Адъютант палача-3

Глава 1

Часть-1

Олигарх

Май выдался тёплым, что с одной стороны радовало, если не брать в расчёт душное купе вагона первого класса. Кондиционеров пока не придумали, открывать окна не самая лучшая затея. Ничего, потерплю ещё пару минут. Многодневная дорога и несколько сложнейших переговоров, отняли массу сил. Устал я в первую очередь психологически. Ещё и дома долго отсутствовал, что не добавляет положительных эмоций.

Зато, выйдя из вагона на Московском вокзале, осознаю, что ко мне стремительно возвращается хорошее настроение. А ещё предвкушение долгожданной встречи с семьёй! Рядом идут два телохранителя, контролирующие ситуацию. На выходе нас встречает ещё пара человек, которые должны присматриваться к встречающим и подозрительной публике. Думаю, что особой опасности нет, но бережёного бог бережёт. Последние события показали, что расслабляться нельзя.

Садясь в закрытый возок, откидываюсь на мягкое сиденье и погружаюсь в свои мысли. Грызли меня сомнения, что я наделал ошибок в своей длительной командировке на юг. Всё-таки надо было действовать хитрее, а не ломиться напролом. Под мерное покачивание кареты закрываю глаза и ещё раз прокручиваю один момент.

* * *

Неприятный взгляд из-под кустистых бровей, длинная борода, делающая пленника похожим на восточный вариант Деда Мороза и грязный халат, дополняли образ обычного туземного жителя Бакинской губернии. Только товарищ был не так прост, как хотел казаться. Передо мной находился фактический руководитель местных возчиков нефти или скорее глава их гильдии. Надо заметить, что это умный ход — замаскироваться под простого работягу, дабы не привлекать к себе лишнее внимание. Образ азиатского пролетария портили отличные сапоги, пусть и давно не чищеные. А ещё он меня совершенно не боялся. Человек явно привык общаться с разными людьми, в том числе высокопоставленными чиновниками и нефтепромышленниками.

Что ж, будем дяденьку удивлять. Он действительно думает, что подвал в моём поместье на окраине Баку существуют для хранения вина или отдыха, уставшего от грязного воздуха нефтепромыслов и изнеженного графа? Скажем так, сие помещение используется по двойному назначению. Нет, за годы пребывания в новом мире, я не стал каким-нибудь маньяком или садистом. Просто людская глупость и жадность, буквально вынуждают применять к ним незаконные методы убеждения. Как говаривал камрад Капоне — «Добрым словом и пистолетом вы можете добиться гораздо большего, чем одним только добрым словом», в чём я с ним полностью согласен.

Вот и этот товарищ начал, что-то подозревать только после того, как один из ребят Фредди приковал его к специальным штырям. Немного подёргавшись и испытав цепи на прочность, лидер возчиков стал не таким уверенным в себе. Он ещё и по-русски сразу заговорил, хотя до этого ломал комедию, делая вид, что знает только родной язык.

— Господин, я не виноват! За что меня схватили! Почему я здесь? Где полиция?

Тонкая струйка пота потянулась с жирных волос по заросшей чёрной растительностью щеке. Может, так на дяденьку повлиял внешний вид Захара? Этот ничем не примечательный мужчина лет тридцати, немного напрягает даже меня. Очень у него неприятный взгляд, да и не нравятся мне люди, наслаждающиеся чужой болью. Но руководитель СБ компании утверждает, что всё под контролем и данный человек необходим. Значит, будем доверять чутью моего немецкого друга.

— Мне нужны имена всех разбойников, кто пытался взорвать нефтепровод. И также ты расскажешь, кто за вами стоит. Динамит в обычной лавке не продаётся, а значит, вам его кто-то передал и объяснил, как пользоваться.

Стараюсь сохранять спокойствие, но внутри просто киплю от желания вытащить нож и начать резать пленника на кусочки. Эти твари чуть было не взорвали МОЙ трубопровод. Кто бы знал, скольких трудов и финансовых вложений стоил этот проект. Мало того, но мне ещё пришлось буквально поселиться в этой дыре, расставшись с семьёй почти на год. Я уж молчу про бюрократическую составляющую, связанную с арендой земли, по которой шла труба в сторону НПЗ. И вот наша охрана ловит группу бандитов со связкой динамита, когда они пытались подложить её на одном из участков нефтемагистрали. Но обо всём по порядку.

Вхождение в нефтяной бизнес прошло достаточно спокойно. После увольнения с госслужбы в 1866 году, мы с Катариной решили не откладывать перспективный проект, и меня ждала командировка на юг. Сначала пришлось заехать в Тифлис, где у меня прошла весьма содержательная беседа с новым генерал-губернатором. Я не стал ничего скрывать, и весьма откровенно рассказал удивлённому фон Кауфману о своих планах. Объяснил, что захожу на рынок с немалым капиталом и новыми технологиями. Также пообещал, что на моих предприятиях не будет всяких непотребств, связанных с рабочими. Сейчас российские заводчики и фабриканты просто выжимают из людей все соки, и нефтепромыслов это касается в первую очередь. Кроме того, что это просто вредный и тяжёлый труд, в Баку происходят постоянные аварии с гибелью рабочих. Но я не для того положил столько сил, продвигая прогрессивные законы, чтобы наживаться на крови трудового народа.

Далее, была очередная изнуряющая поездка теперь до Баку и осмотр своих владений на месте. «Чёрный город»[1] выглядел жутковато, но впечатляюще. Мой агент приобрёл перспективные участки в районе Биби-Эйбат, где нефть пузырилась буквально на поверхности. А ещё мне посоветовали весьма интересного человека по фамилии Меликов и странным для армянина именем Джавад. Сей энтузиаст просто бредил нефтью, вкладывая все свои невеликие капиталы в её добычу и переработку. Ознакомившись с его перерабатывающим заводиком, я принял решение его купить, заодно нанять самого предпринимателя. Теперь у НКК, то есть Нефтяной Компании Козелл-Поклевского, есть отличный региональный директор, полностью погруженный в развитие индустрии. Именно Меликов посоветовал мне построить полноценный НПЗ в Баку, так как это просто дешевле и эффективнее, нежели подобное предприятие в Царицыне. Думаю, это было верным решением, но мы также заложили завод на Волге. Чуть позже подобное предприятие будет открыто в Грозном, куда тоже дотянулись загребущие руки нашей компании.

В итоге за четыре года под руководством беспокойного Джавада, была выстроена целая корпорация, состоящая из трёх заводов, нефтеналивных хранилищ, собственных пристаней, пяти танкеров и даже небольшой частной армии, охраняющей всё это имущество. И вдруг начались проблемы на ровном месте. Вернее, они были всегда, но ранее удавалось решать их мирным путём. Ну, пару-тройку бандитских шаек, решивших поживится на излишне богатой компании, мы не считаем. Каспийская рыба тоже хочет кушать, а Фридрих Паулюс очень не любит подобную публику. Заодно парни из СБ неплохо размялись. Если первоначально у нас были проблемы с конкурентами, которым не нравилось, что мастеровые и рабочие уходят от них в НКК, соблазнившись лучшими условиями, то сейчас конфликт возник с перевозчиками. Уж очень всех напугали мои планы строительства нефтепровода. Ведь это был сильнейший удар по людям, занимающимся транспортировкой нефти.

То, что сюда вскоре дотянется железнодорожная ветка, и люди в принципе потеряют работу, никого не волновало. У всех на устах было название нашей компании, как виновника будущих проблем. В своё время, именно из-за нежелания портить отношения с местными, я отказался от строительства узкоколейки, по который планировал перевозить цистерны с нефтью на завод. Но объёмы добычи росли, и перевозчики уже не успевали удовлетворять наши потребности. Необходимость строительства нефтепровода встала в полный рост. Меликов идею одобрил и со свойственным ему энтузиазмом взялся за дело. Кто бы знал, каких это стоило трудов! И вот теперь какие-то сволочи, решили похоронить мой проект. У меня уже начали зарождаться планы протянуть ветку до Батуми. Но кому-то всё это очень не нравилось. Вот и приходится заниматься всякими глупостями вместо того, чтобы обсуждать грандиозный проект с потенциальными инвесторами.

— Не понял? — погрузившись в свои мысли, я пропустил, что Фредди задал вопрос.

— Будем допрашивать этого плута по-настоящему?

— Конечно! Не отпускать же такую добычу. Я пока выпью кофе и подышу воздухом, а вы работайте.

Пленник пытался понять, о чём мы говорим, но немецкого он явно не знал. А в помещении действительно было душно и как-то неприятно. Не люблю я подобных забав, только обстоятельства вынуждают действовать весьма жестоко. Прощать подобное нельзя. А ещё во мне проснулось, что-то из девяностых, когда многие проблемы решались подобным образом. Думаю, туземцы очень удивятся моей реакции на столь глупый и неподготовленный акт агрессии. Это для окружающих я аристократ и бывший чиновник с хорошей репутацией. Только внутри меня сидит Коля Смирнов, который политесам не обучен и на удар предпочитает реагировать соответственно.

Можно было привлечь полицию, но здесь иной случай. Ведь я всегда открыт для переговоров и НКК имеет хорошую репутацию, так как компания создала своим работникам отличные условия. Кто мешал перевозчикам подумать о будущем и предложить какие-то свои идеи? Да я бы сам нанял многих из них, дабы не устраивать социальных проблем. Рабочие руки на Апшеронском полуострове нужны, но товарищи решили пойти своим путём. И мне даже понятна их мотивация. Одно дело иметь своё небольшое дело, чем пахать на дядю, добывая и перерабатывая нефть. Этот труд гораздо тяжелее, чем возить на арбе бочки с чёрным золотом. Перевозчики ещё и цены начали задирать, создав фактическую монополию, не допуская в бизнес конкурентов.

Выхожу на улицу и вдыхаю полной грудью. В апреле здесь уже достаточно тепло и природа просто радует. Деревья цветут, птички порхают, так бы и сидел, наслаждаясь чудесными видами. Но покой нам только снится. Молчаливый слуга из отставников, которые формируют нижнее звено компании и СБ, принёс чашечку кофе. Киваю в знак благодарности и делаю первый глоток. Эх, хорошо!

Вот почему нельзя решать всё миром и спокойно договариваться? Не то, чтобы меня мучила совесть. Здесь всё полном в порядке — нет у меня подобной способности. Только мараться во всяких тёмных делишках мне не нравится. И ведь нельзя сказать, что ситуация напряжённая, из-за сильной конкуренции. В Бакинской губернии работы хватит всем. При нынешнем уровне развития технологий и постоянном росте спроса на продукты переработки нефти, сюда могу зайти ещё десятки компаний. Понятно, что в итоге начнётся поглощение и прочие трансформации, но сейчас речь о другом. Зачем изначально применять незаконные методы? У меня и со старообрядцами были большие проблемы, вернее, они никуда не делись. Бородатые лицемеры решили, что столичный граф хочет отнять их кусок пирога, связанный с перевозками. Ну, костью в горле им стало строительство танкеров. Дяденьки считают Волгу своей вотчиной и не хотят видеть на ней чужие суда.

Чего против меня только не применяли. Бойкот со стороны грузчиков, перевозчиков и строителей был только одной из частей плана сектантов. Только я не лыком шит и применил вариант со штрейкбрехерством. Просто привёз своих людей, поселил их в отдельном месте и защитил со стороны нападок местных. Поняв, что из-под носа уходят большие деньги, народ возопил, но было уже поздно. В дело попытались подключить даже полицию и саратовского губернатора. Моей репутации и слаженной работы СБ со специально нанятыми юристами, хватило для отбития самого настоящего штурма. А каково в этом случае простым коммерсантам? Вот и приходится деловому человеку договариваться с сектантами, либо заручаться поддержкой на самом высоком уровне. В обоих случай приходится лишаться весомой части доходов. Я на это идти не собирался, потому и влез в драку.

Царицынский НПЗ вскоре должен выйти на полную мощность. Пока же идёт насыщение хранилищ и обкатка рабочих процессов. Плохо, что СБ докладывает о начавшихся шевелениях вокруг предприятия. Вот кто мешает богатейшим людям страны построить свой завод или организовать цепочку по доставке нефти? Но почему-то в практически готовое дело, сразу хотят влезть новые компаньоны. В столице я тоже получил пару намёков, что некоторые высокопоставленные господа хотят осчастливить меня своим участием в интересных проектах. Ладно, буду решать проблемы по мере их возникновения. Допиваю кофе и спускаюсь в подвал.

Воющее на высокой ноте существо, мало напоминало дерзкого и хитрого главу гильдии. Неприятное зрелище. Ещё и резкий запах испражнений шибанул в нос, заставив меня судорожно вытаскивать надушенный платок. Чего-то совсем я размяк в последние годы. Ранее меня людские страдания или запах дерьма не смущали.

— Наш герой сначала решил поиграть в молчанку, затем начал юлить и нагло врать. Захару пришлось немного поработать, — Фредди кивнул на скалящегося палача, протирающего свои инструменты, бережно разложенные на набольшем столике.

— Будете лично слушать этого мерзавца или заткнуть его? — продолжил немец, кивнув на воющее тело, — Думаю, он рассказал всё, что знал и даже больше.

— Тогда пойдём на воздух, расскажешь, о чём речь. С этим решим по итогам полученной информации.

— Господин! — вдруг заверещал перевозчик, попытавшись встать на колени, и ползти в мою сторону, но был моментально опрокинут Захаром, — Пощади! Я не виноват! Детей пожалей! Меня заставили!

Татарин, как здесь называли азербайджанцев, что-то ещё верещал мне в спину, пока не раздался звук удара. Я сначала удивился, что сейчас так зовут местных мусульман, которые отнюдь неоднородны. Только национальность разбойника не имеет к делу никакого отношения. Точно так же я отреагирую на попытки навредить моей компании со стороны русских, немцев или поляков. Здесь вообще полный интернационал и на нефтеносных месторождениях спокойно трудятся все народы. Это только СБ у нас сформировано по иному признаку, куда набираются отставники строго православного вероисповедания, закончившие службу в армии. В остальном пусть будут хоть неграми, лишь бы приносили пользу. Империя — огромна и многогранна. Я считаю, что любой инородец должен иметь равные права с православным, лишь бы он соблюдал законы. Вскоре будет решён даже еврейский вопрос, ставший камнем преткновения и баталий нескольких столичных группировок. Меня сейчас это мало касается, но радует, что власти стали заниматься назревшей проблемой, а не абстрагироваться от неё.

— Как вы и предполагали всё гораздо сложнее, — начал доклад немец, расположившись в плетёном стуле напротив меня, — Перевозчиков давно начали стращать тем, что нефтепровод лишит их работы. Хотя, это странно. Ведь, кроме НКК в губернии работают десятки добытчиков, и владельцы телег точно не остались бы без заказа. Чего беспокоиться, здесь работы на долгие годы?

— Ты не учитываешь, что, несмотря на огромные вложения, труба окупится уже через год-полтора. Ещё это увеличение объёмов добычи и снижение стоимости сырья, — улыбаюсь в ответ на недоумение Фредди, — Значит, через два года другие промышленники должны будут отреагировать на изменившуюся обстановку. Умные добытчики уже начали действовать, так как я слышал о начале переговоров нескольких заводчиков с Кокоревым и Губониным[2]. Сурханский завод, принадлежащий этим двум господам, недавно был полностью переоборудован и выдаёт продукции не меньше нашего. Люди поняли, что пора переходить от мануфактур к машинному производству. Думаю, что и свою трубу они проложат в самое ближайшее время. Другой вопрос, что мы ушли гораздо дальше и производим не только керосин, что приносит гораздо больше прибыли. Но скоро конкуренты подвинут нас и на этом направлении. А теперь рассказывай кто у нас такой глупый, что подбил перевозчиков на диверсию?

— Вообще, этих заговорщиков несколько. Но во главе стоит Хаджи Мамед Дагиев, — теперь настала моя очередь удивляться, так как я не мог вспомнить озвученное имя, но Фредди сразу пояснил, — Очень грамотный купец, который сделал состояние на торговле тканями. Четыре года назад начал активно вкладываться деньги в нефть и построил керосинный завод. Как оказалось, мы перешли ему дорогу, когда выкупили перспективные участки в Биби-Эйбате и нарушили его планы. По словам пленника, Дагиев понёс большие расходы на поиск новых участков, вот и затаил обиду. И вы совершенно правы, что часть местных добытчиков напугана и боится конкуренции со стороны НКК. Только Кокорев решил вложить дополнительные деньги и конкурировать с вами честно, то некоторые господа пошли другим путём.

— Кто-то из наших врагов связан родственными узами с местными ханами? Мне не хочется портить отношения со знатными людьми, — спрашиваю через некоторое время.

Понятно, что данная земля давно вошла в состав империи, но везде есть свои нюансы. Местная мусульманская знать достаточно лояльно относится к Петербургу, многие служат в армии и неплохо воюют, надо заметить. Поэтому в случае конфликта даже моих связей может не хватить, если причина будет серьёзной. За свою жизнь я не беспокоюсь, а вот нефтепровод тогда точно подорвут или танкер с заводом сожгут. Или просто попытаются выдавить из бизнеса, организовав волнения. Мне и на подобные перспективы наплевать, только придётся тратить слишком много денег и сил, смазывая шестерёнки государственного механизма. Могут и вынудит переуступить часть акций компании. На меня и так криво смотрят в столичном обществе. Уж очень раздражает честной народ, богатеющий с каждым годом граф. Ещё у него жена владеет сетью ювелирных магазинов и дружит, фактически, с новой супругой императора. Поэтому надо просчитывать свои поступки или просто вести себя как можно осторожнее.

Как меня до сих пор не шлёпнули, сам не понимаю. Я реально перешёл дорогу очень многим влиятельным персонам, ещё, будучи чиновником. Хотя, СБ предотвратило полгода назад одно странное покушение. Жалко, что напасавшего застрелили на месте, а далее были обрублены все концы. Не удалось даже выяснить подлинную личность стрелка. Это явно был поляк, судя по его крикам, и он прибыл из Франции. Это по официальной версии. Кроме полиции, розыск ведёт и моя СБ, но пока безрезультатно. Вернее, наше расследование фактически подошло к концу и нужны ещё некоторые доказательства. Но сейчас мои мысли заняты текущими делами.

— Насколько мне известно, с ханскими родами никто не связан. Только это не отменяет того, что знать может стоять за спинами наших врагов, — резонно заметил Фредди, — Нельзя недооценивать противника, ведь плести интриги здесь умеют. Кроме ханов, есть ещё армянские нефтедобытчики и торговцы керосином. Они обычно действуют сплочённо, и среди них тоже хватает недовольных размахом, с которым работает НКК. Но к попытке взорвать нефтепровод они отношения не имеют. Кокорев тоже не такой белый и пушистый, как вы любите выражаться. Удары могут последовать с любой стороны.

Немного подумав, начинаю ставить задачу вмиг подобравшемуся немцу. От былой вальяжности моего волкодава не осталось и следа.

— Перевозчика и двух его ближайших подручных в расход. Просто жили люди, а затем пропали, и всё. Подключи банду наших разбойников, которую мы подкармливаем. Разработай план, как нейтрализовать этого Дагиева и врагов помельче. Надо организовать, что-то вроде попытки похищения или налёта на дом купца. Может, хватит устранения их главы, и остальные одумаются. Главное, чтобы следы не привели к нам, хотя, слухи всё равно пойдут. Только проконтролируй, чтобы всё прошло гладко и без лишних жертв. Ограничимся уничтожением главного организатора, сожжём дом и выкинем подыхать на улицу его семью. Мы же не звери, какие, — после последних слов лицо Фридриха изрезала плотоядная улыбка, — Если другие поймут намёк, то оставим в покое, но уберём их с нефтепромыслов. Деньги любят тишину, поэтому пора переставать шуметь. У нас и так хватает конфликтов интересов. Я же займусь другим вопросом. Через Джавада выйдем на его соотечественников и будет договариваться. Дураков среди них нет, а наши жёсткие контрмеры заставят людей задуматься. На обратной дороге заеду в Москву и встречусь с Кокоревым. Личность он неприятная, сколько людей загубил на строительстве железной дороги! Жалко, что не удалось его прищучить в своё время. Надо было отправить Василия Александровича к праотцам, только уж больно влиятельная и известная фигура. Но сейчас он мне нужен. Пора задуматься о нефтепроводе к Чёрному морю, но дело это долгое. Один я это не потяну, придётся создавать консорциум. Заодно, предложу доли остальным крупным игрокам.

— Не слишком ли опасно сразу убивать людей, замешанных в нападении на нефтепровод? Может, решить всё аккуратнее и убрать их постепенно? Этого в любом случае кончать, — глава СБ кивнул в сторону подвала, — Ещё не доверяю я местным абрекам. Обязательно наделают лишнего шума и не выполнят дело нормально. Я не могу их контролировать напрямую, дабы не просочилась информация о нашей связи с подобными людишками. Придётся затратить больше времени на подготовку.

— Хорошо! Купца убираем через некоторое время. Двух месяцев тебе хватит? — после кивка Фредди, заканчиваю разговор, — Но тех двух перевозчиков, которые замешаны в нападении, тоже кончай, можно и с небольшой отсрочкой. Все эти крысы до дрожи в ногах должны бояться связываться с НКК. Подобные вещи прощать нельзя.

* * *

Выныриваю из полусонного состояния, почувствовав, что коляска замедлила ход и заезжает в ворота. Я обычно перемещаюсь по столице на двух возках. Могу ехать в первом или втором, выбирая их спонтанно перед выходом на улицу. Это хоть немного может запутать потенциальных нападавших. В тот достопамятный день, когда в меня стреляли, схема сработала. Убийца подумал, что из подъехавшего транспортного средства выходит жертва, но вместо неё оказались два вооружённых охранника. Мы с ещё одним телохранителем ехали следом в другом возке.

Опять в голову лезут ненужные мысли. Я же дома! Буквально выпрыгиваю из салона и быстро поднимаюсь по ступенькам. Хорошо, что нам, графьям, не надо таскать багаж, да и дверь открывается передо мной, как по мановению волшебной палочки. Улыбающийся слуга здоровается, киваю в ответ и прохожу в дом.

— Мы знали! А я ждал тебя больше всех! — раздаются два громких крика, и меня чуть не сбивают с ног.

Подхватываю двух маленьких человечков и целую каждого из них. Шестилетняя Анна и Ян, которому уже четыре с половиной годика, крепко обнимают меня за шею. Как быстро летит время! Вроде я недавно оказался в этом мире, а уже минуло девять лет. Двое проказников явно ждут, когда речь пойдёт о подарках, которые я всегда привожу из поездок, но ждут соблюдения ритуала. Через несколько секунд в комнату входит Агнешка, сделавшая строгое выражение лица. Но мы-то понимаем, что всё это напускное.

— Дети, почему вы ведёте себя будто варвары? Я же просила встретить папу спокойно, а не бежать, сметая всё на своём пути.

Подхожу к жене и чмокаю её в щёку. Наносная сердитость даёт трещину, и меня одаривают счастливой улыбкой. А родные серые глазищи смотрят на блудного мужа с непередаваемой нежностью. Что ещё нужно мужчине, вернувшемуся домой? Смотрю на уже заметный животик супруги и спрашиваю.

— С тобой всё хорошо? Что говорит доктор?

— Вы носитесь надо мной будто наседки! Тётя Катарина заезжает каждый день, ещё и сестрёнки, будто у самих дел нет. Мирославе самой скоро рожать, тем более первого, но она туда же, — с деланным возмущением произносит Сероглазка.

Да, все девочки замужем и у нашего клана весьма солидное пополнение. Когда по выходным во дворце собирается вся семья, то он наполняется детским смехом, что приводит меня в состояние близкое к нирване. Значит, не зря я нахожусь в этом мире. Главное — ещё оставить молодым представителям нашей семьи нормальное наследство. И речь не о деньгах, а стабильной стране. А носимся мы потому, что у супруги были очень тяжёлые вторые роды, благо, что Ян жив и здоров. Вот все и переживают, так как чуть не потеряли её в прошлый раз.

— А мы будем сегодня играть? Папа, ты почитаешь мне сказку? — опять одновременно произносят дети, заставив нас с Агнешкой улыбнуться, — Какие гостинцы ты нам привёз?

Тут, как раз, слуги занесли мой багаж и два человечка закрутили головой, пытаясь понять, в каком чемодане их подарки. Крепче прижимаю детей и наслаждаюсь моментом. Ведь я дома!

[1]Чёрный город (Гарашехер) — название восточных районов города Баку, ранее бывших его пригородами, в которых в конце XIX — начале XX веков сосредоточились предприятия нефтяной промышленности братьев Нобель.

[2]Русские предприниматели, владельцы «Закаспийского торгового товарищества», предшественника «Бакинского нефтяного общества», крупнейшей компании в нефтяной отрасли.

Глава 2

— Зачем все эти страсти с переговорами на нейтральной территории? Надо было спокойно встретиться в каком-нибудь особняке. Здесь ещё и масса народа вас увидит. Какой-то маскарад, а не деловая встреча. Ещё слуги у этого французика странные, больше на убийц похожие. Наши ребята их передавят как котят, но к чему эти сложности. Не понимаю я, какой во всём этом смысл?

Фредди бурчал всё утро и продолжил делать это по дороге к ресторану «Палкинъ». Не самый удачный выбор с точки зрения конспирации, но она мне и не нужна. Наоборот, пусть наша встреча вызовет шевеление и слухи в столичных деловых кругах. Заодно и на Западе о ней сразу узнают. Мне необходим как можно больший резонанс от встречи. Поэтому ворчание немца стараюсь пропускать мимо ушей.

По дороге в очередной раз прокручиваю в голове детали предстоящей встречи и событий, предшествовавших ей. А вообще, ситуацию надо рассматривать гораздо глубже, учитывая изменения в европейской и мировой политике, на которые точно повлиял один неугомонный попаданец. Плохо, что теперь невозможно предсказать развитие дальнейших событий в мире, так как они меняются с каждым днём.

Началось всё с франко-прусской войны, которая произошла здесь на два года раньше. Как и в моей реальности, французы проиграли, но не были полностью разгромлены. Кто мог подумать, что на определённом этапе в конфликт вмешается Великобритания? Нет, войсками они не помогли, но всё равно кардинально изменили ситуацию. После феерического разгрома под Мецем и Верденом, Лондон пообещал выступить на стороне Парижа. Одновременно с этим английский флот заблокировал прусские порты, угрожая высадить десант.

Вильгельма и Бисмарка вначале это не остановило, но затем товарищи с Альбиона поднажали, приведя дополнительные аргументы. В итоге, Франция капитулировала, но на менее унизительных условиях, чем в моей истории. Да, недавно образованное Германское королевство получило Эльзас с Лотарингией, контрибуцию в полтора миллиарда франков и даже часть флота проигравших. Вот только создать полноценную империю у пруссаков не получилось. Южногерманский Союз во главе с Баварией фланировал в сторону Австрии, и присоединяться к Берлину не захотел.

Во Франции сменилась форма правления и была основана Третья республика, а униженный Наполеон эмигрировал в Великобританию. Парижская коммуна не случилась, и страну лихорадило не так сильно. Здесь есть моя заслуга, так как достаточно большее число французских анархистов и социалистов отправились в ад. Достаточно организованной силы, способной заполнить образовавшийся вакуум не нашлось. А отдельные очаги сопротивления были моментально раздавлены новыми властями. Самое забавное, что при внушительных потерях и поражении от Пруссии, французы не бросили мексиканский проект, который отнимал у них массу сил. Более того, всерьёз обострились противоречия с восстанавливающими своё могущество САСШ. Не удивлюсь, если уши манипуляторов, разжигающих этот конфликт, торчат из Форин-офиса. Думаю, что обе державы, на радость островным товарищам, ещё могут схлестнуться за право доминировать в Карибском и Центральноамериканском регионе. Но при этом основные усилия мировые кукловоды сосредоточили на Европе.

Англия как всегда гадит, вернее, проводит грамотную политику, сталкивая страны, и старается направлять политические события строго по своим планам. По данным моей разведки, островитяне всерьёз обеспокоились усилением Пруссии, хотя изначально хотели её руками ослабить непомерно усилившуюся Францию. Но кто-то неглупый понял, что можно переиграть самих себя и дипломатическая работа началась задолго до войны, изрядно сменив первоначальное направление. Именно джентльмены организовали нейтралитет Южногерманского Союза. При этом они вели постоянные консультации с Веной, мешающие её сближения с Берлином.

Ларчик активности англичан открывался весьма просто. Дядя Бисмарк, вдруг загорелся идеей колониальной экспансии. Пруссаки приступили к замыслу основательно и грамотно. Уже к 1868 году, на момент начала войны, у них были договорённости с вождями племени дуала о выкупе части территорий, которые в моём времени станут Камеруном. По плану Берлина контрибуция проигравшего Парижа должна пойти, в том числе на строительство мощного военного и торгового флота. Отто не собирался ограничиваться только устьем Санага, а хотел захватить побережье от Нигера до Конго. В Лондоне жутко перепугались, и быстро скорректировали свои первоначальные задумки. И это повлекло за собой целую цепочку событий, которые совершенно изменили политическую расстановку в Европе на данный момент.

Радует, что в этой интриге я сыграл ключевую роль. Николе Локи верят не только газетчики, ожидающие очередного прогноза, но и политики. Мне пришлось ударно потрудиться, но объёмный доклад для Бисмарка был готов в конце 1866 года. Там я пробежался по преимуществам и недостаткам его политики, предсказал победу в предстоящей войне и на пальцах объяснил, каким лакомым кусочком, сейчас является Африка. Девяносто процентов материка ещё не завоёвано европейцами. Хинин позволяет избежать потерь от многочисленных лихорадок и прочих болезней, опасных для белого человека. Место для основания колонии тоже было не случайно. Камерун моего времени и, лежащая восточнее ЦАР, одни из самых благоприятных регионов для сельского хозяйства на континенте. А ещё там хватает полезных ископаемых. Прусское руководство с радостью проглотило мою наживку. Про золото Центральной Африки Бисмарк узнал из моего доклада, а геологические партии уже нашли чего-то интересное. Это придало амбициозным немцам дополнительной мотивации. А ещё никто не отменял претензий на мировое господство, которое наверняка лелеяли в Берлине.

Но что-то пошло не так. Блицкрига и полного разгрома Наполеона не произошло. И не случилось единой Германии. Зато есть униженная Франция, лелеющая планы на месть. А южная часть немецкого народа всё сильнее политически отходит от своих северных братьев. Ещё лет десять и ЮГС станет осознавать себя самостоятельной нацией, вроде австрийцев и швейцарцев. Учитывая, что литературным стандартом этого объединения был признан баварский диалект, на котором говорят в Австрии, то подобные шансы велики. Момент показательный, ведь глупо не учитывать данный фактор. Если в этой реальности Хох Дойч не начнёт заменять собой другие диалекты, то можно немного успокоиться. Единого немецкого пространства не будет, а значит, есть шансы избежать две жуткие войны, выкосившие десятки миллионов людей.

А как же Россия? Пока всё не так плохо, если не сказать хорошо. Поведение русских властей радует меня даже больше, чем европейские расклады. Александр активно торгует с Пруссией и не только, но при этом придерживается нейтралитета. Хотя, попытки втянуть Россию в конфликт предпринимались. За год до войны Санкт-Петербург посетил специальный английский посланник. Аргументы он приводил разные, даже немного угрожал, но втянуть нас в противостояние с пруссаками не удалось. Наоборот, это вызвало резко отрицательную реакцию, и джентльмен уехал несолоно хлебавши. На военный союз с Вильгельмом русский царь также не пошёл. По крайней мере, официальных бумаг никто не подписывал. На самом деле обе страны сделали несколько шагов навстречу друг другу.

Экономические связи России и Пруссии постоянно расширяются. Приятно, что, получив огромную контрибуцию, часть этой суммы в той или иной мере дошла до нас. Я уже давно исподволь подталкивал немцев больше вкладывать в экономику соседа. Но ранее у них просто не было достаточного количества средств. А теперь прусские капиталы потекли растущим ручейком на восток. Глупо не влезть в огромную страну, которой нужны инвестиции и технологии. Несмотря на определённые ограничения, которые были установлены ещё при Муравьёве с моей подачи, иностранный капитал в России получал режим наибольшего благоприятствования. Мы только оградили от зарубежных инвесторов стратегические направления и биржу. Разного рода финансовые кризисы, вызванные спекуляциями, нам не нужны. Поэтому в первую очередь приветствуются проекты, где деньги вкладываются в реальный сектор экономики.

Пруссаки быстро сориентировались и хорошо влезли на рынок сахара, подсолнечного масла, конопли, тканей и переработки кожи. Да и в иных сферах стало заметно присутствие прусского капитала. Это вызывало и противодействие, особенно со стороны крупнейших сахарозаводчиков и производителей масла, которые не хотели механизировать своё производство, в отличие от более продвинутых иностранцев. Особенно пострадали разнообразные еврейские картели и крупные помещики.

Бывшие откупщики и ростовщики активно лезли на рынок сельхозпродукции, вытесняя мелких конкурентов и нещадно эксплуатируя наёмных рабочих. Несмотря на достаточно строгие законы о труде, пользуясь неграмотностью населения, на многих предприятиях царил самый настоящий ад. Пруссаки же работали более-менее в рамках правового поля, не гнали за сиюминутной прибылью, применяли технологические новинки и инвестировали в будущее. Естественно, к ним переходил народ, так как условия труда были гораздо лучше. Ещё и не обманывали, используя разного рода штрафы и заводские лавки, где рабочим навязывали продукты по завышенным ценам.

Кстати, именно по сахарному вопросу я столкнулся с одним особо наглым коммерсантом. Далее, дело коснулось золота, и конфликт вышел на совершенно иной уровень. Но эта проблема решаема, надо дождаться только подтверждения наших подозрений в его участии покушения на меня любимого. А вот с моим сегодняшним собеседником придётся договариваться. Мне очень хочется отправить его в ад, заодно вырезать всю их семейку, но весовые категории несопоставимы. Да и время силового варианта решения проблемы давно упущены. Остаётся договариваться и пытаться выжать из ситуации максимум пользы для России.

Главный зал ресторана «Палкинъ» поражал своей монументальностью, какими-то невероятными люстрами и вычурностью отделки. По моим прикидкам здесь более тридцати столиков, и пока большая их часть не занята. Интересующий меня молодой человек расположился в углу возле сцены, где обычно играет местный ансамбль. Вдоль стены расположились кадки с диковинными растениями. Неплохое место, учитывая, что рядом было много свободных столиков. Двое мужчин с неприятными взглядами сидели чуть поодаль, но сразу было понятно, что они контролируют ситуацию. Не удивлюсь, если ожидающий меня господин отдельно заплатил за аренду целого угла, дабы никто не мешал переговорам. Деньги на это у него есть. Ведь зовут вставшего при моём появлении человека Эдмон де Ротшильд, и он сын недавно помершего главы французской ветви этих ростовщиков Джеймса Майера.

После приветствия номинальный хозяин указал на стул и сел напротив. Я тащить за собой охрану не собирался и ограничился одним Фредди, который расположился недалеко от людей француза. К нам пропустили слегка мандражирующего официанта, который замер в ожидании заказа.

— Давайте я сделаю заказ, ведь это всё-таки русская кухня? — дождавшись утвердительного кивка француза, обращаюсь к официанту, — Нам ухи по-царски, стерлядь по-русски, расстегаев и чего-нибудь из мяса, но не свинину. Ещё вина, лучшего, что у вас есть.

Одетый в яркую рубаху мужчина средних лет с умным взглядом кивнул и побежал выполнять заказ. Я же перевёл взгляд на собеседника. Сама ситуация смешная и больше напоминает встречу двух бандитов из совершенно иного времени. Зачем вообще тащить подобное сопровождение в Россию? Это мне надо опасаться за свою жизнь, так как есть прецеденты. А вот сидящему напротив господину у нас точно ничего не угрожает. Хотя, с учётом начала самого настоящего террора, который охватил Францию в последний год, мера необходимая. Анархисты стали огромной проблемой для французских властей, ещё они поддерживались частью населения, на чьи плечи легли огромные репарации. А так как старший брат моего собеседника провёл весьма мутную схему с займом для выплат Пруссии, то покушение на представителей их семейства, точно не за горами. Пока неуловимые террористы хлопнули только замминистра финансов и пяток чиновников помельче. Но регулярно выходящие листовки и прокламации указывали на настоящих врагов простых граждан Третьей республики.

Про запрещённую литературу я в курсе, так как самолично спонсирую борцов с буржуазией. К сожалению, действовать более решительно не получается. Уж слишком велики шансы засветиться. В этом случае за меня возьмутся всерьёз, и шансов выжить будет мало. Поэтому приходится постепенно подталкивать инертных пейзан и создавать боевые организации через целую сеть посредников. Анархисты во Франции, ирландские республиканцы в Англии и венгерские патриоты Австрии, получают неплохие взносы на благие дела. Думаю, что через годик можно устроить какое-нибудь серьёзное дело. Пока идёт подготовка и мощная идеологическая обработка. Друзья Фредди, которые помогли мне прикончить несколько одиозных товарищей, неплохо закрепились в САСШ. Они помогают с вербовкой ирландских бойцов, доставляют деньги и оружие. В Европе работает несколько подпольных типографий, ведущих атаку на умы простых граждан.

Если российские власти не хотят пачкать ручки подобными делами, то Коля Смирнов придерживается иного мнения. Только и власти ряда стран стали действовать более умело. Тот самый взрыв в Лондоне напугал многих. И самое забавное, европейцы начали перенимать опыт России, по борьбе с тайными обществами. Нет, они не применяют Трибунал. Но в той же Англии появился специальный отдел в Скотланд-Ярде, который занимается противодействием террору. Насколько я помню, в моей реальности подобного не было.

Если возвращаться к встрече с представителем банкирского клана, то выхода у меня не было. Вернее, в противном случае ситуация просто усложниться.

— Интересная у вас кухня. Необычно, но вкусно, — Эдмон положил приборы на стол, показывая, что наелся, — Я бы выпил кофе.

Делаю знак официанту, и через пять минут нам подают напиток. Собеседник к тому времени раскурил сигару и выпустил пару клубов ароматного дыма. Во время обеда мы дела не обсуждали, отдавая должное этикету и отличной работе повара. Поняв, что я готов к беседе, Эдмон приступил к сути.

— Граф, что плохого вам сделала наша семья? Или, кто-то из компаньонов банкирского дома де Ротшильд перешёл вам дорогу? Только давайте без лицемерия, ведь мы прекрасно знаем, о чём идёт речь. Вы, случайно, не юдофоб, как большая часть местной аристократии и дворянства? Ведь господам Круппу и Юзу никто не ставит препоны для работы в России. И русские власти даже не смущает тот факт, что нарушается закон о стратегических отраслях экономики. Я внимательно изучил все указы последних лет, свеянные с протекционизмом, и могу сказать, что речь идёт о сознательном противостоянии.

Смотри, как запел этот гусь лапчатый. И даже про компаньонов своих вспомнил. Хотя, правильнее назвать их вассалами, но всё равно, факт показательный. Значит, семейство очень хочет залезть в наш проект. В принципе, для того я и провёл широкомасштабную рекламную акцию, дабы привлечь их внимание. Насчёт юдофобии, не знаю. Как говаривал один мой знакомый из прошлой жизни: «Дружите с евреями, жидов давите». Человеком он был пожилым и много повидавшим. С учётом того, что звали его Семён Абрамович, то дяденька знал, о чём говорил. А ещё этот мировой мужик не собирался никуда репатриироваться, жил спокойно в России и умер на Родине. Только не объяснять же свою позицию собеседнику подобным образом? Ещё подумает, что Юзек совсем сбрендил.

А вот вопрос взаимоотношений с еврейством был непраздным. Третий сын известного банкира — самый настоящий еврейский националист. Он выделяется даже на фоне остальных своих родичей. Насколько я помню, именно Эдмон стоял у истоков создания Израиля и спонсировал первые переселенческие программы. Может, подкинуть ему идею начать свой проект пораньше? Заодно создать ажиотаж внутри России и разрядить сложившуюся ситуацию вокруг еврейской проблемы? Почему не отправить как можно больше пассионарных товарищей возрождать землю предков? Надо продумать этот момент и выступить от лица Локи в европейской прессе. Заодно это создаст дополнительные проблемы османам, так как евреи любят и умеют создавать их любой власти, особенно, когда их много.

Что касается местных компаньонов, то проблему надо рассматривать шире. Всё началось с масштабных проверок подрядчиков, подвязавшихся обслуживать госзаказ. Это я рассматриваю деятельность сих коммерсантов с точки зрения своего времени. В основном проверки касались строительства железных дорог и поставок для армии. Тут то и всплыло семейство Поляковых. Как человек, изучавший историю, я слышал эту фамилию и считал, что речь шла о Лазаре Соломоновиче. Но я сильно ошибался. Это был целый клан, а упомянутый мною товарищ пока ничем особым не прославился. А вот его братья Яков и Самуил как раз попали под каток правосудия. Первый засветился на поставках продовольствия во время достопамятного восстания в Северо-Западном Крае. Имя второго фигурировало в связи с масштабными хищениями при строительстве железной дороге.

Я не люблю заглядывать в чужой карман, ведь сам не безгрешен. Только есть небольшие отличия в моей ситуации. Если убрать за скобки ограбление лондонского банка, то моё состояние в этом мире сколочено на динамите. Да и стартовые позиции были неплохие с учётом полученного наследства. Даже английские деньги я практически не трогал и пустил их на финансирование европейских борцов за свободу. Поэтому, будучи чиновником Третьего отделения, я уделил много внимания вмиг разбогатевшим господам. Среди них в основном были чиновники и откупщики. При этом на простых взятках и сборе налогов таких денег не заработаешь. Основные деньги крутятся в иных сферах. Вот и получилось, что вчера он был Шломо Поляк, правдами и неправдами пробившийся в купцы первой гильдии, а уже завтра он уважаемый глава банкирского дома. Только никто не может указать тот промежуток, когда он увеличил своё состояние в десятки раз.

Это касалось не только Поляковых и непосредственно евреев. По крупным делам о хищениях, проходило более двухсот человек. Тот же глава почтового департамента Толстой пустил себе пулю в лоб, дабы избежать позора. Уж больно много в его ведомстве было махинаций. Кстати, наш герой Поляков там тоже отличился, так как работал в почтовом ведомстве, будучи доверенным лицом самоубийцы. О чём говорить, если под суд попали даже Рейтерн и Абаза. Я даже не припомню, в какой стране сажали и. о. премьера и зама министра финансов.

Поэтому никто не церемонился с чиновниками помельче и махинаторами из коммерсантов, особенно евреями. С последними случился небольшой конфуз. Те же Самуил и Яков Поляковы, Варшавский, Блиох и ещё несколько гешефтмахеров действовали по интересной схеме. Она мне очень напомнила варианты разворовывания России времён приватизации в девяностые. Люди, используя свои родственно-национальные связи, занимали деньги у европейских банкиров. Далее всё было просто как лом. Они получали концессии, естественно, за взятки, поставляли продукты для армии или строили железную дорогу, завысив стоимость в несколько раз. Всё бы ничего, но при этом от их деятельности страдала безопасность государства, и гибли люди. На стройках совершалось какое-то массовое жертвоприношение простых русских мужиков.

Подобного я никому и никогда не прощу. Поэтому Канцелярия ЕИВ начала методично раскручивать данное дело. Вот и поехали уважаемые люди заниматься прежним делом — строить железные дороги. При этом контракт с государством у них теперь долговременный, лет на десять. Варшавский и ещё парочка чиновников уже подохли, надорвавшись при укладке шпал. Коля Смирнов использовал свои связи, не давая главным гадам откосить от тяжёлых работ. При этом российское правосудие проявило себя с плохой стороны. Наиболее знатные воры ограничились штрафами и ссылками, что вызвало определённое возмущение в обществе. Понятно, что его еврейская часть была недовольна ещё сильнее. А уж как взбесились европейские банкирские дома, лишившиеся гарантированных сверхприбылей! К своей чести император в этот раз проявил принципиальность. Он помнил Крымскую, давление Ротшильдов в деле Герцена и прочие вылазки против России, поэтому ни о каком возврате денег речи не шло. В общем, зарубежных мошенников оставили с носом.

Плохо, что из-за этого дела правительству не удалось привлечь дополнительные займы. Страна нуждается в деньгах, начав целый ряд реформ, в первую очередь военную и переселенческую. Поэтому приходится считать каждую копейку. Зато удалось навести порядок в армейском хозяйстве и железнодорожном хозяйстве. Были выпущены облигации внутреннего займа, на которые продолжилось строительство. Как правительство будет их гасить, не знаю. Но проценты пока платят без задержек.

— Компаньоном моей супруги в ювелирном деле является иудей Залманович, — отвечаю после затянувшейся паузы, — Что касается Самуила Полякова, то он вор и получил по заслугам. Когда ваше семейство кредитовало сего предприимчивого господина, надо было просчитывать риски. Плюс, какие-то деньги вы могли получить у сбежавшего Лазаря Полякова. Насколько я помню, он сумел вывезти немало ценностей и имел доступ к семейным счетам. Ваши претензии по запрету деятельности банкирского дома Ротшильдов в России просто неуместны. Их лучше адресовать кабинету министров, а не частному лицу коим я являюсь.

Тут выдержка собеседника дала трещину, и он нехорошо так оскалился, но быстро взял себя в руки. Не нравится этим деятелям, когда приходится платить за преступления.

— Господин Поляков упал с лестницы в своём берлинском доме и сломал шею. Поэтому нам до сих не удалось получить возмещение понесённых убытков. Тяжба длится уже три года, и прусские власти специально её затягивают, — собеседник произнёс всё спокойным тоном, но его глаза были полны гнева, — Что касается инвестиций в русскую промышленность, то вы снова лукавите. Экономический комитет запретил нам добывать нефть и покупать металлургические заводы. При этом пруссаки и несколько англичан спокойно работают в вашей стране. И мне прекрасно известно, что за этими решениями стоите вы и ещё несколько людей. Но именно Иосиф Козелл-Поклевский определяет, какие иностранные компании могут работать в России.

Клянусь чем угодно, но к смерти сбежавшего с немалой суммой Лазаря Полякова я не имею никакого отношения. Но Ротшильды думают иначе, что вынуждает меня впредь вести себя осторожнее. Значит, какие-то слухи о моих проделках до них доходят. А ещё они взбешены, что из-за активов умершего разгорелась настоящая война. Семья Поляковых кредитовалась в нескольких европейских банках, но и прусское правительство не прочь наложить лапу на бесхозные деньги. В общем, длящийся уже три года процесс периодически будоражит европейского обывателя.

Что касается Экономического комитета, то Эдмон полностью прав. Уходя со службы, я эту организацию и создал. Всё было очень грамотно преподнесено императору, благо разумных людей во власти, на которых я имею влияние, хватает. Дабы не вызывать подозрения мне пришлось приложить массу сил, чтобы вытащить из Киева Николая Бунге[1]. Он получил кафедру в столичном университете и весьма важную должность, от которой долго отбрыкивался. Но мне удалось с ним договориться, и теперь комитет оказывает большое влияние на русскую экономику. В первую очередь Бунге добился превалирования реального сектора экономики. Нам нужны инвестиции в промышленность, а не биржевые кризисы и разного рода мыльные пузыри. Заодно через профессора удалось утвердить указ о стратегических отраслях. Мысль простая — есть сектора экономики, где невозможно присутствие иностранного капитала. В первую очередь это ВПК, РЖД и добыча важных ископаемых вроде золота с нефтью. Также есть ограничение на владение зарубежными компаниями металлургических заводов, пароходств и элеваторов. Список на самом деле шире и некоторые моменты обсуждаемы. Но в корне Эдмон прав и именно я определяю, кому можно разрешить зайти на русский рынок. Для этого у меня есть сразу несколько рычагов давления, начиная с Шувалова и Татаринова, заканчивая одной симпатичной княжной, греющей постель императору. Что касается намёка на послабления для части инвесторов, то собеседник прав. Тот же Юз возглавляет акционерное общество, где его доля составляет тридцать процентов. Мне принадлежит пятая часть акций, так как глупо было пройти мимо такого пирога. Всё-таки Донбасс — это один из самых лакомых кусков российской экономики.

Что касается контроля за инвесторами, то он ныне достаточно строгий. Поэтому проекты Ротшильдов влезть в Баку были сразу завёрнуты. Ещё им не удалось подмять под себя весомую часть речных грузоперевозок. Не просто так французы хотели залезть на Дон через Поляковых, основав мощное пароходство. Товарищи даже договорились с греческой диаспорой, которая эти самые перевозки контролировала. Но все проекты были отвергнуты Экономическим комитетом. При деньгах и влиянии банкиров, легко узнать, что за всеми решениями стоял один попаданец. Думаю, товарищи взбесились не на шутку. Я, грешным делом, думал, что именно они стоят за покушением на мою персону. Но ход расследования показал иное. Да и не стал бы такой важный господин лично приезжать на переговоры при таких раскладах.

— Эдмон, мы хорошо поели и обменялись взглядами на многие события, происходящие в мире, — ставлю пустую чашку на блюдце и смотрю на собеседника, — Давайте приступим к делу. В любом случае, мне нужно будет обдумать ваше предложение и обсудить его с нужными людьми. Это займёт не более двух дней. Далее приступим к обсуждению деталей, коих будет тысячи. Надеюсь, что судьбы ваших компаньонов не будут мешать заключению будущего контракта.

Судя по усмешке скрививших лицо банкира, Поляковых давно списали. Тогда зачем весь этот цирк? Наверное, банкир готовил поле для переговоров. Последующие два часа, когда из меня чуть не вынули душу, показали мою правоту. Новоиспечённый барон торговался как жид на Привозе. Утрирую, но ситуация была забавная.

По дороге домой, прокручиваю сложившийся расклад. Не всё так плохо, если учесть, что именно я затеял эту игру. Мне нужны фундаментальные вложения в экономику России со стороны французских Ротшильдов и других крупных игроков. Таким образом, я хочу оградить свою Родину от будущих войн. В моей истории инвестиции этой семьи не мешали правительствам стран, которые они представляли, разрушать Россию изнутри. Сейчас есть хорошая возможность привязать французскую ветвь, так как им придётся сделать весьма солидные вложения. Значит, можно быть уверенными, что они не станут спонсировать разного рода революционные движения и остальным запретят. Заодно, наше правительство получит возможность влиять на политические расклады в Европе. Нам бы ещё передышку лет на пятнадцать. За это время можно решить проблему выкупных платежей и провести глобальную индустриализацию страны. А это подразумевает промышленную революцию и полноценный рывок страны из феодализма в капитализм. В моей реальности подобного так и не случилось. Сейчас же есть отличные стартовые позиции для подобной задумки.

Вот только с османами придётся что-то делать. Англия давно вогнала нынешнего султана в долги и распоряжается в Турции, как считает нужным. Армия нашего исторического врага усиленно перевооружается, и турки начали уже верещать о каком-то реванше. Я бы на месте наших властей попытался договориться или продлил мирный договор. Для нас дорог каждый месяц и война просто уничтожит набирающую обороты экономику. Плохо, что в России общество буквально болеет идеей помощи угнетаемым христианам и захвата проливов. И я не смогу изменить нынешний настрой, потому что он поддерживается большей частью образованной публики во главе с императором. Значит, придётся искать другие варианты, чем я сейчас и занимаюсь.

[1] Николай Христианович Бунге (1823–1895) — государственный деятель Российской империи, экономист, министр финансов и председатель Комитета министров, ординарный профессор и ректор Университета Св. Владимира. Почётный гражданин города Киева.

Глава 3

Заседание «могучей кучки», как я называл наш триумвират, проходило в рабочем режиме. Есть у меня такой принцип, что нельзя мешать дом и работу. Поэтому ещё три года назад, после достаточно долго торга, нам удалось приобрести дворец Нарышкиных-Шуваловых, что расположен на набережной Фонтанки. Именно здесь варвар из XXI века устроил центральный офис компании Козелл-Поклевских. Базовый интерьер, в виде монументальной парадной лестницы и прочей отделки, никто не менял. Любой посетитель, пусть даже и весьма состоятельный, должен быть поражён всем этим великолепием. А вот далее сами помещения подверглись определённой модификации — со скидкой на время, конечно.

Сейчас дворец не единственное здание, принадлежащее компании, но более я подобные монументальные задания покупать не буду. Уж очень это затратное занятие, особенно их содержание. Кстати, Агнешка сначала хотела поменять наш дом на этот практически музейный экспонат, но затем передумала. Как-то здесь излишне холодновато, и речь идёт не о температуре воздуха. В подобных сооружениях нет души, как мне кажется. А наш семейный особняк может и попроще, зато стал родным для всего клана Козелл-Поклевских. Интересно, если бы мне удалось совершить одну махинацию и отжать усадьбу Державина у Римско-католической духовной коллегии, что сказала бы супруга? Думаю, мы, всем многочисленным семейством, дружно начали бы собираться на Фонтанку. Там один парк более двух гектаров, и это в центре столицы! Как раз в то время было мощное давление на католиков, связанное с подавленным восстанием и общей реакцией. Но после некоторых раздумий, я решил не ссориться с достаточно мощным польским лобби. Наверное, это был правильный ход.

Что касается заседания правления, то оно проходит регулярно, один раз в неделю. И состоит всего лишь из трёх человек — меня, Катарины и Петра Харлампиева, того самого протеже дяди Альфонса. Есть более широкий круг управляющих, так как, по сути, компания давно превратилась в самый настоящий концерн. Вот только основные решения коллегиально принимают три человека. Пётр за пять лет безупречной службы добился такой привилегии. Да и глупо игнорировать мнение человека, который фактически выстроил финансовую систему компании.

Ситуацию с Ротшильдами и их предложением мы пока оставили на потом. Надо сначала сделать точные расчёты, привлечь людей из правительства, да и обсудить дело с российскими предпринимателями. Насчёт строительства нефтепровода я не уверен. Мне кажется, что в нынешних реалиях выгоднее протянуть железнодорожную ветку от Баку до Батуми. Пока возить нефть цистернами и таскать баржами в сторону Царицына, банально выгоднее. Но это дела будущего.

— Юзеф, я не могу понять агрессивной политики, которую ты проводишь в последние два года. Если раньше она была ясна, так как у нас были свободные финансы, то сейчас это излишне авантюрно. У компании явный недостаток свободных финансов. Мы практически не в состоянии перекрывать все потребности прибылью с продажи динамита и иных взрывчатых веществ. Любое резкое изменение в экономике — падение цены на керосин, или ожидаемый сговор волжских и донских перевозчиков, могут ударить по нам очень сильно. Или я чего-то не знаю, и у тебя в копилке припасён миллион рублей на чёрный день?

Тётушка была, как всегда, излишне пессимистична. Вернее, это разумная осторожность, так как она привыкла действовать основательно и поступательно. Ту же нашу экспансию в нефтяной бизнес, и создание банка, она полностью одобрила. А вот с частью других проектов долго не хотела соглашаться. А вот насчёт денег она права. В моём европейском банке давно отмыт английский приз и, более того, эту немалую сумму удалось чуть ли не утроить. Насчёт чистого миллиона — не знаю, но примерно столько можно вытащить и помочь вливанием одной из наших структур. Кстати, сама Катарина за прошедшие пять лет совершила просто стремительный рост как управленец. И причина успеха банальна до невозможности — она продолжает учиться. Первоначально я нашёл для тёти персональных наставников, далее она сама погрузилась в чтение экономических трудов, стала выписывать «Экономический вестник». Следующим этапом Катарина начала посещать любые открытые лекции в столичном университете, и другие площадки. Выступления того же Бунге, которые всегда собирали самый настоящий аншлаг, она никогда не пропускала. Вот так в человеке, после сорока лет, вдруг открылся талант. Может, ей не хватало широты взглядов, что не мешало кропотливо изучать ситуацию, спрашивать советов у помощников и вникать практически в любой вопрос. Сейчас мы обсуждали несколько дел, в перспективах которых тётушка сомневалась.

— Почему не продать нашу долю в совместном предприятии с Мальцовым[1] и «Borsig»? Реальной прибыли ждать ещё долго. Новый паровоз только проходит испытание, и у железнодорожного ведомства много вопросов. Массовый выпуск мы начнём только через год, — Катарина продолжила приводить свои аргументы, — Паровые машины раскупаются весьма активно, но сейчас уже четыре завода составляют нам конкуренцию. При этом Александровский, Невский и Воткинский заводы пользуются покровительством властей. А Мельников[2] даже не думает скрывать своего расположения «александровцам». Ты же всё твердишь про честную конкуренцию, хотя давно мог продавить решение о закупке именно наших изделий «РЖД» и военным ведомством. Поэтому, пока есть серьёзные покупатели, надо его рассмотреть.

— Пока разговоры о продаже предлагаю закончить. Давай учитывать, что тендер на производство грузовых паровозов выиграли именно мы, да и пассажирские будут производиться в коллаборации с Невскими коллегами. Пойми, завод — это не только экономический, но и политический проект. Я бы мог сам его построить, но не захотел терять время. У Мальцова были огромные мощности, в том числе подготовленные рабочие и мастеровые. Хотя, он сам весьма странный человек и поссорился с роднёй, которая претендует на часть его имущества. Именно поэтому нельзя выпускать ситуацию из-под контроля, так как всегда найдутся желающие захватить такой лакомый кусок. Пруссаки принесли нам новые технологии, до которых пришлось бы доходить несколько лет. Но мы не просто используем наработки Августа Борзига, а генерируем собственные идеи. Я для того и готовил инженерные кадры, чтобы молодые люди могли грамотно осмыслить чужое и начать придумывать своё. У нас складывается очень интересная и перспективная коллаборация, которая принесёт много пользы всем акционерам, включая страну. И ещё пруссаки нужны нам, дабы привязать их экономику к русской. Думаешь, я просто так использую свои ресурсы для того, чтобы помочь Круппу, Сименсу, или продвигаю интересы Германа Грюзона? Если не будет их, то наши придурковатые и вороватые чиновники заключат контракты с французами, у которых артиллерия и техника хуже, а самое главное — дороже. Благо, хоть недавняя война всё расставила по своим местам.

Да, я тут проделал огромную работу. Несмотря на наличие собственного механического завода, в который давно переросла инструментальная мастерская Демьяна Кондрашова, мне пришлось залезть в машиностроение. С одной стороны — лучше всего строить двигатели и пароходы на собственном предприятии, а с другой — необходимо контролировать и продвигать развитие русской промышленности. Ведь до недавних пор МПС покупало за границей даже рельсы для строящейся железной дороги. Сегодня представить подобное невозможно, в том числе благодаря моей деятельности. Протекционизм, и одновременное привлечение зарубежных инвестиций, весьма мощно взбодрили русскую экономику.

Пусть мы пока живём в долг, но локальные успехи уже имеются. Уже сейчас паровозы и вагоны изготавливаются на четырёх отечественных заводах. Молчу про сам факт бурного развития достаточно сложных производств, которые тянут за собой иные отрасли. А ещё, при каждом заводе есть свои школы, училища и больницы, что с недавних пор становится нормой, некоторые заводчики строят дома для персонала. Нарушений и всякой дичи хватает, но и капиталист борется за толкового рабочего, потому что последних пока крайне мало. И в этом тоже есть моя заслуга, потому что охрана труда давно перестала быть пустым звуком.

Кстати, я ещё умудрился протолкнуть идею стандартизации подвижного состава, которая напрашивалась, но с трудом воспринималась чиновниками и производителями. Мои идеи взяты на вооружение другими ведомствами, в первую очередь военным, что особенно приятно.

Собственный завод, который сейчас штамповал велосипеды, детские коляски, кареты, текстильные станки, сельскохозяйственную и строительную технику — имел совершенно иной ассортимент. Ещё мы активно занимались разработкой двигателя внутреннего сгорания, который, в перспективе, должен заменить паровые машины. Поэтому пришлось искать готовый завод. Лезть на Урал, где хватало разорившихся и дышавших на ладан предприятий, я не стал. Наоборот, начал искать более успешных людей. Так вот и всплыло имя Мальцова, большого оригинала, но весьма богатого промышленника. К моему удивлению, Сергей Иванович долго размусоливать не стал и согласился создать совместное предприятие. Немцы тоже долго не раздумывали, хотя переговоры с ними начались ещё до начала франко-прусской войны 1868 года.

В общем, мы достаточно быстро начали выпускать паровые машины, да и переделанный немецкий вариант паровоза был представлен «РЖД». В этой реальности существует подобное АО, подчиняющееся МПС. До царя долго доходило, что железные дороги должны быть под полным контролем государства. И хотя долгов у компании хватает, но постепенно она начинает приносить прибыль. Вот и мне пришла идея внедрить весьма прогрессивный вариант локомотива, который должен на ближайшие десять лет стать основным для страны. Не знаю, почему тётушка думает, что я не использую рычаги влияния на властные структуры. Ещё как! Думаете, русские чиновники стали вдруг поголовно прогрессивными, резко превратились в патриотов и более не берут взяток? Просто сам процесс получения мзды изрядно трансформировался, но промышленники и поставщики всё так же проталкивают свои товары, когда речь идёт о госзаказе. Другой вопрос, что в случае армии, флота и железных дорог, это стало опасно.

Я не просто так через подконтрольную прессу вбивал людям в подкорку такие понятия, как безопасность, вредительство или стратегические отрасли. В стране продолжал действовать трибунал, который являлся отличным дамокловым мечом для излишне алчных и откровенно глупых. Понятно, что командир полка из условной Хацапетовки, может химичить с мёртвыми душами, мелкими закупками фуража или зерна. Но если у него в части вдруг начнётся эпидемия, вызванная недостатком положенных лекарств, или солдаты получат массовое отравление гнилыми продуктами, то кара последует моментально. На всех ревизоров не напасёшься. Да и не должно общество меняться исключительно под воздействием карательной машины. Кому нужна обстановка всеобщего страха? Люди должны сами меняться и помогать стране жить по закону. Плюс активное вовлечение в общественную жизнь земств, которые весьма чутко реагируют на противоправную деятельность военных и чиновников, приносит огромную пользу. В общем, боремся с ворами и сволочью всем миром.

— Всё равно мне этого не понять, — продолжала упорствовать тётя, — В данный момент из всех твоих предприятий хорошую прибыль приносят динамитные заводы и НКК. Про первые мы уже говорили, а второй просто пожирает заработанные деньги. НПЗ, собственный флот из барж, нефтепровод, порты с хранилищами — всё это требует просто колоссальных вложений. У меня такое впечатление, что мы только строим и буквально выбрасываем прибыль. А ты ещё замахнулся на донское пароходство. Юзек, всё это не доведёт до добра. Почему не привлечь сторонний капитал? Ведь можно использовать подрядчиков, которые очень хотят работать с нами. Ты даже банк открыл на паях с другими акционерами. Что мешает так сделать и в этом случае?

Катарина права, как никогда. Вот только в семейную нефтяную компанию я не допущу ни одного человека со стороны. Это не обсуждается в принципе. Что касается затрачиваемых средств, то это работа на перспективу и вложения окупятся. Тот же царицынский завод недавно запустил целую линейку продуктов, получаемых из переработки нефти. Растущая русская промышленность требует дополнительных объёмов смазок, парафинов и прочих растворителей. А вот с моими делами на Дону совершенно иная история. Уж очень взбесил меня картельный сговор, который сложился на этой русской реке. Потому и требуется поставить на место некоторых товарищей. Компанию же я потом продам, оставив себе небольшой пакет.

— Ладно, а почему ты не хочешь войти в «Золотой альянс»? Альфонс мне уже все уши прожужжал об огромных перспективах. Он скоро приезжает в столицу, предлагаю обсудить этот вопрос.

Катарина оседлала свою любимую тему, оказавшейся её слабостью. При слове «золото» она теряла способность к критическому мышлению. Я уже устал ей объяснять, что больше денег зарабатывают поставщики оборудования для его добычи или ювелиры. И любой прииск требует огромных вложений. Для того и был создан «Золотой альянс», в который вошли мой дядя, граф Шувалов, полковник Асташев, купцы Попов с Рязанцевым и ещё несколько известных на Урале предпринимателей.

Своего бывшего шефа я буквально заставил стать пайщиком новой компании, ещё и денег занял. Во-первых, это мощнейшая «крыша» будущему горнодобывающему монстру. Просто акционеры пока сами не знают свой истинный потенциал. Во-вторых, ныне это достаточно распространённый приём. Смысл в том, дабы крупные чиновники не брали взяток. Способ сомнительный и не является панацеей, но даёт возможность людям, облечённым властью легально зарабатывать. Не все вельможи унаследовали большие состояния от предков, многие владеют только громкой фамилией. Большинство из них, в той или иной степени, вовлекаются в коррупционные схемы. А так есть вполне себе легальная статья доходов, которая регулярно публикуется в налоговом вестнике. Речь не идёт об откровенных мошенниках вроде Грейга или Абазы, которые влезали в крупные акционерные компании, обещая им преференции за счёт казны, не вкладывая ни копейки. Здесь люди действительно вносят свои деньги и получают паи. То же самое было с «Альянсом».

В отличие от конкурентов, новая компания подошла к процессу добычи совершенно иначе. Новейшие лотки, механизация производства и паровые машины, позволили добытчикам за короткий срок перейти к промышленным объёмам. Разного рода «таёжные Наполеоны»[3] вроде Машаровых и Мясниковых, постепенно разорялись из-за расточительного образа жизни и неумения нормально управлять.

Группа во главе с дядей состояла из людей небедных, золотой лихорадке они были не подвержены и умели считать свои деньги. А ещё эти господа озаботились организацией логистики с правильным снабжением своих предприятий. Альфонс ранее занимался поставками в Сибирь и владел пароходством на многих реках, здесь его таланты пригодились. Надо ещё учитывать административный ресурс, так как подобных предпринимателей местные власти трогать просто боялись и оказывали им режим наибольшего благоприятствования.

В итоге «Альянс» прёт по Сибири как каток, подминая под себя всё новые месторождения. Более того, глядя на успех конкурентов, уже образован второй мощный концерн, имеющий протекцию на самом верху. Создание второй компании я могу только приветствовать. Как и развитие «Альянса», чьи акционеры не ограничились только добычей драгметаллов. Два года назад наши воротилы созрели до создания своей финансовой структуры. В Екатеринбурге было открыто первое отделение Сибирского купеческого банка, который быстро стал реальной силой в регионе. Так что теперь дядя стоит во главе самой настоящей финансово-промышленной группы, если учесть, что сам он водочный король Урала. Да и среди акционеров их группы хватает богатых промышленников.

А наш завод спокойно поставляет золотодобытчикам оборудование и неплохо на этом зарабатывает. Но об этом тётушка обычно не вспоминает. Поэтому мои стандартные аргументы она как бы не заметила, и перешла к следующему вопросу.

— Хорошо, ещё один насущный вопрос. Пётр Николаевич, что за благотворительность? Куда ушла наша часть прибыли от продажи заложенного имущества? — тётя строго посмотрела на напрягшегося Харлампиева.

Пётр — это просто невероятная удача! Когда дядя рекомендовал перспективного финансиста, я даже не мог подумать, что бывают такие люди! Во время стажировки в Голландии, когда мы аккуратно отмывали английские деньги, Харлампиев получил задание прозондировать возможность открытия банка. В итоге мы просто купили захиревший «Groningensche Wisselbank», что расположен в одноимённой провинции и переводится как «Разменный банк Гронингена». Но мой деятельный агент не успокоился, и открыл дополнительный офис в городе-порте Делфзел. По его словам, место весьма перспективное.

Я сам съездил в Голландию и удивился прозорливости Харлампиева. Ведь это порт, который обслуживает торговлю, идущую по реке Эмс, что является доступом к Руру! Упускать такую возможность просто глупо. В итоге мы направили часть полученной прибыли на создание собственной транспортной компании, состоящей из нескольких барж, которая со временем превратилась в весьма мощную структуру. Английские деньги и удачная игра на бирже, особенно во время франко-прусской войны, позволяли вливать в бизнес фактически, любые деньги. Понятно, что часть шла на помощь борцам за свободу из разных стран, но, в общем, эти суммы были не критичны.

Самое забавное, что банк начал приносить прибыль по основному профилю в провинции Гронинген. Местные жители не дураки и видят, как прогрессирует компания, поэтому клиентов у нас хватает. Кроме этого, уже открыты отделения в Стокгольме и Люксембурге. В Пруссию и Францию я пока лезть не собираюсь, на один туманный остров — тем более. Дальнейшее развитие банка пока заморожено, и во многом зависит от предстоящих переговоров с одним интересным человеком, который должен вскоре посетить Питер. Надо определиться с будущим регионом для вложения наших средств.

Петра я через два года вытащил из Голландии, и поручил открыть финансово-кредитную контору в России. Теперь у меня есть свой банк на паях с Михаилом Рукавишниковым, Иваном Базилевским и Фёдором Чижовым. Компаньоны являются людьми весьма специфическими, сложными, и придерживаются разных взглядов. Но первый мне необходим для налаживания отношений со старообрядцами, третий весьма популярен в славянофильской среде, что тоже немаловажно. Переговоры были сложными, но, к счастью, недолгими. Все три предпринимателя прекрасно понимают необходимость наличия разветвлённой банковской структуры в стране. А ещё я привлёк их одной идеей, которая, возможно, оказалась решающей. В итоге «Российский коммерческий банк» получил разрешение на открытие персонально от Его Величества. Стартовали мы позже «Московского купеческого», но развиваемся достаточно эффективно.

Главное — банк декларирует, что занимается переселенческой программой, и жертвует часть прибыли на столь важное дело. Именно этот проект был активно поддержан пайщиками, которые, кроме всего прочего, являются патриотами и умеют смотреть вперёд. Тётушку же подобная расточительность раздражала. Она считает, что подобными вопросами должно заниматься государство. Ну, не ждать же появления Столыпина — нам столько земель надо заселить! Об этом мы тоже регулярно спорим. Сама программа недавно стартовала, ведётся гораздо умнее, чем в моей реальности, и не гонится за количеством. Наша цель — обкатать процесс и проложить дорожку для следующих тысяч крестьянских семей. Кстати, это привлекает дополнительных клиентов, которые предпочитают держать деньги у нас, осознавая, что тоже помогают в столь важном деле. На идиллию это не похоже, и наша основная задача — это получение прибыли. Вот недавно проводилась распродажа заложенного имущества, вряд ли доставившая удовольствие должникам. Часть этих денег мы и запустили в помощь очередной партии крестьян, решивших выйти из общины и сменить место жительства.

Объясняю всё это тёте, но не нахожу понимания. В принципе, её мотивы ясны. Компания бурно развивается, лезет в разные сферы, но при этом постоянно испытывает дефицит свободных средств. Её глава в этом время тратит деньги на какие-то непонятные проекты. Это Катарина ещё перестала меня шпынять за выделение немалых сумм нашему научно-исследовательскому институту. Может потому, что там трудится её любимый зять — не знаю. Или потому, что новое детище Болеслава почти сразу стало приносить прибыль. Нитроглицерин начал применяться в медицине и пользуется бешеным спросом. А ещё наш химик довёл до ума открытие каких-то немцев, и фактически готов через пару лет запустить завод по производству тринитрофенола. Не за горами и тротил, насколько я понял запутанные объяснения профессора. Думаю, это пока рано, так как мы только начали снимать сливки с динамита, потребность в котором растёт с каждым месяцем. Хотя европейцы точно работают над новыми вариантами артиллерийских снарядов, и расслабляться нельзя. Больше всего в этом направлении продвинулась Франция, для которой вопрос перевооружения стал идеей фикс.

Предварительные переговоры с русским военным ведомством мы начали, что полностью одобрила Катариной. Госзаказ она уважает более всего, хотя деньги из казны поступают с большими опозданиями. Зато это надёжно, и контракты обычно многолетние. До какой-то конкретики далеко, но и мы пока обкатаем новинки.

Иногда меня посещают мысли — а может, действительно послушать тётушку, которая желает мне исключительно добра? Ну нереально в одиночку сдвинуть махину под названием российская экономика! Я ведь на самом деле мультимиллионер, если мерить моё состояние ценами образца XXI века, до миллиардера вряд ли дорос. В данный момент, кроме трёх заводов по производству динамита, у меня во владении нефтяная компания, два НПЗ, столько же банков, машиностроительный завод, пай в многопрофильном концерне, собственный речной флот, и скоро будет второй. Это я ещё не учитываю бизнес супруги, поместья и доходные дома. Иностранный банк всё-таки создавался для иных целей, хотя, неожиданно стал приносить немалую прибыль. Но предпочитаю считать российские активы, которые весьма немаленькие даже по меркам Европы. При этом денег у меня нет. Парадокс!

Всё гораздо сложнее, и моя семья точно ни в чём себе не отказывает. Но для дальнейшего развития надо поумерить аппетиты или кредитоваться на Западе. Зная, что страну в будущем может ждать ряд потрясений, я не могу позволить себе остановиться, и потому стараюсь продвинуть отечественные технологии как можно сильнее вперёд. К сожалению, всё портит идиотское нежелание властей окончательно отменить выкупные платежи и перейти к более прогрессивным методам хозяйствования в деревне. Этот вопрос решаем, и уже многие крупные помещики вполне себе активно применяют западные новинки. Только всё движется крайне медленно и наталкивается на непонимание у консервативной части общества, которое вполне обоснованно считает, что это ведёт к разорению мелких хозяйств. Что касается займов у европейских банкиров, то на это я никогда не пойду. В результате получается какой-то замкнутый круг. А ещё есть благотворительные и просветительские проекты, которые я возложил на себя и несу как крест. Строительство больниц, школ с училищами, подготовка кадров для этих заведений, и главное — издание огромного количества понятной литературы, объясняющей населению элементарные правила гигиены, отнимают немало ресурсов.

— Не трогай Петра, — защищаю нашего директора банка, — У него сейчас сложный период. Про то, что часть денег идёт на новую программу, известно давно. Я понимаю, что финансов не хватает, но пока мы держимся, и скоро будет легче. Керосиновый завод уже через месяц выйдет на совершенно иные мощности, что фактически удвоит наши прибыли. Заодно ребята Кондрашова готовы выбросить на рынок совершенно новые лампы, и самое главное — уникальные горелки для приготовления еды. Сейчас мы утрясаем вопрос с патентами, и начинаем. В данный момент предприятие готовит материалы, чтобы безостановочно клепать продукцию. Создадим ажиотаж среди покупателей — и снимем основные сливки, пока конкуренты не начнут подделывать наши изделия.

— Так ты поэтому постоянно пропадаешь на заводе? — тётушка оживилась и одарила присутствующих своей знаменитой акульей улыбкой, — Я верила в тебя, Юзеф! Ты просто должен был что-то придумать. А что за горелка?

Я тут уточнил, как пейзане готовят пищу, и пришёл в шок от собственной тупости. Ведь примуса, который был придуман одним шведом, здесь просто нет. А ещё мне удалось вспомнить, что керогаз — это тоже нагревательный прибор, работающий на смеси керосина и газа, являющийся предтечей газовой плиты. А ведь можно было вспомнить об этом года три назад. Но здесь сыграла свою роль инерция мышления и мой нынешний статус. Ну не заходят графья на кухню.

Инженеры и мастера нашего завода получили вводные данные, насколько я смог объяснить, чего хочу. В итоге, через полгода мы получили фактически готовый рабочий образец примуса. Разработка керогаза потребовала больше времени, и пока он в стадии испытаний. Есть ещё такая штука, как керосинка, которую не надо путать с одноимённой лампой. Наши ребята в процессе доводки примуса изобрели вариант горелки, очень похожий на эту самую керосинку. Поэтому российский потребитель в ближайшее время сможет приобретать сразу два варианта горелок для приготовления пищи, и усовершенствованную лампу. Что касается рекламы, то с этим проблем нет. Предварительно мы хорошенько подготовим людей, которые сметут с полок новые приблуды. Во избежание разного рода эксцессов, мастера долго тестировали продукцию, устраняя недостатки. Правда, от пожаров никто не застрахован, и чую, что в начале использования новинок, их количество возрастёт.

Далее мы обсудили детали предстоящего выхода новой продукции на рынок. От попыток лезть в розницу решили сразу отказаться. У нас есть немало крупных закупщиков, торгующих керосином и разного рода приспособлениями, где он используется. Вот через них и начнём экспансию. С европейцами сложностей возникнуть не должно. Продукция нашего завода известна во всём мире, и проблем со сбытом никогда не было.

Естественно, забот у концерна хватало. Поэтому совещание длилось более пяти часов с двумя техническими перерывами. Это просто тётя вначале задала определённое направление, а далее мы уже обсуждали строго текучку. Впрочем, на обед Катарина уехала весьма довольной, так как прекрасно представляла перспективы наших новинок. Не стал её расстраивать мыслью о том, что и этих денег нам может не хватить. Ведь ажиотажный спрос потребует расширения производства, к которому мы уже подготовились, но явно недостаточно. С динамитом такая же история — заводы производят его всё больше, но и расходы растут. Но пока это просто золотая жила, даже более прибыльная, чем нефть.

* * *

Я уже задумался сам съездить домой и отобедать в кругу семьи, если мои, конечно, ещё не ели. Ближе к тринадцати тридцати Агнешка как раз возвращается с прогулки, и можно успеть. Решено, дочитываю последний документ и прикажу готовить экипаж. Остальное доделаю, как вернусь. Но меня отвлёк Фредди, заглянувший в кабинет. Судя по его довольному лицу, приём пищи и общение с семьёй ненадолго откладывается.

На улице сегодня отлично! В Питере летом периодически бывает просто изумительная погода! Вот и мы с немцем вышли подышать воздухом, заодно обсудить весьма специфический вопрос. Для подобных дел в особняке есть специальный кабинет, который ребята из СБ проверяли на всевозможные варианты подслушать. Но какой смысл сидеть в душном помещении, если можно пройтись по городу? Мерами безопасности никто не пренебрегает, поэтому впереди и сзади нас идёт охрана, старающаяся особо не отсвечивать. Дежурная пара возков, расположенных на некотором расстоянии друг от друга, едет сзади, дабы не пугать простых обывателей.

— Наша версия подтвердилась — это Гинцбург, который Евзель, — начал Фредди, как только мы миновали идущую навстречу компанию гимназистов, — Основная причина в том, что вы перехватили у него несколько подрядов и Ленские прииски. Но это было уже последней каплей.

— Но я в золотые дела особо не вмешиваюсь, — удивлённо смотрю на своего начальника СБ.

— Но ведь именно вы стояли за созданием «Альянса», который фактически выбил Евзеля с Урала. Наш герой давно наводил мосты к Асташеву о совместной золотодобыче в Миассе, только и здесь его опередили. Далее купец нацелился на скупку акций Ленского золотопромышленного товарищества, дабы войти туда пайщиком. Не буду рассказывать, кто настоял, чтобы ваш дядя сделал предложение о покупке сих приисков и помог получить под это дело государственную субсидию, — ухмыльнулся Фредди, — С учётом того, что Гинцбург имел большие планы на создание мощной пароходной компании на Дону, а ваша компания туда активно лезет, то здесь попахивает мистикой. Такое ощущение, что вы специально вознамерились его разорить. До банкротства ему далеко, так как иных активов у этого господина хватает — он разбогател на винных откупах и военных поставках. Вот только доступ к настоящему богатству вы ему перекрыли. Потому и возник вариант с польским мстителем.

— Откуда такая подробная информация? Ты же понимаешь, что мы не можем ошибиться? Я уже не прежний юноша, бегающий за мятежниками по полесским лесам. Слишком многое стоит на кону, и не только деньги, — отвечаю после того, как обдумал полученные новости.

— СБ долго и кропотливо собирала доказательства, когда появились подозрения в отношении Гинцбурга. Вы же в курсе дела, как мы вышли на информатора. А сейчас Янка неплохо поработал во Франции, и ему удалось найти одного из участников покушения. К сожалению, не удалось отследить посредника, поэтому есть небольшой шанс, что мы ошибаемся.

На самом деле ситуация меня не особо удивила. В той же Сибири, сведение счетов подобным образом — не редкость. Не удивлюсь, если ряд чиновников в моей реальности рубежа XIX–XX века были убиты по экономическим делам, а не из-за политики. Уж очень активно воровала эта братия, и лезла куда только можно, пытавшись хапнуть побольше. Только я не припомню, чтобы убивали крупных предпринимателей. Что касается Гинцбургов, то здесь у меня нет никаких сомнений. Слишком это знаковая фигура со знаком минус, сделавшая очень много для разграбления с последующим развалом Российской империи. Таких врагов надо давить, вне зависимости — покушались они лично на меня или нет.

Нет, я не обезумел от антисемитизма. В бытность работы в третьем отделении мы посадили русских чиновников и предпринимателей в десятки раз больше, чем евреев. Только за первыми не стояли иностранные деньги, которые пытались проникнуть в страну для фактического установления над ней контроля. А за вторыми точно стоят, причём часто маячат представители одного семейства с красным щитом на гербе. Насколько я помню, Гинцбургов поддерживает лондонская ветвь этих упырей.

Я же не имею ничего против Штиглица или Френкелей, даже с учётом того, что происхождение их состояний весьма сомнительно. Работают господа, приносят пользу стране, не забывая о своём кармане, и в политику особо не лезут. Только надо отделять этих людей от предателей, которые служат марионетками кукловодов, являющимися врагами моей страны. Поэтому дяденька Евзель приговорён, и моральных терзаний Коля Смирнов точно испытывать не собирается. А с его хозяевами будем договариваться, как с французской ветвью. Боюсь только, что они не успокоятся и попытаются пролезть в страну иным путём. Неплохо бы решить вопрос силовыми методами, но в сейчас это уже невозможно — время давно упущено. Вот если бы лет шестьдесят назад, но не судьба.

[1] Сергей Иванович Мальцов (1810 Москва — 1893) — русский промышленник из рода Мальцовых. Генерал-майор, почётный член Общества содействия русской торговле и промышленности. Один из богатейших промышленников своего времени. В мальцовском заводском округе на землях Калужской, Орловской и Смоленской губерний трудились 100 тысяч человек, производя машины всех видов, стройматериалы, мебель, сельхозпродукты и т. д. Был объявлен супругой душевнобольным и лишился управления компанией.

[2] Павел Петрович Мельников (1804–1880) — русский учёный-механик и инженер-генерал, один из авторов проекта железной дороги Санкт-Петербург — Москва, первый министр путей сообщения Российской империи (1865–1869). В этой реальности до сих пор руководит ведомством.

[3] Один из самых удачливых старателей России Гаврила Машаров из Канска. Он открыл более ста россыпей золота, стал самым богатым миллионером в тайге. Он заказал себе медаль из чистого золота весом 20 фунтов с надписью «Гаврила Машаров — император всея тайги»; за что и получил прозвище «таёжный Наполеон».

Глава 4

Русский «гайд-парк», как я его называю, открыл свой очередной сезон в начале сентября. Уважаемая публика начала возвращаться из поместий, многие после тура по заграницам, потому и общественная жизнь столицы оживилась.

Надо заметить, что 1869 год и большая часть 1870, прошли достаточно спокойно. Нет, разного рода скандалов — как коррупционных, так и бытовых — хватало. Главное — страна не вела войн, и не было террористической вакханалии. Предпосылки для неё были, так как после смерти Муравьёва и последующей амнистии ряда революционных лидеров, появились новые проблемы. Я до сих пор не могу понять мотивацию императора. Александр не только вернул из ссылки ряд откровенных врагов России, но и дозволил некоторым поселиться в столице. Жили бы эти упыри в своих имениях или какой-нибудь Сызрани, да и шут с ними. Но ведь мы — высокодуховное и гуманистическое государство.

Как и следовало ожидать, благодарность помилованных последовала незамедлительно. Они с ходу начали свою разрушающую деятельность, используя определённую оттепель, которая наступила после ухода Михаила Николаевича. Конечно, власти спохватились и начали запрещать печатать в прессе весьма провокационные статьи и выступать разрушителям с лекциями, но было уже поздно. Недобитые нигилисты и социалисты сразу повылазили из своих нор. Будто грибы после дождя, в стране расплодились разного рода кружки и тайные общества.

Вернуть ситуацию в здоровое русло помогла горячность революционеров. К этому их подтолкнули трагические события, произошедшие в Париже. Наш не особо адекватный император, зачем-то поехал во Францию, хотя его долго отговаривали. Никакого смысла в переговорах с Наполеоном не было. Вот только нашему самодержцу захотелось посетить Всемирную выставку, а может — погулять спокойно с одной молодой княгиней по Парижу.

В результате, выстрел Березовского, который всё равно не поколебал желание Александра довести программу международного визита до конца. Зато в России это вызвало весьма неоднозначную реакцию. Если высший свет и патриотические круги были в ярости, требуя наказать виновных, то часть общества придерживалась иного мнения. Узнав про неудачное покушение на царя в Париже, доморощенные революционеры решили довести дело до конца. То, что среди заговорщиков был человек жандармерии, они даже представить не могли. В итоге, шайку накрыли прямо при подготовке к нападению.

Но один попаданец решил, что этого мало, и сделал ход конём. Фредди в условиях максимальной конспирации завербовал двух студентов с горящим взором. Они бы и так совершили какую-нибудь глупость, поэтому подобный расходный материал совершенно не жалко. Если кратко, то им внушили, что главным проводником антинародных идей и разного рода кровопийц является княгиня Долгорукова. Мол, любовница императора за немалую мзду проталкивает проекты всяких банкиров и промышленников, которые сосут кровь у несчастного народа русского. Рисковал я неслабо, но даже не из-за опасности выявления моего участия в интриге. Главное — не дай бог, об этом узнает Агнешка, мне тогда точно не жить. Она мне этого точно не простит, а терять супругу я не собираюсь. Ведь покушение произошло как раз у её магазина, куда приехала любовница царя.

Но всё прошло замечательно! Глупого и самоуверенного нападавшего сразу пристрелила охрана моей жены. Второго участника парни сразу вычислили, задержали и сдали изрядно припозднившимся жандармам. Александр же впал в самое настоящее безумие, перепугавшись за свою ненаглядную Катеньку. Император захотел крови, и дал команду «фас». Ребята из третьего отделения этого только и ждали. По стране прокатилась череда арестов и разоблачений. Под каток трибунала попали и достаточно умеренные либералы с прочим социалистическим дерьмом, но их не жалко. Общество сначала испугалось, но быстро осознало, что генеральная линия вновь изменилась. При этом сам факт нападения на молодую и далёкую от политики княгиню настроил большую часть публики против революционеров.

Мне удалось выжать из ситуации максимум. Моя супруга стала лучшей подружкой Долгоруковой, хотя они и до этого были близки. Я же удостоился тайного приёма царя, где меня заверили, что теперь он мой должник. А ещё, ребята из охраны получили от императора ордена и премию по пять тысяч рублей.

При этом я умудрился одним выстрелом убить двух зайцев. Жуткая истерия в прессе, которая началась с моей подачи, поставила перед властью вопрос ребром. Почему Его Величество терпит демонстративное неуважение ряда стран к России? В первую очередь речь шла о Франции и Великобритании, где окопались польские инсургенты, многие из которых замарали себя преступлениями во время восстания. Мало того, они чуть было не убили царя нашего батюшку при полном попустительстве французских властей. «Санкт-петербургские новости» открыто обвинили правительство Наполеона в покушении. Номер изъяли, но большая часть тиража разошлась по стране, вызвав новую волну негодования. Многие салоны и знатные фамилии в патриотическом порыве даже отказались принимать французского посла. Скандал вышел на международный уровень и не думал утихать. Англичанам тоже досталось неслабо.

Главным итогом шумихи стало серьёзное охлаждение отношений между Санкт-Петербургом и Парижем, с Лондоном тоже всё не так однозначно. Больше всего этому радовалась в Берлине, поняв, что никакой поддержки Наполеон не получит. Франко-прусская война подвела итог бесславного правления представителя династии Бонапартов и не вызвала в России никакого сочувствия к поверженной стране. Как раз наоборот, русское общество в массе своей было на стороне Пруссии и поддерживало политику сближения между нашими странами. У Александра хватило мозгов использовать ситуацию грамотно. Россия пока не вмешивалась ни в какие конфликты, а только наращивала торговые связи с европейцами, особенно пруссаками.

Кстати, за три прошедших после покушения года, я ни разу ничего не попросил у Александра. После покушения мы виделись всего-то несколько раз, на приёмах и балах, куда меня затаскивала Агнешка. А вот Екатерина стала частой гостьей в нашем доме. Супруга обсуждала с ней идеи по новым коллекциям бижутерии, что очень льстило княгине. Делать ей, по большому счёту, нечего — вот она и прикладывала нерастраченную энергию к ювелирным проектам. Недавно я решил пошутить и предложил двум эмансипированным дамочкам замутить бизнес с бельём. Предварительно объяснил им весь вред, который приносят женскому здоровью корсеты. Я, кстати, сразу запретил супруге носить этот ужас, калечащий тело.

Двум же любопытным дамочкам, я сделал несколько набросков образцов белья, которые повергли их в шок. Сначала меня не поняли и обозвали пошляком. Но когда наша персональная портниха сшила бюстгальтер, новые панталоны и чулки, которые я преподнёс супруге, то эффект был просто поразительным. Агнешка краснела и бледнела, выспрашивая у меня, откуда все эти причиндалы. При этом вопрос — носить или не носить новое бельё — даже не стоял. Более того, супруга потребовала больше новинок и загрузила портниху дополнительными заказами. Княгиня тоже оценила девайс и захотела его примерить. В общем, Долгоруковой быстро пошили новинку и насколько я понял, император её одобрил.

Теперь обе бизнес-леди вынашивают планы по захвату мира путём наводнения его новыми видами женского белья, постоянно отвлекая меня от работы, требуя дополнительных рисунков с пояснениями. Чую, вскоре в Питере и европейских столицах откроются специализированные магазины, которые будут штурмовать прогрессивные дамочки.

Но сейчас речь не о планах двух подружек. Когда началась всеобщая истерия, связанная с покушением, я решил довести некоторые вопросы до логического завершения. Естественно, всё было в лучших традициях девяностых моей реальности. В столице вдруг пропали товарищи Лавров[1], братья Слепцовы, Курочкин и Утин. Думаю, Лосев точно догадался, что произошло с этими провокаторами, так как пригласил меня на обед и сделал несколько странных намёков. Мол, нельзя частным лицам брать правосудие в свои руки. Сейчас мой бывший сослуживец является заместителем начальника жандармерии столицы и имеет перспективы сделать шаг вперёд. На завуалированные обвинения я даже не стал реагировать, только уточнил, что за сука продавила освобождение Лаврова. Жандарм долго играл словами, но так и не ответил. Всё-таки мало мы вычищали высшие эшелоны власти от гнили, там её осталось слишком много.

Что касается самих пламенных революционеров, то ситуация простая как лом. Есть у нас с Фредди своя делянка в районе Купчино. Вернее, небольшое кладбище для разного рода отбросов. Вот туда мы и доставили борцов с режимом, которые ещё в дороге растеряли свой пыл. А когда Василий Слепцов увидел приготовленную для него могилку, то впал в истерику с полным расслаблением сфинктера. Но штаны ему менять никто не собирался, поэтому в Ад он отправился с грязной жопой. Лавров же был самоуверен до крайней степени, мол, столь важную персону отмажут и это какая-то игра. Сей болван понял серьёзность ситуации только тогда, когда был поставлен на колени перед ямой. Он начал чего-то лепетать про закон и суд, но был прерван выстрелом в затылок. Рука у меня не дрогнула, когда я убивал и остальных товарищей. Просто представил картину, как ублюдочные комиссары тысячами ставили к стене дворян и просто образованных людей во время Гражданской, поэтому казнил идеологов революционного движения с улыбкой на устах. Фредди и Янка моих инициатив по избавлению страны от врагов не понимали, но всячески помогали. Только казнить товарищей отказались. Чистоплюи!

Все эти мысли промелькнули у меня в голове, когда граф Строганов объявил заседание открытым. Георгиевский зал был забит просто под завязку, даже дышать стало трудно. Сегодня в повестке дня выступление неугомонного Победоносцева, который оправился от унижения и застолбил за собой место возле цесаревича. Я подобного либерализма императора не понимаю, ведь он явно впустил крысу в свой дом. Но даже через Долгорукову мне не удалось отодвинуть фанатика от наследника. Там ещё и Мария Александровна взбрыкнула, так как наш псевдопатриот успел понравиться императрице. Плохо, что этот фанатик, фактически, стал идеологом и основателем нового течения, которые грозит перерасти в целую партию. С учётом того, что поддерживают его весьма серьёзные люди, даже без учёта наследника, то ситуация крайне неприятная.

Основной темой доклада значилось славянофильство, спасение братских православных народов и необходимость освобождения Собора Святой Софии. На самом деле всё было запутаннее и сложнее, но речь, в основном, шла именно об этом. Выступление Победоносцева воспринималось мною фрагментарно, так как всё это мне уже приходилось читать в его статьях. Надо сказать, что пишет он гораздо лучше, чем говорит. Сам я погружён в свои проблемы, поэтому улавливал только базовые тезисы.

— Христианские народы стонут под игом магометан. Взоры наших братьев во Христе обращены именно на Россию, так как только она может спасти несчастных от полного уничтожения. Это наш крест и миссия!

— Собор Святой Софии — один из главных символов православной веры. Освобождение его должно стать главной целью России на ближайшее время!

— Уравнивание в правах староверов, иудеев и прочих религиозных групп — есть прямой путь к разрушению нашей страны. Именно господство православной церкви дало возможность России стать той великой державой, коей она является сейчас.

— Только славянофильство может являться единственно правильной идеологией для нашего общества. Давно пора отказаться от преклонения перед всем европейским и начать строить панславянский мир во главе с Россией. Нам нужно отгородиться от зловредного влияния разного рода разрушительных идей, вроде демократии, либерализма и парламентаризма. Надо идти своим путём и вести за собой братские народы.

— Только сохранение прежнего патриархального уклада спасёт нашу державу от разложения. Мы постоянно наблюдаем, как одержимые чужеродными идеями люди ратуют чуть ли не за уничтожение России, которая, по их мнению, является тюрьмой народов. Более того, некоторые из них уже переступили черту разумного и начали прибегать к насилию. Они даже покусились на жизнь самого государя!

Выныриваю из своих мыслей и стараюсь понять, зачем Петрович смешал всё в кучу. Но проанализировав сказанное, осознаю, что это ведь программное заявление. Судя по довольному лицу цесаревича и сидящей рядом свиты, они полностью определились со своей политической платформой. В принципе, сейчас их мнение мало кого интересует, но нынешний император не вечен. А ведь приход к власти людей, которые исповедуют кардинально противоположные взгляды, может привести страну к кризису, если не катастрофе. Странно, что они этого не понимают. Нынешнее русское общество наконец-то обрело определённую стабильность, и расшатывать его — форменная глупость. Реформы идут со скрипом, но уже видно положительное влияние, которое они оказывают на страну. И именно в этот момент партия наследника выбирает весьма специфическую платформу.

Я не против, когда в стране есть две политические силы — консерваторы и прогрессисты. Как вариант, добавить к ним каких-нибудь разумных традиционалистов, которые будут дополнять конкурентов. Деление условное, но оно наиболее подходящее для России. Главное, чтобы в стране не было сторонников либерально-демократической и коммунистической погани, коих надо отправлять прямиком в ад. Сегодняшний докладчик как раз выступает против насаждения подобных идеологий, здесь я с ним согласен. Вот только популистские и радикальные идеи, которые проповедует Победоносцев, просто недопустимы. Его взгляды не имеют никакого отношения к традиционализму, а являются просто бредом. Особенно смешно слушать, когда он опять начинает свою старую песню о сказочной деревенской жизни, лубочном мужике и добром барине. Складывается впечатление, что сей господин действительно верит в этот бред.

Константин Петрович ещё долго растекался мыслью по древу, изрядно утомив публику многоэтажными речевыми оборотами и ссылкой на русских религиозных деятелей. Наконец, он выдохся и посмотрел на императора, явно ожидая одобрения. Но Александр не выразил никаких эмоций и начал о чём-то разговаривать с сидевшим рядом Бунге. В принципе, все ожидали очередной раунд нашей битвы с Победоносцевым и начали посматривать в мою сторону. В прессе у нас периодически происходят весьма жаркие споры, но личной встречи не было давно. Раз народ хочет шоу, значит, он его получит. Поэтому сразу после прекращения потока словоблудия поднимаю руку, как дисциплинированный ученик.

— Граф, можете не представляться, вы прекрасно известны в обществе. А ещё, многие помнят вашу прошлую речь, — под смешки присутствующих воскликнул Строганов, — Если вы хотите возразить господину Победоносцеву, то просим вас к трибуне.

Иду к указанному месту и ощущаю целую гамму чувств, которую проецируют на меня присутствующие. Не сказать, что реакция больше негативная, но и откровенных поклонников у меня здесь немного. Слишком высоко я взлетел за последние годы, ещё и разбогател до полного неприличия.

— Хотел бы определиться с поступательными мотивами, которые движут нашим докладчиком, — начинаю свою речь, посмотрев в глаза наследнику, демонстративно игнорируя Победоносцева, — Это просто мысли не особо дальновидного человека, возомнившего себя политиком, или выражение мнения какой-то группы лиц?

— А это что-то меняет? — жёлчно воскликнул мой оппонент.

— Конечно, — отвечаю с трудом, сдерживая ухмылку, переведя взгляд на Константина Петровича, — Если рассматривать ваше выступление с этой позиции, то в первом случае мы просто услышали пафосный набор слов от человека, весьма далёкого от реальности. Во втором, всё гораздо печальнее. Если вы являетесь выразителем мнения определённых политических сил, то мне страшно за страну. Подобных дилетантов и идеалистов надо держать подальше не только от власти, но желательно и от общества.

— Что вы себе позволяете, граф? — Петрович сразу повёлся на провокацию, судя, по раздавшемуся гулу со стороны окружения наследника, они тоже, — Вы считаете идеи славянофильства вредными? Или может, Россия не должна помочь страдающим под игом басурман братьям во Христе? А Храм Святой Софии и далее должен оскверняться и использоваться в качестве мечети? Хотя, кому я это говорю!

— Отвечаю по порядку. Я сам славянин, поэтому идеи славянофильства и панславянского братства полностью поддерживаю. Вот только в этом вопросе мне ближе взгляды Фёдора Чижова[2], известного мыслителя и моего компаньона. По его мнению, Россия не должна подражать Западу, но обязана применять его достижения творчески, с учётом своеобразия своего исторического развития. Также он считает, что нам необходимо перенять прогрессивный опыт Запада в деле просвещения и распространения научно-технического образования, открыть доступ к высшему инженерному образованию выходцам из разных сословий, а в университетах широко вводить преподавание технических дисциплин. Нынешняя система образования устарела и недостижима для большого числа талантливых людей. Именно этой задачей должны заняться истинные патриоты в первую очередь.

Смотрю на зал и вижу, что публика слушает меня весьма настороженно, периодически поглядывая на императора. Ещё бы, ведь Чижов известный в прошлом бунтарь и противник монархического строя. Сейчас он полностью амнистирован, немного пересмотрел свои взгляды и стал менее радикальным. Но осадочек у знающих людей остался.

— Вы не совсем верно поняли мои идеи, граф, — начал нервно оправдываться оппонент, — Безусловно, надо использовать все достижения современной науки. Но мы обязаны закрыть Россию от проникновения зловредных идей.

— Предотвращение проникновения в наше общество западной заразы — дело нужное, с чем глупо спорить. Только мне не удалось услышать в вашей речи ни одного слова о техническом прогрессе. Поверьте, я ещё не так стар, и на слух не жалуюсь.

В зале раздались тихие смешки, а Победоносцев покраснел как рак. Странный он человек. Ну не умеешь ты держать удар, так зачем лезть в подобные дискуссии? Я тем временем продолжил добивать оппонента.

— Славянские и христианские народы стонут под игом турок много веков. Насчёт некоторых наций, вернее, их лидеров, я бы поспорил. Фанариоты, армянские купцы, болгарские банкиры или окружение константинопольского патриарха живут вполне себе неплохо. Но сейчас речь о простом народе, который действительно находится в нечеловеческих условиях. Только у меня возникает резонный вопрос. А как быть с нашим народом? — видя недоумение Петровича, поясняю, — В России достаточно большая часть крестьян до сих пор несвободна. Да, выкупные платежи снижены наполовину, но это кабала похлеще, нежели жизнь каких-нибудь болгар или сербов. Может, сначала мы освободим свой народ, а затем дружно двинемся помогать чужим?

— Крепостное право давно отменено! А русская деревня живёт в согласии с властью и богом! Да, ещё есть небольшие долги, но постепенно мужик их заплатит. А в Порте агаряне убивают наших православных братьев просто потому, что они ходят в церковь, а не мечеть!

— Русская община находится под тяжелейшим прессом. Весной народ часто голодает, и дети со стариками умирают от голода, — чувствую, что начинаю звереть, но с трудом заставляю себя говорить спокойно, — В массе своей помещики отдали крестьянам самую худшую землю, а хорошие наделы сдают им в аренду. Но и от платежей никто из них не отказался. Получается какой-то двойной гнёт. Кстати, среди ваших сторонников хватает крупных землевладельцев, кто ранее держал столь любимых вами православных людей в рабстве, а сейчас тянет из них последние жилы. Я ещё не слышал, чтобы какой-то крупный помещик из вашей партии простил крестьянам долги. Чем наши доморощенные угнетатели отличаются от турецких?

В зале раздался гул, и публика начала обсуждать мои слова. Победоносцев же напоминал рыбу, выброшенную на берег. Он так ничего и не смог мне возразить.

— Теперь об освобождении. Наверное, вы считаете, что это должна сделать русская армия? — оппонент, наконец, пришёл в себя и смог кивнуть, — А почему за свободу чужих народов должен платить своей кровью русский солдат? Может, лучше пойти другим путём? Вы представляете достаточно влиятельную и богатую группу. Кто мешает вашим соратникам вооружить повстанцев, нормально оснастить греческую и сербскую армии? Далее создавайте добровольческие дружины и езжайте воевать на Балканы. А мы поддержим вас, чем только можем. Лично я готов выделить весьма солидную сумму, дабы увидеть вас со товарищи, господин Победоносцев, отправляющимися защищать наших братьев во Христе.

Некоторые присутствующие не смогли сдержать эмоции и рассмеялись, представив неказистого очкарика с парочкой его пузатых соратников, гордо марширующих под бравурную музыку.

— То есть вы считаете, что России не нужны проливы, граф? — прозвучал вопрос, заставивший замолчать весь зал.

Ну, ещё бы! Его Величество изволил вмешаться в ход диспута, вот народ и проникся.

— Проливы нужны, кто бы спорил. Только давайте отделим политический вопрос от бреда про Святую Софию. Если уж замахиваться на святыню, то лучше отвоевать у басурман Гроб Господень. В этом благом деле, соратников господина Победоносцева поддержат все конфессии страны. Даже те, о которых он так уничижительно отозвался, — смотрю, оппонент начал бледнеть, то ли ещё будет, — Только политика — не дело для наивных идеалистов. Если Россия ставит перед собой задачу завоевать столицу Порты, то об этом не нужно верещать на каждом углу. К подобному необходимо долго и кропотливо готовиться. Надо перевооружать армию и строить флот нового образца, что потребует колоссальных затрат. Но даже в этом случае, нам никто не позволит завоевать столь важную территорию. Против России сразу объединятся Англия, Австрия и Франция, не считая всякой мелочи вроде Италии и Швеции. В итоге, мы, может, и освободим Балканы ценой колоссальных жертв. Только для чего? Чтобы завтра на болгарский трон сел какой-нибудь немец, как это произошло с Валахией и Молдавией? Да и Сербия, столь любимая нашими славянофилами, гораздо ближе к Австрии, и не только географически. Во главе самой что ни на есть православной Греции стоят Глюксбурги, которые сразу предадут нас по команде из Лондона. Или у кого-то из присутствующих есть сомнения на этот счёт? Так зачем баламутить общество и давать ему ложные надежды? Будто у империи нет других забот и проблем, нежели освобождение захваченного четыреста лет назад греческого города.

В зале повисло гнетущее молчание. Ну не любит почтенная публика правды. А ещё сильнее она боится признать собственные ошибки, когда русская дипломатия просто профукала потенциальных союзников. Я сейчас про греков и румын, которые находятся под влиянием других государств.

— Что вы предлагаете, Иосиф? — император единственный сохранял спокойствие, и мне показалось, что он даже улыбнулся.

— Сейчас Порта в сложной ситуации. Сотни тысяч переселенцев, которые покинули Кавказ, доставили тамошним властям множество проблем. А ещё опять начался старый спор с Египтом, из-за Суэцкого канала, строительство которого было отложено из-за франко-прусской войны, и недавно возобновлено. Мятежная провинция отказалась поставлять продовольствие Константинополю, и дело близится к войне. Так давайте извлечём из этого выгоду! Султану нужен хлеб, масло, овёс и ещё ряд товаров, которые мы можем поставить, фактически в неограниченном количестве, ещё и по более низким ценам, нежели для Европы. Тем более, что за всё заплатят англичане, которые выделили Порте очередной кредит. Пусть турки спустят эти деньги на еду, а не на перевооружение армии. В договор можно внести пункт, чтобы горцы не селились на Балканах, из-за чего могут возникнуть волнения и притеснение наших христианских братьев. Заодно не мешает обсудить с Абдул-Азизом долгосрочный мирный договор, где будут учтены интересы наших купцов. Торговать — лучше, чем воевать. При этом никто не мешает нам модернизировать нашу армию и тянуть на юг железную дорогу. Надо усиленно готовиться к войне, но при этом извлекать максимальную прибыль из удачно сложившейся политической ситуации. Зарабатывать на врагах — тоже в своём роде война, так как это ведёт к их ослаблению.

— У вас всё сводится к торгашеству, что недостойно благородного человека! — вдруг подал голос наследник, — Есть вещи, которые невозможно купить за деньги! И в первую очередь — это помощь нашим православным братьям! Константин Петрович сделал многое для объединения неравнодушных и патриотически настроенных людей в России. Заодно, из обрывков разных теорий он создал базу для новой идеологии! Каждый русский патриот теперь видит путь, по которому должна идти наша держава! Это заслуживает исключительно уважения! А чем можете похвастаться вы? Кроме того, что занимаетесь ростовщичеством и торговлей!

Окружение будущего царя Миротворца встретило его пассаж чуть ли не овациями. Забавные они всё-таки люди, а ещё жуткие лицемеры. Ну, хорошо! Вы хотели войны? Значит, вы её получите. Прошу заметить, что не я это начал!

— Хорошо, давайте рассмотрим моё недостойное для аристократа поведение. А то, понимаешь, какой-то католик и торгаш указывают народу русскому, как надо правильно жить и Родину любить, — сука, опять сдерживаюсь с трудом и постепенно привожу в порядок дыхание, — Расхваливать свои деяния дело неблагородное, но раз я торгаш, то не буду обращать на это внимание.

Перевожу взгляд на Победоносцева, которого чуть ли не распирала гордость от похвалы наследника. Но товарищ, явно напрягся, ожидая от меня очередного подвоха.

— Я могу назвать вам десяток фамилий, представляющих разные сословия, кои за последние годы позаботились о простом народе. Дворяне, промышленники и купцы строят за свой счёт больницы, ремесленные училища и школы. Что касается меня, то компания Козелл-Поклевского завтра же отчитается в прессе о построенных нами учреждениях. Речь идёт о почти двух десятках объектов. Более того, мы ввели специальные стипендии для юношей и девушек из бедных семей, которые, благодаря этому, могут получить образование. Ещё есть премии, поощряющие русских учёных и изобретателей, дабы им легче было добиваться успеха в столь нужном деле. Российский коммерческий банк, чьим акционером я являюсь, проводит программу переселения русских крестьян. Мы выкупаем их долговые обязательства, снабжаем людей инструментом, посевным материалом, скотиной и перевозим в уже построенные деревни. На данный момент уже пятьсот семейств переехали в Южную Сибирь. В наших планах расширение географии и лет через пять, люди начнут осваивать Дальний Восток.

— Насколько я слышал, переселенцы всё получают в долг, — оппонент улыбнулся эдак свысока — мол, знаем мы вашу благотворительность.

— Совершенно верно, ибо нельзя баловать людей. Вот только по контракту, который заключается с каждым семейством, всё полученное переходит в их полную собственность по истечении пятнадцати лет постоянного проживания на новых землях. Это невозвратный кредит, если так можно выразиться, — теперь я уже улыбаюсь, видя внутренние терзания Победоносцева, — Можно долго рассказывать о моих благотворительных проектах. Чтобы вы понимали, я трачу на них более десяти процентов своих доходов. А теперь вопрос. Ваша группа обладает несопоставимыми по сравнению со мной финансовыми и политическими возможностями. Можете сказать, сколько благотворительных проектов вы осуществили? Или хотя бы назовите мне одну фамилию из крупных землевладельцев, входящих в ваш союз, кто освободил крестьян от выкупных платежей и передал им действительно хорошую землю, оставив себе ту, что поплоше.

Со стороны окружения наследника опять раздался недовольный гул. А сам бульдожка начал ёрзать на стуле, будто у него в заднице колючка. Я специально более не смотрю в сторону наследника, дабы не спровоцировать лишний конфликт. Мне кажется, что сегодня один попаданец и так наговорил лишнего. Но раз начал, то буду продолжать.

— Вы тут твердите о патриотизме, славянофильстве, любви к Родине, что я всячески поддерживаю. Только объясните мне, почему ваши сторонники предпочитают проводить время на немецких курортах или разбрасываться золотом в Ницце или Париже? Разве в России нет термальных источников или целебных грязей? Так возьмите и постройте, кто вам мешает? Или почему не создать аналог набережной Ниццы в том же Крыму?

— Граф, вот вы и займитесь постройкой набережной, чтобы было не хуже, чем у французов, — прервал мои разглагольствования Александр, — А кто-нибудь из сторонников Константина Петровича приступит к созданию курорта, дабы он был получше всяких Бад-Эмсов.

Да, чего-то я дал маху и совсем перестал следить за языком. Наш император вообще рекордсмен по посещению заграницы, в том числе названного немецкого городка. Вот монарх и решил поставить на место обнаглевшего критика. Но ничего страшного. Я всё равно собирался строить летний дворец в Крыму, будет небольшой перерасход.

— Слушаюсь, Ваше Величество! — громко отвечаю императору и ловлю его насмешливый взгляд, — Через два года набережная Ялты будет не хуже, чем Promenade des Anglais. Главное, чтобы русский высший свет взял за правило отдыхать дома, а не транжирить деньги по заграницам.

Далее, было ещё несколько выступлений. Обсуждалась тема помощи братским народом. Мне всё это было уже неинтересно. Мысленно я прокручивал варианты с предстоящим строительством. Архитектора и подрядчиков надо нанимать уже сейчас. По идее, можно совместить строительство собственного дворца и набережной, заказав проект одному человеку. Надо будет ещё и земли прикупить побольше, ведь если через два года город регулярно будет посещать император, то туда устремится весь высший свет. Оно и к лучшему. Пусть строят себе дачи и развивают инфраструктуру. Заодно и железная дорога будет тянуться быстрее, что необходимо для снабжения армии и флота.

А вообще, ситуация не особо приятная. Судя по недобрым взглядам, которые на меня бросает наследник, большую часть критики он принял на свой счёт. Человек он вроде не особо злобливый, но вокруг него хватает моих недоброжелателей, которые всегда напомнят о явных и мнимых оскорблениях. Хотя, торгашом вроде обозвали меня, но кого это сейчас волнует.

С другой стороны, в ближайшие годы может произойти что угодно. Политика такая вещь, что часто в союз вступают вчерашние враги. Главное — надо продолжить давление в прессе на всех этих псевдопатриотов-демагогов. Заодно, можно устроить типа соцсоревнования, взяв этих напыщенных товарищей на слабо. Мол, люди строят больницы и набережные собираются возводить, а что вы делаете для России? Особого толку от этих неумех не будет, но может, хоть парочку больниц воздвигнут или школу откроют. А ещё надо привлечь к благотворительной деятельности Долгорукову и сделать ей грамотный пиар. Тогда у стороны наследника случится самая настоящая истерика, и они сразу начнут шевелиться.

[1]Пётр Лаврович Лавров (псевдонимы Миртов, Арнольди, и др. 1823–1900) — русский социолог, философ, публицист и революционер, историк. Один из идеологов народничества.

[2]Фёдор Васильевич Чижов (1811–1877) — русский промышленник, общественный деятель, учёный. Сторонник славянофилов, издатель и редактор общественно-политических журналов и газет, организатор железнодорожного строительства, благотворитель.

Интерлюдия-1

Яркие сентябрьские лучи проникали в кабинет через широкое окно. Осень в Париже нынче тёплая и более похожа на лето. Но хорошая погода не радовала пожилого, но ещё бодрого мужчину с армейской выправкой, хотя и одетого в гражданский костюм.

— Ваше Превосходительство, гости прибыли, — произнёс секретарь, который без стука тихо открыл дверь.

— Пусть заходят, — ответил хозяин кабинета, машинально крутанул роскошные усы и сел в кресло.

Надо сказать, что оба вошедших господина не были союзниками, а скорее наоборот. Да и у самого президента республики случались с гостями конфликты и разногласия. Сам он сначала считался временной фигурой, затем перешёл в разряд компромиссной, и уже два года занимает должность главы государства. При этом ему пока удаётся лавировать между монархистами и республиканцами. Сейчас же дело касается всех граждан страны вне зависимости от принадлежности к какому-то политическому лагерю.

— Присаживайтесь, господа, — Мак-Магон махнул рукой в сторону стульев, — Думаю, мне не нужно объяснять причину нашей встречи, поэтому давайте сразу к делу.

Министр иностранных дел Наполеон Дарю не выказал никаких эмоций, а вот председатель Национального собрания Франсуа-Поль-Жюль Греви скривил лицо, будто съел лимон. Ему тема предстоящего разговора была неприятна, так как коллеги депутаты уже успели устроить не один скандал, когда вышла та самая статья известного в Европе предсказателя.

— Господин президент, — сразу начал Греви в немного желчной манере, — Вы действительно верите этому проходимцу Локи? Не кажется ли вам, что у республики есть гораздо более насущные проблемы, нежели обсуждение очередного предсказания?

— Верить этому господину, или нет — личное дело каждого. Только всем хорошо известны повадки наших коллег из-за Ла-Манша, чтобы проигнорировать обозначенный вариант событий, — сухо ответил Мак-Магон, — А ещё я помню статьи Локи, напечатанные задолго до начала войны с Пруссией. Тогда они меня изрядно повеселили, особенно намёк на завуалированное участие в конфликте Лондона. В результате мы проиграли, и именно англичане не позволили довести ситуацию до катастрофы. Будто зная все замыслы Бисмарка, они выступили в самый удобный момент. Как итог — Франция ограблена, унижена, но не разгромлена. А пруссаки не добились своих главных целей и не смогли объединить Германию, хотя изрядно озолотились за чужой счёт. Такой расклад выгоден исключительно англичанам, так как конфликт перешёл в тлеющую стадию. Ведь мы хотим реванша, а противник нашего полного уничтожения и доминирования на континенте. И обо всём этом писал неуловимый месье Николо, пусть иногда немного сумбурно.

Крыть было нечем, и председатель опять с трудом сдержал эмоции, но промолчал. Глава МИДа сохранял невозмутимый вид и просто ждал дальнейшего развития событий.

— Граф, что говорят ваши английские коллеги и посол? — президент как раз обратился к министру.

Про себя Мак-Магон не раз ворчал, что Франция избавилась от одного Наполеона, но получила другого. Хотя дипломат не лез в публичную политику, сосредоточившись на своих непосредственных обязанностях, но из-за прошлых деяний, фигура министра вызывала у отставного маршала исключительно раздражение. Но Наполеон Дарю являлся выразителем интересов умеренного крыла в парламенте, и с ним приходилось считаться. Очередной политический кризис точно не нужен французскому обществу, их и так было слишком много за последние годы.

— Англичане усиленно делают вид, что оскорблены до глубины души, и возмущены провокацией. Забавно, что ранее этот Локи больше предпочитал «Таймс» — и вдруг выбрал «Фигаро». Что касается самой ситуации, то я согласен с вашей позицией, господин президент, — ответил министр под удивлёнными взглядами собеседников и пояснил своё мнение, — Уж больно лакомый кусок, мимо которого не пройдёт английский шакал. Получается, что мы понесли основные затраты, а они, используя нехитрую комбинацию, получат всё.

Недавняя статья буквально взорвала французское общество, хотя его гнев и был направлен вовне, на время объединив даже самых непримиримых противников. Давно завоевавший популярность и считающийся чуть ли не пророком, Николо Локи описал будущее Суэцкого канала. После чудовищных финансовых потерь, которые понесла Франция, выплачивая контрибуцию, её деловым кругам с трудом удалось найти нужную сумму для продолжения остановленного строительства. Многие люди отдавали последнее, покупая облигации, выпущенные «La Compagnie Universelle du Canal Maritime de Suez» под гарантии поддержки государства. Прежних денег не хватало, и проект, наконец, был поддержан властью. И вот когда до начала эксплуатации водной артерии остаётся менее года, разразился жуткий скандал.

Предсказатель в свойственной ему ироничной манере описал, как англичане сначала получат контроль над компанией, выкупив долю акций египетского паши. А затем, осознав колоссальную финансовую и политическую выгоду от проекта, коварные островитяне просто захватят Египет. По словам Локи, оккупацию страны замаскируют переходом её под британский протекторат. Возможные сложности с Портой англичане решат с помощью финансов, вернее — кредитов, которыми они опутали некогда блистательную империю. Уже сейчас в Константинополе раздаются предложения об объявлении страны банкротом. С учётом того, что половину заёмных денег султан Абдул-Азиз присвоил лично себе, то ситуация вполне реальная. Только слабо верится, что островитяне, являющиеся основными кредиторами турок, согласятся на это добровольно. Значит, происходящее является завуалированной взяткой османскому правителю.

Ещё провидец рассказал, про ведущиеся переговоры о предоставлении хедивы[1], нынешнему паше Египта Исмаилу. И за финансированием этой сделки тоже торчат уши Лондона. Ведь у самого наместника нет таких денег, за которые можно выкупить фактическую независимость огромной страны.

Получается забавная ситуация. Франция, буквально обескровленная репарациями, изыскивает финансы для продолжения строительства. Тем временем её формальный союзник начал осуществлять планы по захвату канала. Операция, задуманная англичанами, вполне реальная, а ещё их затраты несопоставимы с расходами французов. Потому публика и поверила в подобный вариант развития событий, так как все прекрасно осведомлены о коварстве и беспринципности джентльменов.

Вот президент и собрал двух людей, представляющих влиятельные группировки, для согласования дальнейших действий. Для себя Мак-Магон всё решил, но ему необходима поддержка всех политических сил страны. Его предложение могло обернуться новой войной, что в нынешних условиях недопустимо. Из-за этого чёртового императора, являющегося марионеткой англичан, Франция испортила отношения с САСШ, закрепившись в Мексике, которая ей не нужна. Плюс с позором проигранная война, и теперь возможен новый кризис. Но других вариантов президент просто не видел.

— В сложившейся ситуации есть только один выход. Нам необходимо опередить англичан, даже если подозрения на их счёт неверны. Франция должна сама полностью обезопасить свои вложения, — начал излагать свою идею президент, — Во-первых, надо внести изменения в устав «Компании Суэцкого канала». Исмаил-паша, или его преемники, могут продавать свои акции исключительно по согласованию с нашей стороной. Во-вторых, пора сменить вектор развития нашей колониальной политики. Именно мы должны захватить Египет, и готовиться к этому надо начинать уже сейчас.

Тишина в кабинете длилась недолго, и первым её нарушил более эмоциональный и экспрессивный Греви.

— Это какая-то авантюра! А как же наши планы по завоеванию Туниса, и далее — Сахары? И вообще, это грозит новой войной с целой коалицией стран!

— Я не понимаю, зачем нам контроль над огромной пустыней? — сухо осадил председателя Мак-Магон, — Золота в Томбукту давно нет, а транссахарская торговля потеряла всякий смысл. Давайте рассуждать более рационально. Мы вложили в канал колоссальные средства, и никто не имеет права на них покушаться. Локи предложил отличный вариант — протекторат над Египтом. Значит, надо подумать над осуществлением этой задачи. Что касается будущих колоний, то предлагаю сосредоточиться на другой части Африки. Надо расширить наши владения в Сенегале, Дагомее, Конго и Золотом берегу. Не вижу смысла бодаться с достаточно сильными марокканцами, или терять тысячи французских солдат в бескрайних песках. Нам вполне хватит контроля над побережьем. Далее мы можем распространять своё влияние из форпостов, двигаясь планомерно вглубь материка. Главное — захватить наиболее удачные бухты и устья рек. Спешить не имеет смысла, поэтому предлагаю действовать поступательно, сосредоточившись на основном направлении. Нам до сих пор не удалось полстью переварить Алжир, где и сейчас вспыхивают восстания. Так зачем распылять силы?

— Порта гораздо сильнее упомянутых вами стран, господин президент, — к разговору присоединился Дарю, — Подталкиваемый Англией, султан может решиться на войну. С учётом негативного отношения местных жителей к европейцам, противостояние может принять религиозный и народно-освободительный характер. Если против нас начнут действовать ещё и англичане, то это путь к катастрофе. Никто не мешает островитянам снова натравить на Францию Пруссию.

Глава парламента часто закивал, выражая своё полное согласие с министром.

— Я для того и позвал вас на встречу, чтобы выработать план действий на ближайшие годы или десятилетия. Мы более не должны метаться, как один напыщенный индюк, изображавший императора. Он привёл страну к позору, положил десятки тысяч солдат в никому не нужной Восточной войне и мексиканской авантюре. А ещё Луи рассорил нас с потенциальными союзниками, которые могут помочь в сложившейся ситуации. Но испанских солдат в Мексике нет, Австрия весьма холодно реагирует на наши предложения после фактического предательства их в войне с Пруссией. А главное — мы потеряли очень важную страну, чья элита всегда тяготела к Франции.

— Россия? — спросил Дарю.

После кивка президента министр некоторое время молчал, явно прикидывая варианты.

— А ведь может получиться! — неожиданно воскликнул он, — Предлагаю пока отложить мексиканские дела, у нас там не всё так плохо. Что касается ослабления Порты, то это несложно. Австрийцам после недавнего разгрома требуется победоносная война. Заодно они не прочь прирасти новыми землями, поэтому Босния и Герцеговина — хорошая приманка, которую мы им подкинем. С русскими легче, и одновременно сложнее. Я прекрасно осведомлён о настроениях в тамошнем обществе. Есть мощные силы, требующие захвата Константинополя. Мы этого никогда не позволим, но кто мешает пообещать? Пусть освобождают так милых им христиан на Балканах и Кавказе. Мы, тем временем, спокойно перекупим египетскую знать, а затем введём экспедиционный корпус в Александрию и Каир. Пусть будет полунезависимое государство под французским протекторатом. Есть только два весьма сложных препятствия — Англия и Пруссия.

— Примерно так мне и видится выход из сложившейся ситуации. Как договариваться с Лондоном — не знаю. Что касается пруссаков, то здесь гораздо проще. Надо заключить с Берлином долгосрочный договор, и на словах отказаться от наших притязаний на Эльзас с Лотарингией, — усмехнулся Мак-Магон, кого точно невозможно заподозрить в симпатиях к Пруссии, — Необходимо только заранее подготовить к этому французское общество, в чём я рассчитываю на ваши таланты, господин Греви. Понятно, что никто и не думает отказываться от наших исконных земель. Да и не обязательно всем знать про тайные пункты будущего соглашения. А ещё мы всячески начнём поддерживать Южногерманский Союз. Пусть не оружием, но деньгами, дабы они подтянули свою промышленность. Делать это будем аккуратно, в лучших традициях джентльменов. Если вдруг изменится прусская политика, то у нас будет мощный и надёжный союзник. Что касается Австрии и России, то надо начать переговоры. Война — дело затратное, и требует подготовки. Насколько я знаю, обе страны сейчас проводя перевооружение армий, здесь Франция тоже должна помочь. Не просто так, конечно. Меня давно дёргают банкиры и промышленники, требующие надавить на Александра, и отменить какие-то жёсткие законы, ограничивающие работу иностранных компаний в России. Заодно поможем нашим денежным мешкам, ещё и решим большую часть проблемы чужими руками. Предлагаю встретиться через две — три недели, когда будут получены предварительные ответы со стороны интересующих нас государств. Плюс, жду от вас идей решения противостояния с англичанами. В прямое противостояние островитяне не полезут, а значит, наша задача максимально ограничить круг их потенциальных союзников.

Некоторое время гости обдумывали услышанное, но, судя по всему, обоих устроил вариант, предложенный президентом. Вдруг Греви резко сменил тему разговора. Он изначально собирался обсудить один болезненный вопрос.

— Что делать с распоясавшимися анархистами и прочими социалистами? Недавние убийства Эмиля Оливье и Луи Бюффе, показали серьёзность их намерений. И хотя большая часть общества возмущена произошедшим, раздаются голоса в поддержку происходящему непотребству. В первую очередь — это пролетарии и прочая парижская чернь, которые весьма негативно относятся к властям. А ведь произошедшие убийства не единственные. Плохо, что полиция никак не может выйти на главарей преступных ячеек. Пока удалось поймать только нескольких рядовых исполнителей.

— Мы думаем над этим. Послезавтра у меня встреча с главой МВД и командиром жандармерии, — ответил Мак-Магон, — Дело серьёзное, и у полиции есть план дальнейших действий. Скорее всего, он не понравится нашему обществу, но, кроме всего прочего, придётся существенно ограничить свободу слова. Разного рода социалистические газеты придётся закрыть, а агитаторов отправить в тюрьму. С вашей стороны нужна поддержка депутатов, Греви. Именно они стали первыми мишенями, но преступники на этом не остановятся. У них в планах атаки на промышленников и банкиров. Те же Ротшильды уже перемещаются по Парижу с эскадроном охраны. Многие важные персоны также обзавелись телохранителями. Всё это недопустимо! Не для того мы сражались и строили великую Францию, чтобы кучка убийц терроризировала страну! Предлагаю на этом закончить и немного позже обсудить дату следующей встречи.

* * *

Если бы хозяин кабинета узнал, что по ту сторону канала проходит похожее совещание, то точно бы не удивился. Граф Джон Рассел выглядел хмуро, под стать погоде за окном. Правда, недавно прошедший дождь разогнал хмарь, вызванную дымами от многочисленных фабрик и заводов Лондона, но это не прибавило хорошего настроения премьеру.

— Присаживайся, Джордж, — премьер указал вошедшему на массивное кресло, и отошёл от окна.

Нынешний глава МИДа гораздо больше устраивал Рассела, нежели этот миротворец Кларендон. И вообще, Гренвиль являлся его старым и надёжным товарищем, обладавшим решительностью, в отличие от мягкотелого предшественника. О покойниках лучше плохо не говорить, но Джон часто себе это позволял. Это ещё хорошо, что им удалось отправить министра в отставку более года назад. Неизвестно, каких ещё дел он бы натворил.

— Поступила ли новая информация по делу с каналом? Откуда сторонний человек мог получить доступ к секретному плану, который мы начали претворять в жизнь буквально год назад? — премьер сразу задал важнейший вопрос, вызвавший недавно много пересудов в обществе.

— Если абстрагироваться от мистики, то у меня нет ответа. Ты правильно заметил, что мы только начали осуществлять свои замыслы. О тайных переговорах с египетским пашой знало всего несколько человек. Исмаил больше всех пострадал от обнародования этого факта, поэтому его сторону можно исключить. Наши люди тоже не могли выдать подобные детали, потому что только мы с тобой знаем всю подоплёку интриги. Есть ещё пара заинтересованных персон из Сити, но они теряют слишком много от обнародования этой информации, — ответил министр, забавно скривив пухлые губы.

Но главе правительства сейчас было не до шуток. Тщательно продуманный план, который уже поглотил немало средств, оказался достоянием общественности. Не сказать, что англичане отнеслись к нему излишне негативно. Было несколько выступлений в парламенте, и всё. А вот французы возбудились не на шутку. Да и европейская пресса подлила масла в огонь, муссируя слухи о подлости англичан. Особо в этом усердствовали голландские, испанские, прусские и русские газеты. Даже Австрия сделала официальный запрос, пытаясь понять причину тайных переговоров Англии с турками.

— Хорошо. Как твоё ведомство будет решать создавшуюся проблему? Французы точно не успокоятся, уж слишком велики их предполагаемые убытки, — премьер опять подошёл к окну, рассматривая мрачные тучи, — За глобальными победами, мы не заметили череду непонятных явлений и неудач. Сейчас подобный скандал особо опасен.

— Я предлагаю пока отталкиваться от действий противной стороны. Никто в здравом уме не собирается признавать домыслы какого-то газетного пророка, — начал отвечать министр в своей тягучей манере, — К тому же первоначальный план предполагал полное подчинение Порты, путём выдачи её правителям кредитов. Мы вытеснили оттуда французов и можем утверждать, что вся политика султана находится под английским контролем. Задумка с перехватом контроля над каналом появилась позже, а завоевание Египта вообще не входило в наши планы. Хотя, надо заметить, что этот Локи подал отличную идею, которую необходимо рассмотреть и обсудить с некоторыми людьми. Пусть пока всё идёт своим чередом, как бы ни шумела европейская пресса. Меня сейчас волнуют иные проблемы.

Премьер-министр быстро прокрутил в голове детали плана, который придумал ещё покойный Пальмерстон. В принципе, ничего страшного не произошло, поэтому здесь можно положиться на Джорджа.

— Что за неприятности? Только не начинай опять про этих чёртовых ирландцев! Я вчера посвятил этому целый день, обсуждая убийство несчастного графа Кимберли[2]. Понятно, что нынешний Лорд-лейтенант Ирландии более демократичен и привык заигрывать с этим богомерзким народом, но почему именно Джон? За время нахождения в должности он ничем не отличился, — возмутился Рассел, — А ещё убийства наших землевладельцев, чиновников и полицейских! Думаю, что для успокоения Зелёного острова пора туда вводить войска. Хотя, Спенсер[3] категорически против! У него, видишь ли, есть план умиротворения бунтовщиков.

— Это был акт устрашения, как и остальные нападения. Кимберли немного замарался в Ирландии, потому террористы выбрали его главной мишенью. По крайней мере, так пишут американские газеты, — ответил Гренвиль, и, видя недоумённое лицо премьера, пояснил, — Сейчас точно известно, что сбор средств для фениев и вербовка террористов происходит в САСШ. Несколько лет назад ирландские иммигранты образовали во многих штатах свои союзы, чьей задачей является освобождение острова. С учётом того, что Гражданская война в Америке закончилась недавно, там хватает людей, желающих продолжить боевые действия или начать обучать добровольцев. Но и это ещё не всё. Перед прошедшими недавно выборами, ирландские избиратели пообещали проголосовать за кандидата в президенты Гранта только с условием поддержки их жёсткой позиции в отношении Англии. Это не так критично, но кто-то поднял этот вопрос и среди бывших конфедератов. Там считают, что мы предали КША в самый трудный момент, и тоже проголосовали за бывшего врага с подобными оговорками. Два года назад кто-то очень грамотно провёл целую кампанию в прессе, направленную против нас. Денег газетчикам заплатили немало, и поливали нас грязью со всех сторон. И вот теперь у нас наблюдаются проблемы с новой вашингтонской администрацией. С учётом того, что наши интересы стали пересекаться во многих бывших испанских колониях, переговоры о каких-то совместных действиях затруднены.

— Интересно, кто это такой умный? Уж больно филигранная работа, если мы до сих пор не знаем инициаторов. Может, французы? — уточнил премьер.

— Работа над выявлением противника ведётся. Да и нужные соглашения с мистером Грантом мы подпишем. Другой вопрос, что ввод войск в Ирландию и возможные жертвы среди мирных жителей, могут вызвать ненужный шум.

— Хорошо, Джордж. Я подумаю над сложившейся ситуацией. Но никто не собирается прощать убийства и церемониться с террористами. Что ещё? Это ведь не единственная «радостная» новость? — улыбнулся Рассел.

— Странные новости из России, впрочем, к ним давно пора привыкнуть, — Гренвиль усмехнулся в ответ, — Партия войны, если её можно так назвать, фактически потерпела поражение. Бьюкенен провёл отличную работу и продолжает приносить пользу. Только всё сломалось об упрямство русского царя. Окружение Александра, чьё мнение он слушает, настроено против освобождения славянских народов Порты. На самом деле всё сложнее, но сейчас ситуация выглядит именно так.

— Это недопустимо! Мало того, что уважаемые люди из Сити недовольны новыми русскими законами, запрещающими им нормально работать, теперь новая напасть! — премьер начал злиться, но обуздал эмоции, — Ещё покойный Пальмерстон предложил идею подогревать в русском обществе необходимость освобождения христиан от турок, заодно вернуть какие-то святыни. Для того мы и взяли контроль над Портой, дабы направлять её политику в нужном русле. Это наш карающий ятаган против Санкт-Петербурга, который будет вынут из ножен в нужный момент. Тут ещё доходят слухи, о каких-то переговорах о зерне и новому торговому соглашению. Пусть Эндрю активизируется и направит все силы на продвижение идей войны за освобождение христиан. Когда противники схватятся, Англия выиграет дважды. Во-первых, нам будет легче захватить Египет у ослабленных турок. Во-вторых, наши промышленники заработают на военных поставках русским, а торговцы — на их дешёвом хлебе. Заодно надо закабалить Россию новыми кредитами, так как своих денег у Александра не хватит. Ты знаешь об этом не хуже меня. Ещё и завоевание этого чёртового Туркестана! Русские подошли слишком близко к границам Индии. А это уже самая настоящая угроза благосостоянию Англии! Так почему по итогам многолетней работы я слышу о провале?

— Мы не сможем поменять людей, окружающих царя. Там сложилась достаточно сильная группировка, претворяющая в жизнь национальные интересы. О себе они тоже не забывают, — замахал руками Гренвиль, увидев ироничный взгляд собеседника, — Но работать в России стало гораздо сложнее. Тамошний карательный аппарат быстро и весьма жёстко уничтожил революционное подполье, к созданию которого мы приложили немало сил. Сейчас эта группа продвигает идею нейтралитета и оградила русскую экономику рядом жёстких законов, ограничивающих деятельность иностранного капитала. Повлиять на неё фактически невозможно, поэтому Бьюкенен давно начал работать с наследником и его свитой. И у нас уже есть хорошие результаты, только это процесс достаточно долгий. Что касается завоеваний на юге, то Санкт-Петербург откусил больше, чем может проглотить. Сама затея с походом в Туркестан — сплошная авантюра. Снабжение армии и администрации через пустыню весьма затруднительно. Экономического эффекта от новых земель практически нет. Наоборот, дальнейшая экспансия ляжет дополнительным бременем на российскую казну. Что касается Индии, то можно провести переговоры и определить новые границы. Не думаю, что Александр пойдёт на конфронтацию с нами.

— Джордж, я никого не тороплю. Но через три — четыре года русское общество должно стать буквально одержимым идеей помощи османским христианам. После переселения значительной части мусульман Кавказа в Порту, турецкие власти, в свою очередь, просто обязаны желать отомстить неверным. Собственный народ не позволит Абдул-Азизу пойти на сближение с Россией, или вскоре на трон взойдёт новый султан. И Англия должна полностью поддержать справедливое негодование осман и направить тамошних правителей по верному пути. К тому времени канал начнёт работать, и мы сможем оценить его эффект. После этого необходимо начинать действовать. Есть ещё одна вещь, почему нельзя сильно затягивать. Война нам необходима, потому что в Европе сложилась непонятная ситуация. Пруссаки излишне усилились и сблизились с русскими. А ещё у них хватает хамства заявлять о претензиях на Африку! Мы же пока не готовы играть сразу на нескольких направлениях. Потому и нужно устроить хорошую заварушку, заодно расстроить этот нездоровый союз. По Индии я остаюсь при своём мнении, и считаю близость русской армии крайне опасной. Подумай — может, надо начать создавать какие-нибудь освободительные движения, по типу Польши? Но на первом месте должна стоять будущая война. Дай Эндрю дополнительные ресурсы, только я более не хочу слышать новости, что у нас не получилось!

— Какие у нас сроки? — уточнил министр.

— Если события будут развиваться в таком же темпе, то не более четырёх лет. Для усиления возмущения в русском обществе надо будет устроить несколько провокаций. Пусть турки вырежут несколько деревень, или устроят погромы христиан в городах. А ещё подумай вот о чём, Джордж, — граф Рассел наклонился к Гренвилю и тихо произнёс, — Если какой-то правитель мешает нашим интересам, то его надо менять. Нет, сами мы в подобные дела не полезем. В самой России достаточно сил, которые готовы к подобной авантюре — и даже не из-за возможных благ, а опираясь на какие-то глупые идеалы. Ты никогда не замечал, что весомая часть русской элиты и образованных людей, ненавидят свою страну? Они хотят слепить из варварской державы извращённое подобие Англии или Франции. Так почему им не помочь? Если при этом мы надолго ослабим врага и станем указывать, куда ему двигаться, то потомки скажут нам спасибо. Поэтому давай приложим для этого все силы.

[1]Хедив — титул наместника Египта, существовавший в период зависимости Египта от Османской империи (1867–1914). Этот титул носили Исмаил, Тауфик и Аббас II.

[2]Джон Вудхауз, 1-й граф Кимберли (1826–1902) — английский государственный деятель.

[3]Джон Пойнтц Спенсер, 5-й граф Спенсер (1835–1910) — английский аристократ и политик, близкий друг премьер-министра Уильяма Гладстона. Лорд-лейтенант Ирландии (1868–1874, 1882–1885), лорд-председатель Совета (1880–1883, 1886), первый лорд Адмиралтейства (1892–1895), лидер Либеральной партии в Палате лордов (1902–1905), лорд-лейтенант Нортгемптоншира (англ., 1872–1908), старший член Тайного совета (1906–1910).

Глава 5

— Спасибо, Константин Петрович! Идея действительно замечательная, и надо немедленно приступать к её осуществлению. Со своей стороны мы первыми вступим ряды «Священной Дружины». Думаю, все неравнодушные к России люди готовы присоединиться к нам!

Победоносцев не мог сдержать эмоций и зарделся, как красна девица. Наконец-то тайно лелеемые планы начали осуществляться! Теперь его идеями прониклись такие персоны, что их не остановить! Если император со своими прихвостнями не понимает опасности, которую несёт стране заигрывание с жидами и раскольниками, а также деятельность богомерзких реформаторов, значит, придётся напомнить, кто является солью земли русской! Его собеседник уже более спокойным тоном продолжил свою речь.

— Мы ещё задержимся и обсудим скучные вопросы, связанные с финансами. У вас, насколько я знаю, скоро выступление перед студентами. Наверное, оно потребует дополнительной подготовки?

Победоносцев быстро раскланялся с участниками совещания и покинул помещение. Великий князь Николай Николаевич проводил взглядом худощавую фигуру соратника и обернулся к двум оставшимся в кабинете мужчинам. Они давно перестали играть в заговорщиков и уже не носят маски. Через пять лет, после первой спонтанной встречи, можно с гордостью заявить, что их сумбурные идеи начали реализовываться на практике. Но враг тоже усилился, и периодически наносит свои удары по их движению.

— Князь, как обстоит дело с созданием компаний?

Семён Воронцов, к которому обратился брат императора, открыл свою папку, достал лист желтоватой бумаги и передал собеседнику.

— В данный момент создаётся сразу три крупных объединения. Предлагаю разделить их на земледельческое, промышленное и финансовое. Хотя, деление условно, ведь основные акционеры будут вкладывать деньги во все проекты. Но объявлять о создании полноценного концерна пока рано. Этот чёртов Экономический комитет Бунге не даёт возможности нормально развернуться. По крайней мере, с покупкой земель и банком уже возникли определённые сложности. Так как в основном мы объединяем уже работающие компании, то ситуация не критична. Только люди ожидали большей поддержки с нашей стороны, и у некоторых акционеров возникли сомнения, которые необходимо развеять.

— Опять этот проклятый комитет! Чего им всё неймётся? Ведь, с точки зрения реформаторов, мы занимаемся нужным делом — создаём столь милые им компании, трудоустраиваем плебс, ещё и банковскую систему развиваем. Понятно, что в первую очередь это нужно для финансирования нашей организации. Но как же мерзко осознавать, что благородные люди вынуждены опускаться до уровня каких-то торгашей!

При последних словах великий князь скривил лицо, показывая своё негативное отношение к столь недостойному, по его мнению, занятию. Только подобный жест не вызвал у третьего участника беседы никакого сочувствия. Скорее, наоборот, в душе Андрей Ливен смеялся над этим лицемером. Он-то прекрасно понимал, что создаваемый концерн является попыткой обогатиться. Уж слишком много ресурсов подмяли под себя их противники. Да и сам Николай, лишившийся дополнительных выплат из казны и возможности набивать карманы на военных поставках, вдруг понял, что более не может поддерживать прежний образ жизни. Только при этом он не вкладывает в концерн ни рубля. Брат царя обязался предоставить акционерам возможность покупки за бесценок огромных земельных угодий на юге. А ещё речь шла о государственных кредитах, которые никто и не думал возвращать.

Но что-то пошло не так. Экономический комитет заблокировал продажу тысяч десятин земли, заодно потребовал у нового банка полной прозрачности. Ко всему прочему, возникли проблемы с кредитом. Оттого великий князь ярился, что ему придётся раскошелиться, а их компаниям работать на общих основаниях с конкурентами.

Сама идея концерна князю Ливену нравилась, и ему удалось сделать много для претворения её в жизнь. Вот только он сомневался, что без получения поблажек от государства акционерам удастся получить большую прибыль. Вернее, при поступательном развитии, через несколько лет можно создать отличную компанию. Но при постоянном вмешательстве жадноватого Николая, перспективы у их затеи весьма туманные. Необходимо независимое и грамотное руководство, которого пока нет. Воронцов на должность главы точно не годится. Поэтому сам Андрей Александрович предпочитал покупать бумаги «Золотого альянса» и ещё нескольких бурно развивающихся компаний, кои росли сейчас, будто грибы после дождя. Между тем великий князь продолжил свои причитания.

— Ещё и эта чёртова девка! Я теперь не могу спокойно поговорить с братом и добиться нужного решения. Для него наша семья становится всё более чужой! Константин практически заживо похоронен в Туркестане, который он завоевал, а теперь вынужден стать генерал-губернатором этой дыры. Михаила понизили до командира лейб-гвардии артиллерийского полка, с генерала-фельдцейхмейстера — до инспектора артиллерии! А меня унизили, обязав инспектировать инженерные войска! — уже бушевал Николай.

Ливен продолжал внутренне насмехаться над очередной эскападой собеседника. За последние пять лет он уже наслушался этих жалоб и ловил себя на мысли, что полностью поддерживает решение императора. Все три монарших брата, с самой юности обласканные высокими званиями и почётом, по сути, являлись полными бездарями. Ну не может двадцатилетний щенок возглавлять всю артиллерию империи! Оттого и бесился Николай, что их отодвинули от власти.

Сам Ливен жалел, что связался с этой компанией. Но ошибки, сделанные в самом начале карьеры, не оставили ему выбора. Хорошо, что после, скажем так, манипуляций в Курляндской и Эстляндской губерниях, Андрей Александрович вовремя остановился. Будучи курским губернатором, он действовал крайне осторожно, а затем вообще прекратил любые тайные дела. Поэтому его обошла стороной волна разоблачений крупных чиновников, прокатившаяся по стране. Он даже приобрёл уважение императора и считался честным служакой. Сейчас вот дослужился до товарища министра государственных имуществ. В самом настоящем логове соратников покойного Муравьёва его считали своим. А ещё князь вполне официально размещал свои капиталы в ценных бумагах. Большую часть денег он, конечно, не показывал. Пару имений и крупные земельные участки приобретались якобы на деньги, полученные от приданого его второй супруги Варвары Голицыной. Благо, что вездесущие ревизоры ещё не лезут в карманы старой аристократии.

— Господа, надеюсь, вы понимаете, что пора начинать действовать? Мы же не просто так готовились в течение последних лет, — продолжал вещать великий князь, — Дружина — дело нужное, но она может помочь в открытой борьбе со всякой поганью, паразитирующей на народе русском. А вот ключевые фигуры, ведущие Россию в пропасть, таким способом не сковырнуть. Это вам не жидовские менялы или лавочники-старообрядцы. Думаю, что время уже настало!

Хренов павлин! Внутренне выматерился чиновник. Мало того, что Николай выдаёт за свою идею создание управляемого тайного общества — хотя, именно князь её придумал — так этот велеречивый паразит фактически не участвовал в организации и становлении новой революционной организации, где большая часть забот легла на Ливена. Зато теперь Николай считает, что именно он может отдавать команды этим адептам социализма с затуманенными мозгами. По большому счёту, всю работу, включая финансирование, на себя взяли английские союзники. Но именно князь курировал все процессы, наблюдая, как грамотно работают присланные из-за границы люди. И ведь даже не определишь след настоящих кукловодов, так как члены организации в основном состояли из польских патриотов, вернувшихся из иммиграции, и таких же беглецов из русских, получивших амнистию. В итоге было принято решение создать два автономных тайных общества с разными программами, под руководством кукловодов. Была ещё одна организация, о которой знали только Ливен, Николай и заморские друзья. Но пока она должна выполнять роль резерва.

После слов великого князя, Воронцов побледнел и сильно сжал холёными руками подлокотники массивного кресла. Для Ливена было загадкой, зачем этот богатейший русский помещик влез в подобную авантюру. Ведь умный человек должен сразу догадаться о настоящей причине создания тайных кружков. Понятно, что старший брат Михаила Семёновича погиб на каторге. Только никто не заставлял Александра Воронцова лезть в политику, поддерживать Герцена, и жертвовать деньги революционерам. Вернее, кто виноват, что у него не хватило мозгов делать это тайно? Теперь ещё и младший представитель знатнейшего рода влез в совершенно грязное дело. Занимался бы делами концерна и приумножал своё состояние, так ведь нет.

Сам Андрей Александрович держался бы от всей этой авантюры подальше. Но, опять таки — ошибка молодости, согласие на сотрудничество с одним джентльменом и поток соверенов, сделало его участие обязательным. Потому он и активно вёл дела подпольщиков, дабы тот же Николай не наделал ошибок. Хорошо, что великому князю хватает мозгов держать рот на замке. Дела тайных обществ они обсуждают исключительно втроём. А все контакты с заговорщиками Ливен осуществляет через посредника.

— Я считаю, что нельзя спешить. К тому же выбранные цели могут насторожить третье отделение и жандармерию, — помощник министра попытался отговорить Николая от необдуманной акции, — Действовать надо поступательно.

— Мне не понять вашей осторожности, князь, — брат царя начал злиться, — Тогда зачем были нужны два года подготовки? Мы даже газету купили, дабы завладеть мнением части русского общества, заодно подготовив платформу для будущих атак. Пусть псы Мезенцева думают, что всё дело в недовольстве людей происходящими событиями. И вы упускаете важный момент — время. Наши враги действуют решительно и стремительно. А ещё они мешают осуществлению наших планов по созданию мощного концерна. Здесь всё сплелось в единый клубок, что даже к лучшему. Или вы боитесь польского зазнайку? Уж он точно не стоит на месте и гребёт всё, что плохо лежит. Также давайте учитывать недавние возмутительные события с чередой арестов и обвинений уважаемых людей. Общество бурлит и искренне возмущено, что из-за подозрений в покушении на распутную девку, пострадали десятки невинных людей.

Ливен действительно опасался графа, с которым предпочёл бы дружить и вести коммерческие дела. Ведь даже будущий концерн полностью списан с устройства компании Козелл-Поклевского. А на общество ему плевать — побурлит и перестанет. Вот только князя смущали пропажи нескольких персон, на которых рассчитывали его заграничные друзья. Он как раз отвечал за переговоры со Слепцовыми и Утиным, кои сразу дали согласие совместно бороться с ненавистным режимом. Какие же они идиоты! Зато люди крайне полезные в текущей ситуации. Вот только вся троица неожиданно исчезла, что и насторожило Ливена. Только брат императора уже не успокоится, и придётся начинать акции.

— Значит, начинаем действовать! — Николай расценил молчание князя, как согласие.

* * *

На деловые встречи я привык приезжать вовремя, а лучше немного раньше. В облюбованном мною ресторане «Палкинъ» должно пройти утверждение, вернее, обмывание проекта набережной в Ялте. Всё немного сложнее, ведь я ещё купил солидные участки для дворца и будущих коммерческих построек. Из Крыма вернулся нанятый недавно молодой, но весьма перспективный архитектор Басин[1], который согласовывал с министерством государственных имуществ именно земельные вопросы. По плану Николая Петровича, придётся реквизировать землю для расширения набережной, а также сносить некоторые постройки, поэтому он чуть ли не месяц согласовывал всё с чиновниками. Благо, что на строительство получено высочайшее указание. Да и моя фигура является дополнительным фактором ускорения процесса утверждения проекта. В противном случае всё могло затянуться на долгие месяцы. И дело даже не во взятках, просто русские бюрократы одинаковы во все времена. Зато получив пинок сверху, колёсики государственно машины начинаю крутиться, хоть и со скрипом. Со своей стороны я немного смажу механизм, но только не взятками.

Сегодня же у нас дружеский ужин с главой департамента по земельным делам, который действительно помог. Из-за нескольких десятков рублей я не обеднею, а человеку приятно. Заодно, коллежский советник попросил упомянуть его при представлении макета набережной императору. Сделать это несложно, так как товарищ заслужил, и его нахваливал архитектор. Вообще, не нравятся мне подобные мероприятия. Но надо соблюдать сложившийся этикет. А то подумают, что граф Козелл-Поклевский совсем задрал нос и чрезмерно спесив. Хорошие отношения со средним чиновничьим звеном тоже необходимы. Сильно нагадить они не могут, а вот застопорить на неопределённое время любой проект в состоянии. С военными гораздо сложнее, а обсуждение вопросов новой взрывчатки мне только предстоит. Поэтому буду вести себя скромно и уважительно, так как это требуется для дела.

Оставляю лёгкое пальто в гардеробе, осматриваю себя в роскошное ростовое зеркало, сбиваю невидимую пылинку, и в сопровождении охраны поднимаюсь на второй этаж. Впереди идёт один телохранитель, второй контролирует мою спину. В зале достаточно многолюдно, но заранее снятый в углу столик уже оккупировали архитектор и чиновник. Выполняя мою просьбу, администратор пока не посадил за соседние столы никого из посетителей. Надо спокойно пообщаться, да и Фредди всегда требует, чтобы у охраны был обзор.

Иду вдоль стены, дабы не мешать почтенной публике вкушать сегодняшнее меню. Некоторые из присутствующих с интересом рассматривают нашу процессию. Знакомой компании гвардейских офицеров я вежливо кивнул, и вдруг мой взгляд задержался на одном господине. Мы как раз подходили к его столу, а он вытирал салфеткой губы. Что-то знакомое в чертах лица или этот взгляд, явно недобрый, заставили меня напрячься. Я уже хотел крикнуть охране, как посетитель резко вскочил, откинув салфетку. В руке у него блеснул револьвер. Чёрт, ведь и не отпрыгнешь, подумалось мне.

— Zdrajca[2]! — крик нападавшего слился с выстрелами.

Нет, я попробовал увернуться, но сразу почувствовал несколько толчков, сбивших меня с ног. Последнее, что пришло в голову приказать охране брать киллера живым. Новую череду выстрелов, шум бьющейся посуды и крики испуганных дам я уже не слышал.

* * *

Прихожу в сознание рывком, если так можно выразиться. Только что была темнота с вереницей непонятных образов, и вдруг я очнулся. Первое ощущение — это сухость во рту и дёргающая боль в левой стороне тела. Немного полежав, понимаю, что болит ключица и бок. Далее осторожно поворачиваю голову, но никаких неприятных ощущений не испытываю. Осматриваю светлое помещение и усмехаюсь. Дело в том, что напротив моей кровати, развалившись на стуле, похрапывает Янка. Судя по бедному интерьеру комнаты, меня положили в больницу. Оно и к лучшему, хоть какой-то врачебный надзор. Правда, местные эскулапы часто ставят меня в тупик. Несколько лет через прессу и специальные брошюры я продвигал правила обычные для моего времени постулаты. Главное — асептика, которую многие не хотели признавать. Даже после доказательства правоты покойного Земмельвейса, в медицинском сообществе находились идиоты, предпочитавшие упорствовать и рисковать жизнями пациентов. Но сейчас мне точно не до них.

Пытаюсь попросить Пырха дать мне воды, но вместо слов из горла вырывается подобие вороньего карканья. К своей чести, полешук среагировал моментально, аж подскочив на стуле. Его серые глаза впились в моё лицо, а на губах появилась глуповатая улыбка.

— Ваше Сият…

— Пить, — перебиваю Янку и откидываю голову на подушку.

— Сей момент, — засуетился Пырх.

Судя по звуку, он встал со стула и начал суетливо набирать воду в стакан из графина. Наконец, живительная влага прокатилась по горлу и ухнула в желудок. Мне сразу стало легче, хотя боль от ран заставляла постоянно морщиться. Пырх тем временем начал вываливать на меня информацию.

— Хорошо, что остолопы — охранники додумались привезти вас в военный госпиталь. Повезло, что на месте был профессор Пирогов, он и провёл операцию, вытащив из вас две пули. По словам доктора, кости не задеты и вам повезло. Я вызвался сидеть здесь вместо санитаров, а то уж больно рожи у них наглые. Могут ведь бросить вас и завалиться спать. Только и узнал, что после операции может быть плохо после эфира, и надо больше пить. Сейчас сбегаю, спрошу, есть ли кто из докторов. Может, сам Николай Иванович уже прибыл, хотя, ещё рановато.

— Стой! — произношу с трудом, — что с Агнешкой?

— Всё хорошо! Её сиятельство навещала вас, и хотела остаться, но я уговорил её вернуться домой. Думаю, уже скоро пани будет здесь. Немец же по городу бегает, ведь террориста наши дурни на месте пристрелили. Вот и надо по горячим следам найти какую-нибудь зацепку.

— Иди, отдохни, пусть санитар здесь посидит. Я пока попробую поспать, чего-то в сон клонит.

Последней мыслью перед тем, как я провалился в тяжёлое забытье, была забавная ситуация с Пироговым. Наши идиотские власти после Крымской войны сделали всё, чтобы не давать русскому гению работать. Куда только его не пытались сбагрить, лишь бы талантливый и честный человек не мешал людям делать гешефты. Благо, Муравьёв послушал мой совет, и ценой огромных усилий вернул доктора из провинции, буквально продавив его назначение в Николаевский военный госпиталь. Уж очень был зол на Пирогова император, которому не понравилось слушать правду о состоянии дел в войсках и медицине. Все эти годы я оказывал Николаю Ивановичу поддержку. Он даже ведёт свою колонку в «Санкт-Петербургских ведомостях», пользующуюся большой популярностью у прогрессивной публики. Кроме того, мы с Мосоловым начали издавать журнал «Эхо планеты», где Пирогов также периодически печатал свои статьи. Заодно я составил ему протекцию и оплатил издание целого учебника по хирургии. А теперь он меня спас.

Просыпаюсь и понимаю, что чувствую себя гораздо хуже. Раны всё так же дёргает от боли, голова тяжёлая, и я не могу толком пошевелиться. Чувствую, что в палате я не один, поэтому поворачиваю голову и пытаюсь выдавить улыбку, увидев, кто пришёл. Серые глазищи, полные слёз, смотрят на меня с надеждой. Но супруга дама неглупая, и поэтому сразу напоила меня достаточно вкусной водой. Или для меня сейчас любая влага сродни амброзии?

— Янка, — произносит Агнешка не оборачиваясь, — Зови доктора, и побыстрее.

Когда дверь за Пырхом захлопнулась, жена осторожно взяла меня за руку.

— Всё будет хорошо! Николай Иванович сказал, что сон — лучшее лекарство, и тебя нельзя беспокоить. Лежи и молчи, я просто посижу рядышком.

Сжимаю тонкие пальчики и смотрю на свою любовь. Как же мне с ней повезло! Почти семь лет вместе, ждём третьего ребёнка, но я даже мысленно не представляю себя без этой женщины. Хотел сказать, что-то утешающее, но нас прервали. Невысокий человек с роскошными бакенбардами и не менее монументальной лысиной, стремительно вошёл в палату. Агнешка сразу встала со стула, уступая место гордости русской медицины.

* * *

Следующие три дня я только спал, немного ел и периодически мучился от медицинских процедур. Одна смена повязок чего стоит! Пирогов боялся послеоперационной горячки, но вроде обошлось. Обезболивающих в этом времени, как таковых, нет — поэтому прекращение сильных болей на четвёртый день, я воспринял как самый настоящий подарок. Всё это время со мной был Янка, так как я запретил супруге находиться в госпитале долгое время. В её положении не хватало поймать здесь какую-нибудь заразу. Ещё по дурости сказал, что не хочу выглядеть перед ней слабым, после чего нарвался на гневную отповедь. В итоге, Агнешка приезжает после обеда, проводит со мной час и далее едет гулять по парку. Практически идиллия, если не учитывать моё состояние и сам факт покушения.

Сегодня ближе к вечеру палату посетил человек, которого я ждал больше всего. Фредди сильно осунулся, черты его лица обострились и ещё немец явно испытывал неловкость.

— Давай твои страдания отставим в сторонку. Подобное могло произойти с каждым. Слава богу, что столица пока не превратилась в арену боевых действий, поэтому ошибка охраны вполне естественна, — начинаю разговор после приветствия.

— Вы не правы. После первого случая СБ сделала выводы и стала вести себя грамотнее. Но случившееся точно не ошибка, а недоработка. Мы расслабились, и за это чуть не поплатились вашей жизнью, — не согласился со мной старый товарищ, — Предлагаю перейти на более жёсткий вариант, как было после первого покушения. Встречи только в здании конторы, кортеж строго из двух карет, перемещения по стране с усиленной охраной, а лучше их пока отменить. Есть у меня мысли и по охране вашей супруги, так как она ведёт себя излишне беспечно. Надо приставить к ней опытного человека во время прогулок и перемещений по городу. Также я хочу попробовать вашу задумку с женщиной-телохранителем. Есть у меня одна интересная кандидатура, которая может исполнять роль служанки, но будет охранять Агнешку.

— Обдумаем твоё предложение немного позже. Лучше расскажи, как проходит следствие и удалось ли чего-то раскопать, — стараюсь поменять положение и разместиться поудобнее, так как тело изрядно затекло.

— Нападавшего охрана застрелила на месте. Мерзавец оказался юрким и чуть не сбежал. Хорошо, что никого более не задел, разве несколько человек расшиблись да перепугались. Швейцар заметил, на каком возке приехал наш герой, так жандармам удалось выйти на лежбище преступников. Дом в пригороде взяли штурмом люди Лосева. При этом сразу убили двоих заговорщиков, один помер от ран позже, а единственный выживший оказался самым бесполезным, — Фредди скривился, будто от лимона, — Вроде жандармы — опытные бойцы, а тонко работать так и не научились. Хотя, Александр Михайлович сказал, что оборонявшиеся дрались отчаянно, и сдаваться не собирались. Пока известно, что все они представляют «Союз польских патриотов», который был создан два года назад во Франции. Почему первой целью стали именно вы — не знаю. Здесь, скорее всего, личная неприязнь кого-то из личных врагов. Да и слишком ваше имя сейчас на слуху. Здесь и огромное состояние, плюс благоволение со стороны фаворитки императора. Полковник обещал заехать через два дня и рассказать о том, как идёт следствие. Но уже можно сказать о наличии опасной и тайной организации, которую жандармы проворонили.

Месть со стороны польских иммигрантов, создавших новую террористическую организацию, вполне возможна. Другой вопрос — я не верю в их самостоятельность. Если финансирование патриоты найти могут сами, то подготовка, проникновение в Россию, слежка и относительно удачное покушение, просто кричит о грамотных кукловодах. Значит, за поляками стоит какая-то западная спецслужба, либо мощная финансовая структура. Бывшие мятежники, в массе своей, дилетанты и разгильдяи. Они просто не обладают должными навыками, с учётом того, что мы выбили практически всех наиболее опасных лидеров. И почему удар нанесён через шесть лет после подавления восстания? Ситуация весьма странная. Быстро обдумав сложившийся расклад, понимаю, что немец недоговаривает. За много лет я научился читать его эмоции и сейчас он явно мнётся, скрывая какую-то дополнительную информацию.

— Выкладывай все новости. Чем больше я знаю, тем лучше мы подготовимся к возможным неприятностям, — произношу и кривлюсь от боли, основа неудачно пошевелившись.

— Сегодня произошло сразу два новых покушения, — увидев мою растерянность, Фредди быстро пояснил, — С вашей семьёй всё хорошо, не переживайте. Террористы напали на Татаринова и Бунге. Информацию я получил, когда был у Лосева и уже собирался к вам. Завтра постараюсь разузнать больше и сразу доложу. Пока известно, что оба чиновника живы, но глава ЕИВ канцелярии тяжело ранен.

Я ещё долго лежал с открытыми глазами, наблюдая, как палата погружается в темноту. Приход санитара, который принёс утку и протёр меня влажной тряпкой, не прервали ход моих размышлений. А задуматься было над чем. И главным вопросом, который я себе задавал — не усугубил ли я ситуацию своими поступками? Если не брать в расчёт уничтожение всякой революционной погани, за что мир должен сказать мне спасибо, то ход событий сильно ускорился. Разве что война Пруссии с Данией просто закончилась на пару месяцев раньше, а вот далее события понеслись вскачь. Понятно, что австро-прусское противостояние глобально ничего не решало, в вот столь раннее нападение на Францию кардинально изменило расклад сил в Европе. По моим подсчётам, здесь события опережают реальную историю уже на три года, если не больше. А ведь это, в том числе, скачок в развитии вооружений. Хреново, что я теперь не знаю, куда заведёт кривая судьбы. Мне пока удаётся влиять на политические события и немного их направлять, но это продлится от силы год. А может, я уже ничего не контролирую.

То же самое касается внутренних российских дел. Покушение на Александра, произошедшее на два года раньше, запустило совершенно непонятный маховик террора. Такое ощущение, что общество постепенно сходит с ума. Вернее, у него просто отказали тормоза. И виной этому именно ваш покорный слуга. Началось всё с бойни при аресте организации польских офицеров сразу после моего появления. Ведь именно я рассказал о тайном обществе Муравьёву.

Взрыв в Лондоне стал катализатором, выбившим клапан, сдерживающий волну насилия. Прошло некоторое время, и террор стал нормой для разных европейских движений, и не обошёл нас стороной. Мне было очень легко через американских друзей Фредди создавать боевые отряды ирландцев. Люди шли в ИРА, осознавая, что могут добиться успеха, используя подобные методы борьбы. А я им ещё интересных идей с динамитом и организацией засад в условиях города подкинул. То же самое касается французских анархистов, которые, не раздумывая, начали уничтожать одиозных политиков и находились уже в следующей фазе, подготавливая покушения на банкиров с промышленниками.

Плохо, что самоуверенный Коля Смирнов, попутавший берега от полной безнаказанности и, у которого здесь всё получается, не учёл простой вещи. Моё вмешательство и ускорение политических процессов, работает в обе стороны. Ладно бы дело касалось только террористов — мы их уже задавили, и сделаем это сейчас. Да и не верю я в какие-то мощные протестные силы внутри страны, потому что большинство идеологов, подстрекателей с главными спонсорами давно казнены или получили внушительные сроки. А ещё, у революционеров выбили почву из-под ног, сократив выкупные платежи, которые через несколько лет могут отменить. К этому надо добавить грамотно доведённую до ума земскую и судебную реформы. Не сказать, что у нас тишь да гладь, но и нет той вакханалии со вседозволенностью, которая творилась в семидесятые годы XIX века моего времени. Здесь оправдания всяких Засулич просто невозможно, потому что маятник общественного мнения сильно качнулся в сторону власти. Всякой либеральной сволочи и просто внутренней контры хватает, но ситуация под контролем. Очень хорошо работает отдел пропаганды при канцелярии ЕИВ, который грамотно манипулирует настроением внутри страны.

Всё это хорошо! Только кто гарантирует, что моё вмешательство не приведёт Россию к гораздо более трагичным последствиям? Я неплохой тактик, но никудышный стратег. Играть вдолгую и строить заковыристые многоходовки мне не дано. Да и нет у меня таких ресурсов, чтобы контролировать даже жизнь в России, чего уж говорить о Европе. А если завтра англичане замирятся с американцами и французами, сколотив мощнейшую коалицию, подтянув туда австрияков с турками? У всех этих стран достаточно претензий к России. Вдруг им удастся договориться с Пруссией, и та отойдёт в сторонку? Что тогда? Нас просто сомнут, и страну банально поделят на части. На данный момент российская экономика жутко отстаёт, и без надёжного союзника вроде Берлина просто не выстоит. Мировая война вполне реальная, так как противоречий между странами хватает.

Ладно, буду думать над этим вопросом. Пока всё идёт более-менее по моему плану, то нет поводов для паники. Надо дождаться Лосева и понять, почему террористы выбрали именно такие цели. У меня есть свои идеи на этот счёт, вот и поделюсь ими с жандармом. Боюсь, что здесь дело не совсем в политике. Это заставляет задуматься над происходящим гораздо серьёзней.

Главное, все покушения — хороший звоночек, напоминающий, что нельзя расслабляться и брать на себя слишком много.

[1] Николай Петрович Басин (1844–1917) — русский архитектор, академик архитектуры (1874). Почётный член Дома милосердия (с 1889). Гласный Городской думы.

[2] Изменник (польск).

Глава 6

— Таким образом, можно утверждать, что революционные организации не были разгромлены до конца. Часть членов тайных обществ затаилась и ушла в глубокое подполье. Несмотря на то, что почти все идеологи нигилизма, социализма и прочих зловредных учений уничтожены, ряды карбонариев пополняются. Мы провели оценку ситуации и установили, что мятежные настроения в обществе гораздо ниже, чем пять лет назад. При этом антиправительственные организации значительно радикализировались. Оба тайных общества, которые участвовали в недавних нападениях, изначально делали ставку на террор. Это уже не те ранние идеалисты, распространяющие запрещённую литературу и ожидающие всеобщего крестьянского восстания.

Лосев появился в палате поздно вечером. Янка как раз зажёг керосиновую лампу и читал газету. Я же только проснулся и слушал бубнёж полешука, который периодически громко восклицал, начиная цитировать особо интересные моменты. Вдруг раздался условный стук охранника, дежурившего в коридоре, и открылась дверь. Пырх вроде недавно держал в руках газету, но как-то незаметно вытащил револьвер. Увидев вошедшего, он что-то пробормотал и вышел из палаты.

Жандарм выглядел уставшим. Бледный, с заострившимися чертами лица и красными глазами, он был похож на классического вампира. Полковник окинул взглядом скромную обстановку, поздоровался и плюхнулся на стул. Мне нравится, что Александр Михайлович не любит словесных кружев и предпочитает сразу говорить по делу. Только принесённые им новости меня не обрадовали.

— Татаринов умер вчера ночью, так и не приходя в сознание. Бунге будет жить, но рана у него весьма серьёзная и, скорее всего, до конца дней профессору придётся пользоваться тростью, — некоторое время, помолчав, Лосев огорошил меня новой информацией, — Сегодня утром было совершено покушение на главу Комитета министров, Грейга. Но здесь охрана сработала как нужно, и Самуил Алексеевич получил только лёгкую контузию. Преступники использовали динамит и подорвали телегу на пути движения кортежа председателя. Но они просчитались со временем горения шнура, и оттого занервничали, обратив на себя внимание одного из охранников. В итоге кортеж остановился, но не успел развернуться. От взрыва погибло двое сопровождавших и пять обычных прохожих, раненых девятнадцать человек. Из положительных новостей — удалось задержать троих нападавших, один из которых сильно ранен. Далее, по горячим следам, была накрыта база террористов. Думаю, в ближайшее время мы задержим остальных членов организации. Сейчас полностью перекрыта столица и Москва, где проводится выявление подозрительных лиц. Я выехал к вам сразу после окончания допроса задержанных и доклада Потапову. Глава ОКЖ должен уже быть у императора и донести до него последние новости. Но и так понятно, что Его Величество в бешенстве и требует поимки всех виновных.

Главу канцелярии ЕИВ, конечно, жалко. Я и не припомню таких бескомпромиссных и честных людей в российской власти. Даже Муравьёв был более дипломатичным и мог уступить в некоторых моментах, когда понимал, что так лучше для дела. Бывший генеральный контролёр на новой должности начал непримиримо бороться с мздоимством и несоблюдением исполнительной властью законов. Валериан Алексеевич стоял за разоблачением деятельности ряда крупных столичных чиновников и нескольких губернаторов. Высшая часть бюрократического аппарата его боялась и ненавидела, а вот рядовые служащие — наоборот. Именно он добился существенной прибавки жалования обычным чиновникам, начал проект по предоставлению им бесплатного жилья и многих разных дополнительных преференций за образцовую службу.

Только Татаринов был упрямым человеком, который категорически не хотел следовать рекомендации охраны. Вот для кого, спрашивается, я продавил в этом мире создание аналога ФСО? Шереметьев возглавил новую структуру, которую назвали Имперской охранной службой, в обязанности которой вменялась организация охраны правящей фамилии, чиновников высокого ранга и важных объектов. Лейб-конвой перешёл в подчинение ИОС, и им сейчас командует генерал Черевин.

Лосев ознакомил меня с подробностями покушения на главу канцелярии и Экономического комитета. Татаринов погиб из-за собственной глупости, а вот Бунге никто и не думал охранять. А это просчёт, который признал сам жандарм. Николай Христианович за последний год перешёл дорожку весьма влиятельным людям и кланам, лоббирующим интересы иностранных компаний. Кого ещё охранять, как не его? Понятно, что к каждому чиновнику телохранителя не приставишь, но наиболее знаковые персоны надо срочно брать под защиту. Чую, что это только начало волны террора. О чём и сказал Лосеву. Тот спорить не стал и начал описывать сложившуюся ситуацию.

— «Союз польских патриотов» создан Людвиком Мерославским[1] и Яном Падлевским, братом того самого палача, убитого во время восстания. Остальные члены организации — бывшие бунтовщики и новая поросль из польских иммигрантов. Опорных баз в России СПП не имеет, кроме небольшого числа сторонников. Скорее всего, к нам будут присылать подготовленных боевиков под видом коммерсантов и инженеров. Выявить их гораздо проще, чем представителей второй группировки, — Лосев потянулся к графину с водой и жадно выпил два стакана, и продолжил рассказ, — Они называют себя «Русская воля», но не имеют никакого отношения к «Земле и воле». Организацию основали Герман Лопатин и Феликс Волховский. Костяк террористов составляют недобитые «ишутинцы» и «народники». Оба лидера находятся в России, и их поиски ныне — основная задача ОКЖ. По словам задержанных, крупные сообщества террористов есть в Москве, Казани и Киеве, но о тамошних персоналиях им ничего не известно. Вообще, сама структура «Русской воли» отличается грамотной организацией и конспирацией. Общество разбито на автономные ячейки, и большинство карбонариев не знают своих соратников.

Всё страньше и страньше, как говаривала одна девочка, наевшаяся поганок. При нынешнем уровне контроля со стороны ЕИВ канцелярии с жандармерией, создать сразу две боевые и хорошо законспирированные организации — практически невозможно. Но, по факту, мы имеем удачные нападения на четырёх влиятельных фигур российского Олимпа. И это заставляет меня напрячься ещё сильнее. Одно дело — полное разгильдяйство силовиков до покушения Каракозова и нынешняя ситуация. Сейчас ОКЖ фиксирует любые попытки агитации и создания каких-либо политических кружков. Практически все последние аресты главных идеологов карбонариев произошли благодаря внедрённым агентам. Не верю я в то, что вчерашние студенты и даже офицеры, могут создать столь грамотную организацию, о чём сказал Лосеву.

— Надо искать лидеров и выявлять стоящие за ними силы. Уж очень избирательно был нанесён удар. Без разведки, предателей во властных структурах и хорошем финансировании, террористы ничего из себя не представляют. Не знаю, как насчёт Грейга и Татаринова, но о моей встрече в ресторане знал весьма ограниченный круг лиц. Значит, кто-то поделился этой информацией с нападавшими. Что касается польской эмиграции и врагов вроде покойного Герцена, то я давно предложил вариант создания специального отряда, который должен уничтожать преступников, сбежавших за границу. Но ваше чистоплюйское начальство сразу отказалось.

Лосев ответил сразу.

— Создание отряда убийц — невозможно. Не буду говорить, что это недостойный поступок, вы всё равно останетесь при своём мнении. Вот только устранение политических противников может вызвать нежелательную реакцию со стороны европейских держав. Что касается кукловодов, стоящих за нашими боевиками, то здесь я полностью согласен. За поляками точно стоит французская разведка, а вот с русскими всё неоднозначно. Лопатин и Волховский — неплохие публицисты и агитаторы, но не более того. Возможно, их организация тоже финансируется из-за рубежа. Ведь основные задачи «Русской воли» практически идентичны уставу французских анархистов. К нам попал интересный документ, являющийся уложением террористов. Вот, взгляните, — жандарм протянул мне два листа бумаги.

Быстро пробегаюсь взглядом по тексту и чертыхаюсь про себя. Опять эти круги на воде, вызванные моей деятельностью. Как бы они не превратились в волны и шторм, которые начнут сметать всё на своём пути. Ведь уже сейчас с трудом удаётся прогнозировать ход дальнейших событий.

А доморощенные революционеры пошли по стопам своих французских коллег. Товарищи не стали изобретать велосипед, и почти полностью скопировали их устав и основные цели. Вместо продажных политиканов у них кровавый царизм, а банкиры с промышленниками заменены на помещиков и аристократию. Главной задачей борцы с тиранией видят в физическом уничтожении самых одиозных политических фигур России во главе с императором, и образование справедливого социалистического общества. В нынешних русских реалиях — это полный бред. Для более образованной и прогрессивной Европы, подобные заявления более или менее актуальны, только организацию анархистов, которая постепенно начинает кошмарить Францию, создал именно я. Сами они никогда бы не образовали что-то действенное. Что касается «Русской воли», то люди не стали заморачиваться, и просто перенесли уже готовые тезисы на благодатную русскую почву. Но меня всё равно мучают смутные сомнения. Откуда у болтунов и идеалистов ресурсы для одновременной атаки на важнейших чиновников страны? Где эти пафосные борцы, для которых крайне важно выпятить свою личность, повлиявшую на ход истории? Как на ровном месте могли появиться убийцы-прагматики? Не может быть в стане революционеров подобных профессионалов. Значит, их кто-то целенаправленно готовил. Ладно, подумаю об этом позже. Сейчас меня волнуют немного иные вопросы.

— Кого назначат вместо Татаринова?

— Я не вращаюсь в столь высоких кругах, дабы владеть подобной информацией, — начал скромничать второй человек ОКЖ столицы, — Но велика вероятность возвращения графа Шувалова из Западного Края. В этом случае заместителем Петра Андреевича станет наш старый знакомый полковник Красников, который заодно возглавит третье отделение.

Ух, я с трудом сдержал эмоции. Понятно, что Шувалов звёзд с неба не хватает, но его персона — оптимальный вариант. Будучи генерал-губернатором Западного Края, граф показал себя адекватным человеком. Он продолжил линию Муравьёва и фон Кауфмана, окончательно успокоив некогда мятежные губернии. Да и выбор в качестве помощника Красникова, который отлично разбирался в реалиях непростого региона, характеризует Петра Андреевича только с лучшей стороны.

— Это хорошая новость, — я не стал скрывать своей радости перед жандармом, — Надеюсь, что граф не станет пренебрегать собственной безопасностью? Вы правильно заметили — новые революционные ячейки стали гораздо агрессивнее и не собираются идти на компромиссы.

— Иосиф, я надеюсь, вы не станете делать глупости? Пока идёт следствие, и неизвестны имена настоящих организаторов покушения на вашу персону, нельзя совершать необдуманных поступков, — Лосев начал отговаривать меня от мести, — После суда, мы затребуем у Франции выдачу преступников, и они будут наказаны.

Ага, французы прямо-таки на блюдечке преподнесут нам карбонариев, которые заочно приговорены в России к смертной казни и большим срокам. Они же сами готовят польских боевиков и всячески поддерживают реваншистские настроения у диаспоры. Хорошо хоть Березовского приговорили к пожизненной каторге. Уж больно резонансным было покушение на императора и ударило по престижу принимающей стороны. Ещё политический момент сыграл свою роль, ведь Наполеон всячески пытался умаслить Александра, дабы вбить клин между русскими и пруссаками.

— Александр Михайлович, если вы заметили, то я лежу в госпитале. И не надо меня демонизировать, — отвечаю с усмешкой, — Мне остаётся только ждать окончания расследования. Но прошу вас рассмотреть версию, что «Русская воля» поддерживается изнутри, а не снаружи.

— У вас есть какая-то информация? — Лосев подвинул стул к моей кровати и перешёл почти на шёпот.

— Я просто делаю предположение на основе имеющейся информации. Даже если Лопатин нашёл союзников в Европе, когда ездил помогать гарибальдийцам, то всё очень странно. Вояж нашего героя длился недолго, и он не успел поучаствовать в боевых действиях. Его персона крайне ничтожна, чтобы иностранная разведка заранее готовилась вступить в контакт с будущим террористом. Тот же Лавров, или братья Слепцовы — гораздо более интересные личности, имеющие влияние на часть прогрессивной и экзальтированной публики, — после упоминания фамилий врагов, отправленных мною на тот свет, жандарм загадочно улыбнулся, но промолчал, — Поэтому я считаю наличие какой-то внутренней силы, помогающей преступникам, вполне реальной.

— Мы рассматриваем подобный вариант. Но тайные общества начали создаваться не вчера. Среди всех этих кружков всегда хватало богатых людей и сочувствующих из служащих. Сейчас жандармерия работает достаточно эффективно, и большинство сочувствующих революционерам выявляется достаточно быстро. Я больше склоняюсь к иностранцам, оказывающим помощь «Русской воле». После гибели практически всех вождей социалистического и революционных движений, оно сильно изменилось. Деятельность многих организаций стала тайной, практически отсутствует полемика в прессе и даже непонятно, кто ныне является их лидером. Большая часть европейских социалистов отошла от идей насильственного свержения власти, это больше касается Пруссии, Южногерманского Союза и Франции. При этом подняли голову анархисты и националистические сообщества. Недавние покушения в Париже, Вене и Италии показывают, что карбонарии ожесточились и ушли в подполье. Наши террористы берут пример с европейских коллег. Оттого такая конспирация и непримиримость. Анархисты и ирландцы активно применяют динамит, не обращая внимания на жертвы среди обычных граждан. Покушавшиеся на Грейга тоже никого жалеть не собирались. Мне страшно представить, что будет дальше.

После ухода Лосева я долго размышлял, пытаясь понять, кто стоит за доморощенными борцами. Уже, засыпая, мне вроде удалось нащупать ответ, но с утра воспалились раны, и стало не до поиска неведомых кукловодов.

* * *

— Прошу прощения за подобную обстановку, — обращаюсь к гостю после положенных приветствий, — Но сейчас госпиталь является моей временной резиденцией. Поверьте, в палате гораздо хуже и она не предназначена для деловых бесед.

— Ничего страшного, мне случалось бывать в разных ситуациях. Что касается госпиталя, то я просто восхищён! — гость взмахнул рукой, указывая на сад, где происходила встреча.

Через десять дней после покушения мне стало гораздо лучше, но Пирогов запретил даже думать о возвращении домой. Зато можно гулять в небольшом парке, находящемся на территории госпиталя. Мастера с инструментального завода быстро изготовили компактное кресло-коляску, на котором меня возил Янка. Увидев завистливые взгляды врачей, я пообещал прислать им двадцать подобных изделий. Заодно в голову пришла идея, что надо заняться производством медицинского оборудования. Те же каталки, коляски, лёгкие носилки и кровати для разных больных — весьма перспективное направление. Но сейчас все мои мысли сосредоточены на долгожданной беседе. В принципе, мы уже обсудили главные вопросы с интересующей меня стороной. И вот, наконец, прибыл специальный посланник, дабы принять окончательное решение. Вернее, он донесёт своё мнение об одном попаданце-интригане до бенефициара.

— У моего дяди есть главный вопрос — зачем вам это?

Ответ у меня готов, но устроит ли он собеседника. Вернее, Антонио Кановас дель Кастильо — главу испанского правительства и регентского совета, отправившего племянника в Санкт-Петербург. После череды переворотов, в некогда великой империи установился относительный порядок. В этой реальности события тоже ускорились и пошли другим путём. После свержения Изабеллы II монархисты призвали в Мадрид Амадея Савойского, чем спровоцировали полномасштабную гражданскую бойню. Второй карлистской войны в стране не случилось, так как сторонники Карла схлестнулись одновременно с республиканцами и войсками итальянского принца.

В результате кровавой мясорубки, чуть было не развалившей Испанию, местное общество одумалось. К власти пришёл компромиссный политик — дель Кастильо, Амадея вышвырнули домой, а кортесы проголосовали за восстановление Бурбонов, но с условием, что Изабелла останется в изгнании. Её сын Альфонсо был утверждён наследником престола, приехал в Мадрид, и должен был вступить на престол по достижении совершеннолетия. Пока же страной управлял регентский совет, и надо заметить, делал это успешно. Ну, насколько это было возможно в сложившихся условиях. Я же начал переговоры с нынешним премьером ещё до его назначения, чем несказанно того удивил. А вот говорить всю правду его представителю или нет, пока не решил.

На самом деле переговоры с испанцами меня волновали исключительно в рамках их грядущего противостояния с САСШ. В своё время они могли неплохо попить американской кровушки, но наделали множество ошибок, рассорившись с населением собственных колоний. Но пока противостояние только в начальной фазе, и многое можно изменить. Здесь ещё и Мексика, которая находится под влиянием Франции, не собираясь становиться вассалом своих северных соседей. Поэтому сейчас такой простор для интриг, аж дух захватывает.

При определённых усилиях реально перенаправить интересы Вашингтона на юг, заодно стравить его с Парижем. Это позволит нам усилиться на тихоокеанском побережье, где «Доброфлот» уже навёл немало шороху. Китобои, браконьеры и мутные торговцы давно вышвырнуты из российских земель и северной части океана. Наиболее от этого пострадала Япония, которая была вынуждена подписать договор о признании Курил и Сахалина российскими территориями, дабы получать необходимые ей морепродукты. Сейчас на Дальнем Востоке действует несколько совместных рыболовных компаний, но у «Доброфлота» пока работы хватает. Вот только столкновение с полноценной эскадрой мы не выдержим. Поэтому крайне важно, чтобы американцы были заняты другими проблемами.

Вот я и написал от имени Локи провокационную статью о развитии событий в испано-американских отношениях. САСШ уже фактически контролируют Кубу, куда вложены просто огромные средства. Также янкесы не скрывают своих притязаний на Доминиканскую Республику, выбившую с острова испанские войска и недавно подписавшую договор о присоединении к штатам[2]. Судьба Филиппин и Пуэрто-Рико также была предсказана вполне правдиво. Всё это вызвало большой шум в Европе и особенно Испании. Но тогда Мадрид только зализывал раны после гражданской войны и не строил никаких долговременных планов во внешней политике. Постепенно ситуация внутри страны успокоилась и местные политики начали задумываться о будущем своих колоний. Тогда-то я и вступил в переписку с премьером от своего имени. Поэтому сейчас его посланник ожидает ответа.

— Всё очень сложно, Хосе, — стараюсь быть как можно более убедительным, — Основной моей целью в Карибском бассейне является венесуэльская и, возможно, мексиканская нефть. В Южной Америке у меня тоже есть интерес к трём товарам, которые требуются нашим заводам. Кроме того, существует политический аспект, что глупо скрывать. Мне нужно опираться на какую-то силу и противостоять поползновениям американцев. Если Испания сохранит хотя бы Пуэрто-Рико, и начнёт более грамотно использовать своё влияние в других бывших колониях, то для меня это станет хорошим подспорьем.

Вижу, что собеседник настроен скептически, поэтому привожу второй аргумент.

— Через несколько лет САСШ полноценно выйдут в Тихий океан и начнут захватывать всё что попадётся им под руку. Аляска, которую мы отказались им продавать, станет одной из целей Вашингтона. А Гавайи, где сейчас базируется часть «Доброфлота», тоже под угрозой. С учётом того, что янки имеют большие планы на Японию, униженную русскими, то для нас всё выглядит весьма печально. Только не обольщайтесь — у наших «друзей» хватит ресурсов и на вытеснение Испании из Карибского бассейна. Может, напомнить вам, как была захвачена Флорида? Поэтому я считаю, что общий враг — это хороший повод для объединения.

— Я прочитал ваши рекомендации о будущих событиях и действиях Испании, но абсолютно с ними не согласен, — эмоционально воскликнул Хосе, — Давайте начнём с Кубы. Почему мы должны бежать с острова, оставив его американцам?

А ведь он не особо похож на южанина. Русоволосый и голубоглазый, с резковатыми чертами лица, собеседник больше смахивает на албанца или хорвата. Но меня мало интересует родословная собеседника, надо продавливать свою тему.

— За последние десять лет Испания участвовала в шести кампаниях[3], не считая гражданской войны и столкновений на Филиппинах. При этом четыре конфликта, кроме победы над Марокко и противостояния с кубинскими мятежниками, не имели смысла. Я бы назвал происходящее бездарным растрачиванием людских и материальных ресурсов. Но давайте вернёмся к Кубе, — достаю флягу с водой, делаю пару глотков и собираюсь с мыслями, — Перманентный конфликт с тамошними плантаторами, только высасывает из Испании деньги. Мадрид получает только двенадцать процентов дохода с острова, при этом большая часть равномерно распределяется между колониальной администрацией и местными властями. Я уверен, что и полученные крохи съедает содержание флота с иными расходами. Так зачем вам эта земля? Её народ не хочет подчиняться Испании, а лидеры повстанцев давно сделали выбор в пользу САСШ. Если бы вы изначально концентрировали ресурсы и бросали их на выполнения конкретной задачи, то сохранили все свои колонии. Сейчас процесс их отторжения — только дело времени.

— Предположим, что дон Антонио с вами согласен. Но почему мы должны покинуть Кубу?

Испанец пытался говорить спокойно, но явно с трудом сдерживал эмоции. Думаю, что его дядя давно проанализировал мои предложения, и в основном с ними согласился. А вот молодой Хосе мало искушён в большой политике и не может понять столь циничной позиции.

— Вы уже проиграли. За сахарными магнатами острова стоят янки. Большая часть товаров, производимых на Кубе, идёт в САСШ. Подобные связи просто так не разорвать. И это будет стоить немалой крови. Потому я и предложил дону Антонио начать бракоразводный процесс, — улыбаюсь в ответ на непонимающий взгляд собеседника, — Сейчас самый удобный момент, чтобы сосредоточить все силы и додавить восставших. А далее, надо предложить им проект автономии с последующей независимостью. Но при этом строго обговорить компенсацию убытков граждан Испании, которые захотят покинуть остров. Думаю, что большая часть желающих эмигрировать переселятся на Пуэрто-Рико или выберут Венесуэлу с Колумбией. Там более привычный климат и образ жизни. И это надо использовать в продвижении испанских интересов. Но сначала, необходимо обговорить условия компенсации за оставленное имущество с новыми кубинскими властями.

— А зачем всё это нужно? Да и кто это будет оплачивать? — резонно заметил Хосе.

— Это правильный вопрос! Сами кубинцы не наберут нужной суммы. Значит, они возьмут кредит у САСШ, которые пока предпочитают платить, нежели отнимать понравившиеся им территории силой. А вот далее начнётся самое интересное, — я не смог удержать ухмылку, — Правительство острова вдруг обнаружит, что не в состоянии поддерживать прежний уровень дохода граждан. Ещё и янки будут настаивать на отмене рабства, что сильно ударит по крупным землевладельцам. С учётом того, что новые союзники, а по факту хозяева, начнут вывозить с острова более восьмидесяти процентов дохода, то новое восстание станет вопросом времени. А ведь ещё на граждан новой страны тяжким грузом ляжет кредит, который придётся отдавать.

Собеседник смотрит на меня как-то странно, но молчит. Значит, продолжим вещать далее.

— Всеобщее восстание сметёт правительство острова и новых хозяев из САСШ. И последние точно не простят потерю колоссальных вложений в экономику Кубы. Это приведёт к прямой интервенции и партизанской войне. Именно здесь должны появиться испанцы и помочь своим заблудшим братьям. То же самое надо сделать на Доминикане, где ситуация станет ещё хуже. Пусть американцы вязнут в непрекращающихся мелких конфликтах, а вы будете на этом зарабатывать.

— Хорошо! — воскликнул Хосе, — Но ваше предложение по Филиппинам просто оскорбительно!

— Отчего же? Большую часть средств, вырученных с этой колонии, вы тратите на её содержание. Так почему не продать архипелаг Франции? Испания не только получит немалую сумму, но и тем самым окончательно поссорит Париж с Вашингтоном, который задался целью захватить ваши владения. Французы скоро откроют Суэцкий канал и получат быстрый доступ к Азии. Думаю, они с радостью согласятся прибрести огромные земли, где есть удобные порты, построены города, проложены дороги и разбиты плантации, а главное — их не надо завоёвывать. Понятно, что вместе с этим Франция приобретёт целый ворох проблем с повстанцами, но это уже их проблемы. Вам же лучше переключиться на Африку. Расширяйте владения в Гвинее, захватывайте новые территории, стройте порты и города. Куда вам ещё девать столько денег?

— О чём вы? У нас огромный дефицит бюджета, — тихо произнёс испанец.

— Продажа Филиппин французам, компенсации за имущество на Кубе с Доминиканской Республикой, перуанские и колумбийские долговые обязательства — это огромные деньги. А главное — вы навечно поссорите Париж и Вашингтон, ведь американцы хотят утвердиться в Тихом океане. Теперь у западного флота САСШ возникнут колоссальные проблемы с базированием. Гавайи фактически под русской юрисдикцией, а других баз на пути в Японии и Китаю у янкесов просто нет. Никто не мешает вам уйти с Филиппин, оставив за собой несколько небольших островов, тот же Палаван, и создать там опорную базу. Заодно вы можете забрать себе Гавайи, так как Россия не сможет удержать их по объективным причинам, зато сил испанского флота вполне хватит. Плюс, у вас высвободится мощный армейский корпус, который сейчас завяз в бесконечных стычках на Филиппинах. Военные быстро наведут порядок, прекратив террор местного населения со стороны белых, особенно американцев. Сейчас, как раз, удобный момент, когда этот архипелаг малоинтересен ведущим колониальным державам. Несколько плантаций, принадлежащих гражданам САСШ, можно выкупить или договориться, что они останутся на островах под новой юрисдикцией.

— Насколько я понял, этот архипелаг будет использовать «Dobroflot» и другие русские эскадры? — усмехнулся гость, — Мне просто интересно — какую роль вы отводите Испании в этой интриге?

— Насчёт использования портов надо договариваться. Что касается ответа на ваш вопрос, то он достаточно простой. У России нет нормальных союзников. Сейчас у нас достаточно близкие отношения с Пруссией, но всё может поменяться буквально за несколько месяцев. Проблема в том, что мы соседи, а значит, возможен вариант пересечения интересов с перерастанием в масштабный конфликт. Ещё надо учитывать, что наследник короля Вильгельма — англофил. А это очень опасная вещь, вам ли не знать о коварстве островитян. Поэтому для нас Испания хорошая тем, что у неё нет никаких территориальных споров с Россией. Ваша держава просто идеально подходит для заключения соглашения о союзе. Я вообще не понимаю, почему между нашими государствами такой маленький торговый оборот. Ведь обе стороны могут предложить достаточно большой ассортимент товаров. Так, давайте начнём с экономики и плавно перейдём к политике. В случае войны с другими странами мы сможем поставлять друг другу товары, используя нейтральный статус. Благо, у нас есть возможность осуществлять торговлю с двух направлений.

— Описанная ситуация крайне сложна. Вы правильно заметили, что между нашими государствами практически нет никаких связей. Дядя говорил, что ему будет сложно убедить нашу элиту в необходимости сближения с русскими, — наконец ответил Хосе, после моего долго пассажа, — Что может предложить Россия нам именно сейчас?

Ответ на этот вопрос у меня готов давно.

— В Испании идёт масштабное строительство железной дороги, прерванное на время войны. Моя компания может хоть завтра предоставить вам несколько видов машин. Это строительная и вспомогательная техника, которая сильно облегчит работу ваших компаний. Уже более двух лет я поставляю в вашу страну керосин и продукты переработки нефти, а также разнообразные лампы с горелками. Со стороны испанских землевладельцев есть большой интерес к сельскохозяйственным машинам и инструментам, производимых на моих предприятиях, — Хосе вроде слушает внимательно, значит, вопрос бы не праздным, — Но это ещё не всё. Мы с компаньонами поможем Испании с производством двигателей и паровозов. Сейчас испанцы закупают большую часть техники у англичан и надо заметить, что вам достаются не самые лучшие образцы. Если говорить откровенно, то островитяне просто сбрасывают устаревшие модели. От российских заводчиков вы получите исключительно современные варианты механизмов. Даже сами англичане, скрежеща зубами, признают, что русские машины не уступают их аналогам. На самом деле, мы уже обогнали островитян по многим направлениям. А ещё я могу поставлять лекарства, тот же нитроглицерин. И это только часть того, что может предложить Испании наша промышленность.

— В принципе, мой дядя так и думал. Ведь вы уже описывали примерный перечень товаров, который должен заинтересовать мою страну. Вот только про русскую технику я слышу первый раз. Не знал, что вы так далеко продвинулись в этом направлении.

— Здесь полный список того, что мы можем предложить. Заодно, я указал товары, необходимые России, которые может поставлять Испания, — передаю гостю папку с бумагами, — Там же я описал все предложения в области политики. В качестве жеста доброй воли, к документам прилагается карта полезных ископаемых, которые есть в Западной и Восточной Африке. Ещё там указаны земли, где лучше всего выращивать кофе, какао, чай и даже гевею. Поверьте, потребность в каучуке растёт, и скоро производители не смогут удовлетворять потребности ведущих промышленных стран. Это самое настоящее золотое дно, не уступающее по доходности добыче нефти или серебра. Думаю, дон Антонио оценит такой подарок.

Хосе как-то странно посмотрел на меня и произнёс слово, которое я ожидал меньше всего.

— Diablo!

Видя моё непонимание, собеседник пояснил.

— Не только вы собирали информацию, но и мой дядя долго вас изучал. Перед отъездом, когда я получал инструкции, дон Антонио сказал, что мне предстоит встреча с дьяволом. Тогда это казалось шуткой. Ещё дядя восхищался вашими деловыми качествами. За столь короткий срок, разбогатеть дано не каждому. При этом вы ещё имеете влияние на русского императора через одну княжну. Здесь волей-неволей начнёшь верить в происки нечистого.

— Не нужно меня демонизировать, мои достижения и возможности не так уж велики. А сейчас я играю с вами открытыми картами. Какой смысл обманывать, если честность даст возможность заработать гораздо больше, — улыбаюсь максимально дружелюбно, костеря про себя хитромудрого дель Кастильо.

Между тем собеседник быстро листал бумаги, скреплённые скобами. На одной из них он остановился и вдумчиво прочитал. Следующие две страницы вообще выбили испанца из реальности. Когда молчание совсем затянулось, он дёрнул головой, будто сбрасывая морок, и посмотрел на меня.

— На бумаге проект мирного договора с Перу выглядит реалистичным. Есть только большая проблема. Даже после тихоокеанской войны, которую наша бывшая колония проиграла, она отказалась возвращать долг, несмотря на подписанные документы. Сейчас это главный камень преткновения между странами. И мне понятнее ваш интерес, — усмехнулся Хосе, — Где вы ещё найдёте такое количество гуано и селитры для своих заводов. Но наши власти начнут переговоры только после выплаты долга. Эта ситуация длится долго, и в Испании скорее согласятся начать новую войну, чем заключать договор.

Вздыхаю и смотрю на собеседника, как на неразумное дитя.

— Хосе, объясните мне, откуда у ваших политиков такая непримиримая позиция? Зачем всё сводить к войне? Неужели непонятно, что времена конкистадоров давно прошли? Почему не взять на вооружение опыт ваших врагов? Вспомните, как англичане опутали кредитами власти бывших испанских колоний, особенно Новую Гранаду и Ла-Плату. Ведь именно островитяне, которым нужны новые рынки сбыта, а не креольская элита, фактически начали процесс отторжения испанских владений. Что мешает вам поступить аналогично? — поднимаю руку, пресекая возражение, — Финансовый вопрос мы уже обсуждали. Продажа Филиппин и Кубы принесёт Испании огромную прибыль. Так почему не вложить часть денег в наиболее перспективные проекты? Гуано и гевея Перу, медь и селитра Чили, аргентинское серебро и цинк — это лишь небольшой перечень полезных ископаемых, на которых можно заработать. У самих колоний просто не хватает средств, обученных специалистов и техники для осуществления масштабной добычи с переработкой. Деньги у вас скоро появятся, часть машин поставит Россия, остальное можно закупить у Пруссии. Надо только захотеть и сделать первыми шаг навстречу бывшим колониям. Уже упомянутые англичане недавно развязали ужасную парагвайскую войну, в очередной раз опутав южноамериканские страны кредитами. Вам же нужно просто прийти, создать концерны, где весомая доля будет принадлежать правительству условной Боливии, и начать зарабатывать деньги. А для страховки я придумал идею, которая должна понравиться прогрессивной публике новых стран.

— Иберо-американское сообщество наций? — уточнил Хосе, — Как вы себе это представляете? После многочисленных войн, пролитой крови, невозвращённых долгов — это выглядит утопично. А ещё у многих южноамериканских стран есть территориальные претензии друг к другу. Недавно закончившаяся Парагвайская война — яркий тому пример. И кто будет в данном объединении лидером? Никто из южноамериканцев не захочет видеть Испанию в данном качестве.

— Так для того я и предложил идею подобного союза, чтобы начать решать политические проблемы. Но начать предлагаю с экономики, и образовать общий рынок с беспошлинной торговлей. Да, будет много споров и противников подобной инициативы, но умные правители сразу поймут выгоду. Возможно, от этого выиграют только более развитые страны, что неочевидно. Начинать надо уже сейчас, и сделать это должна Испания. В первую очередь помиритесь, наконец, с Португалией, которая уже пять веков поддерживает Англию, а фактически является её вассалом[4], — делаю ещё глоток воды, так как горло основательно пересохло, — С учётом того, что Лондон регулярно предаёт Лиссабон в последнее время, то это выполнимая задача. Далее могут быть Чили или Перу, затем Эквадор, с которыми у Мадрида множество разногласий. Путь предстоит долгий, но сама идея весьма интересная с учётом опасности порабощения Латинской Америки английским и американским капиталом. Что касается лидерства, то Испании лучше от него отказаться. Пусть штаб-квартира сообщества располагается в Каракасе или Рио. Вам пора менять свою стратегию во внешней политике с реваншизма на прагматизм. Например, в условном Эквадоре происходит очередной переворот, но при этом не должны пострадать испанские инвестиции. Для этого местная элита должна осознать важность ваших вложений в их экономику и необходимость сотрудничества. Понятно, что проникновение ваших компаний в ряд стран столкнётся с жёстким противостоянием лоббистов Англии. Полностью выбить из Южной Америки британский капитал нереально, но надо попытаться, в чём я вам помогу. Для того и важна политическая составляющая. Необходимо вбить в умы элиты и простого народа необходимость объединения для сохранения экономической независимости, на которую покушаются англо-американские банкиры. Устроить грамотную кампанию в прессе, и перекупить нескольких ярких политиков с публицистами — не так уж сложно. А потом можно спокойно заходить в любую страну со своими деньгами, главное — не забывать делиться с местными правителями. Англичане используют этот метод столетиями, чем вы хуже? Техническим обеспечением я вам помогу. Уже через два года мои заводы смогут производить достаточно машин и механизмов, которые пойдут на экспорт. Потому я и предлагаю объединить наши силы.

— Diablo! — прошептал собеседник.

Мы разговаривали ещё час, пока нас не прервал Янка и в ультимативной форме потребовал прекращения беседы. Да и я сам уже начал ощущать дискомфорт и усталость. Хосе вежливо распрощался, положил паку в саквояж и медленно побрёл на выход.

Я же, после смены повязки и приёма лекарств, ещё раз обдумал прошедшую встречу. Насколько я понял, дель Кастильо согласился с большей частью предложений. Антонио весьма умный человек и грамотный политик, он прекрасно знает про нависшую над Испанией угрозу. Если бы не череда глупых войн, где страна растеряла бездну ресурсов и понесла тяжёлые потери, то можно было пойти другим путём. Даже в своём нынешнем виде, испанский флот и армия весьма боеспособны. Если бы не повстанцы на Кубе и Филиппинах, то в моей реальности американцы не смогли так легко захватить эти колонии. Ещё помогли мадридские политики, не пославшие вовремя новый флот из метрополии. Но сейчас совершенно иная ситуация. Проект Иберо-Америки, с равными правами всех участников объединения и общим рынком, вполне осуществим. Даже с учётом, что я сильно ускорил ход событий, у нас есть лет пятнадцать. За это время вполне возможно заразить умы латинской публики идеей справедливого союза.

Мне же от подобного проекта нужны две вещи. Первое — это политический аспект. Франция, сохранившая за собой Суэцкий канал, фактически управляющая Мексикой и получившая Филиппины, станет вечной костью в горле англичан с американцами. Главное, чтобы мусье не надорвались и действовали рационально. По донесениям моего агента из Парижа, вроде всё идёт по плану. Вскоре будет захвачен Египет и, скорее всего, Ливия. Таким образом, французы становятся хозяевами огромных земель, которые потребуют их освоения. Ещё надо учитывать агрессивную колониальную политику пруссаков, вцепившихся в Западную Африку, будто клещи. Из Лондона уже раздаются предостерегающие голоса и намёки на возможные проблемы Берлина. С учётом начала испанской экспансии на континент, я даже не могу представить, насколько запутается политическая ситуация в мире. А если получится идея иберо-американского сообщества, то здесь уже бесполезно строить какие-либо прогнозы. Придётся просто подстраиваться под новые реалии. Всё это только на руку России. У нас будет передышка и возможность спокойно довести до ума военную реформу. Война с османами, скорее всего, состоится, но по иному сценарию. Тем более, что они потеряют Египет, и Франция станет нашим невольным союзником в предстоящей кампании.

Что касается второй вещи, то здесь речь идёт о личной выгоде. Мне действительно необходимы гуано, гевея и селитра. Венесуэльская нефть тоже не помешает. Да и в будущие африканские колонии Испании я влезу с удовольствием. Жалко, что Россия в своём нынешнем виде не потянет даже Гавайи, не говоря о полноценной экспансии в Африку. Нам бы Транссиб начать строить и запустить грамотную программу переселения. Сейчас нельзя разбрасываться ресурсами и людьми. Хотя, как вариант, можно предложить создание частной компании для освоения той же Намибии. Сейчас это никому не нужная земля, о богатствах которой знает только один попаданец. Ведь Бельгийское Конго принадлежало лично королю Леопольду. Чем мы хуже? Тем более, уже есть прецедент Аляски, ставшей доменом царского семейства. Надо будет обмозговать этот момент. Лет пять у меня ещё есть, а за это время можно накопить немало ресурсов для экспансии. Да и новых колонистов легко подобрать из сектантов, например.

Но в ту же Таньганику, которая в моём мире называется Танзанией, я точно влезу на плечах испанских солдат. Это же благодатнейшая земля, где можно выращивать буквально все растительные культуры, про полезные ископаемые можно и не говорить. Благо, пруссаки пока не замахиваются на восток континента, осваивая запад. Жалко, что англичане уже закрепились в Кении, которая тоже является весьма лакомым куском. Планы у меня грандиозные, другой вопрос — позволят ли им осуществиться. Но тем даже интереснее. Бороться я всё равно буду до конца.

[1] Людвик Мерославский (1814–1878) — польский революционер и военачальник, генерал.

[2] Президент Доминиканской республики Баэс провёл переговоры о присоединении страны к США. В 1869 году он сумел подписать с госсекретарём Сьюардом договор о включении Доминиканской республики в состав США, однако в 1871 году американский сенат отказался ратифицировать его.

[3] 1858–1862 во французской экспедиции Кохинхину

1859–1860 война с Марокко

1861–1862 интервенция в Мексику

1861 году Испания захватила Доминиканскую Республику

1863–1866 Первая тихоокеанская война

Война 68-го — первая из трёх войн за независимость Кубы от Испании.

[4] Виндзорский трактат, подписанный в Виндзоре в 1386 году, положил начало англо-португальскому союзу, самому длительному в дипломатической истории, продолжавшемуся вплоть до мировых войн XX века. Союз был закреплён в феврале 1387 года браком Жуана I, первого португальского короля Ависской династии, с Филиппой Ланкастерской, дочерью Джона Гонта. Родившийся в этом браке монарх получил имя деда Филиппы, английского короля Эдуарда III.

Глава 7

Под мерный стук колёс экипажа и небольшую болтанку, впадаю в дрёму. А перед глазами сразу встают недавние события, заставившие меня глупо улыбаться.

— Я приказала служанкам положить твой любимый халат и тапочки в чёрный чемодан. Ты сразу их увидишь. Там же лежит домашний костюм и туфли. Надеюсь, не запутаешься и всё найдёшь.

С трудом сдерживаю улыбку, выслушивая наставления Агнешки перед предстоящей поездкой. Она такая забавная и красивая, когда пытается вести себя будто заботливая мамаша. В быту я достаточно скромен, можно сказать — аскетичен. Что совершенно не нравилось одной сероглазой пани. Через пару месяцев совместной жизни я оказался в её прелестных ручках и перестал сопротивляться. Одежда, украшения, или цвет галстука — это её территория, куда мне не придёт идея соваться даже мысленно. Со вкусом у супруги полный порядок и глупо отказываться от такой опции. Но всё-таки я не беспомощный, аки младенец.

— Да, дорогая.

Подозрительный взгляд и очередная нотация, как для дитяти.

— Доктор прописал, чтобы ты пил пилюли и обязательно больше гулял. Это очень важно для твоего бока и плеча. И постарайся не попадать в глупые ситуации, особенно избегай дуэлей. Ты же ещё так слаб и, вообще, кое-кому пора взрослеть.

— Хорошо, дорогая.

— Ты надо мной смеёшься? — чую, что супруга начала кипятиться и юмора точно не поняла.

Ну, не рассказывать же ей про рекламный ролик из моей реальности. Просто всё выглядело настолько забавно, что я не смог удержаться. Вот только издеваться над любимым человеком мне даже в голову не придёт. Обнимаю уже изрядно округлившуюся Агнешку и целую пухлые губы. Сначала супруга для видимости отбивалась, но затем страстно меня поддержала.

— Юзек, прекрати! Ведь дети могут увидеть, — произнесла она через некоторое время, но не думала особо отстраняться.

— Это же хорошо! Пусть знают, как папа любит маму! — опять притягиваю к себе раскрасневшуюся и явно довольную жену.

В общем, моё отправление на вокзал изрядно затянулось, так как пришлось уделить внимание сыну с дочерью. Мелкие шантажисты устроили небольшое представление к взаимному удовольствию сторон. Не хотели меня отпускать, хотя вчера всё обговорили и пришли к согласию, что папе необходимо лечиться. На самом деле я усиленно изображаю из себя умирающего лебедя. Просто это самый лёгкий способ вырваться в Европу, дабы никого не насторожить. Вот и хожу с тростью, морщусь от болей в плече и боку. А на деле я почти восстановился после ранения. И мне неудобно ломать комедию перед Агнешкой. С другой стороны, есть дела, которые необходимо делать лично, особенно если речь идёт о безопасности семьи.

Потому я и выехал, якобы на лечение, в известный всей Европе курортный городок Бад-Эмс. Тот самый, где Александр подписал указ, ограничивающий употребление украинского языка. В этой реальности подобный документ вряд ли потребуется, так как ещё в середине шестидесятых вышли постановления о новой системе делопроизводства в империи. С моей подачи все наречия страны, кроме великорусского, не употреблялись в государственных учреждениях, в том числе судах. Что существенно ограничивало в правах несколько национальностей и возможность местным кадрам поступать на госслужбу. То же самое начали практиковать в образовании. Верноподданный мог учиться на условном финском или литовском только до третьего класса. Далее ученики переходили на русский, который штудировали в первые года обучения. При этом родные языки никто не запрещал изучать в воскресной школе. Зато, для армии нет никаких запретов, и рекрутский набор ныне касается всех народов империи.

Таким способом буквально за пять лет удалось сильно ограничить распространение национальных языков в культуре и прессе. Понятно, что патриоты и упоротые националисты продолжали вести просветительскую деятельность, как они её понимали. Но у ОКЖ было своё мнение на сей счёт. Особо никого не душили, но государство старалось следить, чтобы всякие мовы оставались языком необразованных крестьян, подёнщиков и весьма узкой прослойки зарождающейся интеллигенции. С польским сложилась иная ситуация, более сложная, но мне сейчас не до лингвистических проблем.

Что касается курорта, то здесь действительно отличный сервис и медицина высокого уровня — по меркам нынешней эпохи, конечно. До Эмса мы с Янкой добрались по железной дороге. Скорость современных поездов немного угнетает, но это лучше, чем трястись в дилижансе. С собой я взял только полешука — Фредди остался дома на хозяйстве. Супруга сначала настаивала, чтобы немец ехал со мной. Только после покушения я стал изрядным параноиком и не стал тащить за собой главу СБ. Мне так спокойнее покидать дом, зная, что семья под надёжной охраной.

Кстати, границы между двумя германскими государствами пока условны. Несмотря на явный крен южан в сторону Австрии и Франции, пруссаки не теряют надежды объединить немецкие земли. Поэтому на въезде в герцогство Нассау, которое сумело сохранить независимость в 1866 году, не было даже таможни. Вообще, Бисмарк ведёт весьма грамотную политику, и ему удалось протолкнуть ряд толковых законов. В том числе о свободном перемещении капиталов и отмене заградительных пошлин. Используя наличие денег и более мощной промышленности, Берлин активно лезет в экономику Южногерманского союза. Хорошо это или плохо, я пока не знаю.

Янка в Эмс не заезжал, так как отбыл по другому маршруту. Въехали мы вполне легально, но далее придётся использовать поддельные документы. Полешук давно пообтесался, кроме немецкого неплохо освоил французский, и частенько катается по Европе с моими поручениями. Для себя он подобрал образ представителя крупной торговой фирмы, научился рассуждать о ценах на зерно или овёс и прочие продукты. Обычно Янка возит корреспонденцию с ценными грузами в Голландию и Швецию, где работают представительства моего банка. Заодно шпионит понемногу, встречаясь с нашими агентами. Поэтому я особо не нервничал, что полешук провалит свою часть дела.

Я тоже не стал задерживаться на курорте. Неделя процедур и прогулок на свежем воздухе — весьма полезное дело. Сюда бы дней на пятнадцать заехать, лучше с семьёй. Но Агнешка в ближайшие года полтора никуда не поедет, поэтому, немного расстроившись, я начал готовиться к дороге.

Уже в Париже меня застала отвратительная новость. В Санкт-Петербурге совершено покушение на графа Шувалова, к счастью — неудачное. Пётр Андреевич ранен, но других заслуживающих внимания новостей французские газеты не напечатали. Было много истерии, намёков на таинственных мстителей, очередные обвинения царских властей во всех грехах и прочая чушь. Судя по тому, что «Русская воля» разгромлена, а остатки её членов скрываются от жандармов, нападение организовали люди, к которым я собрался наведаться в гости. Только происходящие события совсем не радуют. Шувалова неплохо охраняли, и просто так к нему подобраться невозможно. Даже группа убийц не сможет провести такую акцию без поддержки мощных сил. В этой реальности игры с нигилистами, социалистами и прочей сволочью давно закончились. Охранка и третье отделение работает весьма продуктивно. Значит, надо серьёзно заняться анализом ситуации по возвращении. А то я излишне закопался в коммерческих делах. Так выйдешь однажды на улицу, а там — переворот или революция, не дай бог.

* * *

— Прибыли. Далее пойдём пешком, — прозвучал неожиданно голос Янки.

Я встрепенулся и начал разминать шею, пытаясь скинуть сонливость. Между тем карета остановилась, и пора десантироваться. Мы проходим по полутёмному проулку и выходим на освещённую улицу. А неплохо живут ныне террористы! Приличный трёхэтажный особняк недалеко от центра. В четырёх окнах горит свет. Рядом с массивными воротами стоят два возка, на которых, скорее всего, приехали нужные мне персоны. Судя по обильному табачному дыму, идущему от одного из транспортных средств, оба кучера проводят время в беседе, ожидая хозяев.

— У нас не будет проблем с отходом? — спрашиваю полешука и кутаюсь в лёгкое пальто.

Сыровато в Париже, и гораздо холоднее, чем я ожидал. Да, после курорта я выдвинулся в столицу Франции, дабы встретиться с некоторыми людьми. Доехал спокойно, остановился в недорогом, но приличном пансионате, и сразу вышел на связь с Янкой. Тот провёл в городе неделю и успел разработать план операции. Вернее, большую часть работы сделали друзья Фредди, оказывающие нам специфические услуги в Европе. Сотрудничество у нас давнее и взаимовыгодное. Обо мне они ничего не знают, а связь поддерживается через агента в Амстердаме. Я им немного помог, подкинув идеи, какие дела можно начать в Новом Свете. Это по моему совету, ребята, переехав в САСШ, создали целую подпольную организацию. В политику они не лезли, а разного рода мелкие грешки мало кого интересуют. Поэтому доставка оружия ирландским патриотам, подготовка французских анархистов или помощь в вывозе из Европы нужного человека, осуществляется именно бывшими сослуживцами немца. Думаю, у них и другой клиентуры хватает, но мои задания всегда выполняются.

Но есть вопросы, которые надо решать самому. Для этого полешук неделю мотался по Парижу, выслеживая нужных людей, а американская организация его прикрывала, обеспечивала транспортом и следила за домами, где жили интересующие нас люди.

— Зайдём через вход для прислуги. На ночь в доме остаётся только один старик-сторож, которого можно скрутить. Наши друзья снимают здесь квартиру на втором этаже, и используют её больше для встреч. Но времени у нас мало. Я тут разговорился с одной из служанок — соседи по площадке приедут со дня на день. Наверху живёт какая-то весёлая молодёжь, которая обычно раньше полуночи не появится, но может нагрянуть в любой момент. Главное, что сегодня на встрече будут оба интересующих нас человека.

Я уже говорил, что это мир непуганых идиотов? Даже недавние удачные покушения на несколько французских политиков не настроили местные власти на более серьёзный лад. Полиция работает спустя рукава, ограничившись защитой богатых кварталов. Жандармерия — просто сборище клоунов по сравнению с русскими коллегами, таможня не лучше. А ещё сами граждане не уделяют внимание собственной безопасностью. Кто им мешает нанимать в качестве сторожей не дедушек, а демобилизованных солдат? Даже одноногий инвалид, обладающий должной подготовкой и правильно проинструктированный, может помешать злоумышленникам проделывать свои делишки. Но мне так даже лучше.

Сторожа, который проводил обход, мы аккуратно спеленали и бросили в каморку. Далее Янка быстро открыл дверь чёрного входа, и мы проникли в дом. Запасливый полешук зажёг керосиновый фонарь, а то на лестнице темно аки у негра в заднице.

Странно, что я сначала не ощущал никакого волнения, даже когда мы крались по переулку и перелезали через ограду. Но, приблизившись к цели, начал понимать, что очень жду возможности посмотреть на лица потенциальных жертв. Подобные мысли совершенно лишние, так как сейчас нельзя расслабляться и наслаждаться своим мнимым превосходством. Но вот Янка открывает нужную дверь, мы крадёмся по квартире, и сердце начинает всё сильнее разгонять кровь по жилам. Это не мандраж, и предчувствие боя, которое я уже подзабыл.

После длинного коридора я вхожу в просторную комнату, наполненную запахами дорого табака, духов и какой-то снеди. За столом расположились три хорошо одетых господина и что-то бурно обсуждали, не обращая на меня внимания. Янка страхует спину на случай, если в двух остальных помещениях были люди.

— Dzień dobry, moi mali miłośnicy terroru![1] — произношу достаточно громко и навожу на собеседников револьверы.

— Ты! Иуда!

Упс! А вот этого поворота я не ожидал. В гостиной находился ещё один человек. Хуже всего, что дама, стоявшая в углу, узнала меня даже в балаклаве. Скорее всего, по голосу, а может, моя фигура врезалась ей в память. Быстро прокручиваю в голове, где я мог видеть эту мадам. И сразу вспоминаю один из судов над мятежниками в Вильно.

— Здравствуйте, Камилла Викентьевна, — произношу как можно доброжелательнее, — Вас уже выпустили из сумасшедшего дома? Ах, простите… Это же было ещё до мятежа. Значит, вы с каторги добрались прямо до Парижа! Вашу целеустремлённость, да в мирное русло.

Замечаю, что один из мужчин сделал попытку сунуть руку в карман и бью его ногой. Тут же подскочивший Янка добавил товарищу рукояткой револьвера и начал укладывать на пол двух других террористов.

— Мне…Я… — лицо женщины исказила маска ненависти, и она явно собралась произнести чего-то пафосное, но пришлось её прервать.

— Сейчас ты ляжешь лицом в пол, и только попробуй вякнуть. Марш!

* * *

— Граф, а не слишком ли жестоко? — спросил Янка утром, когда мы уже ехали на поезде в Амстердам, — Всё-таки женщина, и вообще…

Несмотря на звериную ненависть к польской шляхте и жидам ростовщикам, Пырх никогда не преступал грани разумного. С детьми и женщинами он точно не воевал. Но периодически мой соратник проявлял редкое непонимание ситуации. Вот и приходилось проводить с ним уроки политинформации.

— Скажи мне, кого мы недавно накрыли на квартире в Париже?

— Верхушку террористического общества «Союз польских патриотов», — нахмурив брови и явно ожидая от меня какого-нибудь подвоха, ответил полешук.

— Тогда что среди господ Мерославского, Падлевского и Чеховича делала пани Гиллер, бывшая Марцинкевич? Её муж давно рассорился с радикальной частью повстанцев и занимается больше просветительской деятельностью. Жалко, что не было времени расспросить сию мадам с толком и расстановкой. Хотя, она единственная из всей этой троицы обладала яйцами и могла наплести всякой лжи, — отвечаю с усмешкой, — А пытать женщину ты бы не позволил. Но полученной информации хватает для вынесения смертного приговора. Считай, что сия мадам — одна из ключевых фигур уничтоженного нами тайного общества. А ещё она ненужный свидетель.

— Вы считаете, что дочка поэта состояла в руководстве «союза»?

— Именно так, хотя её папаша — обычный стихоплёт, ещё и жуткий прохвост, воровавший чужие произведения. Сама Камилла с молодости вела себя весьма активно. Не просто так её отправляли в сумасшедший дом, задолго до восстания. Добросердечные русские власти просто не понимали, за что их так ненавидят. Ибо не пристало девице организовывать покупку оружия и распространять прокламации с призывом убивать всех несогласных. Далее наша панночка активно помогала отряду известного тебе Калиновского, за что и отправилась на каторгу. Кому пришла в голову идея её помиловать, даже ума не приложу. Но в Париже она оказалась не просто так. Думаю, именно Камилла играла не последнюю роль в «союзе». Мерославский — обычный вояка без особого кругозора, бросавшийся во все заварушки, где обычно проигрывал сражения и сбегал, бросив своих солдат. Падлевский — персона совершенно ничтожная, не стоящая даже мизинца своего полоумного братца. Чехович — наивный идеалист, проваливший все дела, за которые брался. Хотя, последние весьма богаты и одержимы желанием отомстить, потому выгодны организации. А вот с нашей дамочкой не всё так просто. Особенно смущает её освобождение и разрешение покинуть Россию.

— Так многие повстанцы получили помилование. Это старая забава наших царей, — хохотнул Пырх, — Сначала мятежников холят и лелеют, позволяя им заканчивать военные академии и получать чины. То же самое касается гражданской службы. Затем те восстают против России, но снова начинаются странности — вместо смертного приговора наши герои едут на каторгу. Потом бессрочная каторга вдруг сокращается до нескольких лет с возможностью перейти на более лёгкие работы, а некоторым дозволяют отправиться на поселение. Проходит ещё пара лет — и бывшие враги вполне себе спокойно занимают государственные должности, кто-то уезжает за границу и гадит оттуда. Вы же сами об этом всегда говорите, чего я здесь распинаюсь? И вообще, поспать бы надобно часа три.

Пока Янка пытался разместиться на неудобном диванчике, я ещё раз быстро обдумывал произошедшее. Если брать краткий итог недолгой встречи с террористами, то он неудовлетворительный. Плохо, что не удалось расспросить их более детально. Дело в том, что к особняку подъехало несколько экипажей, из которых выбралась достаточно большая компания мужчин и женщин. Поэтому мы забрали обнаруженный саквояж с деньгами, какие-то документы и быстро покинули квартиру. Хоть на этот раз полешук помог отправить поляков в ад. Только горло мадам Гиллер, дочку неудавшегося классика белорусской поэзии этого мира, я перерезал собственноручно. Брать пленника с собой не было никакого смысла. Мы просто не готовились к долгой акции, и уже через несколько часов нам надо быть на вокзале.

После экспресс-допроса, террористы поняли, что шутки закончились. Правда, Мерославский пытался чего-то верещать про его благородное происхождение, когда ему вынули кляп. Странный он какой-то. Наверняка до последнего не мог поверить, что мы пришли убивать. Затем после нескольких процедур что-то в его голове прояснилось. Этот профессиональный повстанец, замаравшийся во многих революционных событиях, вывалил целый воз информации. К сожалению, половину я уже знал, а остальная практической ценности не имеет.

Пан Людвик действительно был одним из организаторов тайного общества. Вернее, он в это искренне верил. Для него это не первый опыт, он уже основывал эмигрантскую группу «Польский Круг» и возглавлял польско-итальянскую военную школу в Генуе. Вот только не похож товарищ на грамотного интригана и манипулятора. Это известная фигура в мятежных кругах, но не особо уважаемая. Сейчас у поляков нет лидера уровня Домбровского, Калиновского или Сераковского, да и многие фигуры помельче давно кормят червей. Поэтому выход на первые роли персонажей вроде Мерославского я воспринимаю нормально. Он даже особо не скрывал, что лично готовил боевиков, отправленных в Питер убивать меня и Шувалова. Но была во всём этом определённая неправильность. И ещё — откуда они взяли столько денег и агентов в России? Пожертвований эмигрантских кругов на это явно недостаточно. В нынешней Европе хватает польских обществ — и не все они радикальные — которым также помогают богатые беглецы.

Падлевский стойкого партизана из себя не строил. Немного плевался и шипел угрозы в мой адрес, но на вопросы отвечал. Дяденька из профессиональной семьи мятежников, так что его ненависть к России вполне закономерна. Здесь ещё сыграла свою роль новость о смерти его любимого младшего братца Зыгмунта и моём участии в этом богоугодном деле. Пан с гордостью заявил, что именно он выбрал первоочередную цель для нападения боевиков «союза». К Шувалову у эмигрантов тоже хватает претензий, уж очень неплохо тот руководил Северо-Западным Краем. Фон Кауфман сейчас на Кавказе, и достать его проблематично.

Чехович нёс такую лютую ахинею, что я засомневался в его адекватности. Он производил впечатление одержимого бесами. Только роль потусторонних посланцев выполнял набор бредовых идей. Если борьбу за независимость Польши я могу понять, но вот остальное! Ощущение, что человек понадёргал идей у разных революционных проповедников типа Маркса, Прудона, Дежака и подобной погани. В итоге у Зыгмунда в голове образовался полный винегрет, и он толком не может объяснить, за что борется и в какие идеалы верит. При этом у пана достаточно средств, которые тот загодя вывез из России и грамотно вложил во Франции. Спрашивается, зачем ты опять лезешь в политику? Тебя уже один раз взяли в плен, по очередной дурости наших властей простили и даже разрешили уехать из страны. Тем более, что вступать в откровенно террористическую организацию — весьма опасное и неблаговидное дело.

Бывшая Марцинкевич изрядно меня перепугалась, но старалась вести себя с достоинством. Чую, что эта змея многое не договаривает, но резать её на куски при Янке — глупая затея. Но слегка я мадам припугнул, и кое-какую полезную информацию она выдала. Именно при допросе Камиллы всплыла фамилия казначея организации Мацея Лесковского. Сей интересный персонаж является кузеном убитого мною мятежника Станислава Лесковского. Тот, в свою очередь, был лучшим другом Болеслава Свенторжецкого, старшего брата Агнешки. Ненадолго на меня нахлынули воспоминания о сражениях и погонях во время восстания, но я быстро пришёл в себя. Сейчас не до ностальгии. Но одна мысль всё-таки засела в голове — хорошо, что среди захваченных террористов не оказалось моего родственничка. Ведь его смерть жена мне точно не простила бы. А ещё я порадовался, что среди захваченных нет моего старшего брата Яна.

Что касается подвижницы, организовавшей в глухой деревеньке школу из целых двух учеников, при этом используя свой проект как ширму для помощи восставшим, то она мне помогла. По словам Гиллер, основные деньги в кассу «союза» шли через Лесковского, которыми он и распоряжался. Нам с Янкой откровенно не повезло, так как пан Мацей покинул квартиру полчаса назад. Именно сей мутноватый господин и направлял Мерославского. По крайней мере, Камилла рассмеялась, когда я спросил, как такой странный человек мог стать во главе организации. Её ответ многое объяснил. Мол, умный человек не станет выпячивать своё участие в руководстве, оградившись спинами болванов и мечтателей. А ещё никто не знал, где жил загадочный казначей.

Чую, что нащупал нужное направление, но на поиски кукловода или их представителя просто нет времени. Думаю, что Лесковский сразу заляжет на дно, после обнародования фактов убийства террористов. Я не особо высокого мнения о французской полиции, но всякое случается. Если подойти к процессу поимки преступников грамотно, то можно найти, где наследили мы и наши американские друзья. Поэтому надо быстрее покинуть город, предварительно вытянув из поляков больше информации.

К сожалению, подъехавшая компания нарушила мои планы. Мы с Янкой быстро прикончили террористов, и ушли через чёрный ход.

Что касается рефлексий или чувства стыда, то они меня не посещают. Знаете, никогда в прежней реальности не мог понять нездорового милосердия к женщинам и детям-преступникам. Почему мразь, убившая детей или торговавшая наркотиками, должна заслуживать снисхождения? И причём здесь её пол? На каком таком основании? Или как можно прощать взбесившихся детишек, творящих периодически такой ужас, что им позавидуют взрослые маньяки. Как можно оправдывать убийцу, исходя из того, что он не достиг четырнадцати лет? То есть отнимать чужую жизнь, будучи ребёнком — можно, а нести за это полную ответственность — нельзя. Вся эта отрыжка ещё советской уголовной системы всегда меня бесила. Почему не использовать американский вариант? Исходя из тяжести совершенного преступления, судья должен иметь возможность судить несовершеннолетнего как взрослого, и он не должен обращать внимания на пол обвиняемого. Поверьте, в этом случае количество убитых и искалеченных сверстниками детей сильно сократится. То же самое касается женщин, совершивших тяжкие преступления. Понятно, что я утрирую и надо рассматривать всю правовую систему, её коррумпированность и непонятную снисходительность в целом.

Но сейчас речь о конкретных террористах. Камилла Гиллер участвовала в разработке покушения на меня и Шувалова. Графа, кстати, подорвали динамитом. В результате покушения погибло и искалечено несколько посторонних людей. Когда человек задумывает подобную акцию, то должен осознавать последствия. И расплата незамедлительно последовала.

Можно называть меня лицемером и убийцей, так как я сам чуть ли не искупался в крови якобы невинных жертв. Вот только послезнание просто кричало о необходимости жёстких действий. Сейчас в России и Европе фактически обезглавлены ведущие революционные движения. А главное — в ад отправлены основные идеологи анархизма, коммунизма и социализма. Боевики абсолютно не опасны без мощного теоретического фундамента. Не будет той массовости, которая случилась в России моей реальности. При грамотной работе спецслужб, все подпольные ячейки легко выявляются. Даже хорошо законспирированные тайные общества не смогут долго оставаться в тени. Любое подобное движение должно вербовать соратников, пусть даже не боевиков. Потому мы и задавили революционную заразу буквально за три года. Когда ЕИВ канцелярия, жандармерия и полиция работает согласованно при полной поддержке властей всех уровней, то у террористов нет шансов. А ещё есть контрпропаганда, которую я активно применяю. Плюс более или менее удачно идут многие реформы, что выбивают почву из-под ног новых агитаторов.

Поэтому произошедшие покушения стали для меня шоком. Я прекрасно понимаю, что перешёл дорогу многим не только в бизнесе, но и в политике. Поэтому нападение являлось вопросом времени. И надо ждать новых попыток устранить мешающее многим кланам препятствие. Но не вижу логики в одновременной атаке на Татаринова, Бунге, Грейга и Шувалова. Плюс акции прошли практически одновременно, что требует высокого уровня организации. Поверьте, я готовил ирландских и французских «борцов за свободу» более трёх лет. Создать из них мало-мальски серьёзные отряды стоило огромного труда и вложения огромных средств. Это ещё повезло, что часть членов тайных обществ вербовалась из участников, имеющих военный опыт, приобретённый в Гражданской и мексиканской войнах. Значит, против России играет какая-то мощная сила — скорее всего, государство.

Если же это внутренняя группировка, то мне становится немного страшно. Нынешняя властная структура только начала формироваться. В стране действительно идут реформы и борьба с коррупцией. Ещё лет семь и можно немного успокоиться, ведь ключевые посты займут чиновники новой формации. Нет, воровать они не перестанут, но сам процесс использования служебного положения трансформируется, приняв более здоровые формы. Вот только и откровенно работать на интересы других держав никто не будет. Мы это вбиваем в головы людей всеми возможными способами.

Изменить менталитет людей сложно, но вполне выполнимо. И уже сейчас я понимаю, что труды нашей группировки приносят плоды. Мздоимство всячески порицается, особенно молодёжью. Недавно один московский студент вызвал на дуэль проворовавшегося интенданта. Юноша погиб, но сей факт вызвал небывалое возмущение в обществе. Вора в итоге отправили навечно работать на благо Родины. Народ же, особенно в земствах и дворянских собраниях, активизировался ещё сильнее. Теперь ни один губернатор или генерал не мог уйти от пристального внимания публики. Налоговый вестник с доходами крупных чиновников изучали под лупой, и нескольким представителям старой гвардии пришлось уйти в отставку. Понятно, что это капля в море, но Москва не сразу строилась.

В столице было проще и одновременно сложнее, с учётом количества аристократических родов во власти. Но и здесь процесс набирал обороты. Теперь ревизоры от ЕИВ канцелярии и Госконтроля просто обязаны реагировать на любую газетную статью с разоблачением или петицию возмущённых граждан. Не буду объяснять, что за этой кампанией маячит один попаданец, который в прежней жизни не отличался особой чистоплотностью. Только сейчас я вижу, что вполне реально выстроить государство совершенно иной формации и оградить его от многих трагедий. Поэтому, когда я резал горло Камилле Гиллер, то считал это благом. Я и дальше не собираюсь останавливаться. Главное, чтобы в будущем не пролились реки крови моего народа.

[1] Здравствуйте, мои маленькие любители терроризма!

Глава 8

Сижу в своём любимом кресле, наслаждаясь бездельем. Новый год в этом времени особо не празднуют, но для меня это знаменательная дата. Основные торжества начнутся после окончания поста и православного Рождества. Но я предпочитаю григорианский календарь, а у католиков все церковные мероприятия уже прошли. Мы праздновали всем кланом у нас в особняке. Сейчас семейство разрослось, и особенно радует количество детей. У тёти Катарины уже пять внуков, Агнешка и её сестрёнка Виктория — дважды мамы. Ещё моя супруга, и самая младшая Свенторжецкая — беременны. К Мирославе посватался мой старый знакомый Андрей Модестович Корф, возглавлявший ранее охрану Муравьёва, а затем перешедший на гражданскую службу. Ныне он служит в ЕИВ канцелярии и имеет чин коллежского асессора.

С приданым я мелочиться не стал и даже подарил молодожёнам вполне приличную квартиру недалеко от нашего дома. Мы все живём в одном районе и часто собираемся. Виктория тоже приняла предложение близкого мне человека, и однокашника по Пажескому корпусу, Петра Полторацкого. За неё точно можно не переживать, так как она вошла в весьма знатный и богатый род. Да и Петя рос по карьерной лестнице на зависть каждому. Понятно, что семья его неплохо подталкивала, но талантов у молодого человека хватает. Поверьте, чтобы в двадцать шесть лет получить тайного советника и стать чиновником по особым поручениям МВД, одной протекции мало. Надо учитывать, что после кадровой реформы Муравьёва в силовых ведомствах крайне неприязненно смотрят на блатных выходцев из аристократии. Это до генерала от инфантерии или адмирала простому дворянину дослужиться проблематично, а до чина четвёртого ранга — вполне возможно, оттого народ весьма ревностно смотрит на выскочек. Ну и ревизионная комиссия не дремлет. Мне такой подход нравится, но сейчас речь о свадьбе близких мне людей.

Кстати, сам процесс сватовства был похож на какой-нибудь дамский роман. Семья Петра, которую сейчас возглавляет его старший брат Владимир, долго сопротивлялась мезальянсу, коим они считали брак с католичкой. А ведь с материнской стороны Петра был ещё графский род Киселёвых, который тоже занял непримиримую позицию. Помогло, что на сторону молодых встала двоюродная сестра жениха Анна Керн, ныне Маркова-Виноградская, та самая любовница Пушкина. Всё это отняло немало сил у нашего семейства — в общем, Санта-Барбара отдыхает. После принятия Викторией православия, Полторацкие успокоились и даже выделили молодым неплохой особнячок. Зато все эти интриги, и проблемы подтолкнули Петра к нашей семье. От таких друзей отказываться просто глупо, и я сделал всё, чтобы наш дом стал родным для молодого чиновника.

Всё это приятные воспоминания. Что касается моей семьи, то ситуация складывается самым лучшим образом. Сложно представить, какая судьба ждала моих кузин и сестрёнок Агнешки в иной реальности. Не думаю, что всем им так повезло с мужьями. Теоретически можно поставить себе жирный плюс за создание мощного клана, если бы не одно «но». Мой родной брат Михаил после окончания университета уехал на Урал к дяде Игнацию, где неплохо обосновался Зенон. Старшая сестра Мария осела в Вильне, и практически со мной не общается. Вот такие пироги с котятами.

Если брать мою деятельность шире, то конец года ознаменовался рядом интересных и познавательных встреч. Ты можешь сколько угодно двигать вперёд прогресс и стать богаче Крёза, но без структурных изменений в обществе всё бесполезно. Делаю глоток глинтвейна и погружаюсь в воспоминания.

* * *

— Граф, а что вы думаете про статью господина Победоносцева? Вы же одни из главных его оппонентов. Константин Петрович очень красиво описал истоки русской духовности и патриотизма.

В салоне княжны Долгоруковой, как всегда, было многолюдно и шумно. В соседнем зале кто-то весьма неплохо музицировал на рояле. Рядом со мной компания мужчин жарко о чём-то дискутировала. Только Агнешка и возможность контролировать фаворитку императора, заставляли меня посещать это неоднозначное место. Екатерина Михайловна недавно решила, что пора ей заявить о себе, как о прогрессивной и умной персоне. Вот я и подкинул через супругу идею собирать в подаренном Александром дворце представителей высшего света и русской интеллигенции. Получился эдакий культурно-политический кружок, обсуждающий знаковые события, происходящие в стране и мире.

Агнешка, несмотря на большой живот, регулярно посещала свою подружку и тащила за собой меня. Пришлось даже изготовить специальные рессоры и установить их на её карету. Озаботился этим я заранее, зная беспокойный характер своей супруги. Девайс получился отличным, но жутко дорогим. Зато возок ехал плавно, и внутри салона качка совершенно не ощущалась.

Сегодня вечером очередное собрание почтенной публики, которое супруга не собиралась пропускать. Может, хотела похвастаться новой коллекцией бижутерии, специально изготовленной к её платью? Я спорить не стал, а просто приехал и тихонько сидел в уголке, попивая недурственный квас. Ныне в высшем свете мода на всё русское, в том числе благодаря деятельности Победоносцева. Намедни Петрович разразился очередной статьёй, которая вызвала немалый интерес у грамотной части общества. Потому княжна, обсудив какие-то важные женские вопросы с Агнешкой и ещё несколькими блестящими дамами, решила приступить к прениям. Естественно, начали с меня, как с главного антагониста демагога, пудрящего мозги людям своими бредовыми идеями.

Смотрю на улыбающуюся княжну и довольную супругу, понимая, что две провокаторши решили толкнуть меня на выпады против Победоносцева. После слов Долгоруковой, к нам подтянулось большая часть присутствующих. Дамы ослепляли честную публику блеском бриллиантов и прочих изумрудов. Мужчины в массе своей тоже выглядели весьма презентабельно, прямо-таки олицетворяя власть и деньги. Но только я не собирался сегодня обсуждать моего оппонента, и решил поговорить о присутствующих.

— Как говаривал один шотландец: «Патриотизм — последнее прибежище негодяя», — произношу под негодующий выдох большей части присутствующих, — Когда известные личности начинают публично вещать о духовности, патриотизме или преданности своему народу, то не могу избавиться от ощущения, что нас хотят обмануть. Мне кажется, что человек должен не рассуждать о любви к Родине, а сделать что-то полезное. Тем более, если речь идёт об организации, состоящей из весьма влиятельных и небедных господ. А болтать может любой дурак.

Вижу, что лица части гостей изрядно покраснели, приняв мою жёсткую эскападу на свой счёт. Значит, они входят в группировку наследника, либо вступили в «Священную дружину». А может, просто увлеклись модными идеями, проповедуемыми Победоносцевым.

— А вы, граф, получается, самый настоящий патриот? Ещё и столько сделали для России нашей матушки! — насмешливо произнёс благообразный мужчина с роскошной бородой и густыми седыми волосами, — Тогда кем вы считаете меня? Или я меньше сделал для отчизны, всячески её прославляя?

Весомая часть присутствующих относилась к сему господину с большим пиететом, и слушала его речи, будто проповеди пророка.

— Вы неплохой прозаик, Иван Сергеевич, — отвечаю Тургеневу, творчество которого терпеть не могу, — Ваши романы очень популярны среди узкой прослойки общества, только весьма далеки от реальной жизни и тем более чаяний простого народа. Но я не силён в литературе, и читал только «Отцы и дети». Это было связано с моей тогдашней службой в ЕИВ канцелярии, так как ваш роман оказал огромное влияние на экзальтированную молодёжь и даже людей постарше. Скольких же юных дурачков вы сбили с нормального жизненного пути — уму непостижимо! Но, то дела минувшие. Что касается патриотизма, то вы не имеете к нему никакого отношения. Впрочем, как и большинство сторонников господина Победоносцева.

Я не стал говорить, что весомая часть присутствующих одного поля ягоды с кликой наследника. Мне плевать на их мнение от слова «совсем». А вот Агнешка вращается в этом кругу, и подставлять супругу, рассорившись с высшим светом в пух и прах, очень глупая затея. Вижу, что она уже изрядно разозлилась и ледяной взгляд не обещает мне ничего хорошего. Княжна, наоборот, довольна и с трудом скрывает улыбку. Думаю, дело в том, что она прекрасно понимает уровень лицемерия присутствующих, за спиной перемывающей ей косточки и ненавидящих выскочку всеми фибрами души. Потому Екатерина и дразнит публику, в данный момент, используя мой конфликт с Победоносцевым. А вот будущий классик русской литературы на время впал в ступор. Было видно, что его сильно задели мои слова. Наконец, Тургенев взял себя в руки и произнёс.

— Объяснитесь, граф. Ваши слова похожи на оскорбление, что не делает чести дворянину. Какое вы имеете право обвинять русского человека в отсутствии патриотизма?

— Иван Сергеевич, не надо так нервничать. Ничего оскорбительного в моих словах нет, — отвечаю максимально доброжелательно и спокойно, внутреннее хохоча, — Кстати, вы отличный пример, так сказать, собирательный образ классического русского аристократа, только ещё умеющего неплохо писать. В детстве мать с вами разговаривала исключительно по-французски. А в семье вашего друга и соратника Бакунина, от которого вы открестились, когда запахло жареным, предпочитали немецкий. Обратите внимание — большинство людей в этом зале разговаривают на русском с акцентом. При первой возможности наша блистательная публика отчего-то предпочитает ехать в Европу и проводить время подальше от России. Но господин Тургенев в своей любви к Родине пошёл дальше. Он увёз во Францию свою дочь, лишил её возможности разговаривать на родном языке, ещё и сменил ребёнку имя с Пелагеи на Полинет. Это ли не настоящий патриотизм?

В зале раздалось пара сдержанных смешков.

— Простите, но какое отношение патриотизм имеет к моей дочери? — попытался возмутиться писатель.

— Самое прямое. Подобные вам персоны любят публично заявлять о любви к Родине и клясться ей в верности. Но, фактически, все вы зарабатываете здесь деньги, а душой находитесь в Европе. При этом многие не чураются учить остальных, какой должна стать Россия в будущем, не имея никакого отношения к чаяниям простого русского человека, — чего-то меня понесло, но остановиться уже нереально, — Вместо того, чтобы грамотно вложить огромные деньги, полученные с выкупных платежей, которые ограбили мужика, вы таскаетесь по Европам, метая бисер перед тамошними торгашами. Я уже опубликовал статью в газете по этой теме, но повторю ещё раз. Практически, ни один из так называемых патриотов, включая господина Тургенева, не освободил своих крестьян до указа императора, но при этом годами рассуждал о необходимости подобного решения. Но и после отмены рабства, мало кто из них отказался от выкупных платежей или предоставил мужикам хорошую землю. Даже спустя девять лет после освобождения крестьян, дворянство паразитирует на несчастных, спуская в выгребную яму полученные деньги. А всё потому, что в России есть два народа. Один — образованный, сытый и довольный, любящий рассуждать о судьбе страны. А второй — голодный и злой, чьи дети мрут по весне, оплачивая поездки первых в Баден-Бадены и прочие Парижи. И паразитам никогда не понять угнетаемых, потому что они живут в своём придуманном мире для узкого круга людей. Только ненависть у народа копится, и когда-то за всё придётся заплатить. Это я молчу про то, что многие транжиры и любители красивой жизни за чужой счёт, вскоре разорятся. Далее они начнут закладывать имения, кто-то будет торговать знатной фамилией и женится на богатой купчихе, но всё равно они не принесут России никакой пользы. Так о каких патриотах вообще идёт речь? Давайте называть вещи своими именами — наше общество погрязло в лицемерии, как бы господин Победоносцев ни вещал про духовность.

Судя по гнетущей тишине, Коля перегнул палку. Одно дело, когда я в прессе или на прениях обвиняю какую-то абстрактную группу или надсмехаюсь над Победоносцевым. И совсем другое — услышать обвинение в лицо. Дураков здесь нет, и все прекрасно понимают, кого я назвал паразитами.

— По вашему мнению, я тоже принадлежу к другому народу и являюсь лицемеркой, граф? — раздался женский голос, и все сразу повернулись к элегантной даме с бриллиантовым колье, — Например, недавно мы с несколькими дамами посетили столичные приюты. И спасли множество несчастных, коих вы называете настоящим народом. В будущем я собираюсь продолжать благотворительную деятельность, и это идёт от души, ибо мне больно смотреть на людские страдания своего народа. Выкупные платежи моя семья вкладывает в мануфактуры и акции, а не выбрасывает на ветер. Отказываться от них или нет — личное дело каждого. И не вам попрекать мою семью подобными намёками!

Присутствующие встретили слова графини Рибопьер, в девичестве Трубецкой, возгласами одобрения. Конечно, дочь прославленного генерала и потомка Гедимина, соизволила снизойти до каких-то сирот и прочих презренных людишек. Ещё и денег отсыпала, дабы все видели её щедрость. А ещё она поставила на место излишне говорливого поляка.

— Вы постоянно проживаете в Италии, где воспитываете сына, Софья Андреевна. По-русски говорите с огромным трудом и жутким акцентом, просто соблюдая правила, установленный нашей уважаемой хозяйкой, — делаю поклон Долгоруковой, которая запретила в салоне разговаривать на иностранных языках, — Несколько лет назад в одном из имений графа Рибопьера крестьяне голодали и умирали с голоду. При этом одного камня с вашего колье хватило бы, чтобы накормить целый уезд. Не нужно заниматься благотворительностью — просто дайте людям зерно в долг. Но у вас наверняка были более важные занятия. Что касается разового посещения дома призрения, то это навеяно модой. Завтра вы забудете об этом, как и большая часть публики. И я не считаю вас патриоткой своей страны. Вы представительница второй ветви нашего народа — тупиковой. При нынешнем течении вещей, если не произойдёт кардинальных перемен в менталитете правящего класса, Россию ждут тяжёлые испытания. Лет через сорок ваших потомков будут развешивать на столбах, топить в выгребных ямах и сжигать в собственных имениях. Понятно, что настоящие «патриоты» постараются быстрее сбежать из страны, а многие и так будут жить за границей. Но это не отменяет того, что прежний мир рухнет и принесёт стране колоссальные потери. Ваши дети и внуки, которых казнит безумная толпа, станут только крохой в череде огромных жертв.

Смотрю на реакцию присутствующих и понимаю, что мечу бисер перед свиньями. Я и раньше в своих статьях, часто в сатирическом стиле, писал о паразитирующей сути части дворянства. Это вызвало ответную реакцию и полемику в прессе, но не меняло сути. И ведь никто не призывает людей завтра начать целовать крестьян в жопу. Но кто мешает не болтать о неправильности окружающей реальности, а начать менять ситуацию в стране? Ведь денег и ресурсов у аристократии хватает. Но большинство продолжает вести паразитический образ жизни в стиле бабочки-однодневки. Почему я строю больницы, училища, школы, помогаю переселенцам, плачу специальные стипендии и премии? Кто запрещает многим неравнодушным людям, вроде Шереметева или Воронцова, объединить усилия на ниве благотворительности? Так ведь нет! На пять десятков паразитов находится один оригинал, который вроде помогает людям, только абсолютно бессистемно и бестолково. Вместо «Священной дружины» можно создать грамотную организацию, которая начнёт реально помогать людям и стране. Государство пока не в состоянии справиться со всеми проблемами. Только правящий класс продолжает жить в своём мире, отгородившись от реальности.

Это хорошо, что мне удалось привлечь к просветительским проектам множество неравнодушных купцов и промышленников. Только с посетителями салона княжны Долгоруковой об этом разговаривать бесполезно. Им невдомёк, что бороться надо не с бедностью и голодом, необходимо устранять их первопричины. А ведь именно аристократы определяют политику страны и настроения в обществе, как бы мне этого не хотелось. Глядя на них, многие дворяне прожигают полученные деньги, и попробуй только заикнуться о необходимости отменить оставшуюся часть выкупных платежей. Ведь сразу устроят заговор, который сметёт нынешнего императора. Грустно всё это и мерзко. Чем-то они напомнили мне новых русских, живших ради понтов и не желавших задумываться о будущем. Если люди не хотят подумать даже о себе, то какое дело им до народа и страны?

По дороге домой Агнешка демонстративно со мной не разговаривала. Это продолжилось и на следующее утро, но я благоразумно сбежал на работу. Вечером застал супругу в слезах, выслушал множество упрёков и еле её успокоил. В итоге мы договорились, что на всех следующих раутах граф Козелл-Поклевский молчит, как партизан. Правда, в ответ на обвинительные речи, высший свет устроил мне форменный бойкот. Благо, он не касался жены, которую даже немного жалели, ведь бедняжка живёт с таким чудовищем и неадекватом.

* * *

— Господа, можете садиться, — произнёс император, войдя в зал, — Предлагаю сразу приступить к делу. Тем более, что у нас есть список докладчиков и обсуждаемых тем.

Народ расселся поудобнее, насколько это было возможно. Мебель в зале заседаний Зимнего дворца не особо удобная, но ради дела можно и потерпеть. Меня больше беспокоит состав участников, чем комфорт. Я потратил бездну времени и сил, чтобы совещание по военной промышленности не превратилось в бесполезную говорильню. Шувалов самым натуральным образом прятался от меня и не пускал на приём, так он устал от моих просьб. Точно также я достал военного министра Милютина. В итоге император одобрил заседание, но в нём принимает участие чуть ли не треть лишних людей. Хотя, по нынешним временам, не всё так плохо. Наверное, я себя излишне накручиваю, потому что нервничаю. Вот бесит меня несерьёзное отношение к ключевым вещам, особенно касающихся безопасности страны. Сюда следует пригласить строго специалистов в своих отраслях и дать им слово. Но о подобном можно только мечтать.

Несмотря на пожелание Александра, совещание началось с пустопорожней говорильни и глупым лизоблюдством. Сначала какую-то несусветную чушь выдал начальник Главного штаба Гейден. Фёдор Логинович — отличный администратор и сторонник армейских реформ. За последние годы он принёс немало пользы. Только мне кажется, что генштабист должен заниматься разработкой тактики и стратегии действий нашей армии, а не заседать во множестве комитетов, распыляя свои силы. Вот и сейчас генерал выдаёт совершенно ненужную информацию о проведении реформы. Благо, Милютин был лаконичен и предложил начать обсуждение. Но тут влез отодвинутый на задворки русской политики Николай Николаевич и произнёс речь о том, какой он хороший и как расцвели инженерные войска после устранения проблем, обнаруженных им-любимым.

Благо, Михаил Николаевич молчал и бросал на присутствующих инженеров и промышленников высокомерные взгляды. Только наткнувшись на мой злобный взор, великий князь чуть не поперхнулся. Как же они меня все бесят! Сука! Я четыре месяца собирал эту компанию. На совещание приехали Мальцов, начальник тульского завода фон Нотбек, управляющий сестрорецкого завода Лилиенфельд, Путилов, Колокольцев, Чернов, Степан Барановский с племянником Петром, Гольтяков и ещё десяток выдающихся в своих областях людей. Всех их объединяла принадлежность к военной отрасли. А тут какая-то высокородная бездарность устраивает концерт, отнимая драгоценное время и сбивая людей с панталыку.

Я здесь тоже присутствую не просто так. Ещё два года назад мы с Мальцовым решили расширить ассортимент и начать производить военную технику. В разработку оружия лезть не стали, так как хватает и других направлений. Наконец, слово предоставили мне. После положенных по этикету расшаркиваний я приступил к сути.

— Все присутствующие могли заранее ознакомиться с сутью предложения, разработанного мною и Сергеем Ивановичем, — киваю в сторону своего компаньона.

— Я этого не делал, — зачем-то встревает великий князь Николай, — Думаю мало, кого из опытных и связанных с военным делом людей могут заинтересовать предложение юнца, вся служба которого ограничилась одним годом беготни по лесам за восставшими мужиками.

Решаю игнорировать высер высокородного хама и с радостью осознаю, что большая часть присутствующих на моей стороне.

— Главный посыл, заключающийся в докладе, который готовился при участии ряда ведущих русских заводчиков, инженеров и изобретателей — это объединение усилий. Мы должны создать концерн или трест, который начнёт работать на благо нашей армии, — окидываю взглядом зал и вижу, что только братья царя и несколько персонажей слушают меня с мерзкими ухмылочками, — Основная задача новой организации — это координация действий по созданию современного оружия, взрывчатых веществ, амуниции и вспомогательных механизмов.

— И что же такого вы напридумывали? Наша армия неплохо оснащена и умеет воевать даже без разного рода вспомогат… — Николай попытался вставить свои пять копеек, но был жёстко перебит.

— Брат, если ты не можешь выслушать доклад, то предлагаю тебе покинуть совет, — тихо произнёс император, не меняя выражения лица, — Продолжайте, граф.

Великий князь выглядел так нелепо и растерянно, что мне с трудом удалось сдержать улыбку. Но сейчас не до этого недоумка.

— Нам необходимо разделить научную и производственную часть. Вернее, создать многие организации с нуля. Надо выстроить систему конструкторских лабораторий при заводах, которые будут согласовывать свою деятельность, и находиться под контролем военного ведомства, — вижу, что народ меня не понимает, поэтому поясняю, — Например, министерство обороны решило разработать новый вид винтовки или пушки. Естественно, многие из присутствующих заводчиков захотят, чтобы именно их предприятие стало первооткрывателем нового оружия. Я же предлагаю, чтобы было выбрано не более двух образцов, на которых необходимо сосредоточить все наличные научные и технические силы страны. А вот выпуск одобренных изделий, надо разместить среди участников концерна. И это должно касаться всего, что связано с армией.

— Как вы себе это представляете, граф? — задал вопрос Александр.

— Россия отстаёт, Ваше Величество, — стараюсь выбирать более политкорректные формулировки, дабы не обидеть императора, — Сейчас армия вооружается винтовками Крнка, Бердана и Терри-Нормана. При этом мало кто хочет признавать, что это устаревшее вооружение. Мы только вели переговоры о покупке лицензии, когда французы запустили выпуск своих винтовок Шасспо, превосходящих английский и австрийский вариант. Уже сейчас рота каких-нибудь зуавов своим огнём с дальней дистанции может смести русский батальон. Получается, что опыт крымского позора нас ничему не научил?

— Да что вы себе позволяете? Мальчишка! Кто вам позволил в подобном тоне говорить о войне, на которой вас не было? Это немыслимо! — вдруг воскликнул генерал фон Берг, наделавший много ошибок в Польше и являющийся весьма неоднозначной персоной.

— А я согласен с графом, — поддержал меня Шувалов, ещё не снявший повязку поддерживающую раненую руку, — Не только вы были в Крыму и не надо здесь драть горло. Враг расстреливал нас издалека и не давал возможности к нему приблизиться. Если на вооружении русской армии снова устаревшая винтовка, то это полный конфуз. Ведь нам уже через пару лет придётся заново перевооружать всю армию. Вы хотя бы представляете объём предстоящих расходов? Думаю, за это кто-то должен ответить. И пора привлечь к ответственности тех, кто пытался заставить артиллерийское ведомство отдать предпочтение французской пушке, хотя даже дураку понятно, что изделия Круппа лучше. Почему нельзя было принять проект ружья Ивана Нормана, который фактически разработал совершенно иное изделие? Ведь он представил комиссии более прогрессивный вид винтовки. А ещё был револьвер-штуцер, коими изобретатель предложил вооружать разведчиков и летучие отряды. Кто за всё это будет отвечать? Где все эти господа, лишившие Россию даже возможности ознакомиться с предложениями отечественных инженеров? Или австрияки с англичанами дали больше золота?

Эх, как приятно смотреть на некоторые кислые хари после жёсткой отповеди Шувалова. Не зря я столько времени капал ему на мозг, предоставляя доказательства откровенного саботажа. Граф — человек военный, и разного рода махинаторов ненавидит лютой ненавистью. Вот только он не политик и действует излишне прямолинейно. Может, потому император и назначило его на должность главы ЕИВ канцелярии, что ему там нужен человек простой как лом. А вот самому монарху приходится лавировать, так как взятки за проталкивание иностранного оружия брали весьма высокопоставленные персоны, в том числе соратники его отца и собственные братья. А ещё были колоссальные махинации с поставкой амуниции и продовольствия, где замаралось немало господ с золотыми эполетами. Ворошить это осиное гнездо весьма опасное занятие, и заподозренных в воровстве потихоньку начали убирать из армии ещё при Муравьёве. Поэтому Александр аккуратно свёл наше совещание к обсуждению технических моментов. Но я не удержался, когда Николай снова начал обливать грязью наш концерн.

— Завод господина Мальцова предложил инженерному ведомству новый вид понтонной переправы и механизмы, которые существенно облегчат работу инженерных войск. Там целый список наименований, в который входят краны, понтоны, тягачи и много всего иного. Только вы, будучи главным инспектором инженерных войск, запретили внедрение всех новинок, — смотрю в глаза этой шкуре, заелозившей на стуле, и показываю, что совершенно его не боюсь, — Может, вы хотите, чтобы наш завод предложил сию продукцию прусской или французской армии, которые точно ею заинтересуются? Или ваши советчики — враги России? Если это правда, то хотелось бы услышать фамилии людей, кто мешает русской армии получать современные механизмы. Думаю, ЕИВ канцелярия, совместно с жандармерией, быстро разберутся в ситуации.

Понятно, что никто не даст вам права в чём-то обвинять представителя монаршего семейства. Вот и Александр быстро вернул разговор к первоначальной теме, жёстко меня одёрнув. Великий князь же бросал в мою сторону взгляды полные ненависти. Эх, допросить бы эту шкуру с пристрастием. Это сколько информации о врагах и предателях во власти можно получить? Но подобные мечты неосуществимы.

— Вы хотите ещё что-то добавить? — произнёс Александр, явно получающий удовольствие от совещания.

— Да! Я считаю, что в комиссиях по рассмотрению новых образцов вооружений, особенно зарубежных, не должно быть разного рода свадебных генералов и прочих лишних людей. Хватит десятка полковников и даже майоров, которые опробуют оружие в разных условиях, дадут своё заключение и будут за него отвечать головой. В противном случае разного рода махинаторы и стоящие за ними люди будут проталкивать нужные им изделия. Это должно касаться как армии, так и флота. Уж слишком странные вещи происходят у мореманов. Мы намедни предложили им катера и баржи, коих просто нет в мире. Скорость, мощь машин и расход топлива не снился никому из конкурентов. Но почему-то морское ведомство решило закупить английские модели. При этом они более дороги в цене и эксплуатации.

Александр тему возможной коррупции на флоте продолжать не стал и опять вернул разговор к обсуждению основной темы совещания. А вот пара адмиралов с поддержавшим их Михаилом Николаевичем вдруг активизировались и потребовали выгнать меня из зала. Чую, что я окончательно разругался с царскими братьями. Только моряки зря полезли в это дело. Надо переговорить с Шуваловым на предмет организации комплексной ревизии на флоте. Последний раз она была ещё при Муравьёве.

Но всё что ни делается, то к лучшему. В итоге император не стал долго спорить и одобрил создание ВПК. Именно этого я и добивался. А ещё все военные комитеты ждут изменения. Более не будет никаких синекур, когда на крайне важные должности назначались заслуженные старики предпенсионного возраста, которые были не прочь получить прибавку к жалованию перед выходом в отставку. Вообще, сама система госприёмки, если её можно так обозвать, оставляла желать лучшего. Под хорошее настроение императора я протолкнул указ о полной прозрачности тендеров при принятии на вооружение новых моделей. Это не значит, что они будут публиковаться в прессе. Просто группа заинтересованных господ теперь ограничена в своих махинациях. Хорошо бы ещё выгнать из армии и военного ведомства всех старпёров старше шестидесяти лет, но пока это нереально. Вреда от генералов и адмиралов, готовящихся к прошедшей войне, гораздо больше, чем от устаревших ружей и пушек.

* * *

Третий разговор был наиболее лёгким и приятным. С собеседником мы быстро пришли к взаимопониманию, потому что его беспокоила судьба развития русской науки.

— Почему именно я? В столице и Москве достаточно талантливых учёных. А ещё есть Академия наук, которая и должна озаботиться озвученным вами предложением, — задал резонный вопрос Марковников[1], когда выслушал мою идею.

Мне повезло, что Владимир Васильевич приехал в Питер. Кстати, мы достаточно плотно общались с ним и его коллегами ранее. Речь шла о нефти и продуктах её переработки, которыми занимается профессор. Поэтому моя компания более трёх лет тесно сотрудничает с Казанской химической школой. Лично мы ещё не встречались, поэтому я не упустил подобной возможности.

Фредди запретил мне лишний раз появляться в публичных местах, а любой выезд моего кортежа превращается в военную операцию, поэтому я по возможности работаю дома, куда и пригласил Марковникова. Предмет разговора был простым и похожим на недавнее совещание с оружейниками. Понятно, что мы сначала отобедали в малой столовой. Агнешка чувствует себя не очень хорошо, поэтому приём пищи прошёл в сугубо мужской компании. После кофе я пригласи химика в кабинет, где и ознакомил его с моим предложением. Идея для XX или XXI века вполне обычная, но в этом времени подобного ещё нет.

— Вы не только талантливый учёный, но и грамотный администратор, — отвечаю на вопрос химика, — Через несколько десятилетий времена гениальных одиночек закончатся. Науку вперёд начнут двигать целые объединения учёных. Поэтому нам необходимо к этому подготовиться. Начнём с простых лабораторий, которые разместим по месту нахождения наиболее талантливых учёных или школ, как в вашем случае. Марковников — в Казани, Чернов и Менделеев — в столице, Лавров — на Урале, и целая плеяда учёных из Москвы станут руководителями новых организаций. Но это только начало, так как нам нужны полноценные научно-исследовательские институты. Если Академия наук до сих пор не понимает важности их создания, то она вызывает просто жалость. Поэтому предлагаю пока обойтись без её услуг.

— Русская наука и сейчас развивается весьма неплохо. Соглашусь, что в некоторых моментах мы уступаем англичанам, немцам и французам, но это несущественно, — судя по возражениям, Владимир Васильевич не совсем понял глубину моего замысла, — Нам бы только больше лабораторного оборудования, и сразу последует результат.

— Речь идёт не о прикладной науке, которой каждый учёный волен заниматься сколько угодно. Стране требуются организации, которые помогут быстро внедрять научное открытие в производство. Проблема одиночек в том, что они иногда годами не могут достучаться до разного рода комиссий, доказывая необходимость своего изобретения. Поэтому я и задумал создание подобных институтов под общим управлением какого-либо ведомства. Может, будет создана новая структура вроде министерства науки и промышленности. Это не так важно. Главное — объединить всех талантливых одиночек и группы учёных. Заодно подобные структуры позволят искать людей, занимающихся наукой в частном порядке. Вы же прекрасно знаете, что множество открытий были сделаны любителями, либо в процессе работ над какой-то иной задачей.

— Граф, вы же сталкивались с российской бюрократией, — усмехнулся учёный, — Только обсуждение проекта лабораторий может занять годы. А создание ваших НИИ растянут на десятилетия.

— Именно поэтому мы разделим проект на две части. Вы берёте на себя убеждение коллег в необходимости создания лабораторий при уже действующих университетах — столичном, московском и казанском. С меня финансирование и решение вопроса с чиновниками. Поверьте, сейчас во власти достаточно прогрессивных и умных людей, осознающих необходимость наличия собственной научной базы. Создадим специальный комитет из чиновников и учёных, который станет продвигать наш план. Что касается ваших коллег, то я прямо сейчас готов оплатить их изыскания. Думаю, ряд заводчиков тоже проявят интерес к подобным лабораториям. Металлургическая, нефтяная и химическая промышленность сейчас бурно развивается. Владельцы заводов с радостью заплатят за возможность повысить качество своих изделий и увеличить объёмы производства.

Вижу, что возможность получить деньги на научную деятельность прямо сейчас, убедила Марковникова гораздо быстрее, чем план создания институтов. В принципе — всё логично. Другой вопрос, что я не буду платить за работу над всякими теориями. Меня интересуют конкретные проекты, в первую очередь связанные с металлургией и нефтехимией. Есть задача, под неё выделяется бюджет, а научная группа обеспечивает её выполнение в оговорённые сроки. Такого бреда, который творился с НИИ позднего СССР, нам не нужно. В фундаментальную науку я не лезу. А вот открытия, которые можно применить на практике, необходимо оперативно внедрять в производство. Хватит нам разных баек про паровоз Черепанова или самолёт Можайского. Хочешь быть настоящим первооткрывателем — создай условное радио и начинай массовый выпуск. Всё остальное — в пользу бедных.

В итоге мы договорились с профессором. Он пообещал через месяц представить список перспективных работ, которые сейчас ведут русские учёные. Заодно Владимир Васильевич проведёт переговоры с питерскими и московскими коллегами, объясняя им моё предложение. Государственные структуры мы решили подключить на заключительном этапе, когда проект будет полностью готов.

* * *

Выныриваю из воспоминаний и не могу понять, что произошло. Оказывается, я уронил уже пустой стакан. Всё-таки горящий в камине огонь — вещь убаюкивающая.

Что касается общих итогов моей деятельности в этом времени, то я сделал максимум. У меня нет мощной теоретической базы и хорошего образования, поэтому приходилось действовать в меру своих сил. И главным способом решения проблем стали убийства. Хорошо это или плохо — рассудит время.

Наибольших успехов мне удалось добиться в политике. С помощью Муравьёва было сделано главное — изменилась работа государственной машины. Она не стала идеальной, но приобрела очертания здоровой бюрократии. Чиновничий аппарат подвергся тотальной зачистке и переформатированию. Чернильные души не перестали воровать, но делают это с большой опаской и в гораздо меньшем объёме. В борьбе с коррупцией очень помогает общественное мнение. Это особенно заметно в провинции, где губернских чиновников просто замордовали земские и дворянские собрания.

Если брать пропаганду, то наша с Мосоловым издательская компания скоро превратится в самый настоящий концерн или империю. Грамотное воздействие на жителей империи ведётся постоянно. Газетные статьи, полемика с оппонентами, тематические журналы, книги с патриотической тематикой, и даже лубки — всё направлено на убеждение людей в необходимости реформ сверху. Никаких революций и прочих потрясений нам не нужно. Можно сколько угодно рассуждать о ситуации, сложившейся в реальной истории, приведшей к распаду империи и смене строя. Мол, верхи не могли, а низы не хотели. Только процесс смены надоевшей всем власти вылился в кровавую вакханалию, уничтожившую десятки миллионов жителей России. Именно для этого я выбил идеологическую подпорку и потенциальных революционеров, отправив в ад главных теоретиков левацкого мусора.

Самодержавие в нынешнем виде — не самая лучшая государственная система. Вот только для нашей страны слишком мало иных вариантов. В буржуазную демократию я не верю по той простой причине, что местные купцы и промышленники пока не достигли уровня западных коллег. Да и не хочется, чтобы страна стала вотчиной мировой финансовой олигархии, которая быстро подомнёт под себя российских коллег. А пример Пруссии показывает, что можно развивать государство с королём на троне. Просто нужен баланс, которого в России никогда не было. Ведь если чуть ослабить вожжи, то империя впадёт в анархию, которой на смену придёт тирания. Поэтому нынешний вариант вполне удобоварим, надо только избегать застоя. Для этого необходим приток свежей крови во власть, чему отчаянно сопротивляется аристократия.

Бороться с паразитами я продолжу и дальше. Хотя, если Россия проживёт в нынешнем режиме ещё лет пять, то процесс смены правящих кланов станет необратимым. Главное сейчас — не ввязаться в бессмысленную войну. Этого я опасаюсь больше всего. Потому и всячески борюсь с группировкой наследника, одержимой идеей освобождения христианских народов Порты.

А вообще, я же им всем не заботливая нянечка, которая должна вытирать дитятке сопельки. Пусть нынешние соратники Александра работают самостоятельно, делают ошибки и учатся на них. Кто будет им помогать, если завтра на меня совершат удачное покушение? Присматривать за ними придётся, но только за базовыми моментами. Сам же я сосредоточусь на собственной компании и продвижении научно-технического прогресса. Другой вопрос — позволят ли?

[1] Марковников Владимир Васильевич (1838–1904) — русский химик, представитель Казанской химической школы, основатель собственной научной школы в Московском университете. Развивая теорию химического строения А. М. Бутлерова, исследовал (1869) взаимное влияние атомов в органических соединениях и установил ряд закономерностей (в том числе правило присоединения галогеноводородов к непредельным углеводородам с двойной и тройной связью, впоследствии названное его именем). Открыл изомерию жирных кислот (1865). С начала 1880-х гг. исследовал кавказские нефти, открыл нафтены. Содействовал развитию отечественной химической промышленности. Один из организаторов Русского химического общества (1868).

Глава 9

Часть-2

Иуда

— Не знал, что в этом городе есть приличные рестораны, — произнёс собеседник, когда нам принесли кофе и чай.

Эдмон де Ротшильд, а сегодня я встречался именно с ним, явно лукавил. Амстердам вам не какое-то захолустье. Даже сейчас столица Нидерландов — богатейший город мира. Естественно, что при наличии большого количества платёжеспособной публики, здесь предлагали практически любые услуги высшего класса. А развитая система общепита не отставала, но даже превосходила другие сферы.

Что касается самой встречи, то это более церемониальное мероприятие, нежели деловое. Финансовыми вопросами и контрактами по совместным проектам занимаются специальные люди. Но иногда приходится встречаться лично, дабы заверить противоположную сторону в своих дружеских намерениях. Хотя есть в саммите и практическая польза, так как мы обсуждаем разные вопросы, касающиеся взаимоотношения наших стран и политической ситуации в мире.

— А мне нравится Амстердам. Здесь не так шумно, как в Париже, и более душевная атмосфера, нежели на острове. Вообще, сам город уютный и приятный, — не соглашаюсь с собеседником, — Только я бы предпочёл более тёплую погоду, так как за зиму достаточно наморозился в России. Но и сейчас на улице весьма недурно.

— Вы не боитесь путешествовать по Европе? В последнее время людям нашего статуса стало опасно появляться без сопровождения охраны, — Ротшильд кивнул на три столика, где расположились телохранители.

Да, терроризм на континенте стал настоящим бичом божьим. Несмотря на попытки задавить его силой, пока это получилось только у России. Повезло пруссакам, которые подобной проблемы вовсе не знали.

— А чего вы хотели, Эдмон? Некоторые страны сознательно взращивали карбонариев и оппозицию для борьбы со своими противниками. Теперь ситуация обернулась против них. Ведь манипуляторы сами показали врагам, как бороться с ними, используя минимум ресурсов, — отвечаю с усмешкой.

Понятно, что многие организации борцов за правое дело создал именно я. Но людям надо было помочь только на начальном этапе. Сейчас террористические организации Европы и национально-освободительные движения действуют вполне самостоятельно.

— Это звучит как обвинение, — сразу ответил собеседник, — У вас есть конкретные доказательства, что какие-то страны создавали террористические организации?

— Конечно. Англичане годами собирали и пестовали оппозицию со всего континента. В первую очередь разного рода социалистов и анархистов, среди которых хватало русских. Не знаю, как сложилась бы ситуация, останься в живых большая часть идеологов, продвигавших свои разрушительные концепции. Нам всем несказанно повезло, что эти люди погибли. Именно эти подстрекатели стали трибунами, толкнувшими сотни людей в России на борьбу с монархией. Всё гораздо сложнее, но покойные ныне Герцен, Огарёв, Бакунин и ещё несколько персон, поддерживаемые англичанами, нанесли колоссальный урон нашему обществу, — делаю небольшой глоток чая и продолжаю, — То же самое касается Франции. В Париже окопались сотни польских эмигрантов, которые активно участвуют в боевых организациях и совершают покушения на важных персон русского истеблишмента. Я и сам пережил уже три нападения, а последнее, состоявшееся шесть месяцев назад, могло закончиться для меня фатально. Так чему удивляться, если на улицах Лондона и Парижа регулярно нападают на представителей местных элит? Ирландцам удалось даже подорвать премьер-министра Рассела, гореть ему в аду.

Эдмонд не сразу меня понял, но затем тихо рассмеялся. В последние годы отношения между Лондоном и Парижем резко обострились. Говорят, что даже две сильнейшие ветви Ротшильдов тоже в конфронтации. Уж слишком сильно усилилась французская часть финансового клана. Произошло это не на ровном месте, а совместно с резким возвышением Франции.

Через год после запуска Суэцкого канала французы выкупили долю в проекте у Исмаил-паши и аннексировали Египет. Судя по тому, что местная армия не оказывала особого сопротивления европейским захватчикам, то наместник и его приближённые получили денег гораздо больше, чем стоили акции. А ещё он сохранил свой пост и продолжает управлять страной. Французы ограничились гарнизонами в Александрии, Каире и Порт-Саиде, остальную территорию контролировала армия Исмаила. Формально мало что изменилось, но сейчас экономика достаточно богатого региона полностью под контролем Парижа. А это значит, что оттуда вытеснены компании других государств.

Но и это ещё не всё. Лягушатники решили, что если отношения с османами разрушены, то нет смысла останавливаться на достигнутом. В том же 1871 году французы прибрали к рукам Ливию и оккупировали Кипр. Если африканская провинция Порты никого особо не волновала, то из-за острова начались структурные изменения в европейской политике. Османы не смогли оказать никакого сопротивления, потеряв свой устаревший флот в первом же сражении. Гарнизоны Триполи и Бенгази капитулировали практически без сопротивления. А вот на Кипре полыхнуло неслабо. Масла в огонь подлили греки, поднявшие восстание, превратившееся в резню мусульманского населения. Естественно, больше всех о «несчастных турках» переживала Великобритания, устроившая визг на весь свет. Вот только к прямой конфронтации с Францией англы не были готовы. Даже флот обеих держав сейчас примерно равен по силам. Европейские союзники англичан, в лице Австро-Венгрии и Южногерманского Союза, воевать с сильным противником не в состоянии. Здесь вопрос коммуникации, опасность атаки со стороны Германского королевства, внутренние проблемы двуединой монархии и просто нежелание воевать за чужие интересы. Сейчас владения Франции на африканском берегу Средиземного моря начинаются у границ Марокко и заканчиваются у границ Палестины.

С учётом того, что никто не мешает Парижу двигаться на юг, например, по Нилу, то баланс сил в Африке резко качнулся в другую сторону от Ла-Манша. На Альбионе вдруг поняли, что их остров оказался в меньшинстве и практически без союзников. А воевать самостоятельно англичане не любили. Ведь прямая война с Францией — это уравнение со множеством неизвестных, даже на море. В Берлине не забыли про предательство времён франко-прусской войны и давно проводят независимую политику без оглядки на Лондон. С учётом того, что англичане начали гадить немцам в Африке, то это стало дополнительным фактором соблюдения Бисмарком полного нейтралитета. Россия вообще бурлила, и императору с трудом удалось не поддаться на просьбы патриотов, желавших добить Порту. У англичан не было никаких шансов настроить Санкт-Петербург против Парижа.

Я же делал всё, чтобы погасить страсти, так как ситуация для нас сложилась крайне удачная. Появился самый реальный шанс сильнее привязать Константинополь к нашей экономике. Неизвестно, когда наладится торговля с Египтом, а кушать османы хотят каждый день. Вот и потянулись на берега Босфора самые грамотные купцы, дабы заключить контракты на поставку продовольствия.

Англичане сдаваться не собирались и вели активные переговоры по созданию альянса с САСШ. Французы застряли у последних как кость в горле, и взаимное сближение двух англоязычных стран напрашивалось. Но здесь помогли фении, подорвавшие премьера Рассела и нескольких важных министров. На самом деле бойцам ИРА очень помогли — не будем указывать пальцем на этого человека — но дело было сделано. Так как основное крыло террористов составляли американские ирландцы, которые и спонсировали организацию, то переговоры о союзе сразу прекратились. Скандал между странами вышел знатным, и в итоге элита североамериканцев жутко обиделась на кузенов. Не знаю, что придумают сэры, но уже два года происходит подковёрная борьба, которая явно должна вылиться в какой-то масштабный конфликт.

— Поверьте, нашей семье нет никакого резона поддерживать террористов, — прервал мои размышления собеседник, — Моего брата Майера тоже чуть не убили эти чёртовы анархисты, сделав его практически калекой. Этого я им никогда не прощу! Но наша семья не может влиять на все процессы, происходящие во Франции. У нас хватает врагов, поэтому приходится балансировать между разными группировками. Если Ротшильды завтра начнут противодействовать польским эмигрантам, то мы получим сплочённого и агрессивного врага. Хотя, до многих политиков дошло, что пора прекращать поддерживать карбонариев, тем более, действующих против России. Нам нужны союзники, но как вести переговоры о сотрудничестве, если ты даёшь убежище преступникам потенциального партнёра? Что касается анархистов и радикальных социалистов, терроризирующих Францию, то я не понимаю их мотивацию. Плохо, что они похожи на гидру. Недавно прошёл шумный процесс, где было осуждено двадцать человек, большую часть из которых казнили. Но подполье не разгромлено, несмотря на все усилия жандармерии и полиции. Более того, террористы демонстративно убили судью, вынесшего одиннадцать смертных приговоров.

Забавно, что я не имею никакого отношения к нападению на Майера. Анархисты сейчас весьма опасная боевая организация, разбитая на множество ячеек, постоянно пополняющая свои ряды и не думающая останавливать волну насилия.

— Проблема в том, что ваш пролетариат находится в совершенно скотских условиях. На многих французских предприятиях условия труда хуже, чем в России. При этом ваше законодательство никоим образом не защищает рабочего человека и полностью на стороне фабрикантов, — вижу, что мои слова удивили Эдмона, — Одним из первых шагов, направленных нашим правительством для предотвращения вербовки террористами соратников среди трудящихся, было введение нового закона, регулирующего возможные конфликты. Заодно была отменена порочная практика подавления бунтов крестьян и рабочих при помощи армии. Теперь подобные вопросы находятся исключительно в ведении жандармерии. Сначала на место событий выезжает специальный уполномоченный, который разбирает причину конфликта. И часто он принимает сторону бунтовщиков, что ранее было просто немыслимо. Подобная практика неплохо отрезвила излишне беспринципных хозяев заводов и поместий. Дело это политическое и рассматривается особым трибуналом, который наказывает подданных императора, невзирая на происхождение и чины. Поэтому большая часть наших карбонариев состоит из дворян, разночинцев и частично евреев. Выявлять их ячейки легче, и потому наша жандармерия контролирует ситуацию. Если не брать польских боевиков, то у нас уже два года достаточно спокойно, хотя и было раскрыто несколько тайных обществ.

— Интересный взгляд, который заслуживает внимания, — произнёс собеседник после небольшой паузы, — Французские власти зря ограничили деятельность рабочих союзов. Это только увеличивает недовольство пролетариев. Не ожидал, что у вас к этой проблеме подошли более взвешено. Граф, меня до сих пор волнует один вопрос, почему Россия не присоединилась к войне против Порты. Ведь это был удобный повод для решения противоречий с вашим старым врагом.

— Всё очень просто. В войну на стороне турок могла вступить Австрия, заодно заполыхал бы Северный Кавказ, который только недавно удалось замирить. С учётом огромного количества горских переселенцев, жаждущих мести, противостояние грозило вылиться в долгий конфликт. После потери сразу трёх провинций, пусть Египет подчинялся ему номинально, у султана не оставалось выхода, кроме как биться с нами насмерть. При поддержке англичан, которые давно вертят Портой, война могла стать для России катастрофой. Франция имела преимущество на море, чем грамотно воспользовалась. У нас такой возможности нет, поэтому пришлось бы нести огромные потери, — отвечаю вполне правдиво, — Ещё могли пострадать наши с вами интересы. Так, мы просто сменили флаги на танкерах, и поставки керосина с нефтепродуктами шла в прежнем объёме. Турки всё понимали, но формально суда вышли из-под французской юрисдикции. В противном случае пришлось бы останавливать завод в Поти и нести огромные убытки. Уже сейчас сорок процентов бакинской нефти идёт на экспорт через Босфор. Мы не для того кредитовали строительство железной дороги, чтобы она простаивала. Поэтому я буду до конца препятствовать началу конфликта с османами. Думаю, меня в этом поддержат крупные землевладельцы юга России, которые неплохо торгуют с нашим соседом. Объединение этих магнатов даже построило собственный порт на черноморском побережье и тянет туда железнодорожную ветку. Подобные расходы надо возвращать, а война этому только помеха. Зато нам удалось продавить через сераль разрешение на начало переселения евреев в Палестину.

— А вот за это вам большое спасибо! — разулыбался этот хренов сионист, — Удивительно, как беспечны константинопольские чиновники. Они же прекрасно понимают, что через какое-то время иудеи захотят большей самостоятельности, а может, независимости. Ещё я до сих пор не понимаю причины поддержки переселения со стороны русских властей.

Всё он прекрасно понимает. Что касается обсуждения столь специфических вопросов, то мы заключили с Эдмоном союз, поэтому спокойно касаемся любых тем, даже излишне щекотливых. Делить нам пока нечего, потому и нет смысла скрытничать. Да, пришлось договариваться с этим богопротивным семейством, за неимением других вариантов. Зато мы быстро построили железнодорожную ветку Баку — Поти, НПЗ недалеко от грузинского города и совершенно новый порт с нефтяным терминалом. Затраты были колоссальные, с учётом кредита РЖД, который выдали наши банки. Пришлось даже немного занять у дяди Игнация и его партнёров, так как сам я подобный проект не тянул. Но оно того стоило и, по прогнозам, все затраты окупятся примерно через два года. Деньги из казны придётся ждать дольше, но мы сделали нужное для страны дело, поэтому потерплю.

Что касается начала переселенческой программы для российских евреев, то мне удалось ещё при первой встрече заинтересовать Ротшильда этой идеей. Далее я составил план столь масштабного проекта, который был опубликован в русской прессе и вызвал немалый шум. В итоге, нас поддержала большая часть русского общества, особенно сторонники Победоносцева. Тем более, что платить за практическое осуществление программы будут иудейские богачи во главе с Эдмоном, который давно скупает в Палестине землю.

— Чиновники получили столько золота, что оно заглушило их совесть, если такая есть у османов в наличии, — собеседник опять рассмеялся, — А настроениям в русском обществе удивляться не стоит. Консерваторы заблокировали закон об отмене черты оседлости. Есть имущественный ценз, разрешающий богатым и образованным иудеям селиться в любых городах империи. Только это не решает всей проблемы. С учётом большой плотности населения в ряде уездов, где проживают евреи, велика вероятность возникновения бунтов или создания террористических обществ. Поэтому идея перемещения наиболее активной части российских евреев на историческую Родину устраивает практически всех. Забавно, что наиболее богатая часть диаспоры никуда ехать не собирается — им и в России хорошо. Что касается возможной конфронтации с Портой, то здесь надо действовать максимально осторожно.

— Чего вы опасаетесь, граф?

— Мне бояться нечего, — впервые за сегодня я совершенно искренне улыбнулся, — Если Россия не ввяжется в войну, то она выигрывает от проекта переселения иудеев. А вот французскому правительству не мешает просчитывать свои дальнейшие шаги. Вам не кажется, что Франция откусила больше, чем может проглотить?

— Если вы про Суэцкий канал и Египет, то у нас просто не было выхода, — вздохнул Эдмон, — У нас даже возникли трения с английскими родственниками, так как они хотели получить часть акций компании.

— Это объективные трудности, которые ваши власти решили самым верным способом. Если бы Франция не оккупировала Египет, то это сделала бы Англия. Меня беспокоят новые замыслы вашего президента, — на самом деле я только рад подобным инициативам, — Месье Мак-Магон замахнулся на строительство Панамского канала и уже создан консорциум. На фоне слухов о покупке Францией Филиппин, противостояние с САСШ неизбежно. Я уж молчу про Мексику, которая стоит костью в горле у Вашингтона. Понятно, что доктрина Моро — форменная чушь и несусветная наглость, но сами североамериканцы так не считают. Соединённые штаты Колумбии входят в сферу их интересов, и Франции начнут чинить препоны на всех уровнях. С учётом того, что Богота исторически связана с английским капиталом и имеет большой внешний долг перед Лондоном, то не знаю, как вы будете выкручиваться.

— Ваши опасения понятны, но все сложности учтены и просчитаны. Франция уже достигла согласия о покупке Филиппин, за исключением нескольких островов. Что касается канала, то в консорциум войдут Испания, Мексика, Бельгия и Нидерланды. Это достаточно мощная сила, с которой Вашингтону придётся считаться. Флот янки сейчас чуть ли не слабее испанского, не говоря о французском. Тем более, что САСШ получат Кубу, откуда уходит Мадрид, то их аппетиты временно удовлетворены. Есть ещё Япония, куда они недавно залезли, и Китай, где проникновение американских товаров наталкивается на ожесточённое сопротивление англичан, — Эдмон прямо-таки лучился от удовольствия, произнося последнее предложение, — Франция со своей стороны провела переговоры с президентом Грантом, заверив его, что нас в Азии интересует только Индокитай и Филиппины. Не всё так гладко, но сейчас война невозможна. Что будет после окончания строительства нового канала — тайна, покрытая мраком. А ещё в Париже очень верят в перспективы Иберо-американского союза. Наша дипломатия прикладывает все силы для помощи испанцам и португальцам.

Насчёт договорённостей с американцами я внутренне посмеялся. У пиндосов школа английская, а ученики они прилежные, поэтому они спокойно отожмут нужные территории, когда решат, что дело касается их национальных интересов. По крайней мере, САСШ точно попытаются захватить Гавайи или Панамский канал, как только переварят Кубу. Другой вопрос, что новый альянс латинских стран даст возможность Франции укрепиться ещё сильнее. Испания уже идёт в кильватере политики Парижа, который буквально сдавил её в дружеских объятиях. Кстати, моего тайного друга синьора дель Кастильо уже два раза пытались убить. Хотя ему удалось добиться согласия в обществе, но недовольных хватает. При этом за спинами ряда заговорщиков видны уши джентльменов с одного острова.

Если называть вещи своими именами, то я добился поставленной цели. Ситуация в мире запуталась до невозможности. И это мы ещё не учитываем более слабые страны. Австро-Венгрия тоже стала жертвой терроризма и освободительных движений. Здесь снова постарался ваш покорный слуга, который неплохо финансирует венгров, поляков и русин. Я решил продвигать собственный план и нашёл нескольких вменяемых русинских лидеров, поддержавших мои идеи. Никакого украинства, а именно отдельный русинский народ, который начал объединяться для борьбы против австрийцев и поляков. Последних и так неслабо потрепали во время восстания 1848 года, поэтому они уже не представляют реальной опасности. Не знаю, что получится, но постараюсь избежать ситуации, сложившейся в моём времени. По крайней мере, вполне реально рассорить карпатских русинов с Веной, да и ситуация в Галиции не так плоха. Пусть в будущем будет отдельное государство или конфедерация, и не стоит туда лезть.

Хреново, что подобными схемами не занимаются наше государство. Например, с венграми сейчас вполне реально помириться и начать совместно расшатывать прогнившую двуединую монархию. Даже вменяемые люди вроде Шувалова, не могут понять того, что надо работать на перспективу и снять белые перчатки, оставив всякую брезгливость. Приходится делать всё самому — благо, денег и активистов на местах хватает. Только если мои комбинации вылезут наружу, то ведь не простят. Но и другого варианта нет.

Вообще, для России пока всё складывается удачно. Как бы ни обострялась ситуация в мире, мы можем прикрыться нейтралитетом. Хорошо, что Александр не полез воевать с турками. Внутри страны было много возмущённых, желающих воевать, но императору удалось выжать из ситуации максимум пользы мирным путём. В кои веки мы неплохо заработали на чужой войне, ещё и получили политические дивиденды. Опасаюсь, что это разовая акция, которая не станет системой. Ещё меня немного напрягает Германское королевство, буквально вцепившееся в Африку, и не только западную. Немцы уже захватили Мадагаскар, а их аппетиты только растут. Если испанцы не закрепятся в Танганьике, то это сделает Берлин. Всё это чревато мировой войной, но не в 1914 году, а гораздо раньше. Мы пока к этому не готовы. На что сейчас способна русская армия, для меня загадка. На фоне идущей военной реформы вроде должна быть доля здравого оптимизма, но я хронический пессимист всего, что касается русских властей. А ещё мирная жизнь расслабляет и успокаивает, что плохо сказывается на мыслительной деятельности высшего руководства.

Надо заодно посеять подобное опасение у собеседника, это я про возможную мировую войну. Эдмон производит впечатление вменяемого человека, потому я с ним и веду дела.

— Проблема в том, что Франция уязвима на суше. Если во французском общество не прекратят пестовать реваншистские настроения, то вас ждёт очередная катастрофа. Ещё политической стабильности в Европе вредит то, что вы начали поддерживать Южногерманский Союз. Это заставляет нервничать Бисмарка и может толкнуть его на новый конфликт. А это чревато колоссальной бойней с вовлечением в войну множества стран. В итоге выиграют англичане и североамериканцы, которые аннексируют оба канала, отнимут уже обустроенные колонии, и ещё загонят проигравших в долговую яму. Не удивлюсь, если сейчас в Лондоне разрабатывают похожий план.

— Вы предлагаете заключить союз между Францией и Германией? Это невозможно! — воскликнул Ротшильд, — Политик, предложивший подобное, не просидит в своём кресле и дня. И что за странные мысли о войне? Почему она должна стать ужасной? Человечество воюет на протяжении всей своей истории.

Не сказать, что я пацифист. Если завтра в кровавой драке сцепятся европейцы с американцами, то это будет замечательно! Другой вопрос, что Россию не оставят в покое, и заставят присоединиться к одной из сторон. Но мы пока не готовы. И вообще, моя страна просто не умеет пожинать плоды, даже полностью разгромив противника. Поэтому лучше никуда особо не вмешиваться и выбрать тактику американцев моей реальности.

— Просто возьмите данные итогов трёх больших войн, прошедших за последние двадцать лет. Я сейчас про Восточную войну, Гражданскую в САСШ и франко-прусский конфликт, — стараюсь говорить как можно убедительней, — Посчитайте количество задействованных солдат и потери. Подобное не снилось даже Наполеону. А мир между тем меняется и бурно развивается техника. Человек очень хорошо умеет создавать более совершенные орудия для убийства себе подобных. Сейчас используются скорострельные ружья, более мощные орудия и уже придуманы митральезы. И это только начало. Может, пора остановиться и начать решать конфликтные ситуации мирным путём? Кто мешает цивилизованным странам создать совещательную комиссию? Понятно, что всх проблем она не решит, но ведь главное — начать. И у вашей семьи есть все рычаги воздействия на правительства сразу трёх стран.

Вижу, что Ротшильд задумался, но потом будто мысленно отмахнулся. Скорее всего, для него моё предложение — полный бред. Но ведь не могут все банкиры быть кровавыми маньяками! Ведь ты живёшь в своей стране, общаешься с людьми, которые завтра начнут массово гибнуть. Или прибыль дороже всего?

— Хорошо, — наливаю себе чая, — Предлагаю второй вариант. Почему не устроить самую настоящую экспансию на практически свободные земли, заразив этой идей правительства ведущих европейских стран? Канада, Бразилия, Аргентина, Австралия, юг и восток Африки способны принять десятки миллионов переселенцев. Это колоссальные территории, где финансово-промышленные концерны могут разворачивать свои производства. Здесь вы получите огромные рынки сбыта, ведь за десять — пятнадцать лет европейские поселенцы удвоят свою численность и превратят дикие земли в очаги цивилизации. Заодно Европа скинет излишки населения, так как сейчас она уже задыхается от скученности. Та же Африка, от мыса Доброй надежды до озера Танганьики по восточной стороне, вполне пригодна для жизни белых. Это территория размером с четыре Франции, где себя могут прокормить более пятидесяти миллионов человек.

— Но ведь там уже живут люди, — воскликнул Ротшильд.

— Я не предлагаю их тотально уничтожать, как произошло в Северной Америке или Австралии. Только существование двух разных цивилизаций в одной стране невозможно. Пускай природа сама решит, кому остаться в живых или уйти в небытиё. Сейчас это разрозненные, слабые и малочисленные племена, может, кроме зулусов. Никто не мешает колонистам оттеснить туземцев вглубь материка — на менее благоприятные для жизни земли. А далее, путь выживают, как могут. В европейских зоопарках, что недопустимо для России, негров и прочих индейцев демонстрируют, будто диких животных. Откуда у вас подобная щепетильность? Зато вы, и аффилированные с Ротшильдами семьи, получите целый материк, а может два. С Северной Африкой, особенно побережьем, можно поступить подобным образом. Ведь, кроме пригодной для земледелия земли, в Алжире есть нефть и иные полезные ископаемые. Но при этом там слишком много алжирцев, которые с каждым годом будут доставлять колониальным властям всё больше неприятностей. Можно рассмотреть и другие варианты совместного сосуществования, но я предлагаю вам наиболее дешёвый и оптимальный выход из ситуации.

Эдмон странно на меня посмотрел, но не стал более касаться этой темы. Тем более что нам было о чём поговорить. Не объяснять же ему, что сейчас можно решить вопрос с доминированием европейской цивилизации на веки вечные. Только для этого нужно новое переселение народов и вытеснение разного рода дикарей с огромных территорий. Чем негры отличаются от фактически уничтоженных англичанами индейцев? Речь идёт не о расе, а социальной структуре общества, находящейся на много ступенек ниже европейского. Заодно, перенаправление потока переселенцев ослабит Штаты, которые неслабо поднялись при помощи немецких и североевропейских колонистов.

Надо было мне изначально продумать идею нового крестового похода и озвучить её от лица Локи. Дать жуткий прогноз и припугнуть европейскую публику последствиями нынешней расслабленности. В моей реальности переселенцы направились в США и Южную Америку, чуть меньшее количество добралось до Австралии. А ещё миллионы людей погибли в ПМВ и ВМВ, а ведь они могли стать костяком новых европейских цивилизаций. В моё время ситуация совершенно противоположная, и расплодившиеся дикари начали планомерно уничтожать Европу, понёсшую невосполнимые потери в двух мировых бойнях, совпавших с демографическим переходом. Ведь можно попробовать создать уникальную цивилизацию — но, похоже, не судьба. Хотя, сама идея утопическая и попахивает чем-то нездоровым. Но будь у меня возможность, я бы завоевал для русских поселенцев ту же Танганьику или Кению и точно не стал церемониться с дикарями. Не можете защитить свои земли и пребываете в первобытной дикости — добро пожаловать на свалку истории. Пока не наступили времена всеобщего гуманизма, надо действовать более решительно. Бельгийский король Леопольд в своё время полностью раскрыл двуличность европейской элиты. Да и его подданные не особо переживали из-за чудовищных преступлений, творящихся в Конго. Главное — страна богатела, а какой ценой — не важно.

Только Россия никогда не истребляла завоёванные народы, встраивая их в своё общество. Может, поэтому нас ненавидят европейцы и даже нации, которые мы спасли от тотального уничтожения. В историческом аспекте нельзя делать подарки, их никто не оценит и предаст непонятных доброхотов при первой возможности. Именно в этом заключалась ошибка русской политики. В 21 веке доказывать что-то бесполезно, но налажали правители прошлого капитально. Возьмите тех же пруссаков и почитайте, что это было за племя изначально. Только сейчас они являются костяком германской нации и даже не задумываются, на каком языке говорили их предки.

Благо, что благодаря новой системе образования в этой реальности не будет никакого подъёма национального самосознания. Рим тоже был многонациональной империей, но при этом умудрялся ассимилировать покорённые народы, вернее, их элиты. А Франция, например, разрешила изучать региональные языки только в 1982 году, подавляя до этого любой намёк на местечковый патриотизм. Бретонский, баскский и лотарингский языки отличаются от французского так же, как русский от тюркского или финского. И ничего — вполне себе демократическое и многонациональное государство выстроило унитарную систему. Поляки тоже особо не стеснялись и сразу принялись ассимилировать силезцев с кашубами, а ведь это были коммунисты, а не какие-то нацисты. А вот испанцы, которые всегда давали слишком много воли провинциям, имеют огромные проблемы с сепаратизмом. Поэтому для этой России надо найти баланс, дабы укрепить государственность и не заложить мину замедленного действия в будущие межнациональные отношения.

Чего-то меня несёт сегодня не в ту степь. Вот и Эдмон смотрит странно, ведь я опять выпал из беседы, погрузившись в свои мысли. Так, надо собраться и обсудить наши дальнейшие планы. А их хватает. Компания Ротшильдов хочет сделать большой заказ на нефтедобывающее оборудование и строительную технику. Они решили начать освоение ливийских месторождений, которые, оказывается, давно разведаны. Есть у нас и другие точки соприкосновения, поэтому надо выжать из ситуации максимум.

* * *

В гостиной особняка, расположенного недалеко от площади Дам, который я купил ещё лет пять назад, меня встречал чем-то недовольный Фредди. Плюхаюсь в удобное кресло, вытягиваю ног и спрашиваю немца.

— Он опять ушёл?

— Всё гораздо хуже. Мацея Лесковского убили более двух лет назад, и всё это время нас водили за нос. Моим ребятам удалось найти слугу казначея, который очень хорошо спрятался. При нападении на карету его сочли убитым. Он был ранен, но смог уйти и выжить, — немец закурил сигару, которым пристрастился в последние годы, — Мне кажется, что самой организации, которую мы подозреваем в последних двух покушениях на вашу персону, давно нет. Вернее, это совершенно иная структура, использующая польских эмигрантов. Разгромленный «союз» был просто ширмой для отвода глаз. Последние три года мы фактически шли на поводу у тайных кукловодов. Понятно, что долгое время свирепствовала жандармерия, и у нас просто не было возможности прислать людей в Париж. Но это не может служить оправданием для меня. Это ошибка, которую я должен был обнаружить, ведь речь идёт о вашей жизни. Пока нас спасала только грамотная охрана. Ответный удар был, по сути холостым, устранены обычные пешки.

Откидываюсь на спинку кресла и задумываюсь. Фредди здесь ни при чём — это только моя вина. Я слишком расслабился и возомнил себя самым умным. Ведь здесь живут люди, с детства обучающиеся мастерству интриги. Коля Смирнов на их фоне — просто жалкий любитель и бездарь. Мне до сих пор дико везло. Ведь теракт в Лондоне, или мои проделки в России, оставались безнаказанными только потому, что местные власти не готовы к такому уровню цинизма и жестокости. Только они быстро учатся, и развязанный мною массовый террор как раз является их главным наставником.

Но работу над собой ведёт не только полиция, но и враги. Плохо, что вычислить последних весьма проблематично. В равной степени вероятности это может быть иностранная разведка или тайное общество, имеющее своих людей в высших эшелонах власти, и не обязательно российской. Что я знаю о реальных возможностях английской или французской элиты? Люди годами создавали в России островки влияния и вербовали агентов. Взять те же дворцовые перевороты образца 18 века или убийство Павла. Сместить царя — не такая уж лёгкая задача. Но ведь находились люди, они грамотно организовывались, и кто-то оплачивал весьма дорогой банкет.

Пока вопросов больше чем ответов. А ещё невидимые манипуляторы заставили меня дёргаться. Нет, за свою жизнь я не переживаю. Вот только моя семья практически беззащитна, в случае грамотного нападения. Эта мысль настроила меня на другой лад. Хватит самобичеваний и размазывания соплей. У меня есть деньги, грамотная команда и решительность. Главное — я знаю, что прав, и мой путь истинно верный. Поэтому мы ещё с вами прободаемся.

Глава 10

Раздался последний залп и присутствующие сняли специальные наушники. Залп четырёх орудий — весьма громкое дело, особенно когда ты находишься рядом. Пока обслуга чистит пушки, а специальные люди отправились осматривать результаты стрельбы, можно немного расслабиться.

Отхожу подальше от наблюдательного пункта и вдыхаю полной грудью лесной воздух, так как запах пороха порядком надоел. Надо мне чаще выбираться на природу, а то всё мотаюсь, как сумасшедший между заводами и государственными ведомствами. Хорошо, что с подачи Агнешки мы пять лет назад пробрели поместье недалеко от Петергофа. Расположено оно вёрстах в пяти от залива и со всех сторон окружено лесом. Я специально выбрал такой вариант, так как его легче охранять, и никто не сможет неожиданно напасать со стороны моря. Понимаю, что становлюсь параноиком, но лучше выслушивать ворчание жены, чем постоянно переживать за безопасность семьи. На даче сейчас проводит лето весь наш многочисленный клан, благо размер дома позволяет разместить там, хоть целую роту. Ещё и прилегающая территория весьма обширна. Сельскохозяйственных земель рядом нет, зато несколько бригад под руководством нанятого архитектора превратили окружающий лес в парк, а прилегающую к усадьбе землю в роскошный сад с беседками, детской и игровой площадкой. Решено, как закончатся испытания сразу еду на дачу.

Сегодня долгожданный день, на которые я возлагаю большие надежды. Нам предстоит долгий путь, но первый шаг уже сделан. Экспериментальная линейная пушка калибра 107 мм, изготовленная на нашем с Мальцовым заводе, проходит полевые испытания. За основу мы взяли крупповское изделие образца 1866 года и кардинально его переработали. В первую очередь речь идёт о смене нарезки ствола с постоянной крутизны на прогрессивную. А ещё при отливке стволов использована сталь особой прочности, над которой долго трудились инженеры. Но и это ещё не всё. За пять лет Вылежинский совершил самую настоящую химическую революцию. Профессор сначала начал производство тринитрофенола, известного как пикриновая кислота, а затем довёл до ума тринитротолуол, открытый десять лет назад каким-то немцем. Располагая практически неограниченными ресурсами, Болеслав создал предпосылки для промышленного производства тротила и возможность применения в качестве боеприпасов. Правда, снаряд с медным поясом обходится в копеечку, но инженеры работают над снижением себестоимости.

Мало кто из представителей ГАУ понял, что перед ними артиллерия будущего. Европейцы ещё лет тридцать будут использовать пикриновые боеприпасы, а у нас уже есть начинка для снарядов следующего поколения. Только надо учитывать, что на вооружении русской армии ещё стоят орудия, стреляющие ядрами, и процесс перевооружения может затянуться. А ещё у нас совершенно упоротые генералы, шарахающиеся от всего нового как чёрт от ладана. Благо это не касается артиллеристов, где хватает грамотных и прогрессивных специалистов. Главное — не упустить момент и начать замену устаревшего парка орудий. Что касается сохранения секрета, то я не переживаю. Мне, наконец, удалось продавить систему работы приёмных комиссий, где нет посторонних людей, а все действующие лица подписывают специальный протокол о соблюдении государственной тайны. Ведь раньше дело доходило до абсурда, когда на испытаниях новых образцов вооружений присутствовали иностранные наблюдатели. Сейчас это невозможно, оттого и агенты европейских держав рыщут по стране, пытаясь проникнуть на заводы ВПК. Недавно созданная контрразведка не дремлет и уже удалось выявить несколько шпионов, прикрывающихся коммерческой деятельностью и работающих в посольствах. Да и моя СБ работает весьма грамотно. Думаю, во Франции и Англии до сих пор не могут понять, куда подевались два гражданина этих стран, пытавшихся подкупить моих инженеров. Наивные и слишком наглые шпионы, земля им стекловатой, решили, что со мной можно шутить. После исчезновения иностранных граждан интерес к моим заводам резко понизился, к чему бы это?

Заодно контрразведке удалось разоблачить несколько врагов, сливающих секретную информацию потенциальному противнику. В обществе одно время удивлялись, куда пропали два генерала и один полковник весьма знатного происхождения. Но затем внимание почтенной публики сосредоточилось на приезде итальянской оперной труппы и о предателях забыли. Я бы их тихо удавил, после приговора трибунала, конечно. Только у нас государство милосердное и разжалованные офицеры поехали в ссылку. Иногда понимаешь действия Сталина, когда он устраивал массовые прополки среди высшего руководства страны и армии. Они не просто зажрались, но и ведут откровенно антигосударственную деятельность. Хорошо, что здесь соратникам Муравьёва удалось выправить ситуацию и не позволить госаппарату превратиться в коррупционное кубло. Поэтому можно быть относительно спокойным и за разрабатываемую винтовку под бездымный порох, которая через несколько лет должна прийти на замену берданкам.

Вот и сейчас испытания экспериментального образца проходят в закрытом режиме. Обслуга состоит из работников концерна Мальцова, а стрельбой командует отставной капитан, тоже работающий на нас. В комиссии, кроме Его Величества и Шувалова, только узкопрофильные специалисты ГАУ, министр Милютин, новый начальник главного штаба Карцов и его зам Обручев. На испытаниях нет даже великого князя Михаила, хотя он является инспектором артиллерии. Вот такие ныне правила и они мне нравятся, чёрт возьми.

— Куда вы пропали, граф? Мы, значит, обсуждаем ваши задумки, а их автор где-то гуляет, — с улыбкой произнёс глава ГАУ Баранцов.

Уж насколько я противник стариков на ответственных должностях, но к Александру Алексеевичу трудно придраться. Для своих шестидесяти трёх лет он полон сил и энтузиазма. А ещё генерал на удивление прогрессивный человек, ратующий за любые новации в его ведомстве. Например, мои тягачи и специальные краны для транспортировки и погрузки крупнокалиберной артиллерии, после проверки сразу были приняты на вооружение. Согласитесь, что перемещать и кантовать многотонные орудия лучше при помощи машин, а не ручных лебёдок. Кроме контракта на поставку боеприпасов, мои компании снабжают артиллерийское ведомство достаточно широкой линейкой продукции. А ещё есть инженерные войска, кавалерия и военно-медицинское управление. Только с пехотой мы пока не дружим, но всё изменится, когда на суд генералов будет представлена лёгкая и мобильная полевая кухня.

Члены комиссии расположились под навесом и были удостоены чести отзавтракать с самим императором. Обстановка за столом оказалась самая демократическая, со ссылкой на то, что рядом находится всероссийский самодержец. Сам Александр являл собой просто образец хорошего настроения. Ещё бы — год назад он стал счастливым отцом, а месяца через три княжна Долгорукова должна родить второго ребёнка. Плюс дела в России идут на удивление неплохо, что очень пугает мою паранойю. За редким исключением террористическое подполье уничтожено. Земская и судебные реформы позволили прогрессивной части общества увидеть реальные изменения в стране, и градус недовольства резко снизился. Сейчас карбонариям всё труднее вербовать в свои ряды новых членов.

И это не единственное положительное изменение. Министр финансов Брок недавно ужесточил кредитную политику и создал специальную комиссию, рассматривающую дела разорившихся помещиков. В итоге, имущество должников конфисковывается в пользу государства, а земли распределяются между крестьянскими общинами, дабы избежать махинаций и спекуляций. Заодно, разорившимся дворянам предлагают возможность получить часть суммы от выкупных платежей сразу и не ждать выплат десятилетиями, но при этом они отказываются от основного долга крестьянских общин. Казна взяла на себя финансирование этих выплат. Практически сто процентов дворян соглашаются получить деньги от государства сразу. Крестьяне же получили отсрочку по оплате, и в будущем долг планируется списать. Схема получилась жестковатая, но позволила снять со многих общин долговое ярмо. Недовольных дворян хватает, но есть и сторонники подобной идеи. Я же не просто так веду ненавязчивую, но постоянную пропаганду. Адептов отмены выкупных платежей сейчас немало и они оказывают постоянное давление на общество.

Если брать общее развитие экономики, то Россия сейчас, пожалуй, уступает по темпам роста только Германии и САСШ. Речь идёт не о доходах, а промышленном скачке. Этому в первую очередь поспособствовало наведение порядка в железнодорожном ведомстве. Сейчас строительство столь нужных путей стало дешевле, практически уничтожена коррупционная составляющая и сам процесс идёт гораздо быстрее. Кроме веток, связавших столицу с Крымом, Ростовом, Баку и Казанью, был запущен грандиозный проект под названием Транссиб. При этом дорогу строят сразу с нескольких направлений. Денег это требует колоссальных, но для всех очевидна выгода, которую получит государство в будущем. Радует, что почти вся строительная техника, задействованная в проекте — отечественного производства. Что касается рельсов и паровозов, то Россия давно отказалась от импорта и рассчитывает исключительно на собственных производителей. Транссиб уже благотворно влияет на экономику и это только начало!

Вроде бы всё чудесно и пора задуматься о прекрасном будущем, в котором будут жить мои дети. Только гложет меня постоянный червячок сомнений. Я неплохо знаю историю своего мира и жду подвоха. И в первую очередь проявить себя может враг внутренний. Не знаю, чем мотивировался Александр, когда заделал Долгоруковой сына, но это сильно напрягло партию наследника. Мало того что от государственной кормушки отодвинуты все братья императора, так он ещё живёт с Екатериной в фактическом браке и плевать хотел на мнение семьи. Некоторые сплетники начали намекать на смену порядка наследования. Подобные слухи крайне опасны и не мешало бы отрезать язык тому, кто их запускает в массы.

— Скажите, граф, — император вывел меня из задумчивости, — Уже по первой части испытаний понятно, что вы создали какое-то невероятное орудие. Сколько оно стоит и когда может быть принято на вооружение? Думаю, это наиболее важные факторы, ведь казна не бездонная.

Хорошо, что царь наш батюшка уделяет много времени армии и даже начал разбираться в нескорых вопросах.

— В данный момент начать массовое производство подобных орудий неосуществимая задача, Ваше Величество, — после моих слов император нахмурился, — Дело в том, что российская промышленность просто не готова к подобной новинке. Речь идёт не только о производстве ствола, что весьма затратно из-за дороговизны материалов и сложности нанесения нарезки. Нам ведь потребуются снаряды нового образца. И если с начинкой боеприпаса нет никаких проблем, то сами болванки изготавливать труднее. С ними такие же сложности, как со стволом. А ещё проблематично снизить стоимость самого снаряда в ближайшей перспективе. Поэтому необходимо разработать целую концепцию по переходу на новые орудия, как было с винтовкой. В течение двух — трёх лет план вполне выполним.

— Что вы считаете главной сложностью, Иосиф Янович? — подключился к беседе Карцов, — Вроде с ружьями у нас всё продвигается неплохо.

— Это ошибочное ощущение, Александр Алексеевич, — отвечаю генералу, сделав небольшой глоток воды, — Создание новой винтовки и перевооружение ею русской армии — только часть проблемы. Основные трудности начнутся, когда до наших генералов-ретроградов, наконец, дойдёт, что бумажный патрон фактически прошлый день. Будущее за металлической гильзой, что относится и к артиллерии. Когда мы всё это осознаем, начнутся главные трудности. Господин Милютин, наверное, понимает ситуацию лучше других, но ещё не до конца её осознал.

— Вы нас сегодня запутали, граф, — произнёс министр, к которому я обратился, — Давайте переходить к сути, иначе у нас не останется времени на стрельбы.

— Русская промышленность не сможет в ближайшие годы начать массовый выпуск металлических патронов. Само производство подобных боеприпасов банально дороже, чем бумажные варианты. А главное — у нас просто нет достаточной станочной базы. Для комплексного перевооружения уже сейчас необходимо начать строить патронные заводы, обучать персонал и просчитать транспортные цепочки, дабы снизить стоимость доставки сырья. Каждый новый завод должен выдавать несколько миллионов боеприпасов в месяц, поэтому надо учесть все мелочи, — вижу, что у Шувалова аж глаза на лоб полезли от озвученной цифры, — России же нужно несколько подобных заводов.

— Но зачем столько боеприпасов, Иосиф? — спросил мой бывший начальник, — Вы собрались вооружать многомиллионную армию?

— Американец Винчестер и вслед за ним швейцарец Веттерли несколько лет назад запатентовали и испытали многозарядные винтовки. Насколько я понимаю, наши конструкторы тоже разрабатывают подобный вариант ружья. Огневая мощь пехоты при таком вооружении возрастает кратно. Только представьте себе пять или даже десять залпов подряд, когда не надо тратить время на перезарядку. Так вот, с новыми винтовками армия из ста тысяч солдат, сожжёт более двух миллионов патронов в первом же бою. Это, если наши бравые генералы не погонят людей на убой в штыковую. То есть войскам, уже сейчас требуется сотни миллионов патронов. Недавно я прочитал интересную статью, оказывается, пруссаки в прошедшую войну с Францией израсходовали более тридцати миллионов пуль, не считая снарядов. А ведь оружейное дело развивается с каждым годом, и потребности в боеприпасах только возрастут. То же самое касается артиллерии. Мои новые скорострельные пушки потребуют гораздо большего боекомплекта. Ещё у наших изобретателей есть идея, как усовершенствовать митральезы. Экспериментальный образец я предоставлю примерно через два месяца. Новая машина вообще ест патроны со страшной скоростью.

— Так зачем нам подобные механизмы? Ведь получится форменное разорение для казны, и вся страна будет работать на армию, — воскликнул глава ЕИВ канцелярии.

— Современная война требует совершенно иного подхода. Дальность и скорость стрельбы с плотностью огня — главный залог успеха в сражении. Если во главе армии поставить более-менее толкового командующего, то на начальном этапе, сражения можно выигрывать благодаря превосходству в технике. Уж турок или австрияков, мы точно разобьём. Далее, противник подтянет своё оружие или начнёт придумывать новую тактику для противодействия нашему преимуществу. Но доминирование в вооружении на долгом отрезке невозможно. Англичане, французы, германцы и североамериканцы обладают более мощной промышленностью. Потому я и предлагаю разработать план, перевооружения армии новейшими образцами, а далее готовиться к следующему циклу. Лет через десять большая часть наших новинок устареет, может, кроме части артиллерии. Значит, мы должны быть готовы к этому заранее. Я понимаю, что казну ждут колоссальные расходы, но на армии экономить нельзя.

— Всё это потребует не просто создание нового плана. Придётся в корне пересматривать всю оборонную политику государства, — грустно произнёс Милютин и обратился к императору, — Ваше Величество, мы уже обсуждали с графом сложившуюся ситуацию. Только я хотел дождаться испытаний, чтобы было больше пищи для размышлений. Но уже сейчас понятно, что новые пушки и снаряды — совершенно иной вид артиллерии. В мире просто нет сопоставимых орудий по дальности и точности, а также снарядов столь разрушительной силы. Разрешите собрать больше информации и сделать полноценный доклад о сложившейся ситуации. Может, действительно пора разработать совершенно новую военную доктрину? Прогресс не стоит на месте, и армия просто обязана за ним поспевать.

— Тот, кто не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую, — ответил Александр, — Мы пойдём дальше и после вашего доклада устроим специальное заседание кабинета министров. Если завтра у англичан или французов появятся такие пушки и скорострельные ружья, то мы умоемся кровью похлеще, чем в Крыму. Значит, надо подключать все министерства и ведомства, включая заводы, входящие в ВПК. Другой вопрос — где взять лишних денег?

* * *

— Юзек, это неприлично! Я такое не надену! — воскликнула Агнешка.

Судя по смеющимся глазам, она просто меня дразнит. Недавно супруга пожаловалась, что хочет научиться кататься на двухколёсном велосипеде. Как любящий муж, я заказал специальные женские брюки и лёгкие ботинки на шнурках, дабы жена не мучилась в платье. Благо все мерки у портних и сапожника в наличии. Сейчас дамы катаются на трёхколёсных велосипедах, которые специально изготавливаются для них и мужчин постарше. И надо заметить, что девайсы пользуются просто бешеной популярностью. Правда, дамы катаются в своих поместьях, а вот мужчинами велосипедистами теперь не удивить любой российский город.

Вообще, мой инструментальный цех давно перерос в целый концерн, в который входит несколько заводов. Производство велосипедов выделено в отдельное предприятие, и оно работает в три смены. Думаю, что пора опять расширяться, так как мы завалены заказами на несколько месяцев вперёд. С учётом того, что более половины изделий экспортируется, то надо шевелиться. Европейцы и американцы не дураки, поэтому у нас появилось немало конкурентов. Пока удаётся доминировать благодаря более прогрессивной организации производства, низкой цене и лучшему качеству.

Ранее мне сложно было представить, что подобные изделия, а ещё игрушки, могут приносить огромную прибыль. Даже элементарные пирамиды из колец, рамки-вкладыши и расписные кубики на начальном этапе, чуть ли не опережали динамит по доходу. При правильной обработке через прессу, где я запустил термин «развивающая игрушка», прогрессивная публика начала сметать нашу продукцию, как пирожки в базарный день. Далее последовали игровые площадки, состоящие из шведской стенки, каната, ракеток для игры в мяч, кегельбанов и ещё десяток наименований. Я буквально выжимал память, пытаясь вспомнить, какие полезные предметы видел в прежней жизни. Следом последовали игровые площадки с обязательной горкой, сеткой-лазалкой, канатами, лесенками, брусьями и турниками.

С последним произошла забавная история. Я начал внедрять столь полезный снаряд ещё, будучи на военной службе. По крайней мере, наш мобильный отряд регулярно занимался на перекладине. Далее, мастера в Вильне изготовили брусья, которые по достоинству оценили штурмовики. В итоге, новинка была оценена нашими генералами, хотя, пруссаки уже давно используют эти снаряды для подготовки солдат. Может, свою роль сыграла прошедшая война, когда авторитет прусской армии взлетел до небес. Ныне столь нужные вещи есть не только в каждой части, но и получили распространение среди гражданских учебных заведений. Ваш покорный слуга пошёл дальше и построил целый спортивный комплекс, где занимается огромное количество людей. А ещё я возглавил Санкт-петербургское гимнастическое общество и всячески продвигаю эту тему. В России начал издаваться даже специальный журнал, пропагандирующий атлетизм и здоровый образ жизни. Но мы с соратниками пошли дальше и начали призывать женщин к занятию спортом. Для начала был построен специальный трек, где дамы смогли кататься на велосипедах. Затем через прессу началась популяризация специального спортивного инвентаря. Параллельно в женском журнале стали выходить статьи с иллюстрациями, где описывались различные упражнения и целые комплексы. Пусть народ уже сейчас начинает заниматься спортом, что должно положительно сказаться на здоровье нации. Ещё мне удалось доказать вред корсетов, которые просто калечат девушек и женщин. Был даже целый научный диспут с привлечением иностранных светил медицины. В итоге, эти изуверства практически сошли на нет.

Моя супруга — натура увлекающаяся и спорт захватил её не хуже, чем ювелирное дело и производство белья. До недавнего времени ей хватало трёхколёсного велосипеда, но теперь наша сероглазая валькирия возжелала опробовать мужскую модель. Для такого дела мастера изготовили специальный агрегат без рамы, а я озаботился формой, которая вызвала у Агнешки столь бурную реакцию. Странно, некоторые феминистки и небезызвестная Жорж Санд давно освоили брюки, но никто не додумался использовать подобный костюм для занятий спортом или езде на велосипеде.

— Дорогая, неприлично, если ты появишься на улице в белье. Кстати, тот последний комплект, который вы разработали с княжной, весьма интригующий, — притягиваю к себе фыркнувшую, но явно довольную жену, — Может, сегодня ночью ты оденешь его для одного симпатичного блондина.

— Если кое-кто будет себя хорошо вести, то возможно, — Агнешка мило улыбнулась и вдруг вырвалась из объятий, — Только сейчас ты мешаешь мне переодеться и вообще, иди готовь велосипед!

— Аааааа, — кричит немного испуганная, но счастливая супруга.

Уаоооо, — восторженно поддерживает её многочисленная детская группа поддержки, несущаяся за нами.

После нескольких кругов перед усадьбой, когда я держал велосипед, а Агнешка привыкала к балансу, мы выехали на дорожку и прибавили скорости. И вот, я бегу за великом, на котором сидит супруга, а за нами несётся толпа галдящей ребятни. Только самые маленькие, включая моего двухлетнего сына Чеслава, наблюдают за творящейся вакханалией, сидя в колясках под внимательным присмотром гувернанток. Нет, ещё есть тётя Катарина и родители Вылежинского, расположившиеся в креслах рядом с детворой.

Вдруг руль вильнул, видно Агнешка его не удержала, и мы дружно врезались в живую изгородь. Вытаскиваю смеющуюся жену из кустов под радостные вопли скачущей ребятни. Можно смело утверждать, что первый урок удался на славу.

— Это великолепно! Давно я не получала такого удовольствия! А кое-кто заслужил сегодня подарок, — воскликнула, раскрасневшаяся сероглазка, — Но этого мало! Хочу ещё!

Осматриваю велосипед, не нахожу никаких повреждений и помогаю Агнешке на него взобраться.

— Поехали!

Мы развлекались подобным образом ещё минут тридцать, а потом всей толпой перешли на детскую площадку. Я стараюсь регулярно придумывать для подрастающего поколения, что-то новое. Сегодня мой выбор пал на «вышибалы». Наш шинный цех недавно освоил выпуск мячей, так как меня посетила мысль, что не мешает начать внедрять в русское общество волейбол. Ведь это универсальная и полезная игра, не требующая особых затрат. Всё упиралось в качество и вес мяча. Но путём проб и ошибок, мастерам концерна удалось найти нужный баланс.

— Слушайте внимательно, — говорю обступившим меня детям, — Сегодня мы будем играть в новую игру, которая называется «вышибалы».

— Ура! — от крика детворы у меня зазвенело в ушах.

Далее, объяснял правила, провёл несколько пробных игр, разбил молодёжь на команды и пошла потеха. У нас и так достаточно шумно от большого количества детей. Но сегодня мы побили все рекорды. Уже через десять минут на площадки собрались все обитатели усадьбы, включая слуг. Народ начал поддерживать участников действия и добавил ещё большего хаоса. Я же получал просто неимоверное удовольствие, видя счастливые улыбки детей и взрослых.

— Юзек, мы тоже хотим играть в вышибалы, — не заметил, как ко мне подошла Агнешка с сестрёнками.

Женскую часть полностью поддержали их мужья. В итоге через некоторое время на двух площадках шла бескомпромиссная борьба. Дамы сначала посмеивались над брючным костюмом и обувью моей супруги, но быстро осознали их преимущества. Луиза сразу потребовала пошить ей подобный наряд, несмотря на вялые протесты Вылежинского. Я давно подозревал, что главой семьи изобретателя является супруга, вертящая им как угодно.

Часа через полтора тётя Катарина решила прекратить вакханалию и потребовала всем идти на обед. Предложение выглядело разумным, так как я сам изрядно проголодался. Хорошо, когда у тебя большая семья! Есть в этом что-то сакральное. Мне трудно объяснить свои чувства, но я просто счастлив!

После обеда народ разбежался отдыхать, но самые стойкие вернулись на площадку и продолжили игру. Надо мне чаще брать отпуск и больше общаться с близкими людьми. Это мотивирует работать ещё лучше, и ты понимаешь для кого все эти жертвы.

А ночью меня ждёт продолжение банкета. Смотрю на скачущую по площадке супругу и понимаю, как же мне повезло. За десять лет я даже не посмотрел в сторону других женщин, хотя, в прошлой жизни изменял жене. Здесь же прямо какое-то наваждение или колдовство. Мы нажили уже троих детей, но никак не можем насладиться обществом друг друга. Если бы не опасения, вызванные открывшейся на меня охотой, то можно смело заявить, что Юзеф Козелл-Поклевский — счастливый человек.

Глава 11

— Ваше Величество, прошу не рассматривать мои слова как упрёк. Просто, мне кажется, что наши власти совершенно упускают один важный момент. Я передавал вам доклад через Петра Андреевича, — делаю полупоклон в сторону Шувалова, — Только личная беседа поможет лучше объяснить, о чём идёт речь.

— Граф, я давно перестал сомневаться вашей лояльности престолу и России, — ответил император, — А ещё вы являетесь одним из богатейших людей нашей державы, поэтому глупо отказать такому человеку в аудиенции.

Врёт и не краснеет, наш дрогой царь-батюшка. Если бы не Долгорукова и Шувалов, кои регулярно проедают Александру плешь, то хрен бы мне выделили время. И сейчас глаза самодержца не обещают мне ничего хорошего. Ведь кто-то посмел потревожить его покой глупым докладом, далёким от реалий российской политики. А вообще, император выглядит не очень хорошо — мешки под глазами, нездоровый цвет лица и явная усталость, изрядно напрягают. Мне он нужен живым и здоровым в ближайшие десять лет, тогда все процессы, запущенные Колей Смирновым в этой реальности, станут необратимыми. Вернее, на престоле должен оказаться конченый идиот и одновременно предатель, чтобы всё разрушить. Хотя, как говаривал один сын юриста — это Россия! У нас всё может пойти наперекосяк даже при самых благоприятных обстоятельствах.

Аудиенцию я попросил по причине объёмной аналитической работы, которая была проведена мною за последний год. Не скажу, что я ума палата, но обладание послезнанием является отличным подспорьем. Последние пару лет меня интересовала национальная политика и варианты её решения к вящей пользе страны. В конце года я вернулся из очередной поездки на Кавказ. Мне пришлось достаточно много времени провести в Баку, Елизаветполе, Тифлисе, Кутаиси, Поти и Эривани. В этот раз моей целью стали не только коммерция, но и изучение политической обстановки многонационального региона. Надо сказать, что нынешняя ситуация весьма неоднозначная.

По возвращении я обобщил полученную информацию, заодно добавил расклады из других потенциально проблемных губерний, которые собирала моя канцелярия. Ребята обобщили информацию, полученную от более или менее толковых людей, занимающихся этнографией, если можно так выразиться. Получился достаточно внушительный доклад, который пришлось долго дорабатывать, дабы он стал понятнее. Именно это я попытаюсь сегодня донести до Александра.

— Мои люди проделали большую работу, собрав интересную информацию о нынешних и возможных национальных трениях внутри империи. Проблемы разбиты на три категории — разрешимые, сложные и тупиковые, — царь вроде слушает внимательно и даже приготовил блокнот для записей, что является хорошим знаком, — Предлагаю начать с Закавказья, где я недавно побывал и внимательно изучил обстановку. Самое интересное, что проблемы намечаются отнюдь не с мусульманами, а их христианскими соседями.

Александр никак не прокомментировал моё вступление, поэтому решаю продолжать.

— Мне крайне не понравилась обстановка в Грузии. Понятно, что речь идёт о тамошнем высшем свете и образованной части публики. Не хочу напоминать, что русские фактически спасли этот народ, находившийся на грани уничтожения. Сейчас это мало кого волнует, но именно под нашей защитой грузины утроили численность. Также мирная жизнь позволила сформировать целую прослойку интеллигенции, начавшей оказывать большое влияние на местное общество. И многие идеи, которые получили распространение среди грузинской знати и общественных деятелей — не в пользу России. Особенно бурно местные отреагировали на новую систему образования. Часть грузинской публики хочет не только школьного образования на родном языке, но и открытия Тифлисского университета. Поэтому внедряемая реформа их крайне раздражает.

— Вы же сами продвигали новую систему образования, граф, — усмехнулся император, — А теперь заявляете, что она стала яблоком раздора для целого народа, в чьей лояльности я никогда не сомневался. И о каких настроениях, направленных против власти, идёт речь?

— Разрешите вернуться к реформе образования немного позже? — после кивка Его Величества, продолжаю доклад, — Основная идея, овладевшая умами грузинской элиты — восстановление Георгиевского трактата[1], как базового документа во взаимоотношениях между Россией и Грузией. То, что он был нарушен царём Картли-Кахетии и фактически утратил силу, никого не останавливает. Грузинская знать желает полной автономии, оставив за империей внешнюю политику и армию. Ещё есть какие-то странные идеи о бюджете, но я в них запутался. Если кратко, то господа хотят править сами, а Россия должна их защищать и кормить. А некоторые радикалы уже шепчутся о Великой Грузии с претензией на часть армянских и мусульманских земель. Правда, их всерьёз не воспринимают.

Глаза Александра полыхнули чем-то недобрым. На фоне его одутловатого лица с вечными мешками под глазами выглядело это неприятно. Мне совершенно непонятна подобная реакция. Я ведь обсуждал ситуацию с фон Кауфманом, который регулярно информирует ЕИВ канцелярию и императора лично о состоянии дел в Закавказье. Радует, что сейчас в русской политике мелочей не бывает и подобные вещи сразу фиксируются. А ещё Константин Петрович полностью на моей стороне и обещал полную поддержку.

— Что касается Эриванской губернии, то проблемы только намечаются. Армяне, в массе своей, лояльны России. Но есть определённые вопросы по образованию, так как тамошняя церковь против перехода учеников на русский язык после окончания начальной школы. Хотя самих учебных заведений в крае пока крайне мало, даже по меркам центральных губерний и ситуация не является большой проблемой. Тюрки, персы и курды, которые составляют около сорока процентов жителей Эриванской губернии, в массе своей дики и необразованны, а их правителям подобные материи не интересны, — император и Шувалов слушают внимательно, значит, надо продолжать, — Нам нужна опора в крае, особенно из грамотных людей, и ставку Россия делает на армян. Знати, как таковой, данная нация не имеет — она была уничтожена османами и персами, значит, придётся опираться на другие классы. С другой стороны, армянские коммерсанты весьма богаты. У купцов Манташева с Лианозовым, работающих в Тифлисе, денег больше, чем у всех грузинских князей вместе взятых. Это я ещё не учитываю Лазервых, Абамеликов, Деляновых и ещё десяток влиятельных семей, выходцев из Армении, живущих в России. При этом у этих людей нет спеси, свойственной грузинской знати, и с ними можно договариваться. Поэтому предлагаю решать вопрос с армянской церковью и представителями влиятельных семей. Именно они позволили сохранить письменность и культуру своего народа.

— И с чего, по-вашему, необходимо начать переговоры? — Шувалов первый раз за сегодня включился в беседу.

— Признать, что новая система образования не совсем подходит к нациям, имеющим богатую историю и обладающую собственной письменностью. Ещё оба обсуждаемых народа много веков имели собственные государства и сохранили родную культуру, веками противостоя ассимиляции со стороны мусульман. Поэтому ситуацию надо взять под контроль уже сейчас, дабы предотвратить будущие конфликты или недопонимания. Армяне и грузины будут противиться растворению в русской нации, как делали это, противостоя персам и туркам. Значит, надо пойти немного иным путём, дабы не нанести урон национальной гордости данных народов. Моё предложение — пятилетняя начальная школа на родном языке, далее — ремесленное училище и гимназия, только уже на русском. Преподавание в высшем учебном заведении — тоже. Что касается семинарий, то это личное дело тамошних церквей. Под патронажем священников можно организовать дополнительные курсы по изучению родного языка и истории, которые должны оплачиваться в частном порядке. А то грузины хотят университет, ещё и за счёт казны. При этом никто не задумывается, что придётся готовить преподавательский состав. Его, наверное, тоже хотят обучить на русские деньги, — улыбаюсь, вспоминая разговор с одним из князей в Тифлисе, — Ещё необходимо усилить внутренний раскол в грузинском обществе. Надо методично вбивать клинья между сванами, мегрелами и остальными картвелами. То же самое касается местных тюрок, которые пока ещё не осознали себя единым народом. С армянами подобный вариант не пройдёт, они единый народ и достаточно долго приспосабливались выживать при завоевателях. Здесь более разумны переговоры и воспитание полностью лояльной империи интеллигенции.

Император опять молчит, сверля меня недовольным взглядом. Чего я такого сказал? Оскорбил милых его сердцу грузин? Так никто ничего не имеет против самого народа, живущего в жуткой нищете. Но ведь решение всегда принимает элита, усиленно делающая вид, что заботится исключительно о плебсе, а не увеличении собственной власти. И я прекрасно понимаю её опасения, что часть местных народов русифицируется, в городах уж точно. Но сейчас мы по разные стороны баррикад, хотя, ещё не стали врагами. Римляне не просто так придумали и использовали систему «Разделяй и властвуй», которую взяли на вооружение византийцы и англичане. Последние, ко всему прочему, спровоцировали множество межнациональных конфликтов в моём мире. Только русские не звери, и сванов с мегрелами никто не собирается натравливать на остальных грузин, ибо это форменная глупость, которая только навредит империи. Просто правительство должно иметь рычаг давления в регионе, кроме русской армии. Есть ещё один важный момент, который не хотят понимать в Санкт-Петербурге.

— Вторым фактором успокоения ситуации должен стать отказ нашей власти сделать из Закавказских губерний обычные, как в центральной России или Сибири. Мы не сможем ассимилировать тамошнее население. В этом просто нет необходимости — вполне хватит привязывания знати к империи, что сейчас и происходит. Важным вопросом, волнующим грузинское и тюркское общество, являются русские переселенцы. Мне кажется, в них нет никакой необходимости, — вижу, что Шувалов снова хочет возразить, быстро поясняю, — Мы не добьёмся численного перевеса, так как подобная задача не стоит. Для контроля над краем вполне хватит армии, администрации и небольшого числа инженеров, которые будут обеспечивать работу предприятий. Надо продолжать строить дороги, по которым легче перебрасывать войска и вывозить сырьё. В остальном, пусть местные самостоятельно развивают свои губернии, без всякого участия казны.

— Но ведь нам могут резонно заметить, что жители закавказских губерний платят подати. И как можно не развивать целый край, населённый моими верноподданными, — Александр опять был чем-то недоволен.

— Пусть элиты Закавказья самостоятельно оплачивают свои проекты. Что касается налогов, то Россия платит в ответ кровью своих солдат, и это несоизмеримые потери. А ещё армяне, грузины, тюрки и курды в императорской армии не служат, кроме небольшого числа офицеров. Думаю, пора начинать устранять сие недоразумение. А православный народ из центральных областей страны лучше продолжать переселять в предгорья Северного Кавказа. Разного рода сектантов лучше переместить в Южную Сибирь или Дальний Восток. Но нельзя отрывать их от земель, населённых в основном русскими. Весьма расточительно разбрасываться человеческим материалом.

— Вы рассуждаете так, будто предполагаете отторжение части земель от империи, — воскликнул император, будто обвинял меня в чём-то нехорошем, — Не кажется ли вам, что подобные речи недопустимы?

Странный он товарищ, как и вся их семейка. Они действительно настолько убеждены в собственной богоизбранности и исключительности? Или маленькому Саше в детстве плохо преподавали историю? Ни одна империя ещё не смогла прожить без смены династий или потери части территорий с последующим развалом. По сути, есть только две страны, которые могут похвастаться многовековым существованием — это Китай и Персия. Всё условно, с учётом многократных смен династий и завоеваний, но ситуация примерно такая. Остальные крупные державы либо слишком молодые, или канули в Лету, как Рим, Халифат, Византия и империя монголов. Мелочь, вроде Японии с прочими Эфиопиями, я даже рассматривать не хочу. Эти захолустья просто никогда не интересовали серьёзных завоевателей.

— Надо верить в лучшее, но быть готовым к любым ситуациям. Поэтому крайне важно не дробить на части русский народ. Зачем нам отрезать горами или степями наших людей от остальной страны? Если мы не хотим растворить остальные народы империи в великороссах, то необходим иной пусть. Для того и нужно сохранить особый статус губерний Закавказья и Туркестана. Не нужно там ничего развивать и строить, хватит только дорог и военных городков. Основные производства и образовательные центры должны находиться во внутренних областях России. Пусть талантливая молодёжь с окраин едет учиться в Москву или Питер, и мечтают перебраться для самореализации в крупные города, а не оставаться дома. Таким образом, мы начнём выкачивать из особых губерний толковых людей. Наличие собственных высших учебных заведений и производства, усложнит этот процесс, — чего-то моё предложение не находит бурного отклика у самодержца, но надо закончить мысль, — Закавказье с Туркестаном важны для нас исключительно с военной точки зрения, и как сырьевые базы. Так зачем тратиться на их развитие?

— Ваше заявление больше похоже на крамолу или нечто подобное, — император нахмурился ещё сильнее, — Где раз поднят русский флаг, там он спускаться не должен, говорил мой отец. И я полностью поддерживаю сей постулат. Надо укреплять присоединённые земли, а не ослаблять их. Но ладно, мы рассмотрим ваш доклад, вдруг там есть дельные мысли. Вы говорили про какой-то тупик.

— Сначала позвольте закончить с разрешимыми и сложными проблемами? — после кивка царя продолжаю, — Есть у нас ещё несколько народов, которые в будущем могут доставить нежелательные проблемы. Во-первых, это киргиз-кайсаки. Начнём с того, что под этим названием скрывается два разных, хотя и похожих друг на друга, народа. Более того, кайсаки тоже не являются единой нацией и делятся на несколько родов, с достаточно большими отличиями. Поэтому здесь лучше всего использовать путь разделения. Надо усилить воздействие на отдельных ханов, дабы через какое-то время они считали свой род отдельным народом. Думаю, у нас достаточно специалистов, кто разбирается в происхождении степняков. Пусть через двадцать лет условные найманы или аргыны считаю себя отдельным этносом. Есть два фактора, которые могут нам помешать — религиозный, и отъём земель в пользу переселенцев. Кочевники уже заняли немало территорий в Семиречье, после того как мы выбили оттуда кокандцев. Если сейчас начать селить там православных земледельцев, то это неминуемо приведёт к восстанию[2]. Лучше всего оставить существующие казачьи поселения, но необходимо их укрепить. Ещё не мешает найти диалог с мусульманским духовенством, дабы на них не начали оказывать влияние разведки других стран. Ситуация понятная, и вполне себе разрешимая.

— А во-вторых? — сразу спросил Александр.

— Надо продумать, что делать с балтийскими народами. Мы не сможем купировать рост самосознания людей. После ликвидации Великого княжества финляндского и ограничения влияния шведов на тамошние дела, ситуация не перешла в стадию конфликта. Только рост национального самосознания финнов никуда не денется. Значит, надо начать более интенсивную интеграцию данного народа в Россию. После неурожая 1867 года, немало финнов перебралось в Норвегию, и оттуда они начали иммигрировать в САСШ. Да и просто многие жители деревень готовы сняться с места в поисках лучшей доли. Так почему казне не взять на себя расходы и начать расселять желающих на Северном Кавказе или Южной Сибири? Это станет отличным способом для снятия напряжения в обществе, ведь земля там бедная и периодически случается голод. Колонисты будут слать вести на Родину и хвастаться лучшей жизнью, что подвигнет других крестьян последовать их примеру. Эстляндцев и латышей лучше растворить в русском и немецком населении. Сейчас они в массе своей заняты в сельском хозяйстве, значит, необходимо открывать в Остзейском крае как можно больше предприятий и привозить рабочих из русских губерний. Здесь получается противоположная ситуация, нежели в Закавказье, когда придётся развивать губернии. Также необходимо запретить попытки возродить издание газеты на эстонском языке, которые пока безуспешны. Благо, латыши ещё до подобного не додумались и даже не имеют собственной грамматики.

Делаю небольшой перерыв и тянусь к фужеру с водой. Кстати, латышского просветителя Кронвалда, который пытался реформировать азбуку и язык своего народа, несколько лет назад шлёпнули ребята Фредди. Я отслеживаю и сразу стараюсь убрать подобных персонажей, дабы они своей деятельностью не подрывали устои империи. А вот с российскими властителями дела обстоят хуже.

Судя по реакции императора, все мои усилия напрасны. Ну не могут наши власти понять опасности игнорирования национального вопроса и заигрывания с просветительской деятельностью. В Малороссии уже начала поднимать голову всякая сволочь, которая прикрывается культурной и этнографической деятельностью. А ещё почему-то власть не считает нужным поддерживать православное население. О чём говорить, если русские Прибалтики были уравнены в правах с завоёванными народами только через семьдесят лет после окончания Северной войны. До этого они не имели права выбирать своих представителей в магистрат и быть избранными. Я, когда читал эту информацию, впал в прострацию. Как же так? Самое забавное, что равные с немцами возможности русские той же Курляндии получили при Екатерине Великой. Она-то понимала, что империю необходимо всячески укреплять. Именно при ней начался культурный подъём, когда было открыто училище с преподаванием на русском языке. Ходят слухи, что о существовании значительной старообрядческой общины Остзейского края, Николай I узнал случайно из какого-то отчёта, опубликованного самими староверами. И мне кажется, что это чистая правда. Сейчас же наиболее благоприятный момент для подавления любых сепаратистских и националистических тенденций. В той же Риге, латышей менее двадцати процентов и их меньше русских, в Ревеле схожая ситуация. Вильна вообще польско-еврейский город, где литовцев едва одна двадцатая часть от общего количества населения. Но там мы более-менее разобрались ещё при Муравьёве, и сейчас там достаточно спокойно.

— С Литвой будет легче, но там тоже необходимо переселение русских для работы на заводах, в портах и железной дороге. Пусть местные продолжают жить на своих хуторах или переселяются вглубь России. Называйте это варварством или дикостью, но необходимо как можно дольше держать коренные народы, за исключением немцев и евреев, в невежестве. Заодно, надо ориентировать местную интеллигенцию и образованных людей на русскую культуру. Для этого не мешает начать её усиленно продвигать, через школы, прессу и театры, — продолжаю свою речь, уже не обращая внимания на реакцию собеседников, — Это натолкнётся на определённое сопротивление немецкой и полонизированной знати, привыкшей управлять в Северо-Западном и Остзейском краях. Но это вполне разрешимые задачи, хотя, возникнут объективные сложности.

Тут ещё министерство народного просвещения чуть было не подложило России огромную свинью. За каким-то чёртом в середине шестидесятых начали продвигать закон о полном переходе всех учебных заведений на русский. При этом удар был нанесён по вполне себе лояльным немцам, которые имели свою систему школ и Дерптский университет, возрождённый Павлом. Кстати, только ВУЗы Вильны, Дерпта и Варшавы получили право на переходный период, связанный с переходом программы преподавания на русский. Насчёт решения по варшавскому университету я был против, хотя сам лоббировал новую систему образования. Что ж, пора переходить к самой щекотливой теме сегодняшнего обсуждения. Всё озвученное мы грамотно расписали, и люди из ЕИВ канцелярии быстро разберутся в докладе. Хочется верить, что шуваловские сотрудники серьёзно отнесутся к моим рекомендациям. Надо играть на опережение и купировать возможные проблемы, которые уже постепенно начинаются.

Почему не начать более тесно работать с элитой окраин? Российские чиновники думают, что раз они пришли куда-то как освободители, то им должны вечно кланяться в ножки. Совершенно забыв, что выросшие в безопасности под охраной русских штыков следующие поколения инородцев не обязаны думать, как их отцы. Тех же грузин Россия действительно спасла от физического уничтожения и исламизации остатков населения. При этом именно грузинская аристократия и интеллигенция первой в Закавказье начала обсуждать возможность автономии, благо, пока не идёт речи о проклятых оккупантах. Раздробить их общество на этнические группы и грамотно продвинуть своих агентов влияния достаточно просто. Даже с финнами и литовцами сейчас можно работать и сделать из населённых ими губерний достаточно лояльные субъекты.

Есть небольшой фактор, который может создать напряжение — рекрутский набор. В докладе я просто настаиваю в необходимости призывать все народы империи на службу. Для начала призыв будет выборочным, а далее должен затронуть более широкие массы. Пусть сначала в некоторых губерниях, вроде финляндской, люди служат по месту жительства. Но даже это поможет более гармонично встраивать народы в русское общество. В армии призывники выучат язык, а после демобилизации получат льготы и земельный надел. Это укрепит лояльность бывших солдат империи, и поспособствует более активному переселению балтийских народов внутрь России. А далее нужно постепенно увеличивать набор и обязывать служить большую часть инородцев, включая евреев.

Но есть один вопрос, который я считаю нерешаемыми. Хотя, немцы как-то умудрялись ассимилировать некоторые народы вроде пруссов. К сожалению, русская политика более мягкая и не приемлет жёстких действий по подавлению национального сознания. Вернее, в моей реальности царское правительство попыталось это сделать, когда закрывали газеты, ограничивали использование некоторых языков и даже переводили письменность с латиницы на кириллицу. Но начали делать это поздно и как всегда криворуко, ограничившись полумерами, только обозлив людей. Если запустить хотя бы часть предложенных мною инициатив, то в будущем национальные вопросы не будут столь острыми. Только польская проблема никуда не денется. Её я решил обсудить в последнюю очередь.

— Есть один момент, который всегда будет влиять на политические расклады в России — это Польша. Она никуда не денется, и с каждым годом будет требовать всё больше ресурсов, — думал, что меня сразу перебьют, но собеседники пока молчат, — При этом мы продолжаем развивать польские губернии, которые по количеству грамотных людей и передовой промышленности опережают остальные части империи. Мало кто обращает внимание, что в Царстве Польском сосредоточено до двух третей обрабатывающих предприятий нашей державы. По другим отраслям они тоже впереди, выгодно используя своё географическое положение и близость к развитым европейским странам. Кроме этого, казна вложила огромные средства в восстановление архитектуры Варшавы. А ещё выкупные платежи для польских крестьян фактически отменены, в отличие от остальной страны. При этом негативное отношение к России никуда не делось и прогрессирует. В последнее время я три раза посещал разные польские города и могу смело утверждать, что большая часть населения относится к нам враждебно. Можно начать проводить более жёсткую политику, но она будет бессмысленной. Разве что организовать массовое переселение польских крестьян. Но даже если на их место перевезти русских мужиков, то они с годами растворятся в превосходящем по численности польском населении.

— Иосиф, когда ты начинаешь играть словами, то я сразу чую какой-то подвох, — прервал меня Шувалов, — Переходи к делу, так как мы уже превысили отведённое для доклада время. Его Величество его рассмотрит, но давай ближе к сути.

— Мы должны осознать, что необходим бракоразводный процесс, если так можно выразиться. Я предлагаю начать с предоставления Польше более широкой автономии, а далее дать ей независимость. Для того, чтобы интересы империи не пострадали, можно завуалировать под продажу коронных земель. Лучше всего провернуть сделку с французами, так как это вобьёт дополнительный клин между ними и германцами. Пусть сам процесс выглядит как кредит новому правительству независимой Польши, но пойдёт в российскую казну. Также нам должны компенсировать расходы на оставляемую недвижимость и предприятия. Перед началом этого долгого процесса, необходимо включить в программу переселения как можно больше крестьян. Как я уже говорил — нельзя разбрасываться человеческим материалом. Тем более, что уже через поколение колонисты полностью ассимилируются, и будут отличаться только по вероисповеданию. Всё это не будет касаться Северо-Западного Края, который останется в составе России, и новые польские власти должны подписать соглашение об отказе в претензиях к данным землям. В итоге Россия потеряет часть земель, но получит буфер с Германией. Понятно, что возникнут разные сложности, но так мы получим неплохую компенсацию за земли, чей народ готов взбунтоваться при первой возможности.

Быстро произношу заготовленные слова и ощущаю себя, будто прыгаю в прорубь. Судя по всему, собеседники тоже в шоке. Я же сейчас фактически покусился на территориальную целостность империи и предмет гордости Романовых, любящих кичиться завоеванием старинного врага. В кабинете Александра повисла гнетущая тишина, нарушаемая только едва слышимыми звуками с улицы.

— Я внимательно выслушал ваш сумбурный доклад, — на удивление спокойно ответил император, — Надеюсь, что его письменная форма более подробная и позволит мне разобраться в деталях. Что касается темы национальных отношений внутри империи, то этим вопросом озабочено достаточно большое число губернаторов. Только никто из них ещё не предлагал продать часть русских земель. Даже не знаю, как правильно охарактеризовать сию идею. Не хочу более тратить на вас время, поэтому можете идти. Андрей Петрович проинформирует вас о моём решении.

Иду по коридорам Зимнего дворца и внутренне усмехаюсь. Несколько лет назад Александр точно приказал бы меня арестовать. Только есть такая вещь, как репутация, которая нарабатывалась годами. До сих пор я практически не ошибался в политических аспектах. Плюс якобы спас Долгорукову, за что самодержец мне искренне признателен. Но всё это не гарантирует серьёзного отношения к моему докладу. Спесь и головокружение от успехов давно затмевают глаза высшему руководству империи. Даже проигрыш в Крымской войне и понимание превосходства ведущих стран над Россией, не может заставить их объективно оценивать ситуацию. И ладно бы не хватало политической воли проводить жёсткую политику. С горцами никто не церемонился, и чуть ли не половину их изгнали с родной земли. Но почему-то решить подобным образом польский или финский вопрос никто не удосужился. Это ещё хорошо, что я вовремя подсуетился и финнам ликвидировали все привилегии, заодно проредив наиболее активных шведских сепаратистов, продавливавших постепенное отсоединение княжества.

Долгое время мне было не до поляков и других наций. Но проанализировав ситуацию, стало понятно, что власти выпускают ситуацию из-под контроля. Всё это попахивает идиотизмом, потому что многие ответственные чиновники осознают опасность, идущую от обретения национального самосознания ряда народов. При этом мало кто хочет заниматься проблемой всерьёз. Более того, в ряде случаев её довели до абсурда, сначала всячески потакая тем же малоросским просветителям, за которыми явно стояли враждебные империи силы. Благо, мне удалось обратить на это внимание Муравьёва, и ситуацию вовремя начали решать. А то опять бы довели дело до указа, ограничивающего малороссийское наречие, изрядно обозлив публику. Почему наши правители не хотят смотреть вперёд? Наверное, только Екатерина номер два отличалась изрядной прозорливостью, но тоже наделала немало ошибок.

Подхожу к посту охраны, где сдаю временный пропуск и следую на выход. Радует, что хоть к безопасности власти начали относиться весьма серьёзно. Ныне под строгой охраной не только резиденция императора, но и важные объекты, вроде Комитета министров и Госсовета. Карета подкатила минуты через две, благо я заранее послал за ней лакея, пока одевался.

— Домой? — спрашивает Фредди, открывший передо мной дверцу.

— Нет, на завод. Мне надо многое обсудить с Кондрашовым, — отвечаю немцу, располагаясь на мягком сиденье.

Хорошо, что мне везёт здесь с людьми! Тот же Демьян из простого мастера дорос до грамотного директора. Понятно, что я убедил его учиться и нашёл годных преподавателей. Но это не отменяет целеустремлённости и таланта обычного с виду мужика. Может, не всё так плохо и в других моментах? Теоретически Россия не развалится, даже если проиграет масштабную войну. Потерю некоторых регионов, вроде Польши, Закавказья и Средней Азии, можно пережить. Главное — не прекращать реформы и укрепление экономики. Вскоре я планирую запустить золотую лихорадку на Аляске. По моему настоянию, Александр выкупил почти всю территорию Юкона у компании Гудзонова залива, когда создавал свой домен. Клондайк теперь принадлежит царю нашему батюшке, а вместо Доусон-сити должен возникнуть какой-нибудь Ивангород или Павловск. Значит, не всё так плохо, страна развивается и мы на правильном пути. Или я задал неверное направление, которое приведёт Россию в ад?

[1] Георгиевский трактат 1783 года — договор о покровительстве и верховной власти Российской империи с объединённым восточно-грузинским царством Картли-Кахети, о его переходе под протекторат России. Заключён 24 июля 1783 года в крепости Георгиевск.

[2] Среднеазиатское восстание 1916 года — вооружённое выступление мусульманского населения среднеазиатских владений Российской империи против русских поселенцев и центральной власти, вызванное трудовой мобилизацией во время Первой мировой войны и осложнённое межэтническим напряжением.

Глава 12

Люблю я ездить на поезде. Наверное, это одно из лучших изобретений человечества за всю историю — ведь удалось кардинально сократить перемещение людей и грузов, сделав сам процесс более комфортным. А ещё железные дороги тянут за собой экономику страны, обеспечивая мощный технологический рывок. Особенно приятно, что в этом важном деле участвуют мои компании. Вот и сейчас мы едем на паровозе производства нашего с Мальцовым совместного предприятия. Собственно, на встречу с Сергеем Ивановичем я и направляюсь. Есть небольшие противоречия, которые лучше решить до перехода их к стадии проблем.

В Первопрестольной я задерживаться не стал. Так как мне и некоторым сотрудникам регулярно приходится перемещаться по стране, то в ключевых городах — вроде Москвы, Баку и Нижнего Новгорода — были куплены квартиры или усадьбы. Фредди сначала подобного расточительства не одобрил, но позже признал, что наличие собственного жилья гораздо удобнее.

Утром мы выдвинулись в Брянск, дабы оттуда пересесть на поезд идущий до Дятьково, где расположена штаб-квартира Мальцова. У Сергея Ивановича есть собственная сеть узкоколеек, которая помогает перевозить грузы и людей. Вообще, хозяйство промышленника поставлено на широкую ногу. А соцпакет у рабочих чуть ли не лучший в России. Плюс бесплатное жильё, которое со временем переходит в собственность семей работников, а также школы, больницы, ремесленное училище и много всего иного. Есть у заводчика небольшой пунктик насчёт суррогатных денег, коими он выплачивает большую часть жалованья. Это обычные расписки, позволяющие приобретать любые товары в магазинах при предприятии. При этом цены там низкие, а качество высокое, что контролирует специальный человек. В общем, чуть ли не рай для пролетариата.

Если большинство промышленников начнут использовать подобную схему, то можно не беспокоиться о революциях и даже стачках в будущем. Кстати, бакинские нефтепромышленники жутко на меня обозлились, так как НКК изначально создавала пролетариям наиболее комфортные условия труда и заботится об их быте. Ну не могли тамошние богатеи понять, что сытые и уверенные в завтрашнем дне работники показывают лучший КПД, нежели их измождённые собратья, вынужденные жить в жутких условиях. Оттого и бежал ко мне народ при первой возможности, когда появлялись свободные вакансии. А так как компания развивается стремительно, то наиболее квалифицированные кадры оказались у меня. Это вызвало форменный скандал, дошедший до губернатора. Но особого эффекта жалобы не имели, так как генерал Старосельский оказался человеком прогрессивным и заботится об улучшении условий труда рабочего класса. Фон Кауфман вообще послал богатых челобитчиков лесом. Поэтому господам пришлось пойти на уступки и начать копировать мои нововведения. Теперь на всех предприятиях отрасли десятичасовой рабочий день, собственные больницы, и простой труженик может купить жильё в рассрочку. Есть страховка, которая позволяет увечным или членам семей погибших получать пенсию, пусть она пока невелика.

Вот такой мягкой силой, мне удалось изменить систему в целой отрасли. Про нападения на мои предприятия говорить не буду. Так как подобную агрессию мы предвидели, то вовремя её предотвратили. Фредди провёл в Баку более трёх месяцев, пока кризис разрешился. Мы даже никого не убили, кроме банды абреков, нанятой одним излишне нервным заводчиком. Затем у этого господина сгорел строящийся перерабатывающий завод, и конфликт сразу затух. Но ненавидят меня на берегах Каспия теперь люто. Вернее, негатив исходит от промышленников — простые рабочие прекрасно понимают, кому обязаны произошедшими изменениями.

* * *

— Говорю вам это ещё раз — сыт я немчурой по горло, — Мальцов для образности продублировал слова жестом, — А вы ещё новый проект хотите запускать, и опять с германцем. Россия должна производить все продукты самостоятельно и не зависеть от других стран, особенно пруссаков!

Основная причина моего приезда в Дятьково — это желание Сергея Ивановича убрать из нашего машиностроительного концерна Альберта Борзига. Мол, от немца нет никакого прока, все его разработки устарели, и вообще, хватит паразитировать на чужом труде. Ага, только патриот забыл, какую пользу принесли разработки немцев и что наш паровоз смог опередить конкурентов только с их помощью. Да и локомобили[1], производимые концерном, пользуются такой популярностью исключительно благодаря иностранным технологиям, позволившим существенно улучшить качество машин и снизить себестоимость производства. Но теперь мы сами с усами. Не удивлюсь, если Мальцов подумывает выпнуть из бизнеса и меня родимого.

Я же, наоборот, предлагаю ему существенно расширить производственные мощности и заняться выпуском совершенно новой продукции. В одной из поездок по Европе мне попалась на глаза статья в газете, причём весьма интересного содержания. Молодой инженер Генрих Эрхардт очень интересно описывал будущее машиностроения, в частности автомобилей, которые он называл самобеглыми повозками. Такого кадра я пропустить не смог и сразу изменил свой маршрут, дабы встретиться со столь неординарным человеком. Оказывается, немец обо мне наслышан, вернее, ему хорошо известна техника, производимая на инструментальном заводе. Да и про Демьяна Кондрашова, Генрих знает поболее многих в Европе. Вот так мы познакомились, затем некоторое время переписывались, и мне удалось убедить немца перебраться в Россию, где будет организованно экспериментальное производство самобеглых повозок и новых видов вооружения. Я даже пошёл на уступки, согласившись, что по истечении некоторого времени инженер сможет вернуться домой. С учётом того, что основным активом будущего предприятия станут идеи и разработки Эрхарда, то условие вполне адекватное.

И вдруг Сергей Иванович заартачился в порывах псевдопатриотизма. Он в принципе человек с хорошим таким прибабахом. Вот только не у каждого чудака есть собственная промышленная империя. А ещё, при отце заводчика началась формироваться система подготовки кадров. Кроме собственных школ и училищ, наиболее толковые специалисты за счёт Мальцовых обучались в университетах, в том числе европейских. Как результат — весомая часть инженеров, начальников цехов и даже директоров заводов, состоит из воспитанников этого кадрового конвейера. Ко всему прочему, подобная концепция позволяет быстро готовить простых рабочих, дефицит которых испытывает русская промышленность. Я сам начал применять похожий вариант и с удивлением узнал, что в дремучем XIX веке он давно используется.

Поэтому мне просто необходим Мальцов, дабы не создавать производство с нуля. Ещё я планирую в будущем отойти от промышленных дел, передав пакеты своих акций государству или адекватным инвесторам. Значит, нет никакого смысла погружаться в это дело с головой. Я задам направление, а движение пусть обеспечивают другие.

— Вы совершенно не учитываете политическую составляющую, — отвечаю собеседнику после небольшой паузы.

Мы расположились в кабинете Мальцова, который находится прямо на стекольном заводе. За окном коптят трубы, раздаётся шум присущий любому крупному предприятию, и вообще бурлит жизнь. При этом само помещение обставлено достаточно роскошно и со вкусом. Для переговоров с важными персонами у заводчика предусмотрены удобные кресла, стоящие в углу возле небольшого столика. Промышленник алкоголь не употребляет, поэтому предложил мне чай, от которого я и не думал отказываться.

— Сотрудничество с немцами приносит нам не только новые технологии и просто деньги, которых у них сейчас много. Этот процесс привязывает Германию к России, — продолжаю убеждать Мальцова, — Победа пруссаков над французами показала тотальное превосходство их армии. И техническая сторона германского превосходства немаловажна. Если империи в ближайшее время придётся воевать с серьёзным противником, то надо признать, что мы не готовы. Вернее, так обстояли дела ещё три года назад. Сейчас сделано многое для перевооружения нашей армии, и немцы оказали в этом большую помощь. Крупповские пушки, разнообразные станки и новые технологии обработки металла оказались весомым подспорьем для нашей державы. А самое главное — немецкие заводчики являются лучшими защитниками России, которые будут препятствовать возможному конфликту с Германским королевством, ведь разлад между нашими странами ударит по их карману. Потому я всячески содействую их проникновению на наш рынок. Понятно, что если к власти в Берлине придёт совершенно неадекватный человек, то всё изменится. Но даже нынешний наследник германского престола, ориентированный на Англию, будет вынужден прислушаться к своим промышленникам и финансистам.

— Граф, я служил в армии, и совершенно не понимаю ваших панических настроений. Вы уже не первый раз превозносите немецкое оружие, забывая о силе нашего солдата, — немного пафосно ответил собеседник, — И зачем нам полагаться на пушки Круппа? Если следовать вашей логике, то России необходимо начать выпуск отечественной артиллерии, которая должна превосходить иноземную.

Смотрю на его монголоидное лицо, и понимаю, что человек свято уверен в своей правоте. Иваныч аж раскраснелся и излишне громко произнёс последнюю фразу. Но итоги провальной Крымской войны говорят именно о слабости нашей армии. И откуда у него такое неприятие германцев? Магнат часом не попал под влияние идей Победоносцева? Вроде СБ докладывало, что кроме излишне алчной супруги, никто вокруг него заговоры не плетёт. Кстати, эта дурная баба становится проблемой. Вместо того, чтобы помогать мужу и подключать к семейному делу сыновей, зятьёв и внуков, она распространяет о Мальцове какие-то нелепые слухи и пытается выставить его в столице сумасшедшим. Странная вообще ситуация, и отсутствие реакции на неё самого промышленника. Ещё надо уточнить у него вопрос с наследником. А то ведь активы могут достаться полным неумехам, весьма далёким от управления производством. Ещё одна проблема нарисовалась на ровном месте. Ведь не одна династия русских промышленников банально пустила на ветер наследство, создаваемое поколениями предков. Очень не хочу, чтобы концерн Мальцова постигла подобная участь. Хотя, вторая ветвь этого семейства вполне грамотно развивает стекольное производство в Гусе. В общем, буду думать. Пока же надо закончить дело, приведшее меня в эту глухомань.

— Оставим в стороне политический момент, но я считаю, что русская армия в данный момент гораздо слабее германской и даже французской. Мы это уже обсуждали, поэтому нет смысла повторяться. А вот насчёт совместного предприятия не всё так просто. Боюсь, что ваши идеи по разрыву договора с Борзигом не одобрит правительство. Оно взяло курс на сближение с Берлином, и лишние скандалы сейчас ни к чему, — поднимаю руку, прерывая попытавшегося возразить собеседник, — Но мне понятны причины вашего недовольства. Германская сторона действительно превратилась в обычного акционера, получающего дивиденды. Был уговор, что мы получаем новейшие разработки немцев, хотя сейчас в них нет особой нужды. Тем не менее, часть деталей наше предприятие получает от немцев. Поэтому предлагаю пригласить герра Альберта в Россию, или организовать встречу в Кёнигсберге и обсудить все детали. Даже если мы будем убирать его из совместного предприятия, то необходимо сделать всё цивилизованно, дабы Борзиг не затаил обиды. Как вариант — можно привлечь его к новому проекту, против которого вы так же выступаете.

Мальцов некоторое время думал, поглаживая седую бороду. Наконец, он принял решение и сразу меня с ним ознакомил.

— Я не хочу ссориться с правительством, что просто глупо. И ещё большим идиотизмом станет разлад с вами, граф. Мне известно, какую помощь вы оказали при заключении контракта с РЖД, закупающему наши паровозы. Потому полностью доверюсь вашему мнению. Что касается немца, то лучше обсудить детали втроём. Пока я остаюсь при своём мнении, что надо выкупить его долю и начинать работать самостоятельно. Детали мы можем у него закупать и далее, хотя, часть из них уже возможно производить в России. А вот новый проект для меня загадка. Я ещё могу понять ваше желание начать производство артиллерии. Но зачем нам самодвижущаяся повозка?

Это хорошо, что Иваныч не полез в бутылку. Переговоры с Борзигом напрашивались давно, так как немец действительно перестал передавать нам новые технологии. Более того, он начал активно использовать наши наработки и заключил жирный контракт с южногерманскими железными дорогами. Мне этот рынок в принципе не интересен, так как хватает внутреннего, да и не пустят туда российскую компанию. А вот подряд на строительство завода по производству паровозов в Испании, мы забрали. Это будет совместное предприятие с весьма радужными перспективами. В свою очередь, испанцы в рамках Иберо-американского союза, подписали соглашение с правительствами Аргентины и Бразилии на строительство железных дорог. В данный момент ведутся консультации с Чили, чему активно мешают британцы. Островитяне привыкли сами распоряжаться в этой богатой полезными ископаемыми стране. Но суть в том, что через наших друзей с Пиренеев концерн Мальцова выходит на новый уровень. Ведь паровозы и вагоны для Южной Америки будут производиться при нашем участии. А ещё есть Африка, которую начали активно осваивать новые конкистадоры, и планируют построить железную дорогу в Гвинее и Береге Слоновой Кости, которые они получили от французов при продаже Филиппин. Но сейчас речь не об этом.

— За этими повозками будущее. А господина Эрхардта я считаю гением. Он самостоятельно, не имея особых финансов, совершил самый настоящий прорыв в машиностроении. Пусть это пока больше теория и экспериментальные варианты, но я вижу огромный потенциал. Наши локомобили — отличная техника, превосходящая европейские аналоги, но будущее за более компактными машинами. То же самое касается строительной техники, которую производит мой завод, — не говорить же Мальцову, что я знаю, как пойдёт дальнейшее развитие машиностроения, — Скажу вам более, мы будем разрабатывать совершенно иной двигатель, работающий на жидком топливе. Сейчас инженеры моего исследовательского центра работают над новым двигателем и топливом. Если объединить усилия с Генрихом, то дела пойдут быстрее, так как немец сильно продвинулся в этом направлении. Сам я подобное дело не потяну, потому что процесс займёт гораздо больше времени, нежели развёртывание производства в Людиново, где есть обученные рабочие и собственное металлургическое производство.

— Доверюсь вашему чутью, Иосиф Янович. Но я категорически против привлечения к проекту Борзига. Хватит нам одного немца — Эрхардта. Вы говорили, что он может покинуть Россию через некоторое время, в чём я не вижу ничего страшного. Ведь все свои разработки он оставит у нас. Если изобретатель захочет открыть производство в Германии, то это займёт много времени. Если я правильно понял, то речь идёт, в том числе о военной технике. Значит, мы просто обязаны лишить немцев преимущества, начав производство более совершенного оружия, — ответил старый ретроград.

В принципе, своей цели я добился. Думаю, через несколько лет нам удастся построить первый российский автомобиль. Пусть сначала это будут модели с паровым двигателем. Всё-таки для создания полноценного ДВС местная промышленность ещё не готова. Но пока мы будем обкатывать новые машины и устранять недостатки, инженеры инструментального доведут до ума бензиновый двигатель. Плохо, что я мало чего знаю об устройстве дизеля, но изыскания в этом направлении уже начаты. При этом мы развиваем и совершенствуем технику, работающую на паровых двигателях. Разного рода тягачи и трактора на твёрдом топливе имеют отличные перспективы в ближайшие лет двадцать. Уголь и дрова найти гораздо легче, чем создание целой сети заправочных станций. Поэтому я хочу озадачить Генриха также разработкой подобной продукции.

— Вы упомянули Круппа и необходимость создания собственной артиллерии. Так, мои инженеры уже разработали совершенно новое орудие на базе германской пушки. Если ГАУ примет на вооружение мой вариант, то лучше его производить в Людиново и на тульских казённых заводах. Но есть один момент в нашем сотрудничестве, который меня смущает, — вижу, что Иваныч сильно удивился, — Давайте поговорим откровенно. Вся работа концерна держится исключительно на вас. Понятно, что за долгие годы здесь были подготовлены отличные специалисты. Только после вашей смерти все предприятия достанутся вашим детям. Но я не вижу никого из младшего поколения Мальцовых, помогающего управлять концерном.

— Вам не кажется, что подобные речи граничат с оскорблением? — магнат явно разозлился, — Ещё более странно рассуждать о моей кончине.

— Вы — государственный человек, хотя и являетесь частным коммерсантом. Но хозяин целого промышленного района со стотысячным населением, если включать семьи работников, не может считаться независимым. Люди, подобные нам, принадлежат России и должны думать о будущем уже сейчас, — раз уж начал, то доведу беседу до конца, — Подготовка достойного наследника — один из важнейших моментов, который мы обязаны учитывать. Когда супруга открыто плетёт интриги, пытаясь выставить собственного мужа умалишённым — это удар по вашему концерну похлеще какого-нибудь кризиса. Если в результате подобных манёвров или вашей смерти — а люди не бессмертны — ваши активы попадут к абсолютно неготовым людям, то урон понесёт страна! То, что ваши дети и супруга разорят предприятия — я даже не сомневаюсь.

Сергей Иванович начал нервно поглаживать бороду, но не стал сразу отвечать. В прошлой жизни у меня был хороший знакомый, увлекавшийся историей русских династий купцов и заводчиков. Я не особо прислушивался, что рассказывал этот фанатик, но лекцию про Мальцовых, которые сыграли важнейшую роль в развитии российской промышленности, помню неплохо. В первую очередь врезалось в память, как за короткий срок детишки умудрились разорить работающий концерн, ранее приносивший огромные доходы. И ведь дело не только в заводах, а в тысячах людей, на них работающих. Про урон государству тоже не стоит забывать. В моей реальности чиновники вовремя опомнились и выкупили разваливающийся концерн. Здесь я тоже помог Иванычу, когда организовывал с ним совместный проект. Несколько излишне ушлых товарищей уже один раз кинули его, отдав подряды на рельсы иностранцам. Такой же финт махинаторы хотели провернуть с паровозами, которые мы обязались производить по договорённости с МПС. Благо, всё совпало с чистками высшего чиновничьего аппарата, и вчерашние гешефтмахеры поехали класть шпалы. Один государев человек вообще скоропостижно скончался, неудачно упав с лестницы, уж больно сильная у него была крыша. Но всё могло оказаться гораздо печальнее для нашего проекта. Представляете — вы вкладываете в производство огромные средства, а какая-то тварь за взятку решает нарушить договор и отдать подряд иностранцам! Иногда мне кажется, что чиновники России моего времени действуют строго по лекалам своих предшественников. Только эти кретины задумываются, чем в итоге закончились та история? Думаю, что нет.

— Я много раз задумывался о своём преемнике, — тихо произнёс Мальцов, — Но так получилось, что мой старший сын особыми талантами не блещет, а второй не хочет бросать военную службу. Третий неплохо устроился при дворе и увлечён наукой. Придётся ещё раз серьёзно поговорить с Иваном, других кандидатур я просто не вижу.

Мне даже немного жалко этого деятельного и талантливого человека, принёсшего России огромную пользу. Его старшие дочери перебрались в Париж, а Капитолина ещё и увезла внуков. Вроде большая семья — у Мальцова семь детей — а фактически никто из них не помогает отцу, предпочитая вращаться в столичном высшем свете или жить за границей. Не уверен, что из Ивана, который ныне служит в гвардии, получится хороший управляющий. Но на безрыбье и рак рыба.

Мы ещё долго обсуждали наши общие дела и перспективы. На следующий день съездили по специальной одноколейке в Людиново. Мне всегда нравился размах, с которым Сергей Иванович ведёт дела. Десятки заводских труб, шум от работы молотов и прессов, огромные сборочные цеха и тысячи рабочих — картина прямо-таки завораживающая. Эдакий индустриальный оазис в сельскохозяйственной пустыне, которой сейчас является Россия.

А ведь в нынешнее время как раз надо делать состояния и создавать собственные промышленные концерны. Понятно, что я малость погорячился и это дано не каждому. Но для предприимчивых и талантливых людей открыты любые двери. Есть система государственного кредитования на весьма выгодных условиях. Мой банк, а также дядя с компаньонами и ещё десяток присоединившихся коммерсантов, всячески поддерживают русских изобретателей с учёными. До многих уже дошло, что стране необходимы тысячи образованных людей и специалистов. Поэтому мы совокупно открыли более ста школ и двух десятков ремесленных училищ, которые со временем перейдут на баланс министерства образования. При этом в стране действует мощнейшая политическая группировка, в которую входят наследник и его дяди, считающая недопустимым учить представителей низших сословий. Это напоминает бред сумасшедшего, но подобную дикую теорию поддерживает немалая часть высшего света.

* * *

Сижу, читаю доклад Вылежинского о перспективах расширения нашего исследовательского центра. Денег эта затея съедает немереное количество, но есть и ощутимая польза. Кроме открытия новых видов взрывчатки, сотрудники Болеслава неплохо продвинулись в механике, металлургии, химии и фармакологии. Мы уже начали выпуск целой линейки красок, резиновых изделий, специальных присадок к стали, промышленных смазок и красителей, не имеющих аналогов в Европе. Под это дело недавно начато строительство совершенно нового промышленного комплекса на юге столицы. А ещё, в ближайшие месяцы концерн запускает выпуск сульфаниламида. Я сначала не понял, что нашим химикам удалось синтезировать стрептоцид. Получилось это случайно, когда они работали над новым видом красителя. Даже сложно представить, какие это открывает перспективы и сколько пользы принесёт стране. Следующая задача, стоящая перед учёными — это получение ацетилсалициловой кислоты. Тем более, что салицин уже используется в лечебных целях.

Думаю, пора делить концерн и переводить его медицинское направление в отдельную структуру. Заодно надо подобрать целую команду грамотных управляющих, которые будут взаимодействовать с исследовательским центром. Производство того же эфира, морфия, нитроглицерина и обычного йода приносит неплохой доход. А ещё есть гипс и множество медицинских приспособлений, вроде костылей и колясок. Надо только вложить деньги в расширение производства, и проект окупится уже через пару лет. Благо, со свободными средствами сейчас у меня порядок. В конце концов, всегда можно взять кредит у государства.

Но никак не могу сосредоточиться на отчёте. В последнее время на мои компании усилилось давление с неожиданной стороны. Финансово-промышленная группа, созданная сторонниками наследника, усиленно пытается вытеснить меня из некоторых отраслей. В нефтяной промышленности у них ничего не получилось, ибо там я сотрудничаю с Ротшильдами. А вот инструментальный завод подвергается постоянным атакам и меня порядком достали разнообразные проверки. Далее господа «дружинники» начали лезть в моё пароходство. Заодно, они регулярно проводят кампании в прессе по очернению моей продукции. Сначала была целая серия статей о вреде велосипедов и огромного количества травм, вызванных падениями катающихся. Затем чёрные пиарщики попытались скомпрометировать примусы. Самое забавное, что от обычных дровяных печей, людей гибнет как бы ни больше, чем от горелок. Ещё СБ докладывает, что именно группировка ретроградов плетёт интриги против Мальцова, поддерживая его глупую жену. Благо, мне удалось вовремя переговорить с магнатом и купировать ситуацию.

Не скажу, что я сильно напрягаюсь, но воевать против подобной структуры достаточно сложно. Можно сколько угодно рассуждать о произошедших изменениях в стране за последнее время, но никто не отменял фамилию Романовы, маячивших за коммерсантами. Потому и многие чиновники стараются не вмешиваться в наше противостояние. Благо, ЕИВ канцелярия на подобные недружественные действия смотрит очень холодно. Другой вопрос, удастся ли отбиться от рейдеров после смерти Александра?

Ещё я постоянно ловлю себя на мысли, что разрешить сложившуюся ситуацию можно исключительно насильственным путём. Только врагов слишком много, и их совокупное влияние колоссально. Даже Семён Воронцов, являющийся природным русским аристократом, занимает гораздо более высокое положение в глазах высшего общества, нежели какой-то поляк из провинции. А таких персон, как упомянутый князь, в противоположном лагере десяток. И это не считая наследника с братьями императора. Нет, можно даже немного гордиться, что моя деятельность и резкое возвышение сильно задели подобных людей. Пусть немного коряво, совершив множество ошибок, но они смогли выстроить вполне себе работающие концерны. На предприятиях и латифундиях группировки отвратительные условия труда, но главное — их наличие. Как ни крути, а десятки новых заводов — это тысячи рабочих мест и отечественная продукция.

Иногда меня посещает трусливая идея — бросить всё к чертям, сосредоточиться на нефти и развитие новых технологий, а все остальные активы продать дружкам наследника. Но бросить всё на полпути? Я ведь не просто так влез в машиностроение и производство оружия, так как послезнание позволяет избежать ненужных ошибок и тупиковых путей. Со временем эти предприятия перейдут к иным владельцам, но мне необходимо ещё три — четыре года, дабы доделать начатое. А тут влезли эти компрачикосы и натурально вставляют палки в колёса. Никто ведь не против обычной конкуренции, которая полезна для развития промышленности. При этом группировка вовсю использует административный ресурс, я опираюсь на знания будущего, а тот же Мальцов просто получил от отца огромное наследство и умудрился его приумножить. Ничего плохого я в этом не вижу, лишь бы конкуренты не лезли в казну.

Плохо, что у противников нет ярко выраженного лидера, кто определяет стратегию развития группировки. Теоретически можно вальнуть «Бульдожку», но ситуация кардинально не изменится. У Александра пять детей, три брата и несколько взрослых племянников. Это без внука Николая, который в моей истории уничтожил империю. Не убивать же всё семейство? Плюс чисто технически подобная операция трудновыполнима. Собрать всех этих господ нереально. Не гоняться же за ними по России и Европе. А если убить наследника или кого-то из братьев царя, то не избежать тщательного расследования. Ведь именно я способствовал созданию эффективных спецслужб, коими являются недавно образованное Министерство государственной безопасности, ЕИВ канцелярия и Имперская охранная служба, усилиями Шереметьева превратившаяся в личную разведку Александра. После самой настоящей герильи, развязанной анархистами и ирландцами, наши власти стали гораздо серьёзнее относиться к вопросам безопасности. И вариант, что меня разоблачат, вполне реален.

Договориться с противником тоже не получится. Слишком сильны противоречия, копившиеся годами. Плюс есть фактор Долгоруковой, к чьему лагерю меня относят. Какой-то замкнутый круг с очевидным концом. Думаю, меня схарчат сразу после смерти императора, не обращая внимания на пользу, приносимую России компаниями Козелл-Поклевского. Подобных товарищей такие вещи никогда не остановят. Если речь идёт о власти, то можно и предать интересы страны. В принципе, группировка давно балансирует по краю, начав сотрудничать с английским Ротшильдами. Подобный мезальянс не делает их изменниками, но и говорить о патриотизме уже не приходится. А вообще, получается забавный союз из откровенных юдофобов и еврейских банкиров.

Примерно такие же мысли у меня были насчёт зачистки политического поля. Я всерьёз разрабатывал план по уничтожению будущих вождей революции, пусть некоторые из них ещё не родились. Остановило меня отнюдь не человеколюбие или моральные терзания после убийства, считай, младенцев. Никто не может дать гарантии, что Володя Ульянов в этой реальности станет предателем и палачом русского народа. Может, из него получится хороший юрист, приносящий стране много пользы. А сейчас где-нибудь растёт или ещё не родился условный мальчик Ваня, который через тридцать лет станет лидером социалистической оппозиции. И кто даст гарантию, что в будущем угроза будет исходить от леваков? Идеологическое поле я хорошенько прополол, устранив всех более-менее толковых теоретиков. Например, «Священная дружина» стала сильно напоминать штурмовые отряды Рёма или чернорубашечников Муссолини. Но дело не в наличии подобной структуры, а идеологии Победоносцева, кардинально изменившейся за последние годы. Речи о фашизме пока не идёт, но риторика юриста в некоторых моментах немного его напоминает. Не удивлюсь, если какой-нибудь очередной борец с режимом, начнёт проповедовать ультраправую теорию, и она захватит мысли людей.

А ещё есть либералы, республиканцы и сторонники других течений. Не убивать же скопом сотни людей. Да и не помню я большинство фамилий, кроме Керенского и ещё пары фруктов из Временного правительства.

Вариантов на самом деле гораздо больше и просто нерационально сейчас тратить ресурсы на устранение гипотетических революционеров. А ещё можно случайно попасться и загубить всю работу, проделанную за последние годы. Поэтому оптимальный путь — продолжать продвигать идеи по изменению общественного сознания. Высший свет должен понять, что стране необходимы перемены, и пока они возможны сверху. Когда ситуацию захотят изменить низы, будет уже слишком поздно.

Может, увеличу бюджет издательского холдинга и начну более агрессивно атаковать «дружинников». Давно пора серьёзно поговорить с Мосоловым о создании новой стратегии. Думаю, что мы успокоились, а противник взял на вооружение наши методы и стал вести удачную контрпропаганду. Есть ещё один вариант, но к нему надо подходить аккуратно. Если Александр заговорит о смене престолонаследника, то его не спасёт даже собственная разведка.

В общем, сегодня меня не посетила ни одна разумная идея. Всё, что я могу противопоставить высшему свету и группировке наследника — является полумерами, не способными изменить систему. Да и сама монархия в данный момент — наиболее оптимальная форма правления для России. Её бы только модернизировать, и перекрыть на законодательном уровне доступ к высшим должностям империи представителям царствующей фамилии. Это ещё хорошо, что удалось сплавить одного брата Александра в Туркестан, а других назначить на маловажные посты. Может, не всё так плохо? Но меня не покидает ощущение того, что я упустил контроль над ситуацией.

[1] Передвижной паровой двигатель, предназначенный для привода неподвижных сельскохозяйственных машин (молотилок, веялок, мельниц и т. д.), насосов, электрогенераторов. Некоторые конструкции обладали собственным ходом, другие были буксируемыми. Широко применялись во всех странах мира в период до появления дизельных двигателей для привода малых электрогенераторов и активного развития электрических сетей.

Глава 13

— Чем, по-вашему, закончится конфликт? И надо ли России опасаться его последствий?

У нас очередная встреча в узком формате. Несколько раз год Шувалов собирает у себя в особняке меня и Бунге. Выбор двух столь разных собеседников, очевиден. Вернее, мы с главой Экономического комитета исполняем роль консультантов. Моя персона очевидна, так как только слепой мог не заметить успеха концерна Козелл-Поклевского и его вовлечённость в разные сектора российской экономики. Не стоит забывать, что ваш покорный слуга — один из богатейших людей империи, ещё и всячески кредитующий государственные проекты. Николай Христофорович общепризнанный авторитет в статистике, экономической теории и финансах. Кроме преподавания и заседания в комитете, профессор плотно сотрудничает с Комитетом министров. А ещё он достаточно независимая личность и часто критикует действия отдельных министров, к чему прислушивается император с премьером Грейгом.

Шувалов давно не напоминает прежнего силовика, коим являлся до покушения на Александра. Ныне это грамотный государственный деятель по праву возглавляющий ЕИВ канцелярию. По сути, его ведомство является надзорным органом, контролирующим работу правительства и имеющее мощные рычаги влияния на жизнь в стране. Поработав губернатором Северо-Западного Края, Пётр Андреевич набрался дополнительного опыта и главное — продолжил учиться. Вместо того чтобы полагаться на советников, он вникает в ранее далёкие от него сферы. Одна из них — экономика, которую мы периодически обсуждаем втроём.

С учётом колоссального влияния графа на императора, для меня подобные встречи крайне важны. Думаю, мы принесли стране немало пользы, отговорив главу канцелярии от подписания ряда необдуманных указов. Но сегодня у нас тема больше политическая. Хотя, обсуждаемые события происходят сейчас в Америки, но могут затронуть и российскую экономику.

Буквально за пару лет в мире произошли кардинальные изменения, некоторые из которых моя заслуга. После запуска Суэцкого канала, аннексии Египта, Ливии, Кипра и покупки Филиппин, Франция даже не думала останавливаться. Месье переварили захваченное и ринулись осуществлять новый амбициозный проект. Панамский канал должен создать фактического гегемона, контролирующего основные торговые пути планеты. А ведь ещё есть план строительства трансамериканской железной дороги. Участок от Мексики до Колона давно построен, и с успехом эксплуатируется. Сейчас инженеры работают над будущей веткой внутрь Колумбии и до Маракайбо. Подобная ситуация очень не устраивает Великобританию и САСШ. Последние вообще решились на авантюрный шаг. Думаю, просто у вашингтонских товарищей произошло некоторое головокружение от успехов и недооценка соперника.

Американская эскадра блокировала Панамский залив, а экспедиционный корпус захватил строящийся объект. Данные действия вызвали весьма бурную реакцию среди стран, входящих в консорциум, прокладывающих канал. Правда, Бельгия с Нидерландами ограничились дипломатическими нотами, но остальные акционеры пошли на открытей конфликт. Думаю, что в Париже и Мадриде узнали заранее о готовящейся недружественной акции, ведь именно этим можно объяснить быстрое формирование совместной эскадры, которая уже через несколько дней после нападения выдвинулась через океан.

В итоге, американский флот потерпел болезненное поражение, хотя, американские газеты придерживались иного мнения. Ко всему прочему вспыхнуло восстание на Кубе, где собственно базировалась эскадра вторжения. На фоне того, что колумбийская армия начала вяло атаковать укрепившийся десант янки, а снабжение было затруднено из-за нападений французский и испанских крейсеров, ситуация сложилась интересная. Европейские флоты сейчас зализывали раны в Веракрусе, при этом мексиканская армия готовится к высадке на Панамский перешеек со стороны Тихого океана. Там тоже ведутся боевые действия, но гораздо менее масштабные.

Кстати, император Максимилиан оказался не таким уж и бездарем. В жизни он совершил одну большую ошибку, когда женился на Шарлотте Бельгийской, от которой вовремя избавился. Сейчас он женат на дочери одного из мексиканских магнатов, полностью поддерживается местной аристократией и провёл в стране немало дельных реформ. Да и армия Мексики давно не мальчики для битья, а неплохо вооружённая и неплохо обученная сила. Понятно, что в случае большой войны с САСШ синьорам мало чего светит, но ведь сейчас они входят в мощную коалицию.

Надо заметить, что военный союз Колумбии, Испании, Мексики и Франции всячески поддерживается большинством латиноамериканских стран, пусть и неявно. Только в этих раскладах не учтён ещё один опасный хищник, о котором я напомнил Шувалову.

— Данный конфликт может повернуться в любую сторону. Пока своё слово не сказала Великобритания, война будет продолжаться. Совокупная мощь франко-испанского флота превосходит американский и они его, скорее всего, додавят. Но нельзя забывать, что столкновения идут и на Тихом океане, вынуждая европейцев распылять силы. Я просто не имею данных, каковы силы сторон на этом участке. Но он менее важен, так как максимум на что способен Вашингтон — это захватить Гавайские острова. Массированный десант на Филиппины невозможен, а вот мексиканская армия может доставить много неприятностей в Панаме. Или императорские войска просто будут нагнетать обстановку со своего берега Рио-Гранде. Насколько я знаю, Франция и Испания доставили в Пуэрто-Рико несколько полков, но не стали высаживать их непосредственно в зоне конфликта. Это тоже угроза, которая заставит североамериканцев задуматься об обороне южного побережья. Не удивлюсь, если французская разведка заранее поработала с проигравшими конфедератами. Недавно читал, что американское общество было потрясено фактическим восстановлением рабовладельческих порядков на Юге, что снова раскололо их общество. А ещё САСШ не оправились от экономического кризиса 1873 года, что ставит страну в тяжелейшее положение.

Беру стакан с водой и делаю несколько глотков. Шувалов наверняка более информирован, но слушает внимательно и не перебивает.

— Ситуация благоприятна для союзников, и они пока её грамотно используют. Но повторюсь, придётся ждать действий со стороны англичан, которые уже отправили эскадру на Ямайку. Поэтому баланс сил крайне хрупок. Ранее Великобритания не претендовала на Панамский канал, но ситуация могла измениться. С учётом того, что у Лондона сейчас крайне напряжённые отношения, как с Вашингтоном, так и с Парижем, то начнутся тайные игры. Я склоняюсь, что островитяне дождутся удобного момента и поддержат одну из сторон. Шансов на победу больше у союзников, значит, англичане встанут на сторону янки, выторговав себе дополнительные преференции у французов. Может, потребуют часть акций строящегося канала. У данных господ давние связи с частью колумбийской элиты и мощное влияние в этой стране. Никто не мешает через пару лет Лондону выкупить долю Боготы и просто вышвырнуть из компании другие страны. По крайней мере, такой вариант напрашивается в первую очередь.

— Откуда у вас такое неприятие к Англии, граф? — усмехнулся Шувалов, с которым мы эту тему уже обсуждали, — Франция и Германия ничем не лучше, как мне кажется. Но это уже дело личное. А что по второму вопросу?

— Островитяне — единственная нация в мире, возвёдшая предательство в ранг национальной идеи. Я понимаю, что политика весьма грязное дело, но даже османы придерживаются подписанных договоров. Для джентльменов же все соглашения — просто кусок бумаги. Когда Россия находилась в союзе с Англией, та продолжала плести против нас интриги. Возьмите хотя бы ситуацию, сложившуюся перед выходом империи из четвёртой антифранцузской коалиции. Османы, науськиваемые англичанами, путём провокации вынудили нас распылить силы и перебросить часть войск в Молдавию, при этом мы тогда ещё воевали с Наполеоном. А через два года, когда Россия присоединились к континентальной блокаде англичан, то сразу получила войну со Швецией, — чего-то я излишне перевозбудился, надо успокоиться, — Что касается русских интересов, то нам эти военные действия выгодны. САСШ начали сбивать цены на зерно и вытеснять империю с некоторых рынков. А теперь есть шанс восстановить утерянное и неплохо заработать. Думаю, возрастут цены на иные продукты и сырьё. Никто не мешает российским компаниям торговать со всеми участниками конфликта. Хотя, чисто политически нам выгодна победа союзников. В этом случае снизится экспансия САСШ. Напоминаю, часть политиков в Вашингтоне, не собирается отказываться от претензий на Аляску и особенно прилегающие воды, считая, что сделка по продаже колонии была фактически совершена, и мы их обманули. Поэтому лучше ограничится поставкой товаров в Европу. Да и не нуждаются янки практически ни в чём, это весьма самодостаточная держава. Плохо, что в любом случае усилится Лондон. Дальнейший рост мощи Франции не так опасен при наличии буфера в виде Германии.

На самом деле, союзникам не помешает новая взрывчатка. Была у меня мысль предложить её испанцам и французам, когда появились предпосылки для начала конфликта. Надо подумать над этим, дабы пустить остальные страны по ложному следу. Российская армия сама только начала переходить на пикрин с перспективой замены его на тротил лет через десять. Что касается моих островных друзей, то здесь я мышей не ловил. Ещё за пару месяцев стартовала новая операция по стравливанию Вашингтона и Лондона. Ирландские организации устроили ряд манифестаций, требуя независимости Зелёного острова. Параллельно в Европу отправились несколько новых команд, чьей задачей являлось активизировать действия ИРА, практически ушедшей в подполье. Но актив организации просто выжидал, пока успокоится свирепствовавшая английская полиция.

Новые террористические атаки возмутили, успокоившееся было английское общество. Ещё бы — террористы одновременно убили премьера Дизраэли и лидера оппозиции Гладстона. Заодно в ад отправились глава МИДа Солсбери с министром финансов Иддесли. Было ещё несколько сошек помельче, но также оказывающих сильное влияние на английскую политику. Смерть второго подряд премьер-министра вызвала крайне резкую реакцию властей острова. Во многих городах шли облавы на ирландцев, а часто возмущённая толпа занималась самосудом. В ответ законспирированные боевые группы ответили массовым террором, к которому присоединились ополченцы из простых работяг. Последних целенаправленно готовили и обучали более года, как раз на случай массовых репрессий со стороны англичан.

Всё это стоило мне немало денег, зато каков результат! Ныне в Великобритании только завершился парламентский кризис. Королева поручила формировать новый кабинет виконту Лоу, так как иные политики оказались просто не готовы. Думаю, что новый глава правительства наведёт порядок, но пока на острове весело. Герилья переместилась из Лондона на северо-запад, где в промышленных центрах живёт немало ирландцев. Перестрелки и взрывы случаются почти каждую неделю и до замирения ситуации далеко. Это наносит большой вред торговле и промышленности. Мы же не остановились только на борьбе с властями. ИРА начала диверсии на заводах и фабриках Мерсисайда, чем вызвала дополнительную панику. Бензина в огонь подлили несколько провокационных газетных статей, где во всех бедах обвиняли САСШ, укрывающие террористов, предлагая сжечь Вашингтон ещё раз.

Самое забавное, что я не знал о предстоящей войне и просто хотел сохранить ирландское подполье, сильно прореженное англичанами. Заодно готовились новые отряды, закупалось оружие, и карбонарии снабжались деньгами. Новый удар по Великобритании планировался немного позже, дабы заставить власти страны тратить ресурсы на проблему Ирландии. Плохо, что руководство ИРА не захотело атаковать стратегические объекты в виде портов и предприятий ВПК, сосредоточившись на руководстве. Решение фениев понятно, ведь подобные объекты хорошо охраняются. При этом цели для нападения боевики выбирали самостоятельно. Я бы на их месте начал отстрел банкиров и промышленников, а не политиков. Но ещё не вечер и думаю, что реальных властителей людоедской империи ждут неожиданные сюрпризы. В Лондоне есть ещё две хорошо законспирированные группы, которые должны убрать несколько воротил из Сити. При этом к повстанцам они имеют самое формальное отношение, являясь обыкновенными наёмниками. После того как шум уляжется, ребята получат команду действовать.

— Я бы рассматривал ситуацию шире и не считал её столь благоприятной для России, — впервые подключился к беседе Бунге, — Не забывайте, что основной денежной единицей империи является серебряный рубль. И часть металла для чеканки мы пока закупаем в Мексике. Что касается САСШ, то здесь ещё большие проблемы. Основная часть хлопка идёт к нам именно из этой страны, так как поставки из Туркестана не покрывают даже четверти потребностей отечественных текстильных фабрик. Есть ещё одна проблема. Именно вы граф, настаивали на заключении дополнительных договоров с американцами в противовес Германии. Поэтому из-за океана поставляется достаточно много механизмов, машин и пароходов. Подобной продукции в Великобритании и Франции мы практически не покупаем, что тоже спровоцировано вами.

Профессор здесь прав, так как после начала тесного сотрудничества с Германией, я подкинул идею подстраховаться. С Францией и Англией у нас сохраняются сложные отношения, даже, несмотря на инвестиции Ротшильдов или Юза в российскую экономику. А американцы фактически построили и снабдили паровозами ещё Николаевскую железную дорогу. Плюс технологии янки уже догнали европейские, а их более низкая стоимость позволяет нивелировать расходы на доставку. Если брать сельскохозяйственную технику, так она вообще лучшая в мире, но моя продукция уже к ним подтягивается. Ещё мы получаем через САСШ колониальные товары, в поставках которых они часто выступают посредниками. Сейчас этот крен устраняется путём выхода на наш рынок испанских компаний. Да и мне ещё несколько лет назад удалось продавить на государственном уровне проект финансирования торгового флота. Только большая часть судов ушла на Тихий океан и присоединилась к «Доброфлоту». Но и по Атлантике сейчас ходит немало купеческих кораблей под российским флагом.

А ещё более тесные связи с САСШ были необходимы для сглаживания противоречий после запрета доступа китобоев и промысловиков в северную часть Тихого океана. В Вашингтоне тогда раздавалось много требований вернуть всё обратно и нам даже грозили войной. Но Гражданская война ослабила страну, и после её окончания американским властям некоторое время было не то китобоев. В этой реальности нет такого спроса на китовый жир, так как более стремительно развивается нефтяная промышленность. Поэтому постепенно тему закрыли, чему помогло восстановление торговли и рост товарооборота, резко сократившегося в середине века.

— И вообще, пора нам вырабатывать более понятную экономическую концепцию, — продолжил Бунге, — Получается какой-то выборочный протекционизм и, наоборот, создание наиболее благоприятных условий для разных стран.

— Только никто, кроме германцев, не хочет вкладывать деньги в строительство производств на нашей земле. Причём они ограничиваются сельским хозяйством, кондитерскими мануфактурами и добычей сырья. Сложные механизмы, машины и химическую продукцию мы у них закупаем, — возражаю экономисту, — Пример англичанина Юза исключителен, в меньшей степени это касается моего компаньона Борзига. Французы с англичанами тоже не продадут нам современные технологии, а только лицензии и сдерут втридорога. Поэтому пока придётся лавировать, ориентируясь на политику. И привязывать к своей экономике немцев с североамериканцами тоже необходимо. А ещё надо стараться вести себя более аккуратно, ведь не заметишь, как Россию втянут в новую войну.

— Тогда как быть с вашими интересами в Южной Америке, которые осуществляются через Испанию? — показал свою осведомлённость Шувалов, — Это не нравится сразу Англии и САСШ. И этот странный проект помощи китайской армии. Ведь опять мы перебежим дорожку двум упомянутым странам, что может стать причиной их сближения.

— Напрямую в Южную Америку я не лезу. Заводы в Бильбао, Сантандере и Хихоне являются совместным предприятием с испанской стороной. Далее они уже сами решают, где строить железные дороги, и в какую страну поставлять паровозы с локомобилями, — отвечаю вполне спокойно, так как проект нейтральный и особо пиндосов не возбудил, а англичане вечно чем-то недовольны, — Нынешняя ситуация может повредить, не спорю. Но ведь с североамериканцами воюют другие страны, и Россия не поставляет оружие союзникам. Что касается Китая, то он является объектом разграбления нескольких стран. САСШ уже смогли потеснить там Великобританию, плюс на подходе немцы, аппетиты которых растут с каждым днём. Так что нам мешает помочь китайцам усложнить процесс порабощения их державы иностранными агрессорами? Мы постепенно начинаем снимать с вооружения устаревшие винтовки и артиллерию. Надо заметить, что не все ведущие страны Европы готовы к подобному. И ружьё системы Крнка вполне боеспособное и будет служить разным армиям долгие годы. Договор о продаже можно оформить без всякой скрытности, в том числе помочь императрице Циси, которая фактически находится у власти. Армия, вооружённая более современными винтовками, станет большим подспорьем в борьбе с врагами. А ещё сия мадам, кроме реформирования армии, планирует масштабное строительство железных дорог, телеграфа и снабжение собственной промышленности новыми станками. Так почему не заключить с соседями договор о сотрудничестве? Для начала поможем оружием, инструкторами и военными инженерами. Далее надо начать взаимодействовать в железнодорожной сфере. Всё равно мы строим Транссиб и на определённом этапе не обойдёмся без китайских рабочих. Заодно обучим кадры для их внутренних нужд. В Пекине должны оценить подобный жест, так как англичане с американцами предпочитают просто их грабить, поставляя всякий хлам. Главное — России нельзя лезть в Маньчжурию и тянуть свою ветку через эти земли. И многое будет зависеть от удачной работы русских дипломатов. Пока я не вижу особых достижений в этой области, но рад ошибаться.

— Любишь ты Иосиф, рассуждать глобально, — подколол меня улыбнувшийся Шувалов, — То есть, по вашему мнению, разрастание конфликта не окажет существенного влияния на положение России?

Это граф уже обратился к Бунге. У меня готов отчёт по сложившейся ситуации, и я просто передал его Петру Андреевичу. Чисто экономически мы особо не пострадаем. Это и подтвердил профессор.

— Проблема пока только в хлопке, колониальных товарах и возможных нарушениях контрактов перед русскими заводчиками. Поэтому надо срочно договариваться с другими перевозчиками, что фактически устранит наши потери от войны. Все остальные товары мы получаем по суше или можем заключить соглашения с теми же голландцами или испанцами, имеющими мощные торговые флоты. Да и англичане привезут в Россию всё что угодно, главное — плати. Это даже немного сблизит наши страны, так как в последнее время Великобритания постоянно жалуется на протекционизм, мешающий работать её торговцам. Думаю, с политической точки зрения подобное решение весьма полезно.

Обсудив ещё полчаса разного рода нюансы, мы с Бунге покинули дворец Шувалова. Я пригласил его в ресторан, так как редко общаюсь со столь нужным человеком, но немец отказался. Он действительно занят и спешит на лекцию в университет. Договорился, что заеду к нему в комитет через три дня.

* * *

— Это точно? — нежданный гость смог меня удивить.

— Да. Решение практически принято и находится в стадии согласования. Всё проходило в обстановке полнейшей секретности и о плане знали не более пяти человек, включая императора.

Я тут радуюсь, что ведущие мировые державы сцепились за Панамский канал, а Россия в стороне. И вот тебе новость, которая признаюсь, выбила меня из колеи. Наш властитель и его ближний круг решили, что настал наиболее удобный момент для войны с Портой. Логика подобного решения ясна. Осман сейчас лихорадит от внутренних противоречий, которые вот-вот должны вылиться в восстания. Потеряв Египет и запутавшись в английских кредитах, султан вместо более разумной финансовой политики продолжил жить, как прежде. И если его многочисленные дворцы не оказывали сильного влияния на бюджет, то гипертрофированно большой флот пожирал все ресурсы страны. А ведь ещё шло строительство железных дорог, и никто не отменял стандартную для Востока коррупцию. Ко всему прочему в прошлом году по полуострову Малая Азия прокатилась чудовищная засуха, поставившая достаточно большую часть населения перед угрозой голода.

Ничего умного Абдул-Азиз не придумал и решил переложить свои проблемы на славянское и христианское население империи. С учётом того, что Сербия, Черногория, Греция и Россия давно снабжали оккупированные территории оружием, то население готово противостоять тотальному ограблению, задуманному султаном. Я и сам выделял немалые суммы на закупку винтовок, пушек и отправку инструкторов на Балканы. Только думал, что мы полезем туда года через два, когда нормально подготовимся. Да и австрияков не мешало привлечь к полномасштабной войне. А то эти черты давно наловчились загребать жар чужими руками. Но, похоже, Александра просто посетило желание войти в историю, как дважды освободитель.

Есть во всём этом плюсы и минусы. Положительным моментом является война между САСШ и союзниками, куда в любом случае влезет Англия. Также в этой реальности русские войска лучше готовы, военная реформа фактически проведена и заканчивается перевооружение армии. Есть ещё один важнейший фактор — от командования отстранены братья императора, принёсшие России моей реальности множество бед. Думаю, что русскую армию на Балканах возглавит Радецкий, являющийся креатурой Милютин. Я вначале попытался помочь Скобелеву, так как он был единственным генералом, чью фамилию удалось вспомнить. Но он оказался излишне авантюрным и честолюбивым человеком, который мог ради личной славы поставить под удар общее дело. В любом случае Михаил Дмитриевич примет участие в деле. Из толковых генералов есть ещё Тотлебен, но он больше по инженерной части, и Гурко. Остальных персоналий я особо не знаю, так как больше знаком с артиллеристами из ГАУ.

Также важным преимуществом русской армии является переход на винтовку системы Гольтякова, чьи револьверы собственной конструкции уже приняты на вооружение. Вообще, над созданием ружья трудился целый коллектив конструкторов, а Николай Иванович осуществлял общее руководство. Но назвать русскую винтовку решили в честь него. Вторым девайсом, которые сильно удивят противника, станут пушки с новыми пикриновыми зарядами. Пока их недостаточно, но полевая артиллерия будет полностью обеспечена необходимым количеством стволов. С осадными орудиями пока сложнее, но мы над этим работаем и кое- чем армии поможем.

Важным фактором является логистика и обеспечение войск вспомогательными механизмами. Железная дорога уже дотянулась до Одессы и Кишинёва, а сейчас строится ветка до Бухареста через Джурджу. Это позволит оперативно перекидывать войска, оружие и продовольствие. Ещё есть мои повозки нового образца, тягачи, локомобили, краны и полевые кухни. На эти вещи Милютин денег не жалел, прекрасно понимая, что мобильность для современной армии — наиважнейший фактор.

Если рассматривать негативную составляющую, то мы не договорились с австрийцами, что может стать немаловажным моментом в предстоящей войне. Плюс непонятна позиция Бисмарка. Так как сейчас Германия активно обхаживает Вену, то неизвестна и её реакция. В моей реальности немцы спокойно предали Россию на Берлинском конгрессе. Потому крайне важно заручиться их нейтралитетом и просто выиграть войну.

А ещё война нанесёт огромный урон по экономике страны и казне, только начавшей избавляться от огромного внешнего долга. Про гибель тысяч русских солдат я даже думать не хочу, так как здесь подобные мелочи малоинтересны. И самое главное — я не уверен, что России удастся закрепиться на Балканах. В столице мало кто понимает, что немец на болгарском или румынском троне ничуть не лучше сторонника осман.

Есть ещё немаловажный фактор, на который необходимо обратить внимание. Надеюсь, Милютин и Генштаб при разработке кампании учли тотальное превосходство османского флота. Хотя, есть у нас и контраргумент в виде быстроходных катеров. Нормальная торпеда пока не создана, но работы в этом направлении ведутся. Но крупные корабли в Дунай не войдут, а мелочь мы будем уничтожать при помощи скорострельных пушек и митральез. Слово пулемёт почему-то здесь не прижилось, но сама машинка очень понравилась морякам. При этом наша береговая линия фактически беззащитна перед османскими тяжёлыми кораблями. Своего флота на Чёрном море мы не имеем. Но в иной реальности этот вопрос как-то удалось решить.

— Что вы будете делать? — прервал мои невесёлые мысли Красников.

Павел Павлович и принёс новость о планах императора начать войну. Как главу третьего отдаления его недавно посвятили в некоторые детали. Через некоторое время он решил поделиться информацией со мной. Мы никогда не теряли связи, и наше сотрудничество принесло стране немало пользы. Про убийства врагов России и организованный в Европе террор, статский советник не знал, но я представил ему достаточно доказательств махинаций российских чиновников. Также помогал с информацией о действующих в стране иностранных агентов. В свою очередь, Красников делился кое-какими секретными сведениями ныне для меня недоступными.

— В первую очередь поеду на встречу с Пироговым, — отвечаю через небольшую паузу, — Мы же не просто так организовали целый центр по обучению полевых хирургов. Пришла пора готовить полевые госпитали и постепенно набирать людей. Далее займусь расширением выпуска лекарств и медицинских инструментов. У нас есть договорённости с Милютиным о закупках данной продукции в следующем году. Если армия не найдёт достаточно средств, то начну поставки в кредит по сниженной цене. Наши генералы обычно начинают решать проблемы по факту их возникновения, а не готовиться заранее. Здесь же речь идёт о здоровье русских солдат, и лучше я потеряю деньги, но армия получит всё необходимое в нужное время. Ну, и к войне надо подготовиться моей нефтяной компании. Придётся менять порты приписки для кораблей и танкеров, ведь турки сразу закроют проливы для отечественных компаний. Заодно скуплю часть урожая этого года в Новороссии, дабы его не продали туркам. Незачем снабжать продовольствием будущего противника. Здесь я очень надеюсь на вашу помощь. Крупные помещики могут заартачиться, и придётся воздействовать на них сверху. Как вариант, правительство должно компенсировать убытки землевладельцев, скупив продовольствие, а остальное отправить в другие страны.

— Хорошее дело, теперь я точно не жалею, что сообщил вам о будущей войне. Но это явно не всё?

— Думаю, что мне придётся заняться контролем поставок в армию и опять при вашей помощи. Вернее, лучше поручить это моим людям, так как я личность достаточно известная. Частная компания обычно не вызывает никаких подозрений и может раздобыть гораздо больше информации. Чую, что после объявления войны сотни махинаторов предложат армии свои услуги. А этого нам не нужно, так как поставщики будут прекрасно знать о перемещениях и расположении наших войск, — судя по удивлённому лицу собеседника, он о подобном не думал, — Надо заранее подкинуть эту идею Шувалову. А лучше всего попросите графа разрешение посвятить меня в детали предстоящей кампании. На войне от меня особой пользы нет, а в тылу я бы пригодился. Учитывая обычный русский бардак, грамотный человек, заведующий поставками и контролирующий интендантов, не помещает. Думаю, даже временно вернуться в канцелярию или выпрошу себе какую-нибудь должность с широкими полномочиями.

После ухода Красникова, я долго смотрел на картину с изображением Агнешки и детей. Именно они дают мне силы для дальнейшей борьбы, как бы пафосно это ни звучало. Когда ты ответственен за жизни близких людей, то не даёшь себе спуску. В ином случае я бы давно жил в своё удовольствие, путешествуя по свету и потихоньку прогрессорствуя. Но тень будущих революций висит над моими близкими и будущими потомками, как дамоклов меч. Значит, в сторону лишние мысли и вперёд. Надо только попросить заварить крепкого чая и немного перекусить.

Вызвав служанку, я приказал подготовить чай через часик и засел за план дальнейших действий. Предстоящая война кардинально изменит мою жизнь. Придётся временно переложить большую часть дел на управляющих и тётю, а самому погрузиться в вопросы помощи армии. А ещё надо хорошенько встряхнуть гнилое государственное объединение под названием Австро-Венгрия. С моей подачи там уже действует несколько террористических сетей, причём сугубо сепаратистского толка. С учётом того, что Венецианская область в этой реальности осталась за Веной, недавно активизировались итальянские карбонарии. Это не считая венгров, поляков и русин, доставляющих Вене огромные трудности.

Отстрел Габсбургов пока не начался, но несколько десятков толковых чиновников и промышленников стали жертвами покушений. А ещё ведётся идеологическая атака на умы ненемецкого населения. Газеты, листовки, учебники и грамотные агитаторы буквально заполонили венгерские, итальянские и славянские земли двуединой монархии. При этом центры подготовки сепаратистов расположены в Италии фактически легально и никак не могут быть связаны с Россией. Думаю, что мне уже удалось отвернуть от Австрии карпатских и галицийских русин. В этой реальности украинского проекта не получится. Пусть лучше будет независимая Закарпатская республика. Главное, чтобы наши славянофилы не решили задушить в своих объятиях малые народы и дали им возможность жить по своему усмотрению. Другой вопрос, что никто не мешает России всячески привечать тамошние элиты, обучать интеллигенцию в своих ВУЗах и вкладывать деньги в экономику. Мягкой силой можно добиться гораздо большего, чем навязывание себя в качестве старшего брата.

Но это ещё не всё. Есть у меня мысли, как сильнее ослабить страну-предательницу. Полномасштабное восстание пока невозможно, но подготовить несколько дополнительных пакостей вполне реально. Этим я и займусь в первую очередь. Так что мы ещё повоюем!

Глава 14

Природные красоты и отличная погода ни в коей мере не улучшили моего настроения. Оно продолжало портиться по мере нахождения в действующей армии. Не сказать, что на линии соприкосновения царил какой-то ад, но в тылу бардака хватало. И это при том, что Россия в кои веки оказалась готова к войне.

Мы как раз вчера форсировали Дунай, и я всё ещё находился под впечатлением от увиденного. Красоты природы наслоились на просто бесконечные колонны людей и повозок. Очень радовали понтонные переправы моего производства, изрядно облегчившие переброску армии на болгарский берег. Надеюсь, что даже самый тупой генерал с насквозь прогнившими мозгами, осознал преимущество технического прогресса и грамотной организации. Те же паровые тягачи русского производства, изрядно облегчали перевозку грузов, а их здесь были сотни. Не зря мы с заводчиками, входящими в ВПК, так яростно сражались за срочную поставку в войска паровых механизмов. При этом цена у изделий была минимальная, и часто продукция отпускалась государству в долг.

Железная дорога работала на удивление без перебоев. Личный состав, боеприпасы и продовольствие подвозились вовремя. Более того, сами войска размещались не в чистом поле, а в подготовленных палаточных городках и казармах. И за это надо сказать огромное спасибо Милютину и начальнику главного штаба Гегелю. Оба чиновника полководческими талантами не блистали, зато проявили себя отменными организаторами. Заработали даже спешно созданные железнодорожные войска, позволившие вывести логистику на необычайно высокий для этой эпохи уровень.

А вот далее начались какие-то непонятки. Во главе русской армии поставили генерала Радецкого, а в штаб армии был назначен Обручев. В принципе, достаточно мощный дуэт, дополняющий друг друга. При этом за каким-то чёртом в войска отправился наследник со своей многочисленной свитой. Благо, с «бульдожкой» не попёрлись братья царя, на что действовал строгий запрет. Из плюсов — в качестве няньки для цесаревича к гвардейскому корпусу прикрепили графа Шувалова. Мой бывший шеф заодно исполнял роль пугала для желающих нажиться на поставках и контролировал русскую контрразведку, дабы по нашим тылам не шлялись толпы шпионов.

Излишне дерзкого и несдержанного на язык Скобелева в этой реальности отправили на Кавказ. Думаю, именно там он находится на своём месте. Михаил Дмитриевич оказался подальше от начальства с развязанными руками, и даже получил поддержку фон Кауфмана, который вполне лояльно относился к независимому генералу. Думаю, за кавказский театр военных действий можно не беспокоиться. Как бы там наш сорвиголова не наделал много шума, и не завоевал всю Западную Армению и Восточную Анатолию. Он может!

Но меня это сейчас мало касается. У графа Козел-Поклевского свой фронт работ. Для начала я обзавёлся документом — проездным. Меня не только временно вернули в третье отделение ЕИВ канцелярии, но и назначили комиссаром по особым поручениям. По ряду вопросов я отчитываюсь исключительно перед Шуваловым и Александром, даже командующий армией мне не указ. А ещё есть у меня специальный мандат, порученный лично из рук Его Величества. Это бумага позволяет совершать мне фактические любые действия, вмешиваясь в обстановку. Нет, командующего или главу армейского корпуса никто убирать с должности не позволит. Но вкупе совместных действий канцелярии и жандармерии, мы могли заставить любого генерала дать отчёт о своей деятельности, если она покажется необдуманной и вредоносной.

Кроме этого, я неплохо подготовился со всех направлений. Для начала пришлось с боем вырывать у Лосева почти взвод жандармских штурмовиков и нескольких оперативников. Далее подобную процедуру я проделал, проредив состав ревизоров ЕИВ и Государственного контроля. Воевать я ни с кем не собирался, и своей главной задачей вижу пресечение фактов чудовищного воровства, которым запомнилась русско-турецкая война моей реальности. Но и на экипировке боевой части отряда никто не экономил. Новые скорострельные американские ружья с револьверами, необычная форма с прототипом бронежилета, неограниченный боезапас, собственная полевая кухня, непромокаемые палатки со специальными горелками, которыми можно было отапливать даже небольшие помещения, и двадцатка коней. Ко всем этому — собственный паровоз, две скорострельные пушки, три новомодных пулемёта, которых практически нет в армии, и ещё вагон динамита. Мы с Фредди не стали полагаться на жандармов, поэтому провели клич среди людей, работавших с нами, да СБ нельзя списывать со счетов.

В итоге получился весьма специфический, но опасный отряд почти из семидесяти человек. Организация такой бригады встала в копеечку, но оно того стоило. Шувалов, когда увидел нашу экипировку, то шутил на предмет того, что Козелл-Покрлевский решил самолично брать резиденцию султана.

Мы как раз проходили вдоль перрона, когда шли последние приготовления к погрузке. Граф ещё раз пробежался по обмундированию Фреди, который сопровождал нас, и своим телохранителям. Разница была очевидна, и не в пользу бодигардов Петра Андреевича.

— Значит, вы говорите, что данный жилет выдержит револьверную пулю? А для чего эти кожаные вставки на коленях и локтях? Они точно не удержат пистолетный патрон, — Шувалов ткнул пальцем в наколенник, выделявшийся на немце, и сами штаны, более похожие на галифе, но с дополнительными карманами.

— В современной войне армии давно не идут колоннами в лобовую атаку. Часто личному составу приходится участвовать в массированных перестрелках, используя складки местности, или окопавшись в редуте. При этом неизбежны травмы или порезы конечностей. Если же столкновение произошло в горной местности или на каменистой почве, то небольших, но досадных болячек не избежать. Нам, возможно, предстоит несколько автономных выездов, где не хотелось бы терять людей из-за подобных мелочей. Да и грамотные офицеры с генералами должны признать пользу от наших новинок. Денег это стоит немного, а выгода очевидна.

— Иосиф, мне уже не нравятся слова про несколько выездов, — граф остановился и строго на меня посмотрел, — Не лезьте в опасные места, лучше ограничивайтесь использованием армейцев. Полномочия вам позволяют, поэтому используйте их, если вдруг нашли что-то необычное. Уж слишком много завязано на вашу персону в предстающих интригах, которые, несомненно, начнутся поле войны. Нам понадобятся все ваши ресурсы, особенно газеты. Ведь вы единственный из издателей, кто не поддался патриотической истерии, которая завладела умами публики. Ваши журналисты поставили правильные вопросы — за что мы воюем, какой ценой нам дастся победа, и как будут выглядеть послевоенные Балканы и Кавказ. Даже Его Величество изначально хотел арестовать тиражи и наказать вас лично. Но обдумав всё написанное, особенно в свете неудачных переговоров[1] с Францом Иосифом, мы решили поднять этот в вопрос в обществе. Почему русские должны умирать за освобождение славян, но при этом их земли потом перейдут австриякам, а на престолы ряда стран готовят посадить немецких ставленников, а Черногория с Сербией не получат вообще ничего.

Да, здесь мы с Мосоловым вызвали немаленький такой ажиотаж, буквально взбаламутив столичное болото. Не привыкла местная публика к рациональному подходу. Мол, наше святое дело — освободить братьев во Христе. О том, что в итоге можно получить ряд обиженных и откровенно враждебных стран, никто задумываться не собирался. Ещё и «Священная дружина» устроила обширную рекламную кампанию. Вот только им удалось собрать денег на два полка добровольцев, военная эффективность которых крайне сомнительная. Мы популизмом не занимались, а вербовали врачей, медсестёр, работников тыла вроде плотников и прачек. А главное — собрали в десять раз больше денег, нежели оппоненты, и тратили открыто через вновь основанное благотворительное общество «Балканы». Шли закупки вещей, провизии и лекарств. Радует, что на наши инициативы, которые я продвигал через Долгорукову, откликнулась весомая часть общества.

Но противостояние и не думало прекращаться. Очень меня напрягла тиражируемая мысль, что армию должен возглавить спесивый и бездарный Николай Николаевич. Хорошо, что это оказались просто слухи. Хотя, группировка наследника явно делала попытки протолкнуть в армию побольше своих людей. Чего там будет делать сам цесаревич — я не понимаю. Вот с такими нелёгкими мыслями я и ехал не войну. Ещё и Агнешка сообщила о новой беременности, что повлияло на общий настрой. Я и так в последнее время практически не вижу семью, что является для меня тяжёлым испытанием. Надеюсь, это последняя дальняя командировка, а далее пусть подобными делами занимаются помощники.

* * *

— Не нравится мне здесь. Будто сама природа создала место для засады, — проворчал Фредди, приказывая остановиться передовому дозору.

Команды мы подавали специальными свистками, что являлось вполне удобным способом коммуникации. Самое интересное, что особых неприятностей по дороге быть не должно. Русская армия достаточно глубоко продвинулась на территорию противника после форсирования Дуная. Я не помню точной хронологии войны из моей реальности, но Плевну вроде обложили сразу, да и на остальных направлениях всё шло хорошо. Проблемы были с поставками боеприпасов и продовольствия, которые в этом времени мы практически решили. В тылу было спокойно, и дороги патрулировались казачьими разъездами. Но здесь какая-то непонятка.

Основная армия под командованием Радецкого, используя недавно построенную железную дорогу до Галаца и мощную береговую артиллерию, в рабочем порядке форсировала Дунай. Плевну, Ловеч и Тырново взяли примерно за полтора месяца. Драгомилов столь же решительно пересёк реку и взял Систово, понеся немалые потери, но расширил плацдарм. Заминка вышла только у наследника, который умудрился завязнуть у Рущука. На фоне героической и даже сумасшедшей храбрости, которую демонстрировали русских моряки, неудача цесаревича выглядела провалом. Мореманы на своих скоростных катерах перетопили несколько более мощных турецких кораблей, включая даже два линкора. Психи, одним словом.

Надо учитывать, что наступление русской армии удачно совпало с начавшимся восстанием в Боснии, которое поддержала Болгария. Ещё одновременно в войну вступили черногорская и сербская армии, удачно выждавшие момент. Османское командование вынуждено распылять силы, и находится в состоянии паники. А ведь ещё греки, вроде как активизировались, и грозились провести полную мобилизацию. Ударь все союзники при такой благоприятной ситуации, то османы бы дрогнули и посыпались. Это мне всё объяснял недавно Тетлебен, с коим мы немного сдружились.

Дело в том, что меня самого боевые действия напрямую не касаются. Моя главная задача — контроль за бесперебойными поставками всего необходимого для армии, и проверка качества товаров. Вот с ними-то у меня сразу возникли проблемы. С учётом того, что Эдуард Иванович — фактический начальник обороны Черноморского побережья, то претензий к поступавшим материалам и продовольствию хватало. Нет, воровства подобного в Крымскую, уже не было. Всё-таки правоохранительная система неплохо поработала, и вычистила из армии много погани. Но во время столь масштабного конфликта найдётся излишне алчные товарищи, забывшие о неизбежном наказании.

Вот и мне удалось напасть на след двух особо хитромудрых деляг. Вернее, крупных и весьма небедных компаний с большим представительством в регионе. Первой сейчас занимается Красников, который тоже был рекрутирован вместе со мной. Он засел в Одессе и дотошно, как он умеет, проверяет дела некое товарищество «Грегер, Горовиц, Коган и Ко» неожиданно пробившимися в поставщики императорской армии. Я что-то подобное слышал из истории, и попросил Павла Павловича быть крайне осторожным. Чуть ли не насильно к нему была приставлена пятёрка жандармских волкодавов. Сам же я поехал в главную ставку, где нужно провести срочные следственные мероприятия. Если полученная информация подтвердится, то очень многих гешефтмахеров ждёт изменение местопребывания на ближайшие лет пятнадцать.

Вот и получилось, что заботился я о безопасности Красникова, но, похоже, влип в неприятную историю.

— Разворачивай оба возка и перекрывай дорогу, — командую Фредди, — Пулемёты на фланг вон за тот камень, и двоих в прикрытие к расчётам. Остальным занять удобные позиции, и обращайте внимание на правый фланг — если там засели стрелки, то ситуация неприятная. Приготовить грана…

Не успел я договорить, как именно с указанного места послышался выстрел и несколько дымных следов показали, что врагов более десятка. Плевать, нас больше, а совокупный залп равняется, чуть ли не роте. Пока не проявили себя остальные участники нападения, но для них у нас есть пулемёт и гранаты. Спокойно сажусь около заднего колеса нашего пепелаца, и проверяю свой Винчестер 1873 года, немного доработанный мальцовскими оружейниками. Кстати, разведку я вообще вооружил карабинами Мейгеса, так что два — три человека на первых порах могли остановить и смутить отряд голов в двадцать.

— Фредди, пошли пару наших разведчиков в обход. Может, у них получится забраться по правому склону и выйти в тыл этим наглецам. Нам нужен язык, хотя понятно, кому выгодно нападение.

Между тем, стрельба усиливалась. Пока обходилось без жертв с нашей стороны, так как мы вовремя обнаружили засаду и нападавшие лишились нормального обзора. Ещё мы специально отстреливались вяло, обозначая слабую огневою мощь и провоцируя бандитов к более активной деятельности. А пока расчёты пулемёта расставили треногу, залили воду в кожухи и закрепили ленту с патронами. Смущает меня только несколько точных попаданий в то место, где я располагался. Пришлось сменить диспозицию, так как охота шла явно на меня любимого.

В итоге нападавшие не выдержали и решили действовать быстрее. Мы ведь в тылу русской армии, и можно нарваться на казачий разъезд или транспортную колонну. Одновременно из-за поворота выскочила гикающая толпа конников, более похожих на башибузуков, и тут же засадный отряд увеличил интенсивность огня.

Командовать особо не нужно — свои роли все знают. Я немного опасался за контрразведчика и ревизора, которые следовали с нами, и не готовились, когда отряд проводил боевое слаживание. Ну, ничего. Вперёд не лезут, спрятались грамотно, а на лице молодого коллежского секретаря застыла улыбка предвкушения. Прямо маньяк какой-то. Хотя, я это наговариваю — в ЕИВ канцелярию трусов точно не берут.

Но даже для меня грохот работающих пулемётов стал неожиданностью. Чего уж говорить об остальных, особенно врагах. Буквально за секунду дорога наполнилась грохотом падения лошадей, пылью, ржанием умирающих животных и воплей испуганных людей. Животных и людей буквально выкашивало, будто адской косой. Пока перед нами разворачивалась столь отвратная картина, я приказал всем стрелкам перенести огонь на засевших в засаде бандитов. С учётом того, что у нас скорострельные и многозарядные винтовки, то сюрприз получался неплохим. Со склонов покатилось несколько тел вперемежку с камнями, а кто-то явно решил аккуратно покинуть ставшее вдруг таким неприятным рандеву. Далее мы дали несколько залпов в сторону удирающих всадников, так как один из пулемётов уже замолчал. Даже у экспериментальной модели, изготовленной из лучших материалов, случаются проблемы с заклиниванием ленты. Но картина на поле боя открылась просто ужасная. Отмороженный ревизор не выдержал и побежал блевать в кусты, смотрю, к нему присоединилось даже несколько бывалых солдат. Вот что значит правильная пулемётная засада на неподготовленного противника. Это мы человек тридцать выкосили — никак не меньше. А ещё это навевает на очень невесёлые мысли. Не схватил ли я за хвост излишне сильного хищника?

— Проверить, есть ли раненые и убитые. Фельдшера, надеюсь, не зацепило? — начинаю раздавать команды, — Тяжёлых у противника в расход, искалеченных коней тоже. Остальных взять, собрать оружие и любые документы. Фредди, давай осторожно, пятёрками, прикрывая друг друга — могут быть затаившиеся и недобитки.

* * *

Через некоторое время.

— Граф, о произошедшем необходимо немедленно доложить командованию, — горячился молодой лейтенант, с недоумением рассматривавший действиях моих людей и пытавшийся понять, что здесь произошло. Особо его шокировало количество убитых людей и лошадей.

— Так я вам не мешаю. Думаю, что второго нападения не будет, и далее мы справимся с сами, — устало протираю платком вспотевшее лицо, — Нам надо ещё закопать убитых, поесть, и можно выдвигаться. Благо, ещё не поздно и мы прибудем в расположение армии до темноты.

— А как же там? В Плевне нет свободных домов для размещения. Да и у вас раненые?

— Я заранее отправил своих людей, и нам есть где остановиться. Тяжелораненых у нас нет, кроме одного убитого, — я демонстративно перекрестился, в чём был поддержан офицером, — Возок мы уже починили, и раненые выедут немедленно, так что нет поводов для беспокойства.

Ещё раз подозрительно посмотрев на группу лиц в мусульманских и болгарских одеждах, которые лежали мордами в землю, спелёнатые аки младенцы, офицер удалился.

— Фредди, где там твои толмачи. Экспресс-допрос — и пора ехать. Мы и так много времени потеряли, ещё шума лишнего наделали.

Большая часть пленных никакого интереса не представляла, поэтому ребята Лосева их сразу резали и сбрасывали в небольшой овражек. Предварительно мы отправили возок с ранеными и ревизором, дабы молодой человек не получил моральную травму. Контрразведчику было всё равно, и он внимательно выслушивал сбивчивые показания интернациональной банды, нанятой каким-то купцом Мехмедом из Никополя. Сейчас вообще тяжело отличить условного гайдука от башибузука или просто разбойника. Последних хватает, так как объективно комендантская служба работает плохо. Только мне сейчас плевать на всё, потому что мы теряем темп.

— Я сказать, что знать, — вдруг произнёс один оборванец на вполне понятном русском, за что удосужился злобных взглядов коллег.

— Хорошо. Скажешь что-то важное, то отпущу. Остальных в расход, — это я уже приказываю Фредди. Затем займись этим Ахмедом, лучше взять казаков в расположении армии, сам не рискуй.

* * *

— Дабы пресечь ненужные разговоры, предлагаю убедиться в фактах саботажа на месте. Ваше превосходительство может выделить людей, которым вы полностью доверяете. Далее мы проводим сначала выборочный осмотр. Если он покажет, что мои подозрения обоснованны, то придётся перебирать всю партию. Заодно, прошу временно запретить покидать расположение складов этим интендантам и пяти гражданским, — передаю бумагу командующему Гренадёрским корпусом генералу Ганецкому.

В данный момент он старший офицер в округе, так как остальная армия расположена севернее. Плюс его, можно сказать, оставили на хозяйстве, ведь гренадёры сейчас прикрывали переброску амуниции, боеприпасов, продовольствия и фуража с другого берега Дуная. Фактор весьма значимый, потому что обоз является давней проблемой русской армии. Воевать без постоянного подвоза снарядов и еды — задача крайне неприятная. В этот раз русское командование решило учесть прежние ошибки.

А меня, как раз, интересовала партия сапог, которую с невиданной поспешностью отправили из Одессы на фронт. Я даже не припомню такой расторопности интендантов и гражданских, занимающихся логистикой.

— Это недопустимо и оскорбительно! — воскликнул полный полковник с обвисшими усами, более похожий на постаревшего колобка, который являлся интендантом корпуса, — Без прямого приказа Главного интендантского управления, вам нечего делать на складах. И уж тем более, вы не имеете права задерживать гражданских. Что касается русских офицеров, то всё выглядит как полнейший бред.

Заплывшие жиром глаза полковника победно блеснули и с надеждой обратились к генералу. Только старый вояка подобного энтузиазма не испытывал, может потому, что ознакомился с моими бумагами.

— Вынужден разочаровать вас, Михаил Степанович, — Ганецкий хитро улыбнулся в бороду, — Но граф имеет полномочия задержать даже меня. Звучит весьма странно, но мы люди военные и обязаны подчиняться приказам.

— Со мной прибыли ревизоры из ЕИВ канцелярии и Государственного комитета контроля. Моя задача — обеспечивать их безопасность и ограждать от излишне недоверчивых начальников. Поэтому прошу вас держать наш разговор втайне, так как речь идёт об угрозе безопасности страны. Граф Шувалов знает о деталях происходящего, и вы можете подать рапорт на его имя. Только в случае распространения озвученной информации среди личного состава, будьте готовы нести за это ответственность.

Жалеть этого колобка по фамилии Пилипенко я не собирался. Судя по тому, насколько дядя испугался, в махинациях он замаран. Другой вопрос, что это могут быть обычные интендантские штучки по оказанию услуг коллегам. Но замаран он точно. Может, почувствовав интерес к товару, гешефтмахеры решили временно спихнуть его поближе к армии и использовать позже. Неважно, главное — я у цели.

* * *

— А я могу узнать причину, по которой в расположение армии направлены столь важные люди? Ещё вы перешли дорогу кому-то очень влиятельному, — с лёгкой усмешкой произнёс Ганецкий, — Не припоминаю я того, что на людей государевых покушаются прямо в расположении действующих войск. Шума-то вы наделали немало, и весь лагерь только об этом говорит. Только зачем было казнить всех бандитов, что точно нетипично для русского офицера. Ведь вы им когда-то были, граф. Опять пойдут ненужные пересуды о вашей персоне, и так имеющей неоднозначную репутацию.

Это типа упрёк? Нет у меня совести, когда речь идёт о безопасности страны и борьбе с её врагами. Поэтому оправдываться никто не собирается. Беру свою чашку с чаем и делаю небольшой глоток. Завтрак вышел обильным, что как раз в тему, за что генералу огромное спасибо. После многодневной дороги, переправы через Дунай и скоротечного боя, мне пришлось весь вечер и ночь проверять партию сапог. Пилипенко оказался человеком вменяемым, и не стал тянуть время. И нужные сапоги были найдены сразу.

В итоге, часть нашей группы, которая немного отдохнула, занимается описью и допросом полковника со товарищи. Как я и предполагал, в самой афере он участвовал опосредственно и имеет шансы выкрутиться, если ревизоры не найдут чего-то другого. Ха-ха! Что касается купца Ахмеда, то Фредди взял его живьём и должен душевно с ним пообщаться. Меня же с утра вызвал генерал и накормил от пуза. Чувствую, что совсем осоловел, пора ввести хозяина кабинета в курс дела и идти спать.

— В 1872 года в славном городе Кимры, известного не только своими церквями, но и мануфактурами, появился странный товар. Начал его изготавливать весьма предприимчивый купец Михаил Чернов. Вроде как обычный сапог, да не совсем, — смотрю, Ганецкий отложил свою чашку и слушается с интересом, — Воры использовали весьма просто способ. Голенище сапога было из отвратной кожи, которую умело скрывали. Но это не главное. Основная проблема сего изделия — бумажная подошва. То есть мужик носит сапоги, а у них после первых же обильных дождей отваливается подмётка.

Делаю паузу, но генерал увлечён рассказом и даже махнул рукой для скорейшего продолжения.

— Партии подобных сапог обычно ловили и в Москве. Их пытались втюхать приезжим крестьянам из бедноты. Пока дело дойдёт до дождей и обувь развалится — к тому времени уже и искать некого. Да и не нужно это обычным городовым. Либо хорошо умаслены татями, или понимают бесперспективность подобных дел, так как мзду занесли ещё выше. Сначала купец возил небольшие партии сапог. А затем совсем обнаглел и стал продавать их возами. Далее, подобные ему крысы скупали товар и развозили по небольшим городам и деревням. Всё бы хорошо, но о ситуации узнал московский полицмейстер Лужин. Нет, это были не обычные жалобщики, на коих ему плевать, — машу рукой не верящему в милосердного полицая, генералу, — Егеря и псари нашего полицейского оказались жертвами обмана и в самый неподходящий момент на охоте пожаловались, что у сапог отвалилась подошва. Далее разгневанный аристократ повелел пороть купца и его детей. Те поклялись, что подобных сапог больше не будет.

Ганецкий рассмеялся, но не стал комментировать абсурдность ситуации. Здесь хищения и аферы на сотни тысяч рублей, а бравый Лужин устроил махинаторам только порку. Жалко, что данная информация дошла до меня столь поздно.

— А затем?

— Через два года партия в пятьдесят тысяч сапог всплыла в действующей армии. Вот вам и сказка на ночь. Мне рассказывать, сколько солдат обморозили бы ноги или умерли от болезней, используй они эти сапоги? А те штатские, которых я приказал задержать, являются Яшкой и Шмулем Малкиелями, купцами первой гильдии и выходцами из Двинска. Но про сапоги мы узнали совершенно случайно, — чую, что мне с трудом удаётся сдержать эмоции и не выматериться, — Отчего-то агенты на местах не сочли должным об этом сообщить. А наши дельцы до этого неплохо заработали на частных перевозчиках. Они наняли всех имеющихся в Южной Бессарабии и Одесской губернии мужиков с телегами, пообещав за ходку целый рубль. Только не уточнили, что оплата будет ассигнациями, а фураж перевозчики будут покупать за свой счёт. Ну, дурни — крестьяне решили согласиться, а теперь многие оказались в Румынии без средств, так как не могут вернуться. Деньги закончились, а кому-то их ещё не заплатили, да и ассигнация против золота просела наполовину. А ещё фураж в действующей армии стоит раза в четыре больше, чем они рассчитывали. В итоге мужиками помирать с голоду, если не получится вернуться за счёт казны, но с голой жопой и без лошади с телегой. Это даже хуже, ибо им надо кормить семьи, которые ждут мужиков с приработком. Вот такие гешефты проворачиваются под носом наших генералов.

— Но ведь это ещё не всё? — без всякой улыбки спросил генерал, — Я немного слышал о вас, граф. А это значит — вы не остановитесь на достигнутом. И что же вы будете делать?

— Арестую всех задержанных и проведу допросы на месте — благо, имею такие полномочия, — отвечаю с усмешкой, — Далее попробую помочь перевозчикам, оказавшимся в сложной ситуации, отдам им часть подрядов. А затем поеду в Одессу, разгребать главное кубло врагов России.

— Да поможет вам бог, Иосиф, — перекрестил меня Ганецкий, — Но вы даже не представляется, какие люди стоят за всеми этими жидами.

В принципе, вскрывать более нечего. Три основные цепочки махинаций выявлены, и чистосердечные признания воров — только вопрос времени. Да и нападение на себя я не прощу никому. И мне прекрасно известно, кто стоит за братьями Малкиелями — товариществом «Грегера» и недобитым банкиром Рафаиловичем, уже вышедшим из тюрьмы. Но ничего, Коля Смирнов готов бороться с этой поганью, даже если это будет его последняя битва.

[1] Рейхштадтское соглашение — секретное соглашение между Россией и Австро-Венгрией по балканскому вопросу, заключенное 26 июня 1876 года при встрече императора Александра II и министра иностранных дел князя А. М. Горчакова с австрийским императором Францем Иосифом и министром иностранных дел Д. Андраши в Рейхштадтском замке. В этой реальности переговоры прошли на год раньше.

Глава 15

— Граф, вы понимаете, что натворили?

Встреча с Шуваловым происходила во дворце начальника Одесского военного округа генерала Коцебу, деликатно уступившего своё рабочее место главе канцелярии. Пётр Андреевич срочно прибыл из Бухареста, где располагалась ставка наследника, чьей нянечкой он являлся. А дела закрутились действительно интересные.

После достопамятного покушения и допроса выжившего посредника, я решил не медлить и пошёл по цепочке, за кончик которой удалось ухватить. Сначала взяли купца Мехмеда, который перед очень нехорошей смертью рассказал много интересного. Заодно, этот, безусловно, правоверный мусульманин, практически искренне пожертвовал немалую сумму на нужды русской армии. Я и сам малость подзавис, когда ознакомился с порядком цифр. Ларчик же открывался просто — товарищ являлся не только контрабандистом и посредником между купцами с обоих берегов Дуная, но и работал сразу на две разведки. Ещё и решал разного рода щекотливые вопросы, типа устранения неугодного человека. Причём география деятельности этого воротилы была весьма обширна.

Переварив полученную информацию, мы сразу арестовали братьев Малкиелей с их подручными, а также нескольких интендантов во главе с Пилипенко. Допросы шли в дороге, а когда наша кавалькада останавливалась на ночлег, то происходило протоколирование полученных показаний по всей форме. Мы не опричники какие-нибудь, и всё должно быть по закону. Хотя, я скажу честно — с жидами не миндальничали и прессовали их по жёсткому. К интендантам, как офицерам и дворянам, больше применялись меры психологического воздействия. С учётом того, что в нашем отряде были представители всех силовых и проверяющих ведомств империи, то никто особо не скрывался. Особенно, как соловьи, пели наши друзья — иудеи. И наговорили они такого, что даже мне стало страшно. Нет, не за свою жизнь. Я в принципе давно ничего не боюсь, разве что покушений на семью. Испугали меня творящиеся дела, а стоящие за махинациями персоны привели в крайнюю степень бешенства. Пока мы были в Бухаресте, Фредди телеграфировал всем нашим бойцам, чтобы они срочно ехали в Одессу. Заводы перевели на закрытое положение, так как сильно сокращалось количество охраны. Всё моё многочисленное семейство перебралось на дачу под защиту самых толковых бойцов. Что-то не нравится мне происходящее, и закончиться оно может чем угодно. Поэтому лучше дополнительно позаботиться о своей безопасности и довести дело до конца.

В Бухаресте мы тоже покуражились на славу и чуть ли штурмом взяли контору товарищества «Грегер, Горовиц, Коган и Ко». Благо, помог Ганецкий, выделивший мне полусотню казаков, придав нашему непонятному отряду более пристойный вид. Разразился небольшой кипеш, но показанные бумаги успокоили прибывшего полковника комендантской службы. В особняке мы задержались на три дня, провели допросы и, главное — проверку продовольствия и снаряжения, которые вскоре должны были направиться на фронт.

Чем сильнее я погружался в это дерьмо, тем больше зверел. А как вы прикажете реагировать на один из допросов некоего Любарского, одного из учредителей товарищества.

— На переезде перед Бухарестом вы самовольно остановили состав с провиантом, заменив нормальное зерно на порченое, а хороший фураж на гнилое сено. Это подтверждает ваш помощник и осуществлявший подмену интендант Колокольцев, — спокойно говорю сидящему напротив гешефтмахеру, чуть ли не улыбающемуся моим словам, — Сам процесс подмены установлен, и испорченные продукты арестованы. Куда вы дели украденное зерно и фураж?

— Я ничего не имею знать о происходящем, — Любарский начал вещать с эдаким местечковым акцентом, хотя прекрасно говорил по-русски, — Спрашивайте своего интенданта и якобы моего помощника. И вообще, я буду жаловаться, и требую меня тотчас же отпустить. Поверьте, вы долго будете жалеть о творимых бесчинствах.

— Фредди, — киваю немцу, так как устал слушать подобный бред.

— Ииии, — жирный торгаш завизжал как свинья.

Ну, ещё бы! Есть у нас человек, который без особых членовредительств может вызвать такую боль, что люди падают в обморок и очень быстро становятся покладистыми. Вот самоуверенный гешефтмахер накричавшись, вытер сопли, и заверещал, что невиновен. Пришлось провести ещё две процедуры, и он сразу запел, аки соловушка. То же самое пришлось повторить с другими действующими лицами. Жалко, что куда-то пропал один из фигурантов по фамилии Аренсон. Но по его следу уже шёл поисковый отряд с приказом взять живым или мёртвым.

А ещё мы поймали тройку стукачей, среди которых оказался один офицер. Наши люди плотно оккупировали телеграф, так как нельзя было дать возможность ворам сообщить об их аресте сообщникам. Там и были приняты агенты, решившие послать телеграммы. После нашего отъезда телеграф так и находился под плотным контролем сотрудника контрразведки.

В Одессу мы прибыли целым табором, разместившимся в трёх вагонах. Благо, я озаботился помещением для содержания арестованных и арендовал неплохой особнячок с отличным подвалом.

А вот далее началось самое интересное. Мы арестовали бывшего начальника штаба дунайской армии Непокойчицкого, главу его канцелярии Кущевского и главного интенданта армии Россицкого. Трёх генералов поместили на гауптвахту под охрану моих людей, которые имели приказ уничтожить арестантов в случае попытки их освобождения. К трём ворам присоединились два главных интенданта задунайской армии и Пилипенко. Офицерскую сволочь помельче разместили в ещё одном домике, предоставив каждому по комнате, но без права общения между собой. Здесь охрану несли казачки. Жидовских же махинаторов я не доверил никому, так как они были первыми в списке на устранение. Ведь всё легко списать на проклятых евреев, которые издревле сосут кровь православных. А офицеры просто ошиблись… или были оклеветаны. Они ведь аристократы и не могут быть замешаны в подробных историях. Ну-ну.

В то время, как продолжались допросы задержанных, я занялся артиллерийским ведомством. Встретили меня там в штыки, и даже не хотели признавать особый документ Его Величества. Ну, это они зря. Морда в пол, пара ударов по почкам, даже генералу и двум полковникам, с последующим препровождением в отдельные кабинеты для проведения следственных мероприятий. После подобного приёма, господа в золотых погонах кололись как грецкие орехи и спокойно ехали на губу. И надо сказать, что вели теперь себя господа вежливо и без былой спеси.

Шороху в городе я навёл такого, что через два дня он буквально бурлил. Каких только слухов не ходило, но в целом ситуация была под контролем. У нас было заветное слово — работает третье отделение ЕИВ канцелярии и Государственный контроль. Вменяемые люди всё понимали правильно, а многие даже радовались, понимая, что арестованы казнокрады и вредители. Кстати, к нам на базу зачастили ходоки, которые написали чуть ли не сотню жалоб на злоупотребления и откровенный беспредел интендантов, артиллерийского управления и канцелярии бывшего начальника штаба армии.

Через два дня после моих деяний, в Одессу приехал Шувалов и ситуация сразу успокоилась. Уж такой человек в империи — а графа не просто так называли вторым Аракчеевым — должен навести порядок. К моему бывшему шефу тут же хлынул целый поток жалобщиков, буквально его затопивший. Я тем временем структурировал полученную информацию и разбивал её на отдельные дела.

Что касается самого факта моего отмороженного поведения — просто надоело. Вот ты работаешь целых десять лет, не спишь ночами, на тебя совершаются покушения, но уже видны первые ростки выздоровления общества. Это мотивирует и заставляет пахать ещё сильнее, в ущерб семье и собственному здоровью. И вдруг окунаешься в такую клоаку, что выть хочется. Ведь речь идёт не об обычном воровстве. Казнокрады просто убили сотни и тысячи солдат, накормив их порченным хлебом, заставив мёрзнуть в гнилых шинелях, разбивать ноги в сапогах с бумажной подошвой, не поставлять вовремя боеприпасы, мёрзнуть без дров. А ещё солдат лишили возможности нормально спать, украв палатки, фактически оставив без лекарств, так как они тоже были пущены налево. Про падших лошадей уже не вспоминаю, хотя потери просто чудовищные.

Самое паршивое, что всё это делали вполне себе русские офицеры высшего звена, природные аристократы, прикрываясь пронырливыми жидами. Вот у меня и снесло крышу. Но я точно ни о чём не жалею, особенно когда вспоминаю испуганного Непокойчицкого, натуральным образом наложившего в штаны. Получается, бюрократия, перешедшая на какой-то новый уровень паразитирования, неистребима? Она просто на какое-то время затаилась, снизила уровень казнокрадства и выжидала удобного момента. А большая война, со всей её неразберихой и огромным потоком денег, по мнению махинаторов, лучший способ обогатиться. Вот и полезли из всех щелей воры, изголодавшиеся по халяве. И никого не пугает, что всё фиксируется, на местах работают неприметные клерки из ревизионного отдела ЕИВ канцелярии и Государственного контроля. Уж слишком сильна крыша у воров, поэтому они совершенно потеряли меру. Посмотрим, какая будет теперь реакция, когда я не просто разворошил огромное гнездо шершней, но ещё и сунул туда палку с горящей паклей.

— Вы читали мой отчёт, Пётр Андреевич, — выныривая из своих мыслей, отвечаю графу, — Речь идёт о нескольких группах казнокрадов. При этом доказаны факты не только обычных приёмов, когда завышались закупочные цены, вместо нормальных продуктов закупалось гнильё, и интенданты списывали якобы пришедшее в негодность или утерянное имущество. В этот раз происходит какая-то вакханалия, не имеющая никакого отношения к коррупции. Налицо откроенный саботаж и предательство.

— Я ознакомился с отчётом, и сам откровенно поражён вскрывшимися фактами, — грустно вздохнул Шувалов, — Только в таких делах нельзя действовать кавалерийским наскоком. Надо было провести тайное и более тщательное расследование, и после уже накрывать всех фигурантов. А так мы дали шанс многим замешанным привести в порядок бумаги и быстро исправить нарушения.

— Неважно. В любом случае нереально арестовать всех нарушителей. Да и не интересует нас мелкая сошка. Мы взяли главных фигурантов, их вина доказана показаниями подельников и протоколами осмотра складов.

— Проблема в том, что поднялся излишний шум. Слухи уже докатились до столицы и Его Величества. Насколько я знаю, вы отправили доклад на высочайшее имя, я сделал то же самое. Вот только никто не может предвидеть реакцию императора. А ещё, скоро в Одессу прибывает наследник, — опять вздохнул граф, — И это только начало. Есть слухи, что на юг спешит ещё одна важная особа. Так что события могут приобрести совершенно непредсказуемый оборот.

— А что, Его Высочество уже взял Рущук, если может позволить себе покинуть действующую армию? Какой великий полководец растёт, однако, — глумливо усмехаясь, зная, что «бульдожка» до сих пор бьётся лбом о неприступную крепость.

Вернее, там сейчас гибнут сотни русских солдат из-за идиотского командования и невозможности Радецкого повлиять на ситуацию.

— Иосиф, вы неисправимы. Неужели непонятно, что в итоге виновной стороной выставят именно вас? Даже моя протекция и хорошие отношения с княжной Долгоруковой, не могут являться гарантией, что вас не съест эта камарилья.

— Кто кого съест — мы ещё посмотрим. Разрешите пока довести до конца следственные мероприятия. Информация от ревизоров поступает каждый день, и мы чуть ли не сутками её структурируем. Открываются новые цепочки махинаций, которые надо внимательно рассматривать. Появляется очень интересная информация, и она уже касается не канцелярии, а армейской контрразведки.

— Ступайте, граф. Как появится наследник, я тут же вас вызову.

* * *

— Я требую прекратить произвол и немедленно отпустить заслуженных людей на свободу! Это, какое-то безумие! Вы помешались, граф! Кто вам вообще дал право творить подобный произвол? Вся армия растревожена, как муравейник, и не понимает происходящего. Это сказывается на её боеспособности. А ещё вы поставили охранять гауптвахту каких-то наглых наёмников, более похожих на бандитов. Представляете, они пригрозили открыть огонь из митральезы по моей свите и конвою, если мы попытаемся попасть на территорию здания!

В кабинет Шувалова меня вызвали через два дня. В принципе, я был в курсе происходящих событий и ждал посыльного. Только теперь хозяином помещения был не граф, сидевший на гостевом стуле, а наследник. «Бульдожка» весь такой напыщенный, в ярком мундире, обвешанном орденами, наверное, должен был олицетворять истинного воина, коим просто обязан гордиться народ русский. А ещё он разбушевался, сразу накинувшись с обвинениями, как только я переступил порог кабинета.

Кроме Шувалова, в помещении присутствовал военный министр Милютин, срочно вызванный из Бухареста, где была его ставка. Хорошо, что не вытащили Обручева, а то войска остались бы без координатора. Если отсутствие грамотного организатора, коим является Дмитрий Алексеевич — большая потеря, то приезд наследника, наоборот, развяжет руки Циммерману, и Рущук падёт быстрее. После этого можно считать, что война фактически выиграна, так как основная группировка уже оседлала главные перевалы и подошла к Софии. Но у нас здесь своя война, мало касающаяся реальных боевых действий.

— Действую я согласно инструкций и полномочий, полученных от Его Императорского Величества. Это касаемо, на каких основаниях творится произвол. Сразу по вашему приезду, мною был предан доклад вашему адъютанту князю Барятинскому, — начинаю спокойно отвечать после того, как запал «бульдожки» иссяк, — В документе есть перечень свершённых преступлений и список основных фигурантов, кои сейчас находятся под стражей. Я считаю, что пока идут следственные действия, все обвиняемые должны находиться под арестом. В процессе ревизии армейских магазинов и опроса личного состава на местах появляются новые факты преступлений. Поэтому, для правильной работы следствия, подозреваемые нужны в постоянном доступе.

— Он решил! — уже взревел наследник, от этого крика в кабинет даже заглянул адъютант, но тут же закрыл дверь, — Да кто ты такой? Мерзкий полячишка, излишне много возомнивший о себе! Чёртов ростовщик, далёкий от русской армии и её реалий! Какое ты имеешь право арестовывать генералов и даже уважаемых торговцев, помогавших снабжать войска всем необходимым? И объясни, что за инцидент произошёл с австрийским купцом? Почему наши катера потопили его в чужих территориальных водах?

Сука, как же хочется достать револьвер и превратить харю этой свиньи в кровавую маску. Сначала дать ему в печень, затем подсечка, и уже бить и бить! Если этот здоровенный кусок мяса думает, что я с виду такой хрупкий, то он глубоко заблуждается. Мне по силам и не такой шкаф с дерьмом свалить. Так, успокаиваемся и берём себя в руки. Всему своё время, и полячишку с ростовщиком этой курве я точно не прощу. Достаю платок и демонстративно вытираю лицо. Уж слишком сильно брызжет слюной наследник, который сейчас побагровел ещё сильнее. Кстати, слышал, что даже после менее жёстких оскорблений, нанесённых высокопоставленными и царственными особами, офицеры кончали жизнь самоубийством. Я же скорее прострелю башку этому хаму, чем пущу себе пулю в лоб. И он начал понимать, что перегнул палку, сделав два шага назад.

— Повторяю ещё раз. Я — комиссар по особым делам, уполномоченный Его Величеством осуществлять проверки работы тыла русской армии. Также в документе, подписанном императором, есть пункт, по которому мне разрешается задерживать и проводить следственные мероприятия в случае обнаружения вопиющих случаев нарушений и воровства, — наследник попытался возразить, но я его опередил, — Со мной прибыла целая группа, состоящая из сотрудников ЕИВ канцелярии, Государственного контроля, жандармерии и контрразведки. В ходе проведённых действий мы вскрыли целую сеть воров и предателей, что было зафиксировано документально, а все фигуранты дали признательные показания. Материальные доказательства преступлений также запротоколированы в присутствии свидетелей. Естественно, что все основные подозреваемые арестованы. В документе Его Величества не были указаны ограничения чинов, которых нельзя брать под стражу. Поэтому мне совершенно непонятно ваше негодование, и уж тем более оскорбления моей личности.

— И чего вы такого раскопали, граф, что посмели посадить их на гауптвахту? — наследник демонстративно сменил тон на вежливый и опустил свою задницу в кресло, — Наверное, наш герой поймал настоящих шпионов и врагов России, замышлявших что-то страшное.

Шувалов с Милютиным попытку пошутить не поддержали и просто ждали моих слов.

— Если кратко, то нашей команде удалось раскрыть целую сеть воров и махинаторов. Более мелкая группа, возглавляемая братьями Малкиелями, путём дачи взятки интендантскому ведомству, поставила армии пятьдесят тысяч пар сапог на бумажной подошве. Кроме того, эти же ворюги продали десять тысяч овечьих тулупов, пошитых из гнилого материала, который разваливается при одевании. Есть ещё грешки помельче, но мы их пресекли. Общий урон, нанесённый казне, оценивается примерно в пятьсот тысяч золотых рублей, — смотрю, а «бульдожка» слушает внимательно и даже куда-то пропала глумливая усмешка, — Оба брата с помощниками, а также замаранные интенданты, арестованы и дали показания. Факт продажи порченой амуниции зафиксирован, а протокол подписал даже генерал Ганецкий.

Так как народ молчит, то я перехожу к упырям покрупнее.

— Накануне войны в Одессе было создано Товарищество «Грегер, Горовиц, Коган и Ко», целью которого было снабжение армейских магазинов продовольствием и перевозкой грузов для армии. Самое интересное, что необходимости в подобной организации не было, так как интендантство могло самостоятельно заниматься перевозкой грузов. Более того, нет никакой необходимости в поставках продовольствия и фуража, так как всё заранее закуплено военным ведомством. Продукты нужно было только разместить по магазинам и ждать наступления.

— Тогда зачем было нужно это товарищество? — удивлённо спросил Шувалов.

— После начала поставок амуниции, вооружений и продовольствия, вдруг издаётся указ тогдашним начальником штаба армии Непокойчицким о передачи части функций по доставке данному товариществу. Более того, зачем-то эти же господа получили подряд на продовольствие и фураж. А ларчик открывается просто. Махинаторы завозили на склады гнилое зерно и сено, а взамен забирали нормальные продукты. Далее украденное реализовывалось в Румынии, а после начала проблем с едой и падёжом лошадей в армии, продавалось нашим же интендантам с двойной или тройной накруткой. То есть махинаторы подменили нормальный товар, а когда от него начали болеть и умирать люди со скотиной, продали его же втридорога.

— В это невозможно поверить! Как такое вообще могло быть? И куда смотрело ваше ведомство? — воскликнул наследник, — Я сам столкнулся с подобной проблемой, когда на складах оказалось порченое зерно и фураж! Это также сыграло роль в том, что наш корпус не смог сразу взять Рущук.

— Всё очень просто, — отвечаю, раз Шувалов молчит, — Сорок пять процентов акций Товарищества принадлежит генералу Непокойчицкому и его давнему компаньону Грегеру. Более того, эти наглецы даже заключили письменный договор, который мы изъяли и приложили к материалам следствия. Но и это ещё не всё.

— Что может быть ещё ужаснее? — вступил в беседу Милютин.

— Товарищество решило не ограничивать себя только воровством зерна, — усмехаясь, глядя на нахохлившегося «бульдожку», — Гешефтмахеры провернули просто удивительную сделку. Они наняли более тысячи перевозчиков, и банально обманули их. Просто мужики не разобрались с оплатой, и кто будет оплачивать фураж. Товарищество сделало свои дела фактически бесплатно, а затем бросило в Румынии перевозчиков без денег. Люди проработали три месяца, и при этом остались ещё должны. В итоге их пришлось возвращать домой за счёт казны, ну и я им немного помог. А теперь — самое интересное. Кроме продовольствия и амуниции, товарищество перевозило и боеприпасы. При этом вскрылся поразительный факт — именно эти грузы постоянно задерживались и часто приходили до адресатов в ненадлежащем виде. В основном патроны и порох были намочены, или упаковывались ненадлежащим образом.

— Граф, я готов поверить в небольшую часть вашего рассказа. Только не надо обвинять русского генерала в сознательной порче боеприпасов. Это совершенно иное преступление, нежели интендантские фокусы, — прервал мой монолог «бульдожка».

— Непокойчицкий здесь, может, и ни при чём. Но в помощниках у Самуила Горовица ходил некто Шломо Гершель. После допроса выяснилось, что это английский подданный и работник банка Ротшильдов, по имени Сэмуэль Герц, — меня всё больше веселит выражение лиц, управляющих империей, — Именно он с группой лиц занимался саботажем. А ещё наш герой телеграфировал в Вену о путях следования караванов с боеприпасами. Агент английской разведки, находящийся в Австрии, моментально передавал эти сведения османам. К сожалению, англо-жид заболел и недавно скоропостижно скончался, но он успел оставить показания и множество бумаг.

Шувалов после моих слов понимающе улыбнулся. Нет, я не хотел убивать диверсанта, просто уж очень крепкий оказался орешек. Колоть его пришлось быстро, вот сердечко и не выдержало. Наследник находился в какой-то прострации, а вот Милютин явно зол. Ведь все труды министра перечеркнула группа алчных ублюдков.

— Но и это ещё не всё, — решаю добить почтенную публику, — Не буду описывать мелкие махинации, коих набралось два десятка. Все они раскрыты, и арестованные сознались. Есть одно интересное дело, которое явно должно заинтересовать Его Высочество. Перед началом выдвижения армии к позициям, командующему штурмовой артиллерии поступил странный приказ. Перевозкой тяжёлых орудий также должно заниматься вышеупомянутое товарищество. Это при том, что в наличии у командования были новенькие тягачи, облегчающие процесс перемещения осадных пушек в несколько раз. В итоге, план доставки артиллерии был полностью сорван, в ведомстве царил полный хаос, и русская армия потеряла минимум две недели. При этом боевые действия уже шли. Сколькими жизнями простых солдат было заплачено за этот преступный приказ, не знает никто. В самом артиллерийском ведомстве тоже произошло немало странных вещей с подменой продуктов и фуража.

Господа продолжают молчать, значит, пора заканчивать этот цирк.

— Вы возмущались атакой наших катеров на австрийского купца, — обращаюсь к встрепенувшемуся «бульдожке», — Так вот. Один из «товарищей», заручившись согласием главного интенданта армии генерала Росицкого, передал двадцать новейших тягачей, работающих на нефтяном двигателе, австриякам. Данная машина является современной разработкой завода Мальцова и опережает все иностранные аналоги. Потеря не бог весть какая, но попади изделие потенциальному противнику — и условные англичане с немцами смогут усовершенствовать свою технику. Но ведь есть ещё один фактор. Мало того, что таким образом произошёл факт настоящего предательства, так ещё в несколько раз упала скорость перемещения тяжёлых орудий. Потому я и попросил капитан-лейтенанта Дубасова догнать и уничтожить похитителя, коль он не сможет вернуть его обратно. К своей чести, моряки не испугались австрийских пушек и международной огласки. Корабль был подожжён, взорвался и затонул.

В кабинете повисла гнетущая тишина. Не знаю, о чём думает наследник, но Милютин с Шуваловым явно в шоке. Такого поворота они точно не ожидали. Но пора водружать вишенку на торт, дабы стала ясна вся цепочка саботажников и воров.

— Приказы Непокойчицкому, Росицкому и начальнику артиллерии армии отдавал ваш дядюшка Николай Николаевич, — смотрю в круглое лицо наследника, которое вновь начало краснеть, — Именно потому я заменил охрану на гауптвахте и приказал никого туда не пускать. Боюсь, что если мы освободим арестованных, то сразу последует необъяснимая череда самоубийств и несчастных случаев.

— Ну, знаете ли! — наследник опять разъярился, — Может, по-вашему, и моего дядюшку надо взять под арест? Вы сошли с ума, граф! Я тотчас же затребую медицинский консилиум, ибо дворянин не может нести такого бреда.

Слышу, что дверь за спиной открывается, поэтому делаю шаг в сторону, становлюсь вполоборота и кладу руку на рукоять револьвера. Ого! На ловца и зверь бежит. Не менее удивлённым был «бульдожка».

— Дядюшка, представляешь? Здесь один сумасшедший призывает арестовать тебя на основании каких-то диких наветов.

Зашедший в кабинет Николай Николаевич был точно удивлён, но быстро совладал с эмоциями и вперил в меня злобный взгляд.

Глава 16

Великий князь аккуратно закрыл дверь, предварительно отдав какую-то команду своей свите. Далее он подошёл к сидящим под портретом императора племяннику с Шуваловым, и громко поздоровался. Затем, не снижая тональности, произнёс.

— Это кто у нас такой дерзкий и глупый? По приезде в город я наслышался самых жутких историй, и сразу последовал к вам. Даже не стал долго общаться с губернатором и лучшими людьми города, встречавших меня на вокзале, чем несказанно обидел этих достойных людей, — Ник Ник для чего-то разгладил свои роскошные усы, — Судя по слухам, в городе происходит какое-то неслыханное доселе непотребство. Некая тля возомнила о себе слишком много!

Николай вдруг быстро приблизился и вперил в меня свои змеиные глаза. Это он так хочет оказать на меня психологическое воздействие? Наивный чукотский парень. В ответ смотрю на него немного насмешливо и брезгливо, замечая, как у высокородного подлеца задёргалась левая бровь. Судя по всему, напряжён он неслабо и с трудом сдерживает рвущуюся наружу ярость.

— Ты! Как посмел творить подобное? Да я…

Судя по всему, великий князь решил дать мне пощёчину или исхлестать по лицу. Слышал, что он обычно не церемонится в выражениях и подобных изъявлений своей немилости. Шувалов скорее увидел движение, чем услышал щелчок взводимого револьвера. Они действительно думают, что я позволю далее себя унижать? Я уже начал быстро продумывать дальнейшие действия и валить ли заодно «бульдожку». Заодно, бросил взгляд на окно, так как через него лучше всего уходить.

— Отставить! — рыкнул граф, заставив Ник Ника, вздрогнуть от неожиданности, — Юзеф, не усугубляйте ситуацию!

Только сейчас Великий князь обратил внимание, где находится моя правая рука и сразу сбледнул с лица. Его глаза уже не были полны презрения, а в них появился самый настоящий страх. Не привыкли подобные персоны осознавать, что есть люди, плевавшие на их положение. А ещё ублюдок понял, насколько близко оказался к смерти, так как следующие его шаги были неуверенными. Как бы не упал, болезный, от расстроенных чувств.

— Не вмешиваться! — продолжил командовать Шувалов, на этот раз приказ касался офицера свиты, заглянувшего в кабинет.

— Предлагаю всем успокоиться и поговорить спокойно, как здравомыслящие люди, — Пётр Андреевич быстро сменил командный тон и являл собой сплошную любезность, — У графа действительно есть неопровержимые доказательства чудовищных преступлений, совершённых русскими офицерами и рядом гражданских подрядчиков. Что не отменяет весьма резких и опрометчивых действий комиссара Козелл-Поклевского.

— То есть арест офицеров высшего звена и допросы с пристрастием, вы называете резкостью? — насмешливо спросил наследник, быстро пришедший в себя.

Заодно Ник Ник проявил знание о сложившейся ситуации, хотя прибыл в Одессу всего пару часов назад. Понятно, что он прилетел в город именно для того, чтобы защитить подельников и прикрыть собственную задницу. Но мы же благородные и воспитанные люди, поэтому сделаем вид, будто ничего не понимаем.

— Я повторяю, что дело крайне сложное и требует самого тщательного расследования. Юзеф, присаживайся и перестань смотреть на нас волком, — усмехнулся Шувалов, указывая на стул, — Предлагаю принять оптимальное решение, которое успокоит общество.

— Чего здесь думать? — грубовато вставил Николай, уже пришедший в себя, — Достойных людей необходимо срочно освободить. Если вам необходимо проводить далее следствие, то необязательно держать всех на гауптвахте, хватит домашнего ареста. Заодно необходимо сменить следователя, ибо действия этого… нахала просто недопустимы. И не мешало бы допросить жидят, которых граф зачем-то скрывает. Я больше чем уверен, что во всём виноваты именно представители иудиного племени.

Ага! Как только генералов и полковников отпустят, они разбегутся как тараканы, или лягут в госпиталь, изображая смертельно больных. В этом случае развалить дело — вопрос времени. Ну и, естественно, всё повесят на еврейских торгашей, многие из которых могут и не дожить до суда. Ведь именно они основные свидетели и есть их документация, где чётко прописаны все расходные части. Особенно забавно было читать фамилии генералов и полковников, которым полагалась доля с украденного. Иногда подобная педантичность доходит до подобного абсурда. С другой стороны, гешефтмахеры ничего не боялись и были уверены в полной безнаказанности.

— Решено! Я беру дело под личный контроль и назначу нового дознавателя, — произносит Шувалов к явному удивлению Ник Ника, — Арестованные будут проверены сегодня же и условия их содержания улучшены. Но ввиду весьма тяжких обвинений, им лучше находится под хорошей охраной на гауптвахте. Ведь нельзя исключать, что подельники жидов, кои, несомненно, стоят за всеми преступлениями, попытаются устранить столь важных свидетелей. Мы помним недавние события, когда сумасшедшие революционеры совершали покушения и охотились за русскими чиновниками. Никто не мешает убить того же Росицкого под видом террористического акта. Ведь генерал дал весьма важные показания, которые затрагивают вопросы безопасности империи.

— Я не согласен с подобным решением. Более того, вы отстраняетесь от этого дела, и им займётся более компетентный человек. Скорее всего, будет создана комиссия со мною во главе, и мы справедливо рассмотрим всё произошедшее. Графа Козелл-Поклевского и его людей, замешанных в незаконных действиях, необходимо немедленно арестовать, — перебил Шувалова Николай, — Ты согласен с моим решением, Александр?

«Бульдожка» прекрасно понимал, что творится какая-то дичь, но не мог пойти наперекор дяде. Знаете, это даже хуже откровенного предательства, когда ты знаешь о чудовищных преступлениях, но прикрываешь родственника. При этом сам наследник наверняка считает себя честным человеком.

— У вас нет полномочий брать в свои руки следственные действия, — прервал моральные мучения Александра Шувалов, — Дело находится в ведении ЕИВ канцелярии, коею я имею честь возглавлять. Доклад о происшедшем уже отправлен императору, и далее именно я буду нести ответственность за происходящее перед Его Величеством. Вам же настоятельно рекомендуется успокоиться и не тревожить генералитет и офицерство. Во время войны мы должны быть едины и нацелены исключительно на победу. Граф Козелл-Поклевский, после сдачи всех дел, направится в Галац и Плевну, где должен довести до конца начатую работу. Гнилую амуницию и порченые продукты с фуражом необходимо заменить, все нарушения запротоколировать. Также надо обеспечить бесперебойные поставки всего необходимого для наступающей армии. Мы уже осадили Софию, а тыловое обеспечение, как всегда, отстаёт.

— Не много ли вы на себя берёте, Пётр Андреевич? — чуть ли не прошипел Ник Ник, — Отстранить от дела представителя царствующей фамилии — является государственным преступлением. В любом случае я не намерен подчиняться вашим бредням, и буду действовать самостоятельно.

— Повторяю, что я выполняю приказ Его Величества. Коль поступят новые инструкции, то я приступлю к их немедленному исполнению. Но в данный момент вы являетесь инспектором артиллерийского ведомства и не обладаете необходимыми полномочиями. Также убедительно прошу вас не предпринимать действий насильственного характера, так как это может спровоцировать самые непредсказуемые события. Охрана гауптвахты, специальные группы ЕИВ канцелярии и отряды штурмовиков ОКЖ имеют приказ открывать огонь даже при подозрении в попытках помешать их деятельности, — спокойно ответил Шувалов, — Касаемо Его Высочества, то ему лучше последовать в действующую армию, а то доходят новости, что Рущук вскоре должен пасть.

— Вы ещё пожалеете о содеянном и нанесённом мне оскорблении! — Ник Ник резко вскочил с кресла и зацепился шашкой за стол, чем вызвал у меня улыбку.

Я бы и заржал, так смешно было наблюдать, как он борется с тем, чтобы вместе с портупеей не потерять штаны. Но пришлось сдержаться, дабы не казаться откровенным хамом. Полный ненависти взгляд, которым окинул меня Великий князь перед уходом, окончательно расставил все точки над Ё. Наследник сохранял спокойствие и даже попрощался перед уходом.

Через некоторое время после ухода высокородных особ Шувалов будто сдулся. Он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Далее, всё так же молча, граф достал из шкафа бутылку коньяка с двумя стопками. Я обычно подобные напитки не одобряю, но и сам чувствую необходимость подобной разрядки. Мы быстро опустошили рюмки и уставились друг на друга.

— Юзеф, ты понимаешь, что у нас фактически нет шансов? Но и мерзкое поведение этого индюка я просто так не оставлю. Но всё равно не жалею о принятом решении, — сумбурно произнёс граф.

— Подобные вещи надо выкорчёвывать с кровью и выжигать калёным железом. Понятно, что брат царя и самые высокопоставленные фигуранты не пострадают. Но мы обязаны сделать всё, чтобы дело дошло до суда и получило самую широкую огласку. Как бы этот вор ни выкручивался, будет нанесёт непоправимый вред его репутации, и он станет политическим трупом, — спокойно отвечаю начальству, — Воровство, саботаж и работа на иностранные разведки — вещи, которые не прощаются. Понятно, что всё будет зависеть от решения Его Величества, но я предприму определённые действия уже сейчас, и он будет вынужден дать делу ход.

— И что вы надумали? — усмехнулся Шувалов, наливая по второй порции, — Я даже не представляю, что можно сделать.

— Всё очень просто. Уже завтра в австрийской, германской и французской прессе выйдет ряд статей, описывающих чудовищные махинации в русской армии. Заодно, журналисты от души поиздеваются над нашими порядками и свяжут происходящее с проблемами действующей армии. А ещё там будет откроенное обвинение брата царя в воровстве и махинациях.

— Вы не посмеете! — Пётр Андреевич чуть не поперхнулся выпитым коньяком.

— Уже! — усмехаюсь в ответ и выпиваю благородный напиток одним глотком будто водку.

— Сумасшедший! — граф обхватил голову руками и надолго задумался.

— В конце концов, эти безобразия пора прекращать. Если в этом помогут иностранные газетчики, то почему нет? Наше общество всегда испытывает нездоровый пиетет перед Европой, и в кои веки подобное лебезение может принести пользу, — видно, что Шувалов принял решение и даже повеселел, — Только прошу вас выполнить мой приказ. Завтра же отправляйтесь в армию. И ещё. Постарайтесь, чтобы Николай Николаевич случайно не погиб от шальной пули или нападения банды башибузуков. Он вроде тоже собирается посетить войска и будет сопровождать наследника к Рущук.

* * *

— И чего вы добились, граф? Много шума, но структурно ничего не изменится.

Сижу в доме, который занимает Ганецкий, и пью неплохой чай. После целого марафона по складам и магазинам, пришлось немного снизить активность из-за непрекращающихся ливней, превративших дороги в кашу. Намучились мы изрядно, и вот впервые за три недели удалось предаться безделью. Вернее, отдохнув денёк, группа дружно приступила к приведению в порядок документов.

Сразу после достопамятного разговора с Романовыми, я сдал все дела помощнику Шувалова, заодно оставил ему пятнадцать надёжных людей под командованием Янки. Пырх прибыл в один день с Ник Ником и привёз долгожданное подкрепление. Далее, он поручил инструкции и занял с ребятами гауптвахту. Там теперь было целых три кольца охраны — собственно караул, группа жандармов и моё СБ. С учётом наличия у моих ребят двух пулемётов и сотни гранат нового образца, которые ещё не поступили на вооружение русской армии, то штурмовать губу придётся силами полка при помощи артиллерии. Даже самоуверенный ВК не пойдёт на такое безумство и попытается решить проблему с помощью интриг.

Пока одесское общество отмечало одновременный визит двух представителей правящей фамилии, наш отряд максимально быстро покинул город. Два дня заняла дорога до Бухареста, и ещё около полутора суток мы добирались до Рущука. Основной задачей на данный момент я поставил систематизацию нарушений и нестроевых потерь, вызванных махинаторами. Мне нужна информация от всех корпусов, поэтому мы начали со ставки наследника, который сейчас веселился на балах и прочих маскарадах, устроенных в его честь одесситами.

Циммерман встретил меня суховато, вернее, наш отряд не пустили даже в расположение лагеря. При этом вечером к нам пожаловала парочка офицеров, передавшая список с полной информацией. Такого подарка я просто не ожидал. Видать, многих генералов достал беспредел интендантов, и они откликнулись на мои запросы, высланные ещё две недели назад. Напрямую сотрудничать с нашей группой Аполлон Эрнестович не решился, скорее всего, боялся неадекватной реакции наследника. Но помог он знатно.

Кстати, пока «бульдожка» отсутствовал и со своей многочисленной свитой не учил Циммермана воевать, тот всерьёз подготовился к штурму Рущука. В итоге, через четыре дня, после кровопролитного боя, твердыня пала. Это значит, что путь на черноморское побережье был полностью открыт, чем генерал не замедлил воспользоваться. Одновременно Нижнедунайский отряд, давно уже захвативший Северную Добруджу, тоже стремительно двинулся на юг.

Но все эти события проходили мимо меня. Наша группа усиленно перелопачивала склады, магазины, проверяла идущие обозы, опрашивала интендантов. В общем, шороха мы навели немало и носились как угорелые по прифронтовой полосе. Пару раз натыкались на небольшие отряды неприятеля или какие-то местные банды, и пришлось немало пострелять. Через две недели подобных скачек мы добрались до основных складов и провели окончательную проверку. А затем начался дождь, погода резко ухудшилась, и нам пришлось заняться бумажной работой.

За это время я сблизился с Ганецким, который стал регулярно приглашать меня на чаепития. Вначале мы обсуждали ситуацию на фронте и просто привыкали друг к другу. Далее перешили на другие темы, в том числе современные вооружения и тактика, даже мусолили некоторые политические вопросы. Генерал оказался образованным и умным человеком. Давненько я так отлично не проводил время. Иногда надо просто остановиться, переключится и просто побездельничать. А то последние тринадцать лет я мечусь, как белка в колесе, и всё равно ничего не успеваю.

— Ведь всё зависит от нас, Иван Степанович, — отвечаю собеседнику, параллельно намазывая варенье на кусок хлеба, — Мы сами допустили ситуацию, когда воры и казнокрады стали безнаказанными.

— Посмею с вами не согласиться, — хитро улыбнулся Ганецкий и пригладил свою аккуратную бороду, — Генералы и офицеры — люди подневольные, и их главная задача — выполнять приказ. А если учитывать, что многие аферы идут с молчаливого согласия или даже при участии высокопоставленных персон, то как мы можем на это повлиять? Сам я не ворую и пресекаю подобные явления среди своих подчинённых. Но даже мне не всегда удаётся приструнить интендантов и особенно гражданских подрядчиков.

— Всё из-за странного и нездорового чистоплюйства, по ошибке считающимся понятием офицерской чести. Приведу вам несколько примеров, — делаю глоток чая и продолжаю, — Начнём с самых низов. Почему офицер не может просто взять и пристрелить подлеца-казначея, удерживающего часть его жалованья? Канцелярия это нездоровое явление практически устранила, но ранее оно было широко распространено и до сих пор встречается в отдалённых гарнизонах. Или как понять командира полка, который фактически не вмешивается в работу интенданта? Я уж молчу про подонков, которые вступили в преступный сговор. Но многие офицеры считают ниже своего достоинства разбираться в деталях поставок имущества и продовольствия во вверенную ему часть. Суворов не считал это уроном своей чести, а вот его наследники излишне щепетильны. Теперь к самому главному. Многие офицеры и генералы — обыкновенные трусы!

— Граф, я бы попросил вас выбирать выражения! — аж встрепенулся собеседник, — Трусов в императорской армии нет, на передовой уж точно и к таковым относятся исключительно с презрением.

Ага! Проняло!

— А я говорю про недавние события. Вы хотя бы примерно представляете возможные потери русской армии, если бы наша группа не вскрыла сей нарыв? Ведь кроме гибели людей от гнилой еды, начались бы массовые заболевания из-за проблем с амуницией. Ведь скоро наступят холода, а солдатам раздали сапоги из бумаги и разваливающиеся шинели. Более того, махинаторы целенаправленно задерживали подвоз продовольствия, и главное — боеприпасов. В итоге армия не достигла бы даже половины нынешних рубежей, при этом нестроевые потери могли составить до пятой части личного состава.

— Эк, вы махнули, — усмехнулся генерал, — Но даже если это так, то при чём здесь храбрость русских офицеров?

— Вам надо было не записочки и жалобы вышестоящему начальству писать. Должен был найтись человек, который взял бы за горло представителей товарищества и связанных с ними интендантов. Но вы боитесь, потому что знаете об их связи с Непокойчицким, который, в свою очередь, выполняет приказы брата императора, — а генерал-то заелозил под моим гневным взглядом, — Нам просто повезло, ведь ревизорам удалось вскрыть махинации до наступления холодов. Страшно представить последствия, не раскрой мы факты воровства и саботажа. При этом многие генералы и офицеры всё прекрасно знают, но ограничиваются записями в дневниках и редких рапортах. Я считаю это трусостью и подлостью.

— И что? По-вашему, офицеры должны были расстреливать всю эту сволочь? — резко спросил генерал.

— Именно так. Вам бы всё равно ничего не было, кроме увольнения. Ладно расстреливать, но большинство даже не подумало обратиться к представителям ЕИВ канцелярии. Мы у офицеров проходим вроде жандармов и считаемся людьми недостойными. Пусть народ гибнет, но офицерская честь не должна пострадать.

— Вы постоянно говорите о гибели, нестроевых потерях и болезнях. Но ведь всё завершилось хорошо. Чего вам ещё надо? — чую, что более у нас не будет совместных чаепитий с Ганецким.

— По самым примерным подсчётам, от отравлений гнилым зерном в армии умерло тысяча восемьсот человек и ещё более семи тысяч госпитализировано. Из-за сапог с бумажной подошвой более пятисот солдат получили различные травмы ног и также находятся на излечении. Задержка боеприпасов, спровоцированная товариществом, привела к огромным потерям при штурме Плевны, где ощущался снарядный голод. Точное количество жертв я указать не могу, но думаю, речь идёт о тысяче воинов. То же самое касается боя за Систов. Именно вы и подобные вам виновны в невинных жертвах не менее, чем воры и одна высокородная сука, их прикрывающая. Прощайте!

Выхожу на улицу, где всё так же поливает мерзкий дождь, и направляюсь в сторону, выделенного нам здания. Хорошо хоть кому-то пришло в голову положить доски на дорогу и сделать деревянный вариант тротуара. Лагерь жил своей жизнью, вернее, готовился ко сну. Днём здесь кипит жизнь, несмотря на отвратительную погоду.

Жалею ли я, что сорвался и обвинил генерала в трусости и потворстве саботажникам? Точно нет. Именно с молчаливого согласия высшего офицерства и генералитета, часть из которого банально получает долю, происходят подобные явления. У того же Скобелева на закавказском фронте подобных проблем нет. Может потому, что за ним стоит фон Кауфман, который железной рукой пресекает всякие непотребства. И именно поэтому «белый генерал» уже взял Эрзурум, наводя панику на султана и сераль. Даже европейцы, увлечённый франко-испано-американской войной, вдруг зашевелилась, потому что никто не ожидал таких стремительных действий русской армии.

Но меня опять не касаются глобальные события, есть более насущные дела. Послезавтра придётся выезжать в Одессу. Наша работа фактически завершена, бракованные продукты изъяты, логистические процессы находятся под контролем специальных людей из канцелярии и Государственного контроля. Не сказать, что всё работает как часы, ведь обычного русского бардака никто не отменял. Только интенданты получили такого пинка, что бегают как ошпаренные и чуть ли не лично везут горячее питание солдатам на позиции. Утрирую, конечно, но ситуация более или менее нормализовалась.

* * *

Ненавижу я эти Балканы! Дороги отвратительные, ещё и разбитые постоянным перемещением больших групп людей и повозок. И этот мерзкий дождь! В сторону Никополя мы выехали, как стало светать. Шагах в пятидесяти двигался небольшой дозор, далее ехали мы с Фредди и основной отряд, позади два наших возка с гражданскими ревизорами и документами. Двигались не особо быстро, хотя дорога на север была пуста. Навстречу нам проезжали редкие повозки, и один раз проскакали десяток казаков, явно патрулирующих территорию.

— Вы не боитесь, что дело закончится совершенно иначе? — Фредди продолжил вчерашний разговор, — Ведь нас могут обвинить в произволе и даже военном мятеже, а главнее виновники выскользнут сухими из воды.

— В России меня давно ничего не удивляет, друг мой, — улыбаюсь, глядя на закутавшегося в плащ немца, постоянно чертыхающегося на дурную погоду, — Но мы целенаправленно выстраивали систему управления нового образца. Уже выросло целое поколение молодых чиновников, которые идут на государственную службу, дабы помогать стране, а не набивать карманы. Да и общественное мнение удалось сильно изменить. Ныне удачливый мздоимец получает свою порцию презрения от прогрессивной публики. К сожалению, отрыжка в виде старых воров, засевших во власти, ещё долго будет мучить организм под названием Россия. Самое отвратительное, что основными ворами являются братья царя. То есть люди фактически неподсудные и разлагающие все наши здравые начинания. Я именно поэтому вскрыл этот нарыв, вызвав на себя гнев многих влиятельных людей, потому что нет иного выхода. И всё сделано не зря. По крайней мере, в беседах с офицерами многие меня хвалили и обещали впредь бить по рукам распоясавшихся мздоимцев. Плохо, что генералитет в массе своей подобных веяний не поддерживает.

— Думаю, вскоре и генералы запоют по-иному, — хохотнул немец, — После таких заголовков в австрийской и французской прессе, многим придётся оправдываться, уходить в отставку и получить бойкот в приличном обществе. Хорошо бы ещё довести часть дел до логического завершения и жестоко покарать виновных. Но здесь я склонен сомневаться. В лучшем случае сдадут несколько пешек из интендантского ведомства, а в худшем всё повесят на жидов. А те, в свою очередь, откупятся наворованными деньгами, получив небольшие сроки.

Подобные мысли тоже не дают мне покоя. После вскрытия беспрецедентных хищений во время Крымской войны, фактически никого не наказали. Здесь тоже всё может закончиться подобным образом. Хотя, у многих высокопоставленных воров сейчас хорошенько подгорают жопы. Ход с европейской прессой дал отличный результат. Армия уже бурлит и откровенно издевается над рядом персон. Один только заголовок в Фигаро «Принц и его генералы на службе еврейских торгашей» стал сродни разорвавшейся бомбе. Австрийцы тоже неплохо отличились, указав фамилии мздоимцев, которые вместе с жидами разворовывали военные магазины. Лично мне больше понравились пруссаки. Берлинские газеты никого не обвиняли, а просто написали, что подобную армию, коей сейчас является русская, может разбить всего пара корпусов под командованием фон Мольтке. Думаю, император эти статьи прочитал и у него подгорает не меньше. По крайней мере, есть надежда, что воров отправят в отставку, а Ник Ник поедет губернатором в Семипалатинск.

Передовой дозор почему-то не обратил внимания на телегу со сломанным колесом, которое пытался поменять один болгарин. Нагружена она была стандартными мешками с овощами, которые местные охотно везли в тыл русской армии. Меня смутил второй фигурант, усиленно прячущий взгляд под бараньей шапкой и делающий какие-то пассы руками. А ещё рядом с телегой располагался высохший ручей и несколько крупных камней, за которыми было легко укрыться. То, что это засада понял и Фредди, но его крик остался без результата. Второй фигурант поджёг бикфордов шнур и быстро нырнул за камни.

Вспышка и далее ощущаю дикую головную боль, лёжа на спине, пытаюсь вздохнуть, и не могу. Темнота.

Глава 17

— Спасибо вам, Николай Иванович, — с трудом произношу благодарственные слова, — Если бы не вы…

— Полноте, граф, — машет руками русский гений, — Вот благодаря вашей деятельности удалось спасти тысячи жизней русских солдат. Думаете, что я не знаю, кто за свой счёт поставил в армию сотни мобильных госпиталей, тысячи пудов лекарств и перевязочных материалов? А сколько докторов и санитаров завербованы на ваши средства? Молчу уж про это новое чудо-средство, которое сродни живой воде. Я же просто случайно оказался рядом и сделал свою работу. Поверьте, в расположении армии хватает талантливых хирургов, которые умеют оперировать не хуже меня. И опять надо сказать вам огромное спасибо за организацию кафедры, где я преподавал и готовил военных медиков.

Пару дней назад я почувствовал себя более или менее нормально. Ранее сознание приходило временами и произвольно меня покидало. В общей сложности мне пришлось проваляться в беспамятстве пять дней. Сложная контузия, ещё и многочисленные осколочные ранения, наслаивались на сломанную ногу. Лошадь подо мной убило мгновенно, и я не успел с неё спрыгнуть.

Вот теперь лежу в небольшой усадьбе под Никополем, которую тщательно охраняют мои люди. Фредди тоже получил лёгкие ранения, но не обратил на них внимания и сразу развил бурную деятельность по моему спасению с последующей поимкой заказчиков нападения. Сначала немец доставил меня в ближайший госпиталь, где, по счастливой случайности, оказался Пирогов. Собственно Николай Иванович спас меня, как и ещё трёх раненых бойцов. Печально, что двое охранников погибло. Понятно, семьи получат пенсии, и я позабочусь о сиротах, дабы они получили достойное образование или профессию, но людей это не вернёт.

Что касается Пирогова, то он лично наблюдал за мной пять дней и только потом разрешил переехать в усадьбу. Здесь за мной следил специально нанятый санитар, менявший повязки и выносивший продукты жизнедеятельности. И вот через неделю усадьбу посетил великий врач, осмотревший мои раны и констатировавший, что пациент идёт на поправку. Вот только голова и сломанная нога болят просто чудовищно, но я принципиально не гашу боль при помощи опиатов. Зато попросил привезти мне костыли нового образца, коими я сам и снабдил русскую армию. Думаю, что через пару дней надо начать ходить, иначе мышцы совершенно атрофируются.

С Пироговым удалось душевно пообщаться. Вернее, больше говорил доктор, описывая текущие дела во вверенном хозяйстве. Надо сказать, что Никола Иванович, возглавивший всю систему госпиталей задунайской армии, оказался на своём месте. Исходя из ресурсов, которые ему подкинул я и неравнодушные коммерсанты, служба по спасению и реабилитации русских воинов намного опередила своё время. По крайней мере, можно поставить себе в заслуги не только удачное ведение боевых действий, но и выживание тысяч людей. Значит, уже не напрасны были все мои многолетние труды. Главное — Пирогов вознамерился закрепить текущую ситуацию на постоянной основе. То есть создать систему, в чём его полностью поддерживает командование войсками и Милютин.

Монотонный рассказ хирурга сработал лучше любого снотворного, и я не заметил, как уснул. Следующие два дня были посвящены попыткам начать ходить, но сразу мне этого не удалось. Пришлось вспоминать некоторые моменты, как реабилитировались люди после серьёзных ранений и долгого лежания. Вот и я занимался специальными палками, поднимал здоровой ногой привязанный камень, стараясь не потревожить раненый бок и плечо.

* * *

Фредди появился неожиданно, на пятнадцатый день после неудавшегося покушения. Немец был бледен, явно сильно вымотавшись, но при этом довольный донельзя. После того как глава СБ привёл себя в порядок и быстро перекусил, мы сели беседовать в помещение, которое выполняло роль моего кабинета. Пока я не могу уделять достаточного времени делам, мне даже пройти десяток метров проблематично, но постепенно вникаю в происходящие события. Одна только супруга с роднёй присылают по телеграмме в день, на которые надо обязательно ответить. Заодно я попросил одного из охранников читать мне русские и помогать просматривать европейские газеты, так как самому мне делать это сложно. Именно головная боль донимает больше всего, даже перелом перестал сильно беспокоить.

Но сегодня у меня точно хватит сил выслушать доклад, так как Фредди, похоже, довёл расследование до конца.

— Как мы и предполагали, заказчиком нападения является Ник Ник. Доказать сей факт напрямую невозможно, но через цепочку посредников я вышел на казачьего есаула Пронина. Сей господин выполняет особые поручения полковника Скалона, адъютанта Его Высочества. К сожалению, взять и допросить донца в Одессе не получилось. В городе очень серьёзно относятся к безопасности, и патрули контролируют все главные улицы. Есаул же перемещается строго со своим десятком и большую часть времени проводит в казарме. После достопамятного нападения на гауптвахту, комендантские войска в городе очень нервные и подозрительные.

Да, после моего отъезда произошёл забавный случай. Место содержания высокопоставленных воров было атаковано неизвестным отрядом. Диверсантам удалось быстро уничтожить караул и неплохо потрепать жандармский отряд, но свою роль сыграло наличие пулемёта у моих людей и их бдительность. В итоге — девять убитых бандитов и одиннадцать охранников, не считая семи раненых. Из нападавших живыми взять никого не удалось. Косвенные данные указывали, что это действовали кубанцы, чуть ли не пластуны. Скорее всего, их наняли заранее по станицам и тайно привезли в город. Тут волей-неволей начинаешь задумываться, насколько я недооценивал противника.

Нападение наделало немало шума, и Одесса сейчас напоминает крепость на осадном положении с очень жёсткой пропускной системой. Зато нападение сыграло злую шутку со шпионами, контрабандистами и прочими мутными персонажами. Людям Шувалова, контрразведке и жандармерии удалось выловить целых семь самых настоящих агентов иностранных разведок и вскрыть несколько преступных сетей, возглавляемых греческими бандитами. Рыбёшки помельче наловили чуть ли не под сотню. Граф никогда всепрощением не страдал и вознамерился казнить лидеров преступных групп по законам военного времени. Остальные, кроме господ шпионов, готовятся осваивать восточные рубежи империи. Всё-таки, какая отличная штука — трибунал, который мы придумали ещё с Муравьёвым. Плохо, что родственников царя нельзя предать этому весьма гуманному органу.

— Будете допрашивать двух посредников и непосредственного участника нападения? — продолжил Фредди, — Последний как раз оклемался от ран, но ничего путного рассказать не может. Обычный разбойник, из дезертиров, ранее действовал больше в Бессарабии. Посредники того же поля ягоды, один — корчмарь в Румынии, а второй держит лавку в Одессе. Протокол допроса я вам передал.

— Не хочу тратить время, — отвечаю, немного подумав, — Всех в расход, но только не засветись. Есть вероятность, что за нами следят. Напрямую в усадьбу никто не полезет, слишком много рядом войск. Но если нас подловят на чём-то противозаконном, то вся проделанная работа станет бессмысленной. Я просто не отмоюсь и буду отстранён от высшего общества.

— За это не переживайте, — усмехнулся Фредди, и налил себе полный бокал вина, — Что мы будем делать дальше?

— А какие у нас варианты? Шувалов забрал дело в свои руки, и лезть туда бессмысленно. В столице идёт своя игра по освобождению генералов, на это мы тоже не можем повлиять. Граф прислал телеграмму, чтобы я выздоравливал и пока не высовывался — мол, лучше мне оставаться в Никополе, — аккуратно перемещаюсь в кресле, дабы не потревожить бок, — Армия вряд ли будет вести крупные наступательные операции зимой, да и турки укрепили оборону. Кое-какие города мы захватим, но сильно продвинуться не получится. Султан перебрасывает значительные силы с сербского и черногорского фронта, фактически бросив Боснию. Ему хватит нескольких корпусов, чтобы сдержать наших союзников в Санджаке и не дать черногорцам наступать на юг. Да и вообще, сам ход грамотный. Сейчас братья-славяне кинутся делить Боснию. На эти земли разевает пасть Вена, что запутывает ситуацию, и делает её совершенно непредсказуемой. Поэтому наша основная задача — продолжить нейтрализацию Австрии, так как она единственная реально готова вступить в войну. Ну, и наши европейские дела никто не отменял. Чую, что в следующем году никто не даст России действовать столь же стремительно. Уже сейчас начались шевеления со стороны Англии и даже Германии. Значит, буду заниматься здоровьем и делами. А далее просто ждём развития ситуации.

— Тут есть ещё одна интересная новость, — каким-то извиняющимся тоном произнёс немец, — Моя вина, что не удалось вовремя проверить поступившую информацию от нашего агента. Сторонники наследника, внутри «Священной дружины», создали хорошо законспирированную боевую организацию — вернее, сразу две. Повезло, что наш человек попал в одно из этих подразделений. Сама структура предполагает непосредственно боевые отряды, которые сейчас активно тренируются под видом охраны трестов, чьи хозяева входят в «дружину». Также есть штурмовые группы, состоящие из бывших военных и казаков. Думаю, именно один из этих отрядов атаковал гауптвахту. Секретность в этой новой организации на самом высоком уровне. Она делится на ячейки из пяти человек, которые знают только своего непосредственного командира, и используют псевдонимы. Наш человек возглавил одну из пятёрок, базирующуюся в Москве, поэтому располагает большей информацией. Кроме своих бойцов, он знает только старшего координатора. Думаю, тот ведёт дела трёх — пяти отрядов, не больше. Если боевые отряды, на виду и действительно ведут охранную деятельность, то штурмовые группы — совершенно иная система. И я не уверен, что о них знают все высшие руководители «дружины».

А вот это уже очень интересно и требует самого вдумчивого анализа. Не удивлюсь, что даже ЕИВ канцелярия и жандармы упустили создание подобной структуры. Задумка-то простая как пять копеек — напоказ выставляется актив дружинников, состоящий уже из десятков тысяч человек и охранные отряды, вроде не особо опасные. Внутри же создаётся мобильная и хорошо обученная организация штурмовиков. Пусть их пока несколько десятков, но, при грамотном руководстве, они могут натворить немало бед.

— Ты понял, что они сделали? — задаю вопрос немцу, после долгого раздумья.

— Да. Руководство «дружинников» может использовать штурмовиков под видом террористов и начать уничтожение неугодных чиновников. Подставить какого-нибудь молодого фанатика и повесить на него убийство — не проблема. То есть — формально студент, исповедующий радикальные взгляды, готовит теракт, бросает бомбу или стреляет в нужного человека, а отряд прикрытия выполняет основную работу и доводит дело до конца. Не удивлюсь, если наши «друзья» давно готовят карманные тайные общества из недобитых социалистов и новых адептов. Чувствуется, что над этим планом поработал кто-то из жандармерии, или иностранная разведка. Те же французы достаточно успешно громят анархистов, несмотря на всю нашу помощь. И они давно используют внедрённых агентов и могли хорошо изучить структуру террористов изнутри. Я бы не стал исключать англичан, хотя они обычно работают более топорно. Зато на их стороне вековая вербовка агентуры. Мы неплохо зачистили госаппарат в последние годы, но наверняка среди чиновников хватает затаившихся агентов и просто сочувствующих, особенно когда им хорошо заплатят соверенами.

Если сложившуюся ситуацию понимает далёкий от деятельности спецслужб Фредди, то почему при последнем разговоре Лосев ни словом не обмолвился о подобных раскладах? Не знал? Чего-то я слабо верю, что жандармы не отслеживают подобные явления, даже если их крышует Ник Ник. Красников больше занимается вопросами казнокрадства, поэтому мог и не знать о происходящем. Но товарищ главного жандарма столицы? Вопросов больше, чем ответов.

— Бросай все силы на получение любой информации о штурмовиках и не жалей финансов. Нет такой крепости, которую невозможно взять при помощи осла, гружённого золотом. «Дружинники» — не сектанты, а весьма аморфная структура. Даже при наличии нескольких грамотных людей и соблюдении секретности, найдутся болтуны, владеющие знаниями о внутренней кухне организации, — опять меняю положение в кресле, так как начало подёргивать раны в боку, — Если не удастся получить сведения при помощи денег, то планируй силовую акцию. Переговори с ребятами Шувалова, наверняка они смогли установить личности хотя бы нескольких нападающих. Значит, далее действуем по цепочке — родственники, друзья, последнее место службы и круг общения. Выявляем более-менее значимую фигуру и потрошим её по-жёсткому. Мнится мне, что данные господа задумали, что-то весьма глобальное. При этом из-за своей алчности Ник Ник чуть не открыл все карты. Ну не идиот ли?

Некоторое время мы помолчали. Далее зашедший санитар принёс лекарство, осмотрел мои повязки и попросил прилечь, дабы не перенапрягаться. Но у меня было ещё одно дело.

— Давай лучше о хорошем. Как наши дела в Австрии? Даже в венских газетах периодически проскальзывают нотки истерики, а французские и берлинские пишут в открытую, что двуединую монархию изрядно трясёт.

— Так точно! Ваш план полностью удался. Раскол в венгерском лагере необратим, и две группировки стали на путь откровенного радикализма. Позиции Дьюла Андраши и его унионистов поддерживает не более половины мадьярского общества. К активной террористической борьбе, кроме республиканцев, присоединилась Крестьянская партия. Крупные волнения в Хорватии, Далмации и Галиции, где всё дело идёт к открытому восстанию. Как всегда, неспокойно в Венецианской области. Вена вынуждена держать там внушительные военные силы, — каждое слово немца было бальзамом на мою душу, — Как вы и предполагали, началась культурная революция в Богемии, Моравии, Силезии и словенских землях Венгрии, что-то похожее происходит в Каринтии. Тамошние славяне требуют официального установления двуязычия, прекращения препятствий обучения и печати газет на родном языке, а главное — больше независимости местным сеймам, которую отняли в ходе реакции 1853 года. В Галиции, Буковине и Закарпатье также поставлен вопрос об отмене выкупных платежей, что встречено в штыки польскими и венгерскими помещиками. Ещё и Генеральный штаб империи начал метаться в попытках раскидать военные части по новым местам базирования, что вносит дополнительную сумятицу. Ведь у этих идиотов полки формируются по национальному принципу и служат подальше от места рождения солдат. Ну, и наша провокация с Ротшильдами дала неожиданный результат. Еврейские погромы идут по всем не немецкоязычным землям империи. Особенно усердствуют венгры и галичане.

Вот что значит аморфное государство, веками формировавшееся по весьма глупым принципам. Ещё и во время восстания 1848 года австрийские власти умудрились перессорить ряд народов империи. Более того, тем же галичанам и русинам пообещали освобождение от крепости и фактическую автономию, лишь бы они выступили против венгерских и польских помещиков. В итоге, подавив восстание — больше с помощью русских войск — Франц Иосиф стал постепенно отнимать власть у окраин, заодно нагло их обманывал, не выполняя обещания. Огромные выкупные платежи повесили на крестьян, многие из которых остались без земли, чем изрядно озлобили народ. И здесь появился Коля Смирнов со своим послезнанием, пиар технологиями будущего, огромным бюджетом и полным отсутствием жалости к предателям.

Двуединую монархию мы начали раскачивать сразу по нескольким направлениям. Поддержка сепаратизма в виде просветительской деятельности и культурного подъёма среди славянских народов стала одним из важнейших инструментов моего плана. Особое внимание мы уделили венгерскому национализму, так как после унии, основными её выгодоприобретателями стали помещики и крупная буржуазия. При этом крестьян после отмены крепостного права буквально ограбили, особенно пострадали славянские земли. Плюс мы начали создавать радикальные боевые ячейки, целью которых была полная независимость Венгрии. Сейчас именно они и итальянские карбонарии устроили фактическую герилью против австрийских чиновников и буржуазии.

Против последних мои агенты работали особо тщательно. Очернение и откровенные лживые обвинения главных финансистов страны стали главной задачей мощной пиар- кампании. Подпольные газеты и листовки скрупулёзно разоблачали все аферы и махинации банкирского дома С. М. фон Ротшильд и их союзников. Особое внимание уделили воровству и завышению подрядов при строительстве железных дорог, которые были полностью в руках этого семейства. С учётом большого количества жертв среди простых строителей, ненависть к евреям, которых олицетворяло несколько самых богатых семейств империи, росла в геометрической прогрессии. В итоге, после появления слухов, что новый глава клана — Натаниэль фон Ротшильд — предложил правительству купить выкупные платежи, по которым хватало недоимок, то западная часть империи буквально полыхнула. Люди прекрасно понимали, что в этом случае придётся заплатить в разы больше нынешнего долга. Всё это удачно легло на информацию о финансовых аферах в Венгрии, что добавило керосина в огонь. Теперь никому уже неинтересно, правдивыми оказались слухи, или нет — массовые еврейские погромы охватили значительную часть Австро-Венгрии. Подобные явления не могли не остаться без реакции, и Франция с Англией весьма жёстко выразили свои протесты. Так что возможен ещё и дипломатический кризис.

Что касается остальных земель, то наиболее сложная ситуация сейчас в Венецианской области. Местные карбонарии в открытую поддерживаются Италией и давно заявили о начале вооружённой борьбы по присоединению к исторической Родине. Кстати, именно через эти земли, Триест и Далмацию, идёт основной поток контрабанды оружия и революционной литературы.

До недавних пор достаточно спокойно было в хорватских банах. Но и здесь глупая политика Вены сыграла свою роль. После венгерского восстания австрийские власти сделали всё возможное, чтобы рассорить хорватов с венграми. Нужного результата они добились, но при этом пробудили достаточно мощный рост национального самосознания южных славян. А после объявления того, что при разделе Боснии и Герцеговины тамошние хорваты получат автономное княжество в составе Сербии или даже России, регион сразу возбудился. Теперь уже речь идёт о едином государстве Хорватии, Славонии, Краины и Далмации. Подобная идея буквально завоевала сердца всех южных славян Австро-Венгрии.

В этом вопросе необходимо поработать нашим дипломатам, о чём я уже написал Шувалову. Сербов и хорватов лучше разъединить от греха подальше, закрепив границы между двумя новыми государствами. Кстати, в этом случае у Сербии появится шанс получить часть Адриатического побережья, так как в Южной Далмации их проживает достаточно много. Как вариант, можно обменяться населением и частью земель. Многоходовка планируется монументальная, но вполне реализуемая.

Самое забавное, что Австро-Венгрия до сих пор достаточно мощное государство, но с абсолютно запутанной внутренней политикой. Сейчас Вена готовится жёстко подавить очаги мятежей и бунтов. Надеюсь, что это выльется в самую настоящую гражданскую войну, или хотя бы массовую герилью уже во всех провинциях. Главное — путём подобных манипуляций, миллиона рублей золотом и работой трёх десятков агентов, удалось вывести из игры столь мощную региональную державу. Вернее, всё к этому идёт. До победы ещё далеко.

Кроме внутренних проблем, у Франца Иосифа появились две внешние. На границе с Галицией встала резервная русская армия, недавно проведшая масштабные манёвры. При этом наши полки собираются находиться в регионе ещё как минимум год, что сильно сбивает экспансионистские планы Вены. Это небольшая страховка Александра на случай, если австрияки захотят повторить ситуацию двадцатилетней давности. А ещё в европейской прессе недавно разразился новый скандал. Некто Николо Локи с уверенностью объяснял тамошней публике, что Бисмарк под шумок решил аннексировать Богемию. Мол, пока Франция занята войной с САСШ, Россия увязла в Турции, а Англия гадит обеим державам, у Берлина появился уникальный момент без боя забрать один из самых развитых промышленных центров мира.

Австрийцы буквально встали на уши и выразили протест ничего не понимающим германцам. К переговорам тут же подключились англичане, пригрозившие блокадой немецких портов и отрезанием Германии от африканских колоний. Хорошо бы, чтобы ситуация дошла до крупной ссоры.

В общем, события сейчас меняются каждую неделю, и уже сложно предсказать, чем всё закончится. Конечно приятно, что начал осуществляться мой план, вот только боюсь, что русские власти, как всегда, облажаются, и не воспользуются удачным моментом.

Хотя, вполне реальны предпосылки закончить войну к середине следующего года и вывести Порту из списка серьёзных политических игроков. Ведь ещё есть восток, где Скобелев, после захвата Эрзерума, резко поменял направление удара и стремительным броском подошёл к Диярбакыру. Не знаю, чего это стоило русским солдатам, ведь местность там не самая пригодная для быстрых маршей. Зато из плюсов — массовое восстание армян, ассирийцев и езидов. «Белый генерал» активно вооружает и тренирует местное ополчение, которое уже проявило себя в бою. Правда, кроме всего прочего, повстанцы устроили массовую резню турок и курдов-мусульман. Что, в свою очередь, спровоцировало погромы христиан в Константинополе и крупных городах Порты. Но и это ещё не всё. Резня христиан стала последним камешком, и в войну вступила Греция. Её армия не бог весть какая сила, но ей удалось перерезать железную дорогу Фессалоники-Скопье-Митровица, сильно осложнив снабжение войск, стоящих в Санджаке.

Думаю, всё только начинается. А одна из главных причин всеобщего бардака сейчас идёт спать, так как сильно умаялась. Надо хорошенько выспаться и завтра продолжить строить новые планы по завоеванию мира.

Глава 18

— Ты уверен, что он поедет на дилижансе? Дороги ещё до конца не просохли. И к чему такие сложности? — спрашиваю Фредди, сидя в засаде.

— Клиент отправил семью поездом через Румынию в Австрию. Их вещи аккуратно, но всё равно осмотрели. Мы точно знаем, что мерзавцы не вывезли деньги. Вернее, ревизоры часть нашли при обыске и арестовали счета, но там, в основном ассигнации и явно меньше украденного. Речь же идёт о солидной сумме в золоте. Везти груз морем — просто самоубийство. Остаётся уходить по земле, и наших друзей явно ждёт группа поддержки в Кишинёве. Как они думают действовать дальше, я не знаю. Поэтому будем брать их здесь, благо этот кретин выехал из города после обеда, явно нацелившись пересидеть пару дней в корчме своего человека. К вечеру движения на дорогое практически нет и нам не должны помешать.

В принципе идея грамотная. Если бы мы не знали деталей плана, то упустили бы махинатора. Кто будет проверять все кареты и возки, покидающие Одессу? Военное положение в городе не объявлялось, а вор умудрился получить оправдательный приговор, и чист перед законом.

Засаду мы запланировали классическую — подпилили дерево, которое должно рухнуть перед потенциальными жертвами. Они нам немного помогли, что решили передвигаться второстепенной дорогой и заодно пересидеть некоторое время подальше от цивилизации.

Клиент на самом деле передвигался на двух транспортных средствах — первым был возок с охраной, а следом шёл дилижанс с усиленными рессорами. Всего нашу цель сопровождало девять человек, включая кучеров. В основном это были родственники Горовица и его партнёров, выполнявшие силовые функции. Да, мы караулили именно знаменитого гешефтмахера, ускользнувшего от правосудия. А такое мощное сопровождение было необходимо для вывоза награбленных денег Товариществом «Грегер, Горовиц, Коган и Ко».

Наконец из-за поворота показались оба возка, перемещавшиеся достаточно быстро. Ребята явно боялись не успеть добраться в корчму до темноты. Далее, всё шло по классике. Дерево только упало с треском и грохотом, а Янка с Фредди уже сняли кучеров меткими выстрелами. Нас было мало — пять человек. Только на дело столь деликатного характера много людей не возьмёшь. Один из бойцов расположился в грамотно замаскированной и укреплённой позиции, с другой стороны дороги. Второй занимался деревом и сейчас тоже перебежал дорогу и залёг в густой кроне. Я же, как в тире расстреливал возок с охраной, в чём мне начал помогать Янка. В результате корпус кареты начала напоминать дуршлаг. Немец в этот момент фиксировал дилижанс и сразу упокоил выскочившего здоровенного парня с винтовкой.

По идее это был форменный расстрел растерянного и неготового к подобной плотности огня противнику. Евреи имели свою охрану, где хватало неплохих бойцов, только должной выучки у них не было. Чужих в свои ряды они не берут, поэтому собственноручно ограничили боеспособность охраны. Их бойцам просто не у кого было учиться. В отличие от противника, ребята моего СБ готовились по лекалам XX века и в данный момент являлись одним из лучших частным подразделением в мире.

Кому-то из охранников первого возка удалось выжить, судя по стрельбе с другой стороны дороги, быстро заглохнувшей. Наверное, боец выскочил из ловушки но был ликвидирован нашим человеком.

Времени мало, поэтому Янка с Фредди быстро спустились к дороге, я их прикрывал. Народ здесь ездит редко, но бывают разные случайности, поэтому надо действовать оперативно. Тем временем немец резко открыл дверцу первого возка, спрятавшись за стенкой, а полещук закинул в салон взрывпакет. Но судя по отсутствию реакции, в повозке были одни трупы. Далее, подобную процедуру провернули с дилижансом, но оттуда попытались начать стрелять. Только подарочек, больше напоминающий светошумовую гранату, сразу успокоил защищавшихся.

Аккуратно спускаюсь и иду к нужной колымаге. Янка к тому времени вытащил троих пассажиров и уложил на землю лицом вниз. Фредди же дал команду остальным бойцам, и они начали оттаскивать дерево. Нам надо уничтожить все улики, по крайней мере, попытаться.

Пинком переворачиваю тучного человека, одетого в некогда дорогом костюме. Тот тихо воет на одной волне, держась за глаза. Один из его спутников уже отходит, судя по обилию вытекшей крови и судорогам. А вот другой один явно готовит какую-то каверзу, уж очень реалистично товарищ изображает контуженного. Ничего, выстрел в затылок и нет проблемы, как завещал потомкам один грузин. Чёрт, часть мозговой жидкости попала на мои новые ботинки.

— Дай ему воды, — говорю Янке, а сам заглядываю в салон дилижанса. Взрывпакет даже не повредил обшивку, а просто нейтрализовав пассажиров. Два крупных ящика располагались под сиденьями, на одном из них лежал кожаный кофр. Вытаскиваю весьма тяжёлый саквояж и отрываю. Пачки ассигнаций, причём в основном фунты и франки, какие-то акции, записная книжка и несколько мешочков в специальных внутренних кармашках. Достаю один из них и заглядываю. Камешки и весьма немалого карата. Это мы удачно зашли! Запрыгиваю в салон и вскрываю ящик. Как я и предполагал там золотые монеты. Думаю, операцию можно смело переименовать в «Это праздник какой-то!». Конечно, если не обращать внимания на происхождение ценностей. А ведь в ящиках не деньги, а жизни тысяч русских солдат, уморённых гешефтмахерами.

— Ви за это ответите, — вдруг подал голос Горовиц, при этом у него прорезался узнаваемый такой местечковый акцент, — Это беспрецедентный акт, который не останется безнаказанным. Ааа…

Дабы прекратить словесный понос, наступаю ворюге на яйца. Янка между тем затыкает ему рот и связывает руки. Подошедшие парни уже разобрались с деревом и ждут дальнейших приказов.

— Трупы в первую коляску и бросайте её в реку, затем займитесь дилижансом. Лошадей только предварительно расседлайте и отпустите, незачем животных мучить. Фредди, — говорю немцу, — Вытаскивай ящики и проконтролируй, чтобы их донесли до нашего возка, как парни закончат. И осторожнее там, ребята проверенные, но золото толкает людей на необдуманные поступки.

Немец принялся вытаскивать золота, я же склонился над уже обгадившимся поставщиком, с ужасом, взирающим на меня. Балаклава — вещь хорошая, но она не изменит голос. И Йосик Горовиц прекрасно понял, кто перед ним и что живым ему не уйти. Я лично допрашивал урода, поэтому мой голос он прекрасно знает.

— Вы удивлены Йоахим Самуилович? — произношу деланно участливым тоном, снимая маску, — Понимаете, нельзя уйти от судьбы. По вашим понятиям за деньги можно купить всё, даже вороватых царских генералов. Но в империи хватает людей, которые Родину не продают. А ещё я плевать хотел на все эти потешные суды, так как давно приговорил вас к смерти.

— Вам это не сойдёт с рук, — заверещал Йосик, — Мы тоже не дураки и прекрасно понимаем исходящую от вас опасность. Все сразу поймут, кто стоит за моей пропажей и этим наглым ограблением. Более того, даже эти спесивые гои в золотых эполетах, боятся связываться с моим родственником. На вашем месте я бы вернул украденное, и помог мне добраться до Кишинёва. Тогда мы проявим милосердие и не станем преследовать вас и вашу семью. Иии…

Втыкаю нож в колено жертвы и под её дикий визг. Зря Горовиц начал с угроз, тем более моей семье. После этого он сам развязал мне руки.

— Мне нужны номера счетов и названия банков, куда вы положили наворованное, — спокойно говорю жертве, когда она немного успокоилась, — Я прекрасно понимаю, что здесь не вся сумма и компаньоны передали вам свою часть гешефта. Обещаю, что вы умрёте безболезненно, и никто не тронет Регину Аароновну с детьми. В противном случае нам придётся побеседовать с вашей супругой. Кстати, она не доехала Бриэлы. На всякий случай мои люди её задержали.

— Ыыы… — обречённо завыл Горовиц, поняв, что выхода у него нет.

— Времени осталось мало, поэтому надеюсь на ваше благоразумие, — пытаюсь договориться по-хорошему.

Я думал, что семья для гешефтмахера на первом месте, но всё не так просто. Скорее всего, есть дублёр, которому поручено снять деньги со счетов и передать родне остальных участников Товарищества. Ещё он явно боялся своих компаньонов и хозяев, больше чем меня. Думаю, Горовиц ещё и наделся, что я блефую. Ведь природный аристократ не может быть таким людоедом и воевать с невинными женщинами и детьми. Но здесь ситуация иная. Я вознамерился пустить изъятые деньги на создание фонда помощи семьям убитых солдат. Заодно помогу калекам и тяжелобольным, коих на этой войне хватает. Если для получения всей суммы мне придётся перерезать горло ребёнку Горовица или остальным детям преступников, то я это сделаю, даже не поморщившись.

В итоге, через несколько минут кровавый обрубок, неспособный издавать иных звуков кроме хрипа, получил милосердный удар ножом. Всё что нужно я узнал. Только не пойму, зачем было запираться и строить из себя героя? Бедствовать семья Горвица не будет, но и жировать на наворованном им никто не позволит. Пока не проверим все счета и заберём деньги, семья вора останется в заложниках. Заодно, наш герой сдал дублёра, который действительно существовал и ждал условного сигнала, находясь в Одессе. Думаю, брать его завтра, хотя, по нынешним временам это проблематично. Патрули шныряют по городу и нападение надо грамотно спланировать.

* * *

Мы решили переночевать в небольшой роще, где разбили палатки и развели огонь. Завтра поутру двинемся на базу, расположенную в десяти вёрстах от Одессы. Там я, кстати, провёл больше месяца, пока окончательно не поправился. Последствия ранения и особенно контузия давали о себе знать, но я постепенно приходил в норму.

Сидя перед костром и попивая глинтвейн, сваренный Фредди, я возвращался к событиям, предшествующим сегодняшней акции. До сих пор не могу понять логику наших властей, принимающих весьма странные решения.

Трибунал над проворовавшимися военными и их гражданскими подельниками проходил в конце февраля. Несмотря на все усилия Николая Николаевича, который даже успел съездить в столицу и быстро вернуться, под суд попали все арестованные. Но этому деятелю удалось добиться того, что вместо Особого трибунала дело разбирал его военный аналог, созданный по указу императора. К тому времени меня уже окончательно отстранили от всех дел, мотивируя подобное решение необходимостью поправить здоровье. Мысль дельная, поэтому я под постоянным наблюдением одного из учеников Пирогова принимал положенные лекарства и постепенно восстанавливал утраченную физическую форму. Для этого парни перевезли меня в усадьбу под Одессой, где расположилась наша штаб-квартира.

Несмотря на закрытый характер суда, народ о нём знал, и по городу расползались слухи один другого фантастичнее. Кстати, председателем суда Александр назначил специально прибывшего из Варшавы князя Барятинского. Я понимаю, что это пленитель самого Шамиля и заслуженный человек, но выбор весьма странный. Фельдмаршал уже немолод, далёк от реалий нынешней армии и произошедших событий. Единственным положительным моментом столь спорного назначения, являлся давний конфликт князя с Ник Ником. В своё время пожилой ловелас умыкнул жену у своего подчинённого, а брат царя сделал много, дабы очернить известного воина. Скандал был громким, в итоге фельдмаршала простили, одобрили развод и новый брак его пассии. А император в знак своего расположения подарил герою дворец в Польше. Но, судя по разговорам, князь затаил обиду на Ник Ника.

По прибытии в Одессу, Барятинский особо не спешил, совмещая изучение дела с многочисленными балами и приёмами. Я же выздоравливал, регулярно получал информацию от Красникова и медленно зверел. И причин для подобного настроения хватало. Для начала основных фигурантов поместили под домашний арест. Сама подготовка к трибуналу явно указывала на то, что главные воры избегут наказания.

В общем, так и произошло. Непокойчицкого, главу его канцелярии Кущевского и главного интенданта армии Россицкого, фактически оправдали. Нет, для приличия казнокрадов отправили в отставку, лишили ряда наград и вроде заставили выплатить какой-то штраф. Но козлами отпущения сделали еврейских подрядчиков и несколько пешек из интендантов. Более того, тот же Горовиц умудрился выкрутиться. По слухам, он является дальним родственником Ротшильдов и активно сотрудничает с английской ветвью семьи этих ростовщиков.

Как итог — шесть смертных приговоров, причём казнили пешек, работавших на Товарищество и Малкиеля. Один из интендантов застрелился, остальные, включая еврейских гешефтмахеров, отделались сроками от пяти до десяти лет с обязанностью выплатить штраф. Блять, этот мудаковатый князь даже конфискацию имущества не произвёл. Был бы нормальный трибунал, то основные фигуранты уже висели на специальных перекладинах, а сволочь помельче, ехала осваивать Сибирь, добровольно передав имущество в казну.

Вот и пришлось мне устраивать целую операцию, дабы захватить деньги гешефтмахеров. А ведь всё могли проделать люди из канцелярии, будь приговор справедливым.

* * *

— Вот ответь мне, Фредди, — обращаюсь к немцу, вынырнув из воспоминаний, — О чём думают наши власти? Как можно оправдать казнокрадов, ставших причиной гибели многих сотен солдат и способствовавших работе шпионов в тылу русской армии? Мы двенадцать лет ломали систему, ловили мздоимцев, следили за судебной реформой, дабы никто не мешал её установлению. В итоге, император фактически перечеркнул всю многолетнюю работу сотен людей. Обществу наглядно продемонстрировали, что есть каста неприкасаемых. Ими являются аристократы и военные в больших чинах. Члены царствующей фамилии просто получили индульгенцию на любые аферы и преступления. Если не наказывают генерала, то брат царя теперь может творить любую дичь. Это просто динамит, заложенный под хрупкую структуру, называемую российским обществом.

— Мы тоже не ангелы, — усмехнулся Фредди, разгладив свои роскошные усы, — Людей вот убиваем и на суды особо внимания не обращаем.

В принципе он прав. Только мой личный террор против особо опасных врагов и воров, имеет логическое обоснование. Несмотря на вроде бы строгость российских законов, сама система правосудия работает отвратительно. И дело даже не в коррупции. Это прозвучит удивительно, но на низовых уровнях она фактически отсутствует. Двойная система контроля — со стороны общества и надзорных органов, начала давать результат. После нескольких громких скандалов, связанных с оправданием казнокрадов, земские и дворянские собрания ещё настойчивее начали заглядывать в карманы чиновников. Да и судьи, большую часть которых заменили в последние десять лет, стараются не лезть на рожон. Но оказывается, «басманное правосудие» изобрели не в XXI веке. Оно вполне применяется сейчас и нужных людей, власть спокойно отмазывает, что показал недавний трибунал. Плюс общая чистка не особо затронула ряды столичных чиновников. Нет, самых наглых, вроде Рейтерна и Абаза посадили. Вот только среднее звено перестроилось, стало действовать аккуратнее, но всё равно продолжает паразитировать на госзакупках.

Недавний скандал в армии вскрыл такой нарыв, который должен был заставить императора схватиться за голову. Вместо этого он пошёл на поводу аристократии и родственников, не став создавать прецедент. Ведь до этого момента высшее армейское командование за коррупцию не сажали. Его вообще особо не трогали, ограничиваясь ссылкой в поместье.

— Здесь немного иная ситуация, — возвращаю усмешку немцу, — Мы просто подталкиваем общество в нужном направлении и зачищаем людей, заболевших бешенством. Откровенные враги страны, сознательные предатели или абсолютно беспринципные торгаши, подобные Горовицу, должны умереть. Если государство не справляется с этим самостоятельно, то мы делаём работу за него. Вопрос сейчас в другом. Получается, что император совершенно не перестроился и просто идёт в кильватере мнения людей, имеющих на него влияние.

— Вы сейчас о чём? Вроде наш Александр проводит достаточно независимую политику, — не согласился Фредди, — Несмотря на возможную войну, он разорвал переговоры с австрияками и не пошёл на поводу Берлина. В стране тоже стало гораздо спокойнее, а земская и судебная реформы дают результат.

— Ты не понял. Александр остался всё тем же спесивым невеждой, упивающимся мнимым самодержавием. Хотя, его давно нет, и в столице бал правят политические группировки. Это ещё хорошо, что сейчас верх взял блок Шувалова и его союзников. Я веду речь о том, что император совершенно не понимает изменений, произошедших в обществе. Ведь я не просто так провёл мощную кампанию в прессе. Ныне чуть ли не каждый солдат, плюс всё офицерство, знает о махинациях Непокойчицкого и стоящих за ним людей. Люди в курсе, что брат царя и его подельники стали причиной гибели более трёх тысяч человек. И вместо того, чтобы максимально жестоко наказать мерзавцев, император пошёл по старой дорожке, выгораживая высокородных ублюдков.

Делаю небольшую паузу и жадно пью из фляжки. Тяжело мне даётся подобная интенсивность, организм ещё не восстановился. Так как Фредди молчит, то я продолжил свою речь.

— В ближайшее время ничего не произойдёт, тем более что мы, скорее всего, закончим войну уже к осени. Эйфория от победы на некоторое время затуманит разум обществу и армии. Но позже народ начнёт задумываться и задавать вопросы. Сразу напрашивается главный — почему кто-то воевал, проливая кровь, а другие воровали в тылу? И где справедливое наказание? Не удивлюсь, если уже через год в армии начнут создаваться тайные офицерские общества. Только это будут не какие-то группы наивных идеалистов, а самые настоящие мятежники. Своей целью они поставят уничтожение нынешнего строя. По данным Красникова, подобные разговоры уже имеют место быть. Как вариант, офицеры захотят поставить во главе страны диктатора, а император станет выполнять только представительские функции. Самое хреновое, что уже есть потенциальный лидер этого движения и кандидат в верховные правители. Скобелев не только удачливо воюет с османами, взяв почти всю Восточную Анатолию с часть черноморского побережья. Михаил Дмитриевич не скрывает своего недовольства происходящем на Балканах и прошедшем трибунале. Об этом он недавно рассказал немецким журналистам. Вот тебе готовый лидер, за которым пойдёт армия.

— Такое развитие событий видится мне маловероятным, — не согласился немец, — Армия является достаточно консервативной организацией и редко лезет в политику. Времена дворцовых переворотов давно миновали. Да и гвардия сейчас неплохо воюет на Балканах и Восточной Анатолии, вместо того, чтобы прожигать жизнь в столице.

— Я буду рад, если твои слова окажутся правдой. Ладно, перейдём к нашим гешефтмахерам. По приезде в Одессу, ты с парой надёжных людей выдвигаешься в Брэилу, где побеседуешь с мадам Горовиц. По словам её покойного мужа, получение денег частично завязано неё. Твоя задача объяснить вдове, что жизнь дороже золота. Далее, следуешь с ней в Вену, потрошишь все счета с ячейками и возвращаешься в Россию. Лучше всего ехать через Польшу, ещё неизвестно, какие события начнутся, когда гешефтмахеры узнают о пропаже Йосика и денег. Мы с Янкой займёмся дублёром и ненадолго задержимся в Одессе. Я хочу встретиться с Шуваловым и после этого выдвинусь домой. Хотя, начались разговоры о приезде императора, поэтому лучше отталкиваться от этого. Только мне совершенно не нравится гипотетический визит монарха. Чем меньше на фронте высшего руководства страны, тем лучше воюют наши генералы.

Глава 19

— А ведь великолепно получилось! Да и дом просто шикарен! Надо заказать Басину строительство нового здания конторы в столице, а то оно уже маловато для размещения работников. Заодно и загородную дачу перестроим. Думаю выкупить прилегающие к нынешней усадьбе участки и создать, что-то уникальное. Деньги есть, можно выделить немного на создание чего-то красивого.

Идём с Фредди по ялтинской набережной и восхищаемся работой архитектора. У Николая Петровича получилось создать настоящий шедевр, по сравнению с которым Ницца — убогая деревня. Здесь же иной масштаб и очень грамотное вплетение в архитектурный ансамбль всех зданий. Особенно радует, что большая часть из них принадлежит нашему семейству и сдача их в аренду, начала приносить неплохой доход. Сезон в Крыму ныне, практически, круглогодичный и магазины с ресторанами на зиму не закрываются. И это тоже моя заслуга. Наш журнал «Здоровье» проделал колоссальную работу, напечатав десятки статей ведущих докторов, и убедил людей больных туберкулёзом и имеющих проблемы с лёгкими, что им необходим морской воздух. Последние года два на черноморском побережье настоящий строительный бум. Сотни семей начали сооружать особняки, дабы перевезти в Крым больных родственников. А пока идёт стройка, народ едет на полуостров и арендует любые приемлемые помещения.

Кроме этого, эскулапы уделили большое внимание местным целебным источникам и грязи. Я и сам вложился в создание самого современного лечебного профилактория в Саках. Пусть люди лечат бесплодие и прочие напасти. Заодно мне удалось убедить дядю, тоже вложиться в создание подобного заведения в Евпатории. Хватит ездить ко всяким немцам и прочим французам, когда дома есть гораздо более полезные источники.

Кстати, я здесь первый раз. Мне не удалось посетить открытие набережной, и нашу семью представляла Катарина, так как племянник тогда был болен. Тётя, человек в столице известный и император не удивился её присутствию. Она и наш особняк под Ялтой обустроила, разбив вокруг него потенциально шикарный сад.

Я решил посетить свои угодья и только потом отправляться в столицу. Скучаю по семье, но дело важнее. К тому же у меня появилась идея переселить сюда всю родню. Ну, по крайней мере, надо начать проводить в Крыму время с апреля по сентябрь. Это полезно не только для детей, но и для взрослых. Здоровье семьи у меня на первом месте. Но, несмотря на сбалансированный рацион, насыщенный витаминами, питерский климат — вещь специфическая. Можно и на зиму сюда перебираться. Только надо учитывать политический момент. Надо держать руку на пульсе дворцовых интриг. Благо, что сейчас всё внимание обращено на юг, сюда же сместились интересы столичных группировок.

Что касается самого театра военных действий, то мы побеждаем. Радецкий воюет грамотно, бережёт людей, хотя, подобные методы вызывают раздражение части общества и «Священной дружины». По их мнению, Россия обязана уже штурмовать Константинополь, пусть для этого придётся завалить трупами наших солдат всю Болгарию. Командующий же, используя численный перевес и тотальное превосходство в артиллерии, методично перемалывал османские войска. На Шипке был сломан хребет вражеской армии, но она продолжала огрызаться. Западная группировка уже подошла к Пловдиву, а Рущукский корпус взял Варну и движется к Бургасу. Теоретически всё идёт к окружению турок и полному уничтожению их войск.

Есть ещё македонская армия, судорожно формируемая султаном, но она не способна существенно повлиять на события. Сербы с черногорцами, между тем, занялись делёжкой Боснии. Заодно «братушки» начали осуществлять мой план по вытеснению с завоёванных земель албанцев. В Косово сейчас идут ожесточённые бои, так как совсем недавно туда были перемещены шиптари из Ниша. А это около ста пятидесяти тысяч человек, которые сразу устроили геноцид местным сербам. Вот сейчас эти милые беженцы получают ответку. Думаю, вскоре сопротивление будет сломлено, и албанцы побегут на юг, усилив хаос в Порте. Черногорцы действуют грамотнее, они дали шанс православным албанцам интегрироваться в их общество. Католикам было предложили перебраться в Герцеговину, населённую хорватами. Короче, на Балканах, как всегда весело.

Есть ещё один фактор, который вскоре может повлиять на русско-турецкий междусобойчик. Война в Северной Америке практически закончилась. САСШ могли потерпеть полный разгром, но их спасли кузены с одного мерзопакостного острова. Как я и предполагал, англичане захотели долю в канале, но были посланы французами и их союзниками. Сейчас идут активные торги, где британские плутократы выбивают себе наиболее выгодные условия прохождения своих судов по будущему Панамскому каналу и действующему Суэцкому.

Американцы фактически лишились флота после череды поражений от франко-испанской эскадры. Более того, янки выбиты из Доминиканы, которая оккупирована союзниками. На Кубе началось очередное восстание, теперь уже против северных соседей, вогнавших остров в чудовищные долги. Английский флот расположился в Гаване, но в войну не вмешивается, играя роль дамоклова меча, нависшего над союзниками.

Самое забавное, что Вашингтон был унижен вдвойне. Какой-то умник из генералов решил ударить по Мексике, как главной опорной базе врага. И вначале у американцев всё шло замечательно. Вялые попытки плохо обученной мексиканской армии разбивались о мощь и техническое превосходство соседей. А под Мотаморосом уверенных в будущей победе северян встретил объединённый франко-испанский корпус и новая армия императора Максимилиана, вооружённая современным оружием. Никто из янки почему-то не додумался, что их просто заманивают в ловушку. Разгром был чудовищный! Американцам наконец-то показали, как воюет настоящая европейская армия. С учётом превосходства на море и невозможности снабжать войска вторжения, ситуация для САСШ стала критической. Ещё и западный корпус разбил лоб о грамотную оборону Монтеррея. Речь шла о фактической капитуляции, но тут появились миротворцы из Лондона.

Всё это волнует меня исключительно в контексте того, что Россия не успеет додавить осман к лету и европейцы вмешаются в наши разборки уже в ближайшее время. По крайней мере, английская пресса, являющаяся хорошим индикатором намерений своих властей, уже трезвонит на весь мир о гнусных планах Александра захватить проливы и присоединить их к своей державе.

Думаю, непотребства под названием «Берлинский конгресс», произошедшего в моей реальности, не случится. Во-первых, наша армия сейчас значительно сильнее и даже действия английского флота не помешают ей просто очистить Европу от турок. Кроме Константинополя, конечно. Надо ещё учитывать успехи Скобелева и массовое восстание в восточных провинциях Порты. Кстати, в мятеже участвуют не только армяне, ассирийцы и езиды. Недавно до нас дошли новости, что заполыхали шиитские, друзские и христианские регионы Леванта. Палестина сейчас фактически отторгнута Францией, так что у султана практически нет пространства для манёвра. Во-вторых, надо учитывать фактор Германии, которая использует сложившуюся ситуацию для своего усиления. В европейские дела Бисмарк демонстративно не лезет и на словах поддерживает Россию. При этом экспансия немцев в Африку продолжается. Они уже фактически освоили территорию Камеруна, Габона, Конго и ЦАР моего времени. Вернее, застолбили за собой огромные территории, методично выдавливая непокорные племена в джунгли и пустыни. Далее, Берлин договорился с Мадридом и разделил Танганьику. Не успокоившись, немцы хапнули Восточную Кению и Уганду, вызвав истерику в Лондоне. И это не считая Мадагаскара, который был захвачен пару лет назад. Британцы же сейчас усиленно готовятся к войне с бурами, и у них нет лишних сил, дабы самим продвигаться внутрь континента из своих опорных точек.

Именно это даёт шансы России заключить мир на гораздо более выгодных условиях. С учётом того, что аппетиты Франции не ограничиваются Кипром, англичанам будет сложнее найти союзников, дабы мирный договор подписывали под их диктовку.

— Зачем вам Венесуэла? — немец прервал вопросом мои размышления о сложившейся политической ситуации, — У компании не хватает людей для России, а вы отправили целую группу толковых специалистов в Южную Америку. Ещё и привлекли к проекту испанцев.

— Нефть, мой друг, — отвечаю с улыбкой, — В районе озера Маракайбо самые большие запасы нефти в мире. Нет, есть ещё перспективные регионы, где сырьё добывать гораздо дешевле. Только туда меня никто не пустит. А Венесуэла сейчас никому не нужна. Но и лезть туда самостоятельно — крайне авантюрная затея. Если южноамериканцы почувствуют слабину или алчность затмит им разум, то они сразу постараются тебя обокрасть. Россия далеко, а Испания, наоборот, вернулась в регион гораздо более сильной, чем уходила. Премьер дель Кастильо проводит политику, фактически основанную на моём плане. Вместо грубой силы, Мадрид зашёл в свои бывшие колонии с деньгами, вытесняя оттуда англичан. Думаю Колумбия, Венесуэла, Эквадор и Перу надолго попали в зависимость от испанцев. Мы же просто под их прикрытием начнём разрабатывать самое настоящее золотое дно.

В Южную Америку я полез именно в контексте изменившейся политической ситуации. Думаю, американцев вышибли оттуда надолго, и их гегемония в регионе не состоится. Нет, качественные и дешёвые товары из САСШ будут востребованы на юге. Вот только контроль за политическими режимами перехватили Франция и Испания. Проблемы также возникли и у Англии, которая привыкла распоряжаться в некоторых странах, как дома. А для особо непокорных организовывала войны, вроде парагвайской. В итоге Лондон не только перекроил границы стран, но и загнал победителей в жуткие долги. Для других случаев у англичан есть Чили, которую сейчас дрессируют, как бойцовскую собаку. В будущем соседи ещё настрадаются от этого пёсика. Поэтому грызня на континенте сейчас идёт активная подковёрная борьба.

Что касается испанских дел, то у меня с синьором Антонио и его королём Альфонсо XII, сложились замечательные отношения. Развитие сети железных дорог, строительство десятка современных заводов, в том числе нефтеперерабатывающего, новые технологии и удобрения для сельского хозяйства, позволили Испании буквально за несколько лет совершить экономический рывок. И всё это связано с действиями моих компаний. На фоне того, что молодой король сумел консолидировать общество, у страны появились перспективы вылезти из перманентного кризиса.

Ещё и новая колониальная политика сыграла свою роль. Новые земли в Западной Африке, особенно золотоносные и алмазные месторождения, позволили наполнить казну. Только у испанцев был полный порядок с деньгами, ещё до обнаружения золотоносных месторождений. Но Мадрид продолжал настырно лезть на новые земли, бросив на освоение немалые ресурсы. Воевать испанцы всегда умели, а сейчас они ещё и действуют грамотно. В итоге, у англичан с французами во владении остались небольшие полоски западноафриканского побережья. В то время как потомки конкистадоров быстро завоевали территории Гвинеи, Сьерра-Леоне, Буркина-Фасо, Южного Мали, Кот-д’Ивуара, большей части Ганы, Того, Бенина и Западной Нигерии моего времени. Кстати, Восточную и Северную Нигерию захватили немцы, оставив англичанам небольшую часть юга.

Основными центрами экспансии испанцев на западе материка стали порты Конакри и Пуэрто-Альфонсо. Насколько я понял город, названный в честь короля, основан на месте, где должен был возникнуть Абиджан. Оба колониальных центра стремительно развиваются и от них уже проложены железнодорожные ветки вглубь материка, позволившие быстро перебрасывать войска, и сократили расходы на доставку сырья. А ещё есть Танганьика и Малави, где испанцы начали активно развивать сельское хозяйство. И наши компании участвуют во многих этих проектах.

С моим предложением создать нефтяной консорциум в Мадриде согласились моментально. В качестве эксперимента мы решили начать добычу на побережье Берега Слоновой Кости и Марокко. Испанцам удалось договориться с султаном, а их колонии и спрашивать не надо. Чуть позже, когда компания начнёт приносить прибыль, мы полезем в Венесуэлу. Пока там идёт разведка и установление нужных связей с местными элитами. Думаю, не стоит жадничать и придётся создать совместный проект с правительством страны. Меня даже устроит пакет в двадцать пять процентов. В любом случае переработка, изготовление продуктов из нефти и доставка будут под моим контролем. Плюс само нефтедобывающее и перерабатывающее оборудование поступает с заводов Козелл-Поклевского. Эх, какие открываются перспективы! Я же ещё начал контактировать с португальцами. Они просто не в состоянии самостоятельно освоить даже часть Анголы с Мозамбиком. У синьоров из Лиссабона банально нет нужных технологий. А у нас есть, что им предложить. Но пока всё в стадии переговоров.

— Я всё равно остаюсь при своём мнении, — Фредди в очередной раз нарушил полёт моей фантазии, — Нам надо укреплять свои позиции дома, а не лезть за границу. Мне совершенно не нравятся происходящие события. Император будто в каком-то полусне и не замечает усиления партии наследника. И якобы самоубийство Непокойчицкого, должно насторожить канцелярию и контролёров. Но наши люди докладывают, что следствие прекращено. Не удивлюсь, что и Россицкий вскоре упадёт с лестницы и сломает себе шею.

— Нельзя недооценивать противника, — поднимаю палец вверх, будто лектор перед студентом, — Наш бывший главный интендант проживёт пару месяцев и помрёт от какой-нибудь кишечной инфекции, коей хватает на юге. А вот Кущевский, который является доверенным лицом Ник Ника, будет жить и здравствовать. Такими грамотными людьми, пусть и ворами, не разбрасываются.

— И мы и дальше продолжим бездействовать?

— А что ты предлагаешь? — отвечаю вопросом на вопрос, будто жид с Привоза, — Все наши шаги внимательно отслеживаются жандармами и канцелярией. Не удивлюсь, что люди наследника тоже наблюдают за моими действиями. После пропажи покойного Горовица, а особенно столь крупных сумм, все заинтересованные лица стоят на ушах. Понятно, что напрямую со мной это событие не связать, но повторюсь — нельзя считать противника глупее себя. Ты же сам говорил, что операция прошла слишком легко. А ещё тебя не покидает ощущение наличия слежки. Я твоей чуйке доверяю и придерживаюсь того же мнения. Дело с награбленными деньгами отнюдь не завершено.

— С учётом того, что большая часть золота находится в вашем столичном хранилище, а ассигнации переведены в «Groningensche Wisselbank», всё висит на волоске, — немец выдал очевидные вещи, — Как мы будем действовать в случае обнаружения нашего участия в экспроприации или предъявления обвинений?

— Всё зависит от фигурантов. Если это будут российские власти, то поделимся. В случае претензий со стороны Ник Ника или еврейских махинаторов, то ответим максимально жёстко, не обращая внимания на последствия. Ты прекрасно понимаешь, что мне эти деньги без надобности — они пойдут в фонд пострадавших от войны и членов их семей. Государство имеет право на часть суммы, но делиться с ворами я не собираюсь.

Некоторое время идём молча, наблюдая за достаточно спокойным для марта морем. Народу на набережной немного, но гораздо больше, чем в прошлые годы. Надо будет зайти в ресторан и выпить кофе, заодно отдохну. Последствия ранения дают о себе знать самым непредсказуемым образом. Могу, чуть ли не бегать днями напролёт, а затем вдруг наступает полный упадок сил.

— Его Величество летом собирается посетить Одессу и Болгарию, — эту новость мы с Фредди узнали накануне и ещё не успели обсудить, — А вы хотите вернуться в столицу. Не слишком ли это опрометчиво? Может, попробовать добиться аудиенции?

— Мне выразили высочайшее неудовольствие, пусть и негласное. Какой смысл пытаться попасть на приём к императору, и чего-то доказывать? Он знает суть дела с махинациями получше моего. Поэтому я лучше спокойно займусь делами и проведу несколько месяцев в кругу семьи.

* * *

— Он сошёл с ума? — мне с трудом удаётся сохранять спокойствие.

— Юзек, нельзя так говорить о Его Величестве! — серые глаза аж блеснули от недовольства, — Ты сам всегда стоял на защите монархии, но позволяешь себе подобные слова!

Всего лишь два дня мне удалось насладиться покоем и пошалить с супругой. Наверное, Агнешка решила, что этого достаточно и поделилась весьма интересной новостью. А ведь утро начиналось так волшебно! Муж валяется на кровати и смотрит, как жена сидит у будуара, расчёсывая свои роскошные волосы. Хорошо, что я уже оделся, а то эти загадочные взгляды, отражающиеся в зеркале, навевают строго горизонтальные мысли. И вдруг — получи фашист гранату!

— Я воевал и защищал империю, а не правящую династию. При ином строе Россия в нынешнем виде просто прекратит своё существование. Царь — это духовные и идеологические скрепы для нашего общества. Но его фигура не должна быть сакральной. Если на трон взобрался умалишённый, то его надо аккуратно оттуда вытаскивать и сажать нового, — чувствую, что немного успокоился и мысленно уже анализирую создавшуюся проблему.

А дело очень простое и совершенно глупое. Александр решил признать своих детей от Долгоруковой, о чём завёл разговор с окружением. С учётом того, что императрица совсем плоха, то подобные инициативы явно не ко времени. Насколько я помню, в моей реальности Мария Александровна умерла через пару лет после окончания войны, и самодержец сразу обвенчался с любовницей. Не помню его побудительных причин, но шлёпнули царя меньше чем через год после заключения морганатического брака. При этом именно это событие стало катализатором для террористов.

В этой реальности нет, и не будет «Земли и воли», впрочем, как и «Народной воли». Все предпосылки для создания подобных организаций были купированы жестоким антитеррорам и уничтожением идеологов. Заодно, были хорошо очищены ряды офицерства и части чиновников, в первую очередь поляков по национальности. Да и попытки сепаратистов поднять голову сразу приводили к её отсечению. То есть левацкий, националистический и либеральный фланг мы зачистили. Только никто не отменял одиночек и происки политических группировок, окопавшихся у трона. Последние гораздо опаснее любой революционной сволочи. Я не удивлюсь, что именно влиятельные фигуры российского истеблишмента и стояли за созданием ряда террористических организаций. Купцы с промышленниками из старообрядцев и иудеев, подключились к спонсированию революции немного позже. А затем своё слово сказали иностранные разведки, и у России просто не осталось шансов на мирное разрешение накопившихся проблем.

— Всё равно я не понимаю твоей экспрессии, граничащей с хамством, — продолжала давить на меня Агнешка.

Вот с ней я точно ругаться не собираюсь. Поэтому вскакиваю с койки, обнимаю немного напряжённое тело и шепчу в розовое ушко.

— Подобные заявления монарх может делать в случае, если у него нет старших детей мужского пола от законной супруги. Или надо посадить всех гипотетических претендентов на трон в Петропавловскую крепость и творить всё, что душе угодно. Я даже готов поддержать Александра в этом полезном для России начинании. Знаешь ли, мне пришлось воочию наблюдать за мерзким поведением наследника и брата царя и у меня не осталось никаких иллюзий на их счёт. Поверь, злить подобную публику можно исключительно, посадив её на цепь, предварительно выбив зубы. И это не фигура речи, а констатация факта.

— Ты думаешь… — тонкие пальчики вцепились в рукав моего халата, а серые глазищи наполнились испугом, — Надо срочно предупредить Катеньку.

Обнимаю Агнешку покрепче и не даю ей вскочить со стула. Вдыхаю родной запах и целую в щёку. Постепенно тело супруги отпустило напряжение, но взгляд оставался тревожным.

— Никому ничего говорить не надо. Твоя Катенька сама заигралась в игры больших дяденек. Не удивлюсь, если это она убедила императора в столь поспешном решении. Ещё я уверен, что княжна метит в супруги Александра. А это весьма недостойное дело при живой императрице. Поэтому мы продолжаем жить, как раньше. Только я немного увеличу охрану для всей семьи. С сегодняшнего дня ты начнёшь планировать свои поездки, согласовывая их с начальником своего эскорта.

— Неужели враги могут отреагировать так быстро?

Всё-таки она у меня умная. Ещё и храбрая, ведь Агнешка испугалась не за себя, а за подружку. Повезло мне с супругой!

— Нет. Просто начинаем потихоньку готовиться к любым событиям, которые точно последуют. Дополнительная забота о собственной безопасности не помешает. Да и мы совершенно расслабились в последнее время. Надо сегодня же предупредить остальную родню и решить вопрос с местом встреч. Мы же постоянно катаемся друг к другу в гости, что делает нас уязвимыми перед потенциальными атаками врагов. Как вариант вы все дружно переберётесь на дачу пораньше. Всё-таки охранять вас там гораздо проще. В столице останутся Катарина, Мосолов и я. У Вылежинского на заводе такая охрана, что любой император позавидует.

Судя по тому, что Агнешка начала улыбаться, она уже приняла мои установки. Теперь надо решить многие вопросы с компанией. Лучше быть готовым к развитию любой ситуации. Завтра соберу малый совет директоров и обсужу с ними щекотливые моменты. Может, избавимся от части активов? По таким неспокойным временам, лучше иметь под рукой больше звонкой монеты. Вдруг, придётся быстро менять место жительства. Но надеюсь, что до этого не дойдёт.

Заодно надо сегодня переговорить с Фредди и Янкой. У нас есть план на случай форс-мажорных ситуаций. Вот ждал я неприятностей, но они последовали совершенно с другой стороны. Но так как беда одна не приходит, то лучше готовиться к череде проблем. Да, покой нам только снится.

Глава 20

— Вот же гиены, чёрт их побери! — Мосолов в расстройстве бросил газету, — Ещё и расписывают, будто так и должно быть! А роль России, по их мнению, — таскать каштаны для этих обнаглевших буржуа и сэров.

— Мой тебе совет, Саша. Не читай французских газет по утрам. Да и ничего особо не изменилось с исторической точки зрения. Наши правители сами приучили европейцев к такому отношению.

Юмора Мосолов не понял, но перестал злиться. Глава крупнейшего газетного холдинга Европы ещё раз взглянул на последний номер «Le Figaro» и переключился на меня.

— Я восхищён твоим хладнокровием, Юзек! Но ведь творится форменный произвол! У нас фактически отнимают победу! — начал горячиться собеседник, — Не понимаю, как ты можешь сохранять спокойствие в такой момент?

С утра я заехал в контору своего компаньона и родственника, застав его в сильном эмоциональном возбуждении. Мирная конференция, происходящая сейчас в Риме, изрядно будоражит русское общество. Европа тоже погружена в обсуждение переговорного процесса, её ведущие газеты уж точно. Но в России, всё-таки, данная тема — номер один, и настроение в массе своей близко к истерическому. И даже Мосолов, который сам определяет направление движения общественного мнения, поддался инстинкту толпы. Утро Александр начинал с европейских газет, которые оперативно доставлял курьер из Берлина. Я же спокойно листал план работ предприятия на будущий месяц и изредка комментировал пассажи друга.

— А чего переживать? Постарайся абстрагироваться от эмоциональной составляющей и взгляни на ситуацию рационально, — откладываю в сторону папку и перевожу взгляд на собеседника, — Многие люди стали жертвой пропаганды «Священной дружины», и ты не исключение. Общество бредит захватом проливов и приращением совершенно ненужных России территорий. Я же уверен в хватке Урби и его разумности. Поверь, глава МИДа не упустит своего, заодно отстоит завоевания наших союзников.

— Но ведь проливы — это вековая мечта русского народа! И почему ты считаешь земли Анатолии ненужными? Ещё мы испортили отношения с Румынией, а ведь это наш союзник. Да и других вопросов хватает. Болгары вроде недовольны тем, что получают только узкую береговую полосу восточнее Фессалоник.

Оголтелый патриотизм, без учёта внешних факторов и собственных ресурсов — именно так сейчас можно назвать настроения, превалирующие в русском обществе. Всё-таки упустил я этот момент после отъезда из столицы, а Мосолов просто не смог правильно сориентироваться. Более того, он сам попал под общий истерический настрой.

— Серьёзно о захвате проливов в России начали говорить несколько лет назад. Если бы подобные настроения владели умами русского общества, то мы могли спокойно захватить Константинополь в 1829 году. Тогда армия Дибича точно так же взяла Адрианополь. Но при этом, мало кто из европейских стран был способен вмешаться в ситуацию. Россия была на пике своего могущества, но Николай I пошёл на поводу предателя Нессельроде, делавшего ставку на союз с Австрией и Пруссией. Император в итоге поплатился за свою тупость, но это дела прошлого. Сейчас же группировка наследника разжигает истерию вместо того, чтобы приложить свои немалые ресурсы к другим проектам.

Взмахом руки останавливаю попытку Александра прервать мою речь. Наверное, его возмутили слова об умственных способностях бывшего царя. Но из песни слов не выкинешь — глуповатый был человек.

— И давай называть вещи своими именами, не путая мечты аристократии и чаяния простого русского мужика, которому дела нет до чужих земель, — продолжаю свой монолог, — Так называемая «вековая мечта» захватила умы образованной части публики недавно. Только она совершенно не хочет воспринимать нынешние реалии. Политические расклады в мире изменились кардинально. Даже штурм Константинополя, я уж молчу про форсирование Босфора, привели бы к консолидации европейских государств и созданию полноценной антироссийской коалиции. В итоге, уничтожив Порту, буквально через год нам бы пришлось биться с объединённой армией Австрии, Великобритании, Италии, Франции и израненными, но жутко злыми османами. К данной коалиции может присоединиться Персия, имеющая к нам массу претензий. Думаю, не нужно объяснять, чем закончится подобное противостояние? В лучшем случае Россия откатится на прежние позиции, с полной разрухой в экономике. Про худший вариант даже думать не хочу.

Александр вроде со мной согласен, но явно не до конца верит в подобное развитие ситуации. Относительно лёгкая победа над османами внушила большей части общества ложные надежды. Только воевать со всем миром — это безумие.

— Для России сложилась крайне выгодная ситуация, и глупо ею не воспользоваться. Но действовать нужно осторожно, чего не понимают горячие головы в Санкт-Петербурге. Сейчас англичане от отчаяния хапнули Крит, итальянцы тоже решили поучаствовать в разделе турецкого пирога, оккупировав Родос. Что, фактически, бросает Грецию в наши объятия. С учётом Фессалоник, которые также отходят эллинам, есть все шансы создать на Балканах мощный православный блок из болгар, греков, сербов и черногорцев, союзный России.

— Вы не упомянули румын. Мы всё-таки вместе воевали, — Мосолов уже менее эмоционально продолжал спорить.

— К чёрту мамалыжников! Толку от их армии никакого, зато гонора на десятерых! При этом Кароль I умудрился предать нас ещё во время войны, начав заигрывать с австрийцами, — теперь уже я полыхнул недовольством, — Поэтому присоединение всей Добруджи к России — оправданный шаг, как бы Бухарест ни зарился на эти земли. Пусть радуются получению полной независимости и признанию объединения Валахии с Молдавией. Я бы не давал румынам и права беспошлинной торговли через Кёстендже. Тем более, что большая часть населения региона составляют татары, турки, греки и болгары. При таких раскладах мы полностью контролируем устье Дуная и можем спокойно заселять русскими поселенцами отличные земли. Благо, мусульмане оттуда сбежали либо продолжают эмигрировать. То же самое касается Востока. Нам хватит Ардагана, Батума, Карса и Баязета с прилегающими территориями. По этой линии легче держать оборону. Лезть дальше нет никакого смысла. Земля там бедная, особых полезных ископаемых нет, и её освоение потребует излишних затрат.

— Но ведь тамошние христиане, в первую очередь армяне — наши давние союзники. Да и ассирийцы с езидами, проявили себя геройски.

— Вот пусть Урби согласует с европейцами создание в Восточной Анатолии и Мосуле армянского, ассирийского и езидского протекторатов России. В будущем, когда угроза расправы со стороны османов минует, данные народы задумаются о независимости. Пусть живут и строят свои государства или федерацию. Заодно мы сохраним с ними нормальные отношения, так как турки не простят отторжения этих земель. Думаю, наш министр будет стоять на своём, заодно не предаст православных славян. Как бы ни пыжилась сейчас Австрия, в одиночку воевать с нами она испугается. А французы с англичанами не прочь захватить побольше земель Порты. Лягушатники нацелились на побережье Леванта, а островитяне хотят отторгнуть турецкие владения в Персидском заливе и Йемене. Так что у России есть все шансы выжать из ситуации максимум, отстоять завоевания союзников и посадить на болгарский трон своего человека, а не какую-нибудь немчуру. Ещё надо учитывать кризис с беженцами, который сейчас разразился у османов. Более полумиллиона переселенцев, и это не предел, придётся чем-то кормить. В следующем году страну ждёт голод, а хлеб султан сможет купить только у нас. Это будет дополнительным рычагом влияния на переговоры. Но шут с ним, давай перейдём к внутренним делам. Тебе не кажется, что мы сильно просчитались?

Видя недоумение собеседника, поясняю.

— Наш издательский трест поддался общему псевдопатриотическому настрою, что непозволительно. Мы всегда целенаправленно поддерживали монархию, но выражали мнение реформаторов. А подконтрольные «Священной дружине» ретрограды своими демагогическими заявлениями разрушили общественный баланс. Даже либеральная пресса поддалась всеобщей истерии. Первоочередной задачей нашего концерна я считаю необходимость успокоить общество. Нужно вдолбить в мозг восторженных патриотов, что страна не потянет новой войны. Финансы России и так пришли в упадок, контрибуции от турок не будет. Новый конфликт просто разорит империю и хуже всего — вернёт политическую ситуацию образца 1856 года. Поэтому люди должны понять, что русская армия одержала великую победу, уничтожив векового врага! А заявленный проект будущего мирного договора — оптимальный вариант. Всё остальное ведёт к эскалации напряжения и заморозке конфликта. Сейчас Россия захватывает стратегически важные земли, и в будущей войне может воевать чужими руками. Тот же балканский союз православных государств станет неприятным сюрпризом для Австрии. А восточные народы будут копить силы для окончательного решения турецкого вопроса. Держи мои мысли по этому поводу и подключи к работе самых лучших журналистов.

Передаю Мосолову папку с записями. Пришлось по возвращении в столицу заняться геополитическими вопросами. Я не сомневаюсь в адекватности Урби, тем более что план мирного договора разрабатывался ещё до начала войны. Я передал его Шувалову, его ребята кое-чего исправили, и граф утвердил проект у императора. Так что нынешний глава МИД фактически выполняет приказ и может поплатиться за самоуправство. И если на раннем этапе Александр и высшие сановники, посвящённые в детали, сомневались в проекте, то предательство румын качнуло весы в нужную сторону. Есть некоторые сомнения по лояльности греков, но три славянских народа сейчас находятся под полным контролем нашей дипломатии и разведки. А люди одного графа для надёжности устранили Стефана Стамболова, как одного из самых ярых русофобов среди болгарских лидеров.

Я вообще организовал целый офис в Софии, который должен отслеживать наиболее враждебных к нам политиков будущей независимой Болгарии и её соседей. Парадокс ситуации в том, что многие русофобы жили и учились в России. Но, к сожалению, часть потенциальных союзников прониклась революционными идеями и возненавидела русское самодержавие. Ничего страшного — пуля в голову является отличным аргументом для вправки мозгов. В этом плане с сербами, и особенно черногорцами, гораздо проще. Оба народа прекрасно понимают, что захватили земли, на которые зарилась Австрия, и им надо держаться пророссийского курса. Всё это, в достаточно аккуратной форме, мы будем объяснять отечественному читателю. Пока в нашей прессе не печатался развёрнутый анализ политической ситуации в мире. Вот мы и станем первопроходцами.

Что касается других новостей, то наш царь-батюшка устроил себе турне по стране — благо, железные дороги позволяют спокойно путешествовать осенью. Самодержца с нетерпением ждут во многих городах, дабы выразить свои чувства. Хотя патриотический подъём в империи велик как никогда, я поработаю над дополнительным имиджем Александра. Ведь одно дело Крым, Ростов, города Поволжья и совсем другое — Москва с Питером. В столицах слишком сильно влияние партии наследника и «дружины». Но это вопрос решаемый, главное — заключить успешный мирный договор и правильно объяснить его преимущества обществу. В этом случае империю ждёт долгий период мира и возможность без сопротивления внутренней оппозиции спокойно довести реформы до ума.

* * *

— Ты уверен в необходимости подобной экспансии? У нас и в России проектов хватает. Тем более, какой смысл лезть в такие малоразвитые страны? — Катарина, как всегда, выступает в роли скептика.

У нас очередное заседание узкого малого круга руководителей компании. Харлампиев как раз вернулся из долгой поездки по Европе, вот мы и обсуждаем её итоги с перспективами.

— Я давно решил разделить европейские и внутренние дела. Тем более, что «Groningensche Wisselbank» стараниями Петра, — киваю на Харлампиева, — Является автономной структурой и приносит неплохую прибыль. По сути, банк давно стал инвестиционным, хотя формально считается сберегательным. Главное, чтобы в наши дела не лезли излишне любопытные конкуренты. Потому мы и начали переориентировать свои операции на Иберийский полуостров с перспективой застолбить хорошую поляну в Южной Америке. Отделения в Барселоне, Мадриде, Бильбао и Лиссабоне — только начало. Думаю, уже в следующем году мы откроем представительства в Каракасе, Сан-Пауло и Буэнос-Айресе. Эти регионы крайне перспективные, с бурно развивающейся экономикой. Но им не хватает инвестиций и технологий. Так, сам бог велел принести туда требуемые вещи и закрепиться. Остальные мировые игроки привыкли вывозить сырьё, опутывать местных кредитами и продавать устаревшую технику. Мы же можем работать на совершенно иных условиях. Да и неинтересны крупным банкам эти страны. Гораздо проще вкладывать деньги в английские, французские и немецкие проекты.

Да. Я продолжил своё поступательное движение в Испании, которое перекинулось на Португалию. Почему-то эти страны привыкли считать отсталыми и бедными, но всё не так просто. Мадрид за счёт денег, полученных от продажи Филиппин и Кубы, решил финансовые проблемы. С учётом долгожданного спокойствия в обществе, страна превратилась в весьма интересный для инвестиций вариант. Пока англичане, немцы и французы раздумывали, мы влезли в железнодорожную, горнодобывающую и сельскохозяйственную сферу. Компания Козелл-Поклевского является главным поставщиком оборудования для Испании и её колоний в Африке.

У португальцев вообще не было проблем с деньгами. Лиссабону просто катастрофически не хватает современных технологий. Поэтому наше предложение, на фоне успешной деятельности в Испании, было встречено португальцами положительно. Мы уже по рабочей схеме начали строить завод по производству железнодорожного транспорта. Также компании удалось выиграть тендер на строительство двух веток, связывающих Португалию с Испанией. Уже в процессе работ, правительство Антониу Жозе де Авила предложило нам принять участие в ещё двух амбициозных проектах. И если «железка» в Анголе меня практически не заинтересовала, а вот план строительства ветки между Лоуренсу-Маркешом и Йоханнесбургом, я одобрил не раздумывая. Денег у буров больше, чем португальцев, но они не главное. Появилась удобная возможность влезть в южноафриканские расклады с перспективой нагадить англичанам. А за это я готов даже доплатить. Надо будет отправить на юг парочку бывших военных, которые проведут рекламную кампанию русского оружия. Прошедшая война как раз показала преимущество наших винтовок и пушек. Думаю, буры, на земли которых зарятся сэры, с радостью приобретут самое современное вооружение. Я им ещё заводы построю, обеспечив оборудованием и обучением специалистов, лишь бы ребята подготовились к предстоящей войне с Великобританией.

Но эти проекты уже сейчас требуют большого приложения сил и подготовки новых специалистов. Мы вынуждены распылять свои кадры, направляя их на Пиренеи. А ведь ещё есть западноафриканский проект, где мы тоже участвуем в строительстве железных дорог. Про будущее освоение венесуэльских месторождений нефти даже думать боюсь.

Ко всему прочему я начал создавать собственный торговый флот, но под испанским протекторатом. То есть портами приписки у кораблей являются Бильбао, Кадис, Малага, Тенерифе и Барселона. Ходить они будут под испанским флагом, но это моя собственность. Конечно, придётся немного делиться с правительством Испании, но это мелочь. К тому же мы неплохо загрузили испанские верфи, где уже заложен десяток судов. Правда, двигатели для наших корабликов изготавливаются в России, так как в Испании подобных технологий пока нет. Судостроительный проект добавил вистов нашей компании на полуострове.

Потому тётя и ворчит, что кроме людей, мы перекидываем на Запад деньги. Хотя компания уже два года получает просто суперприбыли. И для нас не проблема инвестировать сразу в несколько перспективных проектов. Катарина просто не понимает бонусов, которые принесёт создание транснациональной корпорации. Причём мы достаточно грамотно замаскировали свои зарубежные активы, выдавая их за голландские и испанские. Если копать глубоко и методично, то найти бенефициаров не проблема. Но я стараюсь работать аккуратно и пока не пересёк дорогу ни одному крупному игроку. Разве что потеря англичанами монополии на испанскую и португальскую железную дороги были встречены на острове весьма болезненно. Только это не та сумма, из-за которой устраиваются разного рода диверсии или давление на конкурентов.

— Есть у меня ещё интересное предложение. Я хочу начать избавляться от наших активов в металлургии и частично машиностроении. Понимаю твоё недоумение, — обращаюсь к тёте, так как Пётр разделяет моё мнение, — После окончания войны стоимость металла упадёт. Вообще, страна начнёт переориентировать экономику на более мирные направления. Оставим пай в концерне Мальцова, завод в Твери и столичную промышленную зону. Один инструментальный завод приносит прибыли больше, чем наша доля в предприятиях Юза. Значит, продадим всё, пока акции котируются высоко, и вложим деньги в новые технологии. К тому же я нацелился строить полноценное производство самобеглых машин, пора нам уже начинать завоёвывать рынок. Поэтому нет никакого смысла заниматься сырьём. Мы всегда можем купить любое количество металла и иных материалов у производителей. Что касается нефти и банка, то здесь без изменений.

Я считаю, что пора переходить ко второй части плана развития нашей компании. Надо оставить за собой высокотехнологические производства, динамит с прочей взрывчаткой, вооружения, нефть и финансы. Всё остальное надо сбрасывать. В перспективе подумываю продать даже большую часть акций заводов, выпускающих паровозы и вагоны. Уж слишком обострилась конкуренция, хотя она носит вменяемый характер. Основные игроки договорились разделить госзаказ, что существенно снизило наши доходы. Я потому и полез в Испанию, чтобы не перепрофилировать цеха. Но с учётом того, что лет через пять южане сами смогут обеспечивать себя необходимой техникой, лучше скинуть активы. Себе же оставим КБ и НИИ, которые будет тесно сотрудничать с профильными заводами.

Ещё в мои планы входит создание дизельных двигателей, с последующей установкой их на тепловозы. Но здесь пока всё из области теории. Зато у нас наметился прогресс с ДВС. Почему я и хочу начинать строить технику и автомобили, работающие на бензине. Или начнём с движков, работающих на сырой нефти. Понятно, что время паровых двигателей будет длиться ещё долго, но кто мешает опережать конкурентов? Главное, чтобы страну не шатало, и император придерживался выбранного курса. А планов у меня просто громадьё!

— Что касается фонда пострадавшим от войны и их родственникам, — перехожу к третьей, но крайне важной теме, — Наша задача — помочь как можно большему количеству людей. Мы уже обсудили это вопрос с Мосоловым, и вскоре в газетах начнётся целая кампания по консолидации общества. Необходимо направить помощь не на какие-то глупые акции, вроде строительства церквей или редким посещениям высокопоставленными персонами госпиталей и приютов. Нужен глобальный подход и объединение заинтересованных всех сил.

— Если ты опять начнёшь с обвинений, то ничего хорошего не выйдет. Да и не захотят многие люди подчиняться какому-то фонду. И не забывай, что многие дела, связанные с благотворительностью, находится в руках императрицы, — резонно заметила тётя.

— Поэтому мы покажем всем неравнодушным людям новый путь. Ранее помощь пострадавшим и калекам ограничивалась редким подачками. Мы же будем интегрировать их в нормальную общественную жизнь. Начнём с целого производственного комплекса, который будет выпускать костыли, протезы и коляски. Наши технологии позволяют делать их более лёгкими и удобными. Далее необходимо развернуть пункты помощи увечным во всех крупных городах империи, — делаю пару глотков воды и продолжаю, — Вторым этапом станет создание целой программы. Первостепенная задача — охватить как можно больше людей, частично потерявших дееспособность, но обладающих разного рода профессиональными навыками. Никто не мешает одноногому офицеру стать хорошим учителем, точно так же однорукий солдат может передавать своё мастерство ученикам ремесленных училищ. Нельзя допустить, чтобы инвалиды[1] медленно теряли уверенность или спивались в одиночестве. Они — герои, пострадавшие за Россию, а значит, общество обязано сделать всё, чтобы вернуть их к нормальной жизни. Более того, калек и получивших сильные ранения людей необходимо привлекать на производства. Может, начнём создавать специальные мастерские и мануфактуры. Пусть они будут убыточными, зато люди станут ощущать свою полезность. Ещё не мешает дать объявление о поиске талантов. Пусть увечные помогают испытывать и усовершенствовать протезы и костыли. К сожалению, наша страна славится неумением использовать колоссальный потенциал собственного народа. Почему не начать исправлять ошибку? Хотя, мы давно собираем таланты по всей империи.

Тётя и Пётр слушают внимательно и, судя по всему, полностью поддерживают мою инициативу. По дороге домой я посетил московский приют для увечных воинов и пришёл в полный ужас. Это же какой-то концлагерь, а не богоугодное заведение. И об этом будет написано в моих газетах, несмотря на реакцию властей.

— Есть ещё огромное количество пострадавших, о которых не принято вспоминать — семьи погибших и увечных. Люди получают мизерные пенсии и вынуждены влачить жалкое существование. Им мы тоже окажем помощь, привлекая как можно больше союзников из промышленников, купцов и части аристократии. Надо дать возможность выходцам из таких семей получить работу, а самым толковым нормальное образование. Процесс будет долгим и трудным. Но если мы поможем даже десятой части нуждающихся, то это станет огромным достижением. И главное — нам необходимо сломать существующее отношение к данной проблеме в обществе. Это даже большая необходимость, нежели прямая помощь людям. Заодно, государство и чиновники вынуждены будут реагировать на возмущение, которое обязательно возникнет. Придётся опять конфликтовать с бюрократами, но при наличии сильных союзников мы победим. Нельзя безразлично относиться к проблемам людей, которые пострадали на службе России.

[1] В дореволюционной России «инвалидами» называли уволенных в отставку нижних чинов. То есть это было синонимом современного термина «ветеран».

Глава 21

Не таким я себе представлял 1878 год. А ведь для России всё начиналось просто изумительно, да и мои дела радовали. Страна была буквально на подъёме, и большая часть общества с оптимизмом смотрела в будущее. И оснований для этого хватало.

После окончания Римской мирной конференции, осенью 1877 года даже самые оголтелые «ястребы» признали, что империя одержала дипломатическую победу. Она тем приятнее, что сначала мы наголову разбили врага на поле боя. Думаю, не зря пресса начала с восторгом сравнивать нынешнюю ситуацию с Парижским мирным договором, венчавшим победу над Наполеоном.

Я придерживаюсь иного мнения и считаю нынешний успех гораздо более весомым, нежели победа Шестой антифранцузской коалиции. Во-первых, Россия самостоятельно разгромила достаточно сильного врага и показала Европе свою силу. Во-вторых, надо учитывать внутренний психологический момент, ибо больше никто не вспоминает о поражении в Крымской войне. А в-третьих, империя настояла на своём и не позволила кому-то помешать нам воспользоваться победой.

Как мы и планировали, Болгария получила полную независимость, вместо номинального вассалитета от османов, предлагаемого европейцами. Более того, Урби удалось отстоять вхождение в новое государство Македонии и части Западной Фракии с выходом в Эгейское море. Сербия и Черногория разделил Боснию и часть Герцеговины. Россия аннексировала Добруджу, а также Батум, Карс, Аргадан и Баязет с прилегающими территориями. Так же Санкт-Петербург получил протекторат над Анатолийской конфедерацией, куда, кроме армян вошли ассирийцы, езиды и небольшие общины шиитов. Курды-сунниты и небольшое количество турок быстро покинули новое квазигосударство, резонно опасаясь мести за многовековые притеснения. А больше нам, на данный момент, и не нужно. Это опять моё мнение, так как горячие головы в столице призывали захватывать земли вплоть до Басры и даже Киликии. Демагогам невдомёк, что никто России подобного не позволит.

После небольших споров, хорватская часть Герцеговины выделилась в отдельное княжество с формальным подчинением Порте. Англичане официально отторгли Крит, а итальянцы Родос. Французы получили протекторат над Палестиной, но против их претензий на Левант и Трансиорданию выступили все участники переговоров. Сам Левант получил автономию от Константинополя, но не формальную, как хорваты. В проигрыше оказалась Румыния, мнение которой никого не интересовало.

Особенно мамалыжников взбесило, что на болгарский трон удалось посадить героя войны генерала Константина Кесякова[1]. Тот принял титул Константина III Асень, что весьма симптоматично для истории страны. Не знаю, насколько обоснованы претензии нового царя на древний род, но думаю, специалисты генеалогии чего-нибудь придумают. Но главное — более нет даже речи о каком-то союзе или конфедерации Болгарии и Румынии. И Россия получила своего человека во главе страны, что важнее ущемлённых чувств каких-то румын и прочих цыган.

Я же всё это время с выгодой использовал сложившуюся ситуацию. Кроме эмоциональной составляющей, страну охватила эйфория экономическая, если так можно выразиться. Несмотря на огромные трудности и дыру в бюджете, Грэйг умудрялся держать финансы страны на плаву. Более того, российская экономика сейчас достаточно привлекательная для инвестиций, в первую очередь из-за бурного развития железных дорог, металлургии и сельского хозяйства. Также надо учитывать кризис, вызванный войной в Америке и определённым упадком экономики САСШ со странами Карибского бассейна. Многие европейские рантье начали вкладывать деньги в компании, работающие на российском рынке. Самым настоящим спасением для страны стал ежегодный рост добычи золота, серебра и нефти. В эти сферы иностранцам вкладываться нельзя, но сейчас бурно развивает добыча других полезных ископаемых, а ещё лёгкая и химическая промышленность. При этом грамотные протекционистские законы позволяли развиваться отечественному производителю. Плюс неплохо работал антимонопольный комитет, не позволявший создать монополи. Крупных трестов хватало, но они были вынуждены диверсифицировать свою деятельность.

Под такое дело нам легко удалось продать доли в добывающих и металлургических концернах, перенаправив вырученные средства в более высокотехнологичные производства. Уже не за горами первые двигатели, работающие на сырой нефти. А значит, вскоре появятся суда, автомотрисы, строительная техника и тягачи нового типа. Инженеры инструментального завода обнадёжили, что первые испытания нового движка, поставленного на дрезину, пройдут в конце лета.

Я уже начал задумываться о первом русском трамвае на основе автомотрисы, сразу перескочив через конку. Общественный транспорт — это золотое дно и заказы на долгие годы вперёд. К тому же автомотрисы с кранами и прочими приспособлениями давно востребованы на крупных заводах, где проложены узкоколейки. Если наши механизмы на паровом двигателе раскупаются как пирожки, то новые изделия станут ещё популярнее. И это только начало, так как в приоритете у меня автомобили разнообразных конструкций. В принципе, можно начать производство машин сразу после испытания двигателя. Но всё упирается в отвратительное качество дорог. Поэтому мы пока интенсивно готовимся, экспериментируем и устраняем ошибки.

У Агнешки тоже неплохо шли дела с её сетью ювелирных магазинов. Да и производство белья приносило отличный доход! Здесь, правда, не удалось стать монополистом, но целая сеть магазинов в России и Европе, при грамотной рекламе, контролирует половину рынка. В общем, настроение у меня было самое оптимистическое и позитивное. И вдруг приходит новость, которая ломает буквально все мои достижения в этом мире — убит император. Подспудно меня мучил подобный вариант развития событий. Но террористическое подполье в России уничтожено, если не брать одиночек и группы наивных мечтателей, периодически заявляющих о себе. Только подобные персоны не представляют реальной опасности. К тому же охрана императора работала на самом высоком уровне, и постепенно я успокоился.

Меня должна была насторожить смерть императрицы, которая произошла за два месяца до покушения. Но тогда дел было невпроворот, и я упустил этот момент. К тому же Долгорукова вроде перестала мечтать о браке с Александром, что снизило накал в семействе Романовых, так мне тогда казалось. Только где-то я просчитался.

Из того, что удалось узнать, императора убили во время посещения приюта для увечных воинов. Стрелял в него санитар, которого не удалось взять живым. Телохранители и не успели среагировать, так как никто не ожидал такого варианта развития событий.

* * *

На выходе из большой церкви Зимнего, Мосолов перекрестился и зашагал со мной рядом. К прощанию с Александром, на второй день после убийства, были допущены высшие сановники, генералы и знаковые фигуры русского общества. Мы с Александром вошли в этот круг и удостоились чести присутствовать при переносе тела покойного через весь дворец в церковь.

Начало мая в Питере выдалось прохладным, поэтому я плотнее закутался в лёгкое пальто и двинулся по Адмиралтейской набережной. Впереди и сзади нас шло по паре охранников, и ещё один человек контролировал ситуацию на расстоянии. Фредди настаивал, чтобы я вообще перемещался строго в карете и не высовывался из дома. Но есть у меня чуйка, что в ближайшее время покушений не будет. А вот других неприятностей стоит ожидать. Это мы и решили обсудить с Сашей, прогуливаясь по городу.

— Как такое возможно? — воскликнул Мосолов, — Какой-то «Союз благоденствия», о котором никто толком не слышал, убивает императора, окружённого охраной, среди бела дня. Да ещё в таком месте! Это какая-то запредельная гнусность! Я не могу это понять и принять.

Мой друг за последние дни будто высох. Черты лица обострились, кожа бледная, что на фоне красных глаз создавало облик нездорового человека. Надо провести беседу с сестрёнкой, дабы вставила мужу хороший нагоняй. Он наверняка и не ел толком, посвятив всё время работе. Смысла в монументальных статьях, описывающих достижения императора, я не вижу. Мне кажется, вполне хватит некролога, что убит царь «Освободитель». Ведь Александр в этой реальности почти довёл до конца земельную реформу — выкупные платежи снижены в несколько раз, а в некоторых губерниях они фактически отменены путём выдачи помещикам специальных облигаций. Только за это потомки должны ставить императору памятники в каждом городе. Ведь у потенциальных революционеров выбили главный аргумент для раскачивания лодки — закон о земле. Что касается положения пролетариата, то в империи России действует самый прогрессивный Трудовой кодекс в мире. На фоне военной, земской, судебной, финансовой, и реформе образования, можно с уверенностью заявить, что предпосылки для революции сведены к нулю. Не всё так хорошо, но при следовании заданным курсом, процесс перемен планомерно сделает из империи развитое во всех отношениях государство. Другой вопрос, а будет ли новый монарх продолжать дело предшественника?

— Тебя не насторожило, что в окружении наследника вдруг оказался Мезенцов, который фактически возглавляет ОКЖ? Говорят, что начальник жандармов Потапов совершенно сошёл с ума, и всеми делами давно заправляет наш гуманный Николай Владимирович?

— Ты думаешь? — резко вскинулся Саша и хотел, чего-то спросить, но я его перебил.

— Давай по порядку. Год назад какая-то сумасшедшая девка Засулич пыталась покушаться на обер-полицмейстера Санкт-Петербурга. В результате происшествия охрана Трепова превратила террористку в дуршлаг. Само расследование выявило, что за психически нездоровой барышней стоит кружок молодых балбесов. Забавно, что именно мадемуазель Вера оказалась среди этого сброда наиболее решительной и способной на действия. Только вместо того, чтобы порадоваться за спасение важного чиновника, в обществе начинается форменная травля. Мол, вооружённые до зубов опричники убили глупую девчонку, не представляющую никакой опасности. Мы с тобой прекрасно знаем, откуда дул ветер недовольства. По удивительному совпадению, в едином порыве слились либералы, недобитые социалисты и «дружинники». В итоге, «преданный пёс Александра» обиделся и подал в отставку. Чем тогда думал император, я не знаю. Но точно не головой.

Делаю небольшую паузу и смотрю на тёмные воды Невы. За более чем семнадцать лет, учитывая учёбу в пажеском корпусе прежнего Юзека, я так и не смог полюбить этот город. Мрачный, с отвратительной погодой, вечной сыростью и ветрами, он меня угнетает. Но главное — это сборище змей и паразитов, окопавшихся в столице России, которых хочется отправить на каторгу всем скопом. Мосолов тем временем смотрит на меня, ожидая продолжения.

— Далее непонятная рокировка с переводом главы МВД Тимашева на пост губернатора Виленской губернии и возвращение на должность министра Валуева[2]. Нет, я согласен, что Северо-Западный Край, Прибалтика и Финляндия, крайне важные регионы. Но зачем реинкарнировать политический труп экс-министра, отличавшимся служебным несоответствием и вечными колебаниями? Над потугами этого деятеля изображать реакционера смеялись даже его друзья-либералы. То есть сановник по прозвищу «ни рыба ни мясо», вдруг становится одной из важнейших фигур, отвечающих за безопасность в империи. И по странному стечению обстоятельств, Пётр Александрович сегодня тоже оказался в свите наследника.

— Значит… — неуверенно произнёс Мосолов и замолчал.

— Это пока не всё. Накануне покушения в столице вдруг появляется туркестанский генерал-губернатор, а по совместительству — брат царя, Константин Николаевич. Насколько я помню, ему запрещено покидать место службы. То же самое касается ворюги Ник Ника, которого, фактически сослали в Москву, вернее, его подмосковное имение. Но тело императора ещё не остыло, а наш пострел оказался в Питере, — смотрю, а Саша совсем приуныл, — Но и это ещё не всё. За месяц до убийства монарха, Шувалов отправляется с инспекторской поездкой в Югороссию и Добруджу. Уж больно много жалоб шло на бесчинства интендантов и чиновников при выводе армии с Балкан. Народ расслабился после отъезда большого начальства и прекращения чисток. Вернее, часть ответственных лиц просто обнаглела. Так что в ближайшие дни полетят головы и увеличится поток переселенцев в Сибирь. Вот только одна из главных опор императора, с наиболее грамотными специалистами, оказались далеко от столицы. Думаю, всё гораздо сложнее, но суть мною изложена, верно. И я не наивный юноша, чтобы верить в такое количество совпадений. Особенно когда дело касается власти в огромной империи.

Некоторое время мы шли молча. Мосолов полностью погрузился в свои мысли. Я же разглядывал достаточно многолюдную набережную, по которой народ двигался в сторону Зимнего дворца. Сегодня к телу царя простых смертных не пустят, но вроде завтра и послезавтра у людей будет возможность проститься с самодержцем. Думаю, простая публика прекрасно понимает, как изменилась их жизнь за поседение десять лет. И народ пойдёт смотреть на гроб с телом не для праздного интереса. Даже я, при всём скепсисе в отношении Александра, жалею о смерти этого неоднозначного человека.

— Что мы будем делать? — Мосолов задал очевидный вопрос.

— Ты — ничего. Продолжишь заниматься нашим издательским трестом. Только прошу, забудь про этот разговор и не показывай никому даже намёк на подозрения о виновниках покушения, — останавливаюсь и внимательно смотрю в бледное лицо друга, — Нельзя привлекать внимание заговорщиков к нашей семье.

— Но ведь тебя они не оставят в покое, — резонно заметил Саша.

— Это совсем другое дело. Я им не мальчик для битья, — отвечаю с усмешкой больше похожей на оскал, — Буду ждать шагов со стороны новых хозяев. Уж слишком много мозолей я отдавил, ещё и богат до неприличия. Не переживай, в бутылку никто лезть не собирается, придётся договариваться с подлецами. А сейчас немедленно поезжай домой, поешь и хорошенько выспись. Если, не дай бог, ты начнёшь своевольничать, то вечером я пришлю к вам тётушку. Она вправит тебе мозги.

— Только не это! — Мосолов впервые за сегодня улыбнулся и шутливо вскинул руки, — Я свою тёщу люблю и уважаю, но хочу сегодня отдохнуть. Как доеду до дома, то сразу перехожу в распоряжении Ирены. Она с утра меня уже отчитывала и тоже угрожала мамой.

Мы рассмеялись и стали ждать извозчика, которого пошёл ловить один из охранников. Мой возок следовал на небольшом расстоянии. Это Саша человек не особо важный, и нападение на него будет сущей глупостью. А вот меня могут попытаться устранить, поэтому лучше перемещаться в своей карете и с охраной. Хотя сейчас столицу патрулируют гвардия, проверяющая всех подозрительных персон, но бережённого бог бережёт.

Что касается моих собственных дел, то компания оказалась в подвешенном состоянии. Вроде как глупо пытаться уничтожить столь мощную структуру, которая приносит много пользы стране и платит немало налогов в казну. Только кто разберётся в логике заговорщиков? Думаю, у меня есть пара месяцев, чтобы принять меры для дополнительной защиты своих капиталов. Но я опять ошибся. Ещё Агнешка проявила своенравие и не захотела слушать глас разума.

* * *

— Ни за что! Катя — моя подруга, и я никогда её не брошу! Хорошего ты мнения о собственной супруге, Юзеф Козелл-Поклевский! Неужели я похожа на всех этих крыс, сбежавших, будто с тонущего корабля? Как только пришло сообщение о гибели императора, так дом княжны сразу опустел. Никто не удосужился приехать и выразить соболезнования. Я вчера целый день провела у неё, и буду поддерживать подругу впредь!

Положительно, мне повезло с женой в этом мире! А ещё она с годами становится всё красивее, уж для меня точно. Вон как сверкает своими серыми глазищами! Лицо раскраснелось и полно истинного негодования. Когда Агнешка злится — она особенно прекрасна! Чувствую, что мои мысли начали склоняться в иную, более горизонтальную плоскость.

— Присутствие на похоронах, при негласном запрете окружения наследника — весьма авантюрная затея. Никто не мешает княжне и детям проститься с императором негласно. Только появление на публике будет расценено как вызов. Ты же поддерживаешь Екатерину, вместо того, чтобы отговорить её от опрометчивого шага, — стараюсь говорить спокойно, дабы не раздражать жену лишний раз, — Мы можем пригласить твою подругу к нам на дачу. Ей не мешает развеяться и успокоиться. А там всегда толпа детишек, которые не дают никому скучать.

— Я не ожидала от тебя такой осторожности, попахивающей трусостью! Какая дача? Как можно перестать горевать по любимому человеку? — Агнешка снова завелась и сделала будущий спор бесперспективным, — И что значит окружение? Этот толстый трус не мог сам поговорить с Катей? Наверняка «бульдожка» специально послал какое-то ничтожество, дабы довести до княжны столь гнусное предложение.

Но я всё-таки попытаюсь убедить её в разумности моих аргументов.

— Мы не знаем всей расстановки сил в окружении наследника. Мне тоже не нравится сложившаяся ситуация, но глупо её усугублять, — судя по сузившимся глазам, мои аргументы, сделали только хуже, — Твоё присутствие на похоронах подставляет под удар нашу семью. Тем самым ты выражаешь откровенное пренебрежение людям, пришедшим к власти. Никто не призывает тебя бросать подругу, но почему не проявить разумную осторожность?

Последние слова я произнёс специально, дабы разозлить Агнешку ещё сильнее. Эмоционально я одобряю её решение, но с прагматической точки зрения — это ошибка. Правда, сейчас мне уже не до её желания идти на похороны. Меня охватило совершенно иное желание. Супруга этого пока не поняла и приготовилась к новой отповеди. Но в этот раз без шансов.

— Ты… — вскакиваю с кресла и впиваюсь в желанные губы, несмотря на небольшое сопротивление.

Отрываюсь от жены и смотрю в её удивлённые глаза. Затем целую её уже менее экспрессивно, но с чувством и расстановкой. Вижу, что Агнешка тоже завелась, но до сих пор злится.

— Ты невыносим! — супруга попыталась меня оттолкнуть, но я уже забрасываю её на плечо, — Юзек, куда ты меня тащишь? Ведь дети могут услышать! Юзек!

* * *

— Вы так настойчиво требовали встречи, граф, что несказанно меня удивили. Надеюсь, дело действительно важное и не терпит отлагательств?

Молодой человек в это время разглядывал обстановку моего кабинета и, казалось, не слушал, что я говорю. Понятно, что посмотреть есть на что. Ведь совсем недавно у меня появилась новая мебель, более подходящая середине XX века. Но это не причина вести себя столь вызывающе.

Кстати, посетил меня Пётр Андреевич Шувалов, полный тёзка главы ЕИВ канцелярии, только представляющий младшую ветвь известной и разветвлённой фамилии. Ещё гость был моложе и принадлежал к совершенно иному лагерю, нежели именитый родственник.

— Мой дядя, граф Воронцов, являющийся заместителем председателя «Священной дружины», хочет срочно видеть вас, — начал этот нахал, уставившись на портрет Агнешки, демонстративно не обращая на меня внимания, — Прошу вас следовать за мной. И можете не брать с собой полк охраны, постоянно вас сопровождающий, мы гарантируем вашу безопасность. Вот записка от Семёна Михайловича.

А это уже откровенный вызов. Вроде взрослый человек, всего на год меня младше. При этом ведёт себя крайне вызывающе и, совершенно позабыв, с кем имеет дело. И ладно бы товарищ был какой-нибудь шестёркой. Так ведь нет, молодой граф — наследник своего дяди по матери, одновременно богатейшего человека России, который его, собственно, прислал.

Вызвать на дуэль этого наглеца я всегда успею. Вернее, можно спровоцировать его на вызов, выбрать мой любимый палаш и спокойно зарубить недоумка. Только в этом случае придётся поссориться с Воронцовыми, Шуваловыми и ещё несколькими знатными фамилиями. Будь иные времена, то я бы плюнул на опасения. Но сейчас обстоятельства складываются не в мою пользу.

— Вы ничего не перепутали? — делаю максимально ироничное лицо, — С каких пор одно частное лицо имеет право приказывать другому? Мой титул и оскорбительную форму вызова мы пока отодвинем в сторону. Меня мучает другой вопрос. Ваша «дружина» получила официальный статус и стала замещать в империи функции жандармерии? Или ваши юродивые с демагогами теперь служат в МВД?

— Да как вы смеете так унизительно отзываться о членах «Священной дружины»? Её возглавляет Его Высочество Николай Николаевич, и будущий император всячески благоволит нашему правому делу, — граф аж подскочил с кресла и начал вести себя излишне экспрессивно, — Вы…

— Плевать я хотел на ваше гнусное сборище, о чём его членам давно известно. Давайте записку и выметайтесь. Если вы не прекратите вести себя по-хамски, то я самолично спущу вас лестницы и выкину на улицу, — мой шёпот переходит в шипение, настолько меня взбесил этот павлин, — Коли у вас хватит духу прислать секундантов, то так даже лучше. Завтра я не только зарублю вас, но ещё и перережу глотку, как привык делать с врагами. А теперь — вон!

Судя по всему, Иосиф Козелл-Поклевский обладает определённой репутацией в стане врага. Поэтому взбледнувший граф быстро покинул мой кабинет, даже не заикнувшись о дуэли.

Я же некоторое время приходил в себя, расхаживая по просторной комнате. Затем сажусь в комфортабельное кресло и звоню в колокольчик. Через секунду появляется слуга, выслушивает мой приказ и спустя пару минут, на моём столе оказывается бутылка вина с хрустальным бокалом. Наливаю тёмно-красную жидкость, вдыхаю аромат и делаю немалый такой глоток. Алкоголь рухнул в желудок и по телу начало разливаться тепло. Мысли немного успокоились, а тело расслабилось.

Разворачиваю конверт и начинаю читать записку Воронцова, оказавшуюся полноценным письмом. Этот хитрец наверняка предвидел мой отказ ехать на встречу, и вполне детально расписал свои хотелки. В принципе, ничего другого я не ожидал. Только «дружинники» решили не тянуть резину и сделали мне предложение. Идиоты! Они думают, что у меня нет выхода? Ведь любая лягушка, попавшая в клюв цапле, подтвердит, что из любой ситуации есть, как минимум, два выхода. Опять дёргаю за шнур.

— Фредди, они сделали свой ход, — говорю вошедшему немцу, — Кретины просто не оставили мне выхода. Поэтому прямо сейчас запускай план «А». Будут ещё переговоры, но у нас всё должно быть готово.

Глава СБ просто кивнул и покинул кабинет. Я же налил себе ещё вина и начал продумывать свои действия на случай, если план не сработает.

[1] Кесяков Константин Искрович (1839–1900), болгарский и российский военный деятель. Родился в городе Филиппополе (Пловдиве). Получив среднее образование в Пловдиве, уехал в Россию и поступил в Московский университет. Однако почувствовав призвание к военной службе, осенью 1863 года поступил военное Константиновское училище, которое закончил год спустя.

[2] Пётр Александрович Валуев (1814–1890) — русский государственный деятель из рода Валуевых: курляндский губернатор (1853–1858), министр внутренних дел (1861–1868), разработчик земской реформы 1864 года, председатель Комитета министров (с 1879). Действительный тайный советник, почётный член Петербургской Академии Наук. Написал несколько романов. Большой интерес для историков представляют его дневники.

Глава 22

— Это форменный грабёж, если называть вещи своими именами, — отвечаю после недолгого размышления.

Встречу с графом Воронцовым решено было провести на нейтральной территории. Понятно, что представитель группировки наследника не снизошёл бы до посещения моего офиса, но беседовать в ресторане немного пошловато. Одно дело, когда я пригласил в «Палкинъ» Эдмона Ротшильда, дабы продемонстрировать публике, с кем веду дела. И совсем другое, когда весьма специфические переговоры демонстративно выставляются напоказ. Или «дружинники» решили пойти моим путём, заодно подают команду непонимающим людям, что ситуация в стране изменилась. Но даже идиоты уже всё поняли, потому я и нахожусь в недоумении. Меня даже меньше удивил фактический ультиматум, озвученный минуту назад.

Если кратко, то главный богач и финансист заговорщиков, предложил десятую часть стоимости моих предприятий в обмен на свободу и возможность покинуть страну. Более того, мне с барского плеча разрешили остаться в России, но с запретом появляться в Питере и Москве. В принципе, вариант поселится в Крыму и заняться другим бизнесом, не самая плохая идея. Только эти любители не смогли реально оценить совокупную стоимость моих российских активов. Ведь это не только деньги, но и колоссальный интеллектуальный потенциал. У моих КБ и главного НИИ просто нет аналогов в мире. Но подобные рассуждения в пользу бедных. Главное — я не намерен отдавать ворам и предателям дело своей жизни. А ещё, с учётом крайне запятнанной репутации лидеров «Священной дружины», только идиот поверит их обещаниям.

Кстати, верхушка «дружинников» чувствует себя крайне неуверенно. Поэтому будущий император, его дяди и ключевые персоны группировки очень серьёзно относятся к собственной безопасности. Господа стараются не появляться на публике, выезжают по делам исключительно в сопровождении немалого конвоя. При этом никто не отменял частичное военное положение, введённое в столице. Как ещё назвать ситуацию, когда в Питере основные улицы до сих пор патрулирует гвардия? А ведь с похорон Александра прошло уже три дня. Заговорщики правильно делают, что забоятся о своей безопасности. Для меня не проблема уничтожить любого из них. Вопрос в том, что вместе они не собираются и акция по устранению станет единственной. Да и не хочу я демонстрировать свою решительность, идти на самые крайние меры. До сегодняшней встречи меня не покидали мысли, что удастся договориться.

Но всё оказалось хуже. Заговорщики даже не думали идти на какие-то разумные компромиссы. Они решили отжать все мои предприятия. Думаю, главной целью были динамитный, инструментальный и оружейные заводы. И конечно же, нефть. Расчёт у «дружинников» вполне логичный. Как только они заменят нынешнюю исполнительную власть на своих людей, так сразу последуют жёсткие действия. Господа не дураки и понимают, что просто отнять активы самого богатого человека в империи, значит, напугать остальных крупных предпринимателей. Поэтому конфискации пройдёт в рамках закона, который теперь на их стороне. Но это потребует немало времени, а насладиться своим триумфом, заодно набив карманы халявными миллионами, хочется уже сейчас. Самое смешное, что моё физическое устранение никому не выгодно. Государство не сможет напрямую вмешиваться в раздел имущества между наследниками. А затем махинаторам придётся иметь дело с десятком обладателей пакетов акций треста Козелл-Поклевских. Собственно своё желание отстаивать правоту в суде, я и объявил.

— Иосиф Янович, у вас просто нет выхода, — ответил Воронцов, протерев салфеткой губы, — При любых иных обстоятельствах мы могли договориться. И дело даже не в личной неприязни со стороны Его Высочества и ряда знатных семейств. Все помнят, сколько невинных людей пострадало оо графа Козелл-Поклевского, когда он служил в третьем отделении. И ваш недавний вояж в качестве комиссара и наветы на заслуженных генералов никто не собирается забывать. Но и это не самое главное. Вы один из организаторов и финансистов глупостей, которые назывались «Великими реформами». Только мало кто задумывается, что под этим громким названием происходило превращение России в дьявольское государство. Были попраны вековые устои нашего народа, нанесён колоссальный удар русской духовности, фактическому ограблению подверглись тысячи. Вы начали топтать саму основу нашей державы…

— Семён Михайлович, избавьте меня от этого пафосного лицемерия, пожалуйста, — в нарушение этикета прерываю речь собеседника, — Основной целью реформ являлось установление в России верховенства закона. И наиболее пострадавшей стороной стала аристократия, которую вы зачем-то величаете народом. Именно эта паразитарная прослойка наиболее пострадала от наших решительных мер. Ныне даже князьям и графьям не позволено творить произвол, ибо новое уголовное положение уравняло всех подданных империи. А ещё у вас отняли привилегии, но оставили право фактически занимать все наиболее важные должности в армии и гражданской службе. Что касается выкупных платежей, то достаточно жёсткая система по их получению, растянутая на несколько лет вполне объяснима. Это связано с паразитарным образом жизни, о котором я уже говорил. Большую часть денег наши аристократы пустили на ветер, вместо того, чтобы вложить в экономику страны. Более того, оказавшись с пустыми карманами и не имея возможности более выжимать соки из крестьян, многие господа пошли на различные ухищрения. В канцелярии ЕИВ была создана специальная комиссия, занимающаяся махинациями с залогом имущества.

— Да! Эту варварскую кучку, обокравшую и обанкротившую сотни достойных людей, мы распустим в первую очередь! — воскликнул Воронцов, явно задетый за живое, — Из-за них казне придётся компенсировать огромные суммы. Ещё и эти выкупные платежи. Думаю, крестьяне не обрадуются, когда они будут возвращены к первоначальным договорённостям. Будущие бунты и кровь, которая прольётся при их подавлении, окажутся на совести ваших коллег, граф. Но мы вынуждены будем пойти на эти меры, дабы восторжествовала справедливость. А мужик позже поймёт, что все действия направлены на его благо! Нельзя позволить разрушить патриархальную русскую общину, являющуюся столпом нашей державы. Именно она под мудрым руководством духовенства и императора, даст возможность России преодолеть будущие трудности.

Оказывается, ситуация гораздо хуже, чем я подозревал. Начать игры с выкупными платежами — значит восстановить против себя крестьянство. Это глупое решение вновь откроет простор для манёвра разного рода революционерам и подобной сволочи. Второй этап, связанный с выплатами и возвратом заложенного и конфискованного имущества нанесёт колоссальный удар по казне. Даже без этого бреда, нам надо минимум семь лет, дабы восстановиться после огромных трат, вызванных войной. Обсуждать же ересь про общину нет никакого смысла. Я наслушался подобной демагогии, когда размазывал Победоносцева и его соратников тонким слоем кала во время наших диспутов. Не думал, что достаточно образованный и грамотный человек, коим является Воронцов, серьёзно верит в подобную ересь.

Ещё меня развеселило само предложение. Мол, ты являешься личным врагом дядей императора и ещё десятков знатных фамилий, но если отдашь своё состояние, то мы тебя простим. Угу. Они реально считают меня таким кретином или думают, что из сложившейся ситуации нет выхода? Спорить никто не собирается, но продумать дальнейшие действия необходимо. Заодно, раз граф разоткровенничался, то надо выжать из него максимум информации.

— Какими средствами вы собираетесь компенсировать, так называемы потери? Бюджет на этот год свёрстан, а выпуск новых облигаций внутреннего займа сильно ударит по ассигнациям.

— Вам повезло обратиться к человеку, которому будущий император доверил исправлять ошибки предшественников, — собеседник расплылся в самодовольной улыбке, — Перед вами сидит будущий глава Комитета министров империи. Что касается резонного вопроса о компенсациях, то нам придётся делать займы и разрешить иностранные инвестиции в российскую экономику. Глупые и вредоносные протекционистские методы Грейга будут отменены. У меня уже есть более двадцати интересных предложений от британских и французских компаний. И это не предел. Кстати, непонятный закон о недрах и стратегическом сырье, уже отозван Его Величеством Александром III. Торопиться мы не будем, и пока Самуил Алексеевич исполняет обязанности главы правительства. Хотя, он уже ограничен в своих действиях и готовится к отставке. Но всё изменится через два месяца, когда пройдёт коронация и миропомазание. Так что у вас есть ещё время обсудить детали продажи компании Козелл-Поклевского. Далее уже никто не будет церемониться.

Очередные угрозы я пропустил и начал быстро анализировать ситуацию. Граф смог удивить меня гораздо сильнее, в отрицательную сторону, конечно. Группировка хочет не только уничтожить наш титанический труд по переустройству русского общества, но и отдать экономику на откуп западным корпорациям.

— Вы понимаете, что разумный протекционизм приносит хорошие результаты? Тот же Путилов создал особые рельсы, выдерживающие наши морозы, что не смогли сделать британцы. Изготовление отечественных чугуннозакалённых снарядов, лишившие немцев монополии тоже заслуга Николая Ивановича. Мальцов же в условиях жёсткой конкуренции с англичанами и САСШ начал выпускать паровозы гораздо лучшего качества. После усовершенствования продукция мальцовских заводов просто не имеет аналогов и продаётся в десятки стран, — пытаюсь вызвать у графа хоть толику понимания, но его насмешливый взгляд намекает на мартышкин труд, — Протекционизм позволил десяткам российских предприятий развиваться и переходить на отечественное сырьё. Мы даже перестали зависеть от немецких красителей, что позитивно сказалось на текстильной промышленности. Приход заграничного капитала нанесёт огромный ущерб рынку. Иностранцы, пользуясь неограниченными финансовыми возможностями, банально скупят лучшие куски нашей экономики. Сейчас мы ограниченно допускаем их на свой рынок и вынуждаем привозить самые современные технологии. Именно этот разумный симбиоз позволил сделать большой скачок русской промышленности.

— Я всё это знаю. Но вы забываете, что весомую часть денег экономика получила благодаря ограблению дворян. К тому же искусственное ограничение проникновения иностранного капитала сильно тормозит развитие экономики в целом. То же самое касается банковского сектора, мешающего развиваться нашим промышленникам. А теперь в России появится много свободных денег и промышленникам станет легче кредитоваться. А ещё мы отменим этот дикий «Трудовой кодекс» и систему государственной трудовой инспекции. Из-за заигрываний с чернью деловые люди лишаются огромных прибылей. Даже в прогрессивной Британии нет таких либеральных законов в отношении рабочих. И у нас им тоже делать нечего!

Воронцов продолжал нести подобную чушь. Слушаю его и понимаю, что эти гешефтмахеры хотят просто продать страну заграничным капиталистам под видом инвестиций. Не просто так новый император заблокировал закон о недрах, закрывающий иностранцам возможность скупать стратегические месторождения. Сама ограничительная мера действовала в виде указа. Грейг и министр финансов Брок просто собирали информацию, дабы внести в запретный список важнейшие минералы, недоступные для разработки иностранцами. То же самое касалось намерений закрыть целые сектора экономики вроде ВПК и связанных с ним производств. Мы уже сейчас опережаем ведущих производителей оружия. Даже пушки, изначально производимые по лицензии Круппа, давно опередили немецкие аналоги. А ещё у нас есть колоссальное преимущество в боеприпасах. Россия превосходит в этом плане конкурентов лет на десять. Европейцы только сейчас начали переходить на бризантные боеприпасы, и будут использовать из ещё лет двадцать. Наш же ВПК уже лет через семь будет готов к массовому выпуску снарядов на основе тринитротолуола.

Плох даже не сам допуск иностранцев на российский рынок. Меня смущает фигура главного манипулятора, стоящего за этими планами. Не удивлюсь, если Ник Ник будет иметь определённый процент с каждой инвестиции. Подобная ситуация уж больно напоминает Россию моего времени. Там тоже группа дельцов компрадорской ориентации, установила клептократический строй и разворовывает страну, прикрываясь благими целями. Неужели и в этой реальности мою страну ждёт подобная трагедия? Особенно больно это осознавать, что группа воров может за короткий отрезок разрушить результат пятнадцатилетнего труда.

А ситуация с возвратом беспредела промышленников и фабрикантов, просто не укладывается в голове. Неужели сложно понять, что хорошо мотивированный пролетарий, получающий нормальные деньги за свой труд, гораздо эффективнее. Ведь замученный четырнадцати часовым рабочем днём, вечными штрафами и превращённый в бесправное существо труженик, потенциально главный враг существующего строя. Кстати, на предприятиях Воронцова и его подельников были самые ужасные условия труда, за что их регулярно штрафовали и заставляли выполнять закон. Если бы не крышевание со стороны Ник Ника и госконтракты, которые группировка выбивала, пользуясь своим влиянием, то они давно бы разорились. Жалко, что у меня не дошли до них руки. Были у меня мысли организовать парочку знаковых забастовок и устроить шумиху в прессе.

Ладно, попробую ещё немного разговорить собеседника. Не стоит сейчас поддаваться эмоциям.

— Семён Михайлович, можно сколько угодно винить канцелярию ЕИВ в произволе. Трудно не согласиться, что благодаря жёстким мерам, государству удалось уничтожить террористическую угрозу. Ведь она была вполне реальна. Пример разгула насилия в Австрии, Британии и Франции показывает правильность выбранного курса. Но насколько я понял, вы хотите изменить систему работы этого ведомства. Только канцелярия занималась ещё и ревизионной деятельностью совместно с Госконтролем. Роспуск подобных структур сразу ослабит государство и воодушевит новых Каракозовых или Колодкевичей[1]. Не боитесь, что года через три — четыре новая поросль революционеров устроит охоту на Александра III?

Опять эта снисходительная улыбка, которая в иной ситуации взбесила бы меня до умопомрачения. Но сейчас она является признаком того, что граф готов делиться информацией.

— Мы же не наивные мечтатели! Более того, наш человек сразу после убийства Татаринова стал заместителем главы ЕИВ канцелярии. Именно князь Ливен возглавит столь нужную структуру после отставки графа Шувалова. Да и Имперская охранная служба будет продолжать свою работу. Её бывший глава Шереметьев сам избавил нас от необходимости убирать его с должности, уйдя в отставку.

Граф ещё чего-то вещал, а у меня в голове будто щёлкнул переключатель. Пазл, наконец, собрался, и всё стало ясно. Я никак не мог понять, откуда у заговорщиков информация о перемещениях императора. Значит, Ливен был тем засланным казачком, координировавшим убийство монарха. Надо будет добавить в своём блокнотике эту фамилию и поставить напротив крестик. Кстати, Воронцов в списке был, но я хотел дать ему шанс. Не получилось, и крестик он заслужил.

— Я надеюсь на ваше благоразумие, граф, — собеседник никак не мог прервать свой словесный понос, — Думаю, мы готовы пойти на определённые уступки и повысить первоначальное предложение. Но от вас требуется желание сотрудничать. Надеюсь увидеть вас в ближайшее время, а пока давайте прощаться.

Смысла сотрясать воздух я больше не вижу. И с Семёном Михайловичем я попрощался совершенно искренне. Жить ему осталось недолго, поэтому не вижу смысла портить человеку настроение. А ещё он мне сильно помог. Я сначала не понял причину разговорчивости графа, но всё-таки догадался. Воронцов много лет шёл к этому дню, состоя в тайном обществе. И вот, наконец, они победили и фактически достигли своей цели. Почему не посмеяться над одним из главных врагов, рассказав, как элементарно его провели. Только странно, что за столько лет никто из «дружинников» не разобрался в моей личности и методах работы. Может, в этой ситуации есть двойное дно и граф просто пешка? Тогда, зачем раскрывать мне схему действий заговорщиков?

* * *

Дабы подстраховаться я отправил всё наше многочисленное семейство на дачу. Даже тётя Катарина, несмотря на возмущение, была вынуждена покинуть столицу. Мне не нужны сейчас люди, которые будут путаться под ногами. Наши дома фактически опустели, и в них осталась только прислуга.

Что касается меня самого, то я временно съехал из дворца и занял недавно приобретённый дом у Московского вокзала. Здесь достаточно оживлённо даже в вечернее время, поэтому мало кто обратит внимание на людей, периодически посещающих здание. Да и место просто удобное. Тут мы сформировали штаб операции и несколько боевых групп ожидали команды. По мере выполнения, ребята должны были залечь на дно, а связник обязан доложить о выполнении или провале. Главную цель взял на себя Фредди, тогда как Янка отказался иметь отношение к будущей акции. Мы договорились, что полешук будет охранять моё семейство, а далее наши дорожки расходятся. В принципе, надо было давно отпустить Пырха, но он почему-то сам отказывался. С учётом немалого капитала, заработанного за последние годы, он мог жить в любом городе империи и даже мира. Но мой соратник никуда уходить не собирался, при этом давно отказался участвовать в силовых акциях. Это дело добровольное, и я никого не принуждаю. Тем более что пользы от Янки немало. Но сейчас мне не до него.

Да, я решил не позволять группе воров, прикрывающихся патриотическими лозунгами, разрушить плоды труда тысяч людей. Для меня вообще загадка, почему никто из вышестоящих чиновников не проявил принципиальность. Ведь вырази своё несогласие министры, главы силовых ведомств и ещё ряд влиятельных персон, то новый император мог задуматься о верности выбранного курса. Да и его соратники не лучились бы от самодовольства, мысленно распиливая активы страны. Только некоторые чиновники сразу переметнулись в лагерь «дружинников», чем вызвала вполне обоснованные подозрения, в своей информированности о заговоре. И если персона Валуева слишком ничтожна, дабы уделять ей внимание, то недооценивать и. о. главы ОКЖ весьма опрометчиво.

Поэтому после разговора с Воронцовым я бросил практически все ресурсы на подготовку к акции. Плохо, что действительно верных и надёжных людей у меня было мало. Пришлось довериться своей паранойе и отказаться от услуг более половины боевиков. Более того, в разработке атаки на два объекта я принял личное участие. Но всё упиралось в главное действующее лицо и, подготовившись, мы замерли в ожидании. Благо оно продлилось недолго.

Наверное, у Александра III на роду написано погибнуть в железнодорожной катастрофе. Сначала у меня была мысль взорвать яхту, на которой будущий владыка регулярно выходил на прогулки в сопровождении своих дядьев и ближайшего окружения. Но мне стало жалко простых моряков. Поэтому новость о желании императора провести ближайшие выходные в Царском Селе, мы восприняли как манну небесную.

Знаете, не только у «дружинников» есть свои люди в государственных учреждениях. У меня подобных агентов тоже хватает. Заминировать два блиндированных вагона, где точно будет находиться «бульдожка», оказалось легче простого. И меня не мучила совесть от того, что в результате взрыва могут погибнуть невинные люди. Кроме нескольких лакеев, много лет обслуживающих императора, все остальные пассажиры царского поезда — враги. Даже когда прибежавший агент сообщил, что в Царское Село едут Дагмара, наследник престола и его младший брат Георгий, это не поколебало моей уверенности. Можно сказать, что я даже порадовался, так как более поганого царя, чем Николай, сложно придумать.

Сейчас уже не до рефлексий. Я просто сижу в кабинете, медленно попиваю отличное красное и делаю пометки в блокноте. Первым из игры был выведен Воронцов, который начал пренебрегать своей охраной. Наверное, за месяц, прошедший с убийства императора, заговорщики расслабились. Странно, что графа не взяли в поездку, но, наверное, у него хватало дел. Ведь через три недели должна состояться коронация, и он был назначен основным распорядителем этого действа. Хорошо, что он пока не уехал в Москву.

В итоге, группа из двух человек и одного наблюдателя, спокойно проникла в особняк Воронцовых и угостила гостеприимного хозяина порцией яда. Далее ликвидаторы должны направиться к Ливену, который выехал в своё загородное имение. Проблем с ним возникнуть не должно, так как князь весьма странная личность. У него в поместье расположена целая астрономическая лаборатория. Уж очень наш интриган любит наблюдать за звёздами и желательно в одиночестве. Связной, отчитавшийся об устранении неудавшегося премьера, должен сопроводить группу до поместья и вернуться с новостью. Сами боевики проследуют по иным адресам и временно затаятся, ожидая команды.

Через тридцать минут после известия об уничтожении Воронцова прибыл курьер, подтвердивший, что генерал Мезенцов покинул этот мир. Без проблем не обошлось, так как охрана жандарма оказалась начеку. В итоге один человек при смерти, а второй легко ранен. Это плохо, но надеюсь, что второй боевик выживет, так как обладает неплохой медицинской подготовкой и имеет под рукой самую современную аптечку. Зато нам удалось подбросить на место преступления труп якобы координатора несуществующей организации «Свобода или смерть». У него следователи должны найти прокламацию, где террористы берут на себя ответственность за нападения. Пару таких документов мы хотим отправить в МВД и газеты. Заодно в блокноте трупа будет два адреса, с якобы конспиративными квартирами революционеров. В одной из них жандармов ждёт сюрприз в виде обстрела. Но смертоубийство простых служак никому не нужно, и отпор якобы заговорщиков будет носить бутафорский характер.

Далее пошли минуты тревожного ожидания. Под такое дело я открыл уже вторую бутылку. Нервничаю и ничего не могу с собой поделать. Алкоголь же лучший антидепрессант при подобной ситуации. От меня уже ничего не зависит, и я просто жду информацию. Может показаться странным, что столько людей участвует в фактическом уничтожении руководства страны. Но на такой форс-мажорный случай мы с Фредди их подбирали и методично готовили.

С учётом того, что новости об убийстве Мезенцова должны распространиться по Питеру, ожидание немца становится более тяжким. Тут главное — не напиться, ибо вдруг придётся принимать какое-то важное решение. Ещё и есть совершенно неохота, а занять себя чем-то иным не получается.

Через некоторое время дежурный объявило о появлении одного боевика. Он всегда работал самостоятельно, в чём я не чинил ему препятствий. Одиночка устранил важнейшую фигуру в группировке «дружинников». Каткова[2] я считаю даже более опасным человеком, нежели Ливен. В случае удачного проведения акции Николай Никифорович точно не стал бы молчать, устроив скандал на весь свет. Поэтому пусть спокойно отправляется ад, где я надеюсь с ним встретиться и объяснить детали произошедшего заговора. Кстати, мы часто полемизировали с Катковым и можно сказать, немного приятельствовали. Это на страницах прессы я и мой оппонент вели непримиримую борьбу. А в обычной жизни мы часто встречались и вполне дружелюбно общались. Эдакое интеллектуальное развлечение, когда можно пообщаться с умным и талантливым человеком, пусть и представляющим противоположный лагерь. Но именно в результате этих встреч я понял, что такого опасного противника нельзя оставлять в живых. Он убеждённый консерватор, в штыки принявший многие реформы, посчитав, что они наносят вред русской государственности и духовности. При этом он достаточно лицемерно обходил стороной вопрос, что больше служит аристократии, нежели стране. Скажем так, необходимо лишить консерваторов своего рупора и главного оратора, за которым идут люди. Победоносцев на фоне Каткова — просто бледная тень.

Ещё через час дежурный провёл в кабинет связного, доложившего, что князь Ливен устранён. Получается, дело практически завершено, осталось дождаться сведений о главной цели.

В ожидании немца я не заметил, как уснул. Может, свою роль сыграло общее напряжение последних дней, ведь спать удавалось урывками. Или дело в вине, хотя вторую бутылку я только начал и решил не торопиться. Условный стук в дверь сразу разбудил меня. Зашедший в кабинет Фредди, выглядел уставшим и недовольным. Достаю второй бокал и наливаю соратнику вина. Тот плюхнулся в кресло, залпом выпил напиток и налили себе ещё. Протерев усы, глава СБ начал отчёт.

— Оба вагона взорвались на полпути к Царскому Селу. Меня очень беспокоил этот момент с механизмом, который должен сработать в определённое время. Но наши друзья выехали почти без опозданий. Сейчас в районе взрыва форменный Армагеддон. Кто-то из сопровождения императора вызвал войска, внеся дополнительную неразбериху. Дорога на юг забита гвардией, в городе явный переполох, так как никто не понимает происходящего. Одно могу сказать точно, из находящихся в двух вагонах людей, никто не выжил, — немец налил себе ещё вина и опустошив бутылку, — Судя по разговорам офицеров, помогавших доставать тела из искорёженных вагонов, там сплошное месиво. Ещё и пожар сыграл свою роль. Что касается других жертв, то машинисты умудрились выжить, так же как большинство солдат сопровождения, так как они ехали в последнем вагоне, а перед ними располагались два багажных. Вы же переживали, чтобы не было лишних жертв. Можно успокоиться, их практически нет.

— Но ты чем-то недоволен? — достаю третью бутылку под одобрительный кивок Фредди.

— Да. В последний момент от поездки с семьёй отказался Николай Николаевич. При этом Константин и Михаил были в поезде. Как и братья императора Владимир с Алексеем. Победоносцев с парочкой декоративных фигур тоже удостоились чести сопровождать императора. Но всё это дела прошлые. Будем искать, и добивать великого князя?

Я не сразу понял вопрос немца, но потом отрицательно мотнул головой. В принципе, акция удалась, а Ник Ника мы спокойно устраним позже. Мучают меня какие-то непонятные червячки сомнений, но никак не удаётся поймать ускользающую мысль.

— Действуем по плану. Уходи через чёрный ход, на всякий случай. Есть вероятность, что кого-то из исполнителей могут взять. Далее ждёшь прибытия запасных групп наших американских друзей. Связь строго через моего бывшего слугу Ивана. Не могу избавиться от подозрения, что мы где-то засветились. Я сейчас даже Янке не доверяю. В случае моей гибели или ареста, действуешь по прежнему плану. Первая цель — это Ник Ник. Остальные определим по ходу дела.

Более говорить не о чем, и немец бесшумно нырнул в скрытую нишу рядом со шкафом. Я же зажёг лампу поярче и пытался сосредоточиться, чертя на бумаге схемы. Вторая группа должна была провести контроль и зачистить людей, способных помешать созданию общего хаоса в столице. А он мне необходим, дабы отвести от себя подозрения и продавить некоторые инициативы, пока власть напугана серией террористических актов.

Вдруг за дверью раздалась возня и звуки борьбы. Сука! Фредди только ушёл и нельзя покинуть здание через чёрный ход, так как начнётся облава. Задача немца сейчас важнее. Да и нежданные гости, судя по отсутствию стрельбы, явно хотят пообщаться. Зря я сократил охрану до четырёх человек, но все верные люди были задействованы в акции или находились рядом с семьёй. По сути, меня сейчас сторожили обычные ребята из СБ. Они не чета волкодавам, которых мы выпестовали годами. Те бы сразу среагировали весьма жёстко и не позволили, кому-то пробраться в особняк.

После громкого стука из-за двери раздался знакомый голос.

— Добрый вечер, Иосиф Янович. Прошу вас не делать глупостей и не хвататься за оружием. Я пришёл поговорить. Поверьте, если бы мы захотели вашей смерти, то не стали тянуть до сегодняшнего дня.

Вот вам и недостающий элемент, который беспокоил меня все эти дни. Ну, не мог в данной ситуации быть только один игрок. Я не настолько самоуверен, чтобы считать местных людей глупее себя. Тем более, когда некоторых из них ты фактически учил.

— Не сказать, что вечер такой добрый, — отвечаю с усмешкой и наливаю себе вина, — Но мне крайне интересно вас выслушать, господин полковник. Заходите.

[1] Николай Николаевич Колодкевич (1849–1884) — русский революционер, народоволец. Член тайного кружка самообразования в Могилёве, в 1878–1879 участник студенческого движения в Петербурге. С 1879 член террористической группы «Свобода или смерть», затем «Народной воли» и её исполкома. Участник подготовки покушений на царя под Москвой, в Одессе и Петербурге. В 1881 арестован и на процессе 20-ти народовольцев приговорён к смертной казни, заменённой пожизненной каторгой. Умер в Шлиссельбургской крепости. В реальности Юзека, убил императора Александра II.

[2] Михаил Никифорович Катков (1818–1887) — русский публицист, издатель, литературный критик, влиятельный сторонник консервативно-охранительных взглядов. Редактор газеты «Московские ведомости», основоположник русской политической журналистики. В своих изданиях обеспечивал идеологическую поддержку контрреформам Александра III. Тайный советник (1882).

Глава 23

Посетитель кивнул на моё предложение налить вина, при этом внимательно разглядывая необычную обстановку кабинета. Новый вид офисной мебели пока существовал в единичных экземплярах и проходил тестирование. Я сам и занимался этим делом, испытывая столы, шкафы, стулья и кресла. В этом деле меня поддерживал Пётр, а вот Катарина оставалась поклонницей предыдущих версий интерьера. Тётушка в принципе консервативная особа, а здесь ещё тебя просят заменить привычные и удобные вещи.

Чего-то мне в голову лезет всякая хрень. А думать нужно совершенно об ином. Как я мог так просчитаться? Ведь предпосылки о слежке и тому, что некоторые акции прошли излишне легко, должны были насторожить нас ещё несколько лет назад. Но и смысла есть себя поедом, тоже не вижу. Поражение надо воспринимать достойно и сделать вывод из ошибок. Раз меня сразу не убили или не бросили в застенок, то нежданному посетителю чего-то от меня нужно.

— Я всегда поражался, откуда всё это? — Лосев махнул рукой, указывая на интерьер кабинета, хотя, явно имел в виду иное, — Можно объяснить технические новинки, намного превосходящие изделия конкурентов. Тем более, вы никогда не скрывали, что просто грамотно используете интеллектуальный потенциал отечественных учёных, инженеров и мастеров. Ваша задача состояла в том, чтобы дать им возможность воплотить их идеи на практике. Здесь трудно спорить, ведь я даже провёл огромную работу. Несколько специально нанятых человек, более года занимались анализом ситуации и полностью подтвердили ваши умозаключения. Например, гениальные Кулибин и Черепановы во многом опережали своих иностранных коллег. А большинство их разработок так и остались в единичных экземплярах, не получив применения в промышленности. Потому мало, кто удивляется огромному состоянию Козелл-Поклевского, созданному на эксплуатации чужих идей, как любят выражаться завистники и недоброжелатели. Только я знаю вас с 1863 года. И до сих пор не могу понять, откуда у восемнадцатилетнего юноши вдруг появились обширные знания сразу в нескольких областях, далёких друг от друга. Возможно, ваши новации в области борьбы с партизанами и городским подпольем можно объяснить врождённым талантом. Но откуда у вчерашнего выпускника пажеского корпуса столь глубокие познания в политике, общественном устройстве и экономике. Мало кто помнит, но именно вы являетесь инициатором большинства преобразований в России, проводимых через графа Муравьёва и далее его соратников. Многие из них даже не понимают, что являются пешками, которыми манипулировал один молодой человек. Они до сих пор считают, что сами додумались до большинства новаций, как те же Шувалов или Милютин.

Жандарм выразительно посмотрел на меня после своей длинно речи. Но я просто слушал и потягивал вино. Полковник, не дождавшись ответа, тоже сделал добрый глоток и продолжил.

— Но это ещё не всё. Вы просто не могли знать многих вещей о работе ОКЖ и ЕИВ канцелярии. При этом не только оказались более осведомлёнными о внутренних делах этих структур, но и предложили весьма неординарные способы улучшения их работы. Штурмовые отряды, внутренние войска, архивация преступников с использованием отпечатков пальцев и фотографий, создание внутренней сети законспирированных ревизоров в каждой губернии и много всего иного. Да, вы опять ссылались на работу Пуркине[1], когда предложили начать использовать дактилоскопию. А применение фотографии вроде как придумал какой-то французский полицейский и этот метод использовался с сороковых годов, — полковник допил вино и намекнул взглядом, что надо повторить, — Только именно вы предложили фотографировать лица анфас и профиль, а также стоящих людей рядом с измерительным шестом, дабы был понятен рост разыскиваемых. Французы до такого не додумались. Я ещё совсем недавно понял, почему вы только в прошлом году индицировали новый метод выпуска гражданских и заграничных паспортов с обязательным вклеиванием фото. Ведь ранее это могло затруднить перемещение по Европе ваших агентов, использующих фальшивые документы. Европейцы-то идею сразу подхватили и скоро без новой версии паспорта в Париж или Лондон не въедешь. И это только малая часть нововведений, которые вы внедряли через разных людей.

Опять многозначительная пауза без моей реакции. Лосев точно решил сегодня выпить за мой счёт, видать у него тоже отходняк, требующий допинга. Достаю новую бутылку из бара, спрятанного в шкафу. Судя по завистливому взгляду, жандарм не против обзавестись подобным девайсом. Между тем, он продолжил разговор.

— Всерьёз я заинтересовался вашей персоны после смерти Михаила Николаевича. Вместо того чтобы продолжить службу, построив блестящую карьеру, вы неожиданно уволились и буквально за два года стали уважаемым промышленником. Но более интересной оказалась ваша закулисная деятельность. Сначала я не мог поверить докладам агентов. Но постепенно проникся размахом, серьёзностью и абсолютной беспринципностью, с которой действовал молодой аристократ, — не поймёшь, в тоне жандарма было больше восхищения или осуждения, — А затем один из моих помощников — весьма талантливый человек, случайно провёл лексическую экспертизу ваших статей в российской прессе и публикации одного известного всей Европе предсказателя. И его выводы оказались просто удивительными. Манера речи, использование специфических оборотов и слов совпадают более чем на шестьдесят процентов. Это с учётом того, что вы писали по-русски, а господин Локи на иностранных языках. Кстати, возможность выявлять преступников по лексике, тоже ваша заслуга. После подобной новости я создал секретное подразделение, которое занималось исключительно вашей деятельностью, Иосиф. Но думаю, что многие интересные события прошли мимо нас.

Да, кругом одни подставы. Я всегда знал, что нельзя считать людей XIX века глупее, чем мои современники. Думаю, что расклад как раз противоположный. Если брать образованную часть публики, то она гораздо более думающая, что ли. Цифровизация моего мира сыграла злую шутку с населением. Большинство просто неспособно обходиться без компьютеров и прочих гаджетов. Даже я однажды поймал себя на мысли, что не помню номера телефонов детей и полагаюсь исключительно на память смартфона. После этого для тренировки ума, мною использовался обычный блокнот. Кстати, немного помучавшись, я запомнил более двадцати номеров, которые регулярно набирал. Здесь же народ полагается исключительно на себя. Плюс образование гораздо лучшего качества, чем в XXI веке, пусть и со скидкой на время. Понятно, что это касается исключительно правящего класса и части разночинцев. Остальной народ в массе своей необразован и тёмен.

Только всё это не объясняет отсутствие действий со стороны ОКЖ все эти годы. Будто прочитав мои мысли, Лосев продолжил свою триумфальную речь.

— Вы думаете, почему жандармерия не остановила столь беспринципного человека? Ведь, доказательства ваших преступлений можно было просто передать в МВД. Поверьте, Трепов довёл бы дело до суда и приговора. Даже покойный император не всегда мог повлиять на решения Фёдора Фёдоровича. Тот отличался жёстким следованием букве закона, за что и ценился монархом, — усмехнулся жандарм, — Только обер-полицмейстеру не хватало широты взглядов, необходимых для службы в нашем ведомстве. Что касается вашей безнаказанности, то всё просто. Вы помогли очистить Россию не только от революционной заразы, лично уничтожив несколько сильных врагов, но и нанесли им мощный идеологический удар через публичные выступления. Поэтому я решил не обращать внимания на казни ряда социалистов и идеологов. Здесь наши интересы полностью совпали. Убийства нескольких бандитов и заказчиков нападения на ваши нефтепромыслы в Баку, не наш профиль. Считайте это небольшим подарком с моей стороны.

Замечаю, что Лосев пару раз употребил местоимение «Я», будто именно он принимал ключевые решения по моей деятельности. Странное заявление для полковника, пусть и занимающего весьма высокий пост в иерархии ОКЖ. А ещё он хренов лицемер. Когда я предложил ему создать эскадроны смерти, он шарахался от этого как чёрт от ладана. При этом жандарм прекрасно понимал необходимость такой структуры. Но манипулятор решил оставить мне почётную обязанность очищать страну от революционной заразы и польских инсургентов. Не захотел Александр Михайлович марать ручки.

— С учётом международной деятельности, вас надо представить к самым высоким наградам. Только наши чистоплюи подобных мер в отношении лютых врагов России не поймут. Вы как-то назвали это благородством головного мозга. Очень точное определение, лучше не скажешь. Большинству русских вельмож даже в голову не придёт задуматься об устранении ключевых фигур Австрии, Британии и Франции, ещё и чужими руками. За эту операцию выражаю вам своё искреннее восхищение.

Полковник отвесил мне шутовской поклон и отсалютовал бокалом.

— Мы тут в узком кругу примерно оценили масштаб вашего влияния на политическую ситуацию в мире и прониклись. Ведь именно вы спровоцировали конфликты Пруссии с Австрией и Францией. И создание франко-испанского союза с последующими войнами этого альянса тоже ваша заслуга. Здесь впору задуматься о происках нечистого или каком-нибудь колдовстве, — опять усмехнулся жандарм, при этом очень внимательно отслеживающем мою реакцию, — Отдельного упоминания заслуживает ваш вклад в борьбу с коррупцией, а также продвижение земской и судебной реформы. ЕИВ канцелярия и МВД должны в ножки кланяться одному графу, помогавшему выявлять целые сообщества мздоимцев. Но чиновники получали незаслуженные награды, а господа из земских управ даже не догадываются, кто защищал их интересы столько лет, пока они не встали на ноги. Хотя, если бы публика узнала, что вы боретесь за прогрессивные изменения в обществе и установление законности, шантажируя и убивая людей, то сложно представить масштаб возможного скандала!

— Мне приятно, что столь засуженный человек так высоко оценивает мою деятельность, Александр Михайлович, — спокойно отвечаю собеседнику, — Только вы никак не объяснили своего вторжения в мою скромную обитель. Если вас с узким кругом сложившаяся ситуация устраивает, то почему не оставить всё как есть?

— Большую часть ваших действий по уничтожению внутреннего врага, укрепление российской промышленности, особенно ВПК, и ослабление ряда стран, можно только приветствовать. Но видите ли, Иосиф. Проблема в том, что вы одиночка, весьма непредсказуемая личность и мне совершенно непонятно происхождение ваших многочисленных талантов. Уж очень много стало зависеть от одного человека, и слишком большой политический вес набрала ваша персона. Если по-простому, то в одних руках не может находиться штурвал, определяющий путь России. После того как пани Агнешка стала подругой княжны Долгоруковой, даже я задумался о необходимости ограничить ваше влияние, причём самым радикальным способом. Но последующие события пошли по совершенно иному сценарию, что потребовало иных действий. А ещё меня смущает половинчатость вашей деятельности. Такое впечатление, будто большая часть дел специально не доводилась до конца.

— Вот здесь просто прямое попадание, — видя недоумение собеседника, поясняю свою мысль, — Я устранял часть трудностей, которые реформаторы, назовём их так, не могли преодолеть в сферу объективных и субъективных причин. Мне с трудом удалось отодвинуть от власти группировку либералов, возглавляемую Константином Николаевичем. Затем от кормушки были оторваны ещё два братца-паразита. Только я не должен вечно подтирать попку нашим детишкам, коими являются новые люди, пришедшие во власть. Того же фон Рейтерна с Абазой уже убирали силами канцелярии, как и еврейских дельцов, разворовывавших железнодорожные подряды. В других областях всё происходило по похожему сценарию. Где-то удалось добиться ощутимых результатов за короткий срок, это касаемо земских управ. В армии и государственном аппарате изменения шли дольше и натыкались на сопротивление воров с ретроградами. Если брать в среднем, то новая поросль чиновников, судей, работников губернских и земских управ справилась с весьма сложной задачей. Но как показала практика одного их желания недостаточно. Беспрецедентное воровство и откровенное предательство ряда генералов, покрываемое братом императора, оказалось не по зубам даже мне. Только я всё равно доволен, хотя, удалось сделать не всё задуманное.

— А вы понимаете, что противодействие, которое оказывалось реформаторам со стороны консерваторов и их объединение в «Священную дружину» тоже ваша заслуга? Слишком быстро начала меняться ситуация в стране, а группировки, привыкшие быть на самом верху, вдруг осознали, что завтра могут оказаться на обочине. Усиление влияния реакционных сил на промышленность и финансы страны, связаны одновременно с испугом и завистью. Николай Николаевич не мог спокойно смотреть, как один граф безумно богатеет, с каждым годом, удваивая состояние. А далее ваше сближение с княжной Долгоруковой только усугубило ситуацию. Но есть и обратная сторона этого процесса. В стране за десять лет вырос целый пласт государственных служащих, для которых доведение реформ до логического завершения, стало главной задачей. Я бы никогда не подумал, что в России столько идейных и честных людей. Мы с ЕИВ канцелярией и Госконтролем поддерживали эту здравую тенденцию, но у её истоков стоял граф Козелл-Поклевский.

— Если в империи столько неравнодушных и честных людей, ещё и обладающих немалым влиянием, то я в недоумении. Куда они все подевались, когда убили императора, бывшего локомотивом перемен? Почему никто не потребовал более тщательного расследования? Даже далёкий от правоохранительных ведомств человек, сразу поймёт, что «Союз благоденствия» наскоро слепленная бутафорская организация. Хватит пары допросов и выяснения истории деятельности членов тайного общества, — резонно замечаю собеседнику, — А как быть с пляской на костях ещё не похороненного царя? Сумасшедшие «дружинники» одержимые алчностью и безнаказанностью, даже не скрывали своих планов разрушить хлипкий костяк нормального государства. Допустить их до власти, значит, предать всё, во что ты верил. Хоть, кто-то попытался противостоять этим предателям? Наоборот, тот же Мезенцов сразу перебежал в стан «бульдожки»!

— Это весьма спорное утверждение, — на это раз уже я не смог совладать с мимикой, и улыбнувшийся Лосев прояснил ситуацию, — Неравнодушные люди задумались о судьбе страны и начали задавать друг другу вопросы, на следующий день после гибели императора. Вернее, небольшой кружок, состоящий из прогрессивных людей, начал формироваться задолго до этого печального события. Правда, один из честных людей вызвал у нас некоторые подозрения. Но история сама расставила всё на свои места. Что касается промедления, вызванного хамским поведением «дружинников», то здесь моя вина. Во-первых, я резонно рассчитывал на вашу жёсткую реакцию. Во-вторых, сам приготовил похожий вариант развития событий, но менее кровавый. Да и нет у нас столько доверенных людей, чтобы совершить акцию подобного масштаба. Ещё я не успевал решить вопросы всё в столице. Так что вы зря наговариваете на порядочных людей. Они были готовы биться за дело своей жизни и не отдать его на поругание. И дело могло не ограничиться только демонстративным уходом в отставку ключевых фигур кабинета и десятков крайне важных персон среднего звена. Это стало бы сильнейшим ударом по управлению страной. И это тоже косвенно ваша заслуга.

Понятно, значит, Трепова слили свои же. Уж слишком негибким человеком был бывший обер-полицмейстер и губернатор столицы. Насчёт доверенных людей полностью согласен с жандармом. Мне самому пришлось минировать царский поезд, а Фредди только запустил взрывной механизм накануне отъезда «бульдожке». Устранение Ливена или Воронцова не такая проблема, как убийство царя. Поэтому в данном деле я мог доверять только немцу. Остальные боевики если и догадаются о моём участии в убийстве Романовых, то будут молчать. У них и так хватает крови на руках, потому нет смысла усугублять ситуацию.

— Не знаю, я не заметил особых перемен. А насчёт моих многочисленных достоинств, может, огласите весь список? Мне самому интересно, чего я ещё натворил.

Лосев согласно кивнул, и полез в свой портфель. Далее он извлёк бумагу и начал читать, причём по-французски.

'Русское самодержавие подошло к своему естественному концу. У нынешнего императора есть шансы спасти страну от неминуемой гибели и сохранить династию, но существуют один парадокс, который обратит в прах все действия Александра. Этим страшным фактором является расплодившаяся фамилия Романовых, который на самом деле Гольштейн-Готторпы, не имеющий никакого отношения к русским и являющиеся младшей ветвью Ольденбургской династии. Может дело в немецком происхождении, но иначе трудно объяснить наплевательское отношение царской семьи к своему народу и стране. Романовы последними в Европе отменили крепостное право, до последнего удерживая в рабстве своих поданных. Только это полбеды, освобождение крестьян больше напоминало форменное ограбление, когда несчастных пахарей загнали в ещё большую кабалу.

Но самое странное, что российские владыки совершенно не умеют учиться на собственных ошибках. После позорного поражения в Восточной войне русскому императору потребовалось восемь лет и знаковое польское восстание, чтобы ускорить необходимые реформы. И даже после этого, значительная часть русского общества всячески противилась наступающему прогрессу. Убогим аристократам, далёким от государственных интересов, не понять, что на смену галантному веку пришла эра машин и пара. Отставание российской экономики от ведущих держав стремительно увеличивалось. Ранее я делал прогноз, что теоретически Пруссия была способна разбить русскую армию и захватить огромные территории на востоке уже через два года после победы над французами.

Надо признать, что тогда я ошибался. В России нашёлся человек, который объединил вокруг себя талантливых единомышленников и совершил невозможное. Нет, граф Муравьёв не начал промышленную революцию или победоносную войну. Он просто решил довести до конца начатые реформы. Более того, впервые за долгие годы в России начали бороться с коррупцией, которая буквально разъедала страну изнутри. Забавно, что в финансовых преступлениях активно участвовали братья императора. Косвенно это подтверждает их отстранение от власти и ссылка Константина Романова в далёкий Туркестан.

За несколько лет последователям умершего графа удалось изменить ситуацию в самой консервативной стране Европы. И реформы общества сразу же дали результат в виде увеличения промышленного производства и развития сельского хозяйства. Признаюсь, я не ожидал такого грамотного подхода и весьма прогрессивных законов. А ещё реформаторы смогли обуздать волну террора, накрывшую ведущие европейские страны, кроме Германии. Что касается реформы местного самоуправления и введения нового Трудового кодекса, то они просто не имеют аналогов. На фоне уравнивания всех сословий перед судом и скачком в развитии образования, Россия уже сейчас видится сильнейшей державой, которой она может стать лет через десять — пятнадцать.

Я также уверен, что неизбежный конфликт с Портой закончится разгромной победой Санкт-Петербурга. У русских в кои веки появился толковый военный министр, реформировавший армию при полной поддержке императора. На Западе принято смеяться над излишне высокомерным Александром, делающим вид, что он до сих пор является правителем великой державы. Но надо отметить весомый вклад царя в происходящее в России. По крайней мере, он не мешает своим министрам делать страну сильнее. Ха-ха!

Только реформаторы, которые могут гордиться колоссальным трудом, проделанным за десять лет, не учитывают главного фактора. Самодержавие, когда-то выведшей Московию из дремучего невежества и создавшего империю, вместо силы стало её слабостью. Это хорошо заметно по персоне наследника престола и его окружения. Основной идеей данных людей является возврат к патриархальной России. Не буду долго расписывать глупые и идеалистические планы реакционеров, а просто приведу один пример. Главный идеолог группировки будущего императора считает, что неблагородным сословиям надо существенно ограничить доступ к среднему и особенно высшему образованию. Мол, малограмотному народу гораздо лучше жить под пастырской заботой справедливой аристократии. И это не бред буйнопомешанного, а идея, в которую верит весомая часть высшего света империи.

Именно подобные законы хочет ввести будущий император и его окружение. Потому я и завёл речь об исчерпании самодержавия как государственного строя. Только Александр II даже не думает о необходимости кардинальных реформ государственного управления. Никто не заставляет его отказываться от права семейства Романовых, безраздельно править Россией. Но как-то обезопасить страну от ошибочных и преступных деяний своего преемника необходимо. Почему я говорю о преступных поступках? Так, главными главными соратниками наследника являются его дяди, успевшие запятнать свою репутацию сомнительными сделками. Только нынешний император не обращает внимания на деятельность своего сына.

Таким образом, можно смело заявлять, что после смерти нынешнего императора, все его благие деяния и реформы будут выброшены на свалку истории. Новый правитель и его окружение начнут разрушать здание, построенное реформаторами. При этом группировка наследника не способна к созиданию. Они умеют только красиво говорить и паразитировать на богатствах огромной страны. Только им невдомёк, что времена изменились, а на огромные ресурсы России с завистью посматривают её враги и соседи. И умным людям даже не потребуется воевать с восточной империей. Хватит просто взятки, чтобы подкупить новые власти. Затем начнётся форменное ограбление страны. В результате лет через двадцать, Россия не будет представлять собой военной и экономической силы. Хотя, сейчас империя находится на взлёте. Но крылья ей обрежут собственные властители во главе с неумными и вороватыми Романовыми, расплодившимися до немыслимого количества и желающими далее сохранять свои привилегии. Если бы представителям правящей фамилии законодательно запретили занимать важнейшие государственные посты, то русских появился бы шанс сохранить своё государство.

Больше всего в этой ситуации мне искренне жаль тысячи людей, поверивших в изменения и честно трудившихся все эти годы. Кто-то из них погиб или пострадал от рук террористов, видевших в реформаторах конкурентов. Какой смысл крестьянам и рабочим идти за социалистами с республиканцами, если они прекрасно живут при монархии? Но смертельный удар империи нанесут именно монархисты, как бы странно это ни звучало. А ведь у честных и талантливых людей в кои веки могло получиться построить сильное государство вопреки всему. Прогрессивные люди всего мира будут с грустью вспоминать попытку этих безымянных героев сделать свою страну лучше. Аминь.'

Никола Локи. 30.12.1875 специально для «Le Figaro».

Некоторое время жандарм молчал, но затем продолжил свой театр одного актёра.

— Вы даже не представляете, какой эффект имела ваша статья среди тех самых неизвестных героев. Недаром люди наследника устроили форменную истерику и приложили немало сил, дабы изъять все газеты, поступившие в Россию. Сделать им этого не удалось, в первую очередь из-за моих действий. Что касается влияния статьи, то именно с этого момента начались робкие попытки объединения неравнодушных к судьбе империи персон. Это не было тайным обществом, скорее клуб по интересам. В провинции некоторые группы вели себя гораздо радикальнее, и их пришлось временно придавить. Что касается наших героев…

— То появился один хитромудрый жандарм, который сплотил недовольных. А ещё он прекрасно просчитал ситуацию с Долгоруковой и реакцию на неё «дружинников». Большую роль в консолидации реформаторов сыграл балаган, который устроили из суда над подельниками Ник Ника, — прерываю разглагольствования жандарма, изрядно меня утомивших, — Только честные трудяги не знали всей подноготной, в отличие от нашего героя в лазоревом мундире. После смерти императрицы, и согласия императора на морганатический брак, его судьба была решена. Когда «дружинники» начали готовить покушение?

Вопрос Лосеву не понравился, но ответ я получил.

— Года два назад Николай Николаевич начал создавать «Союз благоденствия» и подбирать решительных людей. Само покушение начали готовить сразу после решения императора признать бастардов.

— Насколько я понял саму интригу, готовили вы с Красниковым? — решил не называть действия Лосева заговором.

Жандарм не ответил, но многозначительно улыбнулся. Немного подумав, начинаю анализировать события последних двух лет. Всё-таки у меня тоже есть своя разведка, правда, заточенная на действия в Европе. События, происходившие внутри страны, в последнее время меня особо не волновали. Здесь надо признать, что многое было пущено на самотёк. Но при нормально работающей канцелярии и жандармерии, нет смысла следить за всем вокруг. Когда речь шла об угрозах моей жизни или бизнесу, то СБ действовала весьма эффективно. Разнообразную информацию я тоже получал, просто не всегда уделял ей должного внимания. Особенно после убийства Татаринова и покушения на меня, Грейга и Бунге, некоторым персонам я начал доверять. Здесь и крылась главная ошибка, так как о сближении ряда ключевых фигур Комитета министров мне доложили своевременно. Насчёт Красникова я догадался сразу, так как он являлся фанатичным сторонником Муравьёва и привлечь его на свою сторону, Лосеву было легче всего. А вот далее попробуем угадать.

— Грейг и военный министр Милютин напрашиваются сами собой. Каюсь, но пропустил момент, когда они создали настоящий альянс. Шувалов отпадает, слишком предан императору, но вы приставили к нему Красникова. Вот это поистине гениальный ход — постепенно перетаскивать графа на свою сторону и одновременно контролировать Ливена, — хлопаю в ладоши под изумлённым взглядом полковника, — Трепова вы выели из игры, так как он наиболее несговорчивая личность. Остаётся министр финансов Брок и младший Милютин, возглавляющий Госимущество. Главный контролёр Сольский отпадает, ибо совершенно нейтральный человек. Наверняка в ваших рядах несколько товарищей министров и кто-то из губернаторов. Больше никто не приходит на ум. А ещё мне импонирует ваша выдержка. Вы всё-таки дождались моих действий, оставшись в тени. Умение таскать каштаны чужими руками дано единицам, особенно, когда дело касается высокой политики.

— Из значимых фигур с нами ещё Бунге. Не поверите, но именно Николай Христианович является идеологом, скажем так, сопротивления «дружинникам». У него обострённое чувство справедливости, и глава Антимонопольного комитета готов биться с любым врагом, посягнувшим на экономику страны. Мне с трудом удалось сдержать его порывы, дабы он не наговорил лишнего наследнику. Благо вы вовремя начали действовать, и оставалось только дождаться результата, — снова улыбнулся Лосев.

— Если бы у меня ничего не получилось, то у вас был готов план? — уточняю под довольный кивок собеседника, — Тогда не понимаю смысла нашей беседы? Лучшим способом разрешить ситуацию является моё устранение. Понимаю, что вам интересно поговорить с родственной душой, замаранной в заговорах и убийствах. Но давайте ближе к делу.

Намёк на тайные делишки жандарму не понравился. Через некоторое время он ответил.

— Скажем так, ваша деятельность для общего дела, значительно превышает вред и хаос, который вы приносите в русское общество. Самуил Алексеевич и Николай Христианович считают, что компания Козелл-Поклевского — один из столпов российской экономики. А Милютин называет изобретённые вашими инженерами боеприпасы и пушки одной из важнейших составляющих победы над Портой. Глупо обезглавливать трест, приносящий в казну миллионы, и выпускающий оружие, дающее нашей армии значительное преимущество, — ответил Лосев и тут же сменил тему, — Как вы планировали действовать дальше? Ведь страну мог охватить политический кризис в связи с гибелью практически всех взрослых представителей правящей фамилии. А ещё следствие не поверило бы в существование нового и более мощного тайного общества. По косвенным уликам вы могли оказаться одним из главных подозреваемых.

— Вы же сами фактически ответили на собственный вопрос. Грейг, Милютин, Брок при поддержке Бунге спокойно могут руководить правительством при любом царе. Главное — не мешать им, претворять свои задумки в жизнь. Наверняка Шувалов поддержал бы Комитет министров, пока остатки Романовых определяли нового царя. В России в кои веки сложилась уникальная ситуация — у нас появилось сильное и грамотное правительство, занимающееся своей работой, а не пытающееся разворовывать страну. Теоретически в ситуацию могли вмешаться два фактора — гвардия и Скобелев. Но первая давно достаточно аполитична. Ещё и понеся немалые потери на войне, наконец, начала формироваться из боевых офицеров. Они больше преданы Милютину, особенно в свете предательства генералов и Николая Николаевича. Авторитет братьев покойного императора упал ниже некуда. Их откровенно ненавидит весомая часть военных. А по решению проблемы Михаила Дмитриевича у вас точно есть план. Ведь недаром его назначили генерал-губернатором Анатолийской конфедерации. В Петербурге очень не хотят видеть Скобелева, предпочитая держать его подальше.

— Логично. С учётом того, что враждебное отношение к братьям царя нагнетали ваши агенты и западные газеты, получившие хорошее вознаграждение. Но это не объясняет надежды на бутафорское тайное общество. Ранее вы более грамотно проводили свои операции.

Я просто развёл руками, так как это действительно было самым слабым звеном нашего плана.

— Вы можете предложить более надёжный вариант? — мне действительно интересно.

— Он напрашивается само собой. Когда я узнал о минировании вагонов, то решил действовать наиболее верным путём, — жандарм опять начал улыбаться, — Вы не поверите, но организатором подлого убийства Романовых и влиятельных вельмож, является Великий князь Николай Николаевич. Он неожиданно решил не ехать в Царское Село, что многое объясняет. Кстати, недавно специальный отряд ОКЖ взял резиденцию Ник Ника. Могу с прискорбием вам сообщить, что столь известный и уважаемый представитель царствующей фамилии, покончил жизнь самоубийством. Среди бумаг, которые великий князь не успел уничтожить, удалось найти доказательства его участия в этом чудовищном преступлении. К сожалению, в перестрелке погибло два адъютанта Николая Николаевича, помогавшие ему совершать преступления. А ещё три исполнителя находятся в розыске, им удалось уйти.

Судя по выражению лица, Лосев явно издевается. Но операцию он провернул просто замечательную! Это же надо повесить убийство родни на Ник Ника! С учётом того, что Мезенцова устранили мои люди, а начальник штаба ОКЖ душевнобольной, то сейчас ведомством руководит именно полковник. Думаю, он давно расставил своих людей на ключевые должности. Слепить нужное дело и обвинить в убийствах великого князя для них не проблема. К тому же есть Красников, способный убедить Шувалова в виновности дяди императора и желании самому сесть на трон. Граф терпеть не может Николая Николаевича и должен поверить своему заму. А ведь глава ЕИВ канцелярии сейчас единственный человек, способный вмешаться в выстроенную схему Лосева. Главный контролёр — человек бесхребетный, а всё остальное у жандарма схвачено. В принципе, складывается не самый плохой сценарий, так как я ожидал худшего и полагался больше на авось. Теперь бы узнать, чего от меня хотят, и какую роль приготовил мне этот талантливый манипулятор. Но есть ещё один вопрос, который надо задать. Вернее, три.

— Из моего СБ на вас работал Мефодий Устинов и его племянник Михаил?

Сейчас не до игр и Лосев просто кивнул. Это типа он так выражает доверие? Были у меня мимолётные сомнения в Янке. А теперь аж от сердца отлегло. Значит, стукач именно тот человек, о ком я сразу подумал.

Талантливый филёр через пару лет после моего ухода с госслужбы вдруг попросился к нам на работу. Грех было не воспользоваться опытом толкового агента. Вот он и делился им, обучая парней из СБ, и помогал организовывать разведку. Михаил присоединился к нам позже и постепенно возглавил охрану НИИ. К тайным операциям родственников никто не допускал, но при желании они могли быть в курсе части моих дел. Далее за мной просто грамотно следили на протяжении нескольких лет. Стоит отдать должное терпению и чуйке Лосева. Наверняка он не раз хотел меня арестовать или ликвидировать, но выжидал. И в итоге сорвал такой куш. Главное, чтобы Александр Михайлович не оказался одержимым властью. Я и сам натворил немало чудовищных дел, но никогда не использовал ситуацию для политического усиления. Если для жандарма сложившаяся ситуация является способом сохранить поступательный вектор развития страны, то этому можно только порадоваться.

— Кого вы прочите в преемники?

— Павла Александровича, — удивил меня жандарм, — Он молод, хорошо образован, является сторонником прогресса и главное — чужд разного рода группировкам.

— А… — я хотел уточнить про других кандидатов, но Лосев меня перебил.

— Вариант с регентством даже не рассматривается. Особенно, с учётом некоторых проблем с выжившими жёнами великих князей. Дабы они не наделали фатальных ошибок, им сделают предложение, от которого нельзя отказаться, — Александр Михайлович не удержался от иронии и вставил, принесённую мною в этот мир фразу.

В принципе, выбор неочевидный, но разумный. На Ник Ника повесят убийства, тем самым, исключив его потомков из списка престолонаследников. Если Лосев говорит о проблемах с кем-то из жён великих князей, значит, всё просчитано. Надо признать, что он меня переиграл и отдать должное интеллекту жандарма и его соратников. Надеюсь, что у его группировки хватит ума не превращать монарха в марионетку. Как бы смешно это ни звучало, но я имперец до мозга и костей. По моему мнению, во главе России должен стоять сильный монарх, способный пресекать поползновения разворовывать страну разного придворными кликами. Пока складывается интересный симбиоз из молодого императора, прогрессивного и частично либерального, но патриотически настроенного правительства. Как вишенка на торте этого властного натюрморта — жёсткие и бескомпромиссные силовики во главе с Шуваловым, которых будет уравновешивать манипулятор Лосев.

Могло быть и хуже. Но если опять признать таланты противника, то это наилучший расклад.

Теперь главный вопрос.

— Какая роль отведена мне в ваших планах?

— Начнём с того, что у вас нет выхода. Но прошу заметить, что я предла…

— Выход есть и не один, — раздался голос Фредди, заставивший вздрогнуть подполковника.

Немец вышел из ниши, удерживая жандарма на мушке своего Кольта.

— Мне крайне не понравился нездоровый ажиотаж вокруг дома. Поэтому я вызвал резервную группу СБ и мы тихо спеленали, расслабившихся штурмовиков, — пояснил немец, — В особняке сейчас всего три человека, один из которых охраняет наших пленных. Можно нейтрализовать их прямо сейчас и далее расспросить нашего гостя более детально.

— В этом нет необходимости, — отвечаю, глядя на быстро пришедшего в себя Лосева, — Соседние кабинеты заминированы, и взрывной механизм я могу запустить прямо из кабинета. Убить Александра Михайловича вообще не проблема, я мог сделать это в любой момент.

— Вы не учитываете фактор семьи, — жандарм сразу попытался привести убойный аргумент, — Дача, где сейчас находятся ваша жена, дети и родственники блокирована. Отряд штурмовиков не будет церемониться с охраной, если поступит приказ брать поместье штурмом.

— Это весьма глупая затея. Не поверю, что ваши сотрудники стану хладнокровно расстреливать женщин с детьми. И значит, вы очень плохо изучили меня за столько лет. Поверьте, я никогда не поддамся на шантаж, если дело коснётся благополучия страны. То есть выкуп гипотетическим похитителям кого-то из своих родственников, я выплачу без всякого промедления. Но если кто-то постарается, управляя мною нанести вред России, то его ждёт большое разочарование. «Империя превыше всего» — это мой девиз, которому я неукоснительно следовал пятнадцать лет, часто совершая чудовищные преступления. Но и семью я не пожалею, если меня поставят перед выбором, — чего-то Остапа понесло в пафос, хотя, жандарм точно проникся, — Поэтому давайте от угроз перейдём к делу. Фредди, убери оружие, если бы господин полковник хотел меня убить, то сделал бы это сразу.

Недовольный немец убрал револьвер и сел в углу, сверля незваного гостя злобным взглядом. Оно и понятно. Здесь играет свою роль профессиональная зависть. Ведь Лосев переиграл и Фредди, располагавшего немалыми административными и финансовыми возможностями.

Выслушав предложение полковника, я ненадолго задумался. Чего они все прицепились к моим заводам? Но, скорее всего, здесь не шкурный интерес кого-то из заговорщиков. Жандарм и часть высокопоставленных чиновников в курсе моих новаторских разработок, особенно в военной сфере. Понятно, что им хочется взять их под контроль.

— Хорошо, — отвечаю, приняв решение, — Я даю слово не предпринимать никаких действий против ваших соратников и полностью с ними сотрудничать. Что касается НИИ и ряда предприятий, то их судьба будет обсуждать исключительно с Грейгом и Милютиным.

— Да будет так! — чуть ли не торжественно произнёс Лосев.

Его самого потянуло +на пафос. Или просто отлегло, так как человек сегодня осуществил свой многолетний план, причём он полностью разгромил всех врагов.

А у графа Козелл-Поклевского теперь начинается совершенно иная жизнь. По крайней мере, минимум полгода у меня есть, а далее, необходимо обезопасить свою семью. Я-то прожил уже достаточно, учитывая мой возраст в другой реальности.

[1] Ян Эвангелиста Пуркине (1787–1869) — чешский физиолог, анатом, политик, педагог, член духовного ордена пиаристов. В русскоязычной медицинской литературе именуется также Пуркинье.

Эпилог

Апрель 1909 года, Аргентина, провинция Тукуман, город Сан-Мигель-де-Тукуман.

— Вот так обстоят дела. Только не знаю, что делать с Анной. Она совсем от рук отбилась и хочет пойти по стопам старшей сестры Родомилы, только в другом направлении, слава богу. Девице восемнадцать лет, но она даже думать не хочет о замужестве. Бредит своей медициной, утверждая, что именно она изобретёт лекарство от рака. Не спрашивая разрешения, поступила в университет Кордовы и окончила первый курс лучшей на потоке. А ведь это ты избаловала внучек. Только при тебе они ещё как-то сдерживались, а сейчас напоминают лавину, сметающую всё на своём пути. Меня немного слушаются, особенно когда хотят выпросить денег на очередной проект. Но ничего, прорвёмся! Это я так, просто ворчу.

Меня всегда смешили истории, про людей, приходящих на кладбище поговорить с умершими родственниками. И вот ваш покорный слуга теперь среди них. Агнешка умерла два года, и только тогда я понял, кем она была для меня все эти сорок три года брака. Никто и ничто больше не может заполнить пустоту, образовавшуюся в душе. От полного отчаяния меня спасают внуки, делающие первые самостоятельные шаги во взрослой жизни. Вообще-то, у меня есть уже и правнук Ян, названный в честь своего деда. А ещё я не всё сделал для освоения новых технологий, которые позволяют семейному концерну, оставаться мировым лидером во многих отраслях.

Смотрю на два памятника, расположенных рядом. Первый изображает юную Агнешку, как я её запомнил при первой нашей встрече в поместье Козелл-Поклевских. А второй памятник поставлен нашему сыну Чеславу, убитому двенадцать лет назад. Это даже более незаживающая рана, чем смерть жены. Его смерть и свела в могилу Агнешку, которая держалась, пока воспитывала осиротевших внуков. Самое забавное, что мать Родомилы, Анны и Михаила вполне себе жива и здорова. Просто мадам решила устроить личную жизнь, а детей скинула родителям бывшего мужа.

В принципе, бабе тогда было тридцать лет и мне понятно подобное поведение. Вернее, зная мотивы этой алчной суки, захомутавшей моего излишне рассеянного сына, её поступок никого не удивил. Но даже если ты вышла замуж из-за денег, то, причём здесь дети? А может, оно и к лучшему. Трое детей Чеслава, воспитанные Агнешкой, точно выросли приличными людьми. Вернее, пока растут, и я ещё оказываю на них определённое влияние. Только почему-то потомки самого спокойного из моих детей, оказались с шилом в заднице.

Мне тяжело смотреть на статую сына, но приходиться себя заставлять. Не дай бог кому-нибудь хоронить своего ребёнка. Особенно если его убили из-за вас. Смерть исполнителей и заказчиков не приносит никакого удовлетворения. Даже фактическая капитуляция моих старых врагов ничего не значит по сравнению горем, которое я видел каждый день в прекрасных серых глазах супруги, сломленной потерей Чеслава. Кстати, меня должны похоронить между ними и без всякого пафоса. Ещё я попросил не ставить никаких памятников, а просто положить могильную плиту. Только чует моё сердце, что мне возведут целый монумент.

Встаю со скамейки и медленно иду в сторону выхода. Буквально из ниоткуда появляется мой телохранитель Сергей. С момента отъёзда из России на меня покушались шесть раз. И если три раза действовали дилетанты, то остальные нападения могли закончиться успехом. Последнее унесло жизнь Чеслава, водителя и охранника. Вражины перепутали автомобиль и расстреляли сына на въезде в город. Тогда я на год посадил семью, чуть ли не под арест, а сам методично разматывал клубок заговора. Сейчас убивать меня практически бессмысленно, но старые польские друзья и новая поросль социалистов, придерживаются иного мнения. Хотя, первых я проредил до самого основания, а вторые писают в штанишки, услышав моё имя. Но семья считает, что патриарха надо охранять. Ян сначала хотел, чтобы мой выезд сопровождал огромный кортеж охраны. Но я сделал проще и просто перебрался в наше поместье в предгорьях, построенное недалеко от Тукумана. Здесь давно функционирует аналог питерского НИИ, который я периодически посещаю, так как уже отошёл от основных дел. Несмотря на то что Сан-Мигель-де-Тукуман — важный транспортный узел и промышленный центр, здесь практически нет лишних людей.

— Дедушка, наши планы не изменились? — спросил на выходе высокий красавец блондинистой наружности, — Едем в промзону? Или сначала домой пообедать? Тебе надо соблюдать предписания доктора и не нарушать режим питания.

Хлопаю по плечу здоровенного амбала, чью стать не может скрыть даже специально пошитый костюм. Мой внук Цезарь и первый сын Яна, двадцати двух лет от роду, с недавних пор начинает вникать в устройство СБ компании, которую со временем возглавит. Сначала мы с сыном думали, что мальчик пойдёт по финансовой линии, но по мере взросления он начал интересоваться совершенно иными вещами. Спорт, особенно борьба и атлетика, а ещё стрельба из всех видов оружия, увлекли моего третьего внука. После юридического факультета, который Цезарь закончил с отличием, он вдруг нанялся добровольцем в колониальные войска. После возвращения три месяца назад, мы его никуда не опустили и нашли новую игрушку. Вот молодой человек осваивает разные грани новой профессии, в том числе охрану и сопровождение ВИП персон. Регион у нас более-менее спокойный, но ещё десять лет назад здесь кипели такие страсти, что дух захватывало. В том числе никого не удивишь покушениями на некоторых людей, особенно связанных с добычей гуано и гевеи.

Сажусь в салон первого полноценного внедорожника, ещё и специально бронированного. Цезарь проскальзывает следом и располагается справа. Рядом с водителем садится Сергей, держа между ног автомат системы Фёдорова, недавно принятого на вооружение пограничников и специальных войск Российской империи. Вскоре аргентинские жандармы, выполняющие роль погранцов, и морпехи, тоже должны перейти на автоматическое оружие данной модели. Выпускается оно, конечно, в республике, но не буду говорить на чьих заводах. «Катарина», так называется серия полноприводных автомобилей, больше похожих на инкассаторские машины времён сухого закона моего мира, набирает стремительную популярность. Но до массового выпуска нам пока далеко. Наибольшей популярностью пользуются легковые авто «Агнесса», названное в честь супруги, и «Анна». Ещё мы освоили и с успехом экспортируем грузовики «Альфонс» и «Зенон». Автомобилестроительное предприятие в самом начале пути, но уже захватили весомый кусок автомобильного рынка. В Ибероамериканском Союзе и половине стран Европы, у концерна Козелл-Поклевских (КПК) просто нет конкурентов. Но Бенц, Пежо, Порше, Форд и ещё десяток компаний не дремлют, хотя, пока мы впереди. Лучше обо всём по порядку.

* * *

Переговоры с Грейгом и Милютиным прошли достаточно быстро и продуктивно. Премьер и министр обороны, прекрасно понимали потенциал моих компаний. Приятно, что в итоге концерн, где две трети акций которого выкупило государство, вошёл в ВПК. На базе моих КБ и НИИ, вообще создали целую систему научных центров, охватывающих все сферы современной науки. Был небольшой спор по поводу кадров, так как я не собирался начинать на новом месте с нуля. В итоге, мы договорились, но процесс перемещения людей и оборудования занял более двух лет. Вылежинский решил остаться, как и большая часть старых кадров. Зато со мной в загадочную Аргентину устремилась молодёжь, движимая романтическим флёром Нового Света. Заодно Болеслав провёл нужную обработку, объяснив, что со мной у ребят больше шансов добиться успеха на ниве изобретательства и науки, нежели в государственных структурах.

Да, основным условием Лосевая являлась моя иммиграция. Выбор места для меня был очевиден. Ещё в прошлом мире я читал про феномен Аргентины, которая в начале XX века являлась одной из богатейших стран мира, куда устремились миллионы переселенцев. Меня же прельщала здоровая республиканская власть, которую я буду укреплять, и доброжелательное отношение к переселенцам. С учётом того, что я собирался переехать с огромными деньгами, современным оборудованием и большим количеством образованных людей, то меня встретили, как посланника небес. Очень помогли рекомендации премьера Испании дель Кастильо. Кстати, мы с Антуаном сразу замутили одну интригу, упрочившую влияние бывшей метрополии в регионе и содействовавшую внедрение семьи Козелл-Поклевских в аргентинское высшее общество.

Испанец стал первым человеком из иностранцев, который узнал о моём намерении перебраться в Аргентину. Он сначала предложил мне выбрать его страну в качестве нового места жительства. Но поняв, что меня интересует более свободная атмосфера, решил помочь. Только ко всему прочему дель Кастильо являлся отличным политиком, поэтому решил использовать мои ресурсы в будущей интриге.

Южная Америка стояла на пороге очередной войны. Основным агрессором в новом конфликте являлась Чили. Вернее, за милитаристами из Сантьяго стояли британские компании, оседлавшие месторождения гуано Боливии и Перу. А ещё у островитян были планы на гевею. Насколько я помнил из истории, они похитили тысячи ростков этого дерева, пересадив их в Малайзии. Сейчас ситуация немного отличается от моего мира и полуостров Малакка разделён между Англией и Францией. При этом лягушатники оттяпали себе северную и центральную часть, заодно захватив Таиланд. Англичане ограничились Сингапуром и югом, но остановили экспансию заклятых друзей, завоевав Бирму. Поэтому тогда я не знал, где намечены будущие плантации. Но так как меня интересовали как гуано, так и гевея, поэтому я сразу согласился влезть в драку. Плюс мне категорически не нравится один туманный остров.

В общем, на первых зафрахтованных пароходах из Одессы и Кадиса в Буэнос-Айрес поплыли не инженеры, а наёмники. После русско-турецкой и франко-испано-американской войн, мне легко удалось нанять почти тысячу офицеров, сержантов и рядовых солдат, имеющих полезные специальности. Особо ценились артиллеристы, сапёры и механики. Заодно я прихватил десять батарей самых современных полевых орудий и десять тысяч новых винтовок Гольтякова с миллионом патронов.

Основной удар чилийцы планировали нанести весной 1879 года, так что время у нас было. Три месяца, море пота и мои расшатанные нервы, позволили привести боливийскую армию во что-то приличное. Заодно полным ходом шло перевооружение перуанской армии. Если кратко, то объединённая армия Боливии и Перу при поддержке добровольцев Аргентины с моими наёмниками, остановил чилийцев под Антофагастой. Местность здесь специфическая и весомая часть снабжения армии лежала на перуанском флоте. Чили, обладая более мощной эскадрой, загнали соседей в порты и уже начали праздновать победу. Только президент Гарендия и его британские друзья не учли, что кроме перуано-боливийского пакта о военной помощи, часть стран Ибероамериканского Союза, заключила новый договор. В итоге, испанский флот, базирующийся на Гавайских островах, уничтожил чилийских коллег. Мы со своей стороны задали жару армии вторжения, используя преимущество в артиллерии и дальнобойности винтовок.

Кстати, чилийцы демонстративно игнорировали Ибероамериканский Союз, за что и поплатились. Шум, поднятый Лондоном, никого не интересовал, так как Испания и стоящая за ней Франция с юридической точки зрения были правы. САСШ пока не заключали с британцами альянс, а в Германии и России посмеивались над попытками сэров втянуть в войну другие страны.

Как итог, республика Чили была полностью разгромлена и, кроме немалой контрибуции, признала факт конфискации своих компаний, занимавшихся добычей птичьего говна. Сейчас этой страны просто нет. Вернее, это небольшой участок суши с огромными водными ресурсами, и всё. С англичанами союзники договорились по-хорошему, выплатив компенсацию. Сэры моментально слили чилийцев, заодно опутав их кредитами, за счёт которых Сантьяго расплачивался с победителями. Но наглых островитян аккуратно отодвинули от контроля над гуано, начав продавать им сырьё по рыночным ценам. Англичан такое решение местных властей не остановило, и они продолжили лезть в чужие дела. Только влияние Лондона на этих землях снижалось с каждым годом.

Понятно, что я сразу влез в освободившуюся нишу, заодно начал подминать под себя добычу гевеи. Дабы не класть все яйца в одну корзину, плантации столь нужного сырья появились в испанских колониях Западной Африки. Сеньора дель Кастильо интересовали не только какао и кофе. Эффект рассада начнёт давать лет через пятнадцать, но мы были к этому готовы. Заодно удалось помешать англичанам, украсть ростки нужного дерева в Перу. Только в конце восьмидесятых они провернули аферу с бразильскими саженцами, но большого значения этот шаг не имел. А ещё мне удалось застолбить за собой Чукикамату, на паях с боливийским правительством, конечно. Этот шаг послужил началу длительного конфликта с британскими и другими иностранными компаниями, которые сами хотели прибрать к рукам крупнейшее месторождение меди в мире. Только мне удалось выстоять и не допустить к этому сказочному месту конкурентов. Некоторых из них смогла остановить только пуля, царство им небесное.

Вот так мне удалось вписаться в аргентинские и южноамериканские расклады. Тогда у меня было ощущение настоящей жизни. Всё-таки Коля Смирнов, да и Юзек, больше авантюристы и непоседы, нежели представители спокойных профессий. Пока Пётр и Катарина с помощниками организовывали переезд, я ввязался в новую заварушку.

Война закончилась полной победой союзников. По её окончании мне сразу удалось установить дружеские отношения с боливийским и перуанским руководством, пообещав мощные инвестиции в экономику обеих стран. Мои агенты очень высоко оценивали потенциал Боливии в плане полезных ископаемых, это не считая меди. Мы потому и выбрали своими базами Кордову, Тукуман и Сальто, что через эти города начали строить железнодорожную ветку к Чукикамате, Антофагасте, Ла-Пасу и перуанской Арике. Трансконтинентальная дорога — это всегда хорошо, а для меня так просто подарок.

Ещё не успел закончиться конфликт в Андах, как встал вопрос, чего делать с компактной и современной армией. Коля почесал тыковку и обратил внимание на противоположное от Аргентины побережье Атлантики. Поэтому с пылу и с жару, я сделал заманчивое предложение правительству своей новой страны. Примером для меня послужил бельгийский король Леопольд, недавно начавший завоёвывать Конго под прикрытием Африканской международной ассоциации[1]. Изобретать велосипед мы не стали и образовали аргентинско-африканскую компанию. В ААК половина акций принадлежала мне, четверть правительству Аргентины и оставшиеся двадцать пять процентов лично испанскому монарху. Я тут решил подстраховаться и заручиться поддержкой сразу двух государств. С учётом фактически нейтрального статуса обеих стран, которые решили сосредоточиться на внутренних делах, проект обещал стать весьма перспективным. В перспективе я решил продать часть акций аргентинским компаниям, дабы приобрести дополнительную опору на новом месте.

Уже в начале 1879 года, войска ААК захватили Уолфиш-Бей, до которого в этой реальности у британцев не дошли руки, и порт являлся небольшой перевалочной базой китобоев. Через год мы контролировали территорию Намибии моего времени и занялись геноцидом местного населения. Ничего необычного для тех же аргентинцев не происходило. Они сами пару лет назад буквально вырезали индейцев Патагонии. Часть русских наёмников решила покинуть экспедиционный корпус, но мне уже было плевать на чистоплюев, так как основной план был выполнен. Кстати, мы не трогали коренных жителей Юго-Западной Африки вроде бушменов и части готтентотов. Уничтожению и изгнанию в Калахари подверглись племена банту, пришедшие на эти земли двести лет назад. Заодно под раздачу попали излишне агрессивные и наглые нама. Также мы сразу наладили нормальные отношения с бастерами[2], но распустили их республику Рехобот, превратив её в провинцию с широкой автономией. Именно они помогли войскам вторжения быстро одержать ряд побед над дикарями, фактически их уничтожив.

На следующий год ААК захватила земли большей части Ботсваны, если брать границы моего мира. Но дальше нас не пустили, так как Британия активно включилась в битву за Африку. Упустив момент на самом старте, далее сэры быстро отыграли несколько позиций. Если брать политическую карту моей реальности, то с 1878 по 1881 год англичане оккупировали Восточную Ботсвану Зимбабве, Замбию, Эритрию, Южный Судан, Чад, Нигер, Мали, Мавританию и две трети Сомали. Забавно, что Северное Сомали разделили немцы с французами. Африканский Рог при этом достался Германии, впрочем, как и Адана с Южным Йеменом. Англичане после распила Порты оккупировали Сану и Северный Йемен. С учётом непростых отношений между тремя колониальными державами им хватило ума договориться. В итоге англичане получили от немцев северную часть Нигерии и смогли связать центральноафриканские владения с портами в Гвинейском заливе. Берлин в качестве компенсации довольствовался Центральным Сомали.

Во всей этой вакханалии повезло Эфиопии и бурским республикам. За императора Йоханныса IV заступился его православный коллега Павел II. Вообще, общение между двумя странами началось задолго до раздела Африки, и в России потомков царицы Савской считали братским народом. После победы над османами империя была на подъеме, и общество быстро консолидировалось для защиты негров. Возможно, именно это стало причиной того, что Эфиопию никто не стал завоёвывать. А скорее всего, европейцы просто посчитали возможные убытки и не полезли в столь бедный, но густонаселённый регион. Оранжевая Республика и Трансвааль получили передышку, так как Британия временно переключилась на завоевание огромных земель и их переваривание. Кстати, первую англо-бурскую войну в 1883 году африканеры выиграли играючи, что закономерно спровоцировало новый конфликт в будущем.

Я тогда метался как белка в колесе. С одной стороны на севере Аргентины создавался целый научно-промышленный кластер, раскинувшийся от Кордовы, ставшей первым пристанищем нашей семьи, до Тукумана, чуть позже ККП освоил и Сальту. Благодаря грамотной рекламной кампании и моей финансовой поддержке, на берега Ла-Платы хлынула первая волна русских эмигрантов. Далее их поддержали обе ветки немецкого народа и поляки. При этом северогерманцы предпочитали Аргентину, а южногерманцы селились в более анархической Бразилии. Одновременно с этим начался поток польских переселенцев, который активно спонсировала моя супруга. Поляки тоже предпочли «страну диких обезьян» и вместе с немцами за несколько лет стали основным населением трёх южных штатов.

Что касается колонии, то там мы себя вели тише воды. Вернее, я до последнего скрывал колоссальный потенциал региона в плане полезных ископаемых, особенно алмазов. Но это не мешало активной переселенческой политике. Юго-западная Африка вдруг стала весьма популярной среди разного рода сектантов. И смысл в этом был. Земля принадлежит компании, с которой общины заключали контракт. Переселенцы имели право заниматься сельским хозяйством, рыболовством, переработкой кожи, текстилем и торговлей. Разработка недр, крупные промышленные предприятия и железные дороги были прерогативой ААК. Если не брать совсем отбитых уродов, вроде скопцов или адвентистов со свидетелями Иеговы, мы привечали любых сектантов. Предпочтение им отдавалось по вполне простой причине — они предпочитали переселяться крупными общинами. Поэтому уже через пару лет беседники, духоборы, меннониты, молокане, штундисты и ещё несколько адекватных сект быстро расселились на освобождённых от негров землях. С учётом того, что АКК ввела в колонии обязательную систему образования, то следующее поколение поселенцев должно стать более адекватным, и начать строить общий дом, не закрываясь в своём мирке.

В 1885 году я получил последний транш от российского правительства, и у меня дома осталась только нефтеперерабатывающие заводы. Кстати, Грейг начал следовать моему плану, предложенному перед отъездом. Через пять лет после воцарения Павла II, Россия провела частичную национализацию нефте- и золотодобывающей промышленности. По новому закону государству должно принадлежать не менее пятидесяти одного процента акций нефтяных и сорока процентов золотодобывающих компаний. То же самое чуть позже коснулось цветной металлургии. С банками подобная ситуация была изначально. Основными задачами данных законов являлось сохранить за государством добычу стратегического сырья, существенно ограничить создание монополий и закрыть свой финансовый рынок от иностранцев.

Единственное исключение было сделано для Аляски, где примерно в это же время началась «золотая лихорадка». Данная территория является доменом семьи Романовых, поэтому там действуют иные законы. А ещё надо было обуздать поток старателей, хлынувших в Русскую Америку со всего света. Так как акция была подготовлена, то все действия по снабжению и контролю за собственностью царя осуществлял специальный уполномоченный из Владивостока через агентов в Ново-Архангельске. Именно из Приморья на Аляску шли централизованные поставки продовольствия, оборудования и осуществлялись пассажирские рейсы. «Доброфлот», открывший второе дыхание, активно занялся отловом контрабандистов и прочих пиратов. Специальные мобильные отряды, состоящие из казаков, алеутов и эскимосов несли службу на границе с Канадой, часто вступая в боевые столкновения с бандами, прущими с востока. Но пулемёты системы Нормана, стоящие на вооружении личной пограничной стражи ЕИВ, быстро привили гостям любовь к законности.

Кстати, золото выкупалось по вполне приемлемым ценам, а ещё разбогатевшим или отчаявшимся старателям предлагали отличные земли на Дальнем Востоке. Азиатов это не касалось, за исключением корейцев. В итоге, Владивосток за неполные пять лет утроил своё население, а в Приморской области и Приамурье начался самый настоящий сельскохозяйственный бум. Да и промышленность начала развиваться весьма бурными темпами. Это мало нравилось европейцам, особенно англичанам, которые с завистью смотрели, как тонны золота проплывают мимо их влажных ручонок. Ещё российское правительство поддерживало реформы императрицы Цыси, активно вооружая китайцев. Да и промышленность нашего соседа за последние десятилетия сделала качественный скачок. Разграбление Китая всё сильнее начало получать весьма жёсткое противодействие местных властей. С учётом того, что англичане, американцы, французы и начавшие проникать на восток немцы, никак не могли договориться, китайцам удавалось балансировать и избегать масштабного вторжения.

Насколько я понял в этой реальности, англичане опоздали с усилением Японии. Иные геополитические вызовы требовали ресурсов в других областях. Ещё и американцы грабили азиатов гораздо активнее, восполняя свои потери в Карибском море. Им точно не нужно было сильное и милитаризованное государство вместо слабой полуколонии.

А в Южной Америке в это же время начался промышленный бум, вызванный моей деятельностью, мощными инвестициями из Европы, особенно испанскими и французскими, а также введение Таможенного союза между Аргентиной, Боливией, Колумбией, Перу, Эквадором и Уругваем. Чуть позже к альянсу присоединились Бразилия и Венесуэла. Строительство новой железнодорожной ветки, которая должна была связать боливийскую Антафагасту и венесуэльское Маракайбо, дало просто невиданный толчок развитию целого континента. Вторым масштабным проектом стали дороги из аргентинского Розарио до парагвайского Асунсьона и бразильского Сан-Паулу. Далее планировалось связать железнодорожным сообщением атлантический порт Сантус и города тихоокеанского побережья Боливии и Перу.

Получался эдакий замкнутый транспортный узел, позволяющий быстро перемещать грузы и людей. А поток переселенцев рос с каждым месяцем. Бразильским плантациям требовались миллионы людей, и они устремились туда в первую очередь из Италии, Греции, Леванта и Палестины, где евреи начали теснить арабов. Юг огромной страны активно заселялся немцами и поляками, чьё количество уже значительно превысило число потомков португальцев. Континентальная стройка потребовала огромное количество специалистов в различных областях. Народ весьма активно вербовался, так как мы платили хорошие деньги и обещали землю после окончания работ.

Я сделал всё, чтобы основным центром притяжения образованных кадров стала Кордова. Именно здесь стремительно вырос огромный промышленный кластер. Да и снабжение железной дороги самой современной техникой и качественными рельсами шло с моих заводов, расположенных в северных провинциях Аргентины. С запуском первого завода по выпуску автомобилей и прокладки асфальтовых дорог, начался совершенно новый виток в истории региона. Земли здесь намеренно, а с учётом новых транспортных возможностей, их освоение увеличилось ещё сильнее.

Хватало и проблем. Если с местными элитами новые переселенцы спокойно договорились. Многие промышленники брали пример с меня и активно привлекали старые семьи в акционерные общества. Ничего так не сближает людей, как совместное получение прибыли.

Только вовсю заработал старый принцип «англичанка гадит». Провалившись с Чили и захватив свободные земли в Африке, сэры всерьёз принялись за Южную Америку. Если в Аргентине, Боливии, Перу, Уругвае и Венесуэле им ничего не светило, а Эквадор с Парагваем нафиг никому не нужны, то манипуляторы зашли с другой стороны. Неожиданный переворот в Колумбии надолго расстроил общие планы Ибероамериканского Союза (ИС). После небольшой заварушки, прозванной гражданской войной[3], власть в стране неожиданно захватил генерал Кальдерон. За три года этот авантюрист, подбиваемый Лондоном, вышел из состава ИС, загнал Колумбию в новые непосильные долги английским банкирам и начал маленькую победоносную войну с Венесуэлой. В итоге колумбийцы хорошенько огребли от соседей, так как их армия уступала соседям в качестве вооружения и подготовки. А ещё венесуэльцам помогал один граф, начавший добывать нефть в Маракайбо.

В итоге совершенно сбрендивший Кальдерон не нашёл ничего лучшего, чем объявить о своём желании вернуть Панаму и, естественно, национализировать канал. Мгновенный десант франко-испанского корпуса при поддержке венесуэльской и перуанской армии, поставил крест на карьере генерала. Заодно рухнувшая в нищету и полностью разорённая Колумбия начала постепенно восстанавливаться.

Гораздо сложнее дела обстояли с Бразилией, чей император Педру II начал кардинально менять свою политику. Вернее, достаточно либерального монарха, выстроившего прогрессивную и рабочую систему, начали поджимать собственные олигархи. Португалоязычной знати совершенно не нравилось усиление новых колонистов, в первую очередь немцев и поляков на юге страны. К тому же три южных штата более ориентировались на кооперацию с Аргентиной и Боливией, что вызывало дополнительное раздражение в Рио. Недавно прибывшие европейцы, давшие мощный толчок развитию региона, захотели разумного самоуправления. Назначаемые севером губернаторы, редко заботились о развитии подвластных территорий, предпочитая просто набивать карманы. С учётом того, что новые поселенцы активно поддержали идеи Фаррапус[4], столкновения стали вопросом времени. Только это были уже не оборванцы, а вполне успешные фермеры, мастеровые, фабриканты и промышленники, многие из которых имели опыт войн в Европе. Особенно это касалось поляков. А ещё за спинами сепаратистов маячила фигура одного неугомонного графа.

Вот не полезь англичане в Бразилию и не начни откровенно хаметь в Южной Африке, я бы держался подальше от всякого рода грязных делишек. Но подумав, решил создавать свою сеть, которая должна была методично опутать нужные мне страны. Кроме Аргентины, в сферу моих интересов входили Боливия, Уругвай, юг Бразилии, Перу, Эквадор и Венесуэла. Именно в этих регионах я начал активно открывать газеты на подставных лиц, подкупать политиков и устранять ненужных людей.

Здесь уже не до церемоний, потому что бежать с нового места я никуда не собирался. Ошибки, сделанные в России, были переосмыслены и новая организация начала медленно подминать под себя власти и общественное мнение огромного региона. Базовой идеологией являлся ибероамериканские ценности, придуманные моими аналитиками. Республика, независимость, народное самоуправление, главенство закона и противодействие вмешательству во внутренние дела Латинской Америки САСШ и Британии, являлись основными скрепами новой политики. И эти незамысловатые лозунги прижились как среди высшего света, так и простых граждан. Здесь прекрасно помнят захват Доминиканы с Кубой, аннексию половины Мексики, спровоцированную англичанами чудовищную Парагвайскую войну и агрессию Чили. При грамотной обработке достаточно легко создать образ врага. Им теперь является гринго, говорящий по-английски. Берлин здесь тоже не особо любят, из-за излишне агрессивной экономической политики последних лет, попытавшихся завалить континент дешёвыми товарами. Хотя, к немецким переселенцам относятся весьма дружелюбно. А для Германии существует прекрасная защита под названием протекционизм.

* * *

— Дедушка, а как ты убедил Родомилу выйти замуж? Она же в принципе никого не слушает, — вопрос Цезаря вывел меня из задумчивости, — Всегда поражался твоему умению находить компромиссы и таланту убеждать людей.

Хе-хе. Раньше я предпочитал убивать, вместо переговоров. Но говорить этого внуку точно не следует.

— Я пообещал, что она станет первой женщиной, совершившей перелёт, превышающий пятьсот километров. Думаю, месяца через два она стартует из Буэнос-Айреса в Порту-Алегри без посадки. Она у нас уже вошла в историю и стала первой женщиной-пилотом в мире. Пусть побьёт ещё пару рекордов, спускается на землю и становится нормальной женщиной.

— Эээ… — внук некоторое время собирался с мыслями, — Но ведь это опасно, лететь так далеко! И почему в качестве мужа ты выбрал кузине этого странного инженера? Он же не от мира сего и думает только о моторах. С ним даже поговорить не о чем.

— Какие у тебя разнообразные вопросы, — усмехаюсь, глядя на недоумевающего потомка, — Давай по порядку. Если бы я не организовал Миле полёт, то она начала готовить его самостоятельно. Сейчас же она полетит на нашем лучшем лёгком самолёте с большими шансами не убиться по дороге. Что касается Ганса, то он просто гений. Поверь, сей мечтатель ещё скажет своё веское слово в самолётостроении и производстве другой техники. Это просто какое-то счастье, что десять лет назад его заметили наши рекрутеры и переманили в Аргентину. И этим двоим, есть о чём поговорить, так как кроме летающих железок их ничего не интересует. А ещё ты не обращал внимания, как гер Граде[5] смотрит на нашу амазонку. Да и самолёт, на котором полетит его невеста, фактически полностью сконструирован немцем. Кстати, я всегда положительно относился, когда наше младшее поколение в качестве спутников жизни выбирало русских и немцев. Французская шлюха, захомутавшая Чеслава, яркий пример, доказывающий мои предпочтения. От полячек я бы тоже держался подальше.

— А как же бабушка? — Цезарь моментально клюнул на мою провокацию.

— Агнешка — исключение из правил. Так же как её сёстры и дочки Катарины, — предвосхищаю второй вопрос, — Но я не настаиваю на какой-то конкретной нации. Главное, чтобы человек был хороший. Только я очень надеюсь, что моих внуков не назовут Мехмет или Будур.

— Как ты узнал? — Цезарь сразу покраснел и занервничал, — И Далила из порядочной маронитской семьи, пострадавшей от притеснений мусульман. Они перебрались в Аргентину целым кланом под тысячу человек и вполне нормально вписались в местное общество.

— Вот и хорошо. Уважь дедушку и не тяни со сватовством. Хочу погулять ещё на одной свадьбе. И просьба — избавься от этой своей…

— Я понял, не продолжай далее. Между мной и сеньорой Марией всё закончено, перебил внук и явно обиделся, отвернувшись к окну.

Меня же просто порадовала эта новость. А то Цезарь зачем-то связался с замужней мадам и вроде как заделал ей ребёнка к уже имеющимся двум. Не знаю, куда смотрит её муж, но я давно хотел прекратить этот мезальянс. Насчёт девушки из приличной семьи арабских христиан я пошутил. Кроме СБ, у меня есть своя небольшая разведка и про дела своих родственников мне известно довольно много. Это не какая-то слежка, а желание оградить их от необдуманных поступков. Плохо, что удаётся не всегда. Но младшую внучку я буду контролировать, пока жив. Кордовский университет, третий по старшинству на континенте, разрастается вместе с городом. Если население Кордовы за последние тридцать лет выросло в шесть раз. Университет разделился трижды, выделив — Медицинский, Педагогический и Политехнический факультеты в отдельные учебные заведения. Заодно при моём участии в городе была открыта военная академия. Но сейчас речь о медиках, которым хочет стать моя внучка Анна. Надо будет подвести к ней пару-тройку достойных кандидатов, увлечённых медициной, и пусть далее делает выбор. А вот всяких аферистов, ищущих богатеньких невест, будем аккуратно отваживать. Мне нужен монолитный клан без слабых мест и чужеродных вкраплений. В семейную жизнь многочисленных родственников я не лезу, а вот оградить их по молодости от ошибок — моя обязанность.

— Кирилл, — громко говорю водителю, — Езжай сначала на авиазавод, затем уже в НИИ.

Делам семьи более четырёх лет возглавляет Ян. Но я оставил себе некоторые области, где помогаю инженерам и конструкторам избегать ошибок с тупиковыми путями. В первую очередь моё участие касалось автомобилей и самолётов. Последние были в приоритете и поэтому наше авиационное КБ, я посещал регулярно. Яну удалось собрать целый букет талантливых изобретателей и инженеров, а мне пришлось формировать из этой разношёрстной и, безусловно, талантливой публики, формировать команду, вернее, несколько коллективов. Мы решили осваивать сразу все направления — лёгкую, пассажирскую и транспортную авиацию. Естественно, вся продукция была двойного назначения, и приоритет отдавался военным.

Если сравнивать уровень аргентинского самолётостроения, развивающееся в связке российским, то оно соответствует концу ПМВ моего времени. Остальной мир отстаёт от нас примерно лет на пять. Кстати, уже в трёх конфликтах авиация показала свою необходимость и заставила ведущие мировые державы пуститься в погоню за нами. Преимущество пока на стороне Аргентины и России, так как нам удалось объединить научно-промышленный потенциал двух не самых бедных в мире стран.

Кстати, первым конфликтом, где авиация стала просто шоком для военных, стала «Вторая англо-бурская война». При всём консерватизме буров у их руководства хватило мозгов закупить самое современное вооружение. Кроме этого, упёртые африканеры одобрили создания профессиональной армии, хотя, в неё вошли в основном артиллеристы, отряды пулемётчиков, сапёры и несколько полков, вооружённых по самому последнему слову техники. Поседение три года проходили постоянные учения, позволившие южноафриканцам развернуть достаточно крепкую армию, не считая многочисленного ополчения. Кто бы знал, чего мне это стоило! Пришлось даже плавать в ЮАР на переговоры с Крюгером[6]. Но мне удалось сдвинуть эту скалу с мёртвой точки.

Повезло, что в этой реальности после первой войны южноафриканцы отбили Дурбан, получивший особый статус, но под их юрисдикцией. В последнее время военные поставки шли нескончаемым потоком из нескольких стран, которые очень хотели ослабить Британию. Заодно немалые формирования добровольцев из Австрии, Германии, Италии, России и Франции начали приезжать в Африку задолго до начала боевых действий. Плюс легионеры были хорошо организованы и более-менее встроены в местные вооружённые силы. Здесь опять помог один попаданец, немного знавших о проблемах добровольцев в его времени.

В итоге, после всех прелюдий в 1901 году начались боевые действия, сильно удивившие английское командование. Оно столкнулось с грамотными действиями противника и обнаружило несколько неприятных вещей. Главным открытием для агрессора стал колоссальный перевес в пулемётах, просто нивелировавший действия британской кавалерии. А ещё насыщение бурских войск мобильной артиллерией позволило на начальном этапе решать любые задачи, задавив противника шквальным огнём. Поэтому все события начали разваливаться по совершенно иному сценарию.

Кронье взял Кимберли за две недели и неспешно двинулся на юго-запад. С учётом того, что в этом времени Наталь не был оккупирован англичанами полностью, генерал Жубер захватил его достаточно быстро. Правда, английский флот блокировал Дурбан, и грузы в ЮАР пошли по железной дороге из Лоуренсу Маркиша, что существенно увеличило их стоимость и время доставки. Португальцы были очень злы, что при расширении собственных владений их многовековые союзники, отрезали немалые куски Анголы и Мозамбика. Поэтому никакие ноты протеста на Лиссабон не действовали. Они сделали свой выбор в сторону Ибероамериканского Союза и планомерно поддерживали этот альянс.

В течение года было ещё две знаковых битвы. Осторожный Кронье разбил Буллера у Ричмонда, но ценой больших потерь. Командование не решилось наступать на Капскую колонию, опасаясь лишних жертв. При этом многочисленные отряды коммандос устроили в английском тылу настоящий ад. Тем временем Жубер осадил Порт-Элизабет, куда спешно высаживались подкрепления из метрополии. Чем примечательны все эти события? Именно в битве при Ричмонде впервые в мире была применена авиация, которая корректировала артиллерийский огонь и сбрасывала бомбы на головы паникующих английских солдат. Далее мои парни продолжили помогать партизанским вылазкам бурских отрядов. Ну и, конечно, эпическая бомбардировка Порт-Элизабет, которая войдёт в историю. Сотни зажигательных бомб буквально уничтожили оборонительные линии города, заставившие командование британцев пойти на переговоры.

Если кратко, то война продлилась полтора года, но у англичан просто не было шансов. Ведь ряд стран планомерно вооружали ЮАР и заманивали противника в ловушку. В итоге, яблоко раздора в лице прав уитлендеров было разрешено. Они добились избирательного права, но с прежними ограничениями. ЮАР получила независимость, сохранив за собой выход к морю через Дурбан. При этом значительная часть земель, купленная англичанами, была аннексирована. Алмазные и золотые прииски оказались у буров, что выросло в новый конфликт, теперь с Де Бирс.

Именно с этого времени и началась моя война с некоторыми британскими воротилами. Ещё в девяностые годы, две известные предпринимательницы, я про Агнешку и Долгорукову объединились с компанией «Cartier», выйдя на мировой рынок бриллиантов. Екатерина, кстати, тоже перебралась в Южную Америку, поселившись в Кордове, и стала местной знаменитостью. С учётом того, что политически подкованная княжна, активно занималась благотворительностью, её безумно любил простой народ. Но дело не в этом.

Найденные огромные залежи алмазов в Юго-Западной Африке, не на шутку возбудили семейство Оппенгеймеров и стоящих за ними Ротшильдов, как же без них. Переговоры не принесли никакого результата. ААК самостоятельно занималась разработкой месторождений, поставляя их «Cartier» и ряду более мелких игроков, наплевав на Лондонский Синдикат. После войны ситуация не улучшилась несмотря на многочисленные переговоры.

Постепенно на алмазном рынке осталось два основных игрока — «De Beers» и компания «Cartier», поддерживаемая несколькими союзниками. А после начались неожиданные покушения. Вернее, главное из них, унёсшее жизнь моего сына произошло ещё в 1897 году. Тогда не удалось найти заказчика, так как подозревать можно десятки людей, компаний и тайных обществ, то я просто усилил безопасность и работу контрразведки. И вот через пять лет господа проявили себя. Мы снова не смогли размотать клубок до конца, но следы вели на один мерзкий остров. Третья атака, произошедшая как раз после открытия крупнейшего месторождения алмазов в устье Оранжевой. После этого я отринул сомнения и ответил в лучших традициях себя тридцатилетней давности. Семейство Оппенгеймеров просто прекратило своё существование, а Ротшильды лишились своего первого пэра в английском парламенте. Что поделаешь? В это время активизировалась так называемая «Новая ИРА», начавшая отстрел английских олигархов и политиков. Намёк в Англии поняли и оставили меня в покое.

Надолго ли? Вряд ли мне простят смерть стольких важных еврейских воротил. Думаю, пока наша семья будет единой сильной, то мы переживём любые кризисы и спляшем на могилах своих врагов. Тем более что я давно не скрываю от Яна и ещё нескольких родственников истинное положение вещей. Козелл-Поклевские находятся в состоянии вечной войны, и она никогда не закончится. Потому я с таким маниакальным упорством создавал клан и контролирую молодую поросль. Нам нельзя расслабляться даже на минуту. Хорошо, что в Южной Америке удалось найти множество сторонников, которые ненавидели британцев за их деструктивные действия. Политика многих стран континента построена на враждебном или настороженном отношении к англосаксам. То же самое коснулось евреев. Я не страдаю антисемитизмом, но смотрю на вещи здраво. Нам не нужны агенты влияния иудейских финансовых кланов. Есть Израиль, вот пусть туда и едут.

Кстати, ещё я серьёзно вмешался в распределение эмигрантов из других стран. В этой реальности поток итальянцев в Аргентину, Уругвай и Южную Бразилию был фактически остановлен. Нам нужны более грамотные и толковые колонисты, коими являлись немцы, русские и поляки. Ещё на юг устремилось множество ирландцев, южных славян и арабов-христиан. Но макаронники, сметая все преграды, устремились в Венесуэлу, Колумбию и Мексику, где шло масштабное строительство, и требовалась низко квалифицированная рабочая сила. Это не считая огромного потока в САСШ, где итальянцев сейчас как собак нерезаных.

— Приехали, — Цезарь опять прервал мою полудрёму, — Ого, смотрю Мила, тоже здесь, судя по машине.

На стоянке во внутреннем дворе КБ действительно стояла красная «Агнесса», сделанная по специальному заказу. По городу внучка перемещается сама, устраивая скандалы при попытке навязать сопровождение. Преступности в Тукумане практически нет, внешние враги успокоились, а стреляет Родомила лучше многих профессионалов, поэтому я особо не беспокоюсь за её безопасность.

Иду по коридорам своего детища, и сердце переполняется радостью. Раскланиваюсь с работниками, каждого из которых знаю по имени. Думаю, в ближайшие пятьдесят лет никому не удастся перехватить наше лидерство в самолётостроении. А ведь это технологии самого высокого уровня, выступающие локомотивом всей экономики страны.

А вот и наши голубки, склонившиеся над каким-то чертежом и полностью погрузившиеся в процесс обсуждения. Подмигиваю удивлённому Цезарю и громко кашляю.

— Дедушка! — Мила аж подскочила от удивления и немного покраснела, — А мы тут…

— Плюшками балуемся, — произношу свою коронную фразу, целую внучку и протягиваю руку подобравшемуся Граде, — Готовите полёт?

— Ты не поверишь, но мы обсуждаем совершенно новую модель самолёта. Ганс закончил разработку более совершенного двигателя, что открывает просто безграничные перспективы. А к полёту мы давно готовы, остались небольшие детали.

Следующие двадцать минут мы обсуждали достоинства нового самолёта. В процессе описания своего детища немец буквально преображался. Суховатый и немногословный инженер становился совершенно другим человеком. Правда, его речи были интересны только узкому кругу слушателей, зато свою главную фанатку он нашёл. Ещё раз подмигиваю Цезарю, тот же всё это время с трудом сдерживал улыбку, вызывая недовольство кузины.

— Предлагаю пообедать. Зная наших фанатов воздухоплавания, не удивлюсь, что они голодные, — решаю сменить тему, — Приглашаю всех в русский ресторан, надо отметить столь важное дело.

Уже после того, как мы отобедали и нам подали десерт, инженер задал интересный вопрос.

— Ваше сиятельство, а что будет делать Аргентина в случае начала большой войны в Европе? Я прекрасно понимаю, почему ваш концерн сотрудничает с Россией. При этом вы можете быть полностью уверены в моей лояльности. Но я не хочу, чтобы изобретённые мною самолёты в составе вооружённых сил нашей страны, бомбили Германию.

Хороший вопрос и надо ответить на него честно.

— Ганс, Аргентина должна придерживаться нейтралитета. Это не будет затрагивать поставки продовольствия, оружия и прочих товаров воюющим сторонам. Но мы вмешаемся в конфликт только в случае прямой угрозы нашим территориям, включая колонию, или атакам на аргентинский торговый флот.

— Но ведь нас могут вынудить или спровоцировать. Да и не верю я в заявленный нейтралитет, — ответил Грабе, — Взять тот же случай с Пампой.

Здесь немец меня уел. Дело в том, что я тут организовал новый локальный конфликт. Уж очень плотно англичане впились в Бразилию, особенно после свержения императора и прихода в 1890 году к власти правительства подконтрольного олигархам с латифундистами. На юге же цвёл сепаратизм, вызванный неумелыми действиями политиков из Рио, обложивших штаты, особенно промышленность, дополнительными налогами. В итоге более дешёвые британские товары начали искусственно вытеснять местный, разоряя бразильских производителей.

В общем, дождавшись англо-бурской войны, три южных штата объявили о создании автономии и собственном самоуправлении. Бразильские политики, натравливаемые олигархатом, отказались от переговоров и сразу начали военные действия. Только они не поняли, что армия провозглашённой Федеративной Республики Пампа, была подготовлена гораздо лучше. А ещё её поддержал аргентинский добровольческий корпус. Гы. Большая часть добровольцев являлась солдатами регулярной армии.

К чести северян, дрались они неплохо. В прежнем мире я слышал байку, что в Латинской Америке умеют воевать только кубинцы и бразильцы. Это правда, только теперь к ним присоединилась аргентинцы. Через три месяца после начала боевых действий войска мятежников взяли Сан-Паулу с Сантосом и подошли к Рио. Британские союзники Бразилии только угрожали и слали ноты протеста. Так как они сами увязли в Южной Африке, то не могли ничем помочь. Остальные страны предпочли не вмешиваться в конфликт. Понятно, что перед его началом сепаратисты при моей поддержке заручились поддержкой стран ИС, Испании и Франции. Португалия хранила многозначительное молчание, поэтому вскоре на карте Южной Америки появилось новое государство.

Забавно, что ФРП стала уникальной для региона страной. Сейчас в Пампе три государственных языка — португальский, немецкий и польский. Итальянцев обошли, так как их значительно меньше. При этом республика бурно развивается и в неё устремился дополнительный поток эмигрантов немецкого и польского происхождения из Австро-Венгрии и России. Кстати, в Куритибе есть улица имени Агнешки. Горожане оценили вклад моей супруги, которая открыла за свой счёт госпиталь, приют для ветеранов, детский дом и помогла с медикаментами. При этом польская диаспора столицы нового государства старательно обходила тему с фамилией героини.

Именно эта война напрягла инженера. Получилось, что за тридцать лет Аргентина влезла в два серьёзных конфликта, ещё и захватила колонию, где отличилась геноцидом части аборигенов. Я тоже об этом задумывался и продавил решение через парламент, что теперь мы воюем только в случае прямой агрессии против страны и наших ближайших союзников Боливии, Уругвая, Перу и Пампы. Военный союз получился достаточно мощный, с учётом его экономического потенциала. Радует, что к нам стремятся Эквадор, Колумбия и Венесуэла. По крайней мере, в конфликте на юге Бразилии все эти державы поддержали сепаратистов. Уж очень всем надоели происки англичан.

— Поверь, более мы сами не полезем ни в одну войну. Так что выходцы из Германии могут за это не беспокоиться. Другой вопрос, что глобальная война будет и от неё никуда не деться.

— Вы ожидаете мировую войну? Это ведь будет чудовищная мясорубка! Неужели во главе стране не хватит разумных политиков, понимающих, что погибнут многие миллионы?

Наивный мечтатель.

— Ты же знаешь, чем закончился последний крупный конфликт в Европе? А он только усугубил положение, создав новый очаг напряжённости, и вызывает у достаточно мощных сил реваншистские настроения.

Старушка Земля бурлила, вступив в XX век чередой войн. Самый неожиданный итог противостояния, заставивший ведущие страны срочно, перевооружать армии, произошёл на Балканах. Австро-Венгрия не могла успокоиться и захотела разрешить все проблемы силовым путём. Оккупировав Хорватскую автономию Герцеговины в 1904 году, Франц Иосиф объявил о своих притязаниях на часть Боснии и Воеводины. В альянсе с Румынией, Портой и Албанской автономией, Вена думала, что вскоре прирастёт новыми территориями и зависимыми странами. Но, что-то пошло не так. Балканский Союз, состоящий из Болгарии, Греции, Сербии и Черногории, сдаваться не собирался. С учётом того, что армии этих стран давно вооружались Россией, то они являлись крепким орешком.

Первыми огребли мамалыжники, пытавшиеся форсировать Дунай. Но их сразу разбили, а болгары создали плацдарм на другом берегу, и начали наступление на Бухарест. С Портой хорошо поработала русская дипломатия, и султан ограничился поставками амуниции и вооружения албанцам с румынами. Союзу хватило два месяца для проведения всеобщей мобилизации, благо к войне готовились заранее. Всё это время австрийская армия безуспешно штурмовала Белград и не смогла продвинуться дальше Нови Пазара, хотя захватила большую часть Боснии. А далее был полный разгром имперских войск под Кралево. Именно там впервые были применены бронемашины и авиация в Европе.

Снятие осады с сербской столицы и народное восстание в Боснии и Герцеговине, перекинувшееся на австрийскую часть Хорватии, поставили крест на Двуединой монархии. После заключения временного перемирия из империи вышла Венгрия, объявившая о своей независимости и вернувшая свои полки с фронта. Только мадьяры поумерили свой пыл в плане создания Великой Венгрии. Воеводина перешла к сербам, хорваты создали своё независимое государство, но с потерей части Далмации, разделённой между Сербией и Черногорией. Будапешт в итоге получил только Трансильванию, южную Словакию и часть Закарпатья. Одновременно на политической карте мира возникло ещё несколько государств — Чехословакия, Словения, Карпатская республика и Свободный город Краков. Заодно, на Балканах чуть было не вырезали албанцев, которых спасла Италия, оккупировав бывших вассалов Порты.

Непосредственно Австрия попала под полную зависимость Берлина. Это, в свою очередь, ещё сильнее сблизило южногерманцев и Париж. Ситуация настолько запуталась, что я даже не представляю, чем всё закончиться. Ведь есть ещё Азия.

Вскормленная Британией Япония наконец-то решилась на войну и в 1906 году оккупировала часть Кореи. На севере полуострова самураи столкнулись с ожесточённым сопротивлением китайской и корейской армий, поддерживаемых русскими инструкторами. В итоге, конфликт перешёл в вялотекущий, так как в этой реальности Токио оказался гораздо слабее. Но думаю, что переварив захваченные земли, и частично решив проблемы с продовольствием, японцы, двинутся дальше. Они даже пытались угрожать России своим флотом, декларируя свои намерения на господство в регионе. Но показательная бомбардировка и потопление крейсера «Асама» с выводом из строя броненосца «Микаса» в заливе Петра Великого, остудили буйные головы на островах. Только проблему противостояния это не решило, а подвигло Японию вооружаться ещё активнее и начать развивать авиастроение.

— Дедушка, нам точно ничего не угрожает? — спросила внучка, — Мне точно не хочется, чтобы Аргентина воевала, и мы теряли своих мужчин.

Как же она похожа на Агнешку! Вроде волосы, брови и некоторые черты лица в мать француженку, но эти серые глазищи! Может, потому я балую Милу больше остальных внуков. Должны же у меня быть хоть какие-то слабости и причуды?

— Мы не будем воевать. Обещаю!

— А что ты будешь делать дальше. Ты вроде собрался Сельту. Опять засядешь в горном домике и продолжишь писать свои мемуары? По выходные будешь выбираться в город, и слушать русский хор в местном дворце культуры? И так проведёшь месяц? — продолжала допрашивать меня внучка, явно иронизируя.

— Почему? Скатаюсь в предгорья, проверю, как идёт строительство оздоровительных комплексов. Заодно поднимусь выше и намечу план горнолыжного курорта. Я ещё не такой старый и мне есть чем заняться, — отвечаю с улыбкой.

На самом деле никто не пишет никаких мемуаров. Я полностью погружён в создание плана перевода концерна на военные рельсы, этому и посвящаю немало времени. Грядёт большая война, к которой Россия вроде готова. Аргентина же, используя мои ресурсы, окажет ей максимальную пользу. Это выразится в поставках оружия, техники и просто финансовой помощи. Благо венесуэльская нефть даёт сейчас отличную прибыль, откусив немалую часть рынка САСШ. Да и «Groningensche Wisselbank» давно стал международной структурой, через которую идёт множество операций. Мой банк контролирует, чуть ли половину финансовой системы Южной Америки, войдя в альянсы со многими финансовыми организациями материка. Главное — знать меру и делиться, что всегда вдалбливал в голову наследникам. И, конечно, надо безжалостно уничтожать своих врагов.

Что касается будущей ПМВ, то, никто пока не знает, какие альянсы сразятся между собой. Одна сторона конфликта известна — это Британия, недавно заключившая военный союз с САСШ. Только на материке никто не собирается быть пушечным мясом для сэров, а совокупная мощь англо-американского флота ненамного превосходит франко-испанский. Германия вообще ведёт непонятную политику, сосредоточившись на заселении и развитии своих колоний. Бедные негры, их популяции в этой реальности нанесён чудовищный урон. Тут ещё бельгийский Леопольдушка показал всему миру своё «человеколюбие»[7].

Но плевать на негров. Грядут масштабные перемены с совершенно непредсказуемым концом. В одном я уверен, что Россия избежит социалистической революции и миллионов жертв.

Что касается Атлантического альянса, то Лондон настырно пытается затащить туда Париж и Санкт-Петербург. Первым обещают европейскую гегемонию после победы над Германией, а нам проливы. С моей подачи ряд газет Германии, Испании, России и Франции периодически высмеивает и всячески издевается над попытками островитян повоевать за чужой счёт. Это их жутко бесит, но они продолжают гнуть свою линию. Сейчас я запустил новую тему, которую согласовал с русской разведкой. В Европе началась кампания по противодействию англичанам. Регулярно издаются статьи, рассказывающие о преступлениях этой нации и приводящие примеры, когда они натравливали страну друг на друга, предавая их. Подспудно континентальному обществу вбивают в голову идею, что все беды от англосаксов. Мол, надо объединиться и уничтожить вредоносную империю с её новым союзником и наступит вечный мир. Многие люди уже начали верить в эту утопию, к моей несказанной радости. Грамотная пропаганда в лучших традициях одного доктора — страшная сила!

Заодно во всех британских колониях созданы национально-освободительные движения. Ирландия уже фактически получила независимость, мощное восстание сейчас вспыхнуло в мусульманских владениях Лондона. Центром сопротивления агрессорам стал Судан и берберские племена. Неспокойно в Индии, Йемен и Бирме. При определённом усилии и финансовых возможностях можно начать расшатывать любую колониальную державу. Тем более что люди Британия недавно потерпела унизительное поражение от буров.

Я же немного наслаждаюсь жизнью. Не знаю, как развернуться дальнейшие события, но мне удалось сделать много для русского народа. Миллионы вложенные в программу переселения дали свой результат. По мере продвижения на север от Кордовы до Сальты, у незнающего человека может сложиться впечатления, что он попал в Россию. В северных провинциях Аргентины русские составляют от пятидесяти до семидесяти процентов. Особенно много наших в провинции с романтичным названием Жужуй[8]. После постройки железной дороги в Боливию, и открытия металлургического комбината, здесь начался бурный промышленный рост. Скоро я буду строить на границе стран НПЗ и газопровод. И ставка делается на русских рабочих и специалистов. Кроме этого, в провинции развито выращивание сахарного тростника, табака и фасоли. В своё время я назад множество фактически безвозвратных кредитов целым общинам для покупки техники, семян у удобрений.

В общем, приезжаю в Жужуй, ласково называемый местными «Хухуйчик» и погружаюсь в обстановку провинциальной России, архитектура только немного иная. Но церкви такие же, как в далёкой Родине. Вокруг столицы провинции есть небольшие городки с ласкающими слух названиями вроде Иваново, Новобухаловка или Новое Хреново. Последний населённый пункт чем-то перекликается с названием столицы.

Зато здесь я могу поговорить на родном языке, поесть блюда русской кухни и поностальгировать. Если называть вещи своими именами, тут построена лубочная и счастливая Русь. Та сказочная Россия, о которой мечтали десятки поколений русских людей, но которой никогда не было, нет, и не будет.

[1] Африканская международная ассоциация — организация, созданная бельгийским королём Леопольдом II для продвижения гуманитарных проектов в Центральной Африке, которые стали основой создания Свободного государства Конго на территории современной Демократической Республики Конго.

[2] Бастеры (рехоботеры, рехоботские бастеры) — субэтнос цветных, проживающий в Намибии: потомки орлам-нама и первых голландских колонистов. Населяют область Кхомас и север центрального Хардапа. Бастеры переселились из Капской колонии в 1868 году сначала на юг Намибии (район Вармбада), затем к северу (в 30 км к северу от Берсебы) и наконец в 1870–1871 поселились в нынешнем регионе Рехобот (центральная Намибия). Там они основали Свободную республику Рехобот. После установления германской колонии в Юго-Западной Африке, бастеры активно сотрудничали с немцами, сражаясь вместе с ними против гереро и готтентотов. Благодаря этому они сохранили значительную автономию.

[3] Гражданская война в Колумбии (1884–1885) — конфликт, в котором Либеральная партия противостояла централизаторской политике президента Рафаэля Нуньеса, умеренного либерала, которого поддерживала Консервативная партия.

[4] Война Фаррапус или револю́ция Фарропи́лья от farroupilha — «оборванец») — республиканское восстание на юге Бразильской империи (в провинциях Риу-Гранди-ду-Сул и Санта-Катарина), развернувшееся в 1835–1845 годах.

[5] Ганс Граде (1879–1946) — немецкий инженер; строитель первого в Германии способного летать самолёта; основатель автомобильной фирмы Grade Automobilwerke AG.

[6] Стефанус Йоханнес Паулус Крюгер 1825–1904), известный по почтительному прозвищу «Дядюшка Пауль» — президент Южно-Африканской республики в 1883–1900 годах.

[7] Система жесточайшей эксплуатации привела к сокращению численности населения Конго с 30 млн в 1884 году до 15 млн в 1915 году. За малейшую провинность работников калечили и убивали. От бойцов «Общественных сил» в качестве доказательства «целевого» расхода патронов во время карательных операций требовалось предъявлять отрубленные руки убитых. Случалось, что, потратив больше патронов, чем дозволено, каратели отрубали руки у живых и ни в чем не повинных людей. Доходы от эксплуатации Конго король направлял, в частности, на содержание своей любовницы Бланш Делакруа, прозванной журналистами «королевой Конго». Бельгийские власти в некоторой степени попустительствовали тому, чтобы в прессе жестокое обращение с конголезскими племенами получало объяснение как реакция на жестокости самих конголезцев, поскольку в регионе бассейна Конго проживали племена, практиковавшие каннибализм.

[8] По-испански название провинции произносится, как Хухуй. Столица провинции город Сан-Сальвадор-де- Хухуй.

Content

Адъютант палача-3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Интерлюдия-1

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Эпилог