалась Грейнджер, закричав на всю кухню. – Я прошла!

Я заглянул в ее результаты, и они были неплохими:

Результаты С.О.В.

Гермиона Джин Грейнджер:

Трансфигурация – П.

Астрономия – П.

Зельеварение – В.

Уход за магическими существами – П.

История магии – П.

Заклинания - П.

Защита от темных искусств - В.

Руны - П.

Нумерология - П.

Травология - П.

Ну, что и следовало ожидать. Она же умница, много занималась, потому зря себя накручивала.

- Ну, у меня проходной есть, - вытер пот рыжий.

Результаты С.О.В.

Рональд Билиус Уизли.

Трансфигурация – У.

Астрономия – У.

Зельеварение - У.

Уход за магическими существами - В.

История магии - О.

Заклинания - У.

Защита от темных искусств - В.

Прорицания - С.

Травология - У.

Да, он проходит. Повезло Уизли, что его вытянули друзья или договорились родители. Ну, по ЗОТИ мог и сам получить, вроде это у него нормально получается, но, учитывая, кем у нас были учителя по этому предмету, достижение сомнительное.

- Хе-хе-хе, а теперь посмотрите на мои, - гордо усмехнулась Генни.

А там было это…

Результаты С.О.В.

Генриетта Лили Поттер.

Трансфигурация – П+.

Астрономия – У.

Зельеварение – П.

Уход за магическими существами – П.

История магии – У.

Заклинания – П+.

Защита от темных искусств – П+.

Руны – В.

Травология - В.

Нифига себе. Получить оценку с плюсом. Такое любого заставит чувствовать себя неудачником. Все же гении недостижимы обычным людям. Да, по теоретическим урокам у нее всегда не очень, но даже так впечатляет.

- Завидую, - закусила губу Гермиона. – А у тебя что, Гарри?

- Да прохожу, - махнул я, рукой убирая листок в карман. Мои результаты на фоне сестры явно будут жалким зрелищем, а снова выслушивать насмешки мне не хочется. – Ничего выдающегося.

Она явно хотела посмотреть, но на кухню вернулась Нимфадора в более приличной майке и теперь точно с бюстгальтером под ней.

- Ну что, народ, пошли гулять! – крикнула она.

- Нимфа, ты там как телохранитель, - сказал Сириус с усмешкой. – Только под этим предлогом мне удалось вытащить тебя сегодня со стажировки.

- Конечно, - рассмеялась она. – А телохранителю полагается сладкая вата?

- Обычная точно полагается, - хихикнула Генни, после чего между этими двумя началась борьба с щекоткой.

Я же остался чуть в стороне от всех и старался не отсвечивать. Столь шумная и яркая толпа была для меня несколько непривычным и даже напрягающим явлением. Я не чувствовал и не хотел чувствовать себя частью этого коллектива, но, похоже, мне целый день придется с ними провести.

«Эх, надеюсь, я выдержу»…

***

- Есть сигнал! – сказал Отто, смотря на амулет. – Он покинул свое убежище.

- Отлично, - улыбнулся Джерико. – Отследи местонахождение, а я пока отдам приказ выдвигаться.

- Уже определяю.

- Сегодня мы заполучим наш приз…

Глава 13. Веселый денек.

День сегодня выдался на редкость солнечным, теплым и даже летним, чего явно никто не ожидал, привыкнув к прохладе, устроенной дементорами. Но то ли призраки взяли выходной, то ли даже они не могли портить погоду вечно, а может, позитив, источаемый моей сестрой, был столь нереально мощным, что они предпочли не враждовать с ней и ушли.

Правду мы вряд ли когда-либо узнаем.

Важно было то, что над нами палило яркое солнце, что вполне может дать мне хоть какой-то загар, а то кожа у меня довольно бледная и витамина D явно недостаточно. Но если остальные температуру переносили просто, то мне постоянно хотелось постоять в теньке. Припекало сильно и от этого слегка мутило.

«Может я вампиром стал, вот от солнца и бегу?» - подумал я.

Клыков во рту нет, на кровь не тянет, да и не сгораю я, по крайней мере, пока.

А потому, пока все катались на аттракционах, я предпочитал посидеть на лавочке. Плюс меня как-то укачивало на быстрых горках, да и страшновато было на них идти.

Генни и Уизли затащили меня на русские горки (1), после которых мутило меня где-то час, так что других мест я сторонился. Пытался пострелять в тире, но не с моим зрением быть хорошим стрелком.

Генни легко выиграла себе плюшевого дракона, а я даже в мишень не попал.

- Косой я, - вздохнул я, в очередной раз подтвердив, как жалок и бесполезен я на фоне Генни.

Она даже в таких вещах всегда хороша. У меня и шанса ее превзойти нет.

- Не жалеешь, что не там? – спросил меня Римус, указывая на горки, где веселились остальные.

Он, как и я, не сильно горел желанием побывать везде, а предпочитал более спокойный вид отдыха.

- Нет, мне там не место, - ответил я, выбросив сок в урну. – Я тут лишний, а потому лучше побуду в стороне, чтобы не мешать.

- Это и твой день тоже, - улыбнулся мужчина.

- Это ее день, - вздохнул я. – И давайте не будем об этом. Не та эта тема, что поднимает настроение.

- Хорошо, а о чем ты хотел бы поговорить? – улыбнулся он.

- Хочу понять, почему в моей жизни все так поменялось? – прямо спросил я. – Еще недавно всем было плевать на мое существование, а как я вернулся, все вдруг неожиданно вспомнили, что я сын Лили и Джеймса, - я посмотрел на оборотня, который перестал улыбаться. – Даже ты… Римус… На третьем курсе ты был со мной пусть добр, но старался держать дистанцию, и это не потому, что ты оборотень. Я хочу понять, что изменилось и что всем от меня нужно.

- Ты наблюдательней, чем кажешься, - вздохнул он.

- Я бездарность, а не дурак, - пожимаю плечами. – Но… Я просто боюсь, что все это может резко прекратится и меня опять вернут к Дурслям… В чула… - я тут же прервался. Об этом говорить я не хочу.

- Эх, - еще один тяжелый вздох. – Поэтому ты спрашиваешь меня?

- Сириус старательно избегает меня и не остается со мной наедине, - ответил я. – А ты человек совести. Воспоминания Снейпа показали все четко. Пока мой отец издевался над ним, ты молча стоял и стыдился.

Он промолчал.

Да, те воспоминания в Омуте Памяти.

Скорее всего, профессор специально их для меня оставил. Решил поделиться ими, показать правду, ведь тогда я и правда ревностно защищал всякие попытки Снейпа оскорбить память о папе. Но когда узнал истину…

Что ж, люди не идеальны, но меняются ли они или остаются теми, кем были? Изменился ли мой отец или до конца дней остался тем хулиганом, как мой кузен Дадли? Вряд ли мне кто-то скажет правду, ведь когда речь заходит о моем отце, все вспоминают только хорошее. А я уже уяснил, что понятие «хорошее» у людей разное.

- Я дал слово и не могу рассказать тебе всего, Гарри, - его рука опустилась мне на плечо. – Пока не могу… Это слишком тяжело сказать… И тебе будет трудно понять… Просто знай, что теперь ситуация с тобой изменилась, и те, кто не мог тебе помочь, наконец-то получили возможность исправить все, что было. Прошу, не воспринимай их попытки как что-то плохое. Многие ведь тоже жили не так, как хотели, - на этих словах он почему-то посмотрел туда, где Генни веселилась с остальными.

Некоторое время он молчал, смотря куда-то вдаль.

- Это связано с тем типом, что убил Сивого? – задал я другой очевидный вопрос.

- Ты и это понял? – усмехнулся он. – Отчасти да. Как догадался, что это связано с тобой?

- Палочка, - пожал я плечами. – Связать пару событий несложно. Кто-то явно хотел, чтобы такую взаимосвязь нашли.

- Да, это так. Мы тоже предполагаем, что ты был в руках этого человека. Но, друг он нам или враг, мы не знаем, а потому за тобой приглядывают.

- Я знаю, - ответил я и сразу ответил на удивленный взгляд. – Госпожа Гагата и все домовики Хогвартса – мои друзья. Разумеется, они сказали мне, что следят за мной по просьбе директора.

- Да, об этом никто не подумал, - хмыкнул он. – Но ты и сам понимаешь, зачем все это.

- Понимаю, потому ничего и не делаю. А вас новость о смерти Сивого, похоже, радует.

- Ну, радоваться смерти нехорошо в любом случае, - покачал он головой. – Но я бы солгал, сказав, что не счастлив, что этот подонок получил по заслугам. Он ведь укусил меня, - его лицо стало мрачным. – После того, как он убил моих родных, он просто укусил меня, заразив проклятьем. Он хотел, чтобы я страдал, мучился, прочувствовал ненависть обычных людей, а затем пришел к нему и стал его слугой. Он часто так делал. Кусал детей, бросал их, а тех потом общество изгоняло. Несчастным некуда было идти, и все, что им оставалось – идти к Сивому и просить принять их. А он и принимал, увеличивая свою стаю. Потом психологически ломал несчастных, превращая в моральных уродов, как он сам, делая круг ненависти и боли все больше и больше. Сейчас оборотни в замешательстве, и это наш шанс перетянуть многих на нашу сторону.

- Министерство этому не способствует.

- Да, - он скривился. – Скримджер хороший человек, но вместо того, чтобы решать проблему, он пытается ее скрыть. Нужно искать союзников и бороться, а он лишь горделиво воротит нос от нелюдей. Альбус пытается его убедить, но пока дело идет с трудом.

- Его можно понять, - сказал я. – Общественное мнение так легко не изменить, а начни Министерство резко поддерживать оборотней и всех остальных, так обыватели сами начнут бунт. Перед тем как менять законы, нужно поменять мнение людей, но это слишком сложно, да и не хочет никто этим заниматься.

- Директор хочет, - сказал Римус. – И символ у нас есть. Может не такой, как многие хотят, - он посмотрел на Генни, - но очень яркий.

Вот оно как.

Понятно.

Надеюсь, они знают, что делают.

Ну, я в политике мало что понимаю, а потому лезть не в свое дело не стану.

- Рон, ну пошли! – услышал я голос Гермионы.

Ребята наконец накатались и вернулись к нам, и сейчас главная умница Хогвартса пыталась утянуть Уизли куда-то.

- Да не хочу я, это бабские фигни, мне это не интересно, - сопротивлялся рыжий.

- Ну, пошли, - прыгала она на одном месте.

- Возьми с собой Генни.

- Не, я устала, да и скучно там, - отмахнулась моя сестра.

- Мне тоже не нравится. Вон, Эванса возьми туда. Как раз аттракцион для девки как он, - с усмешкой указал он на меня.

Эх, и тупой бы понял, что Гермиона просто хотела с ним сходить, а он отнекивается.

- Ну и ладно, - обиделась Грейнджер. – Гарри, сходи со мной, пожалуйста.

- Меня укачивает на быстрых аттракционах, - вздохнул я и отвернулся. Ее грустный взгляд слишком сильно на меня действует.

- Да это просто туннель ужастиков, - упрашивала она. – Он движется медленно, но одной мне страшно, а пойти хочется. Пожалуйста.

Эти большие глазки даже тролля разжалобят, а сердце у меня не каменное.

- Ладно, - вздохнул я.

- Да, Герми, вперед, будешь сиблинга защищать, - рассмеялась моя сестра.

- Смотри не обделайся, - ржал рыжий.

Проигнорировав их слова, девушка потащила меня к туннелю ужасов. Отстояв немного в очереди, так как для большего эффекта запускали по парочкам, мы сели в стилизованную под жуть вагонетку и поехали вперед. Девушка держала меня за руку, что несколько смущало. Я с девушками близко никогда не был, а тут такая рядом.

Гермиона ведь очень симпатичная, а если учесть, что она на год старше, то и развита ее фигура получше многих моих ровесниц. Ну и грудь почти третьего размера очень приятно прижимается к плечу. Через пару лет она станет еще более красивой.

Эх, повезет кому-то обладать такой красотой.

Возможно, поэтому эффекты ужастиков на меня повлияли не так уж и сильно.

Да, когда рядом с тобой так близко такая милашка, не до ужасов вокруг.

Мы покатили вперед, проезжая мимо выпрыгивающих скелетов, всяких чертей и вампиров, но эти бутафорские страшилки меня особо не волновали, а вот Гермиона визжала и смеялась, прижимаясь еще сильнее.

«Ты многое упустил, Уизли», - усмехнулся я.

Сам Туннель ужасов представлял собой весьма широкий коридор, стилизованный под викторианский замок, с тяжелыми люстрами под потолком, на которых были бутафорские свечи, а на самом деле просто лампочки такие. Вдоль стен виднелись высокие окна с мутными стеклами, мимо которых «пролетали» летучие мыши и прочие приведения. Ну, и музыка слегка напрягала, и были какие-то чавкающие звуки.

Что ж, пугать тут умеют. Если монстрики не так уж и страшны, то вот атмосферу жути нагнали неплохую.

- Хи-хи-хи, - смеялась и визжала она. – Тут не так уж и плохо.

- Тебе ведь не страшно, - сказал я, смотря на нее.

- Ну, выпрыгивают они неожиданно, а потрепать себе нервишки я порой люблю, - улыбнулась она. – А тебя тоже не пугает это место.

- Ну, жутковатое, но ничего такого, - хмыкнул я. – После василиска и толпы дементоров окружение не особо впечатляющее.

- Понимаю, - кивнула она. – После Мира Магии тут все кажется таким глупым и смешным. Спасибо, что пошел со мной, одной мне было бы скучно.

- Это точно.

- А может, тебя возбуждает, что к тебе прижимается такая девушка, как я, потому на ужасы и внимание не обращаешь, - улыбнувшись, чуть приблизилась она, заставив меня до кончиков ушей покраснеть.

- Эм-м-м-м, - замялся я, не зная, что ответить. – Ты точно не Нимфадора?

- Хи-хи-хи-хи, - хихикала она. – Нет, я - это я. Просто ты такой милый, когда смущаешься. Ты реагируешь, как Генни, кстати.

- Ну, мы же близнецы, - отвернулся я, пытаясь скрыть смущение.

Все же она слишком милая и слишком близко.

Надо бы сменить тему.

- Все же спасибо, что пошел со мной, - она мило улыбнулась. – Я давно хотела тут побывать, но одной боялась пойти.

- Но я не тот человек, с которым ты хотела бы побыть тут, - покачал я головой.

- Прости, - погрустнела она. – Просто Рон такой тугодум, и… Извини, что использую тебя…

- Да ничего, - махнул я рукой. – Мне не тяжело.

- Прости…

- Что тебе в нем вообще нравится? Он же придурок.

- Не так уж он и плох, - фыркнула она. – Просто ленивый, но смелый и храбрый, а я уверена, что смогу сделать его лучше.

- Ну, удачи тебе, - усмехнулся я.

Хочет исправить его?

Ну, пусть пытается. И лучше, чтобы побыстрее с этим справилась, а то мне хочется этого рыжего видеть, как можно меньше.

Так мы и двигались вперёд…

Неожиданный удар по вагонетке сносит ее в сторону, и мы с Гермионой вылетаем и падаем на гладкий пол с аниматронными скелетами!

Быстро поднимаю упавшие очки и пытаюсь понять, что случилось, а попутно с потолка падает наша вагонетка, по пути ударив люстру, из-за чего та чуть не упала…

- А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! – закричала Гермиона. И этот крик полностью отличался от того веселого визга, что был недавно. В ее голосе чувствовался страх и настоящий ужас, перемешанный с паникой.

Повернув голову, я понял, чего она испугалась…

Выбросив чью-то недоеденную руку, к нам медленно приближался настоящий тролль…

***

Гарри и Гермиона ушли в свой туннель, а Генни и Рон остались вместе с Сириусом, Римусом и Нимфадорой. Они отдыхали после крутых и очень веселых горок, где Рон реально чуть не обделался.

Он ведь впервые в магловском парке развлечений, вот и не ожидал, что маглы обожают такой экстремальный способ повеселиться. Потому он и отнекивался от предложения Герми пойти в комнату ужасов.

«Эх, дурак, такой шанс упустил», - усмехнулась она.

Не нужно быть гением, чтобы понять, на что Лохматик намекала. Вот она, обидевшись, и взяла с собой Эванса. Думает, заставит Рона ревновать, но походу, сама не понимает, что больше самому Гарри проблем наживает. Рональд же может обиду на парне излить, а не за ней бегать. Так что можно ожидать в школе очередные походы компашки брить ее родственничка.

Не то чтобы она одобряла такое поведение…

Все же не понаслышке знала, как поступал ее отец, и не очень понимала, что такого веселого в издевательстве над другими. Нет, сама она в подобном никогда не участвовала по той простой причине, что некогда было. Тренировки и учеба отнимали большую часть времени, потому бегать по школе ради «развлечений» ей было некогда. Точнее, так она оправдывала то, что не «веселилась» подобным образом. Но Сириусу не перечила и позволяла рассказывать о веселых временах его детства.

Так что пусть она и не одобряла поведение Рона, но препятствовать не собиралась, так как ей было просто плевать. Она вообще придерживалась принципа: "Не лезь к другим людям со своей философией", - а потому не собиралась пытаться воспитывать Рона. Все равно ведь не получится. Он должен сам захотеть, а пока не дойдет до этого, любые попытки его исправить тщетны.

К тому же Гарри на первых курсах и сам вполне себе заслуживал быть слегка побитым, а уже потом…

«Лучше не думать об этом», - поморщилась она.

То, что случилось тогда, она вспоминать не хочет и думать об этом тоже.

- Ну-с, куда теперь? – спросила она.

- Я слегка замаялся, так что отдохну чуток, - вытер пот Сириус.

- Старичье, - рассмеялась Нимфадора, присаживаясь поближе к явно смущающемуся от такой близости Римусу. – В туннель ужасов следом пойду я, составишь мне компанию?

- Ну, можно, - с трудом ответил Лунатик.

- Надо бы перекусить, - хмыкнула Генни.

- Не, я пас, - скривился Рон. – Меня еще слегка мутит.

- Ну как…

ВЗРЫВ!

Лишь отточенные тренировками рефлексы спасли Генни и заставили выставить сильнейший барьер вокруг себя и Рона. Это же тут же сделали Сириус, Римус и Нимфа - их лишь отбросило в сторону и протащило по земле.

Генни поднимает голову и видит черные сгустки тумана, летящие к ним с разных сторон.

- Пожиратели Смерти!..

1.Русские горки – это американские горки, просто в Америке и некоторых странах Европы их называют "русскими". И поскольку действия у нас в Лондоне происходят и главный герой местный, то логично, что этот аттракцион он будет называть именно так. Все же мы стараемся быть хоть немного аутентичными.

Глава 14. Страх в сердце.

Рывок в сторону, мимо меня пролетает чья-то оторванная конечность и заливает пол кровью. Дергаю Гермиону на себя: та жутко дрожит, но тоже бежит следом. Девушка просто в ужасе и с трудом контролирует себя, кричит и плачет.

Я сам недалек от этого состояния, но лишь инстинкт самосохранения не дает мне замереть и впасть в панику.

Гермиона необычно сильно боится. Не знаю или не помню причину, но она даже палочку не может поднять на чудовище, а я даже не пытаюсь. Шкура троллей очень хорошо защищена от магии, и только мощные и сложные заклинания могут ее пробить, а потому моими куцыми силами даже пытаться нет смысла. А какого-то магического оружия, ну или просто чего-то большого и тяжелого, что я мог бы поднять, поблизости нет.

- ГРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! – ревет тролль и пытается поймать нас, но неуклюжесть и медлительность монстра в тесном помещении играет нам на руку.

Мы бежим и уклоняемся от его дубины.

Гермиона крепко держит меня за руку, будто тонущий человек хватается за единственное спасение, дабы не утонуть в пучине, а я делаю все что могу, лишь бы не поддаться истерике внутри себя, не вырвать руку из ее хватки и не рвануть одному и бросить ее тут. Но все же остатки гордости - или глупости - не дают мне поступить, как последнее ничтожество.

Девушка резко тянет меня вниз - и мы падаем, а над нашими головами пролетает вагонетка, и, врезавшись в потолок, обваливает часть коридора, отрезая путь к свободе.

Монстр несется за нами, помогая себе рукой продираться через коридор и завалы аниматроники, которые мешают двигаться, а также скользя на полу, где его постоянно заносит.

Подрываемся на ноги и резко разрываем контакт, отскакивая в разные стороны коридора, уходя от дубины.

Прыгаю налево, но, споткнувшись, падаю на пол.

Быстро перекатываюсь в сторону, уворачиваясь от ноги монстра. Дубина чуть было не раздробила мне ноги, но я вовремя их поджимаю - и, быстро встав, бросаюсь вперед, а над головой что-то свистит, чуть было, не снося мне часть затылка.

- Гра-а! Ра! Га! – вопит чудовище, пытаясь поймать меня, но каким-то чудом мне пока удается спасаться.

Неожиданно монстр оступается, и его нога застревает в нескольких куклах, что дает мне секунду форы.

Сердце бешено стучит в груди, в голове лихорадочно крутятся картинки, перед глазами все плывет, а легкие горят огнем. Я не знаю, сколько еще смогу убегать, но паника и ужас все сильнее захватывают мой разум, и мне все сложнее контролировать себя. Я с трудом остаюсь на ногах, так как те столь сильно дрожали, что я даже не мог выровняться.

Зубы стучат, отбивая бешеный ритм, руки трясутся, а ссадины и порезы, полученные мной от падения и бега, сильно ноют. В глазах появляются слезы страха, что мешает видеть сильнее, чем запотевшие и испачкавшиеся линзы очков.

Я почти ничего не вижу, страх мешает слушать, а усталость почти скашивает меня, но ужас не дает упасть, и я пока стою. Не знаю, почему я не упал на пол, оцепенев от ужаса, но я все еще двигаюсь.

- ГА-А-А-А! – ревет тролль, вырывая ногу, и со злобой и яростью бросается на меня.

- А-а-а-а-а-а! – кричу я, смотря, как эта страшная махина приближается.

Ноги двинулись сами, и я бросаюсь бежать!

Влево!

Дубина пролетает мимо тела и крошит пол.

Отскакиваю.

Резко приседаю и прыгаю в сторону, но тут же врезаюсь в стену и понимаю, что этим загнал себя в угол!

- Бомбарда! – слышу я за спиной - и в спину тролля летит взрыв, отчего он спотыкается и падает мордой на пол. – Гарри, беги! – кричит Гермиона.

Девушка пришла в себя и, достав палочку, напала на чудовище. Взрыв не нанес монстру никакого вреда, но толкнул и привлек к себе внимание.

- ГРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! – бешено взревел монстр, и, резко подскочив, развернулся и, словно мясной локомотив понесся на маленькую хрупкую фигурку, что, увидев это, выронила палочку и застыла как кролик перед удавом.

«Надо бежать!»

Мысль.

Мысль, порожденная паникой и страхом.

«Бежать!»

Ужас подхватывает меня и тянет подальше от этого.

«Надо бежа…»

- Все же спасибо, что пошел со мной, - она мило улыбнулась.

Резко останавливаюсь.

«Надо бежать!»

Но я не шевелюсь.

Мне страшно, мне ужасно страшно, я так напуган, что просто не контролирую себя, но…

- Просто ты такой милый, когда смущаешься…

Ее голос, ее улыбка перед лицом.

«Она дала мне шанс спастись. Если я останусь, ее жертва будет напрасной, – промелькнула у меня в голове столь мерзкая и трусливая мысль. – Я ничего не смогу сделать троллю, а так хоть кто-то спасется… Я ведь жалкий слабак, я ничего не….»

- А-А-А-А-А-А-А-А-АА!!! – кричит она, когда тварь почти добирается до нее.

Всяческие сомнения покидают мое сознание - и я резко разворачиваюсь на крик!

Тело рвануло вперед так быстро, как только могло.

Я не знаю, как, но до Гермионы мне удалось добраться раньше тролля, и я сбиваю девушку с ног и, сцепившись с ней, перекатываюсь в сторону, а разогнавшийся монстр проносится мимо и врезается в стену, обвалив на себя часть потолка.

Быстро подрываюсь и пытаюсь утянуть Гермиону за собой, но та в шоковом состоянии просто лежит на полу. Вижу на ее лбу ушиб. Похоже, когда я сбил ее с ног, она ударилась головой и сейчас ошеломлена.

Монстр пытается подняться, а я лихорадочно стараюсь понять, что делать, и поднять девушку, что очень вяло двигается.

Моя голова крутится, глаза бешено прыгают, пытаясь зацепиться хоть за какое-то спасение, но в пустую голову не приходит ни одна мысль.

Тролль поднимается и разворачивается, громко рыча и скаля свои кривые гнилые зубы. Чудовище со слоновьими ногами, огромным ростом и ужасным запахом встает во весь рост, но высота потолка достаточно большая, чтобы он тут стоял прямо.

Пытаюсь отступить, но поскальзываюсь на крови и падаю рядом с Гермионой.

Чудовище неспешно движется на меня и поднимает свою дубину, но тут я замечаю кое-что важное.

Это люстра под потолком с поврежденной от удара цепью. Она едва держится, а размера и веса ее должно хватить, чтобы если не оглушить тварь, то хотя бы задержать ее.

Монстр движется к нам, а я, достав палочку, пытаюсь прицелиться в цепь.

- Ну же, - щурюсь я. – Еще чуть-чуть, - говорю я, пытаясь точно увидеть цель и мысленно молясь кому угодно, чтобы заклинание получилось с первого раза. – Ступефай!

Ударное заклятье летит вперед, но пролетает мимо цепи, врезаясь в потолок.

Промах ужасает меня, а тварь прыгает к нам.

- Ступефай! Ступефай! Ступефай! – кричу я и паникую, пытаясь попасть, но ничего не выходит, а некоторые заклятья вообще не получаются.

Пытаюсь отползти, и в это время приходит в себя девушка.

- И-и-и! – визг Гермионы бьет в уши, и она хватает меня руками и утыкается лицом в плечо, дрожа и плача.

В следующий миг происходит нечто странное…

Мое паршивое зрение становится невероятно четким и ясным. Я вижу каждое звено цепи, вижу каждую трещину и облупившуюся краску. В этот миг страх и паника покидают меня, а тролль в это мгновение кажется мне самой жалкой и слабой опасностью, какая могла бы передо мной быть.

Будто маленькая мышь, пищащая на огромного льва, я смотрю на чудовище передо мной. Не знаю, что заставляет его замешкаться, мое равнодушие или какие-то личные мысли, но я пользуюсь его задержкой.

Время замедляется, и я спокойно смотрю на столь незначительную угрозу, которая ничего из себя не представляет.

- Секо… - спокойный шепот слетает с моих губ вместе с легким движением палочки.

Режущее заклятье срывается с кончика проводника и легко, словно бумагу, разрезает цепь.

Дубина тролля летит в меня, но тут же меняет траекторию движения, когда тяжелая люстра обрушивается на затылок монстра. Удар оказывается столь неожиданным для чудовища, что тот с грохотом падает на пол, а его дубина укатывается в сторону, пролетая в паре сантиметров от моего лица…

Еще секунда - и зрение мутнеет, а рука с палочкой начинает трястись. Сердце бешено колотится в груди, и странное наваждение отпускает меня, а вслед за этим приходят паника и страх.

Я лежу на полу в поту и, стуча зубами, смотрю в потрескавшийся потолок, а в голове пустота.

И только на задворках сознания я будто слышу что-то…

Чей-то издевательский и гортанный хохот…

- Джа-ха-ха-ха, не так уж и сложно, правда?...

Глава 15. Гений.

Откатившись в сторону, она уклонилась от десятка заклятий противников, что преследовали ее. Генни оттолкнулась руками от земли и подлетела в воздух, быстро приземлилась на ноги и, отпрыгнув, спаслась от новой порции атак.

Пока Сириус, Римус и Нимфа были заняты толпой других врагов и битвой с кем-то из офицеров Пожирателей, на Генни напала дюжина рядовых. Они не очень сильны, но их много, и у нее возникли некоторые проблемы.

Ей пришлось убегать, так как в том взрыве она выронила палочку. Плюс Рон был ранен, вот ей и пришлось отступать и уводить преследователей от места, где она его спрятала.

- Сдавайся! – крикнул тип позади нее.

Теперь враги окружили ее со всех сторон.

Они смеются и радуются, думают, что все уже закончилось и они победили. Какая наивность…

- Теперь на колени, девка, - сказал самый смелый среди них и подошел ближе. Он стоял с опущенной палочкой и чувствовал себя уверенно в окружении толпы союзников. Как и все ничтожества, только и могут нападать толпой на одного. – Мы доставим тебя Темному Лорду, а если будешь хорошо себя вести, то…

- Хватит болтовни, ничтожество, - фыркнула она, сложив руки на груди. – Мне нет дела до бахвальства мелкой сошки, которая столь невелика, что даже своего отличительного лица на маске не имеет.

Да, уникальные маски есть только у Ближнего Круга Пожирателей и приближенных, а вот все остальные носят лишь одинаковые маски и ничего из себя в плане силы не представляют. По сути, это просто сброд и всякие бродяги из Лютого Переулка, привлеченные работать за деньги или для утоления своих мерзких желаний. А учитывая, что такой контингент в школах никогда не учился, то и в боевом плане они ничего из себя толком не представляли.

- Дерзкая сучка, - зарычал он. – Ты слишком много себе позволяешь, - он злился, но ее это не пугало. – Ничего, перед тем, как мы сдадим тебя, ты как следует обслужишь нас.

- Пф, было бы что обслуживать, - фыркнула она. Генни не особо понимала значение слова «обслуживать» в этом контексте, но Нимфа сказала, как ей отвечать в такой ситуации.

- Тварь! – взбесился тип. – Как ты можешь быть такой спокойной?! Ты одна против всех нас!

Он тут же двинулся к ней с намерением отвесить пощечину, но зря он подошел так близко…

Взмах!

Один удар - и рука неудачника переламывается пополам в локте, а он, застыв, с ужасом смотрит на открытый перелом.

- Это не я одна с вами всеми, - прошептала девушка. – Это вы наедине со мной…

Удар!

Кулак, заряженный энергией, влетает в живот типу, и тот складывается пополам, попутно освобождая желудок от всего содержимого.

В нее тут же летят связывающие и оглушающие заклятья, ведь ее приказано доставить живой, но Генни, схватив неудачника, закрывается им как щитом, и его туша ловит все атаки на себя.

Рывок!

Быстро сократив дистанцию с первым противником, она разбивает его маску и рожу, точным ударом ноги отправляя того в полет и на лету перехватывая его палочку.

- Бомбарда!

Взрывное заклятье прилетает прямо под ноги Пожирателям. Земля взрывается, и попавших в центр взрыва расшвыривает в разные стороны. Увы, палочка не выдерживает ее энергию и тут же рассыпается. Эта проблема всех сильных магов: им довольно затруднительно подбирать проводники, а свой она тут потеряла. Но даже так неплохо.

Подскочив к еще одному, она легко ломает ему колено, а затем, схватив его, швыряет в подбегающих дружков. Поймав еще одну палочку, кинула в толпу ударное заклятье - и всю кучу отбросило в дерево и приклеило к нему.

Несколько совсем поехавших головой дебилов нападают в ближнем бою, вооружившись ножами, но это они зря.

Генни перекидывает первого через плечо, резко бросается в сторону, пропускает мимо одного неудачника и пинает его на товарища. Третий получает удар ногой в пах и складывается в позу эмбриона, а четвертому девушка ломает руку, а затем излюбленным приемом вбивает его морду в землю.

Всего минута - и большая часть врагов валяется, а остальные убежали.

Тех, кто был еще в норме, она тут же связала заклятьем.

В это время к ней подбежал Сириус.

- Сохатик… А, ты уже закончила, - выдохнул он. – Сурово ты.

- Сам же учил, - фыркнула Генни. – Как дела?

- Парочку обезвредили, но командир сбежал, а это просто мясо, - покачал он головой. – Только что прибыли авроры и сейчас вяжут, и работают с маглами.

- Они напали открыто, - нахмурилась она.

- Маглоотталкивающий барьер они поставить успели, так что большая часть людей ушла. Им самим не выгодно пока раскрывать наш мир маглам.

- Хоро… Гермиона! – вспомнила она. – Она же в туннель ушла!

Гермиона и Гарри ушли вместе, а потому ничего не видели и могут быть в опасности.

- Кхе-хе… - послышался хрип одного из Пожирателей. Он выплюнул кровь с зубами и улыбнулся. – Там… мы… спрятали тролля…

Услышав это, Генни бросилась в туннель…

***

Тепло…

Она ощущала странное тепло рядом с собой.

Такое приятное и нежное, словно одеяло. К этому теплу хотелось быть как можно ближе, этим теплом хотелось укутаться и спрятаться в нем. Такое ласковое и сильное чувство, будто она сейчас находилась в самом безопасном месте на белом свете.

Гермиона потерлась носиком об это и сильнее прижалась к нему.

- Ох, - послышалось ей.

Голос заставил ее очнуться.

Шаг. Шаг. Шаг. Шаг…

Шаги эхом раздавались вокруг нее.

Несколько секунд она не могла понять, что именно происходит, да и зрение плохо слушалось ее, но затем она осознала, где находится.

На спине…

Она сидела на чьей-то спине!

Ее держали за ноги, а сама она обнимала кого-то за шею.

- Р…Ро… - хотела сказать она.

- Прости, я не Рон, - ответили ей.

Только сейчас она поняла, что смотрит на растрепанные черные волосы. Такая прическа есть только у двух человек: у Генриетты и…

- Гарри, - сказала она.

- Ага, - кивнул парень. – Рад, что ты пришла в себя.

- Что… - хотела спросить она, но затем осмотрелась.

Они шли по широкому коридору, стилизованному под викторианский замок. У стены валялись сломанные скелеты, призраки и прочие страшилки, а сами они шли по рельсам.

Несколько секунд ей понадобилось, чтобы вспомнить все. Как они сели в вагонетку, как ехали и болтали, а затем…

- Тролль! – вспомнила она.

Девушка задрожала и сильнее прижалась к парню, будто боялась, что вот-вот чудовище появится тут и…

- Спокойно, спокойно, - сказал он. – Тролль нас больше не тронет. Успокойся.

- Точно? – жалобно спросила она, слегка дрожа.

- Точно, точно, все в порядке, - заверил он ее. – Тролль валяется с пробитой головой далеко позади нас.

- А? Как это?

Она попыталась точно вспомнить, что именно произошло.

Ее захлестнула паника и ужас, и, если бы Гарри не потянул ее, она была бы мертва. Затем бег и попытки спастись, но они оказались бесполезными. Их разделило, и тварь бросилась за Гарри. Гермиона попыталась помочь, но лишь привлекла внимание чудовища. Монстр бросился на нее, а она только и могла стоять и бояться. Затем ее толкнуло в сторону и она потеряла сознание.

Еще была какая-то картина, где она открывает глаза и видит чудище перед собой, затем хватается за Гарри - и… темнота.

- Да он дубиной задел люстру над собой, и та упала ему на затылок и убила. Он нас уже не тронет. Если хочешь проверить, то можем вернуться и посмотреть, - усмехнулся он.

- Нет, спасибо, - поежилась девушка, покрепче вцепившись в парня.

Они оба замолчали, каждый обдумывая свое.

Гермионе стало очень стыдно за свой ужас, но, когда она увидела тролля перед собой, вспыхнул тот ужас из детства. Она вспомнила себя в ту ночь Хэллоуина, где она плакала в туалете для девочек и не слышала, что по школе гуляет тролль. Затем увидела то чудовище, и монстр стал ее преследовать. Если бы не Рон и Генни, она была бы мертва: убита троллем и сожрана.

Ей потом долго снились кошмары о том вечере.

И вот, вновь встретив тролля, она запаниковала и потеряла над собой контроль.

- Спасибо, что отвлекла его, - сказал Гарри. Его слов она не ожидала. – Не сделай ты этого, он бы меня убил и… Благодаря тебе мы и выжили, - он явно улыбался. – Ты молодец.

- Но… Я ничего не сделала…

- Да я тоже, - хихикнул парень. – Но, если бы не ты, мы бы оба померли, а я даже палочку достать побоялся.

Пусть он и говорил это, но она почему-то чувствовала нечто странное, будто он просто не хочет говорить об этом или сам боится, вот и переводит все в шутку.

Гермиона покрепче прижалась к нему и улыбнулась.

- Спасибо, Гарри… что не оставил меня одну, - прошептала она.

- А? Ты что-то сказала? – спросил он.

- Нет, ничего, - буркнула она, густо краснея.

Они продолжили идти в молчании, не зная, что можно сказать, или боясь это делать. Гарри нес девушку на спине, а она даже не попросила его опустить ее на пол, продолжая сидеть и греться его теплом.

Но кое о чем она поговорить с ним все же хотела.

- Гарри, - обратилась она к нему. – Я… Я давно хотела сказать, что…

- Гермиона! Гермиона! – услышала она эхо, раздающееся по коридору.

Девушка тут же узнала голос и подняла голову:

- Генни! Мы тут!

К ним стремительно стала приближаться Генриетта, а за ней Сириус и еще несколько людей в форме авроров.

- Ты что-то хотела сказать? – спросил Гарри.

- Нет, забудь, - махнула она рукой. – Так… Глупости.

Гермиону сняли со спины Гарри, и их обоих проводили к врачу. Гарри рассказал аврорам все, что с ними случилось, не особо вдаваясь в подробности ее паники, после чего они узнали, что творилось снаружи в это время.

Напали Пожиратели Смерти, но это оказались не элитные бойцы, а просто рядовые, потому Генни и остальные легко отбились. Благодаря тому, что Пожиратели сами не хотели раскрытия, они поставили маглоотталкивающий барьер. Из-за этого удалось избежать жертв среди невинных.

А так из всех них только Рон немного пострадал от взрыва, но ничего серьезного.

После того, как доктор осмотрел их и оказал помощь, убедившись, что забирать в больницу их не нужно, их отпустили. Римус отправился вглубь туннеля и взял с собой несколько авроров и Гарри, чтобы он там им все показал, а остальным пришлось сидеть на лавочке у выхода и ждать.

- М? – Гермиона увидела какую-то бумажку, валяющуюся рядом с ней.

Подняв сложенный помятый листик, она сдула с него пыль и открыла его.

- Что за…? – произнесла девушка, посмотрев внутрь.

Результаты С.О.В.

Гарри Джеймс Эванс.

Трансфигурация – В.

Астрономия – П.

Зельеварение – В.

Уход за магическими существами – П.

История магии – В.

Заклинания – П.

Защита от темных искусств – В.

Руны – П.

Нумерология – П.

Травология – П.

Гермиона еще раз проверила лист, а затем посмотрела на Гарри, что сейчас разговаривал со взрослыми. Тот самый тихий парень, который всегда стеснялся отвечать на уроке, последним сдавал эссе и на практических заданиях всегда отставал…

Его результаты лишь немного уступали ее собственным. Да они просто отличные, а учитывая вредный характер некоторых учителей, получить от них даже «Выше Ожидаемого» уже огромное достижение.

- И это, по его мнению, «Ничего выдающегося»? – удивленно произнесла она. – Какого черта, Гарри?...

Глава 16. Натянутые нервы.

Возвращаться в то место, где меня чуть было не убил тролль, мне очень не хотелось, но я понимал, что это необходимо. Так что по пути я еще раз рассказал, что случилось, и постарался передать как можно больше деталей, но умолчал о нескольких вещах.

Во-первых, не хотелось особо говорить, как боялись мы с Гермионой. И так ясно, что мы боялись, но о ступоре и панике я не рассказывал, как и о своей истерике и мерзких трусливых мыслях. Мне стыдно, что я думал так и реально был близок к тому, чтобы скатиться. Я когда-то бегал от василиска, пытался отвлечь и помочь, но было мне двенадцать лет, и я как-то тогда не особо отдавал себе отчет в том, что делаю. Сейчас же я с трудом не поддался своей трусости и не сбежал, бросив единственного человека, кто когда-либо хорошо ко мне относился.

А во-вторых, я скрыл то, что тролля убил… Я.

В это мало кто поверит, а потому… Черт, да я сам поверить в это не могу.

Без понятия, как у меня это вышло. Мне просто повезло, а потому особо говорить об этом нет смысла. Ну, и мне будет затруднительно объяснить, как именно у меня это вышло. То, как я добрался до Гермионы раньше тролля, и то, как у меня резко улучшилось зрение и утихли эмоции.

Все это слишком подозрительно и неясно, а потому лучше не упоминать.

Все же мне немного страшно, как на подобное могут отреагировать.

Потому я, перед тем как уходить, снял те срезанные звенья цепи и уничтожил их, а остальные порвал заклинанием так, чтобы казалось, будто люстра оторвалась. Срезанная цепь слишком уж явная улика на меня, так что пришлось изворачиваться. Не с первого раза получилось, но у меня было время постараться. Да, нелегко быть бездарностью.

Не хотелось мне скрывать что-то и врать, но я слишком сильно боялся реакции на мои действия. Я и так тут практически на «птичьих правах», а уж после такого все может стать как раньше, если не хуже.

А особенно не хочу говорить о том голосе…

«Может, почудилось?»

Непонятно пока. Мне нужно отдохнуть и обдумать всю ситуацию.

- Да, вам невероятно повезло, - сказал один аврор.

- Побольше, чем вот этому, - скривился второй, смотря на руку. – Остальное тело не нашли?

- Вспорем брюхо и найдем, - пнул он тролля. – Ну и вонища.

От их разговора мне стало как-то не по себе. Видать, авроры так часто имеют дело с таким, что научились по этому поводу даже шутить. Профессиональный юмор, как у врачей, или типа того.

К ним подошел еще один.

- Недалеко нашел окровавленные вещи какого-то Пожирателя. Похоже, тролль сожрал его.

- Если тот тип сказал правду, то тролля они привезли, чтобы отвлечь внимание Сириуса и Римуса и похитить Поттер, пока все заняты монстром. План неплохой, но тролль явно оказался голоднее, чем они планировали.

Да, что целью была моя сестра, было очевидно, но вряд ли Сириус мог предположить, что Пожиратели нападут среди бела дня посреди магловского парка и так открыто. То, что им дадут так легко уйти, они не верили, вот и притащили тролля. Пока того будут пытаться остановить, они успеют убежать.

Но что-то пошло не так.

- Ладно, - сказал Римус, закончив осмотр места. – Пошли, Гарри.

Мы покинули это место и двинулись обратно.

- Ты как? – спросил Лунатик.

- Меня всего трясет, но я пока держусь.

- Скоро будем дома, так что не волнуйся.

- Да, - вздохнул я. – Праздник слегка не задался.

- Главное, что все живы, - грустно улыбнулся мужчина. – А остальное не так важно.

- Пожалуй…

Мы встретились с остальными. Гермиона несколько пришла в себя после всего случившегося. Сейчас она была в компании своих друзей, а я решил постоять в стороне, пока не придет время возвращаться домой. Все были более-менее в порядке, разве что у Уизли лоб рассечен. Ему перебинтовали голову, но, поскольку в его черепе очень мало мозгов, думаю, что повреждений никто не заметит.

Через пару минут вернулся Сириус с Нимфой, и мы аппарировали отсюда.

По приходу все мы разбрелись кто куда: Гермиона и Уизли в Нору, а я и Генни по своим комнатам. Конечно, было бы неплохо помыться, поесть и привести себя в порядок, но я так вымотался, что, добравшись до кровати, просто рухнул и мгновенно уснул…

***

Римус упал в кресло и, положив ноги на пуфик, откинул голову и постарался расслабиться.

День выдался очень и очень напряженный, а потому сейчас хотелось лишь отрубиться и проспать несколько дней. Сейчас они с Сириусом засели в его комнате, и друг достал бутылку огневиски, которая в данный момент была единственным, что могло успокоить нервы.

Откупорив пробку, Бродяга разлил по стаканам алкоголь и присел на соседнее кресло.

Лунатик взял свой стакан и опрокинул его в себя.

- Ох, - выдохнул он. – Ну и денек.

- Согласен, - кивнул друг. – Нам невероятно повезло, что все закончилось хорошо.

- Я только одного не пойму, как они узнали, где мы будем? – задал вопрос Люпин. – Мы, конечно, особой тайны из этого не делали, но и сильно не болтали. Так откуда они узнали, где мы будем и как успели подготовить ловушку?

- Возможно, в Ордене предатель, - произнес Сириус, налив себе еще. – Я даже предполагаю, кто.

- Мы уже обсуждали это. Северус может тебе не нравиться, но Альбус ему доверяет.

- Бывших Пожирателей не бывает, - фыркнул друг, не вняв его словам.

Римус ничего не сказал, лишь покачал головой и налил себе еще стаканчик.

- А может, это был Гарри? – предположил Блэк.

- Это что еще за глупость? – чуть не подавился Римус. – Гарри явно не мог этого сделать. За ним слежка, а также о месте похода он сам узнал в последний момент. Неважно, насколько Волдеморт гений, но даже он такую операцию за пару часов не спланирует и не подготовит. Плюс, он сам едва не погиб.

- Он пропал на целый месяц и неожиданно вернулся, что очень подозрительно!

- Мы уже обсуждали это, Бродяга, - вздохнул Лунатик. – У нас нет никаких доказательств или улик, а проверить сами мы сейчас никак не можем. Чтобы это сделать, нам нужен мастер ментальной магии, а таких в мире не то чтобы особо много. Да и те, что есть, в Великобританию ехать не хотят.

- Я знаю, - огрызнулся он. – Но Нюниусу на слово я не верю.

Римус лишь вздохнул, понимая, что друга уже не переубедить. И ведь как-то проконтролировать и удержать он его не сможет. Ему завтра нужно отправляться на переговоры со стаями оборотней. Потеряв вожака в виде Сивого, многие сейчас в замешательстве и явно желают выйти из состава альянса с Пожирателями, и Римус должен убедить их присоединиться к Ордену Феникса.

- Давай не будем спешить, - сказал Лунатик. – Я понимаю твои подозрения и опасения, но если Гарри действительно не виноват, то мы навредим сыну Джеймса и Лили. А мы этого определенно не хотим.

Упоминание Сохатого подействовало на Бродягу, и тот чуть успокоился.

- Ты прав, - выдохнул он. – Просто я так испугался за Сохатика и…

- Понимаю. Я тоже волновался, но нам стоит отдохнуть, успокоиться, а затем уже решать, как нам быть дальше. Я тоже не против проверить все сам, но не хочу вредить мальчику. Джеймс этого бы не одобрил.

- Хорошо…

Отлично. Он сумел убедить друга не спешить. Римус верил директору, и, пусть к Северусу относился с подозрением, но все же понимал, что тот тоже верен Альбусу и не предаст. Вот только убедить Бродягу в этом невозможно. После смерти Джеймса и Лили он винил во всем случившемся только себя. Винил в том, что доверился другим, и теперь это из него никак не выбить.

Нужно лишь пережить все. Время обязательно лечит. Он уверен в этом.

- Завтра мне нужно отправляться к оборотням на переговоры. А ты пообещай мне, что без меня предпринимать каких-то действий в отношении Гарри не будешь. Ты и сам знаешь, что порой действуешь на эмоциях, так что не пори горячку.

- Обещаю, я дождусь тебя, - ответил Сириус.

- Вот и чудно, а пока, налей мне еще…

***

- Дело приняло не лучший оборот, - высказал свое мнение Отто.

И, как бы сейчас Джерико ни было паршиво, он был вынужден согласиться. Вся его деятельность была дикой авантюрой, которая должна была пройти идеально. Джерико знал, что рано или поздно мальчишка покинет убежище. Ему даже удалось подслушать разговор Снейпа о том, что парень сейчас содержится вместе с сестрой, а потому шанс того, что они выйдут вместе, был велик.

Не прошло и недели, как ожидание дало результат. Проверив все, Джерико был невероятно рад тому, какой большой куш идет ему прямо в руки. План по захвату он разработал заранее. Точнее, несколько планов. Да и бойцов своих держал в тонусе и не давал расслабляться, чтобы они были готовы действовать быстро.

Сложнее всего было сохранить свою деятельность в тайне, но он и так был не особо дружен с другими отрядами, а потому такой замкнутости их деятельности никто не удивился. Плюс сами подчиненные привыкли, что их командир часто устраивал им «учебные походы», потому не были удивлены, когда им велели быть готовыми выступать в любой момент.

Компания Поттер была небольшой, но сильной. Блэк и Люпин еще в первой войне сумели отличиться и были очень хорошими бойцами. Сам Сириус Блэк, пусть сейчас занимает одну из руководящих должностей, по своей природе оперативник и очень сильный маг, а Люпин оборотень, и его выносливость и живучесть почти не уступали Сивому.

С ними еще был один аврор-стажер, да и, может, еще кто-то тайно следовал. Но остальные были просто детишками, которые не должны были доставить особо проблем.

Но все пошло книззлу под хвост.

Сначала эти идиоты не смогли удержать тролля, и тот начал буйствовать не в том месте, где должен. Изначально тролля Джерико хотел спустить на Блэка и Люпина, чтобы, пока те отвлеклись на него, у остальных был шанс схватить девчонку. Та сильна, и недооценивать ее нельзя было. Но из-за безалаберности этих идиотов тролль так и не пришел, а потому он и его сильнейшие бойцы увязли в драке с элитой Ордена, а рядовые недоумки для Поттер не были противниками.

Вот так вся операция и провалилась.

Беда еще в том, что об этом прознал сам Темный Лорд, после чего начал поиски того, кто посмел действовать без его приказа. А наказание провинившихся будет очень суровым.

- Все пропало, - паниковал Отто. – Темный Лорд запытает нас. Он точно узнает, что я помогал тебе, и отдаст меня на пытки!

- Заткнись, Отто, - огрызнулся Джерико. – Еще ничего не кончено. У нас как минимум пару недель есть, пока Владыка все узнает, а может, и месяц. Из-за текущей неразберихи понять, кто именно действовал, будет сложно. Если мы исполним задуманное, эту неудачу нам простят.

Есть преимущество в такой неструктурированной организации для него. Отследить самоуправство довольно проблематично, и нужно проверять каждого по отдельности, что долго и сложно. А учитывая паранойю Темного Лорда, проверять будут только самые верные последователи. Те, кому он больше всех доверяет. А таких не так уж и много. Месяц, может больше, у них имеется.

- И что ты предлагаешь?!

- Нам, - помрачнел бывший аврор, - придется использовать Их…

- Погоди, - побледнел ученый. – Их?! Ты в своем уме?! Если Повелитель узнает, нам даже посмертия не видать! Он будет в ярости!

- Победа окупит все, а у нас и так уже нет выбора. Все или ничего. Это займет какое-то время, а уж если делать все в тайне, провозимся ещё дольше. Но мы будем готовы. Главное, добыть нужный артефакт и сделать все незаметно.

На это возразить Отто не смог.

У них сейчас просто нет других вариантов. Или они преуспеют и победят, или им лучше умереть в бою, иначе даже Азкабан для них будет просто курортом…

Глава 17. Сотрудничество.

Пробуждение выдалось не особо приятным. Голова сильно гудит, ноги ноют, да и кожу на лице немного пощипывает. Пусть просыпаться не хотелось, но дискомфорт не давал расслабиться и уснуть снова.

Надев очки, я посмотрел на часы. Полседьмого.

Пора готовить завтрак, и я начал подниматься. Одежка моя несколько помялась из-за того, что спал я в ней, но вчера, когда вернулся, я просто рухнул в кровать и уже не мог ничего поделать.

Воспоминания о прошедшем возвращались постепенно, и это меня не особо радовало. Вспоминать тот ужас и страх, ту панику и пораженческие мысли, что вызывали стыд и отвращение к своей жалкой натуре, было очень неприятно.

- Я жалок, - вздохнул я, спускаясь вниз.

В голове все еще крутился тот голос, который я услышал тогда. Это… был странный голос. В нем не было ощущения, будто он говорит со мной. Это словно… видение... или воспоминание. Голос словно говорил с кем-то, и та фраза: «Не так уж и сложно, правда?» - все еще крутится в моей памяти. Это звучало как издевательская насмешка над кем-то.

- Не понимаю, - покачал я головой. – Я уже с ума схожу?

Все может быть, но вот понять бы…

Удар. Удар. Удар.

Обычные звуки тренировок. Генни уже проснулась и начала свои утренние разминки.

Заинтересовавшись, я заглянул в спортзал, где моя сестра лупила новую боксёрскую грушу. Била она сейчас не с таким остервенением, как в прошлый раз, а гораздо аккуратнее, но при этом лицо было каким-то необычно сосредоточенным и хмурым, словно она не особо довольна происходящим.

Не знаю, что творится у нее в голове, но у меня начали возникать совершенно иные мысли.

«Тогда я сильно выдохся и, будь у меня дыхалка получше, может, сумел бы хоть что-то сделать, а не просто паниковать, - подумал я. – Может, стоит попробовать?»

Ну, не скажу, что мое тело обрадовалось этой мысли, да и укоренившаяся лень явно была не в восторге от подобного. Но воспоминание о тролле и всем пережитом заставило меня все же решиться. Плюс вспомнились те самые тренировки на четвертом курсе… Да, не лучшее воспоминание, но все же.

Мне нужно что-то с собой сделать. Именно эта мысль сейчас была самой главной в моей голове. Хватит уже откладывать.

Я вошел в зал, чем тут же привлек внимание Генни.

- Доброе утро, - сказал я.

- Угу, - кивнула она.

Некоторое время я молчал, не решаясь заговорить первым. Говорить с ней мне все еще не особо хотелось, но сейчас я был вынужден просто.

- Генни, - обратился я к ней, - а можешь объяснить мне, как заниматься на тренажерах?

- Ха? С чего это ты вдруг решил? – удивилась она.

- Ну, - почесал я затылок, - столь близкое знакомство с троллем убедило меня, что с собой нужно что-то делать. Черт его знает, что меня ждет дальше, так что лучше хотя бы попытаться подготовиться.

На четвертом курсе мы немного занимались, но слишком много времени прошло. Так что, думаю, пора тренировки возобновить. Но уже не в виде глупых трюков, а что-то серьезное. Тогда она научила меня одному приему, но применить я его просто не мог. Тупо забыл о его существовании, хотя вряд ли он бы сработал.

Некоторое время Генриетта молчала и задумчиво смотрела на меня, потирая подбородок. Она явно решала дилемму в голове: помогать мне ей явно не хотелось, но что-то не давало ей просто так сказать нет.

Так, нужно срочно склонить чашу весов в мою сторону:

- Пирог каждую неделю.

- Идет.

Ого, быстро.

Кажется, я продался дешево. Нужно было поторговаться, но брать свои слова назад уже поздно.

- Хорошо, я напишу тебе программку и покажу, как нужно делать, - сказала она.

- Отлично…

- Стоп! – тут же сказала она. – В этом заниматься нельзя!

- А? – я посмотрел на свою одежду. – Ну, у меня больше ничего нормального нет.

Девушка некоторое время молчала.

Похоже, пирог она настолько сильно хочет, что готова даже такую проблему для меня решить.

- За мной.

Она двинулась на второй этаж.

Я сначала испугался, что она даст мне что-то из своего. Страшнее оказалось бы, если данная одежка оказалась на меня еще и большой. Но все же мне повезло. Она провела меня к другой двери, довольно старой и, судя по виду, которую давно никто не открывал.

Дверь скрипнула, и мы вошли в запыленное помещение, в которое реально кто-то очень давно не заходил.

Генни подошла к шкафу и, открыв его, начала там рыться.

- Может, не стоит тут копаться?

- Тут в основном всякий хлам валяется, так что не волнуйся, - махнула она рукой.

- Ну, ладно, - не стал я перечить.

Пока она занималась одежкой, я решил слегка осмотреться.

Помещение и правда было все в пыли, тут явно редко кто бывает. Вероятно, комната принадлежала кому-то из родни Сириуса. Как я слышал, он с ними не ладил, так что ему абсолютно плевать, что тут происходит.

На столике я увидел рамку для фотографии. Подняв ее и отряхнув от пыли, я сумел рассмотреть, кто там был изображен. На черно-белом изображении были два маленьких мальчика, одетых, будто какие-то принцы из глупой детской сказки. Поскольку снимок был магическим, то дети начали двигаться. Сначала старались быть серьезными и сидеть смирно, но затем стали показывать языки в объектив, чем явно кого-то злили, но не боялись.

Внизу была небольшая подпись, скрытая пылью.

«Сириус и Регулус».

Да, мальчик повыше чем-то похож на Бродягу, а вот кто второй?

- А кто такой Регулус? – спросил я.

- Младший брат Сириуса, - ответила сестра, продолжая раскопки. – Они с Бродягой поссорились много лет назад, так и не общались, а потом он умер.

- Печально, - вздохнул он. – Тогда, может, не стоит копаться тут?

- Да забей. Он вроде Пожирателем Смерти был, и Бродяге плевать на него. Черт его знает, когда нам позволят выйти из дома, чтобы тебе одежку прикупить, а тренировки лучше не откладывать. На недельку хватит.

- Хорошо, - сдался я.

Вскоре она нашла какие-то старые штаны и что-то вроде эспадрильи(1). Выглядело все очень старомодно, но в Магическом Мире это дело обычное.

- Вот это сойдет.

- А не великовато?

- Ну, если ты не знаешь заклинания для подшива, то у тебя вообще все с магией паршиво.

Точно, можно же подогнать одежку под размеры. Я и забыл о таком.

Быстро переодевшись, я применил заклятье, и штаны и обувь стали мне в пору, да и футболку нашел. После чего спустился в спортзал и стал слушать инструктаж Генриетты…

***

Рассказав ему основные правила безопасности и убедившись, что родственничек их запомнил, Генни показала, как пользоваться тренажерами, а затем проконтролировала, чтобы он все сделал правильно.

Уровень физической подготовки Гарри был просто паршивым. Он еще тогда был с ужасными данными, и они ни капельки не изменились, хотя тогда она и не старалась. Сейчас же большой нагрузки парень не выдержит, так что она быстро составила ему каждодневную легкую программу для новичков. В основном там был бег, но и этого ему пока с головой хватит.

После чего она оставила его бегать, а сама вернулась к своим тренировкам. Но поглядывала, чтобы родственничек делал все правильно.

«Если меня не возьмут в авроры, я всегда могу пойти в спортивные тренеры», - хмыкнула она.

Занимаясь, сама Генни раздумывала, почему все же согласилась Гарри помочь.

Не только же из-за пирога. Ну, почти… Ладно, пирог был важной причиной, но далеко не самой главной! Точно!

Самая главная причина была в Гермионе.

Гарри, пусть и слабак, но от опасности не сбежал и ее подругу не бросил и потом вытащил ее. Да, вряд ли он что-то мог сделать. Она была даже уверена, что это именно Герми тролля вырубила, но ее сиблинг все же не сбежал, что было в его характере.

На втором курсе, когда она предстала перед василиском, то и сама до ужаса испугалась. Она почти поддалась панике, но появление ее бестолкового родственника отрезвило ее. Все же, несмотря на крики и беготню, монстра он отвлекал, пока Генни доставала из шляпы Меч Гриффиндора и убивала чудовище. И его парселтанг неплохо работал, постоянно мешая приказам «Тома Реддла», из-за чего змей часто не мог понять, чьи приказы выполнять.

Потому она не удивилась словам Гермионы о том, что Гарри не бросил ее и пытался спасти.

«Все же, как бы жалок он ни был, даже у него есть некоторые положительные качества», - вынужденно признала она.

Потому, когда Эванс попросил ее потренировать его, она была склонна согласиться, а он еще неплохой бонус сверху закинул.

Гордость, конечно, воротила нос и фыркала, но животику было плевать, да и сердце тоже поддерживало данное решение, потому мозг был тактично послан куда подальше, и они соблазнились грешными деяниями.

Пришлось, конечно, найти ему кое-какую одежку, чтобы хоть заниматься мог. Сириус вряд ли скажет хоть слово против того, что она сделала. Там все равно один мусор и старье валяется, так что ничего страшного.

Некоторое время родственничек тупил и двигался как курица, но постепенно втянулся и стал более-менее правильно все делать. Затем заткнул уши музыкой и вообще ушел в нирвану.

Генни же лишь завистливо фыркнула. Она тоже хочет такую штуку, но нужно подождать, когда появится возможность сходить к близнецам.

«Ладно, лучше на своих тренировках сконцентрируюсь…»

***

- Мерзкие полукровки, мерзкие грязнокровки, мерзкие предатели крови, - шептали его губы. – Мерзость. Мерзость. Мерзость. Мерзость заполонила дом! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! – старые костлявые пальцы крепко сжимали кулон. – Что? Хозяин, вы что-то хотите? – он прильнул к амулету. – Отомстить. Месть… Отомстить мерзким предателям!..

1.Эспадрильи – матерчатые испанские летние тапочки на плоской веревочной подошве. Вышли из моды еще 1960-х годах.

Глава 18. Случайное происшествие.

- Пха-ха-ха-ха-ха, - ржала надо мной Генриетта, катаясь по полу. – Ты похож на мартышку, которую только что притащили из Африки. Ха-ха-ха-ха!

На это я лишь молча скрипел зубами. Говорить было не особо приятно, потому приходилось молчать. Если начну говорить, то подолью масло в огонь.

- Ой, я сейчас обоссусь от смеха, - продолжала она ржать.

- Да заткнись ты, ух, - поморщился я от боли в лице.

- Ха-ха-ха-ха-ха!

- Ну-ну-ну, Гарри, не шевелись, не мешай наносить крем, - с улыбкой произнесла тетушка Андромеда, покрывая мое лицо слоем специальной мази от ожогов.

Мазь воняет и весьма неприятна коже, но приходится терпеть.

Поздравьте меня, обладателя самой хреновой кожи в мире.

Уж не знаю, что со мной сделали за тот месяц, что я пропадал, но спасибо я точно не скажу. Беда в том, что у меня теперь, оказывается, очень чувствительная кожа, которая довольно быстро сгорает на солнце. Потому вся недавняя солнечная неделя, где я старался побольше проводить времени в саду на свежем воздухе, для меня стала настоящим адом. Кожа на лице быстро сгорела, и теперь загар очень сильно болел, потому мне и наносили этот отвратительный крем, который должен помочь.

Ну, а видя, что я перевоплотился в негра, Генни начала истерически ржать надо мной и, похоже, её подколы еще долго не закончатся.

- Теперь все, - сказала тетя Тонкс. – Пользуйся кремом почаще и все пройдет.

- Буду надеяться, - поморщился я.

- Если бы ты был таким на втором курсе, то тебя смело можно было назвать ЧЕРНЫМ магом! – продолжала острить Генни.

Подушка тут же полетела в ее сторону, но сестра легко уклонилась и убежала. Блин, шутки об этом еще долго будут витать в доме.

Она ушла, вероятно, рассказать новость о моем «почернении» или как я «пал во тьму» друзьям, а я, вздохнув, пошел в спортзал. Уже неделю со дня рождения я каждый день хожу туда и как минимум час в день занимаюсь.

И никто не представляет, как мне хреново от этого.

Мышцы ноют, ходить и двигаться больно, хочется лишь сдохнуть и больше не шевелиться никогда, но, вспоминая тролля, я даю себе пинка и заставляю возвращаться. Видя мои страдания, Генни или сжалилась, или просто задолбалось, что из-за боли я готовлю медленно, но она показала мне, как минимизировать проблемы, насыщая мышцы энергией.

Велела мне медитировать и показала методику дыхания, которая должна помочь мне быстрее восстанавливаться. Это для меня капля в море, но из капель море и собирается.

Сестренка беспокоилась за поставки ей пирогов, вот и помогла.

В основном в моей жизни мало что поменялось.

Я занимаюсь готовкой и уборкой, причем последнее меня никто не заставляет делать. Но Сириус и Генни те еще поросята, а у меня нет желания жить в свинарнике, вот и приходится работать, чтобы дом хоть как-то в чистоте держать. Так что мне всегда есть чем заняться.

Обычно этим занималась тетя Мёда, но у меня совести не хватило позволять устающей на работе женщине еще и тут трудиться. Она и так, когда бывает, готовит ужин. Жаль, запрячь этих двух лентяев нельзя, а то генеральная уборка дому не повредит. Печально, что домовиков попросить не могу. Это не их дом, и они тут не имеют права хозяйничать. Лишь за мной приглядывают, да и то, не всегда.

В остальное время я тренируюсь в спортзале или читаю книги.

Генни дала мне домашнее задание, так что его тоже приходится выполнять, потому свободного времени у меня не было. Да и если бы оно было, тратить его некуда. Но о том, что со мной случилось тогда в битве с троллем, я не забыл и всячески пытался понять, что именно произошло, и повторить.

Теперь, смотря на все со стороны, я понимаю, что, возможно, стоило не скрывать правду, а сразу обратиться к директору. Но тогда порыв страха и чувств не дал мне признаться, а сейчас уже как-то боязно. Потому я и молчу.

Может, потом смогу понять. Жаль, повторить не могу. Хорошее зрение мне бы пригодилось…

- М? – обернулся я.

Некоторое время смотрю по сторонам и пытаюсь понять, что только что ощутил.

Вот уже несколько дней я чувствую к себе чье-то пристальное внимание. Оно и раньше было, но теперь стало каким-то… неприятным. Я сначала подумал, что это те домовики, которых послали следить за мной, но те ответили, что это не они. Эльфы вообще часто сменяют друг друга, да и не всегда следить могут.

Тут же… Не знаю, как это описать, ведь раньше я ничего такого не чувствовал. Будто кто-то сверлит мне спину, и это четко ощущается.

Сириус, кстати, оказался не против, что я взял вещи его брата. Не знаю, что он на самом деле чувствовал, но просто махнул рукой на это. Он со мной старается наедине не оставаться и разговаривает, будто на расстоянии. Конечно, шутит, улыбается, но почему-то ощущается все это… Не фальшиво, а будто вымучено. Словно он хочет улыбаться и радоваться мне, но что-то его очень сильно гложет.

Ладно, лезть в чужие дела я не буду.

Он не ребенок и если захочет мне что-то сказать, то точно выскажет. К тому же до школы осталось всего недельки три, потому скоро мы будем видеться весьма редко. Даже немного жалко будет возвращаться в школу. Это лето, не считая некоторых моментов, вполне себе может претендовать на звание "Лучшее Лето в Жизни"! По крайней мере, пока.

- Гарри, - послышался голос тети Мёды. – Подойди сюда!

- Сейчас!

Поднявшись, я направился на кухню, но там женщины не оказалось.

- Сюда! – повторился ее голос.

Доносился он сверху, и я последовал туда же. Дом на площади Гриммо был четырехэтажным, но более высокие этажи практически не использовались, лишь первые два. Но голос шел откуда-то оттуда.

Поднявшись, я вскоре остановился перед узкой лестницей, ведущей на чердак.

- Вы тут? – спросил я.

- Да, помоги мне, - сказала она.

Я уже было сделал шаг на ступеньки, как неизвестное мне ранее чувство меня остановило!

Замираю и перестаю дышать.

Слышу стук своего сердца, пульсацию крови в висках и очень странную тишину.

Секунда, вторая, третья... Ничего, но я не решаюсь пошевелиться.

- Ты скоро там?

Тетя Мёда зовет меня, но я почему-то опасаюсь приближаться.

- Я тут рыскаю по старым вещам, пытаюсь найти тебе что-то на замену, но тут все с семнадцатого века, потому сложно найти что-то приличное.

- А, да, - очнулся я.

Мне же так и не успели ничего купить из одежды, так что хоть что-то временное точно будет нужно.

Шаг.

Ничего…

Чувства молчат. Может, показалось?

Двигаюсь выше по ступенькам и…

Звук треска достигает уха - и я резко отпрыгиваю назад!

Передо мной лестница резко обваливается и поднимает облако пыли! Отскакиваю еще дальше, опасаясь обвала пола. Но после того, как грохот стих, ничего больше не происходило.

- Мерлин! – воскликнула тетя Мёда. – Гарри, ты в порядке?!

- Д-да, - отвечаю ей.

Поднявшись, я уставился на огромную дыру, уходящую на два этажа вниз. Не успей я среагировать, легко бы точно не отделался. Я бы минимум себе что-то сломал, если бы вообще пережил падение на кучу деревянных обломков.

- Я сейчас спущусь, - сказала она.

- Постойте, тут ступеньки обвалились. Спускаться может быть опасно.

Но она просто трангрессировала ко мне.

Ах да. Это в Хогвартсе нельзя без разрешения директора перемещаться, а тут вполне можно, если делать это в пределах дома.

Мы вместе стали осматривать, что случилось с лестницей. Похоже, доски прогнили, а когда я встал, просто не выдержали. Лишь потому, что я ждал нечто подобного, я и не упал. Мне невероятно повезло остаться в живых.

- Нужно будет починить. Наш дом довольно старый, а эти этажи годами не использовались.

- Ага… Хорошо…

В этот момент я вновь ощутил то самое неприятное и негативное внимание на меня, и оно было почему-то очень рассерженным. Стоило обернуться, как наваждение пропало.

Что-то мне не нравится все это…

Глава 19. Бессонная ночь.

Солнце, клонящееся к закату, в последние свои мгновения власти над миром испускает теплые и яркие лучи, будто желая напоследок отдать хоть капельку своего тепла всему вокруг, пока власть не захватит холодная ночь. Небо окрашивается алым, таким, словно кто-то пролил бутылочку с краской на голубой холст, и влажная жидкость пропитала полотно, которое потом залили желтым, из-за чего лучи на рубиновом небосводе казались золотыми.

Этот закат столь красив и величественен, что затмевает собой все вокруг.

Казалось, можно вечно любоваться этим, но…

Звуки… какие-то звуки ласкают мои уши… Я… где-то слышал их раньше…

Это… волны… волны накатывают на песчаный пляж. Звук прибоя достигает меня и… запах… этот странный соленый воздух, полный свежести и легкой прохладной влаги…

- Проснись… - ласковый голос звучит за моей спиной, и маленькие руки обнимают меня за торс. Чье-то хрупкое и нежное тело прижимается ко мне и держится так крепко, словно боится, что, отпусти она меня, все вокруг исчезнет. – Просыпайся!

Резко открываю глаза.

Вокруг меня темнота, сплошная темнота, в которой ничего не видно. Лишь лунный свет проникает через незашторенное окно.

Блик света надо мной.

Резко голову в сторону - и в подушку что-то втыкается.

- Убью! – звучит хриплый тонкий голос. – Мерзость! Мерзость! Мерзость!

Нечто пытается вновь ударить меня, но я отталкиваю это руками, и оно, словно что-то легкое, улетает в сторону.

Быстро хватаю палочку и мгновенно надеваю очки.

- Люмос!

Огонек загорается на кончике палочки, а затем взмывает под потолок, даря комнате освещение.

Вскоре я сумел рассмотреть нападавшего.

Им оказался… домовик. Но его я раньше никогда не видел. Очень старый, дряхлый и уродливый домовой эльф. Одетый в грязную наволочку, он сжимал в руке кухонный нож и, держась за голову, поднимался с пола.

- Мерзкие, мерзкие, мерзкие, мерзкие, - повторял он, смотря на меня с неистовой злобой. – Убить посягателей и мерзких воров! Убить! Убить! Убить! Убить!

- Ты… кто такой? – спросил я, не двигаясь.

Я знаю, как быстро могут перемещаться эльфы, а потому серьезно опасаюсь за свою жизнь.

- Мерзкий вор, что посмел украсть вещи мастера Регулуса, - заскрипел он зубами и поднял нож. – Умри!

Домовик бросился на меня, но через пару шагов резко остановился и посмотрел на свою вторую руку.

- Где?! – спросил он. – Оно упало! Где оно?! Где оно?!

Он выронил нож и стал ползать по полу в поисках чего-то, при этом крича и рыдая.

Тут дверь открывается - и в мою комнату врывается Сириус вместе с Генни. Видят меня, разорванную подушку, нож и ползущего на полу домовика.

- Что… происходит? – спросил Бродяга.

- Он меня убить пытался, - ответил я, сам еще прибывая в шоке от происходящего.

- А-а-а-а-а-а-а! Потерял! Хозяин, отзовитесь! Хозяин! – кричал домовик.

- А это что? – спросила Генни, указывая на кровать.

Повернув голову, я увидел на одеяле что-то.

Это оказался какой-то… медальон или амулет. Серебряный, на цепочке, со змеей на нем в виде буквы «S».

Поднимаю вещь и рассматриваю.

- Отдай! – кричит домовик и пытается вырвать у меня из руки эту вещь, но я вовремя отпрыгиваю и отвожу руку в сторону.

Перемахнув через кровать, я подбежал к Сириусу и встал рядом с ним, отдав эту вещь ему.

Блэк некоторое время смотрел на данный предмет, а затем его лицо начало стремительно бледнеть, а глаза расширяться.

- Крес… - хотел сказать он, но тут же замолчал. – Кикимер! – он грозно посмотрел на ползающего по полу домовика и пнул его ногой. – Говори немедленно, откуда это у тебя?!

- Я… не обязан… отвечать… мерзкий предатель семьи… - выл этот уродец.

- Я приказываю тебе, как глава семьи Блэк! – повысил он голос.

От этого тона существо сжалось и, поджав большие уши, уткнулось в пол, закрыв голову руками.

- Мастер Регулус дал это Кикимеру… - ответил он. – Он велел Кикимеру уничтожить это… Но Кикимер не сумел… Кикимер никчемный эльф. Кикимер не сумел выполнить последнюю волю хозяина… У-у-у-у-у…

- Немедленно говори, как это связано с Реги, - приказал он. – Что за приказ?!

- Темный Лорд приказал мастеру Регулусу отдать Кикимера ему для какой-то помощи, - говорил этот уродливый искаженный фейри. – Кикимер выполнял приказы Темного Лорда и пришел с ним в какую-то пещеру, где Кикимеру пришлось пить яд и заколдовывать стены. Кикимера бросили в озеро с мертвецами, но мастер Регулус позвал Кикимера, и Кикимер явился. Мастер Регулус вылечил жалкого Кикимера, и Кикимер все рассказал Мастеру, - от его завываний мне стало как-то не по себе. – Мастер Регулус велел Кикимеру доставить его в ту пещеру, и Мастер Регулус прошел все, а затем выпил яд и достал проклятый медальон. Кикимер ничем не мог помочь мастеру Регулусу, он не мог спасти его, и, умирая, Мастер Регулус приказал Кикимеру уничтожить проклятую вещь, но Кикимер не справился… - взвыл домовик. – Кикимер не смог исполнить приказ!

Мы молча слушали его и не особо понимали, что происходит. Позади послышались всхлипы. Обернувшись, мы с Генни увидели плачущую тетю Меду. Женщина упала на колени и лила горькие слезы, услышав все это.

- Почему ты не сказал мне?! – скрежетал зубами Сириус. – Почему ты ничего мне не сказал?!

- Мастер Регулус пытался попросить мерзкого предателя Сириуса о помощи, - огрызнулся Кикимер. – Но мерзкий изгнанник не захотел помогать ему! Он бросил Мастера Регулуса, когда должен был помочь! А потому Кикимер не стал бы просить о чем-то мерзкого предателя!

Сириус просто рухнул на колени, и из его глаз потекли слезы. Он крепко сжимал этот медальон и рычал, словно дикий зверь в неистовой, но бессмысленной злобе.

А мы с Генни так и стояли, не зная, что нам делать и как быть…

***

Альбус Дамблдор сидел в своем кабинете в пижаме и задумчиво смотрел на предмет у себя на столе. Когда Сириус связался с ним, он сначала не хотел отвечать, так как сильно устал за день, но, когда тот сообщил, что нашел крестраж, сон как рукой сняло.

Директор принял Блэка у себя, выслушал его и забрал медальон. После чего он уже выслушал полный рассказ от Кикимера.

История, рассказанная домовиком, была очень трагичной и печальной. Все же юный Регулус Блэк не был последователем идей Волдеморта. Мать заставила его пойти на сторону Пожирателей, сама, не понимая, что отдает своего сына в рабство. Но даже так малыш Реги не хотел быть злом и пытался бороться, вот только был слишком слаб и не имел единомышленников.

Он хотел искупить свои грехи, что ему пришлось совершить на службе Темного Лорда, и отдал свою жизнь, дабы хоть как-то исправить это.

Сам же Альбус поражался тому, как все могло бы обернуться, не случись всего этого. Если бы Гарри не взял одежду Регулуса и Кикимер не разозлился, не попытался убить его, то никто бы так и не нашел этот крестраж.

Дамблдор ведь не раз бывал в доме на площади Гримо, но ни разу так крестража и не мог ощутить.

«Магия эльфов может скрыть даже такое».

Все же фейри очень сильные создания, раз даже их искаженные родственники способны скрывать темные артефакты такого уровня.

Если бы крестраж был не найден, то Альбус отправился бы на его поиски в ту пещеру и наверняка бы погиб, ища его, и все было бы напрасно.

«И что же теперь делать?» - спрашивал он сам себя.

Он планировал отправиться на поиски того крестража с Генни, чтобы показать ей, как это опасно и сложно, показать, что сама она не сможет их все добыть и что ей не нужно отдаляться от друзей и думать, что все сможет сама. Но теперь это придётся отложить и план пересмотреть.

«Все начало идти наперекосяк с самого начала».

Сначала пропажа Гарри, затем смерть Сивого, возвращение мальчика, нападение на парк и вот находка крестража. Все это, будто снежный ком, нарастает и нарастает, и к чему может привести, он даже предположить не мог, но останавливаться уже поздно. Лавина набрала силу, и, каков будет итог, он просто не знал.

- И, главное, что же теперь делать? – спросил он вслух.

- Ну, - сказал Северус, которого пришлось срочно вызвать, - уничтожать крестраж пока не стоит. Темный Лорд явно почувствует это, а затем начнет активно их перепрятывать.

- Может, оно и к лучшему? – задумался директор. – У нас больше нет возможности проникнуть в память Тома. Но если он начнет активно перепрятывать оставшиеся, то мы можем попробовать отследить их, по крайней мере, некоторые.

- Возможно, - не стал отрицать зельевар. – Но оправданы ли риски?

- Не знаю, - честно признался Альбус. – Я уже просто не знаю, что мне делать.

Он тяжело вздохнул и откинулся на спинку своего трона.

Он ненавидел быстро принимать решения, старался взвешивать все варианты и обдумывать каждый ход, но с крестражем нужно дело решать, как можно быстрее. В конце концов, времени у Альбуса осталось не так уж много.

- Ладно, - произнес директор. – Пока спрячу его. Может, найдется способ, как через него найти другие.

- Я тоже поищу какие-нибудь варианты, - пообещал Северус. – Что насчет «крота»?

А вот эта тема неприятная.

В Ордене, похоже, завелся очередной предатель.

Пожиратели не могли угадать, где Генни и остальные будут в тот день, многие о месте назначения вообще узнали прямо перед отправкой, а подготовить и спланировать атаку за столь короткий срок физически невозможно. А потому вывод напрашивается сам собой - он узнал обо всем заранее. Беда как раз в том, что о месте назначения заранее знало очень мало людей.

Это Сириус, Альбус, Римус и все. Даже Северус ни о чем не знал, а потому круг подозреваемых невероятно мал. Римус не мог, так как он сам пришел к Альбусу и позволил себя сколько угодно проверять, и его проверили. Сириуса тоже, хотя это было бы глупо, но все равно.

- Быть может, Блэк сам проболтался кому-то? – фыркнул Северус. – Всем известно, какое он трепло, а потому выболтать секретную информацию вполне мог.

- Сириус не настолько глуп.

- Что-то я сомневаюсь.

Альбус решил не продолжать данный спор. Яда у Снейпа все равно больше, а проклинать и оскорблять старого школьного врага он может хоть вечность.

- Что обо всем этом говорит сам Том?

- Он в ярости от того, что узнал, - ответил Северус. – Он сам был не в курсе, и потому чье-то самоуправство вызывает в нем просто бешенство. После убийства Сивого Темный Лорд стал вести себя крайне осторожно. Изначально у него были большие планы атак как на магический, так и на магловский мир. Но после такого показательного убийства он решил, что в игру вступила третья сторона, и стал выжидать нового хода этого… Тени.

- Тени?

- Так его прозвал сам Темный Лорд, - пожал он плечами. – Не знаю, чем он руководствовался, но, возможно, ему известно что-то большее, вот только этим он не делится.

- Говорил ли он что-то о Гарри?

- Нет. Ему и не интересно было. Разве что бросил пару фраз, как можно было бы через него добраться до Поттер, но узнав, что они не ладят, просто махнул рукой. Мальчишка его не интересует вообще.

Что ж, это хорошо.

Слежка за мальчиком ничего странного не обнаружила, лишь прогнозируемые изменения в личности. Стал более активным физически и сдержанным эмоционально. Жаль, домовики не могут следить за ним постоянно.

- Ладно, мне нужно обдумать всю ситуацию и пересмотреть планы, - сказал Альбус. – О случившемся никому не говори, и лучше, чтобы об этом никто не знал. Я уже попросил Сириуса молчать, а его домовик пока побудет в Хогвартсе.

- Я поищу что-нибудь по поисковым заклятьям, - кивнул Северус, поднимаясь.

- Доброй ночи, Северус.

- И вам приятных снов, Альбус…

Зельевар покинул кабинет и ушел к себе, а Альбус, спрятав медальон в специальный сейф, сам отправился спать. Думать над планами лучше на свежую голову…

***

Никто точно не знал, что произошло в данный момент. Никто и предположить не мог, что такое может случиться, но ряд событий, произошедших за последнее время, привел ситуацию к этому результату.

Крестраж в сейфе директора и еще один, спрятанный в глубинах Выручай-Комнаты, начали… пульсировать, словно пытаясь связаться друг с другом…

Глава 20. Топя горе в стакане.

Опрокинув еще один стакан, Сириус вытер слезы и налил себе новую порцию алкоголя. Увы, пить пришлось в одиночестве, так как Лунатик уже как неделю на задании Альбуса, а потому Бродяга только и мог, что в одиночестве глушить боль в огневиски.

Он выпил еще и налил снова, пытаясь заглушить ужасные муки в своем сердце. Алкоголь грозился скоро уже закончиться, но сейчас это мало его волновало. Хотелось просто забыться и исчезнуть, раствориться и забыть все, лишь бы боль ушла из него.

Дверь в его комнату открылась, и внутрь вошел…

«Джеймс? – подумал он с некой надеждой в душе, но надежда быстро рассыпалась о жестокую реальность. – А, это просто Гарри»…

- Сириус, - мальчик подошел. Он выглядел очень взволнованным и обеспокоенным. – Ты в порядке?

- Я… в норме… - соврал он. – Просто… просто…

- Если хочешь выговориться, я могу выслушать тебя, - сказал парень. – Мне не впервой.

- Приходилось слушать нытье пьяных мужиков? – грустно усмехнулся он, опрокинув еще стакан.

- Дядя Вернон редко напивался, но когда все же глушил горе в стакане, то ему нужен был собеседник. А я умел сидеть тихо и слушать.

- Он… бил тебя? – его голос слегка дрожал.

Он знал, что, отправив мальчика Петунье, обрек того на не самую счастливую жизнь, но всячески старался отстраниться от любой информации о нем. Сейчас же, когда ситуация резко поменялась, ему было страшно узнавать подробности жизни мальчика. Чем больше он узнавал, тем больнее ему становилось.

- Нет. Дядя, может не был от меня в восторге, но никогда не бил, - покачал он головой. – Мои отношения с родственниками были не очень хорошими, но все же до рукоприкладства, издевательств, голодовок и прочего никогда не доходило.

- Ясно…

Сириус выпил еще, а Гарри присел в кресло напротив.

На секунду Блэк будто вновь увидел то время, когда он сидел так и выпивал в компании своих лучших друзей – Мародеров. Рядом всегда был Джеймс и всегда придумывал тему для их пьяного разговора. Наклюкавшийся Питер поддакивал и хохотал, а самый трезвый из-за высокой сопротивляемости алкоголю Римус пытался не дать их больной фантазии перейти в активную фазу.

Как когда Сохатый предложил переодеться в девчачьи шмотки и пробраться в женское общежитие, чтобы повеселиться. Конечно, одежка никогда бы не обманула сигнальные чары, но тогда такие мелочи их мало волновали. Хорошо Римус сумел найти только те паршивые платья, и Джеймс отказался надевать что-то, не подходящее ему под цвет глаз, а то ведь реально бы пошли.

Да, веселое было время… самое лучшее…

- Моя семья была не самой приятной, - начал он. – Отец рано умер, а мать - то ли от горя, то ли еще от чего - начала постепенно сходить с ума, - он налил алкоголя в стакан. – Она была строгой и требовательной к нам с моим младшим братом и кузинам. Хотела вырастить из нас таких же снобов и ненавистников маглов, как она. Не знаю, может, маглы отца и убили, или еще что, но все связанное с ними и нечистокровными она люто ненавидела и пыталась нам все это привить, - он пожал плечами. – Кузины учились в Хогвартсе, потому от ее влияния были более-менее защищены, а вот нас с братом она мучила постоянно. У меня был характер и смелость, а потому я перечил ей и защищал Реги, за что часто был наказан. Зато задница после такой жизни у меня как камень стала, - рассмеялся он. Вспомнил, как ему кнопки на стул подложили, а он их даже не почувствовал и целый урок спокойно сидел. Вообще-то, тогда он заклинанием штаны укрепил, но сделал вид, будто ничего не заметил. Вытянувшиеся рожи тех придурков стали отличной наградой за терпение. – Но, когда я ушел в школу сам, бедняга Реги остался с ней один… Брат ведь был младше меня…

Он вздохнул.

Тогда он ничего не мог поделать, но был так опьянён свободой от надзора, что из его пустой головы окончательно вылетели всякие мысли.

- Я поступил на Гриффиндор, что явно взбесило мамочку, - он фыркнул. – Это наши отношения испортило еще сильнее, но в то же время мы с братом тоже начали отдаляться. Я не знал, проникся ли он к матери сочувствием или притворялся, чтобы она не пилила его, но он старался соответствовать ее требованиям. Поступил на Слизерин, и мы с ним потом редко говорили. Я… я поддался этой глупой межфакультетной войне и считал всех Змей врагами, так что и с братом больше не говорил… Наши жизненные пути с Реги разошлись, - он вздохнул и выпил еще. – Потом мы с матерью рассорились, и я ушел из дома, и приютил меня тогда Джеймс. Его родители умерли вскоре от драконьей оспы, потому мы стали с ним особенно близки, как братья…

Многие почему-то думали, будто у Сириуса и Джеймса были какие-то романтические отношения, но это вообще не так. Блэк никогда из этих не был, а Джеймсу нравилась Лили, но он так и не нашел того, кто эти слухи распространял. Скорее всего, это был Нюниус: только он мог придумать столь жалкие попытки очернить их.

- После школы я пошел в Аврорат с Джеймсом, а затем и к Ордену Феникса присоединился, и вместе мы боролись с Пожирателями Смерти… - он прервался. – Среди которых оказался и Реги… Мой родной брат был моим врагом… Это было ужасно, но тогда я даже не пытался понять его или поговорить. Свято уверенный, что все Пожиратели – Зло, а мы – Орден – Добро, я игнорировал все попытки Реги связаться со мной… Даже его последнее письмо я сжег, не читая… А ведь столько можно было избежать…. Если бы я переступил через свою гордыню…

Он проклинал себя за эти ошибки, он ненавидел себя и не мог простить.

- Прости меня, брат, прости… Я так сожалею…

Как же было приятно жить в иллюзии и свято верить в Добро и Зло, что мир поделен на Черное и Белое, что он на стороне добра… Но после предательства Питера эта вера рухнула. Предательство, потеря друзей и… несправедливость, случившаяся с Гарри… Это чуть было не сломало его… Но лишь Сохатик не дала ему умереть… Лишь ради нее одной он сейчас живет…

- Мне очень жаль, Сириус, - произнес Гарри. – Я… никогда не смогу понять, что вы сейчас чувствуете… он опустил голову. – Разве что отчасти… Я в своей жизни потерял лишь родителей, но… я даже толком не знаю, как они выглядят…

- Что? – удивился Бродяга и чуть бутылку не выронил.

- У меня нет их фотографий, а мне лишь говорили, что я похож на отца и глаза, как у мамы, но, как папа выглядел в молодости, я узнал, заглянув в Омут Памяти Снейпа… Ну и школьные фотографии видел, но там они еще дети… Потому мне сложно сказать что-то конкретное… - он почесал затылок. – Мне сложно понять, что ты чувствуешь. Мои родственники старались не замечать мое существование. Я даже имя свое только в шесть лет узнал… - он вздохнул. - Мне посоветовать тебе нечего… Зря я вообще начал говорить об этом… Прости… Я сам уже запутался, что хотел сказать…

- Ничего, - он грустно улыбнулся. Этот мальчик искренне хочет помочь ему, но просто не знает, как. Это мило. Он и правда больше похож на Лили своим характером. Такой же добрый. – Посиди со мной… немного…

Мальчик кивнул, а Сириус, выпив еще стаканчик, начал погружаться в спасительное беспамятство…

***

Когда Сириус заснул, я забрал у него бутылку и стакан, отодвинул столик от кресла, а самого мужчину накрыл покрывалом с дивана. Самого его перекладывать я не стану, не подниму, а магией перенести - не уверен, что смогу, ронять его не хочется.

Покинув его комнату, я закрыл дверь.

- Долго ты тут? – спросил я Генни.

Та сидела у стены и, обняв коленки, смотрела в пол.

- Не твое дело, - буркнула она.

Не мое, так не мое, спорить сейчас у меня нет никакого желания.

- Не люблю, когда Сириус пьян, - произнесла сестра. – Он… просто невыносим…

Генни как-то необычно тиха.

- Как тетя Меда?

- Уже уснула.

- Ясно… Иди и ты спать, - сказал я. – А мне нужно новую подушку найти…

Я ушел оттуда, оставив Генни одну. Та не стала там задерживаться и вскоре отправилась к себе. Я же, занеся бутылку и стакан на кухню, нашел себе новую подушку, а старую, что встретилась с ножом, выкинул.

Лег в кровать и закрыл глаза, мечтая лишь вновь увидеть тот прекрасный закат и почувствовать нежные руки, обнимающие меня…

Глава 21. Потускневшее сияние.

После той памятной ночи прошло несколько дней, и жизнь в доме 12 на площади Гримо постепенно приходила в норму. Взрослые не хотели говорить о произошедшем, а мы с Генни данную тему не поднимали, старательно делая вид, будто ничего не случилось.

Мы даже пару раз ссоры затевали, просто чтобы отвлечь тетю Меду от мрачных мыслей и сконцентрироваться на том, чтобы наш конфликт прекратить. Пожалуй, это был первый раз, когда мы с сестрой пытались добиться чего-то вместе ради кого-то другого.

Друзьями нас это не делало, но ради тетушки Андромеды мы постарались как-то примириться с существованием друг друга. Хотя бы на время.

С Сириусом же все более-менее нормально. После той ночи он протрезвел и зарылся в работу, дома появляясь только под вечер.

Ему тоже нужно время, ну а мы просто подождем.

В целом же жизнь тут не изменилась. Я все также бегал, готовил и учился в библиотеке, а Генни тренировалась, уплетала приготовленные мной пироги и большую часть дня проводила в Норе со своими друзьями.

Мне же от этого было только лучше.

Я просто отдыхал от шума и занимался своими делами, попутно пытаясь разобраться в себе.

Когда напал домовик, меня будто что-то предупредило. Того странного сна с девушкой я больше не видел, но, скорее всего, приснился он мне после «обнимашек» с Гермионой. Ну, когда она сидела у меня на спине, вот и приснилось такое. Чувство было знакомым.

Но, вот как я почувствовал опасность, мне не понятно.

И ощущалось это все словно предчувствие, как тогда с лестницей. Я будто осознал, что если сделаю шаг, то погибну, и когда спал, то тут же проснулся и среагировал на угрозу. Словно это не девушка мне что-то говорила, голос которой я не могу вспомнить, а будто внутри меня что-то вскрикнуло и потянуло.

«Что же со мной происходит?»

После месяца в неизвестности я возвращаюсь. Кошмары и головные боли резко прекращаются. Благодаря тому, что я теперь высыпаюсь и проблем с едой у меня нет, эмоции не так сильно фонтанируют. Просто я, когда голодный, то становлюсь раздражительным, а из-за недосыпа аппетит был не очень, вот и нервы тоже сдавали, но теперь-то таких проблем нет. Да и музыка помогает успокаиваться, когда накал чувств становится слишком сильным. Потому на пятом курсе мне было так хреново. Теперь же, когда эмоции не так сильно властны надо мной, я могу в спокойной обстановке обдумать все.

И чем больше я думаю, тем больше боюсь.

Далее происходит стычка с троллем.

Реакция у меня была вполне обычной. Я от василиска также бегал, хотя там все же то ли выносливость была получше, то ли не помню уже просто, но тут я выдохся быстро. Вероятно, потратил больше магической энергии, чем думал. Затем мое необычное состояние, когда улучшилось зрение и идеально получилось Секо.

Ну и тот голос… До сих пор не понимаю, что это было.

Кстати, я потом проверял насчет магии.

У меня и правда Секо, оказывается, весьма неплохо получается. Ударные, взрывные, поджигающие и просто проклятья применяются через раз, но вот режущее выходит крайне легко. Сам от себя такого не ожидал.

Поскольку в доме не только тренажерный зал есть, но и комната для магических дуэлей, там я смог отработать пару заклинаний. А благодаря тому, что на моей палочке Надзора нет, то и колдовать я мог свободно. Плюс, я не делаю ничего секретного, потому и не скрывался.

Да и умение использовать что-то одно мастером магии меня не делало.

Генни, конечно, хмыкнула, увидев, что у меня что-то получается, но одно дело уметь применить, а другое - понимать, когда и как применять. У меня было умение использовать, но вот опыта нет, а потому, чтобы это заклинание было хоть сколько-нибудь полезным, мне нужно много тренироваться, а лучше - участвовать в дуэлях.

Но пока не с кем. Сестра не горит желанием мне помогать, а предложить ей в награду нечего, потому придется обойтись пока. Может, потом найду, чем ее убедить.

Ну и одно заклинание всегда будет бесполезно в битве. Если я буду применять только его, то это будет предсказуемо, и защиту против такого очень легко и быстро выстроят, и моя сила станет бесполезна.

- А я только порадовался, что научился чем-то хорошему, - вздохнул я. – Ладно, будем…

- БУ!

- УАХ! – подскочил я от неожиданности и отпрыгнул.

- Хи-хи-хи-хи-хи, - рассмеялась Гермиона, смотря на меня.

- Ты… - зарычал я.

- Прости, ты так увлеченно о чем-то думал, что я не могла удержаться, - вытерла девушка слезы от смеха. – Привет, Гарри.

- Привет, - буркнул я. – Тебе уже лучше?

- Да, я в порядке, - она присела на стул. – Главное, ничего родителям не рассказывать, а то они меня быстро бы в какой-нибудь бункер спрятали.

- Тебе стоит ценить их заботу, - упрекнул я девушку. – Они же волнуются за тебя.

- Да знаю, - вздохнула она. – Но я в порядке.

- Понимаю, - решил я не продолжать эту тему. – Как там Уизли? После травмы мозга хоть что-то в черепе осталось?

- Некрасиво так шутить, - надула она губки. – С Роном все хорошо. Всем показывает свое «боевое ранение».

- Та рана, что он получил от взрыва и отрубился? – уточнил я.

Она кивнула.

Минута молчания…

- Должно быть, он гордится своей отвагой и вкладом в победу, - усмехнулся я.

- Каким вкладом?

- Под ногами у Генни не путался.

Она на меня сердито посмотрела, но все же улыбнулась. Да, шутка грубая, но смешная, ей пришлось это оценить.

- А ты тут, кстати, какими судьбами? – решил я сменить тему разговора. – Генни же там, у вас в Норе.

- Да я к тебе на минутку зашла, - сказала она, чем меня сильно удивила. – У них там все равно квиддич, а мне он не интересен.

- А, самая бестолковая игра в мире, - фыркнул я. – Ловец там вообще не нужен.

- Меня никто не слушает, - вздохнула она. – Этому миру нужна интеллектуальная революция.

- Или напалм.

- Хи-хи-хи, возможно, так вот, - она достала из кармана листок. – Ты свои результаты СОВ обронил.

- А, так вот где его посеял, - хмыкнул я, забрав листок. – Спасибо.

- Но, Гарри, - она нахмурилась. – Твои результаты же очень хороши. Почему ты о себе такого низкого мнения?

- Какая разница, что там написано, - фыркнул я. – По сравнению с ее оценками мои - ничто. Хочу я того или нет, но меня все равно будут сравнивать с ней. Не важно, каких успехов я добьюсь, стану ли я мастером в какой-то отрасли или вообще хоть Мерлином. Меня всегда будут сравнивать с ней… и сравнение всегда не в мою пользу.

Да, какой смысл в «Превосходно», если Генни все равно будет на шаг лучше меня?

Она недосягаемый для меня предел, которого я никогда не достигну. Потому нет смысла напрягаться в том, чего я добьюсь и что смогу, все равно буду в дураках.

- Это заведомо проигрышное мышление, - покачала она головой.

- Может быть, - вздохнул я. – Но в будущем это точно исправится.

- У тебя есть какой-то план?

- Не совсем, - поднял голову к потолку. – Учитывая ситуацию в стране и мою жизнь, я не уверен, что долго проживу. Я буду пытаться выкарабкаться, и если у меня все же получится выжить, то после школы я уеду из страны.

- Уедешь? Куда это ты собрался?

- Не знаю, - пожимая плечами. – Куда-нибудь подальше. На восток, наверно. Сменю имя, изменю внешность и стану как можно меньше похожим на нее… Уеду туда, где меня не будут сравнивать с ней, где меня никто не знает и где оценивать будут лишь по моим поступкам.

- И не вернешься?

- Нет, зачем? – хмыкнул я. – Меня тут никто не ждет, и для меня здесь нет места.

- Мне казалось, тут тебе нравится…

- Мне нравится тут… Сириус очень хороший человек, тетя Меда классная, Нимфадора терпима, пока руки не распускает, - усмехнулся я. – Но я чувствую, что тут чужой… Это не мой дом, это не моя семья - я здесь просто гость. Желанный, любимый, но все же гость…

Она стукнула меня по плечу:

- Я буду не против тебя видеть.

Приятные слова.

Хоть кто-то будет мне рад, что согревает немного.

- Полегче со словами, мисс Грейнджер, иначе я могу подумать, что вы пытаетесь меня соблазнить.

- Возможно, - подвигала она бровями.

- Прости, красотка, но «вишню» мою тебе не сорвать.

По моей голове прилетел удар книгой. Легкий, почти шуточный… Предупреждающий. Так как книгу она может взять потяжелее, и это уже будет покушение на убийство.

- Не будь вульгарным, Гарри, - надулась она. – Я знаю, ты можешь отлично шутить, не переходя границ приличия. Когда мы были все вместе, ты неплохо нас смешил.

- Как клоун, - грустно улыбнулся я.

- Гарри, насчет того, что тогда…

- Давай не будем об этом, хорошо? – попросил я. – Я не хочу вспоминать о самом ужасном, что было в моей жизни.

- Хорошо, - не стала она настаивать. – Но знаешь…

- Герми! – послышалось со стороны. Из камина выглянула голова моей сестрицы. – Ты где там?

- Иду! – ответила она. – Прости, Гарри.

- Ничего. Удачи.

Девушка убежала к своим, а я остался сидеть один и думать над тем, что только что случилось. Что, возможно, в этом мире все же есть кто-то, кому я хотя бы не безразличен…

- Нет, - мрачно произнес я. – Лучше не сближаться… Еще одного предательства я не переживу.

Заткнув уши наушниками, я включил мелодию под настроение и открыл книгу.

Лучше не думать об этом…

Remember when you were young

You shone like the sun

Shine on you crazy diamond

Now there's a look in your eyes

Like black holes in the sky

Shine on you crazy diamond

You were caught in the crossfire

Of childhood and stardom

Blown on the steel breeze

Come on you target for faraway laughter

Come on you stranger

You legend

You martyr

And shine

«Pink Floyd - Shine on You Crazy Diamond»

***

Перед тем, как уйти, Гермиона посмотрела напоследок на Гарри и грустно вздохнула. Он надел наушники и отвернулся к книге, а она лишь могла только уйти. Она хотела поговорить с ним, но каждый раз что-то ей мешало, или она сама не решалась начать разговор.

Он же и сам не хочет говорить об этом. Она знала, почему, помнила, видела все своими глазами, и ей больно от того, что все потеряно и вряд ли будет как раньше. Но ведь когда-то поговорить об этом нужно, но каждый раз что-то мешает или они сами не могут.

- Прости, Гарри, - прошептала она, встав в камин. – Но я не могу забыть те веселые дни…

- Генни, Гермиона, а что вы думаете об этом способе? С ним можно обойти дракона? – широко улыбнулся парень, смотря на них.

- Легко! – встала в героическую позу Генни. – Да я его с ноги уделаю, а затем провозглашу себя Пожирателем Драконов!

- Скорее Пожирателем Пирогов, - хихикнула Гермиона и тут же уклонилась от подушки.

- Цыц, Пушистик! Не порть мгновение моей славы!

- Сидеть в брюхе дракона – славы нет.

- Ну, если вас проглотил дракон, у вас всегда есть два выхода.

- Ха-ха-ха-ха!

- Хи-хи-хи!

Глава 22. Любопытство.

Новый день в доме 12 на площади Гримо начался шумно. Нас с Генни подняли пораньше, и довольный Сириус заявил, что мы идем за покупками. Мне нужна одежка, а Генни так и не купили подарок на день рождения.

При слове «подарок» сонная сестрица тут же очнулась и была готова хоть в пижаме бежать. Так что она пулей улетела к себе и за пять минут была готова. Потом, конечно, ей пришлось переодеваться, так как она и штаны шиворот-навыворот надела, ветровка оказалась грязная, да и хоть в сколько-нибудь приличное состояние волосы привести тоже надо.

Короче, пока она бегала туда-сюда, я успел завтрак приготовить, сам одеться и быть готовым.

В этот раз в поход отправлялись только мы втроем, то есть: я, Генни и Сириус, и никакой дополнительной охраны. Что странно. Хотя более чем уверен, что несколько человек тайно за нами следует, так что волноваться нет смысла.

Как все были готовы, а точнее, Генни, которую тетя Меда отправила опять переодеваться в чистое, причем все ее одежды были разными вариациями джинс и другой унисекс одежки. Моя сестрица принципиально не носила «девчачье тряпье», как она называла юбки и все остальное, косметикой тоже не пользовалась, но с ее внешностью ничего и не нужно. Сильные маги всегда красивы, а Генни, несмотря на мальчишечий вид, была довольно привлекательна и мила, да и спутать ее с парнем разве что на первом курсе могли, а теперь стала женственнее, но все равно стоически отвергала кукол и прочее «бабское недоразумение».

Так или иначе, мы первым делом отправились в магловский магазин одежды, где мне относительно быстро подобрали одежду.

У меня появилась мысль, что приди мы сюда с тетей Медой, то могли задержаться на очень долгое время, но поскольку всем было в основном пофиг, то накупили чего поприличнее и хорошо смотрелось, а качество заменяли количеством.

Я, разумеется, отнекивался и не хотел брать слишком много или дорого, но Сириус только махнул рукой и все равно купил. Генни тоже что-то купили, но что? Она не сказала, могу предположить, что белье или купальник, но нам она не скажет. Да мы и не станем спрашивать.

После того как покупки были уменьшены до размера спичечного коробка и убраны в карман, мы отправились в Косой Переулок. Там нужно подобрать подарок, да и перекусить не помешает.

- Это здесь, - сказал я, когда мы проходили мимо того, что осталось от лавки Олливандера.

Место почти полностью сгорело, явно изнутри было взорвано. Это чудо что сам мистер Олливандер не погиб, но, что с теми, кто на него напал, не ясно. Если те слухи, что мне поведал Стенли правда, то тут орудовал кто-то очень сильный и опасный. Раз он оборотня убил. Хотя судить я не могу, ведь ничего толком не знаю.

Мы некоторое время стояли перед магазином.

Тут каждый из нас получал свою первую палочку.

Я помню, когда покупал свою.

Мистер Олливандер очень добро улыбнулся мне и спокойно объяснил, что такое палочки и для чего они нужны. Я тогда был немного напуган новым окружением и толпами людей, но этот дедуля, видя мое состояние, ласковым голосом, спокойно пояснил все и помог подобрать палочку.

Бук и перо феникса.

Это была очень своеобразная палочка, не всегда меня слушалась, но мне она чем-то нравилась, и я о ней заботился. Жаль, ее больше нет, я к ней очень привык. Мне порой кажется, что эта палочка не до конца покинула меня и где-то рядом, но я никак не могу ее найти. Рука порой будто тянется к чему-то, но ничего не может нащупать. Странное чувство. А эта, что у меня сейчас пусть и неплохая, но ощущается немного чужеродной, словно у меня с ней связь есть, но не такая сильная, как с прошлой. Надо бы спросить из чего она, а то так и не удосужился.

- Идем, - потянул нас Сириус. – Поедим мороженого, а затем пойдем в последнее место.

Мороженое было довольно вкусным. Генни даже изменила своей диете и тоже поела, но не особо много, так как не хотела наедаться. Мне порой кажется, что она хочет, чтобы окружающие ее уговаривали покушать сладостей.

После этого мы двинулись к последнему месту в нашем походе.

«Всевозможные Волшебные Вредилки» действительно внушали и своим видом привлекали внимание. Уж что-то, а в рекламе близнецы Уизли явно очень многое понимали, а потому, даже несмотря на не особо оживленные улицы, их магазин был популярен, и народа тут дофига.

- Ребята, привет! – замахала Генни рукой и побежала к рыжим близнецам.

- О, наша совладелица прибыла, - сказал Фред или Джордж.

- Госпожа начальница, будет от нас требовать отчета? – усмехнулся Джордж или Фред.

- Разумеется, также долю от продаж, - рассмеялась она. – Думаю, 99% будет честно.

- Ты без ножа нас режешь.

- Сжалься, о Тиран!

- Я подумаю, смертные! Бу-га-га-га!

К ним вскоре подошли и мы.

- Привет, Сириус. О, и Гарри нашелся! – удивились они. – Ты где пропадал?

- Без понятия, - пожал я плечами.

- Ну, что, парни, как вам те идеи, что я подкинул? – спросил Блэк.

- Кое-что мы сумели реализовать, - потерли они руки. – Вот.

Они показали ему на витрину под названием «Наследие Мародеров», на которую Сириус тут же отвлекся, явно о чем-то веселом вспоминая. Похоже, он рассказал им, чем пользовался он сам в молодости, и они эти шутки воплотили.

- Надеюсь, самые опасные вы оттуда убрали, - негромко спросил я.

- Не боись, за товар ручаемся, - хлопнул меня по плечу один из близнецов. – Да и сами понимаем разницу между шутками и издевательством.

- Я помню, - скривился я. – Ваш братец много ваших «игрушек» на мне испытал.

- Мы не знали, для чего он их использует, - с серьезным тоном сказал один.

- Когда стало известно, то перестали делиться с ним, - подтвердил второй. – Розыгрыши – они для веселья, а не для травли.

- У людей разное представление о «веселье», - кивнул я в сторону Сириуса.

Пусть он и приятный человек, но то, что он до сих пор гордится тем, что делал в школе, меня напрягает. Жертвам никогда не понять веселья мучителей.

Будучи главной игрушкой для битья хулиганов, меня товары близнецов не особо радовали, ибо использовали их в основном на мне. Сами они этого не делали, но их никто и не спрашивал. Так что в некотором роде, профессора Снейпа я могу понять, но все же изливать свою ненависть на тех, кто к твоим издевательствам не имеет никакого отношения, по мне отвратительно. Как бы мне самому таким не стать.

- Ладно, - вмешалась нетерпеливая Генни. – Хватит об этом болтать. Мне нужен плеер! Я знаю, они у вас есть!

- Хо, быстро слухи расходятся, да, Фордж?

- Лучшие вещи для лучших клиентов, Дред.

Они показали витрину всяких плееров, которые были переделаны на использование магии.

Наконец, увидев их, у меня возник странный вопрос, который почему-то не волновал меня все эти дни.

«А мой плеер откуда?»

Об этом я как-то раньше не задумывался. Мне просто его подарили, я его использовал, и все, никаких вопросов у меня это как-то не вызывало. Странно.

Я его ни разу не заряжал, но он работает и батареек не требует, а музыки в нем так много, что я за все эти недели так до конца и не дослушал.

- Эй, парни, - обратился я к ним. – А это не ваше?

Близнецы взяли мой плеер и осмотрели его. Их лица стали какими-то серьезным и нахмуренными, они о чем-то переглядывались, а затем кивком позвали нас чуть в сторону, после чего наложили чары против прослушки.

- Откуда это у тебя?

- Мне прислал это какой-то «Друг», когда я очнулся в больнице после комы, - ответил я. – Это у вас куплено, да?

- У нас ли, - хмыкнул один.

- Это куплено за час до убийства Сивого, - заявил второй.

Мы с Генни переглянулись.

Такого явно никто не ожидал.

- Рассказывайте.

Парни еще раз осмотрелись, чтобы убедиться, что нас не подслушивают.

- Мы в тот день только открылись, и покупателей еще не было, - начал, кажется, все же Фред. – И к нам пришел первый клиент…

- Как он выглядел?

- Мы не знаем, - хором сказали они. – Вокруг него был какой-то морок или отводящие глаза заклятье. Мы никак не могли сконцентрироваться на его лице и всем остальном. Он улыбнулся нам, кажется, а затем спросил, что мы продаем из переделанных магловских вещей. Ну, мы и показали ему плееры, чем он заинтересовался. Купил самый вместительный на память и крепкий, плюс попросил дополнительно зачаровать на прочность.

- Да, сказал, что-то вроде: «Жизнь легкой не бывает», - или типа того, - кивнул Джордж.

- После этого расплатился и ушел. А через час случается взрыв в магазине Олливандера и все остальное.

- Это точно он? – указываю я на плеер, который они мне вернули.

- Точно. Мы свою работу везде узнаем.

Да уж.

Все страннее и страннее.

Сначала палочка, теперь плеер.

Что тут вообще происходит? И, главный вопрос, если кто-то не хочет раскрываться, то зачем делать такие явные намеки? Не понимаю.

- Что можете рассказать о нем? – спросил я. – Как он говорил?

- Точно не помню, - нахмурился один из них. – Наш разговор у меня почему-то толком в памяти не отложился. Видать, помимо отвода глаз еще и что-то ментальное использовал. М-м-м-м… Ну-у-у-у-у… Он разговаривал с нами так, будто знает нас.

- Как друг или знакомый?

- Нет, скорее, будто кто-то нас ему рекомендовал.

- Это как?

- Ну, мы как-то рекламу делаем, и клиентов у нас немало было. Вот и в разговоре казалось, что он с нашим клиентом знаком, и ему посоветовали что-то купить у нас.

Странно как-то.

Что-то сомневаюсь, будто этому «другу» нужны шутки и вредилки, а кроме этого, Уизли ничем особым и не торгуют. Ну, я, по крайней мере, не знаю.

- Вы ничего не можете вспомнить еще? – спросила Генриетта. – Может, какие-нибудь детали?

- Нет, я не помню, - покачал головой Джордж.

- О! Я вспомнил! – сказал Фред. – У него были просто офигенные сапоги.

- Сапоги?

- Да, я такой обуви никогда в жизни не видел, - с неким восхищением произнес Уизли. – Выглядели они как что-то не сшитое, а связанное из множества темно-красных кожаных полос. Полоски оплели ногу, голень и до колена, подошва и края наверху были белыми. Никаких шнуровок или прочего на них не было, они будто не надеваются, а оплетают ноги сами. Очень классно смотрятся.

- Можете воспоминание предоставить? – попросила Генни.

- Да.

Фред выдал нам воспоминание о том дне.

После этого мы вернулись к Сириусу и решили пока ничего ему не говорить. Точнее, Генни решила умолчать и мне сказала не разбалтывать. Обещала потом объяснить. После этого ей купили собственный плеер, примерно такой же, как у меня, но внешний вид другой. Также приобрела, кроме наушников, пару динамиков, чтобы музыку можно было в спортзале слушать свободно.

После этого мы с все вернулись домой. Сириус умотался куда-то по срочным делам, а тетя Меда ушла к подруге поболтать.

- Итак, - посмотрел я на сестру. – Почему мы должны все скрывать?

- А мы все скрывать и не будем, - усмехнулась она. – Просто сначала посмотрим сами.

Она направилась к комнате Сириуса.

- Мне надоело, что от меня постоянно все скрывают. Даже тут: «Молчи, не делай глупостей», - и прочее, а я имею право знать, - ворчала Генриетта. – Вот и посмотрим теперь сами. Ты к тому же имеешь к этому непосредственное отношение, так что и тебе надо. А если отдадим воспоминание, у нас его просто отнимут и не вернут.

- Ну, пожалуй… - был вынужден я согласиться.

Взрослые не особо ставят нас в известность, считая нас еще глупыми детьми. Учитывая, что нас реально хотят убить, то, по мне, тоже несправедливо, что нам многое не говорят. Это, черт побери, может спасти нас, а они все равно молчат и улыбаются, думая, что мы такие глупые и легко поверим.

- А где Омут достанем?

- У Сириуса есть. Он часто его использовал, чтобы показывать мне те или иные полезные вещи, как мои тренировки со стороны, как работают профессиональные авроры на операции, ну и обучал многому полезному. Так что я всегда могу зайти к нему и взять его попользоваться.

Понятно. Никогда не думал, что эту штуку можно так использовать.

Убедившись, что домовики за мной сейчас не следят, я все же согласился на ее предложение.

Она достала Омут памяти, а затем вылила туда воспоминание.

Как только оно там растворилось, мы вместе опустили в него голову…

Воспоминание представляло собой странное место, которое мы видели будто со стороны. Все слегка мутное и плавающее, словно мы смотрим на картину, написанную маслом. Издали все идеально и четко, но стоит подойти, как увидишь сотни маленьких мазков.

Вот мы видим магазин близнецов Уизли.

На улице пасмурно и недавно прошел дождь, а потому в помещении слегка темновато.

Дверь открывается, и внутрь входит… он… или она… пол определить мы не можем, но говорил незнакомец от мужского лица, хотя его голос был так искажен, что понять точно было сложно.

Рассмотреть мы его и правда не могли, слишком мутный образ, не получается сосредоточиться, но вот сапоги я рассмотрел четко. Или заклинание на ноги не распространяется или он специально позволил рассматривать свою обувь.

И они правы.

Сапоги действительно выглядят фантастично круто. Как и сказали, переплетенные кожаные полоски на белой подошве.

Человек поговорил с близнецами, и все было, как они говорили, после чего оплатил товар и направился к выходу.

Мы уже сами все посмотрели и думали уйти, как… человек остановился!

Мы замерли и с шоком уставились на незнакомца, остановившегося у двери, а затем он обернулся… но не к Уизли… он посмотрел на нас с Генни…

Почему-то стало как-то страшновато, а также по какой-то причине померк свет в помещении…

Этот некто повернулся к нам, а затем поднял руку… которая оказалась облачена в какой-то металлической перчатке с острыми когтями.

Он поводил пальцем из стороны в сторону и покачал головой.

- В тени дракона - сказал он… нам. - Не видно звезд…

От него во все стороны ударил поток тьмы!

Мы тут же вылетаем из омута и отпрыгиваем в стороны!

Я и Генни испуганно смотрим на Омут, в котором… исчезает воспоминание, которое мы только что туда вылили.

Сердце бешено бьется в груди, а руки и ноги дрожат от увиденного.

Мы не знали, что именно случилось, но именно в этот момент осознали, что кто бы это ни был… этот некто очень опасен…

Глава 23. Непреодолимая преграда.

Что именно тогда произошло, мы с Генни так понять и не смогли. Но долго потом отпаивались горячим чаем. Могли бы, чем покрепче, но Сириус не так давно все выдул, потому пили что было. Еще долго воспоминание об этом моменте заставляло нас обходить Омут Памяти стороной и не приближаться к нему.

Когда Сириус пришел и увидел нас в таком состоянии, то сразу спросил, в чем дело.

Мы и рассказали ему, после чего он убежал к близнецам и попросил еще одно воспоминание, которое они ему легко предоставили, но сам ничего страшного там не увидел. Мы же подходить близко побоялись.

Одна мысль, что кто-то из чужого воспоминания способен так влиять, уже пугала нас до ужаса. Спали мы в тот день довольно хреново и с включенным светом.

Сириус нас потом отругал за глупость и что обманули его, но наказывать не стал, видя, что нам и так паршиво.

После у нас был мозговой штурм по этому поводу, но, увы, безрезультатный. Как такое вообще возможно, понять мы не смогли, даже при помощи Гермионы ничего не узнали. Она обещала посмотреть в книгах, были ли подобные случаи, но что-то мне подсказывает, что ничего она не найдет.

Если не считать этого момента, остальное время прошло довольно быстро и вполне спокойно. Моя жизнь никак не поменялась, ничего не изменилось, у меня разве что появилась собственная одежда, и носить чужое мне было больше не нужно.

Новая, прямо под меня одежда – да я всю жизнь о такой мечтал. А то мне или Дадлино давали, или на вырост. Даже моя школьная форма мне была выдана тоже на вырост, отчего она постоянно висела на мне, ведь я всегда был худым и маленьким. Только вот за последний год немного вытянулся. Так что просто носить что-то точно под меня было просто приятно.

Ладно, лучше потренируюсь.

Генни сказала, что какие-то другие упражнения мне сейчас бесполезны, просто потому что тело у меня слишком не тренировано, вот все время я только бегаю и выполняю простые упражнения. Что-то новое хочется, но ее опыту приходится доверять, и в свободное время просто зависаю на беговой дорожке.

Вот, включил музыку и отрешился от мира.

Can't keep my hands to myself

Think I'll dust'em off, put'em back up on the shelf

In case my little baby girl is in need

Am I coming out of left field?

Ooh woo, I'm a rebel just for kicks, now

I been feeling it since 1966, now

Might be over now, but I feel it still

Ooh woo, I'm a rebel just for kicks, now

Let me kick it like it's 1986, now

Might be over now, but I feel it still

«Portugal. The Man - Feel It Still»

Музыка позволяет забыться и ни о чем не думать.

Дома я сейчас один, все остальные разошлись, что мне не впервой, но, после того как меня тут дважды пытались убить, оставаться одному было немного боязно.

Вообще если подумать, то за этот месяц меня убить пытались чаще, чем за годы в школе, а Хогвартс, на минуточку, самое опасное место в мире, кто бы что ни говорил. Тролли и василиски бегают по коридорам, дементоры и оборотни шастают вокруг, всякие проклятые артефакты легкодоступны и легко проносимы, а учителя то одержимые психи, то идиоты или просто моральные уроды. Но там все это было хотя бы тонким слоем распределено по всему учебному году, а вот тут со мной событий как-то многовато.

То тролль чуть не сожрет, то чокнутый домовик нападает, а недавно так вообще воспоминание напугало меня больше, чем все боггарты вместе взятые. Я теперь даже не уверен, кого боюсь больше, дементоров или того типа в странных сапогах.

- Мы ведь скоро за покупками для школы пойдем, - вспомнил я. – Что-то мне стремно покидать дом… - я поежился от неприятного предчувствия. Хотя недавний выход был спокойным, да и этот должен быть безопасным. Все же не будут же Пожиратели нападать в день, когда их собственные дети могут попасть под удар. Слишком рискованно, а потому опасаться должно быть, нечего… - Но мне почему-то все равно нехорошо…

Сам не знаю почему, но опять необычное предчувствие, словно с той ступенькой или ночью.

- Поговорю с Сириусом, может, он примет меры, - сказал я себе.

Закончив с пробежкой, я уже собирался пойти в душ, как остановился перед боксерской грушей.

Генни каждый день лупит ее, отрабатывает удары и бьет, пока не устанет.

Потрогал мешок с песком.

- Жесткий, - сказал я.

Довольно тяжелый, твердый и будто не песком наполнен, а камнями.

- Как же это делается, - хмыкнул я. – Сконцентрировать энергию в кулаке, а затем высвободить в момент удара.

Сжимаю кулак и пытаюсь сконцентрировать магическую силу в руке. Она показывала мне как-то, да и разок вроде получилось… Только после… Того случая я больше никогда эту технику не применял… Не хотелось использовать то, чему сестра научила меня…

Вот только учитывая последние события, было бы неплохо этому все же научиться.

Удар.

- Черт, - выругался я.

Не правильно высвободил энергию и теперь сильно болит кисть.

Вскоре прошло.

Попробуем еще раз.

Концентрация, движение, удар.

- Мрак… - поморщился я уже от боли в суставе. – Нет, самому лучше не пытаться, а то сломаю себе к чертям все руки.

- Все равно не получится, - прозвучал за спиной знакомый и неприятный голос. – Такому неудачнику, как ты, даже пытаться не стоит, все равно провалишься.

- Твое мнение мне не интересно, Уизли, - выплюнул я эти слова. – Проваливай.

- А не то что? – усмехнулся он, смотря на меня сверху-вниз. Все же, он довольно высок и вообще парень два раза крупнее меня. – Будешь ныть и звать на помощь?

- Да, пошел ты, - фыркнул я и двинулся к выходу.

Но тут он толкает меня в стену, и я сильно ударяюсь плечом о перекладину.

В следующий миг я получаю удар в живот, который выбивает из легких весь кислород, и я складываюсь пополам.

- Слушай сюда, - он поставил свою ногу мне на голову. – Еще раз подойдешь к Гермионе, я тебя так отделаю, что в школе тебя никто не узнает.

- Ублюдок… - рычу и пытаюсь подняться, но в живот прилетает еще удар. – Кха!

- Ничтожества такие, как ты, должны знать свое место, - смеется он надо мной. – А потому неудачники даже смотреть на девушек не должны, а лишь сидеть в своей дыре и гнить.

- Пошел ты, - выплюнул я.

- Ой, у нас тут кто-то сердится, - издевательски покачал он головой. – Можешь в ответ ударить попытаешься? Нет? Я так и думал. Трус и слабак навсегда останется таким - можешь даже не пытаться.

Он двинул меня по животу еще раз, и, пока я пытался отдышаться, он двинулся к выходу.

- Еще раз подойдешь к ней - и так легко не отделаешься, - сказал он у выхода. – Я не позволю, чтобы она связалась с таким ничтожеством. Бывай, неудачник. Ха-ха-ха-ха!

Его мерзкий смех еще долго эхом отдавался у меня в голове.

От злости меня колотило, а обида на собственную слабость была как никогда сильна и отвращение к самому себе столь сильно, что захотелось сдохнуть. Быть слабым, быть нерешительным и таким трусливым…

На полу я провел еще минут десять, тупо пялясь в пустоту и проваливаясь в дебри своей жалкой сущности.

Все же он прав кое в чем.

Сдачи я и правда дать не могу…

И у этого, как не печально, есть вполне себе… омерзительная причина:

- Как ты посмел обидеть моего Дадличка, ты несносный мальчишка?! – кричала тетя Петунья, баюкая ноющего Дадли, которому кузен сломал нос. – Мы приютили тебя у нас дома по доброте душевной, кормим тебя, одеваем, а ты, мерзкий уродец, неблагодарный мальчишка, обижаешь нашего ребенка!

- Нужно сдать его в детский дом для проблемных детей, - сердито смотрел дядя Вернон. – Прямо сейчас туда и позвоню.

- Нет! Не надо! – плакал маленький семилетний ребенок. Он ревел, держась за голову, и боялся поднять глаза. Он лишь не хотел, чтобы его били, он защищался от хулиганов, но никто не верит ему. Никогда не верил. Никогда. – Я так больше не буду… я не буду… Клянусь…

Это был один из тех моментов, когда безразличие Дурслей давало сбой, и они просто на меня кричали. Нет, они не били, да и очень редко такое было, но запомнилось мне на всю жизнь.

Обычно безразличные ко мне, в такие моменты они будто изливали всю накапливающуюся ко мне неприязнь.

С тех пор я чисто физически не мог никого ударить, как бы ни пытался. Даже когда надо мной издевались, даже когда меня избивали, даже сейчас… Я лишь принимал удары…

Нет, я никогда не плакал перед хулиганами, я никогда не давал им понять, как мне больно и плохо, никогда не давал повода называть меня плаксой, но им этого было и не нужно. Им был приятен сам процесс, а не результат…

Нет, я не стану прогибаться под этого урода Уизли. Никогда не прогибался, даже когда толпа Хаффплаффцев на четвертом курсе избили меня. Чертовы фанатики. Даже тогда я не отрекался от своих слов и решений, не отрекусь и сейчас. Никому не позволю собой помыкать, никому не дам мной руководить или заставлять. Хоть раз так прогнешься - и все, назад дороги уже не будет.

А побои я привык терпеть и скрывать. Это мои проблемы, а потому вмешивать в них кого-то другого я не собираюсь. Никому не расскажу, но и сам не поддамся.

Никогда!

- Ладно… - вздохнул я. – Нужно тут прибраться…

Глава 24. Напряженное утро.

- Генни, говори уже, куда ты ходила вчера? – не унималась Гермиона, тряся Генриетту. Та реально вчера на несколько часов пропала, а затем вернулась. Гермиона к нам приходила и спрашивала про нее, но я знал, что она по делам куда-то укатила с директором. – Говори, говори, говори, я знаю, что это не тайна, иначе ты бы так не улыбалась.

И так она уже полчаса ее дергает. Даже кофе, что я ей приготовил, остыл.

- Ладно, я с директором ходила за новым учителем, - призналась она, когда Пушистик ее все же уломала рассказать. Хотя, скорее, она и сама хотела, но решила «позволить» себя уговорить. – Это некий Гораций Слизнорт, и он согласился преподавать у нас в следующем году.

- Будем надеяться, что он получше Амбридж, - фыркнул Уизли.

- Думаешь, он будет преподавать у нас ЗОТИ? – засомневалась она.

Ведь по описанию он был человеком довольно-таки старым.

- Нет, - покачала головой Генриетта. – Сириус рассказывал, что еще во времена его молодости он был преподавателем Зельеварения, а также деканом Слизерина. Так что он, скорее всего, будет у нас Зелья вести.

- Круто! – обрадовался Уизли. – А Снейпа, наконец-то, уволили?

- Вряд ли, - покачала головой Генни. – Скорее всего, он у нас ЗОТИ вести и будет.

- Блин, я так зачета точно не получу…

- Рон, тебе нужно просто учиться, вот и все, - заявила Гермиона. – Вон, Гарри, учится и все сдает вовремя.

- Пф, да его оценки вообще позор, хуже, чем у Невилла, - усмехнулся он.

- Сравни, - протянул я ему свои результаты СОВ. Хвастаться я не люблю, но уж больно хочется недоумка в грязь макнуть.

Взглянув на бумажку, рожа рыжего стала примерно такого же цвета, как и его волосы.

- Ой, я оказался чуть лучше тебя, Рональд? – притворно удивился я. – Какая неожиданность. Герми, будешь кофе? – предложил я девушке, подойдя ближе, чем обычно.

- А? Да, - чуть покраснела она.

Она всегда смущается, когда я сокращаю ее имя.

Вообще-то, она меня так просила себя называть еще на четвертом курсе, но я как-то стеснялся, а тут упустить возможность хоть немного отомстить рыжему уроду и показать, что я его не боюсь, мне хочется.

- А у тебя железный желудок, Уизли, - хмыкнул я. – Ты даже слабительное, что я тебе добавил, переварил.

Нет, ничего я не добавлял. Ведь ему я кофе не делал, он сам себе налил, а его приказы исполнять я не собираюсь.

Уизли выбросил листок и уже думал наброситься на меня с кулаками, но ему на ногу наступила Генни, явно решив конфликт прекратить. Я ей сам не нравлюсь, но устраивать тут драку она не хочет.

Моя сестра оказалась для рыжего слишком сильного авторитета, и он порыв унял, но точно пообещал себе проучить меня потом или уже в школе. Ну, пусть, убегать я не собираюсь.

Почему мы сейчас тут все вместе сидим?

А, все просто.

С утра к нам прилетели письма со списками учебников и всего необходимого для школы. Так что Сириус предложил «гениальную» идею: идти всем вместе.

Замечательно.

Мне одного похода всем вместе в парк хватило, страшно предположить, что сегодня будет. Хотя в прошлый раз все было спокойно, но все же.

Интуиция или чуйка, не знаю, что у меня там, молчит как партизан на допросе или же работает как-то по определенным дням. Может, у нее расписание или выходные какие-то.

Вскоре к нашей компании прибыли и взрослые и сразу почувствовали напряженную атмосферу, особенно злой взгляд Шестого чего стоил.

- Так, никаких ссор в доме, - сказала тетя Меда. – Скоро прибудет Молли и Джинни, так что ведите себя прилично, - посмотрела она на нас с Генни.

Сириус же сделал вид, будто его тут нет, и вообще он не в свои дела влезать явно не хотел. Разумная позиция.

Вскоре остальные люди не заставили себя долго ждать.

Из камина вышли остальные члены семейства Уизли.

Самой яркой тут была Молли Уизли.

Полная женщина с настоящей львиной гривой огненно-рыжих волос. Очень добродушная на вид и улыбчивая дама, одетая почти как моя тетушка Мардж, только одежка не такая модная и дорогая. И в отличие от нее на лице этой женщине просто солнцем сияла улыбка, когда как Мардж выглядит так, будто собаки срут ей прямо на ноги, отчего она постоянно морщит нос и кривит лицо.

А вот рядом с ней была красноволосая девица с веснушками на лице, большими темно-зелеными глазами, округлым личиком, и вообще ей только нимба над головой не хватает. Нет, реально, если не знать, какая эта рыжая стерва, то можно и правда обмануться. Джинни Уизли личность, как по мне, довольно неприятная.

- Привет всем, - улыбнулась она, затем посмотрела на меня и скривилась, будто директор уговорил ее взять все лимонные дольки. – Генни, а ты чего так редко ко мне заходишь?

- А?! Э-э-э-э, я немного занята была, - немного нервно ответила сестра. – Уроки и все такое, да и тренировки никто не отменял, так что…

- А я думал ты давно… - хотел сказать Уизли, но его ногу придавило. – У-у-ух!

Пяточка Генни надавила на пальцы рыжего, заткнув его.

- Ну, приходи сегодня, у меня новые журналы моды есть.

- Постараюсь, - пообещала она, еще раз надавив на ногу Шестого, который явно пытался что-то ляпнуть, не подумав.

Я же чуть придвинулся к Гермионе и задал вполне логичный вопрос:

- Что происходит?

- Джинни любит обсуждать шмотки, косметику и парней, в основном достойны ли они ее и насколько состоятельны, - тихо ответила Пушистая. – И, как видишь, свое виденье она пытается привить Генни.

Тогда ясно.

Сестра друзей ценит, но такие разговоры наверняка ее очень сильно тяготят. Еще один пункт к тому, что Седьмая за человек такой. Она поменяла уже кучу парней, да и подарков с них немало стрясла.

Она считается самой популярной девушкой Гриффиндора сразу после моей сестрицы и почему-то самой красивой. Хотя, как по мне, в школе есть куда более привлекательные девушки. Та же Дафна Гринграсс чисто внешне намного лучше, на Гермиону я бы поставил немало, да даже Генни и то, пусть моя сестра, но лучше выглядит, еще могу много кого вспомнить, но кто-то такое мнение распространяет, что «самая красивая» именно Джинни. Без понятия, чьи это фантазии. Так или иначе, эта девка вот крутится вокруг моей сестры. Однако Генни на моды и парней плевать, у нее другие интересы, понимает она, что в текущем положении дел в стране заводить романы не особо разумно. Ну, или мне так кажется.

- Ну-с, детишки, - взяла слово миссис Уизли. – Хватит ссор и ворчаний, сейчас позавтракаем, и можно будет идти. Сегодня много покупок нужно совершить.

- Мам, мне нужна новая мантия, - сказала Джинни. – Моя уже устарела и мне теперь не в чем ходить.

- Чего? – выпучил глаза Шестой. – Да, у тебя этих мантий целый шкаф. Там столько тряпья, что из них можно парус сшить и в Новый Свет отправиться!

Ого, какая сложная аналогия. Прямо не ожидал от рыжего такой.

- Ничего ты не понимаешь, Рональд, - фыркнула она. – Девушкам нужно много одежды.

- Так у тебя ее же полно!

- Я расту, и мне нужно больше шмоток, чтобы не выглядеть как чмо!

- Да видел я твои весы….

- НЕ СМЕЙ ГОВОРИТЬ О МОЕМ ВЕСЕ! – зарычала девица так, что еще пару децибел - и у нас треснут стекла.

- Достаточно! – поднялась миссис Уизли. – Рональд, прекрати издеваться над сестрой, - упрекнула она сына. – Джинни, не повышай голос. Мы обязательно зайдем в магазин одежды, кое-какие сбережения у меня на это отложены.

- Хорошо, мама.

Шестой же молча отвернулся.

М-да…

Я всякого от этой семейки ожидал, но, чтобы такое.

Меж тем завтрак был уже почти готов, так что накрыли стол на всех. Ели поначалу молча, но постепенно Гермиона и тетя Меда начали расспрашивать окружающих о всяком, да и просто пытались разрядить обстановку. Сириус что-то рассказывал Шестому о Мародерах, девчонки болтали о своем, а мне хотелось, как можно скорее вернуться в библиотеку и посидеть в тишине.

- М-м-м, Меда, твои навыки в кулинарии немного изменились, - произнесла миссис Уизли. – Вкус не такой, как обычно.

- Нет, Молли, сегодня готовила не я, - с улыбкой ответила тетя Меда. – Завтраком занимался Гарри.

- Ой, Гарри, прости, я тебя не заметила, - сказала она. – Рада, с тобой встретиться, малыш.

- Мне тоже очень приятно, миссис Уизли, - улыбнулся я ей.

- Значит, ты теперь готовишь тут? Очень неплохо, - покивала она. – Если тебе интересно, то могу научить тебя готовить несколько своих классических блюд.

- Благодарю вас, но я пока еще учусь и вряд ли потяну такое, - соврал я. – Не хочу портить ваши, судя по словам Генни, восхитительные блюда своим, пока еще дилетантским исполнением. Как только тетя Меда посчитает меня достойным вашего мастер-класса, я с удовольствием готов буду учиться.

Сестра посмотрела на меня и явно пыталась вспомнить, когда это она чем-то таким хвасталась или вообще что-то мне рассказывала о том, как готовят у Уизли.

Женщине сильно польстила такая похвала ее кулинарии и мастерству, да и я сослался на авторитетное мнение важных ей людей, а потому не обратила внимание на пару не состыковок, типа того, что за месяц тупо невозможно так как я научиться готовить, но это уже мелочи. Ведь она будет думать, будто я поставил ее мастерство выше тети Меды, что наверняка потешило ее самолюбие.

Ну, в этом ничего плохого нет. У каждого человека есть свои небольшие пороки.

- А я думал, ты уже уме… - хотел сказать Сириус, но ему в ногу прилетел удар. – Ух!

Атака была явно со стороны тети, которая все также мило улыбалась.

Миссис Уизли была польщена моими словами и попросила тетю, как только я буду готов, сразу отправить меня к ней на обучение. Буду надеяться, что готов я не буду никогда. Однако после завтрака меня «обрадовали», что миссис Уизли имеет на удивление хорошую память, и она всего этого не забудет.

«М-да, подписался блин, - вздохнул я. – Зато грациозно выкрутиться сумел из щекотливой ситуации».

Ну, не скажу, что я особо лицедей и словоблуд, но и мямлей никогда не был. Мне только талант такой негде было применить. Хотя все же мне повезло, что сумел уболтать сию даму и выкрутиться (ну, почти), не нажив себе очередного недоброжелателя. У меня и так их много…

Завтрак закончился, и все мы стали одеваться для похода по магазинам…

***

- Все готово? – спросил Джерико. – Наши люди уже там и следят?

- Да, как только она появится в Косом Переулке, они сообщат, - заверил его Отто. Тот поначалу так активно помогать не хотел, но от успеха этой операции зависят их жизни.

- Хорошо, как только они отвлекут явную и тайную охрану, мы тут же будем действовать. В этот раз чтобы без ошибок, иначе Темный Лорд убьет всех нас.

- Да!...

Глава 25. Прогулка.

- Вот, Ронникинс, эта рубашка будет очень хорошо смотреться на тебе, - говорила миссис Уизли, давая своему сыну еще одну одежку. Если бы эта вещь еще и смотрелась прилично, то можно было понять, но если Уизли все это наденет, то будет похож на какого-то пупса или совсем маленького ребенка.

- Мам, прекрати, я ни за что не надену это, - стонал Шестой Уизли, краснея так сильно, что, казалось, вот-вот в вареного рака превратится.

Народ вокруг поглядывал на них и тихо посмеивался, но миссис Уизли будто не замечала всего этого. Или ей просто плевать на мнение окружающих, или она и правда не видит, как все на них смотрят.

- Не бурчи, сегодня распродажа, потому мы можем позволить себе что-то купить и для тебя, - заявила женщина. – Ты же сам был против, что я только для Джинни что-то беру, вот и тебе есть.

Тут я бы с этой дамой поспорил, ведь покупать для сына одежду на распродаже и при этом позволять дочери набирать вещей почти без оглядки на цену – это не равноценные понятия.

Я вот смотрю на них и офигеваю от увиденного.

- Что, злорадствуешь над Роном? – спросила Гермиона, присев рядом со мной. Поскольку в этом магазине мы застряли на некоторое время, вот я и сижу на лавочке и сторожу сумки. Их можно было бы уменьшить и убрать в карман или даже в другую сумку, но по какой-то неведомой мне причине миссис Уизли это не делает, и таскать сумки приходится ее сыну, когда как нам с Генни и Герми Сириус все сделал как нужно.

- Ну, первые минут сорок это было забавно, - хмыкнул я. – Но это уже второй час идет…

Да уж.

Когда миссис Уизли сюсюкалась с Шестым, тем самым смущая его и стыдя перед окружающими людьми, мне было смешно. Но вскоре это не то, что надоело, а начало конкретно раздражать. Она и мне думала что-то подобрать и помочь, но я вызвался помогать Гермионе выбирать книжки и спасся от этого безумия. Пришлось, конечно, подписаться на получасовую работу грузчика, нося фолианты от полок к прилавку, и магию запретили использовать, типа так не положено, но лучше так, чем терпеть эту даму.

Долго выдерживать миссис Уизли и ее детей тяжко. Даже Генни старательно сделала вид, будто чем-то сильно занята и спряталась.

Сначала Молли Уизли говорит Шестому, что взять много не могут из-за проблем с финансами, а после не думая позволяет дочери купить какую-то явно недешевую шмотку.

- Теперь ясно, чего Уизли такой раздражительный и на всех сердит, - покачал я головой. – Если каждый день у него такой прессинг, то не удивлен, что он столь… агрессивен… но это явно не все причины, сделавшие его таким.

- Рон лучше, чем тебе кажется, - пыталась она оправдать его.

- Я помню, - посмотрел я на нее. – Четвертый курс я никогда не забуду.

Она замолчала.

Нечего говорить об этом, да я и не хочу особо.

- Пойду подышу воздухом.

Встав, я вышел из магазина.

Поход за вещами выдался относительно неплохим. Жаль, что народа вокруг так много и очереди везде, но ничего не поделаешь, приходится терпеть. Всем же нужно закупиться до первого сентября, потому толпа вокруг немалая, пусть в воздухе и витает немалое напряжение. Пожиратели Смерти пугают обычных людей, а потому местные лишний раз стараются из дома не выходить. Погода снова не очень, чему я отчасти был рад, хотя бы не сгорю на солнце, а то прошлого раза хватило.

Зато купили несколько по-настоящему крутых вещей. Сириус подарил мне портфель с расширенным пространством внутри и облегченным весом. Вот это реально очень крутой подарок, а то с тем гробом, который мне впарил Хагрид, таскаться неприятно.

Беда в том, что я тогда очень стеснялся попросить что-то другое у доброго великана Хагрида, что принес мне письмо из Хогвартса и забрал от Дурслей. Для него тот чемодан был легким, а вот я с ним намучался страшно и сто раз пожалел, что принял его. Он мне потом еще сову белую подарил, но ту вскоре пришлось отпустить жить на волю, просто потому что Дурсли не разрешили птицу оставить, и писать мне было некому. Я хотел тогда написать Генни, но адреса ее не знал, плюс на ее доме защита стояла, просто так без разрешения мое письмо все равно бы не дошло.

У Генни вроде своей совы нет, да и вообще она не особо жалует домашних животных. Даже с Живоглотом (котом Гермионы) толком не ладит, тот отказывается сидеть у нее на коленях, а со мной рядом нормально спит. Учитывая, какой у нее в комнате и вообще в доме срач, то зверью повезло, что их себе не взяли.

Выйдя на улицу, я некоторое время молча смотрел на толпу.

Народ быстро сновал туда-сюда, стараясь особо на улице не задерживаться и побыстрее зайти в помещение. Многие еще боялись возможных нападений, так что атмосфера дерганности и опаски ощущалась весьма четко.

Я помню, когда был тут впервые, как чувствовал, будто попал в настоящую сказку. Маленький мальчик, которого только что забрали у не самых приятных родственников и пригласили в мир волшебства… Тогда все было для меня таким невероятным и красивым…

Но все… пошло к чертям…

- Не стой над душой, - послышалось слева.

Повернувшись, я увидел Генни, сидевшую на ступеньках чуть в стороне от двери с наушниками в ушах.

- Что слушаешь?

- Here's to You, - ответила она, зевая.

- А, Ennio Morricone, послушай еще Le vent, le cri.

- Угу, - кивнула она.

Да, скучновато тут. Пока миссис Уизли не купит все, что «нужно» ее детям, мы тут застряли. Сириус недалеко, болтает с каким-то знакомым, а нам приходится тупить в космос. Гермиона хоть почитать себе взяла, а у нас кроме учебников ничего и нет. Хотя в Мире Магии вообще беда с развлекательной литературой, половина или старье еще со средних веков, а второе такая бездарность, потому такие придурки, как Локонс, и прославились.

- Они там еще долго? – спросила сестра.

Я чуть приоткрыл дверь и прислушался.

- Мама, я не знаю, что мне выбрать! – говорила рыжая. – Эта кофточка подходит к глазам, но эта блузка слишком хороша!

- Ничего, милая, возьми обе.

- Спасибо, мамочка! Пойду еще посмотрю, мне обувь на осень жизненно необходима!

Дверь закрылась.

Синхронный вздох.

- Это…

- …просто…

- …невыносимо… - сказали мы, продолжая фразу, друг за другом…

Переглянулись.

Еще один вздох.

- Надо завязывать, а то скоро, как Фред и Джордж, говорить начнем.

Не особо радужная перспектива. Мне такого единения не нужно.

Эх, ладно, мне осталось еще два года учиться, но уже стоит подумать, куда себя девать. Я не особо впечатляющий волшебник, каких-то предрасположенностей у меня ни к чему нет. Стремлений пока тоже нет, я особо никогда о будущем не задумывался, так как думал, что у меня его просто нет.

Но сейчас… есть такое ощущение, что выбор у меня все же появился, а потому я и хочу им воспользоваться.

Через полгода мое зрение будет нормальным, так сказала мадам Помфри, а потому очки мне будут уже не нужны, но носить их пока буду, да и вообще менять имидж особо смысла не вижу. Репутация моя все равно никак лучше не станет от того, что я оденусь иначе.

Но вот после школы можно уже подумать над этим. Я ведь собираюсь уехать куда-нибудь подальше, так чтобы меня потом не нашли и никак с Генриеттой Поттер не связали. Буду учиться, работать, а потом… Не знаю. Может, семью заведу, если повезет.

А там посмотрим.

Главное, дожить…

- Кстати, а как там твои труды в Анимагии? – спросил я. – Ты вроде в прошлом году много говорила об этом.

- А, никак, - вздохнула сестра. – К этой магии таланта вообще нет. Разве что определила, что мой зверь – это что-то большое, но не олень, а что, пока не понятно.

Все же Генни не во всем гений. Эта магия ей как-то не дается совсем. Мне тоже, между прочим, я пытался, но в одиночку вообще мало что можно понять, да и быстро осознал, что и тут я профан. Странно даже, наш отец к третьему курсу был незарегистрированным анимагом, а его дети даже близко к этому не подобрались.

Может, мы какого-то секрета не знаем?

Ну, Генни бы знала, Сириус-то тоже анимаг и нашим эту магию осваивал.

Мы сидели молча, каждый слушая свою музыку и не особо желая разговаривать.

- О! Ребята! – перед нами кто-то остановился.

Подняв голову, я увидел высокого парня, немногим старше нас. Каштановые слегка взъерошенные волосы, серые глаза, в которых плещется веселье, лицо довольно простодушное, будто с постоянной дружелюбной улыбкой на губах.

- Седрик! – тут же подскочила Генни.

- Привет, Генни, - улыбнулся он. – Рад вновь увидеть. И тебя рад видеть, Гарри.

- А, привет, - кивнул я поднимаясь.

Вспомнил.

Это Седрик Диггори. Когда я учился на четвертом курсе, он был на седьмом, факультета Хаффлпафф. Он был выбранным участником на Турнире Трех Волшебников от Хогвартса. Он вроде хороший парень, был в школе одним из лучших студентов и гордостью своего факультета.

Единственное, что мне не нравилось - это его фанаты, с которыми я «не сошелся в некоторых вопросах». Уроды.

Лучше не думать об этом.

- Рад, что ты живой, Гарри, - сказал он мне. – Ходили слухи, что ты погиб.

- Как всегда, преувеличено, - пожал я плечами. – Ты тут какими судьбами?

Он школу закончил еще год назад, вроде в Министерстве с отцом работает. По крайней мере, я так слышал. Сам я не интересовался этим.

- Я тут со своей девушкой, - усмехнулся он. – Чжоу на седьмой курс идет, вот я и пошел с ней. Специально у отца отпросился с работы. М? Генни, ты в порядке?

- А? Я? Да! – тут же закивала она. – Просто прохладно сегодня, да и дел полно.

Ага, конечно. То-то она так старательно взгляд отводит.

- А, а, а, ты… сильно… занят? – с трудом выдавила она из себя слова.

- Чжоу там выбирает себе в магазине, вот я от скуки и решил чуток ноги размять, - ответил он, явно не понимая намека. Или тактично не понимает, или искренне не замечает.

- Седрик! – послышалось откуда-то со стороны. – Ты где?!

- Ой, это Чжоу, извините, мне пора, - сказал он. – Еще увидимся, ребята, - махал он нам рукой, убегая.

Мы же некоторое время смотрели ему вслед.

- Ты все еще сохнешь по нему? – спросил я.

- Заткнись, - тихо прорычала она, густо краснея и отвернувшись.

Далеко не секрет, что моя непробиваемая сестренка влюблена в Седрика. Ну, это не удивительно, ведь Диггори популярный парень, красавчик, весьма сильный, талантливый, и добрый вроде, справедливый и вообще уважаем всеми. Половина девчонок в школе мечтает о нем и моя сестра не исключение. Пусть она и отрицает это, притворяется сильной и независимой, но явно подтаивает рядом с ним.

Ну, пусть дальше фантазирует. Не мое это дело.

- М? – что-то зацепило на периферии зрения. Что-то знакомое.

Приглядевшись, я увидел знакомых…

Мы тут вообще-то, уже встретили пару ребят с нашего факультета, Криви мимо пробегали, вроде на Лаванду Браун Шестой пускал слюни, и так по мелочи, некоторых вспомнить толком не могу. Но вот эти двое…

- Смотри, - кивнул я, - Драко с мамочкой.

Двое Малфоев как-то странно озирались, и вместо того, чтобы идти по магазинам, они планомерно двигались в сторону… Лютого Переулка. Очень необычный маршрут для уважаемой семьи. Да, насколько я читал в газетах, Люциус Малфой сейчас пребывает в Азкабане после событий в Министерстве Магии, его и еще несколько подельников поймали. Так что семья Малфоев сейчас не в лучшем положении. А потому так целенаправленно двигаться в сторону Лютого не очень логичное решение.

Увидев их, Генни тут же подскочила к Сириусу. Указала на удаляющуюся парочку.

- Мы проверим, - сказал Бродяга. – Будь тут.

И вдвоем они умчались вслед за Малфоями.

- Че?! – офигел я.

Не думая ни секунды, я побежал за ними.

Нагнал их как раз у входа.

- Я велел оставаться, - посмотрел на меня Блэк. – Это может быть опасной авантюрой.

- Человек, влезший в авантюру, будет читать мне лекцию про то, что нельзя влезать в авантюры? – приподнял я бровь.

Что на это ответить, он придумать не смог, а просто махнул рукой и велел двигаться как можно тише. Получалось это не очень, а на их фоне я вообще походил на слона, который двигается также медленно. Кое-как все же мы прошли в Лютый переулок и стали издали идти за нашей целью.

Лютый Переулок представлял собой узкие и темные улочки, грязные, с неприятным запахом и весьма давящей атмосферой некоего уныния. Находится тут дольше обычного никому не хотелось, но слежка почему-то была нужна. Я уже жалею, что указал на них.

Малфои вскоре пришли к магазину «Боргин и Беркс», зашли туда и позвали продавца. Насколько я помню, этот магазин покупает и продает антиквариат, по слухам ведут еще и незаконную деятельность, торгуя темными и запретными вещами.

- Черт, жаль подслушать нельзя, - хмыкнула Генни.

- Да, стоило туда подбросить прослушивающие чары, - покачал головой Сириус. – Зато можно потом отправить пару людей в штатском и осмотреться.

- Это может быть подозрительно, - не согласилась сестра, - да и…

- Драко говорит: «Мне эту штуку не принести», - сказал я.

Все тут же посмотрели на меня с немым вопросом на лицах.

- Что? – не понял я. – Это же очевидно. Со змеями я больше говорить не могу, но прочитать по губам вполне не сложно. Разве нет?

- Вообще-то, нет, - сказала Генни.

Правда? Это же так просто. Я вот смотрю, как шевелятся их губы, и будто точно знаю, что именно они говорят. Это же элементарно. Еще бы видеть чуть лучше - и смог бы точнее определить.

Они переглянулись.

- Ладно, что там еще говорят.

- Мне плохо видно, - прищурился я, пытаясь толком разглядеть рты собеседников. Продавец стоит спиной, а миссис Малфой закрывает витрина, лишь Драко видно, да и то плохо. – Он говорит: «Скажи, как починить его на месте»…

Дальше Драко отвернулся и уже говорил о чем-то в глубине магазина.

Мы отошли.

- Если Гарри верно все прочел, то он говорил о чем-то, что не может принести и что ему нужно починить, - задумался Сириус.

- Это что-то в школе, - кивнула Генни. – Из дома он что угодно может принести, а вот из школы унести не сможет.

- И это что-то достаточно большое, чтобы не уместиться в конверт, - добавил я. – Или что-то что нельзя зачаровать и уменьшить.

- Верно, - согласился Бродяга. – Ладно, подумаем дома. Идем.

Мы двинулись к выходу из Лютого.

- А? – я остановился и обернулся.

- Ты чего? – спросила Генни.

- Не знаю, - нахмурился я. – Просто… странное чувство… - Ощущение опасности резко взревело. – Что-то приближается!

Но говорить уже не нужно было, так как все ощутили накативший холод и увидели, как лужи на земле покрывались льдом. Затем я увидел их.

Несколько десятков темных силуэтов, стремительно спускающихся с темно-серого неба. Облаченные в рваные балахоны, они быстро приближались к нам, неистово крича и оглашая мир своей жуткой песней отчаяния и смерти. Тощие руки с длинными костлявыми пальцами потянулись в нашу сторону, и все то тепло, что еще осталось тут окончательно пропало, сменившись жутким пронизывающим до костей могильным хладом.

- Дементоры!

Сириус тут же хватает нас и толкает вперед себя.

- Бегите, я задержу их! Предупредите авроров! – приказал он.

Бросать его никому из нас не хотелось, но мы подчинились и бросились бежать. Позади мы услышали слова заклинания - и яркий свет ударил нам в спины, но мы не оборачивались и мчались по узким коридорам этого неприятного места, которое с приходом дементоров стало еще хуже.

Бежать! Бежать! Бежать!

Перебираю ногами, пытаясь угнаться за сестрой, которая явно могла двигаться еще быстрее, но ждала меня и не отрывалась. С каждым шагом я четко понимал, что три недели бега все же маловато, чтобы хоть немного приблизиться к уровню Генни.

Что уж говорить, ведь тот же Драко два года проигрывал ей во всем и только к третьему своих постоянных тренировок стал для нее хоть каким-то соперником. А потому мне и надеяться не стоит на быстрый результат.

Несмотря на то, что Сириус остался там остановить дементоров, нас все еще будто настигал холод, лед охватывал сырые и грязные стены, редкая трава, что порой пробивалась через мощеное покрытие, покрывалась инеем.

Бежать! Бежать! Бежать!

Легкие горят огнем, дышать становится все тяжелее, а перед глазами начинало плыть. Так долго и быстро бегать я не мог, а потому реально начал сдавать.

- Быстрее, неудачник! – кричит она. – Черт, лучше бы тебя вообще не было, чем я терпела твое общество! Как же ты…

Договорить я ей не дал.

Вновь чувство опасности, но уже не для меня, а для нее.

Рывок!

Совсем как тогда, с троллем…

Сокращаю дистанцию и толкаю Генни в спину.

- Берегись! – только и успеваю крикнуть.

В следующий миг что-то сносит меня в сторону, а затем закутывает в темноту и резко дергает в сторону!

Разум погрузился во тьму…

Глава 26. Кривое отражение.

Сознание возвращалось неспешно. Сначала были какие-то звуки, голоса, но разобрать их я мог не сразу…

- Идиоты! – кричал кто-то. Его голос мне не знаком. – Вы должны были схватить девчонку, а не его!

- Но мы не знали, кто из них кто, - оправдывался кто-то.

- Да, они же так похожи, - поддакивал второй.

- Они что, маленькие дети, чтоб парня с девкой перепутать?! О нет, это вы, мать вашу, маленькие дети! Или просто имбецилы! – бесился некто, - Бесполезные долбоклюи! Темный Лорд убьет всех нас!

Разговоры меня не особо обрадовали, и вариантов, что со мной и где я, стало весьма мало.

Вскоре после слуха вернулось и осязание, я понял, что лежу на холодном полу и ноги уже затекли. Непроизвольно я дернулся, чем привлек нежелательное внимание.

- О, он проснулся! – сказал кто-то. – Вставай, ублюдок!

Следом мне в живот прилетает удар.

- Угх! – застонал я.

- Отто! – повысил голос тот главный тут.

- Если бы этот паразит не оттолкнул девку, мы бы ее уже поймали, а теперь вынуждены возиться с этим ничтожеством! – бесился тот, кто ударил меня. – Мерзкий ублюдок!

Еще удар!

- Агх!

- Я сказал, хватит! – повысил он голос. – Немедленно! Иди и проверь, чтобы все были готовы уходить!

Тот, кто меня бил, нехотя послушался и ушел, громко хлопнув дверью.

- Не думай, что мне тебя жалко, парень, - обратился ко мне главарь Пожирателей Смерти. – Просто ты нужен нам живой и желательно невредимый.

Открыв глаза, я поднял голову и посмотрел на говорившего. Это был мужчина средних лет, высокий, крепкий на вид и с суровым лицом с парочкой шрамов. Взгляд холодный, серьезный, спокойный, он чем-то мне военного напоминает, может, солдатом был или аврором. Сложно сказать.

Он одет, как и все Пожиратели, в черном плаще, под которым было сложно определить его положение, но их смысл в запугивании врага, в подражании дементорам и прочим назгулоподобным тварям.

Попытка пошевелиться мало что дала. Руки были связаны веревками, грубыми на вид, но мягкими как шелк на ощупь. Знакомая фигня - Инкарцеро. Без палочки никак не снять. Генни как-то на тренировке меня этим связала. Лучше не вспоминать…

- Как же тяжело найти себе компетентных исполнителей, - вздохнул он присев на стул. – Большая часть Пожирателей Смерти просто тупое мясо, бродяги, преступники и всякие полукровки с нелюдской кровью. Хогвартса даже и не видели, не то что магией нормально владеть, некоторые даже читать не умеют, а потому добиться от них чего-то вменяемого очень сложно. В основном они выступают как живой щит для опытных бойцов. Забавно, не правда ли? – он усмехнулся. – Маги такие мудрые, сильные и ведь мы во всем превосходим маглов, но при этом у нас есть нищета, голод и тупость. Наши великие предки постыдились бы таких потомков.

- Вы… не из них… - сказал я, сев и облокотившись на стену. Боль в животе уже прошла, но я старался лишний раз не двигаться. Кажется, ребро повреждено, если не сломано. – Не… преступник…

- Да, - кивает он. – Я бывший аврор, оперативник, один из лучших бойцов Аврората. В свое время я даже у Грюма учился.

- Тогда почему, вы за них?

- Все просто. Я умнее, чем они, - ответил он. – Работая в Министерстве и имея голову на плечах, я сам видел, как чиновники копают себе могилу. Можно многое говорить об отдельных личностях, таких как Фадж или Амбридж, но сам факт, что все остальные и само общество так легко принимает все эти тупые законы, уже о многом говорит, - он покачал головой и тяжело вздохнул. – Министерство – обречено, все вокруг – обречены. Я же просто выбрал сторону победителей.

Печально это слышать.

Он прав в том, что эта страна сама копает себе могилу. Достаточно почитать газеты и понять, о чем они, вместо того, чтобы пытаться проблемы решить, они пытаются их умолчать, сделать вид, будто проблемы нет, надеясь, что все пронесет и ничего плохого не случится.

Текущая ситуация лишь результат всех этих неправильных решений. Множества неправильных решений…

- Зачем я вам? Я… не настолько важная персона, чтобы быть кому-то сильно интересен. Да и на меня никто мою сестру менять не будет.

- Ну не стоит так плохо о себе думать, - усмехнулся он. – Ты – брат Избранной, Девочки-Которая-Выжила, ты как минимум можешь быть использован для каких-нибудь целей. Но ты прав: твоя жизнь Темному Лорду не особо нужна.

- Хотите использовать меня как приманку? – предположил я самое очевидное.

- Именно, - кивает Пожиратель. – Видишь ли, - он тяжело вздохнул, - я видел тебя месяц назад. Поначалу я хотел поймать и привести господину, но решил вместо этого взять несколько твоих волосков и отследить. Места, где ты скрываешься, отследить не удалось, но зато, когда ты его покидаешь, то найти тебя несложно. Конечно, одно Отторгающее Заклятие и следилка бы накрылась, но народ у нас совсем расслабился... Представляешь, когда нужно обработать себя после визита в Лютый, чтобы никто из тамошней потом твоей рожи для своих делишек не использовал, они ворчат, что их жены теперь не будут знать, где они пропадают, и устроят им скандал... Ха!

Я о таком даже не знал.

- Так вы отследили нас до парка, - понял я.

- Да, в парке, увы, мои люди не удержали тролля и запороли весь план.

- Я с ним… сталкивался…

- Что странно, - мужчина прищурился. – Тролль сам себя уделал, уронив люстру… Какое невероятное совпадение…

Он внимательно и очень серьезно на меня посмотрел, а вот мне стало как-то не по себе от этого. Он будто догадывается… Не хотелось бы…

- Так или иначе, моя самодеятельность теперь может стоит мне жизни, - покачал он головой. – Если я приведу тебя Повелителю, то меня просто казнят, но если помимо тебя будет пара голов членов Ордена Феникса…

Дальше можно не говорить. Уже ясно, что он задумал.

Его цель Сириус и другие приближенные директора. Те, кто считаются сильнейшими бойцами Ордена, и победа над ними очень серьезно навредит врагам Волдеморта. Я лишь приманка для этого. Да, за мной отряд спасения не отправят, но несколько человек, возможно, попытаются меня вытащить и попадут в ловушку.

- Каково это… быть ее братом? – неожиданно спросил он. – Думаю… это ужасно… Видеть ее успехи, и понимать, как жалок ты на ее фоне. Как ее победы затмевают твои и никто тебя не видит в ее тени. Понимать, что как бы ты ни старался, тебе никогда ничего не добиться, а даже если сможешь, всем будет плевать на твои успехи…

- По себе знаете? – догадался я.

- Ты слышал когда-нибудь об Эдварде Хоффмане? – спросил он. – Это один из ведущих специалистов в области трансфигурации. В магическом обществе Штатов он широко известен и его труды даже прославили его в других странах, - мужчина откинулся на спинку стула и посмотрел в потолок. – Гений каких в мире единицы, всегда самый умный, всегда самый лучший и всеми любимый… И на его фоне младший брат остался никем не увиден… Даже родителям было плевать на посредственность, что они породили, и их больше волновал гений, - он посмотрел на меня - и в этот миг я будто взглянул на собственное отражение.

Уставший и несчастный человек, что пережил немало обид и разочарований, тот, кто так долго боролся с положением дел, но так и остался всеми отвергнут и забыт.

- Я покинул страну, сменив внешность и имя, устроился тут в авроры, - он покачал головой. – Но даже несмотря на то, что связать Джерико Хаффила с гением Хоффманом нельзя было, я все равно чувствовал себя в его тени… Где бы я ни был, чтобы я не делал… я понимал, что всегда буду позади него… Что он сделал бы лучше. Что он был бы любим всеми больше и получил бы больше славы и благодарности… Я всегда буду в его тени…

Да… это мерзкое чувство собственной вторичности. Когда ты можешь что-то, но…

Но, даже разорвав все связи, ты не можешь сам прекратить себя сравнивать с гением…

Неужели это мое будущее? Неужели, даже уйдя, я так навечно и останусь ее тенью?

- Ты… правда веришь мне? – робко спросила она. Заплаканные зеленые глаза смотрели на меня со смесью страха и надежды. Одно мое слово - и ее вера умрет.

- Разумеется, верю!

Ее голос… Те слова на четвертом курсе…

- А что думает обо всем этом твой брат? – спросил я его.

- Эд? Какая разница? – не понял Джерико.

- То есть ты даже не говорил с ним по этому поводу?

- Зачем? – фыркнул он. – Он гений, что тут еще говорить.

- Понятно….

Нет, мы не так уж и похожи.

- Ладно, парень, - командир Пожирателей Смерти поднялся. – Отдыхай, а завтра я отправлю весточку Дамблдору. А пока…

Взрыв!

Комнату начало трясти, а с потолка посыпалась оставшаяся побелка.

Дверь резко распахивается и в нее влетает какой-то до ужаса напуганный тип.

- Босс! На нас напали! – закричал он.

- Что?! Они не могли нас отсле… - он резко повернулся ко мне. Затем поднял палочку и провел ей вокруг меня. В следующий миг на моем плече загорелась какая-то нитка. – Следилка! Некомпетентные ублюдки! Говорил же, Финитой все обработать, но нет, ничего доверить нельзя! Бездна! Сколько нападающих?!

- Эм-м-м… - замялся подчиненный.

- Говори немедленно!

- Одна…

Взрыв!

Здание вновь тряхнуло, а оба Пожирателя бросились к месту боя…

- Генни...

Глава 27. Поступь гения.

Способов глупо умереть в магической схватке, будучи силен хоть как Гриндевальд, десятки. Например, даже какой-нибудь мощнейший сферический вид Протего, закрывающий тебя со всех сторон, спокойно пропускал затаившуюся на полу ядовитую змею… А Серпенсортиа – не Авада, ей овладеть может и жалкий уличный бандюга. Да, на дуэли бесполезно, но, когда ты сражаешься с полудюжиной слабосилков, пропустить какую-нибудь мелочь – проще простого.

Сириус изводил Генни такими примерами возможных глупых смертей чуть ли не с раннего детства. И не только словесно: то же количество безвредных ужиков, «смертельно» укусивших ее на тренировках, не поддавалось подсчету.

Поэтому вместо того, чтобы просто снести ничтожеств с ходу, Генни все же попыталась составить план. И если он провалится… ну, она и так справится, зато Сириусу не будет повода на нее ворчать. Она же пыталась, верно?

Если враг обладал хоть крупицей разума, то родственничек должен был находится в глубине этой некогда бывшей складом развалюхи. На первом этаже или в подвале, чтоб через крышу не зайти. Вон у тех стен, где, по милой средневековой традиции на строение буквально наваливаются соседи. Так что зайти через стену можно только через вышеупомянутых соседей, и что-то подсказывало Генни, что это плохая идея – там не будет ловушки, вроде пары этажей, внезапно падающих на голову, только если это дом кого-то, с кем Пожирательская мелочь не захотела связываться.

Так что просто делаем неприметную такую трубу там, где будет поудобней да покороче прорываться. Ну как делаем, трансфигурируем. Продержится, конечно, минуты три, не больше – ну да для выхода и Бомбарда есть.

- Небула Веламен, - произнесла она, направляя извергающую туман палочку в свое творение. Главное, рядом не стоять, а то вдруг кого из этих ничтожеств хватит на бомбарду…

Не хватило. Или просто никто из этих недоумков не сообразил, что происходит в тот десяток секунд, пока их логово затягивала непроглядная пелена.

«Ну а теперь можно повеселиться!»

Улыбка на ее лице стала зловещей и веселой.

- Бомбарда!

Минус стена.

- Гоменум Ревелио! Конфундус! Конфундус! Конфундус!

Пустила она заклятья в провал.

«Не в меня заклинайте, идиоты! В друг друга надо… Да, вот так, молодцы!»

Без четкой видимости дружеский огонь возможен и без Конфундуса… Так что для полного эффекта нужен только маленький толчок, не затрачивающий почти никаких магических сил. Идеальная тактика, чтобы истреблять мелких сошек, что даже туман развеять не способны.

«Всего два слова, блин. Небула Эванеско! Они даже не неудачники: неудачник, которого я спасаю, на это способен. Это же полные ничтожества!».

Так что, если кого-то дружеским огнем зашибет насмерть, ничего плохого. Это просто услуга человечеству и матушке эволюции.

Вокруг валялись бессознательные тела Пожирателей Смерти. Народ стонал, выл и мучался от боли, а она просто перешагивала через эти тела и двигалась дальше.

- Гоменум Ревелио!

Она почувствовала, как из дверей и проходов в здании начали вылезать еще Пожиратели, и пытаться понять, что вообще происходит и где враги.

- Враг там! – взревел один из них. – Бей!

Ну хоть кто-то знает заклинание обнаружения… Как будто это что-то изменит.

Беспорядочный град лучей она лишь отражала с помощью Протего, блокируя и отводя атаки в разные стороны. Но делала это так быстро и при этом успевала отмечать все вокруг нее, что, казалось, будто ее окружает невидимый барьер, который невозможно пробить.

Так она двигалась вперед, словно бульдозер на кучу хлама, медленно, но неотвратимо. Пусть внешне и казалось, что Генни чересчур расслаблена и самоуверенна, но ее гоняли и учили с раннего детства, а потому она никогда не была слишком легкомысленна, но усвоила, что такой образ раздражает и пугает врагов, заставляя их делать ошибки. Она внимательно следила за действиями противников и была готова уклоняться или ставить более сложную защиту.

- Стреляйте в нее! – кричал кто-то, но слушались его далеко не все.

- Ступефай!

- Петрификус Тоталус!

- Ступефай! Секо! Ступефай!

- А-а-а-а! Не работает!

- Она идет! Она идет!

Неспешные шаги, ее поступь как гром прокатывалась по рядам противников, которые безуспешно пытались пробить ее защиту, но ничего у них не выходило. Можно сколько угодно обвинять авроров в некомпетентности, местами глупости и плохом обучении, но оно у них хотя бы есть, их гоняют и тренируют, и они умеют работать командой. Пожиратели же в основной своей массе просто тупая толпа, которая толком-то ничего и не умеет, а уж о том, чтобы хотя бы не мешать друг другу, и говорить нечего. Рядовые Пожиратели – это просто мясо, и без грамотного командира они мусор, который даже не заслуживает, чтобы она особо обращала на них внимание.

Помимо того, что сама она успевала защищаться и вырубать врагов, она успевала связывать упавших, а также за спиной оставлять печати-ловушки, чтобы обезопасить тылы. Уверенность уверенностью, но перестраховка никому не помешает.

Враги бежали от нее, но в узком коридоре сложно особо развернуться, а потому впереди уже образовался затор из кучи тел, которые никак не могли убежать от нее.

- Ступефай Триа! – применила она. Ударное заклятье мощной волной обрушилась на спины неудачников, просто снося всех на своем пути вместе с частью стены и мебелью, которая оказалась перед ними.

Выйдя из коридора, она осмотрелась.

Место, куда они пришли, было каким-то большим залом, видать, тут основное складское помещение. Высокий потолок с небольшими окнами и большой дырой в стене. Некогда это место действительно было неплохим и даже пригодным для хранения, но время его не пощадило. Здание еще держалось, но наложенные заклятья сохранения давно уже сломались, и восстанавливать это никто не хотел. С потолка давно осыпалась побелка, лампы вырваны с корнем или просто обвалились. Сам зал был усыпан мусором, обломками столов, ящиков, обваленных камней и просто какого-то мусора, пол в нескольких местах просел от сырости, а в стенах зияли огромные дыры.

На полу и мусоре развалились ее недавние противники.

Стонущие, трясущиеся от страха тела, плачущие и уже давно пожалевшие о сделанном выборе, они отползали от нее, кто-то пытался бежать или хотя бы встать, паникуя и спасаясь бегством, тем самым мешали новоприбывшим хотя бы понять, что происходит.

Но Генни не собиралась давать врагам время опомниться или сделать хоть что-то.

Подняв палочку к верху, она с силой махнула вниз.

- Аментес… Левикорпус! – кончик палочки вспыхнул, а затем импульс ударил точно в землю и прошелся по всему полу перед ней.

В следующий миг все в зале начали отрываться от земли, подлетев на два метра и зависнув в воздухе без возможности хоть как-то переместиться. Они беспомощно болтали руками, пытаясь хоть как-то сдвинуться с места, но выглядело это до смешного нелепо.

- Летать умеете? – усмехнулась она. – Сейчас научу! – взмах палочкой и указание. – Экспульсио!

Прямо в центре их парящей толпы произошел мощный взрыв, задевший всех сразу. Ударная волна расшвыривает Пожирателей Смерти во все стороны с такой силой, что мягким приземление точно не будет. Людей ударило о стены, приложило о пол и даже выкинуло в окно. Послышался хруст костей и крики боли, но никто не погиб, так как она проконтролировала полет, чтобы избежать летального исхода.

Зачем это ей делать, она не особо понимала, но Сириус настаивал, что отнимать жизни ей еще рано.

«Типа мое прикосновение Квирелла лишь защекотало», - фыркнула она, но приказа ослушиваться не стала. Она ведь солдат, а так ее воспитывали, и в бою они не крестный и крестница, а солдат и командир, потому ослушиваться приказа не станет. Ведь Сириус всегда знает, как правильно действовать и никогда ее не обманывал.

Больше противников в этом зале ей не осталось, все, кто были сейчас, валялись по углам или вообще на улице и больше проблем не доставят.

- Небула Эванеско!

На другом конце зала появился новый участник этого беспорядка, с легкостью развеявший туман. Идет спокойно, никакого волнения в походке, шаг легкий и плавный, явно кто-то тренированный и опытный. Мужчина средних лет с черными волосами, суровым лицом с несколькими на нем шрамами, был одет, как и все, в черный балахон, но без маски.

Он равнодушным взглядом осмотрел все раненых.

- М-да, - сказал он. – Вот значит, как сильна Избранная. Я впечатлен.

- Твоя похвала мне не нужна, - фыркнула девушка. – Если вернешь моего родственничка, то я, так и быть, сдам тебя аврорам, не покалечив.

- Насколько я могу судить, тебе он безразличен, так зачем ты пришла?

- Потому что нужно, - ответила она. – Моя тетя и подруга будут расстроены, если он помрет, так что выбор невелик. Плюс он готовит офигенные пироги, и, если он сдохнет, снабжать меня будет некому.

Ну, не сказать, что это все причины. Спасать его и правда у нее причин не то чтобы много, вот только те, что есть, вполне себе достоверные. Может, еще что найдется, если задуматься, но ее это мало волновало.

- Да уж, - усмехнулся он. – Такие, как ты, всегда думают только о себе. Всегда во всем видят только себя, давят тех, кто стоит рядом, и наслаждаются чужой беспомощностью. Я еще раз утвердился в моей ненависти к таким, как ты. Все получаешь на блюдечке, не прилагая никаких усилий, все всегда получается легко только из-за врожденного таланта, а на деле ничего для этого не делая.

Генни помрачнела.

Ей не нравились подобные слова в свой адрес от каких-то идиотов, которые даже толком не знают ее, но уже судят.

- Ага, она же гений, все сразу умеет и никогда в жизни пальцем не шевелила ради достижения целей.

- Вы посмотрите на нее. Зазнается лишь потому, что родилась чуть лучше остальных.

- Талант всегда будет превосходить труд и упорство. Нет смысла напрягаться тогда.

- Эгоистка…

Девушка заскрежетала зубами.

Она много слушала подобных слов, много вытерпела за всю свою жизнь от жалких неудачников, которые только и делали, что сидели на заднице и плевались в потолок, но смели ее обвинять в лени.

- Сириус… у меня болят мышцы… Можно мне отдохнуть?

- Нет, Сохатик. Ты должна встать и продолжить. Это не обсуждается.

- Н-н-но…

- Хватит ныть! Не будь эгоисткой! Ты Избранная, ты – Девочка-Которая-Выжила! Надежда нашего мира, его будущее, и, когда придет время, на твоих плечах, будет огромная ответственность! Потому лениться и бездельничать тебе нельзя. Впереди тебя ждет смертельная опасность, Волдеморт обязательно вернется, а потому ты должна быть готова.

- Но… «хнык»… я не хочу быть… избранной…

- А я хочу, чтобы ты выжила! Не будь эгоисткой! Прекрати плакать и вставай! Это приказ!

- Д-да-а…

Она подавила неприятные воспоминания и вновь взглянула на этого тупого урода. Генриетта Поттер с самого раннего детства тренировалась, училась, работала над собой. Сириус лично учил ее, нанимал профессиональных наставников, мастеров и репетиторов. Все для того, чтобы развить ее таланты и не дать им пропасть. Да, детства у нее практически не было из-за этого, оно было тяжелым, но лишь благодаря этой боли и трудностям она сейчас жива.

Лишь благодаря изнуряющим тренировкам она справилась с василиском, смогла пройти дракона и выжить в стычке с Волдемортом. Лишь благодаря долгим и нудным урокам и отработкам она не дала врагам проклясть себя, убить и спасла дорогих для себя людей.

Потому она благодарна крестному за такое ужасное детство. Уж лучше это пусть будет ужасным, чем умереть подростком.

- Мнение жалких бездарных неудачников мне не интересно, - мрачно ответила она. – Можешь и дальше ныть о своей ничтожности, меня это не волнует. Не знаю, на кого ты там равнялся, но ты явно даже не пытался понять его, а лишь ненавидел, стоя в стороне.

Она умолкла и на секунду задумалась над собственной ситуацией с Гарри.

Он… пытался ее понять и просто быть рядом. Да, неудачно получилось, но, если бы не тот случай, все могло бы быть иначе… Он хотя бы пытался…

Меж тем Пожирателю явно не понравились ее слова, и он начал тихо рычать. Он может и кинулся бы на нее в гневе, но выучка не дала ему потерять над собой контроль. Достал свою палочку и явно был готов атаковать ее.

- Хватит разговоров…

***

Удар!

Никто из тех, кто находился в зале, даже понять не мог, что именно произошло и как. Просто в центре зала неожиданно столкнулись два ударных заклятья, породивших волну, что разбросала в разные стороны всех, кому не повезло оказаться слишком близко, а остальных вновь приложить о стены.

Оба противника быстро подняли палочки и выстрелили друг в друга лучами, а сами при этом бросились в стороны. Оба заклинания промазали, но маги на этом не остановились и начали поливать друг друга целыми шквалами магии.

Разноцветные лучи, сгустки и невидимые искажения летали из стороны в сторону, а противники уклонялись от всего или принимали на щиты и преграды.

Девушка рванула вперед, сокращая дистанцию.

Она, словно вихрь, неслась на огромной скорости, уклоняясь от летящих в нее заклинаний.

Прыжок!

Под ее ногами земля взорвалась, но она будто предчувствовала это и сумела отскочить.

Два быстрых прыжка - и Избранная приземляется ногами на стену, но не падает с нее, а будто сама гравитация изменилась, она встала в полный рост и после бросилась вперед, не переставая атаковать сама.

Скача по стенам и забрасывая врага чарами, она сама успевала уклоняться и защищаться, а также трансфигурировать окружающий мусор в разных мелких животных, типа птиц, мышей и кошек, которые тут бросались на ее врага и усиленно мешали ему видеть и действовать.

Сам же командир Пожирателей Смерти почти не уступал противнице.

Окутавшись тьмой, он быстро перемещался по залу, левитируя в воздухе попутно, выполняя сложные пируэты. Сейчас все, кто был в зале, поняли, зачем всем им нужны эти огромные и неудобные балахоны. Эти тряпки служили дополнительно защитой тела, из-за чего точно определить, где тело, а где одежды было сложно, а также опытный маг легко трансфигурировал свою мантию в стаю воронов, чем еще сильнее мешал попадать в себя.

Оба противника быстро передвигались по залу, попутно нанося друг другу удары, но не заходя в ближний бой. Опытный бывший аврор-оперативник против талантливого и обученного гения.

Никто не мог предсказать исход этого боя.

Девчонка была быстра, сильна и ее явно тренировали профессионалы, но ее противник обладал большим боевым опытом, что давало ему больше преимуществ перед ней.

Зал сотрясала эта битва, стены ломались, потолок осыпался, а остатки стекл разлетались в разные стороны. Мусор вокруг то оживал, то сгорал от прилетевших в него заклятий.

- Ступефай, Инкарцию, Силенцию, Риктрусемпра, Диффиндо, Левикорпус, Орбис, Агуаменти, Слагулус Эрукто, Дантисимус, Коллошу, Экспелиармус, Коньюнктивитус! – применяла девушка. Она использовала не только чисто боевые атаки, но и просто всякие мешающие проклятья, типа вызова мигрени или зуда. Она использовала это, чтобы заставить врага потерять концентрацию и ошибиться. Да и просто даже бытовые чары использовала, чтобы спутать его мантию, связать шнурки и просто промочить его, сделав тяжелее.

Так ее учили, что все может быть полезно, любое, даже самое незначительно заклинание может помочь. Нет смысла использовать сложные боевые чары, если простая щекотка просто не даст тебе применить их. Нет смысла в огненных хлыстах, если руки онемеют.

Некоторые заклинания она произносила вслух, другие применяла невербально, а кое-что специально неправильно и искажала, дабы запутать врага. Он, впрочем, отвечал ей тем же, а потому приходилось полагаться на свою скорость, ловкость, умение вовремя поставить щит и, самое главное – реакцию. Быстро реагировать за цвет и вид снаряда, летящего в нее, замечать движение палочки и полагаться на свою интуицию.

- Ступефай, Конфринго, Орбис, Экспульсо, Инкарцио, Петрификус Тоталус! – отвечал ей противник.

Он был не столь разнообразен в чарах и в основном использовал только боевые приемы, а не все подряд. У него не было столько сил и прыти, как у противницы, потому он применял больше защиты и в основном полагался на свой опыт и понимания движений противника, стараясь предугадать, куда она двинется в следующую сторону, и атаковать на опережение.

Так и сражаются боевые маги.

Сложные цепочки чар, обман и хитрость, стратегия и позиционирование себя и противника, умение использовать окружение и мгновенно реагировать на меняющуюся обстановку. Каждый поединок – это головоломка, задача, сложный пример, который нужно было решать. И когда в бою сталкивались профессионалы, то бой напоминал шахматы, но на диких скоростях, где каждый старался измотать и подловить противника на ошибке, а самому не попасться в ловушку.

Удар!

Две атаки опять столкнулись, породив волну, что разбросала сражающихся, вернув их фактически на те же места, где они и были.

Бой продлился пару минут, но место, где они сражались, было уже не узнать. Дыры в стенах, полу и потолке с осыпающимися камнями, подпалины и пепел в разных местах, разрушенный и трансфигурированный мусор, который падал словно снег, осыпая помещение своими останками.

Оба противника тоже изменились.

Оба тяжело дышали и сосредоточенно смотрели друг другу в глаза. Оба были слегка потрёпаны, устали, но относительно не пострадали. Пару подпалин на одежде, дырки и рванье местами, несколько незначительных царапин и синяков, да трещина на очках у девчонки, которая ей совсем не мешала.

Пожиратель Смерти и Избранная переводили дух и готовились ко второму раунду их безумной схватки, и, пока была возможность, все кто еще остался в сознании, уползал подальше.

Финал этого боя уже близко…

Глава 28. Трещина.

- Сэко, Сэко, Сэко, Сэко, - шептал я, концентрируясь на веревки на руках. На прочных путах уже появились порезы, как и на моей одежде и коже, но меня сейчас это мало волновало. – Сэко, Сэко, Сэко, Сэко, - повторял я, режа бечёвку все сильнее и сильнее, пытаясь освободиться.

Применять магию без палочки сложно, утомительно и не получается точно сконцентрироваться на определенном месте, а потому маленькие раны были везде, и кровь уже пропитала рукава, но мне было плевать.

«Она здесь! Она здесь! Она здесь! – мелькало у меня в голове. – Я должен освободиться! Я должен помочь! Чем-нибудь!»

Даже если придется опять бегать по залу и отвлекать на себя внимание, но я все равно обязан помочь.

«Я не буду больше обузой, я не буду помехой, че-е-е-е-ерт, как же бесит моя беспомощность!»

Генриетта тут, она сражается там, чтобы спасти меня. Не знаю, одна она там или с кем-то, но просто сидеть тут и ждать я не могу.

Здание трясется, из-за двери слышатся крики и беготня, кто-то стонет и просит помощи, кто-то кричит и злится, но никто не останавливается, все куда-то двигаются и паникуют.

Я просто не могу стоять в стороне и быть бесполезным! Не могу!

Дверь неожиданно распахивается и там оказывается тот самый тип, что избивал меня. Толстый, неприятно выглядящий мужчина лет сорока, с плешью на голове и весьма мерзкой рожей. Чем-то на тетушку Мардж был похож или на одного из ее бульдогов.

Подойдя ко мне, он с размаху дал мне ногой по голове.

- Гха! – застонал я.

- Со мной пойдешь, - сказал он, схватив меня за руку, и поволок куда-то.

Я толком ничего не мог понять, пока меня тащили, пытаясь совладать с болью.

Очки потрескались, и я с трудом удержал их на носу, но видеть через них стало в разы хуже. Судя по звукам, мы двигаемся к месту боя.

Вскоре мы оказались в каком-то большом зале. Помещение было сильно потрепанным, а судя по еще местами не остывшему огню, основные разрушения были нанесены только что.

В центре этого зала среди подпалин, разрухи и мусора стояла Генриетта.

Моя сестра выглядела немного потрёпанной, но все еще готовой продолжать. Ее противником был этот Джерико – командир Пожирателей, и он явно ей не уступал в бою. Я впервые увидел Генни в таком состоянии, обычно она всегда легко побеждала благодаря выучке, тренировкам и обучению, но сейчас появился враг, который был не хуже нее.

«У нее нет опыта в затяжных серьезных боях, - промелькнуло у меня в разуме. – Пусть физической и магической выносливости у нее много, но вот психологически к такому напряжению она явно неготова».

У Генни были поединки как реальные, так и с наставниками, но в таком положении она действительно впервые, и лишь выучка не дала ей пока проиграть.

- Не двигайся! – крикнул толстяк. В следующий миг у моей шеи возник нож, какой-то стилет уперся мне в горло и вот-вот проколет кожу. От вида ножа у меня сердце в пятки ушло. – Еще движение - и твой братец встретится с твоими родителями!

Сестра застыла и явно оказалась в замешательстве.

А я же пытался совладать со страхом и не поддаться ему, попутно все же пытаясь сорвать веревки, но этот тип держал меня крепко и не давал нормально двигаться.

- Вот и все, - произнес Джерико, убрав палочку и двинувшись к нам с толстяком. – Ты сильна, но привязанности делают тебя слабее. Узы всегда были и будут обузой. Одиночка всегда будет превосходить таких идиотов, верящих в связи и узы семьи. Сдавайся.

- Ха-ха-ха-ха-ха, ох, мы с ней повеселимся, перед тем как отдать Темному Лорду, - ржал этот тип. – А тебя я потом лично зарежу! Заставлю визжать как свинью и молить о смерти! Ха-ха-ха-ха!

Вторя ему, и остальные Пожиратели в зале стали смеяться.

Они хохотали, веселились и улюлюкали, забыв о своем недавнем страхе.

- Как иронично. Сестра пришла спасать бесполезного брата, а в итоге сама угодила в плен к нам, - усмехнулся командир Пожирателей. – Неудачник нам помог поймать гения. Все же я правильно сделал, что не остался на стороне таких бездарей и идиотов.

Его слова взбесили меня.

Не знаю, почему, но страх в голове резко сменился злостью. Злостью на себя, на свою слабость и бесполезность. Злость на уродов вокруг и то, что они празднуют победу, смеясь над нами. Они окружают ее, обходят и приближаются все ближе и ближе, чтобы схватить. Одна мысль о том, что их грязные руки прикоснуться к ней, что они причинят ей боль и заставят ее страдать, взбесила меня до небывалых раньше высот.

- Нет… - прохрипел я. – Узы… делают нас сильнее…

Резко дергаю головой - и острие ножа втыкается мне в шею.

Кровь тут же ударяет из раны, а ужасная боль проходит по телу.

- Уа-а-а! – вскрикнул толстяк от неожиданности и одернул руку.

Тут же хватаю его кисть и крепко сжимаю, а затем применяю то самое заклинание, которому меня когда-то научила Генни…

- Только не смей применять это против кого-то, Гарри, - говорила Генриетта. – Это заклинание мне показал Сириус. Он сказал, в него как-то от Снейпа прилетело, было больно, но полезно, а потому и запомнил, иногда применял. Обещай, что не будешь применять его по пустякам! Только против врагов, которые угрожают тебе или твоим близким!

- Обещаю, сестренка!

Сжимаю пальцы на руке урода и смотрю ему прямо в глаза.

- Сектумсемпра! – прорычал я.

Время будто замедлилось, и я успел увидеть искренний ужас в его глазах. Да, осознание неизбежности и понимание того, что будет сейчас. Он явно узнал эти слова…

В следующий миг вся кожа от кисти до предплечья рвется, а покрывается множеством порезов, проходящих по телу, словно сеточка паутины. Относительно неглубокие раны, но такое количество одновременно просто невозможно стерпеть.

- А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! – почти поросячий визг бьет по ушам. Толстяк падает на пол и начинает кататься и верещать от агонии, что охватила его.

Кровь хлещет фонтаном и заливает все вокруг него.

Генни тут же сориентировалась и воспользовалась ударной волной, что откинула всех от нее, и тут же атаковала Джерико, но тот успевает среагировать и блокирует ее атаки.

Но я это уже не замечаю, так как мой гнев притупил боль от пусть кровоточащей, но неглубокой раны на шее.

- Секо! – применяю я и заклинание, что еще недавно толком не могло порезать путы, сейчас моментально разрезает мои веревки.

Встав, я рванул вперед, прямо на командира Пожирателя. Ярость так клокотала, что я вообще забыл обо всем на свете и, схватив его за плечо, дернул на себя. Он не ожидал от меня такой прыти и на миг потерял равновесие.

Пальцы сжимаются в кулак, энергия заструилась по мышцам, а затем обрушил все это прямо на его лицо.

Кулак влетает в челюсть противнику и оказался настолько сильным, что того просто отшвыривает от меня на несколько метров и его протаскивает по земле.

- Уагх! – вскрикнул он, катаясь по полу.

- Агр-р-р! – зарычал я от боли в руке.

Пальцы оказались переломаны от неправильно применённой техники, а силы, которыми я пылал всего секунду назад, пропали, оставив в ногах только слабость, после чего я падаю на землю.

- Гарри! – ко мне тут же бросилась Генни.

Ее лицо выглядит таким испуганным, в глазах читается страх и недоумение.

- Прости… что доставил… неприятностей, - простонал я.

- Идиот, - вздохнула она. – Ты полный идиот. Зачем было так рисковать? У меня было все схвачено. Я бы притворилась, что сдалась, дав себя поймать, а после в нужный момент всех бы прибила.

- Прости, - вымучено усмехнулся я. – Мне… самому… захотелось по-геройствовать…

Она тут же наколдовала бинты и наложила их на мою шею, так как я мог просто умереть от потери крови. Руку пока трогать не стала. Это не смертельно, а мы пока еще не в безопасности.

- Я в порядке, лучше их обезвредь, - указал я на противников.

С Пожирателями еще не покончено. Да, рядовые ей не помеха, а вот Джерико почти пришел в себя. Удар получился неплохим, пусть и бездарно выполненным… но не настолько сильным, чтобы вырубить такого врага. Я все же не настолько крутой, чтобы таких, как он, побеждать одной рукой.

- Ублюдки! – завопил толстяк. Он стонал и ныл от разрезанной руки, но все равно смотрел на меня с неистовой ненавистью. Его злоба была так сильна, что даже я мог почувствовать его жажду моей смерти. – Вы заплатите, ничтожества! – с этими словами он достал из кармана какой-то амулет, похожий на черный треугольник.

- Не смей, Отто! – крикнул Джерико.

Но было уже поздно.

- Сдохните все! – крикнул он и разбил предмет на куски…

В зале установилась гробовая тишина. Все испуганно ожидали, что будет дальше, перестали дышать, было слышно даже, как ветер на улице дует… холодный ветер.

- Это они, - вновь я почувствовал их.

- БЕГИТЕ ВСЕ! – закричал Джерико - и первым рванул к выходу.

Остальные Пожиратели, кто мог, тоже помчались прочь.

- Генни, уходим, - говорю я. – Это они! Они идут!

Говорить уже было не нужно, так как теперь и она ощутила их ледяное присутствие.

Дементоры идут…

Смотря в окно через потрескавшиеся линзы очков, я видел приближающиеся черные силуэты, ощущал холод и безнадежность их аур.

- Мордред и Моргана, тут анти-аппарационный барьер, - зарычала она.

Я попытался встать, но слабость в ногах никак не давала мне толком ими пошевелить. Я был полностью без сил и не мог уйти.

- Я остановлю их, - сказала она и, встав ко мне спиной, посмотрела в сторону дементоров. – Не впервой.

Подняв палочку, она отрешилась от давящей ауры призраков, что были все ближе и ближе.

- Эспекто Патронум! – применила она.

Из палочки вырвался луч света, который превратился в большого оленя с огромными рогами и мощным телом. Всем своим видом животное выражало стать и силу, какими обладала его хозяйка. Сохатый посмотрел на силуэты нежити, а затем от него во все стороны ударила волна белого света.

Вспышка.

Свет ударил по призракам и оттолкнул их.

Вспышка.

Еще одна волна, которая отразила вторую атаку дементоров.

Вспышка.

Третье усилие - и еще раз твари отброшены.

Но этого было недостаточно.

Дементоры будто обезумели от чего-то, и даже такие атаки никак не заставляли их уйти. Их откидывало, явно ранило и больно било, но они, словно в неистовой ярости, все равно вновь и вновь бросались вперед.

Вспышка.

Уже не такая яркая, как раньше. Чуть тусклее. Чуть слабее. Чуть… менее уверенная.

Генриетта теряла силы. Патронус слишком затратное и сложное заклинание Высшей Магии, даже ей тяжко после такой битвы применять его столь активно.

«Я должен помочь!»

Но помочь ничем не мог.

Патронус у меня никогда толком не получался. Римус говорил о том, что во мне недостаточно счастливых воспоминаний и решимости. Магия, говорил он, не только сила и формулы, но и вера в себя, если ты боишься и сам не готов, то магия никогда не ответит тебе.

Но сейчас эти пространные слова ничем мне не помогут.

Я дотянулся рукой до валяющейся рядом палочки и поднимаю ее.

- Экспекто… Патронум… - говорю я, но ничего не происходит.

Генни держится, но уже сама обливается потом и с трудом стоит на ногах. Ее олень начал терять свой чистейший свет и тускнел с каждой секундой, грозясь пропасть.

Если я сейчас ничего не сделаю, она умрет.

А потому…

Я обратился к тому воспоминанию, которое я больше всех стараюсь забыть. Самое счастливое воспоминание в моей жизни… которое привело к самой страшной трагедии… к ужасному предательству…

Ее теплая рука держит мою. Она счастливо улыбается и смотрит на меня с надеждой. В уголках ее глаз блестят слезы, на заплаканном лице впервые за эти дни появляется радость.

- Ты… правда веришь мне?

- Разумеется, сестренка, - улыбаюсь ей в ответ. – Я же твой брат! Я всегда буду на твоей стороне!

- Спасибо… - слезы счастья потекли по красным щекам. - Спасибо… спасибо… спасибо…

Открываю глаза…

Потрескавшиеся очки лишь мешают мне видеть, так как мое зрение вновь стало идеальным. Эмоции утихли, боль больше не ощущается, а магическая энергия переполняет меня теплыми волнами, что проходит по всему телу.

- Экспекто Патронум, - произношу я.

Но вместо облачка энергии, вместо луча или хоть чего-то, что походило на заклинание… Перед палочкой… прямо в воздухе… появляются трещины…

Светящиеся золотистым светом трещинки прямо передо мной.

- Не… вышло? – ужаснулся я.

Опять неудача, опять провал, опять…

- ХА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! – завопили дементоры. Этот крик был каким-то странным и нехарактерным им. Обычно они лишь стонут или рычат, но тут такой мощный и громкий вопль, словно они банши какие-то.

Вспышка!

Очередная атака патронуса Генни - и дементоры разлетаются в разные стороны… и бегут… в ужасе…

Я вижу, как они улетают, могу различить каждое движение, даже почувствовать некий неистовый страх, который завладел ними.

Они все боятся… этого…

Вскоре призраков не остается, и они исчезают все до единого, убегая от нас как можно дальше.

Генни прекращает использовать патронус и падает на колени, пытаясь отдышаться после такого применения магии.

Трещина же пропала, будто ее никогда и не было, а та палочка, что я взял, рассыпается в пыль, словно она просто не выдержала такого перенапряжения.

Мое зрение вновь ухудшается, а слабость по всему телу проходит такая, что я с трудом остаюсь в сознании…

Глава 29. Не та сторона.

Отползя к стене, Генни облокотилась на холодный камень и облегченно вздохнула. Врагов в зале не осталось, ну, по крайней мере, тех, кто еще в сознании. Толстяк, которому Гарри порезал руку, валялся и с трудом дышал, явно умирая от потери крови, но у девушки уже не было сил ему помочь, да и не сильно хотелось.

Тело было сейчас таким тяжелым, горячим, и она с трудом могла шевелиться. Никогда она не была так вымотана, никогда так не уставала. Если сейчас сюда придут еще Пожиратели, то ее можно будет брать тепленькой, и ничего она врагам сделать не сможет.

Рядом валялся сам Гарри…

Генни бросила на него серьезный взгляд.

- Берегись!

Его слова тогда, его попытка спасти ее, его…

«А не он ли был тогда в Министерстве?» - спросила она себя.

Этот вопрос не давал ей покоя.

Когда она узнала о том видении про Отдел Тайн, она тут же бросилась туда. Полетев до Лондона на фестралах, которых приручила Луна, они добрались туда, но там оказалась ловушка.

Генни пыталась спасти всех и при этом отбивалась от наседающих врагов, держа Пророчество. Так, убегая, они добрались до зала с Аркой Смерти. Там им пришлось отбиваться от Пожирателей, но затем туда прибыли члены Ордена Феникса и стало полегче…

Но в один миг Беллатриса Лестрейндж применила Аваду. Генни не успевала увернуться, но в следующий миг.

- Берегись!

Она так и не поняла, что тогда случилось, ничего и никого за спиной не нашла, кроме Арки Смерти, а потому долго думала, что ей это просто показалось. Но сейчас…

«Такая глупость вполне в его духе, - фыркнула она. – Но вряд ли. Не пошел бы он туда после того что между нами случилось».

Выбросив ненужные мысли, она стала думать о другом, а именно о глупости своего поступка. Ведь стоило предугадать, что против нее будут использовать заложника. Стоило догадаться, что такое точно будет, иначе захватывать кого-то просто бессмысленно. Нужно было сначала освободить сиблинга, а уже потом ввязываться в бой, но она слишком переоценила себя. Недавний бой и удача слегка вскружили ей голову, вот она и не подумала.

Если бы Гарри не совершил свой, безусловно, тупой поступок, они оба попали бы в плен, а что там с ней сделают, она думать не хотела.

Она еще раз посмотрела на Эванса.

«Он кого-то ударил», - хмыкнула она.

Гарри никогда не давал сдачи, он никогда никому не отвечал насилием на насилие. Поначалу она думала, что он просто слабый и жалкий трус, но сложно так называть человека, который никогда ни перед кем не прогибался и, несмотря на побои, всегда оставался верен себе. Да, его били часто, порой за дело, но при этом он никогда не плакал на людях, никогда не просил прекратить и не умолял не избивать его. Он никому шестеркой не стал, все равно оставался собой, и пусть потом плакал от боли и обиды, но остальным таким никогда не показывался.

И при всем этом, как бы обидно и больно ему ни было, сам он никого ни разу не ударил.

А тут взял и вмазал, использовав Усиленный Удар. Да, бездарно применил, но все же.

«Растет все-таки, - хмыкнула она. – Может, какой толк из него и выйдет».

Судя по суицидальным методам: толк выйдет – дурь останется.

Однако не это ее сейчас сильнее всего волновало.

Больше всего девушку бесили собственные действия.

Необдуманность она уже понимала, теперь пришла очередь недостатка силы и опыта. Враг оказался очень способным и сильным. Он был ей если не равен, то ненамного превосходил, и то, его преимущество было в большом опыте. Она не смогла взять вверх и победить, несколько раз упустила свой шанс и дважды чуть не проиграла. Еще немного - и она бы продула.

«Я должна стать сильнее… Намного, намного сильнее!»

Это событие дало ей необходимый опыт. Ведь если просто командиры так хороши, то о Ближнем Круге и говорить нечего. Она еще не готова с ними сражаться.

- Эй, ты там не помер? - она слегка пихнула его локтем.

- Ух, живой, - простонал он. Открыл глаза и поморщился от боли. – Сама-то как?

- В норме, - кивнула она. Все же ей удалось отогнать дементоров, пусть и с большим трудом, но это отняло почти все ее силы. – Больше так не тупи, а то вообще без руки останешься.

- Прости, я был как-то не в себе, - вздохнул он. – Да и "Удар Арканы" я так и не смог нормально применить.

- Чего? Ты о чем?

- Ну, тот удар. Он вроде так называется…

- Нет, конечно, - она вновь пихнула его локтем. – Нет у этой техники названия. Она не такая уж и редкая. Пошла со средневековья, когда маги кроме палочек и мечи использовали, в ближний бой часто ходили. Техника эта забывалась и вспоминалась раз двадцать за всю историю, потому ее названия так никто и не придумал, вот и кличут просто "Усиленный Удар".

- Да? – искренне удивился он. – А я почему-то был уверен в обратном.

- Ты просто идиот, - она ударила его по плечу.

- Ауч, хватит драться, сама такая, - он толкнул ее.

- Не дергайся, придурок!

- Хватит уже, истеричка!

- Кто-кто?! Да я тебя…!

Возмутившись, она тем же, так и завязалась их перепалка, где каждый толком пошевелиться не мог, но пытался брыкаться.

Такими их и нашли прибывшие авроры во главе с Сириусом. Двое дураков, что спорят друг с другом и толкаются.

Ну, совсем как маленькие дети…

***

Джерико бежал, он несся по узким улочкам Лютого переулка, пытаясь как можно подальше убежать от места, где сейчас буйствуют дементоры. Если бы не жуткая усталость, сломанная челюсть и мелкие раны после боя, он бы давно аппарировал, но сил на это почти не осталось. Чтобы приказывать этим тварям, Темный Лорд создал подобные амулеты, которые позволяли ими управлять, и такой же как-то сделал и Отто. Лишь благодаря ему они и сумели заставить тварей помогать.

«Вот идиот, теперь он точно покойник».

Да, участи Поттер, ее братца и остальных, кто не убежал, не позавидуешь. Дементоры выпьют их души, потому там даже надежды на спасение не будет.

За спиной полыхает свет, но вряд ли патронус надолго спасет их там, лучше самому подумать о своем выживании.

«Ладно, как теперь самому быть?» – задал он себе столь страшный вопрос.

Положение его сейчас просто ужасно.

Он провалился по всем статьям, он ничего не добился, а лишь опозорился и потерял кучу людей, а также амулет контроля дементоров. Он проиграл дважды, чем серьезно подставил всех, и Темный Лорд будет явно не в восторге от всего.

«Я же убил ту, с кем Темный Лорд враждовал, - ухватился он за эту мысль. – Быть может, меня даже похвалят за…»

- Куда-то собрался, Джерико? – послышался позади женский голос.

Резко обернувшись, он тут же застыл с ужасом, смотря на приближающуюся к нему со слегка неровной походкой женщину. Широкая улыбка на бледном худом лице делала ее еще больше похожей на саму смерть, торчащие в разные стороны волосы будто двигались и извивались как щупальца, постоянные дерганные и резкие движения делали ее похожей на жуткую куклу, марионетку, которую неумелый кукольник дергает за нитки.

- Госпожа… Лестрейндж… - с трудом выдавил он из себя слова.

- Темный Лорд велел привести тебя к нему, - сказала она. – Немедленно.

- Д-д-да-а-а, - испуганно закивал он. Эту женщину Джерико боялся больше всех во всей организации. Безумная маньячка и кровожадная психопатка, которая обожает пытать и убивать и при этом является сильнейшим бойцом среди Рыцарей Вальпургиевой Ночи – Беллатриса Лестрейдж. – Девчонка… я ее…

- Ох, Джерико… - она покачала головой. – Молись, кому хочешь, чтобы она выжила… Ведь если Повелитель не сможет убить ее так, как хочет он… твои пытки никогда не закончатся…

Надежда в разуме бывшего аврора в этот момент умерла…

«Я выбрал не ту сторону…»

Глава 30. Выбор.

Сжать кулак, разжать, сжать и разжать.

Теплая вода согревает руку, и пальцы нормально движутся и почти не болят. Медик велел мне после лечения в теплой воде разрабатывать кисть. После того как я переломал себе все пальцы неудачным использованием того удара, лечение было… неприятным.

Главное, что рука на месте, а пианистом я и так никогда не был. Единственный человек, который был положением дел недоволен – это Генни. Ведь с такой рукой я не мог готовить ей пирог. Но это был самый напряженный конфликт за последнюю неделю.

После того как нас забрали авроры, обоих доставили в больницу Святого Мунго. Там занялись нашими ранами, а после начались допросы. Аврорам нужно было все знать, как проходило, что мы делали и как получилось. Пришлось отвечать.

Рассказал, что знал и как есть, ничего не врал и под Зельем Правды ничего не скрывал…

«Точнее, просто не упоминал пару моментов», - вздохнул я.

Врать не хотелось, но я просто не прикасался к моменту с дементорами и моего ощущения.

«Что это было?» - спрашивал я сам себя тогда, но ответа так и не последовало.

Я пытался применить патронус, но вышло что-то не то, а после этого дементоры вокруг в ужасе разбежались. Как так вышло и что это было, я не знал, но применять это заклинание пока не решался.

Лучше дождусь школы, а там посмотрю.

После того как авроры отпустили нас домой, пришлось по второму кругу все рассказывать директору и остальным в Ордене. Нас сильно ругали, оставили без сладкого (какая трагедия, а вот на Генни вроде немного подействовало, правда, только с виду, так как у нее заначка была), да и потом мурыжили. Больше всех негодовала Гермиона и отчитывала Генни по каждому поводу, да и меня немного.

Генни же все время ходила очень обиженная и раздражительная.

А все потому, что журналисты пронюхали обо всем этом, а может, Министерство решило так пропиариться, и вся история вылезла наружу, вот только не совсем точно. Так что все первые полосы пестрят такими заголовками:

«Девочка-Которая-Выжила Наносит ответный удар Пожирателям Смерти!!!»

«Избранная уничтожила целый отряд элитных сил Того-Кого-Нельзя-Называть!»

«Победа уже близко? Подвиги Великой Героини!»

И прочее и тому подобное.

Там переврали все что только можно. По словам журналистов, она чуть ли не всех Пожирателей пальцем раздавила, почти весь Ближний круг Волдеморта в одиночку вырезала и вообще тысячу дементоров одолела.

Генни и так своя слава не особо нравится, так теперь ее раздули черт знает, как. Ее уже засыпали письмами от одноклассников, рассказать все, как было. Потому сестренка была зла на весь мир и журналюг в частности.

Учитывая, что эти же самые люди в прошлом году поливали ее грязью, как могли, то читать от них такое, наверное, было противно. Лучше этим ребятам ей на глаза не попадаться: прихлопнет, несмотря ни на что.

Ну, не считая этого, ничего особенно не изменилось.

Разве что я по дому стал меньше работать из-за руки, но старался свои обязанности не бросать и все также бегал по утрам, занимался завтраком и не давал дому окончательно превратиться в свинарник.

Вот как рука более-менее излечилась, занялся генеральной уборкой, вычистил пол, стены, отдраил кухню и отправил в стирку все что нашел. Теперь тут и жить можно, жаль, что уже не получится, так как 31 августа подкралось совершенно незаметно.

- Завтра в школу… как же не хочется, - вздохнул я.

Взгляд вновь опустился на мою руку.

Сжимаю кулак. Разжимаю.

В голове крутится тот самый момент…

- Я кого-то ударил… - усмехнулся я.

После того случая с Дурслями я никогда не мог никого ударить, даже если сильно хотел. Умом понимал, что это просто и легко, но постоянно что-то внутри останавливало меня. Рука дрожала и слабела, стоило мне попытаться и как бы меня ни били и ни издевались, я ничего не мог поделать.

С тех пор как я проснулся в больнице, мне мои прошлые комплексы местами казались такими глупыми и далекими, пока я сам не столкнулся с ними. Как бы мне не хотелось избить рыжего, но тело не слушалось меня.

Мне порой казалось, что я какую-то клятву дал или непреложный обет, но все до безумия просто. Детская травма, помноженная на все остальные.

И вот… я кого-то бью…

Сам не совсем понял, как это сделал. Просто разозлился и сама мысль о том, что эти уроды будут издеваться над Генни, надругаются над ней и… Это так взбесило меня, что я едва себя контролировал. Даже боли не особо замечал, хотя у меня всегда был высокий болевой порог.

- Интересно, а я смогу повторить это осознанно? – спросил я сам себя. Было бы неплохо. – Хех, Уизли ждет неприятный сюрприз.

Ну, посмотрим, что получится. Пока загадывать или радоваться раньше времени не стоит.

Закончив с водной процедурой, я отправился на кухню.

В этот день я с тренировками и учебой взял перерыв и просто наслаждался последним днем в этом доме.

Засел на кухне, приготовил себе горячий шоколад и просто сидел, и молча смотрел в пустоту.

Дома сейчас никого не было. Тетя Меда ушла по делам, Сириус на работе, а Генни у друзей, а вот я сижу тут один и слушаю тишину. Ничего особо делать не хотелось, а потому я просто осматривался и вспоминал свой прошедший месяц.

- Странно, - прошептал я, смотря в потолок. – Столько всего случилось за этот месяц… И сложно поверить, что оно и правда было…

У меня возникло очень странное чувство…

Такое необычное и немного грустное.

- Почему мне кажется, что я больше сюда не вернусь? – спросил я сам себя.

Этот месяц был для меня самым веселым за всю мою жизнь. Впервые я хотя бы отдаленно почувствовал, что такое иметь настоящую семью, близких людей и вообще жить с теми, кому ты хотя бы внешне не безразличен.

И вот это время подходит к концу.

Включив музыку под настроение, я стал вспоминать.

I don't feel a thing

And I stopped remembering

The days are just like moments turned to hours

Мое пробуждение в больнице, разговор с врачом-лягушкой, потом та посылка и поездка к директору. Быть может, не укради у меня тогда деньги - и я бы остался на ночь в каком-нибудь отеле, и, кто знает, что было бы. Порой даже такие незначительные вещи могут определить судьбу.

- Судьба определяется нашим выбором… или случайностью…

Mother Used to say

If you want, you'll find a way

But mother never danced through fire shower

После те проверки, которые я вроде как нормально прошел. Отправка меня сюда и вынужденное сожительство с Генни. Мое уже полноценное знакомство с Сириусом, а также нахождение крестной. Ну и типа сводной сестры в лице Нимфадоры, но с ней мы слишком мало виделись, да и толком поговорить не могли.

Walk in the rain, in the rain, in the rain

I walk in the rain, in the rain

После был самый романтичный момент в моей жизни, когда мы катались с Гермионой, но он прервался появлением тролля. Ну и тогда-то и начались все странности со мной. Я все же как-то справился со страхом… и… спас ее… Я… спас кого-то… Я – Герой! Ну и плевать, что об этом никто и никогда не узнает. Об этом знаю я! А это гораздо важнее.

Да и странности там с моей победой…

Is it right or is it wrong

And is it here that I belong

«The Seatbelts - Rain»

Затем прогулка за покупками, после которой случилась та жуть… До сих пор страшно вспоминать.

И те слова…

- В тени дракона… не видно звезд…

Что это означает, я решительно не понимаю, но, может, потом получится узнать. Но эти слова я уже слышал, точнее, видел. Это было написано в том письме от «друга».

Так что или тот тип и был моим «Другом», или же он с ним как-то связан.

Так или иначе, пока у меня нет ответов.

Напоследок случилось нападение. Меня похитили, Генни спасла меня, попутно чуть сама не погибнув. Лишь из-за моих суицидальных действий мы сумели выжить… а может, и нет, вдруг у нее и правда был план?

Дальше странности с патронусом - и вот я дома.

Мы с Генни лишь на короткий миг вновь будто стали, как тогда… на четвертом курсе… Но теперь вновь разошлись по разным углам и стараемся не видеться. Чтобы применить патронус, я разбудил все те воспоминания о тех счастливых неделях на четвертом курсе. Вспомнил все до последнего… и мне от этого еще больнее.

Больно от того, что это никогда не даст мне уже забыть о себе и теперь будет каждый день напоминать… о предательстве… о разбитом и растоптанном сердце… о… обо всем…

Ладно, постараюсь поменьше думать об этом.

Больше всего моих мыслей было о Джерико.

Он – это то, чем я могу стать. Он убежал от проблем, он решил спрятаться от всех и забыться, но сам забыть не смог. Его ненависть так укоренилась в сердце, что уже никогда не отпускала его. Даже уйдя, спрятавшись, он все равно сам продолжил сравнивать себя, унижать самого себя, и вот куда это его привело.

- И как же мне не повторить его судьбу? – спросил я сам себя. – Единственное, что приходит в голову… что я не должен бежать и пытаться спрятаться… Я… должен найти, как реализовать себя сейчас, а не в далеком будущем. Я должен… стать счастливым… а не пытаться соперничать с ней…

Судьба подкинула мне эту встречу и предостерегла, и я последую этому совету и не ошибусь. Я постараюсь.

- Эх, ну-с посмотрим, - улыбнулся я, впервые за много лет с каким-то реальным оптимистичным взглядом на будущее. – Начнем работу над собой.

Лето заканчивается, и начинается новый учебный год…

***

Вернувшись домой, Сириус стал искать, кто дома сегодня есть, а кого нет. С тех пор как у него поселился еще один человек, он стал порой теряться от количества людей тут. Как-то привык к прошлым числам, а теперь людей стало больше.

«Эх, и с сентября ведь отвыкать придется», - вздохнул он.

Как-то привычно стало, что по утрам у него есть хороший кофе и завтрак, а то напрягать Меду ради таких мелочей ему было как-то стыдно, а тут Гарри сам и с удовольствием все делает, что приятно.

Не то, чтобы Сириус так легко отбросил все свои подозрения к парню и легко подпустил к себе, но все равно относиться негативно к нему он не мог. Особенно когда они разговаривали, он будто бы видел перед собой ожившего Джеймса. Все в нем было почти идеальным, что просто разрывало Бродяге сердце.

Он пытался воплотить все черты своего друга в его дочери, и получилось хорошо, но Гарри все равно слишком сильно был похож на своего отца. Все же некоторые вещи невозможно сделать, как бы ты ни хотел.

Войдя в коридор, он аж опешил от увиденного. Вечно темный и мрачный пролет в его доме стал в разы светлее и чище, на полу можно было отражение увидеть.

«Мой дом даже в моем детстве чище не был, - офигел он. – Ужас, теперь даже жить тут стыдно».

Учитывая, что через месяц тут станет так же грязно, как было, стало чуть обидно за себя.

Сириус хмыкнул и двинулся дальше, размышляя о прошедшем месяце, а в особенности последнюю неделю.

После того как Сириус отогнал дементоров, он поспешил обратно, но Сохатика и Гарри рядом с Уизли и Гермионой не оказалось. Быстро отведя их всех домой, он бросился в Аврорат и, собрав людей, отправился за крестницей. Благо, он всегда мог ее отследить, но пришел уже под конец.

Дементоры были прогнаны, Пожиратели побеждены, а сами близнецы ранены, но живы и пререкаются друг с другом. Смотрелось это немного даже смешно. Он бы посмеялся, если бы не был так зол, что они заставили его переживать за себя.

Потом были обязательные допросы, кучу ответов и протоколов писать, но в целом все было в порядке. Сохатик даже для себя пару уроков извлекла и теперь с удвоенной силой принялась за тренировки. Жаль, командира Пожирателей так найти не удалось, зато схватили его человека. Руку ему уже не спасти, но в Азкабане она ему не пригодится.

«Ох, зря я научил ее тому заклинанию, - покачал он головой. – Выглядела рана просто ужасно. Там будто мясник поработал, ужас какой-то».

После допроса этого преступника выяснилось, как они спланировали свои атаки. Никакого предателя в рядах Ордена, оказывается, не было: просто грамотный командир весьма умно действовал и сумел их подловить. Амулет, что отслеживал Гарри, был изъят и уничтожен, да и парень потом прошел через процедуру удаления всяких связей.

Различные проявления симпатической магии, включающие, например, наложение проклятий через волосы или кровь, были обычным делом у волшебников в средневековье... До тех пор, пока не было придумано заклинание, удаляющие связи со всеми этими отделившимися частями тел, чтобы их нельзя было использовать.

В настоящее время из-за простых и эффективных контрмер эта магия практически ушла с поля боя... Настолько, что ее проявления чаще используют в быту, вроде часов, что висят в гостиной у семьи Уизли. Даже Авроры, которым по профессии положено знать такие вещи, воспринимают Заклинание Отторжение скорее, как контрмеру к Оборотному Зелью, блокирующую возможность использовать "отторженное" для него, чем к предосторожности против проклятий и следящих заклятий.

Директор, когда все узнал, ходил мрачным, так как сам не подумал о подобном, как и все остальные.

Это будет хороший урок для Ордена. Его уничтожить могут не предатели, а простая халатность.

Но теперь все в порядке, и теперь Гарри сам за собой следить будет.

Так или иначе, все живы, все в порядке, и все стало, как раньше.

Такие события заставят Орден быть внимательнее и осмотрительнее. Все обошлось, но расслабляться нельзя.

Зайдя на кухню, он нашел там Гарри, спокойно пьющего горячий шоколад. Из духовки доносился аромат нового пирога, да и на плите что-то явно вкусное варилось. Ужин обещает быть неплохим. Он слышал об их «договоренности», и его повеселило, как Генни нашла оправдание для себя, есть сладости и при этом следовать своей диете.

«Ну, прямо маленький ребенок, что пытается найти себе причину», - усмехнулся он.

- Привет, Сириус, - поздоровался подросток.

- Здорова, - он уселся за стол. – А где остальные?

- Генни у Уизли, а тетя Меда еще не вернулась. Я пока начал делать ужин, да и сегодня последний день каникул, думаю, сегодня можно вне расписания сделать вкуснятину.

- Хех, ну хорошо, - улыбнулся он. – А! Чуть не забыл.

Он достал из сумки одну вещь.

- Все время забывал тебе отдать, - он протянул предмет в подарочной упаковке парню.

Тот принял подарок, аккуратно вскрыл бумагу, чтобы не повредить и посмотрел на подарок и застыл. В руках он держал рамку с фотографией своих родителей.

Да, Сириусу пришлось потрудиться, чтобы найти именно этот снимок. Это была первая фотография Джеймса и Лили сразу после родов. На них были изображены муж и жена, а на руках они держали своих детей. Оба были очень счастливыми и радостными, а Лили так вообще светилась и радовалась, что аж плакала от счастья. Да и сам Джеймс слез удержать не мог и ревел от радости, держа своих детей. Выглядел он очень глупо, но настолько счастливым он друга никогда не видел.

Все же Бродяга вовремя пришел к ним с фотоаппаратом и сделал этот кадр. Настоящие эмоции, искренняя радость родителей, смотрящих на своих детишек.

- Это… - произнес Гарри так грустно, но при этом счастливо улыбнувшись, - они… вот… они какие…

- Решил, что тебе это нужнее, - сказал Сириус.

- Спасибо, - он вытер выступившую слезу и постарался взять себя в руки.

- Кстати, я от Альбуса слышал, что ты заглядывал в Еиналеж, - вспомнил он. – Я думал, ты там мог их впервые увидеть.

- Ну, - опустил он взгляд. – Я… увидел там не их…

- Не их? – удивился Сириус, - а кого?

Он отвел взгляд и немного покраснел.

- Генни… рядом со мной…

Ясно.

Он не мог мечтать о том, чего не знал и не помнил, а потому он хотел просто быть с той, кто у него остался.

Сириус вздохнул.

Он понимал все, но…

- Эх, ладно, - он встал. – У меня еще кое-какие дела есть, да и тебе мешать не стоит.

- Может, останешься? – предложил он. – Я бы хотел побольше узнать о них.

Сириус не мог прямо сразу ответить.

В его сердце сейчас происходила тяжелая борьба.

Одна часть его - та, что все еще не могла принять правду и отпустить всю ту боль, тянула его в сторону:

= Идем отсюда. У нас много дел. Нам нельзя привязываться. Не сейчас. Только когда проверим и убедимся, тогда и можно. Но пока не стоит. Иначе потом будет еще больнее, чем сейчас.

Да, это было правдой.

Он хотел верить словам Альбуса. Он хотел принять все, что было сказано, но просто не мог. Не сейчас. Он был еще просто не готов.

Однако другая часть него самого говорила обратное:

= Останься! Он же сын твоих друзей и тебе тоже не чужой! Ты должен поговорить с ним. Хотя бы поговорить. Не отталкивай его, когда он сам тянется к тебе. Давай, сейчас лучшее время! Просто поговори с ним немного. О них…

И ведь правда.

Гарри сейчас открыт как никогда.

Фотография заставила его проявить больше чувств и не быть таким сдержанным. Они сейчас одни тут, и никто не помешает, а потому можно поговорить. Он ведь всегда любил рассказывать о Джеймсе и Лили, а сейчас его самого просят об этом.

«Гарри… просит меня…»

Он вздохнул и грустно улыбнулся…

- Прости, - сказал он. – Сейчас я и правда занят.

- Ну, тогда в следующий раз, - вздохнул подросток.

- Обязательно, - заверил его Сириус. – Как появится возможность, так сразу. Ну, я побежал.

Он покинул дом и вернулся на работу. Нужно были сделать еще несколько дел, а о том, что он упустил, он старался не думать…

***

Даже самые незначительные вещи могут радикально изменить судьбу. В лучшую или в худшую сторону - сказать сложно. Но одно наше решение, один выбор или одно слово может повести нас по совершенно иному пути…

И Сириус свой выбор сделал…

Эпилог.

Где именно находилось это место, точно сказать никто не мог. Оно было одновременно везде и нигде, можно было тысячу раз пройти мимо и даже не догадываться о его существовании. По сути же это было карманное измерение, небольшое пространство между планами реальности, куда, кроме владельца, никто попасть не мог.

Этот же мирок был таким маленьким, что занимал собой небольшую комнату где-то в 15 квадратных метров. Не особо много, а если учесть, что она была доверху заполнена сокровищами, то вообще казалась особо крохотной.

Да, все помещение тут было просто завалено драгоценностями.

Тяжелые сундуки ломились от золотых и серебряных монет, мерцающих таинственным светом камней, всяких украшений и бижутерии. Кольца, сережки, ожерелья, браслеты, и многое другое просто валялось на полу, несмотря на свою огромную стоимость, явно мало чем интересовали владельца этого места.

И вот среди всех эти богатств очень ярко выделялась одна вещь.

Это была книга.

Но это не какой-то древний и тяжелый фолиант, какие обычно представляют. Они лежат в стороне в отдельном сундуке. Она не была большой и тяжелой, выполненной из кожи или шкуры какого-то монстра, хотя назвать ее обычной язык тоже не поворачивался. Черная кожаная обложка с плотными страницами, сделанными из непонятного материала и явно на заказ. Книга пусть и выглядела непримечательной и обычной, но вряд ли найдется что-то способное легко уничтожить эту вещь.

Но все же такая книжка вряд ли бы привлекла чье-то внимание в какой-то библиотеке.

Даже сам владелец этого предмета не проявлял особого интереса к ней. Да, секреты, записанные там, были ценными и важными, но для него совершенно бесполезными, а потому он и убрал эту вещь подальше и планировал использовать, когда будет нужно.

Но все же было в этой книге кое-что, о чем владелец даже не догадывался. Секрет, что скрыл от него тот, кто эту книгу ему и оставил. Тайна, о которой знал лишь ее создатель.

Поэтому, когда пришло ее время, книжка просто начала исчезать из этой реальности. Исчезать, чтобы появиться там, где ей было нужно, в чужих руках, к которым она была не предназначена.

Так книга и исчезла, и никто этого не заметил, так как владелец сейчас просто не мог об этом знать.

И лишь раскатистый громкий смех гремел в карманном пространстве.

Смех того, кто явно быть тут не должен.

- Джа-ха-ха-ха-ха….

Content

В тени дракона

Пролог.

Глава 1. Доброе утро.

Глава 2. Неприятные ассоциации.

Глава 3. Неожиданное возвращение.

Глава 4. Игровая комната.

Глава 5. Планы из темноты.

Глава 6. Проверки.

Глава 7. Перед ней.

Глава 8. Кусок сердца.

Глава 9. Терпение.

Глава 10. Разговор на кухне.

Глава 11. Посиделки с друзьями.

Глава 12. Шумное утро.

Глава 13. Веселый денек.

Глава 14. Страх в сердце.

Глава 15. Гений.

Глава 16. Натянутые нервы.

Глава 17. Сотрудничество.

Глава 18. Случайное происшествие.

Глава 19. Бессонная ночь.

Глава 20. Топя горе в стакане.

Глава 21. Потускневшее сияние.

Глава 22. Любопытство.

Глава 23. Непреодолимая преграда.

Глава 24. Напряженное утро.

Глава 25. Прогулка.

Глава 26. Кривое отражение.

Глава 27. Поступь гения.

Глава 28. Трещина.

Глава 29. Не та сторона.

Глава 30. Выбор.

Эпилог.