Ольга Лазорева

Долгожданное счастье Таисии

Глава первая

Он вошел в процедурную с весьма заносчивым видом. Таисия выглянула из-за ширмы. На ее полном румяном лице появилась дежурная улыбка.

– Присаживайтесь, – любезно предложила она. – Я сейчас.

Мужчина вздохнул, что-то проворчал и уселся на стул. Таисия пригладила волосы, поправила белую медицинскую шапочку и вытерла влажной салфеткой вспотевшее лицо. Начало июня было необычайно жарким. Военный санаторий, в котором она проработала медсестрой почти сорок лет, находился на окраине подмосковного Марфина. Конечно, здесь дышалось значительно легче, чем в постоянно загазованной столице, но все равно жара была какая-то ненормальная для начала лета.

– А нельзя ли закрыть окно? – раздался в этот момент строгий недовольный голос. – А то у меня радикулит. Не дай бог продует на ваших сквозняках! Тут озеро рядом, сырость сплошная!

«И что за зануду мне принесло?» – весело подумала Таисия, еще раз поправила шапочку и вышла из-за ширмы.

Мужчина отчего-то сразу вскочил и встал перед ней руки по швам. Его худое породистое лицо сильно побледнело, карие глаза смотрели напряженно, лоб покрылся капельками пота.

«Не иначе уколов боится, – решила Таисия, – хоть и вид напускает на себя грозный. Эх, все мужчины в душе дети и продолжают бояться уколов да и вообще врачей».

– Здравствуйте, – вдруг сказал он. – Вот у меня тут назначение от лечащего врача.

И он протянул ей листок. Таисия взяла и пригласила его присесть. Затем открыла журнал.

– Кажется, вы у нас впервые отдыхаете? – ласково спросила она. – Давайте я впишу ваши данные.

– Аркадьев Евгений Кириллович, генерал в отставке, шестьдесят три года, вдовец, прибыл к вам на профилактическое лечение сроком на двадцать четыре дня.

– Исчерпывающе, – мягко улыбнулась Таисия. – Но мне нужно только фамилию, инициалы и год рождения.

Она вписала данные в журнал. Затем посмотрела направление.

– У вас курс витаминов группы В, – сообщила она. – Это укол… – Таисия отчего-то замялась, потом быстро добавила: —… в мягкую часть. Чередуется с диклофенаком.

– Как вас звать-величать? – поинтересовался Евгений Кириллович.

– Да все обычно называют медсестричкой, – смутилась она и глянула в его лицо.

Ей оно, в принципе, нравилось. Черты были крупными, но это не портило впечатление, а наоборот, создавало ощущение уверенности и значительности. Волосы были очень коротко подстрижены, они все еще оставались густыми и темными. Только виски серебрились.

– Это неправильно, – четко произнес Евгений Кириллович. – Я привык обращаться по имени-отчеству.

– Таисия Семеновна, – ответила она и отчего-то окончательно смутилась.

– Очень приятно, – улыбнулся он.

И лицо сразу приобрело мягкое, приветливое выражение. Но тут же уголки губ опустились, между густыми черными бровями появились складки.

– Пройдите за ширму и спустите брюки, – ничего не выражающим голосом сказала Таисия.

Евгений Кириллович глянул на нее немного испуганно. С него тут же слетела высокомерность.

– А у вас рука легкая? – задал он неожиданный вопрос.

– Пока никто не жаловался, – ответила она и ободряюще улыбнулась. – Не волнуйтесь! Вы и не заметите. Словно комарик укусит.

– Ага, как же, комарик! – ехидно произнес он. – Знаю, что это за препараты. Уколы самые болезненные, да еще и шишки бывают потом. На грелке замаешься сидеть! Знаю, мне уже не раз это прописывали.

– Пройдите за ширму! – строго проговорила Таисия.

Когда все закончилось, Евгений Кириллович облегченно вздохнул и заулыбался.

– А у вас рука таки легкая, – заметил он, застегивая брюки. – И правда, словно комарик или даже мошка! Я и не заметил! Спасибо вам огромное!

– Да не за что! – улыбнулась в ответ Таисия. – Завтра в это же время!

– Обязательно! До свидания! – вежливо попрощался Евгений Кириллович и вышел из процедурной.

Она зачем-то выглянула в окно и проводила взглядом его высокую худощавую подтянутую фигуру.

«Жара такая, – машинально подумала Таисия, – а он в строгий костюм нарядился! Что значит военный! Чувствуется выправка, вон как вышагивает! И спину прямо держит. Симпатичный мужчина, что и говорить! К тому же вдовый».

Таисия вздохнула, подошла к двери и выглянула в коридор. К ней никого не было. Она вернулась к окну и стала смотреть на серебрящееся вдали озеро.

«Он наверняка в VIP-корпусе живет, – подумала она. – И только заселился. Надо же как отрапортовал, что прибыл на двадцать четыре дня, словно я старший по званию. И чего я все про него думаю?»

Она заулыбалась и присела к столу. Затем достала маленькое овальное зеркальце, погладила крышку с изображением дамы в старинном платье, сидящей возле замка, открыла и посмотрела на свое лицо.

Таисии месяц назад исполнилось пятьдесят восемь лет, но выглядела она явно моложе из-за упругой свежей кожи, полных, с симпатичными ямочками, почти всегда румяных щек, ясных серых глаз и приветливого, добродушного выражения лица. Волосы у нее были тонкие, пушистые, светло-русые, с пепельным оттенком и довольно длинные. Таисия их накручивала на бигуди. Затем поднимала в высокую прическу, и они ложились красивыми волнами надо лбом. Она любила всевозможные дешевые заколки в виде крабиков, шпилек, зажимов, и у нее их имелось целая коллекция. Косметикой Таисия практически не пользовалась, только слегка пудрила лицо и подкрашивала губы помадой естественного цвета. А так как ресницы у нее все еще были хороши – густые и темные, – то глаза выглядели выразительными и без подводки. Она никогда не была замужем, так сложилось. Но родила сына. Диме сейчас было тридцать четыре года. Он окончил строительный институт, постоянно жил в Москве, работал инженером в Мосжилпроекте, проводил экспертизу домов и являлся предметом ее гордости. Когда он приезжал домой в Марфино, а это случалось довольно часто, обычно на выходные, Таисия таяла от счастья и пекла ему пироги, которые он очень любил. Дима пока был не женат, но она все ждала, когда же это произойдет и у нее наконец появится внук или внучка. Но он с этим не спешил.

– Можно? – раздался в этот момент робкий голос, и в дверь заглянул молодой человек.

– Да, проходите! – ответила Таисия, мгновенно убирая зеркало.

Она привычно поправила шапочку и встала.

Больше пациентов у нее до обеда не было. Таисия сидела возле окна и смотрела на улицу. Отдыхающие медленно прогуливались по дорожкам санатория. Таисия бездумно наблюдала за ними. Но когда вдали показалась высокая фигура какого-то мужчины, она вытянула шею. И тут же начала улыбаться, удивляясь сама себе.

«Что это я? – размышляла она. – Будто давешнего генерала высматриваю? Понравился, конечно, хоть и того, привередливый да, видно, выбалованный. Но разве пара он мне? Я простая медсестра! И нечего о нем думать!»

Но когда Таисия пошла на обед, то поневоле поглядывала на отдыхающих. Обедала она обычно дома. Ей от санатория было всего пятнадцать минут ходьбы. Она неторопливо шла по ухоженной дорожке, любуясь красивыми клумбами, спустилась вдоль каскадных водопадиков, наслаждаясь журчанием воды, и подошла к небольшому пруду позади дворца. Таисия всегда здесь останавливалась и любовалась открывающимся видом.

Раньше здесь находилась графская усадьба. Таисия интересовалась историей родного края, много читала краеведческой литературы и знала, что усадьба принадлежала знатным господам. Но она часто переходила из рук в руки. Ее владельцами были и боярин Головин, и князь Голицын, и фельдмаршал Салтыков, и граф Орлов. При них она переживала и расцвет, и упадок. Последней владелицей являлась графиня Софья Панина. А после революции 1917 года усадьба стала достоянием народа. В 1933 году на ее территории разместился Военный клинический санаторий.

Таисия с детства помогала матери, которая работала в нем санитаркой. И совсем малышкой она полюбила это место. Ее восхищал заброшенный в то время дворец, стоящий на холме и видный с любой точки. Она обожала сбегать по широкой, величественной даже во времена запустения лестнице к недействующему фонтану, посередине которого находилась литая скульптурная группа из хорошеньких амурчиков, держащих на головах большую чашу. Таисия изучала их округлые формы, пухлые животики и щечки, обходя фонтан по кругу. Затем она подходила к грифонам. Они стояли на самом краю пруда на двух постаментах. Между ними находилась короткая каменная лесенка, спускающаяся в воду. Маленькой Тасе грифоны казались огромными. Она подходила очень близко и, задрав голову, изучала их хищные клювы и поднятые крылья. Иногда, несмотря на строжайший запрет матери, забиралась на постамент, вставала под поднятую голову грифона и смотрела на расстилающуюся перед ней гладь воды.

Когда Таисия подросла и превратилась в симпатичную девушку, то часто воображала себя графиней Паниной. Она искала в книгах сведения о ней и ее образе жизни, она читала о театральных представлениях, проходивших в усадьбе, о псовых охотах, о пышных празднествах, на которые съезжался весь цвет московского общества. Таисия представляла, как в роли графини принимает гостей, придумывала для себя наряды, прически и украшения. Она старалась всегда держать спину прямо, двигаться неторопливо, изъясняться вежливо и с достоинством. Ее ровесницы ходили в основном в брюках. Они только вошли в моду, и практически все девушки тут же оценили все преимущества этой удобной одежды. И каждая имела в гардеробе не одну пару. Но Таисии брюки казались неженственными. В душе она была уверена, что графиня Панина никогда бы не надела их и тем более не стала бы стричь так коротко волосы, как этого требовала современная мода. Таисия носила исключительно платья, туфли на каблуках, а волосы завивала и поднимала в пышную прическу. Среди сверстниц она слыла несовременной и немодной, но вот у противоположного пола пользовалась неизменным успехом. Ее холодноватая манера общения странным образом притягивала парней, а женственно-романтический стиль одежды, милое румяное личико с большими серыми глазами и ямочками на щечках вызывали их восхищение.

Постоянно находясь возле матери, Таисия не представляла, что выберет какую-нибудь другую профессию. И после окончания восьмилетки она поступила в медицинское училище. Но, получив диплом медсестры, дальше учиться не захотела, хотя это ей настойчиво рекомендовали. Дело было в том, что, уехав на учебу в Москву, Таисия постоянно чувствовала тоску по усадьбе. Она, конечно, на выходные приезжала домой, но этого ей было явно мало. Таисия не представляла себе жизни вдали от любимых заветных уголков. Ей казалось, что она настолько срослась с этим местом, что оторваться от него было совершенно невозможно и даже вредно для ее здоровья. Только в усадьбе она чувствовала себя комфортно. Поэтому, получив диплом медсестры, она сразу вернулась домой и начала работать в госпитале. Мать, в принципе, была довольна, хотя в душе надеялась, что Таисия все-таки выучится на врача.

Полюбовавшись сверкающими на солнце струями фонтана, бьющего посередине пруда, Таисия неторопливо двинулась дальше. Главный вход был довольно далеко. Чтобы попасть в деревню, ей приходилось описывать полукруг по санаторию, а затем, выйдя за территорию, проходить мимо высотных домов крохотного поселка, выросшего возле санатория, мимо двух старинных церквей – Рождества Богородицы и Петропавловской, спускаться к пруду и переходить по узкому висячему мостику на другую сторону пруда. Но на этом мостике Таисия почти всегда останавливалась и любовалась еще одной достопримечательностью усадьбы – большим старинным мостом. Когда-то это был главный въезд в усадьбу. Мост из красного и белого кирпича ровными полукруглыми арками возвышался над водой. И, несмотря на полуразрушенный вид, он все еще выглядел величественным. Центральная часть моста представляла собой сплошную кирпичную стену, верх которой имел сквозную крытую галерею из белокаменных восьмигранных колонн. С обеих сторон она заканчивалась прямоугольными башенками, украшенными изящными керамическими витыми колонками с кружевным скульптурным верхом. Каждая башенка имела арочный вход в галерею, над которым с внутренней стороны был помещен щит с мальтийским крестом. Из-за того, что высокий берег перешейка постепенно разрушался, территорию моста огородили металлическими решетками. Но все равно туристы пролезали сквозь решетку, чтобы сфотографировать и сам мост, и открывающиеся с него виды на дворец и пруд. Местные ребята давно облюбовали мост для романтических свиданий. Таисия и сама в молодости провела тут немало часов с очередным воздыхателем.

Она дошла до середины перекидного мостика и по привычке остановилась, устремив взгляд на отражение полукруглой арки, находящейся под старинным мостом. Вода стояла, и поэтому отражение арки сливалось с оригиналом, образуя круг, внутри которого вдали светлели два грифона. Таисия залюбовалась привычной картиной и тихо вздохнула. Она услышала приближающиеся шаги и повернула голову. Ее отчего-то обдало жаром при виде высокой фигуры Евгения Кирилловича. Он подошел и остановился рядом, облокотившись на перила.

– Любуетесь? – поинтересовался он и тоже начал смотреть на отражение арки. – Какой день тихий и жаркий! Вода-то как пол! Не шелохнется!

– Да, – ответила она и искоса на него глянула. – Только вот мусора много! Туристы в пруд кидают и бутылки, и бумагу, и пакеты. И как только не стыдно!

Таисия вздохнула и украдкой поправила выбившуюся прядь.

– Так что уж тут поделать! – в тон ей ответил Евгений Кириллович. – Воспитание ныне таково, что страху ни у кого нет. А вы уже отработали?

– Нет, на обед иду. Я ведь местная, в деревне живу. Там у меня дом. И родители мои всю жизнь в нем прожили.

Таисия оторвалась от перил и медленно двинулась по мостику. Евгений Кириллович постоял с минуту на месте, потом поспешил за ней.

– Позвольте вас проводить, – сказал он и улыбнулся.

– Проводите, прогуляйтесь, – улыбнулась она в ответ и замедлила шаг. – А вы в деревне-то нашей были?

– Нет. Я ведь только вчера заселился и ничего здесь пока не знаю.

– А вы первый раз в нашем санатории отдыхаете? – поинтересовалась Таисия. – Что-то я вас совсем не помню!

– Впервые у вас! Но разве всех упомнишь? – заулыбался он. – Вон народу сколько! И не только военнослужащие, смотрю. А много посторонних.

– Так сейчас все упростилось, – пояснила она. – Деньги есть, значит, можно путевочку к нам купить хоть кому. Но многие постоянно у нас отдыхают. А ведь я тут почти сорок лет работаю.

– Надо же! Как это, наверное, хорошо, вот так, на одном месте. А я всю жизнь по гарнизонам!

Они в этот момент сошли с мостика и поднялись по лесенке, затем свернули налево и вышли на небольшую площадку. Там имелась автобусная остановка. Дорога возле нее заканчивалась. Рейсовые автобусы отсюда уезжали обратно в Москву. Таисия двинулась по асфальту в сторону видневшихся домов. Евгений Кириллович не отставал. Слева был пруд, и за ним открывался вид на холм с дворцом. Таисия пошла медленнее.

– Очень тут места красивые! – заметил Евгений Кириллович, глядя на дворец. – Немудрено, что туристы тут толкутся. А я вот в самом дворце проживаю, – добавил он. – Ну просто царские хоромы у меня. В гости заходите!

– Хорошо, загляну, – согласилась Таисия. – Раньше-то здесь графиня жила.

– Да, у меня на потолке все еще лепнина от тех времен, – сообщил он.

– А вы сами из Москвы? – поинтересовалась Таисия после паузы.

– Не совсем, – ответил Евгений Кириллович. – Я родился и вырос в Химках. И сейчас там квартирую.

– Ну Химки – это все равно что Москва, – заметила Таисия.

– Ну да, ну да, – закивал он. – Так город разросся, пока я кочевал с места на место. А вот последние годы на Дальнем Востоке жил. Жена моя покойная оттуда. Как ушли мы в отставку, так не захотела она сюда ехать. Вот и поселился я на ее родине. Но климат мне там совсем неподходящий. Давление там низкое, да влажность постоянно. Океан-то рядышком. Вот радикулитом и маюсь сейчас. Два года уж, как схоронил ее. И вот только надумал сюда вернуться.

Он вздохнул и замолчал. Таисия посмотрела на его поникшие плечи, на погрустневшее лицо. Затем сорвала крупную ромашку, росшую возле дороги, и начала крутить ее в пальцах.

– А детки у вас есть? – тихо спросила она после паузы.

– Дочка, – тут же оживился Евгений Кириллович. – И две внучки. Но все там, под Владивостоком, так и проживают. Сюда ни в какую. Меня-то с трудом отпустили. Но не могу я больше там оставаться. Родная землица к себе тянет. А вы, Таисия Семеновна, замужем?

При этом вопросе она вздрогнула и отчего-то смутилась. Но потом приподняла подбородок, глянула в его глаза и отрицательно покачала головой.

– И деток нет? – продолжил расспросы Евгений Кириллович.

– Сын Дима, – охотно ответила она и заулыбалась. – Очень хороший!

– Верю, верю, – закивал он. – У такой замечательной женщины должен быть замечательный сын.

– Спасибо, – тихо ответила она.

Они подошли к развилке. Асфальтовая дорога отходила чуть вправо и в гору, грунтовая тропинка шла влево и вниз к пруду. Таисия остановилась в нерешительности.

– Мне вообще-то сюда, – сообщила она, показывая на тропку. – А вы, если хотите в магазин, то нужно по асфальту.

– Да я разве сказал, что иду в магазин? – засмеялся Евгений Кириллович. – Просто прогулялся за территорию. Хотелось на мост ваш знаменитый посмотреть. А то ведь со стороны санатория решетки проход перегораживают.

– Да и отсюда тоже, сами видели, все подходы зарешечены. Это в целях безопасности, – важно добавила она. – А то осыпается берег.

– Что ж не восстанавливают? – нахмурился Евгений Кириллович. – Того и гляди такая красота погибнет!

– Вы бы видели, в каком состоянии еще недавно дворец был! – взволнованно произнесла она. – Ну просто как развалины выглядел. Но, на нашу радость, отреставрировали. Поначалу-то хотели так дворцом и оставить и экскурсии проводить. Но потом посчитали и решили, что лучше под VIP-номера приспособить. Видела бы графиня Софья Владимировна! – с горечью добавила она. – Думаю, ужаснулась бы всему этому!

– Вы так говорите, как будто она вам ближайшая родственница! – улыбнулся Евгений Кириллович.

– Что вы, – тут же нахмурилась Таисия. – Мы из крепостных! Ладно, мне пора.

– Хорошо, – с недоумением ответил он. – Не смею больше задерживать.

– До завтра! – пробормотала она, отвернулась и быстро пошла по тропе.

На следующее утро Евгений Кириллович явился без опоздания. Погода была по-прежнему жаркая, но он костюм так и не снял, только поменял рубашку на более светлую и тонкую.

– Разрешите? – довольно сухо спросил он, заглядывая в процедурную.

– Да, пожалуйста, – ответила Таисия и улыбнулась немного беспомощно.

Она с утра была в смятении, непонятном ей самой. Видимо, поэтому завила волосы сильнее обычного. И вместо легких волнистых прядей, которые ей очень шли, ее покрасневшее от волнения лицо обрамляли мелкие кудряшки, кое-как заколотые в прическу. Она надела льняную юбку и светло-голубую блузку из шифона. Воланчики, обрамляющие ворот, выпустила поверх халата. Темно-голубые бусы из крупной искусственной бирюзы дополняли наряд.

– Проходите сразу за ширму, – вежливо предложила она. – У меня все готово. Сегодня у нас диклофенак.

– Да, так точно, – ответил Евгений Кириллович и с явной неохотой начал расстегивать ремень.

Таисия никак не могла успокоиться, но укол сделала автоматически безупречно. Многолетняя практика не подвела.

– Завтра Людмила Игнатьевна будет колоть, – зачем-то сообщила она, когда Евгений Кириллович привел себя в порядок и остановился возле стола.

– Как? – явно огорчился он.

Но тут же принял невозмутимый вид.

– Я с утра в Москву поеду по делам, – сказала Таисия. – На работу выйду послезавтра.

Она сделала запись в журнале, потом закрыла его и поправила выбившуюся из-под шапочки тонкую прядь, закрученную пружинкой.

– А вы сегодня совсем не такая, – тихо произнес Евгений Кириллович.

– Не такая? – явно удивилась она. – Что вы имеете в виду?

– Нет, ничего! – совсем другим тоном ответил он. – Я могу идти?

– Конечно. Всего доброго! – сказала Таисия и опустила глаза.

– До свидания, – сухо проговорил он и вышел за дверь.

У Таисии сразу испортилось настроение, хотя видимой причины не было. Но она так и видела темные колючие глаза Евгения Кирилловича, его поджатые губы и недовольный вид.

– Капризный какой, балованный, – пробормотала она.

На следующий день Таисия вернулась из Москвы около пяти вечера совершенно измотанная. В городе было невыносимо жарко, в автобусе на обратном пути ее укачало до дурноты, и она не могла дождаться, когда же наконец приедет домой. Выйдя на конечной остановке, она вдруг увидела Евгения Кирилловича. Он сидел на скамейке и внимательно смотрел на покидающих автобус пассажиров. Она выходила последней и на миг замерла на ступеньке, не зная, как себя вести. Ей хотелось сделать вид, что она его не заметила, и быстро двинуться в сторону дома. Но автобус остановился напротив скамьи, и уйти незамеченной не представлялось возможным.

«И чего он тут высиживает? – раздраженно подумала Таисия. – А я, как назло, в таком ужасно растрепанном виде! Да и устала безумно. Даже улыбаться сил нет, не то что вести светскую беседу!»

Евгений Кириллович уже подходил к двери и радостно ей улыбался. Он подал руку и помог ей сойти, потом подхватил ее довольно тяжелую сумку с покупками и поставил ее на асфальт. Автобус отъехал, а Таисия все никак не могла прийти в себя.

– Ну как вы прокатились? – поинтересовался Евгений Кириллович. – Что-то на вас лица нет. Давайте-ка я помогу вам сумку донести! Я прогуляться вышел, и ноги сами на остановку привели. А тут, вижу, рейсовый автобус подъезжает. Вот и вспомнил, что вы сегодня в город собирались. Подумал, что, может, вы в этом самом автобусе возвращаетесь. Решил подождать. И не ошибся! Вот совпадение!

– Случайность, – тихо произнесла Таисия и медленно двинулась по дороге.

Евгений Кириллович поднял ее сумку и пошел рядом.

– Ой, да что вы! – спохватилась она и попыталась отнять сумку. – У вас ведь радикулит! Тяжелое поднимать ни в коем случае нельзя!

– Да мне уже легче намного, – заулыбался он. – А вот вы что-то бледная сегодня!

– В автобусе укачало, – ответила она и отпустила ручку сумки. – Ну несите, коли спину не жаль!

– Может, вам посидеть нужно было? – забеспокоился Евгений Кириллович.

– Незачем, – сухо ответила она. – Тут меня все знают. Незачем мне с отдыхающими рассиживаться!

– Боитесь, что я вас скомпрометирую? – явно удивился он.

– Ничего я не боюсь! – отмахнулась она и ускорила шаг.

Чистый воздух, приятный ветерок от пруда уже начали приводить ее в чувство. Таисия глубоко вздохнула и легко улыбнулась. Она повернула голову и стала смотреть на высящийся за прудом дворец.

– А знаете, у нас тут много фильмов снимают, – вдруг сообщила она. – Место-то уж очень живописное! Да вот, видели, наверное, фильм про Андерсена? Его Эльдар Рязанов снял. Так были сцены здесь. Декорировали все на площадке возле фонтана. А потом еще на мосту снимали.

– Я в кино не хожу, – хмуро заметил Евгений Кириллович.

– Так его и по телевизору показывали! А еще тут снимали эпизод с Пугачевой. Ну помните тот фильм с ней, нашумевший в свое время? «Женщина, которая поет» называется.

– Ах, да! – оживился Евгений Кириллович. – Мы с женой в кинотеатре во Владивостоке его смотрели. Жена обожала Аллу Пугачеву. Три раза меня на это кино таскала! Так это здесь снимали? Надо же!

– Да, именно здесь, но не все, конечно, только один эпизод. Я тогда даже с дежурства отпросилась, чтобы посмотреть на нашу великую певицу. А тогда ох и хороши песни у нее были! Душевные все, понятные нам, простым людям. Не то что сейчас!

– Ну и как она? – заинтересованно спросил Евгений Кириллович.

– Тогда королева просто! И в жизни очень симпатичная и милая. Она на экране как-то раза в два больше получается, чем натуральная. Я потом тоже этот фильм раза три смотрела в кинотеатре, а потом еще и по телевизору сколько раз! Песни там такие хорошие, прямо за душу берут.

– Так вам нужно на диске купить, – посоветовал он.

– Ну не знаю, – растерялась Таисия. – Я не часто у телевизора просиживаю. Сами понимаете, то одно по хозяйству нужно, то другое. Дом без мужчины вести сложно. Раньше сынок за всем приглядывал. А как в Москву окончательно перебрался, то мне приходится. Хотя он часто приезжает. Конечно, пока не женат, так время находится.

– А сколько ему?

– Да уж тридцать четыре исполнилось.

Они подошли к развилке, и Таисия остановилась.

– Спасибо вам, добрый человек, – ласково произнесла она. – Дальше я сама. Мне тут рядом. Вон за тот коттедж зайти, чуть в горку подняться, и мой дом уже.

– Гоните? – уточнил Евгений Кириллович.

Таисия глянула на него и заулыбалась. Он выглядел растерянным и явно огорченным.

– Вам тут скучно? – предположила она. – Обычно отдыхающие быстро друг с другом знакомятся, компанию заводят. А вы чего же?

– Не любитель я компаний этих! Да и плохо с людьми схожусь. И в моем возрасте трудно уже меняться.

– Это да! – согласилась Таисия.

– Тася! День добрый! – услышали они в этот момент и повернули головы.

Из-за высокого забора, огораживающего огромный красного кирпича коттедж, вышла пожилая женщина и внимательно на них смотрела.

– Доброго здоровьица, тетя Паша, – приветливо ответила Таисия и подняла сумку.

– Ты никак сегодня в город моталась? – с любопытством поинтересовалась тетя Паша, подходя к ним. – Смотрю, и кавалера себе привезла!

Она засмеялась.

– Это отдыхающий, – сообщила Таисия. – Помог мне сумку нести от автобуса. Случайно встретились.

– Понятно, понятно, – закивала та. – Видный мужчина!

– Пойду я, – сказала Таисия. – А то устала.

Она наклонилась за сумкой. Но Евгений Кириллович опередил ее.

– Понятно, – повторила тетя Паша и хитро прищурилась, глядя на них. – Оно конечно, утомление одно по Москве шататься.

– Всего доброго, – сухо сказал Евгений Кириллович, подхватил сумку и устремился по тропинке.

– До свидания, – растерянно ответила тетя Паша.

Когда они завернули за угол, Таисия вдруг прыснула.

– Вы чего? – не понял Евгений Кириллович. – Не вижу ничего смешного! Знаю я подобных женщин! Сплетни любят, конфетами не корми! Я ведь по гарнизонам много наездился. Одни беды от этих сплетниц!

– Да с чего вы взяли, что тетя Паша такая? – искренне удивилась Таисия. – Она хорошая, добрая, соседка моя через дом. Я ее с малолетства знаю. А смешно мне из-за того, как вы решительно сумку схватили и меня не спросили.

Евгений Кириллович не ответил, но его лицо разгладилось, и он тоже начал улыбаться.

Они прошли между двумя коттеджами и начали подниматься по кривой неровной лестнице из бетонных плит.

– Представляю, как тут зимой неудобно ходить, – заметил Евгений Кириллович. – Тут, наверное, многие носы разбивают!

– Есть такое, – согласилась Таисия. – Но мне это пространство между коттеджами путь сокращает. А так в обход нужно было бы.

Они вышли на улицу. Таисия направилась к аккуратному дому, обшитому узкими ровными досочками, покрашенными в темно-зеленый цвет. Палисадник тоже выглядел аккуратным. Евгений Кириллович увидел за ним куст сирени и клумбу с цветами. Таисия открыла калитку и пропустила его вперед со словами: «Милости просим!» Дорожка, ведущая к дому, была выложена серыми плитами, вдоль нее росли какие-то мелкие белые цветочки. Они пахли одуряюще-сладко. Недалеко от крыльца находилась конура. Большая серая лайка мирно дремала в тени кустов возле нее. При виде хозяйки она вяло повиляла хвостом и зевнула.

– Собак не боитесь? – поинтересовалась Таисия. – Но моя Илка добрая и просто так на людей не бросается.

– Хорошая собака! – ласково проговорил Евгений Кириллович, глядя на лайку.

Она сразу завиляла хвостом сильнее и с любопытством на него посмотрела.

– А вы ей понравились, – констатировала Таисия, заходя на крыльцо.

– А это что? – с удивлением спросил Евгений Кириллович, изучая металлическую табличку, прибитую к стене, недалеко от двери. – «Дом образцового содержания», – прочитал он и повернулся к засмущавшейся Таисии.

– Так это у нас в деревне что-то типа конкурса проходит. И уже много лет. Вот мне в прошлом году присвоили, – объяснила она. – И не только мне.

– Это приятно должно быть хозяйке, – заметил он. – Поздравляю!

– Да с чем? – окончательно смутилась она. – Просто я люблю чистоту и порядок.

Таисия открыла дверь и тут же громко крикнула:

– Мама, это я!

Евгений Кириллович зашел вслед за ней и поставил сумку возле двери. Коридор был небольшим, пол застилали домотканые на вид, пестрые половики. Он потоптался возле двери, не зная, снимать ли обувь. Но, увидев, как Таисия снимает босоножки, тоже скинул туфли. Она глянула на его чистые серые носки и предложила шлепки. Сама пошла в комнату босиком. Евгений Кириллович двинулся следом.

Дом состоял из трех комнат, довольно большой светлой кухни и застекленной веранды. Везде действительно царила образцовая чистота. Мебели было немного, а вот изобилие комнатных растений, множество вышитых салфеток и подушечек придавало жилищу уютный вид. В гостиной сидела полная румяная старушка. Она смотрела телевизор. При виде гостя заулыбалась.

– Добрый день, – вежливо поздоровался Евгений Кириллович.

– Добрый, добрый, – закивала она.

Таисия быстро их представила. Старушку звали Мария Ефимовна.

– Долгонько ты, доченька, сегодня проездила, – заметила она. – Да и вернулась не одна!

– Я из санатория, – пояснил Евгений Кириллович. – Случайно Таисию Семеновну встретил и вызвался сумку донести.

– Ах, вот оно что! – чему-то обрадовалась Мария Ефимовна.

– Ладно, вы тут пока общайтесь, а я чайник поставлю, – сказала Таисия и вышла из комнаты.

– Присаживайтесь, – любезно предложила Мария Ефимовна и показала на кресло возле дивана. – В ногах правды нет! Да и пиджак сымайте, а то вон ныне жара какая! Совсем погода сдурела!

Евгений Кириллович кивнул, аккуратно повесил пиджак на стул и устроился в кресле, с удовольствием откинувшись на мягкую спинку. Поясница немного ныла.

– Надолго к нам? – поинтересовалась Мария Ефимовна.

– По путевке на двадцать четыре дня.

– Это хорошо! Санатория у нас известная, врачи хорошие, да и воздух посвежее, чем в городе-то! Вы с супругой или как?

– Я вдовец, – сообщил он и опустил глаза.

– Ох, простите меня, дуру старую, не знала! – с сокрушенным видом произнесла Мария Ефимовна, но явно оживилась: – А сами-то откуда будете?

– Из Москвы, – ответил он, – вернее, из Химок.

– Один черт, – заметила она. – И от нас не так и далеко! Вы и раньше тут отдыхали?

– Не приходилось, – ответил Евгений Кириллович. – Я военнослужащий, дома редко бывал.

– Это понятно, – заулыбалась Мария Ефимовна. – Все в разъездах, все по гарнизонам.

– Вот вернулся домой, – сообщил он и замолчал, изучая фотографии в простенке между окнами. – А это, наверное, сын Таисии Семеновны? – поинтересовался он и встал.

С фотографии на него смотрел симпатичный молодой человек, кареглазый, темноволосый, с улыбчивым приветливым лицом.

– Да, это Димочка, внук мой единственный. Воспитанный и умный парень. И нам постоянно помогает. Вот только никак не женится!

– Да, молодежь с этим сейчас не торопится, – заметил Евгений Кириллович.

– Думаю, что просто вы, мужчины, с этим не любите торопиться! – тихо засмеялась Мария Ефимовна. – А вот девки-то всегда замуж собираются!

– Интересно, – улыбнулся он и вернулся в кресло. – Да вот смотрю, дочка ваша не очень-то и собирается.

– Так это вот что я вам скажу, – начала Мария Ефимовна, понизив голос, – не везет ей с мужчинами-то! Как заколдованная! И ведь хорошая женщина она у меня! А судьбы все нет!

– Так ни разу замужем и не была? – тоже понизив голос, поинтересовался Евгений Кириллович.

– Нет, – шумно вздохнула она и сложила руки на коленях. – Други-то были, но что-то ни за кого не захотела. Все выбирала. Вот и довыбирала! Жизнь-то, она какая?

– Какая? – спросил Евгений Кириллович, видя, что она замолчала и внимательно на него смотрит.

– Короткая! – с готовностью ответила Мария Ефимовна. – Не успеешь оглянуться – и уже старость! Ох, и быстро времечко идет! А моя Таисьюшка все в облаках, все в облаках. Мечтает, а о чем? Про то даже мне неведомо. С детства она такая была. Уйдет куда-нибудь на территорию усадьбы, спрячется от всех в какой-нибудь укромный уголок, и не видать ее, и не слыхать. Да все книжки читает. Очень она про графиню, бывшую хозяйку этой усадьбы, любит читать. Разные книжки про это собирает. Вот, наверно, как я догадываюсь, все графа ждет себе в мужья. Да поздно уж!

– Ну почему же поздно? – задумчиво проговорил Евгений Кириллович. – Как говорится, любви все возрасты покорны.

– Правда, что ль? – оживилась Мария Ефимовна и даже ерзать начала на диване. – Ваши слова да богу в уши, мил-человек!

В этот момент в комнату заглянула Таисия. Она уже переоделась в легкое шелковое платье светло-синего цвета. Белый кружевной воротничок делал его нарядным.

– Пойдемте на террасу, – пригласила она. – Я уже чай заварила.

– Да я недавно пила, – отказалась Мария Ефимовна и хитро глянула на Евгения Кирилловича. – Так что вы уж без меня.

– Я вкусные пирожные привезла, мамуля, твои любимые слоеные трубочки, – ласково сказала Таисия.

– Нет уж, уволь меня! По жаре неохота и трубочек!

– А я с удовольствием! – весело произнес Евгений Кириллович и вышел из комнаты.

На террасе уже был накрыт стол. Он был небольшим, круглым и застелен льняной скатертью. Чайный прибор из тонкого, сиреневого, с золотой каемкой фарфора, слоеные трубочки, сложенные горкой на блюде, открытая коробка зефира занимали практически всю его поверхность. Видимо, поэтому большой эмалированный чайник стоял на скамейке возле стола.

– Милости прошу, – пригласила Таисия. – Чем богаты. Но вы, может, чего-нибудь более сытного желаете? Могу порезать сыр и колбасу.

– Нет, что вы! – смутился Евгений Кириллович. – Мне так неудобно, что я в гости напросился, да еще и без подарка. Но в следующий раз что-нибудь обязательно принесу!

Таисия внимательно на него глянула и слегка покраснела, подумав, что про следующий раз она пока и не заикалась.

Евгений Кириллович уселся за стол. Она налила чай и пододвинула к нему тарелку с трубочками.

– Угощайтесь! Это я для мамы всегда привожу. Недалеко от вокзала есть магазин, так там всегда они очень свежие и вкусные. Это с белковым кремом. А он легкий. Сколько лет там покупаю, а пирожные все такие же вкусные. А то ведь знаете у нас сейчас как? Товар пока новый, так хороший. А потом что-то все хуже и хуже по вкусу.

– Да это везде так! – согласился он. – Я вот даже стараюсь покупать у вновь открывшихся фирм продукты. Поначалу они все делают по высшему качеству, чтобы привлечь покупателя, так что за это можно не переживать. А потом, ваша правда, качество все хуже и хуже. И куда мир катится?

Евгений Кириллович помешал чай, потом сделал маленький глоток.

– Я сахар вам не положила, – сообщила Таисия. – Не знала, любите ли вы сладкий. Я сама без сахара всегда пью.

– Да я тоже! – заулыбался он. – К тому же пирожные сладкие. А в моем возрасте лучше воздерживаться от крайностей.

Он вздохнул и взял трубочку. Таисия с любопытством на него посмотрела, но тут же отвела взгляд.

«Про какие такие крайности он тут говорит? – подумала она. – От чего ему лучше воздерживаться? Мужчина-то еще крепкий, хоть куда! На вид – дееспособный. А радикулит – это ерунда! Сейчас и у молодых частенько случается».

Таисия вдруг покраснела, удивляясь ходу своих мыслей. Она опустила глаза, но едва сдерживаемая улыбка морщила ее губы. Евгений доел трубочку и заметил, что она действительно необычайно вкусная.

– Берите еще! – оживилась Таисия. – Я целую коробку привезла.

– Спасибо, – поблагодарил он. – Но мне хватит. Чай у вас замечательный! Какой-то привкус необычный.

– Так я мелиссу добавляю, – пояснила Таисия. – У меня в огороде растет. Я ее и на зиму сушу. Это она такой привкус лимонный дает. И полезная трава, кстати. Желчь гонит, нервы успокаивает.

– Очень интересно! – сказал он. – Значит, у вас и огород имеется?

– Да, за домом. Но он небольшой. Я выращиваю то, что нужно нам для стола, а вот на продажу нет.

– Это верно! Тяжело большие огороды обрабатывать! У моего свата сорок соток. Представляете, сколько это? Ужас! И каждый год картошку выкапывать! Всю родню собирают на это мероприятие. Я вот думаю, что поясницу-то там и надорвал. Раньше-то и не знал, что такое радикулит.

– Все возможно, – ответила Таисия. – Еще чаю?

– Нет, спасибо, напился, – отказался он и встал. – Ну, не смею больше вам надоедать. А то вы с дороги, устали, отдохнуть желаете.

– Я вас провожу, – сказала Таисия.

Когда Евгений Кириллович заглянул в гостиную, чтобы попрощаться, то увидел, что Мария Ефимовна спит перед работающим телевизором. Он тихо прикрыл дверь и вышел на улицу. Таисия ждала его на крыльце, прислонившись спиной к перилам. Он окинул быстрым взглядом ее полную, но ладную фигуру, румяное лицо, большие серые глаза, волнистые пряди высокой прически и неприметно вздохнул, поймав себя на мысли, что уходить ему не хочется. Впервые после смерти жены Евгений Кириллович почувствовал, что его тянет к женщине, и в душе испугался этого.

Таисия проводила его до калитки. Илка шла за ними по пятам, усиленно виляя хвостом. Возле калитки Евгений Кириллович вдруг присел на корточки и взял морду лайки в ладони. Она изумленно тявкнула и расплылась в широкой улыбке.

– Ах ты, собака! – ласково приговаривал он, гладя ее по голове. – Дружище!

Илка лизнула его в нос, вырвалась и игриво заскакала вокруг, яростно виляя хвостом.

– Гулять хочешь? – спросил он, наблюдая за ее прыжками.

– Да она у нас и так не на цепи, – сказала Таисия, улыбаясь. – Гуляет где хочет и когда. Это она так, придуривается перед вами, понравиться хочет.

– Так с первого взгляда понравилась, – серьезно произнес Евгений Кириллович, глядя в глаза Таисии.

– Завтра укол в то же время, – невпопад проговорила она.

– Прибуду без опоздания, – пообещал он и неожиданно склонился и поцеловал ее руку.

– Да что вы! – смутилась Таисия. – Идите уже!

– До завтра! – мягко произнес он и вышел за калитку.

Прошло два дня. Евгений Кириллович являлся на уколы без опозданий, но общался с Таисией сухо, в процедурной не задерживался, лишних вопросов не задавал. Она вначале недоумевала, наблюдая за такими переменами, потом обиделась и стала держаться сугубо официально. Но ее настроение упало. Евгений Кириллович ей понравился, впервые за последние годы она задумалась о будущем и призналась сама себе, что именно такого спутника хотела бы видеть рядом с собой. Но то, что он так внезапно изменился, расстроило ее. Вначале Таисия пыталась понять, не в ней ли причина, не сделала ли она какого-то досадного промаха. Но, вспоминая их краткие встречи, не находила за собой никакой вины. Днем она тщетно пыталась высмотреть его среди прогуливающихся отдыхающих, но нигде не видела его высокой прямой фигуры. На третий день, когда он явился на очередной укол, Таисия даже попыталась выяснить причину такого поведения и мягко поинтересовалась, как он себя чувствует и чем занимается днем. Но Евгений Кириллович поджал губы и отвечал ей односложно. Она сухо попрощалась с ним.

После работы Таисия пошла домой. Но ее настроение оставляло желать лучшего. Когда она оказалась за воротами санатория, то увидела вдали надвигающуюся черную тучу.

«Вот и славно! – подумала она. – Может, прохладнее станет. Да и огород сегодня без поливки обойдется! А я лучше с книжкой отдохну. Но как бы мне под грозу не попасть!»

И Таисия ускорила шаг. Дождь все-таки нагнал ее, но когда она уже подходила к дому. Поднялся сильнейший ветер, и Таисия припустила бегом к калитке, на ходу тщетно пытаясь удержать поднимающийся подол шелковой юбки. Ливень хлынул, когда она вбежала на крыльцо. Таисия задыхалась, стряхивая с волос дождевые капли, но отчего-то начала улыбаться. Ее настроение повысилось. Она даже какое-то время постояла на крыльце, любуясь разбушевавшейся стихией и с любопытством наблюдая, как люди бегут по мокрой дороге к домам. Только ребятишки радовались и прыгали по лужам, подставляя лица ливню. Но когда сверкнула первая молния, а потом ударил гром, то и они с визгом разбежались.

– Дочка, ты чего это в дом не идешь? – раздался испуганный голос, дверь приоткрылась, и показалось взволнованное лицо Марии Ефимовны. – Я видела, как ты бежала, вот и гадаю, куда ты запропастилась.

– Озоном дышу, – улыбаясь, сказала Таисия. – А то жара просто замучила. А сейчас такой воздух свежий!

– Да ты вымокла небось! Иди домой! – заворчала Мария Ефимовна. – Ишь, на волосах вода! Да и молнии вон какие сверкают! Страсти господни!

– Хорошо, – согласилась Таисия и, не переставая улыбаться, зашла в дом.

Гроза оказалась кратковременной. Уже через полчаса небо очистилось и вновь засияло солнце. Асфальт подсыхал прямо на глазах. Ребятишки снова выбежали на улицу и продолжили свои игры.

– Хоть огород не поливать, – заметила Таисия, убирая посуду после ужина.

– Да, наполивало сильно! Каждую травинку, каждый листик прополоскало, – сказала Мария Ефимовна. – Так что ложись, дочка, отдыхай. А я пойду сериал смотреть. Или со мной?

– Да не люблю я эти сериалы, мама, ты же знаешь!

– Знаю, знаю, что тебе лучше книжку почитать. А вот тот мужчина интересный, ну с которым ты несколько дней назад приходила, – начала Мария Ефимовна, – он где нынче? Обещался еще зайти, да что-то нет!

– Мне он ничего не обещал, – сухо ответила Таисия. – Знаешь, мам, пойду-ка я прогуляюсь, – вдруг решила она.

– И то верно! – охотно согласилась Мария Ефимовна. – Нечего в доме сидеть, раз распогодилось. Вечер-то обещает быть хорошим. Вон, все тучи унесло.

– Мне вообще-то еще в Лысково нужно, – вспомнила Таисия.

– Это зачем? Даль такая! Неужто пешком пойдешь?

– Да какая даль? – рассмеялась она. – Тут всего-то пара километров! Звонили сегодня, просили прийти, как время будет. Там же санчасти нет. Какому-то отдыхающему массаж нужен. Вот хочу договориться, да и взять подработку. Деньги никогда лишними не бывают.

– Ох-хо-хо, грехи наши тяжкие! – завздыхала Мария Ефимовна. – Мужа тебе хорошего надо! А то всю жизнь работаешь, а радости не имеешь!

– А вот без мужа и радости нет, по-твоему? – улыбнулась Таисия. – Мне кажется, как раз с мужем хлопот не оберешься! Тем более в моем-то возрасте!

– Тоже мне старушка нашлась! Это мне скоро восемьдесят! А ты-то еще молодая баба! А живое, как известно, о живом думать должно!

Таисия усмехнулась, не ответила и вышла из гостиной. Когда она оказалась в своей комнате, то сразу открыла шкаф и призадумалась, что надеть. Из Марфина до Лыскова можно было дойти или по асфальтированной дороге, или срезать угол по грунтовой. Таисия любила ходить туда именно по грунтовой и любоваться просторами полей, окаймленных лесами. На полпути можно было свернуть к пруду. Если идти по узкой тропке, то оказываешься прямо у воды на крохотном пляжике, облюбованном местными дачниками. Но если взобраться на холм, то с него открывался очень красивый вид. Таисия любила стоять на краю холма, прислонившись к старой толстой березе, и смотреть на расстилающуюся перед ней гладь воды, на небольшой, заросший ивами островок посередине пруда, на возвышающийся противоположный близкий берег с высокими соснами, перемежающимися с березами и липами. Но асфальт был еще сырой после грозы, что уж говорить про грунтовую дорогу. Почва была глинистой, и даже небольшой дождь превращал дорогу в скользкое месиво.

Таисия после небольшого раздумья выбрала льняной костюм, состоящий из юбки, жилета и пиджака. Но в последний момент она отказалась от пиджака, подумав, что все равно на улице жарко даже вечером и после грозы. Она надела только жилет. Прямая юбка в сочетании с приталенным жилетом делала ее полную фигуру стройнее и подтянутее. Костюм был темно-зеленым, и легкая вискозная блузка фисташкового цвета красиво сочеталась с ним. Ее ворот был в виде шарфа. Таисия завязала пышный бант, уложила волосы, подкрасила губы розовой помадой и окинула себя внимательным взглядом в большом трюмо. Она осталась довольна своим отражением. Открыв шкатулку с украшениями, начала перебирать их. Остановилась на золотых сережках с зелеными фианитами.

Когда она вышла из дома, Мария Ефимовна стояла на крыльце и разговаривала с соседкой. При виде Таисии они обе мгновенно замолчали.

– Красавица! – восхищенно заметила соседка. – На свиданку, Тасенька, направляешься?

– Что вы, тетя Шура, – засмеялась Таисия, – по работе в Лысково сходить нужно.

– Ну да, ну да, – закивала та. – Ишь какие нарядные сейчас медсестры у нас!

– Да ладно тебе, Шура! – оборвала ее Мария Ефимовна. – Тася всегда аккуратно одевается и со вкусом. Привычка у нее такая с детства. Блюдёт себя!

– Это да! – охотно согласилась Шура. – Ну так оно и понятно! Все невеста на выданье!

– До свидания! – сухо сказала Таисия и быстро двинулась к калитке.

Илка вскочила, подбежала к ней и яростно завиляла хвостом, улыбаясь во всю морду.

– Возьми Илку с собой! – крикнула вслед Мария Ефимовна. – Вон как прошвырнуться хочет, прямо вся извивается.

– Ладно, – согласилась Таисия и свистнула Илке.

Та ринулась к калитке, повизгивая от радости.

Таисия миновала деревню и вышла к воротам санатория. По асфальту было видно, что здесь дождь был не таким сильным, как в деревне. Она машинально замедлила шаг, вглядываясь в прохожих.

«Что это я? – спохватилась она. – Не иначе Евгения высматриваю!»

Она тут же приняла строгий вид и бодро двинулась мимо ворот. Илка неслась впереди, периодически останавливаясь, чтобы поздороваться с местными собаками.

Миновав два небольших магазина, Таисия устремилась по асфальтированной дороге в сторону Лыскова. Ей очень хотелось свернуть на грунтовую, но она видела, что там сыровато, хотя здесь гроза явно прошла стороной. Илка на знакомой развилке бодро двинулась по грунтовой. Но скоро остановилась и в недоумении посмотрела на хозяйку.

– Идем, Илка, идем! – позвала Таисия. – Неохота мне по грязи топать!

Илка тут же поменяла курс и ринулась вперед по асфальту. Дорога шла ровно до поворота, затем резко сворачивала влево. Газик догнал Таисию на повороте. Из него высунулся местный электрик и радостно крикнул:

– Тася! Ты куда направляешься такая нарядная? Может, подвезти?

– В Лысково иду, – ответила она. – Но я с собакой, так что пешком. Тут уже близко!

– А, ну тогда ладно! – заулыбался он и помахал ей рукой.

Таисия проводила удаляющийся «газик» взглядом и вздохнула. Путь был и правда близким, но по дороге, и проезжающие машины раздражали ее. Она прошла мимо высокого забора воинской части, который находился справа от нее, затем мимо деревенских домов, располагающихся слева. Это был крохотный поселок, в котором жили в основном одни алкоголики. Собаки тут были злые, и она свистнула Илке и строго приказала идти рядом. Та послушно затрусила возле ее ног. В этот момент раздался лай, чьи-то крики, и Таисия невольно остановилась. Илка вздрогнула и прижалась боком к ее ноге. Из проулка выскочил растрепанный мужчина, за ним неслись две огромные лохматые овчарки.

– Назад, сволочи! – раздался крик.

И грузная женщина опрокинула ведро с водой из-за забора на овчарок. Те взвизгнули, поджали хвосты и скрылись за домами. Мужчина выскочил на дорогу, держась за сердце и шумно дыша. Это был Евгений Кириллович. Таисия испуганно ойкнула и бросилась к нему. Она подхватила его под локоть и отвела с проезжей части на обочину.

– И как вас угораздило сюда забраться? – быстро говорила она, достав из сумочки бумажную салфетку и вытирая его мокрое лицо. – Это же место такое, что все стараются его обойти. Тут собаки злые, да и люди нехорошие.

– Откуда же я знал? – взволнованно ответил он. – После грозы погулять захотелось, воздухом свежим подышать, забрел сюда. Коров увидел, удивился, хотел молока парного попросить у хозяев. Давно настоящего молока не пил! А вы далеко направляетесь, Таисия Семеновна?

– В Лысково, – ответила она. – Это рядом. Там раньше заводской пионерский лагерь был, теперь что-то типа пансионата. Но даже медпункта нет. Вот иногда приглашают.

– А давайте я вас провожу! – неожиданно предложил Евгений Кириллович. – И обратно вместе вернемся!

– Собак боитесь? – заулыбалась она.

– Ничего я не боюсь! – сухо ответил он и поджал губы.

Его лицо приняло высокомерное выражение. Но Таисия и не подумала обидеться. Она взяла его под руку и спокойно пошла по дороге. Илка побежала впереди, помахивая колечком хвоста.

– Вы, смотрю, что-то в плохом настроении последнее время, – заметила Таисия. – Может, неважно себя чувствуете?

Евгений Кириллович глянул на нее удивленно, но его лицо снова приняло холодное выражение.

– С чего вы взяли? – спросил он. – Я замечательно себя чувствую!

– Значит, дело во мне, – не унималась Таисия. – Как-то странно вы стали со мной общаться! Я бы сказала, очень прохладно, словно обидела я вас чем. И от разговоров уклоняетесь.

– Обычно от алиментов уклоняются, – ехидно заметил он.

И Таисия нахмурилась и отпустила его локоть. Какое-то время они шли молча.

– Вы очень хорошая женщина, – неожиданно сказал Евгений Кириллович. – И симпатичная к тому же.

– И что? – улыбнулась она и вновь взяла его под локоть.

– Это я так просто, – немного смутился он. – Тянет меня к вам, вот что!

Таисия тоже смутилась. Ее сердце забилось сильнее, яркий румянец залил щеки.

– И вы мне симпатичны, Евгений, – тихо произнесла она. – Только ваша странная холодность обижала.

– Характер у меня такой, трудный, – пояснил он и прижал ее руку локтем. – Да и возраст уже. Нелегко к новым людям привыкаю. Сомнения меня одолевают. А вот вы, смотрю, без стеснения общаетесь со всеми.

– Работа меня к этому приучила, – ответила она. – К тому же когда видишь человека со спущенными штанами, то серьезно относиться к нему потом проблематично.

И Таисия рассмеялась.

– Веселый вы человек, легкий! – заметил Евгений Кириллович. – Вот мне и удивительно, почему вы одна.

– А вас это интересует?

– Иначе не спрашивал бы, – тихо произнес он.

В этот момент они оказались у ворот на территорию пансионата. Таисия позвонила, калитка открылась, и показался полный пожилой охранник.

– Привет, Леша, – сказала Таисия и улыбнулась.

– А, это ты, моя любимая медсестричка! – обрадовался Леша. – По делам или просто в гости заглянула?

– По делам, – ответила она и вошла на территорию.

Евгений Кириллович следовал за ней. Но Илка осталась снаружи. Она улеглась возле забора на мокрый песок и тяжело вздохнула.

– А собака ваша чего не идет? – удивился Евгений Кириллович.

– Да с местными псами не очень-то дружит, – расхохотался Леша. – Пусть уж лучше за оградой побудет. А вы с Тасей?

– Да, он со мной, – ответила за него Таисия.

– Вы идите, а я тут посижу, – вдруг сказал Евгений Кириллович. – Чего я мешать буду?

– Ну, как скажете, – ответила она, но почувствовала облегчение.

Ей совершенно не хотелось договариваться с клиентом в его присутствии. Таисия ушла, а Евгений Кириллович увидел лавочку возле вагончика-магазина и устремился туда. Охранник Леша двинулся за ним. Когда они уселись, Леша внимательно посмотрел в его лицо, потом поинтересовался, кем он приходится Таисии. Евгений Кириллович нахмурился и хотел ответить резко, типа не его это дело. Но Леша выглядел добродушным, видно было, что ему просто скучно и охота поболтать с новым человеком.

– В военном санатории я отдыхаю, – сообщил Евгений Кириллович, – а Таисия мне уколы делает.

– А, понятно! – чему-то обрадовался Леша. – Значится, пациент. А чего сюда пришли?

– Случайно получилось. Встретились на дороге, вот и пошли вместе. А потом таким же путем вернемся, – неохотно объяснил Евгений Кириллович.

– Просто смотрю, что Тася принарядилась, – заметил Леша. – Вот и подумал, мало ли что! Хотя она у нас всегда аккуратная ходит. Клад, а не женщина!

– Вот и странно, что все еще не замужем, – заметил Евгений Кириллович.

– Да и мы все удивляемся, – подхватил Леша. – Сколько к ней сваталось, да всем отказала! И вот мне в свое время тоже. Я ведь из Марфина, считай, сосед ее. По молодости ухаживал.

– Но ведь у нее сын есть, – после паузы сказал Евгений Кириллович.

– Ага, Димка, в Москве живет. Хороший парень! У нас тут съемки постоянно, любят режиссеры это место. Давно это было. Уж и не припомню, что тогда снимали, но прямо на территории санатория возле дворца графского. И вот какой-то актеришка вскружил нашей Тасе голову. Фильм был что-то про оперетту, а он хоть и статистом был, но при форме гусарской. А уж усы! Увлеклась Тася им. Видели их не раз на мосту нашем, где обычно парочки встречаются. А потом, знамо дело, съемки закончились, актеришка укатил, только его и видели. А Тася родила через девять месяцев, как положено. Вот такая история!

Леша замолчал. Евгений Кириллович почувствовал неудобство от услышанного, словно он подглядел в замочную скважину за чужой интимной жизнью. Он встал и сказал, что зайдет в магазин, так как хочет воды.

– А может, чего покрепче? – радостно предложил Леша. – У меня в дежурке имеется стратегический запас! Тяпнем по сто грамм, никто не заметит!

– Спасибо, конечно, – ответил Евгений Кириллович. – Но нельзя мне. Я ведь на уколах.

– И что? – искренне удивился Леша. – Уколы в мягкое место, а водочка – в горло! Одно другому не помеха!

– Нет, – резко ответил Евгений Кириллович и зашел в магазин.

Его встретила молоденькая улыбающаяся продавщица. Она отложила истрепанную книжку и спросила, чего он желает. Евгений Кириллович купил бутылку минеральной воды и после небольшого раздумья плитку шоколада для Таисии. Засунув ее в карман пиджака, он вышел из магазина. Леша уже стоял возле ворот с деловым видом. Большой черный джип медленно въезжал на территорию. Евгений Кириллович остановился, не зная, чем ему заняться. И в этот момент увидел Таисию. Она быстро шла по дорожке и радостно ему улыбалась. Он глянул на ее румяное лицо, серые глаза, на полную, но пропорциональную фигуру, на легкую походку и тоже невольно заулыбался.

– Заждались? – немного виновато спросила она, когда подошла к нему.

– Нет, я тут с вашим Лешей беседовал, – ответил Евгений Кириллович. – А это вам, – добавил он и протянул ей шоколад.

– Спасибо, – поблагодарила она и убрала плитку в сумочку. – Ну что, пошли?

И они двинулись к воротам. Леша окинул их задумчивым взглядом, зачем-то подмигнул Евгению Кирилловичу, а Таисии помахал рукой.

– Уже доложился он мне, что ваш старый знакомый, – сказал Евгений Кириллович.

– Да, с малолетства знаемся, – кивнула она. – На одной улице выросли.

Они вышли на проезжую часть. Илка, мирно дремавшая возле забора, сразу вскочила и бросилась к ним, повизгивая от счастья.

– Домой! – сказала Таисия.

Илка тут же устремилась вперед.

– Удивляюсь собакам, – тихо заметил Евгений Кириллович. – Кажется, что все-то они знают и даже наш язык понимают.

– Наверняка понимают! – подтвердила Таисия. – И как умеют любить! Вот бы всем людям у них поучиться, – тихо добавила она.

Они пошли по дороге в сторону Марфина. Но метров через сто увидели указатель, стоящий на обочине. На большой стрелке краснела надпись «Академия приключений».

– А это что такое? – изумился Евгений Кириллович. – Вроде, когда мы туда шли, этого не было.

– Не было, – подтвердила Таисия. – Ребята из академии, видимо, только что выставили. Не иначе ожидают заезд.

– Из какой академии? – продолжал удивляться он.

– Так это новомодное развлечение для офисных работников, – пояснила с улыбкой она, – называется ролевая игра. Не знаете?

– Первый раз слышу! И что это за игра?

– Что-то типа «Зарницы» для взрослых. А хотите, сейчас сходим на их территорию? – неожиданно предложила Таисия. – Я уже была, очень интересно все устроено.

– Да разве можно? – не поверил он.

– Видите, открыто, – сказала она.

Они как раз подошли вплотную к указателю. В ограждении оказалось что-то типа широкого прохода. Создавалось ощущение, что две секции забора были просто сдвинуты в сторону. В образовавшемся проходе была видна лесная, тщательно почищенная дорога. Ямы на ней были засыпаны щебенкой. Два парня в одинаковых красных футболках и кепках несли большие пластиковые бутыли с водой.

– Илка! – крикнула Таисия, глядя из-под ладони вдаль дороги.

Но лайка уже умчалась далеко вперед и даже не оглядывалась.

– Буквально поняла команду «домой», – засмеялась Таисия. – Ну да не заблудится! Пошли? Это интересно!

Евгений Кириллович с сомнением посмотрел на расчищенный лес и ухоженную тропу.

– Ну и в чем тут приключение? – довольно ехидно поинтересовался он. – Понимаю, если бы тут настоящая дальневосточная тайга была, непроходимая и полная зверья. А это словно городской парк!

Таисия не ответила и быстро пошла по дороге. Евгений Кириллович, что-то бормоча себе под нос, двинулся за ней. Здесь было довольно сухо, и дорога была вполне пригодна для хождения на каблуках. Глядя, как Таисия ловко перебирает ногами в светлых босоножках, Евгений Кириллович перестал ворчать, догнал ее и пошел рядом, с любопытством оглядываясь по сторонам. Между сосен виднелись какие-то столы под навесами, там суетились парни в красных футболках.

– Точно, заезд ожидают, – заметила Таисия, показывая на столы. – Видите, готовятся.

Они подошли ближе, но парни не обратили на них никакого внимания. Они ставили на столы большие термосы, выкладывали одноразовую посуду. Чуть дальше виднелась круглая площадка. В центре ее было все приготовлено для костра.

– И впрямь зарница! – тихо рассмеялся Евгений Кириллович. – Даже кострище имеется. Так и видишь, что сейчас появится пионер с горном и возвестит о начале игры.

Они прошли по краю площадки. Из-за навеса вынырнул высокий худой парень. Он нес несколько вешалок с формой защитного цвета.

– Павлик, привет! – обрадовалась Таисия, увидев его. – У вас что, мероприятие?

– Вечер добрый, Таисия Семеновна! – охотно ответил он и положил вешалки на стол. – Да, через час одна компания заедет. Юридическая контора на корпоратив. Три дня у нас будут. Вот готовимся. А вы погулять к нам завернули?

– Вот гостю показываю вашу академию приключений, – пояснила она.

– Милости просим! – радостно сказал Павлик. – Походите, поглядите, дорогой товарищ! Может, друзей своих сюда потом привезете. Цены у нас вполне демократичные, а удовольствия получите море! Поистине незабываемые ощущения! Это своего рода военные приключения!

– Я генерал в отставке! – с гордостью произнес Евгений Кириллович. – И что такое настоящие военные приключения, знаю не понаслышке, молодой человек!

– Ну, тем более! – не смутился Павлик. – Вам вдвойне интересно будет! Какой у вас кавалер грозный, Таисия Семеновна! – добавил он и улыбнулся.

Таисия покраснела. Она сорвала длинный стебелек с лютиками, улыбнулась Павлику и двинулась по тропе, уходящей от площадки в глубь леса. Евгений Кириллович не отставал.

Какое-то время они молчали.

«Кавалер! – думала она, идя по тропинке. – Как же! Его и не поймешь! Капризный характер, переменчивый. Хотя недаром говорится, что чужая душа – потемки. И лучше туда не лезть!»

То, что Таисия никогда не была замужем, имело свое несомненное преимущество. У нее не было багажа негативного опыта совместной жизни с мужчиной. А, как известно, чем больше у нас связей, тем тяжелее мы строим новые отношения, потому что невольно отрабатываем свои ошибки на очередных партнерах. Таисия была в свои пятьдесят восемь лет, как это ни покажется странным, довольно неопытна. Она могла по пальцам пересчитать своих мужчин. Их было всего трое. Первый, и единственный, в кого она была по-настоящему влюблена, тот самый актер, его звали Артур, обманул ее самым бессовестным образом. Он закрутил с хорошенькой медсестрой бурный роман, клялся ей в вечной любви, совершенно вскружил голову своим бравым гусарским видом. Таисия вообразила, что каким-то чудом перенеслась в так любимый ею ХIХ век, и потеряла голову. После окончания съемок Артур обещал, что приедет за ней при первой возможности, а пока искусство не оставляет ему времени на личную жизнь и он вынужден вернуться в Питер, его родной город. Но больше она его не видела никогда. Ее рана долго не заживала.

Правда, через пару лет она сошлась с Колей, ее бывшим одноклассником. Она знала, что он еще в школе вздыхал по ней, но никогда не обращала на него внимания. Но как-то на свадьбе их друзей Таисия посмотрела на него другими глазами. Коля выглядел по-прежнему влюбленным, и она подумала, что вернее мужа ей не найти. К тому же он нежно и трепетно относился к ее маленькому сыночку Диме. Но через полгода их роман закончился. Они были совершенно разные люди и так и не смогли найти общий язык. Влюбленность Коли после близости почему-то стала сходить на нет, а Таисия так и не смогла им увлечься. Они разошлись без ссор и выяснения отношений по обоюдному согласию. И даже остались хорошими друзьями. Но Таисия больше никому не верила, а время шло. Она всю свою любовь отдала сыну, а про замужество и слышать не хотела. Жизнь была вполне налаженной: работа, дом, семья и ее постоянное увлечение, отрада ее души – изучение истории усадьбы. Когда Таисия уезжала в Москву, то обязательно ходила по книжным магазинам, выискивая все, что касалось марфинской усадьбы. У нее собралась небольшая библиотека по истории родного края. Когда отреставрировали дворец и встал вопрос о проведении в нем экскурсий, Таисии даже предложили этим заняться, и она с радостью согласилась. Но этот проект не состоялся, потому что было решено, что дорогие VIP-номера намного выгоднее, чем проведение дешевых экскурсий. И дворец превратился в один из корпусов санатория. Таисии это не понравилось, хотя она понимала, что так действительно намного выгоднее для санатория. Но ей все казалось, что негоже случайным людям жить во дворце, что это оскверняет память бывших высокородных владельцев усадьбы. Но свое мнение она держала при себе.

Правда, однажды Таисия нашла единомышленника. Новый врач, Валерий Иванович, мужчина в возрасте, солидный и серьезный, как-то высказался при ней, что в современном мире постепенно утрачивается понятие бережного сохранения исторических памятников. И привел в пример графский дворец. Таисия горячо его поддержала. Они разговорились. Почувствовав неподдельный интерес к истории усадьбы, она словно расцвела и начала пылко рассказывать, перескакивая с одного на другое. Валерий Иванович слушал с большим интересом, задавал вопросы и удивлялся ее познаниям. Дворец стал их излюбленной темой для разговоров. И скоро Таисия почувствовала, что влюбляется в нового врача. Он также давал ей понять, что не против более близких отношений. Они начали встречаться. Правда, Валерий Иванович был старше ее на пятнадцать лет, но это Таисию не смущало и даже радовало. Ей казалось, что такой взрослый мужчина понимает толк в отношениях и никогда не будет причинять ей боль. Но через три месяца их романа в санаторий явилась его жена. Для Таисии это был удар, ведь он уверял ее, что в разводе и абсолютно свободен. Она резко оборвала их связь и старательно избегала общения с ним и каких-либо попыток с его стороны выяснить отношения. После этой неудачи Таисия окончательно решила, что ей на роду написано жить одной. И успокоилась.

И вот впервые за долгое время она почувствовала интерес к мужчине. Евгений Кириллович нравился ей, но она в душе относилась к появившимся чувствам с легкой насмешкой, потому что давно уже не верила и не надеялась. Она словно со стороны наблюдала за собой, но внутрь ситуации входить опасалась. Тем более после того, как увидела, каким перепадам настроения подвержен Евгений Кириллович. Она не одобряла такого поведения, считала его признаком избалованности и думала, что мужчине не подобает так себя вести. Но она делала скидку на то, что он всю жизнь прослужил в армии, и это, несомненно, накладывало отпечаток на его личность. Тем более высокое звание генерала, как думала Таисия, приучило его ко всеобщему подчинению. Правда, в какой-то миг она решила, что не стоит ей увлекаться таким человеком, что все равно ни к чему хорошему это не приведет, что возраст обязывает быть осторожными. Но странная, ей самой непонятная и все усиливающаяся тяга к нему не давала ей покоя. И Таисия решила не сопротивляться, а плыть по течению. А там будь что будет.

– Смотрите, какие-то палатки! – оживился Евгений Кириллович и показал рукой на видневшиеся за соснами огромные палатки защитного цвета. – Господи, даже на учениях себя почувствовал!

– Пойдемте ближе! – предложила Таисия. – Эх, знала бы я, что нас сюда занесет, оделась бы подобающим образом!

– Опирайтесь на меня, – любезно предложил он и подставил ей руку. – А то на каблуках не совсем удобно по лесу разгуливать. Хотя, смотрю, тут все вылизано и тропинки ровные и вычищенные. И это мне кажется неправильным. Будто мы не в лесу, а в городском парке.

Они подошли к довольно большой поляне. Четыре длинные палатки стояли по ее краям. За ними виднелось что-то типа полевой кухни. Таисия вошла в одну из палаток. Там было пусто и пахло влажным брезентом. Евгений Кириллович заглянул, потом тоже вошел и приблизился к Таисии. Она замерла, глядя в полумраке в его заблестевшие глаза.

– И как они тут спят? – тихо спросила она после паузы.

– Так в специальных мешках, – так же тихо ответил он и взял ее за руку.

Она вздрогнула, ощутив прикосновение его прохладных пальцев.

– Холодно на земле, – продолжила Таисия, не сводя с него глаз.

– Не кисейные барышни, раз в войнушку играют, – улыбнулся он. – Да и полезно офисным увальням в таких условиях пожить, хоть бы и несколько дней.

– Ну почему сразу увальням? – мягко пожурила она.

– А что, не так? – возмутился Евгений Кириллович и отпустил ее руку. – Вы только посмотрите на нынешних молодых людей! От армии косят, сидят целыми днями в офисах, жиреют и лысеют чуть ли не в юности, пьют да курят.

– Ну не все же! – возразила она.

– Но большая часть! – сухо ответил Евгений Кириллович. – Так что я сейчас понимаю, что вот такие ролевые игры им жизненно необходимы. Айда дальше! – предложил он. – Что тут у них еще имеется?

Он вышел из палатки. Таисия двинулась за ним. Ее забавляло, как он оживился, как явно перестал думать о каких-то своих внутренних проблемах.

Они ушли с поляны по узкой тропе. Вдруг Евгений Кириллович остановился и схватил ее за руку.

– А это что такое? – радостно прошептал он и показал на стрелку, которая была выпилена из куска фанеры и прибита к большому кругу, лежащему на земле.

– Указатель, не иначе, – предположила Таисия и тихо засмеялась.

– И мы пойдем по направлению! – решительно произнес он и потащил ее за собой.

Стрела указывала на очень узкую тропу, едва заметную меж густых кустов. Но она также была тщательно вычищена. Таисии не очень-то хотелось в своем костюме и на каблуках идти в глубь леса, но она беспрекословно слушалась Евгения Кирилловича. Он оживлялся все больше. Видно было, что его затягивает эта игра, что он жаждет новых открытий. Пройдя тропу, они вышли к самому настоящему наблюдательному пункту. Между двумя толстыми соснами висело что-то типа огромной корзины, дно которой было сделано из досок с отверстием посередине, а бока из толстой сетки. Корзина висела довольно высоко от земли, но к ней вела деревянная лестница, прикрепленная к одной из сосен. Евгений Кириллович подбежал к лестнице и начал забираться. Но Таисия осталась внизу.

– Осторожнее! – крикнула она, глядя, как он карабкается наверх.

У лестницы перила были только с одной стороны, а ступеньки очень узкие. Но Евгений Кириллович уже забрался на самый верх и полез в корзину. Она увидела, как он выглядывает из нее и машет ей рукой.

– Тут далеко видно! – крикнул он. – Настоящий наблюдательный пункт! Здорово придумано! Противник не пройдет незамеченным!

– Спускайтесь уже! – попросила Таисия. – А то опасно так высоко!

– Да разве ж это высоко? – рассмеялся он. – Так, детские забавы! Вы бы на настоящей вышке побывали!

Таисия вздохнула и подумала, что мужчины всегда остаются в душе детьми, только игры у них становятся более опасными.

Когда Евгений Кириллович спустился, она взяла его под руку и предложила возвращаться обратно.

– А то поздно уже, – добавила она.

– Поздно? – изумился он и глянул на часы. – Всего-то половина девятого! А сейчас самое светлое время, день-то вон какой длинный!

– Сыро в лесу становится, – тихо заметила она. – А для радикулита это вредно.

– Ах, оставьте вы меня с вашими нравоучениями! – неожиданно вспылил он. – Понимаю, что вы, как медицинский работник, проявляете заботу. Но я уже не маленький и сам знаю, что мне вредно, а что полезно!

– При чем тут медработник? А может, я чисто по-человечески о вас беспокоюсь! – ответила Таисия и взяла его под руку. – Пошли в санаторий! А то, пока доберемся, уже к десяти будет.

– Почему это? – упрямо возразил он. – Тут ходу с полчаса, не более! А это что? – с интересом спросил он и бросился к высокой толстой сосне.

На ее стволе виднелся небольшой зеленый квадратик из тонкого пластика.

– Понятия не имею, – недовольно ответила Таисия.

– А вон еще один! – с восторгом проговорил Евгений Кириллович. – Да это указатели!

И он бодро двинулся по тропе. Таисия молча пошла за ним. Она начала жалеть, что привела его сюда. Но разве можно было предположить, что такая игра увлечет его. Через несколько метров Евгений Кириллович увидел еще зеленый квадратик и пришел в какой-то детский восторг.

– Это маршрут! – заявил он с таким гордым видом, словно только что открыл Америку. – Айда дальше!

Таисия вздохнула, понимая, что сопротивляться бесполезно. В этот момент он нагнулся и показал ей на зеленый квадратик, ловко спрятанный под изгибом лежащего поперек тропы бревна.

– Ага! Думали, я не замечу! – прошептал он. – Не на того напали!

И он шустро перелез через бревно. Но Таисия остановилась. В узкой юбке ей было неудобно преодолевать такие препятствия.

– Ну что же вы? – нетерпеливо спросил он и протянул ей руку. – Пошли дальше!

– Нет, я тут посижу, – сказала она. – А то одежда у меня неподходящая для лазания по буреломам.

– Да какие буреломы, голубушка? Тропа-то и тут вычищена! Подумаешь, какое-то бревно! А хотите, я вас на руках через него перенесу? – неожиданно предложил он.

– Еще чего не хватало! – возмутилась Таисия. – Это с вашей-то больной поясницей!

– Да здоров я! – с раздражением ответил он. – Ну ладно, сидите тут, коли охота. Но никуда с этого места! Я скоро вернусь.

Он зачем-то подмигнул ей и бодро двинулся по тропе.

Таисия постелила на бревно платочек и села. Тишина леса, ароматы трав и сосновой смолы, одиночество постепенно успокоили ее, прохладный воздух остудил горящие щеки. Она начала улыбаться, вспоминая, как оживился Евгений Кириллович. Он словно сбросил не один десяток лет и из занудливого ипохондрика превратился в любопытного подростка.

«Главное, чтобы завтра все эти скачки ему не вышли боком, – обеспокоенно подумала она. – А то напрыгается, а потом встать не сможет. И я виновата буду. Но какой он забавный оказался, какой живой! Кто бы мог подумать! И все его высокомерие слетело, да и перепадов в настроении больше не наблюдается. А то ходил, как павлин, и меня не замечал!»

Она тихо засмеялась.

Евгений Кириллович вернулся через полчаса и с весьма разочарованным видом.

– Представляешь, – возбужденно начал рассказывать он, неожиданно перейдя на «ты», – дошел я до конца тропы, а там просто два сросшихся дерева и на них два квадратика, типа назад заворачивайте! И в чем смысл? Правда, через болотце пришлось перебираться. Но там тоже везде все предусмотрено и даже досочки проложены.

– А вы что хотели? – засмеялась Таисия. – Что там в кустах будет сидеть противник в зеленой каске и с сосновыми ветками на голове?

– Ну типа того! Представила? – расхохотался Евгений Кириллович.

– А мы уже на «ты»? – все-таки поинтересовалась она.

– Бог мой, я даже и не заметил! – ответил он. – А что? Может, стоит перейти и на «ты»! – после паузы предложил он. – Мы же сейчас вроде команды «зеленых».

– Можно, – согласилась Таисия. – Но пора обратно отправляться.

Евгений Кириллович протянул ей руку и помог встать. Они глянули друг на друга, чему-то засмеялись и бодро отправились по тропе.

Глава вторая

После похода в «Академию приключений» Евгения Кирилловича словно подменили. Он был неизменно приветлив, ласков, улыбчив и охотно шел на контакт. Придя на следующее утро на укол, он принес ей букетик крупных полевых ромашек. Таисия, увидев цветы, смутилась.

– Вот, захотелось сделать тебе приятное, – пояснил он, кладя букетик на стол. – Только, конечно, цветочки эти простые. А вот где розы купить, я и не знаю! Правда, видел у некоторых граждан в палисадниках розовые кусты, но как-то постеснялся просить.

– Да и не к чему, – тихо заметила она. – Хотя мне приятно!

Таисия поставила ромашки в банку с водой. Потом повернулась к Евгению Кирилловичу и улыбнулась.

– А вообще-то возле ворот есть ларек, – сообщила она. – Там раньше «Парфюмерия» была, а сейчас цветочный открыли.

– Приму к сведению! – явно обрадовался он.

– Да я не к этому… – растерялась она и замолчала, не зная, что сказать.

Получилось, что она сама напрашивается на то, чтобы он подарил ей букет.

– Мне и такие цветочки милы, – тихо продолжила Таисия. – Как вы себя чувствуете? – деловым тоном поинтересовалась она. – Как спина после вчерашнего похода в лес?

– Отлично! – радостно ответил он. – Давно я так себя хорошо не чувствовал. Бодрость необыкновенная! Хотелось бы еще в эту академию прогуляться! Представляю, сколько мы всего интересного пропустили.

– Даже и не знаю, – задумчиво ответила Таисия. – Я ведь с завтрашнего дня в двухнедельный отпуск ухожу. Так вот! Теперь Людмилочка будет вам… то есть тебе уколы делать.

– Не хочу! – тут же огорчился Евгений Кириллович. – У нее рука тяжелая!

– Это еще что за капризы? – строго проговорила Таисия и сдвинула брови. – Курс нужно закончить.

– Нужно, – кивнул он. – А ты что в отпуске делать будешь?

– В Москву хотела поехать.

– Ах да, у тебя же там сынок, – сказал он.

– И не только из-за этого, – после паузы ответила она. – Есть и другие дела.

Евгений Кириллович глянул на нее и опустил голову.

– Давай уже, брюки снимай. Укол нужно сделать, – нарочито строгим тоном сказала она, с трудом сдерживая улыбку. – Незачем очередь создавать.

– Да там и нет никого! – заметил он и поднял голову, глядя прямо ей в глаза. – Гонишь меня, Тасенька?

От этого непривычно ласкового обращения она смутилась и слегка покраснела.

– Вот что, приходи сегодня на мост в пять, – сказала она. – Я как раз закончу. Ты ведь там и не был еще, хотя уже неделю у нас живешь.

– Ну, только издалека видел, – ответил он. – Там ведь все огорожено. Как я туда пролезу? Хотя постоянно вижу, что народ туда как-то проникает. А почему именно там тебя ждать? – поинтересовался он.

– Этот мост у нас традиционное место свиданий, – тихо ответила она.

– Вот как? – явно обрадовался Евгений Кириллович. – Тогда прибуду ровно в пять! И уж пролезу через решетку любым способом.

Таисия улыбнулась, достала ампулу из коробочки и пошла за ширму.

После укола Евгений Кириллович не стал задерживаться и быстро покинул процедурную. Но вид при этом имел довольный. Таисия доработала до конца смены в приподнятом настроении. В половине пятого она закрыла дверь и сняла халат. Затем взяла зеркальце и критически себя оглядела. Таисия заранее решила назначить свидание, поэтому сразу оделась нарядно. Синее платье с глубоким круглым вырезом очень шло ей. Его украшали узкие белые кружева, пришитые по краю выреза и притягивающие взгляд к декольте. Таисия достала из сумочки нитку крупного речного жемчуга и надела ее. Затем распустила волосы, тщательно расчесала их, взбила и уложила в высокую прическу, заколов узел белой пластмассовой бабочкой, усеянной искусственными жемчужинами. Припудрив лицо, она нанесла розовую помаду и после небольшого раздумья слегка подкрасила глаза. Результатом осталась довольна. Оглядев процедурную, поправив стопку салфеток на столе и поставив на место слегка сдвинувшуюся ширму, она улыбнулась, вздохнула и вышла.

День сегодня был ветреным и не таким жарким. И это радовало. Таисия миновала ворота санатория и медленно пошла между высотками. Она односложно отвечала на приветствия знакомых и мягко уклонялась от попыток заговорить. Таисия начала отчего-то волноваться, и чем ближе подходила к мосту, тем волнение становилось все сильнее. Пройдя между церквями, она замедлила шаг и начала высматривать высокую фигуру Евгения на мосту за решеткой. И тут же увидела его. Он шел ей навстречу, улыбаясь немного растерянно. Таисия увидела, что он оделся в строгий серый костюм, белую рубашку и даже нацепил галстук. В руке нес букет из крупных бледно-желтых роз. Таисия вдруг пожалела, что назначила свидание на виду у всех. Но делать было нечего, и она, улыбаясь, ускорила шаг.

– Это тебе, – задыхаясь, произнес он и протянул ей букет.

Две старухи, оживленно разговаривающие на углу возле церковной ограды, тут же развернулись и стали смотреть на них во все глаза. Таисия решила не обращать ни на кого внимания. Она взяла розы, понюхала их, потом поблагодарила, заметив, что можно было обойтись и без цветов.

– Не положено! – ответил Евгений Кириллович. – Мы же на свидании, насколько я понимаю. А я всегда к своей даме с цветами приходил. Так уж я воспитан. Или тебе розы не нравятся? – забеспокоился он.

– Что ты! Как же они могут не нравиться? – смутилась Таисия. – Ну что, пойдем гулять?

– Ты же на мост хотела, – упрямо произнес он. – Это же традиция! Я вот только не смог найти подходящую дыру, чтобы пролезть.

И он тихо засмеялся.

– Представляю, как ты в таком костюме пытаешься пролезть в дыру! – прыснула Таисия.

– А что? Вон, смотрю, туристы там так и шастают! Пока тебя ждал, несколько групп побывали на вашем замечательном мосту. И не только фотографировали, но и на видео снимали! Знаешь, и никого запрещающая надпись не остановила! Я тоже хочу!

Таисия глянула на его взволнованное лицо, с трудом удержалась от желания рассмеяться и заметила, что раз хочется, то необходимо это сделать. Она двинулась к высокой решетке, загораживающей вход на площадку возле моста. Евгений не отставал. Она свернула вправо и прошла почти до обрыва. Тут высокий берег осыпался, правда, он постоянно зарастал густой, сочной от близкой воды травой, живописно заплетенной вьюнком. На краю обнажилась старинная каменная кладка из красного кирпича. Решетка заканчивалась возле нее. И в ее окончании несколько секций были выгнуты, образуя овальный проход. Таисия легко пролезла в него. Евгений Кириллович, пригнувшись, последовал за ней.

– Какая красота! – восхищенно воскликнул он, подходя к стройной колоннаде, украшающей мост. – Хотя люди все-таки сволочи! – тут же возмутился он, увидев, что красный кирпич пестреет нецензурными надписями, а возле колоннады полно мусора и пустых банок из-под пива.

– Да, и тут уж ничего не поделаешь, – согласилась Таисия. – Гадим и не задумываемся. Ты внутрь колоннады даже и не заходи! Там давно общественный туалет.

– Хорошенькое же у вас место для свиданий! – усмехнулся он, отходя и закидывая голову. – Но как красиво! Чем-то Грецию напоминает. Такие же высокие арки, сквозь которые чудесный вид на воду и небо.

– Возможно, – тихо ответила Таисия. – Но я в Греции не была, так что сравнивать не могу.

Евгений Кириллович не ответил и отошел еще назад. Колоннада моста возвышалась перед ним ровными полукружьями вытянутых белокаменных арок, стоящих на основании из красного кирпича. Крайняя арка была больше остальных, и ее верх украшали самые настоящие каменные кружева, правда, кое-где осыпавшиеся.

– Эй, пацаны, айда сюда! – раздался задорный мальчишеский голос.

И в отверстие решетки начали пролезать подростки с банками пива. Они не обращали никакого внимания на взрослых, громко смеялись над чем-то и пихали друг друга.

Таисия взяла Евгения Кирилловича под руку и сказала, что пора уходить и что лучше, если их свидание продолжится в другом месте. Он кивнул, но все не мог отвести взгляда от ажурных арок.

– Жаль, что мы там не посидели, – заметил он, когда они покинули мост и пошли к пруду. – Там как-то время останавливается, и так и видишь прогуливающихся дам в старинных платьях с кавалерами под руку.

– Да? Ты тоже это видишь? – обрадовалась Таисия. – Я иногда словно грежу наяву. И счастлива, что живу в таком месте. Давай сядем вон на то бревно, – предложила она, показывая на толстенную, лежащую верхушкой к воде липу.

Они подошли и сели на сухой теплый ствол. Розы Таисия положила рядом в траву и стала задумчиво смотреть на воду, которая была настолько неподвижна, что казалась зеркалом, отражающим небо, легкие облака и лес на другом берегу.

– А ветер окончательно стих, – заметил Евгений Кириллович. – Вода-то не шелохнется.

– А к вечеру часто так, – сказала Таисия. – И такой покой, такая тишь. Я люблю здесь сидеть. Знаешь, у нас и художник свой есть. Старенький такой, а все рисует. Только нигде работы свои не выставляет и не продает. Он самоучка, но картинки красивые получаются. Тут часто он рисует и этот пруд, и церковки наши. Поставит мольберт и может целый день проработать. Отдыхающие иногда выпрашивают картины на память, так он денег не берет, даром отдает. Говорит, что лишь бы радость людям его искусство приносило.

– Странный мир тут у вас, – задумчиво проговорил Евгений Кириллович, – словно и не наше время. А вроде от Москвы недалеко. Даже уезжать не хочется! А ведь придется. Вот путевка моя закончится, и прощай, графская усадьба!

– Но ведь ты всегда можешь сюда вернуться, – тихо сказала Таисия и взяла его за руку.

– Приглашаешь? – спросил он и искоса на нее глянул.

– Да, – быстро ответила она и продолжила совсем другим тоном: – В середине шестнадцатого века здесь находились владения боярина Василия Головина. Это вообще-то не пруд, а речка Уча. Вот на ее крутом берегу он и построил себе дом. Головин служил при Иване Грозном воеводой. Но потом Марфино часто меняло своих владельцев.

– Вот как, – сказал Евгений Кириллович, видя, что она замолчала и внимательно на него смотрит. – Интересно!

– Тебе и вправду интересно? – все-таки уточнила Таисия. – Или ты так, из вежливости?

– Продолжай! – попросил он.

– В 1698 году Марфино приобретает воспитатель Петра I, впоследствии его сподвижник, князь Борис Алексеевич Голицын. Вот с этого-то времени и наступает новый период в жизни усадьбы. Деревня была скромная, заштатная, можно сказать. И это не соответствовало вкусам князя Голицына. Он возводит здесь новые хоромы, разбивает французский парк, а затем строит и новую каменную церковь Рождества Богородицы.

– Эту? – спросил Евгений Кириллович, показывая на высящуюся слева от них на высоком берегу небольшую церквушку, выкрашенную в светло-желтый цвет.

– Нет, это Петропавловская церковь. Она была возведена позже и являлась зимней. Поэтому стоит практически рядом с первой.

– Ах, да, та и вправду намного больше и строже видом. Но она вроде закрыта? – уточнил Евгений Кириллович.

– Долгое время была закрыта. Но сейчас ее реставрируют и, даст бог, скоро откроют для служб.

– Вот и славно! – улыбнулся он. – Как много ты всего знаешь! Ты удивительная женщина!

Он вдруг наклонился и поцеловал ее в щеку. От неожиданности Таисия зарделась и замолчала. Кровь зашумела в голове, от волнения вспотели ладони, и она скрестила руки на груди. Евгений Кириллович тоже молчал и смотрел на воду. Таисия почувствовала странную неловкость и встала. Она подняла цветы с земли.

– Хочешь пройтись? – уточнил он и тоже встал.

– Домой уже пора, – ответила она. – Завтра рано вставать.

– Зачем это? – удивился Евгений Кириллович. – Ты же уже в отпуске!

– В Москву еду завтра. А мой сосед тоже, вот обещал отвезти на машине. Только он в пять утра поедет.

– Во сколько?! – изумился он.

– Так ведь пробки на Дмитровском шоссе на въезде, сам понимаешь! Лучше пораньше, а то простоишь невесть сколько, – пояснила она и пошла в сторону мостика через пруд.

– Ну раз такое дело, – вздохнул Евгений Кириллович, – то не смею задерживать.

Его лицо приняло обиженное выражение, видно было, что он чем-то очень разочарован.

– Хочешь – проводи меня, – тихо предложила Таисия.

И он сразу приободрился и кивнул, взяв ее под руку. Они перешли через мост и направились в сторону деревни. Но странная неловкость все нарастала. Таисия отчего-то сильно смущалась и молчала. Евгений Кириллович искоса поглядывал на ее румяное лицо и тоже помалкивал. Так они дошли до ее дома и остановились возле калитки. Таисия заранее решила, что приглашать его в дом не будет. Она хотела уже попрощаться, но в этот момент на крыльцо вышла Мария Ефимовна. Она вытянула шею, глядя на них. Потом начала улыбаться и махать рукой. Таисия растерялась. Отправить его сейчас восвояси было уже неудобно.

– Здравствуйте! – крикнул Евгений Кириллович и помахал в ответ.

– Да что же вы не заходите? – громко спросила Мария Ефимовна и пошла к ним. – Тасенька, что же ты гостя на пороге держишь?

И Таисии ничего не оставалось, как пригласить его в дом. Евгений Кириллович внимательно посмотрел в ее недовольное лицо и не двинулся с места. Но она открыла калитку. Мария Ефимовна с путавшейся под ногами Илкой уже подходила к ним.

– Гость дорогой! – радостно заговорила она. – Обещались, а не заходите! Нехорошо, молодой человек!

– Вот зашел, – улыбнулся Евгений Кириллович. – Но опять без подарка! Вы уж простите!

– А и не нужно мне ничего! – улыбнулась она в ответ. – Посмотрю на вас, да и довольно с меня. Проходите, чего же на пороге топчемся. Я пирогов напекла с яблоками. Любите? Сейчас чай пить будем. Ай, розы-то какие красивые! – заметила она и хитро посмотрела на Таисию.

– Да, очень, – ответила та и спрятала лицо в букет.

Чай решили пить на веранде. Мария Ефимовна, правда, быстро куда-то ушла.

– Вкусные пироги матушка твоя печет, – похвалил Евгений Кириллович после длительной паузы. – А выпечку я люблю. И знаешь, сколько ни съем, не поправляюсь. В этом мне везет! Не представляю, как бы я чувствовал себя, будучи полным. Многие мои ровесники просто расползаются.

– А я всегда толстушкой была, – сказала Таисия. – И никакие диеты не помогают.

– Да что ты! – возразил он. – Ты просто прелесть какая женщина! Все в меру!

Таисия от этих слов вспыхнула до корней волос.

– И не надо худеть тебе! Да и зачем, сама подумай?

– Всегда очень хотелось походить на графиню Панину, – тихо призналась она. – А она дама стройная была. Я в одном журнале даже нашла ее портрет. Хочешь посмотреть? – неожиданно предложила она.

– А у тебя есть? – удивился он.

– Конечно! Я даже в рамку вставила! Пошли ко мне!

Евгений Кириллович с готовностью встал и двинулся вслед за Таисией. Когда он оказался в комнате, то замер от удивления. Таисия, видимо, хотела придать своему жилищу вид будуара какой-нибудь придворной дамы, а возможно, так она представляла себе убранство покоев графини. Тяжелые парчовые красные с золотом шторы пышно драпировали типично деревенское окошко. Обои были красноватого оттенка. На них просматривался золотистый рисунок из букетиков роз, подвязанных розовыми бантами. Кровать застилало гобеленовое покрывало, на котором были вытканы кареты, замки и дамы. Оно выглядело кричаще пестрым и выбивалось из общей гаммы комнаты. На кровати сгрудились маленькие подушечки, в народе называемые думочками. Они выглядели тоже очень пестрыми, но их узоры, вышитые цветным шелком, поражали изяществом и красотой. Старенький комод в углу комнаты совершенно не гармонировал со стилем комнаты. Но Таисия закрыла его кружевной салфеткой и поставила две фарфоровые вазы, расписанные букетами бледно-розовых роз. На стене Евгений Кириллович увидел небольшой портрет дамы.

– Вот эта репродукция, – сказала Таисия, показывая на портрет. – Это и есть графиня Панина.

Евгений Кириллович подошел ближе. Графиня выглядела очень румяной. Она была изображена вполоборота к зрителю. Портрет был поясным. Нарядное платье серо-синей гаммы с глубоким декольте и воздушными бледно-серыми кружевами по вороту, пышная прическа из пепельных кудрей, внимательные темно-голубые глаза, гордая осанка говорили о том, что перед вами благородная дама.

– Этот портрет написал Вуаль Жан Луи в 1791 году, – тихо сообщила Таисия. – Не правда ли, она хороша?

– Да, – согласился Евгений Кириллович и вдруг добавил: – И чем-то на тебя похожа!

– Да ладно! – смутилась она. – Ничего общего! Говорила же, мы все из крепостных, весь наш род.

– Но как у тебя тут… – начал он и замолчал, не зная, какие подобрать слова.

– Мне нравится жить в такой обстановке, – сказала Таисия. – Так приятно читать вечерами книжки о тех временах. Иногда так и кажется, что выйду из дома и увижу усадьбу во всей своей красе, как знатные господа съезжаются на какое-нибудь празднество, как вспыхивают фейерверки над прудом, как дамы катаются на лодках с кавалерами.

– Какая же ты фантазерка! – улыбнулся Евгений Кириллович, приблизился к ней и обнял. – Ты удивительная женщина! Я и не встречал таких!

Таисия подняла глаза. Он легко поцеловал ее лоб, потом кончик носа и чуть коснулся горячих губ. Она замерла под этой лаской, закрыв глаза и чуть дыша. Но быстро пришла в себя, отдвинулась и смущенно спросила:

– Что ты делаешь, Женя?

– Целую тебя, – прошептал он и отстранился. – Прости, не выдержал!

– Мы взрослые люди, – серьезно проговорила она. – И должны отдавать отчет в своих действиях.

Он не ответил, не сводя с ее лица заблестевших глаз.

– О чем ты? – после паузы спросил он.

– Ни о чем! – задорно ответила она и оттолкнула его. – Пойдем на веранду!

Евгений Кириллович нахмурился и вгляделся в ее лицо. Потом сказал, что ему пора уходить, так как нужно дать ей отдохнуть.

– Как хочешь, – сухо ответила Таисия и вышла из комнаты.

Он постоял возле кровати, потом отправился вслед за ней.

Таисия вышла на крыльцо и увидела Марию Ефимовну, стоящую возле палисадника. Илка вертелась возле нее.

– Уже уходите? – спросила Мария Ефимовна. – Рано что-то!

– Пора, – ответил Евгений Кириллович. – Да и не хочу вам надоедать.

– Что вы такое говорите! – огорчилась Мария Ефимовна и укоризненно глянула на Таисию.

Но та молчала. Евгений Кириллович потрепал Илку за ушами, потом ласково попрощался с Марией Ефимовной и обещал заходить. Таисия кивнула ему, но от поцелуя уклонилась. Когда он вышел за калитку и скрылся из вида, она, не отвечая на вопросы матери, ушла в свою комнату.

Таисия чувствовала смятение. Она понимала, что нравится Евгению Кирилловичу, да и он ей не был безразличен. И если рассудить, то они были вполне подходящей парой. Но… Сколько же было этих самых «но»! Таисия боялась начинать новые отношения. Она уже давно смирилась с тем, что несчастлива в личной жизни, и больше чудес не ждала. Да и возраст давал о себе знать. Плотские желания редко беспокоили ее, и она считала, что это правильно. Таисия, как медицинский работник, все знала об изменениях, происходящих в организме женщины с наступлением климактерического периода. А этот период наступил у нее уже больше восьми лет назад. Но когда Евгений Кириллович начал целовать ее и обнимать, ее тело вдруг откликнулось. Появилось вполне отчетливое желание, и именно это привело Таисию в смятение. Она и представить не могла, что еще способна на такие ощущения. И отказывалась верить самой себе.

«Я должна успокоиться, – думала она, – это просто какое-то атмосферное явление так на меня подействовало. Мало ли! Магнитные бури всегда вызывают повышенное волнение и обостренную чувствительность. Недаром почти у всех учащается сердцебиение и болит голова. Не иначе сейчас магнитные бури. Надо радио послушать. Может, даже стоит принять настой валерианы».

Таисия разделась и легла. Но когда она закрыла глаза, то явственно ощутила прикосновение его губ, его руки, сжимающие ее плечи, и холодок волнения побежал по телу. Она резко села.

– Да что это со мной, в самом деле? – сказала она. – Не влюбилась же я! Этого просто быть не может! В моем-то возрасте! Бред какой!

Таисия снова легла и попыталась успокоиться и уснуть. Но сон не шел. Она все видела карие блестящие глаза Евгения, его мягкую улыбку, слышала его голос. Поворочавшись с полчаса, Таисия встала и пошла на кухню. Увидев сидящую у стола Марию Ефимовну, удивилась.

– А ты чего не спишь? – улыбаясь, спросила она и открыла ящик буфета, где хранились лекарства.

– Так что-то не хочется, – с готовностью ответила Мария Ефимовна. – Вот чаю ромашкового попила. А ты чего? Тебе ведь рано вставать!

– Да голова разболелась, – ответила Таисия.

Она достала успокоительное и запила таблетку водой.

– Это Евгений тебе голову задурил! – уверенно заявила Мария Ефимовна. – Вот и заболела. А ты не думай, дочка, не бери в голову-то! Лучше сердцем решай! Оно тебя не обманет!

– Господи, мама, о чем ты! – раздраженно ответила она. – Он просто мой знакомый и не более того!

– Знаешь, с возрастом приобретаешь какое-то обостренное внутреннее зрение, – задумчиво проговорила Мария Ефимовна. – Может, оно, конечно, не у всех прорезается. Но у меня точно! Как-то ясно видишь некоторые вещи.

– И что ты такое видишь? – заинтересованно спросила Таисия.

– Подходящая пара вы, вот что вижу, – уверенно ответила она. – И ты должна быть мудрее в этот раз. А то все одна и одна, сколько можно!

– Так не девочка уже, планы-то строить! – заметила Таисия.

– Я тебя предупредила, а там сама решай, – сказала Мария Ефимовна и встала. – А вообще пора спать!

В Москве Таисия была в шесть утра. Доехали они без приключений и практически не стояли в пробках. Сосед подвез ее до метро «Водный стадион» и отправился по своим делам. А Таисия быстро пошла по улице, поглядывая на начинающее хмуриться небо.

«Только дождя не хватало! – озабоченно подумала она. – Хотя зонтик я взяла на всякий случай!»

Она свернула к высотному дому. Здесь жил ее сын Дима. Он купил двухкомнатную квартиру в рассрочку, взяв ипотечный кредит. И вот уже пять лет жил здесь, аккуратно выплачивая взносы. Таисия вначале была недовольна, что ее сын залез в такую кабалу. Но постепенно смирилась и даже старалась помочь ему деньгами. Но Дима никогда не брал у нее, говоря, что он мужчина и в состоянии позаботиться не только о себе, но и о ней и бабушке. Таисия знала, что он неустанно трудится, и мечтала только о том, что он в конце концов выплатит кредит и женится на хорошей девушке.

Когда Таисия поднялась в квартиру, Дима уже встал и пил кофе. Они расцеловались, и Таисия начала разгружать сумку.

– Мама, ну зачем ты столько всего привезла! – рассмеялся Дима, помогая ей составлять в холодильник банки со сметаной, сливками, молоком, топленым маслом, складывать пакеты со свежей петрушкой и укропом, пучки редиса.

– Ну, сыночка, это же все наше, деревенское! Свежее! Пригодится! Тем более сосед на машине довез, – говорила она. – А тут бабка тебе еще и пирогов напекла, твоих любимых с капустой. И вот еще с луком, яйцом и с яблоками.

– Ой, спасибо! – явно обрадовался Дима. – Прямо слюнки побежали! Возьму с собой на работу!

– Была бы хозяйка в доме, – сказала Таисия, выкладывая пироги на большую тарелку и ставя ее на стол, – так каждый день бы тебя пирожками баловала!

– Ага, как же! – засмеялся Дима. – Современные девушки понятия не имеют, что такое настоящие пироги!

– Ничего, научилась бы ради любимого мужа! – уверенно проговорила она и села к столу.

– Устала, мамуля? – спросил Дима и налил ей чай. – Рано пришлось вставать сегодня!

– Да я пташка ранняя, – ответила она. – Так что привычная! Поешь пирогов-то! Или бежать уже пора?

– Да, пора! Сегодня несколько объектов, – озабоченно ответил он, но присел к столу.

Таисия глянула в его карие глаза, на румяные, как у нее, щеки, на яркие губы и улыбнулась. Дима выглядел отлично – молодой, симпатичный, как говорится, кровь с молоком. Правда, он был не очень высоким и полноватым, но это его не портило. В принципе он очень походил на мать, только темные глаза и волосы были отцовы. Она смотрела, с каким аппетитом он ест пироги, и радовалась, что у нее такой здоровый и ладный сынок.

– Как там бабуля поживает? – спросил он, закончив есть. – Здорова?

– А чего ей сделается? – улыбнулась Таисия. – Здорова, тебе привет передает.

– Собирался на эти выходные приехать, – сообщил Дима, – но кое-какая работа появилась за городом. Это так, чисто для денег.

– Все жилы ты себе с этой ипотекой вытянул! – со вздохом заметила она.

– Ой, прям исхудал! – расхохотался Дима. – В джинсы с трудом помещаюсь! Ладно, мать, пора мне! Спасибо за пироги!

Он быстро встал, чмокнул ее в щеку. Таисия сложила несколько пирожков с капустой в пакет и протянула ему.

– Еще бы молочка тебе баночку с собой прихватить! – сказала она, открывая холодильник.

– Не-а, – отказался Дима. – Не хватало с банками таскаться! Я лучше где-нибудь чай выпью или кофе.

– Ну смотри, сынуля! Когда вернешься-то?

– Ох, боюсь, что поздно! Ты ложись, не жди меня, – ответил он.

– На свидание после работы пойдешь, что ли? – с надеждой спросила Таисия.

– Мама! Какое свидание! Работы невпроворот! Да еще объекты в разных концах Москвы. Думаю, может, на машине. Опять-таки дольше в пробках простоишь!

Дима два года назад приобрел бывшую в употреблении «Ниву».

– Это верно! – согласилась Таисия. – На метро в наше время быстрее. Удивляюсь просто, сколько машин появилось буквально за последние пару лет! И откуда у людей денег столько?

– Работают! – ответил Дима. – Все, мам, я убежал! Хозяйничай тут. Жаль, что ты все от сотового телефона отказываешься! А так бы на связи были!

– Да незачем он мне в деревне-то! – улыбнулась она. – Да и не разберусь я с ним, что там к чему.

– Да ладно, разберешься! Ничего в нем нет сложного. Ты вон даже компьютер чуть не освоила, да что-то забросила.

– Так это мне как-то ни к чему, сыночек! Просто из любопытства попробовала, да и ты хорошо объясняешь. Но в технике я не сильна, да и стара для таких штук.

– Тоже мне старушка нашлась! Ты еще ягодка! – сказал Дима, поцеловал ее и направился к двери.

Когда он ушел, Таисия первым делом вымыла посуду и убрала со стола, потом отправилась в комнату и уселась на диван.

«И правда, – подумала она, – сотовый, наверное, нужен. Вон у Евгения имеется. Он мне и номер записал, и все удивлялся, как я без мобильной связи обхожусь. Удобно ведь это. Вот сейчас взяла бы и позвонила ему. Хотя он еще спит, скорее всего!»

Таисия начала улыбаться. Уехав, в принципе, недалеко от деревни, она как бы перенеслась в другую реальность и сейчас могла увидеть ситуацию со стороны. И вдруг почувствовала, насколько сильно тянет ее к этому мужчине, что она хотела бы увидеть его, что ей явно не хватает общения с ним.

«Я могу вообще-то и с домашнего позвонить на его сотовый, – подумала Таисия. – Тем более он настойчиво просил сделать это, как приеду. Сказал, что будет волноваться из-за меня», – вспомнила она.

И приятное волнение обдало ее жаром.

Таисия легла на спину и закрыла глаза. Ей хотелось привести мысли в порядок, но она все вспоминала, как он целовал ее, и не могла избавиться от жгучего волнения. Время словно остановилось.

«Чего это я, в самом деле, как молоденькая разволновалась? – спросила она саму себя. – Лежу тут, мечтаю невесть о чем. А дела стоят!»

Таисия встала и решила для начала убрать квартиру. Дима был с детства приучен к порядку и чистоте, и для холостяка его жилище выглядело образцовым. Но Таисия по привычке, как только приезжала сюда, первым делом начинала уборку. Дима вначале возражал, но потом махнул рукой, позволив матери делать все, что она хочет.

Начала Таисия со шкафа. Открыв, стала перекладывать и без того ровные стопки одежды. Ее пальцы поглаживали вещи сына, поправляли складки, выравнивали уголки. На верхней полке лежали футболки и майки. И вдруг Таисия увидела ярко-красный шелковый уголок, торчавший из-под одной футболки. Она удивилась и потянула за этот уголок. И вытащила из шкафа женские трусики-стринги.

– Бог ты мой! – воскликнула она. – А это еще что такое?

Она повертела трусики, изучая их, потом аккуратно убрала на место. С ее лица не сходила улыбка.

– А девушка у Димы, должно быть, еще та штучка! – пробормотала она. – Вон какие трусы носит. И красные! А ведь говорят, что красный – это цвет страсти.

Таисия призадумалась, потом тихо рассмеялась и махнула рукой.

«И чего это я? – удивленно подумала она. – А ведь только что мелькнула мысль, что, может, и мне приобрести что-нибудь красное из нижнего белья. Ох-хо-хо! С ума я сошла! В моем-то возрасте! И о чем я только думаю? Евгению такие вещи, поди, уже и неинтересны! Шестьдесят три года! Хотя мужчина он еще хоть куда! И выглядит крепким. К тому же вон он как меня обнимал. А значит, желания еще не пропали».

Таисия закрыла шкаф и взяла пылесос. Закончила уборку она примерно через час. Затем приняла душ, поела и села на диван. У Димы был радиотелефон, и она задумчиво смотрела на трубку, лежащую на журнальном столике. Ей хотелось позвонить, но смущало, что она будто бы навязывается. Не успела уехать и уже названивает. Она протянула руку, чтобы взять телефон, но все-таки передумала.

«Негоже мне ему звонить! – рассуждала она. – Да и что скажу?»

И в этот момент позвонили в домофон. Таисия вздрогнула и встала.

– Кто бы это мог быть? – пробормотала она.

Подойдя к домофону, четко спросила, кто нужен.

– Тасенька, да я это, я, – услышала она взволнованный мужской голос, показавшийся ей незнакомым.

– Кто это я? – строго произнесла она. – Я вас не знаю!

– Евгений Кириллович, – услышала она и вздрогнула.

– Заходите, – после паузы ответила она. – На лифте на пятый этаж поднимайтесь.

И открыла дверь. Потом бросилась к зеркалу, на ходу одергивая подол домашнего трикотажного платья и поправляя вырез. Не успела она причесать волосы, как в дверь тихо стукнули, она открылась, и появился смущенно улыбающийся Евгений Кириллович.

– Здравствуй, Тася! – ласково сказал он и приблизился.

Она так растерялась, что выронила шпильки. Волосы рассыпались по ее плечам спутанными завитками. Она схватила белый пластиковый обруч и быстро надела его, заведя волосы со лба назад.

– Здравствуй, – повторил Евгений Кириллович.

– Добрый день, – наконец ответила она. – Но как ты тут оказался? Где ты адрес взял? Да что же это мы в коридоре? – торопливо добавила она. – Пройдем в комнату!

Они сели на диван.

– Водички бы мне, – вдруг попросил он. – Жарко на улице! А тебя нашел быстро. На частнике доехал, прямо от ворот санатория.

Таисия встала и принесла ему воды. Он жадно выпил, потом улыбнулся, видя ее изумление.

– Мама твоя адрес дала, – пояснил Евгений Кириллович. – И я сразу поехал! А чего тянуть? Хорошо, что застал тебя дома. Ты уж прости, если напугал тебя.

– Неожиданно все это, – тихо произнесла она. – И с чего бы?

– Понимаешь, Тасенька, встал я сегодня ни свет ни заря и все места себе найти не мог. Все думал о нас с тобой. У тебя ведь отпуск две недели, а телефона нет. А у меня путевка уже скоро заканчивается. И вот нашел на меня испуг, что больше не увидимся мы. Я уеду, так тебя и не дождавшись.

– Да что ты такое говоришь? – возмутилась Таисия. – Я же не на две недели исчезла! Вот кое-какие свои дела сделаю и вернусь! А ты уколы пропускаешь! Это хорошо?

– Так мне уже намного легче! – с воодушевлением заявил он. – Спина совершенно не болит!

– И все равно! – нахмурилась Таисия. – Кто же так делает? Удивляешь ты меня, право слово!

– Ты мне не рада? – не смог скрыть огорчения Евгений Кириллович. – Я могу и обратно уехать! А я-то думал… Я-то мечтал! Эх!

И он вскочил. Таисия ухватила его за руку и усадила обратно.

– Какой ты! – строго проговорила она. – Может, чаю выпьем? Пироги есть вкусные! С капустой и яблоками.

– Люблю с яблоками! – тут же обрадовался Евгений Кириллович. – И у вас они очень вкусные получаются! Где можно руки вымыть?

Когда он вышел из ванной, Таисия уже накрыла на стол. Она даже достала парадный чайный сервиз и постелила новую тефлоновую скатерть.

– Прошу к столу, – немного волнуясь, пригласила она.

Вначале они молчали. Евгений Кириллович с аппетитом ел пироги, Таисия только пила чай. Она не сводила глаз с его лица и с трудом удерживала улыбку. Ей все происходящее казалось сном или эпизодом из какого-нибудь фильма. Никогда ради нее мужчина не совершал поступков. А то, что Евгений Кириллович узнал адрес и приехал вслед за ней, расценивалось ею, как поступок и как доказательство серьезности его намерений. Когда он закончил есть, она убрала со стола. Пока Таисия мыла посуду, он стоял у окна и не сводил с нее глаз. Ее это начало немного напрягать. Убрав чашки в шкафчик, она подошла к нему и остановилась напротив.

– Ты такая хозяйственная, – заметил Евгений Кириллович, – и так ловко со всем управляешься! А у меня дома что творилось! Я квартиру сдавал долгое время, пока по гарнизонам мотался да на Дальнем Востоке жил последние годы, так что можешь представить.

– Ты и сейчас сдаешь? – поинтересовалась она просто, чтобы что-то спросить.

– Нет! Жильцов попросил. Я же решил окончательно сюда перебраться, вот уже почти три месяца один проживаю. Но, конечно, ремонт капитальный сделал, так что сейчас и не стыдно, к примеру, тебя пригласить. Одному-то мне не очень! Привык в семье жить. Дочка ни за что в Москву не хочет, да это и понятно. Там у нее все: и муж, и дети, и работа, жизнь уже устоявшаяся. Чего ей здесь делать?

– И как же они тебя отпустили-то? – спросила Таисия.

– Они и не отпускали! – улыбнулся он. – Сам я собрался да и уехал!

– Самовольничать любишь, значит? – заметила Таисия.

– Чего? – изумился он. – Я мужчина и всегда поступаю так, как считаю нужным.

Таисия смутилась от его ставшего вдруг строгим тона. Она тоже привыкла поступать всегда так, как хотела. Привычка жить самостоятельно и не прятаться за чью-либо спину вырабатывалась годами. И ей трудно было представить, что она может кому-то подчиняться. Но сейчас ей показалось, что слушаться мужчину и позволять ему принимать решения, должно быть, в чем-то приятно и явно расслабляет.

– А эта квартира в собственности у твоего сына? – сменил тему Евгений Кириллович.

И Таисия начала охотно рассказывать ему про то, как Дима взял ипотечный кредит.

Около часа они говорили на разные темы. Затем оживление начало спадать. Таисия не знала, что делать дальше. Они сидели в гостиной на диване. Евгений Кириллович периодически брал ее за руку, иногда сжимал пальцы. Она сразу замолкала и опускала глаза. Когда он попытался обнять ее, Таисия отстранилась и поправила сползший обруч. Евгений Кириллович глянул на нее с легкой обидой и нахмурился. Затем выпрямился и спросил:

– Тася, я тебе не нравлюсь? Скажи уж прямо!

Она мучительно покраснела и не знала, куда смотреть. Но он взял ее лицо в ладони и начал нежно целовать щеки, потом губы. Она обомлела от внезапно нахлынувшего желания. Евгений Кириллович крепко обнял ее и прижал к себе. Его поцелуи стали более настойчивыми, руки сжимали ее талию. Она отвечала ему, обняв за шею.

– Мама! – раздался голос из коридора, и они отпрянули друг от друга. – Ты дома?

– Боже мой! Это сынок! – взволнованно заговорила Таисия и начала поправлять съехавший ворот платья и сбившиеся пряди волос. – Но почему он приехал? Обещался поздно.

Дима заглянул в комнату и замер на пороге.

– Здравствуйте! – бодро произнес Евгений Кириллович и встал.

– День добрый, – растерянно ответил Дима. – Мама?

Таисия так растерялась, что молчала. И Евгений Кириллович, видя, в каком она смятении, представился сам.

– А вы, как я понимаю, Дима? – добавил он и пожал ему руку.

– Да, сын, – кивнул тот и настороженно на него посмотрел. – А что тут, собственно говоря, происходит? Вы кто?

– Димочка, это отдыхающий из нашего санатория, – быстро заговорила Таисия, – и мой друг.

– Но вообще-то санаторий совсем не в моей квартире, – попробовал пошутить Дима.

Но Таисию это привело в еще большее смятение.

– Ты не понимаешь, – сказала она, – Евгений Кириллович приехал сюда…

И она замолчала, не зная, что придумать.

– Неважно, зачем я приехал, – пришел он на выручку, – но хорошо, что с сыном познакомился. Дима, не возражаешь, если сразу на «ты»?

– Да мне-то что! – усмехнулся Дима. – И давно вы являетесь маминым другом? Что-то я вас не помню!

– Давно! – ответила Таисия.

– С неделю, – одновременно с ней произнес Евгений Кириллович.

Они переглянулись и слегка покраснели.

– Ну-ну, – пробормотал Дима. – Я пообедать зашел, так как один из объектов неподалеку, и мы раньше закончили. А тут такое!

– Ничего такого! – сухо заметила Таисия. – К тому же Евгений Кириллович уже уходит.

– Но… – начал он.

– Да, да, – упрямо проговорила она. – Ты же сам мне сказал, что у тебя дела в городе, а потом ты возвращаешься в санаторий. Пойдем, я тебя провожу. А то мне сына обедом кормить нужно.

– Да я вообще-то и сам не маленький, – заметил Дима и сел на диван, переводя взгляд с матери на Евгения Кирилловича. – Так что, если вам нужно, то идите вместе.

– Ничего мне не нужно! – возразила Таисия. – У меня свои дела, и ты это прекрасно знаешь!

– Всего доброго! – решительно произнес Евгений Кириллович. – Приятно было познакомиться. Надеюсь, еще встретимся, и не раз, – добавил он и крепко пожал Диме руку.

– Ага, – кивнул тот.

Они вышли в коридор.

– Как неловко получилось, – тихо сказала Таисия.

– Нормально! Только не пойму, чего ты так испугалась, Тася? Можно подумать, что мы что-то плохое делали!

И он обнял ее. Но она тут же отстранилась и возмущенно зашептала:

– Что ты! При сыне! Неудобно!

Евгений Кириллович нежно поцеловал ее, затем начал обуваться. Она смотрела на его коротко стриженный затылок, на широкие плечи и испытывала сожаление, что он сейчас уйдет.

– И какие у тебя дела? – спросил он, выпрямляясь.

– Ну так, – неопределенно ответила она, – это касается только меня. Не думаю, чтобы тебе это было интересно.

– Это почему же? – тут же обиделся Евгений Кириллович. – Все, что касается тебя, мне интересно! А может, я влюбился?

При этих словах Таисия смутилась до слез. Она замерла, опустив глаза, и никак не могла справиться с волнением. Ее щеки пылали.

– Я тебе безразличен? – тихо спросил он.

– Ты мне нравишься, – прошептала она. – Но ведь мы так мало знаем друг друга!

– А давай я сейчас пойду с тобой по этим твоим делам? – оживившись, предложил он. – Зачем нам расставаться? Да и что там у тебя может быть? Так, покупка каких-нибудь булавок. Но я люблю ходить по магазинам. И это мое явное преимущество в глазах женщин.

– Нет, это исключено, – сухо ответила Таисия. – Ты отправляйся сейчас домой или даже сразу обратно в санаторий. А я тебе позвоню.

– Все-таки гонишь, – констатировал он и нахмурился. – Ну и ладно! Как хочешь!

Евгений Кириллович шагнул к двери, открыл ее и вышел, не оглядываясь. Таисия закрыла за ним и вернулась в комнату.

Дима все так же сидел на диване. Она глянула на него, потом сказала, что разогреет обед. Он молча кивнул и хитро улыбнулся.

– И не надо мне задавать никаких вопросов! – резко произнесла она.

– Да я и так молчу, – ответил Дима. – Но ты, мать, даешь! Свиданки у меня в квартире устраиваешь!

– Сыночка, это получилось совершенно случайно, клянусь тебе!

– Но мужчина просто орел! – заметил Дима и расплылся в улыбке. – Знаешь, понравился он мне. Такая выправка!

– Правда? – обрадовалась она и тоже заулыбалась.

Но тут же стала серьезной.

– Пойдем обедать! – предложил Дима. – А то мне через полчаса уходить нужно.

Когда Дима уехал, Таисия быстро убрала со стола и вышла на балкон. День был пасмурным, и от этого на улице казалось прохладно. Она посмотрела на высокие тополя, росшие возле балкона, потом перевела взгляд на небо, закрытое тонкими облаками. Таисия уже успокоилась, и ей даже казалось неправильным, что она так резко отправила Евгения Кирилловича восвояси. Она вздохнула и вернулась в комнату. Затем переоделась в бежевое льняное платье, забрала волосы наверх, сложила в сумку необходимые вещи и покинула квартиру.

Таисия отправилась на Павелецкий вокзал. Несколько лет назад она летом ездила в Астрахань навещать подругу. И когда вернулась, то возле здания вокзала наткнулась на бомжей. Их вид ужаснул ее. Это было двое совершенно спившихся мужчин, сидящих на асфальте у стены вокзала. Возле них лежала такая же спившаяся женщина. От них разило такой вонью, что прохожие поскорее проходили мимо, зажав носы. Но бомжи упорно просили милостыню. Когда Таисия поравнялась с ними, они хором начали умолять ее дать немного денег. Она приблизилась и полезла в сумочку за кошельком. Лежащая женщина в этот момент перевернулась на спину и захрипела. Таисия бросилась к ней. Увидев синюшное в кровоподтеках лицо, закатившиеся глаза и струйку крови в уголке рта, она быстро расстегнула ворот ее рваной кофты и приложила пальцы к артерии на шее. Пульс был отрывистым и очень слабым. Таисия раскрыла сумку и достала ампулу с нашатырем. Она всегда возила с собой, куда бы ни направлялась, небольшую аптечку. Вскрыв ампулу, она дала понюхать нашатырь женщине, но та дернулась и распласталась на спине. Ее глаза закатились. Бомжи с любопытством наблюдали за Таисией.

– Слышь, – прохрипел один из них, – кончается она. Уже второй день как. Ее тут избили сильно, ногами пинали, она тут кровью харкала. Так что оставь ее, дай помереть спокойно.

– Но нельзя же так! – взволнованно проговорила Таисия. – Нужно было в травмопункт ее отнести. Здесь же есть при вокзале наверняка!

– Да что ты, бабонька! – расхохотался второй. – Да кто ж нас туда пустит? Мы ведь и не люди считаемся! Никому дела нет. Подохнем скорее, все только рады будут. Да и милиции забот меньше. Ты уж не хлопочи, а то только хуже сделаешь.

Женщина в этот момент дернулась и вытянулась. Таисия проверила пульс. Его не было.

– Кончилась вроде, – спокойно констатировал один из бомжей.

– Царствие небесное, отмучилась, – сказал второй, истово перекрестился и закрыл ей глаза. – Спасибо тебе, добрая женщина. Ты уж иди, а мы сами.

Таисия всхлипнула и перекрестилась. Потом выгребла почти все деньги из кошелька и отдала им. Они начали благодарить, рассовывая деньги по карманам.

Это происшествие произвело на Таисию неизгладимое впечатление. Она все никак не могла забыть синюшное лицо умирающей, ее закатившиеся глаза.

«Но почему никому нет дела до этих несчастных? – спрашивала она саму себя. – Ведь можно организовать какие-то приемники для таких людей?»

Но, поразмыслив, Таисия поняла, что государство, может, этим и занимается, но явно неэффективно, раз бомжи существуют. Она не раз слышала по телевизору о всевозможных благотворительных фондах, о каких-то обществах милосердия, но не понимала, что это такое в реальности и существуют ли они вообще. Много читая об истории Марфина, Таисия натыкалась на упоминания о том, как светские дамы занимались благотворительностью. Но некоторые из них не только жертвовали крупные суммы на приюты для бездомных, но и сами посещали больницы для неимущих, разговаривали с больными и одним своим видом внушали им надежду на скорейшее выздоровление. И Таисия для себя решила, что незачем искать какие-то там мифические благотворительные общества, что нужно просто помогать делом. И каждый раз, когда она приезжала в Москву, она посещала Павелецкий вокзал и оказывала врачебную помощь бомжам. Она складывала в сумку антисептические средства, бактерицидные пластыри, витамины, антибиотики и отправлялась на вокзал. Она никому не рассказывала об этом. Но ей доставляло моральное удовольствие то, что она делала. Поначалу она невольно представляла себя знатной дамой и словно со стороны наблюдала за собой. Ей казалось прекрасной картина, как чистенькая, ухоженная и здоровая женщина склоняется над грязными, в отрепьях бомжами. Это тешило ее самолюбие. Но скоро Таисия и думать забыла о внешней стороне дела, так как открывшаяся перед ней картина ужасающего положения этих людей заставила методично выполнять вполне определенные манипуляции по обработке всевозможных болячек. Поначалу Таисия с трудом преодолевала брезгливость, хотя профессия медсестры сделала ее менее чувствительной к подобным зрелищам. К тому же обычно она работала с ухоженными, чистыми пациентами. Однако постепенно это вошло в привычку, тем более что бомжей со временем не убавлялось. Некоторые стали узнавать ее и даже ждали ее прихода. В основном это были совершенно опустившиеся люди, в большинстве своем спившиеся. Их разум был затуманен, тело являлось вместилищем самых различных болезней. Больше всего бомжей было на Павелецком и возле трех вокзалов – Казанского, Ленинградского и Ярославского. Там также было много совсем опустившихся проституток, которые оказывали услуги часто за стакан водки.

Приехав на «Павелецкую», Таисия вышла из метро и направилась в подземный переход, ведущий к вокзалу. И уже в конце его, на выходе увидела полулежащего на ступенях мужчину. Прохожие старательно обходили его и отворачивались. Под ним расплылась лужа, от которой исходила вонь. Таисия подошла к мужчине. Она повернула его лицо и заглянула в него. Мутные полуприкрытые глаза посмотрели на нее безо всякого выражения, мокрые губы расплылись в улыбке. Мужчина не походил на бомжа, а был просто очень пьян.

– Вы меня слышите? – спросила она и начала трясти его за плечо. – Здесь нельзя лежать! Вставайте и идите домой! У вас есть дом?

– Ага, – пробормотал он, – дом.

– А на вид приличная женщина! – услышала в этот момент Таисия и повернула голову. – Что же ты с таким вахлаком знаешься? Или муж твой?

Пожилая женщина с растрепанной прической остановилась и с любопытством на нее смотрела.

– Я думала, ему плохо, – пояснила Таисия и выпрямилась.

– Мне плохо, – согласился мужчина, лег на бок, подложил ладони под щеку и мгновенно захрапел.

– Пусть его милиция забирает, – сказала женщина, – а тебе нечего ручки пачкать!

– Вот все мы так рассуждаем, – заметила Таисия. – Ничего-то нас не касается!

– Еще учить меня будешь? – озлобилась женщина. – Ну и возись с этим пьянчугой, коли охота!

И она быстро ушла, что-то сердито бормоча себе под нос. Таисия после небольшого раздумья полезла в карман джинсовой куртки мужчины и достала мобильный. Она посмотрела на него беспомощно и в который раз пожалела, что все еще не завела свой телефон. Она не знала, как им пользоваться. В этот момент из перехода вышли два парня с банками пива. Таисия окликнула их. Они приблизились и глянули на нее с недоумением, затем перевели взгляды на лежащего мужчину и поморщились. Таисия объяснила ситуацию.

– А нам-то что? – пожал плечами тот, что был повыше.

– Не умею я с сотовыми обращаться, – сказала Таисия. – А нужно бы позвонить, к примеру, его жене, чтобы приехала и забрала.

– А, ясно! – сообразил тот, что был пониже, и взял телефон из ее рук. – Тут просто все! Вот смотрите.

И он показал ей, как пользоваться записной книжкой.

– Спасибо, – сказала Таисия. – А вы не могли бы…

– Не-а, мы и так опаздываем, – ответил высокий.

И они быстро ушли.

Таисия, к своему удивлению, быстро разобралась, что нужно нажимать. И первым набрала номер, под которым значилась некая Зоя. Ей ответил визгливый женский голос. Неведомая Зоя сразу начала высказывать «этому козлу», чтобы он больше не смел ей звонить.

– Извините, – попыталась вклиниться в поток ее сбивчивой речи Таисия, – но вы не подскажете, кому мне следует сообщить, что владелец этого телефона лежит в непотребно пьяном виде возле Павелецкого вокзала.

– Ой! – тут же испугалась Зоя. – А вы кто?

Таисия объяснила ситуацию.

– Вы сестре его позвоните. Она на Мытной живет, это совсем рядом. Уж она братца в строгости держит, живо примчится. Ее зовут Инна.

И Зоя положила трубку. Таисия усмехнулась и стала искать номер Инны. Однако такого имени в записной книжке не оказалось. Но она увидела запись «сестрица» и позвонила. Инна, на ее счастье, быстро поняла, в чем дело, и буквально через десять минут была на месте. С ней пришел какой-то парень лет шестнадцати, как поняла Таисия, ее сын. Они подняли мужчину, подхватили под руки и потащили по улице, даже не сказав Таисии спасибо. Но она не обиделась.

Таисия была на вокзале в прошлый свой приезд. Тогда она оказывала помощь молоденькой девушке, приехавшей в Москву из Воронежа на заработки и рассказывающей, что ее обокрали и что ей не на что купить обратный билет. Звали ее Настя. Таких историй Таисия наслушалась предостаточно, все они были типичными и, как правило, выдуманными. Вначале она верила и даже давала деньги, сколько могла, чтобы пострадавший мог купить билет. Но когда Таисия через какое-то время снова встречала этого же человека, который вновь рассказывал ей все ту же историю, то решила для себя, что денег давать не будет, но медпомощь всегда окажет. Настя выглядела истощенной, но не спивающейся, как практически все бомжи. Она жила на вокзале, питалась чем придется. Впервые Таисия увидела ее за мусорными баками. Девушку сильно рвало, потом она легла на землю и сжалась в комок. Таисия подошла и осмотрела ее, дала воды и активированный уголь. Через какое-то время Настя пришла в себя и начала сбивчиво рассказывать свою историю. Таисия слушала вполуха, но внимательно наблюдала. Настя производила впечатление искреннего человека, и ей хотелось верить. Но Таисия для себя давно решила, что больше никому на слово верить не будет, даже если бомж будет походить на спустившегося на землю ангела. Она понимала, что ее доходов не хватит, чтобы помочь всем. Когда Настя замолчала, она посочувствовала ей и предложила написать родственникам в Воронеж, чтобы они выслали деньги на билет.

– Но я не смогу получить их, так как паспорт у меня тоже украли, – резонно заметила Настя.

– И сколько ты вот так бомжуешь? – поинтересовалась Таисия.

– Да уже больше месяца, – тихо ответила она. – Пыталась автостопом уехать, но меня чуть не изнасиловали. Я так перепугалась, что вернулась обратно в Москву. И вот живу на вокзале, хорошо, что лето. И тут немало таких, как я. И представить раньше не могла о таком в столице! Я поначалу старалась с местными бомжами не общаться, но одной-то не выжить! А они тут все знают: и где поесть достать, и у кого просить денег можно, и где ночевать лучше. Тут еще цыгане пришли на прошлой неделе. Целый табор! И прямо на привокзальной площади расположились. Смотрю, и милиция ничего с ними сделать не может. Правда, они ушли через несколько дней, а куда, неведомо! Вот же народ!

– Знаешь, ты дай мне телефон родителей, а я позвоню и попрошу выслать деньги на обратный билет и какую-нибудь справку, удостоверяющую личность. Наверное, можно им там что-нибудь сделать, ну в милицию пойти и все объяснить. Если ты, конечно, мне доверяешь.

– Доверяю, – кивнула Настя и сказала номер телефона.

Таисия тщательно записала в блокнотик. У нее мелькнула мысль, что можно дойти с Настей до ближайшей почты и позвонить оттуда, но пришлось бы тратить деньги на междугородный звонок, а этого ей делать не хотелось. К тому же Таисия умела держать слово, даже данное самой себе. Один раз пообещав себе, что не будет тратиться на бомжей, она не нарушала своего обещания.

Она сказала Насте, когда собирается приехать сюда в следующий раз. Бомжи прозвали ее «сестричка Тася» и обычно, завидев ее, сообщали другим о ее появлении. Но когда она вернулась в Марфино и позвонила из санатория родителям Насти, то в ответ на свой рассказ услышала отборную брань. Как она поняла, трубку взяла мать Насти. Она сказала, что знать не хочет, где шляется «эта потаскуха», что ей дела нет до того, чем она занимается, и что никаких справок она брать не будет и тем более высылать денег. И бросила трубку. Таисия огорчилась, но поделать ничего не могла.

И вот сейчас, придя на вокзал, она отправилась к месту, где обычно спали бомжи. Она зашла за здание и двинулась в сторону церкви. Но увидела двух бомжей, сидящих у стены, и подошла к ним. Одного она знала. Это был мужчина лет сорока, постепенно спивающийся. Он жил при вокзале уже больше года, правда, на лето куда-то пропадал, а с холодами вновь появлялся. Звали его Никола. Как-то она делала ему перевязку руки, на которой загноился порез.

– Никола, здравствуй, – сказала Таисия, подходя к нему.

Он поднял на нее глаза. Выглядел он вполне адекватным.

– А, сестричка Тася! Доброго здоровьица, – медленно произнес Никола. – А ты ногу мою не посмотришь? А то опухла вся, ступить больно.

– Давай, – согласилась она и присела на корточки.

Никола размотал что-то типа портянки и вытянул ногу. Она была сильно раздута. Таисия легко помяла опухоль пальцами и спросила, что случилось.

– А не знаю, – ответил он. – На какой-то шип наступил в темноте прямо пяткой, вот и болит уж второй день.

Таисия взяла лупу и осмотрела пятку. И заметила в опухшей коже какую-то черную точку. Она протерла это место спиртом и пинцетом вытянула обивочный гвоздик.

– Еще бы не болело, – заметила она, – посмотри, с чем ты ходишь! Ну сейчас все пройдет.

Таисия обработала ногу антисептиком и велела держать ее в покое, пока опухоль не спадет.

– Дай тебе бог всего! – сказал Никола и вздохнул, наматывая устрашающе грязную портянку на больную ногу.

Но Таисия оставила это без замечания, по опыту зная, что все равно он сделает по-своему.

– Не забудь вовремя менять, – только и сказала она, протягивая ему несколько пластинок бактерицидного пластыря. – А ранка пустяковая, быстро заживет. А это кто с тобой?

– Да пацан какой-то прибился, – ответил Никола. – Он вроде здоров, спит просто. А чего еще ему делать?

Таисия посмотрела на свернувшегося калачиком парня. Его лицо выглядело нормальным, только невероятно грязным.

– Беспризорник, что ли? – спросила она.

– А бог его знает! – равнодушно произнес Никола. – Я документы ихние не проверял. Мне оно без надобности.

– Слушай, а Настя где, не знаешь? – спросила Таисия. – Девушка тут у вас жила, из Воронежа. Должна была меня сегодня ждать. Я ей вести неутешительные принесла.

– Настя-то? – оживился он. – Как же, знаю! Она ведь привет наказывала тебе передавать. А я и подзабыл. Хорошо, что ты напомнила! Все у нее уже устроилось!

– Вот как? – с облегчением спросила Таисия и заулыбалась. – И слава богу! И как устроилось?

– Дак доктор Лиза ей помогла, с собой они ее забрали позавчера. Да, в среду. Ты ведь слыхала о ней?

Таисия кивнула. Бомжи не раз рассказывали ей о том, что появилась и у них своя помощь. Каждую среду на вокзал приезжала машина, на которой было написано «Справедливая помощь». Заправляла всем женщина-врач, которую бомжи и прозвали «доктор Лиза». С ней обычно приезжали двое помощников. Они оказывали медицинскую помощь, привозили продукты и одежду. Но конкретно никто ничего не знал. Бомжи просто каждую среду ждали доктора Лизу. Некоторые даже говорили Таисии, что неплохо бы им познакомиться, ведь одним делом занимаются. Но она только кивала, не предпринимая никаких попыток. Таисия считала, что ей это ни к чему. Она решила, что «Справедливая помощь» – это официальная городская организация, и соваться ей туда не хотелось. Она помогала, чем могла, и, главное, когда у нее было время, и афишировать свои действия совершенно не хотела.

– Настя рассказала все доктору Лизе, – продолжил Никола. – И та забрала ее и обещала помочь уехать домой. Настя даже расплакалась. Я сам все видел. Она просила тебе передать спасибо за все.

– Вот и хорошо! – сказала она. – Ладно, пошла я.

– Там в пустом товарняке баба одна животом мается, – сообщил Никола. – Так ты погляди. Увидишь на путях там в конце.

– Хорошо, – кивнула она.

Таисия провела на вокзале около трех часов. Потом почувствовала усталость и решила вернуться в квартиру.

Глава третья

Дима приехал поздно, но она еще не спала. Обычно, когда Таисия гостила у него, то он уступал ей спальню, а сам устраивался в гостиной на диване. Она лежала в кровати и читала книгу. Дима, увидев свет, заглянул к ней.

– Мам, чего не спишь-то? – удивился Дима, заходя и усаживаясь на краешек кровати.

– Даже не знаю, – ответила она и отложила книжку.

– Уже половина двенадцатого, – заметил он.

– Да, поздно, – согласилась Таисия и села, привалившись спиной к спинке кровати. – Ты собираешься жениться? – вдруг спросила она.

– С чего ты взяла? – засмеялся Дима, но опустил глаза.

– Извини, я случайно нашла женские трусики, – ответила она. – И даже обрадовалась. Жду не дождусь, когда ты остепенишься.

– Да я и так вон какой степенный у тебя!

– Ты у меня очень хороший, – ласково проговорила она. – Хотелось бы, чтобы и подруга твоя соответствовала.

– Не волнуйся, мамуля! Все будет как надо!

Они замолчали. Таисия машинально поглаживала пододеяльник, расправляя складки, и улыбалась.

– Вот что, сыночка, – после паузы сказала она, – созрела я для сотовой связи! Видимо, это необходимо в какие-то моменты.

– Ну, наконец-то! – обрадовался Дима. – Сколько я тебе говорил, что это удобно и нужно!

– Положим, в Марфине мне это не очень-то и нужно, – заметила она.

– Это тебе сейчас так кажется, – уверенно заявил он, – а вот как привыкнешь к телефону, так вообще не будешь представлять, как без него обходилась! Вот что, мам, я как раз хочу себе новый купить, уже и модель приглядел, а прежний тебе отдам и тариф завтра же подходящий куплю. Ты не волнуйся, он хоть и прослужил мне больше года, но работает отлично!

– Так зачем же новый хочешь? – удивилась Таисия.

– Вот решил коммуникатор купить, – пояснил Дима. – Это такой маленький компьютер, совмещенный с телефоном. Мне по работе нужно.

– А-а, понятно, – сказала она, хотя ничего понятно ей не было, – ну делай, как тебе лучше.

– Вот и отлично! – обрадовался Дима. – Теперь всегда на связи будем!

– Так мы и так всегда на связи, – улыбнулась она.

– Мам, а ты это почему решила? – вдруг поинтересовался он. – Сознайся, что из-за нового знакомого Евгения! Так? Говорю же, мужик классный, сразу видно!

– Да? – оживилась Таисия. – И слава богу! Мне вот он тоже нравится. Пока общаюсь, а там поглядим.

– Общайся, общайся, – закивал он. – Только характер свой не сразу показывай, а то напугаешь мужика.

– Это ты о чем? – возмутилась Таисия. – Хороший у меня характер! Да и трудно его напугать! Генерал все-таки! – с гордостью добавила она.

– Да что ты? Генерал? – удивился Дима. – Надо же! Ну, тем более!

– В отставке, конечно, – сказала она. – Ладно, давай спать.

Дима кивнул, поцеловал ее и вышел из комнаты.

На следующее утро Таисия проснулась отчего-то поздно. Когда она открыла глаза, то удивилась тишине в квартире.

– Дима! – позвала она.

Ей никто не ответил. Она взяла с тумбочки свои часики и изумилась тому, что было уже десять часов. Таисия быстро встала и бросилась умываться, удивляясь, что она столько спала.

«Но ведь я в отпуске, – оправдывала она саму себя. – Да и кур кормить не нужно. Это в деревне с петухами встаешь, а тут и поспать можно! Димочка-то уже ушел и даже меня будить не стал».

Когда Таисия выпила чай и обдумывала, чем ей сегодня заняться, вернулся Дима. Она удивилась.

– Вообще-то сегодня суббота, мать, – с улыбкой заметил он. – И у меня законный выходной.

– Ох, что это я? – рассмеялась она. – Точно!

– Я в магазин ходил, продукты закупил, – сказал он и начал выгружать пакеты. – И заодно тариф тебе купил, да и себе коммуникатор.

Таисия поблагодарила и заявила, что хочет немедленно научиться пользоваться телефоном.

– Генералу не терпится позвонить? – заметил Дима и заулыбался.

– Вот не знаю, звонить ли, – ответила она. – Он что-то как вчера убежал, так больше и не проявлялся. А мог бы и на домашний звякнуть.

– Ну мало ли какие могут быть дела у человека, – сказал Дима и достал телефон.

Около получаса он объяснял Таисии, как им пользоваться. Потом она вносила в память номера и звонила ему для пробы на коммуникатор.

– Вот видишь, как все просто, – удовлетворенно заметил Дима. – А деньги я тебе сам буду класть, так что об этом не думай.

– Спасибо, сыночек! И правда, не так и сложно, как я думала!

– Ладно, мам, мне уйти нужно, – сказал он. – А ты тут хозяйничай. Вернусь, не знаю, когда.

– На свидание? – полюбопытствовала Таисия.

– Типа того, – уклончиво ответил он. – Договорились в кино сегодня сходить.

– Как хоть зовут девушку? – не унималась она.

– Даша, – ответил он.

– Красивое имя, – одобрила Таисия. – И когда думаешь со мной знакомить?

– Мам! Преждевременно это! Дай мне самому разобраться, что к чему. Не мальчик! И вот так, с бухты-барахты, знакомить с родными не собираюсь.

– Ну ладно, ладно! – согласилась она и вздохнула.

Таисия мечтала о внуках и на каждую новую подружку сына возлагала надежды, что вот наконец-то это та самая, которая станет ему женой. Но Дима все перебирал и никак не мог построить серьезные отношения. Самый долгий его роман длился чуть больше года.

Когда Дима ушел, она сразу взяла телефон и набрала номер Евгения Кирилловича.

«Должна же я сообщить ему, – говорила она сама себе. – Пусть запишет мой номер!»

Он ответил сразу, но голос был настороженным.

– Это я, – сказала Таисия, сдерживая дрожь волнения.

– Кто это? – не узнал он. – Вы ошиблись.

– Да я это, Женя! Вот сотовый телефон и у меня появился. Ты номер-то запиши, сейчас продиктую.

– Тасенька? – явно обрадовался он. – И не узнал тебя сразу! Богатой будешь!

– Записывай, – сказала она. – Сейчас звонить мне можешь в любое время.

– Да номер у меня определился, – ответил он, – так что не волнуйся! Но как я рад, что ты позвонила! А то я уже и не знал, что думать. Ты меня вчера так безжалостно прогнала!

– Не выдумывай! – кокетливо ответила Таисия. – Никто тебя не прогонял! А вот ты мне даже и не позвонил!

– А ты ждала? – тут же воодушевился Евгений Кириллович.

– А ты все еще в Москве? – поинтересовалась она, не ответив на его вопрос.

– Да, у себя в Химках. Вот скучаю. А ты чем занимаешься?

– Сына проводила только что, гулять он отправился. Выходной все-таки.

– Может, и мы погуляем? – после паузы предложил он и в тон ей добавил: – Выходной все-таки.

– Так ты ведь на пенсии, – заметила она, – так что у тебя все дни выходные!

– Так точно! – согласился Евгений Кириллович. – Вот что, Таисия, приглашаю тебя к себе в гости! Что скажешь? Или опять дела какие-то архиважные помешают?

– Хорошо, – после небольшого раздумья согласилась она.

Евгений Кириллович объяснил, как ехать, и пообещал, что встретит ее на остановке маршрутного такси.

– Ты будешь подъезжать, так позвони, – напомнил он.

– А и правда! Сотовый же есть! – обрадовалась она. – Как удобно-то!

Таисия решила в этот раз одеться более молодежно, как ей казалось. Она держала у сына в шкафу кое-какие свои вещи, потому что приезжала довольно часто. Она достала голубые тонкие джинсы и белый батник в этническом стиле, вышитый по вороту и рукавам синим орнаментом. Когда оделась, то осталась довольна своим видом.

– Пусть не думает, что я только в платьях да костюмах хожу, – проговорила она, разглядывая свое отражение в зеркале, – я и в джинсах себя отлично чувствую!

Припудрив лицо и нанеся на губы розовую помаду, Таисия вышла из квартиры.

Когда она подъезжала к нужной остановке, то сразу заметила высокую фигуру Евгения Кирилловича. В его руках алел пышный букет роз. Она начала волноваться.

«Какой вид у него официальный! – мелькнула мысль. – Прямо жених, да и только! Господи! И о чем я только думаю!»

Таисия машинально поправила прическу. Когда маршрутка остановилась и все начали выходить, она увидела, что Евгений Кириллович подошел к двери и ждет ее. Она оперлась о его протянутую руку и выбралась на улицу.

– Это тебе, – явно волнуясь, проговорил он и протянул ей розы.

– Спасибо, Женечка! – ласково ответила она и поцеловала его в щеку. – Только что же, так я и буду с букетом по улицам разгуливать?

– Ну почему же? – улыбнулся он. – Мы сейчас ко мне в гости, а там посмотрим.

– К тебе? Вот так сразу? – чего-то испугалась она.

– Конечно! – уверенно ответил Евгений Кириллович. – Разве ты не хочешь посмотреть, как я живу?

– Ну не знаю…

Но он подхватил ее под руку и направился к высотным домам, стоящим неподалеку. Таисия не сопротивлялась. Они прошли мимо этих современных высоток, затем свернули в узкий переулок и скоро очутились возле девятиэтажного дома типовой застройки семидесятых годов. Подъезд выглядел на удивление чистым и, видимо, недавно покрашенным. Наличие консьержки удивило Таисию. Квартира была на шестом этаже. Евгений Кириллович открыл дверь и широким жестом пригласил ее пройти.

Квартира оказалась трехкомнатной, правда, маломеркой. Кухня также была маленькой, всего метров семь. Но явно недавно сделанный ремонт, новая мебель, современная бытовая техника понравились Таисии. Правда, на ее взгляд, обстановка была чрезмерно строгой. А чистота была такой, словно это была не жилая квартира, а какой-нибудь стоматологический кабинет.

– А ты, кажется, упоминал, что много лет сдавал эту квартиру, и жильцы ее привели в запущенный вид, – заметила Таисия, проходя в гостиную и усаживаясь на обитый крупным бежевым вельветом диван. – А тут, я смотрю, прямо…

Она смутилась и вовремя прикусила язык, удержавшись от замечания, что его квартира выглядит стерильной, как больница.

– Да, так все и было, – ответил Евгений Кириллович и взял из ее рук розы. – Но я же тебе рассказывал, что сделал ремонт. Закончил совсем недавно и сразу в ваш санаторий уехал.

– Сам делал? – изумилась она. – То-то спину надорвал!

– Нет, что ты, Тасенька! Бригаду нанимал. К тому же делал «под ключ», строители свои люди, так что особо и не хлопотал.

Евгений Кириллович взял вазу со стола и отправился налить воду. Таисия оглядела гостиную. Все было выдержано в спокойной коричнево-бежевой гамме – и мебель, и обои, и портьеры. Но отсутствие живой зелени, ярких красок и милых безделушек угнетало ее. Это было поистине жилье мужчины-холостяка. Единственным украшением являлись несколько фотографий под стеклом и в рамочках, висящих на стене. Таисия встала и подошла. На одной была запечатлена симпатичная молодая женщина, на коленях которой сидела девочка лет двух, а рядом стояла еще одна, лет пяти.

«Наверное, дочка с внучатками, – подумала Таисия и вздохнула. – Вот счастливчик! А дочка симпатичная!»

Рядом висели портреты уже подросших внучек. Но Таисия задержала взгляд на фотографии, где совсем молодой Евгений Кириллович обнимал за плечи хорошенькую темноволосую и темноглазую девушку. Они оба широко улыбались. Их лица буквально светились счастьем.

«Жена, наверное, покойница, – решила Таисия и машинально перекрестилась. – Красивая была!»

Она отошла и снова уселась на диван. Раздался какой-то стук и дребезжание, и в комнате появился Евгений Кириллович. Он катил сервировочный столик, на котором стояла бутылка шампанского, фужеры, блюдо с фруктами и роза.

– Да что же ты так утруждаешься? – всплеснула руками Таисия и вскочила. – Могли бы и на кухне!

– А мне тут больше нравится! – сказал он и начал открывать шампанское.

Таисия отвернулась и зажала уши.

Она захмелела практически после второго бокала. Ей стало весело, кровь бросилась в голову. Таисия беспричинно смеялась и бойко отвечала на все шутки Евгения Кирилловича. Он говорил без умолку, его щеки раскраснелись, глаза блестели. Но в какой-то момент он замолчал на полуслове и начал целовать ее. Таисия ответила охотно. Ей сейчас было море по колено, и она ни о чем уже не задумывалась. Но когда Евгений Кириллович запустил руки под ее батник и начал гладить грудь, она резко оттолкнула его и грозно произнесла:

– Ты чего это руки распускаешь, Евгений?!

– Никто тебя не боится! – не смутился он и засмеялся, глядя в ее пылающее лицо.

И тут же схватил ее в объятия. Таисия вначале пыталась увернуться от его поцелуев, но потом поняла, что больше не в силах сдерживать желание, и расслабилась, позволив ему делать все, что он захочет. Скоро они оказались в спальне. Она сама разделась и забралась под покрывало. Евгений Кириллович расстегнул рубашку, потом снял ремень и начал расстегивать ширинку. Но вдруг смутился ее пристального взгляда и отвернулся.

– Женя! – засмеялась она. – А ведь я тебе не один укол сделала, так что твои ягодицы уже успела изучить!

Он повернулся и тоже начал смеяться.

Когда он залез под покрывало и прижался к ней, Таисия обняла его и начала целовать, не отрываясь. Она удивлялась сама себе, своей раскованности. Ее сущность при этом как бы раздвоилась. Одна ее часть словно со стороны наблюдала за происходящим и стыдилась его, зато вторая упивалась сильными ощущениями и позволяла то, чего никогда в жизни Таисия не делала. Евгений Кириллович каким-то непостижимым образом чувствовал малейшие нюансы ее настроения, всплески ее желания и мгновенно отвечал ей. Он быстро возбудился. Она ощутила это и притянула его к себе. После они уснули, обнимая друг друга.

Когда Таисия открыла глаза, то вначале даже не могла сообразить, где она и что с ней. Но когда окончательно пришла в себя, то смутилась до слез при воспоминании о том, что она вытворяла. Евгения Кирилловича рядом не было, и она попыталась успокоиться.

«Бог мой! Это, видимо, из-за шампанского, – думала она. – Но какая же я оказалась распущенная женщина! И как я сейчас смогу посмотреть ему в глаза? Ведь я даже ласкала его там! Ох-хо-хо! Да и он тоже! Ужас! Никогда мужчина не целовал меня в это место! И мне понравилось, чего уж перед собой-то притворяться!»

– Тасенька, ты уже проснулась? – услышала она и натянула покрывало до подбородка.

В спальню вошел сияющий Евгений Кириллович. На нем был голубой махровый халат.

– Кофе хочешь? – поинтересовался он.

– Лучше чай, – робко ответила она, не в силах смотреть ему в глаза. – А который час?

– А я и не знаю, – беззаботно ответил он. – Да и зачем нам время? Все равно я тебя никуда не отпущу, лапушка!

И он скрылся за дверью. Таисия сразу вскочила и начала лихорадочно одеваться. Ей, конечно, хотелось принять душ, но она решила, что негоже ей разгуливать по квартире в голом виде. Когда она натянула джинсы и взяла батник, в спальне появился Евгений Кириллович. Он с изумлением посмотрел на нее.

– Зачем ты одеваешься? – поинтересовался он. – Я хотел чай в постель принести. У меня и конфеты вкусные есть «Птичье молоко». Ты их любишь?

– Люблю, – кивнула она. – Но можно чай на кухне выпить. Не приучена я в постели кушать.

– Ну как хочешь, – сказал он, – можно и на кухне. Знаешь, а ведь я не догадался какой-нибудь халат тебе предложить. Правда, женских нет. Но ведь и мой сойдет, да?

– Да ты вон какой длинный, – заметила Таисия и начала улыбаться. – Утону я в твоем халате-то!

– А тебе не нравится, что я настолько выше тебя? – поинтересовался Евгений Кириллович.

– Что ты! Наоборот! – с воодушевлением проговорила она. – Ты мужчина видный, высокий! А я люблю высоких! Вот сынок у меня не удался в этом плане. Среднего росточка получился.

Таисия вздохнула и надела батник.

– Ладно, если хочешь, то иди в ванную, – сказал Евгений Кириллович. – И могу халат дать. В шкафу есть новый.

– Не надо, спасибо! – отказалась она.

Чай они пили на кухне. Потом Таисия засобиралась.

– Поеду я, – сказала она и показала на круглые в виде тарелки часы, висевшие на стене, – шесть доходит. Пока доберусь, будет уже семь.

– Не пойму, зачем тебе уезжать, – явно огорчился Евгений Кириллович. – Оставайся!

– И в качестве кого я останусь? – сухо спросила она. – Я ведь приличная женщина, Женя! Или ты так не считаешь?

– Конечно, что ты! – удивился он. – Я тебя безмерно уважаю и не понимаю, как вообще подобные мысли могли у тебя появиться.

– Давай пока не будем ни о чем загадывать, – сказала она. – По правде говоря, я ошеломлена всем происходящим. Ты уж меня пойми! Вы, мужчины, легче ко всему относитесь. А я просто в шоке!

– Я тебе не нравлюсь? – спросил он.

– Женя! За кого ты меня принимаешь?! – тут же обиделась она. – Неужели ты думаешь, что я стала бы… ну… – она замялась, не зная, какие подобрать слова. – В общем, я не стала бы этого с тобой делать, если бы ты мне не нравился!

– Ну вот и славно! – обрадовался он.

– Но не удерживай меня! – попросила Таисия. – Позволь мне уехать. А там видно будет. Хорошо?

Евгений Кириллович внимательно посмотрел на нее, потом кивнул и начал заворачивать розы.

До «Водного стадиона» она доехала быстро, но не пошла сразу в квартиру, а решила немного прогуляться и подумать обо всем происходящем. Таисия брела по улице, опустив розы головками вниз, полностью погруженная в свои мысли. Ее мучило то, что вела она себя, как ей сейчас казалось, недопустимо.

«И что на меня нашло? – думала она. – Да разве я когда себе позволяла такую свободу? Женя подумает, что я распущенная женщина или вообще гулящая! Он ведь про меня ничего не знает. Решит, что я, работая в военном санатории, привыкла к беспорядочным связям. И разве я могу сейчас рассчитывать на его уважение? А еще столько раз говорила ему, что всегда мечтала быть похожей на графиню Панину! Да разве графиня стала бы спать практически с первым встречным?»

Таисия тяжко вздохнула и завернула в какой-то небольшой скверик, увиденный ею между домами. Она уселась на скамью, положив розы рядом, и стала наблюдать за играющими на асфальте детьми. Они рисовали цветными мелками какие-то узоры.

«И опять-таки не такой уж он первый встречный! – рассуждала она. – В нашем возрасте все намного упрощается. Ищешь подходящую пару, хотя лично я давно уже никого не ищу. Как-то все само собой получилось. И, наверное, так лучше. Я же сама не раз читала в умных книгах, что если время не пришло, то нужный человек не появится, хоть что ты тут делай! Хоть головой о стену бейся от тоски одиночества. Но когда бог решит, что пора, то тут-то и нужно это понять, что это именно твой человек, и не упустить своего шанса. А ведь Женя, несмотря на свой сложный характер и капризное поначалу поведение, сразу мне приглянулся. От себя-то это зачем скрывать?»

Таисия увидела, что мальчик лет семи начал бить девочку, на вид его ровесницу, и отнимать у нее розовый мелок. Та заплакала.

– Что ж ты делаешь? – тут же вмешалась она и подошла к ним. – Да разве можно бить девочек?

Мальчик поднял на нее злое покрасневшее лицо, потом бросил мелок на асфальт и раздавил его ногой. Девочка заревела еще громче.

– Зачем ты это сделал? – спросила Таисия и схватила его за руку, потому что он хотел убежать.

– Отстань! – крикнул он, пытаясь вырваться. – Она жадина! Все мелки себе забрала. А мне и не дает!

– Ничего я не жадина, – сквозь всхлипывания проговорила девочка. – Вот тебе, забирай хоть все!

И она высыпала мелки из коробочки ему под ноги. Мальчик сразу начал набивать ими карманы.

– Ну и кто после этого жадина? – поинтересовалась Таисия.

Но он не слушал. Собрав мелки, пустился наутек. Девочка перестала реветь и пробормотала, что подловит его во дворе и он узнает.

Таисия вернулась на скамейку.

«Господи, даже дети договориться не могут! – подумала она, наблюдая, как девочка затирает ногой то, что они вместе рисовали. – Ну просто вечная война полов! А у взрослых еще и секс вмешивается! И совсем все усложняет! Но Женя….»

Она закрыла глаза и отчетливо вспомнила, как он ласкал ее. Дрожь побежала по телу, кровь прилила к лицу. Ни разу у нее не было такого нежного и внимательного мужчины. Обычно все происходило быстро. И Таисия думала, что все так и должно быть. Она выросла в Советском Союзе, и в то время тема секса была запрещена. Она еще помнила, как ходила с подружками на фильмы с ограничением до шестнадцати лет. Она надеялась, как и ее подруги, почерпнуть хоть какие-то сведения о физическом взаимоотношении полов, но самое откровенное, что они там видели, – это раздетые по пояс герои, которые лежали и целовались. Книг тем более не было на подобные темы. И сексуальное образование, если можно это так назвать, люди получали в подворотнях, во дворах, в перешептываниях с подругами и друзьями. Родители, воспитанные в таком же пуританском, асексуальном духе, тем более ничем не могли помочь. И когда приходила пора, то все делалось спонтанно, инстинктивно. Как правило, сильный пол получал сразу то, что хотел, из-за физиологических и психологических особенностей своего организма. А вот девушки практически всегда испытывали разочарование, боль и зачастую отвращение от первой близости.

Так у Таисии произошло с ее первым мужчиной, Артуром. Ей было двадцать три года, но она все еще оставалась девственницей. Она, конечно, встречалась с парнями, но пока все было на уровне платонической влюбленности. На самом деле виной было ее страстное увлечение всем, касающимся истории усадьбы. Таисия запоем читала исторические романы, представляла, что она – графиня Панина или одна из придворных дам, которая приезжала в усадьбу в гости. А живя в Марфине и постоянно гуляя по усадьбе, она словно пропиталась духом старины и жила в воображаемом мире. И чувствовала себя там комфортно. Видимо, поэтому у нее не сложились серьезные отношения ни с одним из местных парней. Те ее просто не понимали. Время шло, все они постепенно переженились, подруги повыходили замуж. Таисия, работая в военном госпитале, конечно, привлекала внимание многих отдыхающих. Но в основном это были женатые, которые хотели просто пофлиртовать с хорошенькой медсестрой. Были и холостые, но как-то все не складывалось. К тому же отдыхающие проводили обычно две-три недели в санатории и потом уезжали. И Таисия смотрела на все эти заигрывания и ухаживания, как на что-то временное, и всерьез их не воспринимала.

Но вот Артур поразил ее с первого взгляда. Когда начинались съемки очередного фильма на территории усадьбы, то первым делом строили декорации. Таисия после работы пошла посмотреть. Это был веселый легкий фильм «Вас приглашает оперетта». Артур снимался в массовке, но для нее это не имело никакого значения. Главное, что он относился к артистической среде, а значит, мог участвовать в перевоплощениях, мог хотя бы так перенестись в другое время. Таисия думала, что многое бы отдала, чтобы хоть раз оказаться на съемках. Она представляла, как ей сделали прическу того времени, надели соответствующее платье, усадили в карету, как она находится в изысканных интерьерах и общается с каким-нибудь графом, пусть и актером. И она смотрела на артистов, всех без исключения, будь то звезда первой величины или заштатный статист, с восхищением. Артура она увидела, когда он был уже в костюме и гриме. Он быстро шел с моста к автобусу, служившему, по-видимому, гримеркой и костюмерной для статистов. Таисия как раз отправилась смотреть съемки и, увидев его, замерла, очарованная его легкой походкой, стройной фигурой, черными глазами и гусарской формой. Он остановился и улыбнулся ей. Она покраснела и зачем-то поздоровалась. Артур тут же воодушевился, подошел и непринужденно представился. Так они и познакомились. А дальше все развивалось по вполне стандартному сценарию. Артур начал активно ухаживать. Занят он был не так много, в основном в массовых сценах. И Таисия после работы бежала на свидание. Встречались они на территории усадьбы. Был конец мая, и все цвело. Декорации для развития бурного романа были соответствующие. Таисия совершенно потеряла голову и легко отдалась ему через неделю после знакомства. Это произошло в беседке поздно ночью.

На крутом склоне холма перед спуском к большому нижнему пруду еще во времена графини была сооружена двухъярусная ротонда под названием «Миловида». Эта беседка являлась интереснейшим памятником садово-парковой архитектуры. Стены ее восьмигранного нижнего яруса были прорезаны со всех сторон проемами входов. Вторым ярусом был изящный восьмиколонный павильон, увенчанный куполом. Внутри его стояла статуя юноши в классическом греческом стиле. Таисия обожала эту беседку. Из нее открывались красивые виды на пруд и на окрестности, словно отсеченные узкими арками проемов. И как-то после окончания съемочной смены привела в нее Артура. Он был в костюме и гриме. И она, замирая, смотрела, как по ее любимой беседке расхаживает бравый гусар в форме и при шпаге. Таисии казалось, что она каким-то чудом перенеслась во времена графини. Тогда-то она и влюбилась в Артура без памяти.

И уже через неделю в этой же беседке лунной ночью после страстных безумных поцелуев она уступила ему. Артур был молодым, темпераментным и довольно легкомысленным. Он привык к легким победам. И даже то, что Таисия оказалась девственницей, не смутило его. По правде говоря, он даже не сразу это понял. И лишь когда она вскрикнула и сказала, что ей больно, он обратил внимание, что происходит что-то не то. Но не остановился. Таисия терпела боль и думала, что так и должно быть. Но этот первый раз сильно разочаровал ее. Хотя то, что Артур был довольно груб и невнимателен к ее желаниям, не смутило. Ведь Таисии было не с чем сравнивать. Но разочаровало ее то, что она не ощутила тех безумных восторгов от слияния с любимым, о которых не раз читала в любовных романах. Но в последующие разы чисто физически ей становилось все приятнее, так как боль ушла. Они встречались урывками. Таисия видела, что Артур словно бы охладел к ней после того, как получил то, что хотел, но не обращала на это внимания. Она решила, что мужчины все таковы, что, добившись желаемого, они успокаиваются и ведут себя более прохладно, ведь завоевывать уже не нужно. Но сама влюблялась все сильнее.

А потом он уехал, обещав, что обязательно вернется. Но ни разу не позвонил. Через какое-то время Таисия обнаружила, что беременна. Мысль об аборте даже не возникала. Она твердо решила, что будет рожать. Мать и тогда еще живой отец восприняли весть о ее беременности на удивление доброжелательно. Правда, отец пытался выяснить, кто виновник. Но Таисия сказала, что искать его бесполезно, что это был приезжий, который никогда сюда не вернется. Когда родился Дима, родители окончательно успокоились. Они во внуке души не чаяли. Таисия также успокоилась. Она в душе простила Артура и даже во всем обвиняла себя, считая, что повела себя недостойно и легкомысленно, так быстро и без всяких условий уступив ему. Она довольно рано после родов начала работать, и жизнь вошла в привычную колею. Занятость на работе, маленький ребенок, хозяйство практически не оставляли ей свободного времени. И Таисия почти не думала о сексе. Конечно, она была молода, здорова и определенные желания периодически возникали. Но она решила не придавать этому значения. Она пришла к мнению, что секс необходим только мужчинам, что они получают от него удовольствие намного большее, чем женщины. Таисия даже думала, что женщине это нужно лишь для одного – зачать ребенка. Конечно, она смотрела фильмы, читала книги, в которых имелись эротические сцены. Но уже не верила в описанные восторги от физической близости. Таисия решила, что все это сильно преувеличено и приукрашено и ничего общего с реальностью не имеет.

И вот вдруг совершенно неожиданно для нее, практически на закате жизни, как она думала, Таисия ощутила в объятиях мужчины такое сильнейшее наслаждение, которое даже и представить не могла. И это приводило ее в смятение. Она понятия не имела, что ее тело способно на такой отклик при прикосновениях мужских рук и губ, при проникновении в него мужской плоти. Таисия закрыла глаза и грезила наяву, все вспоминая их встречу.

Вывел ее из транса звонок мобильного. Это был Дима.

– Мама, а ты вообще где? – поинтересовался он.

– Да практически возле дома, – ответила она.

– Вот и хорошо! – обрадовался Дима. – А то мы с Дашей ждем тебя.

– С кем? – заволновалась она и встала со скамейки.

– Ну ты же хотела познакомиться с моей девушкой, – как ни в чем не бывало ответил он.

– Я уже иду! – сказала она и быстро двинулась в сторону дома.

Когда Дима открыл ей дверь, то сразу посмотрел на букет роз.

– Тебе подарили? – уточнил он. – Ты встречалась с Евгением Кирилловичем?

Таисии почему-то не хотелось отвечать правду, но и лгать она не собиралась, поэтому она просто промолчала.

– Надо их в воду поставить, – заметила она и начала переобуваться, едва сдерживая волнение. – А где Даша?

– На кухне, – ответил он и заулыбался. – Пошли, познакомлю!

Он взял розы и пошел на кухню. Таисия, на ходу поправляя прическу, двинулась за ним.

Даша стояла у плиты и ставила чайник на огонь. С первого взгляда она разочаровала Таисию. На вид ей было лет двадцать пять. Это была миленькая брюнетка с большими серыми глазами, круглым лицом, коротким, слегка вздернутым носом и пухлыми губами. Она была маленького роста, от силы полтора метра, с широкими тяжелыми бедрами и короткими полными ногами, при этом у нее были узкие плечи и маленькая грудь. Таисия, судя по красным трусикам-стрингам, ожидала увидеть девушку с эффектной внешностью, настоящую сексуальную стерву, а перед ней стояла вполне домашняя на вид, скромная девушка, которая при ее появлении сильно покраснела. Дима быстро представил их, потом поставил розы в вазу и унес в комнату.

Таисия присела к столу, не сводя с Даши глаз. Та доставала чашки из шкафчика, с трудом дотягиваясь до верхней полки.

«Н-да, – думала Таисия, изучая ее широкие бедра, обтянутые джинсами, – коротышка какая-то! Конечно, Димочка мой тоже не очень-то и высокий, да и полноват, так что зря я так огорчилась. Высокая и худая рядом с ним смотрелась бы нелепо. Но вроде все предыдущие были стройненькими. Чего он такую выбрал?»

– Дашенька, а вы учитесь, работаете? – поинтересовалась она, решив быть любезной.

– Работаю, – охотно ответила Даша и начала ставить чашки на стол. – В юридической фирме.

– Так вы юрист? – тут же воодушевилась Таисия. – В наше время самая что ни на есть нужная специальность!

– Юрист, – улыбнулась Даша. – Вы можете со мной на «ты», – добавила она, – так всем будет удобнее.

– Хорошо, – улыбнулась в ответ Таисия и начала расслабляться.

Было что-то в Даше такое, что мгновенно располагало к себе. И довольно скоро Таисия уже не обращала внимания на недостатки ее фигуры. После того как они все вместе попили чаю, Дима и Даша засобирались.

– Куда это вы на ночь глядя? – удивилась Таисия.

– Мам, да какая ночь! – рассмеялся Дима. – Смотри, как светло еще! Мы погуляем, а потом я Дашу домой провожу.

– И так далеко придется провожать! – весело заметила Даша. – Я ведь через два дома от вашего живу, – сообщила она Таисии.

– Как удачно! – обрадовалась та.

– Еще бы! – согласился Дима.

– А ты с кем живешь? – полюбопытствовала Таисия.

– С родителями, – охотно ответила Даша. – А еще у меня есть младший братец, ему пятнадцать.

– Как хорошо-то! – чему-то обрадовалась Таисия. – А вот Димочка у меня так без отца и вырос, – добавила она и нахмурилась.

– Ладно, мам! Чего об этом говорить? – сказал Дима. – Можно подумать, это такая уж трагедия! Да сейчас так половина детей растут. Разводов-то много!

– К сожалению, это так, – подтвердила Даша.

– В общем, пошли мы! – сказал Дима и чмокнул мать в щеку.

– Приятно было познакомиться, – ласково проговорила Даша и тоже поцеловала Таисию в щеку.

– И мне, – искренне ответила она. – Приезжай к нам в Марфино в гости! Там очень красиво!

– А я как-то была с экскурсией лет пять назад, – сообщила Даша. – Изумительное место! А мост какой живописный!

– Да? – обрадовалась Таисия. – А ты знаешь историю усадьбы? Какие там люди бывали!

– Ну все, сейчас мама сядет на своего любимого конька, и мы вообще отсюда не уйдем! – засмеялся Дима. – Дашенька, мама просто помешана на марфинской усадьбе.

– И это прекрасно! – сказала Даша. – Таисия Семеновна, мы обязательно поговорим об этом в другой раз.

– Конечно! – заулыбалась Таисия.

Когда за ними закрылась дверь, она все продолжала улыбаться и думала, что Диме еще очень повезло с такой умной, замечательной девушкой и что он должен наконец расстаться со своей холостой жизнью.

Следующие два дня Таисия провела с Евгением Кирилловичем. Но она категорически воспротивилась ехать к нему в гости, решив, что должна соблюдать приличия. Ей казалось, что своим отказом от близости она хоть как-то реабилитирует себя в его глазах. Вначале она подумала, что можно поехать к нему и просто побыть вместе. Но потом четко поняла, что по-любому это закончится постелью. Евгений Кириллович не скрывал ни своих чувств, ни желаний. Он словно сбросил не один десяток лет, был воодушевлен и даже взвинчен. Когда он звонил, то сразу начинал говорить, как он скучает, что постоянно о ней думает и хочет быть все время рядом.

Они встретились в метро «Водный стадион» во второй половине дня. Таисия ждала его возле последнего вагона, как они договорились. Когда поезд остановился, она сразу его увидела возле открытой двери и вошла в вагон. Евгений Кириллович сиял от счастья. Он обнял ее и попытался поцеловать, но она отклонилась и с испугом огляделась. Но в вагоне народу было немного, и явно никому не было дела до них.

– Ты ведешь себя как неразумный юнец, – прошептала она, садясь в уголок. – Что же ты бросаешься прямо в вагоне?

– А что делать, раз ты ехать ко мне не хочешь? – ответил он и прижался к ней. – Я так скучаю по тебе! Даже удивительно! Это любовь!

– Женя! – возмутилась она. – Ты все говоришь о любви, а ведь мы мало знакомы!

– Это мы-то мало знакомы? – весело заметил он и глянул на нее так страстно, что она зарделась. – Ты удивительная женщина! Я чувствую, как все во мне поет и ликует, когда тебя вижу! Вот уж не думал, что снова смогу влюбиться! А ты, Тасенька, ты любишь меня?

– Ну не будем же мы в метро это выяснять, – сказала она. – А сегодня не так жарко, ты заметил? Ветерок такой приятный! – сменила она тему.

– Да, – кивнул он и поскучнел.

Они поехали гулять в Ботанический сад. Когда вошли в него и медленно двинулись по ухоженным дорожкам среди цветущих клумб, Евгений Кириллович взял ее за руку.

– Как же здесь красиво! – прошептал он. – Мы прямо как в раю!

– Да, здесь много редких пород деревьев, – сказала Таисия. – И даже есть настоящая японская сакура. Жаль, что она уже отцвела!

Они увидели скамью под каким-то приземистым раскидистым деревом с длинными узкими листьями и уселись.

– Ты так и не ответила на мой вопрос, – после паузы тихо произнес Евгений Кириллович.

– На какой? – уточнила она, сделав вид, что не понимает.

– Любишь ли ты меня, – нервно ответил он.

Таисия посмотрела ему в глаза. Коричневая радужка выглядела блестящей, но Таисия машинально отметила, что белок имеет желтоватый оттенок.

– У тебя печень не побаливает? – вдруг спросила она.

– Что?! – взвился Евгений Кириллович. – Ты издеваешься надо мной?

Он вскочил и забегал по тротуару вдоль скамьи. Несколько голубей, мирно разгуливающих неподалеку, взлетели. Таисия проводила их взглядом, потом посмотрела на покрасневшего, задыхающегося Евгения Кирилловича. Она не понимала, почему он так разволновался.

– Да ты сядь, Женя, – мягко произнесла она. – Чего бегаешь-то?

Он остановился и пристально на нее глянул. Видя, что она улыбается, подошел и остановился напротив.

– Я тебя иногда просто не понимаю! – сказал Евгений Кириллович. – Я ведь серьезно, да вижу, тебе это не очень-то и интересно.

– Ну почему же? – заметила она. – Я тоже вполне серьезна. У тебя белки глаз немного пожелтели, вот я и спросила, чисто машинально. Что в этом такого? Я же беспокоюсь о твоем здоровье.

– И мне это приятно, – смягчился он и присел рядом, взяв ее за руку. – Но печень у меня в полном порядке, уверяю!

– Только вот в любовь-то я уже не очень верю, – не меняя тона, продолжила она. – Вот в чем дело-то! Ты уж пойми меня!

Евгений Кириллович отпустил ее руку и откинулся на спинку скамейки. Они молчали какое-то время. Потом он вздохнул и сказал, что понимает ее, что больше не будет приставать с глупыми вопросами.

– Женя, – ласково произнесла она и повернулась к нему, – это вовсе не глупые вопросы. Но я настолько привыкла жить без мужчины и все решать сама, что мне трудно даже представить, что кто-то постоянно будет находиться рядом. Мне кажется, мы просто потеряли голову и не вполне отдаем себе отчет в происходящем.

– Тебе было плохо со мной? Я имею в виду постель, – сделал он странный вывод. – Только ответь максимально честно, очень тебя прошу!

Но Таисия настолько растерялась от такой степени откровенности, что замолчала и опустила голову. Она не привыкла обсуждать столь интимные темы даже с подругами, не говоря о мужчинах. И представить не могла, что кто-то способен без всякого стеснения говорить об этом.

– Значит, я просто тебя не удовлетворяю, – по-своему понял ее молчание Евгений Кириллович. – Что ж, по крайней мере, честно!

– Это не так, – все-таки выдавила она из себя. – Но прошу тебя, давай обсудим это в другой раз.

– Почему же? – не понял он. – Зачем откладывать обсуждение такой важной темы?

Таисия молчала. Она чувствовала все возрастающую неловкость.

– Понимаешь, Тасенька, – ласково продолжил он, – я привык все и всегда обсуждать в семье. И это, уверяю тебя, намного лучше, чем что-то утаивать в душе, быть чем-то недовольным и молчать об этом. Мы с женой говорили обо всем.

– И о сексе? – еле слышно спросила она.

– Конечно! А что тебя так смущает? Это же естественно!

– Для меня это неестественно, – сказала она. – Женя, не забывай, что я никогда не была замужем. Да и вообще, я крайне неопытна в этих вопросах, – прошептала она.

– Да? – явно удивился Евгений Кириллович. – Никогда бы не подумал. Ты очень страстная женщина.

– Ну не надо! – попросила она.

– Ладно, извини! Больше не буду так на тебя наседать, – мягко проговорил он. – Но у меня такой характер, что я не выношу каких-то недомолвок, тайн, недоверия. Я сразу начинаю нервничать, могу наговорить резкостей, а потом вообще замыкаюсь. Мы, когда поженились, то вначале с трудом нашли общий язык. Представляешь, я мог обидеться на что-нибудь и молчать неделями. Жена, мудрый человек, приучила меня, что лучше все обсуждать, чем вот так отмалчиваться. И я всегда старался преодолеть свой дурной характер и откровенно говорить о проблемах. Жизнь вместе – это ох как сложно! А уж в нашем возрасте тем более! Характеры-то уже сложившиеся.

Какое-то время они молчали. Евгений Кириллович иногда поглядывал на нее, но разговор не начинал.

– Все это я понимаю, хотя никогда в браке не жила, – наконец сказала Таисия. – Но и ты меня пойми! Ладно, какие-то бытовые мелочи обсуждать, но вот интимные вопросы!

– И что? – оживился он. – Чем интимные вопросы менее важны, чем все остальное? Сама подумай!

– Женя, ты так со мной разговариваешь, – тихо засмеялась она, – будто мы женаты! Мы ведь пока просто знакомые!

– Не скажи! – возразил он. – Я в тебя влюблен, да и ты тоже, думаю. Просто боишься себе в этом признаться. А раз бог нам дал такое счастье, то его беречь нужно. И сразу! А какие-то там комплексы в расчет не брать!

– Нет у меня никаких комплексов! – обиделась Таисия и встала. – Пошли погуляем! Чего сидим?

Они двинулись по дорожке. Евгений Кириллович пытался взять ее за руку, но она отстранилась.

После Ботанического сада Таисия заявила, что у нее есть кое-какие дела и она вынуждена проститься. Он сразу нахмурился и начал уточнять, что за дела.

– Женя, это мои дела, понимаешь? – ответила она. – Не думаю, что это к тебе может иметь хоть какое-то отношение!

– Почему же? – настаивал он. – Мы же договорились, что все обсуждаем и все делаем вместе! Может, я могу помочь тебе чем-нибудь. Это что-то по хозяйству?

– Нет, – мягко сказала она. – И помочь ты мне ничем не можешь. Извини!

Евгений Кириллович замолчал и молчал всю дорогу до «Водного стадиона». Когда они подъехали к станции, он хотел проводить ее до дома, но она отказалась, и он поехал дальше. А Таисия, зайдя домой, переодевшись и взяв сумку с медикаментами, отправилась на Павелецкий вокзал.

Она вернулась довольно поздно. В квартире никого не было, и это ее даже обрадовало, так как она чувствовала усталость и хотела побыть одна. Таисия сразу отправилась в ванную и долго стояла под горячим душем, наслаждаясь потоками воды, смывающими с ее тела пыль города и пот. Затем она улеглась на диван и глубоко задумалась. Развитие отношений с Евгением Кирилловичем ее немного пугало. Да, он ей очень нравился, воспоминания об их близости не давали ей покоя, но весь ее жизненный опыт заставлял быть настороже и не доверять своим чувствам. Но она понимала, что остановить развитие событий уже не может. Да и был ли в этом смысл? Таисия все вспоминала, как он сказал ей, что бог сделал им такой подарок и нельзя отказываться от него. И в то же время такие резкие перемены в ее устоявшейся жизни пугали. Запас жизненной энергии у Таисии был большим, она чувствовала себя обычно бодрой и жизнерадостной, но все равно инстинктивно старалась расходовать энергию бережно. Как человек, всю жизнь поработавший в медицине, она давно сделала вывод, что болезни возникают из-за неправильного расходования жизненной энергии, и если человек позволяет себе слишком сильные и бурные эмоции, постоянно выходит из себя по поводу и без, часто впадает в депрессию и не старается выйти из нее, то это, как правило, приводит в итоге к всевозможным заболеваниям. К тому же Таисия точно знала, что болезни – это материализованные нами самими комплексы. Да, она делала уколы, проводила прописанные докторами процедуры, но для себя давно решила, что в большинстве случаев больные подсознательно не хотят быть здоровыми, что это им по каким-либо причинам нужно по жизни. И практически всегда это были причины психологического свойства. Сколько раз Таисия наблюдала за ипохондриками, постоянно ноющими и требующими к себе повышенного внимания. И ширма-то у нее не так стоит, и из окна дует, и погода мерзкая, и комары особо кусачие, и шприц холодный, и руки у нее неловкие – чего только она не наслушалась за годы работы. Но довольно скоро поняла, что такие люди просто хотят получить максимум внимания и заботы, потому что – а для нее это было уже очевидно – они не получают этого от близких людей.

Таисия вдруг вспомнила, как впервые увидела Евгения Кирилловича. И ведь он поначалу произвел на нее именно такое впечатление. Она заулыбалась и перевернулась на спину, заложив руки за голову и глядя в потолок.

«Что же мне делать? – спросила она саму себя. – Я должна понять и в конце концов определиться! Или я иду на поводу у своих чувств, а они определенно имеются, или я прекращаю всяческое общение, чтобы не вводить его в заблуждение».

Но как только Таисия представила, что она больше никогда не увидит Евгения Кирилловича, так у нее мгновенно испортилось настроение и грусть закралась в сердце.

– Что ж, так тому и быть! – сказала она и села. – Попробую еще раз построить серьезные отношения с мужчиной. Авось сейчас все получится. Я ведь практически влюблена в него, буду честна сама с собой. Вот уж не думала, что в моем пенсионном возрасте со мной такое случится!

Евгений Кириллович позвонил ей на следующее утро. Она только что проводила Диму на работу и мыла посуду. Быстро вытерев руки, она схватила телефон. Евгений Кириллович ласково поинтересовался о ее самочувствии, затем спросил о планах на день. Таисия с утра собиралась на вокзал. Она вчера сделала перевязку одному бомжу, у которого нагноился ожог на руке, и сегодня хотела проверить, как у него обстоят дела. К тому же она обещала привезти витамины для истощенной, истаскавшейся женщины, которая жила на вокзале больше трех лет. У нее когда-то был и дом в Рязанской области, и семья. Но она вела настолько разгульную хмельную жизнь, что муж не выдержал позора и выгнал ее. Деваться ей было некуда, она начала бродяжничать. Так пришла в Москву. Она показалась Таисии на удивление здоровой для такого образа жизни, но была худой и бледной.

– А ты ночь-то поработай, как я, – сказала она с усмешкой Таисии, – взбледнешь! Желающих тут много. И среди своих, да и извращенцы захаживают. Богатые мужики уж и не знают, чего им хочется. Есть любители и до таких, как я. И им чем грязнее, тем лучше.

Таисия молча слушала и не удивлялась. Она тут и не такие истории узнала. Поначалу она все принимала близко к сердцу, ужасалась, жалела, пыталась помочь хоть чем-нибудь и даже наставить на путь истинный. Но скоро поняла, что вмешиваться в чужую жизнь бесполезно, что пока человек сам не поймет, его не исправишь, что каждый проходит определенный путь. И она перестала тратить нервы, а просто оказывала медицинскую помощь и научилась делать это отстраненно, словно она была роботом. И она никому не рассказывала о том, что слышала от бомжей. У каждого из них была своя грустная история, хотя иногда ей казалось, что они не прочь и придумать что-нибудь совершенно не соответствующее действительности.

– С утра у меня дела, – ответила Таисия, – а потом свободна.

– И опять какие-то таинственные дела! – заметил Евгений Кириллович. – Ну да ладно, не хочешь быть откровенной со мной, не надо!

– Женя, не обижайся! – ласково произнесла она. – А у тебя какие-то предложения?

– Выйти за меня замуж, – ответил он и тихо засмеялся.

Таисия смутилась, но тут же перевела все это в шутку.

– Прямо вот так сразу и по телефону выйти за тебя замуж? – кокетливо спросил она. – Может, встретимся для начала?

– Так и я о том! – воодушевился он. – Но если ты занята с утра, то предлагаю вечером пойти в театр. Как ты на это смотришь?

– Положительно, – ответила Таисия.

– Очень хорошо! Тогда я возьму билеты, потом позвоню тебе и уже точно договоримся. Хорошо?

– Хорошо, – сказала она. – Целую.

– И я тебя! – радостно ответил он. – До связи!

Таисия освободилась около трех часов. Она приехала домой, по привычке тщательно вымылась, затем накрутила волосы на бигуди. Ей захотелось выглядеть как можно лучше.

«Но вот наряда у меня нет соответствующего, – спохватилась она. – В чем же я в театр пойду?»

Таисия открыла кошелек и пересчитала деньги.

«Если купить что-нибудь не очень дорогое, но эффектное, – прикидывала она, – какое-нибудь нарядное платье, я и потом смогу его надевать. Можно найти что-нибудь подходящее в магазинах!»

Они договорились встретиться в метро в половине шестого. Евгений Кириллович взял билеты в театр оперетты на «Летучую мышь».

«У меня совсем мало времени! – подумала она, укладывая волосы. – Нужно немедленно идти по магазинам. Вроде на этой улице я видела какой-то торговый центр».

Таисия вышла из дома через полчаса. Она быстро нашла торговый центр, но там были лишь магазины модных западных брендов. Побродив по ним и приценившись, она пришла в ужас. Содержимое ее кошелька не позволяло такие траты. К тому же ей ничего не понравилось. У Таисии имелась пластиковая карточка с пенсионными начислениями, но она снимала оттуда только в самых крайних случаях. И сейчас не видела смысла в этом.

Таисия вышла из торгового центра в подавленном состоянии и медленно отправилась по улице, поглядывая на витрины. Она просто не знала, что придумать.

«В крайнем случае, надену голубое шелковое платье, – подумала она и вздохнула. – Оно, конечно, совершенно не подходит к случаю. Вот если бы к нему какой-нибудь нарядный платочек!»

Таисия уже и не помнила, когда была в театре, поэтому плохо представляла, в чем сейчас туда ходят. Но во времена ее молодости поход в театр был целым событием, как в принципе и в кино. И все старались одеться нарядно, делали прически, надевали украшения.

Таисия заметила какой-то небольшой магазин одежды и завернула туда. И тут же хотела выйти, так как увидела, что в нем товары явно для молодежи. Но продавец, приятная женщина средних лет, остановила ее.

– Что вы хотели? – доброжелательно поинтересовалась она и мило улыбнулась.

– Мне тут ничего не подойдет, – ответила Таисия, оглядывая узкие короткие платья, расшитые паетками и бисером. – Это молоденьким хорошо такие наряды. Да и моя комплекция не позволяет такое надевать. А ведь мне сегодня в театр, – добавила она со вздохом.

– Значит, вы подбираете что-нибудь для вечернего выхода, – задумчиво произнесла продавец, перебирая вешалки с платьями.

– Вы даже и не старайтесь, – сказала Таисия, – я ведь вижу, что на меня нет ничего. А даже если и есть, то мне это явно не по карману.

– Послушайте, – оживленно заговорила продавец, – а у вас есть строгая темная юбка?

– Да, обычная классическая имеется, – ответила Таисия. – Я тут у сына в гостях, – зачем-то начала она объяснять, – но в его шкафу храню кое-какие вещи на всякий пожарный. Мало ли куда пойти придется! А вообще-то я постоянно живу в Марфине. Слышали? У нас там старинная усадьба, очень красивые места.

– Нет, не слышала, – призналась продавец и вытащила вешалку с чем-то воздушным и поблескивающим серебряной нитью. – Вот, – удовлетворенно сказала она, – думаю, это то, что вам нужно!

– Ой, а что это? – обрадовалась Таисия, так как светло-синий цвет с переходами в лазоревый ей очень понравился.

– А это комплект, – пояснила продавец, – трикотажный топ и к нему воздушный шарф. С юбкой будет отлично смотреться! К тому же такие большие шарфы очень удобная вещь. В них можно драпироваться на ваше усмотрение. И он именно вечерний! Видите, как расшит. Примерьте.

– Хорошо, – кивнула Таисия, не сводя глаз с комплекта. – Но это наверняка дорого.

– Знаете, нет, – улыбнулась продавец. – И даже с пятидесятипроцентной скидкой, так как вот здесь есть крохотная дырочка внизу шарфа возле кистей. Но зашить ее две минуты.

– Да ее и не видно совсем! – обрадовалась Таисия и накинула переливающийся шарф на плечи.

Он был довольно широким и длинным и выглядел, как самостоятельная одежда.

– Цвета вам к лицу! – заметила продавец. – И как смотрится! Топ довольно открыт. Но с шарфом можно играть: закрыть им декольте или открыть, если захотите. Это очень удобно. И нарядно. Вы же сами видите.

– Да, нарядно, – подтвердила довольная Таисия и повертелась перед зеркалом.

Потом попробовала разные варианты драпировки. Шарф был из какой-то мягкой и тонкой ткани и легко принимал нужную форму.

– Изумительно! – заметила продавец. – Ну что, топ примерять будете?

Таисия сняла с вешалки топ, похожий по крою на мужскую майку с широкими лямками и приложила к себе. Он был густого васильково-синего цвета. Смотрелся просто, но благородно.

– Да я и так вижу, что он мне в самый раз, – заметила она, – так и мерить незачем. Беру все! Большое вам спасибо! Выручили!

– Идите на кассу, – улыбнулась продавец. – И знаете, – понизила она голос, – вам бы еще более сочный цвет волос, скажем, чуть в рыжий, было бы вообще супер!

– Вы думаете? – тут же озаботилась Таисия и глянула на себя в зеркало. – Но я в жизни волосы не красила. Это мой натуральный цвет.

– Да что вы? – неподдельно удивилась продавец. – Ну вы просто феномен! Сейчас все крашеные!

– Да, это так, – согласилась Таисия. – Ну еще раз спасибо вам!

Она взяла вещи и отправилась к кассе.

Придя в квартиру, Таисия сразу кинулась искать юбку, затем примерять все вместе. Юбка по качеству не совсем подходила к топу, но когда она набросила шарф, затем перекинула один его конец через плечо, то он практически полностью скрыл топ и часть юбки. Его сочная расцветка, к тому же переливающаяся серебристой нитью, привлекала внимание. Таисия была довольна своим видом. Она выглядела нарядно и в то же время достойно и не кричаще, чего она всегда старалась избегать. Но вот замечание продавца о ее цвете волос почему-то не выходило из головы.

«Эх, не успею! – с сожалением думала она. – А то бы купила какой-нибудь оттеночный шампунь, да и подрыжила волосы, как мне посоветовали. То-то Женя бы удивился! Говорят, что все мужчины неравнодушны именно к рыженьким. И правда, чего я до сих пор волосы не красила? Вон, седых сколько! Хорошо еще, что в моих светлых волосах они почти незаметны».

Она вздохнула, скинула шарф и начала укладывать заново волосы. Затем попыталась нанести макияж. Но косметики как таковой у Таисии не было. Она пользовалась лишь помадой и пудрой. А вот тени, подводка для глаз или там тушь для ресниц у нее отсутствовали. Таисия иногда пользовалась обычными карандашами для рисования. У нее было их два, более темный – для глаз и посветлее – для бровей. Таисия нашла их в сумке, смочила и тщательно обвела глаза. Затем подкрасила брови, нарисовав их дугой. Но результат ей не понравился. Глаза у нее и так были довольно большими, а из-за темных густых ресниц выглядели выразительными. А сейчас они казались ненормально вытаращенными, словно Таисия чему-то сильно удивлялась. К тому же лицо стало выглядеть грубее. Она тут же отправилась в ванную и умылась. Затем как обычно припудрила лицо и слегка подкрасила губы розовой помадой.

«Вот вам и вечерний макияж! – со вздохом подумала она. – А хотела выглядеть покрасивее. Но что-то не получилось. Ну и ладно! И так хороша!»

Она последний раз глянула на себя в зеркало, взяла сумочку и вышла из квартиры.

Когда она спустилась в метро, Евгений Кириллович уже ждал ее. Таисия отчего-то начала волноваться и тщательно закуталась в шарф, скрыв вырез топа. Но Евгений Кириллович был очарован при одном взгляде на нее и не стеснялся выражать свое восхищение.

– С такой дамой на такси нужно было поехать, – заметил он, когда они уселись в уголок вагона. – Что-то не подумал я!

– Ну что ты, Женя! – улыбнулась она. – Тогда мы бы точно опоздали! Простояли где-нибудь в пробке. А так наверняка успеем к началу.

– Тут ты права! – согласился он и вздохнул с облегчением.

Но они едва успели к первому звонку, поэтому Таисия не разглядела публику и не смогла оценить уместность своего наряда. Зато в антракте она первым делом начала изучать женщин, выбирающихся из рядов и двигающихся к выходу. К ее радостному удивлению, среди них оказалось немало ухоженных элегантных дам ее возраста. Их наряды выглядели в основном в одном стиле. Это были юбки и блузки или кофточки с люрексом. Поняв, что она не выбивается из общей массы, Таисия вздохнула с облегчением. Евгений Кириллович пригласил ее в буфет. Но когда они пришли туда и увидели длинную очередь, то Таисия предложила просто прогуляться по фойе, размять ноги. Евгений Кириллович с готовностью согласился и подхватил ее под локоть. Они начали медленно прогуливаться, болтая ни о чем и поглядывая по сторонам.

– Молодежи маловато, – заметил Евгений Кириллович.

– Ну еще бы! – живо ответила Таисия. – Они же сейчас в основном на мюзиклы ходят. Ох уж эта западная мода!

– Скорее американская, – поправил ее Евгений Кириллович.

– Какой статный мужчина! – вдруг услышали они сзади приглушенный женский низкий голос.

– Да, видный! Я его еще в зале заметила. Они сидят впереди нас, через два ряда, – ответила женщина с более высоким голосом.

– Мне бы такого найти! – без стеснения заявила женщина с низким голосом. – Уж я бы не выпустила его никогда! Все бы сделала, чтобы удержать рядом такого мужчину!

– Да где ж его взять? – тихо засмеялась женщина с высоким голосом. – Хорошие мужчины, как говорит одна моя подруга, на дороге не валяются, а валяются дома на диване!

– Твоя правда! – согласилась ее собеседница. – Редкий и ценный кадр!

Таисия напряглась и в душе рассердилась. Она искоса посмотрела на Евгения Кирилловича. Он выглядел невозмутимым, но легкая довольная улыбка морщила его губы. Женщины в этот момент обогнали их, и обе подняли глаза на Евгения Кирилловича. Таисия поджала губы и глянула строго. И они, заметив, что она на них смотрит, тут же отвернулись и ускорили шаг.

«Нет, каковы! – возмущалась про себя Таисия. – Вот так беззастенчиво обсуждать чужих мужчин! А на вид обе примерно моих лет. И явно одиноки, раз такие разговоры ведут!»

И тут она стала замечать, что практически все женщины ее возрастной категории, а их было в театре немало, пришли или парами или небольшими группами по три-четыре человека. У Таисии словно открылись глаза, и она вдруг поняла, как много одиноких женщин ее возраста. И ведь все они выглядели очень достойно, к тому же принарядились для выхода в свет и казались Таисии все, как одна, красотками. У нее начало портиться настроение. И она попыталась проанализировать почему. И тут поняла, что однозначно ревнует Евгения Кирилловича ко всем этим женщинам, что хотела бы, чтобы он видел только ее и больше ни на кого не обращал внимания, что воспринимает его как близкого человека, на которого уже имеет права.

«Господи, что же я, в самом деле? – взволнованно думала Таисия, чувствуя, как он прижимает ее локоть. – Что же я так вела себя? Ведь Евгений прав! Это счастье, что бог дал нам такой шанс, что позволил в нашем возрасте еще раз испытать счастье взаимного чувства! И какая же это редкость! Вон сколько красавиц вокруг нас, и все они одиноки. Хорошо, что у меня вовремя открылись глаза. И я впредь должна беречь наши отношения!»

Когда они посмотрели спектакль и уже собирались уходить, он начал активно уговаривать ее поехать к нему. Таисия просто не знала, что делать. После сегодняшних открытий ей очень хотелось принять приглашение, но она все думала о приличиях, и это останавливало.

– Ну пожалуйста! – умолял Евгений Кириллович. – Мы провели такой чудесный вечер! Хотелось бы его продолжить. Я и шампанское припас. Поедем, Тасенька? Что тебя держит? Дима уже большой и без тебя прекрасно обойдется.

– Я подумаю и, возможно, приму твое приглашение, – ответила она.

– Подумай, подумай, – явно обрадовался он.

Они вышли из театра и медленно побрели к метро. Вечер был жарким, но Таисия не снимала шарф с плеч, считая, что такой обнаженной в ее возрасте ходить по улицам неприлично. Она вдруг почувствовала спад настроения. К тому же после громкой музыки у нее слегка разболелась голова. В центре народу было много, а из-за постоянных пробок воздух казался невыносимо тяжелым. Таисии захотелось вернуться в Марфино, и она подумала, что в принципе может уехать хоть завтра. Евгений Кириллович словно подслушал ее мысли, потому что неожиданно произнес:

– Хорошо сейчас у тебя в усадьбе! Воздух свежий, прохладный, цветами пахнет! По берегам пруда так много таволги цветет!

– Еще бы не хорошо! – охотно ответила она. – Но это вовсе не моя усадьба!

– Да ты столько всего о ней рассказывала, что я уже воспринимаю тебя как неотъемлемую часть графской усадьбы.

– А кто-то еще недавно ныл, что там сыро и комаров полно, – не удержалась она от замечания, но тут же улыбнулась и сжала его руку.

– Ну дурак был, – легко согласился Евгений Кириллович. – Не понимал поначалу всей прелести тех мест. А скажи, Тася, – после паузы поинтересовался он, – ты ведь ни за что оттуда не уедешь?

– А зачем? – вопросом на вопрос ответила она. – Я там родилась, все родные на местном кладбище, работа там у меня, дом, хозяйство какое-никакое.

– Ну а вот замуж за меня выйдешь, – продолжил он. – Не поедешь ко мне в Химки?

– Нет, Женя, – уверенно ответила она. – И даже не начинай подобный разговор! Ни к чему он.

– Что так? – нахмурился он. – Или жених я неподходящий? А ведь я генерал, не какой-то там прапорщик! Это-то ты хоть ценишь?

– Извини, – заулыбалась она, – но мне ваши воинские звания ни к чему! По правде говоря, за свою работу столько я всяких высокоблагородий нагляделась, что ты за всю свою службу не видел. Кто только у нас не отдыхал! И повыше тебя чином бывали, уж поверь! Но мне-то что до этого? Сам рассуди, Евгений!

– Ну, думал, что льстит тебе это, – ответил он, с любопытством на нее глядя. – Всякие женщины бывают!

– Бог мой, – тихо засмеялась она. – Главное, чтобы человек хороший! А для меня особых различий и нет – генерал или там бомж.

– Бомж?! – возмутился Евгений Кириллович. – Нашла с кем равнять! Это же отребья общества! В провинции их как-то меньше. А уж в Москве! Только и видишь! Я бы их всех…

– К стенке ставил? – усмехнувшись, перебила она.

– А что? Самое место для них! – сухо ответил он.

Таисия не стала спорить, так как видела, как он разволновался. К тому же она всегда считала, что споры – дело пустое и ни к чему не приводят. И пока человек чего-то сам не поймет, объяснять ему бесполезно.

Они в этот момент подошли к метро.

– Ну так что? – с надеждой спросил Евгений Кириллович. – Ко мне?

Таисия посмотрела в его взволнованное лицо и решилась.

– Хорошо, – тихо ответила она, – поедем к тебе.

– Я счастлив! – только и сказал Евгений Кириллович.

Глава четвертая

Когда они вошли в его квартиру, Таисия хотела позвонить сыну и предупредить, что, скорее всего, ночевать не приедет. Но она не успела этого сделать, так как Евгений Кириллович набросился на нее прямо в коридоре. Она так растерялась, что выронила сумочку.

– Я так сильно скучаю по тебе, – сбивчиво говорил он, обнимая ее и стягивая шарф с плеч. – Не хочу больше никуда тебя отпускать!

Он начал целовать ее плечи, шею, лицо. Таисия отвечала довольно страстно, так как почувствовала возбуждение. Но когда он попытался забраться в вырез топа, она с трудом отстранилась и, смущенно улыбаясь, проговорила:

– Ну что же мы на пороге? Дай я хоть умоюсь, в себя приду!

– Извини, не выдержал! – сказал он, не сводя с нее глаз. – Весь спектакль изнывал. Ты так обворожительна сегодня в этом ярком наряде!

– Знаешь, в оперетте было много и других не менее обворожительных дам, – заметила она и внимательно на него посмотрела.

– И что? – тихо засмеялся он. – Да я никого, кроме тебя, и не видел! И это правда!

– Мне приятно это слышать, – прошептала она, подняла шарф с пола, аккуратно свернула его и положила на полочку.

Затем отправилась в ванную. Таисия посмотрела на себя в зеркало и удивилась тому, как она хорошо выглядит. Кожа словно разгладилась, щеки горели румянцем, глаза блестели, губы явно стали ярче и улыбались. Она смыла остатки помады и пудры и поправила растрепавшуюся прическу. Ожидание близости волновало. Таисия и хотела, и в то же время боялась повторения того непривычного для нее чисто физического наслаждения.

Когда она вышла из ванной, то отправилась на кухню, думая, что Евгений Кириллович там. Но он оказался в спальне. Когда Таисия заглянула туда, то увидела, что постель уже разобрана, к ней пододвинут сервировочный столик, а бутылка с шампанским открыта. Евгений Кириллович разлил его по бокалам, чокнулся и ласково произнес:

– За нас!

Когда они выпили, он потянул ее к постели. Таисия села, и он тут же опустился на пол рядом и начал поглаживать ее ноги, поднимаясь все выше. Она перебирала его волосы, поглаживала их и возбуждалась все сильнее.

– Секунду! Совсем забыл! – вдруг сказал Евгений Кириллович и встал. – У меня есть кое-что для тебя!

Он открыл тумбочку и достал какой-то тюбик.

– Вот купил, – сказал он и протянул его удивленной Таисии. – Думаю, пригодится.

– Что это? – пробормотала она.

– Любрикант[1], – невозмутимо пояснил Евгений Кириллович. – Приобрел в секс-шопе. Он на водной основе и гипоаллергенный. Продавец сказала, что очень хороший и отлично увлажняет.

Таисия вдруг ощутила такой невыносимый стыд, что тут же вскочила и вылетела в коридор. Евгений Кириллович устремился за ней. Она уже обувалась.

– Да что с тобой? – испугался он. – Какая муха тебя укусила?

– Это все гадко! – с трудом сдерживая слезы, заговорила она. – Это мерзко с твоей стороны делать мне подобные подарки!

– Бог мой! Да почему?! – явно не понимал он. – Я ведь знаю, что такое климакс! Жена через это все прошла! Из-за сухости определенные неудобства возникают. И мы всегда пользовались вспомогательными средствами. А сейчас-то вообще без проблем! В магазинах все можно купить. Так почему бы и не воспользоваться? – сбивчиво оправдывался он.

– Как тебе не стыдно, Женя, говорить со мной о таких вещах? – с обидой в голосе проговорила Таисия. – Все, с меня хватит! Я вовсе не такая развратная, как ты думаешь, и я ухожу!

– Да погоди! Куда ты? – закричал он и попытался удержать ее. – Поздно уже!

Но Таисия схватила шарф и вылетела за дверь.

Она благополучно доехала и, стараясь не шуметь, зашла в квартиру. Но Дима не спал. Он тут же вышел в коридор и начал выговаривать ей, что уже первый час ночи, что она даже не удосужилась позвонить ему и не отвечала на его звонки и что он волновался. Но, увидев, что на ней лица нет, сразу замолчал.

– Случилось что? – уже тише спросил он. – Ты где была-то такая нарядная?

– Евгений Кириллович в театр пригласил, – ответила она, снимая шарф. – Извини, что не позвонила.

– Вы поссорились? – поинтересовался Дима.

– Да. Но я не хочу это с тобой обсуждать, – скупо ответила она и ушла в ванную.

На следующий день Таисия решила уехать в Марфино. Дима попытался уговорить ее остаться еще на несколько дней. Утром они пили чай, и он, улыбаясь, сказал, что ее внезапный отъезд похож на бегство.

– Ну давай, поучай меня, – хмуро ответила Таисия. – С каких это пор яйца курицу учить начали?

– Мама, я же хочу как лучше, – мягко произнес Дима. – Евгений Кириллович очень достойный мужчина, поэтому тебе стоит подумать хорошенько, прежде чем принимать какие-то решения. Задержись еще на пару дней, встреться с ним. Что ты как маленькая? Можно все обсудить. А из-за чего вы поссорились-то? – осторожно спросил он.

Таисия залилась краской и сурово на него посмотрела. Потом пробормотала, что тема закрыта.

– Ладно, мам, мне на работу пора, – озабоченно произнес Дима. – Надеюсь, что, когда вернусь, ты будешь здесь. Кстати, сегодня Даша хотела зайти.

– Даша? – обрадованно сказала Таисия.

Но тут же опять нахмурилась.

– Да, и ты, кстати, ей очень понравилась, – заметил Дима.

– Она мне тоже, – ответила Таисия. – Привет ей передавай от меня. И вот что, приезжайте-ка вы оба в гости. В общем, на выходных с бабкой ждать вас будем. Чего тут сидеть, городским смогом дышать? Отдохнете хоть как следует!

– Возможно, что и приедем, – пообещал, улыбаясь, Дима. – Тем более Дашенька очень хотела погулять по усадьбе.

– Отлично! – воодушевилась Таисия. – А я бы ей все показала!

– Я тебе днем позвоню, – сказал Дима.

– Не стоит беспокоиться, – ответила она. – Я телефон еще с вечера отключила и пока включать его не собираюсь. А уеду я сегодня по-любому.

– В общем, прячешься, – констатировал Дима.

– Звони на домашний, – ответила она и упрямо поджала губы.

Таисия приехала в Марфино около полудня. Мария Ефимовна сидела на крыльце и тщательно перебирала лесную землянику. Илка бросилась под ноги Таисии и повизгивала от счастья, прижимаясь теплым боком и бешено виляя хвостом.

– Мамочка, здравствуй! – сказала Таисия, подходя к крыльцу. – А земляника-то откуда? Ты что, в лес ходила?

– Скажешь тоже! Куда мне! – засмеялась Мария Ефимовна. – Соседка принесла, да и недорого взяла. А тут, почитай, не одна банка варенья получится. Урожай земляники-то, видно, в этом году будет. Смотри, сколько!

– Еще бы, так жарко было чуть ли не с мая, – заметила Таисия. – Вот и назрела! Отличная ягода!

Она взяла из ведерка горстку и отправила в рот.

– Сладкая, – сказала Мария Ефимовна. – Я уж тоже поела с молоком. Пользительно для здоровья. Ешь побольше!

– Мам, я сейчас переоденусь и начну варенье варить. А то ягода нежная, живо расквасится.

– Ладно, – согласилась Мария Ефимовна. – А я пока огурцы прополю. Как жених поживает? Ты уж не обижайся, что я адрес ему дала! Но так настаивал!

– Ладно, чего уж теперь!

– Думала, ты с ним заявишься, – продолжила Мария Ефимовна.

– Дела у него, – уклончиво ответила Таисия.

– А ты чего рано вернулась? – продолжила она расспросы. – Хотела вроде дней десять в Москве побыть. Димочка-то как там?

– Да вот, девушка у него, Дашей зовут, – сообщила Таисия и присела на крыльцо.

– Ох, радость какая! Хорошая хоть? Достойная? – быстро заговорила Мария Ефимовна.

– Мне понравилась, – заулыбалась Таисия. – Правда, росточка невысокого, да полновата в нижней части, зато человек замечательный. К тому же юрист.

– Умная, значится, – заметила Мария Ефимовна. – Так вот почему ты так быстро оттуда умотала! – сделала она странный вывод. – Не хотела молодым мешать. Оно и правильно! А то Димочке давно пора жениться и деток нарожать нам на радость.

– Это да, – не стала спорить Таисия. – Ладно, мама, пойду переоденусь да за варенье примусь.

Наутро Таисия встала довольно рано и занялась хозяйственными делами. Она чувствовала бодрость, настроение было отличным. Выдергивая редкие травинки между аккуратными рядами картофеля, она напевала себе под нос и улыбалась. Все, что произошло между ней и Евгением Кирилловичем, почему-то казалось далеким сном, словно и не день назад они расстались, а давным-давно.

«Да и ни к чему все это было! – с облегчением думала она. – Баловство одно. Просто почудилось мне что-то. Хорошо еще, что далеко все это не зашло. А то я уж размечталась, что, возможно, и выйду за него. А он вон как себя повел! Вот уж правду говорят, что чужая душа – потемки. Хотя сама я виновата. Много сразу позволила, вот он и возомнил, что ему сейчас все можно. Ведь решила, что не нужно пока к нему ездить. Нет, поехала! И чуть со стыда не умерла. Не стоит мне больше обо всем этом думать! Жила всегда так, безмужней, так, видно, и помереть суждено. И телефон включать не буду. Позвонит, да и отстанет, когда поймет, что не хочу с ним разговаривать».

После обеда Мария Ефимовна легла отдохнуть. Таисия убрала со стола, потом тоже решила вздремнуть. Но, поворочавшись с боку на бок с полчаса, она поняла, что сон не идет. Она встала и взяла с полки отлично изданный еще в 80-е годы альбом «Марфино».

«Мало ли, – подумала Таисия, – вдруг и правда Дима приедет в субботу вместе с Дашей! Я должна не ударить в грязь лицом, когда буду водить ее по усадьбе. Почитаю, раз уснуть не могу, освежу в памяти данные».

Таисия присела в кресло и погладила тканевую малинового цвета обложку. Затем раскрыла альбом и пробормотала:

– Надо найти описание усадьбы при Салтыковых. Они купили ее у младшего сына князя Голицына, который продал усадьбу исключительно с одной целью – расплатиться с долгами. Эх, что говорить! Молодой повеса, образ жизни роскошный, средств требовалось немало, конечно, влез в долги! А долги – эта такая вещь, от которой потом очень трудно избавиться.

Таисия нашла нужный раздел и начала читать о том, как при Салтыковых был создан архитектурно-парковый ансамбль, были построены зверинец и оранжерея, где выращивали персики, апельсины, лавр и многие другие растения южных стран. Таисия полностью погрузилась в чтение и словно видела воочию прогуливающихся по оранжерее знатных господ под руку с нарядно одетыми дамами.

Она так размечталась, что не услышала какой-то шум во дворе, потом чьи-то все приближающиеся шаги. Когда в ее дверь тихо стукнули, Таисия очнулась и начала машинально поправлять выбившиеся из прически пряди.

– Тасенька, это я, – раздался ласковый голос, и на пороге комнаты возник улыбающийся Евгений Кириллович.

Из-за него выглядывала Мария Ефимовна с весьма хитрым видом.

Таисия так сильно вздрогнула, что выронила альбом, и он со стуком упал на пол.

– Вот, Евгений пожаловал, – сказала Мария Ефимовна. – Говорит, что без наших пирогов ему не жизнь, – добавила она и заулыбалась.

– Вижу, – хмуро ответила Таисия и встала.

Евгений Кириллович наклонился, чтобы поцеловать ее, но она протянула руку и поздоровалась довольно сухо. Он пожал ее вялую ладонь и без приглашения сел на кровать.

– Пойду чайник поставлю, – сказала Мария Ефимовна и удалилась.

– Зачем явился? – спросила Таисия, садясь в кресло и поднимая альбом.

– Соскучился, – ответил он. – К тому же ты уехала и не попрощалась.

– А должна была? – сухо поинтересовалась она.

– Тася, может, все-таки объяснишь, что произошло? Я уж эти дни и спать не мог, все думал, что я такого сделал. Но никакой вины за собой не вижу, честно!

Таисия смотрела в его взволнованное лицо, но ничего не чувствовала. Странная апатия навалилась на нее, и ей этот казавшийся сейчас чужим человек явно мешал. Так и хотелось наговорить ему резкостей, чтобы он быстрее ушел, остаться одной в своей комнате и продолжить читать историю усадьбы. Но воспитание взяло свое.

– Ты зачем приехал? – спросила она.

– Вообще-то у меня санаторное лечение еще не закончилось, – после паузы, во время которой он не сводил глаз с ее лица, ответил Евгений Кириллович. – Так что я должен быть на месте до окончания путевки.

– Санаторий дальше, – сказала она.

– Понял! – бросил он и встал. – Извините, что побеспокоил, Таисия Семеновна. Всего доброго!

И он быстро вышел из комнаты. Таисия даже не шелохнулась. Когда за ним закрылась дверь, она вздохнула и пробормотала, что все к лучшему.

На следующий день Таисия проснулась в приподнятом настроении. Она выглянула в окошко и увидела, что день обещает быть ясным. Быстро переделав все домашние дела, она решила прогуляться в усадьбу. И тут позвонила Людмила, медсестра, с которой они работали.

– Тасенька, прости, пожалуйста, – скороговоркой начала она, – понимаю, что ты в отпуске! Но ты не подменишь меня сегодня буквально на пару часов? Мне пораньше нужно будет уйти. Приезжает свекровь, будь она неладна, надо встретить.

– Хорошо, – согласилась Таисия, – подменю, о чем разговор! Во сколько прийти?

– Ну часика в три. Ладно, золотце мое?

– Могу и в два, – предложила она.

– Правда? Это было бы замечательно! – обрадовалась Людмила. – А потом как-нибудь я тебя отпущу. Сочтемся!

– Договорились. Буду без опоздания! А там один отдыхающий… – начала она и прикусила язык.

Выяснять у Людмилы, в какое время Евгений Кириллович делает укол и делает ли вообще, она вдруг раздумала. Знала по опыту, что сплетен потом не оберешься. Но Людмила и сама догадалась, о ком идет речь.

– Ты про того видного генерала в отставке? – предположила она. – Евгений Кириллович его зовут, да?

– С чего ты взяла? – опешила Таисия и покраснела.

– Так он только про тебя и спрашивает, – ответила Людмила. – Шибко интересуется, вот я и подумала, что ты тоже.

– Еще чего! – сухо проговорила Таисия. – Много их там с интересом-то!

– Смотри, Тася, мужик он хоть куда! И для своего возраста отлично выглядит. К тому же свободен. Эх, не была бы я замужем, живо бы подобрала такое сокровище! А ты все носом крутишь, все принца в карете ждешь!

– Ладно, Люда, что-то ты разболталась, – оборвала ее Таисия. – Больных, что ли, нет? В общем, в два буду.

И она положила трубку.

«Надо же, прыткий какой! – думала Таисия. – У персонала уже интересуется. А Людка болтлива, ей бы только посплетничать. Невесть что, поди, про меня наговорила! Ну и пусть! Надеюсь, я его сегодня не увижу»

Но когда Таисия начала собираться, то уделила своему наряду самое пристальное внимание. На улице казалось очень приятно. Легкий ветерок освежал, да и жары особой, как в начале месяца, уже не было. Она надела довольно нарядный костюм, состоящий из длинной расклешенной юбки и свободной блузки. Ткань была легкой, типа плотной марлевки молочного цвета. Юбка по низу и блузка по рукавам и вороту были украшены кружевами ришелье. Костюм полнил, и Таисия затягивала талию ремешком. Она надела речной жемчуг на шею, после небольшого раздумья достала выходные бежевые босоножки на высоком каблуке. Перекинув сумочку через плечо, вышла на крыльцо. Мария Ефимовна увидела ее из палисадника. Она стаскивала со ствола рябины серого полосатого котенка, который упорно хотел забраться на самый верх. Котенок пищал и резвился, впуская коготки ей в руки. Илка с любопытством наблюдала за происходящим в щели забора.

– Мама, отпусти ты его! Смотри, он тебя оцарапал! – заметила Таисия, выходя из калитки. – Это же соседский котенок.

– Да знаю! – ответила Мария Ефимовна, прижимая его к груди и выходя из палисадника. – Так он чуть на рябину не залез, шельмец! А как его потом оттуда сымать?

Она цыкнула на подбежавшую Илку, потом окинула внимательным взглядом Таисию.

– А ты куда это так вырядилась? – поинтересовалась она. – На свиданку к Евгению? Помирились? Ну прямо невеста!

– Мама! О чем ты? Я же тебе говорила, что Людмила просила подменить. Я ненадолго. Скоро буду.

– Да можешь и не торопиться, – заулыбалась Мария Ефимовна. – Погода хорошая, можно и погулять подольше. Отпуск ведь у тебя! Чего дома сидеть?

– Ладно, пошла я! – сказала Таисия.

Илка бросилась за ней, но Мария Ефимовна позвала ее обратно.

На территорию санатория Таисия зашла в каком-то непонятном ей самой напряжении. Она машинально здоровалась со знакомыми и постоянно озиралась по сторонам. Быстро дойдя до своего корпуса, заглянула в процедурную.

– Заходи! – засмеялась Людмила. – Больных нет. Чего как не родная?

– Вот и хорошо, что нет, – заулыбалась Таисия. – Я пока переоденусь.

– Нарядная ты сегодня, – заметила Людмила. – Или собралась куда? Я, поди, нарушила твои планы?

– Ничего ты не нарушила! Успокойся! И иди уже!

Когда Людмила ушла, Таисия открыла шкафчик и достала свой халат и шапочку. Она вначале хотела просто накинуть халат на костюм, но потом передумала и переоделась. Выйдя из-за ширмы, села к столу и открыла журнал посещений. И сразу увидела, что Евгений Кириллович сделал укол утром.

«Вот и хорошо! – с облегчением подумала она и начала расслабляться. – Значит, сегодня он сюда не явится!»

Таисия глянула в окно, потом задумалась. Сегодня она уже не чувствовала такого раздражения и даже в душе начала оправдывать поведение Евгения Кирилловича.

«Как ни крути, но он явно хотел как лучше, – рассуждала она. – Только вот не подумал, насколько предложение такой интимной смазки может быть для меня обидным, я бы даже сказала, оскорбительным! Такой подарок просто из ряда вон! Это все равно, как если бы я купила ему, к примеру, виагру! Бог мой, стыдно-то как! Но опять-таки, мужчины ко всему относятся намного проще, это я уже давно поняла. Они явно примитивнее устроены, чем мы, потому что в них преобладает животное начало. Хотя это понятно!»

– Можно? – раздался в этот момент тихий голос, и Таисия вздрогнула и обернулась.

В дверь заглядывал щуплый невысокий мужчина.

– Да, конечно, заходите! – любезно пригласила она.

– А Людмила Игнатьевна разве сегодня не работает? – настороженно спросил он, входя и останавливаясь возле стола.

– Я ее подменяю, – пояснила Таисия. – Давайте, что у вас?

Когда Таисия сделала укол и мужчина ушел, она села к столу и взяла зеркальце. Внимательно оглядев себя, поправила шапочку и вздохнула.

«А ведь я для своих лет очень даже ничего, – подумала она. – Что ж, так и пропадать? Все-таки Евгений мне очень нравится. А то, что произошло, вполне объяснимо. Он же сам не раз говорил, что они с женой все на свете обсуждали, и даже интимные темы. Но для меня это дико! Он мог бы и сам додуматься и таких подарков, как интим-гель, мне не делать! Надо же, сам пошел в магазин для взрослых и купил, да еще и с продавщицей обсуждал его достоинства. Да я бы со стыда там умерла!»

В этот момент раздался стук, и заглянула молоденькая девушка. Таисия неприметно вздохнула и пригласила ее проходить. Ей был назначен курс препаратов магния. Сделав укол, Таисия вымыла руки и заметила, что таким молоденьким и хорошеньким по определению нужно быть всегда здоровыми.

– Да я здорова, – хмуро ответила девушка, застегивая джинсы. – Просто нервы не в порядке! С парнем рассталась, с трудом переношу разрыв.

– Ну ничего, ничего, – ласково проговорила Таисия, – все, что ни делается, – к лучшему. Это-то я точно знаю! Раз расстались, то и не нужен он тебе, не сомневайся, голубушка!

– Понимаю, но все равно тяжело, – тихо ответила девушка. – Два года вместе были!

– Другого найдешь, – уверенно сказала Таисия.

– Да мне сейчас кажется, что одной-то лучше! – усмехнулась девушка и пошла к двери. – Одни проблемы с парнями-то! Ну да вам-то что? Вы уже свое пожили! – добавила она и покинула процедурную.

– Да, – пробормотала Таисия, – вот это точно! Свое я уже, видимо, отжила. Так что нечего и печалиться!

После окончания смены Таисия вышла на улицу и вздохнула полной грудью. От пруда тянуло тонким сладким запахом цветущей таволги, с аккуратных клумб доносился аромат роз. Таисии не хотелось сразу идти домой, и она решила прогуляться по территории санатория.

Дойдя до беседки «Миловида», она остановилась, хотя обычно всегда заходила внутрь и любовалась видами на пруд и парк изнутри. Ей нравилось, что арочные прорези служили словно рамками, и виды выглядели как оформленные картины. Причем эти картины постоянно менялись в зависимости от времени года и суток. Таисия замерла, так как заметила в беседке высокий силуэт мужчины, стоящего спиной к ней и лицом к пруду. В первую минуту ей показалось, что это Евгений Кириллович. Но так как внутри беседки освещение было скудным, то она сомневалась, что это именно он. Таисия уже хотела уйти, не выясняя, как в этот момент мужчина повернулся и вышел из беседки. Это был Евгений Кириллович. Его лицо выглядело задумчивым. И в этот момент он заметил Таисию. Она стояла на дорожке и не двигалась, растерявшись и не зная, что делать и что говорить. Ей хотелось молча уйти, но лицо Евгения Кирилловича поразило ее быстрой сменой выражения при виде ее – от явной грусти и меланхолии до радостного оживления и даже восторга. Он сделал порывистый шаг к ней, но остановился и молча смотрел ей в глаза. И вдруг в сердце Таисии словно что-то растаяло от его виноватого взгляда и беспомощной, уже исчезающей улыбки.

«Да что я, в самом деле? – подумала она. – Так же нельзя! Прямо казню мужика ни за что ни про что! Видно, что он мучается! И зачем я так сурово?»

Таисия заулыбалась и пошла к нему. Ей доставило несомненное удовольствие наблюдать, как меняется выражение его лица. Вначале Евгений Кириллович словно не верил своим глазам, но потом улыбка снова появилась на его посветлевшем лице. Он бросился к Таисии и схватил ее за руки.

– Ты тут? – глупо спросил он. – Я так надеялся, что встречу тебя случайно! Все бродил по усадьбе, все выглядывал тебя. Ты гуляешь?

– Людмила просила подменить на пару часов, – пояснила Таисия. – Вот после смены не захотелось сразу домой отправляться.

– Вот и славно! – радостно произнес он. – Вот и хорошо! Тасенька, ты больше не сердишься на меня?

– Не знаю, – ответила она и улыбнулась. – Пошли?

Евгений Кириллович взял ее под руку, и они медленно двинулись по дорожке.

– Не будем больше расставаться? – взволнованно говорил Евгений Кириллович. – И все будем обсуждать! Ты сама скоро поймешь, что так намного лучше для отношений, если, конечно, ты намерена их восстановить. А, голубушка моя?

Он остановился и заглянул ей в глаза. Таисия заулыбалась и провела рукой по его щеке.

– Намерена, – прошептала она.

– Здравствуйте, Таисия Семеновна! – раздалось сзади них, и она резко отстранилась и опустила руку.

По дорожке медленно двигались две очень пожилые женщины.

– Здравствуйте, – вежливо ответила она и взяла Евгения Кирилловича под руку.

Женщины прошли мимо них, улыбаясь.

– Кто это? – прошептал Евгений Кириллович, когда они были довольно далеко.

– Они обе постоянно у нас отдыхают, много лет, – ответила она. – Обе, кстати, жены высоких чинов.

– Может, уйдем с территории? – предложил он. – А то тут у тебя одни знакомые. Или хочешь, заглянем ко мне в номер?

– К тебе? – с сомнением произнесла Таисия.

– Конечно! У меня там просто царские палаты. А уж вид из окна!

– Знаю, была, – ответила она. – И охранник на входе. Нет уж! Сплетен потом не оберешься. Пойдем и просто погуляем по окрестностям.

– Или в «Академию приключений» отправимся? – вдруг предложил он. – Ох, мне тогда понравилось!

– Да не одета я для подобных приключений, – засмеялась Таисия. – А в таком костюме по бревнам лазить как-то не тянет.

– Н-да, что-то я не подумал, – заметил он.

– Пойдем по дороге пройдемся, – сказала Таисия.

Когда они вышли за ворота санатория, то она сразу свернула вправо.

– А я думал, мы к мосту отправимся, – удивился Евгений Кириллович. – Очень там красиво!

– Так семь доходит, – ответила она. – Там молодежи полно в это время.

– А ты хочешь уединения? – странным тоном спросил он и заулыбался.

– Одни глупости у тебя на уме, Женя! – укоризненно произнесла она и ускорила шаг.

– Может, сок купить или мороженое? – вдруг спросил он, показывая на магазин. – Чего ты хочешь?

Таисия замедлила шаг. Но в магазин ей заходить не хотелось.

– Ладно, ты иди, а я догоню, – решил Евгений Кириллович и быстро направился к магазину.

Таисия посмотрела вслед, полюбовалась его легкой, не по возрасту, походкой.

«Какой он все-таки интересный мужчина! – подумала она. – Стройный, подтянутый, моложавый! Одно загляденье! Вообще-то повезло мне. И я это еще в оперетте поняла. Ну а характер непростой, так удивляться нечему. У кого он простой в таком возрасте? Но Женя прав, можно все обсуждать без стеснения, чай не чужие люди. Недомолвки только вредят отношениям. Надо мне постараться пересилить себя и научиться все говорить ему. Но вот обсуждать любрикант этот не смогу. Он вон все допытывается, почему я так тогда обиделась. И что я скажу? Что мне попросту стыдно? Ох, как все это нелегко!»

Она остановилась и оглянулась. Евгения Кирилловича пока не было, и Таисия медленно пошла дальше по дороге.

«В принципе я могу именно тот случай и не обсуждать, – решила она. – А вот если еще что-нибудь подобное произойдет, то убегать, как дурочка, уже не буду, а сразу выскажу все, что мне не нравится».

Приняв такое решение, она почувствовала облегчение и заулыбалась. Сзади послышались быстрые шаги. Это был Евгений Кириллович.

– А вот и я! – радостно сказал он. – Купил тут кое-что.

Они пошли дальше. Возле поворота Таисия остановилась и вопросительно на него посмотрела.

– Знаешь, Жень, что-то неохота мне в сторону Лыскова идти, – сказала она. – Пошли вправо. Ты туда и не ходил, наверное.

– Нет, а что там?

– Лес обычный, – улыбнулась она. – А за лесом холм, за ним деревня.

Метров через сто Евгений Кириллович свернул на узкую тропку в лес. Таисия молча двинулась следом.

– Вон, бревно подходящее, – радостно сказал он, пройдя по тропинке довольно далеко.

Таисия увидела крошечную полянку, заросшую ярко-желтыми лютиками. Под густыми кустами лежала поваленная толстая осина с гладкой корой. На ней белела газета.

– А тут кто-то недавно уже отдыхал, – заметила Таисия, подходя к осине и трогая газету.

– Ну и мы посидим! – сказал Евгений Кириллович. – Я вот вина купил сливового.

И он достал из пакета узкую бутылку немецкого белого вина.

– Не возражаешь? – спросил он. – Тут вот еще печенье, мандарины, ну и шоколадка.

– Да куда ты набрал столько? – засмеялась Таисия, присаживаясь на бревно. – Да и зачем?

– Хотел отметить наше примирение, – ответил довольный Евгений Кириллович и свинтил крышку на бутылке. – Ко мне ты не захотела, к себе не зовешь. А тут еще и лучше, на свежем воздухе. И хорошо-то как! Тихо и, главное, нет никого!

Он достал из пакета пластиковые стаканчики, разлил вино и сказал:

– За нас!

Вино оказалось полусладким, очень легким и пахло сливами. Таисии оно понравилось.

– Вкусное какое! – заметила она. – Первый раз такое пробую.

– Самое дамское, – сказал Евгений Кириллович. – Давай я мандаринчик почищу.

Но минут через пятнадцать Таисия ощутила, что начинает хмелеть. Ей стало весело, она без конца смеялась. Евгений Кириллович рассказывал анекдот, потом замолчал на полуслове и притянул ее к себе. Таисия вздрогнула, попыталась отстраниться, стаканчик с недопитым вином упал на землю. Она наклонилась, чтобы поднять его, и тут же ощутила, как Евгений Кириллович обхватывает ее за талию сзади. Она попыталась выпрямиться, но он крепко держал ее и что-то нашептывал. Таисия уперлась руками в бревно и позволила ему делать все, что он захочет.

Через какое-то время они пришли в себя. Таисия была в упоении от сильнейших ощущений, которые получила. Ей было необычайно хорошо, и даже лучше, чем в первый раз, хотя, конечно, не так удобно, как на кровати.

– Ну вот, – пробормотала она, когда Евгений Кириллович отпустил ее, – и без твоего этого геля обошлись!

– Какого геля? – не понял он. – Ты о чем?

Таисия уселась на бревно и начала поправлять растрепавшиеся волосы.

– Какого-какого, – невнятно, так как в зубах были зажаты шпильки, проговорила она, – того самого! Интимного!

Она воткнула шпильки в прическу и выпрямилась.

– Обошлись! – засмеялся Евгений Кириллович. – А чего ты против этого геля имеешь? Он только в помощь! Почему бы и не воспользоваться?

– Обидно мне это было, Женя, – тихо сказала она, – и стыдно уж очень! Думала, умру от стыда! Я думала, что ты понял давно.

– Как-то я и не сообразил! – перестав улыбаться, произнес он. – Тасенька, милая, ты уж прости меня, дурака старого! Я и представить не мог! Думал, что ты постоянно такими вещами пользуешься, тем более ты медицинский работник!

– Даже если бы я и пользовалась, – ответила она, – то покупала бы это сама! Ну вот сам рассуди, если бы я тебе предложила какое-нибудь средство, удлиняющее половой акт. Ты бы разве не обиделся?

– Да, знаю, есть такие средства, – задумчиво проговорил Евгений Кириллович, не ответив на ее вопрос. – Но вот я читал, что вредны они, что потом вообще не встанет!

– Да, да! – тут же спохватилась Таисия. – Тебе это ни к чему! У тебя и так с этим полный порядок!

– Ты так считаешь? – обрадовался он. – Значит, я тебя удовлетворяю?

– Вполне! – тихо ответила она и смутилась. – А вот все эти стимуляторы не стоит употреблять, я тебя уверяю! Та же разрекламированная виагра. Да, эффект есть, но вначале. А потом что?

– И что? – с явным интересом спросил он и придвинулся к ней.

– А потом упадок, что естественно. Любой стимулятор ведет к задействованию скрытых резервных сил организма. Резервных! Так что спад закономерен. И это надо понимать!

– Умница ты у меня, – нежно проговорил он и обнял ее. – Я рад, что все прояснилось. Видишь, как хорошо, что ты все мне откровенно сказала. И впредь все мне говори, не нужно ничего утаивать.

– Я постараюсь, – тихо ответила она и положила голову ему на плечо.

Какое-то время они посидели в молчании.

Вдали раздался какой-то шум, голоса, и они сразу отодвинулись друг от друга.

– Ну никакого покоя даже в лесу нет! – недовольно заметил Евгений Кириллович. – И тут люди.

– Может, мимо нас пройдут, – сказала Таисия и поправила сбившуюся юбку.

– Тропа-то одна! – проворчал он.

В этот момент из-за деревьев появились две лошади, шедшие одна за другой. На них сидели девушки и весело о чем-то переговаривались.

– Бог мой, это наши марфинские! – заметила Таисия, отсела на край бревна и выпрямилась.

– Здрасьте, тетя Тася! – хором проговорили девушки, когда поравнялись с бревном.

– Вечер добрый, – пробормотала она.

– Приятно оставаться! – ответила одна из девушек и пришпорила лошадь.

Когда они скрылись за деревьями, Таисия сразу вскочила. Евгений Кириллович смотрел на нее в недоумении.

– Пошли! – сухо сказала она и начала складывать в пакет остатки их пикника. – Нет никакого покоя! И что только девочки подумали?

– Да ничего они не подумали! – ответил Евгений Кириллович. – Что ты на всех внимание обращаешь!

– Потому что я живу в деревне! – с раздражением произнесла она. – А здесь все и про всех знают. Ну тебе-то этого не понять! У тебя, кстати, когда путевка заканчивается?

– Через четыре дня, а что?

– Да так, ничего, – хмуро ответила она и двинулась по тропе к выходу из леса.

Когда они подошли к воротам санатория, Евгений Кириллович рвался проводить ее до дома. Но Таисия остановилась и сказала, что уже поздно и дальше она пойдет одна. Он наклонился, чтобы поцеловать ее, но она отстранилась.

– Наблюдающих больно много, – сказала Таисия. – Ты иди, Женечка!

– Включи телефон, пожалуйста! – попросил он. – Я позвоню тебе.

– Хорошо, – кивнула она и быстро пошла прочь.

Дни до его отъезда прошли быстро. Они проводили их вместе. Вначале гуляли по окрестностям, затем приходили к Таисии в дом. Мария Ефимовна старалась оставить их наедине, и довольная улыбка не сходила с ее лица. Но она больше не давала дочери советов, боясь, что все испортит своими разговорами. Как только они приходили, у нее тут же находились какие-то срочные дела вне дома. Таисия помалкивала, понимая, что мать желает ей только добра.

В последний день перед его отъездом Таисия с утра была занята кое-какими делами, затем тщательно убирала дом, так как ожидала, что на выходные приедут сын и Даша. Евгению Кирилловичу она предложила прийти во второй половине. У Таисии даже мелькнула мысль устроить какой-нибудь праздничный ужин, но потом она решила, что это лишнее.

– Евгений-то когда пожалует? – осторожно поинтересовалась Мария Ефимовна, выйдя на крыльцо после того, как вздремнула пару часов после обеда.

– Да должен уже, – ответила Таисия.

– Ну так я пошла к соседке тогда, – забеспокоилась Мария Ефимовна. – А вы уж тут сами!

– Мам, ни к чему это! – сказала Таисия. – Завтра он уезжает, так что сегодня с нами хочет побыть.

– И что решили-то вы? – после паузы спросила Мария Ефимовна. – Ты уж не томи, доченька, скажи мне!

– Ты о чем? – нарочито равнодушным тоном произнесла Таисия.

– Как о чем? О дальнейшей судьбе вашей! Вы ведь словно голубки! Что ж, так мужика и отпустишь?

– Все ты выдумываешь, мама! – недовольно проговорила Таисия и села на крыльцо.

В этот момент Илка, лежащая на улице возле калитки, вскочила и завиляла хвостом. Из-за поворота показался Евгений Кириллович.

– Господи, прямо жених! – восхитилась Мария Ефимовна, вытягивая шею и глядя на него.

Евгений Кириллович был, что называется, при полном параде: в костюме, белой рубахе и галстуке. Он нес пакет и пышный букет красиво оформленных цветов. Таисия отчего-то разволновалась. Она встала и замерла возле крыльца.

– Здравствуйте, – вежливо сказал он и поцеловал засиявшую Марию Ефимовну. – Хорошо выглядите!

– Спасибо! – ответила она. – Да вот это, уйти мне надобно! Соседке обещалась помочь кое в чем.

– Попрошу вас остаться, – чуть охрипшим от волнения голосом произнес Евгений Кириллович.

– Да? – удивилась она. – Ну так в дом пошли! Чего мы на пороге-то встали?

Когда они зашли в гостиную, Евгений Кириллович откашлялся, потом глухо произнес:

– Мария Ефимовна, прошу у вас руки вашей дочери! Таисия, выходи за меня замуж!

Женщины в первую минуту растерялись. Таисия залилась краской и опустила глаза. Она чувствовала такое смятение, что плохо понимала, что происходит. Мария Ефимовна пришла в себя первой. Она быстро двинулась в свою комнату и принесла икону. Таисия по-прежнему молчала.

– Дочка, чего ты стоишь, как неживая? – подстегнула она ее. – Отвечай! Не мучай нас! А я согласна!

– Так как, Тасенька? – явно волнуясь, спросил он.

– Не знаю, что и ответить, – тихо произнесла она. – Это как-то неожиданно!

– Почему же неожиданно? Я полюбил тебя и хочу, чтобы мы остаток дней провели вместе. Или ты не хочешь этого?

– Женя, я никогда не была замужем! И не вижу смысла выходить сейчас. Разве нам плохо и так? К тому же мы мало знаем друг друга, чтобы принимать такие важные решения.

– Ты отказываешься? – уточнил он.

– Не отказываюсь, а просто предлагаю немного повременить, получше узнать друг друга, – ответила она.

– Э-эх! – вздохнула Мария Ефимовна и унесла икону.

Потом она заглянула в гостиную и сказала, что поставит чайник.

– Там торт в пакете, – сообщил Евгений Кириллович.

– Разберусь, – улыбнулась она и скрылась.

Таисия села на диван, он устроился рядом. Оба чувствовали неловкость. Евгений Кириллович вздохнул и взял ее руки в свои.

– По правде говоря, Тасенька, я ожидал, что ты откажешь, – тихо произнес он.

– Тогда зачем все это? – удивилась она. – Только мать растревожил.

– Подумал, а вдруг? Вдруг ты решишь, как в омут с головой!

– Я вообще не вижу смысла официально регистрироваться, – после паузы сказала Таисия. – Мне кажется все это очень хлопотным. Это такая возня с документами! Да и не представляю я, как мы пойдем в загс подавать заявление. Мне кажется, я от стыда умру. Сам подумай, зачем все это?

– Боюсь, что вот уеду завтра, и ты меня забудешь, – ответил Евгений Кириллович. – Тут вон сколько шустрых пациентов вокруг тебя вертится!

– С чего ты взял? – рассмеялась она. – Пациенты как раз тихие и смирные. Им не до амуров!

– Но я не представляю, как буду жить без тебя! – с горечью произнес он. – Я буду там, а ты тут. Скоро отпуск твой закончится, и ты снова все дни будешь пропадать на работе. И в Москву-то ездить не будешь!

– Почему же? – улыбнулась Таисия. – У меня сын там, да и дела важные имеются. Я как раз в Москве часто бываю. Так что видеться будем непременно. И не расстраивайся ты так, Женя!

– А может, мне остаться на субботу-воскресенье у тебя? – предложил он. – Я завтра выписываюсь и могу сразу с вещами к тебе. Что скажешь?

– Неудобно это, – после паузы сказала Таисия. – Да и сын с девушкой обещали на выходные приехать. Куда я вас всех размещу?

– Ясно, – тихо произнес он и поник.

– Отправляйся домой. Знаешь, в воскресенье вечером я хотела с ребятами в Москву уехать. Вот и свидимся.

– Обещаешь? – спросил он и пристально на нее посмотрел.

– Конечно! Может, сразу к тебе приеду.

– Это было бы замечательно! – обрадовался он.

На следующий день Евгений Кириллович уехал в Москву. Таисия занималась домашними делами, но постоянно думала о нем. Улыбка не сходила с ее лица. В душе она была очень довольна, что он сделал ей официальное предложение. Ей это даже льстило. И она все представляла, как они стали бы жить вместе у него в Химках. И в то же время Таисия понимала, что ее место здесь, что она не оставит мать одну, да и с работы пока уходить не планировала. Выход напрашивался сам собой – поселить Евгения Кирилловича у нее в доме. Но и такой вариант вызывал определенные сомнения. Таисия не представляла, что в ее, с такой любовью устроенной комнате, полностью соответствующей ее вкусам и желаниям, поселится посторонний мужчина. Эта комната, наполненная дорогими ей вещами, любимыми книгами, была своего рода убежищем, ее единоличным владением. И она крайне неохотно пускала туда кого бы то ни было.

«Ладно, не буду сейчас обо всем этом думать, – сказала она сама себе. – По опыту знаю, что жизнь сама все расставляет на места. Как будет, так и будет!»

В субботу днем приехал Дима. Таисия вышла встречать и открыла ворота гаража, чтобы он загнал машину. Она уже увидела, что Даша сидит в машине, и отчего-то начала волноваться. Даша также, видимо, была взволнована. Когда она вышла из машины, то поздоровалась довольно скованно.

– Как я рада, что вы оба приехали! – радостно сказала Таисия, подхватила Дашу под руку и повела в дом. – А то вон снова жара, а в городе-то духота! Отдохнете у нас, погуляете, искупаетесь.

– Да, отдохнуть не мешало бы, – пробормотала Даша, искоса глядя на нее.

Они подошли к крыльцу, и в этот момент появилась Мария Ефимовна. Она прищурилась и окинула гостью с ног до головы оценивающим взглядом. Таисия украдкой вздохнула. Мария Ефимовна души не чаяла во внуке и относилась к нему даже более трепетно, чем она.

Таисия их быстро представила друг другу. И в этот момент подошел Дима. Он расцеловался с Марией Ефимовной, затем взял Дашу под руку и повел в дом.

– Ну и фигура у девки, – зашептала Мария Ефимовна, глядя им вслед. – И походка-то! Прямо как уточка переваливается. Куда Димочка-то смотрит?

– Мама, не ворчи, – укоризненно заметила Таисия, – Даша – прекрасный человек, и, главное, она нравится Диме. А уж наше дело – сторона!

После обеда Мария Ефимовна отправилась по каким-то своим, будто бы неотложным делам. Таисия вымыла посуду и вышла на веранду. Дима сидел на диване и играл с кошкой.

– А Дашенька где? – удивилась она.

– В огород отправилась, – сообщил он. – Пусть осмотрится. Да и я сейчас к ней присоединюсь.

– Вот и правильно! – заулыбалась Таисия. – Мне уйти ненадолго нужно в санаторий, так что вы уж тут сами хозяйничайте.

– Зачем это? – удивился Дима. – Ты же в отпуске!

– Массаж воротниковой зоны одному пациенту нужно сделать, так сказать, за отдельную плату, – пояснила она. – Даша, кстати, хотела посмотреть усадьбу. Или вы устали с дороги?

– Мама, ну с какой уж дороги? Езды сорок минут. Но лучше завтра сходите.

– Понятно, дома хотите побыть! Тоже верно!

– Дашка просит гамак повесить, – улыбнулся Дима. – Помнишь, у нас был. В углу огорода висел раньше между кустами сирени. Где он сейчас-то?

– Так в кладовке свернутый лежит, – ответила она.

– Просто Даша мне сказала, что с детства мечтала вот так летом покачиваться в гамаке и читать книжку, – сказал он. – А то дачи у них нет, да и родственников в деревне тоже.

– Тяжело! – вздохнула Таисия. – Бедная девочка! Все лето в Москве! Ужас один!

– Ну почему? – рассмеялся Дима. – На курорты ездит и даже за границу. А в школе училась, так в пансионаты родители отправляли.

– В общем, найдешь гамак сам, – сказала Таисия. – А мне уже идти нужно. И скоро не ждите, часа через два вернусь, не раньше.

Но получилось так, что Таисия даже не дошла до санатория. Она была возле пруда, когда зазвонил ее сотовый. Это была Людмила.

– Как хорошо все-таки, что у тебя появился мобильник! – быстро заговорила она. – А ты где?

– Да иду уже! – ответила Таисия. – А что?

– Можешь обратно поворачивать, – ответила Людмила. – Больной твой сегодня не придет. Только что в процедурную звонил, сообщил. Слезно просил завтра в это же время. Очень извинялся.

– Да? – растерялась Таисия и даже остановилась. – Хорошо, тогда завтра. Спасибо, что предупредила.

– Ну так! Я же знаю, что у тебя сегодня сынок ненаглядный приехал. Вот и подумала, что незачем тебе время терять и зря сюда топать.

Когда Таисия закончила разговор и положила телефон в сумочку, то, не задумываясь, повернула обратно. Она решила, что все складывается удачно, что завтра она возьмет с собой Дашу и заодно покажет ей усадьбу. А сейчас они могут сходить на бывшие графские конюшни. Когда она подошла к своей калитке, то увидела, что Илка спит в тени возле забора. Во дворе никого видно не было. Таисия вошла в дом. Там царила тишина. Она быстро переоделась в домашнее платье, всунула ноги в шлепки и отправилась в сторону огорода. Ей хотелось посмотреть, как Дима повесил гамак. Но когда Таисия зашла за дом и подошла к густым кустам сирени, то услышала тихие, весьма характерные стоны. Она остановилась как вкопанная и просто не верила своим ушам. Чтобы средь бела дня, да еще и у нее в огороде кто-то мог заниматься любовью! Для нее это было дико.

– Да, да, – сбивчиво говорила Даша, – еще, миленький, еще… А-ах… ах…

– Девочка моя… как хорошо… ах… – вторил ей Дима.

– Да, да… сейчас… еще чуть-чуть… глубже… не торопись, – направляла его Даша, – я скоро… да… как хорошо… ах…

– И я скоро… ох… – отвечал он.

Таисия стояла, не в силах пошевелиться. Минут через пять Даша вскрикнула и громко застонала. И тут же словно в ответ ей вскрикнул Дима. С минуту было тихо, затем раздался голос Димы:

– Ты просто супер! Люблю тебя!

– Люблю тебя, – ответила Даша.

Таисия услышала звуки поцелуев, повернулась и на цыпочках вернулась в дом. Она зашла в свою комнату и села на кровать. То, что она услышала, смутило ее, но и заставило улыбаться. Ей, конечно, было немного стыдно, что она подслушивала, но в то же время на душе было легко. Она поняла, что Даша очень раскрепощенная девушка, что она, несомненно, сексуальна и подходит ее мальчику.

«Нет, ну как она его направляла и не стеснялась подсказывать, – размышляла она. – Так, наверное, и должно быть в сексе! Молодежь, наверное, всегда так этим занимается. Вот что значит другое воспитание! Не то что мы, старое поколение, всего боимся! А ведь и правда, чего стесняться? Ведь это дело сугубо двоих, и почему бы не говорить друг другу, что нравится, а что не очень. И, кстати, Женя мне пытался говорить, но я только отмалчивалась да стеснялась. Ну и дура же я была! Да взять хоть вот этот интим-гель! Представляю, что Женечка обо мне подумал! А ведь он во всем прав, он же хочет как лучше. А я со своими застарелыми комплексами кажусь ему наверняка смешной и отсталой. Ну ничего! Главное, что я начинаю понимать какие-то вещи, так что постараюсь исправиться».

Таисия легла и не заметила, как задремала. Ее разбудил стук открывающейся двери.

– Ой, мам, а ты тут? – удивился Дима, входя в ее комнату. – А мы думали, что ты в санатории.

– Мы вас разбудили? – спросила Даша, выглядывая из-за него.

– Заходите, – пригласила Таисия и села, машинально поправляя волосы. – Больной не смог сегодня, вот я и вернулась, – пояснила она. – В доме никого не было, я прилегла, да и не заметила, как заснула. Который час?

– Да уж почти пять, – улыбнулся Дима. – А мы думали, что ты все еще в санатории. Я вот только Дашеньке рассказывал про усадьбу и вспомнил, что у тебя альбом про Марфино с фотографиями был. Решил показать, вот и зашли к тебе.

– Да, у меня есть кое-какая литература, – сказала Таисия. – Если Даше интересно, то с удовольствием дам почитать.

– Кое-какая! Да у тебя, по-моему, собрано все, что когда-либо издавалось про Марфино, – заметил Дима.

– Скажешь тоже! – улыбнулась Таисия и встала. – Надо бы полдник организовать. А то вы наверняка есть хотите.

– Хотим, – не стал спорить Дима. – Бабуля там, кажется, пироги затеяла. Видел, как она тесто вымешивает.

– Вам помочь? – предложила Даша.

– Сейчас разберемся, – ответила Таисия и вышла из комнаты.

На веранде никого не было, но из кухни доносился запах жареного теста. Мария Ефимовна, оказывается, уже приготовила целую гору пресных лепешек.

– Мамочка, что же ты меня не разбудила? – возмутилась Таисия.

– Так я пришла, а тут все спят, включая молодых, – сказала Мария Ефимовна. – Что ж, я вас будить буду? Вот решила по-быстрому лепешек сделать. Димочка их очень любит.

– Да, просто обожаю! Бабуля, ты у меня самая лучшая! Просто «зэ бэст»!

– Чего? Какой я тебе бес? – возмутилась Мария Ефимовна и шлепнула Диму по плечу ложкой.

– Да это на английском, – пояснила Даша. – И значит, что вы – самая лучшая!

– Мы вражинские языки не понимаем, – отчего-то обиделась Мария Ефимовна.

– Ну не ворчи, бабуля! – улыбнулся Дима и обнял ее. – Ты и правда самая лучшая бабушка на свете!

Чай решили пить на веранде. К лепешкам Таисия подала мед и варенье. После чаепития все вышли на крыльцо.

– Ну что, пройдемся? – предложила Таисия. – Погода замечательная!

– Вы идите, а я дома останусь, – ответила Мария Ефимовна. – Сегодня кино интересное про войну.

– Да и я с тобой, пожалуй, останусь, бабуля, – вдруг сказал Дима. – А то устал что-то за сегодня. И кино вместе посмотрим. Дашенька, не возражаешь?

– Нет, конечно, – ответила Даша.

– С чего бы это тебе устать? – ехидно поинтересовалась Мария Ефимовна.

– Пошли, ворчунья моя, – заулыбался он и повел ее в дом. – А мама с Дашей пусть прогуляются.

Когда они вышли за калитку, то Таисия спросила, куда бы Даше хотелось пойти. Она чувствовала какую-то странную неловкость, оставшись с ней наедине. К тому же видела, как любопытные соседки высовываются из-за заборов и окидывают Дашу внимательными взглядами.

– Так я тут у вас не знаю ничего, – ответила Даша, – так что на ваше усмотрение.

«Футболочка у нее ничего так, симпатичная, голубенькая и не сильно обтягивает. Но вот зря она такие короткие шорты надела, – подумала Таисия, – все-таки ноги у нее не такие, чтобы их можно было показывать. Да и сандалии совсем без каблука».

Она искоса глянула на полные короткие ноги Даши, но промолчала. К тому же Даша вела себя естественно, и видно было, что она чувствует себя в подобной одежде комфортно.

«И опять-таки, если ей так удобно, да и не стесняется она ничего, – продолжала размышлять Таисия, – то что ж теперь? Пусть носит, что хочет. Не буду же я ей высказывать свои сомнения. Еще не так поймет. Мало ли, а вдруг я ее будущая свекровь?»

Таисия знала о проблемах, возникающих между невесткой и свекровью, только понаслышке, да из книг и фильмов. И ее всегда возмущало, когда свекровь всячески третировала невестку и вмешивалась в жизнь молодых. Сама избежав подобной ситуации и представления не имея, каково это жить со сварливой свекровью, Таисия не имела негативного опыта, и поэтому перед ней открывалась своего рода чистая страница, которую она должна была заполнять по своему усмотрению. И она давно сказала самой себе, что будет любить свою будущую невестку, какой бы она ни была, потому что это, прежде всего, выбор ее сына, и ни за что не будет вмешиваться в дела молодой семьи. К тому же Даша ей нравилась, как человек. Ну а то, что она невольно сегодня подслушала, вызывало любопытство и какое-то странно щемящее чувство и нежности к этой девушке и ревности одновременно.

Они прошли до конца улицы, и Таисия свернула вправо к пруду. Когда они подошли к воде, Даша остановилась и обрадованно проговорила, показывая рукой на противоположный берег, где высилась колоннада моста:

– А вон и знаменитый мост! Помню его! Но мы были с той стороны. И как он красиво смотрится отсюда!

– Да, в те времена все продумывалось, – сказала Таисия. – Знаешь, все было построено так, что любое здание усадьбы просматривалось от дворца. Представляешь, как тогда работали архитекторы?

– Работали на славу! Изумительно! – согласилась Даша. – И это учитывая, что здания нужно было вписывать в природный ландшафт.

Они медленно пошли по тропинке вдоль пруда.

– А вон и грифоны! – сказала Даша, когда перед ними открылся вид на спуск от дворца и на две серые статуи с поднятыми вверх огромными крыльями. – По поверью, грифоны охраняют богатство. Их фигуры из-за этого часто использовали для украшения поместий и дворцов. В каком все-таки чудесном месте вы живете!

Таисия глянула на ее оживившееся лицо и довольно заулыбалась. Даша и так нравилась ей, а то, что она искренне восхищалась ее любимой усадьбой, притягивало еще сильнее.

– Ну так и приезжала бы почаще! – ласково произнесла Таисия. – Можно ведь на каждые выходные. Ну а уж отпуск непременно у нас. Ты когда идешь в отпуск?

– В августе, – ответила Даша. – Но мы с Димой хотели куда-нибудь в Турцию.

– Господи! Да чего вы там не видели? – возмутилась Таисия. – Тут-то вон красота какая! Да и денег тратить не нужно!

– Мы пока еще точно не решили, – с улыбкой ответила Даша. – И потом, я ведь и знакома с вами не была, вот и планировали куда-нибудь.

– Ну, сейчас-то знакома, – заметила Таисия.

– Да, и вы мне все очень нравитесь! – искренне заявила Даша и взяла ее под руку.

– Да и ты нам, детонька, – взволнованно ответила она, прижимая ее локоток.

– А это что за мостик? – спросила Даша, вытягивая шею.

– Тут пруд заканчивается и течет себе дальше в виде речушки, – пояснила Таисия. – И вообще, это не пруды, а своего рода запруды, сделанные возле усадьбы, на речке Уча. Пруды повыше находятся, а тут вода стекает вниз. Слышишь, какой шум?

– Да, – кивнула Даша. – Просто как водопад шумит. А что за мостиком? Там какие-то старые постройки.

– Это бывшие графские конюшни, – охотно пояснила Таисия.

– Ой, как интересно! Пойдемте туда?

– Я даже не знаю, стоит ли, – с сомнением ответила Таисия. – Там полное запустение.

Они перешли по мостику на противоположную сторону и начали подниматься немного в гору по узкой дороге, заросшей по обочине высокой травой. Слева высилась металлическая ограда санатория, справа была высокая полуразрушенная стена из старинного красного кирпича.

– Это, собственно, и есть конный двор, – говорила Таисия, показывая на стену, – и он довольно большой.

Они прошли вдоль стены, завернули за угол и оказались возле въезда в виде высокой полукруглой арки.

– Как все было красиво! – заметила Даша, закидывая голову и изучая резное оформление верха арки. – А размеры! Гигантские конюшни!

– Еще бы! Лошадей выписывали породистых и дорогих. У графини Паниной был самый лучший выезд в округе.

– Представляю, как она ехала в карете или верхом! Так и вижу, как сейчас отсюда выезжает экипаж. Графиня Панина – звучит благородно, – сказала Даша и пошла в арку.

– Ну графиня сюда и не ходила, – сказала, улыбнувшись, Таисия. – Экипаж подавали ей прямо ко дворцу.

– Точно! – рассмеялась Даша. – А она из какого рода была?

– Софья Панина была дочерью графа Орлова, одного из братьев знаменитого Орлова. По завещанию усадьба перешла к ней. Она многое тут улучшила и реконструировала. При ней усадьба расцвела. Графиня хотела достичь полного совершенства. Но она скончалась в сорок четвертом году, а работы окончательно завершились в сорок шестом. Усадьба перешла к ее младшему сыну Виктору. И хотя он почти не жил в ней, так как постоянно находился на службе в Петербурге, но следил за тем, что там происходит, и всячески контролировал.

– Как вы много знаете! И как все это интересно! – сказала Даша.

Они в этот момент прошли через арку и оказались на территории конного двора.

– Ужас какой! – возмущенно воскликнула Даша. – Да что же это такое?

– Я же говорила, что не стоит сюда заходить, – мягко заметила Таисия.

Почти вся огромная площадь двора была завалена самым разнообразным и дурно пахнущим мусором. Местные жители превратили его в свалку. Выглядело это отвратительно.

Даша резко развернулась и пошла прочь. Таисия поспешила за ней. Она не могла сдержать довольную улыбку. Ей очень понравилась реакция Даши. Это говорило о том, что она обладает чуткой душой и воспринимает красоту. Таисия даже подумала, что если Даша так возмутилась беспорядком на бывшем конном дворе, к которому она и отношения-то никакого не имела, то наверняка никогда не допустит беспорядка в своем собственном доме.

– Надо же! – возмущалась Даша. – Территория санатория вылизана, а тут полное запустение. А ведь это такой же памятник и даже часть усадьбы.

– Денег нет, чтобы и конный двор восстановить, – пояснила Таисия. – К тому же он за оградой санатория, как ты могла заметить.

– Да, я понимаю, что денег нет, – торопливо проговорила Даша, – но зачем же гадить? Вот если бы все относились к усадьбе так, как вы, то не было бы тут такой помойки, а были бы живописные развалины.

– Да ведь это с детства необходимо воспитывать, – заметила Таисия. – А при советской власти, сама понимаешь, отношение к знати было резко отрицательным, и это, естественно, сказалось на усадьбе. Видела бы ты, в каком она была запустении! Дворец-то совсем недавно восстановили.

– Я своих детей постараюсь правильно воспитывать, – серьезно заявила Даша.

И Таисия вновь улыбнулась.

Они пошли по узкой тропинке и скоро оказались возле ограды санатория. Даша вытянула шею, изучая аккуратный чистый прудик со скамейками вокруг. Красивые клумбы, ухоженные подрезанные деревья с побеленными снизу стволами, медленно прогуливающиеся по ровным дорожкам отдыхающие выглядели умиротворенными. Даша остановилась возле ограды и оглянулась на стены конного двора, высящиеся из-за кустов.

– Нет, что-то тут явно неправильно, – пробормотала она, – тем более все это практически рядом. А в санаторий здесь можно зайти? – поинтересовалась она, обернувшись к Таисии.

– Можно, – кивнула та, – но нужно пройти вдоль ограды, и довольно далеко. И к тому же вход только по пропускам.

– А тут дыра в заборе! – радостно сообщила Даша, отойдя немного влево и увидев изогнутые овалом металлические прутья. – Я запросто пролезу!

– Ох, уж эти тайные ходы! – вздохнула Таисия. – Знала бы ты, сколько раз заваривали такие вот дыры. Просто удивляешься, как только удается гнуть такие толстые прутья!

– А я вот не удивляюсь! – сказала Даша, нагнулась и пролезла в отверстие. – Всем ведь хочется полюбоваться усадьбой. А то сделали лишь для отдыхающих. А это неправильно! Ну давайте, чего вы? – спросила она, стоя по другую сторону ограды. – Не будете же сейчас пускаться в обход?

Таисия глянула на пожилую пару, медленно идущую вдоль пруда. Они остановились и с явным любопытством наблюдали за происходящим.

– Даша, как я в дыру полезу, сама подумай? – попробовала она возразить. – Я же тут работаю и сама нарушать буду?

– Давайте быстрее! – подтолкнула ее Даша. – А то вон охранник идет!

Таисия пригнулась и быстро пролезла в отверстие между прутьями. Затем выпрямилась, поправила прическу и приняла невозмутимый вид. Пожилая пара не сводила с них глаз. Когда они поравнялись с ними, Таисия сделала вид, что она их не узнает, хотя это были постоянные клиенты санатория.

– Добрый день, Таисия Семеновна, – хором произнесли они.

Она кивнула и скупо улыбнулась, сгорая со стыда. Но Даша улыбалась безмятежно. Они прошли до конца пруда и направились по одной из дорожек. Увидев свободную скамью в тени под большим раскидистым кленом, Таисия ускорила шаг. Когда они уселись, она вздохнула и вдруг начала смеяться. Даша удивленно на нее глянула.

– Видела, какие лица были у пожилой парочки? – спросила Таисия, когда успокоилась. – Ох, Дашутка! Ну ты и девка! На что меня сподвигла! Через заборы лазить! Да я себе этого с малолетства не позволяла! Господи, и что они только про меня подумают? Они у нас лет десять подряд отдыхают!

– Да пусть думают, что хотят! – беспечно ответила Даша. – Они уже и забыли наверняка о том, что увидели. Мы вот часто тратим энергию на такие пустяки, – после паузы добавила она, – особенно ваше поколение. Но, во-первых, невозможно точно знать мысли другого человека, во-вторых, мысли стремительны и быстро сменяют одна другую, и заострять внимание на том, что уже пролетело, не стоит, и тем более на том, что уже невозможно изменить.

– В общем, – подытожила Таисия, – никогда не жалей о том, что невозможно изменить.

– Точно! – заулыбалась Даша. – И еще: лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть. Вот вы жалеете о чем-нибудь, чего когда-то не сделали? Или сделали.

Таисия искоса на нее глянула. Но Даша выглядела вполне серьезной.

– Это надо подумать, – после паузы сказала Таисия. – Вопрос сложный.

– Значит, не было у вас такого в жизни, – сделала вывод Даша. – Если бы было, то вас это все еще мучило, и вы бы сразу ответили. В общем, вы счастливый человек и живете в гармонии.

– А у тебя было? – осторожно поинтересовалась Таисия.

– Было! – не задумываясь, ответила Даша.

– Не хочешь, не рассказывай, – тут же спохватилась Таисия.

– Ну почему же, если вам интересно, – спокойно сказала она. – В возрасте девятнадцати лет я была безумно влюблена. Я тогда еще училась в юридической академии. Выглядела я примерно так же и даже стройнее в нижней части. Но он, звали его Миша, был постоянно недоволен моей внешностью. Мы встречались два года, и речь даже зашла о свадьбе. Я была на седьмом небе от счастья. Состоялось знакомство с его родителями. Папа принял меня спокойно, а вот мама – в штыки, как потом выяснилось. Миша через какое-то время сказал, что мама назвала меня приземистой коротышкой и что негоже ее красавцу сыну плодить детей от такой уродины. В завершение этой речи он предложил мне сделать липосакцию[2] и, возможно, даже вытянуть кости ног.

– Бог мой! Ужас какой! – не смогла сдержаться Таисия.

Даша глянула на нее и пожала плечами. Потом сказала:

– Да-да, именно так мне и было сказано. И по правде говоря, я рада, что вас это возмущает.

– Еще бы меня это не возмущало! – ответила Таисия. – Все-таки я много лет работаю в медицине и понимаю, каковы подобные операции. Но извини, Дашенька, я тебя перебила. Неужели ты пошла на это?

– Пошла, – подтвердила она, – но только на липосакцию. Просто я настолько сильно его любила, уже готовилась к свадьбе, что вот так потерять все это в один миг мне казалось невыносимым и даже смерти подобным. Я влезла в нереальные долги, но раздобыла денег на операцию. Мне сделали липосакцию в области живота и бедер. Но мало того, что все это оказалось не совсем удачным, потому что моя фигура стала выглядеть как-то дисгармонично, но еще и после операции довольно скоро жир вернулся в объеме в два раза большем, если не в три. Миша расстался со мной, а я осталась в жуткой депрессии и с огромными долгами. К тому же я брала академ[3] и год пропустила, так что мне нужно было вновь втягиваться в учебный процесс. В общем, это были нелегкие времена.

Даша замолчала. Таисия смотрела на нее с жалостью. Она и представить не могла, что на ее долю могло выпасть такое.

– Значит, все-таки лучше не сделать, – после паузы сделала она вывод.

– Почему же? – улыбнулась Даша. – Вот как раз лучше сделать, чтобы окончательно понять какие-то вещи. И, получив подобный результат, я приобрела неоценимый опыт и с тех пор никогда не иду на поводу у мужчин. И я точно знаю, что если человек по-настоящему любит, то принимает другого именно таким, каким его создала природа.

– Да, как это верно! – поддержала Таисия. – Я уже давно поняла, что переделывать кого-то бессмысленно. Да это и не только в отношениях, а вообще в жизни. Видела бы ты некоторых больных! Говоришь им, говоришь, а бесполезно! Словно и не слышат тебя и делают по-своему. А потом жалуются на плохое самочувствие. Пойдем? – предложила она и встала.

– Да, пора уже, – согласилась Даша. – А то я хотела еще территорию осмотреть. Тут, я вижу, все в порядок привели. А внутрь дворца можно будет зайти?

– Вообще-то там сейчас VIP-номера и охранник на входе, – пояснила Таисия. – Но, думаю, со мной без звука тебя пропустят.

Они вернулись домой часа через два и сразу увидели Диму, играющего у калитки с Илкой.

– Ну, друзья! – улыбнулась Таисия. – Не хватает Диме живой природы в городе. Тут-то вырос в окружении кошек и собак. Да и на лошадях любил покататься. Конюшня у нас хорошая, можно взять уроки езды даже.

– Ничего, у меня собака дома, правда, маленькая, такса, – сказала Даша, – но я с ней расставаться не собираюсь. И Дима с ней уже поладил.

– Вот и славно! – с улыбкой ответила Таисия. – Пойду ужин приготовлю.

– Помочь? – предложила Даша.

– Нет, что ты, отдыхай! Мы уж сами с бабкой справимся. Любишь молодую картошку с укропчиком и лучком зеленым?

– Еще бы! – радостно ответила Даша. – А уже есть?

– Можно подкопать пару гнезд. Она хоть и маленькая, но вкусная.

На следующий день Таисия отправилась в санаторий в назначенное время. Ребята остались дома. Когда она сделала массаж, поболтала с Людмилой и вышла на улицу, позвонил Евгений Кириллович. Он был отчего-то очень взвинчен.

– Чем занимаешься? – нервно поинтересовался он.

– Да вот только процедуру одну провела и домой иду.

– Какую процедуру? У тебя отпуск! – возмутился он. – Ты собираешься сегодня в Москву? Я тут скучаю по тебе! Места просто себе не нахожу.

– Слышу, что ты как-то взволнован, – заметила она. – Случилось что?

– Случилось! – быстро ответил он. – Понял я, что просто жить без тебя не могу! Вот что случилось со мной, Тасенька! Прошу тебя, приезжай! Я ждать буду!

– Скорее всего, я приеду, – неуверенно сказала она.

Но с утра Таисия была в раздумьях по поводу поездки. Дима тоже выяснял, едет она с ними или нет, но она так ничего определенного ему не говорила. Ей очень не хотелось возвращаться в душную пыльную Москву, а хотелось просто бесцельно гулять по окрестностям, наслаждаться свободным временем, поваляться с книжкой, посмотреть телевизор, поболтать с матерью и соседками вечером на лавочке возле дома.

– Почему ты молчишь? – спросил Евгений Кириллович. – Ты уже раздумала со мной встречаться?

– Господи, Женя, что ты такое говоришь? – возмутилась она. – Я ведь не девочка, чтобы так скоропалительно менять свои привязанности. Хорошо, я вернусь с ребятами и сразу тебе позвоню.

– Может, Дима сразу отвезет тебя ко мне? Все равно по пути!

– Ага, особенно в воскресенье вечером, когда такие пробки, – заметила она.

– Так вы пораньше выезжайте! – не растерялся он. – И я тебя быстрее увижу!

– В общем, как приеду, так сразу сообщу, – сказала Таисия. – До встречи!

Выехали они около пяти, но все равно попали на Дмитровском шоссе возле МКАДа в пробку. И в городе были около семи. Дима высадил Дашу возле ее дома, затем доехал до своего подъезда. Когда Таисия поднялась в квартиру, то чувствовала усталость и нежелание еще куда бы то ни было ехать. Но Евгений Кириллович уже звонил несколько раз. Она приняла душ и вытянулась на диване. В квартире было жарко. Дима посмотрел на ее побледневшее утомленное лицо и предложил заварить чай. Она хотела встать, но он сказал, что все приготовит сам. После того как они выпили по две чашки зеленого чая, Таисия почувствовала себя значительно лучше.

– Поеду я все-таки сегодня к Евгению Кирилловичу, – со вздохом сказала она. – И, сам понимаешь, останусь на ночь.

– Мам, если ты устала, то, может, сегодня тут останешься? – с беспокойством произнес он. – А завтра с утра со свежими силами и поедешь.

– Что ты, Димочка! – усмехнулась она. – Да он там с ума сойдет! Я ведь пообещала, что сегодня непременно буду у него.

– Ну хочешь, я сам с ним поговорю и все объясню? – предложил Дима. – Мужчина он, кажется, вполне разумный. Ну что ты, в самом деле, сейчас по жаре поедешь в городском транспорте? Представила?

– С трудом, – призналась она. – Хочется просто полежать на диване и посмотреть телевизор. Ну и потом ужин тебе приготовить.

– Да и ужин готовить не надо! – улыбнулся он. – Бабуля пирогов наложила столько, что за неделю не съесть!

– Так она еще для Евгения Кирилловича старалась, – заметила Таисия. – Наказывала непременно ему передать с капустой, с яблоками. И когда только успела узнать, что он их любит?

В этот момент зазвонил ее мобильный.

– Точно он! – пробормотала Таисия и схватила телефон.

Это был действительно Евгений Кириллович.

– Ты еще дома? – удивился он.

– Понимаешь, я чувствую усталость, – после паузы ответила она.

– Дай, я поговорю! – вдруг вмешался Дима и взял у нее телефон.

Он поздоровался, потом решительно сказал:

– Евгений Кириллович, мама и правда устала и выглядит бледной после поездки. Мы просто в пробке простояли невесть сколько. А машина у меня без кондиционера. Давайте вы встретитесь завтра? А сейчас я ее отпускать не хочу. Хорошо?

Он подождал, пока Евгений Кириллович выскажется, затем передал трубку Таисии.

– Твой сын, наверное, прав, – услышала она его грустный голос. – И я законченный эгоист! Действительно, давай встретимся завтра. Как проснешься, так сразу приезжай!

– Да, так будет лучше, – с облегчением ответила она. – Ты только не расстраивайся! Ничего же плохого не случилось.

Когда Таисия закончила разговаривать, то с благодарностью посмотрела на Диму. Он улыбнулся и заметил:

– Ну вот, я же тебе говорил, что он вполне адекватный мужик! Так что спокойно отдыхай! А мне кое-что нужно на компе сделать.

– Я хотела телевизор посмотреть, – сказала она.

– Ну и отлично! – ответил Дима. – Не волнуйся, мне это не помешает.

Он сел за стол и включил компьютер. А Таисия стала смотреть фильм. Постепенно она расслабилась и чувствовала себя все лучше. Примерно через час Дима вышел на кухню. Таисия с любопытством посмотрела на светящийся монитор. Там была открыта страница поисковой системы Яндекс. Она вспомнила, как ей рассказывали бомжи про доктора Лизу и ее машину медицинской помощи.

«Вот интересно, есть ли информация об этом в Интернете? – подумала Таисия. – А то, как говорят, здесь есть вообще все. И почему я не знаю компьютер? Ведь Дима пытался меня обучить, и вроде мне тогда показалось не так и сложно заходить в Интернет. У Жени тоже стоит на столе монитор, сама видела. Он наверняка в этом разбирается! Хотя сейчас мое поколение и сотовые-то с трудом может осилить! Уж очень быстро техника развивается, не успеваешь следить за всеми этими новинками!»

– Мам, что ты там смотришь? – с улыбкой спросил Дима, входя в комнату со стаканом сока.

– Да так, интересуюсь, – уклончиво ответила она.

– И чем? Что ты хочешь посмотреть? – спросил он.

– Дима, а сложно зайти в Интернет?

– Да проще простого, мам! – ответил он, пододвинул второй стул и усадил ее рядом с собой. – Я же тебе уже как-то показывал! Вначале вот сюда нажимаешь, а затем в этой строчке набираешь то, что тебе нужно. Что, к примеру?

– Ну, не знаю… – испуганно ответила Таисия, – ну набери «доктор».

– Мама, поточнее! Если я введу запрос на «доктор», то тут столько всего повыскакивает! Нужны ключевые слова, понимаешь? Ну давай сама!

Таисия после небольшого раздумья набрала «Справедливая помощь» и посмотрела на Диму. Он показал, что нужно нажать. И правда, ей показалось это довольно простым. Выскочило несколько ссылок, где фигурировали эти слова. Дима показал ей, как открывать ссылки.

– Тут про какую-то доктора Лизу в основном, – заметил он. – Ты хочешь что-то посмотреть по своей медицине? Ладно, мама, тогда сама читай, что тебе нужно, а я пока перекушу, а то что-то есть хочется.

– Хорошо, – кивнула она, не отводя глаз от монитора. – А, я поняла! Это что-то типа газеты, но в компьютере! Вон статья выглядит как газетная.

– Ну да, типа того, – улыбнулся Дима. – Читай, в общем! Только аккуратнее, ничего лишнего не нажимай! Все, что тебе нужно, я показал.

– Спрошу, если что, – улыбнулась она и вновь уткнулась в монитор. – Как интересно!

Дима ушел на кухню, а Таисия придвинулась к монитору и начала читать. Текст был крупным и четким, и видела она его отлично.

«Благотворительный фонд «Справедливая помощь» создан в июле 2007 года. Исполнительный директор и душа фонда – Елизавета Петровна Глинка, доктор медицины, президент Международного благотворительного фонда VALE, член Ассоциации Американской академии хосписов и паллиативной медицины и Попечительского совета Фонда содействия реабилитации людей с проблемами слуха «Страна глухих», – прочитала она и вздохнула, почувствовав легкое разочарование.

– Так это какое-то очередное благотворительное общество! – сказала Таисия. – Сколько их! А толку? Бомжей что-то не уменьшается. Но нужно мне еще что-нибудь прочитать на эту тему. А вдруг это что-то по-настоящему действенное? Ведь бомжи знают про доктора Лизу, говорили мне, что она самолично приезжает на вокзал. Дима? – крикнула она.

Он тут же пришел.

– Как мне другую газету посмотреть? – спросила она.

– Вот стрелочка, нажми на нее и вернешься назад на ссылки, – пояснил он. – Да, именно так! Видишь, все предельно просто! Но ты меня удивляешь, мама. Когда тебе что-то нужно, то для тебя нет невозможного. Да и вообще, я считаю, это стереотип, что в вашем возрасте чему-то учиться уже поздно. Вот тот же компьютер. Сколько раз тебе говорил, что это и полезно, и развлекательно. У меня на работе есть друг, так он на днях ездил к своей семидесятилетней бабушке на день рождения. И знаешь, что он ей подарил, причем по ее просьбе? Ноутбук! Так-то!

– Не все сразу, сыночек, – заметила Таисия, быстро читая заголовки ссылок. – А вот сюда как мне?

– Стрелочку переведи и нажми. Ладно, пойду чай допью.

«Организация оказывает бесплатную помощь людям, которые по тем или иным причинам не могут обратиться в медицинские учреждения: гастарбайтерам, получившим травмы или заболевания, российским гражданам, у которых закончились деньги в результате лечения, постинсультным больным, оставшимся без медицинской помощи после выписки из больницы, – читала Таисия следующую статью. – Елизавета Петровна Глинка, или доктор Лиза, как ее называют и коллеги и больные, имеет 15-летний опыт работы с онкологическими больными, находящимися на последней стадии заболевания, организовала для них первый хоспис в г. Киеве. «Я работаю с отверженными, – говорит Елизавета Петровна. – До того как мы начали работать, я не представляла, как их много. Все считают, что мои пациенты – это бомжи и алкоголики, а это не так совсем. Я работаю с людьми, у которых когда-то была семья и работа. Они все потеряли из-за болезни. И из-за условий, в которых они вынуждены существовать. В планах «Справедливой помощи» – организация в г. Москве хосписа для неонкологических больных. Если онкологическим больным хоть какая-то помощь оказывается, как государством, так и различными организациями, то люди с другими болезнями совершенно брошены. Обреченные неонкологические больные обслуживаются при поликлиниках амбулаторно. Часто это одинокие люди, которым некому помочь».

Таисия откинулась на спинку стула. Она и представить не могла, что все это реально. Помогая бомжам в течение нескольких лет, она для себя решила, что никто и никогда ими серьезно заниматься не будет, что и власти, и обычные граждане смотрят на них, как на отбросы или, скорее, как на паразитов городов, от которых лучше быстрее избавиться. И вот она видела собственными глазами, что появилась организация, которая всерьез занялась этой проблемой. У Таисии от радости даже слезы выступили. К тому же она свято верила тому, что прочитала, так как выросла в то время, когда печати верили безоговорочно.

– Мама, ты чего сидишь с таким лицом? – удивился Дима, когда вошел в комнату.

– Да вот тут, представляешь, сыночек, прочитала про одну организацию и в себя не могу прийти от счастья.

– Бог мой, нельзя верить всему тому, что пишут в Сети! – заметил Дима и сел рядом с ней. – Что тут у тебя? Дай-ка я сам посмотрю! Ага, опять твои любимые бомжи! И когда ты только прекратишь этим заниматься? Меня это безумно беспокоит!

Дима был единственным человеком, который знал о том, что Таисия помогает бомжам. И то это получилось совершенно случайно. Таисия несколько лет назад не убереглась и подцепила вшей. И ей пришлось короче подстричь волосы и пользоваться специальным средством для выведения. От Димы это утаить оказалось невозможным, и она созналась, откуда у нее вши. Он пришел в ужас и никак не мог понять, почему она это делает.

– Кто-то кормит бездомных собак и кошек, кто-то голубей, а я решила помогать вот таким обездоленным, – пыталась она объяснить ему. – Это просто потребность души, и ничего в этом такого особенного нет.

– Но ты можешь заразиться бог знает чем! – возмущался Дима. – И я где-то читал, что именно вши переносят тиф.

– Что ты! Я предпринимаю все меры предосторожности, – ответила она. – А вот по поводу заражения у меня свое мнение. Все это довольно странно. Ведь кто-то цепляет все болячки, как собака блох, несмотря на то, что всячески старается себя обезопасить, а кого-то это обходит стороной. Сам подумай, как врачи работают с инфекционными больными? По твоей логике, они все должны непременно заражаться. Нет, Димочка, все это, я давно поняла, в ведении господа бога. На все его воля!

Дима еще несколько раз пытался повлиять на мать. Но потом понял, что это бесполезно, и даже как-то хотел помочь ей и вместе поехать на вокзал. Но Таисия воспротивилась, сказав, что ему это ни к чему. Он настаивать не стал.

– Ну что, все нашла, что тебя интересовало? – спросил Дима. – Знаешь, я могу распечатать, если тебе что-нибудь нужно.

– Правда? – обрадовалась она. – Так тут, смотрю, никаких адресов и телефонов нет. А то ведь хорошо было бы, если бы я их знала. Могла бы давать тем, кому нужно.

– Ох, мама, – вздохнул Дима, – ты со своей благотворительностью…

Он не договорил и сел за стол.

– Вот, видишь, тут просто текст, а телефоны где? – сказала Таисия, придвигаясь к нему.

– Подожди! – ответил он и начал открывать ссылки. – Все сейчас найдем! Ну вот, смотри. Это сообщение администрации сайта.

Таисия увидела, как в открывшемся окне появился следующий текст:

«Если Вам есть чем поделиться, есть о чем рассказать, есть чем помочь «подопечным» Фонда, – приходите на еженедельные встречи по пятницам, которые стали уже своего рода традицией! Приходите, мы нуждаемся в Вас. Пятницкая, дом 17/4 строение 1. Время с 14 до 22, телефоны: 953-94-86, 589-77-92».

– И телефоны есть! – заметила Таисия. – Значит, все это правда! А я до конца поверить не могла! И любой может вот так запросто прийти по этому адресу или позвонить?

– Ну конечно, мама! Пойдешь?

– Ой, не знаю, – смутилась она. – А я чего пойду? Я ведь так, сама по себе помогаю, без всяких там фондов.

– Да, доктор Лиза, смотрю, тоже как бы сама по себе. Подожди-ка! Сейчас еще что-нибудь о ней найдем! Сейчас в блогах посмотрим.

– Где? – не поняла Таисия.

– Так называются дневники, – пояснил Дима. – Вот ты вела когда-нибудь дневник?

– Да, было такое, – заулыбалась она. – Но мне тогда лет двенадцать – тринадцать было. И я это дело быстро забросила.

– Но тогда ты писала в тетрадку, – сказал он. – А сейчас все сразу в компьютер пишут. И к тому же любой может прочитать.

– И зачем это? – удивилась Таисия. – Ведь дневник – дело сугубо личное, я бы даже сказала, интимное.

– Ну вот такая сейчас мода, – усмехнулся Дима. – Но если дневник нужен, чтобы все узнали о каких-то важных делах, как, к примеру, у твоего доктора Лизы? Разве это плохо?

– Неужто и у нее есть такой дневник? – обрадовалась Таисия.

– А вот и он! Есть в ЖЖ[4], – сказал Дима, глядя в открывающееся окно. – Видишь, так и называется.

Таисия посмотрела в монитор и увидела фотографию довольно молодой светловолосой женщины с худощавым приятным лицом и милой улыбкой. Она была одета в медицинскую форму. Наверху страницы стояло название: «Журнал doctor_liza». Ниже были размещены реквизиты МОО «Справедливая помощь», по которым можно было высылать деньги. Также было следующее сообщение: «Короткий номер SMS-пожертвований – на номер 1005 с текстом: ДЛ стоимость 90 р. без ндс».

– Ну вот, можно просто по телефону помочь, выслать SMS-пожертвование, – заметил Дима. – Все предусмотрено и удобно даже для пенсионеров. Сотовые-то у всех сейчас имеются. Даже ты сейчас им пользуешься.

– А что в ее дневнике-то? – с нетерпением спросила Таисия. – Как тут смотреть?

– Нажимаешь на слово «Журнал», – улыбнулся Дима. – Но как ты оживилась, мама! А ведь только что лежала бледная и жаловалась на усталость.

– Да от таких новостей всю мою усталость как рукой сняло, – заулыбалась Таисия. – Сколько лет я езжу к этим несчастным, сколько всего выслушала от них! Есть ведь очень приличные люди, просто так сложились обстоятельства, что они оказались выброшенными на улицу. И вот своими глазами вижу, что и им начала оказываться хоть какая-то помощь. И почему бы другим пенсионерам, имеющим свободное время и не знающим, чем себя занять, не обратиться в этот фонд и не оказывать хоть какую-то помощь. Вот, тут даже адрес есть, куда можно приехать.

– Знаешь, мама, а ведь ты права! – поддержал ее Дима. – Знаю, какие у вас мизерные пенсии, но дело даже не в деньгах. Вот, смотри, нужна реальная помощь.

Таисия придвинулась и прочитала запись в дневнике доктора Лизы:

«Сегодня – в пятницу – в фонде традиционно собираемся вместе. Нужны памперсы (размер средний или маленький) для взрослых, пеленки разовые, постельное белье, одеяла. Эта помощь поедет в липецкий хоспис на следующей неделе. Спасибо».

– Видишь, – сказал Дима, – если кто-то хочет помочь, то поможет. Нужно просто принести что-нибудь из этого списка в пятницу на Пятницкую по указанному адресу.

– Да, это просто удивительно! – заметила она. – Вот, Димочка, у нас там два комплекта белья есть, нового. В шкафу на нижней полке. Ты бы в пятницу после работы заехал и завез. Они, написано, до десяти вечера там будут.

– Хорошо, отвезу, – согласился Дима. – А знаешь, я могу на работе ребятам сказать и собрать все, что они сочтут нужным отдать. И сразу все свезу.

– Умница! Какой ты у меня все-таки хороший!

– А ты не хочешь со мной поехать? – спросил он.

– Не знаю, – неуверенно ответила она. – Как-то неловко мне туда соваться.

– Странная ты, мама, – улыбнулся он. – Наоборот, думаю, что доктор Лиза и ее команда были бы рады с тобой познакомиться.

– Ну, может, позже и решусь, – тихо проговорила она.

– Ты все посмотрела, что хотела? – спросил Дима.

– Наверное, все, – сказала она.

– Тогда я закрываю ЖЖ, да? А то мне кое-что для работы найти нужно.

Таисия кивнула, потом поинтересовалась:

– А вот ее дневник можно в любое время посмотреть?

– Ну конечно! Он в открытом доступе.

– Вот и хорошо! – обрадовалась Таисия.

Глава пятая

Спала Таисия отлично и проснулась в бодром расположении духа. Отправив Диму на работу, она сразу собралась ехать в Химки. Но тут позвонил Евгений Кириллович и сообщил, что ему нужно в Москву по делам. Он предложил встретиться часа в два где-нибудь в центре.

– Можем погулять, а потом ко мне поехать. Как ты на это смотришь?

– Можно, – задумчиво ответила она. – Я тогда тоже по делам отправлюсь.

– По каким таким делам? – насторожился Евгений Кириллович.

– Женя, я же не интересуюсь, куда ты направляешься, – с улыбкой ответила она.

– Да я секрета и не делаю, – с обидой произнес он. – Меня вызывают в Академию имени Жуковского, хотят поговорить на тему преподавания в ординатуре. Мне уже предлагали это, я обещал подумать. Вот хочу съездить и все уточнить на месте, а потом окончательно решить. Правда, я хотел отказываться. Что скажешь?

– Все это серьезно, Женя, – сказала Таисия. – И тут ты сам должен решить. Какой я тебе советчик?

– Не чужой человек, – заметил он. – Есть же у тебя свое мнение!

– Пока нет, – ответила Таисия. – Давай обо всем поговорим при встрече.

– Торопишься? – настороженно поинтересовался Евгений Кириллович.

– Не особо, – сказала она и вновь начала улыбаться. – В общем, я буду в районе «Павелецкой». Давай, как освободишься, так сразу мне позвонишь.

Когда Таисия приехала на «Павелецкую» и вышла из метро, то увидела, что здесь накрапывает дождик. Она пожалела, что надела светлые туфли. Открыв зонт, остановилась в раздумье. Таисия вспомнила об информации, которую вчера прочитала в Интернете про улицу Пятницкую.

«А ведь тут не так и далеко, – подумала она, глядя вправо, на улицу Новокузнецкую. – Тут пешком минут пятнадцать всего идти».

Ей отчего-то захотелось отправиться по этому адресу и посмотреть на месте, что там за база у доктора Лизы. Но она вовремя вспомнила, что приглашение было только на пятницу и на определенное время.

«Ну что я за бестолковая! – подумала она. – Ведь сегодня всего лишь понедельник! А я уже чуть не отправилась туда! Да и что бы я там сказала? Лучше уж пусть Димочка отвезет все, что сможет собрать. А я, как обычно, пойду на вокзал». Таисия решительно свернула влево, в сторону вокзала, и направилась в переход. И уже на спуске заметила двух беспризорников. Они нахально приставали ко всем подряд, прося денег. И почти все им подавали. Когда Таисия начала спускаться, то они сразу вцепились в нее.

– Тетенька, дайте денежку! – ныл паренек лет десяти, со светлыми отросшими и спутанными волосами, пронзительно-голубыми глазами и грязным, в болячках лицом.

– Дайте, пожалейте, – вторил ему другой, чуть повыше и постарше, на вид лет тринадцати, но такой же светловолосый и голубоглазый.

– Вы братья? – спросила Таисия, останавливаясь, беря младшего за подбородок и разглядывая язвочки на его щеках.

– Ага, – ответил он и вырвался. – Чего ты меня хватаешь?

– Чешутся щеки? – поинтересовалась она и посмотрела на старшего.

Его лицо выглядело аналогично.

– Так мы вообще все чешемся, – засмеялся он. – Не мылись давно. Негде нам!

– Пошли-ка со мной, – предложила она. – А то тут любопытных много. Есть хотите?

– Мы всегда хотим! – заулыбался младший. – Ты дай нам денежек и иди себе по своим делам.

Таисия, не слушая его, подошла к палатке с пирожками и купила несколько видов. Сложив все это в пакет, добавила туда и бутылки с соком. Мальчики молча наблюдали за ней. Она пошла по переходу, они – следом. Выйдя на привокзальную площадь, она уселась на свободную скамью и протянула им пакет с пирожками и сок. Подождав, пока они наелись, мягко спросила, откуда они.

– А ты не из милиции? – с подозрением спросил старший.

– Нет, а что, не видно? – улыбнулась она. – Я медсестра. Иногда сюда приезжаю, тут много больных бомжей и вот таких беглецов, как вы. Удрали из дому! А чего, спрашивается?

– Папка умер, мамка запивается, – сказал старший. – Мы из Тулы. Каникулы в школе начались, вот и решили уехать сюда, просто погулять.

– Так каникулы уже месяц у вас! Скоро июль! Что тут осталось! Вы что же, все это время в Москве болтаетесь? То-то вы такие грязные! – заметила она.

– А ты думаешь, мы дома чище? – рассмеялся старший. – Да ты бы к нам в квартиру зашла! Мамка вечно пьяная, мужики толкутся, да с ней это… глупостями всякими занимаются без стеснения. Думаешь, приятно нам на все это смотреть? Вот и стараемся домой только спать приходить. Со школы – на улицу и допоздна там. А как лето началось, мы сразу с братаном решили, что уйдем. Нам тут лучше. Тут вон как интересно! Да и денег собираем за день прилично.

Он вдруг вынул из кармана несколько смятых купюр разного достоинства, показал ей и сказал довольно хвастливо:

– Видела? И от милиции уже научились бегать. Так что классно тут!

– Все равно, ребята, это не дело! – ответила она. – У вас на лицах даже не знаю что. Трудно на первый взгляд определить. Может, лишай. А если клещ? Да его вывести очень сложно!

– Клещ? – удивился младший. – Это что, которые в лесу цепляются? Так его же видно было бы!

– Нет, есть подкожные клещи, называются «демодекс», – пояснила Таисия. – Если иммунитет ослаблен, они быстро размножаются, кожа портится. Но особенно вокруг носа, да и по краю век часто шелушение. А у вас, смотрю, в основном на щеках.

– Так это у нас диатез! – засмеялся старший. – Он у нас у обоих с детства! Маманька и не лечила никогда.

– Ну а еще болит что-нибудь? – поинтересовалась Таисия.

– Не-а, – ответил младший. – Ну бывает, что вырвет, если съешь какую-нибудь дрянь. Но твои-то пирожки хорошие! Горячие даже!

– И что с вами делать? – вздохнула Таисия.

Она понимала, что помочь в данном случае ничем не может. Не силой же их было везти в Тулу. Да и не имела она для этого возможностей. К тому же знала, что такие ребята все равно убегут из дома. Таисия потрепала по спутанным волосам младшего, потом повернулась к старшему.

– Ты вот что, – мягко произнесла она, – все-таки подумай, что вас тут ждет дальше. Ты ведь не только за себя отвечаешь, но и за брата. Какая у вас разница?

– Два с половиной года, – ответил он.

– Может, стоит вернуться домой? – продолжила она. – Не лучше ли попытаться хоть как-то обустроить квартиру, навести там хоть какой-то порядок и чистоту.

– Ага, как же! – усмехнулся он. – Да ты нашу маманьку просто не знаешь. Ей чем грязнее, тем лучше. Она иногда блюет прямо в комнате. Вонища стоит!

– А еще какие-нибудь родственники у вас есть? – спросила Таисия.

– Тетка есть, – встрял младший.

– Сестра маманьки, – пояснил старший. – На заводе работает и тоже выпить любит. Но не так сильно. И ей до нас дела нет.

– И все равно, – заметила Таисия, – раз так у вас в жизни складывается, то нужно вам самим научиться отвечать за себя и свое будущее.

– Сестричка Тася? – раздался сзади хриплый голос, и понесло вонью.

Таисия обернулась и увидела, что к ним подошел бомж Валера. Он был постоянным жителем вокзала вот уже лет пять. С ним почему-то всегда ходила стая бродячих собак, и по этой причине его прозвали Маугли. И сейчас пять собак крутились неподалеку. Возраст Маугли было трудно определить. Ему могло быть и сорок, и шестьдесят. Это был совершенно опустившийся спившийся мужчина. Он как-то в момент просветления рассказал Таисии, что имел квартиру, жил с мамой. Когда мать умерла, он начал сильно пить. Его выгнали с работы, а квартиру он даже и не помнил, как продал каким-то риелторам. Оказавшись на улице, он окончательно опустился и постоянно жил на вокзале. Его лицо выглядело ужасно, все в каких-то рытвинах, язвах, синяках. А бледность была такой, что оно казалось серым с каким-то фиолетовым оттенком. Таисия в прошлый приход нашла его с высокой температурой и признаками желудочного гриппа и дала соответствующие лекарства.

– Здравствуй, Маугли, извини, Валера! – быстро сказала она и встала.

Братья с любопытством посмотрели на него и чуть отошли.

– Ты тут, вижу, с мальцами беседуешь, – заулыбался он беззубым ртом.

– Да. Ты как себя чувствуешь? – поинтересовалась она и полезла в сумку. – Вот тут еще таблетки, нужно все выпить. И витамины.

– Дай бог тебе всего! – оживленно ответил он. – Получше, получше. Уже так не трясет, не слабит, да и живот не болит.

– Ты бы уж как-нибудь воздержался сейчас от алкоголя, – недовольно заметила она. – Опять ведь пил! А когда лекарства принимаешь, то алкоголь ни в коем случае! Я же тебя предупреждала!

– Это да, это помню, – вздохнул он и нежно погладил подошедшего к нему огромного лохматого пса.

Братья при виде собаки отошли еще дальше.

– Но ведь как мне без спирта-то? Он мне и питье, и еда, и утешение, – продолжил Маугли. – Ладно, спасибо за лекарства твои, – сказал он, пряча в карман грязной ветхой вельветовой куртки упаковки таблеток, – пойду я, а то мальцы боятся собак моих.

Маугли двинулся обратно к вокзалу, собаки побрели за ним.

– Как от него воняет-то! – брезгливо заметил старший, подходя к скамье и провожая взглядом Маугли.

– Так и от тебя скоро так же будет, – сказала Таисия. – Ты же парень умный. Но если будешь продолжать так жить, то вы оба с братом превратитесь в таких же, как Маугли.

– Он не Маугли, – встрял младший. – Я мультик видел, так он вовсе не похож!

– Конечно! – согласилась Таисия и улыбнулась.

– Не превратимся! – угрюмо произнес старший, глядя на нее. – Мы же просто так гуляем, а потом домой вернемся.

– Надеюсь, что ты так и поступишь, – сказала Таисия и погладила его по волосам. – И чем скорее это произойдет, тем будет лучше для вас обоих. Ладно, идти мне нужно.

– Спасибо за пирожки, – поблагодарил старший.

– Надеюсь, что больше вас здесь не увижу, – ответила она и улыбнулась. – Ты подумай обо всем этом!

– Хорошо, – серьезно ответил он.

На вокзале Таисия пробыла еще около полутора часов. Затем позвонил Евгений Кириллович и сообщил, что освободился. Они договорились встретиться на Тверской. Но вначале Таисия зашла в туалет и тщательно вымыла руки. Потом внимательно оглядела себя в зеркале. Выглядела она хорошо, прическа была в порядке, правда, глаза казались грустными. Но это было закономерно после посещения вокзала. Как бы Таисия ни старалась говорить самой себе, что каждый выбирает свой путь и проходит его, как бы ни пыталась делать свою работу отстраненно, но эти люди всегда вызывали жгучую жалость. Особенно дети. Ей казалось, что они – живое доказательство того, что общество становится все более жестоким и беспощадным, а в мире остается все меньше любви.

«Нужно улыбаться, – приказала она самой себе, – а то Женя сразу начнет выяснять, что случилось. Нельзя мне появляться перед ним с подобным выражением!»

Она похлопала себя по побледневшим щекам, затем подкрасила губы розовой помадой и нанесла капельку духов.

Когда Таисия приехала и вышла на улицу, то сразу увидела высокую фигуру Евгения Кирилловича. Он стоял возле выхода из метро и внимательно смотрел на поднимающихся по лестнице людей. Она заулыбалась, он махнул ей рукой. И у Таисии при виде его оживленного лица мгновенно потеплело на душе.

«Как странно, – думала она, идя к нему, – еще месяц назад я не подозревала о существовании этого человека. Но уже кажется, что знаю его давным-давно. Как говаривала моя бабушка, такое вот кажущееся быстрым узнавание – верный признак того, что человек тебе подходит. Что ж, будем надеяться!»

– Ты отлично выглядишь! – заметил Евгений Кириллович, когда она приблизилась, и поцеловал ее в щеку.

– Спасибо, – тихо ответила она и взяла его под руку. – Куда пойдем?

– Я чертовски проголодался! – признался он. – Давай где-нибудь пообедаем? В ресторан?

– Но я не одета! – с сомнением проговорила она.

– Не скажи! – улыбнулся он. – Ты смотришься элегантно в своем костюме. Где ты была?

– По делам ходила, по своим, – ответила она и искоса на него глянула.

Евгений Кириллович смотрел на нее пристально. Видно было, что его мучает любопытство и желание узнать подробнее об этом. Но Таисия помнила, как он однажды во время разговора прореагировал на ее слова о бомжах. Он тогда сказал, что их всех нужно к стенке. И был вполне серьезен. И как она могла сейчас, после таких слов, признаться ему, что периодически общается с этими самыми бомжами? Его реакцию Таисия даже не представляла.

– Ладно, не хочешь, не говори, – пробормотал он.

– А ты как в академию съездил? – решила она сменить тему.

– Нормально, – сухо ответил Евгений Кириллович.

От метро они свернули направо и подошли к «Макдоналдсу». Таисия замедлила шаг и посмотрела на столики. Практически все они были заняты.

– Как много народа тут! – заметила она.

– А ты «Макдоналдс» любишь? – изумился Евгений Кириллович и брезгливо поморщился. – А еще медработник! Лично я это за еду не считаю.

– Не то что люблю, – ответила она, – но иногда с сыном заходим. Не знаю, чего уж ты так категорично настроен, Женя. Тут вполне вкусно. И если иногда, то вреда не будет.

– Нет, нет, даже иногда! – резко произнес он. – Я забочусь о своем здоровье. А сейчас и о твоем тоже, так что не позволю тебе питаться всякой синтетической дрянью.

– Ну хорошо, хорошо, – быстро сказала она, – не буду! Только не нужно так сердиться!

Таисия посмотрела в его покрасневшее недовольное лицо и мило улыбнулась. Но Евгений Кириллович нахмурился сильнее и ускорил шаг. Она отлично понимала, что дело тут не в «Макдоналдсе», а в ее нежелании рассказывать ему о своих делах, но решила, что скоро он обо всем забудет и сменит гнев на милость.

Они отправились по узкому переулку, идущему параллельно Тверскому бульвару. Затем Евгений Кириллович уверенно свернул направо. Он привел ее в какой-то небольшой и уютный ресторан. Когда они уселись за столик и сделали заказ, Таисия откинулась на спинку мягкого диванчика и огляделась. Ресторан ей нравился. Явно работал кондиционер, так как воздух приятно холодил, хотя на улице было жарко. Все было отделано темным деревом, красивые светильники свисали с потолка, окна закрывали пышные шторы цвета кофе с молоком, приборы блестели, на каждом столе находились маленькие красивые букетики из живых цветов.

«Какое место уютное, – подумала она. – Но наверняка тут очень дорого! Вот, значит, к каким ресторанам он привык. А я ему про «Макдоналдс»!»

Когда принесли их заказ, Евгений Кириллович сухо пожелал приятного аппетита и начал есть. Таисия уже хотела обидеться, но вовремя вспомнила, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок, и решила подождать, пока он закончит обедать. Сама она ела без удовольствия, хотя блюда были вкусными.

– Десерт? – поинтересовался Евгений Кириллович, когда расправился с отбивными.

– Пожалуй, – коротко ответила она.

Он подозвал официантку. Таисия заказала себе пирожное и зеленый чай. Евгений Кириллович взял творожный крем со свежими ягодами. Его лицо уже начало приобретать более благодушное выражение.

– Ты так мне и не сказал, согласился ли на преподавательскую работу, – мягко произнесла она.

– Согласился, – кивнул он. – Это всего два раза в неделю. Подумал, чем дома сидеть целыми днями и мух считать, лучше делом заниматься. Я ведь привык к службе, и сейчас мне постоянно кажется, что я лишний человек.

– Ну через это все проходят, когда на пенсию выходят, – заметила она.

– Поэтому ты все еще работаешь? – предположил Евгений Кириллович.

– Не только, – после паузы сказала Таисия. – Имеет место и материальный вопрос. Я привыкла всегда рассчитывать на себя, и садиться на шею сыну как-то не хочется. Он и так постоянно нас с матерью финансирует.

– Сын у тебя очень хороший, и ты отлично его воспитала! – заметил он.

– Да! – заулыбалась она. – Сейчас мечтаю об одном, чтобы он женился и подарил мне внуков.

– А ты рассказывала про его девушку. Даша, кажется?

– Да! Мне она очень нравится! Уверена, будет хорошей женой.

Они снова замолчали. Таисия доела пирожное и выпила чай. Евгений Кириллович тоже закончил с десертом и явно думал о чем-то своем, глядя в пустую креманку. Таисия начала раздражаться. Ей даже захотелось встать и уйти.

– Счет, пожалуйста! – наконец очнулся он.

Когда они вышли из ресторана, он глянул на нее и поинтересовался, куда она хотела бы отправиться дальше. Таисия до их встречи думала, что они погуляют немного, а потом поедут к нему. Но сейчас, глядя на его недовольное замкнутое лицо, сомневалась, что хочет остаться с ним наедине.

– Думаю, может, мне лучше домой поехать, – сказала она.

– Домой? – удивился он. – Так еще всего четыре часа! И потом… – он замолчал, пытливо глядя ей в лицо. – Ты же собиралась ко мне! Я вчера всю квартиру вылизал, холодильник всякими вкусностями забил. Старался! А ты вдруг домой собралась! Тася, в чем дело?

Ей хотелось сказать: «В тебе!» – но она вовремя сдержалась. Выяснять отношения сейчас совершенно не хотелось.

– Так, усталость какая-то, – тихо ответила она. – Может, магнитная буря сегодня. Вялость какая-то.

– Но выглядишь ты хорошо! – заметил Евгений Кириллович. – Мы можем прямо сейчас поехать ко мне. Отдохнешь, полежишь, а я обещаю, что ничем тебя утруждать не буду.

Таисия искоса на него глянула.

«Какие все-таки мужчины непонятные создания, – подумала она. – Вот только что общался со мной сквозь зубы, а стоило сказать, что не поеду к нему, так сразу тон сменил!»

– Можем такси взять, – добавил он и прижал ее локоть.

– Да зачем же так тратиться? – возмутилась она. – И на метро прекрасно доедем!

– Значит, ко мне? – явно обрадовался он и ускорил шаг. – Тогда пошли к метро!

Когда они выбрались из маршрутки неподалеку от его дома, у Таисии вновь упало настроение. Она в душе сомневалась, правильно ли поступила, поехав к нему. Но, наблюдая за его оживленным лицом, видела, что Евгений Кириллович уже не сердится на нее, что он, видимо, решил забыть о своих обидах. Она все еще была уверена, что он обижается именно на то, что она отказывается говорить о своих делах.

Оказавшись у него в квартире, Таисия сразу заметила, что он постарался как-то украсить ее. Она в прошлый свой приезд заметила, что это жилище настоящего военного, к тому же одинокого, так как все выглядит стерильно и уныло. И вот Таисия увидела, что появились комнатные растения, а в гостиной на столе алеет букет роз.

– Это для тебя еще вчера купил, – сообщил Евгений Кириллович, когда она нюхала розы.

– Спасибо! Они очень красивы! Да и зелень появилась, глаз радуется!

– Да, мне тоже понравилось, уютнее так намного, – признал он.

После того как они выпили чай, Евгений Кириллович предложил посмотреть какой-нибудь фильм на DVD. Таисия согласилась. Они уселись на диван и по обоюдному согласию начали смотреть фильм «Девчата». Но Таисия отчего-то чувствовала скованность. Примерно на середине фильма Евгений Кириллович придвинулся к ней и обнял. Она замерла, чувствуя, как возникает вполне определенное желание.

– Останешься у меня и на ночь? – прошептал он ей на ухо.

– Наверное, – после паузы ответила она.

Евгений Кириллович выпрямился и отстранился.

– Вот поэтому я и хочу жениться, – заявил он. – Тогда никаких «наверно» и «быть может» больше не услышу!

– А помнишь, – улыбнулась Таисия, – были такие польские духи «Быть может»? Как же мы все за ними гонялись! Переплачивали спекулянтам. У твоей жены были?

– Не помню, – хмуро ответил он и откинулся на спинку дивана. – Я на такие вещи никогда и внимания-то не обращал.

Они замолчали. В этот момент на экране Надежда Румянцева, исполняющая главную роль в фильме, крикнула, что «ходят тут всякие, а потом ложки пропадают!», и с силой захлопнула окно раздачи в столовой.

– Вот, – назидательным тоном произнес Евгений Кириллович и нажал на «паузу», – всегда одно и то же между мужчинами и женщинами. А ведь можно сразу договориться и не орать так друг на друга. Я вот привык по службе вначале сам подчиняться приказам, а потом, когда дорос до высшего офицерского состава, чтобы мне подчинялись. Уверяю, так намного спокойнее жить.

– Это чем же? – тихо засмеялась Таисия.

– Кто-то принимает решения за тебя, и это очень разгружает психику. Особенно если ты этого человека уважаешь и доверяешь ему. И я считаю, что именно мужчина в большинстве случаев должен принимать окончательные решения. А то излишние думы вас, женщин, только портят. Но я понимаю, что тебе это кажется странным и непривычным, ведь ты всегда жила без крепкого мужского плеча.

– Да, – оживилась она, – тут ты прав! И поэтому я привыкла полагаться только на себя. Трудно мне, Женя, строить отношения!

– Но я тебе хотя бы нравлюсь? – тихо спросил он и вновь придвинулся.

– И даже очень, – так же тихо ответила она, обнимая его.

Часа через два Таисия лежала рядом с ним под простыней в совершенном изнеможении. Секс был еще лучше, чем в прошлые разы. К тому же ни о каких вспомогательных средствах наподобие интим-геля Евгений Кириллович даже речи не заводил. Он был необычайно нежен, внимателен, предупредителен, и Таисия полностью доверилась ему. И это был поистине самый лучший секс в ее жизни. Она могла сама себе в этом признаться.

Таисия провела у него два дня, затем засобиралась к сыну. Евгений Кириллович не хотел ее отпускать. Он вообще настаивал, чтобы они немедленно подали заявление в загс, но Таисия пока не могла решиться.

– Поеду я, милый, – сказала она. – У меня тут нет никакой одежды. Ты уж пойми меня. Я испытываю определенные неудобства. Мне и переодеться не во что!

– Вот я и говорю, что пора тебе серьезно решать, – ответил Евгений Кириллович.

– Но все равно я в этой квартире жить не собираюсь, – сказала она. – Дом же свой не брошу! Мать у меня уже старенькая. Да и работаю пока!

– Будешь моей женой, сразу с работы уйдешь, – решительно заявил он. – Хватит, Тасенька, наработалась ты уже за свою жизнь! Пора и отдыхать! Ну, а маму можем и сюда взять!

– Что ты! Да она из своего дома, и тем более в Москву, в жизни не поедет! К тому же я тоже не хотела бы расставаться с любимой усадьбой! Ты же знаешь, как я привязана к этим местам! Вот и выходит, что не получится у нас семейная жизнь! – добавила она со вздохом.

– Глупости! – твердо произнес Евгений Кириллович. – Все решаемо! Главное – человека найти, вот самое трудное, и тем более в нашем возрасте.

– Это да, – согласилась она, – тут ты прав! Я много думала последнее время над этим. И согласна, что это счастье – встретить подходящего человека. Знаешь, я почти уверена, что ты именно тот человек, который мне нужен. Поэтому, Женя, решай сам, учитывая все обстоятельства, как сделать лучше для всех.

– Хорошо, – сказал Евгений Кириллович. – Нужно все как следует взвесить.

Таисия все-таки уехала к сыну.

Дима после работы встречался с Дашей и заранее предупредил ее по телефону, что задерживается.

– Так вы бы вместе и пришли домой, – предложила Таисия.

Она как раз раздумывала, что приготовить ему на ужин.

– Мы хотели в ночной клуб, – сообщил он, – так что рано не жди и ложись.

– Господи! Какой ночной клуб? Вам ведь обоим завтра на работу! – возмутилась Таисия.

– И что? – рассмеялся Дима. – Мы, пока молодые, хотим повеселиться.

– Да тебе уже четвертый десяток! – заметила она. – Пора бы и прекратить шастать по этим клубам! Ты жениться-то думаешь?

– Ого, мама! Как ты сегодня решительно настроена! Но это не телефонный разговор. Давай в другой раз обсудим это. Хорошо?

– Да-да, конечно, – уже спокойнее произнесла она.

Закончив разговор, Таисия отправилась в ванную. Она вдруг озаботилась своей внешностью, хотя и так всегда следила и ухаживала за собой. Но сейчас ей хотелось выглядеть как можно лучше. Внимательно изучив свое отражение, она осталась крайне недовольна увиденным. В таком возрасте главное косметическое средство – это долгий спокойный сон. Но за эти дни она как раз и не высыпалась совершенно. Мало того, что Таисия не привыкла спать с мужчиной в одной постели и от этого постоянно ворочалась с боку на бок и просыпалась, так еще и Евгений Кириллович будил ее среди ночи, обнимая и прижимаясь к ее разгоряченному телу. Дома она обычно спала в просторных ночных рубашках и не представляла, как можно обходиться вообще без одежды. Евгений Кириллович дал ей свою футболку. Но Таисия казалась сама себе в этой длинной большой белой футболке бесформенной и некрасивой и от этого чувствовала дискомфорт.

И вот сейчас следы явного недосыпания отразились на лице. Особенно ей не понравились темные круги под глазами, которые сразу прибавили возраст.

«Так, надо бы сделать масочку из свежей картошки под глаза, – озабоченно подумала Таисия. – А то я ужасно выгляжу. А ведь я сейчас почти что невеста!»

Она заулыбалась от этой мысли. Затем отправилась на кухню. Таисия знала хороший и действенный рецепт и часто им пользовалась. Она достала небольшую картофелину, очистила ее, натерла на мелкой терке, отжала лишний сок, добавила чуть муки для вязкости. Затем легла на диван и наложила эту массу на глаза. Она постаралась полностью расслабиться, так как по опыту знала, что все маски наиболее хорошо действуют, если ты лежишь без единой мысли в голове. А уж если не можешь избавиться от мыслей, то они непременно должны быть приятными. Вначале она раздумывала о том, что обещала взять на выходные Евгения Кирилловича в Марфино. На самом деле ей очень хотелось этого. К тому же она знала, что мама будет рада его приезду. Затем ее мысли потекли совсем в другом направлении. Таисия отчего-то начала вспоминать, как они занимались сексом. Сердце сразу забилось сильнее, кровь прилила к лицу. Она так и чувствовала, как Евгений Кириллович обнимает ее, как целует, слышала ласковые слова, которые он шептал ей на ухо. Она так разволновалась, что, не дождавшись положенных для маски двадцати минут, села и сняла картофель с глаз салфеткой. Затем умылась и наложила крем.

«А ведь я скучаю по нему, – призналась Таисия сама себе. – Определенно скучаю! Мы расстались всего несколько часов назад, а я все о нем думаю».

Она вышла на балкон, но шум улицы быстро начал раздражать, и Таисия вернулась в комнату. Включив телевизор, стала переходить с канала на канал. Но что-то ей ничего не захотелось посмотреть. Она приблизилась к столу и глянула на монитор.

«Жаль, что я так плохо умею пользоваться компьютером, – подумала она. – Сейчас что-нибудь посмотрела бы интересное! Вроде это было не так уж и сложно, но, конечно, при Диме».

Она села и пододвинула клавиатуру. Потом решительно взяла телефон и позвонила сыну.

– Да, мама? – тут же ответил он.

– Ты занят? – поинтересовалась она.

– Нет, вот стою возле метро, Дашку жду. Но она что-то опаздывает уже на десять минут.

– На работе задержали, наверное, – сказала Таисия. – Слушай, я вот тут хотела бы кое-что посмотреть у тебя в компьютере, да не знаю, смогу ли одна.

– Чего? – рассмеялся Дима. – А что в моем компьютере тебе может быть интересным? Там всякие рабочие материалы хранятся.

– Нет, я Интернет хотела, – пояснила она.

– Не знаю даже, – неуверенно ответил Дима. – Хотя ты вроде способная. Но я же тебе уже все показал. И ты поняла, чего и как.

– Да, было дело.

– Ладно, ты включи вначале.

Дима пояснил, как это нужно сделать, затем как войти в Интернет. Все оказалось проще, чем она думала.

– Мама, только я тебя прошу, – сказал он, – посмотришь, что хотела, а потом закроешь все окна и так же выйдешь. Если запутаешься, то звони. Вон, вижу, Даша уже из метро выходит.

– Привет ей передавай! – заулыбалась она. – Дим, еще, если я хочу найти дневник того доктора, ну помнишь, Лизы, то просто печатаю ее имя в строке, тут которая свободная, да?

– Да, а потом нажимаешь на слово «Найти». В общем, звони, если что! На связи!

Таисия отложила телефон и заулыбалась, очень довольная собой. Она посмотрела на экран монитора и задумалась. Потом, сама себе удивляясь, набрала слово «секс». Количество появившихся ссылок испугало ее.

«Ох, что-то не то я делаю! – подумала она. – Но ведь интересно про это хоть что-нибудь почитать! А то ничегошеньки-то я не знаю! Должна же я быть на высоте с таким мужчиной. Вот взять хоть тот же интим-гель. А ну-ка наберу это слово. Почитаю хоть, что это такое. Не идти же мне в магазин для взрослых и спрашивать там. На такое я не способна».

Таисия написала в свободной строке слово «любрикант» и нажала «Найти».

– Ого! – громко сказала она. – Да тут полно про это. И кто бы мог подумать! Ну-ка, ну-ка, просветимся!

Таисии не давало покоя замечание Евгения Кирилловича, что она медицинский работник, а не знает о таких простых вещах. И она давно уже решила, что должна восполнить этот пробел.

«Любриканты бывают на жировой основе и на водной, с витаминами и экстрактами трав, с противоинфекционными препаратами и без них, – начала Таисия читать статью, появившуюся на мониторе, когда она нажала самую верхнюю ссылку. – Гели с экстрактом алоэ и витамином Е обладают смягчающим эффектом, регенерирующим, то есть залечивают микротрещинки и ссадины, снимают раздражение. Любриканты рекомендованы всем, кто испытывает в них потребность, и особенно женщинам старшей возрастной группы».

Под текстом шли фотографии тюбиков. Их разнообразие впечатляло. Ради интереса Таисия открыла еще несколько ссылок. Но в принципе информация была одинаковой.

– Бог мой, какая же я оказалась темная! – пробормотала она. – Все уже давно пользуются подобными средствами. А я при виде такой смазки шарахнулась, как будто Женя мне черт-те что подсунул. И что он только обо мне тогда подумал? Ну просто дикая женщина! А ведь в моем возрасте это просто необходимая вещь! Он же прежде всего обо мне заботился! Ну и о себе, конечно. Так, что тут еще?

«Многие женщины климактерического возраста, испытывают вполне определенные неудобства из-за сухости влагалища, но из-за ложной стыдливости не пользуются специальными средствами и тем наносят себе вред. Кроме этого, на приеме у врача часто можно услышать, что многие пациентки используют вазелин или какой-нибудь жирный косметический крем. А вот этого делать нельзя ни в коем случае. И крем, и в особенности вазелин обладают способностью закупоривать поры, а это приводит к всевозможным нарушениям слизистой оболочки», – с интересом прочитала Таисия.

«Надо же! – подумала она. – И правда, лучше знать о таких вещах как можно больше. Из-за полного отсутствия личной жизни я и не задумывалась о подобном. Но вот сейчас должна позаботиться о своем здоровье».

Она начала читать дальше:

«Для интимной гигиены женщинам старшей возрастной группы нужно более тщательно выбирать мыло. Лучше пользоваться мылом с высоким содержанием жиров и пониженной аллергической активностью, без красителей и ароматических веществ. Мыло не должно содержать щелочи».

– Надо мне это запомнить! – сказала Таисия и закрыла статью. – Что бы мне еще такое интересное посмотреть, раз уж так все удачно складывается?

Таисия прилежно закрыла все ссылки, как рекомендовал ей Дима, и посмотрела на свободную строку.

– А что, если вот так? – сказала она и начала набирать слова «секс в пожилом возрасте». – Неужто и об этом тут есть?

К ее радостному удивлению, в Интернете оказалось невероятно много информации и на такую тему.

«Страсти все возрасты покорны, и люди в возрасте от 56 до 65 лет зачастую ведут более активную сексуальную жизнь, чем молодежь до 25 лет», – с любопытством прочитала Таисия начало открывшейся статьи.

Она откинулась на спинку стула и заулыбалась.

– Вот так вот! – удовлетворенно заметила она. – Ну-ка, что тут еще написано?

«Примерно две трети опрошенных в возрасте от 61 до 75 лет объявили, что секс им вовсе не безразличен. Среди людей старше 75 лет 58 % мужчин и 61 % женщин также сказали, что физическая любовь для них важна. Если сексуальная активность с возрастом уменьшается, то причиной этого чаще всего являются проблемы со здоровьем, побочные эффекты лекарств или потеря партнера, но не «естественное» угасание интереса. Можно с уверенностью сказать, что сексуальность с возрастом не исчезает, а видоизменяется. Несмотря на высокий интерес пожилых людей к сексу, желания становятся не такими навязчивыми. И когда половые контакты делаются более редкими, появляется больше нежности, и это, несомненно, идет на пользу отношениям между партнерами».

– Как все это верно! – сказала Таисия. – Надо же, ученые стали изучать такие темы, опросы, смотрю, проводят даже. А может, это всегда было, только мы не знали. Да и откуда? Раньше на такие темы вообще ничего не писали и открыто не обсуждали даже молодые. Что уж говорить о пожилых!

Она закрыла эту статью и посмотрела следующую.

«Секс в пожилом возрасте имеет свои особенности, – читала она. – Главное – это осторожность. Ткани уже не так эластичны, сосуды становятся хрупкими. Поэтому не стоит заниматься этим без специальных средств. Но сейчас можно купить любриканты в магазинах. По цене они вполне доступны, а по расходованию – экономны. Одного маленького тюбика обычно хватает очень надолго».

Дойдя до конца статьи, Таисия заметила несколько названий, набранных мелким шрифтом. Она открыла текст под названием: «Питание для хорошего тонуса»: «Витамин Е – важнейший компонент для полноценной сексуальной жизни. Ешьте с супругом жирную рыбу (семгу, тунец, морской язык и т. д.) не менее двух раз в неделю, – прочитала она. – Кроме этого, корми своего любимого периодически грецкими и кедровыми орехами, смешанными с медом. Это придаст ему новых сил».

– Прямо хоть записывай! – сказала она. – Но это-то я и сама знаю! Недаром витамин Е еще называют витамином жизни.

«Очень благотворно на тонус влияет массаж стоп, – прочитала Таисия в следующей статье. – Пусть ваш мужчина ляжет на спину, вы устраивайтесь в ногах и начинайте нежно поглаживать его ступни. Когда эффект щекотки пройдет, переходите непосредственно к массажу. Тщательно разминайте поверхность ступней, начиная от пятки. Когда дойдете до пальцев, то последовательно разомните каждый. Если проделывать такой массаж регулярно, то вы удивитесь, насколько ваш любимый станет активным именно в сексуальной жизни».

У Таисии уже устали глаза, и она решила прерваться. Закрыв статью, встала и отправилась на кухню. Она налила чай.

«Надо же, сколько всего! И правда, Интернет в наше время вещь незаменимая! Сейчас я понимаю, почему молодые сидят часами возле компьютеров. Там же все, что только хочешь! Наверняка и про мое любимое Марфино есть! – мелькнула мысль. – Хотя мне Дима давно уже распечатал, что нашел там на эту тему. Но, может, и что-то новое появилось. А ведь это действительно затягивает! Хочется и то посмотреть, и это!»

Она допила чай и вернулась к компьютеру. Она хотела набрать «Марфино», но решила еще что-нибудь посмотреть о сексе. Ей очень хотелось узнать как можно больше именно о технической стороне. Евгений Кириллович поразил ее своей осведомленностью и раскрепощенностью, и она хотела соответствовать.

– Наверняка есть какие-нибудь уроки по сексу, – пробормотала она. – А то в этой пресловутой «Камасутре» ничего не поймешь!

У Димы имелось красиво иллюстрированное издание «Камасутры». Таисия как-то пролистала его, выборочно прочитала, но совершенно не поняла, как это применять в жизни. Ей показалось, что текст скорее напоминает какие-то индийские мифы, настолько он был образным и малопонятным. И она закрыла книгу и больше к ней не возвращалась.

Таисия нажала на ссылку с невинным названием «Взрослые женщины». И вдруг сразу открылись несколько окон. Все они были порнографического содержания. Увидев фотографии, она обомлела. Пожилые, ей показалось, что даже старше ее, голые женщины занимались сексом с молоденькими мальчиками. Фотографии были настолько натуралистическими, что она покраснела от стыда. Но любопытство взяло свое, и Таисия стала изучать снимки. Она остановила внимание на пышнотелой брюнетке на вид лет шестидесяти, а остальные окна закрыла. Брюнетка была снята в разных позах. Ее партнером был молодой накачанный красавец с довольно крупным достоинством. Таисию удивило, что они оба были тщательно выбриты в интимных местах. Она решила, что это для съемок, чтобы было лучше видно зрителю. Фотографии вызвали у нее смесь разноречивых чувств. Это было и отвращение, и возмущение «этой бесстыдницей», и любопытство, и легкое физическое возбуждение при виде их слившихся тел. Таисия посмотрела всю серию снимков с брюнеткой. Она изучила позы, удивившись их разнообразию, уделила внимание белью брюнетки, если можно было эти кружевные черные полоски назвать бельем. Затем, совершенно ошеломленная увиденным, закрыла ссылку.

– Пожалуй, на сегодня с меня хватит! – сказала она и выключила компьютер.

Таисия чувствовала усталость и странную сонливость. Но когда она глянула на часы, то ужаснулась, сколько уже времени. Она просидела за компьютером в общей сложности почти три часа.

«Интернет – это просто самый настоящий пожиратель времени! И чего было маску для век делать? – подумала она. – Завтра наверняка встану с кругами под глазами! Спать немедленно!»

Она уснула так крепко, что даже не слышала, когда вернулся Дима.

В пятницу они собрались уезжать в Марфино.

– Мама, я вначале заеду, как и обещал, на Пятницкую, – сказал за завтраком Дима, – а потом сюда. Заберу вас и поедем.

– Дашенька тоже, значит, с нами? – обрадовалась Таисия.

– Конечно! – улыбнулся он. – Но я имел в виду твоего Евгения Кирилловича. Он разве не едет?

– Собирался, – кивнула она.

– А ты не хочешь познакомиться с доктором-то? – поинтересовался Дима. – Ребята на работе много чего насобирали. Машину мне сегодня забьют. Там и постельное белье, и пеленки, и салфетки, и бинты. Да и деньги тоже просили передать. И Даша поучаствовала. Тоже на работе крупную сумму собрала.

– Какие же вы молодцы! – воскликнула Таисия и в волнении сжала руки на груди.

У нее даже слезы выступили.

– Да, ладно, мама, чего ты так реагируешь? Обычное дело! И мне вот даже стыдно, что мы раньше не сообразили. Ты уже сколько лет бомжам помогаешь. А я все как-то брезговал. Хотя и сейчас я же не напрямую с ними общаюсь, а просто съезжу в этот фонд и все передам. Так что мне проще.

– Спасибо, сыночек! Знал бы ты, как это важно! Но вот…

Таисия замялась и замолчала.

– Что такое? – удивился Дима.

– Евгений Кириллович не в курсе, – сказала она.

– А почему ты не скажешь?

– Да он как-то заявил, что всех бомжей нужно к стенке…

– Ладно, можешь не продолжать! Но в принципе его понять нетрудно. Многие ведь так же относятся. Но, мама, тебе лучше сказать ему всю правду. Может, пусть он сегодня с нами в фонд поедет? К тому же такой человек мог бы тоже помощь какую-то оказывать, – задумчиво произнес Дима. – Мам, ты пока подумай, а потом мне позвонишь. Но я считаю, что тебе со мной нужно в этот фонд поехать, да и познакомиться с доктором Лизой наконец.

– Хорошо, подумаю, – пообещала она.

С утра Евгений Кириллович собирался по делам в академию, а Таисия хотела походить по магазинам. Но сначала думала заехать на вокзал и сделать перевязку одному бомжу, которому кошка прокусила насквозь мякоть ладони возле большого пальца. А во второй половине они договорились встретиться у Димы. Он сказал, что после работы заедет на Пятницкую, а потом уже заберет их. И они все вместе поедут в Марфино.

«Может, Димочка и прав, – размышляла Таисия. – Все равно Евгений узнает о моих поездках на вокзал. Да и что в этом такого? Но опять-таки, не хочется лишних разговоров. А его реакцию предугадать трудно. Он мужчина взрывной, хотя и кажется рассудительным. Ох, что же делать?»

Таисия сложила перевязочные материалы и лекарства в сумку и начала одеваться. В этот момент зазвонил сотовый. К ее удивлению, это оказался Евгений Кириллович.

– Тасенька, я свободен весь день. Сейчас мне сообщили, что сегодня в академию не нужно. Так что можем ехать хоть сейчас! Я подумал, что мы и автобусом прекрасно доберемся. А сын твой с девушкой потом приедут. Ему и хлопот меньше!

– Но я сейчас не могу! – ответила она. – У меня дела!

– Ты опять со своими таинственными делами? – тут же разозлился он. – Как мне это надоело! Ты уже неделю в городе, а все дела! А ведь у тебя отпуск!

– Вот что, Евгений, – решила она, – если хочешь, то можешь помочь мне.

– Да? – мгновенно успокоился он. – А тебе помощь нужна?

– Нужна! Давай встретимся в метро и поедем вместе. Но чур, потом не жаловаться! – добавила Таисия.

– Жаловаться? – насторожился он.

– На месте все увидишь, – пообещала она.

Когда они вышли на «Павелецкой» и спустились в переход, Евгений Кириллович все еще не понимал, куда они направляются, а Таисия молчала. Но когда они поднялись на поверхность и она решительно двинулась к вокзалу, он схватил ее за локоть и спросил, в чем все-таки дело. Она не успела ответить, так как из-за гранитного борта перехода высунулся бомж и хрипло крикнул:

– Сестричка, тут я!

Таисия развернулась и направилась к нему. Опешивший Евгений Кириллович держался чуть сзади.

– С утречка уж тебя поджидаю, – сказал бомж. – Рука сильно болит, а лекарства твои уже кончились. И так болит, что прямо стреляет в руку-то.

Он сидел на картонке, прислонившись спиной к граниту. Возле него лежали остатки булки и пластиковая бутылка с водой. Таисия присела на корточки и начала снимать повязку. Бомж стиснул зубы и глухо застонал.

– Так я и думала, – пробормотала она. – Кошачьи укусы самые опасные!

Рука опухла и покраснела, в месте укусов было нагноение.

– Ох, и болит! – сказал бомж. – Вот же зараза эта кошка! Кто бы мог подумать, что она способна так в меня вцепиться!

– Нечего хватать ее было, – вдруг вмешался молчавший до этого Евгений Кириллович. – Тася, давай помогу!

– А это что за фертик? – недовольно спросил бомж. – Твой, что ли? Мы сестричку Тасю все знаем, мы на нее молимся! А ты кто такой?

– Ну прекрати, – урезонила его Таисия. – Это мой друг, так что не шуми. Женя, – повернулась она к нему, – возьми у меня в сумке ампулу и вскрой ее. Там же одноразовый шприц.

– Колоть будешь? – испугался бомж и скривил губы, словно сейчас заплачет.

– Придется, – ответила она. – Видишь сам, что загноились раны. А она зубы глубоко впустила.

– А ты отвернись, – посоветовал бомжу Евгений Кириллович.

Сделав укол антибиотика, Таисия наложила мазь и аккуратно забинтовала руку. Бомж стонал, не сдерживаясь. Когда она закончила, то дала ему упаковку таблеток и тюбик с мазью.

– Ты уж потерпи, миленький, – ласково сказала она. – Знаю, как тебе больно! Но если будешь все делать, как я тебе скажу, то скоро все пройдет.

– И от бродячих кошек и собак подальше держаться будешь, – добавил Евгений Кириллович.

– Спасибо, сестричка, – пробормотал бомж. – А ты когда приедешь-то?

– Не знаю. Но в среду точно будет машина доктора Лизы. Если я до этого времени не появлюсь, так ты к ней подойди, – посоветовала она.

– Да знаю эту машину, – закивал бомж. – Мы все ждем ее.

– Может, еды какой ему купить? – тихо поинтересовался Евгений Кириллович, наклонившись к Таисии.

– Ты мне лучше денег дай, а я сам куплю, – тут же оживился бомж.

– Хорошо, – согласился Евгений Кириллович и полез за бумажником.

– Нет, не надо! – воспротивилась Таисия. – Ты ведь не еду купишь, а дешевую водку. А сейчас тебе нельзя, пока лечишься. Таблетки-то с водкой плохо сочетаются.

– Это да, – вздохнул бомж и поник.

Евгений Кириллович молча сходил в ближайшую палатку и принес кое-какие продукты и сок. Затем они отправились на вокзал. Таисия сделала все, что хотела в этот день. Через три часа они подошли к метро. Евгений Кириллович был хмур и задумчив, и Таисия ждала, что он непременно начнет возмущаться и отговаривать ее, несмотря на то, что он не отказывался помогать ей сегодня. Но он молчал. Когда они приехали в квартиру Димы, Таисия сразу отправилась в ванную. Затем предложила и ему тщательно помыться. После обеда они уселись на диван.

– Чего молчишь-то? – не выдержала Таисия. – Давай, выскажись! Ты ведь сейчас знаешь, какими делами я занимаюсь.

– Я в растерянности, – тихо ответил он. – Да, мне все это не нравится! Но я не могу не признать, что ты благородная женщина. И это только заставляет восхищаться тобой еще больше.

– Правда? – прошептала она и слегка покраснела.

Она-то думала, что он сейчас начнет уговаривать ее бросить это дело.

– Правда! А Дима в курсе? – поинтересовался Евгений Кириллович.

И Таисия начала оживленно рассказывать о том, как Дима вначале был против, а вот сейчас даже собрал с товарищами по работе кое-какие вещи для доктора Лизы. Затем поведала, кто она и что это за фонд «Справедливая помощь». Евгений Кириллович слушал, не перебивая.

– А это реальные люди? – уточнил он, когда Таисия закончила. – А то ведь насоздают всяких фондов, только они не работают.

– Знаешь, я ее никогда не видела и с ней незнакома. Но ты же сам слышал от бомжа, что она действительно приезжает и помогает! – ответила она. – К тому же у нее в компьютере есть дневник, вот его я читала лично. Дима мне нашел. Там-то мы и узнали про то, что можно реально помогать.

– Тасенька, ты и так реально помогаешь! – заметил он. – И давно ты этим занимаешься?

– Много лет, – тихо ответила она. – Случайно получилось. К тому же я не так часто и бываю на вокзале. Живу-то далеко! Да и работаю!

– Что ты оправдываешься! – улыбнулся он и обнял ее.

– Дима сегодня поедет на Пятницкую, – сообщила она.

– Да я понял уже это, – сказал Евгений Кириллович. – Я бы тоже поучаствовал. Могу деньгами. Тася, может, и мы поедем с Димой? А уж потом махнем в Марфино. Что скажешь?

– Да я-то вам зачем там? Да и стесняюсь!

Так она и не поехала, в душе считая, что это совершенно не нужно и что пусть все пока остается как есть. Евгений Кириллович остался с ней.

Но когда Дима вечером приехал и сел ужинать, она сразу начала расспрашивать.

– Нормально съездил… Да обычная женщина, – рассказывал Дима, быстро поедая жареный картофель, – очень приятная и милая. Лет средних, светлые волосы, глаза мне понравились. И знаете, ее все действительно называют «доктор Лиза».

– Ну? – подстегнула его Таисия, видя, что он замолчал.

– Дай же парню поесть! – засмеялся Евгений Кириллович, который сидел тут же и с любопытством слушал.

– Ну я зашел к ним, там помещение такое небольшое, а я с тюками практически, – продолжил Дима, принимаясь за котлету, – они все заулыбались. Доктор Лиза сразу спросила, откуда я узнал о них. Сказал, что мама сообщила, а потом в Интернете нашел, ну и сказал, что ты тоже на вокзале бываешь.

– Сыночек, зачем же? – заволновалась Таисия. – Я же просила!

– И что дальше? – встрял Евгений Кириллович.

– Да они уже про тебя знают, мамуля! – широко улыбнулся Дима. – Им бомжи рассказали про сестричку Тасю. Так что не такая и тайна! Они даже найти тебя хотели, поблагодарить.

– Ой, ну зачем же! – смутилась она. – Ни к чему все это!

– В общем, мама, доктор Лиза просила передать, что рада будет с тобой лично познакомиться и что ты можешь прийти туда в любую пятницу.

– Ну, там видно будет, – тихо ответила Таисия, но улыбка не сходила с ее лица.

Когда они наконец собрались ехать, было уже около десяти вечера.

– Самые пробки! – вздохнул Дима, укладывая в багажник сумки.

– Это да, – согласился Евгений Кириллович, помогая ему.

Таисия уже сидела в машине и разговаривала с Дашей. Когда все погрузились и поехали, Таисия глянула на оживленное лицо Евгения Кирилловича и тихо вздохнула. На душе у нее было спокойно и в то же время радостно.

Когда они выехали за пределы города и за окном потянулись привычные ее глазу и милые сердцу сельские пейзажи, Таисия вздохнула с облегчением. Наконец-то она ехала домой!

«Даша-то как оживилась, – думала она, глядя на ее голову, постоянно поворачивающуюся к Диме. – И он выглядит счастливым! Все время улыбается ей. Кажется, наконец-то все у него сложится! А Даша мне очень нравится! Глядишь, скоро узаконят отношения, да и внуков мне подарят».

Таисия невольно заулыбалась от этих приятных мыслей. Евгений Кириллович глянул на нее и сжал ее пальцы. Она посмотрела в его лицо засиявшими глазами и почувствовала, как из глубины души поднимается жаркая волна волнения.

«А ведь я влюблена в него! – призналась Таисия сама себе. – И правда, почему бы и нам не пойти в загс? Не девочка уже, чтобы по холостяцким квартирам бегать да на ночь у мужчин оставаться. Хотя я и в девушках никогда себе этого не позволяла!»

Она взяла Евгения Кирилловича под локоть и прижалась к нему плечом. Он, едва касаясь, поцеловал ее в висок.

«Да, я выйду за него, – подумала Таисия. – Ведь, как ни крути, а он прав, что хочет узаконить отношения. Не следует в нашем возрасте просто встречаться не пойми когда и не пойми где. Это неправильно. Ну а уж где мы будем жить, решим. Женя прав, ведь обо всем можно договориться и сделать так, как будет удобно всем».

Таисия легко вздохнула. Она чувствовала себя счастливой, ей казалось, что она может все начать с чистого листа с этим мужчиной и что впереди ее ждет много удивительных и приятных открытий на этом пути.

Примечания

1

Любрикант (с лат. lubrico – «делать гладким, скользким») – интимный гель-смазка.

2

Липосакция – операция по удалению лишнего жира из организма.

3

Академ (разг.) – академический отпуск.

4

ЖЖ (сокращ.) – Живой Журнал: дневники, размещенные в Интернете.

Content

Ольга Лазорева
Долгожданное счастье Таисии

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Примечания