Максим Калашников

Новая инквизиция. Кто мешает русскому прорыву?

Глава 1

История с радиоактивными отходами: социально-психологический детектив

Повернув рычаг нашей машины времени, вернемся в день сегодняшний.

Еще два года назад я брезгливо морщился, когда читал о попытке Мастера справиться с проблемой Теченского каскада озер, гигантских хранилищ жидких радиоактивных отходов (ЖРО). Господи, ну что за бред – дезактивировать ЖРО фильтрованием воды? А еще – теми же фильтрами очищать воду от трития? Не иначе, мошенник и уголовник Петрик на пару со своим кентом, тогдашним главой «Единой России» Грызловым, решили влезть в систему Росатома и впарить ему все те же углеродные фильтры, кои они до того решили поставить в каждый дом. Казалось, в воздухе носится запашком конца 80-х – начала 90-х, когда в нашу реальность ринулись легионы самозванцев и обманщиков. Тем более что даже представители РАН позором заклеймили затею с радиоактивными отходами.

Но я не знал, что погружусь в настоящий социально-психологический детектив.

Приговор большой науки

О том, что бессовестный делец и шарлатан Петрик вознамерился очищать жидкие радиоактивные отходы (ЖРО) с помощью своих углеродных фильтров, недвусмысленно высказались маститые ученые. Они же нещадно разгромили идею Петрика об очистке воды от изотопов водорода – дейтерия и трития.

«Тут Виктор Иванович явно оплошал. Дело в том, что с помощью фильтрации невозможно отделить молекулы Н2O, D2O и Т2O, равно как и комбинированные (типа HDO) друг от друга: по геометрическим размерам упомянутые молекулы практически не отличаются», – заявил умерший недавно руководитель комиссии по борьбе со лженаукой РАН Эдуард Кругляков.

Его коллега по той же комиссии академик Евгений Александров высказался куда как недвусмысленней…

«Утверждение про тритий из воды – невероятный, запредельный бред. Тритий радиоактивен (период полураспада 12,3 года), и его нет в воде. На самом деле тритий получают облучением лития нейтронами в ядерных реакторах. И это говорится в присутствии Грызлова, Кириенко и др. руководителей страны и атомной энергетики! Если и эта авантюра пройдет и Петрик получит миллиарды для „распила“, то для обозначения этого придумана специальная новая буква: она выглядит как П, но с хвостиком как у буквы Ц. – …»

(http://www.lebed.com/2008/art5424.htm).

Словом, в уме моем создался яркий образ то ли полоумного, то ли отпетого мерзавца, который предлагает очередное снадобье от всего на свете. В сем случае – очередной чудо-фильтр, что и на кран в кухне якобы ставить можно, и на очистные сооружения ядерной промышленности.

Однако история оказалась намного сложнее и интереснее того, что преподносили нам пресса и признанные академики. Оказалось, что распадается она на две вполне самостоятельных линии. И что никто ЖРО через водяные фильтры гонять не собирался. И что использовались разработки, сделанные в недрах вполне академического института.

Теченская беда

Каскад Теченских озер в Челябинской области близ ядерного комбината «Маяк». Красота неописуемая! Гладь озер – то лазоревого, то ультрамаринового цвета, она манит к себе, зовет усталого путника в жаркий летний полдень. Окунись в нас, смой дорожную пыль с пропотевшего тела.

Но это – смерть. Ибо прекрасные озера – огромный могильник жидких радиоактивных отходов. Здесь скопилось более двухсот миллионов кубометров радиоактивных жидких отходов (ЖРО).

Смотрю видео – передачу НТВ осени 2007 года.

Валерий Романовский, генеральный директор Радиевого института имени В. Г. Хлопина:

– Технология, которая создана на новейших нанотехнологических принципах, работает. Аналогов ей в мире нет, это совершенно оригинальная технология…

Опытная установка комбинированной (электрохимическо-абсорбционной) очистки воды работала два месяца на 11-м водоеме знаменитого Теченского каскада, прогнав через себя 100 кубометров зараженной воды. По сути, оные озера – громадные хранилища жидких радиоактивных отходов ПО «Маяк» в Челябинской области. Причем уровень активности вод изначально – 2,5–3 тысячи беккерелей на литр. Как свидетельствует В. Романовский, очистку удалось довести до 1 беккереля на литр.

– Технология работает, она перспективная… – говорит глава Радиевого института.

Итак, воду удалось очищать от стронция-90, кобальта-60, цезия-137, европия-152 (154,155).

Глава «Росатома» Сергей Кириенко:

– На переработке ста «кубов» воды принципиально подтверждено, что она может работать с большими объемами. Технологию нужно будет дорабатывать до промышленного уровня (это отдельная работа), но даже тот уровень технологии, что имеется сегодня, позволяет приступить к решению практических задач…

… Вся прелесть в том, что можно делать мобильные установки в разных точках. Одной из точек может быть хвостохранилище Чепецкого завода по производству ТВЭЛов. Это и Новосибирский завод, в хвостохранилище которого тоже возникает проблема жидких дренажных отходов. Надо повнимательнее изучить вопрос по подводным лодкам (атомным. – М. К.)…

Так более пяти лет назад начиналась почти детективная и при этом очень красноречивая история.

А что было на самом деле?

Речь в видеозаписи идет об установке, созданной компанией Виктора Петрика и успешно испытанной сначала в Радиевом институте (структуре Росатома, в научном центре с мировым именем), а затем – на Теченском каскаде. Никакой банальной фильтрации через измененный углерод здесь и в помине нет. Как, впрочем, нет здесь никаких египетских пирамид, шаманских заклинаний и вечных двигателей.

Замысел был смелым. Создать именно электрохимическую сорбционную установку для очистки вод от радиоактивных отходов. Именно сорбционную, а не фильтрующую. Опыты проводились в Радиевом институте на модельных растворах. Этот уважаемый во всем мире институт по итогам опытов и обратился к главе «Росатома» Сергею Кириенко. Резон прямой: Теченский каскад водоемов – исполинская радиоактивная бомба. Ежегодно несколько миллиардов рублей уходит на то, чтобы укреплять дамбы каскада, предотвращая попадание зараженных вод сначала в Исеть, в потом – и в Тобол. Поглотивший в себя последствия Кыштымской катастрофы 1957 года и последующие сбросы жидких радиоактивных отходов (ЖРО), Теченский каскад должен быть очищен. (Каскад, кстати, и сейчас регулярно пополняется отходами). Ибо это решит и одну из самых серьезных экологических проблем страны, и позволит изначально обезвреживать ЖРО, и даст русским еще один путь экспансии на мировой рынок.

В чем – дерзость замысла? В сущности, ничего особенного в электрохимической сорбционной технологии нет. Электролиз открыт в позапрошлом веке, и он действительно позволяет очищать многое. Но вот беда: при нем электроды постепенно теряют силу, пассивируются. Как только с этим явлением ни боролись! Вплоть до того, что делали вращающиеся круглые электроды, которые постоянно зачищаются специальными ножами. А тут создатели установки применили не металлические электроды, а электроды из специально обработанного углеродного материала, спрессованного с титановым порошком. Со стороны катода образуется гидроокись титана и так называемые титановые мицеллы, которые захватывают из жидкости ионы растворенных радиоактивных веществ. А дальше все это поглощается из жидкости не чем иным, как углеродными соединениями высокой реакционной способности – УСВР.

Опыты в Радиевом институте (на модельных растворах) показали, что таким образом можно снизить радиоактивность воды до уровня в 0,25 беккереля. Получается система о двух ступенях: первая – электрокоагуляция, вторая – поглощение с помощью УСВР. На выходе получаются радиоактивный стронций (кобальт, и т. д.), уже надежно упакованные в углерод. Фильтр из УСВР, напитанный радиоактивными элементами, затем можно прессовать в «блины» (или в цилиндры) автоматически. Таким образом, радиоактивная гадость уменьшается в объемах в тысячи раз, принимая форму для долгого и удобного захоронения. Можно кубометр ЖРО превратить в три кубических миллиметра сухих отходов.

Все прочие технологии обезвреживания ЖРО однозначно проигрывали разработке команды Виктора Петрика. Можно, конечно, выпаривать воду Теченского каскада, собирая на дне выпаривателей радиоактивный осадок. Но это – чудовищные энергозатраты.

Попробуйте-ка выпарить 200 миллионов кубометров зараженной воды! При этом в воздух летит радиоактивный изотоп йода.

Есть технология обратного осмоса (или мембранная очистка). Но ее недостаток в том, что в итоге такой очистки (как и при опреснении соленой воды) образуется жидкий радиоактивный концентрат, который придется сбрасывать назад, в каскад озер. Да, 70 % зараженных вод становятся чистыми, но тридцать процентов с повышенной радиоактивностью идут назад! То есть, при такой технологии дезактивации в объеме Теченские водоемы, конечно, уменьшатся, но в них окажется ядреный радиоактивный «рассол», который потом снова разбавят осадки и естественный сток воды в озера каскада.

Есть технология очистки ЖРО с помощью ионообменных смол. Но вот беда: для этого нужно, помимо всего прочего, очищать саму воду зараженных водоемов. Иначе «смоляные фильтры» забиваются другими ионами…

По всем показателям электрохимическо-сорбционная технология оказалась выгоднее. Именно поэтому в 2007 году была построена опытная установка для проверки на Теченском каскаде. Ее и забросили туда в сентябре 2007 года в 40-тонном контейнере.

И тут начались другие чудеса.

Саботаж?

С самого начала оказалось, что на ПО «Маяк» не испытывают никакого энтузиазма по поводу испытаний. Больно уж привычное и милое дело – тянуть из государства большие бюджетные деньги на поддержание в порядке гидротехники Теченского каскада. И потому палки в колеса испытателям принялись ставить с самого начала.

Было ясно, что установка боится ила в воде: он забивает ее нежные внутренности. Потому с руководством «Маяка» договорились, что всасывающий рукав машины разместят на специальном плотике, заведенном на глубокое место. Но как только установку запустили, на озере появился земснаряд и принялся что-то делать, поднимая тучи ила как раз около водозабора. Естественно, установка тотчас забилась грязью да илом. (Создатели установки рассказали мне, что тогдашний руководитель «Маяка» кулуарно клялся вообще их не пускать на объект).

Потом пришла иная беда: ПО «Маяк» не мог обеспечить нужное электропитание агрегата. Напряжение скакало от 160 до 220 вольт, например. От этого к черту летел рассчитанный режим работы электродов. Потом пришлось запитывать опытную установку нештатно: от источника постоянного тока. И это также сказалось на ходе эксперимента. Пришлось снижать объемы обрабатываемой в единицу времени воды – с 1200 до 200 литров ежечасно. В каком-нибудь 1951 году можно было бы обратиться за помощью к куратору Атомного проекта, главе Спецкомитета при правительстве СССР, маршалу Лаврентию Берии – и этот саботаж был бы пресечен. Но в 2007 году Берии не оказалось, и потому экспериментаторам пришлось справляться самим. В таких вот условиях было обработано сто кубометров воды из 11-го водоема.

Но настоящие «чудеса» начались потом, при анализах очищенной воды. Заводская лаборатория «Маяка» упорно показывала, что вода дезактивируется только до неприемлемо высокого уровня в 35–40 беккерелей на литр.

Это, конечно, большой успех (первоначально-то было 2,5–3 тысячи беккерелей/литр). Но это далеко до санитарной нормы в 5 беккерелей и до расчетной очистки в 1 Бк/ литр. Что за черт? Экспериментаторы взяли воду, уже прошедшую очистку, и снова пропустили через свою установку. Заводская лаборатория, померив и эту воду, выдала все те же 35–40 беккерелей. Это не лезло ни в какие ворота. Ну не может быть так, что машина сначала поглотила из каждого литра воды как минимум пару тысяч беккерелей, а потом – при повторном прогоне воды – не забрала ни одного!

Стали разбираться. Оказывается, лаборатория «Маяка» вообще не рассчитана на такие анализы. Не может она измерять слишком малые содержания радиоактивных изотопов в воде. Потом выяснилось, что бачки, предоставленные лабораторией, сами заражены и их стенки «фонят» именно на таком уровне в 35–40 беккерелей. Пришлось запечатывать воду, прошедшую через электрокоагуляционно-абсорбционный аппарат, в опломбированные бутылки и посылать в независимые лаборатории МАГАТЭ в Питере. А именно: в Лабораторию радиохимических методов анализа ЗАО «Центр исследования и контроля воды» (ЦИВК), Лабораторию радиационного контроля НТЦ «РАДЭК» при ФГУП «ВНИИМ им. Д. И. Менделеева» и Лабораторию радиоэкологического мониторинга (ЛРМ) ФГУП НПО «Радиевый институт» (в ранге национальной лаборатории МАГАТЭ по контролю за распространением ядерных материалов). Согласно заключениям этих лабораторий, активность радионуклидов в представленных образцах не превышала 4 Бк/л, что ниже установленного уровня вмешательства. (Санитарная норма, напомню – 5 беккерелей на литр). Результаты анализа этих лабораторий были положены в основу государственного отчета. Причем посуда вскрывалась в присутствии работников ПО «Маяк»…

Тут же выяснилось, что замер такой высокой степени очистки воды от стронция и прочей гадости – задача нетривиальная, что для точного анализа малых долей содержания стронция-90 в воде нужно десять дней. И что заводская лаборатория «Маяка» на такое просто не способна…

Козни шарлатана

Оказывается, вот чем занимался Петрик – тот самый ужасный мошенник, источник всех зол и лжеученый и вообще язва здешних мест.

Допустим, Петрик – шарлатан. Но тогда как объяснить слова и главы «Росатома» Кириенко, и директора Радиевого института Романовского о перспективности этой технологии? Они – тоже мошенники и шарлатаны? Или же все обстоит в точности наоборот, и Виктор Петрик на самом деле создал перспективную и нужную стране технологию очистки ЖРО?

Вы думаете, кто-то в чем-то стал разбираться? Кто-то стал проверять эту технологию? В самом деле, если демонстрационная установка дала такие степени очистки, то ежели ее доработать и создать машины промышленных масштабов, то можно кардинально решить не только проблему «Маяка», но и на мировую арену выходить. Но, как мы и писали раньше, если ты что-то в РФ изобрел – то это твое личное горе-несчастье. Никому в сией стране ничего не нужно.

Вы думаете, наша Академия наук бросилась что-то реально проверять да изучать? Нет. Это только в детском советском фильме «Москва-Кассиопея» (1974 г.) прекраснодушный академик Огонь-Дугановский бросается помогать школьникам – открывателям нового двигателя. В нашей реальности желчный старик, главный «борец со лженаукой», академик Кругляков кинулся топить и это изобретение. Вы думаете, он хоть раз приехал посмотреть на установку, хотя бы познакомился с результатами анализов в аккредитованных лабораториях МАГАТЭ? Хоть раз поговорил с разработчиками? Нет. Он, как заявил сам прессе, позвонил знакомому на «Маяк». Это мне напоминает старый анекдот.

– Послушай, Абрам, у этого Паваротти – ни голоса, ни слуха!

– А ты был на его концерте?

– Нет, мне Изя напел…

Мне очень жаль, что в ноябре 2012 года академик Кругляков скончался и я не могу придти к нему сам и поинтересоваться: а так ли должен работать настоящий ученый? И если действовать так, как действует он, не остановится ли развитие науки вовсе? Увы, у покойника не спросишь. Как мне удалось установить, дальше Кругляков стал потрясать в воздухе заводским заключением:

«… Испытания показали, что установка не обеспечила декларированных показателей очистки. В ходе работы столкнулись с фактами серьезных трудностей, связанных с недоработкой узлов оснащения и недостаточной проработкой технологических режимов.

В отдельных ситуациях, когда производительность установки была снижена с 1200 до 100 л/час, были получены фильтраты с активностью в диапазоне от 20 до 40 беккерелей на литр.<…> В целом следует признать, что технологические режимы процесса не отработаны, и говорить об этом способе как о законченной технологии преждевременно». Для справки: «ПДК – 5 беккерелей на литр…»

То есть, Кругляков повторял «аргументы» начальства «Маяка», совершенно не заинтересованного в успехе новой технологии и не желающего лишаться такой «дойной коровки», как ежегодные государственные ассигнования на поддержание в порядке дамб Теченского каскада.

– Когда Кругляков орал, что такая низкая производительность никому не нужна, мне очень хотелось спросить его: а он понимает, что перед ним – не промышленная, а демонстрационная установка? – рассказывает Виктор Петрик. – Ну, это лишний раз говорит о том, кто такие на самом деле некоторые наши академики…

В отличие от ныне покойного академика Круглякова, я в отчеты об испытаниях, подготовленные Радиевым институтом, заглянуть не поленился. А там ясно изложены причины: и то, что илом установку намеренно забивали, и что с энергоснабжением настоящий саботаж учинили, и что потом мерили радиоактивность воды на заводе весьма своеобразно. Сдается мне, читатель, что вся эта массированная кампания по шельмованию Петрика скрывает куда более страшную вещь: то, во что превратилась наша наука, не желающая оторвать задницы от кресла и посмотреть на что-то новое и необычное.

Самая мерзость

Самое мерзкое – в том, что и «Росатом» не стал продолжать работы по новой системе работы с ЖРО. Особенно после того, как радио «Свобода» и другие либеральные СМИ осенью 2009 года начали кампанию травли Виктора Петрика. Мне иной раз думается: а не верны ли теории заговора насчет того, что власть над нами захватили замаскированные инопланетяне, которые у себя дома привыкли к высокой радиоактивности. И вот теперь, стремясь очистить от людей землю и завладеть ею, они намеренно топят ее в радиоактивных отходах…

Не будем, однако, страдать паранойей. Все гораздо проще – и страшеннее. Нет больших врагов людей, нежели сами люди. И их корыстные интересы, и их зависть. И дело не только в том, что технология Петрика позволит навсегда решить проблему Теченского каскада, лишив бюрократию «Маяка» всякой возможности регулярно тянуть бюджетные денежки на поддержание дамб и прочей гидротехники. Нет, беда коренится куда глубже.

Чем больше я занимаюсь этим расследованием, тем больше убеждаюсь в том, что «антипетриковщина»– явление намного более опасное, чем «петриковщина». Перед нами – тяжелая социально-психологическая болезнь нашего времени. Как там говорил профессор Преображенский в «Собачьем сердце»? «Не читайте советских газет». Немного перефразирую его: не читайте расейских СМИ – умнее будете. Что такое «антипетриковщина»? Это – коктейль, который состоит из:

– обывательской тупости и нежелания понять то, что в мире есть что-то новое, что можно открыть и изобрести;

– извечной первоначальной ненависти толпы и «признанных специалистов» к талантливым инноваторам, смогших сделать то, на что первые неспособны;

– зависти и ненависти «официальных ученых», годами пожирающих бюджетные деньги, но не могущих похвастаться какими-то прорывными достижениями. А тут приходит кто-то без их чинов и званий – и показывает чудо. Причем официальные ученые не желают оторвать задницу от кресел и самостоятельно посмотреть на то, что сделано;

– общая (справедливая) ненависть к «Едроссии», которая перетекла на Петрика, как только он решил пробить свои изобретения через Грызлова.

Потому я становлюсь на сторону Виктора Ивановича. Нужно отделять мух от котлет. Никакая ненависть к «едроссам» не должна заслонять перспективных направлений инноватики. Никакой человек не должен становиться «по заказу» жертвой лживых дебильных СМИ. Инноватор должен быть защищен от идиотизма не менее глупой современной толпы.

Почему Петрик мне симпатичен? Потому что осенью 2009 года я тоже столкнулся с «объективностью» РАН. После того, как Медведев ответил на мое вызывающее письмо об инноватике, я назвал в числе возможных инноваций и купольные дома Виталия Гребнева. Мои предложения направили на экспертизу в РАН. Мне стало известно, что Кругляков что-то там каркает и что кто-то готовит «компетентное заключение» о том, что купольные дома невозможны, что они сложатся, как карточный домик. Тогда мне пришлось поехать со съемочной группой «Невского экспресса» и снять репортаж из купольного дома в Подмосковье, успешно стоящего к тому времени уж полтора года. (http:// www.youtube.com/watch? v=bq-F8Wm2OSw).

Потом пришлось заявить превентивно: как только РАН скажет, что Калашников предлагает купольное шарлатанство, я ударю наотмашь и покажу этот репортаж. И опозорю Академию наук. Подействовало. РАН поддержала мою тогдашнюю инициативу о создании Агентства передовых разработок при главе государства (что полностью проигнорировано и Путиным, и Медведевым). Но уже тогда я увидел, что ученые мужи из РАН не хотят выйти из кабинетов и посмотреть на то, что реально делают гении и самоучки в родной стране. Они предпочитают смотреть в бумажки и повторять свои привычные представления. Мне давно понятно, что современной науке остро не хватает именно Ученых. Нет, не людей со званиями и дипломами, а тех, кто готов искать истину и новые знания, служить Науке.

И тогда же, в конце 2009-го, покатилась антипетриковская массовая истерия – массовый же заразный идиотизм.

Это то, что приводит меня в бешенство. Пусть против миллионов обывателей – но я лично буду по другую сторону баррикады. Из принципа и моего малороссийского упрямства. Презираю и ненавижу миллионы болванов, как попугаи-попки твердящих то, что вбили им в мозги либеральные средства массового агитпропа и дезы. Новое и эффективное должно жить. Пример с переработкой ЖРО с помощью новой технологии об этом буквально вопиет. Я же вижу: тут есть что развивать!

А потому история с новыми технологиями дезактивации ЖРО продолжится. Тут есть и вторая часть – тритиевая…

Этот коварный тритий

Однако история наша была бы неполной без второй ее сюжетной линии – эпопеи с очисткой воды от трития. Да-да, от того самого зловредного, радиоактивного (период полураспада – 12,3 года) изотопа водорода. Виктор Петрик и здесь ухитрился вляпаться по самые уши.

Так чем же тритий заинтересовал старого мерзавца и шарлатана?

Тритий опасен для здоровья. Но трития в естественном виде на планете мало – не более 4 килограммов. В воде, которую мы пьем, его нет. Однако есть и техногенный тритий. Прежде всего есть тяжеловодные канадские реакторы КАНДУ, которые выделяют тритий.

Да, читатель, Канада работает на тяжеловодных ядерных реакторахтипа CANDU («CANada Deuterium Uranium» – http://ru.wikipedia.org/wiki/CANDU). Эти реакторы – развитие тех «атомных котлов» на тяжелой воде, что испытывались еще в Третьем рейхе. CANDU могут работать на природном, не обогащенном уране, сильно удешевляя атомную энергию. Одна беда: в их тяжеловодных замедлителе и теплоносителе накапливается тритий, который никто на Западе удалять приемлемым способом не может (http://en.wikipedia. org/wiki/CANDU_reactor#Tritium_emissions).

Тот, кто создаст такую технологию, совершит прорыв всемирного значения. Ибо, обезопасив КАНДУ, можно сделать атомную энергию намного более доступной и выгодной, нежели сегодня.

Вы представляете, что это значит? Боюсь, что нет.

Поясню. Нынешние реакторы требуют для работы чрезвычайно дорогой уран-235. Его в урановой руде – всего 0,4 %. Остальное – это уран-238. Чтобы выделить из природного урана ценный изотоп 238, приходится держать огромную, экологически опасную отрасль по переработке природного урана. Там уж точно – в грамм добыча, в год – труды. Кроме того, запасы урана-238 истощаются. Особенно – в РФ, атомная отрасль которой после развала СССР лишилась 90 % урановых месторождений.

Росфедерация располагает только одним рудником – небезызвестным «Приаргунским производственным горно-химическим объединением» в Краснокаменске. «ППГХО» ведет добычу уже более 30 лет, а это значит, что самые рентабельные руды уже отработаны, шахты становятся все глубже, себестоимость руды растет, а балансовые запасы наполовину уже отработаны. В последние годы комбинат выдает 2500 тонн урана в год, а суммарные современные потребности России с учетом экспортных обязательств составляют порядка 9000 тонн. Россия, кроме внутренних потребностей, еще поставляет ТВЭЛ в страны, в которых СССР построил атомные станции. В этот список входят Армения, Болгария, Чехия, Венгрия, Литва, Румыния, Словакия и Украина.

Вот если бы сделать так, чтобы АЭС работали на не обогащенном уране, которого в 250 раз больше!

Тяжеловодные реакторы КАНДУ позволяют работать на не обогащенном уране, резко снижая затраты на ядерное топливо. В них можно дожигать облученное реакторное топливо, полностью замкнув ядерный топливный цикл и многократно уменьшая объем отходов АЭС. Последние усовершенствования канадских разработчиков конструкции активной зоны CANDU – 6 позволили достичь нулевого коэффициента радиоактивности в случае аварийной потери теплоносителя.

Но вот беда – решая проблему с дешевым топливом для реакторов, ты получаешь проблему трития, попадающего в окружающую среду. Именно поэтому тяжеловодные реакторы в канадской провинции Онтарио (государственная компания «Ontario Power Generation») превратились в серьезную проблему. Канадцы не просто перестали строить ядерные установки такого типа – они думают, не закрыть ли имеющиеся? Как пишет канадский ветеран-атомщик Ф. Р. Грининг (http://www.atominfo.ru/news/air4644. htm), у КАНДУ, строившихся в 1960-е годы, тьма проблем. И одна из них – все тот же тритий.

«В типичном реакторе CANDU содержится порядка 450 тонн тяжелой воды (D2O – дейтерий два о. – М. К.) общей стоимостью, как минимум, 250 млн. долларов. В тяжелой воде при активации нейтронами образуется тритий, который впоследствии химически связывается в оксид дейтеротрития – DТО. В реакторах CANDU, построенных в Онтарио, образуется в среднем 1,5 млн. Ки трития в год на каждом из блоков.

Несмотря на все усилия персонала, на CANDU регулярно происходят утечки тяжелой воды. Большую часть D2O удается собрать, восстановить и вернуть в систему. Однако значимые объемы D2O выходят из гермооболочки и попадают в окружающую среду через вентиляционную трубу.

Реакторы в Пикеринге, Брюсе и Дарлингтоне сбрасывают в атмосферу до 0,5 кг D2O в час. Зная концентрацию оксида дейтеротрития в Dp, можно рассчитать, что каждая из венттруб CANDU добавляет в окружающую среду 5000 Ки трития в год.

Контроль за эмиссией трития производится при помощи систем сбора влаги и водных паров в контейнменте (защитной оболочке реактора. – М. К). Эти системы дорогостоящи и трудоемки в обслуживании, и их наличие на станции вносит весомый вклад в расходы на эксплуатацию реакторов CANDU…»

Таким образом, проблема крайне остра. Канадские АЭС Дарлингтон, Брюс (А и В), Пикеринг (тоже А и В) и Пуан-Лепро – опасные «поставщики» трития в природу. Но если решить проблему трития, то ядерная энергетика получит резкое ускорение. Это действительно станет прорывом всемирно-исторического значения.

Тритий опасен. Распад его сопровождается довольно интенсивным бета-излучением. При попадании трития внутрь организма человека с воздухом или водой, он представляет серьезную угрозу для здоровья. Тритий, будучи изотопом водорода, химически ведет себя так же, как водород, и поэтому способен замещать его во всех соединениях с кислородом, серой, азотом, легко проникая в протоплазму любой клетки. В этом случае испускаемое тритием бета-излучение ведет к поражению жизненно важных органов, разрыву связей в ДНК и приводит к генетическим мутациям. Исследования, посвященные поведению трития в биологических объектах, свидетельствуют о его подчас тысячекратном накоплении в живых организмах и пищевых цепочках. Тритий не улавливается системами водоочистки и водоподготовки.

Тритий попадает в окружающую среду не только из тяжеловодных реакторов. Идет и накопление загрязненных тритием тяжеловодных и легководных отходов, в том числе образующихся при снятии с вооружения ядерных боеприпасов. Это привело к тому, что ежегодная скорость образования и накопления техногенного трития в глобальном масштабе (килограммы или десятки миллионов Ки в год) стала во много раз превышать скорость образования его естественным путем (0.2 Кг или 2.105 Ки в год). За последние сорок лет (с 1960 по 2000) выбросы трития с предприятий ядерного топливного цикла выросли в 50 000 раз и составили примерно 1019 беккерелей. При этом выделяется как непосредственно на АЭС, так и на заводах по переработке топлива. Ситуация еще более усложнится в случае развития термоядерной энергетики. И хотя сей изотоп водорода имеет период полураспада в 12,3 года, должно пройти несколько циклов полураспада, чтобы он стал безопасным.

Конечно, технологии «детритизации» в мире есть. Только очень недешевые. Экономически, увы, нецелесообразные. Скажем, вот отделение трития от водорода методом низкотемпературной ректификации водорода (Франция, Гренобль). Или, например, ректификация воды с рекомпрессией пара (опытная установка фирмы «Зульцер»). Или, к примеру, химический изотопный обмен в системе вода – сероводород, вода – водород, вода – аммиак (экспериментальные установки). Есть, наконец, адсорбционная очистка с использованием цеолитов и некоторых металлов. Эффективность и экономическая целесообразность выделения и концентрирования трития из тритийсодержащих отходов с помощью разделительных установок определяется, в конечном счете, энергетическими затратами на процесс разделения изотопов водорода: протия, дейтерия и трития. А они получаются огромными. Петрик же смог сделать новую технологию, стоящую вне конкуренции по своей дешевизне.

Тритиевая проблема Ленинграда-Петербурга: с чего все началось

Случилось так, что наш завзятый шарлатан, уголовник и любитель скрипок Страдивари занялся проблемой очистки воды от трития, а заодно – и от дейтерия. Все началось с того, что огромные объемы воды, зараженной тритием, – огромная проблема Ленинграда-Петербурга. В нем, конечно, нет реакторов типа CANDU. Но зато в городе много лет работал ГИПХ – Институт прикладной химии, который производил тритий для термоядерного оружия и для высокотехнологичных военных систем. Например, для светящихся элементов ночных прицелов.

От ГИПХ осталось около 1400 тонн радиоактивной воды (http://www.atomic-energy.ru/interviews/2012/03/12/31745). К 2002 году емкости, в которых они хранились в самом центре Петербурга-Ленинграда, прохудились настолько, что в одной из них случилась утечка и около сорока тонн отходов попало в Неву. В восьмистах метрах от городского водозабора. Быть может, не случайно северная столица держит печальную пальму первенства по раковым заболеваниям пищевода и кишечника? Чтобы обезвредить отходы ГИПХ, надо научиться очищать их от трития. И, хотя тритий имеет период полураспада в 12,3 года, должны пройти десятилетия, чтобы вода с ним стала более или менее безопасной.

Проблема отходов ГИПХ остро стояла еще в СССР. Специальное хранилище жидких РАО при Калининской АЭС отказывалось их принимать, ибо не могло обеспечить хранение без утечек. Потому не от хорошей жизни 1400 тонн жидкой смерти приходилось хранить в Питере. Так сказать, в расчете на то, что ученые найдут решение вопроса в будущем. Но будущее после гибели Советского Союза оказалось плохим.

Временное решение все-таки нашли. Отходы ГИПХ недавно были перевезены в специальное хранилище отходов в Сосновом Бору, которое является структурой Росатома, частью ФГУП «РосРАО». (Оно и занимается захоронением радиоактивных отходов.) Но это – пока половинчатая мера. Отходы ГИПХ надо переработать. Но, черт возьми, как это сделать?

Занявшись проблемой обезвреживания «гипховских» отходов, Виктор Петрик не только изобрел технологию «детритизации» воды. Он открыл и гораздо более захватывающие горизонты.

Но когда автор сих строк и этой линией занялся вплотную, то понял, насколько и здесь заврались почтенные академики РАН. И тут тоже никто не думал гонять воду через банальные фильтры. Впрочем, давайте-ка по порядку…

Пар, УСВР, платина и мандюрки

Очистка воды от изотопов водорода (дейтерия и трития) теснейшим образом связана с проблемой разделения изотопов в составе молекул воды. А изотопы – это протий (обычный водород), дейтерий и тритий. Нужно не только уметь разделить эти изотопы, но и выделить дейтерий и тритий. Никакой фильтрацией этого не сделаешь: молекулы обычной, тяжелой и тритиевой водицы (соответственно Н2O, D2O и Т2O) по геометрическим параметрам – одинаковы. Так что задача создания недорогой технологии «детритизации» была серьезным вызовом.

Как же удалось ее решить?

Хвала советской науке – подсказка нашлась в системе самой РАН, бывшей АН СССР. Не где-нибудь, а в уважаемом Институте общей физики Академии наук обнаружились эксперименты, которые дали ключ к новой технологии. Еще в 2004 году сотрудники ИОФ (Вигасин А. А., Волков А. А., Тихонов В. И., Щелушкин Р. В.) опубликовали свою работу «Эффект спин-селективной адсорбции водяного пара» (http://www.ikar. udm.ru/sb/sb34-1-1. htm). Там исследователи разделяли изотопы водорода в водяном пару, на основе магнитных моментов (спинов) их ядер. Но использовали ученые для этого пористый уголь. Принципом разделения у них служили разные магнитные моменты ядер изотопов водорода. И это – не фильтрация, а именно спин-селективная адсорбция водяного пара!

(Напомним: когда в осажденном немцами Париже в 1870–1871 гг. нужно было добывать водород для аэростатов, французы получали его, пропуская пар через раскаленные железные трубы).

Виктор Петрик, изучив все это, решил вместо пористого угля и оксида алюминия, которые применили исследователи ИОФ, использовать свои сверхчистую платину и УСВР.

То есть, углеродную смесь высокой реакционной способности. А она, как вы помните, состоит из графенов и графитовых пакетов. Но в сем случае УСВР был тоже ой как непростым!

Виктор Петрик использовал гидрофобный (то есть, водоотталкивающий) катализатор. Он нанесен на гранулы – «камешки» угловатой формы (каковые сам автор изобретения называет шутливо «мандюрками»), которые завихряют и возмущают пар радиоактивной воды, прогоняемой через трубу с ними. (Процесс идет при температуре в 130 градусов.) Сами мандюрки покрыты тефлоном, в который имплицированы углеродные соединения высокой реакционной способности (УСВР). Но эти углеродные вкрапления с помощью газофазного метода покрыты особо чистой платиной. (Сей метод, а также способ получения металлов платиноидной группы в одну стадию даже из не очень богатой руды, а также действующую установку для их получения можно увидеть во Всеволожском институте Виктора Петрика. И мы еще расскажем об этой удивительной технологии.)

– То есть не я совершил научное открытие по разделению изотопов, но именно мой частный институт создал на основе этого открытия изобретение – эффективно работающую технологию. Ибо только мы можем получать – с помощью газофазового метода – нанопорошки платины. Именно на гидрофобном платиновом катализаторе мы и разделяем ядра изотопов водорода, – поясняет Виктор Петрик.

На основе такой разработки Петрик впоследствии построил опытную установку. Прогоняя воду через нее, можно получать концентрат: воду, насыщенную тритием. А можно – выделять тяжелую воду (с дейтерием). Эта работа была сделана в сотрудничестве с Радиевым институтом. В августе – сентябре 2008 года в нем прошли успешные испытания экспериментального агрегата. Содержание трития в пробах, взятых из жидких отходов ГИПХ, уменьшалась десятикратно.

В состав авторитетной комиссии, проводившей испытания технологии, входили специалисты РХТУ имени Д. И. Менделеева, Института физической химии и электрохимии РАН и представители Росатома. А именно – кандидат химических наук Э. Магомедбеков из РХТУ, одновременно – директор Института материалов современной энергетики и нанотехнологии (ИМСЭН-ИФХ), доктор химических наук М. Розенкевич, заведующий кафедрой (РХТУ) технологии изотопов и водородной энергетики, а также профессор той же кафедры, доктор химических наук Ю. Сахаровский. Уж эти-то профи знают о дейтерии и тритии буквально все.

После обработки 420 килограммов жидких отходов трития на выходе обнаружено не было. Исследователи, приехавшие с настроением дать урок некоему выскочке и дилетанту, оказались настолько впечатлены результатами, что предложили не только развивать технологию, но и продвигать ее на внешнем рынке. Именно они и заговорили о том, что эту технологию можно использовать для того, чтобы обезопасить тяжеловодные ядерные реакторы CANDU.

Читаю протокол совещания от 8 мая 2009 года. Гости Виктора Петрика констатируют: очистка тяжелой воды от трития принципиально возможна с помощью метода «химического каталитического гетерофазного изотопного обмена в системе „вода – водород“ на стадии очистки воды от трития и метод гиперсорбции на гидридообразующих материалах на стадии концентрирования трития». Представители РХТУ предложили тогда совместную работу РХТУ, Радиевого института и холдинга В. Петрика «Золотая формула». Демонстрационную установку решили делать в Радиевом институте – как прообраз промышленного агрегата и типового модуля для тяжеловодных реакторов. Более того, запланировали обратиться к главному конструктору знаменитого НИКИЭТ В. Сметанникову с предложением возглавить проектные работы по созданию установки. Одновременно – просить академика РАН А. Бучаченко стать научным руководителем всего проекта.

За возможности новой технологии с радостью ухватились и те, кто занимается хранением опасных отходов. Говорит Игорь Суханов, экс-директор филиала «Северо-Западный территориальный округ» ФГУП «РосРАО» (хранилища радиоактивных отходов – http://www.rosrao.ru).

«… В рамках данного проекта ведется разработка специальной установки „Тритон“ для переработки ЖРО с целью уменьшения их объемов и дальнейшего захоронения. В разработке проекта принимают участие Всероссийский проектный и научно-исследовательский институт комплексной энергетической технологии, НПО „Радиевый институт им. В. Г. Хлопина“, филиал „Северо-Западный территориальный округ“ ФГУП „РосРАО“, а эксплуатироваться данная установка будет в Ленинградском отделении ФГУП „РосРАО“, где и размещаются ЖРО, вывезенные с территории опытного завода ГИПХ. Завершить разработку проекта „Тритон“ и начать работы по созданию установки планируется в течение ближайшего времени…

… Предварительная очистка ЖРО от части радионуклидов (137Cs, 6 °Co, 14С и т. д.) будет осуществляться на имеющемся оборудовании спецхимводоочистки (СХВО) Ленинградского отделения. Полученный после предочистки тритий, содержащий дистиллят, будет поступать на новую установку по очистке от трития, в основе которой имеются узлы ректификации и изотопного обмена. На выходе установка будет обеспечивать высокое концентрирование трития и фиксацию его в виде гидрида титана…»

(http://www.atomic-energy.ru/interviews/2012/03/12/31745).

Однако, работая с тритием, Мастер смог выскочить и на совершено потрясающие перспективы. На новую жизнь ядерной энергетики!

«Как вы получате такую воду?»

Однако кто сегодня верит российской науке? Она же – не советская прародительница с с ее мировым авторитетом, она в РФ – нищая. И если вы сейчас хотите получить признание, надо быть замеченным в Золотой Орде наших дней. То есть, в Америке.

Потому Виктор Петрик еще в 2006 г. отвез 20 литров очищенной по его технологии воды в США. Эта вода была радикально освобождена от дейтерия. Нужно было получить результаты анализов в авторитетной американской лаборатории. Принцип был таков: коли мы покажем, что умеем чистить воду от дейтерия, то нам поверят, что то же самое можно делать и с тритием.

Анализ проводили в Университете штата Невада, в лаборатории стабильных изотопов Маккеевой школы шахтерского дела (Mackay School of Mines. Nevada Stable Isotope Laboratory. www. mines. unr. edu/isotope). Нужно было подтвердить или опровергнуть результаты тех проб, что делали на масс-спектрометре в начале 2006 года в Петербурге. И снова – успех!

Читаю письмо Саймона Полсона, директора лаборатории от 12 апреля 2006 года. В трех пробах воды содержание дейтерия – беспрецедентно низкое – 2,5, 2,3 и 6,4 частей на миллион. (PPM – parts per million.) Потрясенный Полсон пишет, что такое низкое содержание дейтерия лежит за гранью аналитических стандартов (analytical calibration standards), которые не опускаются ниже 94,2 ррм. А самый рекордный результат наинижайшего содержания дейтерия в воде, известный на тот момент – 89,1 ррм. Более того, западная медицина сегодня утверждает, что вода с пониженным содержанием дейтерия (обычная вода с малым содержанием тяжелой воды «дейтерий два о») – это прекрасное профилактическое средство против раковых опухолей. «Легкая» вода с содержанием дейтерия в 105 ррм продается в аптеках как средство профилактики опухолей. А Петрик привез в Америку водицу с содержанием дейтерия всего в несколько «пи пи эм»!

То есть, русская технология Петрика уже тогда была прорывом мирового значения. Университет Невады тут же попросил продать им сто миллиграммов этой воды для музея. Ведь ее можно было назвать сверхлегкой водой! Петрик отдал им два литра. Бесплатно.

Еще один анализ провели в феврале 2006 года в Соединенных Штатах в тамошнем Министерстве внутренних дел (United States Department of Interior), в подведомственном ей Национальном центре соблюдения водного режима (U. S. Geological Survey Water Recource Discipline National Center). Этот документ в бумажном виде – также теперь в моем досье. И химики американского МВД, обладающие самой точной аппаратурой страны (масс-спектрометры и лазерные анализаторы), повторил те результаты, что получил в Неваде Полсон. Содержание изотопов водорода в присланных Петриком образцах колебалось от 2 до трех «пи пи эм» (частей на миллион). Более того, эта вода оказалась вдвое чище (по содержанию изотопов водорода и кислорода), чем вода из чистого антарктического льда (стандарт SLAP – Standard Light Antarctic Precipitation). Есть электронное письмо на имя доверенного лица Петрика в Америке из той лаборатории при МВД США. Там американцы прямо спрашивают: «Скажите нам, как вы получаете такую воду?» Они потрясены таким низким содержанием не только дейтерия (водорода-2), но и кислорода-18.

Лаборатория в Окридже, где Виктор Петрик пробовал провести еще один анализ, честно созналась, что их аппаратура не берет столь низкое содержание изотопов водорода в воде.

Так что можно сколько угодно говорить о том, что мошенник и бандит Петрик подкупил российские лаборатории – американские данные это опровергают. Или Виктор Иванович настолько всемогущ, что и янки подкупил да застращал? Грызловым им пригрозил?

Вот еще один документ: результаты анализа Университета Ватерлоо (Канада), его Лаборатории природных изотопов (Enviromental Isotope Lab) от 27 марта 2006 года. Там содержание изотопов показано практически то же (ничтожно малое), что и в американских пробах.

В общем, прорыв действительно совершен. В РФ действительно есть технологии, обеспечивающие очистку воды от трития и дейтерия. А это – не только победа в борьбе за экологическую чистоту, но и второе дыхание в развитии тяжеловодных реакторов, способных работать на необогащенном уране. Если учесть, что другие технологии Виктора Ивановича позволяют отлично обрабатывать жидкие РАО (испытания на Теченском каскаде, http://m-kalashnikov. livejournal.com/1385843. html), превращая их в безопасную воду и в твердые РАО, ничтожные по объему и заключенные в углерод, то это – реабилитация ядерной энергетики на тяжеловодных реакторах. Лишь за такое Виктор Петрик достоин памятника при жизни…

Приключения в стране дураков

Казалось бы, такая технология должна ударными темпами развиваться с 2009 года. Но в жизни получилось совершенно иное. РФ еще раз подтвердила свое стабильно-суверенное движение в статус Страны Дураков.

Установку «Тритон» построили и испытали. За свой счет институт В. Петрика потянуть программу, естественно, не мог. «Росатом» ассигновал на нее 350 миллионов рублей. Сначала казалось, что этого хватит и на перевозку отходов ГИПХ из Питера в Сосновый бор, и на постройку завода по их переработке по новой технологии.

И тут последовало два удара ниже пояса.

Во-первых, проектный институт-монополист за проектирование производства выставил счет в 75 миллионов рублей. Хотя нужно было только превратить в чертежи эскиз самого Петрика! В результате для изготовления промышленной установки не хватило тридцати миллионов рублей. В довершение к этому в 2011 году по обвинению в разворовывании средств «Росатома» был арестован заместитель Кириенко, Е. Евстратов, курировавший научные разработки корпорации. Все остановилось. Никто не организовал и визит специалистов МАГАТЭ, которые бы смогли засвидетельствовать эффективность технологии.

Во-вторых, с осени 2009 года началась самая разнузданная кампания СМИ против Петрика. На него полились ушаты дерьма. Вороном вился уж ныне покойный академик Кругляков, каркая о лженауке. К нему присоединился еще один борец со лженаукой, академик Е. Александров.

Видимо, у академика Круглякова уже сказывались возрастные изменения. Главный борец со лженаукой нес откровенную чушь.

«Тут Виктор Иванович явно оплошал. Дело в том, что с помощью фильтрации невозможно отделить молекулы Н2O, D2O и T2O, равно как и комбинированные (типа HDO) друг от друга: по геометрическим размерам упомянутые молекулы практически не отличаются».

Злобствуя и пытаясь любым способом уничтожить Петрика, глава Комиссии по лженауке Кругляков сам себя ставил в идиотское положение. Он не понял главного: да нет тут никакой фильтрации! Разделение-то в установке Петрика идет по методу спин-селективной адсорбции, основанной на различии поглощения по признаку орто– или параориентации спинов в молекуле воды! Причем эффект этот открыли не где-нибудь, а в Институте общей физики самой Академии наук, черт побери! Но, как видите, некоторые академики просто слепы и не могут разобраться в самом элементарном. В этом они не слишком отличаются от предвзятого обывателя, а изрекаемая сими «учеными» чушь подхватывается прессой и Интернетом. Слушайте, а нужны ли нам вообще такие академики? Кругляков даже попытался приехать в Радиевый институт и посмотреть своими глазами на то, что было сделано.

Круглякову вторил академик Евгений Александров. Решив втоптать Петрика в грязь, сей ученый муж вещал:

«Он договорился до того, что „утверждение про тритий из воды – невероятный, запредельный бред. Тритий радиоактивен (период полураспада 12,3 года), и его нет в воде. На самом деле тритий получают облучением лития нейтронами в ядерных реакторах…“

И это говорилось в присутствии… руководителей страны и атомной энергетики! Если и эта авантюра пройдет и Петрик получит миллиарды для „распила“, то для обозначения этого придумана специальная новая буква: она выглядит как П, но с хвостиком, как у буквы Ц». (Эту статью под названием «Петриковщина, или Пролет русской науки под управлением Петрика» редактировал для журнала «Гусь – Бука» член Комиссии по лженауке академик РАН Е. Б Александров).

Гражданин Александров! А вы про тяжеловодные реакторы КАНДУ и об их проблемах когда-нибудь слышали? А о жидких отходах ГИПХ? Кто дал вам право нести такой бред, да еще и с академической спесью? Вы знаете, что безапелляционность отличает… гм… не очень умных персонажей? И не надо считать дураками ни специалистов Радиевого института, ни Химико-технологического института (РХТУ) имени Менделеева, ни профи из Росатома.

Александров сморозил такую дичь, что еще живой тогда Кругляков пробовал замазать ляп коллеги, заявив:

«Тритий появляется только в тяжелой воде, используемой в некоторых типах атомных электростанций. Вернемся еще раз к проблеме очистки воды от дейтерия и трития. Во-первых, во избежание паники среди населения, отметим, что тритий на Земле практически отсутствует, поскольку он радиоактивен, и его период полураспада равен примерно двенадцати годам. Так что в обычной воде, которую мы все пьем, его просто нет».

(Статья опубликована в журнале «Наука Сибири» № 44 (2729) 12 ноября 2009 г.)

Жаль, что Кругляков умер и его нельзя лично ткнуть носом в собственную глупость. Что ты молол, сварливый? Неужели речь идет об очистке водопроводной воды? Ведь тут дело – в очистке жидких отходов и ГИПХ, и тяжеловодных реакторов. Видимо, в старческих мозгах академика просто смешались проблема оздоровления водопроводной воды с помощью УСВР и работы над «Тритоном». Он говорил, что никакой угрозы трития нет?

«В соответствии с принятыми МАГАТЭ нормами концентрации трития… в организмах рыб и в окружающей водной среде не должны различаться. Однако английские радиобиологи во главе с Б. Ламбертом (B. Lambert; Медицинская школа Св. Варфоломея в Лондоне) установили, что в крупнейшем из эстуариев Великобритании – устье реки Северн (юго-запад Англии) это соотношение резко нарушено: если радиоактивность воды менее 100 Бк/кг, то в организмах населяющих эту акваторию камбалы, палтуса, других рыб и моллюсков эта величина увеличена в сотни раз. По измерениям, выполненным в начале 1998 г., радиоактивность здешней камбалы достигает 37.8 кБк/кг. В качестве причины столь резкого несоответствия специалисты указали на возможность загрязнения тритием органических веществ, накапливающихся в придонном слое…»

(http://stch-chat.chat.ru/Prois.htm)

Когда Виктор Петрик ткнул академиков носом в очевидную нелепицу с тритием, последние изменили тактику. Они попытались доказать, что сам способ, предложенный Виктором Петриком для очистки воды от трития, – ложен.

Заключение комиссии РАН по проведению экспертизы работ Петрика В. И. 21 апреля 2010 года (http://www.lerc.ru/? p art=articles amp;art=22 amp;page=4) гласит:

«Предложение и патент на очистку тяжелой воды от трития с использованием магнитного изотопного эффекта не могут быть реализованы, т. к. основаны на неверном представлении о свойствах ядер водорода, дейтерия и трития».

Господи, и это пишут академики? Простите, но и дейтерий, и тритий – это водород. Ибо он имеет три изотопа: протий, дейтерий и тритий, причем первый – самый распространенный. Говорить о «разнице ядер водорода, дейтерия и трития» все равно, что говорить о разнице Наполеона и Бонапарта.

– Обращаюсь к академикам России, просто ученым и студентам: прошу вас, разделите мою горечь! – саркастически восклицает Виктор Петрик. – Уверен, что многие из вас, прочитав фразу «о свойствах ядер водорода, дейтерия и трития», решили, что в данном случае авторы перечисляют изотопы водорода, забыв упомянуть про протий. К сожалению это не так. Несколько ниже в заключении академики раскрывают свой замысел более подробно: «Известно, что на основе изотопного эффекта, на который ссылается автор, невозможно отделить тритий от водорода».

Это бред! Действительно, невозможно отделить водород от трития, ибо тритий это и есть водород! Водород имеет три изотопа: протий, дейтерий и тритий! И все они имеют ядра водорода. Любой учитель физики за такие ошибки выставил бы ученику единицу…

Таким образом, наука в РФ деградировала настолько, что академиков впору отправлять вновь изучать курс физики для школьных учителей. В педагогический вуз. И это не преувеличение. Дальше в заключении «Петрик-комиссии» РАН следует фраза, как я понимаю, принадлежащая самому метру Круглякову:

«С помощью магнитного изотопного эффекта можно разделить магнитные и немагнитные ядра, что успешно делается в науке и практике, но разделить ядра трития и водорода – занятие безуспешное».

(http://wap.gazeta.ru/science/2010/04/23_a_3356801.shtml).

Видимо, автор сего утверждения – тогда еще живой борец со лженаукой Эдуард Кругляков. Интересно, а работа установки «Тритон» на технологии Петрика в Радиевом институте, показавшая реальный результат – морок, привидение? А вода с беспрецедентно низким содержанием дейтерия, что показали анализы в лабораториях США, американцам просто приснилась? Или Петрик через полсвета их заколдовал-загипнотизировал? И построенный им в Питере мини-завод по производству бездейтериевой воды – тоже оптический обман зрения? А работа Вигасина, Волкова, Тихонова и Щелушкина в Институте общей физики РАН, от которой оттолкнулся Петрик и каковая проводилась «при частичной финансовой поддержке гранта Российского фонда фундаментальных исследований 02-05-64529» – тоже шарлатанство и лженаука?

В довершение ко всему Кругляков стал вопить о том, будто Петрик заводит патенты на открытия, сделанные не им, что открытия делали другие. Вот – идиотизм некоторых академиков РАН в кубе. Ибо академик (и СМИ вослед за ним вкупе с обывателем) не понимают, что открытия – это одно, а изобретения – другое. Научные открытия не патентуются (они регистрируются), а патенты получают только прикладные, технологические использования открытий. По логике Круглякова и расейской публики, тогда и Томас Альва Эдисон, получивший свыше тысячи патентов, но не сделавший ни одного научного открытия – шарлатан и мошенник. Ибо он только использовал открытия других ученых.

Все это лишний раз показывает, в какой маразм, в какое дремучее «новое варварство» скатилась РФ. РАН до сих пор не хочет понять, что ей пора заниматься не только «чистой наукой», но и создавать свои инновационно-прикладные центры. Ибо прикладная наука, работавшая в СССР, в РФ уничтожена. А такие, как Виктор Петрик, пытаются возродить прикладное направление. Причем там, где уважаемые академики возятся десятилетиями, инноватор из Всеволожска дает впечатляющие результаты за считанные годы. И ненавидят его именно за это. Так же, как поливали грязью подобных людей во все века.

В результате на корню душат реальный научно-технический прорыв.

Контуры уранового прорыва

Но новые технологии неминуемо пробьют себе путь. Я знаю это! Ибо технология решения тритиевой проблемы, созданная коллективом Виктора Петрика, обеспечит мир дешевой и самой безопасной на сегодня атомной энергией. То есть, мечтой «ревущих 60-х» – энергией тяжеловодных реакторов, способных работать на необогащенном уране. Ибо тяжеловодные реакторы освобождаются от «тритиевого заклятия».

А электрохимическая технология обработки жидких радиоактивных отходов, опробованная командой Петрика на Теченском каскаде, позволит решить проблему полной переработки облученного ядерного топлива. Ибо таковая переработка дает гигантский объем жидких радиоактивных отходов. А тут они могут быть превращены в ничтожные по объемам твердые, запакованные в углерод, остатки.

– Нарастающая потребность в энергии заставляет лучшие умы планеты искать новые и новые решения ее безопасного производства, и, разумеется, ошибаются неразумные «зеленые», полагая, что решение следует искать в регрессе – проверенными веками технологиями получения энергии из углей, торфа и навоза, – считает Виктор Иванович.

А я добавлю: уже провалились надежды «зеленых регрессоров» на ветровую и солнечную энергетику. Даже на хваленом, технологически сильном Западе ветровые и солнечные станции дают крайне дорогое электричества, отчего их эффективность искусственно поддерживается и высокими тарифами, на которые дают дотации из госбюджетов, и дотациями от производителей «экологически грязной» энергии. Недалек тот день, когда это придется признать – и массой выводить из эксплуатации те же ветряки. И снова делать ставку на ядерную энергетику: но уже новую, максимально безопасную. С замкнутым топливным циклом, за который ратовал министр атомной энергетики Евгений Адамов еще в 2000 году, с полной переработкой ядерного горючего и с минимизацией отходов от АЭС.

– Переработка облученного ядерного топлива (ОЯТ) позволяет в принципе реализовать замкнутый топливный цикл и расширенное воспроизводство ядерного топлива. Именно такой сценарий развития энергетики: замкнутый топливный цикл и расширенное воспроизводство ядерного топлива принят у нас в стране и, в целом, во всем мире.

Проблема заключается в том, что при переработке ОЯТ образуется огромное количество жидких радиоактивных отходов (ЖРО), а экономически целесообразного способа их утилизации в настоящее время не существует. Понятно, что переработка накопленных 200 тысяч тонн ОЯТ по существующим на сегодняшний день технологиям породит буквально море ЖРО и абсолютную экологическую катастрофу во всем мире. Именно поэтому, решение проблемы ЖРО – ключевой вопрос развития ядерного топливного цикла. Закачивать ЖРО под землю через глубокие скважины? Это – крайне опасно, отходы все равно могут выйти на поверхность или попасть в подземные воды. Нужны совершенно новые технологии дезактивации ЖРО.

Считаю, что именно нам удалось найти путь для решения этой проблемы, и работы на Теченском каскаде – тому доказательство! – убежден Виктор Петрик.

Он уверен и в том, что применение его катализаторов способно резко удешевить производство тяжелой воды, так необходимой для реакторов типа КАНДУ. Сейчас тяжелая вода Д2O, открытая в 1934 году, вырабатывается с огромными энергозатратами: ибо в обычной воде ее – всего 0,0145 %. Помните, как англичане во время Второй мировой затормозили гитлеровские ядерные разработки, шедшие по пути создания реактора на тяжелой воде? Они с помощью диверсии уничтожили завод по производству тяжелой воды и ее запасы в норвежском Веморке.

Но сегодня перед РФ стоит тяжелая проблема: мощности по производству тяжелой воды с распадом СССР утрачены. Да и само производство такой воды крайне дорого. Чтобы использовать тяжелую воду в ядерном реакторе, ее чистота должна быть – 99,9 %. Но чтобы повысить концентрацию тяжелой воды с ничтожных 0,0145 % до 99,9 процентов, надо потратить энергии от трех до сорока мегаватт/час на килограмм тяжелой воды. Учтем: всего для одного реактора мощностью в тысячу мегаватт необходимо сразу 450 тонн тяжелой воды.

Именно поэтому все ведущие мировые государства ведут интенсивные поиски более экономичного способа получения тяжелой воды, ищут способы снизить расход электричества при ее производстве. Самым перспективным способом нынче считается так называемый «Двухтемпературный метод химического изотопного обмена в системе „водород – вода“, который в принципе позволяет снизить энергозатраты примерно в сто раз.»

У нас, русских, хороших успехов в разработке нового метода добился ленинградский Институт ядерной физики (ныне – ПИЯФ). Там создали опытно-промышленную установку на принципе «двухтемпературного обмена». Но вот беда: подводит катализатор: платина или палладий на полимерной матрице. Он не выдерживает высокой температуры, необходимой при производстве – и теряет силу, дезактивируется. Нужен катализатор, который одинаково успешно работал бы и при низкой температуре, и в условиях жара. Его-то и ищут в мире столь напряженно. Пока его нет, стоимость производства тяжелой воды не падает.

Но Виктор Петрик считает: выход есть уже сейчас. Катализатором может служить его УСВР, модифицированный платиноидами! Он уже прекрасно показал свою работоспособность на установке по очистке воды от трития. И если провести нужные работы, если наладить сотрудничество института во Всеволожске с ПИЯФ, то вполне возможно добиться успеха и снизить затраты на получение тяжелой воды в десятки крат. А от этого до статуса мирового экспортера тяжелой воды – уже полшага. Это ли не превращение в настоящую энергетическую сверхдержаву? Вот чем бы надо заниматься РАН, а не удушением нового под видом «борьбы со лженаукой».

Уверен, читатель, что новая жизнь ядерной индустрии непременно наступит. Человечество получит новые источники мощной энергии. И этого не отменят никакие потуги академических старцев.

Источник жизни: легкая вода

Но ведь и это – еще не все горизонты возможного прорыва. А технологию получения протиевой, «легкой» воды практически без дейтерия не забыли? Виктор Петрик умеет это делать единственным в мире.

Легкая вода на Западе считается средством предотвращения роста злокачественных опухолей. Для этого достаточно воды, очищенной от дейтерия до уровня в 105 ррм (пи пи эм – частей на миллион). В самых чистых природных источниках вода содержит 140–150 ррм. А Виктор Петрик уже много лет может производить легкую, протиевую воду с содержанием дейтерия не более нескольких частей на миллион.

Исследования легкой воды в Московском научно-исследовательском онкологическом институте им. Герцена П. А., в НИИ канцерогенеза Российского онкологического научного центра им. Н. Н. Блохина РАМН совместно с Государственным научным центром РФ «Институт медико-биологических проблем» достоверно подтвердили: тормозящие эффекты легкой воды на процессы размножения опухолевых клеток и рост опухолей есть! И не зря американцы, проведя анализ Петриковой легкой воды, ошеломленно спросили: «А как вы ее делаете?» Ибо она – поистине живая вода.

Меднолобым «борцам со лженаукой» в РАН нам особенно приятно поведать, что противоопухолевые свойства легкой воды впервые обнаружил в 1993 году венгерский микробиолог Г. Шомлаи. А в ходе дальнейших экспериментов было установлено, что:

В среде с более низким, чем природное, содержанием дейтерия деление опухолевых клеток MCF-7 (аденокарцинома молочных желез) начинается с задержкой на 5-10 часов…

Почти у 60 % мышей с подавленным иммунитетом и пересаженными грудными человеческими опухолями MDA и MCF-7 прием легкой воды (30 ррm) вызвал полную регрессию опухолей! Они стали буквально рассасываться.

У подопытных мышей с пересаженными опухолями РС-3 (человеческая опухоль простаты) прием легкой воды (90 ррm) позволил увеличить уровень выживаемости на 40 %, при этом соотношение числа делящихся клеток к погибшим в опухолях животных опытной группы составляло 1,5:3, а контрольной группе – 3,6:1.

По результатам клинических испытаний легкой воды на людях, начатых в 1994–1995 гг. в Венгрии, выживаемость больных раком, потреблявших легкую воду в сочетании с традиционными методами лечения, оказалась троекратно выше, чем у больных, использовавших только традиционные методы лечения. И ныне эти испытания продолжаются с участием 1300 больных различными видами рака.

Еще в 1999 году появились первые исследования на лабораторных животных, которые продемонстрировали: легкая вода повышает и иммунитет организма, и его способность сопротивляться радиации. Уже установлено, что легкая вода оказывает прямой радиозащитный эффект на облученных животных, повышая уровень выживаемости в 2,5 раза. При этом у животных, пивших легкую воду, не было обнаружено снижения уровня лейкоцитов в крови и снижения иммунитета. Аналогичные результаты позднее получила группа И. Н. Варнавского в экспериментах на дрозофиле. Использование легкой воды позволило в два раза увеличить время жизни дрозофил после облучения их личинок, по сравнению с контролем, где использовали обычную воду. Варнавский, кстати, трудился в тесном контакте с учеными Института медико-биологических проблем, руководимых профессором Ю. Н. Синяком. Позднее в НИИ канцерогенеза Российского онкологического научного центра им. Н. Н. Блохина в экспериментах на мышах, проведенных совместно с Государственным научным центром РФ «Институт медико-биологических проблем», были подтверждены тормозящие эффекты легкой воды на рост перевиваемых опухолей и начало опухолевого процесса… (http://www.dd-water.ru/smi/legkaya_voda.shtml).

Животным перевили опухоли и одновременно начали поить водой с пониженным содержанием дейтерия (примерно на 65 %). Оказалось, что питье такой воды достоверно тормозит рост опухолей, но при этом значимо не увеличивает продолжительность жизни экспериментальных животных. Тогда исследователи изменили режим питья и начали давать мышам легкую воду за месяц до перевивки.

И что же? В мышином организме вода полностью обновляется за три недели, поэтому пересадка опухоли проходила уже на «бездейтериевом» фоне. Эксперименты проводили с двумя легко перевиваемыми опухолями: быстрорастущей карциномой легких Льюис и медленно растущим раком шейки матки PLUM-5. Оказалось, что на бездейтериевом фоне позже, чем у контрольной группы, появляются первые узелки перевиваемой опухоли. Задержка составила более четырех суток. Кроме того, на бездейтериевом фоне меньше развиваются метастазы. Вода с пониженным содержанием дейтерия не смогла спасти жизнь мышей, но достоверно и существенно продлила им жизнь – на 25 %.

Пока что все эксперименты проводились на воде с снижением дейтерия только до 60 ррm. А если применить в них воду Петрика, очищенную и от дейтерия, и от трития? Виктор Иванович очень хотел провести такие исследования в питерской Военно-медицинской академии. Но, увы, сил не хватает. Особенно после того, как его буквально залили потоками грязи со страниц СМИ.

Но продолжим разговор о легкой воде. Знаете, есть такие лекарства, усиливающие иммунитет организма, его сопротивляемость – иммуномодуляторы? Так вот, иммуномодулирующие свойства легкой воды обнаружены в экспериментах с искусственно вызванными воспалениями и экспериментальными инфекциями у лабораторных животных с ослабленным иммунитетом. Недаром в 2002 году в США Федеральная продовольственная комиссия (FDA) зарегистрировала и разрешила продажу воды с пониженным до 100 ррm содержанием дейтерия в качестве пищевой добавки, обладающей противоопухолевыми свойствами.

В то время, как в РФ тупицы с чинами и научными регалиями объявляют величайшие достижения русских исследователей «лженаукой», на Западе уже налажено производство защитных и профилактических средств по борьбе со злокачественными образованиями на коже человека под маркой «YUVAN». Да-да, на основе легкой воды. При этом обнаружилось, что локальное снижение уровня дейтерия в организме может содействовать снижению вероятности нарушения синтеза протеина и препятствовать размножению пораженных клеток. А, скажем, уменьшение локальной концентрации дейтерия в наружном слое эпидермиса помогает восстанавливать клетки кожи и оптимизировать обмен веществ в них.

На Западе успели сделать целую гамму средств защиты кожи от вредного воздействия солнца. И опять же – на базе легкой воды. Ведь такие средства обеспечивают уникальную биологическую защиту от ультрафиолетового излучения. Их применение мешает началу вредных процессов в коже, которые могут привести к заболеванию раком.

Более того, уже появилась специальная питьевая вода с пониженным содержанием дейтерия – как профилактическое средство от отнкологических недугов. Она выпускается в Венгрии под маркой «Prevents® 105» с остаточным содержанием дейтерия в воде в 105 ррm.

А Виктор Иванович может делать воду всего с несколькими «пи пи эм».

Таким образом, Петрик уже сейчас может производить легкую, протиевую воду тоннами, как минимум дав стране первостатейное средство профилактики раковых заболеваний. А заодно – и выгоднейшую статью экспорта. И хочется спросить академических ослов: а вы эту возможность видите? А вы пробовали взять у Петрика его воду на анализ, когда стряпали свое заключение по его работам? Вы понимаете, что вы пытаетесь убить, уничтожить буквально в колыбели? Вы можете объяснить, как ему на деле удалось получить водицу с таким ничтожным содержанием дейтерия? А вы сами умеете это делать? Вы, которые кричите о том, что нет никакой проблемы трития в окружающей среде?

Бесполезно искать что-либо на эту тему в интервью хоть Круглякова, хоть Александрова, хоть прочих «носителей истины» из Академии наук. Ну, да и черт с ними. Как говорится, пусть мертвые погребают своих мертвых, а нам – еще жить и строить великое будущее.

Легкая вода в изобилии – вот еще одно направление прорыва.

В идеале нам всем нужно пить легкую воду – ибо тяжелая вода даже в небольших примесях вредна для человека.

Первые исследования медико – биологической активности так называемой легкой воды начались еще в 60-х годах прошлого века. В западной литературе для обозначения такой воды используется особое сокращение – DDW. На Западе давно знают, что существует сильнейшее стимулирующее воздействие легкой воды на развитие растений и животных. С уменьшением концентрации дейтерия в воде наблюдалось формирование растений с большими показателями массы, числа побегов, стручков и семян в них.

Вам довольно сих примеров? Или нужны еще наглядные свидетельства?

Шарлатан. Уголовник. Мошенник. Кажется, нет ни одного оскорбительного слова, коим не заклеймили бы Виктора Ивановича.

Но меня лично больше не обманешь. И слова «маститых академиков» пропускаю мимо ушей: мне очевидна деградация науки в гниющем обществе РФ. Уж кого и называть болванами – так тех, кто все это организовал, в который раз разыграв в постсоветской России до тошноты знакомый сюжет: «Нет пророка в своем Отечестве». Уж сколько раз сначала топили своих гениев в грязи и убивали их – а потом, годы спустя, принимались рыдать и каяться. Так было с великим основателем гелиобиологии Чижевским, с основоположником космонавтики Циолковским, с великим химиком Качугиным.

Черт, ничему не научились мои современнички! Делают то же самое. И свободная пресса – туда же. В этом вижу признак сошествия на мир тьмы нового варварства, новых Темных веков. О чем не устаю предупреждать сограждан – вместе с Сергеем Переслегиным. Потому и сражаюсь плечом к плечу с Виктором Петриком. Потому что не в нем уже дело, а во всеобщей эпидемии заразного идиотизма, поражающего и нас, и весь мир.

Мне говорят, что в России не осталось проектов, в которые можно инвестировать деньги? Чушь собачья. Как сказал один из участников конференции «Вернуть лидерство. Как провести индустриализацию после двадцати лет монетаризма?» (ее проводил журнал «Эксперт» в конце 2012 г.), не в недостатке проектов в РФ беда. Беда – в недостатке мозгов и смелости хоть у большого бизнеса, хоть у государственных чиновников. Они непросто не видят возможных прорывов – они трусят их заметить, они не верят в их реальность. А оттого и вгоняют страну во все большую и большую отсталость, в дремучую провинциальность. Коли нет смелости – невозможно и создать совершенно новые рынки, стать на них королями и пожать миллиардные прибыли. Вот и топчется постсоветская бело-сине-красная Расея возле сырьевой трубы, боясь отступить хотя б на шаг от нее. Не-а, сами ничего не можем и никогда не сможем – нужно только Запад копировать. Но если мы сами будем считать себя чмом болотным и собственных творцов травить и уничтожать – то просто сгнием и разложимся. И ничего тогда русских не спасет.

Разруха, как говорил профессор Преображенский, пребывает все-таки в головах. Не в деньгах дело и не в технике – их даже у РФ сейчас много, в умах и сердцах коренится отсталость наша. В собственной постсоветской глупости. Что касается и вождей расейских, и их подданных тоже.

Убиваете вы творцов, твари, а плодите – бесплодный и обезьянье-подражательный «креативный класс», повторяющий вчерашний день Запада. Но разве даже миллион гламурных стрекоз с айпадами заменят всего одного-единственного изобретателя и творца эпохальных прорывов?

Я не проводил анализов той воды, что получал Мастер. Но, будь Максим Калашников во главе страны – то такой анализ был бы проведен официально. И если бы он подтвердил то, что сказано здесь, Академию наук я бы опозорил на весь свет. Нет, не разгоняя ее при этом. Пусть получит шанс на исправление. Но и тяжеловодные реакторы, и заводы по производству протиевой воды уже строились бы. И на берегу Теченского каскада поднимались бы дезактивационные фабрики!

Объективная проверка того, о чем здесь рассказано, стоит очень недорого…

Смелым и умным посвящаю я эту книгу. И поведу вас дальше, читатель…

Глава 2

Дело «лженаучных люминофоров»

В июне 2013 года страну потрясло сообщение МВД. Оно вскрыло банду настоящих убийц, подделывавших дорогие лекарства. Очень дорогие. От онкологических недугов, например. И те препараты, что необходимы для больных СПИДом.

Преступники сбывали фальшивки через солидные аптечные сети Москвы, Подмосковья, Воронежской и Ростовской областей, через аптечные сети Кабардино-Балкарии. Поддельные препараты поставлялись даже в детский онкологический центр в Нальчике. Доход преступного сообщества составил, по меньшей мере, полмиллиарда рублей, а ущерб, нанесенный фармацевтическим компаниям его действиями, превысил 600 миллионов рублей. Но не в этом главное: МВД не может установить, сколько несчастных умерло, принимая подделки. И нет ведь никакой гарантии того, что подобное не повторится. На рынке РФ обращается гигантская доля фальшивых медикаментов, их фабрикация по доходности – что твой наркобизнес.

В МВД только руками разводят: качество, мол, лекарственных препаратов проверяется только в розничном сегменте. Росздравнадзор иногда изъятие различных образцов – либо самостоятельно какой-то процент продукции выбирает и проверяет качество в лабораториях, либо по просьбе пациента заходит в аптеку и делает контрольную закупку. При этом в госсегменте органа, контролирующего качество, сейчас вообще нет!

Да если бы и был – то что с того? Контроль за подлинностью лекарств лежит только на чиновнике. Сами больные и производители настоящих лекарств из дела выключены. А расейского чинушу можно запросто подкупить, и он пропустит фальшивку как настоящие препараты. Благо сбыт подделок приносит огромные барыши.

Кто виноват в этой трагедии? С полной ответственностью заявляю: не только воровское государство. В том числе в смерти множества людей повинен и уже покойный глава Комиссии по лженауке, академик Э. Кругляков. Жаль, что он умер осенью 2012-го – я бы ткнул его лицом в его же преступление. Ибо еще несколько лет назад была готова отличная технология полной защиты лекарственных средств с помощью так называемых антистоксовых составов, светящихся в инфракрасных лучах. Технология, успешно применяющаяся в защите крупных купюр в РФ и в документах таможни. Полностью отработанная в производстве. Позволяющая каждому покупателю проконтролировать подлинность лекарства и делающая невыгодой их подделку. Ибо изготовление антистоксовых меток настолько дорого, что полностью лишает смысла бизнес на фальшивках. При этом чиновник не нужен: метки может ставить подлинный изготовитель препаратов, а контролировать «настоящесть» – каждый потребитель.

Осатаневший от своих инквизиторских занятий, академик РАН Кругляков объявил все это… лженаукой. Успешно работающую технологию!

А теперь поведаем всю историю целиком…

Вспышки…

Контакт вошел в паб, как и было условлено, ровно в семь вечера. Неприметный молодой человек в твидовом – а-ля студент Оксфорда – пиджаке, в академических очках в роговой оправе. Вошедший улыбнулся фигуристой официантке, коснувшись подбородка свежим журналом «Сайентифик Америка», что-то сказал, блеснув линзами очков. Отхлебнув пива из запотевшей кружки, резидент Максимов из-за своего столика наблюдал за связным. Вернее, Максимовым он был на Родине, а здесь он – всего лишь Джереми Ф. Коллинз, скромный клерк в сервисной компании. Что ж, все пока верно. Контакт держит в руках условленный номер того самого журнала и вроде бы соответствует описанию. Сейчас он должен взять свою пинту нефильтрованного пива и подойти к столику.

– Не помешаю? – с обаятельной улыбкой связной приблизился к столику Максимова. – Вы не курите? Зажигалки не найдется? А то свою забыл…

Связник, поставив кружку на стол, полез в карман и вытащил сигару.

Все правильно. Именно такими и должны быть первые слова и действия – пароль. Максимов, прищурившись, ответил нужным отзывом:

– Ах, молодой человек, бросали бы вы вредную привычку!

«Пока все верно, – подумал резидент, протягивая навстречу склонившемуся к столику связнику зажигалку, – осталась последняя проверка…»

Зажигалка была непростой. В нее был встроен маленький инфракрасный фонарик – кусочек арсенида галлия, излучавший невидимый обычному глазу свет.

Максимов щелкнул кнопкой «пьезозажигалки», направив ее раструб на рукав связника чуть выше запястья. На ткани засветилось зеленоватое световое пятнышко. Холодный ком скатился в желудок Максимова. Волосы на руках встали дыбом от прилива адреналина. Казалось, жилы забились льдом.

«Черт», – пронеслось в голове резидента. Тайная метка, о которой знал только он и о которой инструктировали в прошлый раз, была на одежде пришедшего. Значит, провал был – и теперь на встречу пришел подставной.

А вслух резидент произнес:

– Пардон! Газ, кажется, кончается…

Щелкнул кнопкой вторично, добыл огонек. Пришедший умело прикурил, с чувством пыхнул сигарой:

– Спасибо!

– Присаживайтесь, молодой человек, – улыбнулся в ответ резидент. А про себя подумал: «Удобная штука эта новая „опознавалка“. Это тебе не радиоактивная метка. В паб счетчик Гейгера нести неудобно…»

В этот момент он незаметно уронил в кружку пришедшего кристаллик ботулитоксина…

* * *

В тот же самый момент в Кавминводах, намного восточнее, на посадку в местном аэропорту заходил рейсовый Ту-334М. В отличие от Британии, здесь уже стемнело. Командир экипажа, пилот первого класса Сахонько, уже вывел лайнер на глиссаду.

– Е. т. м.! – выругался он, когда за панорамой ветрового стекла огни аэропорта, мигнув, погасли. Во тьму погрузился и весь Пятигорск.

– Внимание всем бортам! – раздалось в наушниках. – Говорит диспетчерская северокавказского воздушного узла. У нас произошел крупный теракт. Аэропорт Кавминвод обесточен…

Резко выдохнув, чтобы не выругаться снова, Сахонько приказал второму пилоту включить инфракрасный прожектор в носу лайнера. Связавшись с вышкой аэропорта, получил разрешение на посадку по экстренному варианту.

«Тристатридцатьчетверка» снизилась над полосой. Отвечая на инфракрасный свет, обработанные люминофором фонари бетонной дорожки вдруг вспыхнули ярко-зеленым.

«Порядок!» – отлегло от сердца у командира. Он виртуозно посадил машину. В салоне зааплодировали: шасси коснулись бетонки по-советски мягко. Взвыл реверс, замедляя бег воздушного корабля. Пассажиры, пожалуй, даже ничего и не заметили…

* * *

– Это что? – возопила почтенная питерская пенсионерка Клавдия Михайловна, потрясая пузырьком анаприлина. – Это солидная аптека, называется? Да вы мне подделку впариваете!

– Успокойтесь, женщина, – устало промолвила менеджер торгового зала. – В чем дело?

– А вот в чем, милочка! – пенсионерка поднесла маленький, похожий на авторучку инфракрасный фонарик к логотипу фирмы на упаковке лекарства. Она водила устройством во все стороны. Логотип не светился.

– Может, у вас фонарик сломался? – со слабой надеждой в голосе протянула менеджер, но Клавдия Михайловна не оставила ей никакой надежды. Схватив первую попавшуюся коробочку со стеллажа, торжествующая старушка направила на нее свой ИК-излучатель, и название «Арбидол» заиграло изумрудным свечением.

Да, пенсионерке действительно чуть не продали фальсификат, сделанный из мела где-то в районе Анатолийского нагорья…

* * *

– Поехали! – скомандовал в микрофон командир отряда спецназа Чрезвычайной антикоррупционной комиссии.

Хозяин дома на Рублевке едва не обмочил штаны, когда два вертолета, зависнув над крышей, сыпанули вниз десантниками в кевларовых латах. Да он, в сущности, мало что смог сообразить, когда одновременно настежь распахнулась от взрыва входная дверь и когда в окно его кабинета, высадив стекло ударом ботинка, ворвался «космонавт», спустившийся сверху по канату.

– Ни с места! Руки на стол! – рявкнул он, и ствол его автомата, направленный в лицо чиновника Минздрава Ревякина, показался тому туннелем в бесконечность. Мысли шалой круговертью понеслись в голове. Все, конец. Ревякин почувствовал, как на глаза наворачиваются предательские слезы. Из-за двери кабинета доносились возня и глухие удары: незваные гости кого-то утихомиривали. Ревякин, чувствуя наступающее оцепенение, положил трясущиеся руки на сукно антикварного стола.

Дверь кабинета распахнулась. Громила в сферическом шлеме уважительно пропустил вперед седоватого, с военной выправкой человека в скромном френче.

– Ну здравствуй, гражданин Ревякин… – произнес тот с улыбкой, не сулящей ничего доброго.

– По какому праву… – пискнул чиновник, устыдившись даже звука своего голоса. – Я требую адвоката…

– Да будет тебе адвокат, – отмахнулся от него вошедший. – Подними-ка ты ручки. Ладонями вперед! Вот так, умница…

«Ничего не докажут!» – мелькнула в голове Ревякина радостная мысль. – Меченые деньги не сработают. Я же налом не брал, даже через посредника. Все переводилось на заграничный счет аккуратно, из-за границы же…

Но радость тут же сменилась холодной волной страха, едва только следователь направил на ладони чиновника инфракрасный фонарь. Вспотевшие от страха, они тотчас засветились ярким желто-зеленым светом. Это видели и оператор с видеокамерой, и только что вошедшие понятые.

– Ты ж нас за дураков, Ревякин, не держи, – презрительно заметил гость. – Ты думал, что подписываешь бумагу, принесенную тебе клиентом? А вот хрен тебе. Это была наша операция, мы тебя спровоцировали. К тебе наш человек приходил. А бумажка-то была меченая, в порошочке, Ревякин. Поди, с радости-то ручки потирал? И сам себя пометил. Мы тебя с поличным взяли – не отвертишься. Как там в любимом фильме нашего детства говорили, в «Приключениях Электроника»? Научно-технический прогресс против гангстеризма. Вот-вот, гражданин Ревякин…

Ревякин почувствовал, как у него мучительно пересохло в горле. На руках сомкнулись браслеты наручников.

– Ты, Ревякин, не усугубляй свое положение, – почти участливо произнес Седой. – Тяни на пролетарское снисхождение, что ли, рассказывай все, мой тебе совет. Знаешь, что именно ты разрешил ввоз в Россию партии поддельных лекарств из Турции? Эх, Ревякин, Ревякин, а ведь в тех таблеточках была сибирская язва. Терроризм-то не дремлет, изобретает да изощряется. Теракт мы предотвратили, Ревякин. Благодаря тебе могли погибнуть тысячи людей. Понимаешь, чем это для тебя лично пахнет, друг сердешный?

– Воды дайте, – просипел Ревякин… – Все расскажу, товарищ следователь. Не один я был.

– Умница! – седой склонился над столом, вперил свой взгляд в побелевшие отужаса глаза чиновника. – Глядишь, и вышки так не получишь. Воды ему дайте, что ли. Наручники с него снимите. Сейчас письменной работой займешься – облегчишь свою участь…

* * *

Ни Ревякин, ни следователь еще не знали, что в тот же самый момент над лесистой горной седловиной в Кабардино-Балкарии, почти бесшумно ввинчиваясь в воздух пропеллерами, заключенными в кольца Бартини, шли два распластанных, похожих на морских скатов-мант, русских беспилотника. В сгустившемся мраке их не видел и не слышал никто.

В двух сотнях километров от них, в аккуратном особняке Русского корпуса спецопераций имени полковника Квачкова, в вертящихся креслах черной кожи, восседали операторы беспилотных разведчиков. Неприлично молодые ребята: Сергей и Мстислав, для своих – просто Славка. Сергей прихлебывал кофе и глядел в монитор.

– Где-то в этой полосе, Серега, точно тебе говорю! – заявил его товарищ, трогая ручки настройки.

Их беспилотные разведчики серии «G» шли уступом на высоте в сто метров, освещая местность под собою инфракрасными прожекторами. Обработанные специальными составами на основе камня-змеевика, движки беспилотников работали практически бесшумно. Все-таки это была хорошая идея: давать агентам из боевиков, зарабатывающих себе амнистию и прощение, не спутниковые навигаторы, а пузырьки с антистоксовым порошком. В банде эмира Мухаммеда мобильники и прочие современные устройства в рейдах отбирали: главарь обладал маниакальной подозрительностью. А потому, наверное, и до сих пор был жив. Очень трудно внедрялся в банду русский агент, бывший боевик Аман. Спецслужбы Великой России вовсю использовали опыт НКВД СССР, когда-то успешно подавившего бандеровское подполье на Западной Украине. Тогда наши так же внедряли в отряды националистов их же бывших собратьев, желавших заслужить прощение советской власти. Они так же сдавали схроны и лежки банд УНА.

Теперь же к старым наработкам добавились новейшие технологии. Сергей и Мстислав нынче вглядывались в экраны, что давали изображение с чувствительных, стабилизированных камер высокого разрешения. Чтобы не заснуть, они то и дело прихлебывали кофе, изредка перебрасываясь короткими репликами.

Что это? Сначала Слава, а потом и его напарник заметили зеленоватую светящуюся кляксу между деревьями почти прямо по курсу. Это засветился порошок, рассыпанный агентом. Явно – около бункера-базы бандитов. Он светил ярким светом, несмотря на недавно прошедший дождь.

Быстро переглянувшись, операторы включили «электронные носы» своих «летающих скатов». Чувствительные приборы, как учил их сам Владимир Васильевич Квачков, должны засечь запах свежих человеческих фекалий. Взяв управление из рук программ, они повели свои беспилотные разведчики прямо к светящемуся пятну.

– У меня – чисто! – раздался голос старшего миссии, Сергея.

– Аналогично! – отозвался Мстислав.

«Носы» не чувствовали «свежачка». А значит, схрон, скорее всего, пуст. Но здесь можно ставить засаду. Беспилотники, выключив подсветку, заложили круг-«блинчик» над обнаруженным местом. Спутниковые навигаторы засекли точное местоположение логова боевиков.

Ткнув в кнопку на пульте, Сергей доложил:

– Товарищ майор! Есть контакт. Схрон обнаружен. Свежего дерьма нет, видимо, он сейчас пустует…

– Отлично! – раздалось в ответ, – сейчас буду. Щупайте пока.

Майор Старченко вошел стремительно, на ходу разглаживая складки на форменной куртке. Похвалив ребят за службу, прикинул расположение «засечки» на карте-планшете. Орден-не орден, а поощрят, как пить дать. Добыча намечается знатная: можно планировать засаду. Сейчас он снимет трубку и даст распоряжение на вылет группы, заодно дав знать начальству.

Мухаммед, волчара, хорошо натасканный спецслужбами в Катаре, давно ускользал от погонь. Именно через его джамаат, по оперативным материалам, подставная фирма, используя чиновника Минздрава Ревякина, чуть не вбросила в аптечную сеть страны партию поддельных лекарств, зараженных страшной заразной болезнью. Ну, держись, волчара! Теперь у схрона будут ждать не только спецназовцы – но и сеть сейсмических микродатчиков, и беспилотные разведчики. Теперь банду можно будет взять…

* * *

Прервем полет нашей фантазии. Все это, читатель, совсем не что-то там несбыточное и несуществующее. Все это можно делать уже сегодня. Ибо чудесные порошки – антистоксовы составы – уже существуют. Их нужно только применить.

Впрочем, давайте-ка начнем разбираться в теме по порядку. И теперь из мира фантазий перенесемся в сугубую реальность.

– Это – инфракрасная подсветка от оптического прицела, – пояснил собеседник, вручая мне металлическую трубку, – включите его. А теперь попробуйте навести на покрытие стола. Вы видите пятно света?

– Нет, не вижу. И не должен. Ведь наш глаз не воспринимает инфракрасные лучи, – улыбаюсь в ответ.

– Хорошо! – ответил мой визави. – А теперь направьте прицел сюда, на пакетик с белым порошком.

На белом, похожем то ли на сахарную пудру, то ли на кокаин порошке в целлофановом мешочке четко вырисовалось зеленое световое пятнышко…

Так началось мое журналистское расследование, каковое назову просто: делом «лженаучных люминофоров».

Антистокс в действии: тайные печати на наших деньгах

– Это – порошок, который фосфоресцирует в инфракрасных лучах. Он не смывается и сохраняется даже при сжигании материала, на который был нанесен, – поясняет мне Мастер. – По правилу Стокса, это невозможно. Вернее, это еще сравнительно недавно считалось невозможным…

Он мажет мне ничтожной толикой порошка рукав пиджака. Потом просит оттереть пятнышко, похожее на меловое, щеткой. Стирается, кажется, все. Но инфракрасный луч именно на этом месте моего рукава вновь зажигает зеленую люминесценцию. Но стоит передвинуть луч – и зайчик исчезает.

Мастер наносит порошок на ватный диск. Потом сжигает его. Но и почерневшие остатки ваты светятся зеленым, когда на них направляешь инфракрасный фонарик с длиной волны 940 нанометров. Изобретатель при мне действует на порошок и спиртом, и кислотой. Черт, он все равно люминесцирует!

Оказывается, Мастер есть буквально в каждой большой купюре: этим порошком обрабатывают углы крупных дензнаков РФ. Сам вытащил тысячную ассигнацию и посветил инфракрасным излучателем для ночного прицела на левый и правый угол купюры (на стороне, где изображен памятник Ярославу Мудрому). Точно, фосфоресцирует.

Черт, этим самым можно метить деньги, провоцируя чиновников на взятки! Нужно только натереть порошком купюры. И пусть даже чинуша получит деньги через посредника: его руки потом будут светиться под инфракрасным фонарем.

Это – антистоксовы соединения, читатель. С весьма сложной историей, которую я и хочу поведать.

Сделайте нам неуничтожимую метку.

Все началось с совещания в бывшем НИИ КГБ СССР, а ныне – Институте криминалистики ФСБ РФ. Правда, на момент начала истории ФСБ еще называлась ФСК – Федеральной службой контрразведки. Тогда спецы госбезопасности спросили: а можно ли сделать такую метку, что ничем не выводится и позволяет скрытно опознавать своих людей или предметы издали? Так, чтобы, приехав в Лондон, на Трафальгарскую площадь, скажем, могли бы обнаружить своего человека не по журналу «Тайм» (или «Огонек») в руке, а по некоей невидимой метке. Или другой вариант: нужно кого-то незаметно пометить. Ну, прошел агент мимо, невзначай коснулся рукава «подопечного»– и эта метка, незримая для окружающих, не будет ни очищаться щеткой, ни смываться дождем, ни сгорать в пламени, ни растворяться в кислотах или щелочах. Зато ты знаешь, кого искать. А если надо – то и кого устранить. Направь ИК-фонарь на толпу – и засветится метка именно на нужном субъекте.

Мастер по дурной своей привычке заявил «гэбистам»: можно! И потом, когда отступать было некуда, начал решать «нерешаемую» задачу.

В итоге родилось АСВР – антистоксово соединение высокой разрешающей способности. То есть, тончайший порошок, способный светиться, когда на него падают невидимые человеческому взору инфракрасные лучи.

«Эка невидаль! – скажет нам скептик. – Да ведь светящиеся в специальных лучах, люминесцентные метки давно применяются в защите тех же денег от подделки!»

Конечно, применяются. Но не такие.

Дело в том, что, по правилу Стокса, излучение, которое падает на метку и вызывает свечение, должно иметь большую частоту (и меньшую длину волны), чем тот свет, которым отвечает метка. Квант, как известно, это постоянная Планка, умноженная на частоту (аш-ню). Так вот, в случае с подсвечиваемыми маркерами квант на входе должен иметь большую энергию (частоту), чем квант на выходе. Проще говоря, «ответный» свет метки-люминофора сдвигается вправо по шкале спектра. Тем самым соблюдаются основные законы физики. Проще говоря, если вы хотите, чтобы метка испускала ультрафиолет, на нее нужно воздействовать коротковолновым электромагнитным излучением (или, другими словами, радиоволнами высокой частоты). Часть энергии неизбежно теряется на возбуждение атомов метки, на нагревание воздуха и т. д. Так что если светить на метку инфракрасным излучением, которое человек уже не видит (он – не змея), то метка – по Стоксу – должна излучать уже только тепло, сдвинувшись по спектру еще дальше вправо.

А метки Мастера, которые подсвечиваются инфракрасным фонариком от ночного прицела, светят то зеленым, то синим, то красным. То есть, люминесцируют, сдвинувшись по шкале спектра влево! Их свет имеет большую частоту и меньшую длину волны, чем у подсветки. Это и есть антистоксовы составы, из которых и делают волшебные маркеры. Их суть – в том, что атомы состава, из которого сделана метка, от подсветки приходят в возбужденное состоянии и сами начинают излучать свет. При этом энергия ответных квантов выше, чем у источника подсветки. Образно говоря, благодаря этому вы направляете в зеркало ручной фонарик, а оттуда вам в ответ вылетает луч прожектора. Изобретатель, дабы достичь сего эффекта, применил сложный состав редких металлов, в основе которого – иттрий, в кристаллическую решетку коего «вмонтированы» атомы иттербия. И все его АС-составы рассчитаны на инфракрасный излучатель с длиной волны в 940 нм. То есть, на самые дешевые и доступные ИК-фонарики, похожие на авторучки.

Анатомия изобретения

В данном случае Мастер не сделал открытия. Теоретически существование антистоксовых составов предсказал Лев Ландау. Еще в 1959 году французский физик Н. Бломберген открыл это явление на сульфидах цинка и кадмия. Он предложил использовать антистоксову люминесценцию редкоземельных ионов для преобразования инфракрасного излучения в видимое. Но Бломберген не добился видимого ответного свечения: ему в опытах приходилось считать кванты. В 1964-м советский физик, член-корреспондент АН СССР Петр Феофилов (1915–1980 гг.) доказал: если ввести в состав метки иттербий, то выход энергии повышается во много раз.

– Феофилов впервые ввел вещество-сенсибилизатор, – и я им пользуюсь до сегодняшнего дня, – поясняет Мастер. – Феофилов не был открывателем антистоксова эффекта, его заслуга – находка именно сенсибилизатора…

С тех пор этот физический эффект стал применяться в различных областях техники. Например, для конструирования приборов ночного видения. В 1980-х годах в США возникла идея использовать антистоксовые люминофоры (зеленого цвета) для создания одного из видов защиты национальной валюты от подделок. Однако эта идея не была осуществлена из-за непрактичности полученных люминофоров. Из-за низкой интенсивности свечения такая метка может быть обнаружена только в темноте и под мощным инфракрасным излучением, что требует применения специального и достаточно мощного оборудования для идентификации. Сама аппаратура для распознавания антистоксовой метки занимает хорошую комнату, опознание ведется в темноте. Да и то двумя сенсорами сразу: ибо велик процент ошибок. Имевшиеся до разработок Мастера антистоксовые соединения сделаны на основе хлоридов редкоземельных металлов. У них – слабый квантовый выход, они разрушаются от влаги воздуха.

А наш изобретатель в своем частном институте создал принципиально новые антистоксовы соединения высокой разрешающей способности (АСВР) зеленого, синего и красного, а также неизвестных ранее – белого и «вспышечного» свечения. Последнее находится в метастабильном состоянии и дает излучение оранжевого цвета при переходе в основное состояние. При этом порошки для меток не уничтожаются ни огнем, ни смыванием, ни кислотами или щелочами. Ватка, покрытая АСВР, была сожжена при мне. Но и на ее пепле инфракрасный прицел высвечивал зеленое пятно. Более того, эти метки не разрушаются влагой, их не надо запаивать в герметическую емкость или прятать под воздухо– и влагонепроницаемую пленку. Наконец, для активации меток не нужна дорогая и громоздкая аппаратура: они видны в дневном свете и отвечают на излучение самых простых ИК-фонариков с длиной волны в 940 нм, которые продаются буквально везде и доступны любому.

Что это было? Нет, не открытие. Научных открытий за всю историю науки современного типа сделано всего чуть более тысячи четырехсот. Открытие есть явление или закономерность в природе. Но на основании открытий делаются изобретения – прикладные применения научных открытий. И если открытия – общее достояние, если авторы открытий дают им свои имена, то изобретения защищаются авторским правом, патентами. К сожалению, в нынешней РФ даже академики РАН путают открытия с изобретениями, а уж публика – и подавно. Наш Мастер сделал изобретение на основе открытия Бломбергена.

Иттербий, вселенный в кристаллическую решетку иттрия (активатора), выступает в роли сенсибилизатора. Здесь наблюдается эффект умножения квантов, о чем говорил открыватель явления, Бломберген. Низкоэнергетический квант захватывается или поглощается ионом редкоземельного металла – иттрия (активатора). Сей ион оказывается в метастабильном состоянии. Таким образом, он оказывается в таком возбужденном состоянии, в коем поглощает еще один квант. Далее ион возвращается в прежнее состояние – но испускает уже «суммированный» квант с большей мощностью. Это – объяснение Бломбергена. Другой физик, Ф. Озель, считает, что кванты захватывает и потом отдает ион иттербия-сенсибилизатора, заодно резонансно возбуждая и вещество активатора. Похожее объяснение давал и Феофилов. Наш же изобретатель считает, что механизм тут более сложный и возбуждение идет на нескольких уровнях.

Мастер показывает другой свой порошок, который «устает». Вот на него светят инфракрасным излучателем, и он сначала отвечает оранжевым отблеском. Однако потом ответное свечение исчезает: порошок «выдохся», исчерпался. Но вот он немного полежал («отдохнул») и снова стал реагировать. А вот другой порошок, совсем не антистоксов. Светим на него инфракрасным узконаправленным фонариком – он не отвечает. Но вот мы посветили на состав ультрафиолетом – и порошок на время стал антистоксовым. То есть, теперь инфракрасная лампа заставляет его люминесцировать зеленым. А вот этого в мире не может делать никто.

Одна из «фишек» – в том, что хорошо известный Феофилову и его ученикам иттербий Мастер вселил в иттрий. А добавляя другие редкоземельные металлы, он опытным путем стал добиваться разных цветов люминесценции. Зная свойства колбочек человеческого глаза, изобретатель смог подобрать такие составы, что делают ответное свечение наиболее воспринимаемым для человека-наблюдателя.

Спектр, в которых люминесцируют порошки Мастера, очень индивидуален. Каждая партия порошка-маркера имеет свой «спектральный паспорт». Всегда и везде можно установить: вот этот порошок – из лаборатории нашего изобретателя, и сделан он тогда-то и тогда-то для совершенно определенного заказчика. И это, кстати – защита заказчика от самого изобретателя. Чтобы он не мог подделывать документы и купюры, защищенные своими метками.

Все эти работы Мастера высоко оценили академические институты.

Физический институт имени Лебедева Российской Академии наук 22 июня 1999 г. сделал вывод: «Результаты анализа свидетельствуют о создании антистоксовых соединений с непревзойденными излучательными и др. характеристиками, что является крупнейшим научным и технологическим достижением…»

А вот отзыв Института спектроскопии РАН от 4 августа 1999 г.: «Полученные результаты измерений указывают на то, что образец № 1 производства России имеет гораздо более сильную люминесцентную способность по сравнению с образцами № 2 и № 3 производства США, а содержащиеся в нем соединения редкоземельных металлов (СРМ) могут быть использованы для нанесения визуальных защитных меток в концентрациях, примерно в 30–50 раз меньших концентраций СРМ производства США…»

Поэтому именно защита денег и важных документов и стало первейшим применением АСВР.

Универсальная защита: первые успехи

В 1998-м изобретатель пришел на НИИ Гознака (а там, напомним, печатаются деньги) и сообщил о своих суперметках. Директор НИИ ГЗ Леонид Ямников сперва пренебрежительно рассмеялся: у него на столе, герметично запаянный меж двух полистироловых пластин, покоился белый порошок. Он направил на него инфракрасный излучатель. Порошок ответил слабым желто-зеленым светом. Составы гостя-изобретателя люминесцировали намного ярче. Более того, привычный антистоксов порошок, который сначала был на Гознаке, приходилось изолировать от окружающего воздуха: ибо он хватал влагу из воздуха и разрушался. Потому использовать его для защиты купюр было невозможным делом. А составы Мастера никакого герметического хранения не требуют. Им влага нипочем. Изобретатель высыпал свои порошки на директорский стол. Начальник НИИ Гознака, недоверчиво хмыкнув, приказал секретарше подать одеколон. Получив его, Леонид Ямников с торжествующей улыбкой принялось поливать принесенный гостем состав. И опять изумился: спиртосодержащий одеколон на маркеры не действовал, они продолжали светиться! Он еще не знал, что маркер Мастера сделан из семи редких металлов, причем основа «конструкции» – иттрий, в решетку коего заселены атомы иттербия.

Это и открыло дорогу на Гознак для новой технологии. И сегодня деньги РФ защищены метками из АСВР. Правда, пришлось Мастеру взять в соавторы патента директора НИИ Гознака Леонида Ямникова.

В ноябре 1998-го сей институт дал свое заключение:

«… Представленный Вами материал – антистоксовое люминесцентное соединение, представляющее собой кристаллическую структуру, построенную на основе редкоземельных металлов иттрия, гадолиния, эрбия, иттербия, европия, лютеция и тулия, легко детектируемое маломощным источником ИК-излучения с воспроизведением свечения в видимом диапазоне, представляет значительный интерес при применении в качестве защитной метки повышенной надежности при защите различной полиграфической продукции, например акцизных марок, бланков строгой отчетности, разного рода документов».

Дело пошло, ибо пользовалось поддержкой и тогдашнего министра финансов Михаила Касьянова (позже ставшего премьер-министром), и директора Гознака Л. В. Алексеева. Мастер передал главной «деньгопечатательной» фабрике страны технологию варки своего состава и стал получать положенные себе авторские отчисления – роялти.

В июне 1999 г. на АСВР-люминофоры Мастера было получено положительное заключение Физического института им. П. Н. Лебедева РАН. А поскольку изобретенная технология АСВР в мае 2000 г. была одобрена Гостехкомиссией при президенте РФ (сертификат № 323), то составы Мастера стали использоваться для защиты важным документов Таможенного комитета и для маркирования секретных государственных документов категории А-1. Бланки таможни защищены абсолютно: теперь нельзя выкрасть чистый и подделать разрешение, указав какой угодно вес ввозимого или вывозимого товара. Шла работа с Министерством по налогам и сборам, с тогдашним Федеральным агентством правительственной связи (ФАПСИ), создавались защищенные региональные акцизные марки. Вся эта работа приносила Академику по 146 тысяч долларов в месяц.

Но, увы, два года спустя отношения изобретателя с Гознаком были разорваны. Из-за самодурства тамошнего начальства. Придя домой к Мастеру договариваться о продлении сотрудничества, директор НИИ Гознака Горшков уселся на антикварный стул. Аккурат около коллекционерской гордости Мастера: рояля «Стейнвей», когда-то подаренного Николаем Вторым на прощание своей любовнице, балерине Кшесинской.

А у стула возьми – и подломись ножка. Начальство слетало кубарем. Перенести такого «оскорбления» расейский чиновник не смог (они в РФ – спесивы, аки китайские мандарины или старозаветные бояре). Усевшись для переговоров за стол, Горшков не мог отойти – сидел, как отмороженный, со сдвинутыми бровями.

– Вам что-то не нравится? – спросил его Мастер.

– Может, мне вообще уйти?! – истерически взвизгнул начальник и выбежал вон.

Мастер сначала засмеялся, а потом, опомнившись, послал охранника, чтобы догнать рассерженного чиновника. Но тот, уже усевшись в личное авто, дал такого газу, что только камни из-под задних колес полетели.

На сем платежи Гознака закончились. Мастер смеется: мол, я сам виноват. Но с Гознаком судиться не стал, ибо трезво оценивал свои возможности.

Как вы понимаете, Мастер – это все тот же Виктор Иванович Петрик. Воплощенный кошмар, бывший «зека», шарлатан и лжеученый. История с люминофорами в документах открыта: http://www.goldformula.ru/index.php?issue_id=172

Вы прониклись, читатель? Поменьше читайте российские СМИ…

Блестящие перспективы

Казалось, перспективы изобретения поистине блестящи. На совместном заседании с учеными мужами РАН наш изобретатель предложил: давайте используем АСВР для того, чтобы бороться с массовыми подделками лекарств. Производитель способен маркировать свою продукцию (с обратной стороны этикетки) с помощью наших составов, а покупатель – идентифицировать товар. Для этого можно носить с собою маленькие, похожие на авторучку, инфракрасные излучатели простейшего устройства. Буквально – батерейку и светодиод из арсенида галлия с длиной волны в 940 нм.

Вы представляете, что это значит? Ведь здесь почти полностью исчезает проблема чиновников-контролеров, которых можно подкупить или запугать! Кто следит за тем, чтобы в страну поставлялись настоящие медикаменты, а не подделки? Бюрократ. А ему можно «позолотить ручку», перед народом он не отвечает. Здесь же подлинность проверяют миллионы покупателей прямо в аптеках.

Поддельные лекарства – огромная проблема. Мы вообще живем в мире фальсификатов, в мире лжи и обмана. В той же РФ фальшивые лекарства составляют 12 % рынка, тогда как в США и странах Европы – только 4–5%. Есть страны, где положение еще хуже, чем у нас. Например, в Пакистане фальшивые снадобья занимают 40 % рынка, в Индии – 20 %. Причем именно Пакистан, РФ, Китай, Индия, Польша и Болгария выступают лидерами в фабрикации поддельных лекарств.

– Если брать Россию, то в ней 60 % фальшивых лекарств делаются внутри страны, а остальное – импортируются, – рассказывает Виктор Иванович. – Что подделывают чаще всего? Лекарства отечественных марок – на этот сегмент приходится 60 % всех «левых» препаратов. Почему? Мошенники все-таки побаиваются ответных действий крупных мировых корпораций, да и продукция их лучше защищена от подделок. Слишком дорого обходится имитация их защиты. В итоге, 35–47 % всех фальшивок – это антибиотики, 18–20 %– гормональные препараты, 7 % – противогрбиковые средства. Естественно, фальсификаторы питают слабость к биологически активным добавкам и к лечебной косметике.

Жертвами подделок стали более чем семьдесят наименований лекарств, как правило – очень нужных, пользующихся спросом. Это – кавинтон, но-шпа, трентал, сумамед, валокордин, клафоран, фестал, антиаллергические препараты, мази против радикулита и ревматизма и даже виагра от американской «Пфицер Продакт Инк.». Это – то, что известно из открытых источников. Но, боюсь, мы имеем дело только с надводной частью айсберга, реальность – значительно печальнее…

И вот в июне 2013-го года МВД РФ ошарашил страну страшным сообщением о целой банде производителей фальшивок, убивавших раковых больных и ВИЧ-инфицированных. Мошенники-убийцы пользовались конкурсными торгами: брались поставлять медикаменты в клиники по самым низким ценам. Естественно, подделки-то недорого в производстве обходятся. Мы не знаем, сколько смертей и трагедий принесли фальшивки.

Но за много лет до этой трагедии Виктор Петрик задумался: а как прекратить эту мерзость с поддельными лекарствами? Ведь чиновники-контролеры подкупаются. Проверять ввозимые лекарства на таможне? Для этого у таможенников нет ни специальных знаний, ни сложнейшей аппаратуры. С теми же трудностями сталкиваются правоохранители, органы финансового контроля.

– А вы представьте себе, что завтра террористы додумаются до того, чтобы распространять опаснейшие эпидемии, ввозя в страну или производя в ней поддельные лекарства, которые заражены смертельными болезнями? – говорит Виктор Петрик. – Как поставить всему этому заслон? Да только с помощью защиты лекарств производителями с помощью наших АСВР-меток. Так, чтобы контролерами стали миллионы потребителей.

Он поведал нам, что давным-давно есть план организации дела. Он – в организации монопольного, под контролем властей, сильно охраняемого производства специальных составов. Конкуренции можно не бояться: именно Петрик умеет делать люминофоры, которые отвечают на инфракрасную активацию белым светом. Никто в мире этого не создал.

Такие АСВР-составы можно поставлять всем законным производителям. Хочет Европа защитить свои медикаменты, как и иные товары? Русским все-таки не доверяет? Хорошо, можно поставить одно такое производство (на тех же условиях контроля и охраны) в какой-нибудь стране Евросоюза.

Впрочем, точно так же можно защищать от «контрафакта» и иные изделия, нанося АСВР на номера автомобильных моторов, на запасные части. На узлы и комплектующие для самолетов. На изделия фирм, производящих товары класса «люкс». В конце концов, можно обрабатывать АСВР подписи художников на произведениях искусства, защищаясь от подделок. Это не говоря о деньгах, ценных бумагах, паспортах.

– Область применения люминофоров – огромна, – говорит Виктор Иванович, подписывая свою монографию «Антистоксовые соединения и материалы на их основе», изданные ООО «Областная типография № 1» в Иркутске. Как он сам шутит, это – настоящее пособие для мастеров подделки денег, ибо тут собраны все методы защиты банкнот.

А если серьезно, то глобальная тенденция в защите денег, ценных бумаг и документов – именно метки, которые можно проверить органолептически. То бишь, без применения сложной аппаратуры. Подделки становятся столь изощренными, а техника у мастеров подделок столь совершенной, что можно говорить об угрозе дезорганизации огромных кредитно-финансовых систем и порядка управления целыми государствами. Ибо злоумышленники быстро обходят защитные меры. Об этом в 1995 году впервые заявил президент США Клинтон на Международном форуме по проблемам международного терроризма. Именно там и прозвучал впервые новый термин – «финансовый терроризм».

Уже сейчас ежегодные потери развитых стран от использования только фальшивых документов исчисляются несколькими миллиардами долларов в год. Только на поставках надежных меток русские могли бы заработать огромные деньги. АСВР-составы, введенные в штемпельные чернила, не только обеспечат подлинность печатей. Они еще и покажут, где эти печати ставились. Можно защищать АСВР-составами пломбы на вагонах и морских контейнерах, дабы со стопроцентной достоверностью устанавливать случаи их вскрытия по дороге.

В. Петриком разработано (и патентуется) принципиально новое соединение, которое в обычном состоянии не является антистоксовым и не реагирует на возбуждение в ИК-диапазоне. Однако после краткосрочного облучения ультрафиолетовым малогабаритным источником это соединение проявляет антистоксовы свойства и интенсивно высвечивается под воздействием в инфракрасном диапазоне.

Создан даже АСВР «вспышечного высвечивания». Такое соединение пребывает в метастабильном состоянии и полыхает оранжевым цветом при переходе в основное состояние. После возбуждения такая метка отзывается вспышкой, а потом гаснет. Это еще одно уникальное соединение, которое может служить защитой как самостоятельно, так и в сочетании с другими модификациями антистоксовых соединений.

А есть еще и такие АСВР-метки, которые комбинируют все четыре цвета в ответных вспышках. Тем самым создаются исключительно сложные модификации, недоступные к «взлому» и несанкционированному воспроизводству. При этом каждая партия АСВР определенного цвета имеет свой спектр, который будет отличным от других, даже если партии изготовлены одним и тем же специалистом. В. Петриком разработаны способы нанесения меток из АСВР на часы, отдельные детали или части автомобилей, металлические монеты и прочие вещи.

Есть и неожиданные, на первый взгляд, области применения АСВР. Например, для того, чтобы полностью обезопасить аэропорты от террористов, которые могут вывести из строя освещение посадочных полос. Всего полукилограмма люминофора хватит, чтобы разметить одну «бетонку». И она засветится, едва только подлетающий самолет осветит ее полукиловаттной ИК-фарой с расстояния в несколько километров.

Ну, а о применении АСВР в практике спецслужб, военных или правоохранителей можно пухлый том исписать.

Казалось бы, трумф. Изобретателю должны достаться почести, ордена и богатство. Но взамен Мастер получил унижения, оскорбления и гонения.

Кругляковщина как она есть

Обо всем, что описано выше, В. Петрик пробовал рассказать членам РАН. В июне 2009-го Мастер, пригласив к себе во Всеволожский институт группу академиков РАН, показал им свои разработки и предложил: мне нужна ваша помощь. Нужна глубокая теоретическая проработка того, что я обнаружил и превратил в технологии. Мастер выдвинул целую программу совместных работ, куда входили и захватывающие работы по «антистоксам». С отличными перспективами выхода на мировой рынок, с реальным решением лекарственных проблем в стране. Мастер, как мы теперь понимаем, предложил Академии наук программу выживания и подъема.

Но надежды на сверкающее будущее быстро обрушились. Ведь вскоре, осенью 2009-го, началась дикая травля Виктора Петрика. Причем дело доходило до полного абсурда.

Особенно «отличился» ныне покойный глава комиссии по борьбе со лженаукой Эдуард Кругляков. Он, краснея склеротическими сосудами, нес полную ахинею пополам с грязной ложью. Пожалуй, именно в этом случае ярче всего проявились скаредность, некомпетентность, слепая злобность и ограниченность уж ныне покойного «главборца со лженаукой».

В одном из интервью престарелый член РАН заявлял:

«Суд, конечно, отказал изобретателю в получении 136 миллиардов (с Гознака. – Ред.). Но удивительно, каким образом Петрик вообще получил этот патент (№ 2137612 на способ защиты документов, ценных бумаг и пр. с помощью АСВР. – М. К.), если автор технологии давно известен – в 1966 году эффект открыл член-корреспондент АН СССР Феофилов…

… За Петриком водится около ста патентов. Однако, если посмотреть на их содержание, то это перепевы уже известных физических и химических явлений…

… Вообще говоря, патентов на эти изобретения в СССР он бы не получил.

… Есть, скажем, так называемые люминофоры, которые сейчас используют для меток на ценных бумагах, банкнотах и т. д. История открытия этих люминофоров восходит к 1946 году, когда по просьбе президента АН СССР С. И. Вавилова Л. Д. Ландау сделал первые оценки возможности или невозможности получения т. н. антистоксовой люминесценции. Ландау такие оценки сделал и из термодинамических соображений показал, что да, это возможно, и даже привел оценку интенсивности. 20 лет спустя членом-корреспондентом АН СССР П. П. Феофиловым из Государственного оптического института совместно с соавтором, молодым В. В. Овсянкиным, если мне память не изменяет, впервые было обнаружено это явление экспериментально. Они опубликовали довольно много работ у нас и за рубежом, и некоторое время спустя им был присужден диплом об открытии № 166 по СССР за 1966 г. Тогда кроме авторских свидетельств выдавали еще диплом об открытии, – более почетная вещь. После этого никакие патенты брать невозможно, все это дело покрыто статьями, опубликованными в печати. Тем не менее, господин Петрик получил несколько патентов во времена нового государства в России…»

(http://www.gazeta.ru/interview/nm/s3369771.shtml).

– Во-первых, Кругляков врал насчет суда: я никогда не требовал с Гознака пресловутых миллиардов, – поясняет Виктор Петрик. – Во-вторых, вот вам «качество» и умственные способности академика РАН. Вот вам бездна, в которую пала наша наука! Человек, носивший звание академика, перепутал научное открытие, технологию и изобретение. Феофилов не может быть автором технологии, которую можно запатентовать, – он открыл физическое явление. Да и то его приоритет спорен: до него были и Ландау, и Бломберген. Сколько раз можно повторять, что открытие – это не технология, что технологии во всем мире и во все времена создаются на основе чьих-то открытий? Что изобретения могут быть построены только на открытых явлениях? Что открытия не патентуются – они только регистрируются?

По логике Круглякова, изобретатели радиосвязи Попов и Маркони обокрали Генриха Герца. А Эдисон только и делал, что, патентуя созданные им технологии, обворовывал тех, кто совершил нужные для его технологий открытия – Максвелла, Эрстеда, Фарадея, Вольта. А изобретатели аэроплана братья Райт обобрали всех известных на тот момент теоретиков аэродинамики. Все изобретатели мира в таком случае (по Круглякову) «перепевали» эффекты и явления, открытые другими. Если верить Круглякову, то академическая наука должна просто уничтожить прикладную науку. Такие слова может сказать либо преступник, либо полный дегенерат.

Теперь вы видите, в какой маразм впадала пресловутая комиссия по борьбе со лженаукой РАН? И во что впадают некоторые ее академики?

Присоединюсь к негодованию Петрика. В данном случае мы видим откровенно пристрастный маразм, откровенную некомпетентность и яростное желание уничтожить успешного новатора любой ценой. Не стремление разобраться, как у новатора выходят удивительные вещи, а просто покончить с ним, не особо разбираясь в средствах. Немудрено, что РАН доигралась до своего фактического уничтожения, начатого властью летом 2013 года.

И именно это академическое, дремуче-инквизиторское слабоумие объясняет нам: отнюдь не только скудное финансирование Академии наук после развала СССР – причина упадка и деградации русской науки. Дело – еще и в некомпетентности иных из членов РАН. В злобно-агрессивной кругляковщине. Вместо того, чтобы заботиться о возрождении прикладной науки в стране и участвовать в поисках нового, искать применения фундаментальных открытий в реальной жизни и быть первой в мире, Академия предпочла все гнобить под видом «борьбы со лженаукой». Сами не можем приложить науку к жизни, сделать ее производительной силой – и другим не дадим.

Но не вышло. В июле 2013-го Мастера посетила делегация, возглавляемая одним из самых выдающихся индийских ученых, доктором Виджаем Бхаткаром. Главой Научного совета Индии. Они высоко оценили работу и предложили использовать люминофоры для защиты продукции индийской лекарственной промышленности.

И хочется сказать: товарищи академики! Вы когда поймете, что глупой политикой бараньего отрицания вырыли могилу и себе, и РАН в целом?

Некоторые выводы для борьбы за будущее

Из всего этого Максим Калашников делает несколько выводов.

Первый – деградация науки (и всего вообще) в РФ зашла настолько далеко, что принимать на веру слова даже академиков РАН об антинаучности чего-либо в ряде случаев нельзя. (Подчеркну – в некоторых случаях, а не всегда). И потому не спятивший и не обманщик, а вполне нужный нации новатор в постсоветской реальности может быть уничтожен соединенными усилиями завистливых и некомпетентных «ученых мужей» и тупого обывательского стада.

Второй – видимо, многое крайне полезное и прорывное в РФ уничтожается на корню под соусом «борьбы со лженаукой».

Третье – сталкиваясь с необычным, «признанные светила» науки слишком часто пытаются не изучить новое, а просто его закопать или облить грязью, уничтожить злыми языками.

В ход идет тот же самый прием, что применил шеф КГБ СССР Андропов для уничтожения конкурента, первого секретаря Ленинградского обкома КПСС Романова. Он пустил в оборот грязную ложь о свадьбе дочери Романова в Эрмитаже якобы с битьем музейной посуды. И эта стопроцентная ложь оказалась убийственной: Брежнева сменил не Романов, а Андропов, а потом – и Горбачев. Теперь самую наглую ложь применяют и в отношении В. Петрика. Но дело не в Петрике лично, а в принципе уничтожения инноваторов вместе с шарлатанами без всякого разбора. Тут нужно безжалостно ломать механизмы такого психомедийного террора – ради будущего страны и ее развития. Это как старое «дело Дрейфуса»: речь не о судьбе одного человека идет, а о судьбе общества. Поиск нового нужно оградить от агрессивной косности, вкусовщины, тупости и маразма.

Третье – чтобы русские новаторы не уничтожались ни академической кругляковщиной, ни тупостью обывательской толпы, наша власть создаст механизм опытной проверки новаций, механизм сравнительных испытаний и выяснения объективной истины, а не субъективных мнений. Сей механизм – Агентство передовых разработок.

Не собираюсь разгонять РАН. Но, клянусь, я заставил бы ее упразднить Комиссию по борьбе со лженаукой, взамен учредив и Комиссию по проверке новаций, и прикладную секцию в самой Академии наук, и Академию-2.

Мы заставим РАН шевелиться и конкурировать с другими центрами инноваций!

Глава 3

Крах постсоветской науки: от неоинквизиции – до паранойи и самоубийства

Гиблое место для инноваций

Теперь вы, читатель, сами прекрасно видите, что с минувших пор ничего не изменилось. Как давили и душили инноваторов – так и давят их до сих пор. Мы уже можем с вами отметить: да, прорываться в мир будущего нужно, чтобы просто выжить. Но ни государственный аппарат, ни официальная наука РФ к этому не просто не готовы. Нет в них ни огня, ни задора, ни видения победы и будущего русских, ни мальчишеской любознательности, ни инновационного «хулиганства».

Однако, читатель, положение в Эрэфии ухудшается. В последующих двух главах нам предстоит разгадать, пожалуй, две загадки. Тайну рождения новой научной инквизиции – и загадку двойного убийства науки.

Пока рождалась эта книга, лавина событий сорвалась с места. Власти РФ принялись ломать Академию наук, ликвидируя ее автономию и передавая контроль над ее собственностью чиновникам. Часть ученых ушла в протестный клуб, отказываясь повиноваться властям. Все заговорили о том, что фундаментальной науке в РФ – конец, что примитивная система, сидящая на сырьевой «трубе», избавляется от науки как от ненужного нароста. Мол, если что – все на Западе купим.

Современный физик-теоретик Борис Иоффе, возмущаясь стремлением нынешнего государства поставить Академию наук под контроль своих бюрократов, в июле 2013 года возопил о том, что в науке нужны интуиция и смелый поиск. Он вспомнил о том, что основатели квантовой механики Бор и Гейзенберг с точки зрения современной им науки занимались ерундой, чертовщиной, чем-то совершенно бредовым. И только, сказал Иоффе, интуиция ученых позволила развить это направление. Но откуда такие качества у бюрократов и чиновников?

Иоффе в данном случае прав. Но только он умолчал о том, что сама РАН наших дней оказалась ничуть не умнее бюрократических тупиц. Она-то все новое и необычное с порога объявляет чушью и лженаукой. И те, кто мог бы стать новыми Бором или Гейзенбергом, сегодня рискуют попасть под репрессии и под мегатонны оскорблений. Большая наука РФ превратилась в подобие старой карги, выжившей из ума, давно не понимающей происходящего и во всем видящей то, что нужно давить и «не пущать». Дух собственно науки ушел из РАН. За что она теперь и платит. Мы попали в чертовски плохое положение: превратившаяся в секту «истинных ученых» РАН вытоптала живую мысль и душила поиски нового, а ее, в свою очередь, принялся уничтожать уголовно-разбойничий госаппарат Эрэфии. А вот ему никакая наука не нужна: ни новая, ни старая, советская. Чудовищная ситуация выходит: русские могут вообще лишиться всяких мозгов, впав в положение безнадежно тупой, сырьевой периферии. Мы станем мертвой зоной для инноваций. Ибо окажутся уничтоженными обе части знания. И первая часть: пусть и косная ныне, но все-таки накопившая огромные знания и научный инструментарий наука, унаследованная от СССР. И одновременно – наука новая, наука грядущего, прячущаяся среди безумцев и «альтернативщиков».

В чем кошмар ситуации? Выродившись в старческую инквизицию, постсоветская наука, нанеся страшные удары по новаторам в науке, затем сама себя и погубила.

Всегда мечтал о том, чтобы сделать свою страну первой в мире и в истории человечества зоной, свободной от косности и маразма. Раем для гениев и новаторов. Ибо даже несколько гениев величины Теслы, коли их правильно использовать, могут круто изменить судьбу Большой России. Если их умело вписать в нашу новую индустриализацию и, так сказать, ввести в исторический прорыв. В переход в Шестой и Седьмой технологические уклады.

Но ведь пока что происходит совершенно обратное! Предвижу: путинское «реформирование» РАН и переход науки под контроль расейского чиновничьего аппарата ни черта не изменят. Ибо чиновники не менее Комиссии по лженауке враждебны русским новаторам, они даже больше, чем академики, преклоняются перед всем иностранным, лишены духа самостоятельного исторического творчества.

РФ, как и прочие обломки Советского Союза, стала гиблым местом для изобретателей, инноваторов и первооткрывателей науки – это очевидно. Но почему? Ведь именно инновационность и смелые научно-технологические прорывы только и могут вытащить нас из мертвенных объятий национального упадка! Нам ведь как воздух нужно попасть в спасительную реальность новых технологических укладов, черт побери. Иначе не компенсировать огромных демографических потерь, например. Но нет: именно наша земля стала инновационным болотом, именно здесь нарастает почти всеобщее отторжение всего нового, а изобретатели и авторы научных открытий подвергаются откровенным гонениям. Хотя, казалось бы, вызов в виде перспектив национальной смерти должен, наоборот, заставить русских напряженно творить и изобретать. Искать новое – ибо возможности старых подходов и технологий исчерпаны.

Но происходит нечто совершенно обратное: новаторов начинают травить и искоренять, причем даже на уровне массового сознания! Почему?

Дело не только в том, что все новое всегда и во всех странах сначала подвергалось гонениям и попыткам «не пущать», в чем могли убедиться читатели «Хроник невозможного». Объяснение намного сложнее и многослойнее. На территории обломков Советского Союза сошлось в одну точку сразу несколько бед. Как всегда, РФ становится вместилищем всех язв и пороков окружающего мира. Отстойником, куда стекается все самое ядовитое и губительное.

Одна из первых причин, вызвавших причинно-следственную цепочку теперешней интеллектуальной катастрофы русских: кризис науки привычного нам типа – науки, похожей на фабрику с тысячами работников. Науки чистого материализма. Науки, где «заводами» и «фабриками» выступают научные институты и даже университеты. Где цельное познание раздробили, как дробят трудовые операции на конвейере.

Эта модель науки себя исчерпала.

Так же, как исчерпал себя и капитализм, выродившийся в финансовое «казино» и впавший в мракобесное слабоумие. Так же, как исчерпал себя и расейский лжекапитализм, выродившийся в сырьевую деспотию, в «медвежье царство» воровства, регресса и косности. Без сильной науки, без новаторства в ней русским никогда не выжить, не справиться с ужасающими вызовами времени.

Но пока разворачивается сюжет из «Трудно быть богом» братьев Стругацких. Помните, как рати серых тупых погромщиков сначала уничтожают ученых и вообще всех мыслящих людей, устанавливая власть дона Рэбы? А потом их, в свою очередь, убирают отряды в черных рясах? То же самое происходит и в РФ. В роли «серых» выступила РАН и ее неоинквизиция – Комиссия по лженауке. Они уничтожили тот шанс науки на новую жизнь, что давал в 2009-м старой Академии наш Мастер. Ну, а потом, всего лишь четыре года спустя, за «серыми» пришли те, кому наука вообще не нужна. Никакая. Ни старая, ни новая.

И что будет далее, понятно до боли. Государство прозападных подстилок и воров, откинув прочь «альтернативщиков» и оставив их на положении «лженауки», займется освоением наследства старой Академии. Очень скоро, выбросив из управления собственностью последнего академика, бело-сине-красные мародеры начнут захватывать огромные здания и земельные участки – и в Москве, и в Подмосковье. Они же в душе презирают и ненавидят ученых, считая себя «высшей кастой» и высшими жрецами Золотого тельца. У них одно мерило ума – количество бабла. Вскоре окажется, что все эти великолепные здания с колоннами в столице нужно освободить от институтов и отправить их куда-нибудь на сто первый километр. Так же, как это было с высшими военными академиями ВВС и химзащиты, с выдающимися авиаконструкторскими бюро. Что, мы не видели, как это делали «табуреточный» министр обороны Сердюков и дельцы из путинской Объединенной авиастроительной корпорации? Очищенные в Москве и Подмосковье места пустят под «элитную недвижимость» для расейской быдлоэлиты. Естественно, что при переезде институтов к черту на кулички старики – последние носители высоких советских знаний уйдут – куда им ехать? Связь поколений разорвется, научные школы распадутся. И вот РФ – окончательно стала Верхней Вольтой…

Чтобы бороться с бедой, нужно сначала ее осознать и разложить по полочкам. Основание в 1999 году Комиссии по лженауке в рамках РАН стало началом конца нашей науки как таковой. Концом как второй, так и третьей парадигм. Итак, как это все происходило?

Второе рождение инквизиции: порог научной революции

Рождение Комиссии по лженауке при РАН лишь повторяло сценарий позднего Средневековья.

Чему учит нас история? Когда старая модель развития науки заходит в тупик и возникает новая парадигма знания, старое принимается энергично защищаться. Старое всячески старается убить и заглушить новое. Вплоть до физического уничтожения носителей более совершенной парадигмы. Как это было в позднем Средневековье, на пороге Нового времени. Но, в конце концов, новая парадигма пробивается в реальность и одерживает победу. После чего люди – носители старой парадигмы отчасти переходят на сторону победителей, отчасти – уходят из науки вообще.

Именно борьбу двух парадигм, отжившей свое и новой, и видим мы сегодня, причем в самой откровенной форме – на нашей земле. С реинкарнацией инквизиции и с натравливанием глупых масс на новаторов и первооткрывателей!

Приведем самый наглядный пример структуры научных революций. Итак, с XVI века наука современного материалистического типа начинает пробиваться наружу, грозя существованию прежней науки: схоластической, религиозной, основанной на догмах и на слепой вере в авторитет античных мыслителей. К тому времени прежняя наука не могла создать ничего нового. Схоласты, отточив до совершенства логику, погрязли в диспутах на тему того, сколько ангелов способно уместиться на кончике иглы. Физику изучали по Аристотелю, который творил две тысячи лет назад, пренебрегая опытами. Медицина тех времен, практически убивая пациентов, молилась на авторитеты римлянина Галена с древним эллином Гиппократом и знать ничего не знала об анатомии и самой основе физиологии человека. Гиппократ сказал, что все болезни происходят от нарушения равновесия между тремя главнейшими жидкостями тела, кровью, слизью и желчью? Значит, так оно и есть. Ничего нового изобрести и придумать нельзя: надо до бесконечности пользоваться тем, что написали Древние. Превзойти их – немыслимо. Они уже все, что можно, выдумали. Написал Птолемей, что Земля – центр Вселенной и что все вращается вокруг нее? Это есть истина в последней инстанции и всякий, кто спорит с этим, – опасный смутьян.

Но вся эта мертвая догматика не могла решить тогдашних проблем. Спасти от эпидемий, лечить множество больных, преодолеть моря и океаны, сделать крепкую сталь, найти иной путь в Индию (вместо перехваченного турками) и т. д. Тогда на свет божий стала пробиваться наука нынешнего типа, наука экспериментаторов и практиков. Тех, кто не спешил верить давно умершим философам античности. Эти люди ставили опыты, колдовали в лабораториях над тиглями и ретортами, вскрывали трупы людей и животных, создали первые телескопы и микроскопы.

Однако старая наука пыталась ихлибо остановить, либо и вовсе уничтожить. Ибо прежняя система знаний была основой старого феодального порядка, будучи тесно связанной с религией – важной составляющей того самого социального порядка. Новая наука подрывала основы привычного мира королей, герцогов, графов и баронов, угрожала религии и ее монопольному положению властителя душ и умов. Новая наука открывала ранее не виданные горизонты и перспективы.

Именно поэтому старая наука, пользуясь силой церкви в конце Средневековья, начала гонения на представителей новой парадигмы. Стала свирепствовать инквизиция, искореняя ересь с инакомыслием. Когда вовсю пылают костры инквизиции? Как раз в пятнадцатом – семнадцатом веках. Ведь жгли заживо не только представителей новых течений христианства, отрицавших католичество, но и ученых нового типа. Конечно, отличилась в первую очередь католическая церковь. Сожжен Джордано Бруно. Церковники заставили отречься от своих убеждений одного из основоположников современных физики и астрономии Галилео Галилея. Впрочем, и оппоненты католиков, протестанты, тоже не отставали. Кто сжег заживо великого Мигеля Сервета, открывшего два круга кровообращения в человеческом организме? Кальвинисты в Женеве 1553 года. Правда, не за открытие, а за своеобразные религиозные взгляды. Тем не менее заниматься экспериментальной наукой в те времена было подчас смертельно опасно. Причем ученых уничтожали при одобрении темных, необразованных масс.

Можно было представить себе, что творилось бы, имей тогда церковники Интернет и социальные сети, всякие там твиттеры. «Подумайте, люди! Эти безумцы утверждают, будто Земля – шарообразная, что она вращается вокруг Солнца! Будто легкие и тяжелые предметы падают с одинаковой скоростью!» Представляю, какие комментарии тогда наводнили бы сеть. Желчь и слюна просто капали бы с экранов. «Да с круглой Земли воды бы стекли вниз!» «А как люди ходят на другой стороне Земли, они упали бы!». «Да разве не видно, что Солнце ходит по небу!» «Только наши деньги зря проедают эти сумасшедшие!» И тому подобное. Наверняка, казни ученых тогда собирали бы тысячи «лайков» в Сети.

Но, слава богу, никакого Интернета тогда не существовало. А новое все-таки пробило себе дорогу в жизнь и победило старую догматическую науку, презиравшую опыт. Уже плавание Колумба в 1492 году основывалось на «ереси» о шарообразности Земли (весь план состоял в том, чтобы дойти до Индии не старым путем, вокруг Африки, с Запада на Восток, а с другой стороны – двигаясь строго на Запад через Атлантику). Потом, под натиском практики и потребностей государств, пали и прочие догмы. Пришла эра науки нынешнего типа.

Она, конечно, многого достигла. Но минули века – и вот уже и «современная» наука уперлась в тупик. Она отжила свое. Направившись по пути специализации и превращения науки в массовую «индустриальную» отрасль, привычная нам парадигма забуксовала. Вместо пытливых, фанатичных, многогранных ученых возникли миллионы (если брать весь мир) научных «рабочих» и «техников», узких специалистов. Тех, кто всю жизнь может изучать, например, участок печени, но теряет всякое представление о печени вообще. Тех, кто уже не видит явлений и вещей в их целокупности. Тех, кто не может достичь прорыва и добыть новое Знание (именно – с большой буквы). Место гениев занимают безликие институты. В то время, как все известные направления и школы науки создавались именно личностями.

Яркие личности вообще начинают изгоняться из науки, их место занимают серые администраторы. Более того, создать что-то, что противоречило бы сложившимся представлениям и научным школам, сегодня становится опасным. Могут заклевать и вообще выкинуть из науки.

При этом кризис «современной науки» XVII–XX веков очевиден. Она не может создать ничего нового в энергетике. Не в силах победить рак. Нет обещанного овладения термоядом. Очевиден тупик в «антибиотической» медицине, но лекарства принципиально нового типа появляются слишком медленно. Каждый следующий шаг в технологиях становится все более и более дорогостоящим. Развитие на ряде направлений замерло. Пришла эра идолизации информационных технологий. Они заменили собою все остальное. Все ушло в виртуальщину в ущерб реальной жизни и решению вполне материальных проблем. Как пишет один современный автор, инновации свелись к маразму. Создается интернет-сервис «Инстаграм», где можно вывешивать фото своих мопсов и кошечек. Их можно «перепостить» в «Тумблр», а затем – сообщить в микроблоге «Твиттер» о том, что ты сегодня фотографировал своих собак и кошек. Вот и все «инновации», которыми кишит современная, выродившаяся Кремниевая долина (Антон Уткин. «Игры дебютантов» – «Prime Russian Magazine», март-апрель 2013 г.). В виртуальщине исчерпаны все мыслимые потребности потребителя: в И-нете можно найти все и буквально все заказать, не вставая с дивана. Но где – принципиальные прорывы? Такие, как открытие электричества или как изобретение телефона?

Их нет. Ибо – исчерпанность привычной парадигмы налицо. Нужен целостный подход; соединение, а не дробление знания. Как говорил великий Дмитрий Иванович Менделеев, плох тот химик, который одновременно – не физик. Нужны нетривиальные решения старых проблем.

Но, по иронии истории, современная наука с ее ускорителями элементарных частиц и туннельными микроскопами, стала смахивать на средневековую церковь. Ты не можешь критиковать теорию относительности Эйнштейна или Стандартную Модель строения материи. Тебя просто уничтожат за это. Те представители нового, целостно-энциклопедического направления, способные предложить новые теории и добыть столь нужные сейчас новые знания, подвергаются попыткам полного искоренения. Ибо они противоречат сложившемуся порядку вещей.

Для начала – об «объективности» так называемой официальной науки.

Вы знаете, например, как погубили научную карьеру Томаса Ли, канадского археолога? Он дерзнул поставить под сомнение то, чего придерживается «мейнстримная» наука и то, чему нас в школе учили – что Америка была заселена всего 10 тысяч лет назад. Мол, предки индейцев (родственники тюрков) пришли в Северную Америку по Берингии – перешейку, который в далекие времена соединял Чукотку и Аляску. А до этого обе Америки, мол, стояли безлюдны и девственны.

Будучи молодым помощников хранителя отдела индейских древностей Национального музея Канады, Ли в 1951–1955 годах вел раскопки на острове Манитулин на озере Гурон. Там он обнаружил остатки поселения и каменных орудий, которые намного древнее, нежели восьмое тысячелетие до нашей эры. Судя по пластам, где все это находилось, находкам было как минимум 65 тысяч лет. Ли, понимая, что это – сенсационное открытие, затащил на раскопки добрую сотню геологов, и они подтвердили древность пласта.

Но вместо триумфа археолога ждала настоящая трагедия. Ведь 65 тысяч лет назад, по официальной науке, на Земле не существовало человека нынешнего вида, кроманьонца (он же – хомо сапиенс). Он, мол, появился всего 40 тысяч лет назад. А тут получилось, что люди существовали в ледниковый период, так называемый Висконсинский/Вюрмский (70–11 тысяч лет тому назад). Ли бросил вызов тысячам археологов, антропологов и палеоантропологов мира, которые стали признанными авторитетами, исходя из прежних теорий и представлений. Один из приглашенных Л и на раскоп маститых антропологов просто попытался не заметить находок каменных орудий в ледниковых слоях. «Вы ведь там ничего не находите?» – кричал он старшине раскопщиков. В ответ раздалось: «Как же не находим? Спускайтесь сюда и поглядите сами!» Услышав это, антрополог-светило принялся убеждать Ли в том, что он должен вообще забыть о том, что нашел каменные изделия рук человеческих в таких старых слоях и посоветовал сосредоточиться на более поздних находках – из верхних слоев.

Наивный Томас Ли тогда считал, будто главное в науке – поиск истины, что для этого достаточно неопровержимых фактических доказательств. Но как только он попробовал это сделать, армия ученых принялась травить и гнать его. Ну, совершенно как Виктора Петрика. Научные журналы отказывались принимать статьи Ли, но зато печатали его хулителей и оппонентов. При этом его находки стали исчезать в недрах Национального музея Канады. (Майкл Бейджент. «Запретная археология» – Москва, «ЭКСМО», 2004 г.).

Поначалу археолог-еретик еще мог работать, ибо его поддерживал директор Национального музея Жак Руссо. Но вскоре и Руссо уволили. Вослед за ним выгнали и Томаса Ли. Его научная карьера в 1970-м оказалась загубленной. Почти так же, как потом и карьера Понса с Флейшманом, объявивших об открытии холодного термоядерного синтеза в 1989-м.

Вы думаете, будто это – единственный случай практически инквизиторского подхода официальной современной науки к смелым поискам исследователей и изобретателей? Я-то историк по образованию и прекрасно знаю о прецедентах в своей области. Например, о случаях намеренного уничтожения норманнских погребений на нашей земле, ибо они опровергали антинорманнские взгляды некоторых светил русско-советской археологии/истории. Мне, как историку, отлично известно, что находки болтов и гаек, чей металл диффундировал с окружающим камнем, в слоях возрастом в десятки миллионов лет – это уже множество случаев. Что кто-то уже тогда оставил на планете стальные изделия. Но разве официальная наука это замечает и изучает? Нет, конечно.

Мне прекрасно известно, что попытки объявить окаменевшие отпечатки подошв человеческой обуви следами трилобитов, последний вид коих вымер примерно 250 млн. лет назад, не выдерживают никакой критики. Равно как и беспомощны попытки объяснить находки металлических изделий в слоях каменного угля тем, что древние люди когда-то туда докопались и оставили там свои артефакты (интрузия). Точно так же еще никто внятно не объяснил, откуда 9 тысяч лет назад – гораздо раньше Древнего Египта и Шумера – появился настоящий город у турецкого Чатал-Гуюка. Словно из ниоткуда. Как, впрочем, словно из четвертого измерения возникли и сами шумеры в Междуречье шесть тысяч лет спустя. Меня всегда умиляют наши школьные и университетские учебники, повествующие о том, что Древнеегипетское государство явилось на свет божий около 3100 года до нашей эры, когда фараон Нармер объединил царства Верхнего и Нижнего Египта. Значит, эти два государства существовали задолго до 3100 года до нашей эры, имели своих правителей, города, храмы, армии, торговлю. И они ведь тоже образовались из каких-то более древних «княжеств». Но об этом в истории – настоящий заговор молчания. Как и насчет того, что Сфинкс у пирамид – гораздо древнее, чем принято считать.

Мне прекрасно известно, что никто толком не объяснил, как древние люди смогли в третьем тысячелетии до нашей эры оплавить камни городов культуры Мохенджо-Даро и Хараппы в Индии, если они не взрывали ядерных зарядов. Или как древние люди сподобились воздвигнуть платформу Баальбека из каменных (а не геополимеро-бетонных), идеально обработанных глыб весом в сотни тонн каждая. Или, например, откуда происходят титанические каменные постройки у озера Титикака, где камни будто лазерным резаком обрабатывали.

И так далее, друг-читатель. Мы привели примеры из истории и археологии. Но есть и факты из точных наук, которые затираются и не замечаются в упор признанными академиками.

Мне давно ясно, что в нашей официальной науке правит бал не поиск новых знаний, а стремление сохранить господствующие теории и школы. И все, что им противоречит – будь оно хоть сто раз подтверждено находками и опытами – отбрасывается прочь. Если же кто-то продолжает настаивать на их данных, этого «кого-то» чаще всего просто смешивают с грязью и губят. Отнюдь не все пробиваются к торжеству сквозь бешеное сопротивление официально признанных «светил науки».

Как мне написал молодой ученый из Питера, сегодня

«открыть новую кафедру, продавить новый подход в понимании проблем, внедрить новый взгляд на вопрос – это из области фантастики. Везде одно и то же: „Вы не ссылались на такого-то“. То, что я ссылаюсь на 150 других, тоже авторитетных источников, не устраивает. Именно то, что я не осветил подход определенного гуру для этой научной секты-междусобойчика, ставит на моей работе крест…

… Нужно разрешить право критики научных работ (вообще касания темы нестандартных изысканий и работ молодых ученых) только ученым-практикам! Макулатурные крысы-теоретики пусть грызутся по поводу писанин, а в обитель практиков нужно пускать лишь при наличии горячего желания понять и изведать неведомое…

Проводить испытания и рассмотрение новых разработок/идей в любом случае. Как говорится, в кучи навоза ронял Зевс алмазы. А там отсеивать недобросовестных „ученых“ и „златоалчных“. Списки таковых – публиковать, но не шельмовать их.

Если методика или установка пока не могут быть осознаны или произведены (чисто в силу старого технологического уклада) – отправлять ее в Банк научных перспектив будущего. Когда технологический уровень позволит – заняться этим изобретением, сразу его поднять и продвигать. То есть, сразу ничего не выбрасывать, даже если дюже странны гипотеза или изобретение.

Лжекомиссию (Комиссию по лженауке РАН) – разогнать и место ее солью посыпать…

Создать группу по изучению нестандартных подходов в познании (не обязательно в науке), комиссию по новым научным горизонтам. Поощрять междисциплинарность изысканий, ибо нынешние ученые, закапсулировавшиеся а рамках своих ученых школ и дисциплин, напоминают притчу о слепых и слоне. Помните, надеюсь? Один пощупал слона за хобот и решил, будто слон – что-то вроде толстой змеи.

Второй, ощупав слоновью ногу, заключил, будто слон – что-то вроде колонны. А третий, потрогав хвост, определил слона как подобие веревки.

Нынешние ученые с их узкой специализацией – те самые слепцы. Целого они постичь уже не в силах.

Необходимо ввести ответственность для комиссий и групп по новым изысканиям и разработкам. Если в ближайшие годы другие страны овладевают некими новыми знаниями и технологиями, у нас отвергнутыми по вине пресловутых комиссий – то нужно привлекать „глушителей“ к уголовной ответственности. За подрыв национальной безопасности.

Надо провести грань между научными работниками и Учеными-естествоиспытателями (успешными, конечно). Им нужно обеспечить разный доступ к финансированию (естествоиспытатели получают больше). Естествоиспытатели должны получить большее влияние на научную среду, нежели простые научные работники.

Я бы вообще пересмотрел систему научных званий и титулов. Нужно, чтобы научный работник рос постоянно, пребывал в поиске. А ныне получил звание – и почивает на лаврах, кровь чужую попивает. Надо как в спорте: показываешь результаты, тренировки ведешь – заходи. Замкнулся на одном изыскание без новизны, впал в „теоретический онанизм“, бьешься только за звание – максимум попадешь в ряды советников без права голоса и веса в научной среде…»

Подписываюсь под этими предложениями! Это именно то, что необходимо для прорыва в Седьмую эру! Ибо в Российской Федерации, где от СССР унаследована наука как раз привычной «массово-промышленной» модели, старая парадигма дошла до логического финала: она создала свою научную инквизицию. Комиссию по борьбе со лженаукой. Обратите внимание: все априори записывается в разряд шарлатанства и ереси. Ибо в самом названии сей научной инквизиции нет задачи поиска новых знаний и необычных подходов в науке. Нет – все нужно сразу же отрицать и шельмовать, смешивая в одну кучу и явное сумасшествие, и то, что может стать поистине прорывом. Не найти, проверить опытом и отобрать в потоке бреда действительно ценное, а сразу все, что не соответствует сложившейся парадигме – сразу под асфальт! Прощайте, мечты классического сталинского фантаста Адамова о Клубе новой энергии при АН СССР. Изначально считается, что есть носитель истины в последней инстанции – нынешняя РАН, созданные в ней институты и давно закостеневшие научные школы. Все прочее – «лженаука». Как будто то, что объявлено каноническим в РАН, само не было когда-то «бредом» и «шарлатанством»!

Ну, а новая, научная инквизиция прекрасно скрещивается с засильем старых монополий на рынке, которые мощь свою воздвигли на технологиях прошлого уклада. И тогда они становятся союзниками, и давят новое.

Академия наук с 1960 года все более подчеркнуто отстраняется от прикладных, жизненных проблем, замыкаясь в «чистой» фундаментальной науке. Она не хочет создавать сильных прикладных и инновационных структур. Она не хочет опытным путем – как академики самых первых академий XVII столетия – экспериментами проверять или опровергать новые идеи. Но зато Комиссия по лженауке РАН выдвигает такие критерии распознания лженауки, что сделали бы честь и старой инквизиции. Итак, в лжеученые ты можешь попасть, если у тебя нет предшественников. Если ты не можешь предъявить кучи научных публикаций. Плевать на то, что ты создал реально работающую установку на принципе, который переворачивает прежние представления, и потому можешь подтвердить свои утверждения экспериментом. Начхать на то, что ты сделал в одиночку или малой командой то, над чем безуспешно бились целые институты, причем десятками лет. Все режется на корню: «А где – ваши предшественники?» «А где ваши научные статьи?» Реальная практика, получается, ничего не значит и не является доказательством. Установка работает, хотя вроде бы не должна работать? Тем хуже для вас. Мы даже на нее смотреть не станем, а тем паче – что-то проверять экспериментами. Мы вас просто объявим лжеученым.

Без новых знаний и фантастически прорывных технологий нам – смерть. У нас просто нет ничего другого, чтобы компенсировать невероятные, тяжелейшие потери, нехватку молодых людей, колоссальный провал рождаемости после расчленения СССР.

Но ради того, чтобы искать новые знания и сумасшедшие изобретения, нужно для начала избавиться от научной инквизиции. Ни в коем случае не громя Академию наук и сложившейся науки, нужно заставить их соревноваться с гениями. Надо создать им конкуренцию и не давать подавлять то, что им неугодно по совершенно не научным причинам. С моей точки зрения, и Фоменко с Носовским, и Петрик и Уруцкоев, и многие другие крайне полезны. Понеже оные «лжеученые» задают сложившейся науке «неудобные вопросы», ставя ее перед фактами и заставляя ее искать ответы. Они не дают ей закоснеть в самодовольстве.

Надо кончать с кругляковщиной (по фамилии первого главы Комиссии по лженауке). Ибо времени мало, а запас гениев – уменьшается. Это в СССР их производили в избытке. Нынешняя РФ в этом смысле – болото. Нужно успеть задействовать наши мозги. Ибо если сделать это, то удастся подтянуть к ним мозги из остального мира, разных языков и национальностей. Начав невиданные проекты и снова пожелав невозможного, мы превратим в русских всех, кто приедет к нам, чтобы участвовать в Чуде.

Вот почему нам нужно для начала бороться именно с «кругляковщиной» («александровщиной»), а не с «острецовщиной», не с «петриковщиной», не с «казначеевщиной» и не с «юницкийщиной». Для начала нужно покончить с инквизицией «признанных специалистов», снять кандалы с племени Прометеев. Первыми в мире. Иначе никакого рывка из лап смерти у русских не получится.

Жестоко? Зато правдиво.

Третья парадигма

Самообман – штука опасная. Нельзя рассчитывать на то, чего не существует. Нельзя закрывать глаза на то, что происходит, и то, что так или иначе придется делать.

Друзья мои! Мы можем засвидетельствовать: есть изобретения и открытия, придти с докладом о которых в собрание современных научных мужей (в ту же РАН, например) – все равно, что пытаться рассказать о теории эволюции или об известном теперь строении Вселенной в синклите католических кардиналов году этак в 1410-м. И там, и там тебя объявят опасным еретиком. Правда, в нынешнем мире тебя не поджарят заживо, но это – единственная разница. Есть вещи, существование которыхуже бесспорно и обнаружено вполне научным путем, однако которые начисто отрицаются материалистической наукой нынешнего типа. Совершенно также, как когда-то открытия Галилея, например, преследовались религией, в Средние века вобравшей в себя науку и сделавшей ее служанкой церкви.

Как пишет создатель проекта «Вторая физика» Владислав Жигалов, существует «страх выйти за границы дозволенного. Есть очень распространенный миф: наука смело исследует еще не освоенные территории, и чем смелее, ярче и необычнее полученный результат, тем ближе первооткрыватель к Нобелевской. Здесь общество пребывает в серьезном заблуждении. Вся история науки блестяще подтверждает тезис о том, что истина рождается как ересь, а умирает как предрассудок. Ересь же во все времена строго карается – пропорционально степени этой ереси.

Можно схематично представить зависимость готовности принять научным сообществом новое знание от его смелости и новизны. Эта зависимость напоминает нормальное распределение: самые смелые идеи, находящиеся довольно далеко от ожиданий основной массы ученых, воспринимаются с великим трудом, как и те идеи, которые не имеют вообще никакой новизны. Между ними есть некоторый максимум принятия результатов. Промежуточные по новизне результаты принимаются наиболее охотно. Продвижение в предсказуемом направлении, желательно в некоторой модной в данный момент времени области, – вот проверенный рецепт успеха в современной науке.

Но не дай бог совершить большое открытие там и тогда, где научное сообщество не готово его принять. Победителей будут судить очень предвзято и очень жестко, и в некоторые эпохи могут вынести самый настоящий смертный приговор, хотя чаще всего все ограничивается отказами публикаций в рецензируемых мейнстрим-журналах и заявок на гранты. В наше время существует очень четкая граница в научных исследованиях, переход которой карается отлучением от научной церкви: граница парадигм. И существует очень сильный страх перед тем, чтобы не то что переступить ее, но даже двигаться по направлению к этой тщательно охраняемой границе. Каков механизм этого страха, и где его корень?»

В. Жигалов, как вполне советский ученый, видит, как и мы, три парадигмы развития науки.

Первая – религиозно-мистическая. Ну, то самое состояние науки как служанки церкви. Непререкаемый авторитет Священного писания, отцов церкви и объявление непогрешимой истиной положений философов, признанных церковью. В ту пору, конечно, были величайшие достижения человеческой мысли, но Великая чума четырнадцатого века, опустошившая Европу, показала, что такая наука не в силах решить проблем элементарной санитарии.

Вторая парадигма – материалистическая. Та, что смела религиозно-мистическую и обеспечила человечеству небывалый взлет могущества. Материализм рассматривал сознание как сугубо производное от материального. Объективная реальность (вспомним ленинское определение) есть то, что существует вне зависимости от нашего сознания и дано нам в ощущение.

– Материализм всем хорош, и даже послужил фундаментом для современной западной цивилизации, – говорит Владислав Жигалов. – Однако он до сих пор не смог объяснить феномен сознания человека и сам феномен жизни. И он совершенно не годится для объяснения некоторых твердо установленных научных фактов. Факты эти крайне неудобны для любого материалиста. В основном речь идет о непосредственном влиянии сознания на физическую реальность – то, что стало принято называть психофизикой. Добавим сюда феномены воздействия на физические объекты по их информационному образу (фотографии), и обратный процесс – считывание «скрытых параметров» объекта по фотографии. И это не фантазии, это твердо установленные научные факты, некоторые из которых уже используются на практике в промышленных технологиях. Например, в геологии.

Очередной распространенный среди материалистов миф гласит: телепатии, экстрасенсорного восприятия, телекинеза не существует, так как нет строгих доказательств существования этих явлений. Специалистам, тем не менее, известны тщательно проведенные эксперименты, результаты которых показывают: все эти явления – не обман, не ошибка, а всего лишь необъясненный слой реальности. Вы можете, конечно, быть слепым от рождения и не верить зрячим, считая их описания прекрасного красочного мира бредом и фантазиями. Однако ваша вера никак не может повлиять на результаты экспериментов со световыми источниками и приемниками, которые показывают: свет не менее реален, чем слепые люди.

Но в чем дело, почему так сложно принять эти факты, почему слепые оказались настолько сильны, что поставили зрячих в положение, при котором им приходится оправдываться, как будто ощущение новых сторон реальности – это порочные фантазии, а их изучение – преступление?

По мнению Владислава, причины лежат в сфере чисто человеческой психологии. Ведь люди, дабы понять этот мир, стремятся его упростить. Построить упрощенные его модели. Да и сам неслыханный прогресс науки и техники в последние три века целиком обязан умению строить адекватные модели реальности и применять открываемые явления на практике.

И тут-то вступает на сцену психология. Вернее, те пределы, что она ставит развитию науки. Ведь если появляются факты, противоречащие материалистической стройной модели, то они раздражают ее адептов. Они попросту не верят в них. Человек-то ограничен, как доказывает Жигалов, в своей способности быстро менять модели, в которые он верит. И чем более серьезная смена модели требуется, тем меньше вероятность того, что человек на нее согласится. Есть люди, которые никогда и ни при каких обстоятельствах не меняют свои модели. Их-то и называют консерваторами или даже ортодоксами.

Да, далеко не всем дано преодолеть сугубо материалистическую парадигму под напором новых фактов. Как мы уже знаем, подчас даже талантливые и честные ученые иногда оказываются тут бессильными. Однако мало-помалу это происходит: и под влиянием новых фактов, и в силу личного опыта, но все больше исследователей преодолевают. Более того, обратного перехода назад, в сугубый материализм, не происходит!

– Пару столетий назад, когда религиозное воспитание было нормой, начался переход из первой парадигмы во вторую: из верующих люди становились сознательными атеистами, так как материалистическая парадигма была более передовой, особенно по сравнению с религиозными догмами, некоторые из которых поражают своей дремучестью и отсталостью. Но теперь человечество ушло и от религиозных догм, и постепенно уходит от догм материалистических. Налицо рождение третьей парадигмы – парадигмы синтеза духовного и материалистического аспектов реальности, – считает Владислав Жигалов.

Да, сегодня в муках и в противодействии старого рождается новая парадигма. Та, что, вырастая из материализма, говорит: мир намного сложнее и глубже, чем считают материалисты.

– Главная ошибка ортодоксальных материалистов заключается в том, что они не видят разницы между первой и третьей парадигмой. Между шаманами и новыми учеными. Если смотреть на спираль сверху, видны круги, но не видна высота витков. Если не видеть разницу между витками первой и третьей парадигм, может показаться, что ученый, который начинает задумываться о Боге или решается исследовать психофизические эффекты, делает шаг назад, к мракобесию и ненаучности. Но это все равно что путать того лубочного ветхозаветного Бога, который карает ослушавшихся, с Богом в душе человека, которого очень сложно описать словом, но довольно легко почувствовать, если твое сердце живое. Мертвые же сердца этой разницы не ощущают.

В основном эта путаница происходит из-за духовной невосприимчивости, т. е. некоторой духовной слепоты: видно движение по кругу, но не дано при этом почувствовать третьего измерения, и кажется, будто мир скатывается опять к мракобесию. Но это просто склад сознания таких людей таков, что они не могут почувствовать то, что от рождения чувствуют люди, проживающие свою жизнь с включением в собственную модель мира более высоких ступеней сознания, чем их собственный, – убежден Владислав Жигалов.

– Научное сообщество – самая закрытая из всех известных, социальная группа, – делится своими размышлениями Виктор Петрик. – Ее уникальная закрытость обусловлена специфическими, характерными для данной группы объединяющими факторами. Например, сходство образования: все члены этой социальной группы учились по одним и тем же учебникам, усваивали одни и те же лекции, получали одни и те же профессиональные навыки. Но основным объединяющим фактором выступает главная на данный период времени совокупность научных убеждений – парадигма. В системе данной парадигмы они защищали свои диссертации, воспитывали учеников, писали научные статьи. Конференции, научные беседы, размышления – все проходит в жестких рамках этой дисциплинарной матрицы. Такая общность постепенно приводит к формированию жесткого гештальта – интеллектуальной иллюзии единства личности и матрицы. Любая опасность разрушения парадигмы подсознательно ассоциируется с разрушением личностной целостности и приводит к высокой спонтанной активности всех членов данного сообщества, направленной на ее защиту.

Эти механизмы и приводят к формированию социальной структуры, по своей закрытости не уступающей жреческим кастам. Но, как пишет Г. Эрлих, если у жрецов был Высший Судия, то научное сообщество признает единственный суд – свой собственный. При этом судить приходится нечасто, поскольку, за редким исключением, в этой социальной группе царит поразительное единодушие. Причиной такого порядка является всеобщая преданность единому патриарху – парадигме. И любой инакомыслящий неминуемо зачисляется единственным и безальтернативным судом в разряд «лжеученых». Но, как известно, парадигмы не вечны. Каковы же механизмы разрушения парадигм, и как происходят научные революции? На этот вопрос существует хорошо известный ответ – парадигмы разрушают «лжеученые». Те, которые впоследствии переходят в разряд великих ученых, а просто ученые, которые воспринимают новую парадигму, остаются просто учеными.

Тех, которые не приняли новую научную веру, несмотря на их дипломы о присуждении научных степеней, стаж работы, образ мышления, еще недавно считавшийся истинным, просто исключают из научного сообщества. И это закономерная борьба конкурирующих систем. Однако следует учитывать, что изначально в этой конкурентной борьбе существующая парадигма превосходит наступающую конкурентку и по количеству приверженцев, и по методическому обеспечению, и по многим другим пунктам. Вот почему создание специальных подразделений в защиту одной из систем – абсолютно ненормальное явление!

Третья парадигма – вот что нужно русским сейчас, чтобы не угаснуть и снова вскочить в седло! Нечего мешать новую физику с полуграмотными знахарками и городскими сумасшедшими. Расковать сознание и овладеть совершенно фантастическими технологиями, которых еще нет на Западе. Вот зачем я настаиваю на том, что старую РАН нужно сохранить, но рядом с нею создать вторую Академию и Агентство передовых разработок. Владислав Жигалов предлагает центр верификации (проверки) новых знаний, что, в общем, то же самое.

В случае успеха мы первыми в мире прорвемся в третью парадигму и опередим всех.

С чем бы это сравнить? Подчас прорыв в новую парадигму может спасти ту или иную цивилизацию. Подобное в истории уже было. Например, Запада. Вы когда-нибудь задумывались над тем, как открытие Америки спасло Западную Европу и позволило Западной цивилизации возвыситься над всеми? Именно приток американского золота и колонизация новых земель обеспечили западникам сильнейший рывок вперед в экономическом развитии и в технологиях. Американская эпопея, начатая Колумбом, породила и создание «экономики океанских пушечных кораблей», и начало промышленного переворота, и переход к революции в военном деле. Не случись всего этого – и бедная, голодная, разрываемая социально-религиозными конфликтами Европа с ее крошечными и бардачными «армиями» была бы в XVIMXVII столетиях покорена двумя мощными централизованными империями – Османской (турецкой) и Русской. Сегодня Запад не любит вспоминать о том, что в шестнадцатом веке умы европейцев, например, завораживал пример турок. Ну как же – они же создали огромное веротерпимое государство с единым законом и процветающей торговлей. Империю, где можно было выдвинуться благодаря личным заслугам и способностям, а не благодаря «высокородному» происхождению! Империю, которая могла выставить в поле сотни тысяч бойцов с огнестрельным оружием и очень сильную артиллерию. Европа завидовала богатой Турции, и многие мечтали в ней о заимствовании османских порядков. Легко представить себе вариант истории, где европейцы, лишенные «американского эликсира», погрязают в религиозных войнах – и в нее вторгаются богатые и могущественные турки. Тем более что какие-нибудь протестанты, ища поддержки в борьбе против католического Рима, вполне могли призвать на помощь османов, рассчитывая на их веротерпимость. Ну а там и русские поспевали, начав в 1558-м завоевание Прибалтики. Взяв ее и покончив с поляками, мы выходили уже в Германию…

Открытие обеих Америк круто изменило историю и спасло Запад. Как известно, Колумб основой плана своей экспедиции сделал модель шарообразности планеты и возможности достижения богатой Индии, если идти морем не с Запада на Восток, вокруг Африки, а наоборот, через Атлантику. Конечно, он не знал еще ни об Америках, ни о том, что за ними – огромный Тихий океан. Стремясь в Индию, он открыл Европе новый мир. Но ключом-то к снаряжению его экспедиций испанскими монархами в 1492-м стало признание шарообразности Земли, хотя официально идея о такой форме планеты отрицалась господствующей католической церковью! Само представление о Земле-шаре относилось уже не к первой парадигме (религиозной, церковной), а ко второй, материалистической.

Счастье Запада, что в случае с Колумбом церковь просто закрыла глаза на это несоответствие вере и руководствовалась практическими соображениями. А если бы попы Испании объявили бы Колумба еретиком, а его план – святотатством? Думаю, что в таком случае Америку открыли бы гораздо позже – но уже турецкие адмиралы, из принявших ислам французов или итальянцев.

Сегодня принятие новой парадигмы может спасти нас, русских. Потому что завтра мы, вымирающие, столкнемся с новым вызовом: Чужими, антилюдьми, обретшими почти бессмертие, с их квантовыми компьютерами, нанотехом и высокоточным оружием, с боевыми роботами и изощренными способами влияния на массовую психику. К этому моменту нужно иметь и свои козыри, которые деградировавшая наука РАН дать не может.

Продавить новую парадигму можно только с помощью нового умного государства. Только там мы сдвинем с места махину, не утратив ни лучших достижений материалистов, ни поросли новых знаний.

Без вмешательства государства – никуда. Ибо старая парадигма, причем именно в РФ, будет стоять насмерть, все удушая и подавляя своей неоинквизицией.

Старая, умирающая наука второй парадигмы не пустит носителей новых знаний ни в серьезные журналы, ни к научному оборудованию своих институтов, где можно было бы проверить и развить новые знания…

Частокол, через который не пробиться без помощи извне

Представим себе такую картину. Допустим, во времена Коперника существуют научные журналы. И вот приносит гениальный Николаус свою статью о том, что не Солнце и планеты вращаются вокруг Земли – центра Вселенной, а наоборот. Что Земля – всего лишь одна из семи известных на тот момент планет (включая Луну). Редактор гипотетической «Христианской космологии» передает статью на рецензию паре признанных астрономов начала шестнадцатого века. Ну, и какие отзывы они дадут? Понятно, что они Коперника в порошок растерли бы. Ибо на тот момент в мире долгие века господствует картина мира по Птолемею, незыблемому античному авторитету. Все вращается вокруг Земли! Даже выдающийся астроном Тихо Браге, родившийся три года спустя после смерти Коперника, считал, что тот ошибался. Браге называл модель гениального поляка математической спекуляцией (хотя к Копернику относился с глубоким уважением, держал в обсерватории его портрет и даже сочинил восторженную оду в его честь). Браге предложил свою компромиссную гео-гелиоцентрическую систему мира, которая представляла собой комбинацию учений Птолемея и Коперника: Солнце, Луна и звезды вращаются вокруг неподвижной Земли, а все планеты и кометы – вокруг Солнца. Суточного вращения Земли вокруг своей оси Браге тоже не признавал.

Естественно, попытка Коперника поделиться с миром новым знанием кончилась бы его шельмованием и уничтожением, как ученого. Причем в травле его приняли бы участие самые авторитетные астрономы и космологи его времени. Они бы привели сотни «неопровержимых» аргументов против коперникианства. Коперник умер бы с клеймом «лжеученого».

– Но ведь он же был прав! – воскликнете вы. – Ведь Земля вращается вокруг Солнца!

И, тем не менее, Коперника затоптали бы. Ибо он шел наперекор общепринятым взглядам своего времени и мощнейшим научным школам, давно сложившимся и закостеневшим в заблуждении. Наперекор старой парадигме.

Примерно то же самое ждало бы того, кто в 1851 году принес бы в тогдашние ученые издания статью о возможности радиосвязи без всяких проводов. Ибо электромагнитные волны изучит лишь Генрих Герц. Лжеученым и шарлатаном объявили бы и того, кто в 1890 году принес бы труд о возможности создания атомного реактора или урановой бомбы. Ибо, согласно всеобщим воззрениям ученых тех лет, сама идея ядерной цепной реакции нарушала закон сохранения энергии и казалась чем-то вроде вечного двигателя.

Вы думаете, что сегодня что-то изменилось? Вы считаете, что сейчас новый Коперник, приди он в солидные современные научные журналы, не получит того же самого? Ошибаетесь! Ничего не изменилось.

«… В науке сложилась определенная система. В любом научном журнале есть авторитетные эксперты, которые рассматривают каждую поступившую в редакцию рукопись. Заключение двух и даже трех таких рецензентов обсуждается на редколлегии, где рукопись принимается или отвергается. Это общемировая практика. Если статью не принимают в российских журналах, автор вправе попытать счастья в зарубежных журналах. Только, боюсь, результат будет тот же. Не в Академии наук тут дело, а в том, что автор пытается опубликовать…»

Это глаголит уж покойный ныне глава Комиссии РАН по лженауке Эдуард Кругляков (http://www.rg.ru/2009/10/21/ kruglyakov.html). И он полностью подтверждает наше мнение: любое новое будет отдано на суд нескольким «признанным авторитетам». И они вынесут суждение, не проверяя это новое на практике, а исходя из своих представлений и догм своих научных школ. Везде – и у нас, и на Западе. Вот почему сегодня чаще всего бессмысленно пробиваться в серьезные научные журналы: скорее всего, они объявят открытие «лженаукой». Им, как показывает дело Петрика, и работающие установки – не доказательство.

И ведь нет ничего сложного в такой проверке! Помню, как при мне некий «ученый» утверждал, что всем управляет сознание и что коли загипнотизировать побывавшего на орбите космонавта, внушив ему, что он в невесомости, то вес его тела действительно уменьшится чуть ли не вдвое. В чем проблема? Считаю, что Агентство передовых разработок Максима Калашникова и Комиссия РАН по поиску новых знаний должны провести такой опыт. С космонавтом, весами и гипнотизером. И если ни черта не подтвердится, такой претендент на открытие должен быть «ославлен» в прессе. Чтобы он присоединился ко всяким грабовым и потаповым. Если Грабовой заявляет, что создал телепатофон – пусть несет образец на проверку. Главное – не отвергать все с порога во имя только одного: на тысячу больных психически и обманщиков может сыскаться один истинный гений.

Но РАН создала Комиссию не по проверке необычного, а по лженауке, чохом записав всех в шарлатаны! Читаем то же интервью инквизитора Круглякова «Российской газете»:

«Сейчас почти в каждом городе, где есть серьезная наука, есть наш представитель. Мы получаем множество запросов из администрации президента, из аппарата правительства, Госдумы, Совета Федерации, от губернаторов. За эти годы мы рассмотрели тысячи предложений, и еще не было ни одного случая, чтобы давали положительное заключение…»

(«Российская газета» – Федеральный выпуск № 5023 (199) от 21 октября 2009 г.)

Эка молвил-то! Прямо-таки инквизитор Фонсека, похвалявшийся тем, что спалил заживо несколько тысяч еретиков. А проверить делом что-то не пытались? Все с порога объявляется ересью. В данном случае покойный Кругляков лжет: серьезные организации никогда не обращались, не обращаются и не будут обращаться за консультациями в Комиссию РАН по лженауке. Сегодня любая из государственных структур, уполномоченная финансировать проекты, имеет свой собственный технический совет. Отобранные техническими советами проекты изучаются экспертными советами, в состав которых входят крупнейшие ученые страны, располагающие возможностью использовать для этой цели профильные научно-исследовательские институты. После утверждения проекта экспертным советом, он должен быть одобрен наблюдательным советом. При этом все экспертизы проводятся анонимно.

А есть еще одна сторона – сторона частного соинвестора. И, прежде чем вложить в проект деньги, он проводит свою проверку. Вот почему жизненно важно поднять в стране новую промышленность: тем больше будет спроса на реальные инновации.

Но сейчас, увы, моя страна деиндустриализована – и противопоставить неоинквизиции почти нечего. Принцип обязательных публикаций в рецензируемых журналах работает на все сто процентов.

Так и представляешь картину: «Вы – какой-то Архимед? Открыли закон, по которому погруженное в воду тело вытесняет оной воды как раз в том объеме, что занимает само? Хм-м. А у вас есть предшественники, на работы коих вы опирались? А научные публикации? А в Америке этим занимаются? Вы говорите нам, что открыли это первым на свете, провели опыты и вообще наткнулись на решение, пытаясь измерить объем короны Гиерона. Для нас это, простите, не доказательство. Подите прочь, лжеученый!»

Все это до боли напоминает шестнадцатый век. То время, когда противоречие непререкаемому Аристотелю или Священному писанию по определению считалось преступлением, когда ссылки на опыты никого не волновали. Чем требование обязательных публикаций в признанных научных журналах отличается от той же инквизиции? Ведь и кретину ясно, что редактор и рецензенты в большинстве случаев не допустят публикацию статьи кого бы то ни было, если в ней содержится нечто, противоречащее сложившимся представлениям и устоявшимся теориям. Вам просто не дадут опубликоваться в серьезном журнале, хоть вы в лепешку расшибетесь, пытаясь показать результаты своих реальных экспериментов. Редкие исключения только подтверждают общее правило.

Буквально подкоркой сознавая свое бесплодие, носители старой научной парадигмы стараются затереть все новое, дабы оно своим примером не показало это бесплодие. В конце концов, речь идет о деньгах бюджета и богатых инвесторов/спонсоров. Не отнимут ли у нас, официальных признанных ученых, средства, если вдруг «еретик» покажет работающую установку? Если он окажется прав?

У науки старой парадигмы для этого есть могучее орудие: экспертиза. Ну, пришел изобретатель чего-то необычного, но работающего к государству или к корпорации. Показал свое детище и результаты экспериментов. Заявил: это – несовершенный образец, сделанный на коленке и на последние гроши. А вот если бы денег было вдоволь, то можно создать полноценную установку, новую технологию. Но куда направят новатора на экспертизу чиновники или корпорактократы? В Академию наук (если речь идет о государстве) или к признанным экспертам (в случае с корпорацией). А что скажут академики или эксперты, столкнувшись с необычным? Да моментально смешают его с грязью. Мы, понимаешь, себя считали крутейшими спецами, занимались этими проблемами десятки лет. А теперь, выходит, мы – дураки и шли не туда? Нет, нам такой хоккей не нужен.

Могу только представить, что ждало братьев Райт, вздумай они не сами строить первый аэроплан, а получить деньги, к примеру, от правительства США 1902 года. Куда бы их направили? На экспертизу к тогдашним ученым. А что они тогда говорили? Что летательный аппарат тяжелее воздуха – совершеннейшая чепуха. Ну, и остались бы братья на бобах. А так – сами построили и выиграли. Увы, в РФ у новаторов и изобретателей чаще всего нет возможностей сделать так. Вот они и попадают под нож «экспертов», погибая сотнями и тысячами.

То же самое – и с доступом к хорошо оснащенным лабораториям и научным центрам. Вот где можно было бы провести настоящие, не «на коленке», эксперименты! Благо, третья парадигма логично вырастает из второй. Но сивые академики, трясясь от ненависти, просто не подпустят «лжеученых» к нужному оборудованию. Если кто-то внутри академических институтов наткнется на новое, что не вписывается в замшелые взгляды, – того выкинут прочь, как Великодного. Пробовал Виктор Петрик на свои деньги задействовать вполне официальные лаборатории в научных институтах– так его подвергли массированному информационному уничтожению. И понятно, что ждет теперь те институты РАН или иные заведения официальной науки, что пойдут на совместные с ним работы.

Частокол вокруг нового построен. Из чертовски толстых и дюже заостренных бревен. Снести его можно лишь ударом извне. Но пока этого сделать некому. Даже если чиновники и начнут управлять РАН, уничтожив ее автономию, – это не выход. Ибо чиновники – существа зачастую даже более отсталые, чем академики.

Псы окончательно свихнулись – их забыли пристрелить

Но нельзя же нам выбирать между чумой и холерой! Накануне падения автономии РАН летом 2013 года ее инквизиция напоминала полностью свихнувшихся от ненависти и злобы, истекающих пеной бешеных собак. Комиссия по лженауке во главе с достойным преемником Круглякова – академиком-оптиком Е. Александровым – начала бросаться уже на своих, на академиков же! Летом 2013 года он заявил:

«… В политику, например в дела с диссертациями, мы стараемся не лезть, занимаемся чистой наукой. Однако сейчас, когда лопнула затея с „Чистой водой“, никаких крупных наездов нету. Обратился тут ко мне журналист Павел Лобков, он недоволен разговорами о воде, которая лечит от всего на свете, а в президиуме РАН как раз состоялся доклад казанского физика, академика Коновалова, который влез в эту область и наделал там массу каких-то открытий. И тут я понял, что нам надо чистить собственные ряды, что в Академии наук лженаука тоже иногда появляется.

К примеру, Наталья Бехтерева, царствие ей небесное, которая нашла место души в мозгах, открыла сверхвозможности мозга, которые „позволяют предвидеть будущее“ и другие вещи. Десять лет назад она с сыном, который сейчас возглавляет Институт мозга, выпустила статью, в которой рассказывала о том, как за счет мозгового видения могут видеть люди, лишенные глаз. Там черным по белому было написано: „Возможно видеть без проекции изображения на сетчатку глаз“. С тех пор эта тема была пересмотрена и открытие дезавуировано…

– А чем вас Кириенко не устраивает, многие считают, что он неплохой управленец?

– Это неверно, потому что этот управленец берет за руку Петрика, обнимается второй рукой с Грызловым и идет с ними в Радиевый институт им. Хлопина и там говорит, что у Петрика есть замечательная идея производить живую воду. После этого РИАН варганит установку по очистке воды от тяжелых изотопов водорода (вполне традиционной конструкции), Петрик объявляет это собственным гениальным открытием, а потом они едут на комбинат „Маяк“ и показывают, как чистят там отходы. Сплошь имитационная деятельность. Кириенко обеспечивал финансирование РИАНа, а РИАН готов был разбиться в лепешку, потому что им несли деньги. (Эта история профессионально освещена в статье В. Е. Рябчикова, опубликованной в бюллетене № 12 „В защиту науки“ за 2013 год.)

Поэтому в нашем ответе мы пожелали, чтобы грамотные люди стояли на своих постах, чтобы глупости отфильтровывались, чтобы нам давали возможность выступать в газетах и чтобы навели наконец порядок в бесконечной рекламе всякой чертовщины на телевидении…»

Прочитали? Впечатлились? Это уже действительно напоминает метания бешеного животного, которому нужна милосердная пуля.

Начнем с уже покойной Натальи Бехтеревой (академика РАН), которая пыталась исследовать возможность «радарного зрения» по Бронникову. Любой исследователь имеет право на неудачу. Но она пыталась разобраться в этом феномене. Дело, считайте, еще не закрыто. И Бехтерева права в одном: мы еще слишком мало знаем о том, как работает мозг. Процитирую статью Натальи Бехтеревой 2003 года:

«… Например, еще Гельмгольцем было введено понятие цветовой температуры, и он показал, что есть люди, которые видят пальцами именно за счет изменения цветовой температуры. О способности видеть с закрытыми глазами много писали и в шестидесятые годы. Академик Б. П. Константинов организовал тогда в Физтехе группу по исследованию этого явления. Ученые ничего не обнаружили, однако, как рассказывал руководитель этой группы, сам Константинов тем временем научился различать костяшки домино с обратной стороны.

… Пока не существует не только теории, но и правдоподобной гипотезы о том, как работает целостный мозг. Да, мы уже многое знаем о деталях его работы. Но целостная мозаика далека от завершения. Один из примеров: нейрон генерирует импульсы с частотой около 20 в секунду. Скорость взаимодействия – миллисекунды. Так каким же образом такая медленная система обеспечивает такую гигантскую скорость обработки информации? Скорее всего, такое усложнение объекта неизбежно должно привести к появлению новых свойств.

Мы не знаем пределов возможностей мозга, не знаем и того, как модифицируются физические законы применительно к такой сложной материи. Поэтому, если возникает нечто непонятное, это необходимо исследовать. Не существует априорных критериев правильности или неправильности гипотезы или эксперимента. Для понимания принципов функционирования мозга необходимы новые теории, смелые идеи и нестандартные эксперименты, конечно, наряду с планомерной, так называемой рутинной работой. Ученый, достигший определенного уровня, должен иметь право и возможность проводить исследования в выбранном им направлении, даже если оно далеко не всем кажется перспективным и правильным…»

Но оптик Евгений Александров, в тот год травивший Бехтереву, ничего знать не хочет. Мол, все здесь – лженаука и точка. Простите, но так ведет себя только догматик-мракобес. Карается даже сама попытка искать «не под фонарем», искать там, где еще не искали другие. То есть, главный принцип совершения великих открытий. И тут идет откат науки во времена до 1960-х годов, когда советская наука всерьез начала изучать сверхспособности человека и такие необычные умения, как лозоходство (рамочничество).

А теперь – о воде и ее необычных свойствах. Александров и тут с порога все объявляет лженаукой. Чохом. Тотально. Хотя я с 70-х годов читал научно-популярные советские книги о том, что обработанная вода приобретает еще не изведанные свойства. Приведу всего лишь один пример: сообщение из «Техники – молодежи» за февраль 1969 года.

«Омагниченная вода

„Омагниченная“ – так называют воду, которая прошла через магнитное поле. Удивительны ее свойства. Она не образует накипи в котлах и разрушает ранее появившуюся, увеличивает прочность бетона, ускоряет рост растений и созревание плодов.

Для электромагнитной обработки воды на заводе „Химмаш“ (в нынешнем атомном Димитровграде, тогда еще – Мелекессе. – М. К.) сделана довольно простая установка. В пазах стальной болванки – керна намотано шесть катушек, каждая по 1500 витков.

Обмотки соединены последовательно. Электромагнит помещают в кожух из немагнитного материала и заливают трансформаторным маслом. К сети переменного тока его подключают через селеновый выпрямитель. Вода, проходя со скоростью 2 м в секунду по кольцевому зазору между кожухом и корпусом, пересекает магнитные силовые линии и подвергается магнитной обработке. Соли выпадают в виде шлама и легко удаляются при продувке корпуса…»

И это – всего лишь один пример. Представляю, что сказал бы сегодня Александров, попробуй сейчас некий завод делать подобное. Он же Александра Ивановича Коновалова, академика и крупного специалиста в области супрамолекулярной химии, уже успел объявить шарлатаном. Оптик судит химика. За что? За поистине революционное открытие, которое переворачивает все представления о химии. Коновалов открыл, что в ряде случаев ничтожно малые количества вещества, растворенные в воде, могут наделять ее свойствами этих веществ. И это – сродни магии.

«Явление, ранее не известное в природе и даже не предсказанное теоретически, обнаружили российские ученые. Открытие, уже признанное сенсационным, обещает настоящий переворот в фармакологии и медицине. Оказывается, лекарственные вещества могут быть эффективными в сверхнизких дозах. А значит можно создать эффективные препараты, применяемые, например, при лейкемии.»

Об этом рассказал в своем научном сообщении на заседании президиума Российской Академии наук руководитель исследовательского коллектива академик Александр Коновалов.

Сообщение имеет строго академическое звучание и название – «Образование наноразмерных молекулярных ансамблей /наноассоциатов/ в высокоразбавленных водных растворах». Известно, что при разбавлении некоего раствора водой он теряет свои свойства тем больше, чем больше добавляется воды. Достаточно сравнить качества чистого спирта, его 40-процентной смеси с водой и такой же смеси, в которой его остается полпроцента.

Однако в ходе 6-летних исследований группе российских ученых удалось установить, что подобным – классическим – представлениям соответствуют лишь 25 процентов растворов. Зато остальные 75 процентов «ведут себя неклассически: у них свойства изменяются неожиданно», – отметил академик Коновалов.

Это явление, впрочем, отмечается лишь в высокоразбавленных водных растворах – вплоть до 10 в минус двадцатой степени моля /т. е. единицы количества вещества/ на 1 литр. Но именно при таких ничтожных концентрациях некоторые растворы получают такие физико-химические и, что особенно важно, биологические свойства, которых в соответствии с существующими научными воззрениями не должно быть! Детали важны для узких специалистов, но широкой публике новое российское открытие обещает зримые перемены в медицине и фармакологии: ведь при освоении соответствующих технологий можно будет получать необходимые эффекты от действия лекарственных препаратов в ультранизких дозах.

«Лекарственные вещества могут быть эффективными в сверхнизких дозах, – подчеркнул Александр Коновалов. – При ничтожных концентрациях вещества могут быть созданы эффективные лекарственные препараты, применяемые, например, при лейкемии».

Как выяснили ученые, это происходит в силу того, что в таких растворах образуются наноразмерные молекулярные ансамбли, названные авторами работ «наноассоциатами». Размер наноассоциатов варьируется в зависимости от степени разбавления растворов не линейно и не монотонно: от нескольких десятков до нескольких сотен нанометров. При этом необходимыми условиями образования наноассоциатов являются наличие внешнего естественного электромагнитного поля. В свою очередь, обязательная необходимость внешнего электромагнитного поля для образования наноассоциатов может оказаться одним из каналов влияния электромагнитных полей на живые организмы.

«Наноассоциаты диктуют „погоду“ в этих растворах, – заявил академик Коновалов. – Именно образование наноассоциатов является причиной неклассического поведения растворов. Причиной является измененная структура растворенного вещества. А вот какая она – мы пока не знаем. Это вызов физикам, биологам, биохимикам».

Ученый подчеркнул, что с точки зрения методической и статистической чистота экспериментов обеспечена: «У специалистов к экспериментам претензий нет». А поскольку его даже теоретически не предсказывали, то «предстоит существенная трансформация наших представлений о природе», – подытожил Александр Коновалов…(http://sdelanounas.ru/blogs/26256/)

Так вот: ни черта не проверив практически и понимая в супрамолекулярной химии не больше, чем свинья в апельсинах, оптик и главный инквизитор Евгений Александров клеймит академика Коновалова как обманщика и лжеученого! Это – вменяемое поведение? Что творит сия гадина – Комиссия по лженауке? Ведь перед ней – возможность совершить полный переворот в химии и в мировой фармацевтике, причем совершенный самым настоящим академиком РАН! Вместо этого Александров смешивает Коновалова с грязью…

А вот дальше академик-инквизитор Александров откровенно врет. В который раз поминая Виктора Петрика, он плетет о какой-то «живой воде», смешивая в одну кучу две работы изобретателя, совершенно отдельные друг от друга. А именно:

– создание установки по очистке воды Теченского каскада от радионуклидов;

– установку по очистке воды от трития, важную для работы тяжеловодных реакторов типа «КАНДУ».

Никакой «живой воды» здесь и близко нет. Эти работы велись вместе с авторитетнейшим Радиевым институтом и не были доведены до конца из-за дикой кампании травли, развязанной неоинквизицией РАН в 2009–2010 годах. Мало того, имел место откровенный саботаж и «экспертиза» тогдашнего главы Комиссии по лженауке Круглякова на уровне: «Я звонил своим знакомым…»

Когда читаешь это, думаешь: что это? Плоды возрастных изменений в мозгу? Или просто наглое вранье?

Однажды В. Петрик сказал: «Мое дело будет последним делом РАН…» Кажется, он оказался пророком. Власть РФ пришла к РАН со скальпелем в июне 2013 года. Как раз накануне академик Александров ввел в состав Комиссии по борьбе со лженаукой настоящего отщепенца, бывшего преподавателя марксизма-ленинизма Лебедева, бывшего радиокомментатора яро антирусского радио «Свобода», живущего в Соединенных Штатах. За что? За то, что Лебедев помогал академику Александрову «мочить» Виктора Петрика. И существует обширная, преданная гласности, переписка инквизитора Александрова с пресловутым Лебедевым, где те на все лады обсуждают: как бы нагадить Мастеру и полить его грязью?

И это – действительно финал. Ибо перед смертью не только люди, но и структуры подчас впадают в маразматическое безумие.

Так что первейшая причина крушения русской науки как таковой и превращения Постсоветии в мертвую зону для инноваций – именно сопротивление старой науки новой парадигме. При этом происходит оное в крайней форме, сообразно нашей национальной особенности: бросанию в крайности. С существенной, ежели сравнивать с семнадцатым веком, модификацией. На сей раз старая наука может организовать дикую травлю неугодных себе новаторов, используя огромную мощь масс-медиа и Интернета. Что она не без успеха и предпринимает.

Потому, ради дела национального выживания, нужно не кидаться в русский идиотизм (из крайности в крайность) и разгонять Академию наук. Нет, я бы создал ей конкуренцию, защищая носителей новой парадигмы от уничтожения и давая им показать миру свои разработки в действии. Создать такой механизм – вопрос чисто технический, дело – лишь в воле власти. Ну, а РАН пусть получает таким образом регулярные пинки в зад и шевелится, объясняя все эти работающие новинки. А заодно – понудим старую науку из кожи вон лезть, показывая свои возможности, заставляя ее искать и новые разработки, и талантливых людей. Тем самым мы преспокойно избежим опасности: не потеряем всего ценного, что наработала наука в прежней парадигме. Сделав таким манером переход на новую модель развития науки как можно более безболезненным.

Но пока все это у русских остается лишь мечтами, продолжает свирепствовать новая «научная инквизиция», загоняющая все новое в разряд «лженауки». И это – причина нашего застоя номер один.

Маразм новой инквизиции подчас поразителен.

Академики – они тоже пристрастны и иногда путаются в представлениях. Возьмем для примера того же бичевателя лженауки Э. Круглякова и хрестоматийный пример торсионных полей. Разоблачение теории «торсионных полей» – генеральная тема деятельности Комиссии по лженауке.

В борьбе с торсионными полями Кругляков проявлял исключительную «последовательность».

«Я же ответственно заявляю: торсионных полей не существует!»

(«Вечерний Новосибирск», 24 декабря 1999 года).

«Серьезная наука действительно занимается поисками полей кручения (так в науке называются торсионные поля)»

(«Наука в Сибири» № 3, 2000 г. http://www.ict. nsc.ru/ win/elbib/hbc/hbc. phtml?11+84+1).

«Одной из задач Комиссии по борьбе с лженаукой является выяснение причин ничем не оправданного и трудно объяснимого распространения несуществующих „торсионных технологий“»

(«Наука в Сибири» № 7,2000 год).

«У какой-то части читателей может создаться впечатление, что торсионные технологии действительно существуют, а Комиссия по борьбе с лженаукой душит новаторов физической науки»

(«Наука в Сибири» № 34–35, 2000 год).

До самой своей смерти в ноябре 2012-го главный научный инквизитор Кругляков отрицает существование полей кручения. Он не видит, как в природе все закручивается: и смерчи-торнадо, и циклоны, и спиральные галактики, и раковины моллюсков. Ничего не растягивается на идиотских «струнах», а именно завивается. Торсион – это закручивание. Но злобствующий старик до самой своей кончины все это не просто отрицает, как обычные люди, которые говорят в таких случаях: этого не существует, не бывает, или как делают ученые – доказывают свои утверждения, нет, он, как самый крутой, «ответственно заявляет». Так, стало быть, нет этих полей, нет явления и технологий, как вдруг… «В принципе современная физика не отрицает возможности существования торсионных полей» («Аргументы и факты» № 6, 2001 год, http://gazeta. aif.ru/online/aif/1059/14_01). Вот какая фундаментальная наука стоит за Кругляковым!

Давайте представим, что некий изобретатель или научный коллектив в сегодняшней РФ собирается объявить о новом явлении, изобретении или открытии. Они хорошо знают, что, как только попробуют сделать это, так тут же попадут в поле зрения собратьев Круглякова/Александрова из Комиссии РАН по лженауке. В научном мире, по крайней мере, в той его части, где пытаются найти новые, эффективные и нетривиальные пути развития науки, хорошо известно, чем кончаются такие попытки. Комиссия по лженауке – недреманное око сетевой войны, претендуя на глобальность, пристально следит за всякой попыткой ученого шагнуть навстречу новому в науке и технологии. Ученые испытали на себе вердикты и приговоры, что выносит комиссия, среди них и те, которыми так гордился Кругляков: «… и еще не было ни одного случая, чтобы давали положительное заключение».

Теперь под страхом неминуемой и быстрой расправы, уготованных позора и унижения, ученые-новаторы вынуждены покидать родную страну, как только почувствуют, что приближаются в своих исследованиях к чему-то новому.

Вот почему нам нужны и Агентство передовых разработок, и вторая Академия, и частные институты наряду с государственными, и конкуренция в науке, и непочтение к авторитетам. Ибо в противном случае в Шестом и Седьмом технологическом укладах нам не оказаться никак.

Небольшое соображение в связи с этим: «торсионные поля» сейчас – синоним шарлатанства. Лучший способ опорочить смелых ученых в глазах публики и СМИ – дать им слово. Их теории воспринимаются как бред. Но если вы дадите слово представителям науки, то теория суперструн в физике с ее кучей измерений и пролетами частиц сквозь множество миров тоже покажется бредом. Не меньшим, чем «поля кручения». Помню, как я в 70-е читал о частицах, которые могут двигаться назад и вперед во времени, в одном из советских научно-популярных сборников. Так вот: все это не воспринимается как чушь из уст безумцев лишь потому, что изрекают это физики-теоретики из направлений, которые завоевали монополию, создали свои «кругляков-комиссий» и давят всех прочих. Потому подобные речи от них воспринимаются обывателями как нечто очень мудреное, но научное. А вот речи тех, кто еще не стал монополией, считаются бредом.

Так сказать, чистая психология – и ничего больше. Так что завтра вполне может оказаться, что торсионные поля – вовсе не дичь.

Впрочем, а как вообще возникло такое позорное явление, как Комиссия по лженауке? Ведь в СССР ее не было. Ведь в Советском Союзе официальная наука могла работать со «лженаукой». И с экстрасенсами, и с рамочниками-лозоходцами, например. Почему именно в 1999 году возникает при РАН эта самая новая инквизиция?

На борьбе с «торсионщиками». Именно это, пожалуй, и стало началом конца отечественной науки как таковой. И в старом, и в новом обличьях. С этого вторая парадигма принялась остервенело уничтожать третью с тем, чтобы затем пасть под ударами нового варварства в виде кремлевских «реформаторов». Пик безумия в виде расправы над Виктором Петриком будет позже, а у истоков лежит именно «торсионная истерия»…

Тайна возникновения новой инквизиции

Не могу выносить окончательных суждений относительно того, что – действительно новые научные прорывы, а что – неизбежный всегда и везде поток шарлатанства и сумасшествия. Потому и настаиваю на создании институтов экспериментальной проверки непознанного и удивительного. Причем проверки объективной.

Личный опыт говорит мне, что отнюдь не все, что ныне чохом записали в лженауку и объявили фикцией, является таковым. Помню, как сам впервые столкнулся с непонятным. В 1990 году у нас в редакции «Вечерней Москвы» знаменитый экстрасенс Алан Чумак с помощью пассов руками зарядил свою фотографию. И я могу засвидетельствовать лично: от фото после этого шел мощный поток тепла. Как от сильного электрического рефлектора или от обогревателя. Он шел направленным снопом – это чувствовалось, когда фотографию поворачивали. Могу поклясться под присягой: никто и ничем кусок плотной бумаги не нагревал. Ну, Нинель Кулагина, объявленная нынешним главой Комиссии по лженауке Е. Александровым мошенницей, вообще могла наносить ожоги прикосновением.

С тех пор я знаю, что непознанное, но требующее исследований, существует вполне объективно. Просто со времен Горбачева его умело утопили в шоу-балагане, в потоке сбрендивших и психически ненормальных, в водопадах мистики. Горбачевское и ранне-ельцинское время – это вообще тотальная, массовая паранойя. Но рациональное-то зерно в обнаруженных чудесах есть.

В те же годы возникло увлечение торсионными полями. Считаю, что все это слишком поспешно объявили лженаукой. Сам я в служебной командировке в одном из городов Урала в 2010-м встречался с командой, которая с помощью своего генератора воздействовала на металлургическую печь, отчего после плавки выходила сталь гораздо более высокого качества, чем должна была получиться. Сортность повышалась. Сам ведь совал руки в фокус действия «пушки» и чувствовал, как они немеют. Открывать ни имен этого коллектива, ни называть сам город не хочу. Ибо в той команде трудится серьезный ученый из местного знаменитого университета, но всячески это скрывает. Ведь сегодня Комиссия по лженауке может легко поломать человеку жизнь в науке, объявив все это (без всякой проверки!) шарлатанством. А та команда показала интересные результаты – есть результаты материаловедческого анализа получаемых после воздействия сталей. Работали они на свои деньги и на частных заводах, сокращая их потребность в дорогих легирующих добавках. Так что не хочу наводить на след этих людей собак из новой инквизиции.

Потому я не стану утверждать, что торсионные поля – уже познанная реальность. Но в том, что эти «сумасшедшие» работы нуждаются в объективной проверке, убежден на сто процентов.

Но пресловутая Комиссия по лженауке такой честной проверки обеспечить не может! Мы уже видели ее приемы: ложь, площадная брань и никакой опытной верификации. Суждение только по газетным публикациям. Более того, объективности от нее ждать здесь нельзя вовсе.

Сама Комиссия по лженауке РАН возникает в 1999 году по инициативе уже покойного ныне академика В. Гинзбурга, так называемого теоретического физика. Подобно тому, как католическая инквизиция поднимается на преследовании катаров-альбигойцев на юге Франции и принимается с размахом палить людей живьем на кострах, «лженаучная комиссия» делает первым своим крупным делом «священную войну» с исследователями торсионных полей. С Шиповым и Акимовым, которые смогли заинтересовать своими исследованиями советское руководство при Горбачеве.

– Начнем с вранья. В 1991 году усилиями академика ВЛ. Гинзбурга и членкора АН СССР Е. Б. Александрова (ныне – академика и главы комиссии по лженауке. – М. К.) родился миф о торсионном оружии, на создание которого якобы еще в СССР было выделено 500 млн. рублей. Да-да, еще тех. Советских. Утверждалось, что самого чудо-оружия нет и в помине, нет и результатов торсионных исследований или каких-либо технологий, и что подобная афера была произведена под завесой секретности «лжеученым и жуликом» А. Е. Акимовым. Вывод был такой: прекратить и запретить, – свидетельствует Владислав Жигалов.

Потом сию ложь о полумиллиарде советских рублей, якобы потраченных на торсионные исследования, подхватил ныне покойный академик Кругляков (академиком он стал уже в развальном, постсоветском 1997 году), что был главным инквизитором до своей кончины осенью 2012 года. Кругляков утверждал, что это чуть ли не разорило наше Минобороны.

Свидетельствует (1999 г.) профессор МГУ, доктор физико-математических наук Леонид Лесков.

«… Во-первых, в годы, о которых идет речь, наша армия отнюдь не была бедной. Удовлетворялись практически любые запросы военных. Например, когда они заявили, что им необходим космоплан „Буран“, на его создание было израсходовано 13 миллиардов рублей, бывших тогда вполне полновесными. А после того, как „Буран“ совершил свой первый триумфальный полет в автоматическом режиме, Министерство обороны отказалось от него, заявив, что „Буран“ ему не нужен.

… А вот 500 миллионов для торсионных генераторов никогда не были выделены и выделять их никто не собирался. Суммами такого масштаба распоряжались только ЦК КПСС и правительство страны. Сведения, которыми пользуется академик Кругляков, – всего-навсего миф, порожденный клеветническими слухами. Возглавляемый А. Б. Акимовым Международный институт теоретической и прикладной физики Российской академии естественных наук из государственных источников финансирования не получает ничего. При желании проверить эти факты не составляло никакого труда.»

Следующий вопрос, на который необходимо дать ответ: существуют ли научные основания для создания торсионных генераторов? Вот что думает по этому поводу известный специалист по теоретической физике академик В. Л. Гинзбург, письмо которого академик Кругляков цитирует в своей книге. «Физики знают, что микро– и макромир управляются четырьмя силами. Попытки найти пятую силу безуспешно ведутся последние пятьдесят лет. При этом физики отдают себе отчет, что ищут нечто неимоверно слабое, до сих пор ускользающее от наблюдения». На фоне этих исследований, продолжает далее Гинзбург, вдруг появляются сообщения, что Акимову удалось создать торсионные генераторы, в которых эта сила не только обнаружена, но и работает.

«Безграмотный или фальсифицированный эксперимент может дать любой результат, – пишет по этому поводу Гинзбург. – Справедливость эксперимента подтверждается независимой экспертизой и независимым воспроизведением».

И в самом деле, если торсионное (или спинорное) излучение до сих пор физиками не зарегистрировано, то о каких генераторах этого излучения может идти речь? Чтобы снять сомнения в этом вопросе, обратимся к научной литературе.

В. де Саббата и К. Виваран в журналах «Нуово Чименто» (1989) и «Интернэшнл джорнэл оф теоретикал физикс» (1990) сообщают о наблюдении сильных спин-торсионных взаимодействий при рассеянии поляризованных протон-протонных пучков и об обнаружении торсионных взаимодействий как пятой силы. В 1976 г. А. Там и В. Хаппер обнаружили, что при прохождении двух поляризованных лазерных пучков через пары атомов натрия эти пучки притягиваются, если они поляризованы одинаково, и отталкиваются при противоположной поляризации. П. Найк и Т. Прадан объяснили этот эффект аксиально-векторным торсионным взаимодействием. Спинорное взаимодействие ядер атомов в квантовой жидкости – поляризованном гелии-3 наблюдали М. Ледюк и Б. Кастэн («Ля Речерч», 1988). X. Хайасака и С. Такеучи обнаружили изменение веса вращающихся гироскопов («Физикал ревью леттерс», 1989). Причем эффект наблюдался только в случае правого вращения гироскопов. Этот гироскопический эффект наблюдался и другими авторами (Н. А. Козырев, С. М. и О. С. Поляковы, И. Акира и др.). У. Лале Д. Фрид наблюдали спиновые эффекты в атомарном водороде и гелии-3, приводящие к резкому изменению свойств газа. Известен образ экспериментальных исследований, проведенных по методологии Этвеша с целью доказать существование пятой силы (Э. Фишман, «Анналс оф физикс», 1988). Перечень экспериментальных работ, в которых получены убедительные доказательства существования пятого фундаментального взаимодействия, можно продолжить.

Но если академики Гинзбург и Кругляков ошибаются, полагая, что пятая сила до сих пор продолжает ускользать от экспериментаторов, то, быть может, они правы, когда утверждают, что надежных результатов по исследованию торсионных генераторов пока нет? Чтобы снять и эти сомнения, обратимся к результатам экспериментов, проведенных в независимых и авторитетных научных организациях.

В руках у меня протокол по результатам исследования воздействия спинорных излучений на процесс кристаллизации при остывании расплава металла. Протокол утвержден академиком АН СССР вице-президентом АН Украины директором Института проблем материаловедения В. И. Трефиловым. «Проведенные эксперименты показали, – говорится в протоколе, – что при воздействии генератора спинорных излучений на расплав металлов наблюдаются четко выраженные структурные изменения металлов, изменение их физических свойств».

Второй документ – отчет Института физики АН Украины, утвержденный заместителем директора И. А. Солошенко. В отчете подведены итоги исследований влияния излучения генератора торсионных излучений на свойства полупроводниковых и жидкокристаллических структур. Получены однозначные и убедительные доказательства такого влияния.

Третий – отчет Государственного университета телекоммуникаций имени проф. М. А. Бонч-Бруевича (Санкт-Петербург), утвержденный проректором по научной работе С. Л. Галкиным. В работе обнаружен отклик формообразования микрокристалла в сильном электрическом поле на торсионное излучение.

Далее – два отчета Черновицкого государственного университета, утвержденные проректором по научной работе Н. В. Ткачем. Исследовались проблемы создания регистраторов торсионных излучений и влияние этих излучений на объекты с изменяющимися состояниями магнитной подсистемы. Во всех случаях получены положительные результаты.

И еще один отчет – о работе, выполненной в Институте медицинских проблем Севера (Красноярск). Отчет утвержден директором института В. Т. Минчуком. Авторы отчета приходят к следующим выводам: «Установлено, что воздействие торсионного поля на организм человека и взвесь лимфоцитов периферической крови вызывает изменения внутриклеточных обменных процессов, зависящие от индивидуальных особенностей регуляции организма».

Участие МИТПФ РАЕН, руководимого А. Е. Акимовым, в этих и других исследованиях, о которых я для краткости не стал писать, состояло только в изготовлении и поставке экспериментаторам торсионных генераторов. Академики Гинзбург и Кругляков справедливо пишут о необходимости независимого воспроизведения результатов и независимой экспертизе. Но разве многочисленные исследования, проведенные в авторитетных научных учреждениях в разных частях страны, не дают убедительного ответа на этот вопрос? Беда уважаемых академиков заключается, очевидно, в том, что они черпают свою информацию не из научных, а из каких-то иных, им одним ведомых источников. Столь странные принципы отбора анализируемой информации не позволили ни Круглякову, ни Гинзбургу заметить в пылу полемики… одно важное обстоятельство: торсионная техника – не единственное направление в области исследования квантово-вакуумных технологий. Эти исследования активно развертываются в последнее время как в нашей стране, так и за рубежом. Профессор Л. Г. Сапогин разработал унитарную квантовую теорию, на основании которой предложил методы получения энергии из квантового, или физического, вакуума. Работы Сапогина опубликованы в зарубежных и отечественных научных журналах…

Возвращаясь к проблеме торсионных технологий, мне хочется привести большую цитату из статьи, опубликованной в американском журнале «Нью энерджи ньюс», где дается оценка работам русских ученых (статья X. Фокса, 1998).

«У братьев Райт, Годдарда, Эдисона, Понса и Флейшмана и многих других было две общие вещи: во-первых, они были лидерами в своей области, а во-вторых, у них были клеветники. И не просто клеветники, а высокообразованные, профессиональные клеветники. Эти критики были экспертами, которые стремились продемонстрировать собственные высокие знания о том, что летательный аппарат тяжелее воздуха невозможен, что ракета не может лететь в пустоте („там не от чего отталкиваться“), что электрические лампочки непрактичны, что низкотемпературные реакции ядерного синтеза невозможны.

Теперь для скептиков и клеветников открылись новые возможности в области торсионных полей!»

Эрвин Ласло, ученый с мировым именем, недавно опубликовал в США книгу «Шепчущий пруд. Собственный путеводитель к неожиданному взгляду в науке». Побывав в России, Ласло познакомился с результатами исследований А. Е. Акимова, Г. И. Шипова и их коллег. В его книге можно найти самый высокий отзыв об их работе и перспективах ее практического использования.

Приходится только сожалеть, что наши отечественные борцы с лженаукой избрали для своей деятельности самые неподходящие методы. В результате они сами оказались в плену мифов и непроверенных слухов. Результаты таких трудов имеют, к сожалению, много признаков той деятельности, которую с полным правом можно назвать антинаучной. Что же касается торсионной техники и квантово-вакуумных технологий, то разговор о них мне хочется закончить афоризмом академика П. Л. Капицы: «Наука – это то, чего не может быть. А то, что может быть, – это технический прогресс…»

Свое расследование проводил и Владислав Жигалов. Он сообщает:

«… Враньем здесь является и то, что такие деньги (те самые полмиллимарда советских рублей) выделялись, и что работы велись в режиме секретности, и что их результаты никому не известны, и что отсутствуют соответствующие технологии. Мне пришлось провести собственное большое расследование (http://www.second-physics.ru/reviews/ Rassled. pdf), обратиться к массе источников, включая первичные документы 80-х годов, изучить десятки научных публикаций по проблеме, общаться с многими непосредственными участниками исследований.

Мой анализ показал, что реально на торсионные исследования в 1990–1991 годах было выделено всего около 200 тыс. рублей по линии Госкомитета по науке и технике (ГКНТ) СССР, они были распределены по двум десяткам научных организаций, включая академические институты. Все эти работы велись в открытом режиме, их отчеты передавались заказчику и засекречены не были, претензий у ГКНТ эти работы не вызывали, и к созданию какого бы то ни было оружия те работы под руководством Акимова отношения не имели.

Результаты экспериментальных работ с торсионными генераторами были опубликованы, более того, работы по этой тематике продолжаются и сейчас, и на их основе создана и используется масса технологий. После полного самоустранения государства в середине 90-х годов из этой области в России и на Украине продолжают работать несколько инициативных групп, и их экспериментальные результаты подтверждают все те утверждения, которые отстаивал оклеветанный Александровым еще в 1991 году Акимов: открыт новый класс явлений, который требует серьезных усилий по их теоретической проработке и углублению экспериментальных работ.

Поразительна реакция академика Александрова на мое расследование. В 5-м бюллетене Комиссии по лженауке я нашел его статью, первая же страница которой меня удивила настолько, что я до сих пор не знаю, что об этом академике теперь и думать: стоит ли вообще воспринимать его самого и его слова всерьез. Пытаясь оправдаться, Александров врет еще больше и еще грубее: приписывает мне слова другого человека, при этом местами подправляет хронологию событий и подтасовывает факты. Например, реплику В. Я. Тарасенко 2001 года о том, что до сих пор Александров не удосужился посетить ни одну организацию, сотрудничавшую с Акимовым, он „кроет“ доводом о том, что в 2003 году по поручению Круглякова он посетил ЦНИИ материаловедения, где проводились работы с воздействием генераторов Акимова на силумин, и на основании этого делает вывод, что „В. А. Жигалов ошибается“.»

Дальше он объявляет уже отчет этой организации ошибочным (что уже интересно: Александров как ученый никакого отношения к материаловедению не имеет, а отчет оперирует эвтектическими параметрами силумина), при этом он игнорирует наличие научной статьи с подробным описанием результатов экспериментов по торсионной металлургии, проведенных в этом институте (не говоря уже об аналогичных результатах, полученных в других организациях).

В конце статьи Александров пишет:

«Есть такая категория журналистов, которая за приличное вознаграждение белое может сделать черным и наоборот. Они и сочиняют по принципу: „Чего изволите?“»

Я бы с удовольствием посмотрел на журналиста, который был бы способен провести (пусть даже за большие деньги) содержательный анализ нескольких десятков научных статей с экспериментальными работами! Конечно, по-хорошему такая скрупулезная аналитическая работа должна хорошо оплачиваться (я затратил на ее написание несколько месяцев, а по объему она вышла далеко за журналистский формат – более 200 страниц), но во вступлении я подчеркивал, что расследование вел инициативным образом и без какого бы то ни было внешнего заказа и тем более оплаты. При том что большая часть расследования составлена из документов, фрагментов статей, мнений обеих сторон, в т. ч. и самого Александрова, и читатель сам может решить, кому верить, а кому нет – на момент написания расследования я не являлся экспертом в данной области и цитировал гораздо больше, чем анализировал. Как-то после этого намекать на то, что моя работа была заказана самими торсионщиками, которые, по мнению Александрова, все как один мошенники, – некрасиво, да и можно просто нарваться на судебный иск о клевете. Тем более что возражений против остальных фактов и выводов моего расследования у Александрова нет.

Такой стиль ведения дискуссий – рассуждать о той области, в которой не работаешь, игнорировать и подтасовывать факты, добавлять свои фантазии в сопровождении оскорблений – вообще присущ Александрову. Но это неуважение не только к оппоненту, но и к читателю – зачем держать читателя за дурака? Ведь сейчас можно, в конце концов, просто обратиться к первоисточнику – в отличие от 1991 года теперь есть Интернет, информация находится «на кончиках пальцев»…

Словом, наши официальные академики, столкнувшись с удивительным и непознанным, решили его затоптать и оболгать, а не исследовать. Знакомая история! Вспомним, как тот же Александров отказывался признавать факт получения дополнительного тепла в вихревых теплогенераторах фирмы Константина Урпина. Но зато новые инквизиторы упорно пытаются смешать новые достижения в физике со знахарством, откровенным оккультизмом и прочее чертовщиной.

Почему так поступают (или поступали – коль речь идет о ныне мертвых) кругляковых, гинзбургах или александровых? Изложу свои выводы. К концу СССР обозначился кризис академической науки: при значительных затратах на нее она уже не давала прорывных результатов. Бесконечное дробление знания и узкая специализация научных работников стали источником бесплодия. Сказалась и долгая порочная практика: просто повторять то, что делают на Западе, а иногда – и пользоваться плодами научно-технического шпионажа. И у академиков появился страх: а вдруг появится некто, кто что-то создаст этакое необычное и деньги у нас отберут? Сами-то они, в душе своей, сознают тот тупик, в который зашли.

А тут еще и СССР погиб, и денег стало мало. Страх за свой кусок бюджетного пирога стал еще сильнее. Что пришло на ум? Да уничтожить возможных конкурентов всеми доступными способами! И первой мишенью сделали «торсионщиков». Как одно из самых опасных для старцев направлений. Ну, а потом последовали расправы с другими: и с Виктором Петриком, и с исследователем феномена Нины Кулагиной, Дульневым, и с создателями вихревых генераторов. Передам слово Владиславу Жигалову.

«Чем же насолили Александрову все эти люди? Среди множества необъясненных экспериментальных фактов существуют такие, для объяснения которых необходимо спускаться очень глубоко, к основам фундаментальных теорий. Для начала надо признать реальность явлений, против которых Александров выступает уже пару десятков лет. Более того, некоторые факты, против которых борется Александров, требуют пересмотреть основы современной „метафизики“ – текущей парадигмы. И Дульнев, и Акимов, и производители вихревых генераторов являются опасными свидетелями, а иногда и активными проводниками новых знаний. Их надо устранить – не физически, так морально. Слава богу, Александров, не работая в данных областях, не знает фамилий всех исследователей и бьет довольно случайно и бездарно, по наиболее выпирающим публичным мишеням, которые в большинстве случаев умеют держать удар. Но есть и более профессиональные бойцы.

„Главинквизитор“ Александров действует чрезвычайно грубо, и поймать его на невежестве и совершенно детских по наивности методах дезинформирования труда вообще не составляет. Но этот высокооплачиваемый вид деятельности, который имеет много названий и не меньше масштабных для нашей страны последствий, имеет и более ярких представителей. Я покажу сейчас примеры высшего пилотажа, которого Александрову никогда не достичь.

Сложно сказать, кто является конечным заказчиком деятельности Э. П. Круглякова, но могу сказать определенно: выбор, сделанный в 1997 году, когда Кругляков был избран в академики, оказался крайне неудачным. Сразу после избрания академик Кругляков, до того не замеченный ни в защите науки от шарлатанов, ни вообще в публичных дискуссиях в прессе, вдруг ринулся в бой. Место боя было обозначено совершенно четко – „Российская газета“, повод был примерно тот же, что и у Александрова в 1991 году: в этой государственной газете стали публиковать статьи, где описывались результаты исследований под руководством все того же Акимова, причем статьи не со знаком „минус“, а со знаком „плюс“.

Академик Кругляков стал писать в редакцию письма, где называл Акимова нехорошими словами, редакция не соглашалась публиковать их, прося смягчить формулировки, тот писал новые письма, требуя через Миннауки их опубликовать в обход редакции, и в конце концов он устроил в 1998 году публичный скандал, завершившийся образованием Комиссии по борьбе с лженаукой по распоряжению президента РАН Ю. С. Осипова.

Давайте разберем один конкретный пример. Посмотрим, какие были аргументы у Круглякова, чтобы называть Акимова аферистом. Как писал заведующий отделом науки „РГ“ журналист Валентинов, на ближайший космический аппарат типа „Марс“ будет поставлен торсионный генератор, чтобы в прямом эксперименте выяснить скорость распространения торсионного сигнала до Земли. Эти утверждения со слов Акимова были напечатаны в „Российской газете“ летом 1996 года. Кругляков летом 1997 года приводит контрдовод: по словам руководителя марсианской программы, экспериментов с торсионным генератором в ближайшей перспективе не запланировано. Но вот одна маленькая деталь: аппарат „Марс-96“, который летом 1996 года был ближайшим готовящимся к старту, осенью того же года из-за аварии после запуска так и не вышел на орбиту и упал сразу после старта из-за неотделившейся ступени. И что бы в 1997 году ни спрашивал Кругляков у руководителя марсианской программы, понятно, что делать на основании ответа про отсутствие „торсионных“ планов вывод о том, что в 1996 году Акимов врал, нельзя – это азы логики. И, кстати, это тот же знакомый нам прием – незаметная перемена очередности событий. Тонкая работа? Филигранно тонкая. Но это лишь самое начало, это лишь 1997 год.

Далее идет несколько десятков статей Круглякова, где на все лады повторяется история про мифические 500 млн. руб, про торсионное оружие и т. д. Помимо цитирования клеветы авторства Александрова, приемы такой „борьбы с лженаукой“ были одни и те же: легкая правка фраз, иногда с заменой всего одного слова, шельмование одних уязвимых результатов и умалчивание других, к которым сложно придраться.

Но борьба шла не только на торсионном фронте. Многие интересные области исследований были освещены в статьях и бюллетенях комиссии Круглякова – это и структурированная вода, и нейрофизиология, и холодный ядерный синтез. Один из „обвиняемых“, профессор Леонид Уруцкоев, охарактеризовал одну статью как „состоящую из правды, полуправды и откровенной неправды“. (Леонид Уруцкоев со своей группой в Курчатовском институте наткнулся на эффект выделения дополнительной энергии при электрических разрядах в обычной воде, причем фиксировал результаты своих опытов строго научно, с применением рапид-киносъемки. – М. К.)

Члены Координационного Совета при вице-президенте РАН по проблеме „Холодный ядерный синтез“ так говорят о другой статье Круглякова: „Содержатся недопустимые, некорректные выпады по отношению к данному научному направлению“. Академик Н. П. Бехтерева пишет: „Академик Кругляков умело редактирует историю, и она становится просто „страшилкой“. Здесь присутствуют и передергивание, и прямая ложь“.

Кругляков и другие члены комиссии публиковали свои статьи не только в газетах. Пара „критических“ статей была опубликована в „Успехах физических наук“: академиков Круглякова и Рубакова. Эти статьи по стилю очень сильно отличаются от принятых в научной печати. Они представляют собой откровенные „наезды“ на другихученых, и написаны людьми, не работающими в критикуемых областях: Кругляков ничего не смыслит в проблеме холодного ядерного синтеза, а Рубаков – в теориях гравитации с кручением. То есть, сточки зрения науки, эти статьи не представляют никакой ценности, и демонстрируют только возможность широкого использования административного ресурса: академик Гинзбург, „крестный отец“ комиссии Круглякова, на протяжении долгих лет был главным редактором УФН, и в этот период были запрещены к публикации обзоры, посвященные холодному ядерному синтезу (они публиковались до редакторства Гинзбурга), и не проходили редакторского барьера обзоры, посвященные торсионным полям, даже при положительном решении рецензентов.

А в бюллетенях комиссии ретроспективно „доставалось“ даже Ванге и Мессингу. Все эти статьи содержат полный набор приемов тонко выстроенной дезинформационной кампании, рассчитанной на людей, никогда не изучавших первоисточников по этим темам и потому не имеющих иммунитета против этой дезинформации, которая выглядит на первый взгляд очень убедительно. Но с точки зрения специалистов, работавших в этих областях, эти статьи содержат искажения и ложь, и с любых точек зрения – неприкрытое хамство и оскорбления…

… Кампания велась не только в прессе. На протяжении ряда лет плечом к плечу с Кругляковым и Александровым сражался некто А. Конкретный – загадочный Интернет-аноним, называющий себя профессором. С 2000 года он занимался в Интернете той же деятельностью, что и Кругляков и Александров в печати: обвинял ведущих торсионщиков А. Е. Акимова и Г. И. Шипова в том, что они аферисты и мошенники, создавая мифы и распространяя слухи.

Но пользуясь своей анонимностью (публике был известен только его email), „профессор Конкретный“ шел дальше своих коллег по цеху: он посылал поддельные компрометирующие письма от лица своих жертв, он публично матерно оскорблял их на интернет-форумах, а также в переписке, он создавал оскорбительные сайты. Одновременно с этим на хорошем английском он писал письма и западным ученым – тем из них, кто активно обсуждал теорию Шипова и экспериментальные результаты, полученные под научным руководством Акимова. В письмах он пытался опорочить и оклеветать Шипова и Акимова (правда, ему никто не верил – на Западе очень хорошо понимают, что такое этика).

Когда в феврале 2007 года Акимова не стало, Конкретным был сделан финальный мазок, который приоткрыл его настоящее лицо: одно из последних сообщений на форум сайта Шипова Конкретный послал из московской сети Президиума РАН, что было легко определить по IP-адресу. После этой своей оплошности профессор Конкретный навсегда исчез с горизонта.

Троица Кругляков – Александров – Конкретный очень колоритна. С чем их можно сравнить? Образ был подсказан еще одним членом комиссии – доктором философских наук В. А. Кувакиным: „Мы… – свора злых собак – кусаем так, что мало не покажется“ (http://orange. strf.ru/client/ news.aspx? ob_no=4534). Сам Кругляков свою деятельность характеризует как высмеивание лжеученых в прессе. Свора злых высмеивающих собак – это конечно, очень яркий образ (мне они напоминают одного очень запоминающегося персонажа из мультика „Маугли“)…»

В 1999 году профессор Лесков поведал о грязных методах академика Круглякова:

«… Гораздо важнее другое – метод, который академик Кругляков положил в основу своего исследования. Он строит свои заключения почти исключительно по газетным публикациям. Он не встречался с учеными, работу которых критиковал, не посещал их лабораторий, не слушал научных докладов, не читал научных отчетов. Поэтому выполненный им анализ многочисленных заблуждений, которые можно классифицировать как лженаучные, носит, в сущности, вторичный характер. Это привело к тому, что в книге немало неточностей и просто неверных сведений…»

В общем, новые инквизиторы во всех отраслях науки разбираются – и всех могут судить.

Но так ли уж безгрешны сами создатели Комиссии? Вот покойный Кругляков одним из объектов преследований сделал конструктора Авраменко, предложившего новое оружие. Управляемый сгусток энергии (плазмоид), созданный с помощью мощных наземных лазеров или СВЧ-генераторов, разрушит любой самолет, любую ракету на подлете к защищаемой территории. Тот же профессор Лесков вспоминал, как в середине семидесятых этот же самый проект проталкивал учитель Круглякова – академик Будкер:

«… Мне пришлось принять участие в работе по тем временам очень секретной комиссии, которой Правительство поручило разобраться по существу в проекте, предложенном директором Института ядерной физики из Новосибирска академиком А. М. Будкером. Речь шла о разработке нового способа уничтожения боевых порядков баллистических ракет на пассивном участке траектории, т. е. в космосе. Академик Будкер брался за решение этой задачи, если для этого будет выделен миллиард рублей.

Оказалось, что в своих расчетах Андрей Михайлович допустил грубую ошибку. Работа нашей комиссии позволила тем не менее выявить пути, ведущие к решению этой задачи. Одновременно стало ясно: за эту проблему лучше всего не браться – предстояло преодолеть слишком много трудностей, затраты оказались бы колоссальными, а успех отнюдь не гарантирован.

Но дальше произошло вот что. Президент США Р. Рейган выступил с программой „звездных войн“, которая дала бы в руки американских военных именно такое абсолютное антиракетное оружие. Наш военно-промышленный комплекс охотно принял вызов. И хотя говорили о „несимметричном ответе“, деньги были выделены громадные. А стоило бы своевременно задуматься над другими словами Рейгана: „Мы навяжем русским такую гонку вооружений, что с них свалится нижнее белье“. Надо признать, что с этой задачей Рейган справился вполне – победу в „холодной войне“ одержали США. И если для победы американские стратеги использовали лженаучное оружие „звездных войн“, то они прекрасно знали, что делали.

В своей книге академик Кругляков клеймит главного конструктора НИИ радиоприборостроения РФ. Авраменко, принимавшего участие в этой эпопее. „Самый главный сын лейтенанта Шмидта“ – такой титул он ему присваивает. Авраменко, утверждает академик Кругляков, был „отцом-вдохновителем программы чудо-оружия“. Ошибаетесь, Эдуард Павлович, отцом-вдохновителем одного из реальных вариантов такого оружия был ваш учитель – Андрей Михайлович Будкер.

В экспериментах по программе Авраменко принимали участие известные российские физики, в том числе сотрудники лауреата Нобелевской премии академика А. М. Прохорова. „Комизм ситуации состоял в том, – пишет по этому поводу академик Кругляков, – что они с самого начала понимали бредовость постановки задачи“. Хочется спросить вас, уважаемый Эдуард Павлович, если Авраменко, который был убежден, что идет верной дорогой, – сын лейтенанта Шмидта, то как тогда называть этих известных вам физиков, не устыдившихся получать от государства деньги за работу, которую они с самого начала считали бредовой?

Эта совершенно безнравственная и беспринципная ситуация, созданная сотрудниками привилегированного научного института, представляется академику Круглякову всего лишь комичной. А лженауку он предпочитает искать где-нибудь на стороне…»

Таким образом, новая научная инквизиция родилась во лжи и с рыльцем в пуху. Родилась из кризиса старой научной парадигмы и из страха за свою долю бюджетных денег. Эта инквизиция выносит, по сути, заочные приговоры, не стремясь ни в чем по сути разобраться, не желая знакомиться с реальными работами, она уклоняется от публичных диспутов с теми, против кого выступает. И вот почему ее необходимо уничтожить, заменив на систему проверки нового! Никакое Сколково, никакие иные структуры в РФ такой работы не делают.

А пока всего этого нет и близко, новая инквизиция, расправившись с приверженцами нового направления в физике, напустилась на других. Используя богатый арсенал методов: ложь, передергивание, массированное шельмование. И следующим объектом уничтожения стали работы Мастера.

И вот этот идиотский «Петрикгейт» стал концом науки в РФ. Начав с паранойи и инквизиции, РАН закончила собственным крахом и уничтожением.

Глава 4

Стреляя в спасителя

От удара шквала шхуна старого грека опрокинулась. Судно превратилось в подобие лоханки, перевернутой вверх дном: внутри остался воздух, поддерживающий ее на плаву. И внутри шхуны оказались в ловушке люди. Глупый грек хватается за топор, дабы прорубить днище шхуны и выбраться наружу. Его пытается остановить молодой и умный русский. Он доказывает глупцу: если ты порубишь днище, то вода вытеснит воздух и мы все пойдем ко дну в этой ловушке. Он предлагает: я, взяв конец-веревку, поднырну из нашей лохани под борт – и прикреплю ее снаружи. А вы все потом по этой веревке, ныряя следом за мною, выберетесь на свободу, пока перевернутое судно еще держится на воде.

Русскому удается это сделать, покуда тупой хозяин шхуны принимается рубить лаз наружу. Следом за умным наружу выбираются наружу, цепляясь за плавающие обломки, те, кто внял голосу разума. А грек, прорубив дыру в днище, уходит в пучину вместе со своим судном…

Таков сюжет одного из классических рассказов русского писателя-мариниста Бориса Житкова. Мне он с советского детства крепко врезался в память. Нынешняя РАН мне напомнила именно этот рассказ. А вернее – того самого безмозглого грека, что сам себя погубил. Ибо в 2009 году сама РАН в лице своего трусливого руководства и невменяемой Комиссии по лженауке не смогла использовать исторический шанс: шанс на альянс между старой наукой (Академией) и новой наукой в лице Мастера.

Знаю, что на меня за такое утверждение польются потоки помоев и оскорблений. Но мне это не страшно. Называл и назову Виктора Петрика настоящим мыслителем (а не просто ученым), который поступал очень дальновидно. Он давно знал, что дело идет к крушению РАН, и пытался протянуть ей руку помощи. Мастер предлагал безболезненно пойти на смену научных парадигм, давая РАН способ и выжить, и заработать, и показать всему миру свою полезность. Но она, обуянная паранойей и узколобием, сама выстрелила в своего спасителя. А когда за Академией наук летом 2013-го пришли чиновно-сановные палачи, она не смогла предъявить ни одного научно-технического прорыва в свою защиту, в оправдание своего существования.

Таково мое глубокое убеждение. И мне плевать на оскорбительно-негодующие крики обывателей. Ибо они – всего лишь стадо слепых глупцов.

И если вы – не дурак, то поведаю вам об этом несостоявшемся шансе на новую жизнь Академии наук.

Мастер создает угрозу для ортодоксии, но дает Академии шанс на новую жизнь

18 июня 2009 года целая делегация академических ученых приехала во Всеволожский институт Мастера, чтобы самим посмотреть на то, что делается в его стенах. Виктор Иванович предложил ученым сотрудничество: ведь нужно было и найти объяснение обнаруженным удивительным эффектам, и развить дальше изобретенные технологии. Тот, кого вскоре объявят кошмарным лжеученым, тогда сам шел на контакт с РАН, протягивал руку сотрудничества.

Началось все немного ранее. В апреле того же, 2009-го, Виктор Петрик провел совещание в Институте общей и неорганической химии (ИОНХ) Академии наук, где рассказал академическим исследователям о результатах своих научно-исследовательских работ. С Мастером говорили ведущие химики РАН: и директор ИОНХ Владимир Новоторцев, и академик Игорь Еременко (нанотехнологии), и академик Анатолий Бучаченко, физико-химик, заведующий кафедрой химической кинетики химфака МГУ, и академик Михаил Алфимов (специалист в области фотохимии молекул и супрамолекулярных систем).

Рассказав о своих работах и полученных итогах, Мастер 22 апреля 2009 года провел еще одно (уже расширенное) заседание в ИОНХ и пригласил академиков в свой институт. Познакомиться с работами, так сказать, на месте.

Эта поездка и состоялась 18 июня рокового 2009 года. Пять академиков и один член-корреспондент, предводимые вице-президентом РАН Сергеем Алдошиным, прибыла во Всеволожск. Впечатления от того, что они увидели, били у них буквально через край.

Владимир Новоторцев (http://www.youtube.com/watch?v=fy2IINSzz04) по итогам апрельско-июньской встречи заявил, что Мастер – увлеченный человек, не только хорошо понимающий прикладные задачи, но и очень начитанный исследователь.

По мнению академика Новоторцева, Петрик лукавит, когда называет себя только изобретателем. На самом деле, он – настоящий ученый, занятый исследованиями с большой самоотдачей. При этом – буквально заражающий своей научной страстью других ученых. Новоторцев, заявив о том, что многие идеи Мастера носят революционный характер, отметил: теперь нужно исследовать механизмы действия этих разработок. Тогда они «заиграют новыми красками» и пойдут гораздо дальше. Вот тут-то и важно желание В. Петрика сотрудничать с РАН.

Директор ИОНХ – и никто не тянул его за язык – заявил, что Мастер ставит перед Академией крайне интересные задачи, решение которых захватывает его, Новоторцева, научных коллег. Фактически, в тот момент Виктор Петрик заменял собою и деградировавшее государство, и отсутствующее Агентство передовых разработок, мечту Максима Калашникова. Ведь он ставил перед РАН прикладные задачи, демонстрировал ученым: «Смотрите, это возможно и работает! Давайте теперь найдем объяснение этому необычному и откроем перед наукой новые горизонты».

Новоторцев, посетив летом 2009-го Всеволожск, говорил, что батарея Мастера на основе УСВР, преобразующая тепло окружающей среды, работает, и это – революционное изобретение. Если его развить с помощью большой науки, то оно может иметь всемирное значение (http://www.youtube.com/watch?v=N0WLN3PV_pM). (Факт создания тепловой батареи в присутствии делегации из РАН подтвердил ее тогдашний вице-президент, академик Сергей Алдошин – http://www.youtube.com/watch?v=QG0qE7ULhCk. См. с 7-й минуты записи).

Академик Игорь Еременко, специалист по молекулярным нанотехнологиям (http://www.youtube.com/watch?v=EwHEK684xEc), также поведал, что увидел много интересного и пока что малопонятного для науки. А ему лично очень понравилась технология добычи платиноидов из концентрата руды и из отходов металлургических заводов с помощью газа трифторфосфина. Еременко поразился чистоте, с которой В. Петрик получает эти металлы, осаждая их в своей установке на стенах стеклянных колб. «Эти разработки должны не просто приветствоваться в нашей стране, а моментально реализовываться!» – заявил он тогда.

Его впечатлили углеродные материалы Мастера, дающие «потрясающие эффекты». Химик-профессионал увидел их огромные перспективы. Например, та же батарея, что преобразует тепло в электричество. Еременко тогда сказал, что не видно ограничений – когда эта батарея прекратит работать? «Это не просто находка, это – энергетический клад!» – сказал тогда академик Еременко. Назвав открытие Мастера гениальным, он сказал, что еще нужно понять физический смысл всего этого. И тут есть с чем работать самой РАН. Еременко тогда сказал, что исследования и эксперименты – дело техники, главное ведь – в том, что открыт новый эффект, за который Петрик достоин памятника. Эффект не просто работает – на его основе сделан опытный образец батареи, на котором можно видеть, как работают подобные источники электричества.

Да, в этой делегации не было инквизиторов-«корифеев всех наук» из Комиссии по лженауке – только профессионалы-химики, владеющие темой. В июне 2009 года собравшиеся во Всеволожске решили: нужно провести силами РАН углубленное изучение тех изобретений и технологий, что представил Виктор Петрик. И если исследования самой Академии наук (силами профильных ее институтов!) покажут, что это – не блеф, а действительно работающие изобретения, которые имеют большое значение для экономики и обороны страны, – то нужно сопровождать проекты Мастера силами учреждений Академии наук.

То есть, будущий архишарлатан, уголовник и «лжеученый № 1» Петрик шел к РАН с открытым забралом и с протянутой для сотрудничества рукой. Он рассчитывал, что его работы получат профессиональные, основанные на всестороннем изучении профильными институтами и специалистами, заключения о значении и научной достоверности его изобретений и технологий. Согласитесь – не очень-то характерное для обманщика и мошенника поведение. Более того, он даже сделал шаг навстречу Комиссии по лженауке: ибо согласованная сторонами программа проведения научных экспертиз предоставляла Комиссии по лженауке беспрепятственный доступ к любым материалам, связанным с изобретениями и технологиями, возможность участвовать в экспертизах, заслушивать Мастера на семинарах, участвовать с ним в дискуссиях, посещать лаборатории Петрика и участвовать в экспериментах.

Но с равным успехом Галилей мог бы предложить католическим инквизиторам принять участие в своих экспериментах. Что, увы, выяснится очень быстро.

Когда я смотрю и слушаю то, что говорили академики, посетившие Петрика в июне 2009-го, то думаю: как тогда понимать все, что произошло дальше? Либо нагло лгут академики – гости института, либо беспардонно врет Комиссия по лженауке.

Если правы инквизиторы, то, простите, что за академики в этой РАН, коль они говорят такое о шарлатане? Нужны ли стране вообще такие ученые? Но мне сдается, что именно в 2009-м они говорили искренне, ибо действительно увидели то, что необычно, но при этом работает. Это потом начался настоящий террор. Это потом о выводах этой выездной комиссии предпочли забыть, дав рупор в руки Комиссии по лженауке, каковая во Всеволожске никогда не бывала и ничего не видела.

А что, собственно, согласовали Мастер и представители РАН в июне 2009-го? Для каких проектов он просил научного сопровождения РАН?

Первый проект – «Радиационная безопасность городам мира». Это – та самая электрохимическая сорбционная технология обезвреживания жидких радиоактивных отходов, борьба с тритиевой угрозой.

Второй проект – «Чистый воздух – городам мира». Здесь Мастер предложил свою присадку к моторным топливам, которая обеспечивает получение горючего европейских экологических стандартов. Причем очень дешевым способом. Без постройки новых нефтеперерабатывающих заводов и дорогостоящей модернизации старых мощностей. С помощью тех самых присадок на основе ароматических углеводородов и кислородосодержащих соединений, которые синтезируются на сверхэффективных катализаторах Мастера.

Третий проект – защита лекарственных препаратов от подделки с помощью уже знакомых вам антистоксовых соединений.

Четвертый – развитие технологий создания и применения прозрачной броневой керамики, той самой поликристаллической шпинели.

Пятый проект – технология выделения и разделения металлов платиновой группы из концентратов руд и из отходов металлургии с помощью еще одного изобретения Виктора Петрика – использования для этого газа, трифторфосфина.

Шестой проект: дешевое получение чистейшего кремния для солнечных батарей с отказом от старого «Сименс-процесса». То есть, без использования хлора, водорода, хлористого водорода, трихлорсилана. Виктор Петрик на своей опытной установке применяет иную, чистую и энергосберегающую, технологию – добычу сверхчистого, монокристаллического кремния из промышленных отходов – фторсиликатов.

Этим достижением Мастер очень гордится. Кристаллы кремния исследовались в Объединенном институте ядерных исследований, город Дубна. Была выявлена беспрецедентная чистота полученного кремния, соответствующая 10 000 Ом. Также исследователями в Дубне было обнаружено новое явление в кристаллографии – были обнаружены кристаллы, имеющие послойное строение, при котором монокристаллические слои периодично чередуются с аморфными.

Седьмой проект – солнечные батареи на основе фотохимических систем с нанооксидными полупроводниковыми материалами.

И тут Виктор Иванович изобрел элементы на окислительно-восстановительных процессах, сделав основой светочувствительного слоя оных наночастицы оксида титана или циркония. Он их получает все тем же газофазным методом, придавая им новые свойства с помощью органического красителя.

Восьмой проект – это развертывание промышленного производства углеродных соединений Мастера, УСВР. Да-да, его методом холодной деструкции графита.

Девятый проект – промышленное производство наноразмерных металлических порошков. Несколькими способами: и газофазным, и электровзрывным, и плазменным, и золь-гель методом. На выходе получаются нанопорошки платины, палладия, рутения, родия, рения, никеля, железа, вольфрама и молибдена.

Десятым проектом значился «Альфа-излучающие препараты для ядерной медицины».

Здесь Мастер предложил отказаться от применения в лечении рака от бета-излучающих радионуклидов и перейти на альфа-излучающие. Ибо они гораздо больше щадят организм больного. Таков, например, радий-223.

Одиннадцатым проектом шли работы над низкотемпературными преобразователями тепла в электричество, той самой батарейкой из УСВР.

Под планом ведения совместных работ по предложенным темам поставили свои подписи академики РАН М. Алфимов, А. Бучаченко, М. Егоров (Институт общей химии), В. Новоторцев, Р. Сагдеев (зампред Сибирского отделения РАН), О. Синяшин (глава Казанского научного центра РАН), И. Федоров (ректор МГТУ имени Баумана), С. Алдошин, К. Солнцев (директор Института металлургии и материаловедения), Н. Кузнецов (завлаб ИОНХ РАН), Ю. Золотов (заведующий лабораторией аналитической химии платиновых металлов). И еще – член-корреспондент РАН А. Музафаров.

В общем, подписи под проектом поставили профессионалы, а никакие не «специалисты во всех науках» и не комиссары новой инквизиции. Именно это и привело в страх Комиссию по лженауке. Ведь Виктор Иванович вот-вот мог сделать невозможное возможным, разрушая старую парадигму развития науки. Невиданное, неслыханное и небывалое могло быть исследовано и – о, ужас! – имело шансы подтвердиться. А это – признание новых открытий, узаконение новых эффектов, хоть и частичное – но разрушение прежней картины мира. Создание новой логики развития науки, которая непонятна прежним мэтрам.

То был великий, неиспользованный шанс для Академии наук – обновиться, получить возможность для создания совершенно неслыханных прорывов, завоевать новые высоты. Более того – не только заработать хорошие средства независимо от казны РФ, но и полностью оправдать свое существование в глазах всех. Показать глупой публике: глядите – я могу решить самые жгучие проблемы и принести вам свободу, здоровье, благосостояние.

Что представляет собой Академия наук через двадцать лет после гибели СССР? Тяжко недужный организм. Пятьсот академиков и сто тысяч сотрудников, которые получают всего три миллиарда долларов в год. На уровне средненького американского университета. РАН так и не достигла того уровня финансирования, что имела АН СССР. Большинство денег из этой суммы уходит на зарплаты, денег не то, что на новое оборудование – на оплату коммунальных услуг не хватает. Эта Академия умирает: молодежи нет, огромные здания институтов поддерживаются кое-как, а то немногое, что создается в РАН, не находит спроса. В РФ уничтожена промышленность, которая могла бы востребовать научные разработки Академии, три тысячи прикладных институтов с 1991 года истреблены. Те тома, что РАН отправляет в правительство «новой России», никто не читает. Министерства сырьевой провинции РФ не хотят заниматься наукой. С точки зрения тех существ, что захватили власть еще в 1991 году, наука нам вообще не нужна. Ибо русские, по их убеждению, отсталые недочеловеки, которые ничего сами сделать не могут. Все лучшее – на Западе, и именно там надо оное покупать, продавая русское сырье.

Если власти «новой России» при Ельцине в 1991–1999 годах еще делали вид, будто наука им нужна, и говорили какие-то протокольные слова по поводу важности Академии наук, то после пришла вторая генерация «рыночных» дегенератов. Сначала они продолжали прежнюю риторику, но уже принялись тратить на «Газпром» и футбол с олимпиадой суммы, в десятки раз превышающие ассигнования на РАН. Тем самым они показали, что для них – приоритеты и высшие ценности. А в определенный момент они просто решили покончить с автономией РАН и поживиться ее богатой недвижимостью, особенно в Москве. Ну, а оправданием они сделали нынешнюю реальность: РАН стара и дряхла, никакой конкретной пользы не приносит.

Что предложил Виктор Петрик летом 2009 года? По сути дела, союз между старой Академией и новыми силами в науке. Это сразу же преодолевало тупик, в который угодила дряхлеющая РАН. Власть не создает спроса на научные разработки и не ставит перед Академией задач? Так мы сами их поставим и создадим спрос на созданное. Причем с выходом на мировой рынок! Тем самым мы заработаем на этом большие деньги, причем сами, не завися от милости государства. Ведь если необычные русские изобретения получат глубокую проработку и изучение в РАН, если Академия (а это – марка, бренд-марка мирового уровня) сможет подтвердить работоспособность части таких изобретений – она притянет к ним и к себе большие деньги частного бизнеса и промышленных корпораций. Ибо одно дело, если к бизнесу приходит бедный, никому не известный изобретатель с неким предложением. Мало ли что он там принес? И совсем иное – коли предложение исходит от РАН, где изобретение прошло проверку, было доведено до ума и получило теоретическое описание.

Программа, выдвинутая Виктором Петриком, пробивала брешь в стене отчуждения и закладывала основу мирной смены парадигм. Она могла породить множество прикладных, перспективных проектов. Она могла начать процесс омоложения РАН.

Чем бьет Академию враг? Тем, что она – дом престарелых, пахнущий стариковским тленом и мочой, сонмище едва ходящих пенсионеров, пускающих слюни в инвалидных колясках. Создав очаг для ковки Будущего и центр создания/отбора/совершенствования новых технологий, мы тем самым начнем мощный процесс омоложения Академии. Причем омоложения здорового, идущего благодаря Делу, а не произволу чиновников.

Разгон Комиссии по лженауке, замена ее на академический Центр поиска и проверки новых открытий и изобретений, а также – развертывание программы прикладных работ позволит очень быстро омолодить состав академиков РАН, влив в ее сосуды свежую и горячую кровь. Те, кто выдвинется на успешных прикладных проектах в наше время (будь они запущены), и станут новыми академиками. Так же, как на прикладных инновационных проектах выдвигались академики Каблов и Каторгин, член-корреспондент Багдасарян, как целая плеяда нынешних академиков – выходцев из сталинского ракетного и ядерного проектов. Сегодня, увы, уже глубоких стариков – как питомец Берии, выходец из ядерного проекта и создатель системы истребителей спутников, и ныне здравствующий академик Савин. Теперь пора создать новые прикладные «лифты» для отбора и возвышения самых умных, энергичных и творческих исследователей. Нам нужны новые Савины, Кабловы, Каторгины, Капицы. Нам нужен смелый поиск нового, переворачивающего мир, поиски «не под фонарем» и хожение неторными путями – а не унылые старушечьи поиски «лженауки» во всем нетривиальном.

Именно в этом и заключался замысел Мастера. Именно поэтому, наплевав на выкрики глупой толпы, я называю Петрика умнейшим человеком, чей ум в данном случае превзошел ум целой Академии и дал ей шанс на выживание, на сохранение себя как автономной организации, не подчиняющейся государственной бюрократии отсталого сырьевого государства. Клянусь, подняв правую руку: знай я Мастера в 2009-м – то стал бы плечом к плечу с ним уже тогда.

Мне ясно, что после его возможной программы совместных работ с Академией могли последовать и другие: Мастер буквально открывал ворота новым силам. И это не только вихревые теплогенераторы, например. И не только «еретики» внутри самой Академии, наподобие академика Коновалова с его магическими растворами или Великодного с его обнаруженным эффектом внутренней энергии воды. Просматриваю свои записи 2010 года. Именно тогда Владимир Черкас с помощью Брянской сельхозакадемии испытал кавитационно-вихревую установку. Вода, прошедшая через нее, приобрела необычные свойства. Урожайность кормовой травы люпина, трижды политого ею, возросла на 36 %, а вегетационный период сократился со 110 дней до девяноста. Представляете, какой резерв повышения урожайности для страны? И сколько работы по теоретическому обоснованию полученного эффекта? Причем ведь эту технологию Минсельхоз РФ отфутболил, отписав: «Министерство не занимается наукой…» А если бы работы по ней пошли в РАН? По следам программы Мастера?

А ведь таких примеров могло быть очень много. Перед нами, читатель – великий русский шанс, как всегда бездарно упущенный.

Почему упущенный? Потому что глупая верхушка РАН так и не поняла, что ждет ее впереди. Она убоялась того, что новые изобретения пошатнут положение господствующих научных школ, заставят пересматривать многое и заменят Комиссию по лженауке на структуру по экспериментальной проверке новых изобретений и открытий. Это грозило статусу слишком многих «признанных специалистов» и «неоспоримых авторитетов», бонз научных мафий. Это освобождало тех «еретиков», что крылись в самих институтах РАН и которые боялись публиковать итоги своих сенсационных работ, потому что их могли выбросить из науки. Вот этого новые инквизиторы допустить никак не могли.

И последовала расправа над Мастером. С участием новой инквизиции, продажной журналистики и толпы ослов-обывателей.

2009–2010 годы: 1937-й для инноваторов

То, что случилось потом, описать трудно. Вход против Мастера пустили все: и полуправду, и ложь. И запугивание массы. Применили тот же прием, что и с торсионщиками: завопили о мифических пятнадцати триллионах, которые якобы вот-вот дадут из бюджета под УСВР-фильтры. Водном строю против Мастера выступила Комиссия по лженауке, полуграмотные либеральши Латынина и Собчак, куча всяких идиотов и даже комментатор радио «Свобода» Лебедев. Тему с радостью подхватила тупая либеральная пресса, господствующая в РФ. Чтобы только описать все это, понадобится толстая книга. Особенно подлый прием – выбрасывание слов из цитат Мастера, в результате чего он выставляется необразованным дураком.

Как это делается? К примеру, академик Кругляков в СМИ приводит высказывание Виктора Петрика: «Впервые я создал технологию монокристалла кремния. Это замечательное достижение. Мои открытия уникальны. Ничего подобного мир не видел. Этими изобретениями я опередил науку на 20 лет». На самом же деле, если посмотреть фильм «Универсум Виктора Петрика», можно услышать настоящие слова главного героя: «Впервые я создал технологию выращивания монокристаллического кремния непосредственно из газовой фазы».

И таких «отредактированных цитат» Кругляков по-шулерски накидал множество. Совершенно безнаказанно.

Обливая грязью уникальную технологию получения чистого кремния, академик Кругляков даже и не подумал обратиться за заключением в Дубну, в Объединенный институт ядерных исследований, где и проверялись выращенные Виктором Ивановичем кремниевые монокристаллы.

В другом месте корифей всех наук академик Кругляков напал на Мастера за слова о том, что в недрах Земли могут быть пустоты с вакуумом. Мол, ахинея и невежество. Но если бы желчный старец ознакомился с трудами наших вулканологов из Дальневосточного отделения РАН, то знал бы, что такие предположения есть у вполне официальной науки. («Интенсивное истечение газов и их взрывы способствуют созданию вакуума над магматическим очагом. Вакуум провоцирует дегазацию расплавов на большую глубину и подъем газонасыщенной магмы на более высокие горизонты. По нашим оценкам, уровень откачки вещества газлифтом достигает глубин 4–5 км». http://www.kscnet.ru/ ivs/publication/session/art36. html)

Оно и понятно: ведь Мастер читает очень много и спит по нескольку часов в сутки, когда работает над какой-то проблемой. Читает он явно больше, чем читал Кругляков и чем читает его преемник на посту главы Комиссии по лженауке, суетливый Александров. Видимо, именно поэтому, при всей массированной кампании против Мастера, деятели Комиссии по лженауке ни разу не решились на публичный диспут с обвиняемым ими. Они так и не приехали, чтобы самим посмотреть на работу его изобретений. Был создан опаснейший прецедент: человек, занимающийся исследованиями на СВОИ деньги (без копейки государственных), вкладывающий в работу только личные средства и не трусящий искать неизведанного, подвергается массированному очернению. Его превратили в объект ненависти для миллионов глупых обывателей.

И это – крайне опасный прецедент, грозящий похоронить науку как таковую. Сам научный поиск в духе собственно науки. Саму душу современной науки, созданную людьми типа Ньютона, Левенгука или Галлея. Налицо антинаучное поведение самой Комиссии по лженауке. Фактически, в Эрэф тебя могут покарать за занятие наукой вне стен Академии наук, что очень похоже на кары за чтение Библии самостоятельно в Средние века.

2009–2010 годы – время разгула Комиссии по лженауке. Уничтожению, как вы знаете, подвергался не только Мастер, но и самый успешный производитель гидродинамических теплонасосов – Константин Урпин.

Приведу цитату из открытого письма Мастера президенту РАН.

«… Кругляков: „Ученому на самом деле очевидно, где наука, а где лженаука“ („Компьютерра“ № 41 (2001).

В настоящее время, мне стало известно, что физическое отделение под руководством Э. Круглякова (написано до смерти Круглякова в ноябре 2012-го. – М. К.) и еще одного отщепенца, работающего на зарубежную науку, В. Захарова, готовят заключения о моих разработках именно на основании принципа „Ученому на самом деле очевидно, где наука, а где лженаука“. Они не желают со мной встречаться, они не желают участвовать в реальных экспериментах, проводить экспертизы существующих материалов, а собираются вынести решение на основании якобы моих высказываний, которые сами же и сочинили. Следствием бесконтрольности и попустительства со стороны руководства РАН являются безответственные поступки, действия и заявления некоторых членов Комиссии по лженауке, которые закономерным образом привели их сегодня к судебным искам и к уголовному преследованию. Впрочем, я считаю, что ответственность за деятельность Комиссии по лженауке несет не только руководство академии, но и все академическое сообщество. Звание академик, это вершина не только в научной карьере. Это звание у основной части населения ассоциируется, прежде всего, с высочайшей интеллигентностью и уже потом с интеллектом.

Известно, что активный словарный запас имеет положительную корреляцию с коэффициентом интеллекта. Исследователи деятельности Э. Круглякова провели анализ всех его статей, выступлений и книг за весь период деятельности Комиссии по лженауке на предмет использования им общеупотребимых культурно-научных терминов: эпистемология, гносеология, методология, онтология, верификация, элиминация, рационализм, позитивизм, неопозитивизм, постпозитивизм, диалектика, инструментализм, реализм, материализм, объективизм, субъективизм, солипсизм, анархизм, эволюционизм, редукционизм, фаллибилизм, дедукция, индукция.

Результаты исследования шокируют– в статьях Э. Круглякова ни один из этих терминов не обнаружен!

С другой стороны, была сделана общая выписка слов, которые активно используются Э. Кругляковым в его выступлениях, статьях и книгах. Вот этот список:

„шарлатан, аферист, фуфло, туфта, прохвост, мракобес, махровый жулик, бредовые идеи, полубезумный, бессмысленный, вопиюще безграмотный, банда фальсификаторов, наперсточники, мошенники, рядящиеся в тогу ученых и т. д.“

Одним из способов воздействия Комиссии по лженауке при РАН на объект гонения, является ошеломляющая грубость, применение бранных слов, экспрессивных выражений, каждое из которых, как говорила Наталья Петровна Бехтерева, „может служить поводом для разбирательства в суде“…»

Таким образом, посещавшие институт Мастера академики были специалистами в химии и могли судить о том, что видели. Тогда еще живой главарь Комиссии по лженауке Э. Кругляков специалистом в химии не был – но судил обо всем. И вот вместо совместной работы смелого новатора и РАН и возможных прорывов в науке разражается грязный скандал. Планы кооперации и выполнения крайне важных для страны программ рушатся под основание. Несомненные новые эффекты, крайне ценные для науки, просто никто не собирается исследовать.

Слабоумие РАН

Как поступает руководство Академии науки в конце 2009 года? Крайне подло. Она назначает комиссию Тартаковского по проверке предложений Виктора Петрика, куда не включает ни одного из тех академиков, которые летом 2009 года осматривали институт во Всеволожске. Вот как описывает то, что случилось, Владислав Жигалов:

«… С 2003 года академики Александров и Кругляков „пасут“ изобретателя В. И. Петрика (см. переписку академиков – http://www.lebed.com/2008/art5339. htm). Судя по всему, команда на информационное уничтожение была дана в конце 2009 года, после того, как Петрик стал активно общаться с руководителями институтов РАН, академиками и членкорами, и те выразили желание работать над изучением тех феноменов, которые содержатся в его многочисленных изобретениях. По сути, Петрик обратился к Академии наук с просьбой взять на себя фундаментальные исследования новых явлений, с которыми он столкнулся, но заниматься которыми он не мог – как успешный изобретатель и бизнесмен он концентрировался на внедрении своих изобретений.»

Кому-то такое развитие событий показалось недопустимым. После ругани в прессе, которая имела лишь один-единственный первоисточник – все того же Круглякова, против Петрика в Интернете поднялась зловонная «волна народного возмущения». Поводом послужило то, что технологии Петрика были поддержаны партией власти, во главе со спикером думы Грызловым, имеющим совместный патент с изобретателем. Нашу партию власти я сам не люблю, зная, из кого она в основном состоит. Но сам этот прием – канализирование в сторону Петрика народной нелюбви к власти администраторов, является блистательно осуществленной операцией, которая просто обязана теперь войти в учебники по идеологическому уничтожению противника. Так же, как и в 1991 году Александровым, в СМИ кем-то был вброшен совершенно несуразный размер стоимости государственной программы «Чистая вода», в которой предполагалось использовать партийные наработки единороссов, в т. ч. и фильтры Петрика – 15 триллионов рублей (для сравнения – бюджет России сейчас примерно составляет те же 15 триллионов рублей). Но, к счастью или к сожалению, есть все признаки того, что результаты этой спецоперации будут не слишком ожидаемыми для исполнителя.

Основной упор в критике Круглякова делается на вредность фильтров Петрика для здоровья дафний (это такие маленькие рачки, согласно отчетам НИИ экологии человека и гигиены окружающей среды им. А. Н. Сысина, они погибают в воде, пропущенной через фильтры). Это влияние экстраполируется на людей, и в результате СМИ пестрят заголовками наподобие «фильтры Петрика могут вызвать рак»– все это с подачи Круглякова, который, как большой специалист теперь уже в биологии и наноматериалах, предположил, что наночастицы забивают дыхательные пути дафний. Второй аргумент – испытания технологий Петрика по очистке радиоактивной воды показали низкое качество очистки. Однако экспертные заключения, которые цитирует Кругляков, нигде полностью не опубликованы. По информации с сайта Петрика, экспертное заключение с дафниями – лишь часть большого отчета с результатами комплексного исследования, где среди прочих подопытных значатся и млекопитающие (мышки). Но Кругляков молчит по поводу того, что происходит с мышками, которых поили профильтрованной водой. На сайте также сказано, что этот фрагмент отчета был просто украден у заказчика исследований – Водоканала Санкт-Петербурга, и что заказчик подает в суд на журналиста С. В. Финаева, который также обвиняется Петриком в вымогательстве миллиона рублей. По тем же источникам, у мышек от воды, пропущенной через фильтры Петрика, в отличие от дафний, наблюдается противоположный процесс – мобилизация сил организма.

После того, как фильтрами Петрика журналисты наперебой стали фильтровать кока-колу (и даже выкладывать ролики этих «испытаний» на YouTube), по просьбе Грызлова Президиум РАН провел экспертизу изобретений Петрика. Вот что по этому поводу было сказано Президентом РАН Ю. С. Осиповым, когда экспертная комиссия еще не была сформирована:

«Я считаю, что надо собраться тем людям, которые… посетили Петрика. Это члены нашей Академии, тоже специалисты. И, допустим, некоторые представители того же Отделения физики. И в нормальной товарищеской обстановке обсудить, не зализывать и не замазывать, а сесть и профессионально обсудить. И после этого уже можно, допустим, сформулировать позицию и проинформировать начальство. Раз начальство обращалось с такой просьбой».

Однако в экспертную комиссию не вошел ни один из тех академиков и докторов наук, которые были в лаборатории Петрика и выражали готовность участвовать в изучении новых явлений, которые Петриком демонстрировались, зато вошли Кругляков и Александров. В результате комиссия ни разу не посетила лабораторию Петрика, ни разу не пообщалась с изобретателем, ни разу не взглянула на установки и материалы, которые в 2009 году Петрик демонстрировал членам академического научного сообщества, никаких фильтров комиссия также не видела – это была чисто бумажная экспертиза.

В заключении комиссии (Тартаковского, начало 2010 г. – М. К.) говорится: «Деятельность г-на В. И. Петрика лежит не в сфере науки, а в сфере бизнеса и изобретательства», а также приводится пример некорректных объяснений работы некоторых технологий в патентах.

Чем же занималась комиссия? Она не изучала научные отчеты организаций, где проводились исследования изобретений Петрика, а изучала лишь патенты. Сейчас, когда заключение этой комиссии выложены в Интернет, можно с уверенностью сказать: научной экспертизы как таковой и не было. Научную экспертизу не выполняют только по тексту патентов хотя бы потому, что от изобретателя в патенте не требуется научно обосновывать свои изобретения. Кстати, нарушение этого принципа было негласно узаконено в 2002 году с подачи еще одного члена комиссии Круглякова. Д. ф.– м. н. Р. Ф. Полищук в издании «ИС. Промышленная собственность» как эксперт патентного ведомства рекомендовал сразу же отклонять заявки, где фигурируют технологии с применением торсионных полей, только за наличие такого объяснения. И, действительно, после начала нулевых годов вы не встретите патентов торсионных технологий: эксперты в качестве причин отклонения заявок просто присылали фрагменты статьи Полищука, хотя еще в конце 90-х годов патенты на торсионные технологии выдавались (см. например, http://www.axion.xost.ru/Pa/RU_2151204.pdf). В результате в объяснении принципов работы типично торсионных установок, уже применяемых в промышленности, в патентах теперь фигурирует все что угодно, но стандартной физикой их работу при всем желании объяснить невозможно (http://www.second-physics.ru/lib/articles/perm_patent.pdf).

Оцените прием: запретить патентовать работающие технологии под предлогом того, что такие технологии не объясняются стандартными теориями, а затем еще и шельмовать авторов патентов за вынужденно некорректное научное обоснование, которое к тому же и не требуется по закону. И объявить о том, что торсионных технологий нет, поскольку их не может быть никогда. На войне как на войне, какая уж тут этика…

При этом, как считает В. Жигалов, Академия наук, цепляясь за старую парадигму, совершенно лишается разума и вступает на путь собственной гибели. Будучи сама не в силах дать научных прорывов эпохального размаха, она принимается давить все, что может вдохнуть новые силы в нашу науку:

«… А теперь давайте спросим себя: что лежит в корне деятельности александровых и кругляковых? Помимо духовной слепоты, это полное пренебрежение этикой и научным подходом. Плюс к этому – невежество. Но как же так получилось, что такие люди, как Александров, Кругляков и Конкретный, стали рупором борьбы с „лжеучеными“, и в глазах обывателя, как дядя Степа, „стоят на страже“, грозя пальцем „мошенникам“ и „аферистам“, сами являясь не более чем клеветниками и словесными шулерами (правда, надо отдать должное, шулерами подчас чрезвычайно талантливыми)?

Здесь на первый план выступает уже постсоветская специфика – беззаконие как норма и низкий культурный уровень общества в целом.

Сама по себе комиссия – нелегитимный союз „меча и орала“, составленный из бывших ученых, занимающихся политикой и уничтожением конкурентов, не представляла бы никакого интереса. И в любой цивилизованной стране ее активные члены тратили бы всю свою немаленькую академическую зарплату на адвокатов по судебным искам о клевете и публичных оскорблениях, и, скорее всего, на штрафы и возмещение моральных компенсаций своим жертвам по решениям суда.

А теперь взгляните на комментарии к записи в блоге Петрика (открытое письмо Осипову): (http://vpetrik.livejournal.com/691.html).

Сплошной мат. Это пишут многочисленные сторонники позиции Круглякова. В борьбе с врагами народа с 30-х годов роль народных масс была одной из главных. Возмущение народа против людей, объявленных всенародно „вредителями“, теперь имеет вот такие формы – оскорбительные анонимки.

Но эта комиссия не является просто клубом нескольких нечистоплотных людей. Она является детищем академической системы, ее неотъемлемой и необходимой частью. Вспомним: комиссия, которая называет себя общественной, организована не Кругляковым и не Гинзбургом – она была создана по прямому распоряжению Президента РАН Осипова. В течение 12 лет комиссия получала активную поддержку, карт-бланш со стороны Президиума, имела агентов из Президиума наподобие профессора Конкретного, да и полное название комиссии заканчивается словами „… при Президиуме РАН“. Значит, она действует в интересах и от имени Президиума. По крайней мере в случае с Петриком Осипов поручил сформировать состав экспертной комиссии именно Круглякову.

Очень часто, расследуя деятельность комиссии, я сталкивался с характерным явлением: одного интереса комиссии Круглякова бывает иногда достаточно для того, чтобы руководители академических институтов отказывались от результатов, полученных в их организациях с их же ведома, а также для того, чтобы люди, проводившие исследования, оказались на улице. При этом эти руководители занимаются умышленной и грубой фальсификацией: их не останавливает даже наличие подписанных ими официальных научных отчетов и публикаций с фактами, против которых борется комиссия. В письмах Круглякову они преспокойно сообщают – таких исследований у нас не велось, а некоторые даже утверждают, что и такие сотрудники у них не работали.

Комиссия является всего лишь звеном большой системы, а вся система демонстрирует нам полную неспособность заниматься организацией научной деятельности в стране, и при этом обладает колоссальным карательным потенциалом.

… Бюллетень комиссии содержит несколько примеров карательной функции комиссии Круглякова: здесь и снятие с защиты кандидатской диссертации на тему гомеопатии (диссертация основана на богатом экспериментальном материале), и запрещение конференции на неугодную Круглякову тему в Институте востоковедения РАН.

… После письма Александрова по обвинению в участии в „лженаучных исследованиях“ был уволен сотрудник ИПРИМ РАН В. Ю. Великодный, имеющий в своем багаже сотни научных публикаций.

Травля уволенного в прошлом году из ОИЯИ как не прошедшего аттестацию Фангиля Гареева (выдвинутого на Нобелевскую премию за предсказание в 1966 году острова стабильности трансурановых элементов, и довольно авторитетного в среде физиков-ядерщиков, занимающихся проблемой холодного ядерного синтеза), завершилась его смертью. А годом раньше ему повышали зарплату с формулировкой „за высокий уровень компетенции“.

Система, к сожалению, продолжает работать, и чем дальше, тем мрачнее становится ситуация.

Цели, декларируемые комиссией сразу после создания в 1999 году, были очень просто формулируемые и чрезвычайно сложно выполнимые: а) добиться экспертной функции для всех научно-технических проектов, основанных на фундаментальных физических законах (!), б) добиться возможности публикации членами комиссии статей в ведущих государственных изданиях, в обход редакций этих изданий.

Президиум РАН и сейчас претендует на экспертную функцию, но при первом же случае вместо экспертизы выдает фикцию, которую даже нельзя назвать пародией на научную экспертизу, поскольку этих „экспертов“ не интересует практика как критерий истины. Одновременно с этим идет прямое устранение „не тех“ ученых.

Сравнение комиссии Круглякова с обществами скептиков за рубежом, которое любит приводить сам Кругляков, не выдерживает никакой критики. С момента образования комиссии Круглякова она не организовала ни одного проверочного эксперимента, более того, всячески препятствовала проведению таких экспериментов и шельмовала тех, кто все-таки проверял работу неугодных ей технологий (http://www.cnt.ru/users/ac_telos/n-page-4.htm).

Анализируя слова и действия высшего руководства страны в последние два года, несложно увидеть, что власть поворачивается к РАН задом, постепенно организуя альтернативные пути финансирования и организации науки. Вузовская наука и неакадемические инновационные научные центры получают преференции, а бюджет РАН сокращается. Видя, в чьих руках в академии наук оказалась функция распределения бюджетных денег, видя, как идет их распределение, наблюдая выполнение „экспертной функции“ честнейшими людьми типа Александрова и Круглякова по заказу и при прикрытии руководства академии, власти делают свой выбор. Точнее, они его уже сделали.

Руководство страны, судя по всему, теперь прекрасно понимает, что сообщество пожизненных академиков является по определению нереформируемой системой, доставшейся в наследство от Советского Союза. Все, чем может заниматься такая система, – самовоспроизводством и борьбой за ресурсы с конкурентами и с теми, кто пытается контролировать эффективность работы системы. Вынуть из рук этих „бессмертных“ финансовые рычаги по разделу научного бюджета страны невозможно без страшного шума со стороны академиков: их лишают смысла их жизни – власти.

Недавно в одной дискуссии, где обсуждалось, стоит ли тратить силы против „комиссии по борьбе“, была сказана замечательная фраза: „Не мешайте слону падать“. Слон не просто оказался в посудной лавке. Нарезвившись и сломав все, что можно сломать, слон еще и решил непременно в этой лавке умереть. Отчаянные вопли этого обезумевшего слона – вот что такое деятельность комиссии Круглякова.

„Достижения“ такой деятельности в экономическом плане плачевны. Затраты на деятельность комиссии на рубль оборачиваются отрицательным эффектом на тысячу. Совокупный эффект от вредительства лично Круглякова и Александрова для экономики страны мне кажется довольно внушительным, если учесть эффективность и высокую рентабельность технологий, против которых они продолжают бороться даже после того, как эти технологии вошли в промышленную практику…»

Слова Владислава Жигалова оказались пророческими. В июне 2013-го года власть пришла к Академии наук со скальпелем в руках. А зачем нужна твоя независимость, Академия? А что ты сделала конкретно?

Колодец и маятник, и мрак, и МТВЕ

Случилось то, о чем заслуженный изобретатель СССР и бывший заместитель министра образования РФ Борис Виноградов предупреждал в 2011 году. Чиновные «реформаторы» атакуют РАН ради того, чтобы ее уничтожить и завладеть ее богатой недвижимостью. При этом в защиту Академии не выйдет никто. Все подано будет так: а зачем нам эта старая, косная, неэффективная РАН, которая ничего полезного-практического для РФ предложить не может? Зачем кормить бесполезную структуру и кучу ненужных старцев, которые уклоняются от решения прикладных задач? Виноградов тогда пытался доказать руководству АН: покуда не поздно – создавайте мощное прикладное отделение, занимайтесь прорывными инновациями.

Его не услышали. Как за два года до того РАН не услышала и Виктора Петрика. Вместо того, чтобы заниматься делом и искать способ выжить, Академия ударилась в «борьбу со лженаукой». Не замечая реальной угрозы своему существованию, она все силы бросила на уничтожение исследователей нового типа, на удушение будущей научной парадигмы. Ну, как в «Колодце и маятнике» Эдгара По, где инквизиторы Испании до последнего продолжают пытать «еретика», не замечая того, что в город уже вошли французские полки – и сейчас покончат и с королевством, и со старым порядком, и с самой инквизицией.

Академия так и не поняла простой мысли: чтобы выжить и не зависеть от власти, ей нужно было сделать фантастические прорывы. То есть, уйти совсем в неведомое и предложить миру невероятные, прорывные разработки. А для этого нужно было идти на просеивание и экспериментальную проверку впечатляющих изобретений – не только Петрика, но и Великодного, и Гареева, и Уркцкоева, и многих других. Что только так можно было добиться чего-то, что было бы сравнимым по значению с открытием самопроизвольного деления урана Флеровым и Петржаком в 1940 году.

Но РАН не смогла этого сделать. Потому что такое требовало крайне нетривиального мышления и полной самостоятельности оного, умения не оглядываться на Запад и жить своим умом. Естественно, все проверяя опытами. Нужно было иметь смелость уйти в океаны непознанного, которые до сих пор нас окружают.

Но РАН сама себе накинула петлю на шею, ибо любая попытка уйти в океан непознанного и вести поиск «не под фонарем», не по канонам господствующих школ, моментально пресекалась новой инквизицией с лицами Круглякова и Александрова. Именно их академики могут поблагодарить за нынешний печальный финал РАН. Именно они бросились терзать уже не только Петрика, но и академика Коновалова с его фантастическим открытием, сулящим мировой переворот в фармакологии. Даже находясь на пороге смерти, РАН продолжала хрипеть о «торсионной угрозе», о зловредном Петрике, о крамоле в собственных рядах.

Обидевшись на власть Путина летом тринадцатого года, РАН заскулила о том, что власть не может создать спроса на ее разработки и оставляет без внимания те тома, что она отправляет в правительство. Дура, неужели ты до самого лета 2013-го не понимала, что эта власть никогда не создаст спроса на научные разработки? Что ей наука и даром не нужна, и что она для нее – всего лишь лакомая недвижимость вдоль Ленинского проспекта в Москве? Что тебе самой нужно было создавать сей спрос и вырываться на мировой простор? Что Мастер в 2009-м пытался не себе карман набить, а тебя спасти, предложив первую программу прорывных работ?

Теперь вы и сами можете понять, читатель, почему Постсоветия – мертвая зона для инноваций. Ведь они немыслимы без открытия новых явлений в природе, без получения новых знаний. Но как это сделать в РФ, если ты моментально рискуешь попасть в изгои, под каток Комиссии по лженауке, каковая тебя раздавит, даже не удосужившись проверить твою работу. Вот так – просто по принципу «Мы так решили!» Какой тут, к бесу, переход в Шестой техноуклад, не говоря уж о Седьмом с его уже поистине волшебными технологиями? Наука, которая становится сектой «истинных ученых» и отвергающая все новое – это конец. Это один из признаков погружения русских в новое варварство, в Темные века-2. Нарушен главный принцип развития: принцип свободы научного поиска. Тебя могут покарать за «мыслепреступление» – отход от официальных теорий.

Владислав Жигалов выделил ключевые признаки лженауки.

1. Непрофессионализм:

– безапелляционные и безграмотные утверждения, касающиеся областей науки, где человек не работает;

– плохое знание своей собственной области;

– отбрасывание экспериментальных фактов в угоду безоговорочно принимаемым теориям (например, своим собственным либо стандартным);

– нежелание выделять противоречия и работать над их разрешением, замалчивание противоречий;

– обращение к СМИ вместо того, чтобы добиваться признания внутри научного сообщества.

2. Низкий моральный уровень:

– переход на личности в спорах, оскорбления (цель критики – уничтожение оппонента, а не выяснение истины);

– шельмование и подмена понятий при критике;

– умалчивание ключевых фактов;

– подтасовка данных и фактов;

– ложь и клевета.

Все это в полной мере относится к Комиссии по лженауке. К той самой причине – пускай и не единственной – конца РАН как автономного общественного института.

Мрак опустился над русскими. Не только экономический и политический, но и научный. Вы только представьте себе картину: допустим, нашелся в нынешней РФ несчастный, что смог, скажем, создать новую физическую теорию и познать природу гравитационных волн. А на этой основе – создать несовершенный прототип антигравитационного аппарата. И вот о нем прознала Комиссия по лженауке. Мы уже видели, как работает академик Александров. Он точно так же может заявить: «Этого не может быть, это – лженаука!» И несчастного распнут. Причем при участии миллиона ослов из публики в Интернете. Целое направление в науке окажется остановленным на долгие годы. Знаете, в таких условиях никогда не могли бы появиться ни Циолковский, ни основоположник гелиобиологии Чижевский, ни какой-нибудь Генрих Герц. Ибо все они тотально попали бы сегодня под пресс Комиссии по лженауке. Что? Какой-то Чижевский доказывает связь между вспышками на Солнце, эпидемиями и войнами на Земле? Чушь какая! Он статистику принес? Это ерунда и подтасовка.

Чтобы понять, насколько РАН выжила изума и не смогла увидеть очевидного пути к спасению и развитию, возьмем простой пример: то, как она отнеслась к смелой разработке Виктора Ивановича – к его технологии очистки воды от опаснейшего вещества, МТВЕ. Эм-Ти-Би-И – это метилтретбутилэфир, присадка к бензину, которую с 1990 года президент Буш-отец своим «Актом о чистом воздухе» разрешил добавлять к горючему. Оно благодаря МТВЕ сгорает хорошо и уменьшает ядовитость моторных выхлопов. Одна беда: сам по себе крайне токсичный, МТВЕ из нефтебаз и бензоколонок стал проникать в почвенные воды и отравлять системы водоснабжения городов в десятках штатов. В 2000 году американцы спешно забили тревогу и отказались от опасной присадки. (Любой может увидеть передачи ТВ США на эту тему в Интернете – http://www.electrifyingtimes.com/cbs60mtbe.html, http://www.youtube.com/watch?v=jmV1dFRws14; http://en.wikipedia.org/wiki/Methyl_tert-butyl_ether). Однако проблема осталась: очищать воду от МТВЕ оказалось крайне сложно. Обычные водоочистные сооружения оказались бессильными.

Что сделал Мастер? К 2003 году создал оригинальную, дешевую технологию очистки воды от яда. Он, как всегда, пошел путем инверсии: стал думать не о том, как очистить воду от МТВЕ, а, наоборот, задался целью МТВЕ отчистить от воды. Он додумался пропускать зараженную влагу через трубу, в которой находятся полсотни тысяч специальных водоооталкивающих и гидрофильных, турбулентных насадок (назваемых Петриком «мандюрками»), которые разрушают межмолекулярные связи воды. «Разрушенная» таким образом водица через решетку с нерегулярными отверстиями попадает в пустую камеру так, что у основания потока образуется этакая линза-каверна, пузырь. В нее вводится трубка, по которой МТВЕ выводится наружу. Дальше сей яд попадает в реакторы, наполненные УСВР того же Мастера с платиновым катализатором, получаемым уже известным вам способом, читатель. В этих реакторах при температуре в 90 градусов идут окислительные процессы, причем греть их не надо – тепло выделяется при самих этих реакциях. А выходит из аппарата обычный углекислый газ.

Этот агрегат стоит на лестничной площадке в институте во Всеволожске. Его много раз запускали, получая из отравленной МТВЕ воды чистое питье. На аппарат есть американский патент US 7,128,881 В2. Сам способ гораздо экономичнее прочих технологий очистки воды от МТВЕ, предлагаемых американским Агентством по охране окружающей среды (http://www.epa.gov/mtbe/clean.htm). Янки не смогли придумать ничего лучше, чем применение продувки воды воздухом, использования активированного угля, специальных методов окисления или выпаривания отравленной воды из почвы. Удовлетворительного решения проблемы у них нет до сих пор. Агрегат же Мастера можно ставить хоть в индивидуальных домах.

Казалось бы, Академии наук – да пойти на совместные работы. Да совместно же предложить эту технологию тем же США. Это же сила: союз изобретателя и одной из самых авторитетных академий мира! Это же реальный выход на зарабатывание миллиардов долларов!

Но, превратившись в злую на весь мир старуху, РАН руками Комиссии по лженауке принялась уничтожать технологию Мастера. Вместо того, чтобы разобраться в том, как Петрику удалось решить задачу, глава инквизиции, тогда еще живой академик Кругляков, принялся доказывать, что быть этого не может, что ничего не изобретено. Его подельник по инквизиции, Александров, писал бывшему комментатору «Свободы» Лебедеву: а как бы закидать Мастера грязью. Лебедев отвечал: приезжавший во Всеволожск представитель американского аналитического центра «Сьерра» Лейхи – это, мол, мелкая сошка, и на это надо нажимать. То, что Лейхи пил воду, которую при нем очистили от МТВЕ, замолчали. Как и о том, что анализы показали: вода – действительно очищена.

Но Александрова переплюнул злобный старец Кругляков, который заявил: на фиг такая система очистки, если воду можно очищать… с помощью ускорителя заряженных частиц.

«Действительно, проблема МТБЭ в США существует…» И далее: «Свои технологии у них существуют, в частности, обработка потока вытекающей из скважины воды пучком электронов с энергией около 1 МэВ. Такой пучок легко и просто разлагает органические молекулы. И все. Кстати, аналогичная технология, развитая в СССР и в России (правда, для несколько других целей и без участия В. И. Петрика), давно и широко применяется. Так что, если проблема МТБЭ коснется России, не надо впадать в панику. Проблема имеет решение».

– Это редкое по научной безграмотности заявление равносильно предложению уничтожать колорадского жука с помощью атомной бомбы, – рассказывает Мастер. – Специалисты знают, что при очистке воды для потребностей города-миллионника понадобится 2000 ускорителей типа ЭЛВ-2 стоимостью в несколько миллиардов долларов. При этом количество расходуемой энергии для их питания составит астрономическую цифру – свыше 200 МВт, то есть – одну четвертую часть энергии, производимой одним из четырех блоков ЛАЭС. Кроме того, пучок электронов, проходя через любую среду, в том числе и через воздух, генерирует гамма-излучение. Для защиты от него потребуются сооружения с толщиной бетонных стен не менее одного метра. Потребуется специально обученный персонал, со специальными допусками…

Вот вам, читатель, степень того слабоумия, в которую впала РАН в постсоветские годы. Логика уже покойного председателя Комиссии по лженауке бьет наповал. На что это похоже? На примерно подобные утверждения: «Зачем нам паровоз, если можно запрячь в эшелон пару тысяч лошадок?» Или – «Зачем нам паровой двигатель, коль уже есть гребцы на галерах?». Или: «На черта нам антигравитация, если есть самолеты?» И вот таким «мудрецам» давали звания академиков РАН? Вот такие сварливые старики должны были прогресс вперед двигать? Н-да, немудрено, что Академия не поняла, что Мастер давал ей шанс на новую жизнь, и занялась самоубийством. И немудрено, что Постсоветия с такими учеными становится трясиной для инноваций.

– Естественно, «умное» мнение уже больного и туго соображающего академика разнеслось далеко – по всем «градам и весям» нашей необъятной Родины. И в Кремле это услышали. Но почему-то особенно хорошо академика Круглякова услышали некоторые журналисты. А в действительности России грозит то, что случилось с Америкой, – катастрофа с МТБЭ неминуема, ее наступление – лишь вопрос времени. Ибо наши дуроломы непременно начнут подтягивать отечественный бензин к евростандартам, добавляя в него именно эту присадку! – возмущается Виктор Иванович.

Пример очень красноречивый. Если так Академия встретила вполне перспективный, но не фантастический проект, сама себя серпом по причинному месту ударив, то как она поступит, коль ей принесут на суд нечто вовсе необычное? Ну, действительно найдутся новые Флеров с Петржаком, что совершат неслыханное открытие некоей тайны материи? Если покажут, например, реактор величиной с бутылку?

Да их просто распнут. Или в дерьме живьем утопят. Как «лжеученых».

Одним лишь этим русская наука обрекается на застой и гниение. А мы – лишаемся надежды на развитие страны. Ибо выжившая из ума РАН сама погибает – и новую науку тащит с собою в могилу. Ну, растоптали вы Петрика, как и многих иных. Но вы, тупое старичье, неужели предложили эффективные и посильные для экономики страны способы очистки воды?

Стране нужны сверхэффективные и трудосберегающие технологии, компенсирующие катастрофическую деиндустриализацию, дикий провал рождаемости и чудовищные экономические потери после 1991 года. Нужны технологии быстрого и дешевого строительства надежных дорог. Принципиально новые виды скоростного и недорогого транспорта. Революционные методы лечения и диагностики болезней, превосходящие западные по критерию «эффективность/стоимость». Потребны новые технологии ЖКХ, энергетики, энергосбережения, революция в способах возведения дешевого и качественного жилья. Нужны прорывные агротехнологии. Нужны технологии извлечения полезных веществ из бедных руд и старых промышленных отвалов, технологии не только очистки воды, но и наделения ее биологической активностью. Необходимы способы полной защиты рынков от подделок – и технологии продления активной жизни, движение к победе над физической смертью. Нужна новая экономическая мысль – и новая научная парадигма с созданием запаса новых знаний, основы необыкновенных технологий грядущего. Как воздух требуются технологии борьбы с нашествием нового варварства и новой неграмотности. Да всего и не перечислишь: работы здесь хватит всем – и физикам, и химикам, и биологам, и гуманитариям.

Вы, все убивая и калеча под предлогом «борьбы со лженаукой» – можете ли предложить что-то из списка выше?

Нет? Тогда не удивляйтесь тому, что вас с вашей инквизицией тоже пустили под нож. Вот только страну, превращаемую в край вообще без науки, жалко.

Нерушимый блок ретроградов, продажных и монополий

Но это еще не все! Мы прекрасно знаем, насколько продажны начальники в РФ. А теперь представьте себе, что с научной инквизицией заключила тайную сделку некая иностранная сила. Как раз в духе научно-промышленного шпионажа. Итак, все смелые разработки и действующие изобретения попадают на суд неоинквизиторов. Они публично заявляют, что это новое – сплошь мошенничество. Но сама информация уйдет иностранному покупателю. Он-то все изучит и умело затем использует у себя, по сути украв плоды русских мозгов. Боюсь, что новая инквизиция – это орудие недобросовестной научно-технической конкуренции.

Ну, объявят в комиссии-гадине лженаукой работы академика РАН, казанского химика Коновалова. Заявят, что его чудо-растворы – бред сивой кобылы. Уже немолодой Коновалов не выдержит травли и умрет. Но очень скоро эти же составы – но уже как иностранные сверхэффективные лекарства по очень большим ценам – появятся на рынке. И страна лишится как огромных доходов, так и способа дешево обеспечить национальное здравоохранение.

Таково оно, сопротивление старой парадигмы. Но, к сожалению, оно наслаивается на еще одну причину: надлом отечественной науки, утрату ею воли к развитию.

Постсоветская наука: надлом, опускание рук и утрата воли

Однако было бы несправедливым пройти мимо еще одного немаловажного обстоятельства, диктующего превращение обломков СССР в мировое захолустье. В глобальную периферию научно-технического развития. В вечно отсталые земли, обреченные на повторение чужих – и вчерашних! – достижений. Это – психологический надлом отечественной науки с 1991 года, превращение ее в безвольную старуху, не желающую делать ничего революционного.

Покажу это на материале 2013 года, немного отвлекшись и от Мастера, и от фундаментальной науки. Итак, на высшем уровне в РФ объявлено о планах марсианской миссии. За дело взялись старые советские структуры – ЦНИИ машиностроения, РКК «Энергия», НПО имени Лавочкина. Что они сделали? Извлекли из сундуков старые советские наработки полувековой почти давности и принялись их подновлять. То есть, снова рисовать очень дорогую экспедицию, когда мощные ракеты (еще в РФ не существующие) запускают на орбиту «экспедиционный поезд». То бишь, корабль перелета к Марсу с ядерно-реактивным двигателем (которого тоже еще нет), корабль посадки на планету и взлета с нее. А также – корабль возвращения. Этот «поезд» должен долететь до Марса, выйти на ареоцентрическую орбиту, оттуда – спустит на Марс посадочный модуль. Под это осваиваются государственные средства.

При этом все понимают, что это – тупик. Что стоимость всего этого влетит в астрономическую сумму. Что разгоняться для набора третьей космической скорости придется по спирали вокруг Земли, долго и нудно, пронизая, радиационные пояса. Одно это может убить экипаж. Потом, после долгого изнурительного перелета, комплекс должен выйти на околомарсианскую орбиту, и только потом – отделить от себя марсианский модуль. А это резко увеличивает стоимость экспедиции.

В РФ все делают вид, будто не существует американского частно-государственного варианта и плана «Марс Сплит» («Марс раздельный»). Компания Элона Маска «Space X», пользуясь полной поддержкой американского аэрокосмического агентства, НАСА, создает мощную ракету «Фолкон» («Сокол»), которая втяжелом варианте сможет выводить на опорную орбиту 50 тонн. То есть, вариант корабля с командой из двух астронавтов, способного на химическом (а не ядерном) двигателе лететь к Марсу. При этом НАСА прекрасно отработала советскую задумку: садиться на Марс сразу, не выходя на ареоцентричную орбиту. Как? Под нужным углом входить в разреженную атмосферу Марса и гасить скорость за счет ее сопротивления. При этом, используя отличное программное обеспечение и аэродинамику, садиться в точно заданном районе. Что янки отлично отработали при заброске на Красную планету марсохода «Кьюриозити» в 2013 году (программа MSL). Две с половиной тонны они изящно посадили в нужном районе, со снайперской точностью.

Потому США могут достичь Марса очень быстро и высадить на нем людей. Как? Используя не гигантские затраты и не столько «железо», сколько хорошее управление и отменное программное обеспечение. Итак, не нужно никакой сборки в околоземье экспедиционного «поезда». С помощью «фолконов» американцы забрасывают в район будущей высадки на Аресе модули для базового лагеря.

Один из них – с небольшим запасом жидкого водорода и кислорода, с системами изготовления восьми тонн топлива на взлет с Марса взлетно-посадочного модуля. Сев на Марс, он сразу начнет добывать углерод и (возможно) кислород для горючего из углекислой атмосферы Красной планеты (можно изготавливать метан, используя как источник энергии давно применяемые радиозотопные источники электричества, стоявшие еще на межпланетных станциях 70-х, типа «Пионер» и «Вояджер»). На Марсе найдена вода. Значит, из марсианской мерзлоты можно и водород добывать, кстати.

Дальше к Марсу уходят еще два корабля. Один – это корабль с двумя пилотами, взлетно-посадочный. Второй – корабль возвращения домой, который будет в беспилотном режиме крутиться вокруг Марса, ожидая экипаж. Естественно, сажать на Марс и беспилотные, и пилотируемые корабли американцы будут по самому экономичному способу: используя для торможения атмосферу планеты, что называется, с ходу. Как и марсоход «Кьюриозити».

Таким образом, вся экспедиция будет максимально быстрой и дешевой. И она возможна в ближайшее десятилетие.

Более того, американцы применили еще одну, организационную новацию: обход бюрократии с помощью частной фирмы. С помощью частно-государственного и весьма хитрого партнерства. Итак, само НАСА не может организовать высадку людей на Марсе. Сейчас не 1960-е, сейчас политиканы в Вашингтоне смертельно боятся возможной гибели экспедиции. Это рисковый президент Никсон мог записать две видеопленки своего выступления перед нацией в 1969-м. Одну – ликующую, на случай успешной миссии по высадке на Луну, вторую – на случай гибели экипажа. А сейчас политики Америки, как и Брежнев в СССР, требуют от НАСА надежности экспедиции в 99,9 %. Ничего не поделаешь: эпоха обожествления рейтингов, общественного мнения и пиара. Неудачи боятся как огня.

И тогда американское космическое ведомство решило: пусть на Марс летит частная экспедиция фирмы Маска. Это вроде как не государство, а предприниматель рискует. При этом Маск, конечно, не сможет сам потянуть финансирование сложной программы разработки и носителя, и кораблей, и всего оборудования, и, собственно, сам перелет. Поэтому НАСА дает ему не только деньги государства (некие гранты), но и заставляет подведомственные себе предприятия и научные центры предоставлять фирме Маска нужные материалы и брать на себя часть работы (заказы). В отличие от вялого Роскосмоса, не управляющего унаследованными от СССР космическими предприятиями, НАСА действует в бериевском духе. Подведомственным структурам раздают свои части работы – и попробуй ослушаться! Все необходимые материалы из этих структур уходят в фирму Элона Маска. Таким образом он получает, например, отличное программное обеспечение, созданное НАСА для аэродинамического управления и старыми «шаттлами», и новыми модулями для снайперской посадки марсохода. А поскольку Маск – не вор из «едроссии», а фанатик, он получаемое пускает только в дело. В мечту своей жизни. И можно ожидать, что именно его фирма станет первой в высадке человека на Марсе.

Маск при этом делает свой проект важной частью реиндустриализации США, возвращения в страну выведенной безумными либералами промышленности. Я читал его интервью и знаю, что он ненавидит практику сборки готовой техники из узлов и деталей, сделанных везде – в Китае, Юго-Корее, Японии и т. д. Элон Маск исповедует вполне советский принцип изготовления всего нужно в рамках одного проекта и у себя в стране. Ибо таким образом обеспечивается и надежность, и изготовление узлов-деталей строго в духе и философии проекта. Не нужно приспосабливать, грубо говоря, корабль будущего к китайским болтам да гайкам.

А что делают в РФ? В упор не хотят замечать того, что делает НАСА и перерисовывают советские планы начала 1970-х. Почему? Потому что в наших центрах космической промышленности сидят душевно надломленные после развала СССР старики. За годы долгого безденежья и безнадеги они потеряли и волю, и творческий порыв. Молодежи в каком-нибудь НПО имени Лавочкина образца начала 2010-х – кот наплакал. Сказались и нищенские зарплаты, на которые никто не шел добрых 20 лет, и общая варваризация страны.

Старики довольны путинским повышением финансирования, но ничего нового делать не желают. И немногочисленной молодежи по рукам бьют. Сиди – не рыпайся. Американцы готовят раздельную программу высадки на Марс? Чушь. Быть этого не может. Они явно блефуют. А нам надо только повторить старые наработки.

При этом даже старики понимают, насколько это сложно и насколько грозит смертью экипажу. Но они тихо осваивают средства.

При этом Роскосмос – совсем не прежний Минобщемаш СССР и не американское НАСА. Он не управляет предприятиями отрасли, которые обособились после акционирования в отдельные «феодальные вотчины». Друг с другом они ничем делиться не хотят, каждый думает о том, как бы побольше урвать из бюджета. Ничего подобного нынешней американской схеме частно-государственного партнерства Роскосмос создать не может. Он вынашивает планы соединения всего в одну госкорпорацию. Но это – тупик. Если одна корпорация будет сама себе и заказчиком, и исполнителем, то это – конец. Это будет тот же старческий надлом, вечное повторение старого и черная дыра для бюджетных средств. А тупая власть все вкачивает и вкачивает во все это деньги…

К чему я все это поведал? А к тому, какая атмосфера старческой немощи и «остывшего пепла» царит в науке и технике РФ. Как, впрочем, и Украины, и Белоруссии. Подобные истории можно рассказать и об академической науке, и о судостроении, и об авиапроме. Да практически обо всем. Везде – апатия, цинизм, страшная усталость, нехватка молодых. А ведь, как мы знаем, науку и технику могут двигать вперед только энергичные люди с психологией мальчишек, смелые и любознательные. И уж, само собой, только такие личности способны поднять нас из праха и повести в новую цивилизацию, в мир Шестого и Седьмого укладов. В страну чудес, черт возьми!

Но именно дряхлость и выгорание научно-технических кадров в Постсоветии, их надрыв за долгие годы нищеты и окружающей мерзости предопределяют наш крах. Неудивительно, что именно в Постсоветии и возникла научная инквизиция как сборище всего самого старческого и жизненавистинического. Наложите на это моральную деградацию нашей науки, когда долгие постсоветские годы ученым, враз ставшим нищими с 1 января 1992-го, пришлось бороться со страхом безденежья. Когда они шли на все тяжкие, лишь бы добыть себе жалкие крохи финансирования? Даром это не прошло: сие привело к потере многими и благородства, и смелости, и развило подлые черты. Когда любой ценой нужно утопить конкурента в борьбе за средства, пусть он при этом – трижды гений с прекрасными разработками. Мы имеем дело с морально деградировавшим населением, и науку эта беда не миновала.

Нет ничего более неподходящего для прорыва в новый мир, чем вот такой, изверившийся, сломленный духовно, циничный «человеческий капитал». Он по определению не готов создавать нечто неслыханное, нечто первое во всем мире. Он не может идти неторными, неизведанными путями. И потому он жутко ненавидит тех, кто на это способен. Например, Виктора Петрика.

Но и на эту беду-причину инновационного паралича русских нам придется наложить еще одно обстоятельство.

Тяжелый комплекс национальной неполноценности.

Национальное неверие в себя

Пародийная комиссия академика Тартаковского, вынесшая в начале 2010 года своеобразный «приговор» работам Мастера, сделала одну буквально Фрейдову оговорку. Оговорку, которая, как известно, вскрывает нутро говорящего. Так, пренебрежительно отозвавшись о присадке к бензину, созданной Мастером, она написала:

«Предложения В. И. Петрика расходятся с современной генеральной тенденцией во всем мире. В настоящее время предполагается получение высокооктанового бензина не на основе ароматических углеводородов или присадок, а на основе углеводородов разветвленного строения – „изомеризатов“ и „алкилатов“, т. е. компонентов глубокой переработки нефти…»

Прониклись, читатель? Итак, если ты изобрел нечто, что не делают на Западе, то ты отошел от некоей «генеральной линии» и за это можешь быть затоптан Академией наук РФ. Просто потому, что ты не подражал загранице, а изобрел что-то свое. Причем неважно, что изобретение Мастера позволяет буквально за копейки получать горючее европейского качества на старых заводах здесь и сейчас и экономит десятки миллиардов на постройке новых мощностей. Ты приговорен уже потому, что осмелился пойти собственным путем, а не раболепно копировал Запад.

В этом решении «комиссии Тартаковского» – все убожество нынешней российской науки, ее преклонение перед заграницей. Причем она уже не стесняется писать о своей смердяковщине без всякого стеснения, совершенно открыто…

Страшное время, тянущееся с конца 1980-х годов и продолжающееся ныне, породило жуткое явление: массовое неверие русских в собственные силы. Эпоха от Горбачева до Путина дала поочередное массированное внушение (всей мощью СМИ!) чувства национальной неполноценности, затем – позорное крушение страны и последующий шабаш трупоедов-мародеров на ее обломках. Потом – кошмар нарастающей отсталости и ужас деиндустриализации. Потом – апатию и скотское потребительство, цинизм и тотальную коррупцию. В итоге русские (коихуже правильнее называть уже бывшими русскими, расеянами) получили стойкий комплекс неполноценности. Теперь огромная доля русских в глубине души уверена в том, что мы – вечные лузеры и недотепы, что мы ничего не можем и никогда не могли, что все лучшее – за границей, а не в «сраной Рашке» (на сраной Украине). Западные технологии всегда будут лучше наших. Наши изобретатели и новаторы – наверняка все циничные жулики, стремящиеся только облапошить и «на бабки развести».

Этот комплекс национальной неполноценности прекрасно накладывается на фактор сопротивления науки старой парадигмы. Ее научная инквизиция получает возможность заляпать дерьмом любого, кто ей неугоден. При этом миллионы расеян, пораженных цинизмом и комплексом собственной неполноценности, с радостью и совершенно добровольно поучаствуют в травле и уничтожении гениев новой волны. Ибо постсоветские «бывшие русские» одновременно завистливы до ужаса. Им очень приятно смешивать с грязью всякого, кто выделяется из их серой массы.

Уж сколько раз говорил о том, что мы вступили в эпоху Темных веков-2, когда и массы отупели да опустились. Лишний раз в этом убеждаюсь, ибо не только Петрик, но и я сам с этим каждодневно сталкиваюсь. Почти тотальное настроение: «Ничего нового изобрести уже нельзя, все изобретения – шарлатанство и обман, только повод освоить бабки». Да, думать и придумывать самим, мол, не надо: надо только кого-то копировать. Да хоть Европу!

Бывшие русские превращаются не только в разобщенных и бессильных, но и в существ со старческо-брюзжащим сознанием, злых на все и вся. В том числе и друг на друга. Дух дерзости и поиска покинул их. Потерявшие крылья и духовно оскопленные, они верят самым диким слухам и откровенным «уткам»: мозговой аппарат отключен, самостоятельно думать экс-русские отучены. Что скажет свора щелкоперов – тому и верят. Что вдолбит в башку «ящик» – то и повторяют.

Только не надо говорить о том, будто Максим Калашников, как и либералы, заговорил о том, что «народ у нас не тот». У нас народ – тот. Был. Когда-то. А теперь народа нет. Есть глупая атомизированная масса. Последний «привет» от русско-советского народа наблюдался в 1992–1993 годах, когда тогдашние протестные акции выводили на улицы десятки тысяч человек. Они брали в осаду Останкино, в мае 1993 года вступили в столкновения с ОМОНом, да такие, по сравнению с которыми май 2012-го – детский лепет. А осенью 1993-го люди даже на бронетехнику кидались. То были последние попытки тогда еще существовавшего народа сбросить с шеи оккупантов-паразитов. Люди советской закалки не были рабами: они могли бунтовать. Но тогда их подавили и чуть более чем за десятилетие вывели породу россиян-импотентов (во всех смыслах), завистливых, сварливых и глупых. Существ нового феодализма. А они, как показывает опыт, не только рабы власти и патологические «разобщенцы», но и дремуче ненавидят новое в науке и технике. Налицо, так сказать, «ген со сцепленными признаками».

Кроме того, деиндустриализация привела к всплытию у экс-русских реликтов средневекового сознания, глухо враждебного к инновациям. Как написал Иван Янушкевич, мы вернулись ко временам «картофельных бунтов».

«… На протяжении веков те правители России, кто загорался идеей внедрения инноваций, сталкивались с яростным противодействием со стороны „темной“ и малообразованной народной массы. Доходило до курьезов, как, например, с картошкой, которую полтора столетия назад крестьяне считали грехом употреблять в пищу. Когда правительство попыталось привить эту сельскохозяйственную культуру, то по всей стране прошли „картофельные бунты“, вызванные слухами, что якобы людей хотят отравить. Между тем, распространение картофеля впоследствии неоднократно спасало от голода в неурожайные годы.» (Дополню Янушкевича: посадки картофеля пришлось буквально силой внедрять и во Франции, и в Германии, где картошку называли «чертовым яблоком». – М. К.)

А что изменилось сегодня? Вот как оценивает нынешнюю ситуацию кировский губернатор Никита Белых «Я, находясь в оппозиции, очень не любил власть. Сейчас я продолжаю власть не любить, но, честно говоря, начинаю не любить и общество… Более деструктивного, несговорчивого, неадекватного и тупого института, чем общество, не существует… Оно не готово к реформам, привыкнув либо „сидеть на кухне“, либо бесцельно „шляться по улицам“.

Губернатор не упомянул еще об одной ставшей модной привычке – пялиться на монитор и, надравшись пива, стучать по „клаве“, ругая власть.

Всегда есть те, кому удалось занять наивысшее положение в социальной иерархии, и завоевать право принимать судьбоносные для страны управленческие решения. Соответственно, есть и те, кто хотел бы оказаться на их месте, и поэтому делает все для того, чтобы занять „трон“.

Для раскачки ситуации деструкторами придумываются мифы, задача которых – создание образа врага и его персонификация с представителями правящей верхушки. Одна из недавних сказок – обвинение руководства правящей партии в организации хищения бюджетных миллиардов под предлогом внедрения опасной для здоровья „лженаучной“ разработки. При этом авторам неважно, что вздорность этого навета легко опровергается – их задача запустить слух, подхватываемый теми, кто вследствие своей неразвитости на веру принимает страшилки о „картофеле-убийце“…»

К черту расеян! Они мне чужды – я из СССР, где русские, как оказалось, еще были. Как и дух поиска нового, дух изобретательства и поиска. А ныне надо работать на появление нового русского народа. Который не только пассионарность да способность к самоорганизации обретет, но и инновационную смелость.

Но это – отступление от темы. Пока же зафиксируем еще один роковой фактор прогрессирующего отставания: поражение массового сознания неверием в русские силы. Комплекс национальной неполноценности, выработанный с 1988 года. Сей фактор сцеплен с первым, с сопротивлением отжившей свое научной парадигмы.

Общемировой фактор

Наконец, на нас действует общемировой фактор: новации и новая научная парадигма опасна для власть имущих. Ибо они разрушают удобный им порядок вещей, грозят их положению. Поэтому власть имущие начали «денаукизацию» обществ, массой обращая современных людей в идиотов-потребителей.

Новые технологии и знания могут свергнуть старых королей. Ну, к чему огромный «Норильский никель» с его чудовищно длинными технологическими цепочками и легионами работников, коли его можно заменить на небольшие автоматические цеха, где нужные металлы добываются из рудного концентрата с помощью замкнутого газового цикла? Ведь таким образом можно добывать никель и платину во множестве мест РФ. Примени это – и обесценятся капиталы олигарха Прохорова, упадет его статус.

К чему будут огромные НПЗ, если применить одностадийные нефтеперегонные заводы Института катализа имени Борескова? Так каждый сможет бросить вызов господству нефтегазовых магнатов и сломать их картельный сговор на рынке топлива. К тому же, это заставит их не сырую нефть гнать за рубеж, а заниматься ее полной переработкой внутри страны. Кому ж такое нужно-то?

Кому нужны многочисленные фирмы, наживающие миллиарды на продаже «чистой природной» воды в бутылках и баллонах, коли можно поставить в домах на каждый кран фильтры из УСВР Петрика, дающие воду родникового вкуса и «эвиановского» качества? Такую новацию лучше похоронить навсегда.

Кому нужны технологии производства отличного и практически вечного алмазного инструмента фирмы «РусАтлант» Сергея Сухоноса, если это лишает работы кучу производителей недолговечного дешевого инструмента и мешает снабженцам предприятий иметь свои комиссионные?

К чему нужны технологии фирмы «Полимертепло», которая кладет вечные трубы теплотрасс (советской разработки!), каковые служат без ремонта десятки лет? Ведь это отбирает коррупционную кормушку у городских чиновников. На фиг!

И точно так же оказываются «ненужными» износостойкие детали машин и составы, уменьшающие трение, дешевые добавки, которые увеличивают октановое число топлива, АЭС нового типа, дешевые технологии излечения разных болезней и т. д.

Зачем вообще русские разработки, коли с ним не получишь таких «откатов»? Чиновникам РФ и иных обломков СССР-России гораздо слаще и сытней не возиться с отечественными новациями, доводя до ума, а купить все на Западе. И проще это, и дороже. А чем дороже – тем больше комиссионные от благодарных заграничных концернов.

И вот этот самый фактор «шкурного интереса» корпораций и чиновников накладывается на все прочие, усиливая и дополняя их. Власть имущие сдерживают научно-техническую революцию и затирают прорывные изобретения. А Комиссия по лженауке РАН только помогает этим князьям мира сего. Боюсь, что РАН раздербанят – а инквизицию в виде Комиссии по лженауке оставят. Ибо полезна для властителей и старых монополий.

В итоге РФ и прочие «постсоветии», где все это сплетается в один узел, становятся мертвой зоной для инноваций. Мировым ретроградным захолустьем. Не в первый раз я слышу от некторых «мыслителей» в РФ: мол, все научно-технически развитые цивилизации погибли, а те, что попроще, сохранились. От Шамиля Султанова это в последний раз слышал. В общем, назад, к шатрам и повозкам. Это уже очень серьезно, это – массированная проповедь опускания на четвереньки. Ох, и узел же нынче завязывается!

А узел сей нельзя развязать. Его – во имя нашего выживания – можно лишь разрубить!

Потому становлюсь плечом к плечу и с Виктором Петриком, и с другими инноваторами. Во имя будущего не только русских, но и всей нашей расы – расы научно-технической.

Инквизиция-2 и натиск догмы – повсюду!

Однако, читатель, я был бы несправедлив к РФ, если бы не признал: новая инквизиция и принесение поиска в жертву неким догмам становится всемирной бедой.

Уж давно известно, что в экономике даже на распрекрасном и свободном (как нас убеждают) Западе ты просто не можешь даже обсудить истинные причины нынешнего глобального кризиса и увидеть пути выхода из него. Почему? Потому что установлена поистине религиозная монополия одного-единственного течения экономической мысли – неолиберального, монетаристского. А его язык и сама система мировоззрения не позволяют даже осознать нынешний кризис. Догмы неолиберализма объявлены незыблемой «истиной в последней инстанции». Всякий, кто рискнет думать и говорить иначе, подвергается остракизму и изгнанию в маргиналы.

Потому экономика как наука и у нас, и на Западе практически уничтожена, ибо превращена в набор мертвых догм. Противоречие коим считается страшной ересью и сопровождается массированной травлей человека в масс-медиа, выбрасыванием его из официального сообщества экономистов. На кострах, правда, инакомыслящих не сжигают. Но если бы было можно – то жгли бы.

Даже на свободном, таком либеральном Западе ты попадешь (или сильно рискуешь попасть) в изгои-еретики, если усомнишься в ряде положений «символа веры». Например, в том, что глобальное потепление – вовсе не то, о чем говорит каноническая версия. Или в том, что газовые камеры нацистов были слишком тесны для того, чтобы загонять в них столько людей, сколько нам рисуют «источники». Ты сильно рискуешь, если усомнишься в том, что человечество произошло сугубо из Африки или назовешь гомосексуализм психическо-половой девиацией. Ты подвергнешься гонениям, если осмелишься только упомянуть о проблеме вымирания белой расы и замещением ее на азиатских мигрантов, показав параллельно процесс оглупления стран с вымирающим населением. Во всяком случае, немецкая элита так расправились над Тило Саррацином с его «Самоликвидацией Германии».

Ересью считаются доводы против эйнштейнианства и теории Большого Взрыва. Не меньшей, чем когда-то – несогласие с вульгарно-марксистской идеологией в СССР. Вы получите вырванные годы, если попробуете доказать на Западе, что его ставка на солнечную энергетику – всего лишь блеф. Всего лишь пузырь, поддерживаемый искусственно высокими тарифами и казенными дотациями на закупку этой «чистой энергии», и что на самом деле будущее – за новой ядерной энергетикой. А также – за принципиально новой энергетикой, базирующейся на неканонических ныне физических теориях. Вас очень не одобрят, если вы попрете против теории о том, что динозавров будто бы уничтожило падение огромного метеорита 65 миллионов лет назад. И никого не будет волновать то, что гораздо более поздний Попигайский «гость» не привел к массовому вымиранию видов.

Вы станете «мракобесом» и парией, если станете доказывать, что узаконение гомосексуальных браков есть верный путь к разрушению человеческого общества и к созданию привилегий гомосексуалистов перед обычными людскими семьями. Вы слышали, сколько пришлось выдержать профессору Техасского университета Регнерусу, который рискнул исследовать (на массовом уже материале) судьбы детей, усыновленных «семьями» педерастов и лесбиянок?

Регнерус доказал, что психически дети в таких «семьях» получаются крайне неуравновешенными. У них – проблемы с половой индентичностью. Они чаще, чем сверстники, болеют венерическими недугами. Да и вообще семьи содомитов и лесби неустойчивы и чаще распадаются, что дополнительно травмирует детей. Кроме того, эта среда склонна к маргинальности.

Регнеруса пытались затравить. Гомосексуальное лобби, обретшее на Западе огромную силу, старалось не допустить публикации итогов исследования. К кампании подключилась влиятельнейшая, либеральная «Нью-Йорк таймс». Был создан научный совет (аналог инквизиционного судилища), который дотошно проверял: а как группа Регнеруса вела исследование. Строго ли научно, с соблюдением ли всех правил? Причем изучалась даже электронная переписка социологов. (Армен Оганесян. «Дети сексуальной революции: кто они?» – «Международная жизнь», № 3,2013 г.)

Слава богу, Регнерусу удалось отбиться. И ведь дело было не в тридцатые годы, не в пору «охоты на ведьм» при сенаторе Маккарти в пятидесятые, а в начале второй декады нового века! То есть, провозглашенные догмы новой «религии гомосексуализма» пытались поставить выше объективного научного исследования. А те собранные объективно-научные факты, что опровергали установленные догмы, фактически старались объявить неким святотатством. Как в поздние Средние века, когда сбор фактов, противоречащих священным текстам и писаниям церковников, становился верным путем на костер. Пеняя нам сталинскими гонениями на генетику и кибернетику, сами западники страдают самым что ни на есть мракобесием. Да, политкорректным и либеральным – но однозначно мракобесием.

Точно так же может навлечь на себя беды тот, кто не станет восторгаться триумфальным шествием социальных сетей и скажет правду о них. Правду о том, что соцсети плодят сотни миллионов штампованных, поверхностно мыслящих дебилов, невероятно зависимых от мнения своего стада. Лишенных как исторической памяти, так и способности думать о будущем. Дебилов, приспособленных лишь для того, чтобы покорно воспринимать умственные клише и мнения-штампы, разрабатываемые для стада соцсетевых примитивов немногими манипуляторами и масс-медиа.

Почти наверняка клеймо «лжеученого» ожидает тех, кто бросит вызов Стандартной модели строения материи или примется за доказательство возможности холодного ядерного синтеза. И так далее.

Мечтаю лишь об одном: чтобы моя страна стала первой в мире землей, где не станет новой инквизиции. Но, увы, пока у нас происходит то же, что и в так называемом «развитом мире».

«Академгейт»

Да, читатель, ярче всего то, что описано выше, воплотилось в грязной истории с Виктором Петриком. Дело не в персоне: на месте Виктора Ивановича мог быть и другой человек. Просто ему выпало «счастье» стать первым в столкновении с новым варварством, с новой тьмой. Его случай, каковой с полным правом можно назвать «Академгейтом», собрал в себе все факторы «мертвой зоны».

Что мы видим? Человека, который реально воплощает в себе новую парадигму развития: целостность познания, соединение естествоиспытательства и искусства. Человека, реально предложившего Академии наук путь к свету, путь не только к сохранению, но и развитию. При этом он достаточно состоятелен, чтобы самостоятельно воплощать свои изобретения и разработки в работающие образцы, не завися ни от каких Сколково или РАН. Виктор Иванович противоречит комплексу национальной неполноценности: он не боится делать то, чего еще никто в мире не делал. При этом он нагло переходит дорогу многочисленным «шкурным интересам». И он огреб по полной.

Эмпирическим путем установлено, что массовый постсоветский обыватель опустился в интеллектуальном отношении (в сравнении с советскими людьми). «Постсовок» намертво заражен настроением: «Ничего нового изобретать не нужно, все уже создано. А если что-то и создается нового, то только на Западе, поскольку мы, русские, ни на что не способны. Нужно не думать самостоятельно, а только копировать успешные страны».

Постсоветия превращается не просто в край иннновационого паралича, а в царство слабоумных потребителей, буквально уничтожающее последних умных и активных людей. В царство восторжествовашего лакея Смердякова, причем что «сверху», что «снизу» – все едино.

И это предопределяет грядущую развилку нашей истории: либо национальная Диктатура развития с подавлением серости и жвачных обывателей, либо – зловонная и позорная смерть русских, больше похожая на сшивание заживо. Ибо масса жвачных на любых свободных выборах изберет себе подобных, которые «как все».

Но пока интересы жвачных преобладают. Этим пользуется старая парадигма науки. И потому на Мастере отрабатывается весь механизм современной инквизиции: совершенно бредовые обвинения со стороны злобных стариков-академиков. При малейшем отсутствии всяких попыток проверить разработки на практике. На Петрике отрабатывается технология уничтожения новатора через самую грязную кампанию в СМИ, причем с привлечением и Ксюши Собчак, и мерзкой диссиды в США. Например, бывшего преподавателя марксизма-ленинизма, коего в СССР турнули с работы за то, что он свой детородный член студенткам как-то показал. Петрику просто затыкают рот, его отрезают от СМИ. Ну, Бруно тоже на костер возвели, сначала зажав ему язык в специальных тисках.

Он предлагает: давайте соберем академиков в аудиторию с доской и мелом, я выйду на открытый диспут.

Но РАН от этого уклоняется: она смертельно боится открытой полемики.

Ее комиссия Тартаковского выносит суждение о разработках Петрика, не поставив ни единого опыта и не удосужившись даже познакомиться с разработками в действии! Не проведя никаких сравнительных испытаний! Это, простите, совсем не «Петрикгейт», это – «Академгейт».

Все самое лично для меня ненавистное и мерзкое сошлось в этом случае. А потому Максим Калашников – на стороне Мастера. Увидев в действии всего несколько изобретений Виктора Ивановича, называю его так. И плевать мне на мнение толпы идиотов. Главное для меня – разрубить проклятый узел. И коль судьбе угодно, чтобы это было сделано с помощью Виктора Петрика – да будет так!

Ибо я ненавижу новое варварство.

Знаете, чего я боюсь? Того, что русские, даже сбросив нынешнее иго клептократии, все равно погибнут из-за глупости. Что они вообще останутся без науки.

За рекою, в тени деревьев

«Давайте переправимся через реку и отдохнем в тени деревьев…»

Такими были предсмертные слова Джексона Каменная Стена, легендарного генерала южан, погибшего в 1863-м. Может быть, в полубреду он уже видел райские сады. Кто знает?

Почему-то слова Джексона все чаще приходят мне на ум, когда я гляжу на глупость и косность нынешнего мира. Река впереди – опасная и бурная. Имя ей – Глобальный Смутокризис. Но там, за нею, может быть тенистая роща, где можно лечь наземь, вдохнуть аромат травы и дать отдых изнуренному телу.

Но чтобы перейти реку, нам понадобится многое. Не только напряжение всех национальных сил. Не только сбрасывание с шеи господства воров и мракобесов. Нет, нам придется думать, как обеспечить себя хлебом и жильем, как кормить рати немощных и стариков, как быть с легионами новых неграмотных и ненормальных, как справиться с разрушением донельзя изношенной техносферы, как сломать чудовищную смертность и повысить рождаемость у русских. После падения власти мародеров и циников наступит острейшая нехватка всего: времени, ресурсов, благоприятного климата, технологий, да просто молодых, умных и здоровых людей! Тысячи проблем больно вопьются в нас зубами со всех сторон.

Вот здесь и нужны будут, как вода посреди раскаленной Сахары, совершенно новые знания и волшебные технологии на их основе. Все, что поможет выжить и одержать победу в безнадежной ситуации. То будут поистине Хроники Невозможного: потому что, если судить с позиций сегодняшнего здравомыслия, у русских нет ни единого шанса на выживание. Мы, с точки зрения всех вокруг, обречены на угасание.

Мы можем поспорить на что угодно, что такие знания и чудеса техники можно найти лишь в самых «неосвещенных местах» познания, лишь в стороне от проторенных дорог, в той области, что сегодня чохом загоняют в разряд «лженауки». Только там могут найтись золотые зерна чаемых прорывов. Ибо когда-то красные, получив в руки опустошенную страну, приговоренную к смерти, смогли совершить невозможное. Но если полистаете страницы истории, то увидите, как смело они ставили на невозможное, как живо интересовались всем новым и неслыханным. Как при них испытывались аэровагоны и электрические плуги, шли опыты по парапсихологии и создавалась первая электроника. Как в голоде и холоде красные 1918–1921 гг. спасали ученых и создавали будущие научные центры мирового масштаба. Черт, да они космонавтикой стали заниматься едва ли не сразу, пускай поначалу – лишь на теоретическом уровне. Красные первыми в мире поняли, что наука и новые знание – это могучая производительная сила.

Нам никуда не деться от решения сходной задачи. Только теперь нам выпадает доля куда сложнее: нужно не только спасать Академию, но яростно, силой продавливать новую научную парадигму и преодолевать сопротивление старой науки. Ведь новые знания и смелые изобретения – дело действительно живых и смелых исследователей с психологией пытливых и неугомонных детей. Науки молодой и любознательной. А никак не нынешней, превращаемой в высохшую мумию, довлеющую над живыми. Придется железной рукой перехватывать сухие конечности мумии, не давая ей удушить столь нужное нации новое и прорывное. Придется силой снижать инновационное сопротивление, чтобы не потерять ни одного гения. Да, гениальность часто граничит с безумием, и потому нужно быть крайне осторожными, чтобы не путать одно с другим.

На днях встретился с детством. Перечитал роман Жюля Верна «Флаг Родины», написанный в 1896-м.

«Мы, к сожалению, хорошо знаем, с какими неодолимыми препятствиями сталкиваются изобретатели, когда хотят продвинуть свое изобретение, в особенности если они пытаются предложить его министерским комиссиям. Множество широко известных примеров еще свежо в нашей памяти. Бесполезно распространяться на эту тему, ибо в делах такого рода много закулисных тайн, много темного и необъяснимого…»

Написанное гениальным Верном в 1896-м актуально и ныне. Но мы знаем: стоит отладить машину по поиску и проверке прорывов, стоит свернуть шею новой инквизиции и сопротивлению узколобо-корыстного чиновничества – и мы обретем колоссальное преимущество перед всеми в мире.

И столь же великое богатство.

Тем нужнее нам новая научная революция, новая Машина открытий для Прометеева племени. Когов и гениев. Вглядимся в ее возможные черты.

Глава 5

От Обручева к Ананербе-2.0

Вызов времени – вызов чужой, ново-рабовладельческой цивилизации. Это– вызов нашему существованию как таковому. Примечательно, что путинский режим приступил к «реформированию» Академии наук как раз тогда, когда угроза эта вырисовалась. В преддверии формирования нового рабовладельческого общества в ядре капсистемы, сопровождаемой очередной научно-технической революцией (в интересах правящей касты) РФ должна лишиться даже потенциальной возможности иметь сильную науку.

Да, путинскую «реформу» РАН нужно уничтожить после смены власти. Но что делать дальше? Ведь угроза извне никуда не девается.

Русская инициатива: завет Обручева из 1953 года

Потому стратегия ответа на вызов новой, «рабовладельческой» НТР получается достаточно ясной. Нужно не только самим начинать программы достижения бессмертия и создания квантового компьютера, но двигаться по тем направлениям, на которых наш противник наступать не собирается. Ну, или развивать то, что он явно как приоритеты не выделяет. Образно говоря, это – обход с флангов.

При этом мы, отменяя путинскую «реформу» РАН, полностью прикрываем Комиссию по лженауке и окорачиваем ударившихся в инквизицию академических старцев, возлагая миссию «сита» на Академию-2 и Агентство передовых разработок, на наше, весьма современное и трансформированное Аненэрбе. На наш аналог немецкого знаменитого института, взламывавшего старые предрассудки. Мы на государственном уровне должны покончить с настроением, присущим умирающей цивилизации: «Все уже открыто и изобретено, установленные научные законы – незыблемы, искать больше нечего и картина мироздания ясна». Подобную «философию» следует гнать и преследовать действительно инквизиторскими методами. Здесь нас должно вдохновлять то послание в будущее, что сделал великий русско-советский геолог Владимир Афанасьевич Обручев (1863–1956), в день своего 90-летия в 1953 году опубликовавший поистине «священный текст». Обручев также ненавидел настроение: «Да уже нечего открывать – все открыли до нас».

«Возможно, в таких мыслях виновата популярная литература, которая очень подробно, обстоятельно и восторженно говорит о достижениях прошлого и мельком, неохотно упоминает о неясном, неведомом, нерешенном. А между тем не отдельные белые пятнышки – огромный океан неведомого окружает нас. И чем больше мы знаем, тем больше загадок задает нам природа…

… Требуется:

– продлить жизнь человека в среднем до 150–200 лет, уничтожить заразные болезни, свести к минимуму незаразные, победить старость и усталость, научиться возвращать жизнь при несвоевременной, случайной смерти;

– поставить на службу человеку все силы природы, энергию Солнца, ветра, подземное тепло, применить атомную энергию в промышленности, транспорте, строительстве, научиться запасать энергию впрок и доставлять ее в любое место без проводов;

– предсказывать и обезвредить окончательно стихийные бедствия: наводнения, ураганы, вулканические извержения, землетрясения;

– изготавливать на заводах все известные на Земле вещества, вплоть до самых сложных – белков, а также и неизвестные в природе: тверже алмаза, жароупорнее огнеупорного кирпича, более тугоплавкие, чем вольфрам и осмий, более гибкие, чем шелк, более упругие, чем резина;

– вывести новые породы животных и растений, быстрее растущие, дающие больше мяса, шерсти, зерна, фруктов, волокон древесины для нужд народного хозяйства;

– потеснить, приспособить для жизни, освоить неудобные районы, болота, горы, пустыни, тайгу, тундру, а может быть, и морское дно;

– научиться управлять погодой, регулировать ветер и тепло, как сейчас регулируются реки, передвигать облака, по усмотрению распоряжаться дождями и ясной погодой, снегом и жарой.

Трудно это? Необычайно трудно. Но это необходимо. Советские люди хотят жить долго, хотят жить в изобилии и безопасности, хотят быть полными хозяевами на своей земле, не зависеть от капризов погоды…»

(В. А. Обручев. «Счастливого пути вам, путешественники в третье тысячелетие!» – В. А. Обручев. «За тайнами Плутона», Москва, «Молодая гвардия», 1986 г с.234).

Какой же мощный ум был у автора «Земли Санникова» и «Плутонии»! Обручев по сути обрисовал нынешние течения в развитии науки и технологий, заглянув на сто лет вперед. Нет информационных технологий или искусственного интеллекта – но есть все прочее. Вплоть до борьбы за человека долгоживущего, до геоморфинга, до бионанотеха, до управления климатом. Мороз по коже продирает от осознания того, что ждало бы современного ученого, произнеси сегодня эти слова он, а не легендарный Обручев! От него теперешняя Комиссия по лженауке и косточек не оставила бы, причем под одобрительное улюлюканье миллионов Интернет-животных. Смотрите: у сталинского академика – никакого унылого «научного охранительства», вольный полет фантазии, неукротимая воля к созиданию будущего. И это в девяносто лет от роду! Это вам не сероликие академики-огарки из пресловутой неоинквизиции. Это – яркий человек-метеор.

Фактически, Обручев в основном обрисовал нам программу нашей контрстратегии, к которой мы добавим свои пункты.

Стрелы на карте цивилизационного генштаба

Итак, попробуем нарисовать стрелы нужных нам контрударов. Понятное дело, что мы не претендуем на полный список: он определится только в ходе совместной работы настоящих ученых, промышленников-практиков, футурологов и «альтернативщиков». Но все-таки попытаемся обозначить некоторые из «ударов», центров приложения сил.

Первый. Придание государственного статуса огромному междисциплинарному проекту: «России-2045», ибо оный вбирает в себя и достижение физического бессмертия, и программы космической экспансии, и работы по квантовому компьютингу, и по созданию искусственного интеллекта, и по роботике, и совершенно новая медицина, и раскрытие внутренних способностей человека, и вообще – порождение новой расы.

Второй. Новый космос. С его делением на стратегические программы дальних миссий и на прагматический космос, нацеленный на максимально дешевое использование околоземного пространства.

Третий. Энергетический мегапроект. В его рамках мы развиваем два магистральных и одно вспомогательное направления:

– принципиально новая неогневая энергетика;

– новая ядерная энергетика, куда входят ядерные системы Острецова (ядерный реактор в сочетании с ускорителем), ториевая энергетика Максимова, тяжеловодные реакторы в сочетании с методами обезвреживания жидких отходов по Виктору Петрику, реакторы на быстрых нейтронах, высокотемпературные газовые реакторы;

– новые солнечная, ветровая, геотермальная, водная и водородная энергетика.

Что мы этим достигаем? Если успеха достигает первое направление, то второе (ядерное) может остановиться. Если первое направление окажется ложным или слишком далекой перспективой, то мы разовьем новую ядерную энергетику, которая позволит нам задействовать колоссальные запасы природного урана-238 и тория. Третье направление при этом также может дать впечатляющие прорывы. Например, массовое использование природного водорода, идущего струями из недр планеты (по Ларину).

Четвертый. Новая организация науки, конкуренция старой науке. В рамках этого создаются Вторая Академия и Агентство передовых разработок. Поиск новых открытий фундаментального характера и создание технологий на их основе. Построение Машины открытий, освобождение племени Прометеев и уничтожение инновационного сопротивления.

Четвертый. Новые конструкционные материалы.

Пятый. Создание нового человека и нового общества. Огромное и разнообразное направление исследований. Высокие гуманитарные технологии и новое образование. Наделение человека сверхспособностями.

Шестой. Новый транспорт. Нужно все, что может перебрасывать людей и грузы максимально быстро, безопасно и дешево. Комбинированные виды транспорта. Транснет в дополнение к Интернету.

Седьмой. Роботика и искусственный интеллект, интеллектроника (уже не кремниевая), квантовый компьютер.

Восьмой. Новая медицина – здраворазвитие.

Девятый. Полная переработка отходов, полное извлечение полезных веществ из горных пород и отвалов старых производств.

Десятый. Чистая и биологически активная вода для всех, повышающая жизнеспособность нации.

Одиннадцатый. Создание оружия на новых научных принципах. Разработка арсеналов новой эпохи, отодвигающих ядерное оружие на ступень ниже. Сюда, как вы понимаете, относится и гамма-лазер.

Двенадцатый. Управление климатом.

Тринадцатый. Создание «прямого» производства вещей из сырья с помощью нанотеха, «отмена» промежуточных отраслей промышленности.

Четырнадцатый. Экспериментальная и новая история, поиск следов высоких знаний древности, «снятие оков» с мозгов современных ученых в их поисках, ликвидация понятия «невозможно» во многом.

Естественно, список сей неполон. Но как основа – вполне годится.

Думаю, что мы встретим на своем пути многие «золотые жилы». То есть, творцов, способных стать основами целых научно-технических программ.

Приведу всего один пример. Кстати, упорно не замечаемый РАН.

Что могут дать стране рентгеновские линзы Кумахова?

Настаивал и буду настаивать на том, что русским нужна Вторая Академия и Агентство передовых разработок при правительстве (очевидно – уже новой России). Ибо старая РАН, сколковы и все чубайсо-роснаны мышей не ловят. Все вместе и породит русский вариант Ананербе. Основу новой НТР Шестого и Седьмого техноукладов.

Недавно нашел свои записи 2011 года (когда я работал в отделе поиска частной ЗАО «НТК») и немного переработал одну из справок. Она – о работах выдающегося советского ученого, Мурадина Кумахова. Человека, впервые в мире сумевшего передавать Рентгеновы лучи по световодам особой конструкции.

…16 декабря 2011 г. присутствовал на закрытой презентации нового открытия Мурадина Кумахова (Институт рентгеновской оптики – ИРОП, http://www.xrayoptic.ru/). Суть открытия – возможность передачи пучков электронов по диэлектрической (стеклянной) трубке в вакууме.

Ученый с мировым именем, справивший свое 70-летие в 2011 году. Кумахов в 1976 году открыл принципиально новый физический эффект – каналирования заряженных частиц в кристаллах. Это было третье великое открытие излучений в средах после открытия эффекта Черенкова (1937) и эффекта переходного излучения на границе двух сред с разными оптическими свойствами (1945 г.). В 1979 году, давая интервью «Комсомольской правде», тогдашний президент Академии наук А. Александров сказал:

«Мне приятно отметить, что у нас в Советском Союзе физик М. Кумахов, работающий в Московском государственном университете, открыл новый тип излучения. Он получил рентгеновское излучение, хорошо коллимированное, узконаправленное, пропуская через кристалл релятивистские электроны. В радиоэлектронике это открытие, возможно, будет очень полезно…»

(«КП», 23.06.1979 г.)

Александров тогда еще не мог знать, что Кумахов научится управлять рентгеновским излучением, концентрируя и фокусируя его через псевдолинзы из стеклянных световодов. Что в 1983 году его выдвинут на Нобелевскую премию, но сбитый в небе над Дальним Востоке южнокорейский «Боинг» все пустит насмарку: Нобелевский комитет решил не давать премии исследователю из «империи зла». Но Кумахов, похожий на маленького неукротимого самурая, в 1991 году станет основателем Института рентгеновской оптики. Он создаст целый класс принципиально новых рентгеновских установок – точного спектрального анализа или неразрушающего контроля – которые будут дешевыми и энергосберегающими, но будут заменять собою огромные сверхдорогие установки.

Чтобы продвигать разработки, ученый с помощью правительства РФ в 1991 году создал Институт рентгеновской оптики (ИРОП).

В 2011 году Мурадин Кумахов с коллегами по институту сделал еще одно эпохальное открытие. Впервые в мире была осуществлена передача пучков электронов по диэлектрической полой трубке. (Как – это ноу-хау команды Кумахова).

Кумахов демонстрировал видео опытов и презентацию. (Она, пока идет процесс патентования, не предоставляется). На съемке – похожие на змеевики стеклянные трубки, по которым передавались (практически без потери энергии) пучки электронов.

Отдельно демонстрировались опыты, где электроны циркулируют по кольцевой вакуумной трубке (до ста миллионов оборотов в секунду), порождая синевато-лиловое свечение.

Применений этому эффекту – множество. Потенциально это – и возможность создания термоядерной электростанции, и летательного аппарата, отталкивающегося от магнитного поля Земли. (Кумахов намекнул на встречные потоки дейтерия и трития в трубке-кольце, но не открыл тонкостей).

Но самое первое применение технологий М. Кумахова – в лечении раковых опухолей. Зачем облучать раковые опухоли с помощью огромных протонных ускорителей, каждый из которых стоит десятки миллионов долларов? Ведь все равно – как ни фокусируй пучок – бомбардировать опухоль приходится через тело человека, нанося ему огромный «попутный» ущерб. Да еще кому это по карману? Да еще ведь при этом больного нужно везти в крупные города, в большие и богатые онкоцентры.

Сегодня раковые опухоли пытаются уничтожать самым щадящим больного способом: фокусируя на опухоли пучок протонов из ускорителя. Но, во-первых, все равно больной получает дозу облучения (опухоль-то – внутри тела, доставать ее приходится через плоть пациента). Во-вторых, такая технология крайне дорога (стоимость ускорителей измеряется в 100–300 млн. долларов), отчего даже относительно щадящее лечение рака становится недоступным обычным людям.

М. Кумахов и команда предлагают новую технологию уничтожения раковых опухолей.

В обнаруженную опухоль вводится тонкая игла-трубка (стеклянный капилляр, по которому доставляются пучки электронов от внешнего источника). Введение трубки контролируется с помощью аппарата УЗИ. На конце трубки – источник рентгеновского излучения, который приводится в действие подаваемым пучком электронов. (Ноу-хау – в способе передачи электронов по трубке). Получается рентгеновский взрыв только внутри злокачественной опухоли. Радиация уничтожает опухоль, нанося ничтожнейший вред остальному организму.

Все это выходит гораздо дешевле, чем привычные методы лечения. Применять это можно хоть в сельской больнице. Не нужно возить больных ни в Москву, ни за границу. Внешне аппаратура будет представлять собой «пистолет» с длинной «иглой»-стволом, плюс УЗИ, плюс источник электронов. Все это совмещается с комплексом ранней диагностики рака «Микроскан», который уже производится ИРОПом.

Вложения всего в несколько миллионов долларов и несколько лет клинических испытаний могут принести русским планетарный прорыв. Это – огромная победа. Американцы бились над дешевыми и доступными способами лечения онкологии с 1971 г., но получили только нечто дорогое и неэффективное.

А теперь представьте, что на основании Института рентгеновской оптики создана целая корпорация. И приборостроительная, и медицинская, и исследовательская. Вы представляете, что может дать России только новый метод лечения рака?

20 нанометров – не предел

Еще одна перспективная тема – использование линз Кумахова для изготовления перспективных микросхем с проектными нормами в 20 нанометров и менее. Ибо рентгеновские линзы дают принципиально новый (еще нигде не существующий) метод печатания микросхем.

Как изготовляются микросхемы сегодня? Методом литографии. Именно его ограничения сдерживают дальнейшую миниатюризацию. Фотолитография делится на ультрафиолетовую и с двойным экспонированием на видимых длинах волн, и на литографию с применением пучка электронов, которая пока имеет низкую производительность (десять или даже всего один процент от производительности традиционной фотолитографии). При этом последнее поколение оборудования для литографии настолько дорогое, что позволить его себе могут лишь несколько компаний во всем мире (слова Алана Астье, директора по стратегическому производству европейской (швейцарско-итало-французской) электронной суперкорпорации «STMicroelectronics» (привожу пример по журналу «Эксперт»)

«… Для перехода на новые проектные нормы нужны 300-миллиметровые пластины вместо 200-миллиметровых, при этом стоимость производства увеличивается до 4–5 миллиардов долларов. В дальнейшем придется перейти на 400-миллиметровые пластины, и стоимость возрастет еще в два раза – до 10 миллиардов долларов. Таким образом, можно говорить об экспоненциальном росте стоимости производства микроэлектроники.

Растут и затраты на НИОКР. Для перехода на проектный уровень 32 нанометра фабрики, работающей на 300-миллиметровых пластинах, потребовался миллиард долларов. Затраты на дальнейшую миниатюризацию настолько велики, что без кооперации нескольких партнеров, заинтересованных в сохранении своей конкурентоспособности, уже не обойтись.

Параллельно уменьшается количество производителей, которые могут соответствовать постоянно растущим требованиям к производственно-технологическим нормам. Например, уровень 130 нанометров сейчас могут поддержать около 20 производителей. С уменьшением проектных норм уменьшается количество производителей. Уровень 20 нанометров сегодня доступен лишь четырем производителям.

STMicroelectronics разработала новую технологию – FD SOI, которая использует традиционную планарную структуру транзистора, но со слоем SOI (кремний на изоляторе), что делает транзистор более высокопроизводительным и менее энергопотребляющим; эта технология создана для микросхем с топологией 28 нанометров, но также может быть использована для микросхем с 10 нанометрами…»

Линзы Кумахова способны дать начало совершенно новому и гораздо более дешевому методу создания наномикросхем. Естественно, для этого нужна государственная программа НИР и НИОКР, ибо никакой частник такого проекта не потянет. Но приз – мировое первенство русских в этом направлении. Возможность привлечения к сотрудничеству японцев или юго-корейцев.

Новое оружие

Так же на основании рентгеновской полулинзы, чьи капилляры наполнены медным купоросом, можно сделать боевой космический лазер с накачкой от ядерного заряда. Надо навести «полулуковицу» линзы на цель (узким ее концом) – и взорвать позади широкой части линзы заряд. Перед тем, как конструкция испарится, она даст мощный лазер с «медной» длиной волны. Он может прошибить атмосферу и уничтожить большую дорогую цель.

А это – дешевый противовес, например, морской мощи США. Или сухопутной мощи Китая. Хотя, конечно, такое оружие несовершенно и напоминает первые образцы безоткатных орудий: когда половина энергии заряда уходит впустую.

Кроме того, уже можно производить уникальные приборы неразрушающего контроля и научное рентгеновское оборудование, которое отличается от обычного малой мощностью и дешевизной (за счет эффекта концентрации Х-лучей).

Фактически русские могут создать новую отрасль приборостроения[1].

На основе нового мифа

Все это должно делаться на основе нового мифа, придающего силы народу, вдохновляющего его на труды и подвиги, наделяющего смыслом научные поиски.

Основой нашего мифа должен стать высокий великодержавный русский национализм, соединенный с идеями создания справедливого общества. Мы заявим о своей высокой миссии – о спасении самого Человека от деградации. О том, что мы – удерживающие, которые противостоят пришествию нового рабовладения с правящей кастой кощеев-вечноживущих. Мы – спасители белой расы от деградации, устроившие у себя такую жизнь, где люди наши снова сильны и смелы и способны любить, и детей рожать, и читать книги, и познавать мир так же яростно и умно, как наши предки. Мы должны, вполне эгоистично устраивая жизнь у самих себя, показать остальным: такая жизнь возможна. Мы – преодолели страшную деградацию людей и уходим на новый, высокий уровень развития. И порождаем новую расу. Мы тоже добиваемся бессмертия, но не для узкой касты богатых мерзавцев. И летим к звездам. Ибо мы – потомки великих предков, уже творивших чудеса.

Создавая здоровую манию национального величия, мы скрещиваем футуристику с традицией, инновации – с историей. Создаем динамический консерватизм. Такой миф, подкрепленный совершенно реальными успехами и победами Сверхновой России, захватит русских.

Этот миф будет порожден книгами и фильмами, музыкой и картинами. Играми и даже поп-культурой. Миф нужен – ибо без него все мертво и пресно.

Таков, пожалуй, наш ответ на вызов времени. И сюда весьма органично вписываются и Агентство передовых разработок, и вторая Академия, и спасенная Академия-1, та самая РАН. И здесь же, пронизав все, возникает русское Ананербе-2.0. Наша Машина открытий, туннель в Шестую и Седьмую техноэры.

Пожалуй, сейчас мы даже не в силах представить себе всего, что можем обнаружить в работах как вполне академических, так и альтернативных исследователей. Подчас один творец – это семя, могущее дать целое «древо технологий» с раскидистой кроной, со множеством ветвей.

Да будет так.

Но, пожалуй, понадобится еще одно условие для свершения невозможного. Придется создать систему защиты творцов от орд глупых обывателей, от леммингов…

Глава 6

Тирания серости

«… Непреодолимо трудно понять психическое состояние человека, открывшего нечто противоположное привычному человеческому опыту. Какая болезненная сила фантазии была у человека, впервые понявшего, что Земля – круглая. Как замер он, пораженный смелостью и могуществом своего мозга и души. Как вздрогнул от кощунственности представления, пытался гнать его, гнать наваждение. Но восторг истины, восторг познания все ширился в его душе, как будто все музыканты мира играли в честь его торжественную музыку… И сумасшедшей силой его мысли, фантазии Земля из плоской превратилась в круглую.

А тот, кто первый понял, что Земля – не центр мира, а всего-навсего жалкая планетка? В каком гнетущем одиночестве оказывается человеческий мозг, опередивший человечество. Он оказывается в космическом одиночестве. Его может поддержать только могучий дух. Великая мысль может родиться только у того, кто имеет могучую душу…

… Самые глубокие, самые серьезные ученые – самые дети, потому что любят облака, инфузорий, лягушек, солнце, море, снежинки. Без любви к инфузориям долбить гранит наук не хватит воли и сил…»

Это ушедший от нас в 2002-м Виктор Конецкий, писатель-моряк. «Соленый лед», самый конец шестидесятых. Один из самых любимых мною авторов.

Он все сказал. Творец, мыслитель, естествоиспытатель, изобретатель – всегда на особицу. Он не такой, как общая масса. А масса не любит и даже ненавидит тех, кто не похож на стадо. Стадо двуногих – это серость, это лемминги, «такие, как все». И потому вот последний пункт моей книги: если мы хотим добиться невозможного, нужно защитить племя творцов от толпы обывателей. Ибо они не приемлют великих гениев. Сам Конецкий, создавая изумительные книги, всю жизнь получал гору писем, где его оскорбляли и обзывали сумасшедшим. В те времена еще не было Интернета. Толпа норовит растоптать новаторов: смелых ученых или великих изобретателей.

Что? Слышу протестующие крики. И спокойно возражаю: нынеживущим легко признавать гениев прошлого. Ибо они уже признаны, ибо все пользуются плодами их озарений и трудов. А вы готовы признать и принять нынешних гениев? Ведь они – сложные люди. Могу побиться об заклад: встретив Теслу в реальности, многие просто приняли бы его за умалишенного. Высокий, худой ценитель поэзии, обладающий маниакальной тягой к чистоте. Человек, заказывающий к столу сорок чистых салфеток. Нервный, возбудимый, ранимый, подчас – неуравновешенный, впадающий в болезненно-чувствительное состояние. А подчас – и просто в транс. Вы готовы принять таких людей, разглядев их среди обычных сумасшедших? Ибо гений и безумие ходят рядом.

Молчите? Так оно и есть. Гении слишком выделяются из общей обывательской массы. Более того, сегодня им намного труднее. Ибо во времена Теслы не имелось Интернета.

Только не подумайте, что я призываю разрушить эту Сеть! Немногим умным она действительно служит для развития и связи с такими же умными. Но не замечать тирании Интернета и того, как его сегодня используют для настоящей травли ранимых гениев, – нельзя.

То, что придало силу серой массе

Интернет сейчас – это засилье серой обывательской массы, стандартных людишек. Интернет превратился в Мекку для ничтожеств, ничего из себя не представляющих, получивших возможность метать дерьмо в выдающихся людей, анонимно оскорблять и ранить их психически. Интернет мощно транслирует: «Будь, как остальное стадо, повинуйся общим маниям и поветриям, не смей выделяться и думать самостоятельно!» Интернет принуждает тебя двигаться с общей массой, повинуясь той «повестке дня», что задают ей пресса и телевизор. Любая попытка не быть «как все», сделать что-то новое, выдвинуть нетривиальное решение или идею, тотчас скрывается под толстым слоем оскорблений и издевательств. «Что ты делаешь? Это же бред собачий! Это не будет работать! Он – шарлатан и мошенник!» – так взрывается Интернет при любой попытке совершить открытие или сделать изобретение. Всегда набегает толпа ниспровергателей, разоблачителей и самоуверенных всезнаек, роящихся вокруг чего-то нового, как мухи. Они с наслаждением сплетничают и разносят по Сети самые мерзкие гадости. Особенно, если еще не признанного гения начинают шельмовать СМИ и «признанные авторитеты».

Любой гений инициировал свои озарения самыми неожиданными, а порой и необычными методами. Кто-то складывал стенку из кирпичей, кто-то – ласкал женщин, а кто-то писал картины или музицировал. У каждого – свой способ открывать каналы сознания для откровений свыше. Но стоит толпе идиотов, кучкующихся в Сети, прослышать про то, как гения вдохновляет на открытие чудесная скрипка и ее божественные пропорции, как орда кретинов загогочет. Скрипка? Золотое сечение? Вот псих божевольный! Во Петрик-то! Но откуда этим ничтожествам знать, каким путями великие приходят к озарениям? Им, от которых за всю жизнь всего-то и памяти-то останется, что бессвязные записи в Интернете. А может, и их-то не сохранится. Но здесь и сейчас они примутся осмеивать и охаивать тех, кто намного выше их. Ибо обыватель обожает унижать великое, равняя гениев с собою, стадом жвачных немыслящих. Низвести кого-то с горних высот, пускай только и на словах, для серого стада – величайшее из наслаждений.

В этом смысле гениям прошлого было легче. Они могли творить в своих институтах и лабораториях, не слыша пересудов серой толпы. Редакции газет – при всех их недостатках – все-таки держали себя в неких рамках, не печатая всех писем с оскорблениями и нападками.

Сегодня же творец открыт для толпы завистливых тварей и просто склочников, не считая сетевых сумасшедших и параноиков. Инноватор сегодня – поистине человек с содранной кожей, коего в жаркий день привязали к столбу на рыночной площади. Так, чтобы в него все могли плевать или бросать камни, а то и солью посыпать. И если кто-то захочет уничтожить гения, если этот гений перейдет дорогу кому-то могущественному, угрожая лишить его прибылей и места на рынке, – то любая платная кампания в СМИ и И-нете по шельмованию инноватора с радостью подхватывается тысячами добровольных помощников. Они сами заклюют человека, разнесут грязь по Паутине, придумают новые оскорбления. Ибо очень много двуногих, будучи полными ничтожествами, обожают кого-то унижать и травить. Поскольку больше ничего не умеют в этой жизни.

То, что случилось с Виктором Петриком и его изобретениями, вся кампания по его уничтожению – лишнее тому доказательство.

Тем более, что в Постсоветии выведена особая порода обывателя: тупой твари, ненавидящей науку и пораженной настроениями времен римского упадка. То есть, все, что можно, уже открыто и придумано, все мыслимые высоты достигнуты. И больше ничего не надо, не надо, не надо!

Подлый люд постиндустриальных морочных времен

В Средневековье было такое выражение – «подлый люд». Так назывались низы – устами высокомерных феодалов, «благородных». В этом, конечно, была их классовая позиция. В подлые записывали всех, кто не относился к феодалам. Однако дыма без огня не бывает. Подлый люд действительно существует, причем по своим личным качествам. Это – субпассионарии, мелкие душонки с низменными устремлениями. Они ненавидят всех, кто честен, благороден и живет высокими идеалами. Кто думает не только о брюхе, сексе и вещах.

Подлый люд ненавидит гениев. Сами будучи мерзкими, продажными и преклоняющимися перед силой, подлые людишки обо всех судят по себе. Они всех считают обманщиками, ловчилами и искателями легких денег. Они всех любят поливать грязью, они по велению сердца пинают упавших и принимают участие в травле и шельмовании великих людей.

Интернет сегодня сделал их значительной силой.

Они были всегда. До эпохи Интернета в редакции газет приходили мешки писем, полных грязи, оскорблений, откровенного бреда и неприкрытой шизы. Редакции и выбрасывали их мешками. Но тогда подлые двуногие твари не видели друг друга и не могли пробиться в широкий «эфир». Они не могли оставить свои анонимные «комменты» на полях выходящих газет или в подстрочниках к телепередачам. Они были вынуждены злобствовать в одиночестве, по клетушкам своих квартир или домов. А теперь они способны набегать стадами на сайты и блоги, кучковаться в Сети, создавать массу. Хотя их и не большинство среди нас, но они проводят тьму времени в Интернете, создавая иллюзию большинства и закидывая дерьмом всех, кто от них отличается.

Анонимность Интернета, возможность скрыться за масками иконок и ников-псевдонимов, тянет их так же, как свежее дерьмо – тучи мух. В прежние времена было трудно остаться безнаказанным. Ты не мог в лицо и прилюдно оскорбить человека. Ибо сильный и горячий моментально отвечал ударом в морду, а слабый – мог засудить черноротую тварь. Анонимные письма не помогали. А теперь можно оскорблять и очернять человека, ничем, по сути, не рискуя. Причем грязь, вылитая на гения одним недочеловеком, с радостью и добровольно разносится повсюду тысячами других подлецов. Ведь им нравится унижать тех, кто умнее и лучше их. Таким образом, образовалось торжествующее царство хамства, лжи и клеветы. Массы подлого люда начинают давить на психику остальных, подчас – даже на официальные власти.

Опыт показывает, что именно эта среда откровенно враждебна людям-творцам. Подлые недочеловеки уверены, что изобрести больше ничего нельзя, что все изобретатели – обманщики и психи. Эта среда – просто благодатный материал для психического террора против инноваторов. Появись в наши дни некий новый Ломоносов или Менделеев – и его просто утопят в информационной грязи. Как и его открытия, и его изобретения. Тьма самозваных «экспертов» станет доказывать, что то-то и то-то невозможно, завалит дерзкого кучей математических формул. А каждая – почти неизбежная – неудача на пути к воплощению идеи будет встречаться торжествующим ревом тысяч сетевых придурков: «Ну, мы же говорили, что это – бред, что Н. – шарлатан и у него ничего не выйдет!» Особенно если еще все это «подтвердят» современные академики, выносящие суждения, не отрывая задов от кресел, «по бумажкам», не пытаясь проверить все экспериментами. Тогда «признанная наука» и сетевая подлая чернь начинают петь мощным унисоном.

Далеко не все это выдерживают.

Именно масса подлого люда становится ударной силой нового мракобесия. Именно в этой торжествующей тьме гасятся искры новых гениев. Тем, что сегодня научно-технический прогресс замедлился и остановлен на ряде направлений, мы обязаны торжеству «информационщины» и тирании серой толпы немыслящих. И это явление еще никто толком не исследовал.

Я помню наивные мечты 1960-х. Те, кто создавал Интернет и информационные технологии, ожидали, что творцы и гении смогут с их помощью пробиваться к людям, находить инвесторов на свои прорывы, становиться видимыми миру. Но то, что вышло, работает в точности наоборот! Интернет превратился в средство мощного подавления любой нетривиальной мысли, любого потенциально великого изобретения. В оружие тотального усреднения и распространения серости. Про великие открытия я уже помалкиваю. Торжество IT в позднем капитализме, стукнувшимся в маразм монетаризма, неолиберализма и потребительства, превратилось в страшный тормоз развития.

Интернет давит: думай и поступай, как все! А гений – он же «парадоксов друг», он тем и отличается, что не имеет шор на глазах и думает не как все. Был ли Галилей Галилеем, если бы, как и все, разделял очевидное и считал, будто тяжелые предметы падают быстрее, а легкие – медленнее? А ведь он взобрался на Пизанскую башню с шарами разного веса, чтобы проверить свою догадку – и обнаружил, что все ошибались. Гений должен идти против мнения толпы, а Интернет делает все, чтобы никто не осмеливался на такое. И если кто-то совершит что-то дотоле невиданное, то его чаще всего начинают топтать. Ах, Петрик смог получить осмий-187? Без центрифуг? Да быть того не может, потому что без центрифуг никак! И никакой попытки разобраться: а как он сумел совершить такое без означенной техники, каким неторным путем пошел? Это напоминает сборище пещерников, которые не допускают иной охоты на мамонта, кроме как с грубым копьем и ямами-ловушками. Да не мог Чудаковатый Ви убить мамонта, потому что у него не было рогатины с кремневым наконечником! То, что Чудаковатый Ви смог изобрести ружье, до массы не доходит. «Ах, – говорили один узбек в 1920-е, – у вас в Москве нет ни одного ишака? Ну и захолустье же эта ваша Москва. Как же вы по ней передвигаетесь?»

Тот, кто совершает величайшие научные открытия или создает эпохальные изобретения, отличается тем, что хочет невозможного. Только с дикой жаждой того, что толпа считает несбыточным, и начинаются исторические свершения. А Сеть работает как могучий репрессор: желай только реального, как все, не смей мечтать о несбыточном! Не нужно нам никаких городов будущего, мы хотим города настоящего.

Родилось что-то вроде страшного «бинарного оружия», уничтожающего научно-техническое творчество. Еще раз посмотрите главы второй части «Хроник невозможного». Вспомните, как даже в «доинтернетные» времена, во времена особенно бурного инноваторства (XIX и первая часть XX столетия) все те великие изобретения и открытия, что создали наше Сегодня, встречались с откровенной враждебностью и «признанными экспертами», и толпами ослов-обывателей. И тогда великих инвенторов, ученых и инженеров старались всячески забить, затереть, уничтожить психически. И сколько их было доведено до краха и даже самоубийств! Но с появлением Интернета (соцсетей, сетевых СМИ и проч.) все это не просто не исчезло, а усилилось кратно! Образно говоря, если в начале XX века открывателю или изобретателю приходилось идти против сильнейшего ветра, то теперь его встречает поистине каменная буря. Ему в лицо не массы воздуха летят, а булыжники и куски скал!

Вот что действительно страшно. Вот что грозит нам ночью новых Темных веков. Ибо уничтожается все, что противоречит принятым догмам, что думает иначе, нежели толпы стандартизованных полулюдей-потребителей.

На все это наложилась массовая же потеря интереса к точным наукам, к технике. Видеоролик о каком-нибудь научно-техническом прорыве в Интернете собирает просмотров в десятки раз меньше, чем кадры какой-нибудь поп-звезды, снимающей трусы, или сцена драки. Никто в 1960-е и не думал, что единая информационная Сеть стремительно превратится в средство для развлечения идиотов, в обитель для педофилов, онанистов и вуайеристов. И в прибежище для миллионов ничтожеств, получающих садистское удовольствие от унижения тех, кто умен и деятелен.

Нет, господа, Паутину Максим Калашников уничтожать не намерен. А вот оставить анонимность только на сайтах знакомств – это точно надо сделать. Чтобы просто восстановить нормальное человеческое общество – с вежливостью, сдержанностью, с принципом ответственности за свои слова. Ну, а чтобы защитить творцов от тирании серой толпы и «признанных экспертов», я создам Агентство передовых разработок. То, что будет искать прорывы, проверять их опытами и воплощать в опытные, действующие образцы. Так, чтобы потом ткнуть всем этим в морду Интернет-червям: нате, глядите! Работает – и успешно. Смотрите – и учитесь у творцов.

Спираль великого падения: в темные века

Будучи историком по образованию, я прекрасно знаю, почему Интернет превратился в сегодняшнюю зловонную помойку и в непроходимое болото на пути развития. Любой, кто добросовестно изучает прошлое, прекрасно знает: массы всегда были глупы и ведомы. Интернет не ослабил, а только усилил общественную глупость. Основная масса двуногих испокон веку страдает умственной леностью и не умеет мыслить самостоятельно. Огромной доле двуногих нужно слепо полагаться на мнения авторитетов и усваивать заученные штампы-матрицы. Все, что выходит за их рамки, вызывает то ступор, то активное неприятие. Большинству нужна именно жесткая программа.

Если ты коммунист, то должен принимать всю коммунистическую ортодоксию, исповедовать интернационализм в крайней форме (наше отечество – все человечество). Если ты – национал-социалист, то должен быть карикатурным расистом и люто ненавидеть все советское. Подобные жесткие матрицы существуют для монархистов, православных русофилов, либералов и т. д. Но и эти разновидности дробятся на разновидности «штамповок» с жесткими матрицами. Из националистов выделяются нацдемы и национал-анархисты, из либералов – либертарианцы, например. Они тоже обретают свои жесткие матрицы. Общество начинает дробиться на множество «островов», непримиримо враждебных друг другу.

И тот же Максим Калашников, который совмещает уважение к СССР и Сталину с идеями национального социализма, а признание ценности Советского эксперимента – с поддержкой национального несырьевого, промышленного капитала – вызывает шок и почти всеобщую ненависть. В головы штампованных людишек с несамостоятельным, догматическим мышлением я не вписываюсь. Это противоречит их жестким программам-катехизисам. Ничего удивительного: неспособные думать самостоятельно, они ищут «чистоты веры» и полагаются на мнения авторитетов. Более того, господствующие нынче почти во всем мире «элиты» поощряют догматизацию и упрощение мышления подвластных масс. И это приводит сразу к двум страшным последствиям.

Во-первых, инноваторы, подобные титанам, создавшим наш сегодняшний мир машин и электричества, – люди как раз с парадоксальным мышлением, нарушающим догмы и старые штампы. Они обладали способностью поглядеть на мир с неожиданной, неканонической точки зрения и увидеть то, что не видит масса их сограждан. Они обладали развитой способностью фантазировать и заглядывать в будущее, скрещивая разные виды знания. Они – не расчленители реальности (не аналитики), а синтетики – соединители.

Создаваемая через Интернет и соцсети массовая психосфера с засильем догм и жестких умственных программ, с размножением узкоспециализированных и не читающих книг людишек начинает уничтожать инноваторов и смелых первопроходцев в науке и технике. Причем истреблять и давить их принимаются не только торгашеско-спекулятивные, мозгокрутные «элиты» тотальных упростителей, но и сами «народные массы». Так сказать, на низовом уровне.

Во-вторых, догматизация мышления людей и уничтожения широкого, советско-универсального образования приводит к тому, что народ бесконечно раскалывается на все новые и новые «лагеря». И пусть народ ненавидит своих алчных и бездарных правителей: им сие не страшно. Ибо народа больше нет: он подвержен бесконечному дроблению по догматическо-идеологическому принципу.

Части разобщенного народа начинают усобицы. Они принимаются враждовать друг с другом, а потому даже ненавидимая всеми власть получает возможность сидеть на троне сколь угодно долго. Ей достаточно небольших усилий по разжиганию розни и стравливания разных отрядов расколотого социума. СМИ и Интернет тут – самые удобные орудия для подобного рода дел. Голоса немногих разумных тонут в грандиозном «белом шуме» – множестве выкриков подлого племени и примитивных людишек. Несмотря на развитие Интернета, телевидение не только не теряет, а даже наращивает свое влияние. «Дебилоящик» становится практически монопольным поставщиком готовых мнений, образов и пресловутых мемов-инфовирусов. Если по телевизору выстрелили ложью и, например, заклеймили Петрика позором – Интернет-толпы это повторяют на множество ладов.

«Сам феномен превращения всеобщей демократии из формы правления в форму управления (когда управляемые не знают и не должны знать действительные цели управляющих, считая при этом, что они их знают и даже выбирают) можно уже не обосновывать: о нем блестяще написал авторитет в области демократии Альберт Гор – тот самый, которого обсчитал Буш-младший на подсчете голосов во Флориде в 2000-м (Альберт Гор „Атака на разум“, 2007, переведена издательством „Амфора“ в 2008-м). Обсуждать тут больше нечего, все ясно.

Конечно, Гора прежде всего волнует внутреннее политическое пространство США, но и оно непосредственно производит внешнеполитические эффекты на весь мир. Однако все, что сказано о политическом управлении применительно к США, тем более верно во всех странах, куда экспортирована их демократия, в том числе в России. Избиратели видят только виртуальную картину, фантазию, легенду, оживленную для них централизованными СМИ и политическим театром в целом.

Кстати, тот же Гор убедительно и аргументированно показывает, что, несмотря на стопроцентный охват Интернетом и его сервисами населения США, сеть отнюдь не стала центром принятия каких-либо избирательных и вообще политических решений или хотя бы формирования мнения. Напротив, действительное влияние телевидения растет по всем параметрам. А для молодежи оно растет опережающими темпами по сравнению с другими группами населения. Привет энтузиастам „крауд-сорсинга“!..»

Сергей Тимофеев, «Атака муляжей», http://www.odnako. org/magazine/material/show_20882/

В 2012 году, кстати, жители РФ заняли первое место в мире по ежедневному просмотру ТВ: в среднем расеянин пялится в дебилоящик по 4 часа в сутки. Зато почти 40 % «дарагих расеян» ни хрена не читают.

Таким образом, пресловутый Интернет никоим образом не остановил процесс превращения людей в телевизионных зомби. Более того, он его даже ускорил. С превращением вас в «постиндустриальных макак»!

Все – современный обыватель не читает книг. А ведь наш мир был создан Людьми Книги, способными понимать большие связные тексты. А это умение умирает.

По данным компании «Nielsen BookScan», среднестатистическую книгу научно-популярной тематики, изданную в США, ныне ожидает незавидная судьба: за год продается не более 250 экземпляров, за все время пребывания в продаже – не более 3 тысяч. То есть невежество Интернет-толпы предопределено. А невежественными легко управлять, натравливая орды глупцов и неучей на гениев-инноваторов.

Данные по состоянию на 2011 год приводит компания «Harris Interactive»: 15 процентов американцев за прошедшие 12 месяцев на прочитали ни одной книги. 14 прочитали не более двух, 20 процентов – 3–5,15 процентов – 6-10 книг, 16 процентов – от 11 до 20 книг. Заядлым книгочеем, за год прочитывающим более 21 книги, можно признать каждого пятого американца. При этом, в 2011 году 32 процента жителей США сообщили, что за прошедший год не купили ни одной книги. 34 процента респондентов приобрели 6 книг и более.

По данным Левада-Центра, в 2008 году 46 процентов россиян не прочитали ни одной книги. 36 процентов читали от случая к случаю, и только 16 процентов читали постоянно. По оценкам ВЦИОМ, среднестатистический россиянин в год прочитывает 3,94 книги.

Большинство жителей «суверенной» Украины не читает книг. Для 73 % населения книга не входит в сферу интересов. Таковы результаты исследований компании «GfK Ukraine». По данным специалистов, сейчас ежедневно или почти всю неделю читает не более 15 % украинцев, 19 % – берут в руки книгу раз в месяц.

«Именно у молодых украинцев гаснет интерес к книгам. Если в 2009 году среди тех, кто ежедневно открывал книгу, был 31 % людей до 30 лет, то в 2011 году показатель упал до 26 %. Зато люди стали больше внимания уделять Интернету и компьютерам», – отмечают исследователи.

Самая начитанная в Европе нация – шведы. Около 84 % из них ежегодно прочитывает хотя бы одну книгу. По данным социологов, в Казахстане и Эстонии четверть населения страны не читает книг вообще.

То есть, у нас уже образовались миллионы нечитающих варваров, торчащих в Паутине. От гибели культуры чтения до костров новой инквизиции и убийств инноваторов толпами темных придурков – полтора шага от силы. «Ату, это Петрик!» – и стадо сетевых дебилов кинется рвать на части.

Никакой Интернет, никакое видео не заменят чтения. Именно оно и создало ту научно-техническую цивилизацию, каковую мы имели еще в 1980-х. Чтение сформировало сам тип мышления развитого белого человека.

«… Поначалу пралюди изобрели язык. Устный, абстрактный, доступный для понимания небытовых вещей. Язык сразу породил из стаи племя. И долго-долго наращивание знаний происходило в устной форме. Потом люди стали рисовать. И наращивание знаний ускорилось и стало более каноничным. Рисунки предков, которых уже не услышишь, продолжали нести знания.

Из рисунков появилась письменность. Запись знаний стала более подробной, знание стало прирастать взрывом.

Сейчас вы обозначили процесс отказа от письменности и переход на всеобщее клипмейкерство. Компьютерная среда – хорошая замена стенам пещеры. Но тип мышления „клипопотребителей“ существенно ближе к первобытному и даже животному. Ибо абстрактный язык теряется, замещается конкретным, скорость наращивания знаний замедляется и скоро падет. А с утратой последнего технического средства воспроизведения клипов знание расточится. Будущее такого человечества можно увидеть в книге Воннегута „Галапагосы“. Мало хорошего…» – написал мне мой читатель, Денис.

Знаете, почему сегодня информационные технологии стали настоящим идолом? Почему дозволяются только они, почему понятие «высокие технологии» сведено лишь к Ай Ти? Да потому, что этого требуют интересы правящего Античеловечества, «элиты» торгашей и мародеров. Это и есть реалии позднего капитализма, превратившегося, наконец, в камень на дороге развития человечества.

Гениальную догадку высказал известный современный историк, профессор Андрей Фурсов. В нынешнем мире, доказывает он, идет уничтожение рода «хомо сапиенс» – «человека разумного». Людей отрезают от знаний и информации. Их делают дебилами.

«… У пролетария не было капитала, у арендатора – земли, у раба – собственного тела. У „хомо информатикус“ (человечьего стада эпохи глобализации. – Ред.) не должно быть реальной картины мира, рационального взгляда на мир; этот homo не должен быть духовным. И не должен знать, мыслить. Знать, мыслить – значит быть… „Хомо информатикус“ – жилец (или скорее нежилец, нежить) антидекартовского мира… Важно, чтобы он привык верить в иррациональное, чтобы не знал и не понимал, что происходит в мире – для этого не надо перекрывать информацию; наоборот, утопить его в ней, и он сам заорет: „Не хочу политики, чернухи, эпидемий, катастроф; хочу покоя и развлечений“. Вот тут ему на блюдечке – виртуальная реальность…»

(А. Фурсов. «Колокола истории» – Москва, Институт научной информации по общественным наукам РАН, 1996 г., часть 2, с. 348–349.

Итак, условие господства «голем сапиенс» (современной «элиты» мародеров и спекулянтов) – это стандартизация людей. Можно сказать, их «чипизация» – превращение в живые аналоги чипов-микросхем. В этом своем качестве люди лучше подходят для периферийных структур Сообщества глобальных мародеров (правящих ныне «элит»), а также для употребления.

Это оболванивание рода «хомо сапиенс» идет круглые сутки по всем каналам. Да ладно в России – вот уже и на Западе жалуются, что журналистика за последние тридцать лет стала удивительно плоской, неинтеллектуальной, клипово-разорванной, бьющей по эмоциям и развлекательной. Не верите? Почитайте романы знаменитого интеллектуала Крайтона, создателя «Парка Юрского периода» – там он много об этом сокрушается. Из той же «оперы» – и пугающе стремительные тенденции в школьном и вузовском образовании Запада. Идет страшное падение качества образования.

Как пишет Фурсов, идет разрушение целостной личности и возврат в архаику, когда люди не имели склонности к самоанализу. Так, у людей до седьмого века до нашей эры сигналы, передававшиеся из правого полушария мозга служили средством социальной регуляции поведения коллективистского типа («культура стада») и действий, в которых не полагалось самоанализа. К примеру, герои «Илиады» не размышляли и не анализировали, за них это делали боги. И только затем человек обрел способность к самоанализу. Но теперь все это рушится. Тень мародеров и «чужих», правящих миром, опять расщепляет личность, и на место архаичных богов приходят телевизор с Интернетом. Исчезает книжная культура, появившаяся на свет благодаря первому книгопечатнику – Гутенбергу.

«… Знаковая, письменная культура, которая с XV века в Европе превратилась в „галактику Гутенберга“, создает цельность личности и фиксирует позицию „душа – тело“. Компьютерные виртореальность и киберпространство заставляют человека покинуть „галактику Гутенберга“, поскольку оперируют не знаками, а образами и именно к ним адаптируют человека. Последний в таком случае оказывается отброшен не только в догутенберговскую эпоху… но проваливается в Колодце Времени значительно глубже – в эпоху до VII в. до н. э., не в допечатную, а вообще в дописьменную эпоху. Виртореальность… стирает различие между телом и душой (результат – живой труп), на место „культуры совести“ опять водружает „культуру стада“ и разрушает цельность личности…»

(там же, с 351–352).

В итоге мы попали в нисходящую спираль. Мы валимся во тьму! Мы получили безнадежно дуреющее и расколотое общество, коим правят отвратительные деграданты. И при этом уничтожается научно-техническая мысль, изводится под основание дух научного поиска, изобретательства. Вам нужно объяснять, к чему это может привести?

«Народная республика Боулдер,

13 сентября 2031 г.,

понедельник.

Ряд неподвижных гигантских ветряков шел по всей протяженности континентального водораздела – от Вайоминга на севере за Пайкс-Пиком, на сто шестьдесят миль к югу. Этот ряд заброшенных ветряков представлялся Нику Боттому обветшавшим некрашеным частоколом, каждая отдельная штакетина которого поднималась в колорадское небо почти на четыреста футов. Частоколом, а, может быть, клеткой.

Мальчишкой Ник любил смотреть на высокие пики, на подпирающие небо заснеженные вершины, но за последние десятилетия он отучил себя глядеть на запад. По оценкам некоторых ученых, „озеленение“ энергетической системы Америки с помощью ветряков привело к гибели более чем четырех миллиардов перелетных и ночных птиц. Ник всегда представлял себе огромные груды птичьих тел у основания облупившихся, ржавеющих генераторов… во времена, когда те еще работали.

Ветряки никогда не вырабатывали достаточно энергии, чтобы окупить расходы на свое обслуживание и содержание, и сеть кабелей, проложенных по снежным полям и отрогам скалистых гор, напоминала Нику варикозные вены на серой коже умирающего старика. Приказавший долго жить Евросоюз забросил все свои экономически нецелесообразные генераторы, а Соединенные Штаты с их непрактичной новой администрацией тратили остатки средств на поддержание „зеленой“ энергетики. Народпая республика Боулдер покупала электричество, вырабатываемое одним из производимых массово ВТГО-реакторов (высокотемпературных, с газовым охлаждением), что стояли на равнинах к западу от Шайенна, штат Вайоминг. Но официально власти города-республики продолжали утверждать, что придерживаются „зеленых“ технологий…»

Дэн Симмонс, «Флешбэк», 2011 г.

«Скучившиеся по доменам люди, избегавшие городов как очагов чумы, ничего не знали о космических полетах и прежней истории. Подобно Сайму, у них даже не было желания говорить на эту тему…»

Это Кейт Лаумер, роман «След памяти» 1963 года. Вариация на тему нового варварства. Я вообще серьезно отношусь к прозрениям писателей: они очень часто видят тень грядущего.

«Эти люди тоже считали Сквайров низкими скотами, выжимавшими богатства из Флорины для собственных никчемных развлечений и оставляющими тяжело работающих туземцев умирать в нищете и невежестве…»

Наткнулся на эти строчки Айзека Азимова, когда читал дочке роман «Космические течения» (1952 г.). Отлично сказано. Нужно только вместо Флорины поставить Землю, а тех сквайров заменить на неолиберальных американских «эффективных менеджеров». Корпоратократов.

«– Сжигают ли ваши соседи друг друга заживо? – так фраа Ороло начал беседу с мастером Флеком…

– Ходят ли ваши шаманы на ходулях? – прочел фраа Ороло по бурому листу, которому бы навскидку я был дал столетий пять, если не больше. Затем поднял глаза и пояснил: – Возможно, вы называете их пасторами или знахарями…

– Когда заболевает ребенок, вы молитесь? Приносите жертву раскрашенной палке? Или считаете, что во всем виновата старая женщина?

Горячий стыд стекал по лицу, забивал уши, щипал глаза. Я едва слышал вопросы фраа Ороло.

– Считаете ли вы, что встретите своих умерших собак и кошек в некой посмертной жизни?

…– Случалось ли, что кого-то, тебе известного, ритуально увечили, потому что застали за чтением книги?…»

Это отрывок из «Анафема» Нила Стивенсона (2008 г.). Из толстенной книги, которую прочтет ничтожное число нынешних людей, отвыкших читать вообще. Книга сложна для восприятия, мне пришлось ее читать, напрягая свой интеллект достаточно сильно. Хотя сюжет «Анафема» достаточно прост. На планете Арб (альтернативной Земле в одной из параллельных вселенных) в конце капиталистической эпохи (эпохи Праксиса – науки и технологий) происходят Ужасные события.

Первое – всемирная волна насильственных революций.

Второе – мировая война.

Третье – геноцид.

Происходит катастрофа, в ходе которой планета теряет огромную часть населения. Утрачивается часть знаний. Утрачивается даже часть знаний об истории, ибо погибают компьютеры (синтаксические устройства), хранившие информацию. Гнев толп обрушивается на ученых и науку как таковую: их считают главными виновниками ужасных бедствий. Ученые вынуждены удалиться в подобия закрытых от мира монастырей и превратиться в своеобразных монахов. Они отказываются превращать свои знания в технологии, отказываются заниматься прикладными вопросами. Что однажды не спасает их монастыри от трех страшных разорений варваризованными толпами в послекатастрофическом мире. Приходится изолироваться еще больше. Ворота концентов, обителей инаков (ученых-монахов) открываются внешнему миру по трем циклам: раз в десять, раз в сто и раз в тысячу лет. Людей, попадающих в обители, опрашивают с помощью древних вопросников. И так проходят несколько тысячелетий. Развитие выжившего человечества практически останавливается.

«… – Есть ли в ваших вигвамах, шатрах, небоскребах или в чем вы там живете…

– По большей части в трейлерах без колес, – сказал мастер Кин.

– Отлично. Есть ли в них вещи, которые умеют думать, хоть и не люди?

– Когда-то были, но потом они перестали работать и мы их выкинули.

– Умеешь ли ты читать? Именно читать, а не разбирать логотипы?

– Ими больше не пользуются, – сказал Кин. – Вы ведь про значки? Не стирать в отбеливателе и все такое? Ну, на трусах…

… Кин встал и тряхнул плечами, сбрасывая куртку… Он развернул куртку изнанкой к Ороло и показал пришитые под воротом ярлыки. Я узнал фирменную эмблему, которую последний раз видел десять лет назад, только ее с тех пор упростили. Под ней шла полоса из движущихся картинок.

– Кинограммы. Они вытеснили логотипы.

…– Тогда зачем, по-твоему, от них отказались?

– Чтобы люди, которые сделали для нас кинограммы, увеличили свою рыночную долю…

… Ты хотел знать, умею ли я читать, не это, а неподвижные буквы?

– Да.

– Мог бы, потому что родители заставляли меня их учить, но не читаю, потому что незачем…»

Основную массу населения планеты составляют тупые и бесполезные пены – сокращенно от «люмпенов». Инаки знают, что пены-люмпены лишены образования, особых навыков и устремлений – и всякого желания ими обзавестись.

«… Последних можно было издали узнать по габаритам. Среди бюргеров и мастеров тоже встречаются не худенькие, но они хотя бы носят одежду, призванную это скрыть. Сейчас у пенов в моде было что-то типа футболок (яркое, с цифрами на спине), но огромного размера, так что плечи болтались в районе локтя, а нижний край доходил до колен. Штаны (нечто среднее между шортами и брюками) выступали из-под футболок примерно на ладонь, оставляя открытыми волосатые ноги над громадными дутыми кроссовками. На головах у пенов были свисающие на спину бурнусы с эмблемами компаний – производителей пива и надеваемые поверх черные очки-консервы, которые не снимались даже в помещении.

Впрочем, выделялись пены не только одеждой, но и тем, как они ходили (вразвалку, нарочито неторопливо) и стояли (всей своей позой выражая свою крутизну и, как мне казалось, некоторую враждебность)…»

Как видите, Нил Стивенсон – а я почитаю его как одного из самых выдающихся современных когов-когнитариев – рисовал картинку с современного американского жвачно-пивного, нечитающего быдла. Да и сам год появления «Анафема» (2008-й, год начала острой фазы нынешнего Глобального Смутокризиса) неслучаен. Н. Стивенсон предчувствует, во что разовьется нынешний кризис, пришедший на десятилетия, на весь XXI век. Он дает нам намек на дальнейшие события нашего с вами мира: волна революций, Большая война, геноцид, уничтожение науки и культуры ордами кретинов и психов – и приход нового варварства. Темных веков-2. «Анафем» – книга-предупреждение. Она, вместе с «Криптономиконом» – ключевые труды Стивенсона, американского кога. Увы, сложные для понимания и очень объемные, а потому доступные для прочтения лишь ничтожно малому числу ныне живущих. Именно поэтому я и дерзнул пересказать часть «Анафема», читатель.

Тем более что его предчувствия уже начинают воплощаться в нашей жизни…

Среда распространения заразной глупости…

Интернет стал питательной средой для распространения заразной глупости. Об этой беде не устает говорить мой собрат, футуролог Сергей Переслегин. Заразные информационные вирусы-мемы поражают обитателей Сети.

Максим Калашников говорит также о превращении всеобщего идиотизма в фактор большой политики. Заразная болезнь идиотизма видна и в деятельности оппозиции (позорище с «бунтом бешеных маток», сиротомания и т. д.). Именно массовая заразная глупость позволяет неумным, в общем, путинцам сохранять власть над массами. Ибо последние тоже впадают в маразм. За что и платят по полной…

Еще раз повторю: в наступившем веке (и, по крайней мере, на первую треть его) массы, успешно превращенные в болванов и кретинов с помощью «радиации» телевидения, поп-культуры и Интернета, посредством ухудшения образования и уничтожения культуры чтения книг (слом умения логически/абстрактно мыслить и выстраивать причинно-следственные связи, тяга к вечному развлечению, переход мышления на пиктограммы и первобытные модели) будут только орудием в руках малых сплоченных групп. Субъектов стратегического действия (ССД), обладающих не только оружием, деньгами, СМИ и организацией, но и способностью заражать глупые массы (орды новых дикарей) примитивными мыслями-мемами. Инфовирусами. Тем самым ССД управляют массами упрощенных идиотов, пускай и оппозиционно настроенных, «креативных», рассерженно-образованных и т. п.

Историю мира сейчас и в ближайшем будущем будут определять богатые закрытые структуры, а не массы, каковые превращены в «буйволов Земзе» из второго рассказа Аэлиты. На это (о чем любит говорить Андрей Фурсов) непрозрачно намекает цикл книг о Гарри Поттере, где нам говорят: всем будут заправлять и управлять закрытые общества. А массы окажутся слишком тупыми, чтобы даже осознать то, как ими управляют.

Но всевластие хозяев-распростанителей мемов и упроститетелей людей одновременно создает враждебность общества к инноваторам и их инновациям. Все это создает среду, агрессивно отторгающую и настоящих ученых, и изобретателей.

Ну а побочный эффект тирании Сети – отбивание охоты что-то делать. Ибо любой шаг более или менее заметного человека сопровождается градом комментариев. С кем бы ты ни встречался и не вел дело, всегда найдется масса тех, которые станут говорит: «Ты не с тем ведешь дела!»

Трусость перед грядущим

А теперь взгляните на нашу реальность. Много ли вы найдете тех изобретений и инноваций, которые сравнимы с великими инновациями девятнадцатого и первой половины XX века? Причем сравнение провести крайне просто. Представьте себе, что вдруг исчезли железные дороги, одна из самых эпохальных инноваций XIX столетия. Раз – и нет их больше. Что происходит? Крах нынешней цивилизации. То же самое произойдет, если вдруг убрать электростанции, электромоторы, двигатели внутреннего сгорания, телефон, радиосвязь. Наступит катастрофа, апокалипсис, что унесет жизни миллионов людей за считанные недели. Вы только представьте себе парализованные мегаполисы, погруженные во тьму и холод. Не работают лифты, нет метрополитена и автотранспорта, остановились водопровод и канализация, нет подвоза продовольствия. Точно так же самые страшные последствия имело бы исчезновение, например, производства азотных удобрений.

А теперь вообразим, что вмиг исчезли Интернет, смартфоны и планшетники. Что произошло? Ну да, неприятно. Ну да, лишилась работы куча трутней – «креативного класса» – живущего в Сети. Исчезли многие развлечения и средства убивания времени для миллионов постиндустриальных ничтожеств. Нельзя теперь сутками напролет резаться в онлайн-игры, торчать в социальных сетях или искать «прикольные видео». Но при этом – никакого коллапса, все работает. Ходит транспорт, в домах есть тепло и свет, из кранов течет вода, мирно журчит вода, набирающаяся в бачок унитаза. В магазинах есть еда и вещи. Даже связь, хотя и затруднилась, но не исчезла: работают обычные городские телефоны, вещают радио и телевидение. Не остановились промышленные предприятия. Собирают урожай аграрии: ходят по полям комбайны, по-прежнему работают элеваторы и мясомолочные фермы. В аптеках и больницах есть лекарства. Топлива – полно и на нефтебазах, и на бензоколонках.

Вот вам и самый красноречивый ответ: чего на деле стоят инновации прошлого и инновации дней нынешних.

Замедление темпов развития – реальность наших дней. Последствие идолизации Ай Ти при одновременном опускании масс Интернет-пользователей в скотско-невежественное состояние, последствия торжества «аристократии денег» и маразматического «рынка» над жизнью и здравым смыслом. Победа финансистов, политтехнологов и «экономистов» над инженерами и исследователями обернулась новым варварством, архаикой постиндустриализма. Меня не обманывает бурное изображение инноватики на Западе, вся эта мышиная возня с венчурами, стартапами, «посевными финансированиями» и бизнес-ангелами. Она призвана скрыть одно: что на самом деле нет больше настоящих, эпохальных инноваций. Что горизонты планирования нынче убоги – не дольше трех лет. Что в основном все «инновации» сводятся к тому, чтобы заставить как можно больше идиотов нажать кнопку «Купить» на очередном сайте очередного «Групона».

– Нам нужно пересмотреть не только подход к инновациям. Посмотрите, в основном они касаются сферы потребления, того, что сейчас принято называть гаджетами – холодильники, машины и мобильные телефоны, и очень мало инноваций в самой базе – чем заменить уголь и турбину. Но важно изменить отношение – думать о немыслимом, потому что мы можем это сделать… – говорит А. Чикунов.

И он прав: нужны новые прорывы не из «гаджетовщины», а в самых базовых областях науки и техники. А к ним, добавлю, потребны творцы типа «старых русских». Вернее, советских русских, не знавших слова «невозможно» и обладавших начитанностью, широчайшим кругозором и способностью изобретать нечто сногсшибательное. От транспорта с невиданными движителями (хотя бы тех же шнекоходов) до ядерных станций нового типа.

Но именно такую породу людей и уничтожает царство Интернет-серости, агрессивная сетевая тупость и тотальное усреднение, королевство неолиберального варварства! Все либеральные «реформы» образования и вся политика господствующего либерализма по превращению людей в толпу идиотов-потребителей, книг не читающих, направлены на то, чтобы люди такого типа никогда больше не появлялись!

Возьмем дело Виктора Петрика. Он предложил нашему народу множество полезного, открывающего путь в грядущее. Чистую, увеличивающую жизненную силу воду в каждый дом. Возможность второй жизни для ядерной энергетики с решением проблемы отходов от тяжеловодных реакторов и с вовлечением в оборот миллионов тонн природного урана. Именно Академик создал новую технологию извлечения сверхчистых платины, палладия и родия в одну стадию, причем даже из бедных руд. И это может дать русским богатейший набор дешевых катализаторов, нужных для сверхсовременной химической промышленности. А это – ключ к избавлению от импорта, к созданию дешевых топливных элементов. Петрик указывает путь к полному использованию попутного газа на нефтепромыслах, к его сжижению в ценнейшую ШФЛУ прямо на месторождениях.

Виктор Иванович работает по четырнадцати направлениям, каждое из которых может принести нашей нации могущество и жизнеспособность. Его броневые шпинели, проницаемые для инфракрасного и ультрафиолетового излучения, превратят русские ракеты «воздух-воздух» и «земля-воздух» в грозное оружие – ибо они получат прозрачные обтекатели улучшенных свойств. Петрик умеет выращивать кристаллы сверхчистого кремния и делать батареи, дающие ток от тепла окружающей среды. И так далее. Более того, Академик смог воплотить свои разработки в работающие образцы.

Что Виктор Петрик получил взамен? Грязную травлю, остервенелые попытки смешать его с грязью и полностью уничтожить его частный инновационный институт.

Мне говорят, что не нужно сражаться за Петрика. Но Максим Калашников дерется не за него. Нет! Моя война – против мерзости новой архаики, против массового нашествия на мир тупости, зависти и злобы. Я поднимаюсь против пришествия Темных веков-2, против засилья вороньих стай СМИ, способных все смешать с грязью и все превратить во прах. Я восстаю против тупости и косности в любом виде – хоть исходящей от «признанных академиков», хоть от толп серых обывателей. Моя война – за Будущее. Мы ведем ее не только против серых «национальных вождей», ведущих нас вниз, в скотство Темновековья-2, но и против серых масс, мириад тупых и завистливых обывателей. Тех самых, что сами соучаствуют в своем рабстве и готовы уничтожать гениев. Ибо какова масса – таковы и «национальные вожди». Я вообще против низости, против страха перед будущим, против подлой бескрылости.

Национализм должен быть инновационным!

Будучи русским националистом, знаю: для выживания народа нам нужно не только новое государство, работающее в интересах нации, не только новый строй. Мы не сможем обойтись без новых Прометеев, способных творить чудеса. Только создатели новой технологической эры в силах обеспечить нам воплощение планов национального возрождения. Национализм наших дней должен быть скрещен с инноватикой. Задача нашей будущей власти – найти и поддержать Прометеев.

Ибо каждый гений есть семя, из которого может вырасти целое раскидистое дерево. Его ветвями станут совершенно новые отрасли промышленности и деятельности вообще. Новые, процветающие корпорации, что принесут завоевание мировых рынков, потоки доходов и миллионы рабочих мест для русских. Они приумножат наше богатство, дадут нам миллиарды и миллиарды национальных доходов, способных отлиться в новые дороги, школы и университеты, в достойные заработки учителей и педагогов, в красоту и благоустроенность наших городов, в миллионы новых домов и квартир. Они не дадут русским одичать и скатиться во мрак невежества и никчемности, поддержат ценность знаний, дадут достаток и достоинство массам трудящихся.

Каждая ветвь – это все новые и новые технологические и экономические возможности для роста нации. Это способность государства финансировать трехдетные русские семьи и выплачивать их мамам зарплаты воспитательниц. Это возможность заранее обеспечивать молодых супругов домом или квартирой, просторными достаточно для того, чтобы там могли расти и развиваться как минимум трое русских чад.

Каждая ветвь – это появление «листочков» в виде новых гениев и Прометеев, которые неминуемо появятся на предприятиях и в корпорациях прежних гениев. Ибо только в высоких технологиях и в интеллектуальном труде раскрываются новые таланты. Ибо если человек работает в фирме, производящей чудеса новых технологий, а не торгует мобильными телефонами и не жарит курицу в «Макдональдсе», то у него гораздо больше возможностей проявить свою научно-техническую гениальность. Из тех, кто будет работать на фабриках по производству, скажем, сверхъемких устройств для хранения водорода Петрика, неминуемо появятся новые звезды, новые изобретатели и основатели прорывных корпораций.

Иногда «деревья», проросшие из гениев-семян, станут сплетать ветви – и порождать нечто совершенно невероятное, фантастическое. Например, если скрестить автора проектов домов будущего Виталия Гребнева и его же планы строительства русских поселений будущего-футурополисов с тем же Виктором Петриком. Когда в купольных домах Гребнева окажутся, например, и сверхэффективные фильтры для воды, и стенные покрытия, дающие электричество от тепла в комнатах.

Главное – дать прорасти найденным и отобранным семенам грядущего. Защитить их ростки и дать им окрепнуть. Оградить их от тирании серости и злобности, от прямых попыток их истребить в чьих-то корыстных интересах. Такой может быть историческая операция «Прометей». И тогда Россия породит плеяду тех, кто создаст новый – и победоносный для нас! – мир. Мир звездных людей, а не зловонную помойку Темных веков-2. Так, как когда-то создали нашу реальность немногие гении…

Вместо послесловия

Вот и все, что мне хотелось сказать в этой книге, друзья мои.

Встретимся с вами уже в следующей моей книжке.

А пока оставляю вам то, что нарисовала моя фантазия…

* * *

Два огромных цилиндра, отделенных от Верховного большим расстоянием, но хорошо видных на плоском экране, занимающем половину стены, напряженно гудели. Станция «Росс-И», первая опытная силовая станция на низкоэнергетическом ядерном синтезе, сегодня была пущена в ход. Сейчас пар от двух реакторов ударит в лопатки двух турбин. Словно откуда-то издалека доносились команды и доклады операторов. Верховный, не скинув кожаного плаща, до белизны в костяшках стиснул поручень пульта. Грудь теснило, на глаза наворачивались непрошеные слезы.

Они победили! Сейчас здесь, на русской земле, вспыхивает солнце новой энергетики. Звезда великого Будущего. Отныне наш народ получит контроль над бездонными океанами дешевой и обильной энергии. Не сдержав слез, Верховный закрыл глаза рукавом. Все будет потом: вызов в Ставку глав крупнейших предприятий нефтегазовой отрасли, сообщение о факте, жесткое требование немедленно переходить к переработке углеводородов ради получения из них тьмы-тьмущей материалов, масел, красок, лекарств. Прекращение архидорогих нефтегазовых проектов в Восточной Сибири и на шельфе. Приведение войск в боевую готовность. А сейчас – Верховный был готов разрыдаться от нахлынувших чувств. Удалось, черт возьми, удалось дело жизни! Это же новый 1961 год. Да нет, какое – новый сорок пятый!

Будущее распахнуло двери перед страной. Где-то гремели взрывы и работали большие краны, разбирая остатки сочинских спортивно-архитекурных разрушающихся монстров. Над московским Аэроградом ревели винты воздушных кораблей-турбопропов с маркой «Антонов» на бортах. И вот теперь перед Сверхновой Россией открывается сияющий путь к могуществу, богатству, звездам…

Кто-то мягко положил руку на плечо Верховного. Резко обернувшись, он увидел тяжело опирающегося на трость Мастера.

– Я же говорил вам, что все получится! И у вас, конечно же, получилось, – улыбнулся старик.

Повинуясь душевному порыву, Верховный обнял его и крепко прижал к груди…

Максим Калашников, 2009-2013

Примечания

1

Команда М. Кумахова может делать рентгеновские приборы аналитического характера и наноматериаловедения, нанотехнологиий: рентгеновские спектрометры микрофокусные для элементного анализа, рентгеновские дифрактометры для структурного фазового и напряжений анализа, рентгеновский рефлектометр для анализа нано-пленок, рентгеновский микроскоп, рентгеновские трубки и рентгеновские излучатели, рентгеновские детекторы, лабораторный синхротрон и рентгеновский поляризатор монохроматор, нано-толщиномер, наноматериалы, нано-сканер на основе малоуглового рассеяния, микронасос для топливных элементов и инъекций, рентгеновские и нейтронные линзы.

Создание в стране Академии-2 с упором на прикладные работы и Агентства передовых разработок (Ананербе-2.0) могло бы стремительно продвинуть и развить как оптику Кумахова, так и иные смелые инновации отечественных исследователей. И мы даже не в силах предвидеть всего эффекта от подобных прорывов.

В случае с Мурадином Кумаховым умное государство (не выбрасывающее кобыле под хвост десятки миллиардов долларов на сочинско-футбольные «черные дыры»), потратив средства на Академию-2, может рывком вытянуть нас в разряд мировых лидеров.

Если это возможно – то только уже в нашем государстве. Никакие в межвежьем суверенно-вертикальном позорище.

Но времени остается мало. Тот же Мурадин Абубекирович, увы, не молодеет.

Сбросив иго ненавистых паразитов и грабителей, мы сможем повести страну к высотам мирового лидерства!

Content

Максим Калашников
Новая инквизиция. Кто мешает русскому прорыву?

Глава 1 История с радиоактивными отходами: социально-психологический детектив

Приговор большой науки

Теченская беда

А что было на самом деле?

Саботаж?

Козни шарлатана

Самая мерзость

Этот коварный тритий

Тритиевая проблема Ленинграда-Петербурга: с чего все началось

Пар, УСВР, платина и мандюрки

«Как вы получате такую воду?»

Приключения в стране дураков

Контуры уранового прорыва

Источник жизни: легкая вода

Глава 2 Дело «лженаучных люминофоров»

Вспышки…

Антистокс в действии: тайные печати на наших деньгах

Сделайте нам неуничтожимую метку.

Анатомия изобретения

Универсальная защита: первые успехи

Блестящие перспективы

Кругляковщина как она есть

Некоторые выводы для борьбы за будущее

Глава 3 Крах постсоветской науки: от неоинквизиции – до паранойи и самоубийства

Гиблое место для инноваций

Второе рождение инквизиции: порог научной революции

Третья парадигма

Частокол, через который не пробиться без помощи извне

Псы окончательно свихнулись – их забыли пристрелить

Тайна возникновения новой инквизиции

Глава 4 Стреляя в спасителя

Мастер создает угрозу для ортодоксии, но дает Академии шанс на новую жизнь

2009–2010 годы: 1937-й для инноваторов

Слабоумие РАН

Колодец и маятник, и мрак, и МТВЕ

Нерушимый блок ретроградов, продажных и монополий

Постсоветская наука: надлом, опускание рук и утрата воли

Национальное неверие в себя

Общемировой фактор

Инквизиция-2 и натиск догмы – повсюду!

«Академгейт»

За рекою, в тени деревьев

Глава 5 От Обручева к Ананербе-2.0

Русская инициатива: завет Обручева из 1953 года

Стрелы на карте цивилизационного генштаба

Что могут дать стране рентгеновские линзы Кумахова?

20 нанометров – не предел

Новое оружие

На основе нового мифа

Глава 6 Тирания серости

То, что придало силу серой массе

Подлый люд постиндустриальных морочных времен

Спираль великого падения: в темные века

Среда распространения заразной глупости…

Трусость перед грядущим

Национализм должен быть инновационным!

Вместо послесловия

Примечания