Андрей Степанов

Похоть Inc.

Глава 1

– М-м-м, какая, – протянул я, разглядывая темноволосую красотку в зеленом микро-купальнике. Она шагала по песчаному пляжу мне навстречу, резко качая бедрами, явно побывавшими под пластическим хирургом. Не исключено, что и вся она успела побывать под хирургом. Может быть, даже не один раз.

Девушка высокого роста, загорелая, с плоским животом – просто мечта. Я весь напрягся – и кое-что напряглось особенно. От предвкушения я закусил губу.

Ее пухлые губки раскрывались – девушка что-то говорила, но я не слышал. Не до этого мне было, потому что она потянула за тонкую ниточку и прямо на моих глазах кусочки ткани упали с ее внушительного размера. Пожалуй, не меньше четверки.

Вокруг нас никого не было. Вообще никого! Я завертел головой по сторонам, когда девушка присела на корточки и стянула с меня шорты. Она вообще не испытывала никакого стыда, точно делала это каждый день.

Прикосновение ее губ к моему члену ощущалось скорее властно. Она точно получала удовольствие сама, не думая о других, но заглатывала так глубоко, что вскоре ее верхняя губа коснулась моего лобка.

– О-о-о…. – протянул я. Стоит ли ее предупредить, что я скоро кончу?

Словно прочитав мои мысли, девушка мне подмигнула, ослабила хватку и принялась дразнить самый кончик члена языком и в самый последний момент снова заглотила его, не позволив мне испачкать ее прелестное личико.

– Быстро ты! – женский голос достиг моих ушей в самый неподходящий момент – пока я еще вовсю наслаждался причмокивающим ротиком темноволосой красотки. – Ну, хотя бы себя не испачкал.

Я быстро опустил голову, чтобы посмотреть, как красотка может одновременно говорить и делать минет, но мир вокруг меня потемнел. Исчез пляж, песок, растворилась красотка в половине зеленого купальника.

И я обнаружил, что лежу на полу у себя в комнате. Футболка задралась – наверно от падения. Синие клетчатые шорты спущены, хозяйство наружу, а на полу – мокрое пятно. Я поспешил подтянуть их, попутно второй рукой стараясь спрятать все, что не следовало показывать посторонним.

Ведь женский голос явно не мог мне почудиться! Он слишком четко и явно прозвучал у меня в ушах, как будто говорившая находилась рядом со мной в одной комнате! Но я еще не мог видеть всего, так как даже не мог пошевелиться толком. И как я вообще оказался на полу?

На мне – привычная домашняя одежда. Футболка слегка натянута на животе, который я наел за последние пару лет. Шнурок на шортах пришлось завязывать обеими руками и я, как ни старался, но все же вляпался в мокрое пятно.

– Фу, блядь, – вырвалось у меня, и я тут же вытер тыльную сторону ладони о ковер.

– А, все-таки испачкался, поросенок, – женский голос прозвучал насмешливо. И совсем рядом. Так что, она все видела??

– Кто здесь? – я перевернулся на спину.

За МОИМ столом, на МОЕМ стуле сидела молодая женщина. Я оценил бы ее возраст плюс минус как мой – то есть, немного не дотягивала до тридцати. Раздался щелчок мышки.

– Что вы делаете в моем ноутбуке? Что вы ВООБЩЕ здесь делаете? – распалялся я, одновременно с этим пытаясь встать на ноги. – И как вы сюда попали??

– Как много вопросов, боже мой, – пробормотала незнакомка.

Она совсем не была похожа на девушку из моего сна. Короткая дерзкая стрижка, платиновый блонд. Совсем не в моем вкусе. Кожаная юбка и такая же легкая куртка сверху. Когда она повернулась ко мне, я заметил еще и татуировку у нее на скуле под левым глазом – миниатюрный фак.

– Да кто ты такая, мать твою? – набычился я.

– Вика, – незваная гостья отмахнулась от меня и принялась крутить колесико у мышки. Шурк-шурк. Шурк-шурк.

– Вот что, Вика… подняла свою задницу и свалила отсюда нахрен! – заорал я, но та и бровью не повела.

– Никуда я не собираюсь, – ответила девушка. – Все, что мне нужно, я уже видела.

Я почувствовал, что краснею. Обкончаться в бессознательном состоянии на собственный ковер – ужасное чувство стыда сковало меня после ее слов.

– Да нет, я не про твой инструмент, – абсолютно безэмоционально добавила Вика. – Я про историю браузера.

– А что не так с моей историей браузера? – я включил дурачка. Живу я один, постоянной подруги нет, так что я прекрасно знал, что если бы историю браузера можно было красить в цвета по обилию ссылок на порнографические сайты, то моя была бы как черная дыра.

– Так давай посмотрим, что тут у тебя, – беззаботно улыбнулась Вика и закинула ногу на ногу, слегка вывернув при этом бедро. Если на лицо она была не в моем вкусе, то про ее жопу можно было однозначно сказать – я бы вдул! – И не вздумай пялиться на мой зад, сучонок, – как бы между делом произнесла она. – А девочка на пляже хороша была, да?

– Откуда…

– Неважно, что тут у тебя в истории? Хм, довольно невинно, видосики всякие… «малышка раздвигает свои ножки и получает толстый ствол себе в тугую киску» – как много лишних слов, а суть везде одна и та же.

Я залился краской по самые уши. Ну да, смотрел порнуху. Иногда передергивал, но то, что эта девица знала о привидевшейся мне девице на пляже, вызывало беспокойство. Та без тени стыда продолжала листать:

– Ого! «Два черных дилдо в…» – она оборвала сама себя. – Ну вообще никакой культуры не осталось. Тебя что, возбуждает слово «срака»?

– Я… мне… ну, не очень-то.

– А нафига ты это смотрел! – девица оттолкнулась от стола и, шумя пластиковыми колесиками кресла, откатилась в сторону. – Скажи, зачем?

– Так… это… – слова не хотели складываться в предложения. – Там девушка красивая была.

– М-да? – Вика снова подкатилась к ноутбуку. – Проверим, – она щелкнула мышкой и запустилось видео. – Давай, Ром, иди сюда, поближе. Не бойся, я тебя не укушу.

– Но… мое имя?

– Да я все про тебя знаю. Давай, посмотрим, что ты нашел в ней… угу… прелюдии пролистаем. Так… а, неплохой размер, да… и еще второй тоже, уууу, – девушка выразительно посмотрела на меня. – У тебя-то явно не такой. А малышка да, неплохая, только через пару лет ей доктор потребуется, если она продолжит такие вещи себе в анус запихивать. Но сиськи у нее ничего, понимаю, отчего у тебя встает на такое. Продолжим?

Я молча пялился куда выше экрана. Все то, что могли видеть в худшем случае лишь спецслужбы через сервера моего провайдера, теперь изучал человек, сидевший в моем собственном кресле.

– Молчание – знак согласия, – снова щелчок мыши. – «Ослепительная Барбара Соло». Хм, ни за что бы не догадалась по названию, что там. Но ты же знаешь, да?

Я был готов закрыть глаза руками, потому что знал, что на том видео. Вика начала комментировать.

– Да ну, сплошная пластика. Но… хм, что у нее в трусах? Рома! Ты смотришь на трансов? ФУ!

– Что тебе вообще от меня надо! – закричал я, собравшись с духом и захлопнул ноутбук как раз на том месте, где Барбара Соло начала обеими руками гладить свой член. Мне даже показалось, что техника не выдержала такого обращения и треснула. – Зачем это все? Давай, вали отсюда, иначе я вызову полицию!

– Не вызовешь, – Вика перекинула ногу на ногу в духе «Основного инстинкта» и мне показалось, что трусов под юбкой нет.

– Вызову! – раздухарился я и схватил смартфон, что лежал рядом на столе.

Разблокировал его, набрал номер и стал ждать гудка.

– И как успехи? – спросила Вика, когда я, не дождавшись, швырнул телефон на стол. – Дозвонился?

– Почему один-один-два не берут? – нахмурился я, продолжая смотреть на телефон, ожидая что тот вот-вот зазвонит.

– Потому что от тебя они не смогут принять вызов.

– От меня не смогут? Что ты несешь?? Почему?

– Потому что ты умер, – с легкой улыбкой произнесла Вика, а я, чтобы не упасть, ухватился покрепче за стол, на котором стоял ноутбук.

– Умер? – только и смог просипеть я.

Глава 2

Следующая минута прошла в полнейшем молчании.

– Память свою почтил? – сыграла бровями Вика.

– Хуйню несешь, – отшатнулся я и бросился прочь из комнаты.

Двухкомнатную квартиру я оббежал от и до, проверяя, нет ли кого еще. Попутно схватил ключи и попытался провернуть замок на входной двери, но тот не пошевелился. Даже звука не издал.

– Зря стараешься! – громко крикнула девица в кожаной юбке.

Я ударил плечом по двери и все мои девяносто с лишком килограммов звучно припечатались к ней. Безрезультатно, только теперь рука ныла. Вика вышла в коридор.

– Я же сказала, зря стараешься, извращуга. Ты не сможешь покинуть помещение, в котором ты скончался. И обкончался тоже, в твоем случае.

– Сука! – злобно вскрикнул я и бросился на нее с кулаками.

– А вот этого я не люблю, – успела сказать девица, и меня тут же придавило к стене какой-то невидимой глыбой. – Стоит мне щелкнуть пальцами, и от тебя не останется ничего. Совсем ничего, понимаешь? – она скривилась: – хотя где тебе понять, человечишка.

Она продолжала болтать, а я ощутил, что могу пощевелить рукой. Даже не совсем рукой – а только ладонью, да пальцы согнуть и разогнуть обратно.

– Вы все настолько жалкие, особенно вы, кто ублажаете сами себя, а мне приходится собирать ваши треклятые души. Даже представить противно, что ты мог бы прикоснуться ко мне хотя бы пальцем…

В этот момент я смог сдвинуть руку на считанные сантиметры и ткнуть ее пальцем в плечо. Девушка отскочила в сторону, тут же бросив на меня яростный взгляд.

– Я… что… отвлеклась… Да как ты посмел! – давление тут же стало адски невыносимым и мне даже показалось, что меня сейчас просто расплющит прямо по стене. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Но давление ослабло, и я мешком грохнулся на грязный линолеум прихожей. И тут же получил пинок под ребра: – Сучонок. Как ты смог?

– Смог? Что? – я сплюнул желчь, что заполнила рот после удара. И вообще, если я умер, почему так больно?

– Пошевелиться. Ты не должен был.

– Да я откуда знаю! – я приподнялся, чтобы не вдыхать пыль с линолеума. – Ты приперлась ко мне домой, – тут я ощутил, что задыхаюсь, – вероятно, вломила мне хорошенько, что я потерял сознание, потом извращалась надо мной…

– Тогда откуда мне знать про брюнетку в зеленом купальнике, которая тебе отсосала?

– Это был мой сон и… Как? Ты меня чем-то опоила??

– Нет, дурень, – блондинка закатила глаза. – Не надо мне было ничем тебя опаивать. Ты на себя посмотри.

– Что со мной не так?

– У тебя вид такой, что инсульт тебя пару недель назад еще должен был хватить! А ты до сегодня прожил.

– Инсульт? – тупо переспросил я.

– Нет, блин, девка твоя дилдаком тебя через экран хлестанула и сбросила со стула на пол.

– Но я же все чувствую!

– Потому что у тебя сейчас пограничное состояние… блядь, да на кой хуй мне тебе это объяснять надо? Все равно тебя ждет малоприятное будущее, и ты быстро забудешь о нашей встрече, так что… не бойся, это будет не больно.

Из моей комнаты донесся шорох, тут же послышались шаги, и в коридоре появился мужчина в абсолютно черном костюме. Он строго осмотрелся и, тут же смягчившись, улыбнулся.

Высокий, подтянутый, не больше сорока лет на вид, с узким лицом и зачесанными назад волосами он мог быть… Да кем он мог быть, если он вышел из моей комнаты, где пять минут назад никого не было!

– А ты еще кто такой? – выдал я, стараясь отползти подальше.

– Тони? – девица прищурилась и отвлеклась на гостя. – Ты что здесь забыл?

– Я за ним, – мужчина ткнул в меня пальцем, заставив и вовсе забиться в угол. Я даже потянулся к ручке двери, забыв, что замок вряд ли откроется.

– С чего я должна тебе отдавать свое? – Вика уткнула руки в бока, прижав кожаную куртку к телу. Из-за этого на фоне Тони они смотрелась миниатюрной.

– Должок за тобой, помнишь?

– И он будет платой? – фыркнула девица. Она крутнула головой и наморщила нос: – дешево ты ценишь свои услуги. Таких я бы тебе и трех подогнала.

– Все нормально, – Тони лишь на секунду смутился от ее слов, но сразу же протянул руку. – Отдавай его мне, и мы квиты.

– Эй! Хватит мной торговаться, я вам не игрушка какая-то.

Оба рассмеялись.

– Дерзкий, а? – добавил мужчина. – Не доставил тебе никаких проблем?

– Нет, только ковер попачкал.

– Бывает и такое. А он точно подходит?

– Точно, – тон девицы изменился. – Я больше не допускаю ошибок.

– Хорошо, тогда я тебя могу отпустить и займусь им сам.

– ЭЙ! – снова подал голос я, на этот раз поднимаясь на ноги.

Но девушка ушла в комнату, оставив меня наедине с Тони. Дурацкое имя. Я почувствовал, что к горлу подкатывает комок и приложил ладонь, сдерживая отрыжку.

– Все в порядке? – осторожно спросил мужчина.

– Нет, – я помотал головой и рванул в ванную, дверь в которую всегда держал открытой. Там меня вывернуло в унитаз, но ни смыть, ни умыться я не смог и вытерся полотенцем.

– А теперь? – вежливо поинтересовался Тони.

– Мне сказали, что я мертв! В моей квартире неизвестно откуда появляются люди. Та девка… Где она?

– Какая? – на секунду его лицо приняло насмешливое выражение.

– Ну, та… – я обошел мужчину и заглянул в комнату. Там было пусто. – Но она же была здесь… и дверь не хлопала, я слышал!

– Если я в тебе не ошибся, ты все скоро узнаешь.

– Узнаю что??

– Все по ходу дела. Сперва тебе надо избавиться от этого дрянного тельца окончательно.

– Избавиться?

– Потому что ты на самом деле мертв, и я спас тебя от следующего этапа твоего существования. Очень неприятного, я думаю. Хотя, если вспомнить твою историю браузера…

– Так, хватит про мою историю браузера! – я вошел в комнату и раскрыл ноутбук. Как я и подозревал, треснула рамка дисплея. – Все сотру и нехер вам тут шароебиться.

– Попробуй, – насмешливо ответил Тони.

Ноутбук не включился. Похоже, сдох окончательно.

– Так, что за чертовщина творится?

– Хочешь увидеть ее, как полагается, да? – черный костюмчик эффектно щелкнул пальцами, и комната преобразилась.

Тут же оказался целым ноутбук. Поднятый дисплей демонстрировал какую-то трансляцию, где вполне себе сисястая голландская деваха громко стонала от секс-машины. Долбежка шла быстро, динамики работали на половину громкости, чтобы не шокировать соседей.

Когда я оторвался от монитора, то увидел на полу самого себя – ровно в том гадком виде, в котором пришел в чувство.

– Видишь, ты мертв. Я вывел тебя обратно в стандартную проекцию, а теперь, – раздался новый щелчок, и дикие стоны кончающей девушки из Нидерландов стихли. Мое тело исчезло с ковра, а ноутбук снова оказался закрыт. – Веришь?

– И что у меня за перспективы? – спросил я.

– Роман, – Тони вдохновляюще положил руку мне на плечо. – Если ты справишься – то не представляешь, насколько широкие и, – тут он громко фыркнул, – глубо-о-окие перспективы тебя ждут. У тебя, кстати, с ориентацией как?

– Нормально все! – я тут же стряхнул его руку и отскочил назад.

– А как же Барбара…

– Заткнись!

Тони загоготал, вцепившись пальцами в лацканы дорогого пиджака:

– Сработаемся! Погнали!

Глава 3

Идти я никуда не хотел, но кто меня спросит? Ловко ухватив меня за плечо, когда я снова попытался сбежать, Тони перенес нас – или как это еще можно назвать, когда моя комната растворилась в темноте, а потом вокруг проступили ряды фиолетовых огней.

– Добро пожаловать, – промурлыкал томный женский голос, вызывающий у меня только мурашки возбуждения. Сразу же представились губки, как спелые вишни и… а потом я вспомнил, что умер, и это чувство сразу же меня покинуло. – Компания «Похоть инкорпорэйтед» приветствует вас…

Голос остался лишь эхом в большой комнате. Я сглотнул. Время шло, но ничего не происходило. А если меня обманули и это все еще мне снится?

Я ущипнул себя изо всех сил, даже зашипел от боли. Но комната никуда не исчезла.

– Следуй за мной, – скомандовал Тони, а я вздрогнул от его голоса, настолько потусторонне от прозвучал.

Ну да, пустое большое помещение, но что-то было в этих звуках нечеловеческое. И, раз уж меня притащили неизвестно куда, с обещанием перспектив, я не стал задерживаться. Только шорты подтянул да поежился – голыми ногами на гладкой плитке было уж очень холодно стоять.

– Правило одно – пока я тебя не спрошу, ты молчишь, – сообщили мне у самой двери. – Понял?

– Да, – ответил я твердо.

Тони открыл дверь, и мы вышли в коридор, полный народу. Кто-то выглядел дерзко – даже еще более откровенно, чем Вика. Другие же наоборот, смотрелись минимум большими начальниками, если не президентами корпорации.

Разные на лица, все выглядели довольно привлекательно – каждый по-своему, разумеется. Высокие и низкие девушки, фигуристые и поплоще, разных национальностей, цвета волос и кожи, на каждую хотелось глазеть. И некоторые носили такую одежду, что и простора для фантазии не оставалось вовсе.

Мне бы хотелось сказать, что все одевались со вкусом, но некоторые были похожи на кукол, другие – на жертв пластики. Кто-то перетягивал одежду так, что грудь едва не вываливалась наружу.

Все это казалось мне настолько неестественным и жутким, что я аж вспотел. Но самым удивительным было то, что на меня не смотрел никто. Как будто полноватый парень в прилипшей к телу футболке и шортах не привлекает внимания.

При этом люди обтекали меня, обтирались, некоторые пахли весьма приятно, а от других несло потом так, что хотелось блевать. Я уже собрался крикнуть Тони, но вспомнил, что тот просил меня держать язык за зубами.

Коридор заканчивался залом с десятком лифтов. Черный костюмчик вошел в третий слева, пустовавший в отличие от всех остальных, и нажал на кнопку, когда я оказался рядом.

– Впечатлен? – спросил он меня.

– Этой толпой фриков? Да, пожалуй, что впечатлен, – ответил я задумчиво, чувствуя нарастающий интерес к происходящему. – Но что это за «Похоть инкор… инкорпа…»

– «Похоть инкорпорэйтед», – закончил за меня Тони. – Маленькая компания. Втянешься – узнаешь получше, чем мы занимаемся.

– А если вкратце? Мне уже интересно.

– Вкратце мы занимаемся удовольствиями. Плотскими утехами. Доставляем наслаждение. А иногда – отбираем его.

– О-о-о… – протянул я, не поняв ровным счетом ничего. – Это как?

– Говорю же, узнаешь. Только сперва надо тебе тело подобрать получше.

– Тело? Получше?

– Если уж и весить девяносто три килограмма, то с горой мяса, чтобы фитоняшки тебе на шею бросались и вопили «еби нас, супермен!», – посмеялся Тони. – Ты не находишь?

– Так а как же бодипозитив? – попытался отшутиться я, но тот лишь рассмеялся еще громче.

– Никогда бы не подумал, что наша идея так западет людям в души. Но пока что все под контролем.

– Я не понял ничего. Совсем.

– Потому что еще рано. Успеется.

– Да, ведь я же умер, – выразительно ответил я. – И что дальше?

– По сути, умерла лишь твоя телесная оболочка. То, что мы тебе подберем другую – даст тебе еще несколько десятков лет. В зависимости от того, как ты намерен жить. Если не будешь заботиться о теле и превратишь его обратно в это – не сможешь нормально работать. Конечно, за определенные успехи тебе его сменят еще разок, а там… Да я вижу, что ты все равно ничего не понимаешь, так что давай отложим объяснения.

Лифт прибыл, сопроводив остановку щелчком и новой порцией томного женского голоса:

– Группа подбора оболочек. Этаж восемьдесят пятый.

– Я слышу голос веселой девочки, а ты? – спросил меня Тони.

– Такой… солидный, глубокий, как в сексе по телефону, – ответил я. – Погоди, ты слышишь совсем другое?

– Конечно. Это наша фишка. Индивидуальный подход к каждому. Каждый слышит то, что приносит ему самое сильное удовольствие. Кто-то постарше, кто-то помладше. Мужской или женский. А некоторые слышат два голоса сразу.

– Это какой-то гипноз, да?

– Нет, технология, – усмехнулся Тони. – Булгакова забудь, вспомни Беляева. Ты же много читал.

– Вы все про меня знаете, что ли? – спросил я, пока мы шли по длинному коридору восемьдесят пятого этажа группы подбора оболочек, совершенно безлюдному. Только отражения от затемненных стекол составляли нам компанию.

– Как только твое сердце перестало биться, мы получили сигнал и провели всю необходимую работу.

– А-а-а… понял.

– Ничего ты не понял, – снова фыркнул мужчина в черном костюме. – Ты даже не спросил, почему было надо молчать.

– Почему же?

– Ну хотя бы сейчас спросил. Я уж было подумал, что ты совсем потерянный. Или, наоборот, догадливый. А, о чем я. Короче. Физического тела у тебя сейчас нет.

– Но я же вижу шорты, футболку, руки!

– Это остаточное, угасающий мозг цепляется за последнее, что он помнит. Сейчас ты что-то вроде духа. Призрака. Или иногда твою субстанцию еще называют душой. Мы тебя заселяем в новое тело, чтобы остальные тоже могли тебя видеть. А говорить я тебе запретил, потому что тогда тебя бы почувствовали остальные. Это у нас нормальная практика. Нечего сотрудников волновать лишний раз. Кстати, мы уже пришли.

Он толкнул дверь и ослепительно белый свет залил все вокруг, стоило мне войти. Помещение было огромным и в отличие от коридоров с фиолетовым сумрачным освещением здесь я чувствовал себя гораздо уютнее.

– Здесь мы подберем тебе новое тело! – воскликнул Тони, снова щелкнул пальцами и прямо из стены выскочили два манекена с несколькими подключенными трубками и масками вместо лица. – Можем дать мужское или женское, если ты хочешь. А еще можем сделать комбинацию и создать тебе что-нибудь поинтереснее, там, двадцать сантиметров между ног при наличии третьего размера…

– Да ебаный в рот! – я выглянул из-за мужского тела. – Хватит уже! Нормальный я! Мужское давай!

Глава 4

– Так, Роман, – Тони подошел ближе. – Ты, главное, не ссы. Нормально все будет с переселением твоей черной душонки. На этом остановишься? Или еще повыбираешь?

Я посмотрел на рослый манекен. Нормальное спортивное тело, не перекачанное, но с хорошим рельефом. Кубики пресса, рельефные бицепсы, широкие плечи…

– … и девятнадцатисантиметровая елда меж ног, – добавил Тони, шлепнув при этом манекен по ляжке.

Я ожидал услышать звук грохочущего пластика, но вместо этого прозвучал удар, как по живому телу.

– Устраивает?

– Вполне, – ответил я испуганно. – А что, за него надо будет потом расписаться кровью?

– Не стоит. Если ты нас кинешь или будешь плохо работать… тебя уничтожат. Буквально. До атома, – черный костюмчик улыбнулся. – И мне почему-то кажется, что ты не хочешь расставаться с жизнью, которая досталась тебе лишь благодаря моей помощи.

– Эм… угу, – сказал я, представив, как меня разрывает на клочки. – Все на честном слове. Ну хотя бы мордаха у него нормальная будет или мне бонусом достанется рыло страшнее атомной войны?

– Обижаешь, – Тони подмигнул. – Иди сюда. Встань рядом с ним, – он снова щелкнул пальцами, на этот раз оглушительно громко.

– Обязательно всегда делать это так картинно? – возмутился я, но послушно встал справа от своего будущего тела.

– Привычка. Можно и без того обойтись.

Все вокруг затуманилось, но видел, как с головы манекена отпала маска, а Тони водрузил на ее место… новое лицо?? Все расплывалось еще сильнее, потом и вовсе померкло.

– Ты меня слышишь? Попробуй кивнуть. Ага, с нервами все в порядке, – сильный шлепок оставил горящий отпечаток на бедре. – Теперь скажи что-нибудь.

– Больной ублюдок, – пробормотал я.

– Что? – Тони повеселел.

– Могу повторить, но тогда тебе точно не понравится. Нах так бить?

– Проверка. Открывай глаза уже. Теперь ты снова человек.

С шипением отпали трубки. Несколько болезненных уколов в районе спины заставили меня вздрогнуть, но глаза я открыл и даже очень широко.

– Хорош таращиться.

По конечностям побежали мурашки, иголочки или как их еще назвать можно. Теперь я смотрел на свое тело сверху вниз, а не со стороны. Рельефные грудные мышцы отсюда казались даже слишком большими – но член все равно видно.

– Я сказал: хорош. Таращиться! – щелчок пальцами и моя голова задралась повыше. – Я и сам могу проверить, насколько все удачно получилось. С лицом у тебя тоже все в порядке, можешь не переживать. Хотя с таким хуем можно вообще ни о чем не переживать.

– Ты извращенец, что ли? – спросил я, заметив, что голос у меня ровный и глубокий. Хороший баритон, которым девчонок можно было бы цеплять от оперы до ночных клубов.

– Нет.

– Ты Люфицер? – я вспомнил известный сериал.

– Попытка хорошая, но тоже нет. Смотрел. Интересная вещица, – признался Тони. – Но у меня нет своего клуба, хотя за свою жизнь я перетрахал немало симпатяжек. Так, вернемся к твоему телу. Абсолютно здоровое, нормальное тело. Адекватная печень, не испорченная антибиотиками, спиртом и трансжирами. Сколько ты пил раньше?

– Ну-у-у… бутылочку пива в день.

– Мне можешь не врать. От того, насколько ты будешь честен со мной вообще, будет зависеть то, как хорошо мы сработаемся.

– Да все я пил.

– Уже лучше, продолжай.

– У нас здесь общество анонимных алкоголиков?

– Нет, исповедальня, мать твою. Говори уже.

– Иногда можно было и поллитра бахнуть. Раз-другой в неделю.

– Так, дальше.

– Еда из доставки. Бургеры, картошечка, – мечтательно протянул я и тут же получил оплеуху:

– Если ты в этом теле будешь продолжать жить так же, как жил до этого, сдохнешь через месяц.

– Почему?!

– Это тело ни разу не видело всей этой дряни. Будет шок, отказ печени или еще чего-нибудь. Контролировать я тебя не стану…

– Все-все, я понял, Тони! Я же могу к тебе по имени обращаться, каким бы нерусским оно не было?

– А был Антуаном. Энтони. Антоном – в зависимости от страны, где я нахожусь. И вообще, ты что, националист? – прищурился черный костюмчик.

– Нет-нет, – поспешно ответил я.

– Вот и отлично. Насчет образа жизни ты понял. Тело и мозг – две составляющих. Мышечных привычек как таковых здесь нет, но желудок в нормальном размере не позволит тебе жрать, как не в себя, а остальное ты постепенно постигнешь сам. Тренировки, например, чтобы держать форму.

– И никакой химии.

– Да. Встань перед зеркалом. Нравится?

С телом я уже ознакомился, а вот лицо мне и правда подобрали нормальное. Не такое узкое, как у Тони, и не с впалыми щеками. Пропорциональное, без слишком узких или пухлых губ, без широких ноздрей или бровей, нависших над глазами. Ровно, четко, аккуратно.

– Нравится, – согласился я.

– Биологический возраст тела – двадцать лет.

– Ого! А если я буду щелкать пальцами, я смогу делать как ты или Вика? Людей прижимать к стене?

– Нет, не сможешь. Ты – мой помощник, обычный человек, по сути. Под моим покровительством.

– Что, никаких бонусов?

– Да ты охуел совсем, – весело рассмеялся Тони. – Ты бы сейчас уже в морге лежал, если бы не я, а просишь бонусов.

– Так за понятливость.

– Я подумаю, что можно сделать. Но осталась последняя проверка, а потом я введу в тебя курс дела.

– Тони!

– Чувство юмора на месте, но это не та проверка, о которой я говорил. Бывает, что из-за переселения страдает либидо и…

– Не стоит??

– Совсем. Водопровод и все. Такой материал нам, к сожалению, тоже приходится уничтожать.

– Если напугать человека до смерти, тоже не встанет, – обиженно откликнулся я.

– А я тебя разве напугал? Ну извини. Неженка. Давай за мной.

– Без одежды??

– Потом выдам. Пошли.

Из светлой комнаты мы переместились обратно в коридор, затем в лифт, спустились из группы подбора на пять этажей вниз в блок тестирования – все это мне сообщил тот же томный женский голос.

Здесь ходили люди. Голые, но кто-то носил одежду – в основном халаты. Зато освещение было более привычным.

Навстречу нам шагала юная особа, едва ли старше восемнадцати лет. За узкой талией начинались крутые бедра, а спелая, но не очень крупная грудь, покачивалась в такт шагам. Я засмотрелся на короткую стрижку в виде направленной вниз стрелочки на ее лобке. Девчонка прошла мимо, проведя по мне острыми коготками, но смотрела она на Тони:

– Привет, красавчик.

– Мы по делам здесь.

– Когда кончишь здесь – приходи ко мне, я тоже хочу… кончить, – пропела она, скрываясь в лифте.

– Что это было? – вытаращил глаза я.

– Подружка. Нам сюда, – Тони завел меня в кабинет. – Все должно пройти отлично, ты только не стесняйся, – и захлопнул за мной дверь.

В тесном кабинете была кушетка, стол, небольшая ширма – больше походило на медицинский кабинет. Из-за ширмы выглянула белокурая девушка. Не такая юная, как встреченная в коридоре, но кожа у нее была идеально белой и гладкой. А еще она была совершенно голая и без единого волоска на лобке.

– Охуеть, – вырвалось у меня.

– Помни, Рома, не стесняйся, – словно из динамиков прозвучал голос Тони.

– Вы – Роман? Как мило, – ее голос был похож на голос в лифте. – А я – Слава.

Она полностью вышла из-за ширмы, и я заметил, как напряглись ее коричневые соски. Набухли и торчали немного вверх. У Славы были большие голубые глаза, немного наивные, чуть вздернутый носик и мягкие губки.

Продолжая изучать меня, девушка села на кушетку, раздвинув ноги. Я просто не мог от нее оторваться.

– Я здесь так давно… и без мужчины… – жалобно проговорила Слава, подняв правую руку, коснулась плеча. – А когда я здесь одна, мне запрещено даже трогать себя… Но теперь, когда ты здесь, – ее ладонь скользнула ниже, а пальцы ухватились за сосок.

Девушка погладила его и легонько дернула, простонав при этом на вдохе. Отпустила и провела ладонью по животу, откинулась назад и легла на кушетку.

Член налился кровью, но я еще не настолько привык к новому телу, не настолько хорошо все ощущал, чтобы прочувствовать сильнейшую эрекцию. Ладонь Славы сползла еще ниже, и она несколько раз провела пальцами по клитору, скрытому между двух пухлых половых губ.

– Наконец-то, а-ах, – простонала она. – А ты так и будешь стоять?

Ноги от волнения отказывались двигаться, но все же я приблизился. Свободной рукой блондинка провела по мне от груди и ниже.

– Хорошенький, – промурлыкала она, обхватив член ладонью. И потянула за него, заставляя сделать еще полшажка к ней навстречу.

Вытянув губки, коснулась ими члена. Как же хорошо… Затем ее ротик раскрылся и Слава, продолжала работать пальчиками у себя между ног, принялась заглатывать мой ствол все глубже, но, справившись с двумя третями, остановилась.

– Большой, – вытерев губки, прошептала она.

Затем отстранилась, быстро перевернулась на живот и встала раком. Посмотрела на меня с вызовом:

– Не стесняйся, – она улыбнулась, облизнув губки. Звонкий шлепок ее ладони по упругой попке вновь привел меня в чувство.

Нет, нет, это не мое тело, не мои руки, которые тянутся к ее заднице. Не мои пальцы, который гладят ее мокрую киску. Не из-за меня она стонет на весь кабинет.

И не мой жилистый член растягивает ее узкую дырочку… Только бы она не оказалась девственницей!

Нет, не девственница, но, когда ее тугая щелка полностью приняла в себя мой член, Слава вскрикнула и начала двигаться. Мне не пришлось даже ничего делать.

Зато я сам постепенно приходил в чувство, наслаждаясь процессом. Ее стоны и крики довели меня до финала быстрее, чем я думал.

«Я ведь не подумал о безопасности» – мелькнула мысль, когда девушка соскочила с члена, уселась на кушетку и принялась трахать киску двумя пальцами, с завидной регулярностью облизывая их.

Но и это не продлилось долго. Слава зажмурилась, прижала ладонь к губам и откинулась на спину, сдерживая стоны. Я стер каплю пота с виска.

– Хороший мальчик, – снова раздался голос Тони. – Все работает, и теперь мы можем поговорить о делах.

Глава 5

Прежде всего, я вытерся. Девушка тоже взяла полотенце и зажала его между ног. Посидела, зажмурившись, а потом мечтательно посмотрела на мой член.

– Ты же еще придешь ко мне? – с надеждой спросила она.

– Эм… да, наверное, – ответил я неуверенно.

– Не придешь ты к ней больше, кончай свои телячьи нежности. Под полотенцем должна быть одежда. Натягивай ее и выходи.

Действительно, светлые легкие брюки и белая футболка нашлись удивительно быстро. Штаны оказались мешковатыми, а вот верх обтягивал.

– Постой, не уходи, – простонала блондинка. – Я еще хочу!

– Не поддавайся, Ром, – снова зазвучал голос Тони. – Никакого еще. Ты должен показать ей ее место, иначе это ты станешь ей прислуживать, а не она тебе!

– Прислуживать? – спросил я вслух.

– С кем ты говоришь? Иди же сюда, ну же, давай!

– Мне пора, извини, – я увернулся от ее протянутой руки, поправил штаны, чтобы нигде не терло, и выскочил в коридор.

– А ты молодец, – Тони похлопал меня по плечу, а я принялся подпрыгивать – в комнате пол был теплым, а вот в коридоре он оказался холодным. Морозить ноги я не собирался. – О, я не подумал о тапочках, извини. Ну ладно, идем, надо поговорить там, где никто не будет на нас смотреть.

– Что это была за девушка? – спросил я, едва он закончил говорить.

– В кабинете, – бросил он через плечо, удаляясь прочь.

Я прошел мимо непропорциональной парочки – девушка едва ли была выше полутора метров ростом, худая и даже плоская. А белобрысый парень позади нее возвышался на две головы минимум. Я вспомнил мем про хомяка на банане и фыркнул. Белобрысый, хмурясь повернулся ко мне.

– Проблемы? – быканул я на него, и тот отшатнулся. Мое настроение заметно улучшилось, и я чувствовал себя непобедимым.

Парень молча проводил меня взглядом исподлобья, а девушка откровенно пялилась на меня. Ты еще не видела мой размер, крошка. Я ухмыльнулся и пошел дальше.

Кабинет Тони оказался еще ниже – где-то в районе пятидесятого этажа. И без окна, так что мне пришлось страдать от искусственного освещения. Обладатель черного костюма сел за свой рабочий стол, отодвинул в сторону ноутбук и сцепил пальцы:

– Теперь мы с тобой можем поговорить нормально. Ты можешь задать мне вопросы, которые тебя интересуют, а я постараюсь на них ответить.

– Даже не знаю, с чего начать, – спуск на двадцать с лишком этажей дал мне время остыть, а вопросов меньше не стало. Я увидел перед собой странный фаллический символ – он был напечатан на листах бумаги, папках, даже на ноутбуке имелась наклейка с ним. – Что это такое?

– Лого, – ответил Тони. – Нашей корпорации. Мы на самом деле называемся «Похоть инкорпорэйтед». А в логотипе объединяются мужской и женский символы. Все, как у Дэна.

– Дэна?

– Дэна Брауна, он хорошо расписал про мужские и женские начала. Но наши дизайнеры немного преобразили стандартную звезду и осовременили ее. Вот, смотри. Видишь – этот треугольник обозначает женщину, а мужское тут и так видно.

– И чем занимается ваша компания? Похоть – это слишком обширное определение, чтобы я понимал, в какой сфере вы работаете.

– У нас она немного сверхъестественная, как ты уже мог увидеть, – Тони улыбнулся.

– Мое новое тело мне как бы на это намекает. Но что ИМЕННО вы делаете?

– Наша компания занимается практически всем, что связано с сексом.

– Бордели?

– И это тоже.

– Секс-игрушки? – продолжил перечислять я.

– О да, все заводы так или иначе связаны с нами.

– А…

– Все, что связано с сексом. Пластическая хирургия, всевозможные фетишисты на Ю-тубе, которые продвигают не всегда нормальные идеи, порнография, интернет…

– Интернет??

– А ты правда думаешь, что собрались четыре дядьки и сказали: а давайте сделаем информацию доступной для всех?

– Не думаю, но и история про порнуху тоже кажется мне … так себе.

– И все же это так.

– Допустим. И все это важно, потому что приносит много денег?

– Да, деньги для нас важны, потому что не все можно приобрести сверхъестественным путем.

– Даже спрашивать не буду, о чем тут речь. Но в чем наша работа?

– А вот это – самое интересное, – ухмыльнулся Тони. – Работа у нас несложная – души собирать.

– Стоп! Что для этого делать? Убивать людей?

– Э, нет. Глупости. Мы никого не убиваем. Видишь же, твою душу мы заполучили лишь когда ты сам скончался.

– То есть, мне надо будет приходить к старикам? – я поморщился. – Фу.

– Нет! – Тони хлопнул по столу. – Что ж ты непонятливый какой. Смотри. Человеческую душу можно забрать либо после смерти его телесной оболочки, но такой вариант мы быстро отметаем. Либо во время секса.

– Чушь какая-то. А зачем?

– Сперва раздобудешь первую, а потом расскажу, зачем это все надо. Но механизм, как я понимаю, тебе придется объяснить. Ученые уже давно разобрали все человеческие чувства на химические компоненты. Дофамины, эндорфины и прочее словоблудие. Так вот скажу тебе сразу – хуйня это распоследняя.

– Да ну?

– Именно. Есть та невидимая фигня, которая поляризуется в той или иной степени. Стало страшно – пошло напряжение. Много стало – человек обосрался. Или умер от страха. Такое тоже бывает.

– Хер с ним, со страхом, – перебил я. – Как секс с этим связан?

– У каждого человека есть фантазии. Фетиши. Тайные желания, исполнение которых дает такую поляризацию… Кинга знаешь?

– Ларри? Стивена? Мартина Лютера?

– Не умничай, а? Стивена, конечно. И его «Сияние». Вот в момент экстаза достигается как раз такое сияние. Кратковременное, но в этот миг можно свистнуть душу.

– А нельзя ее купить? Типа – давай, я тебя отъебу так, что ты получишь наивысшее наслаждение, а я заберу твою душу. И все такие – да не вопрос, чувак, вперед!

– Так нельзя, – посерьезнел Тони. – Это для тебя шуточки. А на деле есть механизмы и правила, которые невозможно нарушить. Нельзя придумать бюрократическую елду, которой бьешь людям по головам, и они всему верят. И души отдают. И машину придумать не удалось до сих пор…

– Но вы же придумали интернет, как ты говоришь, – посмеялся я, потирая уже почти знакомые мне широкие ладони. – Придумаете и такую машину.

– Придумаем. Наверно. У всего есть границы – и у технологий тоже. Они либо становятся бесполезными, либо соединяются с чем-то. Биотехнологии, нанотехнологии, хуйпоймикакиетехнологии. Я знаю одно. Самый простой вариант забрать душу сидит сейчас передо мной. Я ответил на все твои вопросы…

– Еще нет! – воскликнул я.

– Я сказал: я. Ответил. На все. Твои. Вопросы. Потом отвечу на что-нибудь еще. Быть может.

– Ты обещал перспективы!

– Жилье дадим. Транспорт дадим. Расходы оплатим. Карманные деньги плюс комиссия за каждую работу.

– Деньги-то настоящие будут или тоже супернатуральные? – посмеялся я.

– Рубли, доллары, тугрики. Можем открыть тебе металлический счет.

– А жилье где?

– Здесь. Двухкомнатный полулюкс с хорошим видом на столицу…

– Согласен, – перебил я. – Перспективы меня полностью устраивают!

Глава 6

Я ни разу не пожалел, что променял свою двухкомнатную хрущевку на новые апартаменты в центре столицы. Шикарнейший вид из окна. Стеклопакеты от пола и до потолка!

Полулюкс оказался площадью метров так двадцать пять, может тридцать, но смотрелся фантастически: двуспальная кровать в маленькой комнате занимала ее целиком, а в большой располагался диван, рабочий стол и шкаф.

Правда, кровать легко трансформировалась в просторный гардероб, рабочий стол при желании можно было увеличить минимум втрое, в диван раскладывался таким образом, что оргию из четырех человек устроить можно без труда. Лишь бы он только выдержал этот вес.

– Вот здесь можно очень приятно проводить время, – усмехнулся Тони, когда диван превратился в просторное ложе. – Между сотрудниками интим не возбраняется, но…

– Но? – повторил я настороженно.

– Следи, чтобы не спиздили твою душу, – расхохотался черный костюмчик и поправил выпавшую из зализанной прически прядь волос.

– Шутка?

– Конечно. У нас все налажено так, что у своих душу забирать нельзя. Держи – приятный бонус для тебя, – Тони вытащил из кармана банковскую карточку, хотя я был уверен, что еще минуту назад там ничего не лежало. – Это для старта. Карманные расходы, как я и обещал.

– Ух ты, – я покрутил в руках кусочек пластика с логотипом известного банка. – Так что это была за девушка? Тоже сотрудница? Или кто она?

– Не думай об этом, – подмигнул он. – Завтра получишь новое задание, а пока что – развлекайся, как можешь. У тебя свободный день. Вернее, то, что от него осталось.

С этими словами он ушел, не попрощавшись. И я остался один. Скучать мне не пришлось, потому что в столе лежал смартфон, новый ноутбук и я тут же решил проверить, что мне досталось в качестве стартового пакета.

В одних компаниях это ручка и футболка, где-то – страховка вместе со стоматологом и бесплатным терапевтом четыре раза в год. Здесь же приятным бонусом оказалась сотня тысяч. Мелочевка для старта? Кто-то на такие деньги полгода жить способен. И даже больше.

Не успел я приятно удивиться, как в дверь постучали. Цивильно, без криков «открыто!», я встал и открыл дверь сам. За порогом стояла Вика:

– Привет, везунчик.

– Привет, – ответил я осторожно.

– Я войду?

– Ну заходи, – я посторонился и впустил девушку. Она так и не сменила свою кожаную юбку, но куртки на ней уже не было. Вместо этого – черный топ на тонких бретельках.

– И не пялься на мои сиськи.

– Было бы на что, – вырвалось у меня и девица, быстро развернувшись, тут же отвесила пощечину.

Я схватился за щеку, но пялиться не перестал – смотреть там и правда было не на что, но контуры сосков просвечивали через ткань.

– Ладно, извини. Садись.

Вика приземлилась на диван, положив ногу на ногу. Я же остановился рядом:

– Зачем пришла?

– Поговорить.

– Не наговорилась в прошлый раз?

– Да нет, но считаю своим долгом кое-что с тобой обсудить. Просто так. Даже не по-дружески, потому что мы с тобой никакие ни друзья.

– Конечно, нет, – поддакнул я. Дружить с этой стервой? Да она меня даже не возбуждает!

– Приятно знать, что у мы с тобой мыслим одинаково. Конечно, у тебя теперь другое тело, – она неожиданно потерла колени, но вздрогнула, точно стряхнув с себя оцепенение, – однако в моей памяти ты навсегда останешься маленьким жирным извращенцем.

– Ты что, сучка, меня оскорблять пришла? – я сжал кулаки.

– О, нет. А ты намерен ударить девушку?? – она округлила глаза, а потом ее губы расплылись в гадкой усмешке: – да я тебя одной левой размажу.

– Проверим как-нибудь? – предложил я, совершенно для себя неожиданно.

– Давай! – охотно согласилась девица. – Но не сегодня. В другой раз. Чтобы у тебя было время подготовиться. Так будет честнее.

– Я твои сорок килограмм по стенке размажу, – церемониться с этой стервой я точно не собирался. – Но ты хотела о чем-то со мной поговорить – так давай, говори.

– Что тебе сказал Тони?

– О чем?

– Обо всем, – она обвела руками комнату. – Ты же теперь его помощник, а мне интересно…

– Не скажу ни слова, – я поморщился.

– Ах, эта мужская солидарность. Собачья преданность – или что там у тебя…

– Лояльность это называется, – ответил я.

– Ну да, – насмешливая улыбка играла на ее губах. – Полное доверие тому, кто дал тебе второй шанс. И может так же легко его отнять. Ты ведь наверняка не спрашивал, зачем ему вообще помощник. И если вдруг понадобился, то куда делся первый. Не спрашивал, по глазам вижу, – довольная, протянула она.

– Да, не спрашивал. Потому что меня все устраивает.

– Так ты, должно быть, думаешь, что будешь так же заваливаться к людям в дома, как мы к тебе перенеслись?

Этот вопрос и впрямь застал меня врасплох. Я действительно думал, что по щелчку пальцев буду телепортироваться, куда мне надо. Или меня будет переносить сам Тони, а потом забирать обратно.

А мне останется разве что трахать баб… Но почему тогда он сам не займется этим исключительно приятным делом?

– Кажись, в десятку попала, а?

– Давай, колись. В чем подвох?

– В том, дружочек, что тебя будут использовать для самой грязной и неблагодарной работы. Не вся она легкая и приятная. Не все фетиши тебе понравятся. Ах да… Знаешь, красотой некоторые тоже не блещут. Ну и… добираться до всех тебе придется своим ходом.

– Так-так-так, давай-ка поподробнее.

– Нет уж, сам спроси у своего хозяина, – она встала и поправила юбку.

– Сидеть! – рявкнул я. Девица вздрогнула, но тут же ухмыльнулась:

– Ты что, решил меня остановить? А не боишься, что я тебя через это окно выкину?

– Нет, – грозно добавил я, хотя где-то в глубине души побаивался высоты в сто пятьдесят метров. Точнее, падения с этой самой высоты. – И вообще, я думаю, что ты мне попросту врешь!

– Я? Вру? Да я сама честность, Ромочка, – пропела она. – А тельце береги. Юное совсем, не тронутое… вдруг захочется жареной картошечки с пивом, и ты не справишься…

– Ты меня совсем не знаешь.

– Фетисов Роман Андреевич, тридцати полных лет, закончил пятнадцатую школу и областной университет, где обучался программированию. Продолжать? Убедила?

– Все это есть на сайте школы и университета, ты могла залезть на мою страничку ВК и…

– Первый минет тебе сделали в школьном туалете, а в тот же Новый год ты упился до беспамятства и не знаешь, что Костя, которого ты считал своим лучшим другом, сделал крайне непристойное фото, пока ты спал.

Если инфу про образование можно было подсмотреть в интернете, то последние факты едва ли она просто сказала наугад. Совпало все. За исключением фото, о котором я не знал.

– Одним словом, дружочек – ты попал. И будешь вот этими самыми новенькими ручищами не девок лапать, а сперва искать к ним подход. А сделать это очень непросто. У кого-то есть мужья. И семьи. Иногда влиятельные. Поговори с Тони о том, что случилось с его прошлым помощником, – она игриво подмигнула и вышла.

– Твою ж мать! – я с размаху пнул диван так, что хрустнул палец. Этот неожиданный визит перевернул все мои перспективы с ног на голову.

Глава 7

Я сидел на диване и думал, кому стоит верить, пока не заболела голова. Как моя новая печень еще не была приучена к алкоголю, так и мозг, похоже, не слишком тренировался для раздумий.

Сперва я хотел сразу же обратиться с расспросами к Тони, но потом решил: а вдруг врет девица? И прикинул, что внезапный наезд и разбор полетов – не лучшее для меня решение.

К тому же захотелось есть. Я оделся, порывшись в шкафу. Темно-синее поло с белой вертикальной полосой на груди, брендовые кроссовки, при которых я присвистнул, и еще хорошие летние брюки.

Выглядел я и правда неплохо. Номер запирался на ключ-карту, и это было действительно удобно. Потом я спустился на первый этаж, с любопытством посматривая на людей в фойе.

Деловые, в костюмах, солидные до тошноты – мужчины и женщины шли на ресепшен почти непрерывным потоком. Интересно, кто это? Клиенты, должно быть, но какого рода?

Вика перечислила некоторые факты из моего прошлого. Что они значат теперь, когда у меня другое тело? Хорошее, крепкое. Не обезображенное постоянной жрачкой и выпивкой.

Вот Тони сказал про второй шанс. Если не задумываться о моральных аспектах, то у меня действительно второй шанс. Весьма неплохой.

Когда я вышел на улицу, то первым делом обернулся. Из окна на высоте пятидесятого этажа можно было смотреть на башни Москва-Сити. А вот там, откуда я только что вышел, никакой башни не было. Разве можно назвать здание в двадцать с небольшим этажей башней на фоне Федерации?

Но здесь нет никакой ошибки, я точно вышел именно оттуда. Наверно, это еще одна сверхъестественная херовина, которую проще принять, чем размышлять над тем, как это все реализовано. Пусть это будут семьдесят невидимых этажей. Какая в жопу разница?

Я осмотрелся и решил, что для начала неплохо бы выпить кофе. Или чаю. Черт, теперь же придется тщательно подбирать, что мне нужно есть и пить. Хотя бы первую неделю. И кофе, вероятно, придется отложить на будущее.

Заведения все были, как на подбор. Заманивали приятными картинками, видами, меню, ценами. От кофеен я отказался и пошел дальше.

Неподалеку от пешеходного моста зашел в какой-то ресторан. Не могу сказать, что мне там сразу же понравилось, но приветливый персонал быстро устранил все сомнения. Так что я расположился на удобном диванчике и принялся мучительно листать меню. Пару раз я отправил официантов подальше, когда они подходили принять заказ.

Когда на меня зыркнули совсем уж не по-доброму, я собрался выбрать хотя бы чай с лимоном, но тут на диван запрыгнула девушка.

– Здрасьте, – выразительно сказал я и улыбнулся, потому что подумал, что мое приветствие прозвучало не слишком вежливо.

– Алла, – представилась она и тут же откинула локоны на спину. – Вы здесь в первый раз? Вижу, вы никак не можете определиться, – она поставила на стол свой локоток, а в ладонь уперлась подбородком, прекрасно очерченным, так что я невольно обратил внимание на девушку, оторвавшись от меню.

– Не поверите, хочется перекусить, когда с желудком малость нехорошо, – ответил я, мысленно проклиная себя за глупость, которую только что сморозил.

– Похмелье? – весело спросила девушка. – Ох, нет, о чем это я. Едва ли вы пьете. Так как, вы сказали, вас зовут?

– Рома.

– Роман, – мечтательно сказала Алла, не убирая локоть со стола. При этом она протянула последний звук, а потом обнажила ослепительно белые зубы. – Могу посоветовать крем-суп из индейки. А вот определить, сколько вам лет – не могу.

– Тридцать, – брякнул я.

– Ни за что не поверю.

– А если скажу, что двадцать? – я попытался переиграть ситуацию, обратив предыдущую фразу в шутку.

– Охотно. А мне двадцать два. Вы проездом или как?

Подошел официант, с трудом удерживаясь от того, чтобы не закатить глаза – похоже, он ожидал, что я и в третий раз отвечу ему отказом. И очень удивился моей готовности.

– А вы позволите, я выпью чашечку кофе за ваш счет? Я же помогла вам с выбором блюда и…

– Не вопрос, – согласился я, и девушка тут же заказала кофе. – Раз вы так хорошо разбираетесь в блюдах и, к тому же, знаете цену своим услугам – мы договоримся обо всем.

Появление девушки начисто отбило у меня желание размышлять о лжи и правде в словах Тони и Вики. Надо оно… Мне сказали – сегодня выходной. Значит надо провести его как можно приятнее.

– А ты сразу хватаешь быка за… кхм, – Алла изобразила смущение, но не слишком умело. – Мы ведь можем перейти на ты?

– Не вопрос, – повторил я и повернулся, чтобы рассмотреть ее повнимательнее.

Высокая, длинные ноги, джинсовая юбка и белая футболка, довольно сильно натянутая на груди. Но в остальном она полностью соответствовала размеру Аллы. Губки пухлые, яркие, а большие глаза подведены так, словно должны были загипнотизировать меня, если я откажусь купить девушке кофе.

Она заметила мой оценивающий взгляд и ее ладонь тут же очутилась на моих брюках:

– Думаю, ты не против, – она улыбнулась. – Или ты женат?

– В двадцать лет? – фыркнул я и жестом попросил ее подвинуться поближе.

В прежнем теле едва ли я согласился бы делать что-то подобное в реальности – разве что в собственных фантазиях, сидя перед монитором. А теперь живая красотка, не какая-то пленница медкабинета, сидела рядом и всем своим видом предлагала: ну оттрахай меня уже!

– Случаи всякие бывают. Я вот разведена.

– В двадцать два? – скривился я. – Как же тебе помогло.

– Знаешь… – она сама взяла мою руку и положила ее себе чуть выше колена у самого края юбки.

Если бы я только мог избавиться от прежней памяти, стеснения при виде людей рядом, я бы наверняка разложил ее прямо здесь, за столиком. Похоже, она почувствовала это и решила буквально взять дело в свои руки.

– Мне кажется, мы с тобой думаем об одном и том же, разве нет? – произнесла она, снова откинув локоны за спину.

– Думаю, что да. Я уверена в этом.

Столик стоял довольно близко к дивану и стоило только официанту принести мой крем-суп и ее кофе, как девушка ловким движением руки скользнула мне в штаны.

– Хороший, – выдала она, вдоволь нащупавшись моего члена. – Я бы с удовольствием попробовала, какой он на вкус, но здесь люди… да ты и сам стесняешься… впрочем!

Она тут же нырнула под стол, ловко спрятавшись под ним так, что практически ни с одной стороны этой странной девушки видно не было. При этом она не задела его – даже посуда не звякнула.

И пока я удивлялся ее гибкости и ловкости, Алла с силой дернула мои штаны так, что затрещали нитки, и спустила их достаточно, чтобы высвободить мой уже давно напряженный член.

Надо отдать ей должное – справлялась она с ним… нестандартно. Вместо того, чтобы запихивать его до самой глотки, она занялась лишь головкой. Что она вытворяла! Ее губы и язык действовали в тысячу раз лучше, чувствительнее и точнее, чем у любой девушки, которая когда-либо пыталась доставить мне удовольствие ртом.

Я же в процессе пытался пообедать, потому что чувство голода от сильного возбуждения лишь обострилось. В какой-то момент я просто уронил ложку в тарелку и, сделав вид, что так и надо, повернул голову в сторону.

Алла, оказывается, уже выпила кофе. Что ж, это для нее неплохой десерт, надо сказать. А когда я попытался продолжить обед, она довела меня до самого пика.

Я чувствовал, как пульсирую между ее губ, а она принялась водить ладонями по моим бедрам – так что я не стал сдерживаться и несколькими толчками заполнил ее умелый и одновременно с этим жадный ротик.

Смачно обсосав головку, не забыв пройтись по ней язычком, Алла неспешно вылезла из-под стола и сглотнула у меня на глазах. Я снова выронил ложку.

– Ты что, не отрывался от еды, пока я… Ну ты и хам! – картинно обиделась девушка, вздернув носик. – Знаешь, что? – вдруг спросила она.

– Что? – спросил я хрипло, на всякий случай положив ложку обратно.

– Доедай и пошли ко мне. Тебе надо рассчитаться.

По ее хитрому выражению лица я понял, что речь идет вовсе не о деньгах.

Глава 8

Мне бы сейчас очень не помешал Тони, который сказал бы: «стой, сука! Куда пошел?! С ней? Да она тебя сожрет и не подавится! Таких наивных юнцов, как ты, она на завтрак десятками лопает!»

Но Тони рядом не оказалось, да и я себя не считал юнцом, хотя жутко краснел после того фантастического отсоса под столом. Поэтому никто не мог заставить меня сказать «нет».

И вообще надо быть психом, чтобы отказаться от такой красотки. И едва я расплатился, как она тут же вскочила.

– А где ты живешь? – уточнил я, когда мы вышли на яркий солнечный свет.

– Здесь, – она по-прежнему улыбалась. – Тебе обязательно надо задавать все эти вопросы? Почему нужно быть настолько старомодным. Ты знаешь мое имя и этого более чем достаточно. Хорошо, сладкий?

– Ага, – кивнул я, думая совсем о другом.

Вне ресторана, где было довольно сумрачно, она смотрелась еще более эффектной. Если ее сиськи и не были настоящими, то это наверняка это очень качественная работа, подумал я.

А вот с походкой она не очень церемонилась и быстрым шагом двигалась к одной из башен Сити. Если такие шикарные девушки входят в концепцию «город в городе», то я только за!

Но вопросов я больше не задавал и только изредка ловил на себе ее взгляды. Она смотрела на мой торс, штаны, лицо, всегда по-разному, но постоянно с ухмылочкой. И если сперва это была просто невинная улыбка, то, чем ближе мы подбирались к месту ее жительства, тем более жуткой она становилась.

Может, она больная? Или у нее слишком извращенные фантазии?

– Ты чего какой нервный? – ласково спросила девушка, когда мы вошли в лифт. – я не попрошу от тебя ничего сверхъестественного.

Или там ждет пара рослых парней, которые собирают биоматериал. Пропадают же люди бесследно – и я так же пропаду!

– Я не нервничаю, – быстро соврал я ей в ответ.

А может, она и не девушка вовсе и у нее член под юбкой? Ну уж нет, расставаться с анальной девственностью я не планировал.

– Вот и приехали, – она коснулась моей руки и вышла из лифта первой.

Она шокировала меня минетом под столом в ресторане и продолжала шокировать дальше. На негнущихся ногах я последовал за ней по глухому коридору без дверей и окон. Сразу за поворотом она уже отпирала дверь и снова поманила меня за собой.

– Дай мне пару минут, – попросила она и тут же скрылась в ванной. Затем высунулась: – а ты проходи в спальню. Вперед и направо.

Я послушно прошел в комнату дальше. Из ванной доносилось журчание воды, Алла в дополнение к этому звонко пела. Я же сел на край кровати.

Не прошло и двух минут, как она вышла ко мне, замотанная в большое белое полотенце от шеи до колен. Увидев меня, она рассмеялась:

– Да что с тобой?

– Честно? В первый раз встречаю такую девушку и всю дорогу думал, что с тобой может быть не так.

– Да? – она тряхнула мокрыми волосами. – И что же ты успел напридумывать?

– Была версия, что меня распилят на органы. Но она, похоже, не оправдалась.

– Еще не вечер, знаешь ли, – хихикнула Алла. – Еще?

– Что у тебя член, – ответил я, решив не говорить о мыслях про болезнь.

Я ждал, что она будет смеяться и дальше, но она внезапно посерьезнела и замолчала. Уже приготовившись к самому худшему, я вдруг услышал:

– А ты хотел бы проверить это сам?

– Проверить… что? – в горле у меня внезапно пересохло.

– Сам знаешь, что.

– Хотел, но на самом деле я…

Сказать, что на самом деле не верю в эту бредовую идею, я не успел, потому что Алла развязала полотенце и оно спало вниз, обнажив ее тело.

То, что я считал хирургией, оказалось чистой воды генетикой и любовью к собственному телу. Ни единого шрама. Никаких следов хирургических вмешательств.

– Умничка, что рот открыл, – похотливо улыбнулась девушка и приблизилась ко мне.

Это была вполне нормальная реакция на тугую, круглую грудь с четкими овалами розовых сосков, на ложбинку – результат упорных тренировок на пресс – чуть ниже ребер. Мускулистые бедра и… дальше я рассмотреть уже не успел, потому что Алла уперлась в меня.

– Ложись, – прозвучало откуда-то сверху, а ее ладонь с наманикюренными пальцами легла мне на плечо, легонько толкнула так, что я упал спиной на жесткий, почти не продавливающийся матрас.

И только успел заметить, как она согнула ножки, присев с краю кровати, словно приготовилась занять позу наездницы. Но тут же переместилась от мои ступней выше, и я уже приготовился стянуть штаны.

– Глупенький, – она сделала еще несколько шажков. – Тебе не нужно раздеваться. Сперва я сделала тебе хорошо, а теперь твоя очередь, – Алла сдвинулась ближе и привстала так, что я мог видеть ее киску.

Еще одна улыбка. Никаких вопросов, готов я или нет. Она легким движением села еще чуть выше. Вернее, даже не села, а присела, едва коснувшись влажной киской моих губ. Потом призывно двинулась из стороны в сторону. Я высунул язык и самым его кончиком ощутил солоноватую влагу.

– Так же лучше, – выдохнула девушка и прижалась плотнее.

Через несколько секунд ей показалось, что я все еще стараюсь недостаточно хорошо. Обе ладони она запустила мне в волосы и вжала мое лицо себе между ног со вздохом. Но так я и вовсе не смог двигаться, поэтому девушка ослабила хватку и позволила мне вдохнуть.

Я был вовсе не против так рассчитаться с красоткой за удовольствие в ресторане, но чтобы меня попытались задушить пиздой – это уже перебор. Внутри заиграли смешанные чувства.

Вроде бы и завершить начатое, поддавшись ее правилам игры. А с другой стороны меня только что пытались использовать и весьма грубо. И какой бы красивой она ни была, я не мог позволить себе остаться просто игрушкой в ее руках.

Так что пришлось распустить руки: я ухватил Аллу за упругую теплую попку и сбросил с себя набок.

– За что! – раздалось обиженное восклицание, но я тут же перевернулся, раздвинул ее ножки и приблизился к пункту приема оплаты. Девушка тут же сменила гнев на милость: – Ах ты! – и на этот раз без усилий положила ладонь мне на затылок.

Несмотря на то, что я оставался в одежде, я ощущал сильное возбуждение лишь от того, что делаю приятно ей. От ее вздохов и стонов, от того, как изгибалось ее тело, когда я, схватив губами клитор, провел большим пальцем по ее киске.

– Нет-нет-нет, пожалуйста, не надо, – запричитала она, когда я попытался всунуть его глубже. – И так хорошо.

Я подчинился, продолжая гладить ее губки подушечкой большого пальца. У нее была очень красивая киска: не слишком большие внешние губы, узкая полоса малых – и очень мокрая.

– А вот теперь не останавливайся, – быстро проговорила она на вдохе и застонала.

Я уловил ее ритм и повторял движения снова и снова, не надавливая слишком сильно. Наконец, ее ноги вздрогнули, и Алла со шлепком прижала левую ногу к кровати, не переставая стонать при этом.

Ее сладкая щелочка текла не переставая, пока девушка, наконец, не прекратила дрожать. Только тогда остановился, и я тоже.

– Оплата принята? – весело спросил я, тяжело дыша.

– Полностью! – произнесла девушка. – Но от добавки я не откажусь!

Глава 9

Алла не оказалась маньячкой, и в ее квартире действительно никто не прятался. Если кто и прятался, так только похотливый демон внутри нее. За красивой, но совсем не ангельской внешностью прятался сущий дьявол. Если у древних греков, или римлян, или арабов – или черт знает кого еще – был бог похоти, то передо мной лежало его воплощение.

Расплатился я с этой дикаркой с избытком, так что «на сдачу» мне перепало вдогонку несколько приятностей. Но еще не успело полностью стемнеть, как она решила меня выпроводить под совершенно надуманным предлогом:

– Клининговая служба придет с минуты на минуту. Тебе пора, – сказала она вежливо, но достаточно жестко, чтобы я не смел даже возражать.

Я и не рассчитывал на третий минет, однако спешность меня удивила. Часы на смартфоне показывали без пяти восемь.

– Да-да, вот как раз, к восьми, – она тоже посмотрела на дисплей.

– Хорошо, – сказал я, хотя планировал расстаться с ней классически: взять номер телефона, спросить, когда мы увидимся снова. Но, похоже, что новой встречи не предвиделось.

Я проверил все ли забрал и вышел из квартиры, не оборачиваясь. Прошел до лифта, пялясь на носки кроссовок. За пару шагов до стальных раздвижных дверей звонок возвестил о прибытии кабины.

Мне навстречу вышел рослый мужчина в поло с расстегнутым воротником, обнажавшим покрытую густой растительностью грудь. Он толкнул меня, решив, что в широком коридоре нельзя разойтись вдвоем.

– Смотри, куда прешь! – рявкнул он.

Я тут же развернулся и встал лицом к лицу с ним так, что он даже оказался чуть ниже меня. К собственному росту я еще не привык. И вообще, надо бы замерять, что я теперь такое.

Мужик в поло раздул ноздри, обнюхивая меня – или он так сердился, как буйвол. Но до драки дело не дошло. Он развернулся и быстро зашагал по коридору прочь. Молча. Я только закатил глаза. Балабол.

Спустился вниз, отыскал нашу «несуществующую» башню и завалился спать. День прошел очень удачно для меня. К новому телу я почти привык, все функционировало – а кое-что оценил не только я.

Поэтому спать я лег довольным до крайности. Даже будильник не завел – к чему он мне теперь. Но он и так мне не пригодился, потому что Тони выступил вместо него, разбудив меня оглушительным телефонным звонком:

– Я решил, что бесцеремонно теперь залезать к тебе в голову, поэтому звоню, – без обиняков начал он. – Давай ко мне, поговорим о нашей работе.

– Сейчас… – простонал я.

– Через десять минут не появишься…

Я просто отключился, продрал глаза, наскоро умылся и отправился вниз в том же, в чем был вчера. К счастью, путь на лифте занял меньше минуты, поэтому я не опоздал.

– Ты что, будешь меня всегда встречать с секундомером? – оскорбился я при виде компаньона, засекавшего время.

– Нет, только в первый раз. У нас вообще регламента как такового нет, но я проверил твою дисциплинированность. Больше не буду. Мы же партнеры теперь. Компаньоны. Но формально я – твой руководитель.

– Мне кажется, тебе стоит объяснить мне структуру.

– Присядь, – Тони занял место за своим рабочим столом и указал раскрытой ладонью на свободный стул. – Твой выходной прошел очень бурно, да? – поинтересовался он, стоило мне присесть.

– Ты такой догадливый или просто следишь за мной?

– Я же сказал, в голову к тебе я больше не лезу. Там у тебя все в порядке, к счастью. Но знаю о том, что к тебе приходила наша общая знакомая.

– И потому ты решил внести ясность? – я приподнял бровь.

– Нет. Потому что ты благополучно пережил день, ночь, вернулся назад и не сбежал.

– Были случаи, что кто-то сбегал? – удивился я.

– Новая личность, молодое здоровое тело! Деньги в кармане! – воскликнул Тони. – Таких историй я тебе могу рассказать с десяток, если не больше. Один пренебрег советом не пить. Набрался по старой памяти. И выпил-то всего ничего, вроде – не больше пол-литра.

– И что?

– Печень отказала, умер в тот же день.

– А сбежавшие?

Тони взял листок бумаги, аккуратно, за уголок, поднял. И, щелкнув пальцами, обратил его в пыль, которую тут же сдул со стола.

– Там, конечно, посложнее чутка было, но суть ты понял, – он помолчал. – А ты не испугался, что ли?

– Я не собираюсь убегать. Меня все очень даже устраивает, – и я закинул ногу на ногу.

– Трахался? – с озорным выражением лица Тони ткнул пальцем в мою сторону. – Не отвечай, знаю. Вижу по лицу. И как?

– Меня все устраивает, – повторил я, как робот, но при этом расплылся в довольной улыбке.

– Тогда не буду вдаваться в подробности и вернусь к нашей работе. Структура простая. Начальство свыше ставит нам план. Если есть сомнения, что один сотрудник не может справиться по объективным причинам, ему дают помощника. Если бы у меня было много помощников, скажем, пятеро, то я бы просто перенаправлял вам задания и оказывал помощь. Но нас лишь двое, так что работаем в паре.

– Вика сказала…

– Так, что тебе наговорила эта сучка? – прищурился Тони.

– Что на меня посыплются самые говенные задания.

– Не скажи. Это как повезет. Что она еще тебе сказала?

– Что до меня у тебя уже был помощник.

– Был.

– И что с ним стало?

– Сам как думаешь, а? – сердито ответил Тони, глядя на меня, как на полного идиота.

– Умер?

– Почти. Хороший был парень, но вот не повезло ему попасться под горячую руку ревнивца-мужа. Ему разбили голову битой, не снимая с жены. А потом и ее отдубасили.

– Значит, моя работа все-таки опасная.

– Я не обещал тебе обратного. Здесь все зависит от тебя, понимаешь? Если ты в лоб подкатишь к девушке и скажешь «красотка, я хочу раздвинуть твои ножки» – скорее всего, эта же красотка тебе морду расцарапает. Испортит весь твой товарный вид. И то, что ты вчера подцепил кого-то, не значит, что с той же легкостью на тебя набросится любая из наших целей.

– Значит, окольными путями надо?

– Да-а, – протянул Тони. – И на первых порах – ничего сверхъестественного. Вообще. Если цель в другом городе – едешь в другой город. Снимаешь жилье. Придумываешь себе легенду и работаешь.

– Сроки ведь еще есть?

– И сроки соблюдаешь, да.

– Короче, – резюмировал я. – Любое задание полностью зависит от меня. Не от внешности, а только того, как я буду действовать?

– Да! – радостно кивнул Тони. – Схватываешь на лету.

– А объяснишь, наконец, зачем мы все это делаем?

– Ладно, вкратце. Все сводится к влиянию, деньгам и другим ресурсам, – начал он. – С влиянием все просто. Есть у нас такие услуги, как необходимость кого-нибудь очернить. Или изъять избыточные суммы денег, например. Тогда мы устраиваем «пересадку».

– Что это такое?

– Замена души. Я пытаюсь объяснить тебе все максимально понятно, потому что в действительности это куда сложнее.

– По-простому я понимаю. А дальше что?

– Богатый промышленник, примерный семьянин. Но вот его благоверная либо гуляет налево, либо хочет денег. Тогда за определенную плату мы можем подстроить пересадку. Чаще – временно. А потом даем «жертву», липовый обман вскрывается. С Джеффом мы так поступили.

– Безос? Вы? Не может быть! – ахнул я.

– Может-может, еще как. И не жалко его было совсем, потому что по факту сволочь еще та. Но мы получили деньги, его жена получила деньги. А он получил свободу. И вроде бы даже не жалуется. Видишь? Мы даже нигде не сделали ничего дурного.

– А еще что делаете?

– Некоторых берем себе еще живыми.

– Так, а что же получается, человек без души… что же с ним происходит?? – ужаснулся я.

– Почитай «Паразиты сознания» – там примерно описывается, что происходит. Можешь даже целиком не читать, если лень, – подмигнул мне Тони. – Еще к одному виду использования мы прибегаем крайне редко. Последний раз что-то такое было веков так пятнадцать тому назад.

– Надеюсь, что ты это прочитал где-то, а не лично помнишь?

– Конечно, прочитал, мне не так много лет, как ты думаешь, – он усмехнулся. – Но я не буду говорить, сколько, чтобы лишний раз тебя не шокировать. Короче. Все эти щелчки пальцами требуют затрат энергии. А поляризованные души – отличные сгустки. Несколько раз в тот период нам пришлось прибегнуть к этому методу, чтобы сохранить себя в целости, как организацию.

– Ого… – только и смог ответить я. – Интересно и жутко. Но раз я часть команды, мне это не грозит? Меня не пустят в расход, потому что не хватает «ресурса»?

– Нет, не пустят. У нас приличные запасы, которые всегда пополняются. Мы берем по чуть-чуть от многих людей. Видеочаты, бордели, порно в интернете – за последние десять лет приток вырос многократно, так что мы на подъеме. Надеюсь, что вопросы у тебя кончились? Или Вика посеяла в тебе столько зерен сомнения, что тебя надо хорошенько прополоть?

– Нет, кончились, – признался я.

– Славно, – Тони вздохнул с облегчением.

– Но вот что скажи мне…

– Ну чего еще!

– А если человек… физически не сможет пойти на контакт? Я не знаю, там… вдруг это окажется старая бабка? Или ребенок? Или лесбиянка!

– Это ты удачно, – мой начальник-компаньон снова ухмыльнулся, на этот раз весьма и весьма похотливо.

– Что, нам надо охмурить лесбиянку?

– Лучше, – он оскалил зубы. – Двух!

Глава 10

– Ты меня больше озадачил, чем обрадовал, – задумчиво произнес я.

– У тебя разве не было таких фантазий? Что, никогда?!

– Были, но то фантазии. И разве тебе не кажется, что лесбиянки на то и лесбиянки, что к парням ровно дышат?

– Тягу к чужому полу нельзя убить на сто процентов. Ни таблетки, ни хирурги, ни болезни – ничего не может это сделать окончательно. Если девушка не мечтает о члене в своей вагине, она просто врет. Сразу сказу: любой дилдо – тоже член по своей сути, – тут же добавил Тони.

– О как завернул. И не придерешься, – рассмеялся я. – Но все равно это кажется мне чуточку сложновато.

– Брось, нужно лишь правильный подход найти. А благодаря интернету сделать это в миллион раз легче, чем пятьдесят лет назад, – он принялся стучать по клавишам. – Кроме того, поиск по готовым базам проводить еще проще.

– Готовые базы? – поразился я. – Откуда…

– У нас очень большое влияние. Не назову его неограниченным, но все же оно большое. Так, смотри. Одну зовут Марина и вот ее подружка Катя.

– Класс. Ты нашел их меньше, чем за минуту. Но пока это нам ничего не дает, – скептически заметил я.

– Зря ты так, Рома, зря, – на секунду Тони высунулся из-за ноутбука и посмотрел прямо на меня. – Чудеса кибернетики пока еще никто не отменял.

– Ты хочешь сказать, что всю грязную работу за нас сделает компьютер?

– Так, – он сдвинул технику в сторону. – О какой такой грязной работе речь? Мне кажется, ты сейчас очень сильно путаешь понятия.

– Ну, – я сконфуженно почесал нос, – ты говорил, что мы можем забрать душу у человека в том случае, когда она поляризована достаточно сильно. А для этого достаточно довести его до пика наслаждения, удовлетворив какие-либо его фантазии. Или одну фантазию.

– Да, урок усвоил, продолжай.

– А чего продолжать-то?

– Бляха-муха, Рома! – Тони хватанул по столу. – Клянусь сиськами моей сестры…

– У тебя еще сестра?

– Не перебивай! Я могу чем угодно поклясться, ситуацию это не сильно изменит. Суть в том, что иногда ты туп, как пробка. Скажи мне, ты же в своей прошлой жизни знакомился с девушками? Водил их на свидания, кормил вкусной едой, поил шампанским и водкой?

– Водкой не поил, но…

– Это все детали, Ро-ма! – закричал Тони. – Ты упускаешь самое главное. Как будто не знаешь, как надо обращаться с девушками. Их же не просто трахать нужно. За некоторыми хорошо бы еще и поухаживать.

– Ты как-то резко сменил риторику, тебе не кажется? – заметил я. – Сперва ты приводишь меня к какой-то непонятной девице, мол, иди и еби ее. Она сама на меня вешается – еби ее! А теперь внезапно «подход нужен».

– А теперь заткнись, умник, и послушай меня, – насупился Тони. – В мире существует миллион эротических фантазий. Одни люди их принимают, другие категорически не приемлют, а третьи готовы кончать от одних мыслей. И вот здесь ты – как солдат на минном поле. Ступишь не туда – пиши-пропало.

– Но ведь…

– Я что сказал?

– Заткнись и слушай, – недовольно повторил я.

– Вот именно. Но люди – существа поверхностные, – он принялся жестикулировать. – увидели девушку с розовыми волосами – хентайщица! В кожаной куртке – госпожа! Стерва! Или парня в зауженных джинсах и тонкой футболке – так сразу педик! А на деле девушка с розовыми волосами и мечтательным взглядом в своих фантазиях скачет на хуях сантиметров по двадцать пять, тогда как мадам-кожа мыслит о чувственных прикосновениях и долгих прелюдиях.

– А парень?

– Что парень?

– Ну, который в зауженных джинсах и тонкой футболке?

– А, так педик же.

– Объяснялка из тебя так себе, – я закатил глаза.

– Нет. Ты опять упускаешь главное. Люди мечтают об одном, показывают другое, а их окружение видит вообще третье. Понял теперь?

– Допустим, что понял. Погоди, – я поднял ладонь. – То есть ты сейчас говоришь про те случаи, когда парень дарит милой девушке букет, а она его отшивает, точно он что-то сделал не так?

– ДА! Дошло наконец. Вы не можете общаться нормально, не видите знаков, которые посылает тело, не воспринимаете сигналы природы, но вместо этого ваша черепушка додумывает столько всякой херни, что у меня волосы на голове дыбом встают.

– Не знал, что ты на досуге психологом-сексологом подрабатываешь, – фыркнул я.

– Вполне могу, знаешь ли. Но, раз ты наконец-то уловил суть. У нас особых правил нет. Но, как я тебе уже сказал раньше, тратить вхолостую свои щелчки пальцами я не могу. Ресурс в таком случае растратится быстро даже при нынешнем населении. Поэтому наши доблестные программисты…

На этих словах я подавился и закашлялся, да так сильно, что не мог успокоиться с минуту.

– Что с тобой?

– Доблестные программисты… умора, – выдохнул я. – Ленивые ублюдки с зарплатой президента небольшой корпорации. Это так, – пояснил я сразу же. – Ты просто на больное место нажал.

– У нас они доблестные, несмотря ни на что. Только не подавись снова, я не могу третий раз повторять одно и тоже. Короче, они сделали анализатор, как бы двусмысленно это ни звучало, который шерстит все, связанное с конкретной персоной. Особенно полезны контакты с людьми, у которых уже есть высокий индекс похоти, просмотр фото и видео, ключевые слова из диалогов и дальше по мелочи. Здесь ты все понял?

– Да, – ответил я. – Здесь я понял все.

– Так а почему ты на своих коллег-то обижен?

– Их повысили, а меня уволили…

– И всего делов? У нас, кстати, по Марине анализ уже есть, все в пределах нормы. Секс в людном месте, с незнакомцем, игровое изнасилование – это все ее фантазии, которые составила программа. Запускаю проверку ее подружки.

Через пять минут программа выдала ответ: групповое, случайный, с незнакомцем.

– Вот видишь. А для людей они лесбиянки, – фыркнул Тони. – Теперь надо составить план, а лучше всего это делать за чашкой кофе! Пошли отсюда, глотнем свежего воздуха.

Глава 11

Уложить в голове вихрь событий оказалось не так-то просто. Тони я однозначно верил, хотя чувствовал, что он не сообщает мне всего. Поэтому проще принять некоторые вещи на веру. Как, например, тот факт, что я умер и теперь сижу в другом теле.

– Надеюсь, тебя не тянет философствовать? – поинтересовался Тони, когда мы сели в летнем кафе под навесом, а официант принес ему чашку кофе, тогда как я ограничился чаем. – Правильно, побереги желудок, – чуть насмешливо сказал он. – Так что насчет философии?

– Ты снова влез в мои мысли, – устало ответил я, не видя смысла задавать очевидные вопросы. – Не надоело еще?

– Формально я не залезал, но просто угадал по твоему виду.

– Как так?

– Ты задумчив.

– Может я задумался о твоих лесбиянках, которые совсем не лесбиянки.

– О, нет, люди, которые думают о девочках, выглядят совсем иначе. Ты размышляешь о чем-то серьезном, – Тони аккуратно отпил горячий кофе и поморщился. – Сахара маловато. Жмоты.

– Что есть «я»? Душа? – задал я волнующий меня вопрос.

– Знал, что рано или поздно ты спросишь, – он принялся размешивать сахар маленькой ложечкой, одновременно глядя куда-то в сторону.

– Похоже, что ответа на мой вопрос ты не знаешь.

– Отчего же? Знаю. Но как прикажешь объяснить тебе то, до чего вы еще не дошли своим умом? Люди до сих пор, как дикари – тычете в небо, когда происходит что-то необъяснимое. А то, что можно объяснить, подгоняете под определенный формат, исключающий многогранность структуры для дальнейшего развития.

Я открыл рот, чтобы дать какой-нибудь ответ, но тут же захлопнул его обратно. Зерно истины в его словах было, а потому я лишь посмотрел, как он с наслаждением пьет кофе, на этот раз достаточно сладкий – после еще двух ложек сахара.

– Но ты мог бы попытаться объяснить это так, чтобы я понял.

– Едва ли. Вы еще не дошли до нужного уровня и, насколько я знаю, даже не двигаетесь в этом направлении. О чем можно говорить еще?

– О том, что ты меня выбрал, – снова завел я ту же шарманку. – Почему я? Каждый день умирают тысячи человек, но ты выбрал меня.

– Я же сказал, объясню после дела. Понимаешь ты или нет? Рано еще. И я не могу давать тебе информацию, в которой не уверен сам.

– Может быть, господа желают завтрак? – к нам вернулся официант.

– Ему два яйца, – посмеиваясь, сообщил Тони, сделав выбор за меня. – А я не откажусь от сэндвича. И, если можно, соуса побольше.

– Сию минуту.

Официант исчез, а мы замолчали. Я снова погрузился в раздумья. Да уж, свежий воздух очень располагает к планированию – но только не тех дел, которые нам нужны.

За соседним столиком сидела миловидная темноволосая девушка. Большие глаза, открытый топ, демонстрирующий манящую ложбинку, пухлые губки – многие из моих старых знакомых стремились быть на нее похожей.

Девушка разговаривала с мужчиной, вероятно, ее парнем, но, заметив мой взгляд, стала обращать больше внимания на меня – или это я просто заметил, что привлекаю ее? Апельсиновый сок из прозрачного стакана, покрытого капельками влаги, она тянула через соломинку, очень аппетитно обхватывая ее губами. Достаточно было одного взмаха ресниц, чтобы вознести желанный образ к совершенству.

– Не привлекай внимания, Рома, – посоветовал Тони. – Оно нам сейчас совсем ни к чему. Не в этом месте и не в это время.

– Что? – я забыл про свой чай и глазел на девушку. Пусть в столице таких было немало, но именно эта смотрела сейчас на меня. – Какое внимание?

– Внимание от ее парня. Он явно сломает тебе табло, если ты не прекратишь пялиться, добавил он спокойно.

– Но я же не… – пробормотал я, наблюдая, как поднимается по толстой соломинке оранжевый сок и…

– Рома, блядь! – рявкнул Тони, и я чуть не выронил чашку из рук.

– Ты чего творишь?!

– Лезу в твою пустую голову, балбес, – прошипел он. Я только тогда понял, что его голос звучал у меня в голове, и крика никто, кроме меня, не слышал. – Пусть она в тебе хоть дыру протрет, ты не пялься.

– Да я и не… – а сам снова смотрел в сторону красотки, которая следила за мной, посасывая соломинку.

– Поздно, – буркнул Тони: в нашу сторону повернулся спутник красотки, явно намеренный разобраться со мной самыми жестокими методами. – Если что – адекватности в нем примерно ноль.

Сперва парень быдловатой наружности что-то высказал своей девушке, тыкая при этом в нее пальцем, а потом встал, повел плечами и двинул к нам. Но дойти до нас он не успел. Его хватило лишь на пару шагов, а затем он споткнулся и схватился за живот.

Я совершенно перестал понимать, что происходит, когда парень изменился в лице, упал на колени прямо между нашими столиками и завалился набок, что-то мыча.

– Помогите! Врача! Скорую! – запричитала девушка, тут же забыв про меня.

– А ты сиди и не дергайся, – тихонько посоветовал мне Тони. – Сейчас принесут твои яйца. Своих тебе как-то пока не хватает.

– Ты говоришь так, словно я его провоцировал.

– Именно. Поддался той девице. Знаешь, сколько подстав бывает? Точно, не знаешь, потому что ты не отсюда. В вашей глуши так людей не разводят.

– Хочешь сказать, они нарочно так делают? – удивился я, пока вокруг мычащего быдлана крутились работники летнего кафе. Наш официант непринужденно прошествовал мимо и поставил нам еду.

– Каждая пятая красивая девушка хотя бы раз участвовала в разводе на бабки. Знаешь, что было бы дальше?

– Мы бы подрались?

– Наивный. Тебя бы усердно убеждали расстаться с деньгами. Нет, драки бы не было, если бы только ты ее не начал сам.

– Пиздец, – вырвалось у меня. – Я думал, в столице цивилизация.

– Цивилизация и развод на деньги – две стороны одной медали, – ухмыльнулся Тони и принялся уплетать сэндвич за обе щеки.

Пришлось успокоиться и тоже заняться едой. Прикатила скорая и позеленевшего парня унесли на носилках.

– Я могу вам еще чем-то помочь? Может, что-нибудь подсказать? – официант подскочил к нам снова.

– Можете, – сказал я. – Скажите, с нами из-за вашей еды не случится того же, что и с соседним столиком?

– Не случится, – заверил меня официант.

– Вы уверены?

– Нет, но вы попросили – я сказал. Еще что-то желаете?

– Пока все, идите, – отмахнулся от него Тони. – Главное, что столик рядом теперь свободен, – добавил он. – И очень даже вовремя.

– О чем ты… – начал я, но он лишь указал на двух девушек, которые его занимали.

– О работе, конечно же, – плотоядно улыбнулся он.

Глава 12

Выглядели они обе лет на девятнадцать, не больше. Молоденькие, стройные – я бы даже сказал, что слишком худые и особого возбуждения они не вызывали. К тому же обе одевались довольно вызывающе и почти не оставляли никакого простора для мужской фантазии.

– Знакомься, Рома, – Тони даже не повернулся в их сторону, – ту, мелированную с короткими волосами зовут Катя. Дальше сам догадаешься.

Помимо того, что их одежда была вызывающей, она еще была одинаковой. И потому девушек я отличал только по цвету волос. Если бы мне кто сказал два дня назад, что я за двадцать четыре часа увижу такое разнообразие фигур, причесок и женских откровенных нарядов, причем добрая половина их обладательниц возжелает со мной потрахаться – не поверил бы ни за что.

Теперь же с некоторым любопытством изучал наши будущие цели. Девчонки были заняты собой и не обращали на меня никакого внимания. Заказали себе какие-то травяные салатики и хрустели ими, одновременно щебеча и воркуя.

– Вообще, знаешь, со стороны они и правда, как лесбиянки, – скривился я.

– Еще скажи, что тебе не нравится, – Тони ухмыльнулся.

– Не знаю… может, они просто не в моем вкусе?

– Может. Обычно все любят либо помясистее, либо посисястее. А здесь не больше сорока пяти килограммов веса, но зато в их головах много чего интересного имеется. Присмотрись получше. Ты, конечно, все равно не заметишь этого, но, быть может, прочувствуешь.

То пялься. То не пялься. Вздохнув, я налил себе еще чашку чая и принялся поверх нее наблюдать за девушками.

Итак, у одной мелированные, торчащие кончики светлых волос точно лаком залиты по самое не могу. Белая футболка настолько тонкая, что даже кожа просвечивает. Короткие зеленые шорты из джинсы не растрепаны, как это было когда-то модно, а аккуратно подшиты. При этому Катя сидела так, что шорты буквально впивались в ее попку, разделяя ее на две аппетитных половинки.

И они были бы еще более аппетитными, если бы весу в ней было хотя бы на три-четыре кило больше. Но, с другой стороны, если смотреть на нее исключительно как на задание, то почему бы и нет?

Если я не видел Катиного лица, то Марина смотрела практически в меня – я сидел очень удачно. Но она не отвлекалась от своей подружки и потому не обращала внимания на то, что какой-то явный извращенец смотрит на нее почти не отрываясь.

В ее чертах все было каким-то миниатюрным: небольшой носик, тонкие губки, едва заметные скулы и прямая линия щек без впадин – кукла и не более. Минимум макияжа делал ее женственной, как и карешка черных волос с парой ярких желтых прядок.

Я не понимал подобных издевательств над волосами, но Марина от этого хуже не становилась. Носила она такую же полупрозрачную белую футболку с довольно глубоким вырезом. Что-то наподобие носил Челентано в своих фильмах. С учетом того, что сиськи Марины едва ли превосходили в размерах грудь известного итальянца, комбинация выходила забавная.

И все же после внимательного изучения подружек, я не смог понять, что же имел в виду Тони.

– Не прочувствовал значит. Еще рано, – он пожал плечами. – Что ж, ничего страшного в этом нет, не переживай, это ж еще не импотент.

– Вообще не смешно, – отозвался я тут же.

– В один прекрасный момент ты сам почувствуешь то же самое, что я. Многие люди это чувствуют, но не понимают мозгами, что происходит.

– Ты сейчас мне про любовь втираешь, что ли? – нахмурился я.

– Нет, – отмахнулся Тони. – Химия – это уже результат, потому что выработка всяких там гормонов прошла успешно и мозги реагируют на это соответственно. Я говорю о том самом моменте, когда один человек смотрит на другого, не может назвать его красивым или приятным, но в то же самое время к нему тянется. А иногда тяга бывает, как у двух магнитов – отпусти и они схлопнутся между собой. Но люди и сами не понимают, почему так происходит.

– Что, так правда бывает? Я думал, что это лишь в кино.

– Бывает, конечно. Самое интересное начинается дальше. Одни думают, что им повезло в жизни и планируют связать жизнь с этим вторым магнитом. Другие расходятся, вежливо говоря об ошибке. Третьи уходят молча – потрахались и хватит. Вот кто из них прав?

– Первые или вторые, не знаю. Но никак не третьи.

– Везде мимо. Везде. Именно третьи поступают правильно, потому что ничего и близко к тому, что у них было – не будет больше никогда. Все. Поляризация тому виной. Она прошла. Накопилась, вспыхнула и прошла. Заряды выровнялись.

– Но есть какое-то логичное объяснение всей этой чуши, – пробурчал я, наблюдая за тем, как девчонки треплются за соседним столиком.

– Есть. Я его тебе только что дал. Но то, что ты не почувствовал ничего при виде этих подружек – еще ничего не значит. План у меня уже есть, думаю, что ты оценишь.

– Он звучит так же, как твои объяснения? Херовый план в таком случае.

– Нет же, план простецкий – реально проще некуда, – Тони оперся на стол, сдвинув в сторону чашку из-под кофе. – Мы просто завалимся к ним в гости. Маленький фокус для них, много приятностей для всех четверых.

– Ты предлагаешь вломиться в их квартиру?? – опешил я.

– Не вломиться, а войти.

– Конечно, так они нас и пригласят! Они на меня даже не посмотрели. Или ты хочешь сделать с ними что-то такое, что они сейчас подойдут к нам и…

– Так может ты не в их вкусе так же, как и они – не в твоем, – начал Тони. – Во-вторых, вламываться мы не будем, это очень грубо. Будьте добры, счет пожалуйста, – попросил он официанта. – Расплатишься?

– У меня есть выбор? – притворно удивился я.

– Нет, – отрезал Тони и тут же продолжил. – Нас не пригласят, но и вламываться мы не будем.

– Мы что, прикинемся службой доставки? Сантехниками, как в дешевой порнухе? – я скривился. – Фу же!

– Твой опыт просмотра порно мне переплюнуть будет непросто, Рома, – Тони покачал головой, как бы осуждая меня. – Но не об этом речь. Нет, у нас не будет никакой другой роли кроме нужной нам.

– Здорово объяснил! – воскликнул я. – Охуительно просто!

– Прежде, чем орать, научись думать, – негромко ответил Тони. – Кто мы?

– Сборщики душ? – неуверенно ответил я.

– Как интересно! – произнес официант, подставляя терминал. – Раньше были охотники за головами, а теперь за душами, хм!

Пришлось замолчать. Аппарат выплюнул чек, и мы встали. Напоследок я посмотрел на девушек, которые продолжали что-то обсуждать, живо, эмоционально, но не очень громко. Официанта я оставил без ответа, а вот Тони продолжил говорить:

– Верно сказал. И, как я объяснял тебе раньше, нам надо довести этих подружек до кондиции. Сделать это можно несколькими вариантами, но я остановился на единственном, который подойдет для нас двоих и приемлем этими сучками. Чего рожи корчишь?

– Эти две мне не очень по вкусу, но не мог бы ты их не обзывать? – спросил я, справившись с собственным лицом.

– Могу, но сучки они и есть сучки. Ты на них посмотрел, ничего не почувствовал – но это не значит, что этого не почувствовал я. Пойдем обратно, думаю, у меня найдется, что тебе показать.

– Тебе что, нравится ходить туда-сюда? – вспылил я. – Почему мы не могли все обсудить в одном месте? Или у вас там нет еды?

– У нас есть все, – Тони положил руку мне на плечо, успокаивая меня. – Но я лишь хотел тебе показать этих двоих. Еще один маленький эксперимент, – он сочувствующе посмотрел на меня: – их будет немало, поверь.

Глава 13

Я мысленно прокрутил те варианты, которые ранее озвучивал Тони. Точнее было бы назвать их даже не вариантами, а фетишами тех девчонок. И, в принципе, их можно было понять.

В таком возрасте хочется чего-то дикого и необузданного. Я же был прежде человеком домашним и простым, поэтому все мои фантазии сводились к очень узкому кругу интересов, без каких-либо извращений. По крайней мере, так считал я сам.

И говорить о прилюдном сексе мог лишь в теории. Заниматься таким в действительности, у всех на виду, например, в парке? Нет уж, спасибо. Я не последний псих.

Какое-нибудь укромное место, а еще лучше – уютное. Большая кровать с матрасом пожестче или ковер, где можно развернуться. Обязательно тепло и чисто. Да что тут фантазировать – то, что Алла решила меня обласкать в ресторане прямо под столом до сих пор вызывало у меня дрожь. Приятную.

Возвращаясь к Марине с Катей, я подумал, что устраивать с ними прилюдное соитие как-то странно. Не по вкусу – раз. Не по стилю – два. И опять же, с их ориентацией, пусть и постановочной…

Но ведь Тони сказал, что мы придем к ним гости, а это еще более странно, сколько бы таких странностей прежде я ни видывал. Поэтому за бодро шагающим компаньоном я шествовал более чем понуро.

Надо же, так загрузить! Еще вчера я рассчитывал на регулярный и стабильный секс, приятный во всех отношениях, а уже сегодня Тони довел меня до мигрени. Сука.

– Давай, чего ты мне показывать хотел, – плохо скрывая злобу проговорил я, плюхаясь при этом на стул. Голова реально болела, так что я сразу же провел ладонью по лбу.

– Опять психуешь просто потому, что ты ничего не понял? Как это по-человечески, – цыкнул Тони. – Ничего, это мы из тебя выбьем. Может быть, даже буквально, если ты того захочешь.

– Да ты реально раздражаешь! – рявкнул я. – Нормально объяснить ничего не можешь, одни загадки. Да с такой нагрузкой столько крови в мозги уходит, что хуй не встанет.

– Так а ты что думал, – Тони резко наклонился и уперся в подлокотники, вжав меня в спинку стула, – что я буду делать за тебя всю работу, а ты, сучок, только девок трахать? Мы с тобой партнеры, и сейчас моя главная задача – твою пустую голову заполнить чем-то полезным, научить думать. Заставить, если потребуется.

– Заставить?! – продолжал буйствовать я. Он дышал мне почти в лицо и бесил этим еще сильнее. – Ну попробуй, давай! – я вскочил и стул отлетел в сторону.

Тогда мне казалось, что моя форма и злость должны дать вместе такой эффект, что Тони отступит сам, помирится со мной и словами, простыми и понятными, объяснит, что же он от меня хочет.

Первый удар он и правда пропустил:

– Так врежь мне… – начал он и тут же схлопотал в скулу правой. Ну и мощные же у меня лапищи!

Тони мотнул головой, потом заправил выпавшую из идеального зачеса прядку волос. Потрогал ладонью лицо, посмотрел на пальцы в крови.

– Раз уж без этого никуда, – произнес он неспешно, скинул пиджак, стянул галстук через голову и встал в стойку: – дубль два или ссышь?

Последний раз на меня так нарывались во дворе, когда мне было лет десять. Мелкий юркий парнишка думал от меня убежать, но споткнулся и отхватил таких люлей, что боялся потом домой идти. Ну а потом бояться пришлось мне, когда об этом узнала мамка.

Здесь же никто не помешает мне спустить пар. Поэтому я замахнулся еще раз и даже не заметил, как секундой позже оказался на полу. Ребра болели, сердце стучало неритмично. Хотелось кашлянуть, но я боялся, что меня вырвет прямо в кабинете у Тони.

– Третий раз давай и закончим на этом, – донесся до меня голос начальства. – По голове не бью, иначе совсем думать ничем не сможешь.

Я привстал, упираясь ладонью в пол, потом поднялся полностью. Где-то щелкнул сустав. Где-то между затылком и копчиком.

Теперь я действовать осторожнее. Не замахивался так же лихо, как раньше, не стремился наносить удары с максимальной силой. Но все равно сказывалось полное отсутствие опыта и знаний – та драка в десятилетнем возрасте была моей единственной.

Поэтому я попытался обойти Тони сбоку, но он неспешно кружился, не отворачиваясь от меня, а на втором круге спросил:

– Не тошнит еще? Давай, завязывай уже, интереса нет, толку тоже.

Подначивал он меня или наоборот хотел закончить драку, но я подскочил ближе, попытался ударить его в плечо, но компаньон увернулся и мой кулак лишь рассек воздух. Встречный удар мне почти удалось отбить, и в результате снова ничья.

Теперь и мне эти скачки показались глупыми. Особенно когда я вспомнил, что Вика тоже звала меня на спарринг. Что же мне, поколотить всех, кого я знаю?

– Хватит, – я опустил руки. – Мир.

– Рад, что до тебя дошло, – ответил Тони.

– Извини. Психанул немного.

– Бывает, – он слегка склонил голову. – А знаешь, почему? Потому что вокруг тебя творится неведомая, нечеловеческая хрень, но в то же самое время все как будто бы то же самое. Что, Москва стала другой? Нет. Все то же самое, те же башни, та же река, те же люди. Тебе надо привыкнуть. День-два. Максимум – неделя. Не больше. И ты втянешься, – и он снова ободряюще хлопнул меня по плечу. – Но я все равно не намерен тебе говорить больше, чем ты должен знать на данном этапе. Допри сам, уж будь другом. Кстати, как голова?

– Лучше, – с удивлением отметил я.

– Злость и прочее дерьмо в себе держать не надо. Лучше регулярно спускать пар. Можем тебе грушу поставить в комнату, лучше колотить ее. Она сдачи не даст, – Тони отвернулся надеть обратно галстук и пиджак, а когда я снова посмотрел на его лицо, то не увидел ни следа от моего удара.

– Пожалуй, стоит. И собой заняться, и все остальное.

– Верная мысль, – похвалил он и сел за свой ноутбук. – Ну же, давай, шевели мозгами. Ты видел этих телочек, слышал, что я тебе сказал. Пока что я займусь поисками кое-каких интересных вещей про них, а ты говори, высказывай свои мысли.

– Так, – я сел обратно на стул и с видом ученика, отвечающего домашнее задание, принялся рассуждать. – Ты выдал по три фетиша на каждую.

– Память в порядке, дальше.

– Но пересекается только один, который с незнакомцем.

– То, что он есть у обеих, еще не значит, что обе будут кайфовать от его исполнения одинаково сильно. Есть и второстепенные факторы, – поправил меня Тони.

– Например… – предположил я, – другие их фантазии?

– Давай-давай-давай, – компаньон покрутил рукой, точно крутил колесо.

– Зна-а-ачит… одна любит, когда много людей, а другая за жесткое.

– Не за жесткое. За игровое насилие. Она не подозревает, что мы знаем об этом.

– Но это же… – у меня глаза на лоб полезли, – я не буду никого насиловать!

– Ты «Операцию Ы» смотрел?

– Смотрел, – ответил я недоверчиво. – Причем здесь эти соски и кино?

– А меня просил их не оскорблять, – расхохотался Тони. – При том, что все будет понарошку!

– А-а-а… «все украдено до нас», – процитировал я. – То есть, мы должны появиться в нужный момент, когда они обе будут готовы?

– В десятку. Незваные гости придут к двум разогретым девочкам, оттрахают их во все щелки и заберут души, – произнес Тони без особой мечтательности в голосе, точно это и правда была больше работа, чем удовольствие. – Только вот еще что, – он посмотрел на меня из-за ноутбука: – постарайся продержаться дольше, чем пару минут.

– Да я же…!

– Ладно-ладно, я пошутил, – он поманил меня рукой, – иди сюда, покажу несколько интересных видео. Тебе понравится.

Глава 14

Отрицать не буду, видео мне и правда понравилось. Обе девчонки оказались гибкими и вытворяли какие-то невообразимые вещи, хотя мне довелось увидеть немало роликов с эротическим и порнографическим содержанием.

Причем то, что произвели Катя с Мариной, больше походило на запись с одного из известных видеочатов: регулярно звенели монетки. Донатеров у девчонок имелось предостаточно – звук падающих в их карман токенов слышался по несколько раз за минуту, причем в довольно большом количестве.

– Как тебе? – спросил Тони, а я даже не успел толком ничего рассмотреть, потому что был поражен их фанбазой.

– Охуенно зарабатывают, – вырвалось у меня.

– Ну, включил бухгалтера, – рассмеялся он, не отрываясь от видео. – Давай, сообщи мне, насколько они зарабатывают? Ты же хорошо знаком с этим чатом.

– Похоже, что около пары тысяч на каждую они получили только за эту минуту, – быстро рассчитал я.

– А ты и правда был умным парнем, – согласился Тони. – Лучше насладись тем, что они делают, а потом я скажу тебе, во что выльется их представление. И, да, насчет денег ты малость ошибся.

– Ошибся? – удивился я. – Но я же считал навскидку.

– Они транслируются в нескольких чатах одновременно, так что они и правда сучки, а денег имеют что-то около десяти тысяч на двоих за минуту.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что полмиллиона они зашибают меньше, чем за час.

– Ебать-колотить!

– На самом деле на людях они более нежны, – принялся комментировать Тони. – Посмотри получше. Я могу и звук добавить…

– Не надо!

Я отказался, потому что никогда не представлял себе, что буду смотреть порнуху в компании с кем-то. Вообще, раньше я считал, что это исключительно личное дело и все тут.

Но в одном Тони был прав – девчонки старались делать все исключительно нежно и все свои потуги на камеру снабжали частым хлопаньем глаз, широко раскрытыми ртами, а уж игрушек на кровати у них валялось в изобилии.

Одежды на них уже давно не было, и я убедился своими глазами в том, что полупрозрачным футболкам и правда нечего скрывать за исключением торчащих коричневых сосочков.

Марина лежала на спине, заложив ноги себе за голову, пока подруга ласково водила ладонью по ее начисто выбритой киске. Ни одного проникновения – пальцы скользили только снаружи, временами раздвигая губки и ничего более.

В таком виде подружек можно был посчитать привлекательными, промелькнула у меня мысль. А потом сработал флажок от еще одного фаната – денег он отвалил немеряно, потому что обе девчули сразу заулыбались, и Катя секундой спустя присосалась к клитору подружки.

– На самом деле пока что все невинно, – признался я. – Сперва я предположил, что они друг дружку на ту коллекцию игрушек будут насаживать, но получаются такие простенькие лесбийские игрища. Ничего особенного. Но они, конечно, хороши, тут я не могу отрицать…

– Смотри, что будет дальше, – Тони деловито поерзал в кресле. – Впереди самое интересное – я бы не стал тебя звать, чтобы ты смотрел на то, что уже видел сотню раз.

С выражением неописуемого блаженства на лице Марина отдала свою киску на «растерзание» подружке. Та активно ласкала ее губами, пока в один прекрасный момент я не заметил, как она начала делать это языком.

– Эм…

– Вот именно! Знал же, что тебе понравится.

На рекорд Гиннесса этот язык не тянул, но дотянуться до кончика носа им Катя явно могла без проблем. Развернув камеру так, чтобы самое сокровенное мест подружки было видно крупным планом, она высунула язык побольше, точно хвастаясь размерами, а до клитора коснулась только самым его кончиком.

– Ну и размер! – в очередной раз удивился я. – Они кубик Рубика во рту не собирает случайно?

– Нарочно тоже не собирает, смотри дальше.

Язык тем временем скользнул ниже, эффектно пройдясь по малым губкам. Катя ловко раздвинула их и, придвинувшись чуть ближе, резко вставила напряженный язык внутрь.

– Боже мой! – воскликнул я.

– С такой подружкой парни не нужны вообще, но, как видишь, что-то с этими девчонками все равно не так, судя по их фантазиям.

– Ага… – протянул я, наблюдая, как мелированная подружка входит языком все глубже и глубже.

– Точно не сделать погромче? – спросил Тони: из динамиком едва слышно доносился уже почти визг Марины.

– Спасибо, я и так и все прекрасно слышу, – смутился я и поправил напряженный член в штанах так, чтобы не слишком мешался. – Мы уже посмотрели все, что надо?

– Почти, – Тони коварно ухмылялся. – До конца осталось совсем немного, продержись чуток.

В какой-то момент времени Марина уже не сдержалась, схватила свою подружку за волосы и крепко прижала к себе, а потом взялась поудобнее и принялась использовать ее вместо фаллоимитатора. Тут мои глаза округлились еще больше.

– А чо, так можно было??

– Это лишь один из их многочисленных роликов, которые гуляют по интернету. Стоило только на одном из них распознать мордашку, чтобы отыскать все аккаунты и все их видео. Порядка пары сотен.

– Каждый день, что ли, пишут? – пробурчал я, продолжая наблюдать за все ускоряющимся темпом.

– Нет, старых много, они таким давненько балуются. Другими словами, ты понял, что при всей напускной нежности эти две – сущие дьяволицы, – веселясь от моего вида, проговорил Тони. Марина наконец-то отпустила подругу и поглаживала себя сама, а Катя лишь облизывалась, сохранив похотливое выражение на юной мордашке. – Долго искали себя и, кажется, нашли сейчас.

– Еще бы, по полляма за час срубать!

– Завидуешь? Попроси поделиться.

– Не буду я просить!

– И молодец, – Тони посерьезнел. – За это задание очень хорошо платят. А кроме того, с твоей стеснительностью ты не успеешь подготовиться.

– Стеснительностью?!

– Ну да, ты знаешь, о чем я говорю. А подготовиться не успеешь, потому что мы пойдем к ним сегодня вечером.

– Уже?!

– Да хватит на меня таращиться, мать твою! Весь день глаза пучишь, то на девушку в кафе, теперь на меня. Да, идем к ним вечером. Живут неподалеку, так что готовиться особенно не нужно. Ну теперь-то ты понимаешь, что я имел в виду, когда говорил про «разогретых»?

Тони был прав – теперь я понимал это очень хорошо.

Глава 15

А дальше все было проще некуда. Добраться до их дома, вскрыть замок, навести шороху – но сделать только в тот момент, когда их шоу будет в самом разгаре.

– Мы что, можем попасть на камеры? – поморщился я.

– Отмечу, что банки грабить с тобой точно нельзя, – шумно фыркнул Тони. – Маски на голову, им это только понравится.

– Уверен? – спросил я, эту самую уверенность совсем не ощущая.

– Да. И резинки тоже, чтобы следов не оставлять. На всякий случай.

– Слушай… – когда я понял, что ситуация подходит к непосредственному исполнению плана, то засомневался окончательно в своих способностях. – А если у меня не получится?

– О, блядь, приехали, – Тони хмуро посмотрел на меня. – Ты идешь трахать двух клевых телочек и еще в чем-то сомневаешься?

– Не в телочках дело, а в том, что… ну…

– Давай, выскажись, живее! – он не просто перехватил инициативу, но еще и активно наседал на меня, давил, и я ответил:

– Я не люблю жестокость. Даже притворную.

– Тряпка.

– Что?

– Тряпка ты. Я так и знал. Чуял подвох, что в твоем описании что-то точно будет не так. Но все выглядело вполне пристойно. Нормальное прошлое, не дерьмовый характер, – и тут он взорвался: – ты знаешь, сколько ублюдков мне пришлось пересмотреть до тебя, а?!

– Что? – тупо повторил я.

– Мне повторить?? – проревел Тони, опираясь на стол и вжимая меня взглядом в стул.

– После убитого помощника или до него? – вырвалось у меня и компаньон, лихо перемахнув через стол, на ходу сломал ножку у моего стула, но не позволил упасть вниз лицом – пнул сильнее и опрокинул меня на спину:

– Не забывайся и знай свое место! – гремел он, поставив ногу мне на грудь так, что я даже вдохнуть не мог. – Похоже, ты как-то зазнался, решил, что тебе можно слишком многое?

– Не-ет… – прокряхтел я. – Убери ногу, пожалуйста, я все понял.

Но давление лишь усилилось. А потом резко прекратилось, когда Тони успокоился.

– У нас жесткая работа, парень, – проговорил он, стараясь скрыть прежнюю вспышку гнева, но не попытался извиниться. – За те столетия, что я проработал здесь, мне приходилось делать всякое, а ты сливаешься на такой простоте… Рома, блядь, честно, – я не понимаю тебя. Такой шанс, дел – напрячься чутка.

– Да я же…

– Заткнись и дослушай! Я тебе говорю – ты просто вдупляешь. Это не какая-то офисная работенка, где ты год бумажки с места на место кладешь за тридцатку. Уволили в одном месте, приду в другое. Здесь всего дел: капля планирования и член в порядке чтобы был. И то не всегда, если к какой госпоже вдруг попадешь. Чуешь?

– Чую…

– Заткнись!

– Но ты же…

– Рома, блядь!

– Молчу…

– План я за тебя составил на первый раз. Девки – огонь. Лесбиянки притворные. Подыграй мне, подыграй им и еби, как обычно. Где у тебя ступор, на какой из трех позиций? Вот сейчас можешь говорить, – он выдохнул и сел обратно за стол.

Сперва я поднялся, собираясь с мыслями. Нарочно тянул время, потому что знал – только так могу его побесить. Попытался поставить на место стул, но он постоянно падал, поэтому отломленную ножку я приспособил так, что сместить центр тяжести.

– Сука, ну не тупой же ты, – заметил это Тони.

– Сам знаю. Сказать тебе, что я не могу? Я терпеть не могу насилие. Не то чтобы я не могу подраться…

– Видел я тебя в драке. Скажу сразу – Вика тебя уделает.

– Срал я на нее с высокой колокольни. Я не могу прийти, даже с прикрытием в виде тебя, и насильно затрахать кого-нибудь.

– Так… – Тони быстро побарабанил пальцами по столу. – Я тебе сказал, что ты не тупой, да?

– Угу, – неуверенно согласился я.

– Беру свои слова назад.

– Да что не так-то!

– М-м-м-м… – он принялся массировать пальцами виски. – Не будешь ты, идиот, никого насиловать. Что тут сложного? Не понял про разогретых девок? Ты ж вроде не девственник.

– Это я понял, что мы к ним придем, когда они будут себя…

– Да, верно. Они будут себя. И когда мы заявимся, им будет фиолетово, что в них пихают: языки, пальцы или члены. Раз. Во-вторых, ты прекрасно помнишь их фантазии. Мы – два незнакомца. Придем, напугаем появлением. Из жестокости – разве что схватим, если вдруг убежать захотят. Максимум, что от тебя потребуется сделать – зажать рот, временно, а параллельно будет крутить движок.

– Что?

– Включи фантазию, мать твою! – рявкнул Тони, который, как мне показалось, только что успокоился. От его криков и моих путаных мыслей в голове ничего не желало складываться в единую картину.

Я поднял обе ладони, призывая его остановиться и замолчать. Следовало собраться и переварить все сказанное шефом. Нет, я не тупил. Но мое восприятие ситуации, очевидно, было иным.

То, что сообщил Тони, сильно меняло дело. И выражение на моем лице тоже менялось, потому что компаньон не удержался:

– Дошло… слава богу! Не будет никакого насилия в чистом виде. Эту работу надо оставлять профессионалам.

– И что, вы правда делаете такое?? – брезгливо поморщился я.

– Я уже устал тебя оскорблять, но ты так и напрашиваешься… Нет, Рома, насилие – это секс без согласия. Когда речь идет о воплощении чьей-либо фантазии о грубости и сексе без разрешения – это как бы уже с согласием. Типа как девушка говорит «я буду сопротивляться, но не очень».

– У меня не было такого опыта.

– Скучно жил. Зато теперь есть возможность попробовать всякое. Так. Расслабься. И сядь на стул.

– Но он…

– Сядь!

Я повернулся к сломанному стулу, но он принял прежний облик, и отломанная ножка больше не торчала в спинке, чтобы трехногая мебель не рухнула.

– Да как… ладно, сел!

– Теперь хорошенько подумай, помолчи – я тоже приведу мысли в порядок – и скажи, после моих объяснений устраивает тебя такой расклад или нет?

– Да, устраивает, – тут же откликнулся я.

– А если подумать? – с намеком спросил Тони.

– Все равно устраивает. Я готов. Ко всему. Поддержу, помогу, подыграю, – я и правда начал понимать, что это действительно работа, а не какие-то абстрактные увлечения.

Структура деятельности приняла четкие очертания, а вопросы сами собой получали ответы. Просто потому что я, преодолев последнее препятствие, теперь верил Тони – что все пройдет хорошо и никто не помешает забрать пару душ у этих девчонок.

Похотливая улыбка медленно расползлась вширь. Я посмотрел на компаньона и тот закивал головой.

– Готовься. Они начинают новое шоу.

Глава 16

Дело шло к вечеру и девчонки действительно принялись транслировать снова. Пока они только разгонялись и даже еще не разделись. Но я успел заметить, что они были в той же одежде, в которой мы сегодня застали их в кафе.

И Тони с этой своей программой мог предугадывать что, где и когда будут делать жертвы. Точнее, как он объяснил мне по пути к квартире, где жили девчонки, программа отслеживает любую активность, договоренности о встречах и планы через кодовые слова. Запоминает все сообщения в определенном радиусе, а дальше Тони уже самостоятельно обрабатывает это.

– Вот слушаю тебя и мне даже немного стыдно за то, что я так тупил.

– Ничего, бывает, – Тони, все том же костюме, выглядел уже не таким рассерженным. – У твоего поведения есть какое-то название, синдром чего-то там, но я уже забыл чего.

– Да знаю, это как готовишься к дальней поездке, а последний день всеми силами тянет назад.

– Ну, – компаньон скривился, – грубо, но отдаленно похоже. Поэтому ты и не получил втык от меня за свою тупость. А то сейчас он хочет и может, потом не может. Кстати, – он остановился перед небоскребом, в котором нам предстояло подняться на приличную высоту, – сейчас ты не передумал еще?

– Нет, конечно, – я представил, что за тот час, пока мы шли пешком, девчонки неплохо разошлись. – Все сделаем в лучшем виде.

– Молодец, – Тони вытащил тонкую маску какого-то анимешного зверька. – Держи и натяни на лицо. Не нужно, чтобы тебя потом узнавали на улицах… Тот еще ебырь-террорист, – и довольный своей шуткой он загоготал. – Надевай-надевай, у входа камеры, в подъезде тоже.

– А все остальное у тебя тоже при себе? – я оценил бездонные карманы идеально сидящего костюма.

– Всегда с собой, – подмигнул Тони, обратившись в хищного волка.

– А как мы… – начал я, но он уже двинул к дверям, ведущим в подъезд, и вызвал вахтера.

Дверь распахнулась, не успело пройти и гудка ожидания. Тони поманил меня, так что я почти ворвался в подъезд, и тут же на вахтера. Все же интересна его реакция, когда в дом влетают волк и заяц.

Но бабулька замерла на своей табуретке, отвесив нижнюю челюсть. Ее взгляд уперся в мониторы, а свет лампы отражался на белках.

– Что с ней? – спросил я, пораженный увиденным. Сухость старушки увеличивала ее сходство с мумией, отчего мне стало даже немного жутковато. – Ты что, ее того…?

– Нет, временный паралич всего и вся, но долго так ее держать нельзя, так двигай булками к лифту.

Я покрутил головой, нашел лифты и вбежал, на ходу услышав, как бабулька чихнула. И секундой позже в лифте появился Тони.

– С ней все нормально?

– Сердобольный какой… Конечно нормально, но еще пара секунд твоего промедления и… – он закатил глаза и высунул язык, как у повешенного.

– Хватит, – меня замутило. – Какой этаж?

– Вроде пятьдесят четвертый. Шестьдесят девятый тоже неплохо, но лучше это будешь с девчонками вытворять.

Лифт оперативно взлетел на нужный этаж и замер. Тони уверенно провел меня к нужной квартире, вставил отмычку и принялся налаживать ее положение, пока не щелкнул замок.

– Они нас не слышат, – тихо сказал он мне, а потом приоткрыл дверь и проскользнул в квартиру.

Задержав дыхание и пытаясь успокоить бешеный сердечный ритм, я вошел следом за ним, опустил дверную ручку и прикрыл дверь. Тони тут же ее запер:

– Не оставляй отпертой никогда, – шепнул он.

Передо мной открылась широкая прихожая, коридором уходящая вдаль. Свет был выключен везде, кроме дальней комнаты. Оттуда доносилось привычное моему уху позвякивание токенов и вздохи.

– Сейчас главное – не испортить момент. Напугали – и у нас лишь пара секунд, пока они не пришли в себя. Так что не тормози, соображай быстро и у нас все получится…

В этот момент в прихожую вышла Марина и Тони пришлось заткнуться. Девушка была без одежды, но блестела из-за масла от шеи до колен – отражался свет из дальней комнаты.

За секундную паузу я успел заметить, что при всей худобе камера не улавливает тех небольших неровностей, которые имеются у спортивных девушек: очерченный пресс, не накачанный, а ровный и аккуратный перевернутый треугольник лобка.

– А вы кто? – только и успела спросить Марина, а я уже бросился к ней и, развернув к себе спиной, зажал ей рот и зашипел на ухо:

– Тшш, все хорошо, не сопротивляйся, – другой рукой на всякий случай схватил ее за запястье так, чтобы она вся оказалась зажата в моих объятиях.

Девушка вздрогнула, но дергаться не стала. Невысокая, хрупкая, гибкая. Теплая – через футболку я отлично ощущал ее жар, который возбуждал.

Я обернулся на Тони – тот кивнул и прошагал в комнату, откуда вышла Марина. Послышался визг, звонкий шлепок, точно он размашисто приложил Кате по заднице, а потом оттуда донеслись сдавленные стоны.

От меня как-то ускользнул факт, что я больше не держу Марину за руку, а моя собственная ладонь опустилась ниже, преодолела ее идеально гладкий лобок и затем я одним лишь пальцем коснулся ее влажных губ. Девушка выдохнула мне в ладонь.

Она и не сопротивлялась вовсе. Как-то все получалось слишком легко и просто и это даже смущало меня, хотя ничуть не сказывалось на желании всадить ей прямо сейчас.

А вот хватка моя ослабла. Марина повернулась по мне, при этом скользнув ртом по пальцам и, как мне показалось, даже лизнула один из них. В глазах я не увидел страха, но, когда из комнаты послышался приглушенный визг, девушка открыла их шире, сделавшись при этом не столько наивной по виду, сколько невинной.

Получается, что она таким простым действием может вернуть контроль и испортить все наше дело! Ведь надо две души разом, едва ли одна – это тот результат, к которому мы стремимся.

– У нас там… – ее губки шевелились, но я почти не слушал, что она говорит.

Абстрагироваться от прошлого, от той реальности, которая управляла мной до сих пор – вот тот единственный путь, который поможет вернуть контроль. И если в прежнем мире с девушками я не был ни наглым, ни грубым, то теперь настало самое время понять и принять это. Сейчас НАДО быть грубее. Прошлый я умер.

– Что ты сказала? – освободившейся рукой я стиснул ее задницу как можно сильнее, но Марина даже не вскрикнула. – На колени, живо!

Тони в комнате уже развлекался вовсю и крики подружки, да еще, вероятно, при невыключенной камере, заводили девчонку не по-детски. Но слушаться она не спешила, поэтому я силой опустил ее на колени, а затем схватил за волосы так, чтобы она смотрела прямо на мою маску:

– Теперь ты – моя вещь, сучка, – сказал я с презрением, а сам подумал, что несу какую-то чушь. И даже замахнулся на ее от злости, но у девицы уже блестели глаза:

– Да… – промямлила она. Я убрал руку и заметил оставшийся след от ладони. Слишком сильно. Больно, наверное.

– Да, кто? – голосу я постарался придать больше грозности, чем громкости, а руку так и не опустил, угрожая в любой момент пустить ее в ход – чего на самом деле никогда бы не сделал.

– Да, г-господин… незнакомец… – прошептала Марина, проведя ладонью по моим штанам. И снова она пытается взять верх!

– Грязная сучка, – непривычно было произносить такое, а еще страннее – ощущать удовольствие от этих слов. Но такова была новая реальность.

Глава 17

– Я тебе не разрешал, – проревел я, ухватив девушку за щеки, когда та принялась гладить мой член через штаны.

– Но я…

– Не вздумай. Делать. Ничего! Без моего разрешения! – руку я все же опустил – тяжеловато держать ее в таком положении.

– Д-да, хорошо…

Вот вам и лесбиянки. Сами текут при виде членов, но на людях корчат из себя недотрог и милуются друг с дружкой. Мне пришла в голову мысль.

– Встать, – приказал я. – Повернись.

Миловидная попка через секунду оказалась у меня перед глазами. Теперь надо было доводить план до конца. К тому же Катю, судя по звукам, Тони уже начал оприходовать.

Я схватил Марину чуть выше локтя и, стараясь оставаться грубым, подтащил ее к открытой двери в комнату.

– Смотри, – приказал я ей, буквально заставив девушку выглянуть из-за косяка. Сам я не мог видеть, что там происходит, потому что теперь сосредоточился на ее аппетитной заднице.

Еще разок стиснул мягкую попку, а другой рукой наклонил девушку чуть ниже:

– Давай, наблюдай, я же знаю, тебе нравится такое, – а потом провел пальцами по ее сочной пизденке – просто нереально сочной. Настолько, что не удержался, и сунул туда пару пальцев вообще без сопротивления.

– А-ах, – послышался легкий вздох, когда ее губки с присущими мокрой плоти звуками раскрылись, впустив пальцы до самой ладони.

– Там же есть камера? – я начал ритмично двигать рукой туда-сюда, чуть подогнув последние фаланги.

– Да-а-а… – в такт моим движениям простонала девушка. Ее киска текла просто умопомрачительно и с этим надо было что-то делать.

Это Алле я мог бы помочь, но здесь надо сохранять топовое положение – иначе я его никак не мог назвать. И, продолжая наяривать пальцами во влажной дырочке, как бы между делом заметил:

– Мокро.

– Да-а-а, – протянула Марина, повторяясь.

– А твоя подружка тебе не хочет помочь и прибрать там?

Игриво хмыкнув, девушка попыталась подняться, не избавляясь при этом от моих пальцев. Глянула на меня через плечо:

– А мне будет…

Вместо ответа я правой рукой смачно шлепнул ее по попке.

– Ай… – ответила возбужденная девица обиженно, но все же медленно пошла в комнату, а я вытащил руку из ее промежности я встал сбоку, чтобы посмотреть, чем занят Тони.

Волк в этот момент ретиво ебал подружку Марины, да с такой скоростью, что любая собака позавидует. Не говоря уже про меня. Ее ноги при этом Тони держал на руках.

Катя лежала на спине на огромном надувном матрасе и, запрокинув голову, смотрела на Марину. Та подошла ближе, развернулась, перекинув одну ножку через подругу, медленно опустилась на ее лицо.

– Теперь наклоняйся, – приказал я, стараясь не смотреть на компаньона.

Марина послушно опустилась ниже. Я развязал шнуровку на штанах и спустил их до колена, вытащив перед этим из кармана презерватив.

В комнате раздавался звон падающих на счет девиц токенов. Представляю, как сейчас выросла их аудитория, но даже не представлял, где находится камера.

Девушка попыталась самостоятельно прикоснуться губами к моему члену, но я вовремя вспомнил, что мне нужно принуждать ее, поэтому пришлось взять дело в свои руки. То есть, член.

Марину я опять схватил за крашеные волосы, причем не желавшую спадать с лица крашеную прядку он сдула в сторону так яростно, что вполне могла бы смутить вчерашнего меня. Но только не сейчас.

Теперь уже я водил головкой члена по ее увлажненным губам – и когда она только успела облизнуться? Перепачканные ее маслом штаны упали на пол, когда я заставил Марину взять мой ствол так глубоко, как она могла.

И не скажешь ведь, что давно не практиковалась! Или мне просто везло на тех, чья глотка глубока, как Марианская впадина. У последней еще и имя совпадает, хе-хе.

Она попробовала пошевелиться, но не тут-то было. Я уже вошел во вкус властителя этой девчонки. Обхватив ее голову покрепче, я просто двигал бедрами, иногда задерживаясь у нее в глотке на несколько секунд.

– Разошелся как! – фыркнул Тони, пока его девица стонала под течной киской подружки. Темп он так и не сбавил.

Я даже отвечать не стал. Мне нравилось – и девушке, кажется, тоже, потому что она не пыталась высвободиться.

Но уже через пару минут мне попросту надоело одно и то же, так что я довольно грубо выдернул член из ее рта, а когда Марина потянулась за ним, слегка шлепнул ей по губам. Она послушно смотрела на мою маску, и я покачал головой.

А затем жестом приказал ей развернуться:

– Можешь так и сидеть на лице у подружки, – насмешливо добавил я. – Если она не прочь захлебнуться.

Та в ответ лишь что-то простонала, когда Марина оторвалась от ее жадного рта, принялась хватать воздух руками, чтобы снова прикоснуться к девушке. И, когда подружка развернулась на сто восемьдесят, улегшись на Катю, она снова присосалась к ее клитору, предоставив мне полный простор для действия.

Тони не отказал себе в удовольствии принудить Марину поработать язычком – опустил ее голову и крепко вжал между ног Кате. Я тоже не стал медлить и сперва хотел по классике войти в нее аккуратно… но она заслуживает другого.

Сперва несколько хлестких ударов членом по ее ягодицам. Дополнил это шлепками до покраснения – все-таки, хороший цвет для женской попки. И только потом резко вонзил ствол, выжав еще немного смазки на лицо ее подружки.

– А-аха-ах… раздалось где-то впереди, но Тони тут же переключился на источник звука, оперативно заняв ее рот своим агрегатом, и стон моментально перешел в громкое чавканье.

Несколько раз мы менялись, силой разнимая подружек, которые готовы были даже под нами ублажать друг дружку всеми силами. Я полностью втянулся в процесс, но все равно не понимал этой жадности, хотя иногда ловил себя на мысли, что на некоторое время все же был бы не прочь… но нет, точно не сейчас и не с этими девчонками.

Сперва мы заняли позиции напротив друг друга, парами вдоль матраса, поставив уже послушных и прилежных сучек раком. Они страстно целовались взасос, почти наверняка делясь друг с дружкой вкусом кисок. Двойной обмен, подумал я, продолжая засаживать Марине.

И тут Тони покачал головой. Не то. Не жестко. Не как надо. Я быстро осмотрел комнату на предмет каких-нибудь секс-игрушек нам в помощь. Одни только фаллосы, анальные шарики да вибраторы.

За спиной партнера я заметил небольшой манекен, на котором была навешены всевозможные ошейники, наручники, кляпы, и не преминул указать на него. Счетчик токенов крутился, как сумасшедший.

Тони кинул мне кляп и наручники, взял то же самое и «приодел» свою подружку. Я поспешил повторить все действия. Мы растащили девушек подальше друг от друга и теперь им оставалось только смотреть, как мы заканчиваем начатое.

Вся комната заполнилась мычанием и приглушенными стонами, через которые я продолжал слышать звон монет и шлепки наших тел о разгоряченные девичьи попки. Когда дело близилось к завершению, Тони как бы невзначай опрокинул камеру и отшвырнул ее ногой в угол. Я заметил, как она угодила в ворох одежды, тут же скрывшись под вещами.

Сразу после этого он достал из кармана крохотную пластиковую коробочку – больше похожую на радиомаячок из фильмов про Бонда. Я заметил, как его губы расплылись в довольной улыбке, причем он даже не замедлился.

Я же ощущал, что едва ли смогу продержаться еще хотя бы несколько минут и уже был благодарен компаньону за щелчок кнопки.

– Скажите сыр, девочки, – прорычал он, как настоящий волк.

Глава 18

То, что происходило дальше, я так и не понял. Ничего не изменилось, но камера под кучей одежды громко щелкнула и заискрила.

К счастью, до того, как повалил дым, я успел кончить и, быстро выдернув, натянул штаны. Тони не отставал и уже через несколько секунд, отпихнув от себя Катю, поднимал брюки.

– Живо! – одной рукой он доставал пакет, другой стягивая презерватив. Делал все быстро, технично, как будто это все отработал не одну сотню раз.

Я неловко стянул резинку и бросил ее в пакет. Безопасность безопасностью, но было немного брезгливо. Я уже и не помнил, когда в прошлой жизни пользовался ими в последний раз.

Девочки постанывали на кровати, одновременно с этим протягивая друг к другу руки. Марафон в общей сложности продлился почти час со всеми фортелями – даже я устал, что говорить про девушек!

Но пока я приходил в себя, Тони вытащил камеру из-под кучи одежды, выматерился, обжегшись об нее, и выронил. Камера шипела и плавилась.

Перешагнув через девушек и матрас, Тони открыл балконную дверь, отдернул занавески и, вернувшись на исходную, метким ударом отправил камеру за пределы квартиры.

Пластик полыхнул уже на улице и с оглушительным треском камера улетела вниз.

– А теперь уходим, – скомандовал компаньон, накинув пиджак.

Я бросил последний взгляд на девушек – они продолжали лизаться, но едва ли могли двигаться. Звон падающих на их кошелек токенов почти прекратился. Внутри же я ощущал какое-то непонятное опустошение.

– Пошевеливайся, – Тони дернул меня за воротник и потащил к двери.

В мусоропровод он выбросил пакет, что показалось мне вполне логичным, а вот дверную ручку протирать от отпечатков не стал, зато снова поторопил меня.

Маски мы сняли позже, когда отошли от высотки достаточно далеко. Они тут же отправились в ближайшую металлическую урну, подожженные при помощи обычной зажигалки.

– И откуда у тебя все это помещается в одном пиджаке? – удивился я. – И почему ручку не протер, раз столько усилий прикладываешь для сокрытия следов?

Из урны потянуло горелым силиконом от масок. Запах смешался с «ароматами» другого мусора, и мы поспешили уйти прочь.

– Маски сложены, пакет – плоский, зажигалка – маленькая, – кратко пояснил Тони. А дверную ручку я не вижу смысла протирать. Даже если они уже звонят в полицию, в чем я сильно сомневаюсь, дверь еще успеют облапать.

– Сомневаешься? – мы зашагали по направлению к «Похоть Inc.»

– Тут есть кое-какие тонкости. Ты справился, а я обещал, если у тебя получится понемногу давать тебе ответы, – Тони немного отступил от темы. – Наша защита сейчас минимальна. Не заразиться, не оставить потомства, не светить лицом. Все предельно просто. Едва ли у этих девчонок есть кто-то, кого можно было бы отправить по нашему следу.

– Все равно не очень понимаю…

– Теперь к тонкостям. От человека и его окружения наша защита тоже зависит. Если есть ревнивый муж, который заметит раскиданные вещи, учует запах презерватива, когда будет ублажать любимую женушку – шансы быть пойманными возрастают. Есть резинка – нет следа. Скрыл лицо – потерялся в толпе. Все просто. И в этом простом случае не трогаешь ничего лишнего, чтобы не оставить следов вообще. А эта наша работка – очень легкая, на самом деле. Поэтому можно было не париться насчет отпечатков и бардака.

– Дошло, – закивал я. – Но что произошло с камерой? Почему она загорелась? Из-за того, что ты ее отшвырнул?

– Нет, Ром, это все технологии, – он вытащил из кармана маленькое устройство. – Вот здесь сидят две похотливых душонки. Но выдернуть, трансформировать и упихать их сюда можно при помощи какой-то там системы, невъебенно мощной и сложной. И она иногда жжет технику, аккумуляторы.

– А-а-а, – протянул я, начиная осознавать истинный масштаб дел. Целая система, механизмы и технологии, чтобы тырить чужие души.

– Раньше было проще, конечно, но и сейчас иногда техника начинает просто издавать невнятные звуки и очень пугает людей. Знал бы ты, сколько успешных операций сорвалось из-за того, что ноутбук включался или телевизор. Или, когда колонки гудели, как от старых сотовых. Кстати. Ты молодец, – он хлопнул меня по плечу. – Толково все разрулил в самом начале и вообще держался молодцом. Хвалю.

– Спасибо, Тони. Я был на грани, когда ты сработал этой штукой, – я указал на черную коробочку. – Но даже не знаю, как я так долго смог…

Вместо ответа он протянул мне еще один блистер с презервативом. «Для снижения чувствительности» было написано там.

– Угу, хорошо, что не предупредил.

– В нашем деле – полезная вещь. Не так много альфа-самцов, которые без допинга могут работать хотя бы час. Так что без этого никуда. Рано или поздно ты же все равно засрешь тело. Хотя бы частично. Идеально еще никто не проработал десятилетия, сохранив здоровье и навык.

– Вот не надо пугать только!

– Хм, ты прав, не до философии сейчас, – кашлянул Тони. – Твой текущий статус, по сути своей, не дает слишком-то многого. Ты такой же человек. Но есть шанс карьерного роста.

– Карьерного роста?? – я вылупил глаза.

– Больше денег, ответственности, как всегда. С твоего уровня очень немногие пошли выше.

– Почему? Э-э, нет, стоп, давай сперва вообще про карьерный рост.

– Первая для тебя ступень – мое место, – начал пояснять Тони. – Потом идет куратор – он один на четверых таких, как я.

– Типа старший в группе?

– Тимлид, ага, – ухмыльнулся Тони. – Потом в структуре идет руководитель подразделения, затем отдела, потом…

– Так, ладно, мне бы еще как ты стать.

– Амбиции – это хорошо, – похвалил он. – Но с некоторого этапа становится больше аналитики и кабинетной работы. Говорят, правда, что, когда выпадает задание мечты – с этих ступеней его забирают сразу же.

– А что такое задание мечты? – нахмурился я – в голове уже кишмя кишели новые правила и термины, а укладываться, как полагается, они никак не хотели.

– То самое, которое поляризует душу, – повеселел Тони. – Мы тоже люди и у нас есть свои хотелки и желания. А тут получается, что можно принести пользу на работе, а дополнительно к этому еще и удовольствие получить.

– Мне казалось, что у вас столько власти и возможностей, что все желания можно исполнить и без работы…

– Не забывай, мы говорим о фетишах, а не о списках желаний. Кто-то хочет именно так.

– Только душу при этом не теряет, – хмыкнул я. – Но погоди, а что потом будет с теми девчонками? Они ведь остались без душ? Тут тоже есть свои тонкости? – добавил я, заметив, что Тони мнется.

– На самом деле, да. Но все зависит от человека.

– Расскажи, мне интересно.

– Влюбился? – рассмеялся Тони.

– Нет, просто интересно, – сконфуженно произнес я, но признавать его правоту не собирался.

– Человек не умирает без души. Блекнут некоторые краски и эмоции, но он все еще способен воспринимать окружающий мир, чувствовать радость и удовлетворение от секса, но уже как бы по инерции.

– По инерции?

– Ну, тебе было приятно десять лет назад в постели, в прошлом году, вчера и сегодня. Как думаешь, завтра будет приятно?

– Не знаю, это же будет завтра, – я пожал плечами.

– Рома… – классическим менторским голосом произнес Тони.

– Если посмотреть статистически… то да, тоже будет приятно.

– Вот я о том и говорю. И дело не в математике, а в том, что записано здесь, – он покрутил пальцем около головы. – Мышечная память, да и память в целом продолжает двигать человеком. Некоторых хватает на день. Других – на десятилетия. А все дело в том, что люди индивидуальны из-за восприятия и переработки информации и эмоций в том числе.

– И что происходит с теми, кто вот так вот… на день?

– Сходят с ума. Кончают с собой, – по-простому, без вычурностей ответил Тони. – Начинают копаться в себе – вроде бы вокруг все то же самое, но совсем не то. Не могут понять, почему все изменилось в один день. А кто-то, потеряв прежний эмоциональный набор, подсаживается на наркотики. В итоге конец одинаков – смерть.

– А как ты думаешь…

– Что будет с девчонками? – закончил он за меня вопрос.

– Именно. Но я не влюбился, просто… не знаю.

– Я знаю. Первый раз всегда запоминается. Ты проникся. Это не любовь, конечно, но своего рода влечение. По-своему все три раза, когда ты успел заняться сексом, были первыми.

– Три?? Откуда ты знаешь? – возмутился я. – Ты же не следил.

– От тебя просто несло женской киской, партнер. Уж поверь мне, я такие дела за милю чую. Так что три. Первый раз – самый первый для проверки способностей твоего тела. Второй – когда с девушкой, которую ты сам невольно соблазнил или она тебя – роли не играет. И третий – рабочее задание. Поэтому уверен, что все три раза тебе в память надолго врежутся.

– Как же ж ты так по полочкам все разложил, а… как мозгоправ. Но давай, расскажи, что с ними будет?

– Обрати внимание, что они лицемерны, а потому первое, что пострадает – их отношения. Вероятно, разбегутся. И страдать больше всего, пожалуй, будут разве что их фанаты, а не сами девчонки. Вероятно, что их жизнь изменится, вернется в нормальное русло без отклонений. Или они дружно спрыгнут вниз завтра утром, – он заметил мое мрачное лицо. – Я шучу. Не спрыгнут. Представь, сколько они сегодня бабла срубили!

– Не могу представлять их бабло, потому что представляю, как они прыгают из окна, – заметил я мрачно.

– Да брось ты, Ром, все с ними будет в порядке. Первое время точно. Им еще предстоит потратить то, что они заработали. И ты уже начинай думать, как будешь тратить первую зарплату.

– Что? – не расслышал я, погруженный в мысли о непременно печальной судьбе Марины и Кати.

– Зарплата. За задание. Компренде? Ку-у-уча денег, – Тони объял руками невидимый шар невероятных размеров. – У нас сдельная система оплаты, ты что, забыл?

Глава 19

Сдельная система оплаты оказалась очень выгодной. Счет я проверил, когда оказался в своей комнате – перед этим Тони отдал устройство специалистам из другого отдела и попросил подождать не больше пары часов.

За это время я привел себя в порядок и перекусил. А когда сел за компьютер проверить средства, то обнаружил их существенное увеличение. Оказывается, души стоят о-о-очень дорого, раз за них платят семизначные суммы.

И уже собрался позвонить своему то ли шефу, то ли компаньону, чтобы уточнить кое-какие особенности финансовой политики корпорации, как в дверь постучали. Я напрягся, потому что совершенно не ждал гостей, но все же открыл: Вика.

– Привет, поебок, – она вальяжно ввалилась в апартаменты и небрежно коснулась моего носа кончиком пальца. – Поздравляю с первым успешным делом! А ведь мог бы со мной уйти…

– Если я бы пошел с тобой, то меня бы точно превратили в топливо для ваших дел. Или как это называется, – недоверчиво ответил я, но не стал прогонять первого человека, которого я увидел «на том свете».

– Брось, дурик, – она отмахнулась и увалилась на диван, закинув ноги в кедах на подлокотники. Теперь она была в черных адидасах и белой футболке. Платиновую прядку волос Вика неспешно забрала за ухо и уставилась на меня. – Такими ценными кадрами я бы разбрасываться точно не стала. А вот то, что попсиховала немного тогда, у тебя на квартире – это уже да, моя вина.

– Ничего не понимаю, – я свел брови и присел на край стола. – Ты меня тогда шпыняла как какого-то щенка, а теперь втираешь мне про ценные кадры. Дичь какая-то.

– Именно, что ничего не понял. Ты ведь уже выполнил задание и знаешь, как происходит этот процесс. Те, кого мы пускаем в расход – кого изначально надо пускать в расход, – поправилась Вика, – они даже ничего не видят. Ну, кроме того сна, наподобие твоего.

– Вообще-то это как раз и говорит в пользу МОИХ доводов, – принялся спорить я.

– Нет. Это применяется ко всем умершим, дает немного времени нам разобраться в ситуации, а человеческому мозгу – не превратиться в желе раньше времени.

– Рассчитываешь, что я тебе поверю? После того, как ты пыталась меня настроить против Тони?

– Верить мне или нет, – Вика забросила ноги еще выше на диван, – решать будешь сам. Я тебе не агитатор, просто даю информацию. Что с ней делать – твоя проблема. А то, что ты никому толком не веришь – тоже твоя проблема, пожалуй, – она громко фыркнула, а потом посмотрела на меня с любопытством: – и как прошел твой первый раз? Тони не бушует, а значит ты справился неплохо?

– Лучше, чем я того ожидал, – признался я. – И давай больше не гнать на Тони. Он нормальный чел, не подвел меня, а я не подвел его. Что у вас с ним за терки такие?

– Э-э, малыш, наши терки – уже наши с ним дела, – подмигнула девица.

– Но на кой хуй ты тогда вообще приперлась? – возмутился я. – Мы вроде бы не такие уж друзья, чтобы ты меня навещала каждый день.

– А вот за это я могу и обидеться, – Вика притворно насупилась, отчего ее татуировка в виде фака сыграла вверх-вниз довольно оскорбительно. – Давай начнем с того, что все же я могла бы быть на месте Тони и ты бы работал вместе со мной.

– Допустим, – согласился я только ради того, чтобы не спорить дальше. – Что с того?

– Особенного ничего, но твой талант я бы развивала с самого первого дня.

– Талант? Талант трахать всех вокруг? У меня вроде бы с ним и так все в полном порядке.

– Нет, дружочек, – Вика слащаво улыбнулась. – Я говорю о другом таланте, который я сразу не рассмотрела, а Тони, как обычно решил тебе ничего о нем не говорит. Ты позволишь мне немного поумничать?

– Нет, – отрезал я. – Хватит умничаний на сегодня. Мне уже рассказали про структуру компании, я ввалился в квартиру к двум псевдо-лесбиянкам, узнал, что процесс сбора душ может уничтожать электронику и… блядь, да дохуя сегодня произошло! – воскликнул я и уставился на гостью: – прости, я не в состоянии выслушивать еще какие-то теории. Так что, если можешь попроще – скажи.

– Я постараюсь, но вряд ли получится, – она села на диване нормально, опустив ноги на пол, немного подумала и взялась объяснять: – Ты уже наверняка понял, что у нас есть сила в лучших традициях Сверхъестественного?

– Ты про сериал?

– Ага. Как я тебя к стене прижала и прочее.

– Есть что-то общее, – согласился я, припомнив самые эффектные сезоны. – Тони обычно щелкает пальцами и что-то происходит, но думаю, что он тоже может, как ты, вжимать в стену взглядом.

– Работает это немного иначе, но я обещала тебя не грузить лишней информацией.

– Ну да, щелкать пальцами необязательно, – начал я, но Вика меня перебила:

– Не в пальцах дело, а в силе вообще. Люди ей вообще не обладают.

– Так у них нет доступа к вашим ресурсам, – парировал я. – Если я верно понял, как работает эта схема.

– И снова мимо! Еще проще – кто учит пользоваться ей?

– Джедаи? – пошутил я, ни разу не смотревший Звездные войны.

– НЕТ! Я вообще-то с тобой серьезно разговариваю, а ты ведешь себя, как ребенок! Не время шутить же!

– Ну не знаю я ничего, тем более того, кто и чему вас учит. Может вам вообще чипы вживляют, и вы как сплошная беспроводная сеть работаете.

– Тепло, – совершенно неожиданно для меня ответила Вика. – Но нас никто не учит, все дело в постоянной практике. Относительно тебя вот какое дело – ты еще ничего не понимал, не знал и не мог знать, однако смог сопротивляться мне.

Я сразу же вспомнил, как смог пошевелить рукой в момент, пока был прижат к стене, и усмехнулся.

– Ах, да. Я тогда ткнул тебя пальцем. Ты из-за этого психовала.

– Из-за того, что ты смог пошевелиться, – ответила Вика. – Тогда я думала, что просто ослабила внимание, потеряла концентрацию. Но оба дня я думала о произошедшем и поняла, что дело вовсе не во мне. А в тебе.

– Я – Избранный, – сложив руки у шеи я поклонился: – Спасибо тебе, Морфеус.

– Если ты не прекратишь паясничать, я тебе голову разобью, – вполне серьезно произнесла девушка, но почему-то угрозы от людей, в которых едва ли есть пятьдесят кило веса, я не всерьез не воспринимал. – И еще я думаю, что это та самая причина, по которой Тони появился на самом деле. Он это уловил. Сигнал от тебя. И решил взять себе в помощники сильного подопечного, а какого-то чудилу, как раньше.

– По-моему это даже логично.

– С точки зрения нас, как жнецов – да, логично. Сильный помощник не только упрощает процесс сбора душ, но еще и мускулы. Дополнительная защита, уверенность в команде, – быстро проговорила Вика. – Но дело в том, что за многие столетия существования нашей конторы ты – единственный, кто проявился так рано. Ненормально рано.

– И что мне за это будет? – я поерзал на крышке стола, теперь уже ощущая себя крайне неуютно. – Меня превратят в подопытного? Устроят допрос в подвалах?

– Нет, конечно! Но если об этом узнают, то к тебе будет повышенный до крайности интерес.

– Да что ж за хуйня такая! – выругался я. – Ни с одной работой нормально не получается! На предыдущей на оба собеседования опоздал, а здесь проявил себя слишком рано… блядство…

– Я знаю, что тебе поможет развеяться, – Вика встала с дивана и поправила футболку.

– Спасибо, конечно, но у меня пока нет сил трахаться, – я покачал головой и попытался вежливо улыбнуться.

Девушка же подошла почти в упор, взъерошила мне волосы, а потом крепко ухватилась за них и запрокинула мне голову:

– В зал, щенок, – глядя мне в глаза, строго произнесла она. – Тренироваться. – Потом она разжала пальцы, направилась к двери и на ходу обернулась через плечо: – обещаю, что голову не разобью.

Глава 20

Я переоделся, а потом проследовал за Викой в спортзал – вероятно, лишь один из многих, который расположился несколькими этажами ниже, да еще и в противоположной стороне здания.

Широкий и светлый коридор и обилие стеклянных стен с раздвижными дверями не оставляли никакого простора для фантазий тем, кто решил бы поглазеть на занимающихся.

Во-первых, вокруг было абсолютно светло – практически дневной свет заливал белоснежные маты, серые хромированные тренажеры, а также десятки человек, которые занимались, несмотря на позднее время.

Во-вторых, стекло было толстым, но при этом идеально прозрачным. Никаких изгибов, ломаных линий и других дефектов – пялиться на людей можно было, точно стекла и нет вовсе.

В-третьих, люди, которые занимались на тренажерах, тягали штанги или боролись на татами, матах, рингах – вообще всем, где можно было друг друга лупешить, – делились на две части. Первые были одеты в футболки и длинные штаны и увидеть что-то не представлялось возможным даже для человека с очень богатой фантазией. Вторые носили минимум одежды, оголяя торсы, нижние части ягодиц – и фантазировать было ни к чему.

– Давай сюда, здесь народу не очень много, – Вика указала на очередной зал, то ли пятый, то ли седьмой по счету – трудно не сбиться, когда вокруг полно симпатичных людей и ты больше смотришь на объемные сиськи и кубики пресса, чем на количество дверей.

Кроме нас здесь были только два тяжа, которые по очереди жали штангу. Я подсчитал, что у них получалось не меньше ста пятидесяти лежа. Внушительно. Сам-то я раньше никогда бы не смог столько осилить.

Эта парочка смотрела на меня с любопытством настолько пристально, что мне даже стало не по себе и я кивнул в их сторону:

– Чего эти хотят от меня? – спросил я у Вики

– У тебя комплекса никакого нет? Неполноценности или еще чего-то вроде? – она обернулась и посмотрела на меня так, словно я идиот.

– Не было никогда.

– А мне кажется, что есть. Хотя… – она резко остановилась, и я чуть в нее не врезался, – я могу допустить, что ты еще просто не привык. К этому телу.

– В смысле? Привыкнуть к тому, что всякие качки будут на меня зыркать?

– Нет, к тому, что не очень от них отличаешься внешне и они наверняка хотели бы с тобой посоревноваться – вдруг ты способен выжать больше, чем они. Только едва ли, – насмешливо добавила она.

– Но-но! – пригрозил я. – А ты не боишься, что это я тебя поколочу?

– Ты? – Вика фыркнула на весь зал, а потом заливисто расхохоталась. – Да скорее конец света наступит, чем ты сможешь до меня хотя бы дотронуться!

– Где-то я это уже слышал, хм, – нахально ухмыльнулся я, уверенный в своей быстрой победе над Викой. – Не тяни время, давай уже!

Мне и правда хотелось побыстрее доказать свое превосходство. Уверенности в себе у меня сейчас было предостаточно и хотелось еще немного повысить уровень довольства собой. Легкая победа – именно то, что мне требовалось.

Поэтому я лихо запрыгнул на ринг, раздвинув канаты, тогда как Вика неспешно скинула обувь и забралась следом. Мои кроссовки тут же отправились за пределы ринга – кто знает, вдруг здесь работает уборщицей какая-нибудь баба Зина, жутко вредная и сварливая. А, учитывая специфику компании, кто знает, что она может сотворить с грязнулями типа меня.

– Готов? – Вика стояла расслабленная и в отличие от порывистого Тони не вызывала страха. Скорее уж смеяться хотелось.

– Конечно! – я сжал кулаки и тут же ее нога, метко нацеленная в висок, опрокинула меня на ринг с такой скоростью, что зубы лязгнули.

– Не готов! – тут же прозвучал ответ.

Била она что надо: быстро, точно, мощно. Но подошла и протянула руку помощи, чтобы я смог встать. Голова кружилась, но недолго. Вика улыбнулась:

– Ты же не думал, что я откажусь от удовольствия как следует тебя отдубасить? Лучше стало?

– Да, но…

И не успел я договорить, как на меня обрушился новый удар – не сильнее прежнего, но снова заставший меня врасплох. Подготовиться я не успел и снова оказался в лежачем положении.

– Ну-у-у, – разочарованно протянула Вика, стоя на одной ноге. – Это уже вообще ни в какие ворота.

– Да, мужик, что-то ты не в форме, – пара качков бросила свою штангу и подошла поближе посмотреть, как меня избивают. – Ты что, серьезно не можешь дать ей отпор?

– Соберись, тряпка! – весело бросила мне девица, сдув с лица прядку. – Давай, теперь ты первый.

– Это что, новенький?

– Свежая кровь, м-м-м, – хмыкнул один из здоровяков.

– Уже вчерашняя.

– Тогда все понятно. Это неинтересно, – они махнули руками и вернулись к своей штанге. – Тебе ее не побить, парень, – бросил мне один из них перед тем, как улечься на скамью.

– Честным боем и не пахнет, да? – спросил я. – Ты ради этого меня сюда и вытащила – просто ради того, чтобы поколотить?

– Разве я тебя сейчас бью? – притворно удивилась Вика.

– Больше похоже на избиение.

– Ха! – и она махнула ногой в третий раз.

Теперь я успел среагировать, но только не уклонился, а буквально упал, уходя из-под ее удара. Результат оказался почти тем же, с единственной разницей, что в этот раз не было больно.

– Так, учишься. Неплохо, но… – я перевернулся на спину, чтобы хотя бы видеть Вику, но ее босая нога тут же зависла над моим лицом. – Нет, плохо. Не учишься ты ничему.

– Послушай, у тебя же были годы, чтобы все это выучить, – я даже не попытался встать, но от ее ступни сдвинулся в сторону – фут-фетиш точно не входил в список моих эротических фантазий. – С какого рожна я должен в первые десять минут усвоить все это?

– Потому что время не бесконечно, – она пожала плечами и я, пользуясь моментом, встал на ноги. – И чем быстрее ты разберешься во всем, тем проще тебе будет. Я ведь для тебя стараюсь.

– Что-то не верится, что ты такая добрая.

– Ну, добрая или нет – вопрос другой. Но я ждала, что ты хотя бы разок рукой махнешь в мою сторону или выпад какой сделаешь… – она замолчала, а потом выкрикнула: – мог бы хоть каплю усилий приложить!

– Я против нечестного боя.

– Ах, ты против, да? – он подошла ближе, но не вплотную. – Что мне еще нужно сделать, чтобы заставить тебя работать? Оторвать тебе твои яйца и в рот засунуть? – она сделала быстрое движение одной рукой внизу, отвлекла мое внимание и тут же схватила другой рукой за шею: – вот ты и попался!

– Душишь! – прохрипел я.

– Именно, – последовал ответ.

– Хва-а-тит…

Как можно вообще иметь такую хватку, поразился я. Пальцы ее стискивались так, что кадык готов был сломаться под напором хрупкой девицы. У нее и мышц толком видно не было, но единственное, на что сейчас была похожа ее ладонь, так это на черепаший клюв, которая в один заход превращает ананас в пюре.

Одно только это сравнение действовало гипнотически и мешало мне начать действовать.

– Убеди меня, – глаза превратились в щелки, и я почувствовал, что ее пальцы теперь не столько давят на кадык, сколько впиваются под нижнюю челюсть. – Ну же, давай, убеди меня, что ты не слабак и не тряпка, а нормальный мужик. Давай!

Воздуха катастрофически не хватало и я, уже от безысходности, решился нанести удар. Легкое головокружение от недостатка кислорода, вероятно, ничего другого – но Вика попросту остановила мой кулак, когда я уже был готов вдарить ей по сгибу локтя. Остановила и сжала пальцы до хруста в костяшках.

Извернуться иначе, чтобы заставить ее разжать пальцы, у меня не получилось, воздуха становилось все меньше, да и в глазах уже темнело. Я только успел ощутить, как поверхность ринга ударила меня по всей поверхности тела и особенно болезненно – по лицу.

В тот же миг со стороны тяжей раздался протяжный возглас разочарования. Перед глазами все плыло, подкатывала отвратительная тошнота.

Я закашлялся, давясь от воздуха, который сам же усиленно втягивал в опустошенные легкие. Ну и силища у нее.

– Слабак, – услышал я напоследок и, подняв голову, успел заметить лишь, как Вика уходит из зала.

Глава 21

– Не парься, бро, – один из тяжей, что помогал мне добраться до комнаты, заговорил, но не сразу – мы успели даже попасть в лифт прежде, чем он открыл рот. – Новеньким здесь часто достается. Просто не стоит быть таким наивным.

– Наивным? – прохрипел я. Голос был не очень, шея болела и едва ли я смогу избежать синяков, которые проявятся в ближайшие минуты. – Да она тощая, как жердь, откуда я знал…

– Зря ты о ней так, – покачал головой второй и протянул руку: – Никита, – и указал на друга: – Темыч.

– Рома, – представился я, стиснув обоим руки.

– Силой не обделен и ладно. Приходи в зал как-нибудь, штанга с тобой такого не сделает, а мы, если что, подстрахуем. А жнецы они все подлые, так что будь с ними осторожен.

– Со всеми?

– И каждым. Если что, я из техподдержки, а он – из бухгалтерии, – продолжил Никита. – У нас работа простая, а ты старайся никому особо дорогу не переходить.

– Наверно, ты хотел сказать, пока сил не наберусь или что-то в этом роде? – предположил я.

– Нет. Просто не переходи. Никому из жнецов. В порошок сотрут. Бывай.

Они оставили меня около двери и удалились. Пиздец. Как так-то? Полный ярости и возмущения – и я еще не решил, чего же во мне сейчас больше, я вошел к себе.

– Еба-а… – раздался голос Тони. – У нас нет строительной техники в этой части здания, так что я даже не могу предположить, что по тебе проехал каток.

– У катка есть имя.

– А, заводишь новые знакомства! – он сидел на моем рабочем столе, наклонившись вперед и смотрел исподлобья. – Похвально!

– Это Вика.

– Угораздило же тебя, Рома… Я вообще к тебе с хорошими новостями шел, думал порадовать, но лучше тебе слегка подлечиться.

– Мозги бы ей кто подлечил, – сказал я внезапно нормальным голосом. – О, спасибо! – и тут же пощупал шею. Боль ушла.

– Зачем ты вообще с ней поперся? А, ладно, – Тони махнул рукой. – У меня еще много дел, так что тебе – вот, – он протянул мне плотный красный конверт с документами. – Ты все еще Роман Фетисов, но все, что потребуется – здесь. Армию ты прошел, школу закончил. Водительские права, чтобы дэпсы не покапывались, попозже будут. Страховки, все дела. Не потеряй. У нас, конечно, есть копии и… Держи, короче, а мне пора. Новые задания добывать надо. Отметим успех позже.

– Стой… – бросил я, но Тони умчался прочь.

Новые задания добывать. Как будто это так сложно! Я раскрыл конверт. Внутри лежал паспорт, загранник – чему я очень удивился, потому что за границей не бывал никогда раньше, куча всякой мелочи в виде военника, дипломов. Новая личность только что обрела историю.

Конверт я швырнул на стол, сунув в карман лишь паспорт. Так, на всякий случай. Тони принес приятные новости, а вот тема жнецов так и повисла в воздухе. Я не собирался спрашивать в лоб, но, если по корпорации ходят подобные слухи, вероятно, стоит опасаться некоторых людей. Например, Вику.

И в то же самое время он не дал прямых указаний ее остерегаться. Сам ей помогал когда-то и забрал долг моей душой. Тогда как бухгалтерия на пару с техподдержкой и вовсе…

Мало мне нервотрепки, так еще и поколотили. Унизили по самое не могу. Можно было бы сказать, что не при всех, но мне и двух свидетелей было достаточно, чтобы моя растущая самооценка упала ниже плинтуса.

Понятно, что Вика сжульничала. Не бывает настолько сильных людей без соответствующих пропорций. То, что она воспользовалась своей силой только ради моего унижения, я осознавал сейчас очень четко.

Либо она недолюбливает меня, либо она хотела самоутвердиться, рассуждал я, спускаясь вниз перекусить. Наверняка здесь тоже была столовая или даже что-то более солидное, но как я мог так появиться после такого позора? Поэтому направился в сторону заведения, где уже успел опробовать крем-суп.

Злость разбирала меня всю дорогу. Минусы работы, не столь очевидные поначалу, проявились сейчас очень жестко. Оказывается, есть довольно сильные персоны, которым я могу перейти дорогу. Не согласись я отправиться в зал, где гарантия, что меня попросту не избили бы в комнате?

Не исключено, что есть какая-то особая схема получения заданий – раз Тони приходится их выбивать. А что, если у кого-то действительно есть работа на стариков? Или несовершеннолетних? Бр-р…

Не всегда материальные бонусы могут покрыть брезгливость и принципы. Может, в будущем, позже – тогда все изменится. Но и я должен прожить не одно тело, скорее всего. Слишком уж туго у меня все меняется.

В ресторане, где, к счастью, на этот раз был другой официант, я сделал заказ и продолжил размышлять, наблюдая, как по столу расставляют приборы и прозрачный стеклянный стакан для персикового сока.

Соскочить? Тони это уже наверняка просчитал. И особенно теперь, когда денег у меня стало гораздо больше, желание это у меня будет лишь расти. Деньги, полученные влегкую, хочется потратить на другое жилье и исчезнуть. С учетом аренды жилья мне этого хватит на три года, а потом?

И это в случае, если меня не найдут раньше. А ведь могут найти и ликвидировать. Тогда вообще смысл от побега тает на глазах.

Официант принес еду и быстро удалился, оставив меня в одиночестве. Хотя за другими столиками было шумно и весело, я чувствовал себя единственным посетителем.

Лениво размешивая суп, я подпер голову ладонью и взвешивал все «за» и «против». Пока я был жив – в смысле, что еще существовал в своем прежнем теле, деньги значили для меня все. И я считал, что у всего есть своя цена – просто для чего-то она недостаточно высока.

Теперь, когда на меня свалилась куча бабла, внезапно оказалось, то все не так просто. В памяти всплыл старый анекдот: «и только вдоволь натрахавшись, понимаешь, что секс – не главное». То же и с деньгами.

Суп показался мне отвратным, и я поспешил хлебнуть сок. Еда не шла и, скомкав салфетку, я откинулся на спинку диванчика. Может, нервное?

Семеня на высоких каблуках, в ресторан вбежала Алла. Девушка запыхалась, но для такой обуви взяла хороший темп. Она подбежала к стойке, какое-то время переговаривалась с барменом, пока не подошел кто-то еще из персонала и не указал на меня. Вот еще этого мне только не хватало!

Махнуть рукой, не привлекая внимания, чтобы попросить счет, расплатиться и уйти, у меня не получилось. Алла подскочила к столику – испуг на ее лице был слишком явным:

– Прошу тебя, помоги! – выпалила она, даже не думая присаживаться. – Спасай, иначе он убьет меня!

Глава 22

– Кто? – спросил я недоуменно и в этот момент в ресторан ворвался тип, с которым я столкнулся возле лифта, когда уходил от Аллы. – А-а, – выдавил я.

Не хватало еще с этим бугаем схватиться – ведь Тони, что может и прикрыть, и подлечить, сейчас рядом нет. И все же отказать такой девушке…

– Ты ведь мне поможешь? – надежда в ее голосе граничила с полным отчаянием. – Он меня убьет!

Пока я собирался с мыслями, детина крутил головой во все стороны – но пока еще не заметил нас, хотя длинные волосы Аллы наверняка можно увидеть издалека. И если меня чуть не задушила какая-то хилая девчонка, то человек той же массы, что и я, да к тому же наверняка тренированный, не оставит на мне живого места.

Отказать или нет… мольба в глазах девушки заставила меня сделать выбор. Выбор, о котором я, вероятно, очень скоро пожалею.

– Садись, – я указал на место рядом с собой и девушка поспешно опустила туда свою пятую точку, быстро поправив юбку.

– Спасибо, – шепнула она мне. – А дальше что?

– Сам не знаю, – признался я и виновато улыбнулся.

– О боже… – девушка отвернулась в сторону, прикрыв лицо рукой.

Я увидел, что ее хахаль двигает сюда. А кто это еще мог быть? Ситуация у лифта, то, что происходит сейчас – оставалось сложить дважды два и получить простой ответ. Который мог отнять последнее мое преимущество: какое у меня вообще было право защищать эту девушку, фактически, незнакомку?

– Опять ты! – прорычал он, ударив кулаком по столу. Звякнула, подпрыгнув, тарелка с супом. Ее содержимое расплескалось по поверхности и теперь капало на диван между мной и Аллой.

– Могу… сказать то же самое про тебя, – ответил я, с каждым словом набираясь решимости. – Какого черта ты здесь забыл?

– Ты охуел, что ли? – мужик и правда выглядел обалдевшим.

– Это все его, – тихонько пискнула Алла и я подавился, заставив себя задержать кашель.

– Знаешь, с кем говоришь?!

– С ублюдком, который преследует девушку, – ответил я, сперва прочистив горло.

Откуда-то взялась уверенность – захотелось встать, чтобы снова вытянуться в полный рост и задавить его одними только габаритами. Но что-то подсказывало – так делать сейчас не стоит.

Главное – помнить, что Вика жульничала. Силы у меня есть, физические, разумеется. И этому я точно смогу накостылять.

Парень внимательно смотрел на меня. Я же старался сохранять спокойствие и не подать виду, что мне страшно до усрачки. Если это все его, могут прийти еще два дюжих молодца и сломать мне ноги. Но все обошлось.

– Шлюшка, – бросил он Алле. – Ты за это ответишь, – он ткнул пальцем в нее. – И ты тоже, – затем в мою сторону, но наклоняться ближе побоялся, а потом развернулся и вышел из ресторана.

К нам тут же подбежал официант:

– Вам лучше отсюда уйти, – вежливо попросил он, тут же сунув мне под нос терминал и счет. – Я посмотрел на него, как на кусок говна: – Простите, – тут же добавил паренек, – но меня могут уволить, поэтому…

– Угу, – мрачно ответил я, прикладывая карточку к терминалу. – Но вообще-то я толком не поел.

– Приносим свои извинения… – официант начал выбалтывать стандартную фразу, но я не выдержал:

– В рот я ебал твои извинения! – терминал пискнул, когда оплата прошла. – На чаевые оставь себе этот суп. Идем, – я аккуратно взял Аллу под руку, но та не встала: – Или тебе уже не нужна моя помощь? – добавил я чуть тише, чтобы не казаться совсем уж грубияном.

– А? Что? – она словно только что очнулась. – Нужна! Спасибо! Ты же проводишь меня… Ох, нет, на квартиру сейчас нельзя.

– Нельзя? – удивился я.

– Квартира тоже его, не моя, – виновато ответила Алла.

– То есть, тебе сейчас некуда деться? Вообще некуда, что ли?

Мало мне проблем, так еще и с этой теперь разбираться придется. Беженка, блин.

– К родителям я не поеду, они под Иркутском, – объяснилась она, немного приходя в себя.

– Вам лучше уйти, – напомнил о себе официант, вытиравший суп со стола.

– Да-да, – отмахнулся я от начинавшего надоедать парнишки, – Ал, что за сложности вообще?

– Может, поговорим у тебя? – она начала вставать, подразумевая, что я соглашусь без сомнений.

– Нет, у меня нельзя.

– Ты все-таки женат? – она дернула бровью. Ответь я «да» – этот факт не удивил бы девушку.

– Нет, просто у меня очень специфическое жилье, – пришлось соврать мне. Хотя почему соврать? Я сказал почти что правду.

– То есть, нам идти некуда? – сокрушенно произнесла Алла и тут же посмотрела на меня.

– Н-нет, – отозвался я, протянув первую букву так, чтобы у нее не осталось сомнений – идти ей некуда

– Вам…

– Да уйдем мы! – прикрикнул я на официанта, у которого из рук тотчас выпала тряпка. – Вот мне бы с одной стороны и помочь тебе, но я тебя совершенно не знаю. Да ты и сама говорила, что необязательно знакомиться близко, когда… – я прервал сам себя. Говорить об этом вслух все же не стоит.

– Все, ладно… Я поняла, что ничего мне больше не светит, – она поправила волосы и повернулась, как будто собралась уходить. Заметив, что я не двинулся с места, она вопрошающе уставилась на меня: – Что, и так тоже?

– Что «тоже»? Хватит уже манипулировать!

До меня только что дошло, что опыт последнего десятилетия моей жизни оказался весьма кстати. А она просто считает, что видит перед собой сопляка, который толком не знает, как общаться с девушками.

– Да ну тебя, – она сделала обиженное лицо и села обратно на диванчик. – Что еще скажешь? Перед чем ты теперь еще можешь устоять? Психолог хренов.

– Я не психолог, но есть простое правило – знать, кому помогаешь. Я могу помочь, но…

– Вам пора… – опять завел шарманку официантик.

– Отъебись! – рявкнули мы в голос и парнишка, схватив тряпку со стола, умчался в сторону кухни.

– А я не могу открыться первому встречному, – парировала девушка, проводив официанта взглядом.

– Все остальное можно, а поговорить – нельзя? – уточнил я. – Странно.

– Нет ничего странного!

– Поверь – странно. Я успел разных людей повидать, и ты – странная. Сейчас ты можешь действительно решить часть своих проблем. Я могу тебе помочь, правда, но, если окажется, что это твой муж, а ты его дуришь и я автоматически становлюсь твоим, эм, сообщником… нет, такого мне не надо.

– Но я и тебе не могу доверять! – продолжала она. – Вдруг я тебе откроюсь, а на самом деле ты – частный детектив, который собирает доказательства.

– С чего ты так решила? – я выкатил глаза, потому что такого обвинения не ожидал вовсе. – Так, короче. Валим отсюда, а по ходу дела все обсудим. Твой ведь не будет искать нас посреди улицы? Или как?

– Ну… у него достаточно влияния, поэтому нам лучше не светиться на улицах.

– Ясно, – я нервно похлопал ладонью по столу. – Тогда выбирай район – я плохо ориентируюсь в столице.

– И-и?

– Поедем туда, по дороге ты расскажешь мне о себе, и, быть может, я тебе помогу.

Хотелось добавить «за то, что было в нашу первую встречу», но прозвучало бы это продажно до крайности. Поэтому я промолчал и просто продолжал смотреть на девушку.

Она сомневалась. Я тем более сомневался. Нет, мне было плевать на деньги. Сколько бы стоил съем квартиры даже на квартал? Тысяч триста, плюс минус. Я мог себе это позволить, к тому же не знал, на что пока тратить средства. А если завтра-послезавтра свалится еще заказ?

Я сомневался, потому что в глубине души хотел помочь этой девушке. Но при этом осознавал, что совершенно не знаю ее. И еще помнил про разводы – история от Тони крепко засела у меня в голове. Что, если это тоже хитрый развод? Более грамотный и сложный.

Поэтому я ждал встречного предложения, когда мне придется сделать все наоборот: сперва снять красотке квартиру, потом добавить на всякие нужды, а затем свалить и, вероятнее всего, так и не услышать никакой истории.

– Верно ли я тебя поняла, – тихо произнесла девушка. – Ты просто меня выслушаешь, а потом поможешь?

– Ты только будь честной и все. Я не буду тебя осуждать или смеяться над тобой. Мне же не пятнадцать лет.

– Ха, – уныло выдала Алла. А потом неожиданно согласилась на все мои условия.

Глава 23

Прежде, чем сесть на метро, в ближайшей будке с кофе я взял Алле латте, а себе – зеленый чай. Чтобы хоть что-то теплое было в желудке. К тому же кофе помог мне разговорить девушку.

– С чего мне начать? – спросила она, обхватив картонный стаканчик обеими ладонями.

– Неважно, на самом деле, – отозвался я. – Главное, чтобы мне было понятно, что вообще привело тебя мне. А от этого будем отталкиваться.

– Ну… ты симпатичный.

– Спасибо, конечно, – буркнул я.

– Нет, правда! У тебя вид умного человека.

– Льстить тоже не стоит.

– И не собиралась. Если ты хочешь перевернуть все, что я говорю, то лучше я буду молчать. Я не какая-то подлиза. Ты просил говорить – я говорю как есть. Вроде бы нам с тобой уже некуда быть более откровенными.

– Да уж, – ответил я и посмеялся. – Но это была очень приятная откровенность. Хорошо, я не буду больше тебя перебивать, продолжай.

– А чего тут продолжать? Я тебя увидела, ты мне понравился. Все.

– То есть, для тебя нормально сосать парням, которые тебе понравились, через десять минут после знакомства.

– Ну… – она замялась.

– Ты обещала не врать, я обещал не осуждать. Говори, – попросил я, быть может, чуть требовательнее, чем следовало бы.

– Почти всем, – Алла покраснела.

Ответ меня шокировал, но я постарался не подавать виду:

– Зато ты была честна. Как и я: видишь, не смеюсь над тобой.

– Но осуждаешь? – тут же подхватила она.

– Нет, я нормально смотрю на свободные отношения, на секс на первом свидании и все остальное тоже.

– Да? – теперь девушка удивилась.

– Просто я ленивый. Ухаживать, долгие встречи, болтовня при свете мигающего фонаря у дороги или во дворе твоей пятиэтажки – это безумно романтично! Девушки тают, как и мое время, а потом оказывается, что им всем было нужно… совсем не то… – я замолк, потому что Тони в очередной раз оказался прав. Девушки часто показывают себя так – не соответствуя желаниям. Да и мужчины тоже.

– Ты не похож на ленивого, – голос Аллы вывел меня из оцепенения.

– Внешность обманчива, – я пожал плечами.

Мы уже добрались до станции, и девушка теперь стояла возле карты метрополитена, изучая подходящие направления, водя пальцем по основным линиям. Иногда она закусывала нижнюю губу, явно усердно размышляя, но на меня упорно не смотрела.

Алла точно прикидывала, хватит ли ей времени рассказать мне все, пока мы едем до нужного района. И, судя по движению ее пальца, далеко она не собиралась – если уж выселили за пределы Сити, так хотя бы не дальше Третьего.

– Нормально? – она ткнула пальцем на станцию Проспект Мира. Я лишь в очередной раз пожал плечами:

– Сойдет.

Историю она продолжила уже в вагоне. Сама, без моего напоминания.

– Понимаешь, я так просто не могу. Не могу и все тут. Мне нужны эмоции, новизна, чтобы все, как в первый раз. По-другому скучно и тоскливо. Неделя, месяц или два – становишься куклой, которая должна сидеть дома. Все ревнивцы, заняты собой и работой. Пришли, трахнули пару раз в неделю – и голодными глазами смотрят на тебя, точно я продалась им за их члены и обязана готовить.

– Сильно, – кивнул я. – Ты сейчас просто описала среднестатистический быт всех, кому до тридцати.

– А что с теми, кто старше? – отвлеклась Алла.

– Там не раз в неделю, а раз в месяц, – пошутил я и девушка, слегка прикрывшись ладонью, рассмеялась. Негромко, не на публику. Искренне.

– Реже есть там никто не хочет, – добавила она. – Я никогда не была замужем, на самом деле.

– Значит, ты в активном поиске, но есть люди, которые считают, что это не так? – уточнил я.

– Именно, – ответ последовал тут же. – Как же хорошо, что ты меня понимаешь! У меня есть свой идеал. И есть реальные люди, на него похожие, но чем ближе я с ними знакомлюсь, тем лучше вижу, что идеал по-прежнему существует лишь у меня в голове.

– Оно всегда так, – отозвался я, заметив паузу, – Идеал – собирательный образ.

– Ну вот что ты умничаешь, а, – она легонько подтолкнула меня локтем. Полушутя, полусерьезно. – Как будто уже пятьдесят лет прожил!

– Может я хорошо сохранился. Видишь вот, пью чаек, ем суп, – повеселел я. – Трезвенник.

– Вот ты уже и приблизился к моему идеалу еще на одну ступень, – улыбнулась Алла и тут же посерьезнела: – напоминаю, что к тебе не подлизываюсь!

– Ладно! – я позволил себе коснуться ее ладони, теплой от стаканчика кофе. – Значит ты ищешь и выбираешь, немного эгоистично получается, ведь ты едва ли сообщаешь о наличии нового увлечения тем людям, с которыми была до этого?

– Почти никогда не говорю, – призналась она.

– И никаких записок даже?

– Нет, конечно! Они ничего такого не заслужили! Ни один! – она добавила последнюю пару слов, как очередную провокацию, но я не стал задавать неприятных вопросов.

– И их единственный плюс был в том, что они ничем не болели?

– Да, – мой завуалированный вопрос Алла тоже разгадала быстро. – С тобой неожиданно интересно разговаривать! Кем ты работаешь?

– Моя должность – это небольшой корпоративный секрет. На самом деле я пока стажер и даже не очень представляю свои перспективы, но вроде бы нравлюсь начальству… – тут я похлопал себя по карманам и обнаружил, что мой телефон остался в номере. – Только мне надо будет им позвонить чуть попозже, а то решат, что я сбежал.

– Ты не представляешь, насколько необычно звучат твои слова. Ты же не раб, не вахтовик. И на охранника не похож. Сейчас почти что ночь и едва ли в это время тебя кто-то хватится.

– Я гиперответственный на первых порах, – пришлось соврать мне.

– Ну да, как же!

– Давай про тех, кто ничего не заслужил. Точнее, про последнего. Который орет налево и направо, что все принадлежит ему.

– О! О-о! О-о-ой! Давай не будем…

– Нет-нет, вот тут я вынужден настоять. Надо! Я должен знать, с чем мы теперь имеем дело.

– Но я не хочу!

– А ведь он попался мне в тот же день у лифта. Ты поэтому меня выгнала?

– Да, – опустив глаза ответила Алла. – Из-за него Ты сам видел, какой он.

– Видел. Мы еще тогда едва не поцапались. Жуткий ревнивец.

– Что? Поцапались?!

– Нет, он просто как последнее быдло пялился на меня вот так, – я вжал голову в плечи и наклонился вперед. – Правда, он от этого ниже меня ростом и выглядел, как неандерталец.

Алла фыркнула и отхлебнула еще кофе. Я допил чай и крутил пустой стаканчик в руках.

– И что же ты в нем нашла? Не внешность?

– Не внешность, – тут же подтвердила она. – Деньги. И сперва он был довольно милым. Но очень быстро все изменилось.

– Быстро? Мне показалось, что ты хочешь сказать что-то совсем другое.

– Он начал ревновать практически сразу же, и двух дней не прошло! Причем ко всем подряд. Он даже добился увольнения парня из курьерской службы, который приносил еду.

– Это тоже была его компания?

– Нет, и даже не его знакомых, но он заставил уволить курьера просто за то, что увидел на записи, как тот задержался в дверях примерно минуты на полторы во время передачи заказа.

– Ого! Он и правда такой влиятельный??

– Он скупил несколько этажей в разных зданиях в Сити, имеет еще какие-то производства вокруг Москвы, так что у него нереальная куча денег, тысячи людей в подчинении и немеряное количество знакомых где-то в правительстве!

– Я могу еще раз сказать «ого»?

– Можешь. Поэтому я его боюсь. Он может купить кого угодно и что угодно!

– Но ты теперь не говоришь, что я частный сыщик?

– Не очень-то ты на него смахиваешь, на самом деле, – поморщилась девушка. – Поэтому и не говорю.

– Значит, ревнивцы тебе надоедают особенно быстро?

– Он не просто ревнивец! – воскликнула Алла. – Он – настоящий монстр. Запирал меня. Иногда даже бил! Так это при том, что не мог ничего доказать! Ни одного факта измены! А еще я считаю, что пока нет записи в паспорте, я могу трахаться сколько хочу и с кем захочу, если конкретный человек меня не устраивает. И мне плевать, что говорят люди вокруг! – добавила она, когда немолодая женщина осуждающе посмотрела на нее. – Пле-вать.

– А знаешь, я тебя поддержу в этом.

– Ты не считаешь, что только мужчина можно трахать баб пачками?

– Межполовых различий не так и много, больше абсурдных стереотипов, тебе так не кажется? – я посмотрел в ее карие глаза и заметил, что внешний круг радужки имеет другой оттенок.

– Что? Что не так с моими глазами?

– Цвет, – запнулся я, – он, хм… такой интересный. Чем твой хахаль может тебе навредить?

– Да чем угодно! Если узнает, что я устроилась куда-нибудь на работу, то меня оттуда уволят тем же днем. И это самое простое.

– Но не сможет же он тебя физически устранить? Похитить? Убить? Или сделать жизнь настолько невыносимой, что ты, хм… сама решишься на это?

– Фу, какие гадости… Не, думаю, что не сможет. О, кажется, наша остановка. Ты идешь? Или я тебя еще недостаточно убедила?

– Почти, – я встал и подал ей руку. – Осталась еще пара простых вопросов.

– Например? – недоуменно спросила девушка, но взялась за мою ладонь и встала рядом у двери.

Если, садясь в поезд, я еще не был уверен в своем решении, то после рассказа Аллы прикинул, что мне не так жалко тратиться на нее, как десятью минутами раньше.

– М-м-м, например, сколько комнат нам с тобой потребуется? – нагловато отозвался я и первым вышел из вагона.

Глава 24

Вступал я в опасную игру или же все обойдется и останется в моей памяти лишь баловством – я не понимал. Легкая эйфория захлестнула меня: получалось то, чего не получалось сделать раньше. Спасти. Помочь. Вызволить из трудностей.

И пусть лицемеры продолжают говорить о том, что не надо связываться с такими девушками. Я уверен, большинство из них втайне мечтает именно о таких: живых, красивых, довольных жизнью, а не пилящих по любому поводу. Но не могут дотянуться и потому распространяют всевозможные гадости.

Меня же все устраивало. Отчасти потому, что я был не против сам, отчасти потому, что жутко устал и был согласен практически на все.

Однако искать квартиру посреди ночи оказалось делом непростым. Люди, естественно, спали, но после десятка звонков, которые мы поочередно сделали с телефона Аллы, нашелся один бессонный столичный житель. Он сдавал неплохую двушку и сам же находился неподалеку.

Узнав, что нас двое, он сперва засомневался, но документов не требовал – обошелся лишь моим паспортом, а, когда мы без споров согласились на его цену, вытащил из ящика договор, быстро прошелся по пустым полям шариковой ручкой и протянул нам.

Дождавшись перевода, поставил подписи, пожал мне руку, вложив в другую ключи, и, зевая на ходу, ушел прочь.

– О-хре-неть, – только и смог сказать я, еще раз просматривая документ.

– Ты сошел с ума, – донеслось из другой комнаты – Алла осматривала квартиру.

Жилье ей – и мне тоже – понравилось сразу. Современный ремонт, просторная, удобная – большего не требовалось ни мне, ни девушке.

– Ты псих, – повторила она, вернувшись в кухню после осмотра.

– Знаю, – я продолжал тупо смотреть в лист бумаги. – Но по-другому нельзя.

– А вдруг я соврала тебе? – Алла присела на корточки рядом со мной и внимательно посмотрела на меня, заставив оторваться от уже пятого прочтения договора аренды.

– Можешь считать меня наивным дураком, но мне так не показалось. Ты была искренней.

– И как же ты это понял? – не унималась она. Я вздохнул:

– По глазам. Они не врут.

Девушка резко поднялась, но лишь для того, чтобы сесть на стул с мягкой спинкой.

– Ты это сейчас нарочно сказал? Знаю-знаю, нарочно! – теперь и она уставилась на мое лицо. – Ты наверняка проходил какие-нибудь спецкурсы по соблазнению и…

– Это потому, что ты сама додумала про красивые глаза? – я слабо улыбнулся. – Надо было мне сказать, а не просто смотреть в них тогда, в метро. И нет, никаких курсов я не проходил.

– Тогда ты тем более псих, раз решил связаться со мной после всего, что я наговорила, – Алла развела руками. – Другого объяснения я не вижу.

– Не больший псих, чем ты, – я наконец-то отложил договор в сторону. – Из всех людей, кого я знал, ты одна нашла в себе силы рассказать что-то подобное.

– Так что, ты у всех выпытываешь их тайны?!

– Нет, почему же. У меня и девушек было не так много…

– Ну, бросай оправдываться, я же шучу, – Алла высунула язык, скорчив смешную гримасу. – Псих ты потому, что решил выкинуть столько денег! Не жалко?

– Я не говорил, что у меня их мало, – чуточку хвастливо заявил я. – А только сказал, что я – стажер. Но у меня специфическая работа, ненормированный график, так что я и появляться тут буду не слишком часто… Он ведь здесь до тебя не доберется?

– Нет, я думаю… – девушка тряхнула головой. – Но я не хочу, чтобы ТЫ думал обо мне плохо! Я не какая-то там содержанка и я… – она принялся копаться в своей сумочке. – Что ты улыбаешься?? У меня тоже есть деньги!

– Притормози немного, разошлась совсем, – я не удержался от смешка. – О тебе я плохо не думаю и не собирался. Скорее уж ты сама о себе так думаешь. А на самом деле ты более приятный и открытый человек, чем абсолютное большинство. Все они – напыщенные дурочки, которые думают лишь о себе и… – тут я запнулся.

– Нет-нет, почему ты замолчал, продолжай, что там про напыщенных дурочек? – Алла даже перестала рыться в сумочке. – Когда расскажешь – дойдем до банкомата, – она положила на стол свою карточку.

– Кажется, мой черед быть честным, да? – и все же я чувствовал себя крайне неловко. – Знал я одну утонченную натуру. Без издевок, правда, утонченную. Какой-то особый вкус к литературе и искусству, приятная внешне, разносторонняя. Все было в полном порядке за исключением одного жирного НО.

– Какого же? Она была лесбиянкой?

Напоминание о Кате с Мариной заставило меня закашляться так, что Алле пришлось стучать мне по спине.

– Нет, – выдохнул я наконец и на ее лице прочитал жуткое разочарование. – Все было куда проще: она была последним эгоистом и считала, что в этом мире все делается только ради нее. «Я, я, снова я и опять я». Прочитала, сделала, сходила – смотрите на меня, любуйтесь мной… – я почувствовал, что разошелся, и снова замолчал. – Терпеть это не было никаких сил. «Я прочитала Маркеса – любите меня сильнее», – закончил я свою тираду.

– Как она тебя зацепила, – подметила Алла.

– Так красивая же, – фыркнул я. – Но это не помогло. И жутко раздражало. Я – за искренность. И совпадение вкусов, разумеется, тоже.

– Не переборщи только, – девушка наклонилась ко мне так, что декольте приковало мой взгляд, заставив оторваться от ее глаз. – Иначе получится слащаво. А я так не люблю.

– Я думал, что все девочки любят послаще.

– Не-а, – она слезла со стула и присела возле моих ног. – Некоторые любят посолонее.

Шнуровка спортивных штанов быстро поддалась ее ловким пальцам. Цепко, но не касаясь меня ногтями, они впилась в бедра и почти сразу же стянула с меня штаны, даже не позволив мне привстать.

Дальше ее руки так и не продвинулись: она сама подалась вперед, немного наклонив голову набок, одними губами прихватила член, а потом, помогая языком, приподняла его и сжала губами головку. Задержалась на пару секунд в этом положении, словно пристраиваясь поудобнее, и опустилась на несколько сантиметров ниже, сдвинув плоть.

– Охох…. – вырвалось у меня, когда ее шершавый язычок прошелся по уздечке.

В ответ она похотливо улыбнулась и больше почти не двигалась, остановившись лишь на работе собственного языка. Я, конечно, знал, что длинный язык – преимущество во время минета, но никогда не сталкивался с такой техникой.

Мой член для нее был пломбиром в вафельном стаканчике, который она усердно потребляла, облизывая со всех сторон. И, несмотря на недавние приключения, ей удалось обработать меня очень и очень быстро.

В последние секунды Алла просто сжала губки покрепче, чтобы не пропустить ни одной капли мимо, а потом ласково соскользнула с члена, даже не облизнувшись – настолько все осталось чистым. И расхохоталась, снова прикрыв лицо ладонью:

– Видел бы ты сейчас себя со стороны!

– Просто… мне и в первый раз понравилось, но я не думал, что может быть еще лучше! – ошалело проговорил я и натянул штаны обратно.

– Я еще и не такое умею. Настоящая девушка никогда не показывает всех умений в первый раз. Но… – она наклонилась к самому моему лицу: – Я тоже читала Маркеса.

Глава 25

С остальными делами мы разобрались довольно быстро. Поход до банкомата пополнил копилку наличностью, которую я брать не стал. Сперва.

Алла рассердилась не на шутку и тогда я взял лишь половину. Только ради того, чтобы ее не злить. Девушка смилостивилась.

– Наверняка с работы я теперь вылечу, – вздохнула она. – Придется что-нибудь подыскать взамен. Ты не думай, – снова завела Алла ту же шарманку, – я не…

– Я и не думал так, – пришлось поспешно ее успокаивать. – Запомни раз и навсегда.

Круглосуточный продуктовый позволил нам забить холодильник едой. На улице уже светало – новый день начался достаточно давно, а я так и не спал.

– А ты часто будешь приходить? – спросила Алла.

Она на скорую руку сообразила яичницу под сыром, а я смотрел на тарелку и думал – это уже и не ужин, но еще и не завтрак, тогда как раньше старался придерживаться хотя бы простых правил: не пить с утра и не есть в три часа после полуночи.

– Невкусно? Забыла посолить? – девушка звучала крайне обеспокоенно – даже сильнее, чем если бы ее преследовал ее долбо… кем бы он там ни был.

– Вкусно, я просто задумался, – отозвался я постарался улыбнуться.

Интересная получается картина. Мало того, что фактически взял себе девушку – не нашел, не соблазнил, а взял. Едва ли не силой отобрав у другого, к тому же. И ведь хотел просто помочь, а теперь как бы получаются отношения. Что она скажет, когда узнает, кем я работаю? Рано или поздно все равно придется сказать.

И еще есть обратная сторона медали. Ей станет скучно со мной. Не сегодня и не завтра, быть может. А через месяц или два. Что мне делать в этом случае? Если бы она заявила мне сегодня: «спасибо за помощь, дальше я сама» – я бы спокойно принял это. И неважно, что помощь обошлась мне чуть больше, чем в триста тысяч. Я бы посчитал, что они пошли на доброе дело. Но потом… я непременно привяжусь к ней!

– Все очень вкусно, – ответил я. – Спасибо.

– Это меньшее, что я могла бы для тебя сделать, Ром. Ты ведь буквально спас меня! Помогаешь начать новую жизнь и… эта квартира… Я тоже думаю и… боже!

– Я псих, ты говорила.

– Нет. В смысле, да. Ну, то есть, в хорошем смысле псих, – она запнулась. – Я сейчас наговорю лишнего, боже мой…

– Тс-с, – я отложил в сторону приборы и осторожно взял ее за руку. – Я тоже начинаю новую жизнь. С новыми ошибками, если они будут – на самом деле, надеюсь, что нет, – тут она фыркнула и я расслабился. От меня не требуют никаких признаний сейчас, а дальше будь что будет. – Тебя я точно не считаю ошибкой, и думаю, что вдвоем у нас больше шансов сделать все правильно. А потом…

– Давай не будем загадывать, ладно?

Ложиться спать уже не имело никакого смысла. На завтра, то есть, на сегодня, у нас было полно дел. Но если Алла составила себе целый список, у меня же имелось только два пункта: сделать комплект ключей от этой квартиры и вернуться в Сити на работу. Только бы Тони не нашел нам новое задание на ближайшие часы!

Скрупулезный подход к делам и хватка, которую девушка проявила при обустройстве квартиры впечатлили меня. Первое мнение о ней явно было ошибочным, хотя и вела она себя не совсем в соответствии с канонами праведности.

Когда совсем рассвело и стало можно заняться ключами, мы поспешили в сервис – обзавелся собственной связкой и поспешил назад на работу, надеясь, что к этому моменту меня никто не хватился.

– Добро пожаловать в «Похоть инкорпорэйтед» – проговорил мне в лифте все тот же томный голос, который практически не изменился за пару дней. Но звучал неуловимо иначе.

Загадочное несовпадение заставило меня вздрогнуть, точно кто-то сфальшивил в знакомой песне. Но в остальном ничего не изменилось, поэтому я поспешил к себе, первым делом схватил телефон – и не обнаружил ничего. Никто меня не хватился, поэтому с чистой совестью я закрыл окна огромными шторами и завалился спать.

– И сколько мне прикажешь тебя выискивать, засранец? Где шлялся? – голос Тони бесцеремонно разбудил меня.

Но неприятен оказался не голос, а движение воздуха, потому что он находился на расстоянии раскрытой ладони от моего уха. Я поежился, дернулся, а потом из-под меня выдернули простынь, и я свалился на пол.

– Эй!

– На эй зовут блядей, я думал ты знаешь это. Прояви-ка немного уважения к старшим, дружок, – Тони присел в позу лотоса рядом со мной на полу. – Где ты шлялся всю ночь? И не заставляй меня ковыряться в твоих мозгах. Ты был мне нужен и не появился вовремя!

– Ты мне даже не позвонил! – возмутился я.

– Ты даже не соизволил взять телефон и предупредить!

– Так сложилось…

– Вот что – такое объяснение не проканает. Либо мы с тобой работаем и дружим и тогда все в шоколаде, либо… не заставляй меня говорить обо всех ужасах, которые тебя ждут.

Компаньон выждал пару секунд, любуясь выражением испуга на моем лице, а потом злобно расхохотался.

– Тони, сука… мог бы просто пожелать доброго утра!

– Мог бы… но это бодрит, а? Уахаха! – и он вскочил.

– Так ты правда искал меня? – я тоже поднялся и направился в ванную, надеясь на лучшее – это просто шутка и не более того.

– Правда искал. Так давай, куда ты пропал?

– Ты же говорил, что я могу найти любое жилье на свой вкус. Вот я искал и нашел.

– А, квартирка для секса? Посреди ночи нашел что ли? – насмешливо спросил он.

– Пришлось искать. Даже не очень для себя, а…

– Та-а-ак, умудрился внезапно стать каблуком? – насмешка в его голосе растворилась.

– Нет! Помог одной приятной девушке сбросить мудака.

– М-м-м, я знаю кого-нибудь из них?

– Едва ли, – невнятно проговорил я, запихнув в рот зубную щетку.

– Помог сбросить, хм… снял квартиру… тебе двадцать лет на вид, тридцать по факту, а в итоге ведешь себя, точно тебе полтинник! Между прочим, если бы ты проявил хоть каплю любопытства и спросил, для чего я тебя искал…

– Я ээфо? – я высунулся из-за двери с щеткой в зубах.

– Чтобы прояснить кое-какие вопросы относительно твоего статуса в этом заведении.

– О-о! Так, и? Что с моим статусом?

– На самом деле говорили мы больше о том, что произошло между тобой и Викой. Знаешь ли, у нас не каждый день избивают новичков до беспамятства. Она сказала, что ты дал на это разрешение? Это правда?

– Мы пошли тренироваться, – ответил я и добавил, вспомнив: – Она тогда пошутила, что не будет разбивать мне голову.

– И правда, не разбила. Но отбила все мозги, судя по твоему поведению. До такого у нас в принципе не доходит – я поговорил с теми ребятами, что были в зале и они подтвердили мои опасения.

– Опасения? Да вроде бы сейчас все нормально.

– Нет, не нормально, Рома. От Вики держись подальше. И не только от нее.

Я смотрел на Тони. Секунду, другая, третья – он все еще серьезен. Похоже, что все очень и очень плохо.

Глава 26

– Что значит «не только от нее»? – моя жизнь только начала налаживаться и теперь такой удар! – Кто может мне навредить??

– Многие, – уклончиво ответил Тони.

– Заебись! И что делать? Бегать? Скрываться?

– Для начала выслушать меня. Не все так плохо, как ты себе представляешь. Мы еще команда, а это значит, что тебе просто нужно держаться меня.

– Здорово! – я выскочил из ванной, – охуеть просто! Ты будешь меня защищать. И сколько? Год? Два? – мыслями я почти моментально вернулся к Алле, которая за этот срок меня забудет и тихо съедет с квартиры. И останется у меня на память только ее номер телефона. И то позвоню – проигнорируют.

– Давай ты не будешь корчить из себя мамкину истеричку и меня спокойно послушаешь, ага? Я понимаю, что ты наверняка наткнулся на девушку своей мечты, но это не повод ментально превратиться в подростка.

– Хорошо, я слушаю, – заставив себя успокоиться, я сел на диванчик и приготовился к объяснениям.

– Вика и в самом деле к тебе неровно дышит, – начал Тони.

– Почему мне кажется, что ты заложил сюда не тот смысл, познав который, пляшут от счастья?

– Тебе не кажется. Ты у нас третий день, а она продолжает копать. А все лишь потому, что ты смог противостоять ей тогда, у себя на квартире.

– Стоило догадаться. Да и она тоже намекала на это. Но я так и не понял, почему у меня получилось тогда, а теперь я даже не знаю, как это сделать

– Есть несколько причин, – Тони поставил стул перед рабочим столом, спинкой ко мне, – по которым у тебя получилось тогда и не получается сейчас. Но природу этого поступка я все равно не смог понять.

– То есть, на самом деле ты не ходил искать нам задание?

– Не каждый же день! Сейчас ты – более интересная задача для меня, потому что интерес у других жнецов ты вызываешь поистине ненормальный. Кое-кто даже считает, что я откровенно сжульничал, забрав тебя с собой.

– Ого… – пробормотал я. – Это внимание мне почему-то совсем не льстит.

– Ясное дело, – Тони продолжал сидеть с серьезной миной, не меняя выражения лица. – Каждый хочет такого помощника, как ты. Только они еще не знают, что ты особо ничего не можешь. Слухами земля полнится. Кое-кто считает, что ты можешь делать вот так.

Сначала ничего не произошло. Но когда Тони указал на мои носки, я с удивлением обнаружил, что они разрываются пополам вдоль ступни. Я попытался скинуть носок, но он развалился на две половинки у меня в руках.

– Поразительно…. Но в целом… – я задумался, – ничего особенного ведь, правда? Это просто носок и…

– Просто носок?! – мгновенно разъярился Тони, но так же быстро он пришел в себя. – Извини, нервы. Это – хирургически точная работа.

– То есть, новички так не могут, да? – перебил я компаньона.

– Не могут. Они его так могут только если вместе с ногой, – добавил он с прохладцей в голосе. – Навыки не приходят из ниоткуда. Твое тогдашнее сопротивление – базовый минимум. Превращать вещи в пыль и щепки – тоже уровень ниже плинтуса.

– То ест, ты хорош в этом деле?

– Я охуенен!

– Скромно, – фыркнул я, но шутку оценил. – Значит спасибо тебе за то, что не распополамил мою ногу. Очень признателен тебе за это. Но я не только носки не могу разделять на две части, но вообще ничего не умею. Ни предмет подвинуть, ни телефон на расстоянии включить!

– Заниматься с тобой надо, Рома. Заниматься долго и упорно. Но на это у нас остается очень мало времени. Работа, да еще и ты нашел… Кого ты, кстати, нашел себе, что даже жилье снял?

– Приятная девушка, я спас ее от какого-то богатенького ублюдка.

– Смотри сам не стань таким же – предупредил Тони. – Ты еще можешь попробовать сыграть в имитацию семьи. Это для меня все давно уже приелось. Значит, хорошая?

– Приятная, – повторил я, не желая вдаваться в подробности.

– Не девушка, а квартира! Все девушки, на которых встает – априори хорошие, приятные и прочее.

– На проспекте Мира. Две комнаты, вид на улицу, свежий ремонт.

Тони поднял большой палец вверх:

– А я все думаю, что же тебя так отсюда отвернуло. Свежий ремонт. Вид на улицу. У нас-то вид так себе, да?

– Да не в виде дело! – раздраженно ответил я. – А в том, что так было надо!

– Ладно-ладно, вдаваться в расспросы не буду. Но помни, что здесь я до тебя могу добраться быстрее и в случае чего помочь. Может, назовешь точный адрес? Тогда я и в твоей квартире смогу тебя выручить, в случае чего.

– В случае чего??

– Ну, сам понимаешь. Не Вика, так Гера, не Гера, так Рональд или Влад… Я не назвал тебе и десятой части тех, кто положил на тебя глаз.

У меня отпала челюсть:

– И ты считаешь, что здесь мне находиться безопасно?

– Безопасно. Я же рядом. А вот найти твою новую квартиру они смогут в худшем случае за пару дней. А то и еще быстрее.

– Предлагаешь мне постоянно сидеть здесь и никому не открывать?

– О, нет, что ты, – Тони махнул рукой, словно мы не говорили сейчас об угрозе моей новой жизни. – Вика тебя не убила. Другие тоже едва ли захотят тебя мучить, но разговоры будут бестолковыми. Из физической боли появится разве что головная. Проблемы появились у меня, на самом деле.

– Правда? – я недоверчиво скривил рот. – Это как?

– Для начала могут устроить какое-нибудь разбирательство. Якобы я знал все заранее, а потому подорвался тебя взять к себе.

– Я не очень понимаю, почему это так важно. Ведь души ты собираешь при помощи какого-то устройства. Трахаем членом, без каких-то измытельств и магии. Почему тот несчастный рывок так всех волнует?

– Ты в нашей команде свое место знаешь? – ответил Тони вопросом на вопрос.

– Я как бы стажер. Всем так говорю, когда спрашивают мою должность.

– Хорошо. И как долго ты в нашей команде планируешь им пробыть?

– Месяца три, – предположил я, но компаньон лишь ухмыльнулся. – Что, больше?

– Как пойдет. Но настоящий жнец умеет проделывать такие же фокусы, как и я. И, судя по тому, что кроме старания у тебя ничего нет, едва ли ты быстро встанешь в один уровень со мной.

– Говори конкретно уже! – рассердился я. – Сплошные вопросы и загадки. Меня не сегодня-завтра кто-нибудь избить попытается, то ли «коллеги», – я согнул пару пальцев на каждой ладони, – то ли бывший хахаль девушки. А ты опять решил в игры поиграть. Проще будь и люди к тебе потянутся.

– Ладно, – Тони потер подушечкой указательного пальца и без того отполированный ноготь на большом. – Даже минимальный уровень овладения Силой занимает годы. Десятилетия. Некоторые стажеры только сменив шкурку в первый раз начинают понимать, что к чему. Голова работает иначе в новом теле.

– То есть это лет двадцать?

– Да, Рома, считать ты не разучился. Примерно двадцать лет в среднем. Но не забывай, при этом они не умели ничего в самом начале. Все добились только через тренировки, чакры-мудакры…

– Чакры? Как у индусов что ли? – я поморщился. Слово показалось мне гадким.

– Шучу, – с совершенно серьезной миной произнес Тони. – А вот насчет двадцати лет – не пошутил. И потому ты этим несчастным прикосновением не только возбудил женщину в Вике, но еще и заставил всех задуматься – как это ты умудрился сэкономить двадцать лет?

– Беда в том, что я сам ничего не знаю, – я развел руками.

– Знаю, – вздохнул Тони. – Но ничего – еще одно задание и я возьму небольшой перерыв. Тогда займемся тобой.

– Еще одно? Когда?

– В течение недели. Постарайся не пропасть, пожалуйста. Нам надо будет вылететь к Черному морю. Погода шепчет, искупаемся, – и он расплылся в довольной улыбке.

Глава 27

Парад новостей для меня закончился на приятной ноте. Лето, жара – девочек в облегаюшей одежде или без нижнего белья хватает и в столице, но у моря своя атмосфера. Поэтому я даже не колебался, когда сообщил Алле о командировке несколькими часами позднее:

– Хорошая у тебя работа! – пробормотала она, все еще вялая после бессонной ночи. – Я бы тоже так хотела… Слушай, устрой меня к себе, а?

– Я бы с радостью, но свободных мест нет, – ответил я, подумав, что она бы оторвалась у нас по полной. Но рядом стоял Тони, качая головой, так что другого ответа я не дал ей, даже если бы захотел.

– Ну ладно, – она вздохнула. – Я тогда еще посплю, а завтра буду подыскивать себе работу, – я услышал, как она зевнула, наверняка опять прикрываясь ладонью – прозвучало уж очень глухо. – Удачи тебе.

– Соглашусь, она милая, – почти безразличным голосом произнес Тони. – И голос приятный. Ты еще не слышишь его, когда входишь к нам?

– Не слышу, но что-то изменилось. Неуловимо.

– Пошел процесс, – компаньон едва заметно улыбнулся. – Будет обидно, если она тебя бросит. Хочешь, накопаю тебе что-нибудь на твою подругу, будешь знать риски хотя бы. Лишнего искать не стану.

– Нет, не нужно, – отказался я поначалу, но затем любопытство взяло верх: – А хотя, знаешь, давай!

– Хорошо, – теперь Тони расплылся в привычно похотливой улыбке. – Давай пороемся в ее грязных секретах. Имя, фамилия и дата рождения – все, что мне потребуется.

– Эм… Алла.

– Так, дальше.

– Все.

– Рома, блядь! – весело воскликнул Тони, пытаясь одновременно с этим сердито прищуриться – но не получилось. – Только не говори, что имя – это все, что ты знаешь!

– Я знаю ее номер телефона.

– Сойдет. Если только он не зарегистрирован на другое имя. Нам все равно еще нужно заказать билеты, поэтому пошли ко мне.

В коридорах было людно. Все те же разномастные персонажи от фриков до вполне нормальных людей. Многие здоровались с Тони – большинство просто кивком, а то и вовсе делали это сквозь зубы.

На меня же смотрели просто с нескрываемым любопытством – едва ли шеи себе не сворачивали, глядя вслед. Хотелось продемонстрировать средний палец всей толпе. Тебе бобра. И тебе под самый нос, сука! Но я счел, что это перебор.

Поэтому продолжал чувствовать себя до крайности неуютно, пока за моей спиной не хлопнула дверь кабинета Тони.

– А тебя здесь не очень любят, – заметил я.

– Только из-за сплетен Вики, – ответил хозяин кабинета. – И раз пошла грязная игра, открою тебе один небольшой секрет.

– Она транссексуал? – фыркнул я. – Как те женомужчины на Олимпиадах, занимают первые места и смотрятся на фоне нормальных женщин горой мяса. Хотя про не такого не скажешь, конечно…

– Кончил? – Тони сурово посмотрел на меня поверх монитора. – Про твои фантазии относительно третьего пола я тебе уже не раз говорил. Но теперь ты оказался отчасти ближе к истине. Сейчас осталось мало свидетелей эпох, когда Вика была Виктором.

– Пояснительную бригаду, пожалуйста.

– Давным-давно, в незапамятные времена, где-то между Столетней войной в Европе и правлением Ивана Грозного жил Виктор. Бондарь по роду деятельности. Попал к нам, поработал немного – но заказов в тот период на женщин было очень мало, поэтому он оперативно переквалифицировался в женщину. Когда пришло время менять шкурку, выбрал женское тело и с тех пор в нем так и остался, благо на кострах уже никого не жгли за блуд.

– А что, так можно было? – удивился я.

– Ты тоже хотел себе щелку между ног? – бровь Тони взлетела вверх.

– Нет-нет, только спросил.

– Смотри у меня… извращуга… Так что запомни – это тебе не просто бабенка с характером. Это мужик в женском теле.

– Так с его рождения уж сколько лет прошло! – воскликнул я. – Если это пятнадцатый или шестнадцатый век, то ему пятьсот лет! И из них больше четырехсот в женском теле.

– Характер просто так не сменишь. Привычки – можно, но не характер. Тем более из тех эпох, откуда он родом. Теперь уже она, – поправился Тони.

– Жуть, – вырвалось у меня. – Так его, то есть, ее, можно считать геем? Или все-таки нет?

– Официально – нет. Внешне – женщина и по всем признакам тоже. Ладно, что-то мы отвлеклись. Давай сюда номер телефона своей мадам, с которой ты съехаться решил, – он быстро забил его и уже через пару секунд вопросительно зыркнул на меня: – Точно ошибки нет?

– Нет, все верно, я же звонил ей недавно!

– Просто номер принадлежит Карпову Владимиру Витальевичу.

– Это еще что за хер?

– О-о, это не хер, дружок. Это много-много хуже. Его папке принадлежит столько имущества, что хватило бы на половину бюджета страны. И сынку он давно отсыпал немаленькую часть, – он развернул компьютер монитором ко мне, и я узнал на фотографии быдловатого парня, с которым сталкивался дважды – возле лифта в одной из высоток Сити, а потом уже в ресторане. – Правда, заводы он оставил себе, а вот в районе нашего офиса есть немало точек, которые принадлежат ему.

– Угу. Ресторан, например.

– Какой? – полюбопытствовал Тони.

– Да так, у реки. И он точно принадлежит этому Владимиру. Официанты вытурили меня оттуда вчера вечером.

– Ну ты и влип. Если ты перешел ему дорогу, будь о-о-очень осторожен. Его отец еще более-менее нормальный – в силу возраста, разумеется. В молодости тем еще дикарем был, сейчас успокоился. Но сынишка пошел по его стопам. Берет, что хочет.

– И не отдает ничего? – фыркнул я.

– Да, он тот еще пират, – кисло улыбнулся Тони. – А ты, получается, забрал у него девушку. Готовься. Командировка тебе малость поможет в мыслях разобраться.

– Ты ведь даже не спросил, хочу я туда. И как мы будем работать? Как в прошлый раз?

– Не-ет, – протянул компаньон. – Теперь работать будешь ты один, а я посмотрю, как ты справляешься. Если справишься быстро – успеем потренироваться прямо там.

Глава 28

Я одернул светло-серый костюм – непривычно, да еще и жмет как будто. Но Тони этих неудобств словно не замечал.

– Люблю самолеты, – произнес он, откинувшись на спинку кресла в бизнес-классе. – Просторно, быстро… Сочно! – добавил мой компаньон, когда мимо прошла стюардесса и недлинной юбке, но настолько обтягивающей, что я удивлялся, как она может вообще ходить!

Девушка с пучком светлых волос на затылке одарила Тони томной улыбкой:

– Вам что-нибудь принести?

– Соку, пожалуйста, – он сделал голос максимально похожим на Синатру. – И настолько ледяного, насколько жарким будет исполнение наших с тобой фантазий.

Я не сдержался и фыркнул на весь отсек, но девушка, не отрываясь, смотрела на Тони, слегка приоткрыв пухлые губки:

– То есть, кроме льда больше ничего не нужно? – она мило улыбнулась, легко кивнула и, покачивая задом, ушла за соком.

– Она что, правда на это повелась?

– Именно! Животный магнетизм. Ты тоже таким обладаешь – иначе бы Алла на тебя так не клюнула.

– Угу, – буркнул я.

Всю дорогу до самолета Тони настаивал, чтобы я рассказала ему о девушке подробнее, поэтому у меня не было шансов отказаться – и я выдал ему все с условием, что дальше него эта информация не пойдет.

– И пока ты молод – пробуй, действуй. У тебя все карты на руках. Можешь брать, кого пожелаешь! Вернее, мог бы… Или у вас свободные отношения?

– Мы это еще не обсуждали, – ответил так, чтобы у Тони отпало желание задавать новые вопросы.

– Как скажешь, но вот тебе мой совет – если хочешь, чтобы у вас все было ровно, тогда сделай так, чтобы этот разговор состоялся как можно быстрее и в предельно точных терминах.

– Ты говоришь, как юрист, бр-р-р… – меня передернуло.

– А что в этом такого? Во-первых, с женщинами иначе нельзя. Любое твое слово можно неверно истолковать, поэтому надо сразу же уточнять все и сразу. Ну и, во-вторых, многим дамам нравятся умные, богатые и влиятельные одновременно, – он осклабился, потому что вернулась стюардесса.

Девушка наклонилась к Тони, что-то шепнув ему на ухо, одновременно передавая стакан с соком из рук в руки. Компаньон нахмурился:

– Нет-нет-нет, откажите, можете даже не стесняться в выражениях, – он погладил стюардессу по ладони, – а потом возвращайтесь к нам.

Пока они беседовали, я смотрел на зад стюардессы, который настолько сильно натянул юбку, что ткань вот-вот должна была лопнуть. Внутри зашевелилось желание помочь, рвануть ее, отбросить в сторону, смачно шлепнуть этот тугой зад, чтобы аж ладонь зазвенела!

– Хм, – блондинка улыбнулась, глядя на меня, когда закончила беседу с Тони, и так же аккуратно вложила стакан в мою ладонь. И льда там тоже оказалось немало.

– Вот видишь, я же говорил! Магнетизм, – последовал новый комментарий после сравнения стаканов. – Может и тройничок замутим, время скоротаем, а?

Мои тайные фантазии начали воплощаться слишком быстро, поэтому состояние легкого шока не ускользнуло от глаз Тони.

– Никакого стеснения. Оприходуем, два в одной, все дела. Девочки любят повышенное внимание.

– Да я и не стесняюсь вовсе, – попытался оправдаться я.

– По лицу вижу, поверь опытному человеку, – теперь Тони веселился, и поспешил отхлебнуть ледяного сока.

– Лучше скажи, когда я смогу нормально питаться без супчиков и соков, как пенсионер?

– Скоро, очень скоро, – заверил он, – пара дней, не больше. Только сразу не налегай на шашлыки. Лучше морепродукты.

– А что…

Но шум из другой части салона самолета не дал мне закончить фразу.

– Постойте, нет, сюда нельзя…

– Что значит «нельзя»? Вы тут ебнулись совсем? Два человека в бизнес-классе при наличии минимум шести свободных мест! – в наш мирный уголок ворвался тучноватый мужчина лет тридцати пяти, с крупными чертами лица, мокрый от пота настолько, что темнел синий воротник пиджака.

Вытаращенными глазами, бешено раздувая ноздри, он осмотрел бизнес-класс – пустые сиденья заставили его дрожать от злости, как чихуахуа.

– Простите, я же сказала, что вам сюда нельзя! – залепетала стюардесса.

Помощи ей никто не оказывал – другие стюарды, похоже, были заняты в основной части самолета, а хрупкой девушке, какой бы накачанной ни была ее задница, с таким боровом справиться было не под силу.

– А мне плевать! – незнакомец грозно зыркнул на меня, потом на Тони, отпихнул блондинку с дороги и, решив, что именно мой компаньон здесь главный, шагнул к нему.

Девушка же не устояла на ногах, и я лишь вовремя развернув кресло, смог ее поймать, усадив к себе на колени. Тут любая наивная дурочка могла бы ойкнуть, но блондинка с боевым настроем тут же вскочила и буквально втиснулась между Тони и толстяком.

И ее сразу же отпихнули снова, а мне вновь пришлось ее ловить:

– Может, вы лучше посидите? – предложил я, уступая ей свое кресло. Пока девушка собиралась с мыслями, жирдяй заверещал, брызжа слюной:

– Думаете, что вы тут самые богатые, да? Можете себе все позволить? Да я тебе сейчас табло разобью, и никто мне ничего не сделает!

– Сделает, не переживай, – встрял я, встав так, чтобы быстро прийти на помощь Тони, но пока что быть вне досягаемости рук толстяка.

– Да тебя, уморыш, вообще никто не спрашивал!

– Знаете, что, – Тони заговорил на удивление спокойно, не то что со мной, когда злился, но толстяк его оборвал на полуслове:

– Не знаю, и знать не хочу! Здесь есть свободные места! И я здесь сяду! – с этими словами он обошел кресло Тони, держа всех нас в поле зрения, нащупал за спиной подлокотник и втиснулся, хоть и с большим трудом.

– Вам нельзя здесь! Выйдите сейчас же! – снова подала голос стюардесса.

– О, прошу, не переживайте, я думаю, мы сейчас решим все миром, – все так же спокойно говорил Тони. – Вот посмотрите сами на нашего гостя – он же волнуется за нас двоих. Ром, видишь? – он обратил мое внимание на толстяка, который пока еще не отвернулся от нас на своем вращающемся кресле. – Его спокойным вообще нельзя назвать! Красное лицо, потеет. Явные проблемы с сердцем.

– С сердцем? Да что ты несешь, идиот! Я здоровее тебя буду!

– Рома, сконцентрируйся, – Тони щелкнул пальцами.

– Да вы здесь все имбецилы, – толстяк уже собрался повернуться, но компаньон поднял руку:

– Не-а, не будешь ты здоровее, – он обратился к толстяку и начал сжимать пальцы, имитируя сокращение сердечной мышцы. – А вы, мадемуазель, тоже представьте. Правда, успокаивает?

Движение пальцев действовало гипнотически на всех: я смотрел, жирдяй не отводил глаз, да и стюардесса притихла. Тук-тук, звучало у меня в ушах. Тук-тук. Пальцы двигались на фоне лица скандалиста. Тук-тук.

– И тут «бам!» – рявкнул Тони через несколько секунд и его пальцы сжались в кулак. – Инфаркт, все, конец.

Стук в моих ушах раздался еще дважды, потом сменился легким скрипом, как будто сжималась пружина под весом человека, медленно опускающегося на старую кровать.

– Пф! – выдал толстяк и вяло махнул рукой. – Тупые фокусники. Знаю я вас, таких! – кровь отхлынула от его лица, но он словно не замечал этого: – Обманом выудили денег у каких-нибудь простачков и… – тут он начал задыхаться, попытался глубоко вдохнуть, но лишь открыл рот, а глаза его закатились.

– Думаю, надо звать врача, – Тони повернулся к стюардессе, и та помчалась прочь: – Что ж, для него это и правда конец. Черт, – он посмотрел вслед убежавшей блондинке: – такой орешек сорвался!

Глава 29

Панику разводить не стали. Тони договорился обо всем, хотя до самого конца полета с сожалением поглядывал на светловолосую стюардессу. Та избегала зрительного контакта и вообще старалась не появляться в бизнес-классе.

Лететь нам оставалось не очень долго. Логично было бы сесть раньше, чтобы передать тело или какие там обычно проводятся процедуры, если на борту рейса умирает человек.

Но Тони договорился реально обо всем и полет продолжился как ни в чем не бывало. Мы с ним по-прежнему сидели в наших вращающихся креслах, и компаньон делал вид, что ничего особенного не произошло, а это маленькое представление не закончилось смертью человека.

– Что тебя беспокоит. Говори, – произнес он буквально в приказном тоне. Я ждал этого:

– Только не надо убеждать меня, что это совпадение. Ты убил человека! – добавил я выразительно, но на всякий случай понизив голос. – По-другому разве нельзя было??

– Если я тебе скажу, что это не я – ты мне разве не поверишь? – Тони усмехнулся, что показалось мне совершенно неуместным.

Нет, для самозащиты приемлемо все – ты пытаешься спасти свои жизнь и здоровье, но когда вот так вот легко убивают обычного скандалиста… Это уже слишком.

– Конечно нет! Едва ли человек просто пришел, поорал и скончался от инфаркта! – воскликнул я, уже не сдерживая эмоции. – Так не бывает!

– Давай закончим на том, что я здесь совершенно не при чем, – Тони небрежно махнул рукой. – Скажем, здесь имел место акт массового гипноза.

– Где же тогда твои фальшивые червонцы, мастер Воланд? – я все еще сердился и отказывался верить в происходящее.

– О, как завернул! – компаньон присвистнул. – Льстишь, сучонок.

– И не думал даже! – фыркнул я. – Но я все еще требую объяснений! Мы же все-таки работаем вместе, и ты обещал после того тестового задания от меня ничего не скрывать.

– Не припоминаю таких обещаний, – Тони поджал губы и еще раз с сожалением обернулся в сторону выхода: – Девчонку жалко.

– Ты про стресс, который ей пришлось пережить из-за твоих фокусов?

– Про секс, который ей не пришлось пережить, – передразнил меня он.

– Да ты маньяк!

– Я уже говорил тебе, дружок, что в мире есть только одна правящая сила…

– Власть? Деньги?

– Удовольствие!

– Что, опять будем философствовать? Надеешься, что уйдешь от темы?

– Тебе не удастся меня ни в чем обвинить, Рома, – Тони насупился. – Я ничего не делал, кроме, как ты сказал, небольшого представления. А пофилософствовать – это я всегда, пожалуйста. Поверь, от моих движений руками люди не умирают. Тем более, чтобы убить человека, можно не шевелить вообще ничем, кроме извилин, – и он до крайности выразительно глянул на меня.

– Хм. Нет, я же… Я просто хотел выяснить, без обвинений и прочей шелухи, Тони, – принялся оправдываться я. – Да и увидеть такое со стороны как-то шокирует, знаешь ли.

– Я так и понял, – компаньон тепло улыбнулся. – Ты еще просто не привык.

В этот момент он показался похож на маньяка, который распорет тебе глотку, если будешь ему возражать, и потому я поспешил перевести тему разговора в более безопасное русло.

– Ты сказал, что в этот раз я буду работать один.

– Верно, – кивнул Тони. – Один ты, а я буду лишь курировать.

– Разве тебе не платят за то, что ты буквально присматриваешь за мной?

– У нас сложная комбинированная система оплаты, – уклончиво ответил тот. – Ты ведь уже проверил свой баланс, правда?

– Да.

– У нас корпоративные правила есть для всего, позволь тебе пояснить, – компаньон вздохнул. – И прежде всего – именно в оплате.

– Скукота, – я покачал головой. – На прежней работе меня тоже доставали правилами, дресс-кодом, каким-то идиотским формализмом. Неужели даже вы этим страдаете?

– Мы же корпорация. Все строго, подотчетно и прочее, есть рейтинги.

– Господи… – вырвалось у меня. – Ты мне нарочно не говорил этого заранее, чтобы я не сбежал?

– Нет, раньше не было смысла, – поучительно ответил Тони. – Сейчас ты с нами, ты в команде… – он притих, потому что дернулась шторка между отделениями самолета. Но даже если кто и подслушивал нас, ничего странного они бы не услышали. – А вообще ты вроде бы знаешь кое-кого из бухгалтерии, – он повеселел.

– Ну да, в моем тогдашнем состоянии не было никакого желания задавать вопросы.

– Тогда слушай. Есть несколько степеней сложности. Самые простые оплачиваются предельно дешево.

– И в чем же заключается простота или сложность?

– В желаниях клиента, а также в «жертве». Иногда оказывается, что человек еще нетронутый физически, но в душе у него хороший запал – поэтому хватает простого акта. Надеюсь, ты меня понимаешь.

– Да, конечно, – кивнул я. Замени он «запал» на «похоть», акт на секс и прочие термины – обслуживающий персонал в самолете может что-нибудь заподозрить.

– У нас был второй уровень. Шестой – самый сложный. Экстра уровень. Думаю, шесть для тебя – вполне достижимо, чтобы не путаться.

Теперь настал мой черед веселиться. Я вспомнил, что творилось у меня на последней работе и я не сдержал улыбки.

– И чего смешного? Шесть уровней, про девятку я не говорил, никаких ассоциаций с сексом вроде бы нет, – нахмурился Тони.

– У меня тоже были уровни сложности когда-то, – рассмеялся я. – И их было двадцать два. Я больше времени тратил на то, чтобы определить, что к чему относится, чем на их непосредственное выполнение.

– Я всегда говорил, что каждое новое поколение людей становится все более ненормальным! – воскликнул компаньон. – У нас такого не будет. Все уже определено природой и даже пятьдесят две половых принадлежности на фейсбуке ничего не меняет. Есть мужчины и женщины, комбинации давно просчитаны, и даже оргии не особо усложняют процесс.

– А ты получаешь больше моего? – спросил я, застав Тони этим вопросом врасплох.

– Это неэтично как минимум, – откликнулся он. – Но да, больше. Я же твой начальник! Маленький бонус сверху за контроль и организацию процесса.

– Вообще все выглядит очень просто.

– Пожалуй. Но я еще не знаю, как у тебя пойдут дела с твоим вторым заданием.

– А что, очень сложное?

– Да нет, – он повел плечами, – просто с моей стороны помощи будет минимум.

– И никакой аналитической программы? Мы даже не взяли ноутбуки.

– В этом случае – нет.

– Что, еще одна проверка? Эксперимент надо мной? – с легким возмущением спросил я. – Хотя бы предупреждал заранее тогда.

– Буду предупреждать – пропадет весь смысл, – Тони сделал загадочное лицо и до самой посадки самолета не произнес ни слова.

Мне просто до безумия нравилась власть, которую имел мой компаньон. Уговорить пилота лететь дальше, устранить надоедливого человека – а я не сомневался в том, что Тони все же заставил его сердце остановиться – все это мне бы очень хотелось делать самому.

Но вечные эксперименты надо мной и скрытность одновременно с этим очень сильно раздражали. Оставалась еще щедрая оплата… Черт, придется немало пободаться со своей совестью!

Глава 30

Удивительно, но полиция не стала никого задерживать при посадке. Пара стандартных вопросов нескольким пассажирам, в том числе и нам с Тони, после чего мы спокойно забрали багаж и сели в такси.

Путь на машине оказался настолько долгим, что даже таксист не удержался:

– И чего эт вы собрались в этот аэропорт? Можно было и севернее приземлиться, быстрее бы оказались на месте!

– Тебе лень деньги зарабатывать? – сверкнул глазами Тони. – Вези молча.

Южная часть страны встретила нас тучами и ливнями, но, судя по настрою компаньона, мы никуда не спешили. Все шло по плану, хотя ехали мы несколько часов без пробок.

– Серьезно, так было нужно? – спросил я, когда мы вошли в номер гостиницы, стоящей у самого берега. – Тащиться в такую даль на такси?

– Мы маскируемся.

– Для чего?!

Недовольство исчезло, когда я посмотрел, как волны накатывают на галечный пляж. Я попытался вспомнить, когда последний раз ездил на море, и заслушался звуком разбивающейся о камни воды.

– Насрать. Мне здесь нравится.

– Детские воспоминания нахлынули? – Тони подошел ближе. – Смотри, не превратись в того же сопливого мальчишку, каким был раньше. Такой помощник мгновенно станет обузой.

– Сопливого мальчишку? Когда это я таким был?

– Не утруждай себя воспоминаниями… – стук в дверь двухкомнатного номера прервал его речь: – входите!

– Я зашла всего на минутку… – похоже, то была хозяйка гостиницы. Она явно собиралась сказать что-то еще, но Тони подскочил к ней мгновенно, поцеловав тыльную сторону ладони. – Ой… – смущенно пробормотала женщина.

Она была хороша собой, но не скрывала возраст – на вид я бы дал ей чуть меньше сорока. Для своих лет она выглядела сочно и подтянуто: загорелая, минимум морщинок, чтобы сохранять естественность кожи, длинные темные волосы и пышная естественная грудь, прикрытая тонкой тканью легкого сарафана.

– Задержитесь немного подольше, пожалуйста, – произнес Тони на одном дыхании, глядя на женщину снизу вверх, оставшись после поцелуя в полупоклоне. Но затем выпрямился так, что их глаза оказались на одной линии.

– Простите, я, пожалуй, пойду, – я замахал руками, потому что уже представил, как Тони раскладывает хозяйку прямо на полу. – Долгая дорога, перелет, все дела. Устал я…

– Ты собираешься отказать столь гостеприимной особе? – компаньон, так и не выпустив ладони, повернулся ко мне. – Это о-очень невежливо. Не заставляй меня учить тебя манерам.

– Мне как-то неловко, – вспыхнула темноволосая красотка, часто дыша. Ее пышная грудь ритмично поднималась под сарафаном, заставив меня на миг поколебаться в своем решении уйти отсюда.

– Не волнуйтесь, все неловкости, – ладонь Тони скользнула вверх по руке хозяйки гостиницы до самого плеча, где пальцы тут же поддели тонкую ткань, – очень легко снять, одним движением.

– Тони, блядь! – зашипел я, – что ты творишь?!

– Мне надо расслабиться после самолета! – пока женщина, покорная, как кукла, стояла на расстоянии вытянутой руки от него, мой компаньон сверлил меня глазами.

– Расслабиться? – я заметил, как его пальцы уже начали приспускать лямку сарафана с ее загорелого плеча. – Втроем??!

– Вчетвером было, почему втроем должно быть хуже?? – изобразив искреннее удивление, спросил Тони. А затем его пальцы устремились вдоль ключицы, к шее, и потом еще ниже. Блаженство на его лице было трудно передать словами. – К тому же дама не против одарить нас своим… теплом, – ладонь под сарафаном обхватила крупную упругую грудь и с губ женщины сорвался стон. – Разве что я не знаю вашего имени, – проворковал он ей и вновь бросил мне: – Соглашайся, живо!

– Камилла… – простонала хозяйка гостиницы, а у меня мурашки поползли по спине: внутренняя борьба между стереотипами и желанием сперва отдала жаром, а потом внезапно стало очень холодно. – Но я… у меня…

– Кто бы у вас ни был, я гарантирую, что ничего не вырвется за пределы этого чудесного номера, – Тони даже уговаривать ее не пришлось – женщина моментально закивала. – Даже ваши стоны, – добавил он и, получив из-под длинных ресниц вопросительный взгляд, кивнул в мою сторону, и Камилла понимающе улыбнулась.

Один только я, казалось, ничего не понимал. Но и выглядеть невинным дурачком тоже не хотел. Из вариантов ослушаться Тони и присоединиться, я рискнул выбрать второе. Ведь я же решил меняться? К тому же Аллы здесь нет, да и едва ли она бы не сделала того же самого.

Но я не собирался сваливать вину за случившееся на ее рассказы о себе. Я решил сам и все тут! И когда неуклюже подошел к Камилле, Тони одобрительно хлопнул меня по плечу:

– Не пожалеешь, – шепнул он, одновременно с этим спуская лямку сарафана с плеча хозяйки гостиницы. – Только не стой столбом, – обняв женщину за талию, он прошептал ей, довольно громко – чтобы я услышал: – парень еще малость робок.

– Только заприте дверь, – напомнила Камилла, глянув на меня сверкающими от похоти черными глазами. – Робкие всегда лишь притворяются, – она улыбнулась, обнажив идеально белые зубы.

Едва щелкнул замок в двери, как она опустилась на колени, а я закрыл глаза. Отчего-то мне стало стыдно, хотя здесь стыдиться было нечего. Мне тридцать, ей чуть больше… хотя с новым телом мне двадцать, а ей почти сорок – вот об этом думать в такие моменты вообще не стоит!

Но Камиллу это совершенно не смущало. Как и то, что рядом с ней находился не один, а два мужчины.

Она расстегнула пуговицу на пиджаке, обхватила меня сзади, выдернув рубашку из брюк, а потом принялась расстегивать ремень, параллельно с этим лапая мой зад. Молния на ширинке издала звонкий «вжи-и-ик», лязгнула застежка и брюки – нет, не спали вниз – Камилла с бешеной скоростью стянула их вместе с трусами.

– Мх-хм! – довольно промычала она, проведя ногтями где-то в районе копчика, затем прошлась ими по бедру, все выше, резко перескочила на член и прошлась до самого его основания, заставив меня вздрогнуть. – Люблю ухоженных, – и, шумно вдохнув, произнесла: – даже пахнут иначе.

Потом она ухватилась ладонью за основание члена, подтянулась к нему поближе и прошлась всей поверхностью языка по головке:

– И вкус другой!

Пока Тони не приблизился к нам вплотную, она продолжала с нажимом облизывать член, причмокивая и постанывая при этом, но не поднимала глаз, сосредоточившись на процессе.

– Не забывай, он здесь не один, – насмешливо произнес компаньон, спуская штаны.

– У-хум… – Камилла снова причмокнула губами и принялась рукой выискивать второй член.

Мне от компании Тони стало малость не по себе, и он это почувствовал:

– В первый раз всегда не по себе, но ты привыкнешь. А когда дойдет до дела, поймешь всю прелесть тройничка.

– Так он и вправду неопытный? – Камилла лизнула мой член еще раз, приподняла его вверх и принялась поглаживать мошонку большим пальцем. Вторая рука у нее опустилась на член Тони.

– Совершеннейший, – ухмыльнулся тот. – Предлагаю исправить это.

– С удовольствием, – язык Камиллы прижался к моим яйцам и она, довольно посмеиваясь, провела им до уздечки. – С огромным удовольствием!

Глава 31

В этот день я понял две вещи. Во-первых, Тони оказался прав, а во-вторых, никогда не стоит смотреть на возраст женщины.

Рот Камиллы бы не единственным, в котором побывал мой член, но техника исполнения буквально заставляла содрогаться. То, как она сжимала его внутри, даже не утруждаясь взять поглубже, стоило многого.

Но она увлекалась мной слишком сильно, поэтому Тони иногда силой заставлял ее переключиться на себя. Однако хозяйки гостиницы надолго не хватало, и она вскоре возвращалась ко мне.

В какой-то момент она даже не удержалась от комментария:

– У него вкуснее.

– Зато у меня больше, – язвительно ответил Тони, заставив меня повнимательнее присмотреться к партнеру. Сомнительное заявление, но замерять я ничего не собирался. Камилла тоже так считала, и потому мой компаньон решил резво сменить тактику, надавив на меня:

– Ложись давай.

– Мне и так хорошо…

– Ложись, б… нехорошо при даме выражаться, так что не заставляй меня!

Я не решился прикоснулся к Камилле, но она сама подтолкнула меня к кровати, не отрываясь от члена. Тони подотстал, шлепнув хозяйку гостиницы по попке. Она дернулась, слегка прикусив мне хозяйство, но я успел расположиться на кровати так, чтобы и женщина разместилась там с удобством.

Стеснение сходило на нет, да и к виду обнаженного Тони я уже привык, поэтому Камилла приносила все большее удовольствие. Временами стимуляция прерывалась, чтобы я не сдался слишком быстро.

– А мне места не оставили? – наигранно возмутился компаньон и тут же заставил меня продвинуться еще дальше к подушкам.

Когда он расположился сзади, то первым делом запрокинул сарафан повыше и тут же спустил с Камиллы трусики. Один легкий толчок сразу же выдавил очередной стон из ее рта, но тот прозвучал приглушенно из-за того, что ее губки в этот момент очень плотно обхватывали мой ствол.

Еще один такой же толчок заставил хозяйку гостиницы приоткрыть рот пошире, и тогда стон раздался уже гораздо громче. Она подалась немного вперед.

– Зря не верила, – насмешливо произнес Тони вслед за третьим толчком.

Камилла прикрыла глаза от удовольствия, одновременно с этим принимаясь работать с членом рукой – ей нужно было отдышаться. Я внимательно следил за ней и не столько почувствовал, сколько увидел, как из похотливого рта этой развратной сучки капнула слюна прямо на мой член.

Она же крепко вцепилась в основание, медленно двигая ладонь вверх и вниз по скользкой коже, а когда капли упали на головку, я непроизвольно напрягся, ощутив при этом ответную пульсацию от ее ладони.

Непонятно, что возбуждало Камиллу больше, но она сразу убрала руку, стирая с ладони по моим бедрам остатки слюны, и попыталась взять член целиком.

– Ух ты ж бля…. – услышал я голос Тони.

Через секунду уже обе женские ладони сжимали, причем довольно сильно, мои бедра, используя их, как точку опоры. Но попытки справиться с моим размером оказались не слишком успешными и, со свистом втягивая воздух, чтобы отдышаться, Камилла снова подняла голову.

– Да помоги же ты ей! – рявкнул Тони, наградив хозяйку гостиницы звонким шлепком по заднице. – Не лежи бревном!

– М-м-м…. – даже не простонала, а провыла она, умоляюще на меня глядя. Такие намеки невозможно понимать двусмысленно.

Сперва она наклонилась, высунув при этом язык – я ощутил его шероховатую поверхность на головке. Потом Камилла принялась медленно, сантиметр за сантиметром, опускаться ниже и, когда она замедлилась, я положил обе руки ей на затылок.

Женщина одновременно со мной усилила давление – ее ногти впивались мне в бедра, вызывая терпимую и не слишком приятную боль. Но я сосредоточился на иных ощущениях – тех, что создавал ее ненасытный рот.

– А-ах – вырвалось у нее, когда член в очередной раз получил свободу. Этот маленький перерыв мне сейчас был необходим, потому что иначе я рисковал выйти из игры слишком рано. А мне не хотелось прерывать бесконечный поток приятных тактильных ощущений.

– Рома, сука, – весело выдал Тони, – все-таки ты последнее бревно. Не можешь поактивнее?

– Не-ет… – простонала Камилла. – Не надо… о-о-очень… хорошо…

Она отклонила мой член, прижав его к низу живота всей ладонью, а сама принялась ласкать мошонку, от чего у меня по спине побежали мурашки. Ее активности можно было только позавидовать – она тянула в рот буквально все.

Влажный от ее слюны член холодило, но только пару секунд, не больше – пальцы Камиллы снова схватились за него, разгоняя тепло от уретры до основания. Считая мужские стоны чем-то постыдным, я держался до последнего.

– Прости, но тебе придется немного повременить, – Тони заставил Камиллу оторваться от меня, слез на пол и поставил ее на колени перед собой. Та вытянула в мою сторону руку и компаньон, закатывая глаза, добавил: – ладно, иди сюда!

Я поспешно спрыгнул с кровати. В таком мне еще участвовать точно не приходилось.

– Она не брезгует, и ты веди себя прилично, малыш, – насмешливо произнес Тони, а хозяйка гостиницы вдруг сделалась покорной: как преданный питомец внимательно смотрела на нас снизу вверх, массируя члены ладонями.

Слова Тони едва ли могли уничтожить на корню остатки моего стеснения, но Камилла делала все, чтобы я снова расслабился. И вновь компаньон сдвинулся на второй план: большие черные глаза смотрели исключительно на меня.

Ему снова досталась лишь рука, а рот хозяйки гостиницы старательно обрабатывал мой леденец. Тони пришлось приложить немало усилий, чтобы заставить Камиллу вновь переключиться на себя. Тот сделал жест ладонью и мадам резво скинула с себя сарафан, чтобы не запачкать его.

Ее формы отвлекли меня от всего процесса, но не настолько, чтобы пропустить старания – теперь она не просто ублажала, а буквально выдаивала Тони, держа головку члена во рту, а ладонью активно и быстро массируя основание.

Про меня она тоже не забывала – обильно смазанный член легко скользил между ее пальцами. Приближался момент финала, избежать которого было нельзя.

Но теперь соблазнительница уравняла нас, выдрачивая члены напротив лица примерно на одном уровне, и поочередно целуя их, обдавая при этом горячим дыханием.

Я сдался первым, на несколько секунд опередив Тони. Белые капли попали Камилле на щеку, губы – она вновь приоткрыла рот, приняв немного внутрь. Компаньон добавил ей «сгущенки» с другой стороны.

Только теперь я ощутил, как от возбуждения бешено колотится сердце. Камилла провела пальцем по щеке, собрав густую сперму, и отправила ее в рот, посмаковала, а потом смачно поцеловала мой член. Снова обхватила головку и принялась старательно высасывать остатки.

Потом то же самое повторила и с Тони. Лицо ее по-прежнему было обильно украшено каплями спермы – несколько упало вниз, на грудь, придав Камилле вид какого-то похотливого суккуба, хотя я был уверен на сто процентов, что это Тони заставил ее пойти на это.

– Спасибо за теплый прием, – с нотками легкого пафоса произнес мой компаньон, когда Камилла остановилась и просто замерла, сидя на коленях.

– Вам спасибо, мальчики, – подмигнула она, кончиком языка облизав вымазанные спермой губы.

– Угу… – неуверенно выдал я после тычка от Тони. – Спасибо

– Совсем новичок, – промурлыкала Камилла.

Я покраснел и подумал, что настала пора привыкать к новой реальности. Томный взгляд хозяйки гостинцы делал очередной намек – пройденное можно и повторить.

Глава 32

– Одевайтесь, мадам, – Тони помог Камилле подняться, подав ей обе руки. Женщина встала, развернулась и наклонилась поднять сарафан с пола, блеснув перед нами влажной от возбуждения киской.

– Я лишь хотела сказать… – хозяйка гостиницы попыталась как будто бы оправдаться, одевшись, но компаньон не дал ей договорить:

– Что у вас дела, а мы так непростительно вас задержали. Разумеется, ничего этого не было, – заверил он ее сразу же, – но, если вы вдруг захотите повторить: мы не посмеем вам отказать.

– Так вы у нас надолго? – Камилла смущенно вытирала лицо небольшим платком, но не без удовольствия посматривая на наши обнаженные тела.

– Несколько дней, может, неделю, – ответил Тони и указал на еще одно невытертое пятнышко: – Вот здесь еще немного.

Хозяйка вспыхнула еще ярче и усиленно принялась вытирать лицо целиком. Мы тем временем оделись.

– Приятного вам отдыха, – распрощалась с нами Камилла и, убедившись, что лицо ее чистое, вышла из номера.

Я громко выдохнул и опустился на кровать. Опустошение физическое соседствовало с опустошением психическим – за три дня я перетрахал больше девушек, чем за предыдущие тридцать лет. Увлекательная новая жизнь, однако.

– Я ведь говорил, что ты не пожалеешь! – воскликнул Тони, застегивая рубашку. – И заканчивай уже эти сопли. У тебя на лице просто написано было: не хочу, не буду, отпустите!

– Неправда!

– А-а! – он отвернулся, точно обидевшись. Но вскоре повернулся обратно: – в целом прошло не так уж и плохо.

– Скажи, это ведь опять ты со своими фокусами?

– Чуть-чуть, – лукаво улыбнулся Тони. – Совсем немного помог. Знаешь, люди, которые почти согласны или уже на все согласны, даже пахнут иначе. Точно так же, как она сказала про твой член – ухоженность тоже сказывается.

– Давай не будем это обсуждать.

– Все еще стесняешься? – он осуждающе покачал головой. – Ладно, переломим со временем и все наладится.

– Надеюсь, что наладится, мне тоже не нравится краснеть в процессе. Но погоди, ты только что сказал, что немного помог ей.

– Да, рад, что у тебя со слухом проблем не появилось. После перелета и серпантинов иногда уши так закладывает!

– Хорош издеваться, лучше объясни, почему нельзя так влиять на всех людей, вместо того чтобы воровать души?

– Слишком затратно. Машину ты вроде бы водил, так что в курсе, что даже при самом медленном разгоне движок сожрет топлива на четыре таких же расстояния при равномерном движении. Здесь – то же самое. Топлива сгорит полно. Проще поменять души местами, если оно требуется. Кстати, именно это тебе и предстоит сделать.

– С этого момента подробнее. И, да – наверняка это более сложная работа, чем с теми лесбиянками, так что и оплата будет соответствующей, я надеюсь? – новизна задания заставила мозги работать, так что я сосредоточился.

– Да, разумеется, – Тони ответил почти сразу же, но короткая пауза не ускользнула от меня. Он улыбнулся: – Пока есть, на что тратить деньги, хочется заработать их побольше, да?

– Я ведь еще не пятьсот лет живу, у меня нет капиталов, так что… – я развел руками. – Деньги превыше всего.

– Оплата тебя устроит, поверь, – успокоил меня Тони. – Насчет денег можешь вообще не переживать. А что касается задания, то здесь есть кое-какой нюанс. Не слишком стандартная работа.

– Что-то опять связано с экспериментами надо мной??

– Нет, что ты, не так много и не так часто, надо тебе и отдых иногда давать. Нестандартное задание – потому что такие мы нечасто проводим. Тут как бы получится даже двойное задание. Сперва надо душу забрать, а потом вложить новую. В идеале сделать это нужно в минимальном диапазоне времени. Секунд десять – не больше. Но и не меньше трех-пяти – аппарат тоже не мгновенно работает.

– Ух ты… – растерянно проговорил я. – Странная работа. Хотя, наверно, не страннее любой другой у вас в корпорации. И кого надо отыметь?

– Для начала – познакомиться и сойтись, не вызывая подозрений. Напористым в этом случае быть нельзя. Слишком велик риск сорвать все дело.

– Ого! – выдал я, прикинув, что с каждым новым ответом Тони стоимость моей работы должна расти минимум на двадцать процентов. – Так это, получается, о-о-очень сложная работа.

– Очень-очень. Еще раз скажешь что-нибудь о деньгах, я тебе зарплату за это задание десятками в рот засыплю. Деньги в этой жизни ни разу не главное, а ты на них с первого же дня повернулся, – закончил недовольную тираду Тони.

– Да что ты психуешь? – нахмурился я. – От работы я же не отказываюсь. Давай уже подробности. Кто, что, куда?

– Ну хотя бы хрустальной совой тебя не били, – вздохнул Тони. – Молодая женщина, двадцать девять лет. Почти твоя ровня, между прочим.

– Я только что привык, что мне двадцать.

– С милфами хочется чувствовать себя помоложе, да? А тут будешь сознательным и умным парнем, это совсем несложно, поверь мне.

– Тони!

– Как твой шеф, я имею право стебать тебя, когда захочу, пока мы не подружимся окончательно. Тогда я буду стебаться над тобой по-дружески.

– Реже?

– Еще острее, а обижаться ты все равно не будешь.

– Ну ты и засранец! – я забрался с ногами на кровать. Шутки колкие, но необидные, малость повеселили меня. Избыток такого, вероятно, будет просто выводить из себя, но пока Тони держал себя в руках, и я не планировал с ним ругаться. – Так, ладно, с ней надо корчить из себя умного.

– Не корчить умного, а вести себя адекватно. Вся прелесть твоего нынешнего состояния – опыт тридцатилетнего в теле на десять лет моложе. Если бы тебе было лет сорок, вероятно, от порнухи у тебя бы уже мозги спеклись и на адекватное поведение рассчитывать было бы глупо.

– Хорошо, я понял. Вести себя так, словно я нормальный и мне тридцать лет. Тогда я буду психологически как ровня, но моложе внешне.

– Уловил суть, – кивнул Тони. – Ее зовут Вероника.

– Угу. Кем работает?

– Она фрилансер. Сейчас. Год-другой назад работала учительницей.

– Ты прямо все мои школьные фантазии реализовать решил? – ухмыльнулся я. – Сперва милфа, потом училка!

– Не совсем. Я же сказал, она уже не преподает официально. Фриланс. Удаленные курсы, обучение всякой фигне. Но это не единственная ее работа, иначе она бы нас не интересовала вовсе.

– Она – секретный агент ФСБ? Внешней разведки? – сделав серьезную мину, спросил я, давясь от смеха.

– Нет, она – обычный человек, но из школы она вылетела с большим скандалом. Официально все замяли, но мы-то знаем ее грязный секрет. Ее развели старшеклассники.

– Развели, то есть? На интим?

– Нет, на секс по видеосвязи. Шалуны исхитрились и заставили ее показать все на камеру, а потом разместили на школьном сайте. Ей пришлось переехать.

– Кошмар какой! – воскликнул я. – И им за такое ничего не было?

– Онижедети, ты что, – копируя мой удивленный возглас, откликнулся Тони. – Им не было ровным счетом ничего, кроме уважения ровесников. Круче было бы, если бы они ее по-настоящему трахнули.

– Пиздец какой-то…

– И не говори, но детишки всегда были злыми. Глупо обвинять новые поколения. Раньше было не лучше.

– Опыт тысячелетнего? – фыркнул я. – Тебя тоже когда-то развели малолетки?

– Доводилось с такими сталкиваться, не скрою. Но вернемся к Веронике. Девушка ушла в себя. Сменила место жительства и фамилию, полностью оборвала все старые контакты. И теперь мы плавно подходим к ее маленькому хобби. Она выискивает и раскрывает таких же людей в сети. Собирает и сливает данные.

– Я даже не знаю, как на это реагировать, – смутился я, припомнив свои баловства по этой же теме. Видеочаты со взаимным просмотром обеих сторон для меня были редкостью, но иногда проводились – и тогда я даже не думал, что кто-то мог вести запись этого действа.

– А как вообще можно реагировать на стукачество, скажи мне?

– Так может, она ищет тех, кто слил ее? Мстит?

– Нет-нет, ты не понимаешь серьезности ситуации.

– Слушаю.

– Гребаный век информационных технологий… – выругался Тони. – С каждым годом все больше становится тех, кто не прочь тупо подрочить перед камерой. Ты же знаешь, что в сравнении с семидесятыми количество половых актов уменьшилось на треть, несмотря на рост численности населения?

– Да ну??

– И все из-за самоудовлетворения. Нет, это не зло, но нам тоже надо быть в теме, поэтому немало сотрудников работает в паре – кто-то перед камерой, а кто-то дежурит с устройством.

– И телепортируется в квартиры.

– Угу, – кивнул Тони. – Так же, как и я к тебе. Интернет – великая вещь! И ужасная.

– Получается, что Вероника зацепила кого-то из наших и может слить информацию? Ну и что с того?

– С того, что наша контора под риском раскрытия из-за нее!

– Прости, может, я туплю снова, но как пара записей, выложенных в Сети, могут раскрыть всю корпорацию? Они что, за рабочим столом это делают, а на стене написано: «Похоть Inc.»?

– Нет, конечно. И когда речь идет про одного человека – тоже была бы не проблема, но она наткнулась сразу же на нескольких. На кого-то случайно, кто-то вышел на нее сам. В конечном итоге адреса в сети, которые так или иначе приведут в одно здание, заставят задуматься следящих.

– Следящих? О ком ты? Еще какая-то сверхъестественная нечисть?

– Ага. Федеральная службы безопасности называется.

– Но ты же сказал…

– Я сказал, что она на них не работает. Но любой компьютер, с которого хотя бы раз искали какую-то запрещенку, находится в зоне повышенного внимания. Порно, наркотики, оружие – многое идет в связке из-за денег, поэтому такие каналы берутся под контроль. Кого-то накрывают, с кого-то требуют взяток. Я точно знаю, что ее компьютер не проверяли. Но наших она уже словила порядочно. Ситуация на грани.

– Так вот почему мы не взяли с собой никакой техники, – догадался я.

– Да, чтобы мы тоже случайно не создали дополнительной связки.

– Ну а почему ее просто не устранить? Ты же помог толстяку в самолете с сердечным приступом.

– Я уже говорил – это не я, – очередное мягкое отрицание. Я лишь искоса посмотрел на Тони. Врун. – Ее устранение все равно не поможет. Компьютер придется изымать вместе с доступами к облачным хранилищам. В отличие от коллег она была хорошим компьютерным спецом, так что все записи хранит в нескольких местах.

– А теперь, Тони, – я поймал себя на мысли, что так и сижу неподвижно, заслушавшись этой жутью, – четко и по полочкам разложи мне наш план. Значит, я знакомлюсь с Вероникой, пытаюсь показать себя с хорошей стороны и только потом лезу к ней в трусы, чтобы сменить душу. Зачем мы вообще ее меняем? И почему сроки не больше недели?

– Во-первых, тянуть дольше нельзя. Во-вторых, убить ее тоже нельзя – будут вопросы, сразу же кинутся проверять все доступы и тогда подозрений станет больше. Замена одной души на другую, более похотливую, убивает двух зайцев одновременно. Из охотника, который может привести нехороших людей по наши души, она превращается в маленькую жертву. А тебе нужно будет очень быстро отыскать ее хранилища и уничтожить все данные в них.

– Это реально?

– У тебя будет несколько минут и я – в твоей черепушке.

– Класс! – пробурчал я. – Превращаемся в шпионов!

– Это еще цветочки. Знал бы ты, что во времена Первой Мировой творилось, м-м-м… Я заготовил для тебя одну игрушку. Только не разбей, – Тони подошел к своему чемодану и вытащил оттуда сперва сверток одежды, а из него – большую профессиональную фотокамеру. – У девочки есть слабость – она любит фотографию. Этой штукой ты привлечешь ее внимание. А дальше – исключительно твои способности.

Я потянулся к тяжелой аппаратуре с большим объективом. Кнопки, настройки, таблица меню…

– Похоже, врать мне придется очень много… – заметил я, когда сбился со счета в контроллерах устройства.

Глава 33

Долгая беседа с Тони показала мне, что в камерах он тоже ровным счетом ничего не понимает. Поэтому мы с ним обсудили детали.

– Если ты освоишься с этой штукой, сможешь подзаработать в клубе «Дельфин». Это еще километров восемьдесят к западу отсюда, – сообщил Тони то ли шутя, то ли серьезно.

– Надеюсь, мне денег и без этого хватит.

– Не забывай о влиянии. В том месте обитают самые сливки общества. Богатые. Знаменитые. Возможно, когда-нибудь, мы с тобой поработаем и там. А пока что…

– А пока что мы будем трахать домохозяек и училок, – с грустью закончил я.

– Пять минут назад тебя все устраивало, – прищурился Тони.

– Ты открыл мне новые горизонты и теперь я стремлюсь к ним, – пропел я. – Ладно, не буду издеваться. Просто немного завидно. Всегда хотелось хорошей жизни. Понимать, что ты чего-то значишь. Можешь. Влияешь. Не простой кусок мяса.

– Не все сразу, Ром. Все придет со временем, только не зевай. Между прочим, дождь кончился. И солнце еще не село.

– И?

– Дуй к морю, горе-фотограф! Потренируйся с камерой. Если повезет, тебя заметят. Если она тебе еще подскажет, как этим всем пользоваться – повезет вдвойне.

Странное сочетание – полагаться на случайность при таком сложном деле, от которого зависели не несколько жизней, но вся корпорация целиком. Я не верил, что пара извращенских видеозаписей может серьезно навредить моему новому работодателю. Но лишняя известность была бы ни к чему.

На улице разогрелось. Тучи проносились вдоль берега и я, оставшись в брюках и рубашке, бродил по гальке, прикидывая, какие эффектные кадры можно сделать. А потом задумался – через какой ураган чувств мне пришлось пройти.

Этих можно трахать, этих нужно. К кому-то явно испытываешь симпатию, а к другим – нечто большее, какую-то тягу. Или любовь? Легко запутаться, но и сказать о том, что только женщины способны на какие-то эмоции и чувства, я теперь не мог вовсе.

В кашу это пока что не превратилось, и я мог четко разделять все связи, которые образовались вокруг меня. Мозг работал отлично – не замусоренный ничем лишним как физически, так и информационно. Оказывается, что тридцать – это не двадцать с деньгами. Голова все-таки уже не та.

– Вы можете встать вот сюда и тогда получите отличный кадр! – звонкий голос вывел меня из оцепенения.

– Простите?

– Я вижу, что вы задумались над кадром, вот смотрите, – девушка с недлинными волосами цвета меди вскочила на большой валун в нескольких метрах от меня, и указала в сторону мыса: он освещался солнцем, а позади скопились тучи, которые на контрасте казались буквально черными. – Будет очень эффектно.

– О, спасибо! – я, еще с непривычки поскальзываясь на гальке, выбрал нужный ракурс и сделал кадр. Для вида покопался в настройках и сделал еще серию. Девушка не уходила. – У вас есть вкус, – я одарил ее теплой улыбкой. – Вы здесь живете?

Одновременно с этим я пытался понять, она это или нет – если передо мной стоит Вероника, то упускать момент нельзя. Но в итоге вместо естественности стал еще более скованным.

– Да, я здешняя, – порыв ветра растрепал ее прическу и волосы облепили лицо, – ой!

Я решил поймать кадр и быстро сделал несколько снимков. К счастью, авто-режим я включил еще при съемке холма, поэтому аппаратура быстро настроила фокус и несколько фотографий получились неплохими. На мой взгляд.

– Что вы делаете? – девушка улыбалась, но стремительно подскочила ко мне. – Покажите! – потребовала она.

– Фотогеничность – ваше все, – я улыбнулся ей в ответ. – Посмотрите. Так, не та кнопка… Черт…

– Наверно, вот сюда надо нажать, – рыжая ткнула, как мне показалось, наугад, но тут же открыла список последних фотографий и принялась их пролистывать. – Неплохо, и правда. А их всего восемь штук? Вы точно фотограф? – подозрительный взгляд должен был пробить меня насквозь, но все же я удержался:

– Я лишь недавно приехал, буквально час назад, только раскидал вещи и сразу кинулся сюда, – слова сами складывались в нужные предложения, пока серо-зеленые глаза не потеряли прежнюю подозрительность.

– А-а! – протянула она с облегчением.

– Похоже, вы уже успели подумать немало дурного обо мне, судя по тону? – я рассмеялся, чтобы мои слова не звучали обвинением в ее адрес.

– Не-е-ет, – протянула девушка в смущении. – Все в порядке. Просто я тоже люблю фотографировать. И фотографироваться тоже.

– Так может быть, вы мне и попозируете немного? – предложил я. – Но опыта у меня нет, только чутье и не больше.

– Не извиняйтесь заранее, – рыжая протянула ладонь: – я Ника.

– Очень приятно, – я улыбнулся еще шире. – Рома. Тогда перейдем на «ты»?

– Можно, – ответила Ника с осторожностью. – А мы не слишком спешим?

– Нет, что вы. То есть, что ты. То есть, я не думаю, что мы куда-то спешим, – выдохнул я и замолк.

Ника выглядела моложе своих лет – едва ли на двадцать пять. И я ожидал увидеть человека забитого, который после такого случая с трудом заводит знакомства, избегает общения с людьми.

Но она оказалась живой, круглолицей и веселой, небольшого роста, слегка курносой обладательницей губ в стиле Джоли. И никакой косметики на лице, так что в дополнение к медным волосам она еще была усыпана веснушками.

А еще я не мог не нарадоваться тому, что ушла эпоха барби весом по сорок кило, когда к плоской груди добавлялась еще и плоская задница – у Ники, как и у прочих встреченных мной за последние дни девушек, попка была просто огонь, хотя ее прикрывала яркая синяя юбка чуть выше колен.

Грудь же была умело скрыта кожаным жакетом поверх тонкого белого топа, но я бы предположил, что там тоже что-то есть.

– Ты меня так внимательно изучаешь… – многозначительно произнесла девушка.

– Да, я просто думаю о позах, – ответил я, не подумав, что и мои слова тоже можно понять превратно. – В смысле, для фото, – и снова румянец залил мое лицо. – Черт, простите, я ничего такого не имел в виду.

– Да ладно тебе, – рыжая уже крутила головой в поисках подходящего места для предстоящей фотосессии. – Я вижу, что ты просто новичок с крутой камерой, которая тебе не подходит. Надеюсь, что ты ее не в кредит брал?

– Нет, конечно! Я беру один раз и навсегда. Чтобы не переучиваться под другую технику.

– М-м, интересное мнение, – Ника поджала губы. – Даже не знаю… В этом городке полно фотографов, но они либо ничего не умеют и делают ужасные кадры, либо работают с дешевой оптикой и делают ужасные кадры.

– Тогда надо проверить, что я не вхожу в первую группу, – тут же вставил я. – Во вторую я уже не попал.

– Очевидно, – заметила Ника. – Хм-м…

– Может, начнем с чего попроще, пока солнце еще не совсем село? А потом где-нибудь поужинаем, и ты дашь мне пару дельных советов на завтра?

– Ловкач! – подозрительность исчезла окончательно, а улыбка играла на губах рыжей, как бы она ни сталась скрыть ее. – Даже не знаю.

Советы Тони не торопить события тормозили меня – я не смог заставить себя надавить на девушку и в тоже самое время боялся упустить подходящий момент. Что если она ждет еще одного, решающего аргумента?

– Я здесь пробуду всего несколько дней, – сказал я, послав Тони с его советами к черту. – Поэтому не хотелось бы давать тебе время на раздумья до завтрашнего утра.

Ника покраснела, захлопав ресницами, но положительного ответа пока не давала. Все, решил я, дальше давить смысла нет. Либо она согласится сейчас, либо мой подход изначально плох и провал гарантирован.

– С меня уроки и советы, а с тебя фотосессия, – предложила рыжая.

– И ужин, – добавил я. – На пустой желудок информация у меня совершенно не усваивается.

Мое предложение было со смехом принято. До заката оставалось меньше часа.

Глава 34

Время до момента, пока солнце полностью не скрылось за горизонтом, мы потратили с толком. Оказывается, я не знал вообще ничего не только о настройках камеры, но и вообще про фотографию, позицию-композицию и десятки других терминов, которые мне за этот час объяснила Ника.

Прибрежная часть города вообще как-то по-особому на меня влияла. Делала мягче и добрее, стирала из головы все мысли о работе. Ветер стих, а небо создавало специфический контрастный фон из чернильно-синего и желто-оранжевого тонов.

Получилось несколько приятных кадров и около полусотни единиц непонятного медиа-контента, как выражалась сама Ника, но в целом к нашему сотрудничеству относилась одобрительно.

Пока что мы обходились без личных вопросов, действуя не более как пара фотограф-модель. Да и сами кадры, как и полагается, обходились вообще без намеков на что-то интимное – она даже свой жакет не сняла.

– Между прочим, у тебя получается все лучше, – прокомментировала она общий результат работ.

– Но нужно больше практики, – согласился я.

– Не сейчас, – Ника расстроенно надула губки и осмотрелась – солнце уже село, а на набережной зажглись желтые фонари. – При таком освещении даже твой аппарат не поможет.

– Да, наверное, – глухо откликнулся я, пытаясь подавить в себе желание увидеть двусмысленность в совершенно простой фразе. – Не те цвета. Помнится, я обещал тебе ужин?

– Ну что ты, совсем необязательно… – начала сопротивляться Ника.

– Иначе я буду чувствовать себя твоим должником, – подыграл я, слегка надавив, – к тому же мне бы не хотелось, чтобы сегодняшний наш урок оказался единственным.

– Да? Уверен? – рыжая вдруг изменилась в лице, но лишь на мгновение.

– Конечно, едва ли ты научила меня всему. Тем более здесь – отличное место для практики!

– М-м-м, – все еще задумчиво протянула Ника.

На мой взгляд человека, еще не лишенного романтического взгляда из-за отката на десять лет назад, прибрежный городок выглядел ухоженным, чистым и аккуратным – а потому представлял собой самое романтичное место.

Хрустящий галечный пляж без единой песчинки, набережная, выложенная хорошей брусчаткой, белоснежные перила и аккуратные кафетерии с летними верандами – настоящий рай в сравнении с тем, где мне доводилось бывать в детстве.

Все завораживало и казалось каким-то необычным, ненастоящим – и с учетом того, в какие мистические дебри я забрался благодаря «Похоть Inc.», я даже подумал на миг, что все здесь ненастоящее. Еще один тест, эксперимент от Тони, а на самом деле все происходит у меня в голове.

Не бывает все настолько… ванильно! Да и сама Ника – обычная девушка. Злостный уничтожитель интернет-извращенцев? Не верю!

– Хорошо, я согласна, – она в смущении жевала губы, – через час на этом же месте, я только переоденусь, чтобы соответствовать твоему костюму, – она хитро подмигнула, помахала мне рукой и убежала.

Я поспешил обратно в гостиницу, поднялся в номер и дернулся в дверь. Заперто.

– Сука… – пробормотал я, пытаясь отыскать в кармане брюк свои ключи.

Пытаясь не задеть дорогостоящей камерой стену или дверь, я потратил немало времени на поиски – в итоге замок щелкнул и Тони открыл мне:

– Что, уже? – спросил он.

– Что, опять? – я увидел, что он завернут в полотенце. – Меня же только час не было! Что за дела?

– Не корчи из себя злую мамку, проходи к себе, я скоро все.

Проходя во вторую комнату, я не удержался и посмотрел на разложенную на кровати девушку. Вроде бы молоденькая, лежала звездой, лицом вниз. Мне даже показалось, что она приковала к этой кровати наручниками. Зато понятно, для чего Тони потребовался целый чемодан вещей.

По крайней мере «скоро все» действительно заняло не больше десяти минут. Компаньон не предложил мне присоединиться – наверно, обиделся за Камиллу. Но все же пришел ко мне в комнату уже одетым.

– Как все прошло? – спросил он, прокашлявшись. В этот момент он показался похожим больше именно на недовольного начальника, чем на партнера. Вместо ответа я показал ему фотографии с камеры. – Уже неплохо. Да, это она, – подтвердил он. – Надо было догадаться взять с собой фотографию, но что-то я забыл.

– Зато найти еще девку ты не забыл, – ответил я, убедившись, что оттраханная жертва Тони покинула наш номер.

– Я же сказал, что настроился еще в самолете.

Поведение компаньона перешло в разряд странного. Пусть я его знал несколько дней, но такой переход от уверенного в себе парня в малость пришибленного. И только из-за того, что он не показал себя мачо перед сорокалетней?

– Ну… хорошо, не буду лезть к тебе с этим, еби кого хочешь, не мое это дело. Что скажешь по девушке?

– Скажу, что контакт налажен, а со временем у тебя нет никаких проблем. В принципе, если вдруг все произойдет сегодня, – Тони вытащил небольшую коробочку из черного пластика, – возьми. Пригодится.

– Вряд ли сегодня что-то будет. Она слишком приличная, а ты сказал не давить.

– Хм. Да. На нее давить не стоит. Ты ведь заметил, что она очень подозрительная?

– Мне так показалось, – кивнул я. – Хотя знакомство прошло легко.

– Не расслабляйся. Дай ей время на проверку.

– У нас ужин через полчаса.

– Отлично. Значит все-таки умный парень, – Тони просветлел и дружески хлопнул меня по плечу.

– А мне стоит сказать про возраст или нет?

– Ты же не тот самый интернет-извращенец? Скажи, конечно. Она поймет. Не ври ей, – отрывисто продолжил поучать Тони. – Разве что в самом важном стоит умолчать. А вообще… Она сама к тебе подошла?

– Да, предложила сделать снимок и что-то говорила про камеру.

– Про цену?

– Тоже.

– Все они одинаковые, – Тони презрительно скривился. – Деньги и только. Пропащее поколение.

– Да ладно тебе, – его вид испугал меня. – Может, не все так плохо. Она отказывалась от ужина, например.

– Для вида, говорю тебе. Так что будь вдвойне осторожен! Есть вероятность, что она пытается заманить тебя в ловушку.

– Брось! Глупости это все. Милая девушка со скелетом в шкафу – это не так страшно, как кажется.

– Увидим, – коротко ответил Тони и посмотрел на часы. – Не опаздывай!

Глава 35

– Синий тебе точно к лицу, – было первым, что я сказал Нике, когда увидел ее в момент встречи. Платье полностью совпадало по цвету с юбкой, обладало скромным вырезом и если бы не обтягивало зад, то ничего выдающегося собой не представляло.

И все же я вежливо улыбнулся, склонив голову, и показал, что по достоинству оценил выбор девушки. Хотя обычно рыжим идет зеленый, как мне казалось.

– Куда пойдем? – спросила она скорее безразлично, чем заинтересованно – как будто за прошедший час она внезапно совершенно растеряла все желание поближе познакомиться с перспективным молодым фотографом. Или она так и вовсе не считала?

– Я же здесь даже суток не пробыл. Тебе виднее, Ник.

– Не называй меня так, – она наморщила лоб.

– Вероника? Полностью? – удивился я. – Хорошо, как скажешь. Я устрою тебе ужин в любом месте, в котором ты пожелаешь перекусить.

– Ок.

Из живого человека за полчаса в ледяную глыбу? Да как так-то! Я хотел было уже возмутиться, но возмущаться можно лишь в том случае, когда ты действительно заводишь отношения с человеком. А это – работа. И, похоже, теперь она действительно неблагодарная.

Несмотря на то, что девушка была симпатичной и наша первая встреча прошла очень даже неплохой, сейчас я не ощущал к ней никакой тяги. Вообще никакой. Не то что возбуждения – даже рядом находиться было противно, как будто она просто взяла меня, попользовала и выкинула, а теперь просто ноги вытирает.

– Что с тобой? – она вела меня вдоль набережной и внезапно обернулась. – Ты как будто расстроен?

– Я? Что? Расстроен? Нет, что ты, – я выдал натужную улыбку. – Все в порядке, я просто любуюсь видами. Здесь красиво.

– Да? А я вот уже привыкла, – как-то блекло ответила Ника. – Но поначалу тоже радовало.

– Так ты не местная?

– Здесь почти нет местных. Родившиеся здесь уезжают на заработки, а на их место приходят те, кто может работать издалека.

– И ты тоже этим занимаешься? – я порадовался возможность поговорить, чтобы растопить образовавшийся лед.

– Чем – этим?

– Фриланс, удаленка, – подсказал я, а Ника завела меня на веранду у самых перил – дальше уже начиналась галька, так что мы культурно сидели в двадцати метрах от воды.

– А, ты об этом, – она даже расслабилась, услышав мои слова. – Да, я типа репетитор. Учу детей. А ты чем занимаешься?

– Я… м-м-м… – вот здесь соврать быстро не получилось – мозг отказывался выдать что-то вразумительное. – Даже не знаю, как тебе и сказать.

– Как есть.

Мы заняли столик, и я отвернулся в сторону, наблюдая за рябью, что искажала отражение луны в морской воде.

– Просто сын богатых родителей, – решился я. – Пока еще не знаю, чем мне заниматься, и решил немного отдохнуть здесь с камерой в руках.

– Ну, камера тебе точно обошлась дороже, чем сам отдых, – девушка наконец-то миролюбиво посмотрела на меня без холода и раздражительности. Может, Тони опять неправ? Черт его знает, что там в его тысячелетнем опыте может оказаться актуального. Мы – современные люди, в конце концов!

– Это подарок.

Ника понимающе закивала и принялась рассказывать о своей технике. У нее тоже имелась пара недешевых камер, так что если она зарабатывала на жизнь только репетиторством по Сети, то денег это приносило просто немеряно.

Она говорила, а я слушал, параллельно рассматривая меню. Шашлык здесь подавали с луком, а любое мясо, кроме курицы – с острым соусом. Я не рискнул есть ничего такого, мысленно проклиная все запреты, а потом выбрал рубленые котлеты в сливках.

– За здоровую пищу? – усмехнулась рыжая, выбрав себе приличную порцию свинины и бокал красного.

– И за трезвость… – с нескрываемой горечью добавил я. Только сейчас я понял, как хочется выпить. Но хотелось по старой памяти – новое тело не нуждалось в спирте. И все же, такой соблазн… – Но мне нельзя. Знаешь, одну разбитую машину отец еще мог стерпеть, но если я опять начну пить и натворю дел…

Когда начинаешь врать, главное лишь следить за основным сюжетом. Разумеется, если перед тобой человек, которого ты видишь в первый раз. Тогда можно плести любую историю практически без ограничений – проглотят на ура.

Ника понимающе засмеялась. Она не притронулась к своей еде, пока мне не подали мое блюдо, а потом обратилась к официанту:

– Немного белого, пожалуйста.

– Нет-нет-нет, я не буду, – запротестовал я, но ее выразительные серо-зеленые глаза внезапно заставили меня прекратить сопротивление. – Ну, разве что совсем чуть-чуть.

Мы поговорили еще немного – так, о пустом, не о ней и не обо мне, а о каких-то глупостях, как влюбленные, которым лет по пятнадцать, не больше. Нашу беседу прервал телефонный звонок.

– Прости, семья беспокоит, – тут же соврал я и отошел подальше от столика. – Да, Ал?

– Как твоя командировка? Ты не позвонил, что долетел, – голос ее звучал обиженно.

– Не спрашивай даже! Шеф – настоящий козел. Сэкономил денег на самолет и решил добраться до места на такси, так что я прибыл на место буквально с полчаса назад.

– Ого! Ну и засранец.

– Полнейшний! – развеселился я, наслаждаясь звуками знакомого голоса.

– А я соскучилась…

– Я приеду, и мы с тобой наверстаем все упущенные дни. Думаю, что за такую командировку мне точно положен выходной.

– Отдыхать ты точно не будешь, сладкий, – промурлыкала Алла.

– Ого! Тогда я постараюсь поскорее разобраться со всеми делами, чтобы примчаться к тебе. Как твои поиски работы?

– Пока не очень, – несмотря на поздний час, голос у Аллы звучал бодро. И трезво, что меня особенно радовало в преддверии бокала белого вина, который вольется в не знавший спирта организм.

– Я постараюсь помочь, чем смогу. Все, мне пора, дела, – и мы с ней тепло распрощались.

Когда я вернулся, бокал с вином уже стоял на столе. Тонкая ножка, прозрачное стекло без единого дефекта. И немного жидкости соломенного цвета, не больше ста граммов. Что может быть плохого?

– Все в порядке дома? – деловито поинтересовалась Ника, отхлебнув немного из своего бокала.

– Да, все хорошо, переживали, как добрался.

– Рада, что все в порядке. Так на чем мы остановились?

– Мы говорили о тебе, – я старался не смотреть на бокал с вином, старательно забив себе в голову, что мое пьянство и обжорство убило меня в тридцать. – И как ты сюда перебралась.

– Были причины, – уклончиво ответила Ника, тряхнув головой, а затем расправив волосы. – Предлагаю все же выпить за встречу. Как я тебе уже говорила, здесь есть два типа фотографов. В один ты уже не попал и стараешься не попасть и во второй тоже. Поэтому у нас есть целых два повода! И не нужно отнекиваться, хотя бы глоток за такое обязательно нужно.

– Но я…

– Слушай, – она стала конкретно наседать на меня. – Я тебя научу всему, что знаю сама. Твой талант, видение кадра и мои уроки тебе помогут забраться туда, куда мечтают попасть все фотографы.

– В клуб «Дельфин»? – спросил я, припомнив сказанное Тони.

– Да, ты уже слышал о нем? За одну съемку отобьешь цену своего фотоаппарата влегкую! – рыжая подняла бокал, и я теперь смотрел на нее сквозь полупрозрачную кроваво-красную жидкость. Выдохнул и тоже поднял бокал белого.

Вино внутри пузатого бокала пошло волнами, со дна поднялось несколько пузырьков. Мы чокнулись и выпили. Гадость!

– За знакомство лучше съесть чего-нибудь вкусного, – добавил я и тут же принялся за горячее, которое не успело остыть, пока я разговаривал с Аллой.

– Конечно!

Вино ударило в голову, хотя я сделал лишь один глоток. В бокале оставалось больше половины от принесенного, но уже началось головокружение.

– Пожалуй, мне лучше больше не пить, – проговорил я, с каждым словом теряя чувствительность языка. – Воу… – веранда резко качнулась, а рябь от воды навела тошноту. – Ох… Что-то мне нехорошо…

– Официант! Скорее! – было последним, что я услышал. Надо было слушаться Тони!

Глава 36

Знал бы я, что вино так ударит в голову, придумал бы корректную отмазку. А ведь так хорошо разговорил Нику – и это после ее ледяного возвращения из дома. Вот же не повезло!

Я попробовал повернуться на удобной кровати, но обнаружил, что не могу пошевелиться. Более того, чувствительность отсутствовала полностью. Глаза я побоялся открыть, чтобы обойтись без «вертолетов», и потому не очень понимал, где нахожусь.

Пахло… домом. Уютом. Тепло, как-то по-домашнему – и единственное неудобство – невозможность повернуться из-за полной бесчувственности конечностей.

А еще тишина. Полная тишина. Наверно, я в больнице. Увезли с отравлением, а Тони теперь с ног собьется в моих поисках. Но лучше всего было бы просто открыть глаза и убедиться в том, что я на белой кровати, прикрыт простыней – но не до самой макушки, желательно.

Короткая мелодия звонка заставила меня напрячься – или это было только ощущение того, что я напрягся.

– Да! – зазвучал деловитый голос Ники. – Да. Тут. Все в порядке, – в короткие паузы между ее репликами говорил кто-то еще, задавая короткие вопросы, но, судя по звуку, девушка была за перегородкой.

Я приоткрыл один глаз и уставился в потолок. Поморгал, но картина не изменилась. Так. Уют и натяжной потолок. Нет, я точно не в больнице. Должно быть, Вероника привезла меня к себе домой. Вот это поворот!

Попытка ухмыльнуться результата не дала. Как и напряженные мышцы шеи не смогли повернуть голову ни в одну сторону. А еще более странно оказалось то, что ничего не болело. Вообще ничего. Если я отравился вином до бессознательного состояния, должен болеть живот, как минимум!

– Через сколько тогда вас ждать? Хорошо. Да-да, никуда не уйду!

Интересно, кто с ней разговаривал, может, доктор? Нет, едва ли доктор сам звонит, я ж не забыл, в какой стране живу. Здесь если звонят сами, то скорее уж ритуальные услуги.

С каждой секундой мое положение становилось все более интересным. Я открыл рот и что-то прохрипел, потом подавился и закашлялся.

– Да ты, ублюдок ебучий, никак сдохнуть решил!

От неожиданного окрика я даже кашлять перестал, так перехватило дыхание, но через секунду принялся давиться кашлем с удвоенной силой. При этом в шее проявилась какая-то непонятная боль, распространявшаяся от затылка до лопаток.

Девушка наклонилась надо мной – по крайней мере, как это видел я – схватила за волосы и, невзирая на мои крики, что пробивались сквозь кашель, подняла мою голову. Почти сразу же кашель прошел, а я обнаружил, что сижу, привязанный к старому деревянному стулу.

Руки оказались примотаны скотчем к узким подлокотникам, а что она сделала с ногами – и вовсе не видел, потому что боялся пошевелиться из-за боли от затекших мышц. Должно быть, я просидел так не один час.

– Я не любитель унижений, – проскрипел я, еще раз прокашлялся и добавил, чтобы убедиться, что с моим голосом все более-менее в порядке: – где я? Что вообще случилось?

– Мне еще перед тобой отчитываться, мразь? – все тем же ледяным тоном говорила Ника.

– Да уж изволь! – я повысил голос: – Я не собираюсь играть с тобой в БДСМ! Что ты затеяла? – а потом не в голову пришла жуткая мысль: – это ведь не отравление вином, верно??

– Конечно! – она наклонилась поближе к моему лицу. – Ты, наверное, совсем тупой, если решил, что таким количеством вина можно отравиться. И тем более, раз попался таким тупым способом, – затем Ника приподнялась, картинно приложила палец к губам: – Или ты ждал, что я до сих пор та наивная дурочка, что и раньше?

– Что? О чем ты?! Я просто хотел познакомиться!

– Да, конечно, познакомиться ты хотел! Ты хоть знаешь сколько мне лет?

Я уже почти ответил, но лишь дернул губами, потом сглотнул, обдирая сухое горло:

– Понятия не имею!

– Слишком хорошо я знаю вас, малолеток, чтобы поддаться на твои уговоры!

– Да то за хуйня… – почти жалостно проговорил я. – Тебе я ничего не сделал, наоборот только хотел нормально познакомиться.

– Извини, малыш, я не могу ни с кем нормально знакомиться. Особенно с теми, кто младше меня на десять лет. Старше ты не выглядишь, как ни старайся.

Вот это я попал. Она маньячка, а меня и не предупредили. Или у нее крыша поехала по каким-то другим причинам?

– Не знаю, за кого ты меня приняла… – я постарался взять себя в руки, чтобы не выглядеть размазней, и попытаться нормально прояснить ситуацию, – но мне кажется, что ты ошиблась. Я не тот, за кого ты меня приняла.

– Правда? А зачем, скажи мне, знакомиться с девушкой старше тебя на десять лет?

– Потому что красивая и хорошо смотрится в кадре. И знает, как работать с камерой.

– Врешь, – бросили мне в лицо с презрением. – Как последняя сука – врешь!

Теперь она смотрела на меня с бешенством, даже не думая успокаиваться. Рыжие волосы горели пламенем, и я поймал себя на мысли, что сбежать отсюда можно разве что во время пожара. Интересная идея…

– Да с чего ты это вообще решила? – я немного покрутил головой, чтобы размять шею и одновременно с этим еще и прикинуть, как из этого места выбираться.

Мышцы болели просто адски – затекли, пока я с запрокинутой головой сидел на этом треклятом стуле. Рыжую хотелось обматерить с ног до головы, но что, если она просто ошиблась?

Комната вокруг оказалась средних размеров, но обставленной всяким барахлом. Какой-то бабушкин комод, покрытый слоем облупившегося лака, вместо двери – арка. Обои в цветочек, но хотя бы новые. Больше походило на временное убежище, чем на место для проживания. Даже моя старая квартира смотрелась лучше!

– С чего я решила? – Ника словно забыла про обещание со мной не разговаривать. – А то ты и сам не знаешь?

Ну конечно же я знал. Подозревал. Раз она упоминала малолеток, вероятно, она подумала, что я один из тех сучат, которые развели ее еще в школе. Пожалеть бы, да ведь себе же хуже сделаю этим.

– Не знаю, – ответил я коротко и уставился на свои руки: она не пожалела скотча, чтобы примотать меня к стулу.

А сам стул такой же старый, как и комод. Я поерзал на нем и тот заскрипел. Ника отвернулась от меня к своему компьютеру – раскрытый ноутбук ярко светился, но я не мог понять, что именно она там делает.

– Пожалуй, сделаю снимок на память! – неожиданно спокойно сказала она, встала и ушла в другую комнату.

Снимок? Нет, она точно какая-то больная. Надо ее задержать по возможности, вдруг Тони все же меня хватился. Или лучше сперва связаться с ним? Он же ведь как-то залезал мне в голову…

– Тони, сука, давай же, прими вызов! – я зажмурился и думал об этом изо всех сил. Со стороны это наверняка было больше похоже, как если бы я обделался.

Я решил, что одного гудка будет достаточно и сосредоточился на Нике:

– Может, ты расскажешь, что с тобой такого произошло за этот час? Из-за чего ты меня вдруг стала ненавидеть? – проговорил я, продолжая смотреть на свои руки, замотанные скотчем от запястья до середины предплечья.

Скотч… Его же можно оплавить от обычной настольной лампы, а потом освободиться. У нее и температура-то не слишком высокая, я даже как-то на спор несколько секунд такую в ладони держал. Правда, был ожог, но не такой там жар…

Жар-пожар. Огненно-рыжие волосы и тут снова речь об огне. Как-то странно.

– И вовсе я тебя не ненавижу. Я тебя просто презираю, маленький ублюдок! – она на миг отвлекла меня от мыслей о пламени, но я сразу же вернулся к ним, потому что ощутил, как заметная волна тепла прошлась по коже.

Как интересно. А ну-ка снова! Я сосредоточился на скотче, на пламени, рисовал перед собой языки огня, лижущие стены или хотя бы стул. Но без толку. Даже временное ощущение тепла пропало. Что за фигня!

Может, все-таки нужны какие-то особые слова? Латынь? Заклинания из Гарри Поттера? Невербальная хрень какая-нибудь? Или Тони просто меня надул. Блядство…

– В камеру смотри.

– А? – я даже не заметил, как вернулась Ника.

– На меня смотря, говорю!

Я чуть приподнял голову, но продолжил смотреть на свои руки, замотанные скотчем. Полыхнула вспышка, отразившись от блестящей ленты весьма натуральным пламенем.

– Я кому говорю, смотри сюда! – она дернула меня за подбородок и тут же отскочила назад. – Пока ты гниешь в тюрьме, я буду смотреть на эту фотографию и…

Она еще раз сделала снимок, и вспышка вновь преобразилась в очень естественное пламя. Я постарался отключиться от всего вокруг, пытаясь видеть лишь язычки пламени на скотче. Коже стало очень и очень жарко, почти нестерпимо – и я увидел, как скотч начал деформироваться и съеживаться.

Давненько я такой боли не испытывал! В нос ударил запах жженых волос, отвратный еще и тем, что смешался с запахом горелого клея.

– Что-то горит? – озадаченно спросила рыжая и тут глаза ее округлились, когда она увидела плавящуюся клейкую ленту. – Демон!

Она в ужасе выронила камеру, и та жалобно звякнула разбитым объективом. Криком Ника отвлекла меня, и жар мгновенно исчез, оставив после себя лишь ноющую боль где-то под кожей.

Я дернул рукой, потом еще раз – скотч уже не был таким уж липким и прочным, и вскоре правая рука оказалась на свободе.

– Демон! – снова раздался вопль, пока я искал что-то острое, чтобы разрезать остальные полосы. – Обожемойбожемой! – заголосила она, принимаясь буквально вышвыривать ящики из ее письменного стола на пол. Может, крест ищет?

Среди содержимого одного из них я обнаружил канцелярские ножницы и оперативно освободился, сразу же встав на ноги.

– Ну наконец-то! – прохрипел я, что со стороны явно больше звучало как рык. Оставалось еще дьявольски рассмеяться, но что-то мне не хотелось шутить.

– Отче наш… – запричитала рыжая, ухватившись за маленькую иконку, которую схватила с полки над письменным столом. На нем я увидел свой телефон. – Пожалуйста, не надо, пощади! – и выставила икону перед собой.

Я подошел к столу, взял телефон и сунул в карман, а потом двумя пальцами опустил икону чуть ниже, чтобы видеть лицо рыжей:

– Ты больная, ты в курсе?

А потом развернулся и поспешил к выходу. Телефон на месте, остается только отчитаться перед Тони, что таким звездецом я заниматься не намерен. Пусть сам анализирует эту психичку.

Вышел на улицу, бахнув дверью, но не успел пройти и маленький садик перед домом, как по асфальту засвистели шины:

– Руки вверх!

– С-с-сука! – процедил я сквозь зубы, выполняя приказ.

Глава 37

Пара пистолетов, направленных на меня с очень близкого расстояния, не оставляли шансов убежать. Словить пулю в придачу к остальным моим бедам? Нет уж, спасибо.

– Тони, скотина, где же тебя носит! – подумал я, слушая шаги.

– Темыч, проверь дом, живо!

– Почему я?

– Реще, бля! – рявкнул у меня над самым ухом тот, кто, похоже, был постарше званием. – Мордой к стене. К стене, я сказал!

Глухо зазвенели наручники. Оправдываться еще и тут?

– Я ничего не сделал! – крикнул я.

– Это мы потом разберемся, что ты сделал, – отозвался полицейский, стягивая наручники вокруг моих запястий. – Нас вызвали – мы приехали разобраться.

Хлопнула дверь за моей спиной:

– Она без сознания, Дим.

– Твоих рук дело? – меня тут же прижали к стене, едва не сдирая кожу с лица о старую штукатурку. – Признавайся.

– Нет! – выдавил я и тут же ощутимый пинок под коленку едва не опрокинул меня. – Да что вы…

– Шьем о нападении, Дим? – прозвучало над моей головой.

– Вооруженном или нет?

– Ничего не нашел, но ее камера разбита и…

– Забрал?

– Нет.

– Так забери, олух! – меня принялись обыскивать и телефон снова покинул мой карман.

– Вообще-то меня похитили! – выпалил я.

– Ага…

– И связали!

– Да-да, очень интересно, – абсолютно безразлично произнес полицейский и развернул меня к себе лицом. – Вот это да-а-а! – протянул он. – Ты и правда малолетка какой-то.

– Мне двадцать!

– И что, потянуло на постарше?

– Да что ты…

Полицейский склонил голову и открыл рот, чтобы ответить мне, но так и замер в движении, обратившись в статую. Я осторожно отступил на шаг назад: сбоку дома появился Тони:

– Живо отсюда!

– Но у него мой телефон! – воскликнул я. Полисмен и правда держал устройство на уровне груди, так что я не мог даже допрыгнуть до него со скованными руками.

– Рома, блядь! – простонал Тони, подбегая ближе.

– Там внутри еще второй, – предупредил я, пока компаньон вытаскивал телефон из напряженных пальцев полицейского, а потом его же ключами расстегивал наручники.

– Срать на него. Ты меня позвал, я пришел. Валим, живо.

– А что это… – голос второго так же оборвался, как и подвижность первого, только напарник еще и в дверях застрял – тугой доводчик придавил его тушку к косяку дверным полотном.

– Бегом! – скомандовал Тони и припустил в обход полицейского автомобиля, чтобы не попасть в поле зрения видеорегистратора.

Я припустил за ним со всех ног. Он знает дорогу обратно, в этом я был уверен, поэтому, не задумываясь, петлял следом.

Частный сектор окружал нас невысокой, но плотной застройкой с обилием растительности. Но все же она не заглушила несколько криков за нашими спинами – приглушенных и отдаленных:

– Куда он делся?!

– Э! Что за…?!

– В машину! Быстрее!

К этому времени мы уже успели отбежать на несколько сот метров в сторону: пока полицейские очнулись, пока отдышались – у нас была хороша фора. А вскоре показалась береговая линия и отели.

Не убитое алкоголем тело даже не чувствовало усталости от длительного бега. Тони имел форму получше, но я все же не отставал от него. Выбежав на набережную, мы перешли на трусцу, а потом и вовсе притормозили, стараясь смешаться с толпой.

Она несколько раз успешно скрыла нас от патрулей, что прогуливались в туристической зоне, а потом и вовсе нырнули в отель, поднялись в номер и только там я позволил себе отдышаться.

Тони критически осмотрел меня – ободранная щека и ожог на руке привели его в замешательство:

– Все либо пошло не по плану, либо она забыла стоп-слово, – медленно проговорил он.

– Даже не пытайся обратить все это в шутку! – выкрикнул я. – Меня опоили, похитили, связали, а потом натравили полицейских! Вообще не смешно!

– Рома, тихо, – Тони миролюбиво поднял ладони. – Давай по порядку, расскажи, что пошло не так.

– Да все пошло… А как ты меня нашел? Неужели сработало, что я тебя позвал?

– Сработало-сработало, – успокоил он. – Ты про Веронику рассказывай, как милая девушка с психологической травмой внезапно превратилась в какого-то монстра – если все было так, как ты говоришь.

– Она подумала, что я так же, как и те парни в школе, пытаюсь с ней сделать что-то неприличное. Откуда ее так переклинило – не знаю. Но она опоила меня на веранде, потом кто-то помог ей с моим телом – ожог видишь? Это я скотч плавил.

– Плавил? – прищурился Тони. – Как?

– Ну… – запнулся я, – как ты, мысленно. Только вот не сразу это получилось… Совсем не сразу.

– Так, об этом позже. Значит, она заподозрила тебя, но приняла за маньяка, который ее хочет соблазнить, что ли?

– Нет, – терпеливо откликнулся я, выискивая полотенце, чтобы намочить его и прикрыть ожог. – Она только и твердила, что о малолетках, да о разнице в возрасте. Точно я пробудил ее старую травму. Может, она просто свихнулась? Ты не мог в ней просчитаться? Все-таки, ты был без своей программы.

– Вероятность ошибки есть всегда, – подтвердил компаньон. – Но такая беда с головой… – он наклонился и оторвал с моих брюк остатки скотча. – М-да. Нам понадобится новый план, потому что эту дамочку ты трахать уже не будешь.

– Угу, даже желания нет, – отозвался я и ушел в ванную, откуда через минуту вышел с мокрым полотенцем, обернутым вокруг поврежденной руки. – Спасибо, что выручил. С полицейскими я бы точно не справился.

– На то мы и напарники, чтобы помогать друг другу. Но задачу мы не можем оставить невыполненной.

– Так может мы просто посмотрим на нее с другого угла?

– С какого же, Ром? Она все еще угроза, все еще знает о наших и в любой момент… Черт, да уже завтра полиция может получить доступ к ее компьютеру, выудить оттуда пакет материалов и начать копать! Мы не можем терять времени!

– Постой-постой, давай все же попытаемся придумать что-то другое. Нельзя так в лоб. Она сейчас тоже едва ли о сексе думает, и ты не совратишь ее, сам говорил, что слишком много сил на это уйдет.

– Твоя правда, стажер, – Тони нахмурился. – Ладно. Давай сюда душу, которую мы должны были ей передать, а с утра на свежую голову поразмыслим, как добраться до Вероники.

Я похлопал по карманам, вытащил ключи от номера, телефон, вывернул оба наизнанку – пусто.

– Кажется, я ее потерял…

Глава 38

Холодность и расчетливость Тони, которые я приписал ему при нашей первой встрече, улетучились моментально. Мгновенно и без остатка. Глаза сузились до щелочек:

– Повтори.

– Потерял… кажется…

– Я тебя убью! – взревел Тони, а я лишь чудом умудрился увернуться, рухнуть с кровати на пол и, спотыкаясь, свалить в ванную, прижав дверь изнутри. – Открывай, сучий потрох! – и со всей дури двинул в дверь так, что деревяшка затрещала. Привет, «Сияние»!

– Давай спокойно все обсудим…

– Я тебе сейчас устрою спокойно, блядь! – за дверью послышался какой-то шорох, а потом сильный удар едва не опрокинул меня. – Открывай, сука!

– И не подумаю! Я не виноват! Может, она вывалилась, пока меня тащили к Нике в дом!

– Все помойки у меня облазишь тогда!

– Или… в море!

– Утоплю гада! – взвыл Тони и еще раз саданул плечом в дверь, а потом принялся крыть меня, на чем свет стоит, бормоча себе под нос. Последовал хороший удар раскрытой ладонью, а потом послышалось громкое сопение.

Слишком часто меня дурили в последнее время, так что я не спешил открывать дверь и выждал еще немного, прежде чем заговорить:

– Успокоился?

– Нет.

– У меня идея.

– В жопу твои идеи! Ни разу еще не теряли душу! Как выкручиваться будем?

– Так я и предлагаю обсудить. Но мне нужно, чтобы ты успокоился, потому что мой прах тебе вряд ли поможет.

– Что, гениальная башка, ты можешь предложить? Экстренно раздобыть чужую душу? Знаешь, сколько бумажной волокиты будет потом??

– Э-э-э, не знаю. Так я могу выйти?

– Посиди еще, а то я ненароком могу тебе шею свернуть.

– Я же твой главный помощник, помнишь?

– Другого найду.

– Так я особенный, сам говорил.

– Переживу, ты пока все равно ничего не умеешь, – продолжал спорить Тони, а я пытался его разболтать, чтобы тот побыстрее успокоился – план в моей голове уже созрел, и мне оставалось лишь донести до компаньона суть идеи.

– Неправда, я же сжег скотч.

– Сжег ты руку, а скотч только лишь оплавил.

– Ну так помоги мне. Научи. И моя помощь тем более для тебя станет неоценимой!

Тут я услышал, что в дверь забарабанили. В комнате раздались шаги – Тони пошел открывать:

– У вас все хорошо? – спросила Камилла настороженно, но голос у нее был сонный. – Я слышала шум.

– Мой друг поскользнулся в ванной. Ничего серьезного, только ушибся. Не переживайте.

– Ему не нужна медицинская помощь?

– О, нет, все заживает, как на собаке.

Разговор шел дальше, становясь слишком приторным для того, чтобы слушать его, так что я достал телефон и, листая ленту новостей, подумал, что как-то нехорошо получается с моей подругой. Или моей девушкой.

И то ли от слащавости Тони и Камиллы, то ли от пережитого шока быстро набил сообщение Алле: «Скучаю». А на время посмотрел уже после того, как сообщение отправилось – половина четвертого утра.

– Бляха-муха…

– Хорош материться и открывай, я уже успокоился, – Тони постучал костяшками пальцев в дверь. – Что там у тебя за идея?

– Сейчас, – я открыл и первым делом посмотрел, нет ли кого-то еще в номере: – Ты не предложил ей потрахаться?

– Я могу передумать относительно ТЕБЯ, – выразительно произнес компаньон и буквально выдернул меня из ванной. – Давай, делись идеей.

– В общем… я же не договорил насчет Ники.

– То, что она ненормальная, я уже понял.

– Нет, она заметила, как я освободился.

– Лучше бы ты молчал…

Но меня уже было не остановить:

– Орала «демоны!» и прикрывалась иконой. Ты понимаешь, какой шанс?

– Шанс, что тебя ебнут крестом по голове? – фыркнул Тони. – Или утопят в святой воде?

– Нет, шанс решить ее проблему взамен на решение нашей. Договориться.

– О как! Ну, продолжайте, мистер Джексон.

– Что?

– Фильм «Переговорщик», – напомнил Тони. – Посмотри на досуге. Желательно до того, как ты заявишься к Веронике.

– Ты не дослушал.

– Ну!

– Раз у меня снова получилось, значит, я достаточно привык к новому телу, чтобы пользоваться силой, как и ты, верно?

– Не знаю, – Тони покачал головой. – Я же не видел.

– Но ты слышал, как я звал тебя! – вскричал я. – Слышал и раз пришел, то никак не можешь отрицать, что я могу пользоваться вашей Силой!

– Эх… убедил. Можешь. Но пока что кое-как. То есть, практически никак.

– Так научи! И Нику я возьму на себя. Объясню, как обстоят дела, почему я вообще там появился. Помогу ей, а она взамен уничтожит данные. И пока я решаю твою проблему, ты поищешь душу. Едва ли с ней что-то случилось.

– Ты же понимаешь, что это все невозможно осуществить?

– Почему? Я еще стажер у вас, Ника считает меня демоном, поэтому я приду к ней и…

– Попадешь в лапы полиции. Ее же теперь будут охранять, наверняка!

– Едва ли – если она будет говорить, чтобы ее защищали от демонов, она первая же загремит в психушку! – уверенно заявил я.

– Звучит логично. Но в чем именно ты хочешь ей помочь?

– С ее психикой. Она до сих пор переживает из-за того случая со слитым видео. Наверняка хочет отомстить обидчикам.

– А ты поможешь, мстительный демон, – Тони неожиданно рассмеялся. – Ты же ничего не умеешь! Не можешь даже правильно концентрироваться!

– У нас есть еще несколько дней – ты меня научишь.

– О, слышу твердость и решительность. Когда приступим? После второго завтрака?

– Зря ты так. Я хочу учиться. И чем быстрее научусь, тем лучше мы все провернем. Пошли сейчас?

– Куда?

– Туда, где нет людей. А если и увидят, то подумают, что мы йоги – или на что там это будет похоже?

– Хм… – Тони поскреб подбородок. – Мне не очень хочется соглашаться, но другого выхода я не вижу. Так мы хотя бы попробуем… Да, действительно, давай рискнем. Мы же не последний раз живем!

– Вот именно! – я накинул пиджак и собрался к выходу.

– Только последний вопрос – что она может сделать со своими обидчиками такого, в чем ты бы смог ей помочь? Что ее удовлетворит?

Я замер у двери, прикидывая, что сам бы хотел сделать в такой ситуации, и криво усмехнулся, когда ответ сам собой пришел в голову:

– Их смерть.

Глава 39

Едва ли мой ответ шокировал Тони больше, чем меня самого. Но ведь это правда: что бы ни писали сценаристы и их цензоры для фильмов с добрым концом, едва ли можно найти что-то более приятное, чем мучения недруга.

Он не заставил себя ждать – и, обогнав по коридору, вывел меня сперва на набережную, а потом на пляж. Патрули уже исчезли с улиц. Похоже, что никто так и не дал ориентировку на поиск молодого парня в рубашке и светлых брюках.

Мы прошли по набережной до упора, пока плитка не сменилась галькой, а затем двинулись дальше, прочь от городка, выйдя из бухты. Сквозь шум волн до меня донеслись стоны.

– Что это? – спросил я, невольно поморщившись. В кромешной тьме почти ничего не было видно – я различал лишь контуры валунов, да блеск воды.

– Там, – Тони указал пальцем в сторону скалы. – Но пялиться невежливо, – прошептал он, а потом громко добавил: – Продолжайте-продолжайте, мы уже уходим!

Две фигуры ритмично двигались, не обращая на нас никакого внимания. Так что Тони пожал плечами, весело хмыкнул и мы, шурша галькой, продолжили наш путь. Примерно через полкилометра он остановился.

– Не устал? – спросил он, подойдя к кромке воды.

– Устал, – честно признался я. – Но это не повод останавливаться.

– Да мы уже пришли. Здесь мы даже той парочке не помешаем.

– Так, что нужно делать? Я готов!

– Ты же понимаешь, что все сразу не получится.

– Научи меня хотя бы концентрироваться. Я пойму остальное.

– Уверен? Думаешь, только концентрация поможет? Надо понимать природу вещей. Природу действий и процессов, иначе все это бессмысленно. Захочешь что-нибудь поджечь, а в итоге заморозишь. Или все просто рассыплется в прах.

– Но ведь все в конечном итоге состоит из атомов, разве не так? – я пнул камушек и отправил его в море.

– Ой, не нуди. Атомы, кварки, сто двадцать с чем-то элементов системы открыто, а в зависимости от условий меняются их свойства. Люди видят факт, но не видят формулы. А нужно видеть правила, по которым все работает.

– Или установить свои, – добавил я. – И, к тому же, сейчас нудишь ты. Как старый дед, которому не нравится все новое.

– Мне не нравится ограниченность, хотя, если подумать, это и хорошо. Людьми, как стадом, управлять проще. Особенно если тебя принимают за демона.

– Так, быть может, все так оно и было? Вся эта еретическая хрень? Образы и прочее: кто-то из ваших воспользовался чьими-то страхами, приделал себе рога и крылья, чтобы казаться страшнее – и вот уже мы любуемся горгульями на католических соборах.

– Может быть. Ты сюда болтать пришел?

– Действовать! Учи, Тони!

– Я вроде бы как основные правила тебе объяснил.

– Правила? Но как действовать? Я отлично понимаю, что происходит при нагревании, но как нагреть – не понимаю.

– Выйди за пределы разума. В переносном смысле, разумеется, – уточнил Тони. – Перестань мыслить человеческими категориями. И ты увидишь, как все просто.

– Легко тебе говорить, – я взял в руки овальный камушек, едва ли больше пятирублевой монеты и почти такой же плоский. – И вот его надо нагреть. Грейся, сука! – прикрикну я на него. Впрочем, безрезультатно. Только Тони посмеялся:

– Так точно не сработает. Вспомни про свой скотч.

– Он как будто начал плавиться, когда в нем отражалась вспышка от фотоаппарата, – ответил я.

– Вот видишь. Представь и спроецируй. То, что ты сопротивлялся Вике, уже говорит в пользу тебя. Ты можешь. Убери все рамки, все, что тебя ограничивает. Можешь даже представить, что вот эта галька у тебя в руке – черная дыра.

– А так можно? – удивился я.

– Тебе просто не хватит сил превратить ее в черную дыру, так что смело представляй, – отмахнулся компаньон и тоже взял камушек. – Смотри, для простоты показываю, как надо делать.

Он положил гальку на раскрытую ладонь. Камень начал светиться – сперва робко, как разгорающийся костерок дает слабый свет, а потом ярче, отливая красным.

Тони зашипел и отдернул руку, а камушек тут же упал на берег, продолжая светиться и постепенно затухая, но приковав все мое внимание.

– Как-то так, – прокомментировал Тони.

– Так ничего непонятно.

– Ты смотришь, но не видишь.

– А ты не говори, как индеец из вестерна, – я тоже раскрыл ладонь и уставился на камень: – Смотришь, видишь, фу-ух… – и зажмурился.

Камушек в ладони. Галька. Кусок булыжника, давно отколотый ветром, льдом или другим булыжником, а затем упавший в воду, которая омывала его до тех пор, пока он не сточился до почти идеального круга.

Или это и не галька вовсе. Кусочек вещества. Такого же, как и все остальное. Мягкого и податливого, как хорошо разогретый пластилин. Разогретого… Так же, как и галька в руках у Тони. Все легко, вот же оно, тепло, внутри.

Чем больше я убеждал себя, что все не то, чем кажется, тем меньше чувствовал окружение. Да его и не должно быть. Все окружающее субъективно. А в руке у меня – фонарик. Огонек, зажигалка, факел, закоротившая батарейка – все, что угодно, что может дать тепло и свет.

Пальцы слабо осветились красноватым сиянием. Только бы Тони молчал, подумал я, и сияние тут же угасло. Черт!

Снова в никуда душой и телом, камушек уже не просто светится, он горячий. Хотя… Чтобы светиться, он уже должен быть температурой больше тысячи градусов! И опять тьма.

– Да что такое, у тебя же почти получилось! – воскликнул Тони, окончательно вырвав меня из транса.

– Я лишь подумал, что…

– Ну?! – нетерпеливый вопрос заставил меня вздрогнуть.

– Что это не соответствует законам физики…

– Да ебаный в рот, Рома! – Тони саданул ладонью по берегу и запулил в воду несколько камушков разом. – Мне еще раз тебе объяснить? Законы физики – это попытка людей объяснить природу, но не сама природа. Если у тебя есть Сила заставить камень излучать тепло, значит ты сделаешь это и пусть все Ньютоны и Резерфорды в гробах крутятся! Давай! Мне что, взять эти пушистые хрени, как у девочек из команды поддержки и махать: Рома, жги! Рома, давай!

– Не мешай, мне надо сосредоточиться!

Я вновь погрузился в себя. Ведь управлять тем, что неподвластно простым людям – это же куда лучше, круче и важнее, чем деньги и даже секс. Так, а может надо просто получать удовольствие от процесса?

– Что ты там говорил про поляризацию душ?

– Я тебе говорил, чтобы занялся этим несчастным камнем, Рома!

– Не-не-не, поляризация, это важно, напомни. Удовольствие поляризует душу и… а, впрочем, уже не надо.

Я понял, ЧТО надо чувствовать. И КАК надо чувствовать. Удовольствию надо позволить пройти сквозь меня. Удовольствие от процесса, как в сексе. Мне будет приятно от того, что этот камень будет теплым. Что он будет даже горячим. Что он начнет светиться.

По спине промчался табун мурашек, вызвав приятный холодок. Да! Как же мне это нравится! Теплый камень, горячий… он светится!

Вместо мрачного красноватого оттенка галька излучала теплый желтоватый свет. А я хочу еще ярче! Белоснежный – это будет пик удовольствия!

Переход занял секунду, не больше – и вот я уже вижу в своей ладони не слишком горячий, но зато идеальный по яркости источник света. Он не слепил, но выражение лица сидящего рядом Тони я видел отчетливо: полнейшее непонимание происходящего.

– Твою-то мать, – проговорил он, ткнув пальцев в гальку. Сперва отдернул, но затем быстро прикоснулся снова: – она едва теплая.

– Да! – воскликнул я, готовый кричать от восторга.

– Это же охуенно!

– Да! – повторил я, захлебываясь от радости. Хотелось смеяться – эйфория захлестывала разум.

– Может, я перегнул насчет черной дыры. Не стоит рисковать, пожалуй.

Я выбросил камень в море, и он еще некоторое время светился там, на самом дне, в нескольких метрах от берега. Пока мне не надоело поддерживать свечение.

– Чувствуешь усталость?

– Нет, мне одуренно хорошо! – прокричал я – тише говорить было просто невозможно.

– Так, отлично, теперь пошли спать. Ты выучил. Давай, идем, пока ты обрушил здесь что-нибудь на радостях.

– А я могу?..

– Можешь-можешь, знаю, что можешь. Пощади этот город и ложись спать. Завтра займемся твоим планом.

Глава 40

Шесть часов крепкого сна немного восстановили мои силы. Тони растолкал меня, недвусмысленно намекнув, что пора заняться делами.

Я схватился за телефон, ожидая увидеть ответное сообщение от Аллы, но заветный огонек уведомления ни о чем не сигнализировал. Странно.

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Тони моим состоянием. – Голова как? Гудит?

– Да вроде бы хорошо все.

– Ну-ка, встань ровно.

– Еще пять минут!

– Встань, я сказал!

Пыхтя от недовольства, я поднялся с кровати. Вытянул руки в стороны, потом вперед. Затем Тони заставил меня коснуться кончика носа.

– И зачем все это?

– Чтобы я понял, что с твоей головой плюс-минус все в порядке, – спокойно ответил он. – Теперь давай попробуем что-нибудь повторить.

– Типа я забыл за ночь? – фыркнул я, расслабился и отправил в полет через всю комнату подушку, на которой спал.

– Неплохо, – пробормотал Тони. – Осталось понять, откуда ты черпаешь силы.

– Потом разберемся, – до жути довольный собой, проговорил я. – Едва ли мои силы кончатся в самый неподходящий момент.

– Рад, что ты так уверен в себе. Значит, моя помощь тебе больше не требуется?

– Нет, я этим я разберусь сам. Займись, пожалуйста, поисками души, пока нам обоим кто-нибудь сверху не ввалил.

– Корпоративный дух на высоте, – уныло посмеялся Тони.

Камилла принесла завтрак, дробно постучав в дверь, а потом долго стояла рядом, пока мы рассматривали еду.

– Прости, дорогая, но сегодня у нас много дел, поэтому позже, – на этих словах хозяйка гостиницы внимательно посмотрела на меня, – У него их больше всего, – Тони осторожно взял женщину за плечи и направил к выходу.

– Как бесцеремонно, – воскликнул я, размазывая масло по хлебу.

– И не говори. Приятные вещи не хуже наркотиков вызывают привыкание. Должно быть, ее муж совсем не уделяет ей внимания.

– Муж??! – я поперхнулся чаем.

– Да, она говорила.

– Нет, она сказала, что у нее дела.

– Это я так сказал, а она имела в виду, что замужем. Умей читать женские фразы между строк.

– Охуеть… – я поставил чашку стол, потрясенный новостью.

– Что, у тебя никогда не было подружки, бегавшей к тебе от другого парня? А, прости, забыл, ты был не той комплекции, чтобы заиметь такую подружку.

Колкость прошла мимо ушей, потому что я все еще переваривал факт. Мало того, что старше, так еще и…

– Не забывай, в нашей работе это регулярное явление. Может оказаться так, что твое следующее задание тоже будет замужним или находиться в иных отношениях. Да, здесь все сложно, но и платят больше. Тем более все в твоих руках. Некоторые годами трахаются на стороне и не создают никаких подозрений. Поэтому выбрось этот мусор из головы, – сурово посоветовал он. – А теперь доедай и собирайся.

В этот раз на выход я предпочел надеть футболку, чтобы в если вдруг в том районе ищут деловитого парня, я бы не подходил под его описание.

– Уверен, что не надо подстраховать? – еще раз уточнил компаньон на выходе из гостиницы.

– Нет, все будет в полном порядке. У меня хорошо подвешен язык, и я сумею договориться с этой ненормальной.

– Как скажешь.

– Ты так переживаешь из-за последнего стажера?

– Он уже мертв, что мне переживать из-за него? – как-то слишком нервно ответил Тони, и я перестал задавать неудобные вопросы:

– Удачи в поисках!

И направился в частный сектор. Беда в том, что я толком не знал, куда идти. Когда мы ночью убежали оттуда, я помнил лишь общие черты улиц и направлений. Как выглядит дом, в который мне нужно попасть, я не представлял вовсе.

Поэтому брел, старательно прокручивая у себя в голове обратный путь, чтобы не заблудиться окончательно. Но петляющие узкие улочки и скрытые за зеленью одноэтажные домики казались мне запредельно похожими друг на друга.

А еще ее могли забрать в психушку – я представил, как она верещит в лицо полицейским про демонов и те скручивают ее так же, как и меня. Но едва ли – слишком легко они поверили в мою виновность, а ведь я только вышел из ее дома. Знакомые? Друзья?

Я замедлил шаг. Как бы не попасть в беду с такой спешкой. И вообще надо расслабиться. Иначе я не смогу себе помочь даже раскрытой в себе силой.

Из дворов вышел пушистый рыжий кот и вальяжно направился в мою сторону.

– Брысь!

Кот проигнорировал мой крик, и принялся тереться о ноги. Мысленный приказ не сработал тоже и наглая морда, выпустив когти, потянулся к моей коленке.

– Засранец, – улыбнулся я и почесал пушистого за ухом. – Почему же ты такой непослушный?

Рыжик громко замурлыкал, а потом демонстративно отвернулся и ушел домой, точно всей целью его выхода на улицу был я.

– Ну да, – пробормотал я, – ни тебе спасибо, ни пожалуйста, – а подняв голову, заметил знакомый садик со стеной дома, к которой меня прижали. – Хм! А ты молодец, рыжий!

Полицейской машины возле дома не было, да и сам район оказался тихим, точно еще спал – хотя дело шло к полудню. Только редкое гудение насекомых прерывало внезапно образовавшуюся тишину.

Поэтому я предпочел обойти квартал еще разок, чтобы убедиться, что все в порядке – слишком уж не хотелось мне попасть в ловушку. Но, к моему удивлению, все действительно было тихо, и сонный район словно выпал из жизни.

Набравшись решимости, я подошел к нужному дому и толкнул дверь. Та подалась, впустив меня внутрь без необходимости ломать замки.

– Ух ты, – вырвалось у меня. К счастью, негромко – находившиеся в доме могли услышать.

Только вот внутри никого не оказалось. Лишь беспорядок, который я учинил вчера, остался без изменений, да разбитую камеру убрали. Сломанный стул валялся на полу, сдвинутый поближе к стене – вот и все изменения.

Нику могли и правда увезти в больницу – все же, она потеряла сознание. А вот ее ноутбук оказался на месте. Прикрыв лицо ладонью, на случай если камера в рамке монитора пишет автоматически при запуске техники, я открыл компьютер и попытался войти в систему. Запаролено.

Это мне точно не вскрыть, так что я еще разок обошел дом, заглянул под диван – вдруг черная коробочка с душой закатилась туда. Проверил письменный стол. Там не было ничего, кроме каких-то записей о перемещении, заметок с парными именами, датами, временем и прочими цифрами. Наверно, важное.

Я заставил один из листков слететь со стола. Ага, все в порядке, форму я еще не потерял. Сев на стул, я принялся подкидывать листок в воздух, наблюдая, как он падает, почти касаясь пола, а потом снова взмывает вверх.

– Маленький домик, русская печка, – принялся напевать я, осматривая старый дом. Там и правда была печка, которая поначалу мне даже в глаза не бросилась. Дикий край, честное слово! – Пол деревянный… – листок снова взмыл вверх, а когда опустился ниже, в арке показалась Ники.

– А-а-а! – заорала она.

– А-а-а-а! – вскрикнул я от неожиданности.

– Демоны! – проревела она, а ее голосу бы позавидовал сам Крамаров.

– Эй, стой, погоди! – я вскочил со стула, опрокинув его, и сунулся в арку, но тут же присел, уворачиваясь от прилетевшей в стену сковороды. Лучше бы она пряталась за иконами.

– Я тебе сейчас погожу… – о стенку ударилась тяжелая кружка, почти рядом с моей головой.

– Хватит! – рявкнул я, но слова не помогали.

Ника замахнулась – теперь в ее руках оказалась тарелка. Короткий «звяк», и она рассыпалась на осколки прямо между ее пальцами.

– Что?! – рыжая потянулась за второй, но та разлетелась еще до момента, как ее коснулись пальцами.

– Спокойствие, только спокойствие! – я вошел в кухню, а Ника сжалась между кухонным столом и шкафом. – Вообще-то я пришел помочь, а ты в меня посудой кидаешься.

Рыжая сползала по шкафу все ниже, дрожащей ладонью шлепая по столешнице, пока не нащупала нож.

– Положи на место, и мы с тобой поговорим, – повторил я просьбу, не желая больше ничего крушить в этом крохотном домике. – Если бы я хотел твоей смерти, ты бы уже давно разлетелась, как эта тарелка, – я кинул в ее сторону осколок керамики, застрявший на моей футболке.

Она выбросила вперед руку с ножом, но, к счастью, я это предугадал.

– Обожемой… – запричитала Ника, отбрасывая в сторону бесполезный кусок металла, согнутый пополам. – Поговорим, да, конечно!

Глава 41

Как-то она подозрительно быстро согласилась, и потому я не спешил помогать ей встать с пола. Сама поднимется. Девушка решила сразу оправдаться:

– Ты же не собираешься меня убивать, правда? Так зачем посуду портить, пригодится ведь.

– И все-таки ты ненормальная, – я покачал головой и отступил на шаг назад. – Иди в комнату.

Ника поднялась на ноги, отряхнулась и ушла в комнату, тут же заняв место за своим рабочим столом. Она держалась скромно и тихо, но все же оградила свою территорию.

– Нет, со мной как раз все в порядке, – огрызнулась она.

– А ты быстро пришла в себя. Припугнуть бы тебя еще разок в отместку за ресторан, – прищурился я, наблюдая за ответной реакцией, которая оказалась довольно слабой. – Ты что, совсем меня не боишься?

– Ты ведь не собираешься убивать? Ах, я это уже спрашивала и, по-моему, получила удовлетворительный ответ.

Я рассчитывал, что девушка испугается и будет молить о пощаде, но она реагировала совсем не так, как я того хотел. Поэтому решил, что еще одна демонстрация силы будет как нельзя кстати.

И с довольной улыбкой на лице разметал все ее бумаги, одновременно с этим заставив дрожать ящики. Стол завибрировал.

– Прекрати! Пожалуйста, хватит! Я все поняла! Честное слово! – Ника оперлась обеими руками на столешницу, пытаясь сдержать вибрации. – Я буду вести себя хорошо.

– Ладно, – с готовностью согласился я и прекратил издевательства над мебелью. – Мне с тобой нужно просто поговорить. Может быть, даже посотрудничать. Услуга за услугу, так сказать.

– Так ты не всемогущий, значит?

– Нет, – честно признался я.

– Хм, интересно. И чем же я могу тебе помочь?

– Давай я начну издалека, а ты подскажешь, где я не прав, если что. Поиграем немного, – на это Ника ничего не ответила, и я продолжил. – У тебя была какая-то сложная ситуация раньше. Из-за этого ты решила отыграться на мне.

Рыжая помолчала, а потом кивнула.

– Отлично, с этим все верно, – продолжил я. – Произошло не так давно, но ты сильно пострадала и до сих пор хочешь разобраться в этом и, вероятно, отомстить обидчикам.

– Я где-то случайно нарисовала пентаграмму кровью, и ты пришел мне помочь? – оживилась Вероника.

– Мне не нужна пентаграмма, чтобы делать мою работу. Так уж вышло, что она тесно связана с тобой в этот раз.

– Захватывающе. И ты много обо мне знаешь, хм… слишком много.

– Сама сказала, что я демон.

– Но я не знаю, кто ты на самом деле. Это просто… вырвалось, – она покраснела.

– Ага, а икона сама по себе прыгнула тебе в руки, – посмеялся я. – Давай обсудим наше сотрудничество, но я хочу знать ту историю, которая тебя так гнетет.

– Нетушки!

– Я могу сжечь твой дом дотла и все. Но не хочу.

– А я что, должна купиться на такой дешевый шантаж?

– Эх… – вздохнул я и подпалил на расстоянии несколько листков бумаги. – Когда же ты начнешь мне верить?

– А-а-а…!! – она начала бегать, пытаясь затоптать огонь. Я больше не поджигал никаких документов, но уже чувствовал себя последним засранцем. И мне это нравилось!

– Я могу сделать этот шантаж чуточку более дорогим, отправив в огонь еще что-нибудь, – нагло добавил я для вида приподняв руку, готовый щелкнуть пальцами. Должен же я выглядеть эффектно в своей новой демонической роли. – Давай, не ломайся. Просто поговори со мной и гарантирую, я тебе помогу так, что ты сама захочешь оказать мне услугу!

– Да что ты говоришь? – она вспыхнула, откинула с лица волосы и медленно опустилась на стул. – Едва ли.

– Но все же я готов поспорить.

– Хорошо! У меня есть одно желание, которое я бы очень хотела исполнить, и оно как раз касается той истории, что ты жаждешь слышать.

– Я весь внимание! – я закинул ногу на ногу и пожалел, что не пришел в костюме.

– Мне сейчас двадцать девять лет, – начала Ника.

– А по тебе не скажешь, – улыбнулся я, вложив в эту улыбку капельку похоти. – Максимум двадцать пять, – рыжая покраснела еще сильнее. – Продолжай-продолжай.

– Но раньше я работала в школе. Учительницей, – добавила она.

– Едва ли я могу представить тебя в роли технички, хотя попробовать можно разное, – многозначительно ответил я, рассчитывая смутить ее еще больше. Но девушка не поддалась:

– В школе и случилась та история – меня со скандалом выгнали и пришлось даже уехать из города. Вот и все.

– Ничего нового я не услышал, – заметил я. – Давай-ка подробнее. Говорю же – я хочу тебе помочь. А для этого мне нужно знать все. Как прошло. Кто виноват. И не надо отмахиваться, что ты давно простила всех.

– Что, точно рассказывать? – мрачно спросила Ника.

– Да, чтоб тебя! – я уже начинал жалеть, что согласился на эти переговоры. Лучше бы я попрактиковался на ней в оттачивании своих навыков, а потом Тони нашел бы душу, и мы быстро провернули все необходимое.

– Я бы…

– Ну нахуй, – я вскочил и направился к выходу. – Не нужна помощь – так и говори. Нечего титьки мять. Я тебе не твои полицейские подружайки, которыми ты можешь вертеть, как пожелаешь.

– Они мне не подружайки! – услышал я вслед, когда уже схватился за ручку двери. – Стой. Ладно. Ладно, хрен с тобой! Ты правда поможешь мне?

– Я уже несколько раз сказал, что помогу, – недовольно откликнулся я, все еще не отпуская дверную ручку. – Но давай без фокусов в этот раз.

– Мне просто очень сложно об этом говорить, – ее лицо скривилось, и она еле удержалась, чтобы не заплакать.

– И без слез.

– Ладно, Вельзевул.

– Я Рома.

– Неважно… – Ника шмыгнула носом. – В школе все было прекрасно для меня. Коллектив, работа, нормальные дети. Пока не наткнулась на одного…

– Выродка? – подсказал я.

– Именно. Он начал подкатывать. Сперва незаметно, а потом как-то вдруг оказалось, что он проводит со мной немало времени.

– Хотя бы шестнадцать ему было?

– Семнадцать, с возрастом проблем не было. Симпатичный и умный. То что-то уточнял, узнавал, потом со временем перешел с учебы на более личные темы. Как-то даже предложил встречаться, но я сперва отказала. А потом мы с ним начали переписываться. Он признался в том, что меня хочет, но и я тоже дура… сама сломала границы.

– И общение перетекло в очень интимные плоскости.

– Да, – кивнула рыжая, и на лице у нее проступила злоба, мигом задавив смущение – даже румянец с щек исчез. – Откровенное общение, обмен… фотографиями.

– Которые затем внезапно были опубликованы.

– ДА! – вскричала Ника. – Он предал меня либо изначально к этому стремился – унизить меня, сделать посмешищем.

– А по-моему, у тебя хорошая фигура для того, чтобы кто-то считал тебя посмешищем, – как бы между делом произнес я.

В кармане звякнула СМС-ка. Краем глаза я проверил – от Аллы. Тоже скучает в обилии розовощеких смайликов. Какая прелесть.

– Ну… я… спасибо, в общем-то, но сути это не меняет. Он меня унизил и разрушил мою прежнюю жизнь.

– Ты уверена, что больше никто не мог получить доступ к этим фотографиям? Например, его друзья?

– Не знаю, может быть. Я точно уверена, что больше никогда в жизни никому и ничего не показывала!

– Ты ведь поговорила с ним? – спросил я на полном серьезе. – Спросила, зачем он это сделал?

– Спросила, конечно. Отнекался, что это не он и ничего не знает.

– Но в любом случае в этой истории он – первое звено, так?

– Да-да, – быстро закивала Ника.

– Хорошо, тогда нам стоит его разговорить! Как зовут твоего ухажера?

– Леша, – она брезгливо поморщилась.

– Ну, не надо так. Вдруг он не виноват, а ты тут…

– Я его вообще в черный список внесла везде. Сменила фамилию, город проживания, вообще все! А если он виноват, что мы с ним сделаем??

– Нет, Ник. Что ТЫ с ним сделаешь? – уточнил я.

– Убила бы. Но зачем мне тогда ты?

– Следы скрывать, – я подмигнул в ответ на кровожадную улыбку человека, готового мстить за порушенную жизнь. – Или помучаем немножко.

Глава 42

При моих словах ее глаза загорелись нехорошим огнем:

– Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой. Душу продать надо будет?

– Нет, она мне не нужна.

– Даже не знаю, хорошо это или моя душа настолько… черная, что даже тебе нафиг не сдалась, – медленно проговорила Ника.

– У меня другие цели. Ничего криминального, опасного для жизни или членов твоей семьи.

Девушка снова зашмыгала носом, но сдержалась от эмоций.

– То есть, потом я смогу жить, как раньше?

– Да, конечно.

– Обманешь ведь, – она поморщилась.

– А у тебя большой опыт общения с такими, как я?

– Нет.

– Ну и все, не додумывай. Первенца забирать не стану, – добавил я, вспомнив классику мистических сериалов. – У тебя машина есть?

– Есть, – не слишком уверенно отозвалась девушка, внимательно посматривая на меня.

– Так чего ждем? Поехали искать!

– Зачем?

– Как зачем, ты же согласилась только что! – опешил я.

– Ты такой смешной, – Ника явно намеревалась продемонстрировать полный спектр эмоций за пару минут и теперь хихикала. – Его не нужно искать!

Теперь настала моя очередь задавать странные вопросы, но до того, как я открыл рот, рыжая девица убежала в комнату, раскрыла ноутбук и к моменту, когда я справился с оцепенением и подошел ближе, уже была готова показать большой текстовый документ.

– И что это такое?

– Досье на Лешу.

– Ты точно ненормальная, – сказал я, присмотревшись к объему документа, который содержал в себе больше двухсот страниц. – Там что, его психологическая характеристика?

– Его перемещения, выходы в сеть, звонки, – быстро ответила она. – Сегодня он, например, собирался с друзьями к морю, – девушка отлистала документ к концу и быстро забила в поисковик несколько телефонных номеров. – Это – отели в которых они могли бы остановиться. Что, не ожидал, да? – с довольным лицом закончила Ника.

– Угу, – глухо ответил я.

– У меня была специализация по системам безопасности.

– И какого черта ты забыла в школе?

– Бес попутал, – она отлистала документ обратно в начало.

С первой страницы на меня смотрел, нахально улыбаясь, молодой парнишка почти модельной внешности: загорелое лицо, высокий лоб, темно-зеленые глаза. Высокие очерченные скулы, выдающийся подбородок. Фотография была сделана не так давно.

– Досмотрел? – она похрустела колесиком мышки и на следующей страницы, где под тем же узнаваемым подбородком продемонстрировала мне его спортивное тело в белых трусах.

– Так вот как он тебя соблазнил. Неплох.

– Могу показать еще…

– Не надо! Объясни мне только: если у тебя есть его фотографии такого вида, почему ты сама не продемонстрировала переписку, где он тебе это присылает?

– Потому что… Потому что если просмотреть наши сообщения, то получается, что я сама начала, – выпалила Ника и густо покраснела.

– О как!

– Ну и еще у него папа депутат, мама судья… Связываться с такими я не захотела.

– Как нам всем везет на влиятельных злодеев! И что, у тебя просто опустились руки? Ладно, вижу, это так. Давай к делу. Где он остановился, с кем приехал? Ты все это должна знать.

– Сейчас! – она с живостью повернулась к монитору и начала яростно стучать по клавиатуре. – М-м-м, нет, не то… еще один смотрим, та-а-ак… ага, есть! Нашла! У них забронирован номер в «Марии». Фига себе! Верхний этаж, джакузи, двадцать пять тысяч за ночь.

– Ты сама сказала, что у него папа депутат, – хмыкнул я.

– С тобой рядом проблем вообще не должно быть! – воскликнула Ника. – Если только ты вдруг не оказался очень хорошим фокусником.

– О нет, – я наклонился к ней поближе, всматриваясь в большие глаза: – я очень… очень плохой фокусник.

– Не делай так больше. Дешево выглядит. Давай, твои предложения? Мы схватим его на пляже и утопим? Отравим в дорогом ресторане?

– Вообще по отравлению ты у нас мастер, – перебил я. – А разве ты бы не хотела с ним поговорить? Он ведь все-таки может оказаться лишь посредником и то невольным.

– А разве бы ты дал доступ к фотографиям своей девушки? Пусть даже это и друзья? – она сверкнула глазами.

– Нет, – сразу же ответил я. – По-моему это слишком неприлично. Если только девушка не планировала трахаться сразу со всей компанией. А насчет твоих идей – тоже все слишком туманно. Видишь ли, у меня не очень много времени, поэтому хочется сделать одним днем, чтобы не планировать процессы. Пляж – отпадает. Сейчас самый сезон, толпы людей и твой Леша явно привлечет внимание, стоит нам сделать что-то не так. Рискованно.

– М-м… не хочется признавать, но ты прав, – проворчала Ника. – А я уже настроилась на эффектное и тихое устранение прямо на пляже. Он закрывает глаза и все, его больше нет…

– Тебе повезло, что я не так маньяк, как ты. Вероятно, иначе мы бы с тобой сейчас уже не говорили.

– Ха! Но вторую идею ты, значит, не отбрасываешь?

– Отравить в ресторане? Незаметно? Кстати, а что было у меня?

– Вино. Ты отошел поговорить, а я тебе бросила четверть таблетки. Не такой уж ты и всемогущий! Но… да, тут ты тоже прав. Он не пойдет туда, куда ходили мы. Выберет что-нибудь подороже, а знакомых у меня там нет, – она вздохнула. – Давай свои варианты, умник.

– Почему самый простой вариант не хочешь рассмотреть? Мы заселяемся в тот же отель, берем номер рядом, не светим лицами до нужного момента. Проще вскрыть дверь в номер, чем ловить твоего засранца по всему городу. Ну, чего рот открыла? Давай, вперед, гугли! Номер сам себя не выберет!

– Но там дорого, – неуверенно произнесла рыжая.

– Все расходы на мне.

– Как-то это… а, фиг с ним! Вот, как раз, напротив их номера есть еще один двухкомнатный.

– На два дня. Нам хватит, – в итоге я забил данные и через минуту нам уже подтвердили бронь на мою фамилию. – Теперь поговорим о твоей части сделки.

– Только что предложить хотела, но… вдруг обманешь?

– Я отдал полтинник не просто так, – сурово ответил я, но и в этот раз рыжую мне испугать не удалось. Она лишь вздохнула:

– Сложно верить людям.

– Так я же не человек, – трудно было удержаться от это фразы. – Так уж вышло, что я в курсе твоей деятельности по очистке Сети от всяких извращенцев и мне нужно, чтобы кое-кого ты из этого списка убрала.

Глава 43

Вероятно, в будущем мне придется иметь дело с еще большими психами, но Ника пока что переплюнула даже Аллу с ее минетом в ресторане. Я в ее глазах демон, но она меня ничуть не боится. Чего-то нормального она смущается, но при этом абсолютно серьезно предлагает отравить человека в ресторане или избавиться от него на пляже!

С нашими ребятами из «Похоть Inc» проблем не возникло. Ника отнеслась даже с каким-то пониманием, мол, всякое бывает, да и не такие уж они настырные были. Поэтому быстро стерла досье. Слишком быстро.

– Копии ведь остались. В облаке, – напомнил я. – Удали и оттуда пожалуйста. Через «шифт», если несложно.

– Вот ведь… знаток, – добавила она, закончив с удалением.

– А ты надеялась меня обмануть?

– У меня еще могут быть флешки с копиями, жесткие диски в секретных местах, удаленные сервера, которые и близко не могут называться облачными хранилищами – я тебя могу обмануть очень легко. Но не буду, потому что ты затронул самое мое… – она похлопала себя по груди.

– Вот и хорошо, – я впервые дотронулся до Ники, положив руку ей на плечо и несильно сжал. – Значит, я могу считать, что свою часть сделки ты выполнила?

– Да, – она обернулась, и я попытался увидеть, лжет она или нет. Вроде бы не врала.

– Тогда собирайся, маскируйся, наводи марафет – что там тебе еще требуется. И заезжаем в «Марию», – расписал я наши планы на ближайшие часы. – Можно даже без вещей.

Сборы заняли чуть меньше часа. Пока Ника занималась собой, я бродил по дому со скучающим видом:

– А разве у тебя нет других дел? – спросила она, глянув на меня поверх небольшого зеркальца.

– Сейчас ты – мое единственное дело.

– А-а-а, – многозначительно протянула она и захлопала ресницами. – Для девушки такое приятно слышать. Расточаешь комплименты явно не просто так.

– Нам предстоит изобразить влюбленную парочку, которая прикатила на отдых на пару дней, так что я вживаюсь в роль.

– Оу, – девушка замерла, – это только у тебя такой подход или вы все хорошо к людям относитесь?

– Клиентоориентированный подход. Современность, все дела.

Ника прыснула со смеху, потом закончила с внешностью, оделась и мы пешком добрались до «Марии». Узкое здание возвышалось башней над всеми соседствующими отелями.

– Интересно выглядит, – оценил я. – Богато.

– Говорят, клуб «Дельфин» вообще шедевр, а это – богадельня в сравнении с ним, – тут же ответила Ника, приспустив темные очки.

– Даже так?

– Ни разу там не был?

– Нет, ни разу. Может побываю, когда-нибудь. Но только если это место – скопище греха и порока, – я продолжал отыгрывать свою роль, может, не слишком умело и иногда усердствуя очень сильно, но мне казалось, что все идеально.

– Пф-ф, святоша.

– Вообще-то я бы присоединился, – фыркнул я.

– А, ну тогда другое дело, – она вошла в дверь, которую я заботливо приоткрыл, – спасибо, святошка.

И, посмеиваясь, Ника вошла в гостиницу, а я нырнул в проход следом за ней, догнал и положил ей руку на талию:

– Мы же пара, – пояснил я, когда ощутил, как ее пальцы усердно пытаются скинуть мою ладонь. – Здравствуйте, у нас номер на двоих на верхнем этаже.

– Как вы быстро! – тут же понял, о чем речь, парень на ресепшен. Он на автомате поправил бейджик с именем «Костя» – Прошу, распишитесь и проходите.

Я быстро оставил невнятную закорючку на документах.

– А вы нас не проводите? – вдруг задержалась Ника.

– Э… м… я не могу оставить, моего сменщика сейчас нет…

– Всего пара минут, пожалуйста, – почти умоляюще попросила девушка, после чего не сдаться было просто невозможно.

– Хорошо! – кивнул парень из-за стойки, убирая документы. – Идемте.

Он провел нас к единственному лифту.

– У нас будут соседи? – кабина еще не спустилась, а Ника уже тараторила вовсю. – Понимаете, мы хотели бы тишины, а я по опыту знаю, какими люди бывают громкими!

– На верхних этажах дополнительная изоляция стен, – отчаянно краснея, проговорил Костя. Я тоже понимал, насколько многозначительно звучат ее слова. – Кроме того, есть уплотнение в дверных проемах, поэтому ни вы ничего не услышите, ни… кхм, вас тоже не услышат.

Спустился лифт, и мы с трудом забрались в него втроем. Я стоял напротив Ники. Она подмигнула и продолжила издеваться над Костей:

– Так что насчет соседей? Я верю, что ваша изоляция хороша, но все же?

– Рядом с вами такой же двухкомнатный номер. Их всего два на этаже, поэтому вам никто не помешает.

– Что же, там никто не живет? Слава богу!

– Нет-нет, у вас будут соседи, – ответил Костя, выходя из лифта. – Вот, кстати – их дверь первая налево, а ваша – чуть подальше, на другой стороне. У вас даже нет смежных стен, поэтому вам никто не помешает, уверяю вас. Даже если они хлопнут дверью – вы этого не услышите.

– Вы меня успокоили, – Ника обвила мою шею и положила голову на плечо. – Спасибо, Константин, – она выхватила ключи от комнаты из его рук и помахала на прощанье.

Я представил, как тот краснеет до свекольного цвета, скрываясь за дверьми лифта, и ухмыльнулся. Интересная же мне подобралась компания.

– А ты молодец, – я не удержался от одобрительного комментария. – Понимаешь, что к чему. Людьми манипулируешь.

– Научилась за годы отшельничества и общения с людьми исключительно через Интернет, – ответила Ника, отпирая номер. – Неплохо, я бы тоже хотела так жить!

Просторный номер с высокими потолками был идеально чистым. Светлые стены подчеркивали формат мебели и все вокруг намекало на псевдодороговизну. Зато большая кровать и вид на море открывался даже лучше, чем в гостинице Камиллы.

Ника неспешно подошла к окну, скупо выражая эмоции, а потом села на кровать, закинув ногу на ногу.

– Ну, и чем займемся, чтобы убить время?

Глава 44

– Будем сидеть и ждать, возможно до ночи, – сказал я.

– Просто сидеть и ждать? Скучно это, ты не находишь? – она призывно глянула на меня, и я отвернулся. – Что это с тобой, а? Если есть возможность, то ей надо пользоваться, ты не находишь? К тому же мы играем влюбленных, а это… Эй, ты что, меня не слушаешь?

– Слушаю, – отозвался я, рассматривая бухту через большое окно. – Слушаю, но…

– Дела превыше всего! Конечно! – вспылила Ника, но быстро успокоилась. – Ладно, ты же это делаешь для меня. Извини. Только не поджигай здесь больше ничего, боюсь, мне не расплатиться.

Я обернулся:

– Нервничаешь?

– Угу. Я думала… знаешь, каждый раз, когда вносила новую запись о нем, я думала, что вот, скоро наступит момент, когда я окажусь рядом с ним и смогу сделать что-нибудь. Отомстить. Но постоянно не решалась на это. Ведь он приезжает сюда уже не в первый раз. Да и я иногда проезжала по его району, возвращаясь в тот проклятый город…

– В этот раз все получится, главное, не наседать на него, а просто поговорить поначалу. Думаю, нам ни к чему лишняя жестокость.

– Тебе никто не говорил, что ты один из последних людей, которые сохранили в нормальность в нашем неадекватном мире? – Ника встала с кровати и тоже подошла к окну.

Вокруг нас – полнейшая тишина. Костя не соврал, сказав, что ничего не будет слышно. Море бесшумно накатывало волнами на берег.

– Все мы по-своему неадекватны, тебе не кажется? – спросил я, ощущая непонятную грусть от философских тем, словно ты вынужден признаваться сам себе в том, что ты и так давно знаешь, но не можешь признать это.

– Не кажется. Просто люди не могут понять, что тобой движет. А ты понял, – она придвинулась немного ближе. – Знаешь, это очень важно. От меня отмахнулись все, кто меня знал. Просто перестали разговаривать, не брали трубки. Родственники, подруги и друзья. Меня очернили, и они побоялись испачкаться, вместо того чтобы попытаться отмыть. Сволочи!

– Тогда действительно не стоит спускать на тормозах, – моя рука непроизвольно приобняла Нику. На этот раз девушка не сопротивлялась вообще. – Иначе это будет глодать тебя до самого конца.

– А если придется…

– Тогда сделаем, – ответил я. – Своих обещаний я не нарушаю.

– Прости, что назвала твои фокусы дешевыми, – рыжая голова легла мне на плечо. – Если ты и правда демон, то слишком хороший, чтобы так тебя называть. Хотя рогов у тебя нет, а вот хвост… – ее пальцы тут же впились в мой зад. – Тоже нет, хм!

– Я ведь тоже могу кое-что проверить, ты поаккуратнее.

– Так проверь, хватит быть паинькой!

Чужая настойчивость меня до сих пор обескураживала, но в этот раз замешательство длилось не больше секунды. Ника была в ярко-синем платье. Не оставалось никакого смысла скрывать мои поползновения – я ухватился за подол и потянул его вверх. Девушка покорно подняла руки, и одежда соскользнула с нее, оставив лишь белое нижнее белье.

Скрытое до этого момента тело оказалось стройным, с небольшой грудью и округлой и приятной на вид попкой. Бархатистую кожу я тут же проверил на ощупь, заставив рыжую красотку прижаться ко мне. Она только выдохнула, потянулась вверх, чтобы достать до моих губ и, наклонив голову, поцеловала.

А затем прикусила, чувствительно, но не больно, и принялась расстегивать ремень на брюках. Тони что-то там говорил про безопасность, но едва ли бывшая учительница может оказаться рассадником какой-нибудь заразы.

Я засунул пальцы под резинку ее тонких трусиков и, как только они опустились ниже бугорка ее попы, тут же упали на пол. Она в это время боролась с застежкой на моих брюках.

От Ники исходил жар. Не тепло, а именно волны жара. Ее тело было настолько теплым, что я даже подумал – а не мои ли это руки настолько холодные? Но рыжая красотка не подавала виду, что мерзнет и наконец-то спустила с меня брюки.

И сразу же потянула в кровать, но у меня была идея получше. Я обхватил ее покрепче, развернул и прижал спиной к стеклу. Вероятно, это было все же холодно, потому что она вскрикнула.

Но я уже подхватил ее за бедро и приподнял ногу, одновременно пальцами прощупывая степень готовности Ники. Девушка не отставала, и пока ее поцелуи оставляли влажный след на моей шее, ладонь полировала уже напряженный член.

Седьмой этаж с видом на море – фантастическая романтика, если выкинуть тот факт, что я сейчас собирался трахать девушку, которая пыталась отравить меня прошлой ночью. И то, что я уже как бы не совсем человек. И что в течение суток нам надо разыскать одну малолетнюю мразь. А в остальном – да, романтика.

Еще она все делала молча. Почти без стонов, вздохов – только шумно дышала и не более того. И, похоже, предпочитала не поддаваться, а рулить процессом самостоятельно. Стоило мне надавить чуть сильнее, как мой лобок тут же уперся в ее руку – она не пускала дальше.

Мне пришлось силой заставить ее убрать ладонь, прижав запястье к окну, и только после этого член раздвинул горячие влажные губки, заставив Нику наконец-то вздохнуть.

Она ухватилась за оконную ручку, пытаясь удержаться на одном месте, а потом начала входить в тот же ритм. Я помогал правой рукой, на которую рыжая опиралась бедром. Но вскоре поза показалась мне неудобной, и я вернулся к стандартному варианту: заставил ее развернуться:

– Подумал, что ты захочешь тоже полюбоваться видами, – сказал я прежде, чем снова вошел в нее.

Подоконник идеально подходил по высоте, а седьмой этаж закрывал нас от посторонних. Абсолютная расслабленность и спокойствие делали весь процесс еще приятнее.

На самом деле, мне было все равно на виды из окна, когда прямо у меня под носом ритмично двигалась упругая и сочная попка. Эластичные губки обхватывали член, когда Ника двигалась вперед, и это придавало какое-то невероятное возбуждение.

Она и здесь предпочитала действовать самостоятельно – обуздать ее мне удалось лишь положив руки на плечи и заставив двигаться исключительно в том темпе, который удобен мне.

Никакой мести за таблетку в вине – просто мне действительно было удобнее двигаться чуточку иначе, чем рыжей.

Вырвавшись из сладкого плена ее дырочки за долю секунды до финала, я небрежно перепачкал ее бархатистую попку спермой. И едва я убрал руки с ее тела, как Ника сразу же опустилась на пол, словно стекла вниз из объятий.

Тяжело дыша, она выставила вперед руку, сигнализируя, чтобы я ничего не говорил и не подходил ближе, а потом, посидев с полминуты, отчиталась:

– Я в душ.

И только после всех процедур, когда я уже оделся, а она нехотя натянула трусики, прозвучало что-то знакомое и совершенно не подходящее для нашей шпионской ситуации:

– Спущусь вниз, принесу нам чего-нибудь попить.

Ника оделась, распахнула дверь и скрылась за ней, но тут же вернулась назад, изо всех сил размахивая руками:

– Он здесь! – одними губами проговорила рыжая, отчаянно жестикулируя.

Глава 45

Я спохватился и бросился к двери, но сперва услышал голоса:

– Какой отсюда вид! – восхищалась девушка

– Я покажу тебе вид получше, малышка! – голос парня резко прервался, а потом я услышал звук шлепка и хихиканье.

– Вот извращенец! – воскликнула Ника и тут же прикрыла рот ладонью.

– Кто это сказал, а? – в коридоре послышались шаги в сторону нашей приоткрытой двери. – Кто назвал меня… – закрывать дверь было глупо, поэтому я не позволил Нике ее захлопнуть прямо перед носом Леши. – Ты???

Бывший школьник смотрел прямо на Нику. Сейчас он, конечно, был ровесником моего нового тела, но по его взгляду было понятно, что не столько удивлен увиденным, сколько в ярости от неожиданной встречи.

– Есть разговор, – заявил я, чтобы прервать затянувшееся молчание.

– Леша! Все в порядке? – парня окрикнула его подруга и тот дал деру.

– Я ей займусь! – Ника первая выскочила из номера. – А ты хватай гада!

Короткий коридор упирался в лифт, который обвивала лестница – справа начинались ступени, а слева расположились перила. Леша уже жал на кнопку – лифтом еще никто не воспользовался, и дверцы уже начали раскрываться.

– Хер тебе, – пробормотал я: подвижные пластины вернулись на свое место. Хрустнул механизм, что-то жалобно пискнуло в самом лифте и между дверцами осталась лишь щель толщиной с палец.

Пока я баловался с техникой, Ника впихнула девицу в номер и влетела за ней следом. Леша метнулся вниз по лестнице, а мне оставалось только сигануть через перила.

– Сказали же тебе – есть разговор! – рявкнул я ему в лицо, и парень, перепуганный, тут же бросился наверх. – А ну стой!

Проще всего оказалось рассечь его ремень – хорошая кожа легко подалась и я, криво ухмыляясь, подошел к растянувшемуся на полу седьмого этажа Леше в треснувших брюках:

– Добегался, – и, схватив его за шкирку, поволок прямо по полу в направлении его же номера.

Все могло быть куда проще, если бы в их двух комнатах больше никого не было. Но я застал внутри целую разборку.

Подружка Леши на моих глазах убегала в изолированное помещение, а рыжая уворачивалась от наседавшего со стороны окна коротышки.

– Тебе не говорили, что бить девушек – нехорошо? – спросил я, одновременно с этим выпуская из рук Лешин воротник. Тот звучно ударился челюстью о пол, а коротышка раскрыл рот и пропустил удар от Ники.

– Так, хватит, – я припомнил, как меня прижимали к стене, и низкорослый парнишка, взмыв в воздух, пробил спиной гипсокартонную стенку между комнатами, приземлившись прямо на кровать. – А тебе это – лишний урок, что меня злить не стоит, – добавил я, обращаясь к Леше.

Ника тем временем скрылась в другой комнате. Звуки борьбы и короткие ахи, которые явно принадлежали не ей. Вернулась она уже с телефоном в руке.

– На помощь! – тут же заголосила девушка.

– Вот же упрямая стерва! – Рыжая опять ушла, но на этот раз я услышал лишь один удар и все стихло. – Теперь никто не помешает, – добавила она, потирая правую ладонь.

Лешу я усадил на диван и встал напротив. Тот боязливо переводил взгляд с меня на Нику и обратно и потирал разбитый от падений подбородок.

– Что вам от меня нужно? – испуганно спросил он. – Кто он вообще такой? – и дрожащий палец уставился на меня.

– Так меня ты узнал, скотина, – грозно произнесла Ника, скорее утвердительно, чем задавая очевидные вопросы.

– У-узнал.

– Так, по-моему, все очевидно, – заявила она, обернувшись ко мне. – Он только что все признал.

– Что признал?

– Что ты виновен. Ты меня узнал и бросился бежать.

– Я испугался его! – дрожащий палец так и не опустился.

– Если ты не уберешь свою дрожалку, я тебе ее сломаю! – рявкнул я. Рука мгновенно упала на колено. – Я не жестокий человек, но мне уже не нравится, как ты себя ведешь! А сейчас, когда ты превращаешься в хорошего мальчика, скажи мне, почему ты решил убежать?

– А… – с каким-то облегчением протянул Леша. – Убежать… ну, я же испугался.

– Было из-за чего?

– Ну-у-у…

– Быстрее не можешь соображать? – я вдарил по столику кулаком, и икеевский картон тут же посыпался. – Сука, ничего прочного сделать не могут. Говори давай!

Чувство превосходства над провинившимся приносило даже еще больше удовольствия, чем я мог себе представить. Я едва сдерживал усмешку, пока наблюдал за бегающими глазками, дрожащими губами и руками, которые до сих пор не находили себе места.

– А чего говорить-то? Испугался… и все.

– Маленький лживый ублюдок! – Ника так рванула на парня, что я едва удержал ее на месте. – Ты слил видео?

– Видео? А!

– Сразу вспомнил! – она продолжала наседать. – Да как ты мог!

– Это же была всего лишь шутка! – воскликнул Леша. – А я сперва подумал, что это вы из-за нее, – он ткнул пальцем через плечо. – У нее такой грозный папаша.

– Чем грознее, тем бесполезнее его дети, да, депутатский сынок? – выразительно спросил я.

– Да нет же, я не это имел в виду, – залепетал он, и Ника вновь его перебила:

– Твоя шутка стоила мне слишком дорого, крысеныш! Отца удар хватил, а мать со мной до сих пор не разговаривает! Мне пришлось уехать и все бросить, потому что я не могла и слова сказать против!

– Я… я… Если я извинюсь…

– Не поможет! – Ника перегнулась через стол и отвесила бывшему ученику смачную пощечину. – Твои слова не вернут моей прежней жизни!

– Но я даже могу раскаяться! Принести извинения, – повторился он.

– Даже деньги тебе не помогут.

– Дам миллион! – воскликнул Леша.

– У тебя столько нет, – презрительно проговорила Ника.

– У отца есть! Два! – он начал торговаться.

– Мы еще даже не сказали, что намерены его прикончить, а он уже предлагает деньги, – усмехнулся я, нагоняя на парня еще больше жути. – А если так посмотреть, то всего два миллиона за жизнь… дешевка!

– Пять! – выпалил он, едва не плача.

– Мне его даже жалко становится, а тебе? – спросил я.

– Ничуть! – отрезала рыжая. – Удавила бы на месте.

Из комнаты раздался стон. Ника ушла и отвесила невольной свидетельнице еще одну оглушающую оплеуху.

– Пусть ее грозный отец сам разбирается, почему она здесь оказалась в таком виде! – стращала она Лешу.

– Больше мне нечего дать, прошу, пощадите!

– Может, хозяйство ему отрежем? – предложила Ника и подмигнула мне.

– Я ж не настолько изверг… Давай пару пальцев для начала, а то что-то мне его искренность не нравится совсем.

– А-а-а-а! – орал парень, как будто его уже начали резать.

– Пять давай, – продолжила рыжая. – Три с одной и два с другой. А если не сработает, затолкаем их ему в одно место… Зачем тебе вообще в голову пришло так пошутить, если ты меня «любил»??

– Меня попросили! – взвыл Леша.

– Да-а-а?? И кто же? Друг? Папка?

– Он врет, – сказал я, обошел парня за спиной и схватил его за палец. – Первый пошел…

– Ладно-ладно-ладно, никто меня не просил. Никто! Ясно? Только не режьте, прошу!

– Может, я лучше тебя лишу двух пальцев? – я наклонился к самому его уху. – Если ты ей скажешь правду, что сделал все сам, да еще и нарочно, она тебя забьет до смерти.

– Нет-нет-нет, не буду убивать, честно, – Ника подняла раскрытые ладони, демонстрируя миролюбивые намерения. – Но правду я с удовольствием выслушаю. Хочется знать, ради чего же я так страдала. Давай, Лешечка, – она взяла его за подбородок и заставила смотреть ей в глаза, хотя я видел, как старательно парень крутит головой, чтобы избежать этого.

– Меня никто не просил, – медленно начал он говорить дрожащим голосом. – Просто парни взяли меня на слабо. Что я не смогу к тебе подкатить.

– Так, подкатил ты ко мне знатно, что тут скажешь! Значит, ты им рассказывал обо всем? – она грубо схватила его за ухо. Я впечатлился тем, что его промежность до сих пор оставалась целой.

– Да-а-а! Обо всем!

– А теперь поговорим о самом важном: зачем ты слил видео?

– Мне нужно было с тобой порвать!

– Зачем???

– Потому что я не хотел больше…

– Не хотел… – Ника от неожиданности отступила на шаг назад и выглядела теперь больше не сердитой, а растерянной. – Получается, что и вовсе не хотел??

В дверь постучали:

– Уборка!

– Прогони ее, живо! – прошипела рыжая на ухо Леше. – Иначе я быстро передумаю!

– С-спасибо, не нужно! – парень крикнул довольно громко, так что уборщица точно это слышала.

Прошла целая вечность, прежде чем я услышал, как она проскребла чем-то по полу и пошла прочь. Затем я отпустил пальцы несчастного и взглянул на Нику:

– Скажи. Мне важно знать, – она не отводила глаз от Леши.

Тот в поисках поддержки даже посмотрел на меня. Я расхохотался:

– Тебя он боится больше, чем меня!

– Заткнись! – бросила мне рыжая. – Так ты меня развел просто-напросто?

– Да, – ответил Леша, нарушив зловещую тишину.

– Так я и думала, – Ника обогнула диван, направилась к разломанной перегородке и выдернула оттуда деревянный брусок-пятидесятку длиной чуть больше локтя. – Уйди, – отпхинула она меня и саданула парня этим бруском вдоль спины. – Мелкий. Ублюдок!

Картонный столик отлетел в сторону, и девушка продолжила охаживать депутатского сынка бруском со всех сторон. Когда что-то щелкнуло, я сперва подумал, что она просто переломила ему хребет.

Но отброшенные в сторону обломки бруска убедили меня в обратном. Ника выпрямилась, а я успел насчитать не меньше сорока ударов. Что-то она ему точно сломала, помимо гордости, разумеется.

– Он еще жив, не бойся. Не стану я его убивать. Но душу отвела, – она похлопала меня по груди и выдохнула. – Ты пообещал убрать следы?

– И уберу, – я сжал ее пальцы. – Ты молодец, труп на твоей совести…

– От кого бы только про совесть еще слушать! – воскликнула девушка.

Я подобрал обломки бруска и подумал, могли ли мы еще оставить какие-нибудь следы. Решив, что с остальным проблем точно нет, бросил обломки бруска в керамическую раковину и подпалил их. Сжигать отель «Мария» в мои планы не входило вовсе.

Сухие деревяшки заполыхали по всей длине, но, стоило мне выйти из ванной, как все вокруг знакомо поплыло.

– Та-ак, этого еще не хватало! – Ника подбежала ко мне.

– Да все нормально, я споткнулся просто, – удержав равновесие, я выпрямился. – Идем отсюда. Когда брусок сгорит, от нашего присутствия тут не останется и следа, – сказал я и замедлился.

Пробитая стена, сломанная мебель, забитый в кровь парень на полу. Еще один без сознания в другой комнате, девушка, которую поколотила Ника. Горящие деревяшки в раковине. Ни следа, и правда.

В коридоре никого не было, так что мы благополучно перешли в свой номер. Я отправился в ванну и умылся – меня еще мутило, но уже не шатало из стороны в сторону. И не подумал бы, что быть злодеем так трудозатратно.

– С тобой все в порядке, Ром? – спросила рыжая, которая, в отличие от меня, чувствовала себя просто превосходно.

– Да, нормально.

– Вот и хорошо, – девушка захотела пройти в ванную, но я не пустил ее:

– Ответь, ты бы правда могла его убить?

– Нет, конечно же! Разве что только пальцы ему отрезать! – и нырнула мне под руку, оставив в сомнениях насчет того, с кем я только что имел дело – с девушкой или с настоящей фурией.

Глава 46

– И как все прошло? – Тони пытался скрыть недовольство, но у него не получалось. Совсем. Кривые ужимки и гримасы только раздражали меня и его самого. Но тому был повод: найти душу так и не удалось.

– Как ни странно, – ответил я, а потом пояснил: – вроде бы все гладко.

– Вроде бы?

– Ну да, без свидетелей. Во всяком случае, не травмированных свидетелей. Все, что скажут остальные, можно списать на их ушибленные головы.

– Например? – насторожился Тони.

– Например, что кое-кем пробили стену. Но там такой ракурс был, что… – я заговорил быстрее, чтобы успеть оправдаться до того, как компаньон начнет злиться еще сильнее.

– Мне наплевать на ракурс. Данные по нашим стерты?

– При мне стерли все и отовсюду, – уверенно ответил я. – Еще до того, как мы решили ее собственную проблему.

На этих словах Тони заметно расслабился, глубоко вдохнул и даже потянулся:

– Ты уверен, что все хорошо?

– Я убежден в этом.

– Тогда, быть может, все не так плохо, – он перестал гримасничать. – А что с девушкой?

Я кратко пересказал все случившееся вплоть до самого конца. Не забыв сделать упор на том, что мы не вызвали никаких подозрений, когда выселялись из номера.

– Разумеется, из-за горящих деревяшек сработала сигнализация, всех эвакуировали. Нам было проще – мы без вещей. Только вот лифт нельзя было вызвать, так что все шли по лестнице. Ну и скорую потом вызвали. Всех троих, кто был в соседнем номере, увезли в больницу.

– Интересная история. Говоришь, и следов не осталось?

– Ника после всего этого подошла к Косте и толсто намекнула, что нам испортили отдых, поэтому хорошо бы оформить возврат – в общей сложности первый день был потерян, а насчет следующего все было более чем непонятно. Парень мялся, потом позвали администратора и тот оформил возврат. Из всех следов – кривая каляка в журнале заселения. Может быть даже и не моя.

– А камеры? – спросил Тони.

– Из-за пожара отрубило всю систему. Ника сказала, что запись последних нескольких часов из-за этого слетела.

– Хочешь сказать, она НАСТОЛЬКО классный специалист, что разбирается во всем этом?

– Еще как! – воскликнул я. – Мне кажется, даже лучше, что мы не стали добивать ее заменой души и подставой с очередным видео. Она хороша в своем деле и вообще с ней обошлись крайне нечестно. Добавлять от себя еще гадости в ее жизнь мне бы очень не хотелось.

– Поэтому, Рома, никто и никогда со своими жертвами не сходится. В отличие от тебя, любвеобильный ты наш.

– Ха-ха, – уныло посмеялся я. – Думаешь, мне легко было?

– Как знать. Скоро возвращаемся домой, но первое время постарайся в офисе не появляться. День, может два. Тебе же есть, куда податься. А я пока постараюсь разрулить ситуацию с потерянной душой – может быть, спасенные сотрудники корпорации и вообще вся корпорация стоят дороже. Оплаты, разумеется, может не быть.

– Да ладно, – отмахнулся я. – Не бедствую. Сгоняли на курорт, склеили девочек, чем не отдых за счет компании?

– Вот и хорошо.

На этом все наши разговоры закончились. Оставшиеся пару дней мы провели порознь. Общения с Никой я тоже избегал, хотя она дала свой номер телефона. Сближение с жертвой, как же!

Меня куда больше беспокоила Алла, которая после ответного сообщения не брала трубку и ничего не писала в ответ.

Поэтому Тони был на нервах, продумывая объяснения перед начальством, а я переживал из-за девушки. Точнее, из-за обеих девушек, потому что к рыжей продолжал чувствовать какое-то непреодолимое влечение.

Постепенно происходил слом прежней системы ценностей. Подруг может быть много. Законы не писаны никому – если есть достаточно сил, чтобы их преодолеть. Тогда я поделился этой мыслью с Тони, оторвав его от тоскливых размышлений за стаканом сока на берегу.

– Законы – удел слабых, – ответил он. – Как и демократия, коммунизм, и социализм, и прочие выдумки общества. Если ты не можешь что-то сделать сам – придумай, чтобы это сделали за тебя. Все пустое.

То был наш последний вечер на берегу Черного моря. И Тони умудрился озадачить меня, потому что я эту мысль не мог воспринимать так же, как и он – пока что не хватало опыта. Но где-то задним умом понимал, что здравое зерно в этом имеется.

Обратный рейс увозил нас уже из другого аэропорта. В чем суть такой маскировки Тони по-прежнему не объяснял. От кого мы скрывались – тоже. Все это выглядело еще более странным и необычным, чем расправа бывшей учительницы над своим бывшим учеником.

– Помни – пару дней в офисе не появляйся, – подсказал мне компаньон и тут же растворился в толпе.

У меня не было другого выбора, как ехать к себе на проспект Мира, чтобы узнать, почему Алла не отвечает – сообщение о том, что возвращаюсь в столицу тоже осталось непрочитанным.

Квартира оказалась пустой, но вещей в ней имелось достаточно для того, чтобы исключить мысли об уходе. Я побродил по пустым комнатам – явно не сбежала, тем более в холодильнике оказалось полно еды. Звонок по номеру ничего не дал – гудки и обрыв связи.

Так себе история – напряжение нарастало вплоть до самого вечера, когда Алла так и не появилась дома. В итоге покинул жилище и столкнулся в коридоре с соседями:

– Здесь девушка жила, въехали недавно, – не видели? – спросил я, но те лишь помотали головами:

– У консьержа спросите, может, она чего видела, – последовал совет.

Но подкат к старушке у мониторов результатов тоже не дал:

– Внучок завтра придет, посмотрит, я здесь только на кнопки жму и все, – бодрая и честная бабуля лишила меня последней надежды быстро разобраться в проблеме.

– Мне бы поскорее посмотреть.

– Нет, не могу. Вы же новые жильцы, да?

– Да-да-да, – затараторил я, надеясь на то, что у бабки внезапно окажется память, как у слона.

– Видела твою подругу позавчера утром. Статная такая, да, фигуристая?

– Она самая, – согласился я.

– Вот в последний раз и видела. А может она тебя бросила, а? Ох, прости старую, – она поправила очки. – Разве ж такого бросишь!

– Спасибо, – я махнул рукой и выскочил на улицу. Не хватало мне еще на бабку как-нибудь повлиять.

Ситуация начала проясняться, но проще от этого не стало. Алла ушла из дома и не вернулась. Не берет трубку. Говорить о похищении рано, но от ее бывшего стоит ожидать чего угодно. Вероятно, стоит обратиться за помощью к Тони и его программе, но он пока пытается разрулить историю с пропавшей душой.

Патовая ситуация и это совсем нехорошо для меня. Промедление может стоить очень дорого.

Еще можно обратиться к Нике, но поймет ли она наличие у меня другой подруги? Я вздохнул и решил, что лучше проработать ситуацию «в лоб», а потом, когда освободится Тони, подключить и его.

Глава 47

Моя жизнь становилась все более многогранной. Сперва шпионские истории, теперь детективные. И это было бы очень классно, если бы не касалось близких мне людей.

Звучит смешно, но раз моя новая жизнь длилась едва ли больше недели, то даже несколько дней, проведенных вместе – это уже близость. Поэтому свое я готовился защищать от любой беды.

И прежде всего направился в то место, где сталкивался с Аллой прежде – в ресторанчик рядом с Сити.

– Ой, простите, вам сюда нельзя. Очень сожалею, но… – официантик бросился мне навстречу едва ли не от самых дверей.

– Я не собираюсь внутрь, мне надо поговорить.

– Очень сожалею…

– Еще раз скажешь – сожалелку тебе твою в жопу запихаю, – я стоял в упор к парню, но пока что избегал контакта. – Девушку помнишь? Аллу?

– П-помню, – официантик был ниже меня на полголовы, а теперь еще и в землю вжался, так я на него напирал.

– Давно видел?

– С вами в последний раз.

– Каждый день работаешь?

– Н-нет…

– Так чего стоим? Быстро метнулся и узнал все! – прикрикнул я, а тот со всех ног умчался в ресторан. Может пора переставать быть грубым и жестоким, подумал я. Нет, не пора, решил я и ухмыльнулся, когда официантик выбежал наружу:

– Никто ее не видел. Только с вами в последний раз.

– А ты мне врешь? – спросил я уже не так грозно, как прежде.

– Нет-нет, не вру.

– Смотри у меня, – я вытащил из кармана мятую купюру и с силой сунул ему в ладонь. – За беспокойство. И твое молчание. Меня здесь не было.

– Угу-угу! – закивал тот, скосив глаза на тысячу, скомканную в руке. – Не было, не видел и не разговаривал.

– Молодец, – я поспешил в жилой комплекс, где до этого обитала девушка.

Маловероятно, что там я кого-нибудь найду, но ведь всякое бывает. По памяти я добрался до нужного этажа на лифте и постучал в дверь. Тишина. Еще раз, более настойчиво – на всякий случай.

– Ты кто такой? – спросил грубоватый мужской голос из-за двери.

– Тот же вопрос!

Дверь приоткрылась, образовав маленькую щелку:

– Чо надо?

– Девушку ищу.

– Так бы сразу и сказал. Ну, проходи.

Малость прифигев от происходящего, я шагнул в образовавшийся проем, внимательно осматривая квартиру. По крайней мере, я не ошибся адресом – все узнаваемо, все на своих местах. И точно так же, как и у меня.

Мужчина, что встречал в дверях, в квартире находился один. Но его амбалистая морда тонко намекала – помощник ему и не требуется. Поэтому я старался не поворачиваться к нему спиной.

Но тот пока что не выказывал никакой агрессии, а лишь мирно обошел меня и встал посередине комнаты, скрестив руки на груди. Внимательно осмотрел меня с головы до ног, а потом неопределенно хмыкнул.

– Что такое? – не удержался я.

– Вот думаю, ты или дурак, или просто слишком самоуверенный.

– Может быть, и то, и другое, – я принял ту же позу, что и он.

– Считаешь, что ты так остришь? Зря. Знаешь, какая у меня сейчас задача?

– Если бы я знал, то наверняка не пришел бы сюда.

– Отвадить одного малолетнего засранца от девушки Владимира.

– Тогда у меня…

– Стоп. Погоди, – миролюбиво произнес незнакомец. – Я бы хотел с тобой сперва поговорить, потому что ты, быть может, не знаешь, с кем ты имеешь дело.

– Ты о себе или о своем богатеньком начальнике? – язвительно спросил я.

– А, тогда ты понимаешь, с кем имеешь дело. И почему не отступишь?

– Почему, собственно, я должен отступать? Только потому, что у него есть деньги? Или ты? Или с десяток таких, как ты? – говорил я спокойно, без наездов, потому что не собирался провоцировать здоровяка раньше времени.

– Нет, хотя бы потому, что он может сделать твою жизнь очень и очень, м-м-м…

– Короткой? – подсказал я.

– Нет, убивать не в его стиле. А вот несколько десятков лет на инвалидной коляске, наоборот, очень удлиняют эту самую жизнь. Время тянется вечность.

– Так ты, значит, ждешь меня здесь… кстати, а сколько ты меня ждешь? – уточнил я.

– Второй день, – слабо улыбнулся амбал. – И уже порядочно устал от этого.

– Значит, я вовремя пришел, чтобы тебя избавить от ненужного ожидания. Где Алла?

– Постой-постой, не торопись. Верно ли я понимаю, что ты не собираешься от нее отказываться?

– Нет. Где она?

Здоровяк вздохнул, притворно мне сочувствуя:

– К сожалению, этого я не могу знать. Это знает лишь сам Карпов и его ближайшее окружение.

– А кто же тогда ты?

– Знаешь, я так… фрилансер. Наемник. Мне предложили денег, я согласился. Правда, в моем договоре есть и второй пункт.

– Сдельная оплата за объем высказанного? Ты слишком много болтаешь! – фыркнул я. – А толку – ноль.

– Нет, второй пункт включает в себя условие: донести суть сказанного физически, если ты не поймешь меня или не пожелаешь остановиться. Поэтому я бы предпочел еще раз уточнить у тебя: действительно ли ты желаешь продолжить?

– Ты похож на какого-то кривого босса из видеоигры. Обойти нельзя, а просто врезать тоже не получается. Сколько тебе заплатили?

– Не похож ты на человека, который мог бы заплатить больше, уж извини, – здоровяк развел руками. И ты не ответил на мой вопрос.

– Если я не отвечу, ты меня не поколотишь? – я приподнял бровь. – Слишком педантично, не находишь? Или боишься за свою совесть. А я вот не планировал сегодня никого бить. Но ты напрашиваешься, – стиснув кулаки, я услышал, как щелкнули костяшки в пальцах.

– Я лишь вежлив и последователен.

– Значит, мне не грозит нож в печень или обрез, который ты вытащишь из-под кровати?

– Вежливость и честность – вещи разные, но нет, я не люблю железки, – он широко улыбнулся, продемонстрировав крупные зубы. – Значит, я верно понял, что ты не собираешься отступать?

– Не-а, и не подумаю! – бодро откликнулся я, готовясь к бою.

Глава 48

В нормальных уличных драках все решает сила и скорость. Чем сильнее и быстрее ты двинешь противнику в морду, тем лучше все закончится для тебя. Но это в уличных драках, которые я считал нормальными еще со школьной скамьи.

Вызвать кого-нибудь, забить стрелку, устроить темную – все было нормально, если цель казалась стоящей. А стоящая цель как правило заключалась в донесении верной точки зрения до своего оппонента.

Так что нынешняя схватка ничем не отличалась от того, что я проводил раньше. За единственным исключением: противник может оказаться умелым профессиональным бойцом, хотя он умело скрывался за джинсами, простенькой белой футболкой и дешевыми кедами. Но и у меня имеется пара трюков.

Еще же можно было сбежать – но сбегать не в моих правилах, поэтому я даже не обернулся в сторону двери. По комплекции мы с тем амбалом едва ли заметно отличались, может, кило на пять в его пользу, но не больше. Я редко обращал внимание на такие глупости.

– Отважный малый, – высказался здоровяк. – Мне даже жаль тебя.

И он попытался по кругу обойти меня – площадь жилья позволяла даже вальсировать в гостиной, несмотря на диван и небольшой столик напротив. Подцепив ногой, детина подкинул его в мою сторону. Еще один картонный предмет мебели я легко поймал и швырнул в стену.

– Неплохо, – оценил он эту попытку.

– Меткий бросок, – ответил я. – Жаль, больше кинуть нечего.

Телевизор дюймов на восемьдесят, кожаный диван, на стене – картина. Здоровяк быстро обвел глазами комнату и хрустнул пальцами.

– Значит переходим к ближнему бою.

– Ну, спасибо за предупреждение, – я сделал издевательский полупоклон и начал подниматься, когда противник шагнул ко мне.

Все это получилось инстинктивно, а, может быть, я когда-то делал что-то подобное в одной из уличных драк, но уже забыл. Но в итоге я тоже двинулся вперед, только согнувшись обратно, обхватил амбала за пояс и перекинул через себя.

Тот покатился, сделал кувырок и встал на ноги даже быстрее, чем я успел развернуться.

– Ого! Ты только что развенчал миф о неповоротливых качках! – воскликнул я, откровенно забавляясь от происходящего. – Ты точно не хочешь передумать и взять мою сторону?

– Взять бы тебя за одно место, засранец, – тот слегка согнул колени, выставив вперед левую руку. – Давай, нападай.

– Сдался ты мне, – отмахнулся я. – Это ты меня переубедить пытаешься – вот и переубеждай дальше.

В этот раз без ответного комментария он бросился на меня. Я смог отвести от себя первый удар, направленный в лицо, но тут же пропустил второй, в ребра. Такое ощущение, что загудело все, от затылка до колен.

– Охохо… – тут я уже спополамился не по своей воле, даже не смог увернуться от тычка локтей все в те же многострадальные ребра – только теперь уже со стороны спины.

– Санта?

– Что?

Еще один взмах руки, но секундная передышка позволила мне отскочить назад, но я почти коснулся телевизора, а разбивать технику я не очень-то хотел.

– Забавный ты. Может, не буду ломать тебе челюсть, чтобы ты меня еще позабавил малость.

– Ты тоже ничего, – выдохнул я, а потом наполнил легкие воздухом лишь для того, чтобы оценить, насколько сильно меня двинули. Как оказалось, весьма и весьма прилично.

– Продолжим или ты все же передумал?

– Как ты сказал? Вежливость и честность – не одно и то же? Я ведь могу тебя обмануть.

– Если ты обманешь меня, тогда за тобой пошлют других людей, которые специализируются в совершенно других областях. Ты их не заметишь и не услышишь. И, если тебе повезет, то даже ничего не почувствуешь.

– Умеешь утешить. Может, я просто наваляю тебе, а пока там прочухают, что что-то пошло не так, доберусь еще до кого-нибудь. А может просто найду девушку. Вот уж чего-чего, а искать мне очень нравится.

– Приключения ты себе на одно место можешь только найти, – амбал вновь принялся кружить по комнате, заставляя меня покинуть довольно-таки уютный угол возле телевизора.

– Да я уже нашел. И пока, за исключением одной ма-а-аленькой детали, мне все нравится.

– Какой же?

– Тебя!

Теперь я атаковал первым. Попытался обмануть широким размахом и успеть ткнуть в солнечное сплетение левой, а если не успею – то ударить по голени, благо кроссовки не беговые, подошва жесткая. Удар получится чувствительным.

Обман не удался – правую блокировали, левую тоже, а вовремя отставленная нога заставила меня едва ли не опуститься на шпагат.

– Ты ставишь меня в очень неудобное положение! – воскликнул я, заметив, что здоровяку тоже нечем ответить.

– Взаимно, – буркнул тот.

– Есть одно «но», – в моих глазах в этот момент должен был блеснуть «нехороший огонек». По крайней мере, я его себе так представлял, а заодно уже видел испуг качка, который так и не рискнул отпустить мои запястья. – В отличие от тебя, мне нравится все происходящее.

Добавить бы еще зловещий хохот, но так я лишь потеряю концентрацию. А ситуация мне и правда нравится. Наемник не злодей, он скорее добряк, просто выполняет свою работу. С ним, оказывается, и поговорить можно.

Но то, что он может мне вломить хорошенько, меня не прельщало. Победа над ним маловероятна в честном бою. Но он же сам сказал свое мнение о честности.

– Чем это пахнет? – он широко раздувал ноздри, принюхиваясь к горелой резине.

– Это я жгу, – я растянул губы так широко, как мог, лишь бы шокировать оппонента.

– Жжешь? Что? Где? – опустив голову, он посмотрел на свои кеды, которые как раз вспыхнули после нескольких секунд плавления. – А-а! А-а-а! – он мгновенно отпустил меня, и попытался снять обувь, но тут же обжег ладони и попытался остудить их.

Первое, что ему удалось придумать – убежать в ванную. Я до последнего сосредотачивался на обуви, поддавая жару.

– Спасибо за компанию, но я пошел! – крикнул я напоследок.

По крайней мере, теперь я точно знал, что Аллу действительно похитили. Из ванной доносился шум воды, шипение сбиваемого огня, и рев пополам с трехэтажным матом.

Я еще раз нахально улыбнулся, но теперь уже сам для себя, представив себя настоящим «демоном», как меня называла Ника. Зеркала не было, так что я повернулся к телевизору – отличное четкое отражение на большом плоском экране.

Собрался было поправить растрепанные волосы, но обнаружил, что кончики пальцев ничего не чувствуют. Пятерня в волосах, но рука немеет.

– Вот же… – пронеслось в голове перед тем, как мой висок встретился с паркетом.

Глава 49

Голова кружилась, но сознания я не терял. Надо было поскорее убраться отсюда, пока здоровяк все еще занят своей обувью. Точнее, теперь – ее отсутствием. Вероятнее всего, кеды сгорели дотла, а вонючая и липкая горячая резина безвозвратно уничтожила ванную комнату.

На коленях, иногда заваливаясь набок, я добрался до двери, повис на ручке, с трудом заставив ее открыться, и пополз дальше по коридору, к лифту.

– Кого тут только не увидишь! – воскликнул кто-то. В ушах шумело и шорох шагов звучал слишком резко, даже с каким-то эхом.

Монотонный пол под ногами заставлял меня считать швы. Первый, второй, десятый, семнадцатый. Стоп, или шестнадцатый? Я повернул голову и все-таки упал набок.

Оказалось, что лифт остался позади. Пришлось возвращаться, но для этого надо попытаться встать, что в плавающем коридоре оказалось очень непросто.

Надо же, как он мне вдарил… Я все же встал на ноги. Меня тут же понесло вперед и лишь выставленные вперед ладони уберегли меня от сломанного носа. А еще эта боль в ребрах – вот от нее вообще нехорошо. Даже хуже, чем от головокружения.

Я проскреб пальцами по кнопкам, пытаясь всмотреться в цифры и символы. Наугад ткнул на нижнюю. Двери открылись. Да. Точно. Кто-то же только что разговаривал рядом, едва ли они поднимались по лестнице.

А вот опускающаяся вниз кабина чуточку улучшила мое состояние. Как-то я читал, что выше девятого этажа уже начинаются проблемы с давлением. Может, сейчас как раз тот же случай, а раз я опускаюсь вниз то…

Накатила тошнота и я прижал ладони ко рту, выкинув все дурацкие мысли из головы. Лифт почти без толчка остановился, и я побежал к выходу, не разбирая дороги – ориентир лишь на указатели, которые размытыми пятнами мелькали перед глазами.

Кнопка домофона, еще одна дверь, и я, уже давясь всем, чем только можно, склонился над урной возле входной группы. Немного полегчало, но слабость в ногах была предательской – того и гляди колени подломятся и рухну на асфальт.

Только вот здоровяк даже без обуви может начать меня преследовать. Я заставил себя отлипнуть от пропахшей табаком и какой-то кислятиной урны, вытер рот и двинул прочь отсюда.

К реке! Я усердно вытирал лицо. Постепенно становилось лучше, но бежать и даже идти ровно у меня все еще не получалось. Так что я ковылял, как мог, стараясь вслушиваться в шум за спиной, но не оборачиваться. Может, удастся затеряться в толпе.

Где-то на переходе засигналил автомобиль, но я даже не посмотрел в его сторону. Все еще шатало и срочно нужно было присесть. Теплоход на реке показался мне лучшим местом для этого.

– Отходим через пять минут! – прозвучало из громкоговорителя, когда я, старательно выпрямившись, приблизился к кассе.

– Один билет, пожалуйста, – стараясь не дышать под стекло, произнес я, а потом еще раз тщательно вытер лицо.

– Скоро отходим, – напомнила кассирша, вручая мне билет.

На теплоходе я занял столик возле хромированного поручня, тут же заказал минералки и салфеток, чтобы окончательно привести себя в порядок.

О выбранном месте я пожалел почти сразу же, как только из уютного салона наверх поднялась шумная компания подростков. Они буянили, гоготали и снимали все происходящее на камеру.

Мне оставалось лишь отвернуться в сторону берега, подперев голову. Когда принесли салфетки, я быстро вытерся – не так уж и перепачкался. К тому же постепенно приходил в норму.

Дважды одно и то же состояние за последние пару дней – не совпадение. И едва ли связано с тем, что Ника подсыпала мне в вино. Запасы Силы не бесконечны, похоже. И это еще одна тема, которую мне предстоит обсудить с Тони.

– Уахаха! Давай, снимай! – надрывались подростки. Персонал даже не пытался их урезонить, обходя стороной.

– Внимание, теплоход отправляется! Желаем вам приятного путешествия! – загудели моторы, корпус задрожал, а с причала убрали трапы.

Теперь можно было расслабиться. Но среди немногочисленных гуляющих по набережной вдруг мелькнула белая футболка – слишком большая по размеру, чтобы ошибиться. Амбал искал меня, причем изначально следовал в правильном направлении, как пес.

Я поспешно отвернулся в другую сторону, но там, как обезьяны, бесились подростки с камерами, изображая какой-то невнятный танец.

– Эй! – донеслось до меня. – На корабле!

Черт, все-таки увидел.

– А ну повернись!

– Кажется, это вас, – подростки переключили внимание на бугая у поручней.

– Чего тебе? – я нехотя повернулся. Корабль уже отошел от причала, а звук двигателей частично заглушал мои слова.

– Дело есть!

– Мы уже с тобой все порешали. Нет у меня с тобой никаких дел.

Ребятня пошушукалась между собой и громко расхохоталась. Пароход медленно набирал скорость, неспешно следуя по водной глади на небольшом расстоянии от набережной. Бугай следовал за нами с той же скоростью.

– А кто это такой? – спросили у меня.

– Лучше вам и не знать, – ответил я, а ребята продолжили снимать происходящее, потому что бугай ускорился и помчался вперед.

Я сидел спиной к носу теплохода. Мое спасение теперь оказалось ловушкой. Стоит только сойти на берег, и я снова окажусь рядом с этим детиной. Даже если он действительно желает поговорить – у меня такого желания нет вовсе.

– О, смотрите, смотрите! – наперебой закричали подростки, заставив меня обернуться.

Мы как раз подходили к пешеходному мосту, который возвышался над верхней палубой приблизительно на два-два с половиной метра, не больше. Качок шпарил по мосту, прикидывая, где будет проплывать теплоход.

– Он же сейчас прыгнет! – взвизгнула девчонка. – Русик, ты снимаешь?

– Да-да-да-да, – паренек наводил камеру на мост, где незнакомец из квартиры Аллы уже перелезал через перила.

Мимо проходили люди, но никто не смел помешать человеку таких габаритов. Посчитали, что лучше дать ему прыгнуть, чем получить затрещину.

– Вот это да! Настоящий Человек-Паук!

– Фу, это же старье!

– Да ничо ты не понимаешь, – доносились до меня голоса подростков, пока я, сидя вполоборота наблюдал за бугаем. Сейчас я ничего не мог сделать – меня все еще не отпустило. Хорошо, что морской болезнью я тоже не страдаю – правда, подумал я об этом только сейчас.

Дождавшись подходящего момента, здоровяк сиганул вниз. Подростки рассредоточились по палубе, чтобы заснять все с разных ракурсов. Один из них попал под моего преследователя, точно под каток – парнишку просто вышибло за борт вместе с телефоном.

Здоровяк встал, схватился за перила и посмотрел в воду, где барахтался паренек, а потом обернулся на остальных, которые держали перед собой смартфоны, как щиты:

– Вы блогеры, что ли?

– А-ага… – заикаясь произнес один из оставшихся.

– Ну, одним больше, одним меньше – невелика потеря, – махнул на них рукой качок и подсел ко мне: – Исключительно поговорить! – предупредил он

Я заметил, что обуви нет, а руки покрыты красными пятнами от ожогов. Кое-где даже еще были прилипшие темные пятна резиновых подошв.

– Брысь отсюда! – он прогнал подростков и те шмыгнули вниз. Кроме нас наверху больше никого не осталось. – Думаю, нам стоит сойти на берег.

– Не думаю, – ответил я. – Чего тебе?

– Сказал же, поговорить. Ты буквально разрушил мою репутацию.

– Непобедимого бойца превратили в босоного пацана? – фыркнул я.

– Знаешь что, – он схватил бутылку минералки и уполовинил. – Про мою обувь мы потом с тобой отдельно поговорим. Я не могу вернуться и сказать, что задание не выполнено.

– Так соври что-нибудь. У тебя что, принципов полно? – нахмурился я. Состояние мое медленно, но верно, продолжало улучшаться. – Скажи, что я не пришел и не компостируй никому мозги. Или ты намерен мне навалять прямо здесь?

– Нет. Я же сказал, что я – только поговорить. Про честность помнишь?

– И про вежливость тоже, заколебал ты уже с этим! – психанул я. – Ты такой принципиальный весь из себя, потерял репутацию, врать не собираешься. Что дальше-то? Ты же не собираешься внезапно переметнуться? Тогда это будет значить, что ты просто дурак!

– Да не ори ты так, – успокоил меня незнакомец.

– Не ору, – я недовольно отвернулся и посмотрел в воду – парнишка уже скрылся из виду. Хорошо, если не под водой. Вероятно, кто-то уже пришел к нему на помощь. – Раз ты действительно поговорить, так представься хотя бы.

– Глеб.

– Понятно, почему так долго молчал, – ответил я. Здоровяк протянул руку через стол, но я все еще сомневался, стоит ли мне ее жать. И все же рискнул. Пальцы остались целыми. – А качался, чтобы не дразнили?

– Давай без шуток. Что у тебя за фокусы такие?

– М?

– Я про мои кеды.

– А, кеды. Китайские наверно? Мы так быстро двигались, что они сами по себе разогрелись. Хорошая тренировка была, правда?

– Хорош, а! Не делай из меня дурака!

– Я не делаю, так сложились обстоятельства. А кеды выбирай себе получше, чтобы не возгорались самопроизвольно. И да, я фокусник. Ненастоящий, разумеется.

Если это была попытка меня разговорить, то она провалилась. Но Глеб не подал вида, точно так и должно быть.

– Фокусник, значит.

– Новые кеды я тебе покупать не буду.

– Я не к этому, – отмахнулся здоровяк. – Ты умудрился увести у Владимира его девушку.

– А он смог заграбастать ее назад. Хотя не припоминаю, чтобы она рвалась обратно в его объятия. По ее словам, он – последняя сволочь.

– Тут ты прав, конечно, многие люди разбогатев слишком быстро, превращаются в собственников и сволочей, – выдал Глеб неожиданно умную мысль.

– Тогда на кой ляд ты на него работаешь?

– Деньги, – коротко ответил он. – Хорошая подработка. Двести штук за дать в рыло, как мне сказали «сопливому пацану».

– Подработка неплохая, но что-то у тебя не срослось, похоже, – я хитро улыбнулся. – Как же ты будешь выкручиваться?

– Просто откажусь, скорее всего. Возьму нейтралитет в вашем противостоянии. Мне это будет лучше всего, безопаснее.

– М-м-м, – протянул я, когда он продемонстрировал пятнистые от ожогов руки. – Пожалуй. А если ты откажешься, то твоя репутация…

– Не пострадает. Только никому не говори о нашей встрече.

– Хорошо. Только ты упоминал, что будут другие.

– Может будут, может нет. Владимир может и успокоится. Если ты прекратишь поиски.

– Не намерен даже, – набычился я. – Она – моя. И я уважаю ее выбор.

На этот раз посмеялся даже Глеб:

– Если ты доживешь до момента, когда тебе потребуется помощь, позвони, – он протянул визитку, которую только что вытащил из заднего кармана джинсов.

– Удобно приходить на стрелку с визиткой, правда? Накостылял и предлагай услуги по защите, – съязвил я, но карточку взял.

Пароход плавно замедлялся на подходе к следующему причалу. Глеб встал.

– Надеюсь, что я тебе не понадоблюсь, – он протянул руку на прощанье.

– Я тоже. Но помахались неплохо.

– Если бы ты не сжульничал…

– В любви и на войне все средства хороши. Иди уже, безбилетник!

Глава 50

Инцидент на корабле остался практически незамеченным. Наверняка персонал судна просто не придал значения словам подростков, а смотреть видео у них не было времени.

Поэтому я спокойно дождался конца путешествия, обдумывая нашу встречу с Глебом. Если человек заливает тебе про честность – жди беды: обманет, как пить дать.

Разве что сделает это с таким вывертом, что со стороны и обмана не увидишь. Но визитку я все же сохранил. Можно будет позже пробить номерок и посмотреть, с кем я вообще только что имел дело.

С момента моего прилета в столицу прошли уже сутки. Оставалось подождать еще немного и с новыми силами браться за поиски.

Внезапно меня кольнуло ощущение нездорового эгоизма. Ведь я сам оставил Аллу на несколько дней, к тому же при моей работе она регулярно будет оставаться одна. И это выглядело как-то неправильно.

С другой стороны, она сама все прекрасно понимала и, быть может, после всех моих объяснений, она примет верное решение. Так что продолжать поиски – единственный выход из сложившейся ситуации. Бросить Аллу в лапах богатенького садиста я не собирался.

В кармане брюк надрывался телефон. Номер незнакомый, но я рискнул взять. Едва ли личности, которая существует лишь неделю, кто-то пытается впарить кредит.

– Да?

– Роман? Будьте добры, зайдите в офис, седьмой этаж. Как можно скорее.

Незнакомый голос звучал вежливо, как у хорошей секретарши, но при этом настойчиво, не предполагая никаких дополнительных вариантов. С нехорошим предчувствием я отправился в «Похоть Inc.»

– Добро пожаловать в…

– Да-да, знаю, – пробурчал я, входя в лифт.

На седьмом этаже меня встретили: судя по виду, сотрудники внутренней безопасности. Без рук, вежливо предложили пройти с ними.

– Да что вы, – удивился я. – Ну, ведите.

Один шагал впереди, другой двигался сзади. Под таким конвоем меня провели в один из просторных кабинетов мимо строгой девушки в короткой юбке и блузке с очень эффектным вырезом. Она что-то уверенно печатала, и при этом смотрела за мной.

Я даже не посмотрел в ее сторону, но ощущал взгляд, пронизывающий и полный любопытства. Вероятно, не каждый день происходит подобное.

Сопровождавшие открыли дверь:

– Входите, – обратился ко мне один из них и щелкнул замком, когда я оказался внутри.

Несмотря на относительно небольшую высоту, окна были направлены на реку и из них открывался хороший вид. Панорама для меня перекрывалась полукруглым столом.

– Здравствуй, Рома, – обходительно, но без формальностей обратился человек в синем костюме, похожий на депутата. Он стоял возле окна и наблюдал за происходящим снаружи. Второй сидел спиной ко мне.

– Добрый день, – настороженно ответил я, радуясь тому, что ушло головокружение и ощущение тошноты, а остатки минералки с корабля я израсходовал на то, чтобы умыться. И потому выглядел вполне прилично. – Чем обязан?

– Надо кое-что обсудить.

– Я не против, в общем-то, но кто вы?

– Тони, так ты не рассказал своему стажеру про то, как устроена наша компания?

– Не успел, – мрачно отозвался Тони, так и продолжая сидеть ко мне спиной.

– Я – Франсуа. И ничего смешного в этом нет! – сердито воскликнул человек в синем костюме, когда я не удержался от явного смешка.

– Простите.

– Садитесь! – все так же сердито продолжил он. – Еще до Маркиза де Сада я восхищался французами и их особым вкусом!

Расположившись поближе, я смог хорошенько рассмотреть Франсуа – очередного «иностранца». Широкое лицо и глубоко посаженные глаза лишали его классической привлекательности в моем понимании. Мягкие черты лица руководителю любого уровня и вовсе не подходили. И все же я до сих пор не понимал, какого ранга человек стоит передо мной.

– Скажи ему, Тони, кто я такой.

Я еще не успел подумать, что какой-то напыщенный болван, как Тони ответил:

– Руководитель нашего департамента. Помнишь, я тебе говорил? Я, группа, отдел, департамент.

– А, структура, точно, – вспомнил я.

– И еще я надеюсь, что ты в курсе, зачем я тебя вызвал, – продолжил Франсуа.

– Премию выдать? Лично поблагодарить за резвый старт? Та история с двумя девушками – это было очень непросто…

Начальник выжидательно смотрел на меня, заставив прекратить словесный поток. И, когда я замолчал, ответил:

– Ни разу не верно. Скажи, как вы умудрились душу потерять? А ты не лезь к нему в голову, ясно?

Тони, будто сдаваясь, поднял руки.

– Ну, как… – замялся я. – Легко. Устройство маленькое, выскользнуло должно быть. А потом уборка, мусор, море – куда там все сбрасывают.

– Море? – прищурился начальник. – Какое море?

– Черное, – тут же ответил я, забыв, что ради чего-то мы там все же маскировались.

– И что вы там забыли? Мне казалось, что вы оба были здесь!

– Мы… занимались важным делом.

– Да? И каким же? Не припоминаю поручений для Тони.

– Не знаю я, кто там раздает поручения, но должны были устранить угрозу корпорации. Что и сделали.

– Пра-а-авда? – издевательски протянул Франсуа. – А душу похерили. И почему-то я про угрозы ничего не знаю.

– Ты и не должен был знать. А ребята из безопасников знают. Ты вообще должен был их уведомить о том, что решил нас допрашивать! – воскликнул Тони.

– Послушай, я могу пустить тебя в расход, несмотря на твои прежние дела и подвиги. То же могу сделать и с твоим стажером. Потому что за потерянную душу отвечать приходится мне!

– Крепите маячки, чтобы можно было искать эти чертовы коробки! – крикнул я. – Угроза действительно была, имелись данные на наших, всех по списку я нашел, информации больше не существует. Все, баста, про нас никто не знает!

– Не, я не отрицаю, что ты хорош, да и Тони – неплохой работник. Но, видишь ли, задания от меня вам не было. Значит, кто-то из вас нарушил правила, в результате чего потерялась душа. С меня спрашивают, а потому я спрашиваю с вас!

– Ты еще не получил никаких документов от безопасников? Разве нет? – устало спросил Тони. – Они бы тебе все прояснили.

– Ничего я не получал от твоих безопасников. Эти ублюдки только свой хлеб зря едят.

Франсуа сел за стол и сцепил пальцы, поглядывая то на меня, то на Тони, в ожидании продолжения беседы. Но я молчал.

– Нет, так продолжаться больше не может. Тони, ты – хороший работник, и мы оба понимаем, что даже за потерю души к тебе не применимы те меры, которые мы обычно используем за столь серьезный проступок. А твой стажер – и вовсе как ребенок. Такого даже наказывать нельзя. Поэтому у меня есть предложение… – он нажал на кнопку коммутатора, – пригласите.

– Так у тебя уже давно было все задумано, зачем весь этот фарс?? – разъярился Тони.

– Как зачем? Чтобы узнать, что ты проводишь какие-то свои операции, пытаешься на что-то повлиять. Я не могу допускать такой самостоятельности в моем департаменте! Так можно распустить людей настолько, что они будут убивать ради добычи новых душ! Не позволю! – он постучал ладонью по столу, убедив меня еще больше в том, что он – типичный бесполезный заседатель.

И пока он продолжал говорить, в голове у меня зазвучал голос Тони:

– Они не знают, что ты можешь. Не говори никому. Не отвечай мне.

Франсуа дернулся, как будто услышал случайный шепоток, но не понял, где. Он как раз болтал о глупостях вроде корпоративного духа и того, что мы своими действиями подаем плохой пример.

– Одним словом, – добавил он, когда в дверь постучали. – Я решил, что ты, Тони, не справился со своим стажером. Едва ли ты научишь его чему-то хорошему, поэтому я передаю его другому. Да-да, проходи. Как раз вот для тебя тут подготовил новичка, ты вроде бы просила помощника.

– Да, просила, – в поле зрения появилась Вика. – А, знакомое лицо. Привет, щеночек. Поиграем?

Content

Андрей Степанов
Похоть Inc.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50