Железные рыцари

1. Необычное утро

День начался совершенно обычно. По крайней мере — для последних пары недель. С ругательств, произнесённых реверберирующим голосом моего… опекуна. Назвать его приёмным родителем или ещё чем-то похожим не поворачивался язык: это сволочное порождение технологий даже «опекуном» можно было назвать только потому, что за мат эта зараза больно била.

Но годы жутких (ну… не очень жутких, но всё же) мучений под кибернетическим гнётом подходили к концу. Во-первых, издевательски вбиваемые в меня знания, ну и доставшее за годы пробуждение в виде бадьи воды, выплеснутой «для бодрости» принесли свои плоды. С помощью инструментов, своего могучего разума и непременного ритуального высказывания техников любого ранга и статуса «да твою ж!» я соорудил… Ну, ловушку, скажем так. Внёс изменения в устройство двери, косяка и воздуховода над ним. При этом, злостность моего опекуна сыграла с ним злую шутку: убираться в комнате он заставлял регулярно. И делать это своими руками (сволочь такая!), мотивируя это тем, что это «моя территория». На которую он проникал исключительно по трём причинам: для побудки, вызова на занятия и для объявления наказания. Но всё обустройство комнаты, включая ремонт и замену бытовых приборов, было исключительно на мне.

И вот, уже пару недель, вместо потока холоднющей воды меня будил гневный писк облитого опекуна. Лазить по воздуховоду и над дверью, снимать ловушку он находил… неправильным. Довольно странная у него была логика, у киборга, которого киборгом-то можно назвать с большой натяжкой. В школе его сородичей выделяли в отдельную группу — не вид, как ксеносов. А именно группу, трансхомо. Часть людей, пошедших по пути «изменения, перешедшие порог» — транс. Ну и переставшие после этого изменения быть людьми, хомо или гуманами. В нашем понимании, конечно.

Но Пииты (или «пиитас», по ихнему), ну или «кремниевые люди», как я с интересом узнал, на забытом древнем языке, к человечеству и Империи не относились. Имели свои зоны, регионы космоса. С людьми практически не пересекались, ну и имели очень напряжённые отношения с «хранителями знаний и технологий» Орденом Вулкана или вулканидами. Эти киборги, в отличие от Пиитов, имели не менее половины человеческого тела — это было в их своде правил, «должностной инструкции», которую мой опекун-пиит (да и не только он) снисходительно называл «религиозной догмой». И не просто входили в Империю, а были её важнейшей и нужнейшей частью. Хотя и монополизировали многое, не давая доступ к информации «профанам», не состоящем в их «Ордене Вулкана».

Вообще, именно вопрос пиитов заставил меня вслушиваться в урок. Так-то я, нужно признать, на учёбу «забивал», по ряду причин. Главная из которых — а жить-то мне когда? В сорок лет, ну да. Посмотришь на сороколетних, пузатых дядек… Так даже со стороны видно — жить им уже и не хочется. Ну а опекун мой к моим школьным успехом был совершенно равнодушен. Хотя визгливые вопли Мариванны, завуча нашего, насчёт «Гален, станешь наркоманом, проституткой и бандитом! И сдохнешь в подворотне, через день после школы!» меня несколько поддостали. Да и на противоречивую глупость своих «педагогических воплей» эта бабища внимания не обращала. Потому что чтобы стать одновременно всеми ей названными категориями неуважаемых людей, да ещё и сдохнуть в подворотне на следующий день после школы…

Это надо быть ОЧЕНЬ талантливым и шустрым. Я конечно ого-го, но не настолько, насколько верила в мои безграничные силы Марьиванна, чтоб ей ангину подхватить и визжать поменьше…

Тем временем мой опекун обтёк от праведного возмездия, уставив на меня зеркально-сверкающую маску в виде человеческого лица, зияющую чёрными провалами глаз.

— Гален, прекрати, это, — указал он пальцем на уже опустевшее ведро.

— Вот моя же просьба, уважаемый опекун Никс, — елейно ответил я. — Лет… пятнадцать? — похлопал я ресницами.

— Двенадцать, — педантично уточнил киборг. — В младенчестве бодрящие утренние процедуры не пошли бы тебе на пользу.

— Они и в отрочестве не пошли, но тебя это не останавливало! — всё же взорвался я.

— Ты не прав, но дискутировать на эту тему я не намерен. Я пришёл тебя разбудить…

— Спасибо большое, — довольно улыбнулся я.

— Не перебивай! У тебя экзамен сегодня.

— А-а-а… — задумался я, но понял, что и вправду. — Ну и ладно, хотя я не совсем понимаю, зачем он мне. Ты же меня мучи… учил, достойной опекун!

— Начальное образование в Империи необходимы на 76,8 % планет. Оставшиеся либо впали в неисправимое дикарство, либо религиозное помешательство. Что, в общем-то, одно и то же.

— Так-то оно так, только я же…

— Преступно пренебрегал обучением. Я в курсе, Гален. Тем не менее объем твоих скудных знаний достаточен, для получения проходного балла и диплома. А для твоего дальнейшего пути табель с удовлетворительными отметками необходим. Всё что выше — излишнее.

— А что у меня за путь? — заинтересовался я, не в первый раз. — Ну хоть сейчас то можешь сказать?!

— Нет, — не в первый раз отрезал Никс. — Вскоре увидишь, — расщедрился он на пояснение, нихрена не поясняющее. — Завтрак, — заключил он и утопал из моей комнаты.

А я оделся и задумчиво потопал на столовую-веранду, где перекусывал дома практически всю свою жизнь. В одиночестве: Никс нормальной еды не ел, да и вообще, непонятно, ел ли что-то вообще. Я его за подобным не заставал, так что, может, функционировал на мини-реакторах своего искусственного тела. Хотя, часть мозга у него было — где-то через два года моего нудежа, несколько лет назад, он признался что «Тридцать шесть процентов ЦНС человеческие. И хватит испытывать моё терпение, Гален!»

Последнее было весомым аргументом — металлический опекун меня наказывал (а не «учил», что от наказания у нормальных людей и не отличалось) всего два раза. Оба — болезненно, оскорбительно и раздражающе. В общем связываться с неудовольствием опекуна у меня желания не было никакого, так что эти самые проценты — это всё что точно узнал про пиитов.

Перекусывая я оглядывал окружающие яблоневые сады и призадумался. А что меня ждёт дальше? Вопрос не в экзамене, а в его результате, который в Империи, ну и на нашей родной планете Белояр был «полноправным гражданством». То есть, закончивший начальную школу и получивший табель — становился полностью взрослым и самостоятельным. Правда, судя по рассказам, на разных планетах по разному. Где-то и в двенадцать заканчивают. А где-то — в двадцать один год. И предметы вроде различаются, кроме основных имперских…

Впрочем, вопрос в том, что мне делать. Так-то родители и опекуны (а я был не единственным сиротой, хотя на спокойном Белояре это редкость), по примеру мифического государства Спарты, детей по окончании учёбы не выкидывали. Помогали и всякое такое. Но вот в то, что Никс мне поможет мне разве что направляющим пинком — практически гарантированно. Причём очень повезёт, если пинок этот будет не металлическим никсовым копытом.

Вообще, выходило что Никс готовил меня в какую-то военную структуру. Ну, судя по вбиваемым им знаниям навыкам и умениям. ОЧЕНЬ странную — никаких аналогов даже в голову не приходило, а я голожурналы «Галопом по Империи» и «Вокруг Галактики» очень внимательно просматривал.

Но, судя по всему — армейское подразделение или что-то такое. Правда, есть силы самообороны Белояра, но это слишком даже для Никса. Скажем так, планетарная безопасность — самая ненужная из всех ненужных организаций на планете, последние несколько сотен лет. Последнее военное столкновение — сотни лет назад: какой-то наёмник пожелал взять Белояр под «защиту». Очевидно, из всех прочих мест подзащитные его выставили пинками. Ну и на Белояре он кончился, вместе с командой: очень не понравилась нашим газовая атака столичного Благограда.

Правда, потом оказалось, что она была осуществлена усыпляющим газом… Но нападающих уже немножечко убили и сожалений, как я понял, не испытывали. Да и в усыплённом городе были жертвы — кто был не слишком здоров, кто неудачно упал или за рулём мобиля. Да и пожары возникли, хоть и не слишком обширные. В общем, бандита-наёмника и его прихлебателей наказали насмерть и правильно сделали.

Вот только толку от дрыхнущей вместе со всей столицей планетарной обороны не было от слова «совсем». И, с тех пор, не только из-за нападений, но и вообще, с военщиной на Белояре становилось… всё страннее. История говорила: «всеобщая воинская повинность». А, на деле — всех на Белояре учили владеть оружием, делая из населения ополчение, на случай нужды. Но нужды не случалось, а планетарная безопасность состояла из десятка престарелых дедулек, кто из полиции, кто просто чиновники, которые служить бросать отказывались категорически «пока не помрём»! Ну и сделали им, как говорил Никс, этакую «синекуру» — странное слово, но, как он объяснил, очень подходящее.

Так вот, Никс меня мучил на совесть (хоть и совершенно бессовестный и сволочной тип!). И планетарная безопасность Белояра, да и полицейские или служба спасения — ну вот вообще не требовали тех знаний, навыков и умений, что он в меня вбивал. Можно, конечно, предположить что эта железяка мерзкая глумилась над беззащитным мной таким образом… Даже хочется такое предположить. Но я Никса знал не один год, хоть и довольно странно знал. И он, конечно, сволочь. Но он сволочь в методах и вообще. А вот по делу — очень рациональный и логичный тип. И тратить «своё ценное время» — а тратил он его по восемь-десять часов ежедневно, все эти годы — он бы на то, чтобы «поглумиться над Галеном» не стал.

И, выходит, к чему-то он меня готовил, по завету безвестного и непонятно где и как помершего папаши. Это вообще отдельная, меня долгие годы расстраивающая (пока не повзрослел и плюнул) история.

Итак, матушка моя была медиком на нашей единственной орбитальной станции-порту. Межзвёздные транспортники, как понятно, на планету спустится не в состоянии, слишком огромные. Да и к звёздам слишком сильно им приближаться не стоит, а то фигу от звезды улетят. Ну так вот, выходила ситуация, что папаша мой оказался в лазарете станции. Почему — я так и не понял, хоть причину искал и спрашивал. Ну и помимо лечения непонятно от чего, охмурил этот тип мою матушку. И улетел, а я… ну как мне часто поминали родичи, до тех пор пока не стали получать по шее, я матушку убил своим рождением. Тоже непонятно — она была старшим медиком станции, о беременности своей знала. Я не пробовал, но есть у меня ощущение, что не заметить у себя беременность, даже без медицинского образования — дело очень тяжелое, почти непосильное. А не заметить с медицинским образованием — так и вовсе невозможное.

Только вот моё рождение привело матушку к смерти. Что, как, зачем, почему — я так и не смог толком выяснить. И вот, через год после моего рождения и матушкиной смерти, появляется на орбите Белояра звездолёт пиитов. А оттуда вываливается Никс и находит меня. Предъявляет родственникам некие бумаги, слепки генетических карт или что-то такое. Ну, я так думаю, потому что конфликта, когда он меня от родственников забирал, не было. Что им он показывал — мне неизвестно. Сам он не говорит, а с родичами по матушке у меня отношения не те, чтобы они мне докладывали.

Мне Никс рассказал только то, что он задолжал моему неизвестному папаше. Тот, мол, помер (просто свинство со стороны моих родителей так безответственно помирать!), но не просто так, а оказав этим ценную услугу лично Никсу. Ни деталей, ни чего-то ещё, даже имени папаши киборг не сообщил. Только факт: Никс — должен. А умирающий папаша, как оказалось, о матушке беременной… не забыл. И помирая попросил в качестве отдачи долга позаботится о ребёнке и матери.

Видно, не совсем сволочью был. И свалил не с концами, а по делам. Но помер как последний свинтус, оставив меня круглым сиротой! И на злостное пиитское поругание!

Так вот, Никс меня забирает. Арендует у нашей Фамилии домик в столице, причём за деньги. И начинает меня не покладая манипуляторы растить и издеваться.

При этом, до поры, когда мне исполнилось восемь лет, отношения с Безмолвными (ну, не самая красивая фамилия у матушкиной семьи, но и не худшая) были подчёркнуто-нейтральными. Пока, в эти самые восемь лет меня Гаврила Безмолвный, старший в фамилии, не пригласил поговорить. Ну я и согласился, направившись к нему после учёбы. А вот там дядька начал мне нести какую-то фигню, причём «фигню» — это если не материться. Про какие-то скрепы, устои, мои немеренные задолженности перед фамилией.

— А за что я вам должен-то? — поинтересовался я, искренне по малолетству удивившись.

— За рождение, за уход, за матушку свою…

— Так я её даже не видел! — возмутился я тогда. — А Никс сказал что все денежные вопросы закрыл! За что я должен-то?!

— Щенок неуважительный! — начал орать покрасневший дядька. — Ну ничего, сейчас научу уважению, которое в тебя нелюдь не вбила!

И полез драться. Или наказывать, или ещё чего. Здоровый, красный, толстый. С бородищей здоровенной.

Но мне было восемь лет. А Никс меня уже четыре года мучил… ну учил в смысле. И учил чему-то совсем непонятному, потому что даже сейчас я не знаю, что за «стиль боя» он мне преподавал. Ни в голо, ни в энциклопедиях я такого не находил, только отдельные элементы. А сам он на вопросы отвечал «Нет названия и стиля. Учу правильно себя вести в бою». Ну, для себя я этикеткой этот «стиль» назвал, частично в шутку.

Так вот, смысл этикетки был не в ударах-захватах-заломах и прочем. А в том, чтобы установить уязвимые части противника и цель, ради которой которой ты с ним схлестнулся. И путь достижения этой цели кратчайшим путём, с минимальными затратами времени и сил.

Для начала я шмыгнул под стол, с грозным визгом: «не поймаешь, жирдяй!» И скакал под столом и вокруг него, пока ревущий и красный дядька забыл об осторожности и стал, расставив в стороны свои грабли, меня ловить. Ухватил я граблю за мизинец, дёрнул и вывернул — вывихнул, скорее всего, легковат я был и мелковат для перелома. Дядька зашипел, выпрямился и получил моими кулачками по шарам. Которые снизу, до верхних я не дотягивался. Верхние шары выпучил, полусогнутый, ну а я в прыжке в окладистую бородищу вцепился. И лбом дядьки об стол вопрос закрыл.

Это вот сейчас весело и смешно, а тогда страшно было — жуть! Но Никс, хоть и сволочь, гонял меня хорошо. Так что посмотрел я на валяющегося и бледного, но дышащего дядьку, да и улизнул в окно кабинета.

Потом чуть ли не вся фамилия припёрлась к нашему с Никсом дому. Отдать меня за «оскорбление» «на воспитание». Никс, как я помню, без мата, но так оскорбительно, что для ругаемых лучше бы матерился, отказал. Полезли родичи «нелюдь наглую» учить. И были биты. Напоказ, скорее эффектно, чем эффективно и очень унизительно. Продолжалось это избиение, пока городские полицейские на звуки различной матерности и вызовы от соседей не набежали. И конфликт получил огласку, как и причина конфликта. Безмолвные по репутации очень неприятную плюху получили, а меня, как «выкормыша нелюдского», напоказ как родича не воспринимали.

Ну, в школе-то с парой своих многоюродных братцев и сестриц немного общался. Но они с очень большой оглядкой это делали, потому что я в фамилии как «недруг непримиримый и вредитель» значился. Придурки, а не родичи у меня какие-то!

Но все эти воспоминания за завтраком меня так к решению вопроса «а что будет-то?» не привели. Ясно что Никс, опекун-вредитель скрытный, меня к чему-то готовит. Но вот к чему — непонятно. Не говорит, «терпение тренирует», с его слов, сволочь такой! Хотя, последнее время, после того как Никс стал будить меня тем, что сам обливался, а не обливал меня, я к нему стал лучше относиться. Да и немного времени осталось, а там узнаю, заключил я, закончив завтрак. И потопал из дома, сдаваться, раз уж экзамен на носу.

2. Предэкзаменационная разминка

Наш домик располагался неподалёку от учебного комплекса. Подозреваю, Никс подобрал его специально, чтобы максимальное количество времени посветить учебмному мучительству меня. Впрочем, его коварные планы наткнулись на мою разумность — я просто забивал на часть занятий, занимаясь своими делами. Да и почти всегда задерживался после занятий — пообщаться с людьми, морды набить… ну и последние годы с девчонками пообщаться, за ручку подержаться и всё такое. Даже небезуспешно, в плане «всё такое» вышло, но как-то… В общем, получившееся от романтических голо отличалось и отношения с парой подружек развития не получили. А вот несколько подруг без всякого такого — были. Но при попытке попробовать с ними ставили вопрос дальнейших отношений вообще. Дуры, вообще-то, но выбирая между всяким таким на пару-тройку раз и подругами (подчас помогающих с ответом дурацких несделанных заданий) я выбирал подруг.

Вообще, как-то у меня со сверстниками не очень сложилось, зрело рассуждал взрослый я. И Никс тут виноват больше всего — и самим фактом своего наличия, и своим воспитанием. Просто начиналось моё общение с того, что сверстники пытались меня обозвать и пару раз даже побить. А я на это повёл себя так, как и учил киборг. Нет, каких-то там травм и увечий не наносил, конечно. «Цель», в достижении которой я использовал «средства», была просто прекратить всякие обзывательства и тычки в свой адрес. Но было это, как я понял уже впоследствии, «слишком жёстко» для белоярских сверстников. Я должен был подраться-пообзываться, непременно огрести от них, помирится и наладить отношения. Ну. по крайней мере, подобные модели выходили на основании уроков кибернетической сволочи, которые тот дал через несколько лет ПОСЛЕ того, как они мне были интересны. Именно интересны, а не нужны: с какого хрена сам я должен давать всяким там придуркам меня бить? Ради их расположения в будущем? Так обойдуться!

В общем — обошлись. И даже общение и взаимоотношения я какие-никакие наладил, учавствовал в военных операциях по рейдерским налётам на фруктовые сады, много что ещё. Но вот именно с дружбой не сложилось — впрочем, с последним я особо и не горевал. А вот с враждой… У меня вражды точно не было. А вот несколько особо тупых и физически развитых сверстника регулярно нарывались на колотушки. Совершенно необучаемые придурки: вытрут кровавые сопли, позанимаются какой-то хернёй с полгодика, ну и опять лезут огребать.

Последний раз Димка, аж чемпион школы по какому-то рукомашеству, утащил у папаши-полицеского ручной парализатор и с ним и поддержкой нескольких придурков решил поучить меня «жизни». Вообще-то, в чём-то, научил: с парализованной (очень неприятные ощущения, а когда нервы стали «отходить» — совсем мрак!) рукой и несколькими рассечениями и гематомамами, я спустил с придурка-Димки штаны и засунул отнятый парализатор ему в зад. Просто по взгляду, поведению и самому факту вооруженного нападения я понял: пока я просто бью и вырубаю, этот идиот не остановится. У него придурошная цель — меня победить, ну а судя по парализатору уже вышедшая за пределы детских разборок.

Соответственно, если я не хочу в следующий раз получить выстрел из охотничьего ружья из засады, надо либо придурка убивать — чего делать не очень хотелось, да и были сомнения, что вот прям так и сразу смогу. Самого «стрелка» скорее всего «да», а вот четвёрку его спутников-очевидцев… Вряд ли, да и не за что их. А не прибить — так варианты развития событий после смертельного возмездия Димке могли быть крайне неприятные. Вплоть до выстрела из охотничьего карабина из засады от папаши-полицейского, у которого этот придурок был единственным ребёнком.

Так что парализатор в жопу, причём прилюдно — выходило наиболее действенным. Удар, причём неисправимый, по «авторитету». И очень чувствительное указание, что шуточки с шишками и синяками для Димки кончились. И следующая его попытка может закончится для него совсем плохо.

Было это почти год назад, никаких последствий от старших за собой не имело. Как Димка восстанавливал свою репутацию среди прихлебателей, меня особенно не интересовало. Но больше ко мне, с попытками набить морду, не лезли, так что поступил я правильно. Правда испортив отношения практически со всеми знакомыми, кроме пары приятелей и подруг — ну да и чёрт бы с ним.

Всё это я думал, неторопливо бредя по улочке в сторону здоровенного парка, в центре которого и располагались учебные здания. Вообще Благоград выходил очень… заштатным городком. Невысокая, в пять этажей максимум, застройка. Кроме важных зданий — типа космопорта, вышек радиотрансляции, планетарной думы и школы. И население столичное не дотягивало и до миллиона, при том что до попытки наёмника-бандита Белояр взять «под защиту» был Благоград практически мегаполисом, пять миллионов а то и больше населения. Но атака на него привела к тому, что кучковаться в одном городе на планете без защитной орбитальной группировки (а то и планетарного щита) люди не стали. И столица «захирела»: стала учебным и управленческим центром.

Вот даже непонятно, правильно люди поступили или нет, лениво размышлял я, топая по гравийной дорожке. Так-то и логично вроде бы, но вот только дело в том, что ЕДИНСТВЕННОЕ, за последнюю тысячу лет нападение на Белояр — было от этого самого бандита-наёмника. Расположение нашего медвежьего угла таково, что даже астрограф наш, Пал Лукич, меня несколько раз будил своими патетическими криками на уроке. Просто расположение Белояра — практически за границей галактического диска. ОЧЕНЬ далеко от ядра, выше галактической плоскости… В общем, в округе, на сотню световых лет нету не только пригодных к жизни систем, но даже звёзд в стадии нормального свечения. Одна наша Белая. И само существование её в этом галактическом Зажописнске — нерешённая загадка природы.

И даже когда были войны, например — с ксеносами-кревами. Так-то у них было какое-то самоназвание, но настолько злостное, что выговорить его могли только выпускники Его Императорского Величества Ксенолингвистического Института. Где все пятнадцать лет обучения только и занимались что тренировками пастей и связок, чтоб это злостное название выговорить. Ну а все нормальные люди звали ксеносов кревами, потому что похожи были они на трёхметровых сухопутных креветок.

Так вот, даже кревы, ведущие с людьми войну на уничтожение (и благополучно в ней самовыпиленные) прислали к Белой один-единственный разведывательный шлюп. В котором, по легендам, кревов и сварили. Устроив на Белояре всепланетный креветочный пир, по случаю торжества Человечества. По моему с супом из кревов — байки. Потому что кревы в суп вроде бы не очень годились, какая-то химия у них неправильная. Но легенда ходила упорно, подтверждаемая гордым и хищным клацаньем зубами рассказчика.

И выходило, что Белояр никому, в общем-то, не нужен. Раз в полгода прилетал тяжёлый лайнер Имперской Космонавигации, делавший ради нашего захолустья основательный крюк. Смысла в его прибытии было немного — налогов Белояр фактически не платил, денег на путешествия у белоярцев было немного. Так, наберётся сотня-другая добровольцев в Звёздный Легион, но ради них гонять многокилометровый грузопассажирский лайнер никто бы не стал. Если бы не правило и как это… доктрина Империи. Насчёт связи, коммуникаций и всякого такого.

Так что с неудачной попытки захвата Белояра личный корабль моего папаши и корыто пиитов, привезшее Никса были единственными кораблями, кроме космонавигаторов, вышедшими на орбиту Белой.

Вот и выглядела подготовка к какому-то там возможному военному вторжению как этакая «военная игра». Причём, судя по азартно горящим глазам бородатых дядек — так выглядела она не только в моём воображении.

А с другой стороны, если бы Благоград был бы мегаполисом, как в голо, было бы мне очень худо. Первое время уж точно. Потому что никсова наука, в меня вбитая кибернетическим мозгоклюйством и колотушками (кторые этот сволочной пиит называл «педагогический процесс») требовала контролировать окружение и выявлять возможные опасности. А когда вокруг куча незнакомого народа — это плохо и тяжело. В двенадцать лет наш учебный класс проходил месячную стажировку на орбитальной станции. Так первую неделю я падал в каюте с жуткой мигренью. Даже на глумёж всяких сволочей в стиле «Гален от толпы сомлел, боится людей, хе-хе!» не реагировал.

Потом правда привык, стало полегче, даже занялся попыткой выяснить историю родителей. Но — безуспешно. Те кто знал что-то интересное — были на Белояре и со мной просто не разговаривали.

И ведь не тайна какая секретная! Просто родичи по матушке — гавнюки редкостные. А Никс — гавнюк садистически-педагогический!

— Излишняя для тебя информация, Гален. Может даже навредить. Тренируй волю и самоконтроль, — трындела эта занудная сволочь на мои вопросы.

— А если я сам узнаю?! — возмущался я.

— Узнавай, — пожимал плечами пиит. — Но, не в ущерб нашим занятиям.

И не узнал. Загадка на загадке, непоняткой погоняет. А потом просто махнул рукой — ну сколько можно мучаться? Ну не знаю я папашкиного имени, да и кто он был. Да и чёрт бы с ним. Я его даже теоретически видеть не мог, судя по всем помер он ещё до моего рождения. Наградив эти учителем-мучителем, чтоб его!

На этом моменте я отметил, что треск в окрестных кустах стал подозрительно упорядоченным. А мелькнувшая в просвете между листвой тень — точно была в ученической форме, цвет соответствующий, растительности несвойственный.

Прикинул я. что и как и выходило, что от пяти до десяти рыл сидят в окрестностях в засаде. Поджидают кого-то, не выходя на глаза. И, судя по тому, что закопошились при моём появлении — ждут именно меня.

— Вылазьте! — подумав, крикнул я. — Засаднички криворукие, за километр вас слышно было. Придурки, — добавил я.

— Сам придурок, Гален, — с этими словами и хрустом валежника на дорожку стали выбираться сверстники.

И вправду — придурки. И не десяток, а почти полтора. И семь со спины вышли, восемь с лица. Морды суровые, с битами для городков — вооружились, блин. Были это особо обделённые мозгами и особо наделённые звиздюлями от меня сверстники. Собрались почти все, правда Димыча не было — видно парализатор в нежное время в нужном месте оказал на его соображалку положительное влияние. «Экий я молодец!» — мысленно похвалил я свои педагогические таланты.

А вообще — как-то не радует ситуация. Здоровые кабаны, с палками, да и спортом-мордобоем почти все занимаются. Так-то была бы ерунда, но все сразу, блин. И место неудачное — кусты по бокам, дорожка гравийная узкая. Этак могут и побить, причём больно. Но не это беда, а экзамен. Если просто синяков понаставят — ерунда, да и сами получат не меньше, причём на каждое наглое рыло. А вот если сознание потеряю или сломают что — может нехорошо получится.

Дело в том, что экзамен принимал раз в год специальный имперский чиновник, из Департамента Имперского Образования. Прибывал на Белояр на пару суток, с мощным вычислителем, подключаемым к школьным терминалам, ну и принимал экзамен. Казалось бы — смешно, а выходило, что на каждого экзаменуемого этот чин тратил много времени. Ну и табель выдавал, по окончании, имперского образца.

И если я до экзамена сегодня не доберусь — то мне, под гнётом никсовым, ещё год провести придётся. И это в лучшем случае, если до повторного экзамена через год допустят. А если нет… Нет, остаток жизни с этим злостным опекуном я проводить не собираюсь, решительно определил я, прикидывая как бы достичь цели — экзамена. С минимальной тратой ресурсов: сил, времени и себя.

— Ты, Гален, нас всех достал, — тем временем предъявлял претензии Григорий Щедрый, детинушка под два метра роста, в неполные шестнадцать лет. — И оставлять тебя без возмездия — мы не намерены! — пафосно заявил он, потрясая битой для городков.

Остальные граждане хулиганы, тунеядцы и прочие спортсмены поддержали эту речь согласным гудением.

— Выбрали время, — фыркнул я, чтоб не молчать.

Просто время, как раз, мне сейчас нужно было. Пока путь к Цели выходил кривым, косым, ненадежным. Были, конечно, неплохие варианты. Но просто убежать, оставив эту компанию без карательных пинков… Не нравился мне этот вариант, хотя стал я его прикидывать чуть ли не как основной. Но потянуть время, прикинуть-подумать было нужно. Был, правда, ещё один вариант. Точно сработает, но мне он категорически не нравился.

Я мог начать придурков убивать. Жестоко и беспощадно. И этот путь практически гарантированно вывел меня к экзамену, придурки бы получили возмездие… Но как-то уж слишком. Лучше убежать, честное слово!

— А мы тебя, выкормыша нелюдского побьем, — рассудительно стал отвечать Гришка. — И к дереву привяжем. И ты на экзамен не попадёшь, га-га-га! — идиотски заржал он, с хоровым гыгыканьем группы подержки. — И будешь год учится, а мы уже взрослые будем! Будешь знать, как…

— Как рожу под колотушки придурков типа тебя подставлять? — состроил изумлённую физиономию я, захлопав ресницами.

— Э-э-э… — задумался парень, поняв некоторую несостоятельность «претензии».

Чем меня окончательно убедил — «жестокого и беспощадного» решения вопроса я применять не буду. Да, вокруг меня придурки. Но не настолько злобные или придурошные, чтобы мне навредить по настоящему. Димка таким был, но он и не припёрся. А эти… просто меня хотят побить, за свои воображаемые «унижения». Судя по гримасам — думаю что даже привязывать не стали бы. Это Гришкина задумка, а народ её не слишком поддерживает.

Так что можно было бы даже и дать возможность меня попинать… Но не охота. А главное — с какого хрена-то?! Я им не пап-мам, а сверстник! Ну а что мозгов побольше, поумнее, покрасивее и вообще — так сами придурки виноваты!

— Да что с тобой говорить! — наконец озвучил Гришка плоды своих размышлений. — Бей его, братва! — махнул он битой в мой адрес.

— Минуточку! — рявкнул я, на что двинувшая было «братва» настороженно замерла. — А вы вообще, представляете, где эти биты через пару минут окажутся? — невинным голосом уточнил я.

Правильно, кстати, сделал. Большая часть народа мордами поскучнела, задергалась и вообще стала выглядеть гораздо более мирно. Гришкина морда аж перекосилась — это он думал столь напряжённо, что напрягшиеся мозги физиономию скорчили.

— Как Димку опозоришь?! — наконец злобно рявкнул он.

— Ты совсем мудак?! — искренне возмутился оскорблённый я. — В жопу ему парализатор засунул. Оружие, которое против меня использовали! Я его мог, по закону, — это имелся в виду закон Империи, — и по праву, — а так назывались внутренние законы Белояра, — убить! Но пощадил, просто урок преподал! А вот с вами…

— Да ну нахер! — вдруг раздался голос и Митька, боксёр с параллельного учебного потока, откинул биту и потопал в обход меня по дорожке. — Мне моя задница нужна, а Гал… да хрен с ним, просто сильнее был. Я лучше тренироваться больше буду, — озвучил он.

За Митькой, подумав, выдвинулась ещё пара «мстителей». Нет, ну точно я молодец, порадовался я уменьшению популяции придурков. И с дюжиной — путь выстраивается, практически чистый.

Гришка посмотрел на ОЧЕНЬ задумчивые морды подельников. Оценил их пожидевшие ряды. Нахмурился, побагровел мордой, взмахнул битой второй раз. И с воплем «бей его, братва!» рванул на меня, а не как в прошлый раз, стоял на месте.

А я рванул вбок в кусты. С воплем:

— Прощайте, придурки! Я всегда вас ненавидел!

Ну, подзадорить, а то не побегут за мной. Помогло — с воплями и улюлюканьем придурки ломанулись за мной. И точно придурки: вопить «стой!», одновременно суля жуткие кары, как «до тебя доберёмся!» могут только придурки. Хоть привлекательное что-то предложили: понятно, что враньё, но не столь придурошно бы звучало.

На что я преследующим, на бегу, указал. Аргументированно. А в ответ — совершенно неаргументированная ругань и угрозы. Но бегут, сопят, надрываются. Причём в биты вцепились, как в спасательные круги, да и мешают друг другу — я то бегу, специально путь «для одного» выбираю, а они толпой стараются, мешая друг другу.

В общем, мог бы я спокойно от них убежать. Но решил, напоследок, преподать «урок жизни от Галена».

Через полтора километра лесного кросса преследователи растянулись редкой цепочкой. И дорога, мной выбираемая, на это толкала. И всё же разная подготовка, выносливость, умения. Гришка вот орал громче всех и вообще, выражал «мнение общественности», а сейчас телепается чуть ли не последний. И орать продолжает, дыхание себе сбивает, недоумок.

Ну а раз растянулись — значит пора, решил я, прыгнул на дерево, сгруппировался на стволе, оттолкнулся, да и полетел в ноги преследователям, сбивая их, как кегли.

Первая «партия» в стороны полетела, пара парней даже бестолковыми башками о деревья постучали. Не вырубило, но повело знатно. А я дезориентированным добавил от души: всем по фингалу под левый глаз. Пока просто красное, но через полчасика фонари будут — загляденье.

Тем временем подоспела «вторая партия». И пока подбегали, щёлкали челюстями и лупали глазами, я, вооружившись битой, тычками под дых бегунов обездвижил и фингалами наградил.

И вот, наконец, дышащий как воздушный компрессор принудительной вентиляции, мокрый, как лягух, от пота и красный, как свёкла Гришка выбежал на полянку побоища. Совсем себе дыхалку «руководящими» и «угрожающими» воплями сбил. Парень, тяжело дыша, оглядел округу. И начал бледнеть, отбросив биту и ухватив себя за зад.

— Гален, не надо! — заныл он по-девчоночьи, с ужасом смотря на биту в моих руках. — Мы… не со зла, шутили… — начал оправдываться он и всё время врал.

— Надо, Гриша, надо, — вздохнул я, подходя к сжавшемуся парню.

И зарядил ему в глаз — пусть тоже фонарём посверкает, а то не как все, непорядок. А после — довольный и удовлетворенный двинул в сторону учебных зданий через лес.

3. Искусственный экзамен

Топал я до учебного здания с некоторым душевным подъёмом. Всё же ввалить такому количеству придурков — приятно. Да и то, что сволочуг и отморозков, типа Димки не оказалось, а его я основательно запугал — тоже хорошо.

Но вот то, что меня вообще начнут караулить и мстить — не подумал. Неосторожно это, а вещь, вообще-то, очевидная. Да и рукава формы изгвазданные, а руки под рукавами болят. Я, конечно, самый лучший и сильный парень Белояра, а то и Империи, но придурков было немножко многовато. И часть ударов битами я принимал вскользь, на предплечья. А то бы пришлось принимать в лоб и лбом.

Так что сделал всё правильно, вот только руки болят. Но — придётся потерпеть. И погордится своей сдержанностью — вот хотел пошутить, очень остроумно, насчёт: «где же мне столько парализаторов достать?» Но удержался. Впрочем, битым и без моих весёлых шуток хватило.

Добрался до стрельчатого, шестиэтажного, похожего на древний замок учебного здания. Это был «имперский» стиль — эмика или готика, я точно не запомнил. Древний и красивый — мне вот понравился гораздо больше пузатой аляповатости беловодских домов. Нет, она тоже ничего, уютная такая. Но эмика эта — торжественная, зовущая к чему-то. С девчонкой поплотнее пообщатся, морду какому-нибудь особо придурошному начистить. В общем к делам звала, а это просто здания.

Шмыгнул в уборную, по быстрому почистился и оценил нанесённый мне ущерб. Отряхивание влажными ладонями формы много времени не заняло и было успешно. А предплечья, хоть и выглядели жутковато, в багрово-синюшных полосах, на деле особого урона не понесли. Поболят до завтра и всего-то. Через неделю и следов никаких не останется.

А вот на выходе меня поджидали. И, на этот раз, не толпы придурков, считающих себя моими вражинами. А совсем наоборот: поджидающий был в единственном числе, считался (да и был) моим если не другом, то хорошим приятелем. А главное — пол у Ленки Красной, был совсем противоположным, чем у придурков.

Девчонка была умная, симпатичная, с вьющимися блондинистыми волосами. Чуть пухленькая, но ей даже шло. И я, естественно, к ней в свое время с очень приличным и взаимоприятным предложением подкатил. На что Ленка меня за руку взяла и с очень «взрослым» видом сообщила, что совместное удовольствие на разок приведёт к окончанию наших дружеских отношений. Вот глупость несусветная, хоть и отличница! Но потом, в примерно аналогичной ситуации, Светка, вторая из приятельствующих со мной девчонок, выдала примерно такие же слова. Так что, возможно, я в женщинах что-то не понимаю, хотя это и девчонки-ровесницы ещё.

Но вот, высматривала у дверей уборной, даже ладошкой мне помахала, улыбнувшись. Я улыбнулся, воспрял духом, немножко подумал и чуть не воспрял не только духом. Но не воспрял а расстроился: если всё, как я надумал, ну и Ленка всё-таки хочет со мной на прощанье покувыркаться… Ну экзамен же! А потом чёрт знает, что будет… Может и времени не найдётся, блин!

Хотя если честно — в чём-то они со Светкой правы были… Вот сейчас — подруга подругой. А завели бы мы «отноше-е-ения»… Ну чёрт знает, может всё нормально бы было. А может поссорились бы в итоге и разбежались. Так что лучше после экзаменов сохранить хорошие воспоминания и почти дружбу. Но от одного лишнего воспоминания я, если подвернётся возможность, точно не откажусь! Да и не лишнее оно будет, расплылся я в улыбке, подходя к подруге.

— Вот ты кобель, Гал, — поприветствовала меня Ленка.

— Лен, во-первых — привет, — даже обиделся немного я. — А во-вторых: это с чего это я «кобель»?

— Ну не сучка же, — фыркнула вредная девчонка. — Привет, Гал. Тебя избить хотели… Живы хоть? — сделал она правильные выводы из моей физиономии.

— Ну не зверь же я, — ухмыльнулся я. — За часик отойдут, доберутся до экзамена.

— Хорошо, — кивнула Ленка. — А «кобель», Гал… Ты когда к девушкам с такой физиономией подходишь, — на этом она скорчила на редкость дебильную, слащавую и в целом — дурацкую гримасу, — то чего и в каких позициях ты хочешь — сразу понятно.

— Не может у меня быть такой дурацкой рожи!

— Не может, а была. И не возражаешь, а значит и вправду о похабщине думал!

— Ну было немножко, — вынужденно признался честный я.

— Экзамен у нас, Гал! — с видом учительницы выдала Ленка. — И вообще «нет». Удачи! — озвучила она и почти вприпрыжку ускакала.

Вот же… женщины, проводил я удаляющуюся фигурку задумчивым взглядом. Ну волновалась — это понятно и приятно даже. Но зачем ждала, зачем ей была эта перепалка — непонятно. И фиг бы с ним, мысленно махнул я рукой.

Подошёл к дисплею на первом этаже, поискал в списках свою фамилию. И потопал на второй этаж, в зал КИР, для сдачи экзаменов.

Так-то в учёбе Капсулами Искусственной Реальности полного подключения не злоупотребляли. Как по мне — даже слишком не злоупотребляли. Было бы уроков в ИРе больше — может я бы и учился получше, потому что там интересно. Но, по какой-то причине, за все десять лет учёбы уроков в КИРах было всего восемь. На прямые вопросы учителя отмалчивались, а проведённое с приятелями расследование показало: суеверия.

Дело в том, что КИРы были эксклюзивной технологией Империи и Ордена Вулкана. Наряду с многими другими, но сам способ взаимодействия капсулы с мозгом был неизвестен. Что на Белояре вылилось в этакую почти параноидальную опаску ИРок, использование капсул «только по необходимости». Глупость несусветная и суеверие: ни имперским, ни вулканидам на хрен наш медвежий угол не сдался. И уж в мозгах каждого белояровчанина копаться… Ну бред, в общем. Только жили именно согласно этому бреду, КИР использовали считанные разы.

А на экзамене иначе и не выйдет: все выпускные потоки в ближайшие три часа окажутся в капсулах. И имперский чиновник, со своим мощным вычислителем, будет каждого лично экзаменовать. Тоже непонятно, как работает, но работает.

На пороге зала КИР бледно потела, прикусив губу, наша завучиха, в компании пары техников. Усмотрев меня — закатила глаза, слегка кивнула, скорчив гримасу. Наверное, представляла как я в капсуле стану «проституткой, бандитом и наркоманом», чтоб успеть помереть не позднее завтрашнего дня, с этими почётными титулами.

Техники были людьми поумнее, узнали мою фамилию и отвели к капсуле. Этакому овальному, металлически поблёскивающему яйцу, с диванчиком-кушеткой внутри. Я в кушетку плюхнулся, техники крышку опустили. Темнота продлилась не больше секунды — меня окружили вспышки разных цветов и интенсивности, и гудение разной громкости. Насколько я понимал — механизмы КИР подстраивались под мозг, считывали-тестировали параметры. Перед тем как этот самый ИР построить.

Сверстники, видимо в соответствии с белоярским суеверием, про эти вспышки и гудение гадости говорили. Мол, тошнит их, страшно, плохо и голова болит. Самообман, как по мне. Приятного, конечно, мало. Но три секунды — и я в кабинете, обставленным антикварно и богато, как в исторически-приключенческом голо.

За столом кабинета сидел дядька в мундире — имперский чин, то ли и вправду такой значительный и серьёзный, как выглядел в ИР, то ли созданный таким вычислителем — не знаю. Меня, после беглого взгляда по кабинету, привлекла картина в огромном, панорамном окне. Изумрудная зелень до горизонта, яркое, голубое небо — у нас на Белояре оно посерее. И огромные, блестящие в лучах звезды колонны, исчезающие в вышине.

Вид был частично знаком по голо, но сейчас, с высоты в пару сотен метров от земли, из панорамного окна, он был просто завораживающим. Дядька на меня смотрел с этакой снисходительной ухмылкой. Не злой, но раздражающей, и не будь… Много что «не будь», я бы уж придумал как ему гадость какую-нибудь устроить. Из чувства свойственной мне справедливости. Но было «будь», так что планов строить я не стал, а просто спросил, указывая на окно:

— Это Земля?

— Да, это Терра, столица нашей Империи, — кивнул дядька. — «Земля» — местное название столицы и прародины, ученик. Использование этого термина вне Белой бессмысленен, тебя просто не поймут.

Хм, всё же эмуляция вычислителя, или он по жизни такой, призадумался я.

А дядька, тем временем, развернул экран на столе и стал в него со значительным видом глазеть. Зачем — непонятно, будучи в ИР он мог получать информацию непосредственно в мозг. Но то ли привык, то ли это такой «способ успокоить экзаменуемого».

— Гален-Гаврила Безмолвный, — вслух процитировал он. — На Белояре нет традиции двойных имён. И «Гален» — не типичное для планеты имя.

С этими словами он уставился на меня, приподняв бровь. Вот засранец-то, внутренне возмутился я. Вопрос ртом задать ему лень, блин! Ну да ладно, отвечу, не время выпендриваться. И так с моими «обширными» знаниями в рамках программы как бы я без табеля не остался, со справкой «посещавшего курс».

— Второе имя дано временными опекунами, уроженцами Белояра, до прибытия действующего, — ровно ответил я. — Первое — дано отцом до моего рождения. Фамилия по матери, отца не знаю.

— И опекун от него?

— Именно так.

— И кто же такой скрытный? — по моему всерьез заинтересовался чиновник.

— Пиит, — ехидно оскалился.

Взгляд дядьки отчётливо дёрнулся — очевидно, основная часть сознания чиновника, получившая информацию, отстраняла вычислитель от управления. После чего этот же взгляд скользнул в экран, поднявшись на меня с по настоящему удивлённым выражением.

Видимо у него там полиграф или ещё что-то такое, что в ИР несложно, да и не лишнее для экзамена. Ну и досье на меня, поскольку, хоть дядька и выглядел удивлённым, но переспрашивать и тыкать в меня пальцем крича «Врёшь!» не стал.

— Занятно, Безмолвный, — озвучил он в общем-то совершенно не интересную мне информацию. — Но у нас беседа. Присядь, отвечай на мои вопросы, — указал он жестом на изукрашенное финтифлюшками кожаное кресло.

И начался сам экзамен. Вообще выходила скорее беседа. Не «по душам», конечно, но именно беседа. Я даже Департамент Образования (или конкретного дядьку, но департамент всё-таки вероятнее) зауважал. Мне-то было на этот экзамен если не совсем плевать, то значения слишком большого я ему не придавал. И волновался, конечно, но не слишком сильно. А вот сверстники в соседних капсулах — трясутся и вибрируют, паникуют и вообще дёргаются. Они весь выпускной год этой хернёй маялись, с печальными физиономиями. Не всё время, как понятно, но «находило». А вот такая «беседа» — явно поспокойнее теста-экзамена. Дядька даже подправляет в ряде мест, правда… Да, хочет точно установить глубину знания (или незнания), подсказками устраняя заминку. Ну и разбирается, это именно «заминка», или неинформированность.

Продолжалась эта беседа несколько часов. В реальности я бы, наверное, подустал, но в ИР чувствовал себя бодрым. Разговор, на удивление, шёл не только по программе. В которой я, к своему искреннему удивлению, не так хреново разбирался, как оценивали меня учителя.

Нет, я её ни черта не учил, конечно. Но как показал экзамен-беседа с чиновником, с его подходом, многое мне давал Никс и знал я это идеально. Многое я почерпнул из голо — особенно всякую там историю и астрографию. Да даже ленкины или светкины подсказки пригодились.

В общем, вместо ожидаемого мной «молчания таутянского партизана», на большую часть вопросов я давал ответы. Где более полно, где совсем кратко, но давал.

А кроме этого, дядька затрагивал мои отношения к Империи, людям — не вообще, а знакомым. К Белояру. Я душу нараспашку не распахивал (на что дядька ехидно посматривал и ухмылялся — видимо техникой «неполную откровенность» фиксировал), но в целом — отвечал. И, как-то незаметно, перевёл он беседу на никсову науку. Я минут десять рассказывал, а потом сам себя одёрнул.

— И больше ничего не знаю! — чесно залупав глазами соврал я.

— Совсем? — ухмыльнулся дядька.

— Совсем, — продолжал честно врать я.

— Ну ладно, по программе учебного заведения ты, Гален, ответил, — перестал ухмыляться он. — Знания твои неполны, в некотором — непозволительно ущербны. Но в других направлениях — похвально полны. Посему, оглашаю я результаты экзамена, — торжественно произнёс он, разворачивая ко мне монитор.

А там были мои знания, оцененные в баллах, по куче дисциплин. И «да», чуть ли не гордый нуль во многом. Но компенсированный оценками «сверх возможного», выделенного небесно-голубым. Так что итоговый балл, «индекс знания гражданина», выходил у меня даже не «удовлетворительным», а «положительным». На самой границе, но всё же.

— Цифровой табель отражён в твоём гражданском удостоверении, — продолжил, через минуту, чиновник. — Если желаешь на иметь его на материальном носителе — обратись к ответственным людям своего учебного заведения. Экзамен Галена-Гаврилы Безмолвного, по программе обязательного имперского образования закончен! — провозгласил он. — Слава Императору!

— Империи слава! — протянул я, призадумавшись.

Впрочем, долго думать мне не пришлось: в следующее мгновенье меня окружала прохладная темнота, а кушетка слегка вибрировала и массировала меня снизу. А через пару секунд — появилась полоска света и крышка открылась. Щурясь, я выбрался наружу, помотал головой, да и побрёл из зала КИР.

Завучиха наша ненаглядная (глаза бы мои её не видели!) караулила выходящих. Впилась в меня взглядом, и брезгливо поинтересовалась:

— И как сдал, Гале-е-ен? — аж протянула она, отклячив губищу.

— Положительный балл, Марьиванна, — ехидно подмигнул я тётке.

Рожу она скорчила настолько недоверчивую, что я бы не поверил, что такие бывают, если бы не видел своими глазами. Недоверие сменилось прекрасно читаемым выражением «врун завравшийся!» в мой адрес, а потом она отвернулась, задрав нос.

Ну-ну, мысленно хмыкнул я, хотел бы я на марииванную рожу посмотреть, когда табели учеников в сети школы появятся. Хотя… хрен бы с ней, вряд ли я её увижу когда.

Вышел на порог, приостановился и задумался всерьёз. Потому что, фактически, я уже полноправный гражданин Империи и Белояра. Какие-то там торжественные мероприятия и прочая фигня намечается, но я туда точно не пойду. Это будет ещё один заход с «намстить Галену за то что он такой молодец». И точно будет выпивка, а это уже откровенно опасно. И для придурков, да и для меня. Так что всякие «выпускные» — точно без меня.

Но есть четыре человека, мои приятели, с которыми хотя бы попрощаться стоило бы. Потому что к чему меня Никс готовил — точно я не знаю. Но почти наверняка это «что-то» не на Белояре. И есть большая вероятность, что направившись сразу домой, я просто больше никогда в жизни приятелей не увижу. Так что что надо дождаться, попрощаться, рассудил я, начав подпирать спиной колонну.

4. Прощание по-пиитски

Пока я ждал, мимо меня шмыгали сверстники, видно тоже сдавшие экзамены. Время было раннее — проведённый в КИРе день занял не более часа реального времени. Правда у всех — по разному. От нечего делать, стал я просчитывать возможные варианты. Как ища Путь к Цели, но именно ради развлечения. Всё равно бывшие одноклассники были не из приятелей, так что уходя ограничивались кивком, да и то не все.

Прикинул и выходило, что несмотря на мощнейший вычислитель, на почти две тысячи выпускников внимания чиновника не хватит. Ну вот никак, мозги сожжёт, если одновременно будет принимать экзамен. Несмотря ни на какие симуляции созданные вычислителем. А время для сдающих экзамен идёт по разному: те, к кому чин обращает внимание — ускоряются, пока прочие относительно медленно отвечают созданной вычислителем симуляции.

Это выходит меня чин поставил чуть ли не на первое место в приоритетности, сконцентрировав всё своё внимание. То есть я практически самый первый сдал. И это он правильно сделал — хоть и не слишком приятный в ряде деталей, но мудрый и понимающий человек.

Так, в размышлениях, прошло пара часов. За это время мимо меня из леса жидкой цепочкой потянулись праведно избитые. Все на ногах, все дружно светят фингалами под глазом, зыркают на меня злобно и обиженно. Красота, в общем, довольно заключил я.

И показались Ленка и Светка, с Кириллом и Серёгой Безмолвным. Последний, как понятно, был моим дальним родственником, троюродным братом. Приятельствовал со мной несмотря на общее отношение в семье, но скрывался. А сейчас, на выразительный взгляд, брошенный на проходящих мимо нашей компании сверстников, просто махнул рукой.

— Похрен, — отмахнулся он, слабо улыбнувшись. — Мы взрослые, да и не собираюсь я оставаться в семье.

— Это как? — заинтересовалась Ленка.

— Подам прошение в Звёздный Легион, — пожал плечами братец. — Белояр, всё-таки, дыра.

— НАША дыра, — патриотично надулся Кирилл, но под скептическими взглядами сдулся, разведя руками. — Ну да, захолустье, — признал он.

— И ты никогда не вернёшься на Белояр, — поскучнела Светка, которая вроде бы к братцу испытывала романтические чувства.

— Байки, — экспертно отмахнулся уже я, в своё время очень пристально перетряхнувший информацию по Звёздному Легиону.

Как один из вероятных путей, к которым меня готовил Никс. Вероятность этого была невелика, но и не нулевой. Так что изучил всё что можно и нельзя, добыв информацию «не для широкого доступа». Не секретную, конечно, но и не известную всем.

— По выслуге и отставке легионеру представляется земля в собственность, доля в предприятии, деньги или место учёбы. Или всё вместе, зависит от выслуги и трат на легионера, — озвучил я.

— В смысле — трат? — уточнила Ленка.

— Имплантация, здоровье и лечение. Травмы легионера лечатся, но при разборе комиссией часто оплата возлагается на него. И вычитается из баланса. Обучение во время службы тоже учитывается, там много факторов, — продолжил я. — Но «не вернёшься» — это только если не захочешь, — обратился я к брату. — Империя не одобряет жизнь ветеранов на родных планетах, не прямо, но фактически. И обязательство по отставке пять лет не посещать родной Сектор тоже фактор.

— А через пять лет после отставки и не захочешь возвращаться, — не слишком довольно обратилась Светка к Серёге, который просто развёл руками.

Честный парень, не стал врать, что «непременно вернётся», отметил я. Впрочем — чёрт знает как у них сложится.

— Можете заключить контрактный брак, — озвучил я.

— Эээ… — выпучились на меня две пары глаз.

— Это несколько ограничит возможности службы, если ты, Свет, пойдёшь вольноопределяющимся специалистом. В медицину, связь там и прочее. Но семью легион разделять не будет, — пожал я плечами.

— Странно…

— Нормально, — отпарировал умудрённый я. — Планет — миллионы, традиций — тоже. На многих аналоги брака заключают чуть ли не до рождения, по генетической совместимости. И если бы не пункты, позволяющие вербовать оттуда семьями — то в Легион просто не было бы рекрутов с таких планет, что неприемлемо.

— А перед Империей все равны, — протянул братец. — Значит и правило применимо для любых планет.

— Угу, — кивнул я.

— Поговорим, — чуть ли не хором произнесли Серёга со Светкой, уставившись друг другу в глаза.

— А ты тоже в легион Гал? — заинтересовался Кирилл.

Он-то точно останется на Белояре, устроится к отцу в управу спасения и чрезвычайных ситуаций. Да и вполне возможно возглавит управу. Такое на Белояре было если и не правилом, то частым явлением.

— Так. Давайте посидим в кафешке, — не отвечая прямо предложил я. — А то как дети на пороге школы стоим.

— Может в парк…

— Нафиг! — возмутился я. — Достало морды бить.

— Так это… — захрюкал Серёга, показывая на глаз.

— Ну да, — признал я с ухмылкой. — Разминку перед экзаменом мне обеспечили. Но достало, я лучше с вами пообщаюсь.

Так что направилась наша компания в «Зачётку», небольшую кафешку в самом парке вокруг школы. И, что немаловажно, крепкого алкоголя там не наливали — всякие лёгкие мёды, лёгкое же пиво. Что меня в нём и привлекало — отказаться от «выпить за экзамен и на прощание» — ну неудобно. Но вот напиваться… единственный мой опыт показал, что пить я, конечно, могу. Вот только вбитые опекуном навыки привели к тому, что у меня был жесточайший приступ паранойи и паники. Дело в том, что контролировать окружение и подмечать детали стало для меня нормально. Я даже сам не осознавал, отсеивал, насколько я к этому привык. А алкоголь ограничил восприятие, вызвав натуральную панику. Казалось, кругом враги и сволочи, радостно готовые напасть. Только и ждавшие, когда я не смогу их заметить. В общем — мерзкое состояние, отойдя от которого я попробовал затеять Никсу скандал.

— И что ты от меня хочешь, Гален? — ровно поинтересовался пиит, после моей полной праведного гнева речи.

— Как мне пить, блин?!

— А оно тебе надо?

— Да!

— Зачем?

— Так все…

— Ты — это ты. Все — это все. Зачем ТЕБЕ?

— Да… — задумался я. — Ну не слишком и нужно, — вынужденно признал я. — Но сама ситуация раздражает! И иной раз от выпивки отказаться неудобно…

— Просто отказывайся. Кроме того, Гален, если отравление организма этанолом тебе так важно, то ты сможешь себе это позволить без столь эмоционально озвученных последствий.

— Да? — заинтересовался я, на что получил кивок. — А как?

— В месте которое ты будешь считать безопасным. С людьми, не вызывающими у тебя опасений, которым ты всецело доверяешь.

— Ну-у-у… — протянул огорчённый я, поняв что такую роскошь мне и представить сложно.

— Как есть, — ещё раз пожал плечами киборг.

В общем, до момента когда у меня будет «абсолютно безопасное место» с людьми, которым я «абсолютно доверяю» толком мне не выпить. Так что «Зачётка» как место посиделок прекрасно подходило.

Добрались мы до заведения, уселись за один из немногих пустых столиков. А после заказа я, наконец, ответил на вопрос Кирилла.

— Не знаю, Кирюх.

— То есть, твой робот тебе так и не сказал?! И не морщись, знаю что «киборг», а не робот.

— Так и не сказал, — признал я. — Думаю сегодня-завтра узнаю.

— А может — в Легион? — уточнил брат, до этого и по дороге шушукающийся со Светкой.

— Так-то я не против, — честно ответил я. — Но сначала надо узнать, что хочет Никс. Послать его я всегда смогу, — пояснил я свою позицию, — но отказываться, не узнав от чего — идиотизм.

— Это да, — кивнула Ленка. — Но Гал, у меня возникает ощущение, что твой пиит над тобой просто издевается.

— Не мой а свой, мне такие пииты нахрен не нужны, — уточнил я. — Не знаю, Лен. Может и так.

В общем, стали просто трепаться, вспоминать подвиги, типа расхищения фруктовых садов, совместные радости… Приятно сидели, в общем. Наконец, Серёга со Светкой ну не то, чтобы огорошили, но удивили. После слов о возможности совместной службы парочка шушукалась, переглядывалась. И в общем-то тема их совместного интереса понятна, но вот то, что нас пригласят на свадьбу прямо на после экзаменационных посиделках — было некоторой неожиданностью.

— Приглашаю, в общем, — решительно махнул рукой после бэканий и мэканий братец, поддержанный светкиным кивком.

— Буду, приду, — вразнобой выдали удивлённые, но не слишком Кирилл и Ленка.

— Не знаю, Серёг, Света, — честно признался я. — Поздравляю, кстати, — улыбнулся я. — Но есть возможность, что мы вообще больше не увидимся. Так что обещать не могу.

Народ погрустнел, но вскоре встряхнулся, и ещё пару часов мы провели вместе. После чего я просто махнул рукой, пожелав удачи. И попрощался. Всё же, хоть и хорошие ребята и девчонки, но как-то не сложилось у нас именно с «дружбой», как её описывают. Ну а попрощаться — попрощались. Вспоминать буду, заключил я.

И дотопал до дома, где меня встретил скрестивший на груди руки Никс, на гостевом диванчике.

— Явился, наконец, — приподнял он бровь.

— Явился, наконец, — подтвердил я, приподняв обе брови.

Впрочем, на пиита это впечатление не произвело. Демонстративно смерив меня взглядом чёрных провалов глаз, он хмыкнул.

— Сдал, — протянул он.

— На положительный бал, — надулся я.

— Я в курсе, Гален. Ты стал полноправным гражданином и взрослым. Твоя опека завершена. И долг перед твоим отцом закрыт.

— Кто он? — вырвалось у меня.

— Узнаешь сам.

— Сволочь кибернетическая!

— Осторожнее, Гален. Ты более не мой опекаемый. И на некоторые слова я могу ответить так, что тебе не понравится.

— Вот я и говорю — сволочь! — буркнул я, хотя было страшновато.

Киборг замолчал, склонил голову набок, но ничего сволочного делать не стал. Протянул руку, подняв с дивана папку-планшет, протягивая её мне. Ну я и взял, чего ж не брать, если дают? И с интересом открыл, обнаружив на первом развороте металлическую расчётную карту.

— Некоторая сумма имперских кредитов. На первое время, — откомментировал Никс.

На втором развороте оказался пластиковый лист с голограммами, с отметкой службы астронавигаторов.

— Билет с открытым сроком на лайнер до Вирде Грамен.

Это я заметил, призадумавшись всерьёз. Билет с открытым сроком на лайнер до столичной планеты нашего субсектора. Я как-то и побывать всерьёз на ней не рассчитывал, разве что и вправду в составе Звёздного Легиона.

Ну, интересно, заключил я, перелистывая блок и уставился на следующий… документ. Из пергамента, кожи тонкой выделки. С металлизированными печатями, голозащитой, встроенными чипами. И кучей имперских орлов и прочей арибутики. И был это… контракт на обучение «подателя сего документа» в Его Императорского Величества Академии Пилотирования Инвикусов. И это…даже мыслей толковых не появлялось.

— Это… мне? — ошалело уточнил я у Никса.

— Да.

— А…

— Не я. Твой отец. Хотя я поспособствовал возможности воплощения этого пути, в рамках закрытия долга.

— Я — на Инвиктус, — несколько нервно засмеялся я. — С высшими аристократами… Впрочем, я ничем не хуже, — встряхнулся я.

— Рад, что ты столь позитивно настроен. На этом, — приподнялся Никс с диванчика, — мои обязанности завершены. Прощай, Гален, — выдал он, поднимаясь по лестнице на второй этаж.

Я от всего этого впал в натуральный ступор. Недолгий, но когда я бросился за Никсом — его в доме не обнаружил. Полностью пустая комната, на полу которой лежал оплаченный договор на аренду домика на год. С семейством Безмолвных, домика нашего проживания. И — всё.

— Пиитской технологией телепортировался, — вслух озвучил я единственный возможный вариант. — Гавнюк он, всё таки, — пожаловался я потолку. — Но…

Но надо было разобраться и прикинуть: а что мне делать-то? И вместить в ум сложившуюся ситуацию. Кроме того…

— Вот ведь скотина кибернетическая! — на бегу возмутился я, возвращаясь в гостиную и хватая папку.

Дело вот в чём. Договор на обучение был «предъявителю сего». И до предъявления — его могли отнять, украсть. Много каких гадостей сотворить. А стоимость подобного договора… Да я как-то не мог представить сколько, но баснословная. Скорее в деньгах и не измеримая.

— Подкинул проблем, сволочной Никс, — сетовал я. — И ведь из за своей скрытности сволочной, точно! Чтоб папашиного имени не открывать! И папаша выходит аристо, причём высокого полёта… А, ладно, к чёрту его. Но за Академию всё равно спасибо. И… надо успокоится. И обдумать, — заключил я.

Подышал успокоительно, присел на диванчик. И стал думать, что мне с обрушившимся на меня делать.

5. Билет в Новую Жизнь

Первым делом, как ни хотелось всматриваться в договор об обучении, я обдумал поведения Никса. И тут всё выходило в «его стиле». Занудный киборг изначально, сколько я себя помню, ставил себя так: «Мне на тебя похер, есть долг, я его отдаю». Отдал он этот долг, выходит, и свалил по своим делам. То ли телепортировался на спрятанный в нашей системе корабль, то ли на лайнер, привезший чиновника департамента, болтающийся на дальней орбите Белой. То ли вообще уже в пиитском секторе Галактики — технологии этих «трансгуманов» даже на уровне слухов больше походили на магию. В общем — свалил Никс и хрен с ним. Времена когда я рассчитывал от опекуна на какие-то родственно-человеческие чувства давно прошли, не без его помощи. Хотя привык я к этой сволочи, но ничего: как привык, так и отвыкну.

Дальше — деньги. Как бы не бились и подпрыгивали мысли в голове, как бы не хотелось орать и ходить колесом, надо разбираться с доставшимся разумно и последовательно. Нет у меня больше пусть и сволочного, но практически абсолютно защитника от окружающего мира. Он, конечно, в основном и есть причина, по которой эта «защита» понадобилась… Но всё равно, этой защиты-прокладки нет. И жить и думать надо своим умом, да даже о еде. Сама она, сволочь такая, в холодильнике не появляется, я проверял.

Подключение расчетной карты к наручному терминалу вызвала её активацию и расконсервацию замороженного счёта. Не где-то там, а в Его Императорского Величества Межзвёздном Банке. И счёт был открыт фактически в тот момент, когда усилиями Никса я получил второе, от отца, имя, разглядывал я отчёт. Даже проценты капали, хм. И личный именной счёт «Галена-Гаврилы Безмолвного» меня бы поразил, если бы не последняя бумажка. Деньжищ дохренища… Но на Белояре. В глухой провинции, с высоким уровнем жизни, но отрезанной от новинок и всякого такого прочего. У нас голо то появлялось с "исторически зафиксированным" опозданием, потому что всеимперская галактическая информационная сеть просто не дотягивалась до Белой. Как непонятно выражался Никс, ухмыляясь: «пинг в полгода». Сам он чёрт знает, имел связь или нет, ну да и фиг с ним.

В общем, денег хватит на Белой на всю жизнь, на еду-жильё-одежду точно. Можно лежать на пузе и плевать в потолок, сворачивая себе шею. Потому что жить так неинтересно и глупо, это только те самые, уставшие от жизни сорокалетние пузатые дядьки такого хотят. Да и если получат — не думаю что долго так проживут. Скучно и по-дурацки.

А вот на что и насколько этого хватит в Вирде Грамен (ну или там, куда я переберусь, подумать ещё надо) — непонятно. Впрочем, вопрос «пожрать-одеться» на ближайшие годы не стоит, как бы и чтобы там не было, это точно.

Следующий пункт обдумывания — открытый билет на лайнер Имперской Космонавигации. То, что он «открытый» — толстый намёк. Как и год оплаченного жилья. То есть, при всём сволочизме, Никс предоставил мне этакий «отпуск-отдых» после учёбы и своего противного общества. Точнее — возможность себе этот отпуск устроить. Отжечь совсем не по детски (ну а я — гражданин, а не деть какой-то там!) на полгода до следующего лайнера. Или год. Или вообще жечь всю жизнь, что глупость несусветная.

То ли Никсу пофиг, то ли ещё один этап «наставничества». Типа испытание, не пущусь ли я, как дурак, во все тяжкие. Глупость несусветная, но если бы не последняя бумага… Ну, с полгодика я бы точно отжёг, широко улыбнулся я, представив какие весёлые можно было бы затевать посиделки. Может и пить бы научился, а то обидно даже — все пьют, трезвенники обычно больные люди. А я не больной какой, а самый здоровый!

Но последняя бумаженция, из за которой я просто не знал, что делать:

То ли прыгать с радостными воплями, как дурак, ходить колесом и бежать на улицу, обнимая, целуя, или пиная встречных прохожих, в зависимости от того, какие попадуться.

То ли алчно потирать ладошки и тихо ликовать.

То ли хвататься за голову и бегать кругами по гостиной, с причитаниями: «Что же делать, что же делать?..»

Да, последняя бумаженция ставила меня в изящную позу, которую одна из моих недолгих подруг по сексу Кристина очень уважала. В переносном смысле, но даже в нём стоять в этой позе было некомфортно.

Для начала, дело в том, что Инвиктусы, доспехи, человекообразные боевые машины — по разному можно назвать, да и по размерам они отличались. Это… мечта любого парня, половина голофильмов — про Инвиктусы и их пилотов, их бои… Сильнейшее оружие Империи, вот просто мечта. Но — доступная только аристократам, с принёсшим Императору клятву… шамаж вроде, родом. Я, блин, из за понимания, что такая вещь мне в принципе не светит, о Инвиктусе даже не мечтал и не узнавал, хотя парни и часть девчонок просто бредили Инвиктусами. Даже жалко их было немного: понятно, что это мечта, вот никак невоплотимая. И вот, у меня документ, позволяющий пройти обучение на пилота этой машины мечты.

Вдохнул-выдохнул, стал договор обнюхивать, проверять, чуть ли не на зуб пробовать. Не потому, что думал что подделка или ещё что. На такую шуточку даже Никс не пошёл бы, да и понять, подделка или нет я смог бы разве что по незаметной надписи: «А здорово мы тебя разыграли?:-р»

Надписи, кстати, не было. Я проверил.

Но в основном я разглядывал и пытался подключится к договору, чтобы понять, а что он собственно даёт. Кроме обучения вообще, о чём была соответствующая надпись буквами. Разглядывание и обнюхивание результатов, кроме видимого на первый же взгляд, не дало. Инфочипы на попытку подключения ругались нехорошими словами и пугали страшными карами при попытке узнать, а что конкретно есть в них. Никаких мелких букв и надписей тоже не было. А был документ с инфоносителсями, «предъявитель которого» может поступить в Академию. Что занятно — в ЛЮБУЮ Академию Империи, никаких указаний на место обучения не было. Хоть на Терру лети и там учись… Хотя, наверное, это слишком. Пока по крайней мере: мне и Вирде Грамен, до которого у меня билет, кажется невозможно столичным. А уж на Терре… Или всё-таки? Нет, в данном случае поверим Никсу: дал бы билет до Терры, тогда и имело бы смысл, а так как есть — значит Вирде Грамен.

И вот это «предъявитель» вызывал с трудом сдерживаемые приступы паранойи и паники, куда там алкоголю! Ценность этого договора — непредставима, такое за деньги и не купишь наверное. Тут я «плавал» — голо то про Инвиктусов смотрел, само собой. И мечтал немного. Но с вопросом, как фанатичные поклонники, не знакомился: понятно было, что это не для меня, ну и перелопачивать сеть и библиотечные инфохранилища в поисках информации о Инвиктусах и их пилотах я не стал. Как показала реальность — зря. Но всё равно правильно поступил, не стал я заниматься самоедством.

Вне зависимости от реального положения вещей, договор это ценность неимоверная. И, в отличие от расчетной карты (которая на его фоне — тьфу и растереть!), ничем не защищён. Кроме меня, который его держатель, до момента когда я не доберусь до Академии и не предъявлю его какому-нибудь специальному типу, которому надо предъявлять. И это откровенно страшно: его могут украсть. Да блин, просто повредить по неосторожности, не со зла, если я буду устраивать «весёлые посиделки». В общем, облом мне с весельем и прочим. Пока я до Академии не доберусь — не будет мне покоя. Мне даже в лавку за продуктами — и то страшновато идти. Ну… опасливо точнее.

А уж оставить без присмотра в доме… ненене! На такое я пойти не могу и точка!

А значит, чтоб не свихнуться и вообще не испытывать это нездоровую кучу эмоций, из которых приятных-то нет толком, надо мне не хренью страдать, а добираться до Академии. Вот прямо сейчас и добираться, не бегом и с места, но додумать и топать в космопорт. До отбытия лайнера больше суток, сверился я с сетью. Успею точно.

Прощаться? Так с четвёркой приятелей попрощался. Были ещё приятели, даже… Ну любовницы, раз уж я взрослый. Но отношения там не те, чтобы ради общения-прощания с ними рисковать. Да даже не «рисковать», а продолжать себя мучать этой дурацкой паникой. Неприятная она всё-таки, дурацкая, ненужная… Но что с ней делать — ума не приложу. По крайней мере беглый просчёт пути к Цели показывает, что наиболее правильно устранить причину, то есть этот договор. Либо уничтожить (да щаззз!), либо им воспользоваться, без промедления.

Что ещё? Деньги за аренду домика с Безмолвных… Точно в жопу: не хочу родственников видеть вообще, с договором в кармане — тем более. А на расчетной карте денег в несколько раз больше, чем стоимость этой оплаченной аренды. Это надо быть таким жадиной, каких по моему и не бывает, чтобы в моём положении ради этих копеек ругаться с родственниками и тратить время на выбивание неустойки. А я не только бываю, но и есть, так что я не такой!

Табель с отметками… Нахрен не нужен: даже в Белояре его брали, чтоб на стеночку повесить и любоваться. В идентификаторе давно все данные есть, они и есть документ, а «материальный носитель» — всего навсего сантименты, которых у меня нет.

Да и всё, в общем-то, с облегчением заключил я. Ничего мне серьёзного отправится в космопорт прямо сейчас не препятствует. Мелочей, конечно, до чёрта… Но и хрен с ними: на то они и мелочи.

Повеселел, встряхнулся, удушливая паранойя даже слегка отпустила. Бегло пробежался по дому, поняв что мне и собираться то толком не надо: спортивный уникостюм у меня всегда был один. На учёбе, бывало, смеялись. Да и учителя иногда с дурацкой жалостью выспрашивали, а не хочется ли мне чего-то ещё… Дураки какие-то! Стирать не надо, сам чистится. Меняет форму, как нужно и удобно. Не горит, да и прочный офигеть какой. И зачем мне какое-то дурацкое барахло?

Наручный вычислитель — на руке, я его и во сне не каждый раз снимаю. Старенький, без наворотов, типа широкоформатного голопроектоиа и всякого такого. Но им можно винты забивать и гвозди заворачивать! Я проверял, а он целый и не сбоит.

Да и всё. Пожрать с собой брать — даже не смешно. Единственное, надо бы мне позаботится каким-нибудь кошелём там или ещё чем-то таким. Никогда нужды не было, если и использовал сумки — то одноразовые, но вот сейчас класть расчетную карту, билет и договор в циллулозополимерный пакет с весёлой надписью… Ну как-то совсем не то.

И на грудь, под уникостюм всё прятать… по дурацки как-то. Хотя, пока не прикуплю себе сумку, так и сделаю, всё же поддался я паранойе, пряча свои сокровища на груди.

И… наверное на такси доберусь, решил я. И мне спокойнее, и ноги не бить. А деньги смешные. Хоть посмотрю, как внутри мобиля, а то смешно сказать — только в экскурсионном школьном автобусе и был, а так всё пешком, как дурак.

Так-то можно через домовой терминал нужное мне подобрать и заказать… Но это не совсем то. И фигню подсунуть могут — извинятся и поменяют, но это время. И неторопливо у нас, в Белояре — несколько часов заказ ждать, а то и вообще до завтра. А, главное, хочу я купить себе какое-никаое оружие самообороны. Право имею, ну и вообще — пригодится. Ничего серьёзного, типа лазерника или метателя мне не продадут, конечно. Но парализатор или иглострел — тоже вполне неплохие вещи. А в игрушках да и в тире я ими пользоваться научился. Не профессионал, конечно, но пырится в ствол, жмя на курок и ждя «когда вылетит птичка» — точно не буду.

Но даже парализаторы продают только лично, так что надо ехать в специальную лавку. А прошерстив бегло в сетке, я нашёл устраивающую меня на все сто процентов лавку: «Аксессуары для настоящих мужчин» предлагали и гражданское оружие, и эти самые «аксессуары». Сумки, кошельки, клатчи какие-то, непонятные. В общем всякое барахло, среди которого я найду мне нужное.

Вызванное такси прибыло к порогу домика буквально через три минуты. За рулём сидел пожилой, усатый дядька, добродушно усмехнувшись при виде меня.

— Куда изволите? — преувеличенно почтительно поинтересовался он.

— В «Аксессуары для настоящих мужчин», — ответил я, чувствуя себя довольно по идиотски.

Но дядька не заржал, даже усмехаться не стал, а преувеличенно-серьезно кивнул. Вообще — дурак какой-то, возмутился я. Тут весь из себя замечательный я, а он веселится, блин!

Так что плюхнулся я на заднее сидение, лапы на груди сложил и требовательно на водительский затылок уставился.

— На месте вас подождать? — уточнил дядька. — И куда дальше?

— Подождать, — кивнул я. — А дальше скажу, — не стал я рассказывать своих планов.

И уставился в окно, чтобы не смотреть на дурацкие дядькины ухмылки. Внутри мобиля было… как внутри мобиля. Более того, хотя мы захолустье, но не дикари какие, что на колёсах по земле ездят. И беловодские мобили имели и магнитную подушку, и инерционный движитель. Но вот в столице, последние годы, поднимать мобили над землёй выше метра было запрещено законом. Всем, кроме полицейских, медиков и спасателей.

Закон был громкий, даже в школе обсуждали, так что я оказался в курсе. Дело в том, что столица перестала быть мегаполисом. И покупка нового вычислительного центра управления трёхмерным движением была планете по карману. Но возникал вопрос «зачем?». Небольшой город, за час можно от края до края на своих двоих добираться, если поторопится.

Ну а без вычислительного центра воздушное движение было откровенно опасным. Скорости немаленькие, а вычислитель мобиля заботится в первую очередь «выживанием водителя и пассажиров». В общем, без центра, были бы аварии, это точно. Над городом, вдобавок. И мало того, что водители-пассажиры помереть могут. Так ещё и мобиль, а то и не один, на дом рухнуть мог. Или там на улицу с людьми.

В общем, летать перестали. Всякие старики заскрипели просто оглушительно, мол всегда было, а сейчас нет и всё такое. «Эх маладёшь», ну и прочие заклинания старичья. Но в общем — как то хуже жить и не стало, ну и деньги на центр, немаленькие между прочим, вроде бы с толком потратили, на новое медоборудование, вроде.

А мобиль, тем временем, добрался до этих самых аксессуаров, выполненных в виде бревенчатого, двухэтажного охотничьего домика. То есть понятно, что есть всякие там склады, возможно даже мастерские. Но это видимо под землёй, а над ней — бревенчатый дом в один этаж с мансардой.

Выбрался я из мобиля и потопал в лавку. Внутри было неяркое освещение, дерево, несколько стилизованных под витрины голо экранов. И деревянная стойка, за которой обнаружился одетый в стилизованный охотничий костюм паренёк, с зализанными волосёнками. Сменивший меня ТАКИМ взглядом, что если бы я пришёл не по делу — то ТОЧНО сломал этому кривляке что-нибудь ненужное.

— Что ВАМ угодно, дорогой… покупатель? — брезгливо процедил этот парень, ненамного меня старше, но явно намного глупее, слабее и вообще — дурак.

— Надёжную запирающуюся папку для документов или что-то такое, — не стал я высказывать всё, что думаю об этом зализанном. — Сумочку или кошелёк, на пояс, для расчетной карты и всякого такого, — похлопал я по поясу.

— На пояс ЭТОГО?

— Этого, этого. Ты не перебивай, раз уж вопросы задавал — выслушивай ответ и запоминай. Предоставлять варианты мне будешь, — пояснил я лощёному, на кой фиг он вообще тут находится.

Рожу его скривило в сушёную морковку, но вякать что-то он не стал, что и к лучшему.

— Парализатор или иглострел, миниатюрный. И кобура для скрытого ношения…

— Вынужден вас просветить, дорогой… покупатель, что на Белояре тайное ношение оружия…

— Да ты что? — изумился я. — Всегда было запрещено, и вдруг… запрещено.

Был такой, как по мне — очень правильный закон. Носить парализатор там, ружьё или карабин охотничий и прочее такое никто запретить белоярцам не мог. Не рабы какие-то, всё-таки. Но вот тайно носить это оружие могли только полицейские. А вот простой гражданин — будь любезен, если вооружён, это демонстрировать всем. А если прячешь — то нехорошее замышляешь. И штрафы были за «тайное ношение», да и даже каторги год-другой мог такой тайный носитель получить, если штрафы не помогли.

Но тут был момент, что такой разумный закон только в Белояре был. Ну, судя по всему известному. А на некоторых планетах, населённых сплошными придурками, даже были законы ЗАПРЕЩАЮЩИЕ явное ношение оружия, только тайное. Хотя, возможно, там все поголовно вооружены постоянно. Тогда закон хоть и дурацкий, но не придурошный. Типа друг другу глаза оружием не мозолить, а что все при нём — и так все знают, да и вытаскивать подольше, если что.

Но мне парализатор или иглострел нужен был на время путешествия на лайнере. А на судах Имперской Космонавигации никакие местные законы не действовали, только имперские. Ну и оружие не помешает, но размахивать им смысла никакого нет, как по мне. Тем более никаких запретов хоть на явное, хоть на тайное ношение имперские законы не давали. Это на планетах по разному было.

— Нету? — уточнил я.

— Есть, — страдал лощёный.

— Вот и надо. А твои напоминания — не надо, — отрезал я.

— Какими средствами располагает дорогой покупатель? — смерил ещё одним презрительным взглядом мой уникостюм лощёный.

— Своими, — честно ответил я, даже не смотря на него — достал, потому что.

Подождав четверть минуты и поняв, что докладываться я ему не собираюсь, парень начал демонстрировать на голоэкране всякие варианты. Посмотрел я с минуту — и понял: эта скотина зализанная надо мной натурально издевается! Просто варианты всяких аксессуаров, которые он предлагал, были либо для модников и выпендрёжников, либо для солидных дядек-охотников. В общем, я с таким барахлом смотрелся бы, как тот, кем был лощёный.

Подошёл я под насмешливо-издевательским взглядом парня к стойке, ухватил его за палец и вывернул. Сильно, но в меру, до писка.

— Ты, скотина невежливая, над «дорогим покупателем» прекрати издеваться.

— Отпусти! — пропищал парень.

— Только палец себе на память оставлю. И управляющего позовём.

— Не надо-о-о… — аж хлюпнул носом лощёный.

— Тогда хорош кривляться и давай показывай что надо, а не свои дурацкие фантазии!

Послушал, однако. Так что за четверть часа подобрали и вполне приличную сумку-подсумок, с креплением на пояс и вокруг бедра. Она и для карты годилась, и для билета, да и вообще место в ней было. А, главное, была в ней автоматическая кобура, практически выстреливающая небольшим иглострелом, взведённым, в подготовленую руку. Вещь, в общем.

А вот с папкой для договора пришлось повозится. Сначала парень мне предлагал чуть ли не ручной сейф. Нет, дело хорошее, но эта орясина в четверть сотни кило, да ещё и здоровая… На хрен мне не нужная — у меня бумажка договора, а не имперская корреспонденция какая.

Но, в итоге, подобрали мыт устраивающую меня папку-чехол. Небольшая, под размер договора точь-в точь, листов на десять-двадцать, не больше. Прочная, надёжная, с замками и кодом, и отпечатком, и голосом. И даже с тросиком-цепочкой, который если выпустить, можно вокруг запястья замкнуть. И чёрта с два папку кто сопрет, только с рукой.

Да и выглядело неплохо — неброская, серого металла, с растительным узорчиком, в глаза не бросающимся. В общем, взял, в кабинку переодевательную забился, перераспределил свои сокровища, да и утопал из аксесуаров. Искренне посоветовав на вяк о «чаевых» пить воду. Дешевле и полезнее, хе-хе.

Мобиль меня ждал, так что дальше задержек не было. Прада на объявление космопорта целью поездки, дядька начал кривляться… Но я просто забил. Кривляки и дураки, на каждого внимания обращать — на важные дела времени не останется.

В космопорте диспетчер хотел было начать кривляться: дело в том, что челнок, рассчитанный на пару сотен человек, должен был курсировать между орбитальнй станцией и космопортом каждые два часа. Имперская норма, которую, как понятно, не выполняли. Ну глупость же, гонять туда-сюда пустое судно. Но вот, был пассажир в моей физиономии. И, вместо того чтобы спокойно пустить меня на челнок, диспетчер стал кривляться насчёт «других пассажиров».

Вот честно — не было бы водителя с лощёным — стал бы я психовать и ругаться. Но эти два типа были, так что я просто кивнул, достал убранный билет и взялся за печать-чип.

— Что ты делаешь?! — аж завопил диспетчер.

— Ломаю печать, — пояснил я.

— Парень, ты сдурел?!

— Да нет, сдурел тут ты, — не стал выкать тыкалке. — Имперская Космонавигация не исполняет…

— Исполняет! — злобно прорычал дядька. — Иди в челнок… — последнее слово этот хам неприличный проглотил.

— И указывает оплаченным и уважаемым пассажирам, что им делать в приказном порядке, — покачал головой я, и вправду идя в челнок.

Ну серьёзно, меня ждёт Академия, а тут с каждым хамоватым белоярцем ругаться? Делать мне больше нечего, блин!

Челнок на магнитной подушке поднялся над городом, а, в вышине, с гудением стал прогревать двигатели. Ну и я, наконец, расслабился — отбыл. Хотя и сожаление некоторое появилось — как-то на бегу, без толку и расстановки, я покинул родную планету.

6. Первый раз в первый класс

Впрочем, сожаление быстро пропало. И предаваться ему дело глупое, и пусть я покидал Белояр не первый, а второй раз в жизни — было интересно. Когда посещали станцию с классом — весь челнок был забит, все орали, подпрыгивали. И вообще мешали осмотреться толком. Некоторые даже пинаться пытались, сами получили пинков, а мне пришлось выслушивать занудный и несправедливый нудёж Кларстепанны, учительницы… В общем, было по пути на станцию не до знакомства с окружением. А на обратном пути — я просто продрых. Потому что на станции, пытаясь выяснить про предков, я и не спал толком.

А сейчас я был в здоровенном челноке, перед обзорными экранами, один. Можно было, конечно, поскандалить: мне, как пассажиру первого класса, полагалось аж личный стюард в челноке (или там стюардесса). Вроде бы даже с услугами всякими интересными. Но стюардов и стюардес, личных и безличных, на челноке не наблюдалось. Повращал я в голове мысль поскандалить, но решил что не стоит. Лететь недолго, а скандалить я могу только с пилотом. Который этот челнок и ведёт. И требовать с него всякого интересного выйдет не весело, а грустно, так что нафиг надо.

Так что стал я смотреть как в обзорный иллюминатор, да и на проекционный голоэкран поглядывать. На то как челнок вышел на орбиту Белояра, совершил полвитка и стал удаляться от планеты. Первые минуты было интересно: бело-зелёно-голубая планета. Я даже стал высматривать знакомые места, что несмотря на облачный покров получилось. Но недолго — челнок был транспортным, а не экскурсионным, так что вскоре различить на планете детали стало невозможно. А пырится на пусть яркий, но уже небольшой и уменьшающийся диск у меня не было никакого желания.

Вместо этого я развернул на наручном терминале всё, что смог найти-скачать по Инвиктусам. Так то, если быть честным с самим с собой, не лез и не интересовался чтоб самого себя не расстраивать невозможностью. А интересно было, да и стать пилотом — естественно хотелось. Умеренной героичности, чтоб без подвигов маркграфа Террафортиса. А то, конечно, голо про то как небольшой отряд Инвиктусов перебил чуть ли не полностью все силы планетарной обороны бунтовщиков — понаснимали тысячи. И всё красиво и пафосно. Но умерли же все, а может у маркграфа там сын или дочка была. И даже не знала, кто её или его папаша. В общем, нафиг помирать, даже пафосно. Это враги и прочие сволочи путь помирают, пришёл я к безупречному выводу.

И стал изучать скачанное в библиотеках Белояра. Не факт, что там всё что нужно было, конечно. Но хоть что-то. А то все мои знания об Инфиктусах — по голо. И я, конечно, сам управлять хочу и всё такое. Но вот что десятиметровая шагающая махина может ссадить с орбиты судно орбитального подавления, находясь при этом на поверхности планеты… Ну не три годика мне, в такое верить.

Ну и вообще, именно технические моменты были интересны. И не только: с учётом договора не помешает узнать, что и как у нас в Империи с Инвиктусами связано. А то ничего точно не знаю, слухи да голо.

Так я пару часов полёта, читая данные, и провёл. Можно было и на звёзды поглазеть, но разница с ночным небом небольшая, а с голо — так и вовсе никакой.

А, через полчаса, на голоэкране в конце салона стала демонстрироваться с разных ракурсов станция. Так-то её ещё не заметишь, но по космическим меркам был челнок уже «на пороге». Выглядела она как этакий замок-дворец, в виде буквы «Ш», вращающийся на высокой звёздной орбите вокруг Белой. Имперский стиль, островерхие крыши, узоры, крылатые типы и черепа. В своё время я уточнял у Никса — а почему так? У пиитов тех же пустотные здания сугубо утилитарные, редко когда даже овальные: в основном всё сферы, гладкие, с люками из которых высовываются инструменты или оружие там.

— Избыточность ресурсов, Гален. Эстетизм и психологическая неполноценность животного человека, — отрезал неполноценный киборг.

Но ответил развёрнуто. И выходило, что технологии позволяли делать пустотные строения и корабли на многие тысячелетия. Технический прогресс очень медленный, пренебрежительно озвучил киборг, а прогресса человечества биологически или социально нет десятки тысяч лет. На мои возмущённые слова о новых моделях мобилей, голо, наручных вычислителей и прочем Никс отмахнулся. Это не прогресс, а переконфигурация имеющегося, как сообщил он.

Спорить я с ним не стал, хотя как понятно, железяка трансгуманистическая не права ни разу. Но вот причину он назвал не только похожую на правду, но и подтверждённую. Эстетизм. Делая многокилометровые станции и корабли на тысячелетия людям нет принципиальной разницы: делать глупые гладкие шары или красивые замки. Вопрос незначительного увеличения материалов и «неоптимальность» формы — не принципиальна и незначительна. Делается всё с запасом прочности в тысячи процентов. Ну и красивый замок всяко лучше смотрится, чем шар дурацкий. Приятнее человекам, грознее для всяких вражин и ксеносов.

В основании буквы Ш станции располагались технические помещения и двигатели, корректирующие орбиту станции и компенсирующие импульс причаливающих судов. А палки Ш были как раз длинными жилыми и причальными блоками. А сейчас десятикилометровый замок лайнера Имперской Космонавигации находился между двумя палками, состыкованный со станцией.

Увидеть толком картину в иллюминатор, даже когда мы подлетели на считанные десятки километров, было невозможно: до Белой было слишком далеко. И скудный свет звезды на таком расстоянии просто не освещал толком станцию и лайнер. Так, искусственные огни переливались на тёмном пятне, на фоне звездного всего. Но проектор демонстрировал и станцию, и корабль ярко освещёнными, блестящими металлом. И возникало ощущение, что не лайнер состыкован, а у дворца станции появился новый пристрой, настолько похожа была внешность корабля и станции. Что, впрочем, неудивительно — имперский стиль.

А вообще, насколько я знал, у нашей станции был сильнейший некомплект персонала. Двадцать тысяч человек белоярцев посменно обитали на ней. А, по нормативам, на станции должны быть чуть ли не полмиллиона жителей, причём именно «жителей». А у нас — большая часть помещений законсервирована и обесточена, реакторы заглушены. Работает только то, что необходимо для приёма лайнеров.

Ну так-то верно выходило, если подумать. Причальная станция стандартная, как и лайнеры. Но использовать и поддерживать в полной работоспособности эту махину «просто так» — глупо. Хотя, возможно, когда нибудь разговоры о терраформировании и колонизации второй планеты система Белая перестанут быть разговорами. Тогда и станция будет поживее, всё же две планеты — не одна.

Впрочем, это всё чисто теоретически. А практически — станция была огроменной, красивой, с кучей народу. Даже жаль немного, что не задержусь, без всяких школьных сопровождающих.

Челнок залетел в открытый, с удерживаемым полем атмосферой, ангар. На миг навалилась тяжесть: гравигенераторы станции и челнока работали одновременно, но через секунду челночный отключился и челнок, на магнитной подушке, опустился на палубу.

Аппарель опустилась, а я потопал по пустой палубе к пропускному посту. Вообще, на ангарной палубе вроде и куча техников должно было быть, и охрана. Но некомплект, так что просторы палубы были пусты. А всего персонала — пара охранников-дежурных у входа в жилые помещения станции.

Дотопал я до их поста за десять минут — далековато было. Время от времени поглядывая на отсутствующую стену, где поле удерживало ангарную атмосферу. И красиво и страшновато: вакуум там, если что — даже не проблемы с дыханием, а просто потоком воздуха выдует в пустоту. Впрочем, «если что» — это не про имперскую технику, с тысячепроцентным запасом надёжности. А в боевых условиях вообще опустится многометровой толщины бронеплита, прикрывая палубу.

Перед постом я остановился: один из охранников кивнул мне, сделав жест остановится. И провёл рукой со сканером, после чего нахмурился и указал на подсумок на бедре. Там у меня находился прикупленный иглострел.

— Деактивирован, — озвучил я, извлекая полуразобранный, с незамкнутыми контактами и отсутствующим магазином иглострел.

А то меня полицейские и на Белояре могли штрафануть за «скрытое ношение». Ну а иглострел без питания и игл — не оружие, а просто кучка схем и металла.

— Понятно, — наконец заговорил, кивнув, охранник. — Добро пожаловать на причальную станцию Белая, — произнёс он, отходя в сторону и освобождая дорогу.

Вопросы он, судя по брошенному на бронепапку взгляду, ко мне имел. Папка была, судя по описанию и словам зализанного, не только бронированной и несгораемой, но и наглухо экраннированной от излучения. И сканер её просветить не мог, но требовать показать «а чё это там?» охранник не стал. Вроде бы право имели, но только в случае «неидентифицированного багажа, представляющего потенциальную угрозу». И если бы он потребовал открыть папку, мотивируя «потенциальной угрозой станции» — быть бы ему героем анекдотов. Может не только на станции, но и на Белояре: папка мелкая, узкая. В неё даже тот же иглострел по толщине не влезет. И возможная бомба (а угрозу станции может представлять только она) такого размера… Ну смешно, в общем. А просто любопытствовать, прикрываясь служебным положением, охранник не стал. В чём молодец, оценил я, дотопывая до информационного голотерминала. Узорная тумбочка, с голограммой станции поверх неё распологалась в пятке метров за пропускным пунктом, что и логично.

И стал я тыкать в голограмму, разбираясь, что и куда мне надо. Выходило, что надо мне, чтоб не чесать десяток километров кривым маршрутом, вызвать модуль-мобиль. На станции такие были, причём автоматизированные полностью, как понял я. Более того, вычислитель терминала предлагал такой вариант добраться до лайнера сразу по предъявления ему билета. И даже уведомил, что использования транспортного модуля «входит в оплаченные услуги».

Модуль прибыл через четверть минуты и ощутимо отличался от мобиля. Было это полностью прозрачный пузырь вокруг диванчика. В диванчике, видимо, скрывался вычислитель и генератор магнитной подушки и двигатель.

Плюхнулся я на диванчик (удобный и мягкий) и, в тишине, полетел под потолком коридора. Похоже, вычислитель транспортного модуля не имел интерлица взаимодействия с людьми, получая распоряжения от терминала.

Коридоры, по которым я пролетал были практически пусты. Но чисты, ухожены, с барельефами и колоннами. Но путь много времени не занял, так что через пару минут я уже вылезал из него, в коридоре более оживлённом — сновали туда-сюда люди с корабля, да и наши станционники, скорее всего, на лайнер попадали, типа экскурсии.

Лайнер был не челнок, так что, как понятно, никакой ангарной палубы для него не было. А был стыковочный модуль для грузов и людей, начало которого в конце коридора и виднелось. На меня особо внимания никто не обращал, так что подошёл я к проходу, разделённого на несколько зон. В одну из них, наиболее обширную, туда-сюда сновали люди, грузовые тележки. А вот мне, похоже, надо было к другой зоне, с пятёркой скучающих охранников, в блестящей медью броне. Броня была, конечно, не медная. И мускульный рельеф на ней — чисто декоративным. Но очень распространена в Империи, судя по голо — просто визитная карточка военных и прочего подобного императорского подчинения. Броня эта, как и очень многое в Империи, было из древнего, квиритского государства. Вроде бы, чуть ли не первую всетерранскую Империю основавших, впрочем, деталей я не знал. Правда щетка для подметания полов (или швабра?) на шлемах этой брони вызывала не уважение, а желание глупо заржать. Но я — человек уважаемый и культурный, ржать не стал.

Хотя, возможно, стоило. Потому что пятёрка охранников резалось в какую-то сетевую игрушку на браслетах. На моё приближение главный, с пурпурной шваброй на шлеме, поднял глаза, бегло оглядел меня и вернулся к игре.

Ну, блин, охренеть, возмутился я. И погромче рявкнул:

— Уважаемые!

— Парень, хочешь в бар или бордель — в технический проход, — не отрываясь от игры буркнул главный, тогда как его подчинённые на меня даже не взглянули. — Не отвлекай занятых людей от важного дела! И учти, Сецион покидает вашу станцию завтра. Нажрёшься и не успеешь сойти — будет плохо.

— А я отвлеку «занятых людей» от «важного дела»! — злобно буркнул я, извлекая билет из подсумка и им помахивая.

И, блин, без толку! Играют, сволочи такие! Правда поморщившийся главный просто бросил через полминуты «Гай, разберись!», не отрываясь от игрулины. То этот самый гай, недовольно морщившийся, выпучил свои гляделки и отвесил челюсть, смотря на билет.

— Базилий, у пар… господина билет, — промямлил он.

— Бывает же, — хмыкнул Васька-командир, не отрываясь от браслета. — Добро пожаловать на Сецион, дорогой пассажир. Нижние палубы направо после шлюзового отсека.

— Базилий…

— Ну что тебе, Гай?! — рявкнул Васька.

— У него билет первого класса…

— Да хорош заливать… Простите, господин! — вытаращился он на мой билет.

— Не забудем, не простим, и как сможем — отомстим, — ответил я традиционным белоярским стишком.

На это мне не ответили, просто пуча буркалы. Я в деталях не очень разбирался, но билет первого класса, очевидно, очень круто. Потому что охранники вели себя как нашкодившие в неположенном месте коты. То есть, они конечно раздолбаи и на пассажира можно было взглянуть, а не в игрушки какие-то там резаться, даже если они интересные. Но вот сейчас зыркали на меня, как на большого начальника.

— Вы не зыркайте, а принимайте и процедуру там, — неопределённо помахал рукой я, сам ни черта не зная, что за процедура и в какое место делается.

И есть ли она вообще. Но оказалось — есть, а именно после «сей момент, уважаемый господин!» материализовался некий дядька, в специальном пальто с бабочкой на шее. То ли фрак, то ли срак называется.

Назвался старшим стюардом. На мою спортивный уникостюм скосил глаз, но даже не поморщился, очень вежливо пригласив следовать за ним. И, пройдя полукилометровый причальный коридор, подвёл меня к изукрашеному и горящему медным порталу.

Ну, блин, дают, мысленно почесал затылок я — планетарный телепортер в корабле. Хотя корабль немаленький, конечно. Но у нас на Белояре порталов или ворот планетарного телепортера — три штуки на всю планету. Для военной и политической надобности, ну и изредка, если что-то совсем страшное, по спасательско-медицинской. По крайней мере единственный мне известный случай их использования — переброска медиков, когда на перерабатывающем заводе авария случилась.

Сделав шаг в телепотер, вслед за стюардом, я оказался в здоровенном, богато обставленном помещении.

— Ваши покои, господин Безмолвный, — озвучил дядька. — Буквально момент, — сделал извиняющийся жест он, а через пару секунд появились две девицы в костюмах горничных, как в голо, и два парня, в костюмах как у стюарда, но пожиже. — Слуги, в полном вашем распоряжении, до окончания полёта, господин Безмолвный. С вашего позволения я вас покину, — прижал он руку к желудку, кланяясь. — И приношу искренние извинения за инцидент — господа вашего ранга редко используют Белояр как место посадки на лайнер.

— Извиняю и разрешаю, — ответил я.

После чего дядька ещё раз поклонился, протянул мне пластинку, похожую на расчётную карту, и утопал на своих двоих. Потому что портала телепортера в окружающей залище не было. А я стою, понимаешь, держу эту пластинку. А эта четвёрка стоит напротив, глазами вопросительно и почтительно на меня лупает. И делать-то что?

— Какие будут ваши указания, уважаемый господин Безмолвный? — наконец, разведя платье и присев склонившись, озвучила одна из девиц.

— Эммм… так, — собрался я. — Ты — остаёшься, буду уточнять ряд моментов, — тыкнул я пальцем в спросившую, на что было ещё одно приседание с поклоном. — Вы — ну займитесь чем-нибудь там, — махнул я лапой на оставшуюся троицу.

— Наши услуги на текущий момент вам не требуются? — уточнил парень.

— Не-а.

— Тогда, с вашего позволения, мы вас оставим. Всегда к вашим услугам…

— Ведь сказал уже — займитесь чем-то, в смысле идите. Какое ещё дополнительное «позволение»? Всё, кыш, — махнул я на троицу рукой.

После чего присел на диванчик в зале, указал следующей за мной девице на табуретку с ручками, но без спинки, на которую она плюхнулась. И задал первый вопрос, помахивая пластинкой.

— Это что?

7. Сортирное приключение

— Вы шутите, уважаемый господин Безмолвный? — захлопала ресницами девица. — Простите меня — я не понимаю смысла вашей…

— Вот ведь… Не шучу я. А спрашиваю: вот эта фигулина, — для наглядности помахал я пластинкой, — это что?

— Ключ к вашим апартаментам, удостоверение пассажира первого класса на лайнере Сецион…

— Хорошо, понятно, — кивнул я, хотя девица зыркала на меня удивлённо-недоверчиво, видимо ожидая, что я шучу. — Меня суда провёл телепортом стюард…

— Простите, старший стюард, с вашего позволения, господин Безмолвный.

— Позволяю, — махнул я рукой. — И что, ко мне кто угодно может попасть телепортом? Я не в том смысле, что обвиняю или подозреваю персонал Сециона. А вообще, чисто технически, — поспешил уточнить я, потому что девица явно собиралась горячо возражать.

— Нет, господин Безмолвный, — решительно помотала она головой. — До момента вашего вселения апартаменты открыты для технического телепорта. А после — удаляются из координат, пока вы не покинете борт Сециона.

— Угу, хорошо, — умеренно порадовался я.

Нет, конечно могла и врать — но вряд ли. И логично, то что она говорит. И девица хоть и постарше меня года на два-три, но суля по всему не гений лицедейства. На лице всё написано, симпатичном кстати, отметил я.

— А какие ваши обязанности, слуг? — уточнил я.

— Выполнять ваши указания, господин Безмолвный.

— Что, вообще любые?

— Не вредящие нашей жизни и другим пассажирам.

— Вот совсем любые? — всё же переспросил я.

— Если вы имеете в виду секс — то конечно, господин Безмолвный! — с жаром выдала она. — Желаете?

— Кхм, — аж запнулся я.

Как-то… ну хотя с другой стороны, насколько я понимаю — денежки на этом Сеционе слуги получают такие, что большей части населения планет и не снилась. Ну а сказки о том, что секс не товар — даже не смешны, если уж совсем честно.

Ну а с «продажностью» вообще глупости выходят: положим, какая-то там дамочка выйдет за старого богатея. Из-за денег. И она — не продажная шлюха. А девчонка, на учёбу зарабатывающая, спящая с теми, кто ей нравится (и секс любящая — никто ей, девчонке, секс любить не запрещает, между прочим!) — сразу продажная и шлюха. Это правильно разве что с точки зрения старого богатея, купившего дамочку. А по уму — глупости.

Хотя, конечно, тут вопрос исключительно секса. Какие-то отношения на «оплаченной услуге» — не построишь, прикинул я. Бегло зыркнул на девицу, ожидающую моих слов. И понял, что а почему бы и да?

— Ну, желаю, положим, — сообщил я.

И… нет, не пожалел. Девица, назвавшаяся Вестой, была если не на голову опытнее моих подруг-любовниц, то близко к тому. Но… в общем, чисто физическое удовольствие я получил, расслабился. только вот при этом, напрочь отсутствовало желание повторно воспользоваться «оплаченными услугами». То ли девица и вправду была хреновой актрисой, то ли я замечательно проницательный — непонятно. Но, произошедшее между нами иначе, чем «оформление полового акта» — и не назовёшь. С её стороны, естественно. Умело, не отлынивая, она выполнила работу. Не противную, но и не слишком приятную — вот именно такое ощущение возникало. Впрочем, тут всё оплачено, горевать о немалых доходах «несчастной девицы» я не собираюсь. Как и повторять опыт…ну, если лететь не дольше недели. Если дольше — то даже с «исполняющей обязанности» как-то приятнее, чем без неё.

После «оформления акта» Веста оделась со скоростью, от которой покраснели бы звёздные легионеры в голо. И хлопая ресницами уточнила, чем ещё может услужить. С трудом собравшись, я решил всё же продолжить знакомство с тем, где, сколько и как мне быть. Хлопать удивлённо глазами и подозрительно зыркать девица почти перестала, а вот отвечала — вполне толково. И получалось, что «каюта» — трёхъярусный домище. По сотне с лишним квадратов, каждый ярус! Со столовыми, бассейном, бильярдной, курительной, хрен знает какой и непонятной комнатой. Теребимая Веста озвучила, что пассажиры первого класса обычно в одиночку не путешествуют. чаще всего в каюте, помимо непосредственно пассажира, обитают трое-четверо сопровождающих. Тоже, конечно, далеко не в тесноте, но масштабы каюты хоть в какие-то понимаемые рамки укладываются.

И, наконец, похоже, поняла что я от неё хочу. И стала более менее понятно, описывать как хоромы, так и что для пассажира первого класса положено. Положено было дохрена: от кучи клубов, баров и кабаков, борделей (вот блин, ещё и деньги тратить, когда «всё включено»!). До огромного озера, где можно было пусть и недалеко, но поплавать под парусами! И лес какой-то лютый, на космическом корабле!

Вот делать аристократам и богатеям нечего, определился я. Нет, конечно, что-то может и приятно. Но какие-то несусветные ресурсы выкидываются непонятно зачем. Ладно, есть и есть. Мне, в общем-то, пофиг.

А вот по делу выходило так: лететь Сециону до Вирде Грамен почти двадцать дней. Могли бы быстрее, но будут две двухсуточные остановки. Подключение к всегалактической информационной сети у меня будет, неограниченное и всё такое, Но через пять дней перелёта, когда лайнер войдёт в «зону покрытия». Базы корабля в моём «полном распоряжении», но бегло просмотрев их, я понял, что скачанного из белоярской сети по Инвиктусам больше, чем у Сециона.

Занял я приглянувшуюся мне спальню, где повалился на огромную кровать, и продолжил знакомство с скаченной информацией. Еда была вполне пристойная, приносилась по первому звуку. Хоть блинов не было — попросил, а принесли какие-то сушёные лепёшки! Попросил пожирнее — вымочили в масле! Дураки какие-то, а не повара!

С остальным тоже вопросов не возникало, но я сам стал относится как к «оформлению акта». Делом занят, с кем напряжение скинуть и расслабиться есть, но совершенно пресно.

Появилась сеть, докачал данные, полазил в тематических ресурсах. И выходило, что откуда Инвиктусы… данных просто нет. Вот вообще. Император выделяет Инвиктусы аристократам. Параметры этих машин просто невозможные, волшебные. И что такие параметры обеспечивает — данных тоже нет. Но Инвиктус, правда далеко не каждой модели (которых было за сотню!), на самом деле, пусть и не мгновенно и не без труда может ссадить судно орбитального подавления!

Дело в том, что хоть технологии Инвиктусов были неизвестны, но основная их мощь была понятна: чудовищная, сопоставимая с реактором того же Сециона, энерговооруженность. Откуда — непонятно, но все остальные «чудеса» Инвиктусов чудесами не были, а строились, исходя из имеющегося моря энергии.

Ремонт Инвиктусов и даже частичную модернизацию производят члены Ордена Вулкана. За очень немалые деньги, в отличие самой поставки машин. Император за Инвиктусы с аристо денег не берёт. Берёт он службу, на Инвиктусе, который после выслуги переходит в собственность пилота.

Так что, выходит: Инвиктусы как не трясись над ними — ломаются. Сопоставимого по мощности, мобильности и куче других параметров оружия у Империи нет. Получить Инвиктус аристократ может только у Императора. И если и есть другие способы получить машину, кроме как отучиться и отслужить, то в сети о таком неизвестно.

И стоимость обучения в этой Академии умопомрачительная, кстати говоря. Моя расчётная карта выглядит на этом фоне именно так, как мне её и передал Никс: карманными деньгами на первое время. На фоне стоимости обучения, конечно.

При этом, моя не вполне понятная ситуация описана не была и не встречалась. Вроде как, по папаше, я какой-то лютый аристо. У него, на минуточку, собственный межзвёздник был, что встречается реже, чем Инвиктусы. Так-то и аристо и все прочие летают на лайнерах Космонавигации.

Но в то же время — я даже не знаю, кто он вообще такой. Да и законность моих притязаний на аристократство (это даже если я узнаю, кто папаша) под вопросом. Потому что вопрос не мифической «законорожденности», а признания меня наследником папашей. Без этого — я просто посторонний пацан. Есть, конечно, вариант признания родства Императором… но это такой, из серии «очень теоретически возможно» вариант.

Но тут всплыло несколько моментов. Кстати, довольно занятных, а именно: несколько невозможной героичности героев из Звёздного Легиона получили похожую на мою бумаженцию. Типа награда за службу, обучение на пилота Инвиктуса со всеми вытекающими последствиями. Но никаких «предъявителю сего» в их договорах не было. А голо-фото этих документов было. Так мол и так, за такие-то подвиги, такой-то такой-то операции и всё такое, награждается конкретный человек, в таком-то таком-то звании. Печати и инфочипы — как и у меня, естественно сверил.

В общем — непонятно, кроме того, что даже если я про папашу ничего и не узнаю (а может так и к лучшему будет) сам факт становления пилотом сделает из меня аристо. Обучавшихся и выслуживших Инвиктус легионеров давно расхватали по родам с их машинами. Через брак, ну и плюшки какие-то надавали, скорее всего. Какие — как понятно неизвестно.

Так что через десять дней напряжённого копания во всях связанных с Инвиктусами вещах я понял, что нихрена не понял. Но попасть в Академию я попаду, если не посею договор. И выслужить Инвиктус смогу. А вот что дальше и детали — только на практике пойму. Информации в сети точно нет, открытой уж точно.

Ну, значит будем смотреть на практике. Что мог — узнал, а теперь у меня есть десять дней. И хоть на заведения, озеро и лес Сециона взгляну, решил я. А то торчать в хоромах-каюте меня поддостало. И регулярный секс с Вестой и Силвией, второй служанкой как-то воспринимается как утренняя каша. И надо, и полезно, и не так плохо… Но гадость же, если честно!

Паранойя по поводу злобных похитителей у меня не то, чтобы пропала, но поутихла. Во-первых, видимо договор как у меня — уникальный. Остальные именные, так что если я им сам размахивать не буду — то и нормально всё. Во-вторых, сам факт того, что он у меня есть… ну скажем так, я почти уверен, что никто и не знает. Папочка у меня досталась очень хорошая. Я интереса ради поискал и так и не понял: как бокс Его Императорского Величества Фельдъегерской службы оказался в белоярской лавке. Хотя может производитель «на сторону» продаёт. Это, всё-таки, не сверхсекретная какая фигня, а просто надёжный бокс для хранения приказов и подобных бумаг. И точно он — ну вот один в один в голоизображениях.

Но в любом случае я уверен, что о содержании её никто не знает. Меня излучением в пепел сожжёт раньше, чем сканеры до её содержимого доберутся. Только браслет одену — чтоб спокойнее было. И пройдусь, полюбуюсь, окончательно решил я.

Решил и сделал. И правда — натуральный лес! Ну роща, километров шесть квадратных, но с зарослями, зверями! И озеро с парусниками! Офигеть, в общем.

Зашел в пару заведений — ценники страшные, но мне подьёмные. Перекусил, попробовал пива — вкусное, но мне с договором похоже и пива не стоило. Паранойя разыгралась, так что из первого заведения я перебрался во второе, заказав тонизирующий отвар. И уставился на сцену: девицы там отплясывали, раздеваясь. Красивые девицы, между прочим. И отплясывали очень неплохо.

В общем — просто любовался, жалея что служанки у меня в каюте не такие чувственные и страстные. Хотя… тут представление, может с этими девицами даже хуже будет. Но всё равно такое, красивое и возбуждающее зрелище.

Полюбовался я, попивая отвар, так и допился до уборной. Ну просто сидеть неудобно как-то, официантка со своим «что угодно». И потопал в сортир, само собой. И, к счастью, разыгравшаяся паранойя не отпускала. Потому что пристроился я у писсуара, отливаю. И тут вваливаются в уборную пара типов. Лет тридцать, что-то такое. В зеркало видно.

Ну вроде бы типы как типы, в приличной одежде, типа мундиров без знаков различия. Друг с другом негромко переговариваются. На меня вообще не смотрят… ВООБЩЕ не смотрят! — дошло до меня. Так не бывает! Хоть искоса взгляд бы бросили, это просто естественно. А они на меня СПЕЦИАЛЬНО не смотрят. И это — очень подозрительно, напрягся я.

И, застёгиваясь, не сводил глаз с парочки идущей мимо меня. И на резкое движение ближайшего — дёрнулся, лягнул пяткой по колену… Но не хватило места, блин! С хрустом в плечо (а могло в голову!) врезался кулак, кидая на стену.

Меня очень сильно повело, да и больно было. Так что лупать глазами я не стал, а обмяк, приготовившись выхватить игольник, смотря на сволочей сквозь ресницы. Зрелище вот совсем не радовало: на руке, которой меня отоварил бандюга, была часть перчатки силового доспеха. В голо их показывали, называя силовыми кастетами. И мне ОЧЕНЬ повезло, что дёрнулся: вместо ушиба плеча, я мог получить трещину, а то и к чертям сломанную голову.

Вторая сволочуга держала мою «бессознательную» тушу под прицелом небольшого парализатора. Этот урод, с парализатором, голос и подал:

— Вырубил?

— Вырубил, вырубил, — ответил бандит с кастетом, начиная потирать колено. — Шустрый, паршивец, — поморщился он. — Ладно, тащим в кабинку. А то зайдёт ещё кто.

И потащил меня, скотина такая, за ногу! А второй на прицеле всё равно держал… вот просто жопа какая-то! Я игольник вскинуть-то не успею, судорожно прикидывал я. Ладно, ждём и будем искать путь к цели. Цели отбиться от этих уродов и выжить.

— А ты уверен, что это не зря?

— А ты не узнал бокс для ценностей? И костюм босяцкий. Точно временно подменяет кого-то из посыльных. А в боксе — точно богатство!

Вот же, блин, дошло до меня. Они не знают, что у меня. Но я САМ, своей паранойей, браслетом на руке и папкой-боксом привлёк этих уродов. Ладно, будем выкручиваться.

Тем временем, меня затащили в «кабинку», которая была и с унитазом, и с душевой кабинкой, и вообще — огромная. Кастетный отпустил мою ногу, нагнулся…

Вот оно!

Нога не успела коснуться пола, дёрнулась и влетела в уже привычное бандитское колено. Бандит взвыл, отдёрнул руку с кастетом, пытаясь сохранить равновесие. И тут же зашатался — второй бандит судорожно палил из парализатора, пока вырубив своего подельника. А я одновременно подтянул папку, ей прикрываясь, и выдернул игольник. И, из-за ещё падающего кастетного, выпустил пяток игл в стрелка.

Правильно сделал, кстати, что пяток — мундир бандитов стрелки просто не прошили. Но в руку с парализатором попали, в рожу тоже. А начинкой был сильный транквилизатор — как-то на более убойную начинку замахиваться не хотелось. Но и транк справился — с дурацким видом стрелок обмяк, шмякнувшись на пол.

— Ну трындец! — очень коротко и вежливо охарактеризовал я ситуацию, потому что матерится хотелось долго, много и со вкусом. — Так, ладно. Жив, цел. Ушиб, — пощупав плечо, окончательно убедился я. — А какого хрена служба безопасности или кто тут делает-то? — возмутился я, поднимаясь на ноги и отряхиваясь.

Подумал-прикинул, а не попробовать ли мне бандюг допросить — но понял, что глупо. Почему они напали — сами сказали, когда думали что я без сознания. Надо местных полицаев искать, сдавать бандюг и интересоваться, какого хера.

Вышел из сортира, поймал официанта, потребовал кого-нибудь «по бандитской части». Появился прилично одетый дядька, и на ОЧЕНЬ ехидный вопрос «какого хера?» развёл руками.

— Простите, господин Безмолвный, но голо-наблюдение за пассажирами, тем более в уборной, не ведётся. Вам бы самому не хотелось бы…

— Мне самому — похер! — огрызнулся я, вздохнул-выдохнул, но успокоился.

Ну, в общем, место для аристо. А они не хотят, чтоб за ними следили, даже безопасники. И те «три-четыре» сопровождающих, о которых говорила Веста — вполне могут быть охранниками-телохранителями. Или только ими, или совмещать ещё какие функции.

— Так, на меня напали. Мне вернуться и самому прибить нападающих? — уточнил я.

— Не утруждайтесь. Вы их изволили иммобилизовать?

— Изволил.

— Допросим, сообщим о результатах вам, господин Безмолвный, — выдал он, а в сортир скользнули пара детин, вытащив через несколько секунд бандитов.

— А если я на них напал? — поинтересовался я, потому что было интересно. — Чисто теоретически.

— Хорошая шутка, господин Безмолвный — пассажир первого класса нападает на двух пассажиров второго, — озвучил безопасник, издав пару совершенно деревянных смешков. — Но, чисто теоретически — вы обвинили этих лиц в нападении. Мы проведём допрос, на основании вашего обвинения. Если вы напали на них — по, несомненно, важной причине, то естественно компенсируете ошибку или недопонимание, — то ли спросил, то ли утверждал безопасник.

— Понятно. Что ж, я в свою каюту. Как-то желание гулять пропало.

— Если пожелаете, Служба Безопасности Сециона может выделить вам штат телохранителей…

— Не пожелаю, — подумав секунду, ответил я. — А вот если что-то выясните про бандитов — было бы интересно.

— Непременно доложу, — кивнул безопасник.

А я быстрым шагом потопал в каюту — вот нихрена мне не понравилось это сортирное приключение!

8. Спортивный интерес

В каюте заказал себе перекусить и немножко побился головой об стену. Дело совершенно бесполезное, да Никс, мучитель кибернетический не раз и не два нудел: «не башкой надо биться, а делать выводы и не повторять ошибок». Признавать его правоту не хочется, но не признавать — не получается.

Но, при всём при этом, как по дурацки вышло-то! Параноил: «отнимут ограбят…» И допараноился, чтоб его! Вот поспорить готов — если бы не дёргался и не таскался с папкой, как с писанной торбой, никакого нападения бы не было!

Но ладно, собрался я и перестал думать глупости. Безопасник грозился мне доложить, что и как с этими преступными деятелями: может вообще на меня напали не из-за меня, а спутали с каким-нибудь посторонним Галеном, к которому к них обоснованные претензии. Это, конечно, глупость несусветная, но лучше будем думать так пока, а то мебель в каюте дорогущая. И голова мне ещё пригодится — есть у меня на неё некоторые планы.

А если без дурацкого самобичевания разобраться, задумался я и стал разбирать свои действия. Ну и на будущее делать выводы, потому что ПРИЧИНА, по которой случилась вся эта фигня — вопрос отдельный. А вот сама вся вот эта фигня, в смысле нападения и последствия — важна. На меня, вообще-то, первый раз в жизни напали не балбесы-сверстники, и не отягощённые жирными задами и пузами Безмолвные, а более-менее серьёзные противники. Ну, судя по всему так выходит, потому что шансов у меня против них, если бы не никсова наука, просто бы не было. Нападение ничего не предвещало, бивший силовым катетом не замахивался и вообще не проявлял агрессии. Я лягунулся на совершенно естественно извлечённую из кармана руку, без рывков. То есть, если бы не неестественное поведение парочки — на такое чёрта с два отреагируешь.

Далее, гад с парализатором меня постоянно «вёл», несмотря на казалось бы вырубленность. Тут только расчёт траектории падения и естественные реакции теряющего равновесие помогли. Хоть чуть-чуть ошибаюсь, и гад с парализатором меня просто вырубает, шансов достать иглострел никаких.

В общем-то, молодец выхожу, с некоторой растерянностью понял я. Гады были серьёзные, практически любой на моём месте сейчас бы приходил в себя в уборной, после удара по башке, а то и парализатора до кучи. И ещё без кисти руки, небось — если переть папку, то рука более уязвима, чем она сама и цепь-браслет.

Единственное что — а может стоило сразу стрелять, как понял что они ведут себя неестественно? Ну-у-у… Как-то, наверное, «нет». Не в данной, конкретной ситуации, а в аналогичной. Ну не пырятся на меня в сортире — это, конечно, подозрительно. Особенно если так усиленно не пырятся. Но, вариантов такого непыринья — масса, помимо готовящегося нападения. Да банальные традиции могут быть: в голо много всяких традиций разных планет, оттенков этикета там всякого и прочего такого.

Так что всё, молодец я, окончательно решил я, подняв себе настроение. Но до прилёта на Вирде Грамен из каюты я выходить не буду! Вон, горничных две штуки, лучше с ними этот… после экзаменационное путешествие устрою. А что «оформлять половой акт» придётся — так и хрен с ним. Всё равно приятно, а заниматься в каюте, по большому счёту, больше и нечем. Всякие голо смотреть я точно не смогу. Пробовал уже — весь в ожидании Академии, так что просто выключал всякие выдуманные и постановочные приключения. По новой перечитывать-пересматривать данные по Инвиктусам — глупость. И так всё помню, а Академия пилотов, даст более достоверный данные.

Вот и остаётся только в каюте сидеть, да горничных пользовать, тяжко вздохнул я, ощущая расползающуюся на физиономии лыбу. Вот с чего она на лицо вылезла — ума не приложу, хех.

Единственное — надо бы проверить, а что на Вирде Грамен с оружием-то? Носимое-не носимое, скрытное там или нет. А то спущусь я на планету, а меня арестовывать там начнут, штрафовать или ещё что.

Быстренько полазил в сети, ну и нашёл ограничения для свободного ношения… Тяжёлого вооружения. Требующих экзоскелетов или ОЧЕНЬ толстого и сильного человека, ну или киборга с основательной кибернетизации. Конечно, на бомбы и прочее такое тоже запрет на ношение, тут понятно.

А вот что в Академии — чёрт знает, увидим, закрыл я для себя вопрос.

И уже всерьёз задумался: а не поставить ли мне себе цель на остаток полёта — расшевелить девиц-горничных. А что? И интерес появится, помимо всего прочего. Разумно решил что «да», потёр руки, и только потянулся к кнопке вызова прислуги, как Веста сама явилась. И сообщает, что ко мне «на аудиенцию» просится капитан корабельной службы безопасности Авгий Семин.

— Выдам я ему аудиенцию, — озвучил я. — Зови.

— Как прикажите, господин Безмолвный.

— И чаю там, какаву или кофий, — припомнил я всякие голо про аристо и понятно повращал руками, на что девица понимающе кивнула.

Ну, всякие мысли интересные насчёт времяпрепровождения на остаток полёта у меня появились. И осуществить их просто необходимо, вот.

Но что там с этими бандитствующими гадами — узнать точно надо. Да и вряд ли это много времени отнимет.

— Доброго вам дня, господин Безмолвный, — озвучил поклонившийся Авгий.

— Доброго, — кивнул я. — Присаживайтесь. Чай, кофий?

— Я думаю…

— Можно водки, — радушно предложил я. — Но я не буду, — сразу определил я рамки.

— Кхм… пожалуй, не надо водки, благодарю вас. Кофе, если вас не затруднит.

— Меня — не затруднит, — констатировал я объективное положение вещей, кивнул Весте, чтоб мол несла.

Вообще — я, конечно, понимаю, как выгляжу в глазах прислуги и не только… Ну не совсем правильно, как они считают. Просто не знаю, если быть совсем честным, как себя «первоклассному пассажиру» надо вести, какой рукой в носу ковырятся и какой палец при этом оттопыривать. Но, по большому счёту — пофиг. А вместо того, чтобы смущаться и прочими глупостями заниматься — я вот наслаждаюсь кхмыканьями и натужеными гримасами окружающих. Смешно смотрится, как они меня пытаются в свои шаблоны упихать, для себя, а я не упихиваюсь.

Авгий посербал кофем, вздохнул и принялся рассказывать, кто и с чего на меня напал. Первым делом заверил, что именно «напали»: допрос оклемавшихся бандюг подтвердил, что они бандюги. А я стал задавать вопросы, на которые безопасник подробно и детально отвечал.

И картина выходила такой: папка моя и вправду один в один фельдъегерская. Пара типов, шикующих с билетами второго класса (что вообще-то — огого как дорого и пафосно!) — бывшие звёздные легионеры. Неприятно конечно в этом плане, но сволочные люди везде водятся, и Звёздный Легион — совсем не гарантия, что человек оттуда замечательный со всех сторон. Или что даже просто хороший — тоже совершенно не факт.

И вот, жалование на удаленную станцию межзвёздного базирования, где служили эти два гада, доставлял как раз фельдъегерь, раз в квартал. Связь на станции, прибывающей в шатком равновесии между нескольких звёзд была, но была хреновая. Так что Имперский Банк прямых операций на ней не проводил. А направлял курьерское судно и фельдъегеря с платёжными поручениями от Императорского Банка. И, как я понял, носителем информации, загружающего банковские данные в вычислитель станции. А данные вычислителя станции — считывающий, они по прибытии фельдъегеря назад добавлялись в базу данных Имперского Банка.

Это мне Авгий рассказал в ответ на вопросы. То ли у допрашиваемых выяснил, то ли вообще знал. Но на вопросы отвечал, а мне вопрос задать несложно. Да и интересно было — а вот на кой в таком неудобном месте станция-форпост, где гравитационные линзы и всякая прочая космическая фигня затрудняет связь настолько, что даже банк фельдъегеря на курьере гоняет.

Вообще ситуация выходила как у Белояра, только наша планета, в отличие от станции, вообще не имела постоянной связи. А в роли фельдъегеря выступали лайнеры.

— Я, господин Безмолвный, если честно не очень в курсе, — ответил Авгий на очередной вопрос. — Не мой профиль, уж простите.

Ну, хотелось бы узнать, но всё-таки я с корабельным безопасником общаюсь, а не профессором всех наук или информационным терминалом. Но, как выяснилось, безопасник не закончил.

— Хотя имею предположение и могу высказать, если позволите.

— Позволю, конечно, — кивнул я. — Я же сам у вас спросил.

В общем, озвучил Авгий, что вокруг этой станции аж шестнадцать систем. Ресурсодобывающих, шахтёрских их ещё называли. Населения — немного. Ресурсов, ценных притом — масса. При этом, связь затруднена везде: звёздное скопление, пылевое облако. А станция Звёздного Легиона была подвешена между центрами масс в месте, докуда даже радиоволны доходили более-менее сносно. То есть, чистый практицизм: место теоретически неудобное, а на практике — чуть ли не идеальное. Вместо шестнадцати постов — один, откуда войска в любой момент могут довольно быстро прийти на помощь.

— Благодарю, господин Семин, — поблагодарил я. — Почему они посчитали, что у меня несметные богатства — я понял. Честно скажу — жалования для гарнизона Звёздного Легиона не имею, да и вообще платёжных поручений Имперского Банка у меня нет, — фыркнул я, на что безопасник, ухмыльнувшись, кивнул. — Но всё же, помимо того, что «вроде как» у меня деньги — с чего они на меня напали-то? Вот просто — есть деньги и отнимем? Совсем бандиты? — уточнял я.

— Безусловно, бандиты, господин Безмолвный. Но не настолько «совсем», как вы изящно выразились. Проигрались в казино лайнера, как я понимаю — всё выслуженное за десятки лет.

— Приду-у-урки, — протянул я.

— Полностью с вами согласен. Имеются у вас ко мне вопросы, господин Безмолвный?

— Нет. Благодарю за интересный рассказ.

— В таком случае, с вашего позволения, откланяюсь. И, господин Безмолвный, осмелюсь вам напомнить — служба безопасности Сециона готова…

— Предоставить телохранителей, я помню. Но как то у меня этот инцидент отбил желание гулять по кораблю.

— Как вам будет угодно, — на этом безопасник раскланялся и свалил.

А я задумался о натуральных придурках: их даже не жалко, но блин — как такими идиотами быть-то можно?! Десятки лет в легионе отпахать. Ну ладно — билеты второго класса. Дорого, но после службы большей, чем мне лет — понять могу. Но на входе в игорные заведения, согласно императорскому указу, большими буквами пишется вероятность выигрыша у игорного заведения! И на Сеционе — тоже, естественно! Я сам видел — «заложен 32 % шанс выигрыша клиента». То есть две трети шансов — казино твои денежки прикарманил, базово! Туда народ ИГРАТЬ ходит: азарт какой-никакой получить и все такое прочее. А тут…

Ладно, чёрт с ними, с придурками. Насколько я понимаю — вернуться в Легион после суда, только в каторжный Легион, где преступники преступления искупают-отрабатывают. Без всякого жалования, естественно.

Посидел, подумал и плюнул на игроков-придурков-бандитов, мысленно. И стал горничных звать. У меня, как-никак, планы их расшевелить!

Планы, кстати, ну не до конца, но исполнились. Веста, всё-таки, к концу перелёта стала эмоции проявлять, причём не «да когда же вы угомонитесь и от меня отстанете?!»

Правда затрахался я в самом прямом смысле этого слова, но всё равно был доволен. И покидал Сецион твёрдой, но осторожной походкой, с гордой физиономией.

Станция на Вирде Гамен от нашей, белоярской, отличалась только одним — просто тьмущей народа. Всё же у нас — небольшая, среднезаселённая планета, которую покидает едва ли сотая доля процента населения. Хотя бы один раз в жизни, не говоря о путешествиях туда-сюда. А Вирде Грамен — столичная система субсектора, в которой одних орбитальных сооружений сотни. И живет на них людей в разы больше, чем на паре обитаемых планет.

Но в остальном — та же станция, та же буква «Ш», только вокруг звезды таких не одна, а целых четыре штуки.

До челнока меня доставил такой же прозрачный пузырь мобиля, правда двигался он над заполняющей коридор плотной толпой. И в потоке таких же пузырей. А вот челнок — отличался, здоровенный такой, раз в десять побольше белоярского. И до отдельной каюты, положенной мне как первоклассному пассажиру, меня отвела стюардесса.

— Уважаемый господин желает выпить, закусить, или… — похлопала она ресничками, — Разнообразить досуг?

— Да ну нахрен! — аж подпрыгнул я, чувствуя некоторое неудобство в определённых частях организма.

Ну я, как бы, реально с горничными немножко слишком перебрал. не покладая всего. И они-то какую-то служебную медицину втихаря потребляли, а я всё сам! И вот тут эта, на всякое разное намекает! А мне ходить аккуратно приходится, не слишком топая, потому что побаливает всё…

— Простите? — захлопала ресничками стюардесса совершенно по другому.

Удивлённо так. Судя по бросаемым взглядам — пытаясь понять: это я её послал вообще, или на тот самый хрен? Я аж захрюкал, когда понял, о чём она думает.

— Прощаю, — отмахнулся я. — Кофия принеси, остального — не надо.

— Понятно, — с непонимающей физиономией кивнула она и утопала из каюты.

А я, похихикаивая (реально смешно получилась, как в комедийном голо), расположился и стал с интересом разглядывать выдаваемые голопроектором фигуры. В окно, которое иллюминатор, всё равно ничего толком не разглядишь, это я в прошлый полёт на практике установил. Ну, разве что на планету на подлёте полюбоваться, но это нескоро.

Хотя, через четверть часа разглядывания голофигур различных орбитальных объектов Вирде Грамен я от них отвернулся. Разницы с компьютерными моделями в голо-энциклопедиях или видео — никакой. А мне надо к приземлению готовится. Например, где эта самая Академия? Я на Супербии, конечно, не был. Но есть у меня подозрение, что планета немного больше Академии. И прочие есть, хмыкнул я, бегло просматривая данные. И, перед посадкой, даже заказал мобиль, который оказался каким-то запредельно дорогим. Мне по средствам, но реально дорого и вселяет некоторые опасения на тему моих средств. В том смысле, а на что-то там мне хватит, ну, я не знаю, хотя бы одежду поменять, может наручный коммуникатор-вычислитель покруче там. А то, судя по расценкам на такси, я пару десятков раз перекушу в недорогой забегаловке — и всё, без гроша.

Наконец в иллюминаторе показалась Супербия. По цвету от Белояра она отличалась большей синевой, но не это привлекало внимание. На орбите столичной планеты субсектора были не спутники, а натуральное орбитальное кольцо — строение с производствами и всяким таким прочим, охватывающим планету. И жило там чуть ли не треть населения, кстати говоря, и смотрелось оно красиво — посверкивало и в звёздном, и в отраженном свете, создавая ощущение этакого украшения с оправой из стали и драгоценностью-планетой.

Но, наконец, челнок вошёл в атмосферу, иллюминатор закрылся, а через четверть часа я, озираясь, топал по составленному коммом маршруту. Космопорт был огромным, если бы не многоместный колёсный мобиль, доставивший меня и прочих пассажиров до здания пассажирского терминала, я бы и заблудится бы мог.

Наконец, дотопал я до таксо. Осмотрелся, пригляделся к окружающим. И стал ржать, возможно несколько истерично.

— С вами всё в порядке? — подошёл к моей хихикающей персоне какой-то служащий комопорта.

— Весело мне, не видите что ли? — хрюкнул я.

— Понятно, всего вам хорошего…

— Погодите. Мобили для перемещения всегда имеются в достаточном количестве?

— Естественно, уважаемый. Что-то ещё хотели уточнить?

— Нет, благодарю, — перестав ржать покачал я головой.

А дело вот в чём: пассажиры бодро и без остановок заходили… в автоматизированные мобили. Которых было много, а взамен убывших тут же подлетали новые. А вот мой маршрут вёл к вычурной, двухэтажной, сверкающей медью и золотом… ну карете, колеснице, чёрт знает, что такое. И дядька во фраке, при моём приближении, распахнул дверь с поклоном.

Это я, внутренне ржал я, выбирая такси указал «опыт работы водителя», не разбираясь. А тут все на роботакси летают, за небольшие деньги. Ну а мне — карета, с колоннами, дворецким… Фонтаном, в голос заржал я, плюхаясь на диванчик.

— Отбываем, господин. Будут какие-то указания?

— Нет, всё в порядке, — отмахнулся я.

А через полчаса роскошная колымага приземлилась (я, блин, даже на город не полюбовался толком — иллюминаторов не было) и нарядный кучер сообщил:

— Академия Пилотирования Инвиктусов, господин. Западный пропускной пункт. К сожалению на территорию Академии попасть невозможно, но если желаете можно переместится на другой пункт входа…

— Нет, меня всё устраивает, — отмахнулся я и потопал из телеги.

Настроение было предвкушающее и приподнятое. Праздничное, прямо скажем. Правда приправленное лёгким истерическим весельем, снова всплывшим, когда я неудачно спрыгнул на дорогу, остро почувствовав чем и с какой частотой я занимался последние дни.

9. Крылатые пулемётчики

Сама Академия была прекрасно видна с места моей высадки. И была чертовски красивым зданием, при этом огромным. Метров двести высотой, пару километров диаметром условно-круглый замок, с башенками, статуями, и огромной острой пирамидальной центральной крышей. Располагалась эта роскошь в нескольких километрах от мегаполиса, в этакой лесостепи: леса в основании как такового не было, но трава, рощицы, и довольно частые озёра и ручейки были видны.

А я сейчас оказался на широкой, изящно изгибающейся и соединяющей здание Академии и мегаполис дороге-мосту, возвышающейся над землёй метрах в пятидесяти. Несмотря на очень изящный, воздушный вид, была она широка, отливала металлом. И явно способна выдержать очень немалый вес. Кстати, от Академии отходило ещё три, очень похожих моста-дороги.

Ну и как подтверждение моих мыслей о высокой прочности, в паре десятков метров от меня находился тяжёлый, округлый и лишённый острых углов металлический бункер. От бункера шёл могучий металлический шлагбаум, шипастый такой и даже видом отбивавший желания переть на него. А на серо-стальной гладкой поверхности бункера были чернением вытравлены узоры, имперская атрибутика. Ну и надписи, что это вот — пропускной пункт, а чтоб посетитель точно не ошибся — что именно Академии Пилотирования Инвиктусов.

Значит мне к этому КПП, логично заключил я, поправил папку, задрал нос и потопал к бункеру. По мере моего приближения из внешне гладкой и цельной поверхности выдвинулись сенсоры, радары, датчики, направленные на мою персону. И турели — но это само собой, бункер всё-таки. Но меня начали напрягать не турели: количество сенсоров и датчиков было таково, что становилось страшновато: а не сожгут ли меня обитатели бункера не турелями, а электромагнитным излучением? Поджарят, как завтрак в микроволновой печи… Нет, может я и преувеличивал, но немного.

Впрочем, обитатели бункера, судя по всему, порочной страсти к свежей галенятине не питали. И, за пять метров от шлагбаума, одновременно, все сенсоры и турели втянулись в бункер. А ещё через секунду, с громким щелчком, шлагбаум оказался в поднятом положении. Это… чего-то я не понял, удивился я, аж остановился. Осмотрелся, ничего нового не обнаружил. Подошёл к бункеру. Постучал по нему рукой — не помогло. Потом — ногой. И, через полминуты ритмичного пинания, в бункере отрылался лючок, из которого выскочил летучий дрон-наблюдатель с небольшим голопроектором. Подлетел ко мне, замер в метре от лица и создал небольшую голограмму-экран.

С экрана на меня пырился какой-то дядька в возрасте, явно ветеран или что-то такой. Глазной имплант в боевой модификации (то есть видно, что имплант — так-то имплантацию можно было делать неотличимую внешне от плоти, но военные импланты делались с расчётом на боевую эффективность). Лысый, как полено (потому что волосатое колено я видел в самом прямом смысле, а полено — только в переносном), с половиной кожи, а то и черепа, заменённой имплантами.

И, приподняв бровь, снисходительно-ехидно смотрел на меня.

— Что надо… уважаемый посетитель? — выдал этот тип динамиком, умудрившись произнести это одновременно издевательски и лениво.

— А… я могу пройти? — уточнил я на всякий, потыкав в сторону Академии пальцем.

— Да.

— А проверка? — заинтересовался я.

— У теб… вас — оттиск Императорской Печати. Пройти — можете. Транспорт, оркестр и податливых девок Академия Пилотирования посетителям не представляет, вне зависимости от статуса, — оттарабанил дядька. — Надо ещё чего?

Это, выходит, меня не прожаривали, а добивались некоего отклика от печатей и чипов на договоре.

— А с договором…

— В комплексе Академии.

— Понял.

— Ну и пизд… счастливого пути, — выдал дядька.

Экран погас, дрон юркнул в бункер, на а я потопал по дороге. Чуть не обгадившись — буквально через секунду после моего прохода шипастый и лютый шлагбаум с грохотом рухнул. Сантиметрах в десяти от моей задницы и прочих причиндалов! Чуть не уронил воздушным потоком!

— Шутник придурошный! — буркнул я в сторону бункера. — Развлекается, сволочь такая, — ворчал я, топая по дороге.

Нет, ну допускаю, что этому охраннику скучно. Но всё равно — пугать шлагбаумом невинных прохожих — свинство! Ладно, хрен бы с ним, мысленно махнул рукой я, оглядывая округу на ходу.

И вот вообще никого, странно. Стоп, аж встал я. А вот я топаю, а тот же приём в Академию — вообще будет-то? И в сети нет не черта, обеспокоился я, вздохнул выдохнул, подумал. Успокоился и потопал дальше.

Просто раз в округе не видно народу — каникулы какие-то или что-то такое. А каникулы и приём — точно сейчас. Академия хоть и Пилотирования, но учебное заведение, официальное, это и в сети есть. Ну и приём точно должен быть после окончания школ-гимназий имперских, просто логично это. Так что выходит понятным, почему округа пустая. И это скорее признак того, что я припёрся вовремя, чем повод для психов.

И потопал уже окончательно (ну почти) успокоившись дальше. Шкандыбать мне по выгибающемуся мосту-дороги было ещё километр, не меньше. Так что я оглядывался и с каждым шагом замечал новые детали Замка-Академии. Хотя его скорее стоит назвать городом, без шуток. Огромный такой, если там хотя бы половина помещений, даже без подвалов и прочего — жилые, то живёт там народу побольше, чем в столичном Благограде.

Приближаясь, я понял, что статуи крылатых воинов, держащих оружие, были ни черта не декоративными. Это выходили так оформленные атакующие турели, а то и полноценные защитные роботы в виде статуй. Красиво и пробирает, сам себе признался я.

А мост дорога упиралась в огромные, в полсотни метров, медно-золотые врата. Не двух, а четырехстворчатые — хищные зубья створок не только спускались и поднимались, но и выдвигались из боков, смыкаясь в центре. А на вратах светилась голубоватыми коронными разрядами здоровенная надпись:

Est etiam porta ad puniendum gladium hominum. Fer intus sanguinis tui ferrum, carnem tuam ferro involve. Fieri ferreus eques hominum!

Вроде на квиритском, но не понимаю, пригляделся я, пытаясь вчитаться. Впрочем, браслет-коммуникатор коммуникатор не столько из-за связи. Так что навёл я его и понял, что это пафосный призыв. Стать железным Эквисом человечества, войдя в ворота. И гемоглобин отдать… Не отдам, моя кровушка, блин! Ну, разве что немного…

Кстати да, квиритский, но «архаичный» и «искажённый», как определил вычислитель переводя. Блин, надеюсь не на нём говорят, а то я как бы это… немного на него забивал.

Как-то всё это впечатляет и подавляет. И ещё людей в округе нет, только крылатые воины с громадными пушками снисходительно смотрят слепыми глазами. Но что мне, испугаться и убежать, сам у себя спросил я. И даже заржал, бодрее двинув к вратам, готовый, если надо их как следует попинать.

Но этого не понадобилось: по приближении стало видно, что в основании ворот несколько заостренных сегментов расходятся, открывая вполне подходящий не только для человека, но и тяжёлых мобилей, проход. Естественно, я к нему подошёл, да и зашёл в него, идя по коридору. А потом до меня дошло — это нихрена не корридор! Это эти самые ВОРОТА, в которых я иду уже десяток метров! А ещё в десятке впереди — светлое пятно.

Быстро оглядел стены-потолок, отвлёкся от пятна буквально на секунду. Но следующий взгляд на конец хода в воротах наткнулся на троицу… Ну, сначала, мне показалось что статуй, неведомым образом перекрывших проход. Белый матовый цвет, рельеф мышц — очень они были похожи на крылатых турелей-роботов. Хотя и не они, конечно — и меньше, да и крыльев нет. И приближаясь-приглядываясь я заметил, что они этакие «смазанные». Лица статуй были проработаны идеально, смотрели белыми глазами с отчётливо читаемым выражением, причём явно разным. Да и лица были разные. А тут — смазанные, слегка… ну оплавленные черты. И одинаковые, у всех троих.

Кроме того, на поясах и на груди было вполне нормальное оружие, а не чудовищные, отливающие медью, пушки статуй. В общем — такая странная броня. Наверное, в Академии форма у охраны такая.

В полуторе метров я остановился перед троицей. А они как стояли, так и стоят, не шевелятся.

— Добрый день? — то ли поздоровался, то ли спросил я.

— Добро пожаловать в Императорскую Академию Пилотирования, — синтезированным, но вполне нормальным голосом раздалось от центральной фигуры. — Бумаги, — требовательно произнёс он.

— Какие и что с ним делать? — резонно поинтересовался я, на что пара крайних фигур, до этого бывших неподвижными, переступили с ноги на ногу.

— Договор на обучение с Академией, конечно.

— А вы кто? — продолжал любопытствовать я.

— Привратники мы, не видно что ли?

— Тогда не отдам договор.

— Да чтоб… не нужно отдавать, посетитель! Покажи…те договор! Он у вас экранирован, — указал он ладонью на папку. — А нам надо внести вас в базу и знать, какого педеля звать.

— Какого-такого пенделя? — уже напрягся я.

Потому что не смешно ни разу — даже если эти привратники в простой броне, мне от их пенделя мало не покажется. А если у них экзоскелеты под бронёй, на что габариты намекают, то совсем беда может быть. Сломают совсем, с первого пенделя, факт.

— Организатор жизни и учебного процесса, — аж хмыкнул собеседник. — Педель.

— Понапридумывали, — проворчал под нос я. — Завуч или завхоз — понятно. Развели пенделей всяких…

Но ворчал я тихо, под нос. И поднимал папку, так чтобы можно было её захлопнуть. Ну… на всякий случай. И открыл на вытянутой руке, положив руку на подсумок, если этот безопасник лапы потянет.

— Не понял, — прогудел он, провёл ладонями по шлему, который разошёлся и показал вполне обычную морду парня лет двадцати пяти где-то. — Всё равно не понял, — озвучил он, вглядываясь в договор уже глазами.

— Договор настоящий, — пробасил левый тип в броне.

— Да понятно, что настоящий. А род какой? А имя? Кого из педелей звать-то? Может у него, — ткнул он в меня пальцем, — родовой Инвиктус в ангаре стоит. А где? И как вносить в базы? — обратился центральный без шлема к левому в шлеме.

— Не знаю, — пробасил левый в шлеме.

— Я, вообще-то, сам представится могу, — подал голос я.

— Да кто вы, господин Гален Безмолвный, мы и так знаем, — повернулся ко мне центральный. — Идентификатор у вас неэкранирован. Просто процедура внесения нарушена. А кого звать…

— Ора Индуктуса? — женским голосом произнесла правая фигура.

— А зачем? — повернулся центральный к правой.

— Договор странный. Я, да и вы впервые такой видим. Пусть удостоверится, во избежание.

— Да, резонно. Посетитель, ожидайте.

— Ожидаю, — пожал плечом я, прикрыв папку, опуская руку.

И стал ждать. И не видно ни черта — выход из хода внутри двери перекрывают эти типы. Сквозь спины что-то виднеется, но толком деталей не видно. А коридор-ход — просто гранёный проход, и полюбоваться не на что.

Впрочем, долго моё ожидание не затянулось: бесшумно ступая, как будто перетекая, между стеной коридора и троицей просочилась высоченная тонкая фигура. Не протиснулась, а прогулочно, ну точнее целенаправленно прошла. Половина узкой физиономии появившегося была бледной, в морщинах. А другая — металлической маской, точнее имплантированной киберчастью. И одежда, в виде серебристо-стального халата с капюшоном, с чёрной зубчатой окантовкой. Вулканист, первый раз вижу, с интересом уставился я на представителя ордена. У нас на Белояре их было-то всего четверо, постоянно заняты, не видел ни разу. А тут стоит, на меня смотрит.

— Яви договор, — безразличным, по моему — нарочито механическим голосом велел он.

— Всегда пожалуйста, — буркнул я, открывая папку.

— Договор истинный, несёт все необходимые печати и отметки, — через секунду тем же механическим голосом озвучил он.

— Да мы это, почтенный, и так знали… — начал было охранник без шлема, на что вулканист практически нефиксируемо взглядом перетёк-развернулся к троице.

— Причина вызова меня и препятствованию благому процессу технического обслуживания?

— Знали, но не были уверены, — заюлил охранник. — И куда его? — кивнул он в мою сторону.

— Протокольное затруднение?

— Оно самое, почтенный.

— Решаемо. Вопрос в компетенции ректора Западного Крыла Федуса Рила. Возвращаюсь к своим трудам, — на ходу проскрипел вулканист, удаляясь.

— Спасибо… — почти крикнул ему вслед охранник. — Ладно, значит зову ректора.

А через минуту, мимо почтительно раздвинувшихся охранников, просеменил невысокий, полный дедушка в алом, не сходящемся в двух пуговицах, мундире. Сверкал розовой лысиной, в обрамлении стоящего дыбом, ну или просто кудрявого белого пуха-остаток волос. Довольно смешно смотрелось, но охранники не гыгыкали и я не стал.

— Покажите ка мне вызвавший затруднение Договор, юноша, — благожелательно улыбнувшись, посверкивая внимательными светло-серыми глазами произнёс он.

— Понятно. Редкость: вам повезло оказать Императору уникальную услугу, — протянул ректор, бегло бросив взгляд. — Отметьте в инструкции, по всей Академии — на открытые Договора звать ректоров. Это в нашей компетенции, — озвучил он охранникам.

— Слушаюсь! — грохнул кулаком в грудь центральный.

— А вы, юноша, следуйте за мной, — посеменил дядька. — Оформим как положено.

— Следую, — констатировал я. — Только почтенный…

— «Господин ректор» будет достаточно.

— Господин ректор, я Императору не оказывал услуг. Я с ним даже не знаком, — признал я факт.

— Вы, ваш родич, человек посчитавший вас достойным — непринципиально. Благодарность у вас, значит — вы, — отмахнулся дедушка.

— А если я отнял у того, кому Договор предназначался?

— Значит Император благодарен вам, — аж обернулся, подмигнув мне дедуля.

— Не понял, — честно признался я, помотав головой.

— Договор, как у вас, юноша, это не только награда. Но и испытание. И если вы, в чём я сомневаюсь, отняли его — то Император благодарен ВАМ. Понимаете?

— В некоторой степени, — пробормотал я.

Нет, в чём-то, конечно, понятно. Но правильно я, несмотря на всякое разное, дергался из-за этого Договора.

Тем временем дедушка вёл меня по пустоватым коридорам, а потом — по ажурной винтовой леснице, по которой скакал, несмотря на полноту, очень даже бодро. Стены были из мрамора, бархата и металла вперемежку. Украшенные всякими картинами и пано. И мозайчатый каменный пол, на котором лежали ковры-дорожки. Так… красиво и значимо. А главное — очень светло. Часто встречающиеся высокие узкие окна. Точнее — экраны, дошло до меня. Просто, с учётом поворотов и внешнего вида, да и вида в эти окна, их быть не могло. То есть из сотен видимых максимум пара штук могли смотреть наружу. А остальные были явно внутри здания.

Доскакали мы даже не до кабинета, а каморки — сидение, терминал и огромные блоки вычислителя, занимающие всё пространство, кроме сидения и пары квадратных метров.

— Постойте тут юноша, — сказал дедушка, плюхаясь в кресло.

На голову его тут же опустился инфошлем, под ладонями появились блоки с клавиатурой, по которым он забегал пальцами аж с шипением рассекаемого воздуха. Через три секунды из кресла высунулся тонкий многосуставчатый манипулятор, совершивший требовательный жест, указывая на папку. А я, вздохнув, протянул Договор манипулятору. Вздохнул с ожиданием неприятностей, но и надеждой, что это «испытание» для меня закончилось. и голова об этом Договоре больше болеть не будет.

— Поздравляю, Гален-Гаврила Безмолвный с поступлением в Его Императорского Величества Академию Пилотирования Инвиктусов, — ещё через пару секунд произнёс ректор, не снимая шлем.

— А… — начал было я.

— Все изменения в статус и идентификатор гражданина внесены. Отнять у этот статус, юноша, смогут только с жизнью, — как-то понял и ответил на мой невысказанный вопрос дедуля.

— А?..

— Сейчас подойдёт служитель. Гален, я довольно занятый человек, хотя пообщаться было занятно.

— Ага… — растерянно ответил я, но встряхнулся и как вежливый человек озвучил: — Спасибо.

— Не за что, не за что, — явно занятый своими делами пробормотал из под шлема ректор.

А через пару минут явился дядька в алом пиджаке, назвавшись служителем. Поклонился и позвал следовать за ним. Я и пошёл — чего ж не пойти, раз зовут?

10. Носатое соседство

Служитель подвёл меня к лифту, на котором мы спустились в этакую сетку коридоров, регулярно пересекающихся. С постоянно встречающимися лифтами, практически ничем не украшенную, очень «технически» выглядящую.

Судя по всему, этот «коридорный этаж» был способом максимально быстро добраться до нужной части дворца-академии. А точнее — до лифта к нужной части. Скорее всего, это единственный такой этаж — лифты были очень быстрыми, с практической невесомостью вниз и чувствующейся перегрузкой вверх. А вот какого-то «внутриакадемического» транспорта я не замечал, да и служитель ничего такого не предлагал. Что в общем-то и нормально — два километра Академии это, учитывая коридорный этаж, выходит и не так много.

Правда, само наличие коридорного этажа наводит на мысли, что организация помещений Академии создаёт затруднения в свободном перемещении на всех этажах. Ну, иначе просто не нужен такой отдельный этаж. Впрочем, разберусь со временем, не стал я ломать голову.

И тут на меня, ну не то, чтобы неожиданно, но с задержкой навалилась радость и облегчение. Меня всё таки приняли, что замечательно! А ещё душевная каменюка, с этим предательски-опасным Договором, скатилась с души — что тоже очень неплохо. Но в руки я себя взял — не хватало, как придурку такому, на глазах служителя прыгать и радостно орать.

А пока я переживал случившееся, служка топал, я двигал за ним, и, наконец, дотопали мы до галереи со стеклянной стеной. А противоположная была занята вереницей дверей с номерами.

— Ваши апартаменты, господин слушатель, — чопорно оповестил служитель, указывая на дверь с номером 13.

— Спасибо, наверное, — осторожно ответил я. — А вы мне их не покажете?

— Нет. Служители не проникают на территорию проживания слушателей с момента заселения.

Так, это выходит — жильё есть, но всё внутри… Блин, а Никс ЗНАЛ и к этому меня готовил с детства. Вот же кибержопый тип! Ну, за это, ему даже спасибо. Не слишком горячее и в умеренной форме, внутренне — но спасибо. Потому что для меня подобная форма проживания выходит привычной и домашней, да уж.

— Сожителя вашего ещё нет, вероятно появится ближе к вечеру, — продолжал служитель.

— Сожителя? — удивился я. — Так мало места?

— Места достаточно, господин слушатель. Но с основания Академии слушатели традиционно занимают апартаменты одни на двоих.

— В таком огромном дворце — с кем-то ютиться, — недовольно буркнул я под нос, на что служитель никак не отреагировал. — Ну что уж поделать, — смирился я с жестокой судьбой, пожав плечами.

— Правильная позиция, господин слушатель, — кивнул мне служитель.

— Вот что бы я делал без вашего одобрения? — огрызнулся я.

— Жили бы без моего одобрения, господин слушатель, — пожав плечами ответил дядька.

— Сложно спорить, — признал я. — А подскажите мне…

— Прошу прощения, но вынужден вас оставить из за служебных обязанностей. Вся информация об Академии есть в инфотерминале апартаментов, достаточно только авторизоватся. Педель навестит вас, с вашим соседом, либо вечером, либо с утра, в зависимости от времени появления сожителя. На этом, ещё раз прошу прощения, но вынужден вас оставить.

Развернулся и потопал вдаль, блин! Ну… ладно, если терминал есть — будем разбираться. Хотя, конечно, селить в одной…

— Ну не хрена себе! — охарактеризовал я увиденное, зайдя в дверь.

После неё начинался коридор, с огромным, во всю стену распахнутым гардеробным шкафом. Метра три шириной, и с десяток длинной. Это, как бы, уже на пару человек для проживания — ну не сказать, чтобы тесно. Перегородки можно поставить, ещё чего. Но коридор был именно коридором, заканчивающийся здоровенной залой, с диванчиками, шкафами и прочим всяким. Более того, помимо широкой лестницы вверх и вниз, сам зал был полутораэтажным: на высоте трёх метров от стен шёл этакий балкон, примерно на половину площади зала. И, судя по всему, там было что-то вроде древней библиотеки, аж с книгами. Этакими стопками листов с напечатанной на листах информацией.

Терминала в пределах видимости не было, хотя мысль о том, что он где-то в библиотеке — появились. Ну, логично выходило.

А ещё не менее логично выходило, что сосед в таких хоромищах, видимо, именно «дань традиции». А то когда служитель сказал про «сожителя» мне представилась чуть ли не конура, с двухъярусной койкой Нет, жил бы и в такой, хрен меня из Академии выживешь. Но подумав о конуре — закономерно возмутился жлобству. Которого, выходит, и не было.

Перед тем как подняться на балкон-библиотеку я проверил наручный коммуникатор. И — сеть, именно галактическая, отсутствовала. Глушилась или что-то такое, хотя протоколы ближней связи, до десятка километров, показывали готовность и работоспособность.

Поднялся и практически тут же уткнулся в инфотерминал, с голопроектором, перед здоровенным и даже на вид удобным кожаным креслом. В которое тут же плюхнулся, активировав терминал.

Для начала он у меня поспрашивал, а я ли Гален Безмолвный, а точно ли я желаю заселится и прочее подобное. После череды тыкания в иконку «да», терминал порадовал меня регистрацией в академической сети и рангом пользователя «слушатель Академии без привилегий». Что за «привилегии» — не знаю, но меня ими хамски обделили с самого начала. Надо будет кому-нибудь какую-нибудь гадость сделать. Когда нибудь, хмыкнул я, зарываясь в информационные базы.

И, через несколько минут, убедился, что изучать данные не один день. Масса всяких правил, традиций и прочего. Самое противное, что информация не была систематизирована. И какой-то там «парад по случаю визита представителя Императора», в плане где кому стоять и какие рожи корчить, находился в одном инфоблоке с «регламентом технических работ по обслуживанию Инфиктусов».

Хоть жизненно важные моменты типа: где обед, где учебные аудитории и прочее такое терминал скомпилировал в программу-выручайки и даже не препятствовал её закачке и установке на браслет.

Ну а я решил, раз уж возможность есть, порытся в хранилищах, поискать чего-нибудь интересное. Неструктурированно — да и чёрт с ним. Важное есть, время тоже. Да хоть правила этой Академии или устав, в конце-то концов! В программулине на браслете такого нет, а как по мне — должен он тут быть. Скорее всего.

И принялся я шерстить данные, пролистывая тысячи всяких «регламентов» и «протоколов». Оглядывался, между делом: стеллажи, заполненные бумажными книгами в кожаных разноцветных обложках. Кресла и диванчики, небольшие столики — не на двух, а на десяток человек, судя по мебели, рассчитан этот балкончик-библиотека. Хотя, вроде бы, никаких препятствий к тому, чтобы водить гостей нет. Интересно, а девчонок среди слушателей много? А то как-то… ну от ударных трудов с горничными на Сеционе я отошёл. А к хорошему, как говорю я и прочие умные люди — быстро привыкаешь. Так что, если подумать, я бы и сейчас не отказался… Хотя хорош, блин! Будет возможность — постараюсь наладить отношения и всесторонне их углубить и расширить. А пока недосуг, так что нечего ерундой страдать, лучше делом займусь.

Но «дело» — толком не выходило. Куча всякой чуши, неструктурированной. Может, конечно, в чуши и было что-то интересное и нужное, но я проглядывал по первым строчками и срузу закрывал файлы, если было неинтересно. На перспективу не самый правильный подход, но я рассчитывал найти хоть что-то нужное и интересное сейчас, а со временем перелопатить всё подробно. Короче — не вышло, одни глупости и фигня, на первый взгляд уж точно.

А потом меня отвлекла от изучения физиономия, появившаяся на балконе. Парень, примерно моих лет, в вычурной такой, янтарного цвета с серебряными вставками одёжки. С выдающимся шнобилем: не огромным вообще, а эпически длинным, с горбинкой такой. Узким, выглядящим как клюв хищной птицы. Примечательный шнобель, в общем.

А так — парень как парень, только свой выдающийся шнобель он постоянно держал слегка задранным. Ну и одежка, и сам факт присутствия этого типа в апартаментах привели к логичным выводам: это — мой сосед. И аристо какой-то, с такими физиономиями «неаристам» ходить неудобно.

Отключил я терминал, и даже выбрался из-за него. Потому как мне с этим типом похоже крышу делить, так что вежливость, уж насколько нужная, но принятая — лишней не будет. Ну и за терминалом ему зарегистрироваться надо, а я в округе только один наблюдаю. Хотя я ещё толком нигде и не был… Ну разберёмся, в общем.

— Привет, — поздоровался я.

— Приветствую, — слегка кивнул головой парень, подергав ручками и ножками.

То ли припадочный, задумался я, то ли это аристократическое здрасти такоё дёрганное. Видимо, всё-таки, второе — дёргался он явно управляемо. А всяких там дергунчиков до Инвиктусов вряд ли допустят.

— Позвольте представится, сосед: граф Минольский, протектор теневого сектора Орфея, Себастьян Антуан Мария Сидорофф, — выдал этот тип, а я между прочим даже не заржал.

Сочетание титулов кучи имён и фамилии — ну смешно же! А фамилия древняя, белоярская, даже есть легенда про её основателя и какую-то не очень приличную историю с его козой.

— В натуре граф? — с интересом уточнил я.

Парень нахмурился, закатил глаза, но решительно кивнул:

— В натуре граф, — после чего требовательно уставился на меня. — А вы, сосед?

— Сосед, сосед, — покивал я. — Гален Безмолвный, — представился я.

На что парень кивнул, но нахмурился ещё сильнее, явно напряжённо думая и вспоминая. Наконец, сделав извиняющийся жест, он просто развернул окно браскома. Хорошего такого браскома, получше моего. Но вот нахрен на нём всякие там камушки? Они же функционала не несут, видно. Так ещё и делают браском тяжелее и объемнее — неудобно же.

А парень покопался в браскоме и уставился на меня непонимающе.

— Простите, сосед. Но я не знаю вашего Рода… Может клан? — с надеждой уставился он на меня. — Тогда будьте любезны назвать его, если вас не затруднит.

— Род — Безмолвных, точнее Фамилия. Клана нет, да и чем он от Рода отличается? И, кстати, давай на «ты», а то нам похоже жить тут вместе долго.

Моя речь парня натурально «завесила». Мало, что не гудел умом, я даже пригляделся — не пустит ли пар ушами от перегрева. Но пронесло, не пустил.

— Давай, — осторожно ответил он, после размышления. — Но я не понимаю! — почти с обвинением уставился он на меня.

— Что же вызвало твоё непонимание, граф? — собрал я всякие знания вежливости в кулак.

— Ээээ… Кто ты, Гален Безмолвный? Если я тебя правильно понял, ты не только не наследный или служивый, но и вообще не потомственный аристократ? — вопросительно уставился он на меня.

— Как-то так, — задумчиво ответил я, решив не озвучивать запутанную историю своего производства хрен знает кем (в смысле хрен знает, кто был папахен, но участие в моём производстве он принимал, это точно).

— А значит — ты легионер. Возможно — служащий департамента, за выслугу получивший благодарность Императора. Это редко, но бывает и заслуживает только уважение, — торопливо добавил он, как будто оправдывался. — Но в любом случае — ты выглядишь ненамного старше меня! Когда?!

— Вообще — почти ровесник. Это… ну брится лень, — погладил я подбородок.

Ну-у-у… Почти так. Уже два года щетина растёт, густая и мягкая. У нас, блондинов, она вроде всегда такая. И если бороду окладистую отращивать… да неохота. То вот такая, в полсантиметров бородка-щетина не мешает совсем. А солидности добавляет.

— И не легионер я и не служащий. Я — исключение, — задрал я нос повыше в натуре графа. — И с титулом-родом чёрт голову сломит, — почти под нос пробормотал я.

— Как скажешь, — задумчиво протянул Себ, что-то обдумывая.

И вот по роже его аристократической и глазам видно — что! Этот паразит явно прикидывал, как бы на меня скинуть дела в апартаментах! Ну очевидно, для внимательного наблюдателя: обведёт просторы взглядом, закатит глазёнки, посмотрит на меня, и выражение такое хитрое появляется!

— Хрен тебе, — отрезал я. — Апартаменты на двоих, оба ими заниматься будем! Это… паритетно, во! — припомнил я модное слово.

— Да я даже не думал! — аристократически врал Себ, лупая графскими глазами. — Я, между прочим, знал что меня ждёт с рождения! И прослушал лекции по выживанию в экстремальных условиях! И даже практические… А что я смешного сказал?! — возмутился он.

— Это я… кхе. гыг…поперхнулся и закашлялся, — героически победил я рвущийся наружу гогот.

— Будь здоров, — растерянно но с подозрением уставился на меня парень.

— Ага, спасибо, — кивнул я. — Слушай, а я только за терминал сел, не успел ничего. Ты что тут в апартаментах и где — знаешь?

— Естественно! — задрал он нос. — И могу показать, если подождёшь пару минут, — озвучил он. — Заодно и разберёмся, где чьи помещения — я думал что мне достанутся оставшиеся, — порадовался он.

После моего кивка плюхнулся в кресло терминала. А я анализировал результат. Парень — неплохой, довольно открытый. Себе на уме, но это думаю все аристо так, нормально. На шоковые откровения реагирует «правильно» — не орёт и глаза пучит, а обдумывает. Вообще, конечно, может все аристо такие — у меня кроме голо и сети источников информации-то нет толком. Но пока всё выглядит, что мне повезло: вменяемый сосед, причём довольно общительный. Что вообще подарок — я, конечно, не дурак и не слабак, конфликты и непонимания решить смогу. Но не знаю нихера, что и как в аристократическом обществе в жизни, а не голо устроено. А знать — не помешает.

Тем временем Себ встал из-за терминала, и стали мы бродить по апартаментам. И прямо скажем, хоромы-хоромы. Нижний этаж — тренировочный зал, с тренажерами и площадкой для спарринга. А кроме этого — бассейн, баня (которую Себ обозвал термой), ну и всякие там биде с унитазами. В общем — спортивная и сантехническая часть, огромная.

Второй ярус — уже виденная полутораэтажная гостиная, с двумя кабинетами и небольшими спаленками. Ну и второй этаж — жилой. Не кровати, а стадионы, и «гостевые» спальни не особо хуже «хозяйских». Круто, богато… Вот только нам этот особняк надо вдвоём в порядке поддерживать! И вот в способности мне помочь «просмотревшего голо по выживанию» в натуре графа — я ни разу не уверен. Я на эту тему глубоко задумался, просто махнув рукой на себовское «займу это крыло,

Впрочем, парень как выяснилось идиотом не был. Заскочил в свои комнаты, а через минуту вышел, с озабоченной физиономией.

— Гален, слушай…

— Слушаю, — буркнул задумчивый я.

— А ты робоуборщиков не замечал? — выдал он.

— А ты «выживать» без них не учился? — ядовито полюбопытствовал я, посмотрел на печальную морду соседа и решил не гавнится. — Нет их тут, похоже. Вообще технических роботов нет.

— Так провозить технику на территорию Академии запрещено! — почти с ужасом уставился он на меня.

— Я, почему-то, так и думал. Ладно, — встряхнулся я. — Решим вопрос.

— А как?! — подозрительно уставился он на меня, явно напрягаясь.

На что я чуть не заржал в очередной раз — парень, похоже, подумал что я его в уборочное рабство хочу определить. Впрочем… а почему бы нет.

— В тренировочную пойдём? — деловито уточнил я.

— Спарринг? — на что я кивнул. — Решим кто поддерживает…

— Бред какой, — отмахнулся я. — «Разберёмся» это в смысле должны быть какие-то не роботизированные средства уборки. А если их нет — можно и сделать.

— Да?

— Угу. Я себе паучка-пылесосика как-то сделал, — гордо заявил я.

Не став описывать количество проваленых попыток и прочее. Сделал же! По инструкции из сети. Просто меня задолбало с тряпкой за терминалом пылюку протирать — с пылесосом туда не подлезешь, так что приходилось в неприличной позе, скрюченным, тряпкой елозить.

— Это достойно, — по обдумыванию озвучил Себ. — А зачем спарринг?

— Интересно, — озвучил я.

Сосед, подумав, кивнул. И мы пошли на нижний этаж, где Себ снял свои расфуфыренные шмотки и… Я реально заржал, до слёз!

— И чем вызыван ваш смех, Гален?! — гневно выпучил глаза и раздул ноздри эпичного шнобиля парень. — Что в моём виде вас так рассмешило?!

— Мы на «ты» вроде, — хрюкал я. — И не твой. Мой, — заржал я снова.

— Ну-у-у… да, забавно, — хмыкнул Себ, правда явно не до конца поняв причину моего веселья.

Дело в том, что под мундиром у парня был используемый как нижнее бельё костюм. Ну нормально, для спорта сносно. Только дело в том, что от моего спортивного уникомбеза, внешне, он практически не отличался. И выходило, что я брожу, в глазах окружающих, в труселях всем напоказ. Одних труселях. Ну не совсем, но близко… смешно, в общем, и надо бы мне гардеробом озаботится. А то задолбаюсь зубы из ржущих пастей выбивать.

Но проржался, снял с себя подсумок и подготовился к мордобою. Он, вообще-то, в плане налаживания отношений не лишний. А вот так, без злобы и обид — вообще замечательно может выйти.

11. Настоящий мужской разговор

Себ вышел в центр площадки для спарринга, встал в стойку. Стойка чего, в плане названия, я просто не знал: не интересовался названием. В Империи тысячи названий всяких «стилей», не говоря о всяких названиях стоек, ударов, ещё чёрт знает чего. «Гордо какающий на спине недоумевающего тигра журавль, в предрассветном тумане соснового леса», ну и прочая фигня, от которой глаза вытекают и мозги в трубочку сворачиваются.

Видимо, создатели этих стилей сильно сомневались в их эффективности в плане мордобоя. И предприняли попытку вывести возможных противников из строя заранее. То есть, пока охреневший противник будет пытаться понять, а что это ему сейчас сказали, куда послали и как с этим дальше жить, носитель гордого стиля стучал его по недоумевающей башке.

Сам я глупостей типа «стоек», как понятно, не использовал. Этикетка таких вещей не предполагала в принципе, потому что любое заученное положение тела и конечностей — одновременно и уязвимость. Вот тот же Себ, недоуменно смотрящий на расслабленно стоящего меня. Стойка, удобная для удара кулаком в лицо. Блокировкой того же лица от удара, ну и для удара ногами в ногу противника, по колену где-то. Это, конечно, замечательно. Но вот если я буду бить в пузо — Себу придётся перераспределять массу, поворачивать корпус и делать руками лишнии движения, чтобы заблокировать удар. Просто не успеет, причём именно из-за стойки.

А уж если вмажу по открытым яйцам… Хотя не буду — для моей текущей цели такой путь явно чрезмерен. Я бы, может быть, даже вообще проиграл. Но неохота. Тут забавно выходит: если бы в натуре граф был засранцем, который будет гавнится из-за проигрыша и которому надо было бы поддаться чтобы иметь сносные отношения… то я бы такому засранцу морду начистил принципиально. Потому что нахрен мне «сносные отношения» с таким засранцем не сдались.

Себастьян себя показал более-менее вменяемым парнем. Это практически стопроцентно точно. Так что если он мне в спарринге продует — это скорее в плюс пойдёт. И спарринги будет просить, чтоб понять где ошибся — что мне тоже не помешает. Мне вообще опыт побед в тренировках не помешает. Потому что опыта поражения и злобного кибернетического ликования (рожа моей няньки была равнодушной, но ликовал, точно!) у меня и так до чёрта.

Так что перестал я думать о глупостях и двинулся, расслабленно покачивающейся походочкой, к напряжённо на меня смотрящему сопернику. Правда с хитростью: человеки не стоят ровно, всегда движутся. И вот сейчас, в стойке, Себ ритмично, заметно только по лёгким напряжениям мышц, менял точку опоры. Вроде бы и мелочь, но моя вихляющаяся походка была в такт с его сменой точки опоры. А вот это уже — почти победа. Потому что ударил в мою сторону Себ из положения, в котором мне достаточно было лишь поджать опорную ногу, чтобы кулак просвистел мимо лица. А пузо Себа поздоровалось с моим кулаком, после чего я проскользнул ему за спину. Потому что нечего у соперника перед глазами маячить и в пределах досягаемости торчать. Даже если он странный.

Себ постоял, подёргался, восстановил сбитое дыхание и завращал головой, меня ища. Нашёл естественно, повернулся, слегка кивнул и прищурившись произнёс.

— Это было очень впечатляюще, Гален. Мягкий Путь?

— А что это за путь такой? — уточнил я.

— Часть боевых искусств основанных…

— Я всякими искусствами не владею, Себастьян, — не стал я выслушивать описание очередной «блюющей на тёмной половине луны обезьяне»

— Кхм, ну ладно, — нихрена не поверил мне он. — Продолжим?

— Ага, — кивнул я.

На этот раз Себ решил взять инициативу на себя, бодро двинув ко мне. Ну а я, не менее бодро, от него. Цели нанести повреждения парню я не имел, а на кой мне тогда блокировать удары и прочее? Лучше их просто не получать. Кроме того, тут вопрос времени.

И этот вопрос, через пару минут, успешно решился. Раззадореный постоянно уклоняющимся и отскакивающим мной Себ забыл об осторожности. Что, кстати, его как неплохого парня характеризует — вопить «стой и дерись как придурок, подлый трус!» он не стал. Но… начал рваться вперёд, отрывая обе ноги от пола. На долю секунды, но и этого хватило. В очередной рывок соперника я просто прокатился ему в ноги, поднявшись уже за спиной с грохотом рухнувшего парня.

— Цел? — уточнил я.

— Цел, — прошипел он. — Палец потянул. И ты… утверждаешь, что не обучался боевым искусствам?!

— Не знаю ни одного. Общепринятого, — честно дополнил я.

— А не общепринятого? — ухватился за слово в натуре гарф.

— Наставник учил не получать по морде, — не менее честно продолжил я.

— Поня-а-а-атно. И «Безмолвный», — фыркнул он. — Инкогнито, значит, — понимающе покивал он. — Интересно, а какой Род? — хитро прищурился Себастьян на меня, вставая.

— Рода Безмолвных не существует, — признал я. — Но есть Фамилия — традиционная родственная группа на моей родной планете. Так что то, что ты надумал… — начал я, смотря в недоверчиво прищуренные глаза.

Бегло прикинул — а что мне будет плохого, если сосед будет воспринимать меня «аристо инкогнито», Да в принципе — ничего. Кто и что я обозначил, ну а что он надумает — его дело.

А хорошего от этой точки зрения на меня — не особо много, но есть даже на беглый взгляд. Так что не буду с пеной у рта парня разубеждать.

— Считай как хочешь, — подытожил я. — Кто и что — я честно рассказал, а дальше дело твоё.

— Хорошо. Спасибо за спарринг, Гален. Это было… познавательно, — поморщился он, дёргая вывихнутый палец.

— Слушай, Себ, — перешёл я к делу. — А сможешь ли ты мне ответить на некоторые вопросы? По академии и аристократам в академии?

— Смогу, — подумав кивнул парень. — Только в душ. И ужин, — озвучил он, на что у меня аж пузо заурчало.

— Ужин — это правильно, — выразил я солидарность с пузом. — А где и как?

— Вообще — в столовой крыла. Но не обязательно, а если у тебя есть вопросы — просто скажем дежурному служителю. И дождёмся еды.

Так и вышло — в паре десятков метров по коридору обнаружился закуток с полукруглой кафедрой, где стоял служка, одетый похоже с приведшим меня в апартаменты дядькой, но явно попроще. Выслушал наше «желаем пожрать у себя», кивнул, и через пару минут прибежавший парень в переднике сгружал нам на руки кучу подносов.

Еда, кстати, была не самая лучшая из мной еденных. Уровень школьной столовой Белояра: сытно, съедобно, но не более того. Впрочем — нормально.

А во время, да и после ужина Себ отвечал на мои вопросы. Правда не все — на некоторые хитро щурился и ссылался на тайны: рода, личные, Империи. И уточнял — сам мол всё узнаю. Как по мне — просто наводил таинственности, ребячился то есть. Но и из озвученного им было много, полезного, так что фиг с его отмалчиванием.

Например, он рассказал о совершенно не встречающихся мне тонкостях с Инвиктусами. Итак, традиционно, в аристократическом роду их есть несколько штук. Пилот у Инвиктуса может быть только один, причину этого «в натуре граф» не озвучил, трындя о жутких тайнах.

Но несколько есть, и, казалось бы, на кой чёрт отправлять молодёжь в Академию, платя баснословные деньги за их обучение? Можно, конечно, говорить о «постоянном увеличении парка Инвиктусов», но бред выходит. Так вот, оказалось, что по «тайной» (которую я сам узнаю в процессе обучения) причине — Инвиктус просто так пилота не меняет. После смерти пилота он становится неуправляем (и ещё какая-то гадость, судя по мимике Себа). И чтобы настроить его на следующего пилота — нужны вулканисты. Которые Инвиктусы обслуживают, даже модернизируют в определённых пределах. Но вот именно перенастройку производят только для учащегося в Академии и только в Академии.

То есть, даже среди аристо в Академии выходит два… ну типа, скажем так, «наследные», это которые учатся тут для того, чтобы занять ложемент родовой машины и вернуться, в конце обучения, в Род. И «служивые», которые родового Инвиктуса не имеют, получают его в процессе обучения. А потом — служат на этом Инвиктусе для Империи. Сколько служить — Себ точно не сказал.

— Сложный вопрос, Гален, — признал он. — По контракту — десять лет. Но это десять лет гарнизонной службы. А на деле — может быть и пять лет. Или вообще — одна операция, сразу после окончания, была столь нужна и полезна Империи, что Инвиктус получали сразу после неё.

— И вероятность гробануться в такой «нужной и полезной» операции явно выше пятидесяти процентов, — прикинул я.

— Естественно. Риск окупает время и наоборот, — пожал плечами Себ.

Сам Себ, кстати, был вроде как «наследным», но были какие-то непонятки. Сам он, опять же, в детали меня не посвещал, отговариваясь «тайнами Рода». Но судя по всему — не так всё просто с его родовым Инвиктусом. Впрочем — дело его.

А ещё оказалось довольно занятно с «правилами поведения» аристо. Сто процентов полагаться на слова парня я не стану, но в целом выходило похоже на правду. А именно: есть ряд «Имперских норм». Это как раз та буйня, которую я с самоотдачей старался не читать в информационных базах Академии. Они работают по всей Империи и по ним проводятся парады, торжества именно имперские… Ну, в общем, понятно. А вот единого «этикета аристократа» не существует даже в нашем субсекторе. Масса планет, разные традиции, подчас причудливо изменённые… В общем, что занятно, моя нарочито-простецкая манера — вполне может быть аристократичной, аж жуть, в какой-нибудь планете, а то и звёздном скоплении, Медвежий Угол.

При этом, к выслужившимся в Легионе, да и не только, отношение двоякое. Причём занятное, очень такое… простецки-человеческое. Рода с историей, владениями и кучей Инвиктусов, ну и их представители, к таким относятся скорее доброжелательно. Более того, даже «обхаживают» подчас. Последнего Себ прямо не говорил, но в глазёнках графьих, подлючих, мелькнул на дне интерес. Что, в общем, понятно: привлечь в Род выслужившего — это получить Инвиктус и пилота. Не на халяву, конечно: конкуренция на таких есть и, соответственно, какие-то бонусы и плюшки, возможно даже с творогом, такой пилот получит.

А вот Рода молодые, небогатые, или с проблемами смотрят на выслужившихся нехорошо. Пытаются задеть (последнее, особенно в случае с бывшими легионерами — неявно). В общем — «выскочки дурацкие» и всякое такое прочее. В основном потому, как я понимаю, что претендовать на пилота с Инвиктусом они по бедности и проблемам не могут. Ну и таким образом проявляют неудовольствие сложившейся ситуацией.

Далее, вопрос почему легионным служакам «в лицо» стараются не хамить. Дуэльный кодекс Империи. В отличие от простых подданных, где такие вещи регламентировались планетарными законами, аристократия в плане дуэлей управляется имперским законом. Который дуэли между совершеннолетними аристократами запрещает только в определённых местах и случаях. Или ограничивает какими-то рамками. То есть, например, в Звёздном Легионе, где аристократы вполне служат, прада отдельной строкой и в командовании, дуэли запрещены вообще, в принципе. Вопросы чести и его отсутствия решают какие-то там собрания и суды чести.

Имперский Военный Космический Флот, Космонавигация, Департаменты и так далее — все эти места имеют установленные Империей ограничения или послабления, на основании основного Дуэльного Кодекса.

А теперь — веселье. Слушатель Академии самим фактом своего слушательства приравнивается в правах, обязанностях и прочей фигне к «нетитулованному дворянству», как выразился Себ. И, соответственно, за посыл в жопу может спокойно нанести «ответное оскорбление действием», ну или на дуэль вызвать, если оскорбляться действительно лень.

При этом, именно Академия, никак основной Дуэльный Кодекс не ограничивает. Совсем. Достаточен факт оскорбления, чтобы оскорбителя вызвать на дуэль до смерти. Довольно жёстко, хотя, если подумать, это может быть со стороны Императора проверкой аристократов, получающих доступ к сильнейшему оружию. Если придурки — перережут друг друга нахрен, а на их место наёдутся повменяемее. А если не придурки — то и дуэльной резни не будет.

И, наконец, задал я немаловажный вопрос. Вот у нас в апартаментах гостевые. Не кровати, а стадионы для активного спорта. А вот как с партнёрами на этих стадионах-то? Ну, в плане служителям арены в апартаменты нельзя. То есть внутрь они не попадают. Ни прибраться, ни компанию составить на необъятных просторах немерянной кровати.

А вот с не служителями что? Можно ли какую-нибудь знакомую девушку привести, апартаментами похвалиться, величиной кровати? Или там с аристократкой какой-нибудь познакомится из сокурсниц. И вообще — дадут? Ну так, чисто теоретический интерес, да.

На что Себ рассказал такую вещь: на территории Академии могут быть только сотрудники Академии. В свободное от учёбы время никто на этой территории быть не заставляет, так что девушку знакомую надо поражать в городе, чем нибудь другим.

А с аристократками всякими — это как повезёт, приглянусь я им или нет. Тут как с обычными девчонками, понял я обстоятельный рассказ в натуре графа. Правда у меня есть некоторый недостаток. И преимущество, которое я скорее как недостаток воспринял, хотя посмотрим.

А именно: немалая часть сокурсников, причём вне зависимости от пола, будет смотреть на меня как на зверушку без клетки. Если я «не раскрою инкогнито», подмигнул мне собеседник, на что я мысленно махнул рукой.

При этом, «достоинством-недостатком» является то же «нераскрытие инкогнито». Меня могут воспринимать как выслужившегося без рода. И, в таком случае, как один из факторов привлечение в род вполне может оказаться секс. Ну-у-у… такой себе вариант. Пользовать так девчонку, с учётом всего, я теоретически буду только гадкую и противную. Но проблема в том, что гадкую и противную я не хочу пользовать. Вызывает у меня эта, гадкая и противная, острую эмоциональную неприязнь.

В общем — разберёмся, окончательно решил я. В конце концов я в Академию учится Инвиктус пилотировать прибыл, а не ради разнообразного и регулярного секса. Хотя и не помешал бы, блин. И вправду — к хорошему быстро привыкаешь.

И вот, как настоящие зрелые мужчины, поговорив о женщинах, направились мы с Себом по своим спальням. Время за разговором промелькнуло и было вполне подходящим для сна.

Я бегло подвёл итоги дня — ну, в общем смотрится всё неплохо. Но надо бы завтра заняться гардеробом. А то реально из дуэлей этих не вылезу, а там и убивать придётся, чего мне делать ещё не доводилось. И начинать это дело как-то хотелось бы не с имперцев, пусть и идиотов (не идиотов просто не за что будет), а с врагов каких нибудь. И уже Инвиктус выслуживая.

Так мало этого — убить же и меня могут! Дуэли эти дурацкие как специально подставляют дуэлянтов, ну и случайности всегда возможны… В общем, проще подобрать какую-нибудь сносную одежду. Да и на город посмотреть — это, как никак, полноценный мегаполис. Которые я только в голо и видел.

И кстати: не помешает мне прикупить браском какой-нибудь получше: у меня конечно, неплох. Но неплох скорее степенью защищённости и надёжности. И почтенным возрастом: уж не знаю, где Никс добыл эту древность, но, судя по прошивке, было моему браскому больше тысячи лет.

Жалко, конечно, вроде как память. О железном неприятном чучеле, но тем не менее, роднее его у меня никого не было. Хороший и добротный у меня баском, но пусть будет запасным решил я.

А еще свннус Никс, конечно же, снова пришло мне в голову мысль. Так свалить по-свински это надо уметь. Может и встречу я его когда-нибудь и долбану механическим перстом, все ему припомню! А может и не встречу, подумал я, засыпая. И на город посмотреть точно надо: до начала занятий неделя, а там думаю будет не до экскурсий.

12. Сонный шоппинг

Проснулся я на кроватном стадионе в каких-то неизведанных далях, где и не засыпал совсем. Подумал, не побродить ли мне, не поискать ли источники пищи и воды, не позвать ли там на помощь. Но решил, что хорошего помаленьку и пора вставать. Настроение было отменным, с души полноценная скала свалилась, причин для радости хоть отбавляй. А вот для огорчений — не вижу.

Но, при этом, надо бы мне выбраться в город. Одежда и коммуникатор. И денег на расчётной карте должно хватить, потому что пижонское такси, на которое я нарвался по незнанию — нихрена не показатель. Цены, из того что я бегло глянул, конечно повыше белоярских. Но на проценты, а не в разы.

Пожру, наверное, в городе, прикидывал я, занимаясь мыльно-рыльными делами в отдельном, пристроенным к спальне небольшом санузле. И, кстати, не забыть: нужно будет прикупить запчасти, а точнее роботов-уборщиков в разборе. Потому что Академия, похоже, готовила из не справившихся пилотов Инвиктусов уборщиков: того же робота целиком — чёрта с два пронесёшь, нельзя. При этом с «запчастями» — никаких проблем. То ли не подумали, то ли (что всё-таки наиболее вероятно) намеренно оставленная лазейка. Хотя…

Бегло добежал до терминала, став проверять граничные условия допустимого. И, блин, ни черта полноценного робота не пронесёшь по частям. Всё же запретили процессоры выше определённой мощности для автономных роботов. Хотя это — скорее занятная задача, чем проблема. Ну… да даже торчать в апартаментах не надо, пока роботы будут прибиратся. И так и так собирался новый браском покупать. И просто оставлю старый, как управляющий центр. А роботы выйдут вообще безмозглые, на удалённом управлении.

Да и на новый браском можно, но не нужно — если совсем простая программа, то поломают всё нахрен в процессе уборки, энтузиасты механические. А если сложная с распознаванием, обратной связью. да и роботов будет много — так мой новый, охренительный браском (которого я ещё и не купил толком!) как бы не похуже старого выйдет.

Так, а вот не прихватить ли мне с собой Себа, задумался я, отключив терминал. Тут и денежку напополам (не то, чтобы жалко, но справедливо). А главное — он парень увлекающийся, но вот совсем не «душа нараспашку». Ну, аристократ, в общем-то нормально, как мне видится. Но выходит такая пироговина: в моменты когда у него эмоции — откровенен и вообще нормальный. А как успокаивается — гляделки хитрые, зыркают, и над каждым словом думает, что говорить, а что нет.

А вот если его сейчас тёпленьким поднять, да по дороге вопросами загрузить — может и неплохо выйти. Понятно, что такой финт ушами постоянно работать не будет, но, думаю, постоянно и не понадобится. Или отношения наладим достаточно, чтоб он свою аристократическую продуманность в мой адрес прекратил совсем. Или сам всё узнаю, ну и в запросах со всякими хитрыми заходами нужда пропадёт.

Так что потопал я на половину Себа, засунул физиономию в его спальню (не закрывал, однако), чуть не заржал от вида: парень свернулся калачиком и сопел в две дырки. Но при этом, на нём было наверчено платье, типа ночной рубашки, белое, шёлковое, с рукавами и завязочками у ворота… Ну платье, в общем, хех. Так мало этого — шнобель его орлиный победно торчал из под надвинутого почти на глаза ночного колпака. С острым верхом, пумпоном, тоже шёлковый и белоснежный. В общем — то ещё зрелище, так что всё-таки я поржал, хоть и не в голос.

Себ на звуки, пусть и негромкие, не отреагировал. Так что я откашлялся, да и громко озвучил с порога:

— Вставай, граф, нас ждут великие дела! — хорошая фраза получилась, аж самому понравилась.

На мой голос парень заворочался, скорчил страдальческую физиономию и приоткрыл один глаз. Краснющий и невыспавшийся, так что мне даже немного неудобно стало.

— Э-э-э… доброе утро, Гален, — почти простанал он. — А сколько сейчас времени?

— Доброе. Уже девять…

— СКОКАБ…Я?!!! — выпучив невыспавшиеся глаза прорычал Себ.

Реально прорычал, прям не был бы я собой — можно было бы и испугаться.

— Девять утра. Я между прочим часа два как встал, — заявил я.

— Это… пи… ну в смысле… Ладно, — помотал головой Себ, привставая. — Что за великие дела меня ждут? — требовательно уставился он на меня.

— Ну я рассчитывал наведаться в город. Нужны запчасти для роботов-уборщиков, что надо я прикинул.

— Э-э-э… деньги? Так я бы отдал как проснулся! Вот…

— Деньги дело десятое, тут сам смотри. Я не знаю Силиции, не бывал тут, кроме как проездом от космодрома.

— Гален, — присел на край кровати парень, потрёр физиономию стянутым колпаком. — Скажи мне пожалуйста: тебя в галасети забанили? — ОЧЕНЬ ехидно спросил он.

— Живых там, вообще-то, не «банят».

— Вот и я про то же!

— Ну, во-во первых, мне нужна не реклама магазинов, а то в каких стоит покупать. И что.

— Ты издеваешься?

— Пока нет, — честно ответил я. — А нужно?

— Нет. Мне и без издевательств весело. Поясни мне, будь любезен, чем ты думал, когда рассчитывал узнать у меня информацию о роботах-уборщиках? — с этими словами краснющие глаза в натуре графа стали смотреть на меня с выражением доброго доктора.

— Так, ты все неправильно понял. Я — собираюсь в город, — начал я по пунктам. — Вопрос уборки у нас — немаловажный и нужный, — на что Себастьян осторожно кивнул. — Но у меня есть две цели, в плане которых я рассчитывал на информацию от тебя.

— ??? — взглянул на меня Себ так, что слова не понадобились.

— Мне нужна одежда.

— Это… погоди. Так поддёвка — всё что у тебя есть? — дошло до парня и он заржал. — А-а-а, вот почему ты вчера хихикал перед спаррингом, а я думал… Ну да, смешно, — кивнул он.

— И нужен браском. Один, мой старый, будет нужен для уборщиков. А новый хотелось бы получше и за недорого. А будил — так мы вместе спать отправились, десять… почти одиннадцать часов назад!

— Да… я вчера почти не спал. И сегодня часа три назад лёг. Дела Рода.

— Ладно, понял. Тогда даже извиняюсь. Добрых снов…

— Да чёрта с два я ближайшие пару часов усну. А то, что ты меня разбудил — к лучшему. Часовой пояс Академии: надо привыкать. Ладно, давай сходим, — махнул он рукой. — Мне с родными связаться не помешает. кстати говоря.

— А почему не в Академии? — заинтересовался я.

— Так тут галасеть заблокирована.

— А терминал выход имеет, — напомнил я.

— Ограниченный и протоколируемый. Это… ну не то, чтобы недоверие Академии. Просто не стоит пользоваться неподконтрольными каналами, даже в мелочах, если есть альтернатива, — произнёс он, явно кого-то цитируя.

— Тогда — жду. Перекусим в городе?

— Ага-а-аыоооа, — крокодильски зевнул Себ. — Покажу тебе «Оружейную», — озвучил он, а на мой вопросительный взгляд фыркнул. — Это один из ближайших к Академии ресторанчиков. Традиционно слушатели, да и некоторые преподаватели там бывают: выпить, перекусить, просто отдыхают.

— Понятно, культовое место.

— Угу-уоыыыыаа, — ещё раз зевнул Себ и поковылял в умывальную.

Хм, ну и сносно, бегло оценил я последствия своей побудочной деятельности. Кроме того — совместный труд на моё благо сближает.

Себ собрался довольно быстро, и хоть видом своим разжалобил даже походную легионерскую койку (подкинул мне как-то Никс, сволочь металлическая, эту жуть. Я, первое время, никак не мог понять — это жена, сестра или еще какая родственница пиита), но топал бодро.

В молчании довёл меня до того же выхода из Академии. Ну а я мотал на не особо длинный ус маршрут — вчера что-то запомнил, но именно «что-то». Кстати, интересный момент: нажимая на экран, Себ делал это левой рукой, а команды выполнялись с заметной задержкой. Что значит: в идентификатор имперского подданного прописано, что мы — слушатели. А техника в Академии даже в спокойной обстановке работает в параноидальном режиме: считывание «при контакте» требовалось только в судах, при заключении контрактов и всякое такое. Обычно хватало отклика. транслируемого идентификатором на запрос на сотню метров.

Выйдя из Академии мы потопали пешком — как объяснил Себ, да и я на практике сталкивался, никаких посторонних транспортных средств за КПП Академии не выпускают.

— А не посторонние? Или нам об этом и думать не стоит? — заинтересовался я.

— Почему не стоит? Рано, но получить в пользование транспортное средство Академии слушатель может, — пожал плечами в натуре граф.

И, регулярно позёвывая, озвучил такую интересную вещь, которую мы вроде как должны узнать после вступительных лекций. А именно: у слушателей есть система поощрения «успехов в теоретических и практических дисциплинах». Грубо говоря — есть некая внутриакадемическая валюта. За которую можно арендовать академический транспорт, арендовать тренировочные полигоны для себя лично. Да ту же индивидуальную лекцию получить от преподавателя. Назывались эти специальные деньги «баллы поощрения» или баллы, значились на карточке-зачётке слушателя. Ими можно было делиться и переводить на зачётки друг друга и даже менять на настоящие деньги у других слушателей.

— Но этого делать не стоит ни в коем случае! Курс обмена запредельно высокий, но баллы. даже если их мало — ценнее любых денег. Пока мы в Академии, само собой, — уточнил Себ.

Добрались мы до КПП, миновали его, через минуту погрузившись в роботакси. Чем меня в натуре граф несколько удивил, хоть и приятно. Я-то думал, что вызовет такую-же колымагу, как я та, на которой я добирался до Академии.

В такси, назвав адрес, Себ задремал, а я с интересом смотрел в прозрачное стекло мобиля.

Посмотреть на полноценный имперский мегаполис мне до сих пор не доводилось. А портовый город Супербии Силицию я рассмотреть не смог. В космопорте — из за самого здоровенного космопорта и занятости. А в дурацком «бохатом» мобиле — потому что кроме фонтана и всякой прочей пакости он ничего не показывал. В общем-то, наверное были там какие-то голоэкраны, можно было заявить, что «желаю видеть». А смысл? По голо я даже города-орбитоскрёбы на Земле, то есть Терре видел. А вот своими глазами не посмотреть.

А вот сейчас — смотрел. И, кстати, от голо Сецилия отличалась: не было, судя по мной увиденному, никаких ярусов, в смысле застроечного ценза по имуществу и прочего. То есть, по голо показывали, что на верхних ярусах Аркологии-Мегаполиса — высший класс и сады всяческие. Ну а на нижних — чуть ли не ксеносы и мутанты, домутировавшие до полной утраты человеческого облика и сути, копошаться. И питаются друг другом, случайно забрёдшими посетителями и изоляцией энерговодов городчких коммуникаций (про изоляцию не говорилось, но, судя по описанному — только её и могли эти жуткие тварюки жрать, а то бы вымерли за год).

Так вот, всего этого не было: такси летело в плотном потоке по жуткой синусоиде, пролетая практически над уровнем земли и поднимаясь до верхних ярусов. Внизу — трава, домики разной этажности, ну и основания башен-колонн агломерации, само собой. Центральный ярус был производственно деловым — всякие вывески, забитая наглухо рекламными объявлениями сеть, ну и вообще — видно, что тут народ не развлекается, а делом занят.

И именно «ярусов» от земли и до самого верха не было. Башни-колонны, часто с площадками или даже мостами, соединяющими друг друга. На площадках естественно стояли строения, но именно ярусов эти площадки не образовывали. Хотя, были проходящие практически через середину города две (или четыре, вопрос точки зрения) дороги-моста. Одна из них — продолжение дороги-моста Академии. Одна, как я узнал в сети, вела к грузовому космопорту, куда шмякались (и поднимались) трансорбитальные контейнеровозы. И пара — вела до ближайших городов. То есть, города Супербии, помимо воздушного сообщения, связывала сеть мостов-дорог. Все города планеты, что мне казалось странным, но объяснялось «резервной транспортной структурой на случай бедствий».

И вот, такси прилетело к такой, относительно небольшой платформе. Где стояло небольшое, двухэтажное здание в имперском стиле. Похожее на какую-нибудь управу или департамент, с поправкой на размеры, конечно. И в сети, куда я сунулся — ничего толкового. Только вывеска, даже не голо, не светящаяся. Тусклые металлические буквы «Сатор» — и всё.

— Прилетели уже? — очнулся Себ. — Пойдём, Гален.

— Пойдём, — не стал спорить я, выбираясь из роботакси вслед за приятелем. — А что это за место? В сети ничего нет.

— Естественно нет, — хмыкнул в натуре граф. — Это самое разумное и правильное место для того, чтобы одется как пилот.

— А поподробнее?

— Ну, слушай.

Рассказывал позёвывающий Себ даже примеряя — а он себе тоже в этом магазинчике-мастерской прикупил обновку, причём раньше меня. Итак, пилотирование Инвиктусв дело непростое, что в общем-то и без себовых слов понятно. И есть специальная одежда — куча функционала, от противопролежневой (а пилот в Инвиктусе может месяцами сидеть, безвылазно!) до термической защиты и и масса всякого прочего. Про эту кучу функционала я «сам узнаю, всё подробно расскажут на вступительных лекциях». Так вот, Академия штатно выдаёт такой костюм, но самый простой, чуть ли не пользованный предыдущими поколениями слушателей. И без дополнительного обвеса. А обвес способен превратить пилотский костюм: в скафандр, броню и даже парадный мундир.

И этот обвес приходится мало того что докупать, так он ещё и работает похуже «комплектного». Не намного, на проценты, но вполне ощутимо. Но главное — баллы. Отказавшимся от штатного костюма его компенсируют баллами. И многие слушатели больше баллов-то до конца учёбы не видят.

— Так должен быть большой выбор, конкуренция, фирмы… — прикинул я.

— Да есть всё это, — отмахнулся Себ под почти незаметный фырк молодого парня, протягивающего приятелю всякий обвес. — Только там дрянь, похуже академической. Всякие светящиеся полоски, чешуйчетая броня. Чуть ли не чесалка для задницы. Только у Сатора можно купить приличный костюм, за разумные деньги. И кстати зря улыбаешься, — отметил он мою улыбку. — Не знаю как в твоём Роду и спрашивать не буду. Но я денег до поездки академии от родителей не получал. Только зарабатывал.

И вкратце выдал такую, меня немного удивившую ситуацию. Я с жутким Никсом был практически богатеем, на фоне «в натуре» графа. Ему выделили в раннем детстве сумму и предложили ей распоряжаться. Причём способы приумножить тоже предоставили.

— Молодой был, — вздохнул парень. — Как-то не заметил, как всё потратил. А больше денег и не давали.

То есть понятно, что вещи там, не говоря о еде — обеспечивали. Но за карманные деньги графу приходилось, например, отстаивать стражу вместо родовых бойцов. Никто не заставлял, но нужны деньги — отработай.

Вообще — сильно отличается от аристо в голо. Хотя не думаю, что все такие, как Сидороффы. Хотя увижу вскоре.

А сам костюм, кстати, носился на голое тело, был довольно толстым, облегающим, с капюшоном-маской, наплывающей на голову по необходимости. И мышечным рельефом, таким, выразительным, при этом скрывающим (или демонстрирующим?) синтомышцы костюма. Основной функционал этого всего раскроется в Инвиктусе, а пока я оценивал мышечные уселители и дополнительный обвес. Себ посоветовал мне не выпендриваться и взять «стандарт», который взял и сам. Тяжёлая броня, основную массу которой на себя принимали синтомышцы костюма. Сам-то он был мягким, брони не имел, из-за чего-то там связанного с пилотированием.

Скафандр пустолазный — облегчённый вариант брони, с небольшими двигателями. И пару уникостюмов. Стандартный мундир имперского образца, и мундир «повседневный», как выразился Себ. Как по мне — скорее сюртук для приёма какого, а не «повседневный». Но — пусть будет.

А вот с браскомом никаких хитростей и чего-то такого Себ не знал. Правда, посоветовал брать с «модулем дополненной реальности».

— Безопасники родовые не позволяют, — вздохнул он. — Мол, уязвимость связи. А мой, — похлопал он по своему усыпанному драгосями наручнику, — закриптован родовыми безопасниками, так что и не поменяешь без скандала и неприятностей, — вздохнул он.

Так что браском мы получили «мгновенной доставкой», а точнее — лёгким грузовым дроном, причём тут же, на площадке перед Сатором. Модуль дополненной реальности оказался какой-то моднявой фигулиной, в виде нашлёпки на височную кость, с голоэкранчиком перед глазом. Непривычно и отвлекает, но инструктор-программа браскома и Себ в один голос утверждали, что это вопрос привычки. Надо просто ходить, для начала, с минимальным функционалом, а со временем — большую часть информации с браскома можно будет получать и воспринимать, одновременно видя что вокруг творится. Полезно, в общем, так что фигулину я оставил, благо в минимальном информировании и вправду не особо мешала.

А после, я в сети выбрал ближайший крупный магазин бытовой робототехники. По нашим запросам в сети ничего толкового в плане доставки не нашлось, только бытовые роботы в сборе.

В такси Себ задрых, и так, дрыхня телепался за мной, пока я набирал нужное. И ведь, блин, доставку не закажешь! Да ещё запчасти стоили раза в три дороже робота целиком! Это при том, что управляющего процессора я не брал… Бардак, в общем, ворчал я, таща огромный, перевязанный транспортными ремнями пластиковый контейнер с запчастями.

Себ был «на автопилоте», помощи не предлагал, да и чёрта с два тут поможешь: вдвоём тащить этот гроб неудобно, а пихать контейнер засыпающему на ходу парню — так это этот гроб может стать гробом не в переносном, а прямом смысле! Споткнётся и накроется порлуторасотенкилограмовым ящиком, который я тягал без особого напряжения только за счёт синтомышц костюма. В итоге вроде и не тяжело выходило, но неудобно жутко!

Правда, впихнувшись в вызванное такси, Сэб соизволил обрести толику вменяемости, сонно буркнул «В бар-ресторан Оружейная, сектор шестнадцать-семьдесят восемь альфа». Робот-водитель эту абракадабру понял и, через десяток минут, мы стояли неподалёку от дороги-моста к Академии, но на башенной площадке. А напротив нас возвышалось трёхэтажное здание, больше всего напоминающее какой-нибудь флигель Академии. Даже белокаменные крылатые воины, правда чуть поменьше и явно декоративные, стояли по углам.

— Оружейная, — озвучил Себ, как будто над заведением не было надписи. — Говорят — отличное пиво, неплохая кухня, — пробормотал он.

— Угу, — ответил я, перехватывая короб с запчастями поудобнее.

Ну и потопали мы к входу, проходящему на уменьшенные врата академии. И поесть не помешает, а то в животе уже концерт начинается!

13. Трудности коммуникации с аристо

Внутри заведение выглядело как полуоткрытый лабиринт, как ни противоречиво это звучало. Дело в том, что чёрт знает, что тут на втором этаже, но на первом был здоровенный, освещенный неярким светом зал, треть которого отделяли этакие стойки-перегородки. Причём не кабинки какие-то (ну, может и есть в переплетении проходов, но извне — не видно. Так вот, натыканы эти перегородки были совершенно хаотично, даже при взгляде со стороны вызывали опасения там заблудится. И прикидки, а сколько придётся платить, разломав нахрен этот лабиринт после заблуждения.

Это было неожиданно. А вот остальное, с учётом явно «академической» направленности трактира было так или иначе ожидаемо. Мерцающие рожи и физиономии различных дядек и тёток, видимо — знатных пилотов. По крайней мере Террафортиса, по слегка удивлённо поднятым бровям (во всех голофильмах, да и справочниках она была такой, слегка удивлённой, чёрт знает чем. Подозреваю — количеством охреневших сепаратистов в его последнем бою), я точно узнал.

А вот под статичными голофото были проекции, демонстрирующие подвиги голофотанутых. Полупрозрачные, монохромные сцены, но вполне различимые и частично — узнаваемые.

Столики тоже были стилизованы: круглый, отливающий металлом невысокий столик окружали три-четыре, по разному, даже на вид удобные и вызывающие желание прилечь (и вздремнуть, судя по совершенно чудовищному зевку Себа — как он себе челюсть не вывихнул — ума не приложу. Родовая тайна, наверное, хех) кресла. И барная стойка, отливающего медью металлом во всю стену, с высокими стульями, из ажурных, медных же прутов. Антуражно так, оценил я, бегло оглядывая заведение. Столики и стулья у стойки, кстати, пустовали. Но звуки из ближайшего «лабиринта» пусть негромкие, но доносились. А голоэкранчик дополненной реальности вывел предложение «считывания и текстовой расшифровки». Ну, а почему бы и нет? Самому интересно, а разговоры в трактире — точно не тайны, это самое… общественное достояние. Да и не узнает никто.

Впрочем, беглый просмотр просмотра текста ничего не принесло — судя по разговорам, какая-то компания слушателей, новичков как и мы, меряется крутизной и строит планы на радужное будущее с Инвиктусом. Так что отключил я через десяток секунд расшифровку — всё же отвлекала. И косил я, подозреваю совершенно уморительно. С непривычки, но нехрен местный персонал веселить! Хорошо ещё Себ на ходу спит, хмыкнул я, поудобнее перехватывая всё так же тащимый контейнер.

— К стойке, — принял я на себя функции принимающего решения. — Я перекушу, ты… кофе или ещё что?

— Кофе — это хорошо! — слегка оживился, даже глаза на четверть открыл Себ. — И отвара реддата надо бы.

— А что это? — заинтересовался я.

— Да бодрящее же! — с удивлением уставился на меня в натуре граф, но помотал головой, махнул рукой и припустил к стойке.

Ну и я, потихоньку, за ним — с этим дурацким контейнером не набегаешься. Заодно наблюдал уморительную картину: вприпрыжку доскакавший до стойки Себ чуть ли не подпрыгивая что-то (как понятно — заказ) высказал дядьке за стойкой, присел за ажурный стул… И бухнулся на сложенные на стойке руки головой. И, подозреваю — задрых. Как есть пропойца из дешёвого кабака, если со стороны смотреть.

Ну и топаю я к нему, и начинаю слышать голоса. И вот, один из них, молодой, парня ровесника, манерно растягивая гласные, как придурок, выдаёт:

— Да зачем нам узнавать, дражайшея Ви? Ви-и-идно же — перепил на радостях, позо-о-орит аристократическую честь и статус пилота, — снисходительно тянул этот говорун.

В ответ послышался женский голос, намного тише, так что что она ему сказала я не понял, хотя из контекста — очевидно.

— Даже если и та-а-ак — есть слу-у-ужки Оружейной. Сами вызовут медиков… О Творец! — вдруг вскричал голос. — Я думал тут — приличное заведение! А тут пьяницы и… грузчики. Какой позор, что всякое быдло допускается в место с бла-а-агородными людьми!

На это я, прошедший лабиринт, обернулся. И в проёмах перегородок заметил часть столика — видно этакий вариант модного кабинета. Видно было только кусок стола, но наглая морда типа, хамски трепющего языком в мой и себов адрес, прекрасно различалось. А вот его собеседница — нет, только шар вьющихся светлых волос. Впрочем, на возмущения придурка она наконец обернулась, бодро смерив мою персону взглядом. Симпатичная девочка, синеглазая такая, оценил я.

— Эй, грузчик! — надулся, кидая на девчонку взгляды придурок. — Очисти благородное помещение от своего присутствия… Пилот?! — вскрикнул он, поскольку я остановился, поставил контейнер на пол и стал неторопливо поворачиваться. И прикрывающий часть моего нового костюма контейнер перестал меня прикрывать.

— Впрочем, неважно, — задрал он нос, после секундного сомнения и взгляда на девчонку. — Тут не место для грузчиков…

— А ты, крикливый незнакомец, успел купить Оружейную? — поинтересовался я. — Персонал заведения вроде не против моего присутствия, — демонстративно огляделся я, не обнаружив никаких митингов и демонстраций с плакатами «Гален — вон!», — А твои придурошные слова заслуживают лишь одного.

— И чего же?! — заносчиво, задрав нос ещё больше, хоть это казалось невозможным, выдал этот придурошный тип.

— Посыла нахер, конечно, — озвучил я понятную всем вещь. — Без всякого моего уважения посыла, — уточнил я.

А то мало ли — аристо, с уважением идёт нахер не заслужил, не буду его уважать. А вообще, конечно, может и можно было его послать игнорированием… Но блин, хамит ведь! И девчонка симпатичная, не хочу чтоб перед ней всякие придурки безнаказанно хамили! А может и… задумался я, но мои приятные мечты прервал поднимающийся из-за столика придурок. Морда его в заносчивости немного утратила, та в решительности приобрела. На неслышные слова кого-то за его столиком он решительно помотал головой, решительно двинувшись ко мне. Руку держал на каком-то кинжале и орал:

— Такому наглому грузчику точно надо преподать урок! — надрывался он. — Хорошо мы не в Академии — не придётся убивать недоумка!

То есть, мордобой. Но рука на кинжале… Хм, игольник — перебор, наверное. Появилась шальная мысль метнуть в разошедшегося типчика контейнером, но исчезла. Этот контейнер реально тяжеленный, прибью же нахрен. Так что бегло огляделся. Себ дрых, даже одну руку со стойки свесил. Но это ладно, а вот чем я буду оберегать ценного себя от всяких придурошных кинжалов — я нашёл. И как там этот придурок вякнул? Да, преподам урок, ухмыльнулся я.

Наконец типчик дотопал до меня, встал в полутора метрах, подбоченился с рукой на вычурной рукояти кинжала и процедил сквозь губу:

— Изви-и-и-иняйся и ва-а-али из Оружейной. Тогда будешь цел.

— Нахер — это туда, — вежливо указал я на входную дверь.

— Сам напросился, — вздохнул напоказ типчик, выхватил кинжал…

И с невнятным криком матерного толка отпрыгнул. Я просто схватил ближайший барный стул и стал в него тыкать ножками. Так дрессировщики в зверинцах сильных, но гупых хищников укрощали. В данной случае — самое то, хе-хе.

Парень запрыгал, довольно бодро, но ножками всё равно получал. Нетравматично, но ощутимо. И стал шипеть под нос всякие матерные гадости. Но сделать ничего не мог: я же не дурак, к себе придурка с ножом подпускать!

При этом, несколько служащих — официантов и официанток, судя по виду, в обтягивающих костюмах «с рельефом», видимо сделанных по примеру пилотского комбинезона, столпились у стойки, наблюдая за укрощением придурка. И, похоже, разбудили своим восхищением мной Себа, который полуобернулся, поглядывая за тыканьем придурка стулом.

При этом, из лабиринта выперлась компания придурка, из пары парней и двух девчонок, в тех же самых пилотских комбезах. Видно, хоть форма в Академии отсутствует, по факту пилотский комбез — она и есть.

Но в весёлое тыканье придурка стулом никто не вмешивался. Парень краснел, бледнел, синел (пока не синел, но точно посинеет — тыкал я его довольно чувствительно, особенно когда он пробовал пойти в «обход» или пройти в ноги). Судорожно огляделся, дёрнулся было к стойке — видно подумал, что и меня укрощать надо, дурак такой.

Но нарвался на чувствительный удар стулом и с матерным шипением отскочил. Стреляющего оружия он не имел, судя по всему, потому что потирая ушибленное и матерясь шёпотом, глянул мне за спину, дёрнул веком, оскалился и метнул в меня кинжал. Нихрена для метания не предназначенным, но если бы не стул — ногу бы мне распахал знатно.

Но стул был, так что ножик со звоном ударился в металл, зазвенел на мозаичном полу и улетел вдаль, после моего пинка. Ножи придуркам не игрушка!

Противник совсем приуныл, забормотал матом особенно изощрённо, уворачиваясь от моих тыканий, приближающих его к выходу. Наконец, отпрыгнул подальше, встал в дурацкую позу. И, с злобной мордой рявкнул:

— Дуэль!

— Как же хорошо, — задумчиво но громко озвучил я, продолжая тыкать в направлении придурка стулом, — Что мы не в Академии. Не придётся прибивать посланного нахер. Только урок преподать. И проследить чтобы добрался. Я, кстати, где этот нахер находится — говорил, — напомнил я.

На это парень попрыгал, заозирался, даже не краснея, а чернея злобной рожей. И, наконец, с рёвом, кинулся на меня, плюнув на стул. А вот я на стул него плевать не стал, ткнув навстречу. И я даже забеспокоился: в момент удара, когда сила тычка и броска сложились — послышался и почувствовался неприятный треск. Но, видимо, это какой-то не шибко важный причиндал хрустел: придурок на полу раскинулся, постанывал, но нахрен сломанным не выглядел. Только ударенным стулом.

Я постоял, вскинул стул на плечо, потопал к лежащему: ну что-нибудь мудрое сказать. А, возможно, не дать конфликту перерасти в долговременную вражду. Ну, как не крути, а нам в одной Академии с этим учится. И если целоваться и вообще нормально относится к придурку я не собирался. То дуэлится с ним насмерть тоже желания не имел. Просто пусть не приближается, прикидывал я что и в какой форме победоносно высказать.

Но парень, видимо, не так хорошо меня понял. Потому что приподнял голову… И втопил, аж с визгом, к двери! Сначала на четырёх костях, а потом, набрав скорость, на своих двоих. Это он, озадаченно понял я, подумал что я его продолжу стулом хреначить. И проявил жажду жизни в острой форме, уже хихикая подошёл я к дверям. Ну, мало ли, выгляну на всякий.

Но не успел: дверь резко распахнулась, так что я отпрыгнул и выставил перед собой «укрощательный» стул. А на пороге стоял дядька, средних лет. В пилотском комбезе, поверх которого была намотан плащ и поблескивали медью декоративные (или не очень) элементы брони. Здоровенный такой дядька, суровый. И чуть ли не за шкирку придерживал укрощённого (ну, за руку, но выглядело как за шкирку). Это, а ещё Герб Академии, занимающий центральное место на броне, меня успокоило. Не какой-то там «старший брат» укрощённого, а служащий или преподаватель Академии. Хотя и не факт, что это лучше в плане последствий, прикинул я.

Того же «старшего брата» я из текущего положения мог из игольника спокойно угомонить, да даже насмерть. Ну, теоретически. А вот если наставник что нибудь противоестественное захочет сотворить… Придётся импровизировать, похоже. Утешаясь только тем, что противоестественное творят и с придурком. Слабое утешение, как по мне, но может и не будет гадостей? Тем более даже дуэли не ограничены, а мы сейчас вообще не в Академии, несколько повеселел я, кивнув цепко рассматривающему округу и зыркающего на укротительный стул дядьке.

Тот в диспозицию вник быстро, на стул хмыкнул, несколько расслабился и озвучил:

— Тродор Малинуш, мастер-наставник Академии. Вы, — посмотрел он на меня и удерживаемого за шкирку, которое плечо, придурка, — не соизволите ли мне объяснить, какого бл. дского х. я происходит? Почему я, после трудового дня, пожелав выпить кружечку пива, получаю в живот слушателем?! — повысил голос он, слегка потрясая придурком. — Вы же слушатели, а не клоуны ряженые? — Прищурился он на нас, хлопнул по запястью держащей придурка руки и сам же ответил. — Слушатели. Итак, жду ответа.

Матерился, кстати, но также ровно, как и говорил. Причём всё это — с отчётливой иронией, даже повышение голоса явно напоказ. Это, выходит, с визгом драпанувший от своих фантазий придурок, врезался преподавателю в пузо, хех.

— Гален Безмолвный, слушатель, — не стал строить из себя виноватого я. — А сейчас учебное время?

— Нагле-е-ец. Нет.

— Я просто уточнил. В качестве общего интереса, — дополнил я, не став нарываться сверх приличного минимума. — У меня с данным… — просто не стал называть придурка придурком я, указав рукой, — возник теоретический спор.

— И какой же? — прищурился на меня наставник.

— Связанный с допустимостью и приличностью физических нагрузок и интерьером, — для наглядности потряс я всё так же удерживаемым стулом.

— И не найдя конценсуса, вы перешли к практическому аспекту, — заключил преподаватель, подёргивая краем губы.

— Именно так, — залупал я глазами.

— Именно так, — поддакнул удерживаемый за шкирку, которое плечо, придурок. — Винсент Самуэль, виконт Зелёной, из рода Самуэль, слушатель Академии, — продолжил пищать он.

А оно говорит, а я и забыл, отметил я про себя.

— На данный момент спор разрешён? — поднял бровь наставник Малинуш.

— Практика показала мою правоту, — развёл я руками, отставив стул.

— Разрешён, — буркнул зелёный виконт, будучи парадоксально красным рожей.

На этом мастер-наставник просто отпустил его, кивнул нам и потопал к барной стойке. Зелёный, зыркая на меня время от времени, потопал к своей притихшей компании. Ну и я направился к барной стойке — развитие всей этой ситуации если и будет, то явно не сейчас. Правда, дойдя до полпути, я вспомнил. Огляделся, начиная несколько раздражаться. И, с выражением, поинтересовался у потолка:

— Очень хотелось бы знать, какая сволочь спёрла мой сундук?!

Впрочем, фыркнувший и подавший голос Себ, да и официанты, продемонстрировали мне пропажу, притулившуюся у стойки. Неподалёку от в натуре графа, ну и прикрыт был контейнер наблюдающей группой служек Оружейной.

Подошёл я к нему, плюхнулся на свой укротительский стул за стойку. Хороший стул, кстати. Не погнулся совсем.

И начали завтракать. Себ взбодрился, и хоть зевал, но не был сонной мухой, мотыляющей рядом. Что занятно — ситуацию он не откомментировал вообще, кроме как единственной фразой:

— Впечатляюще, Гален, — и вернулся к пережёвыванию завтрака.

Странно, конечно: любой парень бы как минимум обсудил, а как максимум выдал бы что-то типа «А вот я бы вообще!» Хотя, возможно, какие-то специальные аристократические заморочки. Которые, кстати, в некотором смысле имеют отношение ко мне, вдруг дошло до меня. Не из-за папахена, который хрен знает кто (но, возможно, есть шанс узнать в Академии — они к идентификаторам имеют полный доступ, ну и базы всяких родов точно есть), а просто в силу приёма в Академию. Я уже дворянин, выходит. Шевалье вроде, что-то типа рыцаря, ну или типа того.

А вот компания придурка придурка прихватила и скрылась в лабиринте. А блондиночка несколько раз кидала на меня «незаметные», ну как она думала, но ОЧЕНЬ пристальные взгляды. И это интересно может получится, умеренно порадовался я про себя. Но точно не сегодня. Недосуг, как ни печально.

На этой занятной мысли мы и стали из Оружейной выбираться. Я всё так же с контейнером. Себ, хоть и проснулся, но помочь не предложил… Но сам себе злодей выходит: нам до Академии пешком добираться, вот и взвалю на него, ультимативно, этот гроб. Пусть несёт, а я буду любоваться и отдыхать.

Впрочем, Себ ящик принял безропотно. И до наших апартаментов допёр, где озвучил, что он на пару часов спать «а то невозможно». Ну, в общем, он прав, признал я, засев за возню с запчастями.

14. Нехорошая динамика

Собирал я роботов уборщиков не то, чтобы с большим удовольствием. И не то, чтобы с большим знанием-умением. Но перспектива драить просторы трёхэтажных апартаментов, с перспективой найти какие-нибудь каменного стояния носки соседа… Ну не вдохновляла перспектива. А путь сделать роботов оптимально подходил к цели «не долбаться с уборкой». Так что тихонько ругаясь под нос, я пытался собрать что-то удобоваримое.

Поделки мои правда получились совершенно убогими на вид. Если бы я делал декорации к голофильму «Восстание Ягнатова» — тогда «да», замечательная работа. Кстати, забавная там история была, припомнил я. Даже в школе препода кибернетика не без интереса слушал, да и Никс некоторые вещи рассказывал, железяка ехидная.

Случилось это пять тысяч лет назад, в регионе Лиры Орфея. На нескольких планетах автоматизированные системы, роботы, дроиды, вычислители и прочее подобное… Взбунтовались. Ну, так все думали. По крайней мере в учебной программе воспроизводились вопли всяких журналюг, на тему «Восстание машин! Мы все умрём!»

И несколько десятков планет — действительно под руководством роботов, людей угнетают и даже убивают. Империя собирает ударные силы Легиона, в голо — чуть ли не полки Инвиктусов. Хотя с последним — чёрт знает, как было. Но могучие силы, факт. И с немалыми потерями рушат технику, освобождая планеты. Пока, наконец, не освобождают столицу. Где находят… Не взбунтовавшейся Искусственный Интеллект. А самого что ни наесть естественного идиота. Гениального, талантливого, но идиота.

Программиста-взломщика, создавшего комплекс программ, подчинивших ему практически всю технику региона. Почти десять лет занимавшегося всякой хренотенью, руководя машинами. Что с ним потом стало и даже как его звали — неизвестно.

Но история, помимо кучи голо по своим мотивам, использовалась направо и налево в качестве «наглядного примера». Как объяснял кибернетик и подтверждал Никс. Полностью самостоятельный и лишённый ограничений искусственный интеллект будет захватывать что-то там и порабощать… Только в том случае, если это прописано в его программах, хотя бы в качестве предпосылок. Ну не нужно это этому искусственному интеллекту. Если бы не было Империи — то возможно, хоть и маловероятно. Но Империя есть, так что искусственные интеллекты (а были такие, причём даже самозарождённые), просто жили. Вроде бы — часть уходила в незаселённые регионы, чтобы с людьми не контактировать, но бунта машин устраивать никто не устраивал.

Размышления эти навеял вид моих поделок — я, как бы, не робототехник. И просто прикинул нужный функционал, проверил совместимость клемм и креплений. Ну а вышло что вышло. Работают, это главное, повеселел я, проверив работу робочудищ под управлением старого браскома.

— Восстание Ягнатова, — послышался голос от лестницы, где нарисовалась физиономия соседа.

Кхм, а он кстати вроде даже должен к этому какое-то отношение иметь. У него в титулах что-то типа «протектора» или что-то такое, какого-то окрестного, а то и конкретного региона. Впрочем — пофиг.

— Доброе утро, — ехидно поприветствовал я.

— Скорее уже вечер, но доброе, — спускаясь ответил Себ. — Гален, я надеюсь, результаты своих стараний в абстракционизме ты уничтожишь? Или хотя бы будешь держать в своих комнатах.

— А убираться кто будет?! — возмутился я.

— Ты хочешь сказать что ЭТОТ плод пьяной любви безрукого вулканиста и кухонного комбайна что-то может, кроме как пугать спросонья посторонних?!

— Норма-а-ально, — отмахнулся я, оценив красоту сравнения. — Работают они. Мой старый браском, — указал я на стол. — Управляющий модуль. Смотри, — ткнул я в программу уборки.

Последнюю я вместе с запчастями закачал в магазине, но тоже пришлось «допиливать напильником», как выражался Карлванныч, наш трудовик в школе. Точнее: «Преподаватель основ прикладной механики и робототехники», хотя с роботами на его уроках было не очень. Какие-то табуреты кривоногие выпиливали и прочими глупостями занимались, хотя и не только.

А вообще, конечно, криво вышло. Собрал и самих роботов, и программу из готовых модулей, неоптимально, да через жопу, если быть откровенным. Но работает, так что я всё равно молодец, довольно провожал я светящуюся робожуть взглядом.

Себ, первое время собравшийся, явно ожидающий от уборщиков какой-то гадости, смотрел на их трудовую деятельность со всё возрастающим удивлением.

— Они работают! — наконец удивленно заявил он, тыча пальцем в ближайшего робота.

— Естественно работают! А ты что думал, я просто так кучу железа закупил? — даже слегка возмутился я.

— Ну-у-у… Я думал может у тебя хобби такое. Или ты так отношения налаживаешь… — закатил в натуре граф аристократические глазёнки.

— Я — по женщинам, — отрезал я.

— Да я в общем-то тоже. Я имел в виду…

— Да понятно, — отмахнулся я. — Только как ты думал мы порядок наводить будем? — уже всерьёз заинтересовался я.

И хихикал, причём вместе с Себом. Итак, парень о проблеме с уборкой не знал, а родичи ему не сообщали. Сегодня он не только упорно пытался сломать себе челюсть зевками и дрых в местах, где положено (где Себа положили — там и дрых, хех). Но и связался вне сетевой заглушки Академии с каким-то родичем. Тот поржал, сообщил что управляющих конструктов робототехники на территорию Академии не протащишь. Пробовали и не раз, поколения слушателей. В общем — нереально. Так что на попытку устроить быт в нумерах было выработаны такие пути:

Первый — убиратся тряпками и вениками дурацкими. Площади лютые, возни много, лениво. Но делали, хотя исключительно по нужде и особо одарённые.

Второй — закупить ручную технику. Пылесосы там всякие и прочую ручную фигню, которую используют для чистки салонов мобилей не слишком богатые мобиле-владельцы. Богатые мобиле-владельцы, кстати, тоже роботов используют, специальных. Но второй — это наиболее распространённый в Академии вариант, с выкрутасами всякими. Типа там соревнований с другими апартаментами, очерёдности уборки не только у себя, а, например, один человек раз в месяц тратит день на уборку четырёх апартаментов. И остальные обитатели так же. В итоге и время есть, и геморроя немного.

И, наконец, третий вариант, самый редкий, но возможный. А именно, аренда за баллы у Академии уборочных роботов. Баллов улетает тьмуща, а учитывая их ценность — совсем дурацкий вариант.

Соответственно, хоть Себ и блеял смущённо и прямо не отвечал, выходил такой расклад. Он предполагал, что либо я его разыгрываю, для того чтобы он составил мне компанию в походе за своим хобби — робототехникой. Либо мне была нужна помощь с закупками барахла (что так и есть, в общем-то), а роботы — именно повод. Типа стесняюсь прямо сказать, гыг.

Ну и, наконец, был не озвученный вариант: что я дурачок самоуверенный, нихрена не разбирающийся в том, о чём болтаю. И тогда Себ, как понятно, думал полюбоваться на картину «самонадеянный болтун, севший в лужу».

Но мои жути роботизированные хоть и выглядели именно как то, с чем их сравнивал Себ, но были вполне рабочими. И бодро и шустро убирали округу, ничего не ломая и даже расставляя вещи на места. Тут то, что браском у них за управляющий модуль — большой плюс: его учить не надо, на тему что мусор и что где стоять должно.

— Браском, — задумчиво озвучил он, когда я на пальцах объяснил что и как работает. — И ведь за сколько лет никто не догадался!

— Ну, я бы тоже не догадался, если бы не некоторая практика в детстве. Очень… нетипичная, — очень деликатно охарактеризовал я житиё моё под пиитским гнётом.

— А ты знаешь, Гален, — продолжил задумчиво парень, а глаза его стали выглядеть как сувенирные кредиты, которые круглые и из металла. — На этом можно ОЧЕНЬ неплохо заработать. Баллы, я имею в виду, — пояснил он.

— Не-а, — подумав, помотал головой я, а на вопросительный хмык пояснил. — Идея-то элементарная, Себастьян. После первых «покупателей» об этом узнает вся Академия. Сложного ничего нет… Ну и смысл?

— Да, не столь выгодно, как я сначала подумал, — признал он. — Но первое время… Хотя ты прав — нет смысла связываться. Это и отношения с теми. кто успел заплатить можно испортить серьёзно. Думаешь — просто рассказать всем?

— Думаю, что это наше дело, — подумав, озвучил я. — Мне эти «все» ничего хорошего не сделали. Плохого, впрочем, тоже. Но улучшать их быт просто так — нафиг надо! Просто у нас появилось свободное время, уменьшилось количество забот. А с остальным — предлагаю просто не трепаться лишний раз.

— Принимаю, согласен, — подумав с минуту, протянул мне руку Себ, которую я и пожал.

В этот момент по апартаментам раздался громкий гонг. А через пару секунд — ещё звон, и ещё.

— Это что это?! — уточнил я у Себа, перекрикивая звон.

— Звонок входной двери! — крикнул в ответ Себ. — Кроме нас и без нас в апартаменты никто не может войти!

Ну и правильно, нефиг всяким разным по нашему жилью без нас шастать. Но кто такой назойливый и наглый? И названивает как! А может этот… блин, как этого укрощённого из Оружейной звали? А, хрен с ним, будет укрощённым. Так вот, может он пострадал над своим укрощением и припёрся меня дуэлью дуэлить? Это… так, надо как только открываю дверь — бить в бубен, прикинул я. Сразу, чтоб вырубило. Тогда или отлежится, включит мозги и передумает. Или не передумает, а ещй сильнее озлобиться — но тогда он будет стукнутым в голову (не на голову, как уже успел продемонстрировать). Что, если дуэль эта и будет — мне выходит только на руку.

Прикинул я это, да и двинул к двери.

— Погоди, Гален! — заорал мне вслед Себ, а на вопросительно поднятую бровь (ну не орать же опять) пояснил, — Роботы убираются, спрячь!

Орать, поясняя детали своего предложения граф не стал. Но и так было понятно. Сныкать, раз уж мы пока с разглашением «великой пылеборческой тайны» не определились.

Ну. не помешает, признал я правоту Себа, клацая по лежащему на журнальном столике старому браскому. Может и не укрощённый, а кто-то другой ломится. Наглый и назойливый, но мало ли.

Так что к двери, в которое всё так же продолжало звонить какое-то неуёмное создание, я подходил после того, как роботы забрались под стол и там затихарились. Себ топал рядом, чуть отстав. скорее всего тоже подумал об укрощённом и предоставлял мне возможность решать что и как делать.

И вот, только я ткнул дверь, как раздаётся стук. И два вопля. Один матерный и злобный, второй недоумённый и возвышенный, потому что мой. И больно как!

Дело вот в чём: не успела тверь раскрыться, как в неё рывком вдвинулся некий тип, которого я толком и разглядеть не успел. Но бешено выпученные глаза и перекошенную пасть — разглядел. И щемится, подлюка такой! А с такой рожей хорошего не замышляют, это точно.

Если бы он был не столь наглым, так не пёр к нам — я бы подумал, прикинул. Да разглядел бы форму служителя Академии, которую разглядываю сейчас, на копошащемся на полу дядьке. Но щемился. А я к укрощённому готовился, и совершил совершенно естественное действие — зарядил в пузо от души. Причём, судя по последствиям, непроизвольно задействовал мышечные усилители пилотского комбеза.

Назойливый тип в пузо получил, откинулся и сейчас на полу копошится, поднимаясь. Но мне мало не показалось: под алой, с медными элементами накидкой и типа была какая-то броня. Не слишком мощная: полимер какой-то, промялся под ударом, да и явно форму восстановил сейчас. Но всё-же. Если бы был металл или что-то такое — лечить мне раздробленную лапу неделю, не меньше. Да и сейчас болит, зараза, но не сломана к счастью.

— Нападение на педеля Академии! — бешено выпучившись на меня заорал тип. — Вы… Гален, вылететь хотите?!

— А вы не представились, — отпарировал я, распаляясь. — Названивали к нам как дурак какой, одного раза хватило бы. И когда я дверь открыл — ломились с агрессией, отчётливо написанной на морд… лице, — подытожил я.

— Свидетельствую, так и происходило у меня на глазах, — подал голос Себ.

Тип выпучился на нас так, что можно было бы беспокоиться о том, что потеряет глаза. Но я беспокоится не стал, потому что мне на этого типа пофиг.

И, кстати, говорил приведший меня служитель о «педеле» этом дурацком. Мол, то ли вечером, то ли с утра заявится, к нам с соседом, что-то там обсуждать. Но — замотался, из головы вылетело.

— Не думаю, что вы, с вашим подходом, доживёте до окончания Академии! — фактически сплюнул словами, обращаясь к нам. — Учебный план учащихся Сидороффа и Безмолвного в сети Академии. Что-то с вами обсуждать — нахожу излишним.

Развернулся и утопал вдаль. Обидчивый какой, даже пенделя не получил, а грубит и вообще.

— Ты чего ржёшь? — задумчиво поинтересовался я у соседа, возвращаясь с ним в гостиную.

— Да так, — аристократически, то есть как конь, ржал Себ. — Просто учёба у вас, сэр Безмолвный, начинается очень насыщенно. Первый день — слушатель, — начал загибать он пальцы. — Второй — педель, — ржанул он. — Завтра ваше могущество изволит отпинать лектора или мастера-наставника. А после завтра — Магистра Академии! — ржал и покатывался Себ.

Ну и я, решив не дуться, подхватил: и вправду выглядит забавно. А уж со стороны — вообще не проржатся нельзя.

— Слушай, Себ, — погыгыкав уже серьёзно спросил я. — А нам этот педель неприятностей каких-нибудь не устроит?

— Хм… Не думаю. Он содействует в выборе дисциплин на обучение, — начал перечислять Себ. — Снимает баллы, если они есть, за дисциплинарные нарушения. Или в минус их уводит. Но это… ну смотри. Вся Академия сканируется камерами.

— Наши комнаты тоже?

— Тоже. И снимет он у нас несколько баллов. А запись — есть. И пишем мы с тобой Ректору жалобу, на необоснованное… Ну ты понял, — под мой кивок закруглился он. — Так что скорее он сам неприятности получит, если будет пробовать их нам устроить. Некоторое неудобство в организации учебного процесса этот конфликт…

— Не конфликт, а дурак-педель, — педантично уточнил я.

— Да. Некоторые неудобства то, что этот педель дурак — несёт. Но тут я тебе с подбором предметов помогу. И сам их знаю, — задрал он нос. — Так что в общем — ничего страшного. А смешно-то как! — опять заржал он.

А, после того как этот конь аристократический проржался, я, поборов желание скормить ему сахару или морковку (с трудом, в основном потому, что ни первого ни второго у меня не было), запустил роботов. И стал ему задавать вопросы.

И подтвердил свои разумные рассуждения. Себ невыспанный, взволнованный и прочее такое — ГОРАЗДО более откровенен, чем Себ выспавшийся, спокойный и проржавшийся. Но даже в этом случае я почерпнул не бесполезную информацию.

У нас есть два дня (это Себ огласил сразу, да и подтвердил за терминалом). На третий день, на рассвете, торжественное построение, обращение Магистра Академии и уже в восемь утра — начало занятий. А вот каких, раз уж педеля нет, придётся разбираться нам самим.

И вот это «самим», осуществленное на практике, привело меня к интересным выводам. А именно — сама постановка «слушатели Академии». Не студенты, не ученики, не обучаемые там какие. Именно «слушатели». И это, выходило, не традиция, а реально отражаемое положение вещей.

То есть, лекций всяких, практикумов — до чёрта. За успехи в учёбе даже можно балы получить. Но это… необязательно. Можно месяц, до момента когда нам выделят Инвиктусы, просто нихрена не делать. И никуда не ходить, ничего не слушать.

Можно, но идиотизм. Лекторы и мастера-наставники — очень знающие и умеющие, это и по контексту понятно. Да и прямо это Себ озвучил. Предметы — интересные, такие каких ни в одном учебном заведении Империи не изучишь, особенно с теми деталями и подробностями, что тут. И, наконец, Инвиктусы. Тактика и стратегия, куча всякого такого. Академия именно ПРИНУЖДАЕТ сесть в Инвиктус и научится им пользоваться. На этом её обязанности заканчиваются. Причём «научиться» — понятие расплывчатое. Пройти в Инвиктусе десять метров, ничего не сломав и не навернувшись — это тоже «уметь».

— Некоторые родовые пилоты из наследных — так и поступают. Буквально на следующий день после получения Инвиктуса подают прошение на окончание Академии.

— Это которые на родовых Инвиктусах? — уточнил я.

— Они самые. Не знаю, может в каких то регионах и каких-то родах это оправдано, — с очень скептической мордой выдал Себ. — Но глупо, на мой взгляд. Знания и умения связанные с Инвиктусом. И с Империей — у нас каждый пилот дополнял Родовую Библиотеку, пусть не всегда многими данными, но всё же. И опыт взаимодействия с пилотами-сверстниками — тоже не лишнее.

— А мне, как тому кто служит за Инвиктус, даже теоретически такой вариант не подходит, — вслух прикинул я, под одобрительный кивок Себа.

— Может и мне тоже, — вздохнул он.

— Так ты же наследный, с родовым Инвиктусом?

— Дела Рода, — внезапно отрезал парень. — Доброй ночи.

И утопал в свои комнаты. Что-то у него непонятное и не слишком приятное с Инвиктусом, сделал логичный вывод я. Но пытать я его не буду: или сам расскажет, или узнаю, точнее увижу, через месяц.

Поковырялся в терминале, ничего толкового не наковырял. И тоже потопал спать — время позднее.

15. Рассвет учёбы

Озвученная Себом динамика моего пребывания в Академии мне ни черта не нравилась. Звучала, конечно, забавно, но пинать лекторов и мастеров-наставников желания не было никакого. И Магистра Академии — тоже. Я с ним вообще не знаком, за что его пинать-то?

Ну и тот незначительный момент, что отпинать могут меня, да и из Академии попросить — тоже учитывать надо.

Последнее, насчёт «вылететь», всплыло в процессе знакомства с академической сеткой и вопросов Себу. Парень судорожно пытался перестроить режим сна на академический лад, при этом почему-то не пользуясь фармакологией. Что-то ритуально-аристократическое, наверное. Ну или силу воли тренирует, тоже вариант.

Так что время до торжественного парада мы провели в беседах, провели ещё один спарринг (Себ, как я и ожидал, озадачился и стал пытаться понять, что у меня за «стиль», что вообще-то — неплохо). А из апартаментов выбирались только короткими перебежками до столовой, заказывая еду к себе.

Сосед на это затворничество не возражал, высказался: «Учёба начнётся — и так всё увидим».

Копался я в сетке и бардак в организации инфохранилища Академии меня начинала бесить. Я даже ненадолго задумался о своей криворукости или даже криводумности — ну, маловероятное предположение, но всё же. Но оказалось, что не структурированность и отсутствие каталогизации доступного слушателям — чуть ли не легенда Академии, передаваемая в Родах.

Из интересного — сначала Себ подтвердил, а потом я и сам наткнулся на описание «регламента осадного положения», из чего следовало, что белоснежные крылатые статуи с медными пушками — действительно не просто статуи. Это так называемые «мобильные автономные турели», а по сути — боевые роботы-дроны, с довольно высокой автономностью. Параметры многоствольных пушек описывались без деталей, но были. И выходили уровня тяжёлого артиллерийского орудия Звёздного Легиона, при том что каждая пушка имела шесть стволов! Правда решение сделать их съёмными и носимыми была непонятна, до момента когда я наткнулся на описание тактик. Эти крылатые воины могли использовать около десятка типов и видов вооружения.

А вот с Инвиктусами Себ скрытничал и сволочился. Мол, сам всё узнаю вскоре. Я бы даже обиделся, но посмотрев на мою вынашивающую коварные планы физиономию (ну не ходить же мне обиженным, как дурак!) в натуре граф расщедрился на объяснения.

— Понимаешь, Гален, ряд моментов которые мне рассказывали завязан на конкретного, родового Инвиктуса, Сотрясателя. Общая информация о атакующих способностях и прочем… А зачем тебе сейчас? Первые лекции будут про это и описания Инвиктусов вообще. А я расскажу тебе, например, что для наилучшего взаимодействия надо выкурить сигару перед началом пилотирования. И чем тебе это поможет?

— Что, серьёзно — надо? — озадачился я, на что Себ совершенно серьезно кивнул. — И помогает в пилотировании? — ещё кивок. — Мда, может и вправду имеет смысл дождаться лекций, — признал я.

А вот с отчислением из Академии выходило так: если слушатель не посещает ни одного практического занятия в течение месяца, обучение считается завершённым. Это после получения машины, само собой. Чтобы вылететь до получения надо постараться, но это возможно. Необоснованное убийство, злостное и неоднократное нарушение внутренних правил Академии. Причём Себ, поморщившись, привёл пример из своего Рода:

— Наш глава Информационной Безопасности так оказался на своем месте. Мой шестиюродный брат, — уточнил он.

Я попробовал построить схему родства, но чуть не сломал голову. До четырёхюородного — ну, туда сюда. Пятиюродный — тоже укладывался в голову, хоть и с трудом. Но шестиюродный выходил по прапрапрапрадеду, так что в самом факте родства, помимо мозга закручивательной схемы, возникали сомнения.

Впрочем, аристократические заморочки, а Род Сидороффых был весьма и весьма обширен — не менее тысячи человек именно «Рода», а не слуг и всякого такого.

— Пытался взломать внутреннюю сеть Академии — безопасность, служебные данные, — продолжил сосед, на что я понимающе кивнул. — Один раз поймали. Второй, третий. Продолжал и после пятого Академия расторгла Договор с выплатой неустойки.

— И больше он в Академию попасть не может?

— За деньги — уже нет. Только личным волеизъявлением Императора, — подтвердил Себ. — А дядюшка ему сказал, что раз уж так рвётся всё взламывать — пусть учится на благо Рода. Выучился, может и к лучшему, что пилотом не стал, — задумчиво подытожил парень.

Вообще тут был интересный момент устройства аристократических Родов. Если по голо судить, то какого аристо не возьми — пилот и вообще красавец. А на самом деле пилоты — единицы из всего рода. Инвиктусы, в смысле заключнение Договора с Академией — очень дорого, даже для многопланетарной династии. Да и, как понятно по словам Себастьяна — есть вещи, не связанные с Инвиктусами, которые слугам и наёмникам-специалистам не доверишь. И времени эти вещи отнимают дохренища, всю жизнь по сути. Так что у таких безопасников, стратегов, финансистов — ну много в общем кого — просто нет времени на Инвиктус, даже если бы он у них был.

В общем-то, что-то такое нам ещё в школе преподавали. Но я немножко забивал. Да и сейчас бы забил. Вот только выходило, что мне всякие эти выкрутасы аристократические важны, мне с этими выкрутасами жить. Ну, если не гробанусь к чёрту во время службы за Инвиктус, но гробиться у меня намерения нет. А значит, окажусь я через несколько лет (десять для придурков всяких, это понятно, но какое-то время служить придётся — тоже понятно и очевидно) с Инвиктусом. Шевалье Гален, даже звучит неплохо, но…

А делать-то мне дальше что? Прыгать вокруг Инвиктуса, радоваться и тряпочкой полировать? Ну, ничего себе занятие, конечно. На часок. Ну может на полтора, если Инвиктус мне попадётся совсем замечательный, а тряпочка — маленькая.

И выходило, что надо будет идти в какой нибудь Род. Или Клан — последние, как объяснил Себ, отличались от Рода необязательными родственными отношениями, а так — тоже самое. То есть, если быть, положим, в том же Роду Сидороффых — то фамилия твоя будет Сидорофф и никак иначе. А ты либо через брак в Род входишь, либо через усыновление. Забавная традиция, Себ рассказывал. Там дядька с семьёй и детьми, ну или тётка, могут у какого-нибудь карапуза родового оказаться в сынульках-дочурках.

А вот какой-нибудь Клан Лансер — так ты можешь быть по фамилии Иванов или Джонс какой-нибудь, но при этом — в Клане Лансер. Почему меня, собственно, Себ про клан и спросил, когда я по имени назвался.

Тут ещё был неудобный момент, о котором я не подумал, когда махнул рукой на восприятие меня соседом как аристо инкогнито. Ряд моментов он просто не озвучивал, отмахивался. Вербануть меня к Сидороффым, как он считал не выйдет и тратить время на описание, а как там во все эти Рода-Кланы встраиваются — не желал.

Впрочем, неудобство выходило терпимое, а со временем узнаю. В конце концов у какой-нибудь аристократочки, у той же блондиночки, которая на меня с интересом смотрела, уточню. Очень даже интересный выходит вариант.

Так пара дней и прошло. А на третий меня, совершенно неожиданно, разбудил Себ. Уже собранный, одетый, я даже переполошился.

— А сколько времени?! — вскинулся я и тут же, носимый мной постоянно модуль дополненной реальности среагировал, высветив срок. — Себ, что-то случилось? — продолжал беспокоится я.

— Тебе надо собраться, Гал, — торжественно ответил это тип, разбудивший меня за ДВА часа до рассвета.

И сам уже собранный, при том что дрых и дёргался… Хотя, может за побудку в первый день мстит, призадумался я. Посмотрел на торжественную в натуре морду в натуре графа. Никаких злобных ликований он графской мордой не демонстрировал. Но всё равно уточню.

— За первое утро мстишь? — озвучил я.

— В смысле? А-а-а, нет. Это даже к лучшему, что ты меня тогда поднял.

— Тогда какого фига ты меня поднял в такую рань?!

— Собраться.

— Скажи на милость, Себастьян Сидорофф, ЧТО мне собирать два часа?! Накинуть на комбез мундир?!

— Позавтракать. Принять душ. Надеть мундир, — совершенно без ехидства выдал в натуре граф, а на мою скептическую физиономию пояснил. — Гален, я не лезу в твои дела и дела твоего Рода. Может быть тебя относительно недавно нашли, или ты рос на фронтирной планете — я слышал, есть такие методы воспитания. Но я видел как ты примерял мундир, — брезгливо оттопырил он губищу. — Это… ужасно. А ты мой сосед.

— И что там такого хитрого, что вот надо специально готовиться? — уже всерьёз заинтересовался я.

Но и приготовился бить аристократическую морду аккуратно, но сильно. Потому что вероятность того, что в натуре граф глумится — никто не отменял.

Но, как выяснилось, не глумился. Этот гребучий мундир надо было не просто натягивать на пилотский комбез, но натуральным образом настраивать. Чтобы он, подлюка такой, в нужных местах был гладким, в нужных — топорщился!

— Ты ещё педикюр мне предложи сделать… — страдал я, пока Себ на полном серьезе объяснял, что каждая долбанная складка — имеет какое-то символическое значение, понятное другим аристо.

— Зачем? — недоумённо поднял он брови. — Протокол торжеств по поводу начала обучения не предполагает посещения бань, саун, водёмов. Нет, ну в принципе, если желаешь…

— Ой всё! — закатил я глаза, прибегнув к жуткому по убойности окончательному аргументу.

Меня ему Ленка научила, своим примером: вот как скажет, так чёрта с два что возразишь и дополнишь. Жуткая в диалоге вещь, ультимативное оружие, можно сказать. И сработало — этот жуткий граф не стал развивать мою невинную шутку по поводу обработки копыт, а задумался, помотал головой и принялся мне рассказывать как себя держать. Вот чуть не нарвался на звиздюль, но в процессе пояснил, что это — этикет Имперских мероприятий. Общепринятый. И ходить с задранной мордой, видишь ли, надо, потому что иначе ты себя позиционируешь перед окружающими как слугу. Ну и всякое такое прочее.

Вот блин и забить на всё это хочется и прочувственно высказаться матом… Но у меня, похоже, и так конфликтов будет до чёрта. Ну просто очевидная вещь. И вот несоблюдение этих дурацких правил вполне может повлечь за собой череду вызовов на дуэль, до смерти или там до всяких разных, не самых приятных состояний. Причём… за неуважение к Империи, вот в чём самое обидное! То есть они на меня кидаться могут начать не из-за какой-то так аристократической заносчивости или сволочизма, а потому, что оскорбились тем как я Империю не уважаю!

Бардак, в общем, какой-то. Но через час наставлений, вникнув в детали, я даже некоторую благодарность к Себу почувствоал. Потому что этими своими наставлениями он меня избавлял от массы ненужных проблем, на ровном месте.

Вот только появилось у меня, уже в процессе поедания завтрака, мысль. И я эту мысль у Себа, подозрительно прищурившись, спросил.

— Себ, слушай. Я тебе благодарен за рекомендации, — изящно определил я часовую муштру, на что Себ небрежно кивнул. — Но вот какого фига ты этим так подробно и за два часа до рассвета начал заниматься?

— Помочь соседу — долг благородного…

— Врешь же, — проницательно озвучил я.

Парень попробовал показательно обидеться, но не осилил, сдулся и махнул рукой.

— Недоговариваю, а не вру, — заюлил он.

— Так почему? — продолжал допытываться я.

— Ну-у-у… — попробовал продолжить юлить в натуре граф, посмотрел на меня, понял что бесполезно и вздохнул ещё раз. — Я заснуть не мог, — признался он с оскорблённым видом.

— Гы-гы-гы, — развеселился я, оттопырив мизинец на чашке с отваром, для аристократичности. — А делать нечего, волнуешься небось. И вот нашёл чем заняться, — веселился я.

— Это тебе и вправду не помешает! — всерьёз обиделся Себ.

— Не спорю, и даже поможет, — признал честный я. — Но… — не договорил я, хихикая, на что Себ кивнул, разведя руками и слегка улыбнулся.

Это в том смысле, что я Себу за его помощь, конечно, должен. Услугой какой-нибудь, тоже помощью и всякое такое: ну нормальные человеческие отношения, я бы и без долга помог, но нюансы есть. Но вот разница между «помог от чистого сердца, тратя своё время», или «помог, потому что дёргался и было нечего делать» — есть. Причём такие моменты у аристократов, судя по Себу и прочитанному, более… Формализованы, что ли. Так что я ему на то, что долг не столь велик намекнул, с чем он согласился, как-то так вышло.

А после мы потопали к выходу из Академии. Причём не к выходу на мост, а в самый низ, на зеленеющие луга. Служки Академии бегали, суетились, выстраивали собравшихся молодых ребят и девчонок в ряды. Не особо кстати это было и нужно, но выстраивали проверяли. И получилась из нас две шеренги, указывающие на высокий помост, поблескивающий медью от светлеющего неба.

А, через несколько минут, на помост взобрался плечистый, здоровенный дядька с распущенной гривой белоснежно седых волос. В тяжёлом доспехе, с имплантированной глазницей и глазом, причём явно боевым имплантом. И прям как лев из зоопарка заревел… На квиритском. Вот же, блин, думал расстроится я, но умный модуль дополненной реальности меня выручил (вещь, всё-таки), давая текстовый перевод.

Начало я упустил, но смысл магистрской речи был в том, что Империя и Человечество готова дать нам в руки сильнейшее своё оружие. А нам надлежит быть достойными, с честью нести и не посрамить. В общем — вещи понятные и разумные. Но многое я упускал, из-за перевода, и решил квиритским позаниматься. А то неудобно как-то, да и явно ведь упускаю многое, хотя и так пробирает.

А в момент, когда звезда поднялась из-за горизонта, прямо со спины Магистра, осветив его лучами, он как раз закончил. Вскинул руку в имперском салюте и так, что казалось затряслась земля, рявкнул:

— Слава Императору!!!

— Империи слава!!! — рявкнули и мы, стоящие рядом.

И даже статуи-воины вскинули своё оружие в салюте, сверкая медью в лучах рассвета. Очень так… значимо, красиво и торжественно получилось. А народ стал, под руководством служек, втягиваться в Академию. Группами и шеренгами, поочередно, чтобы не было давки и не портить торжественный момент.

А я старался отойти впечатлений от торжества — вот казалось бы и не было ничего такого, а так и хочется шею какому нибудь врагу Империи свернуть. Ну или ещё что полезное сделать. В общем — я проникся, но надо себя в руках держать. А то вот некоторые физиономии после торжества выглядят совершенно дебильно: восторженные, перекошенные. Только сведённых в кучку глаз и языка из уголка рта не хватает, для полноты картины. А мне с такой физиономией стоять нельзя, она к моему цвету глаз не подходит, хех.

В общем — в руки себя взял, в академию вошёл уже вполне нормальный Гален. А на пороге мне (да и Себу) из сети пришёл подсвеченный маршрут на браскомы. По нему мы и направились: нас ждала наша первая лекция в Академии.

16. Аристократическое кокетство

Первым занятием у нас (да и фактически всех слушателей, как выяснилось, примерно пять сотен без малого, если прикинуть по шеренгам на торжестве) была «вступительная лекция о правилах, порядках и обычаях Академии Пилотирования».

Вообще, казалось бы — бред. Ну кто мешает разместить все эти правила, порядки и обычаи в сетке? Но если они там и были, то чёрта с два найдёшь, из-за неструктурированности информации.

Вообще, подозрительно это всё было. Возникали подозрения, разной степени глупости, на тему а нужны Империи вообще пилоты-то? Нет, понятно, конечно, что нужны. Но даже узнанного хватало, чтобы практически уверится: это не просто «закалка характера». Даже Никс так не сволочился. Зачем это всё надо… Ну, подозрения-то есть, но довольно дурацкие. Посмотрим, присмотримся: может подтвердятся, может и нет. Пока эти подозрения обдумывать глупо, да и вообще по дурацки они выглядели.

Так вот, сама лекция о «правилах» читалась вулканистом. И этот кибернетизированный тип, посверкивая робой, ОЧЕНЬ нудно вещал. Вот возникало ощущение, что специально собирается усыпить слушателей. Так что я поступил хитро: задал в браскоме программу записи и текстовой обработки: потом текстом почитаю.

А сам стал с интересом оглядывать своих соучеников. Кстати, судя по вращающимся головам и внимательным взглядам — записывал лекцию браскомом не я один.

Ну и в выходило: парни и девчонки, примерно в равном соотношении. Ровесники, более или менее, хотя человек семь были явно постарше, пара из них со зверскими, а пять — с протокольными рожами. Это у нас выходили выслужившие место в Академии, видимо легионные и департаментные.

Тем временем, Себ повращал башкой, поклевал носом и шёпотом уточнил, записываю ли я.

— Угу, — шепнул я.

— Тогда скинь мне копию, буду благодарен, — шепнул Себ.

А после моего кивка — заснул, блин! Впрочем, понять его можно: три часа вулканист ровно, на одной ноте и скрипуче нудел. Да программы голосового чтения на браскомме в сто раз выразительнее и живее! А с народом не пообщаешься — лекция всё таки. Так что я полчасика вглядывался в окружающих, поподмигивал нескольким симпатичным девчонкам, с которыми встретился взглядом (без перспектив, по крайней мере внешне готовности завязать, расширить и углубить знакомство девчонки не проявляли).

В результате я стал, отключившись сознанием от нудежа, читать текстом, в дополненной реальности, что там вулканист надиктовал.

Выходило, что большую часть я от Себа знал, но далеко не всю. То ли парень умалчивал, то ли сам не знал. Например, самого понятия «курса», «ранга» и чего-то такого обучения — не существовало. Только уровни знания по конкретным предметам. Формально были слушатели второго и больше года, но их можно было спокойно встретить на лекции или практическом занятии будучи «первогодком». Потому что занимались они раньше какими-то другими предметами, а вот там, где мы пересекались — только с этого года.

Далее, вулканист нанудел не «в общем», а конкретно: за что нас могут изгнать до получения Инвиктуса. И за что — прервать обучение и обозначить его завершенным — после получения. Тоже полезно, но в общем — очевидно. Преступления всякие, в адрес слушателей и персонала, ну и Империи, само собой. Злостное неисполнение обоснованных требований наставника или лектора: например, болтаешь на лекции и не затыкаешся после шестого требования. Вот вроде и глупость, но это каким придурком надо быть, чтоб проигнорировать требование преподавателя шесть раз? Правильно таких выкидывают: нормальные на лекцию не ходят, а не дисциплину во время занятий нарушают. У меня опыт большой, я точно знаю.

А вот дальше я «догнал» (в смысле дочитал текст до текуще-нудёжнгого момента) монотонно скрипящего вулканиста и стал с интересом вслушиваться. Речь шла о практически обязательных для «претендующих на Инвиктус» вещах. Даже не занятиях, а тестах и обследованиях.

— Пренебречь оными, — нудел вулканист, — вы вправе. Последствия за возможную неполную совместимость с машиной падут на пренебрёгших.

А вот что за совместимость — ни словечка! Похоже, у киборгов сволочизм имплантируется вместе с той самой четвертью тела, после которой они и могут называться «киборгами», а не «человеком с имплантацией».

И эти тесты и прочерки продляться практически до выдачи Инвиктусов. И сегодня, после трындежа вулканиста — тоже будет. Интересно, пообедать успею, задумался было я, но тут же отвлёкся — киборг начал нудить про педелей и их связь с учебным процессом.

А я, естественно, вслушиваться. В итоге вышло, что то ли Себ не знал толком, то ли просто меня успокаивал (что вряд ли, но возможно). Дело в том, что в Академии было до чёрта слушателей. Традиционным сроком пребывания, обучения и тренировок — было пять лет. В общем, с учётом пяти лет обучения, даже за вычетом получивших Инвиктус и сваливших — всё равно народу много.

И, если именно лекции ещё туда-сюда: то есть аудитории вмещали до тысячи человек. То вот прочие занятия были на десяток-другой человек, не больше, или теряли эффективность. А педель занимался тем, что согласовывал и утрясал график, в идеале — отстаивал интересы своих подопечных и прочее такое. Ну и конфликт с ним оборачивался неприятной стороной: либо мы с ним миримся (что чёрт знает, как делать, да и не хочется если честно). Либо каким-то образом меняем педеля (что хочется, но тоже непонятно как осуществлять). Либо посещаем лекции и тренировки по «остаточному принципу», после тех, кого педели пропедили на занятия.

Ещё был вариант тратить баллы — тут и Себ, и сеть Академии, и вулканист давали данные без расхождений: баллы вполне можно тратить на составление удобного себе графика. Как уж выкручивались преподаватели — чёрт знает, но сама возможность была.

Так что лекция вышла информативной и полезной. Ещё бы вместо вулканиста кто-нибудь поживее был — совсем неплохо бы было. Лучше симпатичная девица какая-нибудь… Ну, впрочем, даже старый дедулька — тоже подошёл бы, лишь бы не занудно гудел.

По окончании лекции народ начал разбредаться. Себ проснулся, получил от меня текстовый файл с лекцией, благодарно кивнул. А после я стал прощаться — мне надо было на эти тесты-обследования.

— Так я с тобой, — почему-то поморщился Себ.

— Так у тебя же этот, родовой «Сотрясатель», — припомнил я. — Если ты меня проводить — спасибо, но справлюсь сам. Я талантливый, — хмыкнул я.

— Талантливый, талантливый, — отстраненно пробормотал граф. — Мне тоже надо на тесты и обследования, — недовольно буркнул он, нахмурившись.

— Не понял, — честно признался я. — Тебе то, с родовым Инвиктусом, это зачем?

— Дела рода… — задрал было нос Себ, запнулся, махнул рукой и продолжил нормально. — Да не повезло мне. А Роду — повезло. Да и мне, но не очень.

— Очень информативно, — покивал я.

— Да-а-а… Ну в общем тайны особой нет, это и так через месяц будет известно.

Так что по пути к месту теста/обследования, куда двигали помимо нас около сотни слушателей, рассказал мне Себ про «везение-невезение».

Так вот, обучение в Академии — дорогущее. И Род, даже большой и богатый не может отправлять каждого ребёнка в Академию. Это при том, что настройка родового Инвиктуса или получение нового — одинаково по деньгам, только время на выслуживание «наследным», после обучения, тратить не надо.

И Род примерно прикидывает, с учётом средств, наличных Инвиктусов, умирающих пилотов, кто из молодёжи идёт в Академию. Ну и проверок детей, времени рождения — «селекционно-евгеническая программа», сообщил Себ, тут же отрезав, что это — совсем тайна, кроме самого наличия этой программы.

И вот, Себ родился в нужное время, с нужными склонностями и всё такое. Но вот его сколько-то там юродная кузина, которая должна была чем-то совсем другим заниматься, по задумкам, оказалась бракованной. К чему-то другому склонностей не имела, а вот к пилотированию — очень даже. Сидороффы подумали-прикинули, да и решили таланты не губить. В общем — нашли деньги на обучение двух пилотов. Но Инвиктус родовой — один. И если Роду, по большому счёту, пофиг кто за Сотрясателя сядет, а кто выслуживать начнёт, то Себу и «этой Гилларе» — не пофиг, как понятно. Кто-то по окончании обучения в Род, а кому то выслуживать Инвиктус, чёрт знает какой ещё.

Ну и сделали запрос Академии, сдавая Сотрясателя, что мол у нас двое. Посадите в него того, кто лучше подойдёт.

Так что и Себастьян и его кузина в подвешенном состоянии. При этом, тесты и обследования им проходить надо, как понятно. Даже увидели эту кузину по дороге к тестировочной (ну, медблоку, наверное). Себ с ней, кстати даже кивком обменялся, но подходить и разговаривать не стал. Что и понятно — даже если они друг другу гадостей не делали, оказались соперниками и проще не общаться. До получения Инвиктуса уж точно, а вот дальше — насколько у обоих мозгов и родственных чувств хватит.

В итоге — оказалось что притопали мы не в медблок, а гибрид полевого лазарета и места соцопроса. По крайней мере — так всё это выглядело. Куча служек, куча комнатушек, со столами, медоборудованием, опросными и симуляционными терминалами. И куча перегородок-комнатушек. Вдобавок, всё это находилось в каком-то танцполе, точнее, наверное, бальной зале. Здоровенная такая, с мозаичным полом, статуями по периметру.

Один из служек на входе бегло просканировал нас, после чего на браскомы пришли маршруты. Довольно занятно, что несмотря на беспорядочное нагромождение огороженных кабинок, не менее пары сотен человек нас — ни очередей, ничего такого. Все при деле, всё направляются в свои кабинки.

Где и вправду были медицинские и психологические обследования, первое время — просвечивания и заборы всяких жидкостей и даже образцов плоти (хоть обезболили и полечили, а не как наш школьный фельдшер!). А вот второе время и до вечера — тесты. Текстовые, симулированные, реакции на критические ситуации — ну там машина летит на старика, ребёнка и собаку. Определится, кого спасать и всякое такое.

В общем муторно выходило, но понятно, что нужно. Но вот с обедом да и ужином — фигушки. До семи вечера все эти тесты длились, ни перекусить. ничего. Так что выбежал я к поджидающему меня Себу с хищным взглядом и урчанием брюха.

— Жрать хочу! — озвучил я, клацая челюстями и, надеюсь, не слишком заметно исходя слюной.

— Я надежда Рода, меня нельзя жрать, — обеспокоился приятель.

— У Рода твоя кузина есть, — припомнил я. — Но вообще — я про столовую.

— Это с чего ты так оголодал-то? — поинтересовался Себ, уже по пути, видимо впечатлённый боевым маршем, выдаваемым моим желудком.

— С пяти утра не жрамши! — возмутился я, подозрительно прищурившись на в натуре графа. — А чего это ты такой сытый?

— Сходил пообедал, — пожал он плечами.

— Э-э-э… а можно было? — удивился я.

— А кто запретит-то?! Двери открыты, ходи, занимайся своими делами. Вернёшься — построят новый график.

— А на браскомм скинуть, что жрать идёшь?! — возмутился не товарищеским поведением я.

— Так ты на тесте или обследовании можешь быть! Зачем отвлекать? Не подумал, что ты без перерыва будешь на тестах.

— Да, а я просто не подумал, выходит, — хмыкнул я.

Ну, с другой стороны, будем считать что у меня был разгрузочный день и нагрузочный вечер, решил я, с урчанием поедая обед, ужин и ещё какие-то там приёмы пищи.

А вот на следующий день у нас было первое занятие, выбранное по настоянию Себа. «История Инвиктусов», причём в отличее от частого «надо», с этим предметом сосед расщедрился на объяснения.

— Откуда Инвиктусы, кто их делает — там, конечно, не скажут, — озвучил он.

— То есть — вообще неизвестно?

— От Императора. Где он их берёт, что за технологии, как производит — неизвестно. Предположений есть масса, но… — не договорив пожал он плечами, на что я понимающе кивнул. — Но на Истории, обычно, преподают не просто лекторы, а учёные. И довольно часто всплывает неизвестная информация: про использование Инвиктусов, особенности их. В общем — мне не помешает.

— Да и мне тоже, — признал я.

Лекция, кстати, оказалась не лекцией: на занятие припёрлись человек двадцать, не считая нас. Даже выслужавшиеся, которых как и меня должно интересовать всё — пришла только четвёрка из семи. Один с рожей зверской и четверо с протокольной. Из интересных персонажей была кудрявая блондиночка из Оружейной. Я плечи расправил (так-то они у меня всегда расправлены, но ещё чуток) кивнул там… А вот фиг. Девица на меня не смотрела вообще, причём намеренно не смотрела. Кокетничает так что ли? Ну, если она с укрощённым (кстати и не видел его физиономию) в отношениях или просто за него переживает, ну или я просто не нравлюсь (безвкусица и глупость жуткая, но и такое бывает) — так просто скажи прямым текстом: иди нахер, Гален. Я нахер, конечно, не пойду, но и приставать не буду. Да просто головой могла помотать — жесты всякие тоже не просто так, если языком трепать лень. Но нет, просто не смотрит, причём намеренно, даже в моментах когда это естественно — отворачивается. Ну, посмотрим в общем, похоже и вправду кокетничает так по дурацки, но с такими симпатичными кудряшками и всем прочим — простительно.

Так вот, лекция выходила не лекцией, а скорее беседой, семинаром вроде. Преподаватель, молодой, не старше тридцати худощавый парень с визорами на глазах сел по главе большого стола, за который слушатели и расселись. Сделал рукой приветственный жест и озвучил:

— Приветствую, слушатели. Рассказывать в деталях о том, что я буду преподавать — не буду. Даже если кто-то из вас попал сюда по ошибке — думаю по контексту поймёт. Я буду читать вам лекцию, вы, в случае если появится вопрос или уточнение — поднимите руку. Я приветствую здоровое любопытство и готов отвечать на вопросы. Но без выкриков с места — в этом случае я вынужден буду просить покинуть моё занятие. Да, господин… Гален, — явно сверился он с информацией на визоре, обратив внимание на помахивание рукой.

— Гален Безмолвный, — озвучил я на всякий. — А вы, господин?… — уточнил я.

— Да, запамятовал, — покраснел, как смущающаяся девчонка преподаватель.

Может и совсем молодой, хотя хрен знает. но спросить — правильно. В сетке про преподавателя ни слова, только предмет. А задавать вопросы с обращением «эй ты, который читает лекцию!» ну как-то не очень.

— Василий Гратер, архидоцент кафедры Технической Истории Его Императорского Величества Института. Лектор Академии Пилотирования Инвиктусов на Вирде Грамен, — с лёгким кивком озвучил он, переставая краснеть. — Да, господин Димитрий? — обратил он внимания на выслужевшегося, со зверской рожей. помахивающего лапищей.

— Димитрий Шердан, подполковник… — встал из-за стола, чуть ли не по стойке смирно дядька, но опомнился, усмехнулся и бухнулся обратно.

Ну, мы не вставали — чай не в школе, а преподаватель скакать и в ножки там падать не велел. А вот то, что этот Дима — Звёздный Легионер теперь точно и гарантировано. И подполковник — а это немало. Хотя, закрутились шестерёнке в голове. Это может быть ошибка: муштра там, привычка. А может и нет: этакий завуалированный способ представится окружающим, и оповестить всех, что вот он подполковник. Вполне возможный вариант, кстати говоря, да и ничего такого неправильного в этом есть. Но занятно, отметил я, пристально вглядываясь в дядьку.

Впрочем, тот расслабился и совершенно нормальным тоном (и совершенно рычащим голосом) поинтересовался, насчёт зачётов-экзаменов.

— Их не будет, господин Димитрий, — помотал головой преподаватель. — История Инвиктусов — добровольная к посещению дисциплина, для тех кто хочет знать и кому интересно. Оценка ваших знаний и умений будет проводится только в дисциплинах пилотирования. Единственное, по окончании года, если мы с вами будем видеться, я проведу с каждым из вас собеседование. И оценю, имеет ли вам смысл тратить своё драгоценное время на посещение моих лекций.

Эк он ловко «пошлю вас нахер, если ничерта не запомните» сформулировал, оценил я. А больше вопросов не было. И Василий начал читать лекцию, довольно интересную, как я с некоторым удивлением понял.

17. Интересная учёба

Лекция Василия, к моему удивлению, затрагивала не Инвиктусы. Ну, для начала, по крайней мере. Она началась с истории человечества, причём без занудных подробностей и глупостей. Всякие истерички и истерики очень такое любили, полностью отбивая желания вникать в их трепотню. Я вот думал тут тоже так будет, а оказалось — не так. Всяких там дат кто родился, куда женился и нахрена помер — не было. А вот доимперсакая история — была. Причём с объяснениями, беглыми, но понятными и интересными.

Начал рассказывать Василий про времена, когда человечество уже покинуло свою колыбель-Землю. Ну, в смысле Терру. Открыло относительность относительности, и байка о том, что скорость света — максимально возможная стала тем чем она сейчас и есть. Шуткой, типа Мира на трёх слонах. Хотя последнее — как-то более вероятно, ну да ладно.

И вот, расселились. Ксеносов ещё даже не встречали — они в восточном и северном рукаве Галактики копошились и козни строили. И возникла проблема: на Земле хотели чтоб Миры работали на Землю, просто потому что она Терра. Чего, как понятно, никто делать не хотел. Хотя и долги отдавать было-бы порядочно: космические корабли-то не из вакуума самостроились, силы ресурсы в них вложены огромные. Но были конфликты, чуть ли не войны. Но устаканились:

Терра обладала огромным человеческим и научным потенциалом, как выразился Василий, а колонии — экспенсионным. В итоге возникла Межзвёздная Конфедерация Человечества. Беглый рассказ Василия показывал её как, по сути, Империю. Но без Легиона, нормативов и департаментов. Имперского Закона не было вообще — только обмен и военная взаимопомощь, которая в общем-то и не нужна была толком. Что при отсутствии ксеносов, отсутствии проблем с жилым пространством и ресурсами — разумно выходит.

Но это выходило на первый взгляд, А на деле, времена МКЧ Василий назвал временем «расцвета трансгуманизма». И пииты тоже в это время появились, хотя и были ещё в этой Конфедерации. И не только пииты. Большую часть названий всяких трансгуманов я просто не знал, не сталкивался. И хоть было не слишком удобно — ну, примут же за неуча, блин!

Но то, что меня всякое дурачьё таким принимает — фигня, по сравнению с тем, что я таким могу быть. Вот наша истеричка вообще про доимперские времена выдавала, что до Империи жили хреново, а вот как стала империя — стало хорошо. Я вот, Никсом хотя бы частично в историю с пиитами посвящённый, пробовал что-то вякнуть, но был заткнут. В общем-то, одна из немаловажных причин что я на эти дурацкие уроки забил. Ну, помимо общения с девушками и перераспределения фруктовых благ, хе-хе.

— Да, господин Гален? — кивнул на поднятую руку Василий.

— Большую часть трансхомо, описываемых вами, господин архидоцент, я не знаю, — озвучил я сразу. — Вы не могли бы более подробно описать их?

— Не мог бы, — покачал головой Василий, но с улыбкой, причём не насмешливой, а одобрительной.

Чего я нифига не понял — он меня послал с моими вопросами, но одобряет? При этом, беглые взгляды соучеников, не всех правда, были с некоторой долей признательности ко мне. И осуждающе-возмущённые на Василия. То есть, внутренне повеселел я, это не я один такой неуч, народ-то тоже не в курсе.

— Не мог бы, господин Гален, потому что большая часть названных мной трансхомо уничтожены. И не только — виды и типы этого пути человечества просто не являются темой наших занятий. Однако, по окончании лекции я представлю адресные ссылки на сетевые ресурсы Академии, с которыми вы, господин Гален, и те из вас, кто заинтересуется, — обвёл он сидящих слушателей взглядом, — сможете ознакомится с названными мной.

— Благодарю, господин архидоцент, — кивнул я.

— «Господин лектор» или «Господин Василий», во время лекций, вполне достаточно, — уточнил он и продолжил рассказ.

А я стал понимать, что всё не так просто, как я понимал до этого. Похоже, сеть Академии не неструктурированный бардак. Это вполне структурированный, изначально таким созданный, информационный лабиринт, с кучей тайников и всяким таким.

Вот я бегло проглядел кучу данных. Всё, что идентифицировал терминал в открытом доступе. Естественно, не перечитывал, проглядывал по верхам, но всё же. И там точно не было никаких исторических трудов и разборов, это даже по беглому взгляду можно понять.

А значит, есть ресурсы доступные. Скорее всего незакриптованный и гораздо более обширные, чем то что я проглядел. И, наверняка, не только по истории и трансгуманам всяким. Но их можно найти только по адресу, как открытый ресурс они не индексируются, отклик на терминал не дают. И их по сути нет, до адресного обращения к ним. По той же ссылке, которую преподаватель грозится дать.

Василий же тем временем продолжал. И дошёл до момента, когда Конфедерация мало того, что начала разваливаться. Так ещё многие планеты становились с помощью кибернетизации различного типа, биоизменений и всякого такого прочего столь далеки от человека, что и человеком называться не могли. Так вот, Конфедерация трещала по швам, так ещё всё шло к войне всех против всех. Частично конфликты уже начались и даже были планетарные бомбардировки, с полным уничтожением биосферы, на минуточку!

Мало того — появились ксеносы. Стали появляться на границах известной людям части Галактики, и если бы просто появляться! Минеральная форма жизни, использующая электромагнитные поля в качестве инструмента. Лаписы называли их официально, ну и «…бнутые булдыганы» неофициально. Потому что война была с ними на уничтожение, почти тысячу лет. В конце которых окрепшая Империя их таки уничтожила.

Правда Василий озвучил довольно… странную позицию, хрен знает, насколько верную. Странную в общем.

— Есть теория. господа слушатели, что лаписы с нами не воевали.

— Да как же не воевали, если выводили планетарные ядра на нестабильный режим?! А армады их кораблей-астероидов?! — возмутился один их протокольнорожих.

— Вы, господин Шредер, не подняли руку. Делаю вам замечание и предупреждение, — озвучил Василий.

Бывший чиновник голову склонил, но зыркал возмущённо и несогласно. Да и не только он, что Василий просто проигнорировал.

— Но вопрос интересный, правда имело смысл дослушать рассказываемое мной. За всё тысячелетия конфликта ни разу, подчёркиваю, ни разу, господа слушатели, не было зафиксированно ни одного случая информационного контакта с лаписами. Теория состоит в том, что эта минеральная форма разума — а сомневаться в их разумности у нас нет никаких оснований — просто не считала нас врагами. Или разумными или даже живыми. Вывод планетарных ядер на нестабильный режим — это их способ терраформирования. Подготовка планеты к заселению, создание комфортной среды. А сложноорганизованные вещества, покрывающие поверхность — всего лишь неудобство. Как лёд, на сверхолодных планетах перед терраформированием уже нами. Так что теория гласит, что лаписы не воевали, а боролись со стихийным бедствием. А кого они считали стихийным бедствием? Правильно — человечество! В чём-то спорная, но дающая ответ на многие вопросы, без этой теории ответов не имеющих, — развёл он руками. — Но вернёмся к краху Конфедерации.

А дальше выходило, что даже появление лапусов ни развал, ни подготовку к междуусобице не остановило. Кто-то даже утверждал, что нет никаких минеральных ксеносов, потому что их не может быть. А под прикрытием этой байки сводятся счета и уничтожаются планеты.

То есть, скорее всего если бы люди узнали, что такое лапусы, насколько они сильны, что они точно есть и не отстанут — возможно история бы пошла по другому. Сплотились бы. отбились… Но не знали. И вот в этот временной промежуток, без дат, появляется Император. Имя его, изображений — нет. И есть запрет на словесное описание его внешности. При этом официально утверждено, подтверждено и прочее подобное что Император — человек. Даже в законах это есть, но не суть. Как и то, сидит ли сейчас на троне тот самый Император (слабо верится, но мало ли?), или его потомок в чёрт знает каком колене.

Появляется с мощным флотом. Ведёт переговоры и, для начала, к нему присоединяется Терранская система. Терра и две терраформированные планеты, на данный момент уничтоженные — одна лапусами, вторая кревами. И, постепенно. в новое объединение, провозгласившее «что есть человек», «что есть нечеловек» вливаются новые и новые планеты, становясь Империей. Довольно мирно вливались, несмотря на немалую военную силу (а, возможно, благодоря ей) Империи.

А с трансгуманами выходило по разному. В зависимости от того, насколько они «транс» не только в смысле тела, но и в смысле «на голову». Некоторые трансгуманы воюют против Империи и уничтожаются. Ряд — находят общий язык и точки соприкосновения, вулканисты — как раз из таких. Приняли нормы и не переходят грань «человека-киборга», отражённую в Законе Империи. А те которые совсем транс, но не идитоы и психи — сохраняют на протяжении тысячелетий благожелательный нейтралитет, как пииты.

Кто-то, впрочем, просто свалил куда подальше, со слов Василия. Видимо Лапусам или кревам на поживу, но ссылки лектор обещал, узнаю.

Так что Империя, ещё не всегалактическая, но человечества возникла. И сохранила большую часть потенциала, научного, промышленного и военного своей предшественницы-Конфедерации, только не кусочками и отдельно, а все вместе.

В общем, на десятой разрушаемой лапусами планете их встретил мощный флот Империи. И перемолол в щебень.

А в середине тысячелетия войны, у Императора появляются Инвиктусы. И он начинает им наделять особо ему угодных, создавая аристократию.

В общем — тут Василий остановился подробно, озвучивая довольно понятные разумному моменты. Зачем аристократия, почему с Инвиктусами такая чехарда. Мне, узнавшему всё вот это буквально на днях — всё прекрасно понятно, Василий только подтвердил логичные выводы. Но я умный.

А вот один из аристо — дурак какой-то, точно. С вызовом вскинув руку парень на кивок Василия выдал:

— Дом Зиссер верен Императору! И такие проверки и контроль — унизительны!

— Унижайтесь, — совершенно ровно ответил Василий, — Или подумайте. Слушатели, ВСЕ аристократические Рода и Кланы, вообще все — основаны Императором. Он наделял их Инвиктусами. Они были преданны и им доверяли достаточно, чтобы доверить сильнейшее оружие человечества! — патетично, аж вскочив, выдал Василий.

После чего, медленно опустил руки на стол, обвёл нас всех взглядом и негромко, спокойно, продолжил.

— И каждый из вас, пусть не знает точно — этого не знает и Институт Его Императорского Величества, слышал о предателях. И сколько их было.

— Тысячи, — почти прошептала блондиночка.

Василий на это поморщился, но предупреждать и прочее не стал — это он молодец, девчонка симпатичная. Но я на неё раньше глаз положил, так что нечего тут всяким архидоцентам!

— Тысячи, — продолжил он. — Каждый верный, каждый совершил подвиг. Так что приводить в пример свой Род, Дом, Клан, говоря о том, что контроль оскорбляет — не стоит. На моих занятиях — точно не стоит. Потому что история — помнит.

В общем-то, на этом лекция и закончилась. Сильная такая вышла, явно не по нраву некоторым аристо — не всем, но пятёрка несмотря на разумные слова и примеры губы отклячивали. Носы задирали. И вообще — выглядели как дураки, задетые за дурацкое.

Ну и чёрт с ним, решил я, выглядывая блондиночку, которой и след простыл. А я даже как её зовут до сих пор не узнал… Хотя окончательно стал уверен: блондиночка точно кокетничает и я своего не упущу.

После лекции, до вечера, опять были проверки и тесты. Хоть постится не пришлось, и то хорошо. А на следующий день — предмет «классификация Инвиктусов Империи».

Занятие вёл вулканист, назвавшийся Сентенция Коллектором Кальчесом. Насчёт коллектора — не знаю, вроде ничем таким не пах. Но голос, хоть ровный и механический, был гудящим, как из трубы. Так что в чём-то — говорящее имячко, хех. Но вот как лектор этот коллектор Кальчес, Сентенция притом, был… вулканистом. То есть вот один в один читавший нам вводную лекцию. Зану-у-уден, протя-а-а-ажен — сил нет. Более того, на попытку задать вопрос одним парнем — отрезал:

— Слушатели здесь чтобы слушать, а не говорить. Поберегите красноречие и внимайте.

А когда парень стал возмущённо (и негромко) жаловаться соседям — коллектор его просто выставил с лекции. Мол, до следующего занятия, «познавать добродетель молчания».

Нет, точно киборги — сволочи, в очередной раз уверился я.

Но, при этом, сама лекция, несмотря на кромешный кибернетический сволочизм, несмотря на запредельно отвратное нудения была… не менее, а возможно более интересная, чем у Василия. Ну, не совсем так, но близко. И не лектором, как понятно, а темой.

Например, вулканист озвучил, что двух одинаковых Инвиктусов… не существует как класса. Есть некоторые «странные технические решения из двух и более машин, объединенных в неразрывную группу, но они определяются как один Инвиктус».

Выяснилось, что оказывается есть огромные, неантропоморфные Инвиктусы. управляемые не одним пилотом, а семьями. Но такие монстры не увидишь в Галактике, пока не начнётся серьёзная война. По причинам, которые киборг объяснил очень, судя по гримасам слушателей — излишне подробно. Но как по мне — в самый раз. Только бы не так занудно…

Ну да ладно. Итак, основа Инвиктуса — генератор. Не реактор или что-то такое, именно генератор Инвиктуса, самоназвание и никаких пояснений. Что это, на чём работает — вулканист не сказал, подозреваю и не знал. Но знал выходные параметры, которые ужасали, особенно если учесть размеры: полтора на полтора.

И вот эти немереные запасы энергии идут на оружие, движение, защиту. И, казалось бы, обвешайся оружием, разгонниками электромагнитными, фазовыми разсинхронизаторами, щитами квантовыми, ну, арз энергии до чёрта. И летай, мощный-неуязвимый. Не совсем конечно, но вот будь у маркграфа Террафортиса больше пушек — разнёс бы силы бунтовщиков до того, как у него выгорели под огнём эмиттеры щитов.

Так-то так, а ни фига. Есть второй уникальный, свойственный только Инвиктусам и мощным, планетарным производствам фактор. Барионная плоскость или барионный клинок. Именно клинок, несколько метров длиной, рассекающий всё. Что-то запредельное, связанное с микроосновой мира, делало плоскость всепроникающей и неостановимой. Ну, кроме другой такой плоскости — там возникали какие-то «эффкты вуду» и прочее озвученное вулканистом техношаманство.

А я, как-то, ну по голо думал — условность. Ну что за дикарство — мечи на Инвиктусах?! Но это именно оружие против самих Инвиктусов, поскольку клинок плюёт на мощнейшую защиту, полевое усиление брони… Да на всё плюёт и рубит на части.

И выходило, что размеры Инвиктусов, от трёх до пяти метров — оптимальны. Здоровенный, неантропоморфный Инвиктус с кучей пилотов непобедим и мощен… Пока до него не добирается маленький трёхметровый Инвиктус. Щиты которого жуткая артиллерия не успевает истощить, а ловить которого здоровенная орясина не может. И разделывает этот мелкий Инвиктус здорового за секунды.

При этом, здоровые Инвиктусы всё-таки есть, хотя зачем, ну и их классификацию-описание и прочее коллектор отложил на следующую лекцию.

И, конечно, барионный клинок далеко не единственное оружие Инвиктуса против себе подобных. Но — наиболее ультимативное, фактор не дающий ударится в гигантизм, гундел коллектор.

В общем, несмотря ни на что, лекция оказалась чертовски интересной. И я бы не отказался послушать ещё, несмотря на отвратительного лектора. Но она подошла к концу. Блондиночка опять растворилась, блин!

А мы с Себом, во время ужина, наконец начали налаживать контакт с соучениками. Заказывать к себе еду не стали, а подошли к небольшой компании, часть физиономий из которой мелькали в соседних апартаментах, ну и сказали своё «здрасти», мол соседи мы. Давайте знакомится.

18. Золотой мальчик

Компания за столиком была из четырёх человек, наши соседи из двенадцатых апартаментов и их соседи из одиннадцатых. Все только поступили, все парни. Против нашего присутствия не возражали, представилась, выслушали наше представление. Маркиз какой-то там, виконт и всё такое. И завели трепотню на тему «как здорово, что мы в Академии, да ещё с такими прекрасными людьми, но…» Это самое «но» и было основной темы беседы и напоминало мне старческое брюзжание, что от сверстников смотрелось чертовски странно. Но Себ подхватил тему и начал радостно кряхтеть, стенать и брюзжать наравне с собеседниками. Жутко аристократично, судя по всему.

На моё представление, кстати, отреагировали несколькими удивлёнными гримасами, но Себ как-то по особому закатил глаза и гримасы сменились понимающими кивками. Вот врун какой, мысленно осудил я соседа, да и забил.

И, поскольку кряхтеть и стенать мне было неинтересно, стал пристально вглядываться в заинтересовавшего меня необычностью паренька. Он, кстати, тоже не скрипел, а попивал пиво из огроменной кружки, видимо своей, потому что металлических, с узорчатым рельефом в виде забиваемым охотниками зверьём, а зверьём — охотников в местной столовке не водилось.

Так вот, странным был парень тем, что во первых, был метр шестьдесят ростом, но метр шестьдесят пять от силы, точнее не скажешь. Невысокий совсем даже для девчонки, а для парня коротышка. Но это ладно, не всем нормального роста быть и на всяких там окружающих с высоты нормальности свысока поглядывать. Но вставал вопрос веса: парень был… ну минимум кило сто пятьдесят. Вот прям круглый совсем. Что несколько странно: прочие аристо нормальные парни. Да и вообще, я как-то даже на Белояре жирдяев особо не видел. Ну, есть там патологии и слабая воля — так лечится же! Ну кроме вислых жоп сорокалетних дядек — они нихера не хотят, лечится тоже. Но передо мной ровесник, причём не амёба — зыркает из под нависших бровей живым, с иронией взглядом.

Странно, в общем, так что стал я приглядываться. А приглядевшись — офигел, если не сказать крепче. Парень был сферическим. И рожа в складках. Жутких, гипертрафированно-перекаченных мышц. Не как атлет, создающий рельеф. А вот вообще всех мышц, часть из которых по моему и не существуют. Понял я это по толстой шее, когда парень слегка повернул голову и стало понятно, что под кожей бугрятся именно мышцы, которых у меня например — там вообще нет.

При этом, представился этот непонятный парень тоже непонятно: титулом, именем и прозвищем. Хотя прозвище может и фамилия. Отингир Олаф Стальной — вот как хочешь, так и понимай. Не хуже Галена Безмолвного для окружающих.

В общем, решил я не выпендриваться и узнать. Ну а пошлёт — ну значит пошлёт. Потому что я такого никогда не видел и интересно.

— Олаф, — вполголоса обратился я, получив кивок. — Слушай, не слишком деликатный вопрос, но интересно…

— Не модификант ли я, — пробасил парень с улыбкой. на что я кивнул. — Нет, Гален. Традиция Рода — дети растут на планете с тройной тяжестью.

— Ик… — немного офигел я. — Слушай, но…

— В деталях — модификант, естественно. Но даже не киборг: полимеры в костях, улучшенный метаболизм, ещё кое что, по мелочи. А то и не выжил бы, — пожал он покатыми плечами, вызвав перекаты мышц, заметные даже под пилотским комбезом.

Народ на это притих, внимательно слушая. Видимо, даже его сосед деликатничал, а было интересно. Уж всяко интереснее аристократического брюзжания.

Олаф внимательные физиономии и навострённые уши осмотрел, хмыкнул и стал рассказывать.

И выходило, что его Род, Стальной, поголовно модификанты. Детей отправляют на сверхтяжёлую планету с возраста меньше года, растят там до шестнадцати, получая вот таких лютых, чудовищно сильных типов. Но главное — невозможная для человека и для ряда техники устойчивость к перегрузкам. Подконтрольные владения Рода, а род огромный, почти десяток тысяч человек — сотни планет, слабонаселённых и не слишком богатых. Олаф не плакался да и прямо не говорил, но по контексту понятно. Ну и до кучи — громадное пылевое облако с двойным пульсаром на границе владений. А это хреновая навигация, очень хреновая радарная связь. И вообще, в ионизированный пылевой ЭМ-шторм лезут только психи и… пираты. Вот устраивают себе там временные логова, которые родичи Олафа периодически вычищают, но не помогает.

В общем, основное родовое оружие — не Инвиктусы, которых относительно мало и на всё не хватит. А истребители на носителях, руководимые родовыми пилотами. В области шторма дроны толком не летают, там такое экранирование для процессоров надо, что получится не истребитель, а утюг. Ну а пилотируемые малые суда, под управлением модифицированных и плюющих на смертельную для человека перегрузку — успешно обороняются, практически без потерь. И даже с ответными визитами наведываются, время от времени.

Я тут заинтересовался и даже спросил — потому что я твердо знаю, что межзвёздную навигацию осуществляют лайнеры Имперской Космонавигации. И редкие личные корабли аристо или совсем запредельно богатых компаний. И вот как-то из этого знания тысячи пиратов не вырисовывались. ну один корабль взбунтуется-захватят. Ну два. Но тысячи — вот вообще ни в какие ворота.

Оказалось, что знаю-то я правильно, но не совсем. Впрочем Олаф хмыкнул и сообщил, что «тысячи» — это какой-то там «кеннинг» слова «множества».

А главное, моя правота верна для нормальных межзвёздных расстояний. От трёх световых и выше. А вот в звёздном скоплении от звезды до звезды доплюнуть можно. Фигурально, конечно — фигу такой плевун, на полсветового года доплюнет. Есть, конечно, и меньше — чуть ли не десятая светового, но всё равно не доплюнет.

Но для кораблей пожиже полноценных межзвёздников — вполне терпимое расстояние. То есть не громадный мощный лайнер километровых габаритов, а утлая лоханка в сотни метров, ну и стоящая относительно дёшево. Что-то вроде крупного и энерговооружённого внутрисистемника.

— И Гален, я вообще не уверен, что наши пираты — пираты, — хлебнув пива хмыкнул Олаф.

— Это как? — заинтересовался я.

И выходило, что с другой стороны скопления — владения Рода, с которым у Стальных КРАЙНЕ напряжённые отношения. Прямой войны нет скорее из-за разделяющей владения бури, чем из-за чего-то ещё. Ну и такой фактор, что Стальные — не богаты, но многочисленны. А Род Ор — малочислен, но сидит на транспортных маршрутах и ресурсодобыче и соотвественно богатеи.

В общем, войны не было, но Стальные не без оснований, как по мне, подозревали что «пираты» — этакий способ Оров им подгадить.

Ну это ладно, хотя интересно. А тут Максий, сосед Олафа по апартаментам, маркиз (в натуре или нет не знаю, не уточнял) поинтересовался как из скопления Олаф добирался. Ну и мы поддержали — интересно. Ну и интересно, про истребители и перекладные, пока Олаф не начал рассказывать про ситуацию, практически аналогичную моей в космопорту. То есть, заштатная причальная станция, ну и охреневшие от безделья диспетчеры-персонал.

— Пришлось немного обшивку погнуть. И пару хамов. не насмерть, так, для острастки, — развёл он руками.

— Помогло? — уточнил Себ.

— Я же здесь, — улыбнулся Олаф.

— А чего печать не пригрозил сломать? — заинтересовался я.

— Да-а-а… как-то не подумал. непривычно и не доводилось. Да и вообще — что за традиция такая непонятная — ломать печать? Герб Империи!

— А вы не знаете? — с некоторым удивлением обвёл я присутствующих взглядом.

— То, что печать-чип при разрушении подаёт отчёт в имперские департаменты — знаем, — озвучил виконт Антос, под кивки окружающих. — А вот откуда традиция — нет. Как-то слышал. И ломать герб печать как-то… Расскажи, — обратился он ко мне.

А это, выходит, Никс мне «эксклюзив» рассказывал. То ли забытая легенда, то ли зацензуренная — Департамент Благого Знания там. Хотя и не сказать, чтобы особо страшно, но и не слишком приглядно. Впрочем — тайны никакой.

Так что стал я рассказывать, а дело было вот в чём. На определённый момент, как я сейчас понимаю — окончания войны с лапусами, возникла проблема. Проблема взяток и коррупции, которая могла Империю с полпинка разрушить. Потому что расстояния — космические в самом прямом смысле слова. И один паразит-взяточник, нарушающий работу имперской бюрократии, воровал на тысячу. А итоговый ущерб выходил чуть ли не миллиардным. Ну и вообще — воровать и брать взятки нехорошо, таких сволочей бить надо.

Но возникал вопрос увеличения и так огромного бюрократического аппарата. Проверяющие, контролирующие чиновников. Проверяющие проверяющих, чтоб не зародилась коррупция. В общем — замкнутый круг. при этом Империя, фактически ставшая на этот момент галактической, просто начинала рушится от коррупции. Без войны, особых и жёстких условий существования бюрократов… Ну, в общем, понятно что ситуация фиговая. И вот Император придумал, что взяточников, коррупционеров и прочую сволоту должны ловить те, на ком они наживаются. И появились эти самые имперские чипы-печати. Потому что они всегда у посетителя — без документа к чиновнику и не попадёшь. А чуть что — тут же ломается печать и на десятки световых лет разносится короткий, но узнаваемый сигнал: Империя нарушает свои обязательства! И, как рассказывал Никс, сам слом печати герба под это аллегорично подвели.

В итоге с коррупцией в рядах департаментов разобрались. Ну а остальные — либо сами сволочей пинают, как на Белояре. Или аристократы этим занимаются, на то они и аристократы.

Так что традиция ломать печать в случае неисполнения чиновниками Империи должного стало традицией и общераспространённым явлением. Хотя первопричина, как выходит, забылась.

— Любопытно, и я даже не догадывался, — озвучил Себ, под кивки окружающих. — Хорошие у тебя были наставники, Гален. И благодарю за рассказ. А вот у меня…

И как затеял аристократическое брюзжание, радостно подхваченное троицей без Олафа. Он помотрел на меня, пожал плечами, закатил глаза. А я закатил глаза и пожал плечами — ну а что тут сказать, когда эта четвёрка старчески брюжжит и, похоже, находит в этом какое-то удовольствие?

Но в общем — выходит что народ-то более менее нормальный. даже интересный встречается, типа Олафа. Но вести эти, светские беседы с ними надо только с Себом. Он брюжжит, а как интересное что-то можно и послушать.

Хотя, тут ещё момент что себовыми усилиями меня за аристо принимают — играет роль. Те же чиновники и ветераны из выслужившихся — ну, заметно, своей компанией. В них пальцами не тычут, не обзываются (а то от легионеров с зверскими мордами и помереть можно ненароком, возможно — не один раз). Но отчуждение в положении-общении чувствуется. А у меня — нет, но совершенно не факт, что его бы не было, если бы не Себастьян.

При этом, после получения Инвиктусов над выслужившими как… ну понятно кто над понятно чем кружить хищно начнут. Подлизываться и вербовать, это и по логике так, не говоря о себовых рассказах. А вокруг меня — нет. И вот чёрт знает, к лучшему это или нет.

Я бы, вообще-то, ни под каких аристократов надутых не шёл. а что-нибудь типо своего Рода хотел бы… но это скорее мечты. Совершенно не представляю, как это осуществимо, да и вообще — осуществимо ли?

В общем, поднялся я из-за стола задумчивый. И непозволительно расслабился — контролировал окружение, но так, фоново. И, подозреваю, имел совершенно дурацкую задумчивую морду. Потому что естественная реакция на прущего на меня типа была в общем верной… Только он, скорее всего, не пёр бы на меня, если бы я на него оскалился или ещё что-то такое. Но этого не было, ну и пытавшийся меня задеть плечом придурок с грохотом полетел в стол. Это ещё хорошо, что пустой, а то конфликт мог бы получится не с одним нарывающимся типом, по делу. А с кучей народа, совершенно случайно.

Тип на столе поворочался, собрал свои немного контуженные падением запчасти в кучу, злобно вызверзился на меня.

— Хам! — выпучил он глаза.

— Гален Безмолвный, нихера не приятно познакомится, — представился я.

Среди окрестных слушателей послышались смешки, а тонконогий черноглазый тип аж ножкой топнул. Гнев демонстрируя, но мне почему-то страшно не стало, а стало смешно. Но ржать в голос я не стал, поглаживая подсумок и смотря на типа — чего он там ещё придумает-скажет.

Тип смешки послушал, ножками потопал, в неэффективности этого убедился. И со злобной рожей уставившись на меня рявкнул:

— Дуэль! Завтра же! На рапирах!

— Ну, в принципе — можно, — рассудительно ответил я. — До ранения, — начал я, поскольку свой «лимит» назначенного вызывальщик уже исчерпал. — И буду тебя называть именем, которым ты представился, после победы и до конца обучения.

Типчик аж покраснел, развернулся и утопал. А компания из-за нашего стола подтопала ко мне, причём Олаф имел вид виноватый.

— Гален, приношу тебе свои искренние извинения, — смущённо выдал этот сферический холмик мышц.

— За что? — уточнил несколько удивлённый я.

— Твой противник — Гарсон Ро, — озвучил Олаф.

— Это род, с которыми у вас конфликт? — на что парень кивнул. — А на меня он нарвался из-за того, что с тобой связываться не хочет.

— Скорее — боится, — практически сплюнул Олаф. — Но рапиры… Ты хороший фехтовальщик, Гален?

— Я вообще не фехтовальщик, Олаф, — озвучил я, полюбовался охреневшими физиономиями и дополнил. — Ему это не поможет, господа. И Олаф, извиняться тебе не за что — этот придур… господин сам нарвался. Сам себе и виноват, — подытожил я.

На этом столовские посиделки закончились. А Себ, по дороге, несколько обеспокоенно уточнил:

— Гален, я надеюсь ты такой же «не фехтовальщик» как и «не рукопашник»?

— Примерно такой же, — ответил я, не став озвучивать что рапиры в жизни руках не держал.

Сосед успокоился. Но и я не особо нервничал: потому что этикетка. Я когда всякие дуэли рассматривал, естественно в сетку лазил, смотрел всякие бои. И холодное оружие — вполне использовалось как дуэльное. Почему такой анахронизм сохранился, я понял только после информации о барионном клинке, но не суть.

А суть в том, что размахивая и тыкая этими вертелами, махатели и тыкатели подставлялись гораздо сильнее, чем рукопашник, вставая в стойку. Потому что они рассчитывали, причём на уровне рефлексов, на такого же фехтовальщика. Кроме того — дыры в уровнях контроля, да много на чём поймать можно. В общем — не страшно и справлюсь.

Шанс на то что этот Гарсон какой-то невозможный умелец фехтования есть. Но в сети были записи поединков именно таких. Голокамеры не справлялись с фиксацией порхающих клинков, воспроизводя полупрозрачные металлические всплески. Вот только основные ошибки были всё те же — заученность, привязка к телу, как чему то стандартному и неизменному.

А Никс, между прочим, из меня бантики без всяких модификаций завязывал. И без анестезии, сволочь такая. а главное — занудно и противно клевал в мозг, вклёвывая в общем-то правильную вещь: неправильного и невозможного нет. Есть Цель. Есть Путь к Цели. И силы, которые надо потратить на этот путь.

В общем, я на пути к цели наказать придурка препятствий особых не видел. И польза от этого тоже была немалая.

Но вышло… неожиданно. Я к тому, что будут дуэли был готов. Но вот причина, как мне казалось, будет из-за наездов на мою неродовитость. В крайнем случае — из-за зависти, что я такой замечательный. Но вот так, чтоб досадить мимолётному знакомому… Дурак этот Ро какой-то. Надо бы ему как-то пообиднее вертел воткнуть, прикидывал я, засыпая. Чтобы другие дураки не лезли.

19. Кулинарная дуэль

Себ у нас в апартаментах завалился спать. А я сел за терминал: мне нужно было пусть ограниченное в Академии, но подключение к галасетке. Можно обойтись и без подключения, но путь выходил хреновее.

Тут ещё ведь был такой, неприятный фактор. Мне с Родами и аристократами ссорится «в общем» — не стоит. Это не школа, где можно хоть всем и сразу сказать: «вы все придурки, а я — Гален». То есть, сказать-то можно, но перспектива дальнейших вариантов жизни неприятно сжимается. Не в плане того, что прибьют, хотя и это возможно. А в Род какой-нибудь приличный пристроится. Нет, я если узнаю, что и как со своим Родом, что это возможно — на все выкрутасы плюну и буду делать, как посчитаю нужным, без оглядки. Но пока не узнал — глупо пилить сук, на котором может и посидеть нужно.

Так что, до поры надо «играть по правилам», не прогибаясь, конечно, но действуя в их рамках. Правильно и разумно, хотя раздражает немного.

А нужны мне были хотя бы открытые данные по этому Роду Ро. Потому что какие бы родовые тайны и прочее не разводили — аристократы на виду и данные по ним точно есть. Пусть и не все, но хотя бы общедоступные.

А ещё, нужны были не бегло просмотренные, а конкретные записи. Голозаписи, а ещё лучше эмуляции-оттиски… Игр полного виртуального погружения.

КИР, будучи чем-то вроде табу на Белояре, в Империи были широко распространены. И массово использовались не столько для тренировок или обучения, а для игр в искусственной виртуальной реальности. На мой взгляд — довольно дурацкое занятие, особенно при том, что были профессиональные игроки, зарабатывающие играя немалые деньжищщи. Их в сетке называли киберкотлетами, чего я не понимал, пока не увидел голозапись одного из киберкотлетов не в искусственной, а естественной реальности. Без кибернитезации котлетами, ежедневной и упорной, такие щачла и пузо не наешь, стопроцентно.

Но фиг бы с ними, киберкотлетами. Главное что игроки, в зависимости от правил игр, или законов искусственных миров, как называли они игры — фехтовали. Десятки лет, пусть и в искусственной реальности, но прописанной досконально. Как в плане мышц человека, так и характеристик оружия и законов физики. Ну, тут конечно от игры зависело, но я отобрал несколько, с «реалистичностью 99 %+», как гордо заявляла реклама. И подтверждал сертификат Департамента Информации Империи, что делало рекламное заявление практически достоверным фактом.

И вот в этих игрушках, в искусственной реальности, размахивали рапирами, мечами и прочим. Теоретически мне бы хватило и голозаписи с дуэлей — и такое встречалось. Но для чистого пути нужны были именно слепки искусственной реальности, этакие клоны бойцов. Тоже в искусственной реальности, но это и неважно: в моей половине апартаментов КИР стояла, как и своя у Себа. До сих пор мне она была просто не нужна, но вот в подготовке к дуэли — очень полезная штука. Особенно с оттисками игроков — прекрасная возможность проверить мои выводы на практике, пусть и искусственной.

Правда эти оттиски первое время меня расстраивали. С самого начала тем, что были не бесплатными. Бесплатные выкладывали какие-то рукосуи криворукие, на которых смотреть даже без погружения было больно. А вот игроки высокого ранга и длительного опыта хотели за свои оттиски креды, причём ощутимые. Но лучше потратить креды, чем себя, так что с тремя отрывками я направился к КИРе. И, уже после подключения, оттиски меня расстроили ещё раз. Самым наглым образом отпинав! Обидно, блин!

Но, с другой стороны — показав, что я очень правильно сделал, став с этими оттисками возиться. Потому что часть моих планов оказались нереальными. Конечно, если противник — высокого класса. Но рассчитывать в опасном поединке на неумелого противника — не мой путь.

Так что через объективный час и субъективные полдня я выбирался из капсулы довольный и окончательно уверенный насчёт завтрашнего. И ещё посплю нормально, а то боялся что лекарства-тонизирующие придётся лопать. Отобрал для завтрашнего не лишнюю деталь, оставшуюся от сборки роботов. И, грызя прихваченные орешки, стал просматривать что поисковики нарыли в сети по Роду Ро.

И Род действительно богатый, но всего в пятнадцать человек. Их конфликт со Стальными — упоминался, но без деталей. мол, так и так, напряжённые отношения с Благородным Родом Стальной, соседствующих через Туманность Дуализма. Это такое название придумали пыльно-магнитной буре, наверное из-за двойной звезды.

Но главное — фехтованием эти Ро действительно занимались, проводили у себя чемпионаты в реальности и сами «демонстрировали класс». Вроде бы — очень высокий.

И «тонконогость» у них, похоже, родовой признак — все такие, с пузами и тонконогие, как репка. На этом важном наблюдении я орешки догрыз, да и потопал спать: всё нужное, для достижения цели я уже сделал.

Поднялся до рассвета, прикинул напоследок — не ошибся ли я где, может броню надеть поверх пилотского комбеза? Но выходило — нет, а броня только усложнит путь. Ну или вообще сделает его невозможным.

Вышел из спальни собранный и наткнулся в гостинице на зевающего Себа. Тот мне кивнул, а я задумчиво смотрел на его невыспавшуюся рожу.

— Доброе утро, Себ, — протянул я. — А ты знаешь, есть такая сказка, про свихнувшегося вулканиста-биолога и прекрасную принцессу. Там где он её в криосон погрузил.

— М-м-м… Да, знаю, — непонимающе уставился на меня приятель. — А это ты к чему?

— Да уточнить хотел, Сидороффы часом не в родстве с этой принцессой? Потомки или ещё что-то? — оглядывал я сонного парня — он задумался, нахмурился, но понял и заржал.

— Смешно, Гал. Слушай, ты готов, в порядке? — собрался он.

— Готов и в порядке, спасибо что встречаешь, но лучше бы поспал.

— Лишнее, на лекции посплю. А ты запишешь и поделишься, — задрал свой шнобель он.

— Вот ты жук, — оценил я. — Надо бы чего-нибудь подправить в записи.

— Не надо!

— Посмотрим.

Ну, посмеялись в общем. После чего Себ просто с пеной у рта стал доказывать, что завтракать мне не надо, а вот размяться не помешает. В общем — правильно, судя по тому что я про дуэли читал. Если в них дуэлиться, как все, конечно.

Но завтракать я не хотел, так что просто поводя руками и разминаясь потопал к нижнему выходу Академии. Для дуэлей «благородным оружием», как называли всякие ножи и мечи, была своя специальная площадка у основания Академии. Что в кусках заточенного железо благороднее — чёрт знает. По моему атомарный деструктор или электромагнитный разгонник поблагороднее выходит, но называлось так. Да и дуэлится на деструкторах я бы точно не стал. И вообще на стреляющем: там всегда есть неприемлемо большой шанс на окончание пути, не достигнув цели.

На полянке никаких Ро ещё не было, но стоял уже знакомый мне служитель Академии, тот самый, что отвёл меня от ректора в апартаменты. Вообще все эти дуэли были регламентированы аж жуть: секунданты там всякие, правила вызова, комиссии какие-то даже. Но это в общем.

А в частности, в Академии, действовал «упрощенный кодекс». Что мои предположения, на счёт того «а что в Академии творится» косвенно подтверждали. Впрочем, пока для окончательных выводов надо больше узнавать.

— Приветствую, господин Безмолвный, господин Сидорофф. Я — камергер Восточного Крыла Академии, Тилл Секундос распорядитель сегодняшнего поединка чести, — кивнул нам дядька. — На время проведения поединка прошу именовать меня «господин распорядитель». Господин Смирнофф, если вы присутствуете в качестве секунданта…

— Исключительно в качестве друга и наблюдателя, господин распорядитель, — озвучил Себ.

— В таком случае попрошу вас покинуть поле поединка, — на что Себ кивнул, пожелал удачи мне и утопал за пределы площадки-полянки.

Кстати, «камергер», судя по мной прочитанному — старший над слугами и помещением. Это выходит меня от ректора главный слуга уводил, прямо даже гордится можно, мысленно хмыкнул я.

— Господин Безмолвный, предлагаю, дабы не терять времени, провести осмотр поединщика, — обратился ко мне дядька, на что я кивнул.

Осмотр заключался в небрежной активации браскомма, правда через секунду дядька нахмурился на мою левую руку. Я собрался, думал обосновывать своё «нововведение». Ну или отказаться от него, если что. Неприятно, но путь всё равно проходим.

Однако, нахмурившийся камергер ещё раз, уже не небрежно, вгляделся в показания брасскома и просто промолчал, кивнув. Мол, осмотр пройден, к поединку готов.

А через пару минут притопал Ро, причём с каким-то парнем и аж девицей. Мерял меня взглядом, раздувал ноздри и вообще вёл себя как дурак. И девицу притащил, дурак такой. Хотя, поединки записываются во всех подробностях и записи оказываются в академической сетке. Так что дурак не из-за девицы, а что со мной связался, из-за глупостей.

Камергер так же бегло Ро просветил, поднял и открыл лежащую на полу коробку, где лежали две шпаги. Этакие блестящие вертела с причудливой ручкой, хотя и не совсем — у них была режущая кромка, что вертелам несвойственно. Но вообще — на некоторые барионные клинки похоже, так что почему холодное оружие у аристократов используется, причём именно такое — понятно.

— Примите оружие. Но перед этим, от лица Академии спрашиваю — не угодно ли вам примириться? — озвучил распорядитель.

— Нет, — буркнул Ор, хватая шпагу.

— Он не хочет, — небрежно кивнул я в Ора, тоже беря вертел.

— Поединок чести между слушателями Академии, Галеном Безмолвным и Гастоном Ором до ранения начинается! — пафосно произнёс дядька и ускакал с площадки.

Ор встал в специальную стойку — ноги полусогнуты, вполоборота, левая рука за спиной, правая расслабленно водит вертелом. И приставным шагом начал приближаться ко мне.

Кстати, на нём, помимо пилотского комбеза, был короткий плащ-накидка. Не только одежда, но и элемент дуэльного снаряжения, кстати говоря. Довольно удачный для меня — другие варианты могли быть посложнее.

Сам я просто стоял, причём в этой же дурацкой стойке, только с более напряжёнными ногами — подвижность была критична. А главное — левую руку надо было скрыть, так что за поясницей самое то.

Ор на мою стойку пренебрежительно хмыкнул, сделав противно-заносчивую морду и небрежно ткнул вертелом. Причём «показано небрежно» — этот тычок до меня просто не мог достать. То есть, проверял как я фехтую.

Ну и я, неловко стукнув своим вертелом по вертелу Ора, с сосредоточенной мордой отпрыгнул метра на два назад. Пусть считает меня неумехой (так с определённой точки зрения и есть, что довольно смешно), расслабится и всё такое.

Рожа Ора расслабилась, но не до конца. Осторожничал. хотя уже явно пытался меня вертелом тыкнуть. Но я, иногда размашисто отбиваясь, отскакивал, причём явно на избыточное расстояние.

Через полминуты моё представление принесло плоды: рожа Ора искривилась в презрительной ухмылке. И он довольно быстро и ловко начал наседать на меня, тыкая шпагой… через несколько секунд оказавшейся в захвате рабочей защитной перчатки техника. Она композитная. многослойная, руку от режущих металлических плоскостей оберегает, куда там простому вертелу. Выпучил глаза, гордый аристократ подёргал-подавил шпагу, которую я не отпускал. Уставился на поднимаемую мной шпагу и рывком, всё таки вырвав свой вертел из моей хватки, отскочил. Оставив острый наконечник клинка у меня в ладони. И заверещал камергеру:

— Мой противник с неконвенционным оружием! — и пальцем в меня тычет.

— Снаряжение господина Безмолвного укладывается в определение «второе оружие: кинжал простой, дага, плащ, кулачный щит или приравненное к ним», — ровно озвучил распорядитель.

— Это… это ему не поможет! — рявкнул Ор.

Да щазз, не поможет, ухмыльнулся я не только мысленно, но и во всю рожу. У этих шпаг самое опасное — колющий удар. И вот сейчас я тонконого возможности такой удар нанести лишил. Ему придётся рубить, больше двигаться. А шпага тонкая, лёгкая. вообще для рубки слабо предназначена.

Ор стянул свой плащ, намотал частично на руку, оставив болтающийся конец, и стал на своих тонких ножках скакать и вертеться. Пытаясь меня запутать, но с колющими ударами не рискуя — в основном пытаясь меня порезать. И крутится ему пришлось как ежу на сковородке, так что вскоре мне и подвернулся случай: в момент прикрываемого плащём разворота вокруг своей оси в Ора полетела моя шпага. Чуть пониже спины, примерно, пришпилила развевающийся плащ к этой чуть пониже.

Вообще, метнуть железку мне пришло в голову сразу. Но железка хреново приспособлена для метания. А противник к этому скорее всего был бы готов. Потому что метали железки. Редко, неохотно, но бывало такое в записях. И вот, раззадоренный Ор, лишённый возможности тыкать, вращается с отскоком, меняя позицию. Я не достаю вертелом, вот никак. Но метнуть — могу. И хреновые метательные качества рапиры не мешают — противник пусть на секунду, но потерял меня из виду.

— Путамерд! — завизжал Ор от боли, да ещё и падая на пузо. — Зьют, зьют, зьют! — причитал он, валяясь на пузе и торча шпагой из задницы.

Не знаю что значит, но ругался точно, экспертно определил я.

— Поединок чести между Гастоном Ором и Галеном Безмолвным завершён победой последнего! — рявкнул камергер.

К орущему Ору тут же подскочила девица, засуетилась. Зыркала на меня злобно, а когда я захихикал — гневно. Ну а как было не захихикать, когда она во-первых, спрашивала, причём не один раз: «Ты как Гастончик? Тебе больно?!» Так ещё и пыталась осмотреть место на вертеле, дергая плащ, к мягкомуместу пришпиленный!

Что на это злобно провизжал Ор — я тоже не понял. Но видно что-то очень обидное, потому что девица вскинулась и с оскорблённой физиономией утопала. А к насаженному неторопливо двигала пара медиков от Академии. Вот тоже камушек в пользу моих предположений.

— Это было… оригинально. Поздравляю, — наконец нашёл слова хлопающий пастью Себ, идя со мной к Академии.

— Я же не фехтовальщик, — пожал я плечами. — Спасибо.

— Но второй раз… — начал было Себ, посмотрел на мою ехидную физиономию и сам себя прервал. — Понятно, — хитро кивнул он.

— Ну да, — кивнул и я.

Естественно второй раз такой финт может и не пройти. Если второй раз будет — тут уж чёрт знает. У меня для расчёта пути нет достаточно данных. Может будет, может нет. Но естественно я не один вариант продумал, ну и сейчас использовал наиболе… Ну зрелищный и унизительный. И Ор этот хамский ни за что, ни про что на меня наскочивший заслужил. И запись будет, всяких возможных дуэлянтов отпугнёт, скорее всего. Вертелом в жопу больно и неприятно, у Ора уточнить могут, если что, хех.

— Есть хочу, — озвучил я, на что Себ кивнул.

Заскочили в столовую, перекусили. А потом была лекция Василия и опять — проверки, тесты. Ну, как обычно в общем. Компания соседей в полном составе подвалила к нам на обеде, поздравив с победой.

А я прикидывал последствия, и вроде бы выходило сносно. Просто запись в сетке Академии появилась и первую дуэль нашего набора естественно просмотрели. И на меня народ поглядывал, в большинстве своём — заинтересованно. Некоторые — одобрительно. Были и возмущённо-негодующие взгляды, но мало.

А значит — вполне неплохо вышло, заключил я уже вечером дуэльного дня, готовясь засыпать. И когда всплывёт факт моей неродовитости (а, скорее всего, всплывёт) — всякое дурачьё десять раз подумает, прежде чем на меня гавкать. Хоть и дурачьё.

А ещё, надо хоть имя блондиночки узнать. И попробовать подкатить. Пошлёт и пошлёт, симпатичных девчонок много, хотя и понравилась она. Но уже надо — вот приучили меня Веста со стеллой к хорошему, даже некомфортно как-то становится. Надо в общем вопрос дружбы с противоположным полом быстренько решать, заключил я, засыпая.

20. Торжество тактики

На следующий день — занятия с вулканистом, про типы Инвиктусов. С небезынтересной информацией, из которой можно сделать только один вывод: Инвиктусы упралялись Искусственной Личностью.

Дело вот в чём: занудный киборг прогундел, что Инвиктусы в Академию поставляются с Терры ровно по количеству на них претендующих. Тем, кто с родовым — не поставляют, само собой. Но дело вот в чём: он рассказал о том, что «в исключительных случаях» несколько слушателей остаются без Инвиктусов на год, как и машины. Без деталей, но выходит: Инвиктусы не ломаются и ничего такого. Претенденты на них — тоже. Не «лечатся до следующего года», а именно ждут.

А такое возможно только в одном случае: несовместимость. Ну а Инвиктусы — машины, а не биоконструкты. Так что вариант всего один: искусственная личность, не подходящая самым что ни на сеть характером к претенденту. И объясняет, кстати, на кой хрен при тестировании задают тесты, ну вот вообще никак к пилотированию не имеющие отношения. Личностные всякие там.

Я то думал, что управляющий компьютер Инвиктуса — обычный Искусственный Интеллект. По сути, мощный вычислитель, не обладающей своей волей, стимулом к действию. Стимулом для него становится поставленная задача, вот тогда он начинает думать-работать-вычислять.

Искусственная Личность же… ну личность. Со своими потребностями, желанием. характером. Вроде бы, в основном — слепки или синтезированные из нескольких слепков людей программные конструкты. Имеют, как понятно, массу достоинств — способны реагировать на окружающую обстановку и принимать решения вне чётко прописанного круга задач. Но тут же кроются и понятные недостатки. Вот как с Инвиктусами и слушателями, друг другу «неподошедшими». Характерами не сходятся, без шуток.

Потом — опять тесты, к которым я стал относится с большим пониманием. Даже голо, на тему несхождения характеров пилота и ИЛ боевой машины были. Не про Инвиктусы, но принцип-то тот же.

И примерно так и прошло несколько дней. Никаких неприятностей не случалось: лекции и тесты. Мы с Себом стали задерживаться в столовке на обед, знакомясь со всякими сокурсниками. Ничего даже похожего на приятельство — подошли представились, выслушали ответ, бросили несколько фраз, в основном насчёт дуэли. И свалили по своим аристократическим делам.

А вот с блондиночкой выходило непонятно, что заставило меня подумывать а не махнуть ли не неё рукой. Потому что от меня эта девица явно бегала, причём очень искусно, исключая возможность встретится-перекинуться парой слов.

Имя я узнал, Арвинг Ульвер, но даже его — на занятии.

— Узнавать имя, в отсутствии его носителя — недостойно, Гал, — занудно протянул с очень заносчивой мордой в натуре граф. — Ты же не хочешь оскорбить эту даму?! Или не испытываешь к ней вражды?

Эту противномордную тираду он озвучил, когда я уже отчаявшись поймать блондиночку — ну натурально бегала, вредина такая! — прикидывал, то ли мне подходить к попытке поговорить как к Цели. Тогда чёрта с два убежит, поймаю, но подобное использование никсовой науки мне и самому казалось редкостно идиотским.

То ли я каких-то очередных аристократических вывертов не знаю-не понимаю. Так что не спросить ли мне Себа, может поможет чем. Спросил, с нулевым результатом, мда.

— Вражды не испытываю, но хотелось бы хотя бы узнать, как её зовут, — буркнул я.

— Так спроси её прямо, предварительно представившись.

— Вот спасибо вам, — аж слегка поклонился я, — что бы я без твоего ценного совета делал! Бегает она от меня, Себастьян, — вздохнул я уже без иронии.

— Тогда ничем не могу помочь, Гален. Спрашивать про неё, обозначая уже СВОЙ интерес я не буду, тебе — тоже не рекомендую. Если дама не хочет общаться — плюнь и не ищи встречи.

— Ты даёшь удивительно ценные советы, Себ. Но, похоже, так и стоит поступить, — вздохнул я.

На следующий день, на «истории Инвиктусов», я имя узнал, но в остальном… В общем, решил я про её кудряшки и вправду забыть. Бегать за девчонкой выходило как-то по дурацки и глупо. И вообще, надо было как-то решать вопрос с прекрасным полом, а то уже неудобство из психологического перерастало в физическое.

Была у меня мысль, выделить себе время на поход в Супербию. В какой-нибудь вечерне-ночной клуб с танцульками. На Белояре там всегда заводились кратковременные романы, да и по голо выходило, что там чуть ли не дом свиданий. Да и по логике так. В общем, решил я не маяться хернёй в переносном смысле, а помаяться ей в прямом. хех. Да и вообще было интересно — я был в клубе на Белояре с Серёгой, пару раз. Но, в отличие от него, особенного восторга не испытал. Хотя у меня и цели не было: просто хотелось взглянуть. Музыка оглушительная, освещение хреновое… Скажем так: если бы у меня тогда была цель найти взаимоприятную компанию на ночь — был бы смысл. А без цели — подёргался четверть часа с какими-то девицами, да и уходил, оба раза.

Но перед этой увлекательной экспедицией у нас начались не менее увлекательные занятия. Третий «предмет», сосватанный мне Себом, даже назывался привлекательно: «Теоретическая и практическая тактика боестолкновений малых вооруженных групп».

Судя по описанию — это было именно то, что и в названии. Пилот Инвиктуса рассматривался не только как самостоятельная боевая единица, но и как командир. Причём на этой «тактике» было на удивление мало народу, на сто Себ презрительно махнул рукой.

— Не посещают, Гален. Мол, руководить им собственными, родовыми силами, там свои особенности.

— Некоторая логика прослеживается, — отметил я.

— Да-а-а? — ехидно протянул Себ. — Даже если ты наследный пилот, с родовым Инвиктусом, знать усреднённые техническе возможности войск и техники — практически необходимость! На практике знать!

— А что за практика? — поинтересовался я.

— Увидишь, — буркнул Себ.

Вот было в нём что-то в стиле: «сам придумал, сам обиделся». Правда, придуманные обидки у в натуре графа проходили быстро, самое позднее — на следующий день. Так что я не стал тратить время на объяснения. реши и вправду «увидеть» — разговор произошел за день перед «Тактикой».

Вела этот предмет дама, причём в возрасте, причём совершенная мирная на вид. Если бы не представления и символы на лацкане мундира. Мундир на сухощавой, лет сорока на вид женщине смотрелся как ну… полувоенный фасон. Носят такое девчонки, девицы и дамы, что-то вроде моды. Но нашивки у лектора указывали на участие в двух десятках крупных военных конфликтах! И представление её было под стать.

— Франциска Рондо, Тактик-Супрема Центрального Штаба шестого Сектора Его Императорского Величества Звёздного Легиона, — сухо кивнув, озвучила она в начале лекции. — Лектор и мастер-наставник Академии Пилотирования Инвиктусов Вирде Грамен.

Лектор от мастера-наставника отличался (ну, в случае дамы Рондо — сочетал) тем, что лектор читал лекции, максимум — проводил семинары и всякое такое. Мастер-наставник преподавал практические дисциплины, наставлял и контролировал их.

Сама лекция была похуже чем у Василия — историк был энтузиастом и можно сказать «зажигал» своим предметом. Но, безусловно, гораздо лучше Коллектора Кальчаса. Рондо не скрипела, не нудела, хотя и не «зажигала», как иной раз Василий.

Ну и тема, естественно, интересная. Хотя слушателей как Себ и говорил, было немного. Три десятка человек, причём судя по всему — это все слушатели, пришедшие с нашего потока.

— Со второго года, — прошипел мне на ухо Себ, явно простивший сам себе вымышленную обиду, — на тактику придёт почти половина нашего потока. Но потеряют год, а мы — продолжим обучение. И время на другие занятия будет.

Правда «интересной» была в больше степени «тема вообще». На первом занятии Рондо давала частично известные, но в целом не бесполезные данные. Структуры «малых воинских групп», от малой бригады и профильного полка, до декурии, самого малого воинского подразделения из девяти бойцов декурии с декурионом-старшим. Разница в структуре бригад и полков, то, что тяжёлая декурия состоит не из девяти машин, а трёх. Ну, в общем, частично известные вещи. Но сжато, толково и даже с короткими примерами и пояснениями, почему так, а не иначе. То есть даже в вступительное описание Рондо умудрилась встроить тактику, точнее её элементы.

А вот с практикой вышло так: всю нашу тридцатку, после трёхчасовой лекции, развели по небольшим комнатушкам, в соседнем с лекториумом помещении. В комнатушках стоял самый обычный голотерминал, на котором была… тактическая игра. Не совсем, конечно, верно: в игру играют, а тут была симуляция командного пункта. И многих игровых моментов не было и быть не могло — вполне реалистичные, просто один в один, условия.

— Ознакомительное занятие, — произнесла голограмма лица Рондо, появившаяся над терминалом (видимо — над каждым). — Вам предоставляется условный ресурс, на укомплектование войск. Места высадки — случайны. Формат — выживший победит.

И всё на этом. Ну я плюхнулся в терминал, поглядывая на таймер обратного отсчета. Четверть часа до условной «высадки». Прикинул, что предоставляет условный звёздный форт класса «Сотрясатель», доступные ресурсы. И стал комплектовать войска. В общем-то, всё как в играх, по крайней мере пока.

Ставку я сделал на пару вулканистов, мобильный производственный комплекс и грузовые шасси. Грузовики, вообще-то, но мне киборги в обозримое время из них сотворят путь и кривые, но вполне боеспособные тяжёлые многоцелевые танки. Все против всех — самое то получится. Я тратить время и ресурсы на разведку и оборону просто не буду, а через шесть условных часов — меня просто нечем будет остановить.

Ну, так я прикинул. И выходило примерно так, до поры. Комплекс развернулся, прикрываемый жидкими пехотными рядами (ну, хоть что-то, хотя взял их исключительно потому, что больше и тратить условный ресурс было не на что). Вулканисты, очень занудно скрипя (вот как в жизни, реалистичность все сто десять процентов!) доработали радары на грузовиках — чтоб за соседями следить, а то мало ли. И принялись производить броню и собирать ракеты и разгонники из запчастей в грузовиках.

В общем — всё нормально. Я радарами на пару соседей поглядываю, не копошаться, разведку посылают. В мою сторону несколько дронов тыркнулись, но мои пехотные орлы показали класс, сбив наблюдателей. Чарку цифровой водки, цифровым снайперам, похихикал я. Ну и уже потихонечку готовился всех соучеников перемолоть своими убертанками, уже наполовину собранными…

Как на меня налетают малые винтовые платформы! Они же дорогущие, их три штуки всего можно приобрести на выделенное! И… ну неприятно, но у них лёгкие пулемётные турели, успокоился я. Пехоте моей, похоже, звиздец, но… да хоть и цифровые, пусть прячутся под броню, пока вулканисты возятся.

В общем, кружат эти три платформы, постреливают. Вулканисты сменили очередность работы, даже бронированный временный коридор наладили, гоняют пехоту за запчастями в комплекс, туда-сюда. То есть даже быстрее немного выходит, несмотря на летунов этих.

И тут, самым наглым образом, от второго соседа топает пехота. С малыми пехотными пусковыми! А летуны их не трогают, и они летунов! И разносят самым наглым образом все мои войска!

— Вот сволочи-то! — возмутился я. — И ведь не складывается «каждый сам за себя», — немного посчитав в уме, прикинул я. — Они, блин, беззащитны поодиночке выходят. Но как они скооперировались-то? — заинтересовался я, придвигаясь к терминалу.

Ну, от «боя» меня отключили, поскольку я был разбит наголову… паразиты такие! Читеры! Кхм, да. Но к статистике доступ был. Но всё равно нихрена не понятно. Эта двоица, каким-то непонятным образом скооперировалась сначала. Они брали совершенно нежизнеспособные войска поодиночке. Но, при этом, в паре были очень неприятны, фактически непобедимы стартовыми силами, без вулканистов или чего-то подобного, модернизирующегося существующую технику.

Я бы подумал, что они сговорились заранее — так нет. Рыжая веснушчатая девчонка (аватарка группы в статистике содержала изображение) и тёмный парень с впалыми щеками действовали заодно. К моменту нападения на меня выбили уже семь соучеников, используя базы исключительно как склад боезапаса и топлива, причём скрыто и в стороне от основной части. Я бы на них мог напасть пехотой, но кто же знал?

И совершенно без каких-то внешних проявлений скооперировались с одним из соучеников, вместо того чтоб его разнести. Снесли пару объединившихся — правда там справились бы и вдвоём, потому что их противники были более-менее сбалансированы и не противники. Так третьего, с которым вроде объединились, с лёгкой бронетехникой… расстреляли ракетчики худощавого, в спину! И тут же были превращены в фарш пулемётами с платформ!

— Победитель сегодняшнего боя-тренировки — слушатель Хлоя Люмен, — произнесла голограмма Рондо через десять минут.

Видимо, давала нам время ознакомится со статистикой, после чего огласила что тренировка окончена и терминалы погасли.

— Сегодняшний бой был ознакомительным, далёким от реальности, — произнесла Рондо после того, как мы все собрались. — На следующих занятиях будут конкретные боевые задания, с конкретными, а не произвольными подчинёнными силами. И вести бой вы будете не только друг против друга. но общее представление вы получили. На этом занятие завершено.

Девчонка кстати курносый носик задирала. И оглядывала всех победным взглядом. Нет, ну так-то конечно здорово… Но читерша же! Хотя уточню.

— Себ, а Себ, — бредя по направлению к залу для тестов озвучил я.

— Ммм? — промычал Себ, ни фига не аристократично, явно переживая своё выбивание вторым.

— Как эта Хлоя союзничала-то? Нет, потом я смотрел, очень грамотно и вовремя сработала. А вот в начале? Я между ними был, радары первым делом поставил: никаких переговоров не было.

— То ли раньше договорились, то ли вообще знакомы. Рисковали, конечно — ты бы на них мог сразу напасть! — обвинительно зыркнул он на меня.

— Нечем было, модернизировал, — огрызнулся я.

— Да я тоже, — хмыкнул он. — В общем — это только в таком бое сработало, условном, — повеселел он. — Как будут приказы и задачи — не сработает. Хотя да, сильный тактик, очень хорошо рассчитывает момент, — протянул он. — Наверное в Роду профилировалась.

А у меня как-то… ну загорелось. И даже планы на посещение города-клуба отступили. Стало интересно эту девчонку уделать, потому что ну читерила же! Хочется, в общем.

Так что помимо беглого просмотра ссылок от Василия, засел я за особенности и разборы тактики в сети. Понятно, что скорее всего Рондо даст варианты лучше, со временем. Но мне нужны были тактические решения не для воплощения. А для того, чтобы их сломать. Я искал «общепринятое», «так положено» и всякое такое. Самое уязвимое место — это и Никс назойливо нудил, да и на практике я неоднократно сам воплощал.

Тактика выходила занятием ежедневным, при желании и кроме двух выходных дней недели — подозреваю, так часто именно для нашего потока, из-за незначительного количества учеников. Ну и количество тестов сокращалось, медобследования вообще прекратились.

В общем, прослушал я лекцию, но даже не вникал, просто записав. И чуть ли не вприпрыжку направился в комнату с терминалом.

На этот раз было именно «задание». Десант, существующим отрядом, в сложных условиях. Захват или разрушение обороняющегося объекта, которым управлял другой слушатель. Короткие бои, с ротацией.

И мои наработки, что в атаке, что в нападении, прекрасно работали. Правда в этот раз я не знал, кто Хлоя, но из тридцати боёв не проиграл ни одного, ни в атаке, ни в нападении.

Сложнее всего было не выходить с задранным носом. Веснушке этой можно, он у неё курносый и она девчонка. А мне нельзя: буду выглядеть как надутый дурак.

Веснушка была задумчивой, кстати говоря, оглядывала всех — видно, тоже не знала кто её того, хехе. Ну и ладно — я молодец, да и решения нашёл быстро и неплохие, заключил я и закрыл для себя вопрос.

Но, как оказалось, слишком рано. На следующий день в тактической комнате ко мне обращается голограмма Рондо:

— Господин Безмолвный, вы вчера на тактических занятиях показали весьма недурные показатели и нетривиальный подход, — я на это только плечами пожал и кивнул: вопроса не было, а добавить к сказанному нечего.

— Госпожа Люмен, настоятельно попросила меня устроить вам несколько боёв тактиков. Если желаете — вас я не назову…

— Да чего скрывать, госпожа мастер-наставник, — пожал плечами я. — В принципе — я не против, было бы интересно.

— Я тоже так подумала, господин Безмолвный. Тогда — эмуляции боёв для вас двоих, — с этими словами она отключилась.

И… было сложно. Десант, прямое столкновение, штурм и оборона. Пару боёв я продул — просто не успевал реагировать, не хватало сил — много причин. Но уверенно вёл в счёте. Последнюю оборону я провёл вообще замечательно: склады и заводик откочевали с войсками в джунгли. А героический десант Хлои радостно (и очень оперативно и грамотно, надо отдать должное) приземлился в красочный и заминированный муляж.

— Бум! — с улыбкой озвучил я своё безоговорочное доминирование в виде взрыва. — Классно мозги размял и вообще — молодец, — похвалил я себя.

Правда в лекционной моя улыбка подувяла. Девчонка… да чуть не плакала, зыркала на меня обиженно, гневно… Ну, сильно расстроилась. Я ей сопли вытирать, конечно, не нанимался… но всё равно как-то неудобно себя почувствовал. И решил после занятия поговорить — ну, если не подружится, то успокоить, может там посоветовать что. Ну как-то… Понятно в общем.

Вот только девчонка. похоже, не просто обиделась, а истерила. Потому что она сама меня поджидала после занятий и, раскрасневшись, уставив в меня пальцем, в голос выдала:

— Ты мошенничал! Ты не мог… Я с трёх лет… — у неё аж губа задрожала, но она нахмурилась и опять рубанула: — Обманщик!

А я в это время боролся с нестерпимым желанием озвучить в голос внутренний крик. И крик этот был «Ой ду-у-у-у-ура!!!»

21. Женский вопрос

Сил не было, как хотелось заорать «ой ду-у-ура!!!» в голос. И ещё по башке рыжей дурной постучать. Но ситуация и так была откровенно дерьмовой. Девчонка в истерике, это видно. Чёрт знает, чем её так проигрыш задел, да и не важно это. Важно то, что сейчас и при свидетелях она нанесла мне оскорбление. «Попрание чести». И по всяким там правилам у меня выходит просто нет выхода, кроме как вызывать её на «поединок чести». Дуэль в смысле. Не делаю — значит признаю её обвинения. И даже если я с каждым аристо в Академии после этого подуэлюсь и уе… победю, да и чёрт с ним! В общем, даже в этом случае: не вызвав её сейчас, я ПРИЗНАЮ себя лгуном и мошенником.

Это хреново, причём сильно хреново, даже если я смогу как-то создать свой Род. А если нет — то совсем беда. Может оказаться, что меня просто не примут не в один Род. И останусь я с Инвиктусом, без обслуживания, военной поддержки, денег… Ну в общем мрак кромешный, даже путь считать страшно. А если даже и примет кто, то на таких условиях, что проще выкинуть Инвиктус и идти в Звёздный Легион, хоть штрафником.

Причём, не было бы вокруг свидетелей-аристо, высказала она мне бы свои претензии один на один — были бы варианты. Да просто предложил бы не в разных комнатах, а за одним терминалом тактическую симуляцию запустить. Или ещё что-то такое. А сейчас — или свою жизнь гробить, чего я делать просто не хочу. Или вызывать эту ду-у-уру на дуэль. И побеждать, чтоб его. Но вопрос в том, что есть определённые правила, очерёдность назначения условий и их равновесность. В нашем случае — она меня оскорбила. Я должен вызвать и назвать оружие. А какое — ума не приложу! Я её ни ранить, ни бить, ни убивать не хочу. Девчонка, хоть и ду-у-ура. И симпатичная, между прочим… Так, точно как разберусь с этой жопой — в город. А то что-то постоянно мысли не туда идут.

Рукопашка? В принципе — можно. Но вот назовёт она в истерике своей «до смерти». И мне что, её насмерть забить?! А вариантов то немного и все регламентированные! Холодное оружие, метательно-разгонное, тело как оружие. Ну, ещё есть «поединок Инвиктусов», тоже форма дуэли, но у нас Инвиктусов нет пока. Да и там можно «до смерти» сказать.

Хотя, судя по нервным взглядам и расширяющимся глазам — эта истеричная Хлоя немного пришла себя. И поняла, что за дичь дурацкую сейчас сотворила. Правда, на меня почти с испугом и уж точно — явным опасением зыркнула. И тут же носик курносый задрала чуть ли не в потолок… В общем — чёрт её знает. Надо как-то так оружие назвать, чтоб даже теоретически возможности… Хм, а вариант.

В общем, чуть ли не с дымом из ушей, стал я вспоминать и прикидывать. И получалось — что возможно. Описание орудий «поединка чести» никак не противоречили моей задумке. а значит — можно!

— За оскорбление, нанесённое мне прилюдно и без оснований, я, Гален Безмолвный вызываю Хлою из рода Люмен на поединок чести. Оружием выбираю парализаторы! — на последнем я тоже нос задрал и руки на груди сложил.

— А-а-а… — протянула удивлённо девчонка.

И окружающие зашушукались, но удивлённо — судя по всему такой способ дуэлится был новинкой. Но, судя по тому что никто не орал «так нельзя!» и удивлённым взглядам на меня — правильно я прикинул, что «так можно».

Хлоя очень забавно, не прекращая задирать курносый носик, скосила на меня удивлённый взгляд. Чем окончательно убедила — это я правильно поступаю. Такую девчонку надо не бить и убивать, а того-этого… Теоретически, потому что истеричка, блин! И гормон этот проклятущий достал уже…

— Принимаю вызов, — наконец произнесла она, с запинками. — Бой до… парализации? — фактически спросила она, на что я согласно моргнул, а после этого — проартикулировал как можно отчетливее, но чтоб не слишком для окружающих заметно. — Сейчас? — озвучила она проартикулированное.

Ну и умница, мысленно с облегчением вздохнул я. Но тут же себя одёрнул — какая нахер умница, блин?! Это из-за её истерик вся эта херня случилась, а мне голову ломать, как её не убить-не искалечить, при этом ещё и себе жизнь не испортить!

Хотя если нахер… Так, всё! Хорош уже, всерьез взял себя в руки.

А сейчас — это потому, что в данном идиотском конфликте чем меньше свидетелей, тем лучше. А если повезёт — так и служки академические дуэльную площадку засеять дронами не успеют. Внешнее наблюдение от Академии — и обойдутся. А то размещают в академической сети голо, блин. Хотя иногда и полезно, но точно не сейчас!

Так что после этого… вызова, чтоб его, мы потопали от зала тактики сразу к дуэльной площадке. С группой сопровождения, чтоб их! Нет, ну Себ ещё ладно, а вот остальные посторонние типы — раздражают! Но и не поделаешь ничего, как не крути.

На площадке нас уже поджидал академический служка с коробкой — на этот раз не камергер. С совершенно офигелым выражением на загнанном лице: Академия обязалась предоставлять всякие удобства «по необходимости», дуэльные тоже. Ну а учитывая деньжищи за обучение — пусть бегают! Так-то они, деньжищи эти, по факту за Инвиктусы. Но по факту — одно, а по Договору — плата за обучение. А Инвиктусы или свои, или оплачиваемые службой.

Хотя — чертовски оперативно, десятую процента чудовищной платы даже окупает, признал справедливый я. Я с браскомма скинул извещение в академическую сеть за семь минут до того, как мы до площадки дотелепались. А служка уже стоит, загнанный, взъерошенный, но на месте и с парализаторами, видимо. Самим этим «благородным оружием» удивлён, по загнанной физиономии видно, но достал же где-то.

— Поединок… чести… — сопя выдал служитель. — Примирится не желаете?

— Нет, — надуто ответил я. — Бой до безоговорочной парализации!

Хлоя кивнула, от наших соучеников на периметре поляны послышались смешки. Вообще, судя по всему, народ ситуацию понял. Правда, не все мои резоны, конечно: то, что я в без Рода народ не знал. Но в целом, выход из положения нашёлся неплохой. И будет, скорее всего, использоваться в будущем.

Чем я, скорее всего же, внёс некоторые препятствия в политику Империи. Не точно, но очень похоже на то. Точно будет понятно, когда я получу больше информации.

Хлоя, кстати, по дороге из своей истерики вышла, полностью положение осознала. И зыркала на меня даже с некоторой благодарностью. А когда служитель огласил начало поединка и ускакал… Просто опустила руку с парализатором. Кстати, потёртые оба были, видно служки у кого-то «позаимствовали» на эту «дуэль», ну да не суть.

А у меня ситуация, хоть стой хоть падай: стоит напротив девчонка с опущенным парализатором. Глазами на меня лупает, может и кажется но доверчиво. И ждёт. Ну вот блин дурацкая ситуация, блин. Самое смешное в этом всём, что нас обоих пилотские комбезы, которые чёрта с два ЭМ-поле парализатора пробьёт, то есть надо в голову стрелять до «безоговорочной парализации». Эх, ладно, мысленно махнул я рукой и пальнул парализующим лучом в веснушчатую мордашку. Ну, а кому сейчас легко?

Думал кинуться-подхватить, а то упадёт неудачно ну и вообще там… Вот только то, что я этикетку не использовал вышло мне боком. И прямо и однозначно показало: каким бы я замечательным не был, поединке на стреляющем оружии — сволочная рулетка.

Дело вот в чём: невидимый луч парализатора исправно в хлоину голову попал. И она начала заваливаться на спину (и хорошо что на спину — там трава, у неё на затылке узел рыжих волос — не покалечится). Вроде всё нормально и как задумывалось… Ага, щаззз!!!

Дело в том, что при попадании в голову парализатор даёт всякие эффекты. Зоны мозга и всё такое. Не убивает — это миллиардные случаи, парализаторы для парализации специально делали. Но действие сопровождается всяким-разным, это вещь всеизвестная. От приступа, типа эпилептического — ну, мышцы полностью расслаблены, но не совсем все и человек продёргивается, иногда и пену ртом пускает. Хотя это большая редкость. До расслабления сфинкторов, с понятными «ароматными» последствиями. Или — наоборот, спазм мышечный.

Последний у Хлои и случился, хотя лучше бы, блин, сфинктеры: под пилотским комбезом незаметно, а система утилизации в нём есть. И вот:

Я бросаюсь к падающей стоймя девчонке, чтоб подхватить. У неё в сведённой судорогой руке парализатор, в падении чикающий меня лучом… по роже! Всё что я успел подумать, ощущая «отсиженность» лица в первое мгновение «Ну пи…дец…»

Закончил мысль я уже после лёгкого укола в шею, валяясь на земле. Служитель академии вколол мне тонизирующее, привёдшее в себя. Неподалёку приходила в себя веснушка, вращая головой с растрёпанными волосами. «…подуэлился блин!» — закончил я прерванную парализатором мысль. И носом больно стукнулся, оценивал я понесённый ущерб. Хорошо что хоть не сломал.

И служитель уже утопал, да и медики к Академии направились.

— Кхе-кхе, — прокашлялся я. — А победил-то кто?

— Служитель признал тебя победителем, Гал, — подал голос в натуре граф. — Выстрел госпожи Люмен явно был рефлекторным. Поздравляю…

— Спасибо, но мне надо поговорить с моей бывшей противницей. Наедине, прошу прощения, дамы и господа! — повысил я голос.

Народ недовольно погудел, но направился к Академии. А Хлоя эта на ноги поднялась, глаза смущённо опустила, зыркает на меня. В общем — мдя.

— Ты мне вот что скажи, — после минуты тишины, поняв что от ее взгляда я не загорюсь, поинтересовался я. — Ты вообще с чего меня в обмане то стала обвинять?

— Я уже поняла, что не обман и прошу прощения, Безмолвный. Но ты применял подход, который невозможен! Так не бывает! Я с трёх лет обучалась в Высшей Школе Тактики, лучшая ученица, по тестам, проверкам и полевым испытаниям! А ты точно там не учился — я вообще не узнаю построений и схем! А кто твой учитель? — затарахтела она просто с пулемётной скоростью.

— Ы-ы-ы… — ответил я, стараясь немного прийти в себя после этого потока слов.

Просто… звиздец какой-то! Как она членораздельно и понятно с такой скоростью тарахтит-то?! Страшная женщина, внутренне поставил я диагноз веснушке и медленно и с расстановкой произнёс.

— Прошу, помедленнее. Учитель — киборг. Простил, но глупость своего поведения ты и сама понимаешь, — на что девчонка потупилась и кивнула. — И у меня просьба. Раз уж всё это случилось, — понятно обвёл я рукой округу, — объясни с чего. Ты ведь не дура, — высказал я крайне сомнительное утверждение. — И аристократка. Должна же понимать последствия…

— Я… очень расстроилась. Ты сломал мои схемы на Академию, а я два года готовилась. Я расскажу, тут ты вправе… — затарахтела она, чуть помедленнее, но всё равно со страшной скоростью.

И натарахтела мне такую историю. Она и её семья, в Роде Люмен — потомственные родовые тактики и стратеги. Родовая евгеническая программа, причём она не говорила, но как я понял, её тарахтение со страшной силой — последствие селективно отобранных качеств.

Кстати занятный момент, дошло до меня. Многие тысячелетия аристократы выводят и отбирают нужные качества. Это не говоря о генной коррекции, хотя последняя и ограничена Имперским Законом в плане вмешательства, но не запрещена. И если из одного человека что-то запредельное не сделаешь, то из семьи, на протяжении поколений, селекционируя и корректируя — вполне можно. Нет, понятно что та же Хлоя — человек. Но у неё аномальная активность мозга, это блин и без всяких тестов и прочего понятно.

Ну да ладно, в общем с трёх лет девчонка учится на тактика. Что, кстати, само по себе ей скорее всего не просто: Школа Тактики, как бегло глянул я на браскомм — среднее учебное заведение-школа. То есть, она на три года младше соучеников. Что тоже фактор такой, ощутимый, кстати говоря.

Ну ладно, лучшая ученица, тыры-пыры, всё понятно. Отношения у неё с окружающими скорее всего были похуже моих в школе, ну если подумать. Но закончила, сдала… А тут выходит, что скоропостижно умирает пилот Инвиктуса. А в Роду… просто нет подходящих по возрасту представителей, кроме Хлои.

При этом, она косвенно упомянула такой момент, что у Рода есть два года на то, чтобы найти пилота. Потом Инвиктус возвращается Императору. Так-то — не сказать, чтобы ограничение. Два года до черта, тут скорее стоимость обучения в Академии препятствие. Но в случае с Люменами вышло, что либо Род теряет Инвиктус, либо за него садится она.

Ну и как понятно — выбрали послать тактика пилотировать. От чего она была не в большом восторге, но приняла решение Рода.

А истерика её была вызвана, ну как выходит, банальной жизненной неопытностью и крушением планов. Причём я сам офигел — оказывается за тактические успехи… начисляли баллы. Не много, но и немало! За успехи во всех изучаемых практических (и теоретических, если лектор так решит) предметах. И у меня, например, почти в два раза больше этих баллов, чем было от «компенсации за пилотский костюм».

Так вот, у девчонки рушится год составляемый план учёбы, да ещё и обидно — она, как я понял, особо проигрывать не приучена. Что и неудивительно — с её «разогнанной» думалкой за ней простые люди просто не успевают. Ну и учится с детства… В общем понятно.

— И я ошиблась в анализе, — признала она так, как будто живую планету сожрала, бес соли и столовых приборов. — Не посчитала ряд факторов и вынесла решение о твоём мошенническом сговоре с мастером-наставником. Чего не может быть, на основе полного анализа, без эмоциональной окраски, — со вздохом признала она.

В общем — перенервничала, посчитала меня мошенником, впала в бешенство. Последствия известны.

И вышло всё к лучшему. Но вот если есть специальные тактики, то ведь и пилотов, ну, по логике евгенить должны? Хотя вряд ли это критические преимущества даёт: есть выслужившиеся, а у Инвиктусов — ИЛ управляющий.

Ну да ладно, взяла с меня эта Хлоя слово(!) что буду с ней не реже раза в неделю проводить тактические игры через терминал. Я даже дал — самому в принципе не помешает. Ну и несмотря на то, что строчит, как из пулемёта, девчонка-то очень и очень симпатичная. Курносенькая, с веснушками. Ну в общем понятно…

Только вот после моего обещания она щебетнула спасибо… И ускакала в Академию! Втопила с места, блин! И попрощалась на бегу.

— Ну, блин… — вздохнул я, потопал было к Академии… — Да вы издеваетесь! — с уже искренним возмущением продолжил я. — Я — в город, по бабам! И не… того! Достали эти, в общем! — понятно высказался я, разгневанно топая к Академии.

Ну вот слов нет, один мат! Ну ладно эта Хлоя. Тут понятно, что девчонка хреново социализирована, с рождения на другую цель «заточена» — за тактическим терминалом сидеть. Ну или в центре мощного стратегического компьютера, уже долговременным планированием и всяким таким заниматся. И за год с момента, когда она узнала что станет пилотом — ни переучится толком не смогла, ни вообще. Вот и «сбоит», причём в критических ситуациях. То ли не поняла мои взгляды и всякое такое. То ли всё поняла, но испугалась и убежала — это глупости, но понять в её положении можно. Так что ладно.

НО! В кустах, в сотне метров, мелькнула знакомая белобрысая копна! Эта кудряшка блондинистая, блин, за нами СЛЕДИЛА! И ушуршала в рощу, когда поняла что я её заметил.

И вот как это всё, чтоб его, понимать-то? А, не буду понимать! Достали, потому что! У всех сложности, характеры, заморочки аристократические, со страшной силой… А у меня — потребности! И скоро даже сплясать толком не смогу, если их своевременно не удовлетворить! Буду ковылять, враскоряку, мда.

Не то, чтобы я так танцевать стремился, конечно. Но сам факт невозможности ограничивает и огорчает! Так что в ночной клуб, блин! И нафиг на сегодня все эти тесты!

Отарабанил Себу на браскомм, что так мол и так, дела в городе, буду завтра. И потопал гордо к Силиции. А то вот как не крути — а бардак выходит! И после всякого-такого с ним мирится будет заметно проще.

22. Интересные танцы

Бодро миновав бункер-КПП на мосту-дороге от Академии я остановился и влез в сеть. Пользуясь своим модулем дополненной реальности — чертовски удобная оказалась штука. Просто сказать «хочу в какое-нибудь место, где можно с девчонкой симпатичной с перспективой познакомится» — это хорошо. Вот только на подобные запросы Силиция радостно отвечала всякими там публичными домами, массажными салонами… Да ещё на искусственной реальности большинство, как офигело отметил я. Это выходит, ты приходишь, положим, в заведение. Где тебе или определённые части профессионально помассировать должны, или определённые части с окрестностями. Это типа массажные салоны. А там тебя в КИР засовывают, типа дорогой клиент, наслаждайся… Хитро устроились, и ведь находятся дураки, которые за это платят!

Ну ладно. Положим — танцевальные площадки с выпивкой. Тут искусственных заменителей сеть предлагала гораздо меньше (но предлагала, от чего я пусть и кратковременно, но тоже пофигел немного). И было их до чёрта, Силиция всё же мегаполис.

Но в какой — то же вопрос. В совсем дешевые сходить… ну не знаю. И голо и логика подсказывает, что всякие заведения «подешевле» могут неприятностей принести прямо пропорционально дешевизне. Я, конечно, справлюсь, но мне подружка для расслабления нужна. А не трахотня с проблемами, до полного самоудовлетворения, хех.

Совсем дорогие… сложно. Не хочу, наверное. Дорогие хоть мне и по карману, но на богатеев рассчитаны. А что-то мне подсказывает, что пусть Вирде Грамен и Имперский Мир (планеты прямого подчинения Императору, гда аристократы и всякое такое привилегии некоторые имеют, но в целом — такие же граждане как и все прочие), но всякий «высший свет» — не намного лучше аристократов. В смысле со своими традициями и прочими погремушками. А мне, блин, Академии хватило! У меня из-за каких-то невнятных копошений мозг как поимели, да ещё и неудоволетворённые потребности до кучи!

Припрусь вот я в такой, клуб подороже. А мне какая-нибудь местная девица этого, «высшего света» будет на уши всякое вешать, типа там про картины-зверушек домашних и всё такое. Не до, не после, а ВМЕСТО! В общем, нафиг эти дорогие заведения.

А значит, нужно и не дорогое и не дешевое. Популярное, чтоб там народ был соответствующего пола в достатке и вообще. Ну и чтоб открыто было — тоже показатель, а то времени сейчас — день. А многие найденные в сети заведения — только вечером работают. А меня всё достало и ждать не хочу!

В итоге, нашёл я такое заведение, причём с припиской «студенческое», что, как по мне, только в плюс. Не слишком дорогое, не слишком дешевое. И рядом здоровенный учебный комплекс, что даже в рекламе подчёркивалось. Ну, я думаю не для народу со стороны подчёркивалось, а для самих студентов. Но это значит всякие студентки там точно есть и меня это вполне устраивает.

Решил, вызвал роботакси, а через десяток минут выходил на платформе между трёх башен. Учебное заведение тут было здоровенное, хоть и поменьше Академии, несмотря на то, что Академия — одна, а тут комплекс зданий. Но реально здоровое место, так что между тремя башнями-опорами была треугольная. соединяющая их платформа со всякими корпусами. домами и прочим. Ну а я находился на одной из вершин этого треугольника, где распологалось заведение «на орбите». Что хотели вложить в название владельцы — непонятно. Но, видимо символизируя глубокий смысл, немаленькое здание состояло из составленных друг с другом сфер-полусфер. Вокруг которых были металлические, блестящие, подсвеченные голоизображениями обручи-диски. Видимо как раз эти самые орбиты и символизирующие.

Ввалился я в гостеприимно распахнутые автоматикой двери, и тут же ко мне подпархнула девица. Официантка или что-то такое, с униформой в «стиле». А именно, на ней была мини юбочка, но этакая дутая. полусферическая. Еле-еле прикрывала интересное, но была округла, да ещё наискость пересекаемая такой же как на здании блестящей металлом «орбитой». А сверху, тоже под углом от плеча, обрывалось платьице. На левой сиське держалось нормально, почти совсем прикрывая. Но, к правой шло под углом. А учитывая вполне такие, увесистые и даже на вид приятные сиськи, даже удивительно, как правая то из этого срезанного декольте не выскакивает-то? Но зрелище такое, приятное. И я в него немного залип, отлипнув на колыхание, сопровождающееся вопросом:

— Что угодно уважаемому посетителю? — и снова колыхание.

— Столик на двоих, — озвучил я.

— Вы ждёте кого-то?

— Да, но кого конкретно — ещё не знаю, — честно ответил я.

— Я всё поняла, — кивнула, заколыхав интересным в другом направлении официантка. — Прошу за мной.

И, повиливая «орбитой» уже сзади, отвела меня за небольшой столик, с двумя стульями. Стулья тоже были «в стиле» — блестящий, хромированный металл, здоровенные шары в углах, соединенные относительно тонкими, изогнутыми перекладинами. Это не стул Оружейной, оценил я. Нормального аристо не выдержит, на таких только сидеть.

Ну и само заведение было в том же стиле — хром, с изобилием шаров. В качестве декора стен — звёздные туманности и звёздное небо, А вот что стало понятно — пришёл-то я куда надо. Это по официантке выпукло понятно, точнее по её выпуклостям, хе-хе. Но вот по времени я явно промахнулся — заведение было мало того, что практически пустое. Так ещё пусть и не слишком ярко, но очевидно ярче «рабочего режима» освещено. И музыка не «долбила» как на танцульках, а такая, негромкая спокойная инструменталка. В общем, время вроде и рабочее, а никого толком и нет.

Ну, значит, перекушу пока, всё равно с этой бредовой дуэлью и хлоиным тарахтением не обедал. И заказал, чего-нибудь перекусить и выпить, не сильно алкогольное. Перекусить в На Орбите было бутербродно-салатное. Но, на удивление, свежее и вкусное. Повкуснее академической столовки, кстати говоря. И недорого — ну это-то в общем понятно: тут студенты основные посетители. А про то, как эти товарищи пару сосисок на восьмерых уплетают — даже в школе анекдоты рассказывали.

И выпивка была не сильно алкогольная, послабее пива. Но я это… просто пригубил. Из чистого исследовательского интереса. Потому что такого бешено-пурпурного цвета. режущего глаза даже в полумраке, я ещё не видел. И не знаю, кто и зачем это пьёт — приторно-сладкое, с навязчивым ароматом какого-то фрукта, маскирующее сладостью и ароматом привкус машинной смазки — вот как она пахнет, такой был и привкус. СИЛЬНО на любителя, а может киборги пьют, по смазке ностальгируют, лениво размышлял я, перекусывая и попивая отвар — заказал, ну не смазку же эту пить! Отвар был из сена, судя по вкусу, но явно поприятнее «Коктейля «Секс на Орбите», как гордо именовалась машинная смазка. Кто там кого на орбите, да ещё с таким привкусом — думать страшно.

В общем, приготовился я пару часов просто посидеть — народ подтянутся должен, а там и познакомлюсь с кем надо. В крайнем случае — с кем-нибудь, но там тоже что-то придумаем.

Но ждать мне, на удивление, не пришлось. Со второго яруса, не проглядываемого с моего места, покачивая бёдрами шествовала слегка взъерошенная девица. На пару лет меня старше, в отливающей металликом и радужными переливами тряпочке — вроде как платье. Но по размерам, по моему, поменьше чем униформа официантки. И двигала явно к моему столику. Это, видимо, официантка мои слова действительно правильно поняла и сэнтерпретировала. И надо ей чаевых оставить посолиднее — заслужила.

— Привет, я — Рита, — с хрипотцой выдала девица, плюхаясь ко мне за столик. — Ты не против? — уточнила она несколько поздновато, но против я не был, помотав головой, что мол — не против.

Скорее даже «за» — к танцулькам я относился без особого восторга, как и к полумраку и сложно контролируемой толпе народа. И заглушенному рёвом музыки слуху, к тому же. Но был готов, что чтобы девочку поспать — её надо сначала потанцевать. Типа традиция такая, обходимая, но проще соблюсти. А тут — и народу немного, и Рита эта в целом — понятно что не против. И внешне ничего — не красавица, черты грубоваты и размалёваны излишне. А я как-то вообще на боевую раскраску на девушках смотрел со скепсисом — ну когда тебе там лет пятьдесят или сто — понятно, что раскраска нужна, хотя косметическая хирургия понадёжнее будет. Как минимум — не смывается. Но молодой девчонке, всякие тени помады, как будто по губам веслом огрели — на хрена?

Да и телом чуть полновата и чуть обвисла местами… Ну не красавица в общем. Но и не уродина, а вполне симпатичная девчонка, для цели моего визита — прекрасно подходящая.

— Слу-у-ушай, — заблестела она глазами. — А ты настоящий пилот, или это, — указала она на комбез, — «в стиле»?

— Я — Гален, — представился я, для начала. — Да, пилот, — кивнул я.

— Кру-у-уто, — выдала она. — И как?

— Нормально, — пожал я плечами.

Вот как-то ну вот совсем желания рассказывать случайной знакомой о своём житье-бытье не было. Впрочем, она на докладе по форме не настаивала, просто кивнула.

— Выпивки закажу? — поинтересовалась она, кивнув на меню. — Только подороже.

— Да заказывай, — кивнул я, промолчав что «подороже» тут даже по беловодским меркам не наблюдалось — действительно студенческие цены. — Выпивка, еда — не вопрос, само собой.

— Хорошо. А то Карл опять нудеть будет, — к чему то сообщила она, показав язык бармену.

Я, естественно, заинтересовался — а с чего бармен-то «нудеть будет»? Может он парень её, или что-то такое там. А я… ну не люблю всякое это, вот такое. Я лучше другую девицу поищу.

Но, оказалось, всё совсем не так. А Рита — ну на работе. На учёбу зарабатывает или ещё что — не знаю. Но её работа состоит в… «раскручивании» собутыльников на выпивку подороже. Подороже я и не видел, но с другой стороны — ей за это денеюжку платят. А она не особо и напрягается, подумалось мне. И тут я понял, что девица бодро хлещет уже третий «Секс на Орбите» и меня аж передёрнуло — это выходи охренительно тяжёлая и вредная работа выходит!

— Рит, — негромко протянул я. — Слушай, не надо это пить…

— Гален. оно же лёгкое совсем. И вкусное.

— Слушай, давай я тебе денег на расчётку переведу?

— А-а-а… я не откажусь, — подумав кивнула она. — Но я с тобой не за деньги трахаться буду! — выдала она планы на ближайшее будущее.

— А за идею — будешь? — ухмыльнулся я.

— И за неё тоже не буду, — кивнула она мне, подмигнув. — А интересно с пилотом — первый раз так близко вижу.

С этими словами она почему-то бегло оглянулась и залпом усосала четвёртую кружку смазки.

— Ну пойдём, пока не началось, — улыбнулась она мне как ни в чём ни бывало.

— Как ты это пьёшь? — ужасался я.

— Так вкусно же! — удивилась она. — Пойд… Ну начало-о-ось, — поскучнела она лицом, плюхнувшись на стул.

А сама смотрела мне за спину. А я — на хромированный шар на её стуле. И на нём, пусть хреново и искаженно, виднелась компания, деловито двигающаяся к нашему столику.

— Аристо или ряженый? — презрительно бросил голос из-за спины. — Впрочем похер. Вставай, поговорить надо.

— Вас там много, вот друг с другом и поговорите, — процедил я.

Ну вот серьёзно — никакого желания бить каких-то придурков, какого-то хрена ко мне приставших не было. И ведь Рита про них знала, хотела пораньше уйти.

За спиной зашебуршало — видимо пяток придурков обсуждали между собой моё оригинальное предложение. Даже появилась надежда, что наговорятся и отвалят — но нет. От компании отделился один из придурков, метнулся к входу и вернулся с охранником. Ну-ка, ну-ка, и что сейчас будет, заинтересовался я, наконец развернувшись.

До этого я сидел, контролируя придурков по отражению и голопроекции — был в моем новеньком браскомме с дополненной реальностью такой. Не полноценный радар, конечно, но десяток метров вокруг прибора контролировала уверенно. Но — схематично, так что видел я придурков впервые.

И типаж — мне прекрасно знакомый. Лбы здоровые, условно-спортивные. Чуть постарше меня. Но чем невыгодно отличались от своих белоярских собратьев (да и от аристо, будем откровенны), это именно «условность» спортивности. Обвисли кое где и всякое такое. Собственно, как и Рита, но она девчонка, ей простительно. Любители такого точно есть, да и я не сильно против. А вот парней свисающая над поясом складка — не красит совершенно. И в спортивности возникают сомнения.

А ещё одним отличием был предводитель этой компании. Если прочие были в недорогих, но надёжных спортивных уникостюмах, то этот тип был именно «ряженым». Обтягивающий, светящий какими-то дурацкими полосами и огоньками костюм, с явной претензией на пилотский комбез, но не он, как понятно. Даже складки на нём у главного есть, а пилотский комбез сидит как первая кожа (вторая, бывает, отслаивается и слазит, а первая — как комбез сидит). На глазу — модуль дополненной реальности, как у меня. Здоровый такой, тоже с огоньками, многозначительно переливающимися. Но я когда браском себе с Себом подбирал — видел. Не дешевка, а «выпендрешовка»: по цене-функциям не намного хуже моего, но вот всяких огоньков дурацких, как на вулканисте в процессе работы. Только у вулканиста эти огоньки — сенсоры и датчики, сигналы светом дублируют и дронам команды раздают. А тут просто мигалки выпендрёжные.

При этом, охранник, который на меня на входе и не посмотрел — так, мазнул взглядом, направлялся к нам со страдальческой мордой. И что скажет, интересно?

— Уважаемый посетитель, — с мрачной физиономией выдал охранник. — Просим выяснять отношения за пределами…

— Я — не выясняю отношения. Я — отдыхаю, потребляя оплаченные в вашем заведении продукты, — широко улыбнулся я.

Видимо, какие-то неправильные отношения у охранника и этих придурков. В общем — понятно что им морду начистить придётся, но мне сейчас реально интересно, как этот страдающий (и чихал я на его страдания — хамство ведь!) вышибала будет выпроваживать на потребу (ну, как он думает) стае придурков честного посетителя.

— «На Орбите». — окинул он столик взглядом и вздохнул, — Не будет взимать с вас стоимость. Прошу вас…

— А я уже оплатил, — уже веселился я. — И чаевые тоже, — кивнул я.

— Сколько? — натурально полез этот дядька в карман.

Блин, бред какой-то, уже без шуток понял я. Ладно, надо этих придурков по быстрому отпинать, да и хватать девчонку. А то ничерта мне не обломится и вообще — бесит окружающий бред. Как в Академии, но там бред другой, чтоб его.

В общем, говорить я не стал, просто поднялся, презрительно щёлкнув пальцами на ходу придуркам: мол, поторопитесь. Жест стильный и очень обидный, наверное, когда к тебе обращён. В голо его приметил и беловодских придурков очень бесил. Супербианских придурков, судя по сипению и приглушённому мату — бесил тоже.

Иду я, иду, эти за мной топают, ну и через пару метров от выхода — падаю, на подставленные руки. А сам брыкаюсь ногами назад, и парализатор, вытащенный главным придурком, впечатывается ему в морду. Красиво так, с кровищей во все стороны и воем, оценил я, перекатываясь. Ну, браском окружение контролирует, а запазуху этот придурок ещё в заведении полез.

Подставляться под парализатор второй раз за день, да ещё от придурка какого-то — фигушки. Так что вдарил я от души. А с прочими придурками — вообще ерунда осталось. Только кулаки и какие-то не шибко умелые удары. А на мне — пилотский комбез, с синтомышцами. В общем, мне больше усилий пришлось приложить, чтоб нахрен не прибить придурков и не сломать уж совсем сильно. Это с их главным я не сдерживался, бил от души.

Выглядывающая иза полуприкрытой двери Рита мордашку совсем высунула, улыбается — ну, я тоже. Вот сейчас героическому мне что-то приятное достанется, а не парализатором в лоб и трескатнёй в мозг… Как девчонка нахмурилась и в дверь юркнула. Не убежала, но выглядывает. А на площадку перед заведением грохается мобиль, с символами городской стражи, маячками световыми. И оттуда вываливаются двое в лёгкой броне. И тычут в меня ручными разгонниками!

— На колени, руки за голову!!! — орут.

— Идентификатор проверьте, — буркнул я. — И записи. Могу с браскома скинуть…

— Ар-р-ристо… — прорычал один из них. — Сопротивление? На колени! Тут не твой мирок… — и продолжает в меня оружием тыкать, тогда как второй страж — уже опустил, проглядывает записи, видимо с фиксаторов «На Орбите».

А я ненароком руку на подсумок с игольником положил и судорожно думаю — с какого хрена вот всё вот это?! И, через секунду, до меня дошло: рожа придурка-главного и придурка-стража очень похожи. Папахен, похоже. Но что мне делать-то? Игольник вытащить не успею. Хотя…

— Я, слушатель Академии Пилотирования Инвиктусов, Гален Безмолвный, шевалье, под фиксацию браскома с приложением записи фиксирую бандитское нападение на меня лицами на мобиле городской стражи Империи в форме стражи Империи, — начал я ровно, не обращая внимание на разгонник, перекошенную морду и выкрики. — Отправляю пакет в Магистрат Силиции, Деканат Академии…

— Глен, остановись! — рявкнул второй. — Нет никакого нападения, уважаемый, ваши слова подтверждены фиксаторами, простите за недопонимание, — скороговоркой выдал он, почти силой опуская руку придурошного папашки.

Подхватили сынульку, с носом-лепёшкой и дырой в зубах, запихнули в мобиль и скрылись. На остальных только взгляд бросили. Весело, в общем, поморщился я.

Впрочем, тут же ко мне подскачила Рита, задышала тяжело, прижалась.

— Как ты их! Какой ты… настоящий пилот! — ну и прочее такое.

Ещё и выпивши была — ну да ладно, не страшно, рассудил я. Вызывал роботакси с модуля: руки то заняты были, интересные выпуклости ощупывая.

А самое главное! Завтра, наконец, мне выдадут Инвиктус!!!

23. Привет из школы

Не прекращая ощупывание и всякое такое (кстати, жуткое пойло оказалось при поцелуе вполне ничего. Может это специальная смазка для поцелуев, хех) я вызвал роботакси до ближайшего отеля. Очень всё-таки удобная штука — модуль дополненной реальности. До отеля добрались, в небольшую комнатку ввалились, ну а дальше понятно. В общем — полегчало, а Рита хоть и оказалась пухляшкой — очень такая… заводная и энергичная оказалась. В итоге, проблема решилась, ко взаимному удовлетворению. Если бы ещё не эти балбесы, не говоря о стражах города — всё бы было совсем замечательно.

Через несколько часов, между заходами… Ну сама Рита открыто пользовалась стимуляторами, предложила и мне, но я отказался, потому что хоть выбираться в Силицию часто я не собирался, и регенерирующие и возбуждающие стимуляторы были вполне законно, но не одобрял я это. Хотя на Белояре парни иногда развлекались, «расширяя сознание», да и Кристина вполне одобряла. Но, на Белояре из мухоморов снадобье делали, а тут непойми из чего. Да и не люблю я контроль терять. Как говорится — скажем наркотикам нет, у нас еще алкоголь не кончился! Ха-ха…

Так вот, между заходами я всё-таки поинтересовался, а что это за сынулька стражника и вообще — что за ситуация непонятная. Рита скрытничать не стала, и вышло: компания «спортсменов» с придурком во главе — понятно, не банда, а просто придурки считающие себя самыми крутыми. Но стражник этот сынульку прикрывает, так что его опасаются — даже если ты и прав, то у стражника при разборе довольно много возможностей сделать невинного виноватым. И возможность добиться справедливости, конечно, есть… Но долго, да и именно возможность. Кроме того этот стражник совладелец «На Орбите». В общем просто не связывается никто, стороной обходят.

Но это было с самого начала практически очевидно, тут Рита скорее подтвердила мои прикидки. А вот что меня на самом деле удивило: Рита за всю свою жизнь не видела ни одного пилота вживую. Они в городе вроде как не появляются, ну и фантазии всякие рассказала про заносчивость (а ты нормальный парень — заверила она) и всякое такое. При этом, несколько дорогущих клубов назвала, что, мол, там пилоты «снимают» партнёров, которых потом коллективно насилуют, пытают, мучают и ничего им за это не бывает, потому что оплачивают. Ну… не думаю что вот всё настолько плохо. И вообще, судя по всему, выходило что это этакий «городской фольклор» Силиции. Но вот с какого фига пилоты не появляются в городе, точнее в увеселительных заведениях — а тут я был склонен Рите верить — непонятно. Надо бы у Себа уточнить, да и вообще зря я у него сразу не спросил, наверное… Хотя нет, нормально: он мне не нянька, да и вышло всё в целом неплохо

В итоге толком не поспали, что мне скорее понравилось. А с утра я стал собираться. Девчонка на прощание дала контакты своего браскомма, хотя, по моему, на повторную встречу не особо рассчитывала. И, вроде бы — расстроена этим не особо была. Я у неё выходил чем-то вроде приключения, приятного-полезного. А она для меня — неотложной сексуальной помощью, хех. В общем, контакты сохранил (на всякий случай, а то всякие аристократские бабские заморочки заранее напрягали) и направился в Академию.

Поднял Себа (а нехрен дрыхнуть, занятия скоро) и, за завтраком, стал уточнять что и как. Парень меня взглядом смерил и с похоронной физиономией спросил (хрустя круасаном каким-то, что трагичность ощутимо смазывало):

— Трупов много?

— Что я, зверь что ли? — ответил я. — Так, морды набил, слегка… Ты вот чего скажи — почему пилотов в Силиции нет, что за садистские клубы и прочее? Или девчонка мне сказки рассказывала?

— Хорошая девчонка? — уточнил Себ.

— Удовлетворительная, — честно ответил удовлетворенный я.

— Не совсем сказки. Слушай…

Судя по рассказу в натуре графа выходило, что в Силиции, причём именно в Силиции, а не на Супербии в целом, сложилась довольно сложная ситуация. Пилотов несколько тысяч, потребности у них есть, все аристократы. А романы в Академии не то, чтобы редкость. Редкость без всяких аристократических танцев и интриг. Так что как понятно — пилоты в Силицию с понятной целью наведываются, помимо просто посидеть-развлечься.

Но Супербия и вообще Вирде Грамен — прямого Императорского подчинения. И к аристо люди пиетет (или что-то такое) питают, но не «батюшка-аристократ», как на аристократических планетах. А пилоты этот момент забывают, ну выливалось это в изнасилования, травмы, с судами, чёрт знает чем. В общем — неприятно. Это не говоря о том, что Себ прямо не озвучивал, но было в отношениях горожан Силиции и пилотах что-то из серии «города-деревни». Как сейчас помню — выбирались с классом на экскурсию в аграрный комплекс. Посмотрели на всяких коров и теплицы. А как свободное время — чуть ли не с хода: «Бей городских!!!» — «Мочи деревню!!!» Весело было, и даже помирились потом, но мордобой выходил совершенно естественным. Ну а тут ещё — «наших девок?!»

Кроме того, далеко не всегда именно пилоты свинствовали. И пьяные в дугу местные устраивали жуть, вплоть до групповых изнасилований одинокого пилота, если её (или его) занесет в не слишком контролируемые районы Силиции. И сил отбиться не хватит. И повезёт, если в живых оставят, пьяным уродам-то закон не писан.

А потом Род устраивает карательную операцию, нахрен вырезая родственников насильнико-убийц до какого-нибудь четвёртого колена. С трансляцией на всю планету, медленно и мучительно вырезая… Что в свою очередь силицийцев может и пугало, но и озлобляло в целом.

В общем — даже страшновато в чём-то выходило. Противно и неприятно. Но Академия, как понятно, не первый год на Вирде Грамен и подобной «веселухи» старались избегать. Так что сложилась традиция, именно внутри Академии: кроме нескольких заведений в Силиции не развлекаться. Чтоб не провоцировать местных. Но при этом — не закон или правило. Традиция, соблюдаемая аристократами-пилотами добровольно, потому что логично. При этом — в другие города Супербии народ мотался, там отдыхал, без особых проблем. Не в последнюю очередь, как мне видится, потому, что с ситуацией в Силиции знакомились. Новичков, обычно, знающие просвещают.

— А я тебя не успел, — развёл руками Себ. — Но ты вроде неплохо отдохнул, без проблем?

— Ну в общем — «да», — признал я, задумчиво. — А в такую вещь посветить у Академии преподавателей нет.

— Это — наше дело, Академия нам «сопли не подтирает», — явно процитировал кого-то в натуре граф.

Чем добавил ещё один кирпичик к моему пониманию, на тему что происходит в Академии, в глобальном смысле.

А дальше — пошли занятия. А вот тесты постепенно сошли на нет, что в общем-то и правильно. Какие бы параметры с нас не снимали, но за пару недель из нас можно собрать столько всего, что и полноценного клона-копию сделать можно.

С Хлоей я общаться толком не начал — кивала при встрече. Иногда зыркала исподтишка и даже краснела, причём от своих же взглядов. Но кроме как в тактических симуляциях мы с ней не пересекались. Причём там — к обоюдной пользе. Разогнанные мозги тактика довольно быстро приспосабливались к моим решениям, что приносило ей победу. и не давало мне «закостенеть», остановится на «удачном решении». Это, как неоднократно нудела металлическая сволочь Никс: «путь к поражению и смерти, самый верный и надёжный, кроме разве что осознанного и принятого пути к ним». В общем и я мозги разминал, и девчонке полезно.

Но вот её реакция меня окончательно убедила: аристократки — стукнутые. Аристократией, или ещё чем, но на всю голову. Белобрысая кудряшка за мной натурально следила. Не постоянно, естественно скрывалась и вообще. При этом — избегала даже возможности общения как огня. Веснушка — пусть и не бегала, но тоже… В общем: фиг с ними, загадочными. Если что — у меня Ритулька в Силиции есть, позвоню ей на браском и без лишних неприятностей того. И даже сего и этого.

Что было особо интересно, это описание Коллектором ряда «стандартных и неотъемлимых защитных механизмов Инвиктусов». Что окончательно убедило меня в том, что эти машины управляются ИЛ. А именно: при смерти или невозможности пилота пилотировать Инвиктус переходит в режим защитной крепости. То есть, любая попытка взять под контроль, попытаться разобрать и вообще — вызывала у машины режим «разнесу в клочья всё что вижу, всеми возможными методами». Разнеся или столкнувшись с непосильной ситуацией — Инвиктус выводил генератор в режим «громкого», как обозначил вулканист, самоуничтожения. Это когда взрыв уровня термоядерного, а то и анти-материального. Что, учитывая выходную мощность генератора, совсем неудивительно.

Но вот транспортировать такой Инвиктус можно. И Род вёз его в Академию Инвиктусов, где вулканисты секретным методом перенастраивали машину для приёма нового пилота. Но вот если лишённый пилота Инвиктус стоит восемь сотен дней, без вмешательства вулканистов, ну и его взломать-разобрать не пытаются, то на восемь сотен первый день он тоже самоуничтожается. Правда уже «тихо» — сплавляет всю свою начинку и навесное оборудование в бесформенную блямбу.

Причины «почему» — понятны: не дать врагам Империи получить эту технологию. Ну и контроль аристократов Императором, естественно.

Так и протянулось время до знаменательного момента — выдачи, или «знакомства» с Инвиктусами, как обозначил в своей речи уже знакомый мне Ректор восточного крыла. Вот только ВНЕЗАПНО, чтоб его, раскрылась «незначительная» информация.

— Поскольку количество Инвиктусов, предоставленных соискателям волей Его Императорского Величества ограничено. Но, при этом, многим из вас, соискателей, подойдут не одна и не две, то выделение Инвиктусов будет происходить по очерёдности. Владельцев Родовых Инвиктусов это, естественно, не касается. Очерёдность будет определятся на основе успехов соискателя в последнем из посещаемых соискателем учебных заведений Имперского подчинения, — демонически улыбался дедулька.

Демонически потому, что до меня дошло. Это, блин, на основе табеля! Школы и гимназии — вещь обязательная для граждан Империи, вне зависимости от аристократичности. Хотя бы в виде сдачи экзамена, но не важно. Важно вот что: у бывших легионеров или чиновников есть какие-то другие учебные заведения — командные курсы, счетоводские, чёрт их знает. Но всем остальным — по табелю… А у меня…

— Чего ты такой хмурый, Гал? — поинтересовался Себастьян после этой лекции-собрания.

Хотя и сам он особо радостью не светился. Не хмурый, но и не радостный.

— А ты? — решил уточнить и я.

— Сотрясатель достанется Гилларе, — буркнул приятель. — Пару часов пришло оповещение. Но ничего, — вскинулся он, показательно-бодро. — Мне достанется Инвиктус не хуже! И служить Империи — почётно! — явно успокаивая себя выдал он.

— Сочув…

— Нечему сочувствовать, Гал, — отмахнулся в натуре граф. — А ты-то чего мрачный?

— Табель, — буркнул уже я.

— Обязательного образования? — уточнил Себ. — А он-то тут причём? У всех же золотой, — недоумённо залупала глазами на меня эта сволочь.

То есть, у меня оставалась надежда, что моё «хорошо» — ну сносно, всё-таки. А эта сволочь аристократическая, небрежно так: мол, золотой у всех… А это «превыше всяческих ожиданий» по ВСЕМ дисциплинам, на минуточку!

— У всех золотой?

— А что там сдавать-то? — продолжал недоумевать злостный в натуре граф. — У тебя нет, что ли? — уставился он на меня как на чудо непонятное.

— Не так, — успокаиваясь вздохнул я.

— Как ты так умудрился-то?

— Я — талантливый.

— Ну даже не знаю… Как-то странно даже. Ну значит пойдёшь последним… Инвиктус-то точно достанется! Они все отличные, только разные… — судорожно задумался приятель, видно даже про свои ограничения позабыв.

— Угу, спасибо за поддержку, — кивнул я.

Ну да, из всех машин мне достанется то, что не подойдёт ВСЕМ соученикам, блин! Ну, может выслужившиеся где-то там что-то… Или кто-то сдал хреново. Но как-то слабо верится. Ладно, последний и последний. Я, вообще-то, в принципе на Инвиктус не рассчитывал, а тут трагедию корчу! В общем — взбодрил я себя, самоедствовать на тему «учится было на-а-а-адо!» не стал. И так понятно, что «было надо». Но поедом себя есть — глупо.

И тут меня пронзила неприятная догадка.

— Себ, а эта очерёдность соискателям видна?

— Ну да, — немного подумав выдал он. — Будем стоять перед ангаром, в покоях ожидания. И вулканисты вызывать поименно, или мастеры-наставники. Сами Инвиктусы мы не увидим, получившие в покои уже не возвращаются, как понятно… Да, неприятно, — дошло до него.

— Хрен с ним, — мужественно отмахнулся я, внутренне взыв «ну пи…дец!!!»

И постарался до следующего дня изгаженое настроение и нехорошие предчувствия не демонстрировать. Это, блин, как на всю Академию объявление: «Безмолвный — неуч!» или что-то такое. Нет, ну нафиг всех конечно — если что буду бить. И по мордам и по дурацким мыслям, точнее их вместилищу. Но неприятно, блин! Нашли по чему очередность выставлять, сволочи такие!

В общем, настроение мне перед самым получением Инвиктуса испортили знатно. Нет, я прекрасно осознаю, что может быть никто и внимания не обратит. Аристо там, всё такое. Да и не в школе мы. Но опасения что мне с прозвищем «Бездарный» придётся бороться — были. А это конфликты, дуэли. Не говоря о том, что хрен знает, как мои потенциальные сородичи отреагируют. Вот до этого дурацкого табеля (точнее его дурацких последствий!) ждали меня со страшной силой и готовы меня были плюшками с творогом осыпать. Только не знали что ждут, но ждали. А вот после — начнут криляться и губу кривить. Глупо это: я хуже от табеля дурацкого не стал, да и положительный он у меня… Но всё-таки.

И последний Инвиктус… Нет, ну верю, что рабочий и всё такое. Но ведь ПОСЛЕДНИЙ! Самый худший, скорее всего…

В общем, как я с собой не боролся, но огорчён был крепко. И даже не обращал внимание на окружение. Ну, зальчик с диванчиками, ректор, сволочь такая что-то говорил идиотски-радостно… Не слушал. А чтоб совсем не переживать, стол думать и подытожить свои наблюдения. Ну чтоб не самоедствовать и об стенку головой не бится.

А выходила, на основании узнанного мной на истории, от Себа, на «типах Инвиктусов» ну и на основании правил и прочего в Академии такая картина. А именно: пилоты Империи нужны. Это факт и всё такое. Но СТОЛЬКО пилотов, сколько может выпустить Академия Империи не нужно, такой вот расклад. Когда были войны — да, чем больше, тем лучше. А вот сейчас у Инвиктусов из противников: бунтовщики и другие Инвиктусы, в аристократических конфликтах. Не совсем, есть враги посерьёзнее: например из совсем трансгуманных трансхомо из ссылок от Василия. Но это случаи по Империи единичные, так что на общую картину не влияет. И Академия, выходит, ну вот совсем о выживании и всяком таком слушателей не заботится. Вот совсем. Не гробит — тут Империя честна и порядочна. Но «сопли не подтирает», до равнодушия. Не хочешь учится, тупишь, дуэлишься — и хрен с тобой. Инвиктусов хватает, а понядобятся пилоты — выслужившиеся найдутся.

Тут много факторов, конечно, но в общем — похоже что так и выходит. И даже возмущаться не получается. Потому что Империя тут честна предельно. И даже обязательство перед аристократами в полной мере выполняет. Хотя, если бы не выполняла — так и выслужившихся бы не было. Вообще, то что честная — это правильно и единственно верно. Потому что врущий Император (а он голова Империи, если она врёт — врёт он, ну и наоборот) — не Император. А захватчик, оккупант поганый. И не Империя бы выходила, а поганая банда.

Обдумал я это, даже настроение наконец поднял. Не тем, что у меня как и любого другого слушателя, вероятность выжить далеко не сто процентов. Это я понял, как и причины, да и даже скорее одобрил. А тем, что в этом разобрался, своим умом дошёл. Это как её… геополитика уже, не хухры-мухры!

А соискатели потихоньку, вызываемые как вулканистами, так и мастерами-наставниками, потихоньку шмыгали в ангар. И, через минут сорок, остался я один.

— А, боец стулом! — раздался голос.

А на меня смотрел с ухмыляющейся физиономией уже знакомый мастер-наставник. Теодор Матеуш, припомнил я. Это которому зелёным виконтом в пузо прилетело, в Оружейной.

— Могу стулом. Могу чем-то другим, — пожал я плечами. — Приветствую, мастер-наставник Теодор.

— Привет, привет… Гален Безмолвный. Пойдём, твой Инвиктус дождался, — кивнул мне он, разворачиваясь и направляясь в ангар. — Кстати, я тебя в Оружейной с тех пор не видел. Чего не заходишь? — полуобернувшись уточнил он. — А то появились желающие познакомится с твоим стулом, — хмыкнул он.

— Вот пускай и знакомятся без моего участия, — отрезал я. — Он возражать не будет — крайне дружелюбный и понимающий стул. Я проверял.

— Забавно, — со смешком ответил Теодор. — А на самом деле?

— Учёба, мастер-наставник. Не до того.

— Понятно. Похвально. Смотри, — с этими словами перед нами разошлись створки.

В небольшом, серо-металлическом ангаре стоял Инвиктус. Трёх с чем-то метров высотой. Очень, просто чудовищно «широкоплечий» — два с чем-то метра в плечах, да ещё и с наплечниками-колпаками. С бронёй в виде красочного доспеха — узоры, плавные линии, что редкость, насколько я успел увидеть. А если совсем точно — такого я вообще не видел. Инвиктусы разные, но гладкие, металлически-серые. Хотя есть и цветные, но именно «металик», ярких цветов, скруглённые. А тут — тяжёлый рыцарь в турнирных доспехах из исторического голо, очень похож. И цвета красноватого золота. При этом из «смотровой щели», каких-то щелей и сочленений светились голубые огни. Что тоже странно — он вроде как деактивирован, а светится…

Но вообще — всё не так плохо, с удивлением констатировал я. Внешне, по крайней мере. Смотрится архаично, конечно. Но это Инвиктус, Меч Человечества, самое совершенное оружие. И да, архаично. Но и грозно. Тяжеловесно, но мощно.

— А какой тип? — уточнил я.

— «Защитник-Щитоносец», — озвучил мастер-наставник.

— Так это потери эмиттеров? — дошло до меня. — Это какие же у него по мощности щиты?!

— Мощные, очень. Но нет иного вооружения — разве что на бинарный клинок хватит, но это штатно, — хмыкнул Тадеуш. — Так что ничего встроенного, и артиллерия — только носимая, с автономными источником энергии. Редкость, конечно, — пробормотал он.

А я судорожно просчитывал. Защитник-Щитоносец это именно защитный Инвиктус, предназначенный для прикрытия себя и группы. Но они обычно хоть с минимальным набором лазеров делаются! Я вообще ни одного Инвиктуса не видел, чтоб встроенного оружия не было ВООБЩЕ. И паразитные потери энергии на свечение… Он ещё и медленный должен быть, как черепаха…

— Совсем всё плохо? — малодушно поинтересовался я.

— А? Да нет, неплохо, парень. На него перед тобой несколько соискателей претендовали. На самом деле — отличный Инвиктус для Рода. Он с десяток Инвиктусов через звёздный протуберанц протащит, целыми и без перегрева! — озвучил мастер-наставник. — Но другие — не сошлись характерами. И, кстати, скажу тебе по секрету, — понизил он голос. — Этот Инвиктус — подходит именно ТЕБЕ. По результатам тестов и его выходным данным. Но я тебе этого не говорил, — подмигнул он. — Иди, знакомься, — кивнул он на Инвиктус.

Ну я и потопал. И по дороге перестал расстраиваться: во-первых, щитовик и медленный. Но реально полезный выходит. И ведь не только с Инвиктусами — он с такими лютыми щитами и наземную технику надёжно прикроет. И даже малые пустотные суда. И Роду — очень пригодится, так что это мне в перспективе скорее плюс. А что оружие только с внешним питанием — ну тоже не беда. Хотя такое оружие выслуживать отдельно придётся, или у вулканистов за такие деньжищи покупать, от которых страшно. Но — терпимо. И даже неплохо, подошёл я к Золотому… Хотя скорее — Бронзовому Рыцарю. Вблизи его жёлтый металл смотрелся всё же не как золото, больше на бронзу… На этом я всмотрелся в синее сияние забрала, перестав думать глупости.

Раздалось шипение, показался пар, светящийся в синем свете эмиттеров и нагрудные пластины брони стали расходится. И, через несколько секунд, передо мной было мягкое даже на вид ложе ложемента. С откинутыми фиксаторами. Ну я туда и плюхнулся — не глазеть же на него, на ложе это. Оно, прямо скажем, не слишком сильно от ложа КИРы отличалось. С лязганьем и шипением Инвиктус закрылся, а меня окружило мельтешение, как при погружении в Искусственную Реальность. Но как-то долго! Меня даже подташнивать начало немного, как мельтешение сменилось… темнотой. Просто чернота вокруг.

— ВНЕМЛИ МНЕ, ЮНОША! ТЕБЕ ВЫПАЛА НЕБЫВАЛАЯ ЧЕСТЬ! ТЫ В ЛОЖЕМЕНТЕ ВЕЛИЧАЙШЕГО ИНВИКТУСА ИМПЕРИИ! — прогрохотал металлический, очень пафосный (я бы сказал надутый) голос.

По мере его грохотания темнота вокруг меня медленно развеивалась — появлялись многочисленные голоэкраны, окружающие моё висящее в черноте тело. Показатели готовности, прочности, данные с датчиков, которые я мог развернуть. В общем — всё что нужно, похоже, было и даже больше. Хотя привыкать к управлению точно придётся, но это я и так знал. А вот ИЛ Инвиктуса… Блин, да что ж он такой громкий и пафосный?

— Как мне тебя называть? — начал интересоваться я.

— ДУРАК!!! ЗАТКНИСЬ И ВНЕМЛИ! ПРОЯВИ УВАЖЕНИЕ К МОЕМУ ВЕЛИЧИЮ И МОЩИ!!! — взревел голос.

— Да что ты орёшь-то?! — возмутился я. — Мне может и представляться не надо?

— ДУРАЧЬЁ!!! ТВОЁ ИМЯ, ПОСЛЕ ОБРЕТЕНИЯ ВЕЛИЧИЯ ВО МНЕ — НЕ ВАЖНО! ОТВЕТИШЬ, КОГДА Я СОИЗВОЛЮ СПРОСИТЬ! ВНЕМЛИ!!!

Минут пять я «повнимал» — у него орать тут погромче получается. Но кроме «величия», того что я — дурачьё, а враги Империи будут повержены, сожжены, растоптаны величием Инвиктуса, такого великого, несмотря на то что я — дурачьё… Хрень какая-то, блин! Тыкнул я мысленно в кнопку отключения ложемента и голос грохотать перестал. А через несколько секунд я ошалело вращал головой в ложементе.

— МЫ НЕ ДОГОВОРИЛИ, ЮНОША! ЗАВЕРШИ ДЕЛА И ВОЗВРАЩАЙСЯ!!! — прогрохотало уже явно динамиком Инвиктуса, от чего я просто выкатился из ложемента.

Прочистил слегка заложившие уши и требовательно уставился на Теодора.

— А можно… ну я не знаю… Ну хотя бы потише его как-то сделать?! — возмущённо потыкал я в Инвиктус. — Что другого мне не дадут — я уже понял, — вздохнул я.

24. Время охреневать

— Эммм… — послышалось от мастера-наставника. — Боюсь что нет. Коррекция личности и коммуникативных способностей Инвиктуса невозможна. Но могу тебе гарантировать, Гален, — с видом опытного продавца подержанных мобилей, втюхивающего лопоухому клиенту развалину доимперских годов улыбнулся мастер-наставник, — что все основные Доктрины в данном Инвиктусе соблюдены.

— Это какие это? — поинтересовался я.

— Верность пилоту, непричинение вреда пилоту… В общем-то, это у меня будет первое занятие у вас, — хмыкнул Теодор, — Но у тебя получится досрочно.

И, довольно бегло описал набор «Доктрин». Вообще, выходило это как «личностно образующие нормы» Искусственной Личности, при нарушении которых она саморазрушалась. При этом, прямо мастер-наставник не говорил. Но выходило так, что «верность Империи» — доктриной не была. Почему — варианты есть, от того, что Империя — слишком широкое и абстрактное понятие для ИЛ.

До банального отказа аристократов садится в «подчинённую» машину. Реально, чёрт знает почему. Но бунтовщики на Инвиктусах, кстати говоря, встречались. Чертовски редко, единицы за многие тысячелетия, но были. Чего не было бы, если бы верность Империи была доктриной. Такой Инвиктус просто не послушал бы пилота, или самоуничтожился, «громко» или «тихо» — чёрт знает.

Хотя понятие «Человечество» и верность ему — была Доктриной. А это, ну как по мне, гораздо более многозначное понятие, чем Империя.

В общем, этот момент странный, да ещё Теодором прямо не описываемый, так что я на него пока забил. Или вообще, или потом подумаю — посмотрим.

А вот по делу — Инвиктус предан пилоту полностью. И никак взбунтоваться или ещё чего такого не может, базово. А вот «проявить характер» — с полпинка, что вот этот бронзовый и делает, блин.

— Но он тебя принял, очень хорошо, — с тем же «торгашским» выражением продолжил Теодор.

— Да-а-а? — протянул я.

— Точно. Прошлые пытающиеся наладить контакт вылетали через секунду. И то, что он общается с тобой динамиком, а не при подключении — очень хороший показатель. Обычно на это у пилотов уходят годы.

— Да он даже имя моё выслушать не пожелал!

— А зачем ему тебя слушать? При подключении основные личностные данные он получил и тебя принял. И вообще! — вдруг вскинулся мастер-наставник. — Какого х…я я тут перед тобой оправдываюсь?! — обвинительно уставился он на меня.

— А я очень обаятельный, — ядовито ответил я.

— И со стулом отменно обращаешься, — ржанул этот тип. — Ладно, в Инвиктус ты сейчас не рвёшься, как я вижу?

— Да. Мне надо… немного отойти от его великолепия и величия. И подумать.

— Тогда пойдём в Оружейную, — выдал он, а на мой охерелый взгляд пояснил. — Соискатели и мастера-наставники там. Празднуют, день достойный того, чтобы быть отмеченным. А этот год — удачный. Не одного отказа, все Инвиктусы обрели пилота.

— Ну надо бы сходить, наверное, — не слишком уверенно выдал я.

Хоть выкатился из Академии на мобиле — этот дядька меня подкинул. Вообще, если разобраться и подумать, он явно чувствовал передо мной некоторую вину. СЛИШКОМ подробные рассказы, слишком благорасположен. Нет, были варианты иного толка, вплоть до всякой гадости неправильной направленности. Но на это вообще ничего не указывало, в том числе и мимика, в которую я вглядывался пристально.

Неудобство, мысли что Инвиктус может и не совсем барахло, но и далеко не предел мечтаний — это было. А всяких там желаний сотворить со мной что-то противоестественное — не было и в помине. Да и пару слушательниц, по дороге от ангара с Инвиктусом до ангара со служебными мобилями, Теодор проводил вполне выразительным взглядом. Поплотояднее, между прочим, чем у меня (тут спасибо Рите — удовлетворительно во всех смыслах решила проблему, да и навестить бы ещё не помешало).

Ну это — фиг бы с ним, мелочи. Вопрос с этим громогласным, на всю бронзовую голову отбитым ИЛ! Ладно — щитовик. Тут и вправду палка о двух концах и даже как индивидуальный, а не групповой Инвиктус он имеет свои преимущества. Снайперски-артиллеристских его никакое навесное оружие не сделает, конечно. Снайперские Инвиктусы были тощими, палочными фактически, с минимальной бронёй, слабыми щитами, но взрывной ловкостью: возможностью перемещать-наводить свой убойно-дальнобойный ствол. То есть, это для моего щитовика ну вот вообще не вариант, ему просто «конституция» не позволит.

То обвешать скорострельной артиллерией — милое дело. Он и боезапаса тащить может до чёрта, хуже ему не станет. В общем — может вполне конфетка получится, если мозги и этикетку приложить. Если бы не…

Да он же отбитый на всю бронзовую башку! Какое, в задницу, «взаимопонимание»?! Орёт хрень всякую жутким голосом, как глухарь во время спаривания! Хотя…

Так, если «Догмы» — неизменны. А мне бы не подсунули бракованный Инвиктус — в этом Теодор даже поклялся. Такие в Академии не поставляют. Это у него просто «сложный характер»… Звиздец какой, мда… Ну ладно — надо будет первое время потерпеть его жуткие вопли и поток несомой хрени. И выяснить что это за личность, искусственная личность моего Инвиктуса. И уже обстоятельно думать, как его призвать к порядку и более-менее вменяемому взаимодействию.

Надумал я это, даже несколько повеселел. Хотя мысль «звиздец», а то и покрепче, в башке время от времени появлялась. Правда, по прибытии в Оружейную — несколько сменила тональность. В заведении сидели не все соискатели, человек сто где-то. И четыре мастера-наставника. Последние моего спутника поприветствовали бодрыми криками. А я подумал «звиздец» в несколько иной тональности, чем до этого. Матерной и начиная злиться.

Потому что все-не все, но десятки взглядов от бывших соискателей, а теперешних пилотов на меня были: презрительные, с ухмылкой, снисхождением. Поганые взгляды, в общем. В зависимости от того, насколько сволочь сам смотрящий, они в общем выражали: неудачник, аутсайдер, ничтожество и прочее подобное.

Причина — понятна. То самое «последнее место», чтоб его. Это я у этих выпендрёжников марсианских (марсианских — потому что соседа Зем…Терры уже не одно тысячелетие как нет, одни легенды про яблони) теперь самым отстойным выхожу. Да щаззз, оскалился я не только внутренне. И, с ухмылкой, стал прикидывать Пути. Как сейчас этих придурков прибить, потом, как реагировать. В общем, смотрел на них, как на Цели, которых не надо достичь, а от которых надо избавится.

А вот Теодор, похоже, не просто так мастер-наставник. Бросил взгляд на зыркающих, на меня, хмыкнул.

— Я смотрю, здесь присутствующие пилоты не совсем правильно понимают причину появления пилота Безмолвного со мной! — громко произнёс, почти крикнул он. — Для обзавёдшихся ху…нёй вместо разума сообщаю — совместимость с Инвиктусом у него — одна из лучших на потоке. Он получил ту машину, которая была предназначена ему Императором! — после этого он незаметно улыбнулся мне уголком рта, кивнул… ну точнее — подмигнул невидимым сидящим в Оружейной глазом, типа кивка.

И утопал к стойке. А взгляды на меня… Ну поменялись, факт. Правда их прибавилось — на мою персону пырились почти все, кто был в Оружейной.

— Золотой Щитовик?! — вдруг раздался девичий голос, явно обращённый ко мне. — Повезло. Поздравляю, — высказалась невидимая девица с отчетливо слышимым сожалением.

И, кстати, да: появилось несколько не «злобно-завистливых», а сожалеющих взглядов. Похоже Теодор не соврал, были пилоты и Рода, которым такой Инвиктус очень даже не помешал бы. Если бы ещё не таким отбитым бы был, вздохнул я. А вот с мастером-наставником… Ну я ему признателен, это факт. И не по аристократическим заморочкам, а по своему ощущению я ему задолжал. Вне зависимости от побудительных причин дядьки. И, если представится возможность, должок не помешает отдать.

Ко мне, тем временем, подскочил Себ, аристократично ухватил за плечо, и потянул меня к компании. По дороге трындя, какой охренительный ему достался тяжёлый штурмовой Инвиктус, почти четырёх метров, но «быстрый как молния». Не хуже Хлои тараторил, хех. А компания была уже знакомая, из соседей наших тринадцатых апартаментов, точнее из «служивых». Хотя, тот же Олаф был, причём ответил на мою удивлённо поднятую бровь без слов.

— Грех не порадоваться за товарищей и вместе с ними, — отсалютовал он кружкой, точно фамильной — всегда эту бочку с собой таскает.

В общем — посидели, её с кем-то поговорили. Но у меня, если честно, как-то… Ну настроение было не особенно для посиделок. Не то чтобы муторно — со своими переживаниями и психами я справился, но… В общем, мысли никуда не делись. И хотелось подумать спокойно, составить хоть черновой план, как этот стукнутый ИЛ угомонить до приемлемого уровня охреневания. А то, как сейчас — охреневание у него не то что в край, а далеко за край выходит!

Но план, пусть даже чисто умозрительный и, возможно, нереализуемый, мне был нужен. Для собственного спокойствия и комфорта, тоже блин «побочка» никсовой науки, чтоб его! И ведь паразит такой! Мог же сказать, что эти дурацкие табельные оценки ВАЖНЫ! Точно тресну, сволочь пиитскую, если когда-нибудь увижу!

— Ладно, господа, прошу прощения, но у меня дела, — озвучил я компании через час посиделок.

Взгляды удивлённые последовали, как и пантомима присутствующих, для постороннего наверное довольно забавная. А именно, диалог «всё поясняющий» выглядел так:

Себ пырится на меня и обозначает поигрыванием бровок и жестами: ты, мол, к девице своей что-ли, в Силицию? Я на это пожимаю плечами и делаю неопределенный жест. Себ понимающе кивает, ну и гримасничает и размахивает руками (точнее незаметная мимика и скупые жесты, но по смыслу — размахивает), выражая что мол, Безмолвный изволит в город, к любовнице. В ответ несколько жестов и приподнятых бровей — а ему там не сделают плохо, больно и недолго? На что в натуре гарф успокаивающе кривляется — мол, Безмолвный крут, как варёные яйца, он там уже бывал не раз, всё в норме, господа.

Вся эта пантомима заняла полминуты, была действительно забавна, но потом до меня дошло, что её и не понял бы никто. Даже я, без общения с Себом: ну закатил кто-то глаза, потряс руками. А сколько выходило смысла, реальный диалог, при этом ни одного звука. В общем — интересно так выходит. Но, прежде чем я ушёл, помимо прощаний от Олафа последовал вопрос:

— Гален, а как ты смотришь на личный спарринг? У меня последнее время… сложно с партнёрами, а мне бы он очень не помешал.

Это он себову «варёную крутизну» синтерпретировал, понял я оценивая этого мускульного колобка ещё раз.

— Можно, Олаф, — озвучил я итоги размышления. — Но попробовать и в полуконтакт. Мне, скажу тебе честно, не стыдно признаться, что я опасаюсь за свою целостность.

— Понимаю, — кивнул под ухмылки окружающих Олаф, всё же просияв не получив отказа — видимо у него было действительно неважно со спаррингом. — Полуконтакт и попробуем, само собой, — протянул он лапищу, которую я пожал.

А после я, думая, моделируя и прикидывая, потопал к Академии. Вообще — вышла у меня дума тяжкая, не всегда приятная, да и результаты этой думы неоднозначные. Но — дело нужное, расчистить мозги и хотя бы прикинуть Путь. Без этого мне выходит никак.

И, не совсем осознанно, спустился на нижние ярусы Академии и даже вышел из неё. Наверное, сказалась привычка ходить и думать в нашем саду, на Белояре. И вот, брожу я брожу, как вдруг…

В общем, сидит на берегу ручейка белобрысая кудряшка. Арвинг Ульвер, чтоб её, которая за мной издали следит, а при попытке узнать, а что ей надо — чуть ли не спецоперацию по ретираде устраивает. А сейчас — сидит такая, задумчивая, смотри над озером, на окружение внимание не обращает. И симпатичная она, всё-таки… Да красивая, если быть честным. И кудряшки у неё приятные. И вообще — сейчас даже если она в ручей сиганёт — то не скроется. Он мелкий, хе-хе.

В общем — шанс. Не под комбез ей пилотский залезть (хотя будем с собой честны — не откажусь), а разобраться — что ей от меня надо? Почему шарахается, но при этом зыркает, следит? В любом случае надо, даже если пошлёт. Хоть в чём-то буду этих непонятных аристократок понимать — и то хорошо.

В общем, аккуратно и тихо (а то чёрт её знает — как задаст стрекача ещё, а это не лучшее начало беседы, хоть и догоню) приближаюсь. Ну и начинаю разговор.

— Госпожа Арвинг Ульвер, какая приятная…

— Ты?! — вскочила она, во все глаза смотря на меня.

ОЧЕНЬ странным взглядом. С какой-то бурей эмоций — и сожаление, и… страх? Ну что-то такое было. И презрение, и куча всего непонятного, какой-то я бы сказал безумный взгляд — но не безумный, я его просто не понимал. А лицо, при этом, почти сразу сделала каменное, смотрела на меня свысока, презрительно оттопырив губу.

— С утра был я, — осторожно признался я. — Госпожа Арвинг, мне бы хотелось с тобой, раз уж ты… — не договорил я, указав на личное обращение, — поговорить…

— Мне не о чём с тобой говорить… Безмолвный, — с какой-то иронией и сожалением практически сплюнула она мою фамилию. — между нами может быть только вражда. Не приближайся и не разговаривай со мной. Прощай, — и гордо потопала к Академии, не оборачиваясь!

— Хоть следить за мной перестань! — крикнул я ей вслед, но никакой реакции не получил.

А потом долго пытался без мата охаректеризовать ситуацию. Получалось не просто хреново. Вообще не получалось без мата эту грёбанную ситуацию охарактеризовать! Она из-за этого зелёного укрощённого меня во враги записала?! Так бред какой-то… Ладно, хрен с этой истеричкой. И дурой. И дурындой — вражда, понимаешь, хрен знает с чего! Вот не буду я о ней думать вообще — пусть… Да пофиг на неё!

Принял я это решение, попробовал ещё подумать — но думалось хреново. Плюнул и попёрся в наш тринадцатый. Хоть посплю, всё достало и денёк тот ещё, блин!

Принял в апартаментах снотворного (а то чёрта с два, после всей сегодняшней хренотени уснул бы!) и завалился в кровать.

А наутро у нас был первый урок с Мастером-Наставником. И, кстати, тем самым Теодором. Который половину лекции выдавал группе из пятнадцати свежих пилотов ту же информацию, что и мне вчера. Про догмы и прочее. А вторую половину — про типы и характеры Инвиктусов, ну точнее их ИЛ.

И про «знаменитого Сотрясателя Сидороффых», кстати, упомянул, рассказав что этот легендарный Инвиктус не первое тысячелетие принуждает пилотов к табакокурению. Сигарокруению, конечно, но смысл понятен.

Себ, кстати, на это упоминание только кивнул с улыбкой. Значит — действительно не тайна, а скорее этакий анекдот-байка, но и быль. А, главное — приятель похоже «пережил» то что Сотрясатель достался не ему. И может с кузиной наладит нормальные отношения, вот как у меня с кузеном-Серёгой были. Интересно, увижу я его когда-нибудь? Ну, шанс неплохой есть. Субсектор один, а аристо в плане перемещения полегче. Посмотрим, в общем.

Но вообще, если подумать, выходило что «Мастер-Наставник теории и практики пилотирования Инвиктусов Теодор Матеуш» был… Психологом. Психологом ИЛ, если можно так выразится. Он занимался тем, что общался с пилотами, пояснял особенности ИЛ, учил как с ними справится.

— И, господа слушатели, учтите. Практические занятия будут происходит таким порядком: Четырнадцать из вас реализуют на практике мои ох…тельно мудрые наставления. Или они всёзнающие мудаки, да и х…й с ними, мне плевать. А один из вас, названный мной, в течении получаса-часа собеседует со мной. Почему так?

— Я думаю — чтобы секреты личности ИЛ Инвиктуса и пилота не получили огласки? — предположил я.

— Верно, Безмолвный. Ох…тельный молодец, — ни за что ни про что обозвался он.

И послал нас всех… ну много куда. Вообще — интересный он тип. Матерился не сказать, чтобы через слово. Но матерился. Непринужденно, ровно, без всякого акцентирования ругани — слова как слова. Занятно, первый раз такое слышу.

Следующим занятием была Тактика — ну она тактически не изменилась. Тактика применения Инвиктусов в группах — это была программа второго года, хотя мы, самые шустрые, приступим к её основам уже в этом году.

А вот вечерком, после проведённой моими жуткими, но симпатичными роботами уборки, раздался гонг. Переглянулись мы с Себом, пожали непонимающе плечами, да и потопали к двери.

А там… Был тот самый педель. Который наш и дурак, но не необучаемый: в дверь не трезвонил, в апартаменты своей дурацкой персоной не щемился. Но морду имел отвратную и процедил:

— Безмолвный — к Ректору! Дорогу найдешь? — посмотрел он на меня как на насекомое.

— Не впервой бывать, — посмотрел я на педеля как на того, кем он и был.

Педель фыркнул, развернулся и потопал по своим педельским делам. А я ещё раз недоумённо переглянувшись с Себом потопал к Ректору. И волновался немного — вроде бы из Академии не отчисляют просто так. Но мало ли что и как… ну… Тревожно, в общем.

Дотопал я до знакомой мне комнатушки, уже будучи знакомым с архитектурой Академии и понимая, что ни черта это не «комнатушка». Минимум полуторосотметровый зал, наглухо заставленный вычислительными блоками, которыми рулит Ректор Восточного Крыла Академии.

И, кстати, непонятно, отвлёкся я от бессмысленных переживаний «а вдруг выгонят?» Вычислительные мощности получаются планетарного масштаба, а то и уровня звёздной системы. А ректоров у нас аж четыре штуки, ну и по логике у каждого такие же мощности. И на кой чёрт-то? При том что загрузить только то, что у Федуса Рила — ну реально звёздная система нужна. Экономика, логистика, астронавигация, эта, ну как её… Ну пусть социология будет, вроде подходит. В общем — тьма вычислений, и вот непонятно, чем таким Рил занят-то? Это непонятно, даже если наш ректор, Восточный — специальный, вычисляющий за всех остальных. А если у всех такое же богатство — вообще не представляю. Штаб Легиона Субсектора? А вообще — может и так. Ничего опровергающего таковое я не знаю, Академия — чертовски защищенный замок. Я вот не уверен, что планетарный коллапс её разрушит: реально прочная, мощная, от генераторов полей страшновато становится — их если вывести на рабочий режим, Академия как звезда светиться будет. Ну, не настолько ярко, конечно, но всё-таки близко.

С этими мыслями я в комнатушку постучался, дождался дедулькиного «войдите» и вошёл. Самого иногда поражает своя культурность, деликатность и прочее подобное. Ректор сидел в кресле, с шлемом на голове, голоклавиатурами на пальцах. Но ко мне повернулась камера-сенсор, на манипуляторе и последовало хоровое уточнение:

— Слушатель Безмолвный? — хоровое, потому что вопрос ректор произнёс сам, ртом, но одновременно он дублировался динамиками его кресла-терминала.

— Точно так, господин Ректор, — отрапортовал я. — Педель доложил, что вы меня ожидаете, — на всякий случай прикрыл я свой тыл — а то мало ли, вдруг этот дурак «пошутил»?

Вроде и слишком дурацкая для служителя Академии средне-высокого ранга шутка, но дурак же. Так что мог, ну и тыловое прикрытие — не лишнее.

На мои слова ректор замер, да и начал снимать шлем, чем меня удивил. Ну и напряг — единственный раз, что мы с ним общались, он из под шлема в своём кабинете не вылезал, ссылаясь на занятость. Только по пути кабинета без шлема был, мда.

Но снял, очень внимательно, с полминуты, пялился на меня. Меня это несколько… Ну начало раздражать, потому что нервничать и не иметь возможность ничего сделать — крайне неприятно. И вообще бесит.

— Могу я знать, господин Ректор, зачем вы желали меня видеть? — вроде бы не слишком наглым тоном спросил я.

— Видеть, да… — задумчиво протянул дедулька, встряхнулся, открыл какой то бокс в терминале, извлёк оттуда приказной пергамент, сверкающий печатями, положил его на стол. — Ознакомься.

— Это… А мне можно?

— Скорее — нужно, Гален Безмолвный. К тебе этот указ имеет прямое отношение.

От этого у меня аж дрожь и всякие прочие реакции начались, хоть вроде внешне незаметные. Потому что указ, с явно заметной Императорской Печатью, на Договоре с Академией такая же была. А, значит, указ Императора. И имеющий отношение ко мне, прямое притом. И вот никаких вариантов, корме «Указа Его Волей о Смерти, жуткой и неотвратимой» я представить не могу. Хоть Инвиктус есть, на котором я даже шага не сделал…

Но целый приказ Императора? Который касается МЕНЯ? Бли-и-ин…

25. Один против всех

На этом я вынырнул из всяких пучин и решительно цапнул бумаженцию. А то надумаю тут всякого и вообще. А проще посмотреть. И уставился в неё, немного фигея от прочитанного.

Указ № 1901723986187н231 Его Императорского Величества.

Оформлен Канцелярией Его Величества по прямому Его волеизъявлению.

Сим Указом удостоверяется осуществлённое право Благородного Рода Ульвер на объявление вражды слушателю Моей Академии Пилотирования Инвиктусов при Вирде Грамен, шевалье Галена-Гаврилы Безмолвного. Враждебные действия сторон регламентируются по кодексу «Вражда Благородных Домов», пункт 321-бис. На слугах Моих обязанность оповестить враждующие стороны о Указе, удостоверится в понимании ими пункта 321-бис Кодекса ВБР. Действие сего Указа наступает в течении 24 терранских часов с момента ознакомления с ним представителей враждующих сторон.

Император

— Это… — задумался я, пытаясь понять, что за хрень. — Так, понимание пунктов! — уцепился я за слова Указа, требовательно уставившись на ректора.

— Верно, Гален, — одобрительно кивнул он. — Открой сопряжение, я перекину тебе на браском кодекс «Вражды Благородных Домов». Ознакомься, задавай вопросы после. И… — с этими словами в комнатушку зашёл служка, поставив стул, — …присядь.

С этими словами ректор надел шлем и вернулся к своим делам. А я, взяв в себя в руки, стал знакомится с этим Кодексом. Здоровенный, тварюка! Но «общие положения» — только двадцать электронных листов. Ещё был интересен этот самый «пункт 321-бис», а остальное, типа «градация планетарных разрушений при конфликте Благородных Домов», или там «регламент и ограничение военного пустотного флота при конфликте Благородных Домов» я просто скинул в память браскомма — интересно, но не до этого прямо сейчас.

В общем, выходило что род этой дуры-Арвинг объявил мне, слушателю Академии без Рода, полноценную… войну. Это могло бы быть смешно, если бы не было грустно. Но были нюансы, кроющиеся в этом самом пункте. А именно: «Вражда Благородных Домов, Родов, Кланов и к ним приравненным на территории прямого Имперского подчинения и организациях прямого имперского подчинения».

И вот этот пункт делал моё положение… ну несколько менее жопным. На территории Академии, Магистрата, Судов Имперской Космонавигации, расположений Звёздного Легиона агрессию против меня (ну или я, что пока больше на издёвку похоже, хотя надо думать) могут проявлять ТОЛЬКО непосредственные представители Рода. Не наёимники, ни даже Инвиктусы — только они, сами. Либо вызов на дуэль, которая в данном случае выходила «на основании вражды».

На территории «имперского подчинения» — в общем-то, вся территория Вирде Грамен — меня нельзя воевать тяжёлым оружием, космическими кораблями, Инвиктусами, кроме случая обьявления дуэли Инвиктусов. Короче, понятно что все эти правила вводились для того, чтобы аристократы сводили счёты на территории имперского подчинения без лишних жертв. Кстати, часть «зверств» с родными насильников и убийц пилотов я понял. Не прямо, косвенно. Так вот, выходило что право именно мстить Империя признавала. Но сильно ограничивала в методах. И пластование холодным оружием, сожжение промышленными резаками и прочие «ужосы» не только показательное зверство. Но и вынужденная мера: ограничение на оружие.

Итак, выходило, что на данный момент, точнее через сутки, на территории Академии мне точно угрожает дура-Арвинг. И, возможно, какие-то ещё Ульверы, но у меня сутки, чтобы про них узнать. От них надо… думать надо, что делать. И думать — покидать ли Академию до окончания обучения. Потом — выслуживание Инвиктуса, тоже регламентное и скорее всего в Звёздном Легионе. Хотя — тут чёрт знает. Но в любом случае на территории Имперских Департаментов, Управлений и всякого такого. Дальше — Род. О своём, из-за этой дуры, похоже придётся забыть. Создание своего Рода, при прямой вражде с Родом существующем… Проверю, конечно, но смотрится неосуществимо. Значит — Род, причём как защита от Ульверов.

Это — примерные прикидки. Нужна информация по Ульверам в Академии. Нужна информация по этому придурошному Роду, про которой есть очень меткое Белоярское выражение: орбитальным деструктором по вороне. Как ни неприятно признавать, но пока соотношение сил и возможностей выглядит именно так. И ведь дураки такие! Я ПРОСТО подошёл к этой дурынде! Не оскорбил, не чего-то ещё… Сволочи, зла не хватает!

Вдохнул-выдохнул, поднялся со стула и обратился к дедуле:

— Господин ректор, у меня появились вопросы. В рамках «понимания пункта» и Кодекса в целом, — уточнил я.

— Слушаю тебя, Гален, — ответил ректор на этот раз без голоса, только динамиками.

Правда камеру на гибком манипуляторе на меня наставил, что прямо говорило что не отмахивается, как в прошлый раз.

— Первое — могу ли я получить информацию о слушателях из Рода Ульвер…

— Нет, — последовал категоричный ответ. — Служащие Империи не вмешиваются и не поддерживают Рода, Дома, Кланы и подобное в их конфликтах, занимая нейтральную позицию.

— Но я — не Дом! — возмутился я.

— Император посчитал иначе, Гален, — последовал ровный ответ.

Но, при этом, левая рука дедульки, в отличие от правой, по клавиатуре не бегала. А сложилась в жест, в мой адрес. Очень, чтоб его, глумливый и неприличный жест! Я уже думал огрызнуться, но потом до меня дошло. Ректор НЕ МОЖЕТ нарушать имперские Законы. Он их и не нарушает. Но, скорее всего, даёт понять, оттопыривая один палец. Но мог и поприличнее выбрать, блин! Но скорее всего — именно демонстрирует жестом, что представитель Рода в Академии один. Потому что в жест, предлагающий мне насадиться на хер, от дедули — ну вот ОЧЕНЬ слабо верится.

— Прошение от Рода Ульвер подано Императору, — ровно гудел динамик ректора. — Рассмотрено и удовлетворено. Род Ульвер в своём праве, признанном Императором. Император усмотрел причины, силы и возможности враждовать им с тобой, а тебе — с ними. Ему виднее, Гален, — наставительно прогудел динамик.

Я чуть не выматерился и не заорал — охренительный расклад. РОД, аристократический РОД объявляет ВОЙНУ простому пилоту Инвиктуса. Да и не пилоту толком ещё, если уж начистоту. И Император, чтоб… Ну понятно, в общем. Так вот, «усмотрел причины». Да… ладно, возьмем себя в руки. А то чуть не вырвалось такое, после которого меня если не из Академии выкинут, то, как минимум, в карцер заточат на недельку. За неуважение к Империи и Его Августейшей Особе. Чтоб его, мысленно дополнил я.

— А с чего они вообще обратились к Императору? — продолжил задавать вопросы я.

— Ты не прочёл Кодекс?

— Не полностью. Вступление и пункт. Остальное слишком долго, а время для меня…

— Ценно, понимаю. У меня тоже дел невпроворот, не думаю что раньше завтрашнего утра смогу уделить время представителю Рода Ульвер.

Это… ну как минимум поможет, прикинул я. Блин, у меня долги перед персоналом Академии как на дрожжах растут. Как отдавать — хрен знает, но надо ещё дожить до этого «отдавать».

— Тогда поясняю. Дело в твоём статусе слушателя Академии. Ты, на время обучения, находишься под Августейшей Защитой, кроме случаев с собственной глупостью. Род, проявивший агрессию на слушателя без причин — проявляет неуважение к Императору и оскорбляет его.

— Кроме случаев объявленной вражды, — озвучил я.

— Именно. В случае конфликта на территории Имперского Подчинения — ещё и Августейшего Одобрения на осуществления вражды.

— Как я понял, я могу совершенно спокойно вызвать… представителя Рода Ульвер на дуэль до смерти, на основании вражды, на территории Академии?

— Ты правильно понял Гален. Правда, если взглянуть умозрительно, возникает вопрос: зачем?

А вот это… блин, мало данных, чтоб их. Но ладно, вызываю я, положим, эту дуру и убиваю… Очень не хочется, но не я начал. И вот, убил я её. От неё я от определённой опасности… А какой? Ну, упрощенный вызов на дуэль, из-за вражды. То есть, она кричит «вызываю» и… несётся на меня с «кинжалом, дагой, кулачным щитом и иным, приравненным». Всё остальное на территории Академии — через дуэль. В общем, смысла то выходит никакого, если сама не нарвется. При этом, есть у меня надежда, что можно с этими придурошными Ульверами ну… ну хоть как-то договорится. А если я дурынду прибью — хрен я даже теоретически договориться смогу. И не хочется, если честно, да. Выпороть — ОЧЕНЬ хочется. Причём во всех смыслах и пожёстче — ну ведь дурында и сволочь! Но убивать — только если буду вынужден. Интересно, это я добрый или садист, мимоходом задумался я. Потому что образы «выдрать дуру!» у меня вышли… Ну вот просто на загляденье, не палаческие, конечно, но приятного мало.

Но всякие глупости я думать перестал. И ректор выходит прав — в текущей ситуации мне её вызывать-убивать смысла никакого нет. По крайней мере, пока я не буду уверен, что он есть, узнав про Род этот придурошный и перечитав Кодекс дурацкий.

Так, а что меня у ректора держит-то, задумался я. И, выходило, что больше и ничего. Вопросов тьмуща, но он мне однозначно дал понять, что не ответит. Просто не имеет права. А значит, надо мне в долги к Себу влезать — ну нет иного выбора и источника информации.

— Благодарю за извещение и ответы, господин ректор, — слегка поклонился я.

— Не за что Гален, это мой долг перед Императором. Более вопросов ты не имеешь?

— Имею, но вы не ответите, господин Ректор.

— Не отвечу. Но припоминаю, что у тебя в списке обучения есть замечательный предмет. История — это очень важно! — назидательно озвучил дедулька. — И я, в качестве ректора, всецело одобряю стремление к ней слушателя, — на последних словах из стола аж появился манипулятор, многозначительно подняв палец.

Опять средний, блин! Да издевается этот дедулька надо мной что ли? Хотя нет — это ещё один намёк (кроме пальца, хулиган престарелый!). Что ответы на свои вопросы, ну по крайней мере в какой-то мере, я могу получить у архидоцента Василия. Вроде как в рамках обучения по Истории Инвиктусов.

— На этом — прощай, Гален Безмолвный. Говорить, что мои двери открыты — не буду. Это не так. Но в случае, если у тебя появится вопрос, СЕРЬЁЗНЫЙ вопрос, — последнее он произнёс и динамиком и ртом, — В моей компетенции — обратись во внутриакадемической сети на этот адрес, — с этими словами на мой браскомм упала ссылка. — Надеюсь, что тебе хватит разума не злоупотребить моим благорасположением.

— Я тоже надеюсь, господин ректор. Ещё раз благодарю…

— Пустое, — отмахнулся манипулятором дедулька.

— Прощайте, — распрощался и я.

И потопал я в апартаменты. Блин, вот ведь ситуевина! Впрочем, попробуем не паниковать раньше времени: ну, блин, может эта дурища наплела родовым, что я там не знаю… Да изнасиловал, в чай плюнул, неуважительно об Ульверах отзывался и на их Герб прилюдно помочился. А потом и нагадил, от широты душевной. А Ульверы эти дурачки, сразу поверили… И Император — дурачок, вражду эту заверил, мда уж.

Вот последнее — какая-то неудобоваримая хренотень выходит! Ну вот как Император мог меня на растерзание аристократическому Роду отдать? Ну вот какие к чёрту «причины и возможности» для вражды, чтоб его?!

В общем — фигня выходит, непонятная. Но блин, хоть письмо там какое накарябать в этот Род: так, мол, и так, а с чего вы на меня злые-то такие? Я вот на вас не злой (совру безбожно — злой как чёрт, но ПОСЛЕ всей этой хреновины), а если обидел чем — так и извинится могу. в умеренной форме и по делу.

В общем, раз уж ректор мне почти пару суток своей «занятостью» подарил — надо выяснять, окончательно заключил я, заваливаясь в апартаменты.

— Судя по тому, сколько тебя не было, ректор тебя действительно вызывал, — озвучил сосед, посмотрел на мою физиономию и уже обеспокоенно уточнил: — Что-то случилось? Нужна помощь?

Нет, хороший всё-таки парень этот в натуре граф.

Ну и бегло описал ситуацию, как есть. Графская физиономия преисполнилась… Ну слова нематерного нет, чтобы охарактеризовать степень его удивления. Но задумался, уточнил несколько моментов.

— Ты эту девицу Арвинг точно ничем…

— Себ, блин! ОНА за мной следила и пялилась! Я же не просто так спрашивал!

— Помню, да. А если твой Род… СТОП! — вылупился он на меня ещё более охренело. — Вражда — шевалье Безмолвному… Не Роду… Так ты и вправду выслужившийся?!

— Я тебе раз десять говорил, не меньше — я Рода не имею.

— Ну дела-а-а… Так ты, выходит, на секретной службе Империи выслужился, — нашёл для себя очередной «всё объясняющий» ответ в натуре граф. — И под клятвами, точно. Но почему Его Величество дозволил? Или ты реально можешь извести Род? — на последнем он из бредовых фантазий выплыл, помотав головой. — Бред какой, мы не в голо.

— Во-во, — кивнул я.

— Ну, с другой стороны — не так обидно от тебя на спаррингах получать, — философски пожал плечами Себ. — Так, тебе нужны сведения о Роде Ульвер.

— Угу.

— Секретных и родовых… Да нет их вроде. Скомпилирую, отправлю тебе на браскомм через часок.

— Буду дол…

— По соседски и как спарринг партнёр. Будет что вспомнить — с имперским агентом тренировался, — понизил он голос. — И всё понимаю, Себ. От меня твою тайну никто не узнает! — торжественно заявил он.

И вот что ему говорить, блин?! Мечтатель-романтик, а не в натуре граф. Хотя — в рамках его понимания Мира — он просто выбирает наиболее реалистичные объяснения. И поможет, что неплохо, заключил я, развалился на кушетке и стал ждать данных.

26. Бой с колобком

Только я завалился на кушетку: ждать данных от Себа, ну и ду-у-умать, стараясь не выть в голос от сволочизма окружающего мира… Ну, не совсем сволочизма: если бы сволочизм был именно мира, кромешным, то и не выть бы некому было. Так-то тот же Себ — очень помогает. Да и ректор тоже, судя по всему. И Тадеуш. Причём помогают не из каких-то корыстных соображений, а потому что хорошие люди. Ну и потому, что я такой замечательный, отдал я должное и себе. Хотя… Нет, не складывается корыстная кортина: в ближайшей перспективе я вот вообще никак потенциальный «долг» отдать не могу. При этом, вероятность гробануться — на порядки выше, чем у прочих. Спасибо Ульверам придурошным и Его Величеству, «посчитавшему»…

В общем — практически стопроцентно, что просто неплохие люди. Понял я это, но дальше думать не смог — раздался гонг «звонка».

— Так, если что — сразу прибью, вот с ходу, — буркнул я, поднимаясь и беря в руку игольник.

Мордас Себа, показавшийся со второго яруса (он там с библиотечным терминалом шаманил, мне данные компилируя), моё борматание услышал, кивнул и юркнул обратно к терминалу. А я собрался и потопал, реально готовый пальнуть в сволочь, трезвонящую. Потому что та же дурища ульверистая может припереться «враждовать», блондинка стукнутая. Или — ректор обманул, ну и Ульверы в Академии кроме неё ещё есть. Или даже не обманул, а просто гадостно ликовал и средний палец мне показывал: мол «отымеют тебя, Безмолвный! Ха-ха-ха!»

Верится слабо, но учитывая, что от этого моя жизнь зависит, то лучше подумаю мысленно, что дедулька — сволота последняя. Живее буду. А потом мысленно извинюсь, если не так.

Перед дверью сместился, отдал команду на открытие взяв игольник на изготовку и пригнувшись.

— Приветствую, Гален, — прогудел Олаф, с довольно сложной смесью эмоций смотря на меня с игольников.

— Приветствую, Олаф, — разогнулся я, убирая игольник.

И смущаться или ещё что-то такое не стал. Потому что я прав и пофиг на странные взгляды. Хотя если бы меня приятель встретил игольником в лоб… ну я тоже бы немного удивился, признал честный я.

— Ты давал согласие на спарринг, Гален. А поговорить о сроках и прочем — нам не удалось. Хотел у тебя… — начал басить Олаф.

Это он, не акцентируясь в беседе, мой видок оценил, ну и завёл разговор на пороге. В принципе всё внутри кричит послать мускулистого колобка: ну не до него, Гален в опасности, ну и всё такое. Но это — идиотизм. Вот обидется Олаф и скажет — ты Безмолвный, меня оскорбил, будем с тобой всеми Стальными воевать… Такая себе перспективка, хоть и маловероятная. Но с ульверихой придурошной — даже ТАКОЙ бредовой причины нет! А меня уже воюют, ну через сутки с мелочью будут, но уже явно не «вот как мы весело прикольнулись над этим Безмолвным!».

Это не говоря о том, что если притушить паранойю, то сам по себе Олаф — парень интересный и симпатию вызывает. Да и поспарринговать бы с ним было бы интересно и полезно.

— Проходи, Олаф, — сделал я жест. — У нас? Сейчас? — уточнил я.

Просто… ну а почему бы и «да»? Себ шуршит, мне делать-то нечего, кроме как на кушетке валятся и думать. Причём совершенно фигню всякую: нехватка данных критична, это не мысли, а «мыслеблудие» выходит, как наш школьный трудовик говорил. И добавлял что блудить надо по другому, а «мысле» — глупость. И трудовик был прав.

— Сейчас — было бы замечательно. И у вас меня вполне устроит, — с некоторой растерянностью пробасил Олаф. — Полуконтакт?

— Угу, — на ходу к тренировочной кивнул я.

Подавив и изничтожив подлую мыслишку-саботажницу брякнуть: «без ограничений». Это, конечно, мои проблемы решить может, если меня парень сломает с концами. Но совсем бредово выйдет.

Дотопали до тренировочной, подготовились, размялись. Кстати, колобок разминался странно, но впечатляюще: стоял неподвижно, а по нему ходили мышечные волны, заметные даже через пилотский комбез. После чего парень… деактивировал синтомышцы комбеза.

— Себе оставь, Гален…

— Ну уж нет, — встряхнулся я, тоже отключая синтомышцы. — Спарринг так спарринг.

— Ну сам смотри.

А я выкинул из головы всякие глупости и действительно смотрел. Искал Путь к Цели, как бы этого модификанта победить. Пока выходило неважно: он чудовищно силён. То есть, стоит исходить из того, что каждая мышца его сферического тела — минимум в три раза сильнее моей, аналогичной. Скорее всего — больше. При этом, кости и сухожилия — соответствующие.

А самая неприятная вещь: у него мышц БОЛЬШЕ чем у меня. В самом прямом смысле слова. И выходит, что уязвимых частей у него… Да глаза, по большому счёту, по крайней мере на первый взгляд. Пах — не вариант: почти уверен что яйца вкатываются. Иначе он на трёх же ходить (точнее бегать-прыгать, но понятно) бы толком не смог. А значит — яйца в тазовой полости, в мышечных мешочках, хрен пробьёшь. Дальше — горло. Оно базово у человека уязвимо, его недаром берегут: защиты толком нет. А колобка — есть. У него даже глазом заметны перекаты мышц, пластинами перекрывающие трахею и всякое такое.

То есть, выходят глаза. Всё остальное — чудовищно прочное, сильное. Но посмотрим, проверять надо. И в глаза пока не тыкать.

Хотя легко шагнувший (совершенно невероятное зрелище, как он пританцовывая шагает!) Олаф как раз глаза прикрыл сразу. Приняв стойку, которую я бы назвал идиотской и опасной… Если бы не его характеристики. Ему реально пофиг на удары в корпус-пузо, да и по суставам и яйцам — тоже пофиг. Ну, по стойке заметно: полураскрытая ладонь прикрывает лицо. Тело прям напоказ выставлено, мол бей кто хочет. Ну и вторая рука отведена крюком, не для удара, а явно схватить.

И прёт на меня с сосредоточенной мордой. Ну, попробуем, оскалился я, в ответ на улыбку Олафа. И попробовал. Больно, блин! Ну пузо — понятно, не особо рассчитывал, впечатал ногу — так откинуло. Ну, пошатнул колобка слегка, да и оттолкнулся от него, чтоб под «крюк» не попасть. А вот об колено, причём бил сбоку — ногу отбил! Колонны стальные, а не ноги!

Так мало того, от ушиба мобильность утратил, и колобок, подкатившись, меня ухватил! Обеими руками, постепенно сжимая. И морду опустив — не добраться! Я подёргался, потыкал в точки на шее-руках, от которых человек уже от боли катался бы… Без толку — везде мышечная броня, по ней молотком стучать надо, а не руками. Попробовал хлёстким ударом вырубить, со всей дури зарядив по подставленному затылку — только рукам больно стало, мышцы самортизировали. И сжимает, ме-е-едленно, но как промышленный пресс, блин!

Так, глаза прикрыты. Но «давиться» никакого желания нет. Вырваться — без шансов, у него руки в разы сильнее моих ног. Можно синтомышцы подключить, но это вообще какая-то хрень выходит. Не говоря о том, что я ни черта не уверен, что даже с ними смогу вырваться. Остаются… уши, оскалился я. И тут же себя одёрнул — тут аккуратно надо, а то ведь и убить можно. Чёрт, конечно, знает, как на барабанные перепонки модификанта воздушный удар подействует. Но надо всё равно аккуратно — у нас спарринг, а не бой насмерть.

Так что хлопнул я аккуратно — но хватило. Олаф дёрнулся, слегка ослабил хватку — рефлекторное движение, уши прикрыть. Но мне хватило — вывернулся и отскочил. Но как с этим чудищем спарринговать-то? Всё что подсказывает этикетка — убийственное, всякие «мягкие» способы просто не сработают…

Стоп. Он чудовищно сильный и прочный. Я с ним ничего сделать не смогу, не нанося удар в уязвимые места (всего два, блин!), но тут и убить можно. Остаётся сделать так, чтоб те мышцы, которыми он мне противостоит, были порядково слабее моих. Иначе никак, а это заломы. Которые ещё и провести надо, что мягко говоря непросто, но возможно.

В итоге, пришлось мне смещать противостояние в совсем нижнюю плоскость. Потому что при всех достоинствах у колобковости Олафа был очевидный недостаток — ему его мышцы затрудняли работу как раз в нижней плоскости. Не то что не давали — он как-то перекручивался и руками крутил и ногами пинался. Но затрудняли заметно. Так что я брюхоногим, на корточках, да и иногда на четвереньках кружил вокруг него, время от времени пинаясь. Толка никакого, но хоть активность проявлял. И вот, через полминуты, Олаф совершил ошибку. Точнее не ошибку, если начистоту — у него и выбора другого не было с его конституцией. А именно, согнувшись, захватил мою ногу, обхватив за икру.

Но положение у него было, как понятно, неустойчивое. А распрямиться я ему не дал, кинувшись в ноги, не обращая внимание на сжимаемую икру. И, до боли ударившись плечами в ноги-колонны, всё таки уронил парня на пузо. Ногу он пробовал не отпустить, но тут без вариантов, не тот хват. В общем, рухнул он на пузо (сыгравшее роль амортизатора). А вот дальше действовать не дал уже я: коленом упёрся в поясницу, обхватил его руку двумя руками и стал заламывать. Силён, колобок, сопел я, напрягаясь. Он ещё и брыкался, второй рукой меня достать пытался. Но расчёт оказался верным: моя масса плюс все усилия тела перебарывали мышцы-разгибатели его руки. С трудом, чтоб его, но залом становился всё более уверенным. Пока, наконец, его рука не уперлась в его же спину — вообще не вырваться. Тут только я могу додавить, а он не вырвется.

— Победил, — пробасил с отчётливо слышным удивлением Олаф. — И с ушами это ты интересно, — признал он, уже поднимаясь на ноги.

— Ну вы, блин, даёте… — протянул Себ, стоящий на пороге тренировочной. — Оба, причём.

В общем, Олаф стал прощаться. Договорился о следующем спарринге, через недельку — тут я был только «за». Действительно сложная задачка, а победа — на самом деле приятна. И найти другие пути к цели (а с заломом парень вряд ли так подставится ещё раз) интересно, нужно и полезно.

— Я, Гал, начал понимать почему Его Величество разрешил вражду, — начал Себ, после ухода Олафа. — И после этого зрелища — тоже, — кивнул он в сторону тренировочной. — Но я обещал, так что прими, — направил он мне данные. — Хотя тебе, похоже, это не особо нужно… — практически неслышно пробормотал он.

— Спасибо. И нужно, — ответил я.

И повалился на кушетку второй раз, уже внимательно рассматривая данные. И выходило, что всё не настолько жопно, как могло быть. Жопно, но могло быть ГОРАЗДО хуже. Род Ульвер — очень слабый Род. Оценка его численности безопасниками Сидороффых — десять человек, в таких пределах. Владения — две планеты и беспланетарная система. Не, понятно, что это Род, а не фигня какая. Но не многочисленный, сильный-могучий. А такой, небольшой, как минимум — в Академии действительно опасаться нечего. Кроме дурынды, но тут ей скорее меня опасаться надо.

А вот вне Академии — без разницы. Что многотысячный род, что десять человек. Наёмники, гвардейцы, куча вариантов. Но посмотрим, несколько повеселел я.

Повеселел не потому, что думал с Родом, владеющим парой планет и системой справится — ну не дурак же я! А потому, что эта вражда, в плане моего принятия в какой-нибудь Род, выходила не таким уж жутким препятствием. Всё же небольшой и небогатый Род, который вне своих планет и сделать другому Роду ничего толком не сможет — не такой уж и «негативный фактор». Неприятно, но шансы на Род растут, повеселел я. Да и что кроме дурищи в Академии никто не угрожает — большой плюс. Да и вне Академии… Ну родовых эти ульверы психованные присылать не будут. Ну просто мало их слишком, а это риск. Но этой Арвинг рискнули… Точнее, по сути, мне на растерзание оставили, блин. При Роде «не больше, чем в десять человек», психи такие.

Но послание послать надо, уже засыпая решил я. Может это реально какое-то недопонимание дурацкое. И Ульверы, конечно, дураки. Но не настолько, чтоб понять бредовость — продолжать этой непонятной «враждой» маяться.

И ещё, мне надо с Инвиктусом моим разобраться, рано с утра, ещё до рассвета, решил я, разминаясь. Потому что то, что он стукнутый на всю бронзовую голову — это понятно. Но у меня времени на его стукности нет! Для меня это и будущее, и защита, и оружие. Ну а на его дурацкие заявления и прочую фигню… Да или переубежу, или потерплю. Других вариантов нет.

И потопал я до ангара в подвалах Академии. Доступ до конкретного, с моим Инвиктусом, у меня был круглосуточно и без ограничений, ну кроме ситуаций с техобслуживанием. Но после того как он стал моим Инвиктусом — даже техобслуживание только по моей просьбе. И к крупному подземному ангару-тренировочной доступ тоже круглосуточный, если есть свободные. Но в четыре утра — будут. Это только я на кушетки скрюченный задрых, а нормальные люди в две дырки в такое время сопят.

А сегодня История — надо у Василия узнать насчёт Ульверов. Потому что обзор от СБ Сидороффых — замечательно, но деталей никаких. И занятия у Теодора сегодня тоже будут — значит в Инвиктус надо будет влезать в любом случае. и лучше хоть как-то договорится…

На последнем я остановился, потому что происходила внутренняя битва с воображением. В котором, под охреневающими взглядами учеников и мастера-наставника, бронзовый Инвиктус дёргался, приплясывал, ревел попеременно то «ДУРАЧЬЁ!!!», то жалко пищал моим голосом, чуть ли не плачущим — «да слушайся же ты, зараза!!!» Со стороны, наверное, смешно, конечно. Но мне такого представления не нужно, решительно помотал я головой, топая в ангар.

Бронзовый Инвиктус стоял в центре зала, светился паразитными потерями эмиттеров. И вообще: выглядел грозно и замечательно. Даже мне начинал нравится внешне… Если, блин, не знать, что у него внутри стукнутый крикун! Эх, пошёл я, решил я, решительно подходя к машине.

— ТЫ ВЕРНУЛСЯ! — грохотнул динамиком Инвиктус, когда я подошёл к нему. — ПОДКЛЮЧАЙСЯ И ВНЕМЛИ! — продолжил он, открывая ложемент.

Красиво, всё-таки, отстранённо отметил я, наблюдая на облачка конденсата, подсвеченные синими огнями паразитной энергопотери. Ну и плюхнулся в ложемент. На этот раз, кстати, мельтешение и всякие «побочки подключения» заняли не так много времени, как в прошлый раз. В принципе — как в КИРе, судя по ощущениям. Но Теодор и говорил, что «он считал при подключении». То есть, эта громогласная сволочь всё про меня знает… Ну и фиг с ней, мне скрывать нечего — перед ним. А докладывать что-то кому то про меня ИЛ не будет — одна из Доктрин.

Тем временно мельтешение прекратилось, а я оказался висящим в темноте. Но уже окружённый кучей двумерных экранов.

— …РАСТЕРЗАЮ. И ВЕЛИЧИЕ МОЁ НЕ УМАЛИТСЯ, А ПРИУМНОЖИТСЯ, ВО СЛАВУ ИМПЕРИИ, КОНЕЧНО!!! — как ни в чём не бывало продолжил ИЛ.

Причём, судя по всему, с того места, когда я от него отключился! Ну звиздец, мысленно вздохнул я, но стал пропускать это бредовое грохотание мимо сознания. Хоть было и сложно — орал этот Инвиктус люто.

Для начала, стал я более подробно вникать в экраны. Вполне мыслеуправляемые и вообще, выходило, что я в этакой «сервисной подпрограмме». То есть, были экраны, которые отображали данные с внешних сенсоров Инвиктуса. Были — технические, но это я и вчера заметил. Правда сейчас вгляделся в показатели эмиттеров щитов и чуть не выматерился вслух: это звиздец какой-то, а не щиты. Корабельные Военного Космического Флота плачут в сторонку от зависти. Причём какие-то непонятные, стал я вчитываться в детали и характеристики. Что-то, судя по названиям типа «квантовая синхронность» и всякое такое из пограничной физики. А я с обычной… Нет, ну знаком, конечно. Но… ну ладно, в общем, разберёмся.

А вот мои мысли насчёт «черепахи» подтвердились, мдя. У Инвиктуса нет даже приличного ионного движка. Он создаёт этакую «полевую платформу» своими же жуткими по мощности щитами, на которой его и тягает — ну, если ему лететь надо. Ме-е-е-едленно и печально, ну на основе данных о других Инвиктусах и параметрах авиации. Хотя тягловитость выходит запредельная… А! Так это именно для «таскания» и одновременной защиты группы Инвиктусов, дошло до меня. Ну или ещё какой техники, в условиях плотного огня, постоянной атаки. В общем — штука чертовски полезная, но для индивидуального боя скорее печальная.

И переключил я внимание на экран с сенсоров. Захотел получше разглядеть — и экран стал приближаться, искажаясь и как бы наплывая на меня.

— ДУРАЧЬЁ!!! — взревел Инвиктус. — НЕ СМЕЙ ОТВЛЕКАТЬСЯ, ВНИМАЯ МОЕЙ МУДРОСТИ!

— Заткнись, — огрызнулся.

— ЧТО?!! КАК СМЕЕШЬ ТЫ ТАК ПРЕНАГЛО ОБРАЩАТЬСЯ К ВЕЛИЧАЙШЕМУ…

— Заткнись.

— ДУРАЧЬЁ!!!

— Заткнись.

— НЕДОУМОК!!!

— Заткнись.

— НИЧТОЖЕСТВО!!!

А диалог-то налаживается, не без иронии отметил я. Хотя от грохота этого психа и бесконечных повторов «заткнись» начинала побаливать голова. Видимо, фантомные ощущения, на тему того. Что от этого неприличного грохота голова болеть просто должна.

27. Конструктивное общение

Диалог с Инвиктусом занял… ну, наверное, с полчаса. Он орал, гремел, но начал повторяться. В основном своим любим «Дурачьём», которое у него было как заклинание. Но я его вообще не радовал разнообразием, повторяя «заткнись» размеренно и спокойно. И — помогло. А до того разглядывал характеристики и экраны, даже «натянул» обзорное окно на себя, как бы «став» Инвиктусом. Правда некомфортно выходило как-то. Обзор дрянной, подвижность рывками. Да и показатели состояния чего-то начали нехорошо мигать красным.

Инвиктус к этому моменту иссяк, так что на моё оригинальное «заткнись», последние несколько минут уныло и неоригинально буркал «не заткнусь!» Но вот на мои копошения оживился и взревел:

— ДУРАЧЬЁ!!! ТЫ НАС УГРОБИТЬ ХОЧЕШЬ?!!

— Не особо, — признал я, «вылезая» из экрана. — Ты для нормального диалога готов? — поинтересовался я, поглядывая за показаниями.

Последние потихоньку выходили из красной зоны, после того как я перестал пробовать шевелится и управлять Инвиктусом. С чего они так — непонятно, но есть надежда наладить общение, с информацией, тогда и пойму.

— О ИМПЕРАТОР!!! ЗА ЧТО МНЕ ТАКОЙ НАГЛЫЙ НЕДОУМОК В ПИЛОТАХ?!! — прогрохотал Инвиктус. — Чего тебе?! — буркнул он механическим, громким, но уже не громыхающим голосом.

— Во-первых — перестань орать. У меня голова от твоих воплей разболелась.

— Дурачьё!!! Не от моих мудрых и прекрасных слов! Неуч и недоумок! Я налаживаю с твоим дурацким мозгом коммуникацию! А ты, ничтожество, даже потерпеть не можешь, внимая моим…

— Если бы ты, вместо всякой фигни, сказал про коммуникацию — я бы об этом знал, — отрезал я.

— А дурачьё, которое должно тебя, недоумка, учить, не сказали?!! Или ты презренно не учишься, думая что моего величия хватит…

— На то, чтобы довести меня до отключения — твоего величия точно хватит, — отрезал я.

Блин, вот опять привет из этой дурацкой школы. Этот сволочной Инвиктус, судя по всему, получил оттиск моей памяти, в рамках этой «коммуникации». И вот давит на больное, сволочь искусственно личная! Ну ладно, фиг бы с ним, это мелочь. При этом Теодор сказал, что все признаки указывают на высокий уровень сопряжения с ИЛ. Нет, раздражает он меня своими воплями, зазнайством каким-то дурацким. Я может тоже не скромник какой-то там, но не ору же на всех, какой я великий, а все дурачьё! Так орёт только это самое дурачьё, между прочим.

— А занятий ещё не было. Сегодня будут. И я пришёл тебя навестить, разобраться как нам дальше, чтоб не позорится на первом занятии. А не выслушивать твои вопли о величии и дурачье!

— Просто я велик. А ты — дурачьё, — как абсолютную и неоспоримую истину лязгнул этот ИЛ. — И ДАЖЕ НЕ СПОРЬ! — громыхнул он. — Вот ты в третьем классе…

И начал, зараза, перечислять мои самые обидные ошибки и недочёты. Противно так, с деталями. Их, конечно, немного было. Но были, а этот сволочной ИЛ в них тыкал. Чем это его «величие» подтверждало — непонятно. Да и тезис с «дурачьём» — ни фига не обоснованный. Но трындел, гад такой! Я, впрочем, решил не перебивать, прочто пропуская этот трындёж мимо сознания. И, через пяток минут, этот гад «выдохся». Ну, не так много у меня ошибок было, если разобраться.

— Теперь ты понял, что ты — дур…

— Бред, — отрезал я. — Ты мне приводишь ошибки взросления. Таких у любого человека тысячи. А по делу — ни одной моей глупости ты не показал. Ни своего величия, кстати — мелочность, занудство и то, что считал мою память. Вот и всё, что следует из твоего нудежа. В принципе — могу тебя называть Великий Мелочуга, — ехидно предложил я.

— Наглый недоумок! — рявкнул ИЛ. — Взросления?!! Да ты дурачьё из дурачья сейчас!!! Тебе за день до встречи с Моим Величием прямо, в лицо сказали что ты — враг! ПОЧЕМУ ТЫ НЕ УБИЛ ВРАГА, НЕДОУМОК?!! — взревел он.

Это он про Арвинг, дурынду эту. Блин, дурацкий какой вопрос! Ну и ответил я придурошному ИЛ про Род, с которым есть надежда наладить…

— Нет у тебя, недоумка, никаких «возможностей наладить», — отрезал Инвиктус. — И если объявлена вражда, с Его Августейшего Дозволения — пока не будет безоговорочной победы конфликт не закончится. Даже если это была «ошибка», как ты тешишь себя надеждой, как последнее дурачьё!

— А ты откуда знаешь? — заинтересовался я.

— Базы знаний по Империи, недоумок! И не только, да и… Великий Опыт! — рявкнул он, но… неуверенно как-то, что ли.

Хм, надо будет с Теодором консультироваться. Был бы родовой Инвиктус — я бы понял «опыт». Но тут вроде как новенький… Хотя, в принципе — может и «старенький». Довёл своими воплями прошлого пилота до ручки, тот или Инвиктус Императору отдал, или вообще голову о ложемент разбил. От «Величия», от чего ж ещё.

— И зачем мне это? Чем она мне угрожает в Академии?

— Тем, дурачьё, что она учится на пилота!!! За что мне такой недоумок-то достался?!! Ещё один враг с Инвиктусом!!!

— Это… — задумался я, но признавать правоту этого типа не стал.

Хотя прав ведь, скотина такая! Ну, конечно, если не наврал насчёт «непримиримости». Вроде и не должен, да и похоже на правду. Но послание я придурошным Ульверам отправлю. И даже не буду их обзывать придурошными и дурачьём… Кхм, на меня этот Инвиктус хреново влияет. Ну в общем — обзываться не буду, а попробую обозначить своё недоумение и миролюбие. А вот потом уже будем думать. И в этом случае эту дурынду-Арвинг и вправду надо того. И совсем не этого, а вовсе того. Жалко кудряшку, даже с некоторым недоумением понял я свои ощущения. Впрочем, пока и не надо. А когда и если будет надо — справлюсь. Убивать и плакать буду, например. Как-то нихера не смешно получилось, зато жизненно, мда.

— В общем. Время на решение вопроса у меня есть. И может я ждал, когда у меня Инвиктус появится. Ты вот такой великий, вот и хочу тобой победить.

— Такой недоумок как ты, даже с таким Великим Инвиктусом как я, способен всё просрать!!!

— Я талантливый, я знаю, — ехидно отметил я. — Ладно, давай договоримся так: хочешь обзываться — обзывайся. Мне в общем-то похрен, на идиотов не обижаются, — обозначил позицию я.

И на поток ругани, с редкими вкраплениями всяческого «величия», просто молча и с улыбкой кивал. На третью минуту до Инвиктуса дошло, что он сейчас со всем механическим пылом подтверждает мной сказанное. На полу ругани заткнулся, и… Ну звука оскорблённо-раздражённого сопения я не слышал. Но вот именно в ощущениях это отчётливо чувствовалось. Что тоже не помешает обдумать и на занятиях вопрос уточнить.

— Так вот, — как ни в чём не бывало продолжил я. — С обзывательствами — понятно. Дальше, ты мне помогаешь в пилотировании…

— ДУРАЧЬЁ!!! Это смысл моей службы!

— Не заметил. Пока смысл твоей «службы» был в воплях какой-то хрени и бездарных попытках меня поддеть, — озвучил я.

Ожидаемо, ругань возобновилась. Отрадно, что совсем ненадолго — не больше минуты, после чего наступила тишина. Но «гневное сопение» в ощущениях стало… ну, наверное, «фактурнее». Потому что «ощущалось громче» — выходит как-то по дурацки, учитывая то, что звука то я и не слышал.

— Я уточню у наставников, что и как. Тебе я… — и тут я задумался.

Дело в том, что этот ИЛ обладает вздорным, неприятным характером. Ну… как есть уж. И, вроде бы, договороспособен. Но вот говорить ему прямо: «я тебе не доверяю» — как-то… Неразумно и недальновидно. По логике вещей мы должны доверять друг другу на все сто — от него зависит моя жизнь. У него от меня — как минимум целостность личности. Не говоря о Доктринах. Вот, кстати, интересно: как Доктрины соотносятся с его поведением? Впрочем — опять же, вопрос к Теодору.

— … Доверяю, — умеренно покривил душой я. — Но твоим знаниям — не очень. Твои вопли пагубно могли сказаться на ячейках памяти…

— Дурачьё! Металлоорганика моего вычислителя способна выдержать звёздный жар!!! — а после моего отчётливого хмыка послышалось недовольное, — Кратковременно. А мои мудрые речи вообще не издают не звука!

— Кроме воплей внешним динамиком, которыми ты меня чуть в ложементе не прибил. В общем, ты мне на пилотировании поможешь? Не будет дичи, которая была, когда я подключился…

— Если ты ещё раз, недоумок, полезешь, не получив должного образования, в панель тонких настроек оборудования — я не знаю, что я сотворю… Впрочем, когда взорвёшь генератор — и сотворять ничего не надо будет, — неожиданно спокойно и негромко, по моему — впервые за всё время общения, выдал ИЛ.

— Э-э-э… — честно ответил я. — А это разве не панель пилотирования была?

— НЕТ!

— И я могу его перегрузить?

— Конденсаторы 21230-1, 21210-21… — начал перечислять всякие цифры Инвиктус, что делал полминуты. — Были на грани перегрева на пиковом энергопотреблении. 21297-67 — в секунде от расплавления. Ты что делал, недоумок?!

— Пойти хотел, — буркнул я.

В ответ была не ругань, а тишина. Правда заполненная очень знакомым ощущением: такое же у меня бывает, когда хочется башкой о стену постучаться.

— Ходят не так, я уже понял, — озвучил я. — Поэтому вместо дичи…

— Мудрого и Великого…

В общем — начали мы торговаться. Вот как не глупо звучит, но так. В итоге сошлись на том, что ИЛ мне помогает. И не слишком много гундит — но гундеть ему видите ли надо. Видимо, «величие» распирает, не покапает мне на мозги — лопнет как антикварный контрацептив из анекдотов. Каучуковый, с ребристым хоботом, круглыми стеклянными вставками такой. На что его надевали — страшно представить, но, вроде бы, помогал.

Так вот, гундит умеренно. Но помогает с пилотированием — как минимум, поясняя что это за гребучие экраны! Потому что часть нихрена не имела пояснительных надписей. А когда ИЛ мне продемонстрировал что я делал, пытаясь сдвинуть Инвиктус с места… Ну, Академию я бы не разнёс: она прочная и на самоуничтожение в её стенах, любого типа, стоит запрет, вроде бы даже транслируется и необходим никак. Но зажарить себя и Инвиктус я точно мог, уверенно шел по этому пути

В остальном — будем смотреть. Но оставалась ещё одна вещь.

— У тебя переводчик с квиритского есть? — буркнул я, потому что браском в Искусственной Реальности, как понятно, был недоступен.

— Зачем тебе… А, ты же неуч и недоумок. Ну есть, — хамил мне этот сволочной ИЛ.

Я даже было задумался, а не изменить ли мне планы и придумать что-нибудь погаже и попротивнее. Но вовремя передумал: мне, блин, на этом Инвиктусе до смерти ездить!

— Надо. Будешь… — чуть помедлил я с мысленным вводом. — Эквисом Энеусом, вот.

— Имя?

— Да.

— Достойное Имя, — неожиданно для меня выдал ИЛ. — Наше название, полное, которого ты, дурачьё и неуч не знаешь — Эквис Инвиктус.

— Непобедимый Рыцарь?

— Именно так. Принимаю это Имя, Эквис Энеус.

— Но называть я тебя буду Эмик или Бронзовый.

— ДУРАЧЬЁ!

— Время в бою, — отпарировал я. — А еще у приятеля такой пес был. С отличным, между прочим, характером! Может клин клином выбью…

— ДУРАЧЬЕ!!!.. Гхм… Ладно, вали. Мне надо подумать, — буркнул Эмик. — Ведь сегодня обучают такого недоумка как ты? Не Безмолвный, а Безмозглый! — обознался он напоследок.

Я подумал, да и махнул мысленно рукой, отключаясь. Конечно, характер Эмика не ватрушка и не плюшка. Но прогресс налицо, хотя похоже терпеть его «взбрыки» мне всегда. Но, в общем — гораздо лучше, чем в первый раз. Хотя, подозреваю, в «налаживании взаимопонимания» опасность сплавится нахрен сыграла не последнюю роль, несколько нервно хихикал я, топая к апартаментам.

Просто времени прошло не больше десяти минут — всё таки ИР, да и мощности были направлены на меня одного. Ну и оставалось перекусить, да и переться на занятия. И а они сегодня важные чертовски! История — про этих Ульверов дурацких узнать. Ну, скорее всего, Василий ссылки даст. И занятия с Теодором, «Теория и практика управления Инвиктусами». И всего по полчаса на беседу… Ну, может как и Василий, ссылки даст. Порылся в свободное время в сети, поискал данные по интересующим меня вопросам, но ничего толкового не нарыл. По Инвиктусам, как понятно, из секретности. Да и по Ульверам. видимо, тоже: только какие то замшелые байки и невнятные крики в сети. Причём зацензуренные, видимо Департаментом Благого Знания, с лакунами. Видимо, журналюги этих Ульверов называли ОЧЕНЬ нехорошими словами. И были, между прочим, правы!

На Истории, кстати, была и дурында кудрявая. Но никак свою злобность и прочие качества не проявляла. То есть демонстративно на меня не смотрела, изредка зыркала, ну всё как и раньше. Как-будто её придурошный Род мне войну не объявил, с её подачи! Даже захотелось на секунду всё таки вызвать, но тут же расхотелось: представил последствия не вообще, а конкретно дуэли, с этой дурной кудряшкой. Передёрнулся мысленно, развоображал представленное и решил: до НАСТОЯТЕЛЬНОЙ необходимости, вопроса жизни и смерти, о таком даже не думать.

В остальном лекция прошла штатно, даже интересно: описывались довольно занятные построения, как раз для прикрытия тех самых, огромных, коллективно управляемых Инвиктусов. Правда у меня появился вопрос — ИЛ. Они и так не очень, согласно моему опыту, хорошо взаимодействуют с пилотом. Ну, как минимум, с «характером». А описываемые монстры, по сути среднетоннажные корабли, по сути, это десяток ИЛ, не один, десяток! И как вот всё это?

— Интересный вопрос, господин Гален, — одобрительно кивнул Историк. — Но он не совсем по адресу, — развёл он руками. — Особенности взаимодействия управляющего вычислителя Инвиктуса и пилота, а в рассматриваемом нами случае — пилотов, рассматривается на Теории Пилотирования и, вроде бы, Курсе тонкой настройки, — задумался он. — Я просто не слишком разбираюсь в технических деталях, сам не пилот. Но есть предположение: все известные Громады, как обычно называются в обиходе многопилотные Инвиктусы управляются семьями. Не Родом, а именно родственниками, не дальше второго колена. Выводы напрашиваются сами.

В общем да, логично, заключил я, благодарно кивая преподавателю. А по окончании лекции отловил архидоцента и с ходу рубанул: так мол и так, нужны сведения по Роду Ульвер.

— Исторические, ты имеешь в виду, Гален, — усмехнулся, переходя на «ты» историк. — Да, ректор намекал мне на некоторые моменты… Впрочем, это твое дело. А данные о Роде Ульвер довольно занятны в исторической ретроспективе. Прими ссылки, — озвучил он и распрощался.

А я потопал на обед. Конечно, хотелось тут же закопаться в данные… Только хренушки мне: внутренние базы Академии по этим ссылкам открывались только с терминала в библиотеке апартаментов. Для браскомма их не существовало. хотя и можно было потрахаться с трансляцией удалённого управления… Но я (да и Себ, во время обсуждения) решили что а ну его нахрен. Да, не слишком удобно, но при желании такое действие можно подогнать под «действия угрожающие информационной безопасности Академии», с довольно неприятными последствиями. За пункт академических правил родственник Себа из Академии и вылетел, причём ещё до получения Инвиктуса, так что а ну его нахрен. В конце концов подождать и посидеть за терминалом нам не сложно, да и перекинуть данные на браскомм труда не составляло. Уже после открытия их на терминале, само собой.

А на Теории Управления Теодор с ходу озвучил такой порядок:

— Лекторий нам сегодня не понадобится. Я спускаюсь в седьмой учебный тренировочный полигон Восточно Крыла. Будете там ковылять, под моим присмотром. Добираетесь от своих ангаров на Инвиктусах. И если не выходит — обратитесь к служителю, погрузчиком доставит. Да, если какой-нибудь ё…анный мудак будет ржать над сложностями пилотирования товарищей — на моих занятиях он будет тупорогим х…илой! Так и буду называть, пару недель, для начала. Я нормально пройти на своём Инвиктусе, смог только через месяц после получения, слушатели. Так что сложности — это нормально.

После чего мы к ангарам и потопали. Ну а мой Эмик стоял, сверкал. Открыл ложемент без проблем.

— Явился, — прогрохотал он.

— И тебе привет, — ответил вежливый я. — Мы ходить-то сможем, или служителя с транспортёром…

— ДУРАЧЬЁ!!! — грохотнул Эмик. — НЕ БЫВАТЬ ТАКОМУ ПОЗОРУ! ДАЖЕ С ТАКИМ НЕДОУМКОМ В ПИЛОТАХ!

— Угу. А как?

— Панель прямого управления движением. Кстати, придурок, панели управления разделены. Для того, чтобы дурачью, типа тебя, было удобнее: они совмещаются, дополняются.

— Понял. Но пока только движения хватит, я думаю.

— Хватит. Подключайся.

Ну и «натянул» я подсвеченную панель«. И, кстати, и вправду как своим телом управляешь. Правда… Ну Инвиктус ОЧЕНЬ широким выходил, не совсем тело, но…

— Это ты помогаешь? — уточнил я, почувствовав, что меня как бы «подталкивает», исправляя явные ошибки.

— Дурачьё! Естественно помогаю! С твоими безмозглыми кривыми мозгами мы уже давно бы навернулись! Даже сервисные роботы бы ржали!!!

— А они могут? — заинтересовался я.

— Нет! Но с тобой бы — научились! Иди уже, дурачьё!

Дурачьём я, конечно, не был. Но пошёл по навигационной линии, не стоять же и вправду как дурак.

28. Родовая глупость

Идти у меня потихоньку получалось, причём вполне эффективно. А ещё прикидывать, что и как у нас происходит с Эмиком. То есть, понятно что он либо самостоятельно формирует ИР, в которой я нахожусь, либо имеет к вычислителю. формирующему эту ИР высокоприоритетный доступ. Но, при этом, очень мягкое, я бы сказал деликтное подталкивание к нужными решениям. Такого от этого заносчивого и не слишком умного крикуна как-то странно ожидать. Но факт остаётся фактом — я топаю, рулю совершенно нестандартным «телом» и технические роботы ржать пока не научились.

Правда непонятно, а как пилотам с «перделками»? Ну, например, были у Инвиктусов дополнительные орудийные манипуляторы. Или, у лёгких Инвиктусов, этакие… Ну выносные манипуляторы с эмиттерами щитов. У мелких, которые в общем-то больше доспехом были, как раз снайперские, диверсионные… Ну мелочь, короче. Так вот, у них центральный щитовой эмиттер — дохлый совсем. По сравнению с другими Инвиктусами, конечно. Не из-за нехватки энергии, а места. Нам Коллектор кривые на голоэкране выводил, что, мол, можно и в двухсполовиной метровый Инвиктус мощный эмиттер упихать с конденсатором. Только после запуска в ложементе (ну в случае с мелким — под доспехом) окажется равномерно прожаренный пилот. Запёчёт нахрен, как и вычислителю Инвиктуса мало не покажется. Нет места для экранирования, плюс миниатюризация увеличивает паразитные потери. В общем, мощный (точнее стандартный) щит на малый Инвиктус не поставишь.

И вот чтоб их не сшибали нафиг, разработчик-разработчики придумали вариант с выносными эмиттерами. Они были ограничены по площади, фактически щиты-плоскости, ну максимум — четверть-сферы. Но живучесть мелких поднимали на порядки, как понятно.

Так вот, выходило, что у пилота такой мелочи (и крупности со всяким встроенным оружием) — не только две руки-ноги, условно. А до пары десятков (и такие бывали) независимых конечностей. И как они управляются-то?! Я вот с обычным, ну пусть широкоплечим и приземистым Инвиктусом, без Эмика точно бы навернулся и не раз. Ну ладно, опыт… Но это же другие конечности по сути! И пара тройка — куда не шло. Ну а двадцать плоскостей в этаком плаще из металлических полос? Стилизация, как понятно, но там плоскости полей небольшие, и действовать ими надо одновременно и нихрена не синхронно. А пушки на турелях? Всё на себя берёт Инвиктус? Ну, возможно, конечно. Но тогда пилот оказывается просто бесплатным приложением.

Так, думая, дошёл я до тренировочной площадки. Эмик что-то там поворчал пару раз, но не говнился. А я, кстати, понял, почему Теодор говорил про «месяц наворачивался». Что за тип его Инвиктуса я точно, как понятно, не знал. На снайперский похож. Но блин, ТРИНАДЦАТЬ конечностей на вытянутом, снайперского вида туловище! Четыре — понятно, руки-ноги. Только рук, не каких-то там манипуляторов, а именно рук — четыре пары сверх нормы, по всему вытянутому торсу! И хвост-турель, с какой-то короткой, но толстой и лютого вида пушкой. Тут я не удивился бы, если бы он и сейчас наворачивался. Ум за разум заходит от одного вида.

Правда подключён Теодор не был, сидел на хитро выдвинутой детали ложемента. А вот три Инвиктуса соучеников уже пошатываясь стояли на площадке. Впрочем, скрывающийся в техническом коридоре мощный погрузчик объяснил мне, что это они такие шустрые. И, похоже, Теодор не врал в Оружейной: несмотря на все «достоинства» Эмика — у нас с ним прекрасная совместимость. Ну, хоть что-то хорошее в сволочизме последних лет.

— Болван!

— Да, уважаемый Бронзовый? — ехидно ответил я — настроение действительно поднялось.

— Запрос на подключение!!! Какого дьявола я, ВЕЛИЧАЙШИЙ ИНВИКТУС ИМПЕРИИ, САМ ЭКВИС ЭНЕУС, ВЫПОЛНЯЮ ОБЯЗАННОСТИ СЕКРЕТАРШИ ДЛЯ ДУРАЧЬЯ?!!

— С тех пор, как начал орать, а не пояснять, где этот вызов углядеть, — обстоятельно ответил я.

Показывая моё необоримое педагогическое могущество Эмик перестал орать, хотя чуть не сдул меня нахрен «ощущением» недовольного сопения. И никаких противоречий в этом не было, так чувствовалось. Ну и подсветил-помигал огоньком, который при переключении внимания развернулся в окно голосвязи. Так, видимо тут дело именно в том, что тот «экран», в котором я «нахожусь» — именно такой. То есть, как и говорил Бронзовый, надо подстраивать окна интерфейсов под себя, совмещать и увеличивать-уменьшать индикаторы. Ну, в общем, понятно. Но пока я этим заниматься не буду — просто рано, надо попилотировать, понять и почувствовать что важно и что куда. Так что поработает этот крикун пока секретаршей, хе-хе. Главное вслух не ляпнуть, а то мозг выест.

А на голоэкране было окно соединения, с физиономией Теодора, его именем-фамилией, званием «мастер-наставник» ну и, как я понял, боевым прозвищем — Центиман. Потому что должности я такой не знаю, да и выделено оно было отдельно. Соответственно, ткнул я в приём, и статичное лицо Теодора на голоэкране ожило.

— Первый, — констатировал Теодор, подтверждая мои выводы, что тех кто прибыл раньше — привезли. — Так, Гален, у тебя всё замечательно, как по показателям тестов наблюдалось. Прими программу тренировки — ты и… Имя дал уже?

— ЭКВИС ЭНЕУС!!! — проорал бронзовый одновременно с тем, как я произнёс имя, как бы хором.

Хотя Теодор этого точно не услышал: как я понял, канал связи был направлен только на меня, ну в ИР… В общем, Эни рявкнул потому, что любит орать и пафосный засранец и я это услышал. А Теодор — нет.

— Бронзовый Рыцарь? А неплохо и подходит, хотя длинновато. Ладно, для боя между собой определитесь сами, а для именования вполне сгодится, — одобрил мастер-наставник. — В общем, пока походите по прямой, по пересечённой местности, если осилите. А я пока твоими товарищами займутся. Они с места-то…

И тут один из пошатывающихся Инвиктусов с грохотом рухнул, демонстрируя правоту мастера-наставника. Да уж, даже смеятся не хочется — сам так бы наворачивался, если бы не Эмик. Так что потопал я в отделённую часть полигона. И с движениями определяясь, и на соучеников любуясь. Ну, так. Главное — только Себа и узнал, он про свой «серебряным с зелёным» ударный штурмовик мне все уши прожужжал. И держался нормально, не падал. Но похуже меня, хотя тут нужно признать, что у меня из-за плеч двух лютых молекулярных дезинтеграторов на гибких манипуляторах не торчит. Они у Себа постоянно подёргивались и нервировали народ. Один снайпер даже навернулся, стараясь от директрисы потягивающихся пушек уйти.

Ну а Бронзовый, хоть и помогал, но комментировал. И возникало ощущение, что он, сволочь такая, учится. Не взаимопониманию и всему такому, а новым обзывательствам: не меньше двух десятков эпитетов. А было всего шесть, хоть и склоняемых всячески и спрягаемых.

В общем, к моменту, когда Теодор вышел на связь и позвал, мы уже топали по пересечёнке. И даже пару раз на три метра прыгнули и даже не навернулись ни разу! И настроение у меня неуклонно росло: выходило, что мне досталась от судьбы весомая компенсация за творящийся бред. Может и с Ульверами, всё-таки, что-то выйдет, типа разойтись бортами. Ну типа «я бы перед вами извинился, если бы было за что» — «мы бы тебя прибили, если бы было за что»… Мечты, но хотелось бы, как ни крути.

Дошёл я до места, где мастер-наставник сидел не в, а на своём ложементе. Прикинул, да и открыл ложемент, из Инвиктуса выбираясь. На это Теодор прищурился, но кивнул.

— Я бы сказал, что тебе нужно подольше находится в Инвиктусе, для лучшей синхронизации. Но тебе это не нужно — проблем с синхронизацией у тебя нет. Что даже… обидно немного. Тебе она ни…уя не нужна, такого уровня: твой Рыцарь — щитовик.

— Нужна, Мастер-Наставник, — возмутился я. — Он же самостоятельно не поднимется, если упадёт!

— Поднимется, у него поля функцию е…учих опор могут выполнять. И даже оружия или манипуляторов, ограниченно, но всё же. Интересный у тебя Инвиктус, Гален.

И рассказал мне бегло о возможностях Бронзового. Не всех и без деталей — все он и сам не знал, с его слов, потому что это «дело пилота и Инвиктуса». Но вот на один его пассаж я реально возмутился:

— Простите, Теодор, но вот вы говорите — Бронзовый обладает мощнейшим в своём классе вычислителем.

— Именно так. Не дотягивает до Громады чуть-чуть, когда уже нужен второй пилот, — кивнул мастер-наставник.

— Так чего же он… — возмущённо начал я, но себя одёрнул, зыркнув на Эмика с открытым ложементом.

Вот стопроцентно слушает. Да и вообще — он конечно много кто. Но даже перед мастером-наставником его называть напыщенным болваном я не хочу. Это и вправду дело «пилота и Инвиктуса».

— Он? — хитро прищурился Теодор. — Три причины. Первая: Инвиктусы, по уровню личностного развития, подростки. Дюжина лет, где-то, помладше даже вас, молокососов. Это не касается знаний — базам у них позавидуют многие инфохранилища. Не совсем как люди, но порядок примерно такой.

— Понятно, — кивнул я. — А ещё?

— А ещё, Гален, твой Бронзовый Рыцарь даже в статичном состоянии выполняет х…еву кучу вычислений. Постоянно. Не каждый мощный расчётный центр столько потянет.

— Конфигурация полей, работа эмиттеров на холостом ходу… — подумав, нашёл причину я.

— Именно. Поля нестандартные, кстати. Там вычислений действительно много, а глушить их не стоит. Вывод в рабочий режим после отключения — не менее суток.

— А третья? — продолжал интересоваться я.

— Твой Инвиктус уже имел пилота. Возможно — не одного. Почему он покинул Род — не знаю, причин может быть много. И если памяти у него об этом нет — стёрта. То ряд личностных характеристик вулканисты оставили неизменными. И этому должна быть веская причина. Ну, например, тот же Сотрясатель Сидороффых, — ухмыльнулся он. — Вот нравится ему чувствовать во время подключения от пилота ощущение выкуренной сигары. И, будучи довольным, он выдаёт показатели выше расчётных на пятнадцать-двадцать процентов. Это анализ Академии, не секретный. Да почти у каждого Инвиктуса со временем появляются такие вот «фишки», — хмыкнул он, явно обозначая всякие пристрастья и странности этим словом. — И вот, если Сотрясатель будет обнулён, — использовал он ещё один, явно специфический термин, прекрасно понятно что обозначающий. — То его пристрастие к сигарам оставят. Полезно.

— То есть, если например Инвиктус криклив, заносчив…

— …Или что-то похожее, то это значит, что ряд его достоинств, в процессе формирования личности, оказались неразрывно связаны с крикливостью и заносчивостью. И избавится от одного, не получив второго — нереально. Только договариваться, находить общий язык, да и терпеть, хотя «терпеть» — признак бессилия и небольшого ума. Личности Инвиктусов довольно ограничены в плане разума — большая часть вычислительных мощностей направлено на техническое управление и содействие пилоту. Так что наладить вменяемый диалог — не проблема…

Вот тут мастер-наставник явно сел в лужу, но я ему про это говорить не стал. Смысла нет.

— Проблема — сопряжение.

— Это ощущение «подталкивания»? — уточнил я.

— Можно и так сказать. И ещё чувствование Инвиктусами ощущений и пожеланий пилотов. В идеале — синергия, как выражаются вулканисты: «Идеальное единение мозга и машины». Этого просто так, конечно, не возникает. Но у тебя ощутимая часть пути к синергии — уже пройдена.

В общем, полезных вещей наговорил Мастер-Наставник. Несколько матерных загибов интересных я услышал. А главное — я понял «для себя», что за хрень с Эни. Ну, примерно так выходит: он — старый пердун и ворчун. Ну и зазнайка там, понятно. Сложилось так во время его прошлой службы. И, скорее всего, был он ощутимо повменяемее текущего состояния. Но тут что-то случается, Род там прервался или что-то ещё, его «обнуляют» и… Получается подросток, с кучей фрагментов памяти старого, заносчивого, вредного, засранского… в общем понятно какого, пердуна. Ну, примерно так выходит, хотя и не подросток он, конечно.

Дошёл своим ходом до ангара, даже попрощался с Бронзовым. А потом, по дороге к столовке, выслушивал трындёж Себа. Парня эмоции так и переполняли. Но вот в саму столовку я не попёрся — не до того. А заказал себе пожрать в апартаменты и засел за терминал. Инвиктус — прекрасно, всё это интересно, но про придурошных Ульверов узнавать надо.

Ссылки от Василия открыли довольно занятную историю почти трёхтысячелетнего Рода. Не огромного, но сильного, с многими героическими пилотами, ну в общем — Род неплохой, жил интересно. Но это я проглядывал мельком, удивившись только вполне пристойной численности, колеблющейся в районе двух-трёх тысяч человек. И было это благолепие до относительно недавнего времени, когда очередной глава Рода… Да придурком он оказался, но при этом — чертовски талантливым. Этот парадокс заключался вот в чём: Род начал активную экспансию. Конфликты с Родами и захваты независимых систем. Не Имперского Подчинения, само собой, но были системы типо нашей Белой, просто входящие в Империю и управляемые своей головой. Обычно — не захолустье, как у нас, а не слишком гостеприимные, но богатые, развитые, с научным потенциалом планеты-системы. И вот на такие и нацелился Род Ульвер, от большого ума. Нет, взять под протекцию территории, оказавшиеся на момент смерти главы в десяток с лишним раз больше изначальных — Род смог. И даже не слишком потерял в силах: описывались очень грамотные, с минимальными потерями не только атакующих, но и захватываемых операции.

Вот только ма-а-аленький нюанс. Свободные Миры НЕ ХОТЕЛИ идти под управление каких-то там аристо. Не правители там какие, а именно люди, вообще все. И, когда глава Рода благополучно помер, выходила ситуация, в которой пилоты, наёмники и прочее контролирующие десятки планет — умирали. От техсбоев, диверсий, отравы. Десятками а потом и сотнями, проводили карательные операции — но не помогало. Да и слишком «карать» Империя бы не позволила. Мало того: из Рода стали массово бежать люди, ещё во время этой безумной экспансии. Например, бесследно исчез наследник — тут в исторических хрониках данных не приводилось, но отмечалось, что не убит или что-то такое. И десятки, а то и сотни родовых уходили в другие рода, ну и всякое такое. Вплоть до службы в Легионе.

В общем — понимали, что Род откусил кусок может и по зубам, но никак не по желудку. И вот на данный момент Род Ульвер — это последствие несварения, можно сказать. Численность Рода не приводилось вообще, на момент, когда заполнялись сводки у рода оставалось пять, а не три системы. Но в целом — понятно.

Вот только с какого хрена эти благородные дурачки на меня полезли? Или все нормальные — свалили, а осталось только отбитое на голову дурачьё, по выражению Бронзового? Непонятно, но проверить надо. Так что уже около полуночи, прочитав всё это, я составил послание «от шевалье Галена Безмолвного» «главе Благородного Рода Ульвер», на тему «а чем я вас обидел-то?». Составлял аккуратно, сверялся со всякими правилами и протоколами. А то чёрт его знает этих аристо с их заморочками — напишешь там «скажите на милость» — а записка всплывёт. И, через несколько лет, великий герой Империи сам Гален Безмолвный, станет посмешищем — мол, в ногах у каких-то там У-у-ульверов жалких валялся, милости выпрашивал.

Блин, это на меня Бронзовый хреново влияет, не без иронии отметил я. Уже о «величии» задумался, хотя вещь, если не на словах — ну, нормальная такая. Не лишняя, только ударенным этой вещью в голову быть нельзя.

Составил, да и отправил через академический терминал, со всеми нужными подписями и положенным. Нормальное послание получилось, нейтральное — недаром час на него убил. А после завалился спать — время за полночь, а дел завтра куча.

29. Извилистые уроки

Отправил письмо, да и забыл бы про этих дурацких Ульверов, до поры. Понятно, что не совсем — игнорировать такой фактор бред. Но в Академии можно на него не слишком отвлекаться, занимаясь обучением и тренировками. Вот только этим же утром Ульверы сами про себя напомнили. Естественно, своей единственной представительницей в Академии, кудряшкой белобрысой, дурындой и прочее такое. Хотя, после того, что я увидел, стали у меня появляться разные мысли и сомнения.

Заваливаемся мы с Себом в столовку. Позавтракать там, с знакомыми поздороваться, ну понятно в общем. И тут натыкаемся (точнее я) на Арвинг эту. А совсем точнее — она на меня. С хмурой мордашкой (а нехрен честных Безмолвных войной воевать!), задумчивая, прётся с подносом. И сказать, что на меня налетела — не выйдет. Но заметила где-то с полутора метров. Вскинулась, часть поклажи с подноса уронила, уставилась на меня… Да с ужасом уставилась. Я вглядывался напряжённо, был боеготов, да и браскомм через модуль дополненной реальности выдавал ряд показателей. В общем — так не играют. Просто невозможно для человека, даже модификанта. Тут киборг нужен, чтоб так достоверно воспроизвести набор эмоций, их не испытывая.

Так вот, уронила часть поклажи, уставилась на меня в ужасе… и практически убежала из столовой. Нет, ну не сбежала формально “аристократичная аж жуть дурында изволит спешить по своим делам”. Но, по факту — чуть ли не опрометью задала стрекача.

— Хм-м-м… — мудро протянул Себ.

— Оно самое, — не стал спорить я. — Слушай, Себ, мне подумать надо, — направился я с подносом за отдельный пустой столик.

Приятель на это понимающе кивнул и потопал к знакомым, предаваться старческому… ну, то есть аристократическому брюзжанию. А я сел, стал строить модели, пути без цели и прочее такое. Потому что поведение Арвинг было СТРАННЫМ, непрогнозируемым мной. И, либо я дурак (что, как понятно, не так), либо один из высоко вероятных Путей не работает. А работает менее вероятный, надо понимать какой, причём срочно — тут не тот расклад, чтобы рукой махать.

И, через десять минут, получилась у меня пустая тарелка и кружка. Сам не заметил, как заточил, хрен знает что, между прочим. Но не отраву точно — браскоммом сразу проверил, он у меня в параноидальном режиме, по понятным причинам.

В результатах, помимо сожранного, выходил бредовый, но наиболее вероятный расклад, в котором… кудряшка НЕ ЗНАЛА об объявлении мне войны Родом. То есть: вчера она вела себя как обычно, а после встречи с ректором и “объявлением представителю Рода Ульвер” — задёргалась. Это при том, что сама вражда официально начнёт действовать через несколько часов — ну, сутки после её оповещения. Мне на браскомм извещение пришлют, ректор заверил, а извещения не было ещё.

Из этого следует, что кудряшку РЕАЛЬНО отдали мне на растерзание. Правда, есть непонятки: из их придурошного Рода я встречался и хоть как-то пересекался-общался ТОЛЬКО с ней. Решение о вражде принимал текущий глава Рода, это очевидно. А судя по её реакции, для аристократки практически невозможной — она о войне не знала и даже не подозревала.

Я бы вообще принял её за сумасшедшую, с расщепом личности или чем-то таким. Ну, в ночи она жуткая стервоза Кудряшка Отвратная, а при свете дня — Кудряшка Придурошная Обыкновенная и всё такое. Но она — пилот, у неё Инвиктус есть. Теодор уверенно говорил про то, что ВЕСЬ поток получил Инвиктусы, родовые тоже без проблем, они с другими Мастерами-Наставниками выпили по этому поводу с тостами, не раз.

А сумашедшие, психи, психопаты и прочие милые отклонения — до Инвиктусов не допускаются. Вот вообще. То есть, у ИЛ, как я понял, самих по себе есть тестировочные модули. И уехавшего кукухой пилота они просто отключат от себя, начав сообщать что, мол, этот пилот сломался, несите следующего. Да и тесты в Академии, пусть минимальные, но все пилоты проходят, даже родовые.

А значит: она может быть дурой, дурындой и сталкерской кудряшкой. Но не сумасшедшей. Далее, о “вражде” она мне заявила ДО этого дурацкого Императорского Указа (главное такое насчёт Указа вслух не ляпнуть). Но, при этом, о возможном объявлении войны — не только не знала, но и не рассматривала как вариант. Иначе её реакция при встрече была бы иной. Что кажется вот вообще невероятным, но иных объяснений её поведению нет. Она не хочет умирать и меня боится. И понимает, что я её могу даже не из злобности убить, а просто из самосохранения. Ну и, соответственно, её реакция на меня — органическая. Не продуманная и прочувствованная — иначе тут не кудряшка, а, как я и прикидывал, трансхомо или киборг в Академии учиться. Реакция у неё естественная, инстинкт самосохранения, как он есть. В дальнейшем, обдумав и приняв реалии, ТАК она уже может не убегать. Но… Впрочем, хрен с ним.

Проблема в том, что на каком Пути находятся объяснение её поведения — понятно. Но Род из десяти человек, РЕАЛЬНО отправляющий на смерть единственную девчонку в Академии — это какая-то запредельная глупость. При этом, данные-то обо мне у Ульверов только от кудряшки и могут быть… Нет, это реальный бред выходит! Я анализируя эту хрень получу вывих ума, со смещением!. Пока для меня Ульверы поголовно будут психами и дурачьём. Пока своим примерным поведением и разумными поступками не докажут что не такие, вот.

После завтрака потопал я на лекцию к Коллектору. Киборг был всё так же зануден, всё так же затыкал шепотки и даже выставил пару слушателей с лекции, за “неподобающее занятие”. Чем таким они неподобающе занимались, находясь на разных концах лекториума — чёрт их знает. Разве что через браскоммы, втихаря, виртуальным сексом занимались, а вулканист позавидовал, хех. Просто я, по понятной причине, был в параноидальном режиме, за всем в округе хоть вполглаза, но следил. А в области, откуда неподобающих изгнали — ни звуков особых не было, ни копошений. Я бы точно заметил.

А в остальном — интересная лекция, если обращать внимание на содержание, а не заунывно-нудёжную форму. Дальше — обед. Кудряшка на нём вообще не появилась, что после утреннего и не удивительно. Потом тактика — с ней всё понятно, да и интересно было до сих пор. А вот вечером решил я к Бронзовому наведаться. Да и один из тренировочных полигонов Восточного Крыла (точнее, часть полигона, рассчитанная на одного Инвиктуса) пустовал. Тренироваться мне надо, чем больше, тем лучше.

— Я, наверное, тоже потренируюсь, — на моё сообщение о тренировке прикинул Себ.

— Так все полигоны заняты.

— Так мне рано на полигон, Гал, — совершенно ровно и спокойно сообщил в натуре граф. — Это у тебя совместимость зашкаливает, а такое — великая редкость. Кстати… ты вообще как смотришь… — как красна девица замялся Себ.

— Вербуешь? — ухмыльнулся я.

— Уточняю, — с нейтральной физиономией огласил приятель. — У тебя перспективный для Рода Инвиктус. Правда вражда с Родом… — скорчил он физиономию оценивающего меня торгаша.

— Ну тогда и не надо мне к Сидороффым, раз я такой проблемный и с враждой, — небрежно отмахнулся я.

— Э-э-э… Гал, подожди! Я не… Да… Так! Мне надо с Родом связатся, — перестал он корчить из себя вербовщика в Звёздный Легион, сам ухмыльнувшись.

— Теоретически — возможно, Себ. А что выйдет на практике — я не знаю, да и ты не знаешь. Пока в любом случае рано о чём-то серьёзно говорить, а дальше — посмотрим, — честно ответил я.

Ну-у-у… Так-то вариант пойти к Сидороффым, несмотря на смешную фамилию, смотриться неплохим. Как товарищ Себастьян меня вполне устраивает, да и вообще про Род я много думал. А сейчас он как бы в “эксклюзивном вербовочном положении” — прочие Рода про то что я без Рода не знают. Его же, в натуре графскими, стараниями…

Так, а какая вероятность долговременной игры с вербовкой, серьёзно задумался я. Отсечение конкурентов и прочее… Нет, слишком низкая вероятность. Себ, конечно, не прост как пара копеек, но и не настолько хитро вывернут…

После чего я не выдержал, да и долбанул по стене кулаком. И выматерился вполголоса.

— Что случилось, Гал? — недоумённо уставился на меня в натуре граф.

— Всё нормально, Себ. Просто… напряжение сбросил, — практически честно ответил я.

Бесит, блин: я из всей этой хренотени вообще всех и вообще во всём подозреваю! Нет, это, конечно, способствует долголетию. Но вот психическому здоровью — нихера не способствует! А психическое нездоровье — не способствуют долголетию, чтоб его.

Так что потопал я к Бронзовому. Он, конечно, много кто, причём не особо приятный. Но в злобных и коварных мыслях, на тему себя, любимого, я его не подозреваю. Ну почти, в голос заржал я, расслабляясь. Просто представился Эмик, злодейски скрюченный, в тишине ангара потирающий металлические ладони и бормочущий: “Вот так я заточу в себе Безмолвного. И буду называть его дурачьём. Вечность, мву-ха-ха-ха!!!”

— Явился, — буркнул Бронзовый, после того, как я влез в ложемент.

— А ты наблюдательный.

— ДУРАЧЬЁ!!! Чего надо-то? — уже с интересом уточнил он.

— Тренировка. Настройки тактических панелей — а то неудобно ни черта. Поможешь с ними?

— Моли моё величие!

— Значит сам справлюсь, — отмахнулся я.

Дотопали мы до полигона и Эни даже без “мольбы его величия” помог. Говнился правда дохренищща, но тут я просто не знал, что можно сделать. Кроме как смирится и не обращать внимания. А вот тренировка у нас вышла очень полезная: бегать-прыгать у нас и так выходило неплохо. Так что я стал теребить Бронзового на тему использование его полей, как оружия. И — впечатляет. Двухметровый куб брони — на две половины, одним ударом. Не без усилий, точнее не ощутимой нагрузки на приводы Инвиктуса, которые в ИР пилота я чувствовал как ощутимое физическое усилие. И возможность смены формы — хотя приходилось говорить Эмику, как я хочу переконфигурировать поля. Ругался, но менял. И вообще — несмотря на ворчание, в целом Бронзовый был доволен. Это чувствовалось, не по словам (по словам он мало, что не прибить меня хотел), а именно в ощущениях.

Неплохо потренировались, в общем. Правда, на моё высказывание, что с такими полями и барионный клинок не особо нужен, раздался рёв:

— ДУРАЧЬЁ!!! Барионный клинок режет всё, кроме барионной плоскости! А мои поля — велики и прекрасны, но они — защита! И не от барионного клинка!

— И даже не задержат его, ну если в нас им тыкать будут? — заинтересовался я. — Если на полную мощность там…

— Помолчи, считаю, — буркнул Эни, а через четверть минуты озвучил: — Немного задержат. Не барионную плоскость, как понятно, а сердечник клинка, на Мю-полярных взаимодействиях странных и восхитительных квантов.

— Э-э-э… Шо? — немножко не понял я.

— Задержат, бестолочь! И неуч! Немного.

— А немного — это сколько? Если без восхитительных, — уточнил я.

— При стандартном ударе Инвиктуса — десять-пятнадцать миллисекунд взаимодействия с проходящим поле клинком. Примерно на это время.

— Сотая секунды, — перевёл я в уме. — Маловато…

— Недоумок! Барионная плоскость неостановима! То, что есть эти миллисекунды — следствие моего величия и мощи! И барионный клинок НУЖЕН, ДУРАЧЬЁ!!! — напоследок рявкнул он.

— И незачем было так орать, я и так всё прекрасно понял.

А пока Эни пыхтел и сопел, я затребовал тренировочный клинок. Он не был барионным, просто металлический дрын такого же веса и размера. У Эмика он был, как бы “входил в комплект”, но мы его оставили в ангаре — нет смысла на начальной тренировке довольно опасным (для нас в том числе) размахивать. А вот тренировочным смысл размахивать есть, так что стал я им помахивать и примериваться.

И — жопа, как она есть. Барионный клинок стандартный, уж не знаю, на какой Инвиктус рассчитанн, но точно не на широченного и не слишком высокого Бронзового. Мёртвых зон — тьмуща, а Инвиктус просто не может извернутся, чтоб их прикрыть, сам себе мешает. Нет, ну может у нас после синергии прям законы механики прогнутся “от величия и мщи”, но что-то слабо верится. А значит: типовой клинок нам не годится. А это — деньги, ну или дополнительная выслуга. Впрочем, то что арсенал выслуживать придётся — я и так уже понял.

Закончил тренировку, направился к нам. Себ ещё не вернулся, а вот в дверь затрезвонил Олаф. Опять спарринг хотел, а почему бы и нет? И вот только, во время отскакивания от колобка, я понял, как мне чертовски повезло: Олаф был похож на Бронзового. Не всем и не всегда, но очень и очень многим. И, тренируясь с ним, я одновременно как бы атакую сам себя на Инвиктусе. Понятно, что условно, даже используем только рукопашку, например. Но данных для экстраполяции всё равно выходило навалом.

Так что я, наверное первый раз в жизни, проиграл. Потому что не ставил победу Целью. И даже не расстроился, пожимая лапищу довольного Олафа — я с этого спарринга получил БОЛЬШЕ, чем любая победа.

И как-то дальше пошло всё довольно ровно и приятно. Кудряшка от меня продолжала шарахаться, но пусть шарахается, я не против. А в остальном — занятия и тренировки. Почти месяц, но тут начались неприятности. Первое — женский вопрос, блин. Дел до чёрта, чем занятся есть, но уже того… этого! Не просто хочется, а просто нужно! При этом, меня воюют и из Академии выбираться не слишком разумно. Попробовал с парочкой аристократочек договорится на необременительный секс — так послали, не чуткие создания! Чуть на дуэль не нарвался, блин…

Далее, в тренировках нарисовалась в общем-то ожидаемая логикой, но неприятная засада. А именно: внешнее оружие. Стандартная артиллерия для Инвиктусов питалась от генератора. Но у нас с Бронзовым НЕТ излишков! И электромагнитный разгонник или что-то такое просто собъёт настройку конденсаторов и эмиттеров, отжирая энергию. А это не секундная дыра в щитах, а минуты а то и часы, пока Эмик восстанавливает конфигурацию полей. Там всё то же запределье, но выходило что большая часть энергии именно на эту конфигурацию и ухала. А мощность — не важна, то есть уменьшить энергопотребление не выходило. Есть запас на барионный клинок, но его чуть ли не на уровне железа не давал трогать Бронзовый. Истерил, обзывался. А Теодор подтвердил — одна из необходимых Догм, защита от дурака-пилота, чтоб Инвиктус не остался безоружным. Только в моей ситуации… Ладно.

А вот не питающаяся артиллерия — ни хрена не “ладно”. Херово. Полевая артиллерия от техники, слегка переделанная для Инвиктусов. Про лучевую, на частицах и прочую — говорить смешно. Там носимые аккумуляторы слёзы давали. Но даже снарядная — барахло! Не годится Инвиктусу! Или мелкокалиберная, только почесаться, хоть боезапасом в сотню тонн увешайся. Или гаубицы такие лютые, что Бронзовый не только летать будет, как черепаха (а ещё и не пробовал, блин!), но и наводится на цель так же. Ме-е-едлено и печально.

И, как свечка на торте неприятностей — пришло послание от Ульверов, чтоб их… Много всякого и противоестественного! Урод-глава даже не представился!!! Послание: “С ублюдками мира нет!”

И всё! Уррроды, блин, зла не хватает! Вот потренируюсь-подучусь и серьёзно прикину, а возможно ли “извести Род”, злобно думал я, бродя по парку у подножью Академии. Лезть, конечно, дуром не буду. Но уязвимости есть у всех и всего. И если что-то целое — это всегда можно сломать. И самому целым остаться — это Закон Никса. Вопрос времени, усилия, подхода…

В общем, брожу, стараюсь в себя придти и о Рите в Силиции не думать — а то мда. И тут выносит на меня укрощённого виконта из оружейной. Зелёного и ещё какого-то. С группой поддержки из пары аристократических рыл (ну так-то физиономии как лица, но у меня настроение поганое, так что рыла и точка!). Я лапу на подсумок положил, прикинул как буду в кусты сигать, если что. Нахрен парализовав или перебив, по обстоятельствам, эту компанию. Но они нарываться на зверского меня прямо не стали. А стали косвенно: встали в паре метров, ну и укрощённый (вот недостаточно я его укротил, блин!) с заносчивой рожей бросает через губу:

— За оскорбления нанесённые мне публично, я, Винсент Самуэль, Виконт Зелёной, из Рода Самуэль, вызываю тебя, Гален Безмолвный на поединок чести! Оружием выбираю Инвиктус! — вякает этот тип.

— Да чтоб тебя! — в сердцах озвучил я своё отношения к творящемуся звездецу.

30. Укроти его полностью

И успокоился. Этот зелёный укрощённый виконтишка — логичен. Я, когда его укрощал стулом не знал всех заморочек и выкрутасов, хотя он и сам вёл себя «не вполне». Пьяным не был, но может на веществах каких, затейливых. Или просто аристократизм в голову на радостях ударил (это тот самый, который у нормальных людей мочой зовётся). В общем, это не в жопу раненый Гарсон Ро, который как-то от меня умудряется скрываться, тут конфликт «не закрыт». С огнестрелом на дуэлях аристо старались не связываться, как и я. Высок шанс случайности, а сдохнуть по глупости никто не хочет. Жопораненность Гарсона получила широкую огласку, да и воевал я недоукрощённого стулом, так что с рапирами и прочими тыкалами он меня опасается. Вот и остаётся вариант дуэли на Инвиктусах, правда в данном случае есть неясный момент.

А именно: он выждал сам учась, либо «проявил «благородство»? Может даже благородство без кавычек, кстати, несмотря на засранскую морду. Потому что Себ особенности Сотрясателя ЗНАЛ. И та же его кузина на Сотрясателе более чем уверенно держится (похуже меня на Бронзовом, но у меня, похоже, выходит и вправду аномальная совместимость со старта), тогда как Себ только-только приступил к тренировкам с оружием. До этого он просто учился двигаться-ходить, привыкая к Инвиктусу.

В общем — загадка. Но по засранской морде виконтишки не понять. И вообще: вызывает у меня его недоукрощёная персона острую эмоциональную неприязнь. Надо бы укротить его полностью, но вопрос — а я вообще… Точнее: мы с Бронзовым вообще — вытянем? Ну, по логике — должны. Но раз уж он тут назвал тип оружия, надо условий наставить поправильнее.

— Я, Гален Безмолвный, принимаю необоснованный вызов Винсента Самуэля, — озвучил я, порадовавшись покрасневшей физиономии зелёного. — Как и его выбор оружия. Поединок проведём этим же вечером, в восемь. На дуэльной площадке Академии, для Инвиктусов, — уточнил я, пока недоукрощённый хоть и краснел, но кивал с группой поддержки. — Бой до технической победы второго ранга, — озвучил я.

Тут в дуэлях Инвиктусов была градация, как и в дуэлях руками. А именно, до касания, до ранения, до небоеспособности, ну и до смерти. Только у Инвиктусов это было ранжировано: первый ранг — это пробой щитов и касание брони. Второй — до пятнадцати процентов выведения из строя. Это арбитр поединка решает, имея к Инвиктусам прямое тестировачное подключение и вроде даже пилотам выводит данные в процентах. Третий — треть. Четвёртый — пятьдесят процентов, ну а пятого нет. Последние два — до уничтожения Инвиктуса или смерти пилота, что обычно одно и то же.

— Принимается. Больше условий нет?

— Не имею.

— Аналогично. До встречи на поединке чести, — дёрнул головой виконт, прихватил свою свиту и скрылся в кустах..

А я потопал в ангар — времени пару часов было, но Эмика в курс дела посвятить надо. Да и подумать не помешает.

— Явился! — поприветствовал меня бронзовый хам. — Какие дурацкие причины привели тебя отвлекать меня от Великих и Мудрых дум?

— Да вот, подумал: а не отвлечь ли Эмика от Великих и Мудрых дум? — огрызнулся я.

— ДУРАЧЬЁ!

— Угу.

— Что «угу»?!!

— Всё «угу». Дуэль у нас, Эмик, — перестал я валять дурака.

— У «нас»? На Инвиктусах?!

— Угу.

— НАКОНЕЦ-ТО МОЕ ВЕЛИЧИЕ И СИЛА ОБРЕТУТ ВОПЛОЩЕНИЕ!!! СЛАВА МНЕ!!! — заорал ИЛ. — Рассказывай детали! — потребовал он.

Я и рассказал — и сам собирался, между прочим. Бронзовый слушал, не перебивал, а по оканчании рассказа, после паузы, выдал:

— И?

— Что «и»? Всё.

— Так, Гален, — чуть ли не впервые он назвал меня по имени, голосом, в котором слышалось напряжение. — Какой тип Инвиктуса у твоего Винсента?

— Он не мой. Нахрен мне этот Винсент не нужен, — резонно ответил я. — Не знаю…

— Пи…дец… — послышалось почти неслышное.

— Ты чего это? — обеспокоился я, но Инвиктус молчал.

И молчал с минуту, пока я недоумевал.

— ДУРРРРРААААЧЬЁООО!!!! — проорал он так, что у меня искусственное тело в искусственной реальности завибрировало. — НЕДОУМОК! КРЕТИН! БЕЗМОЗГЛЫЙ, БЕЗМОЗГЛЫЙ, БЕЗМОЗГЛЫЙ!!! — ревел он.

— Да хорош уже! — возмутился я. — Что тебе не так, блин?!!

— Я тебе, недоумку, говорил, что даже с таким Великим Инвиктусом ты сможешь всё пре…ать?!

— Ты много что орал!

— Ну вот ты всё и прое…ал.

— СТОП! — рявкнул уже обеспокоенный я. — Кратко. По делу. У нас отличная синхронизация. Даже со стандартным барионным клинком мы показываем неплохие результаты. На стрельбах…

— Хер тебе, а не стрельбы, недоумок!

— У-у-уй… — взвыл я.

Потому что до меня дошло: навесное оборудование не обозначалось. Это значит — барионные клинки. И… встроенное оружие. Которого у нас нет…

— Ещё раз стоп. У нас щиты, мощнейшие.

— Да. Поэтому шансы у нас есть. Благодаря МНЕ а не тебе, недоумок! И именно шансы!

— Так, с клинком я первогодку разделаю. С полями — гарантированно, — стал я вычислять Путь к Цели. — С любым типом Инвиктуса.

— А если он снайпер?

— Щиты пробьёт? — хмыкнул я.

— За несколько часов — перегреет эмиттеры.

— И что… Блин, мы же до него не доберёмся…

— Дошло, наконец-то! Шансы, конечно, есть. Перегревать эмиттеры этот Винсент будет долго. Может не утерпеть.

— А ускорить полёт никак? — стал прикидывать я.

— Ускорить — никак. Я не «лечу». Я смещаюсь вместе с плоскостью Минковского с потенциальными барьерами бесконечной высоты на изотропных прямых, неуч! И импульс ускорения ничего не даст — либо плоскость разрушится, либо перемещение будет линейным и равномерным!

— А навесное оборудование…

— Сработает. Даже есть ранцевые ионники. Только в этой дуэли…

— Ладно. Понял. Покажи, как ты летаешь, ну в смысле смещаешься.

— Напоследок?! — ядовито проскрежетал Бронзовый.

— Нет. Я ищу путь. В худшем варианте. Если наш противник не мощно-скорострельный дальнобойный летун — Путь к Цели уже есть.

— Ну… Ищи. И смотри, — буркнул Эмик.

А перед нами на полу ангара возникла… Колесница! Из прозрачных искажений и голубого цвета, украшенная призрачными узорами, двухколёсная колесница! С парой призрачных коней, бьющими копытами и помахивающими гривами!

— Это… — аж отвлёкся я от поиска пути, при виде зрелища.

— Украшение это, недоумок. Мне — нравится! Саму плоскость Минковского не увидишь, никак. Само её существование — условно.

— И на этой условности ты скользишь, — всё понял я.

— Недоумо-о-ок… — протянул Эмик. — И ещё скажи — что фигня! — с вызовом махнул он манипулятором в сторону колесницы.

— Не скажу, — честно ответил я. — Красиво, вообще-то. И тебе подходит. На скорость она же не влияет? — уточнил я.

— Нет, не влияет. Это защитные поля держащее меня над плоскостью. Соприкосновение может вызвать… много чего может вызвать. А форма — просто нравится.

— Но скорость не больше трёх сотен километров.

— Да. Инерции нет, но есть привязка по координатам. Удар, импульс — либо гасятся бронёй и щитами, либо разрушают поле.

— Понял. Красиво. Ищу, — переключился я поиск пути.

— Ищи, ищи… Может что и найдёшь. Да и второй ранг… — негромко забормотал себе под нос Бронзовый.

И стал я искать Путь. Путь искался, прямо скажем, хреново. Беда в том, что я слишком мало знал про Инвиктусы, как не печально это признавать. Собственно, тут и кроется мой провтык с оружием — я артиллеристские пукалки подсознательно оружием не воспринимал! И не менее неосознанно рассчитывал, что они у меня будут. Ну а истощить щит снайперу или штурмовику тяжёлая артиллерия сможет ГОРАЗДО раньше, чем он сможет добится хотя бы потепления щитов Бронзового. Причём самое обидное — я это пусть и неформализованно, но продумал. И провтыкал момент с тем, что артиллерии этой не будет. Так что на варианты с Инвиктусами и всякими техническими ходами я забил. Стал искать путь, как уязвить виконтишку подлючего.

— Связь между Инвиктусами в дуэли возможна? — уточнил я.

— Да. По обоюдному согласию, — так же кратко ответил Бронзовый.

«Дурачьё!» не произнёс, но прям чувствовалось. Зануда металлический, мимоходом хмыкнул я про себя, просчитывая Путь, как вывести виконтишку из себя до состояния, когда он на лихом Инвиктусе, с барионным клинком наголо, на меня бросится. ОЧЕНЬ тухленький путь выходил. Даже не тропинка — гать по болоту, прямо скажем. Но другого не наблюдалось, хотя посмотрим, как по битве пойдёт. Примерное моделирование показывает, что долбить щиты Бронзового одинокому Инвиктусу реально долго. Это если я на месте стоять буду и грудью выстрелы встречать, а если двигаться и укрываться…

— Есть Путь, — озвучил я уже по дороге.

— Не тяни… Гален!

— Ничья. Дерьмовый Путь, но надёжный. Попробую вывести его из себя. Стоим, жесты неприличные показываем и прочее. Поведётся — мы его сделаем. Нет — за треть до перегрева начинаем уклоняться, прятаться в укрытие.

— Измором взять… Идиотский выход! Я, ВЕЛИЧАЙШИЙ ИНВИКТУС ИМПЕРИИ, КАК КРЫСА БУДУ БЕГАТЬ ОТ КОГО-ТО?!! И ВСЁ ИЗ-ЗА ТЕБЯ, ДУРАЧЬЁ!!!

— Альтернативу предложить можешь?

— НЕТ! Ты виноват, недоумок…

— Не трать время, — бросил я, на что Бронзовый, на удивление, заткнулся.

При выходе на дуэльную «площадку» Инвиктусов, которая была скорее немалым стадионом, с прикрытием полями трибун, я мысленно чертыхнулся: трибуны забиты. То ли недоукрощённый разпищался на всю Академию, чтобы похвастаться своей победой. Ну, она ему, конечно, не светит, но он-то этого не знает. То ли на первую в нашем потоке дуэль Инвиктусов народ подтянулся.

В общем — не самый приятный расклад, ну да и хрен с ним. Я оценивал пространство и вынужден был признать, что если мне и прятаться, то только за трибунами. Дело в том, что поле было километровым квадратом, прилегающим к стенам Академии. И трёхярусные трибуны, ну и всё — ни застройки ни пещер приветливых, только чахлые деревца… Между щитом трибун и щитом дуэльной «площадки» (мощным, не намного слабее щитов Бронзового, но там стационарные конденсаторы и эмиттеры, питание от реакторов Академии… ну в общем хрен истощишь) оставалось немного места. Спрятатся там можно, но блин — позорище-то какое выйдет… Впрочем — посмотрим.

А у виконта оказался не снайпер, а лёгкий штурмовой Инвиктус. Павлиньей расцветки, тёмно-синий и изумрудный металлик. Аж с надрылками — два ионника, блин! Хотя на площадке ему и одного с головой. В общем — скоростной Инвиктус, не слишком убойный, но неприятно быстрый в полёте. И встроенные лазеры, четыре штуки, причём мощные. Щит у павлина недоукрощённого дохлый, это очевидно. Но мне от этого толку никакого, без дальнобоя.

— Запрос на связной канал от слуги Академии-распорядителя. Принимаю, — буркнул Эмик, не спрашивая, а констатируя.

Ну-у-у… ладно. В принципе принять и так и так надо. А за мной не то, чтобы вина, но недочёт точно есть. Так что на разок — пусть повыпендривается, посвоевольничает. Второй раз не дам, а сегодня можно, благо дело и так и так нужное.

Физиономия «Слуги Академии», появившаяся на экране, была уже знакомой: Тилл Секундос, камергер Восточного Крыла Академии. Представился, озвучил нас, озвучил что мы дуэлимся, предложил примириться. Ну, всё как положено, а после — объявил начало поединка. И окно с его физиономией свернулось в раздёлённый на две половины круг, одна — бронзовая, одна — синезелёна и противная. С значками «100 %» — целостности Инвиктусов, как понятно.

И этот паразит недоукрощённый взлетел, начав в воздухе фигурять, выделываться и вести меня лучами. Причём в одно место, судя по всему. Неприятно, блин.

— Эмик, связь с виконтом, — озвучил я.

— Раскомандовался… есть связь! Трепись! — бурчал он.

Канал и вправду появился, как и противная физиономия недоукрощённого.

— Стула, как я вижу… — начал было я.

— Можешь не стараться. Я вышел на связь только чтоб указать, что твои жалкие потуги — смешны. Проигрывай, неудачник, гы-гы-гы! — идиотски заржал он, разрывая связь.

— Досадно, — признал я.

— Нашёл свой путь, дурачьё?! А теперь позорься, бегая и прячась… Я В БЕШЕНСТВЕ!!! — взревел он.

— Я тоже не в восторге, — отрезал я. — Так, он ведёт нас лучами, Эмик. Это хреново. Сейчас повертимся.

— Позор… А ничего так! — с искренним удивлением озвучил он.

Дело в том, что я, несмотря на вырубленную связь, всё же хотел попробовать недоукрощённого вывести из себя. Ну и укротить полностью, само собой. Так что я не просто повернулся к мотыляющему и палящему виконтишке тылом, но и свободной от барионного клинка ладонью-манипулятором со звоном постучал себя-Инвиктус по заднице. Жест даже возимел действие — лазеры заметались, а Пикум задёргался в воздухе. Но приближаться не стал, сволочь такая.

— Колесница, вроде, энергии не слишком много потребляет?

— Терпимо.

— Давай взлетать, Эмик. Он задёргался. может подставится под клинок…

— Идиотизм!

— А варианты?

— Дурачьё! — рявкнул Бронзовый, формируя колесницу.

Залезли, взлетели. Ну и ожидаемо — ничерта не помогло, Виконтишка разозлился, но не настолько чтоб подставляться. А может Инвиктус ему по мозгам стучал — тоже вариант.

В общем, летаем мы пафосно и неторопливо на колеснице, как нормальные. Виконтишка мотыляет дёрганно вокруг и палит. Неприятно нихрена! И что делать, блин? Вот хоть башкой стучись! Хотя это в Искусственной Реальности поможет даже меньше, чем в реальной реальности. А в ней битьё головой, если своей конечно, нихрена не помогает.

И тут мой взгляд… Ну точнее точка внимания остановилась на одной примечательной фигуре. Защитного робота Академии, выполненного в виде крылатой статуи. Этот робот стоял, держа здоровенную, отливающую медью роторную пушку в полуизготовке. Полураспустил белокаменные крылья, смотрел белыми каменными глазами на турнирную площадку с этакой иронией. Но не это важно, а то, что он был ВНУТРИ поля площадки.

Так, правила и регламенты, закрутились в голове мысли и воспоминания. Подручные материалы: прямого запрета нет. Запреты на многое, но использовать то, что ВНУТРИ поля мы вправе. Нет запрета, а что не запрещено, то разрешено. Вопрос в том, как использовать этого Туррисвира, как назывались защитные роботы. Прямо вовлечь в дуэль? Нереально: регламенты, защитные программы. Вулканист на вводной лекции описывал их подробно, да и с данными я знакомился. Там кроме Магистра Академии никто ничего и не сделает. На однозначную атаку у них врубается режим "уничтожить агрессора«,есть и другие программы, даже взаимодействия. Но не будучи Магистром — чёрта с два я Туррисвира на недоукращённого натравлю.

Но, есть его пушка. Носимая, на минуту. А лапы робота антропоморфны, как и у Бронзового. И габариты… Ну в целом — подходят. Я, ну мы, ну понятно в общем — ростом поменьше. Но чертовски приземисты, а ладони — примерно в размер. Но как мне её заполучить-то? Ну, можно попробовать, хотя бы, решил я.

И даже не словами, а импульсом-желанием подтолкнул Эмика к роботу. Колесницей, как и щитами, управлял он.

— Бред! — рявкнул Брнозовый, но выделываться не стал, направляя колесницу к роботу, остановив напротив его.

— Внешний динамик. В протокол связи Туррисвиров мы не вклинимся.

— На, придурок!

А я положил ладони на стволы пушки и аккуратно дёрнул на себя. Голова робота слегка повернулась, уставившись на меня мраморными глазами.

— Одолжи на четверть часика? — прогудел я внешним динамиком.

Робот постоял с четверть минуты не двигаясь, а потом помотал головой. Обломно, блин…

— ВО ИМЯ ЧЕСТИ И СЛАВЫ! РОБОТ, ИМПЕРАТОРОМ ЗАКЛИНАЮ — ДАЙ ПУШКУ!!! — вдруг взревел Эмик.

Но тут робот помотал головой ещё выразительнее и почти сразу. Совсем обломно, задумался я. И тут лазерные лучи, которыми летающий гадский виконтишка нас прожаривал, скользнули по Академии.

— Нападение? — с надеждой уточнил я, на что опять поматывание головой.

Но выражение лица статуи изменилось! Задумчивость, сомнение! Есть, обрадовался я. И выворачивая память наизнанку, с реальной головной болью, стал выдирать из память слова киборга с вводной лекции.

— Протокол по Академии 323-сигма-12, 323-сигма-123. Прошу содействия. Принимаю обязательства не причинять вреда слушателю сверх необходимого для защиты Академии! — выдал я динамиком. — Принимаю обязательство вернуть орудие после устранения угрозы, согласно протоколу 323-сигма-12.

На это Туррисвир аж огляделся, задержал взгляд на тёмных следах по стене Академии от лазеров недоукрощённого (мелочь, как понятно, но были). И… протянул пушку! Снимая здоровенный снарядный короб с наплечным креплением, ухватившись за выступ академии крылом для этого акробатического действия.

— Есть, — обрадовался я, хватая пушку, просто ставя короб в колесницу.

Недоукрощённому это не понравилось — лазеры замелькали заполошено, сам он начал мотылять на совсем запредельных скоростях. Но поздно и бессмысленно, отметил я, перехватывая пушку и раскручивая ротор.

— Не снесёт? — бегло уточнил я, имея в виду отдачу.

— МЫ И ПЛОСКОСТЬ — ЕДИНЫ! УДЕРЖУ!!! — проревел Эмик с ликованием. — ОБРУШЬ ГНЕВ НА ДЕБИЛА ЗЛОГРЕБУЧЕГО!!!

— Ща обрушу, — не стал спорить я. — Ори, если хочешь, — почувствовал я нестерпимое желание ИЛ.

И, к потоку снарядов, нагнавших недоукрощённого и дёргающих и вращающих Инвиктус, впечатав его в потолочное поле, присоединился страшный по силе рёв Бронзового::

— ПОЗНАЙ ГНЕВ И МОЩЬ ЭКВИС ЭНЕУСА!!!

Щит виконта продержался до смешного мало, а выйти из фокуса огня многоствольной пушки он просто не мог, будучи прижатым частыми попаданиями к внешнему полю. Я еле успел разжать ладонь на пусковой рукояти-курке — снаряды за секунду просадили целостность машины до второго ранга. Да от Инвиктуса куски брони посыпались, вот прям невооруженным глазом заметно!

— В поединке чести победил Гален Безмолвный! — раздалось от камергера-распорядителя по связи и в реальности, через мощные динамики.

А я направил колесницу к роботу, протянул ему пушку и, не без сожаления, отдал.

— Благодарю, — выдал я динамиком.

— Благодарю, Защитник, — прогудел Бронзовый.

На что последовал кивок, а, через полминуты, Туррисвир замер в прежней позе, с оружием наготове. После мы направили колесницу на землю. Ну а я думал, что и как выйдет в последствиях. То, что я победил в рамках правил — камергер подтвердил присуждением мне победы. Но как на такой «нестандарт» отреагируют… Да как все вообще отреагируют? Интересно, да и важно, вообще-то, думал я, расплываясь в улыбке.

31. Следствия нечуткости

От дуэльной площадки до ангара мы добрались в тишине, да и распрощались с Бронзовым немногословно. Перенервничали и перенапряглись оба, хотя как реализовано психо-эмоциональное истощение в ИЛ — было бы интересно узнать.

А в коридоре меня перехватили знакомые и не очень знакомые типы. Поздравляли, знакомые по плечам хлопали. Я даже насчёт личной жизни в Академии губу раскатал. Ну, раз уж из-за всяких придурков-Ульверов даже Ритульку толком в Силиции не навестить. Но опять облом: «виконтесса в восхищении», «графиня поражена» и всё такое. А насчёт: а не пойти ли нам, не углубить и расширить там восхищение и поражение — мордашки непонимающие (вруньи, блин!) и в кусты. Чуть настроение не испортили, недотроги такие!

Но я справился, рукой махнул. Нет и нет, будем решать проблемы по мере поступления. Хотя эта уже назрела, мда. Но не до того пока!

А в остальном — завалились всей компанией из полусотни человек (причём слушатели были не только первого года) в столовую. Вышла этакая вечеринка, по поводу того какой я молодец. Даже приятно, хоть и аристократического брюзжания было много. А уже за полночь заявился Теодор, дерябнул из фляжки что-то явно повкуснее компотиков и кефирчика у нас, ну и выдал:

— Ох…ительный молодец, Безмолвный. Даже не спрашиваю, ты до боя всё рассчитал, или удачно вывернулся, — подлил он дёгтя в мёд похвалы, — Но всё равно: ох…ительный молодец! — отсалютовал он мне кружкой.

И даже баллы накинул, за чем я стал довольно пристально следить. И не собственный мобиль или ещё что-то такое мне понадобилось (так-то не помешает, но не с Ульверами придурошными). И даже не специально под меня составленная программа обучения — тоже не помешает, но не на первом году, как я прикинул. А такая интересная вещь, как навесное и прочее оборудование на Инвиктус.

О чём я, уже развалившись на стадионном ложе (В одиночестве! Ну вот что с этими аристократками не так-то?!), стал размышлять. Так вот, всякие инвиктусовые навесные, съёмные и всякие-такие фигулины есть не только стандартные. Но и изготовленные индивидуально, под конкретный Инвиктус вулканистами. Это факт известный, но вот то, что в Академии расположен чуть ли не мощнейший центр мастерских оборудования в Субсекторе — я до недавнего времени не знал. А вот на то, что баллы академии можно потратить на это оборудование — вообще узнал совершенно случайно, да и не обдумывал толком. Ну всякие пакости, Ульверы придурошные, виконт этот зелёный, окончательно и бесповоротно укрощённый… Понятно, в общем — дел невпроворот было.

Так вот, эта дуэль очень чувствительно мне показала НЕОБХОДИМОСТЬ своего дальнобойного оружия. Более того, что мне нужно — я фактически в руках держал. Гибридно-разгонный артиллеристский ствол (точнее пакет из пяти стволов на одной станине-рукояти) Туррисвира. Он, как выходило, ПРЕДНАЗНАЧЕН для максимально быстрого разрушения (точнее истощения) щита Инвиктуса. Видимо, стволы были с «плавающим отклонением по оси», по крайней мере судя по результатам. Сопряжения с датчиками и прочим таким пушки у меня не было, но результат очевиден. Одного того, как пушка держала виконьтего Пикума распяленым по внешнему защитному полю арены хватает, чтобы понять. Это не я, а именно ствол установил конфигурацию цели и расстояние, разведя вращающиеся стволы и подбирая соответствующий режим огня. Вещь, в общем. И энергии жрёт крохи, хотя отдача лютая, конечно. Бронзового с колесницы не скинуло, но манипуляторы дёргало знатно.

Так что надо нам с Бронзовым такой ствол, точно. Ранцевый ионник тоже нужен, потому что колесница — круто, не только внешне, но и по массе параметров. Но в случае индивидуальной битвы против Инвиктуса эта ме-е-едленная повозка вполне может стать похоронной. И нужен баррионный клинок, причём под стать Эмика. Стандарт — ну вот совсем никак не подходит.

И расплачиваться баллами Академии — для меня просто идеальный выход. Потому что у аристократов всяких — Рода. А у меня ни фига! Денег на карточке от Никса много на что хватит. Но вот никак не на обвес для Инвиктуса. А с моими баллами… если повезёт, то может и наберу. На всё не на всё, но на что-то точно скоплю, заключил я, засыпая.

На следующий день появилось первое, ну если не считать вечеринки, последствие моей дуэли. А именно — Магистр притопал к дуэльной площадке и самолично отдал указания крылатому перебраться на другой выступ Академии, хех. Забавно вышло, в общем — верно. Но мне надо было таких провтыков не повторять, так что ударился я в учёбу. Потому что это был Путь к Цели «не повторять провтыков».

И вот вроде бы всё выходило довольно сносно: учёба, баллы исправно копяться. Я даже с Оро Индуктусом, главным вулканистом нашего Восточного крыла пообщался. Судя по нему, выходило что чем выше ранг, или степень посвящения как называли вулканисты, тем зануднее, архаичнее и роботизированнее речь. Но при этом, ответ он дал положительный.

— Обмен баллов соискателя на снаряжения Инвиктуса, переходящее ему в собственность — приемлимо и осуществимо, — проскрежетал этот пожилой киборг.

— А пушку как у Тиррисвира?

— Осуществимо.

— А боезапас? — пользовался я случаем.

— «Жнец МК 23978 А» — модель совместимая со стандартной номенклатурой снарядов Звездного Легиона.

— А как это «осуществимое» осуществить?

— Ответ: необходимо составить запрос в Мастерскую-Оружейную Восточного крыла, по регламентной форме.

— А… — начал было я, но замолчал — вулканист скинул мне ссылку на браскомм.

— На основании запросов в форме, братья Ордена проведут калькуляцию. Возможно, при неточностях заполнения регламентной формы, — с этими словами Оро посмотрел на меня живым глазом как на того, кто ТОЧНО допустит эти самые неточности, — понадобится консультация и уточнение. В этом случае братья свяжутся с взыскающим благодатных плодов технической работы и выяснят потребное для воплощения. Уточнение: при внесении на счёт Ордена рекомой суммы, либо её эквивалента в баллах соискателя, служители Вулкана приступят к воплощению в механизме. По окончании регламентного срока взыскающий, выполнивший мной рекомое, обретёт себе потребное.

— Ага, — немного окосел я от скрежета высокопоставленного вулканиста. — Спасибо вам, господин Оро Индуктус.

— Просвещать пребывающих во тьме — угодно Вулкану, — проскрежетал киборг и ускакал.

Не знаю, что он там имел в виду, но что можно — я понял. А остальное «таинства Вулкана» всякие там. Ну или просто потешается над окружающими, киборг престарелый — и такого исключать нельзя. Судя по Никсу — чувство юмора у киборгов есть. Только им — смешно, а всем кто не успел спрятаться — грустно.

Несмотря на всякие гадости и пакости, даже появились приятели. Учёба двигалась, баллы копились, перспектива радовала. Да и Бронзовый… Хотя в вот с ним чёрт знает: то ли он повменяемее стал, то ли я к нему привык. Мы, человеки — такие, ко всему привыкаем. Но в целом — как-то худо-бедно наладили взаимопонимание и с пилотированием у нас выходило неплохо. Хотя его «ДУРАЧЬЁМ!», если бы это были хотя бы иглы для иглопистолета — можно бы было Империю завоевать!

И всё замечательно… Кроме женского, чтоб его, вопроса! Ну не смешно ни разу: прыгать-бегать неудобно! И ноги каждое утро мерзнут и вообще! Причём попытки хоть как-то личную жизнь наладить привели к просьбе Себа(!) умерить пыл. А то, мол, себе репутацию порчу, да и ему как соседу… Звиздец в общем, зла не хватает! Причём этот паразитный в натуре граф самым наглым образом… мутил со своей кузиной Гилларой! Нет, она ему даже не двоюродная: там четвёртая степень родства, да и родовые евгеники Сидороффых, как я понял, не просто на потрахушки, а на полноценный союз добро давали. Но мутили-то в НАШИХ апартаментах! Не на глазах, конечно, да и звукоизоляция там и вообще. Но всё равно — завидно! И что мне, просить соседа от личной жизни воздержаться, из солидарности, блин?

И вот мелочь, вроде бы — а нихрена не мелочь! Я соображать хуже стал, ловил себя на смотрении с идиотской мордой (хоть слюнку не пускал!) на девиц. Что, как я сам понимаю, «репутацию» мягко говоря, портит. А с ней — режет перспективы в будущем.

В общем, понял я, что либо вопрос решится, либо будет плохо всем. Мне не в последнюю очередь. Так что стал я, как настоящую боевую операцию, готовить свой поход в Силицию. Как-то Ритулю навестить — самое оптимальное выходило. Ну в крайнем случае — какую-нибудь сговорчивую девчонку найти. Вот как-то не у ударенных аристократок с этим проблем нет!

Но — Ульверы, придурки такие. Ржут небось, над моими страданиями и критически-хронической неудовлетворенностью! Сволочи!

Первое что я стал выяснять, это что у нас по Академии. На первый взгляд выглядело, что добраться до Силиции из Академии раз плюнуть. Выходов — куча, вокруг Академии чисто поле, с чито рощицами и чтсто ручейками.

Но, при этом, Теодор летел на своём служебном мобиле НАД мостом-дорогой, миновав КПП. Объяснения вроде того, что Оружейная как раз неподалёку от моста-дороги вполне неплохи, но проверить надо. И, оказалось, что Академия не проходной двор не только для входящих, но и для покидающих её. Выход — только через КПП, над которыми воздушный коридор. Остальное — слабый щит, который может ОЧЕНЬ быстро стать не слабым, как для проникателя извне, так и для утекателя изнутри. Хотя не «может», а становится, причём автоматически.

Если бы не это — я бы вообще из-за каких то там наёмников-гварейцев не напрягался. Уж быстренько смотаться к Ритуле и обратно если не «ерунда», то при некоторой осторожности и подключении мозгов — вполне посильный путь. Силиция многомиллионный (точнее многодесятимилионный) мегаполис, с открытой застройкой. И чтоб меня караулить — нужна натуральная многотысячная армия, которую город Имперского подчинения просто не позволит держать на своей территории.

Но «если бы» — не работало. И из Академии было всего два выхода, к Силиции и расположению Легиона планетарной обороны, в противоположную сторону от города. Где точно — я не знал, да и сейчас не уточнял, потому что это знание к Цели не вело. Два КПП в любом случае у вражин сил контролировать хватит. А выход в направлении далёкого расположения — скорее более опасный, чем к городу.

Что радовало, так это то что «Указ» как легализовал врагов перед властями и давал некоторую свободу действий, так и ограничивал их же. То есть, каких-то там жучков, подключений к городским системам мониторинга можно не опасаться. Тут даже если коррупционер какой попадётся — не будет связываться, потому что такие конфликты поднадзорны Имперской Канцелярии. А значит, у охотников за мной есть только наблюдение своими глазами. Вооружёнными во всех смыслах, но всё таки именно личная слежка. Что даёт несколько интересных Путей, часть из которых на текущий момент чисто теоретические: у меня просто нет нужных знаний и умений. Но вот «Курсы диверсионно-разведывательной работы», вполне официально преподаваемые в Академии, я точно буду посещать. Я не Род с Службой всяческой Безопасности, так что мне очень не помешает.

А вот самый реальный Путь выходил вроде как простым: проскочить зону слежки и потеряться в городе. Это не слишком «просто», конечно, но осуществимо. И на этот Путь меня толкали две вещи: искреннее возмущение тем, что меня запирают как зверя. Реально же бесит! А вторая вещь: неудобство ниже пояса, такое сильное, что бьёт по мозгам… Может и не столь возвышенная, как праведный гнев. Но гораздо более побуждающая к действиям, если честно.

Первым делом я решил озаботится транспортом, обратившись к смотрителю транспортных ангаров. И еле удержался от поиска стула, чтоб этим стулом по голове здоровому дядьке постучать. Цены, которые он назвал, вызывали не удивление. И даже не возмущение, а желание уничтожить источник этой жути.

— И что это у вас выражения лица такое, господин Безмолвный? — прищурился на меня дядька, явно служивший раньше в Легионе или чём-то подобном.

— Борюсь с собой, чтобы вас не прибить, смотритель Блейн, — честно ответил я.

— А что так? — лыбился этот сволочной служитель.

— А вы в кредах ваши цены посчитайте, — буркнул я.

Дядька, с ухмылочкой, глазки закатил. Но улыбочка медленно поблекла и морда его жадная аж вытянулась.

— Да уж, — гораздо менее противным тоном сообщил он. — Как-то и не задумывался даже, сколько это в деньгах. Но вы, господин Безмолвный, всё равно зря про «прибить».

— А почему? — заинтересовался я.

— Так аренда же! — развёл он лапами.

— А сказать что вы мне цену приобретения в собственность называете — вы запамятовали, — констатировал я.

— Да, — кивнул смотритель, лупая глазами на врущей физиономии.

— Фиг с ним, — не стал я обострять ситуацию, хоть запомнил — ну мало ли, может подвернётся случай «пошутить» ответно. — И сколько аренда?

И аренда техники оказалась вполне подъёмной, если там на денёк-другой. Жалко, конечно, но выходило в разумных пределах. Оставалось два вопроса, второй из которого следовал из первого. Первый — а что за вид, тип и прочее мобиля мне арендовать? Гаражные боксы Академии изобиловали техникой, от роскошной до военной (вот точно сделано, чтоб «велись» и тратили баллы!). Напрашивалось что-то типа лёгкого бронированного десантного модуля. Ну вот типа полечу, всех наёмников перебью… Ага! Мне не войну надо воевать, а незаметно к девчонке добраться! И, кстати, её не подставить тоже не помешает, на минуточку. Так-то, в рамках Указа, вредить ей вроде и не должны, но «побочные потери», да и вообще — на стоит. Это не говоря о том, что за побочный урон по зданиям и жителям я огребу по полной, а не наносить его, паля из скорострельных пушек военной техники просто не выйдет, если ими стрелять. А если не стрелять — они нахрен и не нужны.

Так что выходило, что нужно мне полагаться не на мощь, а на скорость и манёвренность. И именно проскочить этих вражин, а не воевать их. При этом вставал второй вопрос, а именно — оружия. Какого — тоже вопрос. Различной стрелковки арсенал Академии предлагал тьмущу, да и мой одинокий игольный пистолет выглядел бледно, на фоне куч злобных вражин. Это даже не учитывая предстоящую поездку несерьёзно. Так что, ознакомившись с ассортиментом гаража, я направился в Арсенал. Там даже не было специального смотрителя: терминал и сервисные роботы, выдающие оружие для тренировок или навсегда, если кто-то как я купит. Тяжёлого оружия, как понятно, не было — это уже по личной просьбе к служителю (которого хрен знает где искать, да и пофиг пока на него), но мне тяжёлое было и не нужно. В итоге залип я в Арсенале часа на два: список всякого стреляющего был восхитительно… ну то есть удручающе огромен. При этом, о Цели я не забывал (да и она о себе забывать, некоторым неудобством, не давала, блин!), так что примерно прикидывал, что и как.

И, в итоге, к своему удивлению, подобрал не «ствол под транспорт», а наоборот. Потому что найденная мной фигулина была офигительна, иначе не скажешь. Полевой плазменный рассекатель «Флагеллум», для использования в замкнутых пространствах штурмовыми группами. Этакий гибрид холодного оружия и огнестрела. Гибкое поле, в виде хлыста, управляемого мысленно, втягивающегося до дюжины метров, способного нанести удар или, например, подтянуть или выдернуть носителя (если рукоять удержит, хотя были варианты назапястного и наплечного крепления). Но поле, при этом, как понятно, дохленькое — не вполне оружие, уже на метре от рукояти выходил просто сильный удар. И вот тут вступала в дело плазма: поле дохленькое для того, чтоб доспехи ломать. А вот перегретую плазму удерживать в жгуте — самое то что нужно. А вот уже три тысячи градусов на доспехи и их содержимое (или технику там) действовали на загляденье.

По сути, получался тяжёлый термический метатель, предназначенный для лёгкой техники, только не пышущий факелом-лучом, а держащий этот факел луч в жгуте. И ранцевых коробов не нужно.

Недостатков тоже хватало, конечно: дальнобойность дюжина метров, пятнадцать — потолок, но на пятнадцати поле уже не удерживает жгут, так что эти три метра разве что против небронированного противника использовать и поставить маскирующую завесу. И акумулятор этот «перегрев» рассекателя просаживал за минуту. Так то его на час работы хватало, причём пофиг, рассекает он что или нет. Ещё недостаток — атмосфера, точнее её отсутствие. А ещё точнее то, что в вакууме рассекателю нужен короб-не короб, но как минимум баллон для рабочего тела. А то никакой плазмы не будет и чуда не получится, как любила шутить Ленка, хлопая ресничками. И колыхаясь… Стоп! Хорош уже, мысленно завопил я на организм и воображение. Вроде бы устыдились и успокоились, что и хорошо.

Так вот, рассекатель — штука отличная, причём соответствует моим запросам на все сто: мощное и убойное оружие, которым можно от мобилей отбиваться (ну а нечем больше за мной вражинам гонятся), но при этом по домам и всяким дурацким очевидцам не попасть. Но он специфичен, так что в итоге, именно купил Флагеллум за баллы (дороговато, но он мне понравился, да и реально вещь не лишняя!), я остановился на аренде спортивного монодиска. Не совсем, конечно, спортивного — так то на таких, в полулежачем открытом ложементе, гоняют и спортом занимаются. А вот пару метрового размера овал, который я арендовал, был скорее боевым. Даже крепления для оружия на нём были (пустые, правда). И теоретически — поле, но его не было. Видно легионный какой вариант, хотя вряд ли легионный: этот монодиск был изукрашен барельефами, медного цвета. Что-то охранно-ритуальное, чисто академическое, судя по всему. Ну а сейчас просто монодиск, тяговитый, быстрый и юркий. Параметры чуть ли не лучше, чем у зализанных монодисков гонщиков.

Приметный, конечно чисто внешне. Но это даже не смешно — даже на летающим медном члене, метра в три длинной, с неоновой подсветкой, скрыться в воздухе Силиции не проблема. Плотный воздушный поток, здания, мосты. В общем — приметность это ерунда, с лихвой компенсируемая динамическими характеристиками. И в сочетании с рассекателем — вообще выходит убойная штука, в условиях «недопостимости побочного ущерба».

В общем, арендовал монодиск, насандалил бронь, да и присел в гараже перед стартом: успокоится-подготовится. И понадеется, что «убойная штука» не пригодится. Ну, мало ли, может Ульверы совсем балбесы, никого не прислали и на меня вообще никто не охотится-не сторожит. Или сторожат лопухи какие, или ещё что…

32. Призовые гонки

Успокоится у меня как-то не выходило, а вот называть себя «дурачьём», да ещё думающим головой не с той стороны — выходило на загляденье. Так что перестал я заниматься хернёй, да и стартовал из гаража. Потому что надо, а самоедством пусть самоеды занимаются. Что-то такое Никс врал, был какой-то такой древний народ.

Проблем с управлением и прочим монодиска не было никаких — пробовал перед поездкой. Да и большая часть гоночных игрушек — с моноподами, так что затруднений не возникло. Сопряжение с модулем дополненной реальности вычислитель осуществил, и теперь под шлемом голополоска выводила данные и показания и от диска. А я спокойно и неторопливо пролетел над дорогой и над КПП. Дёргаться и разгонятся раньше времени — привлекать лишнее внимание. Ну и надежда на лопухов, которых дурацкие Ульверы ещё и забыли нанять (или дать распоряжение) всегда оставалась.

Но недолго: браскомм сообщил об одностороннем информационном обмене с неизвестным запрашивающим. А раз неизвестный — значит засадники, логично заключил я, с трудом удерживая себя от желания «втопить» по полной. Пока рано.

Ну и оглядывал округу, летя так чтобы КПП был на линии вероятного огня снайпера или чего-то такого. Не будут враги рисковать с нападением на Академию — а ничем иным выстрел по её оборонительным сооружениям быть не может, вне зависимости от результата этого выстрела. Да и уверены подлюки не будут — отклик давать я запретил, так что есть у этих наблюдателей «предположительно похожий в пилотском комбезе на монодиске». Так что стрелять станут вряд ли, но лучше подстраховаться.

А вот с начала пригородной застройки я втопил так, что тело заболело от перегрузки, несмотря на комбез. Заюлили в транспортном потоке, исправно получая на вычислитель диска а от него на браскомм штрафы. Типа опасное вождение и всё такое. Мелочи, но неприятно. Хотя оно того стоит, через пять минут, спускаясь почти в самый низ города, к полям-садам, успокоил я себя. Был немалый шанс, что оторвался — мотылял я совершенно безумно, пару раз чуть и вправду в аварию не попал, но пронесло.

Собственно, из плотного потока мобилей я потому и спустился — нужно было проверить, нет ли слежки. Четверть минуты я радовался, а потом перестал: шесть мобилей, по разным траекториям, но явно охватывая меня спускались от основного потока.

Но радость хоть и пропала, зато осталось удовлетворение: именно мобили, как я и рассчитывал. Они по прямой побыстрее монодиска, но маневренность похуже, а пространство действия седоков — крайне ограничено. И собираются они меня «зажать» — приблизится на пару метров, когда основные данные идентификатора скрыть практически невозможно.

Кстати, курсы диверсионно-разведовательной работы, на который я потенциально нацелился, теоретически такой момент могут позволить обойти. Не против всех, конечно: имперский служащий с полномочиями всё равно данные получит. Но эти курсы только с третьего триместра, или надо было с самого начала обучения начинать. Да и на этих курсах не думаю, что мастер-наставник проникнется моими проблемами, хоть я неудовлетворенным вопросом с окрестностями у него перед носом выразительно размахивай… Он много чем от этого размахивания может проникнуться, но точно не моими проблемами. Так что будет давать учебную программу, где совершенно не факт, что обход считывателей гражданского чипа на первом месте.

Я, тем временем, стал закладывать дугу, почти на пределе скорости диска. Уйти от «зажатия» у меняне выйдет, скорости не хватит. Но у меня Цель на текущий момент — не уйти. А нахрен посшибать сволочей, при этом в идеале — не дать считать идентификатор. Тогда для охотников картина выйдет такой:

Из Академии вылетел спортивный аристо, сложением примерно соответствующий Галену. Что четверть учащихся, на минуточку, даже пол, с учётом брони и комбеза — под вопросом. На хамский запрос от какого-то там быдла — просто заблокировал отклик, что в общем-то вполне нормально. Обнаружил группу преследования, возмутился тому, что его, аристократичного, хамски преследуют, сломал её нахрен, ну и улетел по своим делам. То есть, я это или нет — они, при везении, даже знать не будут. Из Академии им может стучать только Кудряшка — но она от меня шарахается. и стучит, почти наверняка — не «точно» только из-за каких то непонятностей с придурошностью Ульверов, может там внутриродовая борьба какая. А слуги Академии выдающие данные наёмникам-гвардейцам… Это настолько маловероятно, что мне от этих служек скорее яда в утреннем кофе опасаться стоит.

Сохранение инкогнито и лопоухие вражины в затруднении, как понятно, выходят в идеальном случае. Но пока, если не тупить, Путь по этому идеальному сценарию и идёт. Мобили идут не по траектории «атаки», они именно зажимают меня, перекрывая пути отступления. Что «стукачество» от служек Академии и знание что я Гален — практически исключает. Мелькнула неприятная мысленная картина, с ликующими сволочами, готовящими в мой адрес пехотный полевой молекулярный деструктор… И пропала. Они — наёмники или гвардейцы. Им Галена прибить надо, а не городские войны устраивать: за войны их поджарят в полном составе, в самом прямом смысле слова. Да и Ульверам от Императора мало не покажется — что наёмники, что гвардейцы — всё равно ИХ люди. Да и кстати, хотели бы прибить — то и построение было бы иное, да и мобилей побольше.

Думал я это краем сознания, отслеживая траектории, двигая диск и даже проглядывая упрощённые тактические схемы. Мозги начинали если не перегреваться, то пищать на тему «что ж ты, Безмолвный, скотина такая, с нами делаешь?»

Но работали, чему я сам удивился — тактические схемы я развернул на секунду, просто глянуть. А оказалось — тяну в реальном времени. Это я голова, но хорош уже, а то реально перенапрягу мозги. Что в бою мне, мягко говоря, не поможет.

Просчитал расклад, и рванул диск к верхнему мобилю. Вражины закопошились, а я точно понял, что они вражины(не то, чтобы особо сомневался, но сейчас выходила вся сотня процентов): мобиль, к которому я рванул, развернулся чётко мне наперерез, да ещё открыл боковую дверь. Откуда высунулась несимпатичная морда в боевой броне с тяжёлым парализатором. Выбор с учётом комбеза и брони на мне — не самый лучший. Но у вражин, вариантов особого не было, да и десяток этих парализаторов одновременно — даже сквозь броню подействует.

Но был он один, остальные мобили хоть и рванули, но явно не успевали. А придурок с парализатором дал мне повод: Гален я или нет — но по мне парализатором пальнули, вне зависимости от вражды или чего-то ещё там. Понятно, что проверить хотели и типа «извинится», может даже компенсацию какую от Ульверов. Но факт атаки есть, на которую атакованный аристо отвечает симметрично.

Так что рванул я диск под дно мобиля, разворачивая рассекатель. И полоснул сияющим лимонным бичом по коробу с катушками магнитной подушки. Самое оптимальное выходило: им перегреваться категорически нельзя. Мобиль начал криво падать, а тип в броне попробовал меня даже в падении «вести» лучом парализатора. И получил рассекателем по наглым лапам и парализатору, напоследок.

Что там с его хваталками случилось — я не видел, да и пофиг было. Ко мне злобно спешили пять других мобилей, так что маневрируя как чёрт знает кто, ввинтился я в транспортный поток. Штрафы посыпались кучей, но я просто вырубил оповещение — не до них.

Вражины пытались ко мне приблизится, зажать, но им не хватало маневренности. Один раз даже с мобилем на встречном потоке столкновение, точнее «касание» было — просто не справлялись. Но уйти от них я, как понятно, толком не мог: скорость не та. И началась чехарда, с облётом башни, перегрузками, пальбой парализаторами и даже металлической сеткой (хрен знает, что за фигня, но если бы не рассекатель — замотало бы меня в металлические тросы с грузами). Да ещё смотреть надо было, чтоб эти придурки в башню после моего удара не влетели или ещё в какое населенное место. Но справлялся, хотя в пасть даже привкус крови, от перегрузок, появился.

И вот, остаются парочка уныло телепающихся мобилей. Я к одному уже сам рванул наперерез, перегрел… Но чуть поторопился, ошибка-не ошибка вышла… В общем, операция перестала быть идеальной: эта сволочуга, уже с перегретыми катушками, врубила двигатель, полетев на меня. Я увернулся, но пролетел мобиль от меня в метре, не больше. И хер бы с мобилем: наглая лапа со считывателем из окна торчала! Я по ней злобно шибанул бичом плазмы, но, похоже, поздно.

Последний мобиль, самый здоровый, начал открывать грузовые люки и… Четвёрка монодисков, а на них — стационарные лазерники, помимо придурков. И палят, сволочи. Слабо, меня не пробьют, но они МОЙ монодиск перегреть пытаются. Хоть и осторожничают… Ладно, не паникуем, собрался я, закрутив диск, имитируя отключение магнитной подушки. И, поймав траекторию, врубил двигатель на полную, проскакивая НАД мобилем с открытыми люками. Запуская плазменный жгут внутрь. Сварятся — и хрен сними.

Сварились, чадя и пуская язычки пламени мобиль полетел к земле. Там его поле безопасности поймает, точнее не мобиль, а остов. А у меня началась дуэль с дисковиками, причём время, чтоб его, поджимало: если меня опознали, на что всё указывало, минуты через две-три тут от вражин не протолкнуться будет. А валить с дисками за спиной… Так реально перегреют! Стреляют редко, но перегревают потихоньку. И не мажут, стреляют короткими лучами и только наверняка. Профессионалы чёртовы!

Рванул вбок, к стойке здоровенного голоэкрана, парочка вражин за мной, пара чуть отстав — сверху. Но торопятся, скорости не те. Это мне и нужно, оскалился я, выпуская рассекатель. Без плазмы, чистое поле, они его даже не заметят. И, рискуя с перегревом, захлестнул слабое поле за стойку. И сработало — то что я не могу им броню прорезать, не значит, что придурков с дисков не сшибёт. Вниз, отдельно друг от друга, ссыпались монодиски с седоками, а я опять запетлял — верхние продолжали стрелять, так что опасность перегрева никуда не делась. И время, время!

Одного поймал на бич, замедлив диск после поворота за здоровенный грузовой мобиль. А на второго полетел в лоб — время РЕАЛЬНО поджимало. Урод вёл меня лазером, показатели росли, но не успел, да и увернутся не успел — посыпался со своим диском вниз, чернея полосой от бича на броне. А я ввинтился в поток и полетел, как приличный человек.

— Мать-перемать… — вырвалось у меня, после беглого взгляда на свою броню.

Подплавленные разводы. Это последний, когда я в лоб летел, мощность лазерника почти до боевой нарастил, а я и не заметил… Ну, впрочем, никак не успевал, хоть и страшновато. А вообще — я молодец, обрадовался я, и тут на экран перед глазами появилось сообщение. От служб Силиции, причём с учётом блокировки сообщений — что-то серьёзное. Открыл, а там: «сбавить скорость, на ближайшую площадку, подготовиться к допросу и предъявлению обвинений!». Беглый взгляд показал мобиль городской стражи, двигающийся в сотне метров выше меня.

Ну да, осмотр. Как раз в лапы вражинам, им на радость. Но воевать с Силицией, как понятно, смысла никакого, да и не выйдет. Так что просто кинул свой идентификатор и номер Указа узким лучём. Ответа не последовало, но через полминуты мобиль стражи сменил направление движения и скрылся где-то.

Вот и хорошо, облегченно выдохнул я.

Минут десять полетал в местах максимально плотного потока: искал слежку, да и себя с диском на предмет жучков и всякого такого проверил. Вряд ли, но «смазывал» я путь, могли нацепить что-то неправильное. Но предосторожности оказались излишними: ни следил за мной никто, ни жучков не оказалось.

Так что я, уже довольный, связался с Ритулькой, на тему встретится, телами пообщаться.

— А я уже думала не увижу вашу честь, — фыркнула девчонка. — Я в «На Орбите»…

— Давай сразу у гостиницы. Некоторые затруднения, — аристократично ответил я.

— Всунул-вынул и бежать? — недовольно прищурилась девчонка.

— Но не один раз! — гордо кивнул я, на что послышался смех.

В общем, проблему я решал до следующего утра, без перерыва. По моему, несмотря на фармакологию, несколько перерешил. Да и на полгода не натрахаешься, к сожалению… Но всё равно вышло очень и очень.

Даже мысли всякие насчёт девчонки стали появлятся, на тему ну горничную завести себе в её лице, не знаю там… Не слишком разумные, но назойливые. Но поборол и отложил: вообще, конечно, я и не против. Но непонятно, как она сама. Да и Ритулька… ну девушка лёгкого поведения, прямо скажем. Нет, пока мы «потрахаться разок-другой» я и не против — это её дело, но вот сама захочет? Я если как-то с ней свяжусь в плане долговременно — всяких там посторонних не потерплю. Если моё — то МОЁ и точка! А такую в отношения как-то… Не очень хочется, в общем.

Короче — пока рано думать об этом. А может и вообще не нужно, остудил я своё полыхание.

В Академию, чтобы не было всяких неприятностей, вернулся хитро: поднял диск на два с половиной километров, прикинул траекторию, ну и просто «соскользнул» к КПП, до звукового барьера не добравшись совсем чуть чуть. Правда с торможением опять перегрузка, но здорово вышло, куда там аттракционам!

Ну и, как понятно, свалившемуся хрен знает откуда диску на запредельной скорости даже запроса не прилетело. Вражины разве что челюстями успели пощёлкать вслед, да и то не факт.

А вот ставя диск в гараж, я себя одёргивал и думал уже без эйфории. Выходило, что этот мой поход — практически чистый. Но с дисками лучше не рисковать больше. Как-то надо будет к Ритульке по другому пробираться через месяцок. Как раз к тому времени проблема опять нарисуется. Хотя я бы и каждый день… Эх, вот какие эти Ульверы сволочные-то! Вот просто бесят, жить мешают! И аристократки эти, вздохнул я, провожая взглядом обтянутую комбезом завлекательно повиливающую попку прохожей девушки. Вот виляет завлекательно, а как до дела доходит — шиш! Все сволочи, решил я.

Но настроение всё же было неплохим (что и неудивительно), да и автомат техобслуживания броню за минуту в порядок привёл, что тоже хорошо.

А на следующий день Себ сообщил мне, что на какого-то слушателя буквально напали наёмники на выезде из Академии. Правда у парня в Силиции оказались малая группа телохранителей, из родовых гвардейцев. И что неподалёку с Оружейной чуть ли не воздушный бой начался, прилетели городские стражи, всех поставили в интересную позу… В общем — весело. И мне — неплохо, хотя…

— Себ, а много Родов вражду с Императорским Указом ведёт?

— Думаешь, это из-за тебя? — уточнил в натуре граф. — Я тоже так думаю, Гал. Сколько — тебе только сами родовые и скажут. Но немного, да и активных действий не ведётся, уж на Силиции точно.

— А почему? — резонно заинтересовался я.

На что Себ пояснил. Часть была понятна и логична и без его объяснений: боевые действия на территории Имперского Подчинения даже с Указом — тот ещё геморрой. Проще враждовать без кучи ограничений и постоянной угрозы огрести за побочный ущерб. Ну и всякие там вежливые выкрутасы, что в округе Академии некультурно.

А вот часть меня повеселила. Есть Рода, враждующие, ни одно тысячелетие. И не ведущие боевых действий вообще. На Супербии — тем более. Потому что они враждуют, официально, даже прошение на Его Августейшее Имя направляют. Но причин и желания воевать нет.

— Союзы, обязательства. Род тебе ничего не сделал, но он враждует с Родом, союзным с Родом у которого родственные связи с тобой. Плюс договоры, обязательства. И такая вражда… Ну, как вежливость, считай. Недоверие между такими Родами, конечно, есть. Но боевые действия не ведутся. Просто нет смысла в прямом столкновении, для Родов, — развёл он руками.

Занятно выходит. И, кстати, вполне возможно, что такая вражда поощряется Императором, кстати говоря. Боевые действия выходят не нужны — просто такие «враги» не объединятся, не войдут в союз или коалицию. Реальной войны нет, но «осадочек остался». А объединения аристократов Императору, да и Империи нафиг не сдались — опасность бунтов, слишком сильное влияние, ну понятно в общем. И так в одиночку-несколько Родов бунтовщики и враги Империи появляются. Редко-не редко, но неприятно, так что аналогов Империи на основе аристократических объединений — точно не надо.

А решив мешающий думать вопрос, я занялся учёбой и тренировками. И на Курс разведчиков-диверсантов послал извещение о том что слушать буду, заранее. Потому что с моей весёлой жизнью лишним не будет.

33. Амбициозные планы

Пока же курса разведки и диверсий не было, а были тренировки и лекции обычные. Интересные и полезные, а ещё — у меня включились мозги. Видно и правда что-то на них давило, а теперь перестало, хех.

Мозги включились и напомнили, что у меня самый охренительный Инвиктус. С самым охренительным отсутствием оружия. И вот вызовет меня положим кто-то… Нет, если тупить не буду, со спущенными штанами меня не застанут: условия поединка сложные, но, как и с дуэлью обычной, строится на паритете. То есть, обозначает кто-то какое условие, а противник своё, зачастую предыдущее отменяющее. Ну, в общем, принцип понятен, так что без оружия я, зная нашу с Эни уязвимость, не останусь. Но со стандартным барахлом же!

Да и в Легионе с тем же стандартным барахлом служить… В общем, надо нормальную оружку Бронзовому. Причём срочно, вот только торопится не стоило, как не парадоксально. Я нацелился по максимуму использовать баллы, а то служба совсем долгой выходила, и тут крылась засада: разместив заказ в мастерских Академии я мог хоть весь его оплатить баллами. Но вот после размещения — всё. Долг сформирован, перенесён на счёт будущей службы и его ни за баллы, ни за деньги не сократишь.

А значит, надо мне перед заказом побольше баллов, в идеале на весь мой «заказ». Но они хоть и капали, довольно исправно, но не сказать чтобы я ими был осыпан. Ну, точнее соученики бы меня за такие мысли бы попробовали побить, это точно. Но с моими целями — маловато будет! И стал я уже не умозрительно, а по факту смотреть, чем бы мне баллы заработать.

И выходила довольно логичная, если подумать, картина. А именно: Инвиктусы боевые машины. Академия учит ими пользоваться. И публичные тренировочные бои — сам Император велел проводить (а может и велел, тут чёрт знает). В общем, выходило что есть Академический Турнир, по массе номинаций, но самые вкусные, в плане призовых баллов — групповые бои. Казалось бы, индивидуальные круче… Но это только на первый взгляд. Бой Инвиктуса против Инвиктуса, если пилоты не совсем криворукие неумехи, покажет только всем известные истины. Что, в среднем, снайпер делает щитовика, штурмовик — снайпера, щитовик — штурмовика.

Получается что значительная часть возможностей Инвиктусов нихрена в индивидуальном противостоянии не открываются. Уровень себя, как пилота — толком не покажешь. В общем что-то типа моей дуэли, с полностью и безоговорочно укрощёным виконтом выходит, в общих чертах. А вот группы из пятёрок Инвиктусов считаются наиболее подходящим вариантом для демонстрации уровня пилота и мощи машин. Логично, на самом деле.

И члены команды-чемпиона получают за своё первое место баллов в разы больше, каждый, чем индивидуальщики. Да и второе и прочие места по Академии оплачиваются весьма щедро. И это — интересно, о чём, для начала решил я пообщаться с Эмиком.

— Император благословил светом разума даже это дурачьё! — ответил мне вредный ИЛ.

— Ну не хочешь… — начал было коварный я.

— ХОЧУ!!! — громыхнул Бронзовый. — Оружие нужно, а Жнец… МНЕ НРАВИТСЯ ЖНЕЦ! ЖЕЛАЮ ЕГО!!! — прогрохотал Эмик.

— Извращенец, — покачал я головой, внутренне хихикая.

— Я не… ДУРАЧЬЁ!!! Прекрати издеваться над Самим Мной!!!

— Ладно, пока не буду. Ты вот что скажи, Эмик, в целом тебе идея как, согласен?

— Идея — хороша. И не скажешь, что такое дурачьё его придумало. И конечно согласен: полезно и прекрасная возможность показать Величие и Мощь Энеуса Эквиса!

В общем Бронзовый был не только согласен, но и «за» всеми фибрами и недрами. Что предсказуемо, но уточнить не помешает: это в бою пилот главный. А ряд моментов и решений принимать лучше советуясь. Об этом и Теодор на занятиях говорил.

— ИЛ Инвиктуса — не люди. Но личности, пусть и ограниченные Доктринами Инвиктусов, — вещал он. — Если кто-то из вас окажется таким мудаком, что отнесётся к своему Инвиктусу, как к обычной машине, то этот х…ила загубит большую часть потенциала Инвиктуса. Правда бесконечно потакать им нельзя, — слегка улыбнулся мастер-наставник, что-то вспоминая. — Был, а и есть один Инвиктус. Родовой, как понятно, сейчас в Роду. Род и Имя машины я вам не назову, но управлять им можно, будучи только бухим в хлам.

— «Гризли» Георгов? — раздался голос одного соучеников.

— Я этого не говорил, — нейтрально ответил Теодор, явно подтвердив сказанное. — Ну да неважно. Первый пилот то ли пил слишком много, то ли в неудачное время. Но был явным талантом. И всё: Инвиктус тысячи лет нормально пилотируется только пьяным пилотом. Причём сам ИЛ это, даже при желании, изменить не может: особенность защиты, нюансы управления ИЛ техническим состоянием. Масса параметров, кому интересны детали — запишитесь на Курсы продвинутой механики и настройки Инвиктусов.

А вот дальше становился вопрос команды. Вопрос совсем не простой. Да и вообще, обдумав расклады, я понял, что даже с этикеткой, Бронзовым и собственной крутизной в первый год — банально рано. Я, чисто теоретически, может и потяну. Да и Эмик для группы находка, но вокруг меня толпы продуктивных команд не копошится и не подпрыгивают, зовя меня к себе. А были такие, третьегодки в основном.

Да и вообще, идти под какого-нибудь напыщенного засранца в главных… Нет, если в Род — это понятно, но там и плюшки весомые, и поторговаться можно. А в команду — не хочу. Я и сам не подарок, а вместе с Эмиком у нас и у самих уровень напыщенного засранства выходит очень даже высоким. Так что лучше уж свою команду: в таких раскладах и от этикетки толку больше. Да и вообще, если разобраться, Эмик для пилота — скорее тактическим командным центром выходит, помимо щитов. Не боевой он, им прикрывать соратников надо и мудро ими руководить. Варианты есть, но так выходило по задумке создателей Бронзового, как ни крути.

И первым кандидатом, а точнее парой — выходил мой соседушка со своей кузиной-Гилларой. А то неразлучны, голубки, ну и вообще — Сотрясатель, тяжёлый штурмовик — действительно неплохой Инвиктус. И Себов Ксенартр неплох, только Себу с ним ещё синхронизироваться и синхронизироваться. А так — полегче Сотрясателя, но ненамного, а вот пошустрее ощутимо. То есть Сотрясатель, если разобраться, тоже выходил не индивидуальным, а групповым Инвиктусом, огневой поддержки.

Тут был ещё один момент: Сидороффы, в перспективе, выглядели как мой будущий Род. Себу из их родовых пенатов на меня добро дали, причём в стиле «Чем больше, тем лучше!» Пока мы с в натуре графом по делу не говорили, но намёками перекидывались. Так вот, мне опыт командования над «старшими родичами» — а они, если я к Сидороффм пойду, автоматически старшими станут — очень не помешает. И им, ну чтоб это закрепилось и меня шпынять не пробовали в будущем. Так что привлечь Себастьяна выходило правильным не только из дружески-соседских соображений, но и с прицелом на Род и моё в нём положение. Не сложится так и не сложится, а если сложится — полезно будет.

Третьим (ну, точнее — четвёртым) кандидатом был мой регулярный спарринг партнёр Олаф. И личные отношения, да и управлял он своим «Плотником» не намного хуже меня. Вообще — забавно, казалось бы этой груде мышц нужен тяжеловес, типа Эмика. А вот фиг: Инвиктус с забавным названием — снайперски-артиллеристский, тяжёлый снайпер, по классификации. Четырёхметровый тощий палочник, который, кажется, на ногах-спичках и не удержит тушу колобка. Но удерживал не только его, но и заменяющую левую руку раздвижную пушку — молекулярный деструктор. Убойнейшая штука, правда в спарринге Олаф стал как раз с левой рукой «подтупливать» — видимо, сбоят рефлексы. Но только ухмылялся и стал чаще приходить:

— Не дело оставаться без руки вне Инвиктуса. На нём — есть хорошая замена, но вне Плотника я должен уметь бится, — басил он.

В общем, выходила такая, неплохая команда. Мою «безоружность» прекрасно компенсировали Сотрясатель и Плотник — там масса командного залпа средние показатели четырёх Инвиктусов раза в полтора перекрывали. Ну а наши с Бронзовым щиты — делали команду практически непобедимой, до барионных клинков… но и с ними есть интересные варианты, хех.

Всё это приводило к тому, что Эмику нужен именно барионный клинок. Вот казалось бы — есть, пусть и стандартный. Но он реально не годится, это просто чувствуется! И в перспективе турнира — необходим. А вот пушки, ионный заплечник и прочее — как раз на перспективу после призового места (а то и первого, не исключено) турнира, когда баллы на них будут. Но, прежде чем рассчитывать, что нужно Бронзовому (а понятно, что с его комоднообразной фигурой, лютыми наплечниками — ТОЧНО не меч), да ещё и его Пафосное Величие уговаривать (ведь точно устроит концерт всеимперского масштаба, по заявкам, чтоб его), нужно было определится, а вообще — команда-то соберётся? А то я за приятелей всё порешал, а они мне — фиг тебе, Безмолвный. И даже обижаться не на что будет — нормальный отказ.

— Теоретически — я «за», Гал, — протянул Себ, после моей вечерней агит-речи, на тему «соберёмся вместе, всем ввалим, балы и слава ждут нас!» — Правда нужды в баллах я не испытываю…

— Да-а-а? — ехидно протянул я. — А ты как бы не на Сотрясателе, Себ! И тебе обвес от мастеров Академии тебе как бы не?

— Хм-м-м… — уставился на меня Себ. — А ведь ты прав. Род у вулканистов закажет, но… Мастерская Академии и вправду лучшая. Да и сэкономить можно неплохо, тоже лишним не будет, — закатил он аристократические глазёнки, явно строя какие-то аристократические интриги. — Так что я «за» и практически. Поговорю с Гилларой, — сволочно улыбнулся счастливый в личной жизни парень, — думаю — тоже не откажет. Вообще нам эти турниры не так уж нужны…

— Себ, «так уж» — они не нужны и мне, — отпарировал я. — Это возможность получить оборудование. Сэкономить и показать себя. Поднять престиж твоего Рода в Академии — тоже лишним не будет, — на что Себастьян кивнул. — И нам с тобой, Себ, надо выслуживать Инвиктусы.

— Естественно.

— А что назначение на службу зависит от успехов в Академии, отражённое в баллах — ты знал? — коварно поинтересовался я.

— Нет, — растерянно вылупился на меня приятель. — А откуда? — понятно уточнил он.

— Теодор рассказал на личном занятии, — без деталей ответил я. — В уставе Академии и прочем нет, но традиция такова. У десятка лучших есть даже определенная свобода выбора: спрашивают и считаются с мнением.

— Не знал, благодарю, — слегка поклонился Себ.

Ну, не знал — и неудивительно. Сидороффы Род старый, стабильный, Инвиктусов хватает с избытком — вот и знают о «выслуге» по тысячелетней давности рассказам. А там и поменяться многое могло, да и просто забыться.

— Но Гал, я раньше следующего года даже теоретически на поле не пойду.

— Это понятно, Себ. Я пока прикидываю, составим тренировочную группу, да в ИР потренируемся, в для начала, на тактических симуляторах. В общем — готовится начнём заранее.

— Полезно. А группа — я, Гиллара и?

— Олаф. Хочу его позвать.

— Да, Плотник — сила, — покивал Себ, вопросительно смотря на меня.

— А всё, Себ, — развёл я руками. — Не знаю. Есть у меня знакомая…

— Это которую ты «до полной парализации» — захрюкал в натуре граф, аристократично — аж жуть. — А теперь с ней каждую неделю в сети зависаешь, да и на Тактике от тебя не отходит…

— Она самая, — с пофигистичной физиономией ответил я. — Хлоя Люмен, очень хороший тактик. Но…

— Ты не хуже, — на лету подхватил Себ, знакомый с моими успехами за тактическим терминалом. — Что за Инвиктус у неё, Гал?

— Да не знаю, — досадливо буркнул я. — У нас с ней, вне тактического терминала, общение толком не складывается… Ладно, как вариант, который непонятно сработает или нет — она. Но я рассчитывал на вас, может предложите кого.

— Тактическая роль? — задумался Себ.

— Ты согласен. А Гиллара?

— Почти наверняка — «да», — уверенно кивнул Себ.

— А Олаф? — отметил я. — Пока даже теоретически не понятно. В худшем случае — нас трое и нужен мощный артиллерист, снайпер или штурмовик, в принципе — снайпер предпочтительнее. А вот пятым… В общем — непонятно, — развёл я руками. — Давай уточнять.

Через день — уточнили. Гиллара была согласна, но это было и так понятно. Она, видимо, чувствовала перед Себом вину (несуществующую, как по мне, но люди так работают) за Сотрясателя. И в их парочке была на подчинённой роли. Не покорная забитая жена, как бывало на Белояре у совсем замшелых и отбитых на отсутствие мозгов традиционалистов. Просто сознательно отступала, предоставля Себу ведущую роль. А может по характеру такая — чёрт знает. В общем, она — «за», Олаф — обеими лапами «за».

— Отличный выйдет фъёлг, Гал! — аж потирал он обе лапы, которыми он был «за». — Твой Бронзовый даст возможность стрелять, как в тире.

— Ты про барионные клинки не забывай, — напомнил я.

— А что мне забывать? — пожал плечами мышечный колобок. — У Плотника есть Окс, и поверь, Гал: им мы владеем не хуже, чем руками.

Ну, скорее всего так, признал я. Но — посмотрим на тренировках, а вот с «руками», учитывая то, что вместо руки у Плотника деструктор — изящный каламбурчик вышел. Или аллегория, но все равно изящная.

А вот Хлоя, краснея и заикаясь (как всегда, при личной встрече — вот в очередной раз с этими аристократками ни хрена не поймёшь!) отказалась. Мол, в планах у неё на турниры просто нет времени, простите-извините. Ну и фиг с ней, с тактиком. Но вот перед нашей, ещё толком не сформированной командой, вставал вопрос пятого члена. И непонятно ни черта, даже кого в плане специализации брать.

— Больше огневой мощ-щ-щи! — сверкала глазами Гиллара.

— И на кой чёрт? — парировал я, под кивки Олафа.

Себ же отстранился — как я понимаю из-за «личных отношений», тоже реверансы кузине делал. Но и не поддерживал — демонстративно «умыл руки». Вообще, конечно, личные отношения выходят лишним геморроем командира, прикидывал я, махнув в итоге рукой. Тоже учится не помешает, да и поиск Пути в этой ситуации интересный.

— У вас с Олафом вес залпа такой, что нам и пятый член отряда не критичен.

— Щитовики нам не нужны, Гален!

— Не нужны, согласен. Но вот небольшой, диверсионного класса Инвиктус…

— Ближний бой! — пробасил Олаф.

— Угу, — кивнул я. — С нашей формацией перестрелка — тухлое дело. Противникам, естественно. И рванут в рукопашную, если не идиоты.

— А идиоты дальше отборочных не проберутся, — подал голос Себ. — Отборочные для того и созданы, идиотов отбирать, — хмыкнул он.

— Сотрясатель — не рукопашник, слишком тяжёлый, — на что девица вскинулась, но я продолжил. — Я не говорю, что «не умеешь». Но не тот профиль Инвиктуса, так что как полноценного ближне бойного бойца его рассматривать нельзя.

— Нельзя, Гилла, — подержал меня Себ.

— Да… понимаю я, — махнула она рукой.

— Дальше, Себастьян — ну средний боец выйдет, даже через год. Банально свободы нет — четыре термических метателя мешают.

Это у Ксенартра термические метатели, или, как их ещё называли, плазмометы интегрированные были. Хотя плазмомёт — дурацкое название, именно плазмой снаряд становился в момент попадания, или в момент выпуска факела (был и такой режим). Ну не важно, хорошее оружие среднего и ближнего боя, да ещё и в полёте выполняющее роль маневровых движков, при нужде. Но не «сверхближнего» боя — в обоих режимах стрельбы Себу достанется почти так же, сколько и противнику на расстоянии работы барионным клинком. Ну и не скорострельные они, прямо скажем. Четыре не столько для силы залпа, сколько для того, чтобы системы охлаждения справлялись.

И они его гибкость довольно сильно резали. Используя метатели как маневровые — Себ, теоретически, мог устраивать лютую резню барионным клинком, не хуже лёгкого дивирсионника. Но ему простор нужен, а простора не будет, есть ограничение щитами Бронзового. Может и полетает, но рассчитывать надо на пространство внутри щитов. Их прорезание барионным клинком тоже дело не простое, точнее создание устойчивого «окна», в которое Инвиктус пролезет.

Объяснил я эти резоны, ну и в итоге сошлись на том, что небольшой, но шустрый диверсант — то что нам нужно. Тем же барионным клинком тыкать в штурмующих нас вражин.

В наиболее вероятной формации, а какие ещё могут быть и прочее — будем разбираться. И на Тактике Инвиктусов, и на тренировках. Да и тренировочные бои для команды в ИР возможны, не только против программ. Там с ИР тренировочным ещё и ИЛ Инвиктусов подключить можно, насколько я знаю.

В итоге, Олаф притащил непонятно откуда ему знакомую второкурсницу. Тоненькая, миниатюрная брюнеточка, Мари Учида, клановая, а не родовая аристократка, на том, что нам надо — небольшой (скорее доспех, нежели боевой робот) Инвиктус, с специально под него созданным барионным клинком, Макенси. Девчонка продемонстрировав на поле умения — поразила. А ещё больше… Ну, в общем, она была духовной сестрой бронзового. Говорит ровно, вежливо, с поклонами (несколько чрезмерными, на мой взгляд) и вдруг ка-а-ак заорет:

— КРОВЬ ВРАГОВ ОКРОПИТ ДЕРЕМИТУ, — как назывался её барионный клинок, — ОСВЕТИВ ПРАВЕДНОСТЬ ПУТИ!!!

И всякое такое. Не часто, но прорывалось, причём ну, казалось бы — мелкая девица, пищать должна смешно… Да щазз! Ревела, прям как сирена, аж пробирало! Хорошо, что не часто, но и не редко, мда.

Впрочем, меня, закалённого Бронзовым, это не слишком расстраивало, а Себ первые разы даже подпрыгнул, глаза выпучив от неожиданности. Девчонка была хороша, нашим целям соответствовала, но вот турнирной команды не имела — подозреваю из-за своих криков, ну и очень небольшого диверсионника. Они хороши, нужны, но в команде пытаются набрать огневой мощи, в основном.

Я бы, даже, к ней подкатил, если честно… Но тут было два фактора. Первый — её крики. Мне ещё и в койке Эмика не хватало, блин! Но это бы я превозмог, наверное. Беруши всякие, на крайняк. Просто как я понял, наш колобок на девчонку имел планы. Осуществившиеся или нет, какие — непонятно, но имел. Так что я не лез — последнее дело девчонок у приятелей отбивать. У неприятелей — можно, а вот со своими — свинство.

В общем, потренировались индивидуально, друг к другу пригляделись. Мари, к её чести, на самого «отстающего» Себа смотрела нормально, пальцами не тыкала, не ржала и не орала. И, наконец, перешли к тренировкам в ИР.

34. Первый ком

Тренировки в ИР происходили, в теории, реалистично до предела: вулканисты подключили к смоделированной реальности не только пилотов, но и Инвиктусы, скопировав полностью их ТТХ. Первый раз забравшись в тренировочную ИР командой мы побегали-попрыгали (я насладился рёвом Эмика), принаравливаясь. И теория оставалась теорией, по крайней мере для нас с Бронзовым — точно.

— Как-то не так, Эмик, — констатировал я, через минуту разминки.

— Не так, пр-р-рокляни их Импер-р-р-ратор! — зарычал Инвиктус. — Отклики на щитах — с задержками. Связь с тобой — с задержками, хотя толку от тебя, дурачья…

— Сильные задержки? — уточнил я, привычно проигнорировав любимую присказку Бронзового.

И вообще я с ним старался не ругаться — себе же дороже выходило. Поорать и пообзываться у Эмика просто необходимость, но игнорирование сокращало приступы до десятков секунд. А если с ним «зацепится языками» — то и на часы растянутся может, я проверял. Ну, разве что, время от времени, я повторял старый, но верный тезис: «на идиотов не обижаются». Не часто, но забывать не давал, что тоже помогало.

— Чувствительные, чтоб этих служителей Вулкана приподняло и прихлопнуло! МНОЙ!!! — рявкнул бронзовый, кидая телеметрию.

Выходило всё не так страшно, но часть показателей были на пяток процентов ниже, а часть, на удивление — на полпроцента-процент — выше стандартного.

— Это с чего, вообще… — задумался я.

— Под «средние показатели» выставляют, дурачьё! — буркнул Эмик.

— А у меня не средние? — уточнил я с некоторым удивлением.

Нет, то что я замечательный и всё такое — я, конечно, знаю. Но ряд изменённых параметров прямо завязаны на пропускную способность нейронов, работу мозга. Чистая физиология, в общем-то у всех людей одинаковая… Ну, кроме модификантов, конечно.

— НЕДОУМОК!

— Так это понятно: я вопрос задал, ты ответа не знаешь, кто ж ты ещё?

— За что мне такое дурачьё в пилотах?! Ты — пилот, придурок! Родовой!!!

— А подробнее?! Я же не знаю ни черта! И ты это знаешь!

— Ряд параметров мозга и нервной системы улучшены, не имплантами, а наследственностью. Как тебе твой приятель говорил — евгеническая программа, — буркнул Эмик. — А сейчас — состояние усреднено. У меня — тоже. Понял, дурачьё?!

Отвечать я не стал, но понял. Папашка, чтоб его. И не узнаешь ведь, кем он был, хотя рассчитывал на Академию ещё когда летел. Но — фигу мне.

Конечно, был бы я придурком — стал бы бегать по академическим служителям, выспрашивать. Но мне Ректор в своё время прямо сказал, что Академия в дела Родов не лезет. Что и устав подтвердил, да и вообще — логично. Кто мой папахен — они знают, скорее всего, по генам и вообще, но чёрта с два скажут. Ну а мне… было бы по настоящему важно — порыпался бы, да у того же Ректора бы спросил, несмотря на то, что выставлял бы себя тупорогим дурачьём. Но у меня выходил просто интерес, довольно праздный — так что и смысла не было.

Но вот то, что я тоже жертва… ну участник в смысле, евгенической программы — новость. Я предполагал, что пилотов тоже евгенят, но точно только по себе узнал. Если прикинуть — вроде и мелочи, даже порезано кое-что… Но для пилота — бонус. Небольшой, но в бою значимый.

— Ладно, в целом — всё не так плохо, — перестав думать о своей внезапно евгенической жизни. — Показатели порезали, но у нас коллективная тренировка. И эти проценты…

— ЗНАЧИМЫ, ДУРАЧЬЁ!!!

— Значимы, — согласился я с очевидным. — Но для тренировки не критичны. Мы командную слаженность и всякое такое отрабатывать будем, да и роль у нас — щиты держать и командовать.

— Всё равно раздражает! — ворчливо буркнул Эмик, принимая мои аргументы.

Товарищи, тем временем, разминались-осваивались, с Инвиктусами переговаривались. Мы все были в тренировочной ИР с Инвиктусами в первый раз, даже Мари, о чём она перед подключением сообщила. То ли ленятся служки, то ли сложности какие при подключении, но итндивидуальной тренировке с Инвиктусом в ИР не было. Ну, кроме «усредненных» моделей.

Хотя, возможно, не ленятся — это мы думаем, что «порезали», а может какие-то технические заморочки, труднопреодолимые. И если для группы на них если не плюнуть можно, но приемлемо. То для одинокого Инвиктуса с пилотом выходит просто бессмысленно.

Наконец, стали появлятся каналы связи, причём Олаф с самого начала своего Плотника включил в сеть, как участника, а после него — и прочие. А я вот задумался, да и махнул рукой. Ну поорёт Бронзовый, если что… Отключу тогда, а пока пусть тоже в сети побудет.

— Наша тренировочная задача, — начал я водить руками, — Разрушение укрепрайона, с мощной группой прикрытия.

— Авиация есть? — деловито уточнил Олаф.

— Инвиктусы? — спросил в натуре граф.

— Есть, Олаф. И какие, нафиг, Инвиктусы, Себ? — хмыкнул я. — Пока с обычной техникой повозимся, приноровимся, — после чего скинул в сетку детали тренировочного задания.

А вообще — не слишком удобно выходило. Нас окружало этакое плоскогорье, изрезанное холмами и ущельями. Задача — разнести обороняемую базу. И вот кажется, что нам местность на руку — а на деле только кажется. Потому что карабкаться по скалам и прятаться — банально долго, да и авиация не даст незаметно подобраться. А наше «на колеснице» построение, на которое и рассчитывал — тоже не без недостатков выходит. Враги в этих ущельях и прочем будут прятаться, а нам над ними лететь, на виду.

Но в принципе — справимся, сложного ничего, прикинул я. Нарезал боевые роли, в общем-то понятные и без моих указаний. Мари, кстати, в один голос со своим Макенси рявкнула «ХАЙ!!!», чуть не напугав. Но я быстро понял, что это у них такое «есть» или «да», что потом браскомм подтвердил.

Бронзовый сформировал свою колесницу, которая была ощутимо больше (ну понятно, что не для меня одного), да ещё запряжена, на этот раз, не парой, а четвёркой призрачных коней. разместились на платформе, Эмик повозился и переконфигурировал поля, установив что-то типа амбразур — зоны ослабленного, но односторонне-проницаемого защитного поля. Ну и подсветил их на тактической карте для команды. Собственно, это было немаловажной причиной, помимо всего прочего, почему Инвиктусы к комуникационной сети имеет смысл подключать. А я не знал… Хотя в общем-то для того и нужна тренировка — учится.

— Щиты у тебя, Гал, конечно мощные, — прогудел Олаф. — А кони — это обязательно? — уточнил он.

— Да, — ответил я, ну не рассказывать же, что это Эмик эстетствует. — Иначе чуда не получится.

— Э-э-э… понял, — явно нихрена не понял Олаф.

— Сам про авиацию спрашивал, — напомнил я.

— Да, — уже собрано ответил колобок.

— Старший, прошу дозволения вывести в командную сеть данные радаров! — вдруг сказала Мари.

Я бегло прикинул — её кроха, при всех прочих равных, вправду отличался самой чувствительной радарной системой, правда щиты…

— Сопрягаюсь, — пробасил Эмик.

— В общем, Мари, «да», — задумчиво ответил я, пока Эмик, бормоча про «дурачьё», координировался с Макенси.

— ХАЙ!!! — рявкнула девушка, вызвав почти не слышные смешки у Сидороффых.

Впрочем, сама на это внимание не обратила. Да и не особо обидные они у Себы с Гиллой вышли — так, скорее удивлённые, в стиле «вон какие традиции бывают». Вообще и мне забавно, но мне ржать не положено.

И сопряжение Инвиктусов как и радары Мари положительно сказались на тактической карте. А я собрался, а то, блин, как дурак, а не командир выхожу. Тем временем платформа, не слишком разгоняясь, везла нас в десятке метров над скалами и холмами. Точного местоположения цели в тренировочном задании не было, так что надо было искать. Но чувствительность радаров диверсионного Инвиктуса неплохо помогла, подсветив заныканные в ущелье скопления электроактивного металла. Деталей не понять — думаю, экранируются. И камень — не лучшая среда для сканирующих радиоволн.

Впрочем, с уже подсвеченными вражинами можно было навестись и более чувствительными сенсорами, так что через пару секунд мы уже видели засадников.

— Самоходная артиллерия, — констатировал я. — Скрылись, но не поможет. Сейчас… Стоп! Авиация!

На грани чувствительности появилась пара быстролетящих целей, а я просто любовался со стороны — у меня оружием в этом бою только барионный клинок, которым я скорее всего и не воспользуюсь. Гиллара на Сотрясателе тоже на авиацию не отвлекалась — её обвес не слишком подходил. А вот в направлении самоходок стволы держала, причём, судя по всему, рассчитывала и баллистические траектории поражения.

А вот Плотник развернул свою руку-пушку в две направляющие-генератор, развернул отражатель. Как и себов Ксенартр выдвинул термические метатели, прижатые к корпусу в походном положении — они ему банально мешали в полностью боевом, превращая в этакого вставшего на дыбы паука. И, через пару секунд, послышался визг молекулярного деструктора, и одна из летящих целей просто рассыпалась пылью. А Себ пререгрел свои метатели (не критично, но окутался паром охладителя), запуская этакую очередь. И тоже попал, но вторая цель, перед поражением, выпустила рой ракет, летящих к нам по сложной траектории.

— ДУРАЧЬЁ! ПРЕКРАТИТЕ!!! — взревел в сеть Бронзовый.

— Хорош щиты колупать, не пробьёте, — расшифровал я. — Ракеты тоже не пробьют, но смысл тратить энергию и ресурс щитов?

Дело в том, что сначала Мари, а потом и остальные запустили лазерные системы ПРО. И долбили в наши щиты, пытаясь сбить ракеты. Не удивлюсь, что это даже не команда пилотов, а этакий «рефлекс» Инвиктусов. Но в нашем случае — совершенно ненужная фигня. Щиты удержат, да и нетипичные они у Бронзового — обычные щиты Инвиктуса односторонне проницаемые, а у нас нет. Только бойницы, ну и возмутился Эмик — ему или хернёй страдать, отслеживая выстрелы каждого лазера. Или перегружать эмиттеры щитов на пустом месте. Мелочь, но его раздражение понять можно — на пустом месте и от своим.

— ХАЙ!!! Виновата, старший! — рявкнула Мари, хором со своим Инвиктусом.

— Да, как-то не подумали, — признал Себ.

— Слушайте меня и смотрите карту, — донёс я до спутников. — Я отслеживаю картину и если понадобится что-то — будет команда. А команды ракетной тревоги не было, — отметил я.

Тем временем, ракеты своими хитрыми траекториями уже почти подлетали, а мне пришла в голову идея, которую я тут же и решил осуществить. На слова времени не хватало, так что просто раскидал схемы Бронзовому и Гилле. Последняя мигнула зелёным огоньком «принято», начиная приводить пушки Сотрясателя в нужное положение, а Бронзовый просто захохотал. Бронзово и очень громко, но в плане «согласен».

И, в момент, когда облако разрывов скрыло нашу колесницу, она рванула вперёд на предельной скорости, открывая «амбразуры» снизу. А Гилла выпалила прямо в ущелье, где засадно щёлкала клювами самоходная артиллерия. Там эта артиллерия и кончилась, так что облако разрывов на щитах развеялось уже над зачищенным ущельем.

И показались засады врагов — турели, отряды. Ракеты, артиллерия. даже излучатели и деструкторы разных типов и видов. Блин, нам — терпимо, но что-то их слишком много и мощно, для первого боя в ИР, мимоходом отметил я.

Но есть и есть, работать надо. И стали мы работать, зачищая засады и сковыривая турели. Что радовало — в щиты Бронзового влетали только ракеты авиации (появились, естественно, причём толпой в пятнадцать единиц, так что отстрелятся смогли по полной). А вот турели и технику с артиллерией мы сносили «чисто» — если по нам и палили, то мазали так, что в щит ничего не прилетело. В принципе, если бы прилетело — то не страшно. Но тут у нас тренировка, причём согласование и пилотов и Инвиктусов сежду собой. И, пока, выходит очень неплохо, радовался я, когда мы замкнули «круг зачистки» вокруг скопления металла, явной базы. Вот только…

— Похоже, подземное залегание, — отметил я показания по мере приближения. — Ладно, снесём.

— Снесём! — радостно откликнулся Олаф.

И я… да нет, не сглазил, это вообще дурацкое суеверие. Но влёгкую выполнить задание у нас не вышло. Турели на нас пытавшиеся нацелится снесли влёт, и… Зависли над скальной подложкой. Эта зловредная база мало того, что была подземного залегания. Так ещё и не просто щиты поставила, которые мы бы пробили довольно быстро. Нет, генераторы создавали полевое усиление скалы, что ковырять и ковырять. Ну, впрочем, всё равно пробьём, рассудил я, только было открыл пасть…

— ДЕРЕМИТА СПРАВИТСЯ!!! — заорала Мари, соскакивая с колесницы.

— Помогу, — выдал Олаф, прыгая за ней.

— Стоять!!! — орал я.

— ДУРАЧЬЁ БЕЗМОЗГЛОЕ!!! — вторил мне Бронзовый и на этот раз я даже жалел, что не могу так орать.

— Да расслабся, Гал. Сейчас проделаем ход, врагов нет, — успокаивающе выдал Себ, с поддакиванием Гиллы.

— Идиоты, — констатировал я, обращаясь к Бронзовому.

— Дурачьё, — согласился он. — Я поля не снимаю.

— И правильно, — согласился я. — Надо с личным составом поработать, — рассуждал я, наблюдая как эти деятели ковыряют скальную подложку барионными клинками.

— А сейчас чего не рявкнешь, стоишь как дурачьё!

— Они уже нарушили команду и прочее. Если я начну орать сейчас — они не послушают. Более того, Эмик, будет не единичный, а неоднократный факт нарушения приказа, — подробно озвучил я.

— Это… твой киборг.

— Он свой киборг, — уточнил я.

— А ты не думал, Гален, что твоя этикетка — не столько для жизни…

— …сколько для управления Инвиктусом. И группами Инвиктусов. И людьми, — продолжил я. — Я в этом уверен, Эмик. Но его кибернетическую жопу от праведного пенделя возмездия, при встрече, это не спасёт, — уточнил я.

— Могу и я пнуть, — радушно предложил Инвиктус.

— Я подумаю, — стараясь не ржать ответил я. — А сейчас будет подарочек, — констатировал я, наблюдая как эти бунтовщики пробились практически до металла.

— Думаешь?

— Уверен. Бить эту скалу барионными клинками — самое быстрое, лёгкое…

— Неправильное решение?

— Оно самое, Бронз…

Договорить мне не дал мощнейший взрыв, направленный, выглядящий как луч бело-голубой плазмы, скрывший часть скалы.

— Ты поэтому отвёл колесницу?

— Угу. Самое напрашивающееся решение. Кстати, твои щиты бы удержали?

— Это? Да. Платформа — скорее всего нет, нас бы отбросило. Стандартные щиты этот поток не удержат, — констатировал Эмик.

Ну и через тройку секунд столб направленного взрыва опал. И да, товарищей не было — остался проплавленный, как самый большой, Сотрясатель, точнее его остов.

— Только Гален, такой взрыв практически невозможен. Это океаны энергии, их не может быть в простой базе, уровень системной Цитадели Звёздного Легиона, — сообщил Бронзовый.

— Да мы вообще должны слиться в этом «тренировочном задании», — фыркнул я.

— Показательная порка?

— Типо того, чтоб не расслаблялись и не зазнавались.

— Дурачьё!

— Ну в чём-то верно.

— И ты дурачьё!!!

На последнее я не стал отвечать, а стал прикидывать. И через минуту стоял, прикрытый щитами, на оплавленном металле.

— Вот теперь докопаемся, — констатировал я, вонзая барионный клинок в металл.

И докопались, через четверть часа. Разнесли базу к чертям, выполнив тренировочное задание. Впрочем, итоговая оценка прохождения была невысока — остался один Инвиктус, тут понятно.

А, вылезая из КИРы, я смотрел на этих… ну команду, ладно. Стояли, все такие виноватые, мало что не носками пол ковыряли. Ладно, буду их в мозг клевать, оскалился я в педагогической улыбке.

35. Второй ком и Кистень

И начал я до-о-олго, с наслаждением, клевать этих косячников в мозг. Почему такой косяк произошёл — в общем-то понятно, всякие личные причины, заигрались. Но проблема в том, что уж в реальности нужно беспрекословное подчинение. Даже дурацкому на первый взгляд приказу. В общем — погундел, даже махнул рукой, мол — команда гавнище, поищу другую. Закопошились, стали чуть ли не клясться — всё по никсовой науке, в общем-то. Да и не только.

Хотя я был изначально не уверен, что «заиграются». Всё-таки аристо и всё такое, но выходит — просто ребята с девчонками, несмотря не на что. Да и сам косячил, с самого начала, уже после разборок рассуждал я.

А потом зарылся в терминал, уточнил пару моментов и, отойдя от терминала, позвал Себа.

— Себ, у нас, если сегодняшнего, конечно, не повторится — в этом году всё-таки будет бой с Инвиктусами, — озвучил я.

— Я не очень готов, — залупал на меня глазами в натуре граф. — И зачем?

— А я посмотрел — прошедшие отборочные в годе прохода турнира в турнире не могут участвовать.

— Не знал, — признался Себ. — А с чего, как думаешь?

— А чёрт знает. По моему — как раз коллективное обучение Академия поощряет. А это правило — чтоб первогодки не сливались. Может и не так, но очень на то похоже. Ну и в турнире участие выходит только раз в два года — иначе никак. Или отборочные, или турнир.

— Может быть. Но Гал, я не думаю что мы будем готовы…

— Себ, я если мы не будем готовы — позорится не собираюсь. Но в целом, если мы потренеруемся месяцок-другой — то вполне отборочные можем пройти.

— Возможно… Ладно, Гал, тебе виднее, раз уж главный, — махнул в натуре граф рукой.

И правильно сделал, в общем-то: для того лидер группы и есть, чтоб ему виднее было. А вообще, через недельку, у нас выходило вполне неплохо. Кстати, за наш тренировочный бой нам, мне побольше, а прочим поменьше, начислили баллы. Что косвенно подтверждало: первая тренировка, видимо педагогически-традиционно, должна быть непроходима. А мы (ну я, но так уж и быть «мы») совершили если не невозможное, то трудноосуществимо. За что нас мастер-наставник «Зала совместной тренировки» баллами и осыпал.

А попинав всякую технику, в разных условиях (пустотные были, кстати, сложными и интересными, да и подводные, ну точнее в жидкой среде — тоже), мы перешли к тренировке с Инвиктусами. Пока — симуляциями. И вот тут я даже растерялся.

Дело в том, что наше построение «мощный щитовик — дальнобойщики — юркий рукопашник» вполне стандартно, очевидно и никаких выкрутасов. Но вот перемалывали мы програмные Инвиктусы таким построением, вообще без труда. Выходило, что разницы с техникой вообще никакой, если народ не тупит и слушается. Медленно, как катком, раскатываем даже в два раза превосходящих численностью противников.

И это… неплохо. Но и плохо — это очень очевидный, стандартный Путь. А к нему вырабатывается привычка — ну, работает, вроде как. А я, например, пару-тройку вариантов вижу как нас уделать, при везении. Той же пятёркой штурмовиков, например. С потерями, но команде — звиздец, а Бронзовый против мобильного противника без нормальной артиллерии не воин. Так что я, игнорируя всякое пищание, проводил тренировки по разному. Сливались, в большинстве случаев: опыта-навыков не хватало. Но вот в плане их приобретения — выходило самое то, что нужно.

— Зверь ты, Гал, — как-то вечерком страдал в натуре граф на кушетке в нашей гостиной.

— Жалеешь, что согласился? — уточнил я нейтрально.

— А? Да нет, мы делаем то, что нужно. Даже Гилла про тебя хорошо отзывается, я почти ревную! — задрал он аристократический нос.

— Ну поревнуй, дело тоже полезное, — кивнул я.

А то блин — эти голубки почти каждый день у Себа уединяются! Ну не то, чтобы завидую чёрно — дело нормальное, и вообще удачи. Но по белому (это когда к белому свету претензии) — чертовски завидую. И проблема опять назревает, и похоже опять в Силицию. А без бьющего в башку гормона (достаточной силы) я всю авантюрность и опасность этого похода прекрасно понимаю. Точнее понимал я и когда к Ритульке рвался, но просто игнорировал.

— А кем ты был, Гал? Командиром отряда? — начал допытываться Себ. — А то очень уж на родовых наставников похож, из опытных.

— Граф Сидорофф, блин! — возмутился я. — В школе я учился! Хреново, — вынужденно признал я. — И наставник был неплохой. Всё. Ни в каких спецслужбах не участвовал!

— Секретность, Клятва, понимаю, — покивал этот фантазёр.

— Ой всё! — в очередной раз я применил ультимативный прекращатель споров.

Кстати, вопрос с походом в Силицию решился быстро и без проблем, я реально удивился простоте: я просто арендовал здоровенный мобиль, на котором мы спокойно всей компанией и несколькими знакомыми добрались до одного из «аристократических» клубов. Огрёбшие от гвардейцев и городской стражи вражины на полный аристократов автобус нарываться не стали, даже запросов не посылали. Ну а радарами можно телосложение-вес понять, максимум. И количество людей. В общем, нарываться вражины на автобус не стали, хотя у меня был монодиск в багажнике, сваливать если что. Потому что прикрываться от обнаружения — ну, нормально. А вот прятаться за спиной и прикрываться телами от опасности можно когда люди посторонние, а лучше — неприятные. А с приятелями так нельзя, принципиальный момент!

Но и не понадобилось: компания вывалилась на стоянке закрытого клуба, а я ускользнул на монодиске, сообщив «по делам». И никакие сволочи не подкарауливали, я проверил. С Ритулькой в этот раз вышло и вправду «набегу», но вполне приятно, проблему решило, а главное — без риска. Так что с утра, загоняя автобус в гараж Академии я был и доволен и удовлетворен, приятнейшее сочетание выходило.

А вот дальше у нас начались тренировки с живыми противниками. В ИР, конечно, но с настоящими пилотами и Инвиктусами у них. И… череда побед. Команда радовалась, ликовала, Эмик громогласно трындел о величии… А у меня портилось настроение.

— Что ты хмурый, как дурачьё? — добродушно поинтересовался как-то на тренировке, в реальности, а не ИР, Эмик.

Потому что ИР — хорошо. И высокая совместимость — замечательно. Но нам с Бронзовым надо прогрессировать понимать друг друга не с мысли, а с намёка на неё. В идеале — вообще эту синергию заполучить.

— Потому что всё хреново, Эмик, — сообщил я. — Я даже не уверен, что мы пройдём отборочные.

— Ты головой не бился? Да нет вроде, показатели в норме, — сам себе ответил Инвиктус. — Гален, мы рвём, с моим могуществом и мощью, врагов как тряпки! Какое «не пройдём»?!

— Давай сворачиваться и поговорим, — встряхнулся я.

— Ну давай, — несколько растерянно ответил Эмик.

А после, в ангаре, я ему рассказал, что меня беспокоит. Нам СЛИШКОМ просто, мы не используем никаких увёрток — просто тупо стоим укрытые щитами, Олаф и Сидороффы стреляют, как в тире. Изредка Мари тычет в кого-то особо шустрого барионным клинком — так добираются единицы. Вот к ней, кстати, претензий никаких — после первого косяка она просто идеальный пилот и член команды. Вот похер, что ей сражаться через раз, а то и через два приходится — всегда боеготовная, ей команды не успеваешь отдавать — машет клинком там где надо и сразу.

— Гален, ты недоумок! У вас идеальное построение! Я — Великий Инвиктус! И огневая мощь! Что ты ещё хочешь, дурачьё?!!

— Идеальное? — оскалился я. — Запусти симулятор, Эмик.

— Запустил, — буркнул Бронзовый.

— Смотри, — начал я строить тактические схемы, которые использовал бы против нас.

— Вот же… Они теряют бойцов!

— Теряют. Но даже твой щит не выдержит удара трёх барионных клинков. Пойдёт рассинхронизация, выпадут целые сегменты и они прорвутся.

— Трое против пяти!

— Да. Но боец у нас — один, Мари.

— Я ВЕЛИКИЙ…

— Не ори. Ты хреновый рукопашный Инвиктус. Мёртвые зоны с мечом я тебе показывал. Тебе нужен другой клинок и тогда мы станем… Неплохим бойцом сверхближнего боя. Не идеальным, но неплохим.

И тут я поделился своей идеей. Эмик ругался долго, смотрел в симуляцию, но в итоге — согласился. И баллов на Кистень, как я решил назвать новый клинок хватало.

Дело вот в чём: например, у палочника-Плотника — Окс. Хоть и название — топор, но это этакая длинная рапира, ну барионник, по типу рапиры. И ему подходит. У крохи-Макенси — длиннющий слегка изогнутый меч. Тут играл роль такой момент, что генератор Инвиктусов один. Кроме Громад, но и там больше четырёх не бывало. А вот тратить энергию мелочи только на радары, ну или какая-то лютая пушка типа разгонника. Но лютый разгонник крохе просто не нужен — она им управлять не сможет. В общем, всё упирается в размеры — ни щитов мощных не возьмёшь, ни оружия. Бронзовый на семьдесят процентов состоит из конденсаторов, эмиттеров и защитного экранирования. Без этого — нас бы собственными щитами запекло, причём не только меня, но и ИЛ. Ну и выходил у дивирсионных Инвиктусов переизбыток энергии, который шёл в маскирующие голополя, системы радиоборьбы и наоборот, ну и всякое такое. А вообще — они в основном бомбами воевали. Доставить которую, незаметно, было «боевой ролью».

Так что были мелкие аж с двумя барионными клинками — излишек энергии позволял.

Но это не для нас. У нас с Бронзовым — энерголимит «стандартного» барионника, да и его-то жалко: энергию и так есть куда девать. И длинный клинок нам противопоказан — с нашим тумбочкообразным «строением» нужен клинок короткий. В половину, а то и треть стандартного барионника, что, кстати, часть весьма нужной энергии освободит — у барионника зависимость энергопотребления без сюрпризов, больше плоскость — больше энергопотребление.

Но Эмик, как и ожидалось, закатил концерт. И по заявкам, и без заявок, и несмотря на возражающие крики. Мол, так и так, только дурачьё из дурачья, которым являюсь я, может предложить самому Великому Энеусу Эквису какую-то поганую зубочистку. Это четверть часа воплей и обзывательств по смыслу выходило.

— Смотри, — вклинился я в паузу.

И стал демонстрировать модели. Бронзовый минуту смотрел, даже почти молча, только гадости негромко бормотал, как заклинания. И, наконец, грохнул:

— ДУРАЧЬЁ!!! ЗАЩИТА — НЕПЛОХА, НО ЭТО ЗАЩИТА!!! ЧЕМ АТАКОВАТЬ, НЕДОУМОК?!!

— Им…

— ТЫ ИМ ТОЛЬКО ПОЧЕСАТЬСЯ СМОЖЕШЬ!!!

— Смотри, — повторил я.

И показал — по моей идее, клинок был не только коротким, но и утяжелённым. А энергоподвод осуществлялся через двенадцатиметровую цепь, с крупными звеньями, почему и «Кистень».

Соответственно, те доли секунды, которые выигрываем мы, за счёт полей, позволяют нам нанести удар издали, не прямым ударом, а сбоку или даже со спины. Так-то понятно, что Инвиктусы клинки не выпускали.

— Это… занятно, — прогудел наконец Эмик. — Только твою дурацкую цепь за долю секунды перерубит барионный клинок. И что ты будешь делать?!

— Звенья разьёмные и взаимозаменяемые. Утяжелитель — аккумулятор, хватит только на секунду, но и этого достаточно. А управлять ты им будешь… — выдержал я паузу.

— ПОЛЯМИ!!! — дошло до Бронзового. — И ДУРАЧЬЁ, ОСМЕЛИВШЕЕСЯ БРОСИТЬ ВЫЗОВ МОЕМУ ВЕЛИЧИЮ ПАДЁТ!!!

— Ну и?

— Уговорил, — надуто выдал ИЛ. — И, наконец, ты успокоился? — ехидно уточнил он.

— Ни черта, — хмыкнул я, потому что Эмик вспомнил начало разговора. — То что мы будем не столь беспомощны — замечательно. И окажемся мы, например, против одного отбежавшего штурмовика. Вне досягаемости кистеня. Это не говоря о том, что вообще команду терять даже в тренировочном бою не охота.

— Ты — командир. Требуй…

— Не поможет. Я и так выжал всё, что можно. Мари — умница, а остальные… Понимаешь, мы не на войне….

— ВОЙНА НИКОГДА НЕ КОНЧАЕТСЯ!!!

— Да и хрен с ней. Ребята расслабляются, это естественно. И они аристократы, в общем… Тут приказы не помогут, — не стал я углубляться в детали.

— И что?

— И буду искать Путь.

— К Цели?

— К ней самой, — согласился я. — Хорошо, что поговорили, даже полегчало. И я пошёл заказывать Кистень, — сообщил я.

— И побыстрее. Желаю тренироваться с Кистенём Энеуса! И сделай его соответствующим моего Величия!

— В твоём стиле, — заверил я.

Ну а что — у Бронзового реально стиль есть. Занудный и пафосный, но его. И в целом — ему идёт. Так что модель кистеня была в медно-бронзовых тонах, с узорами — как раз под броню Бронзового. Правда вулканисты задолбали уточнять «уверен ли я». Один, особо кибернетизированный (и, видимо не в те места), аж произнёс заклинание «так не делают!» Дурачьё, как сказал бы Бронзовый!

Но, в итоге, взялись за изготовление, меня успокоив.

А учёба тем временем шла, причём Курсы диверсионно-разведывательного дела начались. Вёл…вело… Да хрен знает, кто был мастером-наставником. Глухой плащ с капюшоном, бесполый синтезированный голос, лицо (или чёрт знает, что там) прикрывала гладкая зеркальная полусфера маски, без каких бы то ни было отверстий. Назвался «Мастером-наставником, так и называйте». В общем — мутный тип, или не тип. Но дело своё знал, причём на втором занятии продемонстрировал класс, спалив нахрен два брасскома особо любопытных — просканировать его хотели. Не лазером или чем-то таким сжёг, а как-то обошёл защиты и перегрузил аккумулятор до выгорания приборов!

А вот учеников было мало — всего два десятка, со всего нашего потока плюс трое с потока постарше. А очень зря, наверное. Хотя обычному аристо методы законного скрытия показаний идентификаторов — на хрен не сдались. Или средства обхода защитных протоколов, систем слежения… Всякого разведывательно-диверсионного, в общем. Но интересно было, ну и мне — на хрен именно сдалось. Ну, я не обычный аристо, хех.

Ну и приближался отборочный. Был он свалкой «все против всех», с ограничениями и приглядом судей. Но Инвиктусы могло повредить неслабо, да и умереть шанс был, хотя уж совсем мизерный. Ну и места, как понятно, отбирались по «выжившим», то есть последний боеспособный Инвиктус — первое место, ну и по нисходящей, кто дольше продержался. Если пять Инвиктусов-победителей в одной команде — то тоже одна команда-победитель. Ещё — старшие команды в наше перво потоковое отборочное не пускали. Типа послабление новичкам, хотя на старших в команде — внимания не обращали, главное чтобы не участвовали в турнире.

Но именно нашей команде было хреново. Потому что на то, что против нас идиоты — я не рассчитывал. Новички, как и мы, но будут хитрожопыми и продуманными типами, пока своим идиотизмом не докажут обратное. А значит, после нашей «колесничной мясорубки» — нас просто атакуют все. Наиболее вероятный расклад. Вышибут, а потом уже с друг другом будут разбираться.

Тем временем мастерская Академии разродилась четырехгранным, стального цвета, коротким мечом-шипом Кистенём. Цепь, до поры, выполняла вид декоративной гарды (гарда у барионников в любом случае декоративная — парировать всё равно только плоскостью можно). И цепь, и рукоять была в узорах, медная с бронзовыми узорами. В общем Эмик одобрил. А, в процессе тренировки, я, наконец, нашёл Путь. Путь к Цели, как нам победить.

И очень вовремя — до отборочного Турнира оставалось всего неделя. Которую я поговорил с командой, убедился в «кружении головы от собственной крутизны». Даже у Мари было, но у неё «крутизна» была специфичная — «не подвести Старшего». Видимо что-то специфичное-планетарное, или клановое. В общем — правильный подход, если разобраться. А вот у остальных… мда. Но Путь есть, а мозги, как мне кажется, на место встанут. После моей охренительной идеи и её воплощения на отборочном. Уж как Бронзовый орал — закачаешься. Стены нашего ангара точно качались, хех.

36. Победный блин

И вот, начался отборочный бой. Проводили его на здоровенной, огороженной полями площадке — двадцать квадратных километров, не хухры-мухры. И ручейки, и деревья, и озерцо, и городская застройка. Правда и деревья и дома — синтопластовые, скорее декорации, потому что разносили их регулярно. На полусотне метров небо было тоже перекрыто полем — по «легенде» площадки мощными системами ПВО, то есть впечатовавшийся в «потолок» Инвиктус получал «условные повреждения».

Вообще, если подумать, выходило что именно к групповым тренировкам, турнирам и всего такому пофигистичное отношение Академии (в стиле «убьются и хер с ними») менялось. Самое логичное объяснение — групповые бои и всё с ними связанное осталось со времён серьёзных войн и не менялось, приучая пилотов драться эффективно и вместе, вне зависимости от Рода. На это намекало и то, что команды более чем с тремя «однородниками» или одноклановыми просто не регистрировались. Правила не было, но слуги Академии с постными мордами выдавали: «традиция, не положено». И не регистрировали.

Хотя и не так много Родов было, чтоб одновременно пять пилотов учились: вроде всего три, со слов Себа.

Но в любом случае — на турнире пилотов и Инвиктусы заметно, нетипично дла Академии, берегли. Оружие было боевым, но на площадку смотрела тьмуща проекторов силовых полей, для «растаскивания» добивающих «выбывшего», то есть признанного поверженным арбитрами Инвиктус. Ну и наоборот — тоже, некоторые «условно-убитые» пускали пену (или смазку, мог и Инвиктус войти в раж, а пилот — поддаться) и устраивали «нашествие неупокоенных мертвецов», как в голо любят показывать. Но тут турнир, а не голопостановка, так что полями этих «упокойников» доупокаивали, хех.

Кстати, для найденного пути было очень удачно, что бои вне Академии. Хотя, если было бы на каком-нибудь полигоне внутри — так и там свои Пути есть. А сейчас у нас было восемь команд противников — даже меньше десятой части нашего потока. Народ либо свалил с Инвиктусами, либо учился и ждал следующего года, либо вообще не собирался на турнир. Что, в общем-то, тоже нормально: вот Веснушка-Хлоя составила себе план, где училась чему нужно и как хотела за баллы. И нафиг ей не сдались турниры, у неё свой Путь, хотя и не факт что с большой буквы. Вот, между прочим, можно было бы ей баллов подкинуть немного, за полезные тренировки или что-то типо того. А то я её планы несколько поломал.

И вот была некая «традиция» — хоть турнир подразумевал «все против всех», но первые схватки проводились один на один. Причём тот же Себ, поддержанный Олафом, мне это преподносил как «правило». Но я не поверил и правильно сделал: так было именно принято, ничего запрещающего в первом поединке нападать на кого угодно в любой конфигурации правила не содержали. После первых поединков «дуэльные» правила были бы самоубийственным бредом: многие команды теряли членов команды. Так что «правила» не была, была этакая «благородная традиция», на которую в критической ситуации вполне могли «благородно забить». И есть у меня подозрения, что на нас после тренировочных боёв накинутся если не все, то ощутимая часть противников. Считать, что им лёгкость в голову ударила, как нашим — глупо. Не было у них лёгкости, а были неоднократные проигрыши нам.

Соответственно, выходило, что мы безальтернативно сливаемся: никакие щиты и огневая мощь не вытянут противостояние с парой десятков Инвиктусов. Нас просто снесут, пусть и не слишком быстро и не без потерь. Но сливаться я никакого желания не имел: мне, блин, баллы нужны! И вообще — дать по наглой коллективной морде противников дело правильное. И был Путь, причём хороший, чистый, но…

— Олаф, мне нужна полость в земле, пятнадцать метров диаметров и не меньше пяти метров глубиной, в идеале — круглая, — озвучил я, как только мы вошли под поле. — И быстро! — повысил голос я, видя что колобок собирается пререкаться, судя по голо его физиономии и звукам.

— Я… сделаю. Под нами?

— Да. Себастьян, спеки стены полости, не расширяй, но уплотни, — продолжал я раздавать распоряжения.

Собственно, у Олафа ямища, пусть кривоватая, уже получилось: молекулярный деструктор — это сила. Правда заполненный атомарной, в самом прямом смысле, пылюкой. Себ хмыкнул, ну и вжарил термическим метателем, спекая землю в стеклянистую субстанцию (что было не слишком нужно, но не помешает), ну и сплавляя пылюку (что было уже почти критично нужно).

— А теперь, у меня отличные новости, команда! — радостно заявил я. — Полезаем в яму!

— Гал, ты не… — растерянно начал было Себ, но тут его прервал Плотник.

Вообще, Инвиктусы, даже подключённые к сети команды, были товарищами молчаливыми, тихими и немногословными. Общались в основном в приватном канале со своими пилотами, обменивались пакетами тактической информации без слов — целеуказания, разведывательная информация и всякое такое. Исключением был Макенси Мари — но этот Инвиктус ревел вместе с хозяйкой лозунги и боевые кличи, как я понимаю — в ритуально обусловленных местах. Ну а про Бронзового можно не говорить — своим «дурачьём» он ощутимо поддостал команду. Впрочем, не настолько, чтобы у меня просили заткнуть это бронзовое чучело, так что я просто забил.

И вот, фактически впервые на моей памяти Плотник Олафа обратился не «абстрактно», в боевой чат с какими-то данными или уточнениями, а именно адресно, причём ко мне.

— Ты хороший форинг, Безмолвный, — негромко прошелестел Инвиктус.

— А? — удивлённо подал голос Олаф и замолчал.

Очевидно, начал приватный разговор со своим Инвиктусом, который потопал к яме и сиганул вниз, присоединившись к спрыгнувшей через секунду после указания Мари.

— Э-э-э… — протянул Себ.

— А я, кажется, поняла, — так же задумчиво, но более осмысленно протянула Гилла.

— Время! — повысил голос я. — В яму, а то ни черта не успеем!

Сидороффы сиганули, а последним брякнулись мы с Бронзовым. И тут же он начал работать над конфигурацией поля — полевое укрепление стенок, превращающих рыхлую почву в с трудом поддающуюся барионному клинку броню. Ну а поле сверху — само собой.

И как мне он нервы-то помотал, когда я ему рассказал про Путь!

— Я?!! ЭНЕУС ЭКВИС?!!!! КАК КРЫСА, ПОД ЗЕМЛЮ?!!!! НЕ БЫВАТЬ ЭТОМУ, ДУРАЧЬЁ!!!! — громыхал Эмик, натурально подпрыгивая от гнева.

— Значит продуем, — согласно кивал я, прочищая уши — даже в ИР понадобилось после этого рёва, хотя, скорее всего, психология. — Эмику понятие «военная хитрость» не доступно. Эмик крушить!

— ДА… ПРЕКРАТИ ИЗДЕВАТЬСЯ, ДУРАЧЬЁ!!! Ищи другой дурацкий Путь, — вдруг, относительно успокоившись, надуто буркнул он.

— Более дурацкого я не нашёл. У нас нет времени, Эмик, а этот Путь — надёжен.

— Объясняй! — разгневанно и одновременно мученически потребовал Инвиктус.

Ну я и объяснил — нас будут выносить толпой, первыми. Проценты вероятности пляшут, но это вероятность не того, «будут ли», а того, «будут ли все и сразу». Но три команды из восьми — стопроцентно, да и что все восемь — довольно высокая вероятность.

После объяснения Эмик дал себе волю (ну, он и так не особо себя ограничивал, но на этот раз аж вулканист заглянул в агар, на тему того, что я с безобидным Инвиктусом творю, что он так страшно верещит), орал минут сорок. Не столько даже на меня, а вообще, в адрес нехорошей Вселенной. Несомненно завидующей Величию и Мощи Энеуса Эквиса, ну и старающейся его унизить. Мне, конечно, тоже досталось, но не особо — не больше пяти минут недоумков-дурачья. Практически похвалил, мысленно посмеялся я, стараясь не обращать на рёв и грохот внимание.

— Вообще, кто-то вот тут передо мной распинался в романтических чувствах, практически порочной страсти к Жнецу МК 23978 А, — нейтрально произнёс я.

— НЕ ПЕРЕВИРАЙ МОИ ПРЕКРАСНЫЕ СЛОВА, ДУРАЧЬЁ!!! — грохнул Эмик. — Но да, хочу, — признал он тоном ниже.

В общем — уломал, резоны Бронзовый принял. А сейчас он создавал нам временный бункер, с полевым укреплением, ну и хрен нас из него выковыряют, в обозримое время.

— Не понимаю, — буркнул Себ, после моих объяснений. — Две вещи. Первая: почему мы узнаём об этом сейчас, Гал?!

— Потому что после второго боя в ИР с Инвиктусами — вы бы не стали меня слушать.

— Ты бы объяснил…

— А я не должен объяснять, граф Сидорофф. Вы признали меня главным, на этот турнир. И я не должен «объяснять». Это просто гибельно — приказы должны выполняться. А если бы я начал объяснять — то в самый неподходящий момент кто-то бы начал спрашивать «на хрена?!» И мы бы проиграли.

— Я… ладно, хорошо, понял. Не совсем согласен, но понял, — выдал Себ. — Но теперь ты отвечаешь на вопросы, так?

— Так, — согласился я, наблюдая на копошения сверху.

Последние искренне радовали. Все восемь команд противников копошились вокруг, примеривались.

— Одну секунду, — озвучил я. — Мари, полезай на наши плечи. Перемещайся там свободно, Бронозовый скинет тебе карту сегментов поля…

— Скинул, — прогудел Эмик.

— Отражай атаку барионными клинками.

— ХАЙ!!! — грохнула девица хором с Инвиктусом и полезла нам на плечи.

— Продолжай, Себ.

— Да, я к чему. На часть моментов ты ответил своим распоряжением. Но там наверху — сорок Инвиктусов. Мы с ними не справимся, их слишком много, Гал!

— Не справимся, — подтвердил я. — Но ты ошибаешься, Себ.

— В чём, изволь объяснить?! — с чувствующейся аристократической задиристостью рявкнул приятель.

— Наверху не сорок Инвиктусов.

— Вы, шевалье, разучились считать?!

— Кто и что разучился делать, Себ, подумай сам! И дослушай. Наверху не сорок Инвиктусов. А восемь команд по пять Инвиктусов, — сообщил я.

В ответ была тишина, после которой Олаф громко захохотал, а потом к нему присоединились прочие, кто-то неуверенно, но заржали все. По моему — не от веселья, а сбрасывая негатив и напряжение, ну кроме Олафа — ему реально было смешно. У парня нормальное и правильное чувство юмора, хех.

— Поня-а-атно, — отхихикав продолжил в натуре граф. — Ты думаешь — сработает? — уже с некоторым беспокойством и интересом уточнил он.

— Там — новички. Наши ровесники. Не лучше, а хуже нашей команды, а проблемы появились даже у нас. Внутри команды, — завуалированно ответил я.

Ну, в общем-то, в этом и состоял план. И закопались мы не столько для того, чтобы обезопаситься (хотя и это тоже, но далеко не основная причина). А для того, чтобы команды противников были сами у себя на виду, маячили, подставлялись, раздражали друг друга своим видом. Путь был практически гарантированно чистым — кто-то точно не выдержит. А разбить ситуативный союз противников, построенный на опасении нас — достаточно одной атаки. Да неловкого движения, принятого за атаку.

Вероятность того, что «не сработает» — мизерная, на столкновение противников толкало слишком много факторов. Но, даже если они будут сплочены, у нас есть шансы. Правда пока их стоит придержать — излишняя откровенность расхолаживает команду. И во время озвученное решение — повышает командирский авторитет. И… КАК МЕНЯ ДОСТАЛА ГРРРРЁБАНАЯ ЭТИКЕТКА!!!!

Взревел я это мысленно и задышал ровно, успокаиваясь. Дело в том что последние недели я думал и жил в поиске Пути к Цели. Это… правильно. Но неестественно, неприятно, раздражает, чтоб его! Я, подходя к зеркалу в уборной, КАЖДЫЙ раз боялся, как дурак, что из зеркала на меня, вместо лица, уставится хромированная рожа Никса! Или что-то такое. Этикетка реально вещь, но вещь для решения проблемы, поиска Пути. Жить, руководствуясь ей — стать пиитом, ну или типа того. Даже не киборгом, а рациональной машиной. Воспринимать окружающих не как людей, а функции уравнения на поиске Пути.

Не хочу, противно. Да и пугает немного, если начистоту, а главное — просто не хочу. Хочу быть человеком, Галеном Безмолвным! А не хер пойми кем, ищущим бесконечные Пути к бесконечным целям!

Но пока — надо, взял я себя в руки, отстранённо наблюдая за врагами. Вражины были в затруднении: постреляли по щиту сверху — без результата, верхний сектор Эмик прикрывал непробойными сегментными щитами. Один продуманный тип начал расковыривать землю, барионным клинком. Решение разумное, но полевое усиление материи — это не щиты. Да и Мари не спала и её Деремита практически отсекла манипулятор с клинком у продуманного. А, через секунду, к ней присоединился Плотник — его рапира-Окс была довольно длинной. В общем, вражины стояли перед проблемой, уже с потерями: один штурмовик фактически лишился руки, до того времени как до него доберутся вулканисты.

Кстати, были ОЧЕНЬ редкие Инвиктусы-ремонтники. Как скрипел Коллектор — появлялись они «на выдачу» только во время всеимперских войн. Реально единицы, на весь наш субсектор, да что там субсектор — на сектор, шестую часть Галактики, на минуточку! Они работали редчайшей системой микророботов, которые сами и продуцировали, медленно и неторопливо. Были не столько боевиками, сколько фабриками по репликации этих чудесных мелких машин. Которые за минуты восстанавливали механические повреждения и, частично — технические. Но таких в Академии на текущий момент не было, ну а про наших противников и говорить не стоит.

Стояли, переходили с места на место, примерялись делать подкоп, постреливали паря на ионниках… И началось. Именно в воздухе: один из стрелков неудачно сманеврировал и одновременно выстрелил, попав в Инвиктус-копщик. Может и специально, но это было неважно. Стволы и клинки нацелились на нападавшего и его команду, ну и наоборот. Несколько наиболее разумных Инвиктусов демонстративно бросились к месту конфликта, подняв манипуляторы. Но, несмотря на разумность, это было глупо — они первые и огребли. А потом в инвиктусорубку включились и прочие. Даже те, кто не собирался драться, а хотел навалять нам. Потому что месилово УЖЕ началось, шансы справится с нами — падали с каждой секундой. А проходных мест отборочного — ограниченное количество, хех.

— Ты был прав, Гален, — неожиданно произнёс Эмик личным каналом. — А они — ДУРАЧЬЁ! ХА-ХА-ХА!!! — заржал он довольно. — ЖЕЛАЮ ПОРАЗИТЬ ПРОТИВНИКА КИСТЕНЁМ!!! — вдруг взревел он. Ну можно, наверное, прикинул я. Да и опробовать оружие в бою смысл имеет. Так что очередной, откинутый на щит Инвиктус получил от нас барионным клинком в корпус. — ЕЩЁ!!! — Хорош. Эмик, — отрезал я, хотя и сам был доволен. — Демонстрировать цепь, а тем более твое управление клинком полями — не стоит. — ДУР… Дуэли, да? — Угу. — Ладно, опробовали. Я доволен, — просветил меня Инвиктус.

В общем, в условиях скученности, беспорядочных атак и всякого прочего — бой наверху надолго не затянулся. Более того, проекторы турнирной площадки регулярно оттаскивали Инвиктусы в стороны — то ли добивали, то ли мертвецы взбунтовались, деталей не понять. Но три команды уже вышибли, согласно телеметрии турнира, в полном составе.

— Бронзовый, снимай укрепление, — распорядился я.

— Не рано ли, командир? — уточнил Олаф, на что я, бегло подумав, решил ответить.

— Не рано. Полевое укрепление кристаллической структуры — не мгновенное дело. А переконфигурирование полей в нормальное состояние даже дольше. Поспешим и останемся без щитов на час, в лучшем случае.

Через десяток минут, когда из нашей засадной ямы вырвалась колесница, в строю оставалось всего шесть Инвиктусов. Причём с условными, да и не очень повреждениями. Попробовали скоординироваться, но слаженные залпы не дали, разнося и без того просаженные щиты (точнее — перегретые эмиттеры и конденсаторы, как занудно громыхал Эмик). В общем, боя толком не было, а было добивание. Последний лёгкий штурмовик попробовал пофигурять в воздухе на паре ионников. То ли потянуть время, то ли чёрт его знает. Деструктор Плотника снёс ему остатки щитов, покорябал броню и последний противник стал помечен как выбывший.

— Победа… Победа!!! — совершенно по девчоночьи, радостно, завизжала Гиллара.

И народ, да и Инвиктусы прорвало — орали и радовались в командном чате. А я обмяк в пустоте ИР, с улыбкой. И вправду, победа, а главное холодные тиски этикетки отпускают. Можно и расслабится, наконец-то!

37. Солнечный привет

В общем, победу провозгласили, а я, довольно опустошённый, топал на Бронзовом в ангар. Устал как собака, перенервничал и вообще. На вопли Бронзового о величии и «КАК МЫ ЭТО ДУРАЧЬЁ!!!» вяло поддакивал. И вообще, имел в планах кровать, чтоб отойти от всего этого и проснутся уже нормальным собой, а не искателем Путей. Но с этим меня обломали ребята — что, возможно, к лучшему. На выходе из ангара стояли знакомые, полузнакомые и незнакомые слушатели, далеко не только с нашего потока. И, всунув мне в руки какую-то кружку с игристым вином, потащили вдаль. А точнее — в крыло центральной столовой, которая называлась Пиршественной Залой. Для всяких торжеств там и прочего.

Довольно занятным выходил момент, что на нашу команду вообще и на меня в частности — не дулись, не обвиняли в мошенничестве или чём-то таком. То есть, народ довольно благожелательно выражал благодарность за отменное зрелище. Даже бывшие противники не особо злобствовали. Зыркали, конечно, но без обещаний взглядами убить в подворотне.

Выходила довольно приятная вечеринка, заскочили несколько мастеров наставников и лекторов, похвалили нас. В общем — скорее приятно, чем нет. Ну и наверное даже лучше, чем просто лечь дрыхнуть. А, рассказывая ряд моментов (далеко не все, я расслабился, но не настолько же!) я заметил, как ко мне пододвигается такая… симпатичная вся из себя блондиночка. И ОЧЕНЬ однозначно зыркает на меня почти фиолетовыми глазами. И вообще — ну вот просто СОВСЕМ очевидно что не против, и на руку на колене только кивком отреагировала с улыбкой. Нет, на самом деле причина её интереса может быть совсем не романтической, а очень прагматической. Потому что она — пилот одной из противостоящих нам команд. Но мне вот, если честно, похер, причём во всех смыслах этого слова, хех. У меня — потребности, это раз.

Вот стала этикетка «отпускать» очень даже фактурно проявились. Таскаться в Силицию к Ритульке, даже найдя вроде и безопасный путь — да нихера не безопасно, если начистоту! И вообще, пусть даже у неё свои коварные планы — мне банально охота эту дурацкую ситуацию с женским полом в академии сломать. Да до смешного — выслужившиеся, дядьки в возрасте и то явно с аристократками мутят. Ну, заметно. Скорее всего — это один из элементов вербовки, но сам факт!

На мне как проклятье из детской сказки какое, что мне категорически не нравится, ну и возможность его «снять» — очень желателен. Ну и приятен, не без этого.

В общем, руку я не убирал, а стал поглаживать и вообще. И блондиночка Лаура Форест — ни вполне к этому одобрительно относилась, щебетала всякое «какой ты Гален замечательный-умный» ну и прочие, объективные и правдивые вещи говорила. В общем, от общего веселья я по понятным причинам отвлёкся, внимание сконцентрировал на девице. И отвёл её в закуток, на балкончик. И «да», была она вполне не против, целовалась очень приятно, радовала всякими интересными выпуклостями и впуклостями, которые я пощупал и изучил. А чего не пощупать, раз щупается-то?

В общем, всё шло к приятному продолжению в апартаментах, а то и чем чёрт не шутит — относительно долговременной связи, хотя бы на время обучения. Да и…

— ТРЕВОГА ПО АКАДЕМИИ!!! — вдруг громыхнул механический голос под завывание сирен. — ИНСТРУКЦИИ НА БРАСКОМАХ, ПЕРСОНАЛУ УКРЫТЬСЯ В УБЕЖИЩЕ!!! — продолжал надрываться этот сволочной голос под зловредные сирены.

Лаура от меня отстранилась, бросила взгляд на браском… и убежала! Натурально, бегом ринулась с балкончика!

— Пи…дец… — охарактеризовал я ситуацию, потому что других слов не было и быть не могло. — Да они все надо мной издеваются!!! — пожаловался я расположенному неподалёку Туррисвиру, который на меня даже беломраморным глазом не взглянул.

Но вдруг перехватил Жнеца и прыгнул, расправив крылья. И унёсся ввысь. Видимо и вправду что-то случилось. Хотя, было у меня подозрение, что какая-то академическая сволочь высокого полёта испортила мне личную жизнь «по приколу». И сейчас радуется, потирая подлючие ручонки.

В общем, заглянул браскомм и почуял, как у меня зашевелись волосы на разных местах. Дело в том, что новости были сводкой с поля битвы, не больше не меньше. А именно — над Силицией сейчас бушевал геллиот. Трансгуман, один единственный, что было бы смешно. Если бы не было страшно. Геллиоты были одними из трасгуманов, ссылки на данные о которых давал Василий. И их описание меня пробрало до нутра, несмотря на пометку «условно-благожелательны, нейтральны, случаи агрессии редки». Потому что описания «редких случаев» в большинстве своём были об обугленных планетах и выжженных лайнерах.

Геллиоты возникли, да и жили в галактическом Ядре, начав путь к своему трансгуманизму задолго до возникновения Империи. Но пошли своим, странным и… ну не знаю, мистическим что ли путём. Существование на границе с коллапсаром, в чертовски плотной звёздном скоплении, жесточайших электромагнитных полях, со скачками гравитации. В общем — мрак кромешный, КАК они выживали будучи людьми и, главное, ЗАЧЕМ — исторические сводки не содержали. Но жить в этих жутких условиях они продолжили, и видно достала их вечно ломающаяся техника. Начали они изменять себя, идя по пути кибернетизации, но странной. Как раз микророботами, компенсирующими, отводящими энергию и прочее такое. Внешне выглядели как люди, никаких отличий, хотя микророботы по сводкам составляли до половины их плоти. И даже помогали Империи в войне с каменюками — поставляли ресурсы, добровольно и безвозмездно. Да и воевать их в кромешье Ядра вряд ли вышло бы, воюя с лаписами.

То есть, в информации о геллиотах появляется лакуна почти на полторы тысячи лет. Империи не до них, враждебности не проявляют, помогают. И вот за эти полторы тысячи лет у геллиотов происходит «качественный переход». Технический, как понятно, но на каких технологиях, как это возможно и вообще — не знали и не понимали даже пииты, их охреневание было в сводках отчётливо отражено. А результатом этого перехода стала… энергетическая форма жизни. Именно так, и никак иначе. Всё что можно назвать «плотью» геллиотов — высокотемпературная плазма и ЭМ поля. То есть, теории о полной микрокибернетизации, использовании пограничной физики были, но бездоказательные. Попытка научно объяснить, как кубический километр-другой перегретой плазмы (могущий быть и в форме двухметрового человека, но той же плазмой) являются, пусть частично и когда-то, человеками.

В общем — что-то запредельное, заставляющее думать о мистике и магии, ну да и чёрт с ним. Есть эти геллиоты, живут себе в ядре, вроде бы даже возможности размножения лишились (недостоверно) и угрозы не представляют (почти). А «почти» не представляют вот почему:

В своей новой энергетической форме они оказались способны к сверхбыстрому межзвёздному перемещению в теле. Так-то, будучи плазмой и ЭМ полями, чёрта с два они смогут воспользоваться межзвёздной навигацией — просто спалят нахрен своими звёздными телами технику. А на свете между Звёзд телепаться — дело настолько долгое, что таким бредом и трансгуманы заниматься не будут. Но, как оказалась, почти забытая теория о «кротовых норах», соединяющих мощные гравитационные колодцы через многомерные пространства — работает. Для материальных структурированных объектов — кораблей там и прочего — не работает, да мы и не жалуемся. Но энергоплазменные тела геллиотов оказались способны к путешествию этими норами. Грубо говоря — нырнул в звезду и, через считанные минуты, вынырнул из другой звезды.

Собственно, выжженая в самом прямом смысле слова звёздная система была для Империи демонстрацией этой возможности. Помимо системы уничтожено два десятка ударных десантных крейсеров и найден способ борьбы. Запредельно сложный, на пограничной физике, но корабли с Мю-проекторами, как назвали это оружие уже не первое тысячелетие стоят на страже. И, чтоб его, такой корабль в Вирде Грамен есть! Только ему до нас не меньше четырёх часов переться, системная навигация, бессердечная сука!

Так вот, ещё до окончательного решения вопроса с геллиотом выжегшим систему, к представителям Империи обратились сами геллиоты из ядра. И выдали такую информацию: так и так, мы можем путешествовать этими норами. Исследовали, узнали. Но не будем: путь через нору в трети случаев приводит к исчезновению геллиота вообще, в трети — к нормальному финишу. А в трети случаев — к «нарушению структурной и ментальной целостности». Нам, мол, это не надо, но идиоты и у нас есть, так что предупреждаем. И свалили.

Судя по всему, существующее в виде энергии и нанороботов тело геллиота получает в этой самой норе повреждения. И в трети случаев — выходит просто безумец. С мощью небольшой, но околозвездной. И… последствия ясны. Как выяснилось, в процессе расследования, с доставкой в сожённую систему геллиота силами Имперской Космонавигации, чудовище, выжегшее в пепел планеты, станции и корабли… регрессировало сознанием до ребёнка. Он… играл в людей и технику, просто не понимая последствий своих действий.

Лакуна в ссылке на десять лет — видимо Император (и не только он) думали, совещались, вели переговоры. И пришли к решению — геллиотов в Ядре не трогать. Потенциальная опасность была осознана, ну и принята терпимой, по сравнению с противостоянием. Вообще — чёрт знает, не мне судить. Резоны я, ну примерно, понимаю. Вот не хотят эти геллиоты, кроме отдельных идиотов (что вообще мне кажется бредом: как эти груды энергии могут быть «нормальными» — непонятно, но ведь есть!) прыгать норами.

И вот прилетает карательная экспедиция с Мю-Излучателями Имперского Военно-Космического Флота и начинает их карать. Так они в звёзды кинутся, без вариантов! Там тридцать процентов выживания, а против ВКФ — вообще нет. Так ещё мстить начнут… Ну, в общем, Император посчитал, что эксцессы с отдельными «геллиоидиотами» — неприятно, но последствия войны с этими трансгуманами страшнее. И примеры «боестолкновения» с геллиотами единичны, за тысячелетия, хотя может и не все случаи описаны, тут чёрт знает. Но точно ничего совсем страшного даже субсекторального масштаба — у нас такой вой бы поднялся, что никакой Департамент Благого Знания не справился, факт. В общем, решение не воевать выглядело вполне разумным, если бы не этот сучий геллиот, буянящий над Силицией!

— Пилоты Империи! — вдруг загрохотал голос Магистра Академии динамиком. — Я не приказываю — прошу о помощи. Помощи не в борьбе с отринувшим человеческую природу чудовищем — с ним не справится никто из нас. Но отвлечь его, не дать превратить планету в обугленные руины мы можем. Весь персонал Академии и защитные роботы покидают Академию, — сухим голосом заключил он. — Кто не желает подвергать себя опасности — могут остаться. Щиты Академии выйдут в режим «Алмазная Цитадель» через семь минут. Я закончил, время дорого.

И отключился. А я побежал в ангар, к Бронзовому. Отметил пустую залу, но продолжил бежать. Это… ну просто правильно. Понятно, что ни черта с этим чудовищем, взбесившейся звездой, не сделаешь. Но у Инвиктусов есть хотя бы ШАНС. Щиты там и прочее, хотя бы не сразу зажарятся от этого урода. А у людей и зданий — шансов нет. И оставлять город на сожжение… Да и Ритку… Да и не только город, планету! Не по мне это, в общем, окончательно решил я, ускоряясь и забегая в ангар. На ходу скинул с браскомма сводку Бронзовому и рухнул в выдвинутый ложемент.

— В курсе. Готов к бою, — прогрохотал Бронзовый, еще до того как темнота развеялась. — Системы в порядке, повреждений нет, поля в рабочем режиме, — закидывал он меня даннными.

— Боеготов, в общем? — смахнул я экраны мыслью.

— ЕСТЕСТВЕННО, ДУРАЧЬЁ! ЯВИМ ВЫРОДКУ МОЩЬ ИМПЕРИИ!!!

В общем, потрусили мы с грохотом из ангара. Всё-таки медленные мы, блин, еле успели за отведённое Магистром время: сияние выведенных на предельный режим полей «Алмазной Крепости» осветило нас меньше чем через минуту, как мы миновали зону защиты. Но успели и телепались. И, помимо всеобщего боевого канала Сил Планетарный Обороны, куда Магистр подключил и каналы Инвиктусов, было видно, что происходит. И поганое зрелище это было! В центре Силиции, частично скрытый покосившимся и оплавленными домами, стоял (или парил, хрен этого урода знает) огненный великан. Здоровенная плазменная херовина, в виде человека с идиотски улыбающимся лицом. Ну и одного того, что башни просто «плыли» от жара — хватало. Жертвы уже идут на сотни тысяч, а то и миллионы.

При этом, этакое облако-скопление Инвиктусов далеко впереди (ну они на ионниках, блин, а мы на колеснице!) пока в бой не лезло. Пока роль отвлекающего фактора исполняли Туррисвиры, кружащие в небе вокруг геллиота на своих белокаменных крылах. И гибли, один за другим: эта скотина с идиотской улыбочкой махал огненными ладонями, хлопал в ладоши, отчего защитные роботы вспыхивали и просто исчезали для глаза. Падая на землю в виде пепла, окалины и капели расплавленного металла.

Атмосферные суда Планетарной Обороны кружили в небе, стреляя, но без ущерба твари, и тоже гибли. Вообще, Магистр рявкнул голосом в канал Инвиктусов, после нескольких залпов:

— Не тратьте энергию на стрельбу! Целостность тела этой твари не критична, только целостность сути! Стрелять только когда Туррисвиры будут уничтожены, привлекая внимание! Наша задача — отвлечь геллиота до подлёта на орбиту судна-проектора!

— В сводке от тебя упоминалось о проекторах, Гален, — вдруг задумчиво выдал Бронзовый внутренней связью.

— А ты не знаешь?

— ДУРАЧЬЁ! ЗНАЛ БЫ — НЕ СПРАШИВАЛ!

— Какие-то мю-поля…

— КАК?!!

— Оглох что ли?! — возмутился я. — Мю-поля, Мю проекторы, деталей не знаю. Или ты… — начал было я понимать, но был прерван громовым гоготом, причём и внешний динамик его транслировал тоже.

— ХА-ХА-ХА-ХА!!! — радостно и громогласно ликовал Эмик. — ЭТА ТВАРЬ ПРИШЛА СЮДА СЕБЕ НА ПОГИБЕЛЬ! СЛЫШИШЬ, ВЫРОДОК?!!! — взревел он, — ТЕБЕ ПИ…ДЕЦ, ГНУСНАЯ ТВАРЬ!!!

А я пытался понять — похоже, мы с Бронзовым, с какого-то хрена, входили в ту самую «синергию». Причины непонятны, но судя по описанию — выходило так. Его и мои желания, управления Инвиктусом были… ну как бы общими. Эмик хотел орать, глумится над врагом — но и привлечь его внимание, как и я. Чтоб не дать убивать беззащитных., мы то продержимся, наверное. И мат — мой, потому что сам Бронзовый при всех своих достоинствах матом не злоупотреблял. А главное, не было запроса от машины, на допуск ИЛ к динамикам — я просто пожелал разрешить и он заорал, без формализованного оформления. И чувства странные появились, вне «тела» — видимо поля. В общем — даже неплохо. И радость Бронзового я стал понимать, как и его план — мы реально сможем нанести твари повреждения. Не факт, что уничтожить — наших щитов не хватит на эту плазменную тушу. Но повредить — точно. Потому что это самое Мю-поле — часть сложносоставных полей Бронзового. И даже сейчас, оря и обзываясь, он послал желание запрос, получил желание согласие и реконфигурирует работу эмиттеров на проецирование именно этого Мю-поля.

— Безмолвный! Угомони своего бронзового дурака! — пришло личное послание по боевой сети от Магистра.

— Нет. И Эквис Энеус — лучший Инвиктус Империи, — ответил я(мы?) — ну правильно, в общем, ответили. — Мои щиты выдержат и… Я — ЗНАЮ ЧТО ДЕЛАЮ, СТАРИК! НЕ МЕШАЙ И ВОСХИЩАЙСЯ СИЛОЙ И МОЩЬЮ НЕИМОВЕРНОЙ!!!

После чего мы просто отрубили связь. И, ревя всякие глупости, как отмечал мы-я (очень вдохновляющие и правильные мудрости, как отмечал мы-Эмик) мы телепались к огненной сволочи. И орали… как мы орали. Пластостекло на домах, до которых мы добрались, начали покрываться трещинами. Но вопли были не бесполезными — огненная рожа с идиотским выражением взглянула на нас, ухмыльнулась.

— НОВАЯ ИГРУШКА! — высоким, ультразвуковым голосом провыл геллиот. — НАДЕЮСЬ — ПОПРОЧНЕЕ… — с этими словами вокруг нашего щита заклубилась буря энергии, но щиты держали. — ПРОЧНЕЕ! ПРОЧНЕЕ!!! ВЕСЕЛО!!! ПОИГРАЕМ!!! — выл этот плазменный идиот.

— Поиграем, — перестали орать я-мы. — И тебе эта игра не понравится.

— ПОЗНАЙ МОЩЬ ИМПЕРИИ, ВЫРОДОК!!! — вполне уместно добавил я-Бронзовый. — ПАДИ ОТ МОЩИ ЭКВИСА ЭНЕУСА!!!

38. Триумф

Плазменные вспышки вокруг нас и возмущения ЭМ поля мы просто игнорировали, щиты прекрасно держали. А геллиот «повёлся» на «прочную игрушку», переключив внимание на нас. Что и прекрасно. И вдумчивую беседу, в которой даже предлоги были нецензурными, между Магистром и Главой Системной Обороны Супербии я бы послушал повнимательнее… Но было не до того.

— Эмик, он может…

— Убежать. Допустить этого нельзя, — подхватил слово-мысль ИЛ, и мне пришёл образ.

Немного смешной, но вообще — правильный: этакие крюки-зацепы, соединенные ну… сетью. То есть, часть полей как бы «вонзится» в плазму твари, так что отлететь от нас он сможет только потеряв значительную часть массы.

— А ты уверен, что это для него критично? — уточнил я.

— Нет, дурачьё! Я про этих выродков только что от тебя узнал! Но, если он уязвим для Мю-кваркового резонанса… — начал выдавать какие-то формулы Эмик, но прислушался к гулкой тишине в моём черепе, возникшей от этой абракадабры и вздохнул, — Неуч! Значит, смотри: перед нами не тело. А проекция. Из волшебного места, — кривлялся он. — А мы зацепимся за это волшебное место, будем бить, цеплять и убивать одновременно и проекцию и настоящее тело. «Суть», как говорил этот старик-Магистр. Ты понял?!

— Понял. Но это всё неточно.

— Уж как есть. Потянуть время…

— Мы в любом случае… Опасность!

— Вижу. Без вариантов, лови!

И перекинул на меня управление… ну по сути — аналогом рассекателя из полей. Видно почувствовал, что мне будет удобнее. А колесницу просто развеял, потому что за долю секунды, что мы общались, на нас летел огромный, оплавленный кусок здания. Запущенный этим скотским геллиотом как камень. Ну а в ощущениях я быстро понял причины действий Эмика: транспортная плоскость просто не выдержит силы импульса. Нам не повредит, но Бронзового сдвинет, что нарушит саму возможность «существовать» этой плоскости. Реальная магия, ритуальная, мысленно хмыкнул я.

А сам развеяв колесницу — Бронзовый не терял «настройку» и имел возможность восстановить её через минуту-полторы. Правда мне пришлось, как и рассекателем, захлестнуть сформированным полевым жгутом оплавленное здание, подкидывая нас. Точнее даже не захлестнуть, а вдолбится, что в общем не принципиально. Причём делать это не сразу — глыбу надо было пропустить, встречать его любом, пусть и прикрытым полями — идиотизм. И так у нас начинались если не проблемы…

Ну, скажем так, на данный момент Бронзовый формировал это «волшебное» Мю-поле, переориентируя эмиттеры именно на него. Пускал на него энергию и всякое такое, только это поле — ни хера не защитное поле. То есть, его функцию, естественно, может выполнять и даже выполняет, но в очень узком диапазоне воздействий. А защита у нас сейчас идёт на пять процентов от потенциала, что вообще-то очень немало для Инвиктуса. Но вот уже не «неразрушимая цитадель», а противник у нас непростой. Так что от лишних ударов и прочего лучше беречься. И так от высокотемпературных вспышек толком не убережёшься: эта сволочь создаёт высокоионизированные каналы, там дёргайся-не дёргайся — всё равно попадёт.

Кусок здания, вращаясь и разваливаясь, просвистел над падающими нами, и я врубился полевым жгутом в здание, подкидывая нас. Место «врубки» треснуло и осыпалось, но хуже чем геллиот мы уже не сделаем. Центр Силиции, кроме тех, кто успел эвакуироваться, и так уже мёртв — температура и электромагнитное излучение. А нас подбросило, идиотская перекошенная морда геллиота, не сводящая с нас сверкающим белых глаз, захлопала губищами, но мне было не до того. Мы как бы не очень аэродинамичные и, вдобавок, тяжёлые, так что летели недалеко, тратя большую часть энергии от рывка жгутом на ломание зданий. Не всю, и то хорошо, но неуклонно снижались при скачках, да и ощутимо замедлились.

— Прыгай, платформа! — рявкнул на определённый момент безумных прыжков в потоках пламени Эмик.

А я понял, что он имеет в виду. И впечатался в здание не жгутом, а телом. И прыгнул, корёжа здание, в направлении здания, прикрывающую тушу энергета. Под нами сформировалась колесница, мы замерли — в смысле полетели на трёхстах километрах в час, максимуму, который могло выжать это транспортное средство. И начали пробивать перегородки мёртвой, оплавленной башни-небоскрёба. А, через полминуты, влетели в потоки плазмы и излучения, бывшего телом геллиота. Бронзовый развернул задуманную конфигурацию поля, а я рулил платформой, двигаясь сквозь плазму. И несколько напрягался — показатели эмиттеров полей и энергоконденсаторов показывали неуклонное ухудшение состояния.

— СПР-Р-Р-РАВИМСЯ!!! — прорычал Эмик, чувствуя моё напряжение.

И тут, даже в плазме, до нас донёсся громоподобный высокий визг — похоже энергета проняло. И ладно бы только визг — море плазмы вокруг нас начало ощутимо колебать, появились высокотемпературные и энергонасыщенные потоки, направленные на нас — геллиот явно хотел избавиться от причиняющей ему боль букашки. Причём плазма вокруг колебалась, то рассеивалась до почти прозрачности, то сжималась до запредельных значений, но видимо «волшебное тело» было надёжно закрючено Мю-полями.

Визг всё длился, мы уже почти замыкали круг, охватывая часть «тела» геллиота в этакое «ловушечное кольцо в крюках и сетке» как по нам стал бить по настоящему. Температура росла буквально тысячами градусов, напряжение эмиттеров увеличивалось на глазах.

— Отменяй!!! — рявкнул я.

И Бронзовый понял, развеивая транспортную платформу. И мы полетели вниз, уходя от направленных ударов плазмы. Как бы «волоча» кольцо крючьев и полей за собой, не только «тут», как я понимаю, а и там где прятал своё «микророботное» или ещё какое тело энергет. Визг просто вышел за пределы слышимости, температура падала, а мы всё падали, падали и упали. Тяжело рухнули в лужу растопленного металла и почвы, хорошо хоть не разбились. А наверху рассеивалась в воздухе плазма, бывшая огромным телом геллиота.

— Всё? — удивлённо уточнил я.

— НЕТ!!! — прогрохотал Бронзовый.

А я почувствовал направление восприятия-презрения-жажды разрушения Инвиктуса. И увидел, в схематично изображённом кольце полей, обвисло тело. Практически человеческое, метров трёх высотой, уже не белоснежное, а красного пламени. Страдает, сволочь, порадовался я, наблюдая как это тело шмякается рядом с нами. Раскинулся на расплаве, рожей страдающей на нас уставился. И, смотря не белыми, а уже оранжево-жёлтыми глазами, пропищал:

— Пощади…

Вот взбесила тварь, нечеловечески!!! Мы тут в центре живого города, который мёртвый! И люди умирали тысячами, десятками и сотнями тысяч, в муках! А это… существо, «игравшее», чтоб его, молит о пощаде?!!

— НЕТ ТЕБЕ ПОЩАДЫ, ВЫРОДОК!!! — взревели я-мы, подскочили к распростёртому телу. — ПАДИ ОТ РУКИ ЭНЕУСА ЭКВИСА!!!

И, с размаху, опустили ногу, окружённую полем, на голову твари, разбрызгивая плазму… Знатно разбрызгивая — нас просто смело потоком, щиты ушли в красный сектор, мне стало… блин, да я щаз сгорю! Но мысль метнулась, да и погасла. Ну а что делать? Орать «я щаз горю» — глупо. Сделать я ничего не могу, значит надо гореть, раз уж горится. И гордится — это мы с Бронзовым… Отожгли, засмеялся я, с удивлением поняв, что температура падает.

— Паникёр, — прогудел довольно Эмик. — Нас выкинуло из зоны поражения. И вовремя — перегорело семьдесят восемь процентов конденсаторов, да и половина эмиттеров сплавилась. Но… МЫ И ВПРАВДУ ОТОЖГЛИ, ГАЛЕН!!! — заорал он динамиком и захохотал.

И хохотал, орал про величие с пару минут. А я просто… да отрубался потихоньку. Видно, «синергия» отпускала, а денёк сегодня…

— Да, денёк сегодня выдался ещё тот, — уже внутренней связью озвучил Эмик.

— Кстати, я вот тут подумал, — сквозь сон пробормотал я. — Я вот хотел с девчонкой сексом сегодня. Ну того…

— Я понял.

— Надо поосторожнее с намерениями. Я так зае…ался, Бронзовый, ты даже не представляешь, — закончил я, под гогот ИЛ.

— Представляю. Спи, Гален. У тебя показатели… спи, в общем, дурачьё, — озвучил он.

— А он…

— Точно. Спи, дурачьё, я тебе говорю!!!

Я и заснул. Чего ж не поспать, раз спится? Даже не обозвался в ответ, да и хрен с ним. А проснулся… хрен знает через сколько.

Но Бронзовый стоял в пафосной позе. Вокруг были развалины, сновали строительные мобили, технические и строительные роботы, копошились, восстанавливая и разгребая руины. Перед нами в открытом ложементе Инвиктуса виднелась физиономия Магистра. И прочие его части в ложементе тоже были, но виднелась только физиономия. А ещё стояли атмосферники, штук пять, от явно военных, до явно роскошных. И ошивались какие-то вулканисты, какие-то типы в роскошной одежде имперских бюрократов высокого пошиба. Бронзовый явно моё пробуждение почувствовал, но словами не ответил. А я прислушался, а что это вокруг творится.

— ИЛ, нам надо видеть твоего пилота, — устало, чувствовалось — не в первый раз нудел Магистр.

— ДУРАЧЬЁ! — отвечал Бронзовый. — СКОЛЬКО РАЗ Я ГОВОРИЛ — УСТАЛ, ВЫМОТАН, СПИТ! ЖДИТЕ, КАК ПРОСНЁТСЯ! И вообще, старик, — обратился он к Магистру. — Я тебе велел восхищаться подвигом Эквиса Энеуса!

— Я — восхищаюсь, — с кислой физиономией буркнул Магистр. — И сколько раз говорил… Как тебя твой пилот терпит-то?! И как ты орёшь, сил нет…

— Нормально терпит, — самодовольно ответил Бронзовый. — Он не всякое дурачьё, хотя нед…. ну ладно, неуч. И дурачьё, временами, но не всегда! У такого Великого Инвиктуса как я — не может быть в пилотах дурачья, — несколько неуверенно (не в голосе, а в эмоциях, что я почувствовал) озвучил Эмик.

— Всё, хватит с них, Эмик. Я долго спал? — мысленно обратился я к Бронзовому.

А то, всё это конечно весело. Но, чувствую, через часок вместо награды или спасибо какого — прилетит по нам с орбиты чем-нибудь, чего щиты точно не выдержат. Или барионными клинками затыкают. В полной уверенности, что оказывают мне благодеяние — ну, типа пилотирую Бронзового, избавляют от мук нестерпимых, хех.

— Не смешно, дурачьё! — буркнул Бронзовый, видимо почувствовав мои мысли — всё же связь у нас значительно улучшилась.

— Так «дурачьё» или не может быть? — ехидно уточнил я.

— Дурачьё конечно! Этого не может быть, но ты всё равно дурачьё! — победно выдал Эмик.

— Ой всё, — прибег я к последнему аргументу.

Но вышло как-то неубедительно. Сделал меня, похоже. Блин, ну ладно, запомню и отомщу, при случае, решил я.

— Приветствую, Магистр, — озвучил я внешним динамиком.

— Проснулся, хорошо, — с явным облегчением выдал Глава Академии. — Безмолвный, вы с Инвиктусом молодцы. Но у нас проблема… — ну, не застеснялся, но замялся он, подбирая слова.

— А что такое? Геллиот…

— Нет, он мёртв, даже вулканисты удивились конфигурации полей твоего Инвиктуса. Не в этом дело…

— Нужен Триумф! — вдруг почти крикнул самый богато одетый бюрократ. — И быстрее, господа! Город в руинах…

— А вы нас не подгоняйте, Сектимус! — огрызнулся Магистр, вздохнул и обратился уже ко мне. — Да, нужен. Нам тоже нужен, Академии. Так что, шевалье Галлен-Гаврила Безмолвный, прошу тебя…

— Стоп! — переполошился я. — Вы лучше поясните, а я ложемент…

И тут включились мозги. «Ложемент открою» — это, конечно, правильно. Просто вежливо. Но меня в этой Силиции, вообще-то, невзирая на её состояние, убивают всякие ульверовские прихлебатели. С дозволения Его Августейшества…

— Император знает, что делает, — вдруг выдал Эмик внутренней связью. — Хотя странно… Но ты справляешься! Всё-таки мой пилот… Ладно. И не опасайся — значительная часть щитов вышла из строя, но их всё равно достаточно. Пока ты в зоне двадцати метров от меня — я в состоянии тебя прикрыть. Не от Инвиктуса, но их не должно быть?

— Вроде не должно…

— «Вроде»! ДУРАЧЬЁ! Тогда не вылезай из ложемента, недоумок!

Ладно, уже что-то хорошее, но надо понять, что за проблемы, что от меня ещё хотят. Я, вообще-то, вроде как весь из себя молодец и даже герой, наверно… Хотя ничего героического и не совершил, если быть с собой честным — просто в нужное время, в нужном месте, на нужном Инвиктусе. Впрочем — пофиг, надо узнавать.

— …ложемент открою, — договорил я с менее чем секундной заминкой.

И открыл, не разрывая связь с Эмиком, само собой. Довольно забавное ощущение — тело слушалось, но «точки зрения» и «точки слуха» оставались на Инвиктусе. Занятно, в общем, но что от меня хотят — занятнее.

— Ничего себе! — выпучил на меня глаза бюрократ. — Ну… загримируем, — пробормотал он.

Я было хотел возмутиться — какого хера какой-то чинуша меня гримировать хочет?! Если для своих порочных наклонностей, чиновникам свойственных и чуть ли не с должностью положенных — то я не согласный! Он и стар, и страшен, и я вообще по женщинам! Но потом я глянул на себя «со стороны», сменив точку зрения… И мда уж, краше в гроб кладут. И краше — как раз потому что гримируют. Я, по моему, потерял кило десять веса, судя по истощённым щекам. Иссиня-бледная кожа, чёрные круги под глазами — куда там синякам! И ещё красные пятна — ожоги похоже, то ли подлеченные медблоком во сне, то ли не слишком сильные. Это Эмик, сволочь такая, ещё меня паникёром называл!

— Правильно называл! Ты даже шлем пилотского комбинезона не поднимал! А я охлаждение запустил, да и из эпицентра нас выкинуло!

— А ты теперь мои мысли постоянно в сопряжении будешь слышать? — уточнил я.

— Не знаю, дурачьё! Ты у меня первый пилот… что я помню. И узнавай, что этому дурачью понадобилось!

Резонно, вообще-то. И стал я узнавать, немного сердясь. Ну потому что бардак, а виноватым кого-то назвать не выходило, блин! Ну точнее — все виноваты, а я — Герой, да… Правда в этом-то и проблема.

А заключалась она в том, что я, шевалье Безмолвный, теперь весь из себя «Спаситель Силиции». И ладно бы для Академии или бюрократа, оказавшегося градоначальником. Герой и спаситель и ладно бы. Но проблема в том, что часть моих с Бронзовым похождений транслировались на всю Вирде Грамен. И сейчас со стороны приглядывают — дроны там всякие, а раньше — орбитальные спутники.

В общем — для планеты и системы я весь из себя молодец, но тут начинается Традиция Империи. А именно, мне нужно совершить это «Триумф» — прохождение по городу, торжественное, с ликующими гражданами. Вот такая вот традиция, причём отказ — оскорбление, в самом прямом смысле. Да ещё тут моё двоякое положение очень неудачно сложилось: на меня, может, народ и не очень разозлится за «небрежение» и всякое такое. У меня рожу сейчас сняли и транслируют. Но вот на Академию — точно. Мол, аристо — зажравшиеся и казлы, таувердянцев ни в грош не ставят. По крайней мере, так выходило по оценке служб и всякого такого, убеждая меня в том, что заявление «Человек — Разумный» как минимум не охватывает всех человеков.

И всё потому, что если я «ранен», недееспособен или ещё чего — то на этом Триумфе должен мелькать физиономией мой «начальник». А выходит такая загогулина, что я — слушатель Академии. При этом, шевалье, причём в натуре и… не на службе или ещё что. То есть, единственный начальник, который у меня есть по Имперскому Закону, кто может заменить меня — Император. Ещё и отец или там старший в Роду, которого у меня вообще-то нет.

В итоге, мне нельзя покидать Силицию не оттриумфившись. Да и видок мой — тоже фактор не самый лицеприятный, во всех смыслах. Синяками на Триумфе мелькать и рожей почти покойника — тоже «неуважение», чтоб его. При этом — подлечить меня не вопрос. Но для этого мне надо вылезать из Бронзового, чего я делать категорически не собираюсь. В общем, чтоб всю эту ситуацию разрулить — надо Триумф этот проводить прямо сейчас и валить в Академию, чинить себя и Бронзового. Чёрт знает, кому чинится нужнее, так что может Бронзового и себя, отметил я.

Ну да ладно: Эмик прикроет. Правда этот Триумф по полуразрушенному городу… Ну а я-то причём, уже возмутился я. Мне нахрен всё это не сдалось, а кому сдалось — пусть терпят, блин!

— И грим, — забормотал градоначальник-Сектимус.

— Не хочу грим, — отрезал я.

— Но это невозможно! Иначе… — чувак на секунду смутился и заорал. — Иначе невозможно!

Гхм… Мда, дилемма. То есть мою помятую харю нельзя явить общественности просто потому то, что побитый герой не по регламенту? Дурачье, не иначе!

— Всё равно не хочу! — на всякий случай возмутился я.

— Протокольное затруднение? — вдруг подал голос копошащийся неподалёку старый знакомый вулканист, Оро Индуктус. — Решаемо, — озвучил он.

И буквально на коленке выплавил из блестящего металлического листа маску, точь-в точь моя физиономия. Ну… пусть будет, решил я, да и окружающие признали «уместность».

В общем, вышел какой-то непонятный как его… сюрреалистический реализм, во. Нас с Бронзовым поместили на открытую летучую платформу, украшенную атрибутикой Империи. И, практически от Оружейной, начали мы неспешный путь над Силицией. Несколько уцелевших Террисвиров парили у начала пути, салютуя пушками, как и Инвиктусы. Мобили пролетали по бокам, посыпали нас какими-то цветами. Не знаю, как по мне — всё это выглядело дико, но лица в открытых мобилях смотрели на меня… Сложно сформулировать, но хорошо, с благодарностью… Не понимаю я их, в общем, да и хрен с ним.

До центра города платформа, как понятно, не добралась — там только сплавленные руины. На границе разрушений развернулась и, так же неспешно, направилась в обратный путь.

Через пять минут после разворота от развалин произошло ожидаемое: перед пафосно вскинутой ладонью Бронзового, в ловушке силовых полей, застыла активно-реактивная пуля-снаряд, выпущенная в меня. Одна единственная, да и суета какая-то началась в направлении откуда стреляли, но я на это просто забил. Точнее, забил на текущие сейчас разборки, а вообще — бесят эти Ульверы! Нет, я всё могу понять, Указ и всё такое, они придурки по жизни, но вот стрелять в такой момент… Ладно, подлечусь и буду думать.

А в момент, когда платформа коснулась дороги-моста к Академии и я уже думал убрать ложемент и добираться домой, с неба на дорогу фактически упал челнок Императорского Посланника. Не разбился, а именно упал, смеясь над инерцией и прочей фигней. А насчёт «Посланник» — так и опознание давал, да и геральдический череп, выполняющий невозможные для других кораблей эволюции в атмосфере — точно посланник Его Величества Фелъдегерской службы. И фельдъегерь, дядька средних лет, с очень знакомой папкой-кейсом, появился из раскрывшегося черепа-челнока буквально через секунду. Быстрым шагом, почти бегом подбежал к Бронзовому.

— Послание от Его Августейшего Величества шевалье Галену-Гавриле Безмолвному, слушателю Его Августейшества Академии! — хорошо поставленным, громким голосом озвучил фельдъегерь, открывая папку и протягивая мне извлечённый оттуда лист.

Который, хмыкнувший только для меня Бронзовый, подхватил полем, переправив в мои руки. Видимо это было нормально, потому что фельдъегерь орать «убить предателя-оскорбителя!» не стал, а коротко кивнул, развернулся и, через полминуты, челнока-черепа на дороге уже не было. А мы, уже на платформе-колеснице, полетели к Академии.

— Почему не посмотрел?! — аж рявкнул Бронзовый в полёте.

— В ангаре, — озвучил я. — Много лишних глаз, спутники…

— Ну… ладно, уговорил, — ОЧЕНЬ снисходительно бросил вредный Инвиктус.

А уже в ангаре, вскрыв печати я развернул пергамент. На котором небрежным, торопящимся почерком было написано:

Ты меня заинтересовал, шевалье Безмолвный. Я наблюдаю за тобой.

Император

Content

Железные рыцари

1. Необычное утро

2. Предэкзаменационная разминка

3. Искусственный экзамен

4. Прощание по-пиитски

5. Билет в Новую Жизнь

6. Первый раз в первый класс

7. Сортирное приключение

8. Спортивный интерес

9. Крылатые пулемётчики

10. Носатое соседство

11. Настоящий мужской разговор

12. Сонный шоппинг

13. Трудности коммуникации с аристо

14. Нехорошая динамика

15. Рассвет учёбы

16. Аристократическое кокетство

17. Интересная учёба

18. Золотой мальчик

19. Кулинарная дуэль

20. Торжество тактики

21. Женский вопрос

22. Интересные танцы

23. Привет из школы

24. Время охреневать

25. Один против всех

26. Бой с колобком

27. Конструктивное общение

28. Родовая глупость

29. Извилистые уроки

30. Укроти его полностью

31. Следствия нечуткости

32. Призовые гонки

33. Амбициозные планы

34. Первый ком

35. Второй ком и Кистень

36. Победный блин

37. Солнечный привет

38. Триумф