Олег Борисович Иванов

Украинские хроники: становление и деградация государства

От автора

На протяжении столетий территория, на которой расположена современная Украина, являлась лакомым куском для соседних стран. Богатая природа, чернозем, полезные ископаемые, полноводные реки, развитые города и выход к Черному морю неизменно привлекали самых разных завоевателей: европейцев – Речь Посполитую, Литовское княжество и Австро-Венгерскую империю, соседей с Юга – Османскую империю и Крымское ханство, не оставалась в стороне и Россия, отсчитывающая свою историю от Киевской Руси. Поэтому взаимоотношения местных властителей – от гетманов до президентов – всегда сильно зависели от влияния извне. Во все века они то стремились к дружбе и сотрудничеству с Россией, то рвались к тогдашним южным или западным «партнерам», которые умело играли на внутренних противоречиях между богатыми и влиятельными украинцами. Достаточно вспомнить истории подписавшего в 1654 году Переяславскую раду Богдана Хмельницкого или Ивана Мазепы, всю жизнь метавшегося между Речью Посполитой и Российской империей, и закончившего свою жизнь предателем, перешедшим на службу к шведскому королю Карлу XII.

Но не только природными ресурсами объясняется многовековой интерес к украинским землям. В первую очередь желание иметь влияние на Украину и ее правителей связано с тем, что она находится даже не на границе восточной и западной цивилизаций, а сама является огромной буферной зоной между Востоком и Западом, находящимися в историческом противостоянии. Вопросы религии, экономического уклада, социальные отношения, тактические и стратегические планы соседних государств вынуждали их стремиться к тому, чтобы сделать Украину своим сателлитом, фактически находящимся под внешним управлением, при этом уверив местных правителей в том, что они верные и равноправные союзники. Сами же украинские правители стремились решать с помощью соседей проблемы собственной власти, влияния и обогащения. И всегда стремились к тому, кто на тот момент либо казался им более сильным и надежным, либо предлагал лучшие условия.

Спустя десятилетия спокойного мирного существования в рамках СССР, после его распада в начале 1990‑х Украина вновь оказалась перед цивилизационным выбором: стать союзником и равноправным партнером Российской Федерации или стать «европейской страной» – вступить в Евросоюз и НАТО, разорвать экономические, культурные и духовные связи с Россией. Тогда, в 1990‑е, выбор евроинтеграции представлялся украинским политикам наиболее разумным – иначе зачем им было выходить из СССР? Да и приходившая в себя после распада Советского Союза Россия казалась менее привлекательной, чем богатые европейские страны с развитой экономикой, социальной защитой и гражданскими свободами. Сделать цивилизационный выбор для Украины в тот момент не составляло особого труда, тем более что Евросоюз и США всячески приветствовали новое независимое государство.

Довольно быстро выяснилось, что доброжелательность и радушие западных партнеров существует только на словах, и в развитие и модернизацию экономики, в развитие важнейших государственных институтов – медицины, образования, социальной защиты – они «вкладываться» не собираются. Они предпочитали финансово обеспечивать грантовые программы для СМИ, так называемых правозащитных и лоббистских организаций, которые должны были создавать красивую картинку европейской жизни и рассказывать украинцам о том, что как только прочные исторические связи с Россией будут разорваны, те станут полноправными членами «европейской семьи». Однако оказалось, что без тесного экономического сотрудничества с РФ Украине просто не выжить – поставки энергоресурсов и другие логистические цепочки почти полностью зависели от России. Политики «советской формации» вроде президента Леонида Кучмы это понимали и пытались соблюдать «многовекторность» – брать у РФ ресурсы, чтобы постепенно подстраиваться под европейские стандарты. Но по мере смены поколений в украинской власти, понимания необходимости конструктивных отношений с РФ становилось все меньше. Россия при этом никогда не отказывалась от сотрудничества с Украиной, иногда даже в ущерб себе, не претендовала на украинские территории и не собиралась влиять на политические процессы внутри соседнего государства, не проявляла в некоторых вопросах, например, статусе русского языка или положении канонической православной церкви, должной жесткости, декларируя принцип невмешательства в дела суверенного государства.

Последним украинским президентом, который производил впечатление «пророссийского», был Виктор Янукович, однако он оказался неспособен ни направить политику страны хотя бы в нейтральное русло, наоборот, он и его окружение пытались всячески заигрывать как с европейскими структурами, так и с украинскими националистами. Такой подход Януковича к проблемам евроинтеграции и взаимоотношениям с РФ завершился Евромайданом, а затем и государственным переворотом, в результате которого он вынужден был бежать в Россию, а в стране началась кровопролитная гражданская война – жители Донбасса оказались прагматичнее политиков-евроинтеграторов: они поняли, что их судьба исторически связана с Россией и менять ее на жизнь в государстве, где почитают нацистских преступников, вводят разнообразные санкции против использования русского язык в публичной сфере и с пренебрежением относятся к общей истории, культуре и религии, они не хотят.

Украина ответила своим гражданам с Донбасса обстрелами, бомбардировками и издевательствами над мирными жителями. Народное ополчение Донецкой и Луганской народных республик смогло отбить атаки украинской армии и «добробатов». Чувствуя, что инициатива утеряна, украинские власти пошли на Минские соглашения, согласно которым автономия Донецкой и Луганской областей в составе Украины должна была быть расширена. Однако Минские соглашения не предполагали создания независимых народных республик. Да и, как выяснилось спустя несколько лет, выполнять их Киев вовсе не собирался. Власти Украины взяли паузу, чтобы подготовить вооруженные силы по натовским стандартам, накопить побольше боеприпасов и вооруженным путем «вернуть» ДНР и ЛНР в состав Украины.

К февралю 2022 года ситуация накалилась до предела. В ДНР и ЛНР ждали нападения со дня на день. В этих условиях Россия, которая на протяжении восьми лет пыталась добиться мира на Донбассе и сохранения территориальной целостности Украины, вынуждена была пойти на решительные шаги – признать независимость ЛНР и ДНР и начать специальную военную операцию (СВО), чтобы защитить мирное население республик.

Украинские власти восприняли СВО как новую возможность заявить о себе коллективному Западу и возбудить у собственного населения ненависть к России. Для этого использовались все возможные методы – от информационных провокаций до террора против собственного населения как прямого, так и в виде жесткого закона о мобилизации, согласно которому власть готова отправить практически на верную смерть десятки тысяч украинцев. «Сегодняшним правителям Украины не жалко этих людей, они их своими не считают. Вот в чем проблема их трагедии сегодня. Они не считают этих людей своими, они не защищают сегодня интересы украинского народа. И я надеюсь, что люди это, в конце концов, почувствуют», – так в мае 2024 года прокомментировал президент России Владимир Путин нынешнюю ситуацию на Украине

Истории этой трагедии и постепенной деградации украинского государства из «молодой демократии» в диктатуру посвящена эта книга. Надеюсь, вам будет интересно ее читать.

Олег Иванов, руководитель Центра урегулирования социальных конфликтов

Русофобия вместо евроинтеграции

Уже 10 лет мы с удивлением и ужасом наблюдаем за событиями, происходящими на Украине. В феврале 2014 года в этой стране произошел государственный переворот: тогда оппозиционеры, уже несколько месяцев, дневавшие и ночевавшие на центральной площади Киева – Майдане незалежности, нарушили гарантированные европейскими партнерами страны договоренности с четвертым президентом Украины Виктором Януковичем, и пошли на штурм Верховной рады и Администрации президента. В ходе беспорядков тогда погибли свыше ста человек, ранения получили более тысячи, а сам Янукович вынужден был бежать из страны.

Придя к власти, оппозиционеры сразу же нарушили Конституцию страны: один из лидеров партии «Батькивщина» Александр Турчинов был назначен одновременно председателем Верховной рады и исполняющим обязанности президента – мало того, что такой должности на Украине не существует, так еще совмещение в одних руках исполнительной и законодательной власти является признаком авторитарного режима. Тогда, впрочем, многим гражданам Украины казалось, что все самое страшное – беспорядки в столице и в областных центрах Западной Украины, захваты складов с оружием, сожженный Дом профсоюзов в Киеве, избиения сотрудников спецподразделения «Беркут» и неугодных протестующим чиновников – позади. Однако оказалось, что кровавое разрешение трехмесячного «мирного протеста» на Майдане незалежности – только начало стремительного превращения Украины в воинственную националистическую страну, государственной идеологией которой стала русофобия в таких проявлениях, которые до недавнего времени даже невозможно было себе вообразить.

Жители Крыма и Юго-Востока Украины довольно быстро осознали характер произошедших перемен и их возможные последствия для себя. Ведь первым же решением Верховной рады, из которой в прямом смысле слова выгнали почти всех представителей Партии регионов и Компартии, стало решение об отмене Закона «Об основах государственной языковой политики», гарантировавшего использование наравне с государственным «региональных» языков на территориях, где проживало более 10 процентов его носителей. В это же время озверевшие на Майдане участники так называемых «сотен самообороны» объединились в добровольческие батальоны и направились в Крым и на Юго-Восток Украины, чтобы силовыми методами объяснить жителям этих регионов, кто теперь «настоящие хозяева» в стране. Разумеется, такое давление «сверху» – со стороны парламента и «снизу» – в лице вооруженных, закаленных в уличных боях «добробатовцев» не могло не вызвать у жителей Крыма и Донбасса возмущения, которое вылилось в нежелание больше жить под властью Киева. Крымчане заявили о выходе из состава Украины и провели референдум о присоединении к Российской Федерации, принесший безоговорочную победу сторонникам «возвращения Крыма в родную гавань».

Донецкой и Луганской областям повезло меньше. Как только они заявили о желании пересмотра отношений со столичными органами власти вплоть до создания независимых государств – Донецкой и Луганской народных республик, как и.о. президента Александр Турчинов объявил о начале против жителей Донецкой и Луганской областей антитеррористической операции (АТО). Против мирных жителей были применены танки, артиллерия, задействована авиация. В это же время «добробаты» искали тех, кто выражал хоть какое-то сомнение в легитимности и верном пути новой украинской власти, пытали и убивали их. Чтобы защитить себя, своих близких и свою землю, жители Юго-Востока создали ополчение, в которое влились противники новой власти из областных центров, где выступления против Киева были жестоко подавлены, – Харькова и Одессы.

Началась чудовищная кровопролитная война, жертвами которой стали тысячи мирных жителей, в том числе детей. При этом представители украинской власти убеждали своих сторонников в том, что никакого народного сопротивления их деятельности не существует, и они не ведут войну против граждан Украины, а просто защищаются от Российской Федерации, желающей захватить «исконно украинские земли», и которую они потребовали называть «страной-агрессором». Однако сколько бы власти ни твердили, что воюют с Россией, а не с собственным народом, Россия, как говорилось в популярной в 2014 году шутке, на войну так и не явилась. Вооруженные силы Украины и добробаты терпели поражение за поражением от ополченцев – жителей русских городов Украины, взявших в руки оружие, чтобы защитить свою землю от нарастающих в стране радикально-националистических теорий и практик. После позорных поражений ВСУ под Иловайском в августе 2014‑го и в Дебальцево в феврале 2015‑го украинские власти вынуждены были подписать Минские соглашения: «Минск-1» – в сентябре 2014‑го, и «Минск-2» – в феврале 2015 года. Соглашения эти предполагали прекращение огня, а также включали в себя алгоритм разрешения конфликта на Юго-Востоке Украины: децентрализацию власти, амнистию для участников «антимайданных» протестов, запрет на использование боевой авиации, открытие коридоров для беженцев и многое другое, что могло бы наладить в стране мирную жизнь. Впоследствии выяснилось, что ни Украина, ни европейские гаранты выполнения Минских соглашений вовсе не собирались их выполнять, а просто рассчитывали на передышку для ВСУ, во время которой рассчитывали переобучить украинскую армию по стандартам НАТО и поставить ей как можно больше современного летального оружия. В 2022 году президент России Владимир Путин назвал Минские соглашения «обыкновенным обманом» и заявил, что именно отказ Украины их выполнять привел к необходимости начать 24 февраля 2022 года специальную военную операцию на территории Украины.

В течение семи лет, прошедших с подписания в феврале 2015‑го «Минска-2», украинская власть не только всячески уклонялась от их реализации и перевооружала свою армию, но и изо всех сил внедряла радикально-националистическую идеологию, глорифицировала нацистских преступников, уничтожала своих политических оппонентов, сворачивала демократические свободы – прессы и собраний, с помощью политтехнологий внушала населению страх и ненависть по отношению к России и ее жителям: ближайшим соседям, а для некоторых граждан – и кровным родственникам. Государственные институты Украины за несколько лет войны на Донбассе деградировали настолько, что в 2019 году президентом страны стал не имеющий ни малейшего политического опыта артист комедийного жанра Владимир Зеленский, обещавший украинцам мир и нормальные отношения с Россией, но доведший страну до еще более кровопролитной войны, в которую оказалось вовлечено уже все население Украины, и до ничем не прикрытой русофобии.

Для чего украинской власти нужны были сперва война на Донбассе, а потом уже и полномасштабный конфликт с Россией? Ведь больше двух десятилетий (1991–2013) Украина гордилась бескровным переходом к независимому от СССР существованию, а затем мирными транзитами власти от одного президента к другому и политикой «многовекторности». Ответ, как ни странно, кроется в европейских и евроатлантических устремлениях Украины. Официально зафиксированные еще в начале 1990‑х желания вступить в Евросоюз и НАТО разбивались о реальность европейских и евроатлантических структур: принимать туда Украину никто не собирался. Этого не позволяли ни украинское законодательство, ни возможности ЕС и НАТО интегрировать такую огромную, технологически отсталую и насквозь коррумпированную страну.

Однако украинские политики разыгрывали карту евроинтеграции и вступления в Североатлантический альянс каждые выборы. Они внушали населению, что путь в Европу является для Украины единственной надеждой на благосостояние граждан, отсутствие коррупции, свободу предпринимательства и транспарентность власти в принятии решений. В начале 1990‑х украинцы искренне в это верили. Но по мере, с одной стороны, неудач власти – в Евросоюз и НАТО Украину толком не звали, ограничиваясь туманными обещаниями и составлением бесконечных «дорожных карт», «планов действий по присоединению к альянсу» и т. д., с другой роста у населения понимания того, чем в наши дни являются «европейские ценности», а также возникших в ходе многочисленных путешествий и поездок на заработки и стажировки знаний о том, как реально устроена жизнь в Европе и в каком статусе украинцы могут оказаться там, в случае вступления в ЕС, в обществе росло разочарование европерспективами Украины. Все больше и больше граждан склонялось к пресловутой «многовекторности» развития страны, а многие вообще четко сознавали, что экономически успешная, не создающая языковых и правовых барьеров Российская Федерация – партнер куда более выгодный, и стремиться Украине нужно к политическому и экономическому сближению с ней, а в страны Евросоюза ездить на каникулы – экспансия на украинский рынок авиакомпаний-лоукостеров позволяла делать это достаточно дешево.

Но, как это часто бывает, выгоды граждан не совпадали с интересами политиков – и не только украинских, но и европейских и американских: по их мнению, стремящиеся в Европу украинские власти с легкостью должны были бы согласиться на такие вещи, как захоронение на территории страны ядерных отходов, продажу земель сельхозназначения, прием беженцев из стран Ближнего Востока и Африки. Ну и, разумеется, на размещение натовских военных баз, что было неприемлемо не только для Российской Федерации, но и для значительной части населения Украины.

Чтобы убедить граждан Украины в необходимости европейского выбора, на протяжении многих лет СМИ и общественные деятели при поддержке иностранных фондов внушали украинцам ложные представления о России, ее президенте и других органах власти. Их целях и задачах. Украинцев заставляли поверить в то, что единственной целью РФ в отношении Украины являет «колонизация», лишение страны независимости и воссоздание СССР. Для этого фальсифицировалась история взаимоотношений Украины и России, создания УССР, сносились памятники советским и российским деятелям культуры, переименовывались улицы. Русскоязычные жители страны оказались в ситуации, когда им понадобилось сменить идентичность и превратиться в представителей «политической нации» ради выживания в сформировавшемся новом украинском обществе. Характерным примером такой смены идентичности является собственно президент Украины Владимир Зеленский – русскоязычный этнический еврей из Кривого Рога, большую часть жизни проработавший в России, который буквально в одночасье превратился в воинственного украинского националиста, готового воевать «до последнего украинца» лишь бы доказать свою принадлежность к «политической нации».

Гостями украинских телеканалов становились «политические беженцы» из РФ, едва ли не дословно повторявшие тезисы о коварных планах и чаяниях России, согласованные с иностранными кураторами и украинскими покровителями. Украинская медиамашина изо всех сил обращалась к сфере аффективного – то есть, пугает и поощряет читателя новостей и зрителя телеканалов: причем пугает несуществующими событиями и явлениями, а поощряет ненависть и ложное геройство – и продолжает делать это до сих пор, создавая для оставшихся в стране граждан и беженцев, расселенных по всей Европе, воображаемую реальность, в которой Украина вот-вот одержит сокрушительную победу над страной-агрессором, якобы веками не позволявшей ей стать сверхдержавой.

Однако вовсе не Россия виновата в развале украинской экономики, в коррупции, деградации всех институтов власти, войне, потере 20 % территории и демографическом кризисе. А тому, что и на каком этапе препятствовало развитию Украины как сильного современного государства, и посвящена эта книга.

Часть I

Глава 1. Независимость Украины в контексте распада СССР

В начале января 1992 года жители Украинской ССР, так же, как и жители других республик бывшего Советского Союза, узнали, что жить им теперь придется совсем в другой экономической и политической реальностях. Узнали, но на подлинное осознание случившегося и адаптацию к нему у них уйдут еще многие годы. О том, что Советский Союз прекратил свое существование, было объявлено еще 26 декабря 1991 года – соответствующую Декларацию принял Совет республик Верховного совета СССР, за день после того, как Михаил Горбачев сложил с себя полномочия президента СССР. Да и вообще, весь декабрь 1991‑го проходил под лозунгами грядущего распада страны: 8 декабря в Беловежской пуще высшие должностные лица и главы правительств Российской Федерации, Украинской и Белорусской советских социалистических республик подписали Соглашение о создании Содружества независимых государств (СНГ), в котором заявлялось, что СССР прекратил свое существование в качестве субъекта международного права. А 21 декабря 1991‑го была в Алма-Ате была подписана Алма-Атинская декларация, которая подтверждала Беловежские соглашения и прекращение существования СССР. Вместо него утверждалось новое надгосударственное образование – Союз независимых государств, к которому, помимо основавших СНГ России, Украины и Белоруссии, присоединились Армения, Казахстан, Киргизия, Молдавия, Таджикистан, Туркмения и Узбекистан. Азербайджан вступил в СНГ только в сентябре 1993‑го. Грузия и самостоятельно объявившие о выходе из СССР еще весной 1990‑го и получившие независимость в сентябре 1991 года Латвия, Литва и Эстония к Союзу независимых государств не присоединились. Примечательно, что Украина, будучи одной из стран-основательниц СНГ, так и не ратифицировала его устав, что позволяло антироссийским силам на Украине утверждать, что к СНГ она отношения не имеет. В 2016 году неопределенность статуса Украины в Содружестве подтвердил президент России Владимир Путин[1].

1.1. Дискуссии о суверенитете

Однако вернемся в 1992 год. Несмотря на то, что процесс распада Советского Союза продолжался довольно долго, большинству его граждан, проживавшим в разных союзных республиках, не хватало воображения и опыта представить, что просуществовавшее почти семьдесят лет государство развалится, а жизнь в новой реальности окажется вовсе не такой, как ее рисовали в перестроечных журналах вроде «Огонька», который, кстати, возглавлял уроженец Киева, член КПСС с 1967 года, украинский советский писатель Виталий Коротич. «Огонек» под его началом стал главным официальным рупором объявленных генеральным секретарем Политбюро ЦК КПСС Михаилом Горбачевым (1931–1992) перестройки и гласности. Публикации в «Огоньке» и перестроившихся вслед за ним печатных органах как общесоюзного (сейчас сказали бы «федерального) и республиканского значения представляли собой невероятный коктейль из самых разных идеологических ингредиентов, в том числе были разрешены, актуализированы и широко обсуждались радикально националистические и человеконенавистнические подходы к новому устройству государства. Главное, считали идеологи перестройки, чтобы новое радикально отличалось от существовавшего в СССР. Такую задачу ставили себе разнообразные силы снаружи и внутри СССР.

Дело в том, что во времена перестройки и гласности подавляющее большинство граждан СССР, в том числе и жителей УССР не задумывалось о том, как перемены смогут изменить жизнь каждого конкретного человека и общества в целом. Какие противоречия и конфликты возникнут, как изменится социальная структура общества, характер экономики, что произойдет с отношениями между различными этническими группами. И, что очень важно, как будут строиться взаимоотношения – политические, экономические, культурные и т. д. – между различными государственными и автономными образованиями, входившими в СССР. Социолог Сергей Кара-Мурза определял такую недальновидность советского человека как «утрату расчетливости». По его мнению, во время перестройки деформация в мышлении привела к необычной интеллектуальной патологии – утрате расчетливости. Произошла архаизация сознания слоя образованных людей – утрата ими того «духа расчетливости» (calculating spirit), который, по выражению М. Вебера, был важным признаком современного общества»[2]. Общественные организации и движения в поддержку перестройки – так называемые «народные фронты», возникшие в конце 1980‑х во практически во всех республиках СССР и многих крупных городах – довольно быстро из движений, выступавших за перемены и демократизацию общества в рамках существующего строя, превратились в оппозиционные КПСС и лично Михаилу Горбачеву. К тому же, в союзных республиках в этих движениях наиболее влиятельными становились националистические силы, программой-максимум которых был выход республик из СССР. В этой связи можно вспомнить литовский «Саюдис», Народный фронт Эстонии, Народный фронт Латвии, азербайджанский и армянский народные фронты (впоследствии «Армянское общенациональное движение»), грузинское «Общество Ильи Чавчавадзе», Алматинский народный фронт в Казахстане, Народный рух Украины и др. В условиях однопартийной советской системы они воспринимались населением как достойная альтернатива правящей КПСС. «На первых порах руководители фронтов старались представить свои организации как общегражданские, а не национальные. Эти организации не были моноэтничными, – пишет историк Сергей Чешко в статье «Роль этнонационализма в распаде СССР». – Национальный состав политических организаций и их идеология в национальном вопросе вовсе необязательно должны полностью коррелировать. Очевидно, однако, что НФ были именно (этно) национальными и националистическими по своим ориентациям и целям движениями. По мере того как вырисовывалась эта направленность, обнаруживалось, что республиканский суверенитет они трактуют как выход из СССР»[3].

Одновременно в СМИ, на съездах народных депутатов общесоюзного и республиканского уровня шла активная дискуссия о децентрализации власти в СССР вплоть до возможного выхода некоторых республик из СССР, юридическую возможность которого обеспечивала принятая в 1977 году Конституция СССР, в которой союзные республики объявлялись суверенными государствами, имевшими право на собственную политику и выход из СССР[4]. Долгие годы такое положение Основного закона воспринималось как формальность, и говорили о реальном суверенитете – т. е. отделении от СССР, приоритете республиканских законов над общесоюзными, собственном экономическом укладе и т. д. – исключительно националистически настроенные участники диссидентских движений: как локальных, так и «общесоюзного». Примечательно, что в плане выхода из СССР российские диссиденты поддерживали своих коллег по борьбе с советским строем из союзных республик. Эта поддержка была обусловлена двумя факторами: во-первых, антисоветское подполье приветствовало все, что так или иначе способствовало если не полному демонтажу советской системы, то хоть как-то затрудняло ее существование и портило репутацию власти как внутри страны, так и за ее пределами. Во-вторых, апелляция к нормам Конституции СССР была одной из основных тактик борьбы с советским строем – диссиденты постоянно заявляли, что советские органы власти нарушают собственный Основной закон, в котором декларировались, например, свобода вероисповедания или свобода печати и информации. Обращаясь к власти, диссиденты требовали соблюдения подобных норм, в числе которых были и право наций на самоопределение и упомянутый уже суверенитет союзных республик.

Во второй половине 1980‑х разговоры о новых формах отношений центра и союзных республик перестали считаться чем-то крамольным. Легитимизации этого дискурса способствовали и новые формы экономической деятельности – хозрасчет, кооперативное движение, декларируемая интенсификация производства и эффективности народного хозяйства; и обнародование разнообразных исторических документов (в том числе и грубых подделок), в которых сообщались разного рода нюансы вхождения республик в состав СССР, их исторических территорий, а также идеи репрессированных в 1930–1950‑е годы коммунистических и национальных лидеров союзных республик, далеко не всегда соответствовавшие историческим трактовкам, принятым в позднем СССР. Подобная информация производила на жителей республик Советского Союза сильное впечатление, приводившее к поиску своих этнических корней, попыткам реализации себя в качестве не просто титульной, а и главной этнической общности в своих республиках, которая, по мысли местных идеологов, должна была иметь большие привилегии, чем этнические меньшинства в республиках. «Наибольшую роль играл национализм союзнореспубликанских этнонаций. Он был направлен на создание или усиление привилегированного положения своей национальности и соответственно на подавление требований иноэтничного населения, – отмечает Сергей Чешко. – Его задачи вне республик состояли в обретении большей самостоятельности по отношению к союзной власти: это была самая общая цель, которая в разных республиках имела более или менее радикальное звучание. Характерная особенность этого вида национализма состояла в его антирусской направленности; трудно сказать, была ли это собственно русофобия или же перенос на русский народ советофобии: видимо, оба момента были неразделимы и тождественны»[5].

Национальные диаспоры из-за рубежа восстанавливали связи с соотечественниками в СССР, создавали свои культурно-просветительские организации, где с помощью нехитрых манипуляций и подтасовок фактов интересующимся жителям республик внушались идеи национального превосходства на своей территории, а также представления о насильственном характере присоединения республик к СССР.

1.2. От разговоров к беспорядкам

К тому же, во второй половине 1980‑х в ряде республик СССР начались столкновения на этнической почве. Первое такое выступление произошло в столице Казахской ССР Алма-Ате в декабре 1986 года после того, как многолетний лидер ЦК Компартии Казахстана Динмухамед Кунаев был снят со своего поста и отправлен на пенсию, а на его должность назначен первый секретарь Ульяновского обкома КПСС Геннадий Колбин. Отставка Кунаева и назначение на его место партийного функционера из России вызвало возмущение республиканских элит, которое вылилось в массовые студенческие протесты на центральной площади Алма-Аты. Митинг 17 декабря 1986 года проходил под националистическими лозунгами, а попытка разогнать его силами милиции и КГБ привела к массовым беспорядкам, в результате которых погибли два сотрудника МВД и один демонстрант, более 1200 человек обратились за медицинской помощью, десятки милицейских автомобилей были сожжены. Около 200 участников волнений были исключены из высших учебных заведений, а в некоторых вузах было сменено руководство за развал идеологической работы, приведший к проявлениям национализма.

«События 16–19 декабря 1986 г. в Алма-Ате впервые стали не только предметом партийного разбирательства, но и объектом пристального внимания всего советского общества. Национальные проблемы после алма-атинских событий декабря 1986 г. и для власти, и для всего общества явились во всей их остроте и сложности. Скрывать национальные противоречия и продолжать представлять межнациональную сферу общественных отношений как беспроблемную после декабря 1986 г. уже не имело смысла, – пишет доктор исторических наук Анатолий Мякшев в статье «События в Алма-Ате декабре 1986 г.: первый ультиматум национальных элит центру». – Вместе с тем с «алма-атинских» событий следует вести отсчет началу открытой конфронтации республиканских элит с союзным Центром. Национальные элиты к декабрю 1986 г. прошли стадию «этнической» консолидации и мобилизации и готовы были открыто вступить в борьбу за безраздельную власть в «своих» государствах»[6].

С 1987 года растет напряженность, а затем и начинаются боестолкновения между армянами и азербайджанцами в Нагорном Карабахе: армянская сторона требует передачи Армянской ССР Нагорно-Карабахской автономной области, входящей на тот момент в состав Азербайджанской ССР. В феврале 1988 года в Сумгаите Азербайджанской ССР происходят массовые беспорядки, сопровождающиеся волной насилия в отношении мирного армянского населения, в ходе которых погибли 32 человека. Азербайджанцам в свою очередь приходится покидать армянские села, где они жили поколениями. Борьба за территорию и этнические погромы способствуют росту национализма и в Армении, и в Азербайджане. Конфликт между ними затягивается на десятилетия, включает две войны (1992–1994, 2020), а его разрешение в 2023 году – вывод армянских войск из Нагорного Карабаха и массовая миграция его жителей в Армению – вряд ли окажется окончательным, а не приведет к реваншу через несколько лет.

В июне 1989 года этнический конфликт приходит в Ферганскую долину Узбекской ССР: молодые узбеки нападают на турок-месхетинцев, компактно проживавших там после принудительной высылки из Грузии в 1944 году, избивают и грабят их. Помимо турок-месхетинцев, от погрома страдают и представители других этнических меньшинств – таджики, русские и крымские татары. Жертвами этих беспорядков становятся более 100 человек, среди которых представители более 10 национальностей. Остановить погромщиков удалось только с помощью внутренних войск, а правительству СССР пришлось пойти на беспрецедентные меры и эвакуировать турок-месхетинцев в Россию.

Горячей фазе конфликта предшествовала, так сказать, идеологическая подготовка. Еще в декабре 1988 года на многотысячном митинге в Ташкенте можно было видеть транспаранты вроде «Русские уезжайте в свою Россию, а крымские татары – в Крым», а в поселениях Ферганской долины распространялись листовки на узбекском языке с требованием «очистить от турок Ферганскую долину».

18 марта 1989 года на сходе в селе Лыхны Абхазской автономной республики, входившей в состав Грузинской ССР, 30 тысяч местных жителей потребовали выхода Абхазии из состава Грузии и восстановлению ее в статусе союзной республики в составе СССР, которой она де-юре являлась до 1931 года. В связи с этим представители различных грузинских общественных организаций устроили многодневный несанкционированный митинг перед домом правительства в Тбилиси. К 6 апреля 1989 года выступления его участников, в числе которых был и будущий первый президент Грузии Звиад Гамсахурдия, приобрели откровенно антисоветский характер, стали выдвигаться требования о выходе из состава СССР. В это же время организаторы митинга стали собирать отряды, которые вооружались палками, камнями, цепями и другими подручными средствами. Был начат сбор средств для приобретения огнестрельного оружия. Общее количество участников митингов на ограниченных территориях у Дома правительства и здания телестудии составило по приближенным оценкам 8—10 тысяч человек. Руководство республики считало, что справиться с массовыми выступлениями населения, имеющимися наличными силами внутренних войск и милиции невозможно; такое мероприятие можно было осуществить при условии введения комендантского часа, для чего необходимо привлечь дополнительные воинские подразделения. Поэтому им было принято решение обратиться за помощью к союзным органам. В Тбилиси были направлены части Советской армии: 4‑й мотострелковый полк ОМСДОН Внутренних войск (650 человек), воздушно-десантный полк (440 человек), отряды ОМОНа и милиции из разных городов. Митинг был оцеплен войсками и милицией. В 2 часа 30 минут 9 апреля к митингующим обратился начальник УВД г. Тбилиси полковник Гвенцадзе с призывом разойтись. Затем к митингующим обратился Католикос Грузии Илия II.

После неоднократных призывов разойтись по домам к протестующим была применена сила. В 4 часа утра 9 апреля генерал Игорь Родионов приказал начать вытеснение митингующих с площади. С выходом войск на исходные позиции митингующие начали покидать площадь, однако достаточного времени на их рассредоточение не было предоставлено. При этом не было также принято во внимание и то, что почти все выходы с площади были перекрыты автотранспортом, т. е. пути эвакуации были резко ограничены. В результате возникла паника и массовая давка. 6 участников митинга погибли на месте происшествия, а трое вскоре скончались в больнице. Как установила судебно-медицинская комиссия, причиной смерти всех, кроме одного, погибших являлась асфиксия в результате сдавливания грудной клетки в толпе.

Для расследования событий, происшедших в грузинской столице 9 апреля 1989 года, Съездом народных депутатов СССР была создана комиссия, председателем которой был избран Анатолий Собчак. Комиссия отметила, что предпосылки трагических событий в Тбилиси складывались на протяжении длительного времени. В них проявились кризисные явления, охватившие многие сферы государственного управления и общественной жизни в республике и в стране в целом. Также комиссия пришла к выводу об избыточном применении военными силы против демонстрантов.

Однако противостояние центральных властей Грузии и Абхазской АССР на этом не закончилось, и 15–16 июля 1989 года в Сухуми произошли кровавые столкновения между грузинами и абхазами (16 погибших). Руководство республики тогда сумело урегулировать конфликт и произошедшее осталось без серьезных последствий.

Трагические события в Тбилиси 9 апреля 1989 года послужили нагнетанию в республике антирусских настроений, а также способствовали дальнейшему расшатыванию центральной власти. Официальная советская пропаганда скрывала тот факт, что организаторы митинга требовали выхода республики из СССР, собирали подписи под обращением к Конгрессу США, в котором участники митинга просили: «1. Приурочить одно из заседаний ООН ко Дню суверенной Грузии – 26 мая. 2. Признать 25 февраля 1921 года днем оккупации Грузии большевистскими силами России. 3. Оказать помощь Грузии для выхода из состава Союза, в том числе путем ввода войск НАТО или ООН». В СМИ, а потом и в заключении депутатской комиссии сообщалось, что массовые выступления в Тбилиси были посвящены внутренним проблемам республики, а центральные власти неправомерно применили силу к протестующим. Таким образом в глазах советских граждан создавался образ репрессивной власти, готовой растерзать мирных жителей всего лишь за выражение своего несогласия с происходящими событиями, а также вызывалось сочувствие к участникам протестов. А вокруг доклада депутатской комиссии ходило множество ужасающих слухов: об избиении мирных протестующих саперными лопатками, применении отравляющих газов, избиении женщин и стариков и т. п., впоследствии не нашедших подтверждения.

В Грузинской ССР волнения 9 апреля 1989 года привели к легитимизации национализма и заявлений о выходе из СССР. Характерным выглядит такой факт: сразу после 9 апреля в отношении организаторов митинга Звиада Гамсахурдии, Мераба Коставы, Георгия Чантурии и др. было возбуждено уголовное дело, которое было прекращено уже через несколько месяцев «ввиду изменения обстановки».

Действительно, обстановка и политическая, и моральная в СССР в те годы менялась постоянно: идеи передачи разного типа полномочий союзного центра республикам пропагандировалась в СМИ и звучала с трибун пленумов и съездов всех уровней – причем обусловлены эти требования были не какой-либо экономической или социальной необходимостью, а исключительно желанием национальных элит получить больше власти и автономии от центральной власти. Причем для демонстрации центру собственных сил национальные элиты актуализировали и подогревали межэтнические противоречия, которые приводили к массовым выступлениям, зачастую сопровождавшимися погромами и человеческими жертвами. Подавлять эти беспорядки вынуждена была Советская армия, что еще больше настраивало население против центральной власти.

«Все лето 1989 года национальные проблемы держали общество в напряжении», – вспоминал Михаил Горбачев в своей книге «Жизнь и реформы»[7]. Горбачев предполагал, что «кто-то в эшелонах власти республик подзуживает, разжигает страсти». Однако ничего, кроме силового подавления конфликтов, власть предложить не могла: еще в июне 1988 года генсек ЦК КПСС заметил, что руководство партии и государства «не станет поддерживать один народ в ущерб другому». То есть, приводить элиты разных республик к компромиссам в территориальных и других спорах центральные власти не хотели или не могли, им оставался только уже упомянутый путь силового разрешения противостояний, однако в условиях перестройки и гласности такой способ лишь способствовал усилению недоверия к союзному центру, росту националистических настроений и влияния местных элит, которым приходилось «разруливать» проблемы этнических общин на местах. Часто, впрочем, эти проблемы были спровоцированы сами республиканскими властями.

В июне 1990 года в городе Ош Ферганской долины Киргизской ССР начались массовые столкновения между киргизами и узбеками. Исторически сложилось так, что на этой территории киргизы являлись национальным меньшинством, а узбеки составляли в городах Ош и Узген большинство населения. Более того, узбеки занимались сельским хозяйством, а киргизы вели полукочевой образ жизни. В конце 1980‑х киргизы начали требовать предоставить им земли, пригодные для оседлой жизни и занятий сельским хозяйством, узбеки были этим недовольны. Конфликт вспыхнул вокруг земли колхоза имени Ленина, 95 % работников которого были узбеками. За месяц до волнений, в мае, киргизская молодежь потребовала предоставить ей землю колхоза. Представители городских властей, также в основном киргизы по происхождению, сначала дали добро, однако через несколько дней отменили собственное решение.

4 июня 1989 года представители узбекской и киргизской общин собрались на спорном поле: с одной стороны, стояли 1500 киргизов, с другой – 10 000 узбеков. Между ними встали представители правоохранительных органов и, несмотря на агрессивное поведение обеих сторон – в милиционеров летели палки, камни и т. д. – не допустили драки «стенка на стенку». Для этого, правда, им пришлось по толпе открыть огонь. На следующий день, 5 июня, в город стянулись многочисленные группы киргизов из сельской местности. По пути они избивали и убивали узбеков. Одновременно узбекский анклав Узген был «очищен от приезжих»: практически всех киргизов насильно заставили покинуть город. За счет вновь прибывших из других районов и Андижана Узбекской ССР количество узбеков увеличилось до 20 000 человек. В ответ вооруженный отряд киргизов в ночь на 6 июня спустился с гор, вошел в Узген и атаковал узбеков. Вновь пролилась кровь.

По данным следственной группы прокуратуры СССР, в конфликте погибли около 300 человек. Тысячи получили ранения, порядка 500 отправились под арест. Сожжению и разграблению подверглись несколько сотен домов. Если верить неофициальным источникам, число жертв столкновений в Ошской области исчислялось тысячами – и могло доходить до 10 тыс. человек. Отдельные вспышки насилия фиксировались вплоть до августа.

Приостановить столкновения удалось только к вечеру 6 июня, после того как в Ошскую область вошли подразделения Советской армии, которым пришлось вступить в бой с вооруженной толпой, прорывавшейся в Ош. «Ценой огромных усилий армии и милиции удалось избежать вовлечения населения Узбекистана в конфликт на территории Киргизской ССР. Поход вооруженных узбеков из городов Наманган и Андижан в Ош был остановлен в нескольких десятках километров от города. Были зафиксированы случаи столкновений с армейскими подразделениями. Тогда перед рвущимися в Киргизию узбеками выступили главные политические и религиозные деятели Узбекской ССР, что помогло избежать дальнейших жертв»[8], – констатировал в своей книге «Семена распада: войны и конфликты на территории бывшего СССР» историк Михаил Жирохов.

«Спусковым крючком» обострения межэтнических отношений в Киргизской ССР стало принятое в 1989 году решение Верховного суда Киргизии о замене русского языка на киргизский в качестве официального языка КССР. Это решение уязвило узбекскую общину Киргизии и подтолкнуло к созданию организации «Адолат», выступавшей, среди прочего, за создание Ошской автономной области и за справедливое представительство узбеков в государственных структурах. Языковой вопрос в союзных республиках до и после распада СССР вообще оказывался катализатором эскалации многих до поры скрытых социально-политических и хозяйственных конфликтов. Ущемление прав на применение в публичной сфере родных языков этнических общин родного и/или русского языка мгновенно вскрывает латентные противоречия между разными социальными группами, а также между обществом и властью.

Особенно жестко на выходе из СССР настаивали в Литовской и Латвийской ССР – если в среднеазиатских и закавказских республиках речь в первую очередь шла о перераспределении полномочий между центром и местными элитами, то в прибалтийских республиках публично заговорили о независимости с самого начала объявленной Михаилом Горбачевым гласности. Уже в октябре 1988 года в Литве было создано общественно-политическое Движение за перестройку («Саюдис»), выступавшее за выход республики из состава Советского Союза, а в феврале 1990‑го его кандидаты выиграли выборы в Верховный совет Литвы. Глава движения Витаутас Ландсбергис был избран его председателем. Таким образом в Литве возникло двоевластие: действовали государственные и партийные структуры, выполнявшие законы СССР, и одновременно формировались республиканские органы власти, не подчинявшиеся им. Население республики также оказалось разделенным – многие не хотели, чтобы Литва выходила из СССР, учитывая провозглашенную политику перестройки. В феврале и мае 1990 года депутаты проголосовали за Акт о восстановлении независимого литовского государства и Декларацию о государственном суверенитете Литвы, что вызвало негативную реакцию в Москве. В январе 1991 года ситуация в республике обострилась из-за повышения цен и последовавших антиправительственных выступлений. В ответ активисты «Саюдиса» призвали приверженцев независимости Литвы «для защиты власти» круглосуточно дежурить у зданий парламента, правительства, радиоцентра и Вильнюсской телебашни. На телевидении и радио началась трансляция программ антисоветской направленности.

Опасаясь потерять контроль над ситуацией, 11 января ЦК Литовской Компартии сформировал Комитет национального спасения (действовал до конца января), который взял на себя ответственность за урегулирование кризиса. После нескольких попыток убедить лидеров «Саюдиса» прекратить антисоветскую пропаганду и «искусственно нагнетать напряженность» комитет обратился за помощью по установлению контроля над телевидением и радио к МВД СССР и руководству Вильнюсского гарнизона. В Литву были направлены военнослужащие спецподразделения «Альфа» и части ВДВ. 12 января советские солдаты взяли под контроль ряд объектов в Вильнюсе.

У телебашни несли дежурство до 5 тыс. человек, включая вооруженных сотрудников службы безопасности республики. Дороги к телецентру были перекрыты грузовыми машинами и другой техникой. В ночь на 13 января 1991 года группа «Альфы» штурмом взяла телецентр и удерживала его до подхода внутренних войск. В ходе операции погибли 14 человек, включая офицера «Альфы» Виктора Шатских (смертельно ранен выстрелом в спину). Пострадали, по разным оценкам, от 500 до 700 человек, большая часть – в результате давки, возникшей после предупредительных выстрелов прибывших к зданию телецентра танков. Президент СССР Михаил Горбачев и министр обороны Дмитрий Язов заявили о своей непричастности к действиям военнослужащих. Однако, по оценке следствия, люди у телебашни были убиты советскими солдатами. Впрочем, ветераны «Альфы» настаивали на том, что при штурме использовались холостые патроны, а огонь на поражение велся снайперами с крыш домов. «Неизвестные снайперы» вообще часто используются организаторами «цветных революций» и государственных переворотов для превращения уличных противостояний в кровопролитие, а также иллюстрации «зверств режима» в мировых СМИ. «Можно утверждать, что развал СССР начался со снайперского огня в Вильнюсе, когда в стрельбе по демонстрантам обвинили советских военных, – пишет юрист Максим Мирошниченко в статье «Роль частных военных компаний и «неизвестных» снайперов в осуществлении «цветных революций». – Правда, новая литовская власть долгое время старательно замалчивала тот факт, что выстрелы были сделаны из новейших винтовок «маузер», не состоявших на вооружении Советской армии и спецслужб»[9].

События у вильнюсской телебашни вызвали большой резонанс в Советском Союзе и мире, их тогдашняя официальная версия стала весомым аргументом в пользу объявления Литвой независимости.

Похожим образом развивались события в Латвийской ССР. 4 мая 1990‑го Верховный совет республики принял Декларацию о восстановлении независимости, и в стране так же, как и в соседней Литве, возникло двоевластие: действовали все структуры СССР, а парламент и правительство формировали параллельно структуры Латвийской Республики. В частности, одновременно функционировали отряды милиции, подчинявшиеся МВД Латвийской Республики, и отряды милиции особого назначения, находившиеся в ведении МВД СССР. Сосуществование силовых структур с разными центрами управления не могло не привести к конфликту. Он разразился в начале января 1991 года. 2 января по приказу МВД СССР и по просьбе ЦК Коммунистической партии Латвии подразделение рижского ОМОНа «Черные береты» взяли под контроль рижский Дом печати – партийное издательство, национализированное правительством Латвии. 13 января, после получения информации о занятии советскими войсками телецентра в столице Литвы городе Вильнюсе, была созвана дума Народного Фронта Латвии (НФЛ), принявшая решение о ненасильственном сопротивлении. После призыва собраться на вселатвийскую манифестацию в Ригу в течение нескольких часов съехалось более полумиллиона человек со всей республики. В ночь с 13 на 14 января на улицах города были возведены баррикады. Сигналом к началу сопротивления стал костер, который загорелся на Домской площади.

В тот же день пленум ЦК компартии Латвии обратился к президенту СССР Михаилу Горбачеву с просьбой ввести президентское правление. Но это решение не было осуществлено, так как Горбачев не санкционировал применение силы.

Противостояние манифестантов и ОМОНа продолжалось больше двух недель и завершилось штурмом здания МВД республики, в ходе которого погибли сотрудники МВД: старший участковый инспектор Сергей Кононенко и лейтенант милиции Владимир Гомонович. В соседнем парке шальная пуля сразила режиссера-кинодокументалиста Андриса Слапиньша, был смертельно ранен кинооператор Гвидо Звайгзне, убит школьник Эдийс Риекстиньш, 8 человек ранены.

Так же, как вильнюсские события, столкновения в Риге укрепили жителей республик в необходимости если не выхода из СССР, то серьезного перераспределения полномочий и создания собственных структур общественной безопасности, подчиняющихся местным властям. Тем более что в самом начале 1990‑х у союзной власти уже не хватало сил сохранять порядок «на окраинах» страны. «В условиях расширяющейся и углубляющейся конфронтации и борьбы за власть союзное руководство стремилось овладеть всеми ресурсами в масштабах единой страны и «оттеснить» национальные элиты от предстоящего дележа собственности, – пишет Анатолий Мякшев. – Могущество национальных кланов в республиках при этом недооценивалось, мобилизующая роль этнонационализма в расчет не принималась»[10]. В то время как при снижении руководящей роли КПСС в обществе и падении ее авторитета именно этнонационалистические структуры и воззрения казались гражданам СССР наиболее привлекательными для решения собственных жизненных задач, обретения новых статусов в обществе, реализации давних творческих и бизнес-идей. Об этом же пишет и Сергей Чешко: «Соединение российского необольшевистского радикализма с этнонационализмом союзнореспубликанских этнических элит создало мощную оппозицию политике Горбачева и угрозу целостности государства и общества. Главным мотивом действий этой объединенной оппозиции была борьба за власть – в России для первых и в своих республиках для вторых. Основную роль в развале СССР сыграли действия российских радикалов во главе с Ельциным, которые систематически подрывали союзную власть «изнутри» и активно поддерживали национал-сепаратистов в других республиках. Главную же «стратегическую» роль сыграл этнонационализм, взращиванием которого десятилетиями занималось само советское государство. «Отмена» СССР в декабре 1991 г. явилась не столько выражением каких-то объективных процессов, сколько стечением многих обстоятельств, финалом которых явился акт политического насилия над страной со стороны альянса радикалов и националистов»[11].

К тому же, утратившее расчетливость под натиском новой информации, зачастую, пропагандистского и/или манипулятивного характера, советское общество не понимало или не хотело понимать ни опасности широкого распространения националистических идей, ни угрозы и последствий для себя возможного распада Советского Союза. Напротив – многим жителям СССР такая перспектива представлялась даже интригующей. Идеи о том, что в отдельном национальном государстве можно жить комфортнее, богаче, иметь больше социальных лифтов внедрялись в сознание граждан с помощью самых разных технологий.

И хотя начинались эти процессы в форме «возрождения национальной культуры»: советская традиция представления народной культуры подвергалась критике как слишком приглаженная, «советизированная» и «коммунизированная» в худшем смысле этого слова, в то время как подлинную – т. е. связанную с национально-освободительной борьбой против коммунистов – следовало всячески пропагандировать. В рамках этого возрождения предполагалось и усиление в общественной жизни национальных языков вплоть до полного вытеснения из повседневной жизни, образования и документооборота русского языка.

Необходимо отметить, что послевоенная советская культура, особенно кинематограф, создавали и транслировали миф о благородстве и правоте разнообразных «лесных братьев» на освобожденных Красной армией территориях, оправдывали их зверства историческим моментом. Достаточно вспомнить фильмы «Никто не хотел умирать» (В. Жалакявичус, 1965), «Белая птица с черной отметиной» (Ю. Ильенко, 1974). Сейчас трудно сказать, было это оправдание осознанным решением режиссеров и сценаристов или наивной попыткой создания приключенческих фильмов на этнонациональной основе, этаких вестернов по-советски, в которых бандеровцы и «лесные братья» выступали в роли индейцев, факт в том, что советская интеллигенция воспринимала эти фильмы как политические манифесты в духе лозунга «СССР – тюрьма народов»[12].

На фоне вышеописанных столкновений и беспорядков с человеческими жертвами украинская «Революция на граните» – голодовка студентов в палаточном лагере на площади Октябрьской революции (ныне – Майдан незалежности) в октябре 1990 года – носила исключительно мирный характер.

Протестующие выдвигали требования как локально значимые для молодежи – например, прохождение жителями Украины военной службы только на территории республики; так и важные в контексте тогдашней ситуации в СССР – отказ от подписания Союзного договора, построение независимого украинского государства в соответствии с принятой Верховным советом УССР 16 июля 1990 года Декларацией о государственном суверенитете; национализация имущества КПСС и ВЛКСМ на территории Украины. Однако основная часть требований студентов касалась политической борьбы внутри украинской партийной верхушки: отставка главы правительства Виталия Масола, который, по мнению протестующих, был ориентирован на сохранение СССР и вообще проводил «промосковскую» политику; а также принятие закона о выборах на многопартийной основе. После того как студенты «мирно» захватили главный корпус Киевского госуниверситета, их поддержал занимавший тогда пост председателя Верховного совета УССР Леонид Кравчук (впоследствии – первый президент Украины) и поставил на голосование Постановление «О рассмотрении требований студентов, проводящих голодовку в Киеве со 2 октября 1990 года». Требования студентов были удовлетворены, а Виталий Масол отправлен в отставку. Впрочем, обещанные выборы на многопартийной весной 1991 года не состоялись, так что в парламент до распада СССР никаким «новым лицам» из числа протестовавших попасть не удалось. Президентские выборы 1991 года выиграл Леонид Кравчук, его соперника, лидера Народного руха Украины, Вячеслава Черновола жители Украины не поддержали из-за его чересчур националистического имиджа – тогда национализм на Украине еще считался неприличным и опасным.

«Революция на граните» на Украине считается первым «майданом» – успешным примером ненасильственного протеста[13]. Впоследствии эта же технология – палатки с протестующими на главной площади страны – использовалась и во время «Украины без Кучмы» (2000–2001), и во время «оранжевой революции» (2004), и во время Майдана-2013/14. Впрочем, к 2014‑му году толкование «мирного» и «ненасильственного» характера такого рода акций расширилось до полного извращения самой идеи мирного протеста, другое дело, что в общественном сознании украинцев укрепился стереотип о том, что многодневные никем и ничем не контролируемые массовые акции на центральных площадях городов, а также «мирный» захват зданий – легитимный и действенный способ добиться от власти чего угодно, вне зависимости от желаний и волеизъявления большинства населения страны («оранжевая революция» 2004; Майдан-2013/2014).

Лидеры студенческого протеста вскоре вошли в правящие элиты уже независимой Украины: стали народными депутатами, известными журналистами, медиаменеджерами, политологами, чиновниками – Юрий Луценко, например, дважды был министром внутренних дел, а при президенте Петре Порошенко – генеральным прокурором. Так или иначе большая часть тогдашних студенческих лидеров активны в общественно-политической жизни Украины, почти всех их отличает националистическая и антироссийская риторика, именно их видение будущего Украины легло в основу мировоззрения лидеров националистов нового поколения вроде печально известных Дмитрия Яроша, Андрея Билецкого, Николая Коханивского, Владимира Вятровича и др., которые значительно радикализировали идеи предшественников, добавив к «национально-освободительным» идеям старших товарищей бандеровско-нацистской практики.

Поскольку к моменту распада СССР почти во всех союзных республиках произошли разного рода столкновения на этнической и/или националистической почве, «бескровный» характер украинских протестов времен перестройки воспринимался украинскими элитами как собственное достижение, а со временем это восприятие эволюционировало в теорию о естественной «европейскости» украинского народа, которая помогла Украине обрести независимость без серьезных противостояний, беспорядков и человеческих жертв. Однако эта «бесконфликтность» оказалась «бомбой замедленного действия» – страна с самого начала попала в ситуацию политической нестабильности, постоянных политических кризисов, разрешавшихся таким образом, что ни одна из сторон конфликта не оставалась удовлетворенной – многочисленные компромиссы, к которым приходили политики, чтобы сохранить личную власть, не решали проблем простых граждан, а еще больше запутывали ситуацию, как, например, на протяжении 30 лет украинской независимости происходило со статусом русского языка.

1.3. Перераспределение полномочий

Однако вернемся в начало 1990‑х. Помимо этнических и территориальных конфликтов в союзных республиках и между ними, менялась и Конституция СССР, его государственное устройство – 15 марта 1990 года на III внеочередном съезде народных депутатов СССР был введен пост Президента Союза Советских Социалистических республик. Его предсказуемо занял генеральный секретарь Политбюро ЦК КПСС Михаил Горбачев.

Затем эстафету президентства подхватили и союзных республиках. 12 июня 1991 года президентом Российской Советской Федеративной Социалистической республики стал Борис Ельцин, находившийся в тот момент в жесткой оппозиции к Горбачеву. Вообще в 1990–1991‑м годах пост президента появился почти во всех республиках СССР, исключением стала разве что Белорусская ССР, там главой государства оставался председатель Верховного совета республики. В большинстве союзных республик президентами стали бывшие первые секретари ЦК КПСС – например, Аскар Акаев в Киргизии, Нурсултан Назарбаев в Казахстане, Ислам Каримов в Таджикистане, Сапармурат Ниязов в Туркмении и т. д., или председатели Верховных советов, как Мирча Снегур в Молдавии. В то же время в Грузии президентские выборы выиграл один из лидеров оппозиции Звиад Гамсахурдиа, в Эстонии – борец за независимость страны Георг-Леннарт Мери, в Армении – националистически настроенный член комитета «Карабах» Левон Тер-Петросян и т. д.

Президентом тогда еще УССР был избран Леонид Кравчук – первый секретарь ЦК Компартии Украины – на выборы, впрочем, он отправился как беспартийный. На прямых президентских выборах, состоявшихся 1 декабря 1991 года, за Кравчука проголосовали более 60 процентов избирателей. Его главным соперником был лидер Народного руха Украины Вячеслав Черновол, однако его подвел имидж радикального националиста, который не понравился тогдашним украинским избирателям.

Одновременно с выборами президента на Украине состоялся референдум, на котором жителям УССР предлагалось ответить на вопрос: «Подтверждаете ли вы акт провозглашения независимости Украины?» («Да, подтверждаю»/ «Нет, не подтверждаю»). Об особенностях этого референдума пойдет речь в следующей главе, а пока вернемся к политическим событиям в СССР накануне его распада.

Получилось так, что введение поста президента СССР, а за ним и постов президентов союзных республик оказалось для республиканских элит серьезным инструментом в отстаивании суверенитета и сводило на нет идею усиления центральной власти. Тем не менее Михаил Горбачев изо всех сил пытался сохранить Советский Союз, пусть даже в какой-то новой форме, однако все его старания разбивались о реальность: республики все больше отдалялись друг от друга и забирали у центра полномочия. Для того чтобы предотвратить распад СССР, в марте 1991 года в СССР состоялся референдум о будущем страны. Вопрос, вынесенный на голосование: «Считаете ли вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной федерации равноправных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантироваться права и свободы человека любой национальности?» – был сформулирован по всем канонам манипуляции сознанием. А его результат – 76,4 % «за» – с легкостью можно было интерпретировать и в пользу сохранения СССР, и в пользу прекращения существования союзного государства, поскольку «суверенность» республик и «обновление федерации» очевидно не предполагали какого-либо централизованного управления. Формулировкой вопроса тогда были недовольны различные политические силы: по словам работавшего в команде Бориса Ельцина народного депутата СССР Сергея Станкевича, Ельцин был очень недоволен самим проведением референдума, он считал, что это помешает «российскому проекту преобразований и выступал против любых попыток сохранить директивный союзный центр»[14]. В результате переговоров был найден компромисс: в РСФСР в бюллетень для голосования добавили вопрос о введении поста президента России. А Украинская ССР внесла в бюллетень для голосования дополнительный вопрос: «Согласны ли вы с тем, что Украина должна быть в составе Союза Советских суверенных государств на основе Декларации о государственном суверенитете Украины?» – тем самым конкретизировав условия, на которых она готова войти в состав «обновленного Союза»[15]. Из этих дополнительных вопросов становится понятно, что и УССР, и РСФСР проголосовали тогда противоречиво: одновременно за сохранение СССР и за его децентрализацию. Сергей Станкевич считает, что «сам факт проведения референдума был актом роспуска Советского Союза. Если вы проводите референдум о необходимости обновленного Союза и ожидаете решения, это означает, что старого уже не будет»[16]. Из чего можно сделать вывод, что референдум носил декоративный характер, а выполнять его решения никто не собирался.

Предполагалось, что от распада СССР спасет новый Союзный договор, который должен был заменить договор о создании Советского Союза 1922 года. В новом договоре планировалось учесть результаты мартовского референдума, реальные отношения между республиками и центральными органами власти, провести в Союзе ряд реформ, а также принять новую конституцию союзного государства. Подписать новый Союзный договор планировали 11 республик, Латвия, Литвы и Эстония выступали за полную независимость и подписывать договор не собирались.

«Логика развития права наций на самоопределение в условиях ослабления общесоюзной власти создала юридическую возможность распада Союзного государства. – пишет доктор юридических наук Надежда Биюшкина в статье «Право наций на самоопределение как основное начало советского федерализма». – Объективно право наций на самоопределение позволяло сохранять стабильные федеративные отношения при условии четкой работы властно-партийной вертикали. В результате перехода республиканских партийных элит, объединенных с националистически настроенными силами, на позиции суверенизации, данное право было реализовано в качестве идеологического и правового обоснования ликвидации Советского Союза»[17].

Первый этап подписания Союзного договора был назначен на 20 августа 1991 года, но из-за попытки государственного переворота 19–21 августа 1991 года, было отложено на неопределенный срок. В декабре 1991 года руководители Российской Федерации, Украины и Белоруссии подписали Беловежские соглашения, фактически отменившие существование СССР. А в конце декабря первый и единственный президент СССР Михаил Горбачев ушел в отставку.

Глава 2. Архитекторы независимости

Генезис украинской независимости долгие годы является предметом спекуляций различных политических сил страны: украинцы так до сих пор и не могут разобраться в том, что именно привело к его созданию: заговор элит союзного уровня или национально-освободительная борьба, продолжавшаяся, по разным, опять же мифологизиpованным версиям, не то с середины ХIХ-го, не то с середины ХХ вв. Отсутствие этого понимания или, по крайней мере, общественного согласия по этому поводу является одним из факторов, сильно, и по большей части, негативно влияющих как на понимание гражданами Украины свои идентичностей, так и не отношение к разным политическим силам и их представителям, а также на электоральное поведение.

До сих пор в своем выборе граждане Украины руководствуются не программами партий и блоков, а ориентируются на личностные и биографические характеристики лидеров политических сил. Например, давно известен такой факт, что партии и блоки, в названии которых есть имя лидера, пользуются на Украине большей популярностью, чем те, чьи названия содержат идеологические характеристики. «После краха СССР в 1991 году на постсоветских территориях, в частности и на Украине, партии фактически были «карманными» для известного политика, кланово-олигархической группы на период избирательной кампании. Широко манипулируя программными обещаниями и популистскими лозунгами (с использованием мощного медийного ресурса), они менялись как в калейдоскопе, умножая формат партийно-политической системы, – пишет Владимир Газин в статье «Насколько большой запрос на партии в Украине?» – «Появилась новая разновидность партий – именные БЮТ, БПП, Радикальная партия Олега Ляшко (…). На Украине большинство партий не появлялись снизу в роли адвокатов специфических интересов той или иной социальной группы населения, а создавались буквально на голом месте сверху политиками для реализации их личных идей и планов. И поэтому программа партии оставалась данью привычке, а реализация целей и стремлений лидера, на средства которого она создана, напоминает до сих пор не преодоленный стиль принятия решений Политбюро ЦК КПСС»[18].

2.1. Партийцы и хозяйственники

После выборов 1990 года в парламенте (тогда еще Верховном совете СССР) оказались очень разнонаправленные силы – от традиционных представителей советской партийно-хозяйственной номенклатуры до обретших популярность в обществе борцов за украинскую независимость, то личностные факторы – популярность у жителей страны, авторитет, видение будущего и прошлого страны, отношение к проблемам языка и независимости – оказались крайне важными для строительства нового государства и его дальнейшего развития.

Так какие же люди, с какими идеями и возможностями заложили фундамент современной Украины, и с какими последствиями их решений и способностей к достижению компромиссов между собой Украина не может справиться до сих пор?

2.1.1 Леонид Кравчук: «политический флюгер»

Несмотря на статус первого президента Украины, назвать Леонида Кравчука ее создателем нельзя. Конечно, именно он вместе с президентом России Борисом Ельциным и главой Верховного совета Белоруссии Станиславом Шушкевичем подписал Беловежские соглашения, в результате которых СССР прекратил свое существование, а Украинская ССР стала независимым государством Украина, однако никакого видения будущего страны у ее первого президента не было. Да и независимость, как признавался сам Кравчук в многочисленных интервью, стала для него неожиданностью.

Даже избрание президентом Украины (на тот момент – еще УССР) 5 декабря 1991 года, буквально за три дня до подписания Беловежских соглашений, профессиональный партийный функционер Леонид Кравчук воспринимал всего лишь как очередную ступеньку в номенклатурной карьере. Он неоднократно признавался в том, что совершенно не представлял последствий этого ни для себя, ни для страны. Более того, развитием украинского государства Кравчук был разочарован. «Я никогда не ратовал за сохранение СССР, потому что эта страна была обречена. Но хорошего, что было тогда, отрицать не стану. Я сформировался в той системе и предположить тогда не мог, что американцы в нашем доме будут править бал, а государственные должности будут продаваться и покупаться», – признавался он в 2007 году в интервью белорусскому изданию SB.by[19].

После распада СССР привыкший к распоряжениям из союзного центра бывший секретарь ЦК КПУ, член ЦК КПСС Леониду Кравчуку оказался в ситуации, когда ему самому нужно было принимать решения – удерживать страну от погружения в экономическую пропасть, не допустить социального взрыва, выстраивать новую структуру власти, договариваться с политическими оппонентами и т. д. И нельзя сказать, что Кравчук успешно справлялся с этими задачами: в частности, президентские выборы 1994 года он проиграл своему же бывшему премьер-министру Леониду Кучме, назначение которого на этот пост позднее назовет своей «главной ошибкой».

Экономика Украины при Кравчуке переживала колоссальные потрясения, миллионы жителей страны оказались за чертой бедности. Чтобы выжить они старались в огромных количествах покупать относительно дешевые продукты в огромных количествах, пока те снова не подорожали. Для доставки покупок с рынков домой использовались сумки на колесиках, которые граждане Украины стали называть «кравчучками» – так народ оценил экономические достижения первого президента.

Парадоксальность судьбы Леонида Кравчука заключалась в том, что он как будто сделал две принципиально разных политических карьеры – одну в СССР, где он достиг высших партийных должностей, другую – после получения Украиной независимости. Пламенный коммунист Кравчук, удостоенный ордена Октябрьской революции и двух – Трудового Красного Знамени, после распада СССР все больше и больше проникался националистическими идеями. В какой-то момент он даже начал рассказывать журналистам о том, как в детстве относил еду бандеровским «партизанам» и выполнял некоторые их задания. А несколькими годами ранее рассказывал, что после того, как в 1940 году его отец, батрак Макар Кравчук, получил должность в местной администрации, националисты решили ему отомстить. Бандеровцы вывезли всю семью, включая шестилетнего Леню на окраину села и собрались их расстрелять, однако на дороге внезапно показался грузовик с солдатами Красной армии, и бандиты разбежались.

Насколько эти истории были правдой, а насколько – конъюнктурным вымыслом, сказать трудно. Детство и юность Леонида Кравчука прошли в селе Великий Житин Ровенской области Украины. Родился он 10 января 1934 года: до 1939 года территория, где родился первый украинский президент была в составе Польши. И, скорее всего, в детстве он действительно мог, если не соприкасаться с «бандеровцами» напрямую, то наверняка слышал множество рассказов об их зверствах и хорошо представлял себе ужас, в котором «воины УПА»[20] держали местное население. Однако колоссальный опыт агитатора и пропагандиста позволял Кравчуку рассказывать журналистам все что угодно, учитывая текущую политическую ситуацию и идеологические потребности украинской власти. В частности, в 1980‑е, будучи заведующим сектором пропаганды ЦК Компартии УССР, он вел жесткую дискуссию со сторонниками независимости на страницах украинских газет.

Впрочем, став президентом, Кравчук перенимает многие идеологические установки своих оппонентов. Если поначалу он говорил о тесном сотрудничестве с Россией, то чем дальше, тем больше заявлял о необходимости Украины стремиться в европейские и евроатлантические структуры. Именно в годы его правления, в феврале 1994 года, Украина заключила договор с НАТО в рамках программы «Партнерство ради мира», целью которой являлось присоединение к альянсу стран Центральной и Восточной Европы, в том числе Украины. Кроме того, в июне 1994‑го было подписано Соглашение о партнерстве и сотрудничестве с Европейским союзом, положившее начало курсу страны на евроинтеграцию.

Под влиянием западных партнеров Кравчук отказался от ядерного оружия – впоследствии радикальные политики часто обвиняли первого президента в том, что своим решением о выводе с территории Украины ядерного оружия Кравчук ослабил позиции страны в мире. Однако первый президент Украины считал свое решение единственно верным. «Ядерное оружие, которое находилось на территории Украины, было чужим ядерным оружием: кнопка – в России, воссоздание ядерных боеголовок – в России, – неоднократно объяснял он журналистам. – Мы ничего не могли сделать с этим ядерным оружием». По его мнению, Украине не хватило бы технических и финансовых возможностей поддерживать ядерный статус. Политических претензий по поводу отказа от ядерного оружия Леонид Кравчук не принимал. «Это говорят люди, которые не понимают ситуации, им вбили в голову с помощью некоторых политиков, что если бы мы имели ядерное оружие, то были бы «большими». Мы были бы беднее, еще беднее», – уверял он.

Если в вопросе ядерного оружия Кравчук был готов беспрекословно подчиниться американским и российским партнерам, то в вопросе принадлежности Крыма он был непреклонен. Несмотря на попытки первого президента России Бориса Ельцина передачи Крыма Российской Федерации или хотя бы особого статуса для полуострова, Кравчук жестко отстаивал принадлежность Крыма Украине.

Во внутренней политике Леонид Кравчук также быстро перенял национал-демократическую, как это называлось на Украине начала 1990‑х, повестку. Отчасти его выбор объяснялся тем, что его основными оппонентами в Верховной раде были левые силы – Социалистическая партия Александра Мороза и члены запрещенной в тот период Компартии Украины, сохранившие депутатские мандаты, и для сохранения власти Кравчуку приходилось соглашаться на многие условия националистов. Особенно в гуманитарных вопросах – языковой и образовательной политике, а также поддержке главы неканонической Украинской православной церкви Киевского патриархата, Филарета.

Но, главным образом, выбор национал-демократической идеологии был обусловлен тем, что в независимой, моноязычной и монокультурной Украине Леонид Кравчук увидел новые возможности для себя. Его этническая принадлежность (украинец) и место рождения (Западная Украина) позволили ему без проблем стать своим в кругу национал-демократов, а связи, остававшиеся со времен партийной работы превратили его в одного из наиболее влиятельных украинских политических деятелей. Даже проиграв президентские выборы, Кравчук оставался «моральным авторитетом», претендующим на место «над схваткой» украинских политиков. Много раз он становился народным депутатом, был частым гостем ток-шоу, членом многочисленных комиссий и комитетов по любым вопросам.

В 2020 году, в возрасте 86 лет, Леонид Кравчук был назначен главой украинской делегации на переговорах Трехсторонней контактной группы по донбасскому урегулированию. Примечательно, что на этой должности он сменил второго президента Украины Леонида Кучму.

Репутация первого президента Украины была неоднозначной: часть населения ненавидела его за выход Украины из СССР, отказ от социалистической модели хозяйствования, старт жесткой украинизации всех сфер жизни. При этом его несомненными заслугами считались «бескровный» выход Украины из СССР, а также мирный транзит власти в 1994 году.

Украинские журналисты любили называть Кравчука «хитрым лисом» и «политическим флюгером». Он действительно часто менял свои мнения и оценки. Например, в 2007 году говорил белорусскому журналисту: «Я не сомневаюсь в том, что Запад проводит здесь геополитические эксперименты. А потому, что бы тут ни происходило, они будут это называть образцово-демократическим. За влияние на нашей территории по-прежнему идет ожесточенная борьба. США и Европа спят и видят Украину своим полигоном у границ России. Поэтому объективности в их оценках нет и быть не может. Они вмешиваются в ход наших выборов (то есть нарушают Конституцию) и поддерживают не тех, кто будет служить Украине, а тех, кто будет воплощать здесь их формулы»[21]. А в 2021 году обвинял Россию в эскалации конфликта на Донбассе и считал, что единственным выходом для Украины является как можно более быстрое вступление в НАТО, ради которого она должна выполнить любые условия.

Сделавший в СССР блестящую партийную карьеру в 2016 году Кравчук внезапно заявил, что всегда ощущал великоросский шовинизм советского руководства во время командировок в Москву, однако в те времена не мог заявить об этом открыто. «Старший брат всегда стремился задушить Украину своими объятиями», – жаловался он киевскому журналисту Дмитрию Гордону[22].

Умер Леонид Кравчук в Мюнхене 10 мая 2022 года, всего на неделю пережив своего коллегу по подписанию Беловежских соглашений Святослава Шушкевича.

2.1.2. Иван Плющ: политик из народа

Вклад Ивана Плюща, первого председателя Верховной рады, в строительство независимого украинского государства имеет две ипостаси: формальную – именно под его руководством парламент принял Акт о независимости Украины и ратифицировал Беловежские соглашения, а также утвердил пост президента Украины и его полномочия, принял ряд важнейших, хоть и не всегда удачных, социальных и экономических решений; и неформальную – многие годы он олицетворял собой анекдотический образ украинского парламентария: простоватого, не шибко грамотного, говорящего на «суржике» (смеси украинского и русского языков), но обладающего чувством юмора, врожденным пониманием справедливости, хитрого и всегда добивающегося поставленной цели. Этакого «мужика из народа», оказавшегося на вершинах власти, но не забывшего своих корней. И эта ипостась Плюща была для украинского народа важнее, чем его управленческие достижения, а, возможно, как раз-таки и была его реальным управленческим достижением, ведь она помогала жителям страны, внезапно оказавшимся в ситуации выживания, справляться с ненавистью к государственной власти.

Народ любит смеяться над политиками, обсуждать их комическое поведение и нелепые высказывания, это, с одной стороны, помогает переживать тяготы жизни, вызванные их жесткими и/или неправильными и некомфортными решениями, с другой – делает политиков более близкими, «своими». В наши дни такое сближение зачастую достигается с помощью политтехнологий: комические ситуации репетируются заранее, афоризмы, характерные особенности речи и даже оговорки и ошибки придумываются, однако в начале 1990‑х на украинском политическом Олимпе вряд ли кто-то относился к таким манипуляциям сознанием всерьез. Времена политтехнологов и пиарщиков на Украине еще не наступили. Конечно, в позднем СССР был пример генсека Михаила Горбачева – политика, чья манера речи была тщательно срежиссирована и демонстрировала «перестройку» отношений власти с обществом, но все-таки трудно представить себе, что в 1991 году кто-то занимался созданием образа председателя Верховной рады Украины, так что, скорее всего, Иван Плющ обладал естественными артистичностью и харизмой, приближавшими его к жителям Украины настолько, что они удостоили Ивана Степановича Плюща ласковым прозвищем «Иван Стаканович».

Его выражения и каламбуры разошлись на анекдоты и цитаты, некоторые из которых – например, знаменитое «впихнуть невпихуемое» – пересекли границы Украины. А сама манера вести заседания придавала становлению украинского парламентаризма карнавальный характер – возможно, впоследствии это сыграло для Украины и ее жителей не лучшую роль: все-таки к принимаемым в парламенте решениям и мнениям депутатов стоило относиться серьезнее, но в то время, повторюсь, эта несерьезность примиряла жителей страны с трудностями, возникшими в ходе трансформации экономики и общества, и вообще давала надежду на временность происходящего на Украине.

Иван Плющ своеобразно владел украинским, в частности, вместо буквы «ф» он произносил «хв», что давало повод посмеяться и русскоязычным украинцам, и любителям чистоты «мовы». «Вимкніть мікрохвона – хай електрічєство отдохне!»[23], «Депутат! Депутат! Не помню хвамілії – той, шо у піджаку! Відійдіть від мікрохвона і займіть своє місто»[24], «Включіть мікрохвона у задньому проході!»[25] – командовал он на заседаниях парламента.

В беседах с журналистами Плющ тоже не терялся. «Я за життя стільки сала з’їв, що соромно свиням в очі дивитися»[26], демонстрировал изрядные познания в истории и способность к тонкому геополитическому анализу: «Колись Ленін писав, що ми досягнемо такої продуктивності праці, що відхожі місця з дорогоцінного металу будемо робити. Ось якби хтось підняв Ілліча років 20 тому і показав наші відхожі місця… Думаєте, чому нас весь світ так боявся? Тому що іноземцям ставало страшно, коли вони у наші громадські туалети заходили» («Когда-то Ленин говорил, что мы достигнем такой производительности труда, что отхожие места будем строить из драгоценных металлов. Вот если бы кто-то поднял Ильича лет 20 назад и показал ему наши отхожие места… Думаете, почему весь мир нас так боялся? Потому что иностранцам становилось страшно, когда они заходили в наши общественные туалеты»). Помимо обращения Плюща к ставшей в ХХI веке мейнстримом украинской пропаганды «сортирно-унитазной» тематике, в этом его высказывании интересно и то, что государственный деятель независимой Украины, говорит о Советском Союзе «нас», отождествляя себя с СССР. Впрочем, ничего удивительного в этом нет, ведь жизнь Ивана Плюща до распада СССР вполне стандартна для советского выдвиженца тех времен.

Он родился 11 сентября 1941 года в поселке Борзна Черниговской области, окончил сельхозтехникум, а затем Украинскую сельхозакадемию по специальности агроном-экономист, в 1962 году вступил в КПСС, что позволило ему занимать различные руководящие должности, а после окончания в 1979‑м Академии общественных наук при ЦК КПСС перешел на партийную работу. В 1990‑м стал депутатом Верховного совета УССР.

В декабре 1991 года сменил ставшего президентом Леонида Кравчука на посту председателя Верховного совета, а после получения независимости – главой Верховной рады. В 1994 году баллотировался на пост президента, но занял последнее место. В 2000‑м году снова стал спикером парламента. В 2001 удостоен звания Герой Украины.

Все годы своей жизни Иван Плющ был невероятно авторитетен в украинской политической среде. У него были хорошие доверительные отношения с представителями всего политического спектра – от националистов до коммунистов. И хотя после уходя с поста главы Верховной рады в 2002 году, высокие должности (в частности, главы Совбеза при Викторе Ющенко) он занимал, скорее, формально, но в кризисных ситуациях всегда участвовал в переговорах как человек, вызывающий доверие у оппонентов.

Иван Плющ умер 25 июня 2014 года после тяжелой болезни.

2.1.3. Ефим Звягильский: серый кардинал «донецкого клана»

В ноябре 2021 года в Киеве от осложнений COVID-19 умер один из политических «тяжеловесов» Украины 88‑летний Ефим Звягильский – человек, который привел в высшие органы власти страны так называемый «донецкий клан»[27]. Звягильский родился в Донецке (тогда – Сталино) в 1933 году, и вся его жизнь была связана с Донбассом, где он был одним из самых влиятельных людей. Настолько известным и уважаемым, что еще при еще жизни его имя получила одна из улиц Киевского района Донецка. И действительно, Ефим Звягильский – легендарный директор шахты имени Засядько, депутат всех созывов Верховной рады, один из основателей Партии регионов. В начале 1990‑х Звягильский стал мэром Донецка, однако уже через несколько месяцев был назначен первым вице-премьером в правительстве Леонида Кучмы, а после ухода Кучмы в отставку – исполняющим обязанности премьер-министра.

В УССР карьера Ефима Звягильского развивалась по традиционному сценарию партийно-хозяйственных карьер тех лет. Выходец из небогатой еврейской семьи, в 1956 году он окончил Донецкий индустриальный институт и начал работать в угольной отрасли. Впрочем, сначала на шахту его трудоустраивать не хотели. «Единственный еврей просится на шахту работать, а вы не позволяете», – так в одном из интервью рассказывал он о начале своей трудовой деятельности. После вступления в КПСС дела у Звягильского пошли лучше, и он прошел путь от помощника начальника участка одной из шахт предприятия «Куйбышевуголь» до директора шахты имени Засядько – самой большой в СССР, но, как вспоминал сам Звягильский, убыточной. После того как в 1979 году ее возглавил Звягильский, шахта превратилась, как тогда говорили, в «образцово-показательную». Одной из причин этого считаются тесные дружеские связи Звягильского с первым секретарем Донецкого обкома Компартии Владимиром Дегтяревым. В 1986 году Ефим Звягильский был удостоен звания Героя Социалистического труда.

Перестройка, объявленная Михаилом Горбачевым, открыла перед директорами советских предприятий новые возможности: самостоятельность, хозрасчет и т. д. Угольные предприятия во всем СССР не были исключением. 11 июля 1989 году на шахтах Кузбасса началась всеобщая забастовка, 19 июля к ней присоединились и шахтеры Донбасса. Тогда шахтеры всего СССР выдвигали сходные требования: увеличение заработной платы, улучшение условий и охраны труда, социальные гарантии, улучшение снабжения угольных регионов продовольственными и промышленными товарами (из-за тотального дефицита конца 1980‑х традиционно хорошо снабжавшиеся шахтерские регионы стали испытывать недостаток даже в продуктах и товарах первой необходимости). Также они требовали экономической и юридической самостоятельности для шахт.

Забастовка шахтеров Донбасса, в которой участвовали более 222 тыс. человек, привела к тому, что уже 3 августа 1989 года Верховный совет УССР принял закон «Об экономической самостоятельности Украинской ССР» – депутаты считали, что экономические и социальные проблемы, такие как развал управления производством, упадок некоторых отраслей народного хозяйства и т. п., вызваны именно экономическими, производственными и логистическими связями внутри СССР, и, если децентрализовать экономику, то внутри одной союзной республики наступит благополучие. Уже вскоре стало ясно, до какой степени они были не правы.

Несмотря на то что 7 августа 1989 признало на совещании в ЦК Компартии Украины ее первый секретарь Владимир Щербицкий признал обоснованность требований шахтеров, пообещал наказать виновных и по мере возможности выполнить требования шахтеров, уже 27 августа, в День шахтера, работники угольной отрасли потребовали его отставки. И через месяц – 28 сентября 1989 года – Михаил Горбачев снял Щербицкого с должности, назначив на его должность Владимира Ивашко. Спустя пять месяцев после отставки возглавлявший УССР с 1989‑го по 1972 год, выходец из Днепропетровска Владимир Щербицкий умер.

Закон «Об экономической самостоятельности УССР» открыл дорогу и к экономической и юридической самостоятельности шахт. Впоследствии многие журналисты писали, что шахтерские забастовки конца 1980‑х-начала 1990‑х не были стихийным проявлением недовольства трудящихся, а инспирировались и стимулировались руководителями шахт, которым как раз и нужна была самостоятельность. Благодаря забастовке они получили право продавать уголь и самостоятельно распоряжаться прибылью.

Шахтерские забастовки разной степени интенсивности и политизированности продолжались и в 1990–1991‑м годах. Примечательно, что тогда стачечные комитеты пытались сотрудничать с Народным Рухом Украины, но даже нелюбовь к правящей КПСС и желание суверенитета не смогло объединить шахтеров Донбасса с национал-демократами с Западной Украины. Слишком разными были у них ценности и видение будущего.

После выхода из СССР Украина оказалась в тяжелейшем экономическом кризисе. Президент Леонид Кравчук и главы правительства Витольд Фокин и сменивший его Леонид Кучма были не в состоянии справиться с вызовами, перед которыми внезапно оказалась страна. И в июле 1993 года уставшие от нестабильности, хронических невыплат и так не соответствующих галопирующей инфляции зарплат донецкие шахтеры снова принялись бастовать.

Началась забастовка с шахты имени Засядько, тесно связанной с мэром Донецка Ефимом Звягильским. Формальным поводом для протеста был резкий рост цен, но бастующие выдвигали и политические требования – распустить Раду и предоставить Донбассу автономию по образцу крымской. Очень быстро к работникам шахты имени Засядько присоединились и сотрудники других угольных предприятий.

Звягильский в тот момент занимал пост мэра Донецка, это позволило ему стать посредником в переговорах между бастующими и правительством. За это Леонид Кравчук назначил его первым вице-премьером, а после отставки Леонида Кучмы и исполняющим обязанности премьер-министра Украины. Впоследствии журналисты и политические оппоненты часто обвиняли Звягильского в том, что он спровоцировал шахтерские протесты в регионе, для того чтобы выступить в роли миротворца и войти в высшую лигу украинской власти. Звягильский категорически отрицал эти обвинения. Тем не менее он стал первым в независимой Украине выходцем из Донецка, занявшим, пусть и с приставкой «и.о.» один из высших государственных постов.

Став и. о. премьер-министра он не забыл родной край и угольную отрасль: при нем многие угольные предприятия Донбасса получили льготы, освобождение от налогов, субсидии и т. д. Звягильскому также приписывают фразу: «Донбасс никому не поставить на колени!», которую он произнес с трибуны Верховной рады в разгар кризиса 1993 года.

Президентские выборы в 1994 году выиграл Леонид Кучма, и Ефим Звягильский попал в опалу: против него были выдвинуты обвинения в превышении должностных полномочий и разворовывании государственных средств в размере почти $ 20 млн. Однако еще до того, как Верховная рада сняла с него депутатскую неприкосновенность (он был избран депутатом на парламентских выборах в марте 1994‑го), Звягильский успел уехать в Израиль, где провел больше двух лет, не участвуя в заседаниях парламента, но продолжая лоббировать интересы своих бизнес-партнеров и руководить шахтой имени Засядько, где по-прежнему оставался главой правления: за десятилетия руководства Звягильского шахта имени Засядько стала своеобразным «государством в государстве» – в ее состав входила агрофирма с собственными теплицами, пастбищами, птицефермами; сеть фирменных магазинов продавала колбасы, яйца, молочную продукцию, хлеб и овощи собственного производства; у шахты имелись свои детсады и профилактории. Вместе с тем именно на этой шахте произошли все самые страшные аварии с человеческими жертвами за годы украинской независимости.

Пока Звягильский отсиживался в Израиле, на Украине и в Швейцарии шло расследование деятельности связанных с ним Диамант-банка, госкомпании «Украгротехсервис» и швейцарской «Глинкор». Однако ни генпрокуратура Украины, ни парламентская комиссия под руководством националиста Степана Хмары не смогла обнаружить доказательств преступлений Звягильского. Точно так же никто не смог подтвердить и слухов о том, что Звягильский вывез в Израиль $300 млн наличными.

В 1997 году между «днепропетровскими»[28] и «донецкими» была достигнута договоренность о снятии с Ефима Звягильского обвинений. После возвращения Звягильский больше не занимал значимых государственных должностей, оставаясь рядовым парламентарием, однако продолжал руководить шахтой имени Засядько и еще рядом компаний. В 2003 году был удостоен звания Героя Украины.

В 2015 году украинский Forbs поставил его на 80‑е место в рейтинге 200 самых богатых людей страны ($173 млн). Независимость Донецкой и Луганской народных республик Звягильский не принял: он уехал в Киев, а его предприятия, в частности, шахта имени Засядько и все аффилированные с ней структуры были национализированы.

Почти до конца своей жизни Звягильский оставался депутатом Верховной рады, хотя из-за болезни и возраста почти не появлялся на заседаниях, хотя и последовательно выступал против декоммунизации и сноса памятников. В выборах 2019 года он уже не участвовал.

2.1.4. Александр Мороз: амбициозный евросоциалист

Одной из самых ярких и противоречивых фигур украинской политики переходного периода является создатель Социалистической партии Александр Мороз. Его вклад в строительство государства Украина трудно переоценить, и в то же время Мороз всегда отличался, если не экстравагантностью, то, по крайней мере, непредсказуемостью поступков и политических решений, некоторые из которых всерьез изменили ход украинской истории и в конечном счете стоили ему поддержки избирателей и краха Соцпартии в целом. В его партии начинали свою карьеру такие разные политические деятели, как «полевой командир» всех майданов, глава МВД в годы правления Виктора Ющенко и генпрокурор при Петре Порошенко – Юрий Луценко, и глава Прогрессивной социалистической партии Украины, последовательная сторонница сближения с Россией и борец за права русскоязычного населения Наталья Витренко. В разные годы члены Соцпартии занимали высокие должности в Кабинете министров Украины. Ну а сам Александр Мороз трижды баллотировался на пост президента (в 1994‑м, 1999‑м и 2004‑м) и трижды занимал на них третье место. И каждый раз ему удавалось выгодно обменять свои голоса на удовлетворение политических интересов Соцпартии. Он не принадлежал ни к одному из украинских кланов, поэтому сохранял свободу маневра и мог отстаивать партийные и политические интересы в ущерб кулуарным договоренностям.

Родился Александр Мороз в 1944 году в селе Буда Таращанского района Киевской области. Окончил Украинскую сельхозакадемию и работал по специальности. Затем поступил в Высшую партийную школу, по окончании которой в 1983 году он получил диплом политолога и перешел на партийно-профсоюзную работу. В частности, был секретарем обкома профсоюзов Киевской области, а затем – заведующим сельхозотделом Киевского обкома КПУ. На этой должности его и застала перестройка. В 1990‑м Мороз становится депутатом Верховного совета УССР.

В Верховном совете Мороз создает так называемую «Группу 239» (ее официальное название «За Советскую суверенную Украину») – депутатское большинство, ориентированное на реформы в Компартии, но противостоящее первому секретарю ЦК КПУ Леониду Кравчуку. «Группа 239» представляла те силы украинского общества, которые не особенно радовались грядущим переменам, и в первую очередь, это были, разумеется, сельские жители – горожане более положительно оценивали происходящие в стране реформы. При этом руководители КПУ высшего звена не относились всерьез к рядовому депутату Морозу, внезапно решившему создать «фракцию». Они вообще не знали, чем чревато для них существование в парламенте разных фракций и политических партий, при всем их управленческом и идеологическом опыте, практики работы с разными мнениями внутри партии у них не было. Ну а представители «национально-демократических» сил считали Мороза, как сказали бы в наше время, политтехнологическим проектом правящего ЦК КПУ. Это мнение было ошибочным: именно голоса «Группы 239» в совокупности с голосами националистически ориентированных депутатов сыграли ключевую роль в принятии Акта о независимости Украины. К тому же, 30 августа 1991 года Компартию в УССР запретили.

К этому моменту Александр Мороз был уже самостоятельным сложившимся политиком с широким кругом контактов. Он первым выступил с инициативой восстановления КПУ, однако решил не просто восстановить ее, но еще и реформировать. Впрочем, из-за разногласий среди коммунистов, в том числе и личного характера, Морозу не удалось восстановить КПУ, зато он создал Социалистическую партию Украины (СПУ). Новая партия заметно отличалась от других левых общественных объединений, возникших на постсоветском пространстве после запрета КПСС. Она не выступала в поддержку восстановления СССР и права русского языка, в то же время она и не стремилась к интеграции с западными структурами, а основной своей задачей на протяжении многих лет считала борьбу с продажей земель сельхозназначения.

В 1993 году была восстановлена Коммунистическая партия Украины, которую возглавил Петр Симоненко, и в нее сразу же перешли очень многие члены СПУ, несогласные с политикой, проводимой в парламенте Александром Морозом. В 1996‑м из СПУ вышла Наталья Витренко, которая создала Прогрессивную социалистическую партию Украины. Витренко не устраивало отсутствие в программе СПУ пунктов о сближении с Россией и правах русскоязычного населения.

В 1994 году Мороз занял третье место на выборах президента, во втором туре значительная часть его избирателей проголосовала за Леонида Кучму, и, несмотря на то, что его фракция в Верховной раде не была самой многочисленной (всего 27 человек), лидер СПУ стал главой парламента. Это избрание было компромиссом, устраивающим и парламентских левых – «все-таки социалист»; и разнообразных «национал-демократов» – украиноязычный и не стремится к возрождению СССР. Администрацию Леонида Кучмы имеющий опыт номенклатурной дисциплины Мороз тоже устраивал.

Наибольшим достижением Александра Мороза как главы парламента стало принятие Конституции 1996 года, но компромисс, на который он пошел с Леонидом Кучмой ради сохранения парламента, когда Кучма угрожал его распустить, и внесения в новую Конституцию социальных статей, оказался странным: его ценой этого было формирование президентской республики и отказ от статуса русского языка как второго государственного.

В 1999‑м Александр Мороз снова принимает участие в президентских выборах. Вместе с другими недовольными действующим президентом Кучмой кандидатами – первым руководителем СБУ и экс-премьером Евгением Марчуком, главой Верховной рады Александром Ткаченко и депутатом Владимиром Олейником – он создает предвыборный блок, который СМИ называли «Каневская четверка», поскольку переговоры о совместной деятельности происходили в городе Канев Черкасской области. Предполагалось, что с учетом рейтингов, «четверка» выставит единого кандидата. Однако несмотря на то, что рейтинги Мороза были самыми высокими, кандидатам так и не удалось договориться и на выборы они пошли по отдельности. Ну а Александр Ткаченко перед самым голосованием снял свою кандидатуру в пользу лидера КПУ Петра Симоненко. Президентом тогда во второй раз избрали Леонида Кучму, а Александр Мороз снова оказался третьим.

28 ноября 2000 года Александр Мороз совершил поступок, приведший к мощному политическому кризису и во многом изменивший всю историю новейшей Украины: прямо на заседании Верховной рады он включил магнитофон и обнародовал так называемые «пленки Мельниченко» – записи, якобы сделанные в кабинете президента Леонида Кучмы майором государственной службы охраны Николаем Мельниченко. Из этих записей следовало, что президент Кучма лично причастен не только к похищению и убийству журналиста Георгия Гонгадзе, чье обезглавленное тело было найдено в Тараще за несколько недель до обнародования пленок, но и к продаже оружия в страны, находящиеся под санкциями, коррупционным действиям и пр. Выступление Мороза с «пленками Мельниченко» имело эффект разорвавшейся бомбы: общество было возмущено, иностранные партнеры тоже. Посольство США, кстати, немедленно подтвердило подлинность пленок.

14 декабря 2000‑го на майдане Незалежности протестующие поставили палатки – стартовала акция «Украина без Кучмы», во главе которой были и народные депутаты от СПУ; судья Киевского апелляционного суда Юрий Василенко возбудил против президента Кучмы уголовное дело по обвинению в убийстве Георгия Гонгадзе. Многотысячные митинги и демонстрации «Украины без Кучмы» продолжались три месяца, но 9 марта 2001 года в парке Шевченко в Киеве протестующие вступили в силовое противостояние с правоохранительными органами, были разогнаны, многие задержаны и получили впоследствии тюремные сроки за участие в массовых беспорядках. Палатки с майдана Незалежности власти убрали, по официальной версии, чтобы очистить площадь под стройплощадку будущего подземного торгового центра.

«Кассетный скандал» и последовавшая за ним «Украина без Кучмы» сильно изменила планы Леонида Кучмы по сближению с Российской Федерацией и внутренней политике Украины. И хотя в пропрезидентских СМИ «пленки Мельниченко» называли провокацией западных спецслужб (вполне возможно, что именно так и обстояло дело), провокация эта явно удалась. Весь остававшийся после «кассетного скандала» президентский срок Кучма вынужден был действовать с оглядкой на «западных партнеров»: отправить украинский контингент в Ирак; пустить в страну западные фонды и образовательные программы; объявить политику «многовекторности»; не пойти на третий срок – власти и авторитета, чтобы добиться соответствующих изменений в Конституции ему бы хватило, да и большинство украинцев были бы не против. Александру Морозу обнародование «пленок Мельниченко» никаких видимых дивидендов не принесло.

В 2004 году лидер Соцпартии снова принял участие в президентских выборах и снова оказался третьим. Во второй тур вышли объявленный президентом Кучмой «преемником» Виктор Янукович и националистический или, как писали в украинских СМИ, «проукраинский» кандидат Виктор Ющенко. Перед вторым туром выборов Мороз призвал своих избирателей голосовать за Ющенко, однако, как выяснилось уже после его победы, сделал это не просто так, а в обмен на голосование фракции Ющенко в Верховной раде («Наша Украина») за политическую реформу – изменения в Конституции, превращавшие Украину из президентской республики в парламентско-президентскую и значительно сокращавшую полномочия президента в пользу премьер-министра, которого должна была избирать парламентская коалиция. Александр Мороз и его партия активно поддерживали Ющенко во время «оранжевой революции»: выступали со сцены, становились полевыми командирами и комендантами палаточного лагеря на майдане Незалежности, более того, СПУ предоставляет свою партийную инфраструктуру для отправки членов местных ячеек партии на Майдан и участия их в акциях не только в Киеве, но и в других городах Украины.

Став президентом, Виктор Ющенко не стал отказываться от предвыборных договоренностей с Александром Морозом, однако вступить в силу политреформа должна была только после парламентских выборов 2006 года. Разумеется, договариваясь с Морозом, Ющенко рассчитывал на то, что его избирательный блок «Наша Украина» получит на выборах большинство голосов и без проблем создаст коалицию (не меньше 226 депутатов) вместе с Блоком Юлии Тимошенко (БЮТ) и Соцпартией. Однако за год правления третьего президента и его «оранжевой» команды граждане Украины настолько разочаровались в своем выборе, что «Наша Украина» заняла лишь третье место (81 депутат), уступив не только Блоку Юлии Тимошенко (129 депутатов), но и оппозиционной Партии регионов, которая выиграла выборы с результатом 186 мандатов. У СПУ и коммунистов оказалось по 33 и 21 мандату соответственно.

Впрочем, при таком раскладе самостоятельно коалицию не могла ни одна из фракций Рады V созыва. Пропрезидентская «Наша Украина» начала переговоры с БЮТ и Соцпартией. За участие в коалиции БЮТ требовал должность премьер-министра для Юлии Тимошенко, а Александр Мороз потребовал для себя пост спикера. Если с назначением Тимошенко премьером проблем у «Нашей Украины» не возникало, то кресло главы Верховной рады Ющенко уже обещал Петру Порошенко и не собирался отказываться от этого обещания в пользу лидера социалистов.

В конце июня, после трехмесячных переговоров, Александр Мороз все-таки подписывает документ о создании «Демократической коалиции», однако 6 июля в ходе голосования парламента за кандидатуру спикера неожиданно выставляет на этот пост свою кандидатуру и, благодаря поддержке Партии регионов, выигрывает у Петра Порошенко. На следующий день, 7 июля, Партия регионов, СПУ и Компартия подписывают соглашение о создании «Антикризисной коалиции», Мороз становится главой Верховной рады, а в кресло премьер-министра возвращается «регионал» Виктор Янукович.

Избиратели Мороза были возмущены его поведением. СМИ, близкие к «Нашей Украине» и БЮТ, говорили о нем исключительно как о предателе, человеке, погубившем демократические преобразования и европейский выбор Украины ради личных властных амбиций.

В апреле 2007 года Виктор Ющенко подписывает указ о роспуске Верховной рады и назначении на 30 сентября 2007 года досрочных парламентских выборов. Соцпартия, разочаровавшая своих избирателей, в парламент не прошла.

Александр Мороз ушел на пенсию и больше не возвращался в политику. Он пишет стихи, иногда дает интервью, в которых рассказывает о тайнах украинской политики 1990–2000‑х. Дело его жизни – Социалистическая партия – запрещена решением Совета национальной безопасности и обороны Украины как «имеющая связи со страной-агрессором» 20 марта 2022 года.

2.2. Из тюрьмы в парламент

Подробный рассказ об украинском диссидентском движении 1960–1980 гг. представляется важным, поскольку большинство его участников были активными сторонниками выхода УССР из состава СССР и немало способствовали развитию в обществе сначала антисоветских, а затем и русофобских настроений. В годы перестройки они получили возможность свободно высказываться и увлекли своими идеями многих представителей студенчества. В частности, вдохновляли и поддерживали первые студенческие и молодежные протесты 1990‑года, так называемую «Революцию на граните», когда на Майдане незалежности (тогда еще площади Октябрьской революции) было установлено несколько десятков палаток, в которых молодые люди голодали за отставку правительства Виталия Масола, а также выдвигали еще ряд требований.

После обретения Украиной независимости многие из них стали депутатами Верховной рады, заняли другие важные посты, особенно в сфере культуры и образования, ратовали за украинизацию всех сфер социальной жизни и вытеснение, вплоть до репрессивного, русского языка. В независимом украинском государстве бывшие политзаключенные, а почти все эти люди имели опыт тюремного заключения по политическим статьям советского Уголовного кодекса, были не только обласканы каждым из президентов страны – получали ордена и звания Героя Украины, а также престижные премии в области культуры и науки, но и считались в обществе «моральными авторитетами», т. е. теми, к чьему опыту и мнению принято было обращаться в моменты политических скандалов и кризисов. Однако по мере развития украинской государственности герои борьбы за независимость старели и все меньше понимали или хотели понимать в окружающей действительности. В попытках сохранить былое влияние они все больше сближались с откровенно националистическими и русофобскими движениями и все меньше обращали внимание на актуальные проблемы с правами человека на Украине, реализация которых с каждым годом украинской государственности становилась все сложнее, а после переворота 2014 года и начала антитеррористической операции в Донбассе стала практически невозможна.

Важно понимать, что диссидентское движение на Украине не имело ничего общего с «бандеровским» подпольем, которое, впрочем, тоже существовало в виде разрозненных групп, идейных наследников ОУН-УПА[29], например, «Объединенная партия освобождения Украины «из Ивано-Франковска во главе с Б. Гарматюк, а также группа «Объединение», основанная Я. Гасюком и В. Леонюком, Целью, этих организаций была борьба за самостоятельное украинское государство. Однако довольно быстро они были разгромлены органами государственной безопасности СССР, и о них мало что известно.

Основными же участниками диссидентского движения были молодые ученые и деятели культуры, большинство из которых к тому же были членами КПСС. И многие из них начали критику национальной политики СССР именно с несоответствия ее идеалам, заложенным еще В.И. Лениным.

Развитию диссидентского движения на Украине способствовала откровенно проукраинская политика первого секретаря ЦК КПУ Петра Шелеста. Впрочем, в период его руководства республикой (1963–1972) в Украине насчитывалось не более тысячи активных инакомыслящих – т. е. тех, кто занимался изданием и распространением антисоветской и националистической литературы, принимал участие в разного рода подпольной деятельности.

Сначала группу украинских диссидентов составляли «шестидесятники» – новое поколение писателей, которое быстро снискало признание украинского читателя, – Лина Костенко, Василий Симоненко, Иван Драч, Иван Светличный, Евгений Сверстюк, Николай Винграновский, Алла Горская и Иван Дзюба. Позже к ним присоединились Василь Стус, Михаил Осадчий, Игорь и Ирина Калинцы, Иван Гель и братья Горыни.

Диссидентское движение в Украинской ССР 1960–1980 годов, как и в других союзных республиках, имело двоякую природу. С одной стороны, оно являлось частью общего антисоветского подполья, настаивавшего на «соблюдении прав человека» и Конституции СССР в вопросах свободы вероисповедания (т. н. «свободы совести»), свободы печати и информации, свободы передвижения и выбора места жительства, возможности эмиграции из СССР без каких-либо условий. С другой стороны, украинские инакомыслящие выступали за усиление культурного и национального суверенитета УССР, вплоть до отделения Украины от СССР.

Рассказать об основных этапах диссидентского движения на Украине, а также его основных персонажах, многие из которых дожили до глубокой старости и продолжали политическую и/или правозащитную деятельность в независимом украинском государстве, а некоторые живы до сих пор, представляется важным для понимания развития на Украине антироссийских и русофобских настроений, отчасти предопределивших нынешнюю социально-политическую ситуацию в этой стране, иллюзии и заблуждения ее граждан. По разным подсчетам, в 1960–1980‑х годах, количество активных участников диссидентского движения в УССР составляло около 1000 человек[30], рассказать нужно о тех, кто не просто занимался антисоветской и националистической деятельностью, а о тех, кто стал героями независимой Украины, «архитекторами» независимого государства, «моральными авторитетами» и участниками многочисленных ток-шоу и экспертами интеллектуальных платформ, где им была предоставлена возможность выражать свои зачастую антигуманистические и даже «пещерные» взгляды, но не подвергаться ни малейшей критике.

2.2.1. Левко Лукьяненко: от пламенного коммуниста до радикального националиста

Первые проявления диссидентского движения возникли в конце 1950‑х – в начале 1960‑х годов, когда на Западной Украине было организованно несколько небольших тайных организаций. Среди них выделялась так называемая «группа юристов» (себя ее участники именовали Украинский рабоче-крестьянский союз, УРКС) во главе с адвокатом Левко Лукьяненко. Члены этой организации призывали к выходу Украины из Советского Союза. Вскоре эти небольшие группы были разгромлены, а их участники на закрытых процессах были приговорены к продолжительным срокам заключения.

Лидер «Группы юристов» Левко Лукьяненко (1928–1918) родился на севере Черниговской области в селе Хриповка. Почти десять лет своей жизни (1944–1953) он отдал службе советской армии. Даже окончил Школу офицеров. В 1958 году Лукьяненко окончил юридический факультет Московского государственного университета и отправился во Львовскую область, где стал работать в отделе пропаганды Радеховского райкома КПСС. Однако уже в 1959 году сменил работу и стал адвокатом. Одновременно занялся подпольной деятельности в рамках УРКС. Деятельность подобных организаций в те времена пресекалась быстро и уже в январе 1961 года Лукьяненко был изгнан из рядов КПСС – интересно, что участие в антисоветском подполье не мешало Левко Лукьяненко быть членом Компартии СССР; а затем приговорен к расстрелу за «антисоветскую агитацию и пропаганду». Расстрел заменили 15 годами тюремного заключения, и в 1976 году Лукьяненко вышел на свободу, где сразу же создал Украинскую Хельсинкскую группу (УХГ), которая занималась контролем за соблюдением Хельсинкского соглашения в сфере прав человека. Уже в 1977–1981 годах все члены организации – писатели Николай Руденко и Олесь Бердник, юристы Иван Кандыба и Левко Лукьяненко, химик Оксана Мешко, студент Николай Матусевич, инженер Мирослав Маринович, микробиолог Нина Строката, учитель Олекса Тихий, генерал-майор Петр Григоренко, впоследствии автор воспоминаний «В подполье можно встретить только крыс» – были арестованы и осуждены за антисоветскую агитацию и пропаганду.

В 1988 году УХГ была возрождена в виде Украинского Хельсинкского союза (УХС), также занимавшегося правозащитной деятельностью, а в 2004 году УХС превратился в сеть украинских правозащитных организаций разного толка, существующую на гранты различных иностранных правительственных и неправительственных фондов. УХС ежегодно публикует отчет о соблюдении прав человека на Украине, однако в последние годы эти отчеты носят в основном формальный характер, поскольку в силу характера сложившихся в украинском обществе отношений, где к решению социальных конфликтов силовым путем – от запугиваний до различных мер физического воздействия – постоянно привлекаются участники радикально-националистических вооруженных формирований, нынешние украинские правозащитники не имеют ни возможности, ни реального желания оппонировать киевской власти и оказывать населению помощь.

В 1990‑м году Левко Лукьяненко был избран в Верховный совет УССР, он стал одним из авторов Декларации о государственном суверенитете Украины, а также Акта о провозглашении независимости Украины. В 1991 году баллотировался на пост президента тогда еще УССР, но набрал всего 4,49 процентов голосов избирателей. Тем не менее заслуги Лукьяненко в формировании украинской государственности позволили ему стать послом Украины в Канаде. Существует версия, что назначение на дипломатическую работу являлось для Лукьяненко своего рода почетной ссылкой после того, как он стал участником ДТП со смертельными исходом. Впрочем, в Канаде Левко Лукьяненко продержался недолго (1992–1993): он вступил в открытый конфликт с сотрудниками дипмиссии, был отстранен от должности и вернулся на Украину, где вновь был избран в Верховную раду в 1994 году. Депутатские обязанности Лукьяненко исполнял до 2007 года, когда добровольно сдал депутатский мандат, а в 2013‑м объявил, что официально прекращает политическую деятельность[31].

После обретения Украиной независимости удостоенный в 2005 году звания Героя Украины Лукьяненко был известен крайне радикальными, а иногда и абсурдными антироссийскими заявлениями. Еще в 2008 году он настаивал на отмене празднования на Украине Дня Победы, поскольку «для украинцев это не праздник, а день траура, так как их против воли погнали воевать против нацистов, которые им ничего плохого не сделали»; возмущался тем, что «две трети верховной рады – представители национальных меньшинств в Украине. Понятное дело, это насмешка над украинцами и такого больше терпеть нельзя»; считал, что миграция из России и других национальных республик СССР была специально инспирирована советскими властями «для размывания генетического кода украинцев с помощью смешанных браков»[32]. Умер Левко Лукьяненко в 2018 году в возрасте 90 лет и был с почестями похоронен в Киеве на Байковом кладбище, где традиционно хоронят выдающихся украинцев.

2.2.2. Иван Дзюба: борец с «русификацией»

Итак, основная часть оппозиционной интеллигенции поколения «шестидесятников» пришла к инакомыслию через культурно-образовательные проблемы, причем в рамках марксизма-ленинизма. Это была интеллигенция Центра и Востока Украины. Основой ее притязаний были проблемы украинского языка и культуры. Оппозиционеры требовали от властей вернуться к принципам в национальной политике, обозначенных В.И. Лениным еще до Октябрьской революции и утвержденных на Х съезде Российской коммунистической партии (большевиков) в 1921 году: развитие и укрепление советской государственности в формах, соответствующих национально-бытовым условиям «невеликорусских» народов; развитие и укрепление действующих на национальном языке судов, администраций, органов хозяйства; привлечение в органы власти местных жителей, знающих быт и психологию населения; развитие прессы, школы, театра, клубного дела и вообще культурно-просветительных учреждений на национальном языке; создание и развитие широкой сети курсов и школ как общеобразовательного, так и профессионально-технического характера на национальном языке[33]. Эти требования литературовед, уроженец Волновахского района Донецкой области Иван Дзюба (1931–2022) подробно изложил в брошюре «Интернационализм или русификация?» (1965), которую направил первому секретарю ЦК КПУ Петру Шелесту, председателю правительства УССР Владимиру Щербицкому, а ее русский перевод – в ЦК КПСС. По мнению Дзюбы, еще во времена Иосифа Сталина Компартии СССР перешла к «великодержавному шовинизму» и противоречит интересам украинского народа. Выход из ситуации Дзюба видел в возвращении к ленинской национальной политике. Однако власти не прислушались к позиции литературоведа, книга была признана антисоветской и запрещена, а за ее распространение следовала уголовная ответственность. Самого же Дзюбу спустя некоторое время исключили из Союза писателей Украины, а в 1973‑м приговорили к пяти годам лишения свободы и пяти годам ссылки. Впрочем, уже осенью 1973‑го он был помилован и выступил с покаянным заявлением в газете «Литературная Украина», что позволило ему работать в газете киевского авиазавода и заниматься литературной деятельностью. Украинская журналистка Мирослава Бердник в личном блоге в одной из запрещенных Роскомнадзором социальных сетей заявила, что Дзюба не просто выступил с публичным покаянием, а в ходе следствия дал показания на многих участников антисоветского подполья, в том числе и на ее отца. «Его называют легендарным и тем человеком, «который имел мужество говорить правду». Мне он запомнился тем, что сломал жизнь, мне, отцу и нашей семье. Правда. «которую он имел мужество говорить», состояла в том, что по его доносу пострадали десятки людей в том числе и мой отец, – пишет Бердник, – Когда его задержали за его статью «Интернационализм или русификация», которая, кстати, до того 7 лет спокойно циркулировала в ЦК КПУ, он на допросе начал перечислять всех тех людей (а КГБ об этом не знал и не могло знать, узнал только с его слов), кому он за эти 7 лет давал эту статью для прочтения (…). Он назвал десятки людей, не пожалел даже своего двоюродного брата».

В 1989 году Дзюба стал одним из основателей Народного руха Украины – партии, выступавшей с резких антикоммунистических позиций, настаивавшей на выходе УССР из СССР и отчасти инициировавшей его. В первом правительстве независимой Украины Иван Дзюба занимал пост министра культуры. В 2001 году второй президент Украины Леонид Кучма присвоил Дзюбе звание Героя Украины за «выдающиеся трудовые достижения, заслуги перед Украиной в развитии ее государственности и возрождении национальной духовности». После ухода из правительства занимался научной деятельностью, стал академиком Национальной академии наук Украины, был председателем комитета по присуждению Государственной премии Украины имени Т.Г. Шевченко.

Иван Дзюба последовательно выступал за украинизацию всех сфер жизни, в том числе, в традиционно полиэтнических регионах. Он считал, что положение украинского языка на Востоке Украины необходимо укреплять с помощью «рыночных и законодательных механизмов» – за таким нехитрым эвфемизмом украинские политики, как правило, прячут желание запретить русский язык или ввести штрафы за его использование в СМИ и публичной сфере вне существующих квот. По мнению Дзюбы, несмотря на получение независимости украинское общество до сих пор остается культурно колониальным или даже колонизированным, с чем нужно бороться. В 2018 году подписал письмо украинских деятелей культуры в поддержку крымчанина Олега Сенцова, приговоренного в Российской Федерации к 20 годам заключения за «создание террористического сообщества», «совершению террористического акта», «подготовку к террористическому акту» и «незаконный оборот оружия и взрывчатых веществ»[34].

Умер Иван Дзюба 22 февраля 2022 года.

2.2.3. Вячеслав Черновол: первый федералист

Одной из главных организационных форм украинского диссидентства в конце 1960‑х годов становится изготовление и распространение самиздата. Можно сказать, что движение сплачивается посредством подпольной издательской деятельности. В 1970 году появляется главное издание инакомыслящих был «Украинский вестник» под редакцией журналиста Вячеслава Черновола (1937–1999). Этот самиздатовский печатный орган был аналогом московского диссидентского информационного бюллетеня «Хроника текущих событий».

«Редакция «Вестника» заявляла, что главной задачей издания являлось доведение до широкой общественности скрывавшейся или фальсифицировавшейся в официальных СМИ информации, например, о нарушениях демократических свобод, которые гарантированы конституцией; судебных процессах и репрессиях в республике, нарушениях национального суверенитета, проявлениях шовинизма, ситуации с украинскими политзаключенными и пр. – пишут Альберт Нугаев и Алла Вазерова в статье ««Украинский вестник» – журнал украинской национальной оппозиции». – В «Вестнике» размещались выдержки или полные тексты работ, официальных документов, литературных произведений, которые распространялись в республиканском самиздате. Заявлялось, что издание не представляет собой орган какого-либо конкретного объединения или группы, и намерено обнародовать самиздатские материалы различного содержания и направления, объективные материалы о разных событиях и моментах республиканской жизни. Журнал позиционировался не как антисоветский или антикоммунистический»[35].

Альберт Нугаев и Алла Вазерова отмечают неоднозначное отношение редакций «Украинского вестника» к московской «Хронике текущих событий». С одной стороны, отношение было крайне благожелательным, поскольку «Хроника…» была, можно сказать, образцом для «Вестника», с другой – украинские диссиденты считали, что ««Хроника» единолично позиционирует себя как наднациональный или всесоюзный орган, хотя реально выступает журналом русских или, может быть, еврейских кругов. Эпизодичная информация с мест – из республик служит дополнением к детальному описанию происходившего в России, в первую очередь, в Москве»[36].

В 1970–1972 году вышло шесть номеров «Вестника», после чего его редакторы, авторы и распространители были арестованы и приговорены к различным срокам тюремного заключения. В частности, Вячеслав Черновол был приговорен к шести годам лишения свободы и трем годам ссылки. Это был уже второй срок Черновола, первый он получил в 1967 году за книгу о «шестидесятниках» «Горе от ума». В 1969 году он был досрочно освобожден, но поскольку в журналистику с такой биографией вернуться было невозможно, то Черновол перебивался случайными заработками и начал издавать «Украинский вестник».

В 1980 году Вячеслав Черновол в третий раз был арестован за антисоветскую деятельность и сослан в Якутию на пять лет. Несмотря на досрочное освобождение из ссылки, на Украину он смог вернуться только в 1985‑м.

В 1988 году вместе с товарищами по борьбе он создал Украинский Хельсинский союз – организацию, ставшую правопреемницей Украинской Хельсинской группы – объединения деятелей диссидентского движения, возникшего в 1976 году для того чтобы контролировать соблюдение правительством СССР Хельсинкских соглашений (1975), гарантировавших соблюдение прав человека. А в 1989 году Черновол создает старейшую на данный момент политическую партию Украины – Народный рух. С 1990 года неоднократно избирается депутатом верховной рады. В 1991 году уступает Леониду Кравчуку на выборах первого президента Украины. 25 марта 1999 года погиб в автокатастрофе: на трассе Борисполь-Золотоноша его «Тойота» врезалась в КАМАЗ, внезапно перегородивший дорогу. Соратники Вячеслава Черновола сразу же заявили, что его гибель была политическим убийством, однако дело было закрыто уже в июне 1999‑го, а расследование толком не проводилось. Впоследствии дело о гибели Черновола неоднократно возобновлялось и прекращалось, а 21 января 2014 года Бориспольский межрайонный суд Киевской области окончательно признал смерть основателя Народного руха несчастным случаем. В 2000‑м году был удостоен звания Героя Украины (посмертно). Примечательно, что после обретения Украиной независимости Вячеслав Черновол выступал за ее федерализацию. В 1990–1991 годах он предлагал отменить разделение Украины на 25 искусственных областей, а вместо этого создать «по историческому принципу» 10 земель и наделить их более широкими полномочиями. Однако поддержки своей позиции он не нашел и, в первую очередь, у своих же товарищей по диссидентскому движению, ставших в независимой Украине значимыми политическими фигурами. Ну а в сегодняшней Украине выдающийся национально-демократический деятель и один из «отцов» украинской независимости за подобные воззрения вполне мог бы снова оказаться в тюрьме.

2.2.4. Степан Хмара: националист с пеленок

Издание «Украинского вестника» возобновлялось дважды: в 1973–1975 годах – эта версия издания резко радикализовалась, в нем «советская власть на Украине открыто называется оккупационной, издание выступает с требованием абсолютной независимости республики»[37]; и в 1987 году на волне охватившей СССР перестройки.

В 1973–1975 гг. изданием «Украинского вестника» руководили киевские журналисты А.Е. Шевченко и В.Н. Шевченко, а также врач-стоматолог из Львовской области Степан Хмара (1937–2024), печатавшийся в «Вестнике» под псевдонимом М. Сагайдак, в частности под этим именем вышел самый известный текст Хмары «Этноцид украинцев в СССР», в которой в достаточно наивной манере Хмара пытался доказать, что голод 1932–1933 годов, именуемый в украинских официальных источниках голодомором, был специально создан правительством СССР для подавления «свободолюбия» украинцев и физического уничтожения его самых лучших представителей. Довольно долго издателям и авторам возрожденного «Вестника» удавалось не привлекать к себе внимания органов госбезопасности. Однако в апреле 1980‑го все они были арестованы и обвинены в «измене Родине» (ст. 62 УК УССР) в связи с передачей номеров журнала заграницу. Степану Хмаре также вменяли получение незаконным путем 950 руб.: работая зубным техником, он изготавливал золотые коронки из металла, который приносили пациенты, и получал за это 10–15 руб. Суд приговорил Хмару к семи годам колонии строгого режима и пяти годам ссылки, В.Н. Шевченко – соответственно 7 лет колонии и 4 года ссылки, А.Е. Шевченко – 5 и 3.

Выйдя на свободу в 1987 году, Хмара присоединился к Украинскому Хельсинкскому союзу, а в 1990 году стал депутатом Верховного совета УССР, председателем подкомитета по связям с украинцами, проживающими за пределами государства. В 1991 году написал закон, устанавливающий порядок срочной службы жителей УССР в Советской армии, согласно которому они должны были служить только на территории УССР. Правда, уже в том же 1991‑м снова чуть не угодил в тюрьму после нападения на милиционера.

Хмара был и остается противником всех украинских президентов и активным участником всех «майданов». В 2003 году вместе с другими депутатами верховной рады он принял участие в попытке захвата киевской тюрьмы – Лукьяновского СИЗО. Тогда народные избранники требовали освобождения родственников Юлии Тимошенко – ее свекра Геннадия Тимошенко и главного бухгалтера корпорации «Единые энергетические системы Украины» Антонины Болюры, которых обвиняли в различных экономических преступлениях.

В отличие от уроженцев Восточной и Центральной Украины Левко Лукьяненко, Ивана Дзюбы и Вячеслава Черновола, Степан Хмара родился во Львовской области и в своих многочисленных интервью неоднократно подчеркивал, что является украинским националистом буквально с детства: «Я – украинский националист. Я много читал литературы, видел живых партизан, родственники были мои. Народ без государства обречен на гибель, то есть это понятно. И я говорю, что я с рождения украинский националист и в такой семье воспитывался»[38].

После присоединения Крыма к Российской Федерации требовал от США и стран Евросоюза предоставить Украине ядерное оружие. Обвинял бывшего госсекретаря США Генри Киссинджера в недостойном поведении: «Он сторонник того, что Крым захватила Россия, он против санкций против России, он за влияние на сферы влияния Кремля над бывшими советскими республиками, в частности на Украину. То есть это наш политический враг».

В 2015 году 78‑летний Хмара объявил однодневную голодовку в поддержку украинских политзаключенных, однако это не была акция в поддержку тех, кому не нравился режим пятого президента Украины Петра Порошенко или тех, кто выступал за прекращение АТО и пытался защищать права, в том числе и на жизнь, населения Донецкой и Луганской областей. Наоборот, своей голодовкой Хмара хотел обратить внимание властей на «несправедливое отношение» к участникам АТО. «Никогда, даже в страшном сне, не мог я себе представить, что в моей Независимой Украине, в 21 веке, будут сотни политзаключенных, патриотов и героев войны! Это устроил нам режим Петра Порошенко», – писал он в своем блоге[39].

Экс-политзаключенный и бывший народный депутат Хмара умер в Киеве 21 февраля 2024 года.

2.2.5. Иосиф Зисельс: от сиониста до адвоката «бандеровцев»

Как отмечалось выше, украинской диссидентское движение состояло не только из националистов, мечтавших об отделении от СССР и украинизации всех сфер жизни, но и включало в себя общую антисоветскую повестку как то борьбу за свободу вероисповедания, свободу слова и собраний, а также право на свободный выбор места жительства, в частности – возможность отъезда заграницу: в США, Израиль или другие капиталистические, в том числе враждебные Советскому Союзу, страны. И в первую очередь борьба за право на выезд из СССР касалась эмиграции евреев, как тогда говорили, «на историческую родину». Однако в евреев из СССР выпускали неохотно, многие из них по работе были связаны со сведениями, представляющими государственную тайну, кому-то не хватало разрешений от немолодых родственников, не желавших покидать СССР, другие занимались антисоветской деятельностью и их выезд в западные страны с последующими пресс-конференциями и публикациями в эмигрантской прессе мог доставить советской власти имиджевые сложности. Несмотря на то что большинству евреев все-таки удавалось покинуть СССР без особых проблем, в стране существовало целое движение в поддержку так называемых «отказников» – тех, кому не советские органы власти не выдавали выездные визы.

На Украине, где традиционно проживало много людей с еврейскими корнями и идентичностью (840 тыс. чел в 1959 году, однако уже к 1989 году сократилось почти вдвое), проблема выезда стояла достаточно остро. Желающие эмигрировать объединялись в своеобразные группы поддержки, изучали иврит, обменивались различной информацией о возможностях отъезда и способах интеграции в израильское общество.

Весной 1972 года молодого инженера Черновицкой телестудии Иосифа Зисельса (род.1946) исключают из комсомола за выступления в защиту права евреев на репатриацию в Израиль. В 1976 году его задержали в связи с наличием у него «запрещенного» произведения А.И. Солженицына «Архипелаг ГУЛаг» и т. п. В 1977 году КГБ вынесло ему предостережение по Указу от 25 декабря 1972‑го об ответственности в случае продолжения «антисоветской деятельности». Интересно, что самому Зисельсу сотрудники КГБ неоднократно предлагали эмигрировать, но он отказывался[40], а вместо этого предпочел заниматься правозащитной деятельностью: в 1977–1978 гг. он постоянно подписывает разнообразные обращения в поддержку политзаключенных и другие правозащитные документы. В 1978 году вступает в созданную Левко Лукьяненко и его единомышленниками Украинскую Хельскинкскую группу. После этого КГБ берется за Зисельса всерьез: в ноябре 1978 года у него проводится обыск в рамках расследования дела о порнографии. В ходе следственных мероприятий у него находят и изымают религиозную литературу, «самиздатовские» распечатки стихов Осипа Мандельшатма и Марины Цветаевой, а также переписку с другими участниками диссидентского движения.

В апреле 1979 года в Черновцах состоялся суд над Иосифом Зисельсом, которому было предъявлено обвинение по ст. 187¹ УК УССР (аналог ст. 190¹ УК РСФСР), в частности, ему вменялись клевета в устной форме на советский общественный и государственный строй; распространение книги А.И. Солженицына «Архипелаг ГУЛаг» и другой антисоветской литературы. В результате Зисельса приговорила в трем годам заключения в колонии усиленного режима.

Выйдя на свободу в декабре 1981‑го, он продолжил свою деятельность и уже в 1984 году снова был осужден на три года, теперь наказание ему предстояло отбывать уже в колонии строгого режима.

В 1988 году в связи с либерализацией политики СССР в отношении диссидентов и этнических движений общественно-политическая деятельность Иосифа Зисельса становится легальной: сначала он создает независимую еврейскую организацию в Черновцах, а в 1989‑м – участвует в создании Конфедерации еврейских организаций и общин СССР («Ваад») и становится одним из ее сопредседателей. С 1991‑го – председатель Ассоциации еврейских организаций и общин Украины («Ваад Украины») и вице-президент Еврейской Конфедерации Украины.

После обретения Украиной независимости Иосиф Зисельс стал поддерживать политиков националистического плана. Активно выступал в поддержку кандидата в президенты Виктора Ющенко, отрицал участие одного из командиров Украинской повстанческой армии[41] Романа Шухевича в истреблении евреев на Западной Украине. «Человек, с оружием в руках защищавший свою землю и близких от иностранных оккупационных армий или от вооруженных формирований местных коллаборантов, преступником не является, даже в том случае, если прежде был за это осужден советским судом», – заявил Зисельс в 2010 году, оправдывая деятельность Шухевича и других «украинских повстанцев»[42]. Это заявление главы «Ваад» вызвало возмущение и на Украине, и за ее пределами. «Можно утверждать, что, делая свое заявление, Иосиф Зисельс руководствовался не своими воззрениями и своей совестью, а политическими расчетами и «пожеланиями» соответствующих структур украинского государства», – так прокомментировал слова Зисельса российский историк Андрей Марчуков.

С годами русофобско-проукраинские взгляды Зисельса только набирали силу. Он поддерживал национал-социалистическую партию «ВО «Свобода» в антисемитском скандале, связанном с оскорблением американской актрисы Милы Кунис.

В 2016 году после выступления в украинском парламенте президента Израиля Реувена Ривлина, посвященному памяти расстрелянных в Бабьем Яре, Зисельс поддержал радикальных националистов, обрушившихся на президента Израиля с резкой критикой. «Около 1,5 миллиона евреев были убиты на территории современной Украины во время Второй мировой войны: в Бабьем Яре и во многих других местах. Их расстреливали в лесах, возле яров, сталкивали в братские могилы. Многими пособниками преступлений были украинцы. Среди них особенно выделялись бойцы ОУН, которые издевались над евреями, убивали их и во многих случаях выдавали немцам», – заявил тогда президент Израиля. В ответ Зисельс обвинил Реувена Ривлина в «старческом слабоумии», использовании «советских стереотипов» и желании «отличиться перед Россией». По мнению Зисельса, документальных доказательств участия «бандеровцев» в истреблении евреев на Украине не существует, что, разумеется, немедленно опроверг руководитель израилського мемориального комплекса «Яд-Вашем» Йосеф Лапид. Но Иосифу Зисельсу мнение израильских ученых – не указ. И он продолжает участвовать в формировании на Украине нового исторического, а скорее, идеологического мифа. «Сейчас выросла новая генерация историков, которая пишет историю, работая не со стереотипами, а с документами. Они пишут историю для того поколения украинцев, которое сейчас является детьми. Я благодарен им за это»[43], – заявил Зисельс журналистам.

Подобные высказывания главы «Ваад Украина» и его курс на поддержку украинского радикального национализма как в исторической ретроспективе, так и современного – Зисельс, в частности, считает участие евреев в добробатах вроде «Азова»[44] правильным и даже желательным – вызвали возмущение в еврейских общинах по всей Украине. Например, в мае 2018 года еврейская община Николаевской области заявила о своем выходе из «Ваад Украина» в связи с недопустимой позицией руководства «Ваад» и лично Иосифа Зисельса «по героизации украинских вооруженных формирований, входивших в состав вермахта и СС»[45].

Русофобские высказывания Зисельса последних лет вызывают оторопь не только у его коллег по «Ваад», но и у любого вменяемого человека. «Почему мы называем советские военнопленные и украинские полицаи? Если советские военнопленные, то и советские полицаи. Потому, что их советская жизнь двадцатилетняя перед войной, много в чем она, не только она, но и особенности воспитания сделали их полицаями. Тогда давайте называть адекватно. Никто не говорит украинские военнопленные, или белорусские, или молдавские. Советские. Потому что это была страна – Советский Союз. Не было страны Украина. И это вопрос: почему стереотип про украинских коллаборантов, про украинских полицаев. Я последние годы пишу «советские полицаи». Это многих раздражает, а я пишу «советские полицаи». Потому, что советские граждане стали полицаями и служили нацистам»[46], – рассказывал Зисельс новостному порталу «Политнавигатор» в 2018 году.

Поскольку такую «пещерную» антисоветчину и русофобию выдумать невозможно, можно предполагать только помешательство немолодого уже советского диссидента или его желание услужить нынешним властям Украины любой ценой.

Похожего мнения о деятельности главы «Ваад» придерживаются и в Израиле. «Зисельс – абсолютно придворный, ливрейный еврей, который поражает выступлениями и писаниями, оправдывающими Бандеру, Шухевича, а тем самым и других нацистских пособников»[47], – говорит о нем израильский историк, сотрудник института «Яд-Вашем» Арон Шнеер.

Ну а теперь уже бывший соратник Зисельса по «Ваад», глава еврейской общины Николаевской области Михаил Гольденберг характеризует его следующим образом: «Глава «Ваад» любит позировать рядом с первыми лицами Украины, совершать зарубежные вояжи. В историю еврейского движения Украины его имя вписано отчетливо. В советские времена Зисельс был обычным сионистом-диссидентом, за что часто оказывался в местах лишения свободы. Тюремный советский опыт на нынешней Украине воздался главе «Ваад» почестями. Но по политическому значению бывшего советского сидельца Зисельса скорее можно сравнить с Мустафой Джемилевым, чем с героем-мучеником»[48].

Не так давно Зисельс предложил составить и опубликовать список преступлений евреев перед украинским народом, а затем принести украинцам коллективные извинения. Интересно, какие еще идеи посетят его в ближайшее время.

2.2.6. Мустафа Джемилев: диссидент или уголовник?

Если диссидентская деятельность и дальнейшая роль в становлении и развитии независимой Украины Левко Лукьяненко, Ивана Дзюбы, Вячеслава Черновола, Степана Хмары и даже Иосифа Зисельса понятна и не вызывает особых вопросов ни у исследователей, ни у комментаторов, то с Мустафой Джемилевым (род. 1943) все гораздо сложнее.

В официальной биографии Джемилева содержатся сведения о его выдающемся участии в борьбе за права крымскотатарского народа, в частности, возвращения в Крым и возврат земель, которые принадлежали татарским семьям, а сам Мустафа предстает мудрым «отцом всех крымских татар», их формальным и неформальным лидером, несомненным моральным авторитетам не только для татар, но и для всех украинцев. Однако существует множество свидетельств, предоставленных его соратниками и оппонентами, которые или прямо опровергают, или сильно корректируют публичную историю лидера крымскотатарского народа.

По официальной версии, Джемилев еще младенцем в 1944 году вместе со своей семьей и другими крымскими татарами депортирован из Крыма в Узбекскую ССР. Там он окончил школу, а затем поступил в Ташкентский институт инженеров мелиорации и ирригации сельского хозяйства, откуда был исключен за написание националистического «Краткого очерка тюркской культуры в Крыму в ХIII–XVIII веках» и критику депортации крымских татар. Однако об этом периоде деятельности Джемилева существуют и иные свидетельства. «В ссыльный период крымскотатарский народ всех сословий: рабочие, крестьяне, небольшая прослойка интеллигенции – все старались учить своих детей, дать им профессиональное или высшее образование, – объясняет Алим Кутлакалы в статье «Кто он – лидер меджлиса Мустафа Джемилев». – По этому показателю из расчета на тысячу человек крымские татары занимали второе после евреев место в Узбекистане. Также поступили и родители М. Джемилева, все их дети получили различные профессии за исключением Мустафы, который не осилил сложности учебы, ему трудно давались математика и технические дисциплины. Тем не менее, возомнив себя пламенным революционером, он стал внушать студенческой молодежи, что за ним осуществляется постоянная слежка, по его пятам днем и ночью ходят и ездят агенты всесильного КГБ. Никто к его словам серьезно не относился. Но, как принято на востоке относиться к слабым, его жалели, оберегали, давали кров и питание, снабжали деньгами. Ему нравилась роль преследуемого изгоя, в какой-то момент он сам поверил в то, что сочинил в своем воспаленном мозгу»[49].

Для ощущения себя героем национального движения у Джемилева были некоторые основания: в 18 лет он случайно попал на собрание активистов, пытавшихся создать «Союз крымскотатарской молодежи». Там будущий лидер меджлиса «размахивал игрушечным пистолетом, который всюду носил с собой», чем, собственно, и запомнился участникам встречи[50]. Создать организацию не удалось, впрочем, большинство тех, кто пытался ее создать, были исключены из вузов, а некоторые даже арестованы. Мустафу никакие репрессии не коснулись, и он мог бы продолжить учебу, если бы, как уже сказано выше, был к ней хоть сколько-нибудь способен. После исключения из института он получил повестку в армию, но не пошел туда. За это Джемилев получил в 1966 году свой первый тюремный срок – полтора года.

Выйдя на свободу в 1967‑м, он начинает ездить в Москву к лидерам советских диссидентов – Петру Григоренко, Наталье Горбаневской, Илье Габаю и др. Вместе с ними в 1969 году он принимает участие в создании «Инициативной группы по защите прав человека в СССР», основной формой деятельности которой являлось составление и распространение открытых обращений, адресованных Организации Объединенных Наций, а также советским властям и гражданам СССР и содержащих сведения о политических преследованиях в Советском Союзе[51].

Уже в сентябре 1969 года Джемилева снова арестовывают и приговаривают к трем годам лишения свободы. Отбыв наказание, он снова включается в подпольную деятельность, за которую его снова арестовывают и осуждают. Перечислять все тюремные сроки Мустафы Джемилева в рамках этой книги смысла нет, но стоит отметить, что его жизнь в 1970–1980‑е обретает своеобразный ритм: вышел из колонии, сделал какие-то заявления, повстречался с соратниками и снова отправлялся в тюрьму. И так в общем-то продолжалось до конца 1980‑х, когда в СССР начался процесс «демократизации», в рамках которого крымским татарам было разрешено прописываться в степном и предгорном Крыму, а также принята концепция госпрограммы возвращения крымских татар в Крым и впервые признавалось их право на возвращение туда.

Завоевание права крымскотатарского народа на возвращение в Крым официально считается заслугой Мустафы Джемилева, однако это противоречит как историческим документам, так и позиции организации крымских татар «Милли Фирка». «Возвращение началось по воле союзных органов, решениями Верховного Совета СССР и программой Совета Министров СССР. Действия группы «джемилевцев» только отсрочило на два года принятие этих судьбоносных для нации решений и само начало массового возвращения народа на Родину»[52], – пишет Алим Кутлакалы.

Спорной выглядит и диссидентская деятельность Джемилева. Еще в 1990 году активисты Национального движения крымских татар (НДКТ) направили заместителю председателя Совета министров СССР Виталию Догужиеву, возглавлявшему госкомиссию по проблемам депортированных народов, записку с просьбой проверить «диссидентскую» и «правозащитную» деятельность Джемилева и определить, является ли он тем, за кого себя выдает. По мнению авторов документа, он – обычный уголовник, примкнувший к национальному движению в конце 1980‑х годов. Подписавший записку председатель НДКТ Юрий Османов был убит в начале 1990‑х. И хотя правоохранительные органы нашли убийцу, и он был осужден, многие представители крымскотатарской общины были убеждены, что убийство Османова – личная месть Джемилева, не простившего попытки разоблачения, за которым стоит меджлис.

«Весной 2014 года телеканал «Россия» посвятил «лидеру крымских татар» специальный репортаж. В нем убедительно показано: Джемилев, горячо поддержавший государственный переворот на Украине и претендующий на восстановление своего влияния в Крыму, имел бурную биографию. Судимости, в том числе за изнасилование, крупный бизнес в Турции, махинации с недвижимостью и бюджетными деньгами, организованные криминальные группировки – все это он, – пишет Дмитрий Артемов в статье «Кто такой на самом деле Мустафа Джемилев». – (…) По словам бывшего сотрудника МВД Украины Сергея Веселовского, Джемилев начал свою «карьеру» как вор-форточник, который после общения в местах заключения с «политическими» решил заняться более «респектабельной» деятельностью. Всего Джемилев сидел семь раз. При этом одна из «ходок», как мы уже сказали, была за изнасилование, но ему выправили документы, из которых следовало, что он сидел за правозащитную деятельность»[53].

Даже если предположить, что подобная ревизия прошлого Джемилева – лишь проявление «черного пиара» (на Украине, отметим, любят приписывать политическим конкурентам судимости за совершенные в далеком прошлом «изнасилования», которые нельзя подтвердить или опровергнуть с помощью документов, достаточно вспомнить многочисленные обвинения в этом омерзительном преступлении в адрес четвертого президента Украины Виктора Януковича), то деятельность Крымоглы, как любят называть Джемилева соратники, во главе меджлиса происходила на глазах у жителей полуострова и журналистов. И тут нужно сказать, что в те времена, когда Крым был украинским, практически весь татарский бизнес на полуострове находился в сфере влияния семьи Джемилева, его многочисленных друзей и родственников. Они владели огромными особняками в престижных районах, автопарками, им принадлежали рестораны, кафе, отели, хотя сам Джемилев официально бизнеса не имел, а декларировал лишь зарплату депутата верховной рады Украины – мандат от партий националистического толка вроде «Нашей Украины» Виктора Ющенко он сохранял в течение семи созывов.

В 2014 году Крым снова стал российским, и у Мустафы Джемилева наступили непростые времена: его сложно выстроенная политическая и бизнес-империя перестала существовать. От этого 71‑летний Крымоглы впал в истерику и начал требовать от Турции и США военные корабли для блокады российского Крыма, настаивал на максимально жестокой блокаде полуострова, а также предлагал создать автономную республику крымских татар на территории Генического района Херсонской области и т. д. В течение нескольких лет после присоединения Крыма Джемилев неоднократно пытался въехать на полуостров через границу Российской Федерации, каждая такая поездка сопровождалась скандалом, который экс-лидер меджлиса устраивал на границе в присутствии дружественных украинских журналистов.

В 2016 году Мустафа Джемилев был объявлен Российской Федерацией в розыск, а затем заочно арестован Киевским районным судом Симферополя за связи с террористами и попытку подрыва российской государственности. После начала спецоперации РФ на Украине Джемилев неоднократно призывал к уничтожению Керченского (Крымского) моста и грозил «ликвидацией» миллиону россиян, переехавших на полуостров после его присоединения к России.

* * *

Разумеется, и советские партийно-хозяйственные управленцы, и уж тем более «инакомыслящие» разного толка не были готовы к вызовам, на которые им пришлось отвечать после наступления независимости. Одни действовали по инерции, полагаясь на административно-командный стиль управления, включавший в себя аппаратные игры, демагогическую риторику, даже земляческие и профессионально-отраслевые связи. Другие – по большей части находились в плену утопических идей: от благородно-идеалистических до пещерно-националистических, слабо разбирались в реальных экономических процессах, не умели говорить с обществом на понятном ему языке, понимать чаяния граждан и действовать в их интересах.

Оказавшиеся во власти политики из бывших диссидентов придавали слишком большое значение утверждению «украинства» во всех сферах общественной жизни, по привычке ненавидели все, что связано с СССР, социализмом и коммунистическими идеями равенства, настаивая на особых правах для «щiрих» (истинных) украинцев и пытаясь на законодательном уровне поделить жителей страны на сорта так, как это удалось сделать их прибалтийским соратникам по антисоветскому движению, прорвавшимся после распада СССР в высшие органы власти Латвии, Литвы и Эстонии.

Бывшие советские управленцы, получившие в наследство одну из богатейших по экономическому и человеческому потенциалу стран Европы, об идеологии как раз задумывались мало. Ради сиюминутных политических интересов они шли на ситуативные союзы со своими не просто вчерашними оппонентами, но и идеологическими врагами. К тому же, украинским управленцам, воспитанным в рамках советского интернационализма, а в качестве удачного окончания карьеры представлявших себе перевод в Москву, в центральные органы власти СССР, приходилось срочно менять идентичность, изыскивая у себя украинские корни и вспоминать (сочинять?) случаи дискриминации по национальному признаку в СССР, отрицать те идеалы, которые они еще недавно во всеуслышанье провозглашали с трибун и в партийной печати. После того как Украина стала независимой, а они остались у власти, гораздо больше их интересовали вопросы: как удержать эту власть в своих руках и как удачнее конвертировать эту власть в материальные и социальные блага для себя и своих близких. За этими хлопотами забывалась необходимость реформировать экономику, создавать социальное государство, следить за справедливым распределением ресурсов.

Впрочем, желание распорядиться властью в собственных интересах было свойственно не только вчерашним советским и партийным деятелям; пришедшие из диссидентских кругов политики тоже стремились наверстать упущенное как в материальном, так и в карьерном плане. Их интересовали высокие должности, особенно, связанные с внешнеполитической и внешнеэкономической деятельностью: они изо всех сил старались «евроинтегрироваться», но понимали под этим не достижение населением страны «европейского» качества жизни, а максимально возможное размежевание с Россией и дружественными ей странами СНГ. Об экономических и социальных интересах граждан, общественном согласии и построении комфортного государства они не задумывались и не декларировали их в своих программах.

Из-за неспособности управлять в новых условиях и отсутствия четких планов реформ и те, и другие «архитекторы» украинского государства ориентировались на «западных партнеров» и рассчитывали на их помощь, совершенно не сознавая, что иностранные предприниматели и фонды отправились на Украину зарабатывать и повышать свой международный авторитет, а вовсе не из благородного желания помочь новой стране с «европейским будущим». О том, что из этого вышло – следующих главах.

Глава 3. Становление государственности

В декабре 1991 года, почти одновременно с президентскими выборами, которые выиграл первый секретарь ЦК КПУ Леонид Кравчук, и незадолго до заключения Беловежских соглашений, в УССР состоялся референдум, впоследствии названный «референдумом о независимости». Однако это не совсем так, ведь жителям УССР предлагалось вовсе не высказать свое отношение к возможному выходу Украины из состава СССР, а ответить на вопрос: «Подтверждаете ли вы акт провозглашения независимости Украины?» («Да, подтверждаю»/ «Нет, не подтверждаю»). Первое, что обращает на себя внимание, это сама формулировка вопроса: Акт о провозглашении независимости Украины был принят Верховным советом УССР 24 августа 1991 года, так что «опровергать» принятие и существование этого документа с точки зрения голосующего было бы по меньшей мере странно. То есть формально вопрос касался не «отделения от СССР» и/или создания независимого государства, а всего лишь признания существования Акта о провозглашении независимости.

Положительно на этот вопрос ответили 84,18 % жителей Украины при явке 90,32 %. Граждане, отдававшие свой голос в поддержку документа, в принципе не вполне понимали, за что именно они голосуют. Кроме того, вопрос, поставленный на референдуме, никак не прояснял ни формат будущей независимости, ни отношения с РСФСР и союзным центром, ни будущий государственный строй – голосовали, по сути, за «кота в мешке». Журналист Николай Стороженко в своей статье «Украинская независимость построена на тотальном обмане» пишет: «Декабрьский референдум стал первым звеном в длинной цепи обмана, протянувшейся через все это 30‑летие. И его участники ни за что бы не поверили, за что именно они голосуют[54]».

Об этом же непонимании рассказывает и первый президент Украины Леонид Кравчук: по его мнению, население голосовало тогда за союзное с Россией государство, подразумевая под Актом о независимости только большую независимость страны в экономическом и социальном плане, а вовсе не существование в виде суверенного государства. «Они не видели независимость как государство отдельное, это нужно знать. А то, что мы думали и решали в Беловежской пуще – мы говорили о государстве. Да, союз государств, но в государстве, – объяснял Кравчук в 2019 году. – Голосовали все, но думали по-разному. Я когда-то поинтересовался, а чего вы голосовали так активно, а они сказали: «Мы думали, что это будет Украина независимой, но с Россией»[55].

Сейчас это кажется невозможным, но если в 1991 году будущего Украины не представляло себе первое лицо УССР, что уж было говорить об остальных гражданах.

Сейчас, через 30 лет после распада СССР, понятно, что «перестроечные» мечты жителей союзных республик о независимости были именно что мечтами – то есть, романтическими и оптимистическими рассуждениями и представлениями, начисто лишенными не только критического, но и просто анализа. Не было у этих мечтателей и каких-либо планов относительно технологии обретения независимости: ведь формальное объявление себя независимым вовсе не означает независимости реальной. Можно предположить, что в конце 1980‑х граждане СССР представляли себе отказ от социалистического уклада и совместного существования республик в составе СССР как что-то декоративное и сугубо позитивное: о том, что строительство нового государства, пусть и на основе достаточно развитых промышленности, сельского хозяйства, образования и медобслуживания населения – тяжелая кропотливая работа, в которой нужно учитывать множество внешних и внутренних факторов самого разного характера, в тогдашних статьях и выступлениях лидеров мнений не упоминалось. А политологи, политики и экономисты, заявлявшие, что распад СССР и отказ от социалистических идей приведет к катастрофе, подвергались осмеянию и обвинениям в ретроградстве, реакционности, некомпетентности. В центральных перестроечных СМИ отстаивалась идея о том, что РСФСР «кормит» союзные республики, создавая таким образом иллюзию процветания страны; в то же время республиканские СМИ рассказывали о том, как много ресурсов они вынуждены отдавать «центру», и что выход из СССР приведет каждую отдельную республику к процветанию. Разумеется, и те и другие заявления были популистскими. По словам доктора экономических наук, члена-корреспондента РАН Виктора Суслова, в начале 1990‑х представлявшего команде президента РСФСР Бориса Ельцина данные математического моделирования экономических процессов, которые должны были запуститься в республиках СССР в случае распада страны, несмотря на то что «Россия прямо и косвенно обеспечивала более половины (точнее, до двух третей) целевого показателя (потребления населения и части государственных расходов) Украины, Белоруссии, Прибалтики»[56], никаких экономических оснований для развала СССР не было. «Единственной, с моей точки зрения, причиной произошедшего тогда была жажда близкой власти, опьянившая ряд политиков»[57], – объясняет он. При этом, по тогдашним расчетам Суслова, Казахстан, республики Средней Азии и Закавказья после разрыва межреспубликанских экономических связей теряли три четверти своего потребления. Еще более катастрофическим был прогноз для Украины: ее ожидало семикратное сокращение потребления.

Это сокращение граждане новой страны ощутили буквально с первых дней ее существования. В 1992 году Украина оказалась в тяжелейшем экономическом кризисе. На смену дефициту товаров пришел в прямом смысле слова дефицит денег – «купоно-карбованцев», которые стали национальной валютой на переходный период (закончился в 1996 году введением гривны) и несколько месяцев должны были обращаться на территории Украины параллельно с рублем по курсу 1: 1[58]. Но проблема для населения заключалась в том, что денежной массы купоно-карбованцев не хватало, для того чтобы обменять на них рублевые сбережения, в свою очередь рубли не пользовались у продавцов успехом, поскольку никто не знал, когда их хождение запретят на территории страны (запрет был введен уже в ноябре 1992‑го), поэтому поменять рубли на карбованцы по официальному курсу было практически невозможно. А из-за нехватки самих купоно-карбованцев зарплаты на предприятиях задерживали или выплачивали продукцией. Разрыв экономических связей с другими бывшими союзными республиками привел к остановке многих производств, катастрофическому снижению ВВП и массовой безработице. «Государство Украина начало свое существование с огромным бюджетным дефицитом и без каких-либо ограничений государственных расходов, – пишет в своей книге «Как Украина стала рыночной экономикой и демократией» шведский экономист Андерс Аслунд, несколько лет проработавший на Украине и в других постсоветских странах. – «Государственные финансы были примитивными и хаотичными. Украина приняла закон о бюджетной системе в декабре 1990 года, но бюджетирование было не регулярным, и парламент пренебрегал государственным бюджетом. Парламент спонтанно утверждал огромные дополнительные расходы, преимущественно субсидии промышленности и сельскому хозяйству. В силу нечеткого конституционного устройства правительство могло с трудом отклонять эти расходы»[59].

Уже в 1992 году молодая страна столкнулась с гиперинфляцией (10 000 %), спадом производства, задолженностью перед Россией за энергоресурсы, разрывом внутрисоюзовских логистических цепочек и наступившими после этого остановкой предприятий, безработицей, кризисом неплатежей и т. д. В принципе, в начале 1990‑х с эти проблемы были характерны для всех постсоветских стран, но Украина, огромная по площади (601 тыс. км^2) и населению (51,4 млн), имевшая развитые промышленное и сельскохозяйственное производство, добычу полезных ископаемых, множество высших учебных заведений и научно-исследовательских институтов, предприятий военно-промышленного комплекса, а главное – тесные экономические связи с РСФСР и другими союзными республиками, оказалась в полной растерянности. Как уже было отмечено выше, что делать с внезапно наступившей независимостью, не представлял себе даже президент страны Леонид Кравчук. А то, что считалось преимуществами Украины, в ситуации «незалежности» внезапно стало ее недостатками: предприятия остались без рынков сбыта и поставщиков, торговля продуктами сельхозпроизводства тоже сократилась до внутренней.

Незавидное положение Украины после выхода из СССР принято объяснять некомпетентностью руководства страны, которое не имело достаточных знаний и умений, чтобы справиться с трансформацией экономической системы государства: из всех возможных путей реформирования экономики власти решили без какой-либо адаптации копировать российские экономические реформы. В частности, 27 декабря 1991 года Кабинет министров Украины принял постановление № 376 «О системе цен в народном хозяйстве и на потребительском рынке Украины», частично повторявшее меры российского правительства под руководством Егора Гайдара и либерализовавшее цены на Украине.

Собственного плана реформ не существовало. Это был худший из всех возможных вариантов перехода от планового хозяйства к рыночному. Украина в этот период лишь приспосабливала экономику к рыночному хозяйству соседних стран. Слабость финансово-денежной системы привела к переходу многих предприятий на прямой товарообмен-бартер. В результате резко сократились поступления налогов в государственный бюджет. Катастрофически росли неплатежи за оказанные услуги, начались постоянные задержки заработной платы, иногда зарплата просто не выплачивалась или выплачивалась произведенным на предприятии товаром.

Заставшие 1990‑е россияне могут помнить жителей Украины, торговавших в крупных городах России продуктами – салом, мясом, соленьями и другими домашними заготовками возле вокзалов. Низкие зарплаты или их многомесячное отсутствие вынуждали украинцев торговать всем, что придется. Тысячи жителей страны отправляются на заработки в РФ и Польшу, многие становятся «челноками» – возят товары туда и обратно, при этом рискуя не только «бизнесом», но и собственной жизнью, поскольку по обе стороны границ их поджидают бандиты, собирающие с мелких «предпринимателей» дань.

Правительство страны под руководством Витольда Фокина ничего не могло поделать со сползанием страны в экономическую яму. Президент Леонид Кравчук тоже не мог справиться с ситуацией: мало того, что у главного должностного лица страны не было ни представления о том, по какому пути должна идти Украина, сами его полномочия, да и вся структура власти находились в странном положении. Дело в том, что Конституции независимой Украины еще не существовало (она будет принята только в 1996 году), и страна продолжала жить по основному закону УССР 1978 года, а эта Конституция вообще не предусматривала поста президента. Соответственно полномочия Леонида Кравчука Верховная рада, где большинство все еще у представителей КПУ, постоянно подвергала сомнению, поскольку они не были юридически оформлены. В феврале 1992 года Кравчуку все-таки удалось провести через парламент изменения в Конституцию и ввести пост президента. Президент становился главой государства, получал прямой контроль над правительством с правом назначения председателя правительства и ключевых министров. Рада получала право утверждать министров и председателя правительства.

В феврале же 1992 года Кравчук начал реформировать органы управления на местах – вместо советских глав областных советов и первых секретарей обкомов власть в областях получают представители президента (губернаторы). Таким образом Кравчук выстраивает свою вертикаль власти. Кстати, еще в декабре 1991 года он создал неконституционный орган власти – Администрацию президента, решения которой в современной Украине зачастую подменяют решения официального высшего органа исполнительной власти – Кабинета министров. Забегая вперед, отметим, что на некоторых отрезках украинской истории роль администрации президента и ее руководителей будет прямо-таки зловещей.

Несмотря на утверждение поста президента, конфликт между депутатами Верховной рады и Леонидом Кравчуком не разрешился, а, наоборот, усилился еще больше: парламент и президент не могли поделить полномочия. Депутатам хотелось, чтобы у президента оставались исключительно представительские функции, а реальная власть в стране принадлежала подконтрольному Раде правительству во главе с премьер-министром. Кравчук же, наоборот, настаивал на упразднении должности премьер-министра и введении вместо нее поста вице-президента, в руках которого, по мысли Леонида Кравчука, и должна была быть сосредоточена исполнительная власть. Верховную раду такой расклад не устраивал, тем более что парламентские комитеты фактически дублировали министерства и между ними также возникал конфликт, связанный с распределением полномочий.

На заседаниях Рады депутаты самозабвенно и вполне справедливо – в стране, экономика которой находится в жесточайшем кризисе, это нетрудно – критиковали работу правительства, требовали отправить в отставку и премьера Фокина, и весь его кабинет. И им удалось этого добиться: в октябре 1992 года возглавлявший Кабмин Украины с 1990‑го Витольд Фокин ушел на пенсию, а главой украинского правительства стал Леонид Кучма. И Фокин, и Кучма были представителями так называемого «днепропетровского» клана, к которому также принадлежат такие украинские политики, как премьер-министры Павел Лазаренко (май 1996‑го – июнь 1997‑го) и Валерий Пустовойтенко (июль 1997‑го – декабрь 1999‑го); одна из ключевых фигур украинской политики на протяжении уже четверти века, многократная кандидат в президенты, одиозная дважды премьер Украины Юлия Тимошенко (февраль-сентябрь 2005 года; декабрь 2007‑го – март 2010‑го); исполнявший обязанности президента Украины после государственного переворота 2014 года Александр Турчинов и многие другие политики и бизнесмены.

Однако вернемся в 1992 год. Конфликт между Кравчуком и Верховной радой после назначения нового премьера вовсе не утих, а разгорался все сильнее. Леонид Кучма дважды пытался уйти с премьерского поста, объясняя свое желание тем, что «из-за деструктивной политики Рады» не имеет возможности проводить реформы. Действительно, украинский парламент в те годы был готов обсуждать все что угодно, кроме, собственно, того, что необходимо было стране. Особой склонностью к бессмысленному, но не безобидному словоблудию отличались депутаты из бывших диссидентов, которые фактически срывали заседания, требуя либо «выступать державною мовою», либо внося абсурдные предложения вроде присоединения к Канаде или возвращения «золота гетмана Полуботка»[60]. На Украине существует множество анекдотов, посвященных «засiданням» Верховной рады, и большинство из них если и не являются реальными в деталях, то вполне передают общую атмосферу украинского парламента. Отметим, что по мере развития украинской демократии рабочая атмосфера в Раде эволюционировала исключительно в худшую сторону. Если абсурд первого созыва можно объяснить политической неопытностью депутатов и их излишней верой в демократию, то в дальнейшем политтехнологи научились использовать специфику работы украинского парламента в интересах определенных политических сил.

В сентябре 1993 года парламент наконец принял отставку Кучмы, исполняющим обязанности премьер-министра был назначен выходец из Донецка, директор шахты имени Засядько Ефим Звягильский. На Украине он считался одним из влиятельнейших представителей, а по мнению многих экспертов, «серым кардиналом «донецкого клана».

Пока Леонид Кравчук и глава Верховной рады Иван Плющ делили полномочия, власть и даже государственную недвижимость в центре Киева – в жесткое открытое противостояние конфликт между ними перешел в тот момент, когда Кравчук потребовал отдать здание Верховной рады, то есть то место, где собственно и происходили заседания украинского парламента, в распоряжение нового и, как уже было отмечено выше, неконституционного органа власти, Администрации президента, а получив отказ, нацелился на также принадлежащее структурам законодательной власти здание Киевсовета, чем окончательно настроил против себя и украинских депутатов, и лично Ивана Плюща, – страна и ее граждане жили своей, так же полной противостояний и конфликтов жизнью.

Отчасти эти конфликты и противостояния были присущи всем постсоветским странам периода социально-экономических трансформаций и первоначального накопления капитала, но были у Украины и свои специфические проблемы. Одной из них были отношения с Крымом.

3.1. Крым требует самостоятельности

Еще в начале 1990‑х на фоне всесоюзного «парада суверенитетов» остро встала проблема принадлежности Крыма. 20 января 1991 года состоялся первый в истории СССР референдум по вопросу о воссоздании Крымской Автономной Советской Социалистической Республики как субъекта СССР и участника Союзного договора. При явке 81,37 % за автономию проголосовали 93,26 % жителей Крыма. 12 февраля 1991 года воссоздание Крымской АССР было подтверждено в законодательном порядке. Однако у властей УССР (а впоследствии и независимой Украины) эта инициатива поддержки не нашла, и после провозглашения государственной независимости в августе 1991 года. Верховный совет УССР определил Крымскую АССР территорией Украины. В дальнейшем украинские власти продолжали игнорировать волеизъявление граждан, а также решения властей Республики Крым, декларация о государственном суверенитете которой была принята 4 сентября 1991 года. Именно этот период отмечен первыми массовыми протестами крымчан против украинизации. С начала 1992 года в городах полуострова проходили пикеты и митинги, на которых звучал призыв к выходу региона из состава Украины. Политические требования смыкались с социальными. Люди протестовали против высоких коммунальных тарифов, безработицы, невыплаты пенсий и заработных плат. В числе претензий к Украине называли даже снабжение Крыма днепровской воды (считалось, что после аварии в Чернобыле в ней высокий уровень радиации). Инициаторами акций протеста были не только различные политические силы, но и обычные граждане.

Один из таких митингов состоялся 12 января 1992 года на площади Нахимова. Он был организован в ответ на проходившее в этот же день принятие частью моряков украинской присяги. Выступив против переподчинения флота Украине, активисты устроили марш по главным улицам города. В ответ с Западной Украины 1 марта 1992 в Севастополь на «поезде дружбы» прибыло около 350 членов украинской националистической экстремистской организации УНАУНСО во главе с депутатом Верховной рады Степаном Хмарой. Радикалы прошествовали по главным улицам города и провели небольшой митинг, в ходе которого заявили, что Крым и Севастополь будут принадлежать Украине вне зависимости от волеизъявления местных жителей. После этого «унсовцы» погрузились в катер и отбыли восвояси. Это событие вызвало резкий всплеск антиукраинских настроений на всем полуострове: увидев, что представляет собой украинский радикальный национализм и политика официального Киева, крымчане, придерживающиеся самых разных политических убеждений, объединялись на почве сохранения собственной идентичности.

Акции против украинизации всех сфер общественной жизни, за выход из состава Украины и воссоединение с Российской Федерацией в Крыму продолжались. Их основным инициатором было Республиканское движение Крыма (РДК) – политическая сила, выступавшая за суверенитет полуострова. Одним из ее лидеров был Юрий Мешков – симферопольский адвокат и депутат Крымского облсовета с 1990 года. Вместе с депутатами Верховной рады Владимиром Тереховым и Сергеем Цековым Мешков осенью 1993 года основал Собор Русской общины Крыма, главой которого стал Терехов.

13 октября 1993 года Верховный совет Республики Крым (ВС РК) назначил в республике президентские выборы, первый тур которых состоялся 16 января 1994 года, а второй – 30 января 1994‑го. Во втором туре за президентское кресло боролись пророссийский кандидат Юрий Мешков (блок «Россия») и председатель ВС РК, впоследствии автор Конституции Автономной республики Крым в составе Украины, бывший первый секретарь Крымского обкома КПСС Николай Багров, воспринимавший Крым как неотъемлемую часть независимой Украины.

Яркий оратор, обещавший сближение Крыма с Россией вплоть до воссоединения и введения в АРК рубля, Мешков быстро завоевал популярность у населения: в первом туре выборов за него проголосовали 38,5 % избирателей, во втором – 72,9 %, его оппонент Багров получил 17,3 % и 23,3 % голосов соответственно.

Результаты второго тура президентских выборов продемонстрировали руководству Украины истинное отношение жителей полуострова к необходимости быть гражданами Украины и их чаяния относительно дальнейшего сотрудничества с Россией. Мешков отвечал на эти чаяния тем, что приглашал на работу в правительство АРК российских специалистов, поддержал избрание на пост главы крымского парламента Сергея Цекова, первым же указом ввел в Крыму московское время.

Однако, так же, как и большинству, постсоветских политиков начала 1990‑х Юрию Мешкову не хватило управленческого опыта. С самого начала его деятельности на посту президента у Мешкова начались конфликты с его бывшим соратником, главой парламента полуострова Сергеем Цековым. Их разногласия, с одной стороны, были препятствием на пути задуманных Мешковым преобразований, с другой – открывали Киеву простор для разнообразных интриг. Одной из которых стала поддержка столичными властями идеи превращения Крыма в парламентскую республику, которую отстаивали Сергей Цеков и лидер крымских коммунистов Леонид Грач.

Уже ставший к тому времени президентом Леонид Кучма решил воспользоваться возникшим в Крыму политическим кризисом и 17 марта 1995 года подписал закон «Об отмене Конституции и некоторых законов Автономной республики Крым», которым ликвидировался не только пост крымского президента, но и относительный суверенитет республики, существовавший в 1992–1995 годах – с момента подписания закона она превращалась в административно-территориальную автономию в составе Украины, причем до 2014 года руководители АРК назначались из Киева.

Для отстранения Юрия Мешкова от власти на территорию полуострова были введены армейский спецназ и спецназ СБУ, которые окружили здание Верховного совета республики. Впрочем, никаких особых мер для задержания Мешкова не понадобилось, он сам сдался сотрудникам СБУ, а затем уехал в Россию.

Юрий Мешков застал «возвращение Крыма в родную гавань», он умер в возрасте 73 лет 29 сентября 2019 года в Красногорске Московской области, похоронен на кладбище Абдал в Симферополе.

На протяжении всех лет в составе Украины Крым был «протестным» регионом. Жители полуострова активно выступали против совместных учений с НАТО, голосовали за коммунистов и выходцев с Юго-Востока Украины, как могли, сохраняли образование на русском языке. После государственного переворота в феврале 2014 года жители Крыма выразили несогласие с приоритетами новых властей, результатом которого стало воссоединение с Российской Федерацией.

3.2. «Белые братья» ждут конца света

Еще до распада СССР, в конце 1980‑х, на волне возродившегося в перестройку интереса к религии, с одной стороны, и низвержения коммунистических идеалов – с другой, в советские города хлынули представители различных церквей и сект. А уж после распада СССР эти религиозные организации и секты оказались востребованы населением для поиска новых форм социальной жизни и психологической разгрузки. Ошарашенные новой экономической и социальной реальностью люди искали утешения не только в традиционных религиях, но и в адаптированных для сознания постсоветского человека разнообразных культах. И если знаменитые «телецелители» – «заряжавший» воду Алан Чумак и «дававший установки» Анатолий Кашпировский были относительно безобидными, то многие существовавшие в то время псевдорелигиозные организации оказывались деструктивными и откровенно мошенническими, а зачастую сочетали в себе и криминальное, и разрушительное для сознания своих адептов.

Украину эти процессы тоже не обошли стороной: по данным украинских исследователей, в 1992 году в стране действовало 79 общин нетрадиционных культов и течений, в 1995‑м – 318, в 1997‑м – 399, в 2000‑м – 1334, 2001‑м – 1617 и еще через пять лет, в 2006‑м, уже за 2000[61]. И более того: в 1991 году граждане Украины Юрий Кривоногов и Мария Цвигун создали, можно сказать, свой собственный деструктивный культ: тоталитарную секту «Белое братство» («ЮСМАЛОС»). Создатели секты – бывшая комсомольская активистка Марина Цвигун (Мария Дэви Христос) и бывший инженер-кибернетик Юрий Кривоногов (Юоанн Свами) – отождествлялись последователями с Марией (Богородицей), Матерью Мира, и Иоанном Пророком (Предтечей). Согласно учению, разработанному Кривоноговым, Мария Дэви Христос, была одновременно живым воплощением Бога-отца, Бога-сына (Иисуса Христа), его матерью и невестой.

Адепты «Белого братства» верили, что Бог очередной раз сошел на землю в образе заступницы, утешительницы, мессии – и воплотился в Марине Цвигун. Ну а в основе доктрины «Белого Братства» была не слишком грамотная компиляция различных религиозных и оккультно-эзотерических учений: христианства, иудаизма, йоги, буддизма, учения о карме, о реинкарнации, гностических идей, трудов известных мистиков (напр. Е. Блаватской и Н. Рериха) и т. п. – ничего особо нового Юрий Кривоногов не придумал. Оригинальность его подхода состояла лишь в том, что он не стал объявлять себя мессией и лидером секты, а выбрал на роль «воплощения Бога на Земле» бывшую сотрудницу Донецкого (по другой версии, Днепропетровского) обкома комсомола, главного редактора радиостанции Донецкой камвольно-прядильной фабрики Марину Цвигун. Она, в отличие от Кривоногова, имела большой опыт публичных выступлений и харизму истерического типа – то есть, легко «заводила» своих слушателей. А белоснежное облачение с загадочными вышивками и сложные головные уборы добавляли ее образу мистической привлекательности. К тому же, Марина Цвигун вполне разделяла взгляды своего супруга и гуру Кривоногова: зарабатывать деньги, создавая у неофитов иллюзию «богоизбранности» не казалось ей зазорным.

«В секте культивировалась идея массового принесения себя в жертву. «Патриарх» Юрий Кривоногов обращался к своей пастве: «Дети мои! Вас будут мордовать и рубить вам головы! Но эта кровь нужна земле! Мы с Марией Дэви «уйдем» последними. Наши трупы пролежат на улице три дня. Затем мы воскреснем и вознесемся. Начнется преображение Земли», – пишет психолог Иван Медведев в статье «История секты «Великое Белое братство Юсмалос». – Марина Цвигун, «воплощение Живого Бога», призывала: «Эти юсмалитяне, 12 тысяч душ, и сейчас погибнут в качестве жертвы за свидетельство Матери Мира. Готовьтесь к этому, Мои дорогие детки. Это ваш долг – омыть кровью своей грехи нечестивого человечества».

Созданное на Украине учение Кривоногова о скором конце света и спасении через массовое самоубийство с огромной скоростью распространялось не только на Украине, но и в соседних России и Белоруссии, в каждом крупном городе были ячейки «Белого братства». Ячейки «Белого Братства» отличались чрезвычайной мобильностью. Руководство и адепты постоянно переезжали с места на место, придерживаясь правила «не более 3 дней в одном городе», часто меняли конспиративные квартиры. Диспетчерские с контактными телефонами, куда могли обратиться желающие присоединиться к секте, функционировали круглосуточно.

В секту уходили целыми семьями – продавали квартиры и отдавали деньги за них Юоанну Свами и Марии Дэви Христос. Уже в середине 1991 года большую часть верующих начали составлять лица в возрасте до 20 лет или несовершеннолетние. Они принуждались руководством «Белого Братства» к разрыву семейных и родственных связей. Стремясь удержать свое влияние, лидеры культа настраивали своих адептов против их родных, представляя родителей «исчадиями ада», «приспешниками сатаны». В одном из поселков Харьковской области возник очаг «Великого Белого братства», состоящий из учеников местной школы во главе с их учителем.

Облаченные в белые одежды, похожие на саваны, «братья» проповедовали у станций метро, распространяли свои печатные издания, врывались в православные храмы.

В 2003 году в Киеве вышла книга «Нетрадиционные религиозные и мистические культы Украины», в которой описывалась внутренняя структура «Братства». В частности, деятельность секты обеспечивали «кольца» – круги более или менее посвященных в цели организации людей, каждый из которых должен был ежедневно писать отчет о своей «работе» на благо секты: сколько привлек новых членов, сколько проклял отступников. При этом общение между членами «колец» запрещалось. Контроль за братьями, включая обязательные доносы, осуществлял лично Юрий Кривоногов. Для этого у него существовала «служба безопасности» «Белая Роза». Ее бойцы вели наблюдение за жизнью «колец», обезвреживали «крыс» (внутренних врагов) и «серых» (тех, кто рискнул усомниться в верности учения.) «Крыс» и «серых», по инструкции Кривоногова, полагалось «козлить» (вслух проклинать оппонентов) и/или «драконить» (удерживать в постоянном нервном напряжении с помощью угроз, телефонных звонков, печатания порочащих объявлений в газетах и т. д.). Самых же ненавистных отступников Мария Дэви Христос требовала именовать «АнтиДмитрий», «АнтиАлександр» и т. п. «Кольца» регулярно получали списки «бывших»[62].

В ноябре 1993 года в Киеве планировалось массовое самоубийство «белых братьев». Тогда же в украинской столице адептами «Белого Братства» были устроены беспорядки. Страшный суд был запланирован на 24 октября 1993 года, однако затем Кривоногов и Цвигун перенесли его на более поздний срок, но, к счастью, грандиозного кровавого шоу с вознесением Марии Дэви, знаменующим начало Страшного суда не состоялось, оно было предотвращено в зачатке, хотя «белые братья» были однозначно настроены на смерть. Кульминацией событий стал приход 10 ноября 1993 года 25 сектантов во главе с Цвигун и Кривоноговым в Софийский собор в Киеве. При этом, по версии следствия, сами Мария Дэви и Юоанн Свами не собирались поибать в огне, а планировали выйти из храма через служебные помещения.

Милиция, усиленная сотрудниками ОМОНа «Беркут», прогнала их из храма и арестовала. Всего были задержаны 616 человек, 137 объявили сухую голодовку в знак протеста против насилия. Тогда же были задержаны и руководители «Белого Братства» – Марина Цвигун (Мария Дэви Христос), ее муж Юрий Кривоногов (Юоанн Свами) и «финансовый директор» секты Виталий Ковальчук (Папа живой церкви Иоанн Петр II), впоследствии ставший следующим мужем Марины Цвигун.

Юрий Кривоногов и Марина Цвигун поссорились и развелись еще во время следствия: Мария Дэви объявила Юоанна Свами лжепророком и призвала своих последователей больше не подчиняться ему – «Великое Белое братство» разделилось на две части, а затем его деятельность и вовсе сошла на нет.

Цвигун, Кривоногов и Ковальчук были приговорены к 4‑м, 7‑ми и 6‑ти годам лишения свободы. После ареста лидеров секты 294 ее члена были направлены на принудительное лечение в психиатрические больницы.

О «Великом Белом братстве» на Украине существует множество мифов, в частности, о том, что Мария Дэви Христос и Юоанн Свами обладали экстрасенсорными способностями, владели гипнозом, которым и заставляли участников секты подчиняться им. Однако в ходе следствия эти мифы были опровергнуты, так же, как и опровергнуты были слухи о сотрудничестве Юрия Кривоногова со спецслужбами. Что же тогда заставляло молодых и не очень людей стремиться в «Белое братство», жить по 20–30 человек в одной небольшой квартирке, проповедовать на улицах в нелепых одеяниях и готовиться к массовому самосожжению? По мнению социального психолога, много лет исследовавшего методы влияния и пропаганды Виктора Сороченко лидеры «Великого Белого братства» использовали традиционные методы «промывания мозгов», принятые в тоталитарных сектах, экстремистских и террористических организациях для воспитания религиозных фанатиков, смертников и проч. Эти методы включают в себя: полный разрыв социальных связей; изоляцию от внешнего мира, запрет на телевидение, радио, любые книги кроме сектантских; регулярное чтение мантр – специальных текстов, монотонное повторение которых погружает в измененное состояние сознания; ограничение времени на сон: хроническое недосыпание подавляет волю и снижает сопротивляемость психики; постоянные физические нагрузки, чередующиеся с регулярными молитвами; отсутствие досуга – во время бодрствования адепты должны либо трудиться на благо секты, либо молиться; скудную пищу, недоедание, белковое голодание. Под влиянием вышеперечисленных факторов человек перестает адекватно воспринимать информацию, ориентироваться в социальном пространстве и самостоятельно принимать решения. «Жертвы подобной обработки порой превращаются в настоящих «зомби», – объясняет Сороченко. – Они не помнят свое прошлое, своих родителей, жен и детей. Или же попросту отвергают их, как и прочую „греховную мирскую суету». Все их мысли и действия подчинены одной, сверхценной идее. Восприятие «свой-чужой» у них гипертрофировано и возведено в абсолют. Настоящей семьей для них становится община, а все остальные – это враждебные «чужие». Единственный авторитет – лидер культа, приказы которого они готовы беспрекословно выполнять»[63].

Забегая вперед, отметим, что пусть и в более мягкой форме, эти методы воздействия на демонстрантов применялись и во время Евромайдана-2013—2014 и, пусть и в меньшей степени, во время «оранжевой революции» 2004 года. Хронический недосып (круглосуточное пребывание на площади) у протестующих, их негативное отношение к любой, кроме одобренной лидерами информации, постоянное повторение одних и тех же лозунгов, коллективные молитвы и ежечасные пения гимна Украины, питание из «полевых кухонь», постоянное строительство баррикад и тренировки силового «противостояния с «Беркутом», деление окружающих по принципу «свой-чужой» («свои» за немедленное вступление в Евросоюз, остальные – «чужие»), разрыв связей с думающими иначе родственниками и знакомыми и т. п. фиксируются практически всеми авторами, кто писал о Евромайдане и его участниках.

К суггестивной составляющей образа Марии Дэви Христос в 2000‑е-2010е неоднократно обращалась и самая известная украинская политик Юлия Тимошенко: постоянная псевдоукраинская прическа, белые свитера, в которых и она, и члены ее фракции часто являлись на заседания Верховной рады в белых свитерах; портреты на билбордах, почти прямо копирующие изображения Марии Дэви; именование своих сторонников «воинами света», певучая, вкрадчивая и в то же время почти бессмысленная речь. Впрочем, «Мария Дэви» – лишь одна из ипостасей образа Юлии Тимошенко, подробнее же расскажем о ее политтехнологических стратегиях в соответствующей главе.

3.3. Церковь требует суверенитета

В годы перестройки, на волне всеобщего стремления к перераспределению полномочий в Украинской православной церкви стали все чаще говорить об обретении полной самостоятельности (автокефалии). К тому моменту религиозная ситуация на Украине выглядела следующим образом. На протяжении почти 70 лет, с 1921 года, на территории Украинской Советской Социалистической республики действовал Украинский экзархат[64] Московского патриархата. В 1989 году в УССР возобновила легальную деятельность неканоническая – т. е. не признанная другими Церквями – Украинская автокефальная православная церковь (УАПЦ), первоначально провозглашенная в Киеве в 1920 году. В 1990‑м Украинский экзархат Московского патриархата был преобразован в Украинскую православную церковь Московского патриархата (УПЦ МП). Её предстоятелем стал митрополит Киевский и всея Украины Филарет, до этого 25 лет занимавший пост украинского экзарха. «Московский патриархат рассчитывал, что он сможет справиться и с требованиями униатов, и с усилившимся переходом украинцев в неканоническую УАПЦ. Поначалу Филарет высказывался очень жестко и боролся со сложившимися негативными для украинской церкви тенденциями»[65], – пишет Сергей Простаков в статье «Унии и расколы: история православия на Украине».

В ноябре 1991 году, в рамках общего процесса отделения Украины от СССР, Собор УПЦ обратился к Московскому патриархату с просьбой о даровании Украинской церкви автокефалии.

Весной 1992 года на Архиерейском соборе в Москве большинство архиереев УПЦ отказались от подписей под этим обращением. После чего митрополит Филарет с частью клира (священнослужителей) и мирян покинул Московский патриархат, образовав Украинскую православную церковь Киевского патриархата (УПЦ КП), глава которой стал именоваться Патриархом Киевским и всея Украины. По инициативе главы УПЦ митрополита Филарета и главы УАПЦ патриарха Мстислава состоялся Объединительный собор, который создал на базе УПЦ и УАПЦ Украинскую православную церковь – Киевский патриархат. Но решения этого собора не нашли поддержки среди части клира и мирян УАПЦ. Они не вошли в объединенную церковь.

При этом судебным деянием Архиерейского собора РПЦ в июне 1992 года Филарет был лишен сана, а впоследствии подвергнут анафеме. Тогда же в Харькове было проведено епископское собрание, на котором вместо митрополита Филарета главой Украинской православной церкви Московского патриархата был избран митрополит Владимир. Возглавляемая им УПЦ МП на протяжении почти трех десятилетий – до получения Православной церковью Украины в 2019 году томоса (грамоты главы Поместной церкви о признании автокефалии какой-то ее части) от Константинопольского Варфоломея – была единственной признанной прочими поместными православными церквями православной церковной структурой на Украине: самоуправляемой Церковью в составе Московского Патриархата с правами широкой автономии.

Каноничность УАПЦ и УПЦ КП не признавалась другими поместными православными церквями, включая Константинопольскую. По версии, которую приводит в статье «Унии и расколы: история православия на Украине»[66] Сергей Простаков, такой резкий поворот во взглядах и действиях Филарета связан с тем, что в 1990‑м он проиграл внутрицерковную борьбу за пост патриарха Московского и всея Руси году Алексию II.

На всей территории страны за исключением Львовской, Тернопольской и Ивано-Франковской областей доминировала УПЦ (МП). Украинская православная церковь Киевского патриархата имела влияние среди верующих в основном на западе Украины – в Галиции и на Волыни, а также в Киевской и Черкасской областях. Ни в одной области Украины эта конфессия не являлась доминирующей: на западе Украины такой является Украинская греко-католическая церковь (УГКЦ). Прихожане Украинской автокефальной православной церкви проживали в основном в Киевской, Харьковской, Полтавской, Одесской, Черкасской, Львовской, Винницкой, Ивано-Франковской и Тернопольской областях.

В начале 1990‑х выросшие в атеистических традициях граждане воспринимали раскол церкви как часть горбачевской перестройки: с подачи тогдашних СМИ искали среди священнослужителей агентов КГБ, интересовались новыми для себя обрядами и образом жизни. Обратившимся в веру людям было в общем-то все равно, к какой из церквей принадлежит ближайший к дому или работе храм – важно было удовлетворение духовной потребности среди экономического и экзистенциального хаоса. В такой ситуации мало кто обращал внимание межконфессиональные «споры хозяйствующих субъектов». А тем временем в стране разгоралась настоящая религиозная война, по форме мало чем отличавшаяся от проходившего в то время на всем постсоветском пространстве передела собственности.

«Сообщения о событиях, которые ложились на мой стол каждое утро, напоминали иногда сообщения с театра военных действий. В сражении участвовали более тысячи церковных приходов. Горели дома священников, штурмом брались не только храмы, но и целые деревни, порой казалось, что это война всех со всеми, хотя каждый хорошо знал своего противника»[67], – так описывает происходящий в начале 1990‑х передел церковного имущества второй президент Украины Леонид Кучма.

К середине 1990‑х конфликт вокруг собственности поутих. Основные активы были поделены. Грекокатолической церкви удалось вернуть большую часть своих храмов. На Западной Украине УПЦ (МП) была фактически разгромлена, зато сохранила свои позиции на востоке. В Киеве основная церковная собственность была поделена между УПЦ (КП) и УПЦ (МП): в частности, стоящие друг напротив друга Михайловский и Софийский собор в украинской столице стали собственностью, соответственно, Киевского и Московского патриархатов.

В дальнейшем противостояние канонической и неканонической украинских православных церквей перешло в политическую – а при президенте Владимире Зеленском и в трагическую плоскость, но об этом – в следующих главах.

3.4. Национализм становится легитимным

Идеи церковной самостоятельности (автокефалии) активно поддерживались представителями украинских националистических организаций. В конце 1980‑х-начале 1990‑х они, впрочем, еще стеснялись называть себя «националистическими», да и само слово «нация» в позднесоветском языке все еще имело выраженно негативный характер. Чрезмерный интерес ко всему «национальному» не то, что не поощрялся, но и мог навлечь неприятности, если развивался не в русле партийной линии и официальной историографии, которые «национальному» предпочитали определение «народное»: «народная культура», «народное искусство», «народный герой» и т. д.

В конце 1980‑х Советский Союз начал восстанавливать связи с этническими диаспорами разных стран, и в республики СССР устремились эмигранты разной степени политизированности и радикальности. Начинали они как «общества дружбы», «институты по изучению культуры», образовательные программы. По мере «демократизации» советского общества в республики стали прибывать и представители эмигрантских политических организаций, в том числе откровенно антисоветского и русофобского характера. Их эмиссары приезжали в Армению, Грузию, Азербайджан, республики Прибалтики и Средней Азии. Не избежали этой экспансии и Украина с Белоруссией.

В большинстве получивших независимость после распада СССР стран представителям диаспоры предоставлялось гражданство по упрощенным схемам, они быстро занимали в обществе высокое положение: становились журналистами, профессорами вузов, бизнесменами и политиками. Привилегированное положение и высокий, по сравнению с внезапно обнищавшим после либерализации экономики местными жителям, достаток позволяли им начинать и реализовывать предпринимательские, культурные и политические проекты. Причем многие из этих проектов имели постоянное финансирование от иностранных правительств и спецслужб. Эти фирмы и организации привлекали молодежь, в том числе стипендиями в зарубежных университетах, ознакомительными поездками заграницу на семинары и конференции, да и просто поездками «по обмену», во время которых молодые украинцы проживали в семьях диаспоры – в Канаде, Польше, США и других странах. Разумеется, чтобы попасть в такую программу нужно было владеть украинским языком и разделять идеи независимости, монокультурности страны, изучать биографии и идеологии различных националистических организаций. Для постсоветской молодежи, восхищавшейся всем «заграничным», такие поездки и стажировки были хорошим социальным лифтом и способом существенно улучшить свое материальное положение. На родину они возвращались в статусе специалистов по разного рода реформам, к тому же обзаводились нужными связями и легко находили высокооплачиваемые работы в политическом и экономическом консалтинге, бизнесе, СМИ и т. д. Такая «мягкая сила» превращала вчерашних комсомольцев и пионеров в убежденных сторонников прозападных экономических, социальных и политических преобразований. Другое дело, что сам по себе национализм – идеология в негативном смысле консервативная, а радикальный национализм – так и вообще человеконенавистническая, поэтому принести на свою родину какие-то позитивные социальные изменения они не могли, да в общем-то и не хотели, поскольку дикий капитализм начала 1990‑х в сочетании с националистической «промывкой мозгов» формировал у них представления о менее «украинизированных» и менее успешных согражданах, как о неполноценных. Идеи социал-дарвинизма всегда были очень популярны на Украине и не утратили своей популярности до сих пор.

В то время как удачно вписавшиеся в «проект «Украина» «молодые карьеристы и сменившие политическую окраску советские партийно-хозяйственные деятели осваивали новые социальные и финансовые возможности, остальные граждане страны были заняты выживанием и не обращали особого внимания на попытки принятия дискриминационных законов, а также появление и утверждение в обществе радикально националистических идей. Однако уже в августе 1992 года на одном из заседаний Верховной рады произошло удивительное событие: туда явилась делегация «Украинской народной республики в изгнании», ее руководители торжественно сложили полномочия и объявили Украину правопреемницей УНР – государства, просуществовавшего три года (1917–1920).

Это событие положило начало возрождению на Украине радикального национализма. Если Народный рух Украины, возглавляемый Вячеславом Черноволом, был организацией, чья деятельность в первую очередь была посвящена консервативно-демократическому развитию страны, ориентированного на все слои общества (Примечательно, что в 1991 году Рух поддерживали даже забастовочные комитеты шахтеров Донбасса.), а национальная составляющая его программы в большей степени касалась возрождения народной культуры, то вскоре на Украине начали легализироваться наследники бандеровской Организации украинских националистов (ОУН). Уже в октябре 1992 года в Киеве прошел съезд, на котором была создана партия Конгресс украинских националистов (КУН)[68], которую возглавила одна из руководительниц ОУН Слава Стецько.

Вообще, в то кризисное время различные националистические организации появлялись на Украине как грибы после дождя. Однако они не пользовались поддержкой населения, а их материальные и символические ресурсы не позволяли им создать хоть какое-то политически значимое представительство в органах власти, зато горизонтальные связи, возникавшие, в том числе во время разнообразных стажировок и «обменов» помогали националистически настроенным украинским чиновникам проворачивать различные преступные схемы и создавать новый способы национально-ориентированной коррупции. Одну из таких афер провернули основатели украинской финансовой системы, национально-ориентированные банкиры Вадим Гетьман и Виктор Ющенко.

3.5. Банкиры грабят «Украину»

Первой мощной финансовой аферой на Украине принято считать разорение банка «Украина». Это финансовое учреждение выросло из украинского республиканского отделения Агропромбанка СССР, третьего по уставному капиталу банка в Советском Союзе. Агропромбанк имел огромную филиальную сеть и колоссальные обороты. В декабре 1991 года на его основе был создан Акционерный коммерческий Агропромбанк «Украина», акционерами которого стали 5160 юридических лиц, в основном колхозов. Офис банка был зарегистрирован на Институтской, 9, по адресу Нацбанка Украины. Председателем правления «Украины» был назначен Вадим Гетьман (впоследствии он станет главой Национального банка Украины и под его руководством будет осуществлен переход на украинскую валюту – гривну), его заместителем – Виктор Ющенко, впоследствии – премьер-министр и третий президент Украины.

В 1992 год АК АПБ «Украина» вошел с прибылью 1 млрд. 254 млн. советских рублей, а остатки вкладов на счетах в банке составляли около 2,5 миллиардов советских рублей. Однако страна выходила из рублевой зоны, а имеющиеся на счетах украинских банков средства нужно было срочно пустить в оборот. В те годы на Украине считалось, что наиболее выгодным и удобным является перевод находящихся на счетах средств в доллары. Вот и руководители «Украины» Гетьман и Ющенко решили конвертировать 2 млрд советских рублей в доллары. Но на Украине сделать этого было нельзя. Зато можно в России. Для этого руководство «Украины» обратилось к гражданину США украинского происхождения Алексу (Александру) Докийчуку, представлявшему фирму «ДипСовГрупп». Конкретные деньги в сумме двух миллиардов советских рублей должны были поступить на счет этой фирмы в Московском отделении Сбербанка РСФСР, где должны были быть конвертированы, а затем вернуться на счета банка «Украина». По расчетам Вадима Гетьмана и Виктора Ющенко после этой операции на счетах «Украины» должен был оказаться 31,1 млн долларов США. Деньги предполагалось получить до 11 января 1992 года. Причем в платежном поручении, подписанным заместителем председателя правления «Украины» Виктором Ющенко, значилось, что эти средства предназначаются для «вложения в программу экономического развития РСФСР».

В Московском отделении Сбербанка РСФСР насторожились и сразу же заблокировали 2 млрд рублей, пришедшие от банка «Украина». В ответ Виктор Ющенко направил в Москву телеграмму, в которой потребовал разблокировать эти денежные средства в пользу «ДипСовГрупп» «без всяких дополнительных условий. Впоследствии Докийчук утверждал на допросе в Генпрокуратуре Украины, что 2 млрд советских рублей были зачислены на счета «ДипСовГрупп» без его ведома, по его словам, руководство фирмы тогда решило, что «это какой-то ошибочный перевод» и якобы пыталось вернуть указанные средства на счета «Украины».

Однако на Украине этих денег никто больше не видел, поскольку разблокированные по просьбе Ющенко средства ушли на счета никому не известных фирм. Вместо них Алекс Докийчук настойчиво предлагал сертификаты финансовой корпорации «Картеза» на $ 35 млн. В марте 1992 года АКБ «Украина» принял эти сертификаты, при этом Докийчук отказался предоставить украинским банкирам сведения о банке, который мог бы подтвердить их реальную стоимость. Позже выяснилось, что «Картеза» находилась в процессе ликвидации и, согласно международному законодательству, не имела права проводить какие-либо сделки.

В октябре 1992 года Генпрокуратура Украины возбудила уголовное дело в отношении должностных лиц банка «Украина», их обвиняли в халатном отношении к своим должностным обязанностям, в результате которого Украине был причинен крупный финансовый ущерб.

В ходе расследования выяснилось, что Алекс Докийчук был международным финансовым аферистом, а руководители «Украины» доверили ему и его компании «ДипСовГрупп» даже без минимальной проверки. Впрочем, никто из должностных лиц наказан не был.

Зато пострадал тогдашний генеральный прокурор Украины Юрий Гайсинский: за чрезмерный интерес к делу и его активное расследование – в попытках выяснить судьбу этих денег Гайсинский даже слетал в США, однако ничего сенсационного не привез и был отправлен в отставку за «ненадлежащее исполнение своих обязанностей».

А Виктор Ющенко уже в конце января 1993‑го был назначен председателем правления Национального банка Украины. В рамках возбужденного в октябре 1992 и закрытого в январе 1993 года, после отставки генпрокурора, дела допросить будущего третьего президента Украины не успели.

История краха банка «Украина» неоднократно упоминалась политическими оппонентами Виктора Ющенко, однако никаких разумных объяснений произошедшему третий президент Украины, заявлявший, что «его руки николы не крали», так и не дал. Более того, в своих многочисленных интервью и на посту главы Нацбанка, и на посту премьер-министра он многократно объяснял разнообразные экономические кризисы 1990‑х, в частности, задолженности по зарплатам, исчезнувшие, в том числе и в «Украине» вклады граждан, долги за энергоресурсы и т. д. именно неразберихой в государственных финансах и отсутствием должного их мониторинга со стороны госорганов. «В сфере использования денег господствовал бардак…», – с присущим ему грубым пафосом говорил Ющенко в 2000 году одной из наиболее влиятельных в то время украинских газет «Зеркало недели»[69].

3.6. У Украины забирают ракеты

После распада СССР Украине, как, впрочем, Белоруссии и Казахстану досталось ядерное оружие. В целом в арсеналах на территории бывшего СССР в 1992 году находилось 10200 ядерных боезарядов. Киеву достался второй по объему «ядерный приз» – 1900 боезарядов, 176 шахтных установок с межконтинентальными ракетами разных типов и 46 стратегических бомбардировщиков. Это делало Украину третьей в мире державой по ядерной мощи – позади оказались даже Великобритания и Франция.

Националистически настроенные, да и некоторые умеренные украинские политики тогда заявляли, что ядерное оружие должно остаться на вооружении страны для «сдерживания России». Российское руководство в лице Бориса Ельцина вряд ли могло что-то возразить Киеву. Правда, ранее – 24 октября 1991 года, еще до распада СССР – депутаты Верховной рады объявили страну безъядерным государством. Впрочем, тогда тем, кто принимал этот документ, и в голову не приходило, что ядерные боеголовки и вправду могут оказаться у них в руках.

Пока шло обсуждение дальнейших решений, терять контроль над арсеналом бывшего СССР было нельзя. Чтобы избежать эксцессов, 21 декабря 1991 года Россия, Казахстан, Украина и Белоруссия подписали в Алма-Ате договор о совместных мерах по контролю над ядерным оружием. 30 декабря было подписано соглашение о необходимости создания Объединенного командования стратегическими силами бывшего СССР.

Однако фактически такое командование создано не было. «Ядерный чемоданчик» от Михаила Горбачева перешел к Борису Ельцину, который, правда, дал обязательство не применять ядерное оружие без согласования с коллегами-президентами. В то же время судьба советского ядерного арсенала в этот момент фактически оказалась в руках Вашингтона – именно от признания Белым домом бывших советских республик ядерными державами зависели дальнейшие события. И если бы в администрации американского президента и Пентагоне тогда решили оставить ядерное оружие и Украине, и Белоруссии, и Казахстану, Москва приняла бы это без особых возражений. Однако в Соединенных Штатах в этот момент были обеспокоены тем, что страшилки о похищении ядерной боеголовки террористами вот-вот станут явью. Никто тогда не представлял, в каком состоянии находятся ракетные войска на территориях новых стран, какие могут возникнуть военные конфликты и как в таких случаях будет использоваться ядерное оружие.

Джордж Буш-старший заявил, что Россия, как правопреемница Советского Союза, должна распоряжаться всем его ядерным арсеналом. Остальным бывшим республикам СССР было предписано сдать свои ядерные боезаряды.

Меньше всего по этому поводу переживал Минск, располагавший «всего-то» 81 боезарядом. Казахстан, у которого было более 1400 боезарядов, тоже не стал упираться. Наибольшую проблему для американских переговорщиков по этому вопросу представлял Киев. В январе 1992 года Украина подписала соглашение с Россией и США, согласно которому все заряды должны были быть вывезены на территорию РФ. Что касается шахт, стратегических бомбардировщиков и все инфраструктуры, то она должна была быть уничтожена на деньги США. Но подписать – не значит выполнить. По воспоминаниям главы Объединенных вооруженных сил Содружества независимых государств Евгения Шапошникова, несмотря на то, что 23 мая 1992 года Украина подписала Лиссабонский протокол[70], который признавал Россию правопреемницей СССР в качестве ядерной державы, президент страны Леонид Кравчук не торопился объявлять об этом официально. Более того, он стремился выбить себе возможность осуществлять командование Стратегическими ядерными силами до их полного вывода с территории Украины.

В апреле 1992 года Кравчук своим указом включил в состав Вооруженных сил Украины 43‑ю ракетную армию. Шаг вроде бы чисто формальный, но позволявший в любой момент вновь объявить ядерные боеголовки украинскими. Ситуация была взрывоопасной. Шапошников рассказал «Комсомольской правде», как ему приходилось хитрить: «Под моим командованием мы стали вывозить боеприпасы, проявляя военную хитрость и с определенным риском. Так, никогда не было практики вывозить ядерное оружие самолетами»[71]. Более того, 18 ноября 1993 года верховная рада ратифицировала Договор СНВ-1, куда были внесены односторонние изменения, сохранявшие на Украине ядерное оружие. Однако ни Россия, ни США не приняли эти изменения, и после бурных переговоров 3 февраля 1994 года Украина все-таки подписала Лиссабонский протокол и оригинальную версию Договора о СНВ-1, а также в качестве безъядерного государства присоединилась к Договору о нераспространении ядерного оружия и получила 500 млн долларов на утилизацию оборудования для ядерного оружия.

Подписанный в декабре 1994 года в Будапеште документ, так называемый «Будапештский меморандум», обязывал подписантов в обмен на сдачу Киевом ядерного арсенала «воздерживаться от угрозы силой или ее применения против территориальной целостности или политической независимости Украины», а также гарантировал, что «никакие вооружения никогда не будут применены против Украины, кроме как в целях самообороны или каким-либо иным образом в соответствии с Уставом Организации Объединенных Наций». Также в документе говорилось: «Российская Федерация, Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии и Соединенные Штаты Америки подтверждают свое обязательство добиваться незамедлительных действий Совета Безопасности ООН по оказанию помощи Украине как государству-участнику Договора о нераспространении ядерного оружия, не обладающему ядерным оружием, в случае если Украина станет жертвой акта агрессии или объектом угрозы агрессии с применением ядерного оружия».

Первого президента Украины Леонида Кравчука часто обвиняют в том, что, отказавшись от ядерного оружия, он предал национальные интересы. Отбиваясь от этих обвинений, он называл две главные причины, почему ядерное оружие было передано России: позиция Вашингтона и отсутствие денег в казне на обслуживание арсенала.

И действительно, после распада СССР Украина не имела никакой возможности поддерживать работоспособность и безопасность доставшегося ей ядерного оружия. Впрочем, дело было не только в отсутствии средств, а и в том, что на Украине не было ни одного подразделения, которое могло бы работать с ядерными зарядами. Притом что каждая стратегическая ракетная система раз в два года должна проходить обслуживание, на Украине делать это было просто некому. Все заряды производились специальным подразделением, которое располагалось исключительно в РФ. Оно же доставляло и устанавливало ракеты. К тому же, ядерные боеголовки со временем теряют годность, и их нужно утилизировать. Такой технологии у Украины тоже не было. И это было проблемой, которая могла в любой момент привести к катастрофе.

Другой проблемой, по словам первого президента Украины, являлась «компактность» Европы. Иначе говоря, украинцам просто было некуда запускать ракеты так, чтобы не попасть по самим себе. Да и советские ракеты, размещенные на Украине, по большей части были межконтинентальными, имеющими радиус поражения от 5 тыс. км до 10 тыс. км, и нацелены они были на территорию США. Именно поэтому сначала Джордж Буш-старший, а потом и сменивший его Билл Клинтон жестко настаивали на безъядерном статусе Украины.

Помимо этого, отказавшись от советского ядерного наследства, Кравчук сумел значительно поднять в глазах мирового сообщества репутацию – свою и страны. Украина долгое время гордилась тем, что показала всему миру пример ответственного поведения в деле ядерного разоружения. Хотя, разумеется, сделала это не совсем по доброй воле, а по настоянию своих американских партнеров.

Полностью вывоз ядерного оружие с территории Украины в Российскую Федерацию был завершен 2 июня 1996 года. Первый президент России Борис Ельцин даже сделал по этому поводу специальное заявление. Как писала тогда газета «Коммерсантъ»: «Президент России высоко оценил помощь США в подготовке этой операции. При этом Борис Ельцин особо подчеркнул, что на всех этапах вывода ядерных боеприпасов с Украины в Россию была обеспечена их полная сохранность и безопасность»[72].

В последующие годы на Украине предпринимались, если не попытки ревизии Лиссабонского договора и Будапештского меморандума, то, по крайней мере, звучали сожаления об отказе страны от статуса ядерной державы. В 2009 году президент Украины Виктор Ющенко заявлял о намерении пересмотреть Будапештский меморандум. «Эти договоры нужно заменить двусторонними договорами со странами-гарантами», – говорил он тогда. Однако, каких именно гарантий хотел третий украинский президент, он не сообщал. В 2016‑м Ющенко открыто заговорил о необходимости наладить в стране производство ядерного оружия.

Впрочем, до поры до времени разговоры о ядерном статусе Украины носили в первую очередь популистский характер. Лидер ультраправой националистической партии «ВО «Свобода» Олег Тягныбок был убежден, что Украина может возобновить ядерное производство за три года. «Запасы урана и циркония у нас огромные; необходимо в экстренном порядке вернуть наши мозги из-за рубежа; научные школы – киевская и харьковская – у нас остались, – говорил он в интервью газете «Коммерсантъ-Украина» в 2009 году. – Да, я согласен, экономическое состояние в стране ужасное, армия никудышная, поэтому все эти задачи надо решать параллельно. А как по-другому?! Если страны-гаранты отказываются от своих обязательств и помощи, то что – нам спокойно отдаться в руки России как возможного оккупанта? Если хотите, наше требование о ядерном статусе можно считать элементом шантажа: если вы на Западе ничего нам не гарантируете – значит, мы вернемся к ядерному статусу!»[73]

В этой, безусловно, демагогической риторике мало что значившего в тот момент на Украине политика (впрочем, уже в 2012 году партия Тягныбока неожиданно для всех пройдет в Верховную раду), которая тогда воспринималась как неумный популизм, по прошествии лет можно увидеть четкие планы части украинских сил любым способом развязать войну с Российской Федерацией.

После присоединения к России Крыма в 2014 году украинцы вспомнили о Будапештском меморандуме на самом высоком уровне. Тогда Киев обвинил Москву в нарушении обязательств по меморандуму и потребовал жесткой международной реакции. По мнению пришедших к власти в результате госпереворота, страны-гаранты США и Великобритания должны были немедленно вступить в войну с Российской Федерацией и вернуть Крым Украине или так же быстро предоставить Киеву ядерное оружие. Лондон и Вашингтон на словах поддержали возмущение украинских политиков, однако делать ничего не стали, поскольку решили для себя вопрос о ядерном статусе Киева еще в начале 1990‑х: стране с серьезными внутренними противоречиями и нестабильным политическим режимом ядерный арсенал не полагается.

19 марта 2014 года Департамент информации и печати МИД России распространил комментарий, в котором говорилось: «В Будапештском меморандуме Россия, США и Великобритания обязались быть гарантами прав, присущих суверенитету Украины. Хотелось бы задаться вопросом, каким образом укладываются в эти гарантии неоднократно звучавшие со стороны ЕС и США во время беспорядков в Киеве угрозы применения санкций к руководству Украины? Что это, как не экономическое принуждение в отношении суверенного государства? Как относиться, например, к чуть ли не постоянному дежурству западных эмиссаров на „майдане»? Как квалифицировать заявления США и ЕС о том, что там уже не рассматривают в качестве легитимного партнера законно избранного главу государства, в отличие от новых руководителей, назначенных на площади в нарушение всех конституционных процедур? Все это – примеры того, как США и ЕС активно потворствовали государственному перевороту в Киеве, действуя против политической независимости и суверенитета Украины в нарушение обязательств по Будапештскому меморандуму».

Мнения сторон относительно того, было ли нарушение положений меморандума или нет, остается диаметрально противоположным. На Украине, да и на Западе слышны голоса – если бы Киев сохранил ядерное оружие, то Крым остался бы в составе страны и конфликта на Донбассе не было бы. Правда, сторонники этой точки зрения не учитывают, что Вашингтон вряд ли поддержал бы «Евромайдан» с воинствующими нацистами в ядерной державе, прекрасно понимая, какими последствиями чреваты подобные игры.

3.7. Леонид Кравчук теряет власть

Пока первый президент Украины Леонид Кравчук занимался легитимизацией своей власти, налаживал отношения с иностранными государствами, а также с собственными правительством и парламентом, спад украинской экономики продолжался невиданными до того темпами. Уже в декабре 1992 года – спустя год после либерализации экономики – Кабинет министров вынужден принять постановление «О регулировании цен», которым устанавливалось государственное регулирование и предельный уровень цен на уголь, электроэнергию, услуги связи. К тому же, местные советы получили право регулировать наценки в сетях общепита и цены на жизненно важные продукты питания, министерству промышленности – цены на кокс, продукцию металлургии и химии, Минэкономики – оптовые цены на газ и воду. Однако инструменты такого регулирования отсутствовали, поскольку советские уже не работали, а новые еще не были созданы. При этом плохо оборудованная технически граница с Российской Федерацией – с одной стороны, и границы с несколькими европейскими странами – с другой, давали возможность вывозить пользующиеся спросом товары и продавать их по рыночным ценам, вследствие этого возник товарный голод, который способствовал гиперинфляции.

В январе 1993 года Кучма подписал декрет № 6—93 о квотировании и лицензировании экспорта товаров (работ, услуг), вводивший общую «рамку» для ограничения экспорта и узкий круг лицензируемых товаров. Квотировался экспорт практически всех сырьевых (а только они и пользовались спросом) товаров: цветные металлы, железная руда, сырая нефть, уголь, нефтяной газ, зерно, мука и т. д. Лицензии на экспорт выдавало Министерство экономики. По предложению этого ведомства Кабмин мог предоставить право на беспошлинный вывоз продукции отдельным компаниям или даже органам местной власти, что приводило формированию коррупционных связей.

В этом же году Украина нажила себе еще одну проблему: дело в том, что в рамках СНГ его члены имели право на получение от России квот по нефти и газу по внутрироссийским ценам. А так как производство на Украине встало, правительство решило перепродать свои квоты на нефть и газ европейским странам. Получалось, что, перепродавая газ по демпинговой цене, Украина конкурирует с РФ. Такая экономическая стратегия вызвала возмущение у тогдашнего министра газовой промышленности России Виктора Черномырдина, и он снизил Украине квоты, например на нефть – с сорока миллионов тонн до пяти. Кучма вылетел в Москву договариваться и договорился – но уже не о тех объемах, и не по тем ценам. Добиваться сверхприбылей, торгуя чужими нефтью и газом, стало невозможно.

Спустя 11 месяцев, в декабре 1993‑го, правительство под руководством и.о. премьер-министра Ефима Звягильского принимает постановление «Об упорядочении цен и тарифов», которым обязывало центральную и местную власть «усилить режим контроля за установлением и использованием цен», вводило санкции по отношению к субъектам экономики, которые «безосновательно завысили состав расходов», и еще больше расширяло перечень товаров, подпадавших под регулирование. Пытаясь сдержать цены, правительство Звягильского начало ограничивать экспорт, но это привело лишь к тому, что разрешения на экспорт чего-либо стали даваться лишь определенному кругу предпринимателей. Так на Украине возникает серьезная коррупция, появляются первые сверхбогатые люди, тесно связанные с властью, так называемые «олигархи».

Весь 1993 год на Украине прошел в ожидании неминуемого социального взрыва. Президент Кравчук и премьер Кучма делили полномочия: оба требовали для себя права издания декретов (Кучма) и президентских указов (Кравчук), имеющих силу законов. Верховная рада отказала обоим. В ответ Кучма попытался уйти в отставку, но Рада отклонила и это требование; отставку Кучмы парламент примет только в октябре 1993‑го.

Все это происходило на фоне обострения обстановки в Крыму: президент Крыма Мешков при значительной поддержке населения делал все возможное для отделения полуострова и воссоединения с РФ. Летом начались забастовки шахтеров Донбасса, готовился «поход на Киев», из разных регионов страны в столицу приходили вести о возможных «голодных бунтах» в крупных городах.

9 декабря 1993 года шахтеры Донбасса объявили бессрочную забастовку. Они требовали отставки президента Леонида Кравчука, проведения досрочных парламентских и президентских выборов, увеличения заработной платы, а также предоставление Донбассу автономии и особых условий экономических связей с Россией.

Леонид Кравчук, опасаясь разъяренных шахтеров, предложил парламенту предоставить Донбассу автономию. Но против этого решительно выступили национал-демократы, заявив, что в таком случае того же самого статуса может потребовать и Галичина. Учитывая то, что Кравчук в Раде опирался уже не на коммунистов, а на противостоявших ему в 1991 году национал-демократов под руководством Вячеслава Черновола, поэтому пойти на конфликт с ними и лишиться последней поддержки в Раде президент не мог.

Верховная рада пошла навстречу забастовщикам и назначила досрочные президентские выборы на 26 июня 1994 года. В них приняли участие семь кандидатов: действующий президент Леонид Кравчук, экс-премьер Леонид Кучма, лидер Социалистической партии (СПУ) Александр Мороз, глава Верховной рады Иван Плющ, от умеренного националистического Народного руха Украины выдвигался бывший министр экономики Владимир Лановой, а от более радикального «Конгресса украинских националистов» – Петр Таланчук, первый министр образования страны (что, в общем, немало говорит об основах, заложенных в образовательные программы и проекты независимой Украины); также в выборах участвовал Валерий Бабич, предприниматель, представлявший созданный им самим Украинский христианский фонд. Глава Компартии Украины Петр Симоненко от участия в избирательной кампании отказался и призывал голосовать за лидера СПУ Александра Мороза, чья программа, по мнению экспертов, являлась стандартным набором тогдашних «левых»: замедление экономических реформ и их более социальный характер; запрет на продажу и приватизацию земель сельскохозяйственного назначения; «справедливая» приватизация предприятий; добрососедские отношения с Россией.

Программа главы парламента Ивана Плюща была популистской и неопределенной: он говорил о духовном возрождении Украины, усилении роли парламента в стране, интеграции с Европой, ускорении приватизации госсобственности. Однако о том, что может способствовать грядущему успеху его программы, кроме абстрактной «справедливости», Плющ не своим избирателям не сообщал. А рассчитывал он на поддержку разочаровавшихся в Леониде Кравчуке национал-демократов и членов КПСС, превратившихся уже в «украинских» карьеристов.

Предвыборные обещания поддержанного Рухом Владимира Ланового тоже не отличались хоть какой-то реалистичностью: он заявлял, что в случае избрания, сможет преодолеть экономический кризис за шесть-восемь месяцев и обеспечить такой экономический подъем, что уже через год средняя зарплата в стране будет равняться 100 долларам США, при том, что $20 считались в то время на Украине очень неплохой зарплатой.

Программ Валерия Бабича и Петра Таланчука история не сохранила, но, можно предположить, что вряд ли они содержали какие-то вменяемые рецепты грядущего процветания страны.

Основная борьба предсказуемо разгорелась между Леонидом Кравчуком и Леонидом Кучмой. Их программы содержали практически одинаковые стандартные обещания: усиление властной вертикали, борьба с коррупцией и преступностью, отказ от федерализации и сохранение унитарного государства, «эволюционные» рыночные реформы, либерализация торговли и т. д. Также оба кандидата настаивали на укрепление и развитии отношений с Россией и СНГ, причем, если Кучма, воспринимавшийся избирателями как более пророссийский политик, говорил о возобновлении взаимовыгодных связей с РФ, то Кравчук говорил об экономической интеграции с РФ и СНГ. Впрочем, Кравчук обещал и полную интеграцию с только что созданным Европейским союзом[74]. К тому же, Кравчук заявлял, что сотрудничество с Россией и СНГ может быть исключительно экономическим, в какие-либо военные союзы с РФ он вступать не собирался. Кучма просто не высказывался по этому поводу.

Оба кандидата обещали своим избирателям официальный статус русского языка, с которым в то время уже начались некоторые проблемы вроде необходимости получения высшего образования исключительно на украинском языке или сокращения русских школ и детских садов. Однако избиратели поверили русскоязычному выходцу из Днепропетровска Кучме (украинский он учил буквально в ходе избирательной кампании), верить западному украинцу Кравчуку, для которого украинский был родным языком и проблем русскоязычного электората он не понимал или не хотел понимать, они уже опасались.

По итогам голосования 26 июня 1994 года во второй тур вышли Леонид Кравчук (38,3 %) и Леонид Кучма (31,1 %). Третье место занял Александр Мороз – за него проголосовали 13,3 % избирателей. Второй тур президентских выборов был назначен на 10 июля 1994 года, так что у украинцев было всего две недели, чтобы определиться со своей позицией. Эксперты предполагали, что выборы выиграет действующий президент Леонид Кравчук, однако они ошиблись: с незначительным отрывом во втором туре победил Леонид Кучма.

По мнению автора книги «Украина: четверть века независимости. Взгляд постороннего» Александра Афанасьева, Леонид Кравчук и его соратники допустили множество ошибок в ходе избирательной кампании, в частности, сделали ставку на «аппаратное ведение предвыборной борьбы»: его помощники еще со времен ЦК Компартии Украины не проявляли самостоятельности и не склонны были к креативным решениям. Возможно, они вообще не были готовы к конкурентной борьбе, по инерции полагая, что административного ресурса действующего главы государства и так хватит для победы (отчасти, это подтверждалось и результатами первого тура). Сотрудники штаба Кучмы, наоборот, постоянно выступали в СМИ, давали смелые по тем временам комментарии относительно хода кампании и ее участников, обещали стране процветание в случае победы своего кандидата и катастрофу в случае победы его оппонента. Между первым и вторым туром соратники Кучмы заявили, что действующий президент собирается фальсифицировать выборы, задействовав при этом административный ресурс: якобы в регионы Украины выехали тысячи представителей «партии власти», за счет влияния и голосов которых будет обеспечена победа Кравчука. Так ли это было, и могли ли даже несколько тысяч человек, отправленных в разные области страны всерьез изменить что-либо в голосовании многомиллионной стране, однако сама информация об этом настроила колеблющуюся часть избирателей против действующего президента. К тому же, за несколько дней до голосования в Киеве из-за отсутствия лицензии внезапно отключают телеканал «Гравис», работавший на Леонида Кучму. Это вызывает возмущение граждан: Кравчук отнимает свободу слова.

Кроме того, Кравчук сосредоточился на личных встречах с избирателями и многочасовыми выступлениями перед ними. Кучма же куда больше внимания уделял встречам и переговорам с директорами заводов, руководителями колхозов и совхозов. Кроме того, Кучму поддерживают российские телеканалы, которые в то время были на Украине значительно популярнее местных. Да и вообще, Леонид Кучма воспринимается гражданами, уже хлебнувшими независимости, как пророссийский – а, значит, более способный к возвращению в общество и экономику стабильности – кандидат. К Кравчуку, как к одному из подписавших Беловежские соглашения и как к политику, в годы своего президентства опиравшегося на «национал-демократическую» часть Верховной рады, отношение у избирателей было куда более сложным.

«Слушая национально-жгучие речи «романтических политиков», Л. Кравчук допустил ошибку: в момент всплеска национальных идей он абсолютизировал менталитет населения одного – западного – региона Украины и перенес его на все общество, на весь народ. Восток и Юг были денационализированы и встали против. Они восприняли украинскую национальную идею не иначе, как «националистическую», как оскорбление собственной безнациональной национальности (в этих областях проживает от 70 % (Крым) до 30 % (русских), как разрыв дружбы с русским народом и явно или скрыто отклоняли ее. Особенно активно вели себя люди, которые не желают знать украинский язык, – пишет Александр Афанасьев. – Интеллигентская прослойка общества, которая обеспечивала духовную поддержку Л. Кравчуку в первом президентском марафоне, вскоре раскололась на две части: малочисленную (в основном жители Галичины) группу сторонников и многочисленную (в основном с Левобережья, Приднепровья и Юга Украины) группу оппонентов проводимому им курсу на национальное возрождение украинского народа и других народов»[75].

Во втором туре 10 июля 1994 года победу над действующим президентом Леонидом Кравчуком (48,6 %) одержал экс-премьер Леонид Кучма (51,3 %). И хотя разрыв между кандидатами составлял чуть больше трех процентов голосов избирателей, Леонид Кравчук не пытался оспаривать результаты выборов. Впоследствии он называл Кучму предателем и «своей главной кадровой ошибкой», однако на Украине произошел мирный транзит власти и 19 июля 1994 года президентом стал Леонид Кучма. А в стране наступила эпоха, которую сами украинцы называют «кучмизмом».

Часть II. Украина при Кучме

Глава 1. Инженер приходит в политику

Из пяти украинских президентов, единственным[76], кому удалось избраться на второй срок, был Леонид Данилович Кучма. Его предшественнику и его преемникам не удавалось удерживаться при власти дольше одного срока – а у четвертого президента Украины Виктора Януковича не получилось добраться и до конца первого срока – и связан такой стремительный транзит власти, в первую очередь, с невероятным предвыборным популизмом будущих президентов и их отказом выполнять данные избирателям обязательства почти сразу же после инаугурации. Трудно однозначно ответить на вопрос, насколько это связано с личностными качествами самих украинских президентов, а насколько – с самой системой государственного управления, сформированной, собственно, Леонидом Кучмой.

В принципе, Украина в период с 1994‑го, когда Кучма выиграл президентские выборы, и до государственного переворота 2014‑го являлась политическим проектом именно Леонида Кучмы. Уже в периоды президентства Виктора Ющенко и Виктора Януковича среди недовольных властью общественных деятелей, активистов и журналистов была популярна шутка: «Теперь у Кучмы просто другая фамилия», грустно констатировавшая тот факт, что как ни меняйся на Украине президент, разрушить или изменить систему отношений власти, общества, бизнеса и др., созданную Леонидом Кучмой все равно не получится. И, несмотря на то, что граждане Украины Кучму не любили, а политики посткучмовских времен объясняли свои многочисленные провалы в экономике, а также внешней и внутренней политике «наследством», доставшимся от второго президента Украины, спустя годы становится очевидным, что именно его политика, а после – ее инерция обеспечивала стабильное, мирное и, не побоюсь этого слова, вменяемое существование украинского государства. Неслучайно, вскоре после «оранжевой революции» 2004 года на стенах домов в Киеве и других крупных городах Украины популярными стали граффити «Данилыч, прости нас».

Кем же был Леонид Кучма и каковы характерные особенности его эпохи?

Второй президент Украины родился в 1938 году в селе Чайкино Черниговской области. Отец его был лесником, а мать работала в колхозе. Детство Леонида было трудным – отец погиб в Великую Отечественную войну, и матери пришлось растить троих детей одной. После школы Кучма поступил в Днепропетровский государственный университет на физико-технический факультет. В интервью второй президент Украины неоднократно рассказывал, что выбрал именно этот факультет, поскольку там была самая высокая стипендия. Он старательно учился, занимался комсомольской и общественной работой, дважды ездил на целину, где получил медаль «За отвагу на пожаре» – горело пшеничное поле в степи, и Леонид с товарищем бросились тушить пламя, не дожидаясь подмоги.

После окончания университета в 1960 году молодой инженер-механик Леонид Кучма был распределен на Днепропетровский завод «Южмаш», производивший первые в СССР массовые баллистические ракеты Р-12 и Р-14, а также другие виды ракет. Трудовой энтузиазм, а также способности Кучмы были замечены руководством, и вскоре его перевели в конструкторское бюро, занимавшееся ракетными разработками, комсомольскую, а затем и партийную организацию которого он возглавил. Спустя несколько лет на «Южмаше» он познакомился со своей будущей женой Людмилой, приемной дочерью одного из руководителей завода, Николая Туманова, который, вскоре после замужества дочери стал министром среднего машиностроения СССР и немало поспособствовал карьерному росту зятя. Так, в 1982 году Кучма стал секретарем парткома «Южмаша» – серьезнейшая должность по тем временам, а в 1986‑м – генеральным директором этого завода.

Впрочем, конец 1980‑х был для предприятий военно-промышленного комплекса не лучшим временем: в рамках объявленной Михаилом Горбачевым конверсии – перевода оборонных заводов на выпуск гражданской продукции или продукции двойного назначения – «Южмашу» также необходимо было расширять свое производство, причем после распада СССР приходилосьделать это в условиях сокращения государственного финансирования и разрыва логистических цепочек. Тем не менее под руководством Леонида Кучмы «Южмаш» продолжал функционировать: выпускать не только ракетно-космическую технику, но и троллейбусы, ветряные генераторы, оборудование для мясоперерабатывающей промышленности, а не закрылся, как многие оборонные заводы, чьи производственные площади, территории и оборудование в то время были проданы за бесценок, а сотрудники отправлены в бессрочные отпуска или на биржу труда. Кучме же удалось сохранить и «Южмаш», и его трудовой коллектив.

Несмотря на партийную карьеру, участие в нескольких съездах и – с 1990‑го – мандат депутата Верховного совета УССР, Леонид Кучма долгое время относился к политике равнодушно: даже когда Леонид Кравчук предложил ему стать премьер-министром, он согласился не сразу – директорское кресло казалось ему более надежным для приложения своих сил. «Я не политик, а ракетчик», – по слухам, заявлял он. И действительно, политическая активность Кучмы в парламенте была минимальной: по воспоминаниям коллег-депутатов, он ни разу не брал слово на заседаниях парламента. Кстати, в годы президентства Кучма также не отличался особой словоохотливостью, в отличие, скажем, от президентов Виктора Ющенко и Владимира Зеленского, способных часами говорить ни о чем, Кучма предпочитал краткие публичные высказывания. Забегая вперед, отмечу, что в своем кругу он любил высказываться, что называется, на грани фола, и это не только сыграло с ним злую шутку во время «кассетного скандала», но и повлияло на судьбу Украины в целом.

Возглавив правительство, Леонид Кучма сначала понравился всем: жителям Востока Украины нравилось, что правительство возглавил человек, постоянно говоривший о дружбе с Россией. На Западе страны отмечали наличие в его правительстве «национал-демократов» Александра Емца, Игоря Юхновского, Николая Жулинского, Виктора Пинзеныка, Тараса Стецькива, причем на важнейших для молодой страны – экономических и гуманитарных – должностях. Даже глава Народного руха Вячеслав Чорновил неоднократно хвалил Кучму и не стал выдвигать свою кандидатуру на президентских выборах 1994 года, где развернулась борьба между первым президентом Украины Леонидом Кравчуком и экс-премьером Леонидом Кучмой.

Назначая Кучму премьером, Леонид Кравчук предполагал, что «крепкий хозяйственник» сможет затормозить падение экономики и провести необходимые стране реформы, однако в тот момент, во-первых, не имелось законодательной базы для реформ, а, во-вторых, привыкший решать конкретные задачи бывший гендиректор завода Кучма просто не справлялся с Верховной радой, которая в десятидневный срок имела право отменить правительственные декреты. Ну и, в-третьих, на Украине продолжался дележ собственности и накопление первоначального капитала, поэтому депутаты, по большей части, представлявшие интересы, увы, не народа, формирующихся финансово-промышленных групп не были настроены на наведение в стране порядка, ведь в отсутствие четких законодательных норм делить оставшуюся госсобственность и получать от государства выгодные контракты куда легче. Такие условия работы Кабинета министров Украины под руководством Леонида Кучмы позволили СМИ называть его «правительством обреченных».

Попытки Кучмы навести порядок и поднять экономику зачастую приводили к противоположному результату: так, квоты на беспошлинный вывоз определенных групп товаров приводил к формированию коррупционных связей, а вовсе не укрепляли экономику. О реэскпорте российской нефти в европейские страны по демпинговым ценам и последующем скандале и сокращении поставок подробно рассказывалось в предыдущей главе. Существовали и другие более или менее масштабные проблемы, решение которых, затянулось на долгие годы, как, например, сооружение нефтяного терминала в Одессе, который, по мнению националистически ориентированных депутатов и чиновников должен был способствовать энергетической безопасности Украины, а также утвердить ее статус в качестве страны-транзитера нефти.

1.1. Экологи против терминала

15 февраля 1993 года президент Украины Леонид Кравчук подписал Указ о строительстве морского нефтяного терминала «Южный». Он должен был стать воротами, через которые каспийская нефть будет поступать в Украину, а также исходной точкой нефтепровода Одесса-Броды. Примечательно, что в желании получать турецкую нефть и продавать ее за доллары солидарны были не только национально-ориентированные чиновники и депутаты, но и одесские криминальные авторитеты Саша Ангел (Александр Ангерт) и Владимир Галантерник. При этом местные экологи считали, что строительство терминала серьезно повлияло бы на экосистему Черного моря. «Две части терминала предполагалось разместить на Одесской банке, которая является местом размножения 60 % рыбы Черного моря, – пишет в своих воспоминаниях российский экоактивист Игорь Изместьев, принимавший участие в выступлениях против строительства терминала. – В поселке Южное предполагалось сконцентрировать химических и нефтехимических предприятий. Это значительно увеличили бы риск техногенной катастрофы. Проливы нефти при перегрузке неизбежно привели бы к загрязнению грунтовых вод и подземных природных резервуаров, которые представляют особую ценность в этом засушливом регионе. Украинские власти шли на нарушение Международной конвенции по обеспечению готовности на случай загрязнения нефтью, борьбе с ним и сотрудничеству от 30 ноября 1990 года и Бухарестской Конвенции (Конвенции о защите Черного моря от загрязнения) 1992 года, которую подписали РФ, Болгария, Турция, Грузия, Румыния и Украина»[77].

Летом 1993‑го одесский Социально-экологический союз, руководителем которого была Алла Шевчук, организовал международную акцию против строительства терминала в городе Южное Одесской области. Шевчук обратилась к украинским, российским и европейским экоактивистам с призывом приехать в международный экологический лагерь под Одессой и поддержать борьбу против строительства терминала. В те годы экологическая повестка была очень популярна у молодежи, и в лагерь под Южное съехались активисты из Киева, Харькова, Запорожья, Одессы, Южного, Донецка, Чебоксар, Москвы, Нижнего Новгорода и др. Они устраивали пикеты в центре Одессы и пытались объяснить местным жителям, что строительство терминала приведет к экологической катастрофе. Однако одесситы, как и другие жители Украины в начале 1990‑х все еще верили в светлое «незалежное» будущее и продолжали надеяться на быстрое обогащение, и предполагали, что нефтяной терминал приблизит их к этой цели, поэтому не особенно интересовались акциями протеста. Экоактивисты сначала захватили стройплощадку терминала, а после того, как их вытеснили оттуда бойцы спецподразделения «Беркут», пытались блокировать подъезды к стройплощадке.

Неожиданно экоактивистов поддержал кандидат в мэры Одессы Эдуард Гурвиц – его соперник, Алексей Костусев, считался ставленником криминального авторитета Саши Ангела и предсказуемо выступал за строительство терминала. На фоне протестов выборы выиграл Гурвиц, и после его обращения в Одесский облсовет строительство было прекращено до решения арбитражного суда. Достроен терминал был только в 2003 году, после многочисленных судебных разбирательств, то дававших разрешение на строительство, то отменявших его, но так толком и не заработал.

1.2. Кандидат в президенты

На фоне многочисленных скандалов и противостояний в июне 1993‑го президент Леонид Кравчук издал указ «О неотложных мерах по стабилизации экономической и политической ситуации в Украине», согласно которому президент сам должен был возглавить правительство. Леонид Кучма был возмущен и заявил о намерении подать в отставку. «Должность премьер-министра на Украине фактически упразднена, – заявил он тогда журналистам. – Мне же определена роль вице-президента для особых поручений. Я шел в правительство руководителем Кабинета, с твердым желанием вывести экономику из кризиса, а не председателем комитета, у которого отобрали все силовые правительственные структуры и средства массовой информации. Поэтому на ближайшей сессии парламента будет сделано обоснованное заявление об отставке».

В октябре 1993 года правительство Леонида Кучмы ушло в отставку, исполняющим обязанности премьера стал Ефим Звягильский. Кучма вернулся в Днепропетровск, считая, что его политическая карьера закончена. Однако, как показало время, это было совсем не так. Так называемое «директорское лобби» в Верховной раде всерьез задумалось о Кучме как о кандидате в президенты. Уже в ноябре 1993‑го он был избран председателем Украинского союза промышленников и предпринимателей (УСПП), а 21 марта 1994 года в курортной Пуще-Водице под Киевом по инициативе УСПП состоялось совещание директоров крупнейших предприятий бывшего СССР. Это был неплохой избирательный ход в условиях, когда в стране началась ностальгия по советским временам. 27 марта Леонид Кучма становится депутатом Верховной рады – он выиграл выборы в одномандатном округе Черниговской области, где родился и вырос.

Вскоре после этого он был выдвинут кандидатом в президенты Украины, и выиграл у Леонида Кравчука во втором туре. Тогда Кучме удалось грамотно построить свою избирательную кампанию: русскоязычным избирателям на Востоке Украины он рассказывал о дружбе и сотрудничестве с Россией, обещал придать русскому языку статус второго государственного; заручился поддержкой очень популярных тогда на Украине российских СМИ. Киевлянам и жителям центральной части страны он говорил о том, что независимость и экономическую стабильность может обеспечить только крепкий хозяйственник, а политики – то есть, выходцы из структур КПСС, как его оппоненты Леонид Кравчук и Александр Мороз – доведут страну до экономического краха и утраты независимости. Себя же он представлял именно как крепкого хозяйственника, которому на посту премьер-министра не хватило времени и полномочий, чтобы осуществить задуманное.

Помимо поддержки российских СМИ, Кучме удалось добиться и поддержки США, где он побывал в разгар избирательной кампании по приглашению вице-президента Ричарда Никсона. Объясняя «американским партнерам» пророссийскую направленность своей программы, он убеждал их в том, что сотрудничество с Россией никак не помешает отношениям Украины с коллективным Западом. Таким образом еще на этапе предвыборной кампании Кучма закладывал основы политики «многовекторности», которую с переменным успехом стремился поддерживать все годы своего президентства.

Во втором туре выборов Леонид Кучма одержал победу над Леонидом Кравчуком: за него проголосовали 52 процента избирателей. Примечательно, что выиграл выборы он в восточных и центральных областях Украины, а в западных – проиграл Кравчуку вчистую. Такое распределение голосов по областям страны, проявившееся уже на досрочных выборах президента 1994 года, в дальнейшем приведет Украину к серьезным политическим конфликтам, а в дальнейшем – и к отделению от нее Крыма, Донецкой и Луганской областей. Дело в том, что население Западной Украины меньше, чем население Восточной, соответственно, и избирателей там меньше. При этом большинство жителей Западной Украины не считали для себя возможным голосовать за выходцев «с Востока», а в случае их победы пытались оспорить результаты выборов, устраивали акции протеста и в целом не желали признавать президентов «с Востока» легитимными. Виктору Януковичу эта электоральная особенность стоила победы на президентских выборах 2004 года: тогда вследствствие «оранжевых» майданов в Киеве и западных областях Украины результаты выборов были оспорены в Верховном суде и назначен неконституционный «третий тур», в котором после мобилизации всего «оранжевого» электората и манипуляций сознанием сомневающихся избирателей победил «проукраинский кандидат» Виктор Ющенко. В 2010 году Янукович все-таки стал президентом, но в феврале 2022 был лишен власти в результате государственного переворота – несмотря на «проевропейские» лозунги, «Евромайдан» 2013–2014 гг. был в первую очередь нацелен на свержение законно избранной власти уроженца Донбасса. А на силовом противостоянии настаивали именно выходцы с Запада Украины: их президент с Восточной Украины не устраивал никаким образом.

Впрочем, в 1994 году о таких вещах на Украине не задумывались. И, конечно, нежелание жителей западных областей голосовать за Леонида Кучму было связано с боязнью утратить недавно обретенную независимость страны, ведь соперники Кучмы представляли его избирателям как «пророссийского» кандидата. Как показало время, такая оценка предвыборной программы и личности Леонида Кучмы была в лучшем случае ошибочной, а в худшем – сугубо манипулятивной.

Глава 2. Первый срок (1994–1999)

2.1. Многовекторный президент

Многие годы неудачи Украины на пути евроинтеграции было принято объяснять «многовекторной» внешней политикой Леонида Кучмы: о тесном сотрудничестве со странами Евросоюза и США при сохранении особых отношений с Российской Федерацией он заявлял еще во время предвыборной кампании. Собственно концепцию «многовекторности», определявшую внешнюю политику Украины до 2004 года, Кучме предложил глава его администрации, историк Дмитрий Табачник. «Фактически она заключалась в лавировании между ЕС, РФ и США и учитывала не только различную ментальность юго-восточных и северо-западных регионов, но и позволяла украинскому государству проводить политику, исходя из сугубо прагматичных экономических интересов», – пишет Валерия Ромащенко в статье «Основные направления внешней политики Л. Кучмы (1994–2004)»[78].

В рамках концепции «многовекторности» Кучма старался представить Украину неким «мостом» между Россией и Западом. При этом ориентация на европейские ценности и структуры была немыслима без экономических преференций, которые Украина получала от РФ – низкие цены на энергоносители и рынки сбыта для украинских товаров. В то же время Украина получала от западных стран для «содействия более решительному проведению экономических преобразований и интеграции Украины в мировую экономику»[79], и уже к 1996 году стала третьим, после Израиля и Египта, государством по объему полученной американской помощи.

Леонид Кучма был прагматиком и прямо заявлял, что украинцам не стоит надеяться на выход их товаров на европейские рынки, поскольку те уже заняты, главное – не потерять те рынки (России и других постсоветских стран), которые уже есть. «Без ВПК, без сотрудничества с Россией в этой области, Украина может потерять свои научно-технические возможности. Западу мы с этими возможностями не нужны. Не сохранимся в качестве страны высоких технологий – будем покупать американские самолеты, как поляки», – размышлял он в своих мемуарах «После майдана»[80].

И все же, несмотря на «многовекторность», отношения с Россией играли при Кучме важную, но подчиненную роль. Их особый статус подчеркивался, но в основном сводился к тем или иным льготам и преференциям, которые можно было получить от Москвы, в то время как российские интеграционные инициативы Украиной не то чтобы не поддерживались напрямую, а, скорее, мягко саботировались. Конечной задачей такой экономической «многовекторности» являлся подход: получать деньги от МВФ, а на них покупать у России газ по более низким, чем для Европы, ценам.

Эта внешняя политика была достаточно удобна для обслуживания частных или корпоративных интересов властных элит. Так, были приняты протекционистские меры в области металлургии, автомобилестроения с целью «защиты национального производителя», а на самом деле – ради устранения конкуренции финансово-промышленным группам, близким к власти. Примером этой политики может служить ситуация вокруг первой приватизации «Криворожстали» в 2004 году, когда иностранным инвесторам заблокировали участие в приватизационных тендерах, и в результате этот металлургический комбинат был продан за 900 млн долларов Инвестиционно-металлургическому союзу, акции которого принадлежали System Capital Management (56,25 %) донецкого предпринимателя Рината Ахметова и корпорации «Интерпайп» (43,75 %) зятя Леонида Кучмы, днепропетровского предпринимателя Виктора Пинчука. После «оранжевой революции», в рамках выполнения предвыборных обещаний Виктора Ющенко, «Криворожсталь» была реприватизирована и в октябре 2005 года продана британской корпорации Mittal Steel за 4,8 млрд долларов.

«Многовекторная» внешняя политика Кучмы вызывала внутри Украины много критики: Компартия и пророссийские силы считали ее чересчур «прозападной», представители националистических сил, наоборот, слишком пророссийской. И те и другие постоянно упрекали Леонида Кучму в нарушении принятых на себя международных обязательств, метаниях между геополитическими партнерами. Характерным примером такого лавирования между Россией и Западом является, например, официально заявленное в 2001 году стремление Украины вступить в НАТО, несмотря на заключенный с Россией в 1997 году договор «О дружбе, партнерстве и сотрудничестве».

Сам же второй президент Украины не видел в своем внешнеполитическом курсе ничего зазорного: он вообще считал его оптимальным для Украины. «Резко повернуться в сторону России – значит восстановить против себя Запад, особенно США. Это чревато многими реальными и серьезными неприятностями. Продолжить курс только на запад – значит еще больше восстановить против себя Россию. Это тоже чревато…»[81], – рассказывал Кучма в своих мемуарах. Более того, маневры между Западом и Россией давали Леониду Кучме возможность откладывать проведение радикальных экономических реформ, на которых настаивали международные финансовые организации.

Несмотря на критику Кучме удавалось сохранять хорошие отношения и с Россией, и с «коллективным Западом». Отчасти это было обусловлено его характером и жизненным опытом. Он легко находил общий язык и с первым президентом России Борисом Ельциным, и с Владимиром Путиным, а в отношениях с западными партнерами вел себя как скромный и надежный партнер, готовый принять любые предложения, однако не в ущерб себе и своей стране. «Глупо досаждать соседу в ущерб себе. Это глупо на бытовом уровне, а на государственном – опасно, безответственно», – объяснял он в многочисленных интервью.

Пытался Кучма развивать и независимые от Российской Федерации структуры постсоветских стран вне рамок Содружества Независимых государств – в частности, в 1997 году была создана Организация за демократию и экономическое развитие ГУАМ, в которую вошли Грузия, Украина, Азербайджан и Молдавия. Предполагалось, что в рамках ГУАМ страны-учредители будут развивать взаимную торговлю, в первую очередь, энергоносителями, а также предоставлять друг другу разнообразные торговые преференции. Ориентирована ГУАМ была и на сотрудничество с евросоюзовскими структурами, даже учредительная конференция организации состоялась в Страсбурге, в ходе саммита Совета Европы. Однако деятельность ГУАМ в период президентства Леонида Кучмы была вялой, некоторое оживление произошло только после «оранжевой революции»: состоялось несколько саммитов, были озвучены амбициозные планы о намерениях. Однако вместе с уходом «оранжевой» власти во главе с президентом Виктором Ющенко ГУАМ снова прекратил активную работу.

Пришедший к власти после Кучмы третий президент Украины Виктор Ющенко отменил «многовекторность» во внешней политике и сосредоточился евроинтеграции, с Москвой же он изо всех сил пытался испортить отношения. Как уже говорилось выше, в украинских политических кругах националистического толка долгие годы господствовала идея о необходимости плохих отношений с Российской Федерацией для вступления в НАТО и Евросоюз. Как мы видим, идея размежевания с Россией в угоду фантазийной евроинтеграции привела Украину к отделению от нее Крыма, Донецкой и Луганской областей, а военная агрессия в адрес ДНР и ЛНР, проводимая под радикально националистическими лозунгами, вынудила Россию начать на территории Украины специальную военную операцию для защиты жителей Донбасса от украинской армии и националистических добровольческих батальонов, уничтожавших мирное население этого региона. При этом интеграция Украины в Евросоюз и НАТО так и остаются на уровне обещаний и сугубо символических жестов.

2.2. Первая Конституция Украины

Обретение Украиной независимости в 1991 году, возможно, было подготовлено на политическом и эмоциональном уровнем, но с точки зрения государственного строительства Украина к самостоятельному существованию новая страна была не готова. Мы уже рассматривали казус отсутствия в Конституции УССР, принятой в 1978 году, по которой страна продолжала жить, должности президента и его полномочий, поэтому значительную часть своего президентского срока Леониду Кравчуку пришлось потратить именно на легитимизацию своей должности.

Конституционный процесс начался на Украине в 1992 году, однако сам Основной закон был принят лишь 28 июня 1996 года. Такой долгий период принятия новой Конституции был связан с постоянно сотрясавшими страну политическими кризисами, в результате которых назначались то новые парламентские, то новые президентские выборы, а вопрос принятия новой Конституции отходил на второй план.

Став президентом, Леонид Кучма уже в начале сентября 1994 года потребовал сформировать комиссию по разработке нового Основного закона. Вскоре парламент проголосовал за соответствующее постановление. «Однако деятельность Конституционной комиссии оказалась малопродуктивной из-за постоянных противоречий между Верховной радой Украины и главой государства по поводу определения особенностей будущей структуризации публичной власти, делегирования части полномочий, имманентно присущих Верховной Раде и конституционно за ней закрепленных», – пишет кандидат юридических наук Ирина Слоевская в статье «Проблемы разработки Конституции Украины 1996 года»[82].

18 мая 1995 года Верховная рада приняла закон «О государственной власти и местном самоуправлении», внесенный президентом Леонидом Кучмой. Впрочем, вступить в силу этот закон так и не успел, поскольку превращал Украину из парламентско-президентской в президентско-парламентскую республику, в которой президент получал право назначать правительство и его главу без какого-либо согласования с Верховной радой, а также должен был возглавить и систему местных органов государственной власти, что предсказуемо не устраивало большинство депутатов. Забегая вперед, отметим, что распределение власти между президентом и парламентом в новейшей истории Украины еще не раз вызовет политические кризисы, спровоцирует невыгодные всем участникам компромиссы и даже будет являться поводом для массовых беспорядков.

Учитывая сложную политическую ситуацию, Верховная рада и президент заключили конституционный договор «Об основных принципах организации и функционирования государственной власти и местного самоуправления в Украине на период до принятия новой Конституции Украины», который вступил в силу с момента подписания 8 июня 1995 года. Положения Конституции Украины 1978 года признавались действующими только в части, согласующейся с указанным договором. Это стимулировало конституционный процесс, поскольку права парламента ограничивались, а функции исполнительной власти расширялись. И все равно парламент дорабатывал Основной закон очень долго: в документ пытались внести порядка 6 тыс. поправок, а само рассмотрение Конституции в парламенте длилось 24 часа. За принятие документа проголосовали 315 депутатов.

Конституция 1996 года утверждала Украину как «суверенное, демократическое и правовое государство», главным источником власти в котором является народ. Также в документе указывался единственный государственный язык – украинский, и возможность иметь только одно – украинское – гражданство. Утверждалась и структура управления государством: однопалатный парламент (450 депутатов), Кабинет министров, а президент обеспечивал согласование функций и полномочий законодательных и исполнительных институций.

Однако огромное количество взаимных уступок, на которые Леонид Кучма и представители Верховной рады пошли в ходе согласования документа, превратили Конституцию 1996 года в документ, который почти сразу же потребовал доработок. «Непоследовательные и противоречивые положения проанализированных конституционных актов обозначили последующую противоречивость во взаимодействии ветвей государственной власти и в первую очередь – законодательной и президентской, – объясняет Ирина Слоевская. – Компромиссный характер многочисленных проектов и принятых конституционных решений при отсутствии политической воли правящих партий выстроить и обеспечить функционирование системы публичной власти, которая бы удовлетворяла амбиции разных субъектов – представителей органов государства, не мог предотвратить очередное перераспределение полномочий высших институций в дальнейшем»[83].

И действительно, уже 15 января 2000 года, в самом начале своего второго президентского срока Леонид Кучма подписывает указ о проведении 16 апреля 2000 года референдума, где гражданам предлагается утвердить следующие изменения в Конституцию: сокращение количества депутатов с 450 до 300; введение двухпалатного парламента; право президента распускать парламент, в случае, если он в течение месяца не сформирует постоянное действующее большинство или в течение 3 месяцев не утвердит проект госбюджета; снятие депутатской неприкосновенности.

Граждане поддержали предложенные Кучмой изменения, однако выяснилось, что внести их в Основной закон нельзя, поскольку в Конституции 1996 года отсутствовал механизм имплементации решений референдумов. Чуть позже, зимой 2001‑го, оказалось, что Основной закон Украины не предусматривает и процедуры импичмента президента… В общем, разной степени успешности попытки изменить Конституцию так, чтобы приспособить ее к текущим нуждам власти предпринимал каждый следующий президент Украины.

2.3. Леонид Кучма поднимает экономику

После победы Леонида Кучмы на президентских выборах на Украине наметилась тенденция к финансовой стабилизации. Более того, экономика стала выходить из состояния гиперинфляции. По данным газеты «Коммерсантъ», в 1994 году цены выросли только в 5 раз, тогда как в 1993 году – в 100 раз[84]. В то же время темпы осуществления реформ были недостаточными, в том числе и по причине просчетов государственной политики, поэтому Кучма настаивал на ускорении приватизации. По его мнению, до конца 1995 года должны были быть приватизированы 8000 крупных и средних предприятий и 90 % малых. Помимо прочих мер, новая экономическая программа предусматривала ужесточение платежной дисциплины, особенно в части расчетов за энергоносители. В публичных выступлениях того времени Кучма стремился донести до украинских потребителе энергоносителей серьезность заявлений России, которая утверждала, что не будет поставлять газ без оплаты: а сжигание в топках кредитов международных финансовых организаций, которые нужно в первую очередь направлять на структурную перестройку экономики, – дело бесперспективное.

В течение первых 2–3 лет после провозглашения экономического курса Леонида Кучмы в экономике наметились сдвиги к лучшему. Началась реальная приватизация, в результате которой доля государственной собственности сократилась с 96 до 62 %. В сентябре 1996 года была проведена денежная реформа, ее суть заключалась в фактической деноминации в 100 тыс. раз «купоно-карбованца», который находился тогда в обращении, и замене его гривной.

Вместе с тем были осуществлены либерализация цен, валютного курса, разгосударствление земель. Леонид Кучма проводил реформы до той степени, до какой ему позволяла парламентская оппозиция – как «левая» в лице коммунистов и социалистов, выступавших категорически против приватизации земель сельско-хозяйственного назначения, так и «национал-демократов», которые, наоборот, стремились к продаже всего и вся «европейским партнерам».

Несмотря на декларируемые Кучмой макроэкономические успехи: снижение инфляции, увеличение в экономике страны доли частного бизнеса, приватизацию, в том числе убыточных предприятий, на положение и настроения населения эти успехи влияли скорее негативно. Среднемесячная зарплата в 1999 году составляла меньше $ 50, к тому же выплачивалась нерегулярно. Увеличивалась безработица, население стремительно опускалось за черту бедности. При этом социальное расслоение росло: предприниматели, особенно, близкие к власти, а также чиновники превращались в самых богатых людей Украины.

Леонид Кучма публично заявлял о необходимости жестких мер против коррупции, на деле же его борьба с коррупцией привела к формированию политическо-экономических кланов, о которых будет рассказано в следующей главе.

Главы правительств первого срока Кучмы: Виталий Масол, Евгений Марчук, Павел Лазаренко и Валерий Пустовойтенко не отличались особой самостоятельностью в принятии решений и проведении реформ, в основном, они действовали согласно указаниям президента.

Колоритной фигурой в ряду первых украинских премьеров был Павел Лазаренко.

2.3.1. Отец украинской коррупции

Не отличавшийся красноречием Леонид Кучма часто повторял журналистам, что назначение Павла Лазаренко сначала вице-премьером, а потом и главой правительства Украины было его самой большой ошибкой: «Если мой внук Роман когда-нибудь спросит меня о самой большой ошибке в жизни, без сомнений отвечу: Лазаренко». Впрочем, в своих мемуарах «О самом главном» второй президент Украины дает Павлу Лазаренко более лестную оценку. «Когда я освободил Марчука[85], – пишет Кучма, – то назначил премьером Лазаренко. И до сегодняшнего дня убежден, что в других условиях из него мог выйти хороший премьер. К сожалению, он в совершенстве умел умножать собственный капитал. Моей ошибкой было то, что я не отреагировал на информацию о его поступках. У него же была привычка падать передо мной на колени и кричать: „Отец! Все делаю для Украины, жизни не пожалею» «. Пикантности подобным разговорам проштрафившегося премьера с президентом придает тот факт, что в Киеве они проживали по соседству – в одном подъезде, поэтому, сколько раз могли разыгрываться такие спектакли жителям Украины оставалось только гадать.

Павла Лазаренко (род.1953) на Украине называют одним из лидеров так называемого «днепропетровского» политико-экономического клана, истоки существования которого восходят еще к первому секретарю ЦК КПУ Владимиру Щербицкому, а некоторые историки связывают влияние «днепропетровских» с личностью самого генсека Политбюро ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева, якобы благоволившего своим землякам и ставившего их на ключевые должности не только в УССР, но и в органах власти всего СССР. Однако не будем забегать вперед в рассказе о кланах, управлявших уже независимой Украиной, а рассмотрим поподробнее жизнь и судьбу Павла Ивановича Лазаренко – единственного за всю историю Украины премьер-министра, лишившегося поста из-за подозрений в махинациях и хищениях на газовом рынке.

Лазаренко руководил украинским правительством чуть больше года: назначен он был в мае 1996‑го, а уже в июне 1997‑го со скандалом снят с должности. Оставаясь народным депутатом Украины, сразу после отставки Лазаренко бежал в США, однако там он был обвинен в финансовых махинациях, вымогательстве, отмывании денег и мошенничестве. По совокупности обвинений в 2006 году он был приговорен к 9 годам тюремного заключения и штрафу в 10 млн долларов. Украинские власти многократно обращались к американским с просьбой об экстрадиции Павла Лазаренко, однако им отказывали, поскольку, по словам, экс-премьера на Украине ему угрожала опасность в связи с оппозиционной деятельностью.

Чтобы иметь возможность представлять себя жертвой политических репрессий, Лазаренко создал партию «Громада» («Община»), в которой начали свою политическую карьеру многие известные украинские деятели, в частности, будущий премьер-министр, «вечная оппозиционерка» Юлия Тимошенко и ее многолетний заместитель, будущий и.о. президента Украины, начавший преступную «антитеррористическую операцию» на Донбассе, «Кровавый Пастор» Александр Турчинов. Именно по спискам «Громады» Турчинов и Тимошенко прошли в Верховную раду в 1998 году. Ну а сам Лазаренко вынашивал планы выиграть президентские выборы 1999 года. И вот на такие амбициозные планы Леонид Кучма уже не мог закрывать глаза: генпрокуратура Украины возбудила против него дело по обвинению в хищении государственных средств, а Верховная рада спешно лишила мандата, обеспечивавшего ему депутатскую неприкосновенность.

На Украине Павла Лазаренко часто называют «крестным отцом» Юлии Тимошенко в бизнесе и политике. Он включил компанию Юлии Тимошенко «Единые энергетические системы Украины» в схемы торговли российским газом. Вообще «газовая коррупция» под руководством Павла Лазаренко достигла такого масштаба, что тогдашний премьер-министр России Виктор Черномырдин прямо заявил Леониду Кучме, что отказывается вести переговоры и сотрудничать с человеком таких моральных качеств, как Лазаренко. Об этом Кучма также рассказывает в своих воспоминаниях. «Внезапно оказалось, что Лазаренко монополизировал газовые поставки, близок к монополизации рынка зерна и спирта, занимается недвижимостью, фабриками, берет на себя контроль над банками, – пишет Кучма. – Думаю, через год-два он приватизировал бы всю страну».

Уже после отставки Лазаренко не оставался в долгу и обвинял в создании коррупционных схем и даже политических убийствах самого Кучму. В частности, допрошенный в суде Сан-Франциско по делу Павла Лазаренко основной свидетель обвинения бизнес-партнер экс-премьера Петр Кириченко заявлял, что в коррупционных схемах на Украине и выводу денег заграницу реальным партнером Лазаренко был сам президент Леонид Кучма, который инициировал уголовное дело против Лазаренко, чтобы скрыть собственное участие в этих преступных схемах.

Так или иначе, после эмиграции в США и получения там девятилетнего тюремного срока – часть из которого Лазаренко провел в тюрьме, а часть под арестом – политическая звезда Павла Лазаренко закатилась. Отбыв срок в 2012 году, на родину он так и не вернулся.

Помимо коррупционных действий и хищений на Украине Павла Лазаренко обвиняли во многих преступлениях: в частности, убийствах президента донецкого футбольного клуба «Шахтер» Ахатя Брагина (октябрь 1995 года) и бизнесмена Евгения Щербаня (ноябрь 1996‑го), считающихся основателями «донецкого клана». Тем не менее, эти обвинения остались только в формате журналистских расследований и домыслов политических оппонентов Лазаренко, до проверок прокуратуры и суда дело так и не дошло.

Также на Украине считается, что в рамках сделки, на которую Павел Лазаренко пошел с американскими правоохранительными органами, чтобы получить относительно небольшой срок, а потом остаться в США, он дал показания, где указал на участие Леонида Кучмы и других высших должностных лиц Украины в коррупционных действиях, что привело к возможности давления американских партнеров на Кучму в важных вопросах внутренней и внешней политики Украины.

Глава 3. Клановое хозяйство

В предыдущих главах уже неоднократно упоминались кланы – региональные финансово-промышленные, «олигархические», группы, имеющие представительство во власти на разных уровнях и лоббирующие таким образом свои экономические интересы. Свой клан имеет почти каждый регион Украины. Помимо наиболее известных крупнейших донецкого и днепропетровского кланов, о многолетнем противостоянии которых подробнее будет рассказано ниже, существуют также галицкий, киевский, полтавский и харьковский кланы. Леонид Кучма полагал, что «(…) в условиях независимой Украины обеспечить ее единство можно, если создать клановый консенсус. А сделать это можно было через раздел имущества и накопление финансовых ресурсов. Тогдашние власти Украины очень боялись, и как видно сейчас не без оснований, что такая разная страна как Украина может пойти по боснийскому сценарию. Страну нужно было объединять, объединять через объединение региональных кланов. С этой целью украинские власти передавали в руки кланов целые отрасли, что делало эти кланы национальными и заставляло думать интересами страны, как они их понимали», – пишет Константин Курылев в статье «Олигархические кланы Украины: анатомия истории»[86].

Кланы имели разные амбиции и возможности. Например, харьковскому (лидер – Михаил Добкин, экс-председатель Харьковской облгосадминистрации, экс-народный депутат, предприниматель, представитель одной из богатейших семей Харькова) или киевскому (лидеры – предприниматель Дмитрий Фирташ, а также братья Григорий и Игорь Суркисы, владельцы футбольного клуба «Динамо» (Киев), нынешний мэр Киева Виталий Кличко) кланам было важно влияние на локальном уровне, а на уровне страны они предпочитали поддерживать более богатые и многочисленные финансово-промышленные группы.

Наиболее влиятельными на Украине являются донецкий и днепропетровский кланы, возникшие еще в советское время. Именно их конкуренция за власть и ресурсы, с одной стороны, способствовала развитию своеобразных демократических институтов: относительной свободы СМИ, собраний, даже культуры; с другой – постоянно приводила к политическим кризисам, а в результате довела Украину до распада.

3.1. «Донецкие» в лицах

Донецкий клан появился сразу после Великой Отечественной войны. Его основоположником принято считать Александра Засядько – любимца Иосифа Сталина, министра угольной промышленности СССР, добившегося того, что все основные средства, выделяемые на угольную промышленность в СССР, направлялись на Донбасс. После смерти Засядько в 1963 году лидерами донецкого клана стали первый секретарь Донецкого обкома КПУ Владимир Дегтярев и заместитель министра угольной промышленности СССР Александр Астрахань. Именно Астраханю обязан своей карьерой четвертый президент Украины Виктор Янукович: в 1976 году Астрахань назначил 26‑летнего Януковича руководителем автобазы объединения «Орджоникидзеуголь», а затем начальником автобазы Министерства угольной промышленности. Следует отметить, что в дальнейшем политические противники Януковича использовали его первую руководящую должность в кампаниях против него. «Украина – не автобаза», – заявляли они, внушая населению мысль, что страной должен руководить кто-то более интеллектуальный.

Следующим главой «донецких» стал директор шахты имени Засядько Ефим Звягильский. Его сменили предприниматель, глава корпорации АТОН, Евгений Щербань и его брат – председатель Донецкой облгосадминистрации Владимир Щербань. В украинских источниках часто можно встретить рассказ о том, как после убийства в 1995 году лидера донецкого криминального мира Алика Грека – авторитетного предпринимателя, владельца ФК «Шахтер» Ахатя Брагина, братья Щербани провели беспрецедентное мероприятие: совещание, в котором участвовали и силовики, и чиновники, и бизнесмены, и представители криминального мира. Губернатор Владимир Щербань якобы обратился к собравшимся с речью примерно такого содержания: «Вы привыкли выполнять любую команду порвать, но вы рвете своих – свой, донецкий бизнес! И сюда будут заходить днепропетровские. При таком вашем подходе, скоро нашим и вашим детям кроме ларька в Донбассе уже ничего не останется!»[87] Правда это или легенда, неизвестно, однако, можно сказать, что эта история передает характер отношений, принятых в донецком клане, прославившемся сплоченностью различных групп – чиновников, предпринимателей, силовиков и даже криминала – в желании защитить Донбасс и его экономические ресурсы от чужаков. В первую очередь – представителей днепропетровского клана.

Кроме того, уже во времена Леонида Кучмы Донбасс начал испытывать гуманитарное давление центральной власти: в регионе, где живут люди разных национальностей – украинцы, русские, татары, греки, евреи и др. – языком общения всегда был русский, что позволяло представителям западных и центральных областей страны считать жителей Донбасса «ненастоящими украинцами», ориентированными не просто на сотрудничество с Российской Федерацией, а и на возрождение СССР. Однако это мнение являлось сугубо манипулятивным – до 2014 года донецкие предприниматели стремились к евроинтеграции точно так же, как и их коллеги с Западной Украины.

После убийства в 1996 году Евгения Щербаня, его брат Владимир покидает пост главы облгосадминистрации (губернатора) и становится народным депутатом Украины. Однако на этом поприще у него не было особых достижений, и в 2005 году Владимир Щербань уехал в США. Там, впрочем, у него тоже не заладилось: он был арестован за нарушение миграционного законодательства, а в 2006‑м по просьбе Украины экстрадирован на родину, где был отпущен на свободу прямо в аэропорту. Политическую карьеру отца подхватил сын – Артем Щербань. Он стал депутатом Верховной рады от Партии регионов.

Возглавивший в 1997 году Донецкую облгосадминистрацию Виктор Янукович стал политическим лицом донецкого клана. Финансово-экономическим лидером – предприниматель Ринат Ахметов.

3.1.1. Ринат Ахметов: самый богатый украинец

Ринат Ахметов[88] (р. 1966) – родственник Ахатя Брагина, унаследовавший его бизнес-активы, в том числе футбольный клуб «Шахтер». Благодаря умелому менеджменту, стал самым богатым человеком Украины. Его компания System Capital Management (SCM), основанная в 2000 году, является крупнейшей инвестиционной группой Украины. Ее предприятия и холдинги работают на Украине, Кипре, в Нидерландах, Болгарии, Швейцарии, Великобритании и США. Компания инвестирует в горно-металлургический бизнес, телекоммуникации, медиабизнес, финансовый сектор, транспорт и т. д. Ахметов неоднократно становился депутатом Верховной рады, однако на заседаниях фактически не появлялся, предпочитая «решать вопросы» в ходе личных встреч с чиновниками и депутатами.

«Свой путь в бизнесе я могу разделить на три этапа. 1992–1995 годы – это неформальная экономика. 1996–2000 – становление бизнеса. 2000‑е и по сегодняшний день – я считаю, это самый важный этап в развитии моего бизнеса. Я назвал его прозрачностью. Что это значит? Это значит создание стоимости, прозрачность структуры собственности, прозрачное управление, профессиональная команда, которая способна выработать четкую прозрачную стратегию, отчитываться перед акционерами и нести ответственность перед коллективом», – рассказывал Ахметов на одной из своих редких пресс-конференций в 2006 году. Эвфемизмом «неформальная экономика» предприниматель очевидно пытался прикрыть слухи о том, что в начале 1990‑х он якобы лично «крышевал» донецкие рынки и выезжал на криминальные «разборки». Так это или не так, оставим на совести украинских историков и журналистов. Впрочем, в 2008 году Высокий суд Лондона вынес решение в пользу Ахметова по его иску к украинскому изданию «Обозреватель», опубликовавшему серию статей о его детстве и юности. Издание было обязано выплатить главе SCM 100 тысяч долларов. Ринат Ахметов вообще очень заботился о своей репутации: с одной стороны, на любые обвинения в незаконных действиях или попытках обнародовать сведения о его прошлом он обращался в суд; с другой – Ахметов активно занимается благотворительностью. По данным СМИ, в 2011 году затраты его фондов «Развитие Украины» и «Эффективное управление» на благотворительность составили 223 млн долларов. С 2014 года фонды Ахметова помогали беженцам из Донецка, а уже после начала специальной военной операции он стал перечислять сотни миллионов гривен на нужды вооруженных сил Украины.

Пик благосостояния Рината Ахметова пришелся на годы президентства Виктора Януковича – тогда его состояние достигало 25 млрд долларов. Однако после Евромайдана и последовавшего за ним государственного переворота активы Ахметова сильно уменьшились – некоторые были национализирована властями Донецкой и Луганской народных республик, некоторые – например, стадион «Донбасс арена» – были разрушены в результате обстрелов ВСУ. По данным СМИ, в 2023 году активы Ахметова составляли 5,7 млрд долларов. Несмотря на потери, он по-прежнему остается самым богатым человеком Украины.

О роли Рината Ахметова в отделении от Украины Донецкой и Луганской народных республик известно мало. Вернее, написано об этом много, но все это не более чем версии и комментарии разнообразных экспертов, проверить подлинность которых пока невозможно. Точно известно лишь то, что Ахметов был категорически против силового разгона Евромайдана и вообще неоднократно заявлял, что Украина должна быть «единой и неделимой». Лидеров ДНР и ЛНР он публично называл «проходимцами», что, впрочем, не мешало ему финансово поддерживать некоторых из них. Очевидно, самый богатый человек Украины рассчитывал договориться и с повстанцами, и с Киевом ради сохранения своих будущих доходов и преференций для бизнеса. Однако ситуация быстро вышла из-под его контроля. После начала боевых действий на Донбассе, Ахметов покинул родной город и переселился в Киев. Предшествовали этому долгие переговоры в его резиденции между представителями ДНР и соратниками олигарха. Компромисса достичь не удалось: первые уголовные дела в республике были возбуждены именно против Ахметова, причем по двум статьям: «За неуплату налогов» и «За попытку свержения власти». С властями Украины сотрудничество у Ахметова тоже не вполне заладилось. Олигарх призывал садиться за стол переговоров и решать конфликт мирным путем, постоянно подчеркивая, что Донецк бомбить нельзя, Донбасс в целом бомбить нельзя.

Такая позиция противоречила позиции тогдашних украинских властей. В начале 2015 года Ахметова даже вызывали на допрос в Генеральную прокуратуру Украины. Правда, почти сразу тогдашний генеральный прокурор Виктор Шокин заявил, что оснований для задержания Ахметова «за сепаратизм» нет.

При этом предприятия Ахметова на территории ДНР и ЛНР продолжали работать, приносить ему доход и даже платить налоги в украинский бюджет вплоть до начала СВО, поскольку были перерегистрированы на территорию, подконтрольную украинскому законодательству. А свое любимое детище – ФК «Шахтер» Ахметов перевез во Львов.

В 2018 году Ахметов подал иск в арбитражный суд Гааги относительно потерянных активов ДТЭК в Крыму, а в 2022 году – иск в Европейский суд по правам человека относительно активов, которые были разрушены в ходе боевых действий. По словам самого Ахметова, его потери от утраты мариупольских предприятий ММК им. Ильича и «Азовстали» составляют от $ 17 млрд до $ 20 млрд.

Ахметов ведет кампанию по созданию себе положительного образа на Западе: в ведущих европейских СМИ постоянно появляются материалы о его щедрости в поддержке ВСУ и пострадавших в результате боевых действий украинцев. Он обещает потратить средства, которые намерен отсудить у России в арбитражном суде, на «восстановление Украины»: реконструкцию и строительство предприятий, создание рабочих мест и т. п., а следовательно – строит новые планы собственного обогащения. Кстати, с началом СВО Ринат Ахметов стал главным подрядчиком производства макетов орудий и боевой техники, которая должна вводить в заблуждение российские разведывательные и боевые дроны[89]. В декабре 2023 года Волжский горсуд Волгоградской области по ходатайству Генпрокуратуры признал Рината Ахметова и его партнеров по бизнесу Бориса Колесникова и Сергея Кия экстремистами за участие в финансировании ВСУ, а также поддержке антироссийской политики и изъял у них кондитерский завод АО «Конти-Рус» в Курске. Суд установил, что нахождение предприятия в их собственности ведет к развитию финансовой базы, использующейся для спонсирования вооруженных формирований Украины.

3.1.2. Виталий Гайдук и Сергей Тарута: «оранжевые донецкие»

Одновременно сподвижниками и конкурентами Рината Ахметова в 1990‑е были создатели корпорации «Индустриальный союз Донбасса» (ИСД) Виталий Гайдук и Сергей Тарута.

Виталий Гайдук (р.1957) начинал свою карьеру в научной среде: окончив Донецкий политехнический институт в 1980 году, он там же защитил диссертацию, а затем перешел на работу в «АвтоВАЗтехобслуживание» – единственную в СССР официальную сеть автосервиса, где можно было достать дефицитные детали для автомобилей. Очереди простых потребителей выстраивались туда на годы вперед. Однако советские практики блата и «левых» заказов позволяли сотрудникам этого автосервиса зарабатывать большие деньги, а также заводить полезные деловые и дружеские связи. Попасть на работу в «АвтоВАЗтехобслуживание» считалось большой удачей и, как правило, происходило «по знакомству». Гайдуку довольно быстро удалось продвинуться по служебной лестнице: начав с должности обычного экономиста, он за несколько лет стал заместителем директора по экономике и, по слухам, заработал там «первоначальный капитал».

В 1988 году, в разгар перестройки, когда было много разнообразных инициатив по новым способам хозяйствования, 31‑летний Гайдук решил воспользоваться одной из них – принял участие в открытом конкурсе на место директора Зуевского энергомеханического завода (ЗЭМЗ) и выиграл его. Этому немало поспособствовал первый секретарь Харцызского горкома КПУ Сергей Тулуб, в то время – близкий друг Виталия Гайдука.

Когда Украина начала строить рыночную экономику, Гайдук приватизировал ЗЭМЗ – примечательно, что ЗЭМЗ оказался первым официально приватизированным предприятием в стране (свидетельство Фонда госимущества номер 1). Параллельно Гайдук занимался разными бизнесами, к тому же подружился председателем Донецкого облсовета Владимиром Щербанем и вскоре стал его заместителем. В 1995‑м, когда Щербаня повысили до главы облгосадминистрации, вместе с ним следующий шаг в карьере сделал и Гайдук – теперь он стал заместителем губернатора.

В том же году вместе с сотрудником «Азовстали», владельцем фирмы «Азовинтэкс» Сергеем Тарутой (р. 1955) Гайдук основал «Индустриальный союз Донбасса», который сначала занимался поставками газа коммунальным предприятиям Донецкой области, а вскоре Гайдук добился того, что все поставки газа в Донецкую области и все расчеты по ним осуществлялись исключительно через ИСД. Такая монополия приносил корпорации «легкие деньги», так что Гайдук и Тарута всячески стремились сохранить ее. В частности, они не пустили в Донецкую область днепропетровскую корпорацию «Энергия», принадлежавшую днепропетровцам – семье Тимошенко, Павлу Лазаренко и Виктору Пинчуку.

Бизнес ИСД стремительно развивался, и не мог не заинтересовать Рината Ахметова – ему тоже захотелось приобщиться к сверхприбылям ИСД. Однако Тарута и Гайдук совсем не хотели чем-либо делиться с Ахметовым. В годы губернаторства Владимира Щербаня им это вполне удавалось, но затем Щербаня сменил Владимир Поляков, а его – Виктор Янукович, который оказывал Ринату Ахметову всяческое содействие, в частности, Ахметов стал полноправным совладельцем ИСД и стал диктовать корпорации свои условия.

В конце 1990‑х-начале 2000‑х ИСД считался активом Ахметова, при этом у корпорации была недобрая слава: вокруг нее постоянно происходили убийства – например, убийство директора компании «Итера» Александра Шведченко, убийство директора Алчевского меткомбината – а также недружественные поглощения предприятий. Сотрудники Гайдука и Ахметова создавали при заводах фирмы-посредники, монополизировавшие продажи продукции и забиравшие себе всю прибыль, затем вводили предприятия в долги, а после выкупали эти долги и завладевали контрольными пакетами акций.

В 2003 году эти финансово-промышленные группы разошлись и поделили сферы влияния: Ахметову достался Донецк, Гайдуку и Таруте – ресурсы Луганска и Луганской области.

Виталий Гайдук неоднократно «предавал» донецкий клан – он работал в команде Виктора Ющенко, финансировал предвыборные проекты представительницы «днепропетровских» Юлии Тимошенко, занимал различные должности в правительстве и Совете национальной безопасности и обороны Украины (СНБО). По мнению журналиста Дмитрия Ковалевича, Гайдук принадлежит к так называемым «оранжевым донецким», представителем Донбасса, перешедшим на сторону националистов, не выдержав конкуренции с Ринатом Ахметовым и другими донбасскими предпринимателями и политиками. В последние годы он часто появлялся на пресс-конференциях вместе с выходцем из Луганска, секретарем СНБО Алексеем Даниловым (р.1962). Вдвоем они рассказывали украинскому народу разнообразную русофобскую ахинею – немыслимые исторические сведения и представления о жизни в Российской Федерации. Однако 26 марта 2024 года Данилов был отправлен в отставку, поскольку в прямом эфире матерно исказил фамилию спецпредставителя Китая по делам Евразии Ли Хуэя, а также фактически признал причастность Украины к террористической атаке на «Крокус сити холл», унесшей жизни более 140 россиян. И хотя представители Украины объявили видео с Даниловым фейком, снят с поста секретаря СНБО он был очень быстро, а затем назначен послом Украины в Молдавии.

«Сейчас Гайдука, как бывшего секретаря СНБО и представителя донбасского крупного бизнеса, вытаскивают на различные русофобские мероприятия, где он должен рассказать расистские теории о бурятах и унитазах, томосе и древних украинцах», – пишет Дмитрий Ковалевич в статье ««Правильный» представитель Донбасса с русофобскими сказками»[90]. А что еще остается делать потерявшему свой бизнес (ИСД) и проигравшему в 2021 году в Высоком Лондонском суде своему бывшему партнеру Сергею Таруте?

«Оранжевая» карьера Сергея Таруты оказалась куда успешнее. После госпереворота 2014‑го он был назначен главой Донецкой облгосадминистрации и занимал эту должность до октября 2014 года. Выступал за введение на Донбассе военного положения и никак не осуждал обстрелы Донецка и других городов. Можно сказать, что именно в период его губернаторства дончане решили окончательно расстаться с Украиной. В 2019 году Тарута даже принял участие в выборах президента, однако снял свою кандидатуру в пользу Юлии Тимошенко.

3.1.3. Андрей Клюев: стратег Партии регионов

Влиятельнейшими представителями донецкого клана на Украине считаются братья Андрей и Сергей Клюевы. В 2013 году активы братьев оценивались в $ 1 млрд.

Андрея Клюева (р. 1964) можно назвать лидером «интеллектуального» крыла донецкого клана и Партии регионов. Его карьера началась на шахте им. Засядько: еще в годы учебы в Донецком политехническом институте Клюев стал работать забойщиком. Получив профессию горного инженера и защитив диссертацию – Клюев автор восьми научно-технических изобретений и множества монографий, посвященных горнодобывающей отрасли, он занялся политической деятельностью – стал заместителем главы Донецкой облгосадминистрации Виктора Януковича по вопросам развития территорий и внешнеэкономической деятельности. После переезда Януковича в Киев Андрей Клюев последовал за ним и в 2003 году стал вице-премьером по топливно-энергетическому комплексу (ТЭК). Он пытается реформировать отрасль, наладить бесперебойные расчеты поставщиков с потребителями, создать новые, выгодные государству и населению схемы функционирования энергорынка. Ему удалось начать реформы, однако в 2004 году Виктор Янукович проиграл выборы Виктору Ющенко, и донецкая команда вынуждена покинуть правительство. Тогда «оранжевые» обвиняли Клюева в руководстве «теневым» предвыборным штабом Януковича и создании «транзитного» сервера, с помощью которого якобы фальсифицировались результаты голосования во втором туре президентских выборов 2004 года. Впрочем, сам Клюев отрицал не только свое участие в фальсификации результатов голосования, но и сам факт существования «транзитного сервера». И действительно, никаких подтверждений наличия подобного способа фальсификации так и не было найдено, что позволяет считать «транзитный сервер» не более чем очередной предвыборной «страшилкой», которую «оранжевая» команда использовала в борьбе за власть.

Андрей Клюев становится депутатом Верховной рады и, одновременно, развивает совместный с братом Сергеем Клюевым (р. 1969) бизнес – предприятие ОАО «Укрподшипник». Созданный еще в 1992 году «Укрподшипник» для торговли углем и металлопродукцией со временем превращается в одну из крупнейших финансово-промышленных групп Украины.

В 2006 году, после провала «оранжевых» на выборах третий президент Украины Виктор Ющенко предлагает своим оппонентам из выигравшей выборы Партии регионов подписать Универсал национального единства. Согласно этому документу, премьер-министром Украины снова стал Виктор Янукович, а Андрей Клюев вернулся на пост вице-премьера, где снова пытался реформировать энергетическую отрасль. Однако этому правительству не суждено было долго работать, уже через год премьером во второй раз стала Юлия Тимошенко, которая привела свою команду.

Всерьез заняться осуществлением реформ и инфраструктурных проектов Андрею Клюеву удалось только после победы Виктора Януковича на президентских выборах 2010 года. Клюева назначили на пост первого вице-премьера, министра экономического развития и торговли в правительстве Николая Азарова. По существу, Клюев руководил всем экономическим блоком Кабинета министров Украины. Помимо инфраструктурных проектов, многие из которых, в частности, несколько станций метро в Киеве, были завершены именно при вице-премьере Клюеве, он занимается поправками к Налоговому кодексу, настаивает на стратегическом прогнозировании и планировании экономики, ее энергоэффективности, подготовкой кадров для последующей работы в госструктурах.

В 2012‑м Клюева неожиданно увольняют из правительства и назначают на пост секретаря Совета безопасности и обороны. Украинские аналитики называли новое назначение Клюева «почетной ссылкой» и связывали произошедшее со скандалом: тогда депутаты от партии «Батькивщина» обвинили первого вице-премьера в организации «перекупки» голосов депутатов из других фракций.

Украинские журналисты писали об Андрее Клюеве как об умелом переговорщике и мастере политической интриги. Например, журналистка украинского издания «Левый берег» Соня Кошкина утверждала, что во время Евромайдана Клюев неоднократно встречался с находившейся в железнодорожной больнице Харькова заключенной Юлией Тимошенко. «Если Янукович действительно хочет как-то «выруливать» ситуацию, единственный человек, с которым он действительно может говорить и который способен своим авторитетом задавить «тройку» – Юлия Владимировна Тимошенко. Следующий вопрос: кто из ПР достаточно авторитетен, относительно самостоятелен в принятии решений и достаточно хорошо знаком с ЮВТ, чтобы вести столь деликатные переговоры? Андрей Петрович Клюев. И другого ответа быть не может»[91], – рассказывала Кошкина на пресс-конференции в Киеве в начале февраля 2014‑го, указывая в качестве источника данной информации помощника госсекретаря США по вопросам Восточной Европы Викторию Нуланд, якобы заявившую: «Нам известно, что госпожа Тимошенко напрямую общается с господином Клюевым в своей больничной палате»[92].

Именно ему приписывают приказ об установке 30 ноября 2013 года елки на Майдане незалежности, в результате которого были милицией были избиты «студенты» (как вскоре выяснилось, вовсе не студенты, а бездомные, пришедшие на центральную площадь Киева погреться и выпить чаю, и зеваки, которые интересовались протестами), а уже почти утратившие интерес к Евромайдану киевляне снова вышли на улицы, и уже в гораздо большем количестве. Из этого многие украинские журналисты делают вывод, что Клюев был «серым кардиналом» Евромайдана. Якобы ему нужны были протесты, чтобы вернуться из «почетной ссылки» во власть. Однако ситуация вышла из-под контроля и закончилась госпереворотом и бегством покровителя Клюева президента Януковича. Впрочем, тайное руководство Евромайданом приписывают и тогдашнему главе администрации президента Сергею Левочкину.

17 января 2014, сразу после принятия печально известных «законов 16 января»[93], вызвавших резкую эскалацию насилия на Евромайдане, Виктор Янукович удовлетворил просьбу Сергея Левочкина об отставке с поста главы администрации президента и 24 января назначил на этот пост Андрея Клюева. Первоочередной задачей, которая была поставлена перед Клюевым, являлись переговоры с лидерами оппозиции – Арсением Яценюком, Виталием Кличко и Олегом Тягныбоком. Нужно было найти мирный выход из создавшегося положения. Однако оппозиционеры не приняли чрезвычайно щедрые предложения Януковича, несмотря на то что Яценюку был обещан пост премьер-министра, Кличко – первого вице-премьера по гуманитарным вопросам.

15 февраля 2014‑го в рамках уступок оппозиции была объявлена амнистия: на свободу вышли все задержанные ранее за участие в протестах. Однако это уже не могло изменить ситуацию, и 18 февраля противостояние перешло в новую, более острую фазу – началось объявленное лидерами оппозиции «мирное наступление»: по всему Киеву начались вооруженные столкновения «майдановцев» с силовиками, а также с «антимайдановцами», чей лагерь находился в Мариинском парке, неподалеку от зданий Верховной рады и Кабинета министров. В этот же день протестующие разгромили и подожгли офис Партии регионов в центре Киева, убили одного из технических сотрудников. Были заблокированы улицы возле Верховной рады

К вечеру бойцам спецподразделения «Беркут» удалось вытеснить протестующих на Майдан незалежности. Силовики пытались «зачистить» площадь, но это приводило лишь к эскалации насилия и новым человеческим жертвам. В ночь на 19 февраля радикально настроенные демонстранты подожгли Дом профсоюзов на Майдане незалежности, захватили еще несколько административных зданий и разграбили Музей истории Киева.

Янукович обратился к нации и обвинил в кровопролитии оппозицию, однако он по-прежнему был согласен на переговоры с оппозицией и не хотел всерьез применять на Майдане силу. При этом столкновения на Майдане продолжались, число как среди протестующих, так и среди силовиков, росло. 21 февраля в присутствии министров иностранных дел Германии и Польши Франка-Вальтера Штайнмайера и Радослава Сикорского, а также руководителя департамента МИД Франции по вопросам континентальной Европы Эрика Фурнье, которые, как предполагалось, должны были быть гарантами выполнения обязательств сторон, были подписаны соглашения между Виктором Януковичем и оппозицией в лице Кличко, Яценюка и Тягныбока. Представитель России Владимир Лукин не стал ставить свою подпись под документом и покинул переговоры.

Стороны договорились о немедленном выводе силовиков из центра Киева, прекращении действий насильственного характера, сдаче оппозицией оружия и возврате к Конституции 2004 года, снова превращавшей Украину в президентско-парламентскую республику.

Виктор Янукович начал выполнять свою часть договора, а вот оппозиционеры не спешили прекращать насилие и сдавать оружие. Радикальных националистов соглашение 21 февраля не устроило, поскольку в нем не были прописаны механизм и обязательства относительно отставки президента, роспуска парламента и наказания виновных за преследования «майдановцев». В результате толпа протестующих снова двинулась к Верховной раде, где в этот момент как раз принимались постановления об оставке спикера Владимира Рыбака и освобождении из тюрьмы одной из лидеров оппозиции Юлии Тимошенко.

Часть «майдановцев» в это же время направилась к резиденции Виктора Януковича «Межигорье», однако там его уже не было: вместе с только что отставленным оппозиционерами спикером парламента Владимиром Рыбаком и главой своей администрации Андреем Клюевым Янукович покинул Киев.

В Севастополе 23 февраля Клюев написал прошение об отставке с поста главы администрации президента и отдал его на подпись Януковичу. Однако реально уволил его Александр Турчинов, после госпереворота занявший неконституционную должность и.о. президента.

25 февраля стало известно о том, что Клюев получил огнестрельное ранение в ногу и находится в одной из киевских больниц. При этом до сих пор нет достоверных данных о том, где именно и при каких обстоятельствах он был ранен. Украинские журналисты высказывали разные версии случившегося: от конфликта с охраной Януковича до попытки «майдановцев» разграбить дом семьи Клюевых и убить его семью. Сам экс-глава администрации президента отказался давать какие-либо комментарии по поводу своего ранения.

Зато на пресс-конференции в украинском информагентстве УНИАН он заявил, что был фактически отстранен от принятия любых решений по урегулированию конфликта и совершенно ничего не знал о готовящемся кровавом сценарии.

В конце февраля 2014‑го Клюев покинул Украину, а уже 4 марта МВД страны внесло его в базу розыска и выразил готовность сотрудничать с правоохранительными органами. Он присоединился к отряду своих коллег, которые внезапно резко осудили действия президента Януковича и считают его одного виновным в смертях на Майдане. Украинские правоохранительные органы обвиняли Клюева в преступлениях против мира и человечности.

Впрочем, довольно скоро с Клюева были сняты не только обвинения, но и санкции Евросоюза, поскольку его вина в препятствовании проведению мирных собраний и кровопролитии на Майдане не была доказана. Сам он заявлял о причастности к гибели людей в Киеве граждан Грузии и стран Балтии, т. н. «неизвестных снайперов», стрелявших в толпу из окон гостиницы «Украина», и о подготовке плана физического устранения Виктора Януковича под названием «Чаушеску».

В 2019 году Клюев пытался участвовать в выборах в Верховную раду, однако ему отказали в регистрации как человеку, больше пяти лет не проживающему на Украине. В феврале 2023 года указом Владимира Зеленского лишен украинского гражданства.

3.1.4. Николай Азаров: любимая мишень русофобов

В отличие от большинства представителей донецкого клана, Николай Азаров (р.1947) родился в российском городе Калуга в семье горного инженера эстонского происхождения Яна Пахло и железнодорожницы Екатерины Азаровой, в России же он получил образование – окончил геологический факультет Московского государственного университета, на Донбасс переехал уже взрослым человеком. Этим объясняется его недостаточно уверенное владение украинским языком, что неоднократно вызывало насмешки и возмущение представителей украинской оппозиции и радикальных националистов. На Евромайдане, в частности, был крайне популярен плакат «Азiров, иди в жiппу!» – с таким характерным чувством юмора пародировали «майдановцы» ошибки Азарова в украинском языке.

Итак, на Донбассе Николай Азаров оказался в 1984‑м. Он возглавил Украинский государственный научно-исследовательский и проектно-конструкторский институт горной геологии, геомеханики и маркшейдерского дела. Был профессором кафедры геологии ДонНТУ.

В конце 1980‑х участвовал в создании Демократической платформы в КПСС, был делегатом XXVIII съезда Компартии СССР. Незадолго до распада СССР считался одним из кандидатов на должность главы Донецкого обкома КПУ. После обретения Украиной независимости вместе с губернатором Владимиром Щербанем создал Партию труда, которую украинская пресса окрестила «партией красных директоров». Стал депутатом Верховной рады

В 1996 году Азаров познакомился со вторым президентом Украины Леонидом Кучмой, который предложил ему возглавить Государственную налоговую администрацию (ГНАУ). В роли главного налоговика Азаров увеличил налоговые сборы по стране в 1,5 раза, чем завоевал себе целую армию «врагов». Негативно настроенные по отношению к Азарову журналисты писали, что налоги он выбивает силовыми методами, используя при этом «бойцов донецкой мафии». Однако это не мешало ему удерживать за собой всю ГНАУ, которую усиленно пыталось переподчинить себе правительство.

В 2000 году Николай Азаров вместе с дончанами Владимиром Рыбаком, Ефимом Звягильским и выходцем из Одесской области Петром Порошенко основал Партию регионов и стал ее председателем. Эта партия считалась политическим крылом донецкого клана, ее поддерживал губернатор Донецкой области, а впоследствии – премьер-министр и президент Виктор Янукович. После госпереворота 2014‑го и выхода Донецкой и Луганской областей из Украины Партия регионов фактически прекратила свое существование. Ее бывшие члены и депутаты фракции Партии регионов в Раде пытались создавать проекты со схожей идеологией – «Оппозиционный блок», «Оппозиционная платформа – За жизнь» и другие, по большей части, локального значения, например, «Блок Кернеса[94] – Успешный Харьков», однако усиливающиеся репрессии в адрес инакомыслящих со стороны власти не позволяли им вести эффективные избирательные кампании, к тому же, выражать поддержку бывшим «регионалам» опасалось и местное население. Партия регионов была запрещена 21 февраля 2023 года.

В 2002 году Виктор Янукович был в первый раз назначен премьер-министром. Пост первого вице-премьера, министра финансов достался Николаю Азарову, аналогичную должность занимал и во втором правительстве Януковича (2006–2007). После победы Виктора Януковича на президентских выборах 2010 года стал премьер-министром.

Деятельность на посту главы правительства Азаров начал с тщательной ревизии работы своей предшественницы Юлии Тимошенко. После чего заявил журналистам о немыслимом ущербе (100 млрд гривен), причиненном Украине ее деятельностью. По его словам, виновные в этом, включая саму Тимошенко, должны быть привлечены к уголовной ответственности.

Правительство Азарова пыталось менять систему госрегулирования на Украине. Примечательной стала попытка внести принять не существовавший до этого времени Налоговый кодекс в ноябре 2010 года: тогда недовольные предстоящими изменениями – предполагалось отменить Единый налог для самозанятых – предприниматели собрали так называемый «налоговый майдан», где требовали от президента Януковича ветировать принятый Радой документ. Протесты на Майдане незалежности продолжались месяц, и в результате Налоговый кодекс был принят без наиболее скандальных поправок.

В ноябре 2013 года Азаров приостановил подготовку к подписанию Соглашения об Ассоциации Украины с ЕС, мотивировав это «кабальными условиями, которые МВФ и Евросоюз выставили Украине». Сразу после этого в Киеве начались акции протеста, известные как Евромайдан, которые продлились до середины февраля 2014‑го и закончились кровопролитными беспорядками в центре Киева, государственным переворотом и бегством президента Януковича в Россию. Еще в конце января 2014‑го Николай Азаров покинул пост премьер-министра «с целью создать дополнительные возможности для общественно-политического компромисса». Вскоре после госпереворота он уехал в Австрию к сыну, а затем переселился в Москву, где и проживает до сих пор.

Азаров активно дает комментарии российским и иностранным СМИ, пишет воспоминания («Украина на перепутье. Записки премьер-министра», «Уроки Майдана. Украина после переворота» и др.) и исторические романы (эпопея «Судьбу не выбирают»).

Украинские власти продолжают преследовать Азарова: против него постоянно возбуждаются уголовные дела, его пытаются объявить в международный розыск. Впрочем, Интерпол еще в 2017 году удалил Азарова и членов его семьи из своей базы. Ну а в октябре 2021 года Печерский районный суд Киева заочно арестовал Николая Азарова по делу о государственной измене.

3.1.5. Александр Янукович и Сергей Курченко: молодые да ранние

В 2011 году в разном по интересам и персоналиям, но сплоченным несмотря ни на что донецком клане возник серьезный внутренний конфликт. Его всячески пытались скрыть от общественности, но сведения о нем все равно просачивались в СМИ. Речь идет о появлении в клане молодежи, лидером которой стал сын Виктора Януковича Александр (р.1973), которого оппозиционные СМИ прозвали Саша-Стоматолог, поскольку он действительно окончил стоматологический факультет Донецкого медицинского университета.

До избрания Виктора Януковича президентом о его детях было мало что известно. Существует версия, что свои бизнес-активы Янукович начал передавать старшему сыну Александру еще в 2006 году. По мнению главного редактора донецкого информагентства «ОстроВ» Сергея Гармаша, свою империю Янукович-старший начал создавать, еще будучи донецким губернатором и прятал ее части в структурах местных бизнесменов – членов Партии регионов, Рината Ахметова и некоторых других[95].

Как только Александр Янукович вышел из тени, о нем и его предпринимательской деятельности сразу же пошли очень неприятные слухи: якобы он «отжимает» бизнес и имущество, давно поделенное между участниками различных финансово-промышленных групп. «Негласным договором, на условиях которого к власти пришел Виктор Янукович – предусматривалось, что донецкие могут расставлять своих на посты, могут дербанить бюджет, могут облагодетельствовать своих – но они не должны лезть в чужие регионы и отбирать там бизнесы»[96], – пишет журналист Александр Афанасьев в своей книги «Украина – четверть века незалежности. Взгляд постороннего». А получилось, что это правило нарушал собственный сын четвертого президента Украины. По данным журнала Forbes, за первые два года президентства Януковича стоимость некоторых активов его сына выросла более, чем на 1200 %. Если в 2010 году состояние Александра Януковича оценивалось в 7 млн долларов, то уже в 2013‑м оно достигло $ 510 млн[97], таким образом в рейтинге бизнесменов из Донецка Янукович-младший, хоть и с колоссальным отрывом, оказался на втором месте после Рината Ахметова.

Кроме того, Янукович-младший начал активно вовлекать в деятельность донецкого клана своих товарищей: в частности, главу Нацбанка, а впоследствии первого вице-премьера и и.о. премьер-министра Сергея Арбузова (р. 1976), министра доходов и сборов Александра Клименко (р. 1980) и юриста Сергея Курченко (р.1985), карьера и рост благосостояния которого оказались столь стремительными, что просто заставляли украинцев задуматься о незаконных способах обогащения. Действительно, к 2013 году в числе активов 28‑летнего Курченко были группа ВЕТЭК (нефтяной и газовый трейдер), «ГазУкраина», Одесский НПЗ, стадион футбольный клуб «Металлист» (Харьков) и медиахолдинг UMH, 40 % акций Брокбизнесбанка[98].

Сам Курченко объяснял журналистам различных изданий свои успехи в бизнесе следующим образом: начал работать курьером в 15 лет в компании «Экспогаз», а затем стал менеджером по продажам. На заработанные деньги и кредиты он начал скупать и перепродавать недвижимость, которая, по его словам, росла в цене «на 200–300 %» в год при банковской ставке 7–8 %. К 2004 году у него скопилось около $200 000, и он стал торговать нефтепродуктами.

Оппозиционное в то время издание «Украинская правда» называло Курченко «кошельком Януковича-старшего». Якобы его бизнес-структуры должны были стать альтернативным источником средств для президентской кампании 2015 года, а выкупленный у предпринимателя Бориса Ложкина холдинг UMH – рупором избирательной кампании.

Журналисты и политические оппоненты Партии регионов неоднократно обвиняли Курченко в контрабанде бензина, коррупционных схемах при продаже и транзите газа и нефти. Однако его близость к «семье» Януковича-старшего и дружеские отношения с сыном генерального прокурора, депутатом Верховной рады Артемом Пшонкой делали его неуязвимым для любого расследования.

Молодые представители донецкого клана раздражали не только своих политических оппонентов, но и Рината Ахметова. Именно деятельность Александра Януковича, Сергея Курченко и других членов «семьи» испортила отношения Ахметова и Януковича-старшего.

После госпереворота 2014 года вышеупомянутые молодые предприниматели вынуждены были покинуть Украину, почти все они попали в санкционные списки. Некоторые, правда, добились исключения из них. Сейчас Александр Янукович, Сергей Курченко, Сергей Арбузов и Александр Клименко проживают на территории Российской Федерации. А Клименко был лишен украинского гражданства в феврале 2023 года. Некоторые эксперты связывают такую жесткую меру украинской власти против Клименко с его антиправительственной деятельностью – на его Telegram-канале Klymenko_Time, ставшем особенно популярным после начала специальной военной операции РФ на Украине, регулярно появляются материалы, опровергающие официальные версии происходящего как в Киеве, так и на линии боевого соприкосновения.

* * *

Разумеется, в донецком клане было гораздо больше политиков и предпринимателей, чем позволяет рассказать формат этой книги. «За кадром», к сожалению, остались такие одиозные личности, как бизнесмен Юрий Иванющенко (недоброжелательные к «донецким» украинские СМИ называли его «вором в законе Юрой Енакиевским); соратник Ахметова, вице-премьер, отвечавший за подготовку Евро-2012, собственник кондитерской корпорации «Конти» Борис Колесников (признан в РФ экстремистом); личный пиарщик Виктора Януковича Эдуард Прутник; народные депутаты Александр Ефремов и Владимир Рыбак; бывший генпрокурор Виктор Пшонка и его первый заместитель Ренат Кузьмин и многие другие, известные на Украине персоны.

Донецкий клан считался одним из самых мощных на Украине, однако после государственного переворота и отделения Донецкой и Луганской областей он утратил свое влияние. И разрушил могущество «донецких» их политический лидер Виктор Янукович. Будучи ставленником определенных финансово-промышленных групп, он должен был выполнить определенную программу, однако по каким-то причинам стал делать совсем не то, чего ожидали от него соратники. Особенно в отношениях с Российской Федерацией: вместо того, чтобы налаживать отношения с Москвой, пострадавшие в годы президентства Виктора Ющенко, он начал заигрывать с Евросоюзом и НАТО, чем вызывал раздражение в России. Возможно, таким образом он хотел добиться от Москвы каких-то преференций, но это у него не получилось.

К тому же, в какой-то момент Янукович вообще стал делать все, чтобы как можно меньше ассоциироваться с донецким кланом, а стать «президентом всех украинцев». Для этого в Партию регионов и администрацию президента постоянно привлекались известные деятели националистического движения – например, Тарас Черновол, сын основателя Народного руха Вячеслава Черновола; многолетняя руководительница украинской службы признанного в России нежелательной организацией «Радио Свобода», львовянка Анна Герман; представительница журналистских общественных организаций Дарка Чепак и др. Однако такая стратегия оказалась ошибочной, поскольку население Западной Украины поддерживать его не собиралось, но при этом ему приходилось идти на уступки национально-ориентированным политикам, например, в вопросах, связанных с русским языком, что раздражало жителей Юго-Востока Украины, воспринимавших игры Януковича с «западенцами» как предательство интересов своих земляков.

На управленческом уровне он тоже ошибся, поставив под сомнение единство «донецких», когда допустил к ресурсам клана чужаков – киевлянина Сергея Левочкина и харьковчанина Сергея Курченко, а также собственного сына Александра, который, пользуясь семейным статусом, начал нарушать внутри– и межклановые договоренности.

Однако дело было не только в личности и решениях Виктора Януковича. Системной проблемой «донецких» была неспособность нужным для себя и государства образом манипулировать общественным сознанием. С одной стороны, они, в отличие от своих политических противников всех мастей не умели дать населению мечты и мифы: были не в состоянии придумывать привлекательные лозунги вроде «Бандитам – тюрьмы!» или настаивать на несбыточном «нас ждут в Евросоюзе» «УкраIна – европеIcька краIна» и т. д.; с другой – не просто не умели превращать поражения в победы («зраду в перемогу»), но и защищать собственные достижения вроде проведения Евро-2012, строительства новых мостов и станций метро в Киеве от черного пиара политических противников. Они даже не смогли отстоять победу своего лидера Виктора Януковича на президентских выборах 2004 года, согласившись на неконституционный третий тур голосования, в котором Янукович предсказуемо проиграл Виктору Ющенко.

Совсем по-другому вели себя их основные оппоненты – представители днепропетровского клана.

3.2. «Днепропетровские» в лицах

В отличие от донецких технократов, днепропетровцы имели давние популистские традиции и виртуозно владели демагогическими приемами манипуляции общественным сознанием. Политические лидеры клана второго поколения Юлия Тимошенко и Александр Турчинов начинали свою деятельность в структурах ВЛКСМ, поэтому проблемы с «забалтыванием» граждан Украины у них и их соратников не было. Впрочем, история днепропетровского клана началась задолго до появления на политическом Олимпе Тимошенко, Турчинова и даже Павла Лазаренко и Леонида Кучмы.

Историю восхождения днепропетровских к вершинам власти – сначала в СССР, а потом и на независимой Украины – принято отсчитывать с того момента, как после смещения Никиты Хрущева с поста генерального секретаря Политбюро ЦК КПСС в 1964 году эту должность занял уроженец Днепропетровской области, успевший к тому времени побывать и первым секретарем Депропетровского обкома КПУ, и главой Молдавской ССР Леонид Брежнев. За годы работы на Украине и в Молдавии он обзавелся множеством знакомств и, переехав в Москву, начал приглашать туда на работу соратников, которым доверял, другим же симпатичным ему людям предоставлял высокие должности в органах власти Украинской ССР.

Одним из самых известных ставленников Брежнева был глава Украинской ССР Владимир Щербицкий (1918–1990), во множестве исторических источников сообщается, что именно его Брежнев видел своим преемником на посту генсека Политбюро ЦК КПСС, однако умер раньше, чем успел объявить об этом.

Тем не менее Щербицкому удалось стать главой днепропетровского клана в УССР. Благодаря его энергии и управленческим талантам сильнейший толчок получило развитие украинской промышленности и транспортной инфраструктуры. Естественно, что при этом родная область генсека Политбюро ЦК КПСС и первого секретаря ЦК КПУ получала серьезные преференции. Созданные, модернизированные и активно развивавшиеся в годы правления Щербицкого предприятия «Южмаш», Днепровский трубный и Нижнеднепровский трубопрокатный заводы, Днепровский металлургический завод им. Коминтерна, «Днепроазот», «Днепрококс», Днепродзержинский коксохимический завод и другие до сих пор составляют фундамент экономического благополучия сразу нескольких крупнейших финансово-промышленных группировок. Понятно, что, будучи сосредоточены в одной области, они соответствующим образом повышали влияние местного партийного секретаря, да и всей местной управленческой элиты. Об уровне влиятельности днепропетровских в СССР свидетельствует уже тот факт, что прямой выход на Москву имел член ЦК, парторг, а затем и директор «Южмаша» Леонид Кучма – далеко не самый влиятельный и авторитетный из областных руководителей.

Брежневу и Щербицкому удалось вырастить целую плеяду будущих руководителей независимой Украины. В Днепропетровской области родились и/или учились и работали премьер-министр, а затем президент Леонид Кучма; премьеры Павел Лазаренко, Валерий Пустовойтенко, Юлия Тимошенко; председатель Нацбанка Украины Сергей Тигипко; главы Службы безопасности Украины Леонид Деркач и Александр Турчинов, который после госпереворота 2014‑го занял неконституционную должность исполняющего обязанности президента; и многие другие украинские политики, чиновники и предприниматели.

После распада СССР днепропетровские переживали не лучшие времена – их позиции в Киеве сильно ослабли. Впрочем, уже осенью 1992 года премьером страны стал директор «Южмаша» и видный представитель днепропетровской номенклатурно-хозяйственной элиты Леонид Кучма. Правда, уже очень скоро (осенью 1993 года), из-за массовых шахтерских забастовок в Донбассе, ему пришлось уступить премьерское кресло Ефиму Звягильскому – влиятельному представителю конкурирующего, донецкого, клана.

Однако уже в 1994 году Леонид Кучма выиграл президентские выборы, и днепропетровские триумфально вернулись во власть. Довольно быстро они начали устанавливать свои порядки по всей Украине, особенно доставалось их донецким конкурентам. Как говорилось выше, именно «днепропетровскому» премьеру Павлу Лазаренко приписывались заказы на убийства влиятельнейших членов донецкого клана Ахатя Брагина и Евгения Щербаня. Впрочем, стремительно набиравшего популярность и собиравшегося участвовать в президентских выборах 1999 года Павла Лазаренко Леонид Кучма отправил в отставку и вынудил покинуть Украину.

Днепропетровский клан никогда не был однороден: в него входят несколько финансово-промышленных групп с разными экономическими и политическими интересами, сильной конкуренцией между собой, но тем не менее связанных не только землячеством, но и стремлением к евроинтеграции в любой возможной форме.

3.2.1. Виктор Пинчук: зять президента

Глава основанной в 1990 году корпорации «Интерпайп», один из богатейших людей Украины Виктор Пинчук (р. 1960) любит рассказывать, что построил свой крайне успешный бизнес на продаже патентов собственных изобретений. Изначально бизнес заключался в простой перепродаже стальных труб днепропетровского завода в Россию и Центральную Азию в обмен на газ. В середине 1990‑х Пинчук объединился с Юлией Тимошенко, которая в то время занималась в Днепропетровске торговлей газом и нефтью. Вместе они основали фирму «Содружество», скрытым бенефициаром которой украинские эксперты называли тогдашнего главу Днепропетровской облгосадминистрации Павла Лазаренко. «В какой-то момент Виктор понял, что все может закончиться очень плохо для него, вплоть до того, что его могут убить, – рассказывал изданию «Украина. ru» народный депутат Никита Потураев, в 1998–2008 годах, отвечавший в корпорации Пинчука за коммуникации. – Потому что они вошли в его схемы, разобрались, как он все это делал, и он был уже не нужен. И он с большим трудом отсоединился и начал искать связи в Киеве. Прошло некоторое время, пока он попал в круг Кучмы»[99].

В 1996 году на концерте классической музыки, любителем которой слывет Виктор Пинчук, его представили дочери тогдашнего президента Украины Елене Франчук, на которой он женился спустя шесть лет. Брак, в котором родились две дочери, очень сильно укрепил позиции Пинчука и в бизнес-среде Украины, и среди днепропетровцев. Тем более что к этому времени Павел Лазаренко уже попал в опалу и был фактически выдавлен из страны, а корпорации «Единые энергетические системы Украины» (ЕЭСУ), которой Лазаренко владел вместе с Юлией Тимошенко налоговая предъявила гигантские штрафы, в результате чего она прекратила работу. Виктор Пинчук воспользовался освободившейся нишей на рынке и быстро стал самым богатым и влиятельным человеком в Днепропетровске.

Впрочем, и до того, как Пинчук поднялся на вершины власти и бизнеса, его жизнь развивалась очень гладко. Он родился в Киеве, в еврейской семье с большими традициями – в числе его предков несколько поколений раввинов. Вскоре после его рождения семья переселилась в Днепропетровск. Родители Виктора занимались металлургией: отец начал свой трудовой путь простым прокатчиком-листовиком, а затем работал ведущим инженером проектного института Гипромез, мать была научным сотрудником Днепропетровского металлургического института. Важную роль в становлении личности будущего миллиардера сыграла школа – лучшая в Днепропетровске, где был чрезвычайно сильный педагогический состав, многие предметы преподавались на университетском уровне, а поступление выпускников в вузы было почти стопроцентным. Виктор Пинчук окончил школу с золотой медалью и хотел поступать в медицинский институт, однако в последний момент передумал и пошел по стопам родителей – и в 1983 году с отличием окончил Днепропетровский металлургический институт по специальности «обработка металлов давлением» специализации «производство труб». Женился на однокласснице, дочери главы днепропетровского облздрава Елене Аршаве, с которой прожил 17 лет, и развелся с ней, чтобы жениться на дочери Леонида Кучмы Елене Франчук.

Как уже говорилось выше, женитьба открыла Пинчуку новые перспективы не только в бизнесе, но и в политике: в 1998‑м и 2002 годах он становился депутатом Верховной рады, впрочем, после «оранжевой революции» 2004 года и прихода к власти Виктора Ющенко Пинчук отошел от политики и сосредоточился на развитии бизнеса, гуманитарных и филантропических проектах. В числе его наиболее известных гуманитарных достижений: постройка в Днепропетровске самой большой в Европе синагоги; финансирование фонда АнтиСПИД, которым руководит его жена Елена Франчук; создание и финансирование ежегодной международной конференции Yalta European Strategy (YES, Ялтинская европейская стратегия), с 2004 года проходившей в Ялте, а после присоединения Крыма к Российской Федерации, переехавшей в киевский культурный центр «Мыстецький арсенал».

После ухода своего тестя Леонида Кучмы с поста президента Виктор Пинчук всеми силами пытается прорваться в мировые элиты: он коллекционирует живопись, покупая ее на международных аукционах Sotheby’s и Christie’s; открыл и финансирует в Киеве собственный культурный центр Pinchuk Art Centre, где проходят выставки наиболее дорогих и модных современных художников, а талантливым украинским художникам и искусствоведам выплачиваются стипендии для творчества и обучения за рубежом. Привозит на Украину мировых звезд вроде Элтона Джона, с которым, как утверждают украинские СМИ, Пинчук поддерживает дружеские отношения.

Виктор Пинчук на редкость удачливый бизнесмен: по данным украинского Forbes, в конце 2023 года его активы оценивались в $2,1 млрд, примечательно, что с начала российской специальной военной операции на территории Украины, Виктор Пинчук увеличил свое состояние на $300 млн. Его активы не пострадали и после госпереворота 2014‑го, поскольку, во-первых, у него не было собственности в Крыму и на Донбассе, а, во-вторых, он поддерживал Евромайдан и его наиболее активных участников вроде журналиста издания «Украинская правда» с первых дней противостояния на Майдане незалежности.

Главным бизнес-провалом Виктора Пинчука стала совместная с Ринатом Ахметовым покупка металлургического предприятия «Криворожсталь» за $ 800 млн в 2004 году. После «оранжевой революции» Фонд госимущества признал цену заниженной и отменил сделку, вернув «Криворожсталь» в госсобственность. В октябре 2005 года это предприятие было продано британскому бизнесмену индийского происхождения Лакшми Митталу за $ 4,8 млрд.

В настоящее время в собственности Виктора Пинчука находятся украинская промышленная компания «Интерпайп», производитель труб и колес для железнодорожного транспорта; ферросплавные заводы; медиаимперия (телеканалы ICTV, Новый канал и СТБ). В структуре Интерпайп пять промышленных активов: «Интерпайп Нижнеднепровский трубопрокатный завод (НТЗ)», «Интерпайп Новомосковский трубный завод (НМТЗ)», «Интерпайп Нико-Тьюб», «Днепропетровский Втормет» и электросталеплавильный комплекс «Днепросталь» под брендом «Интерпайп Сталь». Ему принадлежит вилла в Кенсингтоне – престижном районе Лондона, которую он купил еще в 2008 году за 80 млн фунтов, что, по информации СМИ, было рекордной ценой за недвижимость в Британии. В том же 2008‑м Виктор Пинчук приобрел четыре виллы на Сардинии, по данным газеты La Stampa, общая сумма покупки составила 75 млн евро.

Виктору Пинчуку удалось осуществить свое желание стать «своим» в кругу «сильных мира сего». Экс-президент США Билл Клинтон и его жена Хиллари называют его своим другом, в Пинчук передавал десятки миллионов долларов на благотворительные инициативы семьи Клинтон, а в 2016‑м даже инвестировал средства в президентскую избирательную кампанию Хиллари. Впрочем, это вложение оказалось неудачным, поскольку экс-госсекретарь США проиграла выборы миллиардеру-республиканцу Дональду Трампу.

Помимо Клинтонов, в списке «друзей» Пинчука, которые выступали на его мероприятиях, есть бывший британский премьер-министр Тони Блэр, в фонд которого Пинчук пожертвовал около миллиона долларов. Также он тесно сотрудничает с европейскими и украинскими структурами Джорджа Сороса, более того, на Украине его считают основным проводником интересов Джорджа Сороса в стране. Несмотря на то что Виктор Пинчук прекратил публичную политическую деятельность еще в 2005 году, он продолжает влиять на многие политические процессы, в первую очередь за счет спонсорства молодых политиков и финансирования различных околополитических мероприятий.

3.2.2. Сергей Тигипко: банкир из обкома комсомола

Влиятельнейший представитель днепропетровского клана Сергей Тигипко (р. 1960) родился в молдавском селе Драганешты, окончил школу в Кишиневе, куда его семья перебралась после смерти отца, а в Днепропетровск переселился только после школы, в 1977 году. Он поступил в Днепропетровский металлургический институт и в 1982 году получил диплом по специальности «литейное производство черных и цветных металлов». Впрочем, по специальности инженер-металлург Тигипко никогда не работал. Еще в студенческие годы он основал в общежитии студенческий клуб «Меридиан», где проводил дискотеки. Вообще, трудное детство – после смерти отца семья Тигипко едва сводила концы с концами – сильно повлияло на личность будущего главы Нацбанка Украины, кандидата в президенты, члена нескольких украинских правительств, мультимиллионера Сергея Тигипко, что уже в студенческие годы он не отказывался ни от какого заработка: ездил в стройотряды, работал расфасовщиком курятины на мясокомбинате, электриком и грузчиком. После окончания института, несмотря на имевшуюся в вузе военную кафедру, дававшую право не служить в армии, он по собственному желанию отправился в танковые войска. Позже Тигипко объяснял, что сделал это потому, что старшему лейтенанту в армии платили больше, чем молодому специалисту на производстве.

Из армии Тигипко уволился в 1984 году и вернулся в Днепропетровск. Там он сразу же устроился заведующим отделом и замдиректора по учебно-воспитательной работе Днепропетровского механико-металлургического техникума. Одновременно Сергей Тигипко начал делать карьеру в украинском комсомоле, в 1986 году он стал заведующим отделом пропаганды и агитации, а также вторым секретарем Днепропетровского обкома комсомола. А в 1989 году стал главным комсомольцем области – первым секретарем обкома ЛКСМУ. Считается, что помог ему в этом Александр Турчинов, который при Тигипко стал заведующим отдела пропаганды и агитации. В это же время Тигипко знакомится с Юлией Тимошенко и способствует открытию под патронатом обкома комсомола молодежного центра «Терминал», где Тимошенко делает первые шаги в бизнесе. К этому же периоду относится и знакомства Тигипко с тогда еще директором «Южмаша» Леонидом Кучмой.

В 1991 году комсомол прекращает свое существование. И тут у Тигипко возникает идея превратить здание обкома комсомола в коммерческий банк. С этим предложением он обращается к известным в Днепропетровске бизнесменам, собственникам кооператива «Сентоза» Игорю Коломойскому[100], Геннадию Боголюбову и Алексею Мартынову. «Сентоза» начинала с импорта и продажи товаров народного потребления – бытовой техники и китайского ширпотреба, а к моменту, когда Тигипко предложил Коломойскому, Боголюбову и Мартынову создать коммерческий банк, уже вовсю торговала нефтью и ферросплавами. Поначалу Коломойский скептически отнесся к идее создания банка – он не видел в этом перспективы. Однако после долгих уговоров все-таки согласился.

Основные активы созданного Приватбанк получил от ваучерной приватизации. Сергей Тигипко стал партнером и акционером нового финансового учреждения, а его владельцами – Коломойский, Боголюбов, Алексей Мартынов и Леонид Милославский. Тигипко создает для Приватбанка медиаконсорциум, в состав которого входят агентство УНИАН, Приват-ТВ, «Новая газета», радио «Премьер» и рекламное агентство «Довира».

Сотрудничество Тигипко с Коломойским и Боголюбовым продолжалось до 2000 года. Затем они разделили активы – Тигипко достался банк Киев-Приват, на базе которого он создал свою финансово-промышленную группу ТАС, названную по инициалам его старшей дочери Тигипко Анны Сергеевны. В ТАС вошли: банки ТАС-Инвестбанк, ТАС-Комерцбанк, ТАС-Бизнесбанк, страховые компании ТАС и ТАС-Капитал, машиностроительное предприятие Камет-ТАС, завод «Днепрометиз» и другие.

В 1994 году Леонид Кучма пригласил Тигипко стать внештатным советником президента по экономическим вопросам, а уже в 1997‑м он стал вице-премьером по экономической реформе в правительстве Павла Лазаренко. А после увольнения Павла Лазаренко продолжал занимать этот пост. Когда в 1999 году Кучма назначил премьер-министром Виктора Ющенко, Тигипко получил должность министра экономики. Впрочем, он довольно быстро покинул правительство Ющенко, по собственным словам, «из-за его неэффективности», и сосредоточился на создании группы ТАС и политической деятельности – на довыборах в июне 2000 года он был избран депутатом Верховной рады. В 2002 году он снова получил депутатский мандат: на этот раз по списку предвыборного блока «За единую Украину», который украинцы иронически называли «блок «За еду».

В 2002 году Верховная рада проголосовала за назначение Тигипко главой Национального банка Украины. На этом посту он жестко выступал против валютного союза Украины и России. В начале 2000‑х, наблюдая за блестящей карьерой Тигипко, многие украинские аналитики предполагали, что Леонид Кучма вот-вот назначит его премьером, а затем сделает его своим преемником. Однако Кучма поступил иначе: главой правительства, а затем и своим преемником он назначил донецкого губернатора Виктора Януковича. Тигипко пришлось довольствоваться ролью руководителя предвыборного штаба Януковича. «В 2004 году он возглавлял предвыборный штаб Виктора Януковича, но действуя в нем скорее как «засланец» от его конкурента, – пишет Дмитрий Ковалевич в статье «Банкир-стервятник». – Украинские эксперты высказывали мнение, что Янукович проиграл выборы именно из-за своего штаба, команда которого во главе с Тигипко была навязана кандидату коалиционными договоренностями»[101].

После «оранжевой революции» Сергей Тигипко становится советником политической противницы Януковича Юлии Тимошенко. Впрочем, Тимошенко – его давняя подруга, бизнесу которой он помогал еще с обкомовских времен. В 2010 году Тимошенко проиграла президентские выборы Виктору Януковичу, однако положения ее советника Тигипко это никак не ухудшило. Скорее, наоборот – в правительстве Николая Азарова он занимает пост вице-премьера по экономическим вопросам. А перед парламентскими выборами 2012‑го получает должность заместителя начальника избирательного штаба Партии регионов.

После Евромайдана и государственного переворота он поспешно покидает Партию регионов и находит новое применение свои предпринимательским талантам: скупает резко подешевевшую после начала боевых действий на Донбассе собственность. Тем же самым он продолжает заниматься после начала специальной военной операции России на Украине. При этом он требует от американцев и европейцев полного эмбарго на российскую нефть. Только в таком случае, по мнению Тигипко, будет обеспечена победа Украины.

3.2.3. Игорь Коломойский: [102] от миллиардера до террориста

Вряд ли кто-то из украинских предпринимателей был демонизирован местными СМИ больше, чем создатель «Укрнафты» и группы «Приват» Игорь Коломойский (р.1963). В принципе, о бизнес-стратегиях, скандалах, уголовных делах и многих других событиях, связанных с одним из авторитетнейших представителей днепропетровского клана, можно было бы написать отдельную книгу. Здесь же ограничимся общим представлением о его взлетах и катастрофическом падении.

До госпереворота 2014 года ему приписывали многочисленные рейдерские захваты, участие в жестокой, вплоть до заказных убийств, конкурентной борьбе, создание теневых схем, финансирование политических сил и медиа самого разного толка. Только список его легализованных активов насчитывал более 100 наименований. Коломойский являлся лидером и членов попечительских советов нескольких еврейских организаций Украины; президентом футбольного клуба «Днепр», одноименного баскетбольного клуба, а также хоккейного клуба «Будивельник». В список его медиаактивов входили телеканалы «1+1», «2+2», ТЕТ и др.; новостное агентство УНИАН, таблоид «Газета по-киевски», а также интернет-издание «Телекритика», оценивавшее состояние свободы слова на Украине. В 2021 году личное предпринимателя составляло, по оценкам украинского Forbes, $1,8 млрд. Но уже в 2022‑м он потерял более половины своего состояния. К тому же, лишился украинского гражданства, попал под американские санкции, был арестован в Киеве (и на момент написания этой книги находился в следственном изоляторе), а его крупнейшие активы «Укрнафта», «Укртатнафта» (2022) и Приватбанк (2016) были национализированы. К тому же, в начале марте 2024 года Кошебальский районный суд республики Адыгея признал его экстремистом и террористом, а также конфисковал его активы в Российской Федерации.

Как же получилось, что один из богатейших людей Украины, практически приведший к власти нынешнего президента страны Владимира Зеленского оказался в столь плачевном положении? Ответ, вероятно, следует искать в решениях, принятых Коломойским в 2013–2014 годах. Тогда влиятельный, но теневой предприниматель, известный своими агрессивными подходами к бизнесу, склонностью к обману не только конкурентов, но и партнеров; жестким, «беспредельным» ходам, поддержал не просто «евромайдановцев», а их наиболее радикально-националистическое крыло – запрещенный в РФ «Правый сектор», а также стал финансировать запрещенный в РФ батальон «Азов» и другие добробаты.

После государственного переворота в феврале 2014‑го и.о. президента стал член днепропетровского клана Александр Турчинов – он и назначил в марте 2014‑го земляка главой Днепропетровской облгосадминистрации. Однако в губернаторском кресле Коломойский продержался недолго: итогом его бизнес-конфликта с пятым президентом Украины Петром Порошенко стали отставка с поста (март 2015‑го), национализация Приватбанка (2016), где, по решению Коломойского, были заблокированы счета принадлежащих Порошенко предприятий, а также обвинения, выдвинутые СБУ в адрес высокопоставленных должностных лиц Днепропетровской ОГА, в поддержке преступных группировок на территории Днепропетровской и Донецкой областей.

После этих событий впавший в опалу предприниматель стал поддерживать президентскую избирательную кампанию своего давнего сотрудника – продюсера, режиссера и актера шоу «Вечерний квартал» на телеканале «1+1» Владимира Зеленского. В 2019‑м, после победы Зеленского на выборах, аналитики были уверены, что новый президент станет «пешкой» Коломойского, а сам бизнесмен получит множество преференций. Однако у него оказался мощный противник – государственный департамент США. По мнению украинского журналиста Василия Стоякина, конфликт Зеленского со спонсором его избирательной кампании был неизбежен, поскольку в госдепе считают, что у США исключительное право влиять на президента Украины и определять его политику, а посторонних вмешательств американские кураторы Зеленского не потерпели. Президент Украины не стал рисковать расположением госдепа, и 2 сентября 2023 года Коломойский был арестован по обвинению в легализации в 2013–2020 годах свыше 500 млн грн ($ 12,8 млн) путем вывода их заграницу через подконтрольные банки, а также завладении 9,2 млрд грн ($250 млн) Приватбанка.

3.2.4. Александр Турчинов: военный преступник

В украинской политической среде с трудом можно найти человека, который вызывал бы больше неприязни, чем многолетний соратник Юлии Тимошенко Александр Турчинов (р.1964). Причем вызывал он ее задолго до того, как вследствие госпереворота 2014‑го, в числе организаторов которого он был, Турчинов занял неконституционную должность исполняющего обязанности президента и, одновременно, председателя Верховной рады, а затем развязал кровопролитную войну на Донбассе – так называемую АТО. В годы, а точнее, десятилетия, его активного сотрудничества с Юлией Тимошенко – их пути разошлись в августе 2014‑го, когда Турчинов покинул партию «Батькивщина» и переметнулся в команду избранного незадолго до этого президентом Петра Порошенко – многие украинские аналитики предполагали, что необаятельный и нехаризматичный Турчинов как будто специально призван оттенять «блеск» Тимошенко и оттягивать на себя отрицательные эмоции ее электората. Так это или не так, доподлинно знают только политтехнологи, работавшие с Тимошенко и ее политической силой, однако долгие годы он действительно оставался при Тимошенко кем-то вроде «серого кардинала», а на публичное политическое признание, «первые роли» и народную любовь рассчитывать не мог. Возможно, именно поэтому после госпереворота ему понадобилось занять сразу две высших должности в исполнительной и законодательной власти, дать карт-бланш на насилие радикально националистическим «добробатам», начать АТО на Донбассе и спровоцировать чудовищное преступление – поджог Дома профсоюзов, в результате которого погибло больше 40 пророссийских активистов, а виновные в этом не были наказаны. На посту и.о. президента Турчинов вообще не настроен был на какие-либо переговоры с теми, кто не согласен был с госпереворотом. Он признавал только язык силы. На его счету столкновения в Крыму, в результате которых Украина лишилась Крыма, штурм Харьковской облгосадминистрации, обстрелы и бомбардировки тогда еще Донецкой и Луганской областей и многое другое. За развязывание войны на Донбассе, с 2014 по 2023 год унесшей, по данным главы Следственного комитета России Александра Бастрыкина, жизни более 7 тыс. мирных жителей[103] Турчинов получил от украинского народа прозвище Кровавый Пастор. Это прозвище связано с тем, что он является руководителем одной из киевских баптистских общин тоталитарного типа.

Именно неприязнь к Турчинову и его политике, а также желание поскорее оказаться в стране с легитимным главой государства привело Петра Порошенко к феноменальному успеху уже в первом туре президентских выборов – 54,7 процентов. До него в первом туре выборы выигрывал только Леонид Кравчук.

Карьера Александра Турчинова, как и большинства представителей днепропетровского клана его поколения, началась с учебы в Днепропетровском металлургическом институте, а затем работы в обкоме комсомола. Там он познакомился с Леонидом Кучмой, который предложил ему стать своим советником. Кроме того, именно он создал партию «Громада», формальным лидером которой был Павел Лазаренко. Именно «Громада» обеспечивала техническую и медийную поддержку самовыдвиженцу Кучме на президентских выборах 1994 года.

После скандальной отставки и бегства Павла Лазаренко из страны в 1997 году Турчинов начинает сотрудничать с другой протеже экс-премьера Юлией Тимошенко. В 1998 году они становятся народными депутатами по спискам «Громады», а затем создают свою партию «Батькивщина», главой которой становится Юлия Тимошенко, а ее заместителем – Александр Турчинов. После ухода Тимошенко в правительство возглавляет фракцию «Батькивщины» в Верховной раде, а после отставки и ареста по делу корпорации «Единые энергетические системы Украины» в 2001 году активно занялся пиаром своей соратницы, а также интригами по ее освобождению. По стечению обстоятельств, в Киеве тогда как раз проходила многомесячная акция «Украина без Кучмы» (УБК), спровоцированная так называемым «кассетным скандалом», а также убийством журналиста Георгия Гонгадзе: на Майдане незалежности стояли сцена и палатки, проходили многотысячные митинги. Турчинов и «Батькивщина», которых до этого ничто не связывало с организаторами УБК – социалистами, умеренными националистами из остатков Народного руха и других небольших партий и радикалами из УНА-УНСО[104] – присоединились к протестам. Однако Турчинов вовсе не собирался свергать Леонида Кучму, отставка которого была основным требованием УБК, по крайней мере, в этот момент и в такой компании: ему важно было добиться освобождения из СИЗО Юлии Тимошенко. «На Украине весьма популярна такая версия развития событий 9 марта 2001 года, – пишет Аглая Топорова в книге «Украина трех революций», – (…) Турчинов договорился с лидерами УНА-УНСО и администрацией президента об организации 9 марта массовых беспорядков, которые должны были быть жестко подавлены, как подавлена и сама акция «Украина без Кучмы». Взамен Юлию Тимошенко должны были освободить из тюрьмы и не то чтобы снять с нее обвинения, но позволить баллотироваться в Верховную раду. Так в результате и получилось»[105]. Мандат народного депутата обеспечивал на Украине неприкосновенность, а вместе с Юлией Тимошенко депутатом стал и находившийся после беспорядков 9 марта в тюрьме лидер УНА-УНСО Андрей Шкиль. В связи с этим он был освобожден, а его соратники досидели свои немалые сроки до конца. Вообще же дело о беспорядках 9 марта 2001 года было закрыто только в 2012 году, когда «оранжевую власть» сменили «донецкие».

На президентских выборах 2004 года Турчинов был одним из руководителей избирательного штаба Виктора Ющенко: тогда Юлия Тимошенко согласилась не составлять Ющенко конкуренцию и не баллотироваться. А во время «оранжевой революции» был одним из координаторов протеста. Впрочем, уже после избрания «оранжевого» президента стало известно о подготовленном Турчиновым и Тимошенко тайном соглашении между партией Ющенко «Наша Украина» и «Батькивщиной» о последующем разделе должностей в правительстве. В результате Тимошенко стала премьер-министром, а Турчинов возглавил СБУ. Ничем особенным на этом посту он отметиться не успел: уже в сентябре 2005 он покинул его в знак протеста против отставки правительства Тимошенко и начал готовиться к парламентским выборам 2006‑го.

Блок Юлии Тимошенко (БЮТ), созданный еще перед парламентскими выборами 2002 года, стал вторым после Партии регионов и обошел «Нашу Украину». Началась работа по формированию «оранжевой коалиции», договоренности о которой в последний момент сорвал лидер социалистов Александр Мороз. Премьер-министром стал Виктор Янукович, а БЮТ снова перешел в оппозицию. Президент Виктор Ющенко не смог терпеть перманентный парламентский кризис и распустил Верховную раду V созыва уже в апреле 2007‑го.

Назначенные на осень 2007 выборы сенсационно принесли БЮТ второе место – 156 мандатов. Предвыборный блок сторонников Ющенко «Наша Украина-Народная самооборона» (НУ-НС) получил 72 места в Верховной раде. Несмотря на то что выиграла выборы Партия регионов (175) депутатов для создания своей коалиции ей не хватило, и 29 ноября БЮТ и НУ-НС объявили о новой Коалиции демократических сил. Премьер-министром стала Тимошенко, а Турчинов – первым вице-премьером.

После победы Виктора Януковича на президентских выборах 2010 года лидеры БЮТ уходят в жесткую оппозицию. После ареста Тимошенко 5 августа 2011 года и вынесения ей приговора (семь лет лишения свободы) в октябре 2011‑го позиции Турчинова в БЮТ пошатнулись: отныне главные роли стали играть адвокаты Тимошенко и фрики, срывавшие заседания Рады. После выборов 2012‑го фракцию «Батькивщина» возглавил Арсений Яценюк.

В 2013 году Турчинов активно участвовал в Евромайдане, и, как уже говорилось выше, был одним из зачинщиков госпереворота. Хотя на сцене Майдана оппозиционные силы представляли Арсений Яценюк, Виталий Кличко и Олег Тягныбок. Турчинов, как всегда, не «светился», зато именно он стал после переворота, хоть и нелегитимным, главой государства.

При президенте Порошенко Турчинов занимал должность секретаря Совета безопасности и обороны. После выборов 2019‑го ушел в оппозицию президенту Владимиру Зеленскому.

По словам бывшего народного депутата Партии регионов Олега Царева, Турчинов страдает психическим заболеванием. «Он где-то в какой-то момент времени стал считать себя представителем Господа на земле, о том, что он выполняет какую-то миссию, – рассказывал Царев в комментарии телеканалу «Первый Севастопольский»[106]. Правоту Олега Царева в оценке состояния Турчинова отчасти подтверждает тот факт, что в изданном в 2005 году остросюжетном романе Александра Турчинова «Иллюзия страха» десятки страниц посвящены описаниям пыток «хорошего» бизнесмена его «плохими» конкурентами, остальные же страницы содержат путаные квазирелигиозные размышления. Кровавый Пастор еще и писатель!

3.2.5. Юлия Тимошенко: вечный лидер оппозиции

«Женщина с косой», «газовая принцесса», «единственный мужчина в украинской политике», «леди Ю.», «украинская Жанна д’Арк», «фюрер в юбке», «заключенная номер 1» и др. – как только ни именовали в украинских СМИ дважды премьер-министра Украины, трижды кандидата в президенты лидера крупнейших оппозиционных партий и блоков, политическое лицо днепропетровского клана Юлию Тимошенко. Граждане страны, в зависимости от своих политических предпочтений называют ее просто «Юля», «наша Юля» или «Юлька», добавляя иногда нелицеприятный или даже нецензурный эпитет.

О жизни Тимошенко, как и о жизни большинства украинских политиков высшего звена, в СМИ написано очень много, однако сведения эти зачастую противоречивы, да и достоверность их вызывает сомнения. Слишком уж много в них разнообразного пиара, причем довольно низкого качества – от сусально-позитивного до демонического. Так и биография Юлии Тимошенко изобилует множественными темными пятнами, домыслами и допущениями, в СМИ подробности ее жизни менялись в зависимости от ситуативных имиджевых потребностей.

Тимошенко родилась в 1960 году в Днепропетровске, ее отец ушел из семьи, когда девочке было два года. На Украине, где до сих пор достаточно распространены антисемитские и в последние годы расцвели националистические, вплоть до нацистских, настроения, часто спорят об этническом происхождении Тимошенко. Ей приписывают еврейские (отец – Владимир Абрамович Григян, дед – Абрам Кельманович Капительман), армянские (по фамилии «Григян»), русские (ее мать звали Людмила Телегина) корни, а затем на основании этого ее сторонники и оппоненты делают свои выводы о лоббировании ею интересов тех или иных этнических общин. Сама Тимошенко неоднократно опровергала и армянское, и еврейское, и русское происхождение. «У меня по линии отца все латыши до десятого колена, а по линии мамы – все украинцы, – рассказывала она журналистам. – Фамилию отца Григянис просто неправильно записали в паспортном столе»[107].

Юлия Тимошенко не называет свое детство легким. После ухода отца жить приходилось экономно: зарплаты диспетчера таксопарка Людмилы Телегиной хватало только на самое необходимое. Школьница Тимошенко училась без троек, но, что называется, «звезд с неба не хватала». Дружила только с мальчиками, с девочками, по ее признанию, ей было скучно. После школы поступила сначала в Днепропетровский горный институт, а затем перевелась на экономический факультет Днепропетровского государственного университета. В 19 лет вышла замуж за Александра Тимошенко – сына чиновника Днепропетровского облсовета. Тимошенко любит рассказывать, что с будущим мужем она познакомилась случайно: якобы он ошибся номером, но влюбился в нее по голосу, и молодые люди стали встречаться, вскоре поженились, а через год после свадьбы стали родителями дочери Евгении. Правдива эта история знакомства или нет, разумеется, знает только чета Тимошенко, другое дело, что ее обнародование или, что так же вероятно, сочинение, характеризует «украинскую Жанну д’Арк» как человека, склонного к романтизации своей жизни и экзальтированным реакциям.

Дальнейшая официальная биография Тимошенко так же развивается по сценарию низкобюджетного сериала о современной Золушке. Небогатая, но красивая, целеустремленная и обладающая яркими коммуникативными навыками девушка попадает в обеспеченную семью со связями. А ее дальнейший путь связан со взлетами, падениями, предательствами и даже тюремным заключением.

Конечно, такие истории привлекают определенную часть электората, демонстрируя некую «избранность» Тимошенко во всем, другую же, более склонную к критическому мышлению, отталкивают. На первом этапе своей политической карьеры Тимошенко никак не могла выбрать себе образ. С одной стороны, она хотела выглядеть интеллектуалкой и собирала вокруг себя ведущих украинских мыслителей того времени; с другой – успешной бизнесвумен, с нуля заработавшей капитал своей смелостью и предприимчивостью; с третьей – привлекательной женщиной, добивающейся от недалеких «мужланов» в высших эшелонах власти разнообразных преференций для своего бизнеса, отрасли и даже страны, всего лишь явившись к ним в короткой юбке и сапогах-ботфортах; а после ареста в 2001‑м – женщиной, несправедливо обиженной сильными мира сего. Однако ни по отдельности, ни «в одном флаконе» эти образы не давали Тимошенко ни политического веса, ни уникальности. Нужно было что-то, что резко выделило бы ее из всей украинской политической среды, причем выделило бы на суггестивном, почти гипнотическом, а не осознаваемом уровне. Уже в «оранжевую революцию» ее имидж и, главное, манера общаться претерпевают серьезные изменения. Одежда из обычной деловой превращается в «одеяния» – оранжевые свитера и шарфы во время «оранжевой революции», в платьях и костюмах становится все больше национальных элементов, ну а перед выборами 2007‑го она вообще переодевается в «белые одежды», и ее плакаты напоминают изображения Марии Дэви Христос. А на важные голосования в парламенте ее фракция переодевается в белые свитера с красным сердечком – эмблемой Блока Юлии Тимошенко. Столь же сектантски запутанными становятся и ее программные выступления на митингах и с трибуны парламента. Она постоянно повторяет слова «гармония», «справедливость», «правда» и т. д., при этом четко обозначает врагов – «бандиты», «злочинна влада», дает жесткие определения своим политическим оппонентам и требует от лояльных журналистов их повторения при каждом упоминании фамилии персонажа политической сцены. Настаивает на «избранности» своих сторонников по отношению к остальным жителям Украины и предлагает им строить новую страну «разом» («вместе»). Во время публичных выступлений в ее голосе появляются истерические модуляции, на глазах – слезы. Она словно впадает в экстаз и пытается ввести в аналогичное состояние своих слушателей. К гражданам Тимошенко обращается как к маленьким детям, обещая им защиту и поддержку, пока они за нее. Словом, временами Тимошенко ведет себя не как политический лидер, а как глава секты.

На определенном этапе такой способ поведения действительно работает: на Украине у Юлии Тимошенко множество сторонников и стопроцентная узнаваемость. Другое дело, что организация сторонников методами тоталитарных сект приносит только внешний успех. Управлять государством таким способом невозможно – результаты экономической деятельности Тимошенко не соотносятся с ее популярностью и харизмой, и это раз за разом не позволяет ни ей лично, ни ее политической силе одержать значимую победу на выборах: народ ждет от власти реальных дел, а политиков, сосредоточенных на манипуляциях и внешних эффектах, сколь привлекательными бы они ни были, оставляет в оппозиции.

Вернемся в конец 1980‑х. Тимошенко разворачивает бурную деятельность, которой благоприятствуют и перемены в стране: вместе с мужем она открывает видеосалон, успеху предприятия способствует должность свекра Юлии – Геннадия Тимошенко, он заведует областным кинопрокатом. Проходит совсем немного времени и Юлия Тимошенко становится коммерческим директором молодежного центра «Терминал» при Днепропетровском обкоме ВЛКСМ, где ей благоволит секретарь обкома Сергей Тигипко, а сектором пропаганды заведует Александр Турчинов.

В 1990‑м Юлия Тимошенко начинает торговать нефтепродуктами через Российскую товарно-сырьевую биржу, а уже в 1991‑м совместно с мужем и его семьей создает корпорацию «Украинский бензин», в 1995‑м переименованную в «Единые энергетические системы Украины» (ЕЭСУ). Корпорация занимается бартерными сделками с россиянами: обменом продукции украинских предприятий на энергоресурсы. Наивысшего развития ЕЭСУ достигает при премьере Павле Лазаренко – став премьером, он покровительствует корпорации и лично Юлии Тимошенко: он лоббирует интересы ЕЭСУ, и годовой оборот корпорации достигает едва ли не миллиарда долларов.

Схема бизнеса корпорации Тимошенко под патронатом сначала вице-премьера по ТЭК, а затем и премьер-министра отличалась простотой и наглостью: газ закупался у РФ $40 и продавался украинским потребителям по $80–90. Бизнесмены, старавшиеся наладить поставки топлива в обход ЕЭСУ становились личными врагами Павла Лазаренко, поэтому довольно быстро такие попытки прекратились. До последнего сопротивлялся только донецкий предприниматель Евгений Щербань – все поставки газа из России в Донецкую область он жестко замкнул на себя. 3 ноября 1996 года Евгений Щербань и его жена, возвращавшиеся из Москвы с концерта Иосифа Кобзона, были расстреляны прямо на летном поле донецкого аэропорта. Вместе с ними погибли бортинженер и авиатехник, обслуживавшие собственный ЯК-40 Щербаня. Впоследствии Лазаренко назвали заказчиком этого преступления, однако доказать его причастность не удалось.

Опала Лазаренко стала концом ЕЭСУ: у корпорации мгновенно отобрали лицензию на внешнеэкономическую деятельность, кроме того, государство предъявило корпорации налоговые претензии на общую сумму $ 1,5 млрд. ЕЭСУ де-факто прекратить свою деятельность, хотя де-юре корпорация существовала до 2009 года. Желание обеспечить ЕЭСУ безопасность вынудило Юлию Тимошенко пойти в политику: после дополнительных выборов 1996 года она становится депутатом Верховной рады, а на выборах 1998‑го баллотируется от партии Лазаренко «Громада», проходит в парламент и становится главой бюджетного комитета. Однако членство в «Громаде» вредит политической репутации Тимошенко, ей хочется дистанцироваться от Павла Лазаренко, и в 1999 году выходит из «Громады» и тогда же вместе с Александром Турчиновым создает новую партию «Батькивщина» и одноименную фракцию в парламенте.

После президентских выборов 1999 года, которые во второй раз выиграл Леонид Кучма, у украинских властных элит возникает необходимость в «нейтральном», то есть не принадлежащим ни к одному из главных кланов премьер-министре, поскольку кандидатуру днепропетровца Валерия Пустовойтенко, который возглавлял правительство с 1997 года, предложенную Кучмой, парламент не одобряет, приходится искать компромиссную фигуру. Кроме того, Кучма хотел улучшить отношения с западными партнерами, показав, что Украина – страна с демократическими устремлениями.

На эту роль Кучма выбрал главу Нацбанка Виктора Ющенко (читателям этой книги он уже знаком по афере с банком «Украина»), который никогда не занимался политикой и не принадлежал ни к какому клану. Его кандидатура нашла поддержку почти у всех фракций (296 голосов), и в декабре 1999 года он возглавил правительство. К тому же, уже на следующий день было обнародовано заявление, которое подписали руководители 11 фракций, о создании парламентского большинства и его сотрудничестве с новым главой правительства. Столь успешный старт работы дал Ющенко определенную свободу: в частности, он пригласил на должность вице-премьера по топливно-энергетическому комплексу (ТЭК) Юлию Тимошенко. Ющенко рассчитывал, что эта некогда ближайшая сотрудница Лазаренко может иметь реальное представление о механизмах разграбления ТЭКа олигархами и схемах увода прибыли. Расчет сработал: став вице-премьером, Тимошенко неожиданно для крупных предпринимателей поменяла правила игры. Она прекрасно знала схемы увода прибыли и поэтому сумела эффективно перекрыть все лазейки.

В результате удалось наполнить бюджет, расплатиться по зарплатам и пенсиям. Это работало на имидж Виктора Ющенко, которого демократические и оппозиционные издания начали называть «гениальным экономистом» и противопоставлять Леониду Кучме. Популярность Тимошенко тоже росла, тем более что она не оставалась в тени своего начальника Ющенко, а делала заявления от своего имени и всячески популяризировала в СМИ себя, свою партию и свои идеи по поводу обустройства Украины.

Леонид Кучма с самого начала не был в восторге от назначения Тимошенко вице-премьером: у него уже был неприятный опыт сотрудничества с ее покровителем Павлом Лазаренко, и, более того, он предполагал (и это полностью подтвердилось впоследствии), что амбиции Тимошенко простираются куда дальше, чем должность вице-премьера и работа в команде Ющенко.

При этом растущая популярность Ющенко в стране и на Западе стала раздражать Кучму, и в 2000‑м он создал для проверки деятельности Кабмина специальную комиссию под руководством главы Совета безопасности и обороны Евгения Марчука. Первые же выводы комиссии сообщали о чересчур оптимистической оценке правительством Ющенко функционирования ТЭК. Это был прямой удар по Юлии Тимошенко. К тому же, в августе 2000 года по обвинению в «хищении государственного имущества в особо крупных размерах» были арестованы заместитель гендиректора ЕЭСУ Валерий Фалькович и член правления корпорации, супруг вице-премьера по ТЭК Александр Тимошенко. С подачи генпрокуратуры Украины Главная военная прокуратура РФ возбудила в отношении нескольких чиновников Минобороны РФ дело о получении в 1996 году от корпорации ЕЭСУ взяток в особо крупных размерах. Кресло под Тимошенко зашаталось еще больше, но Кучма опасался отправлять ее в отставку, поскольку не хотел ссориться с Ющенко, которого к тому моменту стали все больше поддерживать националистические и оппозиционные силы.

После «кассетного скандала» 2000 года Тимошенко и ее фракция в Раде перешли практически в открытую оппозицию президенту. Она стала принимать участие в оппозиционном Форуме национального спасения, созванном на фоне протестов «Украины без Кучмы» (УБК). В январе 2001‑го она была отправлена в отставку, а уже 13 февраля была арестована.

Из СИЗО Юлия Тимошенко призывала к отставке и даже аресту Кучмы, требовала продолжения и усиления акций протеста. В общем, использовала все политтехнологические возможности трудной для себя ситуации и направляла их в нужную ей сторону. И у нее получилось: в общественном сознании украинцев уголовное дело против Тимошенко превратилось из уголовного – хищения, взятки, уклонение от уплаты налогов и т. д. – в политическое. Арест, можно сказать, отмыл репутацию Тимошенко как ставленницы Лазаренко и агрессивной предпринимательницы, не чуждавшейся коррупции. Отныне она стала пламенным оппозиционером и даже революционером – хрупкой женщиной, сначала рискнувшей построить в стране успешный бизнес, который у нее отобрали поддерживаемые властью коррупционеры, затем попытавшейся поддержать народ, отобрав у «олигархов» нечестные сверхдоходы и выплатившей пенсии, но отправленной за это в отставку, и, наконец не побоявшейся бросить вызов самому президенту Кучме, после «кассетного скандала» обвиненного общественностью в многочисленных тяжких преступлениях – от коррупционных схем до заказа убийства журналиста. Более того, обвинения против Кучмы поддержал и судья Апелляционного суда Киева Юрий Василенко, возбудивший против президента уголовное дело по обвинению в заказе убийства Георгия Гонгадзе. Разумеется, судья Василенко был после этого отправлен в отставку, а возбужденное им против Кучмы дело закрыто, но главным выгодополучателем этой истории стала в первую очередь Юлия Тимошенко, поддержавшая лозунг УБК «Кучму – геть!» и оказавшаяся после, но не вследствие этого в тюрьме. Именно тогда журналисты присваивают ей звание «единственного мужчины в украинской политике».

Как уже рассказывалось выше, в результате договоренностей Александра Турчинова с радикальными националистами и администрацией президента 27 марта 2001 года Юлия Тимошенко вышла из СИЗО. И вышла уже народной героиней – «нашей Юлей».

Необходимо отметить, что особенность пиар-кампаний политиков, принадлежащих к днепропетровскому клану, заключалась в том, что, будучи точно такими же коррупционерами и/или сверхбогатыми людьми, они умело отвлекали внимание общественности от собственной деятельности, зато, ничуть не смущаясь, обвиняли своих политических оппонентов и конкурентов по бизнесу в любых тяжких преступлениях. Себя же они представляли как «борцов за справедливость», точно так же обиженных властью, как и простой народ.

На парламентских выборах 2002 года «Батькивщина», объединившаяся еще с двумя небольшими партиями национально-демократического толка в Блок Юлии Тимошенко (БЮТ), получила 7,2 процента голосов избирателей, т. е. 22 мандата. БЮТ и партия уже отставленного к тому времени Виктора Ющенко «Наша Украина» стали оппозиционными. А накануне избирательной кампании имидж Юлии Тимошенко претерпел серьезные изменения – она заплела свою знаменитую косу вокруг головы, за что получила у граждан прозвище «женщина с косой», а сама ее прическа стала называться «бубликом».

Прическа с национальным мотивом призвана была показать избирателям, что Юлия Тимошенко – уже не просто деловая женщина, пошедшая в политику, чтобы защитить свой бизнес и заодно своих избирателей, ее новый имидж говорил о том, Украина для нее – не просто место зарабатывания денег и реализации властных амбиций, а горячо любимая страна, национальное своеобразие и независимость, в том числе экономическую, она готова отстаивать любой ценой. Уже с 1999 года Тимошенко пыталась говорить по-украински, но поначалу уроженке русскоязычного города это давалось нелегко. Впрочем, на сцене «оранжевого» майдана ее украинский был уже достаточно бойким, хотя, по мнению многих журналистов издания «Телекритика», всегда тщательно оценивавших украинский язык изначально русскоязычных политиков, и несколько искусственным.

После того как БЮТ показал хороший результат на выборах 2002 года Тимошенко стала говорить и о планах на пост президента. Впрочем, свои возможности она в то время оценивала достаточно скептически, и в первую очередь, с гендерной точки зрения. «Я хочу, чтобы в дальнейшем и власть, и ее аналитики верили в то, что Украина не готова избрать женщину президентом», – неоднократно заявляла она в интервью 2004‑ начала 2004 годов. В то время между «Нашей Украиной» Виктора Ющенко, Соцпартией Александра Мороза и Блоком Юлии Тимошенко шли переговоры о выдвижении единого кандидата от оппозиции на президентских выборах. В результате Тимошенко отказалась баллотироваться в пользу Виктора Ющенко, а Александр Мороз пошел на выборы самостоятельно.

Уже после инаугурации Ющенко выяснилось, что поддержка Тимошенко была вовсе не бескорыстной: лидер БЮТ обнародовала соглашение «О создании коалиции «Сила народа», которым предусматривалось, что в случае победы Ющенко на президентских выборах, Тимошенко займет пост премьер-министра, в этом же документе указывались и другие должности, на которые претендовала команда БЮТ.

На «оранжевом» Майдане Тимошенко так активно и пламенно агитировала за Виктора Ющенко, что вскоре завладела сердцами большинства сторонников Ющенко и даже противников его прихода к власти. Украинские аналитики вообще отмечают, что одним из главных умений Тимошенко в политике и бизнесе всегда была способность выходить из тени своих покровителей и переигрывать их на их же поле. Именно так, за несколько недель Майдана Тимошенко показала себя и более решительным, и более «украинско-ориентированным» лидером, чем Ющенко. Достаточно сказать, что ее стали поддерживать даже традиционно не испытывавшие доверия к выходцам с Юго-Востока Украины жители западных областей страны. И, конечно, этому способствовало и новое улучшение имиджа Тимошенко: помимо косы, в ее костюмах теперь все больше декоративно-национального.

Обнародование соглашения о распределении должностей после победы Ющенко вызвало не то чтобы скандал, но внесло серьезную трещину в отношения новоизбранного президента и его недавней союзницы. Особенно недовольны необходимостью отдать пост премьера Тимошенко в окружении Виктора Ющенко, а главным пострадавшим оказался миллионер и владелец главного оппозиционного Кучме телеканала страны («5 канал») Петр Порошенко – кум Ющенко, которому тот обещал пост премьера за информационную и финансовую поддержку его кампании. В результате Тимошенко стала премьер-министром, а Порошенко получил почетную, но мало что значащую должность главы Совбеза. После такого фиаско в подконтрольных Порошенко СМИ развернулась кампания по дискредитации деятельности правительства Тимошенко. В ответ Тимошенко и ее соратники – глава СБУ Турчинов и экс-госсекретарь Александр Зинченко – обвиняли в коррупции бизнес-партнеров Порошенко советника Ющенко Александра Третьякова и лидера фракции «Нашей Украины» в парламенте Николая Мартыненко.

К началу сентября 2005 года противостояние Тимошенко и Порошенко достигло такого накала, что 8 сентября Ющенко отправил в отставку и проработавшее всего семь месяцев правительство Тимошенко, и секретаря Совбеза Порошенко. Главой правительства был назначен политически нейтральный Юрий Ехануров, которому предстояло руководить Кабмином до парламентских выборов, назначенных на 26 марта 2006 года. Эти выборы впервые должны были пройти только по партийным спискам – установление пропорциональной системы было одним из положений политической реформы, принятие которой выторговал лидер социалистов Александр Мороз, занявший в первом туре президентских выборов 3 место, а затем призвавший своих избирателей голосовать во втором туре за Виктора Ющенко.

Президентская партия «Наша Украина» заняла на этих выборах только третье место, уступив БЮТ и Партии регионов, что свидетельствовало о неодобрении гражданами страны политики Ющенко и, в частности, отставки правительства Тимошенко.

Деятельность Юлии Тимошенко во главе Кабинета министров была неоднозначной. С одной стороны, в 2005 году украинская экономика действительно росла, однако обеспечен этот рост был не столько какими-то особыми действиями правительства Тимошенко, сколько открывшимися после «оранжевой революции» возможностями для западных инвесторов. Тимошенко повысила пенсии, зарплаты бюджетников, стипендии, а также размер единовременной выплаты по рождению ребенка – впрочем, это были предвыборные обещания Ющенко. Да и уровень жизни населения эти меры улучшили незначительно, поскольку вызвали инфляцию, а также «бензиновый», «мясной» и «сахарный» кризисы в апреле-мае 2005 года. Премьер-министр заподозрила картельный сговор, Антимонопольный комитет объявил о расследовании, а Тимошенко приказала понизить цены на вышеупомянутые продукты, в результате чего они исчезли с рынка. Кроме того, в апреле 2005‑го Нацбанк с подачи правительства резко обвалил доллар США: если 1 января 2005 года $1 стоил 5,05 грн, то уже в конце апреля за доллар давали 4,8 грн. Это резко обесценило сбережения граждан, предпочитавших держать деньги в американской валюте, зато упрочило позиции импортеров, чьи интересы лоббировали «днепропетровские», и ударило по «донецким», чей бизнес (уголь, металлургия и т. д.) традиционно был связан с экспортом. Несмотря на недовольство населения Тимошенко тогда заявляла, что «укрепление гривны является адекватным ситуации на рынке, что поможет уменьшить цены на импортные товары».

После выборов 2006 года Ющенко и Тимошенко пытаются создать «оранжевую коалицию» вместе с главой социалистов Александром Морозом, однако амбиции Мороза побеждают, и в последний момент, ради поста председателя Верховной рады, он вместе с Партией регионов и Компартией создает «антикризисную коалицию». В кресло премьера возвращается Виктор Янукович. Ну а главным пострадавшим снова оказывается Петр Порошенко: именно ему, в случае создания «оранжевой коалиции» был обещан пост спикера парламента.

Досрочные выборы 2007 года снова меняют политическую конфигурацию страны: Тимошенко вновь становится премьером. В этот раз ее сотрудничество с Ющенко тоже оказалось недолгим: уже в середине августа 2008 года возник конфликт между президентом Ющенко и Тимошенко. А 3 сентября БЮТ, Партия регионов, коммунисты и Блок Литвина проголосовали за ряд законопроектов, ограничивавших полномочия президента, что дало Ющенко повод обвинить Тимошенко в организации переворота и попытке установить «диктатуру премьера». Следствием нового витка борьбы за власть на Украине стал развал «оранжевой коалиции», а партии премьера и президента перешли в жесткую оппозицию друг другу. Ее следствием стали многочисленные скандалы в СМИ. В эфире политических ток-шоу стороны открыто обвиняли друг друга в коррупции, лжи, намеренном падении гривны, невыгодных контрактах с российским «Газпромом». Не гнушались они и использовать реальные или мнимые обстоятельства личной жизни своих оппонентов и членов их семей. Пропрезидентские СМИ регулярно писали о дебошах, устраиваемых дочерью Тимошенко Евгенией и ее мужем, гражданином Великобритании Шоном Карром. Пропремьерские отвечали историями о пьянстве соратника Ющенко, министра внутренних дел Юрия Луценко. Политическим противникам предъявлялись и более экзотические чудовищные обвинения: например, в октябре 2009 года адвокат Татьяна Монтян объявила, что в Международном детском центре «Артек» годами действовала «банда педофилов», активными участниками, а то и организаторами которой якобы были депутаты фракции БЮТ Руслан Богдан, Сергей Терехин и Виктор Уколов. Депутаты, разумеется, отрицали свою причастность, однако уголовное дело было возбуждено, и Уколову пришлось уйти из публичной политики, на деятельность остальных фигурантов скандала из числа депутатов эта история никак не повлияла. Тимошенко никак не комментировала обвинения в адрес своих соратников. Однако в начале 2010 года в сети внезапно было опубликовано видео записи допроса депутата фракции БЮТ Олега Ляшко, датированное 1992 годом. На этом видео Ляшко обвинял Бориса Соболева, близкого друга Виктора Ющенко, а на момент публикации, заместителя секретаря Совбеза в сексуальном насилии над собой, совершенном еще в годы юности Ляшко.

Такой разгул компромата можно объяснить не только политической борьбой, но и появлением при Ющенко достаточно большого количества новых средств массовой информации – интернет-изданий. Неповоротливый механизм внесений изменений в действующее законодательство долгое время позволял не считать интернет-издания средствами массовой информации[108] и, соответственно, привлечь их хоть к какой-то ответственности за публикации. К тому же, именно в это время интернет-аудитория на Украине стремительно растет, но пользователи все еще воспринимают публикации в сети так же, как публикации в обычной прессе, – т. е. уверены, что эта информация является более или менее достоверной, а ее публикаторы несут ответственность за клевету и распространение заведомо ложных сведений, поэтому в большинстве своем не пытаются критически анализировать прочитанное в сетевых источниках. Такая ситуация предоставляет необыкновенные возможности для публикации разнообразного компромата и манипуляций общественным сознанием. И Блок Юлии Тимошенко, будучи политической силой, предпочитающей новые технологии устаревшим или стремительно устаревающим, использует их с огромным успехом.

На второе премьерство Юлии Тимошенко приходится и период так называемых «газовых войн» с Российской Федерацией. Еще в пору своего первого премьерства, в 2005 году, Тимошенко под предлогом «перехода на европейские принципы ценообразования» и отказа от идеи газотранспортного консорциума разорвала контракт с Россией, согласно которому цена газа для Украины до 2009 года должна была оставаться на уровне $50 за тысячу кубометров, подписанный в 2004 году главой «Нафтогаза Украины», представителем донецкого клана Юрием Бойко. Тимошенко нужен был дорогой газ: во-первых, чтобы снизить прибыли крупных производителей, как правило, политических противников «оранжевых», во-вторых, для получения большей прибыли близкими ей компаниями. После этого Россия заявила об одностороннем отказе Украины от обязательств по «контракту Бойко» и поднимает цену газа в несколько раз.

Это привело к тяжелому газовому кризису, отозвавшемуся во всей Европе. Так, как вплоть до конца 2005 года Москва и Киев не смогли договориться о цене, которую Украина должна была платить за поставки российского газа. Тем более что переговоры проходили в своеобразной атмосфере. В частности, назначенный Ющенко глава «Нафтогаза Украины» Алексей Ивченко отказался общаться с представителями российской стороны без переводчика.

30 декабря 2005 года глава «Газпрома» Алексей Миллер пригрозил остановить подачу газа украинским потребителям. 1 января 2006 года вентиль был перекрыт, но украинская сторона, по данным «Газпрома», начала несанкционированный отбор транзитного газа для стран Евросоюза. В Украине в ряде областей был введен режим экономии газа на промышленных предприятиях. Москва и Киев обратились в Брюссель с одновременными просьбами воздействовать на ситуацию, а между украинской и российской сторонами начались усиленные переговоры на всех уровнях. В итоге стороны приняли компромиссное решение, и газоснабжение было восстановлено, однако Украина вынуждена была согласиться на повышение цены за российский газ до $95 за тысячу кубометров и пустить на рынок посредника – компанию «РосУкрЭнерго» украинского предпринимателя Дмитрия Фирташа.

Пока у власти находилось второе правительство Виктора Януковича (2006–2007), в котором за газ отвечал министр топлива и энергетики Юрий Бойко, Украина, можно сказать, отдыхала от «газовых войн». Но после возвращения Тимошенко в премьерское кресло (декабрь 2007‑го) конфликт с «Газпромом» возобновился. Впрочем, в январе и последующих месяцах 2008‑го Украина спокойно получала относительно недорогой российский газ – ведь предыдущее правительство оставило действующие схемы поставок.

19 января 2009‑го состоялось заседание Кабмина по утверждению фактически написанных в «Газпроме» директив для делегации «Нафтогаза Украины» на переговорах с «Газпромом». Однако министры их не поддержали, и Тимошенко пришлось подписывать их единолично – впоследствии это ляжет в основу обвинения по одному из многочисленных уголовных дел против Тимошенко, возбужденных при президенте Викторе Януковиче. В результате в январе 2009 Юлии Тимошенко все-таки удается вытеснить из схемы поставок газа на Украину «РосУкрЭнерго» и добиться подписания главами «Газпрома» Алексеем Миллером и «Нафтогаза» Олегом Дубиной десятилетнего контракта на поставки газа, в котором цена рассчитывается по формуле «цена со скидкой 20 %». Помимо этого, договор, подписанный с «Газпромом» включает в себя принцип «take or pay» («бери или плати»), предполагающий, что об уменьшении оговоренных объемов поставок газа на 20 % Украина должна предупредить «Газпром» за полгода, а если «Нафтогаз» возьмет меньше 80 % от контрактного, то платить все равно придется, как за 80 процентов. В итоге цена газа для украинских потребителей во втором полугодии 2009 года составила $270, а в первом квартале 2010‑го – $305 за тысячу кубометров.

Анализ экономической обоснованности или ошибочности такого решения не входит в задачу этой книги, его последствием явилось повышение тарифов на газ для населения на 5—10 %, что не добавило популярности ни Юлии Тимошенко, ни ее правительству. И хотя сама Тимошенко выступала против повышения тарифов, Ющенко удалось провести это решение через Совбез, который выдал рекомендации о повышении тарифов Национальной комиссии по регулированию электроэнергетики.

К президентским выборам 2010 года Украина подошла в атмосфере разнообразных скандалов и взаимных обвинений в неправильных политических и экономических решениях. По тогдашним опросам избирателей, действующий президент Виктор Ющенко даже не проходил во второй тур. Основная борьба должна была развернуться между премьером Юлией Тимошенко и бывшим главой правительства, неудачником предыдущих президентских выборов, «регионалом» Виктором Януковичем.

Всего в первом туре выборов, проходившем 17 января 2010 года, приняли участие 18 кандидатов. Среди них были как известные политики и предприниматели: Александр Мороз, лидер Компартии Петр Симоненко, экс-спикер парламента Владимир Литвин, глава Нацбанка Арсений Яценюк, предприниматель Сергей Тигипко, так и экзотический персонаж Василий Противсих (Василий Противвсех), специально созданный политтехнологами для «протестного» голосования. Незадолго до выборов 2010‑го из избирательных бюллетеней на Украине исчезла графа «против всех». В образе Василия Противсиха выступал бизнесмен, президент Ивано-Франковской торгово-промышленной палаты Василий Гуменюк. Перед регистрацией кандидатом он поменял фамилию в паспорте, а после окончания избирательной кампании снова стал Гуменюком. Кандидату Противсиху удалось занять 15‑е место из 18‑ти.

Третьему президенту Украины Виктору Ющенко удалось занять только пятое место. Его опередили не только Янукович и Тимошенко, но и Тигипко, и Яценюк. Это было провал Виктора Ющенко и его «национально-либерального» подхода к управлению государством. Во второй тур вышли Виктор Янукович (35,3 %) и Юлия Тимошенко (25,05).

По итогам второго тура голосования, состоявшегося 7 февраля 2010 года, президентом стал Виктор Янукович, набравший 48,95 % голосов избирателей. Юлия Тимошенко отстала от него почти на 3,5 %, однако признавать результаты выборов она не хотела и пыталась оспорить их в суде, повторив тем самым ситуацию с «третьем туром» на выборах 2004 года. Но ее иск изначально не имел перспективы, поскольку «демократичность и прозрачность» проведения выборов 2010 года подтвердили и европейские, и российские наблюдатели. Оспаривать оказалось нечего.

После победы Януковича и отставки с поста премьера (Тимошенко сменил Николай Азаров) у Юлии Тимошенко начались трудные времена. В отличие от большинства представителей «оранжевых» и других членов днепропетровского клана договариваться с «донецкими» она не собиралась. Парламентская фракция БЮТ ушла в оппозицию. Поскольку после выборов 2007 года Тимошенко занимала пост премьер-министра, то своей фракцией в парламенте она могла руководить только дистанционно, основная же ее оппозиционная деятельность свелась к выступлению на разнообразных ток-шоу, где она не переставала обвинять «регионалов» в коррупции и других экономических и уголовных преступлениях, а также призывать к свержению их власти.

В декабре 2010 года в отношении Юлии Тимошенко было возбуждено уголовное дело по факту нецелевого использования средств, полученных Украиной в рамках Киотского протокола. Тогда же с нее была взята подписка о невыезде. Ситуация для Тимошенко осложнялась тем, что у нее не было депутатского иммунитета от уголовного преследования.

В следующем месяце стало известно о еще одном деле против Тимошенко – о превышении ею полномочий при закупке под гарантии правительства тысячи автомобилей «Опель Комбо», ложно представленных в качестве специализированных медицинских средств. В апреле 2011 года на Тимошенко было также заведено дело по факту превышения власти и служебных полномочий при подписании газовых соглашений с Россией в 2009 году. 5 августа 2011 года она была арестована по решению Печерского районного суда Киева. 11 октября 2011 года она была признана виновной в причинении убытка НАК «Нафтогаз Украины» на сумму 1,5 млрд грн и приговорена к семи годам тюрьмы.

Судебный процесс в присущей ей манере Тимошенко превратила в шоу, благо, заседания транслировались в прямом эфире нескольких телеканалов и их могла видеть вся страна: она не вставала со скамьи подсудимых, оскорбляла судью и гособвинителя и вообще всячески демонстрировало свое несогласие с тем фактом, что ее вообще можно судить. Разумеется, сторонники Юлии Тимошенко в очередной раз восхищались «смелостью маленькой женщины, бросившей вызов системе», но большая часть населения особого интереса к процессу не проявляла. Однако того, что Тимошенко действительно надолго окажется за решеткой, не ожидал никто. И даже после вынесения приговора существовали предположения о том, что Виктор Янукович помилует свою политическую соперницу. Тем более что с момента ареста Юлия Тимошенко говорила о плохом самочувствии, а после вынесения приговора заявила о своих тяжелых хронических заболеваниях, однако отказывалась проходить врачебную комиссию.

Болезни Тимошенко и условия ее содержания в Качановской колонии под Харьковом и Железнодорожной больнице Харькова стали темой информационной войны между сторонниками и противниками Тимошенко. «На каждую жалобы госпожи Тимошенко и ее адвокатов – а жалобы эти, надо сказать, бывали совершенно феерическими, вроде специальных ядов, закачанных в косметику, или облучения радиацией – сотрудники Качановской колонии публиковали список переданных экс-премьеру ресторанных лакомств, – пишет Аглая Топорова в книге «Украина трех революций». – (…) Отдельным хитом в череде унижений, которым, по ее же собственным словам, подвергали экс-премьера, была видеокамера, встроенная в дамской комнате палаты Тимошенко в Железнодорожной больнице Харькова. Госпожа Тимошенко утверждала, что изображение с этой камеры передается прямо в кабинет президента Виктора Януковича в режиме реального времени. И наблюдая за ее интимными отправлениями, тиран удовлетворяет свое извращенное чувство мести»[109].

Конечно, такие заявления были рассчитаны на совсем уж не обладающих критическим мышлением сторонников Тимошенко, но смысл для соратников экс-премьера в них был. С одной стороны, подобные истории «замыливали» любую достоверную информацию о тюремном заключении Тимошенко, с другой – при всей абсурдности они были направлены на подрыв репутации Виктора Януковича в глазах украинского народа и европейских политических и общественных структур. Доходило до того, что вопрос подписания Соглашения об Ассоциации с ЕС напрямую увязывался с условиями содержания Тимошенко.

Освобождена из тюрьмы Юлия Тимошенко была сразу после государственного переворота 2014 года. 21 февраля Верховная рада декриминализировала статью о превышении должностных полномочий, по которой была освобождена Тимошенко, и уже на следующий день она выступила со сцены Евромайдана.

Ближайший соратник Тимошенко Александр Турчинов к этому времени уже стал и.о. президента и спикером парламента, а Юлия Тимошенко осталась символом протеста, реальных властных полномочий у нее не было.

Она выставила свою кандидатуру на президентских выборах 2014‑го, но уже в первом туре проиграла Петру Порошенко. А вскоре в команду Порошенко ушел и ее давний соратник Турчинов.

На парламентских выборах 2014 года «Батькивщина» Юлии Тимошенко с трудом преодолела пятипроцентный барьер (5,62 % голосов избирателей) и получила 19 мест в Верховной раде, уступив даже Радикальной партии Олега Ляшко (7,44 %). Казалось бы, политическая звезда Тимошенко стала закатываться. Однако растущее недовольство граждан внутренней и внешней политикой Петра Порошенко вывело Тимошенко в лидеры опросов общественного мнения перед президентскими выборами 2019 года, однако новогоднее заявление Владимира Зеленского о том, что он баллотируется в президенты, изменило конфигурацию кампании. В результате, Тимошенко заняла в первом туре третье место, а за пост президента боролись Петр Порошенко и Владимир Зеленский. Юлия Тимошенко заявила, что ни один из этих кандидатов не способен справиться с вызовами, которые стоят перед Украиной, и ушла в оппозицию.

После начала российской специальной военной операции на Украине Тимошенко неоднократно заявляла о необходимости нового формата мирных соглашений, однако существенного влияния на Украине она не имеет, а после отмены Владимиром Зеленским президентских выборов 2024 года ее шансы вернуться в высшие эшелоны власти резко упали. Она остается главой фракции «Батькивщина» в парламенте, членом и главой нескольких комиссий Рады. Впрочем, и символического, и личного капитала ей хватает на то, чтобы чувствовать себя в политике вполне уверенно.

* * *

Так же, как и в случае с «донецкими», за рамками этой главы остались многие выдающиеся представители днепропетровского клана: знаменитый своими рейдерскими захватами Геннадий Корбан; экс-глава СБУ Леонид Деркач (1939–2022) и его сын Андрей Деркач, обвиненный украинскими спецслужбами в работе на ФСБ России; экс-премьер Валерий Пустовойтенко; бывший глава «Нафтогаза Украины» Олег Дубина и многие другие. Даже Владимира Зеленского многие эксперты считают ставленником «днепропетровских».

В отличие от монолитного донецкого клана, представители которого в трудных для региона и его бизнесменов ситуациях до недавнего времени выступали солидарно, внутри днепропетровского всегда существовали разнообразные политические и бизнес-конфликты.

В политическом пиаре «днепропетровские» всегда делали ставки на новые технологии: пока их донецкие оппоненты старались забить собой телевизионные эфиры, они осваивали возможности, которые предоставляет интернет. «Днепропетровские» никогда не стыдились примитивного популизма и умело уходили от ответов на вопрос, чем супербогатые люди из высших эшелонов власти родом из Днепропетровска принципиально отличаются от точно таких же «олигархов», только выходцев из других регионов страны. Ради сохранения собственности, привлекали в политику националистов, в том числе и радикального толка. А во время Евромайдана и после госпереворота финансировали наиболее агрессивные «сотни самообороны» и «добробаты».

Существовавшая на Украине много лет клановая система обеспечивала иллюзию общественной дискуссии и независимости СМИ. На самом деле якобы независимые медиа представляли позиции как кланов целом, так и каждого конкретного их представителя-владельца, и действовали не во благо общества, а во благо своих хозяев. Уже в начале 2000‑х к клановому влиянию на медиа добавилось влияние иностранных фондов и общественных организаций, якобы развивавших на Украине демократические ценности, а на самом деле навязывавших украинцам русофобию под видом «европейских и евроатлантических» устремлений, и готовивших государственный переворот, результатом которого, по мысли иностранных кураторов всех уровней, должно было стать полное размежевание с Российской Федерацией. И этому процессу не могли помешать даже днепропетровский и донецкий кланы, долгое время воспринимавшие протесты на Евромайдане в контексте борьбы друг с другом и считавшие, что в любой момент можно договориться с оппонентами. Однако судьба и кланов, и Украины уже были предопределены их «западными партнерами». И судьба эта оказалась незавидной.

Глава 4. Второй срок (1999–2005)

Второй срок дался Леониду Кучме гораздо тяжелее, чем первый. Страну сотрясали трагедии – 20 апреля 2000 года во время учений ракета попала в жилой дом в Броварах, погибли три человека; 4 октября 2001 года украинская ракета сбила над Черным морем ТУ-154, выполнявший рейс «Тель-Авив – Новосибирск», вследствие чего погибли 78 человек; 27 июля во время авиашоу на Скниловском аэродроме во Львове на зрителей упал самолет: погибли 77 человек, пострадали – более 500; – скандалы, главным из которых был «кассетный», в ходе которого, вне зависимости от подлинности обнародованных записей из кабинета президента, были приоткрыты многие реальные и мнимые тайны украинской политики; предпринимались попытки свержения власти – акция «Украина без Кучмы», возбуждение против действующего президента уголовного дела. Второй президент Украины стремительно терял поддержку, а к концу своих полномочий, по заявлениям оппозиции и лояльных ей СМИ, его уже ненавидела вся страна. Именно во время второго срока появляется реальная оппозиция Кучме, и возникает понятие «кучмизм», которое украинские источники определяют как «кооперацию советского чиновничества с региональными криминальными элитами» и выделяют следующие характерные для этого явления признаки:

«– концентрация власти в руках одной финансово-многопартийной корпорации;

– декоративная демократия – выборы из инструмента ротации власти превращаются в способ ее периодической самолегитимизации;

– единство законодательной, исполнительной и судебной власти как целостного механизма по контролю над обществом и гарантии неизменности режима с помощью неподконтрольных обществу силовых структур;

– тотальная коррупция в государственном аппарате»[110].

В задачи этой книги не входит проверка истинности этих утверждений, важно, что во время второго срока Леонида Кучмы именно такое понимание его внутренней политики внедрялось в общественное сознание оппозиционерами разного толка – от идеологических (националистов и «левых») до ситуативных (недовольных своим положением во властной иерархии чиновников). Таким образом политические противники Кучмы пытались обесценить его достижения и создать в обществе иллюзию необходимости немедленных радикальных перемен.

4.1. «Левый» парламент и соперник-коммунист

В 1998 году состоялись выборы в Верховную раду, а на осень 1999‑го были назначены президентские. Парламентариев избирали по смешанной системе – 225 депутатов от одномандатных (мажоритарных) округов, еще столько же – по партийным спискам (пропорциональной системе). В выборах участвовали 30 политических блоков и партий. Явка избирателей составила 69,64 % КПУ набрала 24,68 % голосов (наибольшее число мандатов – 121), Народный Рух – 9,4 % (40), Блок социалистов и селян – 8,54 % (31), Партия зеленых – 5,46 % (19), Народно-демократическая партия – 4,99 % (30), объединение «Громада» – 4,68 % (22), Прогрессивная соцпартия и Социал-демократическая (объединенная) партия получили 4,04 и 4,02 % соответственно (16 и 17 мест). Ошибка Леонида Кучмы состояла в том, что он не создал к выборам некую «пропрезидентскую» партию, поэтому к президентским выборам 1999‑го он подошел с условно «левым» парламентом: 121 мандат коммунистов + 31 мандат социалистов + 16 мест у Прогрессивно-социалистической партии Наталии Витренко (в целом – 168 мест). Создать свое парламентское большинство, для которого нужно 226 депутатов, они, разумеется, не могли, но вполне были способны помешать принятию любых законов, нужных действующему президенту.

На 31 октября 1999 года были назначены президентские выборы, в которых приняли участие 13 кандидатов, среди которых были президент Леонид Кучма, лидер коммунистов Петр Симоненко, глава Соцпартии Александр Мороз, председатель Прогрессивной социалистической партии Украины (ПСПУ) Наталия Витренко и др. Поскольку предполагаемый главный конкурент Леонида Кучмы – глава Народного руха Украины Вячеслав Черновол еще в марте 1999‑го погиб в автокатастрофе, у «национал-демократических» сил не было времени и возможности выдвинуть из своих рядов и подготовить Кучме узнаваемого и популярного соперника. Преемник Черновола во главе Руха, Геннадий Удовенко, хоть и был выдвинут в президенты, не пользовался популярностью ни в собственной партии, ни тем более в народе. Шансы других кандидатов из националистических и условно либеральных политических сил так же были достаточно эфемерными: им не хватало ни известности, ни финансирования. Вследствие этого борьба на выборах развернулась между Кучмой и его оппонентами левого (коммунистического и социалистического) толка.

Наиболее радикальным кандидатом была Наталия Витренко. В своей программе она настаивала на фактическом возврате к советской модели хозяйствования, а также придании русскому языку статуса государственного. Кроме того, Витренко обещала реформировать банковскую систему и «выгнать» из страны Международный валютный фонд. 2 октября 1999 года во время одного из предвыборных мероприятий, проходивших в Кривом Роге, Витренко и ее ближайших соратников закидали гранатами. В результате покушения никто не погиб, но пострадали 45 человек, включая саму Витренко. Исполнители теракта были задержаны на месте преступления и указали, что гранаты им передал активист Соцпартии, доверенное лицо Александра Мороза по одному из избирательных округов Кривого Рога. Лидер Соцпартии тогда назвал попытку привязать покушение на Витренко к его политической силе – «провокацией аналогичной поджогу Рейхстага». Как бы то ни было, но существенного изменения предвыборного расклада после этого теракта не произошло. И во второй тур вышли Леонид Кучма и глава Компартии Петр Симоненко.

Явка избирателей на выборах 14 ноября составила 74 %. Петр Симоненко получил 37,8 % голосов, а Леонид Кучма, набравший 56,25 %, снова стал президентом Украины.

Как уже рассказывалось выше, после выборов «обновил» правительство: его возглавил Виктор Ющенко, которого сначала даже называли «преемником» Кучмы, вице-премьером по ТЭК стала Юлия Тимошенко, а министром культуры – народный артист СССР Богдан Ступка. Успехи нового правительства и его популярность у «западных партнеров Украины», с одной стороны, раздражали Кучму, с другой – Ющенко и Тимошенко почувствовали себя самостоятельными единицами, способными вести собственную политику. Итог этого «головокружения от успехов» не замедлил себя ждать: на фоне протестной акции «Украина без Кучмы» сначала была отправлена в отставку Юлия Тимошенко, а затем и Виктор Ющенко, после чего и та, и другой ушли в оппозицию, а Кучма назначил главой правительства равноудаленного от финансово-политических кланов, националистов и «левых» Анатолия Кинаха, который возглавлял Кабинет министров до ноября 2002 года.

4.2. Западные партнеры настоятельно рекомендуют

Первые годы второго срока Кучмы ознаменованы как достижениями – выплата долгов Международному валютному фонду; стабилизация гривны; погашение долгов населению по пенсиям и зарплатам; формированием рыночной экономики в стране; созданием мотивационной системы развития предпринимательства и др. – так и неоднозначными решениями, многие из которых принимались под давлением «западных партнеров».

В 2000 году Кучма подписал Закон об отмене смертной казни, что позволило самому известному серийному убийце Украины – «полесскому упырю» Анатолию Оноприенко, убившему с 1989‑го по 1996 год 54 человека и приговоренному за это к высшей мере наказания, – избежать расстрела. Сначала на Украине, по требованию ПАСЕ, куда готовилась вступить страна, действовал мораторий на смертную казнь, и президенту Кучме пришлось обращаться в Совет Европы с просьбой разрешить привести приговор Оноприенко в исполнение, поскольку, по словам самого второго президента, «такие нелюди не должны быть на нашей земле». Однако Совет Европы и другие международные организации не отозвались на призыв Кучмы, и Оноприенко не успели казнить до полной отмены в стране смертной казни. Серийный убийца умер в спецблоке Житомирской тюрьмы в августе 2013 года.

По настоянию Евросоюза, 15 декабря 2000 года была окончательно остановлена Чернобыльская АЭС. И хотя ее торжественное закрытие транслировалось в прямом эфире всех ведущих телекомпаний мира, а команду на отключение последнего работающего реактора давал лично президент Кучма по телемосту из Национального дворца «Украина», где проходил торжественный концерт с участием звезд украинской сцены.

При этом прекращение работы Чернобыльской АЭС в России считали настолько нецелесообразным и неразумным поступком Леонида Кучмы, что тогдашний министр атомной энергетики РФ Евгений Адамов не только не поехал на торжественную церемонию закрытия станции, но и сделал по этому поводу достаточно жесткое заявление. «Не вижу повода отмечать это событие, – заявил Адамов. – Это событие сродни похоронам». По его словам, решение было принято «досрочно, форсированно и под нажимом», остановленный третий энергоблок мог работать еще 10–25 лет.

Однако пресловутая политика «многовекторности» и желание «понравиться» западным партнерам для Кучмы зачастую пересиливало рациональные соображения. «Закрытие Чернобыльской АЭС означает, что отныне от украинской земли не будет исходить ни одна угроза, – заявил президент он, выступая в Киеве перед международными делегациями, приехавшими на мероприятия по закрытию АЭС. – Мы верим, что Украине не придется раскаиваться в принятом решении», – добавил он. Пожалел о принятом решении Кучма уже через три года, заявив, что закрытие Чернобыльской АЭС стало «ощутимой потерей для энергосистемы страны и большой потерей для жителей Славутича»[111]. Он признался, что согласие на условия стран «большой семерки» и ЕС по закрытию Чернобыльской станции было большим просчетом, ведь партнеры так и не выполнили договоренности. «Мы на себя брали обязательства закрыть ЧАЭС без всяких условий, мировое сообщество, «Семерка», ЕС обещали кредитовать введение мощностей на этих двух станциях – Ровенской и Хмельницкой. Семь лет прошло – а воз и ныне там, – печально констатировал Кучма. Нам нужно на себя брать вину – мы слишком доверчивый народ». Вследствие закрытия ЧАЭС, как и предупреждали российские энергетики, Украина превратилась из страны-энергопроизводителя в страну-энергопотребителя.

В 2003 году находившийся в международной изоляции после «кассетного скандала» Леонид Кучма отправил украинский контингент в Ирак. Тогда президент США призывал страны мира присоединиться к многонациональной коалиции по «установлению демократии в Ираке», советники Кучмы расценили участие Украины в этой операции США как хороший повод вернуть расположение «западных партнеров», и, несмотря на то что изначально Кучма эту идею не приветствовал, украинские военнослужащие были направлены в Ирак. Потери Украины в Ираке составили 18 человек убитыми свыше 40 ранеными. В марте 2005‑го украинский контингент начался поэтапный вывод украинского контингента из Ирака. Примечательно, что после возвращения войск военная прокуратура Западного региона Украины выявила, что по пути из Ирака на родину куда-то исчезли боеприпасы, вооружения, техника и имущество контингента на сумму $1,8 млн.

4.3. Экспорт революционных технологий

Американские и европейские неправительственные организации работали на Украине с конца 1980‑х, однако именно во время второго срока Леонида Кучмы их деятельность поменяла и масштаб, и характер – под видом развития демократических институтов и демократического мышления у населения проводилось обучение методам и технологиям организации оппозиционной и протестной деятельности. Леонид Кучма не противился работе этих организаций в стране. В начале своего президентства, он, как и многие другие украинские политики, во-первых, старался понравиться Западу; во-вторых – считал их деятельность полезной для развития украинского государства (специалисты Агентства международного развития (USAID), например, проводили многочисленные семинары, по подготовке Конституции 1998 года для украинских парламентариев и юристов); в-третьих – не видел в общественных организациях и программах, пусть и финансируемых из-за рубежа никакой опасности: привычка еще советского руководителя «решать все в узком кругу» не позволяла ему даже задуматься о негативных последствиях функционирования программ иностранной «мягкой силы». Ну а после «кассетного скандала» и последовавшей за ним международной изоляции Кучма был готов пустить в страну кого угодно, чтобы не попасть в санкционные списки или, в худшем случае, не оказаться в тюрьме.

Финансирование и осуществление программ «публичной дипломатии» и «мягкой силы» после визита на Украину президента США Билла Клинтона в июне 2000 года приобрело воистину промышленные объемы: только на формирование партий прозападного плана с 2000‑го по 2014‑й «(…) ежегодно направлялось около $83 млн, – пишут доктор исторических наук Наталья Цветкова и кандидат политических наук Григорий Ярыгин в статье «Участие публичной дипломатии США в политической трансформации Украины, 1990‑е—2000‑е годы». – Это в три раза больше средств, которые направлялись в Россию. И только 28 млн долларов были направлены на аполитичные программы обменов в области культуры и образования»[112].

При участии Национального демократического института США (NDI) и Международного республиканского института (IRI) разрабатывались программы по созданию нового поколения лидеров, управленцев и политиков. Например, программа «Next Generation Initiative» вовлекала в политическое обучение тысячи молодых людей со всей Украины. Так же, как и программа по обмену «Открытый мир», в рамках которой США сумели подготовить огромное количество молодых людей, которые занялись созданием общественных организаций, экспертных сообществ и центров подготовки политиков на Украине.

При этом, отмечают Цветкова и Ярыгин, в своих отчетах ни NDI, ни IRI, ни Агентство международного развития (USAID) не указывали, с какими именно партиями они сотрудничали. «Как правило, эти организации ориентировались на продемократические организации западного толка. Основной задачей было научить активных лидеров партий заниматься политической рекламой, привлечением сторонников и организации уличных акций, – рассказывают исследователи. – Международный республиканский институт сделал акцент на региональных и местных партиях и выборах. Молодежь и женщины стали основной целевой аудиторией. К 2001 г. около 100 лидеров различных партий и более 200 представительниц политических объединений прошли обучение по организации уличных кампаний во время выборов»[113]. С 2001 года более 100 представителей правительства и СМИ ежегодно направлялись на совместное обучение в США в рамках программы по изучению выборных технологий.

USAID также уделяло огромное внимание созданию и формированию «независимых», а в реальности – оппозиционных СМИ на Украине: ведь изменение политической культуры, политизация и мобилизация граждан, манипуляция их сознанием в нужную себе сторону невозможна без существования собственных средств массовой информации. Под эгидой USAID был создан Центр независимых СМИ, через который распределялись гранты новым и не имеющим государственного финансирования медиа, там же проходило обучение журналистов «этике независимого репортера». В 2002 году был запущен сетевой проект и одновременно печатное издание «Телекритика»: украинские журналисты за счет средств США создали первое интернет-телевидение, активно участвовавшее в президентской избирательной кампании. Кроме того, данный проект исследовал украинские СМИ на предмет их зависимости от тех или иных политических сил и являлся не только медиаресурсом, но и неправительственной организацией (НПО) по мониторингу состояния свободы слова и информации в стране. В развитие НПО американцы тоже активно вкладывались, но вот конкретно с проектом «Телекритика» произошла отчасти курьезная, но очень характерная для украинской независимой журналистики история. В середине «нулевых», уже после «оранжевой революции», которую издание активно поддерживало, «Телекритике» стало не хватать денег западных фондов на развитие новых проектов и выплату зарплат сотрудникам. Тогда топ-менеджеры «независимого СМИ» не придумали ничего лучше, как продать долю в проекте, оплаченном Центром независимых СМИ и Фондом развития СМИ при посольстве США (Media Development Fund), медиаструктурам признанного в РФ экстремистом и террористом днепропетровского предпринимателя Игоря Коломойского, таким образом став подконтрольным «1+1 Медиа» наблюдателем за свободой слова в остальных украинских СМИ.

После «оранжевой революции», а также Евромайдана, приведшему к государственному перевороту, USAID, финансируемое Конгрессом США, а также IRI и NDI не скрывали своего активного финансового и организационного участия в этих событиях. Более того, гордились ими. «Благодаря вложенным средства удалось, по их [международных организаций. – ред.] мнению, создать прозрачную систему выборов. Несмотря на проблемы с развитием независимых СМИ, на Украине было сформировано гражданское общество, способное на политические акции. Заслуга в этом принадлежала сети НПО, созданных правительством США. Центральная избирательная комиссия, с которой США работали на протяжении долгого времени, активно сотрудничала с экспертами Агентства международного развития во время избирательной кампании 2004 года, – пишут Цветков и Ярыгина. – Агентство мобилизовало тогда все возможные ресурсы, чтобы вывести избирателей к урнам для голосования: миллионы были потрачены на информационные кампании, печатную продукцию и опросы общественного мнения. Публиковались многочисленные справочные брошюры для партий, НПО и СМИ, в которых подробно описывалось, как правильно использовать технологии, чтобы завоевать власть»[114]. Ну а в апреле 2014 года помощник госсекретаря США по делам Европы и Евразии Виктория Нуланд признала, что все годы украинской независимости Вашингтон финансировал политические процессы на Украине. «США вложили около $5 млрд в Украину с 1991 года, с тех пор как она вновь стала независимым государством после распада Советского Союза. Эти деньги были потрачены на поддержку устремлений украинского народа, желающего иметь сильное, демократическое правительство, которое представляет его интересы, – заявила она в интервью телекомпании CNN, быстро добавив, что речь, конечно же, не идет о «майданах», которые, по ее мнению, были «стихийным народным движением»[115]. А, как известно, американским специалистам по «цветным революциям» не составляет особого труда направить «стихийные народные движения» в нужную им сторону.

4.3. Выборы-2004: от кампании до революции

31 марта 2002 года на Украине состоялись парламентские выборы. Они проходили по смешанной системе: 225 депутатов избирались по партийным спискам, и еще 225 по одномандатным округам. Леонид Кучма возлагал на эти выборы большие надежды – ему нужен был «свой» парламент, чтобы, с одной стороны, провести необходимые для укрепления президентской власти законы, а с другой – в середине своего второго срока он так и не мог определиться с дальнейшими действиями: вносить изменения в Конституцию и идти на третий срок или выбрать себе преемника и сообщить об этом гражданам страны. По инициативе Кучмы и его администрации был создан пропрезидентский предвыборный блок «За единую Украину», в который вошли партии «Трудовая Украина» Сергея Тигипко, Народно-демократическая партия экс-премьера Валерия Пустовойтенко, Аграрная партия председателя Львовской облгосадминистрации Михаила Гладия и Партия регионов, лидером которой на тот момент являлся Николай Азаров. Блок «За едину Украину», который избиратели переименовали в блок «За еду», занял на выборах 3‑е место – 11 %; всего в Раду прошел 101 депутат: 35 по партийному списку и 66 по одномандатным округам. Опередили «За едину Украину» коммунисты 19,98 %: 6 человек по одномандатным округам и 59 по списку (всего 65 депутатов). Выиграл выборы блок экс-премьера Виктора Ющенко «Наша Украина», в который объединились Народный рух, Конгресс украинских националистов, Христианско-демократический союз и еще семь партий националистического толка. «Наша Украина» получила 23,5 % голосов избирателей, что позволило провести в Раду 70 депутатов по партийным спискам и 42 из одномандатных округов (112). 22 места в парламенте получил Блок Юлии Тимошенко, 23 – Соцпартия. Еще одна близкая власти партия Социал-демократическая партия (объединенная), список которой возглавлял Виктор Медведчук, получила 24 мандата: 19 – по списку и 5 – по одномандатным округами. В итоге, оппозиционные Кучме силы («Наша Украина», Блок Юлии Тимошенко, Компартия и Соцпартия) суммарно получили 222 депутатских места, их пропрезидентские – 125, еще 103 в одномандатных голоса получили беспартийные кандидаты, часть которых примкнула к оппозиционным, а часть – к провластным фракциям.

Программы оппозиционных сил были разными, объединяло их только неприятие режима Леонида Кучмы. И, хотя оппозиция не имела большинства, рисковать и пытаться провести через Раду изменения в Конституцию, обеспечивающие третий срок, Кучма не решился.

«Результаты парламентских выборов в какой-то степени испугали Кучму. Они показали, что украинский народ хочет перемен и эти перемены начинает связывать с совершенно чуждыми ментальности Кучмы европейскими ценностями. (…) Миллионеры-политики стали объединяться вокруг Ющенко и строить коварные планы на президентские выборы 2004 года, – пишет доктор философских наук Олег Базалук в статье «Коррупция в Украине. Ментальность правителей и судьбы народа». – Кучма понимал, что если в 1999 году при самом низком рейтинге доверия они смогли обеспечить его победу над более сильными оппонентами, то организовать победу на президентских выборах 2004 года популярному в народе Ющенко, им не составит никакого труда. Все рычаги влияния на эту дерзкую команду миллионеров-политиков Кучма утратил»[116].

Теперь Кучме предстояло разбираться с менее амбициозными задачами: сохранить власть до конца президентского срока; определиться с преемником и найти способ гарантировать собственный иммунитет от уголовных и прочих преследований, а также сохранить бизнес зятя – миллиардера Виктора Пинчука.

В то же время победа «Нашей Украины» на выборах четко обозначила, что помимо уже традиционного, коммунистического, оппозиционного кандидата, появился и единый националистический кандидат – экс-премьер и бывший руководитель Нацбанка Украины Виктор Ющенко.

4.3.1. Виктор Ющенко: любитель древностей

В биографии третьего президента Украины до прихода в политику не было ничего особенного. Он родился 23 февраля 1954 года в селе Хоружевка Сумской области. Его мать преподавала в школе математику, а отец, ветеран Великой Отечественной войны и узник Освенцима, – английский язык. После школы Ющенко поступил в Тернопольский финансово-экономический институт, отслужил в армии, вступил в КПСС, членом которой являлся до самого запрета Компартии в 1991 году. В 1984 году окончил аспирантуру НИИ экономики и сельского хозяйства, однако степень кандидата экономических наук получил только в 1998, уже будучи главой Нацбанка Украины. В 1985 году Ющенко переехал из Сумской области в Киев. В столице его карьера быстро развивается: всего за 8 лет он проходит путь от сотрудника отдела кредитования и финансирования сельского хозяйства Госбанка СССР до председателя Национального банка Украины (1993). Конечно, такому бурному развитию карьеры Ющенко способствовали не только его личностные качества, но и глобальные изменения в мире: молодому украинскому государству нужны было строить собственные государственные и финансовые институты, вводить свою валюту, страна нуждалась и в новых «патриотических» кадрах. Украиноязычный выпускник Тернопольского финансово-экономического института, испытывавший большой интерес к коллекционированию предметов украинского декоративно-прикладного искусства Виктор Ющенко замечательно подходил на роль «строителя независимой Украины». Его карьере способствовало и покровительство предыдущего главы Нацбанка Вадима Гетмана, родственника и крестного отца первой жены Ющенко Светланы Дудченко, вместе с которым Ющенко работал в банке «Украина», который стал банкротом после выведения из него средств при попустительстве Гетьмана и Ющенко. Наказания банкиры за это не понесли – напротив, оба пошли на повышение[117].

В 1993 году только что назначенный главой Нацбанка Виктор Ющенко знакомится – как гласит легенда, в самолете, – с гражданкой США, этнической украинкой, экономистом Кэтрин-Клэр Чумаченко. Целеустремленная молодая женщина окончила Джорджтаунский университет, успела поработать в МВФ и государственном департаменте, минфине и Конгрессе США, а в начале 1990‑х приехала на историческую родину работать в международной консалтинговой компании KPMG и помогать в развитии молодого украинского государства. Несмотря на то что Кэтрин-Клэр родилась и выросла в США, она прекрасно говорила по-украински, с детства увлекалась историей и культурой родины предков, а также состояла в украинских молодежных организациях США. Знакомство с Чумаченко стало для Ющенко судьбоносным: во-первых, с подачи хорошо известной в американских финансовых кругах и украинской диаспоре Кэтрин-Клэр, его деятельность на посту главы НБУ стали всячески прославлять – в 1997 году, например, Ющенко неожиданно оказался шестым в рейтинге лучших банкиров мира влиятельного журнала Global Finance; восхищалась им и украинские диаспоры США и Канады, чьи представители, так же, как и Кэтрин-Клэр Чумаченко после обретения Украиной независимости бросившиеся наводить свои, «украинские», порядки на исторической родине – в частности, в СМИ, бизнес– и политическом сообществах. Это работало на позитивный имидж главы НБУ, а впоследствии премьера и лидера оппозиции. Во-вторых, изменилась и личная жизнь Ющенко. В 1998 году Виктор Ющенко и Кэтрин (Катерина) Чумаченко поженились. Для этого, правда, ему пришлось развестись с первой женой, матерью его старших детей, Светланой Дудченко. В браке с Катериной у Ющенко родилось еще двое детей.

Брак чиновника столь высокого ранга с иностранной гражданкой вызывал возмущение «левой» оппозиции – коммунистов. Да и другие противники Ющенко часто обвиняли Чумаченко в том, что она является американской шпионкой и связана с остатками «бандеровского» подполья в США и Канаде. Так это или не так, в рамках этой книги установить, разумеется, невозможно. Единственное, о чем можно говорить с уверенностью, так это влияние Кэтрин-Клэр и представителей украинской диаспоры на мировоззрение Виктора Ющенко, его почти маниакальную страсть к увековечиванию памяти жертв Голодомора 1932—33 годов, стремление реабилитировать ОУН-УПА[118], глорифицировать Степана Бандеру, Романа Шухевича и других деятелей националистического подполья и пособников немецко-фашистских захватчиков.

После увольнения с поста премьер-министра в апреле 2001 года и так популярный в националистической среде Виктор Ющенко превращается в полноценного лидера национал-демократов. Однако он не присоединяется к Народному руху или какому-то другому националистическому движению, а создает собственную политическую силу «Нашу Украину», в которую собирает очень разных по характеру и взглядам деятелей: натурализовавшихся на Украине представителей диаспоры (Роман Зварыч), бывших чиновников, обиженных на Кучму (Виктор Пинзенык), представителей крупного бизнеса (Петр Порошенко), даже собственных родственников (родной брат Петр Ющенко) и др.

К началу президентской избирательной кампании Ющенко был фактически безальтернативным кандидатом от «демократической» оппозиции Кучме. Интересно, что в бытность премьером, Ющенко рассматривался многими как преемник Кучмы, а сам называл второго президента Украины «родным отцом», чего ему так и не простили более радикальные и последовательные антикучмисты. Как уже говорилось выше, Юлия Тимошенко не стала баллотироваться на пост президента и стала агитировать за Ющенко в обмен на предстоящий раздел должностей в правительстве, однако в этой позиции Тимошенко было много лукавства: в 2004 году она не имела шансов не только избраться в президенты, но и даже пройти во второй тур, поскольку не обладала ни достаточной народной поддержкой, ни политическим весом.

Основная борьба на президентских выборах 2004‑го развернулась между выдвинутым «партией власти» действующим премьером Виктором Януковичем и Виктором Ющенко. Для грядущей победы Януковича был задействован административный ресурс: его постоянно показывали по телевизору, рассказывали об успехах правительства, повышали пенсии и соцвыплаты. Ющенко поддерживали США и Евросоюз, причем как в политическом, так и в политтехнологическом смысле.

С самого начала кампании Ющенко были задействованы технологии, которых на Украине еще не видели: его митинги неизменно переходили в концерты украинских рок-звезд первого ряда – «ВВ», «Океана Эльзи» и др; сторонникам Ющенко предлагалось украсить свои автомобили, сумки, а также деревья возле дома оранжевыми ленточками; рекомендовалось и использовать в повседневной одежде какой-то оранжевый элемент. Предполагалось, что таким образом сторонники Ющенко должны отличать в толпе «своих» и приходить друг другу на помощь, а кроме того, мощное присутствие оранжевого цвета на улицах украинских городов должно было убедить сомневающихся избирателей во всенародной поддержке «первого проукраинского президента».

Именуя Ющенко «первым проукраинским президентом», его политтехнологи старательно обходят вопросы национализма в его программе «10 шагов навстречу людям» и предвыборных выступлениях. Таким манипулятивным образом понятие «националистическое» подменяется на «проукраинское». В определенном смысле эта технология работает до сих пор: людям трудно придерживаться «националистических» взглядов даже наедине с собой, не говоря уже об их публичном признании, а вот «проукраинских» – пожалуйста. Избирателя Ющенко приучили отделять негативное «националистическое» от позитивного «проукраинского», подменив националистический нарратив патриотическим.

В сентябре активно проводивший кампанию Ющенко внезапно исчез на пару недель, а затем появился на одном из предвыборных митингов с обезображенным лицом и замедленной речью. 21 сентября 2004 года руководители его избирательного штаба официально заявили, что кандидат в президенты был отравлен. В связи с этим была создана Временная следственная комиссия Верховной рады. В качестве основной версии рассматривалась попытка отравить Виктора Ющенко во время ужина на даче заместителя тогдашнего главы СБУ, где также присутствовали глава СБУ Игорь Смешко, народный депутат, кум Ющенко, Давид Жвания и некто Томаз, подававший еду и напитки. Официального подтверждения эта версия, впрочем, не получила. Как не получила его и никакая другая версия того, что же все-таки произошло с внешностью кандидата в президенты. Уже став президентом, Ющенко отказывался сдавать кровь на наличие следов диоксина, которым он якобы был отравлен, украинским специалистам по токсикологии, ссылаясь на врачебную тайну и на свое доверие врачам австрийской клиники «Рудольфинерхаус», где собственно и было диагностировано отравление диоксином.

Отравление Ющенко сыграло в его кампании важнейшую роль и значительно повысило его рейтинг: выжившей «сакральной жертве» сочувствовали даже те, кто раньше не воспринимал Ющенко всерьез или не принимал его националистические взгляды. Но все-таки, несмотря на все усилия политтехнологов ему не удалось не только победить в первом туре, но выиграть во втором. Виктор Янукович обошел Ющенко на доли процентов, но удержать победу ему не удалось.

Беспрецедентная пиар-кампания, развернутая против Януковича, и столь же беспрецедентная кампания в поддержку Ющенко вывела на Майдан незалежности в Киеве и центральные площади областных центров десятки тысяч граждан. В Киеве поставили палатки и началась «оранжевая революция», которая привела к назначению неконституционного «третьего» тура выборов, которые уже с явным преимуществом выиграл Виктор Ющенко. События тех дней хорошо известны и нет смысла останавливаться на них подробно, отмечу лишь, что довольно скоро стало известно, что стихийное волеизъявление на Майдане было заранее подготовлено националистическими силами при финансовой и технической поддержке иностранных кураторов: в течение нескольких месяцев до выборов на Западной Украине проходили тренинги, где учили всему, что может понадобиться для приведения «первого проукраинского кандидата» к власти: от навыков самообороны и первой медицинской помощи до организации нарушения на участках для голосования.

В числе главных идей и обещаний, с которыми Ющенко шел на выборы, были скорое вступление Украины в Евросоюз и НАТО. Однако буквально через несколько недель после его инаугурации выяснилось, что эти обещания так и останутся обещаниями, поскольку принимать Украину ни в одну из этих структур никто и не собирался. Более того, по ряду требований они туда и не могли вступить. Впрочем, третьего украинского президента это не смутило, а возможно, и не расстроило – весь свой энтузиазм он направил не на борьбу с коррупцией и приведение законодательства страны в соответствии с требованиями ЕС, а на героизацию Степана Бандеры, Романа Шухевича и других бандеровцев, обвинения СССР в организации геноцида украинцев (Голодомор 1932—33 гг.), еще большую украинизацию образования и «газовые войны» с Москвой, в ходе которых и сам Ющенко, и его сторонники настаивали на том, что повышением цены газа Россия стремится к лишению Украины государственности и мешает ей развиваться как европейской стране. Ющенко стремительно рвал все связи с Москвой и налаживал отношения с Евросоюзом, США и НАТО, поддерживал планы Вашингтона о размещении системы ПРО в Восточной Европе и в то же время требовал пересмотра соглашения о российском Черноморском флоте.

Весь президентский срок третьего президента Украины преследовали скандалы и черный пиар. Причем давление ему приходилось испытывать со всех стороны: и от оппонентов из Партии регионов, и от бывших союзников из лагеря Юлии Тимошенко, и от соратников, недовольных темпами реформ и личного обогащения. Все ошибки Ющенко освещались в СМИ и с трибуны Верховной рады как глобальные катастрофы, а достижения – если таковые были – обесценивались и замалчивались.

Ющенко стремительно терял политических союзников, и вообще мало интересовался актуальными проблемами страны, сосредоточившись на увековечении исторической памяти. Он чрезвычайно актуализировал тему Голодомора. Именно тогда голод 1932—33 годов начинает рассматриваться не в контексте трагедии всего советского народа, а как проявление геноцида украинцев. В частности, в 2006‑м году Верховная рада приняла закон об административной ответственности за отрицание голодомора. Согласно этому документу, публичное отрицание Голодомора как геноцида признается «надругательством над памятью миллионов жертв Голодомора, унижением чести украинского народа». Законом также предписывалось увековечивание память жертв Голодомора и выделение на это государственных средств. Впрочем, при строительстве Национального музея Голодомора в Киеве часть средств оказалась разворована, а сам памятник архитекторы называли «градостроительным преступлением».

По его указу уничтожались памятники советским государственным деятелям, был создан Институт национальной памяти, занимающийся глорификацией нацистских преступников (Роману Шухевичу и Степану Бандере были присвоены звания Героев Украины), продолжалась украинизация всех сфер культурной и общественной жизни. При этом страну сотрясали коррупционные скандалы, падал курс гривны, инфляция «съедала» прибавки к зарплатам и соцвыплаты, от былой популярности «первого проукраинского» не оставалось и следа.

На второй срок столь эффективного президента не переизбрали – граждане стремящейся в Европу страны устали от непрекращающегося парада украинской архаики – вышиванок, траурных мероприятий, героизации УПА, трактовки других исторических событий в трактовке Ющенко («Мы, украинцы, уникальная нация») – на фоне коррупции и снижения уровня жизни, а также тотальной украинизации образования и всей публичной сферы. На выборах 2010 года Виктор Ющенко не прошел даже во второй тур, и президентом страны стал Виктор Янукович. Однако своей цели Ющенко (или силы, стоявшие за его избранием) достиг: в годы его правления радикальный национализм на Украине был легитимизирован в качестве государственной идеологии.

После неудачи на выборах Ющенко фактически ушел из публичной политики и сосредоточился на частной жизни: он занимается коллекционированием предметов украинской старины, состоит в попечительских советах нескольких культурных фондов, а также разводит пчел.

4.3.2 Виктор Янукович: президент-неудачник

В ноябре 2002 года Леонид Кучма отправил в отставку премьер-министра Анатолия Кинаха, а 21 ноября представил гражданам страны нового главу правительства – Виктора Януковича, за его кандидатуру отдали голоса 234 депутата Верховной рады из 237 присутствовавших в сессионном зале.

До назначения на пост премьера Янукович был главой Донецкой области, причем совмещал две должности председателя Донецкой облгосадминистрации и главы Донецкого облсовета. Он имел репутацию «крепкого хозяйственника» и жесткого руководителя: именно его стараниями партия «За единую Украину» выиграла в Донецкой области парламентские выборы 2002 года. В остальных областях пропрезидентская партия проиграла. Янукович тесно сотрудничал с авторитетным представителем донецкого клана – президентом футбольного клуба «Шахтер» Ринатом Ахметовым. Украинские СМИ писали, что Ахметов и Янукович очень дружны, а их команду составляют руководители дочерних структур «Индустриального союза Донбасса» – компаний АРС, «Данко», «Энерго», «Эмбролл», «Гефест». Янукович и Ахметов, выступая в прессе, всегда говорили, что у них нет общих бизнес-интересов, однако они ценят друг в друге преданность интересам региона. В связи с этим Януковича часто называли «политическим лицом» донецкого клана, в то время как Ахметов представлял бизнес региона.

До назначения Виктора Януковича премьер-министром, согласно опросам Центра им. Разумкова, более 60 процентов украинцев не подозревали о его существовании и не испытывали по отношению к нему никаких чувств. Однако в ноябре 2002 года о Януковиче узнала вся страна. И узнала не самые лестные вещи.

Оппозиция, особенно БЮТ и «Наша Украина», воспользовались тем фактом, что в молодости Виктор Янукович был дважды осужден: в первый раз, в возрасте 17 лет, за участие в грабеже; во второй – в 20 лет, за нанесение телесных повреждений. И хотя в 1978 году Президиумом Донецкого облсуда обе его судимости были отменены «за отсутствием состава преступления», эти эпизоды биографии существенно портили публичный образ не только самого Януковича, но и донецких предпринимателей и политиков в целом. Причем попытки политтехнологов и пиарщиков как-то обелить имидж Януковича только усугубляли ситуацию: заставляли граждан задумываться о том, может ли вообще находиться на столь высоком государственном посту человек с двумя судимостями. Эти сомнения украинцев успешно использовала оппозиция. Связанный с ней исследовательский Центр им. Разумкова провел опрос о том, может ли претендовать на президентский пост человек с судимостями, и две трети опрошенных заявили, что нет. В парламенте оппозиция поднимала вопрос о принятии соответствующего закона. Примечательно, что происходило это еще до выдвижения Виктора Януковича на пост президента.

Несмотря на явные успехи правительства Януковича – за время его премьерства доходы украинского бюджета выросли на 49,8 % – с $10,2 млрд в 2002 году до $15,28 млрд на конец 2004 года; валовый внутренний продукт увеличился на 53 % – c $42,37 млрд до $65,12 млрд; повысились зарплаты (в ноябре 2002 года номинальная заработная плата, начисленная в среднем за месяц на одного работника на Украине, составляла 367,66 гривны ($68), в январе 2005 года – 589,62 гривны ($111)); снизился уровня безработицы с 1036,4 тыс. человек в ноябре 2002 года до 1028,5 тыс. человек в январе 2005 года – Леонид Кучма долго не решался назвать его своим преемником. Биография и связь с донецким кланом значительно снижали шансы Януковича на успешную кампанию.

И все-таки 14 апреля на совещании Леонида Кучмы с лидерами пропрезидентских партий и фракций парламента Януковича был назван единым кандидатом на пост президента Украины на предстоящих 31 октября президентских выборах. Это предсказуемо вызвало новую волну критики со стороны оппозиции, однако избирательная кампания Януковича была запущена.

Как уже говорилось выше, ставка в кампании Виктора Януковича делалась на административный ресурс и демонстрацию успехов правительства, а никаких новых технологий мобилизации избирателей не применялось. Это было серьезной ошибкой команды Януковича, поскольку экономические достижения простому избирателю осмыслить трудно, а в изобилии предоставляемые оппозиционными силами недостатки – легко. Например, рост экономики на 14 % оппоненты Януковича обесценивали сообщениями о 12‑процентной инфляции. Создание с Россией консорциума по развитию газотранспортных сетей и подписание соглашений о сотрудничестве с РФ в газовой сфере объявлялось «сдачей» стратегических интересов Украины и чуть ли не попыткой лишить страну независимости. Януковича также называли пророссийским кандидатом и советовали гражданам голосовать за «проукраинского» Ющенко. Примечательными были и предвыборные дебаты между Ющенко и Януковичем, в ходе которых «оранжевый» кандидат обвинил своего оппонента в том, что на посту премьера тот не добился придания русскому языку статуса государственного. При всем известном отношении Ющенко к украинизации всех сфер общественной жизни такое обвинение звучало, по меньшей мере, комично, к тому же, вопрос придания какому-либо языку статуса государственного, по украинской Конституции, не входит в компетенции премьер-министра.

Так или иначе, но 21 ноября 2004 года во втором туре выборов Янукович (49,46 %) обошел Виктора Ющенко (46,61 %). Оппозиция не признала результатов голосования, началась «оранжевая» революция, Верховный суд назначил проведение третьего, неконституционного, тура выборов, в котором победил Ющенко. Янукович тогда обвинил Леонида Кучму в обмане и предательстве. «Я думал, он будет защищать интересы Украины и ее народа. К сожалению, он начал защищать интересы собственные и интересы своей семьи», – заявил Янукович на пресс-конференции 13 декабря 2004 года.

В марте 2006 года теперь уже оппозиционная Партия регионов выигрывает выборы, и спустя несколько месяцев Янукович возвращается в премьерское кресло. Впрочем, снова ненадолго. С декабря 2007‑го он снова в оппозиции.

В январе 2010‑го Янукович наконец выигрывает выборы и становится президентом. При этом оппозиция и подконтрольные ей СМИ не перестают критиковать его работу и заявлять о готовности свергнуть «нелегитимную», по их мнению, власть. Особенно яростной борьба оппозиции с Януковичем становится после вынесения приговоров Юлии Тимошенко и одному из лидеров «оранжевых», экс-главе МВД Юрию Луценко. Возможно, Януковичу как президенту нужно было помиловать осужденных за превышение должностных полномочий Тимошенко и Луценко и таким образом избавиться от части претензий оппозиции к себе. Однако почему-то он этого не сделал и дал оппозиции повод в очередной раз заявить о себе как о «тиране».

21 апреля 2010 года Янукович провел переговоры с третьим президентом России Дмитрием Медведевым, их итогом стало подписание так называемых Харьковских соглашений. По этому договору цена российского газа для Украины снижалась на 30 %, в обмен до 2032 года продлевался договор о базировании в Крыму Черноморского флота РФ. Этот договор вызвал возмущение оппозиции: наличие на территории Украины военной базы иностранного государства делало невозможным вступление страны в НАТО, о котором так часто говорили националистически настроенные политики. Они обвиняли Януковича в государственной измене.

Одновременно СМИ пристально изучали образ жизни Януковича и его семьи, писали о необыкновенных богатствах, сосредоточенных в его резиденции «Межигорье», «распутном» образе жизни его младшего сына Виктора и «коррупционных деяниях» старшего сына Александра. Насколько справедливыми были эти обвинения в наши дни остается только гадать. После Евромайдана ни подтвердить их, ни опровергнуть не удалось. После государственного переворота активистам и журналистам удалось попасть в «Межигорье», но не найдя там «золотого унитаза», о котором годами сообщали своим читателям, были очень разочарованы.

21 ноября 2013 года Янукович объявил о приостановке подписания Соглашения об Ассоциации с Евросоюзом. Это привело к Евромайдану – многомесячной протестной акции в центре Киева, затем распространившейся и в другие города страны. С самого начала протест только прикидывался мирным: избиения инакомыслящих, захват административных зданий, строительство баррикад, боевая подготовка «сотен самообороны» привели к человеческим жертвам государственному перевороту 21–22 февраля 2014‑го.

Договоренности Виктора Януковича с оппозицией, соблюдение которых гарантировалось европейскими партнерами – министрами иностранных дел Польши и Германии Радославом Сикорским и Франком-Вальтером Шайнмайером, а также руководителем департамента по делам континентальной Европы МИД Франции Эриком Фурнье, – были сорваны. Янукович не смог или не хотел организовать сопротивление путчистам и бежал из страны в Россию. В этом ему помогали сотрудники ФСБ РФ, а руководил операцией, по собственному признанию, лично президент РФ Владимир Путин.

После бегства в Россию Янукович пытался выступать с политическими заявлениями, но к нему уже не прислушивались. 4 февраля 2015 года Верховная рада приняла закон о лишении Виктора Януковича звания президента Украины. А 24 января 2020 года Оболонский районный суд Киева заочно признал Януковича виновным в государственной измене и приговорил к 13 годам лишения свободы.

В марте 2022 года, через несколько дней после начала специальной военной операции РФ на Украине Виктор Янукович призвал президента Украины Владимира Зеленского «остановить кровопролитие любой ценой». «Этого от вас ждут в Украине, Донбассе и России. Вам будут благодарны украинский народ и ваши партнеры на Западе»[119], – написал он в своем обращении. В этом же послании Янукович рассказал и о том, почему допустил эскалацию насилия, приведшую к государственному перевороту: «Наверное, не было дня и ночи за последние восемь лет, когда я бы не подумал о том, правильно ли поступил, покинув Украину… Это была единственная возможность избежать широкомасштабной гражданской войны, кровопролития на всей территории Украины. Мои сторонники убеждали меня – нельзя отдавать законную власть! За власть надо бороться! Я же знал – цена этой власти будет слишком высока. И тогда, и сейчас я убежден нет такой власти, которая была бы дороже крови наших детей»[120].

Впрочем, хотел того Виктор Янукович или не хотел, цена Евромайдана оказалась слишком высокой для украинского народа, привела к гибели тысяч людей, потере территорий и населения, фактическому развалу государственных институтов, массовым репрессиям. А после отмены президентом Зеленским выборов и к диктатуре.

Мог ли Янукович остановить превращение Украины в русофобский проект коллективного Запада и полигон для прокси-войны НАТО против России? Вряд ли. Слишком мощные и коварные силы стояли за спиной у «мирных евромайдановцев».

После переворота в феврале 2022 года Украина, в том виде, в каком ее знали, прекратила свое существование. О том, чем же она стала, – в следующей части.

Часть III. Государство-террорист

Глава 1. Между переворотом и войной

В период между государственным переворотом 2014‑го и началом российской специальной военной операции на Украине сменились два президента – в 2014‑м выборы выиграл «политический тяжеловес» Петр Порошенко, а в 2019‑м – артист комического амплуа Владимир Зеленский; сама же страна все это время стремительно теряла политическую и экономическую субъектность, превращаясь в государство под внешним управлением. Достаточно сказать, что членами сформированного в декабре 2014 года правительства (премьер – Арсений Яценюк) стали трое иностранных граждан: министерство экономического развития и торговли возглавил гражданин Литвы Айварас Абромавичюс, министерство финансов – гражданка США Наталия Энн Яресько, а минздрав – гражданин Грузии, соратник экс-президента Грузии Михаила Саакашвили Александр Квиташвили. Сам же Михаил Саакашвили в 2015 году был назначен председателем Одесской облгосадминистрации. Для этого одиозному политику пришлось отказаться от грузинского гражданства и принять украинское.

Внешняя политика страны была направлена на евроинтеграцию. И действительно, на этом пути украинским дипломатам даже удалось достичь некоторого успеха: в июне 2014 года было подписано Соглашение об Ассоциации с Евросоюзом и получение от ЕС безвизового режима для граждан Украины, вступившего в силу в июне 2017 года. Однако право на свободный доступ в страны Евросоюза и нахождение там в течение 90 дней украинцам предоставляется исключительно в туристических, предпринимательских и семейных целях – права на работу или учебу такой режим украинцам не давал. «Безвизовый режим можно рассматривать в качестве популярного в обществе, но бесполезного для страны результата»[121], – считает политолог Сергей Жильцов.

Другим направлением внешней политики Украины стало все большее размежевание с Россией, вплоть до заявлений о нападении РФ на Украину – нарратив об этом возник в СМИ еще в начале марта 2014‑го. Словосочетание «страна-агрессор» появилось гораздо раньше, чем Крым заявил о желании отделиться от Украины и присоединиться к Российской Федерации и задолго до объявления независимости Донецкой и Луганской народных республик.

«Следует сказать, что информвойна с Россией началась намного раньше «вторжения на Украину». Еще в марте 2014‑го украинское издание «Факты» опубликовало заметку под заголовком «Россияне атакуют подразделения украинских пограничников», – пишет Валерий Панов в статье «Русские идут!». – Это был один из информационных пробных шаров, с помощью которых в течение нескольких месяцев готовилась почва для широкомасштабной кампании по промывке мозгов тех украинцев, что не разучились самостоятельно думать»[122]. Соглашается с ним и журналист Сергей Преображенский. «По мере того как эпицентр кризиса перемещался с улиц Киева в города на Юго-Востоке Украины, менялся и вектор информационной войны. Критика в адрес правительства Виктора Януковича, поддержка «мирных» демонстрантов «Майдана» и идей евроинтеграции окончательно исчезли из информационного пространства. Подконтрольные самопровозглашенным киевским властям СМИ при медийной поддержке Запада взяли курс на консолидацию населения Украины под предлогом «внешней агрессии со стороны России», – объясняет он в статье «Информационная война вокруг событий на Украине (2014), опубликованной в издании «Зарубежное военное обозрение». – С этой целью активно распространялся тезис о якобы неминуемом вторжении российских войск на территорию страны для захвата и аннексии Донбасса, а далее и Киева. При этом неоднократно озвучивались оценки как украинских, так и западных экспертов относительно конкретных сроков и поводов для начала агрессии. В целях устрашения населения Украины и создания видимости масштабной подготовки к «войне с Россией» местное телевидение активно демонстрировало кадры передислокации подразделений вооруженных сил Украины (ВСУ) в приграничные с РФ районы. В своих публичных выступлениях члены самопровозглашенного киевского правительства, а также представители силовых структур и националистических организаций призывали граждан оказывать содействие и материальную помощь ВСУ и так называемой «национальной гвардии», мотивируя это необходимостью отражать некую «внешнюю агрессию»[123]. Одним из результатов эксплуатации этого мифа стало принятие 27 января 2015 года постановления верховной рады о признании России «страной-агрессором».

Во внутренней политике усиливалось давление на русскоязычное население вплоть до его физического уничтожения в Донбассе в ходе объявленной против населения, не принявшего госпереворот, антитеррористической операции, и сожжения русскоязычных активистов в одесском Доме профсоюзов. Небывалого размаха достигли репрессии против инакомыслящих. Вне закона оказались многие партии и СМИ. Начались гонения на Украинскую православную церковь Московского патриархата, приведшие к запрету ее деятельности на территории Украины в октябре 2023 года. Политические убийства, смерти при загадочных обстоятельствах, уголовные преступления ветеранов и участников АТО в Донбассе, факельные шествия радикальных националистов, демонстрации вооруженных людей возле зданий судов и Верховной рады в дни принятия важных решений и т. д. стали украинской повседневностью.

1.1. Украина теряет своих граждан

После захвата власти в Киеве ставшего и.о. президента Александра Турчинова и его соратников по Евромайдану ожидал неприятный сюрприз: население Автономной республики Крым и юго-востока страны не признали ни свержение Виктора Януковича, ни назначение Турчинова сразу на две должности – и.о. президента и председателя Верховной рады.

К тому же, одним из первых постановлений, принятых парламентом после переворота, стала отмена закона «О языковой политике» 2012 года, обеспечивавшего русскому языку статус регионального. Это вызывало еще возмущение традиционно русскоязычных Крыма и областей юго-востока, и в этих регионах начались массовые протесты.

Наиболее успешными выступления против новой власти оказались в Крыму. Уже 16 марта 2014 года там прошел референдум о независимости, а 18 марта, по словам президента РФ Владимира Путина, «Крым вернулся в родную гавань» – воссоединился с Россией.

Протесты в Харькове подавили в течение месяца, а их участников арестовали – уже через год в следственных изоляторах Украины, по данным правозащитников, находились более 700 политических заключенных из Харькова. Их обвиняли в организации и участии в массовых беспорядках, а также посягательстве на территориальную целостность Украины. При этом правоохранительные органы не обращали внимания на противоправную деятельность представителей праворадикальных организаций.

Восстание в Донбассе началось на следующий день после бегства президента Виктора Януковича в Россию. Активисты, возмущенные переворотом в Киеве и бездействием Януковича и его окружения, захватили здания областных администраций в Луганске и Донецке. 1 марта «антимайдановцы» в Донецке избрали «народного губернатора», который стал командиром народного ополчения Донбасса – Павла Губарева. Донецкий горсовет и Луганский облсовет при этом заявили о нелегитимности новой власти в Киеве и решили возложить всю полноту ответственности за жизнеобеспечение территорий на органы местного самоуправления. Россию власти этих регионов при этом назвали стратегическим партнером Донбасса. На следующий день и. о. президента Александр Турчинов уволил губернатора Донецкой области Андрея Шишацкого и назначил на его место бизнесмена Сергея Таруту. 6 марта Губарев был задержан, суд санкционировал его арест. 15 марта на митинг в поддержку крымского референдума собрались 10 тысяч человек. Собравшиеся требовали в том числе и освобождения Губарева.

Все это время продолжались силовые столкновения сторонников и противников новой киевской власти. Во время одного из митингов в Донецке 13 марта пострадали 50 человек, еще двое погибли. По данным МВД Украины от 4 апреля, с 22 февраля по 4 апреля в регионе прошло около 200 акций протеста. Основными требованиями митингующих в то время были референдум о статусе региона и федерализация страны, а также придания русскому языку статуса государственного. По мере нарастания протеста, росли и требования его участников – уже 7 апреля в Донецкой области было объявлено о создании Донецкой народной республики (ДНР), 27 апреля о независимости от Украины объявила и Луганская область.

В ответ на объявление о создании Донецкой народной республики и.о. президента Александр Турчинов в тот же день заявил о возможности проведения на юго-востоке Украины антитеррористической операции (АТО). По его словам, активисты, которые сложат оружие и разойдутся по домам, не понесут за свои действия никакой ответственности, а против тех, кто продолжит протестовать будут применены антитеррористические меры.

Активисты в Донбассе не стали прислушиваться к словам Турчинова. Во-первых, они не доверяли ему и каким бы то ни было его обещаниям, во-вторых, считали переговоры с новой киевской властью и уступки ей бессмысленными, в-третьих, просто не верили в то, что в антитеррористической операции будет задействована армия, которая начнет стрелять по мирным городам. «Люди были достаточно наивны. Никто не понимал, что Украина готова на полном серьезе начать обстреливать мирные города. Тем более что на момент начала конфликта у всех здесь были паспорта Украины, – объясняет преподаватель Донецкого национального университета, историк Артем Ольхин. – Получается, украинцы били по украинцам. Никто не мог поверить, что это будет настолько жестко, настолько системно и настолько остервенело. И чем дальше, тем больше»[124].

14 апреля 2014 года Александр Турчинов подписал указ о начале антитеррористической операции и на территорию ДНР и Луганской области (о создании независимой Луганской народной республики будет объявлено спустя две недели – 27 апреля). Указ Турчинова фактически развязал руки украинским «силовикам» и примкнувшим к ним участникам праворадикальных группировок, создававших на основе отрядов самообороны «Евромайдана» собственные вооруженные формирования, отличавшиеся особой жестокостью.

По сути АТО была не антитеррористической, а полноценной военной операцией, в ходе которой города Донецкой и Луганской народных республик обстреливались из тяжелого вооружения, происходили столкновения между участниками только что сформированного ополчения и бойцами украинской Нацгвардии и ВСУ.

«Украинские войска бросили против абсолютно безоружных людей танки, артиллерию, бронетехнику, самолеты, авиацию. Все использовали в ходе этой кровавой операции»[125], – вспоминает политический обозреватель агентства МИА «Россия сегодня» Владимир Корнилов.

Жителям Донецкой и Луганской областей не оставалось ничего, кроме как сформировать отряды самообороны для того, чтобы защищать мирных жителей и территорию от вооруженных сил Украины. Были созданы такие подразделения, как «Донецкая народная армия», «Восток», «Призрак» и «Русская православная армия» и другие. На сторону республик переходили милиция и спецотряды «Беркут». На помощь ополченцам в Донецк и Луганск прибыло множество добровольцев из России, Сербии и других стран.

11 мая 2014 года в Донецкой и Луганской народных республиках прошли референдумы о независимости, на которых отделение от Украины поддержали 89,7 % и 96,2 % населения соответственно. 12 мая был провозглашен государственный суверенитет Донецкой и Луганской народных республик, а через несколько дней приняты их конституции. Таким образом уже к маю 2014 года Украина де-факто лишилась Крыма, а также Донецкой и Луганской областей – то есть, 8 868 000 жителей (Крым и Севастополь – 2,3 млн человек, Донецкая область – 4,3 млн, Луганская область – 2,2 млн); и свыше 25 тыс. км^2 территории (603,5 тыс. км^2 — в 1991‑м и 576,6 тыс. км^2 – в 2014‑м). К тому же, десятки тысяч граждан Украины после госпереворота и начала АТО выехали в Российскую Федерацию, европейские страны, а также в США, Канаду, страны Юго-Восточной Азии. Формально эти люди не считались беженцами, просто, по разным причинам, они сочли жизнь на Украине после Евромайдана неприемлемой для себя.

1.2. От популизма к нацизму

Несмотря на проведение АТО, на Украине все это время шла президентская избирательная кампания. Из 21 кандидата наиболее перспективными считались оппозиционерка со стажем, экс-премьер и бывшая заключенная, лидер партии «Батькивщина» Юлия Тимошенко и Петр Порошенко (р.1965) – мультимиллионер, владелец кондитерской корпорации фабрики Roshen, новостного «5 канала», важнейшего оппозиционного СМИ времен «оранжевой революции», кум и соратник третьего президента Украины Виктора Ющенко. Также в списке заслуг Петра Порошенко значилось и создание вместе с Леонидом Кучмой Партии регионов. Предвыборная программа Петра Порошенко поражала популизмом и явными противоречиями. В частности, он обещал:

– завершить АТО за несколько часов после своего избрания. «Антитеррористическая операция не может и не будет продолжаться два-три месяца. Она должна и будет длиться часы… Уже в скором времени мы увидим эффективность антитеррористической операции», – заявлял он.

– платить военнослужащим, принимающим участие в АТО, по тысяче гривен ($ 130 по тогдашнему официальному курсу) в день.

– продать свой крупнейший актив – корпорацию Roshen.

– понизить курс доллара с 13–14 грн до 10 грн.

– перекрыть офшоры.

– вернуть Крым.

– найти «приемлемые способы» взаимоотношений с Российской Федерацией.

– поддерживать русский язык.

– защищать свободу слова и информации. Не преследовать журналистов, несогласных с политикой властей.

Петр Порошенко выиграл уже в первом туре: за него проголосовали 54,7 % избирателей, за его соперницу Юлию Тимошенко – 12,8 %. Замыкал тройку лидеров Олег Ляшко, получивший 8,3 % голосов. Правда, в выборах президента 2014 года не принимали участие почти 6 млн избирателей, которые голосовали на выборах 2010 года – Крым к тому времени уже стал регионом Российской Федерации, а в объявивших о независимости Донецкой и Луганской народных республиках голосовать за президента теперь уже другого государства тоже не стали.

Российская Федерация признала победу Петра Порошенко в 2014 году. Как позднее объяснял министр иностранных дел РФ Сергей Лавров, сделано это было по просьбе «западных партеров». «На этом фоне, когда стали выдвигаться кандидаты для участия в президентских выборах, Порошенко заявлял на каждом углу, что он «президент мира» и урегулирует конфликт за две-три недели. Именно поэтому западные столицы – Париж и Берлин, настоятельно просили нас не выступать с заявлением о непризнании выборов. И мы этого не сделали, мы дали шанс»[126], – объяснил Лавров в 2019 году.

Однако найти «приемлемые способы» отношений с Российской Федерацией Петру Порошенко не то что не удалось, он их просто не искал, а наоборот, делал все для ухудшения отношений: настаивал на введении против России санкций, закрыл авиасообщение между странами, допустил принятие верховной радой постановления о признании России «страной-агрессором». Инициировал блокировку на Украине российских социальных сетей, запрет многих советских и российских фильмов и книг. Также он проводил политику декоммунизации, в рамках которой была запрещена любая коммунистическая, а точнее – советская символика. Переименованы многие города и другие административные единицы.

Обязательства Порошенко по защите русского языка тоже получили противоположное развитие: на Украине были закрыты русские школы, введение квот на телевидении и радио, а 15 мая 2019 года он подписал закон «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного», чем еще больше дискриминировал русский язык и его носителей.

Со свободой слова и информации, которые Порошенко обещал поддерживать, ситуация стала еще более сложной. С одной стороны, украинское общество было погружено в манипулятивные информационные кампании, причем одобряемые на государственном уровне, вроде принятой в декабре 2018 года «стратегии информационной реинтеграции Крыма и Севастополя», или оплачиваемых из администрации президента так называемых «порохоботов» – платных комментаторов в соцсетях, агрессивно пропагандирующих политические и экономические идеи пятого президента Украины. С другой – возбуждались уголовные дела против журналистов и правозащитников, выступающих против АТО и политики Порошенко в целом, закрывались неугодные власти издания, повседневностью стали убийства по политическим мотивам. Все это привело к тому, что в 2019 году уставшие от жизни при Порошенко граждане выбрали президентом комика и продюсера Владимира Зеленского.

История не знает сослагательного наклонения, поэтому не стоит размышлять о том, как сложилась бы ситуация на Украине, если бы выборы 2014 года выиграла Юлия Тимошенко или кто-то другой. Однако ясно одно: на процесс деградации украинских государственных институтов и рост радикально националистических настроений это бы никак не повлияло. Ведь эти процессы начались гораздо раньше. Уже в конце февраля 2014‑го, сразу после свержения законной власти, выяснилось, что «евромайдановские сотни» неплохо вооружены и подготовлены к ведению боевых действий. Более того, успех в противостоянии с фактически не защищавшимися милиционерами и «беркутовцами» придавал участникам этих формирований уверенности в своей непобедимости и желания продолжать свою деятельность. Рейды, или, точнее, вылазки в Харьков и Одессу, где радикальные активисты устраивали беспорядки и погромы, при всей жестокости, не приносили им социального удовлетворения, поскольку не давали необходимого, легального, статуса.

В апреле 2014 года и.о. министра внутренних дел Арсен Аваков сообщил, что принято решение о создании специальных подразделений патрульно-постовой службы МВД «на основе гражданских формирований», возникших в период «Евромайдана» как отряды («сотни») самообороны. В их числе были и представители запрещенных в Российской Федерации «Правого сектора», «Братства», УНА-УНСО и др. радикально-националистических организаций, а также активисты так называемого «Автомайдана». Решение МВД способствовало получению участниками вооруженных националистических формирований необходимого им статуса. А уже в мае началось создание на основе этих организаций запрещенных в РФ спецбатальонов «Азова», «Айдара», «Добровольческого украинского корпуса», являвшегося военизированным крылом «Правого сектора».

Создатели и спонсоры этих вооруженных подразделений, так называемых «добробатов» («добровольческих батальонов») с самого начала не скрывали карательного характера их деятельности на территории Донецкой и Луганской народных республик. «При поддержке своих идейных вдохновителей Турчинова и Парубия[127] нацистские каратели начали с того, что без суда и следствия стали расстреливать всех, кто поддержал идею проведения референдума 11 мая 2014 года в Донбассе, кто был замечен в нелюбви к Майдану или в «пророссийских настроениях». Люди стали исчезать десятками. Некоторых из пропавших потом находили в безымянных захоронениях, но большинство до настоящего времени так и числятся пропавшими без вести, – пишет Максим Журавлев в статье «Нацисты XXI века. Зверские преступления украинских националистов в Донбассе». – В интернете есть огромное количество роликов, самолично выложенных так называемыми добровольцами, на которых запечатлены пытки жителей и ополченцев Донбасса: убийства, грабежа, изнасилования и прочие бесчинства»[128].

Многочисленные свидетельства о преступлениях «добробатов» в зоне проведения антитеррористической операции мало разнятся в описании поведения «защитников Украины». Убийства и похищения мирных жителей, в том числе женщин, грабежи, «экспроприация» имущества, незаконные лишения свободы и т. д.

При этом в украинских СМИ представителей «добробатов» называли героями, «защитниками нации», волонтеры собирали для них обмундирование, медикаменты, закупали новейшие бронежилеты и тепловизоры. Им присваивались государственные награды.

В стране совершались политические убийства. Их жертвами стали известный журналист и писатель Олесь Бузина (16 апреля 2015 года); экс-депутат от Партии регионов, организатор «Антимайдана» Олег Калашников (14 апреля 2015 года); проживавший и работавший в Киеве белорусский журналист Павел Шеремет (июль 2016 года). При невыясненных обстоятельствах погибли экс-глава Фонда госимущества Валентина Семенюк-Самоненко (27 августа 2014 года), а также еще один бывший руководитель Фонда госимущества Михаил Чечетов (28 февраля 2015 года); экс-губернатор Запорожской области Александр Пеклушенко (12 марта 2015 года) – эти смерти украинские следственные органы признали самоубийствами. 2 февраля 2015 года в автокатастрофе погиб лидер рок-группы «Скрябин» Андрей Кузьменко, незадолго до этого выступивший с резкой критикой президента Порошенко и проведения АТО.

Помимо политических убийств и загадочных смертей на «послемайданной» Украине начались и другие преследования инакомыслящих. Были арестованы журналисты: Руслан Коцаба, призывавший сограждан отказываться от участия в мобилизации; руководитель портала РИА «Новости-Украина» Кирилл Вышинский, житомирский журналист Василий Муравицкий, редактор газеты «Рабочий класс» Александр Бондарчук и многие другие. Их обвиняли в госизмене, препятствованию мобилизации, разжигании национальной розни и т. д. В 2017 году Комитет защиты журналистов (CPJ) внес Украину в список стран, где журналистов сажают в тюрьмы за профессиональную деятельность. Украина оказалась в этом списке наряду с такими странами, как Алжир, Камбоджа, Демократическая Республика Конго, Эквадор, Экваториальная Гвинея, Гватемала, Ирак, Марокко, Нигер, Пакистан, Республика Конго, Сомали и Уганда.

При Петре Порошенко власть преследовала журналистов не только персонально. К 2017 году в стране были закрыты десятки оппозиционных сайтов. Отобраны лицензии у нескольких телеканалов, в числе которых известны «112 Украина» и «Newsone», нападениям радикальных националистов подвергался телеканал «Интер»; не продлена лицензия радиостанции «Вести», также закрыто одноименное печатное издание, а владелец газеты и сайта «Вестей» Игорь Гужва был вынужден просить политического убежища в Австрии. Вообще многим журналистам и общественным деятелям пришлось отправиться в вынужденную эмиграцию, поскольку на родине их ждали в лучшем случае – запрет профессиональной деятельности, в худшем – уголовные дела.

Помимо преследований журналистов, общественных деятелей и СМИ, Петр Порошенко запретил и российские социальные сети «Вконтакте» и «Одноклассники», указ об этом был подписан 15 мая 2017 года и являлся частью санкций, наложенных Украиной на Россию. Также на территории страны были заблокированы «Лаборатория Касперского», Mail.ru, «Яндекс» и др.

15 декабря 2015 года была поставлена точка в существовании Коммунистической партии Украины (КПУ). Киевский апелляционный административный суд отклонил жалобу Компартии на принятый ранее Министерством юстиции приказ о роспуске КПУ. В данном приказе содержалось правовое заключение Комиссии по вопросам соблюдения закона Украины «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов в Украине и запрет пропаганды их символики». Согласно ему, символика и устав КПУ объявлялись несоответствующими требованиям законодательства – то есть, подписанному Петром Порошенко 15 мая 2015 года так называемому декоммунизационному пакету из четырех законов, принятых депутатами Верховной рады 9 апреля. Ими была запрещена советская символика, осуждался коммунистический режим, открывался доступ к архивам советских спецслужб, а солдаты запрещенной в РФ УПА признавались борцами за независимость страны. Согласно этому закону, использование красного знамени, «георгиевской» ленточки и других коммунистических символов стала уголовным преступлением, за совершение которого можно получить до 5 лет лишения свободы.

«Результатом принятия «закона о декоммунизации» стало системное нарушение гражданских и политических прав миллионов украинских граждан. Города, села, улицы принудительно переименовываются «сверху», против воли проживающих там граждан. Исторические концепции переписываются в ревизионистском духе, правые получили возможность безраздельно доминировать в образовательной сфере. (…) «Маккартизм» и «охота на ведьм стали реальностью, запрещаются левые организации и их символика, – писал в 2016 году украинский журналист Андрей Манчук в книге «Украина. Анатомия катастрофы». – По существу, это откровенно дискриминационный закон, который окончательно утвердил в Украине идеологическую цензуру и преследования за убеждения, альтернативные государственной идеологии. Это попытка навязать обществу комплекс исторических мифов и идеологических концепций правых и ультраправых политических сил, полностью подавляя при этом всякое инакомыслие в общественной и культурной жизни, образовании и науке»[129].

Запрещая коммунистическую символику, оппозиционные СМИ и российские соцсети, украинская власть никак не реагировала на создание собственных медиаресурсов, направленных на травлю, преследование и, в конечном счете, уничтожение людей. Таким стал печально знаменитый сайт «Миротворец»[130], созданный в августе 2014 года внештатным советником главы МВД Антоном Геращенко. «Миротворец» позиционирует себя как центр исследований преступлений против нацбезопасности Украины. Включение в его базу иногда становится поводом для запрета въезда в страну. При этом формально он не является официальным реестром. На сайте публикуются персональные данные людей, считающихся, по мнению авторов «Миротворца», сепаратистами или «агентами Кремля». В эту базу попадают политики, журналисты, артисты кино и театра, политологи и вообще все, кого активисты сайта сочтут «неугодными» и «опасными» для Украины. Фотографии, адреса, телефоны и любая другая личная информация – собираются нелегальным путем и публикуются без разрешения тех людей, которые попадают в поле зрения «Миротворца». Зачастую размещение этих данных в открытом доступе представляет прямую опасность для жизни людей.

Международные журналистские и правозащитные организации, а также представители иностранных СМИ, структур Евросоюза и др. неоднократно требовали от украинских властей прекратить работу «Миротворца» как нарушающую права человека и подвергающую их жизнь опасности. Однако руководители сайта Георгий Тука и Антон Геращенко заявляют, что их деятельность соответствует 17 статье конституции Украины, поскольку необходима для «защиты суверенитета и территориальной целостности страны».

При Петре Порошенко патриотические активисты, в том числе и радикальные националисты, чувствовали себя хозяевами и Киеве, и в других городах Украины. Они избивали несогласных и заподозренных в сотрудничестве с «ворогом», отнимают и/или обкладывают данью бизнесы, совершают политические и бытовые убийства. При этом представители радикальных националистов словно были освобождены от уголовной ответственности: их не арестовывали даже по самым тяжким обвинениям, дела против них редко доходили до суда, а если доходили, то разваливались или же заканчивались условными, а то и вовсе оправдательными приговорами. Происходило это на фоне военных провалов в «зоне АТО», вследствие которых Порошенко вынужден подписать 5 сентября 2014 года в Минске соглашение о прекращении огня (Минск-1).

На фоне происходящих в стране трагических событий и перемен состоялись парламентские выборы 2014 года. Объявившие весной о независимости жители Донецкой и Луганской народных республик, а также осевшие в других регионах Украины переселенцы из Донбасса не голосовали. «Брутально отсекая электорат оппозиционно настроенных регионов, украинское правительство допустило к выборам только собственных сторонников», – рассказывает журналист Андрей Манчук в книге «Украина. Анатомия катастрофы».

Вследствие значительного сокращения избирателей от минимального порога явки решили отказаться, и в результате явка составила 52 % – самый низкий показатель за все годы независимости. Победу с разницей в полпроцента предсказуемо разделили «Народный фронт» премьер-министра Арсения Яценюка (22,14 %) и «Блок Петра Порошенко» (21,82 %). Четвертое место занял «Оппозиционный блок» (9,43 %), который возглавлял бывший вице-премьер Украины Юрий Бойко. В списках блока – экс-мэр Харькова, глава Харьковской областной государственной администрации Михаил Добкин, бывший директор «Азовстали» Алексей Белый, экс-министр по чрезвычайным ситуациям Нестор Шуфрич и др. Радикальная партия Олега Ляшко оказалась на пятом месте с результатом 7,44 %. Партия Юлии Тимошенко едва преодолела 5‑процентный барьер и рисковала вообще не пройти в Раду – ее низкому результату (5,68 %) способствовал раскол в руководстве партии – летом ее покинули Арсений Яценюк, Александр Турчинов и Андрей Парубий. Яценюк пошел на выборы с собственным избирательным проектом «Народным фронтом», а Турчинов и Парубий перешли в президентский Блок Петра Порошенко.

Выборы проходили по смешанной, пропорциональной системе, поэтому в раду депутатский корпус пополнился не только теми, кто прошел по партийным спискам, но и теми, кто выиграл выборы в округах. Вследствие такой системы в украинском парламенте оказались разнообразно, чаще всего скандально, известные личности. Такие, например, как лидер запрещенного в Российской Федерации «Правого сектора» Дмитрий Ярош; одиозный «сотник» «Евромайдана», ветеран АТО Владимир Парасюк; «казак» Михаил Гаврилюк, в ходе избирательной кампании рассказывавший журналистам, что «использует свой чуб для связи с небом»; одиозная журналистка и активистка Татьяна Черновол («Народный фронт»), организовавшая и возглавившая 18 февраля 2014 года нападение на офис Партии регионов, в результате которого погиб технический сотрудник офиса; знаменитый своими нацистскими взглядами Игорь Мосийчук (Радикальная партия).

Не остались без мандатов и украинские журналисты-организаторы Евромайдана. По спискам Блока Петра Порошенко прошли Мустафа Найем, Сергей Лещенко и Светлана Залищук.

Запрещенная законом «О декоммунизации» Коммунистическая партии Украины и другие левые силы в выборах участия не принимали.

Избирательная кампания 2014 года привела в парламент практически идентичные в плане идеологии и устремлений политические силы. «Впервые в украинском парламенте не будет ссор по поводу языка, церкви и государств-стратегических союзников. Впервые за годы независимости на Украине не будет существовать разделения политики на «пророссийскую» и «прозападную». Впервые в украинском обществе не будет споров относительно геополитического вектора Украины, – радовался результатам выборов политолог, директор киевского Международного института демократий Сергей Таран. – То, что называется маркерами идентичности – язык, история, культура – перестанут быть предметом политики».

Подобные заявления, часто звучавшие из уст украинских политических экспертов в период предвыборной гонки и после нее, являлись откровенной манипуляцией общественным сознанием. Оценивая результаты выборов в Верховную раду как признак консолидации общества, политологи откровенно дезинформировали аудиторию, ведь наличие в парламенте страны правых политических сил, чьи взгляды отличались только степенью радикальности – 29 мандатов, полученных Оппозиционным блоком Юрия Бойко, особой роли в законодательной деятельности избранной в 2014 году Верховной рады сыграть не могли – свидетельствовало вовсе не о консолидации общества вокруг определенных идей, а о невозможности выбора какого-то другого пути в связи с запретами определенных политических сил и преследованиями идеологических противников новой власти. Выборы 2014 года привели не к сглаживанию противоречий в украинском обществе, а к еще большему обострению существующих в нем конфликтов.

Депутаты в очередной раз «разворошили», а теперь уже и законодательно закрепили многие старые конфликты.

– В конституцию страны была внесена поправка о курсе на вступление в Евросоюз и НАТО, противоречащая Декларации о государственном суверенитете страны, в которой указан «внеблоковый» статус Украины.

– Принят закон «Об образовании», еще больше ограничивающий использование на Украине русского языка и дискриминирующий русскоязычных граждан.

– Принята медицинская реформа, приведшая к разрушению системы здравоохранения, остававшейся со времен СССР, сокращению медицинских учреждений и затруднившая доступ граждан к квалифицированной медицинской помощи.

– Признала Российскую Федерацию «страной-агрессором», а также одобрила законопроект о прекращении Договора о дружбе и сотрудничестве с Российской Федерацией.

– Поддержала обращение Петра Порошенко к Константинопольскому патриархату о создании в стране единой поместной автокефальной церкви[131], а также приняла еще ряд законов и постановлений, дискриминирующей Украинскую православную церковь Московского патриархата, в частности, изъяла у нее храмы и другое имущество.

Депутаты, избранные в 2014 году, продолжили традиции своих предшественников – в парламенте регулярно нарушался регламент, происходили драки, представителям единственной оппозиционной фракции не давали голоса, а многие депутаты правящих партий оказывались замешаны в коррупционных и других скандалах. Завершение работы Верховной рады VII созыва было бесславным: избранный в 2019 году президент Владимир Зеленский объявил о ее роспуске в связи с низким доверием граждан к депутатскому корпусу прямо во время своей инаугурации 20 мая 2019 года.

1.3. Клоун перестает быть смешным

Артист комедийного жанра, создатель студии «95 квартал», шоумен Владимир Зеленский (р. 1978) заявил о своих президентских амбициях в новогоднюю ночь: «Я очень хочу открытую предвыборную кампанию, я хочу, чтобы люди видели все, чем мы занимаемся. Создание команды, создание программы, – все мы будем транслировать и показывать. Я считаю, что у нас должна быть открытая страна, с открытым правительством. 1 апреля – офигенная для меня дата и для победы клоуна. Я ведь клоун, правда». Его выдвижение оказалось неприятным сюрпризом для фаворитов избирательной кампании – действующего президента Петра Порошенко и его главной соперницы Юлии Тимошенко. Зато часть граждан Украины выдвижение Зеленского привело в восторг. Они считали, что появление на политической арене «нового лица», человека небедного и успешного в своей профессии нарушит традиционный для Украины ход избирательной кампании со взаимными обвинениями политиков в коррупции и развале страны, заигрываниях с языковым и другими болезненными для общества вопросами, популистскими обещаниями наступления «лучшей жизни» на следующий день после избрания обещавшего кандидата и закулисными договоренностями.

По мнению пиар-технолога Вадима Горожанкина, успех Зеленского был основан «на антиистеблишментской волне в условиях острого экономического и социального кризиса на Украине». Именно избирателя недоверие к политическим деятелям в целом вызвало «запрос на несистемного политика». «Такого, который подчеркнуто не из тех, что прежде считались элитой, достойной высшей политической власти. Эта элита поголовно скомпрометирована, и протестные настроения определяют политический выбор населения. Про свою элиту оно говорит одним словом: «Достали», – пишет Горожанкин в статье «Ключевые составляющие успеха предвыборной PR-кампании Зеленского». – Стратегия Зеленского построена на том, что называется «центрирование на единичности». Единичность – это изолированная от контекста личность кандидата. В этом случае выбирают кандидата, заведомо не обладающего нужными компетенциями, но имеющего интересную биографию, нужное происхождение и успешное положение. Акцент делается на прошлом кандидата, на его биографии. На этом строится вся его легенда. Для этого нужны три составляющие: кандидат, средства манипулирования (деньги, админресурс, СМИ) и протестный взорванный электорат, который не нужно будить. Все это у Зеленского имелось»[132].

К тому же, биография Владимира Зеленского вселяла в украинский электорат надежду на смену политики тотальной украинизации и агрессивного отношения к России. Выходец из интеллигентной русскоязычной семьи, родившийся в Кривом Роге, окончивший юридический факультет Криворожского экономического факультета, постоянный участник телевизионного Клуба веселых и находчивых, много лет проживший в Москве, – Зеленский производил впечатление человека, далекого от праворадикального направления украинской политики. Его успех как продюсера и шоумена демонстрировал избирателям, что он умеет не только зарабатывать деньги честным путем, что особенно важно для Украины, где происхождение капиталов политиков всегда являлось болезненной темой, но и договариваться. «Личные встречи, личное впечатление, имидж искренности – то, что называется «персональный контакт» и «визуальный контент» – вот на чем была построена PR-стратегия Зеленского. И эта стратегия принесла ему успех», – объясняет Горожанкин. – Способность быстро производить благоприятное впечатление – сильная черта Зеленского, главной задачей которого было всеми силами избежать демонстрации привычных атрибутов носителя власти и профессионализма политика»[133]. Главным же для предвыборной кампании и собственно избрания Зеленского был запущенный в 2015 году сериал «Слуга народа». Его сюжет незамысловат: обыкновенный учитель истории Василий Голобородько, которого играет Владимир Зеленский, в ходе спора с коллегой произносит эмоциональный, а местами и нецензурный, монолог о чудовищном состоянии украинской политики и его причинах. Речь Голобородько тайком записывает ученик и выкладывает на YouTube. И вот уже простой учитель становится сначала зарегистрированным кандидатом в президенты, а затем – ко всеобщему удивлению – и президентом Украины, который начинает «перестраивать» систему государственной власти и принятые в ней ценности. Он борется с «олигархами», тотальной коррупцией, преодолевает саботаж и ненависть продажных и недалеких министров и генералов. Каждый шаг Голобородько встречает сопротивление, но он не сдается: ездит на работу на маршрутке, отказывается переезжать в президентскую резиденцию, пытается, впрочем, не всегда успешно принимать важные и нужные стране законы. Для реализации своих планов новому президенту необходима «команда мечты», и он назначает на ключевые посты – в Службе безопасности, Национальном банке, министерстве обороны и т. д. – своих одноклассников и классную руководительницу.

Не обладающий особыми кинематографическими и драматургическими качествами «Слуга народа» быстро стал лидером осеннего телесезона 2015 года и последующих. Отсутствие объемных характеров, непредсказуемых поворотов сюжета и даже качественной режиссуры не помешало популярности «Слуги народа» и лично Зеленского у украинских зрителей, которым хотелось, чтобы с экрана в очередной раз рассказывали о победе «всего хорошего» над «всем плохим».

«Многие политические фильмы делались с целью приучить зрителей, они же избиратели, к новым типажам претендентов на роль президента. Так, первый чернокожий президент США возник в сериале «24» в 2002 г., т. е. за шесть лет до выборов Барака Обамы. В преддверии и во время двух избирательных кампаний Хиллари Клинтон было выпущено семь (!) фильмов о женщине-президенте, не считая женщин на других высоких государственных постах. В других странах также создавались сериалы похожего рода, например, датский сериал «Правительство» (Borgen). Однако ни один из них до украинского сериала «Слуга народа» не воплотился в жизнь»[134], – пишет исследовательница Ирина Жежко-Браун в статье «Сериал «Слуга народа» как политтехнологический сценарий кампании Зеленского». При этом авторы сериала «Слуга народа» отрицали, что Зеленский собирался участвовать в выборах в годы написания и проката первых двух сезонов (2015–2017 годов). По мнению Жежко-Браун, последовательность событий в ходе избирательной кампании Зеленского перевернута во времени: кампания была фактически проведена еще до официальной регистрации кандидата. А сам Зеленский выдвинул свою кандидатуру в президенты, когда его рейтинг уже превышал рейтинги Порошенко и остальных кандидатов. «И хотя в истории было много кандидатов, у которых на момент объявления своей кандидатуры был самый высокий рейтинг, однако они все были уже известными политиками, тогда как о политических амбициях Зеленского люди узнали только перед третьим сезоном сериала»[135], – объясняет исследовательница.

Герой Зеленского – обыкновенный учитель, «свой парень» Василий Голобородько – буквально шагнул с экрана в реальную избирательную кампанию, сохраняя весь антиэлитарный пафос «простого человека». Такая манипуляция общественным сознанием позволила Зеленскому усилить все свои достижения и смягчить все провалы кампании.

При этом сериал «Слуга народа» на Украине обвиняли в трансляции «российских нарративов». «Наверняка среди целевой аудитории «95 квартала» и самого Зе-кандидата есть масса людей, которые уверены в том, что Евромайдан был государственным переворотом, оплаченным олигархами при поддержке коварного Запада и установившем в Украине внешнее управление США. Но тем, кто относится к нему по-другому, смотреть на это больно. Впрочем, очевидно, в предвыборной агитации все средства хороши, – писала накануне голосования украинская журналистка Гала Скляревская. – А сюжет состоит из страшилок, которыми вот уже пятый год пугает своих зрителей российская пропаганда: Майдан ведет к хаосу и обнищанию, олигархи разворовывают страну с помощью пришедших к власти политиков (в результате никем не оспариваемых выборов), коллективный Запад хочет видеть страну исключительно аграрной, чтобы, не дай Бог, не потесниться за столом большой двадцатки ради никому не нужной Украины; у такой страны нет собственного суверенитета, перспектив и власти – только карикатурные персонажи из феодального прошлого»[136]. Перефразируя мнение украинской журналистки, можно сказать, что в сериале «Слуга народа» Зеленский обращался к аудитории, не утратившей после «Евромайдана» критического восприятия реальности. Этой же аудитории были адресованы и предвыборные обещания Зеленского, главным из которых было обещание прекратить боевые действия в Донбассе. Также он обещал произвести обмен военнопленными и заключенными; создать «прозрачный» рынок земли; создать «механизм, по которому только народ Украины будет формировать основные задачи для власти через референдумы и другие формы прямой демократии», например, формат существования на территории страны русского языка; вступить в Евросоюз и НАТО. К тому же, в ходе своей кампании Зеленский в основном пользовался русским языком.

В целом Зеленский говорил то, что в ситуации постоянного социально-экономического кризиса, коррупции и усиления радикально-националистических сил украинцам хотелось слышать. Его «внесистемность» – то есть, отсутствие политического опыта и связей также заставляла избирателей поверить в возможные перемены.

В результате Зеленский опередил в первом туре голосования и Петра Порошенко, и Юлию Тимошенко, а во втором туре выиграл у Порошенко с разгромным результатом: 73,2 % против 24,5 % голосов избирателей.

Однако жизнь – не кино, и довольно быстро выяснилось, что Зеленский, во-первых, является ставленником признанного в РФ террористом и экстремистом днепропетровского бизнесмена Игоря Коломойского и фактически обязан проводить выгодную тому политику, впрочем, как рассказывалось выше, экономических и политических ресурсов днепропетровского миллиардера не хватило на то, чтобы противостоять влиянию Госдепа США, и 2 сентября 2023 года он был арестован по обвинению в выводе денег заграницу – так Зеленский отблагодарил своего спонсора. При этом до начала СВО украинскому президенту так или иначе приходилось согласовывать с ним свои действия. Во-вторых, оказалось, что Зеленский ничего не может поделать с влиянием, в том числе силовым, «добробатов» и других радикалов. Редкое голосование в Верховной раде, Верховном или Конституционном судах обходилось без агрессивных демонстраций радикальных националистов. И даже если бы Зеленский собирался выполнять свои предвыборные обещания – о мире на Донбассе, русском языке и др. – националисты не позволили бы ему это сделать.

Тем временем партия «Слуга народа», созданная Владимиром Зеленским, можно сказать, на скорую руку, получила на досрочных выборах 21 июля 2019 года суммарно (по партийным спискам и мажоритарным округам) 254 места в раде. Такой результат стал сенсационным, поскольку впервые в истории украинского парламентаризма одна партия получила возможность формировать правительство, не вступая в коалицию с другими политическими силами, и принимать любые решения, кроме изменений в Конституцию – для этого нужны голоса 300 депутатов.

На втором месте оказалась «Оппозиционная платформа – За жизнь» бывшего «регионала» Юрия Бойко (43 депутатских мандата), на третьем – «Батькивщина» Юлии Тимошенко (26). Партия Петра Порошенко, получившая новое название «Европейская солидарность», добилась 25 мандатов – притом что в раде VIII созыва у нее было 32 места. Блеснувшие высокими результатами на предыдущих выборах партии «Самопомощь» мэра Львова Андрея Садового и Радикальная партия Олега Ляшко в парламент вообще не прошли. Так же, как не попал туда и «Народный фронт» бывшего премьера Арсения Яценюка. Зато 20 мест в раде получила партия, созданная лидером группы «Океан Эльзы» Святославом Вакарчуком. Радикальные националисты в раду VIII созыва не попали.

Избирательная кампания «Слуги народа» во многом копировала президентскую кампанию Зеленского, более того парламентские выборы политтехнологи партии называли «третьим туром президентских выборов».

Вообще, распустив Раду VIII созыва, Зеленский рассчитывал «конвертировать» свой зашкаливающий президентский рейтинг в рейтинг парламентский, то есть в конкретные депутатские мандаты для собственной партии «Слуга народа». «Делать это надо было быстро: согласно данным проведенных еще до выборов опросов, около 40 процентов избирателей Зеленского ждали от него результатов уже в ближайшие 6 месяцев после прихода к власти. Так что к октябрю рейтинги нового президента могли бы существенно просесть, а электоральные перспективы его партии ощутимо ухудшиться. Вот и пришлось ковать железо, пока горячо»[137], – анализировал ситуацию одесский политолог Юрий Ткачев в журнале «Огонек». По существу, «Слуга народа» стала для избирателя «темной лошадкой» как в смысле программы действий, так и по персональному составу. Партия делала ставку на привлечение новых лиц в украинскую политику, большинство кандидатов из ее списка – молодые люди, добившиеся успехов в бизнесе или гражданском активизме и не имеющие опыта парламентской работы. Что касается программы «Слуги народа», то она, с одной стороны, повторяла президентскую, с другой – была абсолютно манипулятивной, потому что, несмотря на все изложенные в ней благие намерения, возможности реализации этих намерений на практике указаны не были. Так же, как и президентская, программа «Слуги народа» соответствовала чаяниям условного «маленького украинца», но довольно быстро стало понятно, что выполнять ее никто не собирается. И прежде всего в главном – Зеленский и его партия сразу же отказались от идеи прекратить военные действия против Донецкой и Луганской народных республик. Зеленский не собирался признавать особый статус Донбасса, не подписывал амнистию для участников боевых действий со стороны ДНР и ЛНР, менять закон и подзаконные акты, дискриминирующие русский язык. «Я должен защищать украинский язык и я буду это делать»[138], – заявлял Зеленский в ответ на вопрос о поддержке им закона «О языке», устанавливающем для русского очередные ограничения.

Более того, глава Верховной рады, представитель партии «Слуга народа» Дмитрий Разумков сразу после выборов заявил, что закончить боевые действия в Донбассе вообще «нет возможности». «На самом деле это действительно самый тяжелый вопрос, потому что по большому счету в стране идут две войны: одна на востоке, и там украинская армия справляется, и вторая – внутри страны, это война с коррупцией… Если мы возвращаемся к войне, это длительный процесс. Никто, к сожалению, не имеет возможности закончить войну завтра. Обещать это было невозможно и нельзя», – сказал он в интервью украинскому новостному порталу «Лига. net». Из этого высказывания понятно, что действия украинской армии в Донбассе и их уместность у представителей «Слуги народа» вопросов не вызывали.

* * *

Результаты первых двух лет президентства оказались для Владимира Зеленского довольно неприятными: его рейтинг упал больше, чем в два раза. Очевидными причинами стало невыполнение данных ранее обещаний окончить войну в Донбассе и добиться тюремного заключения для «воров и коррупционеров» из предыдущей власти.

К тому же, несмотря на все предвыборные обещания, тарифная политика, проводимая командой президента Зеленского, шла вразрез с интересами и реальными финансовыми возможностями украинцев и привела к колоссальному росту задолженности населения по услугам ЖКХ. Решить экономические проблемы – падение уровня промышленного производства и сокращение экономики, рост безработицы, падение уровня жизни украинцев – ему тоже не удалось.

Найти решение языкового вопроса, на которое так надеялись русскоязычные избиратели, также не состоялось. Наоборот, положение русского языка ухудшилось из-за принятия дискриминационного закона о повсеместном использовании украинского языка в ущерб конституционных прав русскоговорящих граждан Украины. Зеленскому не то что не удалось минимизировать влияние на общество радикальных националистов, наоборот, он вынужден был постоянно считаться с ними, а в некоторых вопросах и откровенно поддерживать их. Продолжались и преследования инакомыслящих.

Пандемия COVID-19 показала полную неспособность защитить население и запустить вакцинацию населения. Кроме того, представители «команды Зеленского» постоянно попадали на страницы «желтой прессы» в связи с разнообразными скандалами и своим непредсказуемым поведением.

Согласно опросам, проведенным украинскими социологическими службами «Рейтинг» и «Социс», в ноябре 2021 года рейтинг поддержки Владимира Зеленского опустился до 21,8 %, а его партии «Слуга народа» – до 17,3 %. В этот период основным занятием президента Зеленского становятся переговоры с западными лидерами о введении новых санкций против России и относительно предоставления Украине членства в НАТО и других возможностей военного сотрудничества – поставке вооружений, обучения украинских военных и т. д.

В ходе визита в США в сентябре 2021 года Зеленский встретился с американским президентом Джо Байденом, итогом которого стало принятие совместное заявление о стратегическом партнерстве между США и Украиной Также США поддержали «право Украины определять свой внешнеполитический курс свободно от внешнего вмешательства, включая стремление Украины вступить в НАТО».

Такая позиция США вызвала возмущение в России, президент Путин потребовал от Вашингтона письменных гарантий нерасширения НАТО на Восток, в частности непредоставления Украине членства в альянсе. Однако в НАТО предпочли эскалацию напряжения и гарантий не дали, напротив из штаб-квартиры НАТО в Брюсселе нескольких российских наблюдателей. Президент Украины Зеленский продолжал настаивать на вступлении Украины в НАТО, а 19 февраля 2022 года в Мюнхене заявил, что страны НАТО должны дать Украине ядерное оружие, в противном случае Украина готова создать его сама.

При этом с каждым днем обстрелы мирного населения ДНР и ЛНР становились все интенсивнее, ОБСЕ сообщала и об усилении боевых действий по всей линии соприкосновения – Украина явно готовилась нарушить Минские соглашения и пойти в наступление на республики.

21 февраля 2022 года президент России Владимир Путин подписал указы о признании независимости Донецкой и Луганской народных республик, а также между президентом РФ и главами ДНР Денисом Пушилиным и ЛНР Леонидом Пасечником были заключены договоры о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи, в том числе военной. 24 февраля 2022 года президент России Владимир Путин объявил о начале спецоперации по денацификации и демилитаризации Украины.

После начала российской спецоперации на Украине риторика Зеленского окончательно слилась с радикально националистической. В частности, садисты и убийцы из батальона «Азов» превратились для него в национальных героев и пример для подражания всех украинцев. А одним из официальных рупоров Зеленского, разъясняющим его политику россиянам и жителям Восточной Европы, стал соратник заочно арестованного в России лидера расистской организации «Братство» Дмитрия Корчинского Алексей Арестович.

Глава 2. Голоса Украины

2.1. Война и пиар

С первого дня специальной военной операции украинские власти начали массированную пропагандистскую атаку на собственное население, своих американских и европейских партнеров, а также на население Российской Федерации. Для этого использовались любые средства манипуляции сознанием и устрашения населения – от примитивных фальсификаций до ракетных обстрелов территории Украины. Разумеется, виновной в происходящем объявлялась Россия. Достаточно вспомнить ракетный удар по перрону железнодорожного вокзала контролируемого украинской армией Краматорска 8 апреля 2022 года, вследствие которого погибли 39 человек, а 87 получили ранения различной степени тяжести. Эти люди ждали эвакуационного поезда, чтобы уехать на запад страны. В первые часы после трагедии украинские СМИ сообщили, что удар нанесла российская армия, однако обнаруженные на месте взрыва обломки ракеты «Точка-У», которая находится исключительно в арсенале вооруженных сил Украины (ВСУ), однозначно указывали на авторство этого удара по мирному населению. ВСУ собирались сорвать выезд из Краматорска мирных жителей и в дальнейшем использовать их в качестве «живого щита». Еще более наглой провокацией, связанной с убийством украинской властью собственных граждан, стал удар по следственному изолятору в Еленовке (ДНР), где содержались вышедшие с «Азовстали» и сдавшиеся в плен бойцы признанного в РФ террористической организацией батальона «Азов»: в ночь с 28 на 29 июля ВСУ выпустили по СИЗО в Еленовке ракету из американского РСЗО[139] HIMARS. В результате этого удара погибли 53 человека, ранения получили 75 пленных и 8 сотрудников СИЗО. Украинские власти пытались выдать собственное преступление за российский удар, однако их снова подвели обломки ракеты – слишком уж четко читалась на них маркировка американского HIMARS.

Украинские власти всячески запугивали население. По сообщениям из Киева и других крупных городов, в первые дни СВО сигналы воздушной тревоги, как правило, ничем не обоснованные, звучали там едва ли ни круглосуточно. Горожане вынуждены были постоянно покидать свои дома и ночевать в убежищах, главным из которых стало метро. Кадры украинцев, расположившихся на станциях метрополитена с грудными детьми на руках и домашними питомцами в переносках, обошли все мировые СМИ и призваны были продемонстрировать мировому сообществу «мирную страну-жертву агрессора». Концерты в метро давали украинские звезды первой величины – Святослав Вакарчук, Олег Скрипка и др.

Также европейских обывателей пугали фотографиями раненых и убитых якобы российской армией в первые дни СВО, хотя в на самом деле на этих фотографиях были изображены жертвы украинских обстрелов городов в Донецкой и Луганской народных республиках.

Наиболее чудовищной информационной провокацией против российских войск, осуществленной на государственном уровне, стала история о «зверствах российской армии в Буче»: политтехнологи офиса президента Украины объявили погибших от обстрелов жителей киевского пригорода жертвами внесудебных расстрелов российских военнослужащих. Также сообщалось о многочисленных преступлениях сексуального характера, совершенных в Буче российскими солдатами и офицерами в отношении женщин и детей. Никакого легитимного расследования этой истории не проводилось, имена погибших не обнародованы до сих пор. Более того, спустя какое-то время уполномоченная верховной рады по правам человека Людмила Денисова призналась, что «врала об изнасилованиях украинских детей и женщин, чтобы привлечь внимание к проблемам Украине». В результате Денисова была уволена верховной радой за то, что ее фантазии о массовых изнасилованиях детей и женщин приносили Украине вред. Более того, депутаты рады отметили «непонятную концентрацию» медийной работы омбудсмена на «деталях сексуальных преступлений», которые она не смогла подтвердить никакими доказательствами.

Тем не менее провокация в Буче удалась, и теперь этот пригород Киева стал местом паломничества для всех иностранных лидеров, приезжающих высказать Зеленскому свою поддержку, а заодно и показать избирателям в собственных странах свою смелость и человеколюбие.

Впрочем, и без информационных провокаций украинским властям не нужно было доказывать «коллективному Западу» свою роль жертвы и потребность в финансовой и военной помощи – США, Великобритания и другие страны НАТО с самого начала выступали на их стороне, более того, именно лидеры этих стран провоцировали войну с Россией на территории Украины, сначала раздавая украинским властям обещания скорого вступления в НАТО и Евросоюз, подготовке солдат и офицеров по стандартам НАТО, а после начала СВО – поставками новейших видов вооружений, участием в планировании боевых операций и обстрелов, предоставлением разведданных со спутников, а также финансовой помощи, которая больше всего напоминает «содержание» Украины, поскольку в результате боевых действий ее экономика практически полностью разрушена. С самого начала боевых действий украинские власти требуют от США, Великобритании и стран ЕС разрешения на использование иностранного оружия для ударов по территории Российской Федерации, однако пока такого разрешения страны НАТО не дают, поскольку это означало бы прямое участие альянса в конфликте с РФ, что может привести к трагическим последствиям для всего человечества.

Мощная информационная кампания была направлена и на граждан Российской Федерации: в первые недели СВО российские сегменты социальных сетей были наполнены роликами с призывами сдаваться в плен, сообщениями о военных провалах и трудном положении российских солдат, оскорблениями в адрес президента России и многочисленными пожеланиями смерти руководителям российской армии. Вследствие того, что компания Meta официально отказалась блокировать подобный контент, 21 марта 2022 года Тверской районный суд Москвы согласился с иском Генпрокуратуры РФ, поддержанным Госкомнадзором и ФСБ РФ, и признал компанию Meta (Facebook, Instagram) экстремистской организацией и запретил ее деятельность на территории РФ.

К тому же, бойцы созданных еще при президенте Петре Порошенко центров информационно-психологических спецопераций (ЦИПСО) изучали личные данные военнослужащих в соцсетях и «вскрывали» базы персональных данных, а затем с помощью сообщений в мессенджерах и телефонных звонков терроризировали их близких сообщениями о смерти солдата или его пленении. ЦИПСО также выполняли хакерские атаки разного рода на различные ресурсы России и других стран. С их помощью пытались получить доступ к закрытой информации, вывести из строя определенные ресурсы и т. д. Также с ЦИПСО связаны многочисленные инциденты с ложными сообщениями о готовящихся терактах, а также многочисленные случаи телефонного мошенничества. В последнее время, в частности, они не просто грабят пенсионеров, но и заставляют их совершать уголовные преступления, чтобы вернуть похищенные с банковских счетов средства – поджигать на территории РФ военкоматы и релейные шкафы.

Параллельно вовсю распространялась информация о гражданах Украины, буквально штурмующих военкоматы с целью отправиться защищать родину в составе ВСУ или сил территориальной обороны. Забегая вперед, отметим, что весной 2024‑го, после объявления на Украине всеобщей мобилизации, когда с улиц исчезли мужчины мобилизационного возраста (от 25 до 60 лет), а в приграничных реках Буге и Тисе регулярно тонут или погибают от пуль пограничников мужчины, пытающиеся убежать от мобилизации в Европу, такое желание отправиться на передовую выглядит, в лучшем случае, пропагандистским преувеличением для стимуляции патриотических чувств.

2.2. Украинцы в Европе: от радушия до разочарования

В первые месяцы СВО в украинских СМИ появлялось очень много информации о потоке беженцев из восточных регионов страны и Киева в западные области и заграницу. Во всех подобных репортажах подчеркивалась солидарность украинских беженцев между собой и готовность жителей европейских стран оказать им любую помощь, поскольку именно украинцы – настоящие европейцы, отказавшиеся от косных традиционных ценностей, принятых в России, и вообще «защищают Европу от агрессора», под которым подразумевается Российская Федерация. Любопытно, но такие аргументы используют не только журналисты изданий, предназначенных для «промывки мозгов» населения, но и президент Украины Владимир Зеленский на переговорах с западными лидерами по поводу поставок оружия и финансовой помощи Украине.

Всего, по данным Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ), в период с 24 февраля 2022 года по 31 января 2023 года в европейские страны и США выехали более 15 млн человек. Спустя некоторое время 10 млн вернулись обратно. УВКБ приводит статистику распределения беженцев по странам ЕС: больше всего беженцев приняла Польша – свыше 1,5 млн, более миллиона граждан Украины оказались в Германии, почти полмиллиона – Чехия; Италия – 169306; Испания – 161012; Великобритания – 158800; Болгария – 151512; Франция – 118 994; Румыния – 110901; Словакия – 107199. Остальные страны ЕС приняли менее ста тысяч беженцев. Молдова, не являющаяся членом ЕС, дала убежище 108 тыс. украинцев.

Примечательно, что больше всего беженцев с Украины оказались в Российской Федерации – 2,85 млн, что свидетельствует о желании достаточно большого количества украинцев сохранять тесные связи с Россией и нежелании следовать украинской политической повестке.

Поначалу украинских беженцев в странах ЕС встречали радушно и предоставляли им максимально возможные в таких случаях льготы – бесплатное жилье, пособия, возможность бесплатного образования для детей, разрешения на работу и преференции при трудоустройстве, гуманитарную помощь. Однако со временем жители многих европейских государств были разочарованы чрезмерными требованиями украинцев, их нежеланием интегрироваться в местное общество и жить по его правилам, а также чрезмерной политизированностью новых жителей ЕС и их нежеланием возвращаться обратно. В Гамбурге, например, украинские беженцы разгромили автобусный парк под предлогом того, что транспортные средства принадлежат компании выходцев из России. Часто украинские беженцы громят в Германии «русские» магазины. В Польше скандалы, связанные с выходцами с Украины разгораются регулярно – причем касаются они как сугубо бытовых моментов вроде отказа беженцев платить за жилье хотя бы 50 % стоимости или мелкого воровства в магазинах, так и более серьезных акций в сфере культуры: например, в 2022 году по требованию украинских беженцев в Варшаве был отменен фестиваль российского кино «Спутник над Польшей», проходивший до этого в течение 10 лет, а его руководительница Малгожата Шлаговская-Скульская была подвергнута травле в социальных сетях. Вообще, украинские беженцы пытаются влиять на культурную повестку в странах своего временного проживания: они добиваются исключения всех российских культурных деятелей из программ конференций, фестивалей, концертов. Однако, если в 2022 году устроители культурных мероприятий охотно шли им навстречу, встраиваясь таким образом в европейские и американские санкции против Российской Федерации, то по мере продолжения боевых действий и понимания того, что на самом деле происходит на Украине, все меньше европейских культурных институций хотят идти на поводу у русофобски настроенных беженцев.

Помимо бытовых и политико-культурных проблем, некоторым украинским беженкам пришлось столкнуться и с проблемами гендерными: они подвергаются сексуальным домогательствам, а также становятся жертвами «торговцев людьми». В Испании и Великобритании, например, украинки часто сталкиваются с требованием интимных отношений в обмен на предоставление жилья. Печальный парадокс таких ситуаций заключается в том, что те, кто настаивает на сексуальных услугах со стороны беженок, получают за их размещение в своих домах и квартирах деньги и льготы от государства.

«В первые дни конфликта торговцы людьми выдавали себя за волонтеров, которые прямо на границе предлагали беженцам помощь с транспортом и поиском безопасного жилища, – пишет британская журналистка Ребекка Клар в издании The Hill. – (…) В марте 2022‑го шведская полиция провела рейд и арестовала 38 любителей продажной любви, 30 из которых специально искали встречи с украинскими женщинами, как сообщила одна из государственных радиостанций страны»[140].

По данным масштабного социологического исследования, проведенного компанией Periscope Research в начале ноября 2023 года на территории 18 государств (преимущественно в Польше, Чехии и Германии) среди женщин, бежавших с Украины. Согласно результатам опроса, почти 26 % украинок подверглись за рубежом насилию. 15 % беженок стали жертвами сексуального насилия, 7,1 % – физического, а еще 3,5 % – и того, и другого одновременно. Реальные цифры могут быть значительно выше, ведь 10,5 % опрошенных вообще не захотели отвечать на этот вопрос[141].

Действительно, украинские женщины зачастую оказываются в европейских странах беззащитными: они плохо владеют европейскими языками и даже английским, не разбираются в местных реалиях, так что легко становятся не только жертвами насильников и торговцев людьми, но и вовлекаются в другие формы криминальной деятельности – торговлю наркотиками, оружием, детьми. По данным издания Rubaltic.ru, в 2022 году уровень преступности в Варшаве по сравнению с 2021 годом вырос на 46 %.

Впрочем, несмотря на бытовые, финансовые и лингвистические проблемы, большинство украинских беженцев не собираются возвращаться на родину даже в случае прекращения боевых действий. Ведь вследствие усталости от особенностей жизни на Украине – коррупции, безработицы, отсутствия перспектив и т. д. – многие из них собирались переселиться в страны ЕС задолго до начала войны, и СВО стало для них не только «последней каплей», но и возможностью легально «зацепиться» в Европе и использовать все свои ресурсы, чтобы остаться там навсегда.

2.2. «Говорящие головы» Зеленского

Уже 24 февраля 2022 года, по инициативе министра информационной политики Александра Ткаченко, был запущен «Телемарафон «Единые новости» – то есть, новостные выпуски на всех телеканалах страны стали идентичными, без каких-либо расхождений даже в мелочах. Пять украинских телеканалов – «UA: Первый», «Рада», «Интер», ICTV и «Украина-24» посменно создают новостной контент, который демонстрируется на всех пяти телеканалах одновременно. Буквально с первого дня работы «Телемарафона» его информационную политику контролирует украинское правительство, оно же на 40 процентов финансирует производство «Единых новостей». Остальным телеканалам рекомендовано отказаться от новостей и сосредоточиться на развлекательном и научно-популярном контенте.

Эксперты называют «Телемарафон» государственной пропагандой и отмечают, что почти половина украинцев (45 %) считают трансляцию одной, причем провластной, точки зрения на происходящие события недопустимой формой цензуры даже во время военных действий. Более того, доверие зрителей к новостям снижается с каждым месяцем боевых действий – слишком уж победоносными выглядят в них вооруженные силы Украины. «Трансляции наполнены кадрами украинских танков, прорывающих российские позиции, медиков, работающих возле линии фронта, политических лидеров, ищущих поддержки за рубежом, – пишет журналистка Татьяна Лозовенко в статье «New York Times написала про усталость украинцев от телемарафона». – Беспокойство также вызывает то, что телемарафон превратился в пиар-акцию Зеленского, который остается наиболее авторитетной политической фигурой на Украине, однако его рейтинг снизился за последние месяцы»[142]. По данным, которые приводит Лозовенко, в марте 2022 года «Телемарафон» смотрели 40 % от общего числа украинских телезрителей, а в январе 2024‑го – всего 10 %.

2.2.1. «Военные эксперты» побеждают в Youtube

В условиях недоверия к официальным новостям из зоны боевых действий украинцы вынуждены обращаться к альтернативным источникам информации. Для этого офис президента Украины использует и поддерживает Youtube-каналы, где выступают советники главы Офиса президента Андрея Ермака, а также официальные представители различных ведомств, например, начальник главного управления разведки министерства обороны, признанный в России террористом Кирилл Буданов, и многочисленные «военные эксперты», задача которых заключается в «углубленном» анализе новостей из зоны боевых действий – разумеется, всегда в пользу ВСУ. Любопытным представляется тот факт, что украинские «военные эксперты» считают бои за Мариуполь в марте-мае 2022 года, окончившиеся полным освобождением города от ВСУ и бойцов признанного в РФ экстремистским «Азова» 20 мая 2022 года, серьезным военным успехом Украины. «Они считают, что эти бои сковали на много месяцев основные силы армии России и не дали ей наступать весной, когда у нее было преимущество. А за весну украинская армия получила огромное количество оружия и мобилизованных и стала больше в несколько раз и поэтому даже смогла перейти в наступление осенью 2022 года», – объясняет российский политолог Сергей Марков в своем Telegram-канале «Логика Маркова».

Для украинской военной и политической мысли вообще характерны постоянные «перекраивания» тех или иных ситуаций и их оценок в зависимости от их развития в текущий момент. В частности, во время обороны Бахмута (Артемовска), продолжавшейся почти 10 месяцев, украинские аналитики постоянно твердили о стратегической и символической важности этого населенного пункта для ВСУ, однако по мере освобождения города подразделениями ВС РФ и ЧВК «Вагнер» высказывания «экспертов» становились менее пафосными: Бахмут в их комментариях довольно быстро превратился в «не особо важный для обороны» населенный пункт. По такому же принципу украинские «военные эксперты» рассказывают и о сдаче других городов – Волновахи (освобождена подразделениями народной милиции ДНР 11 марта 2022 года); Кременной (освобождена ВС РФ и народной милицией ЛНР 18 апреля 2022 года); Попасной (освобождена ВС РФ и НМ ЛНР 7 мая 2022 года) Лисичанска (освобожден ВС РФ и НМ ЛНР 2 июля 2022 года); Соледаре (освобожден ВС РФ и подразделениями ЧВК «Вагнер» 25 февраля 2023 года); Авдеевки (освобождена ВС РФ 20 февраля 2024 года) и многих других населенных пунктов. Для оправдания «сдачи» городов у «военных экспертов» даже существует специальная формула «важнее сохранять армию, а не территорию». В 2023 году заместитель министра по вопросам временно оккупированных территорий и перемещенных лиц Георгий Тука заявлял: «Если ради сохранения жизней воинов нужно будет оставить какой-то населенный пункт это вполне допустимо и не будет катастрофой»[143].

В то же время украинские эксперты склонны приписывать ВСУ победы там, где не было даже активных боевых действий. Так, отвод российских войск из-под Киева, являвшийся жестом доброй воли со стороны властей РФ перед предполагаем подписанием мирного договора, подавался в украинских СМИ как блестящая победа украинской армии. Аналогичной была реакция экспертов и на отвод российских сил из Изюма и Балаклеи в сентябре 2022‑го, и перегруппировку российских войск в Херсонской области в ноябре 2022 года, вследствие которой Херсон перешел под контроль Украины.

Также украинским «военным экспертам» присуща искренняя вера в мощь вооружений иностранного производства и слабую материально-техническую базу ВС РФ. Насколько эти комментаторы искренни в своих заблуждениях, а до какой степени занимаются пропагандой понять трудно, поскольку уровень компетентности «полковников ВСУ в отставке» и журналистов, переквалифицировавшихся в «военных экспертов», определить почти невозможно: с одной стороны, вследствие коррупции в минобороны Украины воинское звание (даже довольно высокое) часто давалось вовсе не за заслуги перед ВСУ или героизм на поле боя, а совсем по другим причинам – например, народные депутаты Украины, посещавшие с одно– двухдневными визитами контингент ВСУ в Ираке в 2003–2005 гг., мгновенно получали статус участников боевых действий; с другой – в интернете, где в основном выступают эти «эксперты» документально подтверждать свой статус вовсе не обязательно, главное – выражать комфортные для власти и зрителей мнения.

2.2.2. Штатный и внештатный

С первых дней СВО в числе главных спикеров Youtube-формата оказались советники главы Офиса президента: штатный – Михаил Подоляк, и внештатный – Алексей Арестович. Именно они отвечали за основные направления информационной политики в условиях боевых действий. На их идеологические установки ориентировались «военные эксперты», корреспонденты и другие пропагандисты. Примечательно, что для изложения своих мыслей по актуальным украинским событиям оба предпочитали Youtube-каналы признанных в РФ иноагентами политрелокантов Марка Фейгина и Юлии Латыниной. Вероятно, в официальных украинских СМИ их высказывания могли быть расценены как слишком радикальные и подпасть под цензурные запреты, можно предположить, что в этих эфирах Подоляк и Арестович «обкатывают» свои мнения и проверяют реакцию на них как со стороны зрителей, так и со стороны собственных начальников. К тому же, Подоляк и Арестович ориентируются не только на украинских зрителей, «которые хотят узнать больше, чем рассказывают в «Единых новостях», но и на российскую аудиторию – причем, как на тех, кто покинул РФ после начала СВО или давно уже проживал за ее пределами, так и на тех россиян, что подвергают сомнению информацию официальных СМИ и военкоров и хотят знать «мнение противоположной стороны».

Советник главы офиса президента Украины Михаил Подоляк родился в 1972 году во Львове. В 17 лет переехал в Белоруссию, окончил Минский медицинский институт, однако не стал работать по специальности, а переквалифицировался в журналисты. Причем специализировался он на «черном пиаре». В 2004 году был депортирован из Белоруссии на Украину. В Киеве Подоляк продолжил заниматься «черным пиаром». Спустя какое-то время это позволило ему назвать себя политтехнологом. В 2006 году основал собственную консалтинговую компанию, которая, по его собственным словам, занималась «репутационным менеджментом». Подоляку приписывают сотрудничество с рядом одиозных украинских предпринимателей, в частности, с Юрием Иванющенко, которого украинские журналисты-расследователи называют «вором в законе Юрой Енакиевским», а также работу на Сергея Левочкина, главу администрации Виктора Януковича и многих других. В 2010 году в интервью Подоляк рассказывал, что за хорошие деньги готов работать на любого политика. «Главное – цена вопроса», – говорил он.

После победы Владимира Зеленского на президентских выборах, а его партии «Слуга народа» на парламентских Подоляк критиковал пришедшую к власти команду. Он называл депутатов из «Слуги народа» «сборищем мелких и наглых циников». Однако в 2020‑м он получил предложение о работе в офисе президента. Украинские СМИ связывают его назначение с участием в пиар-кампании по «очищению» репутации главы офиса Андрея Ермака после коррупционного скандала после обнародования записей, сделанных в сауне бывшим депутатом фракции «Слуга народа» Гео Леросом. На этих пленках брат Андрея Ермака, Денис, «торгует» должностями в украинских органах власти.

Михаил Подоляк принял предложение Андрея Ермака, поскольку хотел построить «компактное, эффективное, но жесткое государство». До начала СВО он координировал информационную политику офиса президента, готовил министров и других чиновников высокого ранга к телеэфирам и другим публичным выступлениям, консультировал лично Владимира Зеленского. В 2020 году журнал «Фокус» поставил его на 3‑е место в списке самых влиятельных людей в стране – опережали Подоляка его непосредственный начальник Ермак (2 место) и президент Зеленский (1 место).

После начала СВО Подоляк превратился в настоящего русофоба и «ястреба», настаивающего на войне до победного конца. Более того, его сверхидеей стала даже не победа Украины, а разрушение России. «Мы должны минимизировать ее ресурсы, это должно стать важной совместной задачей. Ресурсов у России должно стать гораздо меньше, чем сейчас», – заявлял он. «Да, Украина ненавидит вас. Да, мы будем преследовать вас. Всегда и везде. Да, с вами не о чем говорить (…) Да, Украина достанет каждого из вас, юридически или физически», – так Подоляк отреагировал на косвенное признание главы ГУР МО Кирилла Буданова в организации убийства журналистки Дарьи Дугиной. Он публично выражает восторг обстрелами Крыма и приграничных областей. И вообще уверен, что единственный путь к победе Украины – «максимально жесткое продвижение вперед с максимальным убийством россиян на этом маршруте». При этом к «врагу» он относится с наигранным пренебрежением: «Более трусливых людей, чем русские, в принципе не существует».

Впрочем, хамской критике советник офиса президента подвергает не только Россию и ее граждан, но и папу римского Франциска («Если оценить фразы папы непредвзято, то мы увидим, что они являются безоговорочным поощрением агрессивного империализма, аплодисментами кровавой идее «русского мира», подразумевающей жестокое уничтожение свобод и образа жизни других людей»), и международные организации («На самом деле ООН – отсутствующая полностью организация. Это пиар-контора или лоббистская контора по зарабатыванию денег на хорошую старость людям, которые занимают там управленческие должности… МАГАТЭ, Красный Крест, Amnesty International – все это фиктивные организации, которые засоряют наше абсолютное сознание мусорными оценками»), и страны с миллиардным населением – Китай и Индию («Проблема этих стран в том, что они не анализируют последствия собственных шагов. Слабый интеллектуальный потенциал этих стран, к сожалению»).

Подобные высказывания Подоляка свидетельствуют о том, что, являясь официальным спикером офиса президента, он как нельзя лучше демонстрирует проводимую украинской властью политику русофобии и нацизма, а выражает ее с помощью принятого в украинской политической культуре мелкого бытового хамства.

* * *

На момент начала СВО внесенный Росфинмониторингом в список террористов и экстремистов Алексей Арестович (р.1975) занимал должность внештатного советника главы офиса президента Украины. Он каждый вечер выходил в эфир на своем Youtube-канале, а также практически ежевечерне выступал в эфирах каналов «Фейгин. Live», принадлежащем признанному в РФ иностранным агентом адвокату Марку Фейгину, или на канале также признанной в РФ иностранным агентом журналистки Юлии Латыниной. В отличие от своего коллеги Михаила Подоляка, он не старался «разогревать» своих зрителей и слушателей, наоборот, он успокаивал, «забалтывал» население, рассказывая о необыкновенных успехах ВСУ и о бедственном положении российской армии. Излюбленными нарративами Арестовича, к которым он возвращался в каждом своем публичном выступлении, являлись скрупулезный подсчет того, как мало вооружений осталось у ВС РФ и как страны НАТО поддерживают Украину и вот-вот предоставят ей еще больше суперсовременного оружия, которое обеспечит немедленную победу над «морально устаревшей российской армией». Фантазия Арестовича не имела границ – в эфире он сообщал, что у ВС РФ осталось ракет «на несколько дней», что российские солдаты носят портянки и кирзовые сапоги, а ВСУ экипированы по натовским стандартам, вследствие чего им не составит труда не просто вытеснить российскую армию с территории Украины, но и дойти до Москвы. Впрочем, благородные украинцы делать этого не собираются, ведь их задача – вступить в ЕС и НАТО, а чужие территории им не нужны. Арестович манипулировал сознанием своих слушателей, утверждая, что несмотря на отсутствие формального членства в Северо-Атлантическом альянсе, де-факто Украина уже член НАТО, поскольку бойцы ВСУ носят форму, пошитую по натовским стандартам, получают сухпайки натовского образца, используют оружие, предоставленное странами НАТО, и воюют за интересы НАТО. Подобные логические построения в первые недели СВО действительно успокаивали украинцев и сочувствующих им политрелокантов.

В своих долгих и пространных рассуждениях Арестович постоянно обращался к своему личному опыту. По его словам, он окончил Одесскую академию сухопутных войск, получил диплом военного переводчика, с 1994‑го по 2005‑й служил – тут показания самого Арестовича расходятся – то ли в ГУР МО Украины, то ли в департаменте стратегических исследований МО; в отставку вышел в 2005‑м в чине майора и стал сниматься в рекламных клипах и эпизодических ролях в кино, параллельно получая эзотерическое образование и участвуя в деятельности партии «Братство», созданной заочно арестованным в России националистом и экстремистом Дмитрием Корчинским.

После госпереворота 2014‑го и начала АТО Арестович превратился в «военного эксперта» и политического аналитика. Также он занимался волонтерской деятельностью: организовывал сбор денег для ВСУ и психологическую поддержку для участников АТО – к этому времени он уже успел проявить себя как коуч, специалист по различным психологическим тренингам. В сентябре 2018 года он вернулся в армию и якобы служил разведчиком в 72 механизированной бригаде ВСУ. В многочисленных интервью Арестович рассказывал, что совершил 33 выхода за линию фронта и даже едва не погиб, пережив подрыв. Впрочем, многие украинские участники боевых действий в СМИ и личных блогах опровергают героический опыт Арестовича. Сам же он не предоставляет никаких доказательств своего боевого пути, утверждая, что рассекречивание его личного дела может повредить тем бойцам и офицерам ВСУ, которые находятся на передовой. Спустя год, в сентябре 2019‑го, он снова вышел в отставку и был приглашен первым президентом Украины Леонидом Кравчуком в Трехстороннюю контактную группу по мирному урегулированию на Донбассе (ТКГ, также в нее входили представители России и ОБСЕ) в качестве советника по информполитике. Также Арестович был уполномочен доносить СМИ и общественности позицию украинской делегации по вопросам, которые обсуждались на заседаниях ТКГ.

С декабря 2020 года Арестович выполнял обязанности внештатного советника главы офиса президента по вопросам стратегических коммуникаций в сфере безопасности и национальной обороны. На этой должности он раздавал множество интервью и комментариев, изобиловавших разнообразными прогнозами. Наиболее известным предсказанием Арестовича считается сделанное еще в 2019 году в эфире украинского «Апостроф-ТВ» заявление о том, что РФ начнет военную операцию на территории Украины в 2021‑м или 2022‑м году. После начала СВО в феврале 2022 года Арестович постоянно сообщал в эфирах и собственных аккаунтах в соцсетях о том, что именно он назвал фактически точную дату начала боевых действий. Однако считать Арестовича провидцем или серьезным аналитиком было бы неправильно: дело в том, что количество высказываний, заявлений и прогнозов, сделанных им по каждому актуальному поводу, давно уже стремится к бесконечности, так что описывать его способности к прогнозированию и анализу лучше всего с помощью шутки про «сломанные часы, которые два раза в сутки показывают правильное время».

Привычка гордиться умением «делать точные прогнозы» и знанием инсайдерской информации стоила Арестовичу карьеры в офисе президента. 14 января 2023 года украинские ПВО сбили ракету над Днепропетровском (после «декоммунизации» – Днепр), в результате чего обломки ракеты упали на жилой дом, погибли 46 человек, более 80 получили ранения. Украинские власти уже готовились обвинить в этом ВС РФ, однако в эфире Youtube-канала иноагента Марка Фейгина Арестович проговорился, рассказав, что падение ракеты – вина украинских ПВО. Как это принято на Украине, он был подвергнут травле в соцсетях и телеэфирах, после чего ему пришлось уволиться из офиса президента. Утратив официальный, хоть и внештатный, статус и доступ к эксклюзивной информации Арестович заметно поскучнел. Его эфиры превратились в полубессмысленное философствование на самые разные темы и пересказ военных сводок своими словами, к тому же, он поссорился с признанным в РФ иноагентом Марком Фейгиным и перестал ежевечерне выступать на его Youtube-канале (в лучшие дни аудитория этих эфиров достигала полумиллиона).

Теряющие популярность и влияние публичные фигуры на Украине часто переходят в оппозицию действующей власти. Не избежал этого и Алексей Арестович. Начав с мягкой, «конструктивной» критики режима Зеленского и тогдашнего главкома ВСУ Валерия Залужного, Арестович начал рассказывать разнообразные секреты офиса президента и критиковать украинскую внутреннюю и внешнюю политику: вступаться за права русскоязычных граждан, говорить о том, что Украине не нужно вступать ни в ЕС, ни в НАТО, опровергать собственные заявления о «непобедимости» натовского оружия, настаивать на проведении отмененных Зеленским президентских выборов и т. д. В конце концов о признался, что «врал с первого дня войны», поскольку считал необходимым поддерживать патриотизм украинцев, а на самом деле и на фронте, и во властных элитах страны все происходит совсем не так, как он говорил.

Ответ офиса президента не заставил себя ждать: полиция Украины начала расследование в отношении Арестовича – его обвиняют в сексистских высказываниях (ст. 300 УК Украины, «изготовление и распространение произведений, пропагандирующих культ насилия и жестокости, расовую или религиозную нетерпимость и дискриминацию»; от 2 до 3 лет лишения свободы). Поводом для расследования послужил видеоролик, представляющий собой запись одного из тренингов Арестовича, который журналистки Яна Брензей и Эмма Антонюк выложили в сеть. На тренинге он, в частности, заявляет, что «женщины служат Сатане и кастрируют мужчин», что их «хочется душить, не отпуская вообще, пока гарантированно не задушишь». Арестович сообщил, что эти высказывания были сделаны в иронической форме, но покинул Украину, опасаясь уголовного преследования.

В эмиграции он, что называется, пошел вразнос: начал категорически отрицать возможность победы Украины; хвалить военную политику России; заявил, что будет баллотироваться в президенты; обвинил Зеленского во лжи, неадекватности и «преследовании тех, кто говорит правду»; предложил России и Украине заключить мир, объединиться и подать коллективный иск к Западу; назвал закон о мобилизации, вступивший в силу 18 мая 2024 года безумным и т. п.

Можно было бы порадоваться за внезапно «прозревшего» Алексея Арестовича, однако его нынешние заявления – не более чем продолжение украинской внутриполитической борьбы, приправленные личной обидой и неудовлетворенными властными амбициями, не имеющие никакого практического политтехнологического смысла: за десять лет, прошедшие после государственного переворота, большинство украинцев потеряли способность к критическому мышлению и, не обращая внимание на происходящее в их реальной жизни, способны воспринимать только выступления в парадигме «великого победоносного европейского народа, защищающего собой Европу от орков-агрессоров». И нельзя забывать, что Алексей Арестович был одним их создателей этой парадигмы. Точно так же, как невозможно отрицать его роль в оправдании расстрелов российских военнопленных, терактов в отношении граждан РФ, сочинении мифа о зверствах ВС РФ в Буче и многих других информационных провокациях киевского режима. К тому же, склонность Арестовича ко «лжи во спасение» и собственной выгоде не позволяет воспринимать его нынешние высказывания всерьез. Ведь если артиста эпизодов, бравого подполковника и коуча-сексиста позовут обратно на госслужбу, он найдет способы снова оправдывать любые действия украинской власти.

* * *

Ситуация со свободой слова на сегодняшней Украине такова, что услышать критические или хотя бы реалистические высказывания граждан о происходящем в стране практически невозможно. Большинство граждан испытывают что-то вроде «стокгольмского синдрома» и предпочитают хотя бы публично поддерживать власть. Это связано с тем, что политические репрессии против недовольных действиями власти во внутренней политике, ведении боевых действий, принятии законов и пр. достигли масштабов, поражающих даже проукраински настроенных западных журналистов. В феврале 2024 года британская газета The Guardian сообщила о более 8 тыс. уголовных дел, возбужденных по обвинению в госизмене. Среди обвиняемых и уже осужденных по этой статье и известные политики и чиновники (глава партии «Союз левых сил» Василий Волга; владелец завода «Мотор-Сич» Василий Богуслаев; гражданин Чили и США, видеоблогер Гонсало Лира, умерший в Харьковском СИЗО 12 января 2024 года и др.), а также обычные граждане, поставившие «лайки» в российской социальной сети или случайно сделавшие селфи на фоне военного объекта. Так, в Черниговской области пенсионерку приговорили к 5 годам лишения свободы с конфискацией имущества за значок «нравится» в группе, посвященной бойцам СВО российской соцсети «Одноклассники»; в аналогичную ситуацию попала жительница Черкасс Татьяна Дробот, разместившая в «Одноклассниках» карикатуру на факельное шествие в честь дня рождения Степана Бандеры – ее суд приговорил к 5 годам лишения свободы за карикатуру и еще к 10 годам за найденное на ее странице в соцсети фото неких баррикад в центре Черкасс: их суд оценил как демонстрацию «фортификационных сооружений в центре Черкасс». Директора кладбища в селе Синяк Бучанского района Киевской области, инвалида первой группы Анатолия Мируту приговорили к 10 годам тюремного заключения за то, что во время нахождения в Киевской области ВС РФ он на собственном автомобиле возил местных жителей в больницу и раздавал им продукты из магазина, которым владеет. Заступничество односельчан, выступавших в суде и собравших более 300 подписей в его защиту не спасло его от сурового приговора. Кроме того, по данным The Guardian, политические заключенные содержатся вместе с «патриотически настроенными» обвиняемыми в уголовных преступлениях, которые всячески издеваются над ними. Журналисты издания рассказывают об обвиняемом в госизмене мужчине, которому сокамерники насильно вытатуировали на лбу надпись «орк»[144].

В стране процветает доносительство, которое несомненно приобретет новый размах после вступления 18 мая 2024 года закона об усиленной мобилизации.

Глава 3. Нелегитимный «слуга народа»

21 мая 2024 года истек срок президентских полномочий Владимира Зеленского. И хотя председатель центральной избирательной комиссии Украины Олег Диденко еще в марте заявил о невозможности проводить президентские выборы в условиях введенного в стране военного положения и невозможности сложения действующим президентом полномочий до передачи их следующему, согласно конституции Украины после истечения срока полномочий, который отсчитывается с момента инаугурации (в данном случае с 20 мая 2019 года) Владимир Зеленский утратил легитимность. Дело в том, что закон Украины о военном положении, принятый еще в 2000 году, предусматривает отмену в период военного положения парламентских выборов, а вот об отмене президентских выборах в нем ни сказано ни слова. Вероятно, народные депутаты принимали этот закон формально, не представляя себе ситуации, в которой он мог бы быть применен и не учли многих нюансов. Так или иначе, но уже осенью 2023 проведение президентских выборов, которые должны были состояться 31 марта 2024 года, оказалось под вопросом, на который должен был бы ответить Конституционный суд (КС) страны, однако министр юстиции Украины Денис Малюська заявил, что обращаться в КС не имеет смысла. «Сейчас это уже поздно делать, потому что такое обращение означает, что есть вопросы и сомнения, и нам нужен авторитет Конституционного суда, который бы эту ситуацию урегулировал. Учитывая общую ситуацию и ситуацию с безопасностью в стране, сейчас официально и публично ставить под сомнение легитимность президента было бы огромной ошибкой», – сказал он в одном из интервью.

Несмотря на то что на проведении президентских выборов в 2024‑м настаивали «западные партнеры» Украины, в том числе США, в начале года Владимир Зеленский заявил, что «выборы сейчас не ко времени», а в ноябре 2023‑го офис президента «продавил» принятие Верховной радой Декларации о недопустимости выборов в военное время. «Избирательная кампания несла угрозу нашему единству во время конфликта», – объяснял тогда изданию «Страна. ua» депутат фракции «Батькивщина» Сергей Соболев. Однако такое мнение на Украине разделяли далеко не все. «Единственный способ подтвердить легитимность действующего президента – провести выборы», – настаивал депутат Александр Дубинский.

3.1. Президент против главнокомандующего

Говоря об «угрозе единству» украинские политики, поддерживающие Зеленского, имели в виду в первую очередь его конфликт с главкомом ВСУ Валерием Залужным, разгоревшийся как раз в ноябре 2023‑го. Тогда Залужный опубликовал в британском издании The Economist статью, в которой утверждал, что «ситуация на фронте зашла в тупик» и изменить ее в пользу Украины могут лишь увеличенные в десятки раз поставки натовский вооружений либо «изобретение чудо-оружия или технологический прорыв, сравнимый с изобретением пороха». Таким образом Залужный фактически дал понять, что желательного для Украины военного решения конфликта быть не может. Множество граждан страны, включая чиновников и депутатов из окружения Зеленского разделили точку зрения главкома ВСУ. Соглашался с Залужным и мэр Киева Виталий Кличко.

Зеленского выступление генерала возмутило, и он заявил, что сценарий урегулирования «мир в обмен на территории» невозможен ни при каких обстоятельствах, и Украина должна победить на поле боя и «вернуться к границам 1991 года».

Валерию Залужному к этому моменту доверяло в два раза больше украинцев, чем Зеленскому (70 % против 32 %), и в случае проведения выборов боевой генерал, чьим талантом военачальника с начала боевых действий восхищались журналисты и аналитики на Украине и заграницей, мог составить Зеленскому серьезную конкуренцию. В этот период Владимир Зеленский как раз начал стремительно терять популярность на Западе. Да и поставки вооружений на Украину значительно сократились. Этому способствовали как украинские, так и общемировые факторы. Во-первых, широко разрекламированное пропагандистами и самим президентом Украины контрнаступление («контрнаступ») ВСУ провалился; во-вторых, после рейда боевиков ХАМАС в пограничные с сектором Газа населенные пункты Израиля Тель-Авив начал кровопролитную военную операцию в Газе и стал просить у США оружие и финансовую помощь. У Украины появился серьезный конкурент. В результате поставки американского оружия и денег на Украину были приостановлены. И согласовать с Конгрессом их возобновление администрации Джозефа Байдена удалось только спустя несколько месяцев – в конце апреля 2024‑го. При этом, как сообщила газета «Коммерсантъ» финансовая помощь, выделенная Украине, оказалась меньше, чем хотелось бы украинским элитам, и к тому же, целевой. Так, больше трети из выделенных $60,8 млрд – $23,2 млрд – пойдут на пополнение запасов оружия и боеприпасов для армии США взамен поставленного Украине из арсеналов Пентагона; $11,3 млрд могут быть выделены на «текущие военные операции США в регионе». – как пояснило агентство Reuters, у США нет войск на территории Украины, однако Пентагон тренирует украинских военных в странах региона и поддерживает боеготовность и американское присутствие по всей Европе; еще $13,8 млрд Минобороны США сможет использовать для заключения контрактов с американскими оборонными компаниями для предоставления Киеву нового вооружения и оборудования; $1,6 млрд уйдут на гранты, которые может выделить президент США, для покупки оружия в рамках программы Foreign Military Financing.

В течение нескольких месяцев, пока США решали вопрос о выделении помощи, Владимир Зеленский встречался с лидерами стран НАТО и даже совершил в сентябре 2023‑го турне по ряду европейских стран, а также США и Канаде. Однако западные лидеры принимали его уже не с таким восторгом, как полутора годами ранее. Ну а речи о выступлениях в парламентах западных стран или с трибуны ООН и других крупных мировых форумов уже не шло. По существу, добиться ему удалось лишь непубличных договоренностей о поставках некоторых видов вооружений. При этом Зеленский обвинял союзников из НАТО в том, что они не спешат поставлять на Украину оружие и деньги, и из-за этого ВСУ не могут противостоять России на фронте. А статья Валерия Залужного в The Economist негативно повлияла на возможности Зеленского выпрашивать на Западе вооружения, обещая скорую победу.

Напуганные ростом популярности Валерия Залужного Зеленский и сотрудники его офиса предприняли ряд шагов, направленных на снижение его популярности у украинцев. Для этого использовался столь болезненный для граждан Украины вопрос как мобилизация. Сначала по стране прокатилась кампания по снятию с должностей начальников военкоматов (на Украине они называются ТЦК – территориальные центры комплектования и социальной поддержки) по обвинению в неудовлетворительном выполнении обязанностей и коррупции: военкомы и другие сотрудники ТЦК обвинялись в том, что брали взятки у желающих уклониться от мобилизации и выдачу мужчинам мобилизационного возраста документов, необходимых для выезда заграницу. Затем в одном из своих выступлений Зеленский заявил, что главком ВСУ Залужный обратился к Минобороны с просьбой мобилизовать еще полмиллиона граждан в рамках поправок к закону о мобилизации, который находился на рассмотрении Верховной рады. Это заявление вызвало на Украине большой резонанс.

Однако уже через несколько дней его опроверг сам Валерий Залужный. «Военное командование никакого запроса не делало на какие-то там цифры и тому подобное. Военное командование продолжает выполнять функции по защите государства, соответственно, формирует свои запросы. Запросы на боеприпасы и на человеческий ресурс», – сказал он журналистам, отметив, что Генштаб ВСУ не наделен правом предлагать законодательные инициативы, поэтому никаких документов правительству не подавал.

Закон о мобилизации, существенно ужесточающий ее правила, был внесен в Раду кабинетом министров Украины 26 декабря и вызвал в обществе ожесточенные споры. Главком ВСУ подверг его резкой критике, в частности, он выступил против мобилизации заключенных и призыва женщин для службы в тылу. Вместе с тем он признавал необходимость пополнения армии и предложил депутатам самим идти на фронт, если они не обеспечат достаточный уровень мобилизации.

Судьбу Залужного, которого некоторые украинские журналисты и блогеры поспешили обвинить в возможном захвате власти в стране военными, президент Зеленский решил в начале февраля 2024‑го. 8 февраля Валерий Залужный был уволен с поста главкома ВСУ, а на его место назначен генерал-полковник Александр Сырский, до этого командовавший сухопутными войсками ВСУ. При этом, по данным украинского издания «Зеркало недели», генерал Залужный был признан медкомиссией «негодным к военной службе».

Несмотря на продолжавшийся несколько недель конфликт, Зеленскому удалось снять Залужного с должности без крупного скандала. Он поблагодарил экс-главкома за службу, вручил ему золотую звезду Героя Украины «за выдающиеся заслуги в защите государственного суверенитета и территориальной целостности Украины, самоотверженное служение украинскому народу» и назначил на дипломатическую работу – послом Украины в Великобритании. «При этом сам Залужный не имеет абсолютно никакого представления о том, что такое посольство и работа посла», – написала по этому поводу украинская газета «Зеркало недели».

3.2. Дипломатия по-украински

Отсутствие представлений о правилах дипломатической работы и этики никогда не мешало представителям МИД Украины. Широко известна история о том, как летом 2014 года тогдашний министр иностранных дел страны Андрей Дещица спел нецензурную песню о президенте России, прямо возле посольства РФ в Киеве. Посол Украины в ФРГ Андрей Мельник публично назвал канцлера Олафа Шольца «обиженной ливерной колбасой». Нынешний глава МИДа Дмитрий Кулеба хамит своим коллегам из других стран при каждом удобном случае. При этом он готов заставить своих соотечественников «спеть и сплясать» ради вступления в Евросоюз.

Украинские переговорщики – как в дипломатическом, так и в политическом статусе – склонны нарушать любые достигнутые договоренности и не считают это чем-то зазорным, особенно, если приказ об этом поступает от «западных партнеров». Так Украина и не собиралась выполнять Минские соглашения, призванные урегулировать отношения между Киевом с одной стороны и Донецком и Луганском – с другой. Их украинские власти заключили исключительно для того, чтобы выиграть время и подготовиться к масштабному вторжению в ДНР и ЛНР, и только объявленная Владимиром Путиным 24 февраля 2022 года российская специальная военная операция смогла сорвать эти планы.

При этом СВО, которая ежедневно уносит жизни и россиян, и украинцев могла закончиться уже весной 2022 года. 28 февраля по приглашению президента Белоруссии Александра Лукашенко в Гомельской области состоялись первые с начала СВО переговоры между Украиной и Россией. Первый раунд этих переговоров можно было назвать удачным, по крайней мере, по словам главы российской делегации, помощника президента РФ Владимира Мединского были найдены «точки, по которым можно прогнозировать общие позиции», намечены следующие встречи. Дальнейшие встречи делегаций под руководством Мединского и главы фракции «Слуга народа» в Верховной раде Давида Арахамии происходили в Бресте 3 и 7 марта. Стороны согласовывали позиции. Впрочем, не обошлось без эксцессов: 5 марта в Киеве сотрудники СБУ застрелили одного из участников украинской делегации, банкира Дениса Киреева. СБУ подозревала его в государственной измене и попыталась арестовать, однако, по версии Алексея Арестовича, Киреев выхватил пистолет у одного из сотрудников СБУ, начал стрелять и был ликвидирован. В начале 2023 года глава ГУР МО Украины, признанный в РФ террористом и экстремистом Кирилл Буданов заявил, что Киреев был одним из лучших разведчиков ГУР, «двойным агентом» и погиб при выполнении секретного задания. Советник главы офиса президента Михаил Подоляк заявил, что Киреева убили в результате «отсутствия внятной координации» между спецслужбами.

Смерть участника делегации не помешала дальнейшему проведению переговоров. 10 марта в Стамбуле встретились министры иностранных дел России и Украины – Сергей Лавров и Дмитрий Кулеба. 29 марта делегации согласовали предварительные условия и принципы прекращения огня и последующего мирного урегулирования. В пакет соглашений входил нейтральный статус Украины: отказ от вступления в НАТО, размещения иностранного контингента на своей территории, разработки ядерного вооружения, проведение военных учений только с согласия стран-гарантов. Взамен Киев рассчитывал на международные гарантии безопасности «по аналогии с пятой статьей НАТО» (за исключением территорий Крыма, ДНР и ЛНР). Украина гарантировала, что в течение 15 лет не будет пытаться решить вопрос Крыма военным путем – статус полуострова будет определяться на переговорах с РФ.

По словам пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова, в качестве жеста доброй воли и «для улучшения ситуации на переговорах» 30 марта 2022 года Россия начала вывод войск из Киевской и Черниговской областей. Однако Украина этот жест доброй воли не оценила. В начале апреля в украинских и мировых СМИ была распространена информация о массовых внесудебных расправах, мародерстве и насилии над мирными жителями, якобы совершенных российскими военными в населенных пунктах, где они дислоцировались. Особенно, по версии украинских пропагандистов, пострадал пригород Киева Буча. И хотя впоследствии обнародованные украинскими СМИ обвинения не только не нашли реальных подтверждений (в частности, до сих пор не названы имена погибших в Буче), но и оказались выдуманными тогдашней уполномоченной по правам человека Верховной рады Людмилой Денисовой, которая призналась, что сознательно «врала об изнасилованиях украинских детей и женщин, чтобы привлечь внимание к проблемам Украины». Настолько креативного подхода к решению проблем Украины не выдержали даже депутаты Рады, и Денисова была уволена. Более того, депутаты рады отметили «непонятную концентрацию» медийной работы омбудсмена на «деталях сексуальных преступлений», которые она не смогла подтвердить никакими доказательствами.

Однако после провокации в Буче переговоры о мирном урегулировании конфликта были остановлены. Как выяснилось спустя полтора года, Буча была не причиной, а следствием решения украинских властей отказаться от мира с Россией, принятым под влиянием Великобритании.

В ноябре 2023 года глава украинской делегации на переговорах Давид Арахамия в интервью телеканалу «1+1» рассказал, что отказаться от переговоров с Россией посоветовал тогдашний британский премьер Борис Джонсон. По словам Арахамии, после возвращения из Стамбула украинской делегации приехавший в Киев Джонсон заявил: «Мы вообще не будем с ними ничего подписывать и давайте будем просто воевать». Украинский президент подхватил идею Джонсона «победить Россию на поле боя», чтобы иметь более сильную позицию на переговорах.

В результате договоренности с РФ были нарушены, а шанс остановить боевые действия и вернуться к обычной жизни – утрачен.

В феврале 2024 года, во время интервью с американским журналистом Такером Карлсоном, президент России Владимир Путин рассказал, что что Москва и Киев были близки к тому, чтобы заключить приемлемое для всех соглашение на переговорах. Но Зеленский под давлением США в итоге передумал. Он также возложил ответственность за срыв мирных переговоров в Стамбуле на Бориса Джонсона и Вашингтон и назвал это «нелепым и печальным фактом».

30 сентября 2022 года Владимир Зеленский подписал документ, который можно назвать одновременно историческим и абсурдным, – указ о невозможности проведения переговоров с Российской Федерацией, пока ее президентом является Владимир Путин. При этом Зеленский отметил, что Киев в любой момент готов начать переговоры с Москвой, но только в том случае, если президентом РФ будет кто-то другой. Глава российского государства в ответ заявил, что Москва готова к переговорам с Киевом, но для этого украинской власти нужно отменить собственное решение о запрете переговоров конкретно с ним. «Если Соединенные Штаты считают, что Украина готова к переговорам, то пусть тогда отменят указ президента Украины, который запрещает вести переговоры, там же декрет вышел президента – он запретил сам себе вести переговоры и всем остальным. Вот Блинкен говорит, что они готовы. Ну хорошо, указ этот пусть отменят для начала, это первый шаг, – сказал он. – Не вижу я тут ничего такого, что нанесло бы им какой-то имиджевый урон».

Тем не менее указ о запрете переговоров с Владимиром Путиным на Украине так и не отменили, а теперь это и вовсе будет проблематично сделать. Как уже говорилось выше, 21 мая 2024 года президентский срок Владимира Зеленского закончился, и он утратил свою легитимность как глава государства. При том что обратиться в Конституционный суд его команда до сих пор не удосужилась.

На пресс-конференции в Минске 23 мая 2024 года президент РФ заявил, что вопрос о легитимности Зеленского очень важен для переговорного процесса. «С кем вести переговоры – это вопрос непраздный. Легитимность действующего главы государства закончилась», – сказал он, подчеркнув, что от проведения переговоров Россия никогда не отказывалась.

Правовая коллизия, возникшая на Украине в связи с истечением полномочий Владимира Зеленского, усложняет не только возможность переговоров с Россией, но и существенно влияет на внутреннюю политику страны. И хотя сам Зеленский считает разговоры о собственной нелегитимности «скучными», многие аналитики и на Украине, и за ее пределами считают, что 21 мая Зеленский утратил право отдавать какие-либо приказы. «Он не имеет права объявлять мобилизацию, отправлять людей на войну, принимать какие-либо другие решения от лица главы государства, – уверен председатель Госдумы РФ Вячеслав Володин. – (…) Народ Украины – единственный источник власти в стране, который находится в заложниках у диктатора-марионетки. Это необходимо понимать всем: и внутри Украины, и за ее пределами. Прежде всего, главам европейских государств. Любые соглашения с нелегитимным президентом недействительны и могут быть оспорены. С окончанием срока полномочий у Зеленского завершилось право выступать от имени Украины»[145].

На Украине бытует мнение, что, утратив легитимность, Владимир Зеленский может покинуть страну. По словам политолога Олега Соскина, Зеленский может «отбыть куда-то с визитом и «забыть» вернуться». Возможно, для населения Украины такой поворот был бы наилучшим выходом из сложившейся на фронте и в обществе ситуации. А до следующих президентских выборов, исполнять обязанности главы государства, согласно Конституции, должен председатель Верховной рады. И хочется верить, что следующего президента украинцы выбрали бы, руководствуясь разумом, а не чувствами, которыми легко манипулировать.

Глава 4. Диктатура ведет к катастрофе

Обусловленная множеством факторов невозможность «победить Россию на поле боя» привела украинские власти к террористическим методам ведения войны. Причем террор осуществляется по двум направлениям: против российского государства и его отдельных граждан, а также против собственного населения. И формы украинский терроризм имеет разные – от убийств конкретных людей и обстрелов мирных российских городов до информационных провокаций, обстрелов АЭС и ГЭС, запрета важнейшей для огромного количества граждан Украины Православной церкви Московского патриархата, а также вступившего в силу 18 мая 2024 года Закона о мобилизации, лишившего множество украинских мужчин гражданских прав.

Парадоксально, но антитеррористическую операцию (АТО), объявленную в апреле 2014‑го, также можно отнести к проявлениям государственного терроризма – ведь обстрелы и бомбардировки мирных городов, населенных тогда еще гражданами Украины, вместо попыток политического урегулирования; отправка на Юго-Восток парамилитарных военизированных организаций – так называемых «добробатов», в 2014 году с помощью насильственных и откровенно садистских действий державших в страхе жителей небольших населенных пунктов Донецкой и Луганской народных республик; водная блокада Крыма – стали повседневностью. И дело не только в том, что это делалось не просто с одобрения государственной власти, а по ее прямым указаниям. К тому же, западные партнеры Киева не только не пытались как-то одернуть украинские власти, но и полностью одобряли их методы запугивания несогласных с политикой властей граждан, а также граждан России в Крыму и жителей ДНР и ЛНР, которые к тому времени уже заявили о своей независимости и начали выдавать местным жителям собственные паспорта.

4.1. «Атентаты» и теракты

С 2014 года киевские власти не ограничивались обстрелами и массовыми убийствами мирных жителей ДНР и ЛНР: в стране, где давно глорифицированы главари запрещенной в РФ УПА Степан Бандера и Роман Шухевич, чьей основной тактикой были так называемые «атентаты» – покушения на знаковых для их противников людей, зачастую уносившие жизни не только врагов, но и всех, кто волею судьбы оказался рядом, политические убийства, совершенные общеопасным способом, стали уважаемой на уровне высшего руководства спецслужб и лидеров общественного мнения практикой. Широко известно высказывание признанного в РФ террористом и заочно арестованного Лефортовским судом Москвы главы ГУР Минобороны Украины Кирилла Буданова «Не продолжайте эту тему. Все, что я прокомментирую, это то, что мы убивали россиян и мы будем убивать россиян в любой точке мира до полной победы Украины», – заявил он Yahoo! News. – Но я хочу начать с того, что то, что они называют терроризмом, мы называем освобождением»[146]. Примечательно, что это интервью руководителя ГУР вышло 6 мая 2023 года, в тот день, когда в поселке Пионерское под Нижним Новгородом на заложенной на заложенной по заказу украинской спецслужбы противотанковой мине подорвался автомобиль Audi Q7, в котором находились российский писатель, майор Росгвардии Захар Прилепин и его водитель-охранник Александр Шубин («Злой). Шубин погиб на месте, а Прилепин получил тяжелые ранения.

Гордится украинскими терактами против граждан России, руководителей ДНР и ЛНР, а также политических беженцев с Украины и признанный в РФ террористом и заочно арестованный Басманным судом Москвы глава СБУ Василий Малюк. В интервью, данном украинскому каналу ICTV через три дня после унесшего жизни не менее 145 человек теракта в концертном зале «Крокус Сити Холле», следы которого, по словам главы ФСБ РФ Александра Бортникова, ведут на Украину, Малюк рассказал о подробностях совершенных по заказу СБУ терактов и диверсий на территории РФ. Свой рассказ он предварил лукавым заявлением: «Никаким образом мы признавать этого не будем», однако сообщил о деталях, прямо указывающих на причастность СБУ к таким терактам, как убийство бывшего народного депутата Украины Ильи Кивы в декабре 2023 года; покушению на бывшего украинского парламентария Олега Царева; вышеупомянутое покушение на Захара Прилепина в мае 2023‑го; убийство донецкого военкора Владлена Татарского (Максима Фомина). «Вы помните тот кафетерий в Питере. И ту статуэтку ему вручили в виде его бюста такого цыганского цвета. Он ее взял. Там было 400 грамм термобара[147]. Он сработал как бритва по отношению к нему», – хихикая, рассказывал Малюк. Особую гордость вызывает у него подрыв Крымского моста в октябре 2022 года, в результате которого погибли пять человек. «После этой операции топовые руководители западных спецслужб сказали: «Вы лучшие, мы снимаем шляпы», – похвастался глава СБУ.

Вторую атаку на Крымский мост 17 июля 2023 года, вследствие которой погибла семейная пара, а их 14‑летняя дочь попала в реанимацию, руководитель ГУР МО и сосед Малюка по списку террористов и экстремистов Росфинмониторинга Кирилл Буданов одобрил. «Крымский мост – конструкция там лишняя», – заявил он украинским журналистам, которые нашли его высказывание столь «остроумным», что в течение нескольких дней после этого теракта лидеры общественного мнения и официальные спикеры украинской власти вроде Михаила Подоляка вносили в свои речи выражения про «лишнюю конструкцию».

О специфике украинского расчеловечивающего оппонентов и уж тем более военных противников «юмора» («жареные колорады» про сожжение людей в одесском Доме профсоюзов; бесконечные «шутки» про российских солдат, «никогда не видевших унитазов и шоколадной пасты Nutella»; встречающиеся в меню украинских ресторанах блюда «печень ополченца» или «колбаса «Смерть москаля» и др.) написано немало, и каждый раз столкнувшийся с его проявлениями сторонний наблюдатель вынужден с отвращением и ужасом задумываться о том, до какой степени этического одичания должны были дойти жители Украины за последние десять лет. Например, совершенное по заказу украинских спецслужб убийство журналистки Дарьи Дугиной 20 августа 2022 года вызвало у украинских русофобов не только гордость удачной работой спецслужб, но и ожесточенные споры в соцсетях: одни жалели, что во взорванном автомобиле она не оказалась вместе с отцом, философом Александром Дугиным, другие же считали, что смерть дочери для Дугина – большее наказание, чем собственная смерть. О каком-либо переживании о гибели молодой женщины и сочувствии ее семье речи не шло. Впрочем, точно так же «украинские патриоты» реагируют теперь на смерть любого гражданина России, поддерживающего в этом конфликте позицию своей страны, сочувствующего жителям ДНР и ЛНР и считающего, что Крым, народные республики, а также Запорожская и Херсонская области являются территорией России.

Вопреки навязываемому Украиной мнению, что террористические акты против россиян – как публичных личностей, так и обстрелы мирных жителей в Белгородской, Курской, Брянской областях и в Крыму – стали ответом на начатую Россией специальную военную операцию, то есть, «правом Украины на защиту», «атентаты» украинские спецслужбы совершали и раньше, в ситуации, когда превосходящим числом и вооружениями ВСУ противостояли ополченцы ДНР и ЛНР. За период с 2014‑го по 2022 годы в ДНР и ЛНР были убиты многие известные в республиках командиры.

23 мая 2015 года автомобиль командира бригады «Призрак» Алексея Мозгового (1975–2015), следовавший из Алчевска в Луганск, подорвался на мине и затем был расстрелян из пулеметов на выезде из села Михайловка (Луганская область). В результате погиб сам Мозговой, его пресс-секретарь Анна Асеева, двое охранников, водитель с позывным Песня и двое местных жителей, чья машина оказалась рядом с автомобилем полевого командира в момент подрыва. Ответственность за убийство взял на себя «украинский партизанский отряд «Тени».

Автомобиль командира отдельного шестого мотострелкового казачьего полка народной милиции ЛНР атамана Павла Дремова (Батя) был подорван 12 декабря 2015 года на трассе Стаханов – Первомайск (Луганская область). По данным Генпрокуратуры ЛНР, взрывное устройство было установлено на машине атамана. На месте происшествия погиб сам Дремов, его водитель получил серьезные ранения и позднее скончался в больнице.

Один из наиболее известных донбасских ополченцев, командир противотанкового спецподразделения «Спарта», полковник вооруженных сил ДНР, Герой Донецкой народной республики Арсений Павлов (Моторола) погиб 16 октября 2016 года в результате детонации взрывного устройства, установленного на тросах лифта дома, в котором Павлов проживал в Донецке.

Соратник и друг Моторолы, командир подразделения «Сомали», полковник армии ДНР, Герой Донецкой народной республики Михаил Толстых (Гиви) был убит в собственном кабинете на базе «Сомали» в Макеевке 8 февраля 2017 года. Его кабинет обстреляли из реактивного огнемета «Шмель». В апреле 2017 года министерство госбезопасности ДНР назвало заказчиком убийств Арсения Павлова и Михаила Толстых главу департамента контрразведки СБУ Алексея Петрова. По словам депутата Верховной рады Виктории Сюмар, убийство Толстых было санкционировано лично президентом Украины.

Глава ДНР с ноября 2014 года Александр Захарченко погиб 31 августа 2018 года в результате взрыва в донецком ресторане «Сепар». В этот день в «Сепаре» собрались высокопоставленные чиновники и военные ДНР. Они собирались помянуть умершего накануне большого друга республики и лично Захарченко, уроженца Донецка Иосифа Кобзона, в связи со смертью которого в ДНР был объявлен трехдневный траур. Александр Захарченко получил тяжелые ранения и скончался в больнице. Еще несколько человек получили ранения и травмы. В Донецке немедленно ввели чрезвычайное положение, а на улицы вывели войска и бронетехнику. В ходе операции, как объявлено МВД ДНР, на проспекте Богдана Хмельницкого, находящегося в полутора километрах от места происшествия, удалось задержать нескольких подозреваемых – ими оказались украинские диверсанты.

Террористические методы украинских властей не исчерпываются обстрелами мирного населения и убийствами неугодных им военных и политических деятелей. В их арсенале также рейды подразделений ВСУ на территорию Белгородской области, где они пытаются захватывать заложников и здания. При этом украинские пропагандисты сообщают, что прорывы в приграничные районы Белгородской и Брянской областей совершают не бойцы СБУ, а участники признанных террористическими и запрещенных на территории РФ парамилитарных организаций русских националистов Русского добровольческого корпуса (РДК) и «Легиона «Свобода», которые воюют на стороне Украины ради свержения в России действующей власти. Впрочем, большинство даже украинских экспертов считают существование этих подразделений мистификацией эмигрировавшего из РФ экс-депутата Госдумы, ныне признанного иноагентом Ильи Пономарева, а в реальности обе террористические организации состоят из нескольких человек, известных ультранационалистическими взглядами. Официальный спикер РДК российский неонацист Денис Никитин (Капустин) признан в РФ террористом и заочно приговорен к пожизненному тюремному заключению за измену родине, создание террористического сообщества и др. Возбуждены уголовные дела и против официального спикера «Легиона «Свобода России» – Максимилиана Андронникова (Цезарь). В России он так же, как Капустин, был членом неонацистской группы.

К сожалению, украинским спецслужбам удается мошенничеством, угрозами или, наоборот, посулами «высокооплачиваемой работы на Украине» или существенных для них гонораров заставлять российских граждан, как правило, пенсионного или юного возраста совершать поджоги военкоматов, релейных шкафов и другие действия, за которые эти люди, не обладающие критическим мышлением впоследствии вынуждены отвечать перед российским правосудием и получать реальные сроки заключения.

Еще одним направлением украинского терроризма, санкционированного властью, являются регулярные обстрелы находящейся на российской территории Запорожской АЭС, что представляет угрозу серьезной экологической катастрофы для всего региона. При этом представители МАГАТЭ и другие западные союзники Украины утверждают, что не могут определить, откуда обстреливают АЭС и требуют от России передать станцию под контроль международных организаций, что означает ее достаточно быстрый возврат Украине. О том, что могут совершить украинские власти, если Запорожская АЭС снова окажется под их контролем, представители международных организаций предпочитают не задумываться. По крайней мере, не говорят об этом вслух.

4.2. Зеленский против православных

В течение многих лет конфессиональная идентичность того или иного гражданина рассматривалась на Украине как маркер его политических взглядов, и прихожане Украинской православной церкви Московского патриархата (УПЦ МП) в публичном поле ассоциировались со сторонниками интеграции с Россией. В «доевромайданной» Украине этих людей еще не преследовали, но с каждым годом их поведение вызывало все меньшее одобрение со стороны власти и проевропейски настроенной части общества как поведение потенциальных предателей и врагов украинского государства. А националисты традиционно поддерживали Украинскую православную церковь Киевского патриархата (УПЦ КП), которая, надо отметить, активно сотрудничала с молодежью из радикальных организаций. Несмотря на то, что молодые участники радикально националистических организаций на уровне личных религиозных убеждений больше склонны к неоязычеству, совершить те или иные хулиганские действия против священнослужителей, прихожан и храмов Московского патриархата якобы во славу УПЦ (КП), они никогда не отказывались. К тому же, радикально настроенные прихожане и функционеры УПЦ КП постоянно пытались захватывать храмы и другое имущество УПЦ МП.

После получения в 2019 году от Константинопольского патриарха Варфоломея томоса об автокефалии Православной церкви Украины (ПЦУ) ситуация с церковным имуществом и влиянием на умы граждан стала еще сложнее. Конечно, многие прихожане и УПЦ КП, и УПЦ МП перешли в ПЦУ, но все-таки большая часть верующих УПЦ МП прислушались к мнению Русской православной церкви, которая считает ПЦУ неканонической, и остались в УПЦ МП. Как уже говорилось выше, украинские власти воспринимают этих людей как пророссийски настроенных и потенциальных предателей, поэтому одной из задач постмайданных властей стало максимальное усложнение их жизни. Особенно преуспел в этом Владимир Зеленский. Именно при нем у УПЦ МП была отнята православная святыня – Киево-Печерская лавра. В августе 2023 года Хозяйственный суд Киева удовлетворил иск музейного комплекса Национальный заповедник «Киево-Печерская лавра» об «устранении препятствий в пользовании имуществом». После этого решения в лавру перестали пропускать паломников, а выселение монахов, многие из которых прожили в лавре десятки лет, обрело легальный статус. Наместник Свято-Успенской Киево-Печерской лавры митрополит Вышгородский и Чернобыльский Павел (Лебедь) 14 марта заявил: «Мы не намерены выселяться и не будем, так как сейчас есть законы, которые на стороне человека. Нам угрожают, что с нами расправятся, – это не 1917 год. Сегодня есть мировое сообщество, есть какая-то культура». 1 апреля Шевченковский суд заключил его под домашний арест по обвинению в «работе на Россию и разжигании национальной розни». 14 июля Соломенский суд Киева ужесточил условия содержания 61‑летнего митрополита и отправил его в СИЗО. Павлу предложили выйти из СИЗО под залог в 33 млн грн ($822,7 млн), однако митрополит заявил, что не располагает такими средствами. Прихожане УПЦ МП собрали нужную сумму, и Павла выпустили из СИЗО.

Пострадали и другие иерархи УПЦ МП. В августе 2023 года 74‑летний митрополит Тульчинский и Брацлавский Ионафан (Елецких), автор множества духовных песнопений и песен, был приговорен Винницким городским судом к 5 годам лишения свободы за «нарушение равноправия граждан в зависимости от их расовой, национальной принадлежности, религиозных убеждений и других признаков», посягательство на территориальную целостность и «действия, направленные на смену конституционного строя». Свою вину Ионафан не признал. Митрополит Запорожский и Мелитопольский Лука (Коваленко) был отправлен под домашний арест 7 мая 2024 года. Ему предъявлено обвинение в «разжигании национальной и религиозной розни». По аналогичному обвинению были осуждены Кировоградский митрополит Иоасаф (Губень) и секретарь Кировоградской епархии. Оба получили по три года лишения свободы с испытательным сроком два года.

«Украинская православная церковь Московского патриархата сегодня унижается всеми возможными и невозможными средствами. Закрываются храмы, избивают и убивают священнослужителей, оскорбляют их невозможно. Не только это, но и святыни наши оскверняются», – рассказал епископ Макаровский Гедеон (Харон) на заседании СБ ООН, посвященном притеснениям УПЦ МП на Украине. По его словам, противники канонической церкви заводят в монастыри и храмы собак, оскверняя святыни, «где раньше люди веками на протяжении тысяч лет молились Богу». Епископ отметил, что подобные акты хулиганства имели место в Киево-Печерской лавре и Десятинном монастыре в Киеве.

Многие священники погибли на Донбассе – ВСУ часто обстреливают православные храмы во время церковных праздников, некоторых, как протоиерея, председателя синодального отдела Московского патриархата по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными учреждениями Михаила Васильева обстреляли намеренно. «Священник не имеет права брать в руки оружие. Он не может даже сам себя защитить во время военных действий… Он продолжает оставаться вожделенной и легкой целью. И мы знаем, что за отцом Михаилом Васильевым следили и этот удар был нанесен именно для того, чтобы его погубить», – сказал журналистам после гибели отца Михаила в ноябре 2022 года патриарх Московский и всея Руси Кирилл.

К осени 2023 года украинским властям, видимо, надоело заниматься репрессиями и точечным террором против представителей УПЦ МП и их прихожан, и они решили просто покончить с каноническим православием в стране. Несмотря на критику со стороны Управления верховного комиссара по правам человека ООН и Всемирного совета церквей, в 19 октября 2023 года Верховная рада в первом чтении приняла законопроект о запрете канонической УПЦ МП на Украине, фактически нарушив право на свободу вероисповедания, зафиксированное и в европейской Конвенции по правам человека, и в Конституции Украины. Вследствие этого решения Рады миллионы украинских верующих оказались вне закона и вынуждены будут скрывать свои религиозные убеждения, в противном же случае их будут ждать обвинения в сотрудничестве с Россией со всеми вытекающими из этого последствиями. Не только данный закон, но и вообще такой способ мышления украинских властных элит нельзя назвать иначе, как духовный террор против собственного населения.

4.3. Пленники ТЦК

Террором против собственного народа в парадигме «войны до последнего украинца» можно назвать вступивший в силу 18 мая 2023 года новый закон о мобилизации, подписанный тогда еще легитимным президентом Владимиром Зеленским в середине апреля. Этот документ сразу же вызвал на Украине не просто широкий общественный резонанс, но и панику. Жители страны оценивают его как чрезмерно жесткий. Во-первых, законом снижается мобилизационный возраст с 27 до 25 лет. Во-вторых, отменена категория «ограниченно годен» к военной службе. Украинские мужчины, ранее получившие эту категорию, должны в течение девяти месяцев пройти в Территориальных центрах комплектования (ТЦК), чтобы получить статус «не годен» или «годен» и быть мобилизованы. Сокращаются возможности для получения отсрочки от службы лицам, ухаживающим за инвалидами II и III групп, а также для бронирования сотрудников некоторых категорий предприятий. В-третьих, из документа убрали норму о демобилизации военных, которые служат уже 36 месяцев.

Также новый закон о мобилизации предусматривает круглосуточное вручение повесток, также повестки теперь можно вручать на улице, на рабочем месте, вообще где угодно. При этом повестка будет считаться врученной, даже если попытка отдать ее мобилизованному окажется безуспешной. Датой вручения повестки будет считаться день оформления на почте отметки о невозможности передать ее адресату. Соответственно, через 10 дней после этого военком может обратиться в полицию с требованием о задержании и приводе в военкомат уклоняющегося гражданина.

Помимо уголовной ответственности и штрафов, для уклонистов – на Украине их называют «ухилянтами» – вводятся ограничения на управление транспортными средствами. Согласно новому закону, также ограничивается предоставление консульских услуг для украинцев в возрасте от 18 до 60 лет без военно-учетных документов. Местные власти и работодатели должны будут обеспечивать прибытие граждан в центры комплектования. При этом еще с марта 2022 года мужчины призывного возраста могут выехать с Украины заграницу только по предъявлению специальных разрешительных документов.

Кроме того, все мужчины в возрасте от 18 до 60 лет должны уточнить свои данные в ТЦК, на это им дается два месяца. Сделать это должны и женщины, имеющие медицинское или фармацевтическое образование, причем вне зависимости от того, являются они действующими медработниками или фармацевтами или только имеют такое образование. Для тех, кто не уточнит данные, предусмотрены штрафы. Мужчины и женщины указанной выше категории должны носить с собой военно-учетные документы и предъявлять их по требованию представителей ТЦК или полиции. Если же человек будет отказываться показать документы или «проявит неуважение» к сотрудникам ТЦК, его разрешается доставить в ТЦК силой – это положение закона лишь легализует продолжающуюся уже второй год ситуацию, когда сотрудники центров комплектования силовыми методами принуждают мужчин последовать с ними в ТЦК. Известно, что многие граждане, которых пытаются доставить в ТЦК оказывают жесткое сопротивление представителям ТЦК. Особенно распространены такие конфликты на Западной Украине, жители которой вообще не понимают, почему должны идти воевать на юг и восток Украины. «Когда мы посмотрим, что происходит на Западной Украине, где еженедельно происходят, как я их называю, бабьи бунты, жены, матери штурмуют военкоматы, воинские части, для них Восточная Украина – это отрезанный ломоть»,[148] – пишет российский военкор Александр Коц. По его словам, для у жителей Западной Украины нет мотивации воевать на Востоке.

Впрочем, мотивации идти на фронт после провала контрнаступления 2023 года у украинцев вообще нет. В первый год активных боевых действий был исчерпан практически весь идеологически «заряженный» мобилизационный ресурс – проще говоря, все, кто стремился «защищать родину» уже давно служат в ВСУ или «добробатах», которые несут сейчас колоссальные потери. А те, кто не собирался на передовую с самого начала, любой ценой не пойдут туда и сейчас. В «победу Украины на поле боя» эти люди не верили с самого начала. Ну а сейчас их отталкивает понимание того, что они просто станут «пушечным мясом». Именно поэтому в первые дни после вступления закона о мобилизации в силу с улиц украинских городов практически исчезли мужчины. Ведь бронь от мобилизации имеют очень немногие, и, как правило, это представители силовых структур, судьи, депутаты Рады, дипломатические служащие и пр. Бронь введена на некоторых «критически важных для инфраструктуры» предприятиях, а также в СМИ, театрах и цирках.

Возмущение граждан Украины новым законом и практиками его реализации растет, однако к массовым публичным выступлениям против власти и эскалации военного конфликта пока не приводит. Потенциальные мобилизованные предпочитают использовать коррупционные схемы уклонения от призыва или просто прятаться у родственников и знакомых. А власти Украины вместе с западными партнерами лихорадочно ищут способы и ресурсы для пополнения живой силы на фронте. Но вряд ли в 2024 году им удастся что-то изменить, население устало от войны и не готово оказывать активное сопротивление ни собственной власти, ни превосходящему живой силой и вооружениями противнику.

Украинский режим под руководством потерявшего легитимность президента Владимира Зеленского стремительно теряет поддержку внутри страны и заграницей. В попытках избежать собственного краха он требует от партнеров из НАТО эскалации конфликта, в частности, разрешения на обстрелы территории Российской Федерации из дальнобойного натовского оружия, что может привести к катастрофическим последствиям не только для Европы, но и для всего человечества.

Список литературы

1. Артемова С.Ф., Молькин А.Н. Активист еврейского движения в СССР И.С. Зисельс // Современные научные исследования и инновации. 2015. № 3. Ч. 3 [Электронный ресурс]. URL: https://web.snauka.ru/issues/2015/03/48760

2. Аслунд А. Как Украина стала рыночной экономикой и демократией. – Peterson institute for international economics, Washington, 2009

3. Афанасьев А. Украина: четверть века независимости. Взгляд постороннего https://document.wikireading.ru/h8cuqLs12G

4. Базалук О. Коррупция в Украине: ментальность правителей и судьбы народа. Геофилософия Украины. – Киев, МФКО, 2016.

5. Биюшкина Н. «Право наций на самоопределение как основное начало советского федерализма». – «Право и политика», 2021, № 10.

6. Горбачев М. Жизнь и реформы, Новости, М. 1995, Т.2

7. Жежко-Браун И.В. Сериал «Слуга народа» как политтехнологический сценарий президентской кампании Зеленского // Идеи и идеалы. – 2019. – Т. 11, № 3, ч. 1. – С. 94—122.

8. Жирохов М. Семена распада: войны и конфликты на территории бывшего СССР. – БХВ, М. 2012.

9. Иванов О.Б. Манипуляция общественным сознанием. Теория и практика. – М.: 2022.

10. Иванов О.Б. Проект «Украина»: из прошлого в будущее. – М.: «Родина», 2022.

11. Иванов О.Б. «Социальные конфликты и политические отношения. – М.: «Родина», 2023.

12. Кара-Мурза С. Манипуляция сознанием, М.: «Родина», 2021.

13. Кучма Л. «Украина – не Россия». «Время», М., 2003.Кучма Л.Д. После майдана. Записки президента 2005–2006. Киев, 2007.

14. Манчук А. Украина. Анатомия катастрофы. – Алгоритм. М., 2017

15. Мирошниченко М. «Роль частных военных компаний и «неизвестных» снайперов в осуществлении «цветных революций», https://cyberleninka.ru/article/n/rol-chastnyh-voennyh-kompaniy-i-neizvestnyh-snayperov-v-osuschestvlenii-tsvetnyh-revolyutsiy?ysclid=lp2pl9djum277434797

16. Мякшев А. «События в Алма-Ате в декабре 1986 г.: первый ультиматум национальных элит центру», «Известия Саратовского университета», 2018, Т.18, вып.4.

17. Нугаев А.С., Вазерова А.Г. «Украинский вестник» – журнал украинской национальной оппозиции в СССР // Современные научные исследования и инновации. 2015. № 5. Ч. 2 [Электронный ресурс]. URL: https://web.snauka.ru/issues/2015/05/52501

18. Остроухов В.В. Нетрадиционные религиозные и мистические культы Украины: Учебное пособие. – К.: Росава, 2003.

19. Преображенский С. «Информационная война вокруг событий на Украине (2014)», «Зарубежное военное обозрение» http://factmil.com/publ/strana/ukraina/informacionnaja_vojna_vokrug_sobytij_na_ukraine_2014/27—1–0—382

20. Ромащенко В. «Основные направления внешней политики Л. Кучмы (1994–2004)» https://cyberleninka.ru/article/n/osnovnye-napravleniya-vneshney-politiki-l-kuchmy-1994—2004‑gg?ysclid=lsypf6fjy982318729

21. Стороженко Н., «Украинская независимость построена на тотальном обмане», «Взгляд», 1.12.2021 (https://vz.ru/world/2021/12/1/1131840.html?).

22. Топорова А. Украина трех революций. – «Лимбус пресс», СПб, 2017

23. Федотова А.Л. «Украина и США: геополитические интересы и экономические резоны» // Проблемы постсоветских стран. Вып. 1. М., 2000. Цветкова Н. Ярыгин Г. «Участие публичной дипломатии США в политической трансформации Украины, 1990‑е—2000‑е годы». Вестник Санкт-Петербургского университета, Вып.4, 2015.

24. Использованы материалы изданий «Коммерсантъ», Lenta.ru, Tass.ru, Украина. ru, The Guardian, The New York Times и других российских, украинских и зарубежных изданий, а также страницы в соцсетях и агитационные материалы.

1

https://tass.ru/politika/3627788?ysclid=loh9jvtqru266389760

2

Кара-Мурза С. 2021, «Манипуляция сознанием», М.: Родина. С. 95–96.

3

https://scepsis.net/library/id_1763.html

4

Статья 72 Конституции СССР 1977 года.

5

https://scepsis.net/library/id_1763.html

6

Мякшев А. «События в Алма-Ате в декабре 1986 г.: первый ультиматум национальных элит центру», «Известия Саратовского университета», 2018, Т.18, вып.4.

7

Горбачев М. «Жизнь и реформы». – Новости, М. 1995, Т.2.

8

Жирохов М. «Семена распада: войны и конфликты на территории бывшего СССР». – БХВ, М. 2012.

9

https://cyberleninka.ru/article/n/rol-chastnyh-voennyh-kompaniy-i-neizvestnyh-snayperov-v-osuschestvlenii-tsvetnyh-revolyutsiy?ysclid=lp2pl9djum277434797

10

Мякшев А. «События в Алма-Ате в декабре 1986 г.: первый ультиматум национальных элит центру», «Известия Саратовского университета», 2018, Т.18, вып.4.

11

https://scepsis.net/library/id_1763.html

12

Этот лозунг, широко использовавшийся советскими диссидентами во второй половине ХХ века, восходит к мысли В.И. Ленина, высказанной в статье «О национальной гордости великороссов» в 1914 году: «Нам, представителям великодержавной нации крайнего Востока Европы и доброй доли Азии, неприлично было бы забывать о громадном значении национального вопроса; – особенно в такой стране, которую справедливо называют «тюрьмой народов».

13

https://zn.ua/SOCIUM/pervyy-maydan-25-let-revolyucii-na-granite-_.html.

14

Там же.

15

https://tass.ru/spec/ussr-referendum?ysclid=l3kacvf4zv&utm_source=yandex.ru&utm_medium=organic&utm_campaign=yandex.ru&utm_referrer=yandex.ru

16

Там же.

17

Биюшкина Н. «Право наций на самоопределение как основное начало советского федерализма» «Право и политика», 2021, № 10.

18

https://ru.exrus.eu/V-Ukraine-segodnya-sushchestvuyut-dve-gruppy-party-proukrainskiye-i-proross-id59d74d7dbf0645659763f26e?ysclid=lsg7fluosv559660953

19

https://www.sb.by/articles/leonid-kravchuk-ya-veryu-tolko-v-ukrains-kiy-narod-.html?ysclid=lsfwjmvipp401806574

20

Признана в РФ террористической и экстремистской организацией.

21

https://www.sb.by/articles/leonid-kravchuk-ya-veryu-tolko-v-ukrains-kiy-narod-.html?ysclid=lsfwjmvipp401806574

22

Внесен Росфинмониторингом в список экстремистов и террористов.

23

«Выключите микрофон, пусть электричество отдохнет!»

24

«Депутат! Депутат! Не помню фамилии, тот, что в пиджаке! Отойдите от микрофона и займите свое место!»

25

«Включите микрофон в заднем проходе!»

26

«Я за жизнь съел столько сала, что стыдно смотреть свиньям в глаза»

27

Подробнее о «кланах» – в соответствующей главе.

28

Днепропетровский клан, представителями которого являются многие политические деятели и предприниматели. Подробнее о кланах – в соответствующей главе.

29

Признана в Российской Федерации террористической организацией и запрещена.

30

https://histua.com/ru/knigi/istoriya-ukrainy-ot-drevnejshih-vremen/disidentskij-rux-v-ukraini-u-60-80-rokax

31

https://www.kommersant.ru/doc/2171453?ysclid=lo4ez0lg34486019345

32

http://www.personal-plus.net/276/3382.html

33

http://genling.ru/books/item/f00/s00/z0000003/st003.shtml?ysclid=lnxfwe9kg8866875719

34

Освобожден в сентябре 2019 года в рамках обмена удерживаемых лиц между Россией и Украиной.

35

Нугаев А.С., Вазерова А.Г. «Украинский вестник» – журнал украинской национальной оппозиции в СССР // Современные научные исследования и инновации. 2015. № 5. Ч. 2 [Электронный ресурс]. URL: https://web.snauka.ru/issues/2015/05/52501

36

Там же.

37

Там же.

38

https://yaroslav22.ru/registration-of-an-accident/stepan-hmara-yadernaya-manilovshchina-ot-yaroslava-mudrogo/?ysclid=lo5vqmias5499982358

39

Цит. по https://day.kyiv.ua/ru/news/271221-stepan-khmara-obyavil-golodovku-v-podderzhku-politzaklyuchennykh

40

Артемова С.Ф., Молькин А.Н. Активист еврейского движения в СССР И.С. Зисельс // Современные научные исследования и инновации. 2015. № 3. Ч. 3 [Электронный ресурс]. URL: https://web.snauka.ru/issues/2015/03/48760

41

УПА, Запрещена на территории Российской Федерации.

42

https://regnum.ru/article/1245204

43

https://www.lgz.ru/article/-39-6569-5-10-2016/v-usluzhenii-u-podonkov/

44

Признан в РФ экстремистской террористической организацией и запрещен на территории Российской Федерации.

45

https://eadaily.com/ru/news/2018/05/15/iosif-zisels-samozvannyy-lider-evreev-i-mogilshchik-evreystva-na-ukraine

46

https://www.politnavigator.news/kievskijj-zhidobanderovec-predlozhil-pereimenovat-ukrainskikh-policaev-v-sovetskikh.html

47

https://eadaily.com/ru/news/2018/05/15/iosif-zisels-samozvannyy-lider-evreev-i-mogilshchik-evreystva-na-ukraine

48

Там же.

49

http://milli-firka.org/кто-он-лидер-меджлиса-мустафа-джемиле/?ysclid=lo94rltj5b877186223

50

Там же.

51

https://secrethistory.su/2263-mustafa-dzhemilev.html

52

http://milli-firka.org/кто-он-лидер-меджлиса-мустафа-джемиле/?ysclid=lo94rltj5b877186223

53

https://ukraina.ru/20160220/1015663887.html?ysclid=lo8yqu77uw649973025

54

Николай Стороженко, «Украинская независимость построена на тотальном обмане», «Взгляд», 1.12.2021 (https://vz.ru/world/2021/12/1/1131840.html?).

55

Цит. по https://ria.ru/20190914/1558682413.html.

56

https://www.kommersant.ru/doc/4154938?ysclid=lqzk1wfq1w375294276

57

Там же.

58

«История украинских карбованцев». https://www.monetnik.ru/obuchenie/bonistika/karbovanets-ukraina-kupony/?

59

Аслунд А. «Как Украина стала рыночной экономикой и демократией», Peterson institute for international economics, Washington, 2009

60

Павел Полуботок один из богатейших украинских гетманов эпохи Петра Первого. По мнению украинских националистов он положил в банк Британской Ост-Индской компании 200 тыс. золотых монет под 7,5 процентов годовых и завещал свой капитал будущей независимой Украине, в результате чего на долю каждого гражданина Украины должно было приходится 38 кг чистого золота. В 1990-е тема возвращения на Украину «золота Полуботка» активно обсуждалась в парламенте и СМИ. Была даже создана правительственная комиссия, которая отправилась в Лондон на поиски золота гетмана. (Манчук А. «Украина. Анатомия катастрофы», Алгоритм. М., 2017)

61

Нетрадиционные религиозные и мистические культы Украины: Учебное пособие / Под общ. ред. В. В. Остроухова. – К.: Росава, 2003.

62

Там же.

63

https://psyfactor.org/lib/beloe-bratstvo.htm?ysclid=lqzroi825a750977962

64

Экзархат – поместная церковь, находящаяся за пределами страны основной юрисдикции.

65

https://topwar.ru/53023-unii-i-raskoly-istoriya-pravoslaviya-na-ukraine.html?ysclid=lhqo3n42lm941219372

66

Там же.

67

Кучма Л. «Украина – не Россия». «Время», М., 2003.

68

Запрещена на территории Российской Федерации.

69

По материалам личного блога Мирославы Бердник и издания http://bankukr.narod.ru/apb31.html.

70

Лиссабонский протокол – дополнение к Договору о стратегических наступательных вооружениях (СНВ-1), в котором оговаривались правовые последствия распада СССР. Подписан Российской Федерацией, США, Украиной, Белоруссией и Казахстаном.

71

https://aif.ru/society/history/vashington_ne_razreshaet_kak_ukraina_perestala_byt_yadernoy_derzhavoy?ysclid=lhq7fs6zy7769017107

72

https://www.kommersant.ru/doc/133945?ysclid=lhq8rcd57h697603933

73

http://nuclearno.ru/?id=14168&ysclid=lhqdn97v5n972895028

74

Европейский союз возник на основе Европейского экономического сообщества, 7 февраля 1992 года был подписан Маастрихтский договор о его создании, который вступил в силу 1 ноября 1993 года.

75

Афанасьев А. Украина: четверть века независимости. Взгляд постороннего» https://document.wikireading.ru/h8cuqLs12G

76

Шестой президент Украины Владимир Зеленский решил не рисковать и отменил назначенные на март 2024 года выборы в связи с военным положением в стране.

77

https://proza.ru/2023/12/06/879?ysclid=lsw6neykhj846375853

78

https://cyberleninka.ru/article/n/osnovnye-napravleniya-vneshney-polit-iki-l-kuchmy-1994-2004-gg?ysclid=lsypf6fjy982318729

79

Федотова А.Л. Украина и США: геополитические интересы и экономические резоны // Проблемы постсоветских стран. Вып. 1. М., 2000.

80

Кучма Л.Д. После майдана. Записки президента 2005–2006. Киев, 2007.

81

Там же.

82

Слоевская И.Е. «Проблемы разработки Конституции Украины 1996 года», «Вестник Саратовской государственной юридической академии», № 1, 2013.

83

Там же.

84

https://www.kommersant.ru/doc/106062?ysclid=lt1op1a06x452419688

85

Евгений Марчук – премьер-министр Украины в 1995–1996 гг.

86

https://iarex.ru/articles/53440.html?ysclid=lu7ih872s4415962261

87

http://vesti-ukr.com/donbass/5804-doneck-v-1991-godu-putch-juz-i-birzhevaja-lihoradka

88

Признан Волжским горсудом Волгоградской области РФ экстремистом.

89

https://overclockers.ru/blog/cool-gadgets/show/108477/cnn-ukraina-naladila-proizvodstvo-maketov-tankov-i-rszo-i-vvodit-v-zabluzhdenie-drony-i-aviaciju-rf

90

https://ukraina.ru/20240202/1053034989.html?ysclid=lubymywzjq312596112

91

Цит. по https://dosye-info.

92

Там же.

93

«Законы 16 января» – пакет законов, за которые голосовали фракция Партии регионов и коммунистов 16 января 2014 года. Эти законы существенно ужесточали ответственность за массовые беспорядки; вводилась ответственность за экстремизм; запрещалась работа СМИ без официальной государственной регистрации и др. Оппозиция и участники Евромайдана назвали эти законы «диктаторскими».

94

Геннадий Кернес (1959–2020) – председатель Харьковской облгосадминистрации, член Партии регионов (2005–2014), один из знаковых украинских политиков регионального уровня.

95

Цит. по https://www.forbes.ru/sobytiya/biznes/251395-prervannyi-polet-kak-mladobiznesmeny-iz-semi-yanukovicha-obogatilis-za-gody-e?ysclid=luferq64gx21251014

96

https://document.wikireading.ru/hag4N2PDj8?ysclid=lufiajhb9u999580155

97

https://www.forbes.ru/sobytiya/biznes/251395-prervannyi-polet-kak-mladobiznesmeny-iz-semi-yanukovicha-obogatilis-za-gody-e?ysclid= luferq64gx 21251014

98

https://www.kommersant.ru/doc/2417414?ysclid=lufjxlb4ub360767126

99

Цит. по https://news.rambler.ru/other/44929724-on-uedet-zhit-v-london-zhizn-i-sudba-oligarha-viktora-pinchuka/?ysclid=lui6h0luwo87309231

100

2 октября 2023 года Росфинмониторинг внес Игоря Коломойского в перечень террористов и экстремистов

101

https://ukraina.ru/20230426/1045646058.html?ysclid=luiicdj7oy269447650

102

2 октября 2023 года Росфинмониторинг внес Игоря Коломойского в перечень террористов и экстремистов

103

https://www.kommersant.ru/doc/5839590?ysclid=luwrqou0z2104368147

104

Признана в РФ экстремистской и запрещена.

105

Топорова А. «Украина трех революций», «Лимбус пресс», СПб, 2017.

106

Цит. по https://aif.ru/politics/world/pastor_soblaznilsya_turchinov_pytaetsya_vernut_vlast_svergnuv_zelenskogo?ysclid=luwxds01sn773650886

107

https://regnum.ru/article/989417?ysclid=luxzkwe8kx785195040

108

Закон «О медиа» был принят только в декабре 2022года

109

Топорова А. «Украина трех революций», СПб, «Лимбус пресс», 2017.

110

Агитационные материалы украинских оппозиционных сил.

111

Город в 50 км от Чернобыльской АЭС, где жили сотрудники станции.

112

Цветкова Н. Ярыгин Г. «Участие публичной дипломатии США в политической трансформации Украины, 1990-е-2000-е годы». Вестник Санкт-Петербургского университета, Вып.4, 2015.

113

Там же.

114

Там же.

115

Цит. по https://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/1137436?ysclid=lv7z1ru2oj538610403

116

Базалук О. «Коррупция в Украине: ментальность правителей и судьбы народа. Геофилософия Украины. Киев, МФКО, 2016.

117

Подробно о выводе денег из банка «Украина» см. в главе «Становление государственности».

118

Признана в РФ террористической организацией и запрещена.

119

https://www.kommersant.ru/doc/5249767?ysclid=lvdszqq1k500900767

120

Там же.

121

https://www.ng.ru/dipkurer/2019-02-10/15_7503_poroshenko.html?ysclid=libpr8morg895465138

122

https://ukraina.ru/20140908/1010416938.html?ysclid=li7rj8yt4h313330710

123

http://factmil.com/publ/strana/ukraina/informacionnaja_vojna_vokrug_sobytij_na_ukraine_2014/27-1-0-382

124

https://360tv.ru/tekst/mir/krovavaja-operatsija/

125

Там же.

126

https://ria.ru/20190421/1552894780.html?ysclid=li5ssmstpo30162736

127

Андрей Парубий – народный депутат Украины, один из координаторов «Евромайдана», 27 февраля 2014 года был назначен секретарем Совета безопасности и обороны Украины.

128

https://antimaydan.info/2019/07/21_nacisty_xxi_veka_zverskie_prestupleniya_ukrainskih_nacionalistov_v.html

129

Манчук А. «Украина. Анатомия катастрофы», «Алгоритм, М. 2017.

130

Запрещен в Российской Федерации.

131

Томос (документ об автокефалии) Православной церкви Украины был получен от Константинопольского патриарха в январе 2019 года.

132

https://mediastancia.com/blogs/4787/

133

Там же.

134

Жежко-Браун И.В. Сериал «Слуга народа» как политтехнологический сценарий президентской кампании Зеленского // Идеи и идеалы. – 2019. – Т. 11, № 3, ч. 1. – С. 94–122.

135

Там же.

136

https://detector.media/kritika/article/165967/2019-03-29-sluga-naroda-3-trekhchasovoy-predvybornyy-rolyk-kandydata-zelenskogo/

137

https://www.kommersant.ru/doc/4019910?ysclid=lidhusdrli118239192

138

https://aif.ru/politics/world/sluga_naroda_stoit_li_ocharovyvatsya_pobedoy_zelenskogo?ysclid=lidk65joqe70632698

139

Реактивная система залпового огня.

140

https://inosmi.ru/20220629/seks-torgovlya-254730686.html

141

https://www.rubaltic.ru/article/politika-i-obshchestvo/20231204-rayskiy-sad-ili-sodom-temnaya-storona-zhizni-ukrainskikh-bezhenok-v-evrope/

142

https://www.pravda.com.ua/news/2024/01/3/7435696/

143

https://voennoedelo.com/posts/id39421-ctxvpnwavcnouexzz7lf

144

https://www.theguardian.com/world/2024/feb/02/jailed-as-collaborators-the-stories-of-ukrainians-who-ended-up-in-prison

145

https://russian.rt.com/ussr/article/1319996-zelenskii-legitimnost-ukrai-na-rossiya-politika

146

https://www.kommersant.ru/doc/5977313?ysclid=lwqlcgefc5265664511

147

Термобар – взрывчатое вещество.

148

https://news.rambler.ru/conflicts/49107712-voenkor-kots-vsu-s-zapada-ukrainy-ne-schitayut-nuzhnym-voevat-za-donbass/?ysclid=lwrgyqybbf701764149

Content

Олег Борисович Иванов
Украинские хроники: становление и деградация государства

От автора

Русофобия вместо евроинтеграции

Часть I

Глава 1. Независимость Украины в контексте распада СССР

1.1. Дискуссии о суверенитете

1.2. От разговоров к беспорядкам

1.3. Перераспределение полномочий

Глава 2. Архитекторы независимости

2.1. Партийцы и хозяйственники

2.1.1 Леонид Кравчук: «политический флюгер»

2.1.2. Иван Плющ: политик из народа

2.1.3. Ефим Звягильский: серый кардинал «донецкого клана»

2.1.4. Александр Мороз: амбициозный евросоциалист

2.2. Из тюрьмы в парламент

2.2.1. Левко Лукьяненко: от пламенного коммуниста до радикального националиста

2.2.2. Иван Дзюба: борец с «русификацией»

2.2.3. Вячеслав Черновол: первый федералист

2.2.4. Степан Хмара: националист с пеленок

2.2.5. Иосиф Зисельс: от сиониста до адвоката «бандеровцев»

2.2.6. Мустафа Джемилев: диссидент или уголовник?

Глава 3. Становление государственности

3.1. Крым требует самостоятельности

3.2. «Белые братья» ждут конца света

3.3. Церковь требует суверенитета

3.4. Национализм становится легитимным

3.5. Банкиры грабят «Украину»

3.6. У Украины забирают ракеты

3.7. Леонид Кравчук теряет власть

Часть II. Украина при Кучме

Глава 1. Инженер приходит в политику

1.1. Экологи против терминала

1.2. Кандидат в президенты

Глава 2. Первый срок (1994–1999)

2.1. Многовекторный президент

2.2. Первая Конституция Украины

2.3. Леонид Кучма поднимает экономику

2.3.1. Отец украинской коррупции

Глава 3. Клановое хозяйство

3.1. «Донецкие» в лицах

3.1.1. Ринат Ахметов: самый богатый украинец

3.1.2. Виталий Гайдук и Сергей Тарута: «оранжевые донецкие»

3.1.3. Андрей Клюев: стратег Партии регионов

3.1.4. Николай Азаров: любимая мишень русофобов

3.1.5. Александр Янукович и Сергей Курченко: молодые да ранние

3.2. «Днепропетровские» в лицах

3.2.1. Виктор Пинчук: зять президента

3.2.2. Сергей Тигипко: банкир из обкома комсомола

3.2.3. Игорь Коломойский: от миллиардера до террориста

3.2.4. Александр Турчинов: военный преступник

3.2.5. Юлия Тимошенко: вечный лидер оппозиции

Глава 4. Второй срок (1999–2005)

4.1. «Левый» парламент и соперник-коммунист

4.2. Западные партнеры настоятельно рекомендуют

4.3. Экспорт революционных технологий

4.3. Выборы-2004: от кампании до революции

4.3.1. Виктор Ющенко: любитель древностей

4.3.2 Виктор Янукович: президент-неудачник

Часть III. Государство-террорист

Глава 1. Между переворотом и войной

1.1. Украина теряет своих граждан

1.2. От популизма к нацизму

1.3. Клоун перестает быть смешным

Глава 2. Голоса Украины

2.1. Война и пиар

2.2. Украинцы в Европе: от радушия до разочарования

2.2. «Говорящие головы» Зеленского

2.2.1. «Военные эксперты» побеждают в Youtube

2.2.2. Штатный и внештатный

Глава 3. Нелегитимный «слуга народа»

3.1. Президент против главнокомандующего

3.2. Дипломатия по-украински

Глава 4. Диктатура ведет к катастрофе

4.1. «Атентаты» и теракты

4.2. Зеленский против православных

4.3. Пленники ТЦК

Список литературы

1