Скворцов Владимир Николаевич

В начале пути. Ползунки

Часть 1

Не дождетесь

Глава 1

Конец любой дороги лишь предвещает начало следующей

01.05.00.

— Судя по вашему виду, становится ясно, что отсюда мы не уйдём, — сказал я. — Значит так, как минимум, останавливаемся на длительный отдых. Это место надо хорошенько осмотреть, изучить окрестности и немного передохнуть, досталось нам всем крепко. Отдохнём, а там и решим, что делать дальше. Поэтому пока останавливаемся здесь, готовимся к ночлегу и ужину. Устроим себе большой праздник.

Володя, обеспечь женщин всем необходимым, и по бутылочке на каждого для снятия стресса и поднятия настроения, давай выгребай все запасы и деликатесы, я знаю, у тебя что-то ещё есть. Думаю, что здесь мы сможем запастись едой. Те магазинчики, что мы видели по пути, позволяют на это надеяться.

— И это правильно, — удовлетворённо пробурчал про себя Флюр, но так, чтобы все слышали. Остальные тоже радостно загалдели.

— Да, вот ещё что. Думаю, что ужин можно организовать на улице. Галя, ты у нас отслеживала обстановку. Что там с температурой?

— Плюс двенадцать. Можно и на улице.

— Ну, так тому и быть. Есть возражения? Возражений нет.

— Есть добавление, — сказал Саша. — Предлагаю, по возможности, на ночлег разместиться в домиках, имеющихся на базе.

— Коля, Валера, вы смотрели обеспечение водой, электроэнергией? Мы можем обеспечить дома всем необходимым? И сколько на это надо времени?

— Можем, — одновременно сказали Валера с Николаем. — Коммуникации целы, много это времени не займёт. Во всяком случае, переночевать можно будет и так.

— Хорошо. Володя, как комендант, вместе с женщинами разбирайтесь с местами, кто куда поселится, семейных по парам в домики, остальных – как получится по свободным местам. Валера, Николай, Сергей – на вас обеспечение домов водой и энергией, сделайте что успеете. Всем мыться, готовиться к празднику. Женщинам готовить угощение. Всем остальным готовить место. Столы, стулья, освещение, музыку. Сами не маленькие, всё знаете. Отсчёт пошёл.

Как-то всё успели сделать. И расселиться по домикам, благо большого количества вещей ни у кого нет, помыться и привести себя в порядок. Приготовить еду и накрыть стол. И всё остальное получилось. За столом, как обычно, собрались все. Двадцать три человека, ставшие близкими и, можно сказать, родными, после всего того, что пришлось пережить. После первых выпитых рюмок нахлынули воспоминания о прошедшем, о том, как всё начиналось. Очень радует, что эта история получилась со счастливым концом. Во всяком случае, пока нам удалось выжить

Всё, в общем-то, началось с того, что я продал свою дачу. Дача получилась неплохая, но были у неё недостатки. Холодная она получилась, да и водопровод зимой замерзает. А тут во время майских праздников вдруг появился покупатель и предложил за неё хорошие деньги. Так как у меня уже возникали мысли о новой даче, эту я продал.

Мне с женой моей, Машей, жить в Москве не нравилось, поэтому я стал искать новое место для жилья. И нашёл. Недалеко от Пущино продавались участки для дачи, там я землю и купил, а потом начал строить новый дом, тёплый, просторный, на все случаи жизни. Строил я его не то, что бы быстро, но хорошо и добротно. Привлекал строителей узбеков, а также ребят из Белоруссии. Оттуда, кстати, Валера и Сергей, с которыми, так уж получилось, мы пережили весь этот катаклизм.

Дом получился хороший, прочный и тёплый, три этажа и глубокий подвал, вода прямо под домом, из подвала пришлось бурить скважину на глубину восемьдесят три метра, зато вода была всегда и скважина не замерзала в любые морозы. Да ещё поставил самодельный ветряк, сделал его из ферм подъёмного крана и списанного дизель-генератора. Правда, списан он был из-за поломки дизеля, а на генераторе, как говорится, и муха не сидела. Электроэнергии от ветряка хватало с избытком, так что дом оказался независим от местных электрических сетей и вообще полностью автономен.

Сам я по профессии строитель, был предпринимателем, потом продал бизнес и ушёл торговать на биржу, стал трейдером. Был уже долларовым миллионером. Мои знакомые звали меня куркулём из-за привычки не платить лишние деньги, делать всё самому и стараться иметь запас всего и много. По характеру человек сухой, осторожный, замкнутый и рационалист, не поддающийся на всякие разводки и лохотроны.

А тут, просматривая Интернет, натолкнулся на сообщение, что с Землёй должен столкнуться астероид. Произойдёт это на территории Америки и вызовет пробуждение супервулкана, сильнейшие землетрясения и извержения многих других вулканов по всей планете. Результат всего этого будет эквивалентен взрыву нескольких тысяч хиросим, вулканическим газом покроет всю Землю, а потом вулканический пепел закроет всё небо, начнётся ядерная зима, ожидается температура ниже минус сто градусов Цельсия. Короче, северный пушистый зверёк придет на Землю.

Узнал я про это, и почему-то поверил этим сообщениям. Почему – так и не могу даже для себя внятно объяснить, видно сработала чуйка. Поэтому и решил, что делать в Москве нам с Машей нечего, надо уезжать из города. Пережить всё это в мегаполисе просто невозможно. Я тут как раз хотел новую машину покупать, так что деньги при себе были.

Уговорил я свою дочь Вику вместе с её мужем Сашей, он, кстати, офицер спецназа ГРУ, поехать с нами, попить пива и отдохнуть на природе. По пути к ним домой закупили полную машину продуктов в каком-то супермаркете, брали ящиками и упаковками всё, что может храниться долго. Когда приехали к Вике, у них был их друг Флюр, Сашин сослуживец, и его девушка Катя. Пригласили их собой и поехали все вместе на дачу.

После приезда я решил продолжить запасаться продуктами и топливом на все деньги, что у меня были. Для этого мы с Сашей и Флюром ездили в Тулу на оптовый склад, привезли несколько машин продуктов. Предупредил соседей, показал им сообщения об астероиде в Интернете, прогнозы специалистов о результатах столкновения с астероидом. Мои соседи – Николай, опытный автомеханик, и его жена Ирина, Игорь с женой Надеждой, оба врачи, Володя и Галя, учёные биологи из Пущино, мне поверили, и тоже стали готовиться к приходу зверька.

Мы закупали уголь, солярку, продукты, всё, что могли. Правда, были сильные опасения, что я зря перепугался, но когда в очередной раз мы возвращались из Тулы с запасами, произошло землетрясение, и стало ясно, что всё сделано правильно. После этого мы прекратили всякие поездки, закрылись в доме, сделали фильтры для наружного воздуха и пережидали, пока разложится вулканический газ.

Все мои соседи и Валера с Сергеем, строители из Белоруссии, которые в это время работали у других заказчиков в нашем посёлке, разместились у нас, места в доме хватило. Дома моих соседей разрушились в результате землетрясения, они присоединились к нам, и мы вынуждено стали спасаться все вместе.

Просидели мы так неделю, смотрели фильмы, играли в карты, пели песни под караоке, короче, выжидали. Всё это время наблюдали за погодой и общей обстановкой, слушали радио. Никаких новостей практически получить не удалось. Наблюдали массовое падение метеоритов, небо оставалось затянутым облаками, солнце не проглядывало, периодически шёл снег, температура воздуха падала ниже нормы. Через неделю выпустили поросенка на улицу для проверки воздуха, с ним всё оказалось в порядке. Значит, дышать можно.

Когда мы выбрались из дома после вынужденного заточения, то первым делом начали разведывать обстановку. Для этого решили посетить ближайшую деревню. К сожалению, оправдались самые мрачные прогнозы. Все жители в ней были мертвы, отравились вулканическим газом. Ожидая, что сбудутся остальные прогнозы, мы продолжили, по возможности, запасаться всем, чем только можно, в первую очередь топливом и продуктами питания.

Съездили в Пущино на машине, попытались забрать у моих соседей кого можно из родственников и близких, живущих там, а также узнать, что творится в мире. Никого из тех, кого хотели забрать, не было в живых. Общая атмосфера была очень тяжёлая, все, кто выжил, пытались как-то спастись. Продуктов нет, тепла нет, власть берут все, кто может, у кого есть оружие, запасы еды и топлива. Появились бандиты, в Пущино нас даже пытались ограбить, но мы сумели отбиться.

После этого решили наведаться в Тулу, попытаться раздобыть оружия вдобавок к тому охотничьему, что у нас было и, может быть, продуктов и снаряжение. Оказалось, что купить ничего невозможно, если только обменять на продукты, водку, самогон, сигареты. Кое-что мы обменяли, благо нашлась самогонка в погибшей деревне, а на обратном пути домой какая-то банда попытались нас ограбить и убить. Опять сработала чуйка, и мы, Саша с Флюром, да и я тоже в этом поучаствовал, отбились и сумели уничтожить бандитскую засаду, в которой все были переодеты в милицейскую форму.

Бандиты останавливали проходящие иногородние машины под предлогом досмотра, выясняли, что есть в машине, и если было что-то ценное, убивали всех пассажиров кроме женщин. Их они забирали себе для развлечений. Посмотрев, что творили бандиты, мы решили уничтожить остатки банды, тем более, что пленник из грабителей перед смертью рассказал, где они находятся и что их осталось всего трое.

Уничтожили этих тварей, освободили трёх женщин заложниц и обнаружили приличные запасы продуктов, топлива, техники. Всё, что было награблено бандитами. А это также нам было нужно. Всё уже было на грузовиках, уложено, упаковано. Потребовалось несколько поездок, чтобы перегнали машины с продуктами и топливом к себе. Забрали бандитское оружие, а женщинам предложили присоединиться к нам и выживать вместе. К этому времени иллюзии у всех пропали, все готовились именно к выживанию.

Когда температура упала ниже минус шестидесяти градусов, мы перестали выходить из дома, так и пережили холода, а они были ниже минус восьмидесяти градусов Цельсия. Дополнительно дом утеплили, топили печи, камин, благо своевременно были сделаны запасы угля, и ветряк работал исправно, обеспечивая электроэнергией. И хорошо, что конструкция была самодельная и использованы детали и материалы, стойкие к низким температурам. Ветряк нас не подвёл и обеспечивал электроэнергией.

Только летом, по календарю, когда температура поднялась выше минус тридцати, начали выходить из дома и продолжили поиски топлива и продуктов. Так мы и прожили шесть лет, пережили холода ниже минус ста градусов. Солнца не было, для профилактики и лечения организовали в подвале дома солярий и развели огород, выращивали свежие овощи.

Снега за это время намело высотой больше шести метров, замерзли все реки и моря, приходилось откапывать вход во все хранилища и заправки, что смогли найти. Для движения по снегу сначала использовали снегоходы, потом изготовили гусеничный вездеход на базе имеющейся машины. Затем смогли найти и раскопать армейские склады и обзавестись гусеничной техникой и транспортом для передвижения по болотам, что позволило свободно передвигаться по такому глубокому снегу. И за это время справили несколько свадеб.

А потом, впервые за шесть лет, пришла весна, накопившийся шестиметровый слой снега стал таять. Первую весну мы смогли пережить, воды было ещё не слишком много, и мы смогли, непрерывно её откачивая, избежать затопления дома. Но дальше должно было быть гораздо хуже, да и если весь снег начнет таять, а земля останется промёрзлой, то будет наводнение, затопит всё, что только можно. Все трупы и отходы будут плавать в воде вокруг нас, мы просто в них захлебнёмся и не сможем найти ни глотка чистой воды.

Это будет страшно, пожалуй, чуть ли не мировой потоп, и неизвестно, что ещё лучше, потоп или ледниковый период. Тогда и возникла идея о поиске нового места для проживания всей нашей маленькой компании, даже можно сказать, семьи. Принятие этого решения ускорило то, что начали портиться в наших запасах продукты. Так что, ждать нам было нечего, и мы тронулись в путь. На юг, искать новое место. Было несколько предложений – Египет, Иран, Азербайджан, но окончательно решение не приняли и решили уточнить ближе к месту.

В пути нам, конечно, досталось. Устали все неимоверно, пришлось вести наши машины почти всем, сменяясь через каждые четыре часа. Несколько раз чудом едва-едва избежали очень больших проблем, когда запасы топлива подошли к концу. Но опять подвернулся шанс, и мы его не упустили. Сумели найти и топливо, и продукты питания.

А потом встретили других выживших. Как оказалось, люди спаслись в шахтах. Правда, от людей в них мало что осталось. Установилось настоящее рабовладение – появились рабы, хозяева, прислуга. А также расцвёл каннибализм. Наверх выходили небольшие группы для торговли и обмена всем, чем только можно, в том числе и рабами. Вот с одной такой группой мы и встретились, пришлось уничтожить охрану и освобождённых рабов взять с собой. Так к нам присоединились Василий, Михаил, Марина, Света. Уходить пришлось с боем, но мы прорвались. Уничтожили немало бойцов противника и его техники, справились даже с вертолётом, и ушли.

Первоначально хотели уйти в район Ирана, потом нацелились в район Израиля, но там оказался повышенный радиационный фон, и мы повернули в сторону Египта. Средиземное море пересекли по льду, все замёрзло, выбрались на берег где-то около Ливана. Во время одной из наших остановок, во время споров о направлении дальнейшего движения, Михаил рассказал нам о базе гуманитарной помощи ООН в Эритрее, вот мы туда и подались.

База оказалась оснащена всем, чем только можно. Был автономный подземный источник воды, аэродром с самолётами и вертолётом, большими запасами топлива и запчастей, большое количество техники, пункт космической связи, больница, был даже сельскохозяйственный техникум, поля с поливом и сельхозтехника, жилые дома. Вот здесь мы сейчас и праздновали окончание нашего путешествия.

— Батя, о чём задумался? — прервал мои воспоминания Флюр.

— Да так, что-то на воспоминания пробило.

— Как положено, анализ прошедшего и определение перспектив, — не успокоился Флюр.

— Да рано пока об этом говорить. Как я понимаю, нам сейчас надо немного отдохнуть от дороги. А вот потом можно будет говорить обо всём.

— А о чём будем говорить? — вступил в разговор Володя.

— Об этом не сейчас. Пока отдыхаем и расслабляемся, снимаем стресс. А вот завтра уже можно начинать думать.

Непринуждённая обстановка позволяла отмякнуть, снять накопившееся неимоверное напряжение. Правда, произошло это далеко не сразу. Многим знакомо такое ощущение после тяжёлой, напряжённой работы – дорога ли завершена, или ещё что сделано, можно, казалось бы, отдыхать. Но сразу забыть о себе дорога не даёт. Такое ощущение, что внутри сидит сжатая пружина, если её сорвёт, то ничего хорошего из этого не будет, её отпускать надо плавно и постепенно. Да и то порой при резком звуке со стороны ловишь себя на ощущении, что нога жмёт на педаль тормоза.

Воспоминания о прошедшей дороге, опасности и смешные случаи в пути, воспоминания о страшных годах были основной темой за столом, причём чаще всего вспоминали именно смешные. То ли это шло по ассоциации, один рассказанный случай тянул за собой другой похожий, то ли сказывалось невольное желание забыть плохое, но общая обстановка за столом была весёлой и непринуждённой.

Постоянно кто-то произносил очередной тост, который в свою очередь сменялся активной работой ложек. Лёгкое опьянение и сытость, остаточное нервное возбуждение от дороги, смешиваясь, вызывали у всех какое-то нервное, немного бесшабашное веселье. Но постепенно многодневная усталость и появившееся чувство успокоенности, какое-то внутренне умиротворение, подпитанные хорошей дозой выпитого, начинали брать своё, и все потихоньку начали разбредаться по своим индивидуальным домикам.

На следующий день встал я ближе к обеду. Никаких отрицательных последствий после посиделок не ощущалось. Спокойно встал, умылся, вспомнилось забытое ощущение – из крана течёт вода. Оделся, Маша приготовила непривычно лёгкую одежду, и пошёл на улицу. Там уже были прибраны почти все следы вчерашнего застолья, но столы не убраны, на них готовая еда, наши женщины постарались. Неярко светит солнце, лёгкий тёплый ветерок приятно обдувает лицо. На плечах простая куртка, нет тяжёлого полушубка, на ногах обычные берцы. Хорошо-то как.

Пока шёл к столу, немного осмотрелся по сторонам. Стоят двенадцать отдельных домиков, видны развалины нескольких строений, последствия землетрясения, трёхэтажное здание техникума, гаражи и мастерские, пункт управления полётами, ангары, склады.

На столе стоял горячий чайник, кружки. Пока я баловался чайком, потихоньку начали подтягиваться и остальные. Вскоре собрались все, и Саша задал самый ожидаемый вопрос:

— Батя, что дальше делаем?

— А что, и заняться нечем? Смотри, какая погода. Солнце, тепло, грей промерзшие косточки, что тебе ещё надо?

— Всё это конечно хорошо, но ведь мы не на отдыхе и не на курорте, когда с утра можно пить вино и расслабляться. Сейчас хорошо, а если бы ещё добавить и пива, то будет ещё лучше. А что делать завтра? Куда бежать, что катать а что таскать. Как говорится, солдат должен быть всегда при деле, иначе он думать начнёт. А это может быть и не всегда безопасно.

— Ладно, торопливый ты наш. Да и все остальные, чего стоите? Присаживайтесь, побалакаем о делах наших. Я ещё не готов к какому-нибудь серьёзному разговору. Ещё многое надо осмотреть и подумать. Честно скажу, я не знаю что делать. Раньше ситуация была простая, как угол дома. Надо выжить. Сейчас ситуация совсем другая. Но вы правы в одном. Что-то делать надо. Для начала предлагаю не торопиться, давайте очень внимательно осмотримся, — сказал я. — Если мы хотим здесь жить, надо сразу же решить, а подходит ли нам для этого место. Я думаю, надо проверить в первую очередь несколько вещей.

Самое главное, а сможем ли мы здесь себя прокормить, позволит ли эта земля вырастить продуктов столько, сколько надо, и даже немного больше? Сколько мы здесь сможем вырастить еды, для себя и наших птиц? И каких продуктов? Что здесь за земля? Можно ли начинать уже сеять, а если нельзя, то когда будет можно? Что для этого нужно? Вопросов по этому поводу больше, чем ответов.

В общем, определяемся по всему, что связано с сельским хозяйством. Думаю, этим могут заняться Маша, Ирина и Галя. Да, Галя, на тебе так и остаются метеонаблюдения и контроль обстановки. Температура, ветер, радиация, ну и всё связанное с метеорологией и общей обстановкой. Хотя бы на уровне наблюдений и фиксации результатов. Я понимаю, что это пригодится как для наших агрономов, так и для всех нас, надо знать, что происходит с погодой в это время. Хорошо бы найти результаты наблюдения за погодой в предыдущие годы. Тогда будет более ясно, чего стоит ожидать.

Вчера говорили – здесь много техники, в том числе и колёсной. Да и что-то вроде хорошей автобазы есть вместе с необходимым оснащением. Пора подбирать себе новую технику, или нашу переобувать на нормальные колёса.

Далее, если есть возможность произвести разведку с воздуха, надо этим обязательно воспользоваться, а не ломиться неведомо куда. Поэтому я думаю, Михаил, Флюр, давайте на аэродром, посмотрите самолёты, может, получится запустить хотя бы одну Цессну из двух. Если да, то готовьте её к разведывательным полётам. А может быть проще будет на вертолёте?

— Михаил, на вертолёте летать можешь?

— Несколько раз пробовал, получалось.

— Тогда на месте и определитесь. Но я думаю, для обзорных полётов лучше использовать Цесснy. Она, как мне помниться, должна летать на тысячу двести км, так чтобы осмотреться, этого должно хватить. В радиусе километров пятьсот надо будет всё и разведать. Вот в разрезе этих задач технику и смотрите.

Надо определиться окончательно, что дает нам эта база по жилью. Сколько можно иметь домов, сколько людей можно поселить, возможности энергетики, причем не только для жилья, но и для аэродрома, связи, больницы, сельского хозяйства, автохозяйства. Сантехника, обеспечение водой, теплом. Что есть, что ещё надо. Валера, я думаю, это тебе надо подключаться. И Володе, как коменданту гарнизона. Наверное, и Сергею.

Николай, Василий, я думаю, надо проверить всю имеющуюся технику, в том числе и сельскохозяйственную. И не только технику. Я думаю, здесь должны быть ремонтные мастерские. Вот их тоже обязательно надо посмотреть. Станки, оборудование, что можно на этих станках сделать, место для размещения другого дополнительного оборудования. И технику посмотреть на предмет реанимации, нужно уже переходить на колёса. Причём в любом случае, с этим тянуть не следует. Как говорится, случаи бывают разные, а машина всегда должна быть на ходу.

Вика, Наташа, возьмите с собой Максима и осмотрите местный техникум. Что там интересного и нужного: библиотека, оборудование, помещения.

Игорь, Надя, за вами больница. Осмотреть подробно, что тут есть, и что можно будет использовать для других задач, в частности, для организации биологической лаборатории.

Саша, Катя, вам центр космической связи. Посмотрите в первую очередь антенное хозяйство, в том числе и на аэродроме, на предмет исправности и организации центра радиосвязи. Я думаю, мы все будем постоянно в разгоне, так что такой центр нам пригодится. Нам теперь всегда надо иметь связь между собой.

А я, наверное, пойду для начала с Николаем и Василием, посмотрю технику, но постараюсь по ходу добраться до каждого.

Рита, Марина, Света, за вами обед и порядок по лагерю. Володя, обеспечь всем необходимым. Я думаю, особо торопиться не будем, но и тянуть не надо. Смотрим всё очень внимательно и тщательно. Собираемся здесь же, на обед. Задачи поставлены, цели определены. За работу.

Все пошли по своим участкам. Смотреть, прикидывать, определяться.

Автохозяйство на базе впечатляло, во всяком случае, меня. Несколько десятков боксов, несколько десятков автомобилей самых разных моделей, типов, назначения. В основном, конечно, были грузовики, бортовые и тентованные, но были и микроавтобусы, и легковые автомобили. Были джипы и машины специального назначения – заправщики, автогрейдеры, эвакуаторы. Почти все машины стояли в боксах и поэтому были в приличном состоянии.

Техника была, конечно, хороша. Грузовики – в основном полноприводные, причём автомобили среднего класса, грузоподъёмностью три – пять тонн. Кроме автомобилей на базе была хорошая механическая мастерская, оснащённая практически всем необходимым оборудованием.

Были обрабатывающие станки, практически полный набор – токарный, фрезерные, небольшой пресс, кузница, подъёмники и краны. Был участок обслуживания аккумуляторов, склад авто запчастей, склад ГСМ, масла, бензин, солярка, и многое другое. Короче, очень не слабое автохозяйство. Запитывалось это всё от собственной дизельной электростанции, расположенной в отдельной пристройке.

Здесь можно было сделать многое, правда и повозиться для того, что бы запустить всё это в работу, нужно было немало. Мнения Николая об увиденном можно было не спрашивать, достаточно было посмотреть на его довольный вид. Осмотрев это хозяйство очень бегло, я собрался идти дальше. Не меньше машин меня волновал самолёт, хотя я о них знал только, что они летают.

— Николай, — сказал я, — смотри дальше один, прикидывай, с чего начинать, что будет нужно в первую очередь. Определись с машинами, мне например, нравится вот та Ивеко и мерс. И смотри, как можно запустить эту мастерскую. А я пойду, посмотрю, что у других.

Дальше я пошёл на аэродром, узнать, что там происходит. Михаил и Флюр полностью погрузились в изучение имеющейся техники и самого аэродрома. Михаил крутился возле самолетов, а Флюр осматривал башню, центр управления полётов, и антенное хозяйство.

— Михаил, что с техникой, — поинтересовался я.

— Да вроде бы оживить можно, вот только один не справлюсь. Техника была вся в ангарах, ветром, снегом впрямую не обдувалась, обшивка нормальная, но шланги, резину, всё надо менять. Вроде бы должен быть склад запчастей, есть небольшая мастерская, есть необходимый выбор деталей, вот только в каком всё состоянии, пока сказать не могу.

— Есть и склад, есть и мастерская, и ГСМ, и своя ДЭС. Вполне приличное хозяйство. Антенны на первый взгляд рабочие, стоят крепко, перезимовали успешно, — добавил подошедший Флюр.

— Ну что же, занимайтесь дальше. А лучше пошли на обед, время. По пути посмотрим, что там, у Саши с Катей получается.

— Это мы завсегда со всем усердием, — сбалаганил Флюр.

Саша с Катериной нас тоже обрадовали. Всё было в порядке, ничего не отвалилось, привести в порядок, конечно, надо, но это не с нуля всё собирать.

Все вместе пошли в лагерь, тем более, что день заканчивался, а мы весь день на ногах и голодные. В лагерь уже подтягивались и остальные.

Пока все не поели, никаких разговоров не вели. А вот потом, за чаем, началось всеобщее обсуждение проблемы. Начал Володя:

— Батя, мы осмотрели территорию, осмотрели, наверное, все, что можно. Места достаточно, можно поставить как несколько десятков отдельных домиков, так и несколько небольших общежитий. Воды должно хватить, придется, конечно, проложить новый водопровод и канализацию, но для бытовых нужд хватит. Места может и на что-то другое хватит, но пока непонятно, как пополняется вода, думаю питьевую воду расходовать только на бытовые нужды.

Для полива придётся брать воду с реки. Во всяком случае, по предварительным оценкам, можно разместить две – три тысячи человек. Можно пока использовать и имеющиеся помещения в техникуме и больнице. Можно построить новые домики. Материал есть. Вот только где их взять, этих людей

— А на тех полях, что мы посмотрели, прокормить можно до десяти тысяч человек, — добавила Маша. — И есть загоны для птиц и животных. Скажите, что решили. Мне кажется, что здесь можно жить.

— Вот сейчас и определим, — ответил я. — Мы сегодня осмотрели всю эту территорию, надо честно признать, место хорошее. Есть всё для нормальной жизни. Вот только надо определиться, как жить будем.

— А в чём проблемы? — спросил Саша.

— Давайте не будем обманывать себя, — начал я. Сейчас я буду просто рассуждать вслух, если что – поправляйте, добавляйте, высказывайте своё мнение. То, что я буду говорить, это моё мнение, может быть они неправильное, может быть, всё обстоит совсем не так, но вот что у меня получается. Земля, как мы её знали, умерла. И умерла цивилизация, что нас родила и вырастила. И теперь нам придётся как-то выживать дальше. Самим, своим умом и своими силами.

Самое главное сейчас – решить, что мы хотим. Судя по всему, здесь мы сможем спокойно прожить всё оставшееся нам время. Семена у нас есть, продуктов себе мы вырастим, горючки нам здесь хватит, море рядом, можно устроить курорт до конца своих дней. А можно и наоборот. Впрягаться в работу до кровавых соплей, чтобы в глазах черно было и от ветра шатало. Зачем это надо? Ну, если не пытаться строить новый мир, то хотя бы сделать что-то похожее, во всяком случае, способное к дальнейшему развитию после нас и без нас.

Зиму мы пережили, будем надеяться, что опять наступят нормальные времена года, хотя это и не факт. Моря и океаны все промёрзли, когда восстановится нормальный круговорот воды и тепла – неизвестно. Будет ли он вообще, и как это будет выглядеть. Будет ли и дальше существовать Гольфстрим, эта мировая печка, или вся Европа будет оставаться замороженной. Я не знаю.

Раньше кислород для дыхания давал океан и леса. Сейчас их нет. Что теперь будет источником кислорода? Растений нет, а значит нет и фотосинтеза, нет поступления в атмосферу кислорода. Дышать будем только тем кислородом, что остался в атмосфере. А сколько сейчас везде валяется трупов, отмерших деревьев и всего прочего. И уже начался мировой потоп, только так можно будет назвать всё происходящее, когда начнёт таять весь накопившийся снег.

Ничего другого, кроме потопа, при таянии такого количества снега быть не может. А также всё будет гнить, как только начнёт расти температура. А это выделение сероводорода, метана, аммиака. И чем, спрашивается, мы будем дышать? Я полагаю, что мы ещё проживём, наши дети, скорее всего, тоже. А вот смогут ли жить внуки, уже вопрос. Вот я и спрашиваю, как жить будем?

К чему я это всё? Я не пугаю, я просто хочу донести до вас своё беспокойство за сложившуюся ситуацию. Чтобы выжили наши дети и внуки, нам придётся сажать леса и восстанавливать фотосинтез, т. е возрождать землю, возрождать на ней жизнь. Хотим мы или нет, но у нас нет другого выхода, если мы думаем о будущем. Вот что я думаю о том, что надо делать.

Я замолчал, пауза затягивалась. На лицах я наблюдал обиду, недоумение и страх. Как же так, столько пережить, выжить при стоградусных морозах, когда вокруг не осталось ничего живого. Избежать затопления. И оказывается, что всё напрасно? Столько усилий, столько мучений. А спасения нет?

Затянувшуюся паузу прервал Володя:

— Да, наверное, ты, батя, во многом прав. Конечно, остаётся много вопросов, на которые, скорее всего, сейчас ни у кого нет ответа. Вот только я не понимаю одного. Как мы, двадцать три человека, сможем спасти Землю, возродить или построить новую цивилизацию.

— А я и не говорил, что мы построим новую цивилизацию и спасём Землю, — продолжил я. — Это работа не на одно поколение, и хорошо, если наши внуки и правнуки будут жить спокойно. А вот импульс развития, направление движения мы можем задать сейчас. И это будет ох как нелегко. И главное – не останавливаться и не надорваться. Но и медлить нельзя. Надо понимать, что всё, что сейчас осталось и пока ещё работает, через какое-то время работать перестанет, просто по причине того, что больше не сможет работать физически, у всего есть предел прочности, и срок жизни любого изделия конечен.

Раз мы здесь и сейчас собрались, раз вы меня вытянули на этот разговор, то уж давайте договорим всё до конца, и определимся с нашими дальнейшими действиями. Пусть все выскажутся.

— Я так понимаю, — начал Флюр, — что выбора у нас нет. Или мы должны сидеть, и ждать неизвестно чего, или попытаться как-то изменить ситуацию. Сидя в обороне, сражение не выиграешь, надо атаковать. Я за то, что бы начать дёргаться.

— Я там, где и ты, — сказала Катя. — Выбора нет, ради детей придётся поработать, этим нас не испугаешь.

— Что надо делать, я пока не знаю, — сказал Володя. — Это надо ещё хорошенько обдумать, но надо попытаться, тогда хоть будет не так обидно потом.

— Наши знания по биологии будут здесь нелишними, — добавила Галя. — Теперь я поняла, что ты имел в виду, когда говорил про лабораторию.

— А мы засадим всё, что можно и всем, чем только сможем, — сказала Маша. — И всё это вырастим. Правда, Ирина?

— Да.

— Я думаю, что здесь не найдётся ни одного человека, кто бы отказался хорошо поработать, чтобы в дальнейшем иметь возможность жить, — начал Саша. — Давай, батя, развивай тему дальше, и мы все будем смотреть, где и кому надо подключиться. Нас не так уж много, и всем найдётся дело.

— Ну что же, слушайте, что я по этому поводу думаю. Рита, дай ещё чайку, говорить будем долго, что-то горло пересохло.

— Думаю, что одним из первоочередных моментов надо считать задачу увеличения нашей численности. Нас должно быть больше. И я вижу пока одним из источников пополнения численности освобождение рабов, которых держат на шахтах. Нам придётся вернуться обратно, туда, где мы проходили и с ними столкнулись. Их хозяев и помощников я ни при каких условиях не хочу видеть здесь. Пусть сдохнут там.

Но искать надо не только там. Шахты есть и в других местах. В горах есть пещеры, есть метро, там тоже могут быть выжившие. Мы даже сейчас не представляем, где могут оказаться живые люди. А уж коли мы ставим перед собой такие цели, их всех придётся искать везде, где только можно. И мне почему-то кажется, что лучше всего это делать у нас в стране, а не в Африке. Хотя негры и китайцы живучи, так что всё может быть.

Но имейте в виду, что жизнь каждого из нас имеет неимоверную ценность, и её нельзя подвергать ни малейшей опасности. Думаю, надо начинать с тех мест, где точно есть люди, с захвата караванов, тех караванов, что перемещаются между шахтами по поверхности, тем более, там нет такой охраны, как в шахтах. Да и использовать будем своё техническое превосходство.

Вся задача, на мой взгляд, разбивается на несколько этапов. Саша, Флюр, Михаил, добавляйте, исправляйте, если я не прав или ошибаюсь. Сначала на Цессне проводим авиаразведку окрестностей здесь, ищем хорошую технику. Нельзя лететь над морем или на большие расстояния на одномоторном самолете. Я думаю, надо искать какой-нибудь двухмоторный самолёт, но такой, чтобы мог сесть где угодно, и мог бы взять на борт до десяти человек. Это, конечно, самое опасное, сесть и взлететь.

Да, и надо оснастить самолёт как минимум пулемётами, желательно крупнокалиберными, чтобы он превратился в штурмовик. Можно ещё добавить ракеты и бомбы. Это вроде бы и перестраховка, но бережёного бог бережёт. А может быть, можно будет использовать вертолёты. В любом случае, придётся делать не один промежуточный аэродром, посадки надо делать абсолютно безопасными. Возможен и комбинированный вариант, полёт на самолёте, финальная стадия – освобождение пленников – на вертолёте. Смотрите, думайте.

Но сначала подготовка всего комплекса обслуживания техники на домашнем аэродроме, здесь и разведка местности, и обеспечение безопасности нашего дома. Пришли мы, может точно так же спастись и прийти кто-то другой. Давайте рассчитывать на самый худший вариант.

Это, так сказать, внешний вариант увеличения нашей численности. Внутренний вариант – рожать своих детей. И чем больше, тем лучше. Игорь, Надежда – генетический контроль. Мы должны всячески избегать какого-то даже намёка на вырождение. Не должно быть у наших детей никакого вырождения. И не должно быть никакого разделения детей, все дети наши, мы все одна семья. Скорее всего, нам придётся восстанавливать такие понятия как семья, род, племя, клан.

Вот то, что я думаю по поводу нашей численности, и как с этим бороться. Это, конечно, надо рассматривать как идею, тезисы. Всем придётся над этим подумать, как говорится, одна голова хорошо, а две лучше. Но прежде, чем мы займемся чем-либо ещё, мы должны обеспечить безопасность своего дома и хозяйства. Мы должны будем где-то поселить новых людей и обеспечить их питанием. Мы должны воспитывать и учить наших детей, да и всех остальных тоже. Нужны садики, ясли, школы. Их надо строить.

Валера, Сергей, жду предложений. Мы и так уже многое теряем, каждый наш человек бесценен, и его знания и умения не должны пропасть. Поэтому учиться, учиться и ещё раз учиться, как говорил классик. Я понимаю так, что эта тема ближе всего Вике, Тане, Кате, Гале. Не удивляйтесь, каждому придётся заниматься не только одним делом, все будут многостаночниками.

И безопасность. Я не думаю, что новые жители будут представлять для нас угрозу, но здесь лучше перебдеть. Поэтому надо продумать, как их расселять. В первую очередь нужно брать и спасать детей. Научим, воспитаем, всё будет хорошо. И надо где-то найти рации для связи друг с другом. Может быть, можно на военной базе, мимо которой мы проходили сюда, чем-то разжиться? Саша, Флюр, это вам.

Да, и надо какие-то защитные химические костюмы и противогазы найти. А то мародёркой заниматься будет невозможно. Или зараза какая-нибудь прицепится, или отравиться можно будет. Игорь, надо будет оборудовать какой-нибудь пункт дезинфекции для всех возвращающихся домой, а то можем притащить какую-нибудь гадость. Без прохождения этой процедуры в дом никого не пускать.

А для мародёрки нужна техника. Это в первую очередь. Для начала можно наш Урал поставить на колёса, а потом уже всё остальное готовить. Времени терять не будем. Его и так немного. Николай, Василий, займитесь.

Сейчас для мародёрки, как я понимаю, первоочередной задачей становится добыча знаний. В любой форме. Книги, диски, компы. Скоро вся техника умрёт. Чтобы эти знания не пропали, их надо переводить на твёрдые носители. Принтеры, бумага, расходники, всё нужно. В первую очередь востребованы естественные и прикладные науки. Физика, химия, математика, материаловедение, конструирование и машины. Любые книги и учебники. Авиация. Электроника.

Я чувствую, что через сто лет придётся плавить металл и изготавливать самим всё необходимое. Володя, как коменданту, тебе придётся заняться всем этим. Найти и разместить эту далеко не маленькую библиотеку, организовать хранение и доступ к материалам. Я понимаю, что здесь мы сможем найти всю литературу на английском, но что-то можно будет понять, да и в будущем это может пригодиться. А потом добудем и на своём языке. Используй наших девушек, Марину и Свету. Да, и надо точнее определить наши запасы продовольствия, сколько мы сможем прожить без урожая, и что будем добывать мародёркой, кроме книг.

Маша, Галя, Ирина, определяйтесь с посевами. Мне кажется, что для начала надо засеять очень небольшие опытные делянки, посмотреть, как всё себя поведёт. Тем более, неизвестно какая будет температура и какие условия для роста. И неизвестна смена времён года и перепад температур. Семена надо беречь, всегда должен оставаться аварийный запас.

Нельзя выделить особо какую-то одну задачу. Всё сверхважное. Но на биологию надо наваливаться. Нужно, чтобы выросло любое семечко. Травы, деревья, мхи, водоросли. Всё, что создаст дополнительную биомассу. У нас сейчас ничего этого нет, а именно в этом всегда была сила земли. Искать семена и живность.

И переходить на экологические виды топлива. Биотопливо, вот наш основной источник энергии в будущем. Нефтяники из нас никакие, если мы пока ещё можем откачать топливо из хранилища, то я не представляю, как мы будем качать нефть из скважины и её перегонять. А вот вырастить, например, рапс, и надавить из него масло, и залить в дизель, это, мне кажется, реально. И электричество. Есть ветряки, есть солнечные элементы, в конце концов, есть реки, и можно ставить мини ГЭС. Нужны аккумуляторы и электродвигатели. Это проще, чем добывать нефть.

И дороги мы не сможем строить и содержать. Значит, придётся летать, если будем перемещаться куда-нибудь. А если уж придётся ехать, то только на полном приводе. Самолёт, вертолёт, дирижабль, что будет под силу нам реализовать, тем и займёмся. Я понимаю, что мы не сможем построить авиационный завод или завод по производству моторов, но моторов вокруг много, их надо приспосабливать под наши нужды.

Мы должны подготовить оборудование, которое нам по силам, и отработать технологию изготовления того, что сможем. Главное, сохранить умения и знания. Первые самолёты и моторы делались в сараях. Сделать первые работающие образцы, хорошо работающие, и быть готовыми это всё использовать. А когда будет нужно, можно будет, используя имеющийся опыт, строить заводы.

И электроника. Нужно как-то готовиться к тому, что скоро не будет ничего, и если мы хотим вести хотя бы близкий к привычному образ жизни, пользоваться самыми разнообразными приборами и оборудованием, нам придётся самим делать транзисторы и снова развивать электронику. Связь, управление, да практически везде сейчас микросхемы. Нам придётся как-то это обходить.

И самое главное, мы должны определить принципы, которыми будем руководствоваться в отношениях между собой и другими людьми. Все знают и на своей шкуре испытали прелести демократии, вседозволенность чиновников, беспредел воров и всесилие денег. Я бы не хотел ещё раз попадать в такое дерьмо. Поэтому мы и должны решить, в первую очередь для себя, что мы будем строить. И наши принципы должны стать, как говорили раньше, нормой жизни для каждого. Если кому-то это не нравится, нам они не нужны. Пусть идут и строят своё общество с общечеловеческими ценностями в другом месте. А мы будем заботиться о себе, своих детях и тех, кто нам поверил и к нам присоединился.

Глава 2

03.05.00.

Долго мы ещё в тот вечер сидели и обсуждали, что еще забыли, на что ещё нужно обратить внимание. Все были согласны с тем, что было озвучено, но в первую очередь решили начинать с обустройства своего дома. Приняли для себя порядок, каждой паре по домику, кому не хватит, построить в первую очередь. Неправильно это, когда приходится спать на рабочем месте. Для одиноких и молодых построить что-то типа гостинки, в домик селить двоих-троих, каждого в отдельную комнату со всеми удобствами.

Частной собственности, как не было у нас, так и не будет, во всяком случае в первое время. Потом, скорее всего, когда дела наладятся, она появится сама, без нашего желания и усилий. Если тебе что-то надо, иди и получи с общего склада. Предметы личной гигиены и оружие – это у каждого своё. Это необходимость.

Рабочие инструменты, в том числе компы, тоже. У кого нет, дадим из добычи мародёрки. Деньги не используем, всё даётся просто так, вернее, всё тебе даётся для работы. Как таковой личной жизни нет, разве что, как раньше говорили, будут производственные романы. Отдых, личный, у нас пока не предусмотрен, если отдыхаем, то все вместе. Каждый должен уметь работать на компе и учиться. Короче, устраиваем настоящий, а не временный быт.

По большому счёту, это была идеология коммунизма, а по другому в такой ситуации было нельзя, слишком огромные задачи мы обозначили сами себе. Вот только коммунизм был не для избранных, а самый настоящий, который близок и понятен каждому, без спецпитания и спецраспределителей. И не того доктринёрского, что описывали в учебниках лысые и бородатые. По сути дела, идеология коммунизма никем не была опровергнута, и никто в реальности не доказал, что она плоха. То, что пытались построить раньше, к коммунизму имело отдаленное отношение, только лозунги. Здесь самое главное – найти правильное сочетание личного и общественного интересов и не забывать о человеке ради мировой идеи.

Те попытки построения коммунизма, хорошие в начале, и которые со временем вырождались в создание класса избранных и банальное воровство, нельзя считать коммунизмом. Вот поэтому и не хотелось нам ошибиться в самом начале, у всех ещё не выветрились из памяти дни, прожитые в Государстве, которое тебя защищало, и памятны были времена, когда государство тебя грабило и уничтожало. А пока сохранили сложившиеся у нас отношения и решили довериться собственному здравому смыслу. Ну, это мои мысли, у кого-то они будут другие, это дело каждого, как думать.

На базе техникума решили готовить учебные классы и библиотеку. После его осмотра выяснили, что помещений достаточно для самых разных целей. Решили использовать его в роли административного и научного центра. Там будет наша биолаборатория, так решили назвать то место, где будет работать Галя, и где начнём пытаться оживить семена, из тех, которые были у нас в запасах и ещё не высаживались в нашем огороде. Столовую решили организовать пока тоже в техникуме.

Первоочередная задача на завтра – сделать планировку поселения с возможностью в будущем развития и расширения, определиться с коммуникациями и энергообеспечением. Сколько нам надо будет генераторов, какая мощность потребуется, где их размещать. Делать один мощный на одну зону или несколько на отдельные строения. Определить и учесть имеющиеся ресурсы, рассчитывая, что нам придётся значительно наращивать производственную базу. Единогласно подтвердили полномочия Володи, как нашего коменданта, завхоза, и ещё раз возложили эту обязанность на него. В помощь дали Валеру и Сергея. Уважаемый человек, однако.

В первую мародёрку решили отправить Сашу и Флюра, посмотреть военную базу, раздобыть средства связи и химической защиты, оружие, хотя с этим нужно ещё подумать, пока своего хватает. Для этого Николай и Василий собирались с утра переобуть Урал, на нём наши бойцы планировали уйти в рейд. Заодно и дорогу через минное поле, которое было установлено вокруг нашей базы, ещё раз проверят.

Михаил с Максимом займутся самолетом, потом к ним присоединится Николай, наши агрономы будут изучать местные архивы на предмет поиска данных по погоде и определить сроки посадки. И хотя бы попытаться выяснить, как раньше менялась погода в течение года, какие тут были условия для земледелия. На экваторе мы ещё не жили. Да и всем остальным нашлась работа.

Завтрак назначили на восемь тридцать, некогда спать, работать надо.

Урал переобули быстро, уже к десяти часам Саша и Флюр отправились на первую мародёрку. Немного перераспределили задачи. Валеру отправили в помощь Кате для определения объёма работ по восстановлению станции связи и центра управления на аэродроме. А все остальное по плану.

К обеду вернулись Саша с Флюром. Привезли целую машину снаряжения. И много интересной информации. Так, обнаружились сборно-разборные склады, может быть это и не военное снаряжение, но они были. Нам они должны быть очень даже к месту. Палатки, запчасти к технике, да и много чего, необходимого целой армейской базе. После получения этой информации решили горячку не пороть и вечером определить первоочередные потребности, а потом приступать к более качественной мародёрке. А пока все силы направить на восстановление техники.

К этому моменту сумели завести первый грузовик с краном, и приступили ко второму. По нашим оценкам это самый лучший вариант для мародёрки. Лучше всего, чтобы их было не меньше трёх, больше просто не смогли бы использовать, не хватало сил. Правда, если не устраивать всеобщий аврал.

Так в заботах прошёл этот день, первый день по обживанию базы. Вечером, после ужина, все опять собрались, и приступили к подведению итогов.

Порадовали Валера с Катей. Валера сказал, что все антенны в рабочем состоянии, а Катя – что аппаратура исправна, нужно заниматься её отладкой и тестированием. Помощь ей пока не требовалась, она займётся изучением имеющихся материалов, поискам кодов доступа, паролей для связи со спутниками. Будем надеяться, что у нас будет связь со спутниками, и мы сумеем посмотреть, а что же стало с нашим миром.

Насторожил Володя. По его оценкам, имеющихся продуктов хватит примерно на семь-восемь месяцев. Так что, надо срочно заняться поиском продуктов длительного хранения, а также оборудовать холодильные камеры. По размещению новеньких пока решили ограничиться разметкой территории, приготовить необходимые вещи, палатки, ангары, ДЭС, насосы, всё складировать отдельно, и заняться первоочередными задачами, а к этому вернуться ближе к сроку реализации плана освобождения людей.

Наши агрономы не смогли найти в архивах внятных данных, которые можно было бы использовать сейчас. Только сумели выяснить, что для успешного земледелия в этих местах основной проблемой является вода. Вода была. Поэтому решили поступить следующим образом. Пока продолжить наблюдение за погодой, проложить трубы от реки для организации полива, сейчас будут таять снега, и воды должно быть достаточно, и сделать большие теплицы. Если будет неожиданное похолодание, то организуем их обогрев. И попробовать высадить малую часть имеющегося семенного материала.

Кроме того, у нас уже было два ученика, сын Саши и Вики, Ваня, наш с Машей внук, и сын Игоря и Нади, Никита. Вот с них и решили начать учебный процесс. Кроме того, кое-кому из более взрослых не помешало бы обновить свои знания, а кое-чему и научиться. Для этого будут организованы специальные дополнительные курсы. Поэтому обязали мародёров обеспечить учеников канцелярскими товарами.

А с самой мародёркой что-то надо делать. Кто только здесь не воевал, и за свободу, и за демократию, каждый после себя оставил своё наследство в виде минных полей и прочих приветов от свободной жизни, так просто где угодно не проедешь. Нужно организовывать какой-то трал для поездок за пределы проверенных дорог.

Ну а первоочередной задачей надо считать оснащение машин связью. Хорошо, что Саша с Флюром привезли кое-то, этого должно хватить на радиофикацию пары машин. Наши радиостанции пригодны были только для связи в пределах колонны, а здесь надо было что-то более серьёзное. Может быть можно будет с военной техники снимать и использовать радиостанции. И срочно запускать у себя хороший центр связи, тогда можно будет хотя бы через него поддерживать нормальный радиообмен.

На этом сегодняшнее обсуждение завершили и пошли отдыхать. Правда, желающие могли посмотреть в видеозале какие-то фильмы, у нас ещё что-то осталось, не всё бросили, когда уезжали.

Весь день был посвящён радиосвязи. Запускали башню и центр дальней связи, рации на машинах. Удалось получить вполне приемлемое качество связи, во всяком случае, друг друга слышали и понимали. Валера, как главный специалист, сказал, что нужно ещё согласовать антенны, но пока что он этого сделать не может, какие-то приборы не смог найти. Но обещал довести связь до ума и обеспечить нормальное качество.

К вечеру обрадовал Михаил, на помощь которому был отправлен Николай как большой мастер по реанимации техники. Совместно им удалось запустить двигатель на Цессне. Во всяком случае, на земле самолет ожил, даже совершили небольшую пробежку по аэродрому, но пока не взлетали, надо еще привести в порядок взлётную полосу, засыпать трещины, ямы, убрать мусор. Взлёт отложили на утро.

Пришлось в планы включить ещё и реанимацию строительной и аэродромной техники – трактор, погрузчик, заправщик, чтобы почистить аэродром и обеспечить нормальную заправку самолёта.

Вечером спланировали первую большую мародёрку. Поедут три машины, Саша, Флюр, Василий. И опять на военную базу. Надо попробовать найти продукты, ДЭС, желательно транспортируемые, индивидуальные радиостанции, если их можно использовать совместно с уже имеющимися. А после этого необходимо расширять сферу поездок и начинать мародёрку в Массауа, который для нас является ближайшим населённым пунктом. Да и порт надо посмотреть. Может и там найдётся что-то нужное в нашем хозяйстве. Во всяком случае, небольшой кораблик рано или поздно нам всё равно понадобится. Морские окрестности и ближайшие острова надо смотреть и исследовать. Но это не сейчас.

С утра дооборудовали машины мародёрки бензогенераторами и отправили за добычей. Сегодня ожидали запуска самолёта. С утра почистили аэродром, заправили самолёт, правда, не полностью, а только для пробного вылета, и стали ждать дебютного полёта Михаила. Цессна запустилась легко, пробежала до начала взлетки, разогналась, и Михаил выполнил подскок, поднялся на один метр и пролетел десять метров. Всё нормально.

Затем более длительный подскок, и только потом пошёл на взлёт. Первый полет был на высоте десяти метров над аэродромом, и не более одной минуты. Всё-таки не было у нас уверенности в этом аппарате. И опять всё хорошо, связь с башней нормальная, по сообщениям Михаила всё работает штатно. Вот и первый настоящий взлёт. Самолет поднимается на сто метров и свободно летит. Л – Е - Т – И - Т! Наш самолёт. Как здорово это смотрится в небе.

Постояли, посмотрели, и оставили Михаила обживать аппарат, а сами пошли заниматься прочими делами. Связался с башней. Там сидела Рита на связи с мародёрами. Связь была устойчивой, всё у них в порядке. Грабят.

Пошёл смотреть, что там у агрономов. Там общими усилиями, с привлечением Валеры и Сергея, строили теплицы. Кур уже выпустили в вольер, рядом с птичником, который успели построить, они принимали воздушные и солнечные ванны.

Теплицы получались добротные. Причем делали их так, чтобы там можно было проводить обработку почвы и все работы с помощью мотоблока и прочей подобной техники. Была и такая на местном складе. Поинтересовался, что будут сажать. Оказалось, что всего понемногу. Практически всё, что есть. По прикидкам, если такое тепло сохранится, то урожай должен быть.

Зашёл посмотреть, что у нас есть в библиотеке. Там пока разбиралась Таня, но прогресса явного не было. Да и откуда ему взяться? Всё, что есть из книг – на английском языке, да и того кот наплакал. Всё-таки это не Кембридж, а самый обычный заброшенный техникум для аборигенов в Африке. С Таней у меня состоялся, однако, предметный разговор.

— Татьяна, ты ведь химик?

— Да, учитель химии.

— Значит, тебе и карты в руки. Как я и говорил, с нефтью и топливом могут быть проблемы. А из опилок, как пел Высоцкий, можно гнать спирт. А спирт – это уже топливо, даже бензин такой делали, десять процентов бензина и девяносто процентов этанола, т. е. спирта. И даже спирт в чистом виде использовали, во всяком случае, на автомобиле Форд-Т спирт мог использоваться как топливо. Вот тебе и первое задание.

Посмотри, как мы сможем получить спирт из древесины. Все деревья сейчас померзли, будут гнить. Так может быть, хоть часть сможем использовать на топливо. Во время ВОВ были газогенераторные автомобили, ездили на дровах. Может, мы сможем непосредственно получать газ из древесины и использовать на свои нужды. И ещё. Как можно получить гелий. Думай.

Тут запищала рация, и Рита сообщила, что наши мародёры возвращаются. Поспешил встречать. Машины были полностью загружены, все довольны, улыбки шире капота.

Первым вылез из машины Флюр и закричал:

— Батя, всё нашли. И сухпаи, и спирт, и рации.

Саша добавил: – Рита сказала, что самолёт летает, а мы прихватили приборы для наблюдения, бинокли, подзорные трубы, всё что нашли, и видеокамеры для записи. Нужны будут. Да там много чего, разбирать будем, увидишь. Нашли и плёнку, и ДЭС. Там если покопаться на складах, наверное, всё можно найти. Видимо, придётся ещё не один раз туда заехать.

— Молодцы. А спирт Игорю. Может он нам сегодня в качестве поощрения и профилактики по стаканчику своей микстуры пропишет.

— Это я мигом, — подхватился Флюр. — Так я ему скажу, что ты велел.

— Беги, беги, смотри не опоздай.

Связались с Володей, он сказал, куда всё сгружать, зазвали в помощь Валеру и Сергея, оторвали Михаила от самолёта. В общем, устроили общий аврал.

Рации сразу утащил к себе Валера, он тут принялся организовывать лабораторию по всяким связным и электрическим делам. Обещал найти аккумуляторы и раздать всем. Ему же досталась и вся оптика, и видеоаппаратура, а заодно и задание по её установке на самолет.

Продукты Володя заставил нас пока сложить просто в свободное ближайшее помещение, и в очередной раз заставил озадачиться созданием склада-холодильника.

Плёнку сразу перевезли на делянки, чтобы завтра закончить теплицы.

Спирт оказался вполне съедобным, и Игорь действительно прописал нам по стаканчику микстуры за ужином.

А Флюр порадовал описанием процесса мародёрки:

— База так себе, это скорее даже не база, а временный пункт хранения. Есть несколько складов, есть какая-то техника, и есть возможность её ремонта и обслуживания. Всё необходимое для военной части есть, правда для маленькой такой части.

Ну, эфиопы есть эфиопы, твою не мать. Ничего не поймёшь. Нигде ни одного слова на русском. Сначала пошли ещё раз проверить штаб. В прошлый раз дорогу разведали, легко нашли. Только толку никакого. Хорошо, опыт пребывания на разных базах есть, военные похожи друг на друга, только общая эрудиция и помогла. Ещё раз прошерстили радиоцентр и оружейку, искали оптику и рации. Что нашли, забрали.

Нашли кухню, а рядом, видимо, склад, дверь серьёзная, просто так не откроешь. Но против пластита слабовата оказалась. И точно, склад продуктов. И тележка есть, чтобы добро перевезти до машины. Нашли медпункт, ну спирт определили, а остальное надо, чтобы Игорь смотрел. Там же рядом, кажется, мобильный пункт дезактивации есть. Опять Игоря надо. И химикаты какие-то.

Нашли, кстати, обмундирования кипы. Может быть, можно будет переодеться. А то, как бы это сказать, поизносились мы уже. Ну и ещё чего много есть. Нашли склад стройматериалов. Короче, надо ещё пару грузовиков восстанавливать и совершать большой набег, там есть ещё что взять. Вот только гниёт там всё. Дышать нечем.

— А что же вы без химкостюмов полезли? — спросил я.

— Да неудобно в них.

— Удобно, неудобно, а впредь без них никуда не лезть.

Флюра все слушали с большим интересом и удовольствием, видимо, в ожидании хорошей добычи.

Так что, решили подготовиться более обстоятельно, и посетить базу усиленным составом. Для этого подготовить ещё два-три грузовика, по числу водителей, и совершить усиленный набег.

Тут я вспомнил вчерашний разговор и спросил

— Галя, а что ты можешь сообщить нам по поводу кислорода? И нарвался на целую лекцию.

— В том, что я вам сейчас расскажу, нет ничего нового. Всё это знают обычные школьники, но ничего другого сейчас сказать просто невозможно, да, наверное, и не надо. Воздух представляет собой смесь газов. Основные из них азот семьдесят восемь и восемь десятых процента и кислород – двадцать и девяносто пять сотых процента. Остальной объём занимают углекислый газ – три сотых процента, аргон и инертные газы. Откуда взялся первоначально кислород существует несколько теорий, но не в этом дело. Самое главное, как он попадает в атмосферу.

Основной источник – фотосинтез, под действием солнечного света растения и водоросли поглощают углекислый газ и растут, т. е. превращают углекислый газ в органику и выделяют кислород. Кислород используется живыми существами для дыхания и идет на процессы окисления. Всё, что происходит на Земле, тем или иным образом связано с процессом окисления. Разложение органики, движение, горение – всё связано с потреблением кислорода. При всех этих процессах выделяется опять углекислый газ.

Свободный кислород остаётся только тогда, когда органика изымается из этого круговорота, и сколько кислорода выделилось при её образовании, столько и осталось. Например, при образовании каменного угля выделился кислород, а уголь остался под землёй и не использован, вот и остался в атмосфере свободный кислород. Но если этот уголь будет гореть, то будет израсходован и свободный кислород.

В процессе промышленного производства человек усиленно сжигал кислород и высвобождал углекислый газ. При дыхании, при поездке на автомобиле, при полёте на самолёте, и т. д. всегда выделяется углекислый газ. В итоге содержание кислорода в воздухе уменьшается, а содержание углекислого газа увеличивается. Ничего страшного не происходит, если всё это находится в разумных пределах и поддерживается сложившаяся пропорция.

В принципе, человек может жить при содержании кислорода в воздухе семь процентов, но что это за жизнь. Но и излишек кислорода вреден, обостряются болезни, могут развиваться новые заболевания, связанные с избытком кислорода и интенсификацией процессов окисления. По анализам янтаря, установлено, что раньше содержание кислорода доходило до семидесяти процентов.

И это тоже не есть хорошо. Если много кислорода, то болезни, если мало, то дышать нечем. А углекислый газ необходим. Как я говорила, кислород выделяется в процессе фотосинтеза, и если нет углекислого газа, то нет и фотосинтеза. Основными поставщиками кислорода были моря – восемьдесят процентов, леса, особенно возле Амазонки. Но вот сейчас, когда моря замёрзли, а леса уничтожены, весь круговорот нарушился, процессы окисления идут, гниёт древесина, мертвечина, а фотосинтеза нет.

В моря ещё не скоро можно будет запускать что-либо живое. Конечно, это ещё надо уточнить, но для этого мне надо добраться до своей лаборатории и библиотеки в Пущино. Но такая масса льда вызвала значительное понижение температуры воды, не говоря о температуре в глубине морей, туда сейчас уходит лед. Поэтому морями мы ещё не скоро сможем заняться, как мне кажется. Хотя об их изучении и освоении стоит подумать, начать хотя бы мерить температуру воды у берега и в заливе. Вполне возможно, что найдутся заливы, где вода достаточно прогрелась, и там можно будет запустить какие-нибудь водоросли. А вот леса, кустарники, травы, особенно в этой местности, вблизи экватора, могут начать работать, расти и выделять кислород.

Ведь в северном полушарии от четырёх до восьми месяцев деревья и растения впадают в спячку. А здесь нет. Здесь достаточно тепла, и процесс фотосинтеза может идти круглый год. Правда, при отсутствии солнечного света деревья поглощают кислород, но так было всегда, и если создать значительные лесные массивы, то можно как минимум поддерживать текущий уровень. За один теплый солнечный день один гектар леса выделяет двести двадцать кг кислорода, а человеку на одни сутки необходим один кг кислорода.

Дерево средней величины за двадцать четыре часа восстанавливает столько кислорода, сколько необходимо для дыхания трех человек. Ещё одним источником кислорода могут стать болота. Да-да, именно болота. Они прогреются значительно раньше морей, а если будет идти процесс торфообразования, то при образовании торфа органика будет выводиться из оборота, а выделившийся кислород останется, в атмосфере. Вот только как-то не хочется болота разводить. Но, скорее всего, они возникнут сами, воде некуда будет деваться. Она быстро прогреется, и если туда попадет какое-нибудь растение, то от болот будет никуда не деться.

Так что, сейчас можно сказать только одно – надо больше сажать всего, что растёт и размножается. Может быть, потом мы об этом пожалеем, но сейчас надо радоваться любому росточку. Он для нас несёт жизнь

Глава 3

10.05.00.

На следующий день готовились к большому набегу. Решили, что поедут Саша, Флюр, Василий, я, Игорь, Валера. Надо было взять одежду, посмотреть холодильники, лекарства и медицинское оборудование, палатки, строительные материалы. Да и разобраться надо с этой базой, чтобы потом не отвлекаться на неё. Но главное было даже не в этом. Надо было подготовить место для приема новых жителей, заготовить продукты с учетом дополнительной потребности и их хранение, надо заканчивать все предварительные, второстепенные дела и приступать к реализации наших целей.

Николай с Василием готовили машины, Михаил, Саша, Флюр оснащали Цессну аппаратурой видеонаблюдения, фотоаппаратурой, Сергей с Максимом занимались теплицами, я и Володя готовили места для планируемых трофеев. Кстати, мы с Володей решили пока использовать как склады большие палатки, обложив их досками, фанерой, сайдингом, всем, чем найдётся. Вот в таких работах весь день и прошёл.

Выехали часов в девять, до базы добрались быстро. Впечатление, конечно, было тягостное, но выбирать не приходилось, и все облачились в химкостюмы и занялись непосредственным делом. Игорь потрошил медпункт, собирал приборы, медикаменты, оборудование для дезинфекции. Мы с Василием грузили обмундирование, стройматериалы. Валера выгребал всё, что можно, из пункта связи и из хозяйства аккумуляторщика, дистиллированную воду, аппарат для дистилляции, серную кислоту, сухие аккумуляторы. К нашему удивлению, здесь оказались и такие.

Взяли и стройматериалы, цемент, немного кирпича, доски, краски, фанеру, провода, да и ещё много чего, нужного в любом хозяйстве, особенно если пытаешься что-то сделать.

За день набили грузовики полностью, и все были довольны результатом. Так что домой поехали в хорошем настроении. По приезду разгружать машины не стали, оставили всё, как есть, на следующий день займёмся размещением добычи. Устали.

За ужином Игорь опять прописал нам по порции микстуры. Подвели промежуточный итог сделанному. Непосредственной опасности вроде бы не было, продуктами запасались, техника, горючее есть. Пора приниматься за стратегические направления деятельности.

Школа заработала, правда, пока есть всего два ученика, но будем надеяться, что вскоре их будет больше.

Володя предложил нам освободить здание техникума от всех несвойственных ему функций и оставить только лаборатории, школу и библиотеку. Для этого он предлагал найти большой ангар, собрать его и там разместить и столовую, и клуб, и вообще превратить его в местный центр. Это было принято как один из первоочередных пунктов. Жить и работать надо правильно, каждому овощу своя грядка.

Галя сообщила, что примерно определилась с лабораторией. На первом этапе она хотела вместе с Машей заняться имеющимися у нас семенами. Мы прихватили, уезжая из дома, все семена, что были – из наших запасов и запасов всех соседей по дачному посёлку. Для этого облазили все, что можно, и до наступления собрали самые разные семена цветов, кустов и прочих представителей флоры. Занимались этим женщины, пока мужики промышляли мародеркой.

Кроме того, были собраны семена, шишки, ягоды после первой зимы, когда морозы были не самые-самые, и была надежда, что эти семена оживут, и будут расти. Поэтому она просила нас оборудовать эту лабораторию столами, стульями, стеллажами, как она хочет, и сделать ей помещение с хорошей освещённостью и возможность регулировать температуру и освещённость для проращивания семян. Проект она подготовила.

Маша потребовала сделать метеорологическую площадку с ведением журнала наблюдений. Это тоже не вызвало никаких возражений. Озадачили Володю, обеспечить нужными приборами, и закрепили за Ритой эту обязанность. Галя с Машей обязались её научить. И за ней же закрепили обязанность дежурить на радиостанции, в паре со Светой.

Определили экипаж Цессны, кстати, присвоили ей, как и Михаилу, позывной Птица. Теперь у нас постоянный экипаж разведки будет Михаил, позывной Птица, Саша, позывной Кот, и Флюр, позывной Хан. При необходимости оба последних привлекались к наземной разведке, а в первый раз так и в обязательном порядке. Экипаж мародёрской машины, позывной Мародёр, сформировали из Василия, Марины, и они в зависимости от задач могли привлекать кого-то ещё. Обязали всех разведчиков вести фотографирование всех объектов и нанесение на карту результатов разведки.

Всё остальное решили пока доделывать в рабочем порядке, завтра отправить в первый полёт Птицу, самим заняться разгрузкой добычи, организацией порядка в доме.

Тут я вспомнил о давно мучающем меня вопросе и спросил:

— Татьяна, ты можешь что-то ответить по моему вопросу.

— Да, кое-что могу. Конечно, это не полная информация, а так, чисто обзорно и познавательно, на основе моих старых знаний. Нужно, конечно, покопаться в литературе для уточнения многих деталей и подробностей, но что-то, для обдумывания идеи, сказать смогу.

Как я понимаю, вопрос по использованию древесины связан с получением топлива взамен нефти. Древесина, а также солома, опилки – это всё биомасса, и древесина среди неё составляет восемьдесят процентов. Биомасса считалась шестым по запасам и доступности источником энергии на Земле. И возобновляемым. Как раз тот случай, что нам нужен.

Существует несколько основных способов её использования для получения источника энергии. Самый простой – сжигание или получение топливных брикетов для тех же целей.

Применяется так же так называемая анаэробная переработка, грубо говоря, брожение отходов животноводства и растениеводства, шелухи, соломы без доступа кислорода, в итоге получается биогаз, используемый вместо природного газа в хозяйстве, а также как моторное топливо.

Другой способ – гидролиз, древесина подвергается обработке по определённой, достаточно простой технологии, и на выходе получается этиловый спирт. Можно использовать как моторное топливо в чистом виде, можно смешивать с бензином.

Ещё один способ – газификация. Это перевод твёрдых углеродосодержащих веществ в газообразное состояние. Широко применялся во второй мировой войне немцами для получения синтетического бензина. Метод также может быть использован в наших условиях, необходимое оборудование, я думаю, можно будет изготовить даже самостоятельно.

Конечно, это всё схематично и описательно. Для получения конкретного результата надо поработать с литературой и провести немало времени за отработкой технологии, но самое главное, это всё реализуемо, тем более, что это уже работало, закончила объяснения Татьяна.

— Собственный спиртовой заводик это очень интересно, — задумчиво произнёс Флюр.

Глава 4

13.05.00.

Сегодня отправили в первый разведывательный полёт птицу. Задачей полёта было осмотреться и узнать, что творится вокруг. Затем проверить ближайший город Массауа, судя по имеющейся информации, там есть и порт, и ж. д. станция, возможно, есть и аэродром, хотя международный аэродром расположен в столице, Асмэре.

В первую очередь нас интересовала информация о том, что тут есть и на что можно рассчитывать. Нужны были ветрогенераторы, ДЭС-ы, бензогенераторы, инструмент, материалы, химикаты, электротехнические изделия, да всё было нужно.

Птица улетела, а мы принялись наводить порядок в добыче. Поставили палатки, определив им роль временных складов. Сегодня Сергей обещал закончить теплицы, а Валера подготовить проект оснащения биолаборатории.

Ближе к обеду с нами связалась Рита и сообщила, что птица возвращается. Мы попросили её сообщить об этом всем остальным и собрать всех на обед.

Во время обеда с огромным вниманием были выслушаны новости от наших разведчиков. Начал Саша:

— На первый взгляд место у нас хорошее. Расположены мы на плоскогорье, дальше на юг начинаются горы, на восток идёт понижение к морю, с запада пустыни. Всё, что рассказывал раньше Михаил, подтверждается. Только это всё было раньше, как будет теперь – неизвестно. Хотя мне кажется, что сильно измениться не должно. От пустынь нас прикроют горы, море рядом. Климат должен быть приемлемым. Вот только когда это будет. Сверху всё производит довольно тягостное впечатление. В пустыне практически нет снега, да и вода уже уходит. Но везде трупы. Местами сплошняком. Животные, люди. Где-то всё это начинает затягивать, заносить песком. Рядом, как говорил Михаил, был, видимо, национальный парк, остались только мёртвые деревья и кусты. Ни одного зелёного пятнышка не видели. Правда, там и нет таких лесов, как у нас, саванна была, но всё же. Да и растения здесь южные, морозов никогда не видели, не мудрено, что всё помёрзло. Зато можно древесину найти. Земля, непонятно какая, может и живая, повторяю, мы не заметили ни одного клочка зелени, никакого движения, только ветер.

Потом полетели смотреть Массауа, пролетели вдоль берега. Тоже кругом трупы и горы мусора. Выброшенные корабли, какие-то кучи хлама, что-то непонятное. Вода у берега уже чистая, полоска воды в несколько метров от берега. Вдали ещё лёд, но тает. Так что мы вовремя выехали на берег.

Город Массауа небольшой, на взгляд тысяч тридцать – сорок жителей, здания невысокие, тоже весь завален трупами. Лежат везде, видимо, отравились газом. Часть зданий разрушена, землетрясением и метеоритами. Город расположен на берегу залива, частично на материке, частично на острове. Видели железную дорогу, порт. Часть судов, по виду целая, лежит на берегу, часть полузатоплена. На первый взгляд много складов, что в порту, что возле железной дороги.

Прошли над самыми крышами, посмотрели вывески. Есть какие-то учебные заведения, есть административные здания. Международный аэропорт расположен немного в стороне. Что-то там есть, но надо смотреть тщательно. С воздуха город не очень-то рассмотришь, надо ножками смотреть. Но как проехать, не знаю. Надо либо на тракторе ехать, трупы сгребать и чистить дорогу, либо ехать по трупам. Просто так не проехать

— Михаил, как птица? — спросил я

— Всё нормально, всё работает и исправно.

— Да, — добавил Саша. — Фотографии и записи будут готовы к вечеру, надо их немного подработать. Катя, поможешь?

— Не вопрос, — ответила она.

— Значит так, — подвёл я итог. — Готовьте материалы к вечернему обсуждению. Михаил, проверяй птицу, и потом вместе с Николаем пробуйте запустить вертолёт. Мне кажется, он нам скоро понадобится. Все остальные работают по плану.

Время до ужина пролетело совсем незаметно, все были заняты делом. А после ужина у нас разгорелись дебаты.

Хотя и спорить, по большому счёту, было не о чем. Было предложение перебраться в город, на остров, мол, там и оборудование в порту есть, и море рядом, и мародёркой там заниматься легче, но оно не встретило одобрения. Существующее место устраивало всех. Место чистое, рядом земля, есть запасы продуктов, вода, техника, аэродром, связь. Все условия для организации нормальной жизни.

Споры были в основном о том, что же нам делать дальше. В принципе, разговоры шли об одном и том же. Сформировалось два предложения. Заняться основательно организацией своего нового дома и обеспечением всем необходимым для дальнейшей жизни. И другое – первоначально мы себя почти обеспечили всем необходимым, а потому надо начинать развивать хозяйство и заниматься дальнейшим развитием – что-то строить и засевать поля. Когда все наспорились и наговорились, заставили меня высказаться, что я по этому поводу думаю. Пришлось, ещё раз, объяснить своё понимание ситуации:

— Я понимаю так, что для нас самое главное заложить основы выживания наших детей. Задач надо решать много, очень много. На всё у нас с вами не хватит сил. Поэтому самое главное, что нам надо, это найти людей и привлечь их на добровольной основе к нам. Пусть это называется семья, клан, пусть род, племя, не важно.

Нужны люди, с их руками, умением, знаниями, желанием жить и работать. Мы должны дать им эту возможность жить и работать. Чем больше мы найдем и привлечем к себе людей сейчас, тем легче будет потом. Пока мы знаем только о выживших, встреченных по дороге сюда. Но ведь шахты есть и в других местах, может поискать и там? А может, люди выжили в горах, там немало глубоких пещер, и там то же могли спастись люди.

В свете этого я вижу, как минимум, два пути. У нас должно рождаться как можно больше детей, и эти дети должны быть общими, нельзя выделять кого-то отдельно. И второе, мы должны заняться поисками выживших и попытаться их привлечь на свою сторону. В связи с этим возникает сразу несколько направлений нашей деятельности, и они все одинаково важны и необходимы. Их нельзя отделять друг от друга.

Дальняя разведка. Мы должны исследовать очень значительные территории и добраться до самых отдалённых мест. А это возможно только с использованием авиации, пока она ещё есть и ещё летает. Причём нужны более серьёзные самолёты, чем наша птица. Как минимум, двухмоторные самолёты, которые смогут лететь на три-четыре тысячи километров, управляться одним, максимум двумя пилотами, и смогут взять на борт не менее десяти человек. Для дальних полётов придётся строить или приспосабливать имеющиеся аэродромы, используя их как промежуточные. И это тоже проблема, потому что всё делать придётся нам с вами. Нам придётся определить направления и районы поиска, мы не можем просто так летать и осматривать все территории.

А когда мы найдем и примем к себе людей, мы должны обеспечить им нормальные условия для жизни, правда, здесь мы уже можем рассчитывать на их помощь, но обеспечение возможности создать эти условия, будет лежать на нас. Я имею в виду, что у нас должен быть материал, или мы должны знать, где его можно взять в любой момент, у нас должен быть инструмент и техника, чтобы всё это сделать.

А после того, как мы дадим людям нормальные условия для жизни, мы должны их накормить. Для этого нам придётся сначала найти, а потом и сохранить продукты. Вспомните, как начали портиться наши запасы. Этого быть не должно. И кроме поисков, мы должны сами выращивать еду, потому что имеющиеся продукты рано или поздно закончатся или испортятся. И здесь нам тоже должны помочь новички, но опять же, создать условия – наша задача. Для этого у нас есть всё, земля, семена, знания, специалисты.

А когда появятся дети, мы должны их научить, нужны школы. И учить надо не только детей, а учиться надо всем. Это должно быть нормой и правилом. Знания, которые сейчас есть, не должны пропасть. Мы не сможем заниматься фундаментальной наукой, но основы должны быть сохранены, как минимум, в прикладном виде. И чем больше мы сумеем сохранить, тем лучше будет потом. Придётся искать книги, компьютеры, диски, учебные пособия, и много, много чего ещё. Будут практические занятия по овладению разными специальностями, начиная от горшечника и каменщика и заканчивая монтажником радиоаппаратуры. Правда, это относится не ко всем, у каждого должна быть своя специализация.

Для этого мы должны опять же создать условия. Должна быть техника, энергия, средства передвижения и общения. Мы не можем пойти по пути использования нефти и газа, как было раньше. Что нам под силу? Ветер, солнце и возобновляемое топливо типа биодизеля и биоэтанола, биогаз. То есть, это получается уже совсем другой тип развития и другая цивилизация. Конечно, пока есть запасы бензина и солярки, мы их будем использовать. Если судить по тому, сколько раньше уходило горючки, существующих запасов нам хватит не на одну жизнь.

Но всё это не вечно. И начать искать новые источники энергии мы должны сейчас, продолжат наши дети, и хорошо, если наши внуки будут пользоваться результатами нашего труда. Всё это звучит немного пафосно, но это я так думаю, и хорошо, если и вы так будете думать. Тогда мы всё это сможем реализовать. Если нет, то предлагайте свои варианты. Для реализации этого нам вольно или невольно придется разделить усилия. Кто-то будет выращивать хлеб, кто-то готовить еду и поддерживать в порядке дом, кто-то искать выживших и воевать. Разделять эти задачи нельзя и придется делать их параллельно.

Но самое главное – мы должны установить нормы для нашей жизни и довести их для всех желающих к нам примкнуть. Может быть, я повторяюсь, но присоединение должно быть добровольным и осознанным, после принятия наших принципов. И нам нужно определить какие-то правила контроля, наблюдения за новичками, особенно в первое время. Мы не можем себе позволить быть беспечными.

После такой оценки ситуации и предложенного порядка действий вопросов практически не было, все были с этим согласны. Я только попросил, чтобы каждый определил для себя приоритетное направление, ну а при необходимости будем подключаться все.

Назавтра решили повторить полёт на птице, но теперь в сторону Асмэры, в первую очередь посмотреть на аэродром. Полетим мы с Михаилом. Василий, Саша и Флюр отправятся на двух машинах в Массауа, для пробной проверки дороги и возможностей мародёрки. Я ещё попросил их присмотреть в качестве оружия дробовики, желательно с картечью. Меня всё время мучила мысль, что могут выжить какие-нибудь змеи. Ведь были случаи, когда они замерзали полностью, а потом при потеплении оживали. Да и крысы обладают феноменальной выживаемостью.

Тут лучше перестраховаться, а мне кажется, что в таком случае картечь – самый лучший аргумент в пользу безопасности. Надо будет на всякий случай всех вооружить, да и в доме такой предмет лишним не будет. Наши мародёры должны были присмотреть мотобайки и скутеры, желательно электро, квадроциклы, хорошо бы с различным навесным оборудованием, всё это для перемещения по нашей базе и удобства в работе. Поискать холодильное оборудование для организации условий хранения продуктов, да и вообще, это должна быть разведка боем.

Володя должен был подобрать в подвалах хорошие помещения для организации продуктовых складов. Всё-таки экватор, хранение как-то надо организовывать. Да и вопрос насчёт школы и библиотеки должен был хорошенько проработать, что, где, как и каким образом размещать, и как всё это будет работать.

Валера с Сергеем должны были по максимуму реализовать запросы Галины в части лаборатории, стеллажи, освещение, вода и т. д.

Николай занимался строительной и сельскохозяйственной техникой, её реанимацией, приведением в порядок гаража и проверкой имеющегося оборудования.

Игорь должен был организовать пункт дезинфекции, после посещения Массауа, я думаю, это должно быть сделано обязательно, в т. ч. и техника должна была пройти обработку.

Вылетели с утра, всё было, как рассказывал Саша, трупы, разруха. Сначала ещё раз посмотрели аэродром Массауа, стоят какие-то самолёты, но немного, стоят ангары. Самолёты большие, самолёты маленькие. Ручками нужно щупать, ручками. Оставили на потом, полетели смотреть город Асмэра.

Этот город был значительно больше, на взгляд тысяч пятьсот жителей. И аэропорт значительно больше, и самолётов относительно много. Общее впечатление то же самое – катастрофа и разруха. Добираться до него, конечно, подальше, просто так не поедешь. К каждой поездке надо готовиться. Тем более, что этот город не маленький, тут есть что поискать, а главное найти. Видели и университет, и лечебные учреждения, железнодорожный вокзал, много магазинов, да и вообще много соблазнительных, в части добычи, мест.

После этого полетели домой, всё с этим было ясно. По дороге обсудили с Михаилом ситуацию и пришли к выводу, что необходим вертолёт. На нём забрасывается группа мародёров, исследуется место, ищется добыча, при необходимости складируется, а уже потом, в следующий раз, выезжает колонна автомобилей и забирает добычу. Вот такой порядок действий сложился у нас при обсуждении. Так что теперь дело за вертолётом, тем более, он у нас есть, надо его только запустить. Михаил обещал очень плотно с ним поработать, и тут было не обойтись без нашего признанного реаниматора техники Николая.

Правда, ещё оставался открытым вопрос по полётам на вертолёте, но Михаил заверил, что справится, правда, придётся немного потренироваться. Вертолёт он уже смотрел, это был Robinson 44, берёт трёх пассажиров, триста восемьдесят кг груза, может брать груз на внешнюю подвеску, дальность полёта шестьсот пятьдесят км, заправляется бензином. Модель надёжная и распространённая.

Домой опять полетели через Массауа, посмотреть, как там наши мародёры. Машины заметили издалека, связались по рации. Они пока только осматривали город, искали, как проехать, оправдывались самые худшие предположения, просто так проехать было невозможно. И это вызывало очень негативные эмоции.

Домой добрались как раз к обеду. Рассказали обо всём увиденном в поездке, предложили новый порядок проведения мародёрки. Все согласились, что это будет лучшим вариантом, после обеда Николай с Михаилом пошли заниматься вертолётом.

Мне рассказали, что было сделано. Володя нашёл свободные большие помещения в подвале центра. К ним надо было проложить дорогу для погрузчиков, обшить утеплителем и досками, чтобы лучше поддерживалась температура, и оснастить холодильниками. Тогда будут у нас большие склады. В этих помещениях при температуре 6–8 градусов Цельсия, можно хранить приличный запас продуктов. Почти склады Росрезерва.

Также мы обсудили, чему будем учить детей. Упор решили сделать на естественные науки: математика, физика, химия, и биология. Очень много времени должны занимать практические занятия, в том числе на имеющемся оборудовании и станках. Кроме того, обязательно необходимо было изучать английский язык, не разговорный, а читать. Куда деваться, если большинство доступной нам литературы сейчас, а возможно и потом, на английском языке.

Валера с Сергеем почти закончили с обустройством лаборатории, Галина с Машей уже приступили к работе с семенами, пытаясь получить рассаду.

А теперь подошло время планирования дальней разведки. Выхода на спутники мы не получили, надеюсь, что пока, но вот компьютеры там работали, и там были карты. Да и в походе карт немного набрали. Так что пошёл заниматься самоподготовкой.

Занимался я этим делом до самого ужина, пока не прибыли наши мародёры. Намучались они, конечно, сильно, особенно трудно было по трупам ездить, так что, войдя в их положение, Игорь прописал им по стакану антидепресанта, да и остальным тоже за компанию. Предложенный новый метод мародёрки они одобрили, тем более, что привезли целый грузовик всяких байков, велосипеды, скутеры, и квадроциклы. Нашли и стройматериалы. Надо было, конечно, ещё там разведать обстановку и устраивать массовый мародёрский налёт. Тем более, уцелели многие магазины, и туда обязательно надо было запустить женщин. Для их успокоения и создания хорошего настроения. А пока будем продолжать по-старому. Завтра туда пойдут три грузовика, и я в помощь.

После ужина разгрузили машины, подготовили к новой поездке и пошли спать.

Глава 5

14.05.00.

С утра Николай преподнёс нам подарок. Он, оказывается, за ночь сумел запустить три скутера, и мы их взяли с собой, чтобы можно было проще перемещаться по Массауа. Дорога заняла пару часов, оказалась спокойной и позволила поразмышлять во время движения.

При въезде в город стоит какой-то морской колледж, при случае надо будет его навестить. Сама дорога сразу разделяется перед въездом. Налево – в город, направо уходит на острова. Там, видимо, расположено что-то типа промзоны.

Город расположен на двух островах и континенте. Всё соединено мостами. Как ни странно, мосты не разрушились. Видимо, и землетрясение не очень сильное было, да и цунами не сильно разгулялось в узком Красном море. На всякий случай мы туда не сунулись. Остановили машины у моста и разделились. Саша с Флюром на скутерах отправились на острова, я на байке поехал искать добычу на материковой части, Василий пешком исследовал ближайшие окрестности.

Город был какой-то смешанный. Дома двух-трёх этажные, попадаются здания со следами от пуль, то ли историческое наследие, то ли при катастрофе постреляли. Есть дома как чисто европейские, так и в восточном стиле. Такие же и улицы. Есть широкие проспекты и площади, есть типичные запутанные улочки. На улицах много вывесок ресторанов, кафе, баров, магазинов и прочих мест честного отъёма денег.

Больших магазинов не видел, в основном маленькие, типа сувенирных лавок. Много культовых сооружений, мечетей, храмов. В общем, ничего больше про город, во всяком случае, его жилую часть, сказать нельзя. Наверное, для туристов и отдыха здесь было хорошее место, можно пить пиво, должно быть много хорошей и вкусной еды, море, пляжи. Но нам нужно что-то лучшее, чем пиво, а еду лучше брать мешками и ящиками.

Услышал вдалеке взрыв, связался с Сашей. Как я и думал, это Флюр пластитом – динамитом открывал двери. У них пока тоже добычи не было, но нашли какие-то склады, вот и собирались заняться изучением их содержимого. Договорились, что я проеду в порт. Порт Массауа являлся крупнейшим портом на Красном море, и я надеялся, что здесь можно будет найти много чего полезного.

Начать изучение территории я решил с посещения здания администрации, надеясь там раздобыть планы порта и размещения складов. Мои ожидания оправдались, кроме планов порта, нашлись планы города. Теперь с их помощью легче было найти склады и другие достопримечательности мародёра.

И они нашлись. Вот только я не Флюр, и динамита у меня нет. Пришлось заняться только внешним осмотром и выбором целей для первичного проникновения. Судя по занимаемой территории и сохранности замков, имущества на складах было много. И это радовало.

Тут связался по рации Саша, и сообщил, что они нашли и вскрыли склады со стройматериалами, инструментом и электрогенераторами. Он подсказал, где это находится, и я отправился порадоваться нашему новому приобретению.

Склад действительно был хорош, это оказался какой-то оптовый строительный. Было много самого разного инструмента, материалов, был большой выбор электрогенераторов, бензо- и дизельных, на самую разную мощность. Мы с Сашей поехали за Василием и грузовиками, пора было заниматься благородным делом погрузки добычи, Флюр остался заниматься любимым делом – развлекаться с взрывчаткой и открывать двери.

Понимая, что всё мы увести не сможем, постарались составить хотя бы краткое описание того, что нашли, чтобы потом, на досуге, всем вместе определить, что же нам нужно в первую очередь.

Машины мы загрузили полностью, взяли много самого разного инструмента, электрогенераторы, стройматериал и различные профили, трубы, крепёж, гвозди, провода, разнообразную фурнитуру, отсутствие которой может серьёзно осложнить работу. К сожалению, пока не нашли продукты.

Я показал на карте полицейский участок и предложил заехать поискать дробовики и пистолеты. Пока ехали, увидели почти целый, довольно-таки большой магазин, зашли проверить. Очень порадовал хороший выбор напитков, вино, виски, коньяк, сигареты. Ну, мы и выбрали по максимуму, заполнив все возможные пустые места в кузове, хотя и было их немного. Там же обнаружили небольшой запас сухих и сублимированных продуктов, а также холодильники. Вот только надо было подумать, как всё это грузить и везти.

Домой добрались как раз к началу ужина. Разгрузку грузовиков оставили на утро, решив завтра заняться домашними делами и на мародёрку не выезжать. Будет перерыв. Как говорится, землю попашем, попишем стихи.

Как оказалось, из текущих потребностей нужны были приборы наблюдения за погодой, для этого надо было посетить морской колледж, обогревательные приборы, хоть и экватор, но ещё было прохладно, особенно ночью. Это то, что известно сейчас. Остальное необходимое имущество должны были определить после разгрузки грузовиков.

Возникли проблемы с вертолётом, вернее даже не с техникой, а с пониманием, что же надо сделать. Лётчик – не механик, он летает, а не ремонтирует. А проблема в том, какую деталь и чем смазывать, и какую жидкость куда заливать. Но Николай обещал справиться, он раздобыл какое-то руководство по обслуживанию, и сказал, что настоящий механик разберётся с чем угодно. Мастерство не пропьёшь. Тут все сразу загомонили и решили проверить, а так ли это. Тем более, надо было проверить, а то ли мы привезли.

В общем, получился у нас настоящий вечер отдыха. Много шума, шуток, было весело и легко, просидели допоздна. С утра решили не торопиться, немного отдохнуть и поспать.

После разгрузки грузовиков сели попить чайку и обсудить текущие потребности и задачи. Для нас первоочередной задачей становилась проблема хранения продуктов. Экватор всё-таки.

Валера предложил не тащить целиком холодильники, а на месте их разобрать с помощью ломика и матери, взять только охладитель, компрессор и вентилятор, установить их на месте и охлаждать весь объём помещения. Таких охладителей можно установить столько, сколько необходимо, да и таких холодильников можно найти в любом магазине. И не надо искать спецоборудование. На первый взгляд должно работать, с этим согласились все.

Только помещение надо подготовить, провести термоизоляцию, чтобы холод не терять. И запитывать эту систему надо отдельно, попеременно от двух генераторов. Правда, надо сделать какую-то систему регулировки и управления, но Валера пообещал, что с этим проблем не будет, можно приспособить что-то из готового оборудования. Материалов для теплоизоляции вроде бы хватало, и все дружно пошли заниматься складами.

Василия оставили разбираться со скутерами и квадроциклами, надоело пешком ходить, надо быстрее двигаться. А на квадрики надо бы навесить прицепы, может быть не ко всем, но как-то надо перемещать инструмент и материал по территории всей базы, не на руках же таскать. А грузовик для этого как-то мало подходит. Максима оставили ему в помощь, пусть учится. А лучше всего по базе перемещаться на электробайках или скутерах, Валера обещал заняться этим в самое ближайшее время.

До обеда так и занимались складами, а после стали готовить машины к новому рейсу в город. Опять решили отправить три машины, только должен был поехать Валера, чтобы на месте определиться, что можно сделать с холодильниками. В машины дополнительно загрузили электрогенераторы, инструмент и фонари.

К этому моменту были готовы два скутера, четыре велосипеда и два квадрика, правда, пока без навесного оборудования и прицепов. К тому же Максим был готов продолжать заниматься этим самостоятельно, и пообещал завтра подготовить ещё как минимум две единицы техники. За ним же и закрепили её обслуживание.

Вот примерно в таком режиме прошла неделя. За это время мы закончили строить склады, Валера их оборудовал охладителями. Запустили биолабораторию, пока занимались только проращиванием семян, и уже проклюнулись первые ростки, что очень и очень радовало. Оснастили метеоплощадку и продолжили вести регулярные наблюдения за погодой.

Для поездок на мародёрку установили график два через один, два раза едем, день отдыха. Потихоньку наращивали наши запасы продуктов, искали и набирали только то, что не вызывало сомнения и могло ещё долго храниться. Поучаствовали в этом практически все, даже наши женщины приняли участие, особенно их радовало посещение магазинов. Но это уже позже, когда стали лучше ориентироваться в городе. Михаил совершил ещё пару разведывательных полётов, обнаружил ещё несколько небольших городков, точнее, даже посёлков с какой-то промышленностью, их можно будет исследовать потом. Но все подспудно ждали, запустится или нет вертолёт, И если да, то как скоро.

И вот сегодня около обеда раздался новый для нас звук работающего мотора, все сразу бросили свои дела и на имеющихся байках кинулись на аэродром. Перед глазами была радостная картина – стоит вертолёт, у него открыты все люки, лючки, двери, ревёт мотор и крутится винт. И рядом довольный Николай и обалдевший от счастья Михаил. Конечно, наш историограф Вика не упустила этот момент и всё-всё зафиксировала на фото и видео.

Все столпились возле Николая, обнимали его, хлопали по спине и плечам, поздравляли. Ещё бы. Теперь мы сделали новый, огромный шаг в нашем продвижении к выживанию. Действительно, мастерство не пропьёшь. Николай умерил наши радости и сказал, что аппарат пусть денёк постоит на земле и поработает. На холостом ходу, обкатается.

Всё- таки техника совершенно незнакомая.

Ну а я в свете такого радостного события объявил рабочий день закончившимся, и послал накрывать праздничный стол. Такое событие нельзя оставлять безнаказанным. И мы не оставили.

Глава 6

23.05.00.

Целый день ушёл на обкатку вертолёта и тренировки Михаила. Присвоили вертолёту позывной Шмель. В конце дня Михаил сказал, что готов лететь.

Вылет назначили на утро следующего дня. Полетят Саша, Флюр и я. Как раз полный комплект. Взяли с собой байки, прожектор и фонари. Флюр взял свои любимые ключи для дверей и замков – динамит.

Дорога не заняла много времени, пользоваться вертолётом оказалось гораздо комфортней, чем автомобилем. Час – и мы на месте, причём без каких либо забот и усилий.

Сразу полетели осматривать аэропорт, первым делом – самолёты, остальное всё потом. Для начала сделали пару кругов над аэродромом и осмотрелись. Самолётов было довольно много, но в основном большие, пассажирские, небольших аппаратов было немного, и стояли они отдельно, в дальнем углу.

Боинги нас не интересовали совершенно, и мы приземлились в том конце аэродрома, где располагалась коммерческая и вспомогательная техника.

Самолёты были разбросаны на достаточно большой территории, поэтому мы сразу вытащили свои байки и поехали в интересующие нас места. Выбор оказался не очень большой, но он был. Причём, в наличии оказались довольно-таки редкие самолёты, выпуск которых давно прекращён. Видимо, сбывали при первой возможности неграм всё, что можно. Как и нам, русским.

Из всего увиденного, меня заинтересовали две машины. Это были Авиокар и Cessna Conquest II.

С212 Aviocar – лёгкий многоцелевой транспортный самолёт, совместная разработка немцев и испанцев, проведённая в конце шестидесятых годов, имел неубирающееся трехстоечное шасси, большой грузовой люк и откидывающуюся рампу. Мог перевозить почти три тонны грузов, даже автомобиль, или до двадцати пяти бойцов. Мог садиться и взлетать с грунтовых аэродромов. На фюзеляже можно было поместить разное вооружение, пулемёты или неуправляемые реактивные снаряды. Самолёт не скороход, максимальная скорость триста семьдесят км/час, но обладает приличной, вполне подходящей для наших целей дальностью в две тысячи семьсот км. Очень подходящий самолёт для дальнего рейда, вот только дальность немного маловата, почти на пределе.

Cessna 441 Conquest II двухвинтовой турбореактивный самолёт для полётов на большой высоте с высокой скоростью, создавался как административный, имел герметичную кабину, мог перевозить до десяти пассажиров на дальность четыре тысячи двести пятьдесят км на высоте десять тысяч семьсот метров со скоростью пятьсот девяносто пять км/ч. Практически идеальный самолёт дальней разведки.

Это не я такой умный всезнайка, который описывает любую технику и оружие, увидев одно колесо на машине или приклад на оружии. Это я посмотрел ТТХ самолётов, изучая услуги аэропорта Асмэра в найденном на базе материале, исходя из этого и подбирал подходящий под наши требования самолёт из числа имеющихся. Вопрос был только один – сможет ли Николай запустить эти самолёты после зимовки. Всё-таки эта техника была более серьёзная, чем мы до сих пор использовали.

Поинтересовался мнением моих товарищей экспертов. Михаил сказал, что самолёты внешне вполне в приличном состоянии, по виду летать могут, сам он управлять ими сможет, сталкивался с подобной техникой раньше. Саша ответил, что ему приходилось сталкиваться с Авиокаром, будучи пассажиром, он произвел тогда на него очень благоприятное впечатление, и, по его мнению, для дальних рейдов вполне подходящая машина. Вот только их тоже настораживало, а как его оживить. Будем надеяться на настоящих механиков, у которых есть непропитое мастерство.

Оставили Михаила изучать самолёты, искать руководства по обслуживанию, а сами для начала решили изучить аэродром. Лазили по ангарам, складам, смотрели что есть. Как всегда, выбрать можно было много чего, да вот надо ли нам всё это. Самое главное, топливо, масла, технические жидкости, всё это было.

Пока время позволяло, решили сделать пробный выход в Асмэру, на разведку. Город показался немного странным, Я не то чтобы знаток африканских городов, но ожидал, что на Красном море город должен быть в арабском стиле с его хитросплетением узких улочек и сплошными стенами заборов. А оказался вполне европейский город, широкие прямые улицы, большие, открытые площади. Много магазинов, кафе, ресторанов, вывески в основном на английском, но много на итальянском языке. Уж, как-нибудь, виа дель понто я смогу прочитать и понять, откуда это. Мы бандито, знаменито. А таких вывесок тут много. Видимо, в своё время, итальянцы хорошо здесь покомандовали.

Наша поездка была чисто ознакомительной, слишком большая территория, чтобы сразу найти что-то самое нужное. Но впечатление осталось хорошее. Есть где поискать, и есть что взять. Только это не на один день, и заниматься этим придётся основательно. Тут можно найти многое. Есть и университет, и госпитали, и промышленные предприятия, и большие магазины, причём многое ещё целое и не разграбленное. Рай для мародёра.

Обратно решили лететь вдоль дороги, проверить, как по ней можно будет проехать. Ведь добычу как-то надо будет вывозить.

Дорога оказалась чистой, в некоторых местах были трещины, не очень большие, и не должны были представлять трудностей при проезде.

Связь работала устойчиво и не прерывалась всю дорогу. Нашего приезда все ждали и собрались послушать новости о наших находках и обсудить результаты.

После обеда я поделился своими мыслями о порядке наших дальнейших действий. Я сразу объяснил, что вижу разведку, состоящую как минимум из двух этапов. Сначала проводится дальняя разведка, ищутся опорные пункты, на которые можно будет опереться и использовать как временные укреплённые базы. Исследуется территория. Ведь неизвестно что творится на севере, скорее всего там сейчас всё залито водой и ещё снег.

И надо найти место, где можно будет приземлиться. И для такой разведки очень хорошо подходит Cessna 441 Conquest II. На большой высоте провести изучение территории и определить подходящие места, при необходимости можно полетать и пониже. И улететь можно далеко, дальность позволяет. А после этого, когда определена база, можно забрасывать и отряд с техникой. Для этого в самый раз подходит Авиокар. Вот только, как эти самолёты оживить, да и можно ли это сделать, должен определить Николай.

А проведение самой разведки и рейд я вижу в таком виде. Сначала добраться до Турции, Стамбула или Анкары, а может быть, можно будет использовать какой-нибудь другой пункт. Это должна определить первичная разведка. Там оборудовать промежуточную базу с запасом топлива и продуктов, техники и вооружения. Почему Турция? А это почти предельная дальность Авиокара, а нам надо перевозить отряд бойцов, топливо, технику оружие, продукты. Почему я выбираю эти города? Там должны быть аэропорты, и там не должно быть проблем с топливом.

А после того, как будет готова промежуточная база, настанет время основной, её я планирую организовать в Воронеже. Там есть авиазавод, не думаю, что там могут возникнуть вопросы с обслуживанием самолётов. И вот с территории этой основной базы можно будет заняться поиском выживших и их освобождением. Там же придётся определяться с вариантами реализации своих планов, используя сухопутную технику, или опять реанимировать вертолёты. Поэтому в эти рейды придётся лететь не одному человеку, а формировать отряд, и всем бойцам придётся проходить обучение. Мы не можем позволить себе, чтобы кому-то из нас был причинён вред или ущерб.

Вот такие у меня были планы по дальнейшим действиям. И давайте сейчас их обсудим. Численный и персональный состав отряда определять пока преждевременно, речь пока идёт о подготовительном этапе. А вот обсудить порядок проведения рейда и возможные подготовительные меры для его выполнения, я думаю, можно. Хотя в принципе сейчас можно обсуждать саму идею и базы размещения, Турция и Воронеж. Конечно, могут быть и другие варианты, предлагайте. Сейчас самое главное техника. Можно ли будет запустить самолёты, будут они летать? Или надо искать какие-то другие способы решения этой задачи.

Обсуждения, в общем-то, никакого и не было, обсуждать было нечего. Стали готовить вылет вертолёта на завтра, вместо меня полетит Николай. Он подобрал себе инструмент, загрузил в вертолёт. Саша с Флюром будут изучать Асмэру, искать добычу. Остальные работают по своему плану и обустраивают дом.

На следующий день, после отлёта вертолёта, обрадовала Катя. Ей наконец-то удалось подключиться к спутникам и получить какую-то картинку. Хорошего было мало. Ничего живого на Земле не осталось, как мы и предполагали. Нет, может быть, и осталось, конечно, осталось, мы же собирались спасать людей, но мы этого не увидели… И ещё попросил изучить предполагаемые маршруты и базы в Турции и в Воронеже, а может, подыскать другие, получше. И не просто так, а для своего любимого.

Вечером вернулись мародёры. Очень обрадовал Николай. Сказал, что самолёты можно запустить, правда, скоро не получится, но тут уж никуда не деться. Короче, где-то месяц ориентировочно они с Михаилом будут заниматься самолётами, а Саша и Флюр будут заниматься Асмэрой. Решили там не ночевать, а каждый день отправляться туда на работу. Запасы топлива позволяли, тем более и в Асмэре обнаружили его в достаточном количестве. Всем остальным заниматься домом, готовить проекты работ для дальнейшего развития, растить хлеб и овощи.

Глава 7

25.05.00.

Так дела и продолжались. Техника ремонтировалась, дом благоустраивался, подготовка шла полным ходом.

Валера перевёл всё наше внутреннее перемещение по базе на электротранспорт, обеспечил всем по электробайку и организовал почти у каждого посещаемого места стоянки с зарядками. Приехал, поставил байк и подключил его к зарядке, пока занимаешься делами, техника заряжается. Поэтому электротехника у нас была крайне востребована, и Валера требовал от мародёрки всё электротехническое – провода, аккумуляторы, генераторы, ДЭС-ы, ветряки и солнечные батареи. Правда, солнечных батарей пока найти не удалось.

Мародёркой пока занимался Василий, в помощники ему присоединялась или Света, или Марина. Чего-то громоздкого, большого нам пока не требовалось, поэтому они проверяли небольшие магазинчики, лавки, осматривали порт и составляли карты размещения товаров, искали что-то конкретное или, как всегда, продукты.

Обрадовали агрономы. Они нашли данные о прежнем климате. Располагались мы на плато на высоте две тысячи триста метров над уровнем моря. Среднегодовая температура по наблюдениям составляла семнадцать градусов Цельсия, Весь год делился на два сезона, летний, с мая по сентябрь, субэкваториальный, влажный, и зимний, сухой, с октября по апрель. Несколько непривычно, но специалисты сказали, что урожаи будут, тем более, что первоначально, пока не накопятся данные о погоде, высаживать всё будут в теплицах, с возможностью укрыть при необходимости и подогреть, благо Валера обеспечил теплицы дополнительным обогревом.

Вообще, у них появилось желание построить что-то типа оранжерейного комплекса, причём больших размеров. Пока наберется достоверная информация о погоде, там можно будет начинать работать со многими растениями. Обсудив эту идею, решили, что эту идею надо проработать дальше, подробнее сформулировать свои требования и пожелания, а потом совместно с Валерой и Сергеем попытаться сделать конкретный проект.

Катя постоянно вела наблюдение за интересующими нас территориями. Снег ещё покрывал очень значительную часть поверхности, учитывая, что сейчас по нашим данным был июль, скорее всего, в этом году нам не удастся полностью осуществить наш план. Однако таяние шло довольно-таки бурно, и многие участки земли уже освобождались от снега. Нам самое главное найти сухую и удобно расположенную взлетно-посадочную полосу (ВПП).

После неоднократного изучения карты у меня сложился немного другой маршрут – Анталья – Таганрог. Или Ростов-на-Дону. Чем привлекала Анталья? Международный аэропорт вполне подходил как промежуточная база, зато он был ближе, судя по координатам, расстояние составляло от нас до Антальи две тысячи четыреста сорок км, и от Антальи до Таганрога тысяча сто одиннадцать км. И в Таганроге тоже был авиационный завод, и располагался он рядом с шахтами. Правда, это могло быть и плохим фактором, если выжившие бандиты добрались до завода, там мало что могло остаться целым.

Эти расстояния с гарантией укладывались в дальность перелёта Авиокара, и по наблюдениям, в Анталье освободилась ВПП. Таганрог же подходил ещё потому, что от него было близко до Донецка, можно было добраться по дорогам, а там, по тем сведениям, что сообщил нам Василий, можно было купить рабов. Это было гораздо проще и безопасней. Вот только соваться в такое место и видеть людей, превратившихся в рабовладельцев и каннибалов, никак не хотелось. Кроме того, через Таганрог могла проходить дорога, связывающая Кавказ с Украиной, и дальше на север, а это никак не добавляло спокойствия.

И вообще, чем больше времени затрачивалось на проработку операции, тем больше вопросов и сомнений возникало, вплоть до морально-этических. Но пока все эти вопросы оставлялись на потом, для обсуждения совместно с остальными. А с другой стороны, выбора у нас никакого не оставалась – или вымирать или освобождать людей, и совместно пытаться построить новую жизнь.

По прикидкам, нам необходимо было для разведки, как минимум, пять человек, лучше бы пятьдесят или пятьсот, но где их взять. Это были Саша и Флюр, наши признанные боевики и специалисты по боевым операциям, Михаил, как пилот и стрелок, Василий, водитель и стрелок, Николай, водитель и механик, он нам будет нужен в тех условиях, и я, могу быть и водителем, и стрелком. Командиром однозначно будет Саша.

По задумкам мы должны были организовать маневренную группу, технику планировалось найти там, лучше всего что-то типа БРДМ, или БТР. А может, будет и вертолёт, тогда должно быть ещё проще. От себя для начала можно было прихватить какой-нибудь внедорожник, оснастить его дополнительно турелью с пулемётом и, используя его, попытаться найти нужную технику.

Оружие предполагалось использовать российское, калаши, пулемёты и всякие гранатомёты. Для начала, конечно, придётся вооружаться чем-то натовским, имеющегося на базе оружия хватало, но потом придётся перевооружаться. Хотя у нас и были калаши, с которыми мы сюда добрались. Но здесь последнее слово оставалось за бойцами.

Кроме оружия необходимо было везти с собой много оборудования, топлива, хотя бы на первое время, дополнительное снаряжение. Хорошо бы найти беспилотный летательный аппарат (БЛА) для дальней разведки по ходу маршрута.

Мои размышления прервал вызов из башни, меня вызывала Асмэра. Я быстро подхватился и помчался на вызов.

Это был Саша.

Он сообщил, что Цессна, большая, уже летает. Также он обрадовал, что они с Флюром кое-что набрали из наших заявок. Поэтому мы решили, что сегодня они возвращаются на вертолёте, а мы готовим машины к поездке в Асмеру, и завтра отправляем караван за добычей, обратно Михаил один перегонит Цессну к нам.

Пошёл собирать всех и готовить караван. Связались с Василием, попросили вернуться пораньше в связи с подготовкой колонны в дорогу. Готовили всю нашу рабочую грузовую технику, четыре машины. Груза должно быть много. Были найдены солнечные панели, компьютеры, принтеры, продовольствие, книги, электротехника, лекарства. Отправиться должны были почти полным составом, чтобы на месте определиться, что брать, а что нет.

Дорога была вполне проходимой. Местами, конечно, её переметало песком, она почти терялась, но для нашей техники это не препятствие. Добрались часа за три, оставили Михаила готовить большую птицу к полёту, а сами отправились по точкам, отмеченным нашими разведчиками, грузиться. Через четыре часа всё было погружено, и мы тронулись в обратный путь.

Никаких происшествий в пути не было, большая птица благополучно добралась до дома, так что всё оказалось хорошо, и нас ждал праздничный ужин. А как же иначе, добыча найдена, доставлена, теперь можно и отдохнуть.

Следующий день решили посвятить планированию, а Михаила отправили облетывать большую птицу. Пока только над землёй, пусть просто полетает, присмотрится к аппарату.

Со своей стороны я озадачил Галю с Татьяной проблемой биогенератора, позволяющего перерабатывать все отходы в газ, тепло, энергию. А то у нас всё строилось на использовании бензогенераторов, а это не самый лучший для нас вариант. И ещё раз напомнил о получении топлива, хотя бы спирта. Надо было начинать работу по всем этим вопросам.

Валеру дополнительно озадачил вопросом об электротранспорте, для начала хотя бы гибридном. Пусть думает об электромоторах, вплоть до их производства, аккумуляторах, способах хранения энергии. Чем раньше начать, хотя бы обдумывать эти вопросы, тем быстрее можно прийти к какому-то варианту. Или не прийти и отбросить эту идею.

Обсудили с Сашей и наземную часть операции. Он проникся моими задумками о порядке действий и обещал со своей стороны обдумать ситуацию. Тогда у нас и должен появиться более реальный план.

Так как до конца дня времени было достаточно, все пошли продолжать заниматься текущими делами, а мы втроем, с Сашей и Флюром, пошли искать место для стрельбища и прикидывать, что нам надо для его постройки.

К вечеру вернулся Михаил, по его отзывам большая птица вела себя великолепно и готова лететь куда угодно. Из осмотренных мест ничего нового он нам не сообщил, сбросил Кате всю фото-, видеоинформацию для анализа. Я попросил Николая организовать возможность дозаправки из салона самолёта, чтобы иметь возможность вернуться обратно без дозаправки. Как никак, лететь предстояло две тысячи четыреста км в одну сторону, а самолёт рассчитан на полёт на четыре тысячи двести км.

Лететь решили завтра, в Анталью, на разведку, осмотреть там всё сверху, если можно, то приземлиться и тоже осмотреться. Пролететь я их просил через Каир и, если получится, разведать и его. Может быть, там придётся устроить ещё одну промежуточную точку. А может быть, вообще больше ни куда не летать, только Каир. Всё-таки расстояния большие, на пределе дальности самолётов. А это неправильно.

Вполне возможно, что Каир подойдёт в качестве промежуточной базы даже лучше. Для спокойствия, а то слишком большая дальность полёта получается. Как обычно, летят разведчики. Только я попросил их дополнительно взять дозиметры. И впредь всегда их иметь с собой. А мне они должны оставить указания по строительству стрельбища. Пусть до начала операции ещё далеко, но стрелять надо уметь. Лишним не будет.

Весь день прошёл в ожидании возвращения большой птицы. Конечно, все занимались делами, но подспудно ощущалось напряжение, наши на разведке, что там с ними, не случилось ли какой неприятности или неожиданности. И какое всех охватило облегчение, когда большая птица вышла на связь, сообщила, что всё в порядке, и они возвращаются.

Как оказалось, они поступили очень разумно, в отличие от меня, настроенного слишком оптимистично. Они долетели до Каира, определились по времени, что дальше лететь сейчас не имеет смысла, осмотрели город сверху. Выяснили, что можно приземлиться, приземлились, осмотрели аэропорт, нашли приличные запасы топлива, и решили лететь обратно.

Сам Каир с воздуха производил такое же угнетающее впечатление, разруха, запустение, следы катастрофы. Да и город осмотрели только с воздуха, делать там нам было нечего, у нас другие сейчас цели и задачи.

Как промежуточная база Каир подходил нам очень хорошо. Лететь не очень долго, тысяча семьсот км, вполне приличная по теперешнему времени ВПП, есть запасы топлива. Да и оттуда долететь до Таганрога, если он будет нашей базой, тоже не вызовет особых затруднений, тысяча восемьсот девяносто км. Всё в пределах дальности действия наших самолётов, с запасом. Я уже настолько уверовал в мастерство Николая, что считал Авиакар нашим самолётом.

Вот тут и возникала небольшая дилемма. Не имея полной информации и проработанного маршрута движения, работа по реанимации самолёта казалась преждевременной, но в то же время, не имея самолёта, как-то преждевременно планировать операцию. Курица и яйцо. В общем, решили пока полностью потратить силы на самолёт, тем более этот аппарат был серьёзной машиной, и мог потребовать значительных усилий, если вообще удастся его использовать. Тогда придётся искать какие-то другие варианты. Да и снег в России пока не сошёл, по Катиным наблюдениям ВПП не было.

Поэтому на следующий день вернулись к привычному для нас распорядку, Николай с Михаилом занимались самолетом с ежедневными полётами на вертолёте, Саша с Флюром работали в Асмэре, Василий завозил необходимый материал для строительства оранжереи.

Несколько раз Саша с Флюром отвлекались на посещение военной базы подобрать экипировку, снаряжение и вооружение.

И вот, наконец, пришло сообщение, что у Авиокара, позывной Жук, заработали двигатели. Следующий день планировалось посвятить приработке двигателей на земле, ещё день на подскоки, короткие взлёты-посадки, и потом можно будет организовывать перегон самолёта к нам, домой.

За оставшееся время нужно было подготовиться к вывозу добычи, технику готовили по опыту предыдущей поездки.

Вся операция прошла точно также, приехали, загрузились, уехали, жук полетел самостоятельно. Добрался он успешно, к нашему возвращению ему уже определили место стоянки, и он успешно его обживал.

Глава 8

19.06.00.

Вот теперь можно было вплотную заняться подготовкой операции, хотя подготовительная работа в основном была завершена. Появилась техника, позволяющая попасть куда надо и вернуться, было оружие и снаряжение, было топливо и продукты питания не только для нас, но и для новых жителей.

Отдохнув денёк, отправились организовывать базу в Каире. Нужно было обеспечить заправку топливом самолётов, место проживания для отряда и гостей, питание, хранение продуктов, связь.

Поездка должна была занять несколько дней, после окончания работ в Каире планировали разведать Анталию с точно такой же целью, и по возможности пролететь над Таганрогом, оценить обстановку.

То ли мы стали такими крупными специалистами, то ли опять повезло, не знаю. Но всё прошло совершенно обыденно. Прилетели, сели, нашли хранилище с топливом, запустили насосы, запустили заправщик, нашли место для проживания, нашли холодильники, всё смонтировали, запитали от бензогенератора. Организовали спальные места. Всё как-то буднично, и заняла вся работа два дня, после чего промежуточная база была готова. Всё оборудование расположили, закрепили так, чтобы обеспечить длительное хранение. На всякий случай. Неизвестно когда приступим к реализации планов, а сало надо перепрятать.

То же самое нам удалось сделать в Анталье. ВПП была свободна, сели, нашли топливо, организовали базу и законсервировали её для следующего раза.

А потом пришло время разведывательного полёта в Таганрог. Снега ещё было много, но место для ВПП нашли, садиться не стали, но с большой высоты облетели весь район и посмотрели, где нам придётся воевать. Провели разведку местности с большой высоты, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Территория большая, в таких условиях очень бы пригодился вертолёт, но это был очень проблематичный вопрос, хотя на аэродроме они были. Да и неизвестно, что с топливом. Судя по нашему предыдущему опыту во время исхода, с топливом там всегда проблемы, оно само по себе неизмеримая ценность. Следов транспорта нет, дорог нет. В общем, общую картину получили, впечатления не самые радужные, есть над чем подумать. Да и судя по календарю, в этом году, в этом тёплом сезоне, нам ничего не удастся сделать. Обменявшись наскоро мнениями, полетели в обратный путь.

На базах ещё раз оценили запасы топлива, на что нам можно рассчитывать, не только авиационного, но бензина и соляры. Не то что бы много, но есть. Так что придётся нам операцию планировать очень тщательно. Ресурсы наши не беспредельны.

Заняла разведка у нас неделю, но зато получили много информации для раздумий. Когда вернулись, встретили нас просто замечательно, все стосковались, да и мы тоже, очень радостно было видеть такие родные лица. По обычаю, на следующий день после праздничного ужина устроили всеобщее обсуждение.

Мы рассказали обо всём увиденном, сделанном, сообщили о возникших соображениях и переносе операции на следующий год. И тут я честно поделился возникшими у меня сомнениями, сможем ли мы осилить такое дело. Уж больно тягостное впечатление произвело на меня всё увиденное, забывать стал, как оно было раньше.

Первым мне ответил Василий:

— Ты меня, конечно, извини батя, но, только попав к вам и прожив здесь всё это время, я понял, через что мне пришлось пройти. Я не знаю, с чем можно сравнить все, что было там. Никто из вас не может представить, что там творится. Я и сам бы не поверил, но я там был. Я многое видел, особенно в Чечне, и слышал о многом, но даже подумать о таком не мог. Это безысходность. Полная и окончательная. Надежды нет никакой, хотя в глубине души и теплится какое-то слабое ожидание чуда.

Ты превращаешься в обычный механизм. Встал, пошёл, что-то сделал, дали еду, съел. И всё. Понимаешь ли, всё. Нет у тебя никакой жизни, ты никогда не увидишь света и даже забываешь, что это такое. Люди постоянно сходят с ума, выдержать такое и остаться в своём рассудке почти не возможно. Это и описать просто невозможно, да и вспоминать никто добровольно такое не будет. Страшно это вспоминать.

А ведь люди там остались, хотя им надо ещё вспомнить, что они люди. И мне бы очень хотелось хоть кому-то облегчить жизнь. И если будет такая возможность, я первый пойду туда. Я за войну. Я ничего не забыл и прощать ничего никому не буду.

А Марина со Светой вместе заплакали. И сквозь слёзы и всхлипы смогли выдавить из себя, что им страшно, и ни за что они не пожелают никому попасть туда.

На Сашу с Флюром было страшно смотреть. Это были два хищных зверя, готовых броситься на противника. Они оба сказали только одно слово:

— Война.

— Война, — добавил Михаил. — Я не буду ничего добавлять к тому, что сказал Василий. Это действительно просто страшно вспоминать. Нам ещё повезло, мы иногда попадали на воздух и видели белый свет. Просто для того, чтобы остаться человеком, чтобы можно было считать себя нормальным человеком, надо попытаться это изменить. Если этого не сделать, мучиться будешь всю жизнь. Хотя кто-то и там живёт, но я так не могу.

Возникла пауза, все остальные молчали, и я вынужден был начать говорить:

— Поймите меня правильно. Я не против освобождения людей. Тем более, я первый об этом и заговорил. Но я не представляю, как можно это сделать. Нас может быть четыре человека, причём я не считаю, что могу отправить кого-то умирать. Но я не представляю, как можно штурмовать шахту, набитую вооружёнными боевиками, освободить людей, вывести их оттуда наверх и увести их сюда.

На что мне сразу же и ответил Саша:

— А ты батя, не заморачивайся раньше времени, мы и сами разберёмся с этим. Уж поверь, в этом деле у нас есть опыт, и умирать мы не собираемся. Нам ещё детей растить и воспитывать надо. А займись лучше подготовкой обеспечения операции, у тебя это хорошо получается.

И опять между нами улеглась вязкая, оглушающая тишина, которая буквально обволакивает, разъединяет людей. Бывает такое состояние, и чем оно дольше длится, тем тяжелее становится её разорвать и восстановить взаимопонимание.

— Ну, раз так, раз все согласны, то командовать операцией будет Саша. И планировать будет он. А мы будем ему по мере сил и возможностей помогать.

И раз мне доверяют участвовать в планировании, выскажусь по этому поводу. Для начала необходимо полетать в этих местах побольше. Посмотреть, поизучать, что там творится. Может быть, есть у бандитов налаженные караванные маршруты, где можно будет без больших усилий устроить засады и освободить людей.

Надо ещё организовать промежуточные базы. Может быть, Стамбул, Анкара. Нам нужно будет много топлива, надо его искать. Может, найдется ещё такой небольшой аэродром, типа Массауа, где остались запасы топлива. Я бы считал возможным рассматривать подходящие для базы города не на нашем берегу и подальше от гор. И летать проще, и вероятность выжить на равнинах меньше. В таких местах должно сохраниться больше запасов.

И хотя это не имеет отношения к настоящей теме, отвлекусь. Не надо забывать, что нам надо искать знания. А здесь мы их не найдём. Надо искать русские книги и учебники. Куда нам можно попасть в наши южные города? Севастополь, Симферополь? Я помню про сочинскую группировку, поэтому туда соваться пока не хочется, пока не будет более подробной информации. Надо облететь и посмотреть. Спутник, конечно, хорошо, но только пилот может решить, садиться или нет. И нужно добывать книги. У нас без этого сильно тормозится проработка перспективных проектов. Надо хотя бы почистить пару университетов. Так что надо готовиться к мародёрке в России.

Возвращаясь к нашим делам, нужно здесь собирать топливо, и завозить его туда, или хотя бы запасать у себя. Как я понимаю, летать придётся много, и топливо будет востребовано. Оно и так востребовано, но будет ещё нужней. Поэтому надо запускать бензовозы и выкачивать топливо, где можно. Любое.

Надо оснащать, во-первых, жука дополнительными баками, или какими-нибудь бочками, и обеспечить ему возможность перевести в качестве груза хотя бы тонну топлива за рейс. Если будем мародёрить там, топливо, скорее всего, придётся везти с собой. А ведь много на самолёте не навозишь, тем более в такую даль. Надо будет его искать там и оборудовать место для постоянной базы, где можно будет держать технику и самим в случае чего выдержать осаду.

И надо готовить вооруженный транспорт для перемещений по тем территориям. Какой транспорт войдёт в жука? Лучше полноприводный, хороший грузовик, желательно с краном, если нет, то большой джип. И пулемёт, а лучше два, крупняк и обычный. И может быть, если не найдём снегоходов, откуда на экваторе снегоходы, попытаться опять сделать что-то подобное, тем более опыт есть. Я к тому, если снег сохранится, надо будет как-то по нему перемещаться. Может, джип какой-нибудь приспособить. А может быть, наш газон подойдёт?

Ну и военную подготовку надо провести. Как-никак, хотя бы пострелять надо. А что надо конкретно, это к командиру. Он скажет. И озадачит.

Поэтому, Михаил, готовь большую птицу, полетит вся разведка. Возьмите скутеры или квадрики, на всякий случай, и оружие. Ищите ВПП, где можно сесть, и где можно создать новые базы. И ищите, где можно книги достать, наши книги. Кстати, Михаил, а может быть тебе заняться обучением кого-то ещё управлению самолётом и вертолетом? Да и штурман, наверное, нужен. Ты не молчи, а то если что случится с тобой, тот же аппендицит, где тебе замену искать?

Василий, за тобой топливо. Если надо, с тобой кто-то ещё поедет. И смотри, где можно бочки раздобыть. Мне кажется, без них не обойдётся. И про продовольствие давайте не забывать. Может быть, удастся просто людей выкупить в обмен на продовольствие.

Николай, реанимируй какой-нибудь бензовоз, лучше что-нибудь большое. А ещё лучше две, три машины, для разных видов топлива. Нам может понадобиться и не одна емкость. Для авиационного топлива, бензина, солярки. Да, и подумай, как закрепить и перевозить в жуке бочки с горючим, продовольствие, машину, хотя для начала какой-нибудь маленький джип, например, Судзуки Джимми, или квадрика хватит. Ведь в полете болтанка будет. И как это всё грузить и выгружать.

И где мы всё это будем хранить? Володя, ищи место.

Ну а пока мы на войну работаем, у остальных должно идти полным ходом мирное строительство. Все наши планы остаются в силе. И землю обиходить, и урожай вырастить, и готовиться к внедрению использования биоресурсов. Строим собственный спиртовой заводик. Или что-то другое, как скажете.

Вот, опять заставили вы меня разговориться. А сами все молчите и молчите.

— Ты всё правильно сказал, — одобрил Володя. Просто добавить нечего, мы с тобой все согласны.

— И все пошли внедрять в нашу жизнь умные мысли, — оставил за собой последнее слово Флюр.

Вечером мы ещё раз с разведчиками обсудили, что нам хотелось бы иметь.

Нужно дополнительно иметь опорные базы с запасом топлива и продуктов питания, чтобы был выбор запасного варианта при любой ситуации.

Нужна информация о том, что происходит на интересующих нас территориях, может быть, возникнут и ещё какие-то другие возможности. Это, правда, получается совсем другая история.

Нужно искать опорные базы в России и вывезти оттуда библиотеки.

Нужно российское оружие.

Нужно определиться с техникой

Нужно много ещё чего, чего и сами пока не знаем.

В общем, определили, что полетят они на неделю, при возможности будут поддерживать связь и постараются хотя бы прикинуть, как нам действовать при проведении операции. Мне пока виделось два варианта – захват караванов и покупка рабов. В первую очередь детей.

Ещё день ушёл на подготовку и проверку снаряжения, техники, оружия, связи, и они улетели.

А мы занялись мирным строительством. Готовили технику, строили оранжерею, запасались топливом и вывозили все известные запасы продуктов.

А в конце недели вышла на связь большая птица, разведчики сообщили, что возвращаются, и попросили приготовиться к встрече гостей, баня, стол и прочие блага цивилизации. Мы все были ошарашены, но пожелание выполнили с удовольствием.

Не надо и говорить, что встречали птицу полным составом. Сначала вышел Саша, за ним появился незнакомый мужик, крепко сложенный, лет пятидесяти, очень сильно исхудавший и ослабевший, за ним парень и девушка лет по двадцать, тоже исхудавшие и ослабевшие. Все вооружённые, и держатся насторожено.

Мы все впали с состояние столбняка.

Ситуацию разрядил Флюр:

— Знакомьтесь, наши гости, Константин – он хлопнул по плечу мужика, Виктор и Софья. Мы тут пролетали над славным городом Севастополем, да и взяли с собой попутчиков.

Тут вступил в разговор Володя:

— Как положено по русскому обычаю, с дороги сначала банька, потом за стол. Есть возражения? Все, конечно, были согласны.

Пока Володя провожал гостей в баню и выдавал им новую одежду, а Игорь проводил обследование состояния здоровья, все столпились вокруг Саши и слушали его рассказ:

— Сначала мы полетели и осмотрели Анкару и Стамбул, везде нашли небольшие запасы топлива, можно будет их посетить несколько раз. Заправились до упора и полетели смотреть интересующие нас места, правда, решили начать с Севастополя. Прилетели, Михаил покрутился, покрутился, нашёл на какой-то базе подходящую полосу, сказал, что можно сесть и взлететь. Ну, мы и сели. Осмотрелись, сначала как обычно топливо, нашли, немного, но есть. Потом стали осматривать найденную базу. Что за база, так и не поняли, но хорошее место, закрыто со всех сторон, есть казарма, да и так есть подходящие места. Есть техника, стоят БТРы, грузовики. Решили немного здесь задержаться и осмотреться. Оборудовали себе ночёвку и пошли изучать, что мы имеем. Первое впечатление подтвердилось. Место хорошее. Есть ещё какие-то склады, есть оружие, кое-что из этого привезли с собой. Пока время позволяло, решили осмотреть окрестности. Сгрузили квадры, поехали с Флюром, Михаила оставили караулить птицу. Договорились, что каждые пятнадцать минут он будет нас вызывать для контроля. Недалеко отъехали, вдруг по связи от Флюра, он впереди ехал, слышу:

— Кот, вправо к стенке и глуши, затихарились.

Так и сделал, тут рядом падает Флюр и сообщает:

— Дымом пахнет, где-то костёр горит.

— Принюхался, точно дымом тянет. Тут мы разделились и попытались подобраться поближе с разных сторон. Как оказалось, в отдельно расположенном полуразвалившемся сарае действительно горел костер. Вокруг него располагались трое неизвестных, очень истощённых и измученных, причём, создавалось впечатление, что двигаться с трудом мог только один из них. Мы с Флюром разошлись по сторонам и, замаскировавшись, я окрикнул незнакомцев

— Эй, люди, не стреляйте, поговорить надо.

У костра сразу все зашевелились, схватились за оружие, и приготовились к обороне.

— Кто это, — спросили у костра. — Что надо?

— Прохожие, просто поговорить хотим, — крикнул я.

— Сейчас просто не разговаривают, — ответили мне.

— Если хотели бы плохого, давно бы вас постреляли. Вы у нас все на виду и под прицелом.

После небольшой паузы мне ответили

— А ты нас не пугай.

— Я и не пугаю, хочу только поговорить, может, и договоримся до чего-нибудь.

— А чего ты хочешь?

— Что, так и будем кричать? Может, как нормальные люди поговорим?

— Мы-то нормальные, а вот вы?

— Поговорим и определимся.

— Ладно, подходите по одному.

— Я пока один подойду, другие пусть со стороны пока посмотрят.

— Подходи.

Я подошёл, у костра укрывались вот эти трое. Готовили еду. Судя по количеству готовящейся еды, их физическому состоянию, с едой у них было плохо. Увидев это, я достал из своего рюкзака пару пакетов сублимированного мяса с рисом, фляжку с настойкой Игоря, и представился:

— Меня Сашей зовут. Чтобы не отвлекать вас, не возражаете, если я присоединюсь к вам и угощу, чем Бог послал.

Ответа было не нужно, достаточно было посмотреть на их вид. Пришлось доставать свой котелок, на их глазах вскрывать пакеты и передать им для осмотра упаковку, засыпать в котелок концентраты и залить кипятком из термоса, а после этого предложить незнакомцам угощение. От наливки не отказался старший и то, только после того, как я разделил еду на всех, выпил из своего стакана и начал есть.

Когда поели, закурили, на связь вышел Михаил:

— Кот ответь, это Птица.

— Птица, это Кот, всё в порядке. До связи.

— Кто же ты, прохожий? И чего тебе надо в этих местах, — спросил старший из незнакомцев.

— Я действительно прохожий, ищу хороших людей и хотел бы с ними подружиться.

— Хороших людей сейчас трудно найти, может быть, их совсем и не осталось. И зачем им с тобой дружить?

— Хорошие люди есть, это я точно знаю. И я их знаю. Вот только мало их. И всем хорошим людям дружить надо, чтобы жить было легче.

Вот примерно так и развивался наш разговор.

В конце концов, удалось узнать, что эти люди называют себя сталкерами, ходят по развалинам, ищут всякие ништяки, а потом меняют их на шахтах или в Донецке на нормальные продукты. Зовут их Константин, это старший, молодой парень – это Виктор, а девушку зовут Соня. В других местах очень мало стало добычи, и они пошли в далёкий рейд, да вот с продуктами получился прокол, в новых местах найти не удалось, свои запасы заканчивались. Вот они и ослабели.

Моё предложение подкрепиться ещё раз было с благодарностью принято. Я по связи вызвал Флюра, мы развели концентраты из его рюкзака, и они вместе с Флюром поели. Когда старший стал опять расспрашивать, кто мы и откуда, я не стал скрывать и сказал, что мы из Москвы, ушли на юг, проходили через территорию шахт где-то с полгода назад, повоевали с Глобусом. А вот теперь вернулись, ищем нормальных людей и приглашаем их к нам присоединиться. У нас есть техника, оружие, горючее, продукты, семена. Добраться до нас и захватить всё это невозможно, т. к. мы поселились очень далеко.

В ответ услышал, что действительно был слух, что Глобуса очень сильно кто-то из чужаков натянул, и, глядя на нас, он в это может поверить.

За время разговора несколько раз выходил на связь Михаил и Константин, в конце концов, спросил, кто это. К этому моменту эти люди уже вызывали у меня симпатию, и я не стал скрывать, что у нас тут самолёт, и пригласил их к нам в гости на базу. Они немного поупирались, но потом согласились с моим предложением полететь на базу, посмотреть, как мы живём. И решить самим, присоединяться или нет к нам. Тем более что они выглядели больными, а я пообещал им помощь доктора. Я думаю, что лучше них никто нам не расскажет про местные дела.

Связался с Михаилом, уточнил, можем ли мы сегодня вылететь, услышал, что можем, тогда мы собрались, кое-как дотащили больных до квадров и поехали к самолёту.

Рванули сразу на Каир, там переночевали, заправились, за время пути немного подкормили наших гостей, как только смогли, связались с вами, и вот мы здесь.

Ну а их историю они, наверное, расскажут сами.

Глава 9

29.06.00.

К этому моменту птицу уже поставили на стоянку, мы все пошли в столовую. Туда подошёл Игорь, сказал, что с гостями всё нормально, просто очень сильно истощены, обессилены, и у них авитаминоз. Он оставил Надежду приготовить еду для гостей, а сам повёл их в больницу на обследование. Володя пошёл обустраивать им место для ночлега, Женщины начали готовить праздничный стол, а разведчики пошли в баню.

Часа через два вся суета закончилась, и все собрались за столом. Для начала просто познакомились, выпили за знакомство, и потекла неспешная застольная беседа. Присутствие новых людей, их расспросы про нас, заставили рассказать всю нашу историю, причем эпизоды с уничтожением бандитов в Туле, про попытку штурма нашего дома, бой с бандой Глобуса, вызвали живейший интерес. Особенно рассказы тех, кто непосредственно был спасен во время этих схваток. Это очень сильно подняло уважение к нам с их стороны.

В ответ на такую открытость с нашей стороны они рассказали свою историю. Вернее, говорил в основном один Константин. Он оказался бывшим офицером внутренних войск, служил в охране многих военизированных и стратегических объектов. Когда случилась катастрофа, был в отпуске, отдыхал на природе, на рыбалке в одиночестве. Перед отъездом один из его знакомых поделился с ним информацией в виде байки, найденной в интернете, о падении метеорита и о последствиях этого падения.

При начале неприятностей он сумел защититься подручными средствами и пережить отравление вулканическими газами, как-никак военный специалист, имел знания по защите от отравляющих веществ. Когда стало можно спокойно дышать, он стал выбираться к людям, помня о тех последствиях, о которых рассказал его знакомый. В какой-то деревне он встретил выжившую женщину с двумя детьми лет двенадцати-четырнадцати, и они решили спасаться вместе.

К сожалению, никого больше из живых им встретить не удалось. К этому моменту уже началось похолодание, солнце пропало, и Константин понял, что надо ждать ядерную зиму. Они нашли старую заброшенную шахту, или скорее даже глубокую пещеру, оборудовали себе убежище и стали свозить к себе из мертвых деревень продукты питания, теплую одежду, топливо. Заброшенная шахта оказалась угольной, и им удавалось найти немного угля для обогрева.

Этим они занимались почти всё время. Иногда меняли найденные ценности на лекарства и необходимые продукты, не так далеко оказались другие выжившие, да с Донецком удалось наладить контакт. Так он вынуждено стал сталкером. Женщина все эти тягости не пережила и на пятый год умерла. Ребята к этому времени уже подросли, он обучил их военному делу, научил стрелять, обеспечил оружием, и они стали ходить в рейды вместе.

К этому времени, в окрестностях практически ничего нельзя было найти, всё уже собрали, он был не один такой. Оказывается, таким образом, спаслось довольно-таки много людей. Тогда он вспомнил о тех складах и объектах, которые охранял в Севастополе, и решил, что там им будет легче выжить. Температура к этому времени стала повышаться, и можно было перемещаться более-менее свободно. Так они и попали в Севастополь, но физически очень устали в пути, и они не смогли обеспечить себя продуктами, встреча с нашими разведчиками была для них настоящим спасением.

Так за неспешной беседой прошёл этот вечер.

Наши гости были ещё слабы, и Игорь отправил их спать, Володя к этому моменту оборудовал им отдельную комнату, и они ушли отдыхать. Мы ещё немного посидели, и тоже разошлись.

После лечебных процедур и завтрака они осмотрели наше хозяйство и подошли в комнату, где уже собрались наши. Пили чай, кофе, кому что нравится. Спросили у гостей, как им наше хозяйство, они были в полном восторге, не ожидали, что такое может быть после катастрофы.

В конце концов, перешли к обсуждению, что мы хотим получить в итоге всего этого, что нам может понадобиться от них, и могут ли они примкнуть к нашей коммуне и на каких условиях. Я начал им отвечать:

— Как бы это ни показалось странным, мы не хотим возвращения к старому. Мы прекрасно понимаем, что старая жизнь не вернётся, она умерла вместе с цивилизацией. Но наша задача – жить хорошо, и даже лучше, чем жили раньше. Дышать чистым воздухом, пить чистую воду и видеть зелёные леса и разнотравье лугов. Надеемся, что хотя бы наши внуки доживут до этого. Чтобы это свершилось, мы готовы работать, не жалея своих сил, но мечтой является воплотить всё сказанное в жизнь.

Мы не стремимся перевоспитывать людей, это непосильная задача. Наше желание – помочь выжить хорошим людям, с чувством своей личной ответственности за всё происходящее. Их надо найти, таких людей, помочь им, мы будем просить присоединиться к нам и совместно строить новую жизнь для себя, своих детей и внуков. Вот в этом и нужна ваша помощь, и если вы согласны, то приглашаем вас присоединиться к нам в наших усилиях реализовать эти цели. Мы будем сажать леса и сады, растить хлеб, воспитывать детей, пытаться реализовать наши идеалы.

Может это звучит слишком высокопарно, но надо хотя бы попытаться. Возможно, всё в конце концов вернётся к старому, но останется утешение, что мы хотя бы попытались что-то сделать, чтобы изменить окружающее нас к лучшему. У нас нет какого-то централизованного руководства, мы живёт коммуной и совместно принимаем решения, совместно их и выполняем. У нас нет личной собственности, кроме предметов личной гигиены и личного оружия и инструментов. Все у нас имеют одинаковые права.

Но если кто-то делает своё дело лучше других, то остальные ему подчиняются. Так, Саша лучший командир в боевых условиях, и он всегда в таких случаях принимает командование на себя. Николай лучший механик, и он командует, когда дело касается такой работы, и все подчиняются ему и выполняют нужную работу. У нас, во всяком случае, пока, не возникало трений, что кто-то работает больше, а кто-то меньше, что кто-то заслуживает большего уважения и требует к себе особого внимания и особого куска.

Мы все одна семья, и никто не считает себя особенным и имеющим какие-то заслуги перед другими. Мы все делаем одно дело в меру своих сил и умения. И вот, если вы готовы жить так, то мы рады будем видеть вас среди нас. Естественно, мы будем присматриваться и оценивать вас, а вы нас. Я не думаю, что если окажется, что вы не уживётесь в нашем коллективе, вы будете здесь жить дальше. В этом случае мы готовы вернуть вас в Севастополь, где вы сможете жить, как хотите. Вот если вы готовы на таких условиях присоединиться к нам, добро пожаловать.

А чем вы будете заниматься, определите сами. Нам не хватает рук, мы готовы вас обучить всему, что умеем сами, нам не хватает бойцов. Мы хотим привлекать новых людей, естественно к ним у нас такое же отношение. Мы хотим освободить рабов и пригласить их к нам, если они, конечно, смогут жить так же, как и мы.

Если они не смогут, или будут к этому не готовы, мы не будем их удерживать силой и заставлять работать на себя, дадим им возможность жить так, как они хотят, но не здесь и без нас. А, чтобы не создавать лишних проблем, мы в первую очередь готовы взять детей и воспитывать их, как своих, надеюсь, они тогда будут понимать жизнь и своё место в ней так же, как и мы.

Вы очень хорошо изучили жизнь в тех местах, встречались в своих рейдах с другими выжившими, знаете местные нравы и правила. Как минимум, хотелось бы, чтобы вы поделились своими знаниями, а лучше бы приняли участие в совместных рейдах по поиску новых людей и тех ценностей, в которых мы нуждаемся. Я понимаю, что вы настрадались и пойму, если вы откажетесь.

Работы для вас у нас и здесь хватает, Виктора и Соню обучим в школе, получат новые знания и умения, и сами займутся делом возрождения земли. Но у нас мало бойцов, а вы офицер, да и ребятишки имеют хороший опыт выживания и воинские умения. Но это решать вам самим, и никогда не поздно изменить первоначальное решение. Если согласитесь с этим, то будет нормальное звено дальней разведки, будете участвовать в рейдах и освобождать людей.

Нам нужны книги, нам нужно оборудование для получения экологического топлива. Мы не можем рассчитывать на нефть, да и не хотим. Мы хотим, чтобы мир был чистым. Нам нужны умные, грамотные люди, инженеры, учёные, хорошие специалисты в любой области деятельности. Механизаторы, водители, слесари, фрезеровщики, строители, повара, няни, воспитатели, солдаты.

У нас для всех найдётся дело, и все, кто честно работает и разделяет наши убеждения и цели, для нас достойные люди, пока они не докажут обратного. Во всяком случае, для каждого, кроме хозяев и их прислуги, будет возможность сделать попытку доказать это. Я пока не знаю, как мы поступим с теми, кто нам не подойдёт, но, во всяком случае, мы постараемся освободить их от рабства. Наши некоторые товарищи прошли через это и сохранили в себе человеческое достоинство, смогли присоединиться к нам, и теперь мы едины.

Вот что мы хотим, вот к чему стремимся, вот чего ждём от вас. Может, это слишком похоже на торжественную речь и лозунги, но эти вопросы мы неоднократно обсуждали между собой, и с этим все из нас согласны. Для нас это не предвыборные лозунги и не пустые рассуждения. Это наши цели, как бы глупо они не выглядели в глазах других.

Если вы не готовы ответить сразу, пожалуйста, живите пока тут, подлечитесь. Поможете нам, хорошо. Не захотите оставаться, мы всё равно вернёмся в те места, забросим и вас.

После небольшой паузы заговорил Константин:

— Сильно сказано. Честно говоря, задавая свой вопрос, я не ожидал такого ответа. Думал, будет как обычно, сладко есть, мягко спать, и пользоваться благами. Вы совсем другие. Или это вас так катастрофа изменила? Мне даже становиться страшно, а не ангелы ли тут живут. Мне всю жизнь хотелось того же самого, но жить приходилось так, как получалось, Виктор и Соня мне как родные, я скажу за всех, но если они не согласятся, пусть будет так, как они скажут. Я всю жизнь провел в военизированных структурах, худо – бедно обучен обращению с оружием. Я бы пошёл с вашими ребятами в рейд. Мне это ближе, знакомо. Да и мои дети тоже готовы к этому. Из Виктора получится хороший боец, а Соня отличный снайпер. Вот поучиться им, конечно, не помешало бы.

— Научим, — пообещал Флюр.

— Я пойду воевать, — сказал Виктор.

— Я тоже, — добавила Соня

— Ну что же, так и решим, — ответил я. — Пока осматривайтесь, обживайтесь. Володя, давай строить им домик. Негоже людям жить где-то на производстве. Сегодня сможем начать? Все и поможем. Игорь, определись с лечением, и скажи, когда ребята смогут начать тренироваться. Саша, вот тебе и отряд. Василий, и тебе подключаться к тренировкам. Начинайте боевое слаживание и готовьтесь к повторному рейсу на жуке. Нужно будет искать людей и вывозить книги. Да, и определитесь с Константином по целям и обстановке, по технике, что там есть, может, можно будет использовать технику ту, что на месте.

Николай сможет эту технику реанимировать, что для этого надо, везите отсюда. Может быть, Константин подскажет других свободных, кто согласится быть с нами, хотя бы в качестве наёмников. Расплатимся продуктами и топливом. В общем, пока готовьте хорошую операцию. Первые цели – люди и библиотеки. И определись с Валерой, Катей, как можно оттуда поддерживать связь. А сейчас – все с Володей, строить дом. Валера, Сергей, у вас опыт большой, командуйте.

Глава 10

20.07.00.

Игорь определил срок лечебных процедур для наших гостей в четырнадцать дней. А домик мы построили за неделю. По сути, это был обычный дачный домик, двухэтажный, с жилыми комнатами на втором этаже, подключенный к канализации, водопроводу, электроэнергии. Отопление пока было местное, электрическое, поставили свой отдельный бензогенератор на отопление и как запасной – на освещение.

Константин с детьми остались довольны как проектом, так и готовым домом и условиями проживания. На стройке они работали просто замечательно, говорят, что соскучились по обычному труду, с другими сошлись быстро, пока никаких трений не возникало, Люди они оказались открытые, компанейские, жизнь воспринимали просто и без излишних умствований, но это не значит, что были простаками. Были большие надежды, что они войдут в нашу семью.

После окончания строительства они вместе с Василием попали в руки Флюра, он пообещал научить их свободу любить, одевать сапоги на свежую голову и обедать строем, обучал строго, но без излишеств и издевательств. Соня оказалась отличным снайпером, ей подобрали хорошую винтовку, и она сотнями жгла патроны на стрельбище. Виктор осваивал пулемёт, и простой, и крупнокалиберный, показывал хороший результат и был полностью доволен. Не забывали и про автомат. Саша привёз несколько десятков автоматов, я не знаю, то ли они были с глушителями, то он их оснастил дополнительно глушителем, но все осваивали и такую стрельбу.

По вечерам постоянно мы с Константином и нашей разведгруппой обсуждали известные сведения о жизни в тех местах. Для нас это было очень непривычно, ведь мы провели всё время после катастрофы совершенно уединённо, там никто не выжил. А здесь многие выжили, как на шахтах, так и отдельно. Кое-кого из них Константин знал, но сомневался, смогут ли они жить в нашей коммуне. Уж очень непривычный образ жизни мы вели. А что делать с теми, кто не захочет жить с нами, мы так и не решили. Уж очень непростая ситуация. И оставлять людей в беде нельзя, и бросать просто так тоже не годится.

За годы службы Костя посетил множество охраняемых объектов, показал нам на карте, где они находятся. Что там есть. Описал окружающую действительность, кто как себя ведёт и на что способен. В общем, оказался незаменимым человеком. Пока первоначальный план операции у Саши вырисовывался следующим образом.

По моему настоянию первоочередной задачей было определено вывезти библиотеку, какую сможем найти, чем крупнее, тем лучше. Брать нужно было техническую литературу, книги по химии и биологии, растениеводству, географии. Да всё надо было брать. Вот только жук всё не увезёт. В полёт должны были полететь Николай и Валера, Николаю надо было обеспечить разведгруппу техникой, а Валера должен был попытаться организовать связь,

Для проверки жука загрузили его полностью и гоняли в воздухе, пока не выработал всё горючее. Определили расход при полной нагрузке и дальность полёта в таком режиме. Да и аппарат испытали. Всё-таки надо лететь за море.

Для тренировки выезжали на мародёрку в Асмэру. Такие условия для Кости с ребятами оказались совсем непривычными, но сказался опыт и практика, они быстро организовались, и результат был впечатляющим. Да и они сами остались довольны такой тренировкой.

Кроме того, все силы были брошены на строительство оранжереи. Очень многое из рассады у Гали с Машей было готовы к высадке в грунт. Что-то можно было высадить в теплицы, но что-то, единичные экземпляры, они хотели посадить в более безопасные условия.

Наконец лечение было закончено, Игорь дал добро на участие в операции. Жук улетел.

Опять потянулись дни ожидания. И подспудно ждали связи. Наконец это случилось. На четвёртый день, вечером, состоялся первый сеанс связи. Валера нашёл какой-то мощный передатчик, запустил его и в согласованное время связался с нами. Всё у них было в порядке. Место осталось свободным, никто прилёта самолёта не заметил, никого не было. Николай с Василием занимались восстановлением техники по максимуму, остальные исследовали окрестности и присматривали ценное имущество.

Далеко в город пока не заходили, больше по пригородам и окрестностям, по старым адресам, по наводке Кости. Нашли подходящую технику, БТР, БРДМ, Уралы. Соблазнов было много, но пока самолёт не грузили, окончательно ещё не определились. Всё у них было в порядке, больных нет. Сообщали, что, может быть, задержатся. Теперь ждать стало гораздо легче, хотя бы какие-то известия поступали. Всё-таки связь великая вещь.

Конечно, никто не сидел и не смотрел на часы. Все были заняты делами. Начали посадку первых растений, пока сажали в теплицах, если не угадали с временем года или опоздали с посадкой, можно будет прикрыть и подогреть, благо солнца хватало. А если погода будет подходящей, то можно и раскрыть. Посаженные ростки были встречены с восторгом. По несколько раз день, я в частности, подходил и просто смотрел на эти зелёные травинки. Это воспринималось как символ надежды. Что всё будет хорошо. Приходилось ездить и за бензином. Бензин у нас шёл хорошо. Поторопил Таню с её проектом биотоплива. Отговорилась, что не хватает знаний, ждёт книг для окончательной проработки идеи.

Тут пришло сообщение, что наши вылетают, везут библиотеку, ждать надо дня через два. Летят все, никто не остался. Надо ли рассказывать, как встречали, как радовались, как праздновали возвращение, как слушали рассказы о командировке.

Как обычно, начинал Саша:

— Долетели, в общем-то, нормально, без приключений. Жук вёл себя вполне прилично, во всяком случае, с точки зрения пассажира. Пусть медленно, но уверенно и спокойно. Садились и ночевали в Каире, там тоже всё в порядке, наша база цела, пока было время, вечером ещё позанимались топливом, увеличили свои запасы. Удобное место, можно прилетать. Валера что-то ещё поснимал с самолётов, говорит, пригодится.

Вылетели с утра, до Севастополя долетели за шесть часов, обустроились, сразу заправили жука, стали осматриваться на месте, прошлый раз так толком ничего не посмотрели. На мой взгляд, это какая-то ведомственная авиабаза, не армейская, Из авиационной техники есть пара АН-2, ещё какие-то подобные легкие самолёты, есть пара Ми-8, Ми-2, Техника далеко не новая, но в хорошем состоянии, во всяком случае, была до катастрофы.

Есть какая-то аэродромная техника, заправщики, буксировщики. Есть охрана со всем положенным, казармы, оружейка, гараж, авто- и бронетехника (БТР), столовая. Есть небольшое топливохранилище, вещевой склад. Там мы переоделись, чтобы не выделяться одеждой. Повторюсь, но очень похоже на чью-то ведомственную базу. Но нам подходит очень хорошо. Территория закрытая, просто так не просмотришь, Есть где хранить технику. Вот только топлива маловато, надо будет поискать.

С утра занялись каждый своим делом. Валера занимался связью, смотрел антенны, что были, радиостанции, Николай с Василием взялись за автомобили (Уазы, БТР и Урал), мы двумя группами начали изучать окрестности.

Общее впечатление – город не сильно пострадал, разрушений мало. Да и трупов немного, видимо все были в убежищах. Воздух ещё достаточно прохладный, снег, лёд ещё не везде сошли, дальше на Север снег должен остаться. Город морской, много кораблей, судостроительный завод, рыболовецкий флот. Сам по себе город не большой, на взгляд, население тысяч пятьсот, не более. Пока изучали город, нашли несколько учебных заведений, по той тематике, что ты обозначил, самый подходящий Севастопольский национальный технический университет.

Не знаю, чему там учат, но книг много, таскали, таскали. Мы не выбирали, брали всё подряд, но там ещё много осталось, за один раз не увезти. И у нас столько не поместится, хранить негде. Вот и думайте. Ничего другого не искали, никаких баз и складов не нашли. Вот вкратце и всё. Да, сделали Урал и УАЗ, на них и возили книги. Валера запустил связь, ну это вы и так знаете. А планы и предложения – не сегодня, сегодня отдыхаем.

На следующий день после завтрака продолжили обсуждение.

— Раз снег уже сходит, — сказал Саша, — то можно ждать гостей, не одни мы такие умные, что в тёплые края подались. Придут и другие, которые сумели выжить. К этому надо готовиться. Если наша цель – люди, то эту базу в Севастополе надо пока рассматривать как промежуточную и искать другую. Оружия нам не надо, флотские склады потрошить вроде бы без надобности, разве поискать топливо. Использовать базу как начальную точку, прилетать туда, а потом использовать другие технические средства, или искать новую базу, ближе к тому месту, где будем работать.

Но хотелось бы с этой базы для начала поиметь кое-что. Во-первых, пару УАЗов, по одной машине на каждую группу, причём приспособить к ним пару пулемётов, один спереди, обычный, второй сзади, крупняк. Для спокойствия. Урал уже есть, наверное, его хватит. А пулемёт ему тоже не помешает. Это такая вещь, что всем нужна, и самолёту тоже. И самолёт АН-2 было бы хорошо заиметь. Тогда можно осмотреть и контролировать большую территорию. А что бы уж не умереть от скромности, надо ещё вертолёт и БТР.

Вертолёт – сила, всегда прикрыть сможет, да и забросить группу можно куда угодно. А для боевых действий и разведки в особо опасных условиях надо БТР, он сможет забрать при необходимости весь отряд и послужить мобильным защищённым складом боеприпасов и ГСМ. И при таком оснащении можно начинать перемещаться на север, искать сталкеров, благо Костя знает, где искать, и подбираться к нашей цели – караванам, пощупать Донецк. А технику при необходимости будем перегонять на новые базы, если, конечно, не заберёмся очень далеко. Там придётся всё сначала создавать.

У нас сейчас подвижность, применение авиации, связь – главная сила, без этого нам не на что рассчитывать. И надо иметь в виду, по рассказам Кости, в обитаемых местах топлива нет, туда так просто не сунешься, придётся забрасывать отряд издалека и потом забирать. Машины должны быть оснащены хорошей связью. Если это реализовать, то можно приступать к дальнейшим поискам, без этого ничего не получится.

Моё предложение – ещё сделать вылет и сидеть там, пока не будет готова вся техника. Поэтому предлагаю недельку отдохнуть, подготовиться, спроектировать и изготовить всё, что надо, всякие узлы, турели, антенны, а затем тем же составом вылететь, И хотя бы аннушку, уазики и БТР сделать. И чтобы хорошая связь на каждой машине была.

Мы ещё немного пообсуждали разные технические и организационные вопросы по предложению Саши, но никаких серьёзных, принципиальных, возражений не было. В конце концов, это было принято всеми, и мы пошли разгружать библиотеку.

Конечно, никто не считал, что мы сразу найдём ответ на все вопросы с помощью библиотеки, но книги и учебники должны были нам помочь искать ответы. Всё-таки мы не специалисты во многих вопросах, скорее практики, и многое нам не известно. Но учиться и думать мы могли. И библиотека должна была нам в этом помочь.

Дальше всё пошло в соответствии с принятым решением. Готовились к повторному посещению Севастополя и реанимации техники, сортировали и разбирали книги из привезённой библиотеки.

Жук улетел со всей командой. Через день они вышли на связь, долетели нормально, всё в порядке, приступили к работе.

Мы на своём месте тоже были при деле. Агрономы занимались всходами, вроде бы пошли наши посадки в рост в открытом грунте. Это очень радовало и внушало большие надежды. Возили топливо, разное, откуда только можно, по возможности увеличивали запасы продуктов, проводили проработку по основному сейчас проекту – биотопливу. Мы обсудили эту проблему с Галиной и Татьяной, нашими дипломированными биологом и химиком. В общем, из наших рассуждений, подкреплённых кое-какими сведениями, полученными из библиотеки, получалось следующее.

Первоначально нам следует заняться получением биогаза. Биогаз – это продукт брожения, в основном отходов с ферм, продуктов жизнедеятельности и хозяйствования человека, отходов растениеводства и животноводства. Всё это добро загружается в биореактор, там всё бродит в замкнутом пространстве без доступа воздуха, и в результате брожения выделяется метан, он собирается, очищается и может использоваться для нужд хозяйства – отопления и приготовления пищи, как обычный газ.

Может использоваться и как моторное топливо, может подвергаться дальнейшим воздействиям и превращаться в синтетический бензин. Пока, правда, у нас не было ничего, кроме наших отходов, но куры уже несутся и отходов от них хватает, и овощи начали расти, и скоро мы будем иметь сырьё для биореактора. А пока определили для него место и стали определять конструкцию. Или попробовать найти готовый? Я точно знаю, что биореакторы раньше продавали.

Второе направление было тесно связано с первым. Мы не могли опираться на нефть, нам не под силу было возобновить добычу и переработку нефти. Мы могли использовать её замену – биоэтанол и биодизель. И если с биоэтанолом всё становилось понятно, и можно было запускать работы по отработке технологии, то по поводу биодизеля пока были вопросы. По биоэтанолу в качестве сырья должны были выступить погибшие леса.

Конечно, мы ещё подождем какое-то время, чтобы убедиться, что дерево действительно замёрзло, а потом начнём работы по его переработке. И судя по текущему состоянию лесов, сырья у нас будет предостаточно. И из лесов, сосновых, особенно пней, мы на это надеялись, можно было бы получить скипидар, который мог выступать тоже как топливо. Во всяком случае, автомобили на скипидаре ездили.

Вопрос организации лесопереработки мог бы помочь решить нам проблему тех, кто не хотел с нами жить. Мы могли организовывать что-то типа леспромхозов, вывозить оттуда продукты переработки, а сами обеспечивать в обмен обитателей продуктами питания и всем необходимым. И люди при деле, сами собой командуют, живут, как хотят, и о пропитании заботиться не надо.

Было и третье направление, заманчивое и перспективное, но пока не совсем понятное и доступное. Газификация древесины. Пиролиз древесины, т. е. нагрев до высокой температуры в реакторе, позволял получить синтез-газ, который сам по себе мог выступать в роли моторного топлива, достаточно вспомнить газогенераторные автомобили времён ВОВ, а так же использоваться в качестве топлива. Но можно было подвергнуть его дополнительным реакциям с катализаторами, в частности железом, и получить синтетический бензин. Так немцы во время ВОВ обеспечивали себя бензином. И разновидностью этого процесса можно было считать получение синтез-газа из метана, и опять получать синтетический бензин.

А вот с биодизелем вопрос оставался открытым. Он получался из растительных масел, и у нас пока не из чего его получать. Может, можно будет использовать скипидар? Думать будем.

Каждый день мы связывались с нашими разведчиками, всё пока шло по плану, не было никаких происшествий. Техника ремонтировалась, благодаря постоянной практике удавалось за день восстанавливать несколько экземпляров, особенно это относилось к автомобильной технике. С авиацией так пока не получалось. Для перемещения по городу уже использовались уазики и пара заправщиков. Удалось найти несколько заправок, складов с запасами топлива, и из этих запасов наполнялись хранилища на своей базе. Завозили оружие, снаряжение, готовились к дальним рейдам, проводили тренировки, укрепляли саму базу, создавали опорные пункты, что-то типа блокпостов. Короче, создавали нормальную укреплённую, хорошо защищённую базу. Валера проводил эксперименты по радиосвязи, использовал разные трансиверы и радиостанции, частотные диапазоны, антенны.

И вот, через четыре недели, Саша сообщил, что они практически закончили подготовку к рейду, а пока завтра вылетают домой.

Глава 11

18.08.00.

На следующий день после праздничного ужина мы обсуждали сложившуюся ситуацию. Саша подвёл итог поездки:

— Мы практически готовы к любому варианту. Сейчас у нас есть разведгруппа из шести человек, если привлекать авиацию, то семь, причём подготовка уже вполне приличная. У нас сейчас есть на ходу два уазика, на каждом по два пулемёта, можем организовать две лёгкие маневренные группы для ближней разведки. У нас на ходу БРДМ и БТР, Урал.

Можем уйти в дальний рейд, для этого все есть, питание, боеприпасы, запас горючего, техника. У нас есть авиация, наша аннушка позволяет улететь на тысячу км, если с тем, чтобы вернуться, то на пятьсот км. И у нас есть вертолёт. И, кстати, тоже вооружённый

И всё это связано между собой надёжной связью, устойчиво работающей на сотни километров. Вся эта техника испытана на ходу, в полёте. Оружие проверено и пристреляно. Так что пора приступать к разведке. Костя знает некоторых сталкеров, для начала он предлагает связаться с ними. Если согласятся, то либо начнут работать с нами в рейдах, либо прилетят сюда. Для начала лучше в рейдах, нам стрелки нужны, да и присмотримся заодно друг к другу.

С Глобусом мы столкнулись в районе Новочеркасска, в том же районе и другие шахты, где есть выжившие. Ближайшее место, где возможно организовать стационарную базу, это, как ты и хотел, Таганрог. Но сразу бы я туда не совался, а предлагаю начать осматривать Крым, потихоньку будем организовывать промежуточные базы, для аннушки и вертолёта, и после предварительной разведки местности, перемещаться дальше. Пока на примете Симферополь, Мелитополь, Мариуполь и Таганрог. Может быть, ещё и Ростов-на-Дону. Когда определимся с местом, откуда можно начинать воевать, туда перегоним бронетехнику. Пока есть на примете два места для разведки – Новочеркасск и Донецк. Может, появятся еще какие-то места. Но из того, что знаем сейчас, я предлагаю действовать так, как и предложил.

Для этого, предлагаю организовать командировку для начала на месяц. Летит вся разведка, ну и Михаил, как же без него, Он начинает облёт на аннушке, после того, как даёт добро, перебираемся в следующий пункт, и так по очереди, от одного до другого.

Целей вижу несколько. Первая – организовать промежуточные посадочные площадки с возможностью дозаправки всей техники. Вторая – разведка местности и определение как потенциальных опасностей, так и потенциальных благ в виде ресурсов и других ништяков. Третья – поиск выживших, их мест обитания и установления контактов.

Вот таков итог нашей работы и такие планы мы имеем.

— Да, что ещё хотел сказать, — продолжил Саша. — Мы все, конечно, радовались, когда добрались сюда. Но вот полетали мы в Крым, пожили немного там, и это, конечно, моё мнение, там лучше. Здесь вся земля какая-то красная, безжизненная, чужая какая-то, не русская. Там же, хоть она и не зелёная, как раньше, но цвет у неё привычный, и воспринимается она как родная, и отношение совсем другое. Там дом.

И ресурсов тут нет. Никаких. А там хоть мёртвые деревья есть на топливо. Да и Крымская земля, насколько я помню, всегда давала хороший урожай при достаточном количестве влаги. Или на Украину можно перебраться, на чернозём. Но мне тут, хотя я и пробыл здесь меньше других, этот красно-серый пейзаж не нравится. Правда, там не так безопасно, опасность там повыше будет, я всё понимаю.

При атаке противником большими силами, мы не отобьемся. Поэтому я пока высказываю своё мнение, кто хочет, может высказать своё, но обдумать мои слова прошу всех. Нам тут будет гораздо тяжелее развиваться, чем в другом месте, где есть какие-то ресурсы. Мы здесь сейчас сидим на запасах базы и на мародёрке, а дальше? Там есть ресурсы, там есть очень хорошая земля. Мы пока смотрим, а вы думайте.

И не забывайте. Раньше, не только здесь, была как минимум трава, и она удерживала землю от ветровой эрозии. Теперь травы нет, и если её в ближайшее время не восстановить, здесь, и не только здесь, всё сдует, особенно плодородный слой. Здесь будет Сахара. Или ещё какая-нибудь пустыня.

Сашино предложение по разведке одобрили, как обычно, выделили на подготовку и отдых неделю и пошли заниматься повседневными делами.

Хотя Сашины высказывания по базе нашли у меня понимание. Я и сам раньше приходил к такому же выводу, только не озвучивал его. А теперь и другие стали созревать. Эта база нас выручила, можно сказать, спасла, но, как мне кажется, домом нам не стала. Может быть, действительно цвет земли не тот, может, ещё какие причины, но чувство дома не возникало. Может быть, пока. Но почему-то в это слабо верилось.

Ещё раз собрались и обсудили нашу энергетическую политику. Предложение о переходе на биотопливо никого не удивило, это уже обсуждалось не раз. Озадачили Валеру, Николая о преимущественном использовании электричества, хоть в виде гибридных устройств. Мотор крутит генератор, генератор вырабатывает электроэнергию, а уж она используется для питания электромоторов. Особенно, если использовать мотор-колесо. Это должно получиться проще.

Как, собственно говоря, электромобиль по своей конструкции проще автомобиля. Не примитивней, а в его конструкции совсем другой подход, и за этим стоят другие технологии. Не надо такой точной и мощной технологии металлообработки с её шестерёнками и валами-приводами, нет такой изощрённой нефтехимии с её супер-маслами и смазками. Управление электродвигателем подразумевает применение достаточно простых электрокомпонентов, в конце концов, можно обойтись простыми выключателями. А это уже можно было реализовать. И сразу поднимало целый комплекс непростых вопросов – получение электроэнергии, её хранение, преобразование и применение. А также все сопутствующие вопросы – электрические машины, преобразователи и всё, что с этим связано.

Решили начать изготовление лабораторной установки получения биоэтанола. Не самогонного аппарата, а установки со всем комплексом устройств по подготовке и изготовлению биоэтанола. В качестве сырья будем использовать древесину из ближнего мертвого национального парка. Пока должны отработать всю технологическую цепочку и подготовиться к изготовлению промышленной установки.

А чтобы сильно не заморачиваться, Флюр обещал нас научить применять взрывчатку для валки деревьев.

Отправили Михаила на предварительную разведку, искать подходящие деревья, и побольше, побольше. Оказались не так уж и далеко, правда не очень много, но есть. До размеров наших лесов ну очень далеко. Саванна, её не мать.

С Флюром выехали на мастер-класс по применению взрывчатки. Всё оказалось гораздо проще, чем казалось сначала, особенно когда всё готово. В течение часа напрактиковались так, что всё было не увезти. Оставили на следующий раз и вернулись на базу.

Так прошла неделя в текущих хлопотах и подготовке рейда. Разведка улетела.

Как обычно, долетели до Севастополя за два дня. На базе было всё нормально. Отдохнули, переночевали и приступили к облету Крыма, в первую очередь осмотрели Симферополь.

А мы продолжили свои попытки освоения этого нового мира. Наши растения успешно росли, даже проросло что-то из того, что собрали в лесу при первой зимовке, что-то не совсем замёрзло. По-моему, это были сосна, береза и какие-то кустарники. Конечно, экватор не место для них, но пока не было особенной жары, а потом, когда там растают снега и погода придёт в более-менее привычный вид, мы их переселим. Естественно, оставив под строжайшим контролем.

А потом началась целая эпопея с уточнением ситуации и местом каждого в реализации планов. Татьяна сказала, что подготовила предложения по производству биотоплива и потребовала их обсуждения. Для начала она просто напомнила нам о том, что такое биогаз и как он получается:

— Биогаз является продуктом переработки биомассы (органических сельскохозяйственных и бытовых отходов) метановым брожением (без доступа кислорода). В результате получается газ, содержащий от сорока до семидесяти процентов метана, водород, сероводород, углекислый газ и некоторые другие газы. Для начала я предлагаю построить небольшую опытную установку, проверить всё на практике, и все вспомогательные устройства, которые будут использованы совместно с установкой.

Можно будет проверить режимы и эффективность работы установки и возможность использования биогаза. Все данные, технологии, что я привожу и сообщаю, получены из литературы, т. е. предполагается, что они должны работать, они все якобы неоднократно проверены. Но как говорят умные люди, хохол не поверит, пока не помацает. Поэтому прошу запустить строительство такой установки, тем более нам надо куда-то девать отходы.

Установка должна представлять собой что-то типа цистерны от топливозаправщика, или что-то подобное. Это будет биореактор. Биореактор надо закопать под землю, наверное, лучше поместить в какой-нибудь бетонный подвал. Для обслуживания в реакторе надо предусмотреть люк, чтобы через него можно было попасть внутрь. В подвале должна быть возможность регулирования температуры, в частности подогрев, а так же возможность подогрева содержимого самого реактора, можно с применением того же биогаза и контроль состава воздуха, а то кто-нибудь ввалится в помещение и отравится.

Сверху, на поверхности, должен располагаться бункер для приема отходов, этот бункер должен соединяться с реактором ниже уровня жидкости, находящейся в реакторе, и отходы должны попадать на его дно. В нём должна быть предусмотрена система для перемешивания всей массы отходов для равномерного брожения, а также система отвода полученного газа на поверхность, надо обеспечить контроль давления и температуры в реакторе и возможность откачки из него газа. Он должен выходить через водяной затвор, проходить фильтр для удаления серы и поступать на хранение в газгольдер, откуда и будет расходоваться.

Должна быть система сбора отходов брожения, это удобрение, и его мы будем использовать. Она должна располагаться с противоположной стороны от системы загрузки. И, кроме того, должны быть системы по использованию готового газа. Либо мы должны заправлять газовые баллоны, либо обеспечить поступление газа по трубам к газовым плитам, котлам для нагревания воды, двигателям, работающим на газе.

Это оборудование для начала можно расположить рядом с реактором, а после опытной эксплуатации уже располагать на законных местах. Двигатель, как мне кажется, можно использовать для выработки электроэнергии, будет местная газовая электростанция. Ну, это вы и без меня сообразите. Да, и всё оборудование должно быть обеспечено средствами контроля и измерения, как минимум температуры, давления, загазованности воздуха. И предохранительные устройства, клапаны и вентили для сброса или сжигания излишков газа, если они, конечно, будут. У нас пока не должно получиться много газа, мы ещё не имеем так много отходов.

Здесь мы немного посовещались между собой, на первый взгляд задача вполне решаемая. Емкость найдём, закопать сможем, бункер сообразим, как делать. Главное – понятно, что надо делать. А уж сделать сумеем.

— Это то, что касается биогаза, — продолжила Татьяна. — Теперь по биоэтанолу. Я опять опишу весь процесс, чтобы было понятно, что надо. Переработке подвергаются опилки, щепа древесины. Опилки увлажняются. Готовится раствор разбавленной серной кислоты и смешивается с опилками. Опилки помещают в сосуд с крышкой, и всё это нагревается до двухсот – двухсотпятидесяти градусов и выдерживается (варится) семьдесят минут. После этого раствор остужается, доливается водой, перемешивается и отфильтровывается. Готовый фильтрат нейтрализуется мелом, отстаивается несколько часов, на дне будет сульфат кальция, а сверху – раствор глюкозы. Раствор фильтруется от осадка.

Дальше вы всё знаете сами, в раствор глюкозы добавляются дрожжи, получается брага, после того как она выбродит, в ректификационной колонне путём перегонки получают спирт. Это и есть ваше топливо, биоэтанол. Проверяйте на двигателях. Здесь, после того, как я описала весь процесс, вы сами сообразите, что надо для изготовления опытной установки. Нужны установки для измельчения древесины, котёл для проведения гидролиза, кислотоустойчивый, фильтры, трубы, шланги, ректификационная колонна. Ну и серная кислота.

Ну и последнее направление получения биотоплива – это газификация древесины. Что-то подобное делали немцы во время ВОВ для получения синтетического бензина из каменного угля. Примерно то же самое, но из дерева, можно попытаться проделать нам. Здесь много разных вариантов, но суть примерно одна – нагревают древесину, получают синтез-газ, при дальнейших реакциях с катализаторами, так называемая реакция Фишера – Тропша, получается синтетический бензин.

Конечно, вариант с получением синтез-газа мне нравится больше, но я пока не готова к этому, надо ещё поработать с литературой. А к остальному можно приступать.

Надо ли говорить, насколько мы были озадачены, услышав такой развёрнутый план работ. Мы, конечно, ещё долго обсуждали эти предложения, задавали уточняющие вопросы, но всё для нас было ясно и понятно, в плане того, что осталось начать и кончить. Нет, конечно, мы не знали, насколько это всё верно и насколько это работоспособно.

Но идея была понятна. Это было очень хорошее решение для нашей ситуации. Во-первых, мы как на космической станции, использовали всё, что у нас было, все текущие ресурсы. Во-вторых, мы не отравляли наш мир, не загрязняли воду и воздух. И в-третьих, мы могли помочь земле очиститься. Пока всё это было, на мой взгляд, очень даже правильно. Конечно, были, наверно, и другие варианты, но, по-моему, данное предложение пока было более чем приемлемо. И значит, настал следующий этап нашего вживания в этот новый мир.

Сергей уже прикидывал план сооружения и строительства, Николай определялся с необходимой для этого техникой и прикидывал организацию транспортировки отходов до места переработки, Валера задумался над системами контроля и автоматического управления всем процессом. Мне же оставалось готовиться к мародёрке за всем потребным, если не привезти, то хотя бы найти.

Выезд наметили на завтра, поедем с Валерой.

Вечером получили известие, что разведчики осмотрели с воздуха Симферополь, смогли приземлиться, сейчас готовят промежуточную точку. Завтра планируют полететь дальше на север, в сторону Мелитополя.

Нашу с Валерой поездку можно было считать более-менее успешной. Мы нашли какой-то грузовик с цистерной, срезали её болгаркой с шасси и краном перегрузили к себе, привезли материал, кирпич, цемент, трубы. По списку ещё много чего надо было, пока мы ездили, составили полный проект, придётся, конечно, ещё поискать всё необходимое, но лёд тронулся.

Так мы где-то с неделю занимались подготовительными работами к строительству биореактора, запасались стройматериалом, оборудованием, техникой.

Наконец, считая, что всё у нас есть, приступили к строительству и за неделю соорудили биореактор. Он у нас получился, наверное, великоват, у нас пока не было столько отходов от нашего хозяйства, но мы попытались запустить его пока на том, что было.

Перед запуском проверили всю систему на предмет герметичности, Татьяна особенно сильно настаивала на выполнении этого требования. Для этого закачали воду, ничего нигде не текло, вся система была герметична, в том числе и все трубопроводы. Второе обязательное требование – отсутствие воздуха, во всяком случае, его минимальное содержание до выхода реактора на рабочий режим.

Пришлось исхитряться, собирать выхлопные газы, очистить их, убедиться в низком содержании кислорода и этим прокачивать систему, трубопроводы и газгольдер, чтобы избежать образования взрывоопасной смеси.

Татьяна сказала, что несколько недель может уйти на запуск реакции брожения, на создание необходимой атмосферы внутри реактора, и только потом можно будет оценить, что же получилось. К сожалению, у нас не было работающей системы, из которой можно было получить "закваску" для запуска реакции метанового брожения, у нас не было навоза КРС, который мог служить хорошим источником метанообразующих бактерий.

Оставалось надеяться, что всё у нас получится. Татьяна добавляла какие-то ингредиенты, благоприятствующие размножению метановых бактерий, создавала нужную температуру. Занималась этим долго, активно ей помогали Галя с Машей и Ирина. И у них получилось. После нескольких недель беспрерывных экспериментов мы увидели голубое пламя.

Мы получили газ. Да, его было ещё мало, вырабатывался он медленно, но он был. И теперь только вопрос времени и наличия достаточного количества отходов для получения этого газа в больших объёмах.

Этот газ испытали на кухне, в водонагревателях, использовали в качестве топлива для двигателей. Везде всё работало. По крайней мере, один источник горючего, из ничего, мы уже получили. Со всеми этими заботами о запуске и опробованию установки мы даже немного отвлеклись от переживаний за нашу разведку.

Между тем, разведка проходила вполне успешно. Ребята основали промежуточную базу в Симферополе и выработали методику изучения территории. Сначала осуществляли облёт максимальной территории на максимальной высоте, а потом подробно изучали заинтересовавшие их места, вылетая туда на вертолёте. Тем более, на вертолёте стояли дополнительные баки, и дальность получалась до тысячи км. Никого живых пока не обнаружили, жизни тоже, ничего зелёного не было видно. Разведка продолжалась

Глава 12

15.09.00.

После успешного воплощения проекта биогоаз мы все преисполнились такого самоуважения, что решились продолжить наши попытки получения биотоплива. Теперь на очереди было получение синтетического бензина из древесины.

Здесь дело обстояло гораздо сложнее. Пришлось нам вместе с Татьяной заняться изучением литературы и процесса синтеза бензина, попытаться понять, что от нас требуется.

Сама идея поначалу показалась довольно простой и реализуемой. Все мы знали, что очень большая часть потребности немецкой армии в бензине во время ВОВ удовлетворялась за счёт синтетического бензина, для чего в Германии было построено несколько заводов. Суть процесса, упрощённо, заключалась в том, что сначала уголь в результате воздействия температуры, воды, повышенного давления переводили в газ, представляющий смесь водорода и угарного газа, так называемый синтез-газ.

Затем путем химических реакций, с применением катализаторов, переводили в жидкие углеводороды, подвергали эту жидкость перегону и получали бензин (автомобильный и авиационный, соляру, мазут и масла). Опасения вызывало отсутствие угля и использование повышенного давления.

Но потом вспомнили, что раньше в СССР были газогенераторные автомобили. Они оснащались газогенераторной установкой – это устройство располагалось в кузове или между кузовом и кабиной автомобиля, в газогенераторе сжигались дрова, солома, уголь, при этом вырабатывался газ, кстати, тоже синтез-газ, он поступал в двигатель вместо бензина и автомобиль мог ездить, как обычный.

Правда, двигатель терял в мощности, надо было переделывать систему подачи топлива, на одной заправке можно было проехать где-то сто – сто пятьдесят км, но автомобиль ездил на дровах. А газогенераторные установки дело почти знакомое, мы их видели работающими и хорошо представляли весь процесс, да и литература нашлась соответствующая.

Получить синтез-газ мы сумеем, а вот как из него получить бензин, вот тут были сомнения. Нет, что делать, было вроде бы понятно. Те же самые немцы для этого использовали реакцию Фишера-Тропша, которые эту реакцию и открыли. Суть в том, что синтез-газ при давлении от одной до двадцати атмосфер при температуре от двухсот до трёхсот пятидесяти градусов Цельсия пропускался через железный или железно-медный катализатор, и на выходе получались жидкие углеводороды. Дальше тоже всё было понятно, перегонка, и вот он вожделенный бензин.

Понимая, что надо делать, сомнения вызывало, как это сделать. Мы не были специалистами по органическому синтезу и, зная только общее описание процесса, имея отдельные рисунки из книг, нам придётся отрабатывать с нуля всю технологическую цепочку, все режимы реакций, всё необходимое оборудование. Вот это нас пугало и настораживало, осилим ли.

Первоначально мы собирались сделать эту установку не мобильной, имея в виду, что потом всё это придётся, при необходимости, монтировать на грузовике. Хотя, если речь вести о промышленном производстве, ни о какой мобильности не может быть и речи. Тут масштабы должны быть другие. А нам надо пока отработать процесс, оборудование.

В обсуждении конструкции установки, спорах, прошло несколько дней, и тут пришло сообщение, что разведка возвращается.

Рассказывал, как обычно, Саша, на следующий день после прилёта:

— Мы практически осмотрели сверху всю территорию Крыма, долетели даже до Керчи, но следов жизнедеятельности или нахождения людей не видели, хотя были надежды на Керчь. Может, люди ещё прячутся, может, просмотрели, но пока ничего. А потом осматривали территорию вдоль Азовского моря, до Таганрога. Возле Таганрога были заметны какие-то следы техники, не похоже, что старые, но никого не видели.

Организовали несколько промежуточных баз с возможностью заправить технику и приземлиться. Базы в Симферополе, Мелитополе, Мариуполе, Таганроге. Для жука посадку организовали только в Таганроге. Мы практически всё это время провели в воздухе, осматривая землю. Земля ещё не везде освободилась от снега, во многих местах только началось таяние, а вода по ночам превращается в лёд.

Но море уже освобождается ото льда, наверное, уже можно и на корабле плавать. Наземную технику пока использовать рановато, хотя можно и на колёсах, но лучше на самолёте или вертолёте. И дорог пока толком не видно, и мосты разрушены, не все, правда, но трудности с проездом создают.

Думаю, с недельку отдохнём, приведём себя в человеческий вид, пообщаемся с вами, чтобы совсем не одичать, и опять полетим. На этот раз поступим по-другому. Жука оставим в Севастополе, там получается самое безопасное место, а сами на вертолёте полетим в Таганрог. Пока забазируемся там, первоначально попробуем встретиться со сталкерами, Костя говорит, что там есть рядом небольшая компания, они как-то знакомы или знают друг друга, вроде бы стрелять сразу не должны.

А потом займёмся поисками караванов. Да и сталкеры, может быть, расскажут что интересное. Мне кажется, что у нас в этот раз получится. Так что думаю, хорошо бы подготовить хотя бы несколько палаток для приёма новых гостей, — закончил свой рассказ Саша.

Мы ещё пообсуждали полученные результаты, выслушали описания некоторых событий, а потом пошли осматривать, что же мы построили.

Особенное удовольствие все получили от вида зелени. Наши опытные посадки принялись хорошо, всё дружно росло и обещало урожай. Цветы уже зацвели, и после всех этих лет сплошной белизны производили какое-то фантастическое впечатление. Особенно на всех наших молодых, которые уже и не помнили о такой красоте.

Обрадовала всех и установка по биогазу, как реальное подтверждение наших возможностей и правильного направления наших действий.

А потом мы принялись устанавливать палатки, подводить к ним воду и электричество, пытались как-то, в меру своего понимания, обеспечить комфорт внутри.

Работы по переработке древесины пока прекратили, отдавая больше времени общению и совместной работе. Всё-таки мы стали очень близки за это время, и такая длительная разлука сказывалась на нашем самочувствии отрицательно, тем более, что все знали – наши уехали не на курорт, и там возможны любые опасности, как на земле, так и в воздухе во время перелёта или наблюдения.

Мы, конечно, не сидели толпой, все были заняты делами, уходом за посевами, подготовкой к рейду, погрузкой топлива и продуктов, мародёркой, но старались больше времени проводить вместе. И наши новички не оставались в стороне, участвовали в наших беседах, делились своими мыслями о настоящем и будущем, впечатлениями и надеждами. Они медленно, но уверенно врастали в наше общество, становились своими без всяких ограничений и уже не обижались на шутки и подначивания, и сами отвечали, не задумываясь. Хорошие люди к нам присоединились.

Так и прошла вся неделя, выделенная на отдых. Вчера разведка улетела. Настроение после расставания было грустное, все чувствовали себя как-то потерянно, и чтобы взбодриться, мы возобновили работы по получению бензина.

Всю задачу разбили на два этапа. Сначала решили изготовить газогенератор, как наиболее понятную нам часть проекта, а только потом начинать работу по самому синтезу и получению бензина.

Сам генератор, как мы сумели всё это понять, делился на четыре зоны – бункер, куда загружалось сырьё, зона реакции, где сгорала древесина и сопутствующие горению продукты, зона отходов (сборник золы) и зона сбора готового продукта. Вот, исходя из этих соображений, мы и начали делать газогенератор.

В качестве бункера использовали обычную бочку. С одной стороны прикрепили крышку, с другой вместо днища вварили что-то типа усечённого конуса. Затем к вершине усечённого конуса приварили открытый с обоих торцов цилиндр и с другой стороны ещё один усечённый конус. Получилось что-то типа песочных часов, только их середина оказалась смещена к самому началу. Это будет зона реакции. К цилиндру по периметру подвели несколько воздуховодов, обеспечивающих подачу воздуха от внешнего компрессора. Ниже широкой части второго конуса расположили колосниковую решётку и ниже решётки сборник золы.

Всю эту конструкцию поместили внутрь второй бочки, обеспечив зазор между стенками и заварив все щели сверху. Посередине боковой стены наружной бочки вварили патрубок для отвода газа, собирающегося между стенками. Это будет зона сбора готового продукта. Дрова помещались сверху, огонь горел внизу, по мере сгорания дрова перемещались вниз и обеспечивали непрерывное горение, а выделяющийся газ собирался между стенками из-за постоянного оттока воздуха из зоны реакции благодаря внешнему компрессору.

Снаружи подключили последовательно циклон для грубой очистки выходящего синтез-газа, холодильник для его охлаждения, автомобильный воздушный фильтр для тонкой очистки и компрессор, чтобы откачивать газ из газогенератора. И вот, собственно, весь газогенератор готов. Добавили несколько измерительных приборов, чтобы контролировать температуру газа, температуру в зоне реакции, подачу воздуха, количество откачиваемого газа. Всё это мы успели сделать за один день.

После этого приступили к подготовке топлива. Для эффективного применения в газогенераторе используются дрова (чурочки) определённого размера, длина сорок-семьдесят мм, толщина и ширина тридцать – шестьдесят мм, и определённой влажности. Что касается влажности, то чурочки должны подсушиваться по мере опускания вниз при сгорании нижних слоёв выделяющимся и поднимающимся вверх теплом. А вот дрова надо пилить.

Наконец заполнили весь бункер дровами, разожгли огонь, процесс пошёл. Для начала попробовали поджечь выходящий газ. Горит! Потом для эксперимента подключили какой-то двигатель, то ли сенокосилку, то ли квадрик. И двигатель ЗАРАБОТАЛ!!!

Нас всех охватил неописуемый восторг, мы закричали, заорали, начались какие-то шаманские пляски вокруг двигателя. Со всех сторон сразу прибежали остальные, которые увидели это массовое безумие, но как только узнавали, по какому поводу всё это происходит, то немедленно включались сами во всё это.

Наконец, все немного успокоились и стали более-менее здраво рассуждать. То, что у нас получилось и сразу заработало наше устройство, это большая удача. Мы заимели как минимум ещё один источник энергии, не такой хороший, как нефть или газ, но он у нас есть, и получить его оказалось довольно просто. И это опять укрепляло в нас надежду на успех.

На этом решили пока остановиться. Нет, работу по возможности получения синтетического бензина прекращать не будем, но тут надо будет ещё очень хорошо подумать. Очень уж сложная технология получается, причём ориентированная не на самый лучший продукт. А это уже неправильно. Ведь кроме бензина есть и другие виды горючего. Ведь в чём достоинство бензина? Удобство применения, хранения, транспортирования. У бензина высокая теплота сгорания, что обеспечивает хорошую производительность двигателя. Но ведь газ, тот же метан, даёт ненамного меньшую теплоту сгорания. Но исторически первым был бензин.

Хотя если быть абсолютно точным, первым был спирт и эфир. Вот и получается, что все становятся заложниками привычки, тем более, что вся инфраструктура ориентирована на использование бензина. А перед нами нет такой необходимости. Вот поэтому и надо это очень хорошо обдумать, а стоит ли тратить столько сил, когда того же результата можно добиться меньшими усилиями.

Были в своё время сообщения, что прекрасно работал скипидар вместо бензина, а скипидар получить гораздо проще, чем бензин. Да и метан, он же природный газ, уже работал достаточно широко в двигателях. А синтез газа позволяет получить метан гораздо проще, чем бензин. Да ещё и спирт остаётся. Так что будем думать.

А пока определили Татьяне задачу оптимизировать процесс получение синтез-газа. Ведь процент выхода должен сильно зависеть от режимов сжигания, скорости и объёмов поступления воздуха, вида и качества используемого топлива, конструкции самого газогенератора, да и ещё от много каких факторов, в настоящее время нам даже неизвестных.

Выделили ей в помощь восходящую звезду механики Максима, построили им сарай, назвали его лабораторией и определили задачу оптимизации процесса получения и применения синтез-газа. А чтобы всё это было не так просто, приспособили двигатель крутить генератор, получили газовый электрогенератор. Основной задачей пока и поставили именно это – разработку и оптимизацию установки по получению электроэнергии, используя синтез-газ.

Тут в очередной раз с нами связался Саша и сообщил, что они добрались до Таганрога, на базе всё нормально, у них тоже, собираются завтра искать сталкеров. А нам оставалось только ждать.

Пока занимался текущими делами, в хозяйстве всегда дела есть, не давали покоя мысли о проделанной работе. Биогаз получили, синтез-газ получили. Но всё это газ, причем совершенно разный. Правда, из синтез-газа можно получить и метан, но дело в том, что эти виды топлива уступают бензину. В своё время меня очень агитировали переоборудовать мою газель на газ, и тогда мне пришлось довольно подробно разбираться с использованием газа в качестве моторного топлива. И сейчас, вспоминая обстоятельства той истории, у меня начали всплывать вопросы по использованию газа.

И метан, и синтез-газ, а это смесь метана, угарного газа и водорода, газы ядовитые, а метан вдобавок образует и взрывоопасную смесь. Сколько шахтёров погибло от взрыва метана. Так что применение их на автомобиле создаёт дополнительный источник, как минимум, возможных неприятностей. А это неправильно, изначально закладывать неприятности. Хотя газ успешно применялся в качестве замены бензина.

По эффективности применения оба этих газа уступают бензину, машина теряет в мощности, скорости, динамике. Из-за этого расход больше, и падает дальность поездки, а если увеличить емкость баллонов или их количество, то уменьшается грузоподъёмность. Кроме того, метан можно хранить только в сжатом виде, под давлением около 200 атмосфер. А это уже бомба. Пропан бутан сжижается при небольшом давлении при нормальной температуре, а чтобы получить сжиженный метан, нужна температура минус 160?С. И как такой баллон возить, тем более на экваторе?

Использовать в домашнем хозяйстве, конечно, необходимо, с газом куда лучше, чем без него. Использовать его надо и на кухне, и для отопления. И на стационарных двигателях, для выработки электроэнергии. А куда девать электроэнергию? Значит, либо аккумуляторы заряжать и штабелями складывать, либо строить рекуперационную ГЭС, когда есть излишек электроэнергии, закачивать воду в резервное водохранилище на значительную высоту, а при нехватке электроэнергии сбрасывать воду через гидротурбину и получать дополнительно электроэнергию. Правда, при этом большие потери при передаче и преобразовании электроэнергии, но хоть какой-то выход.

Поделился своими мыслями с Валерой и Николаем, услышал только от Николая:

— Ну, ни хрена себе. Теперь ГЭС будем строить.

Правда, не понял, чего больше было в голосе – удивления от моей наглости, или гордости от возможности решить очередную проблему. Оставил мужиков переварить новость про электричество, а сам как – то успокоился и отвлёкся. Не всё у меня одного голова болеть будет.

Значит, из того, что мы можем, остаётся только спирт, т. е. этанол, или биоэтанол. Получить его можно из той же самой целлюлозы, И процесс получения будет проще, чем получение жидких углеводородов из газа и их последующая перегонка. Правда, всё равно, остаётся вопрос об эквивалентности замены. В любом случае, бензин более эффективен в качестве моторного топлива, чем спирт, Но, во всяком случае, спирт по использованию проще, чем газ.

Тут я как раз добрался до Гали с Татьяной и задал им подспудно возникший у меня вопрос:

— Если первым идёт метиловый спирт, метанол, потом этиловый, этанол, и по своим свойствам этанол лучше подходит в качестве моторного топлива, чем метанол, то, может быть, следующий спирт будет лучше подходить в качестве моторного топлива, чем этанол? Какой там по порядку следующий? Бутиловый? Изопропиловый? Вы посмотрите, проясните мне неграмотному, что к чему.

И всё равно, меня никак не отпускала мысль, что нам придётся использовать какой-то гибридный вариант. Ну не получалось в моём представлении применение только одного моторного топлива. Нет сейчас у нас, с нашими силами, такой возможности. А использование электроэнергии позволит избежать многих проблем с механической обработкой и точным машиностроением.

Это сколько нужно людей и специалистов, чтобы крутился такой гигант как автомобильный завод. А для производства электромотора надо сил поменьше, да и уровень производства должен быть другой. Я не специалист в этих делах, но интуитивно, как человек, неоднократно сталкивающийся с техническими проблемами, чувствовал, что путь приоритетного использования электричества для нас сейчас более привлекателен.

Я почувствовал, что начал путаться и повторяться. Что сначала, что потом? Газ спирт, электричество, всё перепуталось, и ответ от меня ускользал. Надо было как-то отвлечься от этого, и тут как раз вышел на связь Саша:

— Батя, мы нашли сталкеров, — сказал он. Их двенадцать человек, шестеро взрослых, шестеро детей, дети в возрасте от десяти до четырнадцати лет. Они согласились прилететь и посмотреть, как мы живём, но прилетят только четверо взрослых, в заложниках от нас остаются Соня, Виктор, они согласились добровольно. Сталкеры подсказали, где должен пройти караван, во всяком случае, где проходил обычно. Мы подождём пару дней в засаде, даже если никого не будет, потом полетим домой показывать своё хозяйство сталкерам. Вы попробуйте подготовить три отдельных домика – палатки, двое взрослых, двое детей, а общую палатку пока не трогайте, кто будет в караване, неизвестно. Так что мы посидим дня два-три в засаде, потом полетим, ждите нас через пять дней. Свяжемся.

Это сообщение буквально перевернуло всё в нашей налаженной и размеренной жизни. Как же, возможно, к нам присоединяться новые люди. Мы срочно все собрались, и определили порядок работ. Первоначально мы стали ставить и облагораживать палатки. Электроэнергия, вода в каждой палатке, удобства, душ отдельно, для нескольких палаток, но на каждую палатку своё отделение.

Количество мест везде увеличили – в столовой, в школе, проверили, что сможем новеньких угостить свежей зеленью, хоть понемногу, но всем достанется.

В таких заботах мы готовились к встрече новых людей.

С нами опять связался Саша. Он сказал, что они освободили караван, восемь человек, из них шестеро детей. Даже сталкеры летят, посмотрели, что мы не обижаем детей, посмотрели, что освободили рабов, и решили лететь все. Скорее всего, испугались мести бандитов, вдруг они решат, что это сталкеры уничтожили караван. Так что, ждите нас через три дня.

И вот они прилетели. Естественно, мы встречали их все. С тревогой осматривали знакомые лица, все ли в порядке, с любопытством, надеждой всматривались в новые. Что это за люди, сможем ли мы с ними установить дружеские отношения, станут ли они для нас членами нашей коммуны? Вид у всех был изнурённый, сказывались трудные времена, борьба за выживание, сами были такими же, когда сюда добрались.

Игорь сразу же предупредил, что все разговоры потом, сначала мыться и переодеваться в новую одежду, всю старую одежду в стирку, если ещё можно носить, и на санобработку. После бани всех на медосмотр. Сразу же показали подготовленные им места для ночлега, предложили выбирать самостоятельно.

Игорь закончил обследование по времени то ли к позднему обеду, то ли к раннему ужину. В общем-то, неважно, все собрались вместе за столом, и началась неспешная беседа-знакомство.

История у них оказалось похожей на историю Кости, когда начались морозы, смогли приспособить заброшенную выработку, так и жили все время в ней, занимаясь заготовкой топлива и еды. Все они оказались знакомыми, росли вместе, потом разъехались кто куда, да вот случайно встретились, каждый приехал навестить родственников, а тут катастрофа. Мужики возраста сорока двух-сорока пяти лет, Петр, Иван, Семён. Пётр и Иван по профессии моряки, механик и штурман, Семён строитель, водитель, тракторист и вообще может управлять всеми видами транспорта, что ездит, и любой строительной техникой. Жёны их, Зоя – учительница физики, Вера – медсестра, и Ольга – менеджер кого-то учреждения. У каждого по два ребёнка, двенадцати – четырнадцати лет.

В отбитом караване было шестеро детей в возрасте тоже двенадцать – четырнадцать лет, и две сопровождающих их девушки лет по двадцать пять, Лика и Нина. Их хотели обменять на какую-то, по бандитским понятиям, нужную вещь. Да Саша с этим не согласился, и сделка не состоялась.

Что-то про нас новенькие знали. Что-то им рассказал Костя. Что-то рассказал Саша. Они с ними сами немного пообщались за это время, так что первое впечатление у них уже было.

Мы не пытались узнать у новеньких что-то тайное или личное, надо будет, сами расскажут, когда придёт время. Не расспрашивали про то, как выживали, сами всё знаем. Пока мы больше рассказывали про себя, вспоминали и представляли себе будущее, как пережили катастрофу, откуда и как сюда пришли, что видели, что сделали, и что хотим сделать. И не скрывали, что нуждаемся в помощниках, и рады были бы видеть всех наших новых знакомых в их числе.

Особенно обратили внимание, что всё это сугубо добровольно, заставлять никто никого не будет, но и жалеть и вытирать сопли потом тоже. Колхоз – дело добровольное. Сказали, что детей будем учить, школа есть, а специалистов приглашаем, если есть желание, продолжить учить детей. А можно заняться чем-то другим. Но в любом случае каждому придётся в школе поучить других тому, что знает сам, особенно в части практических знаний и умений.

Игорь сказал, что в основном со здоровьем у гостей всё в порядке, но надо пройти общеукрепляющий курс. Всем. И это не обсуждается.

С принятием решения гостей никто не торопил, пусть осматриваются, когда увидят наши посадки, совсем по-другому всё будут воспринимать. Надо было видеть их глаза, когда они поняли, что на столе лежат свежие овощи, свободно, для всех.

Так, в разговорах прошёл весь вечер. Немного выпили, под хорошую закуску да с возвращением. Но сидели недолго. Разместили наших гостей по местам и пошли сами спать. Все и так перенервничали, всё остальное потом.

С утра все встретились за завтраком, решили приступить к строительству домика для детишек из отбитого каравана. Строить будем все, пригласили поучаствовать и новичков. Сообщили, что если останутся, также и им построят по домику. Поселить решили детишек всех вместе, в одном доме, каждому выделить по отдельной комнате, в доме также решили поселить новых девушек. Дом будем делать со всеми удобствами, по возможности большим с просторными учебными и игровыми комнатами, спортзалом, и со спортивной площадкой на улице.

Пока мы сидели и планировали дом, наши женщины провели гостей по базе, показали посевы, птичник, биореактор и газогенератор, нашу технику, особенно электро- для перемещения по базе, школу, больницу, аэродром, в общем, заняло это всё полдня, как раз до обеда. После обеда мы и решили начать стройку. Тем более, примерный проект был готов, и будущие жильцы его одобрили.

И этот дом совместными усилиями удалось построить за десять дней. Всем он понравился, особенно детишкам, никогда ещё не имевшим таких условий.

А тут пришло время для следующего рейда. Видя, что мы собираем разведку, новенькие подошли все вместе, с женщинами и детьми, и попросили нас принять к себе. Мы, конечно, согласились, напомнили только об обязательном выполнении наших сложившихся правил и попросили, что если будут какие-то трудности, неувязки, непонимание, не таить ничего и сразу говорить обо всём, что непонятно.

Мы не хотим создавать нездоровую взрывоопасную атмосферу. И напомнили, что если и придётся вдруг расставаться, вернём туда, где взяли. Они согласились и попросили закрепить за ними работу в соответствии со специальностью. Это совпадало и с нашими интересами, поэтому решили, что в ближайшее время выберемся в Массауа и попробуем подобрать какое-нибудь подходящее судно, пора начинать присматривать за тем, что творится в море, а завтра начнём строительство трёх новых домов. Пусть готовят проект, за основу надо брать существующий.

Петр, кстати, рассказал нам, что у бандитов ситуация значительно ухудшилась, и они усиленно начинают избавляться от рабов. Продукты кончаются, а те, что есть, начинают портиться. Кормить людей становится нечем. Поэтому сейчас достаточно просто можно купить рабов за продукты и топливо. Саша всё это воспринял и начал подумывать об операции выкупа.

Дома мы закончили строить за две недели, правда, пришлось несколько раз съездить на мародёрку за стройматериалом, но все оказались очень довольны. После этого поехали в Массауа, в порт, присмотреть кораблик.

Облазили почти всё побережье, но, в конце концов, нашли на берегу катерок, или это какой-то рыбацкий баркас, траулер, в общем, неважно, он нам подошел, вдвоём для начала с ним можно справиться, а там видно будет, нужно ли нам большое или быстроходное судно. Дали ему позывной Макрель, он оказался почти в полном порядке, конечно, пришлось повозиться, прежде чем спустили на воду и запустили двигатель, но обшивка целая, воду не пропускает. Установили хорошую рацию и наладили связь с базой, организовали место для стоянки. Затратили на это всё три дня, после этого решили, что можно вернуться к своим делам и доверили всё остальное мореманам.

Глава 13

21.10.00.

Море нас интересовало в первую очередь потому, что там могли выжить какие-то обитатели, всё это надо было проверить. Да и температуру воды надо было начинать контролировать, всё-таки моря оказывают определяющее влияние на климат. Были у нас водоросли в аквариуме и несколько рыбок, может, удастся запустить их в море или в реки. Не сразу же, конечно, тут ещё очень много с этим придётся повозиться, но с чего-то начинать надо. Хотя бы определиться со своими желаниями.

Разведка улетела.

Мы потихоньку привыкали друг к другу с новыми обитателями нашей базы. Конфликтов не было, все вместе дружно работали и помогали друг другу. Полностью заработала школа. Учить пришлось не только самых маленьких, но и некоторых взрослых, за время катастрофы этим никто не занимался, так что у многих, если были, то только основы, умели читать и писать. Никто этого не стеснялся и не упрекал других, а наоборот, оказывал любую помощь. Так что дело потихоньку налаживалось.

Макрель несколько раз выходила в море, ничего живого не видели, на островах нашли несколько удобных мелких бухт, которые можно будет в дальнейшем использовать в качестве питомников. Но мы пока к этому были не готовы. Но исследование моря продолжали, хотя бы раз в два-три дня, но Макрель выходила на разведку.

Интерес на первых порах представляли ближние острова. Может быть, придётся найти какую-нибудь бухту и постоянно её первое время контролировать, а потом заняться разведением в ней каких-нибудь водорослей.

Продолжали и мародёрку, правда, теперь приходилось ехать в Асмэру, но лишь бы было чего взять, мы съездим.

Но мне не давала покоя мысль о топливе. Провели ещё раз совместное обсуждение, вспомнили всё, что встречалось раньше по этому поводу, проработали имеющуюся литературу, и у нас сложилось мнение, что спирт может заменить бензин в качестве моторного топлива, и он гораздо удобней, чем газ. Для использования спирта придётся увеличивать бензобак, расход спирта выше, придется повышать степень сжатия двигателя, октановое число спирта выше, и он не склонен к детонации.

Придётся перенастроить карбюратор. И надо иметь в виду, что при минусе будут трудности с запуском, спирт плохо испаряется при отрицательных температурах. Кроме того, спирт гигроскопичен, очень хорошо впитывает воду, что может представлять серьёзную проблему. Проблемы, конечно, есть, но они решаемые, во всяком случае, на первый взгляд.

Основной проблемой было получение спирта. Технологию нам Татьяна расписала, вот только с её реализацией возникали проблемы. Сначала надо было найти способ получения достаточного количества серной кислоты, потом найти и сделать кислотостойкое оборудование, и только потом можно было приниматься за получение спирта. Нет, какое-то небольшое количество кислоты у нас было, для аккумуляторов, но этого мало.

— В конце концов, проблемы будем решать по мере их поступления, — сказала Татьяна, — и предложила для начала на том, что есть, попытаться лабораторным способом получить спирт из древесины.

На этом и остановились, но я всё равно всех озадачил на предмет гибридной силовой установки и попросил обдумать эту мысль со всех сторон, вплоть до изготовления мотор-колеса, генераторов, аккумуляторов и систем управления, материалов и оборудования.

А сами стали готовиться в очередную мародёрку в Асмэру, искать оборудование и кислоту. Решили посетить местный университет, поехал Володя, как научный консультант, и мореманы. По полученным данным в Асмэрэ должна быть нефтепереработка и что-то из химической промышленности. Вот этим мы и хотели поинтересоваться.

В университете нашли лабораторное оборудование и кое-какие химреактивы и поехали искать по окраинам что-то похожее на производство. Что-то похожее и нашли, взяли какие-то стеклянные ёмкости большого размера, какие-то измерительные приборы, химикаты, колонны и трубы из нержавейки, всё, что было подходящим, по нашим представлениям, для производства спирта.

Не забывали осматривать и любые склады и магазины, нам нужны были и продукты.

Вернулись уже в темноте, разгрузку и осмотр оставили на утро.

С утра навалились другие дела. Собрали урожай, получилось вполне хорошо, семена не погибли, даже увеличили их запас, и появилась возможность пустить часть овощей на питание. Из овощей уродилась картошка, свёкла, помидоры и огурцы. Их можно было выращивать в этом климате, во всяком случае, пока.

Хорошо росли все декоративные растения, цветы, кустарники, смородина, крыжовник. Ничего нельзя пока было сказать про деревья, но они потихоньку росли, и была надежда, что вырастут успешно. Росли зерновые, рожь, пшеница, ячмень. Семена мы взяли в отравившейся деревне возле нашего дома. Короче, наши агрономы, проделали просто замечательную работу. У нас появился нормальный урожай, выросший в естественных условиях.

Правда, не хватало данных о климате, не считая, конечно, исторических данных до катастрофы, но даже то, что мы получили, позволяло нам организовать большие площади для посева на следующий год. Наши курочки тоже росли, их уже было два десятка, и мы пока рассчитывали только наращивать их численность. Пчёлы тоже уже летали, собрали первый урожай мёда. Так что наш оптимизм значительно укрепился.

А затем очень порадовали Валера с Максимом. Максим после отладки первых скутеров и квадров очень серьёзно заинтересовался этой техникой, ему помогали в её освоении по мере сил и возможностей Валера и Николай, вот с их помощью он сумел самостоятельно переделать несколько скутеров и квадров на гибридный вариант. Правда, применялись они только для перемещения в пределах базы, но у каждого из нас был свой закреплённый электротранспорт, и он был принят всеми с большим одобрением.

Как говорится, инициатива наказуема, раз ты это сделал, то делай дальше, и больше, больше. Так и поручили Максиму увеличить количество электротранспорта. Заготовки, бензиновые скутеры и квадры пообещали ему привозить с мародёрки при первой возможности.

Озадачила нас Галя. Она, конечно, была рада тому, что мы привезли из университета Асмэры, но опять завела разговор о командировке в Пущино. Ей нужно было для успешной дальнейшей работы с растениями и бактериями оборудование из её лаборатории и книги из институтской библиотеки. Да и семена там остались. И можно было посмотреть что-то из зимовавшего семенного фонда. Была надежда, что часть из них сможет ожить при соответствующем обращении. Ведь оживали семена, пролежавшие сотни лет в мерзлоте. Её в этом также настойчиво поддержал Володя.

Пришлось пообещать в ближайшее время, после возвращения жука, заняться этой проблемой. Только я заранее попросил их определиться с весом того, что они хотели бы привести. От этого зависело, на чём лететь и сколько топлива надо припасать. Да и число промежуточных аэродромов.

Игорь тоже не остался в стороне, внёс свою лепту, правда, чрезвычайно приятную. Он потребовал обеспечения родильного отделения всем необходимым для ухода за новорождёнными. Ну, это я и сам знал, как-никак в ближайшее время Маша и Галина должны были рожать. Да и остальные наши женщины не собирались далеко от них отставать. И все были этому только рады.

Поэтому на завтра запланировали две мародёрки, мореманы будут возить топливо на заправщиках, а мы с Игорем и Володей на двух грузовиках посетим сначала госпиталь в Масауа, а если что-то не найдем, то будем собираться в Асмэру.

Госпиталь оправдал наши ожидания. Мы смогли набрать много необходимого имущества для оснащения нашего родильного отделения. Игорь нас не жалел, брал всё, что могло пригодиться, а с ним никто и не спорил, все были согласны. Правда, оставался ещё вопрос обеспечения всякими памперсами, но это можно было посмотреть и в городе, да, в конце концов, можно вернуться к старым добрым пелёнкам, как нас растили, без памперсов.

Но зато набрали много перевязочного материала и пелёнок, как одноразовых, так и обычных, оборудования для помощи новорождённым, правда, с ним надо было ещё повозиться и проверить его работоспособность, но время для этого ещё было. По ходу дела Игорь высказал предложение немного переоборудовать больницу, ввиду приближающихся массовых родов, сделать отдельное родильное отделение.

Также приготовить отдельно помещение при больнице для детей грудного возраста, а может быть, и несколько помещений, для детей разного возраста, чтобы они были всегда, как минимум, под наблюдением и присмотром медсестры, если или когда матери надо будет отлучиться. А этого исключать нельзя, все рабочие руки были у нас наперечёт. Это мы решили сделать завтра, не откладывая дело в долгий ящик. Пришлось ещё поискать всё необходимое для оборудования детских комнат – игрушки, ковры, детскую мебель. Не всё, но на первое время нашли, остальное будем добирать при любой мародёрке как предметы постоянной потребности.

Наша добыча была встречена на базе с ликованием, особенно женщинами. И то, что завтра начинаем оборудовать детские ясли и детский сад, вызвало ещё большую радость.

Прошло десять дней с момента отлёта разведки, и тут Саша сообщает, что они возвращаются, освободили ещё один караван, шестеро взрослых, из них четверо женщин, шестеро детей, ждать разведку надо через три дня.

Поднялась уже немного привычная суета по подготовке встречи новичков. В этот раз ничего нового строить не надо было, хватало мест и так. А всё остальное решится по мере знакомства с новичками.

И вот приземляется жук, выходят наши разведчики, за ними утомлённые и истощённые новички, все выглядят растерянно, настороженно озираются в ожидании неприятностей. Особенно напряжены дети. Но, увидев вокруг большое число детей, спокойно бегающих вокруг взрослых, немного успокаиваются, хотя и остаются настороженными. По установившемуся порядку новичков отправили в баню и на медосмотр, и потом совместный ужин.

По Сашиному рассказу, они обнаружили караван с воздуха, подлетели на вертолёте, охрана, четыре конвоира, сразу открыли огонь, видимо уже были проинструктированы о возможном нападении, но были уничтожены. Все освобождённые, бывшие рабы, согласились лететь к нам, никто не захотел оставаться. По их рассказам, в шахтах всё стало ещё хуже, чем было раньше. И среди рабов, особенно детей, неизвестно откуда, стала распространяться вера в неизвестных, которые появляются из ниоткуда и уводят всех к новой, хорошей жизни.

Дети в возрасте десяти – двенадцати лет, женщины тридцать – тридцать пять лет, мужчины около пятидесяти. По профессии есть инженер электронщик, инженер механик, среди женщин два менеджера, бухгалтер и экономист. Вот такие люди попали к нам.

По привычному для нас сценарию не было каких-либо расспросов, обычная, застольная беседа, новички прислушивались, если хотели, задавали вопросы и принимали участие. Им пока предоставляли выбор, хотя можно было сразу сказать, что никто никуда не будет отсюда уходить. Мы пока решали о порядке расселения новеньких, сколько надо будет домов, и каких, когда начинать строить, для детей надо строить ещё один такой же дом, кого из взрослых поселить с ними, кому строить отдельный дом или опять что-то типа малосемейки или гостинки.

Заодно, пользуясь моментом, озадачил Сашу новой дальней разведкой. Тем более, что рабовладельцы стали очень настороженно себя вести, надо сделать паузу. Выполняя обещание, данное Галине, озвучил её желание попасть в Пущино, в институт. Кстати, судя по тому списку, что подготовили Володя с Галей, груза там будет тонны три, как раз на загрузку жука. Так что сначала придётся на большой птице пролететь и найти промежуточные посадочные площадки, и потом уж лететь на жуке. Но это мы будем прорабатывать попозже, не сейчас. Сейчас отдых и знакомство.

Как уже стало привычным, с утра экскурсия, правда, урожай уже собран и нет такого впечатления от полей, но всё равно общее впечатление не сильно отличалось от состояния обалдения. И проведение углублённого медосмотра.

Нас сейчас стало пятьдесят один человек, из них двадцать детей. Надо было немного притереться друг к другу, пообвыкнуть, новичкам принять наши цели, задачи, образ жизни и поведения. А то при слишком быстром росте численности могли возникнуть разные трения, не хотелось бы терять всё, что нажито непосильным трудом. Поэтому такая дальняя экспедиция была вдвойне полезна, она давала время на привыкание друг к другу и показывала наши цели и ценности.

Да и повторно необходимо было провести ревизию наших возможностей по обеспечению всех питанием и прочими благами нормальной жизни, спланировать необходимые посевы на будущее с учётом дальнейшего роста. И производственную базу надо было готовить, и обеспечивать всех постоянной работой.

Задач становилось всё больше и больше, и останавливаться нельзя было ни в коем случае.

Татьяна с Максимом отработали процесс получения синтез-газа. Процесс уже шёл непрерывно, на синтез-газе работал мощный генератор и обеспечивал электроэнергией до половины нашей существующей потребности. Старый двигатель разобрали и посмотрели, как сказался на двигателе переход на новое топливо. Никаких повреждений и дополнительного износа не обнаружили. Это только подтверждало, что мы всё делаем правильно.

Татьяна также сумела в лаборатории получить этанол, теперь занималась отработкой режимов и технологии и совместно с Николаем готовили первую опытно-промышленную установку.

Обучение в школе носило прикладной характер. Хотя, говорить о каком-то приоритете было преждевременно, всё ещё только начиналось. Были, как в советское время, уроки труда и начальной военной подготовки. Ребятишек постарше учили навыкам работы на станках, обращению с оборудованием, умению работать с инструментом, кройке и шитью, кулинарии, и т. д. Сейчас никто к тебе по вызову не придёт и за тебя не решит твои проблемы, не даст тебе одежды и не накормит. Во всяком случае, каждый мог починить свой скутер и обслужить себя. И все освоили стрелковое оружие, каждый должен был при необходимости иметь возможность защитить себя и своих близких. У всех это встречало понимание, все представляли себе, что такое выживание.

Дополнительно это вылилось в то, что расширился ассортимент мародёрки. Теперь искали станки и машины, материалы для работ, оборудование. Каждый день две-три машины уходили за добычей, причём приходилось расширять район поисков, искать новые места, где можно было рассчитывать на новые ништяки.

Одновременно пытались расширить свою производственную базу. Пока всё сводилось к установке новых станков, но мы начинали проработку возможности внедрения у себя новых для нас технологий. Готовились к производству печатных плат и простых электронных блоков, типа зарядных устройств, и всего, что с этим связано. Да и много каких вопросов возникало, по тому же электроснабжению и распределению электроэнергии.

Но это были задачи текущие, которые никогда не кончались, и они вытекали из наших основных целей. А сейчас основная цель была обеспечить доступный, возобновляемый источник энергии, топлива. И надо сказать, это нашло полное понимание и поддержку у всех новеньких, особенно яростными сторонниками наших усилий были дети.

Для них всё происходящее представлялось настоящей сказкой после пребывания в адских условиях шахт. И на этой совместной работе и общении, с ясными и понятными целями, без всякого принуждения со стороны люди потихоньку начинали оттаивать душой, и им становился ближе и понятней наш образ жизни, и они готовы были принять его.

Вот поэтому и я, и Саша, да и остальные наши старожилы, считали дальний рейд в Пущино необходимым, как пример работы на поставленные цели и перспективы. Поэтому и занимались мы им тщательно, не скрывая ничего ни от кого, и все были в курсе происходящего.

Мы с Сашей пока маршрут определяли примерно так – Каир – Севастополь – Таганрог – Воронеж – Пущино. Хотя могло получиться и сразу от нас до Таганрога и затем Пущино. Вернее, не само Пущино, а аэродром в Большом Грызлове, есть там рядом такой населённый пункт в пяти км от Пущино. До Пущино придётся ещё как-то добираться. Возможно, придётся с собой везти Уазик, или на месте реанимировать какой-нибудь автомобиль.

Может быть, в Воронеж не придётся садиться, любая посадка в сегодняшних условиях, тем более на снег, это лотерея. Тогда придётся везти топливо с собой. Хотя всё это должно определиться во время разведывательного полёта большой птицы. Лететь предполагали всей разведгруппой, но в Таганроге предполагали разделиться.

Во-первых, для организации промежуточного пункта связи, и во-вторых, я просил вывезти библиотеку авиазавода. Пока большая птица летает, оставшиеся смогут подготовить книги из библиотеки к эвакуации. Да и по городу нужно будет пройти, нужны были учебники и прочие школьные принадлежности. Русские, не эфиопские.

В принципе, можно было лететь напрямую из Таганрога, даже у жука хватало запасов топлива на полёт туда и обратно без заправки, но меня смущал Воронеж с его авиазаводом. Но это было не приоритетной целью и оставалось на Сашино усмотрение.

Глава 14

24.11.00.

На всю предварительную разведку планировали затратить неделю.

Судя по сеансам связи, маршрут получался Каир – Таганрог – Пущино. Как научный консультант полетел Володя, Галину никто не пустил, ей уже скоро было рожать. Для перемещения на земле были взяты четыре квадра. В Таганроге остался Костя с ребятами, а остальные полетели дальше.

А мы продолжали свою текущую работу. Мы полностью, по заверениям Игоря, были готовы к рождению наших новых жителей.

С учетом полученных в этом году результатов готовили на следующий год больше полей под посевы. Для начала просто разметили необходимые площади и определились с поливом, проложили трубы, чтобы обеспечить поля водой из речки. На всё хватало и семян, и воды.

Николай проектировал новые производственные площади на основе имеющегося оборудования в гараже, причём с целью использования их и в процессе обучения. Располагал станки, прокладывал линии электроснабжения. Ему приходилось постоянно выезжать для осмотра того оборудования, которое находили мародёры. И часть этого оборудования приходилось демонтировать и перевозить к себе. По нашим задумкам, должен был получиться мощный опытно-экспериментальный цех со всеми доступными нам сейчас технологиями. И с возможностью обучения школьников хотя бы азам работы на таком оборудовании.

Мы уже начинали ощущать необходимость экономить электроэнергию, солярка, бензин в первую очередь использовалась для мародёрки.

Валера приступил к разработке ветрогенератора и аккумуляторной. Это должно было помочь, тем более был положительный опыт. Также он организовал силами наших учеников небольшое производство самодельных обогревателей, ночью бывало прохладно, детишки мёрзли. Вёл подготовку проекта по созданию небольшого производства печатных плат для наших потребностей в недалёком будущем. Организовал склад, где собирал любую доступную электронику, организовал склад радиоэлементов, а также собирал любое оборудование, пригодное для организации сборочного производства электроники и электротехники.

Конечно, эти работы выполнялись ими не в одиночку, им активно помогали наши новые спецы, Дмитрий, инженер-механик и Юрий, инженер электронщик. Но всё в основном пока замыкалось на них. Естественно, в качестве практики к самым различным работам привлекались школьники.

Закончили компьютеризацию всей базы. Проложили линии связи, организовали несколько серверов, так что какое-то подобие сети появилось, во всяком случае, часть технической литературы, что была в электронном виде, можно было получить по сети. Компьютеры поставили каждому. Пока техника работает, её надо использовать.

Продолжались работы по переводу нужной литературы из электронного вида на бумагу. Своеобразный страховой фонд, когда компьютеры умрут, должно остаться хоть что-то. Повторить компьютер мы даже и не мечтали.

В конце недели пришло сообщение от большой птицы, что они летят домой.

Через день большая птица была дома.

Рассказ Саши, Володи и Кости за совместным ужином слушали с огромным интересом. Начал Саша:

— Из Каира мы сразу полетели в Таганрог, там всё было в порядке, никто не появлялся, не хулиганил. Переночевали, оставили Костю с ребятами на хозяйстве, для связи, оставили им два квадра, заправились под пробку и полетели напрямую в Пущино. Если до Таганрога снега мало, отдельные участки, то где-то за Харьковом сплошь снег. Вернее не снег, а как нам удалось рассмотреть, лёд. Под солнцем летом всё таяло, а потом похолодало, и везде один лёд. Летели высоко, но не видели ни следов техники, ни дыма. Может быть, слишком высоко забрались? Но всё снимали на видео, потом можно будет посмотреть. Несколько раз специально снижались для более подробного осмотра, в частности, осмотрели Воронеж. Не знаю, где там авиазавод, но сесть там, по словам Михаила, можно. Мы не стали, а полетели сразу в Пущино, правда, осмотрели ещё Тулу. Там тоже есть шахты, и там склады госрезерва, должны были быть выжившие люди. Следов не видели.

В Пущино, по градуснику, за бортом было минус десять градусов Цельсия. Хорошо, что прихватили тёплую одежду. Аэродром оказался свободен, не загромождён техникой, ВПП чистая. Пару раз Михаил прошёл над полосой, сказал, что по виду сплошной лёд, но сесть можно, длина полосы и её состояние позволяет. И взлететь тоже. И начал пытаться сесть. Садился как на льдину. Сначала просто касался колёсами полосы и опять отрывался, и так несколько раз. Говорит, что самолёт не проваливается, значит, снега нет, один лёд. Потом стал садиться и понемногу катиться по полосе, при этом готов был в любой момент подняться в воздух. И так несколько раз. И тоже всё нормально. Наконец сели, прокатились по всей полосе несколько раз туда и обратно, ничего под колёсами не проваливается, нашли себе место и встали. Утеплились, выгрузили наши два квадрика и начали разведку, как обычно, с осмотра аэродрома, в поисках горючего и посмотреть, а что тут есть. Как ни странно, горючее было. Нам в своё время, сколько заправок приходилось облазить, пока находили горючее, а тут сразу и на выбор. Техника тоже была, правда, как обычно, мёртвая. Но есть и КАМАЗы, и Зилы, и Газоны. Правда, вся без резины, она не перенесла холода.

Оставили Михаила на связи в птице, и втроём поехали на квадрах в институт. Дорога чистая, проехать можно на всём. До института добрались спокойно, а там уж командовал и смотрел Володя, мы только помогали.

— В институте с последнего раза, что мы были, всё без изменений, — начал Володя. — Лаборатории частично разграблены, вернее, побиты во время землетрясения и временного вселения выживших людей после начала катастрофы, пока там было тепло. Но найти можно всё, не в одной, так в другой лаборатории. Некоторые лаборатории вообще целые. Библиотека целая, правда, состояние книг трудно определить. Всё под инеем и снегом, стёкол нет. Компьютеры вроде стоят, но что работает, не знаю. Зашёл в хранилище, есть семена, только не стал брать, их надо перевозить в замороженном состоянии, и при разморозке сразу в питательную среду. Надо готовить портативные морозильники для перевозки образцов. Может быть, что-то и оживёт. Забрал два компьютера, свой и Галин. Надеюсь, заработают. В общем, там нужно провести не один день, да и не одному человеку, отбирая литературу, оборудование, технику и образцы. Да, и надо посмотреть, может быть, выжили какие-то культуры бактерий, ведь были и метановые бактерии, и бактерии других типов, были исследования по получению спирта путём прямой переработки целлюлозы, в том числе по получению и этанола, и бутанола, который по своим свойствам может быть прямой заменой бензина. Но я не помню всех результатов и не знаю, до какого этапа были доведены исследования. И какие бактерии использовались, и как они перенесли морозы. Я отобрал кое-какую литературу, материалы, чтобы можно было провести предварительную проработку. Но даже если это всё работает, это процесс не на один год. Просто это один из возможных путей нашего движения вперёд.

— Мы провели в этом институте два дня, — продолжил Саша, — ничего другого не смотрели, Володя только ходил по всему зданию, что-то бормотал про себя, что-то брал, что-то выкидывал. Наконец, он сказал, что всё, что можно сейчас узнать, он узнал, надо прилетать сюда на жуке и вывозить половину института. Шутка. После этого мы собрались и полетели в Таганрог за Костей с ребятами. Квадры оставили там, пригодятся ещё, нечего их возить туда-сюда, места и так нет. Да, связь работала вполне устойчиво, с Костей мы связались и сообщили о своём отлёте. Летели без всяких осложнений, пролетели над нашим домом, там всё покрыто льдом. Правильно, что мы ушли оттуда. Мы бы там не справились со всеми проблемами.

— Пока большая птица летала, — подхватил рассказ Костя, — мы разделились. Я остался на связи, Соня пошла искать заводскую библиотеку, Виктор искал ближайшую школу. Все были на ближней связи, контрольная связь через пятнадцать минут. Первым нашёл добычу Витёк, школа оказалась рядом, библиотеку он тоже нашёл, но книг и учебников много, во-первых, всё сразу и не забрать, во-вторых, грузить некуда. Я сам там не был, но по его описанию, хватит на полную загрузку жука. Он как-никак уже участвовал в перевозке библиотеки. Кроме учебников там есть и детская литература, и учебные материалы, и оборудование для учебных кабинетов. Примерно то же самое было и у Сони, как минимум на полную загрузку жука. Мы для примера взяли образцы книг и учебников, если надо, то можно перевозить постепенно, при всех дальнейших наших рейдах в этот район.

— Молодцы, — сказал я. — Всё ясно и понятно. Я так понимаю, что Володе в помощь в институте понадобится Галина

— Да, — ответил Володя.

— Ну, тогда придётся ждать. Я первый встану на пути самолёта, никуда она не полетит, пока не родит. А там уже сама пусть решает, когда можно оставить ребёнка. И на сколько. Думаю, что Игорь встанет со мною рядом. И, что бы вы ни говорили, это не обсуждается.

— А вот по поводу вывоза библиотек из Таганрога, это Костя правильно предложил. Как жаль, что сами раньше не догадались. Ведь обсуждали, всегда вывозить библиотеки. Ну, да ладно. Вот только я думаю, что к этому мы вернёмся после встречи Нового Года. Уже декабрь на носу, надо готовиться встречать Новый Год. Или вы готовы слетать ещё раз? В этом году? Я не возражаю, да, наверное, и никто не будет возражать. Можете лететь по готовности. Если сможете отбить ещё караван, будет хорошо. Но вывозите библиотеки. Кроме заводской и школьной библиотеки, там есть и ещё несколько интересных библиотек. Почему меня так тянет к авиационным библиотекам? Потому что после получения топлива нам придётся непосредственно заняться несколькими темами очень плотненько. И одна из них – это авиация. Вот и подготовиться надо. Да, берите всякие диски и компьютеры из библиотек, что-то может найтись полезное.

И ещё. Володя, ты меня очень обрадовал, что есть способ получения этанола с помощью бактерий, да и про бутанол хорошая новость. Вы уж с Галей не забудьте про это, прикиньте, что вам надо из оборудования, а уж мы привезём.

— С тобой забудешь, как же, — пробурчал Володя.

В общем, больше мы про дела не говорили, а просто общались друг с другом. Не забыли и про законные фронтовые.

Однако дела никуда не делись и на следующий день навалились с новой силой. Меня больше всего интересовала промышленная установка получения этанола, я хотел, наконец, получить если не в достаточном количестве доступное моторное топливо, то хотя бы возможность его получения. Для этого, как я понимаю, нужна была серная кислота, у Татьяны спирт получался при использовании этой кислоты. Поэтому я первым делом озадачил разведку:

— Идите куда хотите, ищите, где хотите, но серную кислоту раздобудьте. Вертолёт у вас есть, летите в Асмеру, там есть где-то химическое производство, да в принципе на многих производствах используют серную кислоту, не только в химическом. Вы такие умные и удачливые, с вашим опытом, я не сомневаюсь, что вы быстро всё найдёте. И много. Или хотя бы соляную.

— Да, Флюр, — сказал я. — Дровишки кончаются, даже, по-моему, уже кончились. А лесоруб или динамиторуб ты у нас один.

— Вот так. Сделал один раз доброе дело, теперь всё время придётся заниматься добрыми делами, — проворчал Флюр.

— И будете летать, присмотрите места, куда бы нам стоило заехать за добычей. Вы всю нашу потребность знаете, так что присмотрите интересные места и дайте наводку. А потом можете лететь воевать. Нам без вашей помощи приходится трудновато с мародёркой.

Татьяна почти закончила проект установки гидролиза. Сейчас Николай вместе с Дмитрием занимались участком подготовки сырья. Нужна была мелкая щепа или опилки, именно они подвергались гидролизу, как объяснила Татьяна. Так что нужно было из брёвен получить, как минимум, щепу. И ещё нужен был автоклав для варки древесины с серной кислотой. Вот из этого и получался раствор глюкозы, т. е. сахар. Ну а дальше процесс получения браги и перегона её на спирт был знаком каждому. Но и самогонный аппарат или ректификационную колонну тоже надо было делать. Так что механикам пахать и пахать.

Я как в воду глядел. Действительно, удачливы наши разведчики. За пару дней нашли пару цистерн с серной кислотой. Да и совсем под боком. В Массауа, на ж. д. вокзале, стоят себе спокойненько. Вот только как цистерны гнать сюда без железной дороги? Но тут подсказали выход мореманы. По железке автотягачами перегнать цистерны в порт, перегрузить с помощью портовых кранов на баржу и тащить буксиром баржи поближе к нам. А сама кислота пусть хранится в цистернах. При необходимости доехать до причала с баржей проще, чем ехать в Массауа.

Правда, за этим решением стояла куча проблем. Надо найти баржу, надо запустить кран, ладно, Семён сможет работать на кране, потом эту баржу дотащить до места, да ещё это место надо оборудовать, да так, чтобы при непогоде баржу не унесло в море и не разбило о берег.

При всей привлекательности иметь рядом столько нужного сырья, решили не заморачиваться, достаточное количество кислоты для работы опытной установки можно привезти и на машине, а вот когда потребуется, воспользуемся предложенным мореманами решением.

Всё получилось просто и буднично. Сначала на установке гидролиза получили раствор глюкозы, затем брагу, а затем спирт. Правда, процесс оказался довольно утомительный. Из ста кг сухой древесины мы получили десять литров спирта. Маловато, конечно. Правда, оставалась надежда, что по мере отработки технологии выход спирта будет больше. Да и спирт был необходим для получения синтетического каучука. А куда без колёс?

В общем, всё было не так уж плохо. Мы получили технологию, позволяющую нам обеспечить себя моторным топливом. Из возобновляемых ресурсов. Сухое дерево могло быть заменено соломой или другими отходами. Таким образом, мы получили ещё один источник моторного топлива. Николай уже начал переделку одного двигателя для работы на спирту, чтобы посмотреть, как он себя будет вести. Нагрузил двигатель на электрогенератор. Татьяна была готова к запуску следующей партии и отработке технологии. Я попросил её обратить внимание на отходы этого производства. Куда их девать, как использовать. Как-то не хотелось убивать всё вокруг отходами и кислотой.

Теперь, худо-бедно получив источник моторного топлива, можно было задуматься о следующем шаге. Нет, этап получения топлива ещё не закончен. Здесь есть над чем работать. Нужно получить ещё бутадиеновый спирт, который, по отзывам наших биологов, является прямой заменой бензина и превосходит по своим характеристикам этиловый спирт. Нужно ещё получить биодизельное топливо. Мы пока нашли замену бензину, не самую лучшую, но нашли, а замены солярке пока нет. А дизель технологически проще, чем карбюраторный двигатель.

Но, имея хотя бы возможность получения в достаточном количестве этанола, а это сейчас достигалось укрупнением производства, увеличением числа установок, налаживанием непрерывного процесса, можно было задуматься о следующем шаге. А это задача не намного проще получения моторного топлива – перемещение. Транспорт.

Что мы имеем на сегодня? Огромное количество автомобилей, самолётов с двигателями внутреннего сгорания, конечный продукт применения огромного количества очень сложных технологий. И являющихся итогом работы огромного числа людей и специалистов. Которых сейчас нет. Конечно, можно сейчас попользоваться тем, что есть, машины, самолёты, запасы бензина и топлива, всё востребовано. Что мы успешно и делаем.

Но что дальше? Пусть через тридцать – пятьдесят лет, но всё это перестанет работать. И в нашем распоряжении окажется только один вид транспорта – наши ноги. И здесь опять вставала проблема выбора. Дороги будут разрушаться, строить новые мы не сможем. Нет сил и возможностей. Перемещаться по бездорожью тоже возможно не всегда, через лес и болото не проедешь на колёсах. Значит, основным транспортным средством должна стать авиация.

Ей не нужны дороги. Но и аэродромы мы строить и содержать не можем. Значит, необходимы аппараты, которые могут обходиться почти без аэродромов. И строительство таких аппаратов должно быть под силу небольшим общинам, типа нашей. Значит, напрашивается вертолёт. Это с ходу, не думая. А если подумать? Или сверхлёгкие самолёты, а может быть мотодельтапланы. Или дирижабль. Конечно, простейший вертолёт или мотодельтаплан нам построить вполне по силам. Но правильно ли это?

Самолёту, даже самому простому, нужна ВПП, пусть грунтовая, но нужна для взлёта и посадки. А где её взять, к примеру, в лесу. Вертолёт взлетает и садится без разбега, но он технологически сложнее в производстве, его два винта никак не упрощают производство. Мотодельтаплан проще всех, но мне как-то не представляется безопасным полёт на дельтаплане.

А у меня всё последнее время почему-то крутится в голове совсем другое – автожир.

Что такое автожир? Тупиковая ветвь развития авиации, как получилось в наше время. Что есть у самолёта? Расположенный спереди винт, который обеспечивает тягу и возможность двигаться вперед, и крылья, которые поддерживают самолёт в воздухе при определённой скорости. У вертолёта есть вертикально расположенный винт, который обеспечивает ему возможность взлёта и посадки и возможность горизонтального перемещения с определёнными ухищрениями. У мотодельтаплана есть крыло, расположенное над табуреткой, к которой прикреплён двигатель, как у самолёта. И эта табуретка может взлетать и садиться, как самолёт.

Автожир представляет собой своеобразную смесь всего этого. У него есть винт и двигатель, как у самолёта, но нет крыльев, у него есть винт, как у вертолёта, но винт один, над корпусом, и он не связан с двигателем, вращается только встречным потоком воздуха и обеспечивает поддержку аппарата в воздухе вместо крыла. И у него есть табуретка, как у мотодельтаплана, на которой может сидеть несколько пассажиров, и к которой крепится двигатель.

Мне в своё время в интернете попалось несколько роликов с полётами этих аппаратов, и я был буквально очарован ими. Да и просто из любопытства изучал некоторые материалы. Для взлёта им хватает двадцати – пятидесяти метров, хотя могут взлететь и вертикально, для посадки надо столько же. Повышенная безопасность обеспечивается авторотацией, при отказе двигателя аппарат сможет плавно опуститься на землю, а не рухнуть камнем.

Скорость в полете автожир развивает сто пятьдесят – двести км в час, дальность полёта – до трёх часов или на сколько хватит топлива и здоровья пилота. Может поднять два-четыре человека, килограмм сто груза. Двигатель используется обычный, можно от автомобиля, мотоцикла, бензопилы. Мощность небольшая, двадцать – сорок л.с. На обычном бензине. Насколько я помню, там одна хитрость. Способ крепления лопастей винта к ротору. Но это я надеялся найти в авиационных библиотеках. В общем, для нас то, что доктор прописал.

И, кроме того, у меня подспудно зрела мысль, что такой вариант, тянущий, или толкающий винт и свободно вращающийся винт ротора, как нельзя лучше подходят для варианта электроавтожира. Свободно вращающийся винт будет крутить генератор, а от него можно запитать и тяговый электромотор. А для начального пуска подойдут аккумуляторы.

Вот такие мысли стали крутиться после получения этанола, вот на что я хотел направить усилия всех после небольшого перерыва.

Глава 15

17.12.00.

Ничего нового начинать сейчас не будем. Всё-таки Новый год скоро. Постараемся докончить всё, что можно. Правда, как говорится, не делайте из еды культа, так и мы не будем делать из Нового года что-то особенное. Но сложилась традиция, её надо поддерживать и прививать новеньким. Они уже и забыли, что есть такой праздник. Вот только ёлки нет. Попросили Сашу, если будет возможность, где-нибудь добыть синтетическую. Они заказ приняли, обещали вернуться к двадцать четвёртому числу.

Валера приступил к изготовлению и установке ветряка. Он пошёл уже по проверенному пути. Как и раньше, от башенного подъёмного крана взял фермы, установил и залил их бетоном, взял подходящий генератор, коробку передач от автомобиля, соединил с ветряным колесом, и вот ветрогенератор готов. Какое-то время ушло на доводку, но вскоре всё работало, и у нас даже появился какой-то избыток энергии. На всякий случай Валера подготовил ещё один, но пока не устанавливал, оставил в резерве.

Наша главная самогонщица Татьяна получала в день с одной установки уже, как говорится, две плавки, и у неё постоянно стояли ёмкости со зреющей брагой. В установившемся режиме в день удавалось получить до пятидесяти литров спирта. Сейчас уже она начинала донимать Николая по поводу изготовления второй, более мощной и производительной установки и новых ёмкостей для брожения.

В принципе, пора было думать об организации отдельного производства, надо было выносить его в сторону от жилья. Тем более, к этому процессу можно подключать кого-то из новеньких. Ничего сложного здесь нет. А для Татьяны найдётся новое поручение. Но это после полностью отработанного процесса и при переходе на промышленные установки. Кстати, в качестве отходов получили гипс и лигнин, который тоже применялся как строительный материал. Получилось безотходное производство.

Двигатель, приспособленный Николаем для работы на спирту, работал без каких либо отклонений. Тут надо было переходить на натурные испытания, и Николай готовил автомобиль как учебный для тех, кто ещё не умел управлять автомобилем. Это тоже входило в обязательный набор навыков наших школьников. Как и образование.

В образовании многое отдавалось на самообучение, всему в классе обучить не получалось. Но сеть работала и помогала в учёбе очень сильно. У нас не было всяких чатов и форумов, сеть выступала не местом пустопорожнего проведения времени, а в качестве почты, библиотеки и справочника. И многие задания сдавались преподавателю по сети, но главное было в практическом применении своих навыков.

Хотя ничему особому за это время пока научить никого не удалось, но методика обучения отрабатывалась, и получалось очень эффективно. Во всяком случае, никто из детишек пока не бунтовал и не отлынивал от школьных занятий, самостоятельных работ и заданий.

Вот и разведка вернулась. Караванов не было, какое-то затишье наступило. Зато привезли много подарков. Сумели найти и ёлки, сумели привезти школьную библиотеку и часть из заводской библиотеки, учебники, пособия, и детские книги. Все были этому чрезвычайно рады.

А тут как раз накануне Нового года произошло и самое радостное событие – родились у Маши девочка, у Гали мальчик, буквально в течение двух дней. Всеми нами овладела такая эйфория, что ни о чём другом говорить было просто невозможно. Мы даже празднование начали, не дожидаясь Нового года. И это празднование плавно перешло во встречу Нового года. Было очень весело, много шуток, игр, были ёлки, большая ёлка для всех и отдельно в домах, особенно у детей, ёлки поменьше. Были и подарки. Для всех нашлось, чем порадовать. И несмотря на обилие спирта, в общем-то, никто особо и не пил. Так, чуть-чуть, символически. Нам было и так хорошо.

Празднование продолжалось четыре дня, а потом всё вернулось в обычный ритм. Всем было просто интересно заниматься своими делами, у кого остались нереализованные замыслы, кто-то начинал реализовывать новые задумки, детишкам было интересно осваивать новое, для них это ещё была игра. Наверное, так у них же практически не было детства на этих шахтах. Но уж здесь они пользовались всеобщим вниманием и любовью.

Но их не баловали, и они сами были чрезвычайно серьёзны в учёбе и гордились доверенными им делами. Уважение основывалось на мастерстве и знаниях, умении работать. И если у тебя это было, неважно в какой сфере деятельности, то и отношение к тебе было соответствующее. А почему-то так получилось, что среди нас не было болтунов и демагогов. Все работали изо всех сил, старались, как могли, и не только там, где умели, но брались за освоение нового или того, что требовалось для реализации твоего замысла. И при таком отношении к делу каждый мог рассчитывать на любую возможную помощь от других.

С возвращением разведки возобновились занятия начальной военной подготовкой. Саша с Флюром требовательно относились к обучению, и хотя и не планировали подготовку диверсантов и спецназовцев, но обращению с оружием и выживанию при ведении боевых действий учили на совесть.

Василий с Костей занялись обучением вождению автомобиля, Николай подготовил две машины, работающие на спирту, так что заодно проверялось и топливо. Правильно ли мы решили, что можно использовать спирт в качестве моторного топлива. И подготовлены были две машины на спирту для мародёрки, нужно было посмотреть на их поведение при дальних поездках и под грузом. Короче, шла проверка, пока есть возможность, перехода на альтернативное, возобновляемое топливо.

Михаил тоже набрал группу, и не только детей, и обучал управлению самолётом и вертолётом. Конечно не жуком, по птицу изучали.

А я опять привлёк Николая, Валеру, и мы начали делать автожир. В привезённых материалах действительно нашлось описание автожира и, главное, описание и рисунки крепления лопастей к ротору. Для начала мы решили просто построить автожир, не электроавтожир, а классическую версию. Надо было понять, что это за зверь, и подойдет ли он нам.

То ли мы так стали хорошо понимать друг друга, то ли уже приспособились делать невозможное, но через две недели почти готовый автожир стоял на площадке. Не готов был пока ротор, но это дело совсем незнакомое, и работы там было много, и самое главное, неизвестной. Нужно было провести балансировку ротора, понять, как крепить лопасти к ротору, чтобы обеспечить такой сложный режим работы лопастей, да и много чего всплывало, неучтённое нами сначала по причине нашей безграмотности в этом вопросе. Но проблемы решались, и постепенно мы добрались до финиша. Пора было пробовать.

Наш аппарат был прост до безобразия. Как-никак, это был, скажем так, работающий макет. Была рама, на которой установили двигатель на сорок л.с., двигатель располагался сзади пилота, для пилота было предусмотрено только место для сидения и ручка управления. Ничего больше. Сзади двигателя, в струе воздуха от винта, расположили небольшие крылья, для управления полётом, по типу стабилизаторов на хвосте самолёта.

Тяги для управления рулями вывели на ручку. Туда же вывели управление двигателем, по принципу, как у мотоцикла. Сверху, над пилотом, располагался двухлопастной ротор. К нему для раскрутки пока прикрепили электромотор, который можно было отключить после раскрутки ротора. Вся рама стояла на трёх колёсиках. Вот и весь автожир. Пока просто макет. Будем надеяться, что летающий.

Испытывать, естественно будет Михаил. Он прочитал всё, что было у нас про автожир, и был готов выступить испытателем.

Для начала он просто подвигал рулями, проверил, как они управляются. Затем мы запустили двигатель. Он тоже управлялся нормально, обороты регулировались пилотом. Наконец Михаил раскрутил ротор, прибавил газ, и аппарат начал двигаться. Проехав где-то метров двадцать, он взлетел. Невысоко, где-то на метр, но взлетел. И полетел.

Надо понимать, что опыта управления этим аппаратом не было никакого, но было заметно, что Михаил быстро освоился, и аппарат, хоть и на небольшой высоте, управляется. Наконец, совершив небольшой круг, он вернулся к нам и посадил аппарат на землю. Для посадки ему тоже потребовалось метров двадцать. Остановился, заглушил мотор и сказал:

— Я не знаю, что это такое, но оно летает. Как оно летает, я могу только догадываться. Вернее, я знаю, как оно должно летать, а вот как оно летает на самом деле, не знаю. В общем, я позанимаюсь эти аппаратом, возможно, что-то придётся переделать, чтобы можно было летать, и только потом буду говорить, что у вас получилось. Надо летать. И не один раз.

И он летал. Постоянно, целыми днями, пытаясь понять, что это за аппарат и его возможности. Несколько раз нам пришлось вносить изменения по его требованию, но ничего, в основном, не переделывали. Михаил изучал, как управляется аппарат, отрабатывал взлёт и посадку, отрабатывал режимы двигателя и ротора, проверял управляемость. Всё это заняло где-то с неделю. Наконец он сообщил нам, что больше из этого монстра он выжать ничего не может, и выдал своё заключение:

— В общем, если его довести до ума и сделать в виде нормального летательного аппарата, будет очень интересная игрушка. Взлёт и посадка почти на пятачке, если есть ветер, то можно и вертикально взлетать и садиться. Управляемость очень хорошая, научиться управлять таким аппаратом будет довольно просто. Безопасность я не проверял, но, зная, как это работает на вертолёте, думаю, что здесь будет лучше.

Безопасность должна быть очень приличной. При отказе двигателя падение должно быть исключено. Упасть, конечно, придётся, но все должны остаться целыми. Но в таком виде его больше испытывать нельзя. Надо делать аппарат с нормальным управлением и в конструктивном исполнении, пригодном к применению. Идею проверили, всё работает. На мой взгляд, никаких причин отказаться от применения этого нет. Поэтому надо создавать нормальный аппарат, как я сказал, и пусть кто-то ещё пробует его оценить. Научиться летать на нём можно за два дня.

И мы принялись делать нормальный аппарат.

Глава 16

01.02.02.

Год потребовался нам для получения приемлемого результата. Было испробовано много разных вариантов, как в конструкции капсулы, так в двигателе и системе управления. Мы сами научились управлять таким аппаратом и сумели полетать. Не говоря о целой шайке юных приверженцев автожира. Все были довольны. Аппарат всем нравился, управление было не сложнее автомобиля, свобода перемещения – практически не ограниченная.

Аппарат получился двухместным с грузоподъёмностью до ста пятидесяти кг. Взлетал и садился на двадцати метрах любой ровной поверхности, Легкий, разборный, снял ротор, и его можно было перевозить на чём угодно, как мотоцикл. Да это и был по своей сути воздушный мотоцикл. Полёт был практически бесшумным, и тебя охватывал такой восторг от полёта, что хотелось летать снова и снова. Ждали, когда будут обеспечены все такими аппаратами. Как-то само прижилось название айбайк, видимо производное от аэробайк.

Конечно, за этот прошедший год это было не единственное событие.

Главным, наверное, надо считать то, что мы сумели получить очень хороший урожай как овощей, так и зерна. Теперь нам точно не грозила проблема голода. Хотя надо было ещё больше расширять посевы. Всё, что было можно, засадили травой и кустарником. И всё это принялось. Наше сельское хозяйство превратилось в целую отрасль индустрии и постоянно нуждалась в притоке рабочих рук.

Нас стало больше ста человек, сто восемнадцать, если быть точным. Разведке удалось освободить ещё несколько караванов. Да и родилось у нас ещё десять детей, родили практически все женщины, заботу о ребёнке и матери брала на себя полностью община. Да и сейчас в ожидании срока родить ходило несколько женщин. Поэтому мы рассчитывали на дальнейший прирост численности.

Правда, надеяться на приход со стороны было бы уже неправильно. Сейчас потеплело, снег практически исчез, появлялся только севернее, где-то в районе Москвы и, наверное, продержится там где-то ещё год. Люди стали разбегаться, удержать никого не удавалось никакими силами, шахтерские рабские поселения погибали. Да и сбежавшим деваться особо было некуда. Пропитания не было, только то, что уцелело со времён катастрофы. Но и это не могло никого удержать. Люди бежали при малейшей возможности, или сами создавали её себе всеми силами. И присоединяться к нам никто не спешил, все были напуганы предыдущим опытом. А мы и не уговаривали.

Для производства этанола построили нормальный цех, который практически удовлетворял всю нашу потребность в топливе. Двигатели на этаноле работали вполне прилично, как говорится, нам хватает. Так что для всех своих ближних, и не очень, поездок использовали этанол. Только птицы, жук и шмели работали на первоначальном горючем. Для дальних маршрутов у нас пока не было замены топливу из нефти. И для перевозки тяжёлых грузов. Но мы над этим тоже работали.

Галина с Володей сумели перевезти всё, что им было нужно, из Пущино и организовать лабораторию микробиологии, и у них уже появились ученики, принимавшие участие в их работе. Они занимались в основном попытками спасти всё, что можно, из того, что прошло через катастрофу. В основном, конечно, растения и водоросли. Они постоянно возились с какими-то семенами, веточками и сеном, требовали от разведки и всех остальных при любой возможности приносить им всякие растения, траву, семена, косточки. У них уже появились образцы водорослей, живущих в морской воде, и вскоре можно было ожидать запуска их в море. Но не забывали они и о своем обещании дать биобутадиен, прямую замену бензина.

Наш дом постепенно превращался в опытно-промышленную базу по опробованию новых (для нас) технологий и подготовке кадров и специалистов. Правда, специалистами и кадрами были все. Радовало то, что нам не грозила такая уж сильная деградация. Наоборот, как посмотреть. С точки зрения нравственной, мы были выше того розово-голубого беспредела, который царил до катастрофы.

С точки зрения прикладного применения и использования знаний мы пошли по другому пути, мы не ломали природу, мы с ней дружили. Ну а с точки зрения чистой науки мы, конечно, были даже не на начальном рубеже, а только пытались найти подходы к нему. Но мы старались сохранить всё, что можно. Все книги хранились при идеальных температуре и влажности. Да и все у нас прошли соответствующее обучение, да не по одной специальности, и ничем не уступали прежним специалистам-инженерам. Разве что, опытом. Но не практическими навыками и умением, здесь нашим специалистам не было равных.

Несколько человек постоянно трудились у Николая в его механическом производстве, да и ученики-практиканты постоянно там крутились. У Валеры та же ситуация. Он запустил своё сборочное производство и начал делать простые электронные устройства, как для бытовых целей, так и для промышленного применения. И начал потихоньку делать электротехнические изделия – электродвигатели, электрогенераторы, трансформаторы и т. д., и т. п., какой-то уровень развития мы поддерживали и старались постоянно его поднять.

Сейчас перед нами начинали вырастать очередные глобальные проблемы – опять связь, как на ближних расстояниях, так и на дальних. Тем более, когда все будут на айбайках, а перемещаться на них захотят все. Поэтому Валера уже сейчас озаботился этой проблемой и готовил, вместе с несколькими энтузиастами, производство трансиверов и антенн, чтобы обеспечить связью все средства перемещения.

И он уже начал задумывался о производстве полупроводников. Диоды, транзисторы. Сама по себе технология получения кремния и, в конечном итоге, транзисторов не представляла чего-то суперсложного. И оборудование, во всяком случае, лабораторное, можно было найти практически в любом институте.

Кроме того, возникала проблема дальних перемещений. Пока мы обходились самолётами, птицей, жуком. Но уже пора было искать им замену, да и ремонт проводить им надо было. Они не вечны. Было два варианта – корабль и дирижабль. Если дирижабль пока был недостижимой мечтой, не по причинам, что слишком сложный и большой, а потому, что не было гелия. И пока не предвиделось. А использовать водород мы не хотели из-за безопасности. То вот о корабле можно задуматься.

Тем более, что из Масауа мы могли плыть на юг и имели выход в Индийский океан. А вдоль Красного моря была вполне приемлемая дорога на берег Средиземного моря. Оттуда, из Александрии или какого любого удобно расположенного другого порта можно было выйти в Атлантический океан и добраться до Севастополя, нашей основной базы в России. К сожалению, Суэцкий канал был разрушен.

Пока вопрос о корабле только прорабатывался. Причём, мы собирались использовать новый тип корабля – автожироносец. По терминам космической фантастики, это должен был быть дальний разведчик, имеющий возможность добраться куда угодно и высадить воздушную и наземную разведку.

Если для повседневных ближних перемещений мы использовать айбайк, для внутренних перемещений по базе и её окрестностям использовали электроскутеры, то для дальних разведывательных наземных маршрутов прорабатывался проект вездехода-амфибии. Универсальный к потребляемому топливу, бензин, спирт, синтез-газ, повышенной проходимости, способный преодолевать реки и болота, практически с неограниченным радиусом перемещения. Вдобавок, хорошо вооружённый. Этот автомобиль должен был стать незаменимым помощником в самых экзотических условиях. Получается что-то типа БТР.

А задача перед нами не становилась менее масштабной. Полученные нами результаты подтверждали, что мы на правильном пути. Все спасённые нами люди были довольны, никто не чувствовал себя обиженным и ущемлённым. Наоборот, все радовались произошедшей с ними перемене. Поэтому нашей задачей оставалось привлечь к себе как можно больше людей, пусть пока как временных членов нашей общины.

Мы были готовы обеспечить выживших людей продуктами питания, конечно, не просто так. Мы планировали осваивать поселения, что-то типа укреплённых факторий, острогов, на которых бы были наши опорные базы. Всем, кто не захотел присоединяться к нам, давали бы работу при факториях. Климатические условия уже позволяли в южных районах заниматься сельским хозяйством. И мы могли всем желающим предоставить такую работу.

И готовы были принять на обучение и воспитание всех детей, что будут нами встречены в наших поисках. Для этого мы начинали экспедиции везде, где можно было ожидать выживших людей. Наша разведка выросла в численности до пятнадцати человек. Мы могли, как минимум, вести одновременно три разведывательных маршрута.

Планировались два типа поселений. Опорная база, типа Севастополя. Хотя, это было скорее самостоятельное поселение, даже город, и к этому должны были стремиться все остальные поселения. И отдалённый пост, контролирующий дальние границы, с хорошей ВПП. На нём ориентировались на привлечение одиночек и занимались производством топлива и продуктов питания, а также добычей местных полезных ископаемых, если они были. Правда, это всё было пока на стадии проектов, но мы уже приступали к реализации первого проекта – построению баз на средиземном море и в Севастополе, и готовились к постройке корабля-разведчика.

Глава 17

09.03.03.

Мы продолжали потихоньку реализовывать свои планы. И постепенно расширялись. И менялись. И сами, и наши отношения. Нет, всё, что было, все особые, родственные отношения у нас не менялись, вот только на вновь образованных факториях приходилось применять систему единоначалия. Там демократия не работала. Но всё по порядку.

Мы пробили сухопутную дорогу до Средиземного моря, до города Порт-Саид. Там организовали промежуточную морскую и авиационную базу. Дорога проходила вдоль Красного моря, по пути было несколько важных для нас пунктов, портов, аэродромов. Там мы нашли и новые запасы топлива, и оборудование. Проложили и морскую дорогу от Массауа почти до города Порт-Саид. К сожалению, Суэцкий канал был разрушен, и у нас не было возможности морским путём попасть в Средиземное море. Может быть, со временем и восстановим.

Мы продолжали расти. Как за счёт рождения новых детей, так за счёт присоединения к нам и новых детей, и взрослых. И организации факторий. Скажем так, после организации факторий и получения продуктов питания и работы число желающих к нам присоединиться возросло. Еды на стороне практически не было. И мы со своими урожаями обеспечивали всех выживших питанием. Были, конечно, попытки получить от нас зерно и самостоятельно его выращивать, но почему-то никому из затевающих это не повезло. Никто не смог воспользоваться своими трудами. У кого-то не уродился урожай, кто-то стал жертвой грабителей.

Бандитские анклавы умирали. Люди бежали, сами бандиты не могли ничего сделать, у них ничего не было, им самим приходилось бороться за своё выживание. Было несколько попыток атак на наши опорные пункты, но благодаря дальней воздушной разведке эти враги были своевременно обнаружены и уничтожены. Тут уж было не до выбора, или ты, или тебя. В то же время все, кто бежал, знали куда идти. Мы принимали всех. В основном, сначала давали работу и питание, организовывали обучение всех желающих. По мере знакомства, узнавания людей, это всё могло привести к принятию в нашу общину, если человек подходил нам по своим морально-этическим принципам.

У нас был основной опорный пункт в Севастополе. Именно туда приходили все, кому удавалось бежать, или те, кто выжил в катастрофе. Там организовывалась ремонтная база, в основном для обслуживания наших кораблей, их было целых два, и самолётов. Михаил сумел подготовить несколько пилотов, и теперь мы могли воспользоваться уже тремя транспортными самолётами.

Они осуществляли дальнюю разведку интересующих нас районов и текущий контроль ближних подступов к базе. Общая постоянная численность базы пока не превышала двадцати человек, но за счёт притока беглецов и одиночек постоянно увеличивалась. Поля, ближайшие окрестности постоянно патрулировались. И этим обеспечивали безопасность как самой базы, так и проживающих вокруг базы.

В наших планах Севастополь, как база, занимал особое место. Мы со временем рассчитывали на Крым как на плацдарм для дальнейшей экспансии. Здесь, на базе, в Массауа, у нас был центр обучения и подготовки. Здесь мы старались поддержать то, что сумели сохранить, и освоить новые технологии, знания, производства.

Вся остальная борьба за выживание переносилась на новые территории. Наши дети, как рождённые, так и принятые, после обучения и взросления должны были идти туда, в новый мир. Африка, территория хоть и богатая, но пустая, негры не выжили. Выжили русские, других выживших мы не видели. И, может быть, поэтому мы начинали возрождение с себя, со своей земли.

А Севастополь был нам ближе и удобней всего. Поэтому мы и строили по всей территории Крыма ретрансляционные станции для обеспечения уверенной связи и вводили датчики видеонаблюдения на опасных направлениях. Для безопасности. Поэтому там и занимались восстановлением судоремонтного завода, не всего, конечно, а отдельных рабочих мест для обеспечения возможности переделки кораблей под свои нужды. Мы в дальнейшем рассчитывали продвигаться и по рекам.

А пока основной ударной силой оказывались айбайки. На них ставился пулемёт, и, пользуясь правом первого удара, они могли бесшумно подобраться к противнику на расстояние выстрела, наносили врагу невосполнимый урон. Именно так были отражены попытки захвата Севастополя бандитами.

А мы расширяли территории посевов, готовясь прокормить в два, в три раза больше людей. Весь урожай мы вывозили на свою базу, подальше от соблазнов, чтобы не возникало желания прихватить при случае. Там же начинали организовывать переработку в продукты длительного хранения, чтобы ни пропадало ничего.

У нас сейчас регулярное морское сообщение поддерживали два небольших судна, управляли им четыре – шесть человек, и готовили ввести в действие третье, но это уже побольше, с возможностью старта с него айбайков. Оно в принципе должно было выступить в роли скорее разведчика, чем транспортного судна. Что-то срочное перевозили самолёты, несрочное, но много – корабли. И хотя многие территории были исследованы с воздуха, мы планировали пройтись по этим местам ещё раз, сначала с кораблей, подойти к берегу и организовать ВПП, а потом с этих ВПП исследовать территорию вглубь, как с воздуха, так и по земле. Правда, надежд было мало, но попытаться мы были обязаны.

Кроме того, мы организовали несколько сухопутных экспедиций из Севастополя. В район Москвы (нас интересовала Тула) и в Астрахань и Оренбург. В рейд уходили БТР и БРДМ. Эти города могли бы быть нашими следующими опорными пунктами. Астрахань давала возможность контролировать Каспийское море и начать продвижение вверх по Волге, кроме всего прочего там был раньше мощный химический комбинат. Может быть, и осталось что-то полезное. Оренбург мог выступать промежуточной точкой движения на восток, за Урал, и, кроме того, там до катастрофы получали гелий. Была надежда, что осталось и там что-то в хранилищах. Во всяком случае, ВПП и в Астрахани, и в Оренбурге были подготовлены. И организованы запасы топлива для дозаправки.

Складывалась довольно интересная ситуация. Для ближних перемещений, сто пятьдесят – триста км, мы использовали айбайки, для перевозки грузов использовали автомобили и корабли, а вот для перемещения на большие расстояния, семьсот – тысяча км, ничего лучше пока самолётов не было. Успокаивало только одно. У нас появились люди, специалисты, которые могли обслуживать такую технику, и они подготовили несколько человек по своим специальностям на смену.

Вообще, у нас уже шёл процесс выпуска молодых инженеров. У нас уже появились собственные специалисты, подготовленные своими силами. И они обеспечивали полную работоспособность техники и оборудования. Это касалось самых разных областей деятельности. И что радовало, они напоминали по своим возможностям русских инженеров, ещё той, дореволюционной поры, когда в основном всё развитие техники определялось именно трудами инженеров.

Инженеры строили паровозы, проектировали мосты и дороги, плотины и заводы. И наши выпускники точно также успешно решали такие же задачи. И это были не кабинетные специалисты. Они сами управляли автомобилями, айбайками, катерами, стреляли, могли работать практически за любым станком и на любом месте. Мы хорошо их научили.

У нас сложилась своя система обучения, основанная на практических навыках и самообразовании. И таких людей становилось всё больше и больше, и будет ещё больше, мы не собирались отказываться от правильных решений.

Полностью работало механическое производство, можно было изготовить практически любую деталь. И там собрался небольшой коллектив настоящих мастеров и виртуозов работы на станках.

Точно такая же ситуация складывалась у Валеры и Татьяны. Было работающее электротехническое и электронное сборочное производство. И химическое. Каждый из них уже имел по несколько учеников, которые практически могли заменить их самих. Валера, кстати, получил первые кремниевые диоды. Впереди ждали своего часа транзисторы.

Глава 18

01.05.08.

Ну вот, всё и закончилось. Или только начинается.

Мы выжили, после того, как землю посетил Большой Песец. И не деградировали, а сумели дать начало, можно сказать, новой цивилизации. Какая она будет, это уже от нас не зависит. Но мы сделали всё возможное, чтобы она была лучше той, что погибла.

Нас сейчас уже несколько тысяч человек. И рост продолжается, причем темпы роста всё выше и выше. Китай отдыхает.

Но это не простое размножение, как у кроликов. Мы создали свою систему образования и сумели сохранить все предыдущие знания, и не только сохранить, но и освоить их. И пользоваться ими.

Мы сумели возродить жизнь. Теперь опять на земле есть леса, правда, пока они только появляются, но уже есть. Их будет всё больше и больше. В этом – одна из целей ныне живущих. И есть поля. Есть зерновые, есть овощные. Есть сады. Мы всегда можем увеличить их площади. У нас хватает и семян, и сил для обработки этих полей.

Мы не уродуем Землю. Мы не бурим скважины и не роем шахты, не роем карьеры и не оставляем шрамы-дороги. Мы пользуемся тем, что земля нам даёт. Отходы, всё, что не смогло возродиться после катастрофы – это наш источник энергии. Мы получаем газ для своих домов из отходов производства, мы получаем биобутанол, замену бензина, для своего транспорта. Мы используем электричество, получая его из возобновляемых источников.

Мы начинаем заселять реки и озёра, моря. И мы ищем всё, что выжило, чтобы помочь ему расти на земле и в воде.

Мы основали несколько новых поселений, и число их будет расти. Мы продолжаем поиск выживших людей, но, к сожалению, никого больше найти не удаётся. Но мы не оставляем попытки и не теряем надежду.

Просто сейчас можно сказать, что всё закончилось. Или только начинается.

Часть 2

Ползунки

Глава 1

01.05.28

Виктор, позывной Сталкер

Сегодня должны собраться на очередной совет координаторы. Так у нас, выживших после катаклизма – падения астероида на Землю, называют тех, кто занимается какими-то отдельными, определёнными проблемами существования нашего общества. Хотя, можно сказать, и мира. После того, как на Землю упал этот космический булыжник, начались многочисленные извержения вулканов и землетрясения, в атмосферу Земли поднялась пыль и пепел после извержения проснувшихся старых и образовавшихся новых вулканов.

Всё небо покрылось пылевыми облаками, наступила "ядерная зима", температура на поверхности Земли упала ниже минус ста градусов Цельсия, и на Земле всё замёрзло. Моря и реки промёрзли полностью, животные, кроме тех, которых сумели сохранить люди, все вымерли. Люди тоже почти все вымерли, кто отравился вулканическим газом, кто замёрз от почти космических холодов.

Спастись удалось лишь некоторым, кто-то спасался в шахтах, кто-то в глубоких пещерах, кто-то, мы их называем основатели, в хорошо оборудованном и приспособленном для экстремальных ситуаций доме. Да ещё заранее сумели запастись продуктами и топливом, имели ветрогенератор, он и обеспечивал им электроэнергию всё то время, что пришлось пережидать морозы.

Было их шестнадцать человек, после катастрофы они сумели отбиться от бандитов во время наступившего хаоса и беспредела в самые первые дни после катаклизма. Они смогли выжить в течение шести лет чудовищных морозов, порой много дней не покидая отапливаемых помещений. Хорошо, что заранее были приняты меры по обеспечению всех топливом и продуктами. Однако, при малейшей возможности, когда температура поднималась хотя бы до минус тридцати градусов Цельсия, они выбирались на улицу, занимались поисками и обеспечением себя дополнительно топливом и продуктами питания.

И при этом сумели остаться людьми и не впасть в состояние дикости. Через шесть лет с момента катастрофы пыль и пепел, попавшие в атмосферу во время многочисленных извержений вулканов, начавшихся по всей территории Земли после падения астероида и вызвавших "ядерную зиму", стали оседать. В небе стало появляться солнце, началось повышение температуры на поверхности земли и таяние накопившихся за шесть лет непрерывных морозов снега и льда.

Складывающиеся условия не позволяли дальше жить в Подмосковье, где они находились всё это время, и основатели приняли решение искать себе для проживания новое место. Они оставили свой дом, который помог им выжить, оставили технику, без которой можно было обойтись в дороге и, взяв только всё самое необходимое – топливо, продукты, оружие, на нескольких машинах, способных передвигаться по снегу и льду, двинулись на юг, в сторону Баку. По ходу движения из-за возникших обстоятельств им пришлось изменить маршрут, и они оказались на территории Эритреи, государства на берегу Красного моря. Там нашли базу гуманитарной помощи ООН, заняли её для проживания и стали бороться за своё, и рода человеческого, выживание.

Надо сказать, что основатели были практичными и очень умными людьми. Они сразу поняли, что самое главное – это найти и спасти как можно больше людей и попытаться возродить почти умершую Землю. Именно попытаться, их выжило слишком мало, и всё сделать самим казалось просто нереальным. К счастью, среди них оказались люди самых разных специальностей, способностей и профессий. Были биологи, химики, учителя, солдаты, электронщики, строители, механики, врачи. Короче, специалисты самых нужных профессий.

Во время своего движения на юг они столкнулись с другими выжившими, которые, к сожалению, превратились в дикарей, вооружённых современным оружием и техникой, ввели на подконтрольных им землях рабство и каннибализм. При столкновении начались боевые действия, они сумели уничтожить часть этих новоявленных хозяев жизни и освободить ещё несколько человек, бывших у дикарей в рабстве, и на базу в Эритрее добрались уже двадцать один человек.

Они хотели обеспечить спокойную жизнь для себя, своих детей и внуков, а для этого надо было изменить сложившиеся условия, необходимо было спасти Землю и выживших людей. Они сами перед собой поставили эту чудовищную по сложности цель, какой бы невыполнимой она ни выглядела, и принялись делать всё возможное для ее достижения.

У них сохранились семена некоторых растений, деревьев, несколько кур, собак, аквариумные рыбки и пчёлы. Всю эту живность они старательно хранили, кормили и берегли все эти годы, надеясь, что придёт время, когда сбережённое обязательно пригодится и будет использовано для возрождения Земли, хотя бы в малой её части.

Как говорится, самая длинная дорога начинается с первого шага. Так и основатели разделили эту глобальную задачу на несколько более мелких, но от этого не ставших более лёгкими, задач.

Первоочередной задачей для себя они определи увеличение численности нормальных, не впавших в дикость людей. Для этого их женщины стали рожать детей, никто не оставался одиноким, численность семей была не менее пяти человек. Они стали готовиться к походам на территории, контролируемые рабовладельцами, для спасения и освобождения из рабства пленников. Им удалось восстановить самолёты, лёгкий для разведки и транспортный для перевозки грузов и людей.

Были организованы несколько промежуточных аэродромов, основная база была создана в Севастополе, операционная база была в Таганроге. В процессе изучения Севастополя мы с ними и встретились, я тогда был в числе выживших людей, не входивших ни в какую группировку. Мы были сами по себе, искали сохранившиеся продукты, топливо, как-то пытались выжить. Таких, как мы, называли сталкерами.

Меня зовут Виктор, я приёмный сын Константина, позывной Сталкер. Наша группа была первой из выживших самостоятельно, кто встретился и присоединился к основателям. Сейчас я председатель совета координаторов, а тогда был простым бойцом. После встречи с нами они освободили ещё одну группу рабов и отправились на свою базу в Эритрею.

Нам показали хозяйство, которое они успели наладить, и накормили свежими овощами. Рассказали о себе и своих планах и предложили определиться, как мы будем жить дальше. Или сами по себе продолжим выживать, или мы готовы принять их образ жизни, правила, мораль, и присоединиться к ним. Все, кого им удавалось освободить, выбирали вариант добровольного присоединения к своим освободителям и принимали их условия. Это был не единственный освобождённый ими караван рабов. Так постепенно происходило увеличение численности свободных людей.

Возрождение Земли планировалось начать в первую очередь с восстановления лесов, садов и полей, лугов, вообще всего, что растёт, выращивались овощи, разнообразные зерновые, разводились выжившие животные. Из тех сохранённых семян растений, деревьев при первой появившейся возможности начали сажать растения и деревья, тем более, что среди них были люди, прекрасно знающие как это делать. Появились овощи, пшеница и другие зерновые культуры, это позволило частично обеспечить собственным пропитанием выживших людей.

Немаловажное значение уделялось техническому обеспечению возможности людям жить. Их было мало, силы ограничены, доступные ресурсы конечны, рано или поздно бензин и солярка в ближайшей округе закончатся, а организовать имеющимися силами добычу и переработку нефти было нереально, и тогда начнётся скатывание в дикость и каменный век. Таков был их прогноз на ближайшие годы в то время.

Тем более, что компьютеры тоже не вечны, а сейчас большая часть знаний была в электронной форме. Когда-нибудь компьютеры перестанут работать, что будет означать потерю знаний и последующую деградацию. Чтобы избежать этого, они начали работу по получению энергии для своих нужд, причём из возобновляемых источников – в качестве таких на первом этапе выбраны были биогаз и биоэтанол.

Для начала основатели сумели получить биогаз переработкой отходов. Кроме использования газа для бытовых нужд, стали использовать его для получения электроэнергии, в качестве топлива для дизельных генераторов, потом получили из целлюлозы спирт и перевели часть автомашин работать, используя его в качестве топлива. Упор в первое время сделали на гибридные движители, выбрав основным двигателем электрический.

Занялись спасением сохранившихся знаний, вывозили и собирали все уцелевшие библиотеки, переводили информацию из компьютеров на твёрдые носители. Организовали школы, ввели обучение детей и всех выживших людей как минимум в объёме знаний средней школы советского периода, так они говорили сами. Начали обучение профессиям, востребованным в сложившихся условиях. Обязательной для всех учеников была военная подготовка с освоением навыков выживания.

Постепенно организовывали ряд производств, необходимых для дальнейшего развития выживших. Хотя, по сути дела, это были небольшие мастерские, людей не хватало ни на что. Тем не менее, было начато производство простейших электронных и электротехнических изделий, устройств связи и коммуникации, производилась механическая обработка металла. Для этого использовали сохранившиеся ресурсы прошлого мира.

Температура воздуха между тем повышалась, снег и лёд таяли и отступали на север, земля освобождалась, можно уже было жить на поверхности земли, не опасаясь непереносимых морозов. Люди, находящиеся в рабстве, начали совершать побеги от своих хозяев, да и продуктов уже ни у кого не оставалось, в связи с потеплением все сохранившиеся при морозах запасы еды стали портиться.

А у нас уже были продукты своего урожая, который мы выращивали сами и смогли организовать их хранение и переработку. Вновь приходивших к нам людей мы обеспечивали питанием. Так, сбежавшие и освободившиеся рабы пополняли наше общество. Их не просто принимали, но искали, совершали боевые рейды по их освобождению. Я сам участвовал в таких рейдах.

Конечно, всё было не так просто. Никто бывших рабов сразу в существующую общину не вводил, и на это были основания. Жили они на новых местах, занимались расчисткой местности, сбором ресурсов, работой в отстроенных и восстановленных мастерских, за это получали нужное количество продовольствия. Детей сразу направляли на обучение в школы.

Так у нас начало складываться существующее общество. Основным критерием отношений между людьми становился личный труд и уровень профессионального мастерства. Уважение окружающих можно было заслужить своими душевными качествами, умением работать и мастерством. Не имело значения, каким. Воина, няньки, кухарки, моряка, электронщика, учителя.

Любая профессия считалась почетной, и любая профессия обеспечивала его обладателя и его семью необходимым для жизни питанием и прочими вещами. В сложившихся тогда условиях это было самое главное – обеспечить людей едой. Нас было немного, работы очень много, и труд каждого был просто необходим. Речь шла о выживании людей, и делалось всё возможное и невозможное, в прежнем понимании, чтобы обеспечить это выживание.

Какое-то сумбурное изложение событий у меня получается, мысли разбегаются, путаются. Видимо, придётся в памяти вернуться немного назад и вспомнить более подробно произошедшие события.

Глава 2

01.05.28

Виктор, позывной Сталкер

Вчера умер последний из основателей. Нет, остались ещё те, кто был детьми в то время, тот же Максим. Но это были совсем другие люди. Именно они спаслись сами от чудовищных морозов и спасли других от вымирания и рабства.

На сегодняшний день нас стало уже несколько тысяч человек. Вместе с основателями мы сумели найти и собрать всех известных нам выживших людей, как спасшихся самостоятельно, так и попавших в рабство. Всех бандитов, ставших рабовладельцами, их прислужников и охрану мы сумели уничтожить. Таким существам, опустившимся до подобной дикости, было не место в новом мире.

Другим, попавшим под власть рабовладельцев, жизнь сохранили, но жили они первое время в отдельных поселениях, под постоянным надзором кого-то из представителей с основной базы. Так и сложилась структура поселений. Была основная база, вернее несколько основных баз, в Эритрее – общеобразовательный учебный центр и центр профессиональной начальной подготовки, в Севастополе – центр подготовки бойцов и военно-морская база, верфь и производственный центр. В Таганроге – опорная операционная база.

Правда, в ближайшее время, скорее всего, будет осуществлен переезд всего персонала из Эритреи в Севастополь, хотя там уже осталось совсем немного людей. Условия жизни в Севастополе оказались для нас более привычны и комфортны. А сейчас и более безопасными. Но Эритрею забывать не будем. Там есть всё необходимое, и слишком много труда там вложено, эта база будет тоже сохранена и не будет законсервирована, останется действующей. Наверное, будем использовать её как базу для исследования направления юг и как один из центров обучения.

Кроме того, было создано несколько отдельных поселений, в которых проживало также немалое количество спасённых, в основном бывшие рабы, которые занимались восстановлением территорий. Они ликвидировали последствия катаклизма, собирали в разрушенных городах, посёлках, деревнях материальные ценности, книги, диски. Да много чего полезного, оставшегося от прежней жизни, можно было найти в опустевших городах.

Сажали деревья, сады. Хотя и прошло уже достаточно много времени с разгрома бандитов, сложившуюся структуру не меняли. Она всех устраивает, да и люди заселяют большую территорию. Руководил таким поселением обычно наблюдатель из людей, уже доказавший свою приверженность сложившемуся порядку.

Хотя слово руководитель здесь, наверное, не подходит. Нет никаких начальников, есть человек, который согласовывает действия отдельных поселений и выступает от лица жителей поселений. Причём он не имеет никаких привилегий, это его, скажем так, дополнительная нагрузка. Никакого угнетения и ущемления прав и возможностей жителей таких поселений не было. Они не были ни рабами, ни крепостными. Каждый из них был свободным человеком и обладал всеми теми же правами, что и другие.

Но после того, как была обнаружена и пресечена попытка заговора и захвата власти бывшими рабами, они проходили, скажем так, испытательный срок, оценивались их человеческие качества, определялось их отношение, восприятие установившегося порядка. Такие поселения часто посещались старшими наблюдателями с целью понять, а что это за люди, чего от них можно ожидать. Мы не могли позволить просто так погибнуть или отколоться от общества ни одному человеку. Вот так и сложилась такая структура как база-поселение.

Нам катастрофически не хватало людей, тем более грамотных специалистов. Поэтому всех детей в возрасте от шести лет в обязательном порядке направляли на учёбу в центры. В пятнадцать-шестнадцать лет эти пацаны и пацанки уже считались взрослыми, со всеми вытекающими из этого обязанностями. Кстати, все наблюдатели были выпускниками таких центров, не проработав двух лет в таких поселениях, никто из выпускников центров обучения не мог рассчитывать на какую-то другую работу.

Кроме баз и поселений были ещё станции, кордоны и колхозы. Станции располагались в бывших крупных научно-технических и промышленных центрах. Их основной задачей был поиск и спасение научных знаний, библиотек и проведение работ по оценке имеющихся там ресурсов и, по возможности возрождение в какой-то мере, производства. Под этим нами понимается организация в каком-то виде мастерской, оснащённой работающим оборудованием и имеющей возможность проводить минимально необходимый ремонт техники.

Ничего нового сделать нам не удалось, всё в основном сводилось к описаниям самого места, что там есть, где что можно взять, и где что лежит. Так, найденные металлоконструкции складировались для длительного хранения, металл, пластмасса, остатки автомобилей разбирали и тоже складировали. Компьютерную и прочую технику складировали отдельно, всё фиксировалось, составлялись списки наличного имущества. Конечно, все компьютеры мы собрать не могли, но многое оборудование собирали, надеясь, что удастся воспользоваться им в дальнейшем.

Организовывались местные электростанции, для чего использовались дизельные или газовые генераторы, удовлетворяющие текущую потребность в электроэнергии. То же относилось и к другим материалам. Строились мастерские, обеспечивающие, как минимум, переработку и обработку металла и ремонт существующей техники. Строились газогенераторы, позволяющие получать необходимый синтез-газ. Определялись производства, которые возможно будет развернуть в этих местах.

Все это было своеобразной подготовкой к возможному созданию на этом месте в дальнейшем поселения. В основном занимались описанием и учётом всего, что можно учесть. Хотя возможностей было гораздо больше, чем можно себе представить. Людей не хватало, нас слишком мало, и мы могли очень долго заниматься всякими подготовительными делами. Но мы по мере возможности готовились к будущим проектам, старались не потерять знания и умения, обучали детей и просто выжидали возможности начать возрождение.

За прошедшие годы было несколько различных поисковых экспедиций, но большей частью они носили разведывательный характер. Мы изучали местность, но следов деятельности людей не находили. Может, плохо смотрели, может быть, не там. Но вера в то, что где-то ещё остались живые люди, была. Дальние походы, что мы устраивали, носили чисто целевой характер – попасть в конкретное место и забрать конкретные вещи.

Основным местом нашего обитания стал Крым. Так получилось, что после резкого увеличения численности примкнувших к нам людей нам пришлось изменить свои планы. Все силы были направлены на обеспечение людей продуктами питания, создание приличных по нынешним меркам условий жизни и обучению. Да и время надо было дать всем выжившим привыкнуть к новым условиям, поэтому все замерло в каком-то несколько подвешенном состоянии. Плохое забывалось, новые правила становились нормой, а ничего нового мы делать не пытались.

Основной упор в нашей работе мы делали на биологию, предпочитая получать нужные нам ресурсы с использованием биотехнологий без уродования земли. Использовались и традиционные методы производства, но из вторичных ресурсов. Мы пытались строить цивилизацию, опирающуюся на возобновляемые ресурсы, и старались получить всё, что нам надо, без использования методов разрушения, типа карьеров, шахт, нефтяных скважин.

Правда, приходилось и землю бурить, когда нужна была вода. Жизнь, в любом её проявлении, даже одного дерева, стала для нас одной из основополагающих ценностей после того, как катаклизмом она практически была уничтожена на Земле. Да, мы выращивали те же растения и потом их уничтожали, собирая урожай, но это был естественный природный цикл, когда растение вырастало, давало семена и умирало.

Конечно, мы вынуждены были использовать сохранившиеся сырьё, типа нефти, другие минеральные ресурсы, применять другие материалы, ту же древесину, растения, но старались обходиться без этого, тем более, что выбор вторичных ресурсов был практически неограничен. На таких станциях и оценивались перспективы и возможности использования освоенных нами технологий, происходил поиск новых методов освоения ресурсов.

На кордонах составлялись предварительные оценки текущего состояния окружающей среды и определялись перспективы дальнейшего восстановления и использования территории. Эти кордоны постоянно меняли места своего расположения, и оценивали всё новые и новые территории. Их было немного, хотя нужда в них была преогромная. Жизнь на таких кордонах была, конечно, больше кочевая, но было много желающих жить именно таким образом.

Колхозы занимались выращиванием сельскохозяйственной продукции, хотя были и другого типа, например, по переработке погибших во время катаклизма лесов. Они получали из погибших деревьев древесный уголь, спирт, расчищали территорию и готовили её под посадку садов, травы, сажали леса.

Другие занимались очисткой рек и поддержанием их в пригодном для судоходства состоянии, ремонтом дорог, соединяющих поселения. Хотя их правильнее было бы называть артелями. Но так уж сложилось и прижилось такое название – коллективное хозяйство. Правда, последних было немного, реки пока для нас оставались почти неисследованными, немного вокруг Астрахани разведали, да на Кубани немного.

И постоянно уходили в разведывательные рейды отряды поисковиков-спасателей, занимающихся составлением описаний и картографией районов после катаклизма. Хотя по-настоящему дальних поисковых рейдов мы не проводили. Раньше провели воздушную разведку, никого не нашли и занялись освоением ближайших территорий.

Таким образом, у нас сейчас были организованы следующие поселения: Севастополь, Эритрея, Херсон, Керчь, Таганрог, Краснодар, Астрахань. Херсон, Таганрог, Астрахань являлись базами для продвижения вверх по рекам Днепру, Дону, Волге. Мы, как в древние времена, планировали использовать реки в качестве транспортных артерий. Основные перевозки грузов планировалось осуществлять по рекам, местные перевозки выполнялись автотранспортом.

Люди при местных поездках на небольшие расстояния часто пользовались айбайками, так у нас стали называть автожиры. Для перевозок на дальние расстояния, если не было возможности использовать речной или морской транспорт, использовали автомобили. Первичную разведку местности проводили на лёгких самолётах, для чего устраивали сеть промежуточных ВПП (взлётно-посадочная полоса), используя существовавшие раньше аэродромы или другие подходящие места.

Для этого аэродром приводился в состояние, дающее возможность взлёта-посадки лёгких самолётов. Обеспечивался запас ГСМ, ставился радиомаяк, создавался минимальный набор продуктов питания с длительными сроками хранения, имелись места для ночёвки и отдыха экипажа и поисковиков-разведчиков.

Краснодар был у нас основным центром по получению и переработке сельхозпродукции. Сельхозпродукцию выращивали везде, где только можно, но основное её производство было в Краснодаре. Было организовано и производство мяса. Основатели сумели сохранить нескольких кур и петуха, пчёл. Так что у нас была курятина и мёд. У бывших рабовладельцев в шахтах нашли целую ферму, обеспечивающую элиту дефицитными продуктами, там были свиньи с поросятами и корова. Так что, сейчас у нас было уже достаточное поголовье свиней и коров. Но количество их было ещё недостаточно для использования в качестве продуктов питания, пока шло просто увеличение поголовья.

Керчь служила базой, паромной переправой между Кубанью и Крымом. Верфи в Керчи запустили, конечно, не так, как было раньше, но кое-какие работы там уже выполнялись, осматривали технику, что-то пытались восстановить и отремонтировать. Все имеющиеся в любых городах судостроительные, судоремонтные мощности постарались восстановить, конечно, не в полном объёме, но уже пытались строить простейшие катера и лодки. Супертанкеры мы строить не могли, но буксиры, как речные, так и морские, речные катера и баржи, уже восстанавливали и ремонтировали.

Основными производствами у нас являлись сельское хозяйство, надо было обеспечить хлебом и мясом всех выживших, судостроение, электротехническая и электронная промышленность. Может быть, это громко сказано, но что есть, то есть, мы действительно пытались строить простые речные суда и баржи. Мы начали делать электромоторы и электрогенераторы, мы начали производство простейших радиокомпонентов и транзисторов.

Основой для производства электротехники и электроники послужили установки, найденные во многих научно-исследовательских институтах, тем более, это производство пока было не массовое, но мы уже умели это делать, и сейчас ставилась задача перехода на массовое производство самых востребованных элементов. Мы не рассчитывали на навороченные электронные изделия, а вернулись к добрым, проверенным временем решениям по изготовлению аппаратуры на дискретных элементах. Самое главное – мы сумели получить технологию создания полупроводников и людей, способных выполнять такую работу.

Естественно, мы постарались собрать и сохранить все найденные электронные компоненты. И даже узлы, платы, блоки, всё старались сохранить. Основными изделиями электротехники были электродвигатели и электрогенераторы. Если находился готовый подходящий двигатель и генератор, то использовался готовый, но часто их приходилось перематывать для обеспечения нужных характеристик под конкретное изделие. Если неоткуда было взять электромотор с нужными характеристиками, приходилось делать самим.

Среди изделий электроники больше всего было изделий регулировки и пуска электродвигателей, зарядки АКБ, блоков питания. Немало делалось преобразователей напряжения, раций и переговорных устройства, систем ретрансляции и усиления радиосигналов. Может быть, они были не самого лучшего качества. Может быть, это было просто радиолюбительство, но уже нашлись люди, которые могли это сделать. И вот это для нас являлось самым главным.

В каждом поселении каждому жителю давался приемопередатчик местной связи, что-то типа простых переговорников, позволяющих связаться с любым жителем поселения, а все поселения были связаны между собой и с базами через центральные станции. Для обеспечения устойчивой связи везде стояли антенны и ретрансляторы сигналов.

Существовало производство айбайков, делали ремонт легких самолётов и вертолётов. Сумели организовать ремонт и восстановление автомобильной техники и тракторов.

Мы во всех поселениях производили переработку отходов и получали биогаз, который использовали в домашнем хозяйстве для бытовых нужд и получения электроэнергии.

Высаживали леса и сады. Часть семян сохранилась у основателей, а часть сумели найти, попав в национальный центр хранения растительных ресурсов. Ну, про это потом. Так что, теперь мы могли выращивать практически любые растения, раньше произраставшие на территории нашей страны.

Много сил и времени занимало поддержание рек в судоходном состоянии, приходилось местами углублять русло, или размечать безопасные маршруты. Правда, далеко продвинуться не смогли, просто не было необходимости, но ближние окрестности освоили При землетрясениях и морозах, а также последующем всеобщем таянии льда и снега все плотины были разрушены, обнажились многие мели и пороги, местами судоходство стало вызывать затруднения, да и сами остатки плотин не способствовали спокойному плаванию. Во многих местах приходилось восстанавливать мосты через овраги и небольшие речки или организовывать паромные переправы и понтонные мосты на более-менее серьёзных реках.

Занимались утилизацией вымерших при катаклизме деревьев. Они перерабатывались либо на древесный уголь, либо из целлюлозы получали биоэтанол для автотранспорта. Некоторое количество целлюлозы уходило на получение биобутанола, но хотя технология была в принципе понятна и опробована, переход на промышленное получение биобутанола никак не давался, требовалось много усилий для постройки такого комплекса, да и с сырьём, целлюлозой, в этих местах были трудности. Кроме того, сама технология пока была не отработана. Пока биобутанол получали на экспериментальных установках. Его хватало на испытания. Но в планах было организовать это производство по мере продвижения на север.

Было производство и биодизеля. В основном он использовался на старых судах с дизельными двигателями и для большегрузных автомобилей и тракторов.

Много людей требовалось для поисково-спасательной службы, сталкеров, как по привычке называли её бойцов. Эта служба представляла собой армию, милицию и все-все-все вооружённые силы. Несмотря на то, что других выживших на Земле пока не было найдено, такие отряды всё равно формировались в каждом поселении. Все хорошо помнили две попытки нас уничтожить.

Первая попытка была в самом начале, когда мы начали осваивать Севастополь. Нас тогда было здесь мало, но все имели хорошую военную подготовку. Да и техника была подготовленная. Тогда на нас пошли рабовладельцы, собрались из нескольких мест и решили ударить одновременно. Им необходимы были наши запасы продуктов, они уже не в состоянии были обеспечить себя питанием. Хорошо, что их вовремя воздушная разведка засекла, да и камеры наблюдения были установлены на опасных направлениях.

На айбайки, на места для пассажира, поставили пулемёты, посадили туда пулемётчика и с утра, пока бандиты готовились к выходу, подлетели бесшумно и ударили с воздуха. Мясорубка получилось страшная. Сначала никто ничего понять не смог, тишина, покой, солнышко встаёт, тепло, и вдруг с неба начинают бить пулемёты, да не один.

А потом с вертолёта ударили НУРСы. И нет бандитов. Те, кто побежал обратно, не добежали. Всех, кого смогли, с воздуха постреляли снайперы. После этого и побежали люди от бандитов, некому стало их охранять, осталась только охрана самих хозяев. А потом мы и их добили. Тогда многих удалось спасти. И к нам присоединилось много новых людей. Бывших рабов.

И у кого-то из них зародилась мысль стать новыми хозяевами. Для этого надо было только убить своих освободителей, захватить их имущество и начать править. Только не учли, что среди основателей были отличные специалисты, которые уже были готовы к такому развитию событий. И приняли меры. Ввели видеонаблюдение и прослушивание в наиболее удобных, с точки зрения организации заговора, местах.

А потом был проведён упреждающий захват зачинщиков на их очередном сборище, проведено экстренное потрошение, так это называлось, и все участники заговора были захвачены и уничтожены при общем присутствии. После этого ни у кого не возникло даже тени мысли о действиях против нас. И тогда была введена в действие система поселений и наблюдателей. И это была вторая попытка уничтожить нас.

А остальные предпочли нас не трогать и торговать, а не воевать. Это относилось к сочинской группировке. Были такие, выжившие в районе Сочи. Они не стали начинать вооружённую борьбу, а предпочли провести переговоры и договориться о мирном сосуществовании. Мы не лезем к ним, они не лезут к нам. Это их территория, это наша территория.

Правда, это продолжалось недолго, люди стали бежать оттуда к нам, и через пять лет всё это сообщество благополучно перекочевало к нам, к более сытой жизни, забыв о своей свободе и независимости. Они стали обычными жителями нашего общества. Осталась какая-то малая часть бывших лидеров, несогласных на переезд, но они жили по каким-то своим правилам и законам и нам не мешали.

Вот после этого мы смогли немного вздохнуть, но не ослабить свою готовность. Так с тех пор и пошло. Были отряды сталкеров в постоянной боевой готовности, и раз в полгода проходили недельные военные сборы все остальные, где осваивали и подтверждали навыки владения оружием и выживания. А на сталкеров, кроме охранных задач, возложили задачи разведки, исследования новых мест, дальних походов и поддержания внутреннего порядка. Чтобы не расслаблялись.

И вот именно тогда, после состоявшихся договорённостей, и был совершён поход на Кубань. Целью похода было проверить, что осталось от опытной станции института растениеводства, где и было национальное хранилище мировых растительных ресурсов. Хранилище частично уцелело, и нам удалось найти сохранившиеся семена многих растений. После того, как они прижились на опытных делянках, и началось планомерное восстановление лесов и лугов.

Что-то я отвлёкся. Жизнь у нас простая, без всяких изысков. Как сказал один из основателей, живём, как во время первых пятилеток. Работа, барак, спать, работа. Не совсем так, но не очень далеко от истины. Работа и учёба действительно занимают большую часть времени. Но есть время и на развлечения, например, работают видеозалы, в основном в вечернее время, где можно посмотреть видеофильмы. Работают библиотеки и музыкальные салоны. Можно, конечно, завести это у себя дома, и кто очень хотел, так и делал, но молодые в основном предпочитают проводить время вместе.

Мы старались не потерять ничего из того уровня жизни, что был достигнут до катаклизма. Каждому обеспечивали отдельное жильё со всеми удобствами, вода, отопление, энергия. Дома были в основном индивидуальные, редко на несколько семей. Каждый имел возможность выбора, чем заниматься и где жить, насколько это возможно в сложившихся условиях. Для маленьких детей были садики и ясли.

Вот так мы и жили.

Глава 3

01.05.28

Совет координаторов

— Привет, Сталкер, — сказал вошедший, закрывая за собой дверь.

— Привет, Умник, — ответил Виктор.

Это была сложившаяся практика, называть друг друга по позывным. Все постоянно общались по радиосвязи, и невольно большинство начинало пользоваться позывными при обычном разговоре.

Первым подошёл на совет координаторов Умник, Николай, он был координатором по науке, технике, образованию. В его обязанность входило отслеживание общего состояния нашей науки. Он же со своими помощниками должен был определить необходимые для нас направления развития техники, подготовить и скорректировать программы обучения. В его задачу входит поиск и привлечение талантливых и одарённых людей к работе на этих направлениях.

Всего в совете было семь человек, остальные должны были подойти тоже, пока было ещё рано. В совет входили:

Виктор, позывной Сталкер, ответственный за новые территории, разведку, безопасность, общие вопросы и координацию всех работ. Председатель Совета Координаторов.

Николай, позывной Умник, координатор по научным вопросам, образованию, новым технологиям.

Инга, позывной Цветик, ответственный координатор по вопросам биологии и всему, что имело к ней отношение, медицине.

Сашок, позывной Шатун, ответственный координатор по транспорту, воздушному, водному, наземному, его ремонту и обслуживанию, транспортной инфраструктуре.

Михаил, позывной Тех, координатор по электронике, электротехнике, связи, энергетике, общим вопросам техники транспорта.

Ольга, позывной Истра, координатор по вопросам истории, психологии, общественным отношениям, культуре и социологии.

Василий, позывной Кулак, координатор по сельскому хозяйству, продуктам питания и их переработке, вопросам обеспечения продовольствием. Ему же приходилось обеспечивать совместную работу всех производств, связанных с получением и переработкой продуктов питания.

Ну вот, все подошли, можно начинать.

— Коллеги, — начал Виктор. — Раньше я выполнял функции координатора нашего совета и на этот пост я был, как вы знаете, назначен нашими основателями, когда они были ещё живы. Сейчас последний из них умер. И так как подошло время нашего ежемесячного совета, я хотел бы вне намеченной повестки обсуждения поставить вопрос о выборе нового координатора или подтверждения моих полномочий.

— А что тебя беспокоит? Или что-то не так? — спросила Истра.

— Ничего не беспокоит, — ответил я. Просто ситуация изменилась, и может быть, надо принимать какие-то новые действия, а у вас есть по этому поводу свои соображения.

— Ситуация, конечно, изменилась, но не принципиально, — вступил в разговор Умник. В работе нашего совета последний основатель принимал участие в основном как советник с учётом всего, что он знал, да и то нерегулярно. Все решения мы принимали сами. Сейчас из нас ты самый опытный и старый, не обижайся на это слово. Если нам по тридцать пять, то тебе уже под пятьдесят. Я прав?

— Да.

— Ты на этом посту не один год и знаешь всё наше хозяйство, все наши проблемы отлично. Так что я не вижу причин на изменение состава совета.

— А может, он хочет уйти? — спросил Кулак.

— Если надо, то могу и уйти, с автоматом бегать могу, да и есть места, куда ещё можно отправиться на разведку. Дело не в том, чего я хочу. Дело в том, как будет лучше.

— А если дело касается пользы, то не занимайся ерундой и самокопанием, и давай работать дальше, — закончила обсуждение Истра. Все за это?

— Да.

— Ну, так тому и быть, — продолжил Виктор. И раз у нас не совсем обычный совет, я бы хотел и провести его несколько необычно. Вернее, я бы хотел подвести промежуточный итог этих прошедших лет и с вашей помощью наметить, что будем делать дальше. Пока только озвучу свои мысли по этому поводу, если решите, что они стоят того, чтобы над ними работать, будем работать над ними дальше. Поехали.

— Василий, как я понимаю, с продуктами у нас всё в порядке?

— Да, всё в порядке. Текущих запасов хватит на два года, и есть ещё небольшой запас на длительном хранении. Как я говорил в прошлый раз, мы сумели заложить часть продуктов на длительное хранение. Это мука, крупы, консервы из птицы.

— Хранилища, насколько я помню, в бывших рабских шахтах устроили?

— Да, там на глубине температура подходящая, правда, атмосфера там тяжёлая, многие там не могут находиться, слишком сильные воспоминания связаны с этими местами, но пока здесь нет лучшего места.

— И ещё, у нас ассортимент не маловат? Витамины там, фрукты, овощи.

— Пока никто не жаловался на однообразие. Во всех столовых нет такого, чтобы одним и тем же постоянно кормили. У Цветика за этим надзор.

— Да, за этим следим строго. И регулярные медосмотры проводим, и пока не выявили никаких патологий.

— Хорошо, но это только вступление. Я понимаю так, что сейчас мы находимся на этапе завершения выживания. Мы смогли спасти всех, кто был рядом. Я уверен, что найдутся ещё люди. И в Европе, там тоже было немало шахт, и в Сибири, да и ещё много мест, где люди смогли бы выжить. Мы спасли только тех, кто был рядом. А далеко мы ещё и не забирались. Пока только осмотрели свои окрестности. Не до этого было.

Но сейчас мы создали устойчивое общество, и многие уже приняли наши принципы. Это сейчас для нас, выживших, самая главная ценность. Есть общество. Его надо укреплять. Надо, чтобы люди верили в успех всех своих усилий, надо дать им веру в будущее. Но и о трудностях забывать нельзя. Надо начинать культивировать у людей эту веру. Надо дать им что-то ещё, кроме тяжёлой и бесконечной работы.

Люди должны знать, ради чего всё это. Они, конечно, знают, чего мы хотим, но знания имеют способность теряться и забываться, если их не повторять. Ольга, это, скорее всего, к тебе. Нужно начинать писать книги о том, что было, о подвиге основателей и сотен других выживших. Ничего нельзя забывать. Пусть это будет и тяжело, но про рабство тоже нельзя забыть.

Надо помнить, чем может закончиться наша неудача. Сделать радиоспектакли по этим темам. Начинать издавать газету. Может быть, снять фильм. Или театр устроить, конечно, не только с тематикой катаклизма, а нормальный обычный театр. Единственной целью всего этого должно быть укрепление духа и веры в правоту всего происходящего.

— Я не совсем с этим согласен, — перебил Умник. Ещё классики сказали, материя первична, сознание вторично. Надо создать людям хорошие жизненные условия, и всё будет в порядке.

— Это мы уже проходили. Историю хорошо учил? Вспомни Великую Отечественную, вспомни Отечественную двенадцатого года. Не было никакого изобилия и жизненных условий. Но была вера в правоту своего дела. Была вера в свой народ, и была защита своей страны, итогом всего этого была победа. И вспомни пиндосов. Было море жратвы, было всё, но не у всех. И как их любили во всём мире? Хотя ты этого не застал. А я помню, хоть и не очень хорошо, но помню отношение людей к этому. Истра, а ты чего молчишь?

— Ты прав, Сталкер. Упустили мы этот момент, увлеклись созданием жизненных благ ремонтом железа. Но без благ нельзя. Ведь было время, когда была только идеология и больше ничего. Жрать народу было нечего, зато все учили и говорили о великой любви к своему режиму.

— А я и не призываю вас отказаться от жизненных благ. И не призываю вас уменьшить усилия и затраты на их улучшение. Если это случится, я первым буду разбираться с виновником. И мало ему не покажется. Но это не должно стать самоцелью. Нужно и о духовном думать. Но и тут нельзя перегибать палку. А то опять появятся всякие говоруны и пустобрёхи, умеющие только воздух сотрясать и лезть в первые ряды за наградой.

При любом раскладе никакой актёр, певец, скоморох не может быть лучше и выше по статусу обычного работяги. Шуты и скоморохи всегда только развлекали рабочих людей и кормились от того, что те им давали. Это должно быть также заложено в основу всего этого. Писатели, поэты, актёры должны пользоваться уважением, но не должны быть божками и идолами.

Короче, Истра, нужно начинать очень серьёзно заниматься духовным воспитанием наших людей и нацеливать их на новую идею – создание планетарной цивилизации. Что для этого нужно – будем всем миром думать и делать. Книги, газеты, журналы, фильмы. Нужно писать историю катаклизма? Будем писать историю!

А то страдают над унесёнными ветром, причём это чужой фильм. Та же "Калина красная" на мой взгляд, гораздо лучше. Нет, знать историю надо, но в первую очередь надо знать историю своего народа, какой бы она ни была грязной и кровавой и как бы тебе не нравилась. Наши предки были не глупее нас, и только идиот может считать себя самым умным и всегда правым. Критиковать могут все, а вот создавать – мало кто. Вы полюбите нас черненькими, а беленькими и пушистыми нас всякий любить будет. Вот всем этим, что я сказал, тебе, Истра, и придётся заниматься.

Это, так сказать, внутренние проблемы. Есть и внешние. Истра, опять тебя спрошу. Любая империя в истории, любое общество развивалось, если расширялись его границы. Когда это прекращалось, империя, общество загнивали и умирали. Так?

— Не совсем так, это очень упрощённый взгляд. Общество может самосовершенствоваться и без увеличения своей территории.

— Может быть и упрощённый, вполне допускаю развитие и без увеличения территории. Но что-то всегда должно увеличиваться. Территория, знания. Если этого нет, то итог один – остановка в развитии. А мы сейчас тоже встали у этого порога. Зациклились на своих уже устроенных поселениях и успокоились. И техника, и производство встало. Как научились крохам умения старого мира, так и успокоились. В каменный век не скатимся. И думаем, это хорошо.

Раньше цели ставило государство, пусть и страшные, но были цели. Пусть они были неправильные, но они для всех были своеобразными маяками. Создать атомную бомбу, победить врагов, полететь в космос, построить новую дорогу и т. д. Если есть цель, есть движение, а движение это жизнь. Пусть не для всех это подходит, но для них найдутся другие цели. Написать новую книгу, построить новую машину, возвести новый посёлок.

— А тут ты, Сталкер, совсем неправ, — дуэтом встряли в разговор Умник и Цветик. Мы много работаем и готовы к внедрению новых технологий и умений.

— Ну, молодцы, раз готовы. Только вот эта фраза – мы много работали, меня беспокоит. Кто работает, тот никогда не говорит, мы много работали. Он просто работает. Без разговоров, и показывает результат. Нет, я понимаю, что за это время много сделано. Подготовлены люди, обучены специалисты, освоены некоторые технологии. А дальше? Мы говорим, что строим новую цивилизацию. А в чём эта стройка выражается?

Те изделия, технологии, что есть, всё от основателей. Айбайк, спирт из целлюлозы, биогаз, биобутанол, радиосвязь. А дальше? Что делаем дальше, кроме текущих вопросов и проблем? Завтра не будет станков. И что? Всё закончилось? Где работы по созданию хотя бы старых, довоенных станков своего производства? А ведь это невообразимо сложная проблема, тянущая за собой ещё неведомо сколько проблем.

Сколько руин от городов на земле? Много. Где работы по их зачистке, использованию ресурсов от руин. Самолёты ещё летают. А через десять лет на чём летать будем? Катера плавают, а через десять лет они плавать будут? А через двадцать? И где производство новых машин? Хотя бы типа довоенных грузовиков, чтобы можно было заменить то, что уже не сможет ездить никогда. Потому что сгниёт.

И на новые территории уже почти не ходим. А зачем? Мы и так знаем, что там есть. В своё время говорили, что надо найти замену нефти, нашли, и еле-еле обеспечиваем мизерный существующий парк автомобилей. А хотели строить дирижабли, летать и плавать по всему миру. Я понимаю, что народа нет. А те казаки и первопроходцы, что открывали и осваивали Сибирь, они что, были лишними в обычной жизни и им делать было нечего?

Нет, они шли в новые земли и основывали там остроги, потому что считали это своим долгом. А потом туда приходили новые люди. А мы чем хуже? Вот я и хочу, чтобы мы начали готовить промышленную базу и основу для развития будущей планетной цивилизации. И устранили эти пятна прошлого, руины, с поверхности земли. Чтобы были нормальные производственные мощности, которые могут выпускать хоть простую, но свою технику и оборудование. Чтобы не остаться у разбитого корыта через десять лет и не загубить всё, что нам оставили и доверили основатели.

Так что, товарищи координаторы, прошу вас подумать над тем, что я сказал, и давайте через две недели, пятнадцатого числа, соберёмся здесь и обсудим предложения каждого по перспективным планам развития каждого направления. Вопросы есть? Я рад, что вы все меня правильно поняли.

Глава 4

14.05.28

Виктор, позывной Сталкер

Две недели до следующего совета координаторов я провёл в попытках осмысления реорганизации сталкеров под новые задачи, которые сам же и озвучил. Надо значительно расширить зону действия разведки, пора выходить из Крыма и начинать осваивать новые территории. Пусть сталкеров пока мало, но кто сказал, что и этими силами нельзя ничего сделать. Интересными для нас я считал несколько направлений.

Это вся территория России, в первую очередь её европейская часть. Не должно быть неподконтрольных территорий. Хоть мы там сейчас и не живём, но наблюдать за территориями должны. Это наша земля, мы просто обязаны там присутствовать. И неважно, что там сейчас нет живых, вернее, мы не знаем про живых. Везде надо всё держать под контролем, мало ли какие изменения могут начаться.

Тем более, что есть определённый контингент людей, несогласный жить в образующемся обществе. После всего произошедшего такие люди предпочитают одиночество. Вот и предоставим им такую возможность. Будем организовывать новые станции наблюдения и по согласию направлять туда смотрителей. Обеспечим их всем, продуктами, оружием, связью, техникой, ГСМ.

Будем периодически их навещать и доставлять новые запасы и снаряжение. А они будут заниматься картографией и описанием местности, восстановлением растительности, может быть, каким-нибудь кустарным промыслом. После катаклизма рельеф ведь сильно изменился. Многие реки проложили себе новые русла, образовались новые озёра и болота, дороги разрушились, всё нужно было восстанавливать. Так что работы предстояло много.

Интересовала меня и Европа. Было много мест, в которых могли выжить люди. На Балканах много пещер, в Германии много шахт, да и не знаю я всех мест, где могли быть выжившие. На сегодня мы провели воздушную разведку и больше туда не совались. Хватало забот об обеспечении выживания своих людей, снабжения их пропитанием, обучением, восстановлением технологий. А теперь пришла пора посмотреть на эти земли поближе. Может быть, мы что-то и упустили.

А чтобы всё это реализовать, надо было менять задачи и организационную структуру сталкеров. Сейчас сталкеры работали пятёрками, и основной задачей их стало обеспечение безопасности поселений. Пора создавать мобильные отряды. В них должны были входить экипаж разведывательного самолёта, две двойки наземных поисковиков и ещё экипаж айбайка. Или вместо самолёта использовать катер, если разведка проходила по водному маршруту.

Такая авиационная группа могла попасть в любое место, в крайнем случае, можно было сбросить парашютный десант, и уже десант должен был подготовить ВПП. А после того, как создана ВПП, создавался опорный пункт, ставилась антенна радиосвязи, и оборудовалось место для проживания десятка поисковиков. Авиация забрасывала сюда необходимое оборудование, запасы, и после того, как исследование района завершалось, база консервировалась, но была готовы к повторному использованию.

Такие опорные пункты должны были создаваться на расстоянии не более половины дальности полёта самолёта и должны были обеспечить возможность попасть куда угодно по всей исследованной территории на достаточно лёгкой технике. В принципе, это уже была отработанная нами тактика изучения неосвоенных территорий, но это были разовые операции, а сейчас настало время масштабного проведения подобных операций

Обсуждение новой методики я начал с Сашком, отвечающим за транспорт, и так сформулировал ему свою задачу.

— Сашок, вот представь себе группу, десять человек. Забросить их надо в самые разные места. Или по реке, или по бездорожью, или по воздуху. С ними снаряжение, оружие, продукты, транспорт и ГСМ. Какое снаряжение? Пара квадров для наземной разведки или тяжёлый мотоцикл, один айбайк, пара бензогенераторов, пара разборных антенн для дальней связи, топливо, для начала, как минимум, бочка. Продукты, не меньше чем на неделю, оружие, патроны.

Потом придётся делать ещё несколько заходов, привезти дополнительно запас продуктов, ГСМ, какое-то дополнительное снаряжение, бензопилы, надувные лодки, инструмент. Хотя часть этого, может быть, надо забросить сразу. Здесь ещё надо подумать, мы будем это с другими сталкерами обсуждать. Я прикидываю, что где-то тонну груза надо брать. Да, ещё парашюты. Вот такая группа и такой груз.

Если можно самолётом, за один раз, то хорошо. Есть такой самолёт? Насколько знаю, кукурузник возьмёт половину людей и половину груза. Если делать новый самолёт, то это минимальные требования к такому аппарату. Если будет кукурузник, то придётся рассчитывать на другую методику заброса группы. Давай обсуждать. Я понимаю, что проектировать и запускать производство нового самолёта – задача суперсложная, причём она должна быть увязана с более масштабными задачами.

Я думаю, что таких самолётов понадобится не менее десяти. Эти самолёты могут быть задействованы и для других наших задач. Для обеспечения и снабжения новых баз наблюдения. Или у тебя есть на примете существующие самолёты, и они смогут ещё проработать лет десять. Тогда мы будем рассматривать такой вариант как основной. А за это время мы подготовим производство нового самолёта. Или судя по твоему хитрому виду, это будет что-то другое?

— Сталкер, я понял, что ты хочешь от самолёта. Но пока я не готов дать тебе обоснованный ответ, а зря сотрясать воздух не хочу. Единственное что скажу, у меня найдётся на примете десяток кукурузников, и они пролетают ещё лет десять, не меньше. Подробности обсудим на совете, тогда я буду готов дать обоснованный план действий.

— Хорошо, я тебя понял по самолёту. Рассчитываю на кукурузу. Исходя из этого, буду и планировать действия группы. Теперь давай обсудим другие дороги и транспорт.

— А что другие дороги?

— А реки. Для реки нужен тоже новый катер. То, что у нас есть, не подходит. Есть прогулочные, разъездные, туристические катера. А нужно совсем другое.

— А что другое?

— Нужен катер достаточно вместительный, чтобы взял примерно такую группу, что я описал, и её снаряжение. А лучше ещё больше, река не небо, везти можно больше. И катер должен быть проходимый и манёвренный. Без угрозы поломки винта на топляках и мелях, забираться ему придётся неизвестно куда. Может быть, и по ручьям.

Мне кажется, это должен быть водомётный катер, с очень хорошим запасом мощности, с хорошим дополнительным оборудованием, например, краном или лебёдкой, крупнокалиберным пулемётом, И если сам не сможет двигаться по земле, должна быть предусмотрена возможность его перемещения на какой-то вспомогательной тележке по земле. Или затор, завал на реке по земле обойти, или через волок на другую реку перебраться. И связь, естественно, должна быть на дальние расстояния. Задачи перед группой ты представляешь. Разведка неизвестной местности. И что там может потребоваться в дороге, должен предположить сам.

— С этим понятно. Примерно так я думал.

— Теперь машины. Всё то же самое, только наоборот. По земле должны пройти в любом месте, без дорог, перевезти группу, груз, снаряжение. Должны реку переплыть. Любую, в любом месте. Груз должны доставить в любое место.

Вот такие задачи у меня по разведке. Я не касаюсь текущей хозяйственной деятельности. Здесь ты сам разберёшься. Все задачи сам себе поставишь, и доложишь о выполнении. Пока, Шатун.

Примерно в таком же ключе состоялся разговор и с Техом. Его я озадачил комплектом оборудования для разведки: тюнер для дальней связи; антенна, две штуки; приводной радиомаяк. С минимальным весом, габаритами и энергопотреблением, максимальной автономностью и с максимальной дальностью. Да, и ещё это должен быть ретранслятор, обеспечивающий максимально возможную связь внутри группы.

Остальное время вместе с другими сталкерами посвятили определению возможных направлений разведки, определили первоочередные места для опорных баз, установили порядок создания баз и перечень снаряжения для заброски. Подготовили предварительные списки сталкеров для участия в разведывательных операциях.

Определили состав группы, постарались включить как можно больше специалистов в самых разных областях. Сталкеры ведь не только бегают и стреляют. Не забыли сделать памятку, на что надо обращать внимание, на что в первую очередь надо смотреть, и что искать. Короче, начали организационную подготовку к проведению дальней разведки.

Вспомнил и рассказал про наш первый дальний рейс, в самом начале нашего переселения в Севастополь. Мы тогда отправились в Пущино, вывозить оборудование, книги, образцы для работы биолаборатории. Пошли колонной. БТР, УАЗ, три КАМАЗа фургоны, КАМАЗ со снаряжением для колонны, КАМАЗ-бытовка, КАМАЗ-холодильник, наливняк с соляркой, автокран. Очень много задействовали народа. Даже опасения были, а стоит ли так ослаблять базу?

Но наука – наше всё, и поэтому мы поехали. Самое главное было найти мосты и переправу через реки. Но нашли. Хорошо, предварительно авиаразведку провели по маршруту, да и айбайк был с собой. Где вброд, где в объезд, где пришлось мосты ремонтировать, где понтоны искали, где вплавь, но нашли дорогу. Помогло еще то, что машину предварительно отправили на разведку дороги. Она и подсказала, где можно проехать.

Из Пущино тогда много чего вывезли. Книги, оборудование, образцы, препараты. Потом, правда, пришлось ещё раз туда такую же колонну гнать, но науке виднее. А мы что? Нам сказали, мы и поехали.

Были встречи и с другими координаторами по обсуждению ситуации, но все они проходили в таком же духе, так что всё обсуждение должно было состояться на совете.

Глава 5

15.05.28

Совет координаторов

— Здравствуйте товарищи координаторы, — произнёс Виктор, входя в зал совещаний.

Зал был небольшой, в нем располагался десяток составленных вместе обычных столов, образуя своеобразный единый стол. Каждый из координаторов пользовался своим ноутбуком, подключив его к сети питания, проведённой к месту каждого участника совещаний.

— Сегодня мы, как и договаривались, должны совместно обсудить наши дальнейшие действия. Начну с себя и изложу своё видение по изменению структуры и решаемых задач сталкерами. Затем хотелось бы обсудить мнения по реорганизации общества, это нам должна сообщить свои соображения Истра, ну и затем, в свете всего изложенного, обсудим предложения по всем остальным направлениям. Если возражений нет, то позвольте мне начать.

Я считаю, что необходимо ввести военизированную структуру этой службы, пусть она будет называться не сталкеры, а как-то по-другому. Слово сталкер подразумевает какой-то запредельный экстрим. А нам этого не надо. Надо спокойной и мирной жизни. Пусть будет, например, служба спасения. Организация этой службы подразумевается в виде бригады спасения. Структура – армейская бригада.

В составе бригады будет несколько подразделений, как они будут называться, не принципиально – рота, батальон, полк. Как минимум, должна быть служба патрульно-постовая, осуществляющая контроль и обеспечение порядка на наших базах и поселениях. Должна быть служба мобильной помощи – любой, медицинской, технической, помощи в экстремальной ситуации. Ногу сломал, придавило рухнувшими обломками здания, заблудился, да мало ли что может случиться в жизни. Отправив вызов о помощи, каждый вправе её получить. Должна быть служба разведки.

Её задача – разведка, картография и описание новых для нас мест. Подчёркиваю, все места, где мы ещё не поселились, для нас новые. Слишком много изменений в рельефе местности, природе прошло после катаклизма, и все старые карты надо уточнять. И предлагаю ввести новую службу – смотрителей. Для этой службы предлагаю использовать тех, кто не может или не хочет жить в нашем обществе, кто желает одиночества и уединения. Это будут как бы нештатные сотрудники, по сути обычные люди, работающие в составе службы на отдаленных местах.

Мы будем организовывать на новых местах что-то типа кордонов, или хуторов, где будут жить добровольцы, и они будут осуществлять наблюдение на подконтрольной территории. Естественно, им будет предоставлено всё, что необходимо для нормальной жизни – техника, связь, материальная поддержка, снабжение, ГСМ, короче всё, что нужно.

К ним будут периодически прибывать транспорты снабжения. Когда эти смотрители решат вернуться в общество, им сразу же будет предоставлена такая возможность. Если мне будет поручение от совета, то подготовлю развёрнутый план действий и структуру бригады. Думаю, что все, кто оканчивает наши центры обучения и подготовки, должны пройти через эту бригаду, это будет что-то типа воинской службы. И после определённого срока службы в бригаде человек может получить самые разные льготы и перспективную работу. Служба в бригаде будет подразумевать за время ее несения обязательное углубленное изучение одной или нескольких технических дисциплин. Или гуманитарных.

Отдельно хотел бы изложить своё видение проведения разведки. Разведку предлагаю начать с двух мест. Средняя Волга и Урал. На средней Волге были самые большие и малодоступные леса в средней полосе. Там, скорее всего, нет выживших, но там должно быть много леса, и мы сможем запустить производство биобутанола и обеспечить себя топливом. И начать восстанавливать леса. А реки – Волга, Ока, Сура, Ветлуга, Кама дадут дорогу для освоения этих мест и многих других окружающих территорий.

Урал есть Урал. Там есть всё, и там как раз могут быть выжившие, есть шахты, множество пещер, есть топливо. Давно мы вынашивали планы попасть в те места, да всё как-то не получалось. А теперь вроде бы появляется возможность, вот только как бы уже поздно не было.

И для реализации этих планов я хотел бы оснастить бригаду соответствующей техникой. Я уже обговаривал эти вопросы с Шатуном и Техом, но вкратце повторю для других. Легкие самолёты типа кукурузника, а лучше что-нибудь более грузоподъёмное и такое же непривередливое к ВПП. Новые катера, с возможностью движения по мелководью. И нужны автомобили, лучше всего вездеходы-амфибии.

Вот вкратце то, что я хотел доложить совету по реорганизации службы сталкеров. Повторюсь, Если будет поручение совета о подобной реорганизации, будет представлен подробный детальный план действий. Хотя не открою тайны, он уже делается. Под изменённые задачи и структуру.

Ваше молчание можно считать согласием? Тогда я приступаю к подробной проработке новых планов. А дальше пусть продолжит Истра.

— И продолжу. Сталкер в прошлый раз очень вовремя обратил внимание на нашу промашку. Мы всё жили временами освобождения и выживания, а ситуация уже совсем другая, и сейчас самое время её изменить. Нам надо не выживать, а просто жить и развиваться. В этом принципиальная разница. Нам пора думать о построении настоящего общества, со всеми его атрибутами и правилами.

— Извини, Истра, — перебил её Виктор. Все эти атрибуты и правила мы установим сами, нам не всё может подойти, что было раньше, и что ты вычитала в умных книгах. Я просто хотел сказать, что это будет новое общество, хотя нет ничего нового, всё в этом мире уже было где-то и когда-то. Ещё раз извини, больше перебивать не буду.

— Продолжу. А раз мы собираемся жить, то нам и нужно в первую очередь обеспечить всё необходимое для нормальной жизни. Условия жизни, правила работы и отдыха, всё, что сопровождает такую нормальную жизнь. Развлечения, культура, наука, образование. Закон и порядок. Но это получается не самое главное. Это, так сказать, сопутствующие факторы. Самое главное – какое общество будем строить? Какую идеологию будем закладывать для этого общества?

А что тут думать? — перебил Истру Умник. Как написано во многих книгах, показано в фильмах, раньше все боролись за демократию. И самыми сильными были именно демократические государства. Так что, надо строить демократическое общество.

— И почему ты не ходишь строем, раз такой умный? — спросил Виктор. Разбираешься в своих интегралах и производных, вот и разбирайся дальше. Я, конечно, мал ещё был, когда жил до катаклизма, но зато хорошо помню все споры основателей по этому поводу. Зло или добро эта демократия?

Одно из самых грязных ругательств у них было демократ. Я не могу сказать, что я многое знаю в этой области, но я хорошо слушал, задавал много вопросов и получал ясные и обоснованные ответы с кучей жизненных примеров. Поэтому могу сказать, что сломать можно всё, что угодно, а вот построить что-то удаётся не всегда. Поэтому моё мнение – ничего не надо ломать, надо внести необходимые изменения в нашу жизнь, чтобы сделать её лучше.

А как это будет называться – демократия, республика, монархия, это дело десятое. Главное, чтобы жизнь была спокойной, чтобы не дрожать от ужаса при наступлении нового дня и знать, что всегда найдется тот, кто сможет тебе помочь. И всегда будет, что съесть. Ещё раз извини, Истра, но такую глупость я не мог оставить без ответа.

— Да, я сама хотела предложить что-то похожее. Не надо искать какие-то рецепты в книгах. У нас сложился определённый образ жизни. Как говорится, лучшее враг хорошего. Надо принять меры, которые сделают жизнь сейчас ещё лучше.

Для этого в первую очередь предлагаю нормировать работу. Раньше было пять рабочих дней по восемь часов в день и два выходных. Вернёмся к этому?

— Я буду против, — сразу ответил Тех. Мы и так не успеваем сделать всё, что требуется. А если ввести такие изменения, то можно похоронить все планы.

— Да, Истра, — подключился Виктор, — по-моему, это уже слишком. Не подумай, что я за возврат рабства или установление жёсткой эксплуатации людей. Но Тех прав. Ещё не время отдыхать. Согласно всем наблюдениям, сегодня обычный рабочий день составляет одиннадцать – двенадцать часов. Не меньше.

Вот это можно узаконить. Не ужесточать, а принять за норму то, что есть сегодня. И ввести шестидневную рабочую неделю, пусть один день будет выходной. А также смотреть, когда можно будет уменьшить продолжительность рабочего дня. С этим я согласен. Причём не обязательный выходной, а возможный. Если человек хочет отдыхать, пусть отдыхает, если хочет и может работать, пусть работает. Это будет его решение. Но если работать, то как обычный рабочий день, без всяких скидок на возможный выходной.

Ещё раз хочу подчеркнуть – это не установление какого-то казарменного режима. Должны быть какие-то сокращённые дни, должны быть отпуска, должно быть личное время, но все силы мы должны сейчас прикладывать к тому, чтобы выполнить поставленную перед собой задачу – мы должны не просто строить новое общество, мы должны дать ему толчок для развития и совершенствования. Будут несогласные, будут другие мнения, но по отношению к этим людям не надо принимать какие-то силовые меры. Самый простой вариант – выселки, живи отдельно так, как ты хочешь, работай сколько хочешь, как потопаешь, так и полопаешь.

В дальнейшем, по мере появления возможностей, при сокращении нагрузки, установившиеся нормы надо будет уменьшать. Да и при появлении возможностей для свободного времяпровождения тоже, как бы ни хотелось кому-то отчитаться о перевыполнении задач. Наша задача – не получение сверхприбылей, а восстановление нормальной жизни, что мы видим в фильмах, для всех людей.

Но и излишние свободы здесь недопустимы. У нас централизованное общество, и все, когда в него вливались, с этим соглашались и принимали на себя обязательство работать над реализацией совместно принятых решений. Поэтому одним из этапов после принятия программы надо будет провести общее обсуждение и утверждение целей и задач.

— Я согласен с таким вариантом, — это Шатун высказал своё мнение.

— И я, и я, — присоединились Умник и Цветик.

— Хорошо, поправка принимается, — согласилась Истра. — Продолжу. А раз мы ввели нормированный рабочий день, то надо дать людям и всё остальное. Заработную плату и возможность провести выходной по своему выбору. Как минимум, обеспечить этот выбор. Стадион, соревнования, театр, кино, магазин, ресторан.

— С тобой всё ясно, Истра, — перебил её Виктор. Ты, не желая думать, просто берёшь и перечисляешь всё, что было до катаклизма. Но это неправильно. Я так считаю. Ты опять считаешь себя самой умной и заранее знаешь за всех, как для них будет лучше. Я ещё раз повторю, это неправильно. Ты уже для всех всё решила – стадион, театр, ресторан. Ну, может быть, ещё что-то найдётся. То, что ты сейчас делаешь, это скрытая форма рабства. Ты сама для всех всё определила – вот вам кино, вино, домино, и будьте довольны, А что вам надо будет ещё, я вам скажу потом.

Я много времени провёл с основателями. И хорошо усвоил их методику работы. Она проста. Сначала ставится задача, и эта задача принимается или не принимается общим обсуждением. Потом идет поиск методов и способов решения этой задачи, определяются имеющиеся возможности, и если их нет, решается, что нужно сделать, чтобы эти возможности появились.

При выполнении всех этих работ появляется ещё масса других вопросов, но все они уже второстепенные. Главные задачи уже определены. И никто ни за кого не принимает решения. Решения принимает каждый сам. Если не согласен с предлагаемым решением, переубеди других. Не смог переубедить, работай так, как решили все остальные. И работай изо всех сил, без скидок на своё несогласие.

Высказываясь в прошлый раз, я подразумевал совсем не то, что слышу сейчас. Во-первых, мы должны подтвердить для себя, и все остальные люди также должны подтвердить нашу основную задачу. А она была поставлена ещё основателями – возродить нашу планету, нашу Землю. И, во-вторых, возродить человеческую цивилизацию. Но не ту, которая была раньше и которая занималась уничтожением породивших её людей и самой Земли, а построить цивилизацию нового типа.

Цивилизацию, основанную не на разграблении и уничтожении Земли, а на тех возможностях и возобновляемых ресурсах, что даёт сама Земля. И на других принципах человеческого общества. Они уже были внедрены и реализованы на самых первых этапах выживания основателей. Ещё батя говорил, не знаю, как назвать, то, что у нас получилось, то ли коммуна, то ли семья, род, племя, но все выжившие были едины в достижении поставленной цели и видели смысл всех своих действий в благополучии и выживании всех своих близких и единомышленников.

И поэтому я думаю, что для выполнения этих, первоначальных задач, надо начинать целенаправленную работу. Для этого считаю необходимым следующее. Во-первых, надо узаконить и нормализовать то, чего мы уже достигли. Это должны быть минимальные условия, на которые может рассчитывать любой человек, попадающий в наше общество. Общество должно заботиться о человеке. И если для кого-то это ещё не выполнено, выполнить в кратчайшие сроки.

Это благоустроенное отдельное жилище, гарантированное питание, транспорт, связь, образование для самого человека и его детей. Естественно, это всё не так просто. Человек должен пройти через испытательный срок и подтвердить, что он действительно человек, а не мразь, убийца и подонок. И за эти блага человек должен работать. Как, уже обсуждали. Может быть, вы считаете, что нужно добавить что-то ещё в этот список. Предлагайте. Я от вас ждал этого раньше и просил об этом ещё в прошлый раз.

А когда мы узаконим и нормализуем то, чего сумели добиться за эти годы, то придёт время приступить к основным задачам. Но людей надо готовить к этому уже сейчас. Мы должны сплотить людей, они должны гордиться тем, что удалось сделать, что сумели выстоять и выжить при мировом катаклизме. Они должны гордиться своей работой, своими успехами, своими друзьями, своими близкими, их достижениями.

У нас должно быть единое общество. А для этого надо начинать выпускать газеты, журналы, радиопередачи, да много чего надо. Все люди должны быть информированы о том, что делается, что планируется и иметь возможность высказаться по любому интересующему его вопросу. Но не должно быть никакого оболванивания, пустых рассуждений и демагогии. Как говорится, за базар отвечать придётся. Надо вводить награды, поощрять людей за труд. Да много чего в этом направлении можно сделать. Надо только желание иметь. Вот это я и хотел услышать, а ты мне вино, кино, домино.

— Если то, что я говорю и делаю, вас не устраивает, то я могу и уйти.

— А вот это игра в песочнице маленькой девочки. Мне не нравятся ваши игрушки, пойду играть в другую песочницу с другими девочками-мальчиками. Если ты веришь в то, что говоришь, убеди всех присутствующих в своей правоте, и тогда будет принят твой план. Нет, будь добра выполнять план совета. Я ясно всё объяснил?

— Да, Сталкер.

— Будешь доказывать свою правоту?

— Нет, не буду. Ты опять прав. Мы все знали о сверхзадаче, определённой для себя основателями, но благополучно забыли о ней. А для решения этой сверхзадачи ты уже назвал первоочередные проблемы – это организации выпуска газеты, журнала, радиотеатр. Награды и патриотическое воспитание, напоминание о сверхзадаче. Вот организацией этих дел, если совет это мне поручит, я готова заняться. И для всех заявляю. Здесь нет обиды! Сталкер прав! Мы забыли, для чего нас спасали. Пора начинать отдавать свои долги, как бы пафосно это ни выглядело со стороны.

— Ну и ладно, Истра. Пока начинай работать с уже озвученным планом и готовься к следующим этапам. Совет хотел бы получить хотя бы примерный план мероприятий по дальнейшей работе в этом направлении. Кто будет следующим высказываться по повестке дня?

— Давайте я, — сказал Тех. Если исходить из задач, поставленных Сталкером, то нам надо кардинально переделывать, нет, не переделывать, а начинать делать всё, что раньше откладывалось до лучших времён. Мы готовили людей для любых задач, не объясняя целей и не ставя ориентиров. Мы использовали оборудование и технологии, что сохранились со времён катаклизма. Сейчас, если мы хотим приняться за главную цель, оставленную нам основателями, нам надо действовать по-другому. Я буду говорить по своей тематике, но уверен, что остальные будут говорить о том же.

Нам надо начинать строить не только новое общество, но и новую промышленность. Всю. Нет ничего, что бы могло работать. И если раньше мы рассчитывали на остатки промышленных мощностей старых производств, то сейчас надо начинать их строить заново. Может быть я повторюсь, многое из этого уже раньше озвучивалось, но с таким повтором мне проще говорить.

Во-первых, надо иметь свою энергию. Как я понимаю, нефть, газ для нас закрыты, во всяком случае из-за добычи. И не столько потому, что мы не сможем их получить, сейчас, думаю, мы смогли бы начать добывать нефть и получать хотя бы прямогонный бензин. Но перед нами стоит задача обеспечить себя и новый мир энергией без использования нефти. А это означает только одно – мы должны строить энергетические центры. Или назовите это как-то по-другому, но нам надо будет много энергии.

И для обеспечения потребности людей, и для производства. Пока не будет энергии, мы не сможем делать ничего. И энергия, вернее, то, что мы сумеем получить, подскажет, что нам нужно. Сейчас я могу сказать про три вида энергии, доступных для нас. Это синтез-газ, полученный пиролизом, биогаз, биоэтанол и биобутанол, биоводород. Биоводород я назвал для обобщения, я пока не знаю, что с ним делать, но получить его мы можем. Фактически мы имеем биогаз и биоэтанол. Биобутанол ещё не вышел на промышленное производство. Да, и есть ещё биодизель. И это самое первое, что нам надо. Энергия.

Затем надо будет создавать свой машиностроительный комплекс. И производство электроники и электротехники, химический комплекс, у нас нет резины, нет лаков и эмалей, а без этого никуда. И всё это делать не просто так, а имея конкретную цель, конкретные проекты. Мы должны знать, что мы будем строить, и что для этого нам потребуется. Материал, станки, оборудование. Что-то используем из остатков, но что-то придётся делать с самого начала. У нас нет моторов, а мы не знаем, какие моторы нам нужны. Нам нужно полностью создавать всю промышленность и всё, что с ней связано. А нас всего десять тысяч людей. Как всё это сделать?

— А ты думаешь, я это знаю? — спросил Виктор. Есть только один способ сделать это – нужно начать делать. Для этого мы здесь и собрались. А если мы этого не сделаем сейчас, мы этого не сделаем никогда! И через пятьдесят лет наши предки будут лопатами копать огороды и выращивать себе для пропитания хрен. Нет, конечно, лет через пятьсот найдутся другие люди, которые это всё реализуют.

Потихоньку всё восстановится, человек такое существо, что будет искать для себя всё более лучшие и лучшие условия, и всё восстановится. Но если кто-то вспомнит об этих временах, то нас всех будут вспоминать только в самых матерных выражениях. У нас сейчас есть возможность начать эту работу. И чем быстрее мы её начнём, тем быстрее получим какой-то результат. И наша задача начать эту работу! Иначе нам грош цена, и мы будем первыми предателями наших спасителей. А я этого не хочу!

— Коллеги, коллеги, спокойней, — вмешался Умник. Мне тоже сложившаяся ситуация не нравится, Но если мы принимаем на себя и на всех остальных выживших цели основателей, а мы их приняли априори, вступив в это общество, то Сталкер прав. Надо начинать делать дело. Как говорится, делай, что должно, и получишь, что суждено. А как я понимаю, все согласны с целями, поставленными основателями. Значит, мы уже приняли на себя обязательства, осталось убедить в этом всех остальных людей и заняться этой работой.

Я читал, как в своё время в СССР строили атомную промышленность. Не было ничего, шла война, и, тем не менее, атомную промышленность создали с нуля. И создали всё необходимое для её работы. Нам будет если и легче, то ненамного. И начать нужно с самого начала. Да, хотел бы, прежде чем продолжить, получить небольшое уточнение. Цветик, что ты можешь сказать по поводу энергии?

— А тут и говорить нечего, Тех прав. Есть возможность получения биогаза и биоэтанола, в небольших опытно-промышленных установках, да и то, с точки зрения наших приоритетов, не совсем чистых. И биодизель. И я ещё не знаю, сколько можно будет использовать целлюлозу, леса гниют, и что будет потом, вопрос.

— Именно это я и ожидал услышать. Шатун, ты что-то ещё можешь добавить?

— Могу. Для тех задач, что описал Сталкер, у меня есть готовые решения на первом этапе. Думаю, лет десять мы ещё сможем летать на существующих самолётах, кукурузники ещё послужат при соответствующем уходе. А вот в будущем я хотел бы предложить постройку нового аппарата – дирижабль-самолет. Это будет летательный аппарат тяжелее воздуха, но со всеми возможностями дирижабля и без его недостатков. Пока есть предварительная проработка, нужно оценить и решить, подойдёт ли этот аппарат нам. И если подойдёт, то нужно решение совета на его разработку. А по катеру проектировать начали, думаю, через три месяца начнём строить. Через год такой аппарат будет.

— Да, Шатун, с тобой всё ясно. Тогда я попытаюсь вкратце подвести итог сегодняшнего разговора. Сталкер, ты не возражаешь? Это вроде бы твоя прерогатива.

— Ничуть. Послушаю, как вы поняли, что я хочу получить.

— Тогда продолжу. Мы принимаем на себя долг-обязательство основателей по восстановлению Земли и цивилизации. Для выполнения этого долга мы начинаем следующую работу. Расширяем сферу своего присутствия и начинаем освоение новых территорий, для чего проводим реорганизацию службы сталкеров в военизированную бригаду спасения. Виктор готовит мероприятия по развёртыванию этой бригады с определением первоочередных задач.

Истра начинает кампанию по освещению новых задач для нашего общества, начинает внедрение в общество новых идей по его дальнейшему развитию в свете изложенного сегодня, определяет нуждающихся в улучшении существующих условий жизни. Если нужно, все эти мероприятия утвердим на совете.

Я готовлю комплексный план развития науки, техники и промышленности. От каждого из координаторов жду предложений по его тематике. На сегодня могу сказать, что будет в этот план включено. Во-первых, создание тематических научных групп, или бригад по основным направлениям нашей деятельности. В дальнейшем эти бригады, может быть, вырастут в какие-то научные структуры.

Развитие начнём с науки. Определяем сейчас следующие направления деятельности этих бригад. Энергетика, работа над обеспечением общества и формируемой промышленности энергией. Химия, получение необходимых материалов, технологий для всего остального промышленного комплекса. Моторостроение; металлы, их получение из вторичных источников и обработка. Машиностроение и станкостроение. Микробиология, доведение технологий до промышленного применения и разработка новых технологий.

Транспорт, наземный, морской и речной и транспортная сеть, отдельное направление воздушный транспорт. Электроника и создание промышленных мощностей для её производства, радиосвязь. Сельское хозяйство как источник возобновляемых энергоресурсов, продуктов питания и их переработки. Проектирование и строительство промышленных объектов. Вторичные ресурсы, учёт, переработка и использование. Что ещё забыл? Добавляйте. Эти научные бригады подготавливают направления работ по своей тематике, формируют требования к оборудованию и нужным производствам, энергетическим потребностям планируемых производств.

— Ну что же, я думаю, для начала неплохо, — завершил обсуждение Виктор. Мы обсудили ситуацию, наметили первоочередные действия по нашему дальнейшему развитию. Мы готовы приступить к работе. Всё сказанное оформим протоколом совета. И думаю, что эти новости можно довести для всех через нашу радиостанцию. Начали работать, товарищи.

Глава 6

15.05.28

Координатор по науке, образованию, промышленности Николай, позывной Умник.

— Истра, стой, подожди меня

Ольга остановилась, обернулась, её догонял Николай-Умник. Когда Николай поравнялся с ней, некоторое время они прошли рядом в молчании.

— Как тебе сегодняшний совет? — наконец прервал молчание Николай. — Что-то Сталкер сегодня был слишком суров. Вон как тебе досталось. И в достаточно грубой форме.

— Нет, всё было правильно. И могу повторить, Сталкер прав.

— Ну, всё происходящее на двух последних советах мне не очень нравится. Как-то Сталкер стал себя не так вести, слишком резко. Может быть, он и прав по сути, но форму выражения своего мнения он мог бы выбрать какую-нибудь другую.

— Я тебе сейчас расскажу сначала одну историю, а потом дам к ней комментарий. И ты всё поймёшь. Я тогда была совсем пацанкой, нас недавно освободили из плена, штурмом взяв шахту. Причём нас, детей-рабов, готовились уже уничтожить, продуктов не хватало, и кормить нас никто не хотел. После освобождения прошло месяца три, я была на стрельбище, мы начали свой курс обучения в центре, и шли практические занятия. Мы тогда в Эритрее жили.

Автомат, сборка-разборка в полевых условиях, стрельба и ещё что-то. Не помню. И я случайно услышала краешек разговора, совсем мне не предназначающегося. Я разбирала автомат под надзором инструктора, и мимо проходили, беседуя, Кот и Хан, знаешь, кто это такие. Они проходили в стороне, никто их не должен был услышать, но так получилась, что в этот момент стихла стрельба, ветерок потянул с их стороны, а у всех живших в шахтах сильно обостряется слух, вот я и услышала то, что не должна была слышать.

Хан тогда сказал Коту: "Что-то Виктор стал совсем безбашенный, как с цепи сорвался". А Кот ему ответил: "Виктор ещё тот боец, хоть и молод. Он боец от Бога. У него удивительное чутьё места и времени. Если полез буром, значит пора. И нам надо за ним подтягиваться".

Больше я ничего не услышала, но навсегда запомнила мнение самых отчаянных и решительных бойцов. Если Виктор полез в драку, значит пора, и негоже всем остальным отсиживаться в стороне. И ещё я тебе вот хочу сказать, Умник. Хоть ты и Умник, но Сталкер тебе правильно сказал, сиди и занимайся своими интегралами. Таким образом ты себе здесь сторонников не найдёшь. Недовольных Сталкером здесь нет.

Разве что на выселках. Во-первых, загляни и поговори с рядовыми бойцами. Они молятся на него и порвут любого даже за тень намёка о недовольстве Сталкером. Он этого добился всей своей войной с бандитами. Во-вторых, все здесь обязаны ему жизнью. Он всех спасал, либо в шахте, либо отбивая караван. Я помню, как тогда, в шахте, он загнал нас в угол за поворотом, остался один за какой-то баррикадой и где-то минут двадцать отстреливался в одиночку, пока не пришла помощь. Я своими глазами это видела. А если бы он этого не сделал, то я с тобой бы сейчас не разговаривала. И такое, подобное, в том или ином виде, тебе может рассказать почти каждый. Так что, пока, Умник. Я пошла, у меня дела.

— Истра, ты ничего не поняла. Я просто тебя пожалел за полученный втык и ещё хотел пригласить тебя поучаствовать в составлении общего плана через два дня.

— Пожалел волк кобылу. А участвовать в составлении плана я не буду, разве только на заключительном этапе, чтобы оценить его. У меня своё персональное задание от Координатора.

Совещание всё-таки собралось через два дня. Общий план составлять надо было, и собрались координаторы направлений – Цветик, Шатун, Тех, Куркуль.

— Давайте я пока для начала попробую сформулировать стоящие перед нами задачи, и потом мы начнёт их обсуждение – начал совещание Николай. — Как я понимаю, задачу спасения Земли и возрождения цивилизации мы должны разложить на киловатты, килограммы, литры. В первую очередь нас интересуют те направления нашей деятельности, с которых начнём нашу спасательную операцию.

Я думаю это энергетика, без неё никуда. Электроника, связь, биология и микробиология, металлургия, металлообработка, станкостроение, судостроение, автостроение, авиация, химия и химическая промышленность, всё это мы должны начинать возрождать. Как я уже говорил, по каждому направлению предлагаю начать работу с организации научной бригады.

Эта бригада на первых этапах будет выполнять все функции, связанные с наукой, разработкой, проектированием и организацией работ по курируемой тематике. Впоследствии они станут базой для научной организации по своей тематике. Чем нужно, будем помогать, оборудованием, инструментом, литературой. Но людей ищите сами, численность этой бригады для начала должна быть десять, максимум пятнадцать человек. Когда поймёте, что надо делать, под конкретные темы можно будет искать новых людей. Теперь давайте добавляйте, кто, что считает нужным.

— Я считаю, что совещание можно заканчивать, — сказал Тех. — Ты сказал главное, создадим бригаду умников, и они будут изучать проблему и дадут ответ. А что мы можем сейчас сказать? Только если у кого-то были намечены планы работ, то их и можно сейчас озвучить. А если есть предложения, то зачем нам умники?

— Ты не совсем прав, — вступила в разговор Инга-Цветик. Есть предложения, которые надо обсудить совместно. Вот у нас созрело предложение о строительстве энергетических центров (ЭЦ) мощностью мегаватт или больше. Это много или мало? Этого хватит?

— А я откуда знаю? — удивился Тех. Когда будет ясно, что мы делаем, какое оборудование используем, сколько работаем, тогда и будем иметь возможность считать потребность. А строить прогнозы? Я вот скажу, что нужно десять мегаватт, и что? Они появятся? А нужны эти десять мегаватт? Не знаю. Но с ними будет лучше, чем без них. Гадать просто так нельзя. Сначала проект, потом его будем считать со всех сторон.

— Хорошо, вот мои проекты. Во-первых, постройка опытного ЭЦ мощностью сто киловатт, проверим, что к чему, сколько нужно биомассы, подтвердим расчёты и дадим новый проект увеличенной мощности по полученным данным. Во-вторых, прошу определиться, что нам надо. Биогаз, биоэтанол, биобутанол, биоводород. Что из этого?

Если всё это, то будем предусматривать производство всего этого на ЭЦ. В-третьих, мне нужны машины, которые будут производить электроэнергию в таком объёме. И куда девать тепло? Как его передавать потребителю? Вот тебе, Тех, реальный проект, занимайся им. Я проведу работы, получу нужные результаты, а потом этим будешь заниматься ты.

Кроме того, я хотела бы с Кулаком определиться по культурам и посевам. Что, когда и где мы будем сеять, и как будем получать нужную биомассу.

— Вот это другой разговор. Конкретный проект мы будем обсуждать в рабочем порядке с твоими и моими специалистами, — сказал Тех.

— Кто-то ещё хочет предложить проекты для обсуждения? — спросил Николай. — Если нет, то давайте считать этот проект первоочередным и основным, остальные проекты будем обсуждать в рабочем порядке и с учётом результатов работы научных бригад и привязывать к этому.

Глава 7

01.09.28

Виктор, позывной Сталкер

Прошедшие месяцы внесли такую бурю в нашу более-менее устоявшуюся жизнь, что иногда даже не по себе становится. Вроде бы все привыкли к отлаженному быту, и тут такое. Если раньше была просто радиостанция, передававшей иногда какие-то объявления, то теперь она стала называться "Маяк". И начала транслировать ежедневно, по несколько раз в день, новости, радиоспектакли, в том числе из старых архивных записей, аудиокниги, обзоры событий.

Новости касались любых событий, происходящих на наших территориях. И они все вызывали бурные дискуссии и появление множества отзывов. Не всегда приятных, но всегда полезных для дела. Много было высказываний по установлению нормированного рабочего времени, выходных, выделению и постройке отдельных домов. Мы практически для всех, кто мог претендовать на это, сумели построить отдельное жильё. С транспортом пока были проблемы, но они уже решены и в скором времени у каждого должен быть как минимум скутер для перемещения внутри поселения.

А люди стали перемещаться гораздо интенсивней. Ритм жизни начал ускоряться. Пора думать о благоустройстве внутренних дорог и правилах, скоро проехать будет проблема. И, надо сказать, в вопросах жилья и транспорта, недовольных не было. Все очень положительно отнеслись к таким нововведениям, чего нельзя сказать о рабочем времени. Но дискуссия о выходных и продолжительности рабочего дня утихла сама собой.

Всем стало понятно, что пока не построишь места для отдыха, отдыхать то негде. А тут и новости об успехах лучших специалистов и рабочих, об их поощрениях, и как-то все забыли про восьмичасовой рабочий день, выходной, отпуск. Да и воспоминания участников выживания при катаклизме внесли свою лепту, у всех появилось чувство ответственности за того парня, погибших родственников, знакомых, друзей. И тут напоминание о возрождении Земли пришлось кстати, и было принято всеми на ура. У нас ведь как любят говорить, мы-то ладно, помучаемся, зато детям жить легче будет.

Газета начала выходить. Небольшая по размеру, маленьким тиражом, но нормальная ежедневная газета, как символ восстановления и возврата прежней благополучной жизни. Библиотеки открыли. Много было разной не технической литературы, лежали все эти книги отдельно, не знали, куда девать. Теперь их все собрали, нашли подходящее помещение и открыли библиотеку. Художественно-образовательную.

Её тематика – художественная, научно-популярная и всякая прочая литература, кроме учебной и технической. Для этого готовится ещё одна библиотека – научно-техническая. И как следствие этого, резко возрос интерес к истории, стали вестись разговоры о создании обществ любителей истории, об организации экспедиций по поиску предметов того времени, книг и прочих вещей эпохи до катаклизма по городам страны.

Складывается такое впечатление, что поставив задачу возрождения Земли и построения цивилизации, мы дали людям новый смысл и цель жизни. Получается, как будто утопающий сумел выбраться на берег, упал без сил, полежал, отдышался, отплевался, огляделся и начал соображать, что делать дальше. Типа костерок бы надо развести, обогреться, поесть бы не помешало, и вообще, жизнь-то налаживается.

Интересно получилось с научными бригадами. Конечно, докторов и кандидатов наук у нас не оказалось, но отобрали многих, по нашим меркам образованных и понимающих проблему людей и специалистов, работающих раньше в интересующих нас отраслях. Много нашлось людей, занимавшихся раньше интересующими нас тематиками. Прикрепили к ним молодых талантливых выпускников центров образования и профессиональной подготовки. И поставили грандиозные задачи. Дали им ресурсы, технику, оборудование и инструмент, по возможности стали создавать им экспериментальную базу. И, надо признать, уже появились первые интересные проекты.

Так, все остатки зданий, руины предложено отправить на вторичную переработку. Бетон, кирпич измельчить, размолоть, удалить арматуру и прочий мусор, получить щебень и использовать его в строительстве, как дорог, так и в промышленном. Сейчас определяют требования к готовой щебёнке и начинают определять, какие машины, установки нужны для выполнения этой работы.

Автошины и прочую резину предложили подвергнуть пиролизу, т. е. нагреву без доступа воздуха. Технология была известно давно, но никто как-то не сообразил, что её можно использовать. В результате должны получить что-то нефтесодержащее, типа мазута, углерод и металлический корд. Углерод пойдёт на изготовление резины, когда будет готова такая технология, над этим сейчас полным ходом идёт работа, корд на переплавку, мазут на перегонку и получение бензина. Это не будет противоречить нашим принципам, мы не добываем нефть, мы утилизируем то, что уже засоряет землю.

Эти же умники предложили вариант использования сохранившихся запасов бензина. В некоторых местах обнаружены целые хранилища с огромными запасами топлива. В учебниках и описаниях технологических процессов по переработке нефти они нашли этап повторного перегона бензиносодержащих дистиллятов прямогонного бензина.

И предложили существующие запасы старого тридцатилетного бензина и солярки подвергнуть повторному перегону или ректификации. Что получится, посмотрим. Сейчас готовят проектную установку для проведения опытных работ. Если получится, то с топливом на ближайшее время решатся все проблемы. А остаток от перегонки, гудрон, предложили воздействием температуры перевести в битум и использовать для получения асфальтобетона. Хорошо бы всё это оказалось правдой. Мы много не знаем, и если это действительно можно сделать, то это просто здорово.

И с биогазом наметились интересные работы. Основным источником будут отходы животноводства, отходы поселений и сельского хозяйства. У нас остаётся много соломы, жмыха, ботвы, шелухи от переработки урожая, да и площадей хватает, чтобы выращивать энергетические растения. Будут строить большие энергетические центры, производящие биогаз, который будет использоваться для производства электроэнергии и тепла.

Мощность такого центра пока планируется для пробы на уровне одного мегаватта, по расчётам этого должно хватить на одно поселение и намеченное промышленное производство. Кроме биогаза будут отрабатывать получение биоэтанола, биобутанола и биоводорода. Это должны ещё наши микробиологи постараться. Биоводород планируют использовать как топливо и для авиадирижабля. Есть и такой проект. Но пока не буду отвлекаться, продолжу про энергоцентр.

Если судить по проекту, для нас это будет очень непростое сооружение. И много проблем с логистикой, передачей и распределением энергии, газа, сырья. И при этом практически никакого опыта в таких делах. Да и сами авторы всё это понимают и немного нервничают. Для начала, не останавливая проектирования ЭЦ, решили построить что-то поменьше, мощностью порядка сто киловатт. Проверить расчёты и саму идею.

Да и много новых идей туда пытаются запихать. Например, нормировать биогаз, для этого будут его, так сказать, обогащать. Уменьшать в составе биогаза содержание углекислого газа и доводить содержание метана до уровня не менее восьмидесяти процентов. Заодно и проверят, что это даёт и какова эффективность такого обогащения. По расчётам должно уменьшиться потребление биогаза. Эффективность производства будут повышать.

Серьёзно взялись за свои проекты биологи и химики. Готовятся к синтезу резины. И, чувствую, у них готовятся какие-то необычные предложения. Ничего нет удивительного. В этой области ещё основателями были подготовлены первоклассные специалисты. Даже они сами отмечали, что ребята у них чрезвычайно талантливые. Просто расслабились на время. Теперь все пришли в норму и вспомнили, как делали все это раньше.

А производства у нас будут самые разные. Придётся заново их осваивать. Во-первых, будет литьё металла. Будем строить печи для его литья. И для этого производства в качестве топлива наши умники предложили использовать биоводород. А может быть, обойдутся биогазом. Всё, что я сейчас осмысливаю, находится на стадии проектов. Но самое главное, что есть проекты, и начаты работы по их реализации. Значит, всё было ненапрасно, и не буду я проклят своими мёртвыми друзьями.

А кроме всех возможных видов литья, как чёрного, так и цветного металла, будет его механообработка. Всё, что сможем, будем возрождать. И уже готовится проект первого механического завода. И ещё пять проектов заводов на подходе. Моторный, авиационный, автомобильный, судостроительный, энерготехнический. Может, слишком громко сказано, завод, скорее крупные мастерские, но в перспективе именно они будут заводами.

Да, совсем забыл. Химический комбинат. Будет перерабатывать бензин, готовить эмаль для проводов, краски. Даже не один комбинат, а целая серия отдельных мастерских, не только тех, что я перечислил. Будут осваивать необходимые для промышленности материалы и изделия, технологии и готовиться к росту объёмов производства. На малых площадках будем пытаться возрождать технологии, может быть, даже начиная от самых примитивных, и развиваться дальше, тем более, что известно к чему стремиться, и известно, как это делалось раньше. На первых порах должны обойтись работающими приборами со старых времён, а потом, надеюсь, появятся и приборы своего производства.

Интересные проекты есть везде. Вон, катер новый для спасателей проектируют. Не катер, а речной танк. Воды не будет, по земле пройдёт. И начали проектирование целой серии судов. Баржи наливные, баржи обыкновенные, баржи транспортные. И все рассчитаны на мелководье. Но строить будут в первую очередь катера спасателей, заказали десяток, но заложили пока один, головной в серии. Потом видно будет. Обещают через полгода сделать.

С автотранспортом у нас пока лучше всего. Старая техника очень надёжная, Уралы, Камазы, Уазы, может, и примитивные машины, но зато до сих пор работают, проходят необходимое обслуживание и дальше работают. Сейчас всё сводится к тому, что восстанавливаются старые машины, благо их хватает. А производство своих пока сводится к изготовлению гибридных электроскутеров для города и квадров.

А вот кто меня удивил, так это летуны. Мало того, что строят айбайки, мало того, что восстановили и эксплуатируют легкие самолёты, кукурузники, восстановили и летают на средних транспортниках. Взяли АН-24, выкинули оттуда всю пассажирскую начинку, упростили до предела всю электронику, оставив только самое необходимое контрольное оборудование, и летают. Фанатики какие-то. Так им мало этого. Придумали новый самолёт.

Если батя скрестил самолёт, вертолёт, дельтаплан, то эти умельцы добавили сюда ещё дирижабль. И получился аппарат немного больше самолёта, много меньше дирижабля, взлетает как вертолёт, сам немного тяжелее воздуха, аэродром не нужен, может садиться куда угодно, хоть на воду. Дальность полёта ограничена запасами топлива. Правда, во многом использовали проекты, которые были разработаны и испытаны до катаклизма, уже тогда умные головы родили такой самолёт, но всё ограничилось только испытаниями опытных образцов.

Грузоподъёмность как у дирижабля, от ста тонн на внешней подвеске. Одно плохо, водород используют. Правда, и здесь исхитрились. Разместили в фюзеляже двойную обшивку. Во внутренней обшивке разместили много-много отдельных баллонов с водородом и всю внутреннюю оболочку, всё пространство между этими баллонами, заполнили углекислым газом. Чтобы не было ни при каких условиях контакта с кислородом. А ещё заполнили углекислым газом зазор между внутренней и внешней оболочкой.

Двигатели изменяют свое положение, то тяга вертикально вверх, и тогда режим вертикального взлёта, то обычное положение, как у самолёта, и тогда обычный полёт. Сейчас заканчивают проектирование прототипа, собираются строить летающую модель. Вот и придётся теперь им гелий искать, гнать разведку в Оренбург. Вот сейчас Иван придёт, и обсудим мы с ним все наши дела сталкерские.

Глава 8

01.09.28

Иван, командир отряда разведки спасателей, внук Бати, позывной Змей.

Вот и получил я, наконец, свой первый дальний маршрут. Это даже не маршрут, Сталкер дал карт-бланш на создание новой, как раньше говорили, провинции империи. Хотя какая сейчас может быть империя? Но задача сверхсложная. Вернее, не одна задача, а целый комплекс задач.

Во-первых, описание и картография новых территорий. Разведка этих территорий, определение наличия ресурсов, пригодности этих земель для освоения, поиск места для организации исследовательских станций для подробной оценки этих мест. Прокладка дороги, создание опорных баз по маршруту движения.

Во-вторых, пробить дорогу на Урал, поиск выживших на Урале. Сталкер считает, что там должны быть живые люди, несмотря на такой срок после окончания катаклизма. А оттуда открывается дальнейший путь в Сибирь.

В-третьих, организация поселения в районе Ульяновска, Казани, Нижнего Новгорода, Чебоксар. Где будет лучше, но предпочтительней на Волге. По реке должна быть более дешёвая дорога и транспортировка грузов. Посмотреть Волго-Донской канал, можно ли будет его восстановить.

В-четвёртых, оценить те Заволжские леса. Там они были очень большие, можно ли будет использовать запасы древесины, или всё уже сгнило. В любом случае, эти леса надо будет восстанавливать.

В-пятых, по номеру, а не по значимости, пройти на Оренбург и оценить, что там с гелиевым заводом. Можно ли будет восстановить производство гелия. Правда там уже бывали, смотрели, но что-то туда так и тянет Сталкера, что-то ему не дает покоя. Вот и нацелил нас еще раз посмотреть те места.

И ещё много-много задач, которые ставятся перед разведкой, но которые я сейчас не буду описывать. Всему своё время.

После реорганизации службы сталкеров в бригаду спасения, численность бригады определена в две тысячи человек. Это очень много. Из всей бригады на разведку нацелены три роты, одна рота морской и две роты наземной разведки. Остальные подразделения распределены по задачам внутри освоенных территорий и поселений. Патрульно-постовая служба, служба охраны порядка, служба помощи и спасения, и прочие.

Служба морской разведки пока не сформирована, сейчас близка к окончанию формирования первая рота, и вот нас-то и отправляют осваивать новые места. Численность нам определена в сто человек. Кроме того, приданы два лёгких самолёта типа Ан-2, один транспортный типа Ан-24, два речных катера, правда, они ещё не построены, четыре Уазика, пятьдесят грузовиков и вспомогательных машин разного типа: наливников, автокранов, трейлеров, колесных тракторов и два гусеничных трактора. Для личного состава выделено десять айбайков, пятьдесят квадров, двадцать скутеров, четыре средних речных катера, десяток складных лодок и десяток подвесных моторов. И много всякого снаряжения, инструмента и оборудования. Да, и мобильный госпиталь на десять мест. По нашим меркам, это очень не маленькие силы. Мы практически получили четверть всех запасов техники Севастополя. И это, не считая продуктов питания на год, ГСМ и всего прочего снаряжения. Это получается даже не разведывательная операция, это уже настоящая экспансия. Правда, какая это экспансия? Мы просто возвращаемся на свои исконные места проживания.

Экспедиция начнётся на следующий год. А пока нашей задачей является подготовка техники, прокладка маршрутов движения, создание промежуточных баз снабжения. Продвижение экспедиции планируется по двум маршрутам – водному, по Волге, и наземному. Лучший маршрут движения по дорогам ещё предстоит проложить, именно этим мы сейчас и будем заниматься. Готовить маршрут, проверять дорогу, наводить переправы. На одну только проработку дороги уйдёт не меньше месяца. А пока проведём воздушную разведку предполагаемого маршрута и сделаем несколько аэродромов подскока. Заодно проведём и небольшую разведку в этих местах. Для большей ясности. Так что, для нас экспедиция уже началась.

Глава 9

01.04.29

Истра и Пётр, редактор всех информ-изданий, позывной Печатник

— Истра, привет, что привело тебя к нам?

— Привет, привет, Печатник, — услышал от вошедшей в помещение Истры низенький, толстенький человек, сидевший за большим, заваленным бумагами, столом. Ему было на вид не менее пятидесяти лет, волосы на голове давно потеряли друг друга и уже не пытались проводить эти поиски, глаза, прикрытые большими круглыми очками, устало щурились. Одет он был в костюм, неизвестно как сохранившийся со старых времён. Образ старого, немного уставшего провинциального интеллигента дополнял галстук непонятно какой расцветки, повязанный крупным узлом поверх сорочки серого цвета. — Пришла я к тебе память освежить, готовлюсь окинуть мудрым взглядом, что мы тут за год наворотили. А чтобы не забыть ничего интересного, вспомню с тобой, как говорится, "этапы большого пути". У тебя же все ходы записаны.

— А как же иначе. С вами, комбинаторами, попробуй не записать, сразу стащите что-нибудь.

— Ну, давай теперь смотреть будем, какие ходы делали.

Истра, конечно, помнила и без всякой записи всё сделанное, да и свои заметки в рабочем журнале были, но она старалась при любой возможности всячески укреплять в окружающих убеждение в ценности их деятельности. Хотя этого чаще всего и не требовалось, но вот привыкла узнавать мнения о сделанном у сторонних людей и выверять с ними новые решения.

Поэтому и зашла лишний раз в редакцию, поддерживая у всех чувство причастности к большому делу. Хотя здесь и подчёркивать ничего не надо было, всё сделанное полностью соответствовало сказанному. В данном случае преувеличить было просто очень трудно.

А сделано было действительно немало. И многое из этого было заслугой Печатника. Он с каким-то удивительным, порой даже казавшимся на грани тупости, упорством занимался всеми делами по обеспечению народа информацией о происходящем. Радиостанция "Маяк" заработала давно, но в последнее время уровень её передач вырос, да и репортажей стало больше, количество новостей из самых разных мест значительно увеличилось.

Все больше и больше новостей о происходящем стало поступать из самых разных мест, пусть порой эти новости были совсем крошечными и касались только одного места, но они служили одной цели – объединению. Информированность жителей обо всём происходящем стала более полной, что только пошло на пользу общей атмосфере, сложившейся в обществе.

К газете стало выходить приложение "Дискуссионный клуб", в котором очень живо, порой излишне эмоционально, обсуждали всё происходящее. Высказывали свои мысли о наболевшем, выдвигали на обсуждение новые идеи в самых разных областях. И часто со страниц газеты эти идеи отправлялись в проработку на столы умников. Людей было мало, экспертов тем более, и во многих случаях, мнение заинтересованных лиц или просто посторонний взгляд на происходящее имели чуть ли не решающее значение.

Сильно изменилась и культурная жизнь. Кроме библиотек, которые уже полностью заработали и никогда не бывали пустыми, заработал театр. Настоящий театр, с живыми актёрами. Правда, это был не профессиональный коллектив, играли в нем любители, после работы находили время для репетиций и готовили спектакли. Выступали не каждый день, хорошо, если получалось несколько раз в месяц, но на каждом выступлении был аншлаг. И появились уже свои звёздочки, но их быстро привели в чувство, объяснив позицию Координатора и Совета о шутах и скоморохах.

— Печатник, а как ты оцениваешь последние произошедшие у нас события? — спросила Истра.

— А мне не надо их оценивать, всё уже давно оценено и учтено.

— Что и как оценено?

— Во-первых, хотя и называют попытки Совета по реанимации производства "доисторической промышленной революцией", но сама идея, в том числе и создание научных бригад, и организация новых производств, воспринята очень и очень положительно. Люди понимают, что на осколках прошлого не проживёшь. И готовы работать сутками, чтобы обеспечить гарантированный уровень цивилизованности.

Прав был Сталкер, сейчас самая ходовая фраза – пусть мы помучаемся, но зато детям будет лучше. Эта фраза и есть воплощение всего происходящего. Люди работают ради будущего. И правильно вы со Сталкером ведёте политику возрождения и памяти обо всех ушедших. Слова "за того парня" становятся не просто лозунгом, не воспринимаются всеми как насмешка или шутка, а воспринимаются как обязанность каждого выжившего. Я такого не видел и не помню, хотя и жил ещё в том мире, но читал, что так вели себя фронтовики после войны.

Честно говоря, я и сам такого результата не ожидал. Со всем своим цинизмом по отношению к жизни могу только сказать, что люди оказались чище и духовно богаче, чем мы ожидали. Возможно, это попытка забыть проклятые годы рабства, его ужасы, страх перед завтрашним днём. Возможно это, а может быть, что-то другое. Но это есть. И это не одиночные высказывания, это уже общее сформировавшееся мнение. Конечно, есть и несогласные с происходящим, относящиеся ко всему этому с большим пофигизмом, но их настолько мало, что говорить об этом не имеет смысла.

— А во-вторых?

— Что во-вторых?

— Ты сказал, во-первых. А во-вторых?

— Во-вторых, это реорганизация службы сталкеров в бригаду спасения и дальняя экспедиция. Как это ни покажется странным, нам уже становится тесно в рамках Крыма. Человек существо беспокойное, ему всегда чего-то не хватает. Белый низ чёрный верх, чёрный низ белый верх. Но что-то надо постоянно.

И опять всё оказалось вовремя и выверено психологически. Новые территории, расширение возможностей, это как выйти из тюрьмы на волю. Ощущения примерно такие же, какие были при выходе из шахты. Перед тобой открывается новый мир. И ты свободен. А самое главное, вера в то, что на Урале есть выжившие люди. Вот это перевешивает любые аргументы против. Как только возникает даже намёк на то, что кому-то надо помочь спастись, ответ один – помочь немедленно.

И вот это, наверное, самые главные оценки происходящего в нашем доме. Так что, могу сказать, что вы со Сталкером сделали всё правильно, и главное вовремя.

Глава 10

01.04.29

Тех

Фигаро здесь, Фигаро там. Главное, везде успеть. Скутер у меня отличный, так что буду успевать. Все как с ума сошли. Запущено много проектов, даже, наверное, чересчур много. И у всех потребность, и все требуют – дай энергию. А где её взять?

Биогаза не хватает, раньше были простенькие установки, можно сказать, экспериментальные лабораторные образцы. Возились с ними, возились. Правда, надо отдать должное, новый проект сумели подготовить, сейчас изготавливают его уменьшенный вариант, но работы ещё хватает, хорошо, если запустят к осени. И заработает это ещё месяца через три, когда выход газа будет, вот и получится подарок к Новому году. Ещё год уйдёт на проверку и отладку, и только после этого можно будет принимать решение о запуске основного варианта. А до этого что делать?

Хорошо, что удалось старый бензин перегнать. Получили какую-то бензиноподобную жидкость, но используется как бензин. Для наших машин подходит. Хоть одна проблема снята. Бензогенераторы будут выручать, вот только как-то надо им мощность повысить. Сейчас ребята мудрят, пытаются что-то на бензине сделать. Пока не получается. Но сделают.

А вообще всё становится интереснее и интереснее. Вот катера строят. И как только сообразили такой проект. Один готов, испытали, правда только в бухте, сейчас погнали трейлер в Астрахань, оттуда катер пойдёт вверх по Волге. Сначала вокруг Астрахани покрутится, и вверх.

Там, в Астрахани, тоже начали свой судоремонтный завод восстанавливать, на его базе пытаются какие-то мастерские организовать. И для них Шатун проект подогнал. Средний катер, назвал. Это рабочее название. Небольшой водоизмещающий катер с водомётным движителем, должен по всем мелям ходить. А на Волге после разрушения плотин все мели вновь проявились. Топляков и мусора на реке много. Плавать, должно быть, там теперь тяжело. Вот для этих условий Шатун и сочинил катер. Да ещё и проект баржи, нескольких типов, готовит, но это уж после испытаний будет запускать.

И вообще, основные работы сейчас гонит Шатун. Гибридные скутеры клепает, айбайки делает, самолёты ремонтирует, автомобили перебирает, восстанавливает, и работают они, как новые. Да и с любой автотракторной техникой у него работы ведутся.

И над аэродирижаблем, как он его называет, работает очень плотно. Похоже, что все работы у нас собираются у Цветика и Шатуна. Да, надо Цветику подсказать, пусть пробует биосолярку сочинить. Больше ничего пока не вижу. А ведь это плохо. Мы не можем сейчас оценить, что нам потребуется завтра, потому, что не знаем, что будем делать завтра. И, наверное, надо разговаривать со Сталкером. Пора как-то начинать планировать работу на новые перспективные темы. Работа над наукой совсем встала.

Глава 11

07.04.29

Совещание координаторов направлений

— Так, товарищи, — начал Тех совещание координаторов направлений. — Это я был инициатором созыва этого совещания, и я его начну. Честно говоря, занимаясь проблемами энергообеспечения всех наших проектов, я столкнулся с тем, что никто из вас не знает, а что же он хочет завтра.

Нет, наверное, каждый из вас имеет какие-то планы развития своего направления, но это его размышления, которые так и остаются размышлениями. Мне это не нравится, так как сегодня мы уже столкнулись с проблемой нехватки энергии. И дальше всё может быть только хуже. Поэтому я бы хотел сегодня обсудить наши потребности, и не только касающиеся энергетики, чтобы потом предложить их для обсуждения Сталкеру. Мне только непонятно, почему это предложение не исходит от Умника.

— Так ты же первый отклонил подобное предложение раньше!

— Не надо перекладывать с больной головы на здоровую. Я отклонил оценку потребности энергии без предоставления планов, и мы договорились сделать планы развития по каждому направлению. Этих планов я не видел, хотя я и знаю, что творится по каждому направлению, мне приходится обеспечивать их энергией. Так что, Умник, надо бы тебе поработать на перспективу. Потом может быть поздно. А пока я хотел бы услышать от каждого из вас, в чём есть потребность, и обсудить всё это. Цветик, давай начнём с тебя.

— С меня так с меня. Все знают, что мы сейчас заканчиваем строительство первого промышленного энергетического центра, мощность правда пока небольшая, но ряд проблем появляется. И уже сейчас я могу выдать несколько вопросов, на которые хотела бы услышать ответы. Сколько нужно таких центров? И какую мощность нам вообще надо снимать с этих центров? И какова будет структура всего энергохозяйства.

Я имею в виду, что мы получили биогаз, очистили его от углекислого газа и получили почти природный газ. Дальше что? Или мы его тут же на месте перерабатываем на электроэнергию и тепло на больших генераторах, или транспортируем газ до места и на месте вырабатываем всё, что нужно. Тогда мы должны строить на каждом предприятии свой энергетический центр, который будет обеспечивать это предприятие энергией.

И в жилых кварталах мы должны строить такой же энергетический центр для обеспечения жителей теплом и электроэнергией. И как транспортировать газ? Строить газопроводы? Или на местах строить местные хранилища и завозить туда газ с помощью автотранспорта. Эти вопросы концептуальные и касаются уже проблем градостроительства и развития промышленности.

За этим стоит попутный вопрос, на каких установках получать электроэнергию? Какой мощности, и где их взять? Мы завтра закончим строительство, пойдёт газ, и что с ним делать? Нужны развёрнутые планы строительства и промышленных объектов, и жилых кварталов со всем их обеспечением. И ответьте мне на такой вопрос. А что нам надо? Биогаз мы получили, очистим его, и будет нормальный газ. А что ещё? Спирт нужен? Для производства резины нужен, но это пока проект.

А как топливо? И сколько его надо? На какие мощности рассчитывать. Там ведь надо запускать разные линии для получения биогаза, этанола и бутанола. И сколько надо бутанола? И надо ли вообще? А может, хватит для всего автотранспорта масла, например, из рапса, тогда это надо Кулаку разворачиваться. Будут у нас только дизеля, не будет бензиновых двигателей. Или напрямую масло использовать не будем, будем его еще обрабатывать?

Здесь я затронула только самый верхний слой вопросов, и уже ответы на эти вопросы подразумевают принятие, как минимум, концепции энергетического развития и определение типов используемых двигателей, бензиновый или дизельный, и структуры нашего энергохозяйства. И проблемы транспортировки газа. Строим газопроводы или нет. А строительство газопроводов потребует строительства перекачивающих станций и соответствующего оборудования.

Строительство газопроводов несколько выбивается из общей концепции восстановления Земли, но это привычно, удобно и безопасно. И менее затратно, чем возить автотранспортом. Ну и вопросы по аппаратуре контроля и управления всеми процессами. Сейчас мы мастерим что-то из подручных материалов, а нужно изготавливать нормальные управляющие комплексы для обеспечения максимальной автоматизации всего процесса.

Ну и следующий слой вопросов, а что ещё нам потребуется завтра? Сейчас мы занимаемся только топливом, но ведь для всей нашей промышленности нужно что-то ещё? Что? Пластмассы, резина, кислоты. К чему нам надо готовиться, и какие технологии сейчас будут самые нужные.

И вопрос строительных материалов. Для такого масштабного строительства нужны либо большие резервуары из металла, или строить всё из бетона и зарывать в землю. Опять концептуальное решение. Цемента нет. Его надо производить. Будем делать цемент? А это энергетически очень затратное производство. И достаточно грязное экологически. Конечно, есть ещё много вопросов, но для начала должно хватить и этого.

— С этим понятно, Шатун, твоя очередь плакаться в жилетку.

— Я уж так поплачу, так поплачу, жилеток не хватит. В самом общем виде нам нужно всё, и у нас нет ничего.

— А подробней?

— Про топливо всё рассказала Цветик, на чём будем ездить, не знаю. Можно ездить на всём, но у нас развелось столько систем, что давно пора определяться, чего мы хотим. Здесь Цветик совершенно права. Мы сами не знаем этого. Нам исторически достались и бензиновые двигатели, и дизели, а как топливо, за всю историю автомобиля использовали всё, что только можно.

Здесь, наверное, надо проводить комплексные исследования нужного типа двигателей для всей промышленности, а не только для автотранспорта, учесть ещё и воздушный транспорт, речной и морской, сельскохозяйственную технику, да и ещё приложить к этому возможность производства и возможность получения и обеспечения нужным топливом. Причём с перспективой развития хотя бы лет на пятьдесят, и после получения таких данных начинать думать, что и как строить.

Поэтому нужна опять оценка по всем возможным областям применения двигателя, и по результатам этого будем выбирать тип двигателя. Это не обязательно будет один единственный двигатель, их может быть несколько, но подойти к этому надо основательно, а не просто так. А если перечислить, что нам надо, то надо практически всё. У нас нет резины. Ни на колёса, ни на шланги, ни на что другое. Пока отбираем из того, что можем найти на улице, но этот источник почти закончился. Сейчас редко-редко уже можно найти что-то годное для использования. Нет аккумуляторов. Скоро будем переходить на кривой стартёр.

Нет масел для двигателя и трансмиссии, нет специальных жидкостей. Нет лаков и красок. Почему ещё машины бегают и самолёты летают, я сам удивляюсь.

Если коснуться аэродирижабля, или для краткости адира, то нужен водород, лучше бы, конечно, гелий, и материалы, позволяющие работать с ним.

Нам нужны станки и оборудование для выполнения необходимых нам работ. Часть мы, конечно, нашли и приспособили, но нужно проектировать специализированные производства и оснащать их всем необходимым. Производство моторов, производство и раскрой металлов, да всё, чего ни коснись, нужно делать. На сегодня у нас есть выбранные направления, и по этим направлениям надо делать всю промышленность и все сопровождающие производства. Мы потихоньку начали что-то делать для своих потребностей, но тут нужен общий подход или так и будем каждый вариться в своём котле.

— Всё, Шатун?

— Пока всё, остальное, если надо, готов представить завтра в письменном виде.

— Тогда я закончу это совещание своими проблемами. Проблема одна – сырьё и материалы. Нужны кислоты, материалы для массового изготовления электроизделий. Мы сейчас научились делать простейшие диоды и транзисторы. Прикидываем, как подступиться к простым микросхемам. Но это всё работа на опытных установках. Для организации массового производства, да хотя бы не массового, а просто крупносерийного производства нужно оборудование и материалы, причём особо чистые.

Даже нет предложений, как можно решить эту задачу. Но самое главное – это материалы. И проблема ещё – у нас нет средств отображения. Если раньше были жидкокристаллические индикаторы, то у нас таких нет. Будем искать альтернативу.

Заканчивая это совещание, я хотел бы, чтобы каждый получил текст с озвученными вопросами и очень хорошо продумал свои предложения и действия. И, Умник, обрати внимание, что основная часть проблем касается вопросов по комплексному подходу, когда учитываются вопросы смежных направлений или требуют концептуального решения. А это твоя епархия. Я подготовлю текст сегодняшнего совещания, передам его Сталкеру и буду настаивать, чтобы на ближайшем совете координаторов принять все необходимые решения.

Глава 12

10.04.29

Виктор и Истра

— Истра, здравствуй, — сказал Виктор, протягивая для рукопожатия руку. — Мне бы с тобой переговорить надо, сможем сейчас?

— Почему нет?

— Тогда пойдём в комнату совещаний, там сейчас никого нет, и обсудим кое-что.

Расположившись за соседними столами, Виктор взял ручку и бумагу из лежавших на столе и начал разговор.

— Ты у нас лучше всех знаешь, что люди думают и их настроение. Поэтому с тобой я и решил предварительно обсудить этот вопрос. Да и в истории ты всё знаешь, или почти всё. В последнее время не даёт мне покоя одна мысль. Мы много ввели всяких новшеств, упорядочили трудовой режим, ввели выходные дни и дали людям свободное время, дали увлечения. Много, мало, хорошо или плохо, но есть движение. Ввели поощрения и награды.

Но всё это получается в каком-то сокращённом варианте. Да, люди у нас получают всё необходимое для жизни, но, как мне кажется, сейчас появляются новые возможности для улучшения своего положения, а я не вижу, как это можно сделать без использования денег. Раньше, до катаклизма, многое, если не всё, определялось количеством денег.

Если денег у тебя много, то и можешь ты сделать многое, что не могут другие. И деньги приносили их обладателю доход, позволяя, не работая, получать все блага и ощущать себя лучше других. И это было неправильно. Самая первая и главная функция денег – это функция обмена одного товара на другой. Деньги должны позволять сравнить стоимость разных товаров и провести справедливый обмен этих товаров. Вот и подумал я, что введя деньги, мы дадим людям возможность обменять свой труд, превратившийся в эти деньги, на что-то ему нужное сверх получаемого необходимого.

— А ты не боишься, что всё вернётся к старому? Будет кто-то, накопивший, честно или нет, много этих денег, и станет покупать всё, что можно. Других людей, чужую работу, красоту, силу, и начнёт опять возрождаться вся прежняя атмосфера потребления.

— А вот это мы с тобой сейчас и обсуждаем, как нам не допустить этого.

— Ты знаешь, Сталкер, наверное, я в этом не смогу тебе ничем помочь. Не потому что не хочу, просто я никогда не задумывалась об этом, да и не интересовало меня всё подобное. Но я могу тебе подсказать, с кем тебе можно будет поговорить на эту тему. Как-то раз я оказалась невольным свидетелем одного эмоционального спора о прошедших временах. Как раз о деньгах и экономике, рынках, правых и виноватых во всём произошедшем.

Почему самые экономически развитые страны не приняли никаких мер против этого астероида, что надо было делать, и почему всё произошло именно так. И мысли, высказываемые одним из спорящих, показались мне настолько интересными, что я запомнила этого человека и потом навела о нём справки. Вот с ним тебе и надо поговорить. Он живёт и работает здесь, зовут его Алексей, фамилия Никитин, позывной Дока. Найти его просто, он работает у спецов Теха, занимается чем-то, связанным с электричеством. Вот с ним ты и поговори. Мне кажется, не пожалеешь.

— Спасибо, Истра, я обязательно с ним переговорю. Честно говоря, я на это и рассчитывал, что ты подскажешь, с кем можно обсудить эту тему. Если тебе будет нетрудно, найди его и пригласи для разговора завтра с утра, просто ты знаешь его в лицо, и тебе это будет проще.

— Хорошо, сделаю.

На следующий день, подходя к центру, Виктор увидел у входа ничем не приметного, среднего роста пожилого, лет пятидесяти или немного старше, мужичка в обычном камуфляже и берцах. В этом не было ничего неожиданного, практически все сейчас так одевались, запасы формы на складах военных оказались просто огромными. При приближении Виктора он встал, протянул руку и представился:

— Алексей, вы меня просили подойти для разговора.

— Отлично, давайте пройдём в комнату. Чай будете?

— Не откажусь.

Пройдя в комнату совещаний, Виктор предложил устраиваться своему гостю за столом и занялся приготовлением чая, благо чайник уже был горячим, все окружающие знали его пристрастие к этому напитку и слегка потакали этой слабости. Заварив чай и разлив его по кружкам, одну из них поставив перед своим собеседником, Виктор полуутвердительно спросил

— Кто я такой, вы знаете, с вами мне посоветовала переговорить Истра, а я ей доверяю. Разговор у нас будет несколько необычный, касающийся экономики и денег. У вас есть какие-то соображения по этой проблеме? Как говорила Истра, в каком-то споре вы высказывали очень интересные мысли по этому поводу. Сможете повторить?

— Вот не думал, что мой давний интерес к деньгам приведёт к такому разговору. Сам я не экономист, инженер, просто в своё время, до катаклизма, пытаясь внедрить часть своих идей, постоянно сталкивался с проблемой нехватки денег, а потом и вообще вся страна столкнулась с их отсутствием. Вот и стало мне интересно, где деньги, и как мы дошли до жизни такой. Стал изучать экономическую литературу, вплоть до классиков коммунизма. Всё пытался найти ответ на свои вопросы. Даже дистанционно по нескольким темам прошел обучение.

Тем не менее, экспертом я не стал, при всём моём интересе к этой теме мне не хватало понимания сути происходящего и, самое главное, понимания, что такое деньги. Это очень непростой вопрос, и если у вас есть это понимание, то вам будет все понятно. Так бы всё это и зачахло, но мне встретились две весьма любопытные теории, причём воплощённые в реальные проекты и подтверждённые реальными примерами их выполнения. Автор одной из них – Сильвио Гезелль, ему принадлежит так называемая теория "денег с отрицательным процентом" или свободных денег, другой – Курбан Ахметов "Ассиметричная экономика". После ознакомления с этими теориями для меня лично стало понятно многое, я нашёл ответ на свои вопросы и больше этим не интересовался.

— Очень интересно, судя по этому объяснению, ты сейчас, Алексей, для меня будешь настоящим экспертом. Я не знаю практически ничего по этой теме, всю свою жизнь я воевал, стрелял, бегал, спасал людей. Вот и сейчас так сложилось, что на меня легли некоторые обязательства, которые я вынужден был взять в память о своих учителях и друзьях. Я опять должен что-то делать ради спасения и организации людям нормальной жизни. Давай мы с тобой обсудим сложившуюся ситуацию, ты мне расскажешь про эти теории, и мы с тобой что-то, может быть, и сообразим. Это не секрет, потом будем обсуждать это со всеми остальными нашими жителями, но пока надо провести подготовительную работу.

— Можно попробовать, в конце концов, мы ничего не теряем.

— Тогда слушай, в чём я вижу проблему. Нас хоть ещё и мало, но уже складывается система отдельных поселений и происходит, даже уже произошло разделение по профессиям. Если раньше была проблема с продуктами питания, жильём и возможностью перемещения, связью, то сейчас они практически решены. По минимуму, но решены. Начинает складываться нормальная инфраструктура поселений, нормальные, привычные отношения – работа, дом, отдых и развлечения. А вот образмерить всё это мы не можем. Если раньше неким мерилом выступали деньги, золото, драгоценные камни, то сейчас этого ничего нет.

А потребность в этом есть, люди работают и за свой труд должны иметь возможность приобрести всё, что им может потребоваться. Так было всегда. Даже в древности земледелец мог вырастить лишний мешок зерна и обменять его, допустим, на топор. А что может получить токарь на нашем заводе? Лишнюю порцию в столовой?

Все проблемы в своё время решились введением денег, золотых, серебряных, медных монет, бумажных купюр и т. д. Это же позволило мануфактурам и предприятиям продавать свою продукцию. С другой стороны, введение денег сразу дало обладателям большого их количества огромное преимущество, деньги стали инструментом получения денег.

Ростовщики, менялы, банкиры постепенно забрали себе всё и стали диктовать нормы и правила поведения, превращая окружающих в неявных, а порой и явных, рабов. Появилось скрытое рабство, итогом чего были всякие революции и войны. И, наверное, катаклизм можно считать в какой-то мере следствием этого – не нашлось никого, ни государства, ни страны, кто бы оказался в силах уничтожить этот камень.

Нам этого не надо. Вот и стоит задача, ввести в оборот деньги как средство обмена, меры твоего труда и при этом избежать скрытой формы рабства. Без этого, хотим мы или нет, мы развиваться дальше не сможем. Или должен быть какой-то другой эквивалент, может это будет какая-то мера энергии или труда, не знаю. Об этом и хочу посоветоваться.

— Теперь понятно, что тебя беспокоит. Но вынужден тебя огорчить. Если ты хочешь, чтобы всё работало без твоего участия, и не требовалась постоянная корректировка, введения денег будет для этого недостаточно. Ведь порой власть определяется не напрямую количеством денег. Например, чиновник может иметь порой власть гораздо большую, чем олигарх, хотя их доходы нельзя сравнивать.

Поэтому для организации, как раньше говорили, справедливого общества равенства и братства всех людей, необходимо будет продумать ещё много чего, сейчас даже не могу сказать чего.

— Это понятно, построить жизнь – не с горки скатиться. Судя по тому, как у нас с тобой складывается разговор, ты согласен поучаствовать вместе со мной в этой работе. Тогда мы к этой теме ещё вернемся, и не один раз, а пока ознакомь меня с упомянутыми теориями про деньги.

— Тогда слушай, начну с теории отрицательного процента или свободных денег. Согласно ей предлагается ввести плату за их пользование. И эта плата должна поступать не кому-то, а государству, так как именно государство выпускает деньги. Осуществляется оплата следующим образом. Выпускаются в обращение свободные деньги, возьмём для примера сто рублей, и действует такая купюра один год. Особенность в том, что на её обратной стороне раз в неделю, допустим в среду, должна быть наклеена марка стоимостью двадцать пять копеек.

Если такой марки нет, то банкнота считается недействительной. Наклеивать эту марку должен тот, у кого оказалась эта купюра в среду утром. Этот обладатель купюры должен заплатить двадцать пять копеек за покупку марки для наклейки на денежку, чтобы продолжить пользоваться этой купюрой. Если он этого не сделает, он потеряет сто рублей. Плата за пользование такими деньгами составит тринадцать рублей в год. Если ты год продержишь у себя такую денежку, то лишишься тринадцати рублей. Таким образом, получается, что просто так держать у себя деньги становится невыгодно, они со временем уменьшают свою стоимость, приходится платить за их наличие у тебя.

Т.е. в течение недели ты пользуешься такими купюрами, но к среде, во вторник вечером, постараешься от них избавиться – заплатить за товар или за услуги, купить сырьё или что-то подобное. В среду, продав свою продукцию, ты получишь новые деньги на неделю и всё повторится опять, постаравшись избавиться от старой банкноты, ты избежишь дополнительных расходов.

И платить придётся государству, марку нужно покупать на почте, а почта – государственное учреждение. Получается, что ты дополнительно платишь за пользование деньгами. И чем у тебя таких денег больше, тем больше ты платишь. Чтобы избежать этого, надо отдать все деньги до наступления момента платежа. А когда у тебя нет денег, то и дать в долг под проценты тебе нечего.

А если ты взял в долг, то платить тебе придётся ещё дополнительно за пользование деньгами. Получается, что введение временного ограничения на пользование деньгами приводит к исключению процента за предоставления денег в кредит и уничтожению механизма перераспределения денег от бедных к богатым. Да и само понятие кредита при таком подходе теряет смысл. При этом значительно ускоряется оборот денег.

Все будут стараться быстрее вложить эти деньги во что-то, не подверженное такой усушке. В то же время государство получает дополнительный доход за эмиссию денег в виде платы за право пользования, что может привести к снижению налогов. Правда, здесь есть и оборотная сторона. Резко возрастёт спрос на золото и драгоценные камни, т. к. за них платить не придётся никому. Возрастёт и стоимость земли, т. е. деньги начнут вкладывать во что-то капитальное, не подверженное такой усушке – предметы роскоши, картины, яхты и что-то еще, чем можно пользоваться и не прибегать к деньгам, они уже в своё время были заплачены.

Проводились практические проверки этого механизма. В нескольких городках в Австрии пытались работать по этой схеме, и всё было хорошо, создавались новые рабочие места, был приток средств в муниципальную казну и т. д. Но все работы были закрыты центральным банком с мотивировкой, что деньги может выпускать только ЦБ. Вот это как раз понятно, банкиры не будут отдавать свой источник дохода.

Правда, по такой схеме работали и арабские банки, но это как-то осталось в стороне, и на это особо никто и не обратил внимания. Во всяком случае, есть механизм, пусть такой и несколько непривычный и горбатый, позволяющий избежать тех бед, которых ты опасаешься. И его применять нужно сейчас, пока нет никакой другой денежной системы, и нет никаких заменителей денег – золота, роскоши и всего прочего.

Вот очень кратко о свободных деньгах. Конечно, сейчас можно обойтись без марок, есть компьютеры, и они будут автоматически списывать деньги с твоего счёта, при этом их можно сделать виртуальными, что в принципе и нужно делать. Представь, кто-то найдёт не разграбленный банк, набитый рублями и баксами, и сразу станет мультимиллионером. Это будет неправильно.

— Да, очень интересная теория. Не всё сразу укладывается в голове, непонятно пока, как с этим работать, но информация очень полезная и даёт повод задуматься о многом. Во всяком случае, есть подтвержденный исторически факт, что возможность обойтись без грабительских банковских процентов существует. Возьмём это на заметку. Давай дальше.

— Другая теория – про альтернативную экономику. Она анализирует успехи, показанные СССР, и даёт понимание, чем всё это было вызвано. Наверное, она будет подходящей для нас, т. к. даёт возможность повторить всё, что было сделано для превращения СССР из нищего, разоренного гражданской войной и разрухой, государства в космическую державу.

Автор рассматривает два типа экономики – западную, рыночную, и советскую. Причём, согласно этой теории рыночная экономика является тупиковой ветвью развития. И обосновывается это не какими-то идеологическими призывами, а её особенностями. А одной из главных из них является основополагающий принцип потребления. Ты купил себе булку, и этим самым заплатил всем, кто участвовал в её изготовлении. Затраты каждого участника производства включены в цену, и заплатив за булку, ты передал свои деньги всем остальным.

Такая экономика подразумевает высокую покупательскую способность населения, и соответственно она поддерживается всей сложившейся структурой общества, нацеленного именно на это – банки и финансовая система, кредиты, конкуренция и неумеренное потребление ресурсов. В основе её лежит, пусть это будет так, доллар. Их должно быть много у населения, чтобы можно было покупать. А если их у тебя нет – то возьми кредит, и на тебе ещё заработают банкиры. А если у них окажется мало денег, то государство нарисует ещё или возьмёт в долг у других стран, а потом расплатится с ними нарисованными бумажками.

Во всяком случае, в такой экономике все определяется количеством денег и желанием кого-то заработать на их количестве. От этого и шли разговоры об инвестициях и инновациях, т. е. при всех благих пожеланиях и посылах на развитие экономики все сводилось к возможности кем-то заработать на своих лишних, ворованных, отнятых у нищих, или нарисованных деньгах.

Совсем другой подход к экономике был в Советском Союзе. Там была создана двухуровневая экономика. Первым уровнем была, скажем так, экономика государственная, в которой для расчета использовался так называемый счётный рубль. Он не имел хождения по территории страны и использовался только для расчетов между предприятиями. Благодаря ему было возможным строить новые заводы, дороги, пушки и танки.

Фактически, это были не деньги, это были просто взаиморасчеты. Ты построил танк и заплатил за броню, мотор, пушку своим поставщикам, они заплатили за металл своим поставщикам и т. д. Все рассчитались, но ни копейки из этих денег не поступило на рынок. И не создало своеобразный денежный пузырь, не обеспеченный товаром.

И была ещё другая экономика, основанная на наличном рубле, которым пользовалось всё население. Обе эти экономики работали параллельно. В этой области всё происходило как и в рыночной экономике – денежная масса равнялась товарной. И они росли вместе без всяких кризисов и депрессий. Все деньги были обеспечены товаром, а за счёт его реализации появлялась прибыль, и возможен был дальнейший рост производства.

Главное условие двух этих экономик – счётные рубли не могли быть переведены в наличные. И пока это выполнялось, всё было хорошо. Предприятия развивались, строилась инфраструктура, дороги, дома, детские сады и всё прочее, принадлежащее государству и предприятию. Ему некуда было тратить деньги, свою счетную прибыль, вот предприятия и строили дома, котельные, садики и брали их на свой баланс. На это расходовались только счётные рубли. Была проблема с товарами для населения, но здесь уже причина не в экономике, а в правителях, которые не понимали, что делали.

Когда же было нарушено главное требование, и счётные рубли стали перетекать в наличные, случилось то, что случилось. Особо умные прорабы перестройки и иже с ними, не понимая, что они делают, взяли курс на рыночную экономику. Как итог – крах экономики СССР и развал всего государства.

Вот очень краткое изложение этих двух теорий, после ознакомления с которыми мне стало понятно произошедшее, и я занялся другими делами. Никакие другие словоблудия про демократию и рыночную экономику мне стали не интересны. Я узнал истинные причины произошедшего без всяких секретных документов, подслушивания сплетен и подглядывания в туалетах.

— Хорошо, я понял, что надо узнать в первую очередь. Я думаю, мы еще не один раз обсудим эту тему, особенно альтернативу. У нас ведь почти такая же ситуация – надо с нуля поднимать экономику. А пока давай мы с тобой просто попьём чайку, слишком много новой для меня информации, её надо обдумать. Потом мы продолжим наш разговор.

Глава 13

15.04.29

Иван, командир экспедиции, позывной Змей.

Ну вот, и началась наша экспедиция. Или разведка. Произошло это, правда, раньше, но сейчас тронулся основной поток. А началось ещё в прошлом году, с разведки Оренбурга. Тут всё оказалось проще, чем думалось. Раньше частично это было сделано, так что нам осталось все повторить. Но батя с дедом были не глупее меня, значит, что-то помешало.

А у нас всё получилось просто и незамысловато. От Астрахани на "аннушке" долетели до Оренбурга, нашли подходящее место для посадки, организовали временный лагерь, привезли туда специалистов и вместе с ними облазили Оренбургский гелиевый завод. Интересным оказалось это место.

Как мне рассказали эти специалисты, гелия в атмосфере Земли очень мало, добывают его из природного газа, в котором он может содержаться в относительно больших количествах. Основные запасы его находились в США, тринадцать из семнадцати заводов, существовавших в мире. Это абсолютно инертный газ, самый лёгкий и сверхтекучий, только при температуре около абсолютного нуля превращается в жидкость. Применяют его в том числе и для заполнения оболочек дирижаблей, в ядерной энергетике и в космонавтике.

Обычно получают его, вымораживая попутные газы при сверхнизких температурах. Кроме заводов в США, были заводы в Алжире, в Катаре, в Польше и в Оренбурге. Завод в Оренбурге считался уникальным. Дело в том, что раньше считалось нерациональным получать гелий из газов, содержащий его менее одной десятой процента. А в Оренбурге гелия содержится в нефтегазоконденсатном месторождении всего пять сотых процента. Но газа этого много. Вот и решили здесь строить завод.

Для этого завода пришлось разрабатывать специальную технологию и аппаратуру. При этом в производстве используются самые разные физические процессы, параметры менялись в значительных пределах, температура от минус двухсот трех градусов до четырехсот тридцати градусов Цельсия, давление от глубокого вакуума до четырехсот атмосфер. Да и очистку от примесей надо было производить, от сероводорода, азота, водорода.

В общем, место сосредоточения могучих технологий. Впрочем, и сам завод производил соответствующее впечатление, несмотря на следы разрушения. С первого взгляда даже мне становилось ясно, что восстановить и использовать его нам не по силам. Да и хранилища с готовым гелием были пусты. Единственное, что нам могло пригодиться, это транспорты по перевозке жидкого гелия. Это были какие-то сосуды Дьюара на колёсах и, по словам специалистов, могли хранить гелий в жидком состоянии до тридцати суток.

В общем, задание выполнили, разведку произвели, промежуточную базу организовали, дорогу разведали и проверили, хотя бы с воздуха, если надо будет, вернёмся за этими термосами на колёсах. Видимо, они и не давали покоя Сталкеру, помнил о них и надеялся как-то использовать в изменившейся ситуации. А может, хотел освежить карту, рассматривая Оренбург как промежуточный этап для броска дальше.

После разведки Оренбурга занялись прокладкой маршрута. Экспедицию пришлось поделить на две части, сухопутную и водную. Катер пойдёт от Астрахани по Волге, заодно и реку проверит на предмет возможности организации движения. А сухопутную часть экспедиции решили пустить по маршруту Краснодар – Сальск – Волгоград – Саратов – Сызрань – Ульяновск – Чебоксары. Сейчас это просто точки на карте, но надеемся, они оживут, хотелось бы, чтобы с нашей помощью.

Конечным пунктом пока выбрали Чебоксары, это место было одинаково удалено от Ульяновска, Нижнего Новгорода, Казани, правда, Казань была ближе, но располагалась на той стороне Волги, а как там будет с переправой, пока не понятно. Маршрут проложили по карте, теперь надо будет провести воздушную разведку как сухопутного, так и речного пути. По прикидкам место вполне хорошее, близко до бывших промышленных центров, и есть дорога на Урал.

Определили порядок построения и движения колонны. Впереди будет идти отделение разведки, его задача проверить дорогу и своевременно известить колонну о возможных препятствиях на пути. Следом пойдет сапёрный взвод. Ему предстоит обеспечить движение всей колонны. Не думаю, что дороги сохранились в пригодном для езды состоянии, скорее всего, если и можно проехать, то на отдельных участках. Будем ещё проводить авиаразведку. Но техника у нас в основном полноприводная, так что должны пройти.

Особенно трудно будет преодолевать овраги и ручьи, реки. Что нужно будет для ремонта дороги, определим по результатам воздушной разведки. Затем пойдёт вся основная масса, в конце колонны ремонтные машины, медицина, кухня, заправщики и прочая вспомогательная техника. Были определены командиры групп и старшие по машинам, по ним распределён личный состав. По результатам авиаразведки должны определить места стоянок и ночёвок и определить порядок развёртывания и сворачивания места отдыха. Всё это пока несколько сумбурно, но это только план предварительных действий для проведения авиаразведки.

Авиаразведку проводили всё время до отправления экспедиции. Определяли, что собой представляют дороги, подтвердились самые пессимистические ожидания. Дороги практически не было. Остались отдельные участки, да и то непонятно, в каком состоянии. А после того, как пройдёт наша колонна с тяжёлой техникой, от неё не останется ничего. Но другого варианта пока у нас не было, поэтому выбирать можно было только либо движение без дорог, либо как-то пытаться проехать по тому, что осталось.

Организовали по пути несколько промежуточных баз для авиации, куда можно, забросили айбайки и квадры для уточнения состояния дороги. Экипажи с воздуха и на колёсах искали лучшую дорогу. Определяли места переправы. Плохо было то, что движение начнётся весной, земля будет мокрой и мягкой, и воды в оврагах, ручьях и реках будет много. А техника у нас тяжёлая.

Вот речникам это хорошо, им высокая вода на пользу. Пока была возможность, отправили сапёров ремонтировать, где можно, дорогу. Этим они занимались всё время до выхода экспедиции, привлекая всех свободных к этой работе, прокладывая и размечая вместе с разведкой предстоящий путь. Разведка и сапёрный взвод ушли на неделю раньше, а сегодня двинулась вся остальная колонна. Тронулись в путь и речники. Они шли сами и тащили за собой небольшую баржу, в основном с топливом. По пути, если получится, мы должны были встретиться и вдоль Волги должны двигаться самостоятельно. Если они нас опередят в пути, будут ждать в Волгограде и проводить разведку.

Глава14

15.04.29

Сталкер, Алексей, позывной Дока.

Заходи, Алексей, присаживайся, продолжим наши обсуждения экономики и денег. В общем-то, из того, что рассказал про деньги, можно считать вполне достаточным для общего понимания проблемы. Меня как-то больше интересует альтернативная экономика, мне кажется такая ситуация более близка к нашему сегодняшнему состоянию. Ты с этим согласен?

— В общем-то да, но наверное, надо как-то ее смотреть немного c точки зрения дальнейшего развития. А как она будет работать завтра. Я понимаю так, что система должна быть самодостаточной и не нуждаться в каких-то постоянных управляющих воздействиях.

— Мы к этому ещё вернёмся, а пока я хотел затронуть такой вопрос. Пусть завод сделал танки или корабли. Неважно что, но пришло время платить людям деньги, зарплату, где он их возьмет?

— Честно говоря, для меня это тоже не самый простой вопрос. По идее, он должен поехать в банк, получить нужную сумму и выдать людям заработанное. Откуда возьмёт деньги банк? В самый первый раз он должен просто их нарисовать, но не столько, сколько захочет, а столько, сколько выпущено продукции для населения и оказано услуг. Здесь имеет значение отслеживание соотношения наличных денег и выпущенных товаров и оказанных услуг.

Может быть, я что-то и неправильно говорю, но денег не может быть больше, чем изготовлено товаров. Даже скорее наоборот, товаров может быть немного больше. Тогда можно будет людям увеличить зарплату, увеличится количество денег в свободном обращении, и всё останется в заданных границах. Не будет никакой инфляции, не будет обесценивания денег, будет стабильность и постоянство.

— Я так понимаю, что для получения этих денег нам придётся вводить отплату за самые разные услуги, оказываемые государством населению?

— Да.

— Тогда давай немного порассуждаем. Вот мы предоставили каждому по отдельному дому. Сейчас это бесплатно. Когда введём деньги, за этот дом придётся платить. И за газ, энергию, канализацию. Так?

— Наверное, так.

— Да не наверное, а именно так. В этом случае все наши усилия по укреплению общества окажутся напрасными. Значит, надо найти какой-то компромисс. Если стоимость дома пусть составляет, для примера, тысячу рублей, из них сто рублей пошло на зарплату работникам, строившим этот дом. А никто бесплатно не работает, и деньги, потраченные на зарплату, должны быть компенсированы такими же деньгами, а не счетными.

Значит, мы должны сказать, что из всей стоимости дома в тысячу рублей его хозяева должны заплатить государству сто рублей, десятую часть его стоимости. Остальные расходы на строительство государство берет на себя. И эти десять процентов мы разобьём на срок десять лет, тогда это будет вполне приемлемая сумма платежа за возможность жить в собственном доме с самого начала, а не в казарме.

Точно также мы должны поступить и со всеми платежами. Платить не всю сумму, а только часть. Какая это будет величина, давай пока для рассуждений возьмём десять процентов. Её придется считать и обосновывать, но это уже рабочие детали. Механизм взаимоотношений становится понятен. С другой стороны и немаловажным будет такой фактор – когда что-то получаешь бесплатно, это не ценишь. Если для получения нужной вещи пришлось потрудиться или заплатить денег, хотя бы немного, то ценность её значительно возрастает.

— Наверное, так будет правильно. Счётные рубли остаются счетными, люди работают за обыкновенные деньги, и они их получают. Со всех мест платежей деньги стекаются в банк, а потом уходят опять на оплату. Всегда под контролем денежная масса, всегда под контролем объём выполненных работ и оказанных услуг. Если товаров сделано меньше, упадут зарплаты, если остались нереализованные деньги, надо увеличивать выпуск товаров. Всё ясно и понятно. И социальный эффект учтён, платится не полная стоимость, а только часть. Почему часть, тоже понятно, оплачивается работа других людей, но не завода и не его прибыль. По-моему, всё разумно.

— Вот давай на этом пока и остановимся, подумаем, что нам надо еще учесть в наших рассуждениях.

Глава 15

01.07.29

Иван, командир экспедиции, позывной Змей.

Пунктом постоянной дислокации мы выбрали всё же Чебоксары. Это место подошло просто потому, что дальше идти было уже слишком тяжело, а место было вполне подходящим и соответствовало всем нашим требованиям. Раньше это был небольшой город, тысяч на пятьсот жителей, и в этом городе было всё, что нас интересовало в первую очередь. Был аэродром, способный принять наши транспортные самолёты, была промышленность, леса, есть места для полей.

Сам город расположен на Волге, что позволяло открыть речное сообщение с Астраханью, да и с другими волжскими городами, и кроме того, это давало выход на Каму. На левом берегу располагались обширные леса, которые могли служить хорошим источником сырья для получения биотоплива.

Волга в этом месте была не очень широкой, что позволяло довольно- таки просто наладить паромную переправу на левый берег. Да и рельеф берега позволял организовать зимнюю стоянку судов. Всё остальное было не особенно важно, хотя не было лишним. Было несколько сборочных и электротехнических заводов, хороший машиностроительный комплекс, всё со времён до катаклизма. Они, конечно, превратились в руины, а если и уцелели, то представляли большую опасность, но можно было надеяться на какую-то полезную добычу в этих местах. Рядом был ещё город спутник Новочебоксарск, бывший город химиков. Может быть, и там будет что-то интересное.

В больших городах, типа Волгограда и Ульяновска, обстановка была ещё хуже, а опасность выше. Так что, определили себе местом ППД Чебоксары и успокоились. Пока только осмотрели город, самые ветхие здания обрушили, чтобы они сами не рухнули от вибрации, создаваемой проезжающим транспортом. Город располагался на нескольких холмах, разделённых оврагами.

Нашли дороги, позволяющие проехать по всему городу без мостов. Расположились мы пока на территории перед городом вблизи от Волги, на высоком берегу. Разбили свой обычный походный лагерь и назначили несколько дней отдыха для личного состава. Надо честно признать, что дорога оказалась трудной.

Вспоминая рассказы отца и деда об их походе в Эритрею из Пущино, могу сказать, что наш поход был ненамного легче, разве что не было морозов и проблем с топливом. За топливом, кстати, пришлось несколько раз отправлять наливники в Севастополь, да и там ещё добавили нам пару заправщиков. Правда, по пройденной дороге идти было легче, но ведь дорога, хотя бы в одну сторону, занимает не один час. И чем дальше мы уходили на север, тем трудностей становилось больше.

В начале пути благоприятно сказалась наша подготовка к маршруту. Вовремя проведенный ремонт мостов и налаженные переправы позволили без особых трудностей добраться до Волгограда. Дорога, конечно, была никакая, но её хотя бы успели разметить и найти объездные пути. Хотя как оценивать. Для вездеходной техники вполне проходима, да и во многих местах провели её ремонт – где тракторами заровняли, где объезд соорудили. А вот после Сызрани и Ульяновска уже был сплошной экстрим. И дело не в том, что дорога плохая.

Пошли холмы и овраги, спуски, подъёмы, и в конце почти каждого спуска речушка или ручеёк, перешагнуть можно. Но спуск, как и подъём, крутой, грунт топкий и вязкий, а тяжёлая техника не предназначена для движения по такой дороге. Полноприводные машины пройдут, место можно найти, а что делать с трейлером, груженым трактором? Вот и приходилось искать объезды, иногда далеко в сторону, или наводить временные переправы.

Запасы материалов давно кончились, приходилось искать что-то на местах, разворачивать технику, автокраны, трактора, делать дорогу, сворачивать технику, и через пару километров всё повторялось вновь. Хорошо айбайки постоянно висели в воздухе, и несколько разведгрупп шли по маршруту с большим отрывом впереди. Это позволяло немного сократить время на поиск и ремонт дороги. Да и маршрут выбрали правильно, на пути не было больших рек.

Речники прошли дорогу гораздо легче, хотя и были на пути мели и останки мостов, обрушившихся в реку, но дорогу всегда находили. Катер показал себя с самой лучшей стороны, мели и перекаты для него не значили ничего, сам видел, разгонялись на свободной воде и по мелям шли на полной скорости, только песок летел во все стороны. Водомёт – это сила.

Назвали его "Проходимец". Обрадовал Шатуна своим сообщением о великолепных данных катера, отправили ему подробный отчёт, потребовали второй катер и несколько барж, хотя бы наливных для доставки топлива по Волге. Волго-Донской канал, кстати, приказал долго жить, восстановить его вряд ли получится, а вот железнодорожный путь проложить, наверное, можно, и на платформе перевозить наши катера и баржи. Во всяком случае, об этом стоит подумать, тогда будет прямая дорога на Севастополь, по волоку на Дон, через Азовское море и в Севастополь. По карте вроде бы есть и более удобные места, позволяющие выйти с Волги на Дон, но это на Оке, туда пойдём немного позже. Пока у всех отдых. Заслужили.

Через два дня после обустройства лагеря начали проводить местную разведку. Полетали на айбайках по окрестностям. Леса здесь раньше действительно были великолепные. Сейчас ничего не осталось, но набрать древесины для переработки не представляло никаких трудностей. Надо только место подобрать, где будем строить биостанцию. А для этого надо было ножками обойти всё Заволжье.

Попытки найти паром оказались более-менее успешными. Вернее, нашли что-то типа небольшой баржи, способной вместить один грузовик. Это что-то, названое остряками "Непотопляемый", держалось на воде устойчиво и спокойно следовало за катером, выполняющим роль буксира. Вот на нём и перевезли два "УРАЛа" на левый берег Волги и отправили на разведку левобережья.

Спустили на воду и все имеющиеся средние катера. Оснащены они были хорошо, имели эхолоты, радары и были направлены на исследования Оки, Суры и Ветлуги. Два пойдут на Оку, по одному на Суру и Ветлугу. На каждом было по квадру и айбайку, так что по силам им были почти любые задачи. "Проходимец" же должен был уйти на Каму и искать дорогу на Урал. Из водного транспорта у нас оставались десять складных лодок с подвесными моторами, так что для исследования ближайших окрестностей этого должно было хватить.

Намечалась проблема с топливом. Поэтому слили с наливников всё топливо в бочки и в сопровождении ремонтной летучки отправили все цистерны в Севастополь за горючим. Не забыли обратную дорогу и сапёры, начали её ремонт и укрепление. Меняли временные переходы на более-менее капитальные, ровняли, искали новые, пригодные для движения, участки пути. Так что пока нас связывала с Севастополем сухопутная дорога.

Была для экстренных случаев и авиация, но это уже экзотика. Легкая авиация, Ан-2, использовалась для разведки окрестностей, а транспортная в основном для перевозки специалистов, для доставки врачей и больных в случаях необходимости оказания экстренной помощи. Была надежда на речников. "Проходимец" показал, что дорога есть, так что можно было ожидать, что Шатун выполнит своё обещание и закончит производство хотя бы одной баржи.

Ради речного сообщения я даже попросил Сталкера второй катер типа "Проходимец" отправить на Дон с частью второй роты спасателей и экспертами, пусть посмотрят, как и где можно устроить волок с Дона на Волгу. Наши баржи не супертанкеры и, я так думаю, их можно перетащить, как в старину волоком, или устроить пункт перегрузки, с Дона на Волгу перебросить груз посуху. Или же смириться с дорогой по Волге от Астрахани. Речная дорога была самая спокойная, а по объёму перевозимых грузов давала большую фору сухопутной. Вот только в некоторых местах надо будет немного расчистить русло от остатков плотин и рухнувших мостов.

Немного начали изучать город. Он располагался на нескольких холмах, отделённых друг от друга довольно-таки большими оврагами, через которые раньше были проложены мосты. Но были и дороги, позволяющие проехать в разные части города и без мостов. Чувствуется, что раньше это был красивый городок, даже в сегодняшнем, полуразрушенном состоянии вызывал к себе с первого взгляда чувство симпатии.

Нашли университет, педагогический и сельскохозяйственный институты, научно-исследовательский институт релестроения, несколько техникумов разного профиля. Все эти учреждения оказались достаточно целыми, здания хотя и были в аварийном состоянии, но не развалились. В каждом из них была вполне сохранившаяся библиотека. В этих библиотеках, несмотря на отсутствие условий хранения, нашлись пригодные книги и учебники. Для нас это было целью номер один. Кроме того, была надежда попытаться реанимировать в какой-то мере промышленность.

А вообще, город изучали сорок человек, разбитых на пары, перемещались на квадрах. Целью было определение его общего состояния, первичное описание ресурсов и возможностей использования этого места как базы для дальнейших маршрутов. Нас интересовало всё. Имеющееся оборудование, его состояние, пригодные к использованию здания, материалы и запасы сырья, любая техника, транспортная инфраструктура города.

Потом специалисты, входящие в экспедицию, подготовят обзор состояния всего, что есть и совместно с экспертами из Севастополя решат, что и как можно будет здесь использовать для нужд возрождаемого города, и какие производства будут тут развиваться.

Сами мы устроили для себя, по установившейся за все годы посещения погибших городов практике, жилой посёлок на чистом месте, на высоком берегу Волги перед въездом в город. Были пока разбиты палатки, проложены необходимые коммуникации и обустроены коммунальные сети. Рядом располагался автопарк, были проложены дороги до аэродрома и причала. Да и сам причал был построен. И аэродром приведён в порядок и готов к приёму самолётов. Так что, освоение нового места началось успешно.

Глава 16

05.07.29

Совет координаторов

— Здравствуйте, товарищи, — поздоровался Виктор, входя в зал совещаний. — Все на месте, можно начинать наш совет? У нас на повестке два вопроса.

Во-первых, пусть каждый из вас возьмет брошюру, которая лежит перед ним и в течение двух недель выскажет своё мнение по этому вопросу, желательно аргументировано и в письменном виде. В порядке комментария – это предложение по введению денег в нашем обществе. Что за деньги, как вводить, как использовать, всё в предлагаемой брошюре. Это проект. Мы его обсудим, и не один раз, спешки пока никакой нет, зато есть масса вопросов и технических проблем по введению денег в таком варианте. Поэтому жду от вас конкретных замечаний и предложений.

Во-вторых, я знаю, что вы обсуждали текущую ситуацию, пытались как-то понять и спрогнозировать наши проблемы и цели. Я рад, что мы занялись комплексной оценкой всего нашего хозяйства и его перспектив. Как понимаю, проблемы каждого направления были озвучены. Пора приводить всё к одному знаменателю. Умник, тебе слово.

— А что я должен сообщить Совету? Комплексную программу развития я могу составить только на основании перспективных планов работ по каждому направлению. Их я не получил ни от кого. Никто не хочет брать на себя ответственность и определяться с тем, что он будет делать. Полномочий заставить это делать других у меня нет. Так что, ничего, кроме этого, я сообщить Совету не могу.

— Тех, напомни мне, ваше совещание по проблемам каждого направления было в апреле?

— Да.

— Умник, ты хочешь мне сказать, что у тебя за три месяца не нашлось времени в рабочем порядке встретиться с каждым из координаторов и обсудить и уточнить его проблемы?

— Ну почему же? Я встречался, разговаривал, но ни от кого не получил никаких плановых цифр и проектов работ по развитию направления.

— Насколько я помню, на апрельском совещании речь шла о структурных проблемах и определении общих принципов построения и развития нашего общества. Так, Тех?

— Да.

— Согласно распределению обязанностей общие вопросы для разных направлений, вопросы взаимодействия направлений закреплены за Умником. Так, Умник?

— Да, но я не могу делать всё сам, мне нужны перспективные планы по каждому направлению.

— Во-первых, перспективные планы направления должны разрабатываться на основании общих рекомендаций по развитию общества, а во-вторых, я не буду, Умник, объяснять тебе твои обязанности. Ставлю на голосование вопрос об освобождении Умника от обязанностей координатора по научным вопросам, образованию, новым технологиям. Причина – не справляется с обязанностями. Голосуем. Кто за? Единогласно, против, воздержавшихся нет.

Умник, покинь зал совета. Шатун, ты жаловался мне, что тебе не хватает специалистов. Вот тебе суперспециалист. Обеспечь его работой. Не среди учёных, а пусть идёт в производство и учится по новой проходить все ступени ответственности. Справится, повышай меру ответственности и поручай ему новые обязанности.

— Принял, Сталкер.

— А теперь вопрос ко всем. В дополнение проработки вопроса по введению денег прошу проработать вопрос введения новой должности координатора по экономике. И что-то мне не верится, что никто из вас не пытался составить какой-то план общих действий. Признавайтесь, что получилось.

— Не знаю, как другие, — начал Тех, но я рассматривал эту ситуацию со своей точки зрения. Я считаю, что для нас сейчас определяющим будет обеспечение нас энергией. Исходя из этого, я рассматривал проблему развития. Если никто возражать не будет, я поделюсь своими мыслями по этому поводу. Итак, начинаю.

На сегодня, исходя из концепции получения энергии только из возобновляемых источников ресурсов, мы можем получить следующее:

— биогаз;

— синтез-газ;

— биоэтанол;

— биобутанол;

— биоводород;

— биодизель.

Да, ещё остаётся возможность использовать имеющиеся запасы нефти, бензина. Но это побочный вариант. Биогаз может выступить заменой для всего. Он может быть использован и для бытовых нужд, и в промышленности, и на транспорте. Я покопался в литературе, нашёл ориентировочные данные в докатаклизменные времена, используемые для расчёта потребностей. Так вот, на одного жителя города планировалось обеспечить потребление электроэнергии тысячу сто кВтч в год.

Там же, в литературе, я нашёл, что один кубометр биогаза имеет энергетическую ценность шесть тысяч кВтч. А один гектар земли может обеспечить урожаем растений, позволяющим получить от двух до шести тысяч кубометров биогаза в зависимости от того, что вырастили. Кукуруза даст больше, трава меньше.

И у меня после несложной арифметики получилось, что для обеспечения тысячи жителей электроэнергией по приведённым данным необходимо обрабатывать шестьдесят четыре гектара земли и выращивать что-то, позволяющее получить не менее трёх тысяч кубометров биогаза. А если учесть, что в тех же среднестатистических данных потребность на жилища составляла не более двадцати пяти процентов от общей, то, как минимум, эту цифру надо удвоить.

И с учётом сезонности и времени на выращивание растений, то можно эту цифру ещё увеличить. Получается, что как минимум, на тысячу жителей надо обрабатывать не менее двухсот гектаров земли, чтобы получить необходимое количество сырья для выработки биогаза. Ещё сумел найти данные, по которым, исходя из приведённых потребностей, отходы от ста коров позволят обеспечить биогазом пятьсот человек. Конечно, все эти цифры расчётные и ориентировочные, взяты из старых справочников, их надо будет подтверждать и проверять реальными цифрами, но если взять их за основу, то можно получить любопытные данные.

Во-первых, получается, что мы не должны строить большие города, т. к. не сможем обеспечить их энергией. Города должны быть тысяч на десять населения, ну может быть, двадцать, не больше. Город должен быть расположен вокруг какого-то производства, например, делает корабли-катера, может быть, машины, может быть, самолёты. Неважно. А вокруг города должны располагаться мелкие земледельческие хозяйства, типа хуторов, или колхозов.

И будут они выращивать что-то, картошку, кукурузу, свёклу, и отходы от этого будут использоваться для производства биогаза. Также должно быть налажено выращивание растений непосредственно для переработки на биогаз, есть по данным справочников такие травы, что дают хороший выход биогаза. Я не говорю о выращивании масличных культур для переработки на биодизель. Это отдельная тема, и её надо учесть также в планах проектирования поселений.

Таких хозяйств вокруг города должно быть несколько, они должны давать необходимый запас биомассы и обеспечивать севооборот, давать продукцию, по возможности равномерно по сезону. Для этих хозяйств будет создан центр переработки, скажем, семечки пойдут на получение масла, а отходы в переработку на биогаз. Или зерно, всю шелуху, солому отправить на переработку.

То же самое и с отходами ферм. Все отходы – на переработку. Это должно обеспечить производство нужного объёма биогаза. Он должен послужить для выработки электроэнергии, есть такой процесс – когерация, одновременная выработка электроэнергии и тепла. Для этого используются, грубо говоря, мощные дизели, в данном случае большой мощности, и специально приспособленные для работы на газе.

Для работы этих дизелей придётся строить при заводе специальные станции, что-то типа местной ТЭЦ, которая обеспечит производство и жителей электроэнергией и теплом. Таким образом, получается центральное производство, завод, и вокруг него несколько хуторов и колхозов, производящих биомассу, энергетический центр, дающий биогаз, и завод, обеспечивающий всех электроэнергией и теплом.

Конечно, на самих хуторах могут быть и свои небольшие установки для получения биогаза или оборудование, работающее на газе, но это надо уже предусматривать на уровне расчёта проекта, на уровне концепции я пока другого сказать не могу. Вполне возможно, что на каждой ферме проще будет построить свой энергоцентр, вырабатывающий газ и энергию, чем куда-то возить отходы. Но, как уже говорил, это надо считать, как лучше сделать.

Здесь сразу возникает второй вопрос – транспортировка. И здесь у меня появилась такая идея – использовать сжиженный природный газ (СПГ). На энергетическом центре производят сжиженный природный газ, его доставляют на завод, там производят его регазификацию, и готовый газ используют для получения электроэнергии и тепла, а также могут по местным газопроводным сетям направлять в дома населения. При производстве СПГ одновременно будет происходить его обогащение, углекислый газ будет превращаться в жидкость при более высокой температуре, чем метан, и в итоге получим почти чистый метан. А углекислому газу тоже найдём применение.

Получается такой комплекс. Завод с ТЭЦ, колхозы, энергетический центр. Сразу напрашивается комплекс дорог и транспорта. Дороги должны быть хорошего качества и всепогодные, чтобы проехать можно было всегда. И транспорт. Криогенные цистерны для транспортировки газа, обычные грузовики для перевозки биомассы, машины для перевозки отходов.

Хотя, это, может быть, можно решить как-то по-другому. Надо просчитывать сам проект и его организацию. Линии электропередач и необходимое оборудование. Местные газовые сети и оборудование для пользования газом, плиты, газовые котлы, газовые дизельгенераторы, если куда-то трудно тащить линии электропередач. Может быть, использовать поставку СПГ или просто газа в баллонах в такие места. Это опять расчёт и обоснование проекта. И сельхозтехника. Для обработки таких площадей её потребуется немало.

Сразу встаёт вопрос, а какую технику использовать. Дизель, бензиновый мотор. И где брать топливо? Биоэтанол, как мне кажется, не самый лучший вариант. Здесь лучше всего использовать биобутанол и биодизель. Причём должно быть, наверное, какое-то разделение. Для лёгкого транспорта, легковых машин вроде Нивы и УАЗа, а они должны быть для всех, подойдёт бутанол. Хотя это не обязательно, дизель и тут прекрасно будет работать. Весь остальной транспорт дизельный. И его будет больше всего.

А может быть весь транспорт будет дизельный. Надо считать, сможем ли мы обеспечить такое производства биодизеля и биобутанола. Для биодизеля надо выращивать опять что-то, например, рапс, правда, отходы опять уйдут на производства биогаза, но сколько надо будет площадей? И будем ли мы напрямую использовать масло или будем производить какое-то его облагораживание. Пока расчётами это подтвердить не могу, но интуитивно чувствую, что это должно получиться.

Кстати, есть ещё много областей, где нужны двигатели не очень большой мощности. Лодочные моторы, скутеры. Но это опять должно быть завязано на общую концепцию города, сколько надо транспорта и прочей техники для обеспечения нормальной работы. От этого и надо плясать.

И биобутанол. Сколько мы его сможем производить и из чего. Двести гектаров площадей мы уже отдали на город для обеспечения его биогазом, сколько-то уйдёт на получение биодизеля. Или можно получить биобутанол из остатков лесов? Значит, надо эти леса исследовать и определять, сколько мы имеем времени для их использования, пока они окончательно не сгнили.

Правда, здесь есть ещё один источник энергии – пиролиз. Где-то мне попадались материалы по высокотемпературному пиролизу, когда можно получить что-то, похожее на нефть. Но это не моя епархия, здесь надо проводить исследования, и возможно не один год. Но если это так, то у нас вообще не будет никаких проблем, мы сможем получать топливо из мёртвой древесины. Насколько я помню, пни, оставшиеся после вырубки леса только через десять-пятнадцать, а то и двадцать пять лет созревают для переработки на скипидар и смолу.

Я не коснулся оборудования для получения биогаза, его сжижения и регазификации. Его надо делать. Я не коснулся проблем авиации с её моторами и материалами. Я не коснулся проблем металлургии, её надо считать по потребностям, и там потребление энергии будет далеко не слабым. Я не коснулся проблем химии, надо получать из чего-то всё необходимое, хотя бы кислоты, без этого мы не обойдёмся. Нужно начинать работы по синтезу моторных масел или чего-то подобного, или начинать искать нефть, иначе скоро встанут все наши двигатели. Я много чего не коснулся в своих рассуждениях, но большего я пока предложить Совету ничего не могу.

— Молодец, Тех. Именно чего-то такого я и ожидал. Есть у кого-то, что добавить ещё к сказанному? Если нет, то предлагаю поступить следующим образом. Тех, Совет поручает тебе развить и оформить всё, что ты сказал, в отдельный документ, пусть он называется предложения по развитию. К работе по созданию этого документа предлагаю подключить все научные бригады по направлениям. Я хотел бы увидеть в этом документе примерно то, что ты рассказал сейчас, в таком же логичном варианте, но по всем направлениям.

И с определением задач и перспектив, на что нам надо нацеливаться. И сроку тебе две недели. Пусть это будет какой-то незаконченный, промежуточный вариант, но идея в нём должна быть сформирована. И не только в отношении техники, но и в организации жизни людей тоже. Если будут хутора, то надо думать о том, чтобы люди не чувствовали себя брошенными и не думали, что их просто выселили из города. Это может вызвать проблемы.

Глава 17

07.07.29

Виктор, позывной Сталкер

Сегодня у меня опять встреча и разговор с Алексеем. Интересный он оказался человек. Пытаясь разобраться в сути происходящего, получил для этого второе образование. Хотя у него нет практического опыта, есть только общее понимание проблемы и прекрасное знание исторического материала. Может быть, это только мне кажется из-за моей неграмотности в этом вопросе, но здравый смысл в его словах присутствует. А батя всегда говорил, что нечего мудрить, и если сомневаешься или не знаешь, как лучше, слушайся внутреннего голоса или здравого смысла.

Во многом он получается прав. А вообще-то ситуация уже давно созрела, ребята начинают уже какие-то цеха, мастерские строить, проекты готовят. Люди уже сами ищут какие-то варианты, начинается потихоньку какой-то стихийный обмен. Пока всё упиралось только в еду, мы жили более-менее спокойно. Теперь появляются какие-то новые потребности, вон уже начали самогонку гнать, тоже ведь валюта. Н-е-е-е-т, надо эту работу форсировать, а то неизвестно что получим.

Мы в прошлый раз долго ещё сидели с Алексеем, обсуждали проблему экономики и денег со всех сторон, много непонятного, но потом взяли время на обдумывание. А вот кстати, и он.

— Приветствую тебя Алексей. Проходи, садись. Чай будешь?

— Здравствуй, Сталкер. Буду, но попозже.

— Как хочешь. Что-нибудь можешь сказать в дополнение к нашему прошлому разговору?

— Наверное, да. Мне тут пришла в голову мысль, что прежде чем вводить деньги, надо определиться с собственностью и правами людей. Чьи это дома и машины, кому они принадлежат, кто их будет ремонтировать. А кому принадлежат продукты? И как их распределять? А кто будет платить за газ, свет, бензин и прочие удовольствия? И что будет собой представлять наше общество или государство? Что мы будем строить? Коммунизм или капитализм? Вот множество таких или подобных вопросов совсем сбивают с толку. Даже не знаю, с какого конца за них браться.

— Я тоже задумывался о таких проблемах. При этом понял, что мы с тобой не лысые и бородатые теоретики, которые учили весь мир. Нам с тобой не под силу думать и решить за всех. Вот когда будем готовы со своими идеями, устроим общее собрание, причём в режиме радиоконференции, там все эти вопросы и обсудим. А пока исходим из того, что есть. А есть у нас сложившееся общество, какие-то устоявшиеся отношения, которые всех устраивают, принятые нормы и правила поведения и распределения имущества и продуктов.

— Всё ты правильно говоришь, Сталкер, вот только есть несколько моментов, которые нам не обойти.

— И что же это за такие особые моменты?

— Самый первый из них – это вопрос собственности. Если создавать двухуровневую экономику и вводить счётные рубли, придётся настоящие рубли наполнить каким-то содержанием. На рубль что-то надо купить или получить какие-то услуги – пошить платье или костюм, купить себе особо проходимую машину и т. д.

А если эти услуги будет оказывать государство, то ничего хорошего из этого не будет, есть реальные исторические примеры. Значит, появится частник, и значит надо разрешать частную собственность. Вот тебе и один вопрос. Как её узаконить и уравнять в правах с общей собственностью, пусть мы будем называть её государственной.

— А когда появится частник, то у него будут свои цены, он будет стремиться получить прибыль, высокие цены дадут высокую прибыль, и начнётся процесс накопления капитала, и через некоторое время начнётся скупка самого разного имущества. А затем кто-то ему позавидует и начнётся передел, всё отнять у других и поделить в мою пользу. И таких моментов может возникнуть не один.

— Да, очень интересно повернул. Возникали у меня мысли по этому поводу. И вот что я могу сказать. Разделять общую, или как ты говоришь, государственную, собственность и частную нам придётся. И вводить надо будет последнюю. Без этого ничего хорошего не получится. Вот только мы их уравняем и поставим в равные условия. Продукцию они будут выпускать по одной цене. Если ты вырастил зерно, то цена его не может быть больше, чем у государства. А доход получай от снижения затрат, меньше потратишь, больше получишь. Но и на ресурсы, семена и всё прочее будет одна цена.

Хочешь быть частником – будь им. Но на таких же условиях, что и все. И государство должно относиться к тебе как к равноправному партнеру, но и ты выполняй все требования, обязательные для государства. Нанял работника – зарплату ему плати не меньше, чем установило государство, и предоставь те же условия и льготы. Если надо – построй жильё, дай транспорт и связь.

— Да ты с таким подходом не дашь развиться ни одному частнику.

— Ну почему же. Если ты талантливый механик, то ремонтируй машины и восстанавливай технику, но своими руками. Затрат у тебя будет меньше, так что прибыль можешь получить, и она вся твоя. Заработок будет выше, чем на заводе. Или создай новые машины, приспособления, которые уменьшат твои затраты. А так, чтобы предоставить тебе какие-то льготы – это неправильно. А вот когда ты будешь создавать своё производство, например – кирпичи захочешь делать, то уж тут к тебе будут совсем другие требования.

— Ну, хорошо. Создали мы частную собственность. Есть частник, пусть он, например, ресторан содержит. Другой машины ремонтирует, третий редкие овощи-фрукты выращивает, четвёртый книги пишет или картины рисует. И для всех государство установит свою цену? А кто конкретно её будет устанавливать? Вася? Петя? Маша? Это неправильно. Механизм должен быть таков, чтобы всё определялось автоматически.

— А я не знаю пока, как это можно сделать, но, думаю, потом вместе определим. А вот то, что все должны быть равны, это точно. И если ты чиновник, или какой-то особо выдающийся деятель, то с тебя спрос будет больше, чем с других. А получать тебе больше благ за это никто не позволит. Вот примерно так я представляю себе наше общество. А если я в чём-то ошибаюсь, люди меня поправят. Так что давай думать дальше, что нам надо делать.

Глава 18

20.07.29

Иван, позывной Змей.

Пока основная часть наземной экспедиции занималась "активным" отдыхом, оборудовали жилые места, автопарк и стоянку техники, порт, изучали город, речники готовились к разведывательным маршрутам, авиаторы проводили предварительно воздушную разведку. Речники вообще замахнулись по максимуму. Готовили разведку по Суре, Ветлуге, по Оке и вверх по Волге, и самый главный маршрут – на Урал.

Пока планировали дойти до Перми, а там будет видно. В планах было осмотреть Кунгурскую пещеру, у нас ещё теплилась надежда, что там могут быть выжившие люди. Поэтому авиация разделилась. Один борт обследовал районы Суры, Ветлуги и Волгу вверх по течению, изучали дорогу, присматривали, где можно поставить промежуточные опорные базы с топливом. Пока получалось только одно место – Нижний Новгород.

Другой борт работал вдоль Камы, обследовал дорогу до Перми. Маршрут предполагался через Казань – Набережные Челны – Нефтекамск – Чайковский – Пермь. Закладывали излишнее количество баз, летать там надо было много, поэтому лишний опорный пункт не повредит. Катера снаряжались вообще по максимуму, всё свободное место забивали бочками с топливом и запасами продуктов. "Проходимец" вообще превратился неизвестно в какого зверя, кроме запасов топлива он нёс на себе УАЗ, квадр, айбайк. Не забывали и про оружие и боеприпасы. Запасов топлива у нас остался самый минимум, ждали прихода заправщиков из Севастополя.

Когда авиация провела разведку до Чайковского и оборудовала промежуточные базы, "Проходимец" ушёл на маршрут. Остальные катера ушли ещё раньше, так что на базе установилось относительное спокойствие. Пока "Проходимец" двигался по реке, авиация продолжала воздушную разведку, оборудовали ВПП в Перми, даже транспортник могли принять, а затем аннушка приступила к облёту и разведке территории.

И тут от неё пришло сообщение: "Нахожусь в районе города Кунгур. Вижу обработанные поля". Пилоту тут же посоветовали поискать дома, чтобы знать, где люди. А сами стали готовить транспортник и взвод спасателей на квадрах, УАЗик для броска в Пермь. Больше там по данным разведки сесть было негде. А от Перми до Кунгура сто километров, надеялись добраться быстро. Пилот где-то через час, сообщил, что видит дома и около них суетящихся людей.

Пролетел низко, оружия у них не заметил, сбросил им вымпел, что возвращается за помощью, и предупредил, что будут ещё люди. Мы уже готовы были к вылету и сообщили, что летим в Пермь, пусть готовится нас встречать и рисует карту. Среди спасателей был один врач, взяли с собой набор лекарств, продукты.

Через четыре часа мы были в Перми, получили от пилота аннушки координаты нахождения домов, и я на айбайке полетел на встречу с выжившими. Остальные спасатели шли за нами на УАЗике и на квадрах. Подлетели к указанному пилотом месту, никого из жителей не видно, видимо, боятся. Тогда я вышел вперёд, снял с себя оружие, и один, с поднятыми пустыми руками, пошёл к поселению. На окраине мне навстречу вышел дедок высокого роста, крупный, борода лопатой, глаза настороженно поблёскивают, в руке какое-то охотничье ружьё.

— Что надо, и кто таков? — был первый вопрос.

— Человек, хочу познакомиться.

— А если я не хочу?

— Не хочешь, и не надо. Пойду дальше. У меня и своих дел хватает.

— А ты откуда такой шустрый?

— Так и будем здесь разговаривать? А может, сядем, чайку попьём и поговорим спокойно.

— Нет у меня для тебя угощения.

— Я сам тебя угощу, вот только за рюкзаком схожу, если не возражаешь.

— Ну, иди, посмотрим на твоё угощение.

Пришлось вернуться к айбайку, взять рюкзак с продуктами, приготовленный для такого случая, и возвращаться обратно. Пока я ходил, дедок никуда не исчез, как стоял на месте, так и стоит, пристально наблюдая за моими перемещениями. За неимением стола пришлось на земле раскинуть плёнку, выложить на неё термос, банку варенья, хлеб, яйца, копчёное мясо, огурцы, помидоры. По мере того, как я выкладывал всё это богатство на плёнку, выражение лица у дедули менялось от неприязненно-настороженного до удивлённого.

— И откуда всё это у тебя, человече? — спросил дедок.

— Сами вырастили. Об этом и хотел с тобой поговорить.

— И что, просто так угощать будешь?

— Буду. У нас этого хватает.

— Так ты не один, и тебе ничего не надо?

— Ты лучше пристраивайся, чаю наливай, угощайся, потом и говорить будем.

— Нет, так не по-людски будет. Эй, Витька, Сашка, скажите там, чтобы нам стол поставили, мы сейчас подойдём. А ты бери своё угощение и пошли, поговорим за столом.

Пришлось складывать продукты обратно и после этого идти следом за дедом в поселение. Идти пришлось недалеко, буквально через пару домов располагалась лужайка, на которой уже поставили стол и несколько лавок. Опять начал выкладывать угощение, спросил дедулю.

— Ты бы пригласил своих к столу, да кипяточку пусть принесут, чаёк попьём.

— Твоего угощения на всех не хватит, что же людей задорить?

— А на сколько хватит, столько и угостим, потом ещё будут. Сюда ещё машины идут и катер. Катер, кстати, по Сылве сюда пройдёт?

— Тут мелко, вряд ли пройдёт.

— Мой пройдёт. Так будешь своих приглашать, или пока сами поговорим?

— Со стороны посмотрят.

— Дело хозяйское. Ты угощайся, не побрезгуй. Всё свежее, не из запасов.

— Да уж вижу.

— Меня, кстати, Иван зовут.

— Я Фёдор буду.

— Вот и познакомились, Фёдор. Я чайку себе налью. А если что покрепче, ты как?

— А что покрепче?

— Да ничего особенного, водочка наша, обыкновенная.

— А давай попробуем.

Налил я по сто грамм, махнули мы за знакомство, закусили копчёной курочкой. И начал я свой рассказ. Успел только рассказать, что мы из Севастополя, пережили катаклизм в шахтах, как по рации пошёл вызов.

— Бегун вызывает Змея.

— Слышу тебя, Бегун.

— Змей, мы подъезжаем к Кунгуру. Куда нам двигаться?

— Бегун, подожди минуту, свяжусь с тобой.

— Фёдор, где можно через речку проехать? В городе мосты остались?

— Да есть один, пешком ходим, а как проехать, не знаю?

— Хорошо. Летун, слышишь меня?

— Слышу Змей.

— Давай взлетай, ищи мост, пешеходов он держит, Бегун на подходе. Веди его к мосту, пусть проверит, и если можно ехать, веди его сюда. Пусть встанут, где я разоружался. Да, мою снарягу забери.

— Принял, Змей.

— Фёдор, не пугайся, сейчас ещё мои люди подойдут. На машинах. Если нужна какая помощь, скажи. Есть врач, лекарства, продукты. Если мы для вас лишние, мы уйдём. Нам от вас ничего не надо. Мы просто рады, что кто-то ещё сумел выжить. Если хотите с нами иметь дело, то будем рассказывать вам о своём житье-бытье, и вы сами решите, будете вы с нами иметь дело или нет. Помочь мы вам в любом случае поможем. А теперь слушай мой рассказ дальше.

И я рассказал всю нашу историю, про поход на юг, про Эритрею, про освобождение рабов, про нашу жизнь и порядки. Говорил я громко, и думаю те, кто прятался вокруг, слышали всё. Когда я закончил, и наступила небольшая пауза, из-за ближайшего дома вышла женщина, статью не уступающая гренадёру, и положила конец раздумьям.

— Фёдор, хватит ерундой заниматься. Люди к нам со всем уважением, а ты всё из себя что-то строишь. Лучше давай готовиться гостей встречать. Предупредили же тебя, что едут.

— Извини Иван, очень уж всё неожиданно получилось. Меня Татьяной зовут.

— Да всё нормально, Татьяна. Нет никаких обид. Лучше давайте столы готовить и своих пригласи, пусть попробуют вкусности с юга. Сколько вас тут?

— Семьдесят шесть.

— Ничего, на один раз попробовать на всех хватит. А через пару дней ещё катер подойдёт, там запасов больше будет.

Поднялась суета по подготовке встречи. Я предложил им ещё организовать костёр или где-то подготовить место для приготовления горячего. Предупредил, будем кашу варить. С мясом. Надеюсь, припасов на всех хватит. Кроме трёхдневного запаса на десять человек в Уазике, у каждого бойца был такой же рюкзак с продуктами, как у меня. На всякий случай. Все помнили легендарную встречу Сталкера с основателями и всегда были готовы к такому же развитию событий. Принесли столы, лавки, рядом развели костры, готовили кипяток, варили картошку. У них была картошка, сумели сохранить. Молодцы.

Тут меня вызвали по рации.

— Бегун Змею, ответь.

— Здесь Змей. Слушаю тебя Бегун.

— Мы на окраине.

— Хорошо, ждите. Конец связи.

— Фёдор, Татьяна, мои люди на окраине, пойдёмте их встретим. Негоже без хозяев в дом входить.

Мы пошли встречать машины на окраину поселения. Все продукты сгрузили на Уазик и довезли до места, передали Татьяне и её стряпухам. Машину отогнали назад, разместили вместе со всей техникой. Пока поставили технику, пока умылись с дороги, было готово угощение. Все разместились за столами, налили по сто грамм за знакомство и принялись за еду. Видно было, что наша пища для местных была в большую диковинку. Они уже забыли про яйца, мясо. Чай с вареньем вообще был верхом блаженства. Когда дошли до чая, нам стали рассказывать свою историю выживания.

В общем, было с одной стороны хуже, чем у нас, с другой и лучше. Нового мы не услышали. Когда случился катаклизм, среди немногих выживших оказались экскурсоводы Кунгурской пещеры. Надо сказать, что это далеко не простое природное явление, более пяти километров подземных гротов, более семидесяти озёр, проложенные туристические маршруты внутри пещеры. Когда началось похолодание и стало ясно, что где-то придётся спасаться, экскурсоводы повели свои семьи в пещеры.

По их словам, в глубине пещер всегда стояла температура плюс пять градусов. Вот туда они и повели своих родных, близких, знакомых. У них не было запасов ни горючего, ни продуктов, но среди них нашлись несколько деятельных мужиков, организовал их бывший майор, уже вышедший на пенсию. Он привлёк всех к сбору в окрестностях Кунгура любых доступных продуктов питания, тёплых вещей, палаток, кроватей, горючего. Среди собравшихся была пара милиционеров, так что они смогли организовать какую-никакую охрану.

Пока погода позволяла, запасались всем, чем можно. И при любой представившейся возможности тащили любые продукты, топливо, тёплые вещи. Сумели сохранить картошку как посевной материал. Голодно было, по их словам, непереносимо. Кто-то и умер, но до каннибализма они не дошли. Молодец майор. Для всех всегда находил занятие, не давал впадать в тоску и апатию. Люди держались только на его постоянной поддержке. Никого он не пропускал и не оставлял без внимания. И при любой возможности отправлял людей на поиски еды и топлива.

Это он называл охотой. Кто-то не вернулся с этой охоты, кто-то стал инвалидом, но он вытащил всех людей. Хорошо ещё, что температура внутри пещеры не опускалась ниже нуля градусов. Ноль это не минус сто. Так и зимовали. И когда появилось солнце, и началась оттепель, даже не сразу поверили, что сумели пережить этот ужас. После того, как земля отошла от морозов, нашли рядом расположенную деревню, переселились в неё, и начали выращивать картошку.

Нашлись среди них и садоводы-огородники, так что с этим справились. И жили на этой картошке и на тех запасах, что ещё удавалось найти в окрестностях. Никого другого из выживших они не встречали, даже следов их пребывания не видели, хотя и ходили к ближайшим пещерам. Технику они реанимировать не сумели, не было среди них ни механиков, ни инженеров по этому профилю. Так и жили, как получалось. Поэтому появление нашего самолёта и было для них почти как гром с ясного неба. Сначала радость, потом испуг, а потом неизвестность, переход от радости к страху. И только организованное нами застолье немного их успокоило и вселило надежду.

Рассказав о своём выживании, на нас накинулись с расспросами о нашей жизни. Это и понятно. Самолёты, машины, давно забытые, а для многих и впервые увиденные продукты, всё это вызывало повышенный интерес к нашей жизни. И мы рассказывали. Причём организовалось несколько групп, каждого спасателя окружали по несколько местных жителей и забрасывали вопросами. Рассказывали всё. И про основателей, и про войны с бандитами, и про наши поля и животных. Про наш образ жизни, школы, наши проблемы и наши цели. И прозвучал самый главный для меня вопрос, как можно нам дружить и работать вместе.

Я сказал, что всех не могу сразу перевезти в Севастополь, но несколько человек можно отвезти, пусть посмотрят, ознакомятся с тем, как мы живём, встретятся с нашим Координатором и решат, как жить. Поделился планами, что мы будем и дальше осваивать эти земли, и нам нужна будет в этих местах база. В любом случае мы дадим им семена, продукты, технику, привезём врачей и учителей для начального обучения, но потом учиться надо будет в Севастополе.

Пока у нас есть центральная база в Севастополе, организуется база в Чебоксарах, будем создавать базу и в этих краях. И местные жители нам бы очень помогли, если бы стали основой для этой базы. А мы обеспечим их всем необходимым для начала и поможем жить дальше. Будет у них связь, будет техника, медицина, образование. И с этого места будем дальше искать людей и новые места для дальнейшего продвижения на север и в Сибирь. Если вы согласны на такой вариант, то этот год, я думаю, прожить придётся здесь, пока наши специалисты не определятся, где лучше ставить базу, здесь, или в Перми.

Там есть аэродром, хорошее водное сообщение, была мощная промышленность. Может быть, что-то и можно будет использовать и нам. Конечно, повторил ещё раз, одних мы их теперь не оставим. Пока придётся немного потерпеть, нужно время, чтобы доставить сюда продукты и технику, организовать для всех работу. Но первую помощь дадим сейчас.

Придёт катер, оставит ещё продукты, топливо, будет у них Уазик, квадров пару оставим. Осваивайте, изучайте окрестности, ищите дороги. Кстати, давайте ремонтировать мост, чтобы машины могли пройти, и выбирайте, кто поедет в Севастополь. Там и определитесь окончательно с Координатором о порядке наших взаимоотношений. А я в меру моих сил и полномочий буду вам помогать. Мою заинтересованность я уже озвучил.

Расспросы ещё продолжались, но уже началось обсуждение, что кунгурцы будут делать дальше. Я решил не мешать людям и, предупредив Фёдора и Татьяну, повёл людей устраиваться на ночлег. Вблизи машин мы установили палатки и после небольшого обсуждения всего произошедшего за день отправились отдыхать. Связался с Пермью, авиаторы пробились до катера, он шёл полным ходом, и ждать его можно было через день. Попросил передать, чтобы попробовали пройти по Сылве прямо до Кунгура, мы будем готовить для них причал.

На следующий день за совместным завтраком обсуждение продолжилось. Причём никто не высказывался об отделении и уединении, все были за совместную жизнь. Вот только у некоторых было своё понятие о совместной жизни. Пришлось мне довольно жёстко этим любителям объединения за чужой счёт напомнить, что мы в большинстве своём прошли через рабство и прекрасно знаем, что это такое, и как это происходит.

И ни при каких условиях мы не допустим даже намёка на чьё-то превосходство. Или все присоединяются на общих основаниях и подчиняются общим правилам, причём для желающих жить в Севастополе действует правило проживания в поселении, или работа три года в службе спасения. Или мы дадим им обещанную помощь и отправимся заниматься своими делами. Уговаривать их и создавать для них особые условия мы не будем. И я, как начальник экспедиции и временный руководитель вновь осваиваемых земель, им официально об этом заявляю.

После этого дискуссии практически прекратились, и я попросил Фёдора организовать работы по наведению моста или какой-либо другой надёжной переправы через речку Сылву, чтобы могли пройти тяжёлые грузовики.

Кунгур мне понравился. Это был небольшой городок, расположенный у слияния рек Сылва и Ирень. Реки неширокие, но нужны мосты. Судя по останкам деревьев, раньше это был утопающий в зелени город. Не новый, много зданий по своей архитектуре напоминают о прошедших временах и наверняка эти здания имеют историческую ценность. В основном малоэтажный, одно-, двухэтажные дома, численность населения, скорее всего, не превышала ста тысяч человек. Но были и многоэтажные здания, уже современной постройки.

В городе располагались несколько предприятий, был хороший машиностроительный комплекс, так что, может быть, и подойдёт в качестве базы для освоения новых земель. Но этим пусть занимаются специалисты, оценивают сохранность сооружений, наличие ресурсов, оборудование, которое есть и которое можно использовать. Мне сейчас необходимо наладить переправу через Сылву и по возможности организовать ВПП хотя бы для аннушки, чтобы в случае чего была возможность оказать быструю помощь.

Пока мы с Федором и нашими спецами исследовали мост и реку, искали место для организации переправы и причала для катера, врач проводил медосмотр населения. Надо же было знать, каково состояние наших новых жителей.

Переправу мы нашли, мост оказался вполне прочным и должен был выдержать КАМАЗ. Пришлось немного подправить дорожное полотно, а так мост выглядел вполне крепким. И место для причала нашли, даже можно сказать, готовый причал. Так что оставалось ждать прихода катера и заниматься организацией ВПП, для этого подошла дорога в стороне от города, ещё частично сохранившая своё покрытие, она вполне подходила на эту роль.

Бойцы подравняли её, засыпали все ямы, убрали всё, что мешало взлёту и посадке, устроили стоянку для самолёта, так чтобы аннушку можно было принять. Сообщили об этом в Пермь и стали ждать первой посадки. Пилот подтвердил при облёте, что полоса годится, и сел. Рядом со стоянкой определили место для ангара, который надо будет построить, если будем частыми гостями, определили здание для ГСМ и отправили самолёт на разведку окрестностей и дороги для катера. Окрестности уже осматривали бойцы на айбайке, так что работа шла полным ходом.

На следующий день пришёл катер. Дорогу ему показали с айбайка, привели прямо к причалу. Все, конечно, уже знали, что мы установили контакт с новыми жителями, но были рады их увидеть воочию, обнять и порадоваться вместе с ними началу новой жизни.

Катер с большим воодушевлением помогали разгружать местные жители. Они получали удовольствие уже только от вида разгружаемых запасов и продуктов. С Фёдором мы определились, кто полетит на ознакомление с Севастополем и разговор с Координатором. Всего набралось десять человек, взяли всех детей, покупаться в море и поесть свежих фруктов и овощей. Наш медик не нашёл никаких опасных заболеваний, только сильный авитаминоз и истощение. Но это мы вылечим.

Здесь оставался взвод спасателей для организации нормальной службы, с катера оставляли Уазик, оставляли два квадра, один аэробайк, один комплект рации снимали с катера и должны были установить прямую связь с Чебоксарами, оставляли почти всё топливо, кроме необходимого для обратной дороги. Оставляли несколько переносных генераторов, позволяющих на первое время решить проблемы с электроэнергией. И много разного инструмента, и снаряжения. Речной путь оказался вполне проходимым, так что речники обещали прийти сюда ещё раз. К следующему приходу уже привезут всё, что нужно будет для организации нормально оборудованной базы.

А на следующий день я с Фёдором и выбранными кунгурцами летел на транспортнике в Чебоксары. Мне надо было продолжать работы по освоению территории и организации опорных баз, а Фёдора и его компанию ждал полёт в Севастополь.

Глава 19

07.08.29

Сашка, позывной Шатун

Ну, Тех, ну устроил. Всё он продумал, всё у него распланировано, а мне теперь надо вписаться в эти планы. Хотя, если без эмоций, то ничего нового он не сказал, только систематизировал всё, что говорилось раньше. А при такой систематизации всё становится не очень привлекательно. Или наоборот, есть много привлекательных проблем, есть над чем подумать. Ладно, всё равно никуда не деться, а проблемы Тех озвучил правильно. Он сейчас со специалистами разбирается, выясняет их мнения, скоро и до меня доберутся. А я с этими специалистами эту проблему уже не один раз обсуждал, только немного под другим углом, так что, не думаю, что будет что-то новое.

Хорошо, значит, считаю, что принята система организации поселений по Теху. Центральная усадьба, поселение, город и несколько обособленных хуторов. На тысячу человек, если брать с запасом на ошибки расчёта, надо двести гектаров обрабатываемой земли. Грубо говоря, это квадрат со сторонами по полтора километра. На десять тысяч жителей надо обслуживать, пахать, убирать, перевозить урожай с квадрата пять на пять километров. Этот квадрат даст площадь две тысячи пятьсот гектаров, немного больше, чем надо, но для прикидки сойдёт.

Получается, что если в центре этого квадрата встанет хутор, то до границ города ему будет нужна дорога на два с половиной километра. А нужна ему до границ города дорога? Нужна, врачей вызвать, техников по ремонту оборудования, детей в школу отправить. Это получается недалеко, практически в городе. А если будет не один хутор, а десять, размером полтора на полтора километра? И каждому хутору необходим полный набор техники и специалистов по её обслуживанию и кого-то, умеющих на ней работать. Как они раньше назывались? А, вспомнил, механизаторы.

Получается, что надо в десять раз больше специалистов, причём заняты в хозяйстве они будут непостоянно. Это сколько же лишней техники и людей надо? Так не пойдёт. Так как эти хутора на расстоянии не более пяти километров, то они могут по очереди пользоваться техникой, закончил у одного обрабатывать поля, переехал к другому, потом к третьему. Вот только переругаются все, кто будет первый, а кто потом.

А ведь раньше была такая организация работ, когда не хватало техники. Помню, когда из любопытства залез в историю тракторов, там что-то мелькало такое. Вспомнил, МТС, машинно-тракторная станция. В одном месте собирается вся техника и используется разными хозяйствами по мере необходимости. И обслуживать технику легче, и механизаторов, да и самой техники, надо меньше.

Получается так. Значит, есть город, вокруг него сколько хотите, столько и ставьте хуторов, есть одна или больше МТС, на которой собрана вся техника, и люди, обслуживающие и работающие на ней. Получается вполне приемлемо. А на хутора надо дать технику тоже. Во-первых, транспорт, добраться куда угодно, что-то типа Уазика или Нивы, или попроще, типа ГАЗ-69. И грузовик. Типа Газели или ГАЗ-51. топливо подвезти, продукты, что-то ещё нужное по хозяйству. А может, грузовик побольше потребуется, это надо с Кулаком обсуждать, он должен лучше понимать проблемы хутора. Хотя тяжёлую технику можно заказывать на МТС.

А на МТС надо заводить трейлеры, чтобы можно было быстро перевезти технику. Вот и получается в первом приближении нужная техника – пусть будет ГАЗ-69, ГАЗ-51, трейлер для перевозки техники и тягач, таскать эту технику. Про остальную сельхозтехнику пока не знаю. Трактора, комбайны, поливные машины, это всё надо опять прорабатывать с Кулаком. Да, совсем упустил из виду, надо большие грузовики, перевозить урожай, а то на простых газонах не управимся.

И машины для перевозки отходов на переработку. Кстати, и здесь пригодятся МТС, кому надо, закажут нужную машину. Получается, что весь транспорт будет в одной куче, что для завода, что для хутора. И значит, нужны здесь же термосы, для перевозки СПГ. И строительная техника, для постройки домов, дорог, мостов. Вот такой расклад, много легкового транспорта, лёгких грузовиков, меньше тяжёлых грузовиков, ещё меньше трейлеров, строительной и сельхозтехники.

Вот с транспортом и определился. Завтра заставлю инженеров считать проект по обеспечению потребности. Получится, будем реанимировать всё, что можно. И нужно начинать определяться с моторами, какие нужны. По мощности, по типам, дизель, бензин. Всю потребность закрывает дизель. Вот только здесь могут быть проблемы. При минусовых температурах у солярки и у биодизеля трудности с пуском, соляру разбавляют керосином, а для биодизеля, наверное, придётся делать предпусковые подогреватели, причём сразу встраивать в конструкцию автомобиля.

Цветик скажет, сколько ей надо для всей логистики транспорта, столько и сделают, и именно того, что закажем. И под это будут считать поля и производительность своих центров. Да-а-а! Хотя чего тут думать? УРАЛы отличные машины. И пусть дальше будут. И есть УРАЛы дизельные, и есть бензиновые, но в последнее время использовались дизеля. Вот и будем рассчитывать и на дизель, и на бензин, но в основном на дизель. Ему меньше надо обвязки, да и с топливом должно быть меньше проблем. Но и бензиновые зажигалки нужны. Как говорится, фифти-фифти. На первое время не ошибёмся, а там по возможностям производства топлива проведём корректировку планов.

Сейчас, главное, надо определиться по мощности двигателей, рано или поздно, лучше рано, придётся думать о строительстве моторного завода. Пока будем делать моторы из существующих, снятых со старой техники, смотреть, перебирать и готовить своё производство. Это потянет за собой производство металла с нужными свойствами, да и ещё кучу проблем, не хочу даже начинать об этом думать. Если получим лет через пять свой мотор, это будет хорошо. Но начинать надо сейчас.

Вот и определился с типами машин и двигателей. Это радует. Хотя, в первую очередь потребуются термосы, для перевозки СПГ, и контейнеры для перевозки сжатого газа. Пока будем продолжать реставрировать всё, что можно, конечно, упрощая и выкидывая всю электронику и сводя машину к самому примитивному варианту, и будем готовить свою машину к запуску, начнём с ГАЗ-69, ГАЗ-51 или Газели, которая из них будет проще в производстве.

Надо будет подумать о лёгком разведчике-вездеходе, помню, был такой неплохой автомобиль ГАЗ-63, во всяком случае, характеристики были вполне приемлемые. Хотя тот же ГАЗ-69, пусть он и меньше, но с задачей вполне справится. А для повышения грузоподъёмности можно прицеп таскать. Считать надо и выбирать, что лучше. Пусть инженеры думают, как его запустить в производство. На этом будем осваивать выпуск машин и учить рабочих и инженеров. И будем прорабатывать выпуск тяжёлых грузовиков и тракторов. Как только начнётся проработка проекта, сразу возникнут вопросы, что нет резины, нет масла, нет пластмассы, нет металла.

И это хорошо. Есть время для начала организации всех смежных производств, начиная от металла. А пока будем продолжать заниматься сталкерством. Вон Змей прислал сообщения, что по пути видел столько техники, что нам её возить не перевозить. И здесь трейлеры тоже будут нужны. И надо готовить группы мародёров-поисковиков, пусть едут и ищут подходящую технику и детали, что можно использовать, а то мы тут уже скоро всё выберем. Вот только составим примерный первоочередной план потребностей.

Сельскохозяйственную и строительную технику буду обсуждать со своими инженерами после обсуждения потребностей с Кулаком. И надо отдельно поставить задачу по дорожной технике и дорогам, их ремонту и обслуживанию. Особенно по мостам. Нет, не тем, что через Волгу перебрасывали, а через небольшие ручьи и овраги. Змей больше всего с ними намучился. Надо будет посадить инженеров, пусть просчитают простой мост, типа понтона, метров на двадцать длиной.

Сделаем его из металла, его сейчас много валяется, и перебросим через эти овраги, чтобы можно было проехать. От дорог нам пока не уйти. А может быть, что-то у вояк было? Не может быть, чтобы они этого не сделали. Надо поискать. Это хорошая идея, сборно-разборный мост. И надо какой-то материал, для ремонта дорог. Вон наливники прошли пару раз до Чебоксар, и опять проблемы с дорогой. Конечно, всю дорогу мы не отремонтируем, но что-то надо будет латать, а то всю технику угробим.

Теперь пора подумать и о других дорогах. Если с автотранспортом и дорогами понятно, то не совсем ясно, что же делать с водой. С реками ясно. Делаем ещё с пару десятков катеров типа "Проходимец", на первое время хватит. И сотни две, наверное, катеров поменьше. Все с водомётами, и все водоизмещающие. Нам рекордов пока не надо, и глиссера не нужны. Рекорды потом будем ставить. А с водометами можно по любым мелям ходить, не боясь за винт и не рискуя его сломать.

А экзотики, типа экранопланов и судов на воздушной подушке, нам не надо. Проще надо быть, проще. А надо нам будет не меньше десятка барж, и баржи нефтеналивные надо делать. Со всеми пассажирскими перевозками пока справится "Проходимец", тем более, что пока и ездить особо вроде бы не надо, а всё остальное перевезут баржи. А вот для них можно подумать об электроприводе, да и на катера ставить гибридный движитель, проще в производстве будет, не надо винтов, приводов. С размерами и грузоподъёмностью пусть инженеры посчитают.

Но должно хватить мощности, если даже ледоколы так делали, то баржи точно должны получиться. А вот идея Змея о волоках очень даже ничего. Был бы дирижабль, взял на подвеску баржу, перевёз, и плыви дальше, куда тебе надо. Но нет у меня пока дирижабля! Пока! Но будет! А зачем мне сейчас нефтеналивная баржа? У меня горючего в таком объёме не будет, да его и не надо столько сейчас. Хватит обычной баржи, чтобы в неё входило четыре цистерны железнодорожных. По шестьдесят тонн каждая.

И хватит этого на первое время. А когда потребности возрастут, тогда и наливники по рекам пустим. А вот баржу универсальную надо сейчас. Чтобы всё могла возить, и цистерны, и технику. И такую баржу уже можно по железке через волок перетащить. И землечерпалку не забыть. Или делать самим, или искать и реанимировать подходящую из того, что было раньше.

С речным транспортом всё понятно, а вот что делать с морским? Ну не знаю я ничего про море. А значит, придётся пользоваться тем, что делали знающие люди. Нам пока хватает Черного и Средиземного моря. И значит, надо подобрать какой-нибудь кораблик, который довольно шустро сможет двигаться в этих водах. И этим будут заниматься инженеры. Ищут подходящие варианты из бывшего наследства и наличия. Можно какой-нибудь сейнер переделать. И на этом пока всё. Пусть водоплавающие собирают данные и формулируют свои желания.

А самое сложное – авиация. Вот тут есть над чем подумать. Проект мы, конечно, задумали очень интересный. И самое главное, нашли почти такие же летающие аппараты, которые были построены в докатаклизменные времена. Но у нас реализация такого проекта встречает столько проблем, что порой даже руки опускаются. Мало того, что нет гелия и приходится применять водород, да ещё приходится создавать системы безопасности.

Сама заправка баллонетов водородом чего стоит. Сначала вытеснить из баллонета воздух, заполнив его углекислым газом, а потом углекислый газ заменить водородом. На небольших образцах вроде бы получается, но их столько надо. Причём эти баллонеты должны водород держать, не давать ему просачиваться. А потом этот баллонет поместить внутрь корпуса аппарата, да ещё окружить этот баллонет инертной атмосферой и ввести в него газ флегматизатор.

Пока макет сделали, вроде бы всё в порядке, но работы там еще делать не переделать. Хорошо, что подобные проекты были построены раньше, есть кое-какие материалы. Хотя водород – это просто летающая бомба. Но что делать? Немцы, читал, помню, на водородных дирижаблях летали.

Пока наладим изготовление хотя бы первого образца для испытаний, пройдёт года три, не менее. И на испытания нужно будет время. Конечно, придётся делать параллельно опытный образец и готовить производство и технологию, но хорошо бы смогли уложиться лет в пять. А то и больше потребуется. Пока самолёт нужен, как минимум нужны два типа, лёгкий, типа аннушки, и транспортник.

Самое трудное подходит с другой стороны. Моторы где брать? Ведь здесь автомобильные не подходят. Или подходят для таких задач? Ведь это будет не истребитель и не рекордсмен, который выше, дальше, больше. Или опять скатываться в прошлое и строить авиетки типа АИР? Их-то можно повторить. Но это очень похоже на деградацию. Сначала машины времён становления автопрома, затем самолёты времён зарождения авиации. А что дальше?

Хотя, если мы сами сумеем сделать то, что делали предки, а не переделывать останки техники, это уже будет прогресс. Для нас. Нас-то всего живых набирается десять тысяч. И мы ещё пытаемся строить автомобили и самолёты. Просто это будет рубеж, с которого мы сможем начать своё возрождение. А собственно говоря, зачем нам нужны эти АИРы и легкие самолёты?

Они нужны, чтобы забросить разведку и перевезти её снаряжение. Заодно и сами будут как разведчики, им высота не нужна и скорость тоже, лететь надо низко и медленно, чтобы всё можно было рассмотреть. И они должны осуществить местное сообщение. Но у нас есть айбайк. Надо немного подзаняться его модернизацией, увеличить его дальность и грузоподъёмность, и он вполне сможет заменить легкий самолёт на самых близких, до средних, расстояниях.

А в качестве транспортника использовать то, что есть, упрощая всё, что можно до предела и заставляя летать всё, что можно. Хорошо бы иметь что-то типа Ли 2, но это нам не по силам. Пожалуй, на этом и надо остановиться. Развернуть работы по модернизации айбайка, попытавшись дотянуть его возможности хотя бы до половины возможностей аннушки, и будем плотно работать с адиром. Он нам нужен. Или переходить на изготовление обычных дирижаблей. И надо ещё раз обдумать идею легкого самолёта. Нам дорог не построить, людей не хватает, придётся летать везде.

Глава 20

10.08.29

Михаил, позывной Тех.

Вроде бы что-то стало проясняться. Срок отчитываться близко, а вопросов меньше не становится. Никто другого варианта развития и построения общества не предложил, взяли за основу мой план с центральным поселением-городом и окрестными хуторами. Такой план организации города даже попал в газету и, надо сказать, принят был людьми вполне благосклонно. Всё равно, оказалось много людей, желающих быть в относительном одиночестве, но не слишком далеко от благ цивилизации. Это уже Истра поработала.

Хорошо поработала, хотя времени и мало на всё это было. Но уже успела сформировать у людей отношение к происходящему. С теми поправками, что предлагает Шатун, получается просто замечательно. У каждого есть и сейчас свой дом, а тут еще и сам себе хозяин, выполняй только установленные задания, вырастил и собрал урожай, сдал всё, что надо, и ты молодец.

Технику тебе дадут, причём для повседневного пользования есть твоя собственная техника, продуктами обеспечат, хотя можешь и сам себя обеспечить, обработав дополнительно какое-то количество земли и свободные продукты продать. И никакого ущемления твоих прав, ты пользуешься всем, как обычный житель, может быть, и в чём-то даже большими правами. Так что хуторское хозяйство принято с одобрением. И желающих заняться этим немало.

Вот только мне от этого забот выше крыши. Теперь надо проектировать типовой хутор, изготавливать необходимое оборудование для оснащения этого хутора и обеспечивать всех связью, энергией. Линии электропередач тянуть не буду, буду на каждом хуторе ставить свою газовую электростанцию.

Проще завести раз в месяц по графику и закачать в хранилище на хуторе газ, чем тянуть такие линии. А если есть газ, всё остальное будем на месте получать. Правда, не очень хорошо для обслуживания, что всё завозное, вода, газ, но сейчас для нас проще так. Когда будет больше сил, можно сделать и по-другому. Сейчас же это получается оптимальный вариант. Хотя можно подумать и организовать достаточно небольшой биогенератор.

При некоторых условиях, например, если скотины будет достаточно, то хутор сам будет давать газ. И это, наверное, будет оптимальный вариант. А излишки можно отдавать в центр. Насколько я помню, раньше практиковали такое, фермерские хозяйства для себя вырабатывали энергию, а излишки продавали. Это хорошая идея, надо воспользоваться примером предков.

И вообще, вся эта работа заставила меня пересмотреть многие вещи. Так, пришлось организовывать самые разные кустарные и полукустарные мастерские для получения многих необходимых вещей. И остро встали вопросы использования ресурсов. Где взять цемент, или его тоже будем выращивать? Хотя замену цементу, может быть, и найдут.

Мастерские разные стали появляться, они позволяют, пока ещё не очень поздно, возродить какие-то технологии. Опять появились кузнецы, гончары. И многие работают сами, механики, портные. Вообще, я скоро сам запутаюсь, а что же надо, и с чего начинать. Хорошо, попробую, пока для себя, свести всё работы в одну программу работ. Пусть будут изложены планы не в порядке значимости, а как получится, главное – постараться учесть всё необходимое.

Итак, самое главное для нас сейчас биогаз, раз мы выбрали его основным источником энергии. Биогазом пользуемся для наших городов, биомассу выращиваем на хуторах. Используем для переработки все отходы от урожая, шелуху, ботву, стебли, жмых. Отходы от ферм. И используем продукцию энергетических плантаций, придётся заводить и такие, на которых выращивать специально растения для последующей переработки. Например, рапс.

Из него можно будет получить рапсовое масло, использовать его как топливо для дизелей, отходы на корм животным и на получение биогаза. Намётки цифр по потребности в энергии есть, под это запланированы поля, и рассчитаны мощности энергетических центров, определены места их постройки. Структурно определили, сколько метантенков и каких надо иметь на ЭЦ. Надо кроме этих метантенков иметь и несколько штук для производства биобутанола. Там похожий процесс, только дрожжи, так сказать, другие. Бутанольная ферментация. С ней, конечно, ещё возиться, но выбора всё равно нет. Технологию как бы определили, надо будет заниматься эффективностью штаммов бактерий.

Но это уже другая песня. А бензина надо будет много. Так, куда-то в сторону пошёл. Определили структуру ЭЦ, будет очистка от серы, хранить газ в газгольдерах в сжатом виде, насколько получится. Будет аппаратура получения СПГ, он подходит для перевозки. Транспортировать газ будем в жидком виде, на месте, например на заводе, провести регазификацию, опять добавить углекислый газ в качестве флегматизатора, чтобы уменьшить возможность возгорания, и этот газ использовать как топливо для когератора.

Будем иметь электричество и тепло. Если надо, получим и холод. Так, для работы завода энергию получили. Что ещё? На ЭЦ получили биогаз, биобутанол бродит, значит, где-то тут нужны ректификационные колонны для перегона бутанольной браги. Что ещё забыл? Хранилища биомассы. Поступать она будет сезонно, значит, где-то и как-то её надо хранить. Или сено, или силос. Другого варианта нет. И где-то недалеко от ЭЦ нужно строить центры переработки сельхозпродукции, не рядом конечно, но не очень и далеко, чтобы не возить слишком много и далеко все отходы. А для ферм надо ставить свой маленький ЭЦ, проще перевести СПГ или передать электроэнергию по проводам, чем возить отходы.

Получили ЭЦ для обеспечения потребностей города? Получили. А что для хутора? А на хуторе построим местное хранилище газа, подземное, с приличным запасом, и будем туда завозить газ. А из него на самом хуторе при помощи газовых дизельных электростанций обеспечим необходимой электроэнергией, и газ же пойдёт на отопление и другие хозяйственные нужды, поставим необходимое оборудование, и не надо тянуть ни линии электропередач, ни газопроводы.

Хотя вариант, чтобы получить энергию от них не стоит сбрасывать со счетов. Так, вот и потребности хуторов в энергии удовлетворили. Кто остался неудовлетворённым? Кордоны! И поселения в окружении лесов. Места, типа того, что Змей нашёл за Волгой. Сплошные леса. Хутора не поставишь. А места интересные.

Значит, либо заниматься газификацией древесины и строить газовые генераторы по производству синтез-газа, либо надо придумывать что-то ещё. Синтез-газ, конечно, хорошо, для кордона очень даже подходит, такие небольшие мобильные установки обязательно будем делать, но для города это будет слабовато. Хотя на первое время пойдёт, с большим напрягом, но пойдёт. Змей выть будет и при встрече мне что-нибудь оторвет….например, голову. Но это крайний случай. А применять мы будем пиролиз, причём не обычный пиролиз, а быстрый. Что-то мелькало в литературе, что при быстром пиролизе получают бионефть, и при её перегоне можно получить бензин и солярку. Но это пока проектная работа, и пусть Змей довольствуется синтез-газом.

Итак, что получили? Основа биогаз, получаем также биобутанол, а может быть, он и не понадобится, и масло рапса для дизелей. Синтез-газ в лесной местности. Переэтерефикацию делать не будем. Срок годности такого топлива всего три месяца. Не годится. Не будем использовать для топлива и этанол. Хлопотно с ним, а есть прекрасная замена – биобутанол. Хотя если взять как основной двигатель дизель, то ничего больше не надо. И работаем над бионефтью. Да, и как запасной вариант – использование газа как топлива для условий города и пригорода.

Исходя из топлива, следующая проблема – транспорт. Шатун прекрасно всё расписал, но всё равно придётся его немного подправить. Начнём мы строительство автозавода в любом случае. Только будет он у нас сейчас ориентирован на модели, которые мы сможем восстановить. Сейчас это будет не автосборочный завод, а авторемонтный. Будем стаскивать со всей страны автомобили нужной нам марки, например ГАЗ-53, хотя их мы вряд ли найдём, или Газель, и будем их восстанавливать.

В принципе, взять Газель за основу можно, она ведь ненамного меньше ГАЗ-51, а он вывез всю экономику после войны. Взять Газель, поставить другой двигатель и всё, что можно самодельное, тем более Газелей полно. А заодно упростим их до предела, например, переведём на карбюратор вместо впрыска. И что для этого понадобится, будем искать тоже по всей стране. Карбюраторы, например.

А когда освоим в полной мере ремонт, будем думать о самостоятельном проектировании и производстве своей модели. Нам пока хватит из чего выбирать автомобили. Соответственно, точно такой же подход должен быть и к сельскохозяйственной технике, и к тракторам, и мощным грузовикам. По максимуму используем всё, что осталось от докатаклизменных времён.

Что не можем использовать, на склад, может быть, можно будет использовать на запчасти, нет, тогда на утилизацию. Только нужно делать для каждого вида техники свою линию по ремонту. А по моторам вообще отдельное производство. Моторный завод. Все доступные моторы на переделку, всё равно рано или поздно мы им применение найдём.

А вот с мотоциклами и скутерами Шатун придумал хорошо. Скутер, электроскутер в городе будет самое то, что надо, а в разведке грузить на "Проходимца" мотоцикл типа УРАЛ, наверно, это правильно, хотя мне кажется, не самый лучший вариант. Легкий джип лучше. Мне больше нравится шестьдесят девятый. На мотоцикле только проехать и посмотреть. На нём гораздо проще проводить разведку незнакомой местности. Он и без дорог пройдёт. А машина – это уже какая-то автономность, есть запасы и всё, что нужно в пути. Так что нужен ремонтный завод. И он же пусть выпускает электроскутеры.

Для судов всё то же самое. Ремонтные заводы. Пусть делают и ремонтируют баржи, уже имеющиеся, их нужно будет найти и притащить на ремонт. Пусть осваивают технологии. Вот "Проходимца" надо делать. Удачная машинка получилась. А заодно пусть подберут подходящий сейнер, они везде могут плавать, будет что-то типа морского разведчика. По морю тоже надо начинать перемещаться.

Вот с авиацией ситуация отличается от всего остального. Авиация нам нужна, на короткие расстояния, до двухсот километров, вполне хватает айбайков. На расстоянии до тысячи километров нужна легкомоторная авиация, пока есть Ан-2, он успешно закрывает эту нишу. На это расстояние необходимый груз можно доставить или по реке, или по дороге, и это не будет очень долго.

А вот на дальние, свыше тысячи километров, расстояния как быть? Идея Шатуна об адире хороша, но когда можно будет её реализовать? А пока на всякий случай надо начинать строительство лёгкого самолёта, авиетки, с дальностью полёта до тысячи километров, со скоростью полета двести пятьдесят – триста километров в час, возможностью перевезти до четырёх человек и пятьсот килограммов груза, с минимальными требованиями к ВПП. Был примерно такой же самолёт в свое время, Як-12, параметры немного похуже были, насколько я помню, но думаю, можно немного изменить первоначальные данные для настоящего времени.

Или был такой самолёт Бивер, его характеристики получше перечисленных, но если можно сделать такой, то пусть будет такой. Раньше их строили используя автомобильные моторы. И мы можем так поступить на первом этапе. А транспортники нам пока не под силу делать самим. Что можно, будем ремонтировать, будем эксплуатировать то, что есть, переделывать то, что есть, под наши возможности и работать над идеей Шатуна по адиру.

И делать айбайки. Так что, завод придётся всё равно строить, авиационный, ремонтостроительный. И двигатели пытаться приспособить те, что есть. Насколько я знаю, были в литературе материалы по использованию автомобильных двигателей на летательных аппаратах. Вот этим, в том числе, пока и займётся моторный завод.

Таким образом, у нас появляется очередной ремонтостроительный завод, есть авторемзавод, есть судовой ремонтостроительный завод, есть авиа-ремонтостротительный завод, и теперь ещё моторный завод. Пока вроде бы всё так, эти заводы должны обеспечить и людей работой, и провести обучение практическим навыкам работы со сложной техникой, и не потерять докатаклизменные технологии. И заодно обучить новых специалистов для будущей самостоятельной разработки новой техники. И ведь это будет не всё. Что ещё у меня осталось не включённым в план?

Химия. Вот тут я ничего не знаю. Организовывать придётся прямо по заявкам производств или заводов. Знаю, что нужна резина, краска, лаки и эмаль, кислоты и щёлочи, синтетические масла. Нужна пластмасса. Так что будем организовывать очередную конструкторскую бригаду, и пусть начинают работать.

А чтобы обеспечить работоспособность всего этого, нужен будет металл. Причём самый разный металл. Для оснастки, для инструмента, для деталей, любых. Металл чёрный и металл цветной. Металл нужно и плавить, и лить, и штамповать. Придётся восстанавливать всю цепочку обработки, вот только добывать руду не надо, а плавить имеющийся металл в самых разных видах придётся. Центры обработки вторичного металла, насколько я знаю, были в Нижнем Новгороде и в Екатеринбурге.

Вот туда пусть в первую очередь Змей дорогу и пробивает. Расстояния там не большие, от Чебоксар до Нижнего Новгорода, и от Перми до Екатеринбурга. А мы пока будем создавать ещё одну конструкторскую бригаду, металлургов, и они, после изучения Нижнего и Ебурга, дадут свои рекомендации, где и что строить. Или что можно использовать из существующего оборудования. Заодно и потребности у всех зафиксируют и определят, кому что надо.

Что нужно ещё нам для спокойной жизни. Определиться с коммунальным хозяйством и домами, как говорилось раньше с ЖКХ и жилищным фондом. Да-а-а! Это вопрос. Думаю, основываться нам надо на том, что сейчас стало привычным. Мы сейчас не восстанавливаем города и не используем старые здания. Тем более не стоит этого делать при принятой сейчас концепции строительства городов и обеспечения их энергией. Да и честно говоря, неуютно чувствуешь себя в старых городах.

Строим мы для всех новые одноэтажные дома, вот и будем их строить дальше, новый дом – как символ новой жизни. Вот только дома надо делать разные. Семья, пока без детей, получает небольшой дом на две-три комнаты, родились у них двое детей – будьте добры, переезжайте в новый дом, на пять-шесть комнат, двухэтажный. А родили больше шести детей – вот и дом новый – на десять-двенадцать комнат. Но не выше двух этажей.

У всех домов подвал, участок рядом с домом, надворные постройки. А для одиноких и особенно детей, приехавших на обучение, что-то типа малосемейки, комната и кухня, ванна и туалет. На этаже несколько таких комнат, причём на этаже обязательно должна быть комната для воспитателя. И такой дом тоже не выше двух этажей. Короче, малоэтажное строительство. Вот по такому принципу, который установлен ещё основателями, и будем выделять жильё.

Только строить такие дома будем в виде отдельных микрорайонов, десять-двенадцать домов рядом, хорошо бы по кругу, но не получится. Как получится, умники спроектируют. И в середине поставим газовое подземное хранилище, там же можно поместить газовый генератор, он и обеспечит все эти дома электроэнергией. А к каждому дому подвести газ, коммуникации будут короткие, ничего страшного, проведём. Подвести ещё воду, и проложить канализацию от всех домов. Вот и получился типовой микрорайон.

Правда, надо будет уточнить, каких домов и сколько строить в таком микрорайоне, но это уже детали. Этим будет заниматься очередная конструкторская бригада, строительно-коммунальная. Они и микрорайон спроектируют, и коммуникации, и документацию разработают, и строителей озадачат. А из этого следует, что нужно строить ещё один ремонтостроительный завод, по изготовлению газового оборудования, отопления и сантехники, и всего прочего, обеспечивающего нормальное проживание людей. Да и строительные материалы понадобятся. Всё, что переработали, можно пустить на их производство.

Что мы уже сделали? Людей расселили, дали им работу, построив необходимые заводы и производства. Теперь надо обеспечить им возможность общения. Значит, вопрос по связи. Связь надо модернизировать. Во-первых, под возникающую потребность введения денег. Там всё строится на дистанционном обращении с центрами обработки платежей. А может быть, отказаться от дистанционного общения? Ввести какие-нибудь картридеры и не заморачиваться. Заманчиво-то как, хлопот намного меньше. В принципе, эта возможность тоже должна быть, но основным надо делать дистанционный расчёт.

Пусть это и сложнее, не знаю где найти столько исправных компьютеров, да и сколько они ещё прослужат, и чем их потом менять? Вот картридерами и поменяем. Как альтернативный вариант. С одного устройства считал, на другое записал. Надо обдумать будет этот вариант немного позже, всю процедуру обмена и контроля. А сейчас, что делать со связью? Как всегда, начать поиск остатков прежней роскоши, ищем сохранившиеся элементы и, исходя из того, что найдём, слепим новую рацию.

Что нужно? Рация должна быть с индикацией, значит, или ЖКИ индикаторы нужны, или матричные индикаторы, или, в крайнем случае, семисегментые индикаторы. И обвязка к ним. Нужна и клавиатура, хотя бы чисто цифровая, для набора кода операции и данных. Может быть, можно будет использовать клавиатуру от сотовых телефонов. Нужна элементная база для новых радиостанций. А программистов будем искать и учить. И придётся делать очередной завод, электронный ремстройзавод, со сборочным производством изделий электроники, проверкой электронных компонентов и производством печатных плат.

Что по плану дальше? Строительство. Из чего всё это строить? Ну, в качестве замены цемента, которого у нас нет, и производство которого для нас сейчас очень энергоёмкое, можно использовать известь. Веками на Руси использовали известь, и до сих пор храмы стоят. А дома из бетонных плит развалились. Придётся ещё и такой завод строить. Или достаточно поставить на месте карьера известняка обжиговую печь? Там же и гасить полученную известь.

Ведь надо что сделать? Обжечь известняк или другой подходящий материал, получить негашеную известь, погасить её, и использовать полученную известь в смеси с песком, щебнем, камнем для строительства. Кстати, газосиликатные блоки использовались и как конструкционный материал, во всяком случае, использовать для малоэтажного строительства такие газосиликатные блоки можно. Нет, наверное, всё-таки придётся строить завод по производству извести и газосиликатных блоков.

Хотя, всё-таки завод – это слишком крупно для данного случая. Возить отсюда кирпич в Чебоксары, это уж слишком. Пусть сами у себя ищут и делают. А нам достаточно будет заложить производство, с возможностью быстрого наращивания его мощностей по выпуску блоков в случае необходимости. Кирпич, цемент мы нашли, бетонные плиты, которые целые, отправить на хранение. Нужны будут плиты, возьмём со склада. В любом случае разбирать города, использовать все доступные материалы, трубы, сантехнику, плиты, всевозможную фурнитуру. Всё должны проверить и заложить на склад.

Здесь-то уже места хорошо почистили, придётся уходить подальше, да ничего страшного в этом нет. Создавать склад для хранения на месте, при возникновении потребности пригнать туда машины и загрузить. А битые, разрушенные материалы – на переработку. Получить щебень, и его использовать вместо щебёнки или для ремонта дороги.

А вот для чего придётся строить очередной ремстройзавод, так это для выпуска энергомашин. Газовые, дизельные, бензиновые генераторы самой разной мощности, электромоторы, генераторы, стартёры и прочая электромашинерия. Нужны аккумуляторы. Можно начинать делать обычные кислотные, можно и даже, скорее всего, нужно проводить работы по изучению и доведению до нужных параметров газовых аккумуляторов.

Там, насколько я помню литературу, много вопросов при практической реализации этой идеи. Но и пряники могут получиться вкусные. Так что, нечего тут думать, прыгать надо. И ещё есть интересная идея. Ионистор. Тоже пока тёмная лошадка, но работать и по нему будем. В крайнем случае, в паре с обычным АКБ вполне работоспособная схема получится, особенно для запуска двигателя. А больше ни для чего мы сейчас АКБ не используем. Так, что, будем посмотреть.

И за всем этим стоит самое главное – станки, инструмент, оснастка. Всё это надо ещё вчера. Опять придётся собирать очередную конструкторскую бригаду и напрягать людей, надо всё это делать. Всё как обычно, искать станки, запускать их в работу, рисовать штампы, литформы, приспособы. Пока это всё придётся делать централизованно, потом возможно и какое-то распыление, кто-то сможет делать что-то для себя сам. А пока учиться и осваивать такую работу будем в одном месте.

Ресурсы. Очень важный фактор. Уже надо организовывать целую систему для поиска и учёта всех ресурсов, начиная от бетонных плит и кончая разным мусором. Кстати, насчёт мусора. Это может быть и полезно. Если собрать пластмассу, пустить её в переработку, то будет готовое сырьё для изготовления новых пластмассовых изделий. Придётся действительно организовывать службу по сбору и учёту вторичных ресурсов, а также их переработки в сырьё для повторного использования.

Пусть организовывают небольшие мастерские, какие-то производства по переработке, например пластмассовых изделий, в сырьё для повторного использования. А на инструментальном заводе поставим несколько термопластов, или уж сделаем несколько совсем простых кустарных установок, самоваров, и будем пытаться лить пластмассу.

Для организации нормальной жизни придётся, наверное, пойти на организацию производства по выпуску тканей и одежды и прочей галантереи. Или сделать оборудование, а потом запустить самостоятельные предприятия, типа кооперативов, пусть люди сами работают и реализуют свои планы. Но оборудование придётся всё равно делать. Или опять ремонтировать.

Простые ткацкие станки, вязальные и швейные машины, холодильники, оборудование для магазинов, кафе, ресторанов. И оборудование для переработки сельхозпродукции, всякие стерилизаторы, автоклавы, духовые и жарочные шкафы. Всё будет востребовано, если Сталкер запустит деньги и даст возможность людям самим работать. А он это сделает.

Вот похоже и всё, что я смогу предложить для обсуждения на совете. Всё это ещё раз надо проверить, оформить с более подробным описанием работ и целей, попытаться привязать к местам реализации проектов, нельзя всё собирать в одном месте, и можно планировать и начинать работу. Работы здесь на несколько лет. Пусть будут планы на пять лет, где-то так и должно получиться по времени, и это назовём пятилеткой, как было раньше.

Глава 20

10.08. 42

Виктор, позывной Сталкер

Виктор откинулся на ствол берёзы, присев на камень, лежавший у корней дерева. Видимо, не ему одному приглянулось это место на вершине холма, где можно было спокойно, не отвлекаясь ни на что, обдумать сложившееся положение. Рядом пощёлкивала остывающим мотором верная Нива, впереди перед глазами под лёгким ветерком колыхалось травяное море, и только иногда, как по воде, пробегали волны, которые усилившийся ветерок прогонял по травяному изобилию забавы ради. Хорошо! Покой, умиротворённость.

Виктор, прикрыв глаза, отдался воспоминаниям о последних четырёх прошедших годах. Всё началось, когда умер последний из основателей, бывший его другом, и будто осиротевший, Виктор неожиданно понял, что именно он отвечает перед памятью этих людей, спасших его в своё время от голодной смерти, за выполнение их планов. Тогда он был вынужден пойти на резкое изменение сложившейся ситуации, встряхнул людей, впавших в состояние самоуспокоенности. Не обошлось, конечно, без небольших встрясок и множества споров, но ему удалось разбудить людей, расшевелить их, дать им цель и направление движения. И сейчас он мог признаться самому себе, что сделал он это вовремя и правильно.

А сделано было много. Можно сказать, даже очень много, он сам не вполне оказался готов к тому, что получилось. Озвученная Виктором перед всеми выжившими людьми задача возрождения Земли, о которой мечтали основатели, была принята обществом как само собой разумеющееся дело. Многие ещё помнили старый мир, а кто не помнил, насмотрелся фильмов и фотографий о том прекрасном мире, погубленном булыжником, упавшим из космоса на Землю. Создавалось впечатление, что люди проснулись, оглянулись и принялись наводить порядок в своём доме.

Хорошо здесь поработали и его молодые помощники. Истра так буквально стала кумиром, и не только молодёжи. Её страсть, вера в победу и возрождение Земли творили чудеса. Она буквально окрыляла всех, находящихся вокруг, и заряжала своей энергией любого, к кому ей приходилось обращаться.

Очень хорош оказался Тех. Его энциклопедические познания в технике позволили определить практически всю стратегию и тактику реализации замыслов. Именно его идея организации небольших городов и хуторов вокруг них обеспечила людям так недостающее им чувство независимости. Каждый нашёл себе место, работу по душе и обрёл внутреннее успокоение, не то, что подобно сонному болоту, а спокойную уверенность в своих силах, позволяющую решать любые задачи.

И Тех же определил самые нужные направления деятельности на первых этапах, спланировал и принимал самое непосредственное участие в реализации своих планов. И теперь, несмотря на все трудности, они уже имели несколько работающих производств и могли гордиться тем, что уже сумели возродить, пусть и частично и не в полном объёме, некоторые производства докатаклизменных времён. Причём сделали не только производства по планам Теха, возникло несколько отдельных мастерских, есть производство керамики, автосервис, открылись кафе, ателье, магазины, в основном торгуют добычей со старых времён. Потребность есть, интерес к этим временам постоянный и неизменный.

Это, кстати, началось после введения денег. Проект получился сложный. Много времени ушло на саму концепцию таких денег, много спорили, искали приемлемый вариант, очень непривычно, деньги есть, и денег нет. Но в конце концов, люди сами определились, как с этим поступить, приняли со своими изменениями эту концепцию денег, и сейчас успешно такие деньги работают.

Другим достижением можно считать, что сумели сохранить образование и возродить науку, конечно, не в таком объёме, как было, но уже появились какие-то зачатки, а инженеров становится всё больше и больше, причём интерес все проявляют в основном к прикладным вопросам, типа того, что и как работает, и как это повторить.

Вопросы более общего характера пока есть у немногих, и для них создаются лаборатории, отдельные мастерские, набираются туда особо любопытные ребятишки. Дошло до того, что начали поговаривать о создании единого центра, что-то вроде университета. Даже уже какие-то организационные документы готовят, так что, скоро будет и свой университет.

Вообще, система образования, сложившаяся сейчас, работает успешно. Знания у всех твёрдые, причём именно прикладного характера. Не все отличаются тягой к вершинам знаний, но у всех знания и умения, необходимые для работы по выбранной специальности. Так уж сложилось, что уважение других можно заслужить, став мастером своего дела и обладая хорошими знаниями.

Сами города, если их так можно назвать, представляют собой маленькое чудо по сравнению с тем, что было. Их пока мало, но появляются новые опорные базы, которые со временем обещают стать нормальными городами. Хотя, что считать нормальным? Для нас сейчас нормальным является город с населением не более тысячи. И под такую численность и организуется инфраструктура. А главными здесь выступают ЭЦ. И система утилизации вместе с фермами. Именно они создают нормальную жизнь, обеспечивают газом, теплом, питанием.

Да и культурная жизнь налаживается. Работают театры, музеи. Что-то пытаются сделать типа видеосъёмки. Основное для нас сейчас радио, работает уже круглосуточно наш маяк, куда можем, тянем ретрансляционные станции, старясь обеспечить во всех местах, где селятся люди, и связь, и обеспечение новостями.

И что хорошо, получили бионефть. Как мне объясняли, что-то типа того, когда получали синтез-газ, называют это высокотемпературным пиролизом. Из полученной нефти уже начинают получать топливо, дизеля работают, будут и бензиновые двигатели работать. Так что, пока начинаем нашу новую цивилизацию вполне успешно.

Глава 22

01.07.43

Истра

Ну вот, похоже, и прошли мы определённый этап в нашем становлении. Нас уже стало больше 20 тысяч, и это только начало. Каждая семья имеет не меньше пяти человек, и даже одинокие, те, которые хотят быть сами по себе, имеют по несколько детей. Всех воспитываем, всем помогаем. Работают интернаты, школы, вообще считается преступлением не иметь детей, особенно женщинам. Не хочешь жить с кем-то, не живи, но детей рожай. И здоровых, а не больных. Сейчас главное – расти в количестве. Ресурсов хватает на всё, что надо.

Здесь работают и наши ЭЦ, и мобильные установки пиролиза, и стационарные, особенно там, где есть органика. Технологию отработали, так что всё, что находим мало-мальски пригодным к переработке, отправляем на переработку.

Потихоньку чистим территорию. Города, развалины разбираем, бетон в переработку, железо в переплавку. Везде работают чистильщики, это те, кто чистит города и восстанавливает землю. Восстанавливаем дороги, ремонтируем, где можно, ставим упрощённые мосты. И на двадцать километров в сторону от дороги связь работает. Если что, подмогу можно звать. Система спасателей, созданная Виктором, работает просто прекрасно.

А вот сам он плох. Умирает Сталкер. Но какой-то он одухотворённый, просветлённый. Как он говорит, перед друзьями будет не стыдно, честно выполнил свой долг. И действительно, народ бурлит, у всех сейчас как будто новая религия появилась – Земля, её возрождение. Всё только ради этого.

Так что, и здесь Сталкер оказался прав, вовремя людей поднял. Это я сейчас всё понимаю, а тогда ещё бы немного протянули, и не поднялся бы народ. А сейчас все только о Земле-матушке думают. Леса везде сажают, но не абы как, а по плану. Живность разводят, рыбу нашли, в замороженном виде оплодотворённую икру, или что там у них, вывелось что-то, уже в реки запустили. Пару пород пока, но готовятся к оживлению ещё несколько других видов. Глядишь, скоро и у нас реки будут рыбой кишеть.

С реками вообще очень много поработали. Сейчас у нас один из основных видов транспорта – это речной. Баржи, катера, буксиры, их чуть ли не больше чем машин. Вообще, транспорт у нас сейчас самый разнообразный. Машины строим сами, правда, используем всё, что можно от остатков транспорта докатаклизменного, но уже свои машины есть. Городские в основном гибридные, те, которые для дальних перегонов, или типа КАМАЗов, трейлеры, что сумели восстановить, либо строят что-то свое, типа времён 50-х, 60-х годов 20 века.

Для того, что мы умеем, и нашего производства вполне хватает. Да нас и так-то не слишком много, хватает транспорта на всех. Вот и авиация у нас востребована, и даже очень. Начали строить свои самолёты, что-то наподобие Як-12, только народу берёт до 6 человек и до 500 кг груза. Есть и свои моторы. Больше всего легкомоторной авиации, у каждого отдельного поселения, кордона есть своя ВПП. И среднего радиуса действия летает, но только на расстояния больше 1000 км и срочно. Полетел у Шатуна и адир,

Вообще у нас сейчас почти везде есть своё, что мы научились делать. Пусть по большей части нет того комфорта и блеска, но уже есть работающие производства, небольшие, потребности большой пока нет, но делать умеем и людей учим. У нас тут уникальная ситуация, мы имеем больше, чем нам надо.

И при этом сохраняется ситуация, когда больше пятидесяти процентов общество даёт людям бесплатно, не считая еды. Есть у нас и резина, и смазки краски, и бензин, с топливом вообще никаких проблем, есть пластмасса, возродили фото- и киноплёнки. Вообще, по уровню развития производства мы по историческим меркам находимся на уровне 50-х годов 20 века. Не так уж плохо для общества, находившегося на грани вымирания, и от которого осталось двадцать человек.

8

Content

Скворцов Владимир Николаевич В начале пути. Ползунки

Часть 1 Не дождетесь

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Часть 2 Ползунки

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 20

Глава 22