Франциска Вудворт

Добыча принца

Глава 1

— Да где же он? — шипела я сквозь зубы, пробираясь через густой кустарник. Ветки так и норовили зацепиться за волосы. Моя ещё недавно аккуратная причёска практически распалась, и пряди лезли в лицо. В одежде появились прорехи, хорошо ещё, что я оделась просто и её не жалко. После того, сколько я уже слоняюсь по этому проклятому лесу, моя белая рубаха их грубого полотна превратилась в тряпьё и по возвращению её можно смело сжечь.

"Я чую воду», — сообщил мне Верный, мягко ступая рядом. Даже позавидовала его короткой серой шерсти. Давно мечтаю волосы остричь, мешают, но папеньку точно удар хватит. Если он простил мне эту выходку в шесть лет, веря, что сделала я это случайно, то в восемнадцать такая отговорка уже не пройдёт. Да что говорить, он мне спускаться в лабораторию на месяц запретил, когда я случайно не рассчитала ингредиенты в зелье, и взрывом мне опалило ресницы. Я тогда обрезала себе чёлку, пряча покрасневший лоб, и папенька за сердце схватился, увидев меня с новой причёской. Эх, самое жестокое наказание на моей памяти. Не знаю, как я тогда продержалась оборот пуны.

Мой охранник бросал на меня сочувствующие взгляды, не в силах никак помочь. Если мошкара меня не трогала, отпугиваемая сбором трав в холщовом мешочке на груди, то противные ветки прошлись не только по волосам, но и оставили росчерки на моих руках и ногах, я молчу уже об исколотых босых ступнях. Кто ж знал, что моя вылазка под названием «Найти источник и быстро вернуться обратно» растянется почти на целый день блуждания по лесу. Я-то думала: перемещусь, пройду ритуал, в самом худшем случае проведу день в лесу, поваляюсь на бережку до вечера и можно к бабушке.

Известие о близости воды было не первое и прежнего оптимизма не вызвало. До этого мы нашли уже три ручья, одно озеро, но всё не то. Пришлось углубляться всё дальше в лес, расширяя круг поисков. Земля тут была более влажная, видно недавно дождь прошёл. Ещё как назло у меня нога поехала на пригорке, и я потеряла равновесие, скатившись в кусты.

«Посиди, отдохни, я разведаю дорогу», — мысленно обратился ко мне Верный, и я не стала спорить. Выбрала место посуше, и села, прислонившись к дереву. Провела по волосам, вытаскивая веточки. По ощущениям, на голове у меня настоящее воронье гнездо.

— Что же делать? — спросила у самой себя и потёрла виски.

Моя затея уже не казалась такой гениальной, но и уйти ни с чем я не могла, слишком много поставлено на карту. Подперев рукой щеку, задумалась. Время ещё есть, и искать меня точно не будут. После громкого скандала с отцом я заявила, что еду к бабушке, а он знает, что раньше, чем через семь-десять дней та меня не отпустит. Да и попробовал бы он меня удержать! Проснувшейся силы уже хватало для заклинания переноса. Всего-то и нужно сказать в лунном свете, и вот я уже у неё.

Бабушка у меня самая лучшая и глава лунных ведьм! Больше всего на свете я бы хотела жить с ней в лесу в их обители, но угораздило же родиться принцессой. Или это мамочке короля встретить? Вот не могла она в лесу на обычного охотника натолкнуться? Нет, папеньку я очень люблю и своих четверых братьев тоже, но жить во дворце мне тяжко. Суть лунной ведьмы тянет в пес и никакие парки вокруг дворца его не заменят.

Принцесса… Посмотрела на свои испачканные руки с забившейся грязью под ногтями, и хмыкнула. Увидели бы меня сейчас родные в таком виде, не узнали бы. Но что поделать, по традиции к источнику нужно идти босиком в одной рубахе, а из украшений иметь лишь венок из цветов на голове. От него я разумно отказалась в пользу ладанки из трав и не прогадала. Не хватало ещё помимо усталости и голода бороться с мошкарой.

Кстати о голоде. Взгляд выхватил краснеющую землянику шагах в пяти и я, тяжело поднявшись, преодолела расстояние и упала на колени, радуясь хоть какой-то пище. В найденном манускрипте с описанием ритуала ничего не говорилось о том, что есть нельзя, только не иметь при себе ничего лишнего.

— Так мы и не имеем, — приговаривала я, срывая веточку с ягодами и отправляя её в рот. Вкусно-о-о! Никакие десерты, выдуманные поваром, не сравняться с шедеврами, созданными самой природой.

Запрокинув голову, я ловила губами спелые ягоды и стонала от блаженства, наслаждаясь вкусом лесных даров. Их сок на языке для голодной меня был божественным нектаром.

«Сестра, чужаки!»

Предупреждающий окрик в голове и рычание Верного слились с ударом. Что-то сбило меня с ног и я упала, больно прикусив язык. Во рту появился металлический вкус крови, а по ощущениям я себе или откусила, или прокусила язык.

— Ы-ы-ы-ы! — заорала я, приподнимаясь на четвереньки, чтобы увидеть, как незнакомец целится из арбалета в моего Верного.

— Ы-ы-ы-ы-ы!!! — ещё один мой крик и я прыгаю на руку мужчины, сбивая прицел и его с ног.

«Беги!!!» — отдаю мысленный приказ Верному, мёртвой хваткой вцепляясь в незнакомца.

— Он убежал. Всё. Всё… — вместо того, чтобы оттолкнуть, меня крепко обняли и, не пытаясь подняться, ласково сказали: — Испугалась? Глупенькая, нельзя сбивать прицел. А если бы волк напал?

Это я-то глупенькая?!! Да этот дурень чуть моего Верного не убил! И он не обычный волк, а носитель частички моей души, разумный, а не дикий. Да даже ни одно дикое животное никогда не тронет лунную ведьму! Я забарахталась в руках ненормального, желая взглянуть на идиота и высказать всё, что я о нём думаю. Он сам отвёл упавшие на лицо волосы, и я увидела того, с кем столкнула меня судьба.

— Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы!!! — взвыла я, узнав его.

— Немая, что ли? — озабоченно посмотрел на меня Велиан Кристиан Арвинский.

Я эту носатую рожу хорошо запомнила. Не потому что этого мерзавца прочили мне в женихи. Больно надо его рассматривать, всё равно замуж за него я не собиралась. Просто поневоле изучаешь мишень, когда метаешь в цель клинки. А я тогда его портрет хорошо разрисовала, и в глаз приложила, и нос подправила, и подбородок квадратный с ямочкой срезала по самую ямочку. А потом ещё и по раме потопталась, после чего притащила остатки папеньке, чтобы он увидел, что я думаю о женихе. Жаль, мои художества не оценили, и тогда вспыхнул первый, но не последний скандал между нами.

— Откуда кровь?

Нахмурившись, мой подбородок сжали, насильно приоткрыв рот.

— Язык прикусила?

«Чудеса дедукции, просто! Парень, ты гений!» — про себя зло пыхтела я.

— Зубы вроде на месте, — между тем бормотал наследный принц, гордость и краса Сарагосского королевства.

«Эй, а вот губы мои трогать не надо! Ты что, мне в рот пальцами полез?!»

— Ы-ы-ы-ы-ы!

Я дёрнула головой, вырываясь из захвата. Вместо гневной тирады, мне оказался доступен лишь этот возмущённый вопль.

— Больно? — посочувствовал виновник моих несчастий и погладил по щеке. Рука на этом не остановилась, коснувшись оголившегося плечика. Меня передёрнуло, и он тут же передвинул её на спину, поглаживая.

А вот это было приятно. Я когда падала, спиной на ветку попала, и он удачно растёр ноющее место. Именно это заставило меня медлить и не избавиться сразу от наглой конечности, но ровно до того момента, как он проговорил:

— Осторожнее нужно быть, но я прощаю твою неловкость.

ОН меня прощает?! От такой наглости я опять взвыла:

— Ы-ы-ы-ы-ы!

К моему унижению, язык болел так, что ничего членораздельного сказать я не могла.

— Полоумная? — с сожалением нахмурилась эта наглая, самоуверенная рожа, заглядывая мне в глаза. — Жаль, такая красивая, хоть и замарашка.

Это я-то замарашка?!!! У меня от возмущения чуть искры из глаз не посыпались. А когда почувствовала, что его руки поглаживают меня ниже спины, по-хозяйски разместив свои конечности на моей филейной части, я помимо всего прочего осознала, что белья-то под рубашкой на мне нет! Взбрыкнув, и от души приложив локтем наглеца так, что он охнул, вырвалась из захвата и вскочила на ноги.

От незамедлительного побега меня остановили его следующие слова:

— Дикая, возьми флягу, рот прополоскай.

Встав на ноги вслед за мной, он отцепил от пояса флягу и протянул мне. Вспомнив, что он свои грязные пальцы мне в рот совал, не смогла отказаться и взяла.

Сделала глоток, и рот мгновенно обожгло, а на глазах выступили слёзы. Вместо воды у него там была какая-то бормотуха, опалившая мне всё во рту и рану на языке.

— Плюй, глупая!

— П-ш-ш-ш! — прыснула остатки адской смеси ему в лицо, ничего не видя от слёз. Язык горел огнём, а ещё онемел. — Ы-ы-ы-ы!

Я не глупая, я доверчивая идиотка, поверившая придурку. От обиды швырнула в него флягой, но он её ловко поймал.

— Идиот, нашёл на кого переводить продукт, — прошипел принц.

— Ы-ы-ы-ы! — согласилась я с тем, что он идиот.

Между тем высочество достал белоснежный платок и, нет бы мне отдать, себе промокнул лицо. Гад! Мог бы и рукавом утереться. Только после этого посмотрел на меня и этой грязной тряпочкой к моему лицу потянулся. Благодетель! Конечно же, я отскочила от него с гневным шипением, намеренная дать дёру от придурка, да было поздно. Откуда ни возьмись к нам подъехала компания всадников, обступив полукругом.

— Мы-то думаем, куда он запропастился, а он и в этой глухомани девку нашёл! — загоготал блондин, сидящий на чёрном жеребце.

Я презрительно посмотрела на принца. Ого, так он ко всему ещё и бабник! Хотя, не страдай я от боли, и сама бы это поняла. Ведь стоило на него упасть, как он успел меня всю ощупать. Да даже демоны ведут себя приличнее!

— Откуда красотка? Требую поделиться! — не унимался блондин.

В гневе я взглянула в глаза жеребцу, прося помочь наказать наглеца, и тот резко взвился на дыбы. Жаль, из седла всадник не вылетел, но некоторое время ему было не до нас, успокаивая гарцующего скакуна. А мне не до него. Неожиданно на мою талию легла тяжёлая рука, и меня прижало к принцу.

— Не делюсь. Это моя добыча! — объявил он окружающим и раздался дружный мужской хохот.

— Откуда только такая? — стало любопытно всем, и они подъехали поближе, рассматривая меня как диковинку.

— Девушка, вам помощь нужна? — спросил у меня один из всадников, внешне постарше всех остальных и с серьёзным лицом.

— Она, похоже, немая. Только мычит, — сообщил принц, пока я старательно припечатывала пяткой его сапог, забыв, что без каблуков, и ему от моих движений вреда никакого. Лишь руку на талии сжал сильнее, гадёныш!

— Может, из ближайшей деревеньки забрела? — предположил кто-то, пока я обернулась к принцу, прожигая его гневным взглядом. — Я слышал, там живёт одна поцелованная богами.

Последняя фраза больно ударила по самолюбию. Так называли тех, кто жил в своём мире, безобидных не от мира сего людей.

— Давайте подвезём её, — нашёлся один добросердечный.

— Ещё чего! — хмыкнул высочество, с сомнением прищурившись и изучая моё лицо. — Возвращаемся, а там уже разберёмся. Накормим бедняжку.

В последней фразе мне послышалась издевка. Не думаю, что он причислил меня к поцелованным богами, те и правда особые люди, и не умели гневаться.

Принц свистнул и к нам подбежал оседланный белоснежный жеребец. И тут я осознала, как сильно попала. Нет, я не испугалась, что мне навредят, четыре старших братьев научили меня защищать себя и оружием я владею на хорошем уровне, дело в другом. Чтобы вернуться домой, я должна дождаться вечера, и правильно и чётко произнести заклинание переноса, а с повреждённым языком это затруднительно, демоны бы побрали этого принца!

Как быть? Оставаться в лесу без одежды и запасов еды, или ехать с ними? Меня обещали накормить, и живот отреагировал голодным спазмом, намекая, что одних ягод ему мало. Но желание избавиться от неприятного общества принца перевесило благоразумие. Двинув локтем ему в живот, я вырвалась и побежала.

— Да что ж ты дикая такая! — взревел он мне вслед.

Далеко не убежала. Меня дёрнули назад, и я взлетела в воздухе, пребольно приземлившись на мужское плечо, зашипев от боли. Нет, это ж надо, совсем ничего его знаю, а уже обзавелась ранениями и синякам по всему телу!

«Не вмешивайся!» — всё же крикнула Верному, ощутив его беспокойство, и решив смириться со своим положением.

Поднеся к своему коню, принц поставил меня на ноги, заставив сползать по его телу.

Лишь возглас: «А ножки у неё ничего!» — прекратило безобразие, и я ощутила под ногами землю, а мою задравшуюся рубаху одёрнули вниз. Лицо при этом у меня полыхало, и я порадовалась, что они понятия не имеют кто я такая. Стыда не оберёшься с этим негодяем!

— Я тебя не обижу, — с нажимом произнёс принц, глядя мне в глаза.

Не поверила и на мгновение! А чем он всё это время тогда занимается?

— Сейчас ты сядешь со мной на лошадь и, не сопротивляясь, поедешь с нами.

Правильно расценив мой ответный взгляд, властно закончил:

— Иначе всё равно поедешь, но вниз головой, перекинутая через седло!

Ненавижу! Попыталась донести до него эту мысль, но получилось лишь:

— Ы-ы-ы-ы-ы!

Принц взлетел в седло и протянул мне руку. Недовольно поджав губы, всем своим видом выражая своё отношение к происходящему, я дала ему ладонь. Меня дёрнули вверх и усадили перед собой.

"Держись поблизости, но не показывайся», — дала распоряжение Верному, когда мы двинулись в путь.

В ответ раздался тоскливый вой. Моему другу не нравилось происходящее, так же как и мне, но выхода не было.

— Здесь волк? — заоглядывались спутники принца, а лошади под ними заволновались.

— Да, спас от него эту неблагодарную.

Эх, сказала бы я ему! Но меня отвлекли, и я прожгла уничижительным взглядом произнёсшего:

— Может, поохотимся?

Повинуясь моей просьбе, конь под ним взбрыкнул и этот шибко умный перелетел через его голову, растянувшись на земле.

— Кажется, ты уже наохотился, Саврос. Возвращаемся! — хмыкнул принц.

— Получается, она действительно ваша добыча, — со смешком заметил кто-то позади нас, и все опять развеселились.

Я же нахмурилась, стараясь понять, что это значит. Просто они посмеивались, словно над хорошей шуткой.

Глава 2

Всю дорогу я нет-нет, да понемногу двигала языком, проверяя пострадавшую часть тела. Было больно. Язык ныл и, казалось, припух, еле помещаясь во рту. Может, я себя и накручивала, но готова была многое отдать за зеркало, чтобы наглядно оценить ущерб.

Глаза б мои не смотрели на Арвинского! Я специально отвернулась от него, сидя с идеально прямой спиной, чтобы мы не соприкасались, но этот индивид умудрялся время от времени дышать мне в ухо, как будто незаметно принюхиваясь к моим волосам. И что он хотел там унюхать? А ещё постоянно ко мне прикасался вскользь, как бы ненароком, чем невероятно бесил.

Это заставило задуматься о своём положении. Я не была наивна. Проводя время в поселении лунных ведьм, насмотрелась на всякое. К ним часто обращались за помощью и не всегда только в связи с болезнями. Приходилось видеть и изнасилованных селянок, выхаживая женщин. Бабушка не прятала меня от жизни, позволяя смотреть и на её неприглядную сторону. Веский аргумент усиливать собственные тренировки и умения защитить себя.

Мне не понравилось, что меня сравнивали с добычей. Да ещё эти прикосновения Арвинского настораживали. Для него я забавная нищенка, и моё происхождение не защитит меня. Кто поверит тому, что я принцесса? Если же я пораню принца, уча манерам, это ему вряд ли понравится. За покушение на королевскую семью одно наказание — смерть! Не думаю, что в Сарагосском королевстве иначе. До ночи я беззащитна, а если речь не восстановится, то и дольше. Нужно было что-то придумать, и тут мне пришла идея. Кажется, не так уж и плохо быть поцелованной богами. Обижать таких людей не принято и порицаемо. Оставалось смирить гордость и убедить в этом принца.

Собравшись с духом, и мысленно взвесив все за и против, сделала свой взгляд восторженно-бессмысленным и растянула губы в идиотской улыбке, повернув голову к Арвинскому.

Тот моему счастливому виду никак не обрадовался, впившись острым взглядом в лицо. А ведь не дурак, совсем не дурак, к сожалению. Мне с трудом удалось удержать маску и не выбиться из роли. Как можно естественнее отвернулась, никоим образом не показывая, что мне неуютно. Переведя дух и собравшись с сипами, мысленно повторяя раз за разом, как я рада ехать на лошадке, сделала второй заход, посмотрев на принца рассеянным взглядом.

На этот раз высочество был хмур, а в карих глазах читалась подозрительность. С невинным видом захлопала ресницами, вспоминая, как в прошлый раз убеждала папеньку, что это не я утащила запрещённый фолиант из его кабинета, а просто он невнимательно смотрел. Нашёлся же? Нашёлся! Зачем меня сразу обвинять.

Я просто безобидная девушка. Меня испугали, вот я и вела себя неадекватно, а сейчас успокоилась и всех окружающих люблю.

Фух! Кажется, у меня от напряжения выступила испарина на лбу. Улыбаться Арвинскому было выше моих сил! От притворства устала так, как после тренировки с Мейном. Брат любил погонять меня, заставляя выкладываться до предела.

При воспоминании о родных защемило сердце, и я закрыла глаза. У нас дружная семья, мы любим друг друга, но почему же меня перестали слышать, считая желание уйти жить к бабушке блажью, которую исправит замужество?

Если бы не это, не попала бы я в такое дурацкое положение. Одно хорошо — мой разыгранный спектакль принёс плоды, и поползновения в мою сторону прекратились.

Когда на горизонте появился дворец, с его высокими башнями и острыми шпилями, я подавила облегчённый выдох. Куда меня везут не спросишь, и было бы намного хуже, направляйся принц с друзьями просто в охотничий домик. А во дворце много людей, везде снующие лакеи, служанки. Здесь Его высочество на виду.

Внутренне расслабившись, я заинтересованно смотрела по сторонам. Странно, по пути нам попадались прохожие, но принц с девушкой особого удивления не вызывал, укрепляя мои убеждения в том, что он тот ещё бабник. Когда мы проезжали через деревеньку, я похулиганила и помахала селянам рукой, приветствуя их с таким видом, как будто я невеста, а не пойми кто в одной рубахе. Причём вышло у меня это настолько естественно, что кто-то ретивый даже крикнул: «Счастья вам и долгих лет жизни!»

Скрежет зубов принца стал музыкой для моих ушей.

— Наверное, она видела, как это делают другие, — оправдал меня нагнавший нас молодой человек из свиты Арвинского.

Настроение моё поползло вверх. Поэтому я искренне улыбалась, с незамутнённым счастьем смотря на хмурое высочество, когда мы приехали и он слез с лошади, помогая спуститься и мне.

— Эту ко мне в…

— Ваше высочество! — чуть ли ни бегом к нам семенил лакей. — Его величество просил вас пройти к нему, как только вы вернётесь.

Арвинский ещё больше потемнел лицом и потерял ко мне весь интерес:

— Помыть и накормить! — приказал он уходя, мыслями уже пребывая не здесь.

Оу, неужели и у него трения и недопонимания с отцом? На миг ему посочувствовала, найдя у нас что-то общее, но быстро прогнала это чувство. Мои трудности с папочкой временные, а он наверняка всё заслужил!

Проводя взглядом спину принца, ожидающе посмотрела на лакея. Тот смерил меня пренебрежительным взглядом. Не нравлюсь? Вопросительно изогнула бровь и ласково улыбнулась, причём улыбка не касалась глаз, оставляя взгляд ледяным. Я этот жест переняла от бабушки, он лучше всяких слов ставит на место наглецов и зарвавшихся слуг. Если ещё при этом призвать свою силу, совсем чуть-чуть, — и пусть сейчас не ночь, она всегда со мной, — тогда окружающие кожей чувствуют, что перед ними не обычный человек и испытывают трепет.

— Следуйте за мной! — дрогнул лакей, с трудом сохраняя независимый вид и быстро отворачиваясь, избегая моего взгляда.

Это меня устраивало, так как подъехала свита Арвинского, и мне хотелось избежать их внимания. И так пришлось изменить направление наглому блондину, который ехал прямо на меня. Конь под ним заволновалась, и тот переключился на него, усмиряя.

— Прошу.

После петляния коридорами для слуг, во время которых я усмиряла гордость, напоминая себе о своём внешнем виде, мы замерли у двери. Пришлось применить ещё один фирменный взгляд, и дверь передо мной всё же открыли, пропуская в покои. Судя по тому, с каким хлопком её захлопнули, лакей уже жалел о своей любезности. Ничего, главное за мной не пошёл, и я смогла спокойно осмотреться, где оказалась.

Так-так-так, что же у нас предлагается гостям? Просторно, но немного мрачновато. Я оказалась в гостиной, оформленной в зелёных с золотым тонах. До половины стены обтянуты бежевым шёлком в мелкий цветочек, а ниже резные панели из тёмного дерева. Книжный шкаф, массивные мягкие диваны. Не изящные, на которых можно только сидеть, на таких и спать комфортно будет.

«Хотя, если принц своих друзей поит такой же бормотухой, какую он мне подсунул, то я совсем не удивлюсь, если многие валятся спать прямо на ковёр, не дойдя до спальни», — хмыкнула про себя и принялась осматриваться дальше.

Две картины с изображением моря. Столик у окна с креслами, на полу ковёр с длинным ворсом. Из гостиной вела дверь, и я заглянула туда. Спальня оказалась ещё мрачнее, в тёмно-синих тонах. Тяжёлые бархатные шторы на окнах, кровать огромных размеров с резными столбиками и балдахином, подвязанным золотыми шнурами с пышными кистями. У стены секретер на изогнутых ножках и красивой резьбой, я оценила работу мастера. Пройдя дальше, очутилась в ванной, отделанной чёрным мрамором с золотыми прожилками, и не сдержала смешка. Увидев спальню, уже можно было сразу догадаться, какой будет ванная комната. Не знаю, кто занимался интерьером, но он себе не изменил.

Одну стену полностью занимало зеркало, и я ахнула, забыв обо всём, стоило мне себя увидеть. Волосы растрёпаны и всклокочены, на щеке и подбородке грязь, рубаха вся в пятнах. Увидь меня родные, не узнали бы. Срочно мыться! Но прежде я подошла ближе и открыла рот, рассматривая ранку на языке ближе к кончику. Не всё так страшно, как мне казалось.

— Па-па, — произнесла осторожно. Ободрённая удачной попыткой, продолжила: — Вел-лный…

Поморщилась от боли и того, что картавлю имя Верного. Звук «р» из-за ранки оказался мне недоступным. А вот это плохо, значит, и заклинание переноса мне не подвластно. Задумавшись о своём ближайшем будущем, подошла к бассейну и потрогала воду. Тёплая. Из пологого выступа на стене текла вода, расходясь веером. Внутри, чуть ниже края бассейна были отверстия, чтобы она не переливалась. Рядом лежали стопочки чистых полотенец, а на широком бортике бассейна расставлены баночки с жидким мылом.

Привычной ванны не было, но я не колебалась, стаскивая с себя рубаху и с тихим стоном погружаясь в тёплую воду. Правда, пришлось тут же зашипеть сквозь зубы, мелкие царапины на теле дали о себе знать. Некоторое время я просто блаженствовала, давая отдых натруженным мускулам, а потом потянулась к мылу.

«А не плохо здесь, — благодушно подумала я, скользя взглядом по стенам, — атмосферно так».

Шикарно, но не каждому гостю предложишь. Наверное, поэтому меня сюда поселили. Великодушно со стороны принца, но я бы не спешила его благодарить. Из-за него моя затея пока провалилась, и я непонятно сколько вынуждена пользоваться его гостеприимством. Насчёт Верного я не беспокоилась. Мы чувствуем друг друга на расстоянии, он меня найдёт. Когда мы выезжали из леса, я попросила его не выходить, чтобы не привлекать внимания. Вечером попробует подобраться поближе.

Дверь без стука распахнулась, и ко мне ворвались две служанки.

— Вон! — рявкнула на них так властно, что дверь так же стремительно закрылась.

Я села, унимая забившееся от неожиданности сердце и морщась от того, что заныл язык. Их стучать не учили? Вторя моим мыслям, раздался осторожный стук, и заглянула молоденькая служанка:

— Мы принесли поесть, и пришли помочь вам помыться.

Я махнула рукой, отсылая её. Чуть помедлив, и зыркнув на меня, служанка ушла. Пришлось вылезать из понравившегося мне бассейна. Нужно по возвращению уговорить папеньку и мне такой сделать.

Более внимательно обследовав ванную, обнаружила шкаф, в котором висели разные мужские халаты, начиная от шёлковых, и заканчивая парчёвыми. Выбирать не приходилось, и я взяла один. Подвернув рукава и просушив полотенцем волосы, потуже затянула пояс на халате и вышла, удивляясь странностям. Если для гостей предусмотрены халаты, то почему не повесить и женские? Потом улыбнулась, поняв, что меня же поселили в крыле принца как гостью. Наверное, раньше у него только друзья гостили, поэтому и вещи мужские. Вот у моих братьев тоже своё крыло и там только их друзья останавливаются.

В спальне никого, зато на кровати разложена кружевная сорочка с вырезом до пупа. Отметив странность местной моды, пошла себе дальше.

При моём появлении переговаривающиеся между собой две девушки смолкли и уставились на меня. Не представились, ничего. Увидев накрытый стол, двинулась к нему.

Подняла крышку на подносе и сглотнула от запаха. Чего там только не было! Жаркое, картофель, салат, паштеты, перепел в сметанном соусе.

Я перевела взгляд на служанок, но они так и застыли на середине комнаты, отслеживая каждое моё движение. Пришлось самой за собой ухаживать. Сев в кресло, расстелила на коленях салфетку и хотела взять вилку, как обратила внимание, что столовые приборы разложены неправильно. Первой лежала десертная, а из ножей зачем-то положили нож для рыбы, хотя саму рыбу не принесли. И зачем они вообще притащили столовые приборы для большого приёма? Фруктов и десерта на столе не было. В непонимании взглянула на служанок, а они с ожиданием на меня. Их счастье, что я говорить не могу, а то ткнула бы носом неумёх. У нас слуги лучше воспитаны и в таких мелочах разбираются.

Отложив ненужные столовые приборы, взяла необходимые и только собиралась попробовать рагу, как распахнулась дверь, и на пороге возник Арвинский.

Я не понимаю, у них в порядке вещей врываться без стука?!!! Я же не готова к визитам! Уже и в своих покоях от него спасенья нет! И он ещё уставился на меня так, будто не ожидал увидеть.

"Может, комнатой ошибся?» — с надеждой подумала я, глядя на него. Спохватившись, что сижу перед ним с распущенными волосами и в одном халате, вскочила с места, не зная куда бежать. В спальню? Но там из вещей одна сорочка с разрезом до пупа, в ней точно гостей встречать нельзя.

— Можешь садиться, — с барского плеча великодушно разрешил Арвинский, по-хозяйски заходя в комнату. От такого наглого поведения смущённо бежать расхотелось, и я с достоинством села на место. Принц же направился ко мне, приказав принести и ему приборы. Я его, кстати, присоединиться ко мне не приглашала! Хотя, чему я удивлялась слугам, когда хозяева понятия не имеют о приличиях.

Служанки бросились исполнять приказ, а принц вальяжно опустился в кресло напротив, беспардонно разглядывая меня. И зачем пришёл? Ему разве негде поесть?

— Ты действительно красивая, когда тебя отмыть, — вынес заключение Арвинский. Сомнительный комплимент, между прочим. Язвительные слова так и рвались с языка, но я стиснула зубы, стоило представить, как начну картавить и его последующие насмешки.

Вместо этого взяла вилку с ножом и стала нарезать мясо, представляя вместо него самодовольное лицо незваного гостя.

— Но манерам не обучена, — усмехнулся Арвинский, — нельзя приступать к еде, если за столом есть выше тебя по положению, пока он не приступит к трапезе.

Я замерла и медленно подняла взгляд. Уел. Он наследный принц, а я младший ребёнок в семье, но кому говорить о манерах?! На себя бы посмотрел! К тому же он ещё не король, чтобы его все ждали, а я не его подданная. Посмотрите на него, ввалился ко мне без приглашения и ещё права качает! Вообще, если это выделенная мне комната, то можно считать её временно моей территорией, а по сему территорией Фарогосского королевства. И указывать как себя вести принцессе Фарогосса находясь в Фарогоссе верх наглости и невоспитанности! Вот.

Пока мы мерились взглядами, вернулись служанки и шустро стали накрывать принцу. Умеют, значит, когда хотят. Я обратила внимание, что ему-то правильно стоповые приборы положили. Может, у меня подсмотрели?

«Или меня проверяли?» — кольнула мысль.

— Поухаживайте за гостьей у неё тарелка почти пустая, — распорядился Арвинский и его мнимая забота была хуже любой насмешки.

Мне тут же наполнили тарелку с верхом, а я от злости на беспардонность некоторых громко звякнула ножом о тарелку, откладывая его, наколола вилкой кусок мяса и демонстративно положила себе в рот. Подавись своими манерами!

Вот только подавилась я, взвыв. Горячий кусок мяса, да на мой пострадавший язык…

Я схватила салфетку, приложив к губам и избавляясь от пищи. На глазах выступили слёзы.

— Обожглась? Больно? — вскочил с места Арвинский, тут же оказавшись рядом со мной. В голосе звучало настоящее сочувствие и беспокойство. — На, выпей!

Он плеснул из кувшина в бокал, подсовывая его мне. По опыту зная, что принимать от него что-либо чревато, оттолкнула рукой и вода выплеснулась на него.

Вода?! Я даже пальцем в мокрое пятно потыкала и понюхала. Вода. От обиды захотелось разреветься. Я крепилась изо всех сил, но слёзы предательски потекли по моим щекам.

— Что же ты такая неловкая?

Это я?! Да всё из-за него! Ы-ы-ы-ы-ы!!!

— Всё-всё. Я не злюсь, — сменил тон Арвинский. Как и все мужчины, принц видимо терпеть не мог женских слёз, и я мстительно перестала сдерживаться. Тогда меня попытались отвлечь. — Тебе, видимо, лучше пока потерпеть, и не есть. Хочешь, погуляем? Я тебе лабиринт покажу. С ним связана одна очень романтичная история.

Я прислушалась, заинтересованно посмотрев на него. Здесь я вряд пи ещё когда-нибудь окажусь, и мне стало любопытно, особенно после следующих слов:

— Ты слышала о лунных ведьмах? Они когда-то обитали на наших землях и волосы у них были такие же светлые, как у тебя, — погладил меня по голове и подхватил прядь, пропуская сквозь пальцы.

«Потому что я ведьма, дурень!» — хмыкнула про себя. Ему удалось завладеть моим вниманием и слёзы высохли.

Поймав его устремлённый взгляд на разошедшихся на груди попах халата, быстро запахнула его. Вздохнув с сожалением и ничуть не чувствуя себя виновато, Арвинский поднялся с корточек.

— Я сейчас приведу себя в порядок и идём.

— М-м-м-м… — обратила на себя внимание, стискивая халат. Безмолвно спрашивая: «Мне в таком виде идти?!»

— Подберите ей одежду и обувь! — приказал служанкам принц и направился… нет, не на выход — в мою спальню!!!

Я провела его спину обалдевшим взглядом. Зачем он пошёл в мою ванную, а не к себе?!

Глава 3

— Во времена правления Сигмунда третьего в наших лесах обитали лунные ведьмы. Не скажу, что вредные создания. Жили обособлено, но ладили с людьми, лечили. Хорошо в травах разбирались, не отнять. Леса полны были дичи, да и у них особая магия говорили, которая помогала понимать зверей. Король к ним был снисходителен, даровав защиту. Однажды на охоте Сигмунд спас от нападения медведя красивую деву, с необычными светлыми волосами и привёз её во дворец. Он влюбился в неё без памяти и захотел взять в жёны. Только дева эта оказалась лунной ведьмой, и сердце имела холодное и лживое. Сначала она убедила короля в своей любви, а потом, будучи ветреной особой, подло сбежала после свадьбы. И причину выдвинула вздорную, будто он убил медведя. Ну, ни глупости ли? Нашла предлог придраться! — бросил на меня снисходительный взгляд Арвинский.

Я лишь стиснула зубы, желая дослушать его версию событий, так как известная мне существенно отличалась. Арвинский сдержал слово, выведя меня на прогулку. В приличном платье и с причёской я оказалась достойна, чтобы мне предложить руку, а не тащить на плече. О короткой поездке на нём напоминал налившийся синяк на боку и ущемлённая гордость. Так бесцеремонно обращаться со мной никто себе не позволял. Принцу же было не до моих обид и он продолжал рассказ:

— Ушла она обратно к лунным ведьмам и не желала возвращаться во дворец. Король сходил с ума, но не чувствовал своей вины. Он действительно убил медведя, но не в той части леса, где жили ведьмы и охота запрещена, а медведя-шатуна, который бродил близ поселений и пугал людей. Желая задобрить вздорную женщину, он издал указ, запрещающий убивать диких животных близ поселений, только в лесу, в разрешённых для охоты местах. Он и сейчас действует. Только, что делать с лисами, разоряющими курятники, с волками, нападающими на стада? Приходится их ловить и селить в зоопарк при дворце. Обратно в лес не выпустишь, раз они повадились к людям на промысел ходить. Столько зверья набралось. Хочешь на них посмотреть сейчас? Они как раз вон там расположены, мы будем проходить мимо, — указал в строну низких строений принц.

Я покачала головой, желая взглянуть на лабиринт. И что за радость наблюдать за животными в клетках? Только лишний раз расстраиваться.

— Вот только жену его это не тронуло, она упрямо не желала возвращаться во дворец, но что взять с ведьмы, лес ей был родным домом. А ещё говорили, что пуще всего лунные ведьмы ценили родниковую воду, черпая в ней силу и используя в своих ритуалах. Не знаю, так ли это, но близ их поселения действительно был родник и озёра, — заметил Арвинский и продолжил рассказ. — Опечалился король Сигмунд, не зная, чем ещё завлечь во дворец упрямицу. И создал лабиринт, а в середине его… да ты и сама сейчас увидишь.

Мы как раз подошли к лабиринту, созданному из карликовых деревьев и кустарника. Принц бросил на меня внимательный взгляд, стараясь оценить степень моей заинтересованности и чему-то улыбнулся. Я была вынуждена признать, что такая улыбка его красит и смягчает гордый профиль присущий Арвинским. Принц даже показался мне симпатичным. Но наивным. Нельзя же верить всему, что говорят и потом вещать это с таким уверенным видом.

Вот я, например, точно знаю, как было дело, так как читала записи главы общины лунных ведьм. Лания всем сердцем полюбила короля и ради него покинула своих сестёр, сменив тишь леса на шумный дворец. Нелегко ей было среди фальшивых улыбок придворных, так как многие ставили Сигмунду в вину не знатность королевы, и отсутствие манер, называя лесной дикаркой. К тому же сила лунных ведьм передаётся лишь дочерям, а не наследникам, так что толку от такого союза видели мало.

Недолго она наслаждалась семейным счастьем, когда случилась трагедия. Лания поделилась частицей своей души с медведем, но как его было привести во дворец? Даже у нас дома люди, привыкшие к маминой лисице, долго ещё шарахались в сторону при виде моего Верного. Мы связаны с нашим животным, нас тянет друг к другу, вот и медведь Лании искал способ быть поближе к ней. Крестьяне приняли его за медведя-шатуна, а король выследил его и убил, притащив шкуру убитого супруге. Представить не могу, что чувствовала в тот момент Лания. С другом умерла и часть её души, а муж не мог понять причины её терзаний и не чувствовал себя виноватым, закатывая бал за балом, чтобы развеять печаль жены. Она не смогла так жить и не простила, вернувшись к своим сёстрам в лес. Только тогда Сигмунд спохватился, да было поздно. Издал указ о запрете убийства животных близ поселений, осаждал её просьбами вернуться, то увещевал, а то сыпал угрозами. Не знаю, что случилось дальше, в записях говорится, что последняя выходка Сигмунда оскорбила всех лунных ведьм, и они покинули королевство, переселившись к нам в Фарогосс.

Из-за этого чуть война не разразилась, но заговорщики воспользовались уходом ведьм и организовали переворот. Сигмунда едва не свергли, и долгое время он был занят тем, чтобы удержать власть. Когда всё успокоилось, стал требовать выдачи жены, но кто ж её держал. Он даже не единожды к ней приезжал, но напрасно. Получив известие о её смерти, женился повторно на какой-то принцессе. С тех пор отношения с Фарогоссом остались напряжёнными, нам не простили, что мы приютили ведьм. Само же правление Сигмунда выделяется множеством сумасбродных приказов, на пример того, что нельзя трогать лесных хищников вблизи поселений. Я не ратую за их убийство, но запирать в клетки жестоко.

— Так непривычно прогуливаться с молчаливой девушкой, — заметил Арвинский, вырывая меня из раздумий, и я скосила на него взгляд.

Конечно, наверное, привык, что его внимания добиваются, и из кожи лезут, чтобы заинтересовать, а тут самому приходится меня развлекать. Всё же хорошо, что он считает меня немой, не нужно объяснять кто я и откуда. Да и как бы я объяснила толком, что принцесса Фарогосса делала у них в лесу?

А мне вот стало любопытно, откуда он так хорошо ориентируется в лабиринте. Часто девушек сюда выгуливает? Покрутила головой по сторонам, но никаких ориентиров не заметила, и поворачивали мы то вправо, то влево, не держась одной стороны.

— Боишься заблудиться? — моё любопытство не осталось незамеченным. — Напрасно. Открою секрет: с кустарником растут разные деревья, но нужно поворачивать туда, где вначале растут хвойные.

Теперь я знала, на что обращать внимание и один раз, когда он повёл меня не туда, сжала его руку, указывая на ошибку.

Очередной поворот вывел нас к центру, и я так и застыла с открытым ртом. Мы оказались на настоящей лесной поляне, которую устилали полевые цветы. В дальней части из искусственной горки камней падал водопад, разделяясь и стекая в два овальных озера правильной формы, которые соприкасались. В месте соединения был мост, перейдя через который можно было отдохнуть в красивой ажурной беседке, любуясь то на водопад, то на озёра.

— Одно озеро символизирует короля Сигмунда третьего, а второе его первую супругу и показывает, что вместе они одно целое, — пояснил Арвинский и потянул меня за собой. — Пойдём к водопаду Там чистейшая вода, Его Величество изменил русло родника и подвёл его прямо сюда.

Мы перешли мост, и подошли к тихо журчащему водопаду Я протянула руки и набрала воды напиться. Стоило пригубить, как живительная влага потекла по моему горлу, и я ахнула, в шоке смотря на Арвинского.

— Да, вода очень вкусная, — снисходительно улыбнулся принц, я же была потрясена до глубины души. Он даже не представлял, ЧТО совершил король Сигмунд. Желая вернуть жену во дворец, он лишил лунных ведьм их источника! Теперь понятно, что именно оскорбило всех настолько, что они переселились в другое королевство. Они нашли в Фарогоссе подходящий источник, пусть и не такой сильный, как предыдущий. Если раньше ведьма входила в силу к восемнадцати годам, то сейчас к двадцати двум.

Вкусная вода? Для меня она была особенная! На неё отзывалась моя собственная магия, уже сейчас я чувствовала прилив сил и энергии. Я зачерпнула ещё воды и выпила, а потом ещё. Ноющая Боль в языке утихла, и я осторожно им пошевелила. Если повезёт, уже сегодня ночью смогу провести ритуал. От осознания, что я всё же нашла источник и ещё не всё потеряно, меня захлестнуло чувство эйфории. Всё же спасибо Арвинскому, не привези он меня сюда, а бы так и бродила по лесу.

Пьяная от счастья, повернулась к нему и, повинуясь импульсу, в порыве благодарности бросилась ему на шею с победным визгом.

— Ты всё же ненормальная, — с нотками печали в голосе заключил Арвинский, но в ответ обнял, не пытаясь оттолкнуть.

Совсем не обиделась на это. С улыбкой отстранившись и взглянув в карие глаза, оценила курьёзность ситуации

— благодарю его за то, что мне не придётся выходить за него замуж. Рассмеялась, ещё больше убеждая в своей неадекватности. Эх, знал бы он, что ради нас стараюсь! Сомневаюсь, что этот бабник жаждет связать себя узами брака даже ради скрепления мирных договоров между нашими странами.

После прогулки до позднего вечера я оказалась предоставлена самой себе. Арвинский удалился по своим делам, но про меня не забыл, не оставив голодной. Знакомые служанки принесли вкусный ужин. Я же провела это время в покоях, не желая лишний раз ни с кем сталкиваться. Случайно заметила в гостиной за креслом прислонённую к стене упакованную картину. Не сдержав любопытства, развязала бечёвку и развернула упаковку. Каково же было моё удивление, когда увидела свой портрет в бальном платье. Некоторое время с недоумением его рассматривала, пока до меня дошло. Всё же Арвинский оказался более сдержанным, чем я, и не метал в портрет неугодной невесты кинжалы, а просто забросил его не глядя в дальние комнаты с глаз долой. Ха-ха-ха!

Время тянулось ужасно медленно, и я коротала его за книгой, одолженной из шкафа не столько читая, сколько составляя план на ночь и мысленно проигрывая этапы ритуала, выученного назубок. Предупредила Верного, чтобы пробирался во дворец, как стемнеет. Если всё пройдёт хорошо, уже сегодня я буду у бабушки.

Когда стемнело, служанки помогли мне с платьем, протянув для переодевания давешнюю тонюсенькую сорочку, которая ничего не скрывала. Надела и покорно легла в постель, лишь бы они скорее ушли. Идти в этом к источнику через дворец и речи не было, тут с кровати встать стыдно, не то что из комнаты выйти, но мои вещи пропали.

Стоило мне остаться одной, я поднялась и подошла к окну, замерев в лунном свете. Призвав свою силу, произнесла слова переноса. И как только сказала последнее слово, дверь спальни распахнулась и возникла незнакомка в одной коротенькой фривольной рубашке, едва прикрывающей бёдра. По сравнению с её одеянием, моё — верх скромности. Распущенные чёрные волосы и то были длиннее. Первый взгляд её был направлен на кровать, а потом она увидела в лунном свете исчезающую меня и пронзительно заверещала. Чуть мне всю концентрацию не сбила, но выучка бабушки оказалась сильнее, и мысленную картинку с местом назначения я удержала.

«И что она забыла в моей спальне, да ещё в таком виде?» — не могла понять я, оказавшись перед входом в лабиринт. Странный наряд для визита. Может, двери перепутала? Пожав плечами, шагнула в лабиринт, отбросив все мысли о незнакомке и концентрируясь на предстоящем. Некстати она появилась. Теперь моё исчезновение точно скоро обнаружат, и не стоило терять время зря.

Как там Арвинский говорил? Поворачивать, где растут еловые? В темноте лабиринт казался неприветливым и жутковатым, но зато и гуляющих в нём вряд ли встречу Я могла бы перенестись прямо к источнику, но по традиции ведьма должна проделать путь к нему. И я шла, стараясь откинуть страх заблудиться и волнение, представляя, что просто в лесу, а для любой ведьмы он дом родной.

* * *

Велиан Кристиан Арвинский как мог откладывал возвращение в свои покои, потому что так и не определился, что делать и как себя вести с нежданной гостьей. Слуги неправильно поняли его приказ, поселив девушку к нему, но он так и не предпринял ничего, чтобы это исправить. Забавная и каждый раз разная, она притягивала его к себе с первого взгляда. Случайно в лесу взгляд выхватил девушку, губами ловящую спелые ягоды, и он был очарован. Тихие стоны наслаждения от столь нехитрого лакомства, издаваемые незнакомкой, разгорячили кровь. Спешился и как околдованный пошёл к ней, не в силах отвести взгляд.

Это потом он разглядел её непрезентабельный внешний вид. Чумазая оборванка, в одной рубашке, босиком. Что делает одна в лесу? Ненормальная? Казалось бы, очарование должно рассеяться, но грязь на лице не скрывала благородство черт, а голубые глаза, цвета летнего неба, сверкали ярче драгоценных камней. А её полные губы? Он боролся с искушением поцеловать их, и испить сладость со вкусом земляники.

Предположение друзей о том, что она поцелованная богами, неприятно кольнуло в груди. Он видел разум в её глазах, а сменяющиеся эмоции на выразительном лице не могли принадлежать дурочке. И всё же временами её поведение ставило в тупик. Как тогда у водопада в лабиринте, когда она счастливо улыбаясь, бросилась к нему на шею, будто он преподнёс ей самый дорогой подарок. Сжимая её в объятиях, ему до безумия хотелось её поцеловать, но делать это с той, которая даже может не понять, что происходит, было низко.

Встреча с этой незнакомкой избавила его от хандры, которая охватила его с тех пор, как отец объявил ему о предстоящей свадьбе. Он даже не взглянул на портрет предполагаемой невесты, забросив его. Хватило одного того, что она дочь лунной ведьмы. И пусть отец убеждал, что та хорошая жена и королева, которую любит народ, он не желал иметь ничего общего с её отродьем, которая по слухам предпочитает больше времени пропадать в лесу, чем во дворце. Так и заявил отцу, что пусть тот сам на этой дикарке женится.

Сегодня днём отец объявил ему о приезде делегации для подписания брачного договора и опять разгорелся скандал, который продолжился вечером, когда до короля дошли слухи о том, что сын вернулся с охоты с девушкой.

— Ты мне назло притащил эту девку? — ярился Его величество.

— Может, теперь ты увидишь, на что меня толкаешь? Мне придётся жить с дикаркой! Хочу посмотреть, каково это, а завтра увидишь ты, когда я приглашу её к нашему стопу.

— Не смей! Завтра прибудут гости.

— Встречай их сам.

— Я приказываю!

— Не получится. Мне доложили, что в окрестностях видели волка, утром я на охоту, — бросил принц и, не прощаясь, ушёл.

Что бы отец себе ни думал, но о нём он и не вспоминал, решая забрать девушку с собой. И выпячивая её дикость, кривил душой. Не было в ней ничего отталкивающего. Увидев её умытой, в приличном платье спокойно завтракающей в его покоях, в первый момент вообще подумал, что ошибся дверью, настолько органично она смотрелась в такой обстановке и естественно себя вела. Лишь необычные светлые волосы указали ему на то, что это и есть привезённая им девушка.

Сейчас, прокручивая в голове воспоминания, принц отмечал, что она умеет правильно держать и пользоваться столовыми приборами. Её демарш за столом скорее вызван его провокацией, чем отсутствием манер. А её осанка, как она себя держит… и платье придворное умеет носить. Нет зажатости, скованности, движения грациозны. Роскошная обстановка её не удивляла, на всё вокруг она смотрела с любопытством, но без восхищения или трепета. Если не считать водопада в лабиринте. Вот тут её поведение не поддавалось никакой логике.

"Кто же она такая?» — в который раз задался вопросом принц и поспешил к себе, желая разгадать тайну своей находки. Или добычи? Думать в таком ключе о девушке, присваивая её себе, было неожиданно приятно. Велиан Кристиан Арвинский ускорил шаг. В конце концов, его в покоях дожидается красивая, загадочная девушка. Он её обязательно поцелует и посмотрит на реакцию. Что его ждёт? Пощёчина от благородной девы, растерянность и непонимание от поцелованной богами или смущение и восторг простушки? Выяснить это хотелось с нетерпением.

Вот только подходя к своим покоям, он услышал дикий визг, и ему навстречу в одной сорочке выбежала леди Катрина.

— Она исчезла, исчезла… — как полоумная шептала его последняя любовница, мёртвой хваткой вцепившись в камзол.

— Леди Катрина, опомнитесь! Почему вы в таком виде?

С трудом оторвав от себя девушку, передал её на руки подоспевшему на крик лакею, а сам поспешил в свои покои. Обежав их, и даже заглянув в гардеробную и под кровать, вынужден был признать, что они пусты. Незнакомка исчезла без следа. С истерящей любовницей разговаривать было бесполезно, ту сопроводили в её покои, и он вызвал служанок. Те клялись, что ещё недавно видели девушку, переодев её ко сну. Куда же она могла уйти? На ум пришел лишь водопад в лабиринте. Это единственное место, которое произвело на неё впечатление. Оставив слуг искать девушку во дворце, сам поспешил туда.

* * *

Невольно вспоминалось, как проходит ритуал у нас. Вхождение в силу — праздник, на который собираются все. Это песни, танцы в лунном свете и воздух, наполненный магией и смехом ведьм. Здесь я была одна, но не чувствовала себя одиноко. Источник наполнял меня силой, и я ощущала себя неотъемлемой частью этого мира и всего живого. Слова ритуала срывались с уст легко, без напряжения. Окутанная лунным светом и омываемая струями бегущей воды я подняла руки вверх, произнося завершающие слова. Обычно в конце глава выливает на голову ритуальную чашу воды, а я просто шагнула в водопад под его струи.

У меня всё получилось, остался последний этап принятия внутренней силы. Струи воды несли энергию, она была вне и внутри меня, я чувствовала её потоки и расслабилась, впитывая в себя. Это невероятное ощущение гармонии с природой, когда кровь по венам течёт в такт с водой, бегущей по венам земли. Это эйфория, полёт…

— Сумасшедшая!

Меня резко выдернули из воды и развернули к себе. Я увидела злющее лицо Арвинского. Опять он!

— Ы-ы-ы-ы! — стон разочарования вырвался из глубины души. Меня как будто грубо разбудили, вырывая из прекрасного сна.

— Заболеешь! Замёрзнешь! Дикарка! Чем тебе ванна для купания не подходит? — зло отчитывал Арвинский, срывая с себя камзол и набрасывая мне на плечи. Встряхнув моё тельце, и не дождавшись вменяемого ответа, выругался и забросил к себе на плечо.

И это я дикарка?! Он тогда кто?!!!

Вися головой вниз, я стала возмущённо извиваться, молотя его по спине, но тут же получила ощутимый шлепок по ягодицам.

— Не зли меня! Я и так еле сдерживаюсь!

— Ы-ы-ы-ы!!! — взвыла я, понимая, что нет и речи о том, чтобы вернуться к водопаду. Мы стремительно удалялись от него, под тихие ругательства Арвинского сквозь зубы. Мне оставалось лишь смириться со своей участью, спрашивая небеса, за что мне всё это?! Вот почему он всегда всё портит?

И ведь не выскажешь гаду ничего, иначе придётся объяснять кто я такая и откуда, что в мои планы не входило. Но роль поцелованной богами давалась с трудом. Как можно улыбаться тому, кого придушить хочется?! А ещё во время ритуала негативные эмоции неприемлемы, но как можно быть спокойной, когда тебя самым позорным образом тащат через весь дворец? Стыд, злость на Арвинского вносили сумятицу в душе. Принцессу Фарогосса полуголой тащат как девку на плече. Зажмурившись, даже видеть не хотела тех, кто попадался нам по пути. Как я потом в глаза людям смотреть буду?

Хорошо, что ничто не длится вечно и моим мучениям пришёл конец. Принеся меня в покои, дверь которых открыл пинком ноги, Арвинский грубо сгрузил меня на пол в ванной.

Взяв одно из сложенных полотенец возле бассейна, всунул мне в руки:

— Высуши волосы, иначе заболеешь.

Во время ритуала я не чувствовала холода, но пока он меня нёс, продрогла. С волос всё ещё капала вода, и я стала промокать их. Убедившись, что я послушалась, Арвинский уверенно подошёл к шкафу, достал тёплый халат и швырнул мне.

— Переодевайся! Я тебя жду и моё терпение не безгранично.

Он вышел за дверь, а я не стала медлить, сбрасывая с себя его камзол и стягивая мокрую рубашку, которая стала совсем прозрачной и прилипла к телу С этого бесстыдника станется решить, что я слишком долго копаюсь и вернуться помочь с переодеванием. Закутавшись в мужской халат, сразу почувствовала себя лучше и увереннее.

Оставалось дождаться удобного момента и бежать из Сарогосского королевства и от этого ненормального в частности. Для этого нужно было убедить Арвинского в своей покорности. Но стоило мне выйти, как меряющий шагами спальню принц приказал мне тут же ложиться в постель, а служанке не спускать с меня глаз.

— И только попробуй встать с кровати! — напоследок угрожающе рыкнул на меня и скрылся за дверями ванной комнаты.

Перепуганная служанка вытянулась в струнку и не сводила с меня глаз. Поняв, что побег пока отменяется, я блаженно вытянулась на мягкой постели и, укутавшись в одеяло, повернулась на бок. Я это сделала!!! Закрыв глаза, расслабилась и стала прислушиваться к себе, стараясь понять, подействовал ли ритуал. В крайнем случае, я теперь знаю, где источник и могу его повторить. Арвинский не возвращался, и постепенно волнение улеглось, а ко мне вернулось прежнее умиротворение. Не дождавшись его и всего того, что он хотел мне сказать, сама не заметила, как уснула.

Глава 4

Давно я так хорошо не высыпалась. Лениво потянувшись, открыла глаза и увидела примятую подушку. События вечера пронеслись перед глазами. Привстав, не поверила глазам: примятая постель указывала на то, что рядом со мной кто-то спал. Арвинский совсем сошёл с ума?! Если не служанка, которая никогда бы не осмелилась лечь в хозяйскую постель, оставался только он. Ему как раз хватило бы наглости улечься рядом. Но вспыхнувшее возмущение тут же погасло от чувства тревоги в душе.

Верный! Я не чувствовала его и дико испугалась. Вчера просила его подобраться поближе к дворцу, планируя уйти вместе с ним, но заснула. Внутренним чутьём знала, что с моим волком случилась беда. Он не мёртв, иначе боль и пустота в душе от потери выворачивали бы меня наизнанку, но и не в сознании.

Всполошившись, резко села, заглядывая внутрь себя и сосредотачиваясь на нашей незримой связи. Распахнувшаяся дверь и вошедшая служанка нарушили мою концентрацию.

— Выйди! — властно бросила ей.

— Вы проспали завтрак, скоро обед… — замялась девушка.

Ничего себе я проспала! Но сейчас мне нужно было побыть одной.

— Я встаю. Подготовьте мою одежду.

Спрыгнув с кровати, прошла в ванную, уединяясь там. Закрыв глаза, сконцентрировалась на Верном, ища его. Будь сейчас вечер, было бы легче, но уже чувствовалась возросшая после ритуала сила. Ещё она стала более стабильна и легче отзывалась.

По всем ощущениям, мой волк был недалеко. Потянув за нашу связь, я улавливала направление. Раскрыв глаза, быстро умылась, прогоняя остатки сна и вышла, с твёрдым намерением его найти.

Мне принесли вчерашнее платье, и я быстро переоделась, сняв с себя мужской халат, в котором заснула. Скрывая нетерпение, пришлось подождать, пока меня расчешут и уложат волосы. Пусть мне хотелось бежать в поисках Верного, но благоразумие победило. Нет ничего хорошего носиться по дворцу в неряшливом виде, ещё доброго точно примут за сумасшедшую и запрут. Выйдя в гостиную, увидела накрытый стол с чаем и завтраком, и ещё одну служанку. Направилась к двери, но девушка бросилась мне наперерез.

— Не желаете позавтракать?

— Благодарю, нет, — отказалась я, шагая вперёд, но она не ушла с моего пути.

— Простите, но Его высочество приказал глаз с вас не спускать.

— Разве я пленница в этих покоях? — с возмущением спросила у неё, мысленно костеря Арвинского, и сделала ещё один шаг. — Мне запрещено выходить?

— Нет, но… — смутилась служанка.

— Я хочу прогуляться. Можете меня сопровождать, — свысока бросила ей, проходя мимо неё и выходя из комнаты. Задерживать меня они не решились, но за мной последовала лишь одна из девушек. Вторая, наверное, побежала докладывать.

Понимая, что у меня не так уж и много времени, отбросила лишние эмоции и сосредоточилась на Верном. Шла я достаточно целеустремлённо, и не обращала внимания на встреченных по пути лакеев и кое-кого из придворных. Выйдя из дворца, пошла в сторону лабиринта, где гуляли мы с принцем, но, не доходя до него, свернула к зверинцу.

Теперь я догадывалась, где мой волк и на душе стало легче. Его точно поймали и заперли, хорошо, хоть не убили, но то, что он не в сознании, всё равно вселяло тревогу. Клетки, клетки… Лисы, куницы, волки. При моём появлении все звери оживились, чувствуя мою силу, но сердце сжималось от невозможности им помочь. Я замерла у одной клетки и опустилась на колени без сил. Внутри неё лежал мой Верный без движения.

— Госпожа, вы хотели посмотреть на волка? Но откуда вы узнали о нём? Его высочество только недавно вернулся с охоты, — спрашивала служанка позади меня, а я скривилась.

Арвинский, будь он не ладен! Опять без него не обошлось. Подёргала дверцу с железными прутьями, но она была заперта на навесной замок.

— Не бойтесь, не выберется. После того, как один шутник выпустил зверей из клеток, их запирают на замок. Да и волк сейчас спит, для ловли зверей используют специальные дротики с сонным составом.

Я стиснула зубы, схватившись за прутья решётки, счёт к Арвинскому только рос. Нужно было думать, как освободить Верного, но увидев его лежащим без движения, не смогла сдержать слёз. На его шкуре сбоку заметила бурые пятна, и моя выдержка затрещала по швам. Давясь слезами, я дергала решётку, тянула сквозь неё руки, желая дотронуться до друга, и взывала к нему по нашей связи.

Верный с трудом приоткрыл глаза и заскулил. Собравшись с силами, дёрнулся и, скребя по попу когтями, пополз ко мне. Коснувшись его, зарылась руками в шерсть, вливая в него свою силу.

«Потерпи мой хороший. Сейчас… сейчас… Я тебя освобожу», — передавала ему.

— Что же ты делаешь!

Неожиданно меня вздёрнули вверх и развернули. Арвинский!

— Свободна, — не отводя от меня глаз, бросил служанке принц, но потом добавил: — Жди у входа.

Я же зашипела, сжимая кулаки от желания выцарапать кое-кому глаза. Оттолкнув его, опять присела перед клеткой. Верный уже встал, пошатываясь, и оскалил клыки.

— Странно, он должен был дольше проспать.

Убила бы! Протянув руки сквозь прутья, погладила Верного, успокаивая его.

— Это твой волк? — дошло до некоторых. — Так вот почему он пришёл.

Убедившись, что другу лучше, я встала и с яростью указала на замок.

— Хочешь, чтобы я его освободил? — прищурил глаза Арвинский, а у меня руки зачесались подправить его фамильный профиль. — Ты же всё понимаешь…

Шагнул он ко мне, ухватив за подбородок и заглядывая в глаза. При этом вид был такой, как будто что-то решает для себя.

— Сейчас тебя переоденут, и ты пойдёшь со мной, — чеканя каждое слово, произнёс Арвинский. — И всё это время ты молчишь. Молчишь! Без твоего мычания и ы-ы-ы-ы. И когда я потребую, утвердительно кивнёшь головой. Поняла?

От такого требования мои глаза стали как блюдца.

— Поняла? — с нажимом повторил принц.

Я медленно кивнула.

— И тогда я освобожу твоего волка, — довольным тоном закончил Арвинский, и погладил меня по щеке.

Со злостью отбросила его руку. Я ему не собачка дрессированная! А ещё взбесил его хозяйский взгляд, как будто я вещь, которую он только что решил приобрести.

Мой жест не разозлил, а как будто доставил ещё больше удовольствия Арвинскому.

— Идём.

«Не нравится мне это», — услышала я от Верного.

Мне тоже не нравилось, но бросив на него взгляд, сказала: «Я вернусь. Потерпи».

Когда мы вышли, Арвинский приказал дожидавшейся нас служанке привести меня в порядок и переодеть в доставленное платье. И ушёл, гад, довольно насвистывая. Покорно идя за служанкой, я очень хотела понять, что он задумал и во что же я ввязалась.

Меня переодели в нарядное платье, волосы уложили в сложную причёску, как для приёма. Позволяя делать всё это с собой, в который раз спрашивала себя, правильно ли поступаю? Душило чувство вины за Верного. Это же по моему приказу он так близко подобрался к людям. Если бы вчера не заснула… Но я же не планировала спать! Если бы не Арвинский, со своим нежданным вмешательством…

А теперь я застряла здесь до вечера, но и тогда мне нужно будет найти ключи от клетки или раздобыть оружие, чтобы взломать замок. Уйти без Верного я не могу, но моё собственное положение шатко. По своему капризу Арвинский поселил меня в покои, но с таким же успехом может пересилить в подземелье, до выяснения личности. Это он ещё не знает, что я со служанками разговаривала, иначе взялся бы за меня всерьёз. Понять не могла, что же он задумал?!

Предмет моих раздумий вскоре явился собственной персоной и оглядел меня одобрительным взглядом. Отпустив служанок, подошёл к картине на стене и, нажав там что-то, открыл потайную дверцу, из которой достал ларец. Чуть порывшись в нём, вернулся ко мне с колье и серёжками.

— Думаю, это сюда подойдёт. Давай помогу.

Не спрашивая разрешения, зашёл за спину и застегнул на мне украшение, а потом встал напротив и с сосредоточенным видом вдел в уши серёжки. Отступил, любуясь блеском топазов и бриллиантов, заключив:

— Ты рождена, чтобы носить драгоценности.

Даже спорить не стала, так как положение обязывает и приходится, но даже папенька знает, что мне лучше древний манускрипт подарить, чем украшения. Арвинский же смотрел на меня с таким видом, как художник на холст, нанеся последний штрих. Кстати, о картинах. Хорошо, что я картину, где на мне парюра с фамильными розовыми бриллиантами, запихнула обратно за кресло.

«Лучше быть подальше, когда он решит на неё посмотреть», — подумала про себя, от волнения облизав губы и вздрогнула, когда к ним прикоснулся Арвинский.

Не уловила тот миг, когда пальцы сменили губы. Его лицо оказалось близко слишком быстро. Я приглушённо ахнула, чем он и воспользовался, углубляя поцелуй. Меня никогда так не целовали! Не то, чтобы у меня был большой опыт, но я позволила пару раз кавалерам сорвать с моих губ поцелуй. Мне совсем не понравилось, и я прекратила глупые эксперименты, не понимая, что все в этом находят. Просто видела много раз целующиеся парочки, и разыгралось любопытство.

На этот раз всё было по-другому. Он как будто пил меня, изучал. И от движений его губ, языка, моё тело охватила странная слабость, от которой подкашивались ноги. Внутри зарождался жар, но при этом я дрожала, как от холода.

«Что со мной?!» — потрясённая, не могла понять я, когда всё прекратилось, и он отстранился. При этом я испытала странное сожаление, что всё закончилось.

Арвинский же с каким-то напряжением заглядывал мне в глаза.

— Не понимаешь? — разочарованно выдохнул он, отпуская меня.

Понимаю? Что я должна понять?! Он меня поцеловал. Поцеловал! В мозгах прояснилось, и вспыхнул гнев. Да как он смеет!!!

Рука сама собой взмыла вверх, но он её перехватил в последний момент, не дав залепить пощёчину.

— А вот это лишнее, — расплылся в счастливой улыбке этот ненормальный и, поцеловав мне руку, положил её на сгиб своей. — Нам пора.

Даже разреши он мне говорить, я бы всё равно ничего сказать не смогла, от такой наглости потеряв дар речи. Он повёл меня на выход, а у меня внутри разгорался пожар от его выходки. Что это всё значит?! Смятение пополам с возмущением клокотали в груди, и я чувствовала, как порозовели щёки.

— Если будешь так сопеть, я не выдержу и ещё раз тебя поцелую, — склонившись ко мне, шепнул Арвинский.

Он издевается?!!! В ответ я его убила и расчленила взглядом. Этот же гад лишь довольно усмехнулся. Мне пришлось стиснуть зубы, распрямить плечи и задрать подбородок, с высокомерным видом игнорируя его взгляды.

Эх, знала бы я только, куда он меня ведёт — бежала бы без оглядки! Я почему-то думала, что принц решил продемонстрировать меня своим друзьям, и собиралась стоически терпеть их компанию, ведь недаром он требовал молчания, но лакеи распахнули перед нами двери зала, и мы оказались на приёме.

Не ожидала увидеть столько придворных. Хуже всего, что при виде нас голоса стали смолкать, и люди расступались. Когда же я увидела, куда мы направляемся, сбилась с шага, обмерев от страха. Меня накрыло паникой, я сделала попытку вырвать руку и убежать, пока не поздно, но её сжали, как в тиски.

— Помни, что я говорил: молчишь и киваешь. Ни слова! Иначе больше никогда не увидишь своего волка, — тихо пообещал Арвинский с таким милым выражением на лице, как будто говорил мне нежности.

Он ещё не понимал, что это катастрофа! Впереди стоял мой брат Мейн и уже поворачивал в нашу сторону голову. Я знала, что он уехал с делегацией в Сарагосс, именно это и последующая ссора с папенькой подвигли меня на авантюру, но и не представляла, что они так быстро сюда доберутся. Да я подумать не могла, что мы с ним здесь встретимся! Судя по тому как расширились от удивления глаза брата, он тоже.

Бежать было поздно. Мне оставалось благодарить своих учителей, твердящих всегда помнить о своём положении и уметь держать лицо в любой ситуации. Это было тяжело, ведь рядом с Мейном, судя по фамильному профилю и возрасту, стоял король, а мне оставалось лишь играть навязанную молчаливую роль в спектакле, задуманном Арвинским. Абсурдная постановка! Сама бы автора повесила.

Король увидел нас последним и нахмурился. Догадываясь, что сейчас разразиться скандал, и меня заставят в нём участвовать, но не в силах уже ничего изменить, заученно присела в реверансе.

— Велиан, я рад, что ты закончил дела. Можешь уже оставить свою спутницу. Подойди и поприветствуй наших дорогих гостей, — демонстративно не замечая меня, произнёс король.

— Не могу оставить, отец. У меня есть заявление, которое касается нас всех.

— Сейчас не время и не место, — с нажимом произнёс Его Величество, стараясь сохранить контроль над ситуацией.

— Поспорю! Это напрямую касается причины визита наших дорогих гостей.

— Велиан! — властно рыкнул король, в последней попытке образумить сына.

— Отец, позволь представить тебе эту девушку. Я заявил на неё права! Она моя по праву добычи, — громко и чётко объявил Арвинский.

Короля едва не хватил удар, Мейн нахмурился, сверля меня взглядом и как будто что-то усиленно вспоминая. Он самый начитанный из нас и имеет феноменальную память, мне бы такую, я вот что-то читала о праве добычи, но никак не могла вспомнить. Вот брат отвечает за внешнеэкономическое направление и досконально знает законы разных стран. Не зря отец его послал, чтобы с подписанием брачного договора, заключить и выгодные торговые соглашения.

— Приношу извинение за недоразумение. Я разберусь с этим, — извинился король перед Мейном и бросил яростный взгляд на сына. — Следуйте за мной!

— Настаиваю на нашем присутствии при этом разговоре. Как верно заметил Его высочество, это напрямую касается причины нашего визита, — ответил брат.

Король скривился, как от зубной боли.

— Оставьте нас! — приказал придворным. Вместо того, чтобы уйти самому, решил выставить всех остальных гостей.

Мы замерли в напряжённом молчании, пока придворные с перешёптыванием покидали зал. Его Величество попросил удалиться и остальных людей из нашей делегации, заметив, что присутствия Мейна достаточно для столь личного разговора.

— Велиан, не заставляй меня усомниться в твоём рассудке, — сквозь зубы процедил Его Величество, как только мы остались одни.

— Ваше высочество, я ни в коей мере не желал оскорбить принцессу и сожалею о срыве помолвки, — обратился Арвинский к брату, и я оживилась, как только услышала о срыве.

— Я никогда не признаю этот брак! — воскликнул король.

«Какой брак?!» — захотелось вскричать и мне, а просветлевшее лицо Мейна, веселящегося непонятно над чем, ещё больше напрягло.

— Правильно ли я понимаю, что вы воспользовались древним правом? — протянул мой братец.

— Всё верно, но я ни в коей мере не желал нанести вам оскорбление.

— Я оспорю… — начал король.

— Эту ночь мы провели вместе, — объявил Арвинский.

Король покраснел от гнева, я тоже от того, насколько двусмысленно это прозвучало и даже сбежавшее слишком довольное выражение с лица Мейна послужило малым утешением. Он бросил на меня красноречивый взгляд, а потом шагнул к королю, сдёрнув с шеи медальон:

— Ваше Величество, позвольте показать вам, от кого отказался ваш сын.

Я замерла, так как там была моя миниатюра и нашей маменьки. Королю было глубоко плевать, он испепелял взглядом Арвинского, и лишь из вежливости бросил взгляд на раскрытый медальон. Отвернулся. Потом опять повернулся, и взял в руки медальон. Посмотрел на меня, переглянулся с Мейном.

— Э-э-эм-м. Я одобряю этот брак! — заявил он, своей капитуляцией повергнув в шок сына.

Мне как-то поплохело, а вот Мейн смотрел на меня тяжёлым взглядом, давая понять, что не даст избежать этого брака. Будь проклят Арвинский и его наглость! Я даже оспорить не могу, что мы не ночевали вместе, моя репутация пострадала, хотя я осталась нетронутой. Чувствовала себя как Вольный, попавший в западню.

Вцепилась изо всей силы в рукав Арвинского, безмолвно требуя, чтобы он прекратил это безумие. Этот же гад накрыл мою ладонь нежным жестом, а вот тихие слова, предназначенные мне, были не в пример жёсткие:

— Помни, что я сказал. Иначе, ты никогда больше не увидишь своего волка.

Задохнулась от боли и отчаяния, по его взгляду убедившись, что он как никогда серьёзен. Хотелось заорать от беспомощности, ведь этот самоуверенный придурок даже не понимает, что творит! Мой же брат решил не оставлять мне шансов:

— Насколько помню, необходимо согласие вашей избранницы. Вы его получили?

— Дорогая… — повернул голову ко мне Арвинский.

Взглядом я его умоляла не усугублять наше положение, едва заметно качая отрицательно головой, но он в ответ давил, безмолвно обещая все кары небесные, и я сдалась. Пусть теперь пеняет на себя! Повернувшись к присутствующим, зло кивнула.

Брат расплылся в торжествующей улыбке, и решил поиздеваться надо мной:

— Почему же ваша избранница молчит?

— Она не может говорить.

— Да? Вы счастливец, ведь молчание — золото. Добродетель, которую редко встретишь у женщин. Как и покорность.

Сволочь! Помнит же, как я кричала, что ни за что не соглашусь на этот брак, и моё «нет» обязательно сообщу в лицо жениху.

«Ещё не всё потеряно», — сказала себе. Дайте мне добраться до Верного, и я сбегу.

«Никакой свадьбы не будет!» — пообещала взглядом брату, а он лишь усмехнулся.

— Должен признать, вы прекрасная пара, но где же ваши брачные браслеты?

— Их можно надеть и в храме. Завтра же подготовим церемонию, — произнёс король.

— Зачем же тянуть? Насколько понимаю, они уже муж и жена, — не сводя с меня глаз, произнёс братец.

Что?!!! И тут я, наконец, вспомнила! Правление Сигмунда третьего запомнилось необычными приказами, и запрет на убийство хищников вблизи поселений не единственное. В своём желании как можно быстрее взять в жёны лунную ведьму и заткнуть рот протестующим, он издал указ, по которому, если на охоте спасёшь жизнь деве, то можешь объявить её своей, и с этого момента она твоя жена. От этого и пошла поговорка, что вернулся со своей добычей. Конечно, потом, чтобы избежать бесчинств, было добавлено, что дева и главы рода должны дать согласие. Но и без этого Сигмунд был королём, а со стороны невесты протестующих не было.

У нас же мой отец одобрил этот брак, отец Арвинского тоже, и моё согласие они только что получили.

Ы-ы-ы-ы-ы!!! Мне хотелось взвыть раненой волчицей. А в это время мой новоявленный супруг защёлкивал невесть откуда взявшийся браслет на моей руке, со словами:

— Согласен. Не будем тянуть.

И пока я в неверии смотрела на новое украшение на своей руке, а Арвинский с мрачным видом защёлкивал брачный браслет на своей, кусочки головоломки сложились в моей голове. Боги, мне казалось, что я сейчас взорвусь! Желая избежать ненавистного брака, он притащил меня к себе. Демонстрируя свою избранницу отцу и Мейну, Арвинский рассчитывал на скандал, но никак не на одобрение короля. Уверена, в попытке избежать брака, он собирался упирать на первый указ Сигмунда третьего, без поправок, называя меня своей женой. Намеченая свадьба бы точно сорвалась, а потом уже и меня можно было бы отпустить на все четыре стороны. Получив же согласие отца, он решил идти до конца, недаром же такой мрачный.

Арвинский поднял голову и взглянул на меня горящим взглядом. Моё терпение лопнуло! Жизнь в одночасье рухнула и, забыв о приличиях, благопристойности, со всей силы врезала подлецу. Он не ожидал удара, и мой кулак врезался в его скулу, заставив пошатнуться и отступить.

Подхватив юбки, я рванула бегом из зала. Мне хотелось на воздух, к единственному существу, которое никогда не предаст.

— А ну стой!

Топот ног сзади лишь придал ускорение, а на долетевшие одобрительные слова брата: «Хороший удар, сестрёнка», было плевать.

— Кто? — приостановился Арвинский, давая мне фору.

— Девчонка хорошо дерётся, — хохотнул Мейн. Конечно, ведь удар он мне сам ставил, но впервые похвалил только сейчас.

— Я бы попросил не отзываться о моей жене столь фамильярно, — свысока процедил в ответ новоиспечённый муженёк, а дальше я уже ничего не слышала, толкнув закрытые двери и выбежав из зала.

«Конечно, высокомерие наше всё! — зло думала я, пробегая мимо прогуливающихся придворных и игнорируя удивлённые взгляды. — Асам дальше собственного носа не видит, и видеть не хочет».

Я выбежала на улицу, но была перехвачена знакомым блондином, дружком Арвинского.

— Глазам не верю! Тебя не узнать. Но даже в дорогом платье ты остаёшься дикаркой.

Я бы поспорила. Это они здесь дикари неотёсанные, и принц их в первых рядах! Сунула ему под нос руку с брачным браслетом, и пока он ошарашено хлопал глазами, вырвалась и понеслась дальше. Остановилась лишь у клетки Верного, который метался и не находил себе места, чувствуя моё эмоциональное состояние.

Мои мысли тоже метались в поисках выхода. Что же делать? Что делать?! А всё Арвинский, что б ему пусто было! В ярости я развернулась на звук шагов и указала подбегающему принцу на замок клетки.

— Нет уж, мы сначала поговорим! Не хватало мне ещё твоего волка сейчас успокаивать.

— Поговорим?! — зло прошипела в ответ.

— Ты разговариваешь?! — опешило высокомерное Высочество.

— А вы собирались только себя слушать? — язвительно поинтересовалась у него.

— Так ты всё время могла говорить? — угрожающе шагнул ко мне Арвинский.

— Нет, не всё. Из-за вас я прикусила язык и была лишена этого удовольствия, — призналась я, отступив на шаг, но тут же пошла в наступление. — Вы в своём уме? Что вы наделали?!

— Я? Но ты не возражала.

От такой наглости я взбесилась, закричав:

— А кто мне угрожал на этом месте? Ни звука! Только кивай! — перекривила его.

— Кто ты такая?

Спохватился!

— Ни слова не скажу, пока Верного не выпустите! — тяжело дыша, сжала кулаки.

— Чтобы он на меня набросился?

— Вы обещали! И у него ума больше, чем у некоторых!

— Он дрессированный? — спросил Арвинский, к сожалению, не восприняв последние слова на свой счёт.

— Он мой друг, — презрительно скривилась я.

— Если он на кого-нибудь нападёт — тут же окажется в клетке, предупредили меня, шагнув к решётке и доставая ключ. То, что тот оказался при нём, говорило о том, что он всё же собирался сдержать своё обещание.

— Если только его не вынудят защищаться, — оговорила условие и присела, ловя в объятия друга.

— Надеюсь, теперь ты готова для разговора? — поинтересовался Арвинский. — Идём, пристроим твоего питомца и поговорим.

— Он не питомец, а друг! — встала на защиту Верного. Ещё не хватало его со всякими собаками сравнивать. — И вполне способен подождать меня в моих покоях.

— Ты хотела сказать — в моих? — поправил меня Арвинский.

— Об этом мы тоже поговорим! — процедила я, уничтожая его взглядом. У меня до сих пор в голове не укладывалось, что он набрался наглости поселить меня у себя.

На этом пришлось разговор прекратить, так как несколько любопытных парочек выбрали именно этот момент, чтобы посетить зверинец. Что-то мне подсказывало, что если мы тут задержимся, сюда ещё много кого набежит.

— Вашу руку.

Я вложила свою в его и поднялась, потрепав свободной рукой ещё раз Верного. Близость моего волка успокоила. Мы вместе, а с остальным справимся.

— Как твоё имя?

— Аполинария, можно Лина, — нехотя ответила ему. Так меня родители зовут, а братья совсем сократили до Ари.

— Не хочешь узнать моё?

— Нет. К сожалению, я его знаю, — мрачно произнесла я, заслужив внимательный взгляд. Но больше Арвинский ничего спрашивать не стал, и под любопытными взглядами в нашу сторону, мы чинно пошли обратно во дворец.

Глава 5

Нормально поговорить нам так и не удалось. Похоже, Его Величество до сих пор разговаривал с братцем, прервав приём, потому что придворные всё ещё гуляли. Хотя, Мейн хорошо знает меня, и готова поспорить, под шумок утащил короля обговорить торговые соглашения и если повезёт, хоть что-то подписать, пока я что-нибудь не выкинула.

Я же вела себя тихо. Первый гнев прошёл, но ещё не было времени подумать и решить, что мне теперь делать. Скоропалительное замужество совсем выбило из колеи и нарушило все планы. Я очень надеялась, что у Арвинского есть запасной план на такой случай. Может, существует какая-нибудь лазейка, которая позволит разорвать этот не нужный никому из нас брак.

Но пока он стал достоянием общественности. Наши брачные браслеты углядели, и что тут началось! Новость распространилась со скоростью пожара. Каждый посчитал своим долгом поздравить нас, их даже присутствие Верного рядом не отпугивало. Интересовались откуда счастливица, хотя меня счастливой мог назвать лишь слепой.

Арвинский отбивался как мог, отсылая всех подождать до официального объявления и злился. Когда мы добрались до покоев, он выглядел как после сражения. В котором его изрядно потрепало. Отправив служанок принести поесть волку, его самого он иронично попросил подождать за дверями спальни, и был удивлён, когда Верный с достоинством исчез за приоткрытой дверью. Мы же остались в гостиной. Арвинский сел в кресло, вальяжно развалившись, и окинул меня взглядом с головы до ног.

— А теперь подробно о том, кто ты такая и как очутилась в лесу! — властно потребовал он.

Забавно, что для допроса он избрал то самое кресло, за которым хранился мой портрет.

Я больше не собиралась скрывать своё полное имя, но вот после такого хамского поведения, когда он сидит а мне приходится стоять как преступнице перед судьёй и ещё оправдываться, взбесилась.

— Об этом стоило узнать ДО того, как жениться на первой встречной, вам не кажется? — фыркнув, елейным тоном поинтересовалась у него, а потом прошла и демонстративно села в кресло напротив.

Брови Арвинского поползли вверх. Не ожидал отповеди?

— Да мне, в принципе, безразлично из какой дыры ты вылезла. Я о тебе заботился. Возможно, ты бы хотела пригласить на праздник в нашу честь своих родных. Нет? — коварно поинтересовался он.

О да, любая иная девушка на моём месте уже бы спешила строчить письма, осчастливливая своих близких известием о том, что её взял в жёны сам принц, да вот только не я. К тому же мой братец итак здесь, а папенька с маменькой на свадьбу приехать никак не успели бы.

Да какая свадьба?! Я ещё браслет на руке воспринимала как временное явление.

— Шутки в сторону! Скажите, у вас есть план, как нам по-быстрому развестись?

Судя по вытянувшемуся лицу Арвинского, он от меня других слов ждал.

— Развестись?! — потрясённо повторил принц.

— Да. В мои ближайшие планы замужество не входило, как и в ваши, я думаю. Вы знаете, как аннулировать этот брак?

— Сказать? — Арвинский с силой сжал подлокотники кресла, и медленно поднялся. Преодолев расстояние между нами, он проверил на крепость подлокотники уже моего кресла, и навис надо мной.

Я подалась вперёд, ожидая раскрытия тайной информации, которую громко лучше не говорить, иначе к чему все эти театральные жесты?

— Никак! — с особым удовольствием выдохнул мне в губы.

Насладившись моим ошарашенным лицом, он распрямился, взирая на меня сверху вниз.

— Вы издеваетесь? — заподозрила неладное, но он молчал и я нахмурилась. — Тогда давайте честно, зачем вы женились на первой встречной? Ведь могли выбрать… — не находя слов и вспомнив про шастающих к нему в комнату неодетых барышень, неопределённо махнула рукой. — Уверена, у вас был богатый выбор желающих.

Я думала, что он не ответит, но Арвинский решил прояснить ситуацию.

— Ты слышала о моём намечающемся браке с принцессой Фарогосса?

— Допустим.

— Я считаю, что даже неизвестная девчонка из леса будет мне лучшей женой, чем дочь лунной ведьмы. Этой дикарке место в лесных дебрях, а не на троне.

Сглотнула ком в горле, отстранённо отметив забавный факт — меня-то он тоже в лесной чаще встретил, но его это не смутило.

— Сигмунд третий уже совершил ошибку, женившись на ведьме, и повторять я её не хочу.

Могла бы возразить, что мой папенька счастливо женат на лунной ведьме, но зачем? У Арвинских видимо в крови слышать только себя. Ведь не убей Сигмунд медведя любимой, и у них могло бы сложиться всё по- другому, но он отмахивался от того, кем являлась его жена, не принимая всерьёз, не стараясь понять, а потом пожинал плоды своих поступков.

— Наша встреча с тобой была случайна, но это натолкнуло меня на мысль, как избежать неугодного брака.

— А почему моим мнением на этот счёт даже не поинтересовались?

— Разве жить во дворце не лучше, чем слоняться по лесу? — свысока поинтересовался Арвинский. — Что ты там вообще делала?

— Были дела, — кратко ответила я, сжимая многострадальные подлокотники кресла и стараясь ничем не выдать своего состояния. Сравнение меня с дикаркой неожиданно уязвило. Умею я себя вести, умею! А ещё испытала огромное разочарование от понимания, что нет у него никакого запасного плана.

— Вы же даже не знали, что я разговариваю, — прошептала раздавлено. — А если бы я действительно была поцелована богами?

— К ним особое отношение. Народ бы принял такую, и умилялся силе моей любви, — цинично пожал плечами Арвинский и полюбопытствовал: — Кстати, а ты зачем ею притворялась?

— Не понравились шуточки ваших друзей. Решила, что это меня защитит, — отстранённо ответила ему, параллельно думая о том, как сильно он просчитался. Планировал иметь рядом дурочку, которая бы не лезла в его дела, и не замечала шашни с другими, а на людях бы демонстрировал к ней великую любовь. Действительно, зачем ему дикарка-принцесса, у которой есть, кому жаловаться? Сейчас ему гораздо проще заткнуть рот дикарке из леса, заставив плясать под свою дудку.

Не верилось мне, что ему именно лунные ведьмы не угодили, иначе искал бы он себе в пару изысканную красавицу. А раз выбрал меня, значит, просто не нужна ему жена, не желает менять свой разгульный образ жизни.

Хорошо, что в этот момент вернулись служанки с едой для волка и прервали наш разговор. Я распорядилась, куда им поставить подносы с мясом, и когда Верный принялся есть, обратилась к Арвинскому:

— Можно вас попросить…

— Велиан, можешь обращаться ко мне по имени.

— Велиан, — не стала упрямиться, — мой волк привык свободно перемещаться по дому, он не трогает людей и не нападает. Можно и здесь так? Предупредите всех во дворце, что он не опасен и чтобы его не трогали. Давайте, я ему ленточку на шею завяжу, — предложила с улыбкой.

— Что ж, некоторые дамы держат маленьких собачек в комнатах, а у моей жены будет волк, — неожиданно улыбнулся мне Арвинский, силой своего обаяния стирая неприятный осадок после разговора.

Куда только подевался циничный тип! И тут же решил испробовать сипу своих чар, шагнув ко мне и погладив по щеке.

— Ты скажешь, кто ты такая? — ласково спросил он, проникновенно заглядывая в глаза.

— Вечером, — потупилась я, чтобы он не увидел многообещающего блеска моих глаз.

— Хитрюга! — неожиданно легко рассмеялся Арвинский. — Вечером меня меньше всего будет занимать твоё происхождение.

Почему это? Не поняв причины веселья, я вскинула на него взгляд.

— Нас ждёт брачная ночь, — пояснили мне, и мои щёки вспыхнули. — Не бойся, я не откажусь от тебя, кем бы ты ни была.

«Поспорим?» — так и хотелось сказать ему, но я прикусила язык. Самомнение некоторых зашкаливало! Интересно, он хоть слово услышал, когда я говорила ему, что мне претит этот брак?

— Мне нужно освежиться, — ускользнула из объятий, в которые он поспешил меня заключить.

Нехотя меня отпустили, и я скрылась за дверью спальни. Только вместо того, чтобы идти в ванную, подошла к бюро, доставая бумагу и писчие принадлежности.

«У тебя есть время до вечера», — написала брату. Он поймёт.

Порывшись ещё в бюро, нашла красивую ленточку. Наверное, одна из прелестниц презентовала принцу, раз он её хранит. Ничего. Позаимствуем.

Подозвала к себе Верного, и завязала её на его шее, под пышным бантом спрятав послание. У нас дома я так часто передавала записки, если нужно было срочно кого-то найти. Просто сомневалась, что у нас с братцем будет возможность поговорить.

«Найдёшь Мейна», — сказала мысленно.

А дальше мы с Арвинским вернулись к обществу, и я вела себя идеально. Наравне с супругом общалась с людьми, ловко уходила от ответов о моём происхождении, напуская таинственности, была улыбчива и обаятельна. Выдержала торжественный обед, поддерживая разговор за столом, общение с местными дамами после него. Я хотела, чтобы все запомнили принцессу Фарогосса и никто не посмел сказать, что она дикарка или у неё отсутствуют манеры. Маменька мною бы гордилась.

Получила небольшую передышку, когда отправилась на примерку бального платья, которое для меня готовили и платья для завтрашней свадьбы. Не знаю, когда только Арвинский успел распорядиться об этом. Нет, я уже не страдала иллюзиями, понимая, что наш брак реален и никаких дополнительных церемоний больше не требуется, это скорее для народа.

Весь день я повила на себе задумчивые, и в то же время одобрительные с долей гордости взгляды супруга и довольные короля. А вот глаза его друга блондинчика, когда я непринуждённо вела себя за столом, да ещё во время разговора процитировала слова известного философа, нужно было видеть. Наверное, заговори при нём Верный, он и то удивился бы меньше. В пику им всем, мои манеры были безупречны!

Наши люди никак не выдали знакомства со мной, наверное, получили распоряжение братца. Я избегала встревоженного взгляда Мейна во время обеда. Мою записку он получил, я проверила. Видела, что он хочет поговорить со мной, но сомневалась, что это изменит мои планы. Арвинский просчитался с выбором жены!

Не знаю по каким причинам, но Его Величество ничего не стал менять, и бал открыли в честь приезда гостей. Мой супруг, после дня общения, уже даже не спрашивал, умею ли я танцевать, приглашая меня на танец. Когда я уверенно закружилась с ним по паркету, лишь крепче к себе прижал, шепча:

— Кто же ты?

Мне не на шутку удалось раздразнить его любопытство.

— Мы раньше точно не встречались, при дворе тебя никто не знает, — рассуждал он вслух, а потом вдруг улыбнулся. — Точно! Ты из семьи тех, кто вызвал недовольство короля и кого отлучили от двора. Это объясняет, почему ты легко и непринуждённо чувствуешь себя в высшем обществе, но ещё не была представлена ко двору, когда родные попали в немилость.

Гордый своей прозорливостью, Арвинский победно мне улыбнулся:

— Теперь понятно, почему ты не спешишь назвать свою фамилию. Я прав?

— Не совсем, — таинственно улыбнулась ему, думая о том, что пусть он и не угадал, но всё же моя фамилия ему точно не понравится.

— Уже вечер, пора раскрыть своё инкогнито. Это ничего не изменит между нами.

Я бы поспорила насчёт этого, но в ответ лишь сказала:

— Давайте отложим этот разговор до тех пор, когда останемся наедине.

— Хорошо, но моё терпение на исходе. Я поговорил с отцом, и имя моей супруги будет объявлено на завтрашней церемонии. Он согласился подождать.

«Ещё бы!» — хмыкнула про себя, отводя взгляд.

Арвинский не отходил от меня или танцуя, или отказывая от моего имени желающим со мной потанцевать. Повезло лишь Мейну и то потому, что в нашу сторону направлялась знакомая мне брюнетка. На этот раз одежды на ней было больше, но глубокий вырез, демонстрирующий выдающиеся достоинства и откровенный крой платья, подчёркивающий каждый изгиб при движении, оставляли мало простора для воображения.

— Мне кажется или вы поладили? — спросил братец, стоило нам закружить с ним в танце.

— Тебе кажется, — ответила ему, наблюдая за тем, как Арвинский общается с брюнеткой, а потом они идут в сторону балкон, с которого имелся выход в парк.

— Ари, что ты задумала? Как ты вообще здесь оказалась?

— Искала бывший источник лунных ведьм, и в лесу встретила Арвинского.

— Ты не думала, что это судьба?

— Возможно, ведь именно он привёл меня к источнику, — отстранённо произнесла я, наблюдая, как исчезает парочка. Позвала мысленно Верного, который гулял на улице, и попросила его проследить. — Мейн, пойдём прогуляемся на воздух.

— Я не позволю тебе исчезнуть! Ари, послушай, — удержал он меня, — ты так хотела избежать свадьбы, но своими действиями лишь ускорила её. Это ли не судьба? Дай ему шанс, узнайте друг друга получше. Подумай, что начнётся, если ты сбежишь, — увещевал он меня.

— Я прошла инициацию, — призналась ему, и Мейн помрачнел. Теперь я считалась вошедшей в силу ведьмой, и отец утратил право указывать мне. Ведьмами управляла бабушка, а она считала, что в любви неволить нельзя и на её покровительство я всегда могла рассчитывать.

Наша остановка привлекла внимание и, выругавшись сквозь зубы, братец повёл меня на балкон.

— Если ты сейчас исчезнешь, в этом обвинят меня.

— Не переживай, я не уйду, не поговорив с Арвинским.

— Ари, это не игры. Только представь, какой разразится скандал.

— Скандал будет, когда он поймёт, кого взял в жёны, — парировала я.

— Ещё могу понять, почему он на тебе женился, но вот как ему удалось уговорить тебя согласиться?!

— Даже не спрашивай. А теперь помолчи! — мы вышли на балкон, но в парк спускаться не стали. Отойдя в тень, стала спиной к залу, закрыв глаза.

— Что ты делаешь?

— Хочу послушать один разговор.

— Ари..

— Тсс! — шикнула на него.

«Она старается лизнуть твою пару, но он не даётся», — пришло первое сообщение от Верного.

Даже не сомневалась, что эта целеустремлённая дамочка даром время тратить не будет. То-то её Арвинский сразу из зала уволок. То, что мой волк назвал принца моей парой, царапнуло, но он слышал днём наш разговор, и я сама объяснила ему значение свадьбы.

«Хочешь, я зарычу и отгоню её от него?» — предложил мой четвероногий друг.

"Не надо, лучше дословно передай, о чём они говорят», — попросила я.

«Я люблю вас! Это самый чёрный день в моей жизни. Я могла бы смириться с принцессой, но почему вы выбрали никому неизвестную девчонку? Вы меня больше не любите?»

«Принцесса? Это отец мечтает о возвращении лунных ведьм в Сарогосс, а мне не нужна в жёны ведьма. Они вздорны, свободолюбивы, предпочитают жить в лесу. Я уже молчу об их дикарских ритуалах, или что они там проводят у себя».

«Но что вы знаете о той, кого назвали своей? У неё такие необычные светлые волосы. Мне кажется, это её я видела у вас в комнате, и она растворилась в лунном свете. Велиан, она ведьма!»

«Катрина, у тебя бурное воображение. И я тебя к себе не приглашал. Мне больше не нужны такие сюрпризы! Я теперь женат».

«Вы меня разлюбили? Я больше не привлекаю вас?»

«Ты как и прежде прекрасна. Но я только женился и мне не нужны сплетни о нашем романе, когда отец одобрил мой брак».

«А мы тихо, чтобы никто не узнал…»

«Она опять пытается его полизать!» — сообщил мой волк и угрожающе зарычал.

Даже я услышала громкий испуганный визг из парка и приказала Верному уходить.

— Идём отсюда, — потянула Мейна в зал, мысленно переваривая услышанное. Чего и стоило ожидать — Арвинский бабник, и женитьба не повод порвать с любовницей.

— Ари, подслушивать недостойно. Опять ваши проделки с волком?

— Зато сколько нового узнаешь. Пригласи меня на танец.

Он послушался и мы закружились по залу, как будто никуда и не уходили.

— Ты за ним следила? — спросил братец, указав на появившегося Арвинского. Одного.

— Надеюсь, ты подписал всё, что хотел?

— Ари, не глупи, — сжал мою руку Мейн. — Он тебе не безразличен.

— Не буду. Больше не буду.

Пусть я и решила уйти, но не могла отрицать, что мне льстило восхищение в глазах Арвинского. Как он ревниво отгонял от меня желающих со мной потанцевать и по собственнически обнимал. Теперь же я увидела и оборотную сторону: своим вниманием он не обделял ни жену, ни любовницу.

Все увещевания брата я пропустила мимо ушей, и когда тот подвёл меня к Арвинскому, ненадолго задержалась рядом с ним, вскоре сообщив о желании подняться в покои. Тот хотел меня провести, но, опустив глаза, я сказала о том, что мне нужно подготовиться.

— Я скоро поднимусь к тебе, — произнёс с предвкушением мой супруг, целуя пальцы и отпустил.

Готова была поспорить, что наши планы на вечер разнились! Но я тоже предвкушала предстоящую встречу. Не зная, сколько у меня времени, отказалась от ванны. Сняла все выделенные мне для бала украшения, позволила служанкам переодеть себя в ещё одну откровенную сорочку, разобрать причёску и распустить волосы, и выставила их. Уходу чрезмерно заботливой прислуги поспособствовало появление Верного. Волка побаивались.

Оставшись одна, вышла из спальни в гостиную и зажгла там потушенный в лампах свет. Потом передвинула кресло на середину комнаты и поставила на него портрет, не убирая полностью упаковку. Закончив с этим, отошла к окну, шторы которого были распахнуты. Стоять в одной тонкой сорочке было не комфортно, и я уже подумывала о том, чтобы сходить за халатом, но Верный предупредил меня о приближении Арвинского.

— Ари? Почему ты не в постели? Зачем ты достала этот портрет? — удивился он.

— Как ты меня назвал? — вздрогнула я.

— Ари. Между супругами допустимо сокращать имена. Ты не против?

— Против. Так меня зовут братья.

— У тебя есть братья?

Не обращая внимания на выдвинутое кресло с портретом, он стал огибать его, направляясь ко мне.

Выставила перед собой руку:

— Стой! Взгляни на портрет.

— Зачем? Меня сейчас больше интересует моя жена, а не бывшая невеста.

— Арвинский, взгляни на портрет! — нервно потребовала я, так как всё шло не по плану. Верный, сидящий у моих ног и почувствовавший, что я нервничаю, вздыбил шерсть и зарычал.

— Зачем он здесь? Волку не место в супружеской спальне.

Мы были в гостиной, но я не стала указывать на неточность, пообещав:

— Взгляни на портрет, и он уйдёт.

— Ладно.

С недовольным видом принц вернулся к креслу и содрал упаковку с картины.

— Ты желал знать моё имя? — спросила его, пока он рассматривал портрет. — Еванжелина Аполинария Дамартен, принцесса Фарогосса.

— Как ты оказалась в лесу? Откуда узнала, где я буду, — с гневом отшвырнул он от себя портрет.

— Можешь не сдерживаться и потоптаться на нём, — усмехнулась, глядя на разъярённого Арвинского. — Поверь, твоему ещё и не так досталось, остались лишь обрывки. Известие о браке с тобой меня тоже не обрадовало.

— Но ты вышла за меня!

— А чья в этом вина? Никто не заставлял тебя вспоминать о праве добычи. Ты сам выкопал себе яму!

— Но это ты нашла меня в лесу и всё подстроила!

— Ты правда так думаешь? Я не просила везти меня во дворец и селить в своих покоях. Арвинский, мир не вертится вокруг тебя! В лесу я искала бывший источник лунных ведьм, но он оказался в лабиринте. Сигмунд третий перенёс его из леса во дворец, поэтому все лунные оскорбились и ушли с ваших земель.

— И зачем тебе понадобился этот источник?

— Пройти инициацию. Он сильнее нашего, и вхождение в силу происходит раньше.

— Вчера ночью…

— Да. Ты так хотел избежать брака, но сам всё испортил, — покачала я головой. — Над лунными король не властен, и войдя в силу, я ушла из-под опеки отца. Он уже не может приказывать мне, и свадьба расстроилась бы, но вмешался ты, и заставил выйти за себя!

— Забавно, избегая брака с ведьмой, я женился на ведьме.

— Я тоже оценила иронию.

— Похоже, от судьбы не уйти.

— Ничего, я знаю, как всё исправить.

— Исправить? Ты моя жена и этого не изменить.

— Да. Теперь ты женат, и к браку отец тебя больше не принудит. Можешь жить как раньше и продолжать свои отношения с Катриной. Извини, но назвать её леди язык не поворачивается.

— Откуда ты знаешь… — удивился Арвинский, но я его перебила.

— Надумаешь вновь жениться, напиши в поселение лунных ведьм и тебе пришлют официальное сообщение о моей смерти.

— Что ты задумала? — рванулся ко мне супруг, заподозрив неладное, но было поздно. Запустив руку в шерсть волка, я произнесла заклинание, и растворилась вместе с Верным в лунном свете.

Глава 6

Ища отца, Велиан никак не ожидал застать его в кабинете вместе с Мейном Дамартеном, распивающим вино с самым довольным видом.

— Веселитесь за мой счёт? — зло поинтересовался у интриганов.

— Мне кажется, он узнал имя своей жены, — хохотнул король.

— Да, сестра обещала раскрыть инкогнито.

— Так вы специально всё подстроили?

— Каким образом? — отбросил веселье Дамартен, прищурившись. — Я сам был удивлён, увидев рядом с вами сестру, но когда вы заявили о своём древнем праве на неё, моё удивление стало безмерным. Я предположил, что она решила заранее познакомиться с вами, и вы понравились друг другу, раз назвали своей, да и она дала согласие на брак. И разве мы скрывали личность принцессы? Помнится, мы отправляли вам портрет. Не похожа?

— Похожа, — сквозь зубы признал Арвинский.

— Не наша вина, что вы не удосужились его посмотреть. Не понимаю, чем вы недовольны? Ещё вчера вам настолько пришлась по сердцу девушка, что вы привезли её с собой с охоты, сегодня перед всем двором объявили своей добычей, назвали женой, рискуя сорвать выгодные договоры между странами, а сейчас предъявляете нам претензии. Что не так?

— Всё так, — процедил Велиан, понимая, что сам свалял дурака и винить некого. — Просто верните мне жену.

— Вернуть? Её похитили? — встревожился Дамартен, подавшись вперёд.

— Нет, она сама ушла, — нехотя признал Арвинский. — Исчезла в лунном свете со своим волком.

При этом известии новоприобретённый шурин расслабился, откинувшись на спинку кресла, и пронзил его холодным взглядом.

— Странно, и почему она это сделала? Может, не стоило бросать молодую жену и уединяться с любовницей на глазах у всего двора? — задумчиво предположил Мейн.

— Что?! — уличённый Велиан никак не ожидал нападок.

— Скажите спасибо, что я вовремя увёл сестру и не дал вашей пассии устроить скандал на потеху всем, что она собиралась сделать, — холодно хлестнул словами Дамартен, растеряв всё своё добродушие. — Я надеялся, что вы приструните любовницу, К сожалению, сестра, пользуясь своими возможностями, услышала ваш приватный разговор и сделала свои выводы. Может, не захотела быть третьей лишней в вашей интрижке? Или наслушалась, как вы не желали брать в жёны лунную ведьму, об этом не судачит только ленивый, и поняла, что вам не нужна.

Дамартен отставил бокал и поднялся, взглянув в глаза Арвинскому.

— Если бы не подписанные договоры и ваша поспешная свадьба, я бы сам разорвал брачный договор и отменил все соглашения. Ари драгоценность, и я бы никогда не оставил её в руках того, кто не способен её оценить.

Сказав это, он перевёл взгляд на короля и поклонился.

— Позвольте откланяться. Нам больше нечего здесь делать и мы завтра уезжаем.

— Не раньше, чем вернёте мою жену! — заступил ему дорогу Арвинский, понимая, что с отъездом шурина порвётся последняя ниточка, что связывала его со сбежавшей строптивицей.

— Сестра сказала, что прошла инициацию, стаз полноценной лунной ведьмой. Домой она уже не вернётся, а над лунными ведьмами не властен даже король. Но вы знаете, где её искать. Правда, не понимаю, зачем вам это.

— Она моя жена!

— Сомневаюсь, что она вернётся ради этого сомнительного статуса.

Обогнув его, Дамартен вышел, оставив его наедине с королём.

Раздавленный Велиан, который совсем не ожидал, что его отчитают как мальчишку, подошёл к столу, плеснув себе вина, и рухнул в кресло.

— И что теперь делать? — растерянно спросил отца.

— А разве нужно что-то делать? — невозмутимо усмехнулся тот. — Соглашения мы подписали. Я как чувствовал, что стоит поспешить. Ты избавился от неугодной жены. Живи, наслаждайся свободой, как раньше. Если повезёт, твоя ведьма понесёт и родит сына, и будет у тебя наследник без всяких обязательств.

— Я её не трогал!

— Ну и зря, — флегматично заметил король. — Тогда со временем расторгнем ваш брак. Но если она понесёт от другого, будет сложно что-либо доказать, так как ты при всех заявил, что провёл с ней ночь.

— О чём ты говоришь?! От кого понесёт? — вышел из себя Велиан. — Она моя жена и я собираюсь её вернуть!

— Зачем?! — искренне удивился король, не понимая сына. — Разве ты не сделал всё, чтобы избавиться от неё? Дамартен прав, ты слишком неосмотрительно высказывал недовольство предстоящим браком всем вокруг. Ночью в твои покои является фаворитка и устраивает истерику, вроде ей что-то привиделось. Напомни, где в это время была твоя жена?

Велиан молчал, так как впервые подумал о том, что Катрине не привиделось, и она могла увидеть как исчезает Ари. Сам бы не поверил, что такое возможно, не увидь сегодня собственными глазами. Тогда, получается, что девушки встретились. А если вспомнить, в каком виде выскочила из его покоев любовница, нужно быть полной дурой, чтобы не сделать нужных выводов. И сегодня Ари видела, как он ушёл из зала с Катриной, и подслушала их беседу

О чём они с ней говорили? Велиан с трудом вспоминал разговор. Единственное, чего хотел, утихомирить любовницу и избавиться от неё. Кажется, предложил ей немного подождать. Если так, то Ари могла неправильно понять его слова. Или правильно? Ведь не привыкший себя в чём либо ограничивать, он не собирался расставаться с любовницей.

Велиан выругался, понимая, что всё складывается против него и вернуть жену будет не просто.

— Завтра объявим о твоём браке с принцессой Фарогосса, и что она уехала к лунным ведьмам пройти посвящение. Мало ли, на сколько пет оно затянется. Пока это выгодно нам, такой будет официальная версия, — между тем вслух рассуждал король.

— Дамартен завтра уезжает, и я еду с ним! — решительно заявил Велиан.

— С ума сошёл?! Зачем?

— Она моя жена! — с нажимом произнёс принц и мрачно закончил: — И задолжала мне брачную ночь.

— Хорошо, можешь ехать, — благодушно махнул рукой король. — Нам нужен наследник. Постарайся, чтобы она как можно скорее понесла.

— Мы вернёмся и уже здесь будем над этим работать.

— На твоём месте, я бы над этим работал там. Дорога в Фарогосс не близкая, устанешь ездить за ней каждый раз, как она решит от тебя упорхнуть, — философски посоветовал сыну Его Величество.

Велиан хотел ответить резко, но стиснул зубы и промолчал. Отставил бокал, к которому так и не притронулся, и молча вышел, не видя, каким хитрым взглядом провожает его отец.

Сидя на берегу озера, я бросала камушки, наблюдая за тем, как расходятся круги на воде. Так и в моей жизни, один маленький кивок головы, а последствия этого отразились на всём. И главное, что уже ничего не будет как прежде.

Обидно, я столько готовилась к инициации, мечтала об этом, а теперь не чувствовала ни радости, ни торжества, лишь опустошение. Ирония судьбы, отправилась на поиски источника, чтобы избежать свадьбы, и вернулась замужней.

А всё этот Арвинский, что б ему икалось! Из-за него я теперь даже домой вернуться не могу. Да, я планировала переехать к бабушке, но не вот так резко и неожиданно, не расставшись даже по-человечески с родными. Да и что теперь меня там ждёт? Сожаление в глазах матери и нотации от папеньки, что я опозорила его своим побегом, безответственна, и принцессы так себя не ведут?

Ведь это я в глазах общества виновата: вышла замуж и тут же сбежала от мужа. А то, что я ему и даром не нужна, это уже дело десятое и никого не волнует. Этот бабник на людях буде делать скорбное лицо и изображать страдальца, а сам по ночам принимать в своих покоях полуголых девиц.

Нет, я ни капли не жалела, что ушла и считала, что поступила правильно, но на сердце кошки скребли. У меня теперь есть муж, пусть он и далеко, но к этому стоило привыкнуть и осмыслить, как строить свою жизнь дальше. Брачный браслет сидел на моей руке как влитой, напоминая о сделанном.

А обиднее всего, что я никак не могла выбросить из головы одного самоуверенного гада — Его высочество Я Знаю Что делаю Ты Только Молчи. До сих пор в шоке была от того, каким образом он женился на мне.

— Лина, девочка моя, опять грустишь? Ты мне не нравишься, какая-то потерянная после возвращения.

Я так сильно задумалась, что не услышала, как ко мне подошла бабушка и присела рядом.

— Скучаешь по родным? Ещё не поздно всё изменить. Возвращайся во дворец, приди в себя, успокойся, а потом попробуй наладить отношения с мужем.

Перенёсшись к ней в одной рубашке, я не стала ничего скрывать и рассказала бабушке об инициации и замужестве, а так же расписала в красках Арвинского.

— Нет, не с кем там ничего налаживать. И во дворец не хочу, ты же знаешь, что мне у тебя лучше, — вздохнула я.

По родителям я всё же сильно скучала, хоть и не признавалась в этом. Чувствовала себя птенцом, рано вылетевшем из гнезда. Давно знала, что мне предстоит выбрать, кем быть: принцессой или лунной ведьмой. Жизнь принцессы, с договорным браком, оказалась не по мне. Но и без этого всегда больше нравилось у бабушки, чувствовала себя свободнее в лесу. Жизнь была проще без ненужных придворных расшаркиваний, и я чувствовала себя нужной, помогая людям.

Теперь же, выбрав путь лунной ведьмы, я не могла просто появиться во дворце. Ещё с самого начала переселения лунных, было подписано соглашение, где ведьмы обязывались жить на выделенных землях, не покидая их и не вмешиваясь в государственные дела, а король не вмешивается во внутреннюю жизнь поселения.

— Но и счастливой ты не выглядишь, — проницательно заметила бабушка.

— Мне просто нужно заняться делом. Хватит отдыхать, — встряхнулась я, прогоняя хандру.

— Может, всё же ещё раз встретишься с мужем, и поговорите уже спокойно?

— Ни за что! — убеждённо воскликнула я, вскакивая на ноги. Ещё не подозревая, что пройдёт несколько дней, и я сама буду искать с ним встречи.

— Как знаешь. Тогда поможешь Малуше? Там на телеге женщину везут в тяжёлом состоянии, а ты одна из лучших во врачевании ранений.

Стало приятно от похвалы бабушки. Всё же не зря я штудировала книги в библиотеке и экспериментировала с зельями, применяя бабушкин опыт в знании трав. Имея четырёх любимых братьев, которые считают себя бессмертными и совсем не берегут себя, ввязываясь во всякие передряги, поневоле станешь лучшей во врачевании всяких ранений. Не всегда они обращались к придворному целителю, не желая беспокоить отца, и шли ко мне. Многие раны на их телах зашиты моими руками и с гордостью могу сказать, что шрамов практически не осталось.

— Что с ней?

— Говорят, что с мужем ехали с ярмарки. Напали разбойники. Может, из города следили, они товар распродали. Его оглушили, а вот над ней поглумились да ещё лицо порезали. Она молодая, детки, нужно помочь.

— Хорошо, иду. Сумку только соберу, — кивнула я, напрочь забывая о своих проблемах. В такие моменты я чувствовала себя на своём месте. Это намного лучше, чем беззаботно кружиться на балах в танцах, или проводить время в пустых разговорах.

Несколько дней я была полностью занята выхаживанием больной. Раны её зашили, целебные мази убрали воспаление. Шрам на лице обещал стать почти незаметным. Душевные раны лечили отварами с наговорами, притупляющими тяжёлые воспоминания. Как только появилась возможность, молодую женщину омыли в водах источника, очищая. Ей не говорили, но наряду с лечением, дали выпить настой, чтобы она не понесла. Ни к чему ей напоминание о пережитом. Мне понравилось, что её муж каждый день справлялся о ней, переживая. Было видно, что любит её. Молодая пара, жаль, что такое с ними приключилось.

Занимаясь делом, я сама как будто выпила отвар забвения. Воспоминания притупились и потеряли остроту. Казалось, всё случилось не со мной и я просто в очередной раз гощу у бабушки. Если бы не брачный браслет. Он меня раздражал, и я мечтала избавиться от него при первой возможности. У самой не получалось его снять, но нет ничего невозможного. Всего-то и надо пригласить хорошего кузнеца с инструментами, и я навсегда забуду об Арвинском.

Жизнь налаживалась, но неприятности подкрались с той стороны, откуда не ждали. Возвращаясь вечером от пациентки, я была неприятно поражена, когда дорогу мне заступил демон Ирршаен. Совсем забыла, что приближается праздник, и к нам пожаловали гости.

— Приветствую вас, Ирршаен ин Аэрш.

— Принцесса, — расплылся в улыбке беловолосый демон, окидывая меня плотоядным взглядом. — Вы одинаково прекрасны что в бальном платье, что в наряде пастушки. И даже сено вас украшает, — достал он из моей причёски травинку.

Вот же зараза! Мне сразу стало стыдно за свой запылившийся подол платья, и непритязательный вид. Идея отдохнуть на скошенной траве на лугу уже не казалась такой хорошей.

— Вы в этом году решили расстаться со своей свободой, или сопровождаете Повелителя?

По древнему договору, каждые три года к нам прибывали демоны на смотрины. Они имели право выбрать пять незамужних инициированных ведьм. В мире, где магии почти не осталось, лунные ведьмы были в цене. Именно в браке с демонами рождались магически одарённые не только девочки, но и мальчики.

Спрашивается, почему они не заберут всех ведьм к себе? Так войти в силу и пройти инициацию мы можем только под луной этого мира. Вот и пестуют они нас как цветы, оказывая военную поддержку при нападении тому государству, где обитают ведьмы. Недаром, за столько лет, что лунные живут в Фарогоссе, не было ни одного серьёзного вооружённого конфликта.

— Принцес-са, — с удовольствием протянул Ирршаен, — я думал, что в нашу последнюю встречу был более чем откровенен, давая понять, что жду только вас.

«О да, откровеннее некуда», — мрачно подумала я. Мои губы до сих пор помнят жёсткий и властный поцелуй, напрочь отбивший желание целоваться с кем бы то ни было.

— Вы опоздали. Я замужем, — сладко сообщила наглому демону, впервые с удовольствием демонстрируя браслет.

И почему у Повелителя Шагррэрша, которого я безмерно уважаю, вырос такой избалованный и самовлюблённый племянник?! Насколько мне известно, брат Повелителя давно погиб, а своих детей у Шагррэрша не было, и Ирршаен считался наследником.

— Что?! — потемнел лицом демон, больно схватив меня за руку и рассматривая брачный браслет, как будто желая испепелить его. — Кто?

— Велиан Кристиан Арвинский. Вы что себе поз…

Закончить я не успела. Отросшим когтем Ирршаен полоснул меня по запястью и лизнул кровь.

Я вырвала свою руку из захвата, но он меня уже и не держал, прикрыв веки. И тут меня обжёг взгляд его тёмных глаз.

— Ты инициирована и… девственница. Принцесса, — я вздрогнула от его голодного взгляда, — ты станешь моей женой.

Глава 7

Из принципа не пошла на праздник, устроенный в честь гостей. Глаза б мои этих демонюк не видели! Моё присутствие обязательным не было. Официально я замужем и встречать кандидатов в женихи мне ни к чему. Но бабушку пришлось допоздна дожидаться, я едва не уснула, когда услышала шум на первом этаже дома. Накинув халат, вышла из своей комнаты, да так и замерла на лестнице, до конца не спустившись.

— Бабушка? — шокировано ахнула я, увидев целующуюся парочку. — Шагррэрш?!

Чуть в обморок не упала, увидев лицо её спутника. Моя бабушка и Повелитель?!

— Лина, ты почему не спишь? — смутилась моя бабушка, поправляя причёску.

— Поговорить с тобой хотела, — всё ещё пребывая в шоке, пролепетала я.

— Ваше высочество, рад встрече, — как ни в чём не бывало, Шагррэрш стремительно поднялся ко мне и поцеловал руку, как будто мы на приёме, а я не стою перед ним в одном халате.

— Ой! — смутилась я, поплотнее кутаясь в него.

— Извините за поздний визит и если разбудил. Не буду вам мешать, — поспешил тут же откланяться.

— До встречи, — шепнул он моей бабушке, проходя мимо.

— Что это значит?! — спросила её, как только мы остались одни. Конечно, Шагррэрш привлекательный, статный и уже не молодой… демон. Но в голове не укладывалось, что он и моя бабушка…

— Ты уже замужняя девочка, не мне тебе объяснять. И не делай такое удивлённое лицо. Мы с ним оба свободны и не обязаны никому ничего объяснять. О чём ты хотела поговорить?

— Как раз об этом, — кашлянув и прочистив горло, пояснила, — о моём замужестве.

— Пойдём на кухню, поговорим.

Я рассказала о встрече и поползновениях Ирршаена, и бабушка вмиг стала серьёзной, нервно постучав пальцами по деревянному стопу.

— Как же так?! Ты же жаловалась, что он при всех заявил, что вы провели вместе ночь.

— Как бы да, но между нами ничего не было.

— Я была уверена, что ты уже не девственница!

— Бабушка!

— Лина, ты должна была мне сказать! Я бы не допустила вашей встречи с наследником. Что же делать? Все усилия зря.

— Какие усилия?! — реакция бабушки была странной и я отказывалась что-либо понимать.

— Думаешь, отец так просто настаивал на твоей свадьбе? Мы думали, что интерес Ирршаена к тебе пройдёт, но он не успокоился и ждал твоего взросления. Посватайся он к тебе, и твой отец не мог бы ему отказать, будущему наследнику Повелителя демонов не отказывают. Тогда он решил действовать на опережение, и устроить твой брак ещё до твоей инициации. Он же в тебе души не чает, и не мог отдать единственную дочь демонам.

— А ничего, что я не хотела замуж за Арвинского?

— Да ладно тебе, — отмахнулась бабушка, — вышла бы за него, пожила немного с ним, и сбежала бы ко мне. Ведь все знают, как ты мечтала переселиться сюда после инициации.

Мой мир перевернулся. Я с ума сходила от того, что отец не хочет меня слышать, и вынуждает к браку, а эти интриганы уже всё распланировали за моей спиной!

Внутри я вскипела от возмущения:

— Почему вы мне ничего не сказали?!!!

— Не кричи. Твой отец хотел дать тебе шанс наладить семейную жизнь и взял с меня обещание, чтобы я молчала и не вмешивалась. Для него предпочтительнее видеть тебя на троне, чем моей преемницей. Но тут ты сама сунулась в Сарогосс, и умудрилась пройти инициацию, выскочить замуж и сбежать от мужа.

— И что теперь делать?

— Если не хочешь замуж за Ирршаена, отправляйся к мужу и проведи с ним ночь.

Я чуть не взорвалась от такого напутствия. Остановил серьёзный и какой-то уставший взгляд бабушки.

— И никак иначе, Лина. Давай спать. Успокойся, подумай и всё взвесь.

— Кто угодно, но только не Арвинский, — процедила я. Не было желания становиться в очередь, чтобы попасть в постель этого бабника.

— А кто иной? Оглянись вокруг. Гордость Дамартенов не позволит тебе потерять невинность с каким-то крестьянином. Но если надумаешь, мы найдём того, кто будет держать язык за зубами.

Она встала, заканчивая разговор, а я, шокированная её последними словами, молчала и смотрела на неё крутыми глазами.

— Лина, ты должна остаться здесь любыми путями. Ты нужна мне, ты нужна отцу. Мы не можем тебя потерять, понимаешь?

О да, я понимала. Ни одна лунная, вышедшая за демона, не вернулась. Мы могли перемещаться под луной нашего мира, но не между мирами. Если Ирршаен меня заберёт, я больше не смогу увидеть никого из родных. Своих женщин демоны тщательно оберегают и никогда не перемещались к нам с жёнами.

Вернувшись к себе в комнату, я крепко задумалась. Несмотря на всё, что узнала и своё незавидное положение, на душе стало легче. Папенька всё же любит меня и заботился как мог, стараясь защитить от демона. С Ирршаеном мы впервые познакомились, когда мне было тринадцать. Он тогда впервые прибыл с Шагррэршем и забрёл в зал для тренировок, где я тренировалась с Мейном. Я тогда была в мужской одежде, и он меня вообще за парня вначале принял. Но я и правда в те времена была худым и нескладным подростком.

На меня тогда беловолосый демон с синими тазами произвёл сильное впечатление. Если Шагррэрш умел расположить к себе, то от Ирршаена хотелось держаться подальше. Было в нём что-то хищное, опасное. А когда он решил развлечь себя поединком с Мейном, я очень сильно испугалась за брата. Особенно когда демоном овладел азарт и его глаза почернели. Стоило ему задеть плечо брата и пустить кровь, как я с пронзительным криком бросилась демону на спину, царапая его не хуже дикой кошки. Он меня тогда как котёнка за шкирку с себя стряхнул и до сих пор помню холод лезвия на своей шее.

В следующий раз мы встретились, когда мне исполнилось пятнадцать. Тогда я провела неудачный опыт в лаборатории, и прогремел взрыв. Он тогда был неподалёку и первый прибежал. Попытался меня вынести, но я своего непрошенного спасителя пинала, требуя отпустить и вернуть обратно. У меня в лаборатории оставалось много зелья и редких ингредиентов, которые нужно было спасти и закончилось всё тем, что мы вместе тушили вспыхнувший пожар.

Последующая встреча произошла уже на балу, когда мне было шестнадцать. Ирршаена тогда позабавило, что я не хотела с ним танцевать, но была вынуждена согласиться под взглядом маменьки, и он назло стал приглашать меня на все танцы, отгоняя всех других кавалеров и попирая правила приличия. После этого братья стали подшучивать надо мной, что я покорила демона, особенно, когда от Ирршаена стали поступать мелкие подарки в виде цветов, конфет, книг. При каждом визите Повелителя к нам, он сопровождал его, а поток подарков не иссякал и постепенно подшучивания братьев иссякли, сменившись тревожными переглядываниями.

Я и так старалась не попадаться Ирршаену на глаза, прикидываясь то больной, а то сбегая к бабушке. В поселении демоны появлялись лишь в дни отбора невест. Но вот на балу, в честь моего восемнадцатилетия, ускользнуть от него не удалось. Он поймал меня на балконе и тогда впервые поцеловал.

Странное дело, Арвинский тоже не спрашивал моего согласия и с поцелуями накинулся неожиданно, но от его поцелуя закружилась голова, а от поцелуя демона я тогда вся сжалась и дико испугалась.

Нервно закружив по комнате, я обдумывала слова бабушки. Если мне нужно потерять девственность, чтобы избавиться от внимания Ирршаена, я сделаю это. Попасть в руки к демону было страшно.

"Арвинский назвался моим мужем, вот пусть и делает то, что должен делать муж», — сказала себе. Подойдя к окну, выдохнула, решаясь и, пока не передумала, произнесла заклинание, перемещаясь в спальню супруга.

В знакомой комнате не горел свет. Я сделала несколько шагов в сторону кровати, прежде чем поняла, что она пуста. Замерла на месте, растеряв всю свою решимость. Надо же, я готовилась ко всему, но даже не подумала, что его может не быть на месте.

И где же бродит мой ненаглядный? Время за полночь. Выглянула в гостиную, но там тоже было темно и пусто. Заглянула в ванную комнату, но там царил идеальный порядок, и ничто не указывало, что хозяин недавно купался. И где он? Проводит ночь с этой Катриной или очередной красоткой?

В груди неприятно царапнуло от ревности, но тут я вспомнила, что в прошлый раз любовница к нему сама в спальню явилась. Так что парочка была бы здесь. Может, дела? И что мне делать? Не бегать же в поисках него по всему дворцу. Да я и сама в одном халате, как-то не рассчитывала выходить из спальни на люди. Расстроенная, потопталась немного на месте, и перенеслась обратно к себе. Можно было бы попытаться дождаться муженька в постели, но побоялась уснуть. Ночь не бесконечна, а задерживаться на дольше я не планировала.

Вот так не солоно хлебавши и уснула, надеясь попытаться застать супруга на следующую ночь. Время до праздника выбора ещё было.

Полдня я провела крутясь среди больных и со своей пациенткой. Она рвалась домой к детям, и я сняла швы, дала с собой мази с настойкой и сдала на руки мужу. Идя обратно, свернула к озеру на своё любимое место и была неприятно удивлена, заметив, что там кто-то купается. Не то, чтобы это было запрещено, но я привыкла бывать здесь в одиночестве, а теперь на моём облюбованном месте лежала горка одежды.

Мне стало любопытно, кто нарушитель спокойствия и подошла ближе. Под водой просматривалось обнажённое мужской тело. Только я хотела уйти, как мужчина вынырнул и прямо посмотрел на меня. Ирршаен!

— Еванжелина, куда же вы? Вода сегодня тёплая. Присоединяйтесь, — прокричал наглец.

— Воздержусь, — процедила в ответ, ругая себя за излишнее любопытство, и что не ушла сразу. Но я собиралась исправить данное упущение и отвернулась.

— Задержитесь. Я всё равно искал вас, чтобы поговорить.

Обернулась и увидела, как демон уже подплывает к берегу и становится на ноги. Вода струями стекала с волос по его шее, мускулистым плечам и груди. Его кожа была белоснежно белой и без следа растительности. Он шёл ко мне, и вода уже доходила до талии, а сквозь неё… было прекрасно видно, что на нём нет белья!

Бесстыдник! Вспыхнув, я поспешно отвернулась и отошла от его одежды, чем вызвала его самодовольный смешок. По звукам было слышно, как демон выбрался на берег и его шаги.

— Может, обернёшься и посмотришь на то, что скоро станет твоим? — искушающе произнёс он совсем рядом со мной.

— Воздержусь, — повторилась я. — Поговорим, когда вы буде более одеты.

— Бежишь?

Брошенные в спину слова заставили меня остановиться.

— Просто помню о приличиях, — не оборачиваясь и слыша шелест одежды, ответила демону И ему не плохо бы было о них вспомнить. Его переходы в общении с «вы» на «ты» меня неприятно царапали, а о его появлении без одежды я вообще молчу

— И с каких пор они тебя заботят?

— Я понимаю, что обстоятельства наших прошлых встреч не всегда были… — от возмущения, не находила слов, — но это не повод…

— Не кипятись, — прозвучало примиряющее и совсем рядом.

Вздрогнув, я резко обернулась и увидела обнажённую грудь. Взгляд испуганно метнулся ниже, но демон, к моему облегчению, надел брюки. Посмотрев выше, натолкнулась на смеющийся взгляд синих глаз.

— Рад, что ты не убежала, а то я уже готов был подумать, что ты решила меня избегать. Где ты пропадала?

— У меня были дела. Не помню, чтобы была должна отчитываться перед вами или развлекать.

— Разве ты не хочешь познакомиться со мной поближе до отбора.

— Это ни к чему Я не буду участвовать в отборе. Повторяю, я — замужем.

На этот раз мне удалось вывести его из себя. Синие глаза потемнели до черноты. В душу стал заползать страх при виде того, как вся расслабленность и весёлость слетели с него, как шелуха, и на лице появляется хищное выражение.

Невольно отступила. Он шагнул за мной, и я попятилась, пока не упёрлась спиной в дерево.

— Мы же оба знаем, что твой брак фикция, — рокочуще произнёс Ирршаен, упираясь руками в дерево и беря меня в ловушку.

— Между нами подписан брачный договор, и брак заключён официально. Мои же отношения с мужем вас не касаются!

Я вздёрнула подбородок, стараясь выглядеть уверенно, и не показать своего страха. Только сейчас поняла, что мы с ним одни в лесу и неизвестно, есть ли кто поблизости, всё же озеро расположено в стороне от нашего поселения.

Подтверждая мои худшие страхи, Ирршаен крепко схватил меня за подбородок и приблизил своё лицо:

— Лучше запомни, что ты моя, принцесса.

В подтверждение слов, заклеймил властным поцелуем, как будто желал съесть меня. Была в нём некая одержимость, которая до колик пугала меня. Я протестующе пискнула, а когда он настойчиво стал раздвигать мне губы, давя на подбородок и заставляя открыть рот, укусила его, отталкивая от себя.

Конечно, проще было бы сдвинуть гранитную глыбу, но угрожающий звериный рык заставил его отстраниться. Верный, спаситель мой! Волк стоял рядом, вздыбив шерсть и скаля клыки.

— Это вам лучше вспомнить, что замужние в отборе не участвуют! — с появившейся уверенностью ответила ему, вытирая рукавом губы.

Взгляд демона стал совсем не хорошим. Он отступил на шаг от меня и смерил взглядом:

— Тогда я сейчас же отправляюсь к твоему отцу и разорву этот брак. Как думаешь, насколько ему важно продлить договор между нами, когда я приду к власти? А ты, — перевёл взгляд на волка, — лучше думай на кого скалить зубы, я могу и не взять тебя с собой, когда мы с ней поженимся.

— Я бы не была в этом настолько уверена.

— Посмотрим, — многообещающе бросил Ирршаен, отворачиваясь и с решительным видом направляясь к своей одежде.

Ой, мамочки! Кажется, я сделала всё только хуже. Вот кто меня за язык тянул сейчас говорить о том, что я не буду участвовать в отборе? Перенеслась бы куда-нибудь, да хоть к Арвинскому в этот день, и ищи меня свищи. Был бы сюрприз самоуверенному Ирршаену, а теперь он предупреждён. Погладив Верного и поблагодарив за помощь, рысью понеслась к селению, спиной чувствуя прожигающий взгляд. Отойдя подальше, не выдержала и оглянулась, но у озера уже было пусто. Надо же, как демон завёлся, раз предпочёл открыть портал, а не идти пешком.

Лишь добравшись до дома, я почувствовала себя спокойнее. Долго умывалась и тёрла губы, смывая прикосновения Ирршаена. Вот же взяли привычку целовать меня без спросу! И пусть что Арвинский, что Ирршаен проявляли собственнические замашки, но от внимания демона у меня были мурашки по коже, не в хорошем смысле. Он желал меня присвоить себе как понравившуюся вещь, а все его подарки просто элементами наступательной компании по завоеванию.

Внизу я услышала шум, и поспешила выйти из комнаты, думая, что это бабушка. Но спустившись, увидела Шагррэрша. Одного.

— Еванжелина? Мы можем поговорить?

— Да. Конечно, проходите, — пригласила его, а сердце сжалось от нехорошего предчувствия.

Мы сели в кресла, и если для нас с бабушкой они были массивные, я так вообще любила посидеть у камина, вольготно забравшись в него с ногами, то Повелитель занял собой его всё, и оно под ним жалобно скрипнуло. Через подлокотник была перекинута бабушкина шаль. Прежде чем начать разговор, Шагррэрш с лёгкой улыбкой погладил материю рукой, и лишь потом поднял на меня взгляд.

— Ирршаен говорил со мной и сообщил о своём желании взять вас в жёны, — не стал тянуть демон.

— Меня он тоже поставил об этом в известность, проигнорировав тот факт, что я уже замужем.

— Разве его намерение стало для вас сюрпризом? Он уже не первый год проявляет к вам интерес.

— Я благодарна ему за подарки, — от которых бы с радостью отказалась, но которые была вынуждена принимать, чтобы не оскорбить дорогого гостя, — но его интерес ничем не поддерживала и никаких обещаний ему не давала.

— Он не заводил разговор о своих чувствах, принимая во внимание ваш юный возраст.

О, да! Только ему это не помешало наброситься на меня с поцелуями на балу, как только мне исполнилось восемнадцать!

— Ваше поспешное замужество стало для него неприятным сюрпризом. Могу я поинтересоваться причиной такой спешки? В наш последний визит об этом не было сказано и слова, а вот прошло совсем немного времени, и вы уже замужем.

— Отец давно планировал укрепить отношения между нашими королевствами, — обтекаемо ответила я.

— Но ведь до этого вы с принцем не встречались?

Я поняла, к чему он клонит, и поспешила исправить впечатление, которое было не очень.

— Нет. Поэтому захотела с ним сама познакомиться. Мы… произвели сильное впечатление друг на друга, и Велиан решил не тянуть с церемонией. К тому же, как раз приехал мой брат с брачным договором и присутствовал при заключении брака.

— Я думаю, что вы не совсем со мной откровенны. При всей вспыхнувшей по вашим словам симпатии, ваш брак до сих пор не подтверждён, вы сейчас здесь, а не рядом с мужем и одна.

— Я поспешила известить бабушку, у которой собиралась до этого погостить. Поэтому, с ведома супруга, перенеслась сюда.

Объяснение звучало жалко, но я ни словом не соврала! И, пусть и с трудом, но выдержала пронзительный взгляд Повелителя. Он молчал, а приободренная этим я, продолжила:

— Что же касается всего остального, вы правильно заметили, что мы мало знакомы с супругом, и нет ничего предосудительного в том, что он дал мне больше времени, прежде чем исполнить свои права. В конце концов, этап ухаживаний мы пропустили.

— Вы не выглядите счастливой.

— Меня расстроило желание Ирршаена ин Аэрша оспорить мой брак, — возразила я, но моё замечание Повелитель пропустил мимо ушей, продолжив размышлять вслух.

— Сюда прибыли одна. И не спешите обратно. Не всё между вами с супругом настолько хорошо, как вы пытаетесь меня убедить.

Боги, он был прав, и я не знала как, не соврав, его переубедить!

— Однажды я не стал настаивать и не забрал с собой женщину, которая запала мне в душу, но которая не хотела покидать этот мир. Её держали долг и ответственность. До сих пор об этом жалею! Я вижу, что ваши чувства с супругом незрелы, а брак не подтверждён. Поэтому предупреждаю сразу — я поддержу притязания Ирршаена. Его интерес к вам длится уже несколько лет и более чем серьёзен, — произнёс Шагррэрш, поднимаясь и ставя точку в разговоре.

Я тоже вскочила на ноги, испугавшись.

— Мои чувства вы в расчёт не принимаете?

— Убедите меня, что любите его.

— Я…

Сказать «люблю» язык не поворачивался, и я беспомощно замерла, глядя демону в глаза, а он изогнул бровь.

— Он нравится мне.

— Этого мало.

Я расширенными глазами посмотрела на Шагррэрша. Он не уличил меня во лжи! Не понимаю, Велиан мне что, действительно нравится?!!!

— Велиану я ответила «да»!

— Зная Ирршаена, уверен, и ему вы со временем скажете это. Для меня важно счастье племянника, а вы способны сделать его счастливым.

— Но…

Не дав мне возразить, демон ушёл порталом. Как чувствовал, что собираюсь прибегнуть к извечному женскому оружию — слезам и мольбам. Папенька их не переносит и всегда смягчается.

Я не долго переживала своё поражение. Чему я научилась у своих братьев, так это не раскисать и не сдаваться. Выход есть всегда! Просто мне следует дождаться вечера и отправиться на поиски Арвинского. Я его дворец вверх дном переверну, но муженька найду!

Бабушку пока решила не тревожить, и дождаться результата ночной вылазки. К тому же, зная папеньку, ответ он им сразу не даст, станет тянуть время, чем я и воспользуюсь.

Глава 8

Мне удалось взять себя в руки и, не паникуя, я занималась обычными делами. Бабушка, улучив момент, поинтересовалась, как у меня обстоят дела, но я кратко сказала, что Арвинского не было на месте, но проблему мы решим с ним. Видя моё спокойствие, она не стала лезть, докапываясь до подробностей и лишь одобрительно кивнула. Всё же она оказалась права, и гордость Дамартен не позволит мне сделать это с кем-то другим.

Я ждала вечера, планируя нашу встречу, но реальность превзошла все ожидания. Мне не пришлось переноситься к нему — он сам приехал ко мне. Поселение лунных имеет кольцевую структуру. В центре живут одинокие, там расположена библиотека, лаборатория для экспериментов, учебные классы, потом идут дома супружеских пар, а потом домики для приезжих гостей и отдельно, где принимают больных. Приезжим в центральную часть поселения хода нет.

Когда мне сообщили о приезде брата и Арвинского, я не поверила своим ушам. Вот не верилось мне, что они вдвоём заявятся, но когда сказали, что они в доме для приёма больных, схватила свою сумку и, не чувствуя под собой ног, понеслась туда.

Я не знала за кого боюсь сильнее: брат или Велиан. Ведь если что серьёзное случилось с Арвинским — у меня тогда большие проблемы.

Возле домика толпились наши люди и военные в Сарогосской форме. Если наши смотрели на меня с надеждой, то Сарогоссы с опаской.

— Что случилось?

— Нападение разбойников два дня назад. Принцы вырвались вперёд, и мы не сразу успели прийти на помощь. Простите.

Больше ничего узнавать не стала, не тратя время зря. Зайдя в смотровую, увидела стоящего Арвинского и сидящего на столе бледного брата, обнажённого по пояс. Живы! Внутри немного отпустило.

— Что с ним! — кинулась к нему.

— Рана не серьёзная, но воспалилась, — произнесла дежурившая сегодня лунная, отступая в сторону.

— Привет, сестрёнка! — через сипу улыбнулся Мейн, но мне не понравились бисеринки пота на его лбу.

— Ты я вижу не можешь без приключений, — проворчала я, дотрагиваясь до его лба, и убеждаясь, что он весь горит.

Ранение в плече от стрелы выглядело плохо, но и с худшим справлялись.

Кивнула Арвинскому и сказала лунной:

— Сестра, распорядись, пусть разместят гостей на отдых. Рану я сама обработаю.

Та кивнула и обратилась к принцу:

— Пойдёмте со мной, я провожу.

— Нет, я останусь тут!

Конечно, кто бы сомневался, что у Арвинского на всё собственное мнение!

— Подожду свою супругу, — добавил Велиан, многообещающе глядя на меня.

— Подождать можно и в гостевом доме, поев, приняв ванну с дороги и освежившись, — доставая из сумки всё необходимое, произнесла я.

— Да как сказать. Стоит тебя выпустить из поля зрения, как ты бесследно исчезаешь.

Подняла голову и прямо взглянула ему в глаза:

— Я приду к тебе после того, как позабочусь о брате.

Саркастическое выражение исчезло с лица супруга, и он удивлённо взглянул на меня, стараясь проникнуть в самую душу.

— Даю слово. Лучше иди сейчас отдыхать. Уверена, вы спешили и провели день в седле.

— С ним будет всё хорошо? — посмотрел он на брата.

— Что с ним станется, — фыркнула я. — И не такие раны ему латали.

— Эй, не рассказывай все мои секреты! — притворно-возмущённо прикрикнул на меня Мейн, но мне не нравился его лихорадочный блеск глаз. Поэтому полезла в сумку и протянула склянку. — На, выпей пока.

— Гадость! — скривился, брат. — И рот вяжет.

— Это чтобы ты не утомил меня своей болтовнёй, — огрызнулась беззлобно.

Арвинский помедлил, глядя на нас, а поймав мой взгляд, кивнул:

— Я жду тебя.

Он ушёл, а у меня на душе стало немного светлее. Пусть это был и маленький шаг к доверию, но Велиан его сделал.

— А он не безнадёжен, — заметил Мейн, прекрасно понимающий, чего стоило приехавшему за мной Арвинскому уйти сейчас, и, чуть помедлив, добавил: — Я знаю, что это не входило в твои планы, но присмотрись к нему.

— Планы изменились, — сообщила ему, озабоченно рассматривая рану. Похоже, есть нагноение, и придётся вскрывать.

— Что случилось?

Я стала рассказывать о притязаниях Ирршаена и разговоре с Повелителем. С братьями у меня всегда были доверительные отношения, да и в любом случае, Мейну лучше знать ситуацию. Он шипел сквозь зубы, и было не совсем понятно, когда от боли — я вскрывала и заново обрабатывала рану — а когда от гнева.

Наложив обеззараживающую и заживляющую пасту, перевязала, посоветовав:

— Повязку не мочи, — предупредила, зная, как он любит подолгу отмокать в ванне. Даже перебрав, спать не пойдёт, не почистив перья, отчего бывало камердинер находил его под утро храпящим в остывшей воде. — Я сейчас к себе, сделаю отвар и принесу выпить, так что не спи.

— Меня разве не покормят? Я есть хочу!

Сомневаюсь. Хорохорится, скрывая слабость, но вслух ничего не сказала.

— На мясо не налегай, что-нибудь лёгкое. Я предупрежу.

Только двинулась собрать всё в сумку, как брат неожиданно крепко схватил за руку.

— Ари, ты понимаешь, что тебе лучше быть подальше отсюда? Отправляйся в Сарогосс немедленно!

— У нас есть время. Ирршаен не вернётся, пока не заручится поддержкой отца. Я его знаю.

Мейн с сомнением посмотрел на меня, а я усмехнулась:

— Эй, ты же знаешь отца! Так быстро его ни один демон не сломит. Лучше скажи, откуда разбойники? У нас недавно тоже напали на молодую пару, ограбили, над женщиной надругались жестоко. Раньше такого не было.

— Я думаю, что отребье с севера. Там были волнения, бароны взбунтовались, но войска навели порядок. Могли и сюда добраться из их шайки, спасаясь от правосудия. Домой вернусь, распоряжусь провести зачистку.

— А нападавших разве не допросили?

— Некого допрашивать. Велиан как увидел, что меня ранили, не щадил. Остальные быстро разбежались.

— Хм, — хмыкнула я, супруг продолжал расти в моих глазах.

По пути к себе, я распорядилась подготовить для Арвинского отдельный домик. Всё же принц другого государства, да и для задуманного требовалось уединение. В лаборатории долго провозилась с зельем. Его рецепт я вывела сама, в нём требовалось много компонентов и точность, но зато оно хорошо помогало в сложных случаях и пить его надо сразу, тогда оно максимально эффективно.

Уже спеша к брату спохватилась, что со всеми заботами даже никак не подготовилась к встрече с мужем, но времени на это уже не было. Мейн, когда я пришла к нему, уже переоделся и клевал носом в кресле. Я заставила его всё выпить и помогла дойти до постели.

Уже у двери он меня окликнул:

— Ари!

Обернулась.

— Не наделай тупостей.

Я грустно улыбнулась, и вышла. Какие глупости? Как никогда понимала, что надо мной нависла опасность и выход лишь один, если не хочу подставить родных. На отца сейчас давят, и как бы он ни упрямился, отказывать Ирршаену и Повелителю чревато.

Если подумать, забавно — избегая брака с Арвинским, ускорила свою инициацию, чтобы этим получить на свою голову ещё большие проблемы.

Узнать, куда поселили Арвинского, было не сложно — у дома дежурила охрана. Остановить меня не пытались, как и спросить, зачем иду. Под их пристальными взглядами я взошла на порог, и с колотящимся сердцем открыла дверь. Гостевые домики были не большие. Из жилых комнат только просторная гостиная с камином и обеденным столом, спальня, где за ширмой можно переодеться или помыться, и на втором этаже под крышей каморка для личного слуги.

Но многие гости предпочитали останавливаться на постой в тавернах, которые держали некоторые супружеские пары. Там и комната, еда по первому требованию и общество, где можно обменяться новостями и не нужно дополнительно доплачивать за слугу, который носит еду в домик.

Гостиная была пуста, и я замялась, не зная, стоит ли идти дальше, или лучше обозначить своё присутствие. Колебания разрешил Велиан, вышедший из спальни. Он переоделся и успел искупаться. Влажные волосы были зачёсаны назад и концы слегка вились.

— Ты голодна? Я не знал, когда ты освободишься и приказал собрать поесть.

От волнения о еде я совсем не думала, но кивнула, чтобы как-то потянуть время.

— Тогда позволь поухаживать, — Арвинский отодвинул передо мной ступ, а когда я села, снял салфетку с блюда.

Я выбрала себе перепёлку с овощами, и Велиан открыл нам вино, разливая по бокалам. Не местного, наверное, с собой привезли, как и дорогие бокалы.

— А ты? — спросила я, когда он сел напротив.

— Поел в таверне. За нас? — приподнял свой бокал.

— За нас, — тихо повторила я, и выпила почти половину, в тайне надеясь, что вино меня хоть немного расслабит.

— Как тебе вино?

— Вкусное.

Оно действительно было вкусное. В меру сладкое и в то же время немного терпкое, с нотками фруктовых ягод и вкуса лета. Вино тёплой волной распространилось внутри, унимая внутреннюю дрожь.

— Из моих личных запасов. У нас на юге много виноградников. Мартье — сорт винограда, растёт только там, и из него делаю самое дорогое вино. У меня там вилла у моря. Если хочешь, мы можем съездить туда в наше свадебное путешествие. Ты была у моря?

— Нет.

— Тогда я просто обязан тебе его показать.

Вместо ответа я вонзила зубы в грудку перепёлки. Он говорил о жизни вместе, а я со всеми проблемами могла думать только о брачной ночи и так далеко заглядывать в будущее была не в состоянии. Уделила внимание еде, а Велиан молчал, потягивая вино, и изучая меня.

Расправившись с перепёлкой, я запила из бокала и подняла взгляд на принца. Под таким взглядом было не совсем уютно. Сразу начинало казаться, что крошка прилипла в уголке губ или ещё что не так. На всякий случай промокнула их салфеткой, но от этого внимания к моей персоне меньше не стало, наоборот. Теперь он не сводил глаз с моих губ.

— Почему ты так пристально смотришь?

— Хочу понять, что у меня за жена. Я тебя видел и дикаркой в лесу, и придворной дамой во дворце, и целительницей, знающей своё дело. Так какая ты настоящая?

— Какая разница, если я всё равно останусь при этом простой лунной ведьмой?

Как же не вовремя выползла обида, и слова сами собой сорвались с языка. Я тут же сама себя отругала. Вот зачем?! Мне от него нужна брачная ночь, а не выяснение отношений или ссора. Но вопреки ожиданиям, Велиан мои слова воспринял спокойно, и стал более задумчивым.

Окинув меня ещё одним взглядом, усмехнулся:

— Да не скажи. Ты совсем не проста и отличаешься от них как яркая луна от её рассеянного света. Не обижайся, но лунные ведьмы в своём большинстве дети природы. Вы хорошо лечите, у вас контакт с животными. Кстати, где твой волк? — неожиданно спросил принц.

— Гуляет в лесу. Я не держу его с собой постоянно в селении, — осторожно ответила я, боясь, что Верного опять возьмут в заложники.

Но получив ответ, Арвинский лишь рассеянно кивнул, продолжив:

— Так вот, уверен, ни одна из них ночами не пропадает в библиотеке.

— У нас все умеют читать! — оскорбилась я. — В селении учебные классы.

— Пусть так, но многие ли из них читают философов?

Я прикусила язык.

— Многие ли изучают редкие медицинские трактаты и потом пропадают в лаборатории, проводя исследования? Да-да, мне твой брат многое рассказал.

«Выздоровеет — слабительное от меня получит!» — мрачно пообещала про себя. Мне не нравилось, что Мейн столько рассказал обо мне.

— К чему ты ведёшь?

— К тому, что мне достался в супруги редкий бриллиант, и я не собираюсь от него отказываться, — твёрдо произнёс Арвинский и поднялся с места.

Кажется, мы приблизились к главному. Я внутренне напряглась, следя за супругом, который обошёл стол и встал позади меня, взявшись за спинку стула.

— Ты поела? — спросил, наклонившись ко мне.

Схватив бокал, я допила вино для храбрости, и только после этого ответила:

— Да.

Он отодвинул мне стул, и я встала лишь для того, чтобы оказаться в кольце его рук.

— Ари, ты моя жена, — сообщили мне.

— Да.

Сама удивилась, как слабо прозвучал мой голос. Арвинский мягко притянул меня к себе, и я не сопротивлялась.

— У нас законный брак, — гнул свою линию Велиан, а наши губы оказались близко-близко. Он рвано выдохнул. — И я безумно хочу тебя поцеловать…

Мы качнулись друг к другу, и у меня ослабли колени от поцелуя с привкусом вина. Сладкого… терпкого… головокружительного. Обняв супруга за шею, я прижалась к нему, готовая бесконечно наслаждаться вкусом его губ. Он мой супруг, мы в браке… Сегодня, в этот упоительный момент, я была согласна со всеми его правами на меня.

И тут подумала, что это он пока не знает, что если не поторопится, законность брака оспорят.

«Да уже сейчас, в этот момент оспаривают!» — напомнила себе, и это придало решительности.

Отстранившись, сама сказала:

— Согласна на брачную ночь.

И потянулась за поцелуем.

Мои слова привели в замешательство Арвинского, и теперь уже он отстранился.

— Ари?!

— Хочу потерять девственность.

— Будет больно. Что я говорю!!! — Велиан покрыл поцелуям моё лицо, и сжал в объятиях. — Мне кажется, если я прикоснусь к тебе, неделю из постели не встанешь.

Неделю? Почему неделю?! Да, я видела девушек после грубого обращения, и зашивать там приходилось, но уже максимум через три дня все вставали на ноги.

— Нельзя неделю. Ритуал уже скоро. Ничего, у меня есть настойки, воспользуюсь силой источника… но перед демоном буду сияющая и счастливая!

— Что?!! — взревел Арвинский, отпихивая от себя и держа на расстоянии вытянутых рук. И тут я только поняла, что говорила всё это вслух. Есть у меня дурацкая особенность бормотать под нос, задумавшись.

— Когда ритуал? — сузив глаза, поинтересовался он.

— Послезавтра ночью, — без задней мысли ответила на вопрос.

— Перед демоном, значит, хочешь быть сияющей и счастливой? — сжав мои плечи, процедил он.

— Мне больно!

Арвинский был в бешенстве, и я поспешила объяснить:

— Велиан, ты не так понял…

— Я всё понял! — оттолкнул меня.

— Нет, не понял! У меня мало времени. Мне нельзя быть девственницей!

— Использовать меня решила? Значит, так, — угрожающе шагнул ко мне, — только попробуй потерять девственность — пожалеешь! Убью любого. Я тебе обещаю! Слышишь?

— Велиан, постой, будет поздно! — кинулась к нему, но он меня оттолкнул, и, пошатываясь как пьяный, вышел, хлопнув дверью.

Глава 9

Желание как можно скорее добраться до жены не уменьшилось, но дальний путь немного остудил его, и появилось время подумать. Дорога способствовала сближению двух принцев. Вопреки ожиданиям, шурин, известие о новом попутчике принял пусть и без удовольствия, но спокойно, и позволил присоединиться к ним с охраной.

Во время дороги он невзначай рассказывал о сестре, вспоминая её детские выходки. Так Велиан узнал, чем она увлекается, какие книги читает, что хорошо знает травы и способна в лечении разных недугов и болезней. Увидел даже шрамы от ранений, зашитые рукой принцессы. Исподволь знакомил с характером принцессы.

Постепенно перед Арвинским вырисовывался совсем иной образ Ари. Любящая сестра, умеющая хранить тайны и всегда готовая прийти на помощь, способная целительница, развивающая свой талант и не боящаяся экспериментов. Девушка, увлечённая больше наукой, чем балами и светской жизнью.

Не говоря об этом прямо, но Мейн дал понять, что Велиану мало вернуть её обратно, нужно дать ей дело, которым она будет заниматься. Для Лины важно чувствовать себя нужной, именно поэтому она с таким удовольствием проводит время в поселении лунных.

При всём при этом Мейн дал понять, что вмешиваться в их отношения не будет, но и неволить сестру не позволит. И Велиан крепко задумался. Начальный порыв притащить своевольную девчонку обратно трансформировался в желание узнать свою жену, познакомиться с ней заново при других обстоятельствах. Пусть они поженились спонтанно, но Велиан был намерен сохранить этот брак и в дороге продумывал планы по соблазнению собственной жены. Пусть он и пообещал себе быть терпеливым, но с одним затягивать не собирался — она задолжала ему брачную ночь! И перво-наперво, он собирался сделать её своей, осуществив права мужа.

Какие только ситуации он ни проигрывал, засыпая ночами: и как шлёпает её по аппетитной попке за то, что посмела сбежать, сама всё решив, и как брыкающуюся привязывает к кровати, а потом заставляет изнывать от наслаждения и выкрикивать его имя, умоляя взять её. Конечно, сам и страдал потом от разыгравшегося желания, и счёт его к жене только рос. Но чего ни разу не было в его фантазиях, это как его ведьмочка сама говорит, что хочет потерять девственность!!!

Реальность превзошла все ожидания. Он ушам не поверил в первый момент! Но вот она сама обнимает его и льнёт. У Велиана голова кругом пошла. Хотелось зацеловать её всю, выплеснуть волну нежности, что скопилась в груди к этой девчонке. Такой необычной, не похожей на других. И ушатом холодной воды было её бормотание о том, что она ждёт ритуала и хочет блистать перед демоном.

Сам не понимает, как не придушил мерзавку. Её лепет лишь усилил гнев. Он понял одно — она спешит потерять девственность не потому, что приняла их брак, а ради демона. В голове мутилось от злости, и он был не в том состоянии, чтобы вытрясти из неё подробности. Демон. Она делает это всё ради демона!

Уязвлённый до глубины души, он ушёл, не в силах видеть её.

На следующий день его нашёл Мейн в таверне. Принц выглядел не очень, но всё равно лучше, чем Велиан. После вчерашней попойки, когда он пытался вытравить воспоминания о разговоре с женой, трещала голова. Мерзкое пойло, которое выпил не меряно, было не лучшего качества.

— И что между вами произошло? — раздражённо поинтересовался Дамартен, тяжело опускаясь на лавку рядом со столом, за которым одиноко куковал Арвинский. Прогулка ему далась нелегко. — Сестра не приходит. Я-то думал, вы личную жизнь налаживаете, а тут узнаю, что ты пил всю ночь здесь, сбежав от неё.

— Ты знал о демоне? — хмуро поинтересовался Велиан, не поднимая красные от недосыпа глаза.

— Знал.

— И о том, что ей невинность потерять до ритуала нужно тоже знал? — прожёг взглядом шурина.

— Я не понимаю, к чему этот мрачный тон? Ты же сам хотел подтвердить ваш брак. Подумай, благодарен должен быть обстоятельствам, если бы не это, ты бы ещё долго за Ари бегал, уговаривая вернуться. Или демона испугался?

— Испугался?! Завтра и увидишь, как испугался! Хочу на него посмотреть. Ты знал, что она собиралась демонстрировать ему свой счастливый и цветущий вид?

— И что плохого в том, что она желала показать, как счастлива в замужестве?!

— Да она к нему сбежать собиралась! — вышел из себя Арвинский.

— С чего ты взял?!!! — кончилось терпение и у Мейна. Два кронпринца хмуро смотрели друг на друга, ничего не понимая.

— Значит так, — с трудом поднялся на ноги Дамартен, но отмахнулся от помощи, когда пошатнулся. — Иди за мной.

Выведя Арвинского на улицу, он подвёл его к колодцу и заставил остудить голову ледяной водой, приводя в чувство, а потом ещё раз повторить, что сказала сестра и почему они поссорились.

— Вы друг друга стоите: одна дура, второй идиот, — в сердцах выругался Мейн. Более глупой ситуации он и представить не мог. Эти двое умудрились поругаться на пустом месте! Пришлось самому объяснять о притязаниях Ирршаена, и как к нему относится сестра.

— Я иду к ней! — схватился за голову Велиан.

— Тебя не пустят, — сквозь зубы процедил Дамартен, чувствуя, как накатывает дурнота. — Пусть позовут сестру, — успел сказать он, прежде, чем потерять сознание.

Арвинский кинулся к нему, зовя на помощь. Мейн горел, и было непонятно, как вообще умудрился в таком состоянии встать на ноги. С подбежавшими людьми они перенесли принца обратно в его домик. Пришла лунная, а потом прибежала Ари.

— Это ты его довёл? — обвиняющее воскликнула она, увидев мужа.

— Он сам ко мне пришёл.

Не став ничего слушать, она начала приводить в сознание брата и сбивать жар, ругая за то, что он встал. Убежала варить зелье, а потом по ложке поила Мейна. Нормально поговорить им так и не удалось. Заботясь о брате, всем своим видом игнорировала Велиана и смотрела как на пустое место.

Хоть поела, когда Арвинский распорядился насчёт ужина, но и то после угрозы, что иначе он её сам покормит. Всю ночь Мейн метался в лихорадке, и они ухаживали за ним. Под утро температура спала, и уставшая Ари заснула прямо в кресле возле его кровати. Велиан хотел бы её перенести в постель, но побоялся разбудить, к тому же был уверен, что супруга не обрадуется такой заботе. Сам он тоже задремал, а проснувшись утром, увидел уже другую лунную.

Состояние Дамартена было лучше и тревоги уже не вызывало. Он крепко спал и Арвинский пошёл к себе переодеться. Вчера им так и не удалось выяснить отношения, Велиан собирался сделать это сегодня, ведь времени почти не осталось.

Находясь в растрёпанных чувствах, до утра прождала Арвинского, надеясь, что он вернётся, и я всё ему объясню. Но ночь подошла к концу, и с последними лучами лунного света я перенеслась к себе. Опустошённая, обиженная до глубины души, и потерявшая надежду. Выходить из домика, и идти пешком к себе было унизительно. Казалось, каждый встречный уже знает, что муж пренебрёг мной.

Ужас! Я же ему практически предложила себя. Но что бы он там себе не надумал, у меня тоже есть гордость. Что-то ещё ему объяснять желания больше не было. Как и видеться с этим бараном. Единственным выходом видела бежать следующей ночью, но не знала куда, и на что буду жить. К такому варианту развития событий я не готовилась. Оставалась ещё большая вероятность, что мой малодушный побег разгневает Ирршаена с Повелителем, и это отразится на королевстве. Так и не придумав, как быть дальше, спустилась к завтраку.

— Лина, на тебе лица нет! — всплеснула руками бабушка. — Всё так плохо?

— Хуже не куда, — повесила я нос, садясь за стол.

— Ну… первый раз мало у кого вызывает приятные воспоминания.

— Не было ничего.

— Где же ты провела ночь?!

— У него. Ба, мы поссорились. Он ушёл.

— Тогда переходим ко второму варианту. Я найду подходящего мужчину…

— Нет! — вскочила я. От подобного предложения стало мерзко, и повторила ещё твёрже: — Нет.

— Но как же… Лина!

— Пойду я полежу. Хорошо?

Не дожидаясь ответа, пошла к себе. Сил не было, бессонная ночь давала о себе знать. Чуть позже бабушка зашла ко мне, но я притворилась спящей. Она тяжело вздохнула, погладив меня по голове, и ушла. Я провалилась в тяжёлый сон, и встала лишь, когда сообщили, что Мейну плохо.

Кто бы сомневался, что у него будет Арвинский! Даже не удивилась, увидев муженька. Мне жизнь испортил, теперь и брата достал. Нельзя было Мейну вставать и перенапрягаться, а теперь он горел в лихорадке. Погружённая в заботу о брате и, не желая больше разговаривать с супругом, молча принимала его помощь. Утром кризис миновал, температура спала, и Мейн забылся уже здоровым сном.

Я тихо ушла, оставив его и задремавшего в кресле Велиана. Судя по его взглядам в мою сторону, он чувствовал себя виноватым. Наверное, Мейн успел ему что-то объяснить, но выяснять отношения с ним у меня больше желания не было, как и вновь предлагать себя. Может, виной всему усталость, но мной овладела апатия. Будь что будет.

Утром мне пришлось выдержать тяжёлый разговор с бабушкой. От идеи заменить Велиана на супружеском ложе ей пришлось отказаться. Я рассказала ей об его обещании убить любого, кто ко мне прикоснётся. А зная о твердолобости и упёртости Арвинских в цепом, и данного конкретного индивида в частности, можно было не сомневаться, что свою угрозу он выполнит. Идти к Велиану ещё раз я категорически отказалась. Так и не придя с ней ни к чему, мы разошлись. Волей неволей ей нужно было контролировать подготовку к празднику, а я ушла к себе.

Освежившись и переодевшись, я решила отправиться обратно к брату. Лучше проведу оставшееся время с ним, чем наблюдать царившую вокруг предпраздничную суету, участвовать в которой не было ни желания, ни сил. Пары давно сложились. Мариша в своего демона влюблена с пятнадцати лет, Иванна познакомилась со своим в девятнадцать, Тиша в семнадцать, а за Леттой ухаживали трое и она только в прошлом году определилась. Я не знала, кого Ирршаен из своих собирается подвинуть в очереди, и кому из девушек предстоит пить слёзы. Каждая из них желала брака и их не пугало, что придётся покинуть родных, ведь весточку письмом всегда поспать можно. Ушедшие лунные не жаловались и часто писали своим родным.

Ритуал выбора действительно был праздником, на который собиралось много как нашего народа, так и демонов. Они присматривали себе девушек, и к моменту их инициации те уже были давно влюблены в женихов. Редко когда какая не дожидалась и выскакивала замуж за местного. Всё же те не выдерживали сравнения с сильными, окружёнными ореолом загадочности и красивыми демонами.

Прежде, чем навестить Мейна, я зашла в лабораторию и занялась зельем, чтобы потом сюда не возвращаться. Как проснётся, сразу выпьет. Работа с травами меня всегда успокаивала. Когда нужно сосредоточиться на рецепте, посторонним мыслям в голове места нет. Закончив и перелив зелье в склянку, собрала с собой всё необходимое и вышла, чтобы почти сразу натолкнуться на вышагивающих Ирршаена с Повелителем.

Я мысленно взвыла. Что стоило задержаться и выйти попозже? Они меня заметили, и отступать не позволила гордость. Сердце пропустило удар, но я сжала зубы и дождалась их приближения. Из принципа смотрела только на Шагррэрша, игнорируя пристальный взгляд племянника.

— Еванжелина, готовитесь к празднику? — улыбнулся мне Повелитель

— Мне нечего праздновать, — сквозь зубы сообщила присутствующим. — Извините, но я тороплюсь.

— Куда же торопится моя невеста, даже не поприветствовав как следует жениха? — заступил мне дорогу Ирршаен.

— Вот пусть ваша невеста и приветствует вас как следует! — отступила от него, не давая схватить себя за руку.

— Тогда должен сообщить, что пора тебе осваивать эту науку, — метнулся ко мне Ирршаен, обнимая. — Мы пришли к соглашению с твоим отцом.

— Это же к какому? — процедила, изворачиваясь, но из стального захвата было не выбраться.

— Как только кронпринц привезёт брачный договор, он его опротестует и признает наш брак.

У меня заблестели глаза от слёз. Спасибо, папа! До последнего тянул и давал мне время. Вот только Мейн здесь и очень скоро им станет известно об этом. Объятия демона стали для меня капканом.

— Не надо, птичка, — хотел погладить меня по щеке демон, но тут несколько вещей случилось одновременно. Меня неожиданно вырвали из его рук, и прозвучало грозное:

— Убери руки от моей жены!

— По делам, значит, нужно было отлучиться? — многообещающе посмотрела на Шагррэрша бабушка, и взгляд её не сулил демону ничего хорошего.

Я не хотела думать, откуда здесь взялся Велиан, просто прижалась к нему на мгновение с облегчением.

— Уже не жены. Вы слишком долго ей пренебрегали. Ваш брак расторгнут, — шагнул к принцу Ирршаен, и тот меня задвинул к себе за спину.

— Наш брак невозможно расторгнуть, я взял её в жёны по древнему праву не как принцессу, а как свою добычу.

— Обычаи, действующие в Сарогоссе, — презрительно скривился демон, пока бабушка была занята тем, что испепеляла взглядом Повелителя.

— Но моя жена принадлежит теперь Сарогоссу.

— Пустые слова, она не принадлежит даже тебе!

— Мы исправим данное упущение, не так ли, любимая? — обнял меня Арвинский, притягивая к себе. Я себя передаваемым знаменем почувствовала. Сначала один тискает, теперь другой.

— Еванжелина, решай, — обратился ко мне Шагррэрш, заметив невольную гримасу на лице. — Ты можешь уйти с нами и занять со временем престол. Стаз Повелительницей, будешь встречать своих сестёр на той стороне, помогать освоиться. К тебе они будут идти со своими вопросами и проблемами.

О да, демон знал на что давить и чем меня соблазнять. Не прилагайся к этому Ирршаен, я бы ещё подумала, но меня пугал его горящий взгляд и то, как он смотрит на нас с Велианом.

— Благодарю, но у меня уже есть супруг.

— Это легко исправить! — зарычал Ирршаен.

— Убьёте меня? И этим развяжете войну, вступить в которую не будете иметь права. Ведь по древнему соглашению вы не вмешиваетесь, если первым напал Фарогосс, сообщил Арвинский.

— На наших землях никто никого убивать не будет! — властно произнесла бабушка. — Забыли о договорах между нами? Ирршаен, вы не можете претендовать на замужних.

— Король готов расторгнуть этот брак!

— Но ещё не расторг, и у вас нет права задерживать молодую пару. Идите, дети мои, — отослала она нас.

«И подтвердите, наконец, этот брак!» — явственно подразумевалось напутствие, хоть и не прозвучало вслух.

Не заставив себя долго упрашивать, Арвинский быстро откланялся и увёл меня. До последнего боялась, что Ирршаен вмешается, но под взглядами Повелителя и бабушки ему оставалось только бессильно скрежетать зубами.

Глава 10

— Мне нужно проверить состояние брата, — сообщила Арвинскому когда мы отошли на значительное расстояние.

— Хорошо. Ари…

— Сделай одолжение — помолчи! — оборвала его.

Он послушался, и в тишине мы дошли до домика Мейна. Дежурившая у него лунная сказала, что он не просыпался. Это хорошо, сон ему сейчас необходим. Температуры не было, я оставила лекарства, чтобы выпил, как проснётся и, не задерживаясь, мы ушли.

Придя к Арвинскому, я сразу прошла в спальню и зло рванула шнуровку платья, распуская её. Спустив материю с плеч, выскользнула из него, переступив. Осталась в одной нижней рубашке, но когда потянулась к завязкам на вороте, Велиан, замерший у порога и не сводивший с меня глаз, отмер и подошёл, останавливая меня.

— Ари, не спеши, ты же не хочешь этого.

Надо же, какая проницательность!

— Что поделать, замуж за Ирршаена мне хочется ещё меньше, — ответила я, с вызовом взглянув на Арвинского, но завязки рубашки оставила в покое. Ещё не хватало стоять перед ним обнажённой, когда он будет отказываться от меня.

— Давай сначала поговорим.

— Не хочу. Я тебя для разговора всю ночь здесь прождала. Теперь ты и так всё знаешь. Почему медлишь? Или передумал делать меня женой?

— Я не хочу, чтобы это происходило так!

— А как? — нервы у меня сдавали и криво улыбнулась. — Забыла. Ты же у нас охотник. Дичь должна убегать и сопротивляться, чтобы вызывать интерес. Скучно и банально, когда приходит сама? Что мне сделать, Арвинский? Побегать по спальне с криками, чтобы убирался прочь?

Голос в конце уже просто срывался. Сил моих нет! Ненавидела ситуацию, в которой оказалась. Обидно, унизительно и больше всего хочется скорее через это пройти и забыть как страшный сон.

— Хватит, набегалась уже! — рыкнул мой супруг, по собственнически подхватывая меня на руки и неся в кровать.

Усадив, разул, а потом и сам разулся. Сбросил колет, оставшись в рубашке и, взбив подушки, укладывая их повыше, опять подхватил на руки и уже вместе со мной завалился на постель, укладывая к себе под бок. Я притихла, ожидая продолжения, но больше ничего не происходило. Он с удовольствием вытянулся на кровати, крепко меня обнимая. Полежав так немного, не выдержала первой.

— Эмм… Велиан, я, конечно, не сильно сведуща в супружеской жизни, но ты уверен, что это всё, что нам требуется сделать?

— Тебе мало?

У меня появилось непреодолимое желание стукнуть супружника. Я забарахталась, желая сесть и прямо посмотреть в наглые глазища.

— Ари, полежи спокойно, не порть тихие минуты счастья, — не дал мне подняться Велиан, удерживая и прижимая крепче к себе.

Я кажется поняла, почему к нему любовница в тонюсенькой рубашке приходит, ничего не прикрывающей. Чтобы сразу к делу а то пока принц поймёт, зачем она к нему явилась.

— Вы со своей «не леди» тоже в обнимку перед этим делом лежите?

На мою реплику сквозь зубы выругались и пообещали вставить мне кляп. Ну и ладно, я и сама замолчала, обидевшись.

— Не думал, что мне придётся в постели с женой обсуждать бывшую любовницу…

— А она знает о том, что бывшая?

Ехидный вопрос буквально сам сорвался с языка. После него последовало недолгое молчание. Думала ругается про себя, но нет. Оказывается, он вспоминал и обдумывал ответ

— Нет, пока не знает. Я сразу сорвался за тобой, но когда мы вернёмся, я с ней порву и сошлю в деревню.

— Надоела? — посочувствовала я.

— Нет, я женат и теперь в моей кровати будет лежать лишь жена.

— Велиан, я, конечно, не настаиваю, но если ты продолжишь просто лежать, то скоро в твоей кровати и жены не будет. Её более ушлый демон заберёт, — напомнила ему.

Раздавшийся скрежет зубов стал для меня лучшей музыкой. Наслаждаться получилось недолго. Велиан перекатился и навис надо мной.

— Язва с острым язычком!

— Просто не понимаю, почему ты медлишь.

— Потому что осознаю, что как только ты потеряешь невинность, убежишь от меня быстрее, чем в прошлый раз, — неожиданно серьёзно произнёс Арвинский.

Я не нашлась, что сказать. Он был полностью прав и увидел это в моих глазах. С тяжким вздохом он опять перекатился, и лёг рядом, обнимая.

— Поэтому я просто наслаждаюсь твоей близостью, пока есть такая возможность и не нужно опять тебя догонять. Ты рядом, не убегаешь и даже практически не язвишь.

После таких откровений я притихла и лежала как мышка. Велиан молчал, да и я не знала что сказать.

— Ари, я сожалею, что не выслушал тебя. Был не прав, — первым нарушил тишину Арвинский, — но о том, что женился на тебе, я не жалею.

— Я же лунная ведьма. Ты готов был непонятно на ком жениться, лишь бы лунную в жёны не брать.

— Начнём с того, что этой «непонятно кто» была ты. Думаешь, я не мог раньше разыграть спектакль и привезти из леса выбранную девушку? Я вообще не хотел думать о женитьбе, пока не встретил тебя. Понимаю, что натворил ошибок и был излишне самонадеян, но я не хочу тебя терять ещё раз. Пообещай, что останешься со мной.

— А если нет? — спросила из упрямства.

— Всё равно увезу, — уверенно ответил Арвинский и принялся делиться мыслями: — Между прочим, я уже всё продумал. Переносишься ты только при лунном свете, и произнося заклинание. Когда повредила язык, ты не смогла уйти. Мне всего-то придётся каждый вечер вставлять тебе кляп.

— Что?!!! — буквально взвилась я.

— Понимаю, неудобно, — со смехом отмахивался от моих ударов и тычков Арвинский. — Прости, любимая, но придётся терпеть до утра.

Ему удалось меня скрутить. Я ещё брыкалась, но он навалился на меня, заводя перехваченные руки за голову.

— Есть ещё один способ. Мне он кажется более приятным, но нужно проверить, — ничуть не запыхавшись, и с весьма задумчивым видом произнёс он.

Я обиженно сопела, и на его уловку не повелась.

— Не интересно какой?

— Какой? — без особого интереса повторила за ним, раздумывая, чего мне больше хочется: придушить его или попинать от души.

Мысли смешались, когда вместо ответа он поцеловал меня. Я ещё сопротивлялась, но уже более вяло, а потом и вовсе сдалась.

— Всё же ты охотник и реагируешь только на сопротивление, — выдохнула ему в губы, стоило супругу немного отстраниться.

— Ари, ты ещё даже не пробовала мне ответить, вот тогда увидишь, как я могу реагировать.

— Ответить? — перевела взгляд на губы.

— Поцелуи после того, как скажешь мне «да», — щёлкнул меня по носу Арвинский.

— Да я тебе уже несколько дней «да» говорю! — в сердцах воскликнула я

— Думаешь, мне хватит одной ночи с тобой? Не-е-ет, я хочу гораздо больше.

— Две? — скептически изогнула бровь, за что меня куснули за подбородок.

— Да ладно, неужели целых три?! — насмешничала я, выравнивая дыхание и не зная, как выкрутиться. Велиан был серьёзен, но мне было страшно довериться ему.

— Я рассчитываю на всю жизнь и торг здесь не уместен, — не поддержал мой лёгкий тон Арвинский и вдруг глаза его вспыхнули лукавым огнём. — Ари-и-и, соглашайся, — искушающе протянул он, прокладывая дорожку поцелуев от щеки к ушку и чуть прикусывая мочку.

— Обещаю любить тебя… — жарко нашёптывал он, а я чувствовала как от его дыхания и близости ускоряется мой пульс, но не хотела сдаваться.

— Да ты только обещаешь! — возмутилась я, но голос дрогнул от поцелуя за ушком.

— Всё будет. Сначала ты пообещай, что не сбежишь.

— А это уже от тебя зависит! — дерзко ответила ему, не желая сдавать свои позиции без каких либо гарантий.

— Я сделаю всё, чтобы этого не случилось, только ты не решай за нас двоих. Говори о своих желаниях… спорь… отстаивай своё мнение, но не вздумай уходить…

Слова вперемешку с осыпаемыми поцелуями превратили меня в желе. Даже не верилось, что совсем недавно именно он требовал от меня молчать, и в нужный момент кивать, таким образом провернув нашу свадьбу

— Мой волк будет жить со мной!

— Но не в нашей спальне, — быстро вставил Велиан и я приняла поправку

— Никаких измен и любовниц!

— Мои дни и ночи твои.

— Я смогу посещать бабушку.

— Только со мной.

— Я…

— Ари, хватит спорить! Ты не забыла, что тебя ждёт брачная ночь?

— Сейчас день.

— Тогда мне придётся показать тебе звёзды, — прошептал он, и наши губы спились в поцелуе.

Я пискнула, когда почувствовала, как моя сорочка поползла вверх, но он усилил напор, и я забыла обо всём.

Велиан не обманул. На улице сияло солнце, заливая землю яркими лучами, а с ним я увидела звёзды. Оставалось поверить и остальным словам. Ведь если что… Я всегда могу исчезнуть в лунном свете.

Эпилог

Год спустя

Я с гордостью оглядывала новые домики, построенные в когда-то заброшенном поселении лунных. Помимо жилых домов, здесь были и учебные классы и новая лаборатория, и просторное помещение для хранения трав и снадобий. Совсем скоро посёлок оживёт, и в этих домах зазвучат голоса лунных и их детей. Пусть немного, но нашлись желающие переехать, ведь Велиан вернул источник к поселению, исправив содеянное предком.

Но часть его до сих пор течёт в лабиринте. Как сказал супруг, у его лунной ведьмочки источник должен быть рядом, но сам потом ночью признался, что никогда не забудет, как я стояла под струями водопада. Это было самое прекрасное зрелище в его жизни, и только боязнь, что я заболею, заставила его тогда шевелиться и вытащить меня из воды.

С момента нашей свадьбы произошло много изменений в жизни лунных. Бабушка разгневалась на Повелителя, что он за её спиной разговаривал с королём и хотел забрать внучку. В гневе сказала, чтобы ни Ирршаен, ни он не смели больше появляться в поселении, на что демон согласился и исчез порталом. Вместе с ней.

Десять дней о них не было ни слуху, ни духу. Церемонию соединения пар пришлось мне проводить. Лунные были напуганы исчезновением главы, и не знали что делать. Как могла поддерживала порядок и успокаивала людей. Хорошо, что бабушка с Повелителем всё же вернулись. Исключительный случай! Но она за это время ему плешь проела, и они пришли к соглашению. Она избрала преемницу, и раз в десять дней наведывается проверить, как обстоят дела в поселении, и на праздники. Всё это под присмотром Шагррэрша, он теперь её от себя не отпускает.

Мы же с Велианом возродили поселение лунных у себя. Теперь в будущем влюблённым в демонов девушкам не нужно будет ждать так долго инициации, они смогут пройти её у нас. Помимо прочего я организую для лунных уроки этикета, дворцовых танцев, навыки ведения хозяйства в большом особняке. Бабушка обещала учителей со стороны демонов, заранее подготавливающих желающих к жизни там, чтобы никто не посмел сказать, что лунные ведьмы дикарки.

Чувство тревоги охватило внезапно.

— Верный! — я завертела головой, чувствуя, что носящийся неподалёку волк в беде. Сорвалась с места к нему в пес, ориентируясь по нашей связи.

Запыхавшись, выскочила на небольшую поляну и как будто получила удар под дых. Преклонив одно колено, беловолосый демон удерживал за холку моего волка, придавливая его к земле. Вроде бы и не прилагал больших усилий, но Верный уже хрипел, задыхаясь.

— Ирршаен, — помертвевшими губами прошептала я.

— Приветствую, тебя, принцесса, — как будто мы встретились где-то во дворце, произнёс демон.

— Тебе же запретили появляться в поселении лунных.

— Не совсем так. Мне запретили появляться в том поселении. Об этом речи не было.

— Зачем вы здесь? — спохватилась и перешла на «вы», желая даже в обращении держать дистанцию.

— Хотел поговорить.

— Хорошо. Отпустите Верного.

— Отпусти, — поправил он.

— Отпусти, — покорно повторила за ним, так как закатывающиеся глаза волка не способствовали упрямству.

К моему удивлению, Ирршаен послушался и отпустил его, поднимаясь и отряхивая руки. Волк отскочил от него, скаля зубы.

«Нет! Иди за Велианом», — приказала ему, только сейчас поняв, насколько была беспечна, не позвав с собой никого на помощь. Муж осматривал со строителями сделанное, и вряд ли видел мой уход.

Верный не хотел уходить и оставлять меня наедине с демоном, но согласился, что нам нужна помощь. Я выдохнула, стоило ему исчезнуть между деревьев.

— О чём вы хотели поговорить? — стараясь держаться уверенно и не показывать страха, вежливо спросила у него.

— Мне казалось, мы уже перешли на «ты».

Демон пружинистой походкой хищника неспешно, но неотвратимо, приближался ко мне. Мне стоило огромного труда остаться на месте. Бежать бесполезно. Через портал он в любой момент может оказаться передо мной.

— Неужели я чем-то обидел тебя, Еванжелина? Разве это не я вправе чувствовать себя оскорблённым?

Ирршаен подошёл и взглянул в лицо с высоты своего роста.

— Я ждал тебя столько лет, дарил подарки, разрешил себе притронуться лишь когда тебе исполнилось восемнадцать, собирался сделать женой. А ты выбрала не меня. Почему?

Почему… Ирршаен был красив, даже среди демонов. Белые волосы, синие глаза, правильные черты лица, волевой подбородок, особая стать создавали убойное сочетание и на него во дворце заглядывались многие. Но не я.

— Я тебя боюсь, — призналась честно. — Ещё с детства, когда ты увлёкся и ранил Мейна.

— Это была тренировка. Такое случается Кажется, мне удалось его обескуражить.

— Ты ранил моего брата! Пустил кровь члену моей семьи. Я места не находила, когда ты приезжал, боясь, что это повторится. Мне ещё долго кошмары снились.

— Из-за этого?! — изумился Ирршаен, и губы скривились в горькой улыбке. — Принцесса, я слегка поцарапал его плечо.

— Да-да, целителю тогда зашивать эту царапину пришлось, и остался безобразный рубец.

Кстати, именно после этого все раны братьев я предпочитала зашивать сама.

— Это было всего лишь плечо, — повторил демон, — а ты ранила меня в самое сердце.

— Ирршаен, зачем ты здесь? — повторила я вопрос, запрокинув голову и прямо посмотрев на него.

— Хотел взглянуть на тебя.

— У меня всё хорошо. Я счастлива.

— А я нет.

Рубленая фраза, и он шагнул ко мне, перестав сдерживаться. Сжимая в объятиях, пытался поймать губы, но я крутила головой, уворачиваясь от поцелуев.

— Ты должна была стать моей… Я столько ждал… — страстно шептал он, целуя куда придётся.

— Я замужем и люблю другого! — крикнула в ответ.

— Не захотела стать моей женой, значит, будешь любовницей! — зарычал Ирршаен и, дёрнув за волосы, запрокинул голову и с силой впился в губы. Застонав от боли, я почувствовала привкус крови и забилась в его руках стараясь вырваться.

Он первый отстранился и, тяжело дыша, уставился потемневшими глазами.

— Нет! — крикнул он, как будто отмахиваясь от чего-то или не веря. Дотронулся до ранки на моей губе, а потом лизнул с пальца кровь. И зарычал так, отпуская меня, что в жилах стыла кровь.

— И тут он меня опередил…

— Что?!

Я ничего не понимала, и демон выглядел так, будто был не в себе.

— Ты беременна… — отступил он от меня.

Я ахнула, не менее потрясённо глядя на демона. Рука невольно легла на плоский живот. У меня не так давно были женские дни, и ничто ещё не указывало на то, что я в положении.

Ирршаен глядел на меня со звериной тоской, а я, наоборот, испытывала облегчение и успокаивалась. Никогда демон не посягнёт на беременную женщину. Подарив мне долгий взгляд, прощаясь, он ушёл порталом. Я же, обессилев, осела прямо на траву. Беременна… Я беременна!

Всё ещё потрясённая, увидела перед собой землянику и машинально сорвала веточку, поднося ягоду к губам. У меня будет малыш…

— Ари! Что с тобой? — ко мне с волком бежал Велиан и рухнул на колени рядом со мной, начиная тут же ощупывать. — Ты в порядке? Нога? Не молчи!

— Я беременна.

— Что? — подавился воздухом Арвинский, выглядя ошарашенным.

— Беременна, — повторила я, наблюдая, как удивлённо расширяются его глаза и они сияют от счастья.

— Ари… — медленно выдохнул он и поцеловал меня. Нежно, бережно, будто я в одночасье стала очень хрупкой. А потом чуть отстранился и тихо признался, как будто делясь сокровенным: — Знаешь, для меня теперь счастье будет иметь вкус земляники. Ведьмочка моя, земляничная.

КОНЕЦ

Content

Франциска Вудворт
Добыча принца

Глава 1

Глава 2

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Эпилог