Сара Орвиг

Сильнее желать невозможно

Глава 1

В среду первого августа Люк Уэстон в своем частном «Гольфстриме» направлялся в Рой-ал, штат Техас. За окном иллюминатора расстилался огромный массив мескитовых деревьев. Внезапно его взору предстало родное поместье «Дабл-У», с высоты птичьего полета напоминающее двойное U. Он там вырос, а теперь летел спасать ранчо.

Люк испытывал смешанные чувства по отношению к родовому гнезду. Это больше не его дом. После окончания Стэнфорда он шесть лет жил в Кремниевой долине, где основал собственную компанию в сфере новых технологий, и его это вполне устраивало. Тем не менее он не мог допустить, чтобы техасское ранчо было продано с аукциона из-за многочисленных долгов отца-алкоголика, который неоднократно перезакладывал имение. Хорошо, что он не похож на отца. С другой стороны, отец в его годы не пил. Да и дед стал пьющим также в зрелом возрасте, а потом его убили в пьяной драке, случившейся в баре. Словом, плохая наследственность.

Люк задумался о своих друзьях, особенно о покойном Уилле Сандерсе. Он не смог приехать на похороны, в тот момент находясь в Европе. Кстати, потом выяснилось, что Уилл жив. Интересно, кого похоронили вместо него?

Когда Люк еще только собирался вылететь в Техас, Уилл сообщил ему по телефону, что только их общий друг Ричард Лоуэлл знает правду. Правда, Ричард исчез, и никто не знал, куда он делся. А еще пропал Джейсон Филлипс, тоже общий друг. Только полиция и близкие Уилла располагали информацией и пытались разобраться, что произошло. Уилл признался Люку, что Рич пытался убить его на рыбалке – выбросил за борт и оставил тонуть, но он спасся и вернулся домой уже после похорон. Однако тело было кремировано, хотя и можно было попытаться идентифицировать ДНК по пеплу и костям.

Вдобавок к этому Уилл сообщил Люку, что со счетов общества скотоводов Ройала похищены все деньги, и в причастности к этому также подозревают Ричарда. Люк предложил найти вора с помощью новейшего программного обеспечения, разработанного его компанией «Уэст-Тех». Уилл заинтересовался, и они договорились обсудить все лично, как только Люк прилетит в Ройал.

Люк вновь задумался о том, с какой целью возвращается.

Во-первых, нужно спасти родовое поместье. Интересно, в каком оно сейчас состоянии, сколько там лошадей, работников. Отец и им задолжал жалованье?

Во-вторых, необходимо помочь Уиллу в поисках Рича Лоуэлла. Для этого уже нанят частный детектив.

И в-третьих, Люк чувствовал себя обязанным навестить отца в доме престарелых. Тот обитал там с тех пор, как у него обнаружили цирроз печени.

А еще всегда, думая о Техасе, он вспоминал Скарлетт Маккиттрик.

Встречи с ней определенно стоит избегать, хотя Люк и подозревал, что ничего не получится. Она – лучший ветеринар в Ройале, так что, скорее всего, ему понадобится ее профессиональная помощь.

Им овладели воспоминания. Обнаженная Скарлетт, поцелуи, объятия, ее чувственные отклики на его ласки. Дыхание Люка участилось. Он был для нее неподходящей партией, и она сильно разозлилась, когда он уехал, вместо того чтобы на ней жениться.

Люк попытался отвлечься от мыслей о Скарлетт. Не стоит забывать о первоочередной задаче. Спасение поместья. Он давно расплатился по долгам, однако сделал роковую ошибку, оставив его в собственности отца. В результате тот снова наделал долгов, а Люк оставался в неведении и не приехал, даже когда отец отправился в дом престарелых, уверяя, будто все хорошо, беспокоиться не о чем. Люк поверил родителю.

А почувствовал неладное, только когда не смог ни с кем связаться на ранчо. Потом позвонил Нейтан Баттл, шериф Ройала, и сообщил, что имение за долги выставлено на аукцион. Люк пообещал прилететь через два дня и оплатить все счета. Он очень надеялся, что удастся все исправить.

Сразу после приземления Люк позвонил Коулу Салливану, частному детективу, и они договорились встретиться завтра в Бринкли, небольшом городке неподалеку от Ройала. Он набрал Уилла, сообщил о своем приезде, и они также решили пересечься завтра перед встречей Люка с детективом.

Люк уселся в новый черный пикап и поехал на ранчо. Первое же пастбище неподалеку от дома привело его в ужас. Вялые лошади стояли, опустив головы, и были так сильно истощены, что, казалось, не доживут до следующего утра.

Он подъехал к дому, ограда вокруг которого покосилась, а одна из внешних стен практически обрушилась. От вида этого запустения у Люка заныло сердце.

Он крепко выругался. Да, похоже, он явно недооценивал масштабы катастрофы. Сделав несколько глубоких вдохов, он позвонил в ветеринарную клинику Скарлетт Маккиттрик, но с разочарованием услышал, что в офисе она отсутствовала.

Люк развернул пикап и помчался на ранчо Маккиттриков. Подъезжая к знакомым постройкам, он наконец почувствовал, что вернулся домой. Осмотрелся вокруг. В воспоминаниях возникла Скарлетт Маккиттрик, смотревшая на него своими карими глазами. Последний раз они виделись десять лет назад, с тех пор его жизнь невообразимо изменилась. Тем не менее, независимо от того, сколько прошло времени, он так и не смог ее забыть.

Люк ругал себя за мучительную тоску по ней. Казалось бы, все в прошлом. Ан нет. Стоило вернуться, и старые чувства, словно паводковые воды, прорвали плотину.

На волне ностальгии он еще раз вспомнил, что произошло между ними. Когда они учились в школе, Скарлетт призналась, что влюблена в него. Поначалу у них разгорелся бурный роман, однако в выпускном классе подступила реальность.

У Люка плохая наследственность, а у Скарлетт очень хорошая семья. Ее отец умер, когда она была маленькой, и ее брат Тоби возложил на себя все мужские заботы, а мать стала управлять ранчо с его помощью. Люк не хотел испортить Скарлетт жизнь, опасался, что плохая наследственность его семьи проявится и в нем.

К моменту окончания средней школы Скарлетт знала, что он уезжает в колледж, но не хотела с ним расставаться и, чего он совсем не ожидал, ясно дала понять, будто надеется на совместное будущее и собирается выйти за него замуж сразу после выпускного. Она казалась ему слишком молодой и неопытной, чтобы принимать подобные решения, способные оказать влияние на всю оставшуюся жизнь. Ее поцелуи были полны страсти, но все равно в свои шестнадцать она казалась ему ребенком. Он ведь был старше, ему исполнилось восемнадцать.

Он не собирался жениться так рано и не был уверен, женится ли когда-либо. Брак его родителей был несчастливым. Они ссорились, вместе выпивали, дрались, изменяли друг другу. С такой-то наследственностью он считал себя не вправе портить жизнь Скарлетт. Однако безнадежно влюбленная шестнадцатилетняя девушка не поняла его. Они расстались не лучшим образом, о чем Люк по сей день глубоко сожалел.

Оба зажили своей жизнью. После окончания Стэнфорда Люк основал компанию «Уэст-Тех» и вывел на рынок смартфон с уникальными функциями, что позволило ему разбогатеть и оставить позади всех своих конкурентов.

Скарлетт занялась ветеринарной медициной, и это неудивительно. Она всегда была готова помочь любому живому существу, любила маленьких детей и животных так же сильно, как он любил электронику и новые технологии. Она обручилась с Таннером Дюпре, унаследовавшим нефтяную компанию, но тот бросил ее прямо у алтаря. По мнению Люка, никто не был ее достоин. А жирный ублюдок Дюпре и подавно ее не заслуживал. Это же надо додуматься, бросить невесту в день свадьбы! На такое способен разве что законченный эгоист, человек с гнилой душой.

Вздохнув, Люк подумал, что вряд ли имеет право его осуждать, поскольку сам когда-то ее бросил, хотя по-прежнему считал, что поступил правильно. Как-никак дурная наследственность. Правда, отбросив благородство, стоит признать по прошествии времени, что Скарлетт оказалась самой сексуальной женщиной в его жизни. Даже спустя много лет он возбуждался, просто думая о ней.

Люк стал первым мужчиной Скарлетт, когда они были еще подростками, и до сих пор помнил, как обнимал ее стройное податливое тело. Может ли это повториться, пока он здесь? Застонав, он попытался отбросить опасные мысли. В колледже он провел слишком много бессонных ночей, желая ее, фантазируя о ней, борясь с желанием позвонить ей. При этом не хотел испортить Скарлетт жизнь. В какой-то момент Люк успокоился. Поэтому и сейчас не стоит вновь разжигать былую страсть.

Это было бы несправедливо по отношению к ней.

Люк решительно покачал головой, решив сосредоточиться на текущих проблемах.

Когда он подъехал к дому Маккиттриков, собаки всех мастей и размеров подбежали к его машине. Он понял, что их подобрала Скарлетт, и не смог удержаться от улыбки. Выйдя из машины, негромко заговорил с лающими собаками, те тут же перестали лаять, а самые дружелюбные завиляли хвостами и даже разрешили себя погладить.

Скарлетт вышла на крыльцо и остановилась на верхней ступеньке. У Люка сжалось сердце, и на мгновение перехватило дыхание. Вдруг показалось, что это сон. Но она была реальной и стояла всего в нескольких футах от него. Он еле удерживался, чтобы не подбежать к ней, заключить в объятия и целовать до бесконечности. От нее просто дух захватывало. Взгляд больших карих глаз ударял под дых. Она глубоко вздохнула, и рубашка еще больше обтянула ее великолепную пышную грудь. Он помнил ее наивной веселой девочкой, а сейчас перед ним стояла женщина, от вида которой кровь в жилах забурлила, и его охватило нестерпимое желание.

И снова перехватило дыхание. Влечение оказалось настолько нестерпимым, что Люк сжал кулаки, пытаясь остаться там, где стоял. Окинул ее взглядом с головы до ног. И сердце бешено заколотилось. На ней были синяя хлопковая рубашка с короткими рукавами, джинсы в обтяжку и сапоги. Волосы Скарлетт были коротко острижены, огромные карие глаза – полны ярости.

Люк был ошеломлен, обескуражен. Казалось, он давно забыл Скарлетт. В таком случае почему тело так отреагировало на нее? И, судя по разгневанному выражению ее лица, она тоже не осталась равнодушной. Правда, ее реакция оказалась не той, на которую он рассчитывал.

– Убирайся вон, Люк Уэстон, – жестко бросила Скарлетт. – Катись к черту.

– Скарлетт, мне нужна твоя помощь, – быстро вставил Люк, пока она его не прервала. – Мой отец в доме престарелых. Ранчо в запустении. Животные умирают, им нужна твоя помощь…

Он специально упомянул об умирающих животных, зная, что это не оставит ее равнодушной. И точно, гнев сменился беспокойством. Скарлетт не умела скрывать свои эмоции и готова была прийти на помощь любому животному, попавшему в беду. Двор, заполненный собаками, тому подтверждение.

Поджав губы, она уставилась на него.

– Я видел лошадей, и они выглядят настолько изможденными, что с трудом держат головы.

Она на мгновение закрыла глаза, будто почувствовала боль, а когда открыла, он понял, что достиг цели.

– Я поклялась помогать животным. Сейчас возьму инструменты.

– Ты можешь поехать со мной, я отвезу тебя обратно, когда ты закончишь. Просто спаси лошадей, или давай избавим их от страданий.

– Этого не понадобится. Я позабочусь о них.

– У них не осталось провианта. Нам необходимо съездить за припасами.

– Здесь все по-прежнему, так что ты знаешь, где раздобыть сено и корм. Сейчас возьму все необходимое и вернусь.

– Спасибо тебе, Скарлетт. Это очень важно для меня, мне нужен хороший ветеринар. Лошади в ужасном состоянии. Ты сама в этом убедишься.

Кивнув, она отвернулась.

Люк поспешил в машину. Воспоминания о том, как он занимался любовью со Скарлетт, не давали покоя. Однако пора прекратить мучить себя. У них нет будущего. Он не подходит Скарлетт. Хотя его бизнес и успешен, для жизни этого было мало. Люк никогда не забывал о родителях. Бизнес отца тоже был прибыльным, даже после того, как алкоголь стал затуманивать его разум.

Он заметил, что Скарлетт отлично выглядит. Сначала очень сердилась, потом согласилась помочь. Немедленно. Трудно оставаться безразличным. Но так будет лучше для его же блага. Он прошел через ад, бросив ее в молодости. Теперь они взрослые, и ставки уже выше. Неужели он действительно сможет держать себя в руках, пока она будет рядом с ним на ранчо?

Скарлетт вошла в дом, где мать купала маленького Карла. На мгновение все тревоги рассеялись, и она улыбнулась своему любимому приемному мальчику. Ее сердце сжалось, когда Карл улыбнулся ей в ответ и протянул свои маленькие ручки.

– Я не могу забрать его, мам. Приехал Люк Уэстон. Сетует, что отец привел ранчо в упадок и там умирают животные. Он пришел просить о помощи. Мама, мне нужно ехать.

Мать нахмурилась и покачала головой:

– Я знаю, что ты обязана помочь. Сделай все, что нужно, но потом возвращайся домой. Не стоит связываться с Люком Уэстоном. Он разбил тебе сердце, Скарлетт. Не позволяй ему снова причинить тебе боль.

– Не позволю. У него своя жизнь, и он скоро уедет.

А мыслями Скарлетт возвращалась к большому сильному мужчине, ждавшему ее во дворе. Она помнила его совсем мальчиком. Сейчас он стал удивительно привлекательным. Ее сердце гулко колотилось в груди, и она не могла с ним совладать.

Уходя, она заметила беспокойство в глазах матери.

Скарлетт хотела отказать Люку в его просьбе, но, когда подумала о бедных лошадях, не смогла сказать «нет». Сначала при виде него почувствовала шок и сильное сердцебиение. Потом волнение сменилось яростью, и она вспомнила, что он ее бросил. Скарлетт злилась и на себя тоже, на свою реакцию на этого привлекательного и невероятно сексуального мужчину, в которого превратился знакомый ей юноша.

Она закрыла глаза и покачала головой:

– Нет, нет и нет.

Она не желала признавать своего неудержимого влечения к нему. Да что там, от едва сдерживаемого желания сердце просто зашкаливало. Будто ей снова шестнадцать, а он снова самый неотразимый мальчик во всем штате.

С тех пор как Люк покинул Ройал, Скарлетт иногда вспоминала о нем, но гнала прочь подобные мысли. Когда он вышел из пикапа, ей хотелось подбежать к нему и утонуть в его объятиях. Один лишь его взгляд на нее ясно дал понять, что со временем влечение к нему лишь усилилось.

Сможет ли она, находясь с ним рядом на ранчо, не дать волю своим чувствам? Не хочется снова страдать после того, как он уедет. В прошлый раз она целый месяц плакала по ночам.

Скарлетт достала из шкафа новые джинсы и блузку. Но вдруг остановилась. А надо ли одеваться специально для Люка? Нет, она не будет этого делать. И засунула джинсы с блузкой обратно в шкаф.

– Нет, только не это.

Тем не менее взглянула на себя в зеркало и расчесала короткие волосы, думая о том, что в Калифорнии у Люка наверняка были другие женщины. Без веснушек и с более женственными прическами. Скарлетт вздохнула. Все это не важно, она никогда не станет его женщиной. Глупо рисковать собственным сердцем второй раз. Тем более теперь у нее есть маленький Карл, она должна думать и о нем тоже.

Поспешив в свой кабинет, она попыталась сосредоточиться на том, что может понадобиться на ранчо. Собрав сумку, сделала паузу, прислонившись лбом к стене.

«Не позволяй ему снова разбить тебе сердце. Выполни свою работу и возвращайся домой. Общайся с ним как с посторонним человеком», – призывала она себя. Но потом покачала головой. Кого она хочет обмануть, зная, что не сможет прислушаться к собственному совету? Однако необходимо хотя бы помнить, что даже просто мечтать о нем – утопия. Он не любил ее раньше и уж тем более не полюбит теперь, когда она стала женщиной не его круга, очередного миллиардера из списка «Форбс». У Люка может быть любая женщина, какую он пожелает. Скарлетт видела его фото в журналах и в новостях, где он был вместе с великолепными знаменитостями и красивыми светскими львицами.

Взяв сумку, она вышла из дома. Люк, прислонившись к пикапу, смотрел в телефон. Скарлетт невольно залюбовалась его широкими плечами и мускулистой фигурой. Завидев ее, он убрал телефон и выпрямился, неотрывно глядя на нее. Ей стало понятно, что не обращать на него внимания не получится. Она почувствовала жар его взгляда, скользившего по ее фигуре, и задрожала. Она разрывалась на части, желая убежать в дом, заперев дверь, орать, чтобы он убирался с их ранчо прямиком в ад, потому что причинил ей боль, и одновременно хотелось броситься в его объятия и целовать до изнеможения. Она вздохнула и крепко сжала ручку сумки, пытаясь думать о чем-то, кроме Люка, его рук и губ.

Люк открыл ей дверцу и потянулся за сумкой, невольно прикоснувшись к руке Скарлетт. Она ощутила прикосновение его большой теплой руки, и у нее подогнулись колени. Впервые за много лет он дотронулся до нее, и этот легкий контакт воспламенил ее изнутри. Она ощутила нестерпимую тоску, пришлось глубоко задышать и сжать кулаки.

– Я положу твои вещи назад. – Он говорил с хрипотцой, появлявшейся от сильного возбуждения.

Она молча кивнула. Они так хорошо знают друг друга. Он чувствует, когда она его желает, а она видит, как проявляется его возбуждение. Это еще больше воспламенило их чувства, вызвав воспоминания о горячей любви.

Он закрыл дверцу автомобиля с ее стороны и вернулся на водительское место, а она, глубоко втянув в себя воздух, внимательно его изучала. Легкий ветерок ерошил ему волосы. Стоит признать, сейчас, как никогда, он выглядит сексуально и привлекательно. Высокого роста, мускулистый и широкоплечий, с сине-зелеными глазами, небольшой щетиной на подбородке и сильными руками. Он мог бы унести ее в рай. В общем, ожившая мечта о настоящем мужчине.

Сев за руль, Люк завел машину и начал движение, поглядывая на Скарлетт. Они сидели слишком близко, и это ее волновало.

– Спасибо, Скарлетт. – Его голос по-прежнему был хриплым от возбуждения.

Она кивнула.

– Давай покончим с этим. – Она смотрела в окно, силясь не обращать на него внимание. Да что такое? Ведь он уехал, даже не попрощавшись, ни на секунду не задумавшись о ней. Знакомые гнев и боль вернулись, и она выпрямила спину. – Останови машину у сарая, возьмем там немного сена.

– Я уже сделал это, пока ожидал тебя. – Он бросил на нее быстрый взгляд. – Я возмещу все расходы. Не хочется возвращаться в город за припасами. Думаю, на нашем ранчо пусто, оно выглядит таким запущенным. Я был там всего несколько минут, но сразу понял, что это катастрофа. Хочу спасти всех лошадей.

Скарлетт знала Люка очень хорошо, поэтому почувствовала в его интонации злость на отца. Когда они проезжали мимо амбара, ей пришлось сразиться с очередной волной воспоминаний.

– Этот амбар все еще здесь, – напомнил Люк.

– Давай не будем вспоминать прошлое.

Скарлетт, не глядя, сжала кулаки, из всех сил борясь с желанием взглянуть на знакомый амбар, внутри которого они провели незабываемую ночь.

Ее семья уехала на вечеринку, а они с Люком вернулись на ее ранчо. В амбаре он обнял и поцеловал ее, увлек на сеновал. Они расстелили одеяло и впервые занялись любовью.

Отвернувшись от амбара, Скарлетт попыталась думать о чем-то другом, забыть ту ночь, его нежные и сладкие поцелуи, сильные руки.

– Как поживают твоя мама, Тоби и его жена?

– Отлично. – Она взглянула на него. – У Тоби и Наоми есть маленькая дочка Эйва.

Люк смотрел на дорогу, Скарлетт вновь взглянула на него, любуясь легкой щетиной, взъерошенными волосами, в которые так любила запускать пальцы. Его плечи теперь стали шире, торс – мускулистее. Желание вновь охватило ее, и она глубоко вздохнула. Чтобы отвлечься, отвернулась к окну, пытаясь смотреть на окружающий пейзаж, но ничего не видя перед собой.

Она была слишком увлечена Люком. А ведь он опять уедет так же внезапно, как и тогда, оставив ее наедине с болью. Нельзя позволить себе страдать из-за него. Теперь у нее есть сын, и она должна о нем заботиться.

Несмотря на доводы разума, мысли о Люке доминировали в голове. Скарлетт думала о том, что вскоре он сядет в личный самолет и улетит обратно в Калифорнию, в свою роскошную жизнь, к гламурным моделям, знаменитостям, богатым светским львицам, и в конечном итоге женится на одной из них, у него появятся дети, он всегда хотел их иметь.

– У тебя хорошо идут дела в Калифорнии. Ты сделал правильно, что переехал туда. Тебе там лучше, а мне лучше здесь. – Скарлетт понимала, что Кремниевая долина – его мир.

– Да, ты права, Скарлетт. Там мой настоящий дом. – Люк не смотрел на нее, говорил спокойно. Однако руки крепко сжимали руль. Очевидно, он тоже испытывал сложные чувства. – Здравый смысл подсказывает, что нужно продать ранчо и забыть о проблемах. Я больше не буду жить в Техасе. Но я не могу этого сделать. Это мое родовое гнездо. Наша семья владела им с 1800-х годов. Три года назад я выплатил все закладные, но отец опять заложил дом и уволил всю прислугу. Я совсем недавно узнал об этом.

– Так ты собираешься сохранить ранчо, даже если вернешься в Калифорнию? Думаешь, что еще сюда приедешь?

Скарлетт заранее знала ответ, хотя ей должно быть все равно. Теперь они друг другу никто. Но, увы, сегодняшние события доказали, что потребуется еще время, чтобы окончательно его забыть.

– Нет, вряд ли. Но я не могу просто так расстаться с домом. Хотя знаю, что это не имеет смысла, потому что Калифорния – мой настоящий дом.

– Не торопись. Твой отец живет здесь. Для него этот дом тоже имеет значение.

– Выпивка – единственное, что для него имеет значение. Он больше никогда не сможет жить самостоятельно.

Они выехали за пределы ранчо Маккиттриков, спокойно двигаясь по дороге. Мысли Скарлетт были в смятении из-за близости Люка. Она была сильно увлечена им, и это чувство никуда не делось. Почему она не может воспринимать его как просто знакомого? В прошлом она сильно страдала из-за него и опять будет страдать. Она ему не пара, поскольку бесплодна. Один мужчина, влюбленный в нее и просивший ее руки, уже бросил ее по этой причине. И Люк наверняка ею не заинтересовался, поскольку не планирует оставаться в Техасе и при первой возможности покинет семейное ранчо. Вряд ли ему нужна женщина-ветеринар из маленького городка, которая к тому же не может иметь детей.

Если у них возникнет связь, придется познакомить его со своим ребенком. Покинув их, он разобьет сердце не только ей, будет страдать и маленький Карл.

Скарлетт старалась не ворошить прошлое, но всякий раз, поглядывая на его красивый профиль, сексуальные губы, воскрешала в памяти яркие воспоминания. Спустя столько лет ей все еще больно думать об этом. Она любовалась большими мужскими руками, сжимавшими руль, представляла, как столь же сильно он сжимает ее в объятиях.

Почему так забилось сердце, ведь их пальцы соприкоснулись всего на миг. Ей было шестнадцать, когда он бросил ее. Как же это больно! Она не хотела вновь испытать такое.

Почему его присутствие так сильно повлияло на нее? Ведь когда он уехал в Калифорнию, она почти возненавидела его. И должна была давно забыть. Почему же так сильно бьется сердце? Непродуктивно тратить молодые годы, тоскуя о парне, в которого была влюблена в школе, но которого она не интересовала.

Некоторое время они ехали молча, потом повернули к дому, где он провел детство.

Первым признаком разрухи стал ржавый пикап без колес, разбитый о дерево. В корпусе автомобиля виднелись пулевые отверстия, видимо, его использовали в качестве мишени.

Дорога к дому поросла сорняками.

– Очевидно, отец продавал лошадей, чтобы покупать алкоголь, – нахмурился Люк. – Раньше я отправлял ему деньги, а когда узнал, как он их тратит, перестал это делать. Хочу, чтобы ты посмотрела, сможем ли мы сохранить лошадей. На ранчо вообще нет работников, животных просто оставили умирать от голода.

В его голосе она чувствовала гнев и боль и прекрасно понимала его эмоции. Она была так же шокирована.

Через несколько минут они подъехали к пастбищу, где возле поилок, в которых уже давным-давно не было воды, стояло полдюжины лошадей. Водяная мельница была сломана, вода не поступала. Животные выглядели сильно истощенными.

Скарлетт, увидев лошадей, настолько худых, что торчали ребра, и они от слабости не могли даже держать голову, ахнула.

– О нет.

– Прости, что втянул тебя в это, но мне и правда нужна твоя помощь.

– О боже, ты только посмотри, – простонала она. – Это разбивает мне сердце. Ты знаешь, я сделаю все, что в моих силах. – Она с ужасом рассматривала лошадей.

Конечно, можно понять его гнев и разочарование. Она мысленно возблагодарила судьбу за то, что у нее в семье все хорошо. Ее родные всегда поддерживали друг друга.

– О, Люк, это невероятно. Я понятия не имела, что ранчо в таком плачевном состоянии. А ведь мы соседи. Наше ранчо примыкает к вашему, а мы ничего не знали. Почему все молчали? Почему сразу с тобой не связались? Как мог твой отец довести хозяйство до такого положения?

– Он больной старый пьяница, которого заботит только выпивка, – резко ответил Люк, и она пожалела о своих словах. Люк явно страдает, найдя дом в руинах. – Я займусь пастбищным заграждением. – Люк вышел из машины, поправляя покосившийся столб с колючей проволокой.

– Прости, Люк. Давай приступим к работе.

– Я залатаю дыры в емкостях, чтобы вода поступала в резервуар и животные могли пить. Я отправлял деньги отцу на покупку современной системы водоснабжения. А что мы видим? Проржавевший металл, место которому на помойке. Я понимал, что дела идут плохо, но не ожидал, что настолько плохо. Каждый цент, который я посылал домой, должно быть, тратился на алкоголь.

Скарлетт увидела пустые лошадиные стойла, от которых живые лошади отошли подальше. Видимо, там трупы животных, которые постепенно разлагаются.

– Некоторые животные умерли.

Он вздохнул:

– Да, я найму временных работников, чтобы они помогли здесь все убрать.

Люк достал телефон и начал делать звонки, а Скарлетт подошла к лошадям. Ей было очень жаль животных. Вряд ли можно винить Люка за резкие слова об отце, ведь он так расстроен происходящим. Когда он был ребенком, их ранчо было прекрасным. Его отец обладал деловой хваткой и умел обращаться с животными. По крайней мере, пока был трезв.

– Я отведу лошадей на пастбище возле сарая. Там есть немного воды. Если есть лошади, которые не могут идти, мы позаботимся о них прямо здесь.

Прошел час, они помогли животным и поехали к дому.

– Я приезжал сюда каждый год в течение первых трех лет в колледже, но никогда не наблюдал такого безобразия. Да, в доме царил беспорядок, но дела в хозяйстве шли хорошо. Были наняты трудолюбивые работники. Правда, я никогда не задерживался больше двух дней. Очевидно, в этот период отец старался держать себя в руках. Несколько лет назад на Рождество я послал за ним самолет и привез в Калифорнию. Он сказал, что на ранчо все в порядке. Но очень хотел вернуться домой. Мы общались с ним все реже и реже, и отец всегда говорил, что дела идут хорошо. Я должен был догадаться, предотвратить катастрофу. Мне следовало бы нанять управляющего.

– Но ведь ты не знал.

– Я должен был предвидеть. Он всегда мог ясно и четко разговаривать, даже будучи мертвецки пьяным. Я знал это и должен был догадаться.

– Люк, мне очень жаль. Это просто катастрофа.

– Нужно разыскать остальных животных. Хотя сомневаюсь, что найду. Скорее всего, скот просто украли. На лошадей, видимо, просто не обратили внимания. А потом они оказались настолько истощены, что никому уже стали не нужны. Я лишь мельком взглянул на дом, и потому сейчас нам нужно все осмотреть. Так, на всякий случай.

Когда Скарлетт увидела дом, у нее сжалось сердце. Одна стена разрушена, будто кто-то пытался проехать через него. Окна разбиты. Перила обвалились. Входная дверь отсутствует. Отверстия от пуль усеяли стены, доски пола вырваны. Кто-то бросил внутрь дома банку черной краски, и она попала на стены. Повсюду валялась сломанная мебель.

– О господи, Люк!

Конечно, ему тяжело видеть дом своего детства в таком состоянии.

– Отец перестал заботиться о поместье и доме, а воры и вандалы довершили дело. Из-за пьянства отца прекрасное ранчо полностью разрушено.

Понимая, как больно было бы ей, если бы это случилось с ее домом, она ему посочувствовала:

– Мне очень жаль, Люк, что твое возвращение домой оказалось таким печальным.

Скарлетт импульсивно положила ладонь на его руку, сжав ее. Люк повернулся и пронзил ее взглядом своих сине-зеленых глаз, вызвав мгновенную ответную реакцию. Телесный контакт сообщил сильное возбуждение. Но она не хотела терять голову, слишком сильную боль пережила из-за Люка и не готова пройти через это снова. Они взглянули друг другу в глаза, и все мысли разом улетучились из ее головы. Хуже всего то, что она абсолютно уверена – Люк почувствовал то же самое.

– Я тебе очень сочувствую, и твоему отцу тоже. Ты еще не виделся с ним? – Скарлетт попыталась вести нейтральный разговор, но легкое прикосновение значительно снизило интенсивность гнева.

– Еще нет, но это есть в списке моих дел. Если он довел поместье до такого состояния, то, видимо, очень сильно болен, раз позволил этому случиться.

– Хорошо, давай поищем лошадей или другой скот, может, найдем еще животных.

– Я мельком здесь все осмотрел, прежде чем ехать к тебе. Хочу, чтобы дом снесли. Не могу видеть руины. В любом случае с этим домом связаны не самые приятные воспоминания, – заявил Люк, и Скарлетт поморщилась от горечи в его голосе, едва подавив в себе желание снова прикоснуться к его руке. Очевидно, он сильно страдает. – В сарае есть емкости, а в доме, возможно, подключены водопровод и электричество. Пока светло, нужно найти остальных животных, я размещу их на пастбище возле сарая. Там ты сможешь осмотреть их, а я – накормить и напоить. Можешь сейчас остаться?

– Да, я останусь здесь столько, сколько нужно. Хочу спасти лошадей.

– Сейчас мы поедем на машине. Потом я, наверное, двинусь верхом, есть места, куда на машине не проехать. Нужно купить лошадь, наши животные слишком истощены и меня на себе не выдержат. В багажнике есть веревки, седло, немного корма и, если понадобится, всякие припасы.

Он развернул машину, и они медленно двинулись по дороге. Скарлетт внимательно смотрела по сторонам. Они не проехали и полмили, когда она воскликнула:

– Люк, остановись! Там собака, и она мертва. Похожа на Матта.

Так звали собаку Люка. Пес был всегда рядом, когда Люк еще жил здесь. Они вышли и подошли ближе. Люк опустился на колени и провел рукой по голове собаки.

– О господи. Это Матт. Он был уже стар и слаб, думаю, на него напали койоты.

Она опустилась на колени, чтобы внимательнее осмотреть пса.

– Я оставил его здесь, когда уехал в Калифорнию, потому, что на ранчо дела шли хорошо, – сказал он хриплым от сожаления голосом. – Его здесь все любили. Я думал, ему будет лучше. Он выглядит истощенным. И на теле у него рана.

– Люк, в него стреляли. Кто-то застрелил его, возможно, потому что он был стар и болен. Убили с одного выстрела, и этот выстрел не случайный. Койоты разорвали уже его труп.

Люк наклонился посмотреть, куда она указывала, и горько вздохнул.

– Надеюсь, он не сильно мучился. Я любил его. Он был добрым псом. Я похороню его. У меня есть лопата, и я заверну его в брезент.

Голос Люка прозвучал сдавленно, в горле Скарлетт застрял комок. Они помолчали. Она вновь неосознанно коснулась его руки.

– Мне очень жаль. Я помню, как ты его любил.

Едва коснувшись его, она поняла, что не стоило этого делать, даже для того, чтобы поддержать в минуту скорби. Его рука была большой, теплой и крепкой. Он пристально посмотрел на нее, и что-то промелькнуло в его глазах.

– Я немногих любил в своей жизни, но его любил очень сильно.

У Скарлетт перехватило дыхание. То ли от его пристального взгляда, то ли от замечания, что он немногих любил за свою жизнь. Люк говорил только о собаке или о ком-то еще?

Как же хотелось, чтобы он обнял ее, она даже испугалась своего желания, быстро направилась к пикапу и бросила через плечо:

– Скажи мне, если понадобится моя помощь.

Люк подошел к машине, ее дыхание участилось. Натянув рабочие перчатки, он взял брезент, чтобы завернуть собаку. Через несколько минут сел за руль, и дальше они ехали молча.

Почему-то ей казалось, что он отсутствовал несколько дней, а не лет. Будто они и не разлучались. Хуже всего осознавать, что она так его и не забыла, хотя отчаянно пыталась это сделать.

Скарлетт никогда не чувствовала ничего подобного к Таннеру, хотя была с ним помолвлена. Неужели потому, что Люк был ее первой любовью?

Они ехали в тишине, их разделяла всего пара десятков сантиметров, а на самом деле – огромная пропасть.

Он не любит ее и никогда не любил, так почему она не забыла его? Она явно ничего для него не значит, тем не менее желает его всем сердцем.

Она внимательно смотрела по сторонам, пытаясь найти признаки домашнего скота. Через двадцать минут заметила лошадей в восточном направлении.

– Люк, смотри-ка.

– Да, все ясно. Они на огороженном пастбище. Возможно, истощены, но, надеюсь, мы сможем доставить их в загон.

– Люк, я вижу лошадей за деревьями.

В течение следующих шести часов они нашли лошадей и несколько голов другого скота, возвратили в загон, пытаясь успеть при дневном свете.

Когда лошади наконец оказались на месте, Люк закрыл калитку загона и повернулся к ней.

– Осмотри лошадей, а я обеспечу их кормом. В этой емкости теперь есть вода для них. Скоро стемнеет, достану фонарики, и мы продолжим работу, если ты можешь остаться. Если нет, отвезу тебя домой. Буду признателен тебе за помощь.

– Я останусь.

Он посмотрел на нее и обнял.

– Спасибо, Скарлетт.

Когда его руки обвили ее, у нее сердце дрогнуло. Она задрожала, захотелось крепче к нему прижаться. Как она сможет с ним работать, если пробудились прежние чувства?

Глава 2

Люк резко отпустил Скарлетт:

– Мне лучше заняться делом.

Так холодно и отстраненно. Правда, его выдавал голос, хрипота свидетельствовала о возбуждении. Она поняла, что он по-прежнему неравнодушен, и от этого сердце забилось сильнее. Хотя что ей с того? Она не обязана заботиться о его чувствах.

Почему, почему она не может выбросить его из головы? Покинув Техас, он причинил ей ужасную боль, и она не должна его желать. Но желает. И что, доверится ему опять? Нет, надо беречь сердце, из сочувствия к его проблемам не забывать прошлую боль.

– Люк, мне нужно позвонить домой, предупредить, что я занята.

Недолго поговорив с матерью, она убедилась, что с Карлом все в порядке. Мать снова предостерегла дочь, напомнив, как Люк разбил ей сердце. Тем не менее Скарлетт с горечью сознавала, что не в силах забыть его. Она просто обманывала себя все эти годы.

В Техасе выдался жаркий вечер. Люк зажег фонари и снял рубашку. У Скарлетт пересохло во рту, участилось сердцебиение от одного только взгляда на него. Он ворошил сено вилами, на его груди перекатывались мускулы, на бицепсах блестели капельки пота. Она вспомнила, как утопала в его объятиях, и впала в глубокую тоску, не в силах оторвать от него взгляда. Теперь это был взрослый широкоплечий мужчина с сильным торсом и накачанным прессом.

Он поймал ее взгляд, и она смело посмотрела ему в глаза. Интересно, угадает ли он ход ее мыслей? После нескольких напряженных секунд она отвернулась, не желая показывать, насколько сильно его влияние на нее. Однако складывалось ощущение, что он все понял. Как и в тот момент, когда они прикоснулись друг к другу.

Через пять минут Скарлетт снова украдкой посмотрела на него. Не смогла удержаться. Он обвязал лоб банданой, чтобы пот не мешал работать, и при свете фонарей выглядел невероятно брутальным, привлекательным, сексуальным, подтянутым и сильным. Она не могла оторвать от него взгляда, перестать желать. Сердце сильно колотилось. С трудом отвернувшись, она попыталась сосредоточиться на помощи лошадям.

Вдруг одна из лошадей упала. Скарлетт поспешила к ней. Животное тяжело дышало, кровь сочилась из ран на теле.

– Скарлетт, я собираюсь ее пристрелить. Мучить животное нет смысла. Займись остальными.

Вздрогнув, Скарлетт подняла глаза и увидела Люка с пистолетом в руках. Холод пробежал по спине. Мгновенно поднявшись, она воскликнула:

– Нет! Я спасу ее. Убери пистолет, Люк Уэстон, и не вытаскивай его до тех пор, пока я не разрешу.

Он моргнул, поджал губы. Она не поняла, пытался ли он сдержать смех или злился на нее за то, что указывает, что делать. Но Скарлетт была настроена решительно и не позволила бы ему застрелить лошадь.

– Лошадь уже завтра будет на ногах, – пообещала она. – Я знаю, что делать. Не убивай животных без моего разрешения, ты меня понял?

– Не буду, Скарлетт, но посмотри на нее. Она не может даже стоять. От нее остался один скелет, она с трудом дышит.

– Пока она может дышать, я буду ее спасать. Утром она будет на ногах. Я знаю, что делаю, Люк, так что возвращайся к своей работе и предоставь мне заниматься тем, что я умею.

Люк с удивлением взглянул на нее, молча убрал пистолет и ушел. Скарлетт смотрела ему вслед, а затем занялась лошадью и в течение часа не вспоминала о нем. Лишь однажды отвлеклась, чтобы позвонить матери и спросить, как там Карл. Она переходила от одной лошади к другой, пытаясь присмотреть за каждой и вспоминая о тех, которых они не успели спасти. С каждым новым найденным трупом животного Люк все больше злился на отца, а особенно расстроился из-за собаки, так как в детстве был очень к ней привязан.

Временами Скарлетт видела, как он ремонтирует изгородь загона. Ее нужно было восстановить практически полностью, и она надеялась, что он закончит раньше, чем лошади разбредутся вновь.

Для животных, которые были в состоянии держаться на ногах, Люк приготовил корм и воду. Всего они нашли около дюжины голов. Скарлетт помнила времена, когда на ранчо было огромное поголовье.

Она услышала шаги и обернулась. Люк подошел к ней:

– Я помню, ты любишь гамбургеры больше, чем стейки. Я заказал еду прямо сюда.

Она покачала головой:

– Откуда привезут еду? Ближайшее кафе в двадцати милях отсюда.

Он улыбнулся и пожал плечами:

– Деньги творят чудеса.

Она тоже улыбнулась.

– Если бы я знала, что ты закажешь еду, то попросила бы привезти заодно яблоки для лошадей.

– Если мы останемся здесь, я закажу их к завтраку. Пара лошадей уже встала на ноги. Ты сотворила чудо, Скарлетт, не могу выразить, как я тебе признателен. Мне не хотелось даже думать об убийстве. Это было бы последней каплей.

– Тебе не придется этого делать. Не важно, в каком они состоянии, я помогу им. Но если бы ты приехал чуть позже…

– Я приехал достаточно поздно, некоторые животные погибли, – нахмурившись, он взглянул на лошадей. – Я лучше вернусь к работе. Сообщу тебе, когда привезут ужин.

К полуночи она еще не закончила, да и Люк все еще возился с оградой. Прежде чем продолжить работу, Скарлетт хотела позвонить матери. Она отошла в сторону, чтобы Люк ее не слышал.

Как и ожидалось, мать стала призывать ее немедленно вернуться домой, напомнив, какую боль причинил ей Люк.

– Ты хочешь снова пройти через это?

– Мам, я забочусь об очень больных лошадях, некоторые животные в ужасном состоянии, я не могу бросить их умирать. Я смогу спасти почти всех.

– О господи! Какой ужас! Я и не знала, что в «Дабл-У» все так плохо. Но, Скарлетт, я беспокоюсь о тебе.

– Мама, спасать животных – это моя работа. Я ведь ветеринар, если помнишь, и сейчас нужна здесь. Я уже помогла выжить нескольким лошадям.

– Скарлетт, Люк снова причинит тебе боль. Пожалуйста, приезжай домой. Малыш Карл и вся семья нуждаются в тебе. Я не хочу, чтобы ты вновь страдала, а это обязательно случится, если ты останешься.

– Нет, не случится. Я не позволю.

Последовала пауза. Мать не стала больше с ней спорить, лишь сказала:

– Будь осторожна. И помни, мы любим тебя. И еще. Прежде чем вновь попадешь в ловушку старых чувств, подумай о том, что через несколько дней он вернется в Кремниевую долину и пропадет до следующего своего визита сюда.

Она вздохнула:

– Я люблю тебя, мама, и всю семью тоже. Отец Люка вел себя просто ужасно, и я рада, что в моей семье ничего подобного не происходит. Буду осторожна, обещаю.

Интересно, сдержит ли она обещание или сдастся, если Люк захочет обнять или поцеловать ее?

Завершив звонок, Скарлетт посмотрела на больных животных. Сможет ли она им помочь, или они погибнут, несмотря на все усилия? Нет, она должна остаться. Она давала клятву помогать животным, и это для нее очень серьезно. Она просто надеялась, что сможет противостоять Люку, хотя, с другой стороны, возможно, и нет причин для беспокойства. Скорее всего, в Кремниевой долине у него есть женщина, которая ждет его возвращения.

Она снова посмотрела на лошадей. Видимо Люк прав насчет остальных животных. Вряд ли удастся найти еще скот. Ужин придал ей сил, однако было уже поздно. Скарлетт очень устала. Она взглянула на Люка, латавшего дыры в цистерне с водой.

Он слыл перспективным юношей, уехавшим из Ройала на западное побережье и сколотившим состояние в Кремниевой долине. Но он не был заинтересован в ней настолько, чтобы остаться в Техасе или продолжить отношения после поступления в колледж. Она постоянно себе об этом напоминала. Он хотел целовать ее, заниматься любовью, а после этого просто развернулся, закрыл за собой дверь и тут же позабыл о ней. Несмотря на это, ее все равно влекло к нему сейчас, но мысль о том, что он своим уходом может причинить боль Карлу, слегка отрезвляла. Скарлетт снова взглянула на Люка. В мерцающем свете фонарей его кожа казалась упругой и золотистой, освещение лишь подчеркивало мускулистую спину, грудь, мощные плечи, бицепсы и плоский живот. Она поймала его пристальный взгляд, у нее пересохло во рту, а сердце ускорило ритм. Ей так хотелось почувствовать его руки. И губы на своих губах. Она слишком хорошо помнит его поцелуи. От этих воспоминаний дрожь прошла по всему телу, наполняя нестерпимым желанием.

Вздрогнув, она поняла, каким возбужденным взглядом смотрит на него, и тут же отвернулась, склонившись над лошадью, чтобы обработать рану. Щеки горели от смущения. Она продолжила трудиться и потеряла счет времени, а когда взглянула на часы, обнаружила, что уже два часа ночи. Прошло еще десять минут. К ней подошел Люк, дотронулся до ее руки так же, как это сделала она сегодня утром, когда он чуть не застрелил лошадь.

– Мне кажется, на сегодня хватит.

– Люк, здесь еще остались лошади, которым требуется помощь. Я не хочу останавливаться.

– Неужели ты не устала?

– Устала, но еще могу поработать и хочу продолжить.

Он внимательно посмотрел на нее и кивнул:

– Ладно, еще немного.

Люк ушел, Скарлетт вернулась к работе.

Через некоторое время он снова появился и положил руку ей на плечо.

– Скарлетт, уже поздно.

Его голос был хриплым, рука слегка сжала плечо.

Она взглянула на него и покачала головой:

– Я не могу все так бросить.

– Можешь, хотя бы ненадолго. Поспи пару часов, пока не взошло солнце. У меня в машине есть одеяло.

Люк был обнажен по пояс, слишком привлекательный, слишком сексуальный, слишком красивый. С возрастом он стал выглядеть только лучше. Ее взгляд оказался прикован к его губам, к ней вернулись обжигающе горячие воспоминания о том, как эти губы целовали ее.

– Ты все помнишь, так же как и я, – заметил он хриплым голосом, который словно ласкал ее.

Глубоко вздохнув, она встретила его взгляд, ее щеки горели.

– Да, помню, но это ничего не значит. Все в прошлом.

– Боишься поцеловать меня, Скарлетт? Раз это ничего не значит.

– Не пытайся спровоцировать меня на то, чего я не собираюсь делать.

Она злилась и на него, и на себя, потому что да, хотела обнять его и поцеловать. Хотя и понимала, что не стоит.

– Ладно, Скарлетт, возвращайся к делам. Я тоже поработаю. Вернусь через полчаса. Если захочешь закончить раньше, просто дай мне знать.

– Конечно.

И Скарлетт вернулась к работе. Усталость одолевала ее, но она не хотела останавливаться.

Чуть позже Люк появился снова и дотронулся до ее руки.

– Хватит. Давай немного поспим. Через несколько часов встанет солнце. Вернемся к работе с рассветом.

Кивнув, Скарлетт не стала спорить. Она пошла к сараю, чтобы умыться и привести себя в порядок, и вышла оттуда освежившейся. Она устала, и ей было все равно, куда прилечь, но не смогла бы спать вместе с ним.

– Люк, мы не можем оба спать на заднем сиденье пикапа.

– Почему нет? Больше негде. На земле спать нельзя, здесь полно гремучих змей. На переднем сиденье нет места. Я не дотронусь до тебя, и ты, надеюсь, тоже. Или я кажусь тебе таким уж неотразимым?

Ясное дело, последняя фраза была шуткой, но Скарлетт так устала физически и была измотана попытками противостоять сексуальности Люка.

Раздраженная, она подошла ближе и ткнула указательным пальцем ему в грудь.

– Ты знаешь, что нравишься мне. Да, я испытываю к тебе чувства, и ты чувствуешь то же самое. Если разместимся вместе на заднем сиденье, мы не уснем. Я реалистка и достаточно честна, чтобы признать это. Лучше я займу переднее сиденье.

– Спи, где хочешь, но после того, что ты сказала, ничто на свете меня не остановит, – прорычал он, обнимая ее и глядя ей прямо в глаза.

Ее сердце дрогнуло. Он намеревался поцеловать ее, и она не могла перед ним устоять. Особенно когда он так обнимает. Губы в сантиметре от ее губ, в его сине-зеленых глазах мерцает жаркое неприкрытое желание.

– Люк… – Скарлетт явно дала понять, что он переходит черту, о чем впоследствии пожалеет, однако оказалась не в состоянии отказать ему.

Его взгляд совершенно четко демонстрировал, что он тоже хочет ее всем существом. Его губы оказались на ее приоткрытых губах, язык скользнул глубоко внутрь, посылая разряды электричества по всему телу и заставляя ее дрожать.

Скарлетт ощутила возбуждение, она обняла Люка за шею, прижавшись к нему и ответив на поцелуй, вложив в это всю накопившуюся тоску и жажду, которую испытывала к нему. Ей хотелось, чтобы он запомнил этот поцелуй, и желал ее так же, как она его. Она надеялась, что поцелуй он запомнит надолго, лежа без сна ночью, не в силах справиться со своей тягой к ней.

И ей захотелось навсегда остаться в его объятиях, наслаждаться поцелуями, исполнить свои мечты, пусть даже на несколько драгоценных минут. Она чувствовала его сильную эрекцию, ее тело жаждало его. Но потом она вспомнила свои слезы, разбитое сердце, тоску, когда он покинул ее без всяких колебаний. Не хотелось бы пережить все это снова.

Скарлетт прервала поцелуй и резко отстранилась, забралась на переднее сиденье машины, закрыла дверцу и откинулась на спинку.

– Я буду спать здесь.

Она боролась с желанием посмотреть, что делает он, а еще больше хотела упасть в его объятия, но она не собиралась делать это в первый день его возвращения в город. Скарлетт глубоко вздохнула. Сможет ли она когда-нибудь отпустить его по-настоящему? Она думала, что излечилась от болезненного влечения, когда в ее жизнь вошел Таннер Дюпре, но после умопомрачительного поцелуя Люка этой ночью поняла, что Таннер никогда и в подметки ему не годился.

Правда, это не имело никакого значения. Она не была предназначена ни Таннеру, ни Люку. Люк – молодой, успешный, красивый миллиардер и вряд ли мечтает связать свою жизнь с женщиной-ветеринаром из маленького городка в Техасе.

В душе засела боль и подавленность. Она давным-давно знает всю правду о Люке. А теперь, став миллиардером по версии «Форбс», он живет совершенно в другом мире. Особенно когда обосновался в Кремниевой долине. Она видела фотографии его особняка и читала обо всех этих причудливых электронных устройствах, которыми тот напичкан. Он вернется в свой мир, и они, возможно, никогда больше не встретятся. Было бы хуже, если бы он привез на ранчо одну из своих красоток. Скарлетт старалась не забывать об этом.

И как ни больно осознавать, но в глубине души она знала, что он оставил ее в прошлом и она никогда не станет частью его жизни.

Люк глядел на мерцающие звезды. Он всегда наслаждался этим на ранчо. Огни большого города здесь не затмевали красоту ночного неба. Он смотрел на звезды, но все мысли были о Скарлетт. Он хотел ее обнять и был разочарован тем, что она отказалась спать рядом с ним. Возможно, она бы не устояла, если бы он целовал ее дольше.

Его пульс участился. Вспоминания о ее губах напрочь прогнали сон. Он уж и забыл, как сильно его к ней влекло.

Достав пистолет, он думал лишь об облегчении страданий бедной лошади и не предполагал, что Скарлетт встанет между ним и животным. К счастью, курок был не взведен, хотя на мгновение она застала его врасплох. Да, такова Скарлетт, как он мог забыть? Яростно бросается на защиту любого живого существа, поэтому и стала ветеринаром. Она всегда была такой. Вероятно, с самого детства.

Он улыбнулся в темноте. В бизнесе ему сопутствовала удача, и он привык, что люди исполняют его приказы, и женщины не исключение. Многие красотки готовы исполнить любое его желание. Но когда он вернулся в дом детства, от Скарлетт получил решительный отказ. Он улыбнулся еще шире. Если она с чем-то не согласна, всегда решительно отстаивает свою позицию. Она не только сказала «нет», но еще и указала, что ему делать.

Его улыбка исчезла. Зная, что это неправильно, он хотел встречаться с ней, затащить в постель и заниматься любовью часами. Но она недоступна так же, как если бы вышла замуж за того идиота – наследника нефтяного состояния, который ее бросил.

Люк подумал о трех женщинах, с которыми встречался в прошлом году – великолепные красотки с шикарными телами, с ними было весело проводить время и заниматься сексом. Они бы никогда не доставили ему неприятностей и не послали бы к черту. Надо забыть Скарлетт. Как только он возвратится в Калифорнию, выберет одну из них.

Люк застонал. До восхода солнца оставалось около полутора часов, есть возможность немного поспать, но уснуть не получалось. Скарлетт заполнила все его мысли. Она как пороховая бочка с коротким фитилем. И одновременно горячая, свежая, сексуальная. Кровь вскипает при мысли о ней. От ее поцелуя все внутри воспламенилось.

Ему больно удерживаться, чтобы не заняться с ней любовью, овладеть ее телом. Однако Люк понимал, что ее соблазнять нельзя. Он уже причинил ей боль своим уходом и не хотел ранить снова.

Эта мысль напрочь прогнала сон. Мозг снова наполнился страстными воспоминаниями. Нет смысла пытаться уснуть, лучше вернуться к работе.

– Черт побери, женщина, либо уйди из моих мыслей, либо приди в мою постель, дай мне возможность избавиться от тяги к тебе либо первым, либо вторым способом, – бормотал Люк, выбираясь из машины.

Около девяти утра он увидел Скарлетт с сумкой в руке, она шла к нему вдоль пастбища. Одна ее походка заводила его. Она сексуально покачивала бедрами, волосы развевались по ветру. Он с трудом взял себя в руки.

– Я осмотрел весь домашний скот. Ты и вправду волшебница. Лошади стоят на ногах. Может быть, у меня разыгралось воображение, но они выглядят лучше. Как ты? Тебе удалось поспать меньше двух часов.

– Я в порядке. – Скарлетт повернулась к нему спиной и подошла к черной лошади.

– Когда будешь готова, я отвезу тебя домой, Скарлетт. Ты оказала мне неоценимую помощь, действительно спасла лошадь. В общем, дай мне знать.

– Конечно. – Она взглянула на него, с тревогой нахмурив лоб. – Ты тоже не выспался. Тебя уже не было, когда я проснулась.

Он не стал уточнять, что не сомкнул глаз после горячего поцелуя.

– Да.

– Я поработаю еще около часа, а потом, думаю, ты и сам с ними справишься.

Вздохнув, он пошел к машине. Ему нужно было сделать массу звонков, нанять людей и как можно скорее привести ранчо в порядок.

Через час подошла Скарлетт:

– Теперь ты можешь отвезти меня домой. По крайней мере, пока не найдешь еще животных. Вот счет за мои услуги.

Он взял счет, даже не взглянув на него, их пальцы соприкоснулись. Ее глаза заблестели, а его пульс участился. Почему она так на него действует? Даже после стольких лет от одного прикосновения его бросает в жар.

– Я сделал несколько звонков и уже кое-кого нанял, так что скоро начнется работа. Сегодня у меня назначена встреча с хорошо зарекомендовавшим себя подрядчиком по ремонту дома. Но это мои проблемы. – Он сжал ее плечо. – Давай я отвезу тебя позавтракать, а потом уже домой.

– Спасибо, но я хочу домой. Мама накормит меня завтраком. Мечтаю принять горячую ванну и немного поспать.

– Ладно, поехали. – Он, взяв ее за руку, улыбнулся. – Мне нужно заселиться в отель «Беллами». После ночи, проведенной на заднем сиденье машины, мне нужны удобства пятизвездочного отеля.

Когда их руки соприкоснулись, между ними будто пробежал разряд электрического тока, воспламенившего обоюдное желание. Люк отпустил ее руку и отвернулся. Скарлетт под запретом, он не может прикасаться к ней, оставаясь спокойным.

Он придержал дверцу машины и, когда она залезла внутрь, скользнул взглядом по ее длинным ногам в узких джинсах. Они поехали, он снова подумал о том, какую удивительную работу она проделала, и преисполнился благодарности к ней.

– Говорят, ты лучший ветеринар штата. Теперь я понимаю, что это правда.

– Спасибо, Люк. – Она отвернулась к окну. Несколько минут они ехали в полном молчании, потом Скарлетт повернулась к нему: – Когда ты планируешь навестить отца?

– Я хочу подождать день или два, нужно успокоиться, я очень зол из-за того, что он оставил ранчо в таком состоянии и ничего мне не сказал. Если бы я знал, что происходит, удалось бы избежать такой катастрофы. А еще я до сих пор не понимаю, почему никто из работников не связался со мной.

– Возможно, он сказал им, что ты приедешь, а они подумали, будто ты в курсе.

– Я как-то об этом не подумал. На самом деле я здесь не только из-за ситуации с поместьем. Есть и другие проблемы. Сегодня я встречаюсь с Уиллом.

– Правда? Я удивлена. Мне казалось, ты уехал из Ройала, чтобы отойти в сторону от здешних проблем.

– Мы с Уиллом всегда на связи, и он пару раз приезжал ко мне.

– Я помню, вы с ним были лучшими друзьями.

– Этот проклятый приезд Уилла на собственные похороны. Ужас, правда?

– Да, ты прав. По этому поводу ни у кого нет полной информации. Уилл тоже молчит. Но если ты с ним встретишься, я уверена, он расскажет тебе, что случилось. Близкие друзья Уилла наверняка кое-что знают. Как и мой брат Тоби.

– Люди определенных профессий знают много секретов: кто-то делится сокровенным со своим парикмахером, кто-то с барменом. А как насчет ветеринаров?

Она тихо рассмеялась, и он улыбнулся, ему нравился ее смех, хотелось заставить ее смеяться снова.

– Мне так не кажется. Мои пушистые четвероногие пациенты вряд ли могут рассказать что-то интересное, обычно они просто дают понять, что очень рады меня видеть.

– Бьюсь об заклад, твои пациенты тебя никогда не кусали.

– Нет, никогда. Их привозят, чтобы я им помогла, и я рада оказаться полезной.

– Тебе нравится твоя работа, не так ли? – Он заранее знал ответ.

– Я люблю мою работу, – сказала она с большим энтузиазмом, и он поверил. Это ее призвание, так же как его работа была его призванием.

– Слишком много всего случилось здесь к моему возвращению.

– Мне жаль, что так получилось с «Дабл-У», я понимаю, в каком шоке ты вчера пребывал, но по-прежнему не могу поверить, что в твоей семье возникли настолько серьезные проблемы, никто не позаботился о животных, оставил их на произвол судьбы. Думаю, это произошло потому, что твой отец попал сначала в больницу, а потом в дом престарелых.

– Наш семейный адвокат поместил его туда. Ты знакома с Фредом Суини?

– Мистер Суини. Конечно. Как чувствует себя твой отец?

– Они пытаются излечить его от алкоголизма, а он сопротивляется. Ничего нового. Мы уже все это проходили.

– Извини, Люк.

– Просто будь благодарна судьбе за то, что у тебя нормальная семья, Скарлетт.

– Да. Если найдешь еще лошадей и будет нужна моя помощь, дай мне знать.

– Ты отлично мне помогла прошлой ночью и отказалась от завтрака, но позволь отвезти тебя в Даллас и угостить ужином. В пятницу вечером. Я в долгу перед тобой, – внезапно предложил Люк.

Скарлетт взглянула на него и отвернулась, потом глубоко вздохнула, отчего грудь под рубашкой обрисовалась более четко.

– Спасибо, Люк, но ты не обязан этого делать, к тому же у меня планы.

Он не поверил в ее планы, заподозрив, что она просто не хочет с ним встречаться.

– Конечно, Скарлетт. Как пожелаешь. Хотя я в долгу перед тобой. Ты спасла моих лошадей.

– Это моя работа.

Он притормозил перед ее домом и вышел из машины, чтобы открыть дверцу с ее стороны, но она быстро выскочила и взяла свои вещи. Улыбнулась.

– Тебе не нужно провожать меня до двери. Мы же не на свидании. Увидимся позже, Люк. Звони, если найдутся больные животные.

– Скарлетт, ты спасла этих лошадей. Твой счет не покрывает и половины того, что ты сделала. Позволь мне чем-нибудь отплатить тебе. Могу ли я сделать пожертвование, чтобы помочь брошенным животным?

– Ловлю тебя на слове. Мои реквизиты есть в Интернете, так что можешь отправить чек. Мы помогаем собакам, кошкам, лошадям и другим животным, даже птицам. Нам всегда нужны деньги на питание, твое пожертвование не пропадет даром.

– Ты слишком заботишься о четвероногих и хвостатых.

Они посмотрели друг на друга, и ему нестерпимо захотелось обнять ее. Еще одна новость по возвращении в родной город. После стольких лет он должен был забыть Скарлетт, но даже попрощаться с ней сейчас было невероятно сложно.

– Пока, Скарлетт. Еще раз спасибо.

– Пожалуйста.

Она стала подниматься по ступенькам крыльца, а он пошел к пикапу. Сев в машину, взглянул в зеркало заднего вида и увидел, что она стоит в дверях и наблюдает за ним. Потом она вошла в дом и закрыла за собой дверь.

Интересно, увидятся ли они еще, пока он здесь. У них нет совместного будущего, а потому и нет причин снова пересекаться. К тому же не стоит забывать о дурной наследственности. Из-за плохих генов он для нее самый неподходящий на всем белом свете мужчина.

Люк вселился в пятизвездочный отель и почувствовал огромное облегчение, расположившись в комфортабельном номере с просторным балконом. Он подтвердил встречу с детективом из Далласа, который вел расследование покушения на жизнь Уилла, исчезновения Рича Лоуэлла и Джейсона Филлипса, а также пропажи денег.

Люку нужно было пообщаться с детективом, только не в отеле. Для этих целей были арендованы апартаменты в соседнем маленьком городке Бринкли. Ключ можно было оставлять у консьержа. Именно там Люк намеревался встретиться с Коулом Салливаном.

Он заказал завтрак в номер.

Если они с детективом поймут, куда пропали деньги, станут очевидны и причины исчезновения Рича Лоуэлла и Джейсона Филлипса.

Люк пошел в душ, горячая вода постепенно смывала усталость последних часов.

Чей прах покоится в могиле Уилла? Все думали, что он умер, пока он не появился на собственных похоронах.

У Люка накопилось множество вопросов, на которые нужно было найти ответы. Например, об Уилле. А еще, хотя об этом не следовало думать, он задавался вопросом, когда же получится снова увидеться со Скарлетт.

Глава 3

У Люка оставалось немного времени до встречи с Коулом. Он переоделся в джинсы, клетчатую рубашку, надел коричневые сапоги и ковбойскую шляпу стетсон. В такой одежде он не выделялся среди других мужчин Ройала, ему было необходимо смешаться с толпой на случай возможной слежки.

Забравшись в пикап, он проехал несколько кварталов до банка, где у него был открыт счет. Президент банка Джефф Клайн был его другом со школы. Здесь, в Ройале, Люк знал почти всех, поэтому вел дела очень легко. Решив все вопросы в банке, он направился в муниципалитет на встречу с шерифом Нейтаном Баттлом.

Они с Нейтаном были знакомы с детства. Друзья пожали друг другу руки, Нейтан кивнул Люку на стул. Люк вытащил из кармана чек:

– Это за «Дабл-У». Налоги и все остальные платежи. Если нужно заплатить больше, дай мне знать, в чеке я указал сумму долга моего отца, которую ты сообщил. Я был в банке и переоформил все счета ранчо на себя, отец больше не имеет никакого отношения к имению. Мне не очень нравится так поступать, но видел бы ты, в каком состоянии он оставил хозяйство.

Нейтан выписал квитанцию и достал папку с документами.

– Все верно. Отдаю тебе закладную и уведомление об аукционе. Долг и пени ты выплатил полностью. Рад, что ты вернулся. Надеюсь, будешь иногда приезжать, и мы еще увидимся в Техасском клубе скотоводов.

– Я не знаю, когда вернусь. Найму персонал, налажу работу ранчо. Если у тебя есть предложения, с удовольствием выслушаю. Вот список людей, с которыми я уже переговорил. Знаешь ли ты кого-то из них?

Нейтан просмотрел список.

– Да, я знаю их всех, кроме Чета Янга. Могу навести о нем справки, если хочешь.

– Спасибо, но я сам его проверю.

Нейтан засмеялся, и в уголках его темно-карих глаз образовались морщинки.

– Охотно верю. Ты сделаешь это лучше, чем полицейское управление Ройала. Надеюсь, когда-нибудь ты вернешься жить в «Дабл-У».

– Вряд ли это случится в ближайшее время. Я владею компанией в сфере новых технологий и очень люблю мою работу. – Люк дружески улыбнулся. – Нейтан, спасибо за звонок. Скарлетт Маккиттрик помогла мне выходить выживших животных. Она просто волшебница. Я надеялся, что она спасет хотя бы половину, а она вылечила всех.

– Она отличный специалист, кроме того, как и ты, любит свою работу. Люк, очень сожалею насчет твоего отца.

– Что ж, он достиг дна. Я очень рад, что расплатился по долгам ранчо. Так больно было узнать, что его могли продать с аукциона. Это был бы просто кошмар.

– Этого уже не произойдет. Твое ранчо свободно от всех долгов, и ты можешь распоряжаться им как хочешь.

– Отлично. Хорошо чувствовать себя как дома во всех отношениях.

Нейтан проводил Люка до двери.

– Давай как-нибудь пообедаем вместе, когда у тебя будет время.

– Конечно. Еще раз спасибо, Нейтан. Своим звонком ты сохранил мое ранчо.

Люк вышел, чувствуя большое облегчение. «Дабл-У» полностью принадлежит ему, основные шаги по спасению ранчо сделаны. Следующая цель – сделать «Дабл-У» одним из лучших в Техасе.

Кроме того, Люк оплатил счет за содержание отца в доме престарелых и оставил распоряжение по поводу оплаты всех будущих счетов.

Он вернулся в «Беллами», где переоделся в голубую рубашку и темно-синие брюки. Ровно в одиннадцать утра Сандерс вошел в его номер. Они пожали друг другу руки.

Люк посмотрел в зеленые глаза друга и улыбнулся:

– Рад видеть тебя в добром здравии.

– Моя жизнь пошла кувырком. Спасибо, что приехал, Люк. Если поможешь отследить, куда исчезли деньги, мы получим ответы на многие вопросы.

– Я сделаю все возможное, Уилл. Сегодня у меня встреча с Коулом Салливаном.

И он выслушал рассказ Уилла обо всем, что случилось. Многое указывало на Рича Лоуэлла как виновника произошедшего.

– Чтобы сохранить тайну следствия, я почти никому не рассказывал подробности этого дела. Я сотрудничаю с полицией всеми возможными способами и сообщил им, что у меня есть собственный частный детектив, который поможет вести расследование.

Люк кивнул:

– Можешь рассчитывать на меня, Уилл, будь уверен, я сохраню все в тайне. Я знаю, как все это для тебя важно.

– Спасибо за участие, тем более эти проблемы касаются и других людей. Я обеспокоен не только ситуацией с Ричем, но и исчезновением Джейсона Филлипса. Это на него не похоже. Ведь у него есть дочь Саванна, ей всего шесть лет, и сейчас все заботы о ней взял на себя его брат Аарон. Сестра Джейсона Меган тоже помогает. Они с Аароном чередуются. – Уилл вздохнул. – Они волнуются о Джейсоне, и я понимаю почему. Чем больше мы узнаем о Риче, тем тревожнее выглядит ситуация.

– Я все еще пытаюсь осмыслить эту информацию. Могу только представить, что чувствуют его близкие.

Уилл мрачно кивнул:

– Мои родные получили урну с моим прахом, и там была записка о том, как я умер. Эту записку отправили на графологическую экспертизу. Также будет проведен анализ ДНК пепла.

– Рано или поздно мы все узнаем.

– Все потрясены обманом Рича. Ты ведь знаешь, мы росли вместе.

– Поэтому он успешно выдавал себя за тебя. Он же знал о тебе все.

– Я чувствую себя преданным. Рич ведь не беден. У него состояние. Что заставило его совершать такие поступки?

– Жадность. Он не настолько богат и успешен, как ты. Обычно друзья радуются успехам друзей, а Рич, видимо, завидовал.

– Да, похоже на то. Это все так ужасно.

– Да. Жизнь полна потрясений.

– К сожалению. Я слышал, у тебя тоже проблемы.

– Я их как раз решаю. Расплатился с долгами за ранчо. Не могу поверить, что отец довел все до такого состояния. Рич Лоуэлл падок до денег. А моего отца интересует только выпивка. Жалкое зрелище, Уилл. Я боюсь, что когда-нибудь стану похожим на него.

– Ты никогда не будешь таким, как твой отец, Люк. – Уилл улыбнулся. – Насчет этого можешь не беспокоиться. Ты много работаешь, у тебя масса блестящих идей. Хватит волноваться о плохих генах.

– Я очень надеюсь, что ты прав. Ладно, поговорю с детективом, посмотрим, что можно сделать. Если мы получим доказательства того, что деньги украл Рич, ты сможешь прижать ублюдка.

– Еще раз спасибо, Люк. Я дам тебе знать, если появится новая информация, и ты мне тоже сообщи, если станет что-то известно. Но будь осторожен. Рич пытался меня убить.

– Я помню, и это меня все еще шокирует. Я буду очень осторожен.

– Если мы сможем проследить путь пропавших денег, будет просто великолепно. – Уилл хлопнул друга по плечу. – Кстати, мои поздравления по поводу списка «Форбс». Ты стал новым миллиардером. Это здорово.

– Спасибо, приятель. Но, если честно, я вернулся домой, и здесь у меня столько неприятностей, что список «Форбс» и Кремниевая долина кажутся такими далекими отсюда. Если смогу решить все проблемы здесь, буду просто счастлив. Деньги всегда оставляют след. И если именно Лоуэлл украл их, мы обязательно получим информацию об этом.

– У Рича наверняка есть банковские счета, где он хранит деньги и откуда они поступают к нему.

Люк кивнул в знак согласия.

– Днем у меня много работы на ранчо, но я могу заняться этим ночью, если вы с Коулом дадите мне всю имеющуюся у вас информацию.

– Еще раз спасибо, приятель. Я знаю, у тебя полно других забот. Но мне просто хочется посмотреть Ричу в глаза и спросить, как он мог совершить такое, причинить боль стольким людям. – Уилл сердито вздохнул. – Он думал, что я не выживу, когда сталкивал меня за борт яхты. Но, к счастью, меня спасли. Хотя я еще до конца не восстановился.

– Мы найдем его, Уилл. Мы просто обязаны это сделать.

Они попрощались, Люк закрыл дверь за Уиллом и сделал несколько звонков. Тридцать минут спустя он забрался в пикап и поехал в Бринкли на встречу с частным детективом.

Ровно в час дня в дверь апартаментов постучал Коул Салливан. Люк пожал руку голубоглазому детективу, когда-то бывшему техасским рейнджером.

– Спасибо, что приехали в Бринкли. Мне показалось, что лучше встретиться здесь, чем в Ройале.

– Я тоже так думаю. Я в курсе, что вы перед обедом встречались с Уиллом, и это очень хорошо.

– У меня все готово. Позвольте продемонстрировать наше новое программное обеспечение.

– Мой бизнес меняется с каждым днем, и прямо сейчас я, видимо, научусь чему-то новому.

– Надеюсь, я смогу помочь вам поймать Рича. Мы все выросли вместе и хорошо знаем друг друга. Привычки, поговорки, манеры.

Коул кивнул:

– Если мы сможем отследить путь денег, найдем и Рича.

Пока они разговаривали, Люк настроил свою систему и вносил в нее информацию, предоставленную Коулом. Они работали вместе в течение часа, договариваясь, каким образом будут получать и обрабатывать данные и как поддерживать связь.

Когда Коул ушел, Люк собрал вещи и возвратился в Ройал. У него было назначено три собеседования с кандидатами на должность управляющего ранчо и две встречи с потенциальными подрядчиками. Приехав в Ройал, он купил черный спортивный автомобиль и добрался на нем до отеля.

Вечером того же дня, ужиная в гостиничном номере в одиночестве, он опять вспомнил, как обнимал и целовал Скарлетт. Она поцеловала его в ответ, страстный поцелуй оказался одновременно и вызовом, и приглашением. Он снова хотел ее обнять. Понимая, что им не нужно встречаться, тем не менее не мог выбросить ее из головы. Почему ему с ней так чертовски хорошо?

Люк хотел позвонить Скарлетт, пригласить на свидание, провести с ней романтический вечер, а потом повести в свой номер и заниматься любовью ночь напролет. Но это недостижимая мечта, наподобие того, как если бы Рич Лоуэлл сдался полиции и признался во всех своих преступлениях.

Скарлетт, скорее всего, снова откажется. Нужно выбросить ее из головы, закончить здесь со всеми делами и вернуться в Калифорнию, где ему комфортно жить и работать. Из-за плохих генов он совершенно не подходил Скарлетт. Почему невозможно забыть ее?

Следующим утром Люк проснулся в шесть часов, разбуженный настойчивым телефонным звонком.

– Нам нужно срочно встретиться на моем ранчо сегодня. Можешь приехать к одиннадцати?

– Я приеду.

– Спасибо. Хочу тебе кое-что рассказать о том, что происходит. Мы должны сохранить эту встречу в тайне, поэтому никому ни слова, ладно?

– Договорились.

Отложив телефон, Люк потянулся и сел в постели. Он проспал, хотя обычно просыпался в пять утра. Переезд в Техас и последние события сломали весь его режим.

Он задавался вопросом, что случилось, почему Уилл так срочно хочет с ним встретиться. Ничего, скоро он все узнает. А еще хотелось поехать в «Дабл-У» и посмотреть, как себя чувствуют животные. Люк уже разговаривал с временными работниками, а сегодня выбранный им подрядчик должен начать работы по сносу дома, в котором он вырос. Он уже проделывал подобное, когда строил свой дом в Кремниевой долине.

Хочет ли он построить новый дом на том же месте? На участке большие деревья, в том числе столетний дуб. Да, скорее всего, лучше возводить новую постройку на месте старой.

Нет необходимости решать все прямо сейчас, однако чем скорее он все здесь закончит, тем скорее вернется в свой любимый дом в Кремниевой долине.

И снова мысли вернулись к Скарлетт. Как бы он ни старался сосредоточиться на других вещах, она постоянно присутствовала в мыслях, занимала разум. Люк улыбнулся. Ему нужно поехать на ранчо и, если там окажутся больные животные, снова позвать ее. Во-первых, он хочет с ней встретиться. Во-вторых, она действительно умеет лечить животных.

Она никогда не боялась зверей. Люк вспомнил, как в детстве Скарлетт подошла к раненой собаке, рычавшей и обнажавшей клыки. Он кричал ей, чтобы не приближалась к животному, но она встала на колени перед собакой, протянула руку с угощением, в котором спрятала болеутоляющее средство, и принялась напевать. Собака перестала рычать, посмотрела на угощение и взяла его. Скарлетт быстро сделала ей укол. Люк едва мог поверить своим глазам. Животное успокоилось, его поместили в переноску и увезли к ветеринару.

Позже он спросил, откуда у нее болеутоляющие лекарства и когда она научилась делать уколы животным. Скарлетт бросила на него самодовольный взгляд и сказала, что занималась на ветеринарных курсах. В пятнадцать лет она уже работала один день в неделю на местного ветеринара, где быстро всему научилась.

Все еще улыбаясь воспоминаниям, Люк покачал головой. Мысли о ней не покидали его все утро.

Ровно в одиннадцать он подъехал к ранчо Уилла, одному из самых красивых поместий в Техасе, и в очередной раз подумал, в каком плачевном состоянии отец оставил «Дабл-У».

Во дворе было припарковано несколько автомобилей. Интересно, многие ли знали правду о том, что произошло? Дворецкий показал ему, где все собирались. Уилл приветствовал друга крепким рукопожатием и дружеским взглядом зеленых глаз.

– Хорошо, что ты здесь, приятель. Я разговаривал с Коулом, он тоже приехал и думает, что отслеживание денежных потоков реально нам поможет.

– Надеюсь. Как уже говорил, я сделаю все возможное.

Уилл улыбнулся и кивнул:

– Спасибо. Большего я и не прошу.

– Надеюсь, наша встреча что-то прояснит в этом деле.

– Да, я тоже надеюсь. Спасибо, что быстро подъехал.

– Не стоит благодарности. Пойду поздороваюсь с остальными.

– Конечно. Мы начнем через минуту.

В противоположном углу комнаты Люк заметил темноволосого широкоплечего Аарона Филлипса и направился к нему, по пути здороваясь с остальными. Тоби Маккиттрик тоже присутствовал, и, если бы мог убить взглядом, Люк уже был бы покойником. Кивнув старшему брату Скарлетт и увидев лед в его глазах, Люк проследовал дальше.

Нельзя злиться на Тоби за грубость, ведь он защищает свою семью. Люк всегда будет сожалеть, что сделал больно Скарлетт, но какова была альтернатива? Ей шестнадцать, ему восемнадцать, он не готов к браку, и Скарлетт тоже, хотя думала, что готова.

Он прошелся по комнате, приветствуя школьных друзей. Почти все мужчины стали членами Техасского клуба скотоводов, и Нейтан Баттл тоже находился в числе присутствующих.

– Нейтан, еще раз спасибо. Если бы ранчо продали с аукциона, это был бы ужасный удар.

– Забудь. Теперь ты – полноправный владелец «Дабл-У», так что заботиться о ранчо – твоя обязанность.

– Спасибо. – Люк улыбнулся и подошел к брату Джейсона. – Сожалею о пропаже твоего брата, Аарон.

– Спасибо, Люк. – Аарон с тревогой посмотрел на него. – Вот почему нас здесь собрали. Получена новая информация. Через минуту нам все расскажут. Я надеюсь услышать хорошие новости и получить ответы на вопросы.

– Я вернулся домой, а тут масса проблем с отцом, да еще мой друг пришел на собственные похороны.

– Да-да. Добро пожаловать домой, – печально заметил Аарон. – Сожалею о болезни твоего отца.

– Спасибо. Надеюсь, всех нас минует его участь. Береги себя, Аарон.

Он двинулся поприветствовать Рэнда Гибсона, совладельца успешной энергетической компании.

– Поздравляю с попаданием в список «Форбс». – Рэнд пожал руку Люку.

– Спасибо. Я занимаюсь любимым делом. Полагаю, как и ты.

Прежде чем Рэнд ответил, громкий голос Уилла, призвав всех к порядку, заглушил разговоры:

– Спасибо, что вы так быстро откликнулись на мою просьбу собраться здесь. Дело в том, что я получил очень важную информацию. Прошу прощения, что нарушил ваши планы. Это не займет много времени. Для начала частный детектив Коул Салливан обнаружил, что Джейсон в самом деле был похищен и ему может грозить серьезная опасность. – Уилл оглядел комнату. – Если кто-либо из вас располагает хотя бы малейшей информацией, пусть и самой незначительной, касающейся Рича или Джейсона, пожалуйста, сообщите ее полиции или Нейтану.

Нейтан махнул рукой.

– Мы надеемся, что Джейсон все еще жив.

Люк подумал об урне с пеплом. Возможно, именно Джейсон похоронен вместо Уилла.

Как мог Рич Лоуэлл, который вырос здесь и знал всех вокруг, предать дружбу таким ужасным образом? Никто не в состоянии ответить на этот вопрос.

Когда собрание закончилось, Люк поехал в «Дабл-У» на встречу со своим новым подрядчиком Эйбом Эллингсоном и новым управляющим ранчо Рубеном Линднером.

Следующие три часа они обсуждали вопросы, связанные со строительством дома и хозяйственных пристроек. Рубен возвратился в Ройал, чтобы подобрать персонал для ранчо.

После совещания Люк покормил и проверил домашний скот. И вскоре нашел больного теленка. А вот и работа для Скарлетт. Люк отправил ей сообщение и вновь почувствовал горечь. Как мог отец в угоду алкоголю обречь на гибель животных и оставить ранчо с огромными долгами? Люк вновь подумал о Скарлетт. Даже если бы оказался последним мужчиной на земле, он не заслуживает ее и не должен портить ей жизнь. Ведь однажды он может стать таким, как отец.

Он не получил ответа на сообщение, не смог дозвониться ей по телефону. Тогда он забрался в пикап и поехал на ранчо Маккиттриков. У крыльца дома заметил двух женщин. Его тут же окружили собаки, и они же сопровождали по пути к дому. Люк подошел ближе, увидел миссис Маккиттрик и Скарлетт, сидевшую в кресле-качалке и державшую на руках ребенка.

Помахав ему рукой, Джойс Маккиттрик вошла в дом. Он пошел к Скарлетт, его пульс участился. Почему она всегда так хорошо выглядит? Вот и сейчас красная футболка подчеркивает великолепную грудь, узкие джинсы облегают бедра.

Скарлетт играла с маленьким ребенком.

Не умевший общаться с детьми Люк с опаской посмотрел на маленького мальчика с густыми кудрявыми черными волосами, длинными ресницами, карими глазами и кожей золотисто-коричневого оттенка.

– Ты помогаешь кому-то с ребенком?

Он слышал, что у Тоби и Наоми маленькая девочка, но этот ребенок не похож на ее племянницу.

Скарлетт спокойно взглянула на него:

– Нет, я не помогаю с детьми. Это мой ребенок. Это мальчик, его зовут Карл.

Люк ошеломленно посмотрел на младенца.

– Это твой ребенок?

– Мой приемный ребенок. Я не могу иметь собственных детей, Люк.

Ошеломленный, он посмотрел на малыша, потом на Скарлетт. Почему ему никто не сказал, что у нее появился ребенок?

– Как же так получилось, Скарлетт?

– Я собиралась замуж, мы хотели ребенка, поэтому начали процедуру усыновления. Это занимает много времени. Пока все это продолжалось, мы с Таннером расстались. Вскоре после его ухода я усыновила Карла. Думаю, Таннер уехал в Чикаго. Я не общаюсь с ним. – Она нежно погладила мальчика по голове. – Похоже, получилось так, как и должно быть. Агентство одобрило усыновление, я прошла судебный процесс и теперь, как видишь, мать-одиночка.

Он уловил в ее голосе нотку вызова и взглянул на нее.

– Не знаю, уместны ли здесь поздравления. Но это так на тебя похоже, Скарлетт. Ты прекрасно ухаживаешь за животными. Значит, сможешь ухаживать и за ребенком.

– Зачем ты приехал, Люк?

– О, черт возьми, я и забыл. На ранчо обнаружился очень больной теленок, нужна твоя помощь.

Скарлетт протянула ему ребенка.

– Подержи Карла минутку. Присмотри за ним, пока я не вернусь. Я только соберу вещи.

Люк и не помнил, когда последний раз держал на руках ребенка.

– Скарлетт, я не могу.

– Конечно, можешь. Он не кусается. У него всего один зуб, – бросила она через плечо и исчезла за дверью. Люк был уверен, что она рассмеялась.

Он посмотрел на малыша, держа его обеими руками и понимая, что получается у него неловко. Тогда он сел и посадил мальчика на колени.

– Привет, Карл. – Люк улыбнулся, хотя сердце колотилось от страха, что он испугал малыша. – Черт возьми, Скарлетт, ой, прости, Карл. Слава богу, ты слишком мал, чтобы повторить мои слова. Твоя мама была бы недовольна мной. Я рад, что ты меня не боишься. – И он снова улыбнулся Карлу, а когда малыш улыбнулся ему, демонстрируя ямочки на щеках, почувствовал, как растаяло его сердце. – Эй, Карл, да ты милый ребенок. – Внезапно он почувствовал себя с малышом непринужденно. – Не кричишь, не плачешь, не делаешь сердитое лицо. Тебе, наверное, все равно, что я не умею обращаться с детьми твоего возраста.

Карл хихикнул, и Люк засмеялся, заставляя ребенка снова смеяться.

Скарлетт вышла из дома.

– Посмотрите-ка на него. А говорил, не умеешь обращаться с детьми. С тобой он вполне доволен жизнью и даже смеется.

– Он не знает, что я просто испуганный мужчина, который никогда раньше не держал ребенка.

– Потренируешься на Карле. Ты прекрасно справляешься. – Скарлетт улыбнулась ему, его сердце забилось сильнее, он улыбнулся ей в ответ.

Когда они учились в старшей школе, между ними было множество забавных моментов, они постоянно вместе смеялись, и он чувствовал себя с ней легко. Люк ощутил боль. Сейчас, смеясь вместе со Скарлетт, держа на коленях ее ребенка, он чувствовал, что все происходящее – удивительно правильно. Конечно, его не интересуют ни дети, ни семейная жизнь, он избегает привязанностей, но со Скарлетт хочет всего этого. Правда, это не имеет значения, ведь она не стремится иметь с ним ничего общего, интересуется им, только если он разговаривает с ней о больных животных и теперь вот еще о ребенке.

– Я всегда думал, что дети и животные чувствуют, когда кто-то их боится или не знает, как с ними обращаться. Но похоже, его это не волнует.

– Ты ему нравишься. У тебя все задатки хорошего отца, Люк. Кто бы мог подумать?

– Скарлетт, – он рычал, поддразнивая ее, потому что она тоже его дразнила, – я не собираюсь пока делать детей, так или иначе. Забудь об этом.

Флиртуя с ним, она произнесла бархатистым тоном:

– Я не хочу забывать и помню, насколько ты привлекателен в этом процессе.

– Скарлетт, ты просто нарываешься на неприятности.

Смеясь, она забрала у него Карла и пошла к дому.

– Отдам Карла маме, и мы поедем. Я могу сесть за руль, а ты…

– И думать забудь. Я отвезу тебя на ранчо и привезу обратно.

Она кивнула и ушла, чтобы передать Карла матери. Люк снова вспомнил, какой она была раньше беззаботной, кокетливой и чертовски сексуальной. Вытер лоб. Скарлетт легко может зажечь пламя страсти между ними.

Он все еще не мог поверить, что у нее теперь есть ребенок. Милый и очень забавный. Люк провел с ним несколько чудесных минут. Это так удивительно и не похоже на него.

Через несколько минут снова появилась Скарлетт:

– Ну что, готов ехать?

– Конечно. Спасибо тебе, Скарлетт. Ты снова меня спасаешь. Теленок очень болен, уж я и не знаю, будет ли он жив, когда мы доберемся, но мы должны попробовать помочь ему.

– Сделаю все возможное, Люк. Обещаю.

– Ни секунды в этом не сомневался. Слушай, Скарлетт, возьми двух больших надежных собак, которых мы сможем использовать в качестве сторожевых. Возможно, нам придется задержаться до ночи. Мы с тобой будем на ранчо одни, а Милт Доусон, мой работник, который нанимает ковбоев, сказал, что прошлой ночью опять приходили вандалы. Если боишься, отвезу тебя домой, но он сказал, что, скорее всего, это были подростки. Ничего особенного.

– Я не боюсь. Мне нужно помочь теленку.

– Но я бы не хотел быть застигнутым врасплох. Сможем ли мы взять с собой пару собак побольше?

– Конечно да.

Она свистнула, и к ней подбежало более дюжины собак. Она выбрала четырех, и они запрыгнули на заднее сиденье пикапа.

– Мы готовы. Доверься мне, эти собаки будут нас хорошо сторожить.

Он засмеялся:

– Ты очень талантлива и могла бы работать дрессировщицей.

– Я просто знаю их, и они знают меня. Они умные и сделают то, что я прикажу.

– Я бы тоже повиновался твоим приказам, если бы ты погладила меня и потрепала по животу, – признался он, и она рассмеялась.

– Да, ты и не смог бы мне сопротивляться, не так ли? Некоторые вещи остаются неизменными навсегда.

– Ты открываешь мою темную сторону. – Он подхватил шутку и дружески обнял ее. Должно было быть по-дружески, но не для него.

Люк придержал для нее дверцу и, когда Скарлетт забралась внутрь, уловил аромат экзотических духов, подействовавший на него очень возбуждающе. Его взгляд скользнул по ее телу, остановившись на длинных ногах и упругих ягодицах, которые подчеркивали узкие джинсы. Его охватила вспышка страсти, он хотел ее всем своим существом. Но разум взял верх. Она устроилась на сиденье, он закрыл дверцу с ее стороны, мечтая лишь о том, чтобы поцеловать ее хотя бы еще раз. По правде говоря, ему хотелось большего, чем просто один поцелуй. Он нуждался в целой ночи бесконечных поцелуев.

– Так хорошо, что ты пытаешься спасти теленка.

– Кстати, я нашел нескольких животных в каньоне к западу от ранчо. Теленку от силы неделя от роду. Его мать находится не в лучшей форме, но оба, в том числе и дюжина других животных, выжили. Его мать даже не пыталась меня прогнать. Она либо чувствовала, что я хочу помочь теленку, либо так больна и слаба, что у нее просто нет сил.

– О боже. Скорее всего, она сильно ослаблена. Им нужна помощь.

– Спасибо, что так быстро собралась.

Люк думал, какими подчеркнуто вежливыми они стали друг с другом. Прошлой ночью, когда он поцеловал ее, она не была такой спокойной. Его пульс участился при мысли о том, что на этот раз у него тоже будет шанс поцеловать ее. Возможно, она останется на ночь, чтобы помочь больному теленку.

– Не стоит благодарностей.

– Теперь ранчо принадлежит мне. Я выплатил долги отца, ипотеку, кредиты, а также огромные счета. Держу пари, с наемными работниками тоже не рассчитались. Возможно, кто-то из них забрал отсюда домашний скот в счет невыплаченной зарплаты. По крайней мере, я надеюсь, что они это сделали. Меня беспокоит, что люди остались без денег. У нас работали хорошие парни, и работали отлично. Я уже нанял нового управляющего. Его зовут Рубен Линднер. Ты с ним знакома?

– Нет, но это ничего не значит. Я же не владелица ранчо.

– Я также нанял подрядчика Эйба Эллингсона.

– Его я знаю. Он построил мою клинику. Отличный строитель.

– Скоро они закончат снос дома и начнут возведение нового.

– Такого, как в Кремниевой долине?

Он удивленно взглянул на нее.

– Откуда ты знаешь о моем доме в Кремниевой долине?

– Об этом писали в журнале. А еще обо всех электронных приспособлениях и удивительных вещах для дома будущего.

– Значит, ты читала обо мне, – поразился он.

У нее порозовели щеки, и ему захотелось обнять ее.

– Конечно, когда я вижу, что в журнале или газете пишут про бывшего одноклассника, мне становится интересно. Спасибо тебе за то, что пытаешься спасти теленка.

– Может быть, тебе поможет твоя магия.

– Приложу все силы.

– У тебя милый мальчик, Скарлетт.

Ее глаза засверкали от радости.

– Он для меня все. Мама тоже его обожает. Все мы его любим. И Тоби тоже. Карл сейчас слишком мал, но когда-нибудь он и моя маленькая племянница, дочка брата, Ава, будут играть вместе.

– Твой бывший жених не хотел детей?

– Наоборот, очень хотел. Его семье нужен был наследник. Когда он узнал, что я не могу забеременеть, готов был порвать со мной из-за этого. Поэтому мы решили усыновить ребенка. Но процедура усыновления заняла слишком много времени, и Таннер ушел. Я хотела все отменить, но, пока обдумывала это решение, позвонили из агентства. Остальное ты знаешь.

– Должно быть, это было трудное решение – растить ребенка самостоятельно.

– Да, зато самое правильное решение, которое я когда-либо принимала. Несмотря на то что я мать-одиночка, я живу с мамой, к тому же Тоби с Наоми тоже недалеко, поэтому усыновление было одобрено без Таннера. Я очень рада, что все так вышло. Я очень люблю маленького Карла, и он для меня просто подарок Небес.

– Он очень милый. Я был в шоке, когда увидел тебя с ребенком.

– Я так счастлива. У меня есть Карл и любимая работа. Это все, что нужно мне в жизни.

– Хорошо, что в мире есть такие люди, как ты. Мир нуждается в твоей помощи.

– Я довольна своей жизнью.

– Конечно. Ты делаешь свою работу и любишь ее, а я люблю мою работу. Мое дело – это практически вся моя жизнь. Мы с отцом не слишком близки друг с другом. И он мой единственный родственник.

– Прости. – Скарлетт дотронулась до руки Люка.

В момент прикосновения он почувствовал жар, охвативший все тело, и глубоко вздохнул. Она мгновенно отдернула руку, ее щеки снова порозовели. Она не смотрела в его сторону, но ее дыхание участилось. Люк ощутил, что Скарлетт реагирует так же, как и он, и это вызвало еще более сильную волну желания.

– Семья, какой бы она ни была, очень важна для любого человека. Возможно, я должен был сделать что-то еще, но смог только уехать отсюда и построить собственную жизнь. Теперь хочу сохранить ранчо, а ты помогаешь выхаживать животных. Это только начало. Возвращение домой оказалось не таким, как я представлял. Все стало очень плохо, но с твоей помощью мы спасли выживших животных. Если даже погибнет теленок, остальной скот точно будет в порядке.

– Как я уже говорила, сделаю все, что смогу.

Он улыбнулся:

– Ты всегда делаешь больше, чем можно ожидать. Пока ты здесь, я осмотрю остальных животных. Может быть, кому-то еще нужна помощь.

Он свернул на знакомую дорогу, которая раньше вела к его дому.

Когда они подъехали к амбару и припарковались, стало слышно, как громко мычит корова в загоне.

– Она хочет видеть своего ребенка.

– Я осмотрю ее и дам что-нибудь успокоительное. Но сначала посмотрим на теленка. Он может быть в критическом состоянии. – Она приказала собакам вылезти из машины. – Они будут сидеть там, где я им прикажу.

– И я тоже, – вставил Люк. Скарлетт улыбнулась.

Он взял ее за руку, чтобы отвести к стойлу. Ему не обязательно было это делать, но он не мог побороть искушение прикоснуться к ней. Ему так хотелось обнять ее и поцеловать. Казалось, так естественно быть с ней и ее малышом Карлом. Он понимал, что это смешно, но ничего не мог с собой поделать.

Люк нахмурился. Скарлетт даже не хочет его видеть и поехала с ним сейчас, только чтобы помочь животным. Она все еще что-то к нему чувствует, поскольку реагирует всякий раз, когда он к ней прикасается. Ему нужно думать о делах, а он никак не может выбросить из головы эту женщину и понятия не имеет, как обуздать свои чувства.

Люк слегка сжал плечо Скарлетт, борясь с желанием развернуть ее к себе и поцеловать. Он ощущал глубокую тоску по ней, внутри его раздувалось пламя страсти.

– Люк, где теленок? – громко спросила она, и он вдруг осознал, что она задала этот вопрос несколько раз.

– Извини, я погрузился в мысли и воспоминания о тебе, обо мне и об этом амбаре.

Люк увидел, как она слегка покраснела.

– Думай о сегодняшнем дне и текущих заботах. Это было очень, очень давно. Забудь обо всем.

Он наклонился ближе:

– Ни за что на свете не забуду, как целовал тебя в этом амбаре. Если ты запамятовала, я могу показать, в каком именно месте.

– Замолчи, Люк Уэстон! Где этот больной теленок?

Люк подвел ее к стойлу. Скарлетт опустилась на колени и, открыв сумку с инструментами, склонилась над теленком.

– Сообщи, если понадоблюсь. Я пока проверю остальных животных.

– Конечно. – Скарлетт не поднимала глаз, и Люк засомневался, услышала ли она его вообще.

Проходя по амбару, он увидел то самое место, где они давным-давно несколько раз занимались любовью. Воспоминания были очень отчетливыми, Люк был уверен, Скарлетт тоже не забыла.

Несколько долгих минут он стоял неподвижно внутри амбара, глядя в пространство, думая о Скарлетт и их потерянной любви. Со стоном попытался освободиться от этих мыслей, сосредоточиться на работе. Но выбросить из головы ее смех оказалось непосильной задачей. Он держал ее обнаженную в своих объятиях, целовал и часами занимался с ней любовью.

Правильно это или нет, Люк мечтал провести с ней еще одну ночь. Интересно, существует ли у него хотя бы малейший шанс осуществить мечту?

Глава 4

Скарлетт работала быстро. Теленок был слабее других животных, сильно истощен, изранен и очень плохо себя чувствовал. Требовалось принятие срочных мер, чтобы ему помочь. Она надеялась, что спасет его. Потом нашла корову-мать, дала ей успокоительное и обработала раны. Скорее всего, на нее напали, возможно, хищники, когда она пыталась защитить теленка.

Люк снова заказал ужин, и около десяти вечера они съели гамбургеры.

– Думаю, теленок переживет эту ночь, но я отправила Тоби сообщение, чтобы он забрал теленка прямо с утра и отвез в ветеринарную клинику. На него напали. Возможно, койоты. Удивительно, что он вообще выжил.

– Вероятно, корова-мать его защищала. Я уже говорил раньше, что ты просто творишь чудеса с животными. Кстати, отправил тебе еще один чек. Ты получишь его завтра.

– Ты уже оплатил счет.

– Нет, это сверх счета. Прими эти деньги от меня и используй на лечение больных животных, которым требуется помощь.

– Да. Я буду помогать любому брошенному животному, нуждающемуся в поддержке. Спасибо, Люк. Это здорово.

В сарае на стропилах висел фонарь, его мягкий золотистый свет распространялся вокруг. Теленок находился в соседнем стойле, было слышно его дыхание. Люк и Скарлетт сидели рядышком и ели гамбургеры. Она не удержалась и взяла его за руку:

– Спасибо. Любое пожертвование поможет животным.

И быстро отпустила его руку, осознав, что не следовало вообще к нему прикасаться. Однако в тот момент, когда она убирала руку, он накрыл ее своей ладонью. Его горячий страстный взгляд пронзил ее насквозь, сердце заколотилось от волнения. Скарлетт тотчас вспомнила объятия Люка, его поцелуи.

Он был для нее всем, и он же причинил такую боль. Она не хотела пройти через все это снова и уж тем более не хотела, чтобы пострадал маленький Карл. Но это Люк, и он держит ее за руку и смотрит так, будто она единственная женщина на земле. В его глазах светится дикое желание.

Здравый смысл подсказывал отстраниться, отступить, сказать ему «нет». Но Скарлетт не могла. Она хотела его. Ее взгляд был прикован к его губам. Потом она подняла глаза и встретила его взгляд.

– Один поцелуй, Скарлетт, – хрипло уговаривал ее Люк.

Такой ласковый и сексуальный голос.

Ее сердце бешено билось, когда она смотрела на него, и как ни старалась, не могла от него отстраниться.

– Если мы поцелуемся, то не сможем остановиться, – прошептала Скарлетт. – Не хочу, чтобы мне было больно.

Что-то мелькнуло в глубине его глаз.

– Поцелуй, и все. Просто поцелуй старых друзей. – Люк привлек ее к себе.

И она, попав в плен сине-зеленых глаз, оказалась в его объятиях. Его губы в миллиметре от ее губ. Она так желала этого поцелуя. Здравый смысл слабо протестовал, но голос страсти оказался сильнее. Намерения Люка были более чем ясными и четкими. Он наклонился к ней, ее сердце сильно заколотилось. Казалось, он тоже слышал этот грохот. Она обвила руками его шею и закрыла глаза, их губы слились в поцелуе.

Скарлетт застонала, закружилась в вихре страсти. Она желала его, хотела, чтобы он запомнил ее поцелуи, а его влечение к ней было столь же огромно, как ее к нему.

Он крепко прижал ее к своему сильному мускулистому телу, провел руками по спине и ягодицам, и, когда их бедра тоже оказались прижатыми друг к другу, она ощутила, насколько сильно он возбужден.

Их языки соприкоснулись, поцелуй был наполнен страстью, ей хотелось, чтобы там, в своем высокотехнологичном мире Кремниевой долины, он не забывал о ней.

Скарлетт провела рукой по его волосам и слегка подвигала бедрами, вызвав сладострастный стон. Когда ей было шестнадцать, Люк навсегда забрал ее сердце. Она думала, что чувства прошли, но одного поцелуя оказалось достаточно, чтобы время повернулось вспять. Люк смог вернуться в ее жизнь, растопить сердце, наполнить тело сладким томлением. Она хотела ощутить каждый дюйм его тела и взамен отдать каждую частичку своего.

Скарлетт помнила, какую страсть Люк разжигал в ней, когда был юношей. Теперь он опытный мужчина, и ее очень волновала мысль, каково это – заниматься с ним любовью. Но, отдавшись ему, она рискует влюбиться по-настоящему. Той искренней, настоящей любовью, которая причинит одни лишь страдания. И что важнее всего, не только ей, но и Карлу. Ведь если Люк появится в ее жизни, он также будет присутствовать и в жизни ребенка. Карл может легко полюбить его и привязаться к нему. Она не переживет, если Люк ранит чувства ребенка.

Скарлетт совсем чуть-чуть расстроилась, когда ее бросил Таннер. И теперь понимала, что не плакала из-за расставания с ним, поскольку просто не любила. Конечно, с ним весело и интересно, у них была прекрасная совместимость, но у нее складывалось ощущение, что чего-то не хватает. Искорки, пламени страсти, которую она испытывала в избытке сейчас в объятиях Люка.

Перед тем как она поцеловала Люка, голос разума еще звучал в голове. Но после поцелуя все мысли покинули ее, и она оказалась полностью во власти собственных чувств. Скарлетт переполняло желание. Люк держал ее в объятиях, целовал, и она хотела лишь одного: еще больше объятий, еще больше поцелуев, чтобы своими сильными руками он трогал ее тело, занимался с ней любовью. Они никогда не будут вместе, нет никакой надежды на брак или просто длительные отношения. Будет ли она страдать потом, если сейчас они займутся любовью? Или страдать еще больше, если они не сделают этого?

Она не хотела оглядываться назад с тоской или сожалением. Пусть все будет так, как велит сердце.

Скарлетт прислонилась к Люку еще сильнее, ощущая бедрами его сильную эрекцию, и принялась поглаживать его спину, спускаясь ниже, к ягодицам.

Он взглянул на нее. От сильного возбуждения его сине-зеленые глаза потемнели, и она ощутила очередной скачок пульса. Он хочет ее, в этом нет ни малейших сомнений.

– Люк… – прошептала Скарлетт его имя и в этом шепоте выразила все свои чувства. Мольбу о том, чтобы он сделал с ней все, о чем она так долго мечтала.

Она расстегнула пуговицы его рубашки, вытащила ее из джинсов. Он тоже занялся ее рубашкой, быстро избавился от нее, отбросив прочь. Она услышала его восхищенный возглас, когда он расстегнул и снял с нее бюстгальтер. Обхватив ее грудь, застонал от восхищения, проводя большими пальцами по ее соскам.

– Божественно! Скарлетт, ты такая красивая, такая горячая. Я хочу тебя.

Она притянула его к себе и поцеловала, проведя языком по нижней губе, как бы ощупывая уголки рта, прежде чем приникнуть к устам глубоким страстным поцелуем.

Ее руки ласкали его мускулистую грудь, потом спустились ниже, к ремню. Расстегнув его, она стащила с него джинсы. Потом отступила на шаг и элегантным движением, завлекающе поведя бедрами, сняла свои кружевные трусики. Снова шагнула к нему, потерлась бедрами о его член, опустившись на колени, взяла в рот и стала поглаживать языком.

Запустив пальцы ей в волосы, он застонал, чувствуя, как она ласкает его губами и языком, одной рукой обхватив член, а пальцами другой водя между ногами.

Она слышала его прерывистое возбужденное дыхание, ей хотелось заставить его потерять контроль, чтобы воспоминания об этой ночи вечно будоражили. Он поднял ее с колен, заглянул в глаза, прижался к ее губам очередным страстным поцелуем. Одной рукой обнимал ее, другой – ласкал ей ягодицы.

Наклонившись, провел языком по ее соску, одновременно ощупывая и сжимая другую грудь. Все это вызвало сильную дрожь в ее теле.

Застонав, Скарлетт закрыла глаза. Ничего не существовало вокруг. Только его руки, губы, прикосновения. Это просто волшебство. Ей было так хорошо потому, что именно Люк находился с ней.

Он бросил на сено одеяло, лег и увлек ее за собой. Обняв, запечатлел на ее губах еще один долгий горячий поцелуй. Не было больше никого в этом мире, только она и он.

Они целовались. Люк ласкал ее тело, потом стал целовать, спускаясь ниже и ниже, пока не добрался до внутренней поверхности бедер, вынуждая Скарлетт изгибаться от наслаждения и раздвинуть ноги. Стоя перед ней на коленях, он положил ее ноги себе на плечи, поглаживая между ногами и заставляя ее дрожать от желания.

Когда он прикоснулся к ней языком, ее охватило неистовое возбуждение, но она жаждала большего. Хотела почувствовать его внутри себя, хотя, с другой стороны, не желала спешить. Мгновения рядом с Люком казались сказкой, Скарлетт мечтала об этом столько одиноких ночей. Его руки, губы, мощная эрекция, мускулистое тело – не иллюзия. Он по-настоящему прикасался к ней, ласкал, доставлял удовольствие и наслаждался сам.

Люк целовал ее лодыжки, бедра, поднимаясь вверх. Скарлетт, запустив пальцы в его волосы, охнула от удовольствия, когда он провел языком по внутренней стороне бедра сначала одной, потом другой ноги.

– Такие длинные красивые ноги, – сказал он, продолжая осыпать ее поцелуями, ей захотелось, раздвинув бедра, дать ему возможность доставить наслаждение.

Он дал ей возможность целовать, ласкать, поглаживать его мужское достоинство, а сам руками и языком поднимал ее на вершину удовольствия. Она полностью отдалась своим ощущениям, постанывая, чувствуя, что он сводит ее с ума.

– Люк, возьми меня. Я хочу тебя прямо сейчас.

– Потерпи, подожди чуть-чуть. – Его пальцы помогали ей достигнуть кульминации.

Скарлетт наслаждалась моментом. С ней Люк, и он целует ее, сопровождая в рай.

Она прижалась к нему, яростно двигая бедрами и желая, чтобы он оказался внутри ее.

– Люк, ты нужен мне прямо сейчас.

– Не так быстро, Скарлетт. – Люк посадил ее на колени, чтобы она оказалась лицом к нему с раздвинутыми ногами. – Мы же хотим получить как можно больше удовольствия от секса. – Он целовал ее шею, грудь, дразня языком сосок. – Ты потрясающая.

Он играл с ней, одной рукой лаская между ногами, другой сжимая и отпуская ей грудь, его губы были прикованы к ее губам, а она поглаживала его член.

Люк страстно целовал Скарлетт, его настойчивый язык изучал ее рот. Она целовала его лихорадочно, безрассудно, испытывая сильное желание, какого не испытывала до сих пор никогда.

Он снова поцеловал ее, посадив себе на колени, его руки не переставали ласкать ее тело.

– Ты просто великолепна, идеальна.

– Конечно же нет, но мне нравится, что ты так думаешь. Тебе не понадобится презерватив. Ведь я не могу забеременеть.

– Не будем рисковать. – Он надел презерватив. – Нам придется многое наверстать. Сегодня ночью ты моя.

Люк вошел в нее. Скарлетт застонала от удовольствия, крепче прижав его к себе. Проведя руками по его спине, обхватила за упругие ягодицы и двигалась с ним одновременно. У него такое сильное сексуальное тело. Потом она уже не могла ни о чем думать, потерявшись во времени и пространстве. Его губы впились в ее губы, их движения ускорились.

Скарлетт испытала мощный оргазм, волны наслаждения сотрясали тело. До нее донесся низкий гортанный стон Люка. Они продолжили движения, экстаз настиг их практически одновременно. Оба задыхались, их тела были влажными от пота.

Постепенно ритм замедлялся, дыхание восстанавливалось. Лежа с закрытыми глазами, она крепко держала его в объятиях. Люк с ней. Исполнилась ее мечта. Она грезила этим долгими одинокими ночами. Когда он уехал в Калифорнию, она думала, что это навсегда. По правде говоря, так оно и было. Тем не менее он все-таки к ней вернулся. Пусть и на короткое время. И это счастье.

Конечно, она понимала, что их отношения будут недолгими. Он никогда по-настоящему ее не полюбит и не допустит в свою блестящую жизнь. Она не подходит ему как спутница жизни. Но сегодня можно забыть и о прошлом, и о будущем, просто наслаждаться горячим, восхитительным, умопомрачительным сексом.

– Ты лучшая женщина во Вселенной, Скарлетт. – Люк поцеловал ее в лоб.

– То же самое могу сказать и о тебе. Ты – потрясающий мужчина. Нам так хорошо вместе.

– Даже слишком хорошо. Я чувствую себя как выжатый лимон.

Она застенчиво улыбнулась.

– Есть один способ помочь тебе прямо сейчас. Могу показать.

– Да, конечно, но чуть позже. Дай мне отдышаться. Это лучшая ночь в моей жизни. За долгие годы. Надеюсь, теленок выживет, и тогда все вообще будет идеально.

Она отыскала свой телефон.

– Тоби приедет в шесть тридцать утра и отвезет теленка в ветеринарную клинику.

Люк перевернулся на бок и осыпал легкими поцелуями ее висок, щеку, ухо, шею.

– Ты изумительная, Скарлетт. Такая горячая, сексуальная.

– Надеюсь, что так. Это безумие, Люк, и мы оба будем об этом жалеть. Я уж точно. Ты ведь знаешь, я не могу относиться к сексу легкомысленно.

– И я тоже. Почему ты думаешь, что для меня это ничего не значит? Я никогда не забуду тебя.

– Время покажет.

Они замолчали. Скарлетт попыталась не думать о будущем. Сейчас она в объятиях Люка и наконец перестала на него сердиться. Эйфория, близость, любовь – все это, конечно, не вечно, но она хотела испытывать наслаждение здесь и сейчас, не думая о будущем. Конечно, будет опять больно, но сегодня она не смогла сказать ему «нет».

Люк крепко держал ее в объятиях, Скарлетт чувствовала себя такой счастливой, и ей казалось, что он тоже счастлив.

– Ты очаровательная мама, – отметил он, целуя ее.

Она обняла его за шею и поцеловала в ответ. Сегодня они вместе, и не важно, что было в прошлом и будет дальше. Она сожгла все мосты, пути назад нет. Скарлетт прильнула к Люку, почувствовав его эрекцию. Он готов любить ее снова. А она – его.

В субботу утром Люк открыл глаза, увидел, как Скарлетт собирает свою одежду, и схватил ее за лодыжку. Она обернулась.

– Доброе утро, красавица. Иди ко мне. Оставь одежду в покое. Ты мне нужна голая.

Улыбнувшись в ответ, она покачала головой.

– Ты забыл, что у нас больной теленок, да и Тоби скоро появится. Он всегда просыпается до рассвета.

Люк застонал.

– Твой брат… Хорошо, что он заберет теленка, но очень жаль, что помешает нам.

– Сомневаюсь, что брат обрадуется, увидев нас вместе.

– Мне повезет, если он не поколотит меня.

– Тоби не сделает этого. По крайней мере, если ты его не спровоцируешь. Но ты достаточно умен, чтобы избежать этого.

– Надеюсь, так и будет. Как теленок?

– Все еще в плохом состоянии. Не хочется отнимать его от матери, но выхода нет. Я сейчас пойду в дом и приму душ.

Люк приподнялся и потер затылок.

– Можно мне с тобой? Мы примем душ вместе, сэкономим время.

– Как ты можешь говорить об этом с таким бесстрастным выражением лица? Если мы будем вместе принимать душ, точно ничего не сэкономим.

– Возможно, – сказал Люк, вставая и хватая свою одежду. – Давай проверим.

Она застегнула рубашку, надела джинсы и ботинки.

– Я одеваюсь и еду домой. Тебе тоже лучше одеться на случай, если приедет Тоби.

Люк кивнул. Она права. Недопустимо выходить голым из амбара навстречу ее брату.

Через несколько минут они вошли в дом, в котором не сохранилось ни одного предмета мебели, на стенах красовались граффити, окна были разбиты. Люк старался не предаваться воспоминаниям о том, каким этот дом был раньше, когда он был молод и счастлив.

Скарлетт взяла его за руку.

– Люк, мне очень жаль. Не представляю, как бы я себя чувствовала, если бы это случилось с моим домом.

– Тебе незачем представлять такое. У тебя хорошая семья. Тоби отличный парень и прекрасный брат. Твоя мама – связующее звено всей семьи. Вы с братом всегда можете на нее рассчитывать, она окружила всех вас любовью и нежностью. Ваш дом – как оазис, рай для всей семьи.

– Согласна. Надеюсь, что смогу дать Карлу то же самое, что сумела дать нам мама. Но я так тебе сочувствую.

– Спасибо. Вернусь в Калифорнию и постараюсь все забыть. Запомню только прошлую ночь с тобой.

Она замолчала, и он подумал, не причинил ли ей опять боль. Вроде не должен был, ведь она достаточно разумна, чтобы понять, какая плохая у него семья. Вряд ли ей хотелось бы иметь родственников, из-за которых ранчо превратилось в руины и пострадал скот.

Люку казалось, что для Скарлетт это просто ночь со старым другом и она никогда не захочет иметь серьезные отношения с таким мужчиной, как он, и не предлагал себя ей из опасений со временем превратиться в алкоголика, как его отец.

– Отлично, что ты сохранишь ранчо и выстроишь все заново. С тобой оно будет процветать. Лучше думай о будущем и постарайся отпустить прошлое.

– Если мой отец снова все не разрушит. Хотя не думаю, что он вернется на ранчо. Я куплю ему дом в Ройале, если он захочет. Но, судя по медицинским документам, если он куда-то и сможет переехать из дома престарелых, то только в больницу. Я пью пиво, особенно когда жарко, или на вечеринках. Наверное, стоит и с этим завязывать, чтобы не закончить свою жизнь так, как он.

– Такого с тобой не произойдет.

Они добрались до ванной комнаты с работающим душем, и Скарлетт, повернувшись, положила указательный палец ему на грудь.

– Сначала я приму душ, надо подготовиться к встрече с Тоби.

Люк улыбнулся ей и, опершись рукой на стену над ее головой, наклонился к ней.

– Я по-прежнему предлагаю сэкономить время и принять душ вместе. Обещаю, мы просто вместе помоемся. Давай, Скарлетт, не будем тратить время.

– Люк, я серьезно, Тоби скоро приедет.

Он начал расстегивать ей рубашку.

– Снимай одежду, милая. Давай поспешим. Я не хочу, чтобы твой брат застал меня здесь с тобой.

Люк разделся, вошел в душ и включил воду похолоднее. Ему нужно было немного остыть. Говорить – одно, а делать – совершенно другое. Обнаженная Скарлетт была такой сексуальной и соблазнительной. Он мгновенно возбудился и был готов заняться с ней любовью.

– Не смей ко мне прикасаться, – предупредила она.

В ее карих глазах вспыхнул огонь, и он понял, что лучше быстро принять душ и одеться. Но ему так хотелось обнять и целовать ее с головы до ног.

– Сейчас мы торопимся, но потом вернемся сюда, чтобы сделать это.

Он быстро помылся, вытерся и стал одеваться, пристально наблюдая за ней. У него перехватывало дыхание, он чувствовал мощную эрекцию. Самое лучшее – выйти, чтобы немного остыть. Он знает Тоби Маккиттрика достаточно хорошо: тот наверняка будет защищать Скарлетт.

Люк неохотно вышел на улицу, чтобы подождать Скарлетт. Его преследовал образ обнаженной фигуры под душем, и он поклялся себе, что уговорит ее заняться любовью там.

– Я готова, – объявила она, выходя на улицу.

Они быстро собрали вещи, убрали их на заднее сиденье пикапа и вдруг услышали шум приближающегося автомобиля.

– Это твой брат. Нужно договориться, что мы ему скажем.

– Я сторожила теленка. Ты спал.

– В соседнем стойле. Нужно, чтобы было правдоподобно.

Тоби был сильным и честным парнем, они дружили, пока Люк не уехал учиться в колледж и не бросил Скарлетт. С тех пор они не поддерживали связь. Тоби не хотел, чтобы сестра встречалась с Люком, и у него были веские причины на это.

Тоби припарковался возле пикапа Люка, взял вещи Скарлетт и положил в свою машину.

– Скарлетт внутри с теленком? – спросил он, подходя к Люку.

– Да, она там. Она спасла мой скот и помогла выжить теленку.

Тоби подошел ближе.

– Уэстон, мне глубоко наплевать на то, что ты звезда Кремниевой долины и попал в список «Форбс». Если снова причинишь боль Скарлетт, у полиции Ройала появится еще одно нераскрытое дело по поиску твоего трупа. Держись подальше от моей сестры. Ты разбил ей сердце.

– Я не хотел причинить ей боль. – Люк понимал, что Тоби защищает сестру, и махнул рукой в сторону развалин дома. – Посмотри на этот дом и ранчо. Понимаешь, какая у меня наследственность. Не думаю, что ты захочешь породниться с таким, как я.

– Да, так и есть. Я хочу, чтобы ты убрался из Техаса, подальше от нее. – Тоби пошел прочь, потом внезапно оглянулся. – У тебя плохие гены. Ты разбил сердце моей сестре. Держись от нее подальше.

Он скрылся в сарае. Люк не сердился на него за эти слова. Несмотря ни на что, ему нравится Тоби, он уважает его.

Тоби не о чем беспокоиться. Его сестра не хочет серьезных отношений с Люком, ведь он из неблагополучной семьи. Тоби сам только что упомянул плохую наследственность. Даже успехи не имеют значения для Маккиттрика. Ведь у отца Люка когда-то было одно из лучших ранчо в округе, и вот в каком бедственном положении оно оказалось сейчас. Скарлетт просто нужно сравнить свою семью с его семьей и сделать правильные выводы.

Люк вошел в сарай, Тоби исподлобья взглянул на него.

– Могу я помочь перенести теленка в пикап? – спросил он.

– Да, – быстро ответила Скарлетт, видимо чтобы не дать Тоби сказать что-то резкое.

И принялась руководить процессом.

Тоби не нуждался в его помощи, но Скарлетт говорила, что им делать, они быстро и осторожно положили теленка на заднее сиденье машины Тоби.

– Скарлетт, я положил твои вещи в мой пикап. Отвезу вас с теленком в ветеринарную клинику, нас там уже ждут.

– Спасибо, Скарлетт. Я знал, что ты спасешь его, – сказал Люк.

– В клинике это точно сделают.

Люк ничего не успел ответить, поскольку Тоби завел машину и быстро уехал. Люк пошел к своему пикапу и достал телефон. Скарлетт уехала, и он чувствовал потерю, как это ни смешно. Она ведь не играет никакой роли в его жизни. Поэтому чем скорее он выбросит ее из головы, тем лучше. Открыв список намеченных дел, он постарался больше о ней не думать.

Надо позвонить Уиллу. Однако когда он начал набирать номер, неожиданно пришло сообщение от частного детектива Коула Салливана. Что такого могло случиться, из-за чего он написал так рано утром?

Глава 5

Прочитав сообщение, Люк понял, что Коул хочет встретиться с ним, но не в его отеле. Детектив предложил отдельный кабинет в Клубе скотоводов в девять утра. Люк отправил сообщение, что будет там.

За пятнадцать минут до назначенного времени он припарковался и направился к входной двери большого темного здания из дерева и камня, основная часть которого была построена в 1910 году, впоследствии у него появились пристройки. Лучи солнца искрились в высокой шиферной крыше. Внутри были высокие потолки, на обшитых панелями стенах красовались охотничьи трофеи и исторические артефакты. Люк вошел в Клуб скотоводов. В памяти мгновенно возникли картины, как они обедали здесь с отцом, который был членом клуба. Люк тоже стал членом клуба, когда окончил колледж и уже работал в Кремниевой долине.

Он прошел в один из частных кабинетов, через несколько минут туда же вошел Коул и закрыл за собой дверь.

– Спасибо, что пришли так быстро. Это место удобно тем, что, если кто-то и следил за нами, ему трудно будет догадаться, что встречаемся именно здесь. Кстати, обратите внимание, возможно, за вами есть слежка.

– Буду иметь в виду. Но здесь, в Ройале, я встречаюсь со многими людьми. Не думаю, что Рич мной заинтересуется.

– Он может быть в тысяче миль от Техаса, но нам нужно быть начеку. Джейсона Филлипса так и не нашли. – Коул извлек из портфеля бумаги, папки и конверты. – Всю эту информацию я собрал для вас. Часть документов мне помог получить шериф, часть я добыл сам. Члены клуба тоже помогали. Также в этом деле заинтересованы крупные банки. Ведь они тоже хотят поймать вора, похитившего деньги со счетов, и уж точно не сдадутся.

Люк улыбнулся:

– Конечно, для банковского бизнеса нехорошо, когда воровство сходит с рук.

– Все эти копии для вас. Надеюсь, вы сможете загрузить их в вашу программу, и она что-то найдет.

– Отлично. – Люк сложил документы, квитанции и папки в свой портфель.

– Вот и все. Если хотите уйти прямо сейчас, я выпью кофе и выйду чуть позже. Или наоборот, я уйду первым. Нам не следует выходить отсюда вместе.

– Нет, я останусь и прямо сейчас просмотрю документы, а вы идите.

– Хорошо. Удачи. Нам нужно поймать этого негодяя, потому что по крайней мере один человек умер по его вине, а еще чуть не погиб Уилл, ему просто повезло.

– Спасибо, Коул. Мы можем арендовать здесь шкафчик, установить кодовый замок, и вы будете складывать туда документы, а я – забирать их. Тогда нам не нужно приезжать сюда одновременно.

– Отлично. Я арендую шкафчик и скажу вам код.

– Договорились.

Они пожали друг другу руки. Коул ушел. Люк вернулся в отель и положил портфель с документами в сейф.

Потом у него была назначена встреча с застройщиком.

Ближе к полудню Скарлетт прислала сообщение, что теленку стало лучше. Он улыбнулся, подумав об этой удивительной женщине и ее любви к животным. Она делает то, что у нее получается лучше всего, – лечит зверей, заботится о маленьком Карле. Люк тоже чувствовал, что его призвание – цифровые технологии, поэтому жил и работал в Кремниевой долине. Однако теперь, в Ройале, он не чувствовал большого желания возвращаться в Калифорнию, хотя и должен был скучать по своему дому.

Может быть, потому, что он нужен здесь, и когда наладит работу ранчо, ему захочется вернуться в Калифорнию. Так или иначе, сейчас он только хотел увидеть Скарлетт, поэтому послал ей сообщение с приглашением на обед. Раньше она отказывала ему, но мало ли, вдруг все-таки согласится.

Полчаса спустя от нее пришло сообщение. Она ответила «да». У него ускорился пульс и резко улучшилось настроение. Конечно, глупо реагировать подобным образом, ведь у них нет и не может быть серьезных отношений. Но она собирается с ним поужинать, и ему хотелось превратить их встречу в нечто особенное.

Люк написал ей подробности, и она ответила, что будет готова к пяти, должна вернуться домой завтра к полудню, а с Карлом посидит ее мама.

Люк закончил свои дела и вернулся в номер переодеться к свиданию. Пилот его частного самолета, по совместительству владелец лимузина, тоже находился здесь. Люк не мог дождаться встречи со Скарлетт. Они были в разлуке всего несколько часов, а ему показалось, что целую вечность. Скарлетт особенная. Впрочем, она всегда была такой, ничего не поменялось.

Скарлетт переодевалась четыре раза, прежде чем остановить свой выбор на простом красном платье без рукавов, с овальным вырезом, поясом и прямой юбкой. Она с волнением ждала вечера.

Они проведут его с Люком, а он способен позаботиться о том, чтобы свидание было замечательным. Ей хотелось провести с ним и ночь. Слишком много у нее было одиноких ночей и пролитых слез.

Открыв шкатулку, она рассматривала украшения, которые надевала не так часто. Там же был и золотой браслет, который подарил Люк после их первой ночи любви.

Она не могла от него избавиться. Когда они встречались, носила браслет, но после отъезда Люка бросила его в ящик и больше не доставала. Сейчас он казался таким детским.

Она надела красные туфли на высоких каблуках, быстро уложила короткие волосы, последний раз взглянула на свое отражение в зеркале и отправилась на поиски Карла и мамы. Джойс только что закончила кормить малыша.

– Мама, я бы взяла его на руки, но он весь перепачкан едой.

– Не нужно, он может срыгнуть. Отлично выглядишь, Скарлетт.

– Спасибо, мам. И перестань волноваться. Мы с Люком всего лишь будем ужинать, он хочет отблагодарить меня за спасение своих животных, особенно теленка.

– Я просто не хочу, чтобы он снова причинил тебе боль.

– Мне не шестнадцать, и я не собираюсь страдать. – Она надеялась, что сможет выполнить обещание. Скарлетт посмотрела на ребенка, он улыбнулся. Она наклонилась: – Ты пытаешься сделать все, чтобы я подошла и часть твоего ужина оказалась на моем платье. Наверное, думаешь, что так красивее. Ты такой хитрый, Карл. Мам, ну разве он не прелесть?

– У него самый лучший характер из всех моих детей. Он даже веселее, чем ты в детстве. Скарлетт, ты уверена, что хочешь поехать в Даллас с Люком сегодня вечером?

– Я буду очень осторожна. Перестань волноваться, мам.

– Не смогу. – Джойс сдержанно вздохнула. – Кстати, тебе пришла почта. Там есть кое-что от Люка.

– Он оплатил счет и сказал, что пришлет чек для помощи брошенным животным. – Скарлетт поспешила посмотреть почту. – Мама, он сказал, что отправил это, зная, что я помогаю бездомным животным и все такое.

Она в ступоре рассматривала размашистый почерк Люка.

– Ну и что в этом плохого? Чего ты так разволновалась?

Скарлетт уставилась на чек, потом подняла глаза на мать:

– Не могу поверить. Он сказал, чтобы я использовала деньги на помощь животным, а я все еще не могу этого осознать.

Джойс, нахмурив брови, пересекла комнату и взглянула на чек.

– Почему? О боже! Полмиллиона долларов, Скарлетт. На эти деньги можно построить еще одну клинику.

– Я могу столько всего сделать на эти деньги. Столько полезных вещей для спасения животных. Полмиллиона долларов, мам.

– Ты не должна их принимать. Люк Уэстон пытается купить тебя.

Скарлетт отрицательно покачала головой:

– Люк слишком хорошо меня знает. Даже если бы он дал мне пять миллионов, я бы все равно не чувствовала себя обязанной ему. Это подарок. Он может себе это позволить, а я могу использовать эти деньги для помощи бездомным и раненым животным.

– Просто не позволяй его деньгам затмить тебе разум.

– Мама, не волнуйся об этом. Деньги никак не изменят моего отношения к нему. Однажды он разбил мне сердце. Этого больше не повторится, особенно теперь, когда у меня есть Карл. Я не допущу, чтобы пострадал ребенок.

– Если бы ты не была моей дочерью, я бы не поверила. Но ты моя дочь, и я понимаю, что ты отдаешь отчет в каждом произнесенном тобой слове.

– Честно говоря, может быть, он просто мне очень благодарен. Ты не представляешь, как жалко его лошадей и скот. Они практически умирали. Если бы меня там не было, он бы их потерял. Ты живешь на ранчо достаточно долго и понимаешь, как больно, когда гибнут животные. Особенно сразу много животных. Это мучительно. Заметь, я спасла его деньги. – Скарлетт улыбнулась. – Не полмиллиона долларов, конечно.

Но в любом случае я подумаю об этом. Я могу спасти столько животных, если обналичу этот чек. Второго такого шанса просто не будет.

– Зато твой брат будет в бешенстве.

Скарлетт засмеялась:

– Тоби относится к Люку с подозрением.

– Он просто пытается тебя защитить.

– Я знаю. Тоби очень хороший брат. Иногда немного властный, но в меру. Подожди, вот подрастет его дочь. Мне заранее жаль ее мальчиков-ухажеров.

Мать улыбнулась.

Раздался звонок в дверь.

– Это Люк. Отнеси к нему Карла, пусть с ним поздоровается. Я не могу взять его на руки в этом платье.

Мать вытерла лицо ребенка и взяла его, чтобы вместе со Скарлетт проследовать к входной двери.

Скарлетт открыла дверь, и ее сердце замерло. Люк был в синем костюме, белой рубашке с золотыми запонками, галстуке и черных ботинках. У нее перехватило дыхание. Не существует на этом свете мужчины, способного конкурировать с Люком.

– Привет. Заходи, поздоровайся с мамой и Карлом.

– Привет. Ты выглядишь великолепно.

– Спасибо.

Она провела его в гостиную, где находились Джойс и Карл.

– Здравствуйте, Люк, – улыбнулась Джойс.

– Добрый вечер, миссис Маккиттрик. – Он подошел ближе. – Привет, Карл. – Малыш улыбнулся еще раз. – Какой дружелюбный ребенок.

– Он весь день улыбается, – заметила Скарлетт. – Счастливый ребенок. Но не стой слишком близко. Он только что поужинал и, возможно, срыгнет.

Люк усмехнулся:

– Спасибо за предупреждение. А выглядит безобидно. Оказывается, он шалун.

– Он просто думает, что это смешно. – Она поцеловала Карла в щечку. – Пока-пока, милый. Мам, если что – звони.

– Приятного вечера вам обоим, – отозвалась Джойс вежливо.

Конечно, мать не хочет, чтобы она уходила с Люком, поскольку не простила причиненную ее дочери боль. Но хотел ли сам Люк, чтобы она бросила школу в шестнадцать, вышла за него замуж и уехала с ним в Калифорнию. Скорее всего, ее мать и брат были бы категорически против брака с Люком. Скарлетт отбросила в сторону размышления о прошлом. Как бы то ни было, ее родственники до сих пор злятся на него.

Люк взял ее за руку, и они пошли к лимузину.

– Спасибо за твое столь щедрое пожертвование.

– Я очень благодарен тебе за все, что ты сделала, Скарлетт.

– Твой чек выходит далеко за рамки того, что я сделала.

– Я так не думаю. Ни один ветеринар не занимался бы всю ночь больными животными. Ни один ветеринар не спас бы столько лошадей и скота, как ты. Единственное, что я могу сделать, – перечислить деньги, чтобы ты спасала еще больше животных. Жаль, что мы не приехали раньше и не смогли спасти моего пса. Я любил его. Нужно было взять его с собой в Калифорнию. Есть много вещей, о которых я сейчас жалею.

– Тебе нужно перестать винить себя в том, что совершил отец. Ты же ничего не знал.

– Это точно. Нужно постараться забыть об этом и просто все исправить.

– Ты преуспеешь в этом, Люк. И да, я использую твой щедрый чек, чтобы закупить современное оборудование для моей клиники, а часть денег перечислю в фонд ветеринарной больницы Ройала.

– Оставь эти деньги себе, Скарлетт. Я уже послал им чек.

– Ты можешь себе позволить практически все, не так ли?

Он серьезно посмотрел на нее.

– Не совсем. Есть вещи, которые не купишь за деньги.

Взгляд его сине-зеленых глаз гипнотизировал ее. Неужели он имеет в виду ее? Она глубоко вздохнула и убедила себя в том, что это нелепая мысль. Она ничего не значит для Люка.

– Думаю, ты прав.

– Тебе повезло, Скарлетт, у тебя есть маленький Карл. Я никогда не думал, что буду говорить так о ребенке, но он такой милый, и уверен, доставит тебе много радости.

– Конечно. А еще Эйва, дочка Тоби. Так замечательно, когда в семье есть маленькие дети. Однажды у тебя тоже будет семья, Люк.

Он покачал головой и посмотрел в окно.

– Вот уж не думаю. Мне не нужен такой брак, какой был у моих родителей. Это во-первых. У меня плохие гены. Это во-вторых. Я не хочу где-то оседать. Это в-третьих. Целых три причины против. – В его голосе прозвучала горькая нотка.

Она взяла его за руку.

– Люк, у тебя нет плохих генов.

Не стоило ей этого делать даже из сочувствия. Этот мужчина красив, богат, сексуален. Но так больно было слышать от него про плохие гены и про то, что он не хочет жениться. Люк ушел от нее несколько лет назад и за это время не сильно изменился. Все так же любит заниматься сексом. Но его сердце заперто. Нет уверенности в том, что она смогла бы подобрать к нему ключ. У Скарлетт ком застрял в горле. Ее не должно это волновать, но, как ни старалась, ей не становилось все равно. Теперь, направляясь с ним в Даллас на целую ночь, она рисковала сильно увлечься, пребывая на грани влюбленности, хотя и понимала, насколько важно держаться от Люка подальше, особенно из-за Карла. Ребенку будет больно, если он привяжется к Люку, а тот уедет в Калифорнию.

Прямо сейчас ей нужно сказать, чтобы он развернул лимузин, и она вернулась бы к своей безопасной спокойной жизни, которая была раньше, пока он не приехал в Ройал и не разрушил все пламенем страсти. Она собиралась провести с ним почти двадцать часов и окончательно потерять голову. В конце концов, потом ей будет хуже, чем в прошлый раз.

Она читала о нем, видела фотографии красивых женщин, с которыми он встречался в Калифорнии. Эти женщины могли бы родить ему прекрасных детей. Если надеется, что он полюбит ее, то она просто идиотка.

– Ты молчишь, Скарлетт. – Люк взял ее за руку. – О чем задумалась?

– Просто думаю о предстоящем вечере.

– Я думал об этом весь день с того момента, как мы принимали душ. Давай проведем время вместе, и это будет правильно.

Даже если каким-то чудом он в нее влюбится и попросит выйти замуж, она должна сказать «нет». Она не может иметь детей. Люк наверняка хочет детей, в венах которых текла бы его кровь. Она уверена в этом, несмотря на его слова о плохих генах. Как он может так думать, если создал такую успешную компанию и запатентовал столько новинок электроники. Он умный, сильный, здоровый, у него определенно хорошие гены.

Она не может позволить ему остаться с ними. Чтобы Карл посчитал его папой, а потом в один прекрасный момент этот папа просто бы исчез. Скарлетт посмотрела в окно. У нее было чувство, будто она едет навстречу своей сердечной катастрофе.

– Ты слишком напряжена. Тебя что-то беспокоит?

Она улыбнулась:

– Извини. Иногда я думаю о моих пациентах. Не могу избавиться от беспокойных мыслей.

Лимузин остановился, и Скарлетт увидела, что они подъехали к взлетно-посадочной полосе аэропорта Ройала. Через несколько минут они уже находились на борту частного самолета.

– Водитель лимузина сидит рядом с пилотом?

– Да, Джейк также имеет лицензию пилота, поэтому может управлять самолетом, если это необходимо. Я не люблю рисковать. – Люк улыбнулся. – Ты должна приехать ко мне в гости, Скарлетт. Посмотреть, где я живу. Я тебе покажу. В Калифорнии есть все, что ты только пожелаешь.

Она улыбнулась в ответ:

– Я не могу бросить моих пациентов и ветеринарную практику.

– Ты сможешь. Если тебя некем заменить, ты просто должна принять на работу еще одного врача.

– Может быть, когда-нибудь, Люк. – Скарлетт сомневалась, что это когда-либо случится.

В Далласе их встретил другой лимузин с водителем, который тоже работал на Люка. Этот мужчина имел все, что хотел и когда хотел. Она в очередной раз отметила, что совершенно не вписывается в его блестящий мир со своими собаками, ветеринарной клиникой, маленьким Карлом и простой жизнью на ранчо. Они проведут вместе еще одну, максимум две ночи, потом он вернется в Кремниевую долину и больше о ней не вспомнит. Ей нужно это осознать, чтобы не осталось места иллюзиям.

Они поднялись на последний этаж здания, и он открыл дверь своего великолепного пентхауса.

– Люк, это потрясающе, – сказала Скарлетт, входя в большую элегантную гостиную с зеркалами, картинами на стенах, удобной мебелью и вазами с живыми цветами.

В комнате было мягкое освещение, Люк включил музыку, зажег свечи.

– Я заказал ужин и сообщил о времени нашего приземления, так что скоро все должно быть готово.

Прозвенел звонок, Люк обернулся.

– Вот и ужин, – объявил он, открыв дверь.

Вошли два официанта с тележкой.

Пока они накрывали на стол, Скарлетт, подойдя к большому панорамному окну, любовалась мерцающими огнями Далласа, простиравшегося на мили во всех направлениях. Манящие ароматы горячего хлеба, кофе, стейков и пряностей наполнили комнату. Вскоре официанты исчезли.

Люк погасил свет, снял пиджак, галстук, расстегнул верхние пуговицы рубашки. Сердце Скарлетт пустилось вскачь, у нее перехватило дыхание. Она забыла про чудесный вид из окна и вкусный ужин. Перед ней красивый мужчина, которого она всегда любила. Мужчина, который никогда ее не полюбит.

– Все это время я думал только о тебе. Ждал этого момента с тех пор, как мы сегодня утром вместе принимали душ. Ты прекрасна, Скарлетт. Не могу передать, как сильно ты меня возбуждаешь. – Он обнял ее.

Она закрыла глаза, прижалась к нему всем телом и поцеловала так, будто это последний поцелуй в ее жизни. Ей хотелось заняться с ним любовью всеми возможными способами, целовать, ласкать, возбудить до такой степени, чтобы он не смог ее так легко забыть. Все, что он говорил о плохих генах, казалось ей несущественным. Он достаточно умен, чтобы понимать, что это неправда. На самом деле он просто не хочет связываться с кем-либо.

– Скарлетт, я хочу тебя видеть. Весь день думал о тебе и не мог дождаться этого момента. Не могу больше терпеть. Ужин подождет.

Она поцеловала его, прекратив разговор и наслаждаясь его сильными руками, мускулистым телом. Она чувствовала, как сильно он возбужден и готов любить ее. Люк целовал ее так отчаянно, будто сегодня их последняя ночь вместе.

Она расстегнула его рубашку и бросила на пол. Проведя ладонями по его мускулистой груди, задрожала. Между ними не должно быть никаких преград. Выскользнув из объятий, она, глядя ему прямо в глаза, принялась раздеваться. Люк тяжело задышал, когда Скарлетт, расстегнув молнию на спине, отвернулась от него и, водя плечами и слегка покачиваясь, позволила платью упасть до бедер. Наблюдая за ним через плечо, она одним движением стащила платье и, перешагнув через него, повернулась к нему лицом. На ней остались кружевной бюстгальтер и трусики, а еще красные туфли на высоких каблуках.

Она подошла к нему, и он снял с себя оставшуюся одежду. Обняв ее и прижав к груди, прошептал ей на ухо:

– Ты такая красивая, я хочу тебя.

Прильнув к нему, она обвила его длинной ногой. Он провел пальцами от колена и выше по ноге, позволив себе самое интимное прикосновение. Она застонала и прогнулась.

– Не могу ждать, любимая, – прошептал он, отпустив ее, потом достал и надел презерватив и вошел в нее. Она застонала от удовольствия и, обхватив его ногами и обняв за шею, стала совершать страстные движения. Она хотела его, он разжигал ее тайные желания.

Люк двигался медленно, поднимая Скарлетт и вновь насаживая на свой член. Она, тяжело дыша, яростно цеплялась за него.

– Я хочу тебя, – страстно прошептала она, побуждая его ускориться.

Он стал двигаться интенсивнее, и она вместе с ним, крепко сжимая его в объятиях и целуя. Пульс стучал у нее в ушах. Достигнув пика наслаждения, Скарлетт закричала и, обхватив за плечи, наслаждалась его оргазмом.

Они не представляли, сколько прошло времени, пока восстанавливали дыхание и успокаивали сердцебиение. Скарлетт медленно опустила ноги, он вышел и обнял ее, и они просто стояли, держась друг за друга. Он поглаживал ее ягодицы, спину.

– Я хотел это совершить с тех пор, как ты пошла в душ, – признался Люк. – Ни о чем другом не мог думать весь день.

– Я рада. Хочу, чтобы ты хотел меня. Я всегда желала тебя, Люк. Надеюсь присутствовать в твоих снах каждую ночь и в твоих мыслях каждый день.

Он подхватил ее на руки и отнес в ванную.

– Мы можем принять душ и поесть в постели, если хочешь.

Скарлетт поджала губы.

– Мы не будем есть в постели. Что-нибудь прольется и испачкается, и мы будем спать на грязном белье.

Люк усмехнулся и притянул ее к себе, обнимая.

– Скарлетт, детка, как мне хорошо с тобой. Включив воду, Люк принялся поглаживать руками мокрое обнаженное тело Скарлетт. Она делала то же самое, скользя руками по его твердым мышцам, выпуклым бицепсам и плоскому животу. Когда он стал поигрывать одной рукой у нее между ног, а другой ласкать ей грудь, она охнула и, закрыв глаза, прижалась к нему всем телом и задвигала бедрами.

– Неужели ты готов? Не может быть.

– У меня две руки, и я могу довести тебя до оргазма пальцами.

Он снова начал возбуждать ее, она извивалась от желания. Его член терся об ее ноги, она, наслаждаясь его прикосновениями, использовала руки, чтобы возбудить его.

– Посмотри, что ты со мной делаешь, – сказал он хрипло, прежде чем войти в нее.

Она ахнула и закричала, крепко прижимая его к себе, обнимая ногами и двигаясь до тех пор, пока ее не настиг оргазм. Люк тоже содрогнулся, достигнув пика наслаждения.

Их движения замедлились, он крепко ее обнял.

– Не думал, что можно так быстро восстановиться.

– Ты просто не знаешь своего потенциала. – Она поцеловала его в плечо.

– Я сегодня хорошо поработал. Дай мне немного передохнуть.

Она улыбнулась:

– То есть не нужно целовать тебя, ласкать, трогать…

– В течение следующих десяти – пятнадцать минут – нет. Потом делай все, что хочешь.

– Все, что хочу?

Скарлетт сполоснулась под душем и обернулась в пушистое банное полотенце. Люк забрал полотенце и сам стал вытирать ее. Особенно медленно вытер сначала одну грудь, потом другую.

– Ты прекрасна, – шептал он и, наклонившись, провел языком по ее соску.

От горячего влажного прикосновения волны жара распространялись по ее телу.

Он развернул ее и стал вытирать спину, начав с плеч и медленно двигаясь вниз. Она поцеловала его, взяла полотенце и стала промокать сильное тело, потом замерла, коснувшись его бедра.

– Теперь я вытру тебя. Я помню этот шрам. В восемнадцать лет ты оседлал быка.

– Мне повезло, что я не сломал ни одной кости. Моя карьера наездника быков была короткой. Очень короткой. Какое хорошее начало вечера. Хочешь вина? Может быть, пива? Или поужинаем?

– Я готова что-нибудь съесть, только не в голом виде. Давай оденемся и выйдем на балкон.

– Все, что пожелает красивая леди, – закон. Единственный плюс одежды для ужина в том, что я с нетерпением буду ждать его окончания.

Скарлетт улыбнулась:

– Давай останемся на балконе, хочу насладиться огнями города.

Он поймал ее руку и поцеловал пальцы.

– Отлично, Скарлетт.

– Я готова поесть прямо сейчас.

– Договорились. – Люк провел рукой по ее плечам. – Скарлетт, мне так хорошо с тобой.

Ее сердце замерло.

– Я рада. Мне тоже хорошо с тобой.

Что это, простая вежливость? Или он еще в эйфории после занятия любовью? Она знала, что лучше не принимать всерьез его замечание, но надежда все равно пустила корни в душе.

– Здесь так красиво, Люк, – прошептала Скарлетт несколько минут спустя, глядя на сверкающие огни Далласа.

Люк налил вина, и они положили себе понемногу лобстера, лосося, стейка и фазана со сливками. Правда, она была более очарована открывающимся видом и красивым мужчиной напротив, нежели ужином.

– У меня захватывает дух, – признался он хриплым голосом, который привлек ее внимание, она повернулась к нему лицом. Он улыбнулся медленной, голодной, многообещающей улыбкой, и ее сердце дрогнуло. – У меня захватывает дух от тебя, Скарлетт. Мне нравится быть с тобой, и я рад, что ты здесь со мной сегодня вечером.

– Это похоже на волшебство, Люк. Я навсегда запомню сегодняшний вечер.

Они принялись за еду, пробуя кусочки лобстера в растопленном масле.

– Я рада, что «Дабл-У» снова стало твоим. У тебя прекрасное ранчо.

– У меня будет прекрасный новый дом. Более того, я планирую построить три дома: один для меня, когда буду приезжать туда, второй для управляющего, третий для гостей. Возможно, домов будет больше, это только начало.

Интересно, когда в следующий раз он вернется в Ройал?

– Это хорошее начало, Люк.

– Мне просто необходимо нанять подходящих людей. Либо самостоятельно управлять ранчо, а я к этому не готов.

– У тебя хорошо получалось, когда ты жил здесь.

– Калифорния – мой дом. Ты должна приехать ко мне туда, Скарлетт.

– Интересно, понравится ли мне там? – Вряд ли когда-нибудь она побывает в его доме в Кремниевой долине.

– Мой гнев на отца по поводу ранчо немного остыл, теперь нужно навестить его. Ты сможешь поехать со мной? Тогда я точно смогу держать себя в руках.

– Не нужно на него сердиться. Особенно сейчас, когда он очень болен.

– Да, так и есть. Это очень печально.

– Я навещу его с тобой, если смогу. Просто дай мне знать, когда соберешься.

– Конечно.

Они сидели и спокойно ели. Скарлетт была не очень голодна и наслаждалась открывшимся городским пейзажем. Люк взял ее за руку.

– Пойдем.

Они вошли в гостиную. Он задул свечи и повернулся к ней лицом.

– Иди сюда.

Но едва она сделала шаг, как он подхватил ее на руки и отнес в спальню, где поставил на ноги. Она обняла его за шею, он нежно ее поцеловал.

Сердце Скарлетт сильно билось. Она ответила на поцелуй Люка, зная с абсолютной уверенностью, что любит его. Интересно, догадывается ли он о ее чувствах? Хотя это не имеет значения. Она женщина не его круга, и никогда ею не станет. Люк красив, богат. И живет в Калифорнии. А она – в Техасе с родными и ребенком. Семья нуждается в ней, как, впрочем, и она в семье. Ее работа также очень важна. Карл счастлив здесь. Скарлетт не хочет ничего менять. Они с Люком просто занимались сексом, и все.

Она крепко обняла его и поцеловала, ей все время хотелось к нему прикасаться, навсегда запечатлеть в памяти эти мгновения, чтобы на всю оставшуюся жизнь остались прекрасные воспоминания.

Они занимались любовью всю ночь и на следующее утро проснулись в объятиях друг друга. Скарлетт нужно было вернуться в Ройал к малышу Карлу и матери. Люку тоже нужно было попасть туда, поскольку он получил информацию о пропавших деньгах Техасского клуба скотоводов.

– Отлично, Скарлетт, самолет заправлен и готов отвезти нас домой.

– Когда мы вернемся, я хочу, чтобы ты пришел повидаться с мамой и Карлом. Маме будет интересно послушать о «Дабл-У», а Карлу просто нужно уделить немного внимания. Я купила ему игрушку здесь, в сувенирной лавке.

– Я тоже хочу ему что-нибудь купить. Помоги мне, Скарлетт, ведь я понятия не имею, что безопасно давать ему в таком возрасте, я абсолютно ничего не знаю о детях.

– Ты отлично с ним справился и понравился ему, и он был так рад с тобой пообщаться. Не нужно ничего ему дарить. У него полно игрушек. Просто я всякий раз не могу удержаться, чтобы не купить ему что-нибудь.

Они подошли к двери, Люк поймал ее за руку. Удивленная, Скарлетт повернулась к нему.

– Я пока не хочу уезжать.

– Люк, мы не можем здесь задерживаться.

– Еще один поцелуй, – просил он, обнимая ее.

Она попыталась возразить, но не смогла. Уронив вещи на пол, обвила его шею, почувствовав, что сейчас они расстанутся, и это, вероятно, последний раз, когда они увиделись до его отъезда в Калифорнию.

Люк провел по ее груди, потянулся к молнии платья. Скарлетт отстранилась.

– Мы не можем Люк. У нас обоих есть дела.

На мгновение ей показалось, что он собирается спорить, но он кивнул и открыл дверь. Они вышли, и у нее возникло чувство, будто она уходит из его жизни последний раз. Будет ли она на этот раз ощущать чувство потери, расставаясь с ним?

Глава 6

Люк вернулся в свой номер в отеле «Беллами».

Открыл компьютер, чтобы изучить информацию об украденных деньгах, с транзакциями по снятиям, присланную Коулом. Он работал весь вечер, а днем поехал в «Дабл-У», чтобы проконтролировать ход работ.

В понедельник он попросил у архитектора копию проекта нового дома. В тот же день позвонил Скарлетт и сказал, что хочет показать ей чертежи. Ему требовался женский взгляд. Она рассмеялась:

– Конечно. Приходи к нам на ужин. Мама приготовит цыпленка с клецками, это очень вкусно.

– Я помню, как это вкусно, не нужно просить меня дважды. Что мне принести для Карла?

– Я ведь говорила, ничего не нужно. Он будет рад тебя видеть. Просто улыбнись ему.

– Ему легко улыбаться, он делает это постоянно. Интересно, он когда-нибудь плачет?

– Конечно, плачет. Сердится, когда устал. Но большую часть времени он счастлив.

– Потому что он рядом с тобой.

– Надеюсь на это. Стараюсь быть счастливой рядом с ним. К тому же он такой милый.

– Никогда не думал, что маленький ребенок может быть настолько забавным, но твой сын именно такой.

– Хорошо, что он тебе нравится, – просияла Скарлетт, хотя ее голос приобрел более серьезные нотки. Люк задавался вопросом, не сказал ли он что-то неправильно.

Тем же вечером раздался звонок в дверь. Скарлетт открыла Люку, глубоко вздохнула, у нее сильно забилось сердце. Он был в белой рубашке, темно-синих брюках и черных ботинках, и она не могла не отметить, что с каждым разом он выглядит все более привлекательным.

– Рад тебя видеть, – сказал Люк проникновенно, и по ее телу побежали мурашки. Однако они были не одни, а ей так хотелось обнять и поцеловать его.

– Спасибо. Проходи на кухню. Мама готовит, а Карл возится с игрушками.

– Я принес планы дома. Оставлю их тебе, это копии. Посмотри, когда будет время, и я с удовольствием обсужу их с тобой. Мне важно твое мнение.

– Конечно.

Скарлетт подумала о том, что никогда не будет жить в доме, который поможет ему спланировать. Женится ли он когда-нибудь или всегда будет избегать серьезных отношений, помня о неудачном браке своих родителей?

Джойс вышла из кухни поприветствовать Лука. На ней была белая блузка с брюками и ярко-красный фартук. Светло-медовые волосы до плеч распущены, ярко-голубые глаза смотрели с теплотой. Скарлетт знала, что раньше мать злилась на него, но это в прошлом.

– Как хорошо, что ты пришел, Люк. Как в старые добрые времена.

– Так вкусно пахнет. Спасибо за приглашение на ужин. В «Беллами» хорошая еда, но со здешней нет никакого сравнения.

– Я помню, что тебе всегда нравилась курица с клецками.

– Нравилась, и до сих пор нравится.

Скарлетт взяла на руки Карла и подошла к Люку.

– Привет, Карл, – сказал он, улыбаясь. Карл улыбнулся в ответ и похлопал Люка пухленькой ручкой. – Какие милые ямочки на щечках. – Люк обратился к Джойс: – Миссис Маккиттрик, чем я могу вам помочь?

– Спасибо, не нужно. Мы сядем за стол примерно через полчаса. Пойду взгляну, как там клецки.

– Конечно, мам. Когда все будет готово, я помогу тебе накрыть на стол. – Скарлетт повернулась к Люку: – Что предложить тебе выпить? Пиво, красное вино, белое вино, маргарита – выбирай. У мамы хороший бар.

– Просто стакан воды. Спасибо, Скарлетт. Я пил пиво в шестнадцать лет, и родителям было все равно. Теперь, когда смотрю на алкоголь, я вспоминаю отца, и мне не хочется ни капли. Знаю, что это пройдет, но у меня перед глазами до сих пор стоит мертвый скот и разрушенный дом.

– Понимаю тебя. Это потрясение.

– Твой брат знает, что я здесь сегодня вечером?

– Нет, не думаю, что мама сообщила ему об этом.

– Хорошо. Это сохранит мир в семье. Твоя мама прекрасно готовит. Ужин будет истинное наслаждение. Еда и, возможно, кое-что еще. – Он подмигнул, и Скарлетт почувствовала, как ее щеки залились краской.

Во время обеда Люк прекрасно поддерживал беседу, и Скарлетт пожалела о том, что Тоби так и не простил его.

В какой-то момент Люк улыбнулся ее матери.

– Все так вкусно, здесь я чувствую себя как дома. – Он внимательно посмотрел на Скарлетт.

Она вздрогнула, улыбнулась вместе с мамой, но потом ее пронзила острая боль. Сегодня Люк с ними, но скоро вернется в Калифорнию, обязательно женится на какой-нибудь богатой и красивой женщине, и его жизнь пойдет своим путем.

В какой-то момент Люк взял Карла и держал его на коленях, корча рожи и издавая смешные звуки, а когда Карл засмеялся, вслед за ним расхохотался Люк. Скарлетт взяла телефон и сфотографировала веселящихся Люка и Карла. Потом, не в силах удержаться, немного сдвинула телефон и сделала фото одного Люка.

– Смех ребенка заразителен, – заметила она.

Ей нравилось, как Люк забавляется с Карлом, но не хотелось, чтобы это было слишком часто. Карл не должен привязаться к Люку.

– Он выглядит таким счастливым. Заливается смехом.

Джойс наконец взяла ребенка на руки.

– Я уложу его спать. Поцелуй мамочку на ночь, Карл. – Она передала малыша Скарлетт, которая обняла и поцеловал его в щечку.

– Миссис Маккиттрик, это был замечательный ужин. Спасибо, что пригласили меня. У вас очень милый внук.

– Спасибо, Люк. Рядом с ним я будто сама становлюсь моложе. Он веселит меня. И так чудесно наблюдать за тем, как он растет.

– Он первый ребенок, с которым я познакомился настолько близко.

– Он особенный. Приходи к нам еще, Люк, – пригласила Джойс. – Тебе всегда здесь рады.

– Спасибо. Это очень важно для меня.

Джойс ушла с Карлом на руках.

– Похоже, она сказала это искренне.

– Поверь, так и есть. Ты сегодня вел себя хорошо. Веселил нас, общался с Карлом, попросил добавки. Маме так нравится, когда хвалят ее стряпню.

– У тебя замечательная семья, Скарлетт. Твоя мама еще присоединится к нам?

– Нет. Она почитает Карлу, потом покачает его, а когда он наконец уснет, тоже ляжет спать. Хочешь пойти ко мне? Это рядом.

– Конечно. Карл спит здесь, а ты спишь там?

– Нет. У меня тоже есть детская. Просто мама сидит с ним, пока я работаю. Иногда она оставляет его здесь на ночь. Я не возражаю. Мама любит о нас заботиться. Мы – ее семья.

Люк приобнял Скарлетт за плечи.

– Скарлетт, ты должна каждый день возносить хвалу Господу за такую семью. Это настоящее счастье. Мой отец не такой.

– Я это понимаю. Но ведь твой отец когда-то был нормальным человеком.

– Нет. Они с мамой постоянно ссорились. Поэтому я уходил из дома под любым предлогом – для работы на ранчо, для встреч с друзьями из Ройала. Потом мы стали встречаться с тобой.

– Ты ничего не рассказывал мне.

– Я не хотел.

За разговором они подошли к соседнему дому, в котором жила Скарлетт.

– Я все здесь переделала, – объяснила она. – Раньше внизу я вела ветеринарную практику и жила на втором этаже. Потом построила клинику в Ройале, и теперь оба этажа – мой дом.

Они вошли в простую комнату, на стенах которой висели картины, иллюстрирующие жизнь на ранчо.

Люк повернулся к ней:

– Мне так хорошо здесь, Скарлетт. Такое чувство, будто я вернулся домой, правда, мой дом никогда не был наполнен любовью. – И он притянул ее к себе, чтобы поцеловать.

У нее перехватило дыхание, она обвила руками его шею и ответила на поцелуй. Ее охватило страстное желание.

– Люк… – Скарлетт снова его поцеловала.

Люк нащупал пуговицы на ее платье и стал расстегивать.

– Здесь есть спальня?

– Да. – Она задыхалась. – Я надеялась на такое завершение ужина. Кровать для нас готова.

Не отрываясь друг от друга, они проследовали в спальню. Там Скарлетт расстегнула ему рубашку и сбросила ее, пока он стягивал с себя брюки. Она снимала одежду с него, а он помогал ей освободиться от платья. Потом она расстегнула бюстгальтер и позволила ему упасть на пол, одновременно следя за тем, как Люк избавлялся от трусов. У нее перехватило дыхание, пульс участился. Он мускулист, широкоплеч и вообще выглядит потрясающе. Она потянулась к нему.

– Ты похож на калифорнийскую знаменитость. – Скарлетт провела руками по его плечам, бицепсам, груди.

– Ты великолепна, Скарлетт. От тебя у меня захватывает дух, я перестал спать по ночам. Твое тело сногсшибательно, твои длинные ноги вызывают у меня мгновенный прилив желания.

У него уже была сильная эрекция, и она сначала поласкала пальцами его член, а потом обхватила его губами, одновременно поглаживая языком. Потом она стянула с себя трусики и снова стала ласкать его ртом и языком.

Потянувшись к ней, Люк стал поглаживать и сжимать ее грудь, соски. Скарлетт застонала от удовольствия.

Зарычав от наслаждения, он запустил пальцы ей в волосы, а она стояла перед ним на коленях, продолжая свои ласки.

Потом, подхватив ее на руки, он лег в кровать, и она оказалась на нем сверху. Он был очень возбужден. Она хотела его всем сердцем, желала обнять и никогда не отпускать, но это невозможно, она все понимала.

Оседлав его, Скарлетт начала двигаться на нем, а Люк, обхватив ее бедра, руководил движениями.

Закрыв глаза, она застонала, почувствовав, как стал увеличиваться ритм, потом закричала в экстазе, рухнув на него и тяжело дыша.

– Я не могу пошевелиться, – прошептала она.

– Ты великолепна, – признался он, поглаживая ее по ягодицам. – Такая красивая, такая сексуальная. Я в раю. Скарлетт, я хочу быть с тобой всю ночь.

– Нельзя. Мы должны вернуться. Я сплю в комнате рядом с Карлом и встаю к нему ночью, если ему что-то понадобится.

– Хорошо, я скоро уйду, но давай побудем вместе еще хотя бы час.

Улыбнувшись, она пробежала пальцами по его мускулистой груди и промурлыкала:

– Уговори меня.

– Мне нужно придумать весомые аргументы. Она подначивала его:

– Конечно, и как можно более убедительные. Но позже. Прямо сейчас я просто хочу обнять тебя.

– Хорошо быть вместе.

У него был ленивый протяжный голос, словно он почти засыпал. Скарлетт была уверена, что Люк не осознает смысла своих слов. Хотя ей очень хотелось, чтобы эти слова оказались правдой. В любом случае она любила его с шестнадцатилетнего возраста, и эта любовь не прошла. Ей стало грустно. Она не подходит такому красивому, успешному и богатому мужчине, как Люк. Смешно, но он тоже думает, что ей не пара. Все дело в плохих генах его непутевой семьи. Неужели он не понимает, что никогда не станет похожим на своих родителей, с его-то активностью и самодисциплиной. Но Скарлетт с ним не спорила, прекрасно понимая, что ей не суждено стать его женой. Ему нужна женщина, которая сможет рожать детей. Скарлетт в очередной раз подумала о маленьком Карле. Как же ей с ним повезло.

Она поцеловала Люка. «Надо ценить то, что имеешь». А она благодарна жизни за то, что Люк сейчас с ней, благодарна за Карла, Тоби, Эйву, Наоми. За маму. У нее замечательная семья, и Люк прав, говоря, что ей очень повезло. Жаль, что он никогда не будет с ней, хотя так замечательно поладил с Карлом. Надо будет проводить с Люком как можно больше времени, пока он здесь, в Ройале. А потом он вернется в Калифорнию.

Скарлетт осыпала легкими поцелуями его шею, плечи, грудь, прижимаясь к нему. Она любит его, и нет никакого способа избавиться от этой любви. Она будет снова страдать, но это чувство стоит любых страданий.

– Ты приехал домой из-за плохих новостей, но для меня твой приезд обернулся счастьем, – призналась она. – Понимаю, это ненадолго. Но я готова вечно находиться в твоих объятиях.

– По крайней мере, некоторые обстоятельства, приведшие меня сюда, ты уже исправила. Спасла так много моих животных.

– Маленький теленок становится все крепче с каждым днем. Надеюсь, с его мамой все хорошо.

– Да. Я нанял работников, они заботятся о скоте. Нет надобности контролировать их ежедневно, но я все равно туда езжу. А в отеле решаю другую проблему. Коул собирает для меня информацию, и вскоре, надеюсь, мы найдем пропавшие деньги.

– Твое программное обеспечение способствует этому процессу?

– Мы пока ничего не нашли, только загружали туда информацию. Рано или поздно результат не заставит себя ждать. – Проведя пальцами по ее груди, он вздохнул. – Ах, Скарлетт, сейчас нам вместе даже лучше, чем было когда-то. Вот уж никогда бы не подумал, что такое возможно.

– Согласна.

Она, поглаживая его, думала, что ей никогда не надоест ласкать, трогать, целовать его, быть с ним. Правда, скоро он уедет навсегда. При этой мысли она еще крепче обняла его.

В два часа ночи он встал с кровати.

– Думаю, мне лучше вернуться в отель. Не хочу злоупотреблять гостеприимством твоей мамы. С возрастом она стала готовить еще лучше. Потрясающий кулинар. А ты, дорогая, потрясающе сексуальна. Просто прекрасна в постели.

– Прекрати это, Люк Уэстон!

Он рассмеялся:

– Ты и сама знаешь, насколько сексуальна. Скарлетт, ты самая желанная женщина во всем Техасе.

– Ты сильно преувеличиваешь мою сексуальность. Если не перестанешь, я прекращу делать вот это. – И она погладила его в интимных местах.

– Убедила. – Люк глубоко вздохнул. – Когда ты завтра будешь в городе, позвони мне, и я, как в старые добрые времена, угощу тебя гамбургером. А потом пойдем ко мне в отель, опробуем мою спальню и душ.

Она улыбнулась:

– Я могла бы принять это предложение. Но спальня и душ? Ничего нового.

– Зато в спальне мы попробуем кое-что новенькое.

– Вот теперь ты меня заинтересовал. – Они оба рассмеялись, она посмотрела на него: – Нам так хорошо вместе, Люк.

– Так и есть, Скарлетт.

– Не знаю, как было в прежние времена, но я пообедаю с тобой. Я тебе позвоню.

Одевшись, она глубоко вздохнула. Ей очень хотелось вернуться в постель и провести с ним целый день, занимаясь любовью. Он самый красивый мужчина из всех, кого она когда-либо знала, и она наслаждается близостью с ним.

Скарлетт потянулась к ручке двери, но Люк неожиданно поймал ее запястье. Удивленная, она обернулась, а когда увидела его лицо, затаила дыхание. Он обнял ее за талию и притянул к себе, целуя с такой горячей огненной страстью, будто последний раз. Его сине-зеленые глаза потемнели.

– Мне лучше идти, Скарлетт.

– Все было отлично, Люк.

– Все просто замечательно. Увидимся завтра, не забудь про обед в ресторане.

У пикапа он обернулся и последний раз поцеловал ее. Потом сел за руль и уехал. Ошеломленная, она посмотрела вслед автомобилю. Губы покалывало от желания, она так хотела, чтобы он никогда не оставлял ее.

Скарлетт так и стояла, пока пикап не скрылся из виду. Она безнадежно влюблена в Люка, а он никак не демонстрирует то, что хочет остаться с ней навсегда. Она вздохнула. Для Карла это к лучшему. Пусть ее сердце разобьется вдребезги, но маленький мальчик не будет страдать. Ох, сколько боли ей предстоит вынести, когда Люк уедет из Техаса.

Утром он получил сообщение от Уилла с просьбой о встрече в Техасском клубе скотоводов. Как и в прошлый раз, Люк вошел в отдельный кабинет, где его уже ждал Уилл.

– Спасибо, что пришел. Я получил результаты почерковедческой экспертизы записки, адресованной Меган Филлипс предположительно ее братом. Так вот, Джейсон Филлипс на девяносто девять и девять десятых процента не является автором этой записки. Следовательно, Ричард Лоуэлл теперь главный подозреваемый в причастности к исчезновению Джейсона.

– Ура, мы начинаем получать доказательства. Хорошо, что ты жив, и жаль, что мы не знаем до сих пор, что с Джейсоном.

– Мы не получим точного ответа до тех пор, пока не будут готовы результаты ДНК-экспертизы пепла в урне. Пепла, который должен был быть моим. Если будет доказано наличие связи между украденными деньгами и Ричем, мы получим прямое доказательство его вины.

Люк усмехнулся:

– Возможно, он уже далеко отсюда на каком-нибудь чудесном острове, наслаждается результатами своих махинаций и планирует очередное преступление.

– Мы достанем его оттуда, должны это сделать. Я хотел предупредить тебя лично. Мы не знаем, где Рич, но он очень опасен. Пожалуйста, будь осторожен.

– Хорошо. Я дам тебе знать, если нападу на след денег.

– Мне нужны доказательства, чтобы он уже не смог уйти от ответственности за свои преступления. Особенно если выяснится, что в урне прах Джейсона. Бедная маленькая Саванна. Ей всего шесть лет, и она ужасно скучает по папе. Хотя, конечно, у нее есть тетя Меган и дядя Аарон. Ладно, мне надо идти. На связи.

Люк проводил друга до двери.

– Можешь всегда на меня рассчитывать, Уилл. Едва Уилл ушел, Люк вернулся к ноутбуку, чтобы продолжить поиск денег.

На следующий день, используя дополнительную информацию от Коула, он смог отследить часть похищенных средств Техасского клуба скотоводов, которые Ричард Лоуэлл переводил, притворяясь Уиллом. Он послал сообщение Уиллу о том, что теперь у них есть доказательства.

В полдень Люк подъехал к «Дабл-У» на встречу с новым подрядчиком. Скарлетт собиралась посмотреть с ним чертежи во вторник вечером, а значит, ему предстоит еще один семейный ужин в ее доме. Почему ему так хорошо с ее семьей? И сколько удовольствия он получает от общения с маленьким ребенком!

В «Дабл-У» дела пошли на лад. Животные были здоровы и ухоженны, мусор и обломки старого дома убраны. Рубен Линднер нанял ковбоев, которые отлично справлялись со своей работой. Люк опять почувствовал прилив благодарности к Скарлетт, восхищаясь ее способностями. Он вспоминал моменты страсти, когда обнимал ее сексуальное красивое тело, и это разжигало в нем огонь желаний. Если бы только у него была иная семья. Однако, увы, Скарлетт для него – табу.

Интересно, почему вообще он стал задумываться о браке? Достаточно просто вернуться в Кремниевую долину, и все в этом городе, включая Скарлетт, исчезнут из его жизни. Он просил ее поехать с ним к его отцу, поскольку хотел исполнить свой сыновний долг, но ему требуется поддержка. Он захватил с собой фрукты, сладости, новую рубашку и книги, которые, надеялся, понравятся отцу. Следующим утром они со Скарлетт входили в дом престарелых. Пожилые люди сидели в гостиной небольшими группками, одни играли в карты, другие смотрели телевизор или просто разговаривали. Люк и Скарлетт направились в комнату отца. Найдя нужный номер, он постучал в дверь.

– Последний раз я видела твоего отца на выпускном.

– Твоя мама с тех пор совершенно не изменилась. В отличие от него, его, думаю, подкосила болезнь печени. Мне необходимо ему рассказать о том, что я перевел ранчо на свое имя.

– Он должен быть рад, что ты спас ранчо.

– Не думаю. Я хорошо знаю моего отца.

Хотя Люк видел отца всего два года назад, тем не менее сейчас был поражен изменениями, произошедшими с ним. Седые волосы поредели, он сильно исхудал и будто стал меньше ростом. Кожа сморщилась и пожелтела. Люк ощутил еще один укол вины за то, что так долго не приезжал домой. Он протянул отцу руку:

– Папа?

– Значит, ты действительно вернулся домой.

– Нет уже того дома, куда можно вернуться, папа. Ты помнишь Скарлетт Маккиттрик?

– Дочь Джойс Маккиттрик. Все вы повзрослели. Я слышал, ты стала ветеринаром. Представьте себе, женщина-ветеринар. Проходите, присаживайтесь. Извини, здесь не убрано.

– Я принес тебе кое-что. – Люк присел на стол.

– Полагаю, там нет бутылки виски?

– Нет, папа, нет. – Отец никогда не шутил по поводу спиртного. Они вошли в апартаменты, в которых повсюду валялся мусор и стояла грязная посуда. – Папа, неужели сюда никто не приходит убирать?

– Да приходил кто-то. Я просил их оставить меня в покое. Не хочу, чтобы вмешивались в мои дела.

– Ты должен позволить им прибрать здесь. Иначе это место превратится в свалку.

– Мой друг Чарли видел бумаги и сказал, что ты переписал ранчо на свое имя. Забрал, значит, у меня.

Люк глубоко вздохнул.

– Шериф собирался выставить поместье на аукцион, и мы бы его потеряли. Оно принадлежало Уэстонам на протяжении более ста лет. Я решил, что ранчо должно остаться семейной собственностью. И да, теперь оно записано на мое имя. Это означает, что я приму на себя заботу обо всех расходах и счетах. Тебе не придется ни о чем беспокоиться.

– Разве я могу с тобой спорить? Ты богат, успешен, и у тебя полно денег, вот ты и забрал у меня ранчо. Если я выйду отсюда, куда мне идти? Ты ведь не пустишь меня жить в «Дабл-У»?

– Если поправишься, ты сможешь вернуться на ранчо. – Отец старый больной человек, кроме того, с годами его характер еще больше испортился. Только алкоголь делал его веселым. – Ты чувствуешь себя лучше? Я говорил с доктором Гейнсом, он сказал, что ты не хочешь, чтобы реабилитационная медсестра помогала тебе делать упражнения.

– Все это шарлатанство. Я бы хотел, чтобы ты принес мне бутылку виски. Одна бутылка не повредит, я не пил почти целый год. Пожалуйста, если хочешь сделать приятное твоему отцу, иди и принеси мне бутылочку.

– Не думаю, что это будет тебе полезно, папа. Ты же не хочешь снова оказаться в больнице.

– Просто принеси мне бутылку. Ничего со мной не случится. – Брюс повернулся к Скарлетт: – Вы вступили в Техасский клуб скотоводов, не так ли, мисс?

– Да, сэр, это так. Женщины теперь тоже могут стать членами клуба.

– О, я знаю, что это так. У них есть даже детская комната для кричащих детей и детская площадка. Женщины захватили все вокруг. Матери-одиночки, слишком свободолюбивые и непослушные, не способные удержать мужчину.

– Папа, ты сейчас ведешь себя невежливо по отношению к Скарлетт, а ведь она потратила столько своего времени, спасая наших животных, которых ты бросил умирать, не обеспечив их кормом. Думаю, визит вежливости можно считать законченным, так что давай скажем до свидания друг другу. – Люк сдерживался из последних сил. – Пойдем отсюда, Скарлетт.

– Люк, возвращайся и принеси мне бутылку виски. Это меньшее, что ты можешь сделать для меня, ведь теперь ранчо принадлежит тебе.

– Прости, папа, но я не принесу тебе ничего из того, что запрещает доктор Гейнс.

И они вышли, закрыв за собой дверь. Секунду спустя в дверь что-то ударилось и разбилось. Люк покачал головой.

– Последние несколько лет он становился агрессивным, когда трезвел. Но трезвым он бывал очень редко. Прости, Скарлетт. Он не понимает, что творит.

Она дотронулась до его щеки.

– Все хорошо, я не обижаюсь. Не видела его несколько лет и вряд ли еще увижу. Члены Техасского клуба скотоводов едва ли разделяют его взгляды. Может быть, найдется пара-тройка мужчин, недовольных тем, что в члены клуба стали принимать женщин, но их явное меньшинство.

– Я-то точно не против членства женщин. – Люк улыбнулся, но улыбка быстро увяла. – Серьезно, теперь ты понимаешь, что я имею в виду, говоря о плохих генах.

– Люк, у тебя нет плохих генов, и ты не будешь алкоголиком, как твой отец. Я не видела, чтобы ты вообще пил. И не сержусь на твоего отца из-за его слов.

– Скарлетт, ты такая всепрощающая.

– Некоторым образом.

– Почему-то мне кажется, что сейчас ты говоришь обо мне.

– Нет. Ты борешься с угрызениями совести, поэтому так все воспринимаешь. – Она сжала ему руку. – Поехали к нам, увидимся с моей мамой, пообщаемся с Карлом. Мой маленький мальчик поднимет тебе настроение.

– Готов поспорить, так и будет. Однако сначала давай заедем ко мне в номер. Именно это сильно поднимет мне настроение. – Люк легонько поцеловал ее в губы, заглянув в большие карие глаза.

– Конечно, – согласилась она, обняв его за шею.

Он заключил ее в объятия. Она всегда готова его подбодрить. Почему ему так хочется провести вечер в семейном кругу на ранчо Маккиттриков? Ведь он так любит свою работу в Кремниевой долине. Возможно, едва не потеряв ранчо, пересмотрел собственные приоритеты? Или появились более личные причины? Люк вздохнул, еще раз мысленно напомнив себе, что нечего даже и мечтать о будущем со Скарлетт и ее малышом. Необходимо помнить, каким стал отец, и не разрушать жизнь этой женщины и ее ребенка.

Что бы ни говорила Скарлетт, у него тем не менее дурная наследственность. И даже ее неиссякаемый оптимизм не в состоянии его переубедить. Она видит мир сквозь розовые очки, не ощущает реальности даже после того, как отец сказал в ее адрес столько обидных слов.

– Люк, ты молчишь. Собственно, я знаю, что тебя беспокоит. Ты никогда не будешь таким, как твой отец. Полный абсурд – думать иначе.

Он с трудом улыбнулся ей и промямлил без особого оптимизма:

– Надеюсь, ты права.

Оказавшись в номере, Люк обнял Скарлетт.

– Прямо сейчас я хочу тебя больше, чем чего бы то ни было во всей Вселенной. Скарлетт, поужинай со мной в Далласе. Я отвезу тебя домой рано утром.

Она понимала, что его одолевают невеселые мысли об отце и плохих генах, поэтому кивнула. В конце концов, время работает против них. Еще одна ночь вместе. Может быть, удастся улучшить ему настроение.

– Хорошо Люк. Мама посидит с Карлом, я отправлю ей сообщение.

Едва закрылась дверь люкса в Далласе, он привлек ее к себе и посмотрел в глаза.

– Ты делаешь мою жизнь лучше, Скарлетт. Когда я с тобой, мои проблемы уже не кажутся такими значительными и мир вокруг становится более правильным.

Люк отнес Скарлетт в спальню, и через некоторое время они уже остались без одежды. Он занимался с ней любовью, ощущая отчаяние, потом прижал ее к себе, готовый обнимать вечно и никогда не отпускать.

– Ты снова спасла меня, Скарлетт. Я сегодня так нуждался в тебе.

– Люк, мне очень жаль. Понимаю, как больно видеть отца в таком состоянии.

– Ты такая славная. Когда ты в моих объятиях, мне невероятно хорошо, как никогда в жизни. Это невозможно передать словами.

– Ах, если бы это было правдой, – наконец призналась она мягко.

Он гладил ее, наслаждался ее теплом, чувствуя себя как в раю.

– Скарлетт, это словно сбывшийся сон. Но я не хочу испортить тебе жизнь.

– Как ты можешь испортить мне жизнь? Мне хорошо с тобой, неужели ты не заметил? Иначе почему я здесь, в твоих объятиях?

– Нам хорошо вместе физически, но я не тот человек, который тебе нужен. Ты же видела, во что превратилось ранчо, и не можешь просто отмахнуться от этого. Эта кровь течет и в моих венах тоже. Ты видела моего отца? Это я через некоторое время.

– Нет, ты никогда не будешь таким, как он. Все дело в том, что я не подхожу тебе как женщина. Ты должен иметь детей, чтобы передать им по наследству твои таланты и способности. Я не могу иметь детей.

– Это просто смешно. У тебя очаровательный сын. К тому же у меня плохие гены, надеюсь, ты не забыла?

– У тебя хорошие гены. Просто ты скоро уедешь. Твоя жизнь в Калифорнии, не в Техасе. Я не могу снова влюбиться и в очередной раз расстаться с тобой. Теперь я – мама и не хочу, чтобы мой ребенок полюбил тебя, а потом страдал от твоего отсутствия. Мне нужно думать о Карле.

Люк глубоко вздохнул и нахмурился.

– Просто нам не суждено быть вместе. Я не планирую оставаться в Техасе, поскольку мне нужно возвращаться в Калифорнию. Я трудоголик, Скарлетт. Ни одной женщине это не понравится.

Она улыбнулась так, что у него перехватило дыхание, и провела пальцем по его груди.

– Найдется женщина, к которой ты будешь спешить по вечерам, – пообещала она знойным голосом.

– Думаешь?

Люк внезапно охрип и потянулся к Скарлетт, чтобы поцеловать.

Она обняла его.

– У тебя нет плохих генов. И у тебя такое прекрасное тело.

Сердце Люка сильно забилось. Скарлетт ни на кого не похожа. Вокруг него множество сексуальных, красивых и страстных женщин, и ни одна не приводит его в столь сильное возбуждение, как она. Ее веснушки, соблазнительные изгибы, пышные формы и длинные ноги. Ну просто воплощенная фантазия любого мужчины. Но что более важно, у нее свой взгляд на жизнь, и для нее не имеет значения ни его состояние, ни положение в обществе. Скарлетт самостоятельная и независимая. А он постоянно талдычит ей о каких-то своих дурных генах. Тем не менее она все равно имеет собственное мнение на этот счет.

– Ты загадка для меня. – Люк поцеловал ее в шею и ухо. – Тебя не интересуют вещи, которые важны для других людей. Ты живешь, чтобы помогать людям и животным, но не стесняешься послать меня к черту, если мной недовольна.

Вместо ответа она поцеловала его, и он обо всем забыл, наслаждаясь ее соблазнительным телом. Перевернувшись на бок, раздвинул ей ноги, лаская ее. До него донесся вздох. Люк почувствовал, как Скарлетт выгнулась ему навстречу. Он хотел, чтобы она провела в его постели, в его объятиях все выходные. Если бы удалось уговорить ее.

В субботу Скарлетт вела прием в своей ветеринарной клинике, куда ее привез Люк из отеля. Ему было необходимо увидеться с Уиллом и Коулом Салливаном, а потом пригласить ее на обед. Последние дни они проводили много времени вместе. Когда он уедет из Ройала, она будет по нему очень скучать. Скарлетт свыклась с мыслью о том, что он вернется в Кремниевую долину без нее. Люк понимал, что ее жизнь здесь. Так же как и его жизнь в Калифорнии. И он вряд ли захочет что-то менять.

Если на ранчо все наладится, возможно, он вообще больше никогда не вернется в Ройал. Не будет необходимости возвращаться. Очередное их прощание наверняка станет последним. Ее глаза были полны слез. Она любила его всю жизнь, и мысль о том, что они больше никогда не увидятся, разбивала ей сердце.

Вдруг позвонил администратор клиники:

– Скарлетт, к тебе пришел мужчина. Утверждает, что знает дорогу и хочет тебя повидать. Его зовут Таннер Дюпре.

Глава 7

Неожиданно.

Первым порывом Скарлетт было сослаться на занятость и нежелание видеться с ним. Но потом она все-таки решила поговорить. Как-никак у них была совместная история отношений. Однако она была в шоке от того, что вернулся бывший.

Несколько мгновений спустя он легонько постучал и вошел внутрь:

– Доброе утро. Я должен был сообщить о приезде, но ты бы тогда отказалась со мной встретиться.

– Я бы не отказалась, а просто удивилась. Садись, пожалуйста.

Кивнув, он сел в кожаное кресло.

– Отлично выглядишь, Скарлетт.

– Спасибо. Ты тоже, Таннер. – Она говорила вполне искренне.

У него были густые каштановые волосы, светло-карие глаза, рост более шести футов. Как обычно, он был хорошо одет: темно-коричневый костюм и коричневый галстук. Бесспорно, красив. Однако при виде его ее сердце никогда не билось так, как при встречах с Люком. Скарлетт вздохнула про себя. Люк с его сине-зелеными глазами, темно-русыми волосами и губами, которые она так любила, вызывает у нее сильное желание, даже когда она на него сердится.

Таннер взял со стола фотографию Карла.

– Новое фото. Ведь это не ребенок твоего брата?

– Нет, Таннер. Это мой сын Карл. Помнишь, мы начали процедуру усыновления, потому что хотели ребенка. Потом ты ушел, а я усыновила маленького мальчика.

– Будь я проклят. Ты стала матерью, – досадовал Таннер. – Я в шоке. Неужели ты в одиночку прошла всю эту процедуру? Они мне тоже звонили, но я отказался. Думал, ты тоже.

– Этот ребенок остро нуждался в доме, и, когда они позвонили, я согласилась. Вот и все.

– Я расскажу моей семье. Они обрадуются. Я слышал, некоторые женщины, усыновившие детей, потом беременеют.

Скарлетт внимала Таннеру, даже не слыша, о чем он говорил, и понимала со всей определенностью, что никогда не выйдет за него. Она никогда по-настоящему не была влюблена в него. Ничего к нему не чувствовала, несмотря на то что почти стала его женой.

– Таннер, спасибо тебе.

Он удивился:

– За что?

– За то, что ушел. Мы никогда по-настоящему не любили друг друга, я лишь теперь это поняла.

– Скарлетт, как ты можешь так говорить? Мы почти стали мужем и женой. Я совершил ужасную ошибку под давлением родителей. Все из-за того, что ты не можешь иметь детей. Но сейчас у тебя есть ребенок, и мы можем еще раз попробовать.

– Таннер, я…

– Нет, пожалуйста, Скарлетт, позволь мне закончить. Я уехал в Чикаго и думал, что смогу снова работать спортивным агентом, но не сложилось. Я буду заниматься семейным нефтяным бизнесом, возьму руководство компанией на себя, когда отец уйдет на пенсию. Мы с тобой поженимся, сможем жить в Далласе, где я работаю, или в Ройале, где расположена твоя клиника. Как ты захочешь.

– Таннер, ты слышишь меня? – Скарлетт пыталась быть терпеливой. – Между нами все кончено. Мы больше не будем вместе.

– Дай мне еще один шанс.

– В этом нет никакого смысла, Таннер. Я не люблю тебя и не думаю, что мы были когда-то по-настоящему влюблены друг в друга. Ты бы не уехал так просто, если бы любил меня.

– У тебя появился другой мужчина?

– Нет.

Скарлетт знала, что Люк в любой день может вернуться в Кремниевую долину, и они не увидятся долгое время, если вообще когда-нибудь увидятся.

– Я слышал, твой бывший парень Люк Уэстон вернулся в город и вы вдвоем проводите вместе много времени.

– Да, так и было. Его отец оставил семейное ранчо в плачевном состоянии, и Люку понадобилась моя помощь с домашним скотом.

– Вы с ним пара?

– Нет. Я вылечила часть его животных, и он мне очень благодарен. Мама пригласила его на ужин, потому что он друг семьи, хотя теперь живет в Кремниевой долине, а я – в Ройале. У нас нет будущего. Люк не собирается жениться, а если и соберется, то точно не на мне.

– Рад это слышать. То есть он мне не конкурент?

– Таннер, ты не слышал, что я сказала? Мы с тобой не влюблены друг в друга. Я не знаю, почему ты ушел. Не знаю, почему вернулся. У меня есть сын Карл, и он восхитительный. Я не хочу выходить замуж, а даже если бы и хотела, то точно не за тебя.

– Не могу поверить в то, что ты говоришь. Пожалуйста, позволь пригласить тебя на ужин. Я хотел бы увидеть твоего сына. Мои родители будут так рады узнать, что у тебя есть ребенок. Мне очень жаль, что я ушел. Просто испугался принять на себя обязательства и очень об этом сожалею.

– Все сложилось к лучшему. Найди женщину, с которой ты захочешь провести всю жизнь и которая полюбит тебя, а ты полюбишь ее сердцем и душой.

– Ты уверена, что отказываешь мне не из-за Люка Уэстона? Ты ведь когда-то была в него влюблена.

– Нет, Таннер, Люк не является причиной того, что я не хочу быть с тобой.

– По крайней мере, просто поужинай со мной и расскажи о том, чем занимаешься. И об этом маленьком мальчике.

Скарлетт вежливо улыбнулась и покачала головой:

– Извини, но нет. Ты сделал свой выбор. Я сделала свой. Ужин ничего не изменит.

– Я совершил ужасную ошибку.

– И хорошо, что так все получилось. Это не было ошибкой.

Она подошла к двери, надеясь, что он поймет намек, и вздохнула с облегчением, когда он последовал за ней.

– Я скучал по тебе.

– Моя жизнь сильно изменилась, и прошлого не вернуть.

– Нам было хорошо вместе, Скарлетт.

– Да, было, но теперь все кончено. – Она открыла дверь. – Ты знаешь, как найти выход отсюда.

Таннер сухо кивнул и ушел. Скарлетт понимала, что он зол, но он сделал свой выбор и теперь пожинал результаты. Он бросил ее накануне свадьбы, когда все уже было готово. Исчез, не сказав ни слова. Она с удивлением осознала, что Тоби не так сильно злился на Таннера, как на Люка. Впервые ее осенило, что Тоби, может быть, радовался, видя, как Таннер уходил из ее жизни. Она вспомнила, что брат явно не проявлял дружелюбия по отношению к ее бывшему жениху, хотя и не сказал ни единого плохого слова о нем. Видимо, Таннер никогда не нравился брату.

А с Люком они были друзьями. Злиться на него Тоби стал, только когда Люк уехал в Калифорнию, причинив ей этим сильную боль.

И все-таки хорошо, что Таннер был в ее жизни. Если бы не он, она бы не начала процедуру усыновления и сейчас у нее не было такого замечательного маленького мальчика, как Карл. Она взяла фотографию сына, прижала к сердцу и поставила на место.

Заглянув в свое расписание, Скарлетт сообщила администратору, что поедет домой на пару часов. Потом позвонила маме и предупредила, что скоро будет. Улыбаясь, схватила сумочку и поспешила к машине.

Она прошла мимо отеля, где остановился Люк, и глубоко вздохнула, вспомнив, как хорошо они провели время в постели. В это время он, скорее всего, изучает информацию, связанную с расследованием пропажи денег, или работает еще над чем-то.

Ей так хотелось быстрее попасть домой и обнять маленького Карла. Она радовалась, что Таннер ненадолго задержался в ее жизни. В мире существует лишь один мужчина, ее единственная любовь. Но, увы, они никогда не будут вместе.

Люк ожидал встречи с Рубеном в закусочной Ройала и пил кофе. Рубен хотел, чтобы Люк посмотрел на троих кандидатов на должность бригадира и принял окончательное решение. На ранчо дела шли хорошо, но Люк почему-то не спешил возвращаться в Калифорнию. Это его удивляло, ведь Кремниевая долина стала его настоящим домом уже много лет назад. Все это из-за Скарлетт. Но он не собирался портить жизнь ни ей, ни маленькому Карлу. Визит к отцу прошел ужасно, и это наглядно показало, какая плохая у него наследственность. Поэтому он собирается жить в одиночестве. Ему так хорошо в Кремниевой долине. Однако почему-то та жизнь сейчас показалась пустой.

– Люк Уэстон, – произнес мужской голос.

Люк увидел перед собой мужчину, которого тотчас же узнал по фотографиям, но руки ему не подал.

– Вы Таннер Дюпре.

– Могу я присесть ненадолго?

Люк хотел сказать Таннеру, чтобы тот катился к черту, но передумал. Интересно, посещал ли он Скарлетт? Была ли она рада снова его увидеть?

– Конечно, присаживайтесь. Кофе?

– Нет, спасибо. Сегодня утром я был у Скарлетт. Наши отношения восстановились. Я сделал колоссальную ошибку, бросив ее, особенно в тот момент, когда мы начали процесс усыновления. У меня произошел нервный срыв, мне трудно было осознать, что у меня будет жена, ребенок и все такое. Я был у Скарлетт, и она показала мне фото нашего ребенка. Мы снова вместе, так что у малыша будут мама и папа. Она сказала, что между вами ничего нет.

– Да, это правда, – признал Люк и внезапно почувствовал боль, будто его ударили ножом в живот.

Он вспомнил о времени, проведенном со Скарлетт. Может быть, Таннер лжет? Хотя какая разница? Он любит Скарлетт, любил всегда, всем своим существом. Но не мог быть отцом Карлу и мужем Скарлетт. Он снова потерял ее.

Внезапно Люк осознал, что Таннер все еще что-то говорит.

– Сегодня вечером мы отпразднуем наше воссоединение, я пригласил ее на ужин. Скоро состоится наша свадьба, все приготовления уже сделаны. Она сказала, что вы старые друзья и между вами нет никаких отношений.

– Да, – жестко ответил Люк, осознавая, что это горькая правда. Их ничто не связывает и не могло связывать. Он всегда знал, что она не принадлежит ему. Он для нее неподходящая пара.

– Удачи, Уэстон, хотя тебе она и так сопутствует. Я видел список «Форбс». Впечатляюще. Поздравляю.

– Спасибо.

– До свидания, Уэстон.

Люк кивнул Таннеру, тот ушел. Следом за ним вышел Люк. Наконец-то он вынужден признаться себе, что оставался в Ройале только из-за Скарлетт. Сегодня все закончится. Настало время вернуться в Кремниевую долину.

Он договорился о перелете в Калифорнию ближе к вечеру. Потом позвонил Коулу и назначил ему встречу. Также связался с Эйбом и Рубеном, рассказав о своих планах. Во время встречи с Коулом к ним присоединился Уилл.

– Мы проследили движение денег, украденных у Техасского клуба скотоводов, они попали на счета Ричарда Лоуэлла. Теперь, используя информацию Коула, я буду работать из Калифорнии, и мы начнем общаться с помощью видеоконференции.

Коул посмотрел на экран компьютера.

– Это просто фантастика. Вот последние сделки. Рич становится все более беспечным, даже перестал выдавать себя за Уилла. Некоторые операции заверены его настоящим именем.

– Хвала Господу за это. У меня есть и другие новости. Брент Смит, адвокат из Далласа, провел определенную работу, и теперь Аарон Филлипс официально назначен опекуном Саванны, дочери Джейсона. Она любит своего дядю, Меган будет их навещать. С юридической точки зрения это лучшее решение. Но я до сих пор нахожусь в потрясении от того, что совершил Рич.

– Вскоре будут готовы результаты ДНК-экспертизы пепла, и, скорее всего, обнаружится, что это останки Джейсона. И тогда Рич не уйдет от ответственности, – заявил Люк.

– Поймать его будет непросто. Когда ты уезжаешь, Люк?

– Сегодня вечером. Я слишком долго отсутствовал, мне нужно возвращаться домой, к работе.

– Конечно. – Уилл подал ему руку. – Спасибо, что приехал, и спасибо за помощь. Как в старые добрые времена.

– Почти как раньше. – Люк криво усмехнулся. – Тогда не было фальшивых похорон.

– Да. Надеюсь, ничего подобного больше не случится.

Люк вернулся в отель, собрал вещи, хотя мысленно постоянно возвращался к Скарлетт и маленькому Карлу. Как получилось, что он настолько сильно к ним привязался?

Посмотрев на часы, он выбежал из номера и, сев в автомобиль, поехал в ветеринарную клинику.

– Мне нужно увидеть Скарлетт как можно скорее. По личному вопросу.

Секретарша Трейси улыбнулась:

– Я передам ей, мистер Уэстон.

Он хотел срочно с ней увидеться, но старался проявлять терпение.

– Она ждет вас.

Он помчался по коридору в кабинет.

– Я уезжаю, Скарлетт. Хотел увидеть тебя перед отъездом.

Ее большие карие глаза расширились, она встала. Одетая в светло-синюю хлопковую блузку и джинсы, поверх которых был белый медицинский халат, она еще никогда не казалась ему более красивой.

– Ты возвращаешься в Калифорнию.

– Я просто хотел попрощаться с тобой. Вряд ли мы увидимся в скором времени. Не думаю, что вернусь сюда.

Скарлетт сильно побледнела.

– Это мое второе прощание с тобой. И, видимо, последнее.

Люк пересек комнату и обнял ее, поцеловав так, будто это последний поцелуй в его жизни.

Потрясенная, Скарлетт цеплялась за него до тех пор, пока он не отстранил ее и, посмотрев последний раз, не вышел из кабинета.

Ошеломленная, она уставилась на дверь. Это не поцелуй мужчины, расстающегося с женщиной. Больше похоже на поцелуй отчаявшегося человека. А он убежал, будто за ним гнались. Что происходит?

Зазвонил интерком. Скарлетт бросилась к нему, надеясь, что вернулся Люк. Но это была Трейси, она напомнила о том, что в хирургии ждет собака. Ей пришлось временно перестать думать о Люке и заняться пациенткой.

Следующие два часа Скарлетт была занята. Как только операция закончилась, она передала собаку своему помощнику, который будет следить за ее состоянием.

Скарлетт взглянула на настенные часы. Потом попыталась дозвониться до Люка, но его телефон был выключен. Она понимала, что он уже в самолете, возвращается к своей привычной жизни в Калифорнии. Возможно, уехал навсегда.

Но ей не давал покоя один вопрос. Почему он так срочно решил уехать из города, ведь сам планировал свои дела, поэтому, если бы хотел уехать, заранее бы все устроил, а не сбежал бы, как сегодня.

Если он действительно понимает, что у них нет совместного будущего, почему его последний поцелуй оказался настолько чувственным, что у нее возникла слабость в коленях? Впервые Скарлетт ощутила, что Люк любит ее. Что такого произошло сегодня, почему он так поцеловал ее на прощание, а потом срочно улетел?

Она вышла из клиники и направилась к машине. На парковке ее ждал Таннер.

– Ты выглядишь так, будто не работала весь день. Рад видеть тебя снова, Скарлетт.

– Таннер, что ты здесь делаешь? Ты впустую тратишь свое и мое время.

– Ничего подобного. Дай мне хоть один шанс. Я знаю, ты сердишься, но ведь нам было хорошо вместе, мы даже планировали свадьбу.

– Свадьбу, на которую ты не явился. А сейчас ты ведешь себя так, будто ничего не случилось. Но это было. И не обошлось без последствий.

Зазвонил ее телефон, она увидела, что это Тоби.

– Извини, Таннер, это Тоби.

Скарлетт отошла на несколько шагов, очередной раз задаваясь вопросом, что случилось.

– Все в порядке?

– Поэтому я и звоню. Сегодня я видел Таннера. Он вернулся, и я просто хочу убедиться, что с тобой все хорошо.

– Таннер не склонен к насилию, Тоби. Иди поиграй с Эйвой или обними Наоми. Я в порядке.

– О’кей. Я знаю, что вмешиваюсь, но он поступил подло, просто хотел удостовериться, что все нормально. Он сказал, что вы снова вместе.

Скарлетт нахмурилась, ошеломленная, что Таннер солгал об их отношениях. Кому еще он это сказал?

– Это он рассказал тебе об этом?

– Я сразу подумал, что он лжет. Не похоже, что ты возобновила бы с ним отношения. Я просто хотел убедиться, что он не задумал ничего плохого. Очевидно, просто хочет вернуться в твою жизнь.

– Ты очень хороший и внимательный брат, Тоби. Спасибо тебе. Я в порядке. Не волнуйся обо мне. Поговорим позже.

– Я слышал, что Люк возвращается в Калифорнию, и подумал, может, поэтому ты решила простить Таннера.

– О нет. Между нами ничего нет и не будет.

– Откровенно говоря, Скарлетт, я рад. Этот подлец, бросивший тебя накануне свадьбы, наконец уберется из твоей жизни и оставит тебя в покое. Я сердит на Люка за то, что он сделал тебе больно, но тогда вы были подростками. Люк был честен с тобой. Он ничего тебе не обещал и не обманывал.

– Спасибо, брат. Люблю тебя.

Она завершила звонок и возвратилась к Таннеру, который стоял, прислонившись к своей машине.

– Таннер, зачем ты рассказал всем, что мы снова вместе?

– Возможно, это преждевременно или самонадеянно, но уверен, так и будет. Я хочу этого, и, если ты дашь мне хотя бы полшанса, думаю, ты этого тоже захочешь.

– Послушай меня внимательно. Я не захочу этого никогда. Прости, Таннер. Желаю тебе всего самого лучшего.

Она открыла дверцу автомобиля.

– Скарлетт, не уходи.

– Для меня существует лишь один мужчина. Мне нужно спасти одного техасского ковбоя от себя самой. – Улыбнувшись, она уехала со стоянки.

Теперь стала понятна причина, по которой Люк поцеловал ее так, будто это последний поцелуй в его жизни. Он любит ее, и не важно, есть у него плохие гены или нет.

Может, на этот раз он захочет остаться.

Глава 8

Следующим утром Люк проснулся в своем особняке. Здесь царила полная тишина. Дом был оснащен всеми последними новинками электроники. Стены из стекла, из любой точки открывается потрясающий вид. Мебель самая современная и уникальная. Люку здесь очень нравилось, так как этот особняк стал полной противоположностью старомодному техасскому поместью, где он провел детство.

Здесь были телевизоры с огромными экранами и тренажерный зал. Но почему-то ему казалось, что в доме пусто и холодно.

Повар и два помощника приготовили еду, но Люку ничего не хотелось. Он скучал по Скарлетт.

Проклятие, ему не хватало Карла, он тосковал по Ройалу и своим друзьям.

Здесь у него тоже есть друзья. Он даже позвонил одной из женщин, которая нравилась ему больше всего, они поговорили минут двадцать, но он так и не пригласил ее на свидание. Не хотел. Красивая блондинка, певица, чьи песни завоевали вершины хит-парадов, с ней всегда весело. Но мысли Люка витали где-то далеко, он понимал, что просто не в состоянии куда-то с ней пойти.

– Скарлетт, что ты со мной сделала? Во что превратила мою жизнь?

В юности он мечтал стать успешным, поселиться в Кремниевой долине, а сейчас ощущал пустоту.

Люк застонал и уставился в окно. Он трудоголик, холостяк-миллиардер, живет в стерильном современном чудо-доме в Кремниевой долине, но в данный момент чувствует себя абсолютно одиноким. Его сердце забрала в плен девушка из Техаса.

Он отказался от того, чтобы иметь собственную семью, опасаясь, что не сможет контролировать себя, станет алкоголиком. Внезапно Люк подумал, что у него никогда не возникало проблем с самообладанием и самоконтролем. Так почему же он позволил проблемам родителей управлять его собственной жизнью.

Он вышел к бассейну и посмотрел на водопад, думая о своем будущем. Если Скарлетт станет его женой, а маленький Карл – его сыном, он никогда не начнет пить. Потому что слишком сильно их любит. Почему он решил, что не сможет контролировать предрасположенность к алкогольной зависимости?

Он окончил колледж, создал компанию, разработал много всяких электронных новинок и программного обеспечения. В его жизни было множество стрессов, проблем, но он никогда не прикладывался к бутылке. Почему сейчас решил, что не справится с зависимостью? Всю жизнь мама и папа ссорились. Возможно, и пили по этой причине. Возможно, он ошибся, полагая, что непременно будет на них похож. Ему исполнилось тридцать, и его совершенно не тянет к спиртному. Он пробегает по четыре мили в день, занимается в тренажерном зале.

Он потерял Скарлетт и маленького Карла по причине неверных выводов о себе и необоснованных страхов.

Можно ли все вернуть, снова завоевать любовь Скарлетт? Вряд ли она по-настоящему влюблена в Таннера.

Он позвонил ей, но она не ответила. Тогда он позвонил пилоту и договорился, что утром они полетят в Ройал.

Люк отправил Скарлетт сообщение, но также не получил ответа.

Может быть, попросить Скарлетт переехать в Калифорнию, поселиться в Кремниевой долине, бросить процветающую ветеринарную практику? Возможно, она и согласится. Или ему открыть представительство «Уэст-Тех» в Далласе?

Пожалуй, это лучшее решение. Он будет рядом с Ройалом, с друзьями, Скарлетт и ее семьей. Она будет работать, он – развивать свой бизнес. Он будет жить с женщиной и ребенком, которых любит больше всего на свете. Боже, как он был слеп.

Он вернется в Техас и будет бороться за ее любовь.

Не в состоянии больше ждать, Люк позвонил пилоту и приказал быть готовым к четырем часам дня.

Внезапно он вспомнил о том, что у него хранятся украшения матери, которые передавались в семье по женской линии. Он достал коробку и стал перебирать ожерелья, медальоны, браслеты. Ожерелье из мелких бриллиантов с кулоном в виде золотого сердечка, украшенного бриллиантами побольше. Скарлетт не носит украшения, но это точно будет носить.

Он взял ожерелье вместе с коробкой из черного бархата, остальные украшения положил на место. Итак, подарок для Скарлетт готов. Теперь нужно найти что-то для Карла. Он полез в кладовку, долго рылся в коробках, пока не нашел то, что хотел. Плюшевого мишку, который сидел на полке в комнате, когда Люк был маленьким. Эту игрушку подарила бабушка, а мать не позволяла с ней играть, боялась, что он порвет ее.

Он положил сюрпризы в подарочные пакеты и попытался снова дозвониться Скарлетт, но она опять не ответила.

Люк собирал дорожную сумку, когда услышал сигнал от ворот, взглянул на монитор, и его сердце забилось в бешеном ритме.

Два самых важных в мире человека стояли перед его домом. Скарлетт держала на руках Карла и нажимала на звонок.

– Я открываю ворота, заходи.

Он помчался вниз и открыл им дверь. Скарлетт с Карлом на руках и маленькой лохматой черной собакой на поводке. Карл протянул к нему ручки.

Люк обнял обоих, поцеловал Скарлетт. У него сильно билось сердце.

– Мне кажется, я сплю. – Он переводил взгляд с нее на Карла. – Скарлетт, почему ты здесь? Ты, Карл, да еще и собака?

– Я пыталась понять, почему ты ворвался в мой кабинет, поцеловал меня будто последний раз и уехал в Калифорнию. Это совсем на тебя не похоже. Пока я размышляла, мне позвонил Тоби с вопросом, собираюсь ли я вернуться к Таннеру.

– Да, Таннер сказал мне, что вы снова вместе, но ты ведь прилетела сюда с ребенком и собакой не для того, чтобы сообщить мне об этом лично. Я ему не поверил. – Люк пристально смотрел на нее.

– Хорошо, что не поверил. Я и не собиралась к нему возвращаться, однако не могла понять, почему ты так меня поцеловал, пока не узнала, о чем Таннер рассказывал окружающим. Твой поцелуй был поцелуем мужчины, который хотел остаться. Влюбленного мужчины.

– Какое счастье, что у тебя есть брат и он тебе так вовремя позвонил.

– Мне показалось, ты поцеловал меня так, потому что любишь меня. Я права?

– Да, ты все правильно поняла.

– Я прилетела, чтобы бороться за любовь. Мне уже не шестнадцать лет. Я не сдамся.

– Это просто замечательно. Таннер выбил меня из колеи своим сообщением. Мне стало так больно, и я задумался о моей жизни. Понял, что люблю тебя всей душой, и эта любовь никогда не пройдет. Когда я понял это, то одновременно осознал и кое-что еще. Вместо того чтобы отказаться от тебя, я отказался от своих убеждений о плохой наследственности.

– Люк, слава богу.

– Я понял, что не стану пьяницей, как мои родители. Смогу контролировать собственную жизнь. Это Таннер дал мне толчок к размышлениям. Хотя при этом ранил меня в самое сердце, когда сказал, что вы снова вместе. Тогда-то я и понял, что давно люблю тебя.

– Ах, Люк!

– Вот почему я поцеловал тебя на прощание. Тем не менее, прилетев сюда, еще раз все обдумал и решил избавиться от прежних страхов.

– Люк, я так рада, что ты перестал думать о плохих генах. Но остается моя проблема, и она никуда не денется. Я не могу иметь своих детей.

– Карл – чудесный ребенок, и я люблю его маму всем сердцем. Если мы захотим иметь еще детей, усыновим их.

– Ты правда так думаешь?

– Даже не сомневайся. Сейчас я делаю все неправильно, но не могу больше ждать ни минуты. Скарлетт, пожалуйста, ты выйдешь за меня?

– Да, выйду. Я думала, ты никогда этого не скажешь, поэтому приехала в Калифорнию, чтобы самой сделать тебе предложение.

– Мой самолет был уже готов вылететь в Техас. Хорошо, что мы не разминулись. Я хотел возвратиться к тебе и Карлу.

– Ты не собирался меня бросить?

– Никогда, Скарлетт. – Он поцеловал ее, потом забрал у нее Карла. – Привет, малыш. Как тебе в Кремниевой долине? Скарлетт, а что это за собака?

– Это собака, которую я спасла от гибели. Она заменит твоего умершего пса.

– Ты правда выйдешь за меня замуж? – Люк посмотрел в свой телефон.

– Да. Не знаю, наверное, нам придется встречаться по выходным. Я хотела бы остаться в Ройале и продолжать ветеринарную практику, так что у нас будет брак на расстоянии.

Он обнял ее за талию.

– Так не получится, моя милая. Я уже все продумал. Как насчет того, чтобы жить на моем ранчо и иметь дом в Далласе? Я открою там офис «Уэст-Тех».

Она обняла его в ответ.

– Да, да, да. Ты сделаешь это ради меня? Я люблю тебя, Люк. И любила всю жизнь.

– Я люблю тебя, Скарлетт, и любил всю жизнь.

– Между нами море любви.

– И мы должны заняться любовью. – Он подмигнул ей. – Ребенку через час нужно будет поспать.

– Ты не сможешь найти детскую кроватку за час.

Он поднял бровь.

– Хочешь пари?

– О’кей. Готова поспорить на один двухчасовой сеанс горячего секса, что ты не сможешь купить, собрать и застелить детскую кроватку чистым проглаженным постельным бельем за два часа.

– Убедись, на что способны деньги. – Он сделал несколько звонков и повернулся к ней. – А пока покажу тебе мою большую спальню, которую ты разделишь со мной. Карл будет жить в соседней комнате. И, кстати, ты первая женщина, которая останется в моем доме. Это делает тебя особенной.

Ее глаза засверкали от счастья.

– Я особенная и выхожу замуж за самого лучшего мужчину на свете.

Люк погладил собаку, та потерлась о его колено и завиляла хвостом. Он взглянул на Скарлетт.

– Я люблю тебя, и нам нужно наверстать упущенное время. Я люблю тебя всем сердцем.

– Я всегда любила тебя всем сердцем, – призналась Скарлетт, улыбнувшись. – Все будет хорошо, Люк.

– Теперь да, обязательно.

Он улыбался ей в ответ, ее сердце забилось от радости, ведь теперь она собиралась выйти замуж за мужчину, которого любила всю жизнь.

Content

Сара Орвиг
Сильнее желать невозможно

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8