Я не желаю нагибать! Книга II

Глава 1

В столице было раннее утро, рыжие лучи солнца заполняли беломраморные залы дворца, постепенно согревая холодный камень.

У резных дверей императорского кабинета стояли трое, двое были людьми-стражниками, а третий: подносом с едой.

Все трое напряженно молчали. Поднос молчал, потому что не умел говорить в принципе. Он был всего лишь куском серебра, на котором был сервирован обычный завтрак императора людей: каша на козьем молоке из двенадцати разных злаков, половинка яблока, вареное яйцо тенеплёта, пиво с лимоном и утренняя травяная настойка. А стражники молчали, потому что оба были на нервах.

Лакей-коточеловек принес императору завтрак еще полчаса назад, его величество всегда завтракал на рассвете. Но сейчас двери кабинета были закрыты, император не забрал свой завтрак, даже не впустил внутрь лакея-кота. Впервые за все двести пятьдесят лет, что стоял этот дворец, император пропустил свой завтрак.

Каша остывала, а пиво наоборот согревалось, а яйцо тенеплёта начало трескаться от собственного жара.

— Яйцо надо бы съесть, — наконец нарушил тишину тот стражник, что был помладше, — Еще минут двадцать — и оно испортится. Вареные яйца тенеплёта долго не хранятся. А испорченное яйцо тенеплёта — жратва так себе…

— Ну съешь, — буркнул на это второй стражник.

Этот был седой и бородатый.

— Кто, я? — испугался первый.

— Да, ты. Ну не я же. Съешь его. Только потом сам будешь объяснять государю, куда делось его яйцо тенеплёта.

Первый стражник нервно мотнул головой:

— Слушай, а может случилось чего?

— С кем?

— С императором. Почему он не выходит, а? Надо бы проверить.

Старый стражник на это поморщился:

— О, боги, с каким же болтуном меня поставили в караул!

Но молодой всё не унимался:

— Нет, на самом деле. Нужно посмотреть, всё ли в порядке с его величеством. Ты новости что ли не слышал? Вчера отряд на двух драконах улетел в карательную экспедицию против орков. И не вернулся. И второй отряд, посланный следом, тоже не вернулся. Что-то очень плохое происходит…

— А мы тут причем, м? — перебил старый, — Думаешь, императора убили орки в его собственном кабинете? Сильно в этом сомневаюсь. Нам приказано сторожить его величество, вот и сторожи. Не болтай. И не думай. Стражнику это всё ни к чему.

— Ну а если с его величеством и правда что-то случилось, м? Может он там заболел…

Старик закатил глаза:

— Заболел? Ты совсем идиот? Ну да, разумеется. ЗАБОЛЕЛ. Человек, который живет уже триста лет, не старея, крупнейший знаток алхимии, сильнейший воин этого мира и в принципе самое мощное существо в этой вселенной ЗАБОЛЕЛО. Простудилось, блин. Что ты несешь, дуралей?

— Да я просто подумал…

— А ты не думай. Я же тебе только что сказал. Я сторожу императора уже семьдесят лет, и за это время я ни разу не думал, уверяю тебя. И прекрасно себя чувствую. А император чувствует себя еще лучше. Он ни разу на моей памяти не болел. Так что волноваться не о чем.

— Ох, не знаю, — молодой все больше впадал в панику, — А вдруг ему там помощь нужна?

— Чего? — на этот раз старик хмыкнул и даже чуть ухмыльнулся, — Сильнейшему существу в мире нужна помощь? ТВОЯ? Гоблин меня забери, парень, ты еще глупее, чем я думал. Воистину, мне было тут гораздо приятнее дежурить одному, без твоей болтовни.

Юный стражник зацепился за эту мысль:

— Ага. Вот-вот. Об этом я и толкую. Все последние годы тут, у кабинета, стоял один стражник, но сегодня ночью император приказал усилить охрану. С чего бы это, м? Да и пропавший отряд, посланный за орками… Знаешь я даже слышал, что орки сбили наших драконов какой-то ракетой!

— Чем-чем сбили?

— Ракетой, — объяснил молодой, — Это такой летающий огненный меч. В него заливают нефть, и он летает. У расы сероногих было такое оружие, пока мы их не драконировали.

Старший на это презрительно хрюкнул:

— Прекращай. Просто заткнись. Откуда тебе все это знать? Ты же родился спустя сто лет после того, как сдох последний сероногий…

— Да, но я читал об этом в книжках!

— Ну и чё? Орки — не сероногие. Орки — тупые, это любому известно. И никаких огненных мечей, летающих на нефти, у них нету. Придумают тоже… Ну и бредни.

— А куда тогда делись два наши отряда, полетевшие к оркам, м?

— А вот это уже не твоё дело, — буркнул на это старший, — Твое дело — стоять тут и сторожить императора. А с отрядами его величество без тебя разберется. И с чего ты вообще взял, что с ними что-то случилось? Наверняка они просто летают сейчас над лесами и чистят орков. Орков за последние годы развелось, как крыс, так что жечь эту погань придется пару недель. Вот поэтому наши парни и подзадержались.

— Ага, ну конечно, — азартно заспорил молодой, — Задержались, да. А почему жена Храманатара всё утро плачет? Я сам слышал её рыдания, когда шёл на службу! Храманатар как раз командовал первым отрядом, посланным за орками. И он двоюродный брат императора, и лучший мечник в нашем городе…

— Да замолчи уже, — свирепо произнес старший, — Ты же не думаешь, что орки могли убить Храманатара? Это нонсенс. Я скорее поверю, что тебя убил гоблин, придурок.

— Меня не убил никакой гоблин, — не согласился молодой, — Вот он я, тут стою. И моя жена весела. А жена Храманатара рыдает…

— Да мало ли почему она может рыдать! Ну, может у неё месячные, а может ноготь сломала. Бабы, сам понимаешь.

— А давай ты не будешь судить о жене Храманатара по своей жене. Не у всех жены — истерички.

— А давай ты просто заткнешься, — предложил старший, — Ты можешь просто помолчать и ничего не говорить?

— Могу, — согласился молодой, — Но не сейчас, когда вокруг происходит гоблин знает что. Отряды пропали, император не завтракает, жена Храманатара плачет… А ну и еще Сев пропала. Помнишь эту магичку в зеленом платье? Она же постоянно тут крутилась. А сейчас исчезла. Она тоже полетела жечь орков. Да и этот странный новичок из другого мира тоже бесследно пропал. Не нравится мне всё это, ох, не нравится…

— Клянусь, еще слово и мое копье окажется в твоей заднице, — чуть ли не прорычал старший, — А его острие выйдет из твоей уретры! Чего ты хочешь-то от меня, м?

— Надо проверить, как там его величество, — выдохнул младший, явно уже давно клонивший именно к этому.

— Ну так проверяй.

— Кто, я???

— Ну не я же. Если император разозлится, что ему мешают и бросит файрболл — по крайней мере, он бросит его в тебя. А не в меня.

— Ну…

— Не нукай. Я тебе не конь. Хочешь проверять императора — давай. Действуй. Или испугался?

Юный стражник тяжко вздохнул. Потом аккуратно отодвинул поднос от дверей кабинета, подошёл и боязливо постучал в резные двери древком копья.

Тук-тук-тук…

Звук эхом разлетелся по пустым мраморным коридорам дворца. Стражник постучал еще раз, на этот раз громче и увереннее.

— Ваше величество! У вас там всё в порядке?

Но ответом была только тишина.

— А дальше что? — хмыкнул пожилой стражник, — Давай, парень. Сказал А — говори и Б.

Молодой стражник еще помялся, но теперь ему не хотелось ударить в грязь лицом и показаться трусом. Он в очередной раз тяжко вздохнул, а потом крикнул:

— Простите, ваше величество! Но я вхожу! Я должен проверить, всё ли с вами в порядке. Я вхожу.

Паренёк толкнул тяжелые двери, те оказались незапертыми…

Через миг двери чуть приоткрылись, но потом оглушительно хлопнули и снова закрылись. В воздухе метнулась ярко-желтая вспышка, юного стражника оторвало от пола, отшвырнуло прочь и припечатало о мраморную стену коридора. Его копье со стуком полетело на пол.

В воздухе повисло системное сообщение:

ПОСЕЩЕНИЕ ЛОКАЦИИ ЗАПРЕЩЕНО

Молодой стражник поднялся на ноги, поправляя кольчугу и потирая ушибленную спину. А старый захохотал:

— Ха-ха. Ну и как тебе? Ты же не думал, что к императору могут войти, когда он того не желает, м?

— Тьфу! Да я только проверить хотел! — выругался младший.

Старший же продолжал потешаться:

— Ну вот, ты и проверил, братец. И скажи спасибо, что остался живой после этой проверки.

— Мог бы и предупредить!

— Что? Предупредить? А голова тебе на что, дурень? Чтобы в неё есть? Ты реально забыл, что кабинет императора защищен мощнейшей магией, в самом деле?

— Так ты мне сам вроде сказал поменьше думать, — обиженно процедил молодой, поднимая своё копье.

— Верно. Поменьше думай о ерунде и побольше о главном, придурок.

— Ну я тебе покажу не следующей тренировке, — не удержался от угрозы молодой.

— Хех. Я тебя разделаю, даже не сомневайся. У меня копья в сотку, наивысшее мастерство.

Молодой хотел было ответить, но в этот момент двери императорского кабинета вдруг распахнулись.

Его величество стоял на пороге, в одном халате на голое тело. На поясе у него при этом висел его золотой меч, это создавало странное впечатление. Выглядел император ужасно, его борода была растрепана, под глазами лежали тяжелые синие круги, он явно не спал всю ночь.

Император глянул на свой завтрак, поморщился и брезгливо отодвинул поднос ногой.

— Ваше величество, я прошу прощения… — перепугался молодой стражник.

Но император перебил:

— Ода-Чу ко мне. Немедленно.

Двери кабинеты снова закрылись, а стражники бросились исполнять приказание.

— Ну, теперь-то веришь мне, что что-то случилось? — спросил молодой, — Ода-Чу просто так вызывать не станут. Видимо, стряслось нечто ужасное…

Старший на этот раз просто пожал плечами. Тут крыть было нечем. Ода-Чу был непревзойденным мастером драконации, он лично уничтожил больше десятка непокорных рас, целиком, до последнего детеныша.

— Хана теперь оркам, — заключил молодой стражник.

Ода-Чу явился через пять минут. Это был невысокий мужчина в простом кафтане, но лицо у него было лютым — его покрывали шрамы и старые зажившие ожоги. Одного глаза у Ода-Чу не было, вместо него в глазницу был вставлен алмазный протез. В столице поговаривали, что этим алмазным глазом Ода-Чу наградила система за его верное служение делу человеческой расы. Еще ходили слухи, что этот глаз может видеть страх сквозь любое препятствие, так что ни один перепуганный звереныш никогда не спрячется от взора Ода-Чу даже в самом густом лесу.

Ода-Чу прошёл к дверям императорского кабинета чуть кривой походкой наездника, он уже много лет предпочитал не ходить пешком, а летать на драконе.

— Вы тоже зайдите, — приказал император стражникам.

Старый и молодой проследовали за Ода-Чу в кабинет. Здесь царил беспорядок, стол императора был завален свитками, в углу кабинета сейчас бурлила алхимическая лаборатория, из разноцветных пробирок восходили ядовитые пары.

— Усилить охрану столицы, — распорядился император, — Сейчас же. Удвойте все караулы, мобилизуйте резерв. Зону патрулирования над городом драконьим всадникам расширить втрое. Ты лично отвечаешь.

Император ткнул своей императорской дланью в старого.

— Это всё, можешь идти.

Старый поклонился и вышел.

А взор императора обратился на молодого стражника, и у парня внутри всё сжалось от страха.

— Я слыхал, что ты живешь с эльфийкой, — свирепо произнес император.

Это был не вопрос, а утверждение.

— Эм… Ну да… — протянул молодой, не смея отрицать правду перед императором, — Но она моя рабыня. Так-то у меня и человеческая жена есть, и я её очень люблю. А эльфийка у меня чисто для утех…

— Плевать на твою человеческую жену, — перебил император, — Ты хорошо знаешь эльфов и их язык, так?

— Да, — признал стражник.

— Славно. В таком случае возьмешь сейчас драконов, сильный отряд и свою эльфийку. И полетишь к эльфам на переговоры.

— А? — парню на секунду показалось, что он ослышался, — Переговоры? С эльфами? Но разве мы ведем переговоры с животными, ваше величество?

— Ведем, когда это нужно, — отрезал император, — Ситуация изменилась, друг. Бумагу, подтверждающую твои полномочия, я тебе дам.

Император взмахнул рукой, и из воздуха выпал свиток, прямо в руки стражнику.

— От эльфов требуется только одно, — продолжил император, — Пусть выдадут нам Виктора живым. Виктор — предатель человеческой расы. Этот тот самый пришелец из другого мира, который улетел вчера. Он сейчас с орками. Но скоро поедет к эльфам с предложением союза, я в этом не сомневаюсь. Так что передай остроухим следующее. Если они схватят Виктора и передадут его нам — я гарантирую эльфам мир на сто лет. И еще отпущу всех эльфов-рабов. Если же эльфы предпочтут союз с Виктором, а не со мной… Они об этом очень сильно пожалеют. Я просто превращу западные леса в пепел. Ясно?

— Это ясно, — парень заглянул в выданный ему свиток, испещренный эльфийскими рунами, — Но как я найду эльфов? Они же прячутся, а их лесные деревни — постоянно перемещаются. Говорят, что черную кошку в темной комнате проще найти, чем эльфа, ваше величество.

— Кошки мне ни к чему, — буркнул император, — А эльфы сами тебя найдут. Высадишь в их лесах свою остроухую бабенку с посланием. А она уже установит контакт. И предупреди её, что если эльфы откажутся говорить с тобой — это будет равносильно тому, как если бы они плюнули мне в рожу. И тогда последствия будут самыми печальными для остроухих.

— А этот Виктор правда предал человеческую расу? — не удержался от вопроса стражник, — И почему бы нам его просто не убить?

— По кочану. И по кочерыжке. Ступай. И возвращайся, только когда заключишь с эльфами мирный договор. А еще лучше — с Виктором в цепях. Ублюдок нужен мне живым.

Молодой стражник кивнул и скорее вышел, понимая, что император сегодня явно не в духе.

Когда двери за ним закрылись, в кабинете остались только император и Ода-Чу.

Его величество нервно прошелся туда-сюда, потом покрутил вентили горелок под собственной алхимической лабораторией, потом подошёл к столу и тяжело оперся на него.

— Я доставлю вам этого Виктора живым, если нужно, — хрипло произнес Ода-Чу, — Не переживайте так, ваше величество.

— Да срал я на Виктора, — отмахнулся император, — Он не опасен. Пока что. Нет, я позвал тебя сюда не для этого.

— Но сжечь явно кого-то придется, — заметил с жуткой улыбкой Ода-Чу, — Вы знаете, что я умею только одно. Убивать.

Император прошел к дверям и оглядел прямо сквозь них своим магическим духовным взором ближайшие мраморные коридоры дворца.

Лишь убедившись, что рядом нет лишних ушей, его величество повернулся к Ода-Чу.

— Жечь тебе придется. Но не убивать. Ты отправишься вот сюда. Смотри…

Император коснулся рукой большой металлической карты, занимавшей всю стену кабинета. На карте вспыхнула точка, только не красная, какая обычно появляется, когда где-то убивают человека, а зеленая.

— Хм… Но ведь это глухие горы, ваше величество. Там ничего нет.

— Ошибаешься, — император мрачно покачал головой, — Вот по этим координатам есть пещера. Найдешь её и уничтожишь всё её содержимое. Отдраконируешь по полной программе.

— Ясно. А что в пещере?

— Неважно. Что бы ни было — оно должно быть уничтожено. Возьми сотню человек, и еще десяток драконов. А если к этой пещере вдруг припрется Виктор — возьмешь его живым.

— А такое возможно, ваше величество?

— Более чем. По моим расчетам Виктор сейчас или отправиться к эльфам заключать союз, или вот к этой пещере. Вот только если он придёт туда — то должен обнаружить лишь расплавленный камень.

— Я всё сделаю, — кивнул Ода-Чу.

— Хорошо. И помни, что это секретная миссия. Никто не должен знать о ней. Не говори даже своим людям, куда и зачем вы отправляетесь. И не заглядывай в эту пещеру, когда найдешь её. И не давай заглядывать никому другому. Единственный, кто имеет право сунуть в эту пещеру голову — это дракон, который там все пожжет.

— Будет выполнено, ваше величество. Но когда содержимое пещеры будет сожжено…

— Тогда можешь заглянуть в неё, чтобы убедиться, что работа сделана, — разрешил император.

Ода-Чу поклонился и отправился к дверям, однако, уже покидая кабинет, задержался:

— Ваше величество, это то, о чём я думаю? Война со зверорасами?

— Очень надеюсь, что нет, — мрачно буркнул император, — Впрочем, от нас зависит. Я лично намерен остановить Виктора и не дать подонку скатить наш мир в кровавую бойню. И уверен, что шансы предотвратить большую войну у нас хорошие. Главное сейчас — действовать быстро.

Глава 2

Я резко обернулся, на всякий случай схватившись за булаву.

Но никаких врагов тут не было. В моем командирском шатре всё еще находились лишь я, магичка Сев и… череп Аменахина.

Вот только у последнего в глазах теперь зажглись темные огоньки, источавшие странный как будто черный свет. Видимо, череп оживила та орочья кожа с кровавыми рунами, которую я бросил на священный камень. Ритуал сработал, в чём бы он ни состоял.

По шатру заметались странные тени. Череп еще раз громко клацнул зубами.

— Сев, что происходит? Ты что-нибудь понимаешь? — спросил я.

— Не больше тебя, Виктор… — в страхе прошептала магичка.

Девушка даже схватила меня за руку, ища защиты и видимо забыв, что она сама мощный маг.

Череп Аменахина тем временем открыл рот и начал говорить. Его зубы глухо стучали друг о дружку, вот только была одна проблема… Никаких других членораздельных звуков череп при этом не издавал. Оно и неудивительно: трудно говорить, когда у тебя нет глотки и языка. В этом смысле местная магия оказалась на удивление реалистичной, а не как в глупых видеоиграх, где каждый противник-скелетон громко ругает тебя по матери.

Но мне от этого было не легче. Я-то хотел сейчас услышать от черепа нечто осмысленное.

— Лучше бы ты сказал мне всё, что нужно, пока ты был живой, — бросил я Аменахину.

Хотя, если так подумать, то пока был живой Аменахин — меня не было в этом мире. Это же жертва Аменахина открыла портал и призвала меня сюда.

Череп тем временем продолжал выстукивать нечто зубами. Он определенно говорил некие слова и предложения, а не просто развлекался, ибо промежутки между стуками были неровными. Может быть он пытается сообщить мне что-то морзянкой? Но тогда он попал впросак. Ибо я азбуки Морзе точно не знаю, мне известно лишь, как звучит сигнал SOS, но Аменахин явно подавал мне сейчас не его.

Болтливый череп стучал и стучал, а на меня тем временем накатывала паника. Он явно передает важное сообщение, вот только я его не слышу…

Однако на помощь мне неожиданно пришла система. Над черепом начали всплывать сообщения, зловещие черные буквы, с кроваво-красной окантовкой.

СИСТЕМНЫЙ БАГ.

ОШИБКА.

ТРИСТА ЛЕТ НАЗАД.

ИСПРАВЬ ЕЁ.

ЧТОБЫ ОБРЕСТИ КОРНЕВОЙ НАВЫК…

ТЫ — ПЕРВООБРАЗ ЧЕЛОВЕКА.

ТОЧКА ВЫХОДА ТАМ ЖЕ, ГДЕ И ТОЧКА ВХОДА.

ГОРЫ ХОННИНГФЬЯЛЬ. ДРАКОНЬЕ ГНЕЗДО. ПЕЩЕРА.

ТОЧКА ВХОДА ЛЮДЕЙ В МИР…

Я ВОШЁЛ ПЕРВЫМ.

ТЫ ВЫЙДЕШЬ ПОСЛЕДНИМ.

ЗАКРОЙ ЗА СОБОЙ ДВЕРЬ И ВЫКЛЮЧИ СВЕТ.

ЗАКРОЙ ЗА СОБОЙ ДВЕРЬ И ВЫКЛЮЧИ СВЕТ.

ЗАКРОЙ ЗА СОБОЙ ДВЕРЬ И ВЫКЛЮЧИ СВЕТ.

ГОРЫ ХОННИНГФЬЯЛЬ. ДРАКОНЬЕ ГНЕЗДО. ПЕЩЕРА.

ТОЧКА ВХОДА ЛЮДЕЙ В МИР…

Дальше сообщения пошли повторяясь, но вперемешку, казалось, что череп Аменахина проигрывает мне записанные фразы в рандомном порядке. При этом его сообщения еще и заплясали в воздухе, дергаясь и мерцая. Всё это очень напоминало древнюю видеоигру, еще тех времен, когда не было полноценных озвучек. Причём игру забагованную и криво русифицированную.

ГОРЫ ХОННИНГФЬЯЛЬ. ДРАКОНЬЕ ГНЕЗДО. ПЕЩЕРА.

ТЫ ВЫЙДЕШЬ ПОСЛЕДНИМ.

Я ВОШЁЛ ПЕРВЫМ.

ТОЧКА ВХОДА ЛЮДЕЙ В МИР…

ИСПРАВЬ ЕЁ.

ТРИСТА ЛЕТ НАЗАД.

ОШИБКА.

Я понял, что ничего нового от черепа не дождусь. Судя по всему, он собирался повторять эти фразы бесконечно. И если он будет так бубнить — то хрен я усну под его костяное клацанье.

— Ясно. Понятно. Сев, отверни, пожалуйста, это череп к стене.

— А может нам стоит его расспросить? — засомневалась магичка.

— Ну давай попробуем. Эй, Йорик, как мне обрести мои сверхсилы?

ТЫ — ПЕРВООБРАЗ ЧЕЛОВЕКА.

ТОЧКА ВЫХОДА ТАМ ЖЕ, ГДЕ И ТОЧКА ВХОДА.

ГОРЫ ХОННИНГФЬЯЛЬ. ДРАКОНЬЕ ГНЕЗДО. ПЕЩЕРА.

— Не-а, — вздохнул я, — Ничего не выйдет. Как видишь, он повторяет одно и то же, и эту пластинку уже не сменит. Коммуникация невозможна, Сев. Так что поверни его к стене, возможно тогда он заткнется. Ибо я не намерен слушать этот зубовный стук до конца жизни.

— Сам поверни его, — магичка напряглась, — Я не знаю, можно ли его вообще трогать. Это может оказаться просто опасным. Гляди на эти тени на стенах шатра. Это какая-то темная магия.

Зловещие тени на самом деле продолжали метаться по моему шатру, как будто решили устроить теневую дискотеку.

— Именно, — согласился я, — Поэтому ты сделай это, Сев. Кто из нас маг, ты или я?

— Хм… — девушка надулась, — Ну ладно. Но это моя последняя услуга тебе.

— Договорились.

— А если у меня не получится?

— Что не получится? Развернуть черепушку лицом к стенке? С этой задачей и гоблинёнок бы справился. Но если у тебя не получится, и Аменахин не заткнется — я просто прикажу оркам его закопать в землю.

— Ну ладно.

Девушка опасливо подошла к Аменахину, продолжавшему сыпать одинаковыми системными сообщениями и стучать зубами.

Потом протянула к черепу ручку…

В воздухе вдруг метнулась черная вспышка, состоявшая из чистой тьмы. Будто взлетело разом сотни мух, шатер на миг погрузился в непроглядную темноту.

Вот дерьмо. В принципе чего-то подобного я и ожидал. Поэтому и послал потеребить этот череп магичку. Да, наверное, это было подло по отношению к Сев, похоже, что я становлюсь подонком, а не героем, это плохо. Надо мне будет скорректировать мое поведение, чтобы не превратиться в чудовище под влиянием моей нынешней власти…

Прошла еще секунда, и тьма рассеялась. Тени, плясавшие на стенах шатра, тоже исчезли. И системные сообщения пропали.

Но самое главное — затих наконец зубовный стук. Вместо него вдруг раздался оглушительный треск, и я увидел, как у Аменахина вывалились все его зубы, потом череп пошёл трещинами, а потом рассыпался на мелкие осколки.

Сев лежала на полу шатра, её глаза были закрыты…

О, Господи. Что я наделал? Похоже, что только что убил единственного моего друга-человека.

Я бросился к магичке, но она уже открыла глаза.

— Сев, ты как?

— В порядке… — испуганно пробормотала магичка, поднимаясь и скорее снова закутываясь в покрывало, которое я ей дал.

На лице у Сев застыло такое выражение, будто она только что побывала на том свете. Возможно, так оно и было.

— Холодно, — произнесла девушка.

Она стала еще плотнее кутаться в покрывало, выпростала из-под него руку, и тут я увидел, что на плече у Сев появилась черная отметка — знак черепа. Нечто вроде татухи.

Вот блин… А теперь я понял, что мой косяк гораздо хуже, чем я думал. Ладно бы если бы Сев просто умерла, но, похоже, что этот череп неким образом пометил девушку, когда она его коснулась. А должен был пометить меня! Это же я тут герой!

— А ну-ка покажи…

Но Сев попыталась скрыть от меня свое голое плечико. Однако я бесцеремонно сорвал с девушки её покрывало.

— Вот это что такое?

— А я откуда знаю? — взъярилась магичка, вырывая у меня из рук покрывало, — Не знаю! Это ты меня послал трогать поганый череп!

— Я не думал, что он одарит тебя этим знаком.

Я потер плечо девушки, но символ черепа не исчез. На ощупь это была даже не татуха и не ожог, а просто рисунок, въевшийся в кожу.

— Прекрати меня лапать, — Сев снова закуталась в покрывало, скрыв странный знак.

— Ты что-нибудь ощущаешь? — спросил я, — Какую-нибудь новую силу?

— Нет, ничего подобного. А должна?

— Не знаю. Но уверен, что эта метка предназначалась мне. А теперь возможно героем, которому предстоит уничтожить человеческую расу, стала ты, Сев.

— ЧТО?

Вот теперь девушка перепугалась так, что задрожала.

— Не говори так! — потребовала она, — Я не собираюсь уничтожать человеческую расу. И вообще ухожу. Ты совсем сошёл с ума, вот что. А эту дрянь на плече мне выведет император, когда я вернусь в столицу. Пойдешь со мной?

— Не-а. Мы это уже обсуждали, Сев. Я не самоубийца.

— Ну и дурак. Тебе не одолеть людей. Никому не одолеть.

— Посмотрим…

— Ты глупец, если думаешь, что люди будут сражаться с тобой в одиночку, — заметила девушка, — Большинство рас верны людям. Они выступят против тебя и твоих орков, и всех вас уничтожат. Так что самоубийцей ты будешь, если останешься здесь. Что ты можешь противопоставить людям? Слова мертвой черепушки? Я ухожу. Прости.

Магичка неожиданно привстала на цыпочки и чмокнула меня в щечку. Как мило.

Я стремительно схватил девушку за руки и крепко сжал их.

— Эй! Пусти! Ты же обещал…

— Да, и я держу свое обещание, — заявил я, — Но сперва ты растолкуешь мне, о чем болтал мертвый Аменахин. А уже потом телепортируйся, куда хочешь.

— Да не знаю я, о чём болтал твой Аменахин! У орков спрашивай. Это же они изготовили из Аменахина говорящий череп.

— Орки ни черта не знают, — парировал я, — Послание черепа явно предназначалось мне.

— Вот сам и расшифровывай его! Откуда мне знать…

— Что такое горы Хоннингфьяль?

Череп Аменахина успел столько раз повторить свои коронные фразы, что я теперь выучил их наизусть. Благодаря моим волшебным лингвистическим способностям, я даже понимал, что «Хоннингфьяль» — слово из языка гномов. И это было странно.

Сев злобно таращилась на меня, но вырвать свои ручки из моей стальной хватки не могла. А без рук не могла колдовать.

— Ну хорошо, — вздохнула девушка, — Это Медовые горы. Далеко на севере, за нашей столицей. Твои орки знают, где это.

— А причем тут гномы?

— Гномы? Они там живут. Собственно, только гномы там и обитают. Это очень холодное и далекое место. Люди туда даже не летают.

— Ладно. А драконье гнездо? Череп Аменахина явно посылал меня в эти горы Хоннингфьял, и хотел, чтобы я нашёл там драконье гнездо.

Магичка захлопала глазками:

— Виктор, я не знаю! Честно. Драконы не вьют гнезд, они живут в пещерах. Так что я не больше тебя понимаю, о чём речь. Наверное это какой-то гномий сленг. И никаких драконов в горах Хоннингфьяль уже давно не осталось. Вот это могу сказать тебе совершенно точно. И в любом случае, я не советую тебе отправляться туда.

— Почему?

— Тебя там убьет холод, — ответила девушка, — А если не холод, то гномы. А если не они — то высота. В этих горах так высоко, что там даже дышать толком нельзя.

— Дышать мне в любом случае, судя по всему, осталось недолго, хех, — заметил я, — Ладно, хорошо. Если хочешь уходить — уходи. Но перед этим поклянись всеми богами и системой, что не расскажешь императору, о чем говорил череп.

— А если я тебя обману…

— Не обманешь, Сев.

— Ну ладно. Клянусь, что никому не расскажу об Аменахине и словах его черепа. Клянусь богами, системой и своей жизнью!

Я на миг призадумался. Вообще, вернее всего было бы размозжить Сев голову булавой. Вот с разбитой башкой она уже точно никому ничего не расскажет. Кроме того, если я убью девушку — то точно получу сразу же горы опыта.

Но с другой стороны, я не собирался становиться зверем. Да и клятве Сев верил, магичка была не из тех, кто нарушает свое слово. Эта дева, как я уже много раз убедился, была во всех смыслах правильной. В школах такие девушки, как она, обычно отличницы, сидят в очках за первой партой и первыми тянут вверх руку, когда учитель задает вопрос.

Сев просто не повезло. Так уж вышло, что она связалась с конченым подонком и предателем вроде меня…

Я отпустил её руки.

— Ладно, прощай. Но если встретимся на поле боя — я тебя убью. Без всякой жалости.

— Аналогично, Виктор.

Магичка воздела вверх руки, явно собираясь телепортироваться. Я ей не мешал.

Вот только никакой магии из рук Сев не полилось. Ни сполоха, ни искорки.

— Эй! — воскликнула магичка, её глаза округлились от страха.

— Я тут не причём, — пожал я плечами, — Я твою магию не забирал.

Магичка снова вскинула руки…

СЕВ КАНАЧ-КАГНАК: ОТКЛЮЧЕНА ОТ СИСТЕМЫ

Системное сообщение всплыло над головой девушки, как смертный приговор.

— А… — в шоке пробормотала магичка.

Она проделала очередной пасс.

СЕВ КАНАЧ-КАГНАК: ОТКЛЮЧЕНА ОТ СИСТЕМЫ

ВОЛЕЙ ИМПЕРАТОРА. ЗА ИЗМЕНУ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ РАСЕ.

— Быть не может! — ахнула Сев.

— Не знал, что у тебя фамилия «Канач-Кагнак», — произнес я, созерцая системное сообщение.

— Кагнак — фамилия, а Канач — отчество, — в шоке пробормотала бывшая магичка, — О, боги… Статус! Статус!

СЕВ КАНАЧ-КАГНАК: ОТКЛЮЧЕНА ОТ СИСТЕМЫ

ВЫПИСАНА ИЗ ЛЮДЕЙ

ВСЕ СПОСОБНОСТИ ЗАБЛОКИРОВАНЫ

ДЛЯ РАЗБЛОКИРОВКИ ОБРАТИТЕСЬ К ИМПЕРАТОРУ

Вот и весь статус Сев. Он повис над головой девушки, и это всё, что было в нём написано.

— Я думал, что это блеф, когда ты мне говорила, что император может отключать людей от системы, — вздохнул я, — Мда, похоже, что союзниками-людьми мне обзавестись не светит. Любого, кто перейдет на мою сторону, император просто отключит. Как тебя только что.

В принципе это было ожидаемо. Если бы я сказал, что не предполагал подобного — то погрешил бы против правды. Я достаточно хорошо знал императора, чтобы понимать, что просто так вернуться в столицу после общения со мной Сев уже не сможет.

— Тебя тоже должны были отключить! — выпалила девушка.

Губы у неё дрожали, а в глазах стояли слёзы.

— Это легко проверить. Статус!

Мой статус развернулся у меня над головой во всей своей полноте и мощи. Двадцать пятый уровень, куча способностей… Я был все так же силен, меня системные силы не оставили. Более того, мой статус даже не мерцал и не баговался. Так что если император и пытался меня отключить — у него ничего не вышло.

— Нет! — в отчаянии прокричала Сев, — Нет-нет-нет… Только не это!

Она в панике бросилась прочь из шатра, покрывало слетело с тела девушки и упало на ковер, устилавший пол моего командирского жилища.

Но я поймал Сев за плечи и развернул её лицом к себе.

— И куда ты намылилась, м?

— Подальше отсюда! — выкрикнула девушка.

— Так там снаружи орки, — напомнил я, — И ты вряд ли переживешь пробежку среди них. Они тебя просто зарубят. Тем более что магии у тебя больше нет. Да и до столицы ты по лесам не добежишь. А даже если и добежишь — император тебя просто вздернет за измену.

— Нет, нет, я всё ему объясню! Он поймет! Произошла ЧУДОВИЩНАЯ ОШИБКА.

— Господи, Сев, ты просто наивна… Приди в себя уже.

Но девушка не пришла в себя, вместо этого она попыталась вырваться, а потом выцарапать мне глаза.

Я дал Сев слабую пощечину, вернув ей таким образом тот удар, который она нанесла мне полчаса назад.

— Выйдешь из шатра — тебя убьют. Всё просто.

— Прикажешь меня убить, подонок? — взвизгнула бешеная барышня.

— Не-а. Но оркам и не нужны приказы, чтобы убивать магичек. Даже бывших магичек. Орки с удовольствием делают это сами, без всяких приказов. Так что успокойся, наставница. На, попей.

Я отпустил девушку и протянул ей стакан браги. Но Сев выбила напиток из моих рук, брага полетела на ковер.

— И что мне теперь, торчать с тобой, ЗДЕСЬ? — в ярости проорала Сев.

— Выходит, что так, — я пожал плечами.

— О, боги… Ты ведь знал, что меня отключили от системы, ты изначально это знал! Ты обманывал меня!

— Вовсе нет, Сев. Откуда мне было это знать? Ты же моя наставница, тебе отлично известно, какой я нубас в этом мире. Я честно не думал, что император вообще умеет отключать от системы.

— Мда? — девушка уставилась на меня, её ярость чуть поутихла, — И что же мне теперь делать?

Вот теперь мужество оставило Сев. Она упала на колени и разрыдалась.

— Для начала мы поспим полчаса, — сообщил я, — А то меня уже давно валит с ног от усталости. А потом поедем подальше отсюда. Нам нельзя долго оставаться на одном месте, иначе мы тут драконов дождемся.

— Хочешь чтобы я спала с тобой в твоем шатре? — прошипела Сев, продолжая рыдать.

— Именно, — подтвердил я, — Больше просто негде. Я же только что сказал, если выйдешь отсюда — орки тебя порвут. Но не бойся, трогать я тебя не собираюсь. Если хочешь — ложись на мой лежак. И положим между нами вот этот огненный меч командира, чтобы ты не опасалась за свое целомудрие.

Я на самом деле взял со стойки свой трофейный огненный меч. Положить его между мной и девой показалось мне красивой и романтичной идеей, как в рыцарских романах, но Сев полагал иначе.

— Этот меч нас подпалит, пока мы спим, — хрюкнула девушка, вытирая слезы, — Лучше попроси принести мне отдельный лежак.

— Да будет так, — согласился я.

Глава 3

К полудню мы углубились в каменные горы, простиравшиеся за лесом. Тут, по словам орков, имелись пещеры, в которых мы и укрылись от потенциальных драконов. Пещеры проходили эти горы насквозь, вроде раньше тут даже жили пещерные орки, пока их не вырезало сто лет назад племя Праматери.

Уничтожили пещерных орков не просто так, а потому что те были каннибалами и жрали других орков. Вообще для орков это было нормой, но пещерные орки настолько увлеклись поеданием своих сородичей, что вожди племен на большом совете постановили решить вопрос с отморозками навсегда. В результате пещерные орки и сгинули, зато в пещерах встречались следы их погибшей цивилизации — кости, окаменелое дерьмо, какие-то гнилые шкуры…

Тут было не слишком уютно, но большой дракон в эти пещеры точно не влезет, и это радовало.

В пещерах я наконец дал долгожданный и полноценный отдых себе и своим оркам. Проснулся я ближе к вечеру, в холодном поту, в ужасе сознавая, что я в жопе мира и что мне делать дальше — непонятно.

Да, конечно, я уже почти половину суток был героем и был до сих пор жив. Это было хорошо, и это было достойной ачивкой. Но мне хотелось бы прожить подольше, а с этим уже возникли некоторые проблемы. Люди нас так и не нашли, но тут было кому замочить меня и без людей.

Пока мы ехали к этим пещерам по горной тропе — разведчики орков шли по скалам выше нас, с обеих сторон нашего отряда. По словам вождя это было необходимо, разведчикам на скалах было проще заметить дракона, если он появится. Вождь авторитетно заявил, что это обеспечит нашу безопасность. И я ему поверил. Пока в метре от меня со скалы не рухнула громадная каменюга, которой можно было бы зашибить мамонта.

Спасло меня только то, что усталый волк подо мной резко сбавил ход, за секунду до падения этого рукотворного метеора. В результате камень разлетелся вдребезги на тропе передо мной, и осколком моему волку выбило глаз.

Теперь я стал владельцем одноглазого волка, что, конечно, романтично, но не слишком удобно. Ибо мой волк после этого стал путаться на поворотах.

Что же до происхождения камнепада, то по словам вождя обвалы были обычным делом в этих горах. И я бы ему даже поверил, если бы не видел своими глазами, что этот камень толкнул один из разведчиков, ехавших выше нас по скалам.

Само собой, этот разведчик был корешем вождя и действовал не по своей инициативе.

Потом вождь попытался галантно пропустить меня первым в пещеру, где оказалось лежбище пещерного медведя — твари ростом метров в десять. К счастью, из этой пещеры я оперативно ретировался, а орки начинили медведя стрелами. Так мы пополнили наш запас медвежатины, но у меня остался неприятный осадочек.

Ну и наконец вождь предложил мне перепрыгнуть глубокую расщелину, преградившую нам путь, прямо на волке. Вождь даже сам перепрыгнул её, не сходя с седла, продемонстрировав мне, что это безопасно. И я почти повелся, вот только ящерка Дар вовремя подсказала мне, что у моего одноглазого волка сбит глазомер. Так что он не перепрыгнет, а просто ухнет вместе со мной в пропасть.

В результате расщелину мы объехали по соседней тропе, но теперь я окончательно убедился, что вождь желает моей смерти. Вызвать меня на поединок ублюдок боялся, так что действовал, как крыса. И самым мерзким было то, что остальные орки или поддерживали его или сохраняли нейтралитет.

Вот почему я и проснулся перепуганный, ожидая увидеть у себя копье в глотке. Но копья не было, со мной в шатре, поставленном прямо в пещерах, только спали Дар и Сев. А Штром стоял на часах, сжимая в лапах меч, который орки ему вернули по моему приказу.

Хорошо. Слава Богу.

— Шаман хочет тебя видеть, хозяин, — доложил ящер Штром.

Шаман — это тоже прекрасно. Всё лучше, чем вождь. Собственно, я отлично отдавал себе отчет, что вопрос с вождем мне нужно решить, и как можно скорее, но о поединке не могло быть и речи. Выяснилось, что люди не умеют качать кулаки, этим даром система мою расу не наградила. А вождь тем временем намеревался драться именно на кулаках, если я брошу ему вызов. Еще наверняка обожрется мозговых желез берсерков и других стимуляторов, которых у орков было полно. Так что исход моей дуэли с вождем был отнюдь не предрешен. Вероятнее всего вождь меня просто разломает, я понимал это.

Кроме кулаков у меня еще возникли проблемы и с магией. Я бы хотел стать магом, это бы мне сейчас совсем не помешало. Но выяснилось, что Сев обучать магии больше не может, она потеряла эти способности, когда её отключили от системы. Кроме того, я в принципе оказался непригодным для магии, по словам Сев у меня не было полоски маны, а без этого даже жалкий файрболл не скастуешь.

И при всем этом я даже не был воином по классу, собственно, у меня и класса-то не было. Класс мне система банально не выдала. Как и полоску маны, как и кач для кулаков.

Система наградила меня уникальной миссией, а сверхсилы к ней даровать явно забыла. Или таков и был план в отношении меня? Может мне и не нужны сверхсилы, чтобы победить? Я этого не знал…

Я умылся ледяной водой из дорожной фляги, чтобы оклематься после сна, а потом приказал:

— Впусти шамана.

Дар уже проснулась, а вот Сев продолжала храпеть на своем отдельном лежаке. Оно и понятно, бывшая магичка сильно устала, да и чутким сном не обладала, она же провела всю свою жизнь в безопасных дворцах.

Шаман сегодня явился ко мне, опираясь на тяжелый и уродливый посох. Посох вроде был окаменевшим от древности юным дубком, на его конце, как и положено, болтался орочий череп, не менее древний, чем сам дубок.

— Ну что там с моей свадьбой? — тут же поинтересовался я.

— А что с ней, герой? Для свадьбы требуются жених, невеста и полночь. И еще любовь между новобрачными. У нас же всё это есть?

— Жених и невеста есть, — согласился я, — И любви у меня хоть отбавляй. Твоя дочь столь прекрасна, что эта любовь у меня уже из ушей течёт. А вот до полуночи я могу и не дожить. Вождь хочет моей смерти. И похоже его парни его поддерживают в этом желании.

— Они тебе не доверяют, герой, — вздохнул шаман.

— Ага. Я, помнится, просил тебя поговорить об этом с вождем…

— И я поговорил, — прошамкал старый шаман, — Вот только это всё бесполезно. Я же просто шаман, не забывай. Я не имею власти сам по себе. Праматерь дает мне власть и полномочия. Так что вождь признает тебя только, когда ты женишься на моей дочери, а потом я объявлю тебя варбоссом. Тогда ты будешь защищен от его нападок. Не раньше.

— А нельзя ли сыграть свадьбу до полуночи?

— Конечно же нет. Лишь в полночь открываются врата между мирами, и Праматерь Трех Ноздрей смотрит на мир. Никто не признает варбосса, объявленного не в полночь.

— А сейчас сколько времени?

Я находился в шатре, а мой шатер — в глубокой пещере. Так что я лишь знал, что проспал несколько часов, но сколько точно — понятия не имел.

— Солнце заходит, — сообщил шаман.

Снаружи моего шатра тем временем донеслось угрожающее рычание. Потом кто-то запел песню, потом кто-то другой выругался, я даже расслышал фразу «человек не может править орками…»

Класс.

— Что там происходит? — спросил я.

— Орки напились браги, — сообщил шаман, — И звереют потихоньку. Это нормально, сегодня же свадьба.

— Как бы свадьба не превратилась в похороны… — вздохнул я.

До моей свадьбы оставалось еще несколько часов, а вождю, чтобы завалить меня, хватит и пяти минут. Главное чтобы орки его поддержали. И раз они сейчас пьют — значит, их решимость возрастает.

Я прямо ощущал вайбы ненависти, сочившиеся сквозь стенки моего шатра.

Может обратиться к оркам с речью? Но это было плохой идеей. Я, конечно, рекламщик, но всю жизнь работал с людьми, а не с толпой бешеных орков. Скажешь что-то не то — и сразу получишь стрелу в глаз.

А может казнить магичку и ящеров? Это бы наверняка помогло наладить отношения с орками, но тогда я лишусь самых верных своих соратников. Да и как я смогу объединить все расы, если буду потакать орочьей нетерпимости?

— А вождь что поделывает?

— Сидит в своем шатре, герой. Вместе со своими родичами.

А вот это совсем плохо, Родичи вождя — это сотня самых свирепых орков. Я понял, что допустил ошибку, отослав прочь всех стариков, самок и детенышей, и оставив рядом лишь крепких самцов. Будь здесь самки и дети — они бы возможно смягчили нрав орков, но толпа мужиков — это всегда толпа мужиков. А скоро эта толпа будет еще и пьяной. И тогда мне конец.

Замочат меня на моей собственной свадьбе и глазом не моргнут. Я даже не успею дочке шамана засадить, хотя конкретно этого мне не больно-то и хотелось.

— Ладно, — я кивнул, — Что там еще?

— Духовные сообщения. От племени малых орков и от племени Праматери. Наши гонцы достигли этих племен.

— Духовные сообщения? А можно спросить: какого хрена мы посылали гонцов на волках, если ты умеешь посылать духовные сообщения, шаман?

— Так я не умею, — обиженно процедил шаман, — Я уже старенький, герой. Так что моей маны не хватает на духовные сообщения. А в племени Праматери и у малых орков шаманы молодые. И их мощь больше моей. Хоть они и не обладают моим опытом и знаниями.

— Хорошо, прости. Обидеть не хотел. Давай свои духовные сообщения.

Шаман стукнул посохом о ковер, в глазах черепа, привязанного к посоху, метнулись магические огни.

Череп открыл рот и заговорил, голосом молодой орчихи:

— Браги и мяса вашему племени. Получили ваше послание. К Дым-Горе не поедем. Мы не самоубийцы. Мы не собираемся воевать с людьми. Отклоняем ваше предложение. Со всем уважением.

Череп замолчал. Духовное послание оказалось довольно лаконичным.

— И кто эта сука? — вяло поинтересовался я, — Чей это был голос?

— Шаманка малых орков, герой. Эти орки мелкие и трусливые, так что я такого от них и ожидал. Я предупреждал тебя.

— Мда, но мне от этого не легче… Ладно, давай второе сообщение.

Шаман снова стукнул посохом по ковру.

На этот раз черепушка зарычала голосом свирепого самца:

— Браги и мяса вашему племени! Получил ваше послание. И вот что скажу: человеку не быть варбоссом. Никогда! Так что пошли вы к гоблинской матери с такими предложениями. Я сам пойду на войну с людьми. Я сам назначу варбосса, рррр-ря! Наш вождь Ркмнгррдзнчт — сильный и славный воин. Он будет варбоссом. А не ваш человечишка. Наш вождь ПРИКАЗЫВАЕТ вам приехать к Дым-Горе и поступить под его командование для войны с людьми. А вашему Викторрр-ру мы кишки выпустим!

В конце своей речи череп так оглушительно хрюкнул, что даже Сев проснулась.

— Доброе утро, — я поприветствовал Сев.

Магичка протирала глаза, явно с трудом вспоминая, где она вообще находится. Но мне сейчас было не до неё.

— А это кто был? — спросил я шамана, — Шаман племени Праматери, я так понимаю?

— Да, герой.

— И что же, он может назначить своего варбосса?

— Разумеется, — признал старик, — Каждый шаман может назначить своего варбосса.

— Прикольно, — процедил я, — Просто замечательно. А ты раньше не мог мне об этом сказать?

— Я не желал посеять в твоем сердце ростки страха и сомнения, герой…

— Хех. Так страх и сомнения — это то, что способно спасти жизнь.

Шаман уставился на меня, явно не понимая, о чём я толкую. Ну да, орку в такое въехать трудно. У них-то мозги заточены на бесстрашие.

— Ладно. Не бери в голову, старик. Так что бывает, когда у орков объявляется несколько варбоссов?

Я уже и так догадывался, каким будет ответ шамана. И старик мои догадки подтвердил:

— Варбоссы сражаются насмерть. Пока не останется один.

— Отлично, мать вашу! То есть мне предстоит теперь сражаться не с одним вождем, а с несколькими!

— Ты победишь, герой.

Ага, мне бы его уверенность…

— Я хочу тебе кое-что показать, герой, — вкрадчиво произнес шаман, — Если ты не против.

— Валяй, показывай.

— Для этого тебе придется пойти со мной.

Чего? Он хочет, чтобы я вышел из шатра? Сейчас?

А что если это ловушка, что если снаружи меня уже ждут топоры и молоты орков?

Хотя нет, похоже, что я просто становлюсь параноиком. У этого шамана идея фикс женить меня на его дочке. А за мертвецов девушки замуж не выходят, даже у орков. Так что шаману я вполне могу доверять, он моей смерти не желает…

— В чём дело? — уточнил я.

— Я хочу показать тебе то, о чем ты спрашивал, герой.

Ясно.

Я бросил взгляд на Сев.

— Ты куда? — тут же перепугалась магичка, — Возьми меня с собой, Виктор. Я тут одна не останусь.

— Ммм, не думаю, что бродить по лагерю орков — это то, что тебе сейчас нужно, милая, — ответил я, — Нет, ты останешься тут. Оркам тебя видеть никакого удовольствия, особенно сейчас. Штром, ты останешься охранять Сев. В моем шатре вас никто не тронет, не переживайте. Орки вроде считают вас всех моим имуществом, а имущество Героя неприкосновенно. Пока орки окончательно не напились, по крайней мере. Так что ждите здесь. Дар, бери копье, ты идешь со мной.

В сопровождении шамана и ящерки я вышел из шатра. Я шествовал важно, стараясь сохранять благородное спокойствие. Конечно, пока со мной шаман — открыто на меня никто не нападет. Но вот новых подлянок ожидать вполне можно. Так что я на всякий случай захватил с собой кинжал и булаву.

Пещера, в которой стояли наши шатры, была огромной. Возле стен рычали привязанные волки, на тех же стенах чадили факелы, а орки на самом деле потребляли брагу. По пещере катались бочонки из-под пойла, некоторые из которых были уже пустыми. Орки рыгали, рычали, пинали бочонки на манер футбольных мячей, двое парней уже затеяли битву на топорах…

Похоже, что веселье только начинается. А вождя и его родичей тем временем нигде не видно. Вероятно вождь с корешами засел в своем шатре, вероятно они даже уже точат мечи и топоры, чтобы откорнать мне башку.

Орки провожали меня свирепыми взглядами.

— Мое почтение Герою, — прорычал молодой и сильно пьяный самец.

— Да благославит тебя Праматерь! — прохрюкал другой.

Но большинство орков просто замолкали, когда я проходил мимо них. А один даже бросил яростный взгляд на Дар, а потом со злобой харкнул себе под ноги соплёй из пятака.

Похоже, что за меня тут орков десять, считая шамана. Плохая математика для меня, очень плохая.

Мы с шаманом углублялись всё дальше в пещеру, вскоре племя осталось позади нас. Часовой, стоявший на краю лагеря, подал нам факел и дальше мы двинулись, освещая себе путь.

Пещера здесь резко сужалась, шаман повернул в один из боковых проходов…

Тут повсюду были следы обитания пещерных орков. Я разглядел останки древних кострищ, горевших здесь когда-то тысячелетиями, а еще волчьи кости на полу, какие-то окаменелые мусорные кучи, и даже пару орочьих мумий, вмурованных прямо в стены пещеры.

Мы шли всё дальше, и теперь стали появляться рисунки на стенах. Пещерное творчество, ага. Сюжеты были традиционными. Вот орки рубают ящеров, а вот — эльфов, на другом рисунке орк-охотник добывал медведя, на третьем скакали волчьи всадники, на следующем рисунке орки уже мочили топорами друг дружку…

Что характерно: рисунков, изображавших битвы с людьми, здесь не было. Вроде бы пещерные орки вообще не контактировали с людьми, поэтому и погибли в конце концов от рук своих сородичей, а не человеков.

Пещера наконец расширилась, эта её часть была вся завалена костями, видимо, здесь была древняя помойка.

Шаман подошёл к стене и посветил на неё факелом.

— Смотри, герой.

На стене пещеры тут был очередной огромный рисунок. Точнее говоря, карта. Я узнал её — это же карта местного мира, такая же, как в кабинете у императора. Только охват у неё поменьше, здесь была изображена только северная часть того континента, на котором мы находились. А еще города и поселения не были отмечены. И названия все были на орочьем.

— Ого, — я присвистнул, и мой свит эхом разнесся по подземным коридорам, — Это сделали пещерные орки?

— Это сделал их шаман, которому как-то раз попала в руки человеческая карта, — объяснил шаман, — Он её просто перерисовал.

Я кивнул. Вроде бы карта была точной, даже масштаб был тем же, что на волшебной карте в кабинете императора.

— Гляди: вот это горы Хоннингфьяль, те самые, куда тебя послал череп Аменахина, — шаман указал на горы на крайнем севере, почти на самом краю карты.

— И сколько до них топать?

— Две шестерни, — безжалостно доложил шаман, — Двенадцать суток. Это если очень спешить. Вот только ни один орк туда в здравом уме не пойдет. Это глухие места. Там холодно, там так высоко, что нечем дышать, и живут там только гномы.

— Ага, — подтвердил я, — Моя магичка мне говорила тоже самое.

— И она права, герой. Вот только она наверняка не сказала тебе, что единственный путь в эти горы лежит через человеческую столицу.

— Что?

— Там нигде больше не пройти, — объяснил шаман, — Там отвесные скалы, со всех сторон. Горные тропы в Хоннингфьяль начинаются прямо за человеческой столицей. И другого пути нет.

— Паршиво.

Я отлично понимал, о чём толкует шаман. Я же сам ходил по этим тропам, когда лазал к драконам, а потом и к гоблинам. Там на самом деле скалы, на которые даже профессиональный альпинист и то вряд ли залезет.

— Ну и что ты предлагаешь? — поинтересовался я у шамана.

Старик шумно вдохнул воздух и завертел своим трехноздревым пятаком, явно мучительно размышляя, но ответить мне он не успел…

Из пещерного коридора позади нас уже послышалось рычание. А потом звук шагов. Сюда явно шли орки, несколько десятков.

Через мгновение появились факелы, освещавшие лютые зеленые рожи и острые топоры. Процессию возглавлял вождь, за ним шли его родичи, из ноздрей у всех валил пар. А мужики-то явно злые. И причина их злости была мне очевидна…

— Эй, герой, ты тут? — рычание вождя было таким громогласным, что с потолка посыпались камушки.

Пожалуй, если он сейчас хрюкнет от души — то нас всех похоронит под горным обвалом.

Дар сжала в лапах копье и, дрожа всем телом, попыталась закрыть меня от толпы орков.

— Ну уж нет, — я решительно отодвинул ящерку в сторону, и сам вышел вперед, — Герой здесь. Чего ты хочешь, вождь?

Глава 4

Вождь в свою очередь тоже выступил вперед, растолкав своих парней.

Его клыки сверкали в свете факела, а ручищи сжимали огромный костяной меч. Грудину вождя прикрывал бронелифчик — кожаная дамская броня, явно снятая с пленной Сев. Теперь понятно, куда девалось одеяние магички.

Бронированные титьки у вождя были что надо, орк прикрутил к ним кожаные тесемки, чтобы нацепить на свою могучую грудину, но всё равно — броня покрывала вождя неполностью, ибо грудак у него был шире человеческого раза в три. В другой момент я бы наверное даже заржал или как-то прокомментировал этот странный доспех. Но сейчас мне было не до смеха, шутить над толпой свирепых орков — так себе идея.

— Хочешь поединка, бронированные титьки?

Вообще я честно не собирался этого говорить. Как-то само вырвалось, возможно от нервов.

Однако я тут же понял, что спорол ерунду. Ибо помимо бронетитек на вожде еще был костяной шлем из волчьего черепа, костяные же поножи, да и меч в его руках явно намекал на то, что он не кулаках драться пришёл. На кулаках орки дерутся в одних набедренных повязках.

Ясно. Значит, поединка не будет. А будет просто хладнокровное убийство по беспределу…

— Пришло время сразиться! — прорычал вождь, — Пришло время показать нам, какой ты герой! И герой ли вообще!

— Предлагаю поединок один на один, — ответил я.

Так мои шансы выжить повышались. Ибо в честной дуэли я или умру, или нет, а вот сразиться с пятидесятью орками разом — точно так себе идея. А вождь тем временем привел именно столько парней. А я еще не отошел от битвы с гоблинами в пещере. А орк, как я помнил, стоил десятка гоблинов, хотя эти свирепые самцы сошли бы и за сотню гоблинов каждый.

Вождь расхохотался и аж захрюкал от удовольствия:

— Что? Поединок? Думаешь, я пришёл сюда убить тебя? О, Праматерь! Какой же ты трус. Что, коленки задрожали, мой ГЕРОЙ?

— Коленки у меня в порядке, — парировал я, — И я, по крайней мере, не ношу женскую броню, как пидор. Ты толком объясни, зачем ты сюда приперся?

Вождь помрачнел и теперь глядел на меня с яростной серьезностью:

— Люди. Они наконец прилетели. Их дракон совсем близко, разведчики заметили его на скале к югу от нас. Так что сражаться нам придется с ними, а не друг с дружкой. Но ты прав, я не питаю к тебе добрых чувств, человек. Но даю тебе шанс доказать свою силу и верность. Последний шанс. Если плохо себя покажешь, если струсишь — тебе не жить. Клянусь кровью моего отца!

Вообще этот парень точно попутал все берега. Если я в чем-то и был уверен, так это в том, что с героем так говорить нельзя. Это уже было прямым неуважением, если я теперь оставлю вождя в живых — потеряю последние остатки авторитета среди орков.

А тут еще и чертовы люди. Они добрались до нас, я знал, что рано или поздно это должно было случиться. Но случилось это максимально не вовремя.

— Сколько их? — спросил я.

— Дюжина, — прорычал вождь, — И один огромный дракон! Больше тех, на которых ты прилетел к нам.

Просто чудесно. В прошлый раз мы справились с дюжиной людей, когда со мной было двадцать тысяч орков. А теперь орков у меня всего триста. Причем большая часть из них уже перепилась браги в преддверии моей свадьбы, только вождь и его парни — более-менее трезвые. Но это на самом деле еще хуже, от этих вполне можно ждать топора в спину прямо во время битвы.

— Никакой битвы не будет, — отрезал я, — Затихаримся. Переждем в этой пещере. Люди не найдут нас и улетят.

— АХАХАХАХА, — на этот раз вождь заржал так оглушительно, что с потолка пещеры снова посыпалось каменное крошево.

Ублюдок явно уже вошёл в боевой раж, возможно опять нажрался мозговых желез берсерка. И это притом, что битва с людьми еще даже не началась. И как я надеялся — и не начнется. Ибо вступать в этот обреченный было просто глупостью, дракон нас банально сожжет.

— Я же говорил, ты ТРУСЛИВ, — бросил мне в лицо вождь, — Ты не достоин быть нашим героем, ты прячешься от битвы. Воистину, ты говоришь на орочьем, как орк, но сердце у тебя человеческое!

— А ты просто хочешь повести всех своих ребят на смерть, — ответил я, — Ты плохой вождь.

— Ах ТЫ, — вождь захрюкал, как стадо бешеных свиней, — Я убью тебя за эти слова, человек. Но позже, после того, как разберусь с твоими сородичами. А сейчас просто знай, что боя не избежать. У людей есть собаки. Громадные свирепые псы, и они уже идут по нашему следу. Прямо сюда!

— Твою мать. С этого надо было начать, дерьма ты кусок…

— НЕ УЧИ МЕНЯ, ЧЕЛОВЕК. Ты готов сразиться? Или будешь прятаться в пещере вместе с самками?

Вообще наиболее разумным вариантом было бы уйти поглубже в эти пещеры и желательно побыстрее. Авось собаки в этих подземных лабиринтах потеряют след… Но этот вариант убил бы мой авторитет среди орков в ноль. Так что сбежать-то я сбегу, вот только останусь без армии. И ни о каком становлении варбоссом тогда можно будет и не помышлять.

— Я готов к битве, — заявил я, — И я поведу племя.

— Ну уж нет! — не согласился вождь, — Я командую. А ты пойдешь в первых рядах. Докажешь нам, что ты друг орков, а не только ящериц.

— Хорошо. Дай мне время, я должен вооружиться.

— Я жду у входа в пещеру, человек! И только попробуй надуть меня и сбежать.

На миг мне показалось, что орки сейчас бросятся на меня, даже не дожидаясь начала махача, просто забьют меня в качестве аперитива перед тем, как пойти рубать других людей.

Но парни расступились, когда я пошел обратно сквозь толпу орков, они только провожали меня яростными взглядами и морщили пятаки от ненависти…

— Герой, вождь задумал глупость, — прошамкал беззубым ртом шаман, когда мы уже подходили к моему командирскому шатру, — Надо бежать!

— Ну уж нет. Хватит. Я набегался. Да и куда бежать, зачем?

— Твоя жизнь дороже всего, герой. Она бесценна!

— Не-а, — не согласился я, — Титул варбосса — вот что бесценно. Кроме того, я все еще намерен жениться на твоей дочке, или ты забыл?

— Жениться, да… — прохрюкал шаман, — Но мне не хотелось бы оставлять дочку вдовой. Посмотри, герой. Тут все пьяные…

Шаман обвел рукой, державшей факел, громадный пещерный зал и я убедился, что он прав. Трезвые орки стояли только возле входа в пещеру — караульщики и те разведчики, которые и принесли весть о людях, да еще стража моего шатра. Но этих трезвенников было всего пятеро. А остальные орки уже скорее напоминали зеленых свиней. Самых трезвых из них просто пошатывало, а многие уже просто валялись на каменном полу пещеры без чувств.

Итого, почти все мои соратники или пьяные, или желают мне смерти. Замечательно.

— Мы готовы умереть за тебя, герой… Ик! — рыгнул крупный самец, потрясая копьем, которое он держал не той стороной вверх.

Я чинно кивнул:

— Мы разломаем людишек, брат.

По крайней мере, вот этот еще за меня.

Я скорее юркнул в свой шатер, оставив шамана снаружи.

— Что происходит? — Сев уже оделась в орочье платье, любезно предоставленное той орчихой, которая похитила сорочку девушки.

Магичка явно была перепугана, и Дар, вошедшая со мной в шатер, была не в лучшем состоянии.

— Люди, — коротко сообщил я, — На драконе. И с собаками. Идут сюда.

— О, боги! — Сев ахнула, — Послушай, нам надо…

Но я быстро подошёл к магичке и положил палец на её пухлые губки:

— Если скажешь «сдаться» — я тебя отдам развлекать моего кореша-вождя, клянусь. Просто помолчи, ладно?

Это сработало, наставница так и не озвучила свое позорное предложение. Хотя тут еще надо разобраться, кто из нас теперь кому наставник…

Я отлично понимал, что ситуация хуже некуда. На Сев рассчитывать нельзя, на орков — тем более, и если я сейчас не буду действовать решительно: жить мне осталось несколько минут.

Я покопался в своем вещевом мешке и извлек оттуда залутанный со вчерашнего трупа трофей — богатые одежды обезглавленного командира людей. Одежды были местами рваные, а еще их густо покрывала кровь, но так даже лучше.

Не стесняясь даже присутствия барышень в моем шатре, я начал переодеваться.

— Ты что делаешь? — удивилась Сев, — С ума сошёл?

Голосок у магички дрогнул от ужаса. Видимо, девушка решила, что я и правда поехал кукухой.

Я же тем временем напялил на себя шелковую синюю рубаху, черный кафтан, штаны и сапоги командира. Потом подпоясался его ремнем, украшенным стальными заклепками, потом бросил задумчивый взгляд на броню командира, ножны и его огненный меч…

Увы, но ни броню, ни это волшебное оружие я взять с собой не мог.

Так что я ограничился острым кинжалом, его я сунул за пояс, спрятав под кафтаном и придавив туго затянутым ремнем.

— Ты не похож на него, — тревожно заметила Сев, — Ты правда обезумел, если решил притвориться Храманатаром. Храманатар был тебя выше на целую голову. И борода у него была длиннее в десять раз…

Храманатар — это тот самый командир отряда, которого я вчера ночью завалил. Так звали этого подонка.

— Ага, а еще у него был член в сто раз длиннее моего, — парировал я, — По его словам. Но это всё сейчас неважно.

— Да как ты не понимаешь, — Сев закусила губу от волнения, — Люди знают, что Храманатар мёртв. Его смерть показала волшебная карта в кабинете императора! И его сожженные останки тоже уже наверняка нашли!

— И идентифицировали по длине члена?

— О, боги… Виктор, прекрати. Что бы ты ни задумал — это глупость. Тебе не притвориться Храманатаром. Император отлично знает, что он мертв.

— Просто помолчи, Сев, ладно? Если хочешь жить — закрой свой ротик и делай, что я скажу.

— А ты знаешь, что делаешь?

Вот это хороший вопрос. И магичка, разумеется, была права — с Храманатаром меня перепутать было сложно, его одежда висела на мне, как мешок, его сапоги были мне велики на пару размеров.

Но отступать уже было поздно и некуда.

Я высунулся из шатра и приказал моей орочьей страже:

— Принесите мне два мешка вяленой медвежатины. И верёвку. И топор поострее.

— Герой решил обедать и вязать ящериц? — забеспокоились стражники моего шатра, — А зачем топор? Герой же не владеет топором…

— Делайте, что говорит герой. Быстрее!

Мое приказание было исполнено стремительно, меньше чем через минуту мне притащили и веревку, и медвежатину, и острый орочий топор.

Веревку я тут же порубил топором на четыре куска, а медвежатину из мешков высыпал в миску.

После этого я надел мешок из-под медвежатины себе на голову. Мешок оказался мне впору, как раз доходил до шеи. И самое главное — сквозь него я мог видеть, хоть и не слишком хорошо.

— Помилуй меня система, — выдохнула Сев, созерцая меня с мешком на голове, — Ты сошёл с ума! Нет, ну правда…

Девушка в ужасе всхлипнула.

— От системы милости ждать нечего, — бросил я, стаскивая с башки провонявший медвежатиной мешок, — Тем более что тебя от неё отключили, Сев. Так что единственный, кто может сейчас спасти твою жизнь — это я.

— Мда? Но я все еще не понимаю…

— Понимать ничего не требуется, — я швырнул Сев два куска веревки, — Просто обмотай вокруг запястий, наставница. Как я.

Я уже принялся за дело и оперативно обмотал кусками веревки обе свои руки выше кисти, каждую отдельно.

— Боги, да зачем мне это делать? — Сев меня не слушалась.

Я глубоко вдохнул:

— Всё просто, наставница. У нас очень мало времени. Так что или делай, что я говорю, или я прикажу сейчас ящерам держать тебя, и сам замотаю тебя проклятой веревкой. Помнишь, ты говорила мне, что людям не нужны обузы? Мне они тоже не нужны, Сев. Так что делай, что велено, или я сейчас включу ОРКА.

Магичка хмыкнула, но проверять, что означает включить ОРКА, не стала. Она наконец покорно перемотала себе обе руки кусками веревки, как я.

— Ох, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Виктор…

— Безусловно.

Я отрубил от расшитого орочьего покрывала кусок ткани топором, а потом подошёл к девушке и сунул этот кусок ей прямо в рот.

— Ммм! — простонала магичка.

— Вот так-то лучше, — констатировал я, — Не вынимай это. А то завяжу тебе рот веревкой, чтобы кляп был полноценным.

Глазки у девушки стали совсем кругленькими от страха и удивления, но вынимать ткань изо рта она не пыталась. По крайней мере, теперь я на время избавился от её болтовни.

Я оглядел шатер, быстро прикинул, не забыл ли я чего, а потом перекрестился.

Пора. Если всё пройдет как надо — вернусь сюда уже победителем. А если нет — то я вижу этот шатер в последний раз…

— Мы готовы! — пролепетала Дар дрожащим голосом.

Я только сейчас вспомнил про моих верных ящериц, обе уже на самом деле были готовы к бою, Штром даже уже облачился в броню.

— Эм… Нет, — я покачал головой, — Вот вы останетесь здесь.

— Здессс-сь? — удивленно прошипела Дар, — Герой перестал мне доверять?

— Я полностью тебе доверяю, Дар. Просто мой план не предполагает твоего участия. Кроме того, кто-то должен посторожить мой огненный меч, пока меня нет. Поэтому ты останешься в моем шатре. И Штром тоже. Орков не бойтесь, всех самых свирепых я сейчас уведу. А те орки, что останутся — вас не тронут, потому что считают имуществом Героя.

Я взял Сев под локоток:

— Ну всё, пошли.

С топором в руке и вместе с девушкой я вышел из командирского шатра.

У входа меня уже ждал командир с толпой родичей — сотней самых крупных и свирепых орков из всех, что мне приходилось видеть. Их волки уже были оседланы и теперь яростно скалились под своими всадниками.

Остальные орки, хоть и были пьяны, но тоже собирались в поход. Однако у этих возникли явные проблемы — один обожравшийся браги зеленорылый никак не мог залезть на волка, другой надел на голову кусок бочонка вместо шлема, третий вообще не мог встать с земли и только хрюкал…

— Все, кто пьян — останутся здесь! — громко приказал я.

— Ик… Ну уж нет… Это бесчестие… — взмолился тот парень, который никак не мог оторвать свою тушку от пола пещеры.

Этот вроде был за меня.

— А кто будет охранять моего тестя шамана и мою невесту, пока я сражаюсь, м? — поинтересовался я, — Или ты сомневаешься в силах Героя, сомневаешься в своем вожде?

— Герр-рой! — прорычал пьяный орк.

Даже потряс в воздухе кулачищем, но подняться на ноги так и не осилил.

Вождь тем временем кивнул, одобряя мой приказ:

— Человичишка прав. Моих парней хватит для славного боя. Остальным остаться.

Мне уже подвели моего волка. Я запрыгнул на его шерстистую спину, а Сев посадил позади себя.

— Держись за меня, — попросил я девушку, — Только понежнее.

Сев покорно обхватила мою могучую талию.

— И зачем нам эта сука? — недовольно прохрюкал вождь.

— Буду ей прикрываться вместо щита, — пояснил я.

— Ха-ха! Тогда тебе стоит посадить её на волка впереди себя, а не сзади!

— А если стрела прилетит мне в спину? — не согласился я.

— Хм… — вождь призадумался, но продолжать спор не стал, — Впрочем, дело твоё. А зачем ты ей рот заткнул?

— Чтобы не болтала.

На этот раз вождь даже расхохотался:

— Славно! Похоже ты постепенно учишься, человек. Если хорошо себя покажешь в этом бою — возможно я разрешу тебе остаться в моем племени и подносить мне брагу!

— Если ты сам себя хорошо покажешь — сочту за честь подносить тебе брагу, вождь, — ответил я.

— Тогда вперёд! — вождь воздел ввысь свой топор, — Оросим камни человечьей кровью! ВАААГХ!

— ВАААГХ! — отозвались эхом все остальные орки, даже пьяные, которых мы оставляли в пещере.

И я тоже орал вместе со всеми. Можно было подумать, что мы с вождем даже помирились, даже стали настоящими боевыми братьями.

Главное чтобы подонок не стал задавать вопросы, зачем у меня на руках завязаны веревки, и зачем у меня из карманов торчат два пустых мешка из-под медвежатины…

Уже через минуту наша орочья орава выплеснулась из пещеры, прямо в серые горы, где нам предстоял славный бой.

Глава 5

Дракона, о котором толковали разведчики, я увидел сразу же, как только мы покинули пещеру.

Тварь заняла наилучшую позицию — на самой высокой скале, в полукилометре от нас.

Я видел, как бьет на фоне пасмурных небес чешуйчатый хвост, как скалится зубастая пасть, и как блестит гвоздь в башке чудища. Всадник на драконе был только один, значит, остальные люди уже спешились…

Впрочем, куда они спешились — пока что непонятно. Местность тут состояла из серых каменных гор, сквозь которые вели многочисленные теснины и тропы. Так что люди могли быть, где угодно. Я их пока не видел.

Но важнее было другое — увидел ли нас дракон. Я был уверен, что да, тварь пока что не покинула свой насест, но у драконов зрение лучше человеческого, так что он должен был срисовать нас, даже если нас не рассмотрел его всадник. Ну и самое главное: не заметить толпу орков трудно. А еще труднее её не услышать.

Будь моя воля — я бы попробовал подкрасться к этому дракону и тихонько прирезать ездока, но вождь уже рассудил по-своему.

— Сокрушим их, братья! — прорычал вождь так громко, что его наверное услышал сам император в столице.

Остальные орки тоже не сдерживались, хрюканье и рычание вокруг стояло такое, как будто стая собак залезла в свинарник и навела там шороху.

Мы быстро спустились со скалы в каменную лощину и поскакали по ней. Сев крепко держалась за меня, но оглядываться и смотреть, как там она, мне было некогда. Я сосредоточился на том, что мне сейчас предстоит сделать. План у меня был не слишком мудреный, но довольно рискованный. Одна ошибка — и всё, приплыли.

Несмотря на тревогу, я теперь наслаждался скачкой на моем большом шерстяном одноглазом волчаре. Я ощущал силу и ярость твари подо мной, а его волчье тело приятно согревало, не хуже сидушек с подогревом.

— Ну и где эти людишки? — взрычал вождь еще громче, чем раньше, — Попрятались? Испугались?

Подумать только. А ведь еще неделю назад орки так боялись людей, что разбегались от одного единственного человека всем племенем. Это я сделал их храбрыми, я и моя вчерашняя победа…

Люди появились неожиданно, как всегда и появляются люди. Они просто вдруг возникли на скалах, окружавших теснину, по которой мы двигались. Пяток лучников, столько же мечников, а мужик в балахоне — явно маг, тут к гадалке не ходи.

Я тут же выкинул свой топор нахрен, а потом надел себе на голову мешок из-под медвежатины, другой мешок я натянул на башку магичке. Потом я убрал обмотанные веревками руки за спину, так чтобы издали казалось, что я связан.

— Делай, как я, — приказал я магичке.

Я очень надеялся, что эти мои маневры люди не заметили, и эта надежда имела основания: скалы тут были высокими, а люди на них были сейчас заняты тем, что занимали позиции.

— Сверху! — взрыкнул самый глазастый из орков.

Вождю тем временем было плевать, он бешено пер вперед на своем огромном волке. Он заметил людей последним, когда все остальные орки уже таращились вверх и тыкали топорами в сторону недосягаемых врагов.

Я набрал в легкие побольше воздуха, а потом заорал сквозь свой мешок:

— ПО-МО-ГИ-ТЕ! НА ПОМОЩЬ!

Орал я на человеческом, надеясь, что нас примут за пленников. Но тут я просчитался. Люди были так далеко, что моих криков явно не слышали.

Зато их услышал вождь. Узрев мою голову, сокрытую мешком, он удивленно всхрюкнул:

— Это еще что за…

Но закончить фразу он не успел, сверху полетели стрелы. Несколько орков тут же попадали со своих волков замертво, лучники людей явно были вкачанными на полную. Еще одному из волков стрела угодила в зад, он взвыл от боли и сбросил своего седока.

Человеческий маг в свою очередь воздел руки, и вниз в лощину снизошел вихрь, сносящий всё на своем пути. Он сбил с волков еще десяток орков разом, самый мелкий из них даже взмыл в воздух и завертелся в волшебных ветрах…

Большая часть орков с громкими криками бросилась вперед, желая вырваться из этой смертельной ловушки. Еще пара придурков попыталась спрыгнуть со своих волков и залезть вверх на скалы. Это было разумно в том плане, что здесь их лучники достать не могли. С другой стороны, карабкаться на отвесные скалы не умели даже орки, так что один из «альпинистов» тут же упал вниз, а второй вцепился в скальную неровность, да так на ней и повис.

Но вождь и его ближайшие братья в количестве десятка зеленорылых на скалы не полезли, и на прорыв вперед не поскакали. Вместо этого они заинтересовались мной и моим странным поведением.

— Ах ты ПРЕДАТЕЛЬ… — прохрюкал вождь, — Я же говорил: нельзя доверять человеку! Клянусь, сегодня мы с тобой умрем вместе, Виктор!

Вождь с корешами бросились на меня. А я тем временем был сильно ограничен в способности маневрировать. Я всё еще держал свои якобы связанные руки за спиной и действовать ими не мог. А без рук волком хрен поуправляешь. Так что я просто сжал своего шерстистого «коня» коленями максимально сильно, для волка это было равносильно приказу стоять на месте.

И он стоял, ибо мне логичнее было сейчас не двигаться, в противном случае в меня могла прилететь случайная стрела. Сознательно пущенные стрелы в меня при этом не летели. Мой план сработал! Мне удалось надуть этих дураков на скалах, они приняли меня за орочьего пленника, как и мою подружку.

Наш волк, увидев, что нас несется толпа разъяренных орков, задрожал и заскулил, но с места не сдвинулся…

Ну же! Люди-человеки, где вы? Помогите!

— НА ПОМОЩЬ! — заорал я.

— Спасите! — завизжала Сев.

Мой кляп девушка, видимо, просто выплюнула.

Парочку несущихся на нас орков на самом деле подстрелили, вот только один из них продолжил скакать на нас, прямо со стрелой в плече. Другой упал с волка, но всё равно — орков, включая вождя, еще оставалось штук восемь.

Люди тормозили, они не стреляли в нас с Сев, но и спасать нас тоже не спешили. А как же «человек не убивает человека»? Или люди догадались, что я просто разводила?

Впереди тем временем раздались лай и рычание, орки, ринувшиеся на прорыв, явно столкнулись с собаками — теми самыми, с которыми люди и шли по нашему следу.

А потом послышался другой звук — драконий рёв. По лощине разнеслись потоки жара, впереди вдруг вспыхнуло напалмовое зарево, будто солнышко решило спуститься на землю. Раздались крики горящих заживо орков, завоняло горелой плотью…

А вождь с корешами уже были в паре метров от нас с Сев. Их не пожег дракон, и лучники никого из них тоже больше не подстрелили. Всё шло абсолютно не по плану.

— УМРИ! — взревел вождь.

Я понял, что если я и дальше буду изображать пленника со связанными руками — то так с руками за спиной и помру. А это недостойная смерть для Героя. Так что я резко прыгнул с моего волка вождю навстречу. Мое тело теперь было настолько накачанным, что позволяло такие маневры. Я поднялся в воздух и влетел в вождя, скинув его с волка не землю. При этом я выбил из лапы вождя его костяной меч, оружие завертелось в воздухе и улетело куда-то в сторону.

Мы оба упали на твердый камень, возле моей головы метнулся топор кого-то из корешей вождя…

Но в цель он не попал. А мы с вождем стали возиться на каменистой почве, как заправские борцухи. Орк пытался захватить меня за шею, я же пытался вырвать ему ноздри в пятаке.

Братья вождя уже спешились и теперь пытались зарубить меня, не повредив при этом вождя.

Чей-то волк хотел оттяпать мне ногу, но я лягнул его этой ногой в морду. Моему собственному волку какой-то неистовый берсерк раскроил черепушку, Сев упала на камни и завизжала, в воздухе вокруг носились стрелы…

Но уже через секунду мир вокруг вдруг потонул в тумане — мне прилетело в висок, дюжим кулаком вождя. И вот тогда я осознал всю мощь орочьего нокдауна в полной мере: в ушах у меня зазвенело, в глазах потемнело, а черепушка, казалось, натурально хрустнула.

Вождь сорвал с моей головы мешок, а потом вдавил меня в камень, его клыки оказались прямо у моего лица.

— СОЖРУ, — взревел он и на самом деле отверз пасть.

Меня обдало таким зловонием, как будто я оказался посреди горящего полигона биологических отходов. Похоже, что зубы вождь не чистил ни разу в жизни.

Сев уже была на ногах, она подобрала топор, тот который я бросил на землю, еще когда притворялся пленником, и огрела им вождя по голове. Но топорами девушка владела, как магичка, то есть никак. Вождь даже не поморщился.

Кто-то из братьев вождя схватил Сев за руку и выкрутил кисть девушки. Магичка заорала, топор полетел на камни и высек при падении фонтанчик искр…

А еще через миг небеса вдруг почернели, будто за секунду наступила ночь. Я даже сначала подумал, что вождь выел мне глаза своими клычищами. Но тут же сообразил, что дело не в этом — просто гигантский дракон приземлился рядом и закрыл своими крыльями солнечный свет.

И судя по бешеным крикам и хрусту: приземлилось чудовище прямиком на братьев вождя.

Вождь уже почти добрался до моего носа, намереваясь откусить его, но орк опоздал, он уже сам стал обедом. Дракон просто изящно опустил голову на длинной шее и щелкнул зубами.

ХЛЮП!

Звук был такой, как будто стадо коров синхронно лизнули языками.

Башка вождя исчезла в драконовой пасти, а из шеи обезглавленного тела мне прямо в лицо брызнул напористый фонтан крови. Мертвый вождь не утратил своей силы — кровища из него хлестала, как из шланга. Мне тут же залило глаза, черная орочья кровь забилась мне в рот и нос, так что я ощутил гадкий и соленый привкус…

Я даже поперхнулся этой кровью. И утешало меня только то, что эта мерзость вроде как была благородной, все же я налакался крови самого вождя, а не какого-то рядового орка.

Дракон тем временем продолжал неистовствовать. Напалм он в ход не пускал, видимо, всадник опасался случайно сжечь меня или Сев, но зубами чудище работало — мое почтение. Орк, державший Сев за руку, попытался эту руку девушке сломать, но его голова уже оказалась в драконовой пасти.

Еще одного орка дракон раздавил, как таракана, просто стукнув лапой. Еще двух расплющил хвостом. А потом снова принялся рвать головы. Похоже, что сегодня монстр так наестся орочьих голов, что к вечеру у него точно будет запор.

Я сбросил с себя дохлое и обезглавленное тело вождя, потом перекатился и наконец-то выхватил из-за пояса свой кинжал. Потом кое-как рукавом стер с лица кровь вождя.

Этой крови я наглотался столько, что меня чуть подташнивало… Но пора было уже и привыкать. Если я хочу стать варбоссом — мне придется частенько орошать себя кровью моих врагов.

— Прости, брат, — я вскочил на ноги и пнул труп вождя, — Я честно пытался с тобой договориться, но ты оказался недоговороспособным.

Потом я помог Сев подняться на ноги, девушку всю трясло. А уже потом огляделся и узрел вокруг себя горы орочьего пюре, густо перемешанного с кровью. Все братья вождя были мертвы, дракон как раз доедал последнего. Мой волк издыхал, пуская фонтанчики крови из разбитой головы. Несколько выживших волков предпочли трусливо сбежать, в принципе разумно, еще несколько волчар разделили судьбу своих хозяев и полегли мертвыми.

Но хуже пришлось тем оркам, которые пытались прорваться из лощины вперед — этих дракон просто-напросто сжег заживо, видимо даже не приземляясь, а прямо с воздуха. Так что впереди, там где лощина переходила в каменную горную тропу, я видел только дымящиеся груды черного мяса. Ветер доносил до меня ароматы поджаристого бекона — именно так пахли сожженные напалмом орки.

Голова дракона тем временем нависла прямо надо мной и магичкой, всадника я отсюда не видел, он был где-то на спине огромного монстра. Этот дракон принадлежал к длиношеей породе, настоящий боевой зверюга, так что наездник у него сидел не рядом с башкой, как обычно, а далеко на хребте.

— Свои! — сообщил я дракону, а потом крикнул громче, уже драконоводу, — Эй, мужик, мы СВОИ! А твое чудище уже сыто.

Всадник не ответил, а дракон зарычал и хлопнул крыльями, подняв такой ветер, что нас с Сев чуть не повалило на землю.

Меня все еще пошатывало от пропущенного удара вождя в висок, голова у меня чуть кружилась, а во рту стоял вкус чужой крови. А еще я понимал, что всё пошло не по плану. Вождь успел сорвать с моей головы мешок, так что хрен я теперь притворюсь Храманатаром. Я был уверен, что прилетевшие люди знали покойного в лицо, Храманатар был важной шишкой в столице, так что его знали слишком многие.

Но отступать уже было некуда. Не одевать же теперь этот мешок обратно себе на голову, в самом деле. Вот теперь люди это точно заметят и возникнут вопросы, зачем я скрываю свою рожу под мешком. С другой стороны, сейчас и так возникнут вопросы, какого хрена я в одежде Храманатара, эту одежду наверняка тоже кто-нибудь узнает.

Вот блин…

Мой хитрый план давал трещины прямо на глазах.

Тем не менее, драконий всадник решил пока что не скармливать нас своей скотинке. Он выкрикнул несколько команд, дракон еще раз хлопнул крыльями, а потом взлетел.

Чудище стало наворачивать над нами круги у самой кромки скал и я понял, что дракон собирает на свою спину лучников, мечников и единственного мага — всех людей из отряда. Собак в этом отряде уже не осталось, их дракон пожег заодно с орками. Оно и неудивительно, люди этого мира не ценили жизни даже разумных рас, про собачек и говорить нечего. Их всех обратили в горелую собачатину просто потому, что в битве дракону было лень отделять своих псов от враждебных орков.

Сев тем временем, увидев, что я уже без мешка на голове, стащила с себя собственный.

Волосы у девушки растрепались так, что напоминали воронье гнездо, губы дрожали от страха, а глаза лихорадочно и тревожно блестели.

— Ну и что дальше, Виктор?

— Порядок, — заверил я Сев, хотя никаким порядком тут и не пахло, — Всё идет по плану. Ты не ранена?

— Вроде нет, — девушка закатала рукав платья на той руке, за которую её хватал орк, — Ой!

На руке у Сев присутствовал огромный синяк, но в остальном магичка и правда не пострадала.

— Ничего, до свадьбы заживет, — успокоил я девушку, — Как я выгляжу?

— А сам как думаешь? Как вампир ты выглядишь! У тебя вся рожа в крови. И в ушах она же, уже застывает. Но на Храманатара ты все еще не похож. Любой сразу поймет, что ты не он. Надо бежать!

Ого. Уже бежать, а не сдаваться. Моя подружка явно прогрессировала.

— Мда… — вяло протянул я, наблюдая за драконом над нами.

Монстр уже собрал на свою спину почти всех людей на скалах и теперь последним сажал мага. Сейчас человеческий отряд соберет всех своих бойцов, а потом явно полетит разбираться с нами. И Сев права — добром этот разбор точно не кончится.

Но бежать было уже поздно и некуда. От дракона не убежишь. И живых волков рядом не осталось. Волчары, которым посчастливилось пережить этот бой, уже на всех парах гнали прочь из лощины. Как бы они сейчас не навели людей на нашу пещеру, где меня ждёт моя невеста…

А мой собственный волк тихонько хрипел. Он явно умирал, тут уже не поможешь. Один из братьев вождя успел раскроить ему черепушку до самого мозга.

— Надо бы оказать последнюю милость, — заметил я.

Я подошёл к моему умиравшему одноглазому волку.

— Ты верно служил мне, брат, — произнес я, — Хоть и недолго.

Волк несколько раз моргнул, будто понял. Я вроде даже рассмотрел в его взгляде немую мольбу.

Мне потребовалась секунда, чтобы вогнать кинжал волку в сердце — зверь умер чисто и быстро, за один короткий миг. Благо, добил его настоящий мастер кинжалов.

— Герой… — прорычал кто-то позади меня.

Вот блин! Блин, блин, блин.

Я обернулся и только теперь до меня дошло, что двое орков выжили. Те самые парни, которые пытались влезть на скалы. Дракон их, видимо, просто не заметил. Один из этих орков был далеко и теперь уползал из лощины, явно пытаясь притвориться то ли змейкой, то ли живым камушком.

А вот второй уже бежал ко мне:

— Герой, прости меня, помоги мне…

Ага. Раньше надо было думать.

Я рассек ему грудь кинжалом от края до края, прямо вместе с его легкой броней. Ну а что мне было делать? Орк достаточно туп, чтобы назвать меня героем даже при людях и если он сделает это — мне конец. Люди сразу догадаются, что я Виктор и тогда меня отдраконируют по полной программе.

Орк рухнул на колени, из его груди хлестала кровь… Я добил парня, ударив кинжалом в ухо и насадив его мозг на острие.

Непревзойденный мастер кинжалов

Мастерство: + 1

Мастерство: 51/100

Ну неплохо. Хотя за убийство человека мне бы наверняка дали больше. Но не штрафанули, и то хорошо.

Я бросил взгляд на второго орка… Но этот подонок, последний выживший, уже уполз достаточно далеко. Я просто не успею добежать до него, люди уже спускались ко мне на драконе. А значит, будем надеяться, что парень успешно уползет. Да поможет ему Праматерь! Главное, чтобы он не попал в руки людям и не начал болтать.

— Не пялься на него, — посоветовал я Сев, тоже заметившей жавшуюся к скалам тушку трусливого орка, — Авось люди его не заметят. Так что отвернись. Сделаем вид, что этого орка просто не существует.

Дракон с полным отрядом на спине тем временем уже опустился прямо перед нами.

Лучники попрыгали вниз и молодцевато наложили стрелы на тетивы, взяв нас с девушкой на мушку. Мечники тоже спешились, маг активировал свою левитацию и изящно спорхнул с драконьей спины вниз следом за ними.

В принципе этот бой люди выиграли, причем довольно красиво. Орки потеряли всех, кроме нас с Сев и одного выжившего труса, а вот люди лишились только собак, да и тех они сами убили.

— Эй! Мы свои! — крикнула Сев.

Маг скинул с головы капюшон. Он оказался лысым мужиком с довольно умной рожей и козлиной бородкой.

— Я тебя знаю, Сев, — кивнул маг, — А вот этого твоего спутника — нет. Он одет, как Храманатар, но это явно не он. Я хорошо знал Храманатара. И Храманатар погиб. Так что пусть твой дружок-пирожок покажет свой статус.

Вот дерьмо-то. Ну ладно.

Глава 6

Я прокашлялся, потом размазал себе кулаком орочью кровь по лицу.

— Ну вот что… — хрипло начал я, подражая голосу Храманатара.

И получилось у меня неожиданно неплохо. Мой глас грянул свирепо и даже приобрел рычащие нотки, именно те, которые присутствовали в голосе покойного родича императора.

Я вдруг понял, что мое игнорирование лингвистического барьера имеет еще и интересный побочный эффект. Я не просто могу говорить на любом языке, я еще и могу подражать любому голосу, который слышал!

Я понятия не имел, баг это или фича, но пришлось это весьма кстати.

— … Хочешь увидеть мой статус, маг? — продолжил я.

— Хочу, — подтвердил маг, — Покажи его, чтобы мы убедились, что ты тот, за кого себя выдаешь.

Но козлинобородый колдун явно засомневался, услыхав мой новый голос. На его лицо легла тень сомнения.

— А мой член тебе не показать, не? — агрессивно прорычал я, потрясая кинжалом.

Один из лучников хихикнул:

— Ребят, да это точно Храманатар!

— Да, это я, — выдохнул я, — А если хотите доказательств — скорее везите меня в столицу. Когда там я разделаюсь с бочкой пива и тремя шлюхами разом — сразу поймете, кто перед вами, гоблинята вы тупорылые!

А вот теперь засомневались уже вообще все. Двое лучников даже опустили свои луки и расслабили тетивы.

Люди озабоченно переглядывались. Храманатар был мужиком суровым, да еще и родичем императора, так что перечить ему никто желания не имел.

Тем не менее, мага я до конца не убедил.

— Так сложно показать свой статус? — поинтересовался он, — Я с удовольствием поверю тебе, что это ты, Храманатар. Как только увижу твой статус. Не раньше.

— ЧТО? — взревел я, — Сомневаешься в моих словах, колдун? А кинжал в глаз не хочешь, не? Давай, подходи, ублюдок. Глянем, у кого из нас член длиннее!

А вот теперь я явно попал впросак. Храманатар вроде свои шутейки про член никогда два раза подряд не повторял, а каждый раз обыгрывал свою любимую тему на разные манеры. Я же не был Храманатаром, так что начинал повторяться.

Надо было ходить на курсы стендапа, вот блин…

Маг нахмурился:

— Это не он. Не опускайте луки. Цельте стрелами ему в горло.

— Я сейчас сам достану мою могучую СТРЕЛУ и всем вам надаю ей по лбу! — взревел я, — Как ты смеешь не верить родичу его величества?

Но лучники уже тоже напряглись и снова взяли нас с Сев на мушку.

Плохо, очень плохо. Чем больше я говорю — тем меньше они мне верят. С другой стороны, молчаливого Храманатара я изобразить никак не мог. Ибо реальный Храманатар, как я помнил, не затыкался ни на секунду, он даже в бою болтал.

— Эй, там орк! — доложил драконий наездник.

О, черт. Тоже не легче. Люди теперь заметили несчастного ползуна, который уже почти дополз до горной тропы, ведущей из лощины. Парню не хватило буквально пары метров, чтобы спастись.

Я недовольно глянул в сторону трусливого орка:

— Ага. Плохая работа, колдун. Паршивая драконация. Я бы тебя на месте императора за такое вздернул, после хорошей качественной драконации выживших обычно не бывает.

— Это легко поправить, — ответил один из лучников, целясь в орка.

— Нет! — распорядился колдун, — Взять живым. И привести для допроса.

Двое мечников тут же бегом бросились выполнять приказ. Оба парня были в легкой броне, а бег у них, видимо, был вкачан на максимум, потому что гнали они чуть ли не быстрее конных.

Я уже понятия не имел, что делать, так что решил просто повысить градус неадевата и дерзости. Я нагло подошел к драконьей голове, схватился за неё и стал забираться вверх по шее чудовища.

— Ладно, ребята, кончайте это глупое представление! И везите меня в столицу!

— Пошёл прочь, — выругался колдун.

Драконий наездник тут же отдал короткий приказ. Монстр мотнул головой и сбросил меня обратно на камень. Я выругался и подобрал свой кинжал, выпавший из моей руки.

Дракон оскалился, продемонстрировав нам с Сев пасть, такую большую, что туда мог бы войти медведь. В зубах у дракона навязли молотые орки. Чудище оглушительно рыкнуло.

Мда, похоже, мой подвиг с вырыванием гвоздя из драконьей головы мне сейчас не повторить. Да даже если бы я и убил дракона — то толку от этого было бы мало. С дюжиной людей мне всё равно не совладать.

Мечники тем временем притащили нам последнего живого орка, парню при этом сломали обе руки, так что он громко хрюкал, явно испытывая боль.

— Герой… — прохрипел раненый.

Вот подонок.

Моя рука, сжимавшая кинжал, стремительно метнулась, я за секунду располосовал орку горло от уха до уха. Броня мечников, державших орка, оросилась кровью. Раненый в последний раз всхрюкнул и отправился прямиком в чертоги Праматери.

— А нечего подносить ко мне эту зеленорылую мерзость! — проревел я, — С детства не терплю орков!

Никакого опыта мне на этот раз не дали. То ли опыт не дают за убийство тех, кто тебе не враждебен, то ли система сочла убийство пленника недостойным поступком, то ли этот орк был слишком хилым.

— Это не Храманатар, — констатировал маг, — Храманатара как раз воспитывал орк-раб, которого он очень любил. Вроде свои шутки про член Храманатар у этого орка в основном и почерпнул. А это Виктор. Взять его живым, связать. И магичку тоже. Виктор, брось кинжал. Или умрешь.

Мечники выкинули мертвого орка, как мусор, а потом решительно двинулись ко мне. Ну всё, вот теперь время болтовни точно закончилось. Однако до Сев это еще не дошло, так что девушка попыталась негодовать:

— Послушайте, вы совершаете ошибку! Это Храманатар, я могу подтвердить!

— Молчи, — бросил ей колдун, — Тебя вообще от системы отключили, насколько мне известно. И не зря, ты правда изменница.

Мечники уже были рядом со мной, а лучники целились мне прямо в горло, как и приказал колдун. Что мне оставалось? Только один бросок кинжала, больше ничего. Вот только отсюда я не достану…

Я упал на колени и сделал вид, что собираюсь швырнуть мое оружие на землю, как и приказал маг.

— Сдаюсь! — выкрикнул я уже своим собственным голосом.

— Мудрое решение, — кивнул колдун.

Вот только ублюдок не знал, насколько мое решение мудрое на самом деле. Я резко распрямился, а потом рванул вперед и снова запрыгнул дракону на голову.

— Огонь! — в панике заорал драконовод, видимо, решив, что я собираюсь рвануть гвоздь из башки чудища.

Дракон зашипел и замотал башкой, но дышать огнем отказался. Да он и не мог меня сжечь, пока я сижу у него на голове.

В воздухе тем временем всплыло системное сообщение:

Мастерство драконьего всадника этого героя: 51/100

Драконация людей с навыком выше 50 невозможна

Речь явно шла обо мне, так что я осознал, что драконий огонь мне больше не страшен и стал действовать увереннее.

— Да сбросьте его уже! — заорал колдун, — Он хочет дракона захватить!

Все люди тем временем сейчас были на земле, на драконе сидел один единственный драконовод. Вот только сидел он не так, как те драконоводы, которых я видел до этого. У прошлых драконов, на которых я летал, шея была короткая, так что седло наездника помещалось у самой головы. У этого же боевого зверюги шея была длиннющей, этот дракон принадлежал к другой породе. А всадник сидел у него на спине. Но теперь, когда я оказался у дракона на голове, драконовод был в зоне досягаемости моего кинжала…

Бросок!

Кинжал вошел драконоводу в горло, пробив кожаный воротник насквозь и выйдя с другой стороны шеи. Парень покачнулся, а потом обмяк, свесившись вниз с седла. На землю он не упал только потому, что его тело все еще держали ремни безопасности.

Стрелы засвистели так громко, будто вокруг поднялся ветер.

Плечо обожгло болью, через миг я сообразил, что оттуда у меня торчит древко стрелы. Еще одна стрела вошла мне в голень ниже колена…

Мечник рубанул меня мечом, но не попал — я уже лез вверх по драконьей шее, цепляясь за чешую. Дракон, лишившись всадника, растерялся, так что тряс головой, но не слишком активно.

— А ну стой! — заорал мне другой мечник, — Или ей конец!

Обернувшись я увидел, что парень сграбастал Сев и приставил магичке к горлу свой меч.

А еще двое мечников уже лезли за мной, а лучники всё палили…

Очередная стрела вошла мне в левую ягодицу, так что я взывал от боли, но карабкаться вверх не прекратил. Эдак когда я доберусь до седла — превращусь в натуральную игольницу.

Боль была такой, что я едва сохранял сознание, будь в этой системе полоска хитпойнтов — она бы уже наверняка показала, что мне пора на кладбище.

— Да плевал я на магичку! — взревел я, вышвыривая из седла мертвого драконовода и занимая его место.

Стрела, торчавшая из моей ягодицы, обломалась, когда я уселся на спину монстра, все мое тело пронзило болью, до самой макушки.

— Вверх! — заорал я.

Дракон махнул крыльями, одного из мечников, лезших ко мне по шее чудовища, смыло вниз потоком воздуха. Но другой уже добрался до меня…

— Огонь! — крикнул я, — Огонь! Жги всех!

Но дракон сомневался. Всадником он меня явно признал, но приказ жечь людей был такой дикостью для него, что монстр просто растерялся.

Я кое-как примотал себя к седлу ремнем безопасности.

— Не хочешь жечь — лети!

Тварь на самом деле резко устремилась в воздух, без всякого разбега. Последний мечник, залезший на дракона, уже замахнулся на меня мечом, но теперь зашатался, и я ударом кулака помог мужику отправиться вниз на камни.

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

Мастерство владения кинжалом: + 25 пунктов

Драконий наездник: + 25 пунктов

Очки характеристик: + 20 пунктов

Мои статы взлетели вместе с моим новым драконом. И всё бы хорошо, если бы не острая боль по всему телу, такая же острая, как воткнувшиеся в меня стрелы…

Вообще я никогда не думал, что человек может пережить три стрелы разом, обычно человек и одну-то не переживает. Но с другой стороны, я помнил Храманатара восьмидесятого уровня, который продолжал ругать меня даже с отпиленной головой. В этом мире люди были поживучее, чем в нашем, а у меня тем временем был уже двадцать седьмой уровень.

Судя по всему, только поэтому я до сих пор еще не выпал из седла от болевого шока и кровопотери.

Система же тем временем закидала меня целым пакетом подарков, как будто сегодня был праздник. И судя по тому, что у меня выросли кинжалы — это была запоздалая награда за такого драконовода, которого я только что вышиб с дракона метким броском моего ножика.

Я уже летел, стрелы лучников теперь барабанили по бронированному брюху дракона. Маг что-то бешено орал, вот только толку от его криков не было.

Боль была едва выносимой, в глазах у меня темнело.

— Статус, мать вашу!

Я выбросил вперед руку и кое-как раскидал очки характеристик. На этот раз я вложил их все в тело, возможно это поможет мне дольше продержаться с моими тяжелыми ранами.

Когда я сделал это — боль на самом деле чуть ослабла.

Я бросил взгляд вниз, где все еще метались выжившие мечники и лучники. Но эти теперь, после того как я угнал их дракона, были уже неопасны. А вот маг уже воспарил над землей и даже воздел руки…

Сейчас похоже будет какая-то неприятная магия.

Так и случилось. Маг уже породил огромный вихрь, волшебный смерч ударил дракона в брюхо, так что монстр подо мной зашатался и завибрировал, а внутри у дракона что-то забулькало. Обычно такой звук бывает, если пнуть ногой петуха.

Дракон утратил управляемость и чуть не вошёл в пике, но я в последний момент выровнял его полёт.

Маг тем временем ударил еще раз — на этот раз прицельно, по мне. Ой, блин… Вот сейчас меня вырвет этим магическим штромом из седла, в этом можно не сомневаться.

Я плотнее вцепился в ремни безопасности. Вихрь налетел на меня тысячей тонн воздуха…

ВОЗДЕЙСТВИЕ ОТКЛОНЕНО: НА ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА НЕЛЬЗЯ ВОЗДЕЙСТВОВАТЬ МАГИЕЙ

По итогу страшный вихрь по ощущениям оказался лишь легким бризом. Я испытал едва заметное дуновение воздуха, и всё.

Похоже, что я защищен от магии. И эта была, пожалуй, первая хорошая новость за сегодня.

Второй же хорошей новостью было то, что у меня теперь еще и прокачался дракон. А что если теперь мой монстр согласится дышать огнем на людей? Самое время проверить.

Тем более что маг внизу явно запаниковал. Он осыпал меня целой очередью каких-то шаровых молний, вот только все электрические разряды или прошли мимо меня или просто сквозь мою тушку.

ВОЗДЕЙСТВИЕ ОТКЛОНЕНО: НА ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА НЕЛЬЗЯ ВОЗДЕЙСТВОВАТЬ МАГИЕЙ

Колдун оказался достаточно умным, чтобы не повторять бесполезных попыток. Вместо этого он воздел руки, явно намереваясь телепортироваться.

Ну, или сейчас, или никогда…

— Огонь! — скомандовал я, наклоняя дракона мордой к земле под нужным углом.

На этот раз чудище послушалось, видимо, моего навыка наездника теперь хватало чтобы сжечь кого угодно, хоть самого императора.

Колдун пал первым, напалмовое белое пламя охватило его, он не успел даже вскрикнуть, просто опал на землю, над которой он парил, россыпью пепла и горелых костей. Еще двое лучников вспыхнули вместе с ним.

Один из мечников все еще держал у горла Сев свое оружие… Вот тут надо действовать аккуратнее.

— Кусь! — скомандовал я.

Кусь вышел отменным: голова мечника тут же отделилась от тела, фонтан крови из шеи мужика забрызгал платье Сев, но сама магичка не пострадала. Мой дракон откусил мечнику голову прямо в полете, и уже глотая её, снова взмыл в небеса.

Я пустил монстра на второй заход.

Сев в ужасе отбежала в сторону, один из последних мечников сделал также, а вот всем остальным не повезло. Пламя на этот раз прошлось по площади, накрыв людей огненным облаком. Раскаленный ветер донес до меня предсмертные вопли и запахи горелого мяса.

Я приземлил дракона чуть в стороне от пылавших останков моих врагов.

— А теперь крайний КУСЬ!

Дракон откорнал голову последнему выжившему мечнику, но глотать на этот раз не стал, он тут же выплюнул башку несчастного мужика обратно. Видимо, черепа уже не лезли моей зверушке в желудок.

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

…

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

11 новых уровней. За одиннадцать убитых врагов. Превосходно! Хотя раньше мне, помнится, давали больше за убитого человека, мда.

Мастерство драконьего всадника: + 34 пункта

Ваше мастерство: 100/100

Вы достигли непревзойденных пределов мастерства!

Получен титул: ОСВОДОБИТЕЛЬ ДРАКОНОВ

+ 100 очков характеристик

Я понятия не имел, что такое «освободитель драконов», и чем мне это грозит. По крайней мере, вот этого дракона я освобождать точно не собирался, зверюга верно послужил мне, и я надеялся, что он и в дальнейшем принесет мне много пользы.

Я оглядел теснину, полностью заваленную дымящимся горелым мясом. Живых тут, кроме меня, Сев и дракона не осталось.

Я ослабил ремни безопасности, собираясь победоносно спрыгнуть с моего дракона, а потом опустил глаза на свою тушку. И убедился, что я весь в крови, а из меня торчит целых две стрелы. Кусок третьей все еще был в моей заднице и именно он доставлял мне самую большую боль.

— Ты как? — крикнула снизу перепуганная Сев.

— В порядке! — легкомысленно заявил я, демонстрируя девушке большой палец.

Через секунду в глазах у меня потемнело, и я просто вырубился. И успел только осознать, что падаю с дракона вниз. Последнее что я увидел — как ко мне приближается каменистая земля, а последнее что я ощутил — радость от того, что я все же успел посадить дракона.

Глава 7

Оклемался я в шатре, надо мною склонились два зеленых пятака, в каждом по три ноздри.

Орки. И я очень надеялся, что на этот раз дружественные орки.

В шатре сильно воняло какими-то травами, которые жгли тут же на жаровне. Приглядевшись, я осознал, что это не мой шатер, а пятаки надо мной принадлежат шаману и его дочке. Сам шатер вроде как тоже был шаманским, по крайней мере, его стены были увешаны черепами, костями, пучками цветов и даже какими-то сушеными орочьими эмбрионами.

— Дракон… — прохрипел я.

Нога и плечо у меня все еще болели, как и задница. А вот стрел во мне больше не было, собственно, на мне и одежды не было. Я был полностью гол.

— Дракон с нами, — успокоил меня шаман, — А тебе нужен отдых, герой. Ты едва не отправился в чертоги Праматери. Тебе повезло, но умоляю тебя: больше не лови стрелы своим телом. Лучше уклоняйся от них.

— Свадьба… — я издал очередной хрип.

Дочка шамана умилилась и улыбнулась всеми своими клыками, видимо, растроганная тем фактом, что я даже чуть придя в себя — сразу вспоминаю про нашу с ней свадьбу.

А как я мог забыть про неё? Свадьба — это мой единственный путь к становлению варбоссом. Про такое не забудешь.

— Еще есть время до полуночи, — успокоил меня старый шаман, — Ты женишься на моей дочери, герой. Если придешь в себя.

— Пить…

Шаман подал мне чашку с каким-то горьким травяным настоем. Но я выпил все, до последней капли, ибо жажда меня мучила, как с похмела.

Потом я решительно встал на ноги, оперевшись на лапу шамановой дочери. Сам шаман тоже подал мне лапу, но вот на неё я уже опираться на стал. Шаман уже старенький, а я теперь настолько раскачан, что превратился в натуральную гору мышц. Чего доброго еще сломаю отцу моей невесты руку…

Голова у меня тут же закружилась, я ощутил предательскую слабость во всем теле. На плече у меня была свежая, но неглубокая рана, оставленная стрелой. А на раненые ногу и задницу шаман налепил мне листья каких-то целебных растений вместо пластыря.

— Герой, отдыхай, — потребовал шаман, — Лежи!

— Не-а, — отмахнулся я, — Сейчас время триумфа, а не отдыха. Статус!

Открыв статус, я узрел, что у меня осталась еще сотня свободных очков характеристик. Я так и не успел распределить их, потому что вырубился. Ну сейчас сделаю из себя имбу, хе-хе.

Я сунул всю сотню в тело, рассудив, что я и так уже достаточно умен. Будь я глуп — не сработал бы мой план по ликвидации вождя и его парней. Да и дракона я бы тогда вряд ли угнал. Так что мозгов у меня и так хватает, а вот тело надо бы подлатать. Оно пока что выходит из строя даже от трёх стрел.

Характеристики:

Тело: 210

Разум: 90

Свободные очки: 0

Теперь я налился мышцой настолько, что стал напоминать завсегдатая качалочки, а то и орка. Я весь покрылся бугристыми мускулами. В принципе меня можно было уже поливать маслом и смело ставить на любой конкурс суровой мужской красоты для качков, я бы там всех уделал.

Я вроде даже стал шире в плечах, а еще подрос на десяток сантиметров. По крайней мере, теперь я был выше моей орочьей невесты, как и положено.

Мое головокружение тут же прошло, я снова ощутил себя свежим и сильным. Я сорвал с ягодицы и ноги травяные пластыри и убедился, что раны под ними уже зажили, оставив на коже лишь розоватые рубцы. А рана на плече исцелилась полностью, от неё у меня на память остался только белесый шрам.

Шаман захлопал глазами:

— Ого. Что это за магия? Магия системы?

— Она самая, — подтвердил я, — Одежду мне. И нам пора убираться из этих пещер, пока император не прислал новый карательный отряд.

Шаман тут же отослал свою дочку принести мне шмот, мой собственный, видимо, сейчас был в стирке после тяжкого боя. А потом старик объяснил:

— Мы уже не в пещерах, герой. Мы ушли с гор в западные леса. И новых людей пока что за нами не явилось.

— Хм, а меня вы как сюда дотащили?

Шаман отвесил мне извиняющийся поклон:

— Перекинули тебя через волка, герой. Прости!

— Не за что извиняться. Вы все правильно сделали. А мой дракон…

Дочка шамана уже притащила мне одежду, но я сейчас был настолько взволнован, что натянул на себя только одни штаны из волчьей кожи. А потом, не дожидаясь объяснений, скорее вышел из шатра.

Вокруг царила тьма и пахло хвоей. Эти западные леса, в которых мы сейчас оказались, напоминали настоящие джунгли. Тут возвышалось высокие сосны, с такими густыми кронами, что за ними даже едва было видно звезды. А земля была покрыта буйно разросшимся кустарником.

Здесь журчал ручей, а на его берегу орки даже соорудили костёр, прикрыв его сверху навесом из куска ткани. Вокруг стояли десятки шатров, и орки, несмотря ни на что, продолжали употреблять брагу, готовясь к моей свадьбе.

Орков теперь у меня осталось штук двести. Они уже собирались возле меня, многие все еще были настолько пьяны, что едва стояли на ногах. Я с трудом понимал, как они вообще смогли выбраться из пещер и перебраться в эти леса в таком состоянии.

— Герррр-рой! — зарычали разом десяток глоток.

— Победитель человеков!

— Наш спаситель!

Вот эти парни все точно за меня. Особенно теперь.

Я воздел к темным небесам кулак в знак приветствия, а потом указал на костёр:

— Это что за дерьмо? Что я говорил по поводу огня?

Один из орков тут же захлопал руками над головой, будто отгонял комаров:

— Прости, герой! Но мы не любим темноты. И лес тут густой, наш костёр никто не заметит. И дымок от него совсем малый. Вот такусенький дымок!

Я понял, что странные жесты этого парня призваны изображать небольшой дымок, который по его словам «не заметят».

— Я запретил жечь огонь, — строго произнес я, — Факел мне!

Мне в руку тут же вложили готовый, но незажженный факел. Я сунул его в костер, запалив. Потом я подошёл к костру, снял с себя штаны и направил прямо на бесновавшийся огонь свою струю…

Благо, струя у меня было мощной, я в последний раз облегчался еще до боя с людьми. Да и моя телесная сила теперь была настолько велика, что у этого костра не было ни шанса. Я затушил его по-пионерски за какие-то полминуты.

Лагерь погрузился во тьму, теперь единственным источником света был факел в моей руке. Вот его уже точно с воздуха не заметят.

— Сила героя велика… — раздалось из темноты восхищенное рычание орков.

— Даже огонь не устоит перед героем!

— Наш герой мочится, как сама Праматерь!

В свете факела я разглядел пораженные моей силой рожи орков.

— Это вы еще не видели, как я сру, — заметил я.

Я натянул обратно штаны, а потом несколько раз взмахнул факелом, освещая пьяных орков вокруг.

— У племени больше нет вождя, — объявил я, — Наш старый вождь погиб. И погиб он, как трус, убегая от людей. Ему воткнули стрелу в спину! Я сам видел!

Орки вокруг недоверчиво забухтели, но усомниться в моих словах никто не посмел.

Я помолчал еще несколько секунд, пока не дождался возгласа из темноты:

— Пусть Герой будет нашим вождем!

Самому догадливому орку тут же начали вторить его товарищи:

— Героя в вожди!

— Виктор — наш вождь! А другого нам не надо…

— Ты достоин, герой!

Я разглядел, как орки трясут топорами и булавами, приветствуя своего нового легитимного вождя.

Тут было всего двести парней из двадцатитысячного племени, но все они были сильнейшими бойцами и самыми свирепыми самцами. Так что в их праве самостоятельно избрать себе вождя никто бы усомниться никогда не посмел.

Тем не менее, я предпочел соблюсти положенную процедуру. Я вам не какой-то диктатор, я не собирался мухлевать на выборах. Так что я честно озвучил свою предвыборную программу:

— Как ваш новый вождь — я намереваюсь объединить все племена орков и все расы, дабы свергнуть человеческую тиранию и уничтожить человечьего императора. Я заключу союз с ящерами, с тенеплётами, с гномами, с любой расой, кто пойдет за мной. Даже с эльфами!

Я сделал картинную паузу. Никаких возражений не последовало, орки благоговейно молчали. Оно и понятно — все любители дестабилизировать ситуацию и раскачивать лодку сдохли вместе с вождем.

— И если кого-то здесь это не устраивает, — продолжил я, — То я готов принять поединок прямо сейчас. Так что не стесняйтесь, выходите. Я готов сразиться на кулаках, на топорах, на булавах, на чём угодно. Кто хочет бросить мне вызов? Выходи! Ну!

Я свирепо замахал факелом, как огненный жонглер в цирке.

Из полутьмы вокруг раздалось почтительное хрюканье, а потом орки снова воздели ввысь свое оружие.

— Никто, кроме Героя!

— Только Виктор! Только он вождь вождей!

— Мы сами завалим любого, кто посмеет сказать, что Виктор — не вождь!

— Слава Герою, вождю вождей!

Поддержать меня агрессивными всхрюками захотел каждый, а вот выйти против меня желающих не нашлось.

Итак, это племя — теперь моё. Официально. Орки даже обозвали меня вождем вождей, то есть заранее даровали мне титул варбосса.

Это наполнило меня силой и вдохновением, так что я решил, что сейчас самое время разобраться с драконом. С МОИМ драконом. Его я видел даже в той темноте, которая теперь царила в нашем лагере — громадная чешуйчатая туша была запаркована в соснах на краю нашего стойбища.

Я решительно прошёл к дракону, ступая босыми ногами по хвое и сосновым шишкам.

Дракон, увидев меня, зашипел, вроде бы радостно. Возле его головы валялись чьи-то обугленные кости, а на самой голове чудища восседала Сев. Магичка снова облачилась в свой бронелифчик, который она, судя по всему, сняла с мертвого вождя, вернув таким образом трофей законной владелице.

Еще тут же стояли две моих ящерки — Штром и Дар, но эти тусовались в стороне от дракона, чудище явно внушало им страх, даром, что было таким же чешуйчатым, как и сами ящерки. Оба ящера сочли своим долгом сторожить моего дракона, пока я был в отключке.

Я помахал факелом, и дракон поводил своими глазищами вслед за пламенем. Он явно чуял хозяина. Дракон не пытался улететь, хотя не был даже привязан. На его спине все еще болталось седло.

— Развлекаешься с моим драконом, пока я помираю? — осведомился я у Сев.

Магичка спрыгнула с драконьей головы, в руках у девушки был короткий меч, наверняка отобранный у кого-то из дохлых парней покойного вождя.

— Ты не помирал, — заметила девушка, — Шаман сказал, что никакой опасности для твоей жизни нет. А дракона я сюда и довела, пока ты был в отключке. Он ведь слушается только людей.

— Только не говори, что ты на нём полетела, Сев.

— Не говорю. Я его так довела, по земле. И вообще, он так-то сам за тобой шёл. Он считает тебя своим хозяином.

— И правильно считает, — кивнул я.

В конце концов, я был последним всадником этого дракона. А мой навык драконьего наездника теперь составлял сотку. А дракон инстинктивно тянется именно к тем людям, у кого навык лучше вкачан, это мне тоже было известно.

— Ты сама-то как?

— Я в порядке, — доложила девушка, — Как видишь.

— Покажи плечо, — потребовал я.

— Опять?

— Не опять, а снова. Показывай, давай.

Сев вздохнула, но покорно закатала рукав платья. На плече у девушки все еще был рисунок черепа — та самая метка, которой её одарил мертвый Аменахин. Рисунок не потускнел и не исчез.

Самого Аменахина с нами уже не было, осколки его черепа мы закопали в лесу, еще до того, как проехали через горы, и там же мы прикопали и тотемный камень. Таскать его с собой было слишком тяжко, волки от этого камня надрывали себе спины, а толку от него все равно было ноль.

Я выжал из камня и черепа Аменахина все, что мог. Но смысл этой метки, которую получила от черепа магичка, был мне все еще непонятен. Будь у девушки сверхспособности или навыки — они бы неизбежно проявились в нашем последнем бою. Но я ничего подобного не заметил. Во время битвы в лощине Сев всё больше визжала и путалась под ногами, никакой магии у неё не появилось.

Тем не менее, я тщательно осветил плечико девушки факелом и всмотрелся в рисунок черепа. Нарисованная черепушка будто скалилась, также как до этого скалился настоящий череп Аменахина.

— Эй, аккуратнее! — потребовала магичка, — Убери свой факел, ты мне волосы сейчас подожжешь! И вообще пусти.

Я отпустил руку магички, которую до этого держал, и Сев тут же скрыла загадочный рисунок под платьем.

— Чувствуешь что-нибудь? — спросил я.

— Не-а. Абсолютно ничего. Послушай, меня же отключили от системы…

— Знаю, — вздохнул я, — Возможно поэтому дар Аменахина у тебя и не проявляется. Это я должен быть получить эту метку, черт возьми!

— Я бы с удовольствием передала тебе этот знак, — ответила Сев, — Если бы знала как.

Хм… Может быть срезать с девушки этот рисунок кинжалом и прилепить его на меня? Впрочем нет. Это была бы чересчур жесть. Да и не факт, что это сработает. Этот проклятый рисунок на плече у магички волновал меня всё больше, но поделать с ним я ничего не мог.

Однако я был убежден, что для чего-то он точно нужен. Не мог же череп Аменахина нарисовать эту татуху магичке чисто для красоты.

— Ладно, — кивнул я, — Посмотрим. Я постараюсь найти способ подключить тебя обратно к системе. Возможно тогда эта странная метка заработает, и ты получишь некий дар, кто знает?

Оставив девушку в покое, я указал на кости, валявшиеся возле драконьей морды:

— А это что? Мой питомец пообедал кем-то из моих парней?

— Не-а, — успокоила меня Сев, — Это кости одного из орков, погибших в лощине. Дракон его жевал все время, пока мы шли сюда, а теперь выплюнул. Видимо, любит орочью жвачку.

— Славно. Мудрый зверь. Главное чтобы своих не жрал.

Я подошёл к дракону и погладил его по чешуйчатой морде. Дракон замурчал от удовольствия, почти, как кот. Но глаза у него все еще были печальными, как у всех драконов.

— Ну-ка, опусти шею, — приказал я.

Дракон опустил свою голову ниже.

— Подержи, — я сунул факел в руки магичке.

А потом схватился обеими руками за металлический гвоздь, торчавший из башки зверя.

— Эй, ты что делаешь? — перепугалась Сев, — Хочешь убить нашего единственного дракона?

— Не знаю… — процедил я, — Но мне дали новый титул — «освободитель драконов». А еще у меня теперь езда на драконах вкачана в сотку. Должно же это что-то давать.

— Это наверняка что-то дает, — согласилась Сев, — Но дергать этот гвоздь — не лучшая идея… Да стой, дурак!

Но я уже выдернул гвоздь из головы дракона. Моя силушка теперь была настолько богатырской, что вышел громадный гвоздь легко, как вилка из йогурта.

Я действовал скорее интуитивно, чем строил конкретный расчет. Мне просто вдруг подумалось, что титул «освободитель драконов» должен означать именно это: что я теперь получаю какие-то ништяки за то, что тащу эти гвозди из драконовых голов. Ну а что еще может означать «освободитель драконов»?

Больше драконов освобождать не от чего, эти гвозди в головах — главный символ их рабства и есть…

ВАШ НАВЫК ДОСТАТОЧЕН

ДРАКОН ОСВОБОЖДЕН

На этот раз никакая кровь с мозгами из башки чудища не выплеснулась. Вместо этого над головой дракона метнулась вспышка магии, гвоздь остался у меня в руках, а рана на драконьей головёнке тут же заросла и зарубцевалась на глазах.

А в глазах чудища вдруг появилось странное осмысленное выражение. Я бы даже сказал, что там проскользнули искорки интеллекта…

Тяжко ворочая языком, дракон прохрипел нечто, меня обдало жаром из его глотки.

— Он пытается что-то сказать! — взвизгнула в восторге магичка.

— Похоже, что так, — согласился я, — И он сейчас скажет.

И дракон на самом деле сказал. Раза с третьего он наконец выдавил на своем странном драконьем языке:

— Спасибо, герой.

Чудище даже отвесило мне нечто вроде поклона.

— Всегда пожалуйста, — ответил я, — Как тебя зовут?

Дракон уставился на меня, потом погрустнел. Он явно не помнил, как его зовут, а может и никогда не знал. Он же всю жизнь провел с этим гвоздем в башке, люди держали его на положении имбецила и даже имен драконам они не давали — чтобы драконы не сознавали себя, как мыслящих субъектов.

— Я буду звать тебя Вождеед, — сказал я дракону, — Потому что ты сожрал поганого орочьего вождя. А этот прошлый вождь был недостойным ублюдком, в отличие от меня. Нормально?

— Сойдет, герой, — дракон снова отвесил мне поклон.

Как я понял, драконы отличались крайней вежливостью, как и было написано в той книжке, которую я прочитал в императорской библиотеке.

— Хозяин, полночь уже скоро, — прошипела тем временем Дар, ящеры умели точно определять время, просто взглянув на небо.

— Ага, точно, — согласился я, — Мне пора жениться. Приглашаю тебя на мою свадьбу, Вождеед.

Дракон чинно поклонился в третий раз — Вождеед принял мое приглашение.

Глава 8

Когда наступила полночь, я все же разрешил оркам запалить костер, причем большой.

Без костра жениться было никак нельзя, Праматерь бы просто не увидела новобрачных в темноте, свадьба без костра, как и свадьба без выпивки: нарушение всех орочьих традиций и обычаев.

А я был намерен жениться так, чтобы в легитимности моего брака никто не усомнился, ведь от этого зависело, признают ли меня другие племена варбоссом.

Я просто обязан был породниться с шаманом по всем правилам, я должен был стать полноценным членом шаманской семьи, ведь варбосс — это тот, в чьих лапах сосредоточена у орков и духовная, и светская власть.

Поэтому, как и велела традиция, мы развели большой костер. Моего верного ящера Штрома я при этом заставил залезть на сосну и приглядывать за небесами, в случае появления на моей свадьбе нежданных гостей на драконах, он должен был поднять тревогу.

Мы с моей невестой взялись за руки, пока шаман начитывал заклятия и пожелания молодым на древнеорочьем, а орки вокруг ревели в бражном угаре. В принципе свадьба вышла довольно таки романтичной, вокруг нас расстилался бесконечный темный лес, в небесах горели звезды, а перед нами пылал костер, который должен был скрепить наш брак самой огненной стихией.

Дракон Вождеед с интересом наблюдал за бракосочетанием, как и мои верные ящерки, а Сев вроде даже чуть всплакнула.

И всё бы хорошо, вот только длань моей возлюбленной, которую я держал в руке, имела на себе шесть пальцев, так что настойчиво напоминала мне, что я женюсь на нелюди. Главное — не глядеть на пятак новобрачной. Вообще, если зажмуриться и зажать нос, то можно даже представить, что моя невеста — милая девушка, а не громадная орчиха.

— Да одарит вас Праматерь свирепым и буйным потомством! — провозгласил старый шаман.

Мы с невестой разбежались и прыгнули через костер, как и велела традиция. Огонь лизнул мои сапоги. Костер был огроменным, так что если бы я не прокачал свое тело — то наверняка бы ухнул в него и загорелся. Но я теперь был силен, так что не только успешно перепрыгнул сам, но и перетащил через пламя невесту.

Правда, у моей жены загорелся подол её длинного платья, но я затушил его. На этот раз не по-пионерски, а просто затоптал ногами.

Шаман огляделся и убедился, что большая часть орков уже напилась настолько, что парни не стояли на ногах. Это было хорошим знаком и одним из условий легитимного брака. Орки считали, что если большая часть гостей не перепилась — то брак будет неудачным.

— Праматерь сделала вас единой плотью! — заявил шаман, — Она благословляет отважного Виктора и прекрасную Гррмчзнвдщрнг, и их брак!

Я завертел головой, но никакой Праматери тут не увидел. Однако уже через миг откуда-то сверху вдруг прогремел мощный всхрюк.

ХРЮ!

Как будто сами звезды оглушительно хрюкнули.

Похоже, что некая мистика действительно произошла…

— Ныне Виктор держит посох шамана и меч вождя! — продолжил шаман, воздев лапы, — Ныне нарекаю его вождем вождей, варбоссом и главой всех племен! Какое имя ты возьмешь себе, вождь вождей?

В соответствии со словами шамана два наименее пьяных орка на самом деле поднесли мне резной посох и костяной меч. Посох принадлежал шаману, а меч был тем самым, которым орудовал прежний вождь.

Теперь мне предстояло выбрать мое тронное имя, под которым я буду править орками. Обряд в этом смысле напоминал ритуал избрания Папы Римского, который тоже выбирает себе новое имя, когда вступает в должность.

— Я буду именоваться Бррздчгзрном, — заявил я.

На орочьем языке это означало «каратель людей».

Орки в восторге ахнули, услыхав мое новое дерзкое имя.

Получен новый титул: Варбосс орков

Добавлена способность: боевой хрюк

Ваши речи ныне воодушевляют орков на победу

Замечательно! Теперь ни один проклятый вождь-отморозок больше не посмеет усомниться в моей власти.

Итого я теперь не только освободитель драконов, но и варбосс орков. Можно сказать, что две расы покорились мне. Правда, у меня в статусе еще имелись титулы «исполняющий волю мира» и «преемник первочеловека», и если с первым было более-менее понятно, то суть второго титула пока что ускользала от меня. Ну да ладно, потом разберусь.

ПОЛУЧЕН НОВЫЙ УРОВЕНЬ!

ПОЛУЧЕН НОВЫЙ УРОВЕНЬ!

…

ПОЛУЧЕН НОВЫЙ УРОВЕНЬ!

Вместе с титулом варбосса и вождя вождей, мне вручили еще десяток уровней сразу, так что теперь я достиг уже сорок восьмого. Правда, очков характеристик мне при этом сейчас не дали. Но оно и неудивительно, я же ничего особо не делал, чтобы стать варбоссом, просто сыграл свадьбу и прыганул через костёр.

И никаких шаманских способностей я тоже не получил, хотя по идее должен был. Но тут уж точно поделать было нечего, магия не давалась мне. На меня самого нельзя было воздействовать магией, как я уже выяснил во время последней битвы, но и сам я колдовать не умел — полоску маны мне система не выдала.

Орки уже подвели мне волка, нового, вместо того, который погиб в бою. Согласно традиции я должен был посадить на него мою невесту и трижды объехать вокруг костра: столько же раз, сколько ноздрей у моей невесты.

Однако я жестом отослал волка прочь.

— Варбоссу не пристало ездить по земле! Я предпочитаю парить в небесах.

Я поманил дракона Вождееда, а потом взял на руки мою довольно увесистую невесту и залез вместе с ней в седло, на чешуйчатую спину крылатого ящера.

Дракон, теперь обретший благодаря мне разум, не возражал. Я усадил орчиху позади себя, а потом воздел ввысь огненный меч, отобранный у мертвого командира людей, этот меч я предусмотрительно взял с собой. А вот шаманский посох и костяной меч вождя я бросил моим оруженосцам-ящерам. Мне, как варбоссу, больше по душе был именно огненный меч.

В ночи он пылал, как упавшая с небес комета.

— Начинается новая эпоха! — прорычал я на орочьем, — Ныне мы покажем людям их место! Конец тирании, зачин свободе всех зверорас! Вы со мной, мои зеленые соратники?

Я закончил свою краткую речь оглушительным всхрюком, и орки, те кто еще мог орать после браги, отозвались яростными криками поддержки. Их топоры победоносно тряслись в лапах, а их вопли эхом разносились по ночному лесу.

— Слава Герою!

— Мы с тобой!

— Мы победим!

— Драконы с нами, люди под нами!

Это был миг моего триумфа. Вот сейчас я ни капли не жалел, что попал в этот мир, сейчас я сам ощущал себя полубогом.

И моя новая способность воодушевлять орков явно работала.

Но вот дальше мне предстояла первая брачная ночь, мой брак с орчихой еще нужно было консумировать. И я понимал, что тут уже всё будет сложнее.

Я поднял в воздух дракона и облетел трижды над лесом, как и велел обряд. Потом приземлился, отнес невесту вниз с дракона на руках, а потом съел на всякий случай мозговую железу берсерка. Далее мой путь лежал в командирский шатер.

Я внёс туда мою орчиху, это тоже было необходимо. Жених на свадьбе у орков должен таскать невесту, и не из соображений галантности, а просто чтобы показать, какой он сильный. Некоторые самые крутые орки женились разом на троих девицах, и в таких случаях должны были поднимать их всех одновременно. Мне в этом смысле повезло, у меня жена была только одна.

Внеся мою невесту в шатер, я отогнал Дар, которая было попыталась просочиться следом:

— Ну уж нет. Во время брачной ночи мне стража в шатре не нужна, спасибо. Иди отдохни лучше.

Мы с невестой остались одни в моем командирском жилище, орки снаружи все еще радостно голосили, кто-то даже запел песню, но следующий подвиг мне предстояло совершить в одиночестве.

Так…

Моя невеста уже вся дрожала от страсти и предвкушения. В принципе она не такая уж и страшная, если подумать. Груди две, как у человечьих женщин, правда груди мелковаты. Не нулевка, конечно, а твердая единичка. Вот только груди непропорционально малые к остальному телу. И самое обидное: так оно не у всех орчих, зеленорылые барышни с достойными дойками в принципе существовали. Но мне досталась мелкогрудая.

А еще у моей невесты клыки торчат, и пятак имеется. А еще она зеленая и слишком уж мускулистая. Да и пахнет от неё… странно. Но если не принюхиваться и закрыть глаза — можно представить что я провожу время с какой-нибудь высокой шведской бодибилдершой.

Я решительно хрюкнул в ответ на ласковый похрюк моей суженой, а потом начал срывать с неё одежду, разрывая платье. При этом я помогал себе кинжалом. Вообще по традиции платье надо рвать когтями, но у меня, в отличие от орков, когтей не было. Зато они имелись у моей жены, целых двенадцать черных когтей на двенадцати зеленых пальчиках.

Я утешал себя тем, что моя жена по крайней мере стройная, да и кожа у орков красивая, зеленая и матовая, без всяких дефектов…

Полностью раздев жену, я ахнул:

— Ого! Ни фига себе…

Отверстий у орчанки оказалось столько же, сколько и ноздрей в пятаке. А именно ТРИ. Да-да, целых три там, где у людей одно.

Моя невеста улыбнулась, оскалив свои белоснежные клыки:

— Не пугайся, любимый. Одна дыра для телесного зачатия, вторая — для рождения души нашего ребенка, и третья — для его духа!

— В смысле?

— Ты должен трижды оплодотворить меня, чтобы у нас был шанс зачать орчонка. А лучше — еще больше!

Вот к такому меня точно никто не готовил. Кроме того, я вообще не был уверен, что мы с женой способны зачать орчонка. Как бы не родилось какое-нибудь чудище, вроде того ящероорка, которого Дар убила в ручье. С другой стороны, император вроде говорил мне, что люди со зверорасами не скрещиваются.

Но сейчас всё это было и неважно. Я должен был распечатать мою супругу, от этого зависело, признают ли меня полноценным варбоссом. И распечатать мне предстояло её трижды минимум, если я этого не сделаю — то жена, конечно же, поднимет истерику, и тогда мой брак не будет признан состоявшимся.

Так что я глубоко вдохнул, стянул с себя штаны, а потом нежно завалил мою женушку в партер. Её клык уперся мне в глаз, так что пришлось зажмуриться, чтобы не стать назавтра одноглазым Джо…

Наверное мне было бы легче, если бы я думал в этот момент о Сев, но это было невозможно. Магичка была совсем не похожа на мою жену Гррмчзнвдщрнг.

* * *

На следующее утро мы не стали перемещать наш лагерь.

У меня теперь был собственный дракон, его я и отправил патрулировать небеса, так что Вождеед бы заметил, если бы появился враг. А бегать по лесам мне надоело, я больше не желал прятаться.

После брачной ночи все тело у меня болело, как будто я разгружал вагоны пару суток подряд. На шее у меня были следы от клыков, а на животе синяки. И даже не спрашивайте, как именно я получил последние, и что в порыве страсти творила моя невеста-орчиха.

Я трудился всю ночь напролет, уснув лишь под утро, но никакого уровня или новых навыков мне за это не выдали, что казалось мне крайне несправедливым.

Зато, когда я проснулся, моя жена тут же подала мне завтрак, как и положено. Завтрак был праздничным и состоял из жареной волчатины, волка по случаю моей свадьбы зарезали еще вчера. Волчатина оказалась настолько жесткой, что я едва мог её прожевать, так что мне приходилось сосать мясо на манер леденца.

Денек выдался пасмурным, а орки в лагере все были похмельными после вчерашнего. Кто-то еще спал, а кто-то поправлял здоровье брагой. Часовые, поставленные мною на ночь, выстояли свой караул только потому, что жрали мозговые железы берсерков.

Я как раз созвал очередной военный совет и дожидался шамана, когда снаружи моего шатра грянул громовой глас:

— Герой! Выходи!

Это еще что такое? Голос был мужским и не знакомым мне, и говорил он не на орочьем, а на человеческом. Но если это враг и человек — то какого хрена он называет меня героем?

Моя жена перепугалась, ящерки, которых я пригласил разделить со мной завтрак, тоже встрепенулись. Они похватались за копья, а я в свою очередь тут же вооружился кинжалом и молотом.

— Герой! Я не привык ждать!

Снова тот же голос. Вот блин. Похоже, что по мою душу пришёл сам император. Интересно, как он это провернул? Мой дракон все еще летал в небесах, он должен был предупредить о врагах. Да и часовые снаружи по идее должны были заметить ублюдка.

Но деваться теперь было некуда.

— Иди, глянь, что там, — приказал я Штрому.

Ящер опасливо высунулся из шатра, а потом обернулся ко мне и доложил:

— Там орк!

— Орк?

— Орк, хозяин. Только очень уж крупный!

А какого черта этот орк, собственно, балакает на человеческом языке? Впрочем, ситуация в любом случае чуть прояснилась. Я решил, что это наверное посланник из другого племени, или кто-то пришёл оспорить мой титул варбосса. Но орков я в любом случае больше не боялся.

Я накинул легкую кольчугу, опоясал себя ножнами с огненным мечом, кинжал сунул за пояс, а в руки взял копье и молот. И в таком виде вышел наконец из шатра, чтобы разобраться с ситуацией.

Снаружи уже давно рассвело, над лесом ползли тяжелые дождевые облака, а мои похмельные орки тревожно переглядывались.

Нежданный гость пришёл один, точнее говоря, приехал на волке. Волк у него был таким же громадным, как и он сам, размером со слоненка. Он был больше обычного орочьего волчары раза в четыре.

Сам незнакомец явно был орком, вот только каким-то странным… Ростом все три метра, слишком крупный даже для зеленорылого. А еще чудно одет — в длинном черном балахоне. Я уже достаточно насмотрелся на орков, так что знал, что их обычная одежда — шкуры, кожи и костяная броня. А у этого был балахон из плотной ткани, вроде монашеского.

Впрочем, агрессии странный гость не проявлял. Он просто спрыгнул со своего волчары, и теперь смотрел на меня.

— Ты хотел меня видеть? — осведомился я у гиганта, — Я Герой. А ты кто такой?

На мой вопрос орк не ответил, вместо этого он заявил, на чистейшем человеческом языке:

— Я пришел сразиться с тобой, Герой.

— Поединок?

Громадный орк-переросток кивнул.

— Хех.

Я всё еще понятия не имел, кто он такой, но этот великан посмел бросить мне вызов. А значит, оружие выбираю я. Я открыл свой статус и быстро прикинул, что к чему. Копья были раскачаны у меня лучше всего, на максимум, в сотку. Вообще по уму надо бы вызвать этого орка на поединок на ездовых животных и сжечь его с дракона. Но такие поединки не допускались орочьим кодексом чести, увы. Да и мой дракон сейчас был занят тем, что патрулировал небеса над лесом.

— Сражаться будем копьем, — бросил я противнику.

Орк снова молча кивнул.

— Так и не скажешь, кто ты такой? Ты из другого племени или ты наёмник, которого послали люди, чтобы убить меня?

— Ни то, ни другое, — ответил орк, на этот раз на орочьем.

На нём он говорил также превосходно, как и на человеческом.

— Мы сразимся немедленно, — добавил незнакомец.

— Хорошо.

Откладывать поединок было на самом деле нельзя, орки могли бы воспринять это как трусость с моей стороны. Кроме того, у меня вообще-то были еще дела, мне нужно было свергать человеческую тиранию. Так что я решил по-быстрому развалить этого загадочного храбреца и приступить к более важным задачам. Вот только в начале хотелось бы выяснить об этом мутном орке хоть что-нибудь…

Старый шаман и магичка Сев уже были рядом со мной, я отвел их в сторонку.

— Вы знаете, кто это такой?

— Это орк, — ответила Сев, — И очень большой. Будь с ним поосторожнее.

— Я не знаю, кто это, — вздохнул шаман, — Но судя по размерам он из племени Праматери, они самые большие из орков. Но я его впервые вижу.

Вот это уже совсем странно. Этот орк был парнем приметным, шаман по идее должен был его знать. Откуда же он взялся?

— Дайте нам одинаковые копья, — распорядился я.

Но одинаковых копий не нашлось. Ящерка Дар дала мне мое стальное, а орку вручила костяное орочье.

— Не пойдет, — не согласился я, — Так нечестно. Сталь тверже кости.

— Я согласен сражаться и костяным, — хрипло произнес орк.

Я только сейчас обратил внимание, что этот парень мало того, что чисто говорит на человеческом, так еще и не хрюкает. Это какой-то орочий интеллигент что ли?

Вокруг нас тем временем уже собралась толпа, все орки, бывшие в лагере, пришли поглядеть на поединок, несмотря на похмелье.

Я бросил взгляд на их морды, орки затаили дыхание, наблюдая за подготовкой к битве. И я понял, что не могу вести себя неблагородно, ведь тогда я разочарую моих парней. И мою невесту, которая тоже глядела на меня во все глаза.

— Нет, — отказался я, — Я возьму костяное копье. А мой противник пусть берет стальное.

— Глупо, — буркнул загадочный орк, — Не надо меня жалеть. Себя пожалей, герой.

— Я не ведаю жалости, — отрезал я, — Бери стальное копье.

Мой соперник на этот раз не стал спорить, а склонил голову, соглашаясь.

— Не надо, хозяин, — зашипела перепуганная Дар.

— Не переживай, я знаю, что делаю. Дай ему стальное. А мне давай кость.

Костяное копье в принципе легче стального, это плюс. Ну и кроме того: бояться мне вообще нечего. Орки, как известно, совсем не умеют воевать копьями. Копье — это оружие людей, и ящерицы заимствовали их именно у людей. А орки человеческой культурой так и не прониклись, так что копьями не владели.

Вот это костяное копье, которое я взял сейчас в руку, предназначалось вообще не для боя, хоть и было орочьим. По сути это была острога, чтобы бить крупную рыбу в ручьях. Но я рассчитывал на победу, поскольку я непревзойденный копейщик, а мой соперник копьем владеть не умеет. По крайней мере, я на это надеялся.

— Сними еще кольчугу, герой, — напомнил мне шаман, — На твоем противнике доспехов нет.

— А, ну да.

Я сбросил кольчугу, оставшись в одних орочьих кожаных одеждах, украшенных, как и подобает варбоссу, кровавыми рунами.

Мой соперник тем временем снял балахон, под ним у него оказалась одна набедренная повязка. Ох и силен этот ублюдок. Он был настоящей горой мышц даже по-орочьим меркам. Он наверное тяжелее раза в два, чем покойный вождь.

— Пусть Праматерь Трёх Ноздрей даст победу достойнешему! — провозгласил шаман.

Орки разошлись, образовав свободное пространство вокруг меня и моего соперника. Они все затаили дыхание. Поединок для орков — дело серьезное, в таких случаях речь идет о чести всего племени. Так что я не мог их подвести.

Я романтично чмокнул мою жену в её белый клык:

— Не переживай, любимая. Я его разломаю!

— Не сомневаюсь в этом, мой герой.

Орчиха и правда не переживала, а вот все остальные явно напряглись.

Я пошёл навстречу моему сопернику и только теперь бросил взгляд на его пятак…

Вот блин. Ноздрей у этого парня было не две, даже не три. А пять. Натурально пять ноздрей в пятаке.

Вот про таких орков я еще не слышал. Я понятия не имел, что это за пятиноздревая хрень. Насколько мне было известно, у шаманов по три ноздри, а больше ноздрей у орков не бывает в принципе.

Эх, жаль я раньше не спросил об этом шамана… Но шаман был стар и подслеповат, а голову незнакомца, пока он не сбросил свой балахон, скрывал капюшон, потому старик не разглядел его пять ноздрей.

А теперь уже поздняк метаться. Теперь пора сражаться. Впрочем, я всё еще не боялся и был уверен в себе. Пусть у парня пять ноздрей в пятаке, но лапы у него две, и на каждой по шесть пальцев, как и положено орку. Так что в битве на копьях ему его ноздри не помогут.

Я уже почти дошёл, мой противник стоял на месте, ожидая меня, мне оставалось до него какая-то пара метров…

— Статус, — неожиданно насмешливо прорычал орк.

И над его головой на самом деле появился статус. Точнее, его мерцающий кусок.

Непревзойденный мастер копий

Мастерство: 100

Вот блин.

— У тебя есть система? — удивился я, — Но как, откуда?

Выходит, что навык копий у нас одинаковый, вот только я по дурости отдал орку сталь, а сам взял костяшку. А значит, он меня сейчас ушатает…

— Ты этого уже не узнаешь, — хмыкнул в ответ мой противник, — Потому что сейчас умрешь.

И орк пошёл в атаку, налетев на меня, как ураган.

Глава 9

Первым же ударом мой соперник попытался проткнуть меня насквозь, насадив на стальное копье. Он начал резко и жестко, без всякой разминки. Я спасся лишь благодаря тому, что отпрыгнул в сторону и одновременно защитился собственным копьем, оно при этом соприкоснулось с оружием соперника, и кость громко и подозрительно хрустнула, встретившись со сталью.

Вот это уже совсем плохо. С такой силищей этот орк просто-напросто сломает мое копье пополам своим, а потом убьет меня без всяких проблем.

Еще один удар, от которого я едва уклонился…

Итак, мой противник меня сильнее, выше и быстрее. И копье у него стальное, а не костяное, как у меня.

Совсем паршиво. А еще страшнее то, что это поединок, так что помощи тут ждать не от кого. Ни один орк в дуэль не вмешается, даже если враг вскроет мне копьем кишки. Поединку нельзя мешать, это было бы нарушением всех орочьих традиций. А если я позову на помощь дракона или ящериц — это будет бесчестие, после которого я утрачу всякое уважение зеленорылых.

Так что сражаться и победить мне придется в одиночку…

Наши копья вновь встретились, удар был таким мощным, что мое оружие чуть не вырвало у меня из рук. Мы оба держали наши копья двумя руками, и об отсутствии щита я сейчас ни капельки не жалел. Ибо со щитом в руке я бы потерял в скорости, а мой противник тем временем порхал, как бабочка, и жалил, как оса. Будь я чуть помедленнее — он бы меня уже убил, и никакой щит тут бы не помог.

Орк попытался подрезать меня, атаковав по коленям, но я подпрыгнул и в свою очередь сделал попытку вогнать ему копье в морду, сверху вниз. Но я промазал, копье ушло в землю. Я едва успел вырвать его, чтобы отразить очередной удар.

Хрясь!

Мое костяное копье явственно пошло трещинами. По идее, если я лишусь его — то буду иметь право заменить оружие и взять новое. Вот только других копий у нас в лагере нету, разве что попросить орков выстругать мне деревянное, но это будет уже совсем глупо и потешно.

Орк наносил по паре ударов в секунду, и более того: он при этом еще и разгонялся, его движения становились все стремительнее и точнее. Наши копья стучали друг о друга, как палочки о барабан музыканта, игравшего бодрый рок.

Мой противник истекал потом, но на ногах стоял твердо и уставшим совсем не казался. А вот меня уже через полминуты этого бешеного танца начало подрубать. Я был силен, но он был сильнее. И в выносливости он тоже меня превосходил.

— Ты что какой-то орочий бог? — заорал я врагу.

— Заткнись и сражайся, — хмыкнул на это мой соперник.

Клац! Клац! Клац!

Копья стучали друг о дружку со скоростью дождевых капель во время ливня. Я при этом еще и постоянно маневрировал, а вот орк стоял на месте. Инициатива как была за ним с самого начала боя, так и осталась, я так и не сумел её перехватить.

Раздался оглушительный хруст, от очередного удара мое копье просто развалилось пополам. Часть с древком полетела на землю, но острую половину я сумел удержать в руках. Я попытался орудовать ей, как кинжалом, но орк просто лениво выбил остаток копья у меня очередным могучим ударом.

А потом приставил свое оружие мне к сердцу.

— Сдаешься, герой?

Одно его движение — и он меня наколет на копье, в этом можно было не сомневаться.

Я, конечно, мог и сдаться, такая опция в поединке была. Вот только это означало бы позор и изгнание из племени.

— Нет, — ответил я, — Мне нужно новое оружие.

— Что ж, возьми его, — насмешливо произнес орк, убирая копье от моей груди.

— И возьму. Твоё! — выдохнул я и ринулся на противника.

Я схватил его стальное копье обеими руками, вцепившись в древко. Несколько секунду мы занимались своеобразным армрестлингом, перетягивая копье друг у дружки. Бесчестия в этом не было, отбирать оружие у врага во время поединка не запрещалось.

Мы уперлись в землю ногами с такой мощью, как будто пытались сдвинуть орбиту этой планетки. Это было чисто силовое противостояние, маневрировать тут было невозможно, всё решала лишь грубая мышечная силища. Я тянул копье себе, а орк пытался сохранить свое оружие.

Эх, пырнуть бы его сейчас кинжалом в пузо… Будь я на войне — я бы так и сделал. Но поединок это не война, увы.

Руки у меня сводило болью, в глазах от натуги потемнело. Мои мышцы, казалось, сейчас лопнут. Но соперник был сильнее, он и здесь побеждал. И никто из нас не мог ударить другого кулаком, это ведь был бой на копьях, а не на кулаках.

Я понял, что больше не выдержу, копье стало выскальзывать их моих рук…

Но орк вдруг странно улыбнулся, а потом неожиданно ослабил хватку. Всего на одну секунду. Я так и не понял, зачем он это сделал, но мне этого хватило. Я тут же вырвал копье у противника. Теперь сталь была наконец только в моих руках. Я отступил на метр, а потом ударил орка в шею, вложив в удар весь свой вес.

Удар вышел таким мощным, что меня повалило на землю, но зато оружие вошло в горло соперника, пронзив его насквозь.

— Теперь я вижу, что ты и правда герой… — прохрипел орк.

Изо рта у него хлынула кровь, окрасившая клыки красным, но он всё еще странно улыбался.

А еще через миг огромная туша орка упала на траву, перед смертью мой противник громко хрюкнул, а потом издох. Я тоже растянулся на земле рядом с ним, изнемогая от усталости. Сердце в груди бешено стучало, вот так, как сейчас, я наверное никогда в жизни раньше не уставал.

Тем не менее, на мне ни царапины. А мой противник мертв…

ВЫ УБИЛИ ВРАГА СКРЫТО УРОВНЯ

ВАШ УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

…

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

+ 100 очков характеристик

ВНИМАНИЕ! УНИЧТОЖЕН ХРАНИТЕЛЬ!

Здесь системные сообщения вдруг подернулись дымкой и замерцали, будто система забаговалась.

УНИЧТОЖЕН ХРАНИТЕЛЬ!

…ЧТОЖЕН…ТЕЛЬ…

ХРАНИ… УНИ…

!ЬЛЕТИНАРХ НЕЖОТЧИНУ

Чего, блин? Вот сейчас по ощущениям начал распадаться сам программный код системы. И это напугало меня, так и системных сил недолго лишиться.

Но система уже пришла в норму.

УНИЧТОЖЕН ХРАНИТЕЛЬ!

ИСПОЛНЕНИЕ ВОЛИ МИРА: 1 /8

Уже что-то. Система впервые выдала нечто, связанное с моим титулом «Исполняющего волю мира». Понять бы еще, что это значит.

Уровней мне отвалили сразу десяток, так что я сразу вкачался на 58.

Но и это было еще не всё…

Мастерство копейщика повышено запредельно!

Мастерство: 200

Уровень навыка: Божественный Копьеносец

Ограничения на прокачку мастерства сняты

Ого. Помнится, раньше выше сотки копья я качать не мог…

ХРАНИТЕЛЬ УНИЧТОЖЕН!

ДОБАВЛЕНА СВЕРХСПОСОБНОСТЬ: МОГУЧИЙ КУЛАК ПЕРВОГО ВАРБОССА

А вот теперь всё, плюшки закончились.

Я быстро раскидал характеристики, распределив их на этот раз поровну между разумом и телом. Ибо силушка у меня уже была и так богатырская, а вот поумнеть мне нужно, причем срочно. Мне следует разобраться, что сейчас вообще произошло, и кем был мой странный противник.

Шаман уже ковылял ко мне, остальные орки, перенервничавшие во время этого лютого боя, тоже с облегчением выдохнули.

— Это было честное сражение, — прошамкал старый шаман, — Отнять у противника его оружие — дозволенная хитрость. Ты победил достойно, герой.

— Знаю.

Я наконец отдышался, поднялся на ноги и отряхнулся.

Потом я вырвал копье из глотки поверженного орка-гиганта. Кровь мертвеца, еще сохранявшая напор, брызнула из горла орка вялым фонтанчиком.

— Кто он такой? — спросил я у шамана, — Зачем он бросил мне вызов?

— Не знаю, я же уже говорил…

— У него пять ноздрей, — перебил я, указывая на пятак мертвеца, а потом добавил, но уже тише, — А еще он мне поддался. Не знаю, зачем и почему, но он поддался мне, клянусь. Если бы этот отморозок хотел — то легко убил бы меня.

— Герой слишком скромен и благороден, — хмыкнул шаман.

Он явно не верил мне. Однако подойдя ближе к мертвецу и склонившись над ним, шаман удивленно уставился на пятак громадного орка. Теперь он увидел эти пять ноздрей сам, и убедился, что, по крайней мере, в этом я не вру.

— О, Праматерь! — ахнул шаман, — Пять ноздрей! Быть не может! Пять ноздрей!

Остальные орки забухтели и теперь тоже стали подходить ближе, чтобы поглядеть на это мертвое диво.

Их собственные пятаки трепетали от священного ужаса.

— У божественного супруга Праматери, говорят, было пять ноздрей, — выдохнул шаман, — У бога, что правит вместе с ней на небесах, среди грозовых туч! И больше ни у кого. Ни один смертный орк не носит пять ноздрей на пятаке. Герой, ты… Ты убил бога!

Шаман рухнул на свои старческие колени, остальные орки тут же последовали следом за ним, даже моя жена в страхе склонилась вместе со всеми.

— Герой! Убийца богов!

А вот теперь меня не просто уважали, а еще и боялись. Также, как раньше, когда я только пришёл в этот мир. Только еще больше.

Но сейчас этот страх был густо замешан с почтением. Я оглядывал моих парней, довольный эффектом. Вот теперь мне точно никто не посмеет бросить вызов, ни один орк, даже самый храбрый, ныне не оспорит мои права варбосса. А если оспорит…

Я решил, что пора мне опробовать мое новое мастерство копейщика, которое теперь составляло 200 пунктов. Благо, для этого и повод подвернулся — над соснами как раз парил гордый орёл.

Я крутанул копьем в руке, а потом бросил его вверх. Копье полетело почти вертикально, как ракета с космодрома, оно взмыло выше сосен, в самые небеса. Через миг орёл упал вниз, вместе с моим копьем, насаженный на него, как шашлык, на шампур!

Теперь я мог одним метким ударом бить орлов в небесах. Возможно, если я прокрадусь ко дворцу, то смогу таким же манером заколоть и императора людей, кто знает…

Орки вокруг меня тем временем пришли в еще больший ужас. Теперь они начали простираться передо мной, вытягивая шеи и почтительно хрюкая, они поклонялись мне, как самой Праматери. Вот такого от гордых орков я не ожидал.

— Божественные силы снизошли на героя, — пролепетал шаман.

Орки были близки к религиозному экстазу. На коленях сейчас не валялись только мои ящерицы, хотя и они были впечатлены, ну и еще магичка Сев глядела на меня вообще скептически. Ей-то, понятное дело, не в новинку видеть людей с суперраскачанным мастерством, она ведь жила при дворе самого императора.

— Это еще не всё, — заверил я орков, — Принесите мне камень. И побольше.

Двое орков тут же поднесли мне громадный валун, валунов в этом сосновом бору, к счастью, хватало, а у орков хватало силушки, чтобы их таскать.

Я намеревался проверить свою новую и единственную сверхспособность — МОГУЧИЙ КУЛАК ПЕРВОГО ВАРБОССА.

Насколько я понимал, эта сверхспособность была буквальной, то есть мой кулак теперь стал всем кулакам кулак. Интересно, нужно ли мне как-то её специально активировать?

Я примерился, ухнул и ударил кулаком валун, прямым джебом, с правой. Раздался гулкий хруст, в воздух взметнулось каменное крошево. Валун пересекла кривая трещина. Я расколол этот огромный камень просто одним ударом кулака!

Страшно подумать, что будет в бою, когда черепушка неудачливого противника встретится с моим кулачищем…

Сверхспособность явно работала, как надо, непонятно было только, могу ли я её качать. Но для того, чтобы выяснить это, мне требовался живой враг, а не камень, а вокруг сейчас, к сожалению, были только друзья.

Я гордо воздел вверх свои руки-наковальни, демонстрируя оркам упругую мышцу.

— Силы героя выше божественных! — захрюкали орки.

Они теперь были настолько удивлены, что еще больше удивиться просто не могли.

Итак, со своими новыми сверхкрутыми умениями я разобрался, теперь осталось только разобраться со странным орком-покойником. Я подозревал, что он на самом деле никакой не бог. Я, конечно, мужик теперь мощный, но вряд ли я смог бы убить бога.

Я приказал унести прочь валун и мое победоносное копье, а сам подозвал магичку.

— Ну и что это такое? — я указал на пятак мертвеца с пятью ноздрями.

— Не знаю, — Сев только развела руками, как и шаман до этого, — Я такого раньше никогда не видела.

— Может он из какого-то далекого племени?

— Ни у одного племени нет пяти ноздрей в пятаке, — мотнула головой Сев.

— Ага, а еще ни у одного орка нет системных сил, — хмыкнул я, — А у этого парня они были. И уровень у него явно был не первый. Он, конечно, не так силен, как Храманатар, так что, думаю, что уровень у него был около семидесятого.

— У орка не может быть никакого уровня! — надулась Сев.

— А у этого был. И статус тоже. Ты сама видела. Обыщите его балахон! И его волка тоже.

Орки тут же бросились исполнять мое приказание. Но в балахоне орка не было даже карманов, и внутрь балахона тоже ничего зашито не было. Орки убедились в этом, разрезав балахон кинжалами.

Огроменный волк, на котором орк к нам приехал, не сопротивлялся обыску и даже не огрызался. Он выглядел печальным от того, что его хозяин погиб, но этот зверюга явно был не только крупнее обычных волков, но и умнее. В его глазах читался нехарактерный для волка интеллект.

— Интересно, где он взял такого зверя?

На этот раз мой вопрос был обращен к тому орку, который заведовал нашими волками.

— Не знаю, герой, — орк чуть оробел, когда я заговорил с ним, — Я никогда не видел таких чудищ. Этот зверюга с драконёнка размером.

А парень, пожалуй, прав. Волк точно не уступал маленькому дракончику своей величиной.

Седло на этом волчаре было самым обыкновенным, только большим. А на седле нашлись костяной кинжал в ножнах, фляга браги, мешок сухарей и огниво для розжига костра. И всё. Никаких предметов, которые могли бы пролить свет на происхождение этого загадочного орка, тут не было.

Я вздохнул и пошёл осматривать труп. Орк явно умер от моего удара, вот в этом сомневаться не приходилось. Впрочем, обыскивать тут было нечего — мой противник же сражался в одной набедренной повязке.

Нечто интересное обнаружилось лишь у него на плече, я рассмотрел там татуировку — черную и маленькую. Татуха изображала орочий череп…

— Ого, — я присвистнул, — Сев, покажи-ка мне опять твое плечико.

— Нет уж хватит, ты довольно на него насмотрелся, — надулась магичка, — И я не собираюсь раздеваться перед толпой орков. Но ты прав. Эта татуировка действительно похожа на мою. Только у меня череп человеческий, а тут — орочий.

— Занятно…

Это на самом деле занятно. Сев пометил татуировкой череп мертвого Аменахина. А этого орка кто пометил, и зачем? Это тоже сделал Аменахин, еще когда был жив? Или нет? И самое главное — зачем этот орк сюда приперся?

— Он мне поддался, — тихо сказал я магичке, — Он пришёл сюда не чтобы убить меня, а чтобы умереть от моей руки.

— Сомневаюсь, — недоверчиво ответила Сев, — Мне кажется, ты просто скромничаешь, Виктор.

Я на это только мрачно покачал головой. Сев не верила, что орк мне поддался, также как этому не верил и шаман. Но я знал, что я прав. Этот гигант поддался, он сам хотел умереть. Вот только он всё же был орком, хоть и странным, и поэтому не мог умереть просто так без славного боя. А может быть, тут всё еще сложнее.

— Похоже, мне пора отправиться искать разгадки, — вздохнул я, — Туда, куда меня отправил Аменахин. Благо, что транспорт у меня теперь имеется.

— Я не полечу в северные горы, — тут же испугалась магичка, — Это просто самоубийство!

— А тебя туда никто и не приглашает, — хмыкнул я, — Для тебя у меня иная задача, Сев.

— Это какая? — напрягалась магичка.

— Ты пойдешь на переговоры к эльфам, — объяснил я.

— ЧТО? Да ты с ума сошёл! Эльфы не станут со мной говорить. Они не общаются с другими расами вообще. Да и я не знаю их языка.

— Я передам им письмо на эльфийском, — заверил я магичку, — Так что они тебя поймут. И я знаю, что эльфы не захотят говорить с тобой. Однако мне нужен союз с ними. И не завтра, а прямо сегодня. И я уверен, что они скорее будут говорить с тобой, чем с орками или ящерицами.

— Ты бы мог послать своего говорящего дракона…

— Мог бы, — согласился я, — Но на чём я тогда полечу в северные горы, м?

— А если возникнут проблемы…

— Тогда я завтра вернусь и решу их. Не переживай. Лучше прихорашивайся и готовься очаровать эльфов.

— Это чем я их очарую-то? У меня чар больше нету, — хмуро буркнула на это Сев.

— Магических нет, — согласился я, — Но твоя красота и природное обаяние при тебе. И полагаю, что эльфам ты понравишься больше, чем, например, моя невеста. Так что ехать к ним кроме тебя больше некому, Сев. Собирайся, милая.

Глава 10

Я взял с собой небольшой отряд — ящера Штрома, пару орков, да еще мою молодую невесту. Больше на моего дракона никто не влез, а жену-орчанку я вынужден был взять с собой из соображений безопасности. Если бы с ней что-то случилось в мое отсутствие — то я перестал бы быть родичем шамана, и тогда мой титул варбосса встал бы под вопрос.

Сев я отправил на переговоры с эльфами, выделив ей в помощь сотню орков в качестве почётного караула. А Дар в свою очередь — послал заключать союз с ящерами. Это было даже рискованней, чем пытаться договориться с эльфами, ибо ящеры Дар совсем не уважали, как и всех других подобных половинчиков. Но делать тут было нечего, больше мне на переговоры к чешуйчатым посылать было некого. От орков ящеры бы просто разбежались. Так что я приказал Дар отправиться в ближайшее селение ящеров, до которого было пол дня пути и попытаться заключить союз от моего имени. А если ящеры союза не захотят или попытаются убить Дар — то на такой случай я послал с ней полсотни орков.

Последнюю полусотню орков я отправил с шаманом к Дым-Горе, чтобы они собирали все орочьи племена на великую битву. Сам же я сел с небольшим отрядом на дракона и вылетел на север.

Я бы, конечно, мог подвезти Дар, Сев или шамана к местам их назначения на моем летучем ящере, но не хотел терять времени. Тайна, сокрытая в северных горах, была важнее, и она ждала меня.

Мой единственный в мире мозговитый дракон летал лучше своих лоботомированных сородичей, им даже не нужно было тактически управлять во время полёта. По факту он двигался на автопилоте, достаточно было только сообщать ему общее направление.

В качестве проводника я взял с собой Штрома, который много путешествовал со своим прошлым хозяином, так что дорогу к столице хорошо знал. К городу людей мы подлетать, конечно, не стали, вместо этого мы взяли восточнее.

А потом углубились в горы, и вот тут уже никто не мог бы нам помочь или подсказать дорогу. Эти северные горы уходили так далеко, что даже люди не знали, что за ними находится, а еще тут было холодно, как в морозном буддистском аду.

Здесь все было серым и белым, будто я провалился в древний черно-белый фильм. Серые скалы уходили выше облаков, так высоко, куда не мог взлететь даже дракон, ибо драконы дышали кислородом, там наверху даже они бы сразу задохнулись. На тех горах, которые были ниже облаков, лежали вечные снежные шапки. Небеса были в тяжелых тучах, видимо, в местном климате солнце никогда не светило. Поднялась метель, в лица нам дул свирепый ледяной ветер.

Мой дракон Вождеед лавировал мимо серых скал, его согревал его внутренний огонь, а мы в свою очередь не околели лишь потому, что замотались в медвежьи шкуры на манер полярников, да еще подкрепляли свои силы крепкой брагой.

И я полностью отдавал себе отчет в том, что летим мы наугад, даже найти сами Медовые горы гномов было проблемой. Я, конечно, помнил, где они на карте, которую мне показывал шаман. Но одно дело карта, а другое — реальная местность.

Это был запредельный край мира даже для орков, так что мои спутники были в ужасе. А я тем временем тревожился все больше. Отправляться в дикие земли всегда жутко, а уж когда в этих землях тебя ждет еще и непонятная древняя тайна…

Впрочем, скоро я понял, что сегодня мне везёт. Медовые горы я сразу узнал, как только мы приблизились к нужному квадрату. Мы достигли Медовых гор, уже когда начало смеркаться, и на скалы опустились сумерки. Но даже в сумерках было заметно, что эти скалы имеют странный желтоватый оттенок. Будто их кто-то обоссал, простите за сравнение. Теперь было ясно, почему эти горы назвали Медовыми.

Но в остальном здесь было также пусто и мертво, как и везде на местном севере. В Медовых горах не росло ни деревца, ни травинки. Только желтоватый камень и снег, и больше ничего. И гномов тоже не видно.

— Вон твое Драконье гнездо, герой, — сообщил мне дракон Вождеед, — Чуть левее.

Я посмотрел в указанную сторону и понял, что мой питомец прав. Никакого настоящего гнезда тут, разумеется, не было. А просто одна из скал на самом деле напоминала своей формой дракона. Это была не скульптура, просто местные бешеные ветра поработали над скалой, придав ей странную форму. А ниже горной вершины на самом деле виднелось отверстие — та самая пещера, о которой мне говорил череп Аменахина…

Тут никаких сомнений быть не могло, черепушка явно посылала меня именно сюда. А еще она утверждала, что именно здесь находится «точка входа людей в мир». Хотя последнее было крайне странно. Если люди вошли в этот мир в таких глухих и морозных землях, то непонятно вообще, как они тогда тут сразу же не околели.

Собственно, непонятно было даже, как люди могли вылезти из этой пещеры — пещера помещалась в отвесной скале на высоте нескольких километров, выбраться и спуститься из неё смог бы только профессиональный альпинист.

Зато эта пещера была достаточно велика, чтобы в неё мог пролезть дракон.

— Давай, — приказал я Вождееду, — Вот в эту пещеру.

Дракон выполнил мое указание, он сбавил высоту, и мы полетели к загадочному отверстию в скале…

Вот только внутри отверстия вдруг блеснули два ярких глаза. Горное чудище? Какой-то страж портала, из которого пришли люди? Но всё оказалось гораздо проще.

— Это дракон! — проревел Вождеед, первым учуявший сородича, — Человеческий дракон, с гвоздем в голове!

И он оказался прав.

Дракон уже вылез из пещеры мне навстречу — огромный, больше моего Вождееда раза в полтора, и ярко-красный. Его хвост был утыкан стальными шипами, видимо, чтобы орудовать ими в бою. А к его зубам были приделаны не менее острые мечи, по мечу к каждому зубу. Вот это уже, похоже, настоящий дракон-спецназовец, а не просто боевой зверь, как у меня.

Красная тварь дико взревела. Этот дракон, в отличие от моего, говорить не умел, потому что из его головы все еще торчал стальной гвоздь. Впрочем, восседал на нем только один единственный наездник — какой-то кривоплечий мужик, один глаз у мужика ярко блестел, он явно был вставным, из какого-то хрусталя.

Но вообще и мужик, и его дракон определенно говорили о том, что это засада. Император послал сюда какого-то отморозка-карателя на драконе, чтобы уничтожить меня. Император знал, что я приду сюда!

— Я не могу атаковать сородича, — прорычал Вождеед, — Прости, герой!

— Тогда просто сожри его наездника! — приказал я.

Наездник на вражеском драконе был только один, да. Но радоваться тут было нечему. Я уже через секунду осознал, что красный дракон гораздо быстрее и маневреннее моего, чисто за счет того, что несет меньше груза. У моего-то на спине целых двое орков, да еще ящер с человеком. А у этого — только один седок, это уже не говоря о том, что и сам красный дракон больше.

Вождеед резко спикировал вниз, потому что мы сейчас были выше противника. Мы как раз заходили на посадку в таинственную пещеру, когда этот подонок со своей чешуйчатой тварью вылез оттуда.

Мой дракон смачно дыхнул огнем, целясь во вражеского наездника, и метель вокруг нас тут же обратилась в пар от тугой напалмовой струи. За одну секунду стало жарко, как в парилке.

Но огонь лишь оплавил скалу, противник резко ушел от атаки, потом проделал в воздухе кульбит, на миг выписав бочку, а потом пристроился нам в хвост.

Ого. Да этот одноглазый настоящий профи. У меня умение драконьего наездника в сотку, но этот парень тоже явно не промах.

Вражина теперь оказался позади нас, мы на бешеной скорости неслись среди скал. От пещеры мой Вождеед отвернул, и правильно сделал. Если мы сейчас залезем в пещеру — то враг нас там и сожжет. Так что мой дракон попытался совершить маневр и развернуться мордой к врагу, выписав красивую дугу.

Но он не успел. Красный дракон уже дохнул напалмом, подпалив Вождееду хвост, вот он никаких сантиментов по поводу атаки против сородича не испытывал, а потом вцепился в хвост моего дракона своими зубищами.

Вождеед взвыл от боли.

Мы окончательно потеряли аэродинамику и начали сваливаться в штопор, вместе с красным драконом, терзавшим зубами хвост Вождееда. Я понял, что этот одноглазый подонок еще и настоящий камикадзе, он готов упасть вместе с нами, лишь бы убить меня. Ну явно наемный убийца императора, причем фанатично преданный делу человеческой расы…

Нужно было соображать и действовать быстро. Я отстегнул ремни безопасности, а потом вскочил на ноги, балансируя на спине падавшего дракона.

— Милый герой, что ты… — в ужасе выдохнула сидевшая позади меня невеста.

Но мне некогда было болтать с ней. Я выхватил кинжал, а потом прыгнул. Это был настоящий прыжок веры, прыжок в ледяную пустоту. На миг я ощутил нечто вроде невесомости, метель бешено закружила меня в воздухе.

Я падал, но мое падение продлилось недолго. Уже через секунду я опустился туда, куда и хотел — на спину вражеского дракона, прямо к одноглазому. Рожа у этого мужика была лютой, судя по ней, мой враг оказался каким-то азиатом. Его хрустальный глаз свирепо блестел. Я одолел моим прыжком разом пару десятков метров, лишь благодаря моему раскачанному телу я осилил такое расстояние.

Оказавшись на спине красного дракона, всего в метре от вражеского наездника, я еще раз прыгнул. На этот раз мой прыжок был коротким, наши драконы тем временем продолжали планировать вниз и уже почти достигли острых скал внизу.

— Получай! — заорал я и вонзил одноглазому кинжал в его здоровый глаз.

Мой противник взвыл, следующим ударом я снес ему голову. Просто отрезал её одним махом кинжала, перерубив позвоночник с той же легкостью, с какой повар перерубает цыплячью костью.

УНИЧТОЖЕН ПРОТИВНИК 90 УРОВНЯ

ВАШ УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

+ 50 очков характеристик

Мастерство владения кинжалами: + 30

Уровень мастерства: Кинжальный бог

106/100

Уровня мне вручили только два, но мне сейчас было не до покопушек в моем статусе. Я уже совершал очередной прыжок, на этот раз к голове красного дракона. Я вцепился руками в гвоздь на ней, и с усилием вырвал его…

ДРАКОН ОСВОБОЖДЕН!

+ 50 мастерства драконьего наездника

Итого: я уже превзошел все пределы. Кинжалы у меня теперь больше максимального уровня развития навыка, да и мастерство драконьего всадника все 150, хотя максимальный навык всадника — сотка.

Эдак скоро я смогу вызвать на поединок самого императора, и он не выстоит против меня.

Освобожденный дракон тем временем гулко вздохнул и отпустил раненый хвост Вождееда. Я скорее вцепился в шею красного ящера, чтобы не упасть. Гвоздь я выкинул вниз, в горную пропасть, где бушевала метель. Рана от гвоздя на голове у красного дракона уже затянулась, как и у прошлого дракоши, которого я освободил.

Оба дракона медленно спикировали на просторную скальную площадку ниже интересовавшей меня пещеры, и там приземлились.

Я спрыгнул на скалы, и раскидал очки характеристик, поровну в тело и разум. Орки и ящер тоже спрыгнули с драконьей спины, явно желая размять кости.

У Вождееда был погрызен хвост, но серьезных ран мой дракон не получил, зубы противника так и не смогли проковырять его крепкую чешую.

Вождеед и освобожденный мною красный дракон начали обстоятельно беседовать. Их беседа в основном состояла из обмена любезностями, ибо драконы — предельно вежливые существа, как я уже знал. Кроме того, красный дракон говорил с трудом, а еще пребывал в шоке, впервые в своей жизни обретя разум. Так что эта беседа грозила затянуться на целый месяц, а за месяц мы тут все замерзнем насмерть…

— Кем был твой всадник? — вмешался я.

— Его звали Ода-Чу, — просопел красный дракон, — Он был моим наездником и самым злобным мастером драконации во всей империи. А ты кто такой, мой освободитель?

— Я просто герой, — пожал я плечами, — Друг драконов и всех угнетенных зверорас. А ты будешь зваться Краснопуз.

— Это хорошее имя, — отвесил мне поклон Краснопуз.

— Что Ода-Чу тут делал? Ждал меня в засаде?

— Да, — Краснопуз кивнул головой на длинной чешуйчатой шее, — Император приказал Ода-Чу лететь сюда и сжечь всё, что было в пещере выше на скале. И мы сделали это. После этого Ода-Чу отослал остальных людей и драконов, а сам вместе со мной стал ждать тебя.

— Ясно. Значит, император все-таки хочет моей смерти…

— О, нет, — запротестовал Краснопуз, — Не смерти. Наоборот. Ода-Чу хотел взять тебя живым, он даже предупреждал своих людей, чтобы ни в коем случае тебя не убивали, а просто брали в плен.

— Вот как? Интересно… Выходит, ты сжег все что было в пещере выше нас?

— Увы, но это так, — признал Краснопуз, — Там ничего не осталось. Только горелый камень.

— А что там было-то?

— Не знаю, — вздохнул Краснопуз, — Ода-Чу приказал мне зажмуриться, сунуть туда голову и жечь. Так что я влил в эту пещеру целое озеро пылающего напалма, но я не видел, что там внутри. Прости меня, герой-освободитель!

— Не за что извиняться. Ты же был рабом людей. Так что ты не можешь отвечать за свои поступки. Да и никто не может, пока у него гвоздь в башке.

Я повернулся к Вождееду:

— Ладно. Давай слетаем и посмотрим, может там что-нибудь и осталось. Остальным — ждать здесь.

Я был вполне спокоен за моих друзей, я все же оставлял их под охраной Краснопуза. Да и людей тут, кроме покойного Ода-Чу, по словам дракона не было. А вот что меня напрягало — так это уничтоженное содержимое таинственной пещерки…

Я влез на спину Вождееда, и дракон поднял меня на нужную высоту, а потом нырнул в просторную пещеру. Я зажег факел, запас факелов у меня с собой был. Но увидел я только черный паленый камень.

— Дай света, пожалуйста, — распорядился я.

Вождеед дыхнул огнем в воздух и озарил пещерный зал. Зал был пуст. Совсем пуст. Ни горелых остатков чего-либо, ни даже каких-то следов надписей, рисунков или отделки на стенках. Это было странно. То ли Краснопуз тут все отдраконировал по полной программе, так что ничего не осталось, то ли тут ничего и не было.

Но череп Аменахина явно посылал меня в эту пещеру, других вариантов тут не было. Тем более что это подтверждалось тем, что именно тут меня ждала засада. Что же тут было, в этой пещере? Какой-то портал через который люди пришли в мир триста лет назад?

Я еще пошарился по пещере. Она была огромной, но никаких ходов или тайных коридоров тут не было, просто один громадный зал. И никаких порталов, и никаких следов пребывания людей.

— Ничего не понимаю…

Я полчаса осматривал пещеру, но так ничего и не обнаружил. Я даже простучал стены, но за ними не обнаружилось никаких пустот.

— Что ты ищешь, герой? — спросил Вождеед.

— Сам не знаю.

Я понял, что ловить мне тут совсем нечего, так что оседал Вождееда и покинул пещеру. Похоже, что череп Аменахина меня без всякой задней мысли просто-напросто обманул. Ну или Ода-Чу на самом деле сжег все ценное, что тут было. Правда, тогда бы наверняка остался пепел. По крайней мере, от сожженных драконовым напалмом орков и людей он оставался. А в этой пещере даже пепла не было…

Спикировав вниз, на скальную площадку, где я оставил Краснопуза и друзей, я убедился, что у нас гости. Еще на подлете, я рассмотрел сквозь метель, что орков и ящера окружили какие-то мелкие человечки. Человечков было штук двадцать, а откуда они тут взялись: неизвестно.

Вроде на эту скальную площадку можно было только взлететь, но у пришельцев никакого летательного аппарата не было. Человечки напоминали ростом детей, а шириной плеч — орков. Они были бородатыми, а их одежда состояла из мехов и шкур. Человечки довольно агрессивно тыкали короткими копьями в сторону моей жены и слуг.

Ясно. Видимо, гномы явились. Я не был настроен драться с ними, хотя легко мог бы сжечь их драконьим огнем. Однако, я все-таки враг людей, а не гномов. Гномы, как я помнил, в рабство к людям не попали, но лишь потому, что жили они в труднодоступных местах.

Я приземлил на скальную площадку Вождееда, напугав при этом гномов, а потом произнес на их собственном языке:

— Приветствую! Уберите копья. Мы друзья.

Язык гномов пока что оказался самым сложным из всех, на котором мне пришлось говорить в этом мире. Даже на орочьем базарить проще, даже на драконьем, даже на шипящем языке тенеплётов. По звукам гномий язык напоминал скандинавские языки моего родного мира, но вот слова в нём были просто невообразимой длинны. Так что даже короткую фразу приходилось говорить пол минуты.

— Мы не водим дружбу с людьми, — ответил один из гномов, — И с орками тоже, И вот с этой вот хренью — тем более…

Гном при этом указал копьем на ящера Штрома. Видимо, ящеров гномы ни разу раньше не встречали, так что даже не знали, как их называть.

— Уходите! — потребовал гном, — Это наша земля!

Глава 11

— У меня два дракона, — напомнил я самому наглому гному, указав на моих двух питомцев, — Не стоит дерзить человеку, у которого два дракона.

Вождеед оскалился, а Краснопуз так и вообще уже раздул пасть, готовый выпустить напалм.

— Хех, ну и что ты сделаешь нам, человечек? — презрительно отозвался на это гном.

Через миг мои глаза вдруг пронзила резкая боль. В поле моего зрения метнулась яркая вспышка, заполнившая собой весь мир. А когда зрение вернулось ко мне — я увидел, что реконфигурация гномов на скальной площадке изменилась. Бородачи теперь стояли совсем в других местах. Они переместились за секунду, при этом еще и ослепив меня и всех моих товарищей.

Даже драконы теперь подслеповато щурились. А у моих орков и ящерицы из глаз сочилась некая красная влага.

Я отер собственное лицо, и обнаружил на пальцах кровь…

— Будешь грозить — истечешь кровавыми слезами, — заметил командир гномов.

Ого, а эти парни, похоже, и правда опасны.

Зрение у меня все еще было чуть размытым, но быстро восстанавливалось.

— Это какая-то невидимость или телепортация? — поинтересовался я.

— Всё вместе, — ответил гном, — И если мы повторим это еще пару раз — ослепнешь навсегда, дурак. Так что не советую шутить с нами шутки. Мы мирный народ, но не нужно нас злить. Просто убирайтесь отсюда. И летучих ящериц своих заберите.

— Ты ошибся, — жестко произнес я, — Я не тот, за кого ты меня принимаешь. Я герой и освободитель всех рас. Я враг людей!

— Это правда, — подтвердил Вождеед.

— Истинная правда, — согласился Краснопуз.

— Видишь, гном, я освободил этих драконов, — объяснил я, — Я вернул им разум и чувство собственного достоинства. Я — тот, кому предстоит убить императора и покончить с человеческой тиранией. Так что уберите копья.

— Хех, а нам-то что? — гном пожал плечами, — Плевали мы, и на людей, и на драконов. Это ваше дерьмо. Нас в него не впутывайте. И убирайтесь из наших гор!

Зрение у меня снова чуть померкло. Я понял, что еще секунда — и гномы снова заставят наши глаза кровоточить, а сами растворятся без следа. И хрен их потом найдешь. Я теперь понимал, почему покорить этих бородатых горных карликов не смог даже император.

— Стойте! У меня есть кое-что для вас!

— Ну и что же? — без всякого интереса произнес гном.

— Кое-что. Дай мне немного времени и покажу.

— Давай, показывай. Но если я буду разочарован — пеняй на себя, герой-штаны с дырой.

Гномы, похоже, никакого уважения к герою не имели. Им просто на самом деле было плевать.

— Нет у меня никакой дыры в штанах, — заметил я, — Подожди минутку.

Я снял с дракона свой вещмешок и, покопавшись в нём, извлек камень с рунами, тот самый, который я в свое время похитил из императорской библиотеки.

На камне был выбит гномский рецепт эля. Я понятия не имел, заинтересует ли эта вещица гномов, но не видел других способов наладить межнациональный диалог.

— Вот, — я показал камень гномам.

— Ну и что это?

— Рецепт эля. Тысячелетней давности.

— Дай-ка поглядеть… — гном все еще делал вид, что ему насрать, но глазки у него уже жадно заблестели.

Остальные гномы тоже забеспокоились. Вот теперь им явно стало не до шуток, старинный рецепт эля — вещь предельно серьезная.

— Дам поглядеть и вообще подарю тебе этот камень, если ты мне поможешь, — пообещал я, пряча камень в карман.

— Мы ведь можем и силой забрать, — нахмурился гном.

Остальные его товарищи тем временем пооткрывали бородатые рты и тоже начали галдеть на своем странном языке, звуки которого напоминали камнепад в горах. Вот теперь я точно их поймал. Они явно хотели этот рецепт, они определенно узнали его. Видимо, этот артефакт был похищен людьми у гномов очень давно, и теперь горные карлы жаждали его вернуть.

— Ну попробуйте взять силой, если хотите, — предложил я, доставая кинжал, — Только знайте, что у меня искусство владения кинжалами прокачано выше сотки. Так что я укорочу вам бороды, а то и шеи, даже если вы меня ослепите своей непонятной магией и будете телепортироваться вокруг меня.

Вот теперь гномы помрачнели. Они сознавали, что я прав. Да и двое живых драконов рядом со мной явно гасили всю гномовскую дерзость в зародыше.

— Чего ты хочешь, странный человек? — примирительно поинтересовался главный гном.

— Две вещи, — ответил я, — Во-первых, вы держите в плену каких-то людей. Вы иногда выводите их на поверхность из ваших тайных пещер и убиваете. Мне сказал об этом сам император. Отдайте мне этих пленников.

— А зачем они тебе? — напрягся гном, — Ты же сказал, что ты враг людей.

— Это так. Но конкретно эти пленники, думаю, будут мне полезны. Возможно они захотят перейти на мою сторону…

— А вторая вещь?

— А вторая вещь, которую я хочу… Это то, что было в той пещере, наверху над нами. Я уверен, что вы, гномы, уже давно ограбили её и унесли то, что там находилось. Отдайте мне эту вещь. И рецепт эля ваш. И даже не думайте отрицать, что вы обнесли пещерку. Вы явно тут живете уже тысячи лет. И вы взяли то, что там было, то, что принадлежало людям!

— Взяли, — гном не стал отрицать, — И эта штуковина у нас верно. Она вообще-то бесполезна, так что мы готовы отдать её за рецепт. Но пленников ты не получишь. Меняем одну вещь на одну вещь. А не на две.

Я вздохнул:

— Ладно. Будь по-вашему.

Честно говоря, мне хотелось спасти этих гномьих пленников, я надеялся, что это позволит мне собрать собственный боевый отряд из людей. Возможно в этот раз император даже не сможет отрубить их от системы, как это вышло с Сев.

Но поделать я тут ничего не мог. Я уже понял, что гномы — народец крайне вздорный, так что с ними хрен договоришься.

— Пойдем, — заявил гном, — Я отведу тебя к той штуковине, что стояла в пещере над нами.

— А мои парни и моя невеста будут тут мерзнуть всё это время?

— Хех, пусть греются драконом, — отрезал гном, — Или идешь с нами один, или вообще никуда не идешь. Мы не пригласим к себе домой толпу твоих орков, а твоих драконов — тем более не пригласим.

— Толпу? Орков со мной всего трое, вообще-то. И одна из них — орчиха.

— Нам плевать. Ты идешь или нет?

— Иду, — снова печально вздохнул я.

Крыть тут было нечем, так что я просто пообещал своим парням и жене, что вернусь, как можно быстрее. Конечно, я рисковал, гномы вполне могли пленить меня, как уже пленили несчастных исследователей, посланных императором в этот дикий район. Но деваться мне было некуда, я просто обязан был выяснить, что хранилось в той таинственной пещере.

— Дай мне руку, — потребовал гном.

Я аккуратно подошёл к нему и взял кривую ручищу карлика. Рука у гнома оказалась на ощупь жесткой, как будто он всю жизнь работал на заводе, и его длань превратилась в одну сплошную мозоль.

Зато гномы, в отличие от орков, вообще не воняли, даже ничем не пахли. Этот народец явно отличался крайней чистоплотностью. Жаль, что того же нельзя было сказать об их поведении.

— Глаза закрой, — посоветовал мне гном.

Я закрыл глаза, однако при этом положил свободную руку на рукоять моего кинжала, на случай, если гномы решат меня надуть.

За моими закрытыми веками метнулась вспышка, потом еще одна… Вокруг вдруг потеплело. А еще ветер перестал, и я услышал, как где-то капает вода.

Открыв глаза, я увидел, что мы находимся в огромном подземном зале, явно где-то в глубинах Медовых гор. Здесь было сухо и тепло, несмотря на странные звуки текущей и капающей воды где-то совсем рядом. На пещеры гоблинов и орков это совсем не походило. Пол зала устилали шкуры, стены были покрыты изящным орнаментом. Гномы явно любили уют и свои жилища обустраивали соответствующим образом.

Прямо перед нами располагалась огромная стальная кованая дверь, украшенная затейливыми барельефами. Стражи у дверей не было, но в ней располагались аж пять замочных скважин.

— Вот тут мы храним ту вещь, которую сто лет назад унесли из пещеры, — объяснил гном.

Я хохотнул. Выходит, что Ода-Чу и его красный дракон сожгли уже пустую пещеру, вся её начинка была обчищена гномами.

— Показывай, — потребовал я.

Остальные гномы, переместившиеся сюда вместе с нами, нацелили на меня копья, видимо, не доверяли мне, также как я не доверял им. А главный и самый бородатый гном отпер дверь, все пять замков на ней он открыл разными ключами.

За дверью оказалось совсем небольшое помещение.

Здесь на каменном постаменте стоял…

Я едва поверил своим глазам — на постаменте стоял компьютер, самый настоящий!

Правда, компьютер был большим и уродливым. Явно не продукция Acer, даже не Lenovo. Он скорее напоминал какой-то ноутбук советского производства, если бы в СССР производили ноутбуки.

Громадный, прямоугольный, тяжеловесный, с экраном и клавиатурой… А вот провода, чтобы втыкать его в розетку, не было совсем.

Однако я рассчитывал, что этот ноут на батарейках. Я подошел к нему и ткнул в самую большую кнопку на корпусе.

Экран озарился одинокой надписью:

ВСТАВЬТЕ ДИСК

Дисковод, располагавшийся сбоку, призывно щелкнул.

Ага, ясно. Надпись на экране была на языке сероногих, той самой расы умников, которую люди уничтожили одной из первых в этом мире. А вот никакого виндовса или линукса тут нету. Судя по всему, этот компьютер просто читает вставленные диски, и больше ничего не делает.

А ведь у меня есть дискета с заклинанием сероногих, я её залутал еще в тайной секции императорской библиотеки. Вот только дискета осталась в моем вещмешке, с собой к гномам в гости я её не взял.

Вообще же, странно, что в таинственной пещере хранился комьютер. Как компьютер сероногих может быть связан с приходом людей в этот мир?

— Ладно, — вздохнул я, — Я забираю эту штуковину.

— То есть как это забераешь? — возмутился мой провожатый-гном, — Это наше!

— Я меняю эту железяку на камень с рецептом эля, — предложил я.

— Хех, так эта железяка явно ценнее! Нечестный обмен, — не согласился бородач.

— Честный. Для вас она всё ровно бесполезна. Вы этой железякой пользоваться не умеете.

— Ну и что?

— Ну как хотите, — я пожал плечами, — Дело ваше. Не хотите меняться — не получите рецепта эля.

— Мы можем и так забрать у тебя рецепт, — гном агрессивно прищурился и даже запыхтел.

Он явно хотел этот рецепт эля, прямо жаждал его, как и все остальные сопровождавшие меня гномы.

— Если нападете — я его просто раздавлю, — заявил я, засовывая руку в карман, где у меня лежал камень, — Силы у меня на это хватит, даже не сомневайтесь. И получите вместо вашего рецепта каменное крошево. Ты этого хочешь, гном?

— Ну хорошо. Меняемся, — гном недовольно почесал бороду.

— Но не раньше, чем вы вернете меня обратно на скалу! — потребовал я, забирая ноутбук.

Весил этот ноут килограмм тридцать, как чугунная гиря. Сероногие, изготовившие его, явно были сильнее людей, а может быть просто этот компьютер был стационарным и стоял раньше на каком-нибудь заводе.

— Ох и мерзкий ты человечишка, — запыхтел гном.

Но отказать мне он не рискнул. Через минуту меня снова телепортировали на скалу, где меня ждал мой небольшой отряд и мои два дракона.

— Спасибо! Рад был иметь с вами дело, господа, — поблагодарил я гномов, отдавая им камень с рецептом эля.

Гномы тут же вцепились в этот камень, как в величайшее сокровище. Про меня они вообще забыли, просто сгрудились вокруг каменюги и стали азартно читать рецепт эля, состоявший по большей части из списка трав и злаков…

Интересно, где они найдут все эти ингредиенты в своих мертвых скалах? Этот рецепт явно составлялся в те давние времена, когда гномов еще не вытеснили на глухую окраину мира. Впрочем, это всё уже не мои проблемы.

Через несколько секунд гномы, не прощаясь, исчезли, снова ослепив нас всех вспышкой и заставив наши глаза кровоточить. Вот этим парням точно палец в рот не клади. Я уже убедился, что гномы — народ опасный, но по крайней мере они держат свое слово.

Я скорее бросился к своему вещмешку и извлек оттуда дискету сероногих. Согласно надписи, на этой дискете хранилось заклинание всепоглощающей мощи. Я очень надеялся, что оно покорится мне, возможно даже позволит атаковать гномов и отнять у них человеческих пленников, которых горные карлики мне так и не выдали.

Я снова включил компьютер, его экран уже залепило снегом, который здесь падал постоянно.

Стряхнув снег, я снова увидел надпись на языке сероногих:

ВСТАВЬТЕ ДИСК

Я пихнул в устройство дискету с заклятием всепоглощающей мощи. Ноутбук громко загудел.

Орки пялились на мои действия круглыми от страха глазами, а дракон Краснопуз произнес с уважением:

— Древняя магия!

— Именно так, — подтвердил я.

Как только ноутбук прочитал диск, по экрану тут же поползли зеленые иероглифы сероногих:

Заклинание Всепоглощающей Мощи.

Призыв системы и системной расы в мир.

Заклинание позволяет активировать СИСТЕМУ и призвать людей, которые будут править всеми и принесут порядок в мир 12 000 рас.

Ритуал призыва:

Хранители совершают обряд в течение месяца, ежедневно.

Один хранитель от каждой расы.

Хранитель получает доступ к системе и вечную жизнь, если только её не прервут насильно.

Пока хранители живы — человеческий образ будет пребывать в мире, а система будет питать людей…

Далее следовало описание обряда по призыву в мир людей и системы. Я глазам своим не верил, выходит, что зверорасы сами и призвали людей сюда, чтобы навести в этом мире порядок. Примерно так же, как славяне в моем родном мире в свое время призвали Рюрика. Вот только призванные люди оказались куда хуже любого Рюрика. Они не ограничились правлением и данью, а устроили тут настоящий геноцид, вперемешку с рабством…

НАЗНАЧЕНЫ ХРАНИТЕЛИ ОТ СЛЕДУЮЩИХ РАС:

ЛЮДИ: АМЕНАХИН

ОРКИ: ЗФФГРЗРБН

ГНОМЫ: ВЕРНАРИХОТТРУВЕТРЛАНА

ДРАКОНЫ: ШИНН ФЕЙН

ЭЛЬФЫ: ЭЛЕБЕРЕТ КОЙН

ТЕНЕПЛЁТЫ: ЗУШ ШТУКА

КОТОЛЮДИ: О-БАРСИС ВАСИЛИД

СЕРНОГИЕ: Т-1024

Ого… А вот тут уже было, о чем поразмыслить. Трое хранителей были выделены красным, но я пока что не понимал, что это означает.

Я начал скролить текст вниз, далее нашлась куча системной информации по ритуалу призыва, вперемешку с пропагандой.

В документе утверждалось, что правление одаренных системой людей пойдет всем зверорасам на благо, и что люди наконец-то установят порядок в мире 12 000 рас и станут новыми богами.

Всё указывало на то, что заклинание всепоглощающей мощи — это призыв людей в мир и есть. Видимо, сероногие изобрели это заклинание триста лет назад и на самом деле призвали людей царствовать и править всеми. Вот только не учли гнилой человеческой природы…

Семеро хранителей призывают человеческого хранителя, он последним присоединяется к ритуалу и открывает портал для того, чтобы люди могли войти в мир.

Пока живы хранители — человеческий первообраз остается в этом мире.

Ясно. Понятно. Значит, мне нужно перебить указанных хранителей — тогда система оставит людей или вообще выкинет их из мира. Только так я и смогу спасти все зверорасы и откатить глупость, сделанную триста лет назад сероногими.

Я пролистал документ до самого конца. В конце обнаружилось именно то, что я и ожидал — инструкция по отмене заклятия.

ДЛЯ УСТРАНЕНИЯ ПЕРВООБРАЗА ЛЮДЕЙ ИЗ МИРА:

1. ХРАНИТЕЛЬ ОТ ЛЮДЕЙ ЗАПУСКАЕТ ПРОЦЕДУРУ ОТМЕНЫ, ЛИШАЯ ЛЮДЕЙ СПОСОБНОСТИ РАЗМНОЖАТЬСЯ — СДЕЛАНО✅

2. В МИР ПРИЗЫВАЕТСЯ ИСПОЛНЯЮЩИЙ ВОЛЮ — СДЕЛАНО✅

3. ВСЕ ВОСЕМЬ ХРАНИТЕЛЕЙ РИТУАЛЬНО УНИЧТОЖАЮТСЯ — В ПРОЦЕССЕ

4. ПОСЛЕДНИМ УНИЧТОЖАЕТСЯ ПЕРВООБРАЗ ЧЕЛОВЕКА, ПОСЛЕ ЧЕГО ЛЮДИ ПЕРЕСТАЮТ СУЩЕСТВОВАТЬ

Вот теперь я наконец понял, сразу очень многое.

Итак, триста лет назад восемь хранителей призвали в этот мир людей. При этом сами хранители за счет ритуала получили доступ к системным силами и вечную жизнь.

Но всё пошло не так. Люди оказались не мудрыми правителями, а жестокими отморозками. Они первым делом уничтожили сероногих, которые и руководили призванием их в этот мир. А потом взялись за остальные расы, загеноцидив некоторых и подчинив себе других.

А всю информацию о ритуале призыва людей в этот мир просто скрыли. Хранители, видимо, просто попрятались, и все вообще забыли о том, что сами зверорасы и призвали людей.

Этим процессом сокрытия информации явно руководил император. Однако ему противостоял Аменахин — хранитель от человеческой расы. Аменахин медитировал сотню лет в своих горах, а потом решил, что с людьми пора кончать, ибо их жестокость превзошла все ожидания. После чего Аменахин и отключил, пользуясь своей властью, людям возможность размножаться. И помешать Аменахину император не мог, Аменахин же был хранителем, так что убивать его было просто опасно, это ослабило бы людей. Да это их и ослабило, когда Аменахин покончил с собой.

Аменахин всех переиграл. Он пришёл к оркам и принес себя в жертву, после чего в мир и призвали меня — Исполняющего волю мира. И призвали меня с одной единственной целью: чтобы я перебил всех хранителей и тем самым изгнал из мира людей с их системой.

Я открыл свой статус…

Исполнение воли мира: ⅛

Ага. И это тоже понятно. Тот суперкрутой орк на гигантском волке, которого я убил, явно и был орочьим хранителем по имени Зффгрзбрн. Он сам пришёл ко мне умереть от моей руки, чтобы помочь мне выполнить мою миссию. Он по сути пожертвовал собой, чтобы откатить заклятие и прогнать из мира людей, также как это сделал до него Аменахин.

Итого: двое хранителей уже мертвы. Орочий и человечий. И теперь мне предстоит убить еще шестерых. Тогда у меня заполнится полоска исполнения воли мира, а люди просто исчезнут из мира.

Жестоко, но это моя миссия.

Впрочем, была еще и последняя строчка в документе: «Последним уничтожается Первообраз человека, после чего люди перестают существовать…»

А Первообраз человека — это я теперь и есть. У меня так в статусе написано. То есть после смерти всех хранителей, мне возможно придется убить и себя самого.

Вот это поворот. Когда я осознал это, мне вдруг стало очень холодно, и отнюдь не от бушевавшей вокруг метели.

Глава 12

В любом случае, я решил, что вопросы нужно решать по мере их поступления.

Отказаться от моей миссии мне теперь уже не дадут. Я зашёл слишком далеко, так что люди уже приговорили меня к смерти. Или я изгоню их из мира, или они меня уничтожат.

Или не уничтожат, а посадят навечно в темное подземелье. Дракон Краснопуз сказал, что император дал приказ брать меня живым. И это было понятно: я же Первообраз человека, а моя смерть — условие изгнание человеческой расы из мира. Так что император в моей смерти не заинтересован. Но я был уверен, что у ублюдка на мой счет наверняка есть некий план, он просто запрёт меня в герметичном помещении и будет там держать, поддерживая мою жизнь. Чтобы я не сдох, но и не сумел бы выполнить мою миссию.

Если вдуматься — то это даже хуже смерти.

Кроме того, теперь мне стало понятно, почему император так долго медлил с тем, чтобы начать войну против меня. Понятное дело, что он оказался в затруднительном положении. Если я случайно помру — это явно еще ухудшит ситуацию людей с системой. А люди тем временем уже и так вымирают, Аменахин потрудился на славу, он расшатал системные силы человечества…

Так что я принял решение. Я найду этих шестерых оставшихся хранителей и убью их. А уже потом попробую сломать систему и победить людей, не загубив при этом себя самого.

Вот только, где мне этих хранителей искать…

Аменахин сам покончил с собой, а орк сам пришёл ко мне, чтобы пасть от моей руки. Но с остальными явно так просто не будет. Будь я сам хранителем — я бы просто спрятался на краю мира. Тем более что хранители живут вечно, если их не убить.

Я снова просмотрел список хранителей на экране ноутбука…

ЛЮДИ: АМЕНАХИН

ОРКИ: ЗФФГРЗРБН

ГНОМЫ: ВЕРНАРИХОТТРУВЕТРЛАНА

ДРАКОНЫ: ШИНН ФЕЙН

ЭЛЬФЫ: ЭЛЕБЕРЕТ КОЙН

ТЕНЕПЛЁТЫ: ЗУШ ШТУКА

КОТОЛЮДИ: О-БАРСИС ВАСИЛИД

СЕРНОГИЕ: Т-1024

Трое из них выделены красным. Что бы это значило? Аменахин и Зффгрзрбн — мертвы. Логично предположить, что и эльфийский хранитель Элеберет Койн тоже разделил их судьбу. Вот только как это согласуется с тем, что процесс исполнения воли мира у меня в статусе 1 из 8?

По идее, если бы умерли трое хранителей, то и моя миссия должна быть выполнена на 3 из 8. Но мне засчитали только один балл, за убитого орка. Это странно…

Стоп. Подождите-ка.

Меня вдруг осенила догадка. А зачем вообще этот ноутбук лежал в пещере? Почему император не уничтожил его сразу же, зачем он ждал моего прихода, почему он решился сжечь этот компьютер только сейчас?

Я сопоставил этот странный факт с тем фактом, что все сероногие были давно уничтожены. Вот этот компьютер и дискета к нему — единственное, что осталось от этой расы умников.

Но тут в списке был хранитель сероногих, причем живой…

А что если хранитель сероногих — не живое лицо, а вот этот компьютер и есть? Это бы объяснило, почему император не стал уничтожать ноут, а спрятал его на краю мира.

Я мучительно размышлял. Мой разум теперь был вкачан, так что я полагал себя достаточно умным, чтобы делать выводы. Но риск все равно был…

А, плевать. Кто не рискует — тот не побеждает императоров.

Я выучил имена всех хранителей, прочитав их еще раз двадцать, а потом снял с драконьего седла мой боевой молот.

После этого я подошёл к ноуту и под удивленными взглядами моих орков разнес эту машину вдребезги одним мощным ударом.

Компьютер разлетелся на железные куски, часть которых тут же ухнула со скальной площадки в пропасть. В воздухе заплясали искры и электрические сполохи, но и они вскоре погасли. Ветер на миг наполнился запахом гари.

УНИЧТОЖЕН ХРАНИТЕЛЬ

Исполнение воли мира: 2 /8

ПОЛУЧЕН НОВЫЙ УРОВЕНЬ!

+ 50 мастерства молотобойца

— О, да, — выдохнул я.

Я не ошибся. Этот компьютер и был хранителем от расы сероногих. И теперь он был уничтожен, а я на шаг приблизился к своей цели. Теперь ясно, почему император хранил этот ноут в пещере, пока его не сперли гномы.

При этом император не опасался, что кто-то вставит в ноут дискету и прочитает информацию с неё — дискета-то хранилась в императорской библиотеке, а языка сероногих никто не знал, этот язык был мертвым и давно забытым.

Но я переиграл императора. Этот железный хранитель пал от моей руки. В отличие от убитого хранителя-орка, это практически не стоило мне никаких усилий.

Теперь осталось только найти остальных хранителей…

Но они уже сами нашли меня.

— Я не собираюсь ждать, пока ты придешь по мою душу, сукин сын, — произнес позади меня голос на языке гномов.

Я обернулся.

Мои драконы тут же зарычали, а мои орки похватались за оружие.

На скальной площадке стоял гном. Исключительно высокий и крепкий, он был выше обычного гнома раза в два и настолько же шире в плечах.

Незнакомец был замотан в шкуры, под которыми явно носил кольчугу, а его белоснежная борода была такой длинной, что развевалась на ветру, как флаг. В руках он держал огромный топор.

Дракон Вождеед тут же начал втягивать ноздрями воздух, уже готовый дунуть на странного гнома-переростка напалмом. Но я жестом остановил моего зверя:

— Погоди-ка.

Потом я обратился к гному:

— Вернарихоттруверлана, я полагаю? Хранитель от расы гномов?

— Именно, — не стал отрицать гном, — Я тот, кто участвовал в ритуале призыва людей триста лет назад. Я тот, кто обрел тогда системные силы и вечную жизнь. И теперь я раздроблю твои кости и оставлю их лежать в этой горной пропасти!

— Хех, — я усмехнулся, — А почему ты один? Что-то остальные гномы не пришли тебя поддержать. Насколько я понимаю, им просто плевать на мой конфликт с императором?

— Остальные гномы — просто сборище остолопов, — выругался Хранитель, — Они меня изгнали за то, что я поучаствовал в ритуале призыва людей триста лет назад. Так что они не придут тебя убивать, верно. Они меня ненавидят. Но не радуйся, герой. Ты уже имел честь убедиться, как сильны гномы и как мощна наша магия. Я сражу тебя сам, без посторонней помощи!

— А есть ли вообще смысл драться? — усомнился я, — Тебе людей любить не за что, как и мне…

— Да, — согласился гном, — Это так. Но я знаю, кто ты. И ты убьешь меня, чтобы изгнать людей из мира. Я же хранитель, так что тут ничего не поделаешь. Знаю, ты намерен выполнить свою миссию и идти до конца. Так что не заговаривай мне зубы! Сражайся! Или ты, или я!

И гном перешёл от слов к делу.

Весь мир вокруг утонул в яркой вспышке, гном явно активировал свою гномовскую магию, чтобы заставить нас плакать кровавыми слезами и лишить зрения.

— Закройте глаза! — крикнул я драконам, а потом повторил мой приказ для орков и ящера еще на двух языках, — И жгите его!

Но сжечь гнома оказалось не так легко. Мои глаза резануло болью, кровавые слезы заполнили все мое поле зрения. Однако я смог разглядеть или скорее даже почувствовать по разлившемуся в воздухе жару, что драконы атаковали. Вот только их пламя не коснулось гнома.

Он уже был прямо надо мной, он падал на меня сверху, размахивая топором…

Я выхватил кинжал и молниеносно ударил по бородатой туше. Но гном снова телепортировался. Глаза у меня теперь болели так, что я не видел вообще ничего.

А спину обожгло огнем. Эдак драконы скорее сожгут меня самого и моих друзей, чем бешеного гнома…

— Прекратите лить напалм! — приказал я драконам.

Я едва увернулся от удара топора, не увидев его, а скорее интуитивно почувствовав.

А еще через миг я также интуитивно схватил что-то мягкое и шелковистое, как будто женские волосы. Но это были не женские волосы, а гномовская борода.

Вот это удача!

Я сжал кулак, а потом, не открывая глаз, раскрутил гнома на его собственной бороде и зашвырнул прочь со скалы в пропасть.

— ААААААА…

Раздался дикий крик, разлетевшийся эхом по скалам. Но этот крик стихал, как будто кто-то летел вниз в сломавшемся лифте.

Прошло несколько секунд, прежде чем крик полностью затих.

И только тогда я открыл глаза и смахнул с лица кровавые слёзы. Зрение у меня восстанавливалось, но мучительно медленно. Мои товарищи и даже драконы были в таком же состоянии. Проклятый гном чуть не заставил наши глаза вытечь своей магией, еще и усиленной системой.

Я завертел головой, пытаясь разглядеть системное сообщение о смерти гнома, но его не было.

Паршиво. Неужели подонок выжил? Вот это было бы совсем бедой. Тогда мне придется сейчас лезть в эту глубокую пропасть, искать и добивать его…

Но сообщение уже появилось, где-то через пол минуты после того, как я зашвырнул гнома вниз.

ХРАНИТЕЛЬ УНИЧТОЖЕН!

ВЫ УБИЛИ ПЕРСОНАЖА СКРЫТО УРОВНЯ

ВАШ УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

+ 100 очков тела

Добавлена сверхспособность: СИЯЮЩИЙ ОСЛЕПИТЕЛЬНЫЙ КЛИНОК

Исполнение воли мира: 3 /8

А вот это уже неплохо. Этот бой оказался тяжелым, но коротким.

— Мда, похоже, что эта пропасть глубже, чем я думал, — я подошёл к краю скалы и глянул вниз, туда, где бушевала метель, — Карлан падал в неё секунд тридцать. Но в конце концов упал, слава системе.

Уровня мне на этот раз дали три, так что у меня был уже 63.

А еще меня одарили сверхспособностью — сияющим ослепительным клинком. И я теперь был достаточно умен, чтобы понимать: это и есть гномовская телепортация, в сочетании с ослеплением противника.

Крайне полезная штука, если подумать.

Теперь я уже исполнил волю мира на 3 из 8, на этой скале я убил сразу двух хранителей. Жалко только что за уничтожение ноута сероногих мне не дали никакой сверхспособности.

Я взял с драконова седла флягу с крепкой брагой и хлебнул, чтобы придти в себя после боя. Теперь мне предстояло подумать, где искать остальных хранителей.

Я не особо надеялся, что они сами притопают ко мне, как это нервный бородатый гном или тот громадный орк. Это было бы уже черечур хорошо.

Но у меня вдруг возникла идея.

— Список хранителей, — произнёс я.

И система услышала меня. Она теперь мне помогала, процесс уничтожения человеческой расы был запущен. Так что перед моим взором тут же повисло окно:

ХРАНИТЕЛИ:

ЛЮДИ: АМЕНАХИН

ОРКИ: ЗФФГРЗРБН

ГНОМЫ: ВЕРНАРИХОТТРУВЕТРЛАНА

ДРАКОНЫ: ШИНН ФЕЙН

ЭЛЬФЫ: ЭЛЕБЕРЕТ КОЙН

ТЕНЕПЛЁТЫ: ЗУШ ШТУКА

КОТОЛЮДИ: О-БАРСИС ВАСИЛИД

СЕРНОГИЕ: Т-1024

Ага. Как я и предполагал — мертвые хранители помечались красным. Я уже убил орка, гнома и уничтожил железного хранителя сероногих. А Аменахин сам принёс себя в жертву. Итого, остается трое живых хранителей. И еще непонятный хранитель эльфов, который согласно списку мертв, хотя я его и не убивал.

— Ладно, — обратился я к своим товарищам, все еще утиравшим с морд кровавые слезы, — Торчать тут не слишком приятно. И холодно А ловить нам в этих горах больше нечего. Возвращаемся.

* * *

Можно, конечно, было бы и подзадержаться в горах — я мог бы попробовать еще помахаться с гномами и спасти тех людей, которых карлики держали в плену. Но после недолгих размышлений я отказался от этой идеи.

Эти люди мне не друзья, а моя цель — уничтожение человеческой расы. Так что не стоит и напрягаться, тем более не стоит терять время. Это уже не говоря о том, что для того, чтобы добраться до гномов, пришлось бы долбить скалы.

Так что мы отправились в обратный путь. Когда опустилась ночь, мы сделали остановку в горах, в глубокой лощине, куда не проникал даже звездный свет. Во время стоянки я тщательно расспросил моих драконов о хранителях. Согласно списку сероногих один из нужных мне хранителей был как раз драконом по имени Шинн Фейн. Но ни Краснопуз, ни Вождеед ничего не знали об этом драконе. Они ведь с рождения были изуродованы гвоздями в головах, так что не знали вообще ни одного дракона, который бы носил имя. Но оба подтвердили, что Шинн Фейн — имя древнее, драконы называли себя такими именами еще до человеческой тирании.

Так что наверняка этот дракон теперь где-то прятался. В том, что он жив, я не сомневался. Система бы сообщила мне и написала бы его имя красным, если бы этот загадочный дракон сдох.

А где может прятаться дракон? Да где угодно! Этот мир был огромен, а драконы умеют летать… Так что конкретно этого хранителя я хрен найду, если он сам, конечно, не прилетит сразиться со мной.

Впрочем, с остальными хранителями ситуация обстояла еще хуже. Где искать хранителя от расы тенеплётов я тем более не знал, а котолюди вообще, как я помнил, верно служили человеческой расе и были на привилегированном положении. Так что их хранитель вот точно сдаваться мне не придёт.

Однако я решил сначала разобраться с драконами. На этот счёт у меня созрел дерзкий план…

На следующее утро мы двинулись в путь, снова воспарив над серыми горами. Мы летели на юг, так что метель вскоре кончилась, в воздухе потеплело.

— Сворачивай к столице людей, — приказал я Вождееду.

Краснопуз летел за нами и вез на спине двух орков.

— Герой, ты уверен? — засомневался Вождеед, — Столицу охраняют сотни драконов…

— Знаю. Все равно лети. И постарайся незаметно подлететь к тому плато за городом, где держат драконов.

Мой план был прост — атаковать неожиданно и освободить как можно больше драконов. Возможно кто-то из старых драконов еще помнит времена трехсотлетней давности и сможет подсказать, где мне найти Шинн Фейна. Это было не исключено, драконы, насколько мне известно, могли жить и по пятьсот лет. Правда, в неволе большинство из них дохло, не доживая даже до века, но исключения тоже случались.

Я решил, что утром, при свете солнца, атаковать драконье плато лучше, чем ночью. По крайней мере, сейчас мы заранее могли разглядеть драконьих всадников, патрулировавших небеса над городом.

За минуту до подлёта к нужному месту мои драконы резко ушли вниз, и мы полетели над самыми скалами, через тенистые лощины, скрывавшие нас от взоров часовых, которые сидели в башнях на горных вершинах. Мы подлетали к столице с севера, со стороны гор. Я вроде даже увидел издалека вход в ту пещеру, где я разил гоблинов.

Впрочем, уже через полминуты мы наткнулись на пограничный пост — на скальной тропе тут стояли каменные ворота, а в башнях уже суетились лучники…

Но долго им суетиться не пришлось, оба моих дракона синхронно дыхнули напалмом, Вождеед при этом пролетел над левой башней, а Краснопуз — над правой.

Лучники сварились заживо, вместе со всей остальной башенной начинкой. Но огненное зарево при этом полыхнуло — мое почтение, нас наверное теперь заметили даже в императорском дворце.

Тем более дворец был тут совсем рядом, вон за теми скалами впереди… У меня даже на миг возникла мысль устроить на него дерзкий налёт, но я не рискнул. Мне было известно, что императорский дворец защищен мощнейшими чарами, двумя драконами его не сожжешь, вероятно я вообще не смогу причинить вреда ни дворцу, ни самому императору.

— Вперед, — скомандовал я Вождееду, — Быстрее!

Через минуту мы уже ворвались на плато, где держали драконов. Караул тут усилили, теперь здесь был не один мужик-драконовод, а целый десяток стражников.

Однако прожили мужики недолго — вскоре они уже орали, заживо сгорая в напалмовых струях.

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

…

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

+ 1000 очков характеристик

Ого. Вот за это массовое сожжение с особой жестокостью мне вручили сразу десять уровней и тысячу очков, которые я все тут же вкинул в тело.

А вот теперь я уже ощутил себя небожителем, настоящим богом. Я прямо на лету спрыгнул с дракона и убил одним ударом кулака последнего стражника, активировав мой орочий кулак и разорвав парня в кровавые ошметки.

Из пещер тем временем вылезли лысый драконовод и его сынок.

— Не думаю, что вы хотите мне мешать, — обратился я к семейке драконоводов.

Отец оглядел пепел от сожженных стражников, моих двух драконов, летавших над плато, и останки разорванного моим кулачищем паренька.

— Я говорил, что ты далеко пойдешь, Виктор, — нервно хохотнул драконовод, — Но не думал, что настолько далеко. Похоже, что ты превзошёл даже меня — своего учителя.

— Именно так, — подтвердил я, — Выводи мне самых старых драконов. И быстрее!

Мужик подчинился и на самом деле провел меня к верхним пещерам в скале, где были прикованы самые чудовищные из драконов. Один из них был белым и размером с целый самолёт гражданской авиации, так что мне пришлось поднатужится, чтобы вырвать из его головы стальной гвоздь, сам этот гвоздь был не меньше меня. Второй дракон оказался фиолетовой самкой, еще больше самца. Из этой я тоже успел вырвать гвоздь.

ДРАКОН ОСВОБОЖДЕН!

ДРАКОН ОСВОБОЖДЕН!

Двух драконов я спас, и теперь собирался вырвать гвоздь из головы третьего, этот был зеленым и поменьше двух остальных.

Вот только в этот момент в небесах над плато появилась стража. Драконьи всадники, сразу дюжина.

И тогда я осознал, что на сегодня освобождение драконов закончено.

Глава 13

Увидев в небесах врагов, уже заходящих в пике, чтобы отдраконировать меня, я тут же обратился к моим драконам:

— Валим отсюда! Срочный отлёт! Двигаемся на юг.

Я оперативно вскочил на спину моего Вождееда. У меня теперь было четыре дракона, а у врагов — больше десятка. И сейчас наверняка прилетят еще. Так что надо было исчезнуть отсюда, как можно скорее.

Спасти меня сейчас могло только мое мастерство драконьего всадника, оно у меня было прокачено в 150, хотя обычные люди могли качаться только до сотки. Так что я очень надеялся, что задавлю численно превосходящего противника моим умением.

Мои драконы взмыли в воздух, один за другим, последней взлетела громадная фиолетовая самка. Вот эта держалась в воздухе с трудом, люди совсем её умучили, пока держали в неволе.

Нас уже атаковали, мои драконы отвечали тем же — воздух наполнился напалмовыми струями, жаром и паром. Сидевшая позади меня орчиха-жена тут же вся взмокла за секунду, отчего стала вонять почти что невыносимо. Но мне сейчас было и не до обонятельных ощущений.

Я пустил Вождееда напролом, мы промчались прямо сквозь двух стражников на драконах. Одного из ездоков Вождеед при этом царапнул когтями и выкинул из седла вниз, другого всадника я убил кулаком, когда пролетал мимо.

Остальные мои драконы следовали за нами. Из окружения мы вырвались и сейчас неслись над скалами к востоку от человеческой столицы. Но за нами все еще была погоня, десяток вражеских драконов, на некоторых из них сидели лучники, которые уже осыпали нас стрелами.

Орку, сидевшему на Краснопузе, стрела угодила в спину, и он тут же обмяк, видимо, погибнув за один миг.

Впрочем, у нас было преимущество: все четверо моих драконов были освобождены от гвоздей в головах, так что поумнели. Да и реакция у них улучшилась. Так что их тупые лоботомированные сородичи за нами не поспевали, несмотря на мастерство всадников…

Мы уже почти оторвались от преследователей, когда откуда-то снизу ввысь вдруг взметнулась черная точка. Это еще что за НЛО?

Точка стремительно приблизилась и обратилась в мужика. Мужик был бородат, в золотых доспехах, золотом шлеме и с золотым же мечом. Он несся по воздуху, объятый красной магией, без всякого дракона. Просто тупо летел, на чистых чарах.

Я узнал императора людей Арраджнорта. Похоже, что государь человеческой расы решил лично решить вопрос со мной. Он, конечно же, сразу меня разглядел и ринулся прямо к моему дракону.

— Покайся, Виктор! — взревел громовым голосом император, — Покайся, и я пощажу тебя! Вспомни о своей человеческой расе!

Ага. Как бы не так.

— Ты не можешь меня убить, — крикнул я в ответ императору, — Я первообраз человека. Убьешь меня — и люди ослабнут!

— Ослабнут, но зато будут жить, — прорычал император.

Он уже был совсем близко…

— Огонь! — заорал я всем драконам сразу, — Вот по этой золотистой хрени!

Все четверо моих драконов синхронно пыхнули напалмом. Но император просто ускорился и пролетел мимо всех струй на околозвуковой скорости. Его доспехи чуть оплавились и даже задымились, но самому императору было плевать на это, он не пострадал.

Император воздел руки, прямо в полете, а потом кастанул жирный красный луч, напоминавший лазерный. Из его глаз полились такие же лучи — еще два.

Один из лучей тут же вспорол брюхо Вождееду, второй ударил в меня…

Но тут император просчитался.

НА ЭТОГО ГЕРОЯ НЕЛЬЗЯ ВОЗДЕЙСТВОВАТЬ МАГИЕЙ

Система отклонила его атаку против меня, а Вождеед тем временем пролетел прямо над императором и стукнул ублюдка хвостом. Император завертелся в воздухе и ухнул куда-то вниз…

Мы летели дальше в потоках жаркого ветра, под нами уже расстилались леса, от погони мы успешно оторвались. Но подо мной шёл красный дождь, орошавший деревья внизу — это лилась кровь из распоротого императором брюха Вождееда.

Я же с замиранием сердца ждал системного сообщения о смерти императора. Интересно, сколько уровней мне дадут, если Вождеед убил его? Я не сомневался, что много. Наверняка, если мне засчитают убийство императора, то я сам стану самой мощной и прокачанной сущностью в этом мире, вместо царственного покойника.

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

+ 100 очков характеристик

И всё? Вот это явно награда за убитых драконьих всадников, а не за императора. А значит, император жив и так продолжит создавать мне проблемы.

Уровень у меня уже был 75, а очки характеристик я традиционно раскидал между телом и разумом поровну.

— Ладно, садись, — приказал я Вождееду, — Прямо в лес. Ты ранен.

Я чувствовал, что мой дракон старается изо всех сил, но он едва держался в воздухе, его рана была серьезной.

Мои драконы нырнули в глубокие сосновые леса, росшие к югу от столицы, как в океан. Здесь нас точно с воздуха не заметят, погоня тем временем осталась далеко позади, мы ушли от преследователей. А последние километры мы летели низко над верхушками деревьев, так низко, что сливались с лесным массивом. Так что я очень надеялся, что теперь мы успешно затерялись.

Но в любом случае: долго нам оставаться тут нельзя. Я собирался всего лишь дать Вождееду минут десять на отдых. Возможно также мне потребуется перевязать его рану, если только я найду, чем это сделать. Тут бы потребовался бинт длиной метров в пять, именно такой была рана на брюхе у моего дракона.

Вождеед истекал кровью настолько, что приземлились мы уже фактически в кровавую лужу. Я спрыгнул со спины дракона и осмотрел кошмарную рану, у Вождееда торчали кишки наружу, можно было даже рассмотреть его два желудка, один из них чуть светился, именно там у дракона формировался напалм.

— Ты как? — спросил я.

— Я умираю, герой, — честно ответил дракон.

Это было обидно, и мне стало жаль этого отважного зверюгу.

— Нет, мы спасем тебя! Ты ведь только-только стал свободным…

— О, да, — дракон оскалился и улыбнулся мне окровавленной пастью, изо рта у него теперь тоже хлестала кровища, — Я был свободным. И я умру свободным. Благодаря тебе, герой. Спасибо!

Вождеед закрыл глаза и захрипел. И я не знал, чем ему помочь. Чтобы просто зашить ему брюхо, потребовалась бы игла с меч размером и такая же веревка, чтобы наложить швы, а у нас с собой ничего подобного не было. Да и чудовищные раны дракона говорили сами за себя.

У меня возникла мысль оказать Вождееду последнюю милость, но в этом уже не было нужды. Дракон издох.

— Слезайте, — приказал я моей жене и Штрому, — Этот дракон мёртв, он уже не полетит.

Погибший Вождеед завалился чуть на бок, но орчиха и ящер все еще сидели на спине дракона, удерживаясь ремнями безопасности.

Я бросил взгляд на остальных трех драконов, которые приземлились тут же:

— Есть еще раненые?

Выяснилось, что один из орков, летевших на Краснопузе, на самом деле погиб от стрелы в спину. А огромной фиолетовой самке-драконихе прогрызли бок до кровавого мяса. Видимо, это сделал кто-то из тех драконов, которые пытались нас блокировать над плато.

Самка явно была в чуть лучшем состоянии чем уже покойный Вождеед, но и ей осталось недолго.

Я подошёл к старой драконихе:

— Говорить можешь?

— Могу… — прохрипела дракониха, — Но это так странно… Я не говорила уже триста лет…

Значит, я не ошибся. Эта дракониха на самом деле была древней, она помнила еще времена до тирании людей. И гвоздь ей в голову вбили, когда она еще была молодой, но не сразу после вылупления из яйца, как большинству остальных драконов.

Я понимал, что дракониха в любой момент может умереть от ран, так что не стал тратить время попусту.

— Мне нужен дракон по имени Шинн Фейн. Знаешь такого?

— Хах… — самка жутко усмехнулась, дышала она тяжко и с трудом, — Я и есть Шинн Фейн. Так меня звали триста лет назад. И да: я хранитель от драконов. Я участвовала в призыве людей в этот мир триста лет назад.

Я кивнул:

— А где остальные хранители? Меня интересует хранитель от тенеплётов и хранитель от котолюдей. Ты знаешь их? Вы же вместе проводили ритуал призыва… Где мне их найти?

Но дракониха уже не могла говорить. Она только хлопала глазами, силы оставляли её, ей явно осталось жить несколько минут.

Вообще это было, конечно, символично. Она когда-то призвала в мир людей, а теперь люди её и убили. После того, как продержали триста лет в рабстве. Вот какова благодарность людей!

Этой драконихе по имени Шинн Фейн я решил оказать последнюю милость. Моих знаний драконовода было достаточно, чтобы понять, что спасти её уже без шансов. Ей сердце погрызли, так что оставлять её в живых, значит только продлевать её агонию.

Я достал кинжал, влез драконихе в пасть, а потом ударил ей в нёбо, в сторону мозга. Шинн Фейн умерла легко и быстро.

ХРАНИТЕЛЬ УНИЧТОЖЕН!

Исполнение воли мира: 4/8

Да. Это была она, дракониха не соврала, она и правда являлась одним из хранителей. Правда, никаких уровней и очков мне за её убийство не дали. Видимо, потому что она была не враждебна ко мне.

Я вылез из пасти уже мертвой Шинн Фейн, а потом потребовал у системы:

— Список хранителей!

Система не преминула выдать требуемое:

ХРАНИТЕЛИ:

ЛЮДИ: АМЕНАХИН

ОРКИ: ЗФФГРЗРБН

ГНОМЫ: ВЕРНАРИХОТТРУВЕТРЛАНА

ДРАКОНЫ: ШИНН ФЕЙН

ЭЛЬФЫ: ЭЛЕБЕРЕТ КОЙН

ТЕНЕПЛЁТЫ: ЗУШ ШТУКА

КОТОЛЮДИ: О" БАРСИС ВАСИЛИД

СЕРНОГИЕ: Т-1024

Черт знает что. Живых хранителей в списке осталось только двое, а воля мира у меня выполнена лишь на 4/8. Что это, интересно, означает, м?

Но я решил поразмыслить уже по дороге, тут, рядом со столицей, задерживаться было просто опасно.

— Ладно, полетели, — приказал я.

Погибшего орка мы забрали с собой, чтобы сжечь его на костре со всеми почестями. А вот труп Вождееда пришлось оставить, дракон был так тяжел, что его не унесли бы даже его живые сородичи. И тело мертвой Шинн Фейн нам также пришлось бросить в этом лесу по той же самой причине.

Я теперь полетел на Краснопузе, вместе с моей женой.

* * *

К вечеру наша кавалькада из двух драконов достигла западных лесов, где обитали эльфы. Я рассчитывал обнаружить здесь в условленном месте Сев, магичка по моим расчетам уже должна была закончить свои переговоры с эльфами. И я очень надеялся, что закончила она их успешно.

Однако в условенный час и на условленной полянке Сев не оказалось, равно как и сопровождавших её орков.

Драконов со мной теперь осталось два — Краснопуз и еще громадный белоснежный самец, которого я назвал Снежком. Снежок говорил с трудом и вообще ничего полезного не знал, хотя был очень стар. Но у него мозг, видимо, безвозвратно повредился от гвоздя, насколько я понял, люди лоботомировали его одним из первых. Так что Снежок оказался туповатым, он хоть и понимал, что я друг, но никакой полезной информации я из него не вытянул.

Итого, у меня два дракона, мертвый орк, живой орк, моя жена-орчанка и ящер Штром. Хороший эскорт. Но для западных лесов недостаточный. Орки хорошо знали эти леса, они иногда заходили сюда поохотиться, но надолго никогда не задерживались. Эти леса были вотчиной эльфов, остроухие прятались где-то здесь, но найти их было нетривиальной задачей.

Здесь царила странная атмосфера. Птицы не пели, и даже комары не летали. В дубовом бору висела странная тишина. Деревья тут росли только лиственные, с исключительно широкими и густыми кронами, а под деревьями текли быстрые ручьи, возвышались странные травы и чудные высокие грибы.

Живому орку и моей жене тут было явно не по себе.

— Эльфы могут быть, где угодно, — доложил орк, принюхиваясь и морща пятаком.

— И хорошо, — ответил я, — Я рассчитываю на встречу с ними.

— Ага, вот только эльфы обычно сначала убивают тебя из засады, и только потом разбираются, кто ты такой, герой, — высказал свои опасения орк.

— Меня им будет убить трудновато, — хмыкнул на это я, — Со мной все же пара драконов. И еще ты, свирепый орк.

— Хех, — орку явно понравилось, что ему сделал комплимент сам великий герой и варбосс всех племен.

Вот только нервничать он не перестал.

Мы разожгли костёр, поели и прождали еще час. Но Сев так и не появилась. У меня стали возникать нехорошие предчувствия.

— Ладно, я пойду прогуляюсь, — сообщил я моим товарищам.

— Одного не пустим! — тут же взъелась моя жена-орчанка, — Эти леса — не место для прогулок, муж!

— Нет, я пойду один, — отрезал я, — Пусть эльфы видят, что я пришёл с миром.

— Эльфам нельзя доверять! — хором заявили орки.

— Ничего. Со мной системные силы, — отмахнулся я, — Да и другого выбора нет. Мне кажется, что эльфы уже нас заметили, просто не показываются, потому что боятся моих драконов.

И я в одиночку углубился в лес, захватив с собой копье и кинжал.

Я рассчитывал на то, что эльфы все же сначала захотят поговорить, а не сразу ринуться меня гасить. Мне позарез нужно было выяснить, что там с их хранителем и почему он помечен в моем списке, как мертвый.

За жену я при этом не беспокоился, все же я оставил с ней двух драконов. Эльфы, конечно, народец злобный, но крайне осторожный. Я был уверен, что на двух драконов они никогда напасть не рискнут.

Я брел по лесу, пока не наступили сумерки, я уходил все дальше в глубины заветной дубравы. Но никаких следов присутствия эльфов пока что не наблюдал. Тут не было ни самих остроухих, ни их шагающих деревьев, и вообще ничего необычного. Только жуткая тишина вокруг, нарушаемая лишь шелестом листьев на ветру.

Похоже, что эльфов найти еще труднее, чем гномов. Неудивительно, что эти две расы так и остались непокоренными. Неуловимого Джо вообще всегда покорить непросто.

Но стоило мне подумать об этом, как позади меня раздался звонкий голос.

— А ну стой. Не двигайся.

Говорили на певучем языке эльфов, напоминавшем журчание лесного родника.

Я прочистил глотку и изрёк в ответ на том же самом языке:

— Спокойно. Я вам не враг. Я пришёл на переговоры. Хочу видеть вашего вождя.

Я медленно обернулся и увидел трех эльфиек-лучниц, восседавших на ветвях дуба, как птички.

Интересно, откуда они взялись? Тоже владеют невидимостью, как гномы?

— У нас нет вождя, — пропела в ответ одна из эльфиек, — Есть король, но с чего бы ему хотеть тебя видеть?

Все трое эльфиек целились из луков прямо мне в голову.

— Я враг человеческой расы, — ответил я, — Я намереваюсь уничтожить всех людей. И изгнать из мира сам их образ. Я даже знаю, как это сделать. Но без вашей помощи не обойдусь.

Эльфийки призадумались, к счастью, соображали они столь же быстро, как и двигались.

— Ну хорошо, — кивнула та из них, которая, видимо, была тут главной, — Пойдешь с нами. Но мы завяжем тебе глаза.

— Хех, согласен, — кивнул я, — Мне вчера уже выдавливали из глаз кровавые слезы гномы. Так что завязанные глаза как-нибудь переживу.

Эльфийки спрыгнули со своего дуба и подошли ко мне легкой и быстрой походкой изящных лесных ланей. Одна из девушек завязала мне глаза каким-то невесомым, но совершенно непрозрачным шарфиком.

После этого эльфийки взяли меня под руки, как конвоиры, и куда-то повели. Их касания были нежными и легчайшими, их ручки казались шёлковыми.

Жаль, что у эльфов нет варбосса. Вот эльфийским варбоссом я бы с удовольствием стал, и на эльфийке бы тоже женился. Но на это рассчитывать не приходилось. Я для эльфов был не лучше орка.

Вели меня долго, не меньше получаса. Вскоре я почувствовал, что под ногами уже не трава, а деревянный пол. Да и вообще вокруг запахло деревом, будто я вошёл в недавно построенную избу.

— К королю, — сказала кому-то эльфийка.

Кто-то открыл какие-то скрипучие двери.

Меня вели еще несколько минут, а потом с моих глаз наконец сняли повязку. И то, что я увидел, мне, мягко говоря, не понравилось.

Я стоял в громадном зале, стены, пол и потолок тут были деревянными. То ли мы в гигантском деревянном дворце, то ли вообще внутри огромного дерева. Вместо окон тут были круглые дупла, за ними виднелось звездное небо — уже стемнело. На стенах горели факелы.

С потолка свисали многочисленные изящные мечи на цепях. Сев была здесь же — связанная девушка была примотана к деревянной колонне, а прямо над её головой висел один из мечей. Напротив Сев к такой же колонне был привязан незнакомый мне молодой парень-человек.

Кроме двух людей, тут еще было полно эльфов в легких полупрозрачных нарядах. Девушки-эльфийки были божественно прекрасны, а парни отличались от них только отсутствием грудей и мускулатурой. Бород у эльфов никто не носил. На дубовом троне в конце зала восседал высокий эльф в деревянной короне, увитой виноградными лозами.

— Помилуйте меня, лесные духи, — недовольно выдохнул король эльфов, увидев меня, — Еще один ублюдок! По-вашему тут проходной двор, м?

Мда, не похоже, что он намерен вести переговоры.

Глава 14

— Я пришёл к вам с миром, ваше величество… — завел я мою стандартную волынку.

Больше мне ничего не оставалось. Найти даже самих эльфов было нелегко, а уж найти их хранителя и разобраться, что с ним стряслось — задачка еще сложнее. Между тем, мне разобраться с эльфийским хранителем было совершенно необходимо. И переговоры были единственным путем к моей цели.

— Ты уже третий, кто пришел к нам с миром, — перебил меня эльфийский король, он указал своей царственной дланью на Сев и связанного паренька, — Вот эти двое тоже приперлись заключать со мной мир. Один хотел, чтобы я схватил какого-то Виктора и отдал его императору людей. А другая наоборот требовала, чтобы я заключил с этим Виктором союз.

Требовала? Вообще-то я предупреждал Сев, чтобы она вела себя с эльфами максимально нежно и деликатно. Но, видимо, у магички взыграло чувство человеческой расовой гордыни, в результате девушка теперь и примотана к деревянной колонне, а над головой у неё висит Дамоклов меч. С эльфами невежливо говорить нельзя, это было понятно. Но Сев наверняка не хватило чувства такта.

— Я и есть Виктор, — признался я, — А вот эта дева — моя посланница. Зачем вы её связали? Она не желала вам зла.

— Может не желала, а может и желала, — парировал эльфийский король, — Мы в любом случае решили связать её, а уже потом разбираться, чего она там желает.

Бедная Сев. Помнится, я её тоже приказал связать, всего пару дней назад. Похоже, у этой магички на роду написано быть связанной.

Сев молчала, хотя кляпа у неё во рту не было, девушка просто жалобно глядела на меня, одним взглядом умоляя помочь. Зато заговорил другой пленник — парень, привязанный к колонне напротив Сев.

— Хватайте Виктора! — заорал паренёк, по виду столичный стражник или военный, — Он пришел к вам не с добром, благородные эльфы! Он замыслил втянуть вас в бессмысленную войну. Отдайте его императору, и наш государь окажет вам многие почести!

— «Пришёл не с добром»? «Окажет многие почести»? — я повернулся к связанному мужику, — Ты где высокий эльфийский учил, дитё? В церковно-приходской школе?

По-эльфийски парень говорил на самом деле паршиво. Его речь напоминала не журчание родника, как у эльфов, а скорее звук струи, когда кто-то отливает. Но эльфы его при этом вполне понимали, это было плохо.

— Я склоняюсь к тому, чтобы придать всех вас троих мечу, — констатировал эльфийский король на высоком троне, — Мне банально лень разбираться, кто из вас неправ. Да и кроме того: нас-эльфов людские проблемы не волнуют.

— Ну да, — согласился я, — Но если люди пропадут из мира — вам же станет только лучше, разве нет?

— Нет, — король покачал головой, — Если люди пропадут из мира — поднимутся орки. И они зелёной кровавой волной хлынут на наши земли, они заполонят наши леса. Так что мы не заинтересованы в том, чтобы люди исчезли. Не вижу ни одного аргумента тебе помогать, Виктор. Равно как и помогать этому ублюдку, присланному императором. Это не наша война.

— Ну… Я могу дать вам отличный аргумент принять мою сторону, — заявил я королю, — Статус!

Статус тут же повис над моей головой, но эльфийского короля он совсем не впечатлил.

— И что? — вяло поинтересовался его величество, — Какие-то буковки над головёнкой, у всех людей такие есть, я знаю. Но мне-то что? Я на вашем свинособачьем языке даже читать не умею.

Но один из советников короля, сребровласый эльф, уже подошел к правителю и теперь что-то шептал ему на ухо. Видимо, переводил ему мой статус, согласно которому я уже настолько прокачан, что могу тут всё разнести одной левой.

Король выслушал советника и изменился в лице:

— Ладно, Виктор. Что тебе нужно? Военный союз против людей? Увы, но это невозможно. Я скорее умру, чем брошу мою расу на такую бойню.

— Нет, союз мне не нужен, — ответил я, — Вы найдете мои требования вполне умеренными, ваше величество. Дело в том, что мне нужен ваш хранитель. Тот эльф, который участвовал в ритуале призыва людей триста лет назад. Элеберет Койн. Отдайте мне его, и я уйду.

Король неожиданно рассмеялся со своего высокого трона:

— Ха-ха! Боюсь, что ты опоздал, Виктор. Элеберет Койн мертва. Мы убили её еще триста лет назад, еще когда королем был мой дед. Элеберет на самом деле участвовала в призыве людей в этот мир, хотя король был против. Вот почему мы и отрубили ей голову. Только сначала мы заставили её провести специальный ритуал, отвязывающий нас от системы. Поэтому мы не даем людям опыта, даже когда они убивают нас. Поэтому мы до сих пор живы, мы просто неинтересны для людей! А они неинтересны для нас.

— Да, я слышал об этом, — я кивнул, — Значит, эта Элеберет смогла отвязать всю вашу расу от системы? Наверное она была сильной магичкой. Не слишком разумно было убивать её.

— Не разумно, но справедливо, — отрезал король, — Мы казнили её, потому что она вместе с остальными хранителями призвала нам сюда людей. Она создала слишком много проблем, так что вполне заслужила смерть!

Король приказал своей страже:

— Принесите! Покажите ему, а то он, вижу, не верит мне.

Через пол минуты стража притащила в деревянные чертоги короля посеребренный изящный череп. Этот череп подали мне на серебряном блюде, как какую-то вкуснятину.

— Вот это голова Элеберет Койн, — сообщил король, — Мы покрыли её серебром и теперь храним во дворце, как напоминание всем отступникам и дерзким магам.

Я взял череп убитой триста лет назад эльфийки в руки. Череп казался странным, слишком мелкий для человеческого, слишком вытянутой формы, да и ушные отверстия чудной формы.

ХРАНИТЕЛЬ УНИЧТОЖЕН!

ИСПОЛНЕНИЕ ВОЛИ МИРА: ⅝

Вот так вот просто. Мне достаточно было подержать в руках череп этой хранительницы, и система засчитала мне её уничтожение. Правда, при этом мне не дали ни уровня, ни сверхспособностей, ибо Элеберет я лично не убивал.

— Список хранителей! — потребовал я у системы.

ХРАНИТЕЛИ:

ЛЮДИ: АМЕНАХИН

ОРКИ: ЗФФГРЗРБН

ГНОМЫ: ВЕРНАРИХОТТРУВЕТРЛАНА

ДРАКОНЫ: ШИНН ФЕЙН

ЭЛЬФЫ: ЭЛЕБЕРЕТ КОЙН

ТЕНЕПЛЁТЫ: ЗУШ ШТУКА

КОТОЛЮДИ: О-БАРСИС ВАСИЛИД

СЕРНОГИЕ: Т-1024

В общем-то ничего не изменилось.

— Видите список над моей головой? — обратился я к королю, — Пусть советник переведет вам его. Мне осталось найти и убить двух хранителей, и тогда человеческая раса лишится системных сил и исчезнет из мира. И мне нужна ваша помощь. Где мне искать оставшихся двух хранителей?

Советник уже перевел королю список над моей головой. К счастью, его мне система выдала на человеческом языке, а не на иероглифах сероногих, которые даже эльфы читать не умели, и которые знал я один во всем мире.

— Понятия не имею, где тебе искать хранителя пауканов и хранителя кошек, — брезгливо сообщил король, — Но если они и живы, то они в рабстве у людей. Диких тенеплётов в мире не осталось, как и диких котолюдей. А больше ничем помочь не могу. Так что прошу тебя, Виктор, уходи. Можешь забрать себе череп Элеберет, если хочешь. Приношу тебе его в дар моей королевской волей!

— Нет, спасибо, — я жестом отослал слуг с подносом, на котором возлежал посеребрённый череп, — Черепушка вашей Элеберет мне ни к чему. А вот мою магичку я забираю.

Не дожидаясь королевского разрешения, я подошёл к Сев, достал кинжал и разрезал путы, связывавшие девушку. Я косился глазом на меч, нависавший над головой Сев, но меч не шелохнулся.

— Ну спасибо, — пробурчала магичка, — Не прошло и полгода, как ты решил меня спасти.

— Так ты не дева в беде, чтобы тебя спасать, — парировал я, — По плану ты должна была заключить с эльфами союз, а не попадать к ним в плен. А в результате я вынужден сейчас делать за тебя всю работу.

Сев от моих слов обиделась, хотя я и был явно прав.

— Где мои орки? — поинтересовался я у девушки, — Я отправил с тобой сотню отборных самцов.

Король тем временем внимательно слушал мою беседу с Сев, а его советник переводил ему каждое слово.

— Орков мы убили, — вмешался эльфийский государь, — Извини. Но когда в наши леса припирается толпа вооруженных орков — мы их убиваем. Не обессудь.

— Я подумаю, буду я обессудить или нет, — я грозно зыркнул на короля эльфов.

Вообще эти орки были моими лучшими и верными парнями. Надо бы покарать эльфов за такое, но я понимал, что война с эльфами — это сейчас последнее, что мне нужно.

Так что я ничего не сказал, просто взял Сев под руку и направился к выходу из этого деревянного дворца. Тут мне ловить больше было нечего.

— Эй, а я? — неожиданно возбух привязанный к колонне паренёк.

— А что ты? — бросил я ему через плечо, — Тебя же, насколько я понимаю, прислал сюда император? Вот пусть он тебя и выручает.

— Этого выручать уже никому не придется, — ввернул король эльфов, — Как только ты уйдешь, мы его утопим в болоте во славу духов леса.

— Виктор, не бросай меня! — взмолился человек императора.

Мужество и дерзость явно оставили этого парня. Он пришёл в ужас от одной мысли об эльфийском болоте.

— А на кой ты мне нужен? — поинтересовался я у парня.

— Я буду полезен! — заверил меня он.

— Чем? Знаешь, как добраться до императора?

— Конечно! Я уже как год служу стражником в его дворце! Я всё сделаю, только не оставляй меня остроухим!

— Хм…

Я повернулся к королю эльфов:

— А вот этот мужик был с эскортом?

— Он прилетел на драконах, — ответил король, — И с ним была еще сотня человек. Но высадился в наших лесах он один, с женой. Иначе мы бы просто не стали с ним разговаривать.

— С женой?

— Я ему не жена, — вперед выступила прекрасная девушка-эльфийка, — А рабыня! Этот подонок купил меня на рынке, как товар. И насиловал каждую ночь. Со своей-то человечьей женой он спать не хотел! А потом он потащил меня сюда, чтобы я помогла ему заключить союз с эльфами для императора. Вот только назад я с ним уже не пойду. Я теперь свободная эльфийка. И лучше скорее забирай отсюда этого подонка, Виктор, пока я ему кинжал в глаз не воткнула.

— Хех, понимаю тебя, брат, — я подмигнул парню, — У меня тоже жена орчиха. С этими нечеловеческими женами хлопот не оберешься, так ведь? Ладно, ваше величество, этого человека я тоже забираю. Я думаю, он мне пригодится. Вы же не против?

Не дожидаясь ответа эльфов, как и тогда, как я освобождал магичку, я подошёл к парню и разрезал его путы. Меч, висевший над головой несчастного пленника, при этом не шелохнулся.

* * *

С Дар я встретился на самом юге западных лесов, на следующий день, ближе к вечеру. Моя верная ящерка вернулась побитая, чешуя на голове у неё была рассечена. Из полусотни орков, которых я послал с Дар на переговоры к ящерам, вернулось только около тридцати.

Ящеры поначалу встретили Дар лучше и гостеприимнее, чем эльфы встретили Сев. Но стоило чешуйчатым узнать, что Дар пришла не от императора, а от меня-бунтовщика, как их отношение к ящерке изменилось. Так что Дар еле унесла ноги, а еще двадцать орков погибли, прикрывая её отход.

— Ссс-совсем плохо, хозяин, — шипела Дар, она, как и всегда когда волновалась, подсвистывала, — Ящеры по всем ссс-селениям собирают самооборону. Они готовятся к войне, к войне против тебя! В некоторые села император даже прислал офицеров-людей. Ящеры — труссс-сливый народ, герой. Они не пойдут за тобой! Они лучше умрут, чем восстанут против людей! Рабссс-ская порода… Прости, хозяин, я подвела тебя!

— Не говори так, — осадил я ящерку, — Ты сделала всё, что могла. Ты не виновата.

Сказать по правде, ящеры меня сейчас не особо волновали. Они в ритуале призыва людей в этот мир не участвовали, так что хранителя у них не было. А все мои мысли сейчас были заняты именно оставшимися двумя хранителями.

Я отлично помнил, как император напал на меня в небесах над столицей, так что отдавал себе отчет, что император и другие самые прокачанные люди всё еще сильны и всё еще представляют угрозу для меня. И ослабнут они, только если я разберусь с хранителями. Вот только, где искать этих последних двух хранителей, я не имел никакого понятия.

В лагере со мной сейчас было десятка три орков, тех самых которые вернулись из похода с Дар, да еще две ящерицы, два дракона и Сев. Маловато для похода на столицу. Я, конечно, мог бы отправиться к Дым-Горе, где шаман собирал племена орков под мое командование, но, поразмыслив, решил, что время для этого еще не наступило. Я пока что не смогу взять штурмом столицу людей.

Вечером мы с Сев остались одни у костра, и я попросил магичку:

— Расскажи мне про тенеплётов.

— Зачем?

Сев про хранителей была не в курсе. Я решил не раскрывать ей эту чувствительную информацию, а из моих разговоров с королем эльфов она ничего не поняла, потому что не знала эльфийского.

— Ну просто расскажи. Надо, — пояснил я, — Диких тенеплётов не осталось, как я понимаю? Они все в рабстве у людей?

— Ну да, — подтвердила Сев, — Вот только тенеплётов в принципе осталось мало. Они плохо размножаются в неволе, так что вымирают. И в качестве слуг они не годятся. В столице вроде осталось несколько сотен тенеплётов, их заставляют сражаться в бойцовых ямах на потеху публике, а еще держат для кача. Тенеплёты дают очень много качественного опыта, когда люди их убивают.

— Теперь понятно, почему они вымирают, — мрачно хмыкнул я.

Значит, тенеплёты остались только в человеческой столице. И мне снова придется вернуться туда, чтобы поговорить с ними. Но на этот раз в столице уже наверняка готовы к моему приходу…

* * *

Информацию о том, как сейчас охраняется столица, я почерпнул у того несчастного парня, которого спас от эльфов. От него я узнал, что меры там сейчас предприняты беспрецедентные.

Все городские ворота охранялись караулами, а по самому городу ходили патрули. И стражники имели право потребовать у любого показать его статус. Так что меня при встрече с ними сразу же раскусят и захватят.

Тем не менее, я решил рискнуть. Я тщательно подготовился, орки даже сшили мне за пару часов кожаный плащ с капюшоном, скрывавшим лицо. В таких плащах вроде бы ходили люди на юге, в Амортс-форте, другом человеческом поселении. Так что я решил притвориться гостем оттуда.

К сожалению, никакой накладной бороды у меня с собой не было и взять её в лесу было неоткуда, равно как и покрасить волосы в лесу было нечем. И никакой магии, чтобы изменить внешность, у меня тоже не было. Так что я решил обойтись самой дешевой маскировкой и просто надеть на себя вот этот плащ.

Такой же плащ сшили и для Сев, она должна была сопровождать меня в столицу. Еще я взял с собой Дар, это было достаточно безопасно, Дар — ящерка, а ящеров-рабов в столице полно, на них никто там не обращал внимания. Дар даже взяла с собой копье, с ним она должна была изображать мою телохранительницу.

В полночь я приземлил Краснопуза в нескольких километрах от столицы, а потом мы двинулись в путь. Мы шли туда, куда нам подсказал идти мужик, освобожденный мною у эльфов — к восточной стене, которая хуже охранялась. Я очень надеялся, что этот парень мне не соврал и дал верную информацию. Впрочем, так было лучше и для него самого. Бывшего стражника я оставил с орками и приказал им в случае если не вернусь: просто выпустить парню кишки.

Добравшись до восточной стены, мы увидели, что она вся освещена факелами, а еще тут ходил патруль. Причем, стража была и снаружи города, и на самой стене. Снизу расхаживало туда-сюда человек пять стражников, а вот на стене тут и правда торчал лишь один одинокий часовой.

У императора явно не хватало людей, чтобы обеспечить достойную охрану столицы, хотя он и удвоил городскую стражу. Но оно и понятно: люди-то вымирали, так что мобилизовывать на войну со мной было банально некого.

Мы спрятались в русле сухого ручья, когда-то тут тёк родник, питавший столицу водой, но он давно иссяк. Теперь город снабжался полноценным водопроводом. Наше укрытие было в десятке метров от крепостной стены, окружавшей город. И пробраться дальше незамеченными было нетривиальной задачей.

Так что я решил, что пора уже явить себя этим стражникам. Вот только действовать нужно было быстро и решительно. Раций в этом средневековом мире, конечно, не было, но каждый стражник был снабжен свистком. Один свист — и вся столица встанет в ружье. И драконы тоже прилетят.

Я дождался, пока караульщики снизу отойдут подальше и повернутся спиной ко мне. А потом напряг ноги и прыгнул. Мое тело теперь имело 1435 очков вкача, так что прыжок вышел отменным. Я прыгнул ввысь сразу на пятнадцать метров и залетел на крепостную стену, прямо к одинокому часовому. Тот был довольно удивлен, увидев меня.

Я активировал мой ОРОЧИЙ КУЛАК и проломил парню череп вместе со шлемом за один миг. Стражник не успел даже рта раскрыть. Пока что всё прошло хорошо, но слишком долго, как известно, хорошо не бывает. Уже через миг я серьезно накосячил. Я планировал нежно уложить труп стражника на стене, но не удержал его: парень ухнул вниз со стены и с громким стуком ударился оземь, загремев кольчугой.

Патрульные внизу все разом обернулись, как собаки, учуявшие кошака.

Но на них уже бежала Дар с копьем наперевес.

— Умрите! — всшипела ящерка.

Стражники похватались за оружие, один из них даже поднес ко рту свисток. Однако я уже прыгнул со стены прямо на них. Одного стражника я просто раздавил моей могучей тушкой, мое тело было настолько напоено мышцой, что весил я теперь кило двести. Еще двух стражников я тут же убил ударами моих кулаков-кувалд, тому подонку, который пытался свистнуть в свисток, я просто отрубил руку кинжалом, прямо вместе со свистком, который эта рука держала.

Дар тем временем заколола последнего стражника, пробив копьем его кольчугу. Похоже, что системные силы на самом деле оставляли людей, теперь убить человека могла даже ящерица. Я на всякий случай еще провел бедному караульщику кинжалом по горлу, а потом добил тем же кинжалом однорукого любителя подносить ко рту свисток.

Все случилось быстро, мы разделались с патрулем за пару секунд. Крикнуть один из стражников успел, но вот свистнуть в свисток не осилил никто. Впрочем, это не означало, что нам можно тут рассиживаться. Надо было делать ноги и быстрее. Смерть каждого человека всё еще отображалась на карте в кабинете императора, так что государь наверняка уже в курсе про резню у стен города.

— Скорее!

Я взял Сев и Дар за руки, а потом резко прыгнул на стену, на этот раз вместе с барышнями. Караулов с внутренней стороны стены тут не было, освобожденный мною пленник эльфов в этом смысле не соврал.

Так что мы без всяких препятствий спустились со стены в город, а потом растворились в темных улочках нижнего квартала. Благо, заброшенных особняков, где можно было спрятаться, тут хватало.

Глава 15

Ночь мы провели в одном из брошенных особняков, спрятавшись в подвале, полном пустых бочек из-под вина, заросших паутиной.

Шмон ночью был, причем свирепый. Настоящий план «перехват». Стражники набежали целой толпой и обыскивали дома и дворцы, но нас так и не нашли. Сказалась нехватка людей у императора. Когда стражник с факелом заглянул в наш подвал — мы попрятались в винных бочках, а их стражник обыскивать не стал, у него просто не было на это времени.

Так что утром мы спокойно вышли из особняка, проверив, что рядом никого нет, а потом смешались с толпой людей в квартале выше, где располагались общественные здания и храмы.

Выяснилось, что мой план притвориться гостем из Амортс-форта сработал филигранно, без сучка и задоринки. Беженцев из этого южного поселения в кожаных плащах тут было полно. Послушав разговоры прохожих, я понял, что до Амортс-форта уже дошли слухи, что против людей начал войну какой-то демон-злодей, то есть я. И поэтому многие прибежали в столицу, в надежде, что император защитит их от супостата. Поэтому улицы были просто заполнены беженцами из Амортс-форта и других человеческих форпостов, и затеряться здесь было легко.

Я бы на месте императора не принимал этих беженцев, ибо они вредили безопасности города. Среди них мог затесаться враг, как я собственно и сделал. Но император, несмотря на это, впустил в город этих несчастных, даже несмотря на то, что Амортс-форту ничего не грозило, на него я нападать не собирался. Я даже проникся некоторым уважением к императору, который ради защиты напуганных людей жертвует безопасностью. Видимо, он на самом деле предан делу человеческой расы и других людей любит.

Впрочем, расслабляться нам всё равно не следовало. Стражников и патрулей на улицах было полно, они останавливали случайных прохожих и проверяли у них статус. Особенное подозрение у стражников вызывали приезжие из Амортс-форта, которых они проверяли особенно часто. Прямо как наши родные полицейские в метро, которые документы требуют только у гостей с юга. Некоторые вещи все же остаются неизменными во всех мирах.

Тем не менее, мы прокладывали наш путь подальше от патрулей, так что успешно добрались до того района, где располагался рынок рабов, избежав проверки статусов. Я вел Сев под руку, магичка изображала мою жену. А Дар тащилась рядом с копьем в лапе, играя роль нашей телохранительницы.

На рабском рынке, как и всегда, было полно народу. Я обратил внимание, что цены тут поднялись, в империи явно начинала бушевать инфляция. А еще очень многие покупали себе рабов-ящеров, видимо надеясь сделать из них верных телохранителей, которые каждому нужны в нынешние военные времена.

Я решительно, но не спеша, прошелся по рынку, направляясь к тому месту, где раньше, как я помнил, продавали тенеплётов. Однако тут теперь торговали мелкими крысолюдами, продавец тенеплётов бесследно исчез.

— Дяденька, купите крысолюда! — законючил мальчик-торговец, сам чем-то похожий на крысу, — Дешево! Они вкусные. А еще можно глядеть, как они убивают друг друга, и развлекаться.

— Мне не нужен крысолюд, — ответил я мальчику, изображая акцент коренного жителя Амортс-форта, — Я пришёл за тенеплётом. И дам тебе злотый, если подскажешь мне, где купить паучка.

Злотых у меня было полно, мы срезали со всех убитых ночью стражников их тугие кошельки. На жалованье стражникам император явно не скупился, так что я теперь стал обладателем целого состояния.

— А зачем вам тенеплёт? — удивился мальчик, — Они в хозяйстве бесполезны.

— А как же яйца? — не согласился я, — Я намереваюсь разводить тенеплётов и продавать их яйца.

— Ха! — мальчик всхохотнул, — Яйца тенеплёты в неволе не откладывают. Так что яйценосные тенеплёты есть только у императора. Говорят, их держат в специальных условиях и поят свежей орочьей кровью, чтобы они несли яйца императору на завтрак.

— Знаю, — кивнул я, — И я собираюсь построить такую же ферму, как у императора. Но только у меня на родине: в Амротс-форте. Орочьей крови, чтобы кормить тенеплётов, у меня полно, поверь мне, парень.

Последнее в принципе было даже правдой. Вот в чем я не испытывал недостатка, так это в орках.

— Ну давай пять злотых, — потребовал мальчик, — И скажу тебе, где найти тенеплётов. Это редкий товар в наши дни. Их же всех ради кача перебили.

— Ох и жадный ты малец. Тебя папка-то порет, я надеюсь?

— Порет, — кивнул мальчуган.

— Ладно тогда.

Я бросил мальчику пять золотых монет, паренек тут же сунул их в свой кошель, а потом пояснил:

— Тут тенеплёты больше не продаются. Раньше продавец по имени Сепаканатор ими торговал. Но у него тенеплёты кончились, так что он уехал на восток, чтобы купить русалок на продажу. А тенеплётов вон там поищи…

Мальчик ткнул пальцем в центр рынка, в один из больших крытых шатров.

— …Там продают гладиаторов для бойцовских поединков. И вот там тенеплёты вполне могли остаться.

— Спасибо, — поблагодарил я парня.

Мы направились в указанный шатер, но и тут нас ждал облом.

— А тенеплётов нету, — покачал головой толстяк, продававший гладиаторов, — Видишь ли, друг, из-за войны все стали качаться, как не в себя. А тенеплёт, когда его убиваешь, дает сразу пять уровней. Так что их всех разобрали.

— Ну и где мне купить тенеплёта, м?

— Да не знаю я, — толстяк развел руками, — Похоже, что нигде. Их нету в продаже. Закончились. Такое иногда бывает, знаешь ли, зверорасы постоянно вымирают. Такая уж их слабая порода.

— Однако мне нужен тенеплёт, — продолжал настаивать я, — Деньги не проблема.

— У меня нету, — отрезал продавец, — Можешь сходить во дворец гладиаторов, и там попробовать купить себе боевого тенеплёта. Вот только хрен там тебе что продадут. Там все тенеплёты — мощные бойцы, которые сражаются на потеху публике. И на ставках на этих боях люди делают целые состояния. Так что этих тенеплётов тебе никто не продаст. Еще у императора есть тенеплёты, они ему вроде яйца на завтрак несут, но он своих тебе тем более не продаст. Хотя можешь сходить к нему во дворец и попытаться купить, ха-ха. Вот только, боюсь, императору сейчас не до тебя. Ты не слышал что ли, на нас идет армия гномов!

— Армия гномов?

— Именно, — закивал толстяк, — В тавернах поговаривают, что демон из другого мира ведет на наш город свирепых гномов!

— Ясно. Спасибо за помощь, брат.

И с чего он взял, что я веду на столицу гномов? Видимо, в город просочились слухи о том, что я летал далеко на север, где обитают гномы. В реальности же людям грозила армия орков, которую я собирал у Дым-Горы на юге, а вовсе не на севере. И я был уверен, что император точно в курсе ситуации. Просто он скрывал от горожан реальное положение дел.

Мы с магичкой и ящеркой отправились во дворец гладиаторов, чтобы попасть туда, нам пришлось спуститься по лестнице в квартал ниже, а потом еще и идти минут двадцать. Лестницы были хуже всего, у лестниц было особенно много стражников. Но, к счастью, нас никто не остановил. Всё же потоки людей тут были такими, что читать статус каждого стражники бы просто задолбались, если бы они попытались провернуть подобное — то столицу бы просто парализовало.

Дворец гладиаторов оказался огромным зданием типа Римского Колизея. Тут представители зверорас сражались друг с дружкой насмерть на потеху почтенной публике, и именно тут люди проигрывали и выигрывали целые состояния на ставках.

Мы вошли внутрь, но в подвалы, где содержались бойцы, нас не пустила стража.

— Туда посторонним нельзя, — заявил бородатый стражник с эмблемой Дворца гладиаторов на броне, — Вход к бойцам только с разрешения владельца Колизея.

— А где владелец? Я хотел бы купить у него тенеплётов. Задорого.

— Владелец сейчас созерцает бои. Так что советую вам подождать, — осадил нас стражник.

И сделать тут ничего было нельзя. Устраивать драку в городе я не собирался, это вполне вероятно стоило бы мне жизни. Или хуже того: люди узнают меня, схватят и бросят в темницу на пожизненное.

Так что мы просто прошли на арену, которая оказалась громадной ямой, вокруг которой тянулись ярусами каменные сиденья. Несмотря на военное положение, народу тут были многие тысячи. Видимо, люди пришли сюда, чтобы расслабиться и отвлечься от войны со мной.

На входе стражник взял у нас с Сев десять злотых за вход, а еще один злотый я дал ему за пропуск моей ящерки. Свободные места оставались только на самых верхних сиденьях Колизея, но нам туда было не нужно.

— Вон он, — Сев указала на жирного богато одетого мужика, сидевшего в первых рядах, — Вот это хозяин Дворца гладиаторов, его зовут Менамартери.

Менамартери охраняли двое дюжих орков-рабов. Мало кто мог похвастаться орками-рабами, так что эта охрана не столько берегла тушку хозяина, сколько демонстрировала его богатство.

Кроме орков, элитную ложу, где восседал Менамартери, еще сторожил десяток людей-телохранителей.

— Хрен нас к нему пустят, — вздохнул я.

Времени у меня было чем дальше, тем меньше. Мне нужно было как можно быстрее найти тенеплётов и свалить из города. Чем дольше я тут торчу — тем выше шанс разоблачения.

Так что я стал протискиваться к элитной ложе по проходу, где стояли самые бедные из людей, кому не хватило денег на сидячие места.

На арене тем временем пятеро ящеров порвали в клочья пятьдесят гоблинов, так что вся арена теперь была замазана гоблинским пюре. Парящие-рабочие в рабских ошейниках уже убирали его лопатами. Ящеры выступили достойно, из них погиб лишь один, а вот гоблины пали все до единого.

— А теперь самый долгожданный бой сегодняшнего дня! — провозгласил громогласным голосом, усиленным магией, распорядитель, — Юный дракончик против Зуша Штуки!

Трибуны загалдели, явно на хайпах, а я остановился, как вкопанный.

Зуш Штука! Это же и есть хранитель тенеплётов, который мне нужен. Именно так его и звали. Похоже, что этот хранитель не избежал рабства, так что теперь развлекал людей на арене. Вот только непонятно, как он прожил триста лет, при такой работе…

Впрочем, уже через несколько секунд я увидел этого Зуша Штуку своими глазами, и все вопросы у меня отпали сами собой. Этот тенеплёт был просто огромен, с взрослого слона размером. Вот столь ужасной твари мне еще не приходилось видеть даже в этом мире.

Зуш Штука был гигантским, его глаза были размером с колеса Камаза, а его лапки покрывали жесткие волосья, каждое длиной с меч. Такие же волосья покрывали и брюшко, в котором могло бы легко поместится полсотни человек.

Выйдя на арену, Зуш Штука чудовищно зашипел, так что трибуны затряслись.

— УБЬЮ! ЛЮБОГО УБЬЮ! — стрекотал тенеплёт-переросток.

Люди на трибунах бешено орали, приветствуя Зуша Штуку, его тут явно любили. И ставили все в основном на него.

Против Зуша вывели небольшого дракончика, размером раза в два меньше Штуки. И ставили на дракончика один к десяти, то есть его вероятность выжить была крайне мала. И дракончик это явно понимал, его трясло от ужаса, когда драконовод снимал с него тяжелую цепь.

Вообще, дракончик умеет летать, но вряд ли ему это поможет. Все же Штука явно сражается тут уже сотни лет. А еще я знал, что Зуш Штука — один из хранителей, а значит, у него есть система, как и у всех остальных хранителей, участвовавших в ритуале призыва людей в этот мир.

Маг-распорядитель тем временем объявил начало боя. Коточеловек-раб ударил в громадный гонг.

Дракончик на самом деле тут же взлетел, крылья ему, по крайней мере, не подрезали, и то хорошо. Он дыхнул пламенем на Зуша, но влажная туша тут же погасила весь напалм своими ядовитыми выделениям. От Зуша повалил пар, но огоньки на нем быстро погасли.

Тенеплёт лениво ходил по полю боя и шипел на дракончика, да еще периодически пытался достать его громадной лапищей, но не доставал. Публика ревела от восторга.

— Хана дракончику, — печально произнесла Сев, — Этот паук просто развлекает публику. Когда ему надоест — он прыгнет на дракончика и перекусит его пополам одним укусом.

Я в этом не сомневался. Я уже и сам видел, как прыгучи тенеплёты, когда сражался с ними. Дракончик продолжал отважно атаковать, но явно нервничал все больше.

А мне пора было действовать. Вот он, Зуш Штука, хранитель от расы тенеплётов, прямо передо мной. Чего ж тут еще ждать…

— Копье, — потребовал я, протянув руку Дар.

— Я не знаю, что ты задумал, Виктор… — перепугалась Сев.

Но я её перебил:

— Копье мне! Живо!

Дар была напугана не меньше магички, но копье мне покорно отдала. Сталь легла в мою руку, как влитая, но мне все еще было не по себе. То, что я решил провернуть, иначе как безумием не назовешь.

Я прошел еще дальше по проходу, расталкивая зрителей, а потом прыгнул, резко и прямо с места.

Я пролетел метров пятьдесят и ухнул прямо на брюшко Зуша Штуки, прямо на его жесткую и невыносимо вонявшую волосню.

Публика взревела, явно решив, что это часть представления. Люди-гладиаторы вроде существовали и тоже сражались на этой арене, хоть они и делали это редко, и в отличие от зверорас: полностью добровольно и за хорошее вознаграждение.

— Привет, хранитель! — заорал я Штуке на языке тенеплётов.

И Зуш Штука явно понял, кто я такой. А я понял, что конкретно этот хранитель совсем озверелое чудовище. Вот он поддаваться мне или благородно гибнуть от моей руки точно не будет.

Зуш завибрировал всем телом, как бешеный смартфон, пытаясь сбросить меня на землю, а потом даже начал скакать по арене. Однако дракончик воспользовался тем, что громадный паук отвлекся на меня, и дохнул огнем прямо Штуке в глаза.

Паукан оглушительно застрекотал, я же перекатился по его брюшку, достиг головы, а потом всадил копье Зушу в голову, туда, где у тенеплёта находился мозг. Расчет тут был исключительно на мое мастерство копейщика, которое было божественным и теперь равнялось 200 пунктам. Я был уверен, что тут даже копейщик с мастерством в сотку не справился бы, эта тварь была одной из самых чудовищных в этом мире.

Но я смог сделать всё, как надо. Мое копье вошло в голову Зуша с таким усилием, что начало плавиться, от него буквально повалил пар. А еще через миг оно сломалось пополам…

Однако цели копье достигло. Зуш Штука взревел, как целое стадо раненых быков, а потом его лапки подкосились, и паукан бешено завращал громадными глазищами.

Трибуны взревели в экстазе. Но громче всех орал хозяин этого Колизея, он-то понимал, что программа поединков теперь шла далеко не по плану.

— Он убил моего лучшего бойца! — кричал толстяк, — Держите его! Это Виктор! Враг человеческой расы!

Зуш Штука тем временем окончательно издох. Его могучая туша рухнула наземь с такой силой, что по Колизею прокатилось небольшое землетрясение.

ХРАНИТЕЛЬ УНИЧТОЖЕН

Исполнение воли мира: 6 / 8

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

…

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

+ 1000 очков характеристик

Добавлена сверхспособность: Ядовитый Паучий Удар

Вот это кайф. Уровней мне дали сразу десять. На этот раз моя победа была столь эпической, что даже вредной системе ничего не оставалось, как достойно вознаградить меня.

Я тут же закинул все 1000 очков характеристик в тело, став теперь совсем уж имбой. Разум я особо не качал, да. Не потому что хотел остаться тупым, а потому что магии, для которой разум был основной характеристикой, у меня не было вообще.

Моя тушка теперь была раскачана на 2435 пунктов, так что я уже не сомневался в своих действиях. Новую ядовитую атаку я проверю как-нибудь потом, а сейчас мне нужно скорее сваливать отсюда.

Я еще раз прыгнул, на этот раз на спину дракончику, парившему над трупом Зуша Штуки.

— Ты сегодня победитель, парень, — сообщил я дракончику, вырывая из его головы гвоздь.

ДРАКОН ОСВОБОЖДЕН

+ 30 мастерства драконьего всадника

Этот дракончик, конечно, был еще юн и мал. Но крылья у него в порядке, а мой навык наездника теперь 180, почти вдвое больше, чем у самых профессиональных всадников-людей.

Так что прорвусь.

Стража уже начинала соображать, что к чему, в меня полетели первые стрелы и арбалетные болты…

Я резко спикировал над трибунами и схватил толстяка Менамартери, затащив его дракончику на спину. Орочью стражу толстяка я при этом раскидал кулаками прямо на лету, не снижая скорости дракона.

Мне-то было несложно поднять жирную тушу хозяина Колизея, а вот моему дракончику пришлось несладко. Но он выдержал, он выдержал даже, когда я выхватил из толпы Сев и Дар, и усадил их ему на спину.

— Держитесь, вашу мать! — заорал я всем пассажирам дракона.

Держаться на самом деле было нужно, этот дракон был неоседлан, так что никаких ремней безопасности на нем не было.

Я резко послал дракона вверх, вскоре Колизей остался далеко внизу, как и остальной город, последняя стрела вяло просвистела у моего уха…

Драконьи всадники уже получили команду на мое задержание, их силуэты носились над скалами к северу от столицы, а еще несколько драконов-патрульных неслись ко мне со всех четырех сторон света.

Но мне было плевать. С моим нынешним навыком драконьего всадника, они меня точно не догонят. Плавали, знаем. Точнее — летали, знаем.

В этот раз я ушёл от погони еще проще, чем в прошлый.

Правда, в одном я был уверен: вот теперь путь в столицу мне точно заказан. Теперь император определенно переведет город на полноценное осадное положение.

Глава 16

На следующий день я воссоединился с моей громадной орочьей армией, отвел её от Дым-Горы и приказал оркам рассредоточиться среди бескрайних лесов, покрывавших центральную часть континента.

Обезопасив себя таким образом от неожиданной драконации, я стал решать, что делать дальше. В принципе, пока я стою с моей армией здесь — я в относительной безопасности. Благодаря захваченным в плен стражнику и владельцу Колизея, я получил новую информацию: я теперь знал, что император принял решение сосредоточить все наличные силы возле столицы и защищать именно её. Так что первым император меня не атакует, в этом я не сомневался.

У императора еще остались пара сотен драконов, а еще около тридцати тысяч супервкачанных людей-воинов и боевых магов, это уже не говоря о том, что на защиту столицы он мог вывести вообще все человеческое население города. Так что моим врагам сейчас было невыгодно распылять силы и пытаться атаковать меня на марше. Они решили сосредоточить все силы на главном — обороне столицы. И они не просчитались. Я оказался в на самом деле сложном положении.

У меня в подчинении теперь было три дракона: Краснопуз, Снежок, да еще тот драконёнок, которого я угнал из Колизея. Этого я назвал Храбрецом, потому что он на самом деле был храбрым и даже спас мне жизнь. Кроме того, дракончик был подростком, и как и все подростки, был отважен до безрассудства.

Еще у меня имелась толпа орков в восемьдесят тысяч рыл, или около того. Подсчитать состав моей армии точно не представлялось возможным, орки и сами не знали, сколько у них бойцов.

В целом шаман, в отличие от ящерки и Сев, справился с поставленной задачей. К Дым-Горе поддержать меня пришли почти все племена зеленорылых. Вести о моих победах быстро разносились по орочьим стойбищам, кроме того, орки на духовном уровне чувствовали, что долгожданный герой наконец-то явился в мир и готов избавить их от человеческой тирании.

Однако и тут не обошлось без косяков. Племя Мелких орков, славившееся своей трусостью, на мой зов не откликнулось. Вместо этого их шаманка увела их подальше в болота, чтобы там переждать грядущую войну. В целом логичное решение. Бойня явно будет, и многие погибнут на ней. В этом смысле мне было трудно винить Мелких орков. Хотя они нарушили мой приказ, приказ самого варбосса, так что по идее я должен был их покарать. У меня даже была мысль сесть на дракона, полететь в те болота, где укрылись Мелкие орки, и накормить моего дракона их шаманкой, но я от отказался от этой затеи: просто не было времени. Сейчас меня ждали задачи поважнее, с предателями и дезертирами разберусь уже после победы.

Впрочем, Мелкие орки стали не единственными изменниками. Племя Кровавых орков предпочло поступить на службу к императору. Государь людей обещал им много золота, мяса, эля и лучшего оружия, выкованного в столице, а еще отдать им в полное распоряжение Подстоличные леса. В результате Кровавые орки в полном составе отправились к человеческой столице, чтобы оборонять её от меня. Вот это уже была настоящая недвусмысленная измена делу всей орочьей расы.

Но Кровавые орки всегда слыли отморозками, даже среди других орков… Однако при этом были сильными бойцами, да и в племени у них было тридцать тысяч воинов, которые все теперь стали моими врагами.

Ситуация с каждой минутой становилась все напряженнее, я понимал, что долго так продолжаться не может. У меня оставалось дня три, чтобы повести моих орков на столицу, если протянуть дольше — то моя армия просто перепьется браги и утратит боеспособность, или пойдет на столицу без моего приказа, или начнет пожирать сама себя.

Орки парни нервные и не слишком дисциплинированные. Уже имели место инциденты. Орк из племени Праматери убил двух самцов из племени Озерных орков, а орк из Озерных, в свою очередь, похитил самку из племени Двухпятаковых. Если я не пошлю орков воевать — они начнут воевать друг с другом, тут к гадалке не ходи.

Но я все еще не решался выступить на столицу…

Я собрал военный совет в моем громадном шатре варбосса. К сожалению, из людей с военным образованием у меня на совете присутствовал только парень-стражник, которого я освободил от эльфов. Да и этот был скорее пленником, чем советником, и добрых чувств он ко мне не питал, так что я не знал, насколько я могу ему доверять. С другой стороны, пробраться в столицу и убить хранителя тенеплётов мне информация от этого парня помогла.

Еще я позвал на совет захваченного владельца Колизея — толстяка по имени Менамартери, этот знал про оборону столицы и те меры, которые предпринял император для защиты от меня, даже больше пленного стражника.

И стражник, и Менамартери были предупреждены, что если они будут водить меня за нос и давать неверную информацию — то примут лютую смерть. И если пленный стражник еще мог хитрить, то Менамартери я доверял чуть больше. Владелец Колизея оказался мужиком крайне трусливым, так что теперь всячески старался услужить мне.

И сбежать из моего плена у него шансов не было. Я убил уже всех хранителей, кроме одного последнего, так что системные силы оставляли Менамартери, как и всех остальных людей.

Я рассмотрел статус толстяка и убедился, что все характеристики и навыки у него помечены красным, снижены и повреждены. Он ослаб где-то процентов на тридцать за последние дни. У пленного стражника ситуация была такой же. Люди слабели, это было теперь просто клинически доказанным фактом. Вот только один человек все еще стоил полусотни орков в бою. Да и драконов никто не отменял.

Кроме двух пленников-людей, я также позвал на военный совет Сев, моего тестя-шамана, мою верную ящерку Дар, а еще девятерых вождей орочьих племен, откликнувшихся на мой зов.

Вообще, если вдуматься, то мое положение еще хуже, чем могло показаться изначально. Из всех рас этого мира меня поддержали только храбрые орки. Все остальные или хранили нейтралитет, или остались верны людям-угнетателям.

Я дождался, пока благородным вождям подадут жареную медвежатину и ягодную брагу, и только тогда начал военный совет.

— Расскажи нам про оборону столицы, — потребовал я у толстого Менамартери.

Толстяк весь затрясся от почтения:

— Как прикажет господин!

— Только говори правду, — заметил я, — Красивая ложь мне ни к чему. Я намереваюсь взять вашу столицу, и если во время штурма выяснится, что ты солгал — отдам тебя племени Двухпятаковых. Они едят людей, а в тебе как раз полно жира, Двухпятаковые обожают человеческое сальце.

— Ну конечно! Я понимаю! — Менамартери закивал головой, его тройной подбородок заколебался.

После этого он начал наконец свой рассказ:

— Столица хорошо охраняется, Виктор. Император приказал довести количество стражников до двадцати тысяч. И еще тысяч шестьдесят — оперативный резерв. Кроме того, уже разрабатываются схемы, согласно которым все человеческое население города будет мобилизовано на его оборону в кратчайшие сроки. Так что тебя там уже ждут. А после того, что ты устроил в моем Колизее… Я уверен, что император предпримет еще более жесткие меры. У него был план вообще закрыть город и пускать туда только обозы с провиантом и оружием из других городов, да еще бойцов, способных сражаться. И сейчас он его точно реализует. Драконьи всадники вообще дежурят посменно, так что все драконы теперь готовы к вылету круглосуточно. И драконов больше не держат в драконнике, их рассредоточили по скалам, так что напасть внезапно и угнать их ты больше не сможешь. А еще император созвал себе историков и приключенцев, которые изучали расу сероногих…

— Расу сероногих?

— Именно так, — подтвердил толстяк, — Я не знаю, зачем император сделал это, но это тоже как-то связано с обороной столицы.

Совсем плохо. У сероногих были компьютеры, а по слухам и ракеты, и огнестрельное оружие. Что если император встретит мою орочью орду пулемётами? Или танками? Тогда все мои орки у стен столицы и полягут.

— Это еще не всё, — продолжил Менамартери, — Зверорасы тоже придут защищать столицу. Император призывал самооборону ящеров, собаколюдей, крысолюдей, великанов и йети. Их не пустят в сам город, но разместят у стен столицы, чтобы использовать в качестве первой волны пушечного мяса против тебя. И еще из скальных пещер достали гоблинов, для той же цели. Так что у стен тебя встретит армия в полмиллиона зверенышей. А может и в целый миллион. Зверорасы же никто толком не считал…

— Хм… — я хмыкнул, потом перевел орочьим вождям речи толстяка.

А от себя я добавил:

— Ящеры защищать город уже не придут. Я пожег их всех сегодня утром, с моего дракона.

Это было правдой. Мой боевой вылет удался на славу, сам я летел на Краснопузе, да еще взял с собой Снежка и Храбреца. Так что я выследил и уничтожил с воздуха большую часть самообороны ящеров прямо на марше, а оставшиеся просто разбежались по своим селениям.

Вот только оперативно выследить и раскидать остальные зверорасы, призванные императором к столице, я не успел. Ибо дракона у меня было всего три, а драконий всадник вообще один — я сам. Так что в целом это была довольно кислая и чисто тактическая победа.

Я отлично понимал, что соваться к столице одному, без поддержки моих орочьих орд мне нельзя. Город сторожат драконы. Свалить-то от них я сумею, а вот летать над городом и жечь его мне безнаказанно никто не даст.

— А что с императором? — поинтересовался я у Менамартери.

— Император не покинет своего дворца, — ответил толстяк, — А дворец защищен мощнейшими системными чарами. И эти чары не ослабли, Виктор. Люди в последнее время качаются с трудом, теперь новый уровень нам получить в три раза сложнее. Но чары, наложенные императором, сохраняют свою силу. Так что ты вряд ли возьмешь дворец даже всей своей армией. Не злись, но это так. Я говорю правду!

— Верю, — вздохнул я, а потом перевел оркам и эту часть речи Менамартери и спросил вождей, — Ваши мнения, друзья?

— Чего тут думать, надо идти КРУШИТЬ людей! — первым прорычал лидер Племени Праматери.

Главарь Озерных орков закивал, соглашаясь с ним.

Но остальные были настроены более скептически. Судя по всему, наши шансы на победу при лобовом штурме столицы были столь призрачными, что даже у орков возникли сомнения.

— Надо делать подкоп под столицу! — заявил лидер Топоров, самый тупой из вождей, пожалуй, слишком тупой даже для орка.

— Выманим императора из города и дадим бой в лесу, — предложил хитрый вождь Южных орков.

— Плевать! Умрем, зато славно. Надо идти воевать, герой. Мои парни устали от ожидания, — сообщил вождь Двухпятаковых.

— Возьмем столицу в осаду и выморим людишек блокадой и голодом, — предложил вождь Каменистых орков.

Вожди Гнусавых и Темных орков просто пожали плечами. А вождь орков Дым-Горы, самый вежливый и образованный, поспешил снять с себя ответственность:

— Ты варбосс, герой. Так что тебе решать. Но мы выполним любой твой приказ.

Я оглядел своих подчиненных и понял, что с ними каши не сваришь. Это были не военные генералы, а просто кочевники-грабители, человеческих городов они ни разу в жизни не брали.

— Столица неприступна, друзья, — вынужден был констатировать я, — Мы все там под её стенами и поляжем, если пойдем в лобовую атаку. И подкоп под неё тоже, увы, не сделаешь, город стоит на скалах. Про блокаду и говорить нечего. В городе запасов продовольствия на годы. Да мы и не сможем держать никакую блокаду, нас сразу пожгут с драконов, как только мы встанем лагерем у столицы. Да, конечно, при битве в открытом поле у нас еще был бы шанс. Вот только император не дурак, он в поле не выйдет.

Я призадумался…

Пожалуй, мой единственный шанс забороть людей — это найти и убить последнего хранителя. Но я все еще понятия не имел, где мне его искать. Однако, если мне удастся вычислить местоположение подонка и уничтожить его — то люди наверняка совсем ослабнут, системные силы оставят их, и вот тогда можно уже брать город. Не раньше.

Мне нужно было проконсультироваться с толстяком по этому вопросу и желательно приватно. Про мой квест по уничтожению всех хранителей я никому не говорил — ни Сев, ни Дар, ни тем более оркам.

— Ладно, оставьте нас с господином Менамартери, — распорядился я, — Совет пока что окончен. Спасибо вам за ваши мудрые слова.

Когда орки покинули мой шатер, и мы с Менамартери остались один, я сразу же перешёл к делу:

— Меня интересует коточеловек. Василид О-Барсис. Так его зовут. Знаешь его?

Толстяк напрягся, но отрицать не стал:

— Да, конечно. Знаю. Он был личным лакеем императора.

— Ого, — я присвистнул.

Вот оно что. Значит, последний хранитель — это тот самый кошара, которого я видел, когда гостил во дворце.

— А почему был? — спросил я, — Он больше не лакей императора?

— Сложно сказать, — толстяк пожал плечами, — Видишь ли, пару дней назад император пригласил его в свои покои. И с тех пор этот кошара находится там. Он больше не служит лакеем, просто находится при императоре постоянно. И государь не отпускает Василида от себя, даже ночью.

А вот это уже плохо. Значит, до последнего хранителя мне никак не добраться. Император предпринял меры.

Я мучительно размышлял, но на ум мне ничего полезного не приходило. Разве что…

— А что сейчас происходит в Амротс-форте? — спросил я.

— Он почти опустел, — сообщил Менамартери, — Большая часть населения сбежала в столицу, под защиту императора. В городе осталось несколько тысяч ящеров-стражников, да еще около тысячи людей-воинов. И десяток драконов. А управляет городом сын императора. Он назначен военным губернатором, насколько мне известно.

— Сын императора? Разве его величество женат?

— Не женат, — хмыкнул толстяк, — Императору было не до этого, он же уже триста лет занят тем, что правит нами, а еще увлекается тайнами магии и алхимии. Но это не помешало ему наделать внебрачных детей, у него их штук десять. Вот этот, который поставлен править Амортс-фортом — довольно крутой мужик. Ему вроде уже лет двести, и он не стареет, как и наш император. Видимо, отец раскрыл ему тайны магии.

— Интересно…

Вот тут уже было, о чем поразмыслить. Впрочем, до Амортс-форта идти пару недель. Если я отправлю туда мою армию орков — нас всех просто пожгут драконами прямо на марше. Да и император за это время успеет еще лучше защитить столицу. Время сейчас работало на моих врагов.

Глава 17

Я решил атаковать Амортс-форт ночью. К сожалению для меня, ближайшая ночь выдалась звездной и ясной, но ждать подходящей погоды мне было некогда.

Я выдвинулся к городку на трех драконах, взяв с собой только двенадцать отборных орков, а еще ящерку Дар. Тащить для штурма Амортс-форта всю мою армию у меня времени не было, а вот на драконе я добрался до цели меньше, чем за сутки.

Я рассчитывал на то, что моего небольшого отряда хватит для покорения этого южного форпоста человеческой цивилизации.

Амортс-форт стоял на берегу огромного залива, который вроде бы дальше к югу переходил в бескрайний океан. Городок спал, когда я показался на горизонте. Сам я оседлал Краснопуза, а на Снежка и Храбреца усадил моих орков.

Амортс-форт мало походил на человеческую столицу. Он был каменным, но по большей части одноэтажным. Да и внешние стены тут были хлипкими. Город, выстроенный из желтого кирпича, вроде бы когда-то давно был поселением ящеролюдов, отобранным людьми у чешуйчатых. Но насколько мне было известно, большую часть населения тут до сих пор составляли ящеры, только теперь обращенные в рабов. Тут у каждого человека было по несколько десятков рабов-ящериц.

В воздухе над городом кружили сразу трое стражников на драконах, я, не раздумывая, полетел прямо на них, взяв чуть выше. Я планировал зайти на них сверху для атаки, ибо стражники летали достаточно низко, так что на их высоте снизу в меня бы полетели стрелы и арбалетные болты.

Меня естественно уже заметили, в спящем городке начали зажигаться огни. Из местного драконника вспорхнули вверх еще пять драконов…

— Огонь! — скомандовал я.

Краснопуз дыхнул так смачно, что сжег двоих всадников заживо, их драконы тут же заметались в воздухе, лишившись седоков. На третьего дракона уже напали одновременно Снежок и Храбрец, они растерзали его на куски и его всадник рухнул вниз, бешено заорав. К счастью, Снежок и Храбрец никаких сантиментов по поводу того, чтобы атаковать своих сородичей, не испытывали.

Теперь оставались еще пятеро драконов, уже летевших ко мне снизу… Я вошёл в крутое пике и пристроился сзади к последнему из них.

— Огонь!

Хвост дракона подпалился, а через секунду сгорел и его всадник. Ведущий дракон попытался развернуться и врезался в того, который летел за ним. Оставшиеся два дракона растерялись, Снежок и Храбрец уже были рядом и теперь поливали напалмом их всадников.

Я же расстегнул ремни безопасности и прыгнул на спину дракона впереди меня, того, который остался без всадника. Стремительно пролетев через раскаленный от драконова дыхания воздух, я рухнул туда куда и планировал — на спину вражеского дракона. Через миг я уже рванул гвоздь из его головы…

ДРАКОН ОСВОБОЖДЕН

Теперь этот дракон стал моим, а еще четверо остались без ездоков. На пятом вражеском драконе всадник был тяжело ранен и сейчас пытался спикировать в лес. Оставались еще два вражеских дракона с наездниками, но всё равно никакой опасности они для меня больше не представляли. Не при моем навыке драконовода.

Похоже, что драконов тут было всего восемь, а не десяток, как обещал мне толстяк.

Я протаранил на моем новом драконе очередного противника с такой силой, что всадника вырвало из его ремней безопасности и он слетел вниз, а его дракон завертелся в воздухе, как бешеный волчок. Последний драконий наездник пустился наутек, но путь ему уже преградил гигантский Снежок. Он стукнул вражеского дракона крылом по голове, тот потерял ориентацию и начал сваливаться в штопор.

Краснопуз нырнул за ним следом и исполнил красивый КУСЬ, сожрав сразу половину тела наездника, так что в седле остались сидеть только зад и ноги несчастного мужика.

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

…

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

Мастерство драконьего наездника: + 100

Ваше мастерство: 280 / 100

Итого, уровень у меня уже 95. Я — чистая мощь. И самый умелый драконий всадник за всю историю этого мира.

Вражеские наездники тем временем закончились, в небесах теперь парили пятеро бесхозных драконов, на шестом сидел я, седьмой погиб, а вот восьмой планировал над лесом, его всадник явно пытался трусливо сбежать. Ну и пусть бежит. Пусть расскажет императору о том, что тут произошло. Мне это только на руку.

Освобождать от гвоздей остальных драконов, потерявших своих драконоводов, я не стал — на это просто не было времени. Атаковать меня эти драконы не пытались, они просто хаотично носились над городом.

Я жестом показал своим дракошам, что пора уже на посадку. Мы спикировали все разом к городской ратуше, торчавшей внизу рядом с храмом богов и системы.

Я усадил своего нового небольшого и зелёного дракона на балкон ратуши. Балкон зловеще хрустнул, но не проломился под весом драконовой туши.

— Спасибо, освободитель! — выдавил из себя мой новый дракон.

— Не за что, — я спрыгнул с седла и расчехлил копье.

Потом крикнул всем моим четырем драконам:

— Очистить этот город! Жгите и жрите всех, кто носит оружие и откажется сдаваться!

Драконы тут же приступили к выполнению моего приказа, а я выбил двери балкона и ворвался в ратушу, как вихрь. Дюжина моих орков и ящерка Дар присоединились ко мне, их драконы высадили на этот же балкон.

Внутри ратуши меня уже поджидала стража. Они галдели на своем южном диалекте и в панике пытались построиться, чтобы отразить атаку, но теперь я был достаточно раскачен, так что их шансы противостоять мне были околонулевыми.

— С дороги! — взревел я, бросаясь на десяток стражников разом.

Закипела бешеная сеча, мое копье порхало, как заведенное, разя вражин направо и налево. Я протыкал копьем двух стражников за раз, я вырывал мое оружие из тел и вонзал его заново — в их в глаза и в головы, прямо сквозь тяжелые шлемы…

Вокруг меня брызгала фонтанами кровь, но меня ничье оружие не коснулось. Я был силен и неуязвим, моим оркам только и оставалось, что добивать за мной выживших.

Я за пару секунд разломал всех стражников в этом просторном зале, а потом бросился по лестнице ратуши вниз, на первый этаж. Тут мне попалась еще пара стражников, я убил обоих одним ударом копья, одновременно проткнув одному шею острием, а другому проломив черепушку древком.

Я бежал вниз, перепуганная служанка в длинном платье едва успела отскочить в сторону с моего пути…

— Гражданских не трогать! — приказал я моим оркам.

Стоп. Что?

А какого хрена у этой служанки, собственно, растет борода на лице?

Я резко обернулся, так стремительно, что чуть не сломал себе шею. Служанка уже была наверху лестницы, она опасливо пробиралась мимо толпы моих орков.

— Хватайте её! — взревел я, — Вот это императорский сынок!

Ублюдок явно решил переодеться девушкой и свалить под шумок. Но услышав мои крики, «служанка» воздела руки.

Раздался оглушительный всхлюп, по воздуху заметалась магия, мои орков всех разметало, несколько парней кубарем полетели с лестницы. Мда, похоже император научил своего сынишку парочке трюков.

Но я уже бежал к нему. Дар попыталась атаковать сынка императора копьем, но тот отбил удар. А потом кастанул на меня волшебный вихрь…

НА ЭТОГО ГЕРОЯ НЕЛЬЗЯ ВОЗДЕЙСТВОВАТЬ МАГИЕЙ

Опять та же ошибка. Классическая. Они все постоянно пытаются ушатать меня магией, и все постоянно неизменно терпят провал.

Я уже подскочил к императорскому сынку, я уже занес мое копье, но паренек оказался достаточно быстрым, чтобы вцепиться руками в древко, останавливая мой удар…

А еще через миг меня что-то сильно и больно ударило в шею. Сзади. Моя кожа теперь была подобна камню, но удар, который я получил, был направлен профессионально — прямо в основание позвоночника.

Это кто там такой смелый? Я не понимал, вроде сзади меня стояла только моя верная ящерка Дар, не могла же она меня садануть копьем…

Из шеи у меня хлынула кровь, а сынок императора выхватил из-за корсета своего платья кинжал. Но я устоял на ногах, а потом ударил его копьем в одну из грудей. Груди у городского губернатора оказались ненастоящими, он просто подложил себе под платье подушки, так что в воздух от моего удара взметнулся лебяжий пух.

Сынок императора охнул, а потом запутался в своем длинном платье. Я подсечкой свалил его вниз с лестницы, и враг покатился по ступенькам, пересчитывая их собственной головой.

Я же резко обернулся… Моя верная Дар стояла прямо передо мной, занося копье для очередного удара.

— За что? — вознегодовал я.

Я ударил ящерицу кулаком, и она свалилась вниз, покатившись по лестнице следом за губернатором.

Я ощупал шею сзади, рука у меня была вся в крови. Голова кружилась от кровопотери. Позвоночник мне Дар сломать не смогла, но артерию расковыряла.

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

…

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

+ 100 очков характеристик

Мастерство копейщика: + 50

На этот раз мне дали пять уровней, так что я стал героем сотого уровня. Официально.

* * *

Час спустя я восседал на железном троне Амортс-форта в городской ратуше, на том же самом троне, который до этого занимал зад губернатора, а после него: зад императорского сынка, назначенного особым военным губернатором и столь позорно потерявшим свою должность.

Городок пал к моим ногам, плененный начальник городской стражи даже притащил мне ритуальный ключ от города — огромное стальное уродливое поделие.

Вообще же, большинство стражников сдались после того, как я раскурочил все их воинство в городской ратуше, а защитники города потеряли всех драконов.

У меня же теперь драконов было восемь. Еще пятерых я отжал у защитников Амротс-форта и освободил их, прокачав мой навык драконьего наездника до 310 пунктов. Еще одного дракона я упустил, он так и улетел куда-то в леса с гвоздем в голове. Еще один вражеский дракон погиб в бою, а на последнем его всадник сбежал, видимо, к императору. И сбежал он без моего послания государю, вот этот момент надо было исправить.

— Привести мне городского голову, — приказал я моим оркам.

В битве за город из моих парней погиб только один, так что можно было сказать, что я легко отделался.

Пред мои очи притащили губернатора, того, который занимал эту должность до императорского сынка. Губернатор оказался мрачным мужиком средних лет. Глядел он на меня злобно, но дерзить не стал. И правильно сделал.

— Поедешь в столицу к императору с моим посланием, — я протянул мужику свернутый свиток, — Я приглашаю его величество на переговоры. Встретимся на севере, на Мертвоглазой горе. Я прибуду один, на драконе. И пусть император тоже сделает так, если захочет говорить.

Место я выбрал в сотне километров к северу от столицы. На драконе из столицы туда можно было долететь за полчаса, а вот армия туда бы пёхала целую неделю. И все равно бы вряд ли дошла, ибо это место окружали крутые непроходимые скалы.

— А если он не захочет говорить? — поинтересовался губернатор.

— Тогда я откорнаю башку его сыну, — без обиняков заметил я.

Конечно, я ощущал себя сейчас террористом, взявшим заложника, да я и был террористом по факту. Но всё лучше чем ложить всех моих орков мертвыми у стен столицы.

— Покажите губернатору, что императорский сынок у меня! — распорядился я.

Орки тут же притащили бородатого сынка. Я решил не позорить его лишний раз, так что не стал сообщать губернатору, что его начальник пытался сбежать в женском платье, сделав себе набивные титьки из подушек. Я даже разрешил императорскому сынку переодеться в более подходящий его положению наряд. А вот руки парню крепко связали, он же владел магией. Так что держать его без оков я разрешил только в темнице, где его сторожили мои орки и откуда нельзя было телепортироваться, и выводить оттуда пленника я дозволил только на крепкой веревке, чтобы он лишний раз не дергался.

Губернатор с императорским сынком обменялись красноречивыми взглядами. Оба понимали, что ситуация сложилась для них крайне паршивая.

— Я жду императора в ближайшую полночь, — сообщил я, — На Мертвоглазой горе. Я гарантирую ему безопасность и личную неприкосновенность на время переговоров. Но если он не явится — пусть пеняет на себя. А теперь иди, мой дракон доставит тебя к столице.

К счастью, у меня теперь было восемь вольных драконов, которые были достаточно умны, чтобы летать самостоятельно. А самое главное — были беззаветно преданы мне лично.

Я приказал дракончику Храбрецу донести губернатора до столицы и высадить в нескольких километрах южнее города, чтобы не подставлять свое брюхо под арбалеты. Ну и заодно он же должен был разведать, как там вообще обстановка.

Когда экс-губернатора и императорского сынка увели, я почесал мою шею, перевязанную бинтами. Сзади ниже затылка у меня все еще имелась глубокая рана, она даже болела и зудела, хотя за счет моей телесной мощи и заживала быстрее, чем у обычного человека.

Но эта рана в любом случае напоминала мне о предательстве моей самой верной воительницы, это причиняло мне душевную боль, которая была больше физической.

— Ладно, — вздохнул я, — Приведите Дар.

Через минуту орки втолкали в мой чертог ящерку. Её не связывали, просто отобрали у неё оружие. Голова у Дар была перевязана, я чуть не убил её, когда скинул кулаком с лестницы.

— Оставьте нас, — приказал я оркам.

Когда мы остались одни, Дар потупила глаза и стала разглядывать мозаичный пол приемного зала ратуши.

— Зачем? — задал я единственный интересовавший меня вопрос.

Дар бросила на меня быстрый взгляд, а потом снова потупила взор.

И промолчала.

— Не хочешь говорить — я прикажу тебя казнить, — отрезал я, — На тебя наложили какие-то чары, что ли? Зачем ты пыталась меня убить?

Ящерка злобно оскалилась, а потом прошипела:

— Никаких чар… Я хотела тебя убить. Верно. Ты погубил многих из моей рассс-сы, злой хозяин! Ты ничем не лучше остальных людей, ты столь же безжалостен.

Вот такой агрессивной я Дар еще не видел ни разу. Я сначала даже не сообразил, о чем она толкует, и лишь через секунду вспомнил, что я вчера и правда пожег с дракона толпу ящеров, которая шла на столицу помогать императору.

— Эти рептилии были врагами, Дар, — напомнил я ящерке, — Я убил их в честном бою. Если бы я этого не сделал — погибло бы много моих парней-орков. А эти ящеры приняли сторону императора, они сражались за собственные оковы и за собственное рабство. Они не достойны твоей жалости.

Я говорил все эти умные и правильные слова, а сам понимал, что тут что-то не так. Дар никогда раньше не отличалась сентиментальностью. С чего она вдруг так разозлилась из-за какой-то тысячи пожженных ящериц? Или у неё взыграли древние инстинкты, призывающие защищать сородичей? Это было вполне возможно. Я только сейчас в полной мере осознал, что Дар — не человек, что она звереныш…

Хотя нет. Тут дело явно было в чем-то другом. В чем-то более глубоком.

Но долго размышлять мне не пришлось, Дар от моих слов настолько рассвирепела, что тут же выдала мне истинную причину своей измены.

— Ты убил дядю! — прошипела Дар, — Убил моего родного дядюшку, еще когда император был твоим другом. Погубил моего родича!

— Что? — а вот теперь я и сам разозлился, я уже даже был готов казнить неверную ящерку, — Да, я убил его, Дар. Но ведь твой дядя издевался над тобой, как и другие ящеры, он тебя обижал, потому что ты была половинчиком. Даже не отрицай этого!

— А я и не отрицаю, — зрачки глаз у Дар сузились и теперь стали совсем змеиными, — Всё так и было. Вот только он всё равно был моим дядей. Родной кровью! А ты его убил. Проткнул ему горло копьем, пронзил его чешшш-шую…

Так. А вот это уже интересно. Откуда Дар вообще узнала, что я убил её дядю? Я сам этого ящерке никогда не говорил, а при моем поединке с дядей присутствовала только Сев…

— Тебе Сев сказала? — спросил я.

Дар не ответила, только бессвязно и злобно зашипела.

— Отвечай на вопрос! — потребовал я, — Или примешь смерть.

— Предпочитаю смерть, — выдохнула Дар, дерзко глядя прямо мне в глаза.

Вот и что с ней делать? Убить? Подвергнуть пыткам? Простить?

— Ладно, в темницу её, — приказал я оркам.

Глава 18

К полудню я уже был в одном из орочьих лагерей, разбитых в густых лесах возле Дым-Горы.

Здесь все было спокойно, разве что орки были на нервах. Моя орда рвалась в бой, стояние на месте тяжело давалось моим свирепым парням. Но время для штурма столицы еще не наступило, если отправиться в поход сейчас — нас сильно потрепают на марше драконьими налетами, а у стен столицы мы просто все поляжем.

Так что оркам придется еще подождать. Главное чтобы они за это время не перепились браги и не перебили друг друга. Обе эти опасности были вполне реальными. Прилетев на Краснопузе в центральный лагерь, я обнаружил, что тут повсюду пьяные, а счет орков, убитых своими же сородичами в драках, шёл уже на десятки.

Этак недолго и вообще без армии остаться. Если зеленорылые будут продолжать в том же духе, то на столицу я пойду в гордом одиночестве.

Я созвал всех вождей на военный совет и без обиняков объявил:

— Мы выступаем в ближайшие дни. Так что никакого больше пьянства. Всю брагу вылить. Если замечу пьяного — лично срублю ему голову. А если один орк еще убьет другого орка — то убийцу я скормлю моему дракону. А на десерт дракону отдам вождя того племени, к которому будет принадлежать виновник драки!

Вожди побухтели на такой приказ, но спорить не решились. Они видели, что я был настроен предельно серьезно.

Управлять Амортс-фортом я оставил самого свирепого из орков, дав ему гигантского дракона Снежка в помощь. Я, естественно, был уверен, что орк с управлением не справится, скорее просто напьется в первый же день, и стражники перережут ему глотку, пока он будет дрыхнуть. Но это было и неважно, я не планировал удерживать Амортс-форт. В принципе он был мне и не нужен. Все будет решаться в столице, это я отлично понимал, а не в Амортс-форте, где осталось всего тысяч тридцать людей, в основном женщин, детей и стариков. Причем, сильно ослабших: я уже убил всех хранителей, кроме одного последнего, так что системные силы медленно, но верно, оставляли людей.

А вот своего ценнейшего заложника — императорского сынка я взял с собой. Этого парня я тут же по прилёту в лагерь отправил под охрану сразу сотни отборных орков. И приказал убить его, если император попытается освободить сынишку. Кроме него, я взял с собой и пятерых драконов, освобожденных в Амортс-форте, и Дар я тоже забрал.

Ящерка упорно молчала и отказывалась сообщить мне, откуда она узнала, что я завалил её дядюшку в учебном бою. Пытать Дар я так и не решился, как и казнить её, но и простить не мог. Теперь я больше не мог ей доверять.

Меня все больше мучила паранойя.

Покончив с военным советом и отпустив вождей племен, я вызвал к себе дракончика Храбреца, который должен был доставить в столицу моего посланца.

— Я всё сделал, герой, — сообщил Храбрец, — Человек с письмом ушёл к императору. А я скорее улетел, не дожидаясь ответа, как ты и приказывал.

— Хорошо, — кивнул я, — Ну и что там происходит в столице? Ты же видел её издали?

Выяснилось, что происходит там нечто крайне нехорошее.

У стен столицы уже сосредоточился миллион лояльных представителей зверорас, они разбили лагеря на юге, западе и востоке и теперь ждали моего нападения. А с севера столицу прикрывали непроходимые горы.

Дракончик Храбрец видел и мелких крысолюдов, этих было больше всех, вооруженных костяным оружием. И собаколюдей, вооруженных собственными зубами и когтями, и огромных йети с дубинами, и еще более огромных великанов со стальными палицами. И еще племя поганых Кровавых орков, предавших собственную расу в обмен на обещания императора. Еще там же стояли вооруженные столичные рабы, их всех выгнали из города и поставили у стен, вручив им самое дешевое оружие с городских складов, вот этих рабов уже было тысяч сто. А еще из пещер достали гоблинов, их тоже разместили с остальными зверорасами в качестве пушечного мяса, призванного сдержать мой первый удар.

Да, конечно, все эти зверорасы в большинстве своем были слабаками. Один орк стоил сотни крысолюдей, полусотни гоблинов и десятка собакоголовых. Могучими силачами среди этой армии рабов были разве что Кровавые орки, да еще великаны и йети, но последних было относительно немного. Утешало еще и то, что гномы и эльфы на зов императора так и не откликнулись, эти предпочли соблюсти свой древний нейтралитет.

Однако проблема всё равно была: этих диких и плохо вооруженных зверенышей было у стен столицы около миллиона, а может и больше. Конечно, император не сможет кормить всю эту орду долго, так что возможно мне стоит просто подождать, когда армия зверолюдей начнет жрать сама себя, но и тут был нюанс. Дело в том, что мои орки ждать точно также не смогут, моя собственная орда уже деградировала и разлагалась прямо на глазах. А значит, великой битве — быть. Только я хотел провести эти битву на моих условиях, а не на условиях императора.

Внутри городских стен по словам дракончика Храбреца все было еще хуже. Город теперь был полностью закрыт на вход и выход, все население старше семи лет было мобилизовано на его защиту. Так что улицы кишели вооруженными людьми, а на стенах так и вообще теперь вместо стражников дежурили боевые маги.

Драконы круглосуточно летали над столицей и окружающими лесами — видимо, император старался держать в воздухе всех оставшихся. Моего Храбреца они не сожгли лишь потому, что у него на спине сидел пленник-губернатор, посланный мною в столицу с письмом.

А на центральной площади города, как видел Храбрец, соорудили какой-то подозрительный серый шатер, огромный, с Колизей размером, и в этом шатре происходило не пойми что.

Рабов при этом в городе не осталось, их всех выгнали за стены, так что организовать восстание внутри городских стен я тоже не мог. Император все предусмотрел. Мне нужно было действовать быстрее, нужно было штурмовать столицу раньше…

Но с другой стороны я понимал, что это все глупые рассуждения. Раньше я был слаб, меня бы точно убили. Впрочем, даже сейчас штурм столицы казался мне самоубийственной затеей. Так что, честно признаюсь, я рассчитывал на сегодняшние переговоры с императором. Решить вопрос на переговорах — это лучший вариант и для меня, и для императора. Лишь бы только ублюдок на них явился.

Выслушав доклад Храбреца, я вздохнул и, скрепя сердце, вызвал к себе в шатер Сев.

Магичка явилась при полной броне, видимо, уже готовилась к бою вместе с моими орками.

— Я неплохо научилась махать мечом, — сообщила мне Сев, — Хотя у меня и нет больше системных сил, но совсем бесполезной в бою не буду.

— Ты не пойдешь ни в какой бой, — ошарашил я магичку, — И вообще никуда больше не пойдешь. Ты сказала Дар, что я убил её дядю.

— А что…

— И Дар за это воткнула мне в шею копье, — я указал на шрам ниже моего затылка, — Зачем ты ей рассказала, Сев? Никто, кроме тебя, не мог сообщить этого ящерице, даже не отрицай!

— Я случайно… — магичка потупила глазки.

Случайно? Или Сев так и осталась верна человеческой расе? Теперь уже плевать. Я не в том положении, чтобы быть снисходительным.

— Ты арестована, — объявил я магичке, — Прости. Но я больше не могу тебе доверять.

* * *

Мертвоглазая гора, расположенная к северу от столицы, представляла собой скальное образование, усыпанное мелкими дырками. Вроде бы тут раньше обитали какие-то горные термиты, перебитые людьми еще сотню лет назад.

Я прилетел на эту гору на Краснопузе, ровно в полночь, как и писал императору в своем послании. Я был один: только я и мой дракон.

Правда, я надел самую тяжелую броню, которую смог разыскать в захваченном Амортс-форте, а к седлу моего дракона были приторочены копье, булава и огненный зачарованный меч. Так что я был готов к неожиданностям, если император вдруг задумает подлость.

Конечно, можно было полететь сюда на гигантском Снежке, но, подумав, я все же остановился на Краснопузе. Он был самым умным из моих драконов, а еще самым опытными и свирепым, хоть и уступал Снежку размерами.

Вокруг меня простирались бесконечные серые острые скалы, небо было в тяжелых тучах, ни звезд, ни луны не видно. С черных небес падал легкий снежок, вдали на юге горела огнями столица.

Свет давал только мощный факел в моей руке, весь остальной окружающий пейзаж тонул в зловещей полутьме. Пламя моего факела пожирало падавшие снежинки.

Я приземлил дракона на плоскую верхушку Мертвоглазой горы и стал ждать, воткнув факел в щель между камнями.

Долго мне ждать не пришлось, уже через секунду в небе показалась стремительная яркая комета. Император оказался человеком чести — он на самом деле прибыл один, как я и предлагал в моем послании. Государь человеческой расы летел на небольшом зеленом драконе, полностью бронированном. На самом императоре тоже была его золотая броня, полный комплект, а в ножнах у него болтался золотой меч. А вот факела император с собой не взял. Само его тело светилось и освещало пространство на десяток метров вокруг. Человеку, который владеет магией, факелы ни к чему.

Император посадил своего дракона на вершину горы, а потом легко спрыгнул из седла.

Руку я ему подавать не стал, глупо подавать руку врагу.

Император был ниже меня, да и дракон у него мельче. Но я не обманывался, я понимал, что он все еще сильнее меня, да и его дракон наверняка не так прост, хоть и носит гвоздь в башке.

— Нужно было убить тебя сразу, как я тебя увидел, — пробурчал мне император вместо приветствия.

Его величество и так никогда не был веселым парнем, а теперь так и вовсе стал мрачнее тучи.

— Надо, — согласился я, — Почему ты этого не сделал?

— Надеялся переманить тебя на нашу сторону, — хмыкнул император, — Глупо, конечно, но ты ведь все же человек, Виктор… Я надеялся на твой гуманизм. И на твое благоразумие. На то, что ты выберешь правильную сторону. А теперь ты не оставил мне выбора.

— Вы сами не оставили себе выбора, люди, — парировал я, — Вы были призваны в этот мир, чтобы мудро править зверорасами, а вы построили тут натуральный концлагерь.

— Это и есть мудрое правление, — не согласился император, — Зверорасы порочны. Они заслуживают своего положения! Ты и сам это рано или поздно поймешь, если еще не понял.

Его слова мне были как ножом по сердцу. Я вспоминал моих пьяных орков и предавшую меня Дар, а еще высокомерных эльфов с гномами, трусливых ящеров и понимал, что император отчасти прав.

Но отступать теперь уже было поздно, да и некуда.

— Ты не можешь меня убить, — бросил я императору, — Я — Первообраз человека. Исполняющий волю мира. Люди теперь завязаны на меня. Если я умру — потеряете остатки системных сил. Я знаю, что вы уже ослабли, даже не думай отрицать.

— Я не отрицаю, — император пожал плечами, — А убить тебя всё равно придется, Виктор. Если честно, я и сам не знаю, что будет, когда ты умрешь. Раньше Первообразом человека был Аменахин, а когда он погиб — им стал ты. Так что Первообраз человека всегда так или иначе присутствовал в мире. Наверное ты прав. Когда ты погибнешь — мы ослабнем. Но если оставить тебя в живых — ты убьешь многих хороших людей и попьешь много нашей крови. Я испугался в начале, когда ты предал нас, я не знал, что делать, не буду скрывать. Но сейчас ситуация такова, что я готов рискнуть. Или ты, или мы. Тут нет третьего варианта.

— Вообще-то есть, — не согласился я, — Отдай мне последнего хранителя. Когда я уничтожу его — люди лишатся остатков системных сил. И станут просто еще одной расой этого мира. Мирной и беззубой расой. Отдайте мне хранителя, потеряйте системные силы, и я всех вас прощу.

— Ха! — император мрачно усмехнулся, — Ты сам сознаешь, что ты несешь, Виктор? Ты сам-то в это веришь? О каком прощении ты толкуешь? Если мы потеряем наши силы — зверорасы нас всех тут же перебьют, до последнего ребенка. Они никогда не простят нас за то, что мы сделали.

— Вам в любом случае конец…

— Вовсе нет! — не согласился император, — Тебе не взять столицу, ты сам отлично знаешь это. Вся твоя армия поляжет у стен города. И сам ты погибнешь. А человечество будет жить!

— Хех. А зачем ты тогда вообще пришел на эти переговоры, если ты уже все решил, император?

— Хотел поглядеть на тебя, поганого предателя, — ответил его величество, — И… И вернуть моего сына.

— Ясно. Сына я меняю на хранителя, как ты уже наверное догадался. Мне известно, что последнего хранителя-коточеловека ты держишь у себя во дворце. Отдай его мне, и получишь назад своего сынка, целым и невредимым. А вместе с ним получишь и гарантии безопасности для всей человеческой расы. От меня лично.

Но император на это лишь мрачно мотнул головой, а потом повернулся и зашагал к своему дракону. Похоже, что наши переговоры были на этом окончены.

Это меня разозлило.

— Ты готов пожертвовать своим сыном? — выкрикнул я императору в спину.

— Я готов пожертвовать всем ради блага моего народа, — бросил мне император, не оборачиваясь, — Будь иначе — я бы не стал правителем человеческой расы. Так что давай, Виктор. Убей моего мальчика. Докажи всем, что ты злодей и конченый отморозок. Хранителя я тебе в любом случае не отдам. И город тоже не сдам.

— Есть еще один вариант, ваше величество… — предложил я, когда император уже собирался поднять своего дракона в воздух, — Я теперь орочий варбосс. А у орков противоречия принято разрешать на поединках.

— Поединок? — императора позабавила эта мысль, — Здесь и сейчас? Между тобой и мной?

— Почему нет?

— Я тебя сильнее, — без обиняков ответил император.

— Да, но твоя магия бесполезна против меня. Это немного уравнивает наши силы.

— Твоя смерть приведет к тому, что твоя орда орков просто разбежится и станет бесполезной, — напомнил мне император, — А моя смерть тебе ничего не даст. Столицу не сдадут, даже если я погибну. И люди не пойдут у тебя на поводу.

— Пусть так. Я готов рискнуть.

Я понимал, что сказанное императором — не совсем верно. Люди явно будут в растерянности, если погибнет их правитель, руководивший ими уже триста лет, с самого момента их прихода в этот мир.

Император некоторое время молча и внимательно смотрел на меня, а потом кивнул.

— Сражаться будем на драконах, — произнес он.

— Согласен. На драконах. И пока один из нас не погибнет.

Мы оба оседлали наших зверей, я покрепче затянул ремни безопасности.

Мой Краснопуз, в отличие от императорова дракона, владел даром речи, так что он изогнул голову на короткой шее и поднес её ко мне, а потом сказал:

— Я знаю дракона, который носит твоего противника, герой. И хочу тебя предупредить: это самая злобная тварь во всем мире. Под чешуей у него одни мускулы, в желудке специальный имплант, делающий его пламя жарче, а кормили его с детства новорожденными гоблинятами. Эта тварь сильнее меня. И быстрее. И свирепее.

— Но ты же его одолеешь?

— Или так, или просто славно погибну, — хмыкнул на это Краснопуз.

— Да будет так, — я потрепал Краснопуза по зубастой морде, — Но все же постарайся победить. Я лично умирать сегодня не намерен.

Тем не менее, мне стало не по себе. Мой Краснопуз тоже не лыком шит, но если даже он опасается дракона императора — то это повод для напряга.

Мы с императором взлетели одновременно, подняв наших драконов в черные небеса, откуда сыпал мелкий снежок. Я взял в руку копье, как рыцарь на турнире, император же держал обеими руками поводья. Ну оно и понятно: его дракон был неразумен и требовал ручного управления.

Зеленый дракоша императора атаковал первым — он выпустил тугую, широкую и ослепительную струю напалма, наполнившую северную ночь жаром и паром. Краснопуз резко ушел вверх и, в свою очередь, тоже дыхнул пламенем, целя в императора…

Но зеленый дракон уже достал моего, брюхо у Краснопуза оплавилось, завоняло палёной чешуей, мой дракон взрычал от боли так громко, будто в горах начался камнепад. Краснопуз вошел в крутое пике и мчал на императора, но напалмовая струя моего дракона прошла мимо цели и ударила в скалу. Противник был быстрее меня. Он поднырнул под Краснопуза и ударил его головой в обожженное брюхо, моего дракона закрутило в воздухе, а вражеский дракон провел еще один удар шипастым хвостом — прямо Краснопузу по голове.

Краснопуз в очередной раз взревел, из его пробитой головы лилась кровь, падавшая водопадом в бездну под нами. Враг крутился вокруг нас, как бешеный, он был стремителен, как молния. И я понятия не имел, сколько еще мой дракон продержится, особенно с такими ранами.

Я перерубил кинжалом мои ремни безопасности и прыгнул. Прямо на императора, это был самый стремительный и дерзкий прыжок в моей жизни — я пролетел метров двадцать, но попал в цель, меня впечатало прямо в золотую броню врага.

Я махнул копьем, но император перехватил мою руку, копье ухнуло вниз…

Мы теперь оба летели на зеленом драконе, метавшимся под нами, Краснопуз свалился в штопор куда-то вниз. Снежинки резали лицо, на такой скорости они превратились в настоящую метель.

— Умрем вместе! — заорал я императору, а потом перерубил кинжалом его ремни безопасности.

Император попытался удержаться в седле, но я крепко вцепился в него, проведя захват, а потом на прогибе сбросил государя с дракона, ухнув вниз вместе с ним. Мы закружились в ледяных ветрах, обнявшись в полете, как возлюбленные или как заправские борцухи.

Ну вот и всё. Сейчас оба разобьемся. Или скорее я разобьюсь, император уже что-то колдовал, наверняка левитацию, вокруг нас уже метались магические сполохи…

Но рядом вдруг возникла красная рожа Краснопуза, мой дракон заложил крутое пике, подныривая под нас на бешеной скорости.

КУСЬ!

Голова императора исчезла в пасти Краснопуза, теперь я обнимал только безголовые золотые доспехи.

Я успел выхватить из ножен императора его золотой меч, а через миг Краснопуз цапнул зубищами и меня, за рубаху, торчавшую из-под моих доспехов. К счастью, рубаха у меня была крепкой, из дорогой ткани. Я взял её из губернаторского гардероба в Амортс-форте. Мой дракон понес меня по воздуху, держа за шкирку, как мама-кошка котенка.

ВЫ УБИЛИ ИМПЕРАТОРА ЛЮДЕЙ

ПОЛУЧЕН НОВЫЙ УРОВЕНЬ!

ПОЛУЧЕН НОВЫЙ УРОВЕНЬ!

ПОЛУЧЕН НОВЫЙ УРОВЕНЬ!

ПОЛУЧЕН НОВЫЙ УРОВЕНЬ!

ПОЛУЧЕН НОВЫЙ УРОВЕНЬ!

ПОЛУЧЕН НОВЫЙ УРОВЕНЬ!

…

ПОЛУЧЕН НОВЫЙ УРОВЕНЬ!

+ 10 000 очков характеристик

Навык драконьего наездника: + 300

Ваше мастерство драконовода: 610/100

На этот раз я получил сразу пятьдесят уровней. Вот теперь я был готов штурмовать столицу, может даже и в одиночку. Правда, до этого момента мне еще нужно было дожить, мои проблемы со смертью императора не закончились.

Его зеленый дракон оглушительно взревел, видимо, от горя, осознав смерть хозяина. А потом, раскрыв пасть и изрыгая напалм, ринулся на меня.

— Ниже! — заорал я Краснопузу, — Подныривай!

Краснопуз сумел это сделать, напалмовая струя нас не коснулась, хотя мой дракон и был на последнем издыхании. Из раненой головы Краснопуза водопадом лилась кровь, прямо на меня.

Я быстро раскидал очки характеристик. Девять тысяч в тело и тысячу в разум. Вот теперь моя могучая тушка была раскачена на 11 535. Я уже не просто имба, я теперь бог.

Я схватился за зубы Краснопуза и запрыгнул на спину моему дракону. Вражеский зеленый дракон несся на нас. Напалм у него кончился, теперь ему потребуется несколько секунд для его регенерации, но бешеная тварь настолько обезумела, что летела на нас с раззявленной пастью, явно намереваясь сожрать одним глотком и меня, и моего Краснопуза.

Я снял с седла запасное копье и воздел его ввысь, готовясь…

УДАР!

Копье пробило голову зеленого дракона насквозь, войдя аккурат рядом со стальным гвоздем. Зеленый дракон промчался ниже нас, а потом люто взревел в агонии и рухнул в пропасть, прямо с моим копьем в голове.

ДРАКОН УНИЧТОЖЕН!

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

На этот раз мне больше ничего не дали, даже очков характеристик. Видимо, мне, как освободителю драконов, полагалось драконов теперь освобождать, а не убивать. И мне и самому было жаль, что пришлось казнить этого бешеного зверюгу. Освобожденный он бы принес мне много пользы, он мог стать моим сильнейшим союзником…

Но не вышло, тут уж ничего не поделаешь.

— Ты как? — спросил я Краснопуза.

Дракон в ответ пробурчал нечто нечленораздельное, его болтало и шатало в полете.

Прямо какое-то проклятие, что-то я совсем не берегу моих питомцев. Сначала погиб мой волк, на котором я ездил у орков, потом Вождеед, а теперь и Краснопуз явно собрался на тот свет.

Но этого я допустить никак не мог, Краснопуз мне еще понадобится для штурма столицы.

— Давай, дотяни хотя бы до леса! — взмолился я, — Давай, брат, ты справишься!

Я повесил на седло трофейный золотой меч императора.

Глава 19

Я был вынужден ждать еще два дня, пока Краснопуз не поправится. Моему дракону нанесли страшные раны, брюхо ему сожгли, а голову прогрызли до черепа. Покойный дракон императора оказался настоящим чудовищем во всех смыслах.

Но Краснопуз по итогу выжил и даже оправился от ран. Я же решил, что два дня погоды теперь не сделают, я хотел лететь в бой именно на Краснопузе. Этот дракон был боевым зверюгой, и он уже доказал и свою силу, и интеллект, и верность. Так что на другом драконе мои шансы выжить бы резко упали.

Когда Краснопуз полностью оправился от ран, я решил, что пора выступать. Я регулярно отправлял дракончика Храбреца на разведку к столице, и согласно его донесениям там за эти два дня ничего не изменилось. Разве что на домах вчера вывесили черные флаги — в знак траура по убиенному мной императору.

Кто сейчас управляет столицей, я не знал, мои новые переговорщики, которых Храбрец отнес к городу, просто не вернулись. Судя по всему, люди их убили в отместку, решив, что я бесчестно разделался с императором на наших с ним переговорах. Хотя у нас с императором был честный поединок, но люди теперь об этом даже слушать бы не стали.

В общем-то мне не оставалось больше ничего, как идти на штурм. Я был уверен, что как только моя орда разметает зверенышей у стен города — люди тут же перепугаются и сами пойдут на новые переговоры. А другого выбора они мне сами просто не оставили.

Все эти два дня я мучительно размышлял о том, что мне делать с Дар и Сев. И ящерка, и магичка все еще содержались под арестом. Я пытался их допрашивать, но ни одна из них ничего интересного больше не рассказала. Судя по всему, Сев на самом деле случайно проболталась ящерке, что я убил её дядю. А Дар уже решила отомстить мне, потому что в ней взыграли родовые ящериные инстинкты.

В конце концов, я решил отложить вопрос судьбы девушки и ящерицы до победы. Я всё равно оставлял в лагере орочьих самок, детенышей и стариков, вот им я и поручил приглядывать за Сев и Дар. С собой в поход на столицу я их, естественно, взять не мог. Ни Сев, ни Дар больше не было доверия.

Я решил выступить ночью, так меньше шансов, что люди заметят движение нашей громадной орды. Тем более что вражеские разведчики на драконах над Дым-Горой регулярно летали. Троих из них я даже убил, завладев их драконами, так что теперь драконов у меня стало одиннадцать.

Это было, конечно, хорошо. Но всё равно мало. Одиннадцатью драконами столицу не возьмешь, ведь город охраняло несколько сотен враждебных драконов. Сколько их точно — я так до сих пор и не знал. Когда я был в драконнике в скалах — мне казалось, что драконов там в пещерах тысячи. Но над городом я одновременно видел не больше сотни. И даже пленный владелец Колизея мне тут ничего подсказать не мог, как и пленный сынок императора. Сколько точно у людей драконов, наверняка знали только главный городской драконовод и император. Но император был уже мертв, а до драконовода теперь хрен доберешься.

Так что я просто надеялся, что у людей пара сотен драконов, а не тысяча. В любом случае, когда дойду до столицы — узнаю это точно.

Я приказал оркам хорошенько выспаться и отдохнуть днём. А после заката созвал все племена в центральный лагерь к Дым-Горе. Сама Дым-Гора представляла собой небольшой потухший вулкан, возвышавшийся над лесом. У орков это место считалось священным, они верили, что именно в жерле этого вулкана Праматерь сотворила первого орка.

Я посадил моего Краснопуза прямо на край жерла мертвого вулкана, а потом издал боевитый хрюк. Орки собрались под горой, все разом. Большая часть моей орды тонула в лесах, на голых склонах вулкана плечом к плечу стояли лишь вожди и самые свирепые самцы всех племен, числом около тысячи.

Но воодушевить именно их и было задачей первейшей необходимости.

Я воздел ввысь золотой меч императора, все еще сидя в седле дракона — так было пафоснее.

— Вот оно оружие, человечьего варбосса! — заорал я, — В моих руках! Узрите слабость рода человеческого, мои верные орки. Предводитель людишек пал, сраженный моей могучей дланью!

В ответ мне послышались громогласные хрюки.

— Герой! Геррр-рой! — взревели тысячи глоток разом.

Неплохо для начала.

— Кто мы? — спросил я мои бесчисленные зеленорылые орды.

— ОРКИ! ОРКИ! ОРКИ! — взорвалась толпа.

— Чего мы хотим?

— КРУШИТЬ! КРУШИТЬ! КРУШИТЬ!

— Когда мы хотим КРУШИТЬ? — поинтересовался я.

— ПРЯМО СЕЙЧАС!

— Да, но готовы ли вы КРУШИТЬ, мои свирепые орки?

— ДА! ДА! — толпа уже почти вошла в экстаз.

Сказывались мои прошлые навыки рекламщика, а еще моя сверхспособность воодушевлять орков на победу, полученная вместе с титулом варбосса.

— Я не слышу! — недовольно крикнул я.

— ДА! ДА! ГОТОВЫ! КРРР-РРРУШИТЬ!

— Не-а. Я не слышу вас, орки, — я скептически покачал головой.

И на этот раз крики были уже такими, что в лесу с деревьев полетели листья, а где-то даже повалилась сосна. С вулкана вниз просыпались камушки, а на горизонте вспорхнула в небеса перепуганная стая журавлей.

Сам я при этом чуть не оглох от бешеных криков моей орды, ор и похрюк теперь стояли такие, что меня чуть не сбило звуковой волной с дракона.

— ДА! ГОТОВЫ! ГОТОВЫ! ВЕДИ НАС, ГЕРОЙ! ВЕДИ НАС! МЫ — ТВОИ!

Застучали боевые барабаны, засвистели костяные свирели, лес завибрировал от адской музыки войны.

Вот теперь точно ВСЁ. Парни прогреты, парни готовы.

Командиры назначены, орки уже заранее поделены мною на дивизии, по племенному принципу. У меня чуть меньше ста тысяч парней, и каждый из них готов умирать и убивать.

Обозы тоже собраны. До столицы нам топать пару недель бодрым маршем, но я был уверен, что с таким боевым настроем мы дойдем раньше.

— ВПЕРЁД! — провозгласил я.

И зеленая орда тронулась.

* * *

Проблемы возникли только на третьи сутки похода, когда моя могучая армия чуть не утонула в болотах. Мы перли на столицу кратчайшим путем, при этом орки-проводники заверили меня, что болота проходимы. Но проходимы они оказались для пеших орков, а не для наших обозов, груженых провизией и оружием для махача. И прежде чем я осознал этот факт — мы потеряли десятка два волков и вдвое меньше орков, жадное болото просто всосало несчастных.

Я обругал проводников и пустил армию в обход болот.

Через неделю похода от моей армии уже разило так, что они могли бы убить врага одним своим ароматом, ибо я не давал оркам даже времени на помывку. Это тоже было косяком, уже с моей стороны. Так и до эпидемии недалеко. Поэтому мне пришлось увеличить время привалов, чтобы орки могли блюсти гигиену, а еще лучше высыпаться. Ибо одного бойца я уже потерял из-за недосыпа, бедняга-орк из Племени Озерных заснул на своем волке и насадился горлом на острую ветку.

Это замедлило нас еще больше. Но по крайней мере, враг пока что бездействовал, на нас никто не нападал. И это было разумно, у меня с собой было одиннадцать драконов, гигантского Снежка я тоже призвал из Амротс-форта и взял с собой. Так что любую атаку на марше я наверняка с легкостью отобью, как искренне я надеялся. А еще больше я надеялся на то, что у людей в столице без императора начались безвластие и анархия.

Так что вполне возможно, что когда моя орда допёхает до города — то никакой битвы даже и не будет. Дезориентированный город просто падет к моим ногам, как перезрелое яблоко.

На одиннадцатый день похода мы достигли поселения ящеров, которое тут же было разграблено. Ящеров в этой деревне осталось штук тридцать, остальные бежали в столицу под охрану людей, где их вероятно тут же мобилизовали в армию зверолюдов, сторожившую городские стены.

Я печально наблюдал, как мои орки грабят дома ящеров и грузят на волков урожай и имущество селян. Насиловать и убивать ящеров я запретил, но запретить оркам грабить — это было бы уже чересчур. Этак недолго и боевого духа лишится.

Впрочем, маленькое поселение было разграблено меньше чем, за час. После этого я поделил всю добычу между вождями, чтобы не было свар, оставил ящерам еды и двинулся дальше. Да-да, мне пришлось оставить несчастным селянам даже больше жратвы, чем орки у них наворовали. Это было глупо и нелогично, но только не для орков. Ибо орки испытывали от грабежа истинный экстаз. Для них был важен сам процесс, а не результат.

Страшно было думать, что будет, когда моя орда войдет в столицу. Вот почему я все еще рассчитывал, что нанесу первый сокрушительный удар по городу, а потом люди пойдут на переговоры. Так будет лучше для всех. И у меня совесть будет спокойнее, и люди выживут.

Если же мои орки войдут в столицу… Тут остановить их от грабежей и насилия не смогу даже я, даже если буду громогласно хрюкать.

На двенадцатый день пути я сверился с картой и понял, что до столицы осталось трое суток пути. Но именно в этот день и начались настоящие проблемы.

Был глухой час ночи, и мы сделали остановку на привал, когда в мой шатер просунул голову дракончик Храбрец:

— Герой!

— А… — я стремительно проснулся и тут же схватился за копье.

Я теперь спал с копьем и одетым, ситуация требовала.

— Там что-то на горизонте, — доложил Храбрец, — Летит со стороны столицы.

— Да что летит-то? Драконы?

— Не уверен.

Храбрец выглядел растерянным.

— Ладно, разберемся.

Я растолкал Краснопуза, вскочил на него и взмыл в небеса над Подстоличными лесами, в которых мы и остановились.

Ночь выдалась ясной, в свете двух лун этого мира и ярких звезд я узрел, что со стороны столицы и правда что-то движется. Какие-то черные точки, штук пятьдесят…

Нет, точно не драконы. Точки увеличились, и я увидел, что это некие бочкообразные черные объекты. Без крыльев. И летят они медленнее драконов, да и летят по слишком прямому курсу, драконы так не перемещаются.

— Лети, проверь, — приказал я Храбрецу, парившему рядом со мной.

Храбрец был самым мелким и юным из моих драконов, так что его, если что, потерять не так жалко. Кроме того, он самый быстрый и верткий после Краснопуза, так что наверняка сможет уйти от этих летучих бочонков, если они и правда представляют опасность.

Сам я остался в воздухе, и всех остальных драконов тоже поднял по тревоге. Тревога была поднята и в лагере на земле, что вызвало крайнее неудовольствие орков — парни улеглись отдыхать всего пару часов назад.

Бочонки тем временем неумолимо приближались, теперь я убедился, что их и правда около полусотни. Форма у них была вытянутая… Никак дирижабли? А откуда у местных средневековых людей, собственно, дирижабли?

Явно какая-то технология расы сероногих, которую император, видимо, хранил в тайне до особого случая. И вот особый случай в моем лице настал.

Знать бы еще, чем эти дирижабли вооружены…

Но долго мне ломать голову над этим не пришлось, как только Храбрец сблизился с одним из дирижаблей — из того вылетела навстречу верному дракончику ракета.

— Нет! Назад, дурак! — заорал я.

Но это было бесполезно и чисто не нервах. Храбрец был далеко, он меня не слышал. Да и его уже было поздно предупреждать об опасности…

Ракета ударила Храбреца в пузо, разорвав дракончика пополам. В воздухе метнулся темный фонтанчик крови на фоне взрыва. Голова и хвост Храбреца по отдельности рухнули в леса.

Покойся с миром, дракон! Ты не зря носил имя Храбреца. Жил без страха и умер без страха.

Я резко спикировал вниз к лагерю и выкрикнул мой приказ уже суетившимся у шатров вождям:

— Рассредоточиться! Прячьтесь!

— ГЕРРОЙ, МЫ БУДЕМ СРАЖАТЬСЯ!

— Ну уж нет. Я сказал: рассредоточиться!

Против этих поганых дирижаблей моя наземная орда полностью бесполезна. Моих парней просто перестреляют ракетами, как фигурки в тире. Нет, орков точно надо поберечь. Тут вся надежда только на драконов.

— В атаку! — скомандовал я моим драконам.

И сам ринулся вперед первым, на Краснопузе.

— Осторожнее, — посоветовал я моему личному питомцу, — Заходи на них сверху. И скорость не снижай.

Я уже понял, что дракон быстрее дирижабля, на это и была единственная надежда.

Дирижабли неумолимо приближались, в лицо мне дул ночной холодный ветер. Я теперь видел, что под каждым дирижаблем болтается кабина с пушками. Видимо, оттуда и летят ракеты. И тот, кто этим дирижаблем управляет, тоже явно сидит там.

Через секунду мои догадки подтвердились. Мои драконы рассредоточились, заходя в атаку, а дирижабли разом выпустили десятки ракет.

Синей самке, освобожденной в Амортс-форте, ракета угодила в пасть, грянувший взрыв оторвал ей голову.

Твою мать!

У меня становилось все меньше и меньше драконов… Я напрягся и затаил дыхание, но ни одна другая ракета в цель не попала. Ракеты просто ухнули куда-то в лес, гораздо дальше того места, где стояла моя орда.

Значит, не самонаводящиеся. Уже что-то.

Дирижабли теперь совсем приблизились, я первым ворвался в их строй, летя сотней метров выше этих чудо-бочонков.

— Огонь!

Краснопуз дыхнул напалмом, пламя оросило серебристый цилиндр дирижабля. Я помнил, что дирижабли моего родного мира взрывались легко и регулярно. Они были настолько пожароопасны, что на них даже была специальная комната для курения, обитая сталью. А единственная зажигалка на борту дирижабля была прикована в этой комнате для курения цепью. И всех пассажиров, и экипаж обыскивали при входе на дирижабль, чтобы никто не пронес спички. В общем-то из-за крайней пожароопасности от дирижаблей в моем родном мире в конце концов и отказались…

Вот только дирижабли, сделанные по технологии сероногих, оказались совсем другими. Дирижабль выдержал струю напалма. Его серебристая обшивка даже не оплавилась, даже не почернела…

Блин! Блин! Блин!

На меня накатила легкая паника, а в меня уже летела ракета. Один из дирижаблей взял выше, поднявшись до моей высоты, и уже стрелял в меня.

Краснопуз каким-то чудом успел поднырнуть под ракету, которая промчалась над моей головой и ухнула в лес. В лесу тут же грянул взрыв, а потом начался пожар, сосны затрещали, к черным небесам повалил дым…

Тоже не легче. Если упадет еще десяток ракет — мои орки просто задохнутся в горящем лесу.

— Поднырни под него! — приказал я Краснопузу.

— Так у него снизу этот хер торчит… — выругался Краснопуз.

Под «хером» он явно имел в виду пушку, из которой и летели ракеты.

— Давай! — потребовал я.

Краснопуз выполнил мой приказ. В воздухе промчался еще десяток ракет, сзади раздался рёв — одна из них явно убила очередного моего дракона.

А пушка дирижабля теперь смотрела прямо на меня…

— Огонь!

Краснопуз дыхнул, но снова ничего не вышло. Кабина дирижабля даже не оплавилась, она была столь же неуязвима для напалма, как и оболочка несущего цилиндра. Какая-то засада…

Из пушки в меня тем временем уже полетела ракета, Краснопуз резко сбавил высоту, практически нырнув вниз солдатиком. Я чуть не выпал из седла, но зато с ракетой мы разминулись. Я возблагодарил Бога, что выбрал именно Краснопуза в качестве моего личного дракона. Другой дракон от такой лобовой атаки ракетой вряд ли бы ушёл.

Краснопуз набрал высоту, мы теперь оказались у дирижаблей в тылу. Вот только толку от этого было мало. Проклятые махины уже начали поливать лес ракетами, все ближе приближаясь к нашему лагерю. Внизу творился настоящий ад: лес уже пылал в десятках мест одновременно. Похоже, что это пожар сейчас и погубит всю мою орду.

Надо было соображать, причем быстро…

Еще один мой дракон пал, поймав мордой ракету. Итого, у меня уже осталось семеро драконов. Твою мать…

Я заскрипел зубами в бессильном бешенстве.

— Давай к сородичам, — приказал я Краснопузу, — Новый приказ.

Мы, лавируя среди ракет, пролетели мимо всех оставшихся драконов, а я во всю глотку орал им новый приказ:

— Улетайте! Подальше отсюда! Улетайте!

Огромный и тупой Снежок замешкался и чуть не получил ракету в хвост, лишь чудом разминувшись с ней. Остальные драконы оперативно взлетели выше. И дирижабли поспеть за ними никак не могли, в отличие от драконов, эти махины были неповоротливы. Они мало того, что медленно летели, так еще и с трудом регулировали высоту. Вот только мне от этого не легче. Сжечь мою орду они и так могут…

— На таран! — скомандовал я Краснопузу, — Прямо на кабину! Давай!

Мой дракон не стал задавать лишних вопросов, мы поднырнули под тот же ближайший дирижабль, который уже чуть не убил нас ракетой. Его кабина приблизилась, жерло пушки глядело прямо на меня…

Я активировал свой ОРОЧИЙ КУЛАК, а потом, мчась на стремительной скорости, ударил кабину.

БАМ!

Раздался оглушительный металлический звук удара. Оно и неудивительно, к ударам кулака человека, у которого тело раскачано на 11 535 пунктов, жизнь эти дирижабли явно не готовила.

Кабина заскрежетала, а потом отвалилась, раздались крики людей, которыми была эта кабина набита… Когда она столкнулась с землей — весь боезаряд разом сдетонировал, так что внизу грянул взрыв подобный тактическому ядерному.

Краснопуз боднул осиротевшую оболочку дирижабля головой, и та медленно и печально полетела вниз. Управлять этой оболочкой больше было некому.

Кулак у меня болел, на костяшках выступила кровь, но другого выхода я тут не видел.

— Следующий! — скомандовал я Краснопузу.

Мы точно также поднырнули под другой дирижабль, и его кабину я тоже расфигачил кулаком в труху.

УДАР!

НЫРОК!

ЕЩЕ УДАР!

И еще нырок…

Я уничтожил еще десяток дирижаблей, сломав себе при этом палец на руке. И лишь тогда дирижабли осознали, что происходит, и засуетились. Они стали перестраиваться, чтобы направить на меня пушки, но куда уж им… Краснопуз был проворнее этих штуковин раз в сто.

Когда я сломал себе второй палец на руке — боль стала невыносимой. Теперь я бил уже левой рукой.

Нырок! Удар! Хрясь! Бам!

Оболочки одна за другой плавно падали в лес, причем ни одна из них так и не взорвалась. А вот кабины валились, как бомбы, их боезаряды взрывались, так что внизу уже полыхало настоящее адское пламя, за которым я уже не видел леса.

Кулак левой руки у меня уже был весь в крови, на костяшках торчало мясо… А на правой вообще пальцы переломаны. Я теперь взялся за копье…

Оказалось, что копьем разить дирижабли еще удобнее. Я бил проклятые кабины, как комаров.

Наконец в воздухе остался один единственный вражеский дирижабль, руки у меня невыносимо болели, и не только из-за разбитых пальцев, но и от натуги.

Я чуть не валился из седла от усталости.

— Давай!

Я отбил кабину последнего дирижабля, небо теперь стало чистым, зато внизу…

Внизу полыхал такой пожар, что ночь теперь казалась днём.

Мои драконы летали где-то далеко в небесах. Они выполнили мой приказ отступить, и из них больше никто не погиб. А вот что там происходит с моими орками на земле — и подумать страшно. С другой стороны, среди пожара встречались и не затронутые огнем островки, значит, орков можно еще спасти…

— Сюда! — я жестом позвал драконов.

* * *

Через час стало ясно, что моя армия ополовинилась, как минимум. Племя Озерных орков сгинуло почти в полном составе, как и Племя Праматери — самое свирепое, но оно же самое неповоротливое. Южные и Каменистые орки потеряли большую часть своих парней.

Остальные племена по большей части выжили, но лишь потому, что мы разбили лагерь рядом с рекой, где были островки. На них орки и спаслись от пожара, и именно там я их и обнаружил, когда битва закончилась. А вот обозы с провиантом и запасами оружия были потеряны полностью, как и большая часть волков.

Люди нас, конечно, не разгромили, но потрепали знатно. По самым оптимистичным прикидкам у меня осталось тысяч пятьдесят боеспособных орков. Еще тысяч пять полегли ранеными, их обожгло пожаром, так что путь они продолжать не могли. Мне пришлось оставить их в лесах, выделив им еще сотню парней, чтобы караулили раненых и ухаживали за ними.

А весь следующий день я потратил на то, чтобы эвакуировать драконами мою армию с островков на участок леса, не затронутый пожаром, ближе к столице. И если бы враг налетел на нас с драконами во время этой эвакуации — нам бы пришёл конец.

Но драконьих налетов не было. То ли люди берегли драконов для обороны столицы, то ли считали, что из моей армии никто не выжил, то ли были просто деморализованы после потери всех своих дирижаблей.

Провианта у меня больше не было, так что я решил двигаться вперед усиленным маршем, ибо у орков оставалось запасов еды всего на сутки. Но дойти за сутки до столицы было можно, если урезать привалы. Впрочем, тут главное не переборщить с рвением. Надо дать парням отдых, но не более положенного, чтобы они чисто восстановили свои силы для боя и пришли к городу свежими.

Что до меня, то мои израненные в битве с дирижаблями руки быстро заживали. Поломанные пальцы срослись той же ночью. Хоть и криво, но орудовать мечом и копьем я мог.

Человеческую столицу мы увидели на горизонте через два дня. Я приказал разбить лагерь, пустил драконов караулить нас, а еще парочку послал на разведку.

Сказать по правде, я смертельно устал, я почти не спал последние двое суток, так что был намерен отдохнуть перед штурмом любой ценой.

Глава 20

Дневная битва была тяжкой и суровой, но в основном по той причине, что мне так толком и не дали отдохнуть.

На наш лагерь, разбитый в полудне пути от столицы, на этот раз напали без всяких затей — просто сотней драконов. Всадники были перепуганы, а драконы врага были перепуганы еще больше. Люди уже знали о моей мощи, а драконы её просто чуяли и ощущали интуитивно.

В результате краткого, но интенсивного боя я не понес потерь, а вот одиннадцать вражеских драконов сдохли. Одного мой Краснопуз просто загрыз, еще одного разорвал Снежок. Еще девять всадников предпочли просто убить своих драконов, пока я не захватил их и не освободил. Люди теперь знали, что я из себя представляю, так что, видимо, получили чёткие инструкции на мой счет. Теперь, когда ситуация становилась безвыходной для моих противников — они просто дергали гвозди из голов крылатых ящеров и убивали их, сами погибая вместе с ними.

Именно таким манером и погибли девять вражеских драконов, когда я уже был готов прыгануть на них и даровать им свободу.

Остальные несколько десятков врагов просто ретировались в сторону столицы, как только пали их товарищи. Так что это можно было бы назвать сокрушительной победой над людьми, но у меня во рту от этой победы остался аромат пепла и горечи.

Ибо я не увеличил количество моих драконов по итогам этого сражения. Хоть и убедился теперь окончательно, что человеческие драконьи всадники больше противостоять мне не могут. Два самых крутых драконовода этого мира были мертвы: и император, и Ода-Чу, бывший наездник Краснопуза. Так что теперь я стал драконьим всадником, не знающим себе равных. Вот только насколько мне это поможет при штурме столицы — хороший вопрос.

Я всё больше нервничал, моя тревога росла. Косяк был еще и в том, что ни за этот воздушный бой, ни за сражение с дирижаблями я больше не получил ни уровня, ни очков характеристик. Система молчала, казалось, что она про меня вообще забыла.

Может это потому, что моя миссия подходит к концу? Или я достиг положенных мне системой пределов кача? Или система решила, что убив императора, я уже выполнил мою миссию, и теперь меня можно не качать?

Вопросов было много, а ответов — ни одного. Только одни догадки.

Радовало одно: я убедился, что я самый быстрый и сильный драконий всадник, и людишки теперь мне противостоять не могут. А еще я захватил пленника — один из мужиков, убивший своего дракона прямо в полете, упал с огромной высоты и переломал себе ноги, но выжил.

Я приказал оказать этому всаднику медицинскую помощь, насколько орки умели её оказывать, а потом притащить несчастного ко мне в командирский шатер.

Захваченный драконовод был бледен, обе его ноги были сломаны. Орки замотали их корой, изготовив нечто вроде лубков, но это слабо помогало. Ему дали обезболивающие травы, но мужик выглядел откровенно паршиво. Ходить он не мог, так что его мне принесли двое орков.

— Я ничего не скажу, — хмуро произнес пленник, увидев меня.

— Ну не говори, — я пожал плечами, — Ты видел, как я расколошматил вас в воздухе сегодня. И ты наверняка знаешь, что ваши дирижабли я тоже уничтожил.

— Ложь! — вознегодовал пленник, — У нас в городе еще полно дирижаблей!

— Ага. Будь это так — эти дирижабли бы меня уже бомбили, прямо сейчас, не дожидаясь, пока я обрушу мою орду на город, — усомнился я, — Но вместо дирижаблей вы посылаете против меня драконов. Нет у вас никаких дирижаблей. Кончились!

Мужик не нашелся, что на это ответить, и промолчал. И его молчание было красноречивее всяких слов. Значит, дирижаблей у врагов и правда больше нет.

— Я ничего не скажу, — снова прохрипел пленник, — Можешь меня пытать, убить, мне всё равно… Я не стану тебе помогать. У меня в городе жена и ребёнок.

— Тогда говорить — в твоих интересах, — объяснил я, — Видишь ли, я собирался произносить слова, а не лить кровь, но вы, похоже, не намерены вести переговоры. Когда я летал сегодня к городу — меня попытались сбить из копьеметалки.

Последнее было правдой. Копьеметалка была у йети, стороживших городские стены, и они меня тут же обстреляли, хотя я держал в руке белый флаг, показывая, что прибыл с мирными целями. Понятное дело, что йети слишком тупые, вряд ли они знали, что означает белый флаг. Но на стенах города стояли маги, и они, вместо того, чтобы остановить йети от метания копий, начали сами швырять в меня файрболлы.

— Переговоры — вот единственный шанс остановить мою орду, — продолжил я, — А вы не хотите говорить, сами не хотите себя спасти, сами копаете себе могилу.

— Переговоров не будет, — отрезал пленник, — Приказ императора. Однозначный. Никаких переговоров с тобой.

— Император мертв.

— Знаю, — кивнул пленный, — Но он оставил нам завещание. И запретил вести с тобой какие-либо переговоры.

— Ага. Только вот сам император со мной переговоры вёл…

— Его величеству виднее! — вознегодовал пленник, — Он всё продумал. И его смерть ничего не меняет. Тебе не победить!

— А давай без лозунгов, — поморщился я, — Кто вообще сейчас управляет городом?

— Совет сыновей императора, — на этот вопрос пленник соизволил ответить, — Из восьми человек. И ни один из них не будет с тобой говорить. Так что сдавайся, уходи, иди на штурм и умирай, делай, что хочешь, но говорить с тобой не будут. Дети императора не нарушат наказа своего отца.

— Ну и дураки.

Я приказал унести пленного прочь с глаз моих. Пытать я его не стал, просто не было смысла. Я и так все видел своими глазами, когда летал сегодня к городу на переговоры. И то что я увидел — мне очень не понравилось.

После беседы с этим парнем я приказал моей орде готовиться. Штурм с каждой минутой становился все неизбежнее. Это будет кровавая бойня, но другого варианта люди мне не оставили.

Ближе к вечеру вернулся мой отряд разведчиков, эту дюжину орков я еще вчера ночью выслал вперед, чтобы они аккуратно разведали настроения зверорас, собравшихся защищать хозяев-людей у стен столицы.

Орки вернулись не одни, они привели с собой аж пятерых Кровавых орков, пожелавших перейти на мою сторону. Вот это уже было совсем кисло. Я ждал много большего.

— Прости, герой! — без обиняков прорычал командир разведчиков, — Мы дошли до столицы, и мы смешались с Кровавыми, как ты и велел. Но нас вскоре разоблачили, и никто не захотел нас слушать. Никто из зверорас не перейдет на твою сторону! Они слишком трусливы, им легче умереть за людишек, чем восстать. А Кровавые орки просто подкуплены. И пьяны. Так что с нами согласились пойти лишь пятеро этих храбрецов. Да и то, мы их увели лишь потому, что командиры Кровавых перепились браги!

— А гоблины? А йети? А великаны?

— С гоблинами мы поговорить не смогли, они слишком боятся орков, — покачал головой разведчик, — А языков великанов и йети мы не знаем. Они даже на человеческом не говорят.

Мой разведчик человеческий язык знал, потому я и отправил его агитировать зверенышей переходить на мою сторону. И я честно рассчитывал, что он приведет мне хотя бы тысячу защитников городских стен, если вообще не поднимет в их лагере полноценное восстание. Но он вернулся лишь с пятью парнями из Кровавых орков. Больше храбрости ни у кого из зверенышей, поставленных защищать столицу, не нашлось.

Впрочем, может оно и к лучшему. Зверенышей у стен столицы около миллиона, но по факту это просто перепуганная толпа мобилизованных рабов. Они сами не знают, за что воюют. Главное разобраться с йети, великанами и Кровавыми орками, и остальные побегут, я был уверен в этом. Тем более что Кровавые орки уже перепились. Дисциплины в этой армии рабов не было, как и боевого духа. Там даже офицеров-людей не было, все люди спрятались за стенами города.

— Ладно, ты отлично справился, — подбодрил я разведчика, а Кровавым оркам, изъявившим желание присоединиться ко мне, я сказал, — Спасибо, друзья! Вы спасли честь своего племени. Надеюсь, вы не посрамите её и в грядущем бою.

В принципе у меня всё было готово для наступления. Осталось лишь дождаться ночи, ибо в темноте у меня будет преимущество в воздушном бою. Я летаю на драконе гораздо быстрее любого вражеского наездника, а ночью попасть по мне напалмом будет еще сложнее.

* * *

Солнце еще садилось за горизонт, а я уже выслал свою орду вперед.

Орки были голодными, жратва совсем закончилась еще утром. Зато вместе с ней закончилась и брага, так что по крайней мере мои бойцы будут трезвыми. А еще злыми с голодухи.

— Завтракать будем в императорском дворце, — пообещал я парням, — Из золотой посуды императора. Это как максимум. А как минимум — будем там же обедать.

Про ужин я ничего не сказал. Я планировал, что битва займет меньше суток, если она растянется надольше — то мои орки просто обмякнут от усталости и падут, а мне такого не надо. Я всё еще рассчитывал нанести смертоносный первый удар, после которого людишки будут умолять меня о переговорах.

Когда моя орда под командованием вождей ушла — в лагере остался только я, мой ящер Штром, которого я усадил на дракона Снежка, да еще семеро моих драконов. Ну и горы мусора, оставленные орками. Лес, где мы стояли, был загажен хуже любой пригородной лесополосы. Банок и бутылок после орков не оставалось, зато моя орда засрала всё прогорелыми кострищами, дерьмом — орочьим и волчьим, а еще обглоданными костями.

Еще в лагере остались трое орков, которые съели что-то не то и теперь страдали поносом, их я определил сторожить пленника-драконовода со сломанными ногами.

Оставшись почти один в Подстоличном лесу, я ощутил странное чувство пустоты. Я прождал еще пару часов — пока совсем не стемнеет, и пока орда по моим расчетам не достигнет городских стен.

В лесу наступили сумерки, а потом и вовсе стемнело. Где-то далеко заухала сова, а потом со стороны города раздались оглушительные крики — будто там начинался фестиваль или рок-концерт.

Ну всё. Пора.

— Вперёд! — скомандовал я драконам, вскакивая на Краснопуза.

Все нужные приказы мои драконы получили, я не планировал их распылять в этом бою, наоборот — по моему плану мы будем воевать звеном. Семь моих драконов сформируют летящий карающий меч, а я на Краснопузе буду его острием.

Краснопуз поднялся в воздух, остальные драконы полетели по бокам от меня. На фланги я поставил Снежка и еще одного дракона, которого назвал Гигантом, эти мои питомцы были самыми большими. Я рассчитывал, что они в случае интенсивной контратаки сыграют роль живых щитов и прикроют меня своими могучими тушами.

Краснопуз занял нужную высоту, и мы рванули вперед, прямо к столице, где горели городские огни. Впрочем, огни уже гасли один за другим, город погружался во тьму… Это видеть было странно, будто в столице вдруг пошли веерные отключения света. Хотя никакого электричества там не было.

Может орки уже проломили стены без меня и взяли город? Но это были, конечно же, глупые мечты. Уже через миг я догадался, что происходит. Правители города поняли, что начался штурм, и решили погрузить поле боя во тьму. Чтобы моих драконов было лучше видно с земли, и чтобы в меня летели стрелы, копья и арбалетные болты, а я бы сам не видел, откуда в меня стреляют.

В принципе умно. Неплохо придумано.

Я мчался к столице, а крики становились все громче. Я летел довольно высоко, но несмотря на это стоявшие внизу ор, похрюк, рычание и визги достигали моих ушей.

У стен столицы мелькали огни — это метали файрболлы маги на стенах, а еще кто-то из зверенышей размахивал факелами. А вокруг этих огней колебалась громадная черная масса, уходящая за горизонт — под стенами города шёл бой, миллионы верных людям зверенышей бились с моими орками.

Я убедился, что стены еще не пали, более того, мои орки до них так и не дошли…

— Ниже! — скомандовал я.

Краснопуз нырнул ниже, остальные драконы последовали за ним. Теперь мы летели над огромным черным морем тел внизу, где насмерть махались враги и мои орки.

Мимо меня промчалось копье из копьеметалки, явно пущенное наугад… Я летел достаточно быстро, а вокруг было так темно, что прицельно атаковать меня точно никто не мог. Вот только стоит моему дракону хоть раз дыхнуть напалмом — меня сразу заметят. В том и состоит план людей: дождаться, пока я себя демаскирую, а потом атаковать меня всеми наличными силами.

Но с другой стороны: вечно скрываться под покровом тьмы я не мог. Нахрена вообще нужен дракон, если не дышать напалмом?

Я пролетел над моими орками, рубившими врага — своих парней я узнавал даже в темноте, по их громовым похрюкам. Орки явно схлестнулись со своими сородичами-предателями из племени Кровавых…

А слева толкались великаны, они уже рвались к моим оркам, топча крысолюдов, которые уже потихоньку начали разбегаться, хотя до них еще даже не докатилась битва.

Я спикировал прямо над великанами, которые и представляли тут самую грозную силу…

— Огонь! По площади!

Краснопуз дыхнул, одновременно с остальными моими драконами, передавшими приказ по цепи.

А вот теперь вокруг стало буквально жарко, а ночь наконец озарилась ярким светом, даже слишком ярким, напалм вспыхнул так, что у меня заслезились глаза.

Раздался оглушительный рёв, перекрывший все остальные звуки, это вспыхнула разом тысяча великанов, даже их стальные дубины плавились от жара, а у самых великанов горела их жирная толстая шерсть…

Мои драконы продолжали низко лететь прямо на городские стены, уничтожая напалмом всё, что было под нами.

Подняв голову, я вгляделся вдаль и осознал, что я верно разгадал план людей. Вражеские драконы меня заметили и теперь уже взлетали — сначала пара десятков, потом сотня, потом еще сотня, и еще…

Вот блин. Я понял, что я ошибся. Или меня ввели в заблуждение. Драконов в городе все еще оставалось не меньше тысячи, и теперь все они рвались в бой только с одной целью — подавить и уничтожить меня.

О том, чтобы и дальше жечь зверенышей у стен, теперь не могло быть и речи. Кто-то из вражеских драконов при таких раскладах точно зайдет мне в тыл и собьет меня.

Впрочем, на этот случай у меня имелся план «Б».

— Все ко дворцу! — скомандовал я, — Быстро!

Скала Лейр, где стояли императорский дворец, тонула во тьме, но я примерно помнил её местоположение.

— Выше!

Мы набрали высоту и промчались над городскими стенами, снизу в нас тут же полетели стрелы, дротики и копья, но мы были слишком высоко. Маги на стенах продолжали работать по моим оркам, из них ни один не попытался меня атаковать. Значит, ублюдки теперь в курсе, что я неуязвим для магии.

Однако вражеские драконы уже перли на меня — всеми своими сотнями разом. Ближайшие из них уже задышали огнем…

— Вперёд! Не останавливаться, ни при каких обстоятельствах!

— Не остановлюсь, даже если буду гореть! — заверил меня Краснопуз.

Через мгновение мы сблизились с противником прямо над кварталом, где располагался рынок рабов. И вот тут-то и начался настоящий ад.

Теперь жар в воздухе стоял такой, что я ощущал себя как в растопленной парилке. Ни черного неба, ни звезд, ни лун больше не было видно, небо теперь стало оранжевым и напалмовым. А город был освещен так хорошо, будто над ним взорвали разом десяток ядерных бомб.

Внизу мне открылась апокалиптическая картина: пустые улицы, залитые отсветами напалма, и лишь на перекрестках суетилась стража с требушетами и копьеметалками, впрочем, я всё равно летел слишком высоко, вне зоны их досягаемости.

А вот в предгорьях возле дворца стражников стояло несколько тысяч… Ну и плевать. Они на земле, я в воздухе. Им меня не достать. Зато над дворцом кружила еще сотня драконов, концентрация драконов в воздухе тут была такой, что они напоминали стайку вечерних комаров или плодовых мушек, парящих над гнилой картофелиной.

Мои драконы тем временем начали погибать один за другим — Снежок уже пылал, он всегда был самым неповоротливым, несмотря на свои размеры. Сидевший на его спине ящер Штром упал вниз, когда сгорели державшие его ремни безопасности. Дракону Гиганту попал в голову копьем вражеский драконий всадник. Драконы, которых я назвал Батяней и Петровичем, уже горели и теряли высоту. Дракониха по имени Синева вообще была разорвана на куски, на неё набросилось разом штук двадцать вражеских зверюг, и её растерзали прямо в воздухе.

Но меня никто достать не мог. Я был слишком быстр для них.

Я ворвался в толпу драконов над императорским дворцом. Один из них тут же пал, сраженный шипастым хвостом Краснопуза, еще парочку Краснопуз пожег своим дыханием.

Краснопуз солдатиком нырнул вниз, прямо на мраморные строения дворца, которые теперь было видно хорошо, как днём. Вокруг нас метались напалмовые струи, но меня ни одна не задела, разве что Краснопузу опалили щеку.

Однако нечто вдруг подхватило моего дракона снизу и потащило обратно наверх, как пробку из шампанского.

ЭТА ЛОКАЦИЯ ЗАЧАРОВАНА.

ДОСТУП ЗАПРЕЩЕН.

Ага. Как бы не так.

Я активировал свой ОРОЧИЙ КУЛАК, а потом ударил им в воздух, по невидимому системному барьеру, навешанному императором. Именно этот барьер и не давал мне сблизиться с дворцом.

— Вниз! — приказал я Краснопузу.

Драконы врагов уже тоже снижались, пыхая пламенем и мешая друг дружке — каждый из них пытался добраться до меня первым. Каждый из всадников хотел стать героем, сразив меня. Но я им такого удовольствия не доставлю, пусть даже не надеются.

— Не пускает! — взревел Краснопуз.

— Давай! Сейчас пустит!

Я снова замахал кулаком по невидимому системному барьеру, потом начал тыкать его копьем.

ЭТА ЛОКАЦИЯ ЗАЧА

ЗА ЧА ЧА ЧА ЧА ЧА

ЧА ЧА ЧА ЧА ЧА ЧА

ЧА ЧА

Всё. Сработало. Я продавил чары императора. Мой сверхвысокий уровень и моя суперраскачанная тушка сделали свое дело.

Краснопуз пробил головой потолок императорского дворца, и тот обрушился вниз, Послышались бешеные крики. Обрушившийся потолок придавил разом полсотни стражников…

Мы влетели на мраморную лестницу. Перед нами метнулся парень с мечом в золотых доспехах. Вот это явно один из императорских сынков, которые теперь управляют городом. Я мог бы предложить ему переговоры, но в этом теперь, когда я был внутри дворца, уже не было нужды, так что Краснопуз просто откусил ему голову.

Дети императора явно были слабее самого вождя человеческой расы.

Сверху во дворец за нами никто не влетел, остальным драконоводам путь сюда был закрыт, их силенок не хватало, чтобы продавить системную защиту.

Найдя нужный этаж, я атаковал двери императорского кабинета, Краснопуз снёс их просто одним могучим ударом хвоста.

Но кабинет оказался пуст. А мне тем временем нужен последний хранитель, я за ним сюда и прилетел. И быть он может, где угодно, может быть он даже и не во дворце вообще.

Сзади уже набегала стража, Краснопуз обратил десяток мужиков в пепел даже без моей команды.

— Давай аккуратнее, — потребовал я, — Следующего бери живым. Мне надо кого-нибудь допросить. Я ищу одного кошака.

Но искать мне долго не пришлось. Нужного мне коточеловека я обнаружил на следующем лестничном пролете, когда мы спустились еще ниже. Благо, по лестницам мой Краснопуз бегал быстро, не так быстро, как летал, конечно, но мог дать фору любому человеку.

Василид О-Барсис, бывший лакей императора, истошно орал и звал на помощь:

— Спасите!

— Помочь некому, друг, — бросил я ему.

— Нет, ты не понимаешь! — кошак завизжал так, будто его тащили к ветеринару, — Не убивай меня! Убьешь меня — тебе тоже конец…

Может быть он, кстати, и прав. Я же Первообраз человека, так что неизвестно, что будет, когда я убью всех хранителей и изгоню из мира систему и сам образ людей.

Но я уже зашел слишком далеко.

— Прости, котик.

Краснопуз одним глотком вырвал Василиду сердце, мертвый кошак кубарем покатился вниз по лестнице, оставляя за собой кровавый след.

ХРАНИТЕЛЬ УНИЧТОЖЕН!

Получен новый уровень

Исполнение воли мира: 7 / 8

И всё что ли? Я ждал новых системных сообщений, но их не было. А на меня тем временем бежала еще сотня стражников, половина сверху, а половина — снизу по лестнице. И эти стражники явно не испарились из мира, да и менее агрессивными не стали. Надо бы проверить их силы.

Я решительно спешился с дракона на мраморный пол.

— Эй… — засомневался в моих действиях Краснопуз.

— Спокойно. Отдохни пока. Стражников не трогать.

Ибо я собирался сам потрогать стражников. Я бросился вниз по лестнице, раскручивая в руках копье. Стража нерешительно приближалась, обнажив мечи…

Удар!

Я убил двоих одним тычком копья, просто наколол на копье их сердца. Потом стал действовать нежнее — раскрутив копье в руках на манер китайского мастера, я просто скинул с лестницы еще пяток стражников, потом попёр на врагов, вяло отмахиваясь от их ударов. Удары врагов были совсем слабенькие, что комариные укусы.

Я крутанулся на месте, раскидав копьем еще десяток человек. Остальные стражники замерли, не решаясь больше атаковать, и те, что спускались сверху, тоже остановились, даже не дойдя до лестничного пролёта, где был запаркован мой Краснопуз.

Интересно…

Я еще крутанул копьем, на этот раз никого не задев, но стражников от такого чуть инфаркт не хватил. Они начали пятиться. Мужество их как будто оставило, как и все их силы.

Я рванулся вперёд, схватил ближайшего стражника за горло и оторвал его от пола.

— Статус покажи!

— Ххххррр… — захрипел стражник.

— Не «хххррр», а показывай статус! — потребовал я.

Стражник пробормотал нечто членораздельное.

— Или покажешь мне статус, или покажешь мне, что ты ел вчера на ужин.

Я достал кинжал и приставил стражнику к пузу, намереваясь выпустить парню кишки и продолжая другой рукой держать стражника за горло.

— Статус! — взмолился стражник.

Стата повисла у него над головой. Мда…

Все характеристики красные, все повреждены, все не больше десятка пунктов. И это дворцовая стража, элита империи людей!

Остальные стражники тоже в ужасе уставились на стату над башкой парня, повисшую в воздухе, как приговор.

— Статус, — пробормотал кто-то из соратников бедняги.

— Статус! Статус! Статус!

Мраморные залы дворца огласились криками стражников, срочно желавших узреть свой новый статус. И у всех них ситуация была не лучше, чем у несчастного, которого я держал за горло.

Их статы, как по волшебству, превратились даже не в тыкву, а в натуральное дерьмо. Каждый из парней теперь не сильнее орка, а возможно их бы сейчас даже гоблин в битве один на один заковырял…

Интересно, как там себя чувствуют драконоводы в небесах? По идее они тоже теперь ослабли, если вообще не попадали со своих драконов. В общем, с системными силами людей теперь покончено. Твердо и четко. Вот только какого хрена у меня тогда исполнение воли мира все еще 7 из 8? Или я чего-то не доделал? Мне нужно теперь убить себя, чтобы люди окончательно лишились системы? Или убить магичку Сев, которую череп Аменахина отметил странным знаком?

А впрочем плевать. И так сойдет. Война явно выиграна. Мною.

Я разжал пальцы, отпустив горло бедняги, и стражник тут же покатился вниз по ступенькам. Потом послышался звон — это остальные бросали мечи и поднимали руки.

— Мы сдаемся на вашу милость, Виктор!

— Умницы, — кивнул я, — Давайте мне всех сыновей императора. Одного мой дракон сожрал, но тут где-то должны быть остальные. Ведите их ко мне. Вреда им не причиню. Буду принимать капитуляцию.

Стражники тут же засуетились, а я потребовал у системы список хранителей. И система не преминула мне его выдать.

ХРАНИТЕЛИ:

ЛЮДИ: АМЕНАХИН

ОРКИ: ЗФФГРЗРБН

ГНОМЫ: ВЕРНАРИХОТТРУВЕТРЛАНА

ДРАКОНЫ: ШИНН ФЕЙН

ЭЛЬФЫ: ЭЛЕБЕРЕТ КОЙН

ТЕНЕПЛЁТЫ: ЗУШ ШТУКА

КОТОЛЮДИ: О-БАРСИС ВАСИЛИД

СЕРОНОГИЕ: Т-1024

Ну. Всё правильно. Все хранители приказали долго жить. Все помечены красным. Никто из тех, кто участвовал в ритуале призыва людей триста лет назад, не выжил.

По идее я выполнил мою миссию, но система людей полностью почему-то не оставила. Может мне теперь надо отключить от системы себя самого? Вот этого мне делать совсем не хотелось. Что же это будет за победа, если я лишу себя сам системных сил?

Кто тогда будет править этим новым миром? Орки что ли? Я бы честно не хотел жить в мире, где правят орки, такого даже врагам не пожелаешь. Да орки и сами не хотели бы править, им это нафиг не нужно.

Хм…

— Покажи прогресс исполнения воли мира, — приказал я системе.

Стражники все еще суетились, разыскивая мне детей императора, а система выдала мне мой прогресс.

ДЛЯ УСТРАНЕНИЯ ПЕРВООБРАЗА ЛЮДЕЙ ИЗ МИРА:

1. ХРАНИТЕЛЬ ОТ ЛЮДЕЙ ЗАПУСКАЕТ ПРОЦЕДУРУ ОТМЕНЫ, ЛИШАЯ ЛЮДЕЙ СПОСОБНОСТИ РАЗМНОЖАТЬСЯ — СДЕЛАНО✅

2. В МИР ПРИЗЫВАЕТСЯ ИСПОЛНЯЮЩИЙ ВОЛЮ — СДЕЛАНО✅

3. ВСЕ ВОСЕМЬ ХРАНИТЕЛЕЙ РИТУАЛЬНО УНИЧТОЖАЮТСЯ — СДЕЛАНО✅

4. ПОСЛЕДНИМ УНИЧТОЖАЕТСЯ ПЕРВООБРАЗ ЧЕЛОВЕКА, ПОСЛЕ ЧЕГО ЛЮДИ ПЕРЕСТАЮТ СУЩЕСТВОВАТЬ — В ПРОЦЕССЕ

Ясно. Понятно.

Как там говорил мне череп Аменахина? «Закрой за собой дверь и выключи свет»? Похоже, что мне теперь только это и осталось. Чтобы завершить квест, я должен убить себя. Тогда людей вообще лишат системы, а может даже и сотрут из мира.

Вот только зачем мне это? Награда у этого квеста так себе, откровенно скажем. А победу я и так одержал. Я спокойно могу оставить людям их жалкие остатки системы, с такими хилыми статами они ни мне, ни даже зверорасам больше не угрожают.

Так что я могу начинать строить мой новый прекрасный мир, где все будут жить в покое и счастье, даже не добивая этот идиотский суициальный квест. При этом сам я дальше качаться вероятно также не смогу, я достиг предельного уровня, так что уже несколько дней не получал почти никаких наград.

Но и это не беда. Меня в принципе все устраивает. Устраивает же?

— Статус, — потребовал я.

Имя: Виктор

Отчество: Олегович

Фамилия: Татарский

Титул: Исполняющий волю мира

Преемник Первочеловека

Освободитель Драконов

Варбосс орков: боевой хрюк

Ваши речи ныне воодушевляют орков на победу

Исполнение воли мира: ⅞

Сверхспособность:

ОРОЧИЙ КУЛАК

СИЯЮЩИЙ ОСЛЕПИТЕЛЬНЫЙ КЛИНОК

ЯДОВИТЫЙ ПАУЧИЙ УДАР

Уровень: 151

Навыки:

Получение опыта от убийства

Отрицание лингвистического барьера

Божественный Копьеносец

Мастерство: 251

Драконий всадник

Лицензия категории A: водитель грузовых и пассажирских драконов

Лицензия категории B: водитель боевых драконов

Лицензия категории C: профессиональный мастер драконации

Лицензия категории D: универсальная для всех типов драконов

Мастерство: 610/100

Волчий наездник

Мастерство: 15/100

Призыв тотемного оружия огров

Мастерство: 0/100

Броня

Мастерство: 8/100

Прославленный молотобоец

Мастерство: 64/100

Кинжальный бог

Мастерство: 106/100

Характеристики:

Тело: 11535

Разум: 1215

Свободные очки: 0

Да, меня всё устраивало. Более чем. Пожалуй, расстраивало меня лишь то, что я так и не овладел загадочным призывом тотемного оружия огров. Но в остальном я был превосходен. Я — имба, никаких повреждений статов у меня нет, ни одной красненькой строчки.

Так что…

— Я буду в тронном зале, — бросил я стражникам, — Теперь я император. Виктор Первый. И я буду принимать вашу присягу. Прикажите всем войскам людей немедленно сдаться, а все дети императора, как найдете их, пусть приходят и присягают мне на верность. А все войско из зверорас у стен города — немедленно распустить. Кто ослушается приказа — того скормлю моему дракону.

— Мы всё сделаем, — заверил меня перепуганный стражник.

От остальных его товарищей возражений тоже не последовало.

Я прошёл в отделанный золотом тронный зал, который сейчас был пуст, и уселся на трон. Вот так-то! Видел бы меня сейчас депутат Мелкобуквин, или моя женщина, или все остальные, кто смел унижать меня в прошлом мире.

Это был триумф. Не пройдет и получаса, как мне сюда придут присягать, я был уверен в этом. Впрочем, снаружи дворца все еще слышались крики… Нехорошо. Бой надо бы остановить, а то отдельные ублюдки могут до сих пор не сознавать, что я победил.

— Краснопуз, угомони всех снаружи, — приказал я, — И глянь, как там мои орки. Пусть заходят в город, и идут во дворец. Люди теперь настолько слабы, что если кто-то еще оказывает сопротивление — казни их. Это не составит для тебя труда.

— С удовольствием, — ухмыльнулся зубастой пастью мой верный дракон.

Он выполз из тронного зала, а потом вспорхнул вверх, явно направляясь наружу через пробитую крышу.

А я выдохнул.

— Вот и всё.

— Нет, не всё, — произнес голос за троном, позади меня.

Голос был одновременно знакомым и незнакомым.

Глава 21

Я вскочил с трона, на всякий случай отошёл подальше, и только потом заглянул за императорское седалище.

Но тот, кто стоял за троном, уже и не прятался. Сев вышла из-за громадной золоченой спинки царского трона. На девушке была костяная орочья броня.

Уже по взгляду магички было ясно, что с Сев что-то не так. Девушка глядела, не моргая, и как-то слишком странно и насмешливо, так раньше она на меня ни разу не смотрела. Да и с её голосом тоже происходило нечто непонятное. Сев говорила тем же девичьим голоском, но со странными интонациями, она теперь чеканила фразы, будто плевалась ими. На губах девушки играла подозрительная улыбка…

— Сев, ты меня напугала. Как ты здесь оказалась?

— Переместилась.

— Тебя же вроде отключили от системы…

— Это Сев отключили от системы. Не меня, — отрезала магичка.

Несмотря на броню, Сев была безоружна — ни меча, ни кинжала при ней не было. Не было даже щита или копья. Зато в ножнах у магички вместо оружия лежал какой-то сморщенный кусок сушеного мяса.

Что это за дерьмо у неё в ножнах — я не знал. Но об остальном уже начинал догадываться.

— Аменахин, ты?

— Я, — не стала отрицать магичка.

— И как тебе в женском теле, м?

Я на всякий случай выставил перед собой копье.

Это позабавило Сев, она улыбнулась. А потом ответила:

— В женском теле — хорошо. Как и в любом другом. Я уже сменил за свою жизнь столько тел, что для меня это как переодеться.

— Как ты выбрался из-под ареста?

— Шаман освободил, — ответила Сев, — Он изначально был в курсе всех моих планов.

— Планов?

— Ага, планов. Тех самых, которые ты заканчивать не собираешься. Поэтому я пришёл, чтобы помочь тебе.

Чудесно. Значит, в мою милую магичку Сев вселился Аменахин.

— Ты захватил Сев еще когда она коснулась черепа, так?

— Именно, — кивнула девушка, — Череп — вместилище моей души.

— Это был череп мертвеца…

— Я не могу умереть. Я и не человек вовсе.

— А кто ты, Аменахин?

— Бог этого мира. Тот, кто наводит порядок.

— Наводит порядок моими руками? — уточнил я.

— Не только твоими, — девушка положила руку на ножны, где у неё лежал странный кусок мяса, — Я использую всех. Видишь ли, это дикий мир. И его нужно регулировать. До прихода людей этот мирок лежал в хаосе. Зверорасы почти что истребили друг дружку, они погрязли в пороках. Орки убивали и грабили направо и налево, гномы воровали и набивали свои пещеры сокровищами, а драконы… Драконы были хуже всех. Горделивые создания, ни во что не ставившие остальных. И все они нуждались в уроке. Потому я и решил призвать сюда людей. Чтобы люди навели порядок. И они навели его. Вот только сами превратились в тиранов. И тогда я призвал тебя, чтобы покончить с людьми. А теперь…

— А теперь пришло время покончить со мной? — догадался я.

Сев кивнула.

— Я не тиран, — не согласился я.

— Мда? — усомнилась Сев, — А кто ты? Когда я переместился сюда — ты вроде сидел на троне. И мечтал об абсолютной власти.

— Мое правление будет справедливым! Я тебе не какой-то отморозок!

— Ты он и есть, — покачала головой магичка, — Дай тебе волю — ты тут устроишь ад хуже прежнего. Кроме того, любая система нуждается в обновлении. Гордецов было полно и до тебя. Сероногие, в старину правившие этим миром. Потом люди и их император. Теперь ты. Если вас не убивать — вы превращаете всё в дерьмо.

Я задумался. Но не о своем моральном облике, а о том, как мне выпутаться из этой ситуации.

— Император знал? — спросил я.

— Ни хрена он не знал, — ответила Сев, — Он думал, что Аменахин — просто человек, один из хранителей. А я — не человек. Я — сама сущность этого мира. Тот, кто дарует систему. И тот, кто её отключает.

— Я не дам тебе отключить меня от системы, — отрезал я.

— Знаю, — Сев пожала плечами, а потом по-мужски грубым жестом стряхнула упавшие на глаза волосы, — Ох уж эти дамские прически… Потому я и пришёл. Я знал, что ты не захочешь исполнить свою миссию до конца. Поэтому я здесь. Чтобы помочь тебе.

— Помочь умереть?

Сев кивнула:

— Да. Моя душа перешла в Сев. Но мой титул Первообраза человека теперь твой. Так что ты должен умереть, чтобы люди исчезли вместе с системой.

— Но изначально ты планировал вселиться в меня, а не в Сев, так? Я попросил Сев потрогать тот проклятый череп, и тем самым спутал все твои карты?

— Ага. Но это неважно. Мои карты ты не спутал, не переживай. Тебе всё равно крышка. Так что лучше не сопротивляйся.

— Я уже не тот человек, которым я пришёл в этот мир, — парировал я, — Теперь я герой. Глупо думать, что я пойду на заклание, как баран.

— Твой пафос меня не волнует, — Сев пожала плечами, — Умереть всё равно придется, Виктор.

— Ну убьешь меня. А дальше что?

— А дальше всё заново. Снова хаос. А потом я опять введу в мир систему. Может на этот раз дам её драконам. Или эльфам. Нужен баланс. А баланс требует изменений.

— Ты мог бы управлять этим миром более разумно, без катастроф…

— Мог бы. Но не хочу, — отмахнулась Сев.

— Так что ты такое?

— Я же сказал. Вечная душа. Божество. Первообраз всех рас этого мира. Тот, кто тебя убьет.

Я швырнул в девушку копье, но она уже выхватила из ножен своё сушеное мясо. Мясо оказалось не колбасой, как я думал, а громадной высушенной и явно древней ручищей какого-то существа.

В воздухе метнулась синяя вспышка, мое копье отлетело в стену, не достигнув цели, и воткнулось в мрамор, по стене пошла трещина.

— Это еще что? — воскликнул я.

— Рука огра, — ответила Сев, — Ты, вижу, так и не овладел призывом тотемного оружия огров, и очень зря. Видишь ли, огры были настолько тупыми и странными, что даже я их до конца не понимал. Они как-то смогли противостоять системе. Вот за это люди и подвергли их драконации. Но руки мертвых огров до сих пор способны блокировать все твои системные способности. А еще… Они могут призывать тотемное оружие. МЕЧ!

Последнее слово Сев выкрикнула на давно мертвом языке огров, и в сушеной руке, которую девушка держала в своей ладони, тут же появился уродливый костяной меч.

— …И ты бессилен против этого меча, — констатировала Сев, медленно приближаясь.

Она держала руку огра, а рука огра держала меч.

— Хех, — я хмыкнул, — То есть чтобы победить меня — тебе нужны костыли в виде древней магии? Слабовато для бога.

— Я сам себя ограничил, — призналась Сев, — Так интереснее. Но тебе это в любом случае не поможет, Виктор.

— Ты уже пытался меня убить! — произнес я, отступая, — Ты сказал Дар, что я пришил её дядю. Ты натравил ящерку на меня.

— Это была не попытка убийства, — пожала плечами Сев, — Я лишь хотел, чтобы ты убил или убрал от себя Дар. Чтобы ты остался один. Ибо я знал, что наступил время, когда тебе пора будет умереть. Но ты не захочешь умирать, никто не хочет. Но придется!

Сев стремительно бросилась в атаку. Но я уже выхватил золотой меч, отобранный у императора. Мое золото схлестнулось с костяным мечом, который держала рука огра. Мелькнула очередная синяя вспышка. Мой меч треснул и раскололся пополам, а рукоять выбило из моей ладони бешеной магической силой.

— Я же говорю. Это бесполезно, — заявила Сев, — Не сопротивляйся и умрешь быстро. И не больно.

Я выхватил булаву, висевшую у меня на поясе…

Очередной удар, очередная синяя вспышка. Моя булава просто рассыпалась в металлический порошок. Теперь у меня остался один только кинжал.

А в дверях зала тем временем показались стражники и дети императора в золотых доспехах. Они пришли присягнуть мне, но увидели, что у их нового правителя затруднения, и встали, как вкопанные.

— Ну и что вы стоите? — заорал я на моих подданных, — Я Первообраз человека. Если эта сука меня убьет — умрёт вся человеческая раса!

Не дожидаясь, пока стражники и сыновья императора начнут действовать, я на всей доступной мне скорости рванул в их толпу. Сев бросилась за мной, она махнула мечом, на пол полетели отрубленные руки и головы стражников, попавших под раздачу…

Мрамор тут же залило кровью, я поскользнулся, но удержал равновесие. Сев ударила меня сзади ладонью по уху, удар был столь силен, что свалил бы и быка — я полетел на пол.

Сев замахнулась мечом, я ударил её обеими ногами в живот…

Костяная кольчуга магички треснула, а еще через миг разлетелась на осколки. Я вскочил на ноги, пригнулся от очередного удара, а потом резким движением выхватил у Сев руку огра, вместе с костяным мечом.

В глазах девушки сверкнул страх.

— Ага! — заорал я, — Говоришь, оружие огров игнорирует все системные силы? Сейчас посмотрим, игнорирует ли оно твои божественные!

Я махнул рукой огра, сжимавшей меч, но Сев перепрыгнула его. Она была быстра, даже быстрее меня. Я махнул еще раз, но один из сынков императора ударил меня сзади по голове. В черепушке у меня затрещало. Таким ударом можно было колоть кирпичи, императоров сынок оставался сильным даже сейчас, когда системные силы почти оставили людей. Однако я отделся лишь легким головокружением.

А Сев уже приземлилась позади меня, она оттолкнула сынка императора и выхватила из сапога кинжал.

Эй! Меня, да моим коронным приёмом? Не бывать такому! Это я добиваю всех кинжалами, а не меня добивают.

За спинами стражников тем временем появилась зубастая рожа Краснопуза.

— Герой, мы победили! Битва оконче… — начал было дракон, но закончить фразу не успел.

Он увидел, что я сражаюсь, и тут же рванул к Сев, открывая пасть, чтобы плюнуть напалмом. Но девушка уже исхитрилась пролезть ко мне, она одним ударом пробила мою кольчугу и броню, вогнав кинжал мне прямо в сердце.

— Аааа…

КРИТИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ

Вот такой сильной боли я еще не испытывал ни в одном из миров.

ВАШЕ СЕРДЦЕ ОСТАНОВИЛОСЬ

Я это и сам понимал. Дышать я больше не мог, тело не слушалось. Сев пнула меня и я, пролетев через весь зал, упал, заскользил по мраморному полу, а потом врезался в императорский трон.

Трон зашатался…

Не так, как обычно шатается трон под всякими царями, которых хочет свергнуть народ, а буквально зашатался. Физически.

Я увидел, как падают замертво стражники и дети императора в золотой броне…

ПЕРВООБРАЗ ЧЕЛОВЕКА УНИЧТОЖЕН

СИСТЕМА: ОТКЛЮЧЕНА

ЛЮДИ: УДАЛЕНЫ ИЗ МИРА

Исполнение воли мира: 8 /8

МИССИЯ ЗАВЕРШЕНА

Трон упал прямо мне на голову, размозжив её вдребезги.

Мам, я победил. Будь я школьником, играющим в компьютерную игру, я бы так наверное и сказал.

Но я не был школьником, я бы мертвецом. Так что не сказал уже ничего. Просто ухнул в ледяную тьму, что ожидает за гробом.

Глава 22

— Мужчина! С вами всё в порядке?

Голос был глухим и далеким. Как будто я под водой, а мне орут с берега.

Но это всё ладно. Главное — я жив. Мертвецы голосов не слышат.

Я открыл глаза…

Сев стояла прямо надо мной. Черные глазки магички смотрели испуганно, на них снова упали черные волосья девушки.

Я резко вскочил на ноги, нашаривая копье, меч или хотя бы кинжал. Но ни фига подобного мои руки не нашли. На мне даже ножен не было!

— Ой!

Сев в ужасе отшатнулась от меня. Одета девушка была странно для магички — в синюю форменную юбку, такой же жакет и голубую рубашку. На ногах у неё были черные сапожки, а на голове — красная шапочка. Одета, как сотрудница метро. На шапке даже есть эмблема — перекрещенные молоточки.

— Мужчина, успокойтесь! Я сейчас полицию позову! — взвизгнула Сев.

— Тебе меня не обмануть, Аменахин! — взревел в ответ я, продолжая нашаривать на поясе отсутствующий кинжал.

Да где же он? Может быть в сапоге? Но на мне и сапог не было, вместо этого мои ноги украшали кроссовки.

И вообще, вокруг меня был вагон метро. Совершенно обычный, без всяких порталов. А рядом с Сев стояла бабка.

— Гражданину плохо, — процедила она, отходя от меня подальше, — Я же говорю! Гражданину плохо. Надо ему дурку вызывать, вот что. Напьются, козлы, а потом в метро ездюют. Ух ездюют, ироды!

Бабка потрясла клюкой.

Кроме бабки, странно одетой Сев и меня в вагоне никого не было.

Правда, в дверь уже просунул бритую под нолик башку полицейский.

— Ну что тут?

Присутствие копа меня тут же отрезвило.

— Да всё в порядке, — примирительно произнес я, тяжело обмякая назад на сиденье.

Вагон стоял на конечной станции, почти пустой. Видимо, уже глубокий вечер, точно не час пик.

— Гражданину плохо, — доложила бабка полицейскому, — Вы его арестуйте, товарищ милиционер! И ему сразу полегчает!

— Нет-нет, благодарю вас, мадам, — ответил я, — Мне уже лучше. Я не пьян. И не под наркотой. Просто устал. Просто уснул.

— Иди домой спи. А тут тебе не спальная, — пробурчал полисмен, покидая вагон.

— Ага, давайте, вставайте, — подтвердила Сев, — Поезд приехал. И метро закрывается. А может вам помочь?

Девушка нежно взяла меня под руку и вывела из вагона. Бабка заковыляла за нами следом, внимательно наблюдая, как будто опасалась, что мы с девушкой сейчас займемся чем-нибудь непристойным прямо на станции.

— Спасибо, Сев, — рассеянно поблагодарил я мою спасительницу.

— Чего? — удивилась девушка, — Я Маша. Дежурный по станции.

— Спасибо, Маша, — поправился я.

Я приглядывался к девушке и мало что понимал. Вообще это точно Сев. Те же глаза, та же прическа, те же черты лица, даже фигурка та же, даже голос. Только голос теперь нормальный, без Аменахиновских ноток.

И одежда другая.

Значит, это всё был сон?

Или Аменахин выкинул из другого мира мою душу, и душу Сев тоже заодно? В принципе логично. Он же захватил тело магички. Даже не тело, а сам её образ. И возможно подтер её память, а её образ переместил в мой мир, вместе со мной.

В результате мы с Сев тут и материализовались. Или не тут?

— Какой сейчас год? А город какой?

Девушка смущенно хихикнула в ответ, но город и год назвала верные — те самые, из которых я и отправился в другой мир.

— А мэр города кто?

— Мелкобуквин, — ответила девушка.

— ЧТО?

— Да шучу я, — улыбнулась Маша, — Кто же его выберет мэром… Мэр у нас прежний, тот же, что и был. Вы что ли совсем ничего не помните?

— Я всё помню, — обиделся я, — Просто уточняю.

И на всякий случай тихонько добавил:

— Статус.

Но статус, естественно, не появился.

— Вы странный, — девушка вывела меня на платформу и только теперь отпустила мою руку, как бы нехотя.

Бабка с клюкой тем временем осознала, что больше ничего интересного тут не будет, и заковыляла прочь.

— Я Виктор, — представился я, — И мне всё еще нужна ваша помощь, Маша. Я буду рад, если вы проводите меня до дома. Ну или я провожу вас.

Маша на это снова кокетливо хихикнула:

— Ну почему бы и нет. Только придется подождать минут двадцать, пока я сдам станцию.

— Готов ждать хоть год, — я пожал плечами, — Мне спешить некуда. Я сегодня совершенно свободен, даже мир спасать не надо.

— А обычно вы спасаете мир?

— Не знаю, — я пожал плечами, — Сложный вопрос. Честно говоря, сам не знаю, спас я мир или нет.

Мимо нас пронесся последний состав. Когда он уехал, я поднял глаза и в ужасе отшатнулся от края платформы.

Со стены над рельсами на меня скалилась зеленая морда орка…

— ГРЗДДХРНМРРЧКРН! — прохрюкал я по-орочьи, отгоняя ублюдка.

— Ой! — снова перепугалась Маша.

Я же тем временем чуть успокоился. Орк на стене оказался нарисованным. Просто обычная для метрополитена реклама. Борчаниновские пивоварни выпустили новый сорт пива «Да, орки мы!», и теперь рекламировали его под видом лимонада, ибо реклама пива в публичных местах была запрещена.

Банку «лимонада» на огромном плакате и украшала зубастая морда орка, а морду, в свою очередь, украшал зелёный пятак.

— Не обращай внимания, — успокоил я Машу, — Просто меня этот плакат напугал. А ругался я по-чукотски. У меня предки с Чукотки.

— Нет, вы правда странный, — Маша определенно была то ли очарована мной, то ли напугана, то ли всё вместе.

Но крыть её утверждение мне было нечем. Я на самом деле вел себя странно. И я уже осознал, что мое знание языков другого мира, в отличие от системных сил, осталось со мной. Теперь я раздумывал, как мне можно его монетизировать…

Переводчик с орочьего в нашем мире, конечно, никому не нужен, но ведь я смогу использовать этот язык в рекламных слоганах! Я уже предвкушал, как буду строить свою дальнейшую карьеру. А еще непременно завтра же поеду в приют и возьму себе пса. А назову его — Краснопузом.

От автора:

На этом всё.

Спасибо всем, кто дочитал до конца. Вы — лучшие!

Также предлагаю ознакомиться с другим моим легендарным циклом, полным погрязшей имперской АРИСТОкратии, прекрасных принцесс, древних пророчеств и лютого нагиба во имя родного клана:

https://author.today/reader/167211/1366263

Nota bene

С вами был Цокольный этаж(через VPN), на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

Я не желаю нагибать! Книга II

Content

Я не желаю нагибать! Книга II

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Nota bene