Субботин Максим

Деформатор

Субботин Максим

Испытание — 2. Деформатор

Журнал "Самиздат

Глава 1. Неожиданный разговор

Я знал, что умирать больно, но не думал, что настолько. Даже не знаю, кто именно меня накрыл. Не видел. Удар пришелся со спины, в голову. Били целенаправленно, со всей душой. Игровой интерфейс успел мигнуть сообщением о критическом повреждении, а потом все вокруг потемнело, исчезли звуки схватки.

Как же так?!

Умереть в такой неподходящий момент! Впрочем, в последнее время кругом исключительно неподходящие моменты.

Меня крутило и корежило, точно в огромных тисках. Вроде бы и тела уже нет, а со всей отчетливостью ощущаю каждый нерв. Хочется кричать, рвать до крови горло, лишь бы только все закончилось. Так или иначе — на столе у мастера-лекаря или в игровой комнате. Но игра не выпускала, точно вознамерилась в полной мере отыграться за все то время, что мне удавалось избегать гибели.

В конце концов, не мог даже кричал. Скулил, точно побитый щенок, старался свернуться клубком — интуитивно, пусть даже положение виртуального тела никак не влияло на терзающую его агонию. В сознание точно раскаленные иглы вгоняли. Одна за другой, медленно, с чувством. Бейся не бейся — ничего не изменится.

Свет ударил в глаза неожиданно. Выжег глазницы, полыхнул внутри черепа. Грянул гром голосов, от звука которых растрескались кости, кровавыми лохмотьями взорвалась плоть. Я подался вперед и упал. А они продолжали что-то говорить. Лишь спустя долгие часы свет померк настолько, что больше не причинял боли. Голоса тоже стихли. Цепкие объятия виртуальной смерти отпускали, выталкивая меня в реальный мир. Нет, я же знаю, что не существует виртуального Испытания. Все происходит по-настоящему. Игра — реальна.

Свет не выжег глаза, а звуки не раскололи костей. Даже часы мучений, скорее всего, не заняли более нескольких минут.

Меня подхватили на руки, уложили на прохладную жесткую поверхность. Хотя в ее холоде не уверен. Мое тело била дрожь, точно при сильной температуре. Скорее, холод разливался внутри меня.

— Ваше имя…

Надо мной склонился человек, лицо которого закрывала сплошная зеркальная маска, а тело защищал серебристый скафандр. Я знал, кто это такой. Знал, но не мог вспомнить. Голова все еще заполнена вязкой темнотой, в которой недавно плавал.

— Назовите ваше имя, — повторил человек, с нарочитой четкостью произнося каждое слово.

— Райн… — Я мотнул головой. — Нет… Роман Камневый.

— Вы осознаете, где находитесь?

В его голосе слышится напряжение и… беспокойство? Что случилось?

— Это игровой зал.

Узнать его совсем не сложно: два ряда капсул вдоль стен; огромный монитор, транслирующий все то, что прямо сейчас видят другие игроки.

Странно, почему же тут очнулся? Почему не у мастера-лекаря?

— Отлично. Постарайтесь не потерять сознание.

Поверхность, на которой я лежал, двинулась в сторону двери. Только теперь смог разглядеть еще двух человек — одеты в точности, как и первый. Что за ерунда? Будто при химической или бактериологической угрозе.

Я попытался приподняться. Не тут-то было — тело перетянуто ремнями, не пошевелиться.

— Что случилось? Куда вы меня везете?

"Какого?! Мне надо обратно в игру! Эша там одна".

Одна против целой своры мелких демонов! Ей не продержаться!

Твари напали внезапно. Лишь резкий нарастающий треск возвестил о надвигающейся опасности. Я успел ударить по тормозам и остановить квадроцикл. Среагировал бы на секунду позже — и нас бы размозжило толстенным деревом. А потом они хлынули со всех сторон. Несуразно сложенные, с многочисленными гнойниками и открытыми кровоточащими ранами. Они будто только недавно побывали в изрядной передряге и, спасаясь бегством, выскочили на нас. Разумеется, это было всего лишь первым впечатлением. Просто так деревья на проезжающие мимо квадроциклы падают не очень часто. Нас поджидали.

— Успокойтесь, — сказал человек. — Ваше испытание временно приостановлено.

— Нет!

Я рванулся что было сил, но добился только приступа головокружения — тело слишком ослаблено. Как же не хватает всей той мощи, что успел накопить в игре.

— Мне надо обратно. У меня незаконченные задания. Напарники под ударом… — тараторил так быстро, как только мог. Всякую белиберду, что приходила в голову. — Никто не имеет права препятствовать прохождению Испытания юного гражданина! — выпалил всплывшую в памяти фразу.

— Кроме случаев, требующих экстренного вмешательства, связанных с опасностью для здоровья испытуемого, — ровным голосом парировал человек.

Служба внутренней безопасности Испытания! Вот кто они. Люди, в чьи задачи входит контроль за порядком внутри Пограничного Дворца. Я всегда считал их лишь атрибутом истории, пережитком прошлого, в ком больше нет необходимости. Кому придет в голову посягнуть на святая святых города? Лишь на заре становления Испытания были случаи несанкционированного проникновения во Дворец. Вроде бы даже один из этапов пришлось переносить, так как вандалы порядком попортили оборудование. Но все это было много лет назад.

— Я могу идти сам. — Попытался добиться хотя бы небольшой свободы.

Ответа не последовало.

Меня вкатили в лифт. Спуск продолжался гораздо дольше, чем подъем — тот самый, после торжественного распределения. Я не мог ошибиться. Значит, опустились ниже уровня улиц. Именно тут должны располагаться основные вычислительные мощности Испытания. Здесь находится электронный мозг, в четыре смены обслуживаемый операторами — лучшими программистами и администраторами Новой Москвы.

Очень странно осознавать, что вся их работа сводится к созданию видимости игры.

Мы миновали несколько пустых коридоров. Интересно, тут все время так пустынно, или это из-за меня всех разогнали? Кругом лишь строгий зеленоватый пластик, освещаемый вертикальными светильниками, встроенными в стены. Даже глазу не за что зацепиться. Иногда на гладких стенах проскакивают очертания плотно закрытых дверей. Никаких обозначений, даже дверных ручек нет. Как они тут вообще ориентируются?

Путешествие закончилось перед одной из таких ничем не примечательных дверей. По всей видимости, управление ими осуществлялось исключительно дистанционно. Стоило нам остановиться, как дверь бесшумно скользнула в сторону. Меня вкатили внутрь тускло освещенной комнаты и оставили в одиночестве.

— Ожидайте… — проговорил человек, выходя в коридор.

Дверь за ним закрылась.

Некоторое время ничего не происходило, а затем поверхность, на которой я лежал, вздрогнула и начала опускаться. Не прошло и нескольких секунд, как разом исчезли стягивающие меня ремни. Свобода! В замкнутом кубе.

Поднявшись, первым делом прошел к двери, попытался ее открыть. Глупо и безрезультатно. С внезапно навалившимся отчаянием дважды саданул кулаками по гладкой пластиковой поверхности. Звук разошелся в стороны, но быстро угас.

Отлично! Меня даже никто не слышит. Как в старых лечебницах для душевнобольных, когда особенно буйных закрывали в изоляторах с мягкими, звуконепроницаемыми стенами. В моем случае, стены не мягкие, но ощущение изолированности налицо. Они что, боятся меня? Ерунда какая. А если хотят от чего-то защитить, то выбрали странный способ.

"… связанных с опасностью здоровью испытуемого…" — так он сказал.

Что грозит моему здоровью? Пока только простуда — пол сильно холодит босые ступни, а даже присесть негде. От каталки не осталось ничего, кроме прямоугольного контура на полу. В любом случае, все дело наверняка в тех знаниях, что открыла мне Эша. Ничего другого просто не приходит в голову. Значит ли это, что она во всем права, а Координаторы опасаются утечки информации? Если так, то собственное будущее расплывается чернильными кляксами. Меня отсюда могут просто не выпустить.

В горле возник горький комок.

А ведь и мысли не допускал, что при первом же удобном случае могут вытащить из игры. И ведь нашли время! Сделали бы это, когда стоял и в бинокль смотрел на безымянный город. Но не древний, а брата-близнеца Новой Москвы. Злость на Координаторов, на Службу безопасности, на себя самого заставила снова броситься на дверь. Молотил по ней, не чувствуя боли в руках.

По голове точно пудовым молотом заехали — они же просто не видели Эшу. Я не снимал очков. Значит, с точки зрения Координаторов, рядом со мной не было никого, кроме тех злосчастных демонов. А если бы даже и видели? Что бы это изменило? Кто она для них? А кто она для меня?..

Я сполз по стене. Как было легко, когда мир четко делился надвое: реальность и виртуальность. Как стало сложно теперь. Но надо отсюда выбираться. Любыми способами. Возможно, не все еще потеряно…

Надо же, всего за несколько дней успел отвыкнуть от стерильного воздуха, который циркулирует внутри города. Никаких тебе запахов. Никакой жизни. Точно вдыхаешь тот самый пластик, который где только ни используется. Точно сам становишься каким-то пластиковым… ненастоящим.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем дверь снова открылась. Я успел закоченеть, успел передумать множество мыслей, отчасти перебеситься. Изнутри глодало чувство вины — в сущности, бросил Эшу на съедение демоническим тварям. Испустил дух там, где обязан был пройти с легкостью. Но если теперь выесть себе этим мозг — никому лучше не станет. Я вернусь в игру. Обязательно вернусь! И на то самое место, где попали в засаду. Если Эша все еще жива — найду ее.

— Здравствуй, юный гражданин.

Он говорил тихо, точно шептал.

Я вскинулся, вскочил на ноги и тут же снова чуть было не повалился на пол — ноги успели порядком онеметь.

Координатор занимал весь дверной проем. Я даже не услышал, как он появился. Высокий, довольно широк в плечах — вот и все, что можно о нем сказать. Все тело скрыто под свободной тогой черного цвета, на голову накинут капюшон. Он стоял неподвижно. Ни одна складка не шелохнется на одежде.

— Приветствую вас, — чуть склонился я.

— Понимаешь ли ты, по какой причине оказался здесь?

— Нет.

— Как чувствуешь себя?

— Замерз. В остальном — хорошо. Я могу вернуться к Испытанию?

— Разумеется, — он ненадолго замолчал.

Мой изолятор мгновенно преобразился. Из стен и пола выехали две лавки и стол. Почти бесшумно. И какого не сделать этого раньше?!

Я сжал зубы, но постарался, чтобы на лице не отразилось ни капли эмоций.

— Присядем, — сказал Координатор, указав рукой на одну из лавок.

Я сел, он расположился напротив.

И как только он умудряется постоянно скрывать лицо? Как ни повернется — а все в тени находится.

В центре стола стоял прямоугольный металлический сосуд, плотно закрытый; а также пара предметов, напоминающих обычные чашки.

"Чай пить будем, что ли?"

— Угощайся, — точно уловив мой вопрос, предложил Координатор.

Прямоугольный сосуд оказался всего лишь термосом. И он, и чашки установлены в специальные углубления с фиксаторами — не расплескаются и не упадут, если вдруг столешница сильно вздрогнет.

Я разлил содержимое термоса по чашкам. Изолятор наполнился запахом кофе. В желудке у меня тут же заурчало.

"Когда ел в последний раз?"

— Что ты думаешь об Испытании? — спросил Координатор.

Я мог поклясться, что он изучает меня взглядом, следит за малейшей реакцией. Но что ожидает услышать? Что, если от каждого участника Испытания они получают не только видео, но и аудиосигнал? Что, если слышали рассказы Эши? Тогда отпираться глупо.

— Испытание — способ проверить нашу готовность к жизни полноценным гражданином. Лишь попав в экстремальную ситуацию, человек способен по-настоящему проявить себя.

— Нет-нет. — Координатор чуть заметно мотнул головой. — Все это слова, которые ты слышал на уроках. Мне нужны твои собственные выводы.

— Мне было интересно! — выпалил я. — Кроме того, пройтись по земле, так похожей на ту, что пришлось покинуть нашим предкам, волнительно само по себе. Ну и каждый из нас действительно раскрывается собой настоящим. Хотя это и не всегда приятное открытие.

— Все так… — Похоже, мой ответ его вполне устроил. — Ты даже представить себе не можешь, насколько каждый из вас раскрывается…

Я напрягся, скосил глаза в сторону все еще раскрытой двери. Можно попытаться выскочить. Вряд ли он сможет меня перехватить. Но что потом? Куда бежать?

Отхлебнув горьковатого напитка, я молча уставился на собеседника.

— Некоторые показывают себя отличными торговцами, — продолжил Координатор. — Другие проявляют склонность к более суровым областям деятельности. Но встречаются и такие, кто способен создавать миры.

До меня не сразу дошел смысл его слов.

— Какие миры?

— Любые. В сущности, каждый из участников Испытания — отчасти создатель. Но большинство инициализируют выполнение лишь строго регламентированных алгоритмов. И лишь единицы манипулируют куда более широким инструментарием. Разумеется, даже не осознавая этого.

— Я не понимаю.

Что за ерунду он говорит?

— Любой участник Испытания является одновременно и игроком, и творцом. В строгих рамках, но все же. Наших вычислительных мощностей не хватило бы на создание полноценного виртуального мира, приближенного к реальному…

Меня обдало холодом. Неужели сейчас все расскажет?

— … потому мир создаете вы сами.

Я сидел, не в силах произнести и слово.

— Каждый ваш шаг за пределы один раз изведанных земель запускает процесс генерации. Процесс сложен, и тебе нет необходимости знать его тонкости. Для тебя важно понять одно: генерация базируется на личностных качествах игрока. На его настроении, на его стремлениях. Один раз сгенерированные, области остаются неизменными до конца Испытания. Разумеется, они становятся доступными для всех остальных игроков. Создание сюжетных линий и сопутствующих им персонажей и чудовищ — уже наша работа. Тех, кто обеспечивает функционирование проекта в целом. Мы всего лишь заселяем тот дом, который строите все вы.

Я сделал еще один глоток, но вкуса кофе не почувствовал. Ощущение, точно мозг закипает. Не слишком ли много версий происходящего в игрушке?

— Зачем все эти сложности? — выдавил неожиданно охрипшим голосом.

— Некоторые сложности присутствуют, не без этого. Но они позволяют значительно сэкономить вычислительные ресурсы и не раздувать штат разработчиков Испытания. В противном случае, весь город только бы и работал на поддержание игры.

— Вы говорили о тех, кто способен создавать миры…

— Да. Таких, как я. Как любой из Координаторов и многие из персонала поддержки. Таких, как ты.

— Я ничего…

Слова застряли в горле. Не может быть!

— Не осознавая того сам, ты запустил процедуры создания персонажей и чудовищ. Так называемых фантомных объектов, не предусмотренных нами.

— Нет. Как?

— Скажем так: ты этого очень хотел. Хотел поверить в реальность происходящего. Знаю — это звучит фантастически.

— Это звучит, как бред…

Я вздрогнул от собственных слов. Никому не дозволялось разговаривать с Координатором в подобном ключе. Но тот, похоже, не придал услышанному особого внимания.

— Более бредово, чем магия и демоны в реальном мире?

Показалось, или в его голосе прозвучала насмешка?

"Все бред, но с тем я уже успел ужиться".

Значит, они все слышали. С другой стороны, если Эша всего лишь плод моего воображения, то и видели.

Нет, она не может быть фантомом! Я будто наяву ощутил на пальцах тепло ее тела. Как вообще можно придумать другого человека? К тому же так детально…

— Полагаю, тебе надо осознать услышанное.

— А что теперь?

— Теперь? Ничего. Ты продолжишь прохождение Испытания. Но теперь с новыми знаниями. Скажем так — у тебя будет небольшое преимущество перед остальными игроками. Рекомендую им воспользоваться. Но тебя не просто так привели сюда.

— Привезли, — не сдержался я.

— Привезли. В твоих способностях кроется не только преимущество, но и опасность. Не для других — для тебя самого. Твой разум уже находился на грани, из-за которой мы не сумели бы тебя вытащить. Ты начал воспринимать игру как реальность. Еще немного — и ты бы не захотел возвращаться. А это верная смерть. И здесь, и там.

— Но… — я собрался с духом выдать то, что хотел. — Я видел город. Видел силовые щиты и пулеметные башни. Видел…

— Ты видел то, что хотел, — голос Координатора звучал бесстрастно. — И город действительно появился. Но сейчас он пуст. Если хватит сил — попробуй, доберись до него. Твое видение — что-то вроде яркой вывески, муляжа. Внутри нет ничего. Пока нет. Быть может, в секторе поддержки не станут вмешиваться и все оставят, как есть. Но, скорее всего, каким-либо образом обыграют эту странность и проложат сюжетные нити к твоему городу.

— Как такое возможно?

— Узнаешь со временем. Но прежде ты должен завершить прохождение Испытания. Как и все прочие. Но помни: твой разум податлив. Он обладает повышенной восприимчивостью к окружающим тебя образам. В следующий раз мы можем не успеть вытащить тебя. Надеюсь, ты не слишком торопишься умереть? По-настоящему. Без возможности воскрешения.

— Не тороплюсь, — буркнул я.

— Надеюсь, ты прислушаешься к моим словам. Обдумаешь их и сделаешь верные выводы, а по истечении Испытания мы поговорим о твоем назначении. Полагаю, работа в команде поддержки тебя заинтересует.

— Почему мы не выходим за стены? Там высокое небо и живой воздух. Что нас сдерживает?

— Очаги заражения. Эпидемия все еще не сгинула окончательно. Кроме того, ее возбудитель мутировал. Слишком велика опасность повторного заражения. И ты не прав. Мы ходим за стены. Работы вне городов ведутся постоянно. Тебе надо отдохнуть. Ты слишком погрузился в собственную историю. Это недопустимо.

— Я не устал! — поспешил заявить я.

— Разумеется. Физически ты уже восстановился. Но твой разум все еще блуждает в созданном тобою же мире. Сегодня ты пробудешь здесь. Завтра посмотрим. Я не имею морального права отправлять тебя в Испытание, не убедившись в твоей эмоциональной стабильности. Это будет дорога в один конец.

Лишь огромным усилием воли я заставил себя кивнуть. Лучше переждать день, чем вовсе не получить доступа к игре. Реальная она или нет, но закончить Испытание необходимо. Как же сложно воспринимать новую версию! Не будь Эши, наверняка бы не придал ей большого значения. Но теперь сжиться с мыслью, что девчонка — всего лишь мираж, кажется делом совершенно невозможным.

В голове стало тесно от мечущихся в ней мыслей и версий.

— Отдыхай. — Координатор поднялся из-за стола. — Скоро за тобой придут, чтобы провести некоторые исследования. А потом у тебя будет встреча с родителями. Пообщайтесь, пройдитесь. Считай, что у тебя выходной. Завтра посмотрим на твое самочувствие.

— Да, Координатор.

Он уже стоял в дверном проеме, когда я решился задать последний вопрос. Тот, что интересовал не только меня.

— Почему вы скрываете свое лицо?

Фигура в просторной тоге замерла.

— Думаешь, под капюшоном скрывается монстр? — спросил он, не оборачиваясь.

— Нет. Просто… не пойму зачем.

Вместо ответа он поднял руки и откинул капюшон, затем повернулся ко мне. Обычный человек, разве что бледнее обычного. Да и где тут загорать? Лицо строгое, с отчетливыми скулами и довольно большим острым носом, темные глаза глубоко посажены, смотрят внимательно.

— Капюшон — это традиция, — проговорил Координатор. — Первые из нас выбирались тайным голосованием лишь на время проведения Испытания. Они должны были сохранять полную непредвзятость и скрывать лица. Никакого давления извне. Впоследствии, с развитием игры, на роль Координаторов стали отбирать людей, способных манипулировать потоками информации внутри системы Испытания. Но традиция осталась. Я ответил на твой вопрос?

— Да. Спасибо и извините.

Он кивнул, накинул капюшон и вышел. Дверь за ним закрылась.

Многого нам, оказывается, не рассказывали. Кем только Координаторов ни представляли, чего только о них ни рассказывали. И что мутанты они, заболевшие во времена эпидемии, но выжившие, поборовшие болезнь. И что наполовину машины, с компьютерами в голове. Доходило и до вообще несуразных предположений, что они вроде живых мертвецов, которые по ночам бродят по улицам города и нападают на зазевавшихся прохожих. А взрослые только улыбались и плечами пожимали — не знаем, мол. Все знают, только нас подначивают.

Я допил остывший кофе, когда дверь снова открылась.

* * *

Вам когда-нибудь приходилось улыбаться и вообще вести себя расслабленно и всячески показывать, что вы целиком и полностью довольны происходящим вокруг? Но с одной оговоркой — делать это не искренне, а потому что так надо. Ранее притворяться мне не приходилось. И самым сложным оказалось даже не тестирование, которое я прошел после ухода Координатора (провода, датчики, вопросы и писк компьютеров затянулись не менее чем на час), а общение с родителями. Не знаю, что им сказали, но выглядели они очень обеспокоенными. Шутка ли — прервать Испытание.

Поначалу, еще сидя в изоляторе, я хотел задать им кучу вопросов. Но потом не задал ни одного. Не знаю почему. Возможно, изнутри грызла обида: не рассказали всего, скрывали, отмалчивались. Очень не хотелось думать, что вся эта завеса таинственности прячет за собой какую-то глубинную цель.

Даже прогулка на свежем воздухе не разгрузила голову. Мы общались, смеялись, родители поделились воспоминаниями о своем Испытании. Странно, но их воспоминания оказались отрывочными и блеклыми. Насколько игра занимала мое воображение, насколько я стремился в нее вернуться, настолько же они относились к ней холодно. Пройденный этап, далекий и далеко не самый яркий. Неужели у нас настолько разное восприятие? Или Испытание в действительности лишь небольшой этап в жизни, не стоящий эмоций и воспоминаний? Сейчас в это сложно поверить. Да что там — просто невозможно.

Они рассказывали о доме, о соседях, какие-то последние новости. И вся эта информация текла мимо меня. Я вроде бы и слышал все, кивал и задавал вопросы, но потом, когда снова расстались в парке у Пограничного Дворца, не помнил ровным счетом ничего. Рядом прогуливались люди, слышались голоса неторопливых бесед, приглушенный смех — жизнь струилась своим чередом, но почему-то огибала меня. Точно я до сих пор оставался там, в виртуальной или настоящей реальности, но за стенами.

Не знаю, заметили ли родители мою рассеянность, отвечал ли я всегда впопад. Это же неправильно. Четыре дня Испытания, а я хожу, точно мешком пришибленный. Определенно, доля правды в словах Координатора есть. Пока не знаю, велика ли эта доля, но игра меня действительно затянула. И сильно.

Потом было еще одно обследование — снова вопросы, снова писк компьютеров и электроды на голове. Были какие-то инъекции, от которых немного затуманилось сознание, а тело приобрело странную легкость. Не идешь — а плывешь. Краски вокруг сделались яркими, а очертания предметов немного расплылись и подрагивали. Не скрою — ощущения приятные. Вроде алкогольного опьянения, но мягче, воздушнее. Я спрашивал о результатах обследования, но мне их не открыли. Отмахивались в сторону некой комиссии, которая и вынесет заключительный вердикт по моему дальнейшему участию в Испытании.

Настаивать не было никаких сил. Полусон-полуявь, медленная и тягучая.

В изолятор меня больше не отправляли. Пока ожидал вердикта, разместился в тесной, но вполне комфортабельной комнате с большим аквариумом во всю стену, какой-то хитрой подсветкой и звучащей под потолком спокойной музыкой. Прямо место для релакса. Благо и кресло с массажем имеется. Сиди — отдыхай головой. Но даже в условиях полной расслабленности мыслями то и дело возвращался к Эше.

Жаль, если она окажется всего лишь компьютерным персонажем. В любом случае жаль.

Я на мгновение закрыл глаза, а когда снова открыл, рядом возвышалась фигура Координатора. Я что, уснул?

— Комиссия вынесла вердикт, — проговорил он лишенным выражения голосом.

И не понять — тот же это Координатор, что навещал меня в изоляторе, или другой?

— И каков он?

Попытка приподняться в кресле провалилась. Тело окончательно обмякло и не подчинялось. Что они мне вкололи?

— Твоя психика нестабильна. Имеется тенденция к отрицанию объективной реальности. Опасная тенденция. Вывод: не готов для Испытания. Требуется реабилитация. Срок реабилитации не определен. Пока — пять дней, а дальше по состоянию.

Некоторое время я молча смотрел на него и только моргал.

"Пять дней, пять дней…" — билось в голове.

Я же не ослышался?

— Но это не честно! — наконец выдавил из себя. — Мне ни за что не догнать остальных!

— Насколько нам известно, у тебя есть некоторый бонус перед оппонентами. Кстати, как тебе удалось его заполучить, до сих пор непонятно. Возможность взять мультикласс находится в разработке и закрыта в текущей версии Испытания. Быть может, случился какой-то сбой, а твои способности позволили тебе воспользоваться открывшейся возможностью. Возможно, проблема куда глубже, вплоть до саботажа… Но не забивай себе голову. Что есть — то есть. Мы не станем лишать тебя второго класса.

— Я готов к Испытанию! — Мне удалось подняться, но ноги все еще норовили подогнуться. — Сейчас решается моя судьба, мое будущее. — Я замолчал, собираясь с мыслями и подбирая правильные слова, но слова ускользали, потому продолжил так, как получилось. — Позвольте мне самому решать свою судьбу.

— Опасная тенденция к отрицанию реальности… — напомнил Координатор.

— Всего лишь тенденция.

— Ты сильно рискуешь, юный гражданин.

— Но риск оправдан, разве не так? В случае успешного прохождения Испытания я получу возможность работать в Пограничном Дворце.

— Если захочешь.

— Хочу.

— Я ожидал подобного ответа, — Координатор помолчал. — Последнее слово за мной. И оно будет таким: я позволю тебе вернуться в игру сейчас же. В тебе есть потенциал, а теперь к тому же ты обладаешь закрытой информацией. Не распускай относительно нее язык. Тебе нужна практика, нужно понять механизм управления Испытанием. Если сумеешь сделать это самостоятельно, займешь место среди Координаторов. Поверь, это очень хорошие деньги. И статус.

— Разве Координаторы не живут аскетами?

— Традиции не всегда отражают суть вещей. Иногда они лишь таинственная вывеска.

— Значит, я могу вернуться в игровой зал?

— Только приди в себя. Я пришлю за тобой. Отдыхай. У тебя есть час.

Он ушел, а я снова рухнул в кресло. Голова кружилась, а сердце чуть не под самым горлом билось. Мне не придется ждать! Я могу продолжить Испытание! А ведь уже и не надеялся, что Координатор даст добро. Интересно, почему нет страха перед опасностью застрять в игре? До сих пор не верю, что испытание — это игра? Или настолько уверен в собственных силах? Или все дело в инъекции, которая до сих пор кружит голову и тормозит мысли?

Плевать! Главное, что могу вернуться. Со всем остальным разберусь на месте.

Глава 2. Возвращение

Знакомое ощущение полета сменилось неподвижностью. Я лежал и смотрел в небо. Высоко над головой плыли редкие облака, скрывая за собой яркие точки звезд. Где-то за переплетениями чуть дрожащих ветвей виднелась луна.

Где я? Уж точно не в доме мастера-лекаря.

Лица касались порывы теплого ветра. Рядом потрескивал костер. Я повернул к нему голову и увидел Эшу. Она сидела боком ко мне. Спит? Голова опущена на сложенные на коленях руки, растрепанные волосы упали на лицо. Косички она расплела. И без того рыжие, волосы отливают яркой медью, почти горят.

Очень хотелась ее разбудить, обнять, удостовериться, что девчонка живая, настоящая, а никакая не иллюзия, каким-то образом созданная моим сознанием.

Попытался шелохнуть рукой — та поддалась без проблем. Вроде в теле никаких неприятных ощущений — ничего такого, что бы намекнуло на полученное недавно ранение. Странно — Эша не смогла бы меня вылечить. Какой тогда вывод?

Я приподнялся на локтях. Голова! Она оставалась тяжеловатой. Там, в области затылка, немного пульсировало. Что ж — хоть удар действительно был, а не показался.

Очки все еще на мне. Но есть ли в них смысл? Если прав Координатор, то смысла нет никакого. Если права Эша, то вроде бы тоже нет смысла — не очень-то они помогают. Координатор явно в курсе происходящего рядом со мной. Но, с другой стороны, — он не обмолвился ни о чем конкретном. Почему? Не посчитал нужным? Хотят и дальше наблюдать за представлением, отпустив его, то есть меня, в свободное плавание?

Прикинув так и эдак, решил пока не избавляться от подарка девчонки. Очки сидят отлично и не мешают — ну вот и пусть.

Тишины вокруг нет. Потрескивание сверчков и кузнечиков, далекое кваканье лягушек, но главное — хриплое переругивание каких-то тварей. Хриплое, без слов, одними рыками. Не особенно таятся, шастают где-то в стороне, не у самого круга света — дальше.

— Эша… — позвал шепотом, усаживаясь на колени.

Не напугать бы.

Девчонка вздрогнула, но головы не подняла.

— Эша… — позвал громче.

Она вскинулась, точно от удара. В руки скользнуло ружье, до того лежащее рядом, на земле. Еще мгновение — и черное дуло уставилось мне прямиком в лоб.

— Ты чего? — Развел в руки в стороны, показывая, что не собираюсь причинить ей вреда.

— Как зовут моего отца?

В ее голосе звучало напряжение. В таком состоянии действительно выстрелить может.

— Алексей…

— Полное имя!

— Чего? Какое полное? Он сам сказал — без отчеств и прочего.

Что тут произошло, пока меня не было? Ее будто подменили.

Эша неуверенно опустила винтовку.

— Это действительно ты? — Напряжение из ее голоса не исчезло, но сам тон стал более мягким.

— А на кого я похож?

На всякий случай осмотрелся — вроде ничего не изменилось: та же броня, тот же меч в ножнах на боку. Или что-то не то с лицом?

— Прости, — она попыталась улыбнуться. — Просто… мало ли. Ты исчез внезапно. Я подумала, что вместо тебя может появиться кто-то другой.

— Другой? — Ну да, она же говорила о том, что мое тело здесь — всего лишь оболочка, вроде доспеха, которым, в сущности, может управлять любой. — А ты — это ты? Как меня зовут?

Она нахмурилась.

— Ну, вдруг ты всего лишь плод моего воображения, который в мое отсутствие стал кем-то другим.

Эша смотрела на меня, как на идиота.

— Райн.

Я медленно поднялся, шагнул к ней. Она не отступила, но тут же ее глаза расширились.

— Я что, уснула? Ты меня разбудил?!

— Не знаю. Может, и задремала немного.

— Дура! Нас могли бы на кости растащить, а я бы даже ухом не повела.

— Успокойся, — проговорил мягко. — И вообще… я боялся, что тебя больше нет.

Девчонка уставилась на меня. Лицо растерянное.

Поддавшись порыву, крепко обнял ее. Винтовка упала к ногам. Руки Эши сомкнулись на моей спине.

— Не думала, что ты вернешься, — проговорила она.

Так мы простояли с минуту. А возможно, и больше.

Не может она быть фантомом. Неужели в действительности можно настолько обмануть органы чувств? Не какой-то один, а все разом.

Эша тихонько вздрогнула, затем еще раз и еще. Послышались приглушенные всхлипы.

— Ты чего? — Я заглянул ей в лицо, провел пальцами по щекам, ставшим мокрыми от слез.

— Дым от костра, — улыбнулась она. — Все хорошо.

— Мокрые дрова?

— Ага. Не успела сухих набрать.

— Стоп! — Я обернулся по сторонам. — А ничего, что мы с огнем сидим?

— Плохо, конечно, — вздохнула та. — Но у меня не осталось сил сидеть без огня. Очень замерзла.

Вроде и не холодно на улице. Ветер есть, но не пронизывает.

— Я поставила несколько защитных знаков, — поспешила оправдаться девчонка. — По крайней мере, предупредят.

Она смотрела на меня снизу вверх. В огромных глазах плясало пламя.

Ее губы были мягкими, как и при нашем первом поцелуе — там, в палатке. Эша привстала на цыпочки и зажмурилась.

В голове у меня зашумело, а внизу живота стало тесно. Даже не сразу сообразил, что ее руки вдруг уперлись мне в грудь.

— Не сейчас и не здесь, — прошептала она неровным голосом. Ее взгляд нет-нет, а метался в темноту, за пределы светового пятна. Беспокоится о тех, кто там рычит?

Я с сожалением и нежеланием оторвался от нее.

— Тогда рассказывай, что произошло. Мне надо отвлечь голову, — нарочито громко щелкнул зубами перед ее носом.

Девчонка отпрянула, засмеялась.

— У меня есть немного вяленого мяса. Будешь? Меня есть нельзя.

— Да нет пока. Вроде сытый.

Пробежался глазами по интерактивному интерфейсу, активизировал вкладку параметров.

Класс: паладин / демонолог

Текущий уровень: 18

Сила: 116

Ловкость: 13

Мудрость: 75

Интеллект: 7

Телосложение: 78

Здоровье: 1014

Exp: 219650 / 268000

70 Z-кристаллов

72217 серебряных монет

Пока вроде все в порядке, никаких изменений.

— Ты сам что помнишь? — спросила Эша, снова усаживаясь к костру.

— Мы попали в засаду. Чуть деревом не задавило. Какие-то гнойные демоны повыскакивали, а потом меня кто-то ударил по голове. Вот и все.

Эша задумалась, теребя в руке травинку. Вторая рука была плотно забинтована — только кончики пальцев торчат. И как я сразу не заметил?

— Тебя никто не бил… по крайней мере, насколько видела я. Ты отбросил нескольких, накинул на себя какие-то ауры, а потом просто упал.

— Значит, кто-то что-то метнул сзади, — предположил я. Хотя глупость — вряд ли бы пробили мою защиту всего одним ударом. Разве что бил кто-то очень неслабый. — Что у тебя с рукой?

— Пыталась твой меч подобрать, — усмехнулась та. — Демонический. Дура, совсем забыла, что к нему нельзя прикасаться.

— Не наговаривай на себя! Сильно обожглась? Погоди…

Вы использовали способность "Лечение"

Целью выбрал Эшу.

— Так лучше, — улыбнулась она.

— Покажи.

Девчонка осторожно, морщась и шипя сквозь зубы, размотала пропитавшиеся кровью бинты. На коже осталось несколько еле заметных шрамов. Да и те исчезали буквально на глазах.

Магия! Как мне ее не хватало там, в стенах Пограничного Дворца.

Пробежал глазами список имеющихся способностей.

Усиленный удар

Круг пламенного гнева

Лечение

Прорыв

Аура физического отражения

Клинок света

Щит света

Аура скорости

Аура магического отражения

Крылья ангела

Белый ветер

Клетка

Аркан

Просека

Бес-прихвостень

Выхлоп темной материи

Гомункул

Открытые раны

Ядовитый туман

Кровавая хватка

Жертва

Внушительный список вышел. И ведь он еще не полный — пара-тройка плюшек "висит" на предметах инвентаря. Но с ними разберусь позже.

— И что потом? — спросил Эшу.

— А ничего, — развела та руками. — Они больше не нападали. Покружились рядом, поогрызались — и исчезли в лесу.

— А смысл было устраивать засаду?

— Ты еще не понял?

— Есть мысли, но лучше сначала тебя послушаю.

— Это нападение — отвлекающий маневр. Тебя отключили из города. Но сделать это просто так, похоже, не могли. Необходимо было, чтобы ты ввязался в схватку. Почему — не знаю.

Весьма похоже на правду. Я поначалу думал, что для принудительного возврата в игровую комнату мне надо было умереть здесь. Но тогда бы тело перенеслось в Жердево. Раз не перенеслось — значит, получил максимум — ранение. Ладно, чего сейчас голову ломать? Но прислушиваться к своим ощущениям надо внимательнее. Прана там или управление какими-то алгоритмами — суть одна. Так или иначе, но до правды докопаюсь.

Я просмотрел список своих умений.

Ускоренное обучение (новичок)

Использование длинных клинков (новичок)

Регенерация здоровья (новичок)

Белая магия (новичок)

Оружейник (новичок)

Ускоренное восстановление способностей и заклинаний (новичок)

Усиление способностей и заклинаний (новичок)

Усиленная белая магия (новичок)

Знание монстров (новичок)

Длительность способностей и заклинаний (новичок)

Двурукий (новичок)

Живучесть (новичок)

Демонология (новичок)

Черная магия (новичок)

Магия крови (новичок)

Усиленная черная магия (новичок)

Усиленная магия крови (новичок)

Усиленная демонология (новичок)

Кругом новичок, куда ни плюнь.

— А где мы сейчас? — спросил Эшу.

— Почти там, где и были, — вздохнула она. — Не хотела тебя оставлять, а ехать с бесчувственным телом на квадроцикле оказалось очень непросто. В конце концов, остановилась и села ждать.

— А если бы я не очнулся?

Девчонка только плечами пожала.

— Кто наши соседи?

— Падальщики. Помнишь, сопровождали нас всю дорогу, пока к Водному клану ехали?

— Конечно. Только я их не рассмотрел.

— Думаю, насмотришься еще. Они огня боятся, потому пока не подходят. Не знаю, утерпят ли. Если их много — наверняка попробуют напасть.

— Ничего. Где наша не пропадала? Справимся. Теперь обязательно справимся.

Эша улыбнулась и кивнула.

Я просмотрел остатки информации о себе.

Малые умения:

Каменная кожа (3/3)

Демоническая стойкость (1/1)

Стойкость к черной магии(1/1)

Стойкость к магии огня(1/1)

Пожалуй, в этом направлении и буду пока двигаться. Укреплюсь, как следует. А то что-то все так выходит, что постоянно приходится лезть на рожон. Сам виноват, чего уж говорить. Но обезопаситься следует.

Что еще?

Достижения:

Лояльность местных (5/5)

Первое убийство

Первое убийство человека

Преображение

Первое убийство демонического создания

10 заданий за сутки

Второе место в турнире

Свой клан

Первое задание клана

Общая победа

Перечень не очень большой, да и сейчас продолжает действовать лишь самое первое — лояльность местных, предоставляющая пятидесятипроцентные скидки в лавках мастеров. Остальные висят пустым грузом, за них свое уже получил.

Осталось проверить боевые составляющие.

Физический урон: 248–305

Магический урон: 110–113

Физическая защита: 60 %

Магическая защита: 17 %

Вот с магической — беда. Если бы не малые умения — беда бы превратилась в катастрофу.

Жаль, что потерял щит, — неплохая вещица была. Теперь-то уж нет выбора, какой тактики придерживаться, — оружие в каждую руку и вперед. Жаль, что так и не сумел опознать демонический меч. Штука мощная, можно даже не сомневаться. Одного физического урона — 50–65. А в остальном — пустота. Свитки идентификации оказались бессильны. Обидно. Как бы поскорее вытащить из него всю мощь? Только если возвращаться в Жердево. А пока на этот счет имеются другие планы.

В темноте снова заурчали, заругались. Послышался треск сучьев, звуки борьбы.

— Нас делят? — усмехнулся я.

— Зря смеешься. Если вокруг собралось хотя бы две стаи, их вожаки вполне могут сцепиться. Но нам это только на руку. Возможно, прибьют кого-нибудь из своих, а на том и остановятся.

Говорила Эша уверенно, но поднятого ружья больше не откладывала. Да и в темноту продолжала всматриваться.

— Зачем тебя забирали? — спросила неожиданно для меня.

— Поговорить.

— О чем?

Я даже сразу не нашелся, что сказать. Правду? А почему нет? Если она настоящая, то поймет. А если фантом… Об этом думать не хотелось.

— Предложили свою версию всего этого. — Развел руками.

— Расскажешь?

— Тебе это действительно интересно?

Эша помедлила, затем покачала головой.

— Нет. Но думаю, они пытались перетянуть тебя на свою сторону.

— Вроде того.

— И что ты решил?

Ее глаза остановились на мне.

— То же, что и вчера, — еду с тобой.

Она неуверенно улыбнулась.

— Ты говорила, что первые из вас остались здесь по собственному желанию. Так?

— Да.

— Почему их не сумели выдернуть обратно? Как меня сегодня.

— Они нашли способ прервать контакт с системой Испытания. Не знаю как. Прости. Но в клане знают. Для этого нужна какая-то машина или устройство. А ты что?..

— Не знаю. Пока не знаю.

— Если вдруг изменишь свое решение — скажи мне. Хорошо?

Она смотрела на меня — спокойная внешне, но сжатая в пружину внутренне. Я мог ошибаться, но все равно ей не было.

— Конечно.

Изменять решения я не собирался. Первым делом мы доберемся до места, где Эша обнаружила некий артефакт. Именно она отыскала некие обрывочные письмена, в которых и было указано место захоронения. Именно захоронения — судя по всему, артефакт попытались скрыть или защитить от чего-то, а потому просто завалили толстым слоем земли. Что именно это за артефакт и каково его назначение, Эша ответить не смогла. Или не захотела. Не знаю. Мне показалось, что она что-то скрывает. Недоговаривает. Не доверяет? Вряд ли. Опасается вслух раскрыть некую тайну — это скорее. Я бы на ее месте тоже опасался. Именно поэтому не давил.

Звуки в темноте не прекращались. Напротив, стали еще громче. Если Падальщики кого-то и загрызли из своих, то явно не насытились его бренными останками. Их возня раздражала, заставляла вздрагивать и хвататься за оружие. В конце концов, я не выдержал. Если бы не эти уроды, ночь для меня и Эши могла стать куда приятнее. А так — и не поспать, и друг другом не заняться.

Выбрал пару точек, достаточно удаленных от лагеря.

— Сейчас будет шумно, — сказал Эше.

Вы использовали способность "Белый ветер"

Вы использовали способность "Ядовитый туман"

С одной стороны лес осветился резким белым светом, с другой стороны осталась та же мгла, но вовсе не столь безобидная, как за секунду до того.

Вы использовали способность "В прахе рожденный"

Надо мной и Эшей возник прозрачный купол. Видимость упала, ну и ладно.

На всякий случай — мало ли куда попрут в панике?

Шумно стало. И насколько шумно! Ночь буквально взорвалась десятком пронзительных воплей. Трещало так, будто лес валят дровосеки. Несколько обезумевших теней выскочили на нашу поляну. Заметались, забегали, несколько раз приложившись о невидимую преграду. Я мог рассмотреть только сверкающие глаза и чернильные туши. Быстрые, даже слишком быстрые, чтобы уследить за всеми их перемещениями. Кто-то из монстров рубанул когтистой лапой по преграде — удар тут же отозвался в моем теле неприятной дрожью. Да-да, помню, как корчился на земле демонолог, пытавшийся удержать защиту. Мне же повезло. Падальщики оказались слишком напуганы, слишком сбиты с толку, чтобы попытаться целенаправленно добраться до двоих людей. Столкнувшись с преградой, они откатывались назад, огрызались, а потом бросались прочь.

Рычащее и мечущееся безумие длилось минут десять, а потом резко все стихло. Я еще некоторое время удерживал защитный купол, но затем рискнул снять его. Никто не выскочил из темноты.

— Хорошее решение, — усмехнулась Эша. — Давно надо было так с ними.

Вы получили 2310 exp

Вы получили 1508 серебряных монет

Надо же, кого-то даже убил.

Но сладкой ночи все равно не получилось. Падальщики хоть и разбежались, но уже спустя каких-то полчаса начали возвращаться. Небольшими группами или вовсе поодиночке. Они шныряли вокруг лагеря, но основной их целью стали не мы, а мертвые и покалеченные собратья. Нет-нет, а в темноте раздавался предсмертный хрип умирающей твари и тут же следом — шум оттаскиваемого прочь тела. А некоторые, видимо, самые голодные, приступали к трапезе прямо на месте. И снова слышались звуки схваток за самый вкусный кусок.

В конце концов, я настоял на том, чтобы Эша хоть немного поспала. Девчонка отнекивалась и бодрилась, но все же сдалась. Хоть и ближе к утру. Наказала разбудить ее с первыми лучами солнца. Я пообещал выполнить наказ и разбудил, лишь когда солнечный диск замаячил за деревьями.

— Ты же обещал! — накинулась она на меня. — У нас дорога впереди!

— Зато выспалась, — пожал я плечами. — Было бы лучше, если б свалилась с квадроцикла в дороге?

— Ты не понимаешь! В пустоши нельзя останавливаться, где попало. Мест, пригодных для ночевки, очень мало. Да и те не полностью безопасны. Но в них хотя бы есть шанс дожить до утра. В других местах такого шанса просто нет.

— Зато отдохнула, — усмехнулся я. Забавная она, когда сердится: глаза горят, щеки наливаются румянцем.

Эша только отмахнулась

— Кстати, а где огненный меч? — спросил я. — Искал, а так и не нашел.

— В костре, — буркнула девчонка.

Идиот! Как не догадался? А что — отличное средство для разведения костра в любом месте и при любых погодных условиях. Бросил его перед собой — и уже огонь. Добавил дров, пусть даже сырых, — и вовсе красота.

Я осторожно дотронулся до присыпанной землей рукояти — никакого жара. Точно обычный металл держишь, разве что немного теплый. А ведь живой огонь — весь клинок охвачен пламенем. Какие же ножны для такого чуда нужны? Как его вообще носить? Вроде и тащить с собой тяжело, и бросить жалко. Пока что решил проблему просто — спрятал меч в вещевой мешок. В неожиданной схватке, конечно, долго доставать, но уж ничего не поделать.

Игровой интерфейс мигнул иконкой чата — новое сообщение. Интересно, о чем ребята пишут?

Миха > Райн, ты где был???

Райн > Да тут… не видно на карте?

Миха > Сейчас-то вижу, а вчера пропал. Совсем пропал. Маркера не было.

Райн > Какой-то глюк к коннектом был — вышибло меня. Весь день во Дворце промаялся. Как у вас дела?

Лани > Совсем зазнался?

Райн > Нет. Небольшие трудности у меня.

Лани > В деревню, между прочим, новый мастер прибыл. Ничего не забыл? Вроде как ты хотел чему-то у него научиться…

Точно — забыл!

Продолжение задания с гидрой. Узнать о том, кто направил в Жердево некроманта. Но некромант мертв, и что-либо узнать можно только у трупа. Но прежде придется его поднять. Черная магия во всей красе. Только мне необходимая способность пока неизвестна. И обучить меня ей должен был как раз новый мастер.

Нехорошо получилось. Не уверен, что хочу доводить задание до логического завершения, но соклановцев подставил.

Райн: Лани > Извини. Похоже, я пока отваливаюсь. Давайте без меня.

Лани > Мы и так без тебя!

Обиделась?

Ну, вот как ей скажешь, почему я болтаюсь у черта на рогах? Как им всем скажешь?

Лани > Тоже мне…

Миха > Не ругайтесь. Мы в норме. Ты что-то узнал? Намекнул бы хоть.

Райн > Да так — по мелочи. Ничего серьезного.

Миха > Ну ладно, удачи.

Райн > И вам тоже удачи. Пока.

Я еще некоторое время стоял и следил за окошком чата. Сообщений в нем больше не появилось. Очень хотелось хотя бы намекнуть, что все вокруг может быть вовсе не игрой. А смысл? Собственные мысли враскоряку стоят, так еще и другим их так же ставить? Подумают, что головой тронулся. Я бы так и подумал на их месте. К тому же не давало покоя ощущение постоянной слежки со стороны Координаторов. Наверняка теперь внимания ко мне приковано гораздо больше, чем к остальным игрокам. Какая честь, чтоб ее!

— Что-то случилось? — спросила Эша.

— Да так… Поговорил с народом. Кажется, они в обиде на меня.

— Ты сильно расстроен?

— Немного. Не люблю подводить людей. Зря только ввязался в эти клановые игры. Тоже мне — лидер нашелся.

Девчонка улыбнулась, подошла вплотную.

— Ты странный. — Ее руки легли мне на грудь. — Не перестаешь удивлять меня.

— По-хорошему или по-плохому?

Она усмехнулась и поцеловала меня в губы. Несильно, лишь коснулась и тут же снова отпрянула.

— Как сам думаешь?

— У меня мозги кипят, а ты такие вопросы задаешь.

— Тогда подождем, пока они остынут.

Мы быстро перекусили и отправились в дорогу.

— Нам надо заехать в клан, — сказала Эша, усаживаясь за мной.

— Зачем?

— Заберу бумаги, по которым отыскала артефакт. Думаю, они нам понадобятся. Ну и… хочу проведать своих. Добрались ли?

— Понадобятся для чего?

— Хочу, чтобы ты сам их прочел. Не скажу, что без них ничего не поймешь, но с ними все же лучше. Немного истории, что ли.

— Да-да — сам сделал выводы. Хорошо. Далеко ехать?

— Если дотемна доберемся — будет большой удачей.

Она ткнула меня кулаком в бок.

— Только не разгоняйся, — прокричала уже в ухо.

Ну да, разгонишься тут. Кругом лес — не то чтобы сильно густой, но валежника порядочно встречается, да еще кусты, за которыми ничего не видно. Одно хорошо — деревья живые, а не те голые истуканы, что видел в Каменном лесу.

Дорога оказалась трудной. Тем более что вскоре, недавно чистое, небо затянуло тучами, и пошел дождь. Земля быстро напиталась влагой, раскисла. Спустя примерно час, а то и меньше, мы оба были похожи на глиняных големов — угваздались с ног до головы. Некоторые места в дороге приходилось буквально штурмовать, перетаскивая тяжелую машину через очередной овраг. И снова я возблагодарил игру за дополнительные силу и выносливость.

Часа через три дождь превратился в ливень. Плотные потоки воды обрушивались на наши головы, норовили сбить с ног. Даже дышать стало трудно. Кажется, вздохни глубоко — и захлебнешься. Мы уже не ехали и даже не шли — мы плыли.

И все же лес нам преодолеть удалось. Насквозь пропитавшиеся водой, наконец, выбрались на относительно ровный кусок земли. Где-то впереди виднелись темные очертания — вроде бы горы.

— Держись правее! — прокричала мне Эша.

Поток под ногами ослаб, можно попытаться продолжить путь на квадроцикле. Не все же мне его толкать. Именно в этот момент что-то произошло. Вот девчонка сидит за мной, обнимает за талию — и вот уже ее нет. Я даже не сразу осознал потерю. Проехал метров сто и лишь потом остановился. Что за черт?!

Ни криков, ни всплеска — ничего. Да и самой девчонки нигде нет. Впрочем, попробуй в таком ливне что-то рассмотреть и тем более услышать. Проклиная погоду, бросил квадроцикл и метнулся обратно.

— Эша!

Казалось, собственный голос звучит глухо, точно набрал полный рот воды.

— Эша!

В стороне что-то плюхнулось, подняв столп брызг.

Здесь же неглубоко! Вода едва закрывала щиколотку.

— Эша!

В ответ раздался приглушенный вскрик. Или послышалось?

Я выхватил демонический меч и бросился на звук. Но успел сделать всего пару шагов, когда по ногам что-то хлестко ударило. Точно хлыстом, под самые колени. Но не просто ударило — обхватило ноги и резко дернуло. Меня аж в воздух приподняло, а потом снова бросило на землю. Невидимая сила потянула куда-то прочь.

Мне удалось перевернуться на спину. От ног тянулся какой-то черный хлыст, но кто его тянул — не рассмотреть. Какая-то темная туша мелькала в воде, двигаясь плавными зигзагами. Русло у нее тут что ли?!

Хорошо — при падении не выронил меч. Подпрыгнув на очередной кочке, я умудрился рубануть по стягивающему ноги хлысту.

Безумная гонка оборвалась.

Прокатившись еще несколько метров кубарем, остановился. Хоть немного можно отдышаться.

Что это было?

Вы использовали способность "Аура физического отражения"

Вы использовали способность "Аура скорости"

Вы использовали способность "Аура магического отражения"

Черт его знает, с кем встретился, но немного обезопаситься не помешает.

И снова расслышал приглушенный крик. Проклятый дождь! Ни видимости, ни слышимости. Но уж двигаться наверняка надо в ту сторону, куда меня тянули. Вооружившись не только мечом, но и Ненавидящим жизнь жезлом, бросился в выбранном направлении.

Только бы не ошибиться!

— Эша!

Плевать, что окрик услышит тварь. Главное, чтобы его слышала девчонка. И она услышала. Я все же сбился с верного направления, забрел в какую-то вязкую низину, где ноги чуть не по колено проваливались в грязь.

— Райн!

Ее крик звучал на грани визга. Страх, паника, истерика… Меня будто пинком подбросило. Даже в схватке с демонами Эша сохраняла самоконтроль. Что же с ней происходит теперь? По спине скрежетнуло ржавыми крючьями. Не помня себя от ярости и страха, бросился на выручку. Но вязкая грязь с жадностью цеплялась за ноги, ни в какую не желала выпускать из объятий.

Иконки способностей мерцали, становясь серыми, неактивными. Но стоит остановиться — серость исчезает, хотя и не сразу. Вот она — низкая ловкость.

Остановился, оперся о клинок.

Вы использовали способность "Крылья ангела"

Направление и расстояние выбрал примерно. Лишь бы выбраться из грязевой ловушки. Меня выбросило высоко в серое небо. Дождевые капли еще сильнее забарабанили по лицу. Здесь, оторвавшись от земли, уже не понять — где верх, а где низ. Если бы управлять полетом надо было "вручную" — приземлился бы на голову. Но тело сработало само. Во все стороны брызнули тяжелые брызги, сквозь которые я разглядел нечто куполообразное. Кроваво-коричневого цвета, создание походило на большой, неправильной формы пузырь, диаметром метров пять. За его прозрачной внешней поверхностью отчетливо просматривались внутренние органы.

Амеба!

По крайней мере, очень на нее похожа. Подумаешь, немного большего размера.

И вот эта тварь пыталась поглотить Эшу. Обвитая тугими жгутами, девчонка только и могла, что кричать. Даже не дернешься. Наполовину она уже погрузилась в податливую плоть "амебы".

Успел!

Я дважды выстрелил в чудовищное создание — даже не ранить, а просто отвлечь. Раз промазал, второй раз зацепил. Но своего добился — по телу твари пробежала судорога. Сам же, поскользнувшись, снова грохнулся. Совсем беда с балансом. Ну и ладно — секунду посидеть, дождаться активации иконок. Плевать, что прямо в грязи.

Вы использовали способность "Клинок света"

Вы использовали способность "Щит Света"

Вы использовали способность "Усиленный удар"

А теперь подниматься!

Я заходил на тварь немного в стороне от Эши, чтобы ненароком не задеть последнюю. И, как оказалось, сделал это очень кстати. Навстречу ударил целый сноп упругих жгутов. Откуда только тянутся? Не рассмотреть. Но какая разница? Чего-то подобного я ожидал, а потому подготовился. Пытаться уворачиваться — дохлый номер, снова растянусь в грязи. Уж лучше остановиться, замереть. Ударил, как только почувствовал, что вот-вот окажусь столь же беспомощен, как и спасаемая девчонка.

Вы использовали способность "Круг пламенного гнева"

Жгуты отпрянули с шипящим звуком. Впрочем, возможно, он мне и послышался. Обожженные и потрепанные, они разметались в стороны.

Ничего, это только начало!

Вы использовали способность "Прорыв"

Меня бросило вперед. Несколько глухих хлопков возвестили о попадании по противнику. В каких-то трех метрах от меня заволновалось, забулькало. "Амеба" всколыхнулась и исторгла из себя зловонное облако. Думаю, не будь на улице дождя, я бы наверняка задохнулся. Носоглотку заложило тут же. Больше того — ощущение, точно в лицо плеснули кислотой. Жжение страшное. Лишь падающая с неба вода немного облегчала боль, позволяя дышать хотя бы через раз.

Вы использовали способность "Просека"

Способность почти не принесла результата — вязкая, пропитавшаяся влагой почва поглотила основную убийственную мощь. Да и основной удар ушел в сторону.

Вы использовали способность "Выхлоп темной материи"

Благо, стоял к твари почти вплотную — не промазал. В плоти "амебы" образовалась дымящаяся рана. Субстанция, заполняющая тварь, брызнула наружу, но быстро загустела, запечатывая отверстие.

Ничего…

Вы использовали способность "Открытые раны"

Вы использовали способность "Кровавая хватка"

По плоти создания пробежала сильная судорога. Внутренние органы будто сжались, поплыли к центру. Остатки жгутов бились словно в конвульсиях — то плотно сжимались, то выпрямлялись, пытались меня атаковать. Но с каждой секундой попытки сопротивляться становились все более жалкими и слабыми: слишком много открылось в "амебе" ран. Особенно, насколько я понял, в ее нижней части, где худо-бедно прошла "Просека".

Даже, несмотря на мою неважную устойчивость, повалить они меня так и не сумели. Тактика с минимумом перемещений оказалась очень к месту.

Дело довершил демонический меч. Как оказалось, пламя оставляло в плоти создания раны, которые продолжали "кровоточить" куда дольше, чем те, что мне удалось нанести ранее. И это при условии, что бил далеко не изо всех сил. Скорее — полосовал и колол, ни на мгновение не забывая о сохранении равновесия. Промахивался, но продолжал бить. Количество должно перейти в качество.

Но, прежде чем окончательно разделаться с амебой-переростком, я вытащил из нее Эшу. Даже находясь при смерти, тварь не желала расставаться с добычей. Держала ее столь плотно, будто приклеилось. У меня даже возникло сомнение, что сумею вытащить девчонку, не разделывая тушу ее мучителя. Обретенная в игре сила и несколько удачных ударов мечом заставили создание стать куда сговорчивее. Оно шипело, будто прохудившийся шар, и все пыталось отползти. Не знаю, с какой скоростью оно передвигалось в нормальном состоянии, — сейчас едва ли преодолело пару десятков сантиметров.

Испустив последний вздох, "амеба" издохла.

Вы получили 5500 exp

Вы получили 3205 серебряных монет

Я оттащил Эшу прочь, и мы еще несколько минут полусидели-полулежали в грязи, приходя в себя.

— Кто это был?

— Мы зовем их Плывунами, — прошептала девчонка.

Ее лицо было пунцово-красным, с отчетливыми зеленоватыми точками.

Отравилась?

Вы использовали способность "Лечение"

Но магия не помогла. Единственное — Эша стала немного легче дышать. Но ни краснота, ни точки не исчезли. Трудно дышать было и мне. Заложенная носоглотка будто раздувалась.

Яд! Твою же мать!

Меня, похоже, задело меньше. Но девчонка наверняка порядком "пропиталась", находясь внутри Плывуна.

— Эша, не спи! — я прижал ее к себе, затем встряхнул. Глаза девчонки закрывались, а тело становилось все более беспомощным и все более холодным. — Что делать?! Скажи! Где можно найти противоядие? Эша!

— В клане… — язык ее почти не слушался. Я с большим трудом разбирал слова. — Живые камни. Туда надо…

— Как доехать?! Эша!

Встряхнул ее снова. Зеленые пятна на болезненно раскрасневшейся коже увеличились. В центре каждого появилась набухающая черная точка.

— Держись правее… будет лес… потом вниз и налево…

Она замолчала. Голова упала на грудь.

— Эша!

Я вытащил один из последних лечебных растворов, почти насильно влил его содержимое девчонке в рот. Половина пролилась впустую, но и того, что она проглотила, хватило, чтобы еще немного продержаться в сознании.

— Вдоль вала. Осторожно, не отдаляйся от него и не шуми. Доберешься до реки, пойдешь вверх по течению… — она тяжело вздохнула, поморщилась. — Доберешься до камней — плавают на самой поверхности воды… Место там странное, мимо не пройдешь.

— Ты только не теряй сознание. Хорошо?

Я поднялся, взял ее на руки.

Где оставил квадроцикл?

— Не думала, что встретим Плывуна… Никогда они сюда не заползали.

Она дышала редко, с присвистом.

Вы находитесь под действием неизвестного яда

Время действия неизвестно

Вы получаете серьезные повреждения

Необходима помощь лекаря

Сила: 103

Ловкость: 12

Мудрость: 72

Интеллект: 6

Телосложение: 65

Здоровье: 845

Вот спасибо, а то сам не догадался. С параметрами-то беда. Пока небольшая, но что-то подсказывает, что уменьшение их значений — это только начало. Еще и горло точно в тисках сжимает. Если глотка так и продолжит сужаться, то ни до каких Живых камней мне не добраться.

Спохватившись, бросился к туше гада — надо забрать кусок с собой. Возможно, пригодится для создания противоядия, если доберемся до деревни. Но туши уже не было — плоть расползлась зловонным пятном, быстро размываемым водой.

Вот же зараза!

Квадроцикл нашел спустя несколько минут. Не знаю — то ли все дело в немного ослабевшем дожде, то ли ноги сами меня к нему вынесли. Перед тем как отправиться в дорогу, еще раз использовал на Эшу способность "Лечение". Жаль, что эффект от способности длится совсем недолго, да и сам эффект крайне слабый. Но хоть немного поддерживает ее. Ничего, значит, буду все дорогу лечить.

Я сплюнул густой бело-зеленый сгусток. В горле по-прежнему щипало. Да и лицом будто в крапиве валялся. Собственная кожа тоже побледнела, на ней появились первые зеленые пятна.

Железный конь завелся сразу, точно и не непрекращающийся дождь.

Эша говорила, что надо ехать осторожно, не торопиться, но разве это возможно? Как бы так не случилось, что счет уже идет на минуты. Я усадил девчонку перед собой, поддал газу. Двигатель железного коня взревел, из-под задних колес вылетели фонтаны жидкой грязи — и мы медленно покатили, с каждой секундой набирая скорость. Эшу придерживал одной рукой, второй держал руль. Вполне сносно — ехать можно.

Дождь закончился спустя минут пятнадцать, но земля еще долго оставалась грязным болотом. Только теперь понял, зачем надо держаться правее: по левую руку виднелись ямы, заполненные железобетонными обломками. Издали такой сюрприз и не увидишь, а потом можешь не успеть затормозить. Над ямами курился черный дым. Не знаю, возможно, кто-то там жил. Проверять не стал. Старался держаться ближе к лесу, состоящему из редких чахлых деревьев, порядком побитых жестокой судьбой. Какая-то сила перевила и исказила тонкие стволы, превратила вроде бы обычную листву в подобие иголок. Отдаленно похоже на те мертвые пятна, что расползались вокруг жилищ гулей. И все же тут жизни больше. Я даже пару раз видел очертания каких-то животных. Те провожали нас голодными взглядами, а одно создание даже попыталось преследовать — не догнало.

Куда хуже пришлось с идентификацией указания "потом вниз и налево". Девчонка не сказала, сколько времени или километров до этого "налево". Теперь же на все мои вопросы отвечала лишь мутным взглядом, в котором лишь отдаленно наблюдались проблески сознания. Она умирала, и я ничем не мог ей помочь. Наверное, ей могли бы помочь в Жердево. Но до деревни не один день дороги, да и ее непринадлежность к игрокам… Как бы к ее появлению отнеслись мастера? В любом случае, узнать это мне не светило. Вечер — до Живых камней можно добраться к вечеру. Так она сказала.

Курящиеся ямы по правую сторону вроде бы исчезли. Им на смену пришла длинная каменная гряда. Невысокая, густо поросшая травой. И, о чудо, ландшафт тут действительно начал опускаться. У меня аж от сердца немного отлегло. Кажется, пока с пути не сбился.

Далеко впереди, в небе, увидел черные точки. Штук пять. Вроде бы кружатся на одном месте, а если прикинуть расстояние, то размером каждая из этих точек с меня. А то и больше. Интересно, а нас они видят? Не хотелось бы сейчас оказаться под очередной атакой. И укрыться негде — лес чахлый, да и не пустует; а каменная гряда и того хуже — за исключением редких кусков не дает даже тени.

Вскоре стало понятно, что оправдываются худшие мои опасения. Неведомые летуны так и висели на одном месте, в то время как мы все неотвратимей к ним приближались.

"И чего только забыли там?"

Хуже того — лес начал круто заворачивать влево, к гряде. Повернуть пришлось и мне. Похоже, про это "налево" Эша и говорила. Знать бы, кто караулит здешнее небо? Не хочется с ними встречаться. Отравление не только вызывало плохое самочувствие, но и сильно сказалось на параметрах. Их значения медленно но верно снижались. Неравномерно, но достаточно, чтобы это стало проблемой. Пройдет еще два-три часа, и, если ничего не изменится, я стану не быстрее черепахи и немногим сильнее обычного человека.

Каменную гряду пронизывал правильной формы туннель. Почти идеальная арка, разве что ставшая немного сдавать под напором воды и ветра. Еще не въехав в нее, понял, что вижу перед собой не природное образование. Только теперь гряда раскрылась в своей полной красе: в далеком прошлом она была автомобильной магистралью с множеством мостов и развязок. Вот откуда столь небольшие ее размеры и вот откуда туннель. Последний, к слову сказать, оказался весьма длинным. Метров сто, не меньше. Темный, заваленный ржавыми остовами навсегда оставшихся тут автомобилей. Ранее машины прошлого я видел лишь в виде голопроекций и вот теперь наблюдал вживую. Зрелище угнетало. Похоже, здесь произошла не одна авария. Создавалось впечатление, будто сразу несколько десятков автомобилей на большой скорости въехали в туннель — и столкнулись. Не знаю, что послужило причиной катастрофы, но вряд ли в той мясорубке многие уцелели.

Здесь пришлось сильно снизить скорость. Иногда и вовсе катиться, помогая себе ногами. В некоторых машинах до сих пор сидели их водители и пассажиры. Давно истлевшие, в остатках одежды, все еще стремящиеся покинуть темноту туннеля. Кое-где останки валялись прямо на асфальте. Но эти большей части разорваны на части. Кто-то хорошо попировал в подземной столовой.

Поганое место. Того и гляди кто-то выпрыгнет.

Я на всякий случай повесил на себя защитные ауры, сильнее прижал к себе Эшу. Может быть, защита перейдет и на нее? Сердце гулко билось в груди, каждый вдох — будто мордой в песок. Но то наверняка действие яда. Я и слышать стал хуже, мир вокруг заполнился густым звоном. Хорошо, что все еще не подводит зрение. Надолго ли?

Несколько раз я ловил себя на мысли, что рядом кто-то следует. Крадется в кромешном мраке, высматривает, готовится прыгнуть. Вроде бы вот они: приметный шорох, странный скрежет, невнятное мельтешение в тенях. Спину будто медленно полосуют, сдирая с нее кожу. Хочется ударить по газам, вырваться из этого склепа. Но слишком мало места, слишком тесно.

Они дождались, когда мы доберемся до особенно жестокого завала: здесь столкнулись автобус и большой грузовик, груженный не то песком, не то землей. Последний, обладая огромной массой, буквально разорвал автобус, припечатав его о боковую стену.

Нападавших мне не удалось рассмотреть — только мелькали быстрые тени с горящими алым глазами. Первая же тень ударилась о защитные ауры и откатился, не причинив мне вреда. Но уже следующая полоснула по ноге. Боль заставила вскрикнуть.

Я сорвал демонический меч, притороченный к квадроциклу. Крутанул им над головой, затем с силой вогнал клинок живого огня в пол.

Вы использовали способность "Круг пламенного гнева"

Темнота озарилась яркой вспышкой. Послышались рев и скрежет. Мусор, валявшийся под колесами, шрапнелью раскидало по сторонам.

Нельзя драться! Не сейчас и не тут. Твари, кем бы они ни были, могут банально задавить числом.

Вы использовали способность "Просека"

Несколько созданий, мелькавших впереди, разодрало в кровавые клочья. Остовы автомобилей впереди и по бокам подбросило, с грохотом и пылью приложило об асфальт.

Я крутанул рукоять газа, стараясь как можно быстрее преодолеть открывшийся свободный участок.

Нас преследовали молча. Впрочем, я мог просто не расслышать звуков погони за рокотом двигателя.

Вы использовали способность "Бес-прихвостень"

Может быть, хоть немного задержит тварей.

Вы использовали способность "Ядовитый туман"

Еле-еле успел сам выскочить из расползающегося облака.

Вы использовали способность "Белый ветер"

За спиной сверкнуло нестерпимо-ярким.

И все равно преследователи не отступали. Да, они все еще не могли основательно добраться до нас, но несколько ощутимых рассечений я получил. В основном — по ногам. Ничего серьезного, вот только боль очень отвлекала от управления, а вкупе с отравлением скорость реакции и вовсе снизилась. О каком-либо сопротивлении с моей стороны речи особенно не шло. Разве только отстреливаться — всем, чем можно. В рукопашной схватке сомнут.

Один из преследователей точно нарочно бросился под колеса квадроцикла. Руль буквально вырвало из моих рук — и мы опрокинулись. Счастье, что скорость не очень большая, иначе бы расшиблись в кровавое месиво.

Продолжая прижимать к себе Эшу, я покатился по разбитому асфальту. Самым сложным оказалось даже не удержать ее, а не полоснуть девчонку огненным мечом, который тоже не хотелось терять.

Сверху кто-то прыгнул, пахнуло смрадным дыханием. Я отмахнулся, будто во сне. Очень тяжело. Дыхания нет никакого, грудь горит изнутри.

А ведь почти выскочили. Каких-то полтора десятка метров — и вот она, свобода. Там уж пробуй — лови нас.

По спине саданули когтистыми пальцами, еще раз и еще. Броня выдержала.

Их становилось все больше — худые, болезненные, с огромными головами и круглыми животами. Создания казались беглецами из какой-нибудь лечебницы для душевнобольных. Они завывали, стонали, смеялись. Из их ртов, полных подпиленных гнилых зубов, текла густая слюна.

"Как крыс в ловушку загнали…"

А что если…

Они кусали, царапали, наносили удары. Причем не всегда только руками и ногами — ржавые куски автомобилей тоже шли в ход.

Я снова отмахнулся огненным мечом. С рыком поднялся на ноги. Создания и не подумали испугаться — продолжали атаковать.

Вы использовали способность "Крылья ангела"

Я же могу летать! Могу летать…

Ноги оторвались от пола, а затем меня потащило прочь, к выходу, туда, где мысленно указал точку приземления. Теперь жалел, что выбрал ее в непосредственной близости от выхода из туннеля, но указать другую просто не мог. Ничего — это не прыжок, у меня есть чуть больше минуты свободного полета.

Вернее, было бы больше минуты, если бы летел один. С Эшей на руках время действия способности снизилось вдвое. Ничего — мы дотянем. Дотянем!

Голодные твари следовали по пятам. Забирались на крыши автомобилей и оттуда спрыгивали. Нескольким даже почти удалось зацепиться за нас, но пламя меча отбрасывало "счастливчиков" обратно. Их собратья не церемонились с ранеными — оприходовали их тут же с жадностью умирающих с голоду. Жаль, что на легкую поживу оставались не все. Либо оставшиеся вкусить плоти соседа быстро возвращались — угвазданные кровью, а то и вовсе с куском мяса.

Напрасно я рассчитывал, что они не решатся выбраться за пределы туннеля, — вышли, ничуть не страшась. Разве что немного припадали к земле и щурились.

Хоть плюйся в них.

Вы использовали способность "Выхлоп темной материи"

Черный сгусток ударил в скопление охотников, разлетелся смертоносными брызгами. Твари заверещали, метнулись в стороны.

Ага! Не нравится?

Я успел заметить накрывшую меня тень, но вот среагировать на нее оказалось выше моих сил. На плечи точно бочка упала. Над самым ухом раздался звук — нечто среднее между громким карканьем и поворотом двери на проржавевших петлях.

Мы грохнулись на землю с высоты метров трех.

Вот уж что значит — не везет.

Что еще за напасть?

Их было трое — демоны. Ростом под два метра, широкоплечие, с почти человеческими телами несколько непривычных пропорций, кожистыми крыльями и головами, сидящими сразу на плечах. Выражения искаженных лиц не предвещали ничего хорошего. В маленьких черных глазах полыхала ненависть.

Я прижал к себе Эшу и выставил клинок. Сил не оставалось никаких.

Но они, демоны, не нападали. Стояли и смотрели. Но не на меня, не на девчонку — на огненный меч. Я будто наяву видел, как проворачиваются в их головах неуклюжие шестерни мыслей, как они пытаются сопоставить оружие и его обладателя. Что не так? Человек не может держать меч демонов в руках? А вот времена меняются — может.

Чуть дальше, ближе к туннелю, снова собрались большеголовые уродцы. Им явно очень хотелось добраться до человеческого мяса, но присутствие демонов нарушало все планы.

Один из последних протянул ко мне четырехпалую лапищу, что-то пророкотал.

Пытается говорить?

Я покачал головой, мол — не понимаю.

Демон ощерился, обнажив два ряда желтоватых клыков, загнутых внутрь. Мне даже показалось, что из его рта потянулся серый дымок.

— Откуда? — с огромным трудом произнес он, продолжая указывать на меч.

— В бою добыл, — брякнул первое, что пришло в голову.

Демона аж передернуло всего. Из его горла вырвался низкий рык.

— Врешь!

— Зачем мне это?

— Как его имя?

Кажется, каждое новое слово давалось ему легче предыдущего.

— Он не успел представиться, — нарочито демонстративно пожал я плечами. — Тоже, кстати, крылатый был.

— Я буду иметь твою самку, а ты станешь на это смотреть. А потом я вырву твои глаза и заставлю тебя их сожрать.

При последних словах он наклонился вперед, точно плохо меня видел.

— Попробуй, — усмехнулся я.

Ох, и не просто было раздвинуть губы хотя бы в подобии усмешки. Тело одеревенело и почти не подчинялось. Надо отдохнуть. Хотя бы немного.

Демон было дернулся ухватиться за клинок, но тут же снова отдернул руку. Ему явно очень хотелось завладеть огненным оружием, но что-то мешало.

— Ты голоден? — спросил он неожиданно для меня. Нечеловеческие черты лица изменились. Не могу с полной уверенностью говорить, что они отражали… удивление? Причем очень сильное. Даже шок.

Что такого в этом клинке?

— Нет.

— Значит, я могу забрать их? — Взмах руки в сторону туннеля.

— Они твои.

Губы демона дрогнули, из его груди вырвался усиливающийся рокот.

— Он ждет тебя там, дальше. Мимо не пройдешь.

"Кто ждет?"

Но задать вопроса не успел, да и не стал бы, наверное. Зачем провоцировать к себе лишнее внимание. Возможно, демон думает, что я что-то знаю… Или что-то умею… Ну и пусть так думает.

Между тем троица почти одновременно взмыла в воздух — прямо с места, без разгона или прыжков. А через пару секунд рухнула на оживившихся было обитателей туннеля. Недавние охотники превратились в добычу. Хотя нет — в слабую и беззащитную жертву. Демоны буквально рвали большеголовых на части, упивались их страхом и кровью. Причем двигались настолько быстро, что вернуться обратно, в темное жерло укрытия, удалось едва ли считанным единицам.

Все это время я ожидал, когда закончится пиршество. Зрелище было отвратным, но я надеялся воспользоваться шансом вернуть себе квадроцикл. Без транспорта нам не добраться до Живых каменей вовремя — Эша умрет. Благо, казалось, демоны потеряли к нам всякий интерес. После примерно получасового загула они, отяжелевшие и с головы до ног перемазанные кровью, начали медленно подниматься в небо. На этот раз уже без возврата.

Вы получили 2750 exp

Вы получили 1255 серебряных монет

Похоже, за убитых демонами опыта мне не начислили. А жаль.

Очень не хотелось оставлять девчонку одну, но идти с ней в туннель — замедлить свое передвижение. И без того ноги заплетаются. Усталость немного отступила, но я по-прежнему ощущал себя вареным овощем.

— Я скоро, — на всякий случай сказал Эше.

Может быть, она еще может слышать. Взяв оба меча, двинулся к ожидающей темноте туннеля. Место, где пировали демоны, обошел стороной — слишком грязно, слишком много крови, потом не отмоешься. Надеялся на одно: большеголовые слишком напуганы, чтобы кидаться на нового гостя. К тому же у меня восстановились способности — сумею постоять за себя.

Но схватки не случилось. За мной определенно наблюдали, но ни одна тварь не показалась поблизости. Шуршали в тенях, крались рядом, но не больше. Уже спустя минуты три я с ревом вылетел верхом на железном коне. Сердце бешено колотилось, но проникновение в туннель того стоило. У нас снова есть транспорт!

Эша лежала там же, где я ее и оставил. Кажется, ее кожа полностью позеленела, а черные точки превратились в нарывы. Мое лечение больше не приводило ее в сознание. Да что там — девчонка вообще никак на него не реагировала. Но она все еще жива. Должно быть, ходит по самому краю, но ведь ходит.

И снова в дорогу.

"Тот, кто ожидал меня", вырос под самыми колесами уже за следующим поворотом. Мне пришлось изрядно постараться, чтобы не сбить его. Человек — почти голый, с сильно загорелой кожей и абсолютно лысый. Его тело покрывали многочисленные кровавые разводы. Как я понял совсем скоро, их источниками служили разрезы, которые незнакомец, судя по всему, нанес сам себе. Он стоял, широко раскинув руки и смотря прямо на приближающегося стального монстра, — никак не объехать.

— Ты кто такой?! — заорал я, как только квадроцикл встал. — С дороги!

Человек поднял на меня глаза… Поднял на меня два пустых глазных провала, из которых все еще сочилась кровь.

— Я ждал тебя, — проговорил он спокойным голосом.

В ногах человека была начерчена многоконечная фигура, в вершинах которой разложены какие-то предметы.

— Рад за тебя — дождался. А теперь отойди. Я спешу.

— Тебе не надо спешить. Ты уже на месте.

Наверняка один из тех придурков, что шляются по пустошам, призывая или выполняя поручения демонов. Этот вон какое рвение проявил — аж глаза себе выдрал. Жаль, башку не пробил.

— Последний раз прошу — отойди.

— Ты выбрал не ту сторону. Но ты еще поймешь. Мы будем присматривать за тобой. Мы видим тебя. Мы чувствуем тебя.

— Ну-ну…

Возможно, при других обстоятельствах я бы и позволил себе постоять и поболтать с безглазым. Похоже, он провел какой-то обряд. И что-то подсказывало, что обряд каким-то образом связан со мной. Та троица летунов здесь точно не случайно ошивалась.

При других обстоятельствах…

Неожиданно незнакомец подался ко мне, обхватил костистыми пальцами левую руку. Меня аж холод прошиб. Я с силой оттолкнул гада. Затем ударил куда как сильнее.

Вы использовали способность "Просека"

Он не закричал. Даже почти не шелохнулся. Взорвавшаяся у него под ногами земля вспорола податливую плоть безглазого. Незнакомец пару раз попытался вздохнуть, из его рта брызнула кровь, а потом он просто упал.

Вы получили 330 exp

"Фанатик".

Квадроцикл взревел — и мы рванули прочь.

Несколько раз я ловил себя на мысли, что отключаюсь. Вроде бы слежу за дорогой, контролирую движение, а потом раз — а секунда или доля секунды выпадает из восприятия. Вот когда пожалел, что кончился дождь. Ведро воды на голову — то, что нужно сейчас, чтобы хоть немного проснуться. Одно хорошо — я двигался в верном направлении. Вдоль высокого вала, как и говорила Эша. Правда она просила не шуметь, но как это сделать, управляя квадроциклом, — не знаю. Идти пешком? Ну уж нет.

Уверен — нам очень повезло. Вся поверхность вала (немалая поверхность — метров пятнадцать в высоту) была истыкана круглыми отверстиями. Возле каждого — заросли той самой странной травы, которую видел в Москве, в финале турнира. Черная, высокая, шевелится, будто сама по себе. И тропинки, много тропинок. На память приходили сказки, читанные в глубоком детстве, — о разных карликах, живущих под землей. Тут им самое оно обосноваться. Но живьем не увидел ни одной души. Зато костей — сколько угодно. Буквально горы, завалы, что устилали землю плотным ковром. Отличное зрелище белых костяков, черных шевелящихся растений и черных же провалов нор.

Не знаю, возможно, на нас и охотились. Но уж точно не преуспели в этом. Быть может, путешествуй мы пешком, и стоило бы таиться. Да куда там — стоило бы это место обойти десятой дорогой. Но шум и грохот загнал аборигенов в норы, откуда они и носа не показали.

Мысль, что на пути может оказаться ловушка, пришла в голову уже позже. Гораздо позже, когда добрались до реки. Солнце спешно клонилось к закату, на окружающее редколесье опускались сумерки.

— Еще немного…

Я смочил лоб Эши водой из реки, попытался напоить ее. Девчонка не проявляла ни малейших признаков жизни. Не осталось ни дыхания, ни биения сердца. Ее кожа, вздувшаяся многочисленными нарывами, начала трескаться, кровоточить.

Сам я тоже позеленел. Организм сдавал все сильнее. Глухой, полуслепой, с трудом переставляющий ноги. Вещевой мешок, которого раньше не замечал за плечами, налился такой тяжестью, что впору бросить. Но там запасы топлива. Там все, что удалось добыть за последние дни.

— Только не умирай…

Я сидел возле Эши, держа ее голову на коленях. Сейчас отдохну немного — и сделаем последний рывок. Нам надо вверх по течению. До Живых камней. Она сказала — не пройду мимо. Значит, так и будет.

Вставать не хотелось жутко. Каким-то невеселым вышло возвращение в игру. Начиналось все куда как проще.

Мы поехали вдоль русла реки. Большой скорости не удержать — то и дело встречаются густые кусты, заболоченные низменности, камни. Последних, к слову, становилось все больше. И не просто камни — валуны. Некоторые — округлые, точно много времени провели в воде или на открытой местности. Другие же — с острыми гранями, будто совсем недавно откололись от материнской породы.

Меня бил озноб. Казалось, что температура на улице опустилась гораздо ниже нуля. И все же подобная морозная свежесть не позволяла уснуть прямо на ходу. Перед глазами все плыло. Именно поэтому я не сразу понял, что луч фары уперся в какую-то преграду. Остановился лишь в последний момент.

И откуда она только взялась?

Передо мной вырастала сплошная каменная махина, чьи очертания тонули в сгустившейся темноте.

Куда дальше?

По левую руку оставалась полноводная река. По правую вскоре начинался пологий уклон, покрытый галькой. Судя по всему, дальше уклон становился куда более крутым. Но вот чем заканчивался — не видно.

Помнится, Эша говорила о камнях, которые плавают на поверхности воды. Но, как ни приглядывался, — ничего подобного не видел. Похоже, придется спускаться под уклон.

Для очистки совести развернул квадроцикл фарой к реке, подошел к ней, затем поднял с земли небольшой камень и метнул его в воду. Глухота не позволила расслышать ответного звука, но вот странную тень, мелькнувшую у самой водной поверхности, не увидеть не мог. Что это? Какая-то живность? Вполне возможно.

Я поднял еще один камень и снова метнул, но на этот раз прямо перед собой. В том месте, где он упал, на мгновение поднялось темное пятно. Нет — не живность.

Неужели мы на месте?

Выдохнув, я поднял ногу, а затем шагнул вперед. Ничего, если вдруг искупаюсь — хуже уже вряд ли будет. Но водная гладь не расступилась подо мной. Нога хоть и погрузилась примерно по щиколотку, но стояла уверенно — на гладкой твердой поверхности.

— Действительно странное место… — проговорил вслух. Наверное, вслух — так показалось. Сам своих слов не слышал.

Жаль, темно. Хоть бы луна вышла. А то как в глухом погребе. Даже противоположного берега реки не видно. Мелькнула шальная мысль попробовать пересечь реку на квадроцикле, но слишком большой риск и не добраться, и остаться без транспорта. В конце концов, у меня не амфибия. Хотя, насколько знал, должны иметься и такие — что и по воде, и по суше.

Что ж, значит, пешком.

Квадроцикл оставил возле самой скалы, прикрыл ветвями. Маскировка — дрянь, но хоть такая, чем вообще никакой.

— Надеюсь, я не ошибаюсь, — снова проговорил, беря Эшу на руки.

Поначалу идти было не то чтобы страшно — напряженно. Чувствовал под собой глубину. Знал, что в любой момент под ногой может не оказаться опоры. Кажется, в далекой древности кто-то уже пытался ходить по воде. Вот только чем это закончилось, я не помнил.

Тишина.

Темнота.

Только ноги ощущают каменные опоры.

Свет ударил в глаза неожиданно. Я попытался заслониться, но ничего не вышло. Источников было несколько, и светили они разом со всех сторон. Даже сквозь плотно зажмуренные веки прорывался жестокий колющий свет.

— Мне нужна помощь! — заорал изо всех сил.

Не знаю, что на самом деле вырывалось из моего горла. Возможно, лишь невнятное блеяние.

— Мне нужен Живой клан. У меня на руках Эша. Она отравлена и умирает.

Некоторое время ничего не происходило. Быть может, меня о чем-то спрашивали.

— Я ничего не слышу! — проорал на всякий случай.

Свет исчез, а темнота вокруг сделалась непроглядной.

Я продолжал стоять, не решаясь сделать и шага. Поверили мне? Поняли мои слова? Что предпримут?

Очень хотелось верить, что вокруг не собираются какие-нибудь ночные твари или те же Дикие. У них есть свет (магический или электрический — не важно) — а это уже очень много, чтобы надеяться на благополучный исход "заплыва".

Чьи-то руки попытались забрать у меня Эшу. Я не позволил. Не смог отдать ее темноте.

Буквально на пару секунд мир почти вернулся к обычному состоянию — отступила слабость, стало легче дышать, появились звуки.

— Что вцепился? — Передо мной стоял человек в черном. Даже лицо скрыто за маской. — Отдай девчонку. Да и сам не шали — поможем добраться, коли тут сдохнуть не хочешь.

Я кивнул. Снова вернулись тяжесть и темнота. Даже ноги подогнулись. Наверное, я начал падать или все же упал. Очнулся спустя какое-то время. Лежал на чем-то мягком и двигался. Меня несли. Странно, но слышал звуки шагов — добрый знак. Правда перед глазами все плывет.

— Где Эша? — спросил, прочистив горло — ком в нем стоял такой, будто туда нарочно засыпали земли, а потом основательно утрамбовали.

— Здесь, — отозвался мужской голос.

Зрение понемногу восстанавливалось. Я лежал на носилках, которые несли двое. Еще двое шли рядом и несли носилки с девчонкой.

— Она жива? — спросил, боясь получить ответ.

Тишина.

— Она жива?! — повысил голос и закашлялся.

— Да. Не ори.

Я выдохнул. Успел!

Проверил собственные параметры.

Сила: 35

Ловкость: 3

Мудрость: 54

Интеллект: 5

Телосложение: 23

Здоровье: 299

Отлично! Доходяга доходягой. Но чувствую себя гораздо лучше, чем по прибытии к реке. Они что-то сделали? Наверняка среди них есть лекарь, иначе как объяснить временное прояснение сознания при встрече? Мерная ходьба убаюкивала. Поначалу показавшаяся бодрость быстро уступила место сонливости. Я пытался ей противиться, но потом бросил это дело. Могу позволить себе немного поспать? Наверное, да.

Глава 3. Противоядие

Было очень душно. Насыщенный запах трав щекотал ноздри. В голове гудело, точно где-то в области затылка проводились соревнования звонарей. Только перезвон сливался в единый монотонный гул, раскалывающий череп.

Ничего себе поспал.

Открыл глаза. Кажется, лежу в палатке. Небольшой, вроде брезентовой, на пару человек. Но, кроме меня, нет никого. По обе стороны установлены масляные лампы, над каждой из которых имеется металлическая тарелка с какой-то темной жидкостью. Похоже, тяжелый аромат источает именно эта субстанция.

Я приподнялся. Голова целую тонну весит.

Что с параметрами?

Сила: 45

Ловкость: 5

Мудрость: 60

Интеллект: 6

Телосложение: 31

Здоровье: 403

Уже лучше, хотя для этих мест все равно крайне мало. Физика вообще никакая. Хорошо хоть с мудростью дела получше обстоят.

Я откинул одеяло, которым был накрыт по самую шею, сел. Ага — одежды нет. Нет ее и рядом, в палатке. Ни одежды, ни вещевого мешка, ни оружия. Только легкие штаны до колен. И то ладно — не с голым задом на людях показываться. Кожа снова приобрела почти нормальный оттенок. Зеленоты нет, разве что кое-где остались нарывы. Но сообщение игрового интерфейса об отравлении никуда не делось.

Откинув полог палатки, выбрался наружу. Уже посветлело. Похоже, всю ночь провалялся. В лицо ударил порыв прохладного ветра — как же хорошо!.. Вздохнул полной грудью. Носоглотка не заложена, ничто не мешает.

В поселении Живого клана имелись вполне себе основательные бревенчатые дома. Одноэтажные, крытые чем попало (от дранки до металла), но все же крепкие, основательные. Правда, даже самые крайние из них располагались метрах в десяти от моей палатки. Вернее, это меня выселили за пределы самых крайних строений. Опасаются заразиться?

Странно, вроде и вижу хорошо, а в воздухе точно какая-то пыль висит. И дышится легко. Пыль странная — клубами разного оттенка. Поднимается довольно высоко, примерно метра на три-четыре, расползается за пределы поселения, но не очень далеко — аккурат мою палатку накрывает.

До меня доносились отдельные бытовые звуки. Кто-то рубит дрова, кто-то что-то пилит, вот прокричал петух. Мирная жизнь во всей красе. Хотя звуки явно сильно приглушенные. Похоже, в себя я еще не окончательно пришел.

— Очухался?

Совсем рядом послышался скрипучий голос. Резко обернувшись, увидел высокую женщину с лицом цвета меди. Она как раз выбиралась из другой палатки — сестры-близняшки моей. Первое, что бросалось в облике незнакомки, — количество всевозможных амулетов и оберегов: на груди, на руках, на поясе и на ногах. Платье, доходящее хозяйке до колен, усеивали символы, грубо нанесенные красной краской. Кроме того — у нее были татуировки. Много татуировок — очень тонких и изящных, что и не сразу разглядишь.

— Вроде того, — кивнул я. — Эша там?

— Да.

— Как она? Могу я с ней поговорить?

— Не можешь.

Женщина неспешно подошла ко мне. Обуви она не носила, двигалась очень плавно и мягко.

— Почему?

Она улыбнулась, глядя на меня оценивающе. В ее длинных волосах, собранных в несколько косиц, виднелись все те же амулеты: из камня, из глины, из стекла, из металла… Подобное разнообразие в примерно подобном же количестве таскали на себе Дикие. Но она не похожа на ту, что станет поедать человечину. Или я ошибаюсь?

— Девочка не с нами.

У меня внутри все похолодело.

— Что? — выдавил не своим голосом и рванулся было ко второй палатке.

Женщина неуловимым движением ухватила меня за плечо, остановила.

Какая же в ней сила!

— Хочешь последовать за ней?

— Она умерла?

Собственный голос казался куда более скрипучим, чем у незнакомки.

— Нет.

— Нет… — смысл услышанного повис в воздухе. — Тогда что значит "не с нами"?

Ее улыбка сделалась широкой. Ни одного зуба — у нее нет ни одного зуба. И как только умудряется не шепелявить? И ведь далеко не старуха. Сколько ей? Лет тридцать? Чуть больше? Лицо без единой морщины, но вот глаза — мутные и водянистые. Древние — так точнее всего сказать.

— Она спит. И будет спать долго. Возможно, всегда.

— Но я же очнулся. Почему она не может?

— Слишком слаба. Слишком много яда.

— И что теперь?

— Нужно противоядие. Нужны ингредиенты, которых у меня нет.

— Я достану! Что нужно?

— Быстрый и безрассудный, — она плотно сжала губы, со вздохом покачала головой. — Плохой выбор. Идем, ты уже не опасен.

Я на всякий случай проверил доступность способностей. Все активны. Что значит не опасен?

Идти босиком оказалось занятием непростым. То и дело под ноги попадались острые камни и колючие ветви. Незнакомка же, похоже, не испытывала ни малейшего дискомфорта. Так и продолжала плыть.

— Где моя одежда? — спросил, когда в очередной раз ногу пронзила острая боль.

— В огне.

— Как?! — Оказаться в пустоши без брони — вот уж отличный сюрприз. Вряд ли у местных найдется достойная замена. — Зачем?

— Яд — была опасна для всех.

— А мешок, оружие?

— Стали яд не страшен — твое оружие тебе возвратят. Мешок… не знаю. Время покажет.

— Какое время?! — я повысил голос. — Вы кого-то отправили за ингредиентами?

— Нет.

Ее спокойствие выводило из себя.

— Почему?

— Это неразумно.

— Разумно дать ей умереть?

— Да.

Я уже протянул руку остановить ее и взглянуть в лицо, когда мы вошли в поселение. Почти сразу рядом появились люди. В простой рабочей одежде, без оружия. Нет, на Диких точно не похожи. Вполне себе обычные селяне. Сморят с интересом, без неприятия. А очков-то на мне уже нет. Значит, понимают, что их могут видеть в Новой Москве. Где же крики и паника?

Здесь оказалось чище и уютнее, чем в Водном клане. Небольшая деревенька на полтора десятка домов, со всех сторон окруженная довольно высокими скальными образованиями. Если единственный к ней проход ведет через реку, то место отличное и в плане обороны.

Мне почему-то показалось, что, в конце концов, за нами соберется толпа, чуть ли не вся деревня. Ан нет — люди смотрели, а потом возвращались к своим делам.

— Куда мы идем?

— Тебя ждут. Будет разговор.

— Прямо так, без штанов?

Она неожиданно остановилась, обернулась. Взгляд мутных глаз смерил меня с ног до головы. Непростой взгляд — аж мороз по коже. Она — маг, сомнений нет.

— Будет разговор — будет одежда, будет оружие.

И снова я не угадал. Думал, что незнакомка ведет меня в дом главы клана, но здание, возле которого мы остановились, больше походило на гараж или мастерскую.

— Заходи, — она указал на раскрытые ворота.

— Что насчет Эши?

Я ухватил ее за руку. Ее брови сдвинулись к переносице, но снова не образовалось ни единой морщины, ни единой складки. Человек ли она?

— Тебя ждут. — В голосе женщины прозвучала сталь. В глубине глаз сверкнуло.

— Подождут.

Несколько секунд мы сверлили друг друга взглядами. Признаться, она нагоняла на меня страх. С чего бы? Я в любом случае сильнее. Даже сейчас сильнее.

— Приходи потом. Тебе скажут, куда идти.

Я разжал пальцы, а потом смотрел, как она удаляется. Сердце с оглушительным боем рвалось из груди. Да что же это такое?

Немного успокоившись, вошел в ворота. Свободного места там было немного — все те же завалы старого хлама, как и в лавке мастера-инженера в Жердево. Пахло машинным маслом, каким-то топливом и еще черт знает какой химией. Под потолком горели лампы дневного света. Меня действительно ждали — в самом дальнем конце мастерской, возле массивного деревянного верстака. Трое мужчин. Один из них — невысокий, узкоплечий, в широких джинсах и клетчатой рубахе с широкими нагрудными карманами. На носу круглые очки, редкие волосы всклокочены. Перед ним стоял работающий ноутбук. Где только откопал такую рухлядь? Модель явно времен до начала эпидемии или натиска демонов. Второй — в больших ботинках на шнуровке, камуфляжных штанах и майке, когда-то бывшей белой, теперь же застиранной, носящей на себе следы пятен самых разных оттенков. По сути — на ней живого места не осталась. Тот же камуфляж, вот только место, с которым майка может слиться, еще поискать. Третий же сидел ко мне спиной и не обернулся, хотя наверняка слышал шаги.

Время троица скрашивала за глиняным кувшином, из которого время от времени подливали себе в кружки.

— Доброго утра. Мне сказали, тут меня ждут, — сказал я за несколько шагов до собрания.

— И тебе не хворать, — кивнул тот, что был в майке. — Меня зовут Ден. А тебя?

— Райн.

— Ага. Проходи, угощайся.

Он достал откуда-то из-под верстака четвертую кружку.

Теперь я смог разглядеть третьего — старик с бородой до середины груди. Но старик крепкий, с жилистыми грубыми руками. Он проследил за мной внимательным взглядом из-под нависающих бровей.

— Я Мастер, — протянул мне руку тот. Что сидел за ноутбуком. — Примерь-ка это…

Он пододвинул мне металлический обруч, на поверхности которого то и дело возникали и гасли разноцветные блики.

— Что это?

— Примерь. Больно не будет.

Я покрутил обруч в руках — железка железкой, на медь похоже. Откуда блики — непонятно. Но в пальцах ощущается легкое покалывание, будто от легких электрических разрядов. Штука непростая. Но система ничего определенного не говорит.

Металлический обруч

Дополнительно: предмет не опознан

Конечно, не дело на себя всякую неопознанную дрянь надевать, но уж если просят — не буду ломаться.

— Вот и отлично, — кивнул Мастер. — Теперь и поговорить можно. Нас не видят и не слышат.

Я мысленно усмехнулся. Очки тоже должны были скрывать Эшу от Координаторов, но, похоже, не очень-то с этим справились. Но переубеждать уважаемое собрание не буду.

Проходя мимо ноутбука, краем глаза успел увидеть схематичное изображение человека, а рядом непрерывно бегущие столбцы с символами.

— Как чувствуешь себя, сынок? — спросил старик.

— Нормально, только голова от этой штуки чешется.

— Помыться тебе надо, — с выражением крайней озабоченности на лице проговорил Ден.

— Это Живые камни? — спросил я.

Что-то у них излишне приподнятое настроение. Или это я один такой серьезный, весь в заботах и проблемах?

— В точку, — усмехнулся Мастер, подливая себе еще напитка.

Я тоже пригубил содержимое кружки. Дыхание тут же перехватило. Вещь очень крепкая. К такой привыкнуть надо, иначе недолго вырубиться, а этого мне сейчас ни в коем случае нельзя. Хотя немного расслабиться сейчас бы не помешало. На день или два позабыть обо всем произошедшем за последние дни, ни о чем не думать.

— Мне бы одеться.

— Сейчас сделаем, — кивнул Ден. Сразу за ним стоял ряд металлических ящиков. Один из них он и открыл, достал оттуда стопку одежды, обувь. — Надеюсь, с размером угадали. Здоров ты, брат.

— Спасибо. — Я принял одежду. Она оказалась впору: плотные штаны болотного цвета, в тон им футболка и куртка, черные ботинки. — Мне бы свое вернуть.

Трое переглянулись.

— Только оружие, сынок, — сказал старик. — Остальное в огне давно. Яд Плывуна так просто не вывести, а опасность заразиться — велика. Ты еще слаб. Натяни на себя броню свою — и сразу снова бы с ног.

Отлично — и параметры упали, и броню сожгли! А может, и плевать, что свалился бы? Сдох — зато все при себе оставил бы. Ну, появился б в Жердево — ничего. Главное, что Эшу доставил до дома. Нашел бы ее, как от мастера-лекаря вышел. Ну да уж что теперь локти кусать? Тут без меня все решили.

— И как мне теперь быть? Места у вас негостеприимные — того и гляди голову оторвут.

— Проблема, — согласился Мастер. — Замены у нас не найдется, уж извини. Разве что Наира тебя знаками да амулетами одарит.

— Кто это?

— Так она тебя сюда привела.

Амулеты… почему-то особенно их и было жалко. Особенно тот, что позволял становиться волком. Стоп, он же тоже был из металла. Так, может, еще не все потеряно? Ладно, посмотрим.

— А Алексей здесь?

— Нет. Еще не вернулся.

Значит, мы его обогнали.

— Разговор-то о чем?

— Ты действительно с нами? — спросил Ден.

— Не знаю. Я даже точно не знаю — кто вы и чего хотите.

— Мы хотим избавить наш мир от праны, сынок, — сказал старик. — Она — наша погибель. В искусстве управлять ею нам не сравниться с тварями Хаоса.

— Хаоса?

— Да. Так мы называем мир демонических созданий. Просто понятие, ни к чему не обязывающее.

— И каким же образом?

— Эша тебе не рассказала?

— Нет. Хотела, чтобы я прочел какие-то бумаги, а потом сам сделал выводы.

— Быть может, она и права, — пожевал усы старик.

— Права — не права, а сделать она этого не может, — ко мне снова вернулось раздражение, которое испытал, когда узнал, что за ингредиентами для противоядия Эше никто не собирается идти. — Вы позволите ей умереть?

Старик посмурнел.

— Не торопись судить, сынок. Мне меньше всего хочется, чтобы девочка умерла, но мы не в силах достать необходимое. Возможно, тебе удастся.

Он пристально смотрел на меня.

— Тогда я бы предпочел этим и заняться.

— Не держи на нас обиды, — вздохнул старик. — Возможно, находка Эши все изменит. Но мы не можем все бросить ради одной жизни. Даже ее жизни…

— Я вас понял. — Я поднялся из-за стола. — Если мы закончили, я бы предпочел получить свое оружие.

— Подожди ты! — поморщился Мастер. — Все получишь. Мы можем попытаться немного тебе помочь. Помощь не скажется прямо сейчас, но как только доберешься до одной из игровых деревень — сразу почувствуешь прилив несказанной радости.

— Слушаю.

— Тебе придется заново закупаться, понадобятся деньги. Кроме того — без выполнения игровых заданий тебе не набрать нужного количества Z-кристаллов, чтобы адекватно двигаться дальше. Так?

— Пожалуй.

— Но мы можем пойти на небольшую хитрость. Сделаем вид, что где-то в пустошах тебе попался знатный персонаж, для которого ты выполнил крайне важное дело. — Он развернул ко мне экран ноутбука. — Я могу прописать тебе любое количество серебра и кристаллов.

Я сглотнул.

— Любое?

— Абсолютно, — расплылся в улыбке Мастер. — Но не советую наглеть. Резкое изменение параметров система может отследить. А если действовать скромно и осторожно — все выгорит.

— Ты уже такое с кем-нибудь проделывал?

Чего греха таить — предложение очень заманчивое. И совесть совершенно не мучает. Координатор сказал, что все это игра, к реализации которой отчасти я сам приложил руку… точнее, голову. Так если манипуляции с изменением параметров возможны, значит, это не противоречит Испытанию в целом. И плевать, что через меня и подсматривают, и подслушивают. Захотят — снова прервут для меня игру. Но тогда уж им придется придумать поубедительнее версию всего происходящего.

— Как тебе сказать, — сконфузился Мастер. — Ты — первый игрок, который вышел с нами на разговор.

— То есть произойти может все, что угодно?

— Нет, ну что ты? Я много раз опробовал процесс в эмуляторе. Никаких сбоев.

— Понятно…

Никаких гарантий, но при благоприятном стечении обстоятельств я смогу наверстать упущенное время. Нечестно по отношению к другим игрокам? Конечно. Только я больше не играю.

— Я согласен.

— Отлично! — Мастер хлопнул меня по плечу. — Я быстро все подготовлю.

— А что с квадроциклом? — я посмотрел на Дена.

— Переправили сюда. Я немного поколдовал над ним, подрегулировал. Ну и побил ты его.

— С дорогами — проблема.

— Есть такое дело. Думаю, тебе в любом случае придется возвращаться в игровые деревни. Подкачаешься, закупишься, а заодно и ингредиенты для Эши посмотришь. Искать их в пустоши можно, конечно, но, сколько времени потратишь — даже Наира не скажет. Вот только двигаться тебе надо не в Жердево — там ловить нечего. Вырос ты из него. Лучше в Беловодье. Помойка еще та, но торговцами богата. Если не будешь блуждать в дороге, топлива как раз хватит.

— Если укажете направление — блуждать не буду.

— Я помечу маршрут, — сказал старик. "Хоть бы представился…" — Но уж только на бумаге — не обессудь.

— И на том спасибо.

За спиной послышались приближающиеся шаги, а затем короткое:

— Не шевелись.

Голову пронзила игла боли. Перед глазами вспыхнуло, затем почернело — и я потерял сознание. Никаких видений, никаких блужданий во сне. Очнулся, казалось, через секунду. Лежал на полу, а надо мной склонились Мастер и Ден.

— Живой… — неуверенно проговорил последний.

— Конечно, — усмехнулся Мастер.

Он одной рукой придерживал на весу ноутбук, второй что-то набирал на клавиатуре.

— Слышишь меня?

Вопрос адресовался мне.

Я попытался ответить, но горло свело судорогой.

— Ты его сломал, — сказал Ден.

— Куча тестов и ни одной осечки. У меня все, как в аптеке.

— Ну-ну. Но вид у него придурковатый.

— Тебя бы так… — удалось просипеть мне.

— О! Починился! — усмехнулся Ден. — Подняться можешь?

Я попытался привстать, но мир тут же закружился тошнотворной чередой красок и образов. Меня тошнило. И очень сильно. Поскорее перевернуться, пока не вырвало прямо на себя.

Желудок оказался пуст. Жестокие спазмы терзали внутренности, но что-либо извергнуть из себя мне так и не удалось.

— Проверь серебро и кристаллы, — сказал Мастер.

Какие на хрен кристаллы? Я собственных рук не вижу.

Резким движением меня подняли на ноги, затем усадили. Мир кувыркнулся. Мне показалось, что сейчас накатит новый приступ тошноты, но нет. Объекты вокруг обретали четкость и глубину.

— Уф-ф-ф-ф… Предупреждать надо было.

— О чем? — спросил Мастер. — Я и не думал, что ты так себя поведешь.

В его голосе звучало удивление. Тоже мне "мастер". Даже на крысах не потренировался — сразу на людях. Да и я хорош — согласился. Чего хоть добились?

Сила: 46

Ловкость: 5

Мудрость: 60

Интеллект: 6

Телосложение: 32

Здоровье: 416

Exp: 230210 / 268000

128 Z-кристаллов

132492 серебряных монет

Параметры совсем немного, но восстанавливаются — добрый знак. Хотя сами собой они еще не один день будут восстанавливаться. Количество опыта осталось прежним, уровень тоже, свободных очков умений нет.

— Кристаллы и монеты почти вполовину выросли.

— Отлично! — Мастер буквально засветился от удовольствия. — Пока так. Не стал форсировать события. Если все прокатит, потом сможем повторить трюк.

— А почему нельзя сразу уровни поднять?

— Тут какое дело… Кристаллы и монеты — их как бы нет. Виртуальная атрибутика. А вот твой уровень и параметры — отражение твоего реального состояния. Тут простым взломом ничего не добиться. Тут самому пахать придется.

— Понятно.

— Сынок, а где ты меч огненный достал?

Старик по-прежнему сидел во главе верстака. Будто и не пошевелился ни разу.

— Один демон уступил.

— Подарил?

— Почти. Помер он уже. А что?

— Вещица занятная. Никто ее в руки взять не может. А ты? Ты можешь?

— Ну да. Мне кажется, это из-за имплантата.

— Я же говорил, — оживился Ден. — Эдак ты теперь любую демоническую лабуду на себя натянуть можешь — и не окочуришься. Наверное…

— Наверное?

— Точно не скажу. Это мы, люди, все одинаковые. А их — много. Каких только нет. И праной манипулируют по-своему. Так что осторожнее хватай незнакомые предметы.

— Ладно, будет вам лясы точить, — негромко хлопнул в ладоши старик. — Нас дела ждут. Дениска, у тебя все готово? Сходишь?

— Ага, готово. Сейчас принесу.

Ден вернулся минут через пять. Но не один — с помощником, который тащил мой вещевой мешок. Или?.. Нет, не мой. Примерно такой же по размеру, но если мой был коричневый, то этот полностью черный. Ден же нес оба меча и жезл.

— Держи, — передал мне огненный клинок, который держал клещами с длинными ручками.

— Сейчас посмотрим, что это за игрушка, — сказал Мастер.

С одной из полок он достал округлую подставку на трех ножках — вроде той, с помощью которой проводил опознание мастер-инженер в Жердево. Но если тот использовал шлем с многочисленными линзами, то Мастер подключил к подставке ноутбук. Некоторое время что-то набирал на клавиатуре, а потом над подставкой появилось голубоватое свечение.

Я внес в него огненный меч и отпустил. Тот начал медленное вращение по часовой стрелке.

По экрану ноутбука побежали изгибающиеся диаграммы, столбики символов, мелькали какие-то оккультные знаки.

— Ты соединил технологию и магию?

Мастер усмехнулся.

— Я — нет. Я только снимаю показания прибора, который создали совсем другие люди.

— Такой же я видел у мастера-инженера.

— Они однотипные. Разница лишь в интерфейсах вывода данных.

Ноутбук издал несколько отрывистых звуков. Диаграммы, столбики символов и знаков замерли.

— Сейчас передам инфу тебе. Можешь забирать свое чудо.

Я взял огненный клинок, посмотрел его описание.

Вырожденный клинок пламенной ярости

Урон 50–65

Дополнительно:

Сила +20

Ловкость +15

Телосложение +15

Урон магией огня 20–30

Огненный вал — раз в час позволяет создавать направленную огненную стену, двигающуюся с большой скоростью

Урон: 200 % физического урона

Возможен дружественный урон

— Похоже, вещица стоящая, — усмехнулся Мастер.

— Да уж, — не стал спорить я. — Странно, что мне вообще удалось его заполучить.

Еще более странно, что его не попыталась отобрать та летающая троица, которую встретил у выезда из автомобильного туннеля. Легко могли это сделать, но даже не попытались. Оно конечно приятно, что боятся или уважают до умопомрачения, но что-то подсказывает — добром подобное уважение не закончится.

— Спасибо. С такой штукой и в пустоши не страшно.

— Твой мешок тоже пришлось сжечь, — сказал Ден. — Потому возьми этот. Принцип тот же, что и у твоего, но вместительностью поменьше. Всю литературу, к сожалению, тоже пришлось бросить в огонь.

— А вот это плохо.

И даже не из-за книг, в которых могли оказаться полезные заклинания, а из-за тех бумаг, что отыскал во время уничтожение гулей — дневника безымянного члена безымянной группы людей. Ведь так и не удосужился открыть его снова. Вряд ли в нем нашлась бы важная информация, но дневник вполне мог оказаться настоящим, дошедшим до меня сквозь долгие годы. И вот так бездарно потерять.

— Вроде все? — полуспросил-полусказал Мастер.

— А что Эша за находку сделала? — спросил я.

— Хороший вопрос, сынок, — сказал старик. — Именно ею мы и занимаемся так пристально, как только можем. Это машина. Большая машина под землей. Очень сложная. К сожалению, пока мертвая.

— И эта машина способна избавить мир от праны?

— Это наше основное предположение. По всему выходит, что построить ее успели, а вот с запуском возникли трудности.

— А я зачем нужен?

— Мы думаем, что для запуска машины нужен человек, на высоком уровне манипулирующий праной.

— Он вроде ключа зажигания, — сказал Ден. — Вставил, повернул, а дальше процесс идет сам собой.

— Это точно или предположение?

— Технической документации не сохранилось, а спросить не у кого, — пожал плечами Мастер. — Потому копаемся, думаем, строим версии.

— В деревне мало народу, — сказал я. — Остальные у машины что ли?

— Часть — у машины. Часть занимается переселением. Участники Испытания доберутся и до этих мест. Рано или поздно.

— И что? На Диких вы не похожи.

— Все предыдущие подобные встречи неизменно заканчивались полным истреблением таких, как мы, — сказал старик. — Мы не можем позволить себе рисковать. Не сейчас, когда избавление от Хаоса столь близко.

— Уверены, что машина еще работает? Столько времени прошло.

— Уверенности нет. Но и иных шансов вернуть себе планету — тоже нет.

— Города? В их силы вы не верите?

Все трое переглянулись.

— Мы надеемся, что они не совсем сбились с пути, но и полагаться на них не можем. Слишком долго вы живете в замкнутых сообществах. Испытание сменяет Испытание, но на этом и все. Вы собираете артефакты, но никак их не используете. Почему? Скажи, в Новой Москве много места?

— С этими просторами не сравнить, — усмехнулся я. — Но если ты имеешь в виду перенаселенность, то — да, она есть. Чуть ли не единственное место, где можно погулять, не сталкиваясь друг с другом, — парк возле Пограничного Дворца.

— Вот и вопрос: почему не попытаться вернуться за стены? Вы должны обладать для этого достаточными силами.

— Эпидемия? Опасность новой вспышки.

— Сам понимаешь всю глупость этой версии?

— Если вы настоящие, тогда — да.

— Он еще сомневается, — развел руками Ден.

— Имеет на это все права, — сказал старик. — Сынок, Эша хотела, чтобы ты взглянул на машину. Я не стану неволить тебя и просить сделать это. Ты волен поступать так, как считаешь нужным. Ты уже оказал нам неоценимую услугу, не позволив фанатикам расправиться с группой Алексея.

— Я уже сказал, что собираюсь сделать. Эша не умрет. Потому отправляюсь за ингредиентами для противоядия. Беловодье лучше? Пусть будет Беловодье. Мне все равно.

— Я подготовлю квадроцикл, — кивнул Ден.

— Спасибо. Я забегу к…

— К Наире, — напомнил Мастер. — Пойдем, провожу.

— Тихой пустоши, — сказал старик и наконец поднялся.

— Берегите Эшу. Я вернусь.

Мастер ухмыльнулся, но ничего не сказал. Плевать, что они подумают. Мне надо, чтобы она была живой, когда я привезу необходимое для лечения.

В дорогу я был готов примерно через час. До того успел переговорить с женщиной по имени Наира. Она дала целый список ингредиентов, необходимых для лечения Эши.

— Либо, что будет куда проще, отыщи антидот против яда Плавуна. Вещь в ваших краях редкая, так как и сам Плавун встречается на пустоши не часто.

— Сколько у меня времени?

— Она стабильна. Но и задерживаться не стоит. Дней пять у тебя есть наверняка.

— Могу я ее увидеть?

— Если хочешь снова занять соседнюю палатку — можешь.

Вот же зараза!

В соседнюю палатку я не хотел.

Напоследок ведьма (как я прозвал женщину про себя) вернула мне Анкхи, а также несколько амулетов и колец. Если уж быть совсем честным, то вернула почти все, кроме тех вещиц, что были сделаны из материалов, способных впитывать влагу. Потому с "Амулетом доброго леса", но его действия почти и не ощущал, и "Амулетом кровавых всполохов" пришлось распрощаться.

Если так подумать, то не столь уж и невосполнимая потеря. Особенно памятуя о полученных деньгах и Z-кристаллах. Найти замену утраченным вещам совсем просто — главное добраться до игровых поселений. Главное — добраться… Размышления не праздные, если учесть, что я потерял хороший доспех, а взамен получил простые штаны и куртку.

Перед выездом еще раз просмотрел свои параметры. Спасибо демоническому мечу — с ним все кажется не столь грустно.

Сила: 67

Ловкость: 25

Мудрость: 61

Интеллект: 6

Телосложение: 48

Здоровье: 624

Физический урон: 224–274

Магический урон: 92–95

Физическая защита: 39 %

Магическая защита: 14 %

При таком раскладе лучше не подставляться под удар — снесут и не заметят.

Из поселения Живые камни действительно имелась всего одна дорога — через реку.

— А что это за камни в воде? — спросил я, когда меня и квадроцикл переправляли на деревянном плоту.

— Мы умеем ими управлять, но не знаем их природы, — пожал плечами один из сопровождающих — высокий парень с навороченным арбалетом в руках.

— То есть они могли бы и не всплыть?

— Конечно.

— Вы следите за противоположным берегом?

— Всегда, — кивнул он.

У меня есть еда, есть карта, нарисованная так и не представившимся стариком, есть цель. За спиной оставались люди, действия которых меня не устраивали. Но что толку лезть в их уклад жизни? Возможно, будь я на их месте, тоже бы куда больше заботился разработкой какой-то там машиной прошлого. Это их дело. Мое же куда скромнее — добыть несколько стебельков, цветков и прочей лекарственной требухи.

* * *

Дождь будто поджидал, когда я выеду. Начался почти сразу. Не такой сильный, как вчера, но все же неприятный. И прежде всего тем, что сопровождался пронзительным ветром. Хорошо, в Живых камнях мне предложили поддеть под куртку тонкий свитер, иначе бы задубел вконец. Но и так по телу разливался холод, от которого вскоре перестал ощущать руки и ноги.

Странно, но дорога оказалась свободной от какой-либо нечисти. Возможно, то заслуга старика, который намеренно выбрал, быть может, не самый короткий, но самый безопасный маршрут. В основном я двигался по малолесистым участкам. Кое-где встречались остатки разрушенных зданий и конструкций, но от таких держался подальше. А догнать квадроцикл на своих двоих или четырех если кто и решался, то быстро терял к погоне интерес.

В качестве полигона для прокачки здешние места подходили отлично. Если двигаться неспешно, заглядывать в каждую нору, за каждый угол, в каждые развалины — наверняка можно здорово заработать плюшек. Но только не в одиночку. Местные обитатели были награждены длинными когтями и клыками, не скромничали в размерах, а некоторые даже посылали мне вслед какие-то заклинания. Но ни одно из них не достигло цели. После встречи с троицей летающих демонов волей-неволей приходилось поглядывать в небо. Очень не хотелось попасть под неожиданную воздушную атаку.

За весь день единственной серьезной проблемой стала встреча с бандой гноллов. Эти твари то ли высмотрели меня заранее, то ли вообще все время обитали в небольшой расщелине, поросшей густым кустарником. Ничего не скажешь — место для засады просто отменное.

Я даже успел заметить веревку, что неожиданно натянулась вдоль всей расщелины. Даже ударил по тормозам, но миновать ловушку не сумел. Стальной конь поехал дальше, а меня вышибло из седла, бросило на землю. Повезло, что тропа здесь была каменистая и постоянно петляла — сильно не разгонишься. В противном случае при падении вполне мог переломать себе все кости. А так — всего лишь грохнулся на задницу, сильно прикусив язык. Боль разом охватила голову, рот наполнился кровью. Но посидеть и постенать было некогда. Боевые вопли (нечто среднее между воем, лаем и членораздельными криками) раздались сразу отовсюду.

Первым делом я набросил на себя защитные ауры.

Вы использовали способность "Аура физического отражения"

Вы использовали способность "Аура магического отражения"

Вы использовали способность "Аура скорости"

Затем подскочил, судорожно выхватывая с пояса "Меч громового раската" и пытаясь выудить из вещевого мешка огненный клинок. Как же неудобно без хороших ножен!

Они приближались с двух сторон — группы примерно по пять особей. Гноллы были примерно с меня ростом, покрыты грязной, свалявшейся шерстью; с головами, в чьих очертаниях слились и человеческое, и животное начало. Одеждой им служили обноски кожаных доспехов, кое-где усиленные заплатами и металлическими пластинами. Оружием — всевозможный металлический мусор, переделанный под то, чем можно эффективнее убивать: подобие длинных топоров, ножи, булавы. Но что хуже — среди них имелись и стрелки, вооруженные грубыми арбалетами. Именно этих тварей я выбрал первыми мишенями.

Вы использовали способность "Огненный вал"

Волна раскаленного пламени сорвалась с демонического меча и хлынула на противника.

Тут же развернуться к противоположной стороне ущелья.

Вы использовали способность "Ядовитое облако"

Зеленоватое облако вспухло смертоносным нарывом.

Что-то ударило в левое плечо. Меня развернуло на месте. До слуха донеслись новые вопли, но уже совсем не боевые. Там, где прокатился огненный вал, бесновались охваченные пламенем фигуры. Их шерсть стала отличным топливом. Даже катание в грязи не могло быстро сбить огонь. А вот ядовитое облако оказалось малоэффективным. Гноллы (насколько я помнил, и сами ядовитые) не испытывали никаких видимых неудобств. Разве что еще злее стали.

Я отступил в выжженную сторону. Левая рука, чье плечо насквозь прошил арбалетный болт, почти не подчинялась. Хорошо еще, что пальцы способны удерживать меч.

Драться на их условиях? Ну, уж нет!

Вы использовали способность "Крылья ангела"

Короткий прыжок и очень эффектное и эффективное приземление. Ударная волна никого не опрокинула, но уж замешкаться заставила.

Вы использовали способность "Круг пламенного гнева"

Не подпускать их близко. Не вступать в рукопашную.

В ход пошло все, чем только обладал. "Прорыв" и "Просека", "Выхлоп темной материи" и "Кровавая хватка". Я был готов обратиться Кровавым волком, но этого не понадобилось.

Схватка длилась не более минуты и оставила после себя дюжину мертвых тел и вонь паленой шерсти. Мне прилетело в бок чем-то вроде шипастой дубины. Хорошо — уже на самом исходе нашего небольшого противостояния.

Как же плохо без брони!

Вы получили 10560 exp

Вы получили 592 серебряные монеты

Да уж, какие могут быть деньги с падальщиков.

Я опирался на эфес огненного меча, стараясь не дать ногам подогнуться. Стоял и отхаркивался кровью. Лечение почти не сняло боли. Затем, с трудом волоча ноги, обошел несколько трупов. Хотел отыскать хоть плохую, но защиту. Тщетно. Размеры гноллов явно не соответствовали моим. Слишком худые. А еще — слишком вонючие. От них так сильно несло псиной, что внутри все переворачивалось. Желудок сжимался, настойчиво пытаясь выдавить из себя все содержимое.

Плохое оружие, плохие доспехи — и взять-то нечего. Только настроение испортили.

Придерживая раненый бок, отправился к квадроциклу. Правда, прежде дождался, пока рассеется ядовитое облако.

В дороге еще несколько раз использовал заклинание лечения. Кровь остановилась, но голова так и гудела до самого вечера. На ночлег останавливаться не стал. Окружающая местность вполне позволяла двигаться и в темноте, в свете фары. Пусть не так быстро, как днем, но все же это лучше, чем сидеть на месте. Остановился, только чтобы немного размять затекшие конечности и перекусить. Благо рана на языке затянулась.

Более длинной ночи я не припомню. Даже прошлая, когда вез Эшу, не тянулась столь долго. Вроде и усталости нет, а в глаза будто песка насыпали. Всматриваешься в конус света перед собой и стараешься не моргать, так как потом перед глазами встает мутная пелена. Первые лучи утреннего солнца встречал чуть ли не с радостными криками. Темнота оставалась где-то там, за спиной. Немного тревожная и выматывающая, но не принесшая никаких проблем.

Тело ломило так, будто вагоны разгружал. Растворов от усталости больше не осталось, а лечение не помогало. Когда немного прояснилось, нырнул лицом в лужу. К тому времени вокруг простирались зеленые поля, поросшие короткой травой и одинокими раскидистыми дубами. Дождь тут был, но не такой сильный и не такой долгий как позавчера, в безымянном для меня месте. И все же лужи нашлись — в корнях деревьев. Вода в них оказалась прозрачной и холодной. Именно то, что мне и требовалось. Проснуться, прийти в себя, заставить голову работать. Трава манила своей мягкостью. Ляг сейчас — и проспал бы весь день. Практически за шиворот пришлось поднимать себя и продолжать путь.

Еще день пути — и я в Беловодье. Там и отосплюсь.

Поля сменились редким подлеском, а ему на смену пришло нечто скалистое, поросшее редким, но густым кустарником. Скорость движения снова упала. Вчерашняя засада заставляла смотреть во все глаза, следить за малейшим движением вокруг. Понятное дело, что если бы кто-то и захотел меня остановить, то сделал бы это без труда.

Долгий подъем оборвался коротким, но очень крутым спуском.

Открывшийся мне пейзаж настолько радикально отличался от всего того, что довелось увидеть ранее, что на некоторое время я даже остановился. Да, это по-прежнему были камни, но без намека на какую-либо растительность. Взрыв! Когда-то здесь прокатилась волна очень мощного взрыва. Возможно, даже ядерного. Каменная порода буквально спеклась, сплавилась стеклянными потеками. Кто его знает, быть может, тут еще и радиация сохранилась.

Протектор колес с трудом зацеплялся за гладкую поверхность камня. На тормоза жми не жми — толку почти нет. И при этом надо постараться вписаться в весьма неприятный поворот, по обе стороны от которого будто нарочно разбросаны "стеклянные" камни с острыми гранями. Въедешь в такое скопление — и считай, отбегался.

Мне удалось проскочить, что называется, на тоненького. Из-под колес даже брызнуло крошево, а сердце успело подпрыгнуть к горлу, когда руль чуть было не вылетел из рук. Ничего — вырулил, удержал. Выскочил к воронке. Да, наверное, это и была воронка. Огромная, радиусом не одну сотню метров. На ее дне сверкали солнечными бликами воды небольшого озера. Наверняка за многие годы вода заполнила бы воронку под завязку, если бы не имеющаяся брешь в одной из стен. Будто великан выломал себе кусок пирога.

Там, у озера, шла жестокая схватка. Бились люди и какие-то создания, судя по всему, выползшие из озера.

Я ударил по тормозам, но движение почти не замедлилось. Встревать в чужую драку не имел ни малейшего желания. Но обстоятельства распорядились иначе — меня несло прямо к дерущимся. Те же точно и не слышали моего приближения, всецело отдавшись взаимному уничтожению.

Сколько всего было людей, не знаю. Как только один из них умирал, его тут же утаскивали в воду. К тому времени, когда мне наконец-то удалось остановиться (хорошо еще, что не бросило в озеро), живыми оставалось человек восемь. Они сгрудились спина к спине и сражались с ожесточением диких зверей. От их оружия отказались бы даже гноллы. Брони же люди не имели вовсе: жалкие, плохо выделанные шкуры и не менее жалкие украшения на грязных телах — вот и все их имущество. Они рычали, издавали гортанные крики, бросались на тварей из озера, не жалея себя.

Так я впервые вживую увидел Диких. Они схватились с короткими, но толстыми змеями, чьим пастям позавидовал бы и самый крупный крокодил. Мое "Знание монстров" определило их как Подлых пожирателей и выставило над каждым линейку с уровнем здоровья. Никакой цифровой конкретики, ну да и ладно. Такие же линейки засветились и над головами Диких.

Похоже, в стороне остаться не получится. Вот только кто из них более опасен — большой вопрос.

Но выбора стороны мне не оставили. Как только колеса квадроцикла завязли в глинистом берегу озера, из воды тут же показались две зубастые башки. Не думал, что эти обрубки способны прыгать. Твари же легко преодолели около четырех метров, просто выскочив из воды, — два черных лоснящихся снаряда, сверкающих красными глазами.

Я успел выхватить демонический меч и отмахнуться от одного пожирателя, разделив его пополам, но второй врезался в грудь, вышиб меня из седла.

Вы использовали способность "Круг пламенного гнева"

Тварь успела издать высокое шипение, когда ее разорвало на части. Воняющие протухшей рыбой потроха брызнули мне в лицо.

Вскочить на ноги, осмотреться. Возле квадроцикла суетится уже штук пять пожирателей, пробуют его на зуб. Еще несколько черных голов маячат в воде. Похоже, меня приняли за куда более доступную жертву, чем скопище Диких, потому часть сил, до того осаждающих грязных аборигенов, спешно направилось ко мне.

Остается либо бежать, бросив транспорт, либо остаться и сражаться. Сомнений с выбором не было.

Вы использовали способность "Огненный вал"

Направил раскаленную волну так, чтобы та захватила большую часть пожирателей. Клубы пара взметнулись рассерженными духами. Вал прокатился и умер над поверхностью озера, заполнив воронку густым туманом. Одежда вымокла за мгновение.

Пора бы и убираться, вот только миновать Диких не получится. Те, расправившись с остатками озерных обитателей, повернулись ко мне. Шесть теней, материализующиеся в белом тумане. Приближаются полукругом.

Что ж, я этого не хотел…

Вы использовали способность "Аура физического отражения"

Вы использовали способность "Аура магического отражения"

Вы использовали способность "Аура скорости"

Но прежде, чем успел выбрать "Крылья ангела", с помощью которых намеревался раскидать тех, кто преграждал дорогу к выходу, ощутил, как задрожала земля под ногами. Почувствовали дрожь и Дикие — сбавили шаг, заозирались. Долго ждать не пришлось. Озерная вода вскипела, вспучилась, выталкивая из себя такие знакомые головы.

Гидра!

Нет, только не сегодня!

Я отлично помнил, какие усилия потребовались, чтобы уничтожить ту, в Жердево. И ведь не повернешься спиной, не сбежишь — догонит шрапнелью шипов.

Тварь повела из стороны в сторону тремя головами (странно, у создания в деревне было пять), увидела нас. Ее пасти распахнулись, наполняя скалы громоподобным ревом. Даже облака тумана не выдержали подобного натиска и разлетелись жалкими клочьями.

Дикие на мгновение окаменели, а затем бросились прочь. Но не выше по стенкам воронки и не к выходу из нее — к своим мертвецам, которых не успели утащить пожиратели.

Вот когда бы пригодился щит! Даже самый тяжелый и грубый. Лишь бы был прочным.

Гидра выстрелила. Я снова не увидел, каким образом ей удается вести огонь, — бросился головой вниз, припадая к земле, стремясь поскорее добраться до квадроцикла, спрятаться за ним.

Краем глаза взглянул на Диких. Те знали, как использовать своих собратьев после их смерти, — ими можно отлично прикрываться.

Первый залп иссяк.

Гидра двинулась к берегу.

Какая же там глубина?

Я думал, что не больше двух-трех метров, но вряд ли такая тварь может жить в подобной луже. Ей нужно место. Да и чем она тут питается, когда мимо не проходят незадачливые путники?

Выудить из мешка жезл. В рукопашную вступать нельзя — вряд ли выстою, сейчас совсем тормоз.

Гидра добралась до берега, начала выползать. Она была слишком тяжела, чтобы сделать это быстро и грациозно, потому тонула в грязи. Вот он, шанс!

Вы использовали способность "Ядовитый туман"

Зеленоватое облако вспухло и почти поглотило в себе трехголовое создание.

Вы использовали способность "Выхлоп темной материи"

Стрелял почти наугад, а потому основная часть магических снарядов ушла в никуда, но несколько все же достигли цели.

Гидра отозвалась болезненным ревом. Услышав его, я снова бухнулся в глину. Прямо лицом. В воздухе засвистели костяные снаряды. Вроде не задело — отлично. Приподняться, пустить в ход жезл. Главное, наделать в создании побольше дырок, пусть даже небольших.

Головы гидры дергались, пытаясь вырваться из удушающих ядовитых паров, но громоздкое тело не позволяло маневрировать с должной скоростью. В конце концов, тварь начала пятиться к воде. А вот этого нельзя допустить!

Вы использовали способность "Открытые раны"

Новый рев чуть не обрушил окрестные скалы, когда тело твари взорвалось изнутри.

Вы использовали способность "Кровавая хватка"

Я почувствовал тепло, быстро перерастающее в жар. Гидра отдавала мне свои жизненные силы. И все равно она оставалась жива. Ревела, корчилась в судорогах, но продолжала отступать. Задние лапы уже погрузились в воду. Еще несколько секунд — и в озере скроется все тело. Возможно, после этого можно будет спокойно покинуть воронку. А что, если нет?

Вы использовали способность "Аркан"

Энергетическое лассо обвилось вокруг длинных шей создания, сдавило и начало вытаскивать его. Я сжал зубы. Ноги подкашивались, а дыхание то и дело сбивалось от натуги. Если сейчас Диким вздумается разделаться со мной — лучше момента не найдут. Но отчего-то они не спешили. Я их даже не видел за ядовитым облаком.

Гидру приподняло, потащило на берег. Снова окунуть в яд — но удержать в одном положении почти нереально. Такое ощущение, что внутри все рвется. Странно, что при этом молчит игровая система. Или это уже я себе придумываю то, чего нет?

Жар от втекающих в меня сил гидры столкнулся с мертвенным холодом не совсем исцеленного отравления. Собрав силы в кулак, одним рывком выдернул трехголовую тварь на берег, уронил в стороне от ядовитого облака. Жаль, но иначе просто выпустил бы.

Тушу гидры заливала кровь, из пастей хлопьями падала белая пена.

Аркан исчез. Из меня точно стержень вынули. Тело обмякло — и я повалился на землю. Уровень усталости равен ста процентам. Вот почему молчала система — я банально выдохся. Все в пределах правил. Сам виноват — отдался схватке и напрочь позабыл, что нахожусь далеко не в самой лучшей форме. Вот и расплата.

Гидра развернулась ко мне. Головы опустились ниже, вытянулись почти параллельно земле. Вспышка рева — и тварь двинулась в мою сторону. Я попытался отползти, но тело не повиновалось. Да и отбиваться больше нечем — оставшиеся способности заблокированы.

Рука сама собой нашарила под одеждой анкх, сжала его холодную поверхность. Странное дело, вроде и не ранен, а постоять за себя не в состоянии. Что ж, возможно, нужные ингредиенты отыщутся в Жердево, где я через мгновение и окажусь…

Увидеть Диких — ничего странного. Увидеть Диких, спасающих твою шкуру, — практически шок.

Выжившая шестерка явно намеревалась добить гидру. Двое из них, вооружившись луками, стреляли, норовя поразить тварь в головы. Но стрелы отлетали от толстой кожи, не причиняя монстру никакого вреда. Еще двое, выкрикивая что-то на незнакомом мне языке, подбегали почти вплотную к раззявленным пастям и тут же отпрыгивали обратно. И лишь последние двое, вооруженные топором и мечом, следовали чуть поодаль, выжидая.

Вот гидра дернула головой, зацепила человека за ноги. Тот вскрикнул, замешкался. Этого оказалось достаточно, чтобы громадные челюсти сомкнулись на его теле. Но не успела тварь насладиться свежей кровью, как подскочивший Дикий с глухим уханьем рубанул топором. Сталь ударила в основание черепа гидры. Конечно, надеяться, что голова твари отвалится, — глупо, но я очень этого хотел.

Голова не отвалилась.

Дикий ловко отпрыгнул, избежав ответной атаки.

И тут же атаковал его напарник с мечом — ударил по другой голове.

Гидра сбилась с бега, попыталась ухватить новых обидчиков, но те оказались слишком проворными для раненой твари, припадающей на одну лапу и задыхающейся в хлопьях покрасневшей пены.

Я начал отползать. Тело худо-бедно возвращалось под контроль. Применять способности пока рано, но хотя бы уйти с линии движения трехголового монстра.

А Дикие продолжали его атаковать. Вот стрела все же нашла цель — вонзилась в глаз одной из голов. Вот мечник нанес еще один удар. А вот гидра перехватила второго отвлекающего, подхватила, запрокинула голову, пытаясь заглотить человека целиком. Зубастая пасть раздалась, горло, до того толщиной примерно в половину человеческого торса, раздалось, принимая в себя добычу. Не прошло и минуты, как пойманный Дикий провалился в брюхо монстра. И почти тут же полоска здоровья над тварью, успевшая снизиться примерно до одной трети, начала восполняться.

Дикий, вооруженный топором, подсек гидре лапу, но не успел увернуться от ответной атаки. Тварь отбросила обидчика гибким хвостом. Я и не видел его — создание все время держало его в тугом кольце, прижатым к боку. И вот неуловимый бросок-выстрел — и человек лежит, а по его груди расползается кровавое пятно.

Я поднялся на корточки, оперся руками о грязную землю. Вполне могу воспользоваться моментом и покинуть место схватки. Наверняка прорвусь.

Вы использовали способность "Бес-прихвостень"

Пузатый недомерок с радостным улюлюканьем бросился к гидре, высоко подпрыгнул, зацепился за одну из голов, а потом с силой ткнул пальцами той в глаз. Похоже, тычок оказался очень серьезным, так как тварь взревела, замотала раненой головой.

"Дурак… дурак… уходи!"

Вы использовали способность "Клетка"

Гидра замерла, не в силах сделать и шага. Под ней разливался алеющий свет пентаграммы.

Приподняться, встать на колени.

Вы использовали способность "Крылья ангела"

Меня выбросило в небо и опустило на спину создания. Послышался влажный хруст поддавшейся плоти. Усталость накапливается очень быстро, но пару раз успею ударить. Быстро скатиться на землю — со стороны хвоста.

Вы использовали способность "Просека"

Вы использовали способность "Прорыв"

Обе атаки нацелил как раз по хвосту… другими словами — бил в самый зад. Кровь твари, бьющая из огромных рваных ран в боку, заливала мне лицо. Она была горькой на вкус, но тоже отдавала сталью.

Ноги снова сделались ватными.

Гидра осела. Она больше не могла двигаться. Передние лапы продолжали вспахивать землю, но с каждым новым взмахом все медленнее. Троица Диких, подобно стервятникам, кружившая возле голов, атаковала. Благодаря действиям моего беса, люди получили возможность нет-нет, но застать противника врасплох, чем не преминули воспользоваться.

Уровень здоровья гидры стремительно уменьшался. Пожалуй, ее можно даже не бить. Оставить лежать и подыхать. Но Дикие не оставляли попыток отсечь ей хотя бы одну голову. Неужели нельзя сделать это потом, когда тварь издохнет? Не знаю — я снова отполз в сторону. За окончанием схватки досматривал зрителем.

Кто их знает, возможно, попытаются забрать и мою жизнь, когда расправятся с трехголовым противником. Как бы то ни было, но к тому времени, когда Дикие с срывающими голос воплями прикончили озерного хищника, я был готов ответить им доброй оплеухой.

Вы получили 28600 exp

Вы получили 13450 серебряных монет

Вы получили новый уровень. Текущий уровень: 19

Вы получили 4 Z-кристалла

Вы получили 10 очковпараметров

Ох, наконец-то! Давно не было. Успел соскучиться. Сразу все десять единиц параметров закинул в силу. Все же в том, чтобы получать сливки за всех тех, кто участвует в схватке, есть своя прелесть. Причем очень затягивающая. Если так подумать — достаточно сколотить себе боеспособную группу из аборигенов и в ее составе выходить на пустошь. Эффекта будет гораздо больше, нежели участие в клановых рейдах.

Выжившие Дикие отрубили гидре все три головы, а затем, оставив две возле неподвижной туши, направились с третьей ко мне. Тяжелая — зараза, если судить по тому, как покачивалось несущего ее Дикого. Сказать, что они измазались в крови, — не сказать ничего. Кровь гидры покрывала людей чуть ли не полностью. И тех, судя по всему, это нисколько не смущало. Даже напротив — вводило в какой-то дикий экстаз.

Они остановились шагах в пяти от меня. Тот, что нес голову, положил ее на землю, затем что-то проговорил и отступил. Слов я не разобрал (очень отрывистые, свистящие), но смысл сказанного понять несложно. Мне предлагалась часть трофеев. Наверное, приняли меня за достойного воина или что-то в этом роде.

— Твое, — будто прокаркал Дикий с мечом в руке. На его шее — ожерелье из человеческих ушей и носов. В собственном носу торчит приличных размеров хромированный болт, а в ушах покачиваются такие же гайки. Волосы то ли просто сильно грязные, то ли заплетены в подобие толстых кос. На открытых участках кожи, под кровавыми разводами, угадываются шрамы. Причем некоторые из них нанесены явно намеренно и составляют единый орнамент.

Дикий не был большим. Жилистым — да.

— Спасибо, — кивнул я, не сводя с них глаз. Кто его знает, вдруг воспримут благодарность как знак слабости? Вроде не восприняли, тоже закивали. — Что вы здесь делаете? — Вопрос сорвался сам собой. Очень уж интересно. Насколько понял из всего услышанного ранее, Дикие обитают где-то далеко, прячутся по норам и вообще ведут себя тихо. Бывает, нападают на города, но лишь большими группами. Вряд ли здесь тот случай. Разведчики?

— Нужен новый дом. Старый — плохой, пустой. Нет еды.

— А здесь самим можно едой стать.

Дикий осклабился гнилыми зубами, перевел услышанное своим. Те с готовностью поддержали его веселье.

— Это понятно. Твой дом тут?

— Нет — дальше. Но такие, как я, вполне могут прийти и сюда.

— Ты сильный, но слабый, — заявил Дикий. — Плохо видишь, плохо слышишь, плохо ходишь. Легкая добыча.

— Дело ваше, — пожал я плечами.

— Ты что тут делаешь? — неожиданно спросил Дикий.

Ну вот, как-то нехорошо будет отмалчиваться — они-то мне рассказали.

— Охочусь.

— Зачем? Ты — чужак. Живешь за большими стенами. Тебе не надо быть здесь. Не надо охотиться.

— Даже за большими стенами нужно что-то есть.

"А он не дурак…"

Сразу понял, откуда я.

Не думаю, что мои слова его убедили. В любом случае, выбери они местом предполагаемого обитания здешние окрестности, участникам Испытания вряд ли добавится серьезных проблем. Возможно, большая часть из нас действительно не умеет ходить тихо или высматривать дичь, но стоит кому-то из игроков обнаружить стойбище Диких — и последних сметут. У нас есть магия, и мы не умираем.

Ни я, ни Дикие не желали оставаться возле озера дольше необходимого. О своих мертвецах они особенно не заботились: сняли все ценное, а трупы побросали в воду. Ни скорбных слов, ни каких-либо иных почестей. Хорошо — хоть уши не отрезали. От туши гидры откромсали несколько больших кусков мяса, насадили их на жерди (тех имелось в достаточном количестве, наверное, принесли с собой), водрузили те на плечи и двинулись прочь. Туда, откуда явился я.

Все это видел, пока вытаскивал квадроцикл из грязи. Завяз тот плотно, а в моем нынешнем состоянии выкатить его оказалось не так просто. К тому же потом хоть немного нужно прочистить от комьев склизкой грязи. Напоследок кое-как закрепил голову гидры на заднем крыле. В распоряжении имелась лишь проволока, да и той небольшой кусок. Но в мешок засунуть трофей не смог — слишком велик последний. Надо будет по случаю прикупить более продвинутую версию. Даже в мой мешок помещались более объемные вещи. Ладно, потеряю — так потеряю. Не велика ценность. Наверное…

Мы не прощались. Не знаю, наблюдали ли Дикие за моим отбытием? Наверняка наблюдали. В конце концов, они охотники и повидали слишком многое, чтобы доверять мне.

Дикие… Приятно, когда хоть что-то из того, что знал с самого детства, остается без изменений. Небольшие расхождения с теорией (вроде наличия мозгов) не в счет.

И снова ветер в лицо, снова рокот в ушах. После получения нового уровня я вроде как начал просыпаться, потянулся к маслянистой поверхности ядовитого океана, в котором плавал последние сутки. Там, внизу, — усталость. Она гнетет, сковывает движения и мысли. Превращает мышцы в вату. Ничего, уже недолго осталось.

От места схватки с гидрой и до самого Беловодья мне сопутствовала удача. На пути попадались группы монстров, но их каждый раз удавалось миновать, благо места для маневра прибавилось значительно. Скальные образования отступили. Снова леса, снова равнина. А потом в воздухе появился запах воды. Не скажу, что воды свежей и чистой. Скорее, наоборот — стоялой, вобравшей в себя запахи разложения и человеческой жизнедеятельности.

Я взобрался на высокий лысый склон, когда увидел реку. Черная вода контрастировала с окружающей зеленью. Если бы не редкие солнечные блики, и вовсе выглядела бы застывшей, точно шоссейная дорога. Странно, старик назвал реку Белой. Это что, шутка такая? Вдалеке, километрах в трех выше по течению, виднелись постройки. Много построек. Не город, но поселение, в несколько раз превосходящее по размерам Жердево.

Кажется, добрался. Жаль, что солнце скоро сядет. Как ни торопись, а дотемна не успеть. Ну да одну ночь могу себе позволить выспаться.

Как там говорил мастер-боец? "Та еще дыра…" Надо бы держать ухо востро. Все же хорошо, что создатели Испытания не стали вводить материальных денег. Одной головной болью меньше. Но кто сказал, что воры, а они наверняка тут есть, не могут стащить амулет или даже оружие? С огненным клинком у них вряд ли что-то получится, но все прочее, что таскаю на себе, — вполне могут умыкнуть. По крайней мере, попытаться.

Беловодье встретило меня скрипом корабельных снастей, топотом ног по деревянным мосткам и сходням, а также такими словами, каких я в жизни не слышал. Запах здесь превратился в вонь. Даже порывы ветра не могли сделать ее хоть немного легче.

Я неторопливо катил по хорошо утрамбованной дороге, минуя причалы, склады, скопища людей и жилые здания. Нет-нет, а ловил на себе заинтересованные взгляды. Причем личностей далеко не самых благообразных. Неужели все они управляются компьютером? Зачем так много?

Отчаянные крики я услышал незадолго перед тем, как из-за угла одного из складов мне под колеса вылетела повозка. Запряженная в нее лошадь неслась, не разбирая дороги, сбивая по пути лотки и неосторожных людей. Вопивший во все горло возница тщетно натягивал поводья. Из почти опустевшей повозки россыпью вылетали остатки груза: яблоки и груши. Те тут же разбирались бегущими следом оборванцами.

Зрелище доставляло местным несказанное удовольствие. Они улюлюкали, подбадривали то ли незадачливого возницу, то ли лошадь. Матерились разве что те, кто не успел миновать ее копыт.

Я резко поддал газу. Квадроцикл рванулся, подняв в воздух столб пыли. Столкновения избежать удалось, но животное испугалось еще больше. Поднялось на дыбы, а потом бросилось в сторону. Повозка накренилась, проехалась на одном колесе, но не опрокинулась. А вот возница не удержал поводьев — вылетел с козел.

Еще некоторое время по улице разносился топот уносящейся прочь лошади.

Народ веселился от души. Кое-как возница поднялся на карачки, воздел руки к небу. Вокруг него, потрясая добытыми фруктами, кружили оборванцы. Несчастный попытался ухватить ближайшего, но тот угрем выскользнул у него из пальцев.

Да уж — ухо держать востро.

Я покатил дальше, а из-за спины все неслись стенания возницы.

* * *

Жаль, что Эшу нельзя доставить сюда. Уже сейчас бы была здоровой — и никакие зелья не нужны.

Я стоял возле здания местного мастера-лекаря и вслушивался в собственное тело. Как же хорошо избавиться от последствий отравления! И плевать на стоимость лечения в тысячу монет.

Несмотря на внешне обветшалый вид лечебницы, внутри оказалось весьма интересное… оборудование, если его так можно назвать. Не чета тому, что использовал мастер в Жердево. Здесь меня поместили в кокон, пронизанный десятками кровеносных сосудов. Вообще, операционная больше походила на внутренности какого-то огромного чудовища. Кроме нескольких белесых коконов, имелись тут и другие живые, если так можно сказать, образования, пульсирующие в едином ритме. Все они объединены в одну сеть, но не сосудами или чем-то подобным, а обыкновенными кабелями и пластиковыми трубками, по которым непрерывным потоком подаются разноцветные жидкости. На полу, стенах и потолке (покрытых тонким слоем прозрачной слизи) аккуратно выведены магические знаки. Те же знаки висят прямо в воздухе, светясь тусклым светом. Пахнет странно. Не скажу, что неприятно. Именно странно — воздух густой, будто тоже живой.

Даже не по себе становится. Симбиоз живой плоти, магии и технологии — жуткий коктейль. Как по мне, лучше бы уж по старинке лечили, на хирургическом столе.

— Что это? — спросил я.

Мастер-лекарь, представившийся Вогантом, усмехнулся. Человеком он был грузным, с красным лицом и двойным подбородком. Говорил довольно добродушно, а вот передвигался тяжело, с заметной отдышкой.

— Вам знакома предрасположенность некоторых живых организмов к ускоренному процессу регенерации? Вплоть до восстановления утраченных органов и конечностей.

— Да, приходилось с такими встречаться.

— Так вот в основе моей хирургии лежит именно этот принцип. Все довольно просто. — Он подтолкнул меня к одному из коконов. Внутренняя поверхность того оказалась усеяна мельчайшими присосками. И, похоже, каждая из них внутри полая. — Особенно сильный эффект регенерации наблюдается у зародышей Гневливого Ивля. Не приходилось встречать?

— Нет.

— Создание само по себе для человека опасности не представляет. Только во времена гона становится крайне агрессивным. Но то всего пять дней в году. Особенную ценность представляют его зародыши. Именно в таких коконах они и развиваются. На этом этапе Ивли крайне подвержены болезням, да и наши климатические условия для них крайне неблагоприятны. Кладка же, состоящая из нескольких десятков коконов, способна свести все эти неприятности к минимуму. Она работает по принципу главного компьютера и периферийных устройств, функционирующих в одной информационной и питательной сети.

— И вы заменили один компьютер на другой?

— Именно! — на лице мастера играла самодовольная улыбка. Толстые пальцы сжимались и разжимались. — Вашему покорному слуге удалось отыскать способ контроля над реакциями внутри замкнутой системы. Я говорю, что надо сделать. Программа разбивает приказ на элементарные команды, понятные системе.

Интересно, это действительно работающая система или всего лишь муляж? Странно, если подобное открытие, будь оно так эффективно, до сих пор не используется в стенах городов. На привычное мне медицинское обслуживание жаловаться грех, но оно давно стоит на месте. Сколько себя помню, не изменилось практически ничего. А иногда возникали перебои с расходными материалами или вставало оборудование.

— Так что, будем лечиться? — сощурившись, спросил Вогант.

Опасения, конечно, имелись. Но что теряю? Тело все равно не постоянное. Даже если рога вырастут или руки с ногами места поменяют — не страшно. Наверняка быстро поправят. Смущало другое — очень не хотелось расставаться с оружием и амулетами, и мое замешательство не осталось без внимания.

— Не переживайте, — успокоил меня мастер-лекарь. — На первый взгляд, Беловодье может показаться местом неприветливым и даже опасным… Так оно и есть, но лишь на улицах. Имея дело с любым из мастеров, вы полностью защищены от посягательств извне. Вас не обворуют, не попытаются убить. То же самое касается большинства гостиниц.

Я разделся и залез в кокон. Внутри оказалось жарко и очень удобно — стенки тут же обволокли тело. Никаких уколов, никакого жжения или иных неприятных ощущений. Вроде только что все видел и слышал. Прошла секунда — перед глазами поплыло, и разум отключился. Когда очнулся, ощущал себя так, точно родился заново.

На всякий случай проверил параметры.

Сила: 126

Ловкость: 28

Мудрость: 75

Интеллект: 7

Телосложение: 83

Здоровье: 1079

Физический урон: 326–390

Вот совсем другое дело. С защитой все еще проблема, ну да вскоре решу и ее.

— На демонические бои собираетесь сегодня? — спросил мастер-лекарь, когда я уже покидал лечебницу.

— А что это?

— О — это зрелище, на которое стоит сходить. Не столь грандиозно, как турниры между бойцами-людьми, но уж точно не менее занятно.

— И что, прямо демоны дерутся?

— А то как же — они самые, — Вогант сложил руки на круглом животе. — До смерти смертной, коли на то соизволение благодатной публики будет.

— Где такое чудо проходит?

— А тут же — на самой торговой площади, после заката. Иди на огонь — не ошибешься.

— В чем подвох?

Мой опыт общения с демонами говорил о том, что после их схваток (если местным действительно удастся их стравить), на месте Беловодья должно остаться лишь пепелище.

— Никакого подвоха, — нахмурился лекарь. — Вы забываете о масштабах участников. Приходите, опасаться нечего.

— Спасибо, обязательно загляну, — кивнул я.

Что ж, теперь пора к мастеру-алхимику. Комната в гостинице уже забронирована, квадроцикл стоит в гараже при ней. Место недешевое, но уж лучше переплатить за постой, чем потом остаться без транспорта. Голову же гидры тащил с собой, предварительно спрятав ее в два мешка. В гостинице посоветовали отнести ее мастеру-ловчему. Тот должен хорошо заплатить за избавление окрестностей от опасного чудовища.

Вот так — с пылающим мечом в одной руке и с кровоточащим мешком в другой руке, направился в сторону торговой площади.

— Так-так-так… — бормотал мастер-алхимик, пробегая глазами листок бумаги, выданный мне Наирой. — И когда вы хотите все это получить?

— Сейчас.

От душного аромата трав саднило горло, слезились глаза.

"Хоть бы дверь приоткрыл…"

Лавка мастера-алхимика была закупорена, точно бочка с дорогим вином. Внутри, в свете настенных светильников, расположились массивные стеллажи под самый потолок. Их полки были завалены всяческим мусором, который хозяин лавки наверняка считал очень ценным.

— А еще лучше, если найдется противоядие от яда Плывуна, — добавил я.

— Противоядия нет. Плоть Плывуна подвержена быстрому гниению, выделить из нее необходимый антидот невозможно. Но можно синтезировать его из ингредиентов. Вот с ними и имеются затруднения… — Он снова уставился в листок. — Корень белого кривошипа… давно не попадался — совсем редким стал. В Беловодье не найдешь, поверь. Крапивница ночная — ее еще можно поискать, но нужно время.

— Остальное в наличии?

— Пожалуй.

— Сколько времени займет поиск крапивницы?

— К утру отыщу, думаю. Или можешь сам попробовать, — мастер взглянул на меня поверх круглых очков. — Вдруг быстрее выйдет.

"Никогда не бывает просто!"

— До утра подожду. А где можно достать корень кривошипа?

Алхимик поводил носом из стороны в сторону, будто к чему-то принюхивался.

— Я могу подобрать замену.

— И раствор получится, как надо?

— Где тот несчастный, что попал в объятия Плавуна?

— Далеко.

— Плохо. Было бы лучше проверить действие раствора на месте. Но думаю, что все получится. Корень белого кривошипа разжижает кровь, что необходимо при отравлении ядом Плавуна. Средство хорошее, но не единственное.

— Хорошо. Подберите замену.

— Это будет недешево.

— Подберите замену. Я вернусь утром.

— Будет сделано.

На улице начало темнеть. Но насколько же снаружи легче дышалось! Запах рыбы, стоялой воды и отбросов? Что вы — это полная ерунда в сравнении с ароматическим шоком лавки алхимика. Работай в таком месте живой человек — давно бы тронулся умом.

Теперь забежать к мастеру-ловчему — избавиться от мешка, вокруг которого уже вилась стая мух.

Когда я только подходил к лавке алхимика, народу на торговой площади было совсем не много. Многие лоточники уже собирались по домам. Когда же покидал лавку, народу прибавилось. Но не торговцев — обычных обывателей. В основном собирались небольшими группами, в обнимку с бутылками, а то и не одной. Что-то явно приближалось. В основном народ крутился вокруг небольшого деревянного сооружения: грубо сколоченного подобия амфитеатра.

— Почему одна? — спросил мастер-ловчий. Его дом располагался у самой воды. У входа растянуты сети, а над самой дверью скалится огромный рогатый череп. То ли его плохо выделали, то ли кость неведомой мне твари действительно отдавала в синеву. Сам мастер сидел тут же, раздетый по пояс, и вязал новую сеть. Во рту попыхивала деревянная трубка, огромные рыжие усы чуть не свешивались на грудь.

— Остальные бросил — тяжело нести.

Не стал распространяться о встрече с Дикими. Только лишних вопросов мне сейчас не хватало.

— Такой здоровый — и тяжело? — ухмыльнулся ловчий, вытащив трубку изо рта.

— Ага. Больной был — еле ноги тащил.

— Ну-ну… — Такое ощущение, что мне не поверили. — Но, надеюсь, тварь мертва.

— Могу указать точное место. Наверняка ее кости еще не растащили.

— Не стоит. Я верю. — Ловчий снова затянулся трубкой. — Предлагаю тебе на выбор тысячу серебряных монет либо возможность выставить участника демонических боев.

— Демона, что ли?

— Его самого.

— И что мне с него толку?

— В случае победы сумма выигрыша будет гораздо выше тысячи серебряных.

— А он может выиграть?

Мастер ухмыльнулся в усы.

— Не стану врать, более ленивого демона я в жизни не встречал. Но он крепкий. Если сумеешь его расшевелить — вполне может добраться до финальных схваток.

— Нет, спасибо. Лучше монетами.

— Дело твое.

Вы получили 2200 exp

Вы получили 1000 серебряных монет

Вы получили достижение: Охотник за головами

Награда: 10 очка параметров

Пять очков в мудрость, пять в телосложение.

Ввязываться в авантюры с непонятными боями совершенно не хотелось. Посмотреть — посмотрю, но участвовать — увольте.

— Вы можете меня чему-нибудь обучить?

— А что тебя интересует?

Перед глазами развернулся список доступных умений.

Я выбрал "Знание монстров" продвинутого уровня. Опыт блужданий по пустоши показал, что знать сильные и слабые стороны противника все же очень полезно.

Десять Z-кристаллов и две с половиной тысячи монет в минус.

Уже уходя, услышал за спиной какой-то шум. Обернулся — насторожился и мастер-ловчий. Пару секунд продолжал сидеть, точно обдумывал причину шума, затем резко отбросил сеть, нырнул в дом. Я сделал еще несколько шагов прочь, остановился. Любопытство — вот куда от него деться?

Ладно, время еще есть — успею и к кузнецу, и к ювелиру. Неторопливо вернулся к дому. Шум не прекращался. Напротив, он усилился. К тому же теперь к нему присоединились не всегда внятные выкрики ловчего. Тот явно с кем-то боролся.

Может, демон освободился?

Я переступил порог. В доме царил легкий полумрак, пахло рыбой и шкурами. Мастер стоял в углу и держал нечто на вытянутых руках. Нечто звенело цепью, билось, шипело, рвалось прочь.

— Помощь нужна?

Внезапно нечто обмякло.

— И чего на него нашло?! — сплюнул ловчий. — Уже неделю сиднем сидит. И вот — нате. Гнилой товар — на шкуру пущу. Может, амулетов хоть наделать удастся.

Ловчий развернулся ко мне лицом, поднял руку, в которой сжимал крылатое создание размером с кошку. Наверное, это действительно был демон — только очень мелкий. Красноватая кожа, перепончатые крылья, обвисшие вдоль тела тонкие лапы.

— Это его вы мне предлагали?

— Его, поганца, — мастер встряхнул безвольное тело. — Ты что, сдох, что ли?!

Демон не сдох. На меня смотрели угольки его внимательных глаз.

— Ладно, пойду я.

Но стоило мне сделать шаг прочь, как демон снова рванулся в руках ловчего. Обернувшись, я видел, как создание молотит по воздуху крыльями. Из его широко раззявленного рта неслись отчаянные вопли.

— Подожди… — лицо ловчего скривилось. — Зайди в дом.

Я склонился, чтобы не задеть низкого дверного проема.

Демон снова перестал биться. На скукоженной, точно печеное яблоко, морде обвисли тягучие слюни.

— Похоже, ты ему понравился, — сказал мастер.

— Я счастлив. И что теперь?

— Может, заберешь? Смотри, какая тварь — обязательно до полуфинала дойдет.

— Некогда мне с ним возиться. Бешеный он у тебя какой-то. Покусает еще — лечись потом.

— А ты попробуй, возьми его в руки.

Ловчий протянул мне демона, все еще удерживая того за шею. До буйства тот, судя по всему, сидел в металлической клетке, что висела тут же, под потолком.

"На кой он мне?"

Но руку протянул, каждое мгновение ожидая, что мелкая тварь вцепится в нее тонкими, но острыми когтями. Ловчий медленно разжал пальцы — демон вытянул нижние лапы, ухватился за рукав моей куртки, затем несколько раз взмахнул крыльями, стремясь сохранить равновесие. Мастер полностью выпустил создание — и то, пробежав по моей руке, уселось на плечо.

— Впервые такое вижу, — проговорил ловчий, не скрывая удивления. — Что с тобой не так, парень?

— Со мной все нормально. Это твой зверь не в себе. Забирай его.

— Это не зверь, — наставительно проговорил мастер и попытался снять демона с моего плеча. Тот всеми четырьмя лапами вцепился в куртку, заверещал дурным голосом.

Я дернулся в сторону. Ухо, в которое кричало создание, заложило.

— Вот и все решили, — усмехнулся ловчий. — Забирай его. Мелкий, шкуры что с крысы.

— Мне нужны деньги, а не ручные зверьки.

Конечно, интерес мелкого демона к моей персоне занятен и любопытен, но что мне с ним делать? Слишком уж шумный и беспокойный.

— Черт с тобой, забирай так! — махнул рукой мастер.

— Какой с него прок-то? Чем кормить?

— Жрет все, что попало. Даже резину и пластмассу. Но лучше мясо. Сырое, — он ухмыльнулся. — Какой прок… если не хочешь выставить его на боях, так скрасит скуку и одиночество в пустоши.

— Да уж — тоже мне компания, — вздохнул я, скосившись на демона. Тот сидел и с любопытством разглядывал мое ухо. Наши взгляды пересеклись. И ведь не бездумная тварь — явно мыслящая. И вот поди, догадайся, что у него на уме? Так на ухо смотрит или думает, как его оторвать?

— А он больше не вырастет?

Ловчий засмеялся.

— Нет. Он взрослый уже. Может, даже и меня старше. Не одну сотню лет живут. Эти мелкие — они особняком от остальных созданий держатся. Насколько мне известно, свои же их поедают с удовольствием. Изгои. Некоторые охотники умудряются натаскать мелких уродцев добычу выслеживать и приносить. Как собака — только с крыльями.

— Ладно. Возьму. Но если что не так, — погрозил демону, — пеняй на себя. Звать-то его как? — Обернулся к мастеру.

— Кто же его знает? Сам назови, как нравится.

— Барсиком будешь, — заявил я. Имя само собой всплыло в памяти. Какое-то старинное, выуженное на просторах сети.

Непривычно ощущать себя обладателем животины. Тем более такой странной. В городе у нас домашних животных нет — слишком нецелесообразно, слишком затратно и неэффективно в плане поддерживания помещений в должной чистоте. Не думаю, что с новым "другом" сможем долго быть вместе — наверняка слиняет при первой же возможности. Ну да оно и к лучшему — мне же меньше проблем.

— Забери половину монет, — сказал мастеру-ловчему. — Все же сделка есть сделка.

— С тобой точно что-то не так, — ухмыляясь, развел руками тот. — Но себя упрашивать не дам.

Вы потеряли 500 серебряныхмонет

Вы получили достижение: Щедрость

Награда: 10 очка параметров

О как! Это дело куда полезней пяти сотен монет.

Раскидал по пять очков в силу и в мудрость.

Ну что, теперь наряжаться!

На улице почти стемнело, а вот торговая площадь плавала в многочисленных отсветах факелов. Людей стало еще больше. Все чаще слышались нетрезвый смех, разудалые вопли. Кто-то дрался, кто-то пытался залезть под подол полнотелой торговке, только-только успевшей собрать свой лоток. Впрочем, торговка хоть и повизгивала, но возмущенной не выглядела.

Я думал, что демон рванет в небо сразу, как только покину дом ловчего, но — нет. Барсик как ни в чем не бывало продолжал сидеть на моем плече, но теперь уже таращился по сторонам. Если он шпион своих более крупных собратьев, то поступает очень верно.

От огненного меча, что по-прежнему держал в руке, народ шарахался с нескрываемым раздражением. Да и мне порядком надоело жить, постоянно опасаясь наделать в собственной одежде лишних дырок. Потому первым делом присматривался именно к ножнам.

— Хорошее оружие, — с уважением проговорил мастер-кузнец — огромный детина, с руками, которые даже полностью выпрямиться не могли. Несмотря на скудный поток клиентов (точнее, полное отсутствие последних) и всеобщее веселье, он продолжал работать. До моего прихода мастер орудовал молотом, высекая искры из тлеющего бруска металла.

— Хорошее, но без ножен. Найдется что-то достойное?

Кузнец пригладил окладистую бороду.

— Идем.

Он провел меня за кузню, в небольшую лавку. Я когда-то видел, как раньше, задолго до Армагеддона, подобным же образом в магазинах развешивали одежду: в несколько уровней, внахлест. Так было и тут. Глаза не то что разбегались, они просто скользили по многообразию оружия и доспехов, не в силах за что-то зацепиться.

— Ножны из кожи демона, — возвестил кузнец, выкладывая передо мной длинный сверток. Когда тряпки были отброшены в стороны, передо мной предстал образчик очень тонкой работы. Черные ножны украшала серебряная гравировка. — Заклинание, подавляющее мощь огненной стихии. Примерь.

Ножны оказались немного великоваты, но они действительно гасили пламя клинка. Причем стоило его вытащить наполовину, как огонь вспыхивал с прежней силой.

— Размер подгоню к утру.

— Отлично! Мне еще нужно…

Не знаю, сколько времени провел в той лавке. Как же хорошо иметь возможность выбора. Причем выбора из весьма приличного ассортимента.

В конце концов, остановился на следующей вещице:

Доспех лунного братства

Защита 90

Дополнительно:

Сила +10

Телосложение +30

Мудрость +30

Ловкость +30

Урон от магии воздуха 20–40

Скорость накопления усталости снижена на 50 %

Взрыв ярости — раз в сутки создает взрыв мощностью 300 % физического урона. Эпицентр взрыва — вы. В эпицентре наносится незначительный урон.

Маскировка — раз в 12 часов вы становитесь невидимым. Время действия: 10 минут. Чем активнее вы двигаетесь, тем слабее становится маскировка.

Доспех имел пластинчатую структуру и, на удивление, оказался очень легким, почти не сковывал движения. Черный, будто деготь, с единственной серебряной пентаграммой на груди, из центра которой разворачивалась спираль незнакомых мне символов.

— Старинная вещь, — пояснил кузнец. — Говорят, в таких доспехах сражались те, кто навсегда отказывался от прошлого: бросали родных, близких, друзей. Даже собственное имя забывали. Ничто и никто не должно связывать их с миром живых, за который они и боролись. Они проникали в самое сердце поселений демонов и уничтожали их изнутри. Правда, чаще всего погибали и сами.

После небольшой подгонки и фиксации всех ремней доспех сел идеально. К нему взял шлем, перчатки, сапоги с поножами и разгрузку для растворов. При этом старался выдержать цветовую гамму.

Шлем доброго зрения

Защита 30

Дополнительно:

Зоркость — увеличивает дальность вашего обзора на 30 %. Действует постоянно.

Ночное зрение — позволяет вам видеть ночью. Действует постоянно.

Детектор обстрела — информирует о точках дистанционной атаки. Действует постоянно.

Шлем был полностью закрыт, без каких-либо украшений. Только в глазницах угадывается алый отсвет не то стекла, не то какого-то минерала. Впервые надев шлем, не понял, в чем дело: мир вокруг преобразился многогранным фасеточным пазлом.

— Подожди… — остановил меня кузнец, когда я дернулся стащить с головы непонятную штуку.

И действительно, прошло несколько минут — и мир вернулся в прежние границы. Хотя, нет, не в прежние. Немного раздался в стороны, стал более четким и контрастным.

Перчатки взял исключительно из-за вероятности обездвижить противника. В ближнем бою — очень может пригодиться.

Наследие костяных предков

Защита 15

Дополнительно:

Урон 10–15

Вероятность обездвижить противника 30 %

Сапоги легкой поступи

Защита 20

Дополнительно:

Легкость — ваши шаги услышит только самый тонкий слух. Действует постоянно.

Скорость накопления усталости снижена на 30 %

Бег — раз в час вы можете развить скорость в 100 км/ч.

Время действия: 1 минута

Зеркальные поножи лжи

Защита 20

Дополнительно:

Клон — раз в час вы можете создать своего клона. Клон не наносит повреждений, но имеет уровень здоровья, равный вашему.

Время действия не ограничено.

Ременная разгрузка

Защита 5

Дополнительно:

Число карманов 7

Кажется все. В ночи теперь ни одна гадина не приметит меня. А если повезет, то и днем не буду сильно отсвечивать. Намеренно сделал акцент на скрытности. Внезапные атаки — почему нет? Я, конечно, не танцор какой-нибудь, но лезть на рожон тоже поднадоело — больно это.

Неожиданно приятная новость — мои скидки действуют и здесь. Ранее на это просто не обращал внимания. Сейчас же, когда сумма набралась весьма ощутимая, скидки пришлись как нельзя кстати. Всего набрал на пятьдесят две тысячи, отдал же лишь половину.

Все время, пока выбирал доспехи и занимался примеркой, Барсик сновал рядом. Создание оказалось весьма сообразительным и под руку не лезло, не мешалось. Кружилось под потолком или усаживалось на какой-нибудь элемент снаряжения и наблюдало оттуда. А один раз даже спикировало к полу, а когда снова взлетело, держало в лапах большую крысу.

Похоже, имя мелкому демону пришлось в самый раз. Вот только играть с крысой Барсик не стал — заглотил одним махом, после чего уселся на круглый щит и еще долго облизывался.

Щит! Я чуть было не позабыл о щите!

Мастер-кузнец усмехнулся — то ли ловкости Барсика, то ли моей забывчивости, вынес мне черный стальной диск с уже знакомым серебряным знаком в центре: пентаграммой со спиралью символов.

Щит лунного братства

Защита 50

Дополнительно:

Сила +10

Телосложение +10

Мудрость +10

Ловкость +10

Урон от магии воздуха 10–20

Вот теперь точно все.

Распрощавшись с кузнецом, вышел в ночь. Бои, похоже, уже начались. В центре торговой площади образовался настоящий столб пламени, бьющий в небо. Его источником стал тот самый амфитеатр, теперь под завязку заполненный людьми. Судя по доносящимся оттуда крикам, представление выходило по нраву.

— Ну что, доберешься до полуфинала? — спросил Барсика.

И без того морщинистое, "печеное яблоко" нахмурилось еще больше.

— Не бойся, я еще с делами не покончил.

Вот только бы оказались на месте нужные мастера. Осталось одно — с толком потратить Z-кристаллы. И завтра не забыть у алхимика закупиться растворами — забить ими весь мешок. Кстати, сам мешок тоже надо сменить.

Мастера оказались на месте, хотя некоторых пришлось поискать. Но труды того стоили.

Первое, за что уцепился, — "Ускоренное обучение" продвинутого уровня. А это двадцатипроцентное увеличение получаемого опыта. Далее заполучил:

Оружейник (продвинутый)

Использование длинных клинков (продвинутый)

Живучесть (продвинутый)

Двурукий (продвинутый)

Запас Z-кристаллов таял буквально на глазах. 10 кристаллов за улучшение каждого умения. Очень много, даже с учетом того, что почти половину из имеющихся я заполучил не очень честным образом. Неожиданно оказалось, что улучшить все умения просто не на что. Пришлось наступить на собственное горло и остановиться только на тех, которые считал наиболее важными на текущий момент:

Ускоренное восстановление способностей и заклинаний (продвинутый)

Усиление способностей и заклинаний (продвинутый)

Длительность способностей и заклинаний (продвинутый)

Усиленная белая магия (продвинутый)

Усиленная черная магия (продвинутый)

Усиленная магия крови (продвинутый)

Усиленная демонология (продвинутый)

Вот и все — осталось всего 2 Z-кристалла. А вот серебра — целая куча. Даже отдав мастерам 27500 тысяч, при себе имел больше, чем было до работы Мастера в Живых камнях. Все же хорошая скидка — большое дело.

Под конец обучения уже ломило виски и кружилась голова. Похоже, в будущем надо растягивать процесс собственной прокачки хотя бы на пару часов — не сразу разом вбухивать всю кучу кристаллов.

Вы использовали способность "Лечение"

Ничего не изменилось — голова продолжала раскалываться. К лекарю сходить, что ли? А, ну его. Не такая уж и беда — можно и потерпеть. Но если остались деньги, и не малые, не пустить ли их в дело? У меня до сих пор всего пять колец — это же непорядок при наличии средств на приобретение дополнительных безделушек. Целая рука свободна.

— Может, и тебе что-нибудь купить? — спросил Барсика.

Тот заинтересованно поводил носом, затем вытаращил глаза и чихнул. Хорошо — не в меня, а то бы украсил гроздями слюней.

Мастер-ювелир встретил меня, покачиваясь на нетвердых ногах. За его спиной, в лавке, раздавались веселые крики и смех. Похоже, вовсю шла пирушка.

— Тебе чо? — икнув, спросил он.

— Нужны кольца. Есть деньги, готов хорошо заплатить.

Правильно, что сразу упомянул о деньгах, иначе бы тут же пошел своей дорогой. А так — заставил задуматься.

— Ты знаешь, сколь… — снова икание, — …ко сейчас времени?

— Конечно. Потому не отвлеку вас надолго. Хорошие деньги к хорошему празднику — что может быть лучше?

Ювелир довольно усмехнулся, обнажив неровные желтые зубы. В лицо мне пахнуло запахом чего-то горького и острого. Невольно вспомнил мастера-ювелира из Жердево — аккуратного и педантичного.

Барсик на моем плече громко фыркнул.

— Не нравится? — мастер попытался ухватить демона за голову.

Я успел отдернуть плечо назад. Еще бы немного — и когтистая лапа моего питомца рассекла бы ладонь подвыпившего представителя работников ювелирного цеха.

— Зараза какая! — еще больше заулыбался мастер. — Ладно, идем. Только держи его при себе, не хватало, чтобы гостей мне напугал.

Мы прошли по темному коридору, миновали настежь раскрытую дверь, за которой и шло веселье. Краем глаза я успел разглядеть большой стол, заставленный едой и напитками, а также теплую компанию из прилично одетых мужчин и неприлично полураздетых женщин.

— Что празднуете? — спросил ювелира.

— Жена двойню родила, — с готовностью ответил тот. — Двойню! Пацана и девку.

— Поздравляю…

Так и подмывало спросить — в курсе ли жена его закрытой вечеринки, но посчитал за благо смолчать. Какое мне дело до того, чем занимается игровой персонаж?

Все время, пока выбирал себе кольца, мастер не закрывал рта и тараторил о своем счастье. Под конец даже прослезился и принялся зазывать меня за стол. Участвовать в пирушке совсем не хотелось, потому пришлось соврать, что срочно собираюсь в дорогу, потому и заявился столь поздно. Ювелир вздохнул, но больше не приставал.

Не знаю, каким он был семьянином, но вещи делал действительно хорошие.

Я остановился на следующих кольцах:

Кольцо искусного подмастерья

+ 15 ко всем параметрам

Белое кольцо исцеления

Продвинутое лечение — восстанавливает 100 единиц здоровья целевому живому существу

С вероятностью 20 % исцеляет критические повреждения

Время перезарядки: 3 минуты

В круге стихий

Защита от магии огня +50 %

Защита от магии земли +50 %

Защита от магии воздуха +50 %

Защита от магии Воды +50 %

Зло не пройдет

Защита от черной магии +50 %

Защита от магии крови +50 %

Защита от демонологии +50 %

Кольцо поддержки

Аура поддержки — в радиусе семи метров вы можете выбрать неограниченное количество существ, включая себя, физическая сопротивляемость которых поднимется на 50 %

Время действия: 5 минут

Время перезарядки: 10минут

Еще восемнадцать с лишним тысяч в минус. Осталось шестьдесят семь. Но эти уж пусть лежат. В конце концов, никто не гонит скупать сразу все. Вроде бы приоделся неплохо. В итоге получилось:

Сила: 166

Ловкость: 73

Мудрость: 140

Интеллект: 23

Телосложение: 143

Здоровье: 2145

Физический урон: 430–527

Урон, разумеется, при наличии в руках обоих мечей.

Физическая защита: 97 %

Защита, в свою очередь, при использовании щита.

Но что радовало особенно — так это урон от магических способностей. Тот же "Белый ветер" против демонических созданий дорос аж до — 15605 единиц урона, а банальный "Круг пламенного гнева" до 7665 единиц. Еще очень воодушевляло "Продвинутое лечение", восстанавливающее 1680 единиц здоровья. Пожалуй, с такими показателями вполне можно возвращаться в пустошь.

Напоследок купил себе новый вещевой мешок — вместительный, позволяющий запихнуть в него предметы, гораздо превосходящие размером горлышко.

Осталось только закупиться топливом для квадроцикла, но это уже утром, после посещения алхимика. На сегодня, пожалуй, хватит.

— Посмотрим на демонические бои? — спросил Барсика, когда снова оказался на улице. — Не каждый день такой шанс выпадает.

Демон, разумеется, смолчал, но особого желания я в его взгляде не встретил. Понимает ведь все, паразит! Странно, что не разговаривает.

Попасть на бои оказалось делом непростым. Все места были уже заняты. Но звонкая монета открывает любые двери. Всего двести серебряных на личные нужды паре мордоворотов у входа — и место сразу нашлось. Хоть и стоячее. Плевать, я все равно не собирался торчать там долго. Голова болеть перестала, но в глаза точно песка насыпали. Сказывался недосып. А ведь по-хорошему сегодня-завтра мне надо отключиться от Испытания — посидеть в игровой комнате, чтобы мозги встали на место. По идее, ночевка в Беловодье — самое на то время. Как раз никто не побеспокоит. Но никак не отделаться от опасения, что обратно могут и не пустить. Да, Координаторам под силу отключить меня в любое время — это они уже продемонстрировали. Но зачем облегчать им задачу? Надо сначала вернуться к Живым камням, удостовериться, что Эша встала на ноги, а там уж и отключаться.

Зрителей на арене собралось несколько сотен. Соответственно и гул стоял такой, что народ если и общался, то только криком. Я успел на концовку не знаю какого по счету поединка. На арене, в багровых отблесках пламени, что не жгло и не грело, бились два демона. Наверное, тут использовался эффект линзы, иначе вряд ли существа размером с кошку были видны с отчетливостью, как если бы они находили прямо перед глазами. Один из "гладиаторов" был корявым коротконогим увальнем, покрытым черной чешуей. Второй — крылатый, тонкокостный, с двумя парами рук и длинными винтовыми рогами. Оба вооружены металлическими прутами, оба конца которых заточены наподобие игл. Не знаю, что заставляло демонов биться на потеху людей, но оба создания мутузили друг друга с завидным усердием. Рогатый так и крутился волчком вокруг коротконогого, наносил удар за ударом, но не мог пробить плотную чешую. Увалень же лишь поворачивался и время от времени парировал часть атак, сам не предпринимая ни малейших попыток достать противника.

Зрители галдели, потрясали кулаками и обрывками каких-то бумаг. Похоже, тут имеет место нечто вроде тотализатора.

Рогатый демон перепрыгнул коротконого, с размаху ударил его прутом по голове, тут же сместился в сторону, звезданул наотмашь. Голова увальня дернулась, послышался влажный треск — глазница демона будто взорвалась изнутри, брызнула кровавым фонтаном. Воодушевившись, рогатый попытался развить успех и пырнул противника в кровоточащую рану. Коротконогий сделал всего два движения: первым отбил нацеленный ему в морду прут, вторым ударил в ответ. По арене прокатился слитный вздох: заостренный кусок металла насквозь пробил горло рогатого. Тот все еще продолжал стоять, покачиваясь на подгибающихся ногах, когда увалень с силой рванул прут в сторону, вырвал его из плоти противника. Голова последнего завалилась набок — и демон упал.

Арена взорвалась овациями.

Я почувствовал, как Барсик жмется к моей шее.

— Что, не нравится? — спросил его.

И почему только не улетает? Я же не держу его. А ведь наверняка понимает, что может оказаться на месте одного из бойцов на арене. Неспроста все это — неспроста.

По рядам зрителей побежали плохо одетые дети лет десяти. Они выкрикивали имена следующих бойцов и сразу же собирали ставки. Следующая схватка предусматривала сразу четверых участников. Причем, несколько я понял, победитель будет только один.

Демоны появились из небольших огненных сгустков — в центре арены. Двое с крыльями, один с четырьмя ногами и головой, глубоко утопленной в шею. И последний вообще без ног, точно червяк.

"Все же насколько разнообразен мир демонов". И ведь наверняка это лишь малая часть представителей Хаоса. Почему-то казалось, что создатели Испытания не придумывали собственных монстров, а использовали исключительно существующих.

Сбор ставок завершился. Затем на мгновение магический огонь погас — и тут же снова засветился в полную силу. Демоны рванулись с места.

Первым, как ни странно, успеха добился именно червяк. Он выпрыгнул с места, ударил в грудь только-только начавшего взлетать летуна и еще в падении умудрился садануть тому прутом по голове. Череп демона треснул, изо рта и носа брызнула кровь. Уже приземлившись, червяк ударил снова, пригвоздив противника, точно бабочку. Но порадоваться первой победе не успел. Второй летун успел набрать высоту и спикировать, выставив перед собой прут, точно копье. Острая сталь легко пронзила податливое тело, но червяк не умер — развернулся на месте и ударил в развороте. Оба покатились по земле, сцепившись и вереща.

Четырехногий двигался медленно, будто нехотя. Перебрасывая из руки в руку прут, приблизился к дерущимся. Летун явно одерживал победу — повалил червяка на спину и что было сил полосовал его длинными тонкими когтями. На морде последнего живого места не осталось, но сдаваться он не собирался — отбивался как мог, хоть и вяло. Четырехногому не пришлось даже приближаться вплотную — достаточно было метнуть свое копье. Стальная спица сверкнула в кровавом свете и легко пронзила спину крылана. Тот запрокинул голову, дернулся, но взлететь не смог. Прут пробил его насквозь и воткнулся в голову червяка.

Зрители взревели в предвкушении скорой развязки. Но рев не был равномерным. То и дело в нем прорывались недовольные выкрики одиноких недовольных и целых групп.

А между тем четырехногий подошел ко все еще дергающемуся крылану, уперся в его спину одной ногой и начал медленно вытаскивать прут. Поверхность того, судя по всему, не была гладкой. Крылатый демон верещал так, что будь он немного больше размером, его крик вполне бы мог перекрыть рев зрителей.

Четырехногий же явно наслаждался выпавшей ему ролью. Он как-то по-особенному повернул прут, затем резко его дернул — вслед за куском металла из тела раненого демона потянулись внутренности. Будто нитка за иголкой. Ухватившись за окровавленный кусок кишечника рукой, победитель отбросил крылатого пинком ноги и начал наматывать кишки побежденного на руку.

Я не стал досматривать, чем закончится представление. Одни звери с удовольствием смотрят, как друг друга убивают другие звери. Наверное, я слишком слаб, чтобы спокойно смотреть на все картины, что предлагает Испытание. Как по мне — лучше прибить сразу, а не разводить кровавые танцы. Вряд ли подобные представления способны устрашить тех, кто все еще шастает по пустошам. Не устрашат, а вот обозлить могут — запросто.

Если только поднять боевой дух зрителей… Да что толку? Они все равно лишь управляемые болванки.

— Уходим-уходим, — проговорил Барсику.

Похоже, тот вообще не смотрел представления — отвернулся сразу после начала, да так и просидел, чуть заметно подрагивая и укрыв голову руками. Странный тип, ничего не скажешь.

Крики и гул голосов остались за спиной. Я шел прочь от огненной арены, намереваясь как следует выспаться. Надо будет выехать пораньше, как только алхимик выполнит заказ.

Но до гостиницы добрался не сразу. Задержался по дороге, на улице, насквозь провонявшей рыбой. Впрочем, тут рыбой воняло всюду.

— Уважаемый, огонька не найдется? — окликнул меня хрипловатый мужской голос.

Из тени двухэтажного здания выплыла человеческая фигура, направилась ко мне.

— Какого огонька?

— Прикурить.

Человек подошел ближе, но его лица я все еще не видел. На улице имелись масляные фонари, но светили они тускло.

"Прикурить?" И эту привычку разработчики впихнули в Испытание. В городах курение давно запрещено настрого. Да и какой интерес дышать дымом?

— Нету.

— Жаль… — вздохнул человек.

Он встал почти вплотную — и я увидел его лицо: худое, с большими впалыми глазами, поросшее клочками щетины. Но общее впечатление — сильно помятое лицо. Где-то мы уже пересекались. Но где?

— Тогда, может, монетой-другой будешь щедр? — спросил незнакомец.

— С чего бы это? Ты с руками, с ногами. Или с работой беда?

— Беда-а-а, — протянул тот. — Это он! — крикнул неожиданно мне за спину.

Что там говорил лекарь? Опасаться нечего в гостиницах, почти во всех.

Послышались быстро приближающиеся шаги. Еще двое?

— Не помнишь меня? — криво усмехнулся незнакомец.

— Нет.

— А я тебя хорошо запомнил. И все равно не поверил, когда увидел на демонических боях. Приоделся, смотрю. Не бедствуем, да? Почему не задержался?

— Не понравилось. Скучно.

— Скучно ему… — сплюнул кто-то за спиной. — Где квадроцикл, умник?

Точно! Теперь все связалось. Незнакомец — тот самый возница, лошадь которого выскочила на меня, когда только въезжал в Беловодье.

— А зачем тебе квадроцикл? — Медленно обернулся

Они что же, хотят с меня компенсацию какую-то стребовать?

Так и есть — двое. Не сказать, чтобы великаны, но и не доходяги. Зубы вполне могут выбить. Но только таким же, как и сами, — не участнику Испытания.

— Ты посмотри, какая у него хрень на плече сидит! — проговорил третий, тыкая пальцем в Барсика.

— Ха! — обрадовался возница. — Если бы не ты, я бы не потерял товар и повозку. Так что давай, плати. Так и быть — хватит этого мелкого ублюдка.

Мужик за моей спиной все же ткнул пальцем в Барсика. Тот зашипел, ударил его когтистой лапой. Мужик отдернул руку, но слишком поздно. На пальце пролегли три глубокие царапины, из которых тут же потоком хлынула кровь.

— Он не любит, когда его трогают, — сказал я.

Они начали действовать одновременно: сзади мне на горло опустилась удавка, возница из рукава выхватил нож, а мужик с расцарапанным пальцем попытался звездануть меня кулаком в челюсть. У них бы наверняка все получилось, попытайся они проделать то же самое до того, как я посетил лекаря и всех прочих мастеров. Нет, заступившие мне дорогу не были обычными мешками для битья — двигались быстро, а действовали слаженно. Но все же недостаточно быстро.

Попытку разбить мне челюсть прервал блокирующим ударом и пинком куда-то в область паха. Нож возницы метнулся к моему лицу, но был выбит и беззвучно улетел в тень. А вот его хозяин взвыл, когда переломилась его кисть. Третьего же ночного гостя и вовсе не пришлось трогать — им занялся Барсик: набросился, вереща и размахивая лапами. Когда я обернулся, лицо несчастного представляло из себя кровавую маску с болтающимися длинными полосками кожи. Мелкий демон летал вокруг его головы и время от времени вцеплялся в волосы, да и вырывал клочок-другой.

— Отпусти его, — сказал Барсику. Демон что-то невнятно прошипел и плюнул вслед бросившемуся бежать грабителю. — А ты не такой уж и валенок, каким кажешься.

Питомец полетал еще немного, затем вернулся мне на плечо.

— Еще есть вопросы? — повернулся я к лежащему на земле извозчику. Тот поскуливал, любовно баюкая сломанную руку.

— Нет. — Быстро-быстро замотал головой.

— Ну и отлично.

* * *

Несмотря на самоотверженную помощь Барсика в схватке на улице Беловодья, спать я ложился с опаской. А что, если мелкий демон все же не так прост, каким кажется? Вцепится ночью в горло, перегрызет — и поминай как звали. Ничего особенно, конечно, страшного не случится — все равно воскресну тут же, у лекаря, но приятного все равно мало. Проснулся — а ты умер. Но усталость быстро взяла свое. Стоило разоблачиться и лечь на кровать, как тело окутала ленивая расслабленность. Хорошо, что сразу попросил одну из работниц в зале разбудить меня с восходом солнца. Иначе бы теперь уже не заставил себя подняться.

На самой границе ускользающего слуха показалось, что рядом что-то скребется. Попытался разлепить свинцовые веки, но потерпел неудачу. Сейчас, еще секундочку — и обязательно посмотрю.

* * *

Меня кто-то яростно тряс за плечо.

— Господин, вставайте…

Голос буквально вырывал из мягких и теплых объятий сна. Что ей надо? Почему не даст поспать? Я же просил — разбудить утром. Только же лег.

— Господин, солнце уже поднялось.

Я открыл глаза. Надо мной склонилась вчерашняя работница — раскрасневшаяся, взъерошенная. Похоже, моя просьба заставила ее отвлечься от очень важного дела. В руках девчонка держала свечу, воск с которой капал мне на подушку.

— Да-да, встаю, спасибо.

Попытался перевернуться на другой бок.

— Вы сами просили обязательно вас поднять. Потому…

На голову мне рухнул целый водопад ледяной воды.

Подскочив, уселся на кровати.

Девчонка благоразумно отскочила к двери.

— Вы сами просили, — напомнила еще раз.

— Спасибо — выдохнул я, утираясь. — Теперь точно проснулся.

— Завтракать будете?

— Да, если можно. Сейчас спущусь.

Девчонка улыбнулась, кивнула и исчезла за дверью.

Молодец какая! Если бы не ее настойчивость — проспал бы все на свете. Сейчас, когда сон немного отошел, я чувствовал себя вполне отдохнувшим. Интересно, а где Барсик? Окинул взглядом комнату, но демона нигде не было. Неужели все-таки улетел? Даже немного обидно стало. С ним как-то и веселее, хоть и молчит.

— Барсик! — позвал, опустив ноги на пол.

Никто не отозвался. Так и есть — исчез мой питомец. Ладно, что поделать?

Я поднялся, потянулся. Было довольно прохладно — девчонка на совесть выполнила поручение, принесла действительно ледяную воду. Взяв за край одеяло, потянул его с намерением хоть немного обтереться. Сначала увидел морду, затем и всего остального демона. Тот дрых, вытянувшись во всю длину.

— Ну и почему не отзываемся? — усмехнулся я.

Приоткрылся и тут же снова закрылся глаз-уголек.

— Не встанешь — окачу холодной водой, — предупредил соню.

Тот мотнул головой, открыл глаза, затем сладко зевнул.

— Вставай — отправляемся в дорогу.

Позавтракав и поблагодарив расторопную девчонку, мы навестили мастера-алхимика. Тот не ожидал нас так рано, но обещанное все же успел подготовить. Весь набор, что написала Наира, плюс одна замена. Я еще раз спросил, не является ли изменение рецепта критичным, но мастер стоял на своем — все получится.

Перед уходом не забыл закупить растворы. Раствор лечения, кстати, оказался более концентрированным, чем его делали в Жердево, а потому восстанавливал 200 единиц здоровья.

Потом навестил кузнеца, забрал ножны для огненного меча. И последним делом отыскал мастера-инженера, в лавке которого приобрел пять канистр с топливом для квадроцикла по пятьдесят литров каждая. Что такое 250 килограммов, когда в состоянии поднять 830?

Покидая Беловодье, не испытывал ни малейшего сожаления. Городок мне не понравился. И даже не постоянной вонью или случаем на темной улице — демоническими боями.

Я постелил на бензобак выпрошенную у инженера тряпицу, посадил на нее Барсика. Питомцу место приглянулось, но когда квадроцикл завелся — демон с испуганным шипением бросился прочь. Прошло несколько минут, прежде чем он нашел в себе силы вернуться. Зато уж поездка привела его в неописуемый восторг. Разинув пасть, Барсик полустоял-полусидел первый километр, а то и больше. Странно, но его присутствие поднимало настроение, отгоняло тяжелые мысли.

Я обязательно успею. Большая часть пути уже проделана.

* * *

Обратная дорога выдалась совсем не сложной. Барсик время от времени срывался в небо и кружил, высматривая сверху опасность. Поначалу я думал, что ему просто надоело сидеть и он хочет размяться, но после очень настойчивого пыхтения и попыток сдернуть меня в сторону — я немного изменил первоначальный маршрут. И, как оказалось, очень правильно: в направлении моего прежнего движения растеклась какая-то черная лужа. Похоже на нефтяное пятно, только живое, и его поверхность постоянно колеблется, оттого что время от времени на ней поднимаются небольшие "отростки", — и вся эта штука ещё и двигается. Зрелище откровенно тошнотворное.

Плотоядная клякса

Количество здоровья: 750

Урон: неизвестен

Особенности: обертывание, отравление, конденсат, испарение

Сопротивляемости: физическая защита 90 %, неизвестно

Вот уже не как слепой котенок — хотя бы часть параметров твари, но видно.

Всего раз за все время нам пришлось вступить в схватку. Именно нам, так как Барсик помогал мне всеми силами. Ближе к вечеру, преодолевая лесистую местность, мы столкнулись со старыми знакомыми — Бледными. Твари прятались в густых кустах и напали внезапно, выбив меня из седла. Долго они не прожили, но несколько неприятных моментов я на своей шкуре я прочувствовал. Если бы падение произошло в местности каменистой — вполне, возможно, и костей бы не собрал. А так — грохнулся в мягкий дерн. Хотя в полете и задел плечом дерево. Но ничего себе не сломал.

На будущее для себя отметил, что надо бы научить Барсика слушаться хотя бы элементарных приказов в схватке. Мой демон бросался в Бледных палками, залетал им за спину и охаживал когтистыми лапами, но меня не слушал. Хотя вряд ли не слышал. Используй я тот же "Белый ветер" — и от крылана даже горстки пепла бы не осталось.

Но на этот раз все завершилось благополучно. Я сумел обойтись более щадящими способностями.

И снова в дорогу.

* * *

— Веди себя смирно, — наставительно проговорил я, обращаясь к Барсику. — Сделаешь что-то не так — наверняка тебе голову оторвут. И мне заодно, что притащил в лагерь такое чудо.

Питомец внимательно смотрел на меня. Поди, разберись — внял ли услышанному? А то ведь и действительно пристрелят. У меня никаких сомнений нет, что не станут церемониться.

Снова оставив квадроцикл на берегу, направился к воде. Барсик затаился на плече.

А может, его в вещевой мешок запихнуть? Чтобы глаза не мозолил.

Камни из-под воды снова поднимались к ногам. Значит, мое появление не осталось незамеченным.

На том берегу меня уже встречали — Наира в сопровождении троих мужчин, вооруженных помповыми ружьями. Но оружие смотрит в землю.

— Ты быстро вернулся! — крикнула она.

— Торопился.

— Нашел все, что я наказала?

— Да.

Женщина кивнула. Мне даже показалось, что на ее татуированном лице мелькнула тень уважения. Скорее всего, показалось.

Все же какая зараза. Хоть бы поздоровалась сначала. Но времени на обиды нет.

— Тебе нельзя туда. — Ее рука уперлась мне в грудь, когда я было направился за ней к палатке Эши. — Яд Плывуна слишком силен в ней. Жди со всеми.

Наира забрала пакет с ингредиентами и направилась прочь.

— Идем, — кивнул один из ее сопровождающих. — Голоден? О транспорте не беспокойся — переправим.

* * *

— Ну, что, взлом твоего профиля прокатил? — глаза Мастера горели.

Я сидел за верстаком в уже знакомой мне мастерской. Дена и старика не было. Меня хорошо накормили, предложить поспать с дороги. Но какой тут сон? Какое-то время стоял на краю деревни и смотрел в сторону палаток. Новый шлем позволял рассмотреть все в деталях, вот только рассматривать оказалось нечего. Наира только пару раз выходила на воздух — раскрасневшаяся, с дрожащими руками. От ее тела поднимались клубы пара, как бывает, если разгоряченным донельзя выскочить на мороз.

Там меня и нашел Мастер.

— Обыскался тебя, — проговорил тихо, подойдя со спины. — Идем. С ней все будет хорошо. Наира знает свое дело. Тебе сообщат первому. Но не сегодня — в лучшем случае завтра.

И вот теперь сидели в мастерской — пили. Я снова нацепил на голову металлический обруч. Защита от прослушивания и просматривания? Пусть, если местным так спокойнее.

— Кажется — да. Спасибо — но кристаллов было мало, — усмехнулся я.

— Я знал, что все получится! — Он поднял кружку.

Мы чокнулись, выпили еще. Понятия не имею, из чего они делали это пойло. Создавалось ощущение, что в нем вполне можно растворять гвозди. Но, как оказалось, сложно его пить только в самом начале. Первые три или четыре порции чуть было не превратили меня в огнедышащего дракона. Но потом стало куда легче. Голову повело. Рядом по верстаку ползал Барсик. К его появлению аборигены отнеслись абсолютно ровно. Они и раньше встречали подобных созданий, но никогда не видели с их стороны угрозы. Изгнанники (именно так обозвало их мое "Знание монстров") оказались существами крайне пугливыми и слабыми. Поначалу их принимали за шпионов и разведчиков более крупных собратьев, но никаких подтверждений этому найдено так и не было. Больше того — иногда Изгнанники даже помогали людям, предупреждая их об опасном звере или ловушке. В конце концов, в некоторых кланах мелких демонов начали даже привечать.

Барсик понюхал содержимое моей кружки — тут же отпрыгнул, зашипел, мотая головой.

— Вообще не переносят алкоголя, — с усмешкой пояснил Мастер. — Не забывай, что Z-кристаллы — это способ защиты твоих мозгов от избыточного потока информации. Хочешь свихнуться?

— Нет.

Я протянул Барсику кусочек вяленой рыбы. Демон с осторожностью понюхал угощение, затем попробовал.

— Понравилось, — Мастер вытащил из-под верстака миску, положил туда немного рыбы, пододвинул моему питомцу. Тот набросился на еду с энтузиазмом умирающего с голода.

— Полчаса назад только ели, — сказал я. — И ему перепало. Куда только лезет? Эй, не лопнешь?

Барсик бросил на меня удивленный взгляд и снова вернулся к трапезе.

— Скажи, — я посмотрел на Мастера, — у вас есть технология, которая может отключить меня от Испытания?

— Ты этого действительно хочешь?

— Нет, не хочу. По крайней мере, не сейчас. Просто хочу знать.

— Это не технология. Скорее — методика. Первые из нас, кто осознанно выбрал для себя жизнь в пустоши, отключились от игры самостоятельно.

— Кто может мне рассказать о методике?

— В общих чертах — я. Но лучше, если дождешься Алексея. Он разбирается в тонкостях куда лучше меня. Все, что доступно мне, — ненадолго заблокировать твой аватар от сигналов управления извне. Но блокировка — это очень жесткое вторжение в системы твоего чипа. Одно неловкое движение — и чип сгорит.

— И я не смогу использовать магию?

— Ты не сможешь контролировать себя. Вероятность, что сойдешь с ума… — он задумался, — примерно девяносто девять процентов. В твоей голове слишком много того, чему там быть не положено. Адаптация адаптацией, но активное вмешательство — это крайнее средство.

— А он так все еще и не вернулся?

— Нет.

— И это нормально?

Мастер пожал плечами.

— Они идут пешком, почти без оружия — значит, идут тихо, кружными тропами. Паниковать рано.

— Хорошо.

Мы выпили еще, потом к нам присоединился Ден. Вроде бы приходил и уходил еще кто-то, но это я уже помнил с трудом. Не знаю, в какой именно момент потерял над собой контроль. Возможно, все дело в скопившемся за последние дни напряжении, в постоянной спешке, боязни не успеть. Даже не знаю, когда отключился. Пришел в себя в какой-то комнате, стены которой, едва открыл глаза, ходили ходуном. Хорошо, что в мастерскую вчера отправился, предварительно сняв с себя доспехи. Иначе бы сейчас чувствовал себя побитой дворнягой. Хотя кого я обманываю? Именно так себя и чувствую. В попытке подняться с кровати особенно не преуспел — всех сил хватило только на то, чтобы наполовину свеситься через край. Но тут же накатил приступ тошноты. Пока лежал, хватая ртом воздух и пытаясь побороть тошноту, снова уснул.

— Держи, — босоногая девчонка, чье лицо густо украшали большие веснушки, протягивала мне большую кружку.

Я сидел на кровати, обхватив голову руками. Как же плохо!

— Что это?

— От этого тебе станет лучше, — сказала девчонка.

Я принял кружку, сделал глоток. Что-то соленое — на вкус не очень.

— Спасибо. Где я?

— Ну, ты вчера и набрался, друг, — в комнату вошел Мастер. Девчонка тут же бросилась к нему с криками: "Папа!"

— Мне даже после отравления не было так плохо, — пробурчал я.

— А это тоже отравление. Только процесс его получения куда приятней, чем от того же Плывуна. Ты пей-пей. Это рассол. Поможет.

— А нет какого-нибудь раствора от похмелья?

— Только этот.

И как он умудряется быть таким живым? Вроде и пили одинаково. Но что самое плохое — я не возвращался в игровую комнату. Сегодня была четвертая ночь. Если верить правилам Испытания, уже могут возникнуть проблемы. Вот что значит потерять контроль.

— Надо освежиться, — проговорил я. — Могу искупаться?

— Конечно. Но учти, сегодня прохладно.

— Очень хорошо — то, что нужно.

В сопровождении Барсика отправился к реке. В воду заставил влезть себя дважды. Лишь с огромным трудом удалось подавить рвущиеся наружу крики. Тело точно ледяными тисками сдавило, сердце так и рвалось прочь из груди. Но своего я добился — голова прояснилась, хотя гадостное ощущение в желудке и не прошло.

Ближе к полудню меня снова сморил сон. Я вполне мог ему противиться, но намеренно не стал этого делать. Внутри прогрызался червяк сомнений: вернусь ли обратно? Но отлично помнил, как погано чувствовал себя при первом выходе из Испытания. Не уверен, что стоит доводить себя до критического состояния.

Уже проваливаясь в сон, активизировал пункт игрового меню "Выход".

* * *

Похмелье и отравление ядом Плывуна — ничто, по сравнению с тем, что испытал в первые минуты возвращения в игровую комнату. Когда открылась крышка капсулы — буквально вывалился из нее, растекшись на полу несуразной "лужей" ни к чему не способной биомассы. Рядом кто-то ходил, кто-то что-то спрашивал, но отреагировать не было никаких сил. В конце концов, меня оставили в покое. Когда смог воспринимать действительность, комната уже опустела.

Голова болела еще долго, а перед глазами роились черные точки. Ползком добрался до лавки, взобрался на нее, на что и потратил все имеющиеся на тот момент силы.

Каждую минуту ждал, что сейчас откроется дверь — и в комнату войдет Координатор. Должны же они понимать, что их версия Армагеддона меня совершенно не устраивает. Но почему не отсекают от Испытания? Или я ничем не опасен для системы? Возможно, слишком высокого о себе и своей значимости мнения. На деле же — просто запутавшийся игрок, вообразивший себя настоящим воином.

Никто не пришел.

Я много пил, есть не хотелось совершенно. По сравнению с прошлым выходом из игры, в этот раз ощущал еще большую слабость. Мышцы без движения атрофировались. Но почему так быстро? Сколько придется потратить времени, чтобы снова привести их в норму? И стоит ли вообще приводить? Остаться на пустоши… Но, надо быть откровенным с самим собой, я слишком привык к комфорту Новой Москвы, чтобы с легкостью сменить его на грязные деревеньки и постоянное чувство неопределенности.

* * *

На этот раз я отлично выспался. Проснулся с ощущением сил и бодрости. Оказывается, провалялся практически до самого вечера — солнце как раз начало клониться к закату. Живот подводило от голода. В доме Мастера оказалось пусто, а шарить по кухне показалось делом неправильным. Потому наскоро перекусил собственными запасами, все еще хранящимися в вещевом мешке.

Когда уже направился к выходу, услышал звук хлопнувшей двери.

— А я думал тебя пинками поднимать, — усмехнулся Мастер.

На его лице застыла хитрая ухмылка.

— Она поправилась? — брякнул я, надеясь, что предположения о причинах ухмылки окажутся верными.

— Кто? — сделал тот большие глаза.

— Эша!

— С чего ты взял, что я в курсе? — Наверное, он что-то увидел в моих глазах. — Иди уже. Она еще слаба, но зараза отступила.

Я бросился прочь.

— Стой! — услышал крик за спиной. — Она лежит у себя. Поаккуратней с ней, а то…

Окончание фразы съела хлопнувшая дверь. Я знал, куда бежать, — успел узнать, пока шатался по деревне. Несся, чуть не сбивая с ног подвернувшихся на пути аборигенов. Пару раз вслед догнали весьма крепкие слова. Чуть не сорвав с петель входную дверь, влетел в дом.

— Эша!

Миновав прихожую, ворвался в большую комнату. Тут пахло травами, было жарко. На единственном столе горела масляная лампа и стояло нечто округлое, над чем поднимался дымок. Девчонка стояла возле разобранной постели, смотрела на меня широко распахнутыми глазами. Всей одежды на ней — короткая рубашка с закатанными до локтя рукавами.

Я хотел что-нибудь сказать, но горло сжалось. Вместо слов ступил к ней, сгреб в объятия.

— Спасибо, — прошептала она.

— За что?

— За лекарство.

— Я не мог не достать его.

Немного отстранился. По ее щекам бежали слезы.

— Что случилось? — радость моментально улетучилась, уступив место тревоге.

Эша помотала головой.

— Ничего, все хорошо, — прошептала сквозь слезы.

Я поддался порыву и поцеловал ее. Сначала в губы, потом в щеки, высушивая слезы. Она подалась навстречу — взъерошенная, горячая. Затем резко дернулась назад, высвобождаясь. Огромных усилий потребовалось, чтобы не схватить ее снова.

Пальцы Эши замерли на верхней пуговице ее рубахи. Наши взгляды пересеклись.

— Наира сказала, что сегодня мне положен полный покой, — проговорила задыхающимся голосом.

— А ты и не будешь напрягаться.

Мои ладони легли поверх ее. Еще секунду Эша смотрела на меня, затем опустила руки.

Пуговицы не стали преградой — и вскоре рубашка распахнулась. Я скользнул по плечам Эши, избавляя ее от одежды. Девчонка попыталась закрыться, потупилась в стеснении. А я снова целовал ее. Не останавливаясь ни на секунду. Целовал лицо, шею, плечи.

Внутри все горело. Терпения нет никакого. Наброситься, овладеть. Ее тело сводило с ума, один взгляд на нее опустошил мою голову. Осталось одно только желание.

В какой-то момент Эша перестала закрываться. Напротив — точно нарочно подставляла себя мне. Мои губы опустились ниже, а с ее сорвался стон.

Все произошедшее потом слилось в один долгий и горячий водоворот ощущений, о которых раньше и представить не мог. Я очень старался быть нежным и не сделать ей больно. Наверняка не получилось. В наш первый раз Эша закусывала нижнюю губу, но все равно не позволяла мне остановиться. Все произошло быстро. Наверное, мы сами не поняли, что это было. Уж я-то точно не понял. Но девчонка оказалась не такой уж и слабой, а во мне продолжало бушевать желание. Мы повторили. И не раз. Исследовали тела друг друга, слушали друг друга. Но слов не было — одни лишь эмоции, одно лишь животное желание, накрепко переплетенное с желанием сделать друг другу хорошо. Думаю, мы все же добились в этом успеха. И если поначалу еще сдерживались в криках и стонах, то потом позабыли обо всем. Если ночью кто-то случайно или нарочно оказался возле дома Эши, наверняка услышал всю гамму наших ощущений. Нам было все равно. Мир, со всеми его проблемами и страхами, отошел далеко на задний план, практически перестал существовать.

Мы не спали. Совсем. Казалось, стоит сейчас упустить хотя бы одну минуту — и потом ни за что не наверстаешь.

Эта ночь — она только наша. И мы стремились испить ее до дна.

Глава 4. Машина

— Кто это?

Эша натянула на себя одеяло и указала куда-то в изножье кровати.

Я с трудом продрал глаза, приподнялся на локтях.

— Вот же…

Даже не нашелся, что сказать, — поверх одеяла, на самом краю кровати, клубком свернулся Барсик.

"И давно он тут?"

И думать про него забыл вчера. А вот Изгнанник, видимо, не стал искать себе другого ночлега, а последовал за хозяином. Оно, конечно, хорошо. Такая преданность не может не радовать, но иногда все же хотелось бы побыть вне его поля зрения.

— Он со мной, — виновато пожал плечами.

— Друга себе завел? — Эша улеглась на меня сверху.

— Ага. Вроде того. — Мои руки скользнули по ее обнаженному телу. — Не думал, что найдет меня здесь. Вернее, вообще не думал.

— В пустоши нельзя терять голову. — Наши губы соприкоснулись. — Ни на минуту.

— Уверен, ты была внимательна всю ночь. — Сильнее прижал девчонку к себе.

— Разве что немного отвлеклась. — Показала она язык.

Входная дверь хлопнула, послышались звуки шагов. Эша скатилась с меня под одеяло. Потревоженный неясным волнением на ложе, Барсик вздрогнул, поднял голову, всмотрелся в нас сонным взглядом.

Шаги замерли у самой комнаты. Секунда тишины, за которой последовал нарочитый кашель.

— Отец?! — глаза Эши вспыхнули.

Одевались мы быстро, но весело. Через минуту в комнату вошел Алексей. Вид у него был усталый, на лице наложена окровавленная повязка, закрывающая левый глаз.

— Что случилось?! — бросилась к нему Эша.

— Рад, что у вас все хорошо, — улыбнулся тот.

Признаюсь, чувствовал я себя очень неловко. Но неожиданный гость, похоже, знал о нас. Иначе бы с чего дал знать о своем приходе?

Девчонка опустила взгляд, залилась румянцем.

Алексей снова усмехнулся.

— Нам пришлось заложить приличный крюк. Ливень выгнал из нор многих тварей.

— Все живы? — спросила Эша.

— Да. Обошлось. Что у вас нового?

Мы переглянулись.

* * *

Я сидел за столом в доме Эши и читал бумаги. Вскоре нам предстоит отправиться к той самой машине, о которой так много слышал. Но прежде, пока девчонка собирается, она предоставила мне возможность самолично ознакомиться с материалами, которые удалось найти.

Материалов оказалось совсем немного — обрывочные сведения, записанные разными людьми. Некоторые настолько испорчены временем, что слов практически не разобрать; другие не несут в себе сколько-нибудь ценной информации — неясные намеки, не больше; но вот одна запись показалась мне достаточно интересной. Принадлежала она перу человека, непосредственно участвовавшему в подготовке некого механизма к запуску.

"Сегодня должно все случиться. Всю ночь мы не сомкнули глаз — проверяли, проверяли и снова проверяли. Не должно остаться никаких сбоев. Но они все лезут. Мы слишком торопимся, но более не в силах ждать. Прошли все сроки, установленные ранее. А ведь год назад все казалось не таким уж и сложным… Возможно, останься в живых Аристарх Гразницкий, все бы шло куда быстрее. Но его больше нет, а мы обязаны довести его дело до конца. Не ради него, не ради себя — ради потомков.

"Деформатор" одновременно пугает меня и заставляет трепетать. Я не до конца понимаю принципов его работы. Не думаю, что кто-нибудь из нас понимает. Все наши разработки основаны на выкладках господина Гразницкого. Только он видел всю картину целиком. Но мы стараемся, как можем. Если бы иметь еще хотя бы месяц времени в запасе… но его нет. Странно, что у нас вообще был этот год. Нас недооценили, а теперь пытаются наверстать упущенное. Очень не хочу в этом признаваться, но у них отлично получается. Настолько, что некоторые из нас не спят уже третью ночь. Все бы ничего — если "Деформатор" сработает как надо, у нас появится время на сон и отдых, а если не сработает, сон наш станет вечным. Одно плохо во всей этой гонке — голова отказывается работать. Из-за этого и непрекращающиеся сбои.

Для кого я пишу эти строки? Не знаю. Верно, для себя самого. Нужно выплеснуть накопившееся напряжение, избавиться от сомнений. Не уверен, что получится, но иного способа не вижу. Очень помог бы спирт, но он кончился.

Мы постоянно слышим звуки выстрелов. Но с каждым днем они звучат все реже. Последний рубеж нашей обороны сломлен — больше ничто не отделяет нас от тех, кто идет за свежей кровью. Отчего-то теперь, когда до решающего часа остается все меньше времени, страх смерти тревожит меня все больше. Я бы хотел умереть быстро и безболезненно, но разве могу надеяться на такое чудо? Не могу, но все же надеюсь. Мы должны запустить "Деформатор" — и это единственное, о чем следует думать. Запуск не избавит от смерти нас, но позволит жить нашим детям.

Единственный способ остановить геноцид человечества — избавить Землю от пришельцев из Хаоса. Избавить Землю от проклятия под названием прана. С каким воодушевлением мы приняли ее открытие, с каким восторгом следили за первыми успехами в освоении новой силы, способной кардинально изменить ход развития человечества, открыть новый золотой век. И что мы получили в итоге? Кровь и боль вместо золота. А ведь если задуматься — это так символично. Вся наша история пронизана борьбой за более толстый кусок пирога. И каждый раз пирог орошался кровью. Теперь за пирогом пришли другие. И что самое обидное — мы сами их и впустили. Настежь отворили двери.

Но двери еще можно закрыть. Захлопнуть перед самым носом той армады, что уже стоит на пороге. И это наш шанс. Уверен, мы его используем. Хотел бы попросить у кого-нибудь удачи. Хотя бы немного — она нам так нужна. Никогда не верил в бога… даже после того, как Хаос выплюнул в нас своих тварей. Даже когда города превращались в пепел под их натиском, а люди гибли тысячами. Не верю даже сейчас. Быть может, все случившееся с нами — это кара? Нет, и в это тоже не верю. Лишь собственные глупость и самоуверенность.

Я не верю в бога, но верю в человека — в его разум и волю. Мы обязательно закроем чертовы двери!"

Я перевернул листок. Там была нанесена всего пара чисел: 56.343886,38.026319.

Барсик, со скучающим видом шатающийся по комнате, тут же оказался рядом, попробовал бумагу на зуб.

— Эй, это нельзя есть! — отнял я у него добычу.

Изгнанник обиженно нахмурился, сел прямо тут же.

— И вообще нечего тебе на столе делать, давай-ка отсюда. А то обоим попадет.

Аккуратно столкнул демона на пол, но тот успел расправить крылья, полетел. Сделав виток, уселся мне на плечо.

Надо думать, "Деформатор" не заработал, либо его просто не успели запустить. Но когда была попытка? Сколько лет машина стоит без движения? Реально ли хотя бы попытаться ее реанимировать? И главный вопрос: к чему реанимация в действительности приведет? Что, если двери не закроются, а наоборот? Раз — и человечества нет. Одним махом.

— Хочешь домой? — спросил Барсика.

Тот только недовольно фыркнул.

Как можно надеяться разобраться в машине, чьего принципа действия не до конца понимали даже ее создатели? Но посмотреть на нее можно — почему нет? В конце концов, это банально интересно.

— Ты все же здесь?

В комнату вошел Мастер.

— Ну да — читаю.

— Хреново выглядишь. Не выспался?

В его голосе не было издевки, только неприкрытая насмешка.

— Есть немного. О стольком поговорить надо было.

— Вот я тоже всегда говорю: сначала добрая беседа. Одна такая у меня по дому как раз бегает. Да ты видел.

— Ты по делу или в гости?

— По делу. — Он прошел к столу, протянул мне обруч (не тот, что был раньше, — гораздо уже), подождал, пока надену его на голову. — Ты спрашивал об отключении от Испытания.

— Да.

— Вы отправляетесь к машине?

— Да.

— Отлично. Во-первых, постарайся не снимать обруча. Это новая модификация. Я постарался сделать его тоньше — не должен мешать. Во-вторых, в обруч вмонтирован блок блокировки. Извини, не успел его оттестировать, да и не на ком. У меня в распоряжении только электронная модель. Суть блока в том, что он перехватывает команду на отключение и на некоторое время блокирует ее. Возможно, на несколько минут. Потом блокировку обойдут. Но у тебя будут эти несколько минут, чтобы… — он пожал плечами, — что-то сделать.

— Как я узнаю о попытке отключения?

— Получишь сообщение. Не пропустишь его, не переживай.

— Спасибо. — Я поднялся. — С нами не едешь?

— Подгребу чуть позже. И так на меня уж косятся — ничего не делает. Не понимают, что некоторые расчеты требуют времени. Но не суть — у "Деформатора" через пару дней буду. Как раз осмотреться успеете.

— Ты его уже видел?

— А как же — та еще махина.

— Такой большой?

— И даже больше, — усмехнулся Мастер. — Больше любого другого механизма, что я когда-либо видел.

— Понятно. Думаешь, реально его запустить?

Лицо Мастера резко посерьезнело.

— А у нас нет выбора. Либо мы его запускаем и латаем все дыры, что соединяют нас с Хаосом. Либо демоны разделывают нас под орех. С запада плохие новости приходят — что-то затевается среди нездешней братии. Силы собирают. Никак для решающего удара. Паниковать пока рано, но и на заднице сидеть не стоит.

— Понятно. Посмотрим, что это за "Деформатор" за такой. Кстати, может, еще разок наградишь меня кристаллами?

— Не пойми меня неправильно, но давай немного подождем. Как бы наши манипуляции не вызвали повышенного интереса со стороны тех, кто следит за ходом Испытания. Сейчас тебе кристаллы ни к чему, так? Как только соберешься в игровое поселение — так и решим вопрос. Я никуда не денусь, не беспокойся. Не стоит рисковать больше необходимого.

— Ладно, подожду. Ты уж только осторожнее, смотри.

— Какая забота, — всплеснул руками Мастер.

Он кивнул и направился прочь из комнаты.

— Идем, погуляем, — сказал я Барсику и вышел следом.

Живые камни бурлили. Немногочисленные оставшиеся его обитатели спешно собирали пожитки, а саму деревню готовили к консервации. Все, что не могли унести, прятали в специально подготовленные для этого схроны, в стороне от домов. Такие места маскировались надежно: даже если пройтись по ним — ничего не увидишь. Не думаю, что тайники устоят, если группа игроков начнет рыть здесь основательно, но от случайных набегов должны спасти. Да и что взять в них игрокам? Всевозможные заготовки, части оборудования, инструменты, кое-какая домашняя утварь. Вещи, которые облегчают повседневный быт обитателей пустоши, но не способные принести сколько-нибудь реальную прибыль тем, кому нет нужды возделывать землю или вести хозяйство.

Я видел, с какими лицами эти люди покидали свои дома. Каждый из них знал, что вернуться обратно практически нереально. И причиной тому не неудача или провал в запуске "Деформатора", а расширение зоны, в которой вскоре станут орудовать участники Испытания. Да что там говорить — мне бы и самому на месте игроков было жутко интересно узнать, что это за брошенная деревня? А уж если ее окутать какой-нибудь квестовой тайной, то и вовсе не пройти мимо.

Мне еще предстоял разговор с Алексеем. Утренняя встреча вышла быстрой и скомканной. Да, отец Эши отреагировал на нас адекватно и спокойно, что не могло не радовать, но все же я испытывал по отношению к нему что-то вроде неловкости. И ее следовало побороть. Да и тема для разговора подходящая имеется.

Отыскать Алексея не составило труда, тот, казалось, был сразу везде. Даже засомневался, стоит ли отвлекать его своей ерундой, но уж если решил — нечего идти на попятную.

— Могу я задать вопрос?

— Конечно.

— Мастер сказал, вы знаете способ отключиться от Испытания.

— Громко сказано — знаю. Только в теории. Знание, как таковое, нигде не задокументировано, передавалось из уст в уста. Да и давно это было.

— Хотя бы принцип.

— Пройдемся, чтобы время не терять. Сам видишь — на чемоданах сидим.

— Ага.

Барсику, похоже, надоело сидеть на моем плече. Он затаился, весь напружинился, а потом резко бросился вниз, ухватил сухой лист, кружащийся в порыве ветра.

— Так вот, я бы на твоем месте не торопился выходить из системы Испытания, — сказал Алексей. — Если присмотреться, именно она позволяет тебе совершенствоваться в использовании праны. Те, кто придумал эту игру, смотрели далеко вперед, им удалось защитить вас. Знаю, что Мастер применил в твоем отношении некоторые хитрости, — не злоупотребляй ими.

— Он уже сказал, — усмехнулся я.

— Правильно сказал. Мало того, что ваши махинации могут банально отследить, так и сверхбыстрое погружение в прану вполне может сварить твои мозги.

— Это понятно, но без выполнения игровых заданий мне не получить кристаллов. За каждый уровень их дается слишком мало.

— Потому я и не говорю — совсем отказаться от махинаций, — подмигнул Алексей. — Просто не увлекаться ими. Все в меру. Теперь по самостоятельному отключению — если припрет. Понимаешь, — он замедлил шаг, — В сущности, манипуляция праной — это воздействие на объекты материального мира. Сейчас ты развиваешься в рамках, заданных тебе Испытанием, но за них можно выйти. И для этого вовсе не обязательно рвать связь с Испытанием. Тебе надо найти разлом — место, где концентрация праны наиболее высока. Насколько мне известно, первые из нас начинали свободное плавание именно оттуда.

— Я что-то чувствовал там, в пещере… Или мне только показалось. Ощущения не из приятных, но вроде бы…

— Ты шагнул в Хаос и вернулся оттуда.

Я уставился на него широко раскрытыми глазами.

— Мне рассказала Эша. Ты не дал ей умереть.

— Не знаю… я искал, как помочь ей, и не нашел ничего лучшего, чем попытаться взять дополнительные силы там, за разломом.

— Ты поступил так, как поступали и до тебя. Не всем удалось возвратиться, некоторые навсегда застряли в Хаосе. Мне нечему тебя учить, — он остановился. — Тебе необходима лишь практика. Но подходи к ней очень осторожно. Когти Хаоса могут ухватить очень цепко. — Он немного помолчал, затем продолжил. Медленно, точно нехотя. — Есть и другой способ. Более быстрый, но и опасный.

— Какой?

— Ты проник в Хаос только разумом. Твое тело оставалось по эту сторону. Если перешагнешь дверь физически — большая часть электроники в твоей голове накроется. Связь с Испытанием прервется, и ее уже нельзя будет восстановить.

— Но?

— Но этот способ еще опаснее. Неподготовленный человек, скорее всего, сойдет с ума в первые же минуты. Кто посильнее — продержится дольше. Но долго там находиться не может никто из людей.

— А как же магия? Способности. Или они тоже исчезнут?

— Нет — выученное один раз, нельзя забыть. Это даже не прочитанная когда-то книга. Знания о манипуляциях праной хранятся в чипе в твоей голове. Теоретически доступ к ним потерять нельзя. Чип не сгорит и не выйдет из строя. Теоретически… на практике все может обстоять довольно сложно. Возможен временный сбой работы чипа.

— Спасибо. Буду иметь в виду. Пока что возвращаться к разлому совсем не хочется. Не понравилось мне там.

— И то верно. Набирайся пока сил. Ты же понимаешь: если покинешь Испытание — обратная дорога в город для тебя будет закрыта?

— Думал над этим. Не знаю. Пока не знаю. У меня там остались родители, родные.

— Времени на раздумья у тебя достаточно, — сказал Алексей. — Взвесь все "за" и "против". Тебе есть что терять в Новой Москве.

— И тут тоже…

— Да.

Он немного помолчал.

— Ты во второй раз спасаешь мою дочь, — проговорил спустя несколько секунд. — О себе молчу. Но она — самое дорогое, что у меня есть. Если что-то будет нужно — только скажи.

— Мне она тоже дорога.

— Я знаю.

Мы постояли, помолчали.

— Ладно, дела не ждут, — улыбнулся Алексей. — Да и вы скоро выезжаете. По-моему, все готово.

* * *

Мы выехали после полудня, плотно перекусив. Особенно плотно перекусил Барсик, который после трапезы буквально отползал по подоконнику, на котором ему поставили миску с мясом и картошкой. Поначалу Изгнанник выбрал только мясо, затем принялся кружить над столом, выслеживая лишний кусок. Но, после того как был отруган за попытку стащить чужое, с грустным видом вернулся к собственной миске и все же доел картошку.

Эша прижималась к моей спине, а Барсик парил в небе, иногда спускаясь к квадроциклу отдохнуть. Несмотря на недавнее обжорство, он вновь быстро обрел прежнюю подвижность.

Насколько я знал, у раскопок "Деформатора" нас уже ждали. Туда же еще вчера вечером верхом отправилась Наира. Таинственная машина располагалась совсем не далеко, километрах в двухстах от Живых камней. Путь в основном пролегал по равнинным участкам, перемежающимися лесистыми участками. Именно они были опаснее всего.

Я нарадоваться не мог на свой новый шлем. Мир реально раздался вширь, обрел большую четкость. Можно больше не опасаться ночных переходов — если, конечно, все еще способен сидеть в седле.

С Эшей о минувшей ночи не разговаривали. Оно и некогда было, а потом мир вокруг и вовсе заполнился рокотом двигателя. Не знаю, о чем думала она, а мне очень хотелось продолжить столь приятное знакомство. Даже была мысль остановиться где-нибудь на полдороге и немного "отвлечься" от дел. Но, после того как на коротком привале нас облепили сотни мелких кровососущих гадов, тут же принявшихся жалить ничуть не слабее концентрированной кислоты, желание поугасло. Такими темпами только прилечь успеешь — тут же оприходуют так, что один скелет останется. Да и то не факт. Хорошие, дорогие доспехи оказались практически бесполезны против неземной мошкары. Твари, размером с ноготь и с жалом, длиной в пару сантиметров, еще долго преследовали нас. Но еще дольше этих поганцев пришлось вытряхивать из-под одежды. Вот тут-то я пожалел, что облачился в полный доспех. Спустя несколько километров, когда основное облако кровопийц осталось за спиной, пришлось снова останавливаться и спешно оголяться. Нет, не для приятных забав. Тело зудело, на месте укусов тут же набухали ярко-красные волдыри. Если бы не способность "Лечение", пришлось бы совсем туго. Один только Барсик находил во всем происходящем что-то веселое. Наблюдая за нашими мучениями, кружил вокруг, что-то бормотал, размахивая лапами. Его же кровососы отчего-то не трогали.

Игра окрестила комаров-переростков просто: "гнус". Но ни характеристик, ни особенностей не выдала. Но этого и не требовалось. Наверняка твари боятся огня, но сам себя не поджаришь, когда они уже ползают по телу.

К счастью, больше нам гнус не встретился.

— А как вы с ними боретесь? — спросил Эшу, вылавливая из одежды последних тварей.

— Стараемся не попадаться на пути, — усмехнулась девчонка. — Обычно в местах, где живет рой, очень тихо. Животные и птицы стараются держаться от него подальше. Спасения нет. Дым, огонь — все очень ненадежно.

— То есть нам повезло?

— Очень сильно.

— Не понимаю, как вам удается все это время выживать. Куда ни плюнь — в какую-нибудь гадость попадешь.

— А ты не плюй, — подмигнула девчонка. — Лучше тихонько стороной обойди.

Дальнейшая дорога прошла без происшествий. Пару раз Барсик указывал на возможную опасность впереди, раз я сам высмотрел подозрительное движение у края лесной чащобы, вдоль которой ехали. Пришлось забирать в сторону, делать небольшой крюк.

Но самое странное — холод. Он пришел неожиданно. Мы точно в прорубь нырнули. Эша попросила остановиться и, размотав объемные тюки, притороченные к квадроциклу, вытащила из них меховые куртки.

— Надевай. — Протянула одну из них мне. — Мы почти на месте.

— Почему так холодно?

— Аномалия. Здесь всегда так.

Замерзший Барсик тут же скользнул мне за пазуху, затаился. Один нос торчит.

— Уверена, что все это безопасно?

— Нет, — улыбнулась Эша. — В записках о холоде нет ни слова, внутри раскопа мы тоже не нашли никакой информации. Но люди тут работают — ничего. Главное, не простудиться. Все равно что вечная зима.

— Только снега нет.

— Зато есть лед. Потому потихоньку едем.

Я кивнул.

Действительно, уже метров через пятнадцать землю сковало ледяным полотном. В конце концов, пришлось идти пешком. Но недалеко.

Раскоп открылся за редким кустарником.

— Ты нашла машину? — спросил я.

— Ага.

— Как?

Раскоп располагался на ровном месте. Ни тебе ориентиров, ни приметных точек. Даже гор земли нет… кстати, а почему нет? Спросил об этом Эшу.

— Так увозят. Ни к чему всем и каждому показывать, что здесь что-то происходит. Хватит одной дыры в земле.

Даже дыра в земле оказалась затянутой камуфляжной сеткой — с расстояния в полсотни метров не различишь.

— Эй, может, проверишь, что там? — предложил Барсику.

Тот только пискнул и спрятался под куртку с головой.

— Смелого ты спутника нашел, — улыбнулась Эша. — Как думаешь, он так и будет к тебе в постель лезть?

— Думаю, найду ему отдельное местечко. Хочется, чтобы в моей постели была только ты.

— Я подумаю, — показала язык девчонка и быстрым шагом направилась к дыре в земле.

Напрасно мне казалось, что вход к раскопу не охраняется. Во-первых, от дыры во все сторону разбегались еле заметные лучи символов. Надо полагать — защитные знаки. А во-вторых, нас встретили уже внутри плавно уходящего вниз хода. Двое бесшумно выступили из ниш, расположенных по обе стороны хода. В лица нам уставились дула ружей.

— Старк, Майк, свои, — сказала Эша, разведя руки в стороны.

— А это кто с тобой? — спросил угрюмый тип со шрамом через все лицо. Похоже, шрам перекидывался ниже — на подбородок и шею.

— Это Райн. Он игрок.

— Тот самый… — поморщился тип со шрамом. У меня создавалось ощущение, что он не очень хочет меня пропускать. — Ладно, проходите. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Знаю, — бросила ему девчонка.

— И это все прокопали вы? — спросил я.

Шли уже минут десять, а туннель все не кончался. Да и впереди, несмотря на мое ночное зрение, просвета не видно.

— Только очистили, — сказала Эша. — Чего мне только стоило пролезть через все эти завалы… — она усмехнулась. — Ни за что больше не повторю такого подвига.

— Ты лезла одна?

— Да. Знаешь, когда нашла те бумаги, что дала тебе прочитать, думала: это просто не может быть правдой. Ты видел координаты на обратной стороне?

— Да… правда, не понял, что это координаты.

— Я долго мучила Мастера, просила его найти соответствующую им точку. Ему пришлось здорово попотеть. Почти все базы данных прошлого утеряны. Мы и такие, как мы, по крохам собираем информацию, систематизируем ее, делаем доступной для всех на пустоши.

— И он все же нашел место с этими координатами?

— Как видишь. Я попросила его молчать, никому не сказала — и отправилась на поиски.

— Не обижайся, но не очень умно.

— А чего обижаться? — отмахнулась Эша. — Сама знаю, что дура, но больше боялась спугнуть надежду, чем дорогу. Да и не впервой мне было путешествовать. Правда, не так далеко. Я дважды проходила это место и ничего не видела. Все вокруг облазила, замерзла — жуть. Дело летом было, на холод не рассчитывала. Потом от воспаления легких отец лечил. Ругал, хвалил — и лечил. Но проход все же нашла. До сих пор не понимаю, как решилась лезть в него. Голова чумная была.

Она замолчала, точно снова вспоминала тот путь под землю.

Это насколько же надо верить в существование машины, чтобы в одиночку, без снаряжения и одежды сунуться в темную дыру в земле? Я бы не сунулся.

— Когда выбралась обратно, на поверхность, не чувствовала ни рук, ни ног. Но была счастлива.

— Надеюсь, нам удастся оживить эту груду металла. Или из чего там построена машина?

— Надеюсь…

Наконец спуск подошел к концу. Мы оказались в просторном зале, освещенном несколькими факелами. Здесь было немного теплее, чем в туннеле и на поверхности, пахло жильем.

— Здесь мы и живем, — сказала Эша. — Оставь квадроцикл, потом найдем ему место. Идем, покажу главное.

Мы миновали зал. Пол здесь был застелен сухой соломой, но под ней легко различить следы напольной плитки. Потолок образовывали бетонные плиты с укрепленными на них остатками коммуникаций. Вообще возникало ощущение устойчивой и прочной конструкции, рассчитанной на серьезное воздействие извне. Тут имелись двухъярусные кровати, поленница, несколько кострищ, а также загоны для лошадей и место для инструмента и припасов.

Из-за пазухи показался нос Барсика.

— Оттаял? — Я легонько щелкнул его по этому самому носу. Изгнанник фыркнул и снова спрятался.

Мы миновали зал, затем коридор.

— Внизу завалов почти не было, — сказала Эша. — Только трупы.

— Людей?

— Да. Вообще, мне кажется, что входной туннель завалили именно они.

— Но зачем?

— Возможно, не хотели пускать внутрь тех, кто туда рвался. Помнишь записку? Их атаковали.

— Значит, машину так и не запустили?

— Не уверена. Аномалии не появляются с пустого места. Возможно, необычный холод — результат запуска.

— Неудачного, — я не спрашивал — констатировал факт.

— Да.

— Где сейчас их тела?

— Мы похоронили их возле машины. Пол там не везде закрыт плитами. Нам показалось, что так будет правильно.

Отрывистые крики, звуки глухих ударов и скрежета я услышал еще до того, как кончился коридор. На шум сражения не похоже, но на всякий случай положил руку на эфес огненного меча, затем придержал Эшу.

— Подожди, я первый пойду.

Девчонка лишь плечами пожала, но спорить не стала.

Коридор вывел в пещеру. Природную или нет — теперь и не скажешь. Стены укреплены подобием металлической сетки, только из очень и очень толстой проволоки. Толщиной примерно в человека. Причем все, на что падает глаз, буквально испещрено неизвестными мне символами. Причем они не нарисованы, а вытравлены в металле.

Мы стояли на площадке, в обе стороны от которой расходились металлические лестницы. Они крепились к стенам и расходились широкими дугами, ветвились. Пара лестниц уходила вниз, к кубической конструкции, две сходились к центру пещеры, образуя подобие моста, еще несколько заканчивались такими же площадками, как и наша.

— Впечатляет, — сказал я.

Эша улыбнулась, поманила за собой.

Люди работали в основном возле кубической конструкции — переплетения из сотен трубок, испещренных все теми же письменами, что и "сетка" на стенах. Но шум доносился не отсюда — удары и скрежет рождались где-то глубже, возможно, из другой, соседней пещеры или коридоров.

— Эша! — нам навстречу вышел невысокий пожилой человек в длинном плаще, полы которого настолько отяжелели от пропитавшей их влаги, что липли к ногам своего обладателя. — А мы уж заждались тебя! — человек раскинул руки и заключил девчонку в объятия. — Какие новости? Отлично выглядишь!

— Спасибо, — успела улыбнуться Эша. — Все хорошо. Как ваши успехи?

— Да потихоньку. Почти закончили с расчисткой.

— Отлично. Познакомьтесь — это Райн, — она высвободилась из объятий человека в плаще, встала рядом со мной.

— Наш знаменитый игрок, — расплылся в улыбке незнакомец. Зубов у него едва ли оставалось больше десятка. — Милости прошу, молодой человек. Меня зовут Афанасий Васильевич. Я, как бы это поточнее сказать, наблюдаю за этим чудным местом. Изучаю его, а оно изучает меня.

— Изучает вас? — не понял я.

— Да. Удивлены? Мне иногда кажется, что оно живое. Наблюдает, слушает. Мы здесь гости — и, прежде чем поделиться с нами своей силой, оно выжидает.

А по виду и не скажешь, что ненормальный… Впрочем, магия — о какой нормальности вообще может идти речь? Кто его знает, что здесь творится в темноте?

— Проходите, я все вам расскажу, — потер руки Афанасий Васильевич.

Работавшие тут люди сплошь были одеты в меховые куртки и штаны. Некоторые носили шапки, некоторые — еще и варежки. С нами здоровались, перекидывались с Эшей парой слов, но от своих дел не отрывались. Суть их занятий я определил, как "настройка". Настройка того самого куба, а возможно, и всей машины в целом. Люди манипулировали сгустками разного цвета, которые искажались и деформировались между их ладонями. Маги? В ответ на эти манипуляции изменялся куб. Вернее, его структура: трубки, материал которых я поначалу принял за металл, изгибались и меняли свое положение, точно были живыми.

— Что они делают?

— Добиваются наилучшей структуры, — сказал Афанасий Васильевич. — Этот прибор — все равно что усилитель в обычной антенне. Но для наилучшего режима работы ему требуется подстройка. Мы полагаем, что некогда он находился в работоспособном состоянии, но со временем в окружении произошли серьезные изменения, которые свели прежнюю калибровку на нет.

— Что за окружение?

— Понимаете, в чем дело… Все это сооружение — своего рода приемник и усилитель праны. Насколько нам известно, единственный в своем роде. Когда-то он был настроен на точки наибольшей концентрации праны, но со временем точки сместились. Некоторые исчезли, другие, напротив, появились. Мы занимаемся донастройкой.

Мы поднялись по лестнице и попали на тот самый мост, который я видел с площадки.

— А это, — Афанасий Васильевич наставительно поднял палец, — точка сосредоточения силы.

В центре сходящихся мостов располагался круг, окаймленный отливающим золотом бортиком.

— Вся энергия, собранная "Деформатором", направляется в эту точку.

— А потом?

Афанасий Васильевич и Эша переглянулись.

— А потом в дело вступает тот, кто в этой точке стоит, — сказала девчонка.

Я молчал, ожидая продолжения.

— Только тот, кто обладает достаточными навыками в манипуляции праной, способен контролировать весь собранный поток и перенаправить его дальше, к каждому разрыву на планете.

У меня за пазухой зашевелился Барсик, высунулся наружу, поднял на меня взгляд.

— Похоже, ему идея не нравится, — сказал я.

— Мне тоже, — потупилась Эша. — Не думай, что тебя кто-то станет принуждать. Мы должны все проверить — и не один раз, прежде чем решимся на запуск машины.

— Да вроде ничего не теряю, — пожал я плечами. — В самом крайнем случае — воскресну.

Барсик недовольно фыркнул, вылетел, часто-часто замахал крыльями.

— Пока мы даже не знаем, как включить эту штуку, — сказала Эша.

— Настраиваете и не знаете, как включить?

— Не то чтобы совсем не знаем, — поспешил заметить Афанасий Васильевич. — Мы точно знаем, что "Деформатор" работает, нам удалось запустить его в тестовом прогоне, но… дальше продвинуться не удалось. Что-то блокирует все наши попытки перевести его в штатный режим работы.

— Недостаточная настройка?

— Возможно, но вряд ли. В машине стоит какая-то защита от несанкционированного запуска. И обойти ее нам еще только предстоит.

Мы походили, посмотрели еще немного. Вскоре люди потянулись к первому залу.

— Мы тут зачем? — спросил я Эшу.

— Я надеялась, что ты сможешь справиться с блокировкой.

— И как это сделать?

— Скоро прибудет Мастер. Возможно, с ним…

— Я до сих пор не умею пользоваться праной. Не так, как вам того хотелось бы.

— Там, в пещере…

— Но здесь нет разломов. — Я взял Эшу за плечи. — Попытаться могу, но не думаю, что что-то получится. Для меня вся эта машина — мертвая железка. Ваши мастера, с теми светящимися шариками в руках, куда ценнее моих умений.

— Идем, — она улыбнулась и взяла меня за руку. — Надо поесть горячего. Без горячего здесь нельзя.

Точно услышав ее слова, откуда-то сверху спикировал Барсик и плюхнулся ей на плечо. Девчонка аж вскрикнула от неожиданности.

— Эй, ты чего это подлизываешься? — нарочито серьезным голосом упрекнул его я. — Думаешь, она выдаст тебе самый большой кусок?

Изгнанник зажмурился и издал стрекочущий звук.

— Мне кажется, он согласен с твоим предложением, — сказала Эша.

— Не вздумай его баловать, а то на пустоши потом чем его кормить?

— Жадина какой, да? — девчонка повернулась к Барсику, погладила его по голове.

Мелкий демон не спорил.

* * *

Тепло костра действовало подобно снотворному. Тепло внутри, тепло снаружи — глаза сами собой начинают закрываться. Эша отошла с кем-то поговорить, а я сидел на втрое сложенном одеяле, прислонившись спиной к двухъярусной кровати. Именно тут мне сегодня спать. Жаль, одному. На коленях свернулся Барсик. За ужином он столь умильно смотрел на Эшу и столь забавно урчал, что девчонка не удержалась и снова накормила его до отвала. В конце концов, последний кусок Изгнанник куда-то спрятал, оказавшись не в силах запихнуть его в себя.

В то, что сумею разобраться с блокировкой машины, — не верил. Я понятия не имею, как она работает и с какой стороны к ней подступаться. Попытался почувствовать хоть что-то в ней — тщетно. Мертвый металл — и ничего больше. Но и оставлять всю эту затею тоже не хотелось. Черт его знает, почему. Не скажу, что так уж жажду избавить мир от праны. Магия мне нравилась. А вот демоны — не очень. Было бы идеально выкинуть их обратно в Хаос, а тут все оставить, как было. Уж в этот-то раз человечество наверняка правильно распорядится магическим даром. Ведь правда?

Мысли катились медленно, вальяжно. Тихо потрескивали дрова в костре.

Должна сохраниться хоть какая-нибудь документация по "Деформатору". Люди, убившие себя, не могли оставить свое детище без надежды, что его смогут использовать потомки. Наверняка где-то спрятали руководство или инструкцию… что-то в этом роде. Надо только хорошо поискать.

Сам собой в голове возник вопрос, заданный мастером-алхимиком Жердева: "Умеешь разговаривать с мертвыми?"

Я вздрогнул, сел прямо. На ногах недовольно заворочался Барсик.

Вот же! Мертвые — кто, как не они, смогут рассказать нам о своем творении? Есть небольшая загвоздка — необходимую способность я так и не выучил, а нужный для этого мастер наверняка давно покинул игровую деревню, или задание с некромантом и гидрой перехватил кто-то другой. Но его наверняка можно найти где-то еще. Это определенно шанс! И не придется сидеть в этом морозильнике.

Быстро отыскав Эшу, рассказал ей свою идею.

— Думаешь, сможешь отыскать нужную книгу?

— Почему нет? Насколько понял, способность разговаривать с мертвыми — такая же, как и все прочие. Разве что более редкая.

— Это неуважение к останкам предков, но другого выхода я тоже не вижу. Без помощи создателей машины наши попытки оживить ее могут затянуться на годы.

— Вам нужна некромантия?

Голос заставил обернуться. За нами стояла Ниара. И когда только прибыла? Я рассчитывал увидеть ее не раньше утра.

Я быстро пересказал ей то, что только что поведал Эше.

— В твоих словах есть разумное зерно, — кивнула женщина.

Несмотря на царящий вокруг холод, она оставалась в легком платье и босая. При взгляде на нее, у меня по спине аж мурашки побежали. Как только не мерзнет?

— Возможно, я смогу помочь в твоих поисках.

— Ты? — нахмурилась Эша.

— Ты знаешь о Черных землях.

Она не спрашивала, даже не утверждала. Произнесла таким тоном, будто одно это название объясняло все. Оно и объяснило, судя по побледневшему лицу девчонки.

— Нет, — замотала та головой. — Туда он не пойдет.

— Там он найдет то, что ищет, и даже сверх.

— И не вернется.

— Древние призраки давно упокоились в своих склепах. Они не страшны тому, кто имеет дело с праной.

— Нет, — стояла на своем Эша.

— Подожди, — я тронул ее за руку. — Вы о чем?

— Черные земли — проклятое место! — выпалила девчонка. — Когда-то давно там обосновался целый орден некромантов. Это было уже после Армагеддона. Эти люди… если их вообще можно назвать людьми… искали собственный путь к изгнанию демонических созданий. Так говорят в открытую. Но некоторые утверждают, что в тех землях поселилась сама смерть. Кровь и ужас слились воедино, обрели одну плоть.

— Ему не нужны сказки, — резко оборвала ее Наира. — Да, место брошенное. Да, раньше там жили люди, занимавшиеся некромантией. Да, имели место, в том числе, и человеческие жертвы. Да, известны случаи, когда в наши дни путники, останавливающиеся на ночь в Черных землях, наутро исчезали.

— Вроде не очень веселое местечко, — усмехнулся я.

Женщина и бровью не повела.

— Случаи пропажи людей единичны, и прямой причастности к ним какого-то наследия некромантов найдено не было. Куда больше людей спокойно миновало Черные земли и ничего не видело.

— Они видели! — процедила Эша.

— С пьяных да трусливых глаз чего только не почудится.

— Ну, допустим, — сказал я. — Нам-то эти страхи к чему?

— Практикующие запрещенное знание использовали в своем обучении книги, написанные не ими, — пояснила Наира. — После того как орден был вырезан, книги исчезли. Их просто не нашли в пределах обиталища. Значит, они все еще там. Ждут своего времени, пока кто-то откроет хранилище.

— Снова хранилище? Снова поиски? И это притом, что книги могли растащить давным-давно, просто не распространяться об этом на каждом углу.

— Они там. Я знаю.

В глазах странной женщины плясал отблеск костра, татуировки на лице будто двигались, складываясь в новые узоры.

— Эти знания нельзя возвращать в мир, — покачала головой Эша. — Мы можем разбудить силы, которые не сумеем контролировать.

— Девочка… — в голосе Наиры звучала сталь. — Никто не станет будить силы мертвой плоти. Твой мужчина предложил разумный способ оживить "Деформатор". Я предлагаю, как сделать это быстрее и надежнее. Не тебе принимать окончательное решение.

Лицо Эши побелело, губы сложились тонкой линией.

— Успокойся, — сказал я, обращаясь к девчонке. — Никто пока никуда не едет. Поиски тайника — это не то, чем стоит заниматься в первую очередь. Куда реальнее отыскать нужного мастера в игровых поселениях.

— Ты потратишь время и сможешь изучить лишь одно заклинание. Тайник сделает тебя сильнее. Ты же смотришь в будущее. Или нет? И его не надо искать.

— Это почему?

— У меня есть средства, которые покажут его местонахождение и, в случае необходимости, нейтрализуют ловушки.

— Вот так все просто? — спросил я.

— Тебе нужны сложности?

— Странно это. Почему тогда раньше не сходила и не взяла.

Наира смерила меня странным взглядом. Лично у меня возникло ощущение, что она вот-вот заедет мне по лицу, или плюнет, или сделает что-то еще малоприятное.

— У меня имеются обязанности в клане, — ее голос звучал по-прежнему спокойно.

— Я подумаю.

На губах женщины вспыхнула и погасла улыбка.

— Подумайте вместе.

Наира ушла — и Эша тут же повернулась ко мне лицом.

— Туда нельзя…

Я притянул ее к себе, поцеловал.

— Разве не ты хотела поскорее оживить машину? Я не могу умереть, не забыла? Если в Черных землях действительно таится опасность, с которой не справлюсь, — меня перебросит в Беловодье или Жердево. Это будет быстрее, чем ехать туда своим ходом.

— Ты потеряешь квадроцикл.

— Куплю новый. Деньги еще остались.

— Я не пущу тебя… одного.

— Думаю, со мной поедет эта женщина. Иначе как сможет показать тайник?

— Ей не обязательно ехать, чтобы оказаться там, — поморщилась Эша.

— Как это?

— Поверь. У нее есть способы несколько иного перемещения. Они требуют большой затраты сил, но… я пойду с тобой.

— Пойдем к костру. Расскажи мне, кто она такая? Если бы встретил ее на пустоши — в штаны бы наложил. Видок тот еще.

— Не говори о ней так, — тихо проговорила Эша. — Я расскажу.

Мы вернулись к костру, где были с радостью встречены Барсиком. Последний, похоже, только что проснулся и очень удивился, что нас нет рядом. На руки предатель залез к Эше, преданно уставился в лицо. Но когда не получил дополнительной порции еды, свернулся калачиком и снова задремал.

— Наира — моя мать.

Я будто удар под дых получил. Вот уж чего-чего, а подобного даже представить не мог. Чтобы вот эта… беззубая, босая…

— Удивлен? — невесело улыбнулась Эша.

— Есть немного.

— Понимаю. Она не всегда была такой. Когда-то слыла первой красавицей Живого клана. К ней приезжали свататься издалека, но она никому не ответила взаимностью. Только моему отцу. Все случилось, когда появилась я, — ее голос стал тихим, глаза устремлены в огонь. Даже Барсик почувствовал появившееся в воздухе напряжение, встрепенулся, выискивая взглядом причину своего беспокойства. — Отец никогда не рассказывал мне подробностей. А она — тем более. Я заболела. Сильно заболела — уснула одним вечером, а наутро не проснулась. Ни на следующее, ни через неделю. Лекарства, имеющиеся в нашем распоряжении, не помогали. Родители места не находили, подняли на ноги всех сильных лекарей соседних кланов. Все без толку. Тогда мать пошла на отчаянный шаг. Она покинула клан, удалилась в пустошь. Одна, без оружия и защиты. Ее не было десять дней. Отец, все это время разрывавшийся между мной и ее поисками, уже и не надеялся на возвращение жены. Но она вернулась. Окровавленная, ослабленная, с горящими безумием глазами и множеством амулетов на шее и руках. Никому ничего не рассказывая, провела ночь рядом со мной. Она не давала мне отваров, не готовила мазей. Ничего такого. Она молилась. И это помогло. Через сутки я проснулась. В тот момент, когда открыла глаза, мать потеряла сознание. Не знаю, сколько она так пролежала — все говорят по-разному. Но пришла в себя без чьей-либо помощи. Вновь заговорила, только после того как сама нанесла себе татуировки. А через несколько дней в одном из кланов от неизвестной болезни скончался лидер. В одночасье покрылся множеством нарывов — сгорел буквально за считанные часы. Говорят, именно он был виновен в моем долгом сне. Что-то вроде проклятия — мести за то, что когда-то мать отказала ему.

— Думаешь, это она его убила?

— Не знаю. Никогда после того случая подобных болезней не случалось.

— А что с ней случилось на пустоши?

— Она никогда не рассказывала. Изменилась, стала отрешенной. Но ее новая сила очень помогла клану. Мы получили хорошую травницу.

— Но ты потеряла мать, а твой отец жену.

— Да. Иногда я чувствую себя виноватой. Если бы…

— Не стоит. Уверен, она не жалеет о собственном выборе и повторила бы его снова.

— Знаю. Наверное, именно поэтому я всю свою жизнь пытаюсь доказать, что ее жертва была не напрасной.

— Кому доказать?

— Самой себе.

Я обнял Эшу, и мы еще какое-то время сидели молча.

— Я поеду в Черные земли, — сказал ей на ухо.

— И возьмешь меня с собой.

— Эша…

— Давай не будем спорить.

Она повернулась ко мне, и наши губы встретились.

— Это нечестно.

Девчонка не слушала, а молча увлекла меня к кровати. Мы спрятались под одеяло, но не уверен, что сделали это так уж надежно. Впрочем, никто нас не побеспокоил.

Глава 5. Черные земли

Как же хорошо выбраться из ледяной зимы в пусть не особенно жаркое, но лето. За одно только ощущение тепла я готов был сорваться куда угодно. Афанасий Васильевич выслушал нас утром и не стал задерживать.

Перед отъездом для очистки совести я еще раз сходил к машине, постоял возле куба и на мосту. Сколько ни старался, а почувствовать хоть что-то не смог. Усаживаясь на квадроцикл, краем глаза посмотрел на интерактивную карту. Маркеры, показывающие положение Михи и остальных членов моего клана (моего ли? Они-то по-прежнему клан, а я — так, сторонний наблюдатель), двигались примерно в направлении "Деформатора". Отчего-то очень захотелось написать в чат, поделиться новостями, пригласить своими глазами посмотреть на творение наших предков. Даже набрал слова приветствия, но через секунду стер. Не стоит подставлять ребят. По крайней мере, без веской на то причины, из сиюминутного порыва.

Я так и не понял, каким образом нам поможет Наира. Женщина выдала Эше какой-то амулет и наказала активировать его сразу, как только доберемся до места. Что случится дальше — черт его знает.

Наш путь лежал на север. Часть пути проделали по древней дороге, сохранившейся в относительно хорошем состоянии. Дважды за день пришлось отбиваться от Пикирующих истребителей — тварей, внешне — вылитых птеродактилей. Размером они были почти с человека и нападать предпочитали стаями до десяти особей. Эша сказала, что у истребителей охотятся только женские особи — они более мелкие. Мужские же (они в длину достигают трех и даже четырех метров) охраняют гнезда. Я мысленно возблагодарил мать-природу (пусть и чуждого мира), что та завела этим летунам подобный порядок. Когда с неба камнем падает и во все горло орет тварь с тебя размером, волей-неволей захочешь прижаться поплотнее к земле. Хорошо, на приближение истребителей указал Барсик, мне оставалось только следить за быстро увеличивающимися черными точками.

— В лес! — крикнула в уху Эша, изготавливаясь стрелять.

Но до леса еще надо добраться, а точки увеличиваются слишком быстро.

— Подожди, не стреляй, — бросил я за спину, сбрасывая скорость.

— Что ты делаешь?!

— Как они атакуют?

— Бросаются вниз, хватают…

— Все разом или по одному?

— Как получится.

— Не стреляй, — повторил еще раз.

Истребители атаковали все, но не единой гурьбой.

Квадроцикл катился еле-еле. Я же не отрывал взгляда от противника. И когда те бросились вниз, выждал буквально одно мгновение.

Вы использовали способность "Взрыв ярости"

Ухнуло так, что заложило уши. Позади вскрикнула Эша. Я почувствовал, как по ее телу прошла дрожь. Обернулся. Она смотрела на меня большими глазами, из носа текла кровь.

— Извини, — крикнул, почти не слыша собственного голоса.

Девчонка что-то ответила, но слов не разобрать.

Я выкрутил рукоятку газа, снова набрал скорость. Победа в первой встрече с истребителями осталась за нами. Даже не видел, куда они подевались. Несколько крыланов точно попали под удар, но если от них что-то и осталось, то исключительно в виде отдельных фрагментов тел, разбросанных по округе. Остальных же, скорее всего, просто оглушило.

— Ты как? — крикнул, когда исчезли пробки в ушах.

— Нормально. Ты в следующий раз предупреждай. Я чуть лужу не сделала.

— Я сам чуть лужу не сделал.

А вот Барсик лужу сделал… Хорошо, что прятался на лежке, на бензобаке, а не сидел на моем плече.

Вы получили 10800 exp

Вы получили 6540 серебряных монет

В лес заезжать не пришлось.

Вторая встреча с истребителями ожидала нас во второй половине дня, когда остановились отдохнуть. И ведь укрылись под деревьями — в настоящем сосновом бору. Кроны лесных великанов оказались настолько раскидистыми, что создавали на высоте сорока метров второй зеленый уровень. Как нас разглядели — понятия не имею.

Так или иначе, атаку мы почти прозевали. Лишь благодаря истошно заверещавшему Барсику, я успел набросить на нас купол из праха.

Вы использовали способность "В прахе рожденный"

Но прежде, чем тот материализовался, до нас добрались трое. Один истребитель сбил с ног Эшу, еще два рухнули на меня. Несмотря на внушительные размеры, весили твари едва ли в половину веса человека. Полный сил и в броне, я не особенно почувствовал мощи их ударов. А вот длинные кривые когти, тут же полоснувшие по нагруднику, оставили на последнем глубокие борозды. Времени на то, чтобы вытащить из ножен меч, — нет. Но не зря же купил боевые перчатки. Правой рукой саданул в морду самого настырного истребителя. Сталь с хрустом проломила череп. Левой рукой перехватил за шею второго крылана, резко сжал — сквозь пальцы брызнула кровь. Теперь к Эше — та руками обхватила длинный клюв истребителя, не давая тому раскрыться. Но когтистые лапы твари безжалостно полосуют ее по бокам.

На бегу выхватив огненный меч, располовинил крылана. Девчонка тут же вскочила на ноги, бросилась к небольшому костру за ружьем. Ее куртка превратилась в лохмотья, но крови вроде бы не видно.

— Помощь нужна? — подбежал к Эше, боясь увидеть страшное.

— Я подготовилась, — улыбнулась та — под остатками куртки виднелся металл кольчуги.

— Молодец, — я порывисто обнял девчонку.

— Подожди, мы не одни, — смеясь, уперлась мне в грудь руками.

А дальше было легко. Все равно что в тире. Истребители бились о поверхность защитной сферы, не понимая, почему не могут добраться до добычи. А добыча отстреливалась смертоносными сгустками. Эша тоже сделала пару выстрелов, снесла пару голов, но потом прекратила — ей-то, в отличие от меня, боеприпасы надо беречь.

Впрочем, "легко" — сказано слишком громко. Да, до нас не могли добраться, но каждый удар по сфере отзывался в моем теле острой болью. И чем дальше, тем сильнее становилась боль. Она накапливалась, растекалась по жилам, выжигала сознание. И это при полном отсутствии каких-либо физических повреждений на моем теле. Просто больно. Но терпеть можно. Главное не зацикливаться на собственных ощущениях.

Помогал в схватке и Барсик. Он ловко вытаскивал из костра угли и метал их в противников. Не уверен, что его снаряды хоть раз достигли цели, но выглядел Изгнанник по-боевому.

Последние три истребителя развернулись и потянулись вверх, когда купол над нами почти издох. Подгоняемые скрипящими криками Барсика, они быстро набирали высоту.

Вы получили 7200 exp

Вы получили 4310 серебряных монет

— Не приведут подкрепление? — спросил я.

— Некого приводить, — мотнула головой Эша. Ее ладони кровоточили — последствия удерживания клюва. — Самцы почти не покидают гнезд.

— Подожди-ка… — Взял девчонку за руки.

Вы использовали способность "Лечение"

— Так-то лучше.

Мы наскоро завершили прерванную трапезу.

К границе Черных земель подъехали ближе к вечеру, но еще засветло. Если бы Эша не сказала, что мы на месте и следует во все глаза смотреть по сторонам, ничего бы и не заметил. Да что там — я и так не заметил никаких изменений вокруг. Все тот же унылый пейзаж с пожухлой коричневатой травой и редкими кустами. На листьях последних не было живого места. Все свернуты в трубочки и обмотаны паутиной. Я специально останавливался, чтобы посмотреть поближе. В паутине копошились красноватые гусеницы.

Нечто подобное виднелось и в траве, у самой земли, но все же в меньшей концентрации — всего лишь отдельные очаги непрекращающегося копошения.

— Гадость какая. Что это?

— Иногда случается, — пожала плечами Эша. — Могут под корень урожай уничтожить, а то и целые участки леса. Наира ищет средства, мы опрыскиваем растений вокруг деревни. Но через несколько лет напасть возвращается — и прежнее средство на нее уже не действует.

— Почему ты называешь ее по имени?

Казалось, вопрос застал девчонку врасплох.

— Отец настоял. Наверное, не хотел, чтобы я пыталась сблизиться с ней. Я только несколько лет назад узнала, кто моя мать. До того считала, что умерла при родах.

— И ни разу не пыталась ее разговорить?

— Пыталась, конечно, — вздохнула Эша. — И не раз. Особенно в самом начале, когда узнала правду. На отца накричала, что обманывал меня. А потом ревела и извинялась… Наира знает, кто я. Помнит, как играла со мной, как жила с отцом, как потом ушла в пустошь. Мне очень хотелось узнать, почему она больше не живет с нами. Но ответа так и не получила. Сначала было больно. А потом смирилась.

— Может быть, она все же оттает когда-нибудь?

— Нет.

Чувствуя, что разговор тяготит Эшу, прекратил расспросы. Девчонка старается быть сильной, старается показать, что ей все равно. Но она все еще не смирилась с потерей родного человека.

Чем глубже мы проникали в Черную землю, тем более скудной становилась растительность вокруг. Кусты исчезли полностью, от травы остались одни толстые стебли, покрытые черным налетом и все теми же неистребимыми гусеницами. Останавливаться здесь на ночлег откровенно не хотелось. Я, конечно, избалован благами цивилизации, но кому захочется, чтобы во сне по нему ползали многолапые твари? Мне очень не хотелось.

Но остановиться пришлось.

Мы добрались до каменных развалин, которые в прежние времена могли быть чем угодно. Сейчас это лишь груда камней, разбросанных в большом радиусе. Центром развалин служил огромный черный камень, на поверхности которого виднелись следы какой-то резьбы.

— Не трогай его, — сказала Эша, стоило мне протянуть над камнем руку.

Он имел правильную форму прямоугольника, и его грани до сих пор оставались острыми. Ни дождь, ни ветер не смогли округлить их.

— Это алтарь. Именно здесь некроманты проводили большую часть своих экспериментов. Именно тут погибли сотни мужчин, женщин и детей.

— Сотни?

В подобные цифры не очень-то верилось.

— Да. Орден обладал серьезными силами, и его адепты могли позволить себе вычищать целые деревни. Но людей не убивали на месте — приводили сюда. И уже тут, строго соблюдая обряды, лишали жизни.

— Значит, тайник должен быть где-то поблизости, — предположил я. — Вряд ли его отнесли слишком далеко — можно не успеть добежать.

— Не знаю.

В голосе Эши не слышалось ни капли оптимизма. Развалины тяготили ее. Все же слухи — большое дело. Место, конечно, мрачное, но ничего страшного я в нем не видел. Камни — и ничего больше. Ни останков тел, ни зловещих инструментов.

Спикировав из-за моей спины, на алтарь приземлился Барсик. Эша дернулась, но я остановил ее. Изгнанник походил, поскреб когтистыми пальцами по гладкой поверхности, снова взлетел.

— Здесь не осталось ничего, — попытался подбодрить девчонку. — Там, в пещере, я ощущал присутствие чего-то плохого. Здесь — нет.

— Некроманты слишком привыкли прятаться. Привыкли прятать свои знания и мощь. Пока они не ударят — не почувствуешь ничего, а потом будет уже слишком поздно.

— Не пугай меня на ночь глядя. Давай лучше разведем огонь… если найдем что-то похожее на дрова. И связывайся с Наирой. Мы на месте, что дальше?

— Костра не будет, — мотнула головой Эша.

Она порылась за пазухой того, что еще сегодня утром было курткой, выудила оттуда камень. Небольшой и невзрачный — таких навалом можно насобирать вдоль дорог. Затем девчонка сняла с пояса флягу с водой. Опустившись на корточки, положила камень на землю, плеснула на него воды. Затем встала, отошла.

Некоторое время ничего не происходило. Потом над камнем появился еле заметный дымок. Прошла минута — дым усилился. Он поднимался ровным столбом, не реагируя на порывы ветра. В воздухе появился резкий кислый запах.

— Что это? — спросил Эшу.

— Смотри. Каждый такой камень Наира изготовляет примерно год, а потому использует очень редко.

— То есть нам оказана большая честь?

Девчонка усмехнулась.

— Да, пожалуй.

Часть дыма начала оседать, образовав вокруг камня сплошное серое марево (точно пленку), стелящееся вплотную к земле. Прошло еще несколько минут, прежде чем на поверхности дымной пленки появились первые пузыри. Именно пузыри — в точности, какие можно увидеть на лужах при сильном ливне. Пузыри набухали, перемещались, а потом лопались. В конце концов, "пленка" точно закипела. Облачка серой пыли, что выбрасывали из себя лопающиеся пузыри, зависли в воздухе. Они становились все плотнее, поднимались, принимая единую форму, складываясь очертаниями человеческой фигуры.

— Это что, портал? — дошло до меня.

— Да, можно и так сказать.

— Знаешь, твоя мать — очень сильный маг. В Жердево заклинанием перемещения обладали только два человека — серьезные боевые мастера. Или даже один из них.

— Я же сказала — на изготовление камня уходит год. Не думаю, что твои мастера годами сидят за чем-то подобным.

— Да уж, вряд ли.

Между тем, дымная фигура открыла глаза — ярко-белые белки точно вспыхнули на сером лице. А затем дым облетел хлопьями пепла. Перед нами стояла Наира собственной персоной. Осмотревшись, она прошла к алтарю, простерла над ним руки, но касаться не стала.

— Займитесь пока чем-нибудь, — проговорила, даже не взглянув на нас. — Поиски тайника займут время.

Женщина отошла от алтаря, скинула на землю небольшую суму, что была перекинута через плечо. Затем села, скрестив ноги, принялась вытаскивать из сумы и раскладывать вокруг себя какие-то предметы: перья, кости, камни, свечи…

Ожидание тянулось долго. И костер не развести, и заняться нечем. Знай только — по сторонам зыркай. Очень кстати пришлось ночное видение, предоставляемое шлемом. То ли благодаря рассказам Эши, то ли из-за теней, рождаемых поднявшейся на небо луной, то там, то здесь мне чудилось движение.

Каково же было мое удивление, когда Наира развела костер. Вроде и дров рядом нет, а бросила кучкой несколько пучков травы, высекла искры — и занялось пламя. Небольшое, но уверенное.

— А ты говорила — не будет костра, — тихо сказал Эше.

Та ничего не ответила, только зябко повела плечами, в который раз всмотрелась в темноту, хотя наверняка почти ничего не видела.

Порыв ветра вцепился в костер, желая выдрать его с корнем, разметать по развалинам. Огонь прижимался к земле, испуганно вздрагивал, но продолжал биться на месте.

Наира поднялась во весь рост, раскинула в стороны руки и затянула песню. Вокруг нее аккуратным кругом лежало все то, что она недавно вытаскивала из своей сумки. Какого-то порядка или закономерности в следовании предметов я не заметил, но они наверняка присутствовали, так как выкладывала их женщина очень сосредоточенно.

Слова песни вроде бы и казались отдаленно знакомыми, но были слишком уж искажены горловыми завываниями и хрипами. Это еще умудриться надо, чтобы женское горло издавало звуки, схожие с тем, как блюет какой-нибудь пропойца из подворотни. А вот огонь на песню реагировал очень активно. Пока слова текли плавно — костер опадал, чуть не гас. Но стоило хрипам набрать силу, взвиться чуть не до небес, как и пламя взвивалось, будто в него плеснули бензина.

— Если поблизости кто-то есть, — сказал я Эше, — он нас обязательно заметит.

— Если тут кто-то есть, — шепотом отозвалась она, — он нас давно заметил.

Наира продолжала петь.

Сначала я подумал: что-то случилось со шлемом. От костра в сторону потянулась неровная огненная дорожка. Сначала короткая, но с каждой минутой становящаяся все длиннее. И что странно — трава под ней не горела, даже не дымилась. Лишь присмотревшись, понял, что дорожка вовсе не огненная — это свет. Да, странный, направленный, но именно свет. Точно горящая змея выползает из костра и направляется… неужели она и покажет направление к тайнику?

Вообще, думал, что последний должен располагаться под алтарем. Огромная каменюка — отличная защита для небольшого люка. Попробуй, сдвинь ее с места. Но нет — "змея" сразу двинулась в противоположную сторону. Метр, другой, третий… десять метров, полсотни…

Голос Наиры ослаб, ей явно с огромным трудом удавалось проговаривать слова песни.

Неожиданно костер вспыхнул, поднялся в рост женщины и, опалив ее ворохом искр, погас.

Над древними развалинами повисла тишина. Только огненная змея продолжала светиться призрачным светом.

Неуверенно ступая негнущимися ногами, Наира направилась вдоль созданного ею указателя. Мы с Эшей двинулись следом. Барсик сидел у меня на плече. Он постоянно съезжал со скользкого наплечника, но с настырностью утопающего продолжал цепляться за все, до чего мог дотянуться. Боится?

"Голова" огненной змеи исчезала возле камня размером с квадроцикл. Кстати, последний оставлен в развалинах. Как бы кто не решился позаимствовать его.

— Это надо убрать, — сказала женщина.

Она все же сорвала голос, а потому говорила очень тихо.

— Попробую…

Поудобнее уперевшись ногами в землю, навалился на камень. Поначалу тот стоял, точно айсберг, точно там, под землей, врыта целая скала, вершину которой толкает глупый муравей. Но вершина подалась, сдвинулась на ничтожный сантиметр. Потом пошло легче. Как же приятно ощущать собственную силу, иметь возможность воспользоваться ею. Особенно если на тебя смотрит та, с кем делишь постель.

Под камнем не было ничего. Ничего, кроме пятна черной земли. Ни тебе крышки, ни сундука.

— Отойди, — прошептала Наира.

Она вытащила из ножен на поясе небольшой тонкий нож, с силой полоснула себя по левой ладони. Сжала ее на секунду, а затем взмахнула перед собой, описывая широкую дугу. С ее губ сорвался даже не крик — вопль, от которого по моей спине побежали мурашки. Кровь вспыхнула ярким огнем. Горящие капли падали на землю и продолжали гореть. Они прожигали землю, погружались все глубже в ее плоть. Не прошла и полуминуты, когда черное пятно взорвалось изнутри. Во все стороны брызнула земля. Мне-то чего — разве что вздрогнул от неожиданности, а вот Эшу окатило порядочно, точно шкуркой прошлось по лицу. Да и Барсика смело с плеча. Наира стояла ближе к эпицентру взрыва, но даже виду не подала, что больно.

У нее в ногах открылся проход вниз. А вот сами ноги подогнулась — и женщина осела.

Эша было бросилась к ней, но Наира остановила ее взмахом все еще кровоточащей руки.

— Я могу помочь, — сказал я.

— Мне не нужна помощь, — раздалось хриплое в ответ.

Я опустился на корточки, разгреб пальцами рыхлую землю. Нет, не камень, и не корень.

— Здесь полно костей, — сказал, снова поднявшись. В пальцах держал кость, очень похожую на фалангу пальца. Возможно, человеческого.

Эша нервно топталась на месте.

— Может, останешься здесь? — спросил я. — Все равно кому-то надо следить за тылом.

— Нет, — произнесла слишком быстро, чтобы сказанное было осознанным ответом.

— Уверена?

Девчонка перевела на меня взгляд. Вряд ли видит что-то, кроме темной фигуры.

— Я не останусь одна.

А вот откровенного страха нам точно не надо.

— Все хорошо, успокойся, — обнял Эшу. Уже пожалел, что сказал о костях.

— Я в норме. Дай мне минуту.

В темноте послышался тихий писк. Я обернулся на звук, готовый в случае необходимости выхватить меч. Но "опасность" в виде перепуганного Барсика пряталась за небольшим камнем и никак не решалась приблизиться.

— Иди сюда. Больше взрывов не будет. — "Наверное…"

Изгнанник смерил меня загнанным взглядом и бросился к Эше. Та сразу улыбнулась.

Так-то лучше — вместе не так страшно.

— У вас есть фонари? — спросила Наира.

— Конечно. Сейчас.

Я вернулся к квадроциклу, вытащил из сумок пару мощных фонарей.

— Следуйте за мной, — сказала Наира, принимая фонарь. — Дверь открыта — но это еще ничего не значит. В таких местах незваным гостям редко бывают рады.

— Ловушки? — спросил я.

— Возможны.

— Я могу послать вперед разведчика.

Барсик попытался спрятаться в разорванной куртке Эши.

— Да не тебя. Бес-прихвостень — вполне себе на роль первопроходца.

Наира задумалась.

— В этом есть смысл.

Вы использовали способность "Бес-прихвостень"

Толстопузый уродец материализовался как всегда ниоткуда. Ощерившись, дернул женщину за платье, попытался заглянуть под него, за что тут же получил хорошего пинка. Снова вскочив на ноги, было бросился на обидчицу, но замер, услышав мой окрик.

— Стоять!

Им вполне можно управлять и мысленно, но уж само вырвалось.

— Держи своего выродка на цепи, — процедила Наира.

Приказав толстопузу следовать в темнеющий проход, сам пошел за ним. За мной двинулась Наира, завершала небольшую процессию Эша с Барсиком на плече.

На всякий случай сразу вытащил огненный меч, набросил на левую руку щит. Кто его знает, чем встретят хозяева? От некромантов можно ожидать чего угодно.

* * *

Да уж — место не для таких, как я. Ступени просто не выдерживали моего веса — крошились и осыпались. В конце концов, щит закинул за спину, чтобы иметь возможность придерживаться за стену хотя бы одной рукой.

А вот бес семенит впереди с веселым посвистыванием. Зараза! И на мои команды заткнуться не реагирует. Только и удается немного сдерживать его, не позволить убежать слишком далеко.

Годы-годы… если когда-то спуск и был надежным, то теперь вполне мог погрести нас под валом камня и земли. Кладка, удерживающая стены, растрескалась, часть камней из нее выперла, а некоторые и вовсе валялись на лестнице. И чем ниже — тем хуже. В некоторых местах я чувствовал, как стена поддается под рукой, как шевелится камень. Тут и ловушек никаких не надо: один неверный шаг — и спуск просто сложится.

Но беззаботный свист беса не стихал. Значит, путь все еще проходим.

Я думал, что костей много там, на поверхности. Я ошибался. Их там не было вовсе.

На лестнице нам не встретилось ни единой ловушки. Миновав ее, вышли в просторную пещеру. И вот тут действительно было много костей. В сущности, они сплошным ковром устилали пол, украшали стены и потолок. Я бы даже примерно не решился прикинуть, останки скольких людей здесь покоятся. Каждый шаг отдавался в ушах сухим треском. Со стен на нас пустыми глазницами смотрели сотни черепов, во лбу каждого из которых зияло отверстие с неровными краями. Отчего-то казалось, что это их зубы скрежещут в непреодолимой ярости ко всему живому. Под потолком чудовищными гирляндами растянуты ржавые цепи, и на них, привязанные за руки, висят целые костяки. Как они до сих пор не развалились — непонятно.

— Они не могли убить их всех, — прошептала Эша.

— Конечно, не могли — наверняка собирали трупы со всей округи, — согласился я.

А вот Наира почему-то смолчала. Осмотревшись, она уверенно двинулась дальше. В свете ее фонаря то и дело мелькала фигура беса. Я отдал ему приказ двигаться впереди женщины — и он старательно его исполнял.

По пещере пронесся порыв ветра — и костяки, висящие на цепях, вздрогнули с тонким звоном.

— Идем, — я потянул Эшу за руку.

Та с решимостью в глазах сжимала в руках ружье. Готова немедленно открыть огонь. Я же настойчиво гнал прочь дурные мысли. Да, здесь произошло много смертей, даже если не все их тех людей, чьи останки трещат у нас под ногами, убиты членами зловещего культа некромантов. Но все эти убийства случились много лет назад. Все, кто так или иначе причастен к злодеяниям, сами издохли. И очень хотелось думать, что не простой смертью. Такие нелюди должны хорошенько помучиться, прежде чем отдать богам душу.

Все спокойно, бояться нечего.

Наира шла медленно, часто останавливалась, всматривалась и вслушивалась. Точнее — внюхивалась. Интересно, кости не режут ей стопы? Или уже настолько привыкла ходить босой, что и ничего не замечает?

— Что мы ищем? — спросил ее.

— Это всего лишь преддверие. Библиотека располагается дальше.

— Может, стоит разделиться?

— Не стоит. Если сработает ловушка, я не смогу вас спасти.

На языке так и вертелось: "А ты сама-то спасешься?" Но счел за благо смолчать. И так место поганое, настроение у всех поганое — спорить будем на поверхности.

Вдалеке послышался шум. Постоянный и равномерный, но пока неразборчивый. Наира задрала голову, снова принюхалась.

— Вода… — произнесла тихо. — Мертвая вода. Нам туда.

Несмотря на вроде бы выбранное направление, мы все равно продолжали плутать. Преддверие оказалось огромным. Потолок подпирали природные колонны — мощные сталагнаты. Их природу я не мог определить, но выглядели они так, будто состоят их мутного стекла. И в этом стекле кто-то был. Возможно, мне это только показалось — всего лишь игра света и тени. Возможно, там действительно замурованы какие-то существа. В некоторых местах одиночные колонны сливались целыми стенами, которые в итоге образовывали лабиринт. В мощных световых лучах выглядел он весьма впечатляюще, точно оказался внутри огромного кристалла.

И все же шум становился сильнее. Да — это определенно либо подземная река, и бурная, либо водопад. Количество костей под ногами сильно уменьшилось. Иногда попадалась и вовсе чистая каменистая земля. Ступаешь на нее — и ничего не трещит и не хрустит. А вот дышать стало тяжелее. Ощущение, будто откачали часть воздуха. Дышишь-дышишь, а надышаться не можешь. И странный запах. Какой-то старый, спертый. Не то чтобы неприятный — скорее, настырный и вязкий, проникающий глубоко в легкие. Если так пахнет вода — она точно мертва.

Пол пошел под уклон, последние колонны расступились — и мы вышли на каменный козырек. Там, впереди, бушевала вода, но разглядеть ее не удавалось даже мне. Да что там вода — я собственные руки едва видел. Точно в чернила окунулись. И ведь куда ни глянь — сплошная чернота. Кажется, сделаешь шаг, — и поминай как звали.

Свет двух фонарей высветил узкую каменную тропу, берущую начало у козырька и уходящую к шумящей воде, в ничто. Отличное место, чтобы устроить ловушку! Видя замешательство Наиры, приказал бесу разведать дорогу. Тот с обезьяньим уханьем попрыгал возле женщины, показывая той неприличные жесты, а потом ступил на тропу. Медленно, опираясь на руки. Его спина виднелась всего несколько секунд, а потом исчезла. Но толстопуз был жив, о чем свидетельствовала индикация игрового интерфейса.

Мы ждали.

Минута тянулась за минутой, а бес не возвращался. Неужели тропа настолько длинная? Я помахал перед собой огненным клинком. Пламя на нем съежилось и поблекло. Нет, других путей перебраться на ту сторону нет. Ту сторону… я уже был готов поверить, что ее и нет, когда в темноте тропы появилась довольно скалящаяся морда беса.

Эша протяжно выдохнула.

— Разверни его, мы идем за ним, — сказала Наира и шагнула на тропу.

Бес нехотя развернулся, пополз обратно.

— Только не торопись, — обернулся к Эше.

Очень кстати поднял себе параметр ловкости, иначе бы даже соваться на мосток было бы самоубийством. А так — можно рискнуть.

Хорошо бы при этом как-то подстраховаться — веревкой перевязаться или хотя бы руку ей протянуть. Но если вниз загремлю я — точно утяну ее за собой. Ладно, пока что она показывала куда большую ловкость, чем я.

Сделать первый шаг оказалось совсем нетрудно. Размытая серая полоса тянулась вперед и исчезала. Главное, не отвлекаться. Знать бы, как долго придется идти и что ждет впереди, — вполне мог бы попытаться перелететь. Но так — в неизвестность. Лучше пешочком, но быть готовым в любой момент активизировать "Крылья ангела".

Сколько длилась переправа — не знаю. Сначала считал хотя бы шаги, но ближе к сотне сбился. А сотня оказалась даже не половиной пути. О том, что тропа так или иначе закончится, возвестила стена воды, низвергавшаяся из темноты вниз. Вот он, водопад. А что за ним?

Наира обернулась, посмотрела на нас. Впервые за все время, что видел эту женщину, на ее лице появилось выражение неуверенности. Что ж, есть с чего. Либо идти обратно — и тогда все усилия напрасны. Либо продолжить путь — и… и неизвестно, к чему такой выбор приведет.

— Может, мы ошиблись дорогой?! — прокричал я.

Она помотала головой.

— Других дорог нет.

— Откуда…

Но женщина уже отвернулась, а затем, видимо, не давая себе возможности передумать, шагнула под шумящий поток. Вода скрыла ее. Скрыла или опрокинула, унесла вниз? Крика я не слышал, но это еще ничего не значит.

— Готова? — обернулся к Эше.

— Да! — выкрикнула та.

— Дай руку.

— Не надо…

— Дай руку!

Ее ладонь легла в мою.

— Держи крепко и ни за что не отпускай. Мы не упадем.

Я увидел, как Барсик вцепился в ее куртку. Если тут прошла обычная женщина, мы тоже пройдем. Если она не прошла — мы пройдем все равно. Выдохнуть и сделать шаг под водопад.

Вода обрушилась стотонным прессом. Мир вокруг утратил любые очертания, превратившись в сплошное движение — то стремительное, то плавное, но всегда непрерывное. Не поймешь — идешь ты или плывешь. Но мы точно не упали, а рука Эши до сих пор крепко зажата в ладони.

Поток воды исчез столь же резко, как и появился. Еще не осмотревшись, вытянул за собой девчонку. Та упала на колени, кашляя и отплевываясь. Тут же брякнулся Барсик — мокрый и жалкий. Мне в шлеме было чуть легче — хотя бы мог более или менее нормально дышать. Но из доспехов вода вытекала, будто из сита.

В нескольких шагах от меня зловонной лужей растекались останки беса-прихвостня. Еще немного дальше стояла Наира и светила на каменную стену, из центра которой расходились лучи сложной оккультной фигуры. Очень похоже на дверь. Только закрытую.

— Что здесь произошло?

— Я же сказала — держи своего выродка на цепи, — не оборачиваясь, проговорила женщина. — Зря ты этим занимаешься.

— Чем?

Она все же обернулась.

— Манипуляции с созданиями Хаоса до добра не доведут. Они служат тебе лишь до поры, пока считают тебя сильнее их. Но стоит хоть раз проявить слабость — вскроют твой череп.

— Я постараюсь не проявлять слабости.

Женщина только неопределенно повела плечами.

— Нам туда. — Кивнула на дверь.

— Отлично. Как открыть?

— Подойди, — ответила после долгой паузы. — Положи руку сюда. — Указала в центр фигуры, где имелась отметина в форме человеческой ладони.

— Почему я?

Она смерила меня непроницаемым взглядом.

— Храбрый воин испугался?

— Нет, храбрый воин с детства любопытен и не сует руки куда ни попадя.

— В тебе живет сила, способная открыть этот замок. Но если я ошиблась, нам останется развернуться и возвратиться к машине.

— Это место… откуда вам известно о нем?

— Вы разучились видеть и слышать. Пустошь хранит свои тайны лишь от тех, кто сам не желает знать о них. Я смотрю. Я слушаю. Я кажусь тебе странной?

— Немного, — не стал юлить я.

— Честность — большая редкость в наше время. И большая глупость. Так что, возвращаемся или?..

— Или.

Я снял перчатку и прислонил пятерню к отметине. Тут же в кожу спились десятки мельчайших игл. Вскрикнув, отнял руку. Всю ладонь покрывали многочисленные точки, сквозь которые уже начала сочиться кровь.

— Какого хрена?

Сквозь шум водопада послышался далекий каменный скрежет. Пол под ногами завибрировал, на голову посыпалось мелкое крошево.

Точно по команде, мы с Наирой отступили от двери. Центральная ее часть выдвинулась, затем прокрутилась по часовой стрелке и втянулась обратно. Что-то где-то щелкнуло, грохотнуло — и дверь провалилась в пол.

И снова ничем более не нарушаемый шум водопада

Вы использовали способность "Лечение"

Раны на ладони тут же затянулись.

— В следующий раз предупреждайте, чего ожидать, — буркнул недовольно.

— Если буду сама знать.

— Чем это моя кровь особенная?

— Устройство на твоей левой руке — оно делает тебя таким. Сними — и станешь, как все — дорожной пылью на ветру.

— А кто я сейчас?

Лицо Наиры искривилось, что, наверное, должно означать улыбку.

— Ты действительно хочешь знать?

— Конечно.

— Ты — камень. Булыжник, который можно подобрать и бросить, разбить кому-нибудь голову. Но вот рожден ли ты скалой, или просто окаменелое дерьмо — лишь время покажет.

— Спасибо на добром слове.

— Я иногда говорю то, что люди не хотят слышать. Если считаешь, что ответ может тебе не понравиться, лучше не задавай вопроса.

— Я учту.

— Может, достаточно слов? — из-за спины раздался голос Эши.

Мы вошли в открывшийся проход.

Свет фонаря Наиры тут же скользнул в сторону, по выложенной камнем стене, запачканной разводами копоти.

Мы будто в подвале очутились. Каменные стены плавно переходили в сводчатый потолок.

— Нужен огонь, — сказала женщина, указывая на закрепленный в стене факел.

Я поднес к нему меч. Факел тут же вспыхнул. Но не один. От него пламя по тонкому шнуру побежало дальше, вдоль стены, поджигая все новые светильники. Уже через несколько секунд была освещена половина "подвала". Подойдя к противоположной стене, я поджег еще один факел. Действо повторилось. Умно сделано, если сумеешь пройти сквозь водопад и не намочить спички.

Подвал превратился в библиотеку. Небольшую, куда скромнее того зала, где мы с Лани пришибли некроманта. В противоположном от нас конце стояла единственная полка, примерно наполовину заполненная книгами. Перед ней — деревянный стол с лежащими на нем человеческими останками. Просто останки, или следует ожидать, что они вдруг оживут?

— Забирай то, за чем пришел, — сказала Наира.

Сама же все никак не отрывалась от созерцания кляксы копоти. И чего только в ней нашла?

— Осторожно, — напомнила Эша.

Девчонка проверила исправность винтовки, изготовилась стрелять.

Отряхнувшись, в воздух поднялся Барсик. Именно с ним пошел к столу. Вроде бы все идет хорошо — никаких ловушек и неприятных сюрпризов. Очень хочется, чтобы продолжалось в том же духе.

Кляксы, подобные той, на которую пялилась Наира, украшали стены и потолок и дальше. Возле одной я остановился, всматриваясь в ее очертания. Пятно — и пятно, ничего примечательного. Ни на человека, ни на демона, ни на животное не похоже. По крайней мере, из знакомых мне.

Ладно, сначала забрать то, ради чего пришли. А потом разбираться с местными художествами.

К столу подходил осторожно, держа огненный меч наготове. Лежащий на нем человек больше походил на мумию, но не высохшую. Сквозь бинты, пропитанные темной слизью, просвечивалась оголенная плоть без кожи. Лысый череп щерился озлобленным оскалом желтых зубов, а в глазах мумии копошились белые черви.

Я сплюнул на пол. А ведь мне самому вскорости придется разговаривать с одним из тех, кто давным-давно отошел в иной мир. Какой станет эта беседа? Может, есть возможность побеседовать с духом или душой ушедшего? Хотелось бы обойтись без вот таких полугнилых останков.

Книг на полках оказалось немного — меньше десятка. Но все толстые, в массивных переплетах, некоторые из которых усилены металлическими уголками и пряжками.

Я взял первый попавшийся том, осмотрелся в поисках поверхности, куда бы его положить, и, наконец, решился посмотреть ее на столе с покойником. Ничего — потерпит. Развернул наугад. Моему взгляду предстали серые страницы, исписанные от руки. Но вряд ли пером и чернилами — уж очень аккуратно, без единой помарки и исправления. Слова мне большей частью незнакомы. Разве что некоторые сноски и пометки, сделанные уже наверняка потом — карандашом или цветными ручками. В сносках уточнялись некоторые символы, используемые ингредиенты или описывались получаемые эффекты. Книгой явно пользовались — и часто. Пожалуй, пока просмотришь все записи, не один час потратишь. И хорошо еще, если игровая система подхватит нужное заклинание. В любом случае, забрать надо все, а уж рассматривать в более подходящем месте. Хотя бы даже на поверхности.

— Ну что? — спросила подошедшая Эша.

— Не знаю. Надо проверять. Надеюсь, не зря топали сюда.

Барсик приземлился возле головы мумии, затем запустил пальцы ей в глазницу, выудил извивающегося червя и оправил себе в рот.

— Ты что делаешь?! — прикрикнул я на него. — Червей любишь? Тогда и будешь ими кормиться.

Изгнанник насупился, но добычу выплюнул.

— Может, они для него вкуснейший деликатес, — усмехнулась девчонка.

— Я не против, но видеть этого не хочу.

— Тогда собираем все и уходим, — взгляд Эши переместился на книги.

— Согласен.

Вместе мы быстро опустошили полки и уже было развернулись идти обратно, когда огонь факелов резко опал.

Девчонка тут же вскинула винтовку, но стрелять не в кого. Одна только Наира стоит возле водопада. Спокойная, руки опущены, ждет.

— Вы все? — спросила нас.

— Да.

— Не шевелитесь. Я еще не закончила.

Я посмотрел на Эшу, та ответила мне недоуменным взглядом из-под нахмуренных бровей, двинулась к матери.

— Что не закончила? — спросила девчонка.

— Нам понадобится помощь, чтобы сразиться с созданиями Хаоса, — отозвалась Наира. — Даже если разрывы закроются, твари не уберутся обратно. Они останутся здесь и рано или поздно доберутся до нас.

— Мы будем сражаться, как делали это всегда!

— Разумеется, девочка. Но ты еще не видела настоящего мрака. Не встречалась с теми, кто ведет демонов-владык.

— И к кому же ты обращаешься за помощью?

Женщина не ответила.

Эша сделала шаг в ее направлении, но уперлась в невидимую стену. Ударила по ней сначала кулаком, затем прикладом. Ничего — ни вспышек, не звуков.

— Я знала, что ты не поймешь.

В голосе Наиры не было ни единой эмоции.

Факелы вспыхнули ярче — и я смог разглядел кровь, струящуюся из ладоней женщины. Но что самое поганое — кровь, падая на пол, не собиралась на нем лужами, а текла к стенам, поднималась по ним, тянулась к тем самым странным пятнам, которые я принял за копоть. Теперь же в этой догадке возникали большие сомнения.

— Когда уходишь от постоянной суеты, многое открывается, — продолжала Наира. — Ты что-то теряешь, но без потерь нет приобретений. Знаешь, как непросто вырвать себе все зубы?

Я чувствовал, как напряжена Эша. Ружье она по-прежнему держала у плеча. Вот-вот выстрелит.

— Что происходит? — спросил шепотом.

— Не знаю. Но…

Девчонка оборвала себя.

Наира развела руки в стороны, а затем ухватила себя у горла за воротник и рванула его вниз. Послышался треск ткани — и нехитрая одежда осталась лежать у ног женщины.

Когда-то она была красивой. Высокая, стройная… Но что могло случиться потом, что заставило ее так себя изуродовать? На коже виднелись десятки шрамов и порезов разной давности. Некоторые еще кровоточили, другие затянулись тонкой пленкой кожи, третьи зажили и даже успели побелеть.

— Боль сдирает всю шелуху, проясняет сознание, — говорила Наира. — Все эти знаки на мне — напоминание о том, что человек слаб. Но он может стать сильным, может возвыситься. Но ему надо помочь. Мои блуждания по пустоши не прошли напрасно. Они принесли знания. Знания принесли силу. И эту силу я передам другим, пока еще глухим к поступи нового времени. Мы вновь вернем себе наш мир.

Порезы на ее теле начали открываться. Один за другим трескались, выплевывали из себя кровь. Женщина вздрагивала, морщилась, но с ее губ не исчезала беззубая улыбка.

Пара черных пятен на стенах дрогнула и начала набухать, точно впитывала в себя кровь. Но не плотью они набухали — дымом, что клубился в границах пятен. Прошло с полминуты — и две чернильные тени скользнули со стен. По тайнику пронесся протяжный вздох.

— Ее надо остановить, — сказал я.

Эша быстро и поверхностно дышала. Меня будто и не слышала. Я хотел было повторить сказанное, когда в уши ударил звук выстрела. Девчонка нажала на спусковой крючок.

Промахнулась? Или стреляла не в мать?

И снова выстрел.

Наира стоит и улыбается. Кровь струится из десятков ран. И их становится все больше.

Вы использовали способность "Прорыв"

Меня приложило о невидимую стену и отбросило назад. Мгновение грохота, клубов пыли и летающих щепок. Я сидел спиной к стене, а вокруг медленно оседало то, что недавно было столом и полками. Останки мумии разорвало на части.

Меня чуть не вывернуло наизнанку, когда увидел копошащийся ковер белых червей, что устилал пол. Сколько же их в нем было?

Эша вполоборота смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

Вы использовали способность "Выхлоп темной материи"

Темный сгусток расплющился о невидимую преграду, скатился быстро исчезающими каплями.

Вот же зараза!

Вы использовали способность "Кровавая хватка"

Вы использовали способность "Открытые раны"

Эффекта никакого. Способности успешно применялись, но преодолеть невесть откуда взявшуюся преграду не могли.

— Не будь ты моей дочерью, — сказала Наира, — я бы убила тебя прямо сейчас. Но в тебе моя кровь, в тебе моя боль. Дам тебе шанс одуматься. Слушай пустошь — она не лжет.

Со стен слетели еще две тени. Вчетвером они кружили вокруг истекающей кровью женщины, припадали к ее телу, отчего по тому пробегали конвульсивные судороги.

— Они убивают ее, — прошептала Эша.

— Мы-то этого сделать не можем, — буркнул я.

И еще две тени слетели со стен. Осталось всего четыре.

Теперь Наира дрожала непрестанно. Казалось, кровоточит каждая клетка ее тела. Лицо заострилось, шея выгибалась так, будто вот-вот сломается.

— Мама, нет! — не выдержав, закричала Эша. — Не делай этого!

— Уже сделала… — просипела та — и из открывшегося в немом крике рта вырвался поток крови.

К тому времени как со стен слетели последние твари, женщина уже мало походила на человека. Странно, что она вообще до сих пор стояла. Тело усохло до состояния скелета, кожа висела рваными лохмотьями; один глаз болтался на белесой нитке, перекатываясь по лицу, второй отсутствовал вовсе.

Наира исчезала буквально на глазах. Тени подчистую поглощали ее плоть, отчего становились все плотнее, но по-прежнему не приобретали сколько-нибудь определенных очертаний.

А потом они разом облепили то, что недавно было человеком. Раздался отчаянный вопль, полный боли и страдания.

Факелы погасли. Вернее, они еще тлели, но толку от алеющих точек немного.

Тени исчезли.

Крик погубившей себя женщины еще витал в тесной библиотеке, точно не мог ее покинуть. Эша в отчаянии била кулаками в невидимую преграду. Молча и сосредоточенно. Даже когда я взял ее за плечи, среагировала не сразу. А потом еще какое-то время смотрела в пустоту у входа невидящим взором.

— Ее там нет, — сказал я.

— Почему она это сделала? — голос девчонки звучал отстраненно.

— Не знаю. Но все, что происходило по ту сторону, не было для нее неожиданностью. Она знала, что так будет, когда предлагала отправиться в Черные земли.

— Она не могла открыть дверь, — выдохнула Эша. — Без тебя не могла.

— Похоже на то.

Мы простояли некоторое время молча. Припадая к полу, откуда-то выполз Барсик. Пыльный и грязный, но вполне довольный жизнью. Похоже, все же нажрался червей.

— Я в нее стреляла. Никогда не думала, что придется.

— Возможно, мы еще пожалеем, что твой выстрел не достиг цели. Кого она выпустила?

— Не знаю.

Не знал и я. Моего "Знания монстров" не хватило даже на определение имени или названия тварей. И это мне очень не нравилось. Чем опаснее создание, тем меньше вероятность его опознать. И если смотреть с этой точки зрения, то невидимая стена сыграла на нас, не позволив столкнуться с призраками.

Где-то вдалеке раскатисто громыхнуло.

Факелы, до того еле-еле тлеющие, снова загорелись спокойным пламенем.

— Подожди.

Я отстранился от Эши, шагнул к тому месту, где пролегала граница невидимой стены. Вытянул перед собой огненный клинок. Тот не встретил никакого сопротивления. Шаг, еще шаг. Стена исчезла.

— Нам позволят уйти? — спросила девчонка. — Вот так просто?

Я пожал плечами.

— Предлагаю воспользоваться возможностью, пока не случилось еще что-нибудь.

Уговаривать Эшу не пришлось. Она с осторожностью миновала место, где недавно стояла ее мать. На полу не осталось ни капли крови. Всего напоминания о случившемся — рваное платье да все еще работающий фонарь.

Возле самого уха заверещал Барсик. Затем, не дождавшись реакции с моей стороны, чем-то ударил меня по шлему.

— Ты чего?

Изгнанник висел в воздухе и что-то держал в когтистых лапах. Какой-то амулет.

— Где ты это взял?

Барсик выразительно посмотрел на останки мумии, протянул амулет мне.

Амулет восхождения

Ни тебе параметров, ни особенностей. Даже неопределенности нет. Значит простая железяка. Знак отличия?

Я повертел находку в руках. Пятиконечная звезда с шариком в центре и острыми иглами с одной стороны. И если сама звезда правильная, то иглы расположены совершенно хаотично. На всякий случай пересчитал их — тринадцать. Вполне ожидаемо. Никаких украшений амулет не имел. Металл, из которого изготовлен, похож на медь, но гораздо прочнее, хотя и покрылся зеленоватым налетом.

— Как думаешь, что это? — Протянул находку Эше.

— Не знаю. Но взять стоит. Мало ли что.

Мы на всякий случай еще раз осмотрели останки мумии, на этот раз со всей внимательностью. Но ничего интересного не обнаружили. Ворох копошащихся червей да влажные ошметки плоти — ничего больше.

Пора и в обратный путь. Как ни не хочется нырять в водопад, а иного выбора нет.

— Держись. — Протянул Эше руку.

И снова мир без верху и низа, снова постоянное движение и оглушительный шум. Снова каждый шаг может стать роковым. Не растеряться, успеть взлететь…

Мы выбрались на каменный козырек.

— Все в порядке?

Девчонка щурилась и отплевывалась.

— Да, — кивнула она.

— Тогда идем. Не будем задерживаться.

Под ногами захрустели первые кости. Только бы не заблудиться. Сюда нас вела Наира, ориентируясь то ли по запаху, то ли черти знают по каким только ей известным приметам. Теперь приходилось искать путь самостоятельно. Иди я один — наверняка бы долго плутал в "стеклянных" лабиринтах, но, к счастью, Эша ориентировалась куда лучше меня. Потому выбор пути всецело взвалил на ее плечи. И не напрасно. Возможно, всего лишь показалось, но обратно, к ступеням на поверхность, вышли куда быстрее, чем топали к водопаду.

Мы стояли и тупо смотрели на две нижние ступени. Далее вся лестница была завалена камнем и землей. В памяти тут же всплыл недавний грохот. Так вот что он означал… Но что самое поганое — земля, выглядевшая рыхлой и податливой, оказалась пропитана чем-то очень клейким. Я попытался отбросить несколько камней, но за ними тут же потянулись длинные "сопли" чего-то прозрачно-желтого. Поначалу это не доставляло особенных проблем, но чем больше откидывал камней и земли, тем сильнее меня опутывало. Совсем скоро заметил, что двигаться стало куда как непросто, ноги буквально вросли в склизкий пол, а руки сковало тягучими наручниками.

В еще более плачевном состоянии оказались Эша и Барсик, попытавшиеся мне помочь. Их связало за считанные минуты.

— Я пробьюсь, — сказал, с трудом отдирая ноги и отходя от прохода. — Надо просто приноровиться.

— Мы слишком глубоко, — неожиданно спокойно сказала девчонка. — Даже тебе это не под силу.

Я знал, что она права, но просто так взять и согласиться не мог. Попытался пробить стену в стороне от прохода. Возможно, там земля окажется обычной, мягкой. Черепа мне посшибать удалось без всяких затруднений, а вот дальше наткнулся на сплошную каменную крепь. Чего? Наверное, земли, но пропитанной все той же прозрачной гадостью, только застывшей. Даже "Просека" оставила на преграде лишь небольшие зазубрены.

— Надо искать другую дорогу, — сказала Эша.

— Думаешь, она есть?

— Почти уверена. Когда мы спустились, цепи под потолком немного покачивались. Теперь же висят неподвижно.

— Сквозняк! Я тоже его заметил.

Из стены, которую я пытался расковырять, выпало еще несколько черепов.

— Как думаешь искать другой проход? — спросил девчонку.

— Сначала обойдем этот зал. Если не отыщем других коридоров, останется только один вариант.

— Через водопад.

— Да. Где-то он берет начало.

Мы пошли вдоль правой стороны зала, когда за спиной вывалились еще черепа. Потом еще и еще. Теперь они сыпались буквально валом. Волны опустошения расходились в обе стороны.

Ощущение от всего происходящего не то чтобы неприятное — тревожное. Постоянно пялишься по сторонам, выискивая подвох.

Звон разлетающегося стекла раздался сразу по всему залу. Хорошо, в момент взрыва мы находились довольно далеко от полупрозрачных колонн, иначе бы Эше не избежать ранений. А взорвались именно колонны. Первой моей мыслью было: сейчас все рухнет. Но колонны не развалились полностью. Каждая из них у самого основания стала тонкой, точно палка. Исчезли лишь те части, внутри которых я еще на пути к водопаду видел очертания странных существ. Жаль, что твари не были игрой света и тени.

— Бежим! — бросил Эше.

Вы использовали способность "Аура поддержки"

Набросил защиту на себя и на девчонку.

Одному бы мне не составило труда избежать схватки. Последние покупки это позволяли. Да только бежать некуда.

Или?..

Я подхватил Эшу, закинул ее на плечо.

Вы использовали способность "Маскировка"

По доспехам побежали серебряные разводы, быстро сделавшиеся прозрачными. Я действительно исчез. Так же как и Эша, смотревшая большими глазами в сторону. А посмотреть есть на что. Вернее, на кого. Те, кто приближался к нам, при жизни вряд ли были людьми. Скорее, демонами. Мощные ноги, перевитые жгутами оголенных мышц; длинные, до самой земли, руки — трехпалые, венчанные серповидные когти; будто вдавленная грудная клетка с отчетливо торчащими ребрами и странным вертикальным разрезом под горлом; на голове длинные волосы (готов поклясться, что шевелятся, точно змеи), раззявленный рот кривится в утробном крике.

На этот раз "Знание монстров" сработало как надо.

Гнилые воины Хаоса

Количество здоровья: 1500

Урон: неизвестен

Особенности: мощная атака, проклятие, отравление, регенерация, подхват, дрожь земли, кислотный плевок, единение

Сопротивляемости: физическая защита 50 %, защита от магии огня 90 %, неизвестно

Не слишком приятные ребята. Особенно если учесть, что их уже собралось под два десятка. И что-то подсказывает — это еще не все желающие перекусить после долгого сна.

Дернуло же меня долбиться в ту стену!

Ненадолго твари замешкались, потеряв меня из виду. Отлично! Есть небольшая фора. Очень небольшая. Похоже, дополнительный вес и быстрый бег маскировке оказались противопоказаны. По доспехам разлилось мерцание — слабое, но очертания бегущей добычи наверняка можно разглядеть. Воины Хаоса и разглядели.

От выстрела Эши я чуть было не наделал в штаны — столь неожиданным он был. Девчонка не промахнулась — пуля попала точно в лоб одному из демонов. Тот опрокинулся и больше не поднимался.

Ого! Не все так плохо, как я думал.

— У меня всего дюжина заговоренных патронов! — крикнула Эша.

Уже хуже, но все равно не так уж плохо. Надо бы собрать их в одну кучу — и тогда уж вдарить основательно.

Бежалось легко, уровень усталости практически не поднимался. Хоть весь день наматывай круги по залу. Жаль, что толку с этой беготни не будет.

Один воин Хаоса замедлился, почти остановился. Набрав полную грудь воздуха, которая раздалась чуть не вдвое (как только ребра не рвут натянутую кожу?), что-то изрыгнул из себя. В нашу сторону протянулся темно-коричневый росчерк.

Вы использовали способность "Аура скорости"

Ускорившись, мне удалось увернуться от него.

Эша завалила еще одного мертвяка.

— Какой у нас план?! — выкрикнула в самое ухо.

— Собрать их в одном месте!

— Давай правее… в проход. Теперь левее — там будет резкий поворот…

С командами штурмана дела пошли веселее. Мы сделали почти полный круг по залу, когда удостоверились, что не осталось ни одной твари, не участвовавшей в погоне. К тому времени невидимость с нас спала окончательно. Что ж, первый опыт ее использования не принес никакой пользы.

Воины оказались не столь просты — банально следовать за ускользающей добычей не пожелали. Разделились на две группы — загоняющие, что следовали по пятам, и атакующие, что ожидали в засаде. На то, чтобы отбить у последних желание прятаться, пришлось израсходовать "Круг пламенного гнева" и "Ядовитое облако", которым перекрыл одно из ветвлений лабиринта. Периодически отстреливалась Эша, несколько раз пришлось воспользоваться огненным мечом, но сталь не особенно вредила тварям. Те, даже если и падали, быстро приходили в себя и снова пускались на охоту.

Вблизи они оказались еще уродливее: гнилая кожа свисала на одутловатых мордах, выпученные глаза пульсировали желтым светом, а из рассечения под горлом вытекала какая-то черная дрянь. Я уж не говорю о страшном зловонии, что они распространяли вокруг себя.

Последний рывок к приметному местечку. Стоя там, мы избежим возможных атак в спину и с флангов. Но нужно время подготовиться.

Вы использовали способность "Бег"

Меня бросило вперед. Бегали когда-нибудь со скоростью в сто километров в час? Я — нет. Ощущение в замкнутом зале не из приятных. Лишь с огромным трудом удалось затормозить и не врезаться в стену.

Вы использовали способность "Щит света"

Вы использовали способность "Аура физического отражения"

Вы использовали способность "Аура магического отражения"

Скинул Эшу с плеча.

Ага, а вот и Барсик подоспел…

Вы использовали способность "В прахе рожденный"

— Никто не двигается!

До ближайших воинов Хаоса оставалось не больше пяти метров. Сразу двое из них плюнули прямо на бегу. Темные сгустки ударили в пепельную сферу, потекли по ней вниз. Я ощутил, как защипало кожу.

Ладно, мой выход.

Вы использовали способность "Белый ветер"

В пяти метрах от сферы вспыхнул вертикальный луч света, вокруг которого тут же развернулось буйство белого пламени. Пламя накрыло воинов Хаоса. Сквозь яркое свечение я видел, как они корчатся, как пытаются выбраться за пределы смертоносной области. Кому-то это наверняка удалось — смерть не приходила мгновенно. Но как минимум половина осталась лежать, съеживаясь и сгорая в очистительном пламени.

Мы стояли и смотрели, как затухает "Белый ветер". Четыре с лишним минуты он полоскал небольшой клочок костяного зала. Когда исчез вовсе, в выгоревшем черном круге остались лежать изуродованные останки. Сколько? Даже сосчитать сложно — так сильно обгорели. Мягкие ткани на них полностью отсутствовали, а костяки рассыпались буквально на глазах.

Но до победы еще далеко. Восемь созданий рассредоточились за пределами опасного круга. В исступлении они вскидывали головы и оглашали зал протяжным рычанием.

— Если нападут — избегай физического контакта с ними, — предупредил я Эшу. — Они ядовиты. Защитная сфера продержится некоторое время, но не думаю, что долго.

Воины Хаоса атаковали, но не так, как я ожидал. Их руки почти одновременно врезались в костяной покров под ногами — тут же зал наполнился грохотом и скрежетом. В нашу сторону метнулись расходящиеся волны разрушения. Дрожь земли? В воздух взметнулись кости, осколки камня.

С первой волной из меня выбило весь воздух. Защитный купол замерцал, но выстоял.

Эша открыла огонь. Поберегла бы патроны… Вторая волна бросила наземь, скрутила судорогой. Доспехи? Я почти не получал урона, но легче от этого не становилось.

Рядом суетился Барсик. Я видел его сквозь сгущающуюся алую пелену. Метался у самого лица, что-то верещал.

Третья волна… четвертая.

Когда на пятой волне купол наконец лопнул, я чуть было не потерял сознания. В голове оборвалась какая-то струна, и ее звон еще долго гудел в пустом черепе, лишенном мыслей.

Стрельба Эши стихла.

— Райн, поднимайся!

В ее голосе звучало напряжение.

Неожиданно лица коснулось что-то прохладное… или горячее? Не понять. Но ощущение приятное. Открыл глаза — Барсик протягивал ко мне лапы, едва касался лба. Мгновение — и его глаза затуманились. Изгнанник повалился навзничь.

Боль исчезла, точно и не было.

Это что же, он снял?

— Райн!

Крик Эши заставил подпрыгнуть на месте — и вмиг оказаться на ногах. Девчонке удалось уложить четверых воинов Хаоса, еще двоих ранить, но оставшиеся и не думали атаковать. По крайней мере, в том виде, в каком пускались в погоню. Наверное, именно это и есть "единение". Твари срастались, сливались воедино, образуя единственный организм. Процесс шел очень быстро — тела корежило, плоть на них вспучивалась, перераспределялась. Больше того, твари "заимствовали" плоть у своих мертвых собратьев, валяющихся рядом. Мертвых ли? Можно простой пулей, пусть даже заговоренной, убить того, кто мертв давным-давно? Философский вопрос — оставим его на потом.

Я ухватил Эша за руку.

— Возьми Барсика, не высовывайтесь.

— Но…

— Не спорь.

Она кивнула, бросилась к Изгнаннику.

Надо атаковать сейчас, пока трансформация тварей не завершилась.

"Знание монстров" не сообщало ничего нового, кроме одного: здоровье нового монстра увеличивалось пропорционально количеству входящих в его состав мертвяков.

Ладно…

Вы использовали способность "Жертва"

Скинул левую перчатку, полоснул мечом по ладони. Кровь брызнула веселым ручейком. Тело обдало жаром. Рана тут же начала затягиваться — результат усилившейся регенерации. И защита от физического урона увеличилась вдвое. Вот теперь пусть попробует меня достать.

Вы использовали способность "Клон"

Рядом появился еще один я. Пара секунд ушла на выбор режима его действий. Остановился на "отвлечение". Мой дубль сорвался с места и, задорно размахивая огненным клинком, ринулся к новорожденному монстру, обходя того по дуге. Вот когда бы мне действительно пригодилась невидимость… Но что сделано, то сделано.

Вы использовали способность "Клинок света"

Перехватив левой рукой щит, бросился в атаку.

Новая тварь стояла на четырех приземистых лапах. Истекающие зеленоватой слизью бока светились рваными прорехами, по длинной шее вверх и вниз судорожно ходил кадык, а крокодилью голову венчали какие-то шевелящиеся лохмы — не разглядеть. Но и не очень-то хотелось. Монстр отвлекся на моего двойника, повернулся в его сторону, припал к земле и прыгнул. В стороны брызнули древние кости. Создание взмыло под потолок и рухнуло точно на добычу. С моей стороны извивается лишь длинный тонкий хвост с жалом на конце. Вот этого оружия точно следует опасаться.

Вы использовали способность "Клетка"

Под брюхом твари расцвела удерживающая пентаграмма. Не теряя ни секунды, я сократил разделяющее нас расстояние и под самое основание отсек хвост. Тот упал на груду костей и принялся извиваться, точно змея.

Монстр взревел, развернулся, попытался хватануть меня зубами — не вышло.

Вы использовали способность "Выхлоп черной материи"

Плотный сгусток угодил как раз в раззявленную пасть, чем вызвал новый приступ рева. С потолка посыпались фрагменты костяков, зазвенели цепи.

Скользнув в сторону, с силой вогнал огненный меч в бок твари. Не задерживаясь на месте, сделал еще несколько шагов — ударил снова. Наверное, мог бы и обойтись без маневров — стоять и рубить, клетка все равно не допустит ответной атаки. Но уж очень неспокойным выглядел монстр: так и рвал зубами воздух, норовя добраться до добычи, которую уже считал своей.

Переместиться — ударить. Переместиться — ударить…

Пентаграмма исчезла так внезапно, что я даже не осознал этого, пока очередной выпад противника не достиг цели. Первое, что почувствовал, — сводящую с ума вонь и лишь потом давление сжимающих меня челюстей.

Вы использовали способность "Открытые раны"

Мертвое создание вздыбилось на задние лапы, раскрыло пасть. От резкого движения чудовищной головы меня отбросило на одну из поддерживающих потолок колонн. Удар пришелся в область поясницы. Как не сломался пополам — не знаю. Меч выпал из руки. Вроде бы закричала Эша, но могло и показаться. Один прыжок монстра — и он уже рядом. Снова нечем дышать, точно с головой окунули в выгребную яму, полную разлагающихся трупов.

Скрежет и давление. Меня жевали.

Взгляд упал на иконку "Взрыва ярости" — до сих пор не активна, не восстановилась. Очень плохо!

Вы использовали способность "Внезапные шипы"

В стороны брызнули смертоносные шипы, рожденные одним из моих колец. Тварь дернулась, но пасть не разжала.

Вы использовали способность "Прорыв"

Точного направления даже не успел наметить. Плевать — куда, лишь бы подальше от острых зубов. Меня вышибло из пасти мертвого создания, бросило в груду костей. Приземление куда приятнее, чем предыдущее. Развернуться, подняться. Левая нога подогнулась, в поясницу точно длинный гвоздь забили.

Вы использовали способность "Аркан"

Энергетическая лента обвилась вокруг шеи твари. Сжав зубы, рванул ее прочь. Голова создания вывернулась и дернулась вверх, в то время как лапы мертвого зверя все еще продолжали перебирать, будто тварь пытается бежать по инерции. Тварь дергалась и рвалась прочь. Из десятков мелких и крупных ран сочилась густая кровь.

Вы использовали способность "Кровавая хватка"

Монстр то ли застонал, то ли завыл. По его телу прокатилась серия конвульсивных сокращений.

Тварь умирала во второй раз, распадалась на части. Ее плоть исходила гнилостными соками. Буквально на глазах тварь обмякала, терзаемая разрастающимися гнилостными пятнами, которые особенно быстро расширяли крупные раны. Создание древних мастеров некромантии в последний раз раскрыло пасть, утробно взревело и замолчало уже навсегда.

Вы получили 43200 exp

Вы получили 25430 серебряных монет

Вы получили новый уровень. Текущий уровень: 20

Вы получили 4 Z-кристалла

Вы получили 10 очковпараметров

Давно не получал. Успел соскучиться. Пять очков в силу, пять в мудрость. Здоровья мне пока хватит, пойдем на увеличение боевой мощи.

Ко мне подбежала Эша, бухнулась рядом на колени.

— Все нормально, — сказал я, предвидя ее вопрос.

— Я думала, оно тебя проглотило.

— Почти проглотило. Слишком жесткий оказался.

Вы использовали способность "Лечение"

Боль в спине почти стихла, но ощущение гвоздя в пояснице осталось. Но хотя бы можно подняться.

— Что с Барсиком?

— Живой. Что он сделал?

— Забрал у меня боль.

— Думаю, тебе повезло с ним. Немногие Изгнанники в состоянии манипулировать праной.

— Повезло.

Мои новенькие красивые доспехи превратились не то чтобы в металлолом, но в подобие консервной банки, которой долго играли в хоккей. Помятые, поцарапанные, пробитые в нескольких местах. Монстру почти удалось добраться до содержимого "консервной банки".

— Ну и вонь тут, — сказал я, отплевываясь. Казалось, что за время схватки наглотался гадости, что бежала по жилам мертвого создания.

— Идти можешь?

— Конечно.

Мы вернулись за Барсиком. Тот моргал глазами, но на ногах держался все еще с трудом. Не говоря уж о том, чтобы летать.

— Спасибо, — сказал я.

Изгнанник вроде бы кивнул.

— Почему он помогает нам? — спросил Эшу.

— Не знаю. Считается, что в Хаосе их вид был почти истреблен. На Земле они обрели второй шанс. Относительный, конечно. Демоны — они всегда демоны. Большие или маленькие. Некоторые кланы до сих пор на них охотятся. А мы видели, насколько они могут быть преданными и благодарными.

— Надо будет его хорошо покормить, как доберемся до еды.

Барсик оживился, что-то пропищал в знак согласия.

На всякий случай еще раз проверили ход, которым спустились сюда. Завал никуда не делся, лишь стал еще крепче. Значит, ничего иного не остается — придется идти через водопад. По крайней мере — пытаться там пройти. Пока бегали, собирали в кучу воинов Хаоса, не выискалось ни одного стороннего ответвления.

Немного обождали, пока у меня восстановятся основные боевые способности, — и пошли.

Глава 6. Под землей

— Держись хорошо.

Мы стояли на каменном козырьке и вот-вот собирались прыгнуть. Очень мешала непроглядная темнота. В воздухе смогу продержаться минуту с небольшим. А потом? Что будет, если так и не доберусь до "посадочной площадки"? Камнем вниз — чего же еще. Знать бы, как высоко падать?

В руках Эши завозился, засуетился Барсик. Заполз ей на плечо, повернулся ко мне, что-то отрывисто пропищал.

— Ты о чем?

Писк повторился.

— А кто-нибудь его язык знает? — спросил девчонку.

— Не слышала о таких. Возможно, ваши мастера и способны понимать язык Хаоса.

— А он один?

— Кто-то говорит — один. Другие, что каждый вид демонов разговаривает по-своему. Точно одно — друг друга они понимают. И нас понимают.

Барсик отлетел на метр, вернулся, указывая в темноту руками.

— Туда лететь?

Изгнанник снова отлетел, покрутился и вернулся.

— Мне кажется, он хочет разведать путь, — сказала Эша.

Барсик быстро-быстро закивал.

— Ты уверен?

Вроде бы только недавно боялся, когда впервые тут оказались, прятался у девчонки за пазухой. Что изменилось?

Изгнанник снова кивнул.

— Хорошо, только недолго.

Взмахнув крыльями, Барсик растворился во мраке. Луч фонаря в руках Эши проследил направление полета, но темнота слишком густая, чтобы мы имели возможность наблюдать за перемещениями новоявленного разведчика. Стояли молча, вслушивались. Но кроме шума водопада — никаких иных звуков. Наконец темнота дрогнула и вытолкнула из себя чуть заметную фигурку. Спустя пару секунд маленький демон оказался перед нами. Скажи мне дня три назад, что буду рад возвращению жителя Хаоса, — не поверил бы.

Барсик был мокрый и весь дрожал, но сморщенную физиономию украшала довольная улыбка. Он протянул лапу и вручил мне кусок мха.

— Есть выход?

Изгнанник закивал.

— Тогда в дорогу.

Я взял Эшу на руки. Она же, вместо того чтобы обнять меня за шею, перезарядила ружье. Вот такая у нас романтика.

— Показывай дорогу. Если упадем — не поминай лихом.

Барсик поморщился, брызжа слюной, что-то прошипел.

Вы использовали способность "Крылья ангела"

Ноги оторвались от козырька. Эша фонарем выискивала нашего провожатого, но Барсик и так держался достаточно близко, что моих собственных способностей хватало не потерять его из виду. Мы забирались все выше, затем поплыли по прямой. Хотя наверняка не скажешь — не за что зацепиться взглядом.

Время действия способности бежало неумолимо быстро. Но ускориться не получалось. Это тебе не ноги переставлять — только направление и задаешь. А еще боишься. Скорость полета постоянна, и это заставляет нервничать.

— Знаешь, а мне нравится летать, — будто ни в чем не бывало, проговорила Эша. — Всегда завидовала птицам. Они парят так высоко. Они так свободны. Могут всего за день покрыть огромные расстояния.

— Мы с тобой очень неуклюжие птицы. Ползем, как улитки, только в воздухе.

— С чего-то надо начинать.

До конца действия способности осталось тридцать секунд.

— Согласен. Но какая птица учится летать в темноте?

— Глупая?

— Точно. Сильно стукнутая головой.

— Но мы же не стукнемся. Правда?

Двадцать секунд…

— Нет. По крайней мере, головой. Скорее уж сразу всем.

— Почему ты не веришь в хорошее?

— Если бы не верил, разве бы полетел?

Десять секунд…

— Барсик, нам еще долго?!

Девчонка правильно делает, что болтает, — немного отвлечься не повредит. Но пора бы уже и о мягком приземлении подумать. Изгнанник обернулся, что-то пробурчал.

Пять секунд…

— Держись, — буркнул Эше.

В голове бешено метались мысли, как бы спастись. Но выхватить из них что-то более или менее ценное не удавалось.

— Держусь…

Таймер действия способности обнулился — и мы рухнули в непроглядную бездну.

* * *

Если бы не доспехи, сердце наверняка бы уже выпрыгнуло из груди и валялось где-нибудь под ногами. Поди, найди его потом. Но доспехи спасли. Потому я просто сидел и тупо смотрел на ухмыляющуюся рожу Барсика. А тот сдерживался из последних сил, чтобы не пуститься в пляс от собственной шутки. Оказывается, мы уже довольно давно достигли площадки уровня водопада и потом просто летели в полутора метрах над ней. Мелкий же демон не посчитал нужным нам об этом сообщить. Или все-таки сообщил, а мы не поняли?

С грохотом и лязгом я приземлился на ноги, но, не ожидая так скоро встретиться с опорой, повалился на задницу. Сел. Так и сидел, держа Эшу в руках. Та смотрела то на меня, то на веселящегося Барсика. Поначалу испуганная, потом растерянная — и вот уже тоже начинает смеяться.

Да — это нервное. В конце концов, смех пробил и меня. Сидели и ржали, наплевав на все предосторожности. Лишь спустя несколько минут, окончательно придя в себя, начали осматриваться.

Похоже, попали в русло подземной реки. Видимость по-прежнему оставалась поганой. Воздух влажный, удушливый. Под ногами пружинит тот самый мох, кусок которого принес Барсик. Основной поток течет в стороне, шумит и перекатывается на камнях, но имеется множество мелких ручейков, кровеносной системой пронизывающих темный ковер под ногами. Место вполне себе приемлемое, даже жить можно было бы. Уж точно куда лучше того завала костей, что оставили внизу.

По мере нашего продвижения вдоль подземного русла потолок то опускался, что приходилось наклоняться и даже ползти на карачках, то поднимался, что и не рассмотреть его. Один раз потолок опустился столь низко, что я уже засомневался, смогу ли под ним проползти. Эша проскользнула ловкой змеей, я же потратил время на то, чтобы избавиться от доспехов. И даже налегке протиснулся с большим трудом. Вот когда с сожалением вспомнишь себя мелкого, без громоздкого железа на теле.

— Кому-то надо худеть, — сказала Эша, вытягивая меня за руки.

— Нет уж, я лучше так. Просто больше не будем соваться в заброшенные гробницы.

— В них же всегда самое интересное хранится.

— Тогда будем выбирать только просторные гробницы. Чтобы по ним и слон пройти мог.

— Ну и поросенок ты… — девчонка вытащила из моих волос клочок каких-то склизких водорослей. Ими, как оказалось, поросли и стены, и потолок. Я и не видел. А пока лез — собрал на себя знатный урожай. На суп точно хватит.

Снова облачиться в доспех, идти дальше. Странно, без стальной защиты ощущал себя все равно что голым. Того и гляди со всех сторон нападут злые демоны, а я без штанов. На навязчивую идею похоже.

Шум водопада постепенно стих. Мы шли в полной тишине, нарушаемой разве что чавканьем влаги под ногами. Шли долго, не менее получаса. А потом встали перед поросшим зеленой гадостью тупиком.

— Так нечестно, — сказал я.

Речной поток выбивался из-под камней и убегал дальше, чтобы через несколько сотен метров рухнуть в темное ничто.

— То, чего я и опасалась, — вздохнула Эша.

— Но ведь был сквозняк.

— Здесь нет отверстий, сам видишь.

— Думаешь, ошиблись с выбором пути?

Девчонка только плечами пожала. А чего говорить? И так все ясно. Можно попытаться поднырнуть под камни, вдруг удастся вынырнуть на той стороне?

— Ты плавать умеешь? — спросил Эшу.

— Конечно.

Опять раздеваться. Не тяжело — всего лишь лень.

— Подожди… — остановила меня девчонка.

Она стояла перед тупиковой стеной и водила по ней лучом фонаря.

— Что случилось?

— Смотри.

Эша провела ладонью по склизким зарослям. Те поддались с влажным чавканьем. Нашим взорам открылась сплошная каменная поверхность, расчерченная прямыми линиями и концентрическими окружностями.

— Сюрприз, — сказала девчонка.

Вместе мы быстро очистили стену.

— Ничего не напоминает? — Эша указала в центр хитросплетения окружностей и прямых.

Пятиконечная звезда с шарообразным углублением в центре и несколькими тонкими отверстиями по линиям, образующим звезду. Тринадцать отверстий!

— Это замок, а ключ у меня в сумке.

— Можешь еще раз поблагодарить Барсика, — подмигнула она.

Изгнанник тут же возник передо мной, задрал нос.

— Молодец-молодец! — абсолютно искренне сказал я.

Выудив находку, аккуратно приложил ее к камню, повернул так, чтобы все иглы нашли свое ответное отверстие. Раздался щелчок, амулет встал на место. Спустя полминуты по стене пролегла неровная трещина, послышался каменный перестук — и перед нами начал открываться проход. Наверное, время и влага сделали свое дело, так как полностью он так и не открылся — створки разошлись сантиметров на сорок и застопорились.

Мерный перестук перерос в скрежет и резко оборвался. Тишина. Только слышен шум воды.

В лицо пахнуло сыростью.

Луч фонаря Эши рассек темноту по ту сторону. Действительно рассек — протянулся метров на семь. Но ничего особенного не высветил — лишь ровный пол, в грязных разводах которого все еще угадывались квадраты плитки.

— Цивилизация… — проговорил я.

— Идем?

— А у нас есть выбор?

— Не думаю.

Осторожно, друг за другом, протиснулись сквозь проход. Прислушались. Ничего, кроме звуков воды. Да и те стали немного глуше. Река живет где-то под полом.

— Подожди! — Я вернулся к проходу, встал в нем так, чтобы упираться спиной в одну створку, а руками в другую.

— Барсик, вытащи амулет. Двери я подержу, если что.

— Зачем?! — не поняла Эша.

— Пусть лучше у меня останется. Вдруг здесь и другие двери есть.

Изгнанник пискнул, пролетел мимо меня. Несколько секунд возился с амулетом. Снова послышался щелчок, створки дернулись. Не такое уж и большое давление. Прижимая к себе добычу, Барсик вернулся к девчонке.

— Отойдите в сторону.

Вы использовали способность "Прорыв"

Меня выбросило к ожидающим спутникам, за спиной с грохотом захлопнулись каменные створки.

— Вот теперь можно идти.

Пространство, где мы оказались, имело секционную структуру. Секции отделялись друг от друга высокими металлическими стенами, сейчас прогнившими, но все еще не развалившимися. Вместо дверей — широкие ворота, большей частью раскрытые настежь. Но даже те, что были закрыты, оказались не заперты.

— Я себе логово некромантов не так представлял. Там, внизу, оно как-то органичнее смотрелось.

— Жалеешь, что нет трупов и костей?

— Нет. Просто странно это все.

Нам попадались секции — ремонтные мастерские, со станками, различными приспособлениями и кучей инструмента. Попалась секция — медицинский отсек, где в белых ящиках еще хранились препараты, имелось зубоврачебное кресло, а возле операционных столов все еще стояли каталки с разложенными на них бинтами, ватными тампонами и скальпелями. Видели детскую секцию, полную всевозможных игрушек. Секцию отдыха с бильярдным столом и телевизором…

— Это убежище, — сказала Эша.

Луч ее фонаря остановился на замызганной кукле с пробитой головой.

— Где же его обитатели?

— Возможно, внизу. Возможно, они погибли много раньше, чем сюда пришли некроманты.

— Скорее второй вариант. Иначе бы мы нашли следы сопротивления.

— Возможно.

"Надо бы мне на будущее поостеречься в предположениях".

Примерно такие мысли бродили в голове, когда за воротами очередной секции мы обнаружили засохший кровавый след. Тот начинался от стены и широкой полосой уходил в темноту.

— Что ты говорил? — спросила Эша.

— Это еще ничего не значит. Идем по следу?

Девчонка неопределенно повела плечами. Ладно, решение за мной — идем.

Миновали секцию, где разобранными грудами запчастей застыли три грузовика, вышли в большой свободный зал. Почти свободный. В его центре раскинулась дикая конструкция из крестов. И на каждом распят человек. Кровавый след вел именно сюда. Кресты даже не надо считать, чтобы понять — их ровно тринадцать. Под каждым кровавая лужа и круглый след от какой-то посуды. Ведра или таза?

Имелись тут и иные, куда более мирные украшения: пять невзрачных статуй в рост человека. Даже немного выше. Судя по всему, бетонные. В отличие от всего прочего, что мы уже видели вокруг (довольно аккуратную обстановку и отсутствие явных следов разрушения), статуи выглядели старыми, точно долго стояли под открытым небом. Потому понять, кто именно удостоился чести быть запечатленным на многие годы вперед, оказалось крайне сложно. Какие-то люди. Скорее всего, мужчины, не воины. Уж оружия в руках точно нет.

Ну да статуи — не то, что привлекало пристальное внимание.

— Они собирали их кровь, — сказал я, рассматривая следы перед крестами.

— Кресты не имеют никакой силы, — сказала Эша. — Зачем было делать это?

Она шарила вокруг, что-то выискивая.

— Что-то случилось?

— Знаки. — Она посветила фонарем на крест, затем переместила луч на пол.

На кресте знаки виднелись отчетливо, благо вырезаны — хоть и наспех. А вот на полу практически полностью размазаны или скрыты под пятнами грязи. Но тоже имеются, видны, особенно когда тебя в них носом тыкают.

— И что это значит?

— Они пытались кого-то вызвать.

— Удачно?

— Кто же теперь скажет.

— А там что?

Я протиснулся между парой крестов. С самого начала, как мы оказались в зале, мне покоя не давал странный шум. Не журчание — бульканье, точно закипает какое-то варево. И действительно — внутри круга крестов обнаружилась круглая дыра. Звук исходил из нее. А еще вонь — прогорклая и горькая. Стоило опуститься перед дырой на колени (хотел рассмотреть, что там, на дне), как голову повело, перед глазами помутилось. Хорошо — грохнулся набок, а то бы мог и вперед головой нырнуть.

— Что у тебя?! — услышал встревоженный окрик Эши.

— Все в норме, — проблеял, отползая от дыры.

Сел, прислонившись к кресту.

— Знаешь, — сказал, немного отдышавшись. Шлем пришлось стащить с головы, иначе не покидало ощущение, будто нечем дышать. — Если вызов и не удался, то какую-то дрянь они тут все равно оставили.

Снова надел шлем.

— Посвети мне. Только осторожно.

Эша подошла, луч фонаря устремился вниз, разгоняя черноту дыры. Она не была глубокой. Метра полтора, возможно, два. А на дне что-то пульсировало. Темное и блестящее, непрерывно меняющее свои очертания. Очень похоже на мозговые извилины, как если бы те действительно могли шевелиться.

— Что за гадость? — поморщилась девчонка.

— Я надеялся, ты мне скажешь.

Подлетел Барсик, заглянул в дыру и тут же, истошно пища, метнулся прочь. Мы с Эшей переглянулись.

— Вот кто мог бы сказать, — кивнула она.

— Давай-ка лучше поищем выход. Сюда можно и позже вернуться, когда покончим с насущными делами.

— Согласна.

Мы выбрались из-за крестов.

— Надеюсь, этот зал — центр убежища, — сказала Эша.

— Значит, половину мы уже прошли.

Напоследок бросил еще один взгляд на место, где когда-то произошли тринадцать убийств. И это как минимум.

Барсик забился Эше под куртку и больше не показывался. Они двинулись прочь, я — следом.

Когда впервые появились звуки музыки, не отметил — то ли задумался, то ли они проникли в голову очень медленно, начиная с самых тихих вибраций.

— Ты слышишь?

Девчонка обернулась

— Что слышу?

— Музыку.

Прислушалась, мотнула головой.

— Ничего не слышу.

Странно. Отчетливая же музыка. Что-то струнное, немного духовых, да и ударные есть. Целый оркестр.

Мы миновали очередную секцию — столовую. Множество столов, стульев, место для кухни, две раздачи и сваленные в кучу подносы. Виднеются осколки посуды. Но немного. Первая секция, где встретили следы как минимум торопливых действий.

Звуки музыки усилились, стоило нам покинуть столовую. Я остановил Эшу. Во взгляде той горело непонимание.

— И сейчас не слышишь?

— Нет.

Она смотрела внимательно — пыталась что-то уловить в моем взгляде? Неужели что-то с моей головой?

— Как себя чувствуешь? — спросила с беспокойством.

— Все нормально…

Схватив девчонку за плечи, развернулся с ней на месте, прижался к стене. Вырвал из рук фонарь, затушил. Наверняка поздно — заметили!

Из-за угла вышел человек. Но не остановился, даже не глянул в нашу сторону. Высокий, в черном балахоне, со знакомым пятиконечным амулетом на шее. На гладко выбритом черепе отражаются следующие чуть поодаль языки пламени на факелах. Человек явно чувствовал себя в полной безопасности и не ожидал, что всего в нескольких метрах от него, в тени, могут скрываться незваные гости. Оно и к лучшему.

За человеком показались еще люди. Шли по двое в ряд. Некоторые играли на музыкальных инструментах, другие несли факелы. Процессия разделилась на две части: до клетки и после. Самодельную клетку тащили четверо — избитые и изможденные, без одежды, каждый их шаг оставлял на полу кровавые следы. Рядом шествовал однорукий здоровяк с плетью, которой он, не раздумывая, охаживал тех, кто, по его мнению, выбился из сил. Силы после удара всегда появлялись.

Сидящие в клетке не особенно интересовались происходящим вокруг, точно спали. На них тоже не было одежды, но и побоев не видно. Вполне себе здоровые, только уж очень спокойные. Или отчаялись? Мужчины и женщины. Все молодые. Сколько их? Интуиция подсказывала: по числу крестов.

Однорукий замахнулся своим оружием и наотмашь саданул сразу двоих. Те вскинулись, но не издали ни звука. Да и могли ли кричать — с зашитыми ртами?

Атаковать? Сколько их всего? На что способны? Не все ли равно? Одно дело плюнуть на компьютерных персонажей и совсем другое — на живых людей.

Завершала процессию женщина. Всей одежды на ней — полупрозрачное платье, едва-едва прикрывающее грудь и низ живота. Воздушное и прозрачное. Она шла свободной походкой, будто прогуливалась в парке. И в то же время в ее взгляде не было ни намека на жизнь — безвольная кукла, послушно шагающая, ведомая волей невидимого хозяина.

Накачали их всех чем-то, что ли? Наверняка и она, и те тринадцать в клетке знают, что ожидает впереди. И полное равнодушие. Или это я чего-то не понимаю?

Процессия прошествовала мимо, скрылась в столовой. Мы продолжали стоять.

— Похоже, жизнь здесь бурлит, — прошептал я.

— Нам надо уходить. Быстро!

— Ты позволишь им продолжить обряд? Там, под крестами, что-то есть. И это что-то мне очень не понравилось.

— Мы должны уйти, просто поверь мне. Прошу. Ты же сам сказал, что мы можем вернуться, но потом.

— Что с тобой? Это же живые люди… Или нет?

Эша ненадолго замолчала. Ее лицо приняло выражение гипсовой маски, точно девчонка отрешилась от мира, затем снова прояснилось.

— Хорошо, идем.

Стараясь не шуметь, двинулись вслед за процессией. Участники последней и не думали смотреть по сторонам. Даже такой увалень, как я, мог остаться незамеченным. Странные они все — что пленники, что хозяева.

Торжественной поступью процессия ступила в центральную секцию. Там их уже ожидали — люди с факелами, рассредоточившиеся вокруг круга крестов. Стоят на расстоянии друг от друга. Одеты в рваные обноски, многие босые.

— Кресты! — выдохнула рядом Эша.

Кресты опустели. Больше того, теперь они распустились, точно лепестки ромашки.

— Думаю, достаточно будет прибить лидера, — сказал я. — Вон того лысого мужика.

— Они фанатики. Не сбрасывай их со счетов. На все способны.

— Голыми руками?

— Они — некроманты. И необычные. Им не нужно оружие.

— Ничего. Оставайся здесь.

Если бы не люди в клетках, запустить в гадов огненную волну — и пусть поджариваются себе. А тут придется действовать скрытно и быстро. Девчонка права — некромантам действительно не нужно оружие. Но и они всего лишь люди — не игроки с чипом в голове.

Жаль, так бездарно использовал "Маскировку". Сейчас бы она ой как пригодилась. Но ничего, ступаю я по-прежнему бесшумно. Наверное… да и полумрак в секции должен позволить подобраться к культистам довольно близко.

Однорукий по одному вытаскивал людей из клетки. Удерживая за горло, подводил к приготовленному кресту. Там уже ожидали двое с молотком и гвоздями. Только тут несчастный начинал подавать признаки беспокойства, в непонимании дергал головой, неловко пытался вырваться. Слишком слабые попытки. Здоровяк подавлял их без видимого труда.

Приставить гвоздь к раскрытой ладони — ударить.

Отчаянный крик наполнил секцию, далеко разлетелся по комплексу. Вторя ему, усилились песнопения, факелы взметнулись вверх.

Еще удар — и новый крик. Человек на кресте бьется, просит о пощаде. Его не слушают. Удостоверившись, что гвозди сидят достаточно надежно, отдают немой приказ куда-то за крест. Тот тут же вздрагивает, снова поднимается вертикально. Еще парой гвоздей прибивают ноги кричащего.

Однорукий разворачивается и идет за новой жертвой.

Не только лысого надо убить, но и этого ублюдка! И хорошо бы не сразу насмерть…

Следующей к кресту подвели девчонку лет пятнадцати. Может, меньше. Худую, аж каждое ребро видно. Идет на подгибающихся ногах, пытается прикрыть собственную наготу. И снова — начала оживать, лишь покинув клетку. Не все так просто в этом куске проржавевшего металла.

Ничего, я сейчас. Успею.

Один рывок — и буду уже возле лысого, а дальше дело техники.

И почему всегда что-нибудь идет не так?

Игровой интерфейс задрожал, замерцал, а все иконки способностей сделались серыми и безжизненными. Прежде чем осознал происходящее, воздух вокруг сгустился, завибрировал, обретая очертания кокона. Меня оторвало от пола. Так и повис, хватая руками пустоту. Выхватил огненный меч, полоснул им по кокону — сталь Хаоса не встретила ни малейшего сопротивления, но и не разрушила ловушку.

Как же так? Бился, пытаясь хоть на миллиметр сдвинуться с места, — все тщетно.

Между тем худую девчонку прижали к кресту, раскинули ей руки. Ее крик заставил скрежетать зубами.

На меня почти не обращали внимания — обернулись, глянули, снова уставились на представление. Подумаешь, какая букашка попалась в сети, — потом разберемся.

Очень надеялся, что Эша не повторит моей ошибки и не полезет на рожон. Будет весело, если попадемся на пару.

Интерфейс успокоился, снова обрел прежние очертания, но оставался по-прежнему серым и мертвым. Ничего не сделать. И ведь понимаю, что ключ к использованию магии сидит в голове, а добраться до него не в состоянии.

Злость и обида. На себя, на собственную беспомощность. Вот он — игрок. Висит, точно бабочка на стене. Только иголки не хватает. Но уж за ней дело не станет — культисты наградят.

Плачущую девчонку подняли на кресте.

Я видел каждую жертву. Прозрачный кокон со мной внутри двигался по дуге, замирая напротив пустующего креста. Мне показали всех, не позволили отвернуться, как бы ни старался.

Последней стала женщина, которая до того брела вслед за процессией. Ее ввели в центр — туда, где располагалась круглая дыра. С потолка спустились цепи с крючьями. Вскоре снова поднялись. Женщину всего лишь привязали за руки, а к ногам прицепили какую-то болванку, по всей видимости, тяжелую, так как несчастная хоть и дергалась, но очень слабо.

Тишина. Ни песнопений, ни музыки. Только едва различимое потрескивание факелов. Даже жертвы на крестах замолчали, хоть и ненадолго. Взвыли снова, с первым словом лысого. Тот воздел руки, пошел кругом. Останавливался возле каждой жертвы, заглядывал в глаза. Его просили отпустить, просили убить быстро, только не так… Как? Я еще не знал.

Из свободного черного рукава человека появился узкий кинжал. По-очереди пятиконечный разрез украсил грудь каждого на крестах. Первые капли крови упали в заранее установленные в ногах широкие сосуды, гулким звоном разнеслись по секции.

Первым запел лысый. Его слова подхватили остальные. Языка я не понимал, но монотонность их завываний вполне могла вогнать в транс. Впрочем, она и вводила. Собравшиеся двигались в едином ритме, покачивались на месте. Их голоса становились все громче, наливалась вполне ощутимой мощью. В воздухе появилось грозовое напряжение.

Люди на крестах разом выгнулись. Кровь из небольших разрезов, только что капающая неуверенными ручейками, брызнула, точно выгонялась под огромным давлением. Первые ряды поющих снова воздели факелы — и пламя на них вспыхнуло чуть ли не втрое сильнее.

Лысый скинул одежду и теперь упивался хлещущей на него кровью. Огонь играл на крепком теле, выхватывал татуировки и шрамы. Много шрамов — свежих и застарелых. Наира… ее тело выглядело примерно так же. Разве что гораздо меньше татуировок и гораздо больше свежих ран.

Крики несчастных и песнопения культистов слились в единую какофонию. Казалось, они еще больше усиливают друг друга.

В круге крестов что-то засветилось. Сначала еле заметно, особенно в бушующем пламени факелов, но с каждой секундой все отчетливее. Алое свечение исходило из дыры в полу, поднималось вверх. Подвешенная за руки женщина тонко взвизгнула, когда свечение коснулось ее ног, поползло выше. Кожа жертвы вспучивалась, покрывалась большими пузырями. Те быстро наливались какой-то коричневой гадостью, лопались.

Вопли терзаемых, кровь, огонь. Неистовые песнопения терзающих, кровь, огонь. Все они делали одно дело, хоть и стояли по разные стороны барьера.

Лысый больше походил на демона — бился на полу в судорогах, но с размеренностью секундомера продолжал выкрикивать слова, которые и на слова-то уже не походили. Скорее — на рык. И в такт выкрикам все сильнее разгоралось свечение в дыре. Женщина сгорала заживо. Но не обугливалась, а распадалась странной тягучей субстанцией. Ее визг оборвался хрипящим сипением. Почему несчастная не умерло до сих пор? Она извивалась, запрокидывала голову, но продолжала цепляться за жизнь. Лишь когда подвешенная к ногам болванка оторвалась вместе со стопами и с раскатистым грохотом рухнула в дыру, ее тело вспыхнуло в последний раз и исчезло в губительном свечении. Еще несколько секунд то продолжало бить в потолок, потом опало, исчезло.

Песнопения оборвались. Лысый культист замер с неестественно вывернутой шеей. Хоть бы свернул ее себе. Жаль, надеяться на это не приходится. Люди с факелами пошатывались, некоторые и вовсе опускались на пол. Только однорукий погонщик уверенной походкой обошел все тринадцать крестов. Он брал сосуды, полные крови, вносил их в круг и выливал в дыру. Каждая такая порция сопровождалась шипением, будто там, внизу, раскаленные угли. Когда он закончил, пришел в себя лысый. С трудом поднялся, обвел взглядом секцию. Кровь с него стекала ручьями. Протянул руку в мою сторону, поманил. Прозрачный кокон поплыл на зов.

Кто-то из факелоносцев поднес гаду одежду.

— Ты кто такой?

Его голос звучал глухо, со скрипом.

— Никто.

Лысый указал на кресты.

— Они — никто. Всего лишь плоть, всего лишь пепел. Ты не похож на них. Так кто ты?

— Просто странник с пустоши.

— Просто странник… Интересный у тебя меч, просто странник. Не обжигает?

— Нет.

— Как думаешь, что здесь происходит?

— Какие-то фанатики-идиоты убивают людей.

Следил за его реакцией. Может быть, удастся вывести из себя. Главное — любыми средствами избавиться от кокона. Внутри меня полыхал пожар ненависти. Сдерживать его почти физически больно. Руки буквально саднит от желания свернуть ублюдку шею. Не помню, чтобы когда-то прежде ненавидел с такой силой. И сколь сладко желать смерти другого…

— Как грубо, — деланно поморщился лысый. — Они уже были мертвы, когда пришли сюда. Я открыл им глаза, но они не приняли истину. Глупцы.

— Ты знаешь истину?

— Знаю.

— Она открылась, когда резал себя ножом или бегал голышом в тайне ото всех? Или вы все разом бегали?

В глазах лысого вспыхнула и погасла злоба.

— Ты действительно так глуп или прикидываешься?

— Действительно.

По секции прокатился тихий гул. Цепь под потолком зазвенела.

Лысый ощерился.

— Почти все готово. Еще одна партия — и мир познает истину.

— Поделишься сейчас? Не хочу ждать еще одну оргию. Шумно и грязно у вас. Как самим не противно?

— Мы все пришли из грязи и с криками. Так же и уходим. Всегда. Человек слаб — мы все слабы. Нам нужен поводырь — сильный и жестокий. Чтобы не прощал ошибок и глупости.

— И этот поводырь ты?

— Что ты, — вскинул руки лысый. — Поводырь спит. Пока.

— Под полом?

— Да. Его сны кошмарны и это прекрасно. Только боль и страдания могут наставить на правильный путь. Достаток и уверенность в завтрашнем дне разжижают мозги, позволяют обрасти жиром. Рано или поздно придут те, кто сможет взять таких жирдяев голыми руками. А это — смерть. Я же позволяю умереть слабым, чтобы дать шанс сильным. Посмотри на себя… У тебя хороший меч, хорошие доспехи. Ты силен и уверен в себе. Достиг бы ты подобной мощи, оставаясь пекарем или кузнецом.

Я смолчал.

— Нечего сказать? Боль толкает тебя совершенствоваться. Страх заставляет становиться сильнее. И это правильно. Хаос многие века живет по этим законам — и его обитатели способны равнять горы и поворачивать вспять реки одной только силой воли.

— Но и они смертны. Обладатель этого меча не желал с ним расставаться. Но пришлось.

— Потому что ты боялся.

— Потому что я дрался и при этом не прятался за спинами других, кого можно было бы принести в жертву.

— Все потому что ты еще мало знаешь. Перерезая горло жертве, ты избавляешь ее от мучений, боли, голода, насилия. Делаешь ей одолжение.

— Готов такое одолжение сделать тебе. Каждому из вас.

— Не уверен, что сможешь. У меня нет доспехов, нет оружия, — он развел руки в стороны. — Я стою перед тобой и готов принять смерть. Но ты не в силах мне ее дать. В моей же власти одарить ею тебя. Кто ты? Хозяин или жертва?

— Мне не подходит твоя градация.

— Нет? Не желаешь принять истину? Ты же знаешь, что я прав. Только железный кулак создает порядок. Стоит проявить мягкость — и все рухнет. Не веришь? Я покажу…

Он протянул ко мне руки, но не коснулся. Замер с растопыренными пальцами за пределами кокона.

Сначала ничего не происходило, а затем по глазам резануло ледяным холодом. Я утратил физическое тело, переместился в какую-то другую секцию. Здесь было жарко и душно. Много подушек, много ковров, приглушенная музыка. В воздухе растекается запах каких-то благовоний. Очень концентрированный запах. На подушках и коврах — обнаженные тела. Мужские и женские. Переплетены, двигаются, стонут. Кто с кем и как — не всегда понять. Кто-то уже лежит без сил, кто-то, напротив, двигается подобно машине, будто только-только дотянулся до вожделенного тела.

Затем была полутемная секция, состоящая из одних труб и узких мостков между их переплетениями. Где-то шумел под давлением выпускаемый воздух, гудел генератор. По мостку метнулась легкая тень — растрепанная девчонка нырнула за толстую трубу, замерла. Огромные глаза широко распахнуты, руки прижаты к груди. Следом — с гомоном и топотом пронеслись двое. В спецодежде, распыленные. Миновали укрытие — исчезли за близким поворотом. Как только их шаги стихли, девчонка выскользнула из-за трубы… и замерла с приглушенным вскриком. Буквально в трех шагах от нее появился еще один преследователь. Идет медленно и очень тихо. Завидев добычу, ощерился, показав гнилые зубы. Девчонка дернулась бежать, но гнилозубый двигался быстрее — подскочил, грубо ухватил за руку. В отчаянье пойманная жертва полоснула его ногтями по физиономии. На грязной коже проступили кровавые отметины. Выругавшись, охотник ударил девчонку кулаком в живот. Та охнула и повалилась на колени. Ухватив ее волосы, запрокинул голову, впился в губы. Затем, оторвавшись, направился прочь, продолжая удерживать несчастную за волосы, не позволяя подняться на ноги. Ее крик многоголосым эхом разносился среди мертвых труб.

Я видел секцию с людьми без лиц. Не знаю, как сказать точнее. Все вокруг витало в густой дымке, а люди сидели и лежали в разных позах. Объединяло всех одно — ничего не выражающие пустые лица. Их глаза — точно пара стеклянных шаров. Некоторые мычат, пытаются поймать что-то невидимое перед собой. Другие тупо смотрят в одну точку, из раскрытых ртов течет слюна. Вот уж действительно мешки с костями — ни намека на искру сознания.

Видел щуплого человека с покатыми плечами и искривленным позвоночником. Сидя за аккуратным столом, он размеренно точил о ремень скальпель. Круглые очки то и дело сползали с его носа. Приходилось прерывать свое занятие и поправлять их. На столе лежали стопка каких-то бумаг, стояли электронные часы, подставка для ручек и карандашей, а так же фотография немолодой женщины. Поправляя очки, человек каждый раз бросал взгляд на фотографию. Вздыхал. Пару раз его подбородок начинал дрожать. Тогда человек откладывал скальпель в сторону, закрывал глаза и просто сидел, успокаивался. Затем снова принимался за работу. Закончив, вытащил из подставки карандаш, медленно заточил его, проверил пальцем грифель. Остался доволен. Еще посидел, сложив руки перед собой. Вздохнул, взял скальпель. Рука еле заметно дрожала. Поднялся, направился прочь от письменного стола — к столу операционному. Лампы над ним горели ярко, высвечивали бледную женскую фигуру. Ту самую женщину, чья фотография осталась за спиной человека. Ее рок заклеивал скотч, руки и ноги притянуты к столу веревками. Смотрит расширенными от ужаса глазами, что-то мычит. Человек смахнул набежавшую слезу, приступил к расчленению…

Видел сосредоточенных людей с мешками в руках. Торопились, рыскали по каким-то ящикам и стеллажам, собирали продукты, медикаменты, вещи первой необходимости. Судя по обстановке — орудовали на складе. Постоянно оглядывались, прислушивались. В дверях стоит один — следит за коридором.

Видение исчезло, я снова вернулся в центральную секцию.

— Понравилась прогулка? — спросил лысый.

— Нет. Кто были эти люди?

— Это мы. Те, кто очень хотел спастись после Армагеддона и потому ушли под землю. Отрезать себя от внешнего мира, от внешних опасностей — отличная идея. Но зверь всегда гнездится внутри нас самих. И обличий у него множество: страх, жестокость, похоть… Но любой из них ведет к падению.

— И что с ними стало?

Вопрос сам собой слетел с языка. Ответ на него знал. Вернее, догадывался о нем.

— Я покажу…

И снова в глазах полыхнуло холодом.

Комната с обнаженными телами — стоны, вздохи, влажные касания. Но все это исчезает, когда настежь раскрывается дверь и в проходе появляются люди. Они укутаны в черное, на лицах повязки — только глаза видны. У них в руках веревки и изогнутые ножи. Крики наслаждения сменяются воплями ужаса и боли. Названные гости убивали без жалости и сомнений. Сталь впивалась в плоть, кровь лилась под ноги людей, пропитывала ковры и подушки. Но убивали не всех. Некоторых (и мужчин, и женщин) оглушали, связывали и утаскивали прочь.

Темный подвал, шипение труб и негромкие слова. Трое стоят, курят. На низкой деревянной кровати раскинулось тело девчонки. На ней нет одежды, она избита. Мертвые глаза смотрят в потолок. Трое обсуждают, куда спрятать тело, шутят. Беседу на полуслове обрывает металлический скрежет. Насильники оборачиваются, затем выхватывают из темноты куски труб. Стоят, ждут. Но звуков больше нет. Постепенно расслабляются, решают скинуть девчонку в очистительную систему. Но сделать это не успевают. Откуда-то появляется человек, закутанный в черное. Быстрые рациональные движения, блеск ножа. Двое из троих падают в первые же пару секунд. У одного распорото горло, у другого вспорот живот. Третий падает на колени и просит пощады. Он ее получает — короткий удар рукоятью ножа в висок.

К тому времени, как люди в черном пришли в операционную, человек уже успел расчленить и выпотрошить свою жертву. На незваных гостей он отреагировал спокойно, не сопротивлялся и не просил о пощаде. Он сделал иначе — улыбаясь, точно идиот, воткнул скальпель себе в горло. Его попытались спасти, но тщетно.

Группу из полудюжины человек перехватили возле какого-то коридора. Нагруженные объемными рюкзаками, они явно торопились покинуть убежище — не успели. Их поджидали, а потому заперли в небольшой комнате. Но легкой победы людям в черном не досталось. Шестеро отстреливались и отбивались длинными тесаками. В конце концов, их все же задавили числом. Схватка вышла жестокой. Никто не желал отступать. Особенно глаз зацепил один эпизод: выстрелом из дробовика один из беглецов практически оторвал руку нападающему — крупному детине с парой топоров в руках. Не тому ли, что впоследствии стал погонщиком человеческого скота?

Лысый знал, что показывать. По возвращении обратно я ощущал себя так, будто сам вымазался в чужой крови. Будто сам убивал. С упоением и верой в какие-то высшие идеалы.

— Считаешь, всех их следовало оставить в покое? — спросил лысый. — Мы избавились от гнилья, но не выбросили его в окно, а предложили тому, кто сможет повести за собой.

— Кому именно?

— Ты действительно хочешь это знать?

— Уже знаю.

Брови лысого приподнялись.

— Твари из Хаоса, — продолжил я. — Но не обычному демону, а уже издохшему. Думаешь, сможешь его контролировать?

— Я всего лишь смиренный слуга. Мне ли думать о контроле высших созданий?

— И все же ты хочешь его контролировать. Там, снаружи, еще много тех, кто не примет твои ценности. Они тоже умрут на крестах?

— Если на то будет воля Поводыря.

— Или твоя?

Лысый нахмурился, его кулаки сжались.

— Видят боги, я пытался дать тебе шанс. Но ты такой же мешок с костями, как и все прочие. Предлагаю добровольно отдать мне оружие и доспехи. Тогда больно будет только завтра.

— Тебе нужен меч?

Я вытянул клинок пламенной ярости перед собой. Огонь на нем вспыхнул, будто почувствовал близость потенциальной цели.

— Пожалуй. Возможно, он придется по душе Поводырю.

— Вот пусть он сам и заберет его.

— Ты слишком молод и потому не представляешь, на что способны создания Хаоса. В их руках ты можешь умирать неделю, месяц, год… вечность. Они в силах разорвать тебя на части, а потом собрать снова. Быть может, несколько в ином порядке. По их воле ты станешь трахать себя в зад самым толстым и корявым суком, какой тебе дадут и при этом верещать от удовольствия. Ты созреешь свои мозги, а потом сожрешь то дерьмо, которое из тебя выйдет.

— И все же я рискну поговорить с твоим Поводырем лично.

— Ты повеселил меня, малыш. Хорошо, тебе представится такая возможность, если сумеешь покинуть гравитационную капсулу. Ты же знаешь, что такое гравитация? И что она способна сотворить с тем, кто попал под ее воздействие. Удачи.

Он просто хлопнул в ладоши — и я тут же почувствовал давление. Оно ощущалось сразу со всех сторон и оно нарастало. Доспехи — ничто, когда на тебя давит многотонная плита. А если плита не одна? А если плиты все время подкладывают? Вскоре я и думать забыл о лысом ублюдке. Да что там о нем — обо всем. В голове пульсировала лишь одна мысль — высвободиться. Но сделать этого не мог. Иконки способностей оставались мертвыми, а физических сил не хваталось, чтобы противиться нарастающему давлению.

В ушах зашумело, перед глазами появились черные точки. Дышать удавалось через раз, да и то лишь небольшим вдохами. Я попытался снова отмахнуться мечом, с огромным трудом выудил из вещевого мешка магический жезл, несколько раз выстрелил наугад. Все тщетно. Давление сворачивает в комок.

Во рту появился привкус крови. Звуки исчезли разом все, даже шум. Что-то взорвалось в голове — и полная тишина. В тело что-то впивалось — то ли металл доспехов, то ли рвались мышцы. Не шелохнуться, не вздохнуть. Даже мысли в голове замерли.

Свобода.

Давление исчезло разом. Я вроде бы упал, но точно не скажу. В голове мир кружился до тошноты. Сдерживал позывы к рвоте — еще не хватало захлебнуться в собственном шлеме.

Давление вернулось. Обняло, выдавило из легких драгоценный воздух. Очень хотелось кричать, но выдавить из себя даже мышиный писк — дело совершенно нереальное. Треск и скрежет — звуки, которые рождало само сознание. Ничего подобного в реальности я не мог услышать.

Скачки давления происходили еще пару раз. Лысый вряд ли хотел меня убить. Скорее — проучить. Я потерял счет времени, позабыл обо всем. Только жадно хватал ртом воздух в моменты, когда мне это позволяли. Возможно, скулил. Надеюсь, что не просил о пощаде. Но полностью доверять собственному разуму и памяти не могу — было слишком больно.

А потом все исчезло. Я лежал в глухой темноте и дышал. Не надо больше ничего — только возможность вздохнуть.

Грохот.

То ли голова взорвалась изнутри, то ли что-то случилось рядом со мной. Жаль, что ничего не вижу — мир только-только начинает обретать очертания, все еще плывет.

— Вставай! — голос Эши звучал из далекой дали. Но это кричала именно она. Я не мог ошибиться. — Поднимайся!

Снова грохот.

Что-то ухватило меня за руку, потянуло. Все еще ничего не видя, еле-еле держась на ногах, побежал. Или поплелся, заплетаясь. Успевал с трудом, чуть не падал.

Единственное на что ориентировался — шум шагов и редкие выстрелы. Нас преследовали, что-то кричали вслед. Но потом отстали.

Что-то скрежетнуло, вызвав приступ зубной боли. В глаза ударил яркий свет. Шум шагов исчез. Вообще дышаться стало заметно легче. Некоторое время я жмурился, затем открыл глаза. Каким-то образом мы выбрались на поверхность и теперь бежали среди зарослей густого кустарника. Причем кустарника живого, с темно-зеленой листвой, густого, без каких-либо признаков ползающих паразитов. Но главное — ночь сменилась днем. Неужели я так много времени провел в гравитационной капсуле? Впрочем, оно и не удивительно. Надеяться на то, что собственная голова адекватно воспринимала действительность, не приходится.

Сил не было никаких. Уровень усталости приближался к ста процентам, но Эша продолжала тянуть вперед, не позволяя отвлечься даже на то, чтобы выпить раствор. Если бы не обновленные доспехи — давно бы свалился под какой-нибудь куст. А так — вполне терпимо, хоть в горле и отдает металлическим привкусом.

Остановились в каком-то глухом овраге. Кругом заросли крапивы и папоротника.

— Живой? — Лицо Эши горело, дышала она часто и глубоко.

— Кажется. Спасибо. Похоже, облажался я по-крупному.

Позволил себе передохнуть и наконец-то сесть.

— Все хорошо, — улыбнулась она. — Все позади. Мы выбрались. А это главное.

— Но как?

— Ты был прав… — она скинула остатки куртки на землю, села рядом со мной. — Оказалось достаточно убить их лидера. Разве что еще однорукий — он тоже не захотел нас отпускать. Напугать остальных не составило труда.

— Поверить не могу. — Я откинулся на спину, стащил с головы шлем. — Надо идти дальше?

— Думаю, нам здесь ничто не угрожает.

Она склонилась надо мной, глаза горят, дыхание все еще не успокоилось.

— Ты что?

— А на что это похоже? — Ее руки поползли по моим доспехам. — Ты только что балансировал на краю бездны. И кто знает, что поджидает нас за следующим поворотом. Я хочу тебя. Очень хочу.

— А если погоня?

— Они не будут преследовать. Слишком напуганы, слишком подавлены потерей лидера.

Ее голос становился все более хриплым. Пальцы расстегивали на доспехах пряжки креплений.

— Мы быстро — и потом пойдем.

Мог ли каких-нибудь десять минут назад думать, что захочу близости? Нет — и мысли такой не возникало. Но ее голос, ее дыхание, ее глаза — они сводили с ума, заставляли позабыть обо всем вокруг. Девчонке хотелось верить, хотелось плюнуть на возможную опасть. Не помню, чтобы такое желание владело мной даже в самый первый раз, тогда, в доме, когда Эша только-только пришла в себя после отравления. Такое чувство, будто меня разорвет на куски, если не скину к чертям одежду и не овладею ею. Сил противиться желанию — нет. Слабые отзвуки рассудка еще кричат, чтобы остановился, но их голоса все слабее.

Пыхтя и смеясь, мы справились с доспехами. Я стащил с девчонки кольчугу. Она аж застонал, когда мои руки легли на ее грудь.

Грохот выстрела.

Эша вскрикнула, выгнулась. Ее глаза расширились до предела, из уголка рта потекла кровь.

Сказать, что я был в ужасе, — не сказать ничего. Наверное, мое сердце перестало бить. Скинув девчонку на землю, накрыл ее своим телом, обернулся. Кругом лишь зелень папоротника и крапивы.

Вы использовали способность "Лечение"

Эша вздрогнула, попыталась что-то сказать, но вместо слов — кровавый фонтан.

"Почему не действует?!"

За спиной хрустнула ветка. Резко обернулся — никого. Но один из кустов папоротника шелохнулся так, будто за ним кто-то есть.

Взгляд метнулся на доспехи, выцепил ножны с огненным мечом. Обнажить клинок, ударить…

Вы использовали способность "Огненный вал"

Смертоносная огненная волна поднялась и ринулась прочь, уничтожая все на своем пути. Во мне ярость боролась с отчаянием. Нащупал разгрузку, выудил из нее склянку с лечебным раствором.

— Пей… — Попытался влить ее содержимое девчонке в рот. Но та лишь кашляла кровью, захлебывалась ей же. Возможно, несколько капель раствора и проглотила, но этого явно недостаточно.

Я стоял перед ней на коленях и просил не умирать. Лес вокруг полыхал. Дым и жар превратили овраг в Преисподнюю. Пепел и искры засыпали нас. Кожа горела от ожогов, а огненное кольцо расширялось, охватывая все большую площадь, отсекая меня от спасения.

Достал еще одну склянку.

— Пей! — орал так, что срывалось горло.

Тряс ее даже тогда, когда Эша перестала кашлять, а ее глаза закатились. Поверить в то, что она перестала дышать, — выше моих сил. С физической болью ожидал, когда минут две минуты и восстановится способность к лечению.

Вы использовали способность "Лечение"

И снова ничего. Невесомое тело девчонки оставалось невосприимчивым к моей магии. Я ничем не мог ей помочь.

Огонь окружает. Леса больше нет. Есть ревущее пламя и оно стремится заполучить новые жертвы. Нет, я не оставлю ее здесь. Не позволю сгореть. Плевать, чего мне это будет стоить, но мастер-лекарь Беловодья вернет ее к жизни. Вернет, даже если мне придется вырезать весь чертов городишко.

Спешно покидав снаряжение в вещевой мешок, закинул его на спину. Затем осторожно взял Эшу на руки.

Вы использовали способность "Крылья ангела"

Меня выбросило в черное от дыма небо. Что-то в ушах ухнуло, воздух из обжигающего сделался холодным, перед глазами потемнело. Я попытался скорректировать траекторию полета, чтобы уйти в сторону от пожара, продержаться в воздухе, пока снова не заработает голова, но получилось или нет — не знаю. Сознание точно чугунной крышкой накрыли.

Тишина.

Вакуум.

* * *

Приходить в себя очень не хотелось. Лучше плавать в темноте. Там спокойно, там нет боли — ни физической, ни душевной. Но разум борется, рвется прочь. Тело все еще саднило от полученных ожогов. Это ерунда. Я — жив. Она — нет.

Сидел, привалившись к чему-то спиной. Жара больше нет. Значит, из пожара все же удалось выбраться. Хорошо. Нечего сидеть. Путь до Беловодья неблизкий. И это еще повезет, если квадроцикл все еще на месте и исправен.

Резкий писк тонким клинком вскрыл барабанные перепонки. Закрыв уши ладонями, вскочил на ноги. Осмотрелся. Перед самым лицом завис Барсик. Изгнанник отчаянно жестикулировал лапами, затем снова разинул рот и запищал.

— Я тут!

Писк оборвался.

— Райн!

В мою сторону было метнулись две тени. Метнулись, но замерли шагах в пяти. Обе напряжены, обе сжимают в руках ножи. Чуть в стороне, на полу, лежит фонарь. Его луч будто проложил грань между тенями, которую те не в силах переступить, хотя и желают этого.

— Эша… — пробурчал, не веря собственным глазами.

Тени посмотрели на меня.

Кажется, все же сошел с ума.

Всего минуту назад у меня на руках умерла одна Эша — и вот их уже две. Стоят, живы-здоровы.

— Она демон! — процедила Эша, стоящая слева.

— Не слушай ее, — в тон ей ответила Эша справа. — Это суккуб. Она завладела твоим разумом, навела видения.

— Убей ее. Не слушай. Она снова заставит тебя видеть то, что нужно ей.

Я пытался найти хоть малейшие отличия в интонации, манере говорить, в мимике, хоть в чем-то, что помогло бы опознать настоящую Эшу, но не находил. А есть ли тут настоящая? Или это снова какая-то игра? Что, если по-прежнему торчу в гравитационном коконе, а лысый ублюдок заставляет меня смотреть то, что пожелает?

Игровой же интерфейс услужливо разместил над головой каждой девчонки имя "Эша".

— Как зовут твоего отца? — задал стандартный вопрос.

— Алексей, — сказала одна.

— Ты меня об этом уже спрашивал, — сказала другая. — Когда вернулся.

— Суккуб способна читать твои мысли, — сказала первая. — Все, что известно тебе, знает и она.

— Райн, ты должен сделать выбор. Иначе она убьет нас обоих. Она питается тобой. Даже сейчас. Твои эмоции — ее сила.

Уж чего-чего, а эмоций за последние минуты или часы я испытал множество. Причем полный набор эмоций.

Но как сделать выбор?

Все равно, что выбрать, какое провод перерезать во взрывном механизме — синий или красный. А что если, оба провода белые?

Из-за плеча вырвался Барсик, метнулся к стоящим друг напротив друга девчонкам. Дернулся к одной, потом к другой. Что-то пропищал, обхватил голову руками. Покрутившись на месте, ринулся к той, что стояла справа. Сделал вираж вокруг ее головы, уселся на плечо. Истошно заверещал, указывая пальцем на ту, что замерла напротив.

Вы использовали способность "Выхлоп темной материи"

Черный сгусток врезался в Эшу, стоящую по левую руку от меня. Та пронзительно закричала. Выронив нож, упала на пол, зажимая руками дымящуюся в боку рану. Правая Эша было двинулась к сопернице.

— Стой! — предостерег ее.

Очень сильно надеялся, что Барсик не ошибся. Специально не дал себе времени обдумать выбор Изгнанника, иначе бы не решился ударить.

— Райн… — в голосе раненой Эши слышались слезы и обида.

Девчонка справа молчала. Ее лицо — непроницаемая маска. Взглядом готова метать молнии. Барсик на ее плече выглядел вполне спокойным.

"Не думать… ни о чем не думать… не предполагать… просто смотреть…"

Я и смотрел.

Лужа крови вокруг раненой Эши становилась все больше. Девчонка пыталась ползти к фонарю. Там, в его свете, виднелось ружье. Но силы покидали ее слишком быстро. Она больше ничего не говорила, только смотрела на меня. Лежала без движения, тяжело дышала и смотрела. А потом умерла. Видел, как остекленели глаза.

Выбор сделан и обратной дороги нет.

Перевел взгляд на Эшу с Барсиком. Та бросила взгляд в ответ, быстрым шагом направилась к фонарю.

— Я не знаю, как доказать твою правоту, — сказала, поднимая ружье. — Но очень рада, что ты сделал именно такой выбор.

— Его сделал Изгнанник. Что здесь произошло?

— Она залезла в твою голову. — Эша подошла к самозванке, наставила на ту оружие. — Я это поняла сразу, как только ты начал слышать музыку. Но освободить от влияния суккуба можно только одним способом — убив ее. Для этого ее надо отыскать. Ей не обязательно находиться в непосредственной близости.

— И чего она хотела?

*** прода от 10.04.14 ***

— Твоих эмоций. Для нее нет лучшей пищи.

Тело мертвой Эши вздрогнуло.

Раздался выстрел — и голова самозванки разлетелась кровавыми ошметками.

— Я знаю, что здесь произошло. Знаю, кто спит под крестами.

— Расскажешь потом. — Эша брезгливо посмотрела на свои сапоги, забрызганные кровью и фрагментами черепа. — Надо уходить.

— Знаешь, куда идти?

— Нет. Но если останемся сидеть тут, — никогда не узнаем.

Мы стояли и смотрели друг на друга.

— Не веришь мне? — спросила девчонка.

— Не знаю.

— Понимаю. Не знаю, как бы повела себя на твоем месте. Тебе придется просто принять свой выбор. Суккубу действительно известно все, что известно тебе. Ни один из твоих вопросов не даст уверенности в правильности выбора.

— Почему она забралась в мою голову?

— Ты сильнее, тобой можно дольше питаться. Да и предпочитают они мужчин.

— Я уже дважды теряю тебя за последние несколько минут.

— Дважды? — нахмурилась она.

— Да. Первый раз в тебя стрелял кто-то другой. Второй раз — я сам.

— Я стреляла в суккуба. Возможно, это и отразилось в твоем видении.

— Возможно.

— Так что, идем?

Что-то не давало покоя. Какая-то мелочь. Да — я все еще не был уверен в своем выборе, но дело не в этом. О чем-то забыл.

— Идем.

Барсик что-то прощебетал, сорвался с плеча девчонки, закружился между нами.

Шли медленно. Молчали. А надо бы поговорить. Не знаю о чем — пусть даже о ерунде, хотя бы о погоде. Иначе напряженность между нами не исчезнет еще долго.

Резко остановился.

Эша прошла еще пару шагов, тоже встала.

— Что случилось? — спросила, развернувшись.

— Она не умерла.

— Почему?

— Я не получил опыта.

Девчонка мотнула головой, но не уверенно.

— Нет. Суккуба легко убить. Они не бойцы.

— Надо вернуться.

А что, если я все еще блуждаю в закоулках собственного сознания, в которое кто-то извне проецирует образы? Треклятые демоны и их почитатели!

На месте, где мы оставили тело мертвой самозванки, растеклась и успела порядком подсохнуть серая лужа. Определить в ее очертаниях человеческое тело уже нельзя. Да и понять, какой гадостью распался суккуб, тоже непросто. И не пахнет почти. Разве что самую малость — будто старый жир подогревали.

— Мертва, — заключила Эша.

— То есть так и должно быть?

— Нет. Не знаю. Суккуба я видела всего раз. Тварь повадилась питаться в одном из кланов. Приходила каждую ночь, пока ее не изловили. Многие тогда слегли после ее прихода.

— Почему я ничего не чувствую?

— Это как укус комара. Пока кусает — не чувствуешь. Зато потом до кровавых волдырей расчесать можешь.

— И когда ожидать эффекта?

— День-два.

— Понятно. Так что с суккубом?

— Тварь казнили у всех на виду. Уж очень насолила она, люди требовали показательной жертвы. Мы с отцом как раз гостили у них. Какие-то дела были. Ну и попали на казнь. Ничего подобного этой луже не было. Груда мяса — и все.

— Значит, она выжила. — Я достал огненный клинок. — Как выглядит? Кого искать?

— Демон ростом с человека. С небольшими крыльями, коричневой кожей и небольшими наростами на голове и плечах. Женская особь. Может принимать чужие обличия. Копирует в точности.

— Как узнать, что она снова лезет ко мне в голову?

— Никак, — вздохнула Эша.

— Не отходи. Хочу быть уверенным, что ты — это ты.

Девчонка слабо улыбнулась.

— Это не недоверие, — сказал я. — Это попытка зацепиться за якорь. Ты мой якорь.

Не уверен, что сделал правильно, решил проверить труп, но теперь, по крайней мере, знаю, чего стоит ожидать — новых галлюцинаций. А потому особенно пристально всматривался в окружающий мир, наблюдал за Эшей и Барсиком, вслушивался в собственные ощущения.

Она не стала с нами играть — появилась из серого мрака. Шла медленно, сцепив руки за спиной. Я знал ее. Вернее, знал тот образ, в котором она появилась — женщина из моих видений. Та самая, которую подвесили на цепи.

— Уже уходите? — спросила мягко.

Одеждой ей служило то же подобие платья, едва прикрывающее грудь.

Вместо ответа Эша вскинула ружье и выстрелила. Суккуб сложилась пополам, попятилась. Из-под пальцев, прижатых к животу, побежала кровь.

— Сука! — прошипела с неприкрытой ненавистью.

Всего секунду на ее лице отражалась боль, но затем губы изогнулись в приветливой улыбке. Суккуб отняло руки от живота, медленно облизала один палец, затем другой.

— Не жди, убей ее, — прошептала Эша. — С ней что-то не так.

— Я и хочу узнать, что не так.

Откуда она тут? Вряд ли в пустом убежище есть, кем питаться. Так почему не ушла? Не может открыть двери? В это не очень верилось. Судя по всему, убить ее не так просто. Да и не боится умереть.

— Не уходи, — проговорила суккуб, глядя на меня. — Я не сделаю тебе больно. Напротив, тебе будет очень хорошо.

— Я уже насмотрелся тут разного. Довольно.

— У… — Она провела окровавленной ладонью по своей шее и ниже. — Я всего лишь пробовала, где ты вкуснее. Знаешь, — обратилась к Эше, — вкуснее всего он был, когда потерял тебя. Это так трогательно. Так возбуждает.

Ее голос звучал сразу отовсюду. Тихий, шепчущий, но отчетливо слышно каждое слово.

Помотал головой, стараясь отогнать наваждение.

— Такой сильный и такой слабый, — продолжала суккуб. — Оставь мне его. Тебя я отпускаю.

— Ты бы на моем месте оставила? — спросила Эша.

— Ты не на моем месте, малышка. И это не предложение.

Девчонка выстрелила снова. На этот раз пуля попала суккубу в плечо. Тварь развернуло.

— Думаешь, сможешь причинить мне вред этой игрушкой?!

— Может быть, я смогу? — спросил я.

Голова раскалывалась, будто вот-вот треснет.

— Не смеши меня, милый. — Суккуб потянулась, платье мягко скользнуло к ее ногам. На идеальном теле нет и намека на раны. — Что тебе может предложить эта замухрышка? Потискаться в темноте? Что она умеет, что может? Закрыть глаза и подождать, пока ты закончишь? Это так скучно. Идем со мной. Я открою тебе целый мир. Мир удовольствия.

— Предпочитаю самостоятельно строить свой мир.

— Ты не знаешь, от чего отказываешься. Попробуй… — она развела руки в стороны, сделал шаг. — А она пусть посмотрит. Если хочет, может присоединиться. Я не против.

Я выудил из вещевого мешка Ненавидящий жизнь жезл.

— Лучше не подходи.

— Могучий воин боится слабой женщины? — удивилась та.

— Вот такие пошли хреновые воины.

— Не говори, что ты не хочешь меня.

С навершия жезла сорвался сгусток, рожденный черной магией, ударился у ног суккуба. Та остановилась. Ее верхняя губа приподнялась, будто в оскале.

— Последний шанс, воин. — Из голоса исчезла вся мягкость. Теперь его наполняли ледяные иглы.

— Уходи.

— Ты все равно не покинешь этих стен. А она… она станет половой тряпкой, о которой я буду вытирать ноги.

Лицо суккуба исказилось злобой. Она что-то выкрикнула на незнакомом мне языке и начала таять, точно восковая кукла под жарким солнцем.

— Почему ты не убил ее? — спросила Эша, когда от демоницы осталась только подсыхающая лужа.

— Потому что ее не убить. — Я порылся в вещевом мешке, вытащил амулет-ключ, с помощью которого проникли в убежище. — Это не суккуб. По крайней мере, не та тварь, которую ты знаешь. Это что-то иное. Боюсь, она действительно в силах задержать нас. Вернее, ее хозяин.

— Хозяин?

— Да. — Протянул ей амулет. — Найди выход и выбирайся. Я догоню тебя.

— Нет! — Эша отшатнулась, будто я хотел ее ударить.

— Я не смогу прикрыть тебя. Пожалуйста, найди выход.

— Пусть Барсик найдет.

— Нет.

Пол под ногами вздрогнул. Волосы девчонки взъерошились сильным порывом. Вонь. Та самая, он которой чуть было не потерял сознание, сунув нос в дыру за крестами.

— Иди! — сунул амулет Эше в руки. — Догоню.

Амулет взяла, но с места не сдвинулась.

— У тебя все равно не осталось патронов. Ты не поможешь мне.

— Я правда такая, как сказала она?

— Что?

— Неопытная, скучная.

Я обнял ее.

— Нет, не правда.

— Я найду выход и вернусь! Будь осторожен. Суккуб легко захватит твой разум, если ты расслаблен и не готов дать отпор. Думай о ней, смотри вокруг, сопротивляйся.

— Договорились.

Она выскользнула из моих объятий и припустилась прочь. Барсик завис в воздухе, не зная, как поступить.

— Лети с ней. Отвечаешь за нее головой.

Изгнанник что-то прочирикал и последовал за девчонкой. Я же развернулся и направился к центральной секции. Пол теперь дрожал постоянно.

На самом деле никакой уверенности в том, что произойдет дальше, у меня не было. Одни лишь предположения, основанные на видениях. А кто сказал, что они верные? Но больше ориентироваться не на что. Как мне казалось, суккуб до сих пор не покинул убежище лишь по одной причине: ее что-то тут удерживает. Или, сказать точнее, кто-то. Мертвый демон, чье тело покоится под центральной секцией. Он видит кошмары, он все еще спит, но ему нужен тот, кто послужит проводником между сном и явью. Нужна нить, следуя вслед за которой, тварь возродится в реальном мире. И у него эта нить есть. Чего ему не хватало, чтобы очнуться раньше? Возможно, сил суккуба. Возможно, теперь она этими силами обладает. Или считает, что обладает. В любом случае, пробуждение началось. Надо успеть ударь прежде, чем мертвая тварь обретет мощь, заложенную в нее культом некромантов. Что случилось с ними самими сейчас не так уж и важно. Их наследие настойчиво рвалось на свободу.

По убежищу прокатывались рокочущие волны. Они начинались с вибрации под ногами, а затем плавно набирали силу. Будто родовые схватки громадного монстра. Металлические конструкции вокруг меню дрожали и стонали. К тому времени, когда добрался до центральной секции, из той доносился каменный грохот. Дышать стало практически нечем. И почему в раздел некромантии нельзя ввести главу о том, как благообразить свои творения? Хотя бы в плане издаваемых ароматов. Уж на внешний вид плевать.

Отчаянный женский визг перекрал даже грохот крошащегося камня.

Похоже, вот-вот стоит ждать новорожденного.

Content

Субботин Максим Деформатор

Субботин Максим

Испытание — 2. Деформатор

Глава 1. Неожиданный разговор

Глава 2. Возвращение

Глава 3. Противоядие

Глава 4. Машина

Глава 5. Черные земли

Глава 6. Под землей