Элемент власти. Том V

Глава 1

Это был последний день переговоров. Я ощущал, что архариты не просто сломали стержень недоверия, но и морально согласились на изменения в миропорядке.

Это ощущалось во всём. Если в первый день они слушали и пытались подловить меня, застать врасплох, задавая каверзные вопросы, то четвёртые сутки в Аве прошли совсем иначе. Вопросы продолжали сыпаться как из рога изобилия, но у меня уже спрашивали, ориентируясь на мою клятву говорить правду, насколько возможно восстановить ту или иную утерянную магическую технологию, возродить какое-либо направление магии, провести тайную операцию против имперцев. И я честно отвечал им, включался в рассуждения, показывал на практике возможность появления новых магических путей, пусть и фокусничал, используя титанические объёмы чистой маны и манипулируя восприятием своих зрителей.

Они думали, что я использую запретную магию, о которой остались лишь воспоминания, выбитые на каменных скрижалях древности. Но я просто превращал бесформенную ману в нечто материальное и плотное, способное на спецэффекты. Им нужно было поверить в то, что в мире магии нет ничего невозможного, и я это демонстрировал. Ведь это была правда. Он способен на удивительные трансформации. Так уж этот мир устроен.

Вместе с тем, я уделил внимание тонкостям…

— Сверхмощные заклинания забирают слишком много маны из окружающего пространства, из-за чего оно не успевает своевременно восстановиться. И это создаёт нечто вроде шрама на магическом поле планеты. Дайте миру время, и всё станет нормально. Продолжайте выкачивать ману и швырять её в виде заклинаний то тут, то там, и этот шрам не заживёт, превратится в магическую язву. И чем страшнее будет эта язва, тем более вероятной окажется появление магической аномалии.

Самая страшная язва… — продолжал я, — уже появилась в нашем мире. Разрывы от Герры тьмы не заживают быстро. И с учётом того, как часто они возникают, можно говорить о скорых неконтролируемых изменениях: ветра изменят направление, дождь придёт на поля, вместо степей, отчего появятся пустыни, снег поглотит пустоши…

Изменение климата — самый яркий показатель. У нас тоже всё начиналось с внезапных бурь и ураганов, смерчей, ливней и потопов. Снегопады шли в жарких тропиках, аномальная жара убивала северных животных. Затем добавились землетрясения, цунами, извержения вулканов. А третий этап — магические деформации. Случайные отголоски заклинаний, возникающие сами по себе и пропадающие точно так же. Разрушительные. Смертоносные. Опустошительные. Их я и называю аномалиями, — попытался я донести до них опасность, с которой столкнутся они и их потомки, если будут действовать безрассудно.

— Сколько времени продержался твой мир? — задал вопрос Первый. — Были ли там такие же вторженцы, как у нас? Порталы с тварями…

— Всё началось с войн… Бесконечных войн, сделавших непригодными для жизни регионы, где умещались большие города, а порой и целые государства. Никто к нам не вторгался из других миров. Не было и межмировых порталов. Мы и сами прекрасно справлялись с уничтожением собственного мира…

Я вздохнул и продолжил:

— Люди хотели жить, потому были вынуждены двигаться, чтобы найти новое место. Более безопасное. Но их соседи были не слишком рады многомиллионным армиям и беженцам. Из-за этого войны продолжались. Сражения не утихали. Всё новые и новые территории превращались в каменную, безжизненную пустошь. И так, постепенно, всё больше людей гибло, а вместе с ней и привычный нам мир.

Мы растили свой мир тысячи лет, а потеряли за два века… — покачал я головой. — Когда я взошёл на престол, мира уже и не было. Остались сплошь осколки былой цивилизации. Мы превратились в скитальцев. Тогда же я узнал о портале в другой мир. Я начал искать повсюду, даже в самых ужасающих местах на планете. И вот… Я здесь. Не знаю, почему именно ваш мир стал центром притяжения странников, но… У вас есть возможность получить наш опыт и не допустить наших ошибок. Не потеряйте это.

Я закрутил вокруг себя вихрь маны и отправил магический поток в небо. Яркий, видимый всеми нами. Он просочился через всю атмосферу, практически до самых облаков, дрогнул и сместился в сторону.

— Вот и доказательство… Рубец на небе. Признавайтесь: часто сюда послушных слимов вызывали, открывая Герру тьмы над Авой? — с неодобрением, как на вредных котят, посмотрел я в прорези масок безликих.

— Бывало… Они были послушными, следовали воле призывателей и становились либо частью армий опустошения, которые обрушивались на земли имперцев, либо становились кормом для тренировок магов и стражи, — взял на себя удар Первый, будто это он сам, единолично принимал такие решения.

— Откажитесь. Прекратите эти практики. Пока шрам не стал язвой. Эта язва не позволит вам творить безопасную магию. Заклинания станут нестабильными, плетения начнут обрываться и вредить самим магам. А быть может, эта язва станет маяком для Герры тьмы, когда она захочет выпустить очередной миллион слимов в наш мир для своих целей. И вы уже не будете их контролировать.

Я потёр переносицу и посмотрел на слегка возросшее число моих элементалей и скрывающихся рядом с ними духов. Три генерала и один правитель ждали своей очереди на новое тело и жизнь.

Я не стал торопиться и впопыхах создавать для них непонятно что. Пускай они познакомятся с моей силой и возможностями, подумают, какие стихии им ближе. Пока их повелитель, можно сказать, силой заставил их пойти следом за мной и молча подчиняться. Позднее мы обязательно проведём с ними детальную беседу в неформальной обстановке.

Самое забавное во всём этом, что из этой четвёрки военным генералом изначально был только Леорик! А эти трое… Скажем так, они были вынуждены познакомиться с её величеством Войной, хотя при дворе до этого занимали другие должности. Но для меня это даже плюс.

Первый заведовал лекарскими делами. На современный лад — министр здравоохранения. Пусть времена изменились, методы и способы лечения поменялись, но опыт управления у него должен был остаться. Осталось найти советников и помощников, нарезать задач, подобрать подходящее тело — и у меня будет свой дух-целитель, прикрывающий одно из важнейших социальных направлений государства.

Второй — помощник главы корпуса стражей сокровищницы. Не простой сокровищницы, а главной во всём Авалоне. Попутно именно он занимался перевозкой и сопровождением ценностей в пределах империи по приказу императорского двора. Неплохой воин, а ещё командир отряда специального назначения. Переквалифицировался в армейского командира из-за войны Тысячелистника. Он ещё и прекрасно разбирается в ценностях, артефактах, умеет их хранить, оценивать и обслуживать.

У меня сразу возникло несколько мыслей, куда его можно пристроить. С одной стороны, можно дать ему должность на стыке министерств транспорта и экономики. Это должно быть ему по плечу, особенно если найти достойную команду. А с другой, можно сделать его хранителем артефактов и магической сокровищницы королевства. И тут нельзя хвататься за всё подряд. И то и то — важные направления. Посмотрим, где мне будет больше нужен человек с его навыками и знаниями.

Третий оказался ботаником… Нет, серьёзно! Был учёным из имперского аккадеумария — что-то вроде академии наук. В общем, талантливый маг, способный на многое. Особенно хорош в создании ядовитых растворов, бодрящих наркотических препаратов последнего шанса, в управлении стаей хищных деревьев…

На поле боя он сам не появлялся, но число жертв от его рук всегда было запредельно высоким. Не так много генералов получили при жизни прозвище Доктор Смерть. Даже Леорик говорил о нём с некой толикой страха и уважения. Я же сразу увидел в его уставших глазах своего будущего министра сельского хозяйства. Даже спросил напрямую, что бы он предпочёл: копошиться в земле и заниматься растениями или смешивать яды и убивать врагов на поле боя.

— Земля… — не потратил и секунды на размышления Доктор Смерть.

— Тогда готовься заниматься продовольственной безопасностью, — кивнул я, и от моих слов Леорик впал в ступор.

— Разве тебе не нужны воины? Генералы? — спросил он тогда.

— Поверь моему опыту. Среди легендарных духов прошлого куда чаще попадаются прославленные генералы и полководцы, главы кланов и родов. Мирные специалисты — большая редкость. Если есть кто-то, кто сможет обеспечить нам надёжный тыл, то и сражаться на полях сражений будет намного легче.

Недолго подумав, Леорик согласился со мной, что времена и ситуация изменились и правда на моей стороне, после чего потребовал от всех следовать беззвучно за мной и внимательно наблюдать за тем, как изменился их мир и родная Ава.

Перед тем как отправиться на портальную площадь, я подписал меморандумы о добрососедстве и сотрудничестве, о признании государства, о торговле и о пограничье. Территории мне никто не отдал. Пока не отдал. Желания у них было мало, да и требовалось пообщаться с представителями этих самых приграничных территорий. Безликие так и не сошлись во мнении о необходимости буферной зоны, которая отделит их внутренние земли от имперских.

Ну, с этим я ничего не мог поделать. Они должны сами понять, насколько им выгодно сокращение линии фронта и есть ли риски обхода со стороны Славии. В конце концов имперцы и по Хладоморью могут добраться до внутренних земель архаритов при помощи флота. Хотя, конечно, это очень рискованно. Потопить один корабль магов намного проще, чем уничтожить дивизию, прущую вперёд через границу под прикрытием артиллерии и бесконечных лесов да горных склонов.

Другой приятный бонус, кроме десятка предварительных соглашений, — «подаренные» три сотни рабов из числа иномирцев. Причём двадцать из них — весьма сильно истощённые представители других рас. Не люди. Тоже предмет особого разговора.

Их появление не стало для меня неожиданностью, но интерес разогрело в два счёта. Все они оказались магами. А это значит что? Новые открытия! И пусть архаритские дознаватели уже выяснили всё, что возможно, и теперь уверены, что ничего интересного их знания не содержат, я был иного мнения.

Даже странно, что они решились на такой жест… И вдвойне удивительно, что я почувствовал два очень знакомых магических импульса за пределами городских ворот, после которых к безликим подбежали помощники и принесли новости…

Ещё два микроскопических портала на мгновение открылись и словно выплюнули наружу людей. Я проигнорировал правила хорошего тона и рванул в сторону городских ворот, наблюдая, как уже собирается толпа и стража.

В воздухе ещё витали отголоски портальной магии, когда мой взгляд упал на мать с ребёнком, лежащим на грязной дороге без признаков жизни, и рогатую тварь, как две капли воды похожую на тех, что я видел за пятистихийным магическим щитом, отделявшим Герру тьмы от жителей другого мира.

Подобно молнии я переместился к женщине и ребёнку. Живы, но без сознания. Капюшоны скрывают их от палящего солнца. Сразу отметил непохожесть на остальных людей: золотые линии на руках и шее, подобно татуировкам. Магических источников нет.

— Линии не простые. Похоже на эффект от магических заклятий или артефактов. Но сейчас они пустые… Любопытно… О, а лицо у неё, как у восточной красавицы.

Я убедился, что жизням двух иномирцев ничего не угрожает, и создал элементаля, чтобы он не подпускал сюда местных. Состояние этих двух было очень похоже на моё, когда я только сюда попал. Впрочем, в отличие от меня, они хотя бы прикрыты одеждой.

Ну а что до рогатого…

Он был живее всех живых, и портал за его спиной ещё имел какую-то форму. В руках рогатого плескалась магия, и казалось, будто он пытается закрыть портал.

Он громко ругался, его когтистые сиреневые ладони светились белым светом и вливали в портал энергию. На секунду мне показалось, что из портала вытянулась чья-то монструозная лапа, но свет был слишком ярким, ослепляющим. Рогатый ударил со всей силы — так, что пространство вокруг него пошло трещинами, — и портал схлопнулся. Иномирец весело рассмеялся, что-то показывая то в сторону портала, то в небеса.

Реально ругается… Всё же, сколько бы странных существ и людей я не видел, а у всех хлопки по оттопыренной заднице и прочие вульгарные движения в районе паховой зоны воспринимаются одинаково оскорбительно.

— Так, а ну, не буянь! За тобой наблюдают дети и женщины! — подскочил я к нему и треснул по затылку, отправляя на землю.

Как маг он может и неплох — даже сумел сохранить силы и боеспособность после перехода в этот мир, в отличие от меня, — но физически он мне и в подмётки не годится.

Я схватил этого крикуна за рога и потащил в город. Элементаль земли поднял мать с ребёнком и пошёл следом.

— Господин! Что происходит?

— Ничего, Таша. Просто я нашёл языка из мира рогатых тварей и странную девушку с ребёнком. У меня тысячи вопросов к ним, так что местным я их не отдам. Пойдём. Строй элементалей и подаренных нам иномирцев. Мы возвращаемся домой.

— Есть! — приложила она руку к своей голове и слегка оживила своё пламя, заставляя попятиться остальных жителей Авы.

Прокладывая коридор в море людей, моя помощница и элементали прошествовали через половину города, пока не добрались до портальной площади. В конце этой процессии вместе со мной шли и безликие, заставляя простых жителей упасть на колени или склониться в глубоком поклоне одним лишь своим присутствием.

Будем считать, что я сорвал настоящий джекпот в этом путешествии. Особенно если удастся найти общий язык с рогатым.

* * *

Пробуждение было тяжёлым. Альму тошнило, её голова кружилась. Девушке казалось, будто она падает в пропасть. Далеко не сразу мысли пришли в норму, а телу хватило сил на то, чтобы разомкнуть глаза.

— Магдалена! — забыв о слабости, тошноте и головокружении, подорвалась было Альма, желая узнать судьбу своей дочери, но её будто каменной плитой придавило…

Что-то сжало девушку, грубо сдавило со всех сторон.

Альма не слышала своего голоса, не понимала, где находится. Перед глазами всё плыло, а вместо звуков слышался один лишь писк.

Вскоре яркий свет ударил ей по глазам, хотя она всё продолжала надрывать глотку, пытаясь докричаться до дочери. Секунда — и всё её тело задрожало и оказалось придавлено к чему-то холодному. Размытость начала отступать, а писк — утихать. Вместе с тем она обливалась потом от страха.

Давящая сила, приковавшая её… Она была ужасающей. Тиранической. Это была магия… Магия, которую она боялась представить даже в ужасном сне.

Душа металась, запертая в теле, сердце билось как сумасшедшее. Чувства приходили в норму, но от этого становилось только страшнее.

«Неужели он нашёл нас? Сила, как у отца. Давит… Неужели его свора догнала нас, а ритуал провалился? Как я могу отдать ему Магдалену⁈ Этот бесчеловечный ублюдок… Нет… Только не это!» — страх застелил глаза девушки, и она потеряла сознание, как только увидела человеческое лицо с волевыми чертами правителя.

Альма даже не успела осознать, что человек перед ней имел другой цвет глаз и волос. Да и вообще, он был слишком молод и непохож на ужас, преследующий сбежавшую принцессу даже в кошмарах.

Второе пробуждение было намного спокойнее. Чувства сразу отозвались. Мягкий приглушённый свет освещал комнату, в которой Альма находилась.

— Мама! Ты проснулась! — тут же бросилась в её объятья Магдалена, прекратив играться с эльками.

— Доченька моя, родная! Ты как? Всё хорошо? Тебя не обижали?

Альма прикоснулась к своим маглиниям, что не только украшали всё её тело, но ещё и проводили магию по телу этой неодарённой дочери правителя. Они были пусты. А значит, Альма беззащитна.

— Мама, всё хорошо! Нас нашёл и приютил дядя Сергей! Он даже создал элек, чтобы мне было веселее ждать, пока ты проснёшься! Ты так долго не просыпалась… Целую неделю! Он сказал, что ты очень устала…

— Дядя… Сергей? — Перед глазами Альмы всплыло лицо молодого человека, которое она увидела прямо перед тем, как потерять сознание. — Скажи мне, что он тебя не трогал! Солнышко моё, как он выглядел? Он носит символы нашего дома?

— Нет, мамочка! Он весёлый! И забавный! И ещё у него есть большие эльки! Ты должна с ним познакомиться! Он крутой! Командует тут всеми!

— Вижу, вы проснулись. Я сообщу своему повелителю, — показалось из-под потолка странное воздушное существо и улетело в открытую форточку.

Альма поднялась с кровати, ощущая слабость, и с трудом подошла к окну. Там она увидела плац и тренировочную площадку, по которой бегали люди и существа, подобные тому, что покинул их комнату.

Девушка осмотрела свою одежду. От изысканного саванна не осталось и следа. Вместо него она увидела безвкусный халат, напомнивший ей о госпитале.

— Меня раздевали? Надеюсь, хотя бы не осквернили тело… Куда же мы попали…

Дверь вдруг открылась, и Альма встрепенулась. А вот её дочь тут же с радостью бросилась вперёд, пытаясь обнять огненного духа.

— Магда! Стой! Опасно!

— Не переживайте… — с ловкостью и грациозностью кошки увернулась Таша от объятий непослушной девочки: она уже привыкла к их игре в догонялки. — Ситуация под контролем.

На руках Таши были жаростойкие перчатки. Ими она и подхватила девочку, после чего передала её в руки матери.

— Меня зовут Таша. Можете быть уверены, вам благоволят боги, судьба и вообще все высшие силы, какие только есть, ибо вы попали в этот мир на глазах у моего господина. Он такой же, как и вы, и при этом единственный, кто защищает прибывающих из других миров странников. Местные правители обычно всех порабощают и убивают со временем.

Господин сейчас занят. Велел мне познакомить вас с вашим новым домом. Ваша одежда постирана и лежит в комоде. Можете переодеться. Также в холодильнике находится еда…

— Холодильнике? — не понимая, что имеет в виду Таша, уточнила Альма.

— Понятно… Тут продукты. Поешьте, наберитесь сил. И личная просьба от моего господина: «Не орите мне на ухо при следующей встрече. Я не ваш отец и убивать вас не собираюсь». Как-то так.

Альма вмиг покраснела, осознавая, в какую ситуацию попала.

— Хорошо. Я готова принести ему свои извинения за неподобающее поведение. Что дальше? Какие ещё будут указания?

— Никаких, — пожала плечами Таша. — Живите, осваивайтесь, общайтесь, думайте, какую пользу вы сможете принести всем остальным. Мы не благотворительный фонд. Сбежать можете, но, скорее всего, вы просто погибните в скором времени. Неодарённые и без охраны в мире, где вокруг то и дело сражаются люди, а монстры и дикие животные ищут, кем бы перекусить, вы долго не продержитесь.

Альма поняла, что о её происхождении местные ничего не знают. Но разве ей, как принцессе, пристало трудиться? Всю жизнь она была символом восставших, яркой звездой, зажигавшей сердца непокорных!

«Хотя… Если это действительно та самая тихая гавань, куда обещал отправить меня тот старец из храма, то… Возможно, пришло время измениться».

— Моя мама — принцесса! Ей нельзя работать! — тут же выдала её с потрохами дочка.

— Магдалена! — с возмущением произнесла Альма.

— Ещё одна принцесса, да? — улыбнулась огненная демоница. — У нас пашут даже императоры! Вон один на тренировочной площадке рубит ладонью каменную глыбу. Не переживай, девочка. Господин найдёт достойное применение талантам твоей мамы.

Альма внезапно почувствовала себя крайне неловко и отчего-то представила, что её единственный отмечаемый отцом дар — красота — превратил её из принцессы в грязную торговку собственным телом.

— Ох, а вот и господин вернулся… — произнесла Таша, указывая на окно.

Альма с дочерью тут же посмотрели в ту сторону, куда указала огненная дева.

Правитель Данского королевства появился у тренировочной площадки, а спустя миг на ней оказался огромный — высотой с десятиэтажный дом — обелиск из цельного куска камня. Да и сам правитель выглядел как каменный гигант, вбивая монумент в землю своими титаническими руками.

— Ваш повелитель — гигант? Я думала, он человек…

— Это его рабочая униформа. Ещё один обелиск… В этот раз просто огромный! И где он его только нашёл?..

Продолжение будет 13 июля. Раньше не получается, увы.

Глава 2

— Да ладно? Эта принцесска проснулась наконец-то? — удивлённо произнёс я, как только закончил монтаж очередного обелиска.

Всего их было семь в моём распоряжении. Шесть уже стояли, приковывая взгляды, и даровали защиту и благословение жителям Бурого. И этот, последний должен будет оберегать северные границы города. На сегодня этого более чем достаточно. Вообще, все жители города могли бы укрыться и под одним обелиском, но стройка у нас идёт масштабная, широким фронтом и на солидном расстоянии от восстановленного центра города.

— Так точно, ваше величество. В данный момент к ней отправилась Таша с вашими распоряжениями. Могу ли я быть вам ещё чем-то полезен?

— Истерила она?

Когда эта восточная красавица впервые очнулась в Дижоне и чуть не превратила меня в инвалида глухого, а после вновь отключилась, я решил не тратить время на попытки пробудить сходящую с ума девицу, а оставить всё на естественные процессы. И вот спустя неделю, она очнулась, что уже неплохо.

— Совсем немного. Когда отправился к вам, она уже успокоилась, — ответил весьма разумный элементаль.

Его я создавал в качестве прообраза для одного из генералов, оттого помощник выдался весьма умный и способный. Надо было себя хоть чем-то занять по дороге из Авы в Бурый… Скука смертная была! Ни толп неупокоенных духов, ни слимопадов…

Когда прибыли в Дижон, я быстро осмотрел город, пообщался с баронами, с Григори пошептался: велел ему налаживать понемногу связи с Авой и доложить мне, когда его попытаются завербовать как шпиона. Григори очень обрадовался, узнав, что мы не будем воевать и что его семья не станет козлом отпущения из-за его вынужденного предательства. А когда он узнал, что я назначил его отца нашим послом, то и вовсе облегчённо выдохнул, ведь это гарантирует по законам древности дипломатический иммунитет. Парень прям оживился и, казалось, помолодел от таких новостей.

С вассалами у Григори дела обстояли средненько. Далеко не все обрадовались смене правителя, и некоторые подчиняться мне отказались. Но рубить с плеча я не стал. Вместо этого мы с Григори обсудили методы воздействия: от агрессивных нападений до экономических санкций. Сошлись на том, чтобы перерезать недовольным пути снабжения при помощи отрядов хмурян. Кочевникам это было даже в радость. Разбойники с большой дороги на службе у короля… Удивительно, как порой переплетаются судьбы.

Ещё было удивительно видеть в Дижоне торговый караван из Бурого. Он занимался по приказу поиском и прокладкой путей, по которым техника могла бы пройти через дикие места. Вот с этим караваном мы и отправились в Бурый. Но когда я понял, как долго придётся ехать, тут же собрал всю свою многочисленную свиту элементалей и отдал им новый приказ — следовать за караваном, охранять его, помогать прокладывать дорогу, расчищать землю, стёсывать горы, если понадобится, и делать переправы через реки. А сам взял Ташу, четырёх призраков, рогатого молчуна, что ни один местный язык не понимал, девочку, что пришла в себя, но была так слаба, что почти сразу, как покушала, вырубилась в объятьях матери, жизни которой ничего не угрожало. Забрал один вездеход и на нём помчался вдаль.

Путешествовать так мне даже понравилось. Если впереди нет дороги — создал каменного или земляного великана, передал ему ребёнка с матерью, и он их переправил через препятствие. Следом и я перебрался, и Таша рогатого приволокла, а там уж снова добро пожаловать на борт вездехода. Это сократило путь с недели до дня! А ведь до Бурого было больше тысячи километров бездорожья.

Как вернулись в родные края, отдал Магдалену и её крикливую мамочку Альму под наблюдение врачей. А они уже выделили им комнату в здании, которое все дружно обозвали королевской резиденцией. Только вот если сравнить с дворцом и прочими строениями Авы… Мой домишко не дотягивал даже до захудалого придорожного трактира. Даже полученное под посольство поместье было в разы внушительнее! Ну да ладно. Всё равно я в нём жить не собираюсь.

Магдалена рассказала мне довольно много интересного, ну а я, чтобы девочка не скучала, наделал целую свору мелких шкодников, с которыми она и играла, пока мать её набиралась сил после душевного шока.

Что там Альме привиделось, я не понял. Но сама она была интересной. И даже не своей историей или происхождением — личных трагедий и драм у каждого жителя Бурого наберётся с избытком. Нет, меня заинтересовала её магия. Эти полоски, золотые татуировки-проводники, позволяли ей прикасаться к магии, несмотря на то, что благословения от природы она не получила. И её дочка такая же. Ребёнок как смог объяснил, что эти маглинии — символ рода и их наносят каждый год, на день рождения, увеличивая таким образом их красоту.

Насчёт красоты я был, конечно, согласен, но у них наверняка есть и куда как более практичное применение.

За неделю, воодушевлённый успехами и перспективными открытиями, я в буквальном смысле три горы свернул, разыскивая обелиски в древних руинах. Я не особо переживал за возможное нападение имперцев. Не страшили меня и легионы архаритов. От потенциального нападения безумцев вроде наёмников и убийц, подосланных всякими фанатиками, мой город и людей в нём защищали духи ветра и Агма на пару с одним из трёх легендарных элементалей. Обелиски же должны были защитить от безумства слимов. Случайных жертв нам здесь не надо.

Кстати, легендарных элементалей скоро станет семь. Нет, даже восемь! И у меня уже сферы готовые под это дело имеются! Правда, хватит не на всех… Но что-нибудь придумаем.

За время в пути я успел хорошенько познакомиться с обалдевшими и не выбалдевшими обратно от стальной повозки, на которой я рассекал по бездорожью, тремя генералами. (Леорик уже принял тот факт, что мир изменился до неузнаваемости.) Ничто так не сближает мужиков, как необходимость вместе решать логистические загадки в попытке не въехать в болото.

В общем, добрались мы нормально и с мужиками всё обсудили. Будем работать. На случай войны у них, конечно, будут боевые способности, но в целом я их вижу в качестве управленцев. Правда, им надо будет догнать пару тысяч лет технического прогресса, но ничего. На «Ятрубе» хватает обучающих видео, а среди союзников из Славии хватает консультантов. Пока обойдёмся теми, кого его императорское величество пошлёт. А после уже и своих заполучим и обучим.

До этого у меня не стояло такой цели, но теперь я среди недовольных своей судьбой душ буду кастинги на воскрешение проводить. И всё будет зависеть от их прижизненных занятий и опыта.

Вообще, если так подумать, то, будь в этом мире много некромантов, они бы от зависти зубы в порошок стёрли. Но именно они-то и поняли бы, что секрет силы кроется не в тёмной магии, а в понимании душ человеческих.

Они, как мои коллеги, были бы и рады повторить всё, что я вытворяю, но они только и могут, что поселить душу в труп какой-нибудь или придать чуть больше сил духу-призраку, чтобы он не просто летал невидимкой, но и мог хотя бы выть, а иногда и книги с полок ронять пугая.

Эффективность — не лучшая сторона некромантов. Да и мудаки они все, если честно… Вместо освобождения и получения верного боевого товарища, они пытаются силой контролировать душу. Ещё и смысл воскрешения поганят своими некромантскими костылями. Бестолочи… Хороший пример того, что великую силу нельзя давать в руки дилетантов.

В итоге с Леориком и генералами я заключил контракт на четвёртый день и создал каждому из них подходящее тело. Они долго думали, ходили, присматривались к элементалям, выбирали и — сами в итоге заявились ко мне одним поздним вечером с «эскизами» своих новых тел.

Сейчас все четверо интенсивно практикуются на тренировочной площадке. Тупо учатся ходить, бегать, прыгать и жить в новом теле. И с учётом их выбора, делать им это предстоит ещё долго… Всё же взять полные латные доспехи как основу для элементаля и насытить их внутри магической стихией, с которой ты всегда жил, — любопытное и нестандартное решение.

Комплекты доспехов, достойные зачарования и превращения в элементаля, нашлись без особых проблем. Куда сложнее было внутрь засунуть силу стихии и гармонично объединить с доспехами, чтобы тело казалось единым.

Свет, если уметь с ним общаться, весьма податливый, и у меня запечатать эту стихию в металле получилось довольно легко. Потому первым удалось создать тело для министра здравоохранения. Ладно, пока ещё лишь потенциального министра. Экзамен на профпригодность он ещё не прошёл. Ему предстоит доказать, что его родная магия света способна не только раны прижигать и болячки от микробов очищать.

С ним ещё получилась забавность: его светящееся от счастья лицо ослепляло всех вокруг. Так что мистер, получивший от детишек прозвище «Айболит», ходил с вечно закрытым забралом.

Вторым был Доктор Смерть. Хотя у нас ему будет отведена роль повелителя пашни. По его же хотению. Он был магом стихии земли и природы. Собственно, недолго думая, я напихал в доспехи всего того, что было так ему мило: и камушков, и чернозёма, и разных прикормок для роста волос. То есть травы… Ну и саженец посадил, чтобы он там всё связал своими корнями. Саженец, к слову, наш министр сельского хозяйства сам выбрал — сразу указал на клён.

Совместить всё это в единое целое было настоящим испытанием. Пришлось покорячиться, но всё же я это сделал. Создал ему что-то вроде кожи, костей, сухожилий и каменных мышц. Он очень полюбился дамочкам. Прячущий своё лицо загадочный рыцарь, чьё тело украшено сотней прекрасных цветов. Один минус: весит наш земледелец и вор дамских сердец столько, что на свежей пашне уходит в землю по колено…

— Никогда бы не подумал, что Доктор Смерть такой романтик… — подытожил наши общие мысли и чувства Леорик.

Третье тело — новое дело. За него я взялся в последнюю очередь, потому что подходящих материалов под рукой не было. Собственно, пришлось бежать в горы и в старых шахтах искать кристаллические образования, потому что суть магии последнего генерала Леорика заключалась в призыве кристаллов, которые используются магами в качестве боевых катализаторов, а порой и намеренно взрываются. Тут нужно быть осторожным.

И теперь мне понятно, почему этот генерал был хранителем сокровищницы… Его магия и одержимость драгоценными камнями сделали его тем, кто он есть. Этот гад даже привередничать начал, перебирая добытые мной кристаллы:

— Это не то, тут примесей много… А это вообще кварц обыкновенный!

Повезло, что у меня много элементалей земли было, и я буквально выпотрошил те заброшенные шахты, выкапывая из горных штолен несколько тонн кристаллических образований.

Последним был Леорик. И его выбор… Ну, скажем так, я сперва не поверил в то, что услышал. Я ведь даже не узнавал, какая у него магия была… В общем, выяснилось, что один из древнейших правителей архаритов — некромант… Да ещё и неправильный к тому же!

— Ты уверен, что из всех многочисленных вариантов хочешь выбрать этот? — уточнил я в тот раз.

Леорик молча кивнул и указал на семь артефактов из своей же сокровищницы. Какие-то мало что значащие железки и камни, кристаллы и медные пластины.

— Ты что, ещё при жизни планировал своё воскрешение?..

— Ну а зачем я хотел, чтобы в час нужны наследник открыл мою гробницу? Почему, ты думаешь, я столько лет сидел в одиночестве? Я император Леорик! Король мертвецов! Именно это приносило победу на поле битвы. Я забирал у людей их боль, когда они шли в атаку. Они умирали, не щадя своих жизней, и утаскивали в ад врагов. А когда падали на пропахшую кровью землю — вставали вновь!

— Я не люблю некромантов.

— А я не люблю проигрывать в шахматы! Но всё когда-то случается в первый раз, — ответил он мне, и мы отправились на переговоры. Долгие и шумные переговоры…

Я не мог позволить бичу жизни свободно разгуливать по моим землям. Я не мог позволить Леорику погубить с таким трудом завоёванную мной репутацию. Но вместе с тем… То, что делает он, пусть это и неправильно, может стать нашим козырем. Его сила может быть опасна для других, но не для меня.

И пусть это прозвучит ужасно, но, вздумай на меня напасть Андулия или ещё какая-нибудь империя, я буду вынужден защищаться. Смогу ли я отправить на их земли орду элементалей, чтобы та сровняла с землёй их города? Нет. Я могу уничтожить армию, что пришла убивать моих людей и грабить мои земли. Но я не смогу обрушить ответ на земли агрессоров, не задевая невиновных. А случайные жертвы будут…

С другой стороны, как поведут себя вражеские войска, если узнают, что прямо в тыл их войска, беря в окружения города, движутся легионы нежити? Леорику ведь даже не обязательно убивать. Тактика запугивания… Люди просто обезумят от страха, а правители направят все доступные силы на отражение нападения мертвецов. Одна-две битвы, при которых войска мёртвых будут уничтожены, вернут в гарнизоны любые экспедиционные силы имперцев. А главное — никто не сможет даже связать меня с этой атакой. Просто совпадение… И всего-то минимум жертв, обгаженные штанишки правителей и уставшие, запыхавшиеся солдаты, несущиеся со всех ног, чтобы отразить страшную напасть.

Леорик может стать этой опасной, пугающей до дрожи марионеткой. Но надо обозначить, что он и его мертвецы могут делать, а что — нет.

В итоге мы заключили соглашение, и я дал ему желаемое тело. Тело, состоящее из собственных скрижалей силы, что хранят его магию и воспоминания о былом. Последних капель духовной силы более чем хватило на это.

В одной из скрижалей спали души воинов. В другой — запасы маны, собранные придворными магами в количестве, достаточном для призыва сотен тысяч мертвецов. В третьей скрижали была заключена магия гниения. Сам он ей не обладал, но благодаря артефакту мог её пользоваться. Как он сказал, уничтоженные поля прочищают мозги лучше сожённых домов. И ещё несколько фокусов у него было в рукаве, связанных с усилением и контролем своих мертвецов.

Осталось только понять, где ему копить свою силу и мощь, где он должен искать души убитых. Не тех, кого я отпускаю из оков смерти в реку вечности, а таких, как те тысячи случайных жертв атаки слимов. Он и от неприкаянных душ не отказался бы, но…

— Извини — это моя работа. Лови лучше отголоски случайных погибших людей. Они всё равно будут пребывать в вечном сне, пока ты их не призовёшь. А умерев второй раз, они мгновенно пройдут очищение и вернутся в поток великой реки вечности, — сказал я ему тогда, и Леорик согласился.

В общем, с генералами разобрался, с обелисками тоже. И город растёт не по дням, а по часам. Элементали, правда, заканчиваются… Но тут уж ничего не поделать. Чем активнее они шевелятся, тем короче их жизненный цикл.

Где бы мне найти ещё духовной энергии, чтобы восстановить популяцию помощников? Всё же они и на стройке, и при переноске грузов, и при прокладке дорог пользу приносят, не говоря уж о защите людей.

Знать бы, где там Каркарыч, Буров и Люмин… Они как ушли на север, так и шляются там, путешествуя от одного приграничного повелителя к другому. Единственное, что я знаю наверняка, — они в порядке. Были бы не в порядке, я бы ощутил, как изнемогает в тяжёлой битве Люмин (благодаря большему количеству духовных сфер я могу это чувствовать на большом расстоянии). Но он полон сил и энергии. Никаких колебаний в нашей связи нет. Что ж… Придётся набраться терпения и ждать их возвращения.

Из первоочередных вопросов у меня осталось: разговорить рогатого, сдаться на пару дней представителю империи и моей королевской администрации… Заглядывал я в свой кабинет: меня там ждёт три стола, заваленные стопками бумаг высотой около метра. Ужас… Кошмар!

А ещё надо вкусно поесть, извиниться перед Анной за то, что сбежал сразу после возвращения, и по возможности выспаться! А ещё заняться просветительской работой среди иномирцев. И узнать, кто они и как сюда попали. Вот бы эти старые дурни Ракийские мне ещё и личные дела передали вместе с бывшими рабами… Эх…

Альма ещё эта с её загадочными полосками… Чую я, это может стать бомбой в мире научно-магического прогресса.

Но в первую очередь надо найти энергию для создания новых элементалей. Эх, вот бы небо разверзлось и отправило мне подарок…

Взгляд упал на идущих с обеда архаритов, занимающихся постройкой домов для себя и других жителей города. Среди них много магов…

— Хм… Секундочку! — Я сорвался с места и стал прямо на пути трёх с лишним сотен строителей. — Среди вас есть призыватели, способные вызвать слимов?

Робко поднялась одна рука… Затем вторая и третья.

Да ладно⁈ Решение всегда было у меня под носом, но я не замечал этого… Контролируемый слимопад — залог создания элементалей, способных прожить годы!

— Вы трое — за мной.

Это настоящее мошенничество в мире магии. Но так как правил на этот счёт не существует, я собираюсь использовать эту возможность по полной. Главное — призывы делать в разных местах, чтобы планета не страдала, и не оставались шрамы на её магическом поле.

А рогатый пускай подождёт. С ним Таша прекрасно справляется, обучая азбуке: бьёт по рогам словарём, если тот ленится. Даже я бы лучше не справился.

Следующая прода, вероятно, тоже через день. Постараюсь нагнать темп в ближайшие дни:)

Глава 3

Сборы призывателей из числа пленённых архаритов, что дорабатывали у нас свои последние дни, и их надзирателей, добровольно решивших мне служить ради всеобщего блага, напоминали цирк…

Я не успел никому ничего объяснить, и мой план остался секретом для всех, но уже разбрелись всякие слухи повсюду. И Один хуже другого… То я собираюсь всех призывателей публично казнить, то планирую отдать их имперцам, то ещё что-то, придуманное воспалённой фантазией бредящих от страха трусов.

Пришлось провести не одну и не две разъяснительные беседы и хитростью да подавляющей аурой заполучить информацию обо всех нужных мне людях. По итогу вышла неплохая картина: триста семьдесят один призыватель и двести одиннадцать помощников, которые не обладали нужными магическими навыками, но были хороши в подготовительной работе.

Я всех их собрал под одной крышей, в большом зале и начал беседу. Меня интересовали способы призыва, подготовительные процессы и каких масштабов может достичь небесный разрыв.

Информации было много. Некоторые, особо пугливые, поняв, что это их шанс выделиться, решили рассказать мне буквально всё. Одни пошли по их стопам, и получился своеобразный симпозиум призывателей, обсуждающий тренды и веяния в опасной науке слимоводства. А другие, наоборот, замкнулись в себе и стали темнее Герры. Мне на их душевное состояние было, если честно, плевать: их дни в качестве невольников практически сочтены, о чём они пока не знали. В общем, как только ко мне в гости прибудет дипломатическая процессия, они окажутся свободны и уйдут через портал в Буром, который Безликие обязались построить для связи двух столиц. Ава и так сполна заплатила за попытку развязать войну на моей земле…

Да и вообще, в сравнении со многими, основные правители архаритов были везунчиками. Руки-ноги целы, головы на плечах. Одной битвы хватило, чтобы перевернуть их картину мира. Пусть и жаль, что пролилась кровь, но это и были те самые щепки, что разлетаются повсюду, когда рубят лес.

В общем, я верну этих добрых молодцев, что не решились мне служить, на родину, и пусть они рассказывают обо всём, что увидели… О силе, о стремлениях, об амбициях маленького, но гордого королевства. О том, как я отношусь к слимам и как добиваюсь от имперцев послушания на своей земле.

Десять часов мы разговаривали о природе магии призыва. Жертвенники строить я не собираюсь, а значит, нужен какой-то иной энергетический катализатор для насыщения печатей и призыва слимов. И к счастью, альтернатива была, так скажем, под рукой. Если все эти пять с лишним сотен призывателей порежут ладонь и выльют хотя бы двадцать-тридцать миллилитров крови на землю, этого хватит для кровавого ритуала. Конечно, масштабы будут совсем не те, как при призыве в Радаевске, где жизненная сила десятка магов использовалась для масштабного вторжения… Но мне и этого хватит.

Мы начали готовиться. Я созвал совет, назначил старших среди призывателей, выбрал местность в отдалении от города. Как раз там, где Арианой было выращено любопытное древо Жатвы. Эта лесная красавица ещё не вернулась, да и я ещё к ней не заглядывал на обратном пути.

Надеюсь, Каркарыч скоро вернётся. Можно будет отправить его к Ариане. Ну а если нет, создам надёжного помощника. Благо энергии вскоре у меня будет море для этого дела.

Подготовка началась основательная. Маги архаритов рассчитывали странными формулами объём слимопада, вероятность появления красноглазых, определяли площадь разрыва и его долговечность. А имперцы перебрасывали военные подразделения для укрепления зоны вокруг места будущего падения. Особенно хорошую защиту они выставили у строящихся дорог, у аванпосты и на берегу реки с восстановленными городскими кварталами. Архаритским магам они не доверяли, потому стали подтягивать роты огнемётчиков, собственных магов, стрелковые подразделения, вооружённые магическими боеприпасами, и бронетехнику, созданную для отражения нашествия слимов.

Я тоже готовился как мог. Постепенно были приостановлены все строительные проекты, в которых участвовали элементали. Маловато их оказалось… Да и в основном земляные да каменные. Гигантского элементаля, созданного для захвата слимов и гопслима уже не было. Он лежал кучей раскуроченных камней и ржавеющих труб у закопанных в землю тонн гопслима к северу от города. Восстановить его можно, но у меня пока не появилось регулярного способа накопления духовной энергии. А для такой туши я выложусь на полную и не оставлю себе ни капли силы для экстренной ситуации. В общем, пока обойдусь своими силами.

Очерченная зона была десять раз перепроверена. Выходило довольно большое пространство — десять на восемь километров. Да, зона для охоты получилась просторная.

Задача архаритов после призыва — брать слимов под контроль и отправлять на вершину холма, к жертвенному древу. Элементали должны будут выступать в роли пастушьих собак, сгоняющих овец в стаю. Имперцы — резерв, уничтожающий любых гадов, что вдруг направятся к границам наших охотничьих угодий.

На окраине города, за спинами бойцов и за окнами построенных домов собралось множество жителей города. Временных и постоянных — пленников и добровольцев. Им всем стало очень интересно, что мы тут делаем.

Люди Бурова контролировали, чтобы не произошло никаких несчастных случаев. Даже принцесска иномирная вместе с дочерью пришли, следуя за сопровождающим их элементалем. А Таша специально по моему приказу привела рогатого. Хочу посмотреть на его реакцию.

Всё было готово к полудню. Ожидалось, что максимум до шести вечера сила призыва иссякнет, если не раньше, и чёрный дождь закончится.

— Давай! — дал я отмашку, объединился с духом ветра и поднялся в небо, обнажая клинок, что мне очень полюбился за свою практичность.

Магические колебания заставили дрожать землю. Листья на древе Жатвы затрепыхались, как во время урагана, хотя ветер, наоборот, стих. Тишина разбивалась криками командиров, призывающих бойцов быть внимательными. Я смотрел на печать и видел, как вверх уходит огромный вихрь магической энергии призыва и врезается в случайную точку.

Простые люди, да и местные маги такое вряд ли бы увидели. Мне пришлось войти в медитативное состояние, чтобы прочувствовать происходящее. И срочно выйти из него, как только в точке удара появилась маленькое чёрное пятно.

С каждым ударом сердца это пятнышко расширялось, поглощая небо и облака. Даже солнца больше не было видно. В общем, огромная тень накрыла Бурый, и чёрная тьма в разрыве пространства радостно забурлила.

С каждой секундой Герра бурлила всё интенсивнее. Всё радостнее и активнее. Словно кипящий суп в кастрюле. Бульон из смерти и тьмы…

Первая капля размером с бульдога вырвалась из объятий своей божественной матери, неся с собой её молчаливое желание уничтожать. Больше не были слышны крики имперских командиров. Ничего не было слышно.

Я заметил, что Герра перестала расширяться, и облегчённо выдохнул: её границы оказались в пределах расчёта архаритских призывателей.

Воздушное лезвие вырвалось из клинка, и первое дитя тьмы превратилось в гопслим, не долетев до земли каких-то пятьдесят метров. А следом ещё одно. И ещё, и ещё… Герра будто разъярилась и выплюнула разом сотни черножопых гадов из своего нутра.

«Давай ещё, тварь. Я их всех уничтожу… Тебе никогда не впиться своими ядовитыми когтями в этот мир. Не отравить его. Ты не смогла сделать этого раньше. Не сможешь и сейчас, когда он под моей защитой!» — Яростными взмахами клинка я отправлял могучие лезвия в чёрные капли.

Мгла накрыла Бурый и яростный ураган ударил во все стороны. Мы были могущественными стихиями, но бились на моих условиях.

Твоё проклятье превратится в благословение для этих людей, Герра. Можешь лить свои чёрные слёзы сколько угодно. Против меня это бесполезно!

* * *

Со стороны это, должно быть, казалось чем-то вроде геноцида. Опыт сражений, контроль чувств, сила и скорость, знание своего врага и подготовленная местность. У слимов не было ни малейшего шанса. Враг был изучен боем вдоль и поперёк за то время, что я успел провести в этом мире.

Не знаю точной природы Герры тьмы, но если она достаточно развитая и разумная, как и положено сущностям вроде неё, то, вполне возможно, она меня вскоре возненавидит. Или уже возненавидела. Всё же наблюдает, как я кромсаю её творения. Только вот я никаких изменений в её поведении не вижу… Она никак себя не проявляет, несмотря на то, что я её использую, преображаю её детищ в чистую духовную энергию, из которой один за одним создаётся могущественный элементаль. Остаётся всё такой же злобной пассивной тучей, скрывающей небо. Неудивительно, что люди спустя столько лет столкновений с Геррой заклеймили её простым природным явлением. А может, так оно и есть. Кто знает…

Шли часы. Тысячи слимов гибли под натиском стихии. И вот с виду бесконечная битва, что шла всего восемь часов, завершилась, как и предсказывали архариты-призыватели. Я даже ощутил приятную тянущую боль в мышцах и сухожилиях, глубинное напряжение магических каналов, через которые прошёл целый океан маны для сотворения элементалей и атакующих заклинаний.

Слимы гибли в небе от моих лезвий, гибли на земле, загоняемые элементалями, гибли у древа Жатвы, следуя приказам призывателей, что таинственным способом ими управляли.

Сотни тварей, несущих тишину, отдавали свои жизни, чтобы на свет родился всего один элементаль… Но зато какой! Я создавал лучших элементалей различных стихий, которых вывел путём многочисленных экспериментов. И у всех них был один жизненный путь на всех: служение и помощь людям, защита мира и созидание!

Один такой элементаль может прожить десятилетия в обычном режиме работяги. А в боевом он способен сражаться хоть несколько дней без устали, причём на пределе возможностей.

К ночи, обладая всё ещё безумными запасами энергии, что ждала своего часа, я создал два десятка таких помощников. И намного больше должны будут появиться в ближайшее время. Благо мне теперь не требуется отвлекаться на битву.

Те жалкие несколько сотен недобитых слимов, которые оказались в ловушке вокруг древа Жатвы, пускай подождут. У меня и так душа, можно сказать, разрывается от такого объёма работы. Это не мелких пакостников тысячами создавать. И даже не обычных элементалей с капелькой души, которые только и могут, что выполнять простые приказы. Тут всё намного сложнее и — душетерзательнее.

Следующие три дня я балансировал на грани. С одной стороны, приходилось сохранять предельную концентрацию, чтобы не растерять силы, полученные во время битвы. С другой — то и дело происходило нечто, что пыталось выбить меня из колеи… То вернулся в город говорун Асфодеус-Каркарыч и стал приставать, едва ли не сводя меня с ума своим занудством и хвастовством. То прибыл гонец от бунтующих против Григори баронств и независимых городов. Мелких, но всё ещё полных жизни городов. То из империи прибыла рекордная колонна из военной техники. То ещё и сваи начали в землю вбивать, строя какой-то завод. Я даже не помню, какой именно из многих планировалось построить первым. То ли бетонный, то ли ещё какой… В общем, кучи дел появились и сами как-то разрешились.

Документы подписывать — это, конечно, очень важно, но вместо меня это способны сделать и те, кому я дал доверенность. А вот элеменатлей вместо меня никто не сделает. Тем более что в этот раз за дело я взялся основательно. Производительность, адаптивность и мощь каждого такого экземпляра была невероятной. Так что я вношу невероятный вклад в будущее города и нечего меня всякой ерундой отвлекать!

К концу третьего дня, как только я слил всю энергию на внеочередного, сто двадцать второго долгоживущего элементаля, а слимы у древа закончились, батарейки сели и у меня. Зевнув так, что даже челюсть хрустнула, я уже запланировал поспать, но тут прибежала Таша…

— Господин! К нам едет Ревизо!

— Кто? Ревизор? — удивился я.

— Какой ещё ревизор? Нет, герцог Ревизо! Представитель совета Раки! Посольство открывать будут! Эй, ты меня вообще слушаешь? — упёрла Таша руки в боки.

— Что? Прости, я зевал, уши заложило… — признался я.

— Архариты едут! Дипломаты!

— Прекрасно, положи их возле камина. А я спать…

— Кого положить? — уставилась на меня Таша.

— Арахисы. Или про что ты там говорила… Всё, меня не беспокоить. Кстати, с рогатым разобралась? Как идёт учёба?

— С трудом… — выдохнула и покачала головой Таша.

— Ну и ладно. Проснусь, сам ему букварём по голове настучу… Досвидос, — махнул я рукой и побрёл я искать кровать для сладких снов.

Надеюсь, в этот раз отдохну без приключений…

* * *

Сутки спустя…

Я открыл глаза и обалдел. Тёмные залы, высокие потолки, окна, обрамлённые узорами в готическом стиле. Холодная роскошь и невероятная магическая аура, вырывающаяся из каждой стены, мозаики на полу, лепнины и статуи коридора.

— Где это я?.. Как и почему я тут оказался? — протирая глаза и отмахиваясь от чужеродной маны, витающей в воздухе, произнёс я, направляясь к окну.

Чувства просыпались быстро, но голова не успела ничего сообразить, а магическое чутьё не уловило знакомых душ вокруг.

— Ваша тёмность! — открыв дверь, в «спальню» ворвался… дворецкий.

— Стой… Ты же, тот самый рогатый, которого я поймал…

— Так точно, ваше темнейшество! Рад, что вы пробудились! Позволите ли вы показать вам ваш замок?

— Ты меня понимаешь… А я тебя… Ничего не понимаю… Мой замок? Где мы? — чутьё и голова окончательно пробудились, и я прикинул, есть ли вокруг враги.

Ох ты! Целые сотни магов! И — минуточку!.. Так я же почти всех знаю! И элементали мои тут…

Рывком я приблизился к окну и увидел чуть в стороне свой уже родной Бурый и масштабные строительные площадки. А ещё тут люди, элементали… Все стоят под окнами замка с открытыми ртами.

— Ваше Величество… Кар… ЭТО, ВООБЩЕ, КАК? КАР! — замаячил у открытого окна Асфодеус.

— Я бы и сам хотел знать, что происходит… И кажется, один дворецкий должен знать, что именно случилось.

Мы оба посмотрели на рогатого, просто сияющего от восхищения.

— Ну и чё я опять натворил?.. Как тут за ночь замок появился?

Глава 4

Сутками ранее.

Таша смотрела, как исчезает в спальне шатающееся сонное тело её повелителя, создателя, спасителя и вообще…

— У-у-ух, сейчас бы с ним… Но надо работать, — тихо произнесла себе под нос девушка и отправилась в «штаб».

Требовалось оперативно взять под контроль многие дела. Сергея в ближайшие сутки лучше не трогать. Чем спокойнее будет обстановка, тем меньше вероятность проблем. Он предупреждал её, что иногда, в период сна, его тело начинает работать весьма специфически… Включаются инстинктивные защитные механизмы. А значит, требовались тишина и покой. Его безмятежный сон — залог спокойствия всех жителей Бурого.

Работы появилось не просто много, а жуть как много! Даже непонятно было, за что взяться в первую очередь.

Надо было направить новых элементалей в распределительный центр, чтобы они примкнуть к стройбатам, которые уже выслали многочисленные заявки с просьбой направить этих могучих помощников в их бригады. Кроме этого, требовалось провести собрание и обсудить итоги северного похода барона Бурого и Люмина. Они прямо сейчас возвращаются, и первый экспедиционный отряд должен прибыть через три дня. Всего же этих отрядов после разделения стало девять, так что возвращаться они будут постепенно в течение целого месяца, принося новые сведения о посещённых приграничных областях.

И это было далеко не всё… Благо Таше помогала распробовавшая роль руководителя Анна, которая без проблем взяла долю забот на себя.

Анна стала негласным лидером людей своего отца, что остались для защиты, управления и развития города. На неё и свалились такие задачи, как систематизации знаний и зарисовки карт, создание баз данных контактов многочисленных архаритских правителей приграничья. Таша же взяла на себя координацию встреч с имперскими послами, стройку, приём караванов и техники, прокладку дорог и создание первой железнодорожной ветки, обустройство взлётно-посадочной полосы и прочее…

Получив от господина право ставить подписи и успев изучить в достаточной мере возможности нового мира, Таша превратилась во временного руководителя, заменяющего почивающего на мягких перинах короля Данского. Впрочем, работала она вместе с кучей советников, бывших наёмников и присланных из Славии специалистов самых разных направлений.

Сами по себе только кошки рождаются. А строить мегаполис и новое государство — дело рук мудрецов и сверхопытных практиков. К счастью, империя была крайне заинтересована в этом королевстве, и поэтому она прислала одних из самых опытных специалистов, создала штаб развития в своей столице и постоянно работала над реализацией проектов Данского королевства.

Славиане стали неотъемлемой частью роста города. Без них девяносто девять процентов работ были бы заморожены. Император Славии хотел сделать всё так, чтобы его люди укоренились в новом государстве и без них новая страна не могла и мечтать о существовании. И его разведка всё сделала, чтобы на ключевых должностях города стояли его специалисты, верные своему делу и клятвам империи. Так он и планировал захватить власть и управлять марионеточным государством.

Прибывшая делегация архаритов должна была уравновесить безусловное влияние имперцев. Как только Таша встретила их и провела для приезжих небольшую экскурсию, демонстрируя, насколько глубоко влезли своими корнями в фундамент молодого государства люди, предавшие заветы древних, архариты оказались поражены и сконфужены. Никто не ожидал таких темпов развития и масштабов.

Шесть часов спустя, когда герцог Ревизо и его спутники получили небольшую передышку, делегация архаритов собрала маленькое экстренное совещание, и все единогласно решили, что они обязаны исправить эту ситуацию. Диверсии здесь не помогут, призывы тварей тоже. Отравления и убийства представителей империи лишь покажут, что архаритам доверять нельзя, и молодое государство склонится на сторону имперцев, а они вместо очевидных выгод, ради которых совет Раки сюда их отправил, получат лишь эскалацию насилия и нового, не менее опасного врага на своей границе.

Если имперский враг был им известен издревле и понятен, то иномирец Багров был малоизученной и потенциально опасной диковинкой со своей магией. А значит, они могут лишь принять вызов и постараться экономически да политически выдавить имперцев из Бурого. И как это сделать, они знали. У них было то, о чём имперцы могут лишь мечтать! Порталы! А также древние массивы защитных магических печатей, редкие специалисты в области магии пространства, гравитации и других направлений.

Единственное, чего хотелось архаритам, — это быть уверенными в том, что их секреты останутся секретами. Слишком уж много всяких шпионов оказалось в этом городе. А значит, им нужны собственные территории, куда имперским гадам не будет доступа. Это и стало первой темой дипломатических переговоров.

Архаритам приглянулось три холма в стороне от реки, к востоку от центра города. За них они и решили вести дипломатическое сражение, видя, как туда прокладывают дороги имперские вонючие «асфальтоукладчики», как их назвала Таша.

Время шло, забот не становилось меньше. Казалось, они, наоборот, лишь прибавлялись. И новая проблема пришла оттуда, откуда не ждали…

— Леди Таша… — В зал собрания неожиданно вошёл закованный в стальные доспехи Леорик. — Небольшая проблемка… На два слова…

— Прошу прощения. Видимо, нечто серьёзное. Я скоро вернусь. Пока прошу вас наслаждаться гостеприимством и вкусностями, что подготовили наши повара, — произнесла Таша и огненной вспышкой исчезла из зала собрания.

— Я извиняюсь, но рогатый — пропал…

— Как пропал? Каким образом? Твои генералы лично следили за ним!

— Его… украли…

— Кто?

— Господин Багров… Даже слушал нас…

Таша закатила глаза и ринулась в спальню господина, но вместо своего короля и его огромной кровати увидела обломки и дырявый матрас.

— Что-то слышали? — обратилась она к трио генералов.

— Я дежурил… Замогильным голосом донеслось нечто в духе «долбаный матрас» и звуки битвы. Через пару секунд никого уже не было в комнате. Кровать в щепки, — отчитался будущий министр сельского хозяйства, пряча смартфон с открытой вкладкой о монструозных комбайнах.

— Чёрт… Началось… Зачем ему только понадобился рогатый?

Таша попыталась выяснить, куда они могли направиться, но их словно и след простыл.

Её ждали, поэтому Таше было не до поисков. Ей пришлось вернуться в зал собраний. Но разговаривали по делу они не очень долго…

Спустя несколько часов в закатных сумерках у древа Жатвы, под холмом появилась пространственная аномалия, которую даже архаристкие специалисты не смогли опознать. Все войска, все элементали и маги приготовились к возможной битве. Все стали отдельными лагерями, подготовились и стали ждать…

Маги и стрелки робко пробовали на прочность границы пространственной аномалии, но никаких серьёзных заклинаний не использовали. Ответной реакцией мог быть огромный всплеск магии, который просто уничтожил бы город… Всем оставалось только внимательно наблюдать и готовиться ко всему возможному.

Людям повезло. К утру от аномалии и след простыл. Только вот рядом с холмом появился огромный величественный замок с высокими шпилями, бойницами, железными решётками и укреплёнными магией вратами высотой больше десяти метров.

— Я слетаю на разведку… Кар… — осторожно произнёс Асфодеус и полетел, сдавшись своему азарту первооткрывателя.

И вот в одном из окон появился Сергей. А за его спиной в зале, украшенном гобеленами, статуями, лепниной и золочёными подсвечниками, размещёнными вокруг роскошной кровати, стоял рогатый вторженец. Счастливый, едва ли не сходящий с ума от восторга.

— Ваше Величество… Кар… ЭТО, ВООБЩЕ, КАК? КАР! — маячил у открытого окна Асфодеус.

— Я бы и сам хотел знать, что происходит… И кажется, один дворецкий должен знать, что именно случилось.

Правитель Данского королевства и его крылатый консультант уставились на восхищённого рогатого чёрта.

— Ну и чё я опять натворил?.. Как тут за ночь замок появился?

* * *

Пришлось начинать допрос без какой-либо подготовки. К счастью, рогатому дворецкому даже не понадобилось угрожать букварём. Он понимал меня, а я понимал его. А вот все остальные ни меня, ни рогатого не понимали. Стало быть, я выучил их язык… Как? Понятия не имею. Когда? Очевидно: пока спал…

Пришлось выступать ещё и переводчиком, подключая мозги всех своих советников для того, чтобы понять, что случилось за эти сутки. И ведь чем проще были мои вопросы, тем страннее были ответы!

— Почему замок появился здесь?

— Вы его украли, господин!

— Почему я его украл?

— Потому что вам понравилась спальня, господин!

— Зачем мне понадобилась спальня?

— Чтобы выспаться, господин!

— Почему я выбрал именно этот замок и спальню?

— Потому что эта спальня и замок были самыми лучшими и достойными вас, ваше темнейшество!

На этом моменте у меня и моих спутников уже появилось несколько сотен вопросов, и я взял паузу, чтобы собрать их все в список и поочерёдно задать.

Внятно рассказать о том, что произошло с момента нашей с ним встречи, рогатый не смог. Говорил какой-то бред, мол я разорвал ткань пространства, потеснил четырёх хранителей Бога и, раздербанив армию стражей, вышвырнул всех, как котят, из Шпиля Чёрной воды — резиденции его темнейшества и сам стал этим самым темнейшеством. Связать всё это воедино было тяжело, но мы всё же докопались до сути, несколько часов подряд восстанавливая картину всего произошедшего. И когда всё выяснили, все дружно вздохнули и с ужасом уставились в небеса. Даже я…

Я даже пьяным, на грани потери ясности сознания и чувства меры никогда бы такое не вытворил… Но, оказывается, в поисках холодной подушечки и мягкой перины… могу вторгнуться в другой мир, уничтожить армию рогатых, надрать зад его темнейшеству, спереть парочку легендарных артефактов и использовать их и моего нового дворецкого для пространственного перемещения своей новой спальни в Бурый. А так как спальня — это часть замка-резиденции одного из правителей секты Тёмного Бога, то пришлось поднапрячься и перетащить из другого пространства весь замок…

Сказать, что я обалдел, — ничего не сказать. Вот как я умудрился вторгнуться спящим в другой мир, устроить там резню во имя подушки и матраса, а следом ещё и облапошить какую-то секту⁈ Да не простую секту…

С каждым ответом рогатого на вопросы об этой секте волосы вставали дыбом у всё большего числа присутствующих в зале замка. Даже у лысых советников…

— Давайте подведём итоги того, что мы выяснили… — произнёс Сухой Пётр Яковлевич и скосился в сторону Ревизо и его спутников, среди которых был квалифицированный переводчик, бегло говорящий на всех распространённых имперских языках.

Дипломат из Раки не проявил никаких эмоций, словно бы и не расслышал его. Словно мышь пропищала, и поэтому ему было якобы наплевать. Но внутри, я уверен, у Ревизо бушевала настоящая буря.

— После того как его величество Багров Сергей пробудился и, пользуясь мистическими техниками, взял под контроль душу и тело иномирца Юкио… — произнёс Пётр Яковлевич мой полубред, сочинённый в качестве легенды, чтобы не признаться в том, что я страдаю каким-то сверхстранным лунатизмом, и продолжил: — они отправились через портальный разлом, созданный магией иномирца, в родной мир Юкио, из которого тот сбежал.

— Мы так и не выяснили, почему он сбежал. Пометьте для протокола и для уточнения этой информации в дальнейшем, — указал на недоработку Кириллов.

— Естественно. И всё же попрошу меня не перебивать. Я могу продолжить? — с имперской заносчивостью произнёс Сухой.

— Прошу, — скривился Кириллов, ощутивший не просто вкус власти в последние дни, а настоящую силу после прибытия многих его знакомых и друзей, приглашённых на различные должности в королевстве.

— Так вот… Этот Юкио — портальный маг. Следуя указаниям его величества Багрова Первого, он привёл того к оплоту наших общих врагов, которые управляют Геррой тьмы, — к секте Тёмного Бога. В корыстных целях он столкнул его величество с защитниками замка Чёрной воды и одним из четырёх правителей секты.

После произошедшей резни остатки защитников сбежали прочь, а бывший владелец замка уничтожил одно из своих многочисленных тел и отправился на перерождение. Замок и его сокровищница оказались в руках его величества Сергея Багрова Первого, которого наш единственный рогатый сторонник возвеличил до титула темнейшего владетеля замка Чёрной воды. Используя свои навыки и знания, а также ресурсы сокровищницы, Юкио организовал ритуал с целью переноса спальни тёмного властелина в наш мир. Он тогда пошутил, что, будь у него больше сил и помощников, он бы смог и сам замок перенести, а его величество, используя собственные познания, силу и власть над магией масштабировал заклинание и воплотил шутку в реальность. Буквально вырывал кусок пространства из чужого мира и переместил в наш, после чего лёг спать в ожидании окончания стабилизации пространственного заклинания. Я ничего не забыл?

— Он изучил язык секты Тёмного Бога… — добавила Таша.

— Точно. И сломал при этом учебную лабораторию, которую использовали для промывки мозгов и обучения догмам и правилам секты новых послушников, — добавил Сухой.

— Оборудование не справилось с нагрузкой на его разум и уничтожилось, а он получил понимание языка и знания их законов…

— Только не помню ничего, кроме языка… — уточнил я, чтобы они не переживали.

— Точно? — уточнил архарит.

— Да. Уже сталкивался с таким. Гипнотическое переформирование личности. На мой разум это не работает, — пожал я плечами. — Слишком собственные установки сильны и при внешнем воздействии, срабатывает защитный механизм, закрывающий разум. Оттого и накрылось их оборудование. А ведь жаль… Такой шанс изучить этих тварей получили бы, — вздохнул я.

— Дамы и господа, давайте вернёмся к нашим баранам… — призвал Сухой. — Кто такой этот Юкио на самом деле и почему он с такой радостью переживает смерть бывших соратников и похищение у секты одного из символов их власти — замка Чёрной воды, мы выясним позднее. Сейчас же я прошу вас озвучить, что вы все думаете о самой секте. Насколько озвученные этим самозванным дворецким данные соответствуют действительности.

— Верится, конечно, с трудом в то, что у Герры тьмы есть владелец, который использует её для порабощения разумных миров, превращения их в свои сырьевые колонии и источники новых членов секты из числа разумных и сильнейших… С очень большим трудом… Если всё так, мы уже давно должны были проиграть, — с сомнением произнёс переводчик Ревизо.

— А я вот охотно верю. И это объясняет… события глубокой древности, — задумчиво произнёс Сухой, заставляя задуматься и Ташу, и Леорика, и остальных. Даже Асфодеус каркнул что-то на своём, на птичьем, пытаясь вспомнить записи из библиотек.

— Проверим. Уточним. Раз это замок одного из правителей, здесь должно быть достаточно доказательств, благодаря которым мы докопаемся до истины, — произнёс я. — Но сперва… К нам едут гости. Предлагаю выйти к ним навстречу.

— Кто? — удивилась Таша, ведь все, кто нам был нужен, уже были здесь и худо-бедно взаимодействовали друг с другом, не пытаясь прирезать друг друга и даже не ругаясь.

— Те, в чьей власти всё перевернуть с ног на голову… — ответил я и поднялся, веля рогатому не высовываться и провести ревизию добычи в замке.

К нам на вечеринку решили прийти имперские маги. Столь сильные и многочисленные… Не сомневаюсь, что это кто-то из правителей семи империй. Либо это кто-то, стоящий в иерархии ещё выше, — гости из Гизеля…

Пока в их власти создать мне проблемы, придётся быть осторожным. Хотя… Кажется, я знаю, как легко решить с ними проблему, хе-хе… Надо всего лишь отправиться на остров в океане, откуда эти зазнайки пытаются командовать целым миром и — уснуть!

Завтра пауза, послезавтра 2 главы:)

Глава 5

Величие, помпезность, доминирование — именно эти слова должны были продемонстрировать подход посланников Гизеля к моим землям. Будь я обычным императором или королём окрестных земель, я бы напрягся. Точно так же, как напряглись мои спутники и гости при виде этого сборища.

Сухой даже экстренно удалился, желая связаться с императором и предупредить о прибытии этих засланцев. Только вот срочное сообщение так и не дошло до императорского двора Славии, потому что нас отрезало от сети. Мы были изолированы. И, по словам Петра Яковлевича, у нас проблемы. Большие проблемы.

Архариты всё поняли и без него и принялись вычерчивать защитные рунные круги, но я их остановил и взмахом руки возвёл семирядный барьер вокруг многочисленных районов Бурого.

Переливы магических куполов удивили всех. Имперцы с такими практически никогда не сталкивались, потому что имели свои методы защиты, созданные на стыке магии и технологии, а вот архариты… У них полноценные обелиски есть. В глубинных землях стоят и прикрывают столицы и самые важные крепости регионов. Но больше всего защитных монументов, конечно же, в Аве. И каждый — предмет гордости, символ славы и силы.

Всё, что архариты до сих пор знали, — так это то, что я откапываю разрушенные обелиски из руин городов и крепостей прошлого, которые уже давно превратились в груду бесполезных камней, и тащу в Бурый. Поэтому они и были так поражены.

Мои эльки-разведчики приносили мне всё новые и новые сведения. Ветер от их стремительных порывов трепетал мои волосы, а все, кто стоял рядом, видели моё напряжённое лицо и сжимающиеся кулаки. Даже вены выпирать начали. И от лёгкого настроения не осталось и следа. Ни у кого…

— Буду краток: этот отряд направили сюда не для переговоров. Среди них очень много могущественных магов и мастеров мистических искусств. Как вы уже заметили, они вальяжно приближаются к нам в составе отряда железнокрылых. Не знаю, кто это, но пафос от них прёт во все стороны… — сказал я.

— Железнокрылые — это спецназ Гизеля. Сильнейшие воины, следующие приказам только своего командира. Наземный корпус всегда сопровождает дальнобойная артиллерия, авиация и ракетчики, — пояснил Сухой.

— Да… Я вижу… — проводил я взглядом пролетевшие самолёты противника. — Действуют очень смело и дерзко. Уверенность прям так и прёт… Судя по всему, это демонстрация.

— Сорок самолётов… С учётом того, что это Гизель, уверен: это не старьё, а последние и самые лучшие модели… — прокомментировал Кириллов.

— Вертолёты тоже сопровождают… А это ещё что такое? — указал пальцем на странные монструозные механизмы Ревизо.

— Понятия не имею, — пожал я плечами.

— Бронированные путеходы… — взял слово Сухой. — Специальная техника для прокладывания дороги в дикой местности. Имеют несколько вариаций для работы в различных типах местности и вооружены как гарнизон небольшой крепости. Медленные, но невероятно мощные. Им нипочём и горы, и леса, и болота.

— Хм… На вид метров десять в высоту. Может, чуть больше. А в длину…

— От пятидесяти до семидесяти. Его обслуживает больше ста пятидесяти человек. У Гизеля всего девятнадцать таких путеходов.

— Нам бы такие хреновины пригодились… — задумчиво произнёс Кириллов.

— А откуда у тебя такая информация? — полюбопытствовал я, слушая, как ломаются деревья в лесу, где прокладывали путь для остального воинства железнокрылых и двух десятков магов.

Перед ними склонится любой император… Но я не император. И становиться на колени не собираюсь!

— Ну… Это вроде как тайна… Но информация далеко не точная, сведения могли устареть. Но всё равно они не настроены на мирные переговоры… Всё же зря ты в грязь втоптал того мудака… — вздохнул Сухой.

— Ничего не зря. Один раз прогнёшься — всю жизнь прогибаться будешь. Между разумным компромиссом и ползанием на коленях достаточно большая разница, и я ясно дал понять ту границу, через которую никому не дам преступить. Но, видимо, та граница оказалась слишком незначительной для них… Что ж, я очерчу новую. И поярче. Никто не смеет приходить на мою землю со своей армией и угрожать мне и моим людям силой, — стукнул я кулаком в ладонь, разгоняя ману и кровь по всему телу и готовясь при необходимости испепелить этих кретинов.

— Сергей, подожди. Дай хоть шанс решить дело миром. Я сейчас же отправлюсь вперёд и попробую…

— Что попробуешь? Договориться? Мои уши слышат то, что говорят эти ублюдки. ЭТО. НЕ. ПЕРЕГОВОРЫ! ЭТО. НЕ. ПОСЛАННИКИ! Это сраные опричники, что пришли наказать «зарвавшегося юнца». Они хотят меня схватить и начать пытать, убить тех, кто мне дорог, стереть город с лица земли и доставить для казни в Гизель. Они даже не стали пытаться давить через императоров…

Эти отбившиеся от реальности суки настолько уверовали в свою святость, в свою божественность, что считают всех, включая твоего императора, людьми второго сорта.

Тысячи лет вы гнули спины перед ними! Вы отправляли своих детей, чтобы те прошли через такую же, как у рогатых, зомбификацию, и поверили, что они избраны небесами! Всё самое лучшее империи отправляют к ним. Они не созидают ничего, не трудятся в полях или на заводах. Они лишь перераспределяют всё то, что создали семь империй! — метал я слова, словно молнии.

— Нет. Ты ошибаешься, — тут же строго заявил Сухой, на что я лишь ухмыльнулся.

Святая простота… Если перед вами они ведут себя чинно и благородно, используют слова, которые вы должны услышать, это не значит, что они это вам на пользу делают.

Их цель всегда была одной. Кто-то отдал свою душу на растерзание жажде власти, стремясь обрести над всем контроль, а кто-то сохранил в себе чуть больше человеческого… Что ж, даже хорошо, что они пришли сами. Не надо теперь отправляться в это королевство людей «первого сорта», чтобы узнать их истинные мотивы. А всё потому, что среди этих магов есть и тот, кого я ногой втоптал в грязь.

Я слышу, что эта мразь говорит сопровождающим его людям. И слышу, что те отвечают ему. Я знаю, какую кару они приготовили для меня и всех, кто был свидетелем того позора, но не вмешался, не остановил меня. И я знаю, какую судьбу они подготовили городу… Моему городу!

Идея королевства им понравилась. Первые доклады разведки показывают, что проект должен продолжаться. Но на моё место поставят нового человека. Собираются бразды правления отдать своей послушной шавке. И корпусом железнокрылых уничтожат, если потребуется, любой очаг сопротивления. Они не позволят никому противиться воле и слову Гизеля — «последнего оплота чистоты и порядка в этом тонущем в грязи мире». И под грязью они понимают всех людей, что не становятся на колени при виде их светлейших ликов. Грёбаные мрази, сборище кретинов! Недоумки, возомнившие себя небожителями… Да я ваши души из тел вытряхну и заставлю пахать на меня всю следующую вечность!

— Предупреждаю сразу, я услышал достаточно, чтобы больше не сдерживаться и не глушить ярость и жажду крови в своей душе.

— Как будто ты до этого всегда себя ограничивал… — попыталась пошутить Таша.

— Ты даже не представляешь, насколько ты права… Я великодушный и дам им шанс. Но лишь один. Если откажутся… Не вылазьте из-под магических щитов. Они выдержат какое-то время.

— Р-р-р-р…

— Агма… Я обещал тебя не останавливать, но это не твоя битва.

— ГРВА!

— Твои щенки не пострадают… Даю слово. Но выбор за тобой.

— И за мной! Я тоже буду сражаться! — выдвинулась вперёд Таша.

— Господин… Вижу, я подоспел к самому веселью.

— Люмин, — кивнул я. — Вы с Ташей можете присоединиться, но я бы предпочёл, чтобы вы остались в пределах города и охраняли его от диверсий этих тварей. Они собираются его уничтожить и наверняка пойдут на любую подлость ради этого.

Я тяжело вздохнул и прикрыл глаза, сожалея о том, что всё же поднял ногу с головы той гизельского выродка и не заставил его захлебнуться в грязной луже. Мир стал бы чище на одну пропащую душу ещё тогда… Сегодня я исправлю эту ошибку.

Быть может, вы и выстроили идеальную систему сдерживания и противовесов, урегулировали и тайно взяли под контроль все города и страны, все империи и рода с династиями. Быть может, вы медленно, но верно добились господства, не гнушаясь никаких методов, даже рабства, геноцида, приношения в жертву миллионов людей во благо своего господства, но… С моим приходом время ваше правления кончилось.

Всё изменилось, а вы этого до сих пор не осознали. И теперь… Теперь уже поздно меняться. Я услышал всё, что мне нужно, чтобы невидимый ограничитель, защищающий саму суть жизни и человеческого достоинства и не позволяющий моему внутреннему зверю сорваться с цепи, был убран и засунут в глубины моего сознания.

— Я уверен, это просто недопонимание. Я готов поклясться и поставить на кон свою жизнь, что всё не так, как ты себе нарисовал, — произнёс Сухой и запрыгнул в автомобиль.

— Эй! Если ты умрёшь, это будет исключительно твоя вина. И я запрещаю остальным покидать пределы защитного купола, — произнёс я и жестом велел водителю выйти.

— Хм… — пересел за руль Пётр Яковлевич и отправился навстречу линчевателям.

— Дурак, — прокомментировала Анна, ни капли не сомневающаяся в моих словах.

— Ваше величество… — задумчиво почесал голову один из генералов армии Славии, расквартированной и занимающейся возведением города.

— Да, я понимаю твоё беспокойство. По идее, их приказ действует и на тебя. Но связи нет, подтвердить свои полномочия они не могут. Так что действуйте согласно уставу: защищайте местное население и вверенные вам объекты. И помни… Я убью любого, кто поднимет оружие против Бурого и его жителей. Сейчас — вы его жители. Но предателей я собственноручно брошу в ад. Ты был свидетелем моих возможностей и должен понимать: я не шучу.

— Стоит ли нам призвать слимов? — поинтересовались члены отряда призывателей.

— Нет. Только мешаться будут.

Я размял шею, наблюдая, как приблизился к путеходам автомобиль и остановился. Махая руками перед громадинами, Сухой вышел, и спустя миг его тело словно кто-то поднял в воздух и отбросил в сторону резко, впечатывая в дерево.

— Вот и поговорил… Вот тебе и недоразумение…

— Гр-р-р-р-р, — сияя небесно-лазурным пламенем, оскалилась Агма и с вызовом посмотрела вперёд.

— СВОЛОЧИ! — распалила своё пламя Таша и начала расти.

— Господин… — раскрутил водный поток Люмин, превращая его в броню, способную стереть в пыль пальцы того идиота, что сунет их к моему первенцу.

— Ждать. По моей команде. Остальные — прочь!

Над нами пролетели вертолёты, и я увидел, как механизмы, удерживающие крылатые ракеты, были приведены в движение.

Время словно замедлилось, в голове всё ещё шелестел ветер, принося обрывки подслушанных фраз. Элементали, созданные для службы этому городу и людям и вернувшиеся из похода, выстроились за моей спиной, готовые своей жизнью защитить всё, что мы все с таким трудом построили.

Воздушный эльк из числа тех, что посильнее, принёс тело изувеченного Сухого и тут же передал медикам.

— Состояние критическое, срочно в госпиталь! — выхватывая зелье здоровья с пояса, произнёс Бизон.

— Все назад… — тихо, но ясно произнёс я. — Единение…

Я объединился с элементалем ветра и стремительно понёсся к неспешно приближающимся путеходам. По пути заметил, как внедорожник Петра Яковлевича превратился в сплющенную консервную банку под их стальными гусеницами.

Я промчался мимо техники, точно зная, где сидели и вели непринуждённый разговор два десятка тварей. В голове мелькнули их последние слова, сказанные в адрес наивно пожелавшего мира представителя их же империи.

«Что за идиот там кричит?»

«Мусор что, на нашем пути захотел встать?»

«Этот кретин думает, что мы будем разговаривать с какой-то грязной обезьяной?»

«Смотрите, какое он ничтожество! Даже не выставил щиты!»

«Зельман, отличный бросок! Всех этих придурков так же!»

«Там есть армия Славии… Надо приказать им опустить лицом в грязь всех остальных, а затем разоружить перед показательной казнью этих восставших против нашей воли животных!»

«Как думаете, эти щиты над городом разобьются после первого залпа или второго?»

— Шанс… Я обещал всегда давать хотя бы один шанс… — процедил я сквозь зубы и наполнил лёгкие воздухом, выдыхая с криком последнюю каплю человеколюбия, что я только мог подарить этим ублюдкам… — ОСТАНОВИТЕСЬ И КАТИТЕСЬ ПРОЧЬ! ЭТО МОЯ ЗЕМЛЯ! МОЙ ГОРОД! И ЛЮБОЙ, КТО ПОДНИМЕТ ПРОТИВ НАС ОРУЖИЕ, БУДЕТ УНИЧТОЖЕН!

Ответом мне стали… смех и наведение внушительного орудия вертолёта, что завис над одной из многих вездеходных машин этих самоуверенных тварей.

— Быть посему… Я обрекаю вас на смерть за грехи ваши… — Прикрыл я глаза и дал волю своему внутреннему зверю.

Первые выстрелы раздались из пушки вертолёта и попали прямо по мне. Даже откинули немного назад. Но…

— Даже щит не пробили, недоумки…

Подняв руку, я впитал силу ветра, и — могущественное копьё прошило насквозь вертолёт, отправляя его прямо на ведущую машину с первым из глупцов.

Вокруг поднялись целые вихри маны — сильнейшие маги этой эпохи и миропорядка вознамерились уничтожить меня. Техника остановилась, оружие направлено на меня, как и ракеты; самолёты заложили вираж, путеходы защёлкали, открывая свои бойницы для ведения огня.

Но они ошиблись… У меня со смертью — особые отношения. Я ненавижу её. А она недолюбливает меня. Иногда она смотрит в зеркало, но вместо своего отражения видит моё лицо. И послушно, молчаливо уходит прочь, оставляя власть над своей силой в моих руках. Даже она не смеет противиться мне.

Здесь и сейчас я сам стал смертью. И моя сила, моя воля и моя душа покажут этим «небожителям», за что я получил право быть Даном.

* * *

В резиденции императора Славии зазвонил золотой телефон. Святослав Храброславович Мирской приподнял брови. Все звонки по этому телефону обычно согласовывались заранее и были расписаны на год вперёд. Но раз этот телефон зазвонил так внезапно, значит, случилось что-то из ряда вон выходящее и малоприятное…

Гизель звонил по этому телефону лишь в двух случаях: поздравить с чем-то или же донести волю правителей и хранителей мира семи империй. Хороших новостей у Святослава не было, потому и поздравлять было не с чем. А вот плохих — хоть отбавляй. Начиная с провала обороны во время последнего огромного слимопада и заканчивая пропавшей яхтой в их акватории. Не простой яхтой, а супергигантом, на котором отдыхала и развлекалась молодёжь со всех уголков семи империй! В том числе как минимум трое человек, что имеют право на престолонаследие. Да, пускай они не в первой сотне в своих империях, но всё равно…

Из-за слимопада его береговая охрана прибыла на место крушения слишком поздно, и сейчас идёт расследование и поиск пропавших. Но у Святослава было ощущение, что звонят из Высокого Шпиля совсем не по этому поводу…

Сердце императора забилось чуть чаще, когда он вспомнил доклад его представителя о конфликте между слабо контролируемым новым вассалом и специальным посланником Гизеля, что прибыл на новоприобретённые империей земли с проверкой.

Когда же Святослав поднял трубку и услышал речь с сильным акцентом и голос, принадлежащий главе Пятой Длани — особому человеку, что занимается расследованием особых инцидентов, — император сразу понял, что дела его плохи.

— Святослав Храброславович… Надеюсь, я не помешал.

— Что вы, ваше высочество, нет. Вашему звонку я всегда рад!

— Не ври мне, Мирской… Слышал, ты делаешь успехи в захвате территорий архаритов, несмотря на сложную ситуацию в своей стране.

— Времена у всех тяжёлые, не только у меня. Архариты тоже получили ворох проблем, вот мы и пользуемся возможностью, так скажем.

— Это, конечно, похвально… Только вот до меня дошли слухи, что кое-кто из ваших вассалов не уважает наши… традиции да законы. Вы знаете, что бывает с теми, кто не уважает правила? — произнёс холодный, практически безэмоциональный голос.

— Смею вас заверить, что на всей территории империи к посланникам относятся исключительно…

— Замолчи. Твои увиливания… не к месту. Пострадал человек, которого я очень хорошо знаю. И уважаю. А ещё уважаю его отца, первого советника сам знаешь кого.

— Знаю. Накажем. Воспитаем. Вразумим. Подобного больше не повторится.

— Конечно, не повторится, Святослав. Шестой корпус железнокрылых и расширенный отряд Клинков короля уже должны были добраться до источника слухов. Они… разберутся. Молись, чтобы твои люди на местах не помешали проведению вразумления. И ищи нового правителя на эти земли.

— Гм…

— Что-то хочешь сказать?

— Я… не уверен, что… всё закончится просто так. Он силён.

— Не сильнее Клинков. Ты знаешь: их создавали для уничтожения оплота архаритских отродий и противостояния их сильнейшим магам! Но не суть… За твоё короткое правление это уже третье нарушение правил. Подобная тенденция вызывает обеспокоенность у совета. Даже Министр Мира не стал вступаться за тебя в этот раз.

У тебя есть две недели, чтобы навести порядок в своих землях. А затем тебя заберёт отряд Клинков. И сопроводит в Гизель на встречу с НИМ! Он решил лично проверить, в чём проблем и почему с тобой так часто возникают подобные… недоразумения.

— Мои дела… плохи?..

— Хе-хе… А они у тебя хоть когда-то были хороши? Если ключ от замка ржавеет, его следует заменить.

Глава 6

Град из различных стихий атаковал и заставляя содрогнуться тяжёлую технику карателей. Воздушные элементали захватили небо, перехватывая своими телами и выводя из строя выпущенные на город ракеты. Они попытались перехватить самолёты, но те были слишком быстры. Перестали гоняться и стали атаковать магией. Даже смогли сбить целых два самолёта! Но этого оказалось достаточно, чтобы остальные сбрызнули с нашей территории, опасаясь «непонятного ПВО». Всё это я видел краем глаза, перемещаясь от одного гизельского аристократа к другому…

Щиты поднимались и уничтожались за секунды. Треск от выстрелов солдат не прекращался ни на секунду. Впрочем, их реакция уступала моей скорости. Они буквально выбрасывали деньги на ветер.

Прыжок, замах, удар. Даже если я не пробивал технику с первого раза, я выводил из строя оптику и связь. Стоило задержаться на пару секунд, как меня начинали атаковать со всех сторон маги.

Мощные, плотные, разрушительные заклинания различных стихий обрушивались на меня. Не совсем обычные у них силы, но… Всё впустую. Их атаки превращали в груду металлолома технику своих же союзников, а я тем временем уже выводил из строя очередной путеход.

Аура повелителя давила на бойцов. Дезориентировала их, тормозила, заставляла отвлечься на эту угрозу. Они всё ещё были быстры как для людей. Но подобны сонным мухам в сравнении со мной.

Мощных физических атак не хватало для уничтожения персональных бронемашин, созданных для перевозки в комфорте и безопасности важных мразей, но магия ублюдков постепенно слабела с каждой уничтоженной гробовозкой. Они тратили силы, ударяя по своим же в надежде зацепить меня. Ничтожества…

Замолчали трескучие путеходы. разлеглись мёртвыми солдаты карателей, что утопили в реках крови многих «отступников». Всего минута — и от железнокрылых осталось всего ничего. Мои элементали с радостью жертвовали своей фантомной жизнью, отражая нападки гизельских убийц.

Удары клинка рассекали плоть и доспехи этих тварей. Удары кулаком превращали в отбивные их внутренние органы. Ломались шеи, крушились кости, умирали амбиции и вера в собственное превосходство. Я был подобен яростному кузнечику. Один прыжок — один удар — один труп.

Кожа покраснела, вены вздулись. Моя сила вырывалась наружу, неся всем врагам смерть. Всё вокруг изменилось… Стояли каменные и земляные столбы и пики, перевёрнутой лежала техника врага. Гробовозки лежали на боках, элементали ветра заканчивали зачищать их.

Местами танцевало пламя. Пятнами выделялись покрытые инеем и утопленные во льду остовы техники. Небо нещадно задымлялось падающими с небес самолётами, вертолётами и взрывающимися ракетами.

Осталась половина машин. Внутри продолжали показывать магические финты гизельские твари. Сквозь охваченный яростью поток мыслей пробежала одна здравая и рациональная: «Металл пропускает плетения заклинаний — это магический металл, дорогой…»

— Отправлю на переплавку! — решил я и бросил все накопленные от кровавой резни силы на создание армии воздушных элементалей.

— В воздух! Идёт ракетная волна! Прикройте защитные купола, уничтожьте угрозу! — пророкотал я, и тысячи воинов, созданных ради служения заместителю смерти, ринулись в небеса, бесконечным вихрем окружая Бурый.

Мне же осталось разобраться всего с парочкой крыс, посчитавших себя блаженными и непобедимыми…

В моих руках оставалось всего немного силы, и я отправил всю её на создание нового элементаля… Уставился на ослепляющее солнце. Я прикрыл глаза и ощутил его силу, облизывающий тело жар и безмятежность на пути к своей цели.

— Элемент власти! Небесная корона! Солнце! Единение!

Я перестал дышать. Я перестал ощущать. Я перестал — быть человеком… Мой разум, поддерживаемый магией, сохранил ясность и закрепил в сознании одну-единственную цель — испепелить тех, кто недостоин называться человеком.

По моему пылающему телу прошлась волна вражеской магии. Гравитация и телекинез… Ха-ха… Щекотать меня вздумали?

Над Бурым взошло второе солнце. Но вместо тепла и жизни оно несло ярость и уничтожение. Лучи света проворнее воды и без проблем найдут путь внутрь защищённых кабин…

— Что за чёрт? Куда он исчез? — кричал очередной каратель, окруживший свою гробовозку тёмно-синим магическим льдом.

— Прости за задержку. Я покупал тебе билет в ад. Очередь была длинной, но… — я опустил луч света в виде руки ему на шею и начал испарять влагу из тела этого «небожителя», — тварей вроде тебя готовы обслужить вне очереди.

Битва на земле была предрешена с самого начала. Они могли создать мне проблемы — и это максимум. Это поняли и маги, что начали передавать послания своим координаторам.

Плевать! Я прошёл тот этап, когда вы могли заставить меня что-либо делать, угрожая мне и моим людям. Я достаточно укрепился и набрался сил, достаточно узнал этот мир и его жителей. Ставки сделаны, карты разыграны. Осталось лишь принять решение. Вам, возомнившим себя непонятно кем, элитам этого мира. Я свой выбор сделал ещё в первый же день…

Что ж… Купола от ракет лишь немного пострадали: нагрузка оказалась мизерной. Мощность самого пострадавшего обелиска упала всего на двадцать процентов.

— Надо бы укрепить оборону и съездить в Гизель… — произнёс я, представая перед своими соратниками, гостями и случайными зрителями в образе светоносного.

Лёгким движением руки я рассеял силу солнца и отпустил её обратно в небеса.

— Господин… — пылая, произнесла Таша.

Она вместе с Люмином и Агмой только и успели, что разобраться с путеходами и парочкой солдат. И всё же они молодцы — проявили себя и не пострадали.

— Переждём ракетный удар. Смысла отправлять элементалей нет: слишком далеко эти ракетчики засели. Я буду восстанавливать щит. За пределы куполов не выходим, пока ракеты летать не перестанут. Снаружи только элементали.

Так, а вы, ребята, давайте-ка за работу. Тащите всё, что мы там уничтожили. Кириллов, организуй похороны. В общую могилу всех. Технику разобрать, оценить возможность восстановления. Бесполезный хлам — на склад, ждать переплавки и разбора. Всё полезное попытайтесь оживить. Так… — повернулся я в сторону скачущего на балконе замка рогатого. — А это ещё что такое?

— ВАШЕ ТЕМНЕЙШЕСТВО! ВАШЕ ТЕМНЕЙШЕСТВО! ВЫ ЕЩЁ И СВЕТЛЕЙШЕСТВО! Я ГОТОВ! ГОТОВ ПРИЗНАТЬСЯ! ВЫ ЖЕ ТОТ САМЫЙ, ИЗ ЛЕГЕНД…

Переглянулся с остальными — они вопросительно смотрели на меня. Ага, ничего не поняли из его тарабарщины. А вот меня заинтересовали слова этого умника…

— Сеть появилась… — произнёс помощник Сухого.

Я тут же спросил, как он, и получил ответ: «Жить будет». Правда, с переломанным позвоночником он может уже и не встать…

— Ваше величество… — с сомнением произнёс этот парень по имени Кузьма. — Тут это… Император звонит Петру Яковлевичу…

— Ну-ка, дай мне. Поговорю с коллегой…

Мне отдали телефон, и я нажал «Ответить».

* * *

Это был первый мой разговор с одним из местных гегемонов. И, как оказалось, далеко не последний…

Суровый голос, волевой, требовательный. Но император говорил без глупых манипуляций, без выпендрёжа. Разговор с ним напомнил мне разговоры с генералами моего отца, что отправляли меня, ещё юного парня, на миссии. Они прекрасно знали, кто я такой и какой силой обладаю, но при этом не лебезили, знали себе цену, знали, какая у них задача, и требовали от меня то, что я должен был сделать. В общем, наша беседа сложилась исключительно по-деловому.

Конечно, Святослав хотел слышать своего помощника, но после объяснения, что тот на операционном столе после атаки гизельских палачей, решил поговорить со мной.

Я слышал на фоне голоса других людей — советников, возможно, родственников Мирского. Они оперативно принимали информацию от разведки, общаясь со своими многочисленными шпионами в моём городе. Но мне было плевать.

Я рассказал обо всём, что произошло. Сказал, что Гизельские палачи атаковали мои земли, а я дал отпор и уничтожил весь их экспедиционный корпус за считаные минуты.

В это же время продолжали долбить по щитам ракеты и дальнобойная артиллерия. Я предупредил императора, что фиксирую нападения и готов к ответным мерам, так что ему лучше бы поскорее набрать своим друзьям на островном королевстве и попросить их отвалить.

Он в этот момент смутился, что произошло единственный раз за весь наш разговор, и сказал, что ситуация сложнее, чем я себе представляю. Он попросил меня держаться и заявил, что есть у него один способ остановить атаку.

Последовала от него пара технических вопросов в духе: «Какие силы были у атаковавших и какова судьба экипажей путеходов и магов из Гизеля?» Узнав, что все мертвы, он несколько секунд помолчал и заявил, что скоро будет у нас со своей гвардией.

Ну, план воистину неплох: гизельским опричникам никто не позволит отправлять волны ракет по его императорскому величеству.

Ну ладно, подождём… Проконтролируем, чтобы обелиски не превратились в груду камней и пыли под натиском ракетной угрозы.

— Ваше величество! Разрешите обратиться! — Подбежал ко мне один из армейских командиров Славии.

— Да. Что у тебя?

— Генеральный штаб велел намекнуть вам, что у нас на складах имеется некоторый запас средств противовоздушной обороны… Гм… Только нельзя, чтобы гизельская разведка обвинила Славию…

— Понял. Показывай, где оно. Анна!

— Здесь!

— Кириллова найди! Всех наёмников собрать на главной площади.

Если солдаты Славии не могут взяться за оружие даже при том, что по ним ведут огонь гизельские псы, то за них это могут сделать другие.

— Одна нога здесь, другая — на площади! — И ринулась Ана искать свою цель.

— Ваше величество, мы можем попробовать ускорить создание портальных врат. Но они будут нестабильными и опасным. Зато мы сможем при необходимости эвакуи… — Подбежал ко мне человек, вечно ошивающийся рядом с Ревизо.

— Не понадобится. Хоть жопу себе порвут, а щит не пробьют этими калибрами, — перебивая, сказал я.

— А если у них появится нечто более опасное?

— Не появится. Я владею разведданными и прекрасно понимаю возможности отправленной к нам группы. Агма!

— Вуф!

— Периметр под твоим контролем, ищи потенциальных диверсантов. Думаю, они могли отправить к нам группу соглядатаев.

— Фыр… — потрусила в сторону границы купола моя добрая подруга — антимаг с душой зверя.

Ракеты шли волнами. Первые были самыми сложными и суровыми. По сотне атак за раз… Одна половина сталкивалась с раскинувшими свои воздушные сети элементалями ветра, другая долбила по магическим щитам либо промахивалась.

Элементали выходили из строя, но на их место вставали отряды наёмников, использующие средства ПВО. Конечно, обучить их нормально за это время никто не смог бы, но… у некоторых и так имелся подходящий опыт. И мало таких было — всего пятнадцать человек. Но всё же.

Кроме этого, два десятка магов вызвались поддержать город и принялись забираться на крыши зданий. Я лично выдал каждому из них артефакты, полученные за свою короткую карьеру авантюриста в этом мире. Артефакты усиления, артефакты, создающие персональные магические щиты, зелья маны — всё, чтобы они стояли на посту и могли помочь в отражении атаки в случае, если вдруг гизельские мокрицы наберутся смелости залезть в арсенал и вытащить нечто посолиднее.

А ещё больше тысячи добровольцев из числа солдат Славии скинули своё обмундирование, надели на лица маски с прорезями для глаз и нарядились в костюмы наёмников, что весьма массово привлекались городской администрацией на долгосрочные контракты с не очень солидной оплатой.

Хотел бросить всё и рвануть в сторону дальнобойной артиллерии, что, пусть и криво, обстреливала наш район и постоянно докучала элементалям и жителям города, которые видели, как расползаются волнообразные потоки маны по куполам после попаданий. Очень хотел — но не мог. Без меня никто не сможет быстро подлатать и подзарядить обелиски. А пока буду бегать, искать этих тварей — а ракетчики с авиацией уже далековато — щиты могут и прохудиться.

После одной, наиболее сложной и мощной атаки, все семь щитов получили повреждения. На некоторых даже появились временные прорехи, в которые, к счастью, ни одна ракета и снаряд артиллеристов не проскользнул. Всё благодаря элементалям. Они сразу переместились и скрыли повреждение своими телами, став на пути возможной угрозы. А вскоре и щит затянулся, используя имеющиеся энергетические резервы.

Для меня это был звоночек. Если имперцы нападут слаженно и ударят мощными атаками, то даже мои обелиски не защитят. Особенно если меня в городе не будет.

Я пробежался по всем обелискам и оценил, насколько они истощились. Худшие показатели были у пятого проверенного обелиска, отвечающего как раз за тот купол, в котором появилась брешь. Запасы его энергии упали больше чем на шестьдесят процентов, и мне пришлось долгих пять минут сидеть рядом и заряжать его, переливая внутрь тонны маны и сжигая тем самым свои магические каналы. Благо скорость восстановления у меня сверхчеловеческая.

После этого стало полегче, пусть и тревога на лицах людей — да и на моём — остались неизменными. Созданные после бойни элементали выходили из строя, сдавали свои позиции понемногу, но на их место выходили разворачиваемые комплексы ПВО Славии. Их было немного. И в основном ручное оружие, ибо предназначались они для борьбы с архаритскими подарочками.

По словам одного из полковников Славии, архариты любят выращивать целые дивизии птиц-камикадзе, норовящих долететь с тайным магическим грузом и взорваться. Против таких и были разработаны специальные ручные средства защиты, выстреливающие в воздух снарядами, что разлетаются картечью после набора заложенной в заряд высоты.

Ну и была парочка полноценных систем ПВО, способных справляться с ракетами, что продолжали к нам залетать. Их сюда привезли на случай агрессии со стороны ближайших соседей из числа империй. Шансы на это были малы — но вот как пригодилось. Не зря я настаивал на поставке ВСЕХ доступных типов вооружения, имеющегося у Славии, при заключении с ними договора. Не всё ещё доехало, но повезло, что ПВО сразу привезли. Уже отрабатывает.

Ручные однозарядные пусковые установки тоже очень пригодились. Последняя агония гизельских мразей — сто тридцать начинённых взрывчаткой дронов. Вот тут-то ручные ПВО и пригодились. А щит без особых проблем остановил осколки, принесённые взрывами.

Постепенно атаки уменьшались и вскоре вообще сошли на нет. Я думал, что это короткое перемирие, но нет. Это вступили в силу законы Войны и Мира, установленные самими гизельцами и империями. Со мной связались люди из Славии. С военными связался Генеральный штаб, вернее, он и не переставал быть на связи, и заявил, что «Борт номер один» вылетел в нашем направлении.

Вскоре на кое-как расчищенную кривую взлётно-посадочную полосу приземлился вертолёт. А самолёт в Великом Иглове остановился… У нас полосы для посадки этой махины огромной просто-напросто не было.

Вместо торжественного приёма город встретил его запахом пороха и тлеющими остатками разбитой техники врага. Не было ни помпезного оркестра, ни красных ковровых дорожек. Вместо них — выстроившиеся в шеренги солдаты Славии вперемешку с моими элементалями.

Святослав Мирской спрыгнул с вертолёта, демонстрируя всем свою молодецкую удаль, и замер, всматриваясь в пустые лица моих элементалей, разглядывая четырёх генералов, закованных в стальные латы, Люмина, Ташу, завывающую в приветственном жесте Агму и меня, стоящего прямо посередине этого живого коридора.

Телохранители — неплохие такие маги, хочу заметить — образовали кольцо, но он отмахнулся и направился ко мне. Его волосы и галстук развевались на ветру. Золотые запонки, пуговицы и зажим для галстука сверкали на солнце, а сам высвободил ауру повелителя. И даже распространил её вокруг. Один за одним люди начали склонять головы. Но мои элементали — нет. Я взмахнул рукой, и они последовали примеру живых людей, получив от меня приказ. Святослав заметил это, и одна бровь у него от удивления приподнялась.

Император остановился в нескольких шагах от меня, и уже я, следуя правилам этикета, двинулся вперёд. Сделал несколько шагов, лёгким кивков головы обозначил прибытие сюзерена моего королевства и так, панибратски, протянул ему свою ладонь, демонстративно снимая надетую перчатку. Император тоже стянул свою и протянул руку, обмениваясь со мной крепким рукопожатием. А затем его аура попыталась… Нет, не атаковать, но прощупать мои возможности.

Я улыбнулся и аккуратно выпроводил эту ауру прочь, оставляя её запертой в радиусе полуметра от его величества.

— Добро пожаловать на мои земли, уважаемый союзник, протектор. Извините, что без помпезности. Нас тут восемь часов подряд стереть в порошок пытаются.

— Пытались. Рад, что у них ничего не вышло. Сухой в порядке?

— Жить будет… Говорят.

— Понятно. Со мной прибыл лучший лекарь империи. Проводи меня к нему. Заодно обсудим ту задницу, в которой мы по твоей вине оказались.

— Боюсь, в этот раз переложить на меня вину не получится. Я много всякого делал, но тут был в своём праве. От начала и до самого конца. Даже архариты не были такими… — я попытался подобрать слово, но приличных на ум не приходило.

— Как бы то ни было, теперь твои проблемы — это мои проблемы. А мои — твои. Идём, нечего тут стоять у всех на виду.

— Что? — удивился я.

Правитель Славии отправился вперёд, и мне ничего не осталось, кроме как следовать за ним вместе с его свитой и направлять к нашему полевому госпиталю.

Вскоре мы оказались у палаты с лежащим в ней Петром Яковлевичем, и наш бывший наёмник Бизон вместе со штатным хирургом принялись вводить в курс дела имперских лекарей.

Мы стояли чуть в стороне, смотря за тем, как поднимается и опускается грудная клетка спецпосланника императора, и молчали.

Первым тишину нарушил Святослав и практически с ходу загнал меня в тупик…

— Тебя устраивает моё правление? То, как мы с тобой сотрудничаем?

Такой вопрос я был готов услышать от кого угодно, только не от императора.

— Да, ваше величество. Разумеется. Вы выполнили все — или практически все — свои обещания. Я тоже постарался сделать всё и уже занимаюсь вопросами приращивания земель, а значит, и ваших земель.

— Вот и отлично. Читая твоё досье и комментарии моих спецов, я восемнадцать раз наткнулся на заметку «чудо». То есть что-то, что они не могут объяснить, кроме как чудесным случаем. И знаешь… Нам обоим, судя по всему, понадобится это твоё умение творить чудеса.

— Что вы имеете в виду, ваше величество? — не понимая, к чему он клонит, уточнил я.

— Это тайна. Но твоя жизнь зависит от неё, так что ты можешь и должен знать. Править мне осталось меньше двух недель. Если мы ничего не придумаем и не предпримем… Так что, расчехляй свой чемодан с чудесами и готовься. Гизель не простил и первый инцидент. А уж после смерти стольких отборных бойцов, уничтожения корпуса железнокрылых и захвата оставшейся техники… — покачал головой император. — Шансов у нас, как ты понимаешь, практически нет.

— Мне нужны подробности, ваше величество… — сказал я, доставая из пространственного кольца бутылку алкоголя.

Святослав с большим удивлением посмотрел на неё, и я прокомментировал:

— Подарок Петра Яковлевича после моего очередного возвращения.

— Меня водка интересует меньше всего. Откуда у тебя пространственное кольцо?

И тут император нахмурился, а догадка и понимание отразились в его глазах.

— Это тоже своего рода… подарок, — ответил я.

— Франтийский?

— Кто знает, кто знает… — с улыбкой сказал я и предложил выйти из палаты.

Нечего мешать врачам. У нас с императором и своих дел более чем хватает.

Глава 7

Разговоры по душам с императором затянулись. Сперва было немного неловко. Особенно ему. Ведь я не гнул спину по случаю и без, как всё его окружение. И всё же ситуация у него оказалась прескверной… Это и заставило Святослава отбросить гордость повелителя и наконец-то начать говорить.

Наличие алкоголя в бокале помогло развязать язык и наладить общение. Первое время он задавал вопросы, пытаясь понять, что произошло и каким образом я сумел отбиться. Ведь в картине мира Святослава Мирского это было почти нереально.

Я лишь пожал плечами и узнал у своих ребят, снимал ли хоть кто-то на видео происходящее за пределами города. Десятки телефонов и записей спустя пару минут уже были у нас, и мы могли посмотреть за уничтожением гизельских опричников со стороны.

Император некоторое время был в замешательстве. Поражённый, он пытался подобрать слова. Что-то бубнил себе под нос про предыдущие инциденты с моим участием…

Я налил в пару бокалов алкоголь и протянул императору. Тут Святослав окончательно сломался и принял реальность…

— Скажи, что это за щиты вокруг города? Мы не передавали такую технологию и оборудование. Для этого не готовы площадки, нет лишних специалистов для настройки и обслуживания… — спросил он, намекая, что имперские защитные системы должны были появиться намного позже — после окончания строительства крепостей.

Я пожал плечами и прямо сказал, что всё намного сложнее, чем он себе представляет. Что архаритские обелиски, используемые для защиты их городов и крепостей, — остатки давным-давно принесённой и, судя по всему, частично утраченной технологии из моего родного мира. Так что мне не составило проблем восстановить защитные обелиски. А со временем я смогу начать их производство.

Тут Святослав икнул и переспросил, как это возможно, что они из моего мира.

— Ну а как вы думаете, ваше величество? За тысячи лет развития вашего мира сюда каждый год попадало множество иномирцев. И вы думаете, что правители древности и современности, ни одной технологии не переняли?

— Иномирцы… мало чем могут быть полезны. Обычно они крайне отсталые. Нечего заимствовать…

— Или вы слишком отсталые, чтобы заметить их превосходство в некоторых областях, — пожал я плечами и заметил, как обиделся на мои слова император. — Да и вообще! Кто вам сказал, ваше величество, что вы сами на сто процентов продукт эволюции этого мира и что в ваших венах не течёт хотя бы процент иномирной крови? Люди неплохо так совместимы, пусть и происходят из различных миров.

Эта мысль выбила императора из колеи окончательно. Святослав завис, пытаясь понять, шучу я или нет. А я был предельно серьёзен.

Видя, что император погружается в пучины бесполезных размышлений, я выдернул его из этого состояния панибратским «тыканьем»:

— Так что там тебе гизельские псы воют в трубку? Чего ты заканчивать правление решил?

— Я не решил, — покачал головой Святослав, спокойно приняв новое обращение. — За меня решили.

— А ты что, плохо правишь? Из всех мест, что я посетил, к тебе так-то меньше всего вопросов.

— Ну спасибо. Да только это ты и твои вопросы! Гизель мыслит другими критериями и категориями. Меня намереваются слить и посадить до конца моих дней на цепь в одно из министерств Гизеля. Один из моих сыновей, отправленных на воспитание в Гизель, сядет на престол и будет строго следовать рекомендациям куратора, перестраивая империю. Столько лет труда — и всё псу под хвост! Эх… — Влил в себя остатки алкоголя Святослав. — Есть что покрепче?

— Водка ваша есть. Имперская…

— Давай, — махнул рукой император.

Я тоже махнул рукой, и Кириллов всё быстро организовал. Заменил привычную закуску на маринованные огурчики, хлебушек, копчёное мяско и сало. Император скептически посмотрел на закуску, но стоило попробовать, как его лицо приобрело блаженный вид.

— Что у вас с этим Гизелем вообще за отношения? Как так вышло, что они так всеми вертят?

— Сперва это был просто надзорный орган. Но постепенно он обретал всё больше могущества и власти. Всё лучшее уходило к ним. Наши дети отправлялись на остров. Их там обучали, воспитывали… Все начиная с шести лет. Возвращались они уже по собственному желанию после совершеннолетия. Возвращались не все… И встретиться с ними не так просто. Во-первых, империя требует ежедневного внимания. Во-вторых, никогда не знаешь, куда отправят детей на учёбу. Есть там и закрытые корпуса, куда даже мне, императору, вход запрещён.

— То есть ваши дети в заложниках, им промывают мозги, готовят их на замену вам и отправляют служить в любые уголки мира, где только могут пригодиться агенты и маги Гизеля. И всё это с вашего добровольного, молчаливого согласия…

— Ага…

— Это же тупость… — покачал я головой.

— Это жертва. Разумная жертва, уравновешивающая жизнь и процветание всех семи империй. Мы можем не беспокоиться о своём будущем и судьбе империй, занимаясь своим долгом. Поверь, мы пробовали разные подходы… Были и бунты, и восстания, и несогласные. Многое происходило, но неизменно было одно: закон большинства и закон силы доминировали и до сих пор доминируют. Империи искусственно выравниваются в своей силе и возможностях таким образом. И на тронах — лояльные правители. Если кто-то один восстанет, остальные его задавят.

— А если восстанут все семеро?

— А зачем им это? Все знают, что сила и мощь Гизеля способны уничтожить любого правителя, а среди помощников королевства столько шпионов, способных отравить незаметно еду… Любое неповиновение обречено.

— А бунт людей?

— Случались… Ничем хорошим для восставших это не закончилось. Империи направят все свои силы для уничтожения угрозы доминирующего имперского строя, — шумно выдохнул император, повторил процедуру «выпил-закусил» и закусил огурчиком.

— Ты сам был выращен воспитателями Гизеля, да? — поинтересовался я.

— Как и все остальные императоры… И мы лучше кого бы то ни было знаем, с чего всё начнётся и чем всё закончится. Только вот…

— Не согласен ты, что тебя списали так рано?

— Конечно! Я все силы вложил в развитие империи! Я приумножил её богатство, достаток людей, развил совсем уж отсталые регионы до приемлемого уровня, восстановил после разорительных войн сокровищницу и арсеналы, перевооружил уже трижды армию! — покраснел Святослав. — Технологический процесс начал стремительно развиваться именно в годы моего правления, и из самой отсталой империи мы превратились в лидера во многих областях! Мои решения на фоне коллег, быть может, и сомнительными выглядят, но я смотрю в будущее. Рассчитываю на десятилетия вперёд! И тут меня из-за одного ущербного засранца, у которого ещё молоко на губах не обсохло, собираются с трона пнуть⁈ Да этот гнилой ублюдок — отпрыск Франциска из Амберской империи. Она почётно перехватила пальму первенства в категории самых отсталых империй! Вот и бесится Франциск, а его личинка мне проблемы устраивает… — злобно стукнул по столу император, показывая своё отношение к конкуренту и решению гизельских утырков.

— Хочешь, я ему пакость какую-нибудь устрою, от которой у него геморрой выскочит?

— Нет, он сам себя накажет, недоумок отсталый… Если хочешь чем-то помочь, давай подумаем, как отложить или отменить моё свержение. Я уверен, что мы на верном пути.

— Ты готов работать с иномирцем?

— У тебя есть то, чего не было ни у одного иномирца.

— И что же? — удивлённо посмотрел я на него.

— Имперская воля. Воля правителя… Тяжело это признавать, но ещё после первого рукопожатия я понял, что мы одного поля ягоды.

— Семь императоров… Семь ключей… Семь носителей воли, я прав?

— А? — взгляд императора изменился и стал похож на взгляд волка, лидера стаи, которому бросил вызов.

— Ваши тайны — давно уже не тайны. Пока вы тут имперский уклад жизни устраиваете, я успел в другой мир сгонять и кое-что о Герре тьмы узнать. В сравнении с этой проблемой, ваши гизельске паразиты — мелочь.

— Чего? Так… А ну, давай, выкладывай!

— А чего выкладывать? Давай одного из них позовём. Я как раз не успел закончить свой допрос из-за нападения. А там заодно подумаем о том, как нам твой имперский зад на троне сохранить. Есть у меня одна идейка… Только учти, ваше императорское величество, что после знакомства с некоторыми моими секретами, боюсь, ваше представление о мире навсегда изменится и придётся… заключить новые договора и союзы. Возможно, другие империи нас не поймут… Сам понимаешь, чем ты рискуешь?

— Пха! И чем же? Потерять трон? Мне это и так светит в перспективе… Давай сюда своего усатого.

— Рогатого.

— Да хоть чёрта лысого! Давай ещё по одной, и тащи эту мерзость иномирную. Если такие, как вы, и мы совместимы, как ты говоришь, то всякие чужаки страхомордые…

«Тук-тук».

— Господин, вернулась Ариана… Вы просили сообщить, когда она прибудет.

— О, кстати, ещё одна иномирка. Она не совсем человек, кстати. Ариана, заходи.

Сияя свежестью и блистая своей красотой, моя помощница вошла в зал для собраний и приветливо помахала изящной ручкой.

— О боже… Кто это? — подскочил со своего места император.

— Это… Э… Э-э?.. — повернулся я к Святославу, чтобы ответить, но, кажется, меня уже не услышат…

Император прилетел, чтобы найти решение своей проблемы. А нашёл новую. Ещё большую…

— Сергей, познакомь меня с этой прекрасной незнакомкой…

Вот тебе и «мерзость страхомордая», ваше возбуждённое величество.

* * *

Удивительно, как появление одного элементаля изменило настроение нашей встречи. Для императора, казалось бы, опытного, прошедшего подготовку и закалку характера, это превратилось в настоящие эмоциональные качели.

Его внутренние противоречия и заложенные Гизелем принципы и взгляды столкнулись с реальностью, слишком сильно отличающейся от всего того, что он привык слышать, видеть, читать в отчётах. Мерзость и пренебрежение сменились интересом. Даже рогатый вызвал у него не приступ отвращения, а исследовательского любопытства.

Не знаю, что именно стало триггером к изменениям: алкоголь, проблемы, появление обладателя воли повелителя, чья сила не уступает его собственной или душевное влечение к чему-то новенькому и экзотическому, но до самого утра император выглядел не как незыблемая скала, которая способна выдержать любой шторм, а небольшой корабль, который швыряет волнами в разные стороны.

У него кардинально менялось настроение. Пробивались капли тирании, слёзы обречённого, и вообще, передо мной будто было несколько разных человек. Я не то чтобы сильно на это повлиял. Просто столетия напряжённого труда превратили императора в колосса на глиняных ногах. В какой-то момент его выдержка просто закончилась, и он начал чудить сам по себе. Мужик сам себя раскачал на этих эмоциональных качелях.

К гадалке не ходи, у него и никогда не было плана «Б» на случай проблем с Гизелем. А шанс собственного отречения он считал слишком маловероятным событием, чтобы хоть как-то подготовиться. Лихорадочно соображая, что же ему делать, он пришёл к единственному решению — обратиться ко мне. И не сказать, чтобы он ошибся.

Устав подкатывать свои императорские регалии к Ариане, которая, к слову, не была приспособлена к плотским развлечениям, пусть со стороны она и казалась прекрасной девушкой, созданной для любви во всех возможных проявлениях, Святослав отбыл на боковую. Произошло это под утро. Я оставил стражу Святослава охранять его покои, а сам вышел с зеленоволосой красавицей, запавшей в самое сердечко императора, на улицу.

В отличие от всех остальных людей, о дриадах я знал достаточно много. Например, знал, как они размножаются. Мужиков у них, мягко говоря, в традиционном виде не существует. Это не другая ветвь развития человеческой цивилизации. Совсем другая раса.

Свои дети у дриад зарождаются на их Священном Древе Жизни. Вот почему для них и было критически важным взрастить одно из них и почему они выбрались в самые дальние и незаселённые земли, изолировались и бережно растили его.

Если однажды дриады получат своих деток, оставшиеся в живых должны будут их кормить, заботиться и вообще делать всё, что от них требуется, на манер наших матерей. В этом они с нами похожи. Мне пришлось всё это уточнять, заключая договор с Арианой и создавая ей тело. Максимальная точность и достоверность с моей стороны — открытость и посвящение в тайны их народа с её стороны.

В общем, императору даже технически не удастся с ней сблизиться. Улыбка, общение, прикосновения к коже — вот максимум, который доступен этой сказочной красавице.

— Идём к принцесске нашей. Мне интересно твоё мнение на её счёт, — произнёс я, ведя Ариану в дом по другую сторону от центральной площади, где жила Альма со своей дочкой Магдаленой.

— Хорошо… А что мне делать с чересчур активным императором?

— Скоро ему будет не до тебя. В крайнем случае я объясню, что ты не совсем живое существо…

— Только не говорите, что я бревно. Это звучит обидно. Таша мне рассказала, что это значит у людей, — попросила она.

— И в мыслях не было… В любом случае не переживай. Будешь далёкой, несбыточной мечтой императора. Лучше скажи мне, кто это, — кивнул я в сторону целой толпы духов, стоящих на площади и пялящихся на меня.

— Моя работа. Пятьдесят два духа, прошедших отбор и потенциально подходящих для возвращения к жизни. Но финальный выбор за вами, господин, — ответила она.

— Дай краткую сводку по ним, — внимательно посмотрел я в лица призраков, мимо которых ходили ничего не замечающие люди.

Ну как ничего не замечали… Они ёжились и начинали быстрее идти, не понимая, что происходит.

— Пятьдесят два духа. Семеро — древние. От одной до трёх тысяч лет. Архариты, за исключением одного. Вон тот низкий коротышка — контрабандист, авантюрист, исследователь древних городов, проходчик через магический туман. Но может быть интересным персонажем. Выживал и таскал всякое между двух воюющих империй.

— Как умер? Почему стал неспокойным?

— Горный оползень… Артефакты защиты не справились, был похоронен заживо. Среди товара было редкое лекарство для дочери друга. Не донёс, потому корит себя. И ненавидит войну.

— Хорошо. Дальше… — кивнул я.

— Остальные помоложе. Тридцать духов — архариты или нейтралы, жившие на их землях во времена тумана. Вожди племён, главы отрядов, военные, торговцы. Разношёрстная группа, но все в целом нормальные.

Ещё двенадцать духов — люди империй. Диверсанты, разведчики, исследователи туманных земель, шпионы.

— Понятно. А ещё трое?

— Иномирцы…

— Любопытно. Познакомлюсь с ними поближе. Это все, кого ты нашла?

— Все, кого я отобрала. Маньяки, нестабильные психически личности, откровенно глупые и считающие себя выше звёзд призраки остались в лесу вокруг рощи.

Как и просили, я привела их, пообщалась, объяснила, что к чему и провела этот первичный отбор. Те, кто не подошёл, могут пытаться буянить, но мои сёстры держат их в ежовых рукавицах. Сможете прийти и сами решить, что с ними делать. Или отпустить из этого мира, сделав частью своих сил, или отыскать среди них ещё один бриллиант, который я не заметила, — произнесла Ариана, заставляя моё сердце трепетать.

— Ты проделала отличную, просто превосходную работу! Сколько их там?

— Двести семьдесят один.

— Отлично. Этого не хватит для воскрешения всех пятидесяти двух… Но даже часть нам сильно поможет. И ты это за две недели сделала?

— Ваше величество… Я нашла куда как больше духов. Но лишь эти оказались достаточно разумными, чтобы откликнуться на мой зов и пойти за мной. Остальные — просто духи ненависти и беспокойные призраки прошлого, не способные вернуться в наш мир. Они не пошли за мной… Но я отметила на карте места с ними. Вы можете помочь этим бедолагам.

— Обязательно. Ты умница!

Мы вошли в дом и столкнулись с сонной Магдаленой, протирающей глаза.

— О, дядя Серёжа, это вы… А можно мне раскраску? У меня всё закончилось. Здрасте, красивая зеленоволосая тётя…

— Конечно, можно! Мама твоя проснулась?

— Завтракает…

— Вот и хорошо. Проводишь нас к ней?

— Дя-а-а-а-а! — зевнула Магдалена и повела за собой.

Стоило нам зайти в трапезную и увидеть очаровательную Альму, одетую в лёгкую, местами полупрозрачную ночнушку, как Ариана сама стала похожа на Святослава. Тяжело засопела, глаза широко раскрыла, и руки её задрожали.

— Да это же… ЭТО…

Глава 8

— Что «это»? — посмотрел я на дриаду, но та словно дар речи потеряла.

— Прошу прощения? Что-то не так? И почему вы врываетесь ко мне без спроса, тыкаете пальцами и глазеете на меня? Это, знаете ли, некультурно, — замерев с ложкой у рта, произнесла Альма.

— Секундочку, — поднял я палец и вынес остолбеневшую Ариану за дверь.

— Да быть того не может! Эти линии… Это же воплощение Лескура! Мне надо сейчас же проверить… — отмерла дриада и попыталась прорваться в трапезную снова.

— Подожди, нечего пугать гостей. Эти золотые линии на теле есть и у дочери. И раз ты так реагируешь — значит, мне не показалось: нечто похожее есть у вас в священной роще.

Ариана набрала полную грудь воздуха и начала часто-часто дышать. Её повело, и я усадил её на скамью в прихожей.

— Нет. Не-е-е-е-ет… То, что в моей роще, — это лишь Приватина, базовые магические элементы связи души, древа и хранительниц…

— Да, я видел похожие линии, раскинутые по поляне и нанесённые на Древо. И на ваших телах подобное видел. Они подозрительно похожи на золотые линии этой парочки, но всё же другие. Духовные линии незаметны для окружающих. А эти… напоказ идут. И я не совсем понимаю, как они работают.

— То есть… Ты заметил внешнее сходство и поэтому захотел узнать моё мнение? — сказала девушка, постепенно приходя в себя. — Хотя удивительно, что ты про наши Линии Приватины, связующие жизнь, душу и Древо знаешь. Ничего же про это не спрашивал раньше…

— Ну ты уж не думай, что я совсем дурак. Импульсы энергии я видел прекрасно и понимал, что таким образом происходит общение, забота, питание Древа. И в обратную сторону, как я понимаю, тоже работает. То есть Древо может помочь дриадам в час нужды, усиливая их силу, скорость, магический потенциал на территории рощи.

Я видел много похожих заклинаний, но в основном, конечно, из зловредных магических практик. Когда там, ну, жизнь выкачивают или хотят перенести свою боль и раны на другого человека, раскрыть запечатанные заклинания при помощи магии крови. Ваша не в пример лучше! Она духовная, незримая и действительно эффективная. Я не стал докучать вам с этими вопросами: у каждого ведь свои секреты. Но сейчас мне нужна помощь. Я не понимаю предназначения этих линий.

Выслушав меня с открытым от удивления ртом, Ариана пару секунд помолчала и уточнила крайне важный момент:

— А сама она что говорит?

— Что это просто ритуальные отметки. Бесполезные, но красивые татуировки.

— А это не так? — на всякий случай поинтересовалась моя помощница.

— Ну естественно! Ты и сама вон как отреагировала. Что за воплощение Лескура, которое ты упоминала?

— Ох… Ну, я не уверена на сто процентов… Да и это невозможно проверить, если она сама никак не захочет проявить свои возможности. В общем… В двух словах… Если говорить по-простому… — пыталась подобрать слова Ариана, но с каждой секундой её выражение лица становилось всё более озабоченным и выражало крайне сложные эмоции.

— Ну ты уж хоть как-то что-то мне расскажи, а то я так до конца времён гадать буду, — с улыбкой произнёс я и взял девушку за руку. — Меня не интересуют секреты дриад, ибо я не желаю наносить вред ни тебе, ни таким же, как ты. И ты знаешь это. Я дал клятву.

— Ну… Хорошо… Лескура — это… таинство. Магия, запечатанная в телах. Если сильно упрощать… У высших жриц, у правительниц самых древних и важных рощ порой имелись одна-две такие линии. Не больше. Поэтому я так и удивилась, увидев, сколько этих самых линий на теле этой девушки… Как её?

— Альма.

— Да… Альма. И эти линии — не просто украшение. Они связаны с её душой. Это совершенно точно. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять это.

— Может ли это быть похожим на вашу Лескуру заклинанием? — уточнил я, хотя и сам прекрасно знаю ответ на этот вопрос…

Законы магии едва ли отличаются в разных мирах. Но это может быть разница из-за другого течения времени, другой силы гравитации на планете и других физических свойств… Но первооснова, плетение заклинаний, типы магии и вся остальная база — всё везде одинаковое.

— Да. Может. У нас лишь самые сильные дриады, получив благословление самых старых Древ, имели подобные отметки. Их носители могли использовать заложенную и накопленную в линиях магию. Даже вне наших рощ. Даже если поляна с Древом уничтожена, они могли перевернуть битву, отразить нападение, спасти умирающего… Лишь носители Лескуры знали, какая мощь хранится в их телах. Это было наше тайное оружие. Ну или оружие последнего шанса…

— Понятненько… — ответил я и с новой стороны взглянул на Альму и её дочь.

Они сбежали от своей семьи, от отца Альмы, деда Магдалены. Тот делал какие-то нехорошие вещи со своими родственниками. Может, с ума сошёл, может, это стандартная практика была, и он использовал их каким-то образом ради собственной выгоды… Альма, видимо, не смогла смириться с жертвой в виде собственной дочери, вот и убежала.

Я с ней практически не говорил. А когда говорил, она отвечала односложно, была холодная и отстранённая. Совершенно не желала идти на контакт, в отличие от своей дочери. Но её одну не оставляла и не давала ей ляпнуть ничего лишнего.

Как бы там ни было, ясно две вещи: они беглянки, и они что-то скрывают. Я не мессия и не спаситель всех обездоленных. И в душе каждого встречного сердечные узлы распутывать я не собираюсь. Но каждому даю выбор, даю возможность жить достойно. Даже рогатый вон в собственном замке теперь кайфует…

Я им помог, и моя совесть чиста. Но вскоре мой альтруизм и желание просто так помогать, тратя силы на то, чтобы она продолжала ощущать себя на уровне принцессы, иссякнут. С каждого по возможностям, каждому по труду. Просто сидеть красивой и укоризненно смотреть на меня — это не работа!

Я бы и раньше отправил её доказывать свою пользу, но так уж вышло, что я был занят. Сильно занят… Вон сколько всего произошло за какую-то неделю. Город защитил, замок у тёмного властелина спёр, с императором напился, обелиски в бою протестировал, элементалей элитных создал. Всё, пора заканчивать с халявным гостеприимством. У меня даже Радов пашет как вол! В общем, теперь настала очередь Альмы сделать шаг нам навстречу.

Эти линии… Это что-то вроде татуировок-артефактов, как и говорила Ариана. Я это почувствовал, ещё когда только увидел мать с дочкой. Но эти линии пустые. Прям как я пришёл в этот мир, не сохранив ни капли духовной энергии, так и тут. И мне интересна эта технология.

Я с таким сталкивался очень редко. Но это всегда было крайне кровавым и злым заклятием, а потому я их обладателей обычно просто убивал. Ну, там и выбора-то не было: они сопротивлялись, угрозу другим несли. А здесь можно и посотрудничать. Я вижу потенциал в этой магии. Надо лишь разговорить Альму…

Приняв решение, я вошёл в трапезную и объявил Альме, что лимит на гостеприимство будет исчерпан завтра утром и что у неё есть сутки на то, чтобы предоставить мне и городу что-то такое, что принесёт пользу, станет вкладом в общее счастливое будущее.

— Нет! Дядя Серёжа! Не выгоняйте нас! — захныкала девочка.

— Я и не собираюсь, что ты! Просто твоя мама, если ничего не сможет дать нам взамен, если она ничего не умеет, будет вынуждена отправиться на самую простую работу. Мыть посуду, полы…

Как же при этих словах Альму передёрнуло. Она явно представила, как делает эту работу, и душа её резко воспротивилась подобному развитию событий.

Я помахал им рукой и вместе с Арианой вышел из комнаты. Пора было заняться рогатым и духами. Пообщаюсь и решу, что делать с ними всеми. Помнится, среди духов есть шпионы и авантюристы… Это то, что мне надо! Хорошие разведчики ещё ни одному правителю не помешали.

Время пролетело незаметно. В замке уже наводила порядок Анна и вместе с Ташей заставляла рогатого искать нычки, доставать всякое золотишко и прочие ценные артефакты.

В общем, все были заняты делом. Альма страдала, думая, как ей выйти сухой из воды, император просыхал, но уже по другому поводу, демонюга рогатый мучился, оказавшись меж двух красивых огней в виде моих помощниц и спутниц. И я тоже работал! Не отлынивал!

Пока в километре от замка вбивали сваи, я собеседовал духов. Они выстроились в очередь и заходили по одному. Мы беседовали, и я сразу понимал, кто из них готов стать частью команды, а кто… Ну так, из любопытства пришёл. Последнего в их призрачной жизни…

Те, кто был не нужен, получали от меня предложение, согласиться на которое никогда бы не смогли и не захотели бы. Как итог — сами отказывались и растворялись в потоке вечности, даруя мне частичку своей силы.

В общем, из пятидесяти двух вполне себе неплохих кандидатов осталось всего одиннадцать. А сил на воскрешение хватало всего на одного с половиной… Надо бы заглянуть в священную рощу и отпустить остальных кандидатов. Заодно проверю, есть ли среди них достойные. В целом время на это у меня есть. Святослав окажется не у дел только через две недели. А за две недели можно что? Можно горы свернуть!

Правда, я ещё до конца не решил, как именно мы будем Святослава спасать, но точно будем. И я его никуда не отпущу. Не брошу того, кто пришёл ко мне в таком отчаянии. К тому же без него я и сам буду обречён, объявлен во всех семи империях вне закона. А оно мне надо? Я только-только жизнь наладил!

Ещё и Альма эта с её полосками… Отвлекает это сильно от мыслей. Когда перед глазами маячит тайна, в которой потенциально может быть скрыта безграничная сила магии, как-то не до житейских вопросов.

К вечеру очнулся император. Опохмелился и принялся искать меня и Ариану. Да только её я отправил обратно в рощу контролировать духов. Отобранных я расселил по замку, а единственную сформированную духовную сферу трогать пока не стал. Лучше всегда иметь её для запасного плана, чем не иметь.

Императору я во время полуночного чаепития объяснил, что план ещё в разработке и, возможно, понадобятся новые вводные и знания о Гизеле. Попросил, чтобы он далеко не отходил, и заверил, что, как только план созреет, я всё ему расскажу.

Святослав согласился и отправился искать приключения на одно место. Хорошо, что зеленоволосую красавицу удалость спасти от лап этого голодного зверя. И благо я заметил среди прилетевших с ним бойцов сразу двух весьма очаровательных девушек. Шатеночка и блондиночка оказались не только опытным бойцами, но и телохранительницами, способными обеспечить безопасность его императорского ложа сутки напролёт.

В общем, разошлись мы каждый своей дорогой. Я отправился в одно из крыльев замка Чёрной воды и нашёл там неплохую библиотеку на изученном благодаря рогатому мошеннику языке. И там, с интересом и любопытством изучая манускрипты, семейные жизнеописания, автобиографии и даже художественную литературу, я провёл целый час, пока дверь со скрипом не открылась.

Я обернулся и удивился: пришёл не рогатый и не Анна с Ташей. Хотя огненной леди я как раз и запретил в комнаты с книгами и документами заходить. Нам изучать и проверять всё ещё пару недель придётся. Незачем ей раньше времени бумагу палить. Вдруг на ней написан план по захвату этого мира?

На меня с вызовом уставилась пара очаровательных глаз. Жёлтых. В свете пламени они даже казались золотыми.

— Я видела твою силу. Вижу людей и духов, что идут за тобой… — Она закрыла скрипучую дверь и скинула капюшон с головы. — Я не из тех, кто боится вызовов судьбы. Иначе бы не оказалась здесь. Но этот мир опасен. Непонятен. Он сложный. Технологии, языки… Моя единственная цель и радость в этой жизни — моя дочь. Я хочу, чтобы она жила в безопасности, не зная, что такое нужда, голод и страх. И готова на всё ради этого… — С каждым словом и шагом ко мне она то пуговичку расстегнёт, то перчатки скинет, то свою накидку…

А блузку она тоже «потеряет» по дороге?

Потеряла…

— У меня не осталось ничего ценного, кроме своего тела. Ты хотел знать мои секреты? Я согласна отдать их тебе. Только, как повелитель, дай слово, что позаботишься о Магдалене… Она — дитя, обманувшее судьбу. А я… Я готова покориться судьбе, если потребуется. — Альма медленно опустилась на колени совершенно голая и так же медленно поклонилась, складывая руки подо лбом.

Сперва меня останавливало любопытство. Что ещё она скажет? Как далеко зайдёт? Сколько одежды потеряет по пути? Но сейчас… Когда она оказалась со мной лицом к лицу, я увидел дух амазонки, воительницы. Словно львица, защищающая своего львёнка, она смело смотрела в глаза опасности. И ей плевать, будь я хоть самим дьяволом.

Её душа в этот самый момент была чиста и прекрасна. Я восхитился тем, с какой смелостью она пошла на эту жертву, и осторожно приподнял её. Взял на руки и унёс из холодного зала прочь. Мне предстояла долгая ночь, полная разговоров и чувств.

— Твоё тело прекрасно. Фигура, лицо, кожа, глаза… Твоя природная красота и элегантность вызывают у меня, как у любого здорового мужчины, восхищение и желание. Но ты открыла мне не столько своё тело, сколько свою душу. И это воистину превосходный, достойный дар. Я с радостью принимаю его и уверяю тебя: до тех пор, пока ты и твоя дочь желаете быть частью людей, что ищут кров под крыльями Дана из дома Вечности, вам не о чем беспокоиться. Даже если самый страшный враг придёт за вами следом — ему придётся столкнуться со мной и понять своё место.

Я, Дан из дома Вечности, приветствую тебя, Альма. Теперь здесь твой дом, — сказал я и провёл пальцем по золотым линиям, вызывая свечение множества рун и символов, заключённых в эти не такие уж и простые татуировки… — Расскажешь мне о них?

— Утром… — ответила Альма, прикрывая глаза, но открывая сердце и душу нараспашку передо мной.

* * *

— Владыка! Ваше темнейшество! — Встретил меня за дверью рогатый, но сразу же заткнулся, когда я схватил его за ухо.

— Чего орёшь, Юкио? Не видишь? Дама спит…

— В этом-то всё и дело… Вас там другая дама ищет… Я предчувствовал беду и отправил её по ложному следу…

— Какая дама? — приподнял я брови.

— Ну такая… Злая, боевитая… С огромным ожерельем на шее…

— Анна, что ли? — тут же вспомнил я, как она с одного взгляда влюбилась и больше не снимала эту огромную каменюку в золотой оправе.

— Возможно… Она, когда кричала… Я не очень хорошо понял, что именно она хочет.

— А чего она кричала? — захлопал я глазами в недоумении.

— Так ведь… она к вам порывалась. Ну и… я её в подвалы замка заманил и запер там, — виновато почёсывая рога, ответил Юкио.

— Охо-хо… Плохо дело… — предчувствуя назревающую катастрофу, почесал я затылок и уточнил: — И давно она там?

— Часов пять уже сидит…

— Ничего не взорвала?

— Там защитные чары мощные. Выдержат ярость Мастера Секты… Он в подвалах заклинания отрабатывал. Её сил и подавно не хватит… — с уверенностью заявил иномордый.

Предполагая, что меня ждёт впереди, я всё же решил зайти в логово к разъярённому монстру. Но я подготовился… Взял с собой вкусняшек и бутылку вина. Думаю, этого должно хватить, чтобы хоть ненадолго закрыть её ротик. А там дальше, может, и отпустит ярость Аннушку. И всё же, как у неё чуйка работает! Моё почтение. Не успел я с принцессой в таинства её родовой магии татуировок погрузиться, а она уже тут как тут…

— Так, открывай логово дракона на счёт три. Раз…

— СЕРГЕЙ? СЕРГЕЙ! ТЫ КОГО ДРАКОНОМ НАЗВАЛ⁈ — раздался полный ярости голос Анны с другой стороны двери.

— Два…

— Я ЭТОГО РОГАТОГО НА АНДУЛИЙСКИЙ ФЛАГ ПОРВУ! ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ! ИЛИ Я ЗА СЕБЯ НЕ РУЧАЮСЬ!

— Три!

— Удачи, ваше темнейшество! Завалите этого дракона…

Глава 9

— Ладно, ваше величество, на этот раз я вас прощаю… — тяжело дыша и сопя, смилостивилась Анна.

— Что там с оценкой сокровищ этого замка? — поинтересовался я, надевая достойный выхода в свет костюм.

— Немного передохну и сделаю… Отчёт будет на столе. Рядом с моим телом бездыханным…

— Тренироваться нужно больше! А не брюлики да сокровища сутки на пролёт таскать. Думаешь, я не знаю, что в твоей комнате сундуки уже от пола не оторвать?

— Это мне на пенсию… — подняла она вверх указательный палец и приподняла с кровати голову.

Вместе с усталостью на лице имелись явные признаки счастья и эйфории. Прямо кошка, объевшаяся сметаны…

— Рановато ты о пенсии задумалась… Ладно, я пошёл. Долго тут не лежи. И оденься. Не то простудишься…

— Я в норме… За меня не беспокойся, большой босс, — ответила Анна и уткнулась лицом в подушку.

Что ж… Дракона накормил, напоил, усмирил. Теперь можно и поработать.

Начал с обхода своих владений и сбора новостей. Всё же прошло немало часов, и многочисленные элементали разбрелись по всему королевству со своими задачами. Даже не отвлекали меня, не врывались посреди борьбы с «драконом» Анной. А значит, ничего серьёзного и страшного не произошло. Но это не даёт мне право пустить всё на самотёк. Просто не было ЧП и экстренных ситуаций. И это, безусловно, хорошо.

Как бы там ни было, правителю всегда есть чем заняться. Жизнь города, особенно бурно растущего, — это настоящее испытание для любого крепкого хозяйственника. Пользуясь небольшой передышкой и отменой ракетной и прочей опасности, мы смогли вернуться к мирным задачам и продолжить сооружать военные постройки, ведь людям больше не требовалось укрываться в подвалах и «окопах», в которые не успели закинуть и закопать трубы отопления и водоснабжения.

Я был везде и сразу, появляясь то тут, то там. Одно моё присутствие, на мой скромный взгляд, повышало производительность труда в два раза. Хотя и не скажу, что в моё отсутствие работники ленились. Вот это дело! Ходи себе да спокойно наблюдай за остальными. Наслаждайся прохладным ветерком. По сравнению с разбором и подписанием всяких-разных бумаг и прочей бюрократией, это просто сказка!

И всё же через пару часов халява кончилась… Святослав, мой драгоценный протектор, защитник королевства от имени мира семи империй, вышел из алкогольного пике и украл меня у моих же подчинённых. Слишком уж нужно было ему знать тайный план, который спасёт его императорское величество.

Так уж вышло, что план как раз успел созреть за ночь. Немного авантюрный и требующий подготовки. Но если всё получится, то мы очень элегантно выйдем из конфликта с Гизелем и навсегда отобьём у них это дикое желание совать нос в мои дела. Как раз ночью и утром, пока я исполнял постельные обязанности короля, в перерывах на попить и потрепаться о жизни, кусочки пазла и сложились в единую картину.

— Всё просто, Святослав, — ответил я императору, стоя с ним на краю огромного котлована под будущий промышленный мегакомплекс. — Когда тебя отправят в Гизель и попытаются раскороновать… Я должен быть рядом. Только и всего.

— Это и есть весь твой шедевральный план? — скептически посмотрел на меня Святослав.

— Ну, почти… — Я и наклонился и заговорщицки произнёс: — Как насчёт того, чтобы создать проблему для Гизеля, с которой справиться сможет только один человек на планете? То есть я. А моё требование за помощь — сохранить уже имеющиеся договорённости.

— М-м-м? Какую это ещё проблему? — заинтересованно посмотрел на меня правитель династии Мирских.

— Специфические… Вы видели когда-нибудь привидений?

— Призраков? Призываемых магами боевых духов? Да, видел, да.

— А если это будет не призыв, а… В общем, что если духов будет множество, и они будут… влиять на реальный мир?

— Как влиять? Атаковать, убивать людей? — с ужасом в голосе произнёс император.

— Нет, конечно… Пойдём, лучше я покажу, как это будет выглядеть. Сам решишь, подойдёт нам такой план или потребуется использовать более радикальные методы…

— Радикальные? То есть это, по-твоему, мирные? — удивился Святослав, следуя за мной.

— Безусловно. Никто не пострадает, если всё нормально сделать. Разве что чья-нибудь гордость. Ну и, возможно, «храбрые герои» обгадят штанишки. Но ничего — купят новые, душ примут… А мы пока подпишем меморандум. Я, знаешь ли, всегда предпочитаю использовать мирные пути решения проблем. Ты в этом лично уже убедился. Так что… Прежде чем объявлять войну до полного уничтожения, стирающую в порошок всяких самоуверенных глупцов, сперва попробуем их шугануть, — с улыбкой сказал я.

Вообще, в плане куча дыр… Мне не хватает артефактов из прошлого мира и парочки помощников с весьма специфическими магическими талантами. Впрочем, благодаря рассказу Альмы о природе магии её рода, описанию процесса нанесения линий и запечатывания в них «Силы» многое стало достижимым. Весь вопрос лишь в том, успею ли я освоить новую технику за эти неполные две недели. Если нет, придётся придумывать план «Б»… Но если успею, то гарантированно поставлю на уши весь Гизель!

Ну а если вдруг даже это не поможет и мудаки, нацепившие на себя воображаемую корону небожителей, решат пойти по пути насилия, угроз, убийств и всех прочих мерзостей, придётся действовать по-плохому. В крайнем случае всегда можно и затопить эти острова… У них такое мировоззрением, что я ни на миг не дрогну, если придётся пойти путём насилия.

* * *

Шли третьи сутки экспериментов. Мы находились в полукилометре от замковой стены Чёрной воды. Инженеры империй громко переругивались с прибывшими инженерами архаритов по поводу методов подведения коммуникаций к моей новой резиденции.

Я решил не вмешиваться, потому как вопрос действительно деликатный. Единственное, что я сделал, — это отправил Люмина и наконец-то добравшегося барона Бурова на стены замка для контроля ситуации.

Новые технологии и блага цивилизации имперцев, конечно, выглядят невероятно хорошо, но сам замок — творение исключительно магической цивилизации. Много старья и непривычных имперцам технологий. Тут поле архаритских инженеров, где они могли показать себя. Но гордость одних и других не позволяла отдать этот проект другой стороне. Вот и спорили, срывая голоса, как лучше всего поступить.

Меня же интересовали совершенно иные вещи. Например, как на идеально гладкую каменную сферу диаметром в полметра гармонично нанести триста тридцать три рунических символа и закрепить их в структуре камня. О том, чтобы начать эксперименты на людях, я и мысли не допускал. Даже гениям после полного курса лекций понадобится время для освоения техники. Что уж говорить обо мне, кто получил сбивчивый рассказ, полный неточностей, от девушки, не обладающей магическим талантом…

И всё же у меня понемногу получалось. Руны выступали в качестве компонентов заклинания, подобно плетениям в классической магии. И суть заключалась в том, чтобы общеизвестные в мире магии законы прописать рунами и передать магическую силу камню.

Очередной провал расколол огромную глыбу на несколько обломков, и я задумчиво посмотрел на целое поле сломанных камней.

— Сделать ещё? — пробасил каменный здоровяк, и я кивнул.

Первая сотня попыток провалилась… Но есть и хорошая новость: я смог сделать целую цепочку из ста пятидесяти одного символа, пока не допустил ошибку. Впрочем, я подозревал, что иду не тем путём.

— Если поставить руну усиления после лёгкости и ветра, то эффект будет слишком взрывоопасным… Слегка напоминает комбинацию плетений при создании воздушного кулака. Надо добавить для компенсации руну стабильности либо укрепления…

Всего мне было известно больше ста рун и последовательностей, большую часть из которых я смог составить благодаря детальному изучению полосок на теле Альмы. Она и сейчас сидела в накидке, попивая из термоса кофе, и ждала, когда мне понадобится.

Из известных рун я смог разместить на камне семьдесят две, комбинируя их по-разному. Надеюсь, мои рассуждения окажутся правильными, и я смогу создать при помощи этих символов, называемых Арианой воплощением Лескура, а Альмой — маглиниями, самую простую парящую каменную сферу. Для меня это и практика, и возможность создать собственное магическое ПВО против дронов и прочей ерунды, включая внезапный слимопад.

Сотня тысяч каменных сфер, постоянно парящих вокруг купола Бурого и самоуничтожающихся при появлении магических существ с элементом тьмы и смерти, — один вариант защиты города. Второй — просто заградительный каменный щит, что возьмёт на себя удар от ракетной и прочей опасности.

Прошёл день. Настала ночь. Зажглись огни направленных на тренировочное поле прожекторов. Число объединённых в единое целое символов достигло ста шестидесяти шести. Практически половина…

На последнем символе я прогорел уже три раза. Сферы разрушались, и приходилось всё начинать заново. А ведь стоит мне сделать этот шаг, и вторую половину из трёхсот тридцати трёх рун я смогу просто повторить, зацикливая и увеличивая тем самым в два раза мощь маглинии этого камушка.

Хм-м-м. Конечно, могу чистым подбором найти нужный символ, но тогда, боюсь, ещё несколько дней уйдёт на это дело… А время — самый дефицитный из ресурсов сейчас.

Я решил взять паузу и отправился в замок. Нашёл там Альму и провёл наполненным маной пальцем по её золотым линиям на теле.

— Что? Опять? Так спать хочется… Можно хотя бы утром? — прикрыла она своё красивое тело ночнушкой, но я быстро подавил этот бунт. — Ладно, ладно…

Принцесска поползла по кровати, с трудом стягивая с себя остатки одежды. Я ещё раз провёл пальцем от шеи до бедра, подсветив нужную для меня информацию, и — стал собираться.

— Это всё. Можешь спать дальше.

— В смысле? — нахмурилась Альма. — Ну уж нет! Коль разбудил — неси ответственность!

Встав на колени и положив ладони на бёдра, соблазняя меня своими прелестями, начала отчитывать меня иномирка.

— Мама… — толкнув дверь и протирая глаза плюшевым зайцем, в покои принцессы вошла Магдалена, — ты чего кричишь?

— Ой! — тут же спряталась под одеялом красотка. — Магди, ты чего не спишь до сих пор?

— Я пить вставала… Я у тебя спать буду! — безапелляционно заявила Магдалена и забралась на кровать.

Альма прикусила губу, с сожалением посмотрела на меня, а я лишь ухмыльнулся.

— Спокойной ночи, Магди. Охраняй сон своей мамы. Альма, я продолжу работать, спасибо за подсказку.

— Да… не за что… ваше величество, — ответила девушка, и я пошёл на выход.

Я открыл дверь и нос к носу столкнулся с Анной.

— Мам, а чего это ты голая? — донёсся из-за моей спины голос девочки.

— Жарко было… — ответила Альма, и я закрыл дверь.

— Горячая ночка, да? — похрустывая кулаками, произнесла Анна. — Я так и знала… Кобелина. Все твои слова, признания в любви, обещания — всё ложь…

Я пожал плечами и, проходя мимо, сказал:

— Я тебе в любви не клялся, соблюдать целомудрие и верность тоже не обещал.

— Ты обещал мне свадьбу! Стоять! — вцепилась в меня Анна. — Я ещё не договорила!

Но меня это не остановило. Перед глазами уже стояли образы рун. Исследования манили меня.

— Обещал, да. Вот всех врагов победим и сразу же займёмся… — негромко произнёс я, прикидывая, на чём бы повторить цепочку рун.

— НУ УЖ НЕТ! У тебя враги за тысячи лет не закончились! Я так от старости умру! И вообще, как ты мог променять меня на какую-то принцессу? Тем более с прицепом⁈

— Ты сама тот ещё прицеп, — хмыкнул я. — Как клещ вцепилась…

Мы прошли мимо отдавшей честь стражи замка. Было решено ставить в пару воинов из числа имперцев и архаритов: пока моих собственных стражей не хватает.

Анна всё не унималась и продолжала бесплодные попытки задушить меня и отчитать. Мы прошли по длинному залу, и я завернул в сторону кухни, где никого не было. Глубокая ночь на дворе, но поесть мне явно не помешает.

В этот самый момент Анна допустила роковую ошибку. Она попыталась поставить мне ультиматум и пригрозилась уйти из города, если я не поклянусь ей, что, кроме неё, у меня никого не будет.

Не знаю, что именно меня зацепило больше: её детское поведение, попытка угрожать мне, проявление собственнического характера, шантаж или же всё это вместе взятое… Но самое главное — она отвлекла меня от поедания копчёного мяса!

Вместе с возрастающими от её крика и шума децибелами я понял, что этот бунт надо остановить в зародыше.

— Хорошо, я согласен, — сказал я. — Но если ты хотя бы раз скажешь мне, что не можешь исполнять свой супружеский долг, не сможешь, не захочешь, попросишь меня остановиться, твои капризы и указания перестанут значить для меня хоть что-то, а ты сама станешь тихой мышкой рядом со мной и будешь смирно следовать любым моим прихотям.

— То есть… ты обещаешь быть только со мной, пока я сама не попрошу об обратном?

Словно пропустила мимо ушей моё предупреждение и заметила только первую часть… Очень самоуверенно с твоей стороны…

— Да. Если всё упростить, то так оно и есть, — кивнул я.

Глаза Анны засияли от счастья.

— Договорились! Я и не думала, что это будет так просто…

Коварная улыбка победительницы уже появилась на её лице, но мои следующие слова заставили её сильно занервничать…

— Раз ты всё поняла, то отлично. Раздевайся.

— Что? Зачем? — включила она дурочку.

— Я голоден. А съесть я решил тебя.

— Но мне надо сходить в душ и потом зажечь свечи в спальне…

— Какие свечи? Какая спальня? Ты что, отказываешься от своих слов и не готова исполнить свой долг?

Готов поклясться, только сейчас она поняла, в какую ловушку попала. Но она не струсила. Решила сражаться до победы.

Робким голосом она сказала:

— Но это кухня… Вдруг сюда кто-то зайдёт?

— Плевать. Раздевайся.

Ты этого хотела? Получи и распишись. Посмотрим, как долго ты выдержишь…

* * *

— Доброе утро, камушки! Возвращаемся к работе, — в отличном расположении духа произнёс я, разминая пальцы и готовясь приступить к делу.

Перед глазами появилась последовательность рун на одной из линий Альмы, и я воссоздал её в точности, выбрав своей целью небольшой валун, вместо привычного шара.

Получилось записать всю комбинацию с первого раза. Следом я «закрепил» её при помощи линии. Плотным потоком энергии, словно расплавленным железом во льду, выплавил выемку вокруг рун. Утопил их в мане и соединил в единую конструкцию. Один нюанс — вместо золотых линий они вышли кристальными… Словно из бриллианта или хрусталя сделаны. Но это вполне объяснимо…

Моя стихия — душа. А у духовных сил нет цвета. В чистом виде они прозрачные, как слеза младенца. А вот род Альмы и Магдалены, использующий эту таинственную технику для запечатывания крайне сильных комбинаций заклинаний, использует стихию металла и воды, за счёт чего и получаются словно литые золотом маглинии.

— А теперь… активируем, — указал я пальцем на самое начало маглинии и пустил ману в руну «Активация».

Результат не заставил себя долго ждать. Камень окружило водяное кольцо, затем ещё одно, и ещё… Всего их стало девять, и они — превратились в нечто вроде щита. Постоянно двигающегося вокруг камня на сумасшедшей скорости. Ого… Если в окружении этих смертоносных резаков пойти на таран, можно буквально стереть своего врага. Кстати, Люмин вроде нечто похожее как-то раз использовал…

В общем, любопытное заклинание у Альмы есть в арсенале. Только вот оно не напитано энергией… После перехода вся мана улетучилась. Впрочем, подзарядить её линии теперь смогу и я. Мог бы и раньше, но были у меня опасения, что чужая мана из источника вне рода магов красавицы будет для неё опасной, но сейчас, как вижу, проблем не будет.

Вдохновлённый тем, что всё сработало, я вернулся к своим каменным шарам и продолжил составлять свою цепочку, надеясь создать работающее заклинание из трёхсот тридцати трёх рун.

Может, мне повезло, может, вдохновение подсказало верный путь или же перерыв с Анной привёл мозги в порядок, но я справился с этой задачей до того, как эффект от водяного резака-щита на булыжнике перестал работать. Навскидку ушло минут двадцать, и вот — идеальная полуметровая каменная громадина левитирует в пяти метрах от земли.

Эксперимента ради взял с земли осколок камня, всех, кто был поблизости, увёл за магический щит и швырнул камушек в шар.

«БАМ!»

Взрыв был такой, что столб пыли поднялся на десятки метров. Мощный заряд в этих рунах заложен. Солидный! Любопытно, можно ли уменьшить эту мощь, сократив число рун?

— Что ж… Первый эксперимент прошёл удачно. А значит, настала очередь новых экспериментов! — радостно потёр я руки и принялся творить.

Новая сила появилась в моих руках. Не просто сила, а способная даже с моими ограничениями к стихийной и всей остальной магии создавать опасные артефакты из простых камней! Конечно, у меня и опыт, и понимание, и множество наблюдений за долгую жизнь, и невероятная сила базовой магии есть, так что повторить моё достижение вряд ли сможет хоть один маг из тех, что находится в Буром. Но всё равно — новая сила и новые возможности стали на страже безопасности города и королевства!

Потратив пару часов на игры с камнями, я сумел добиться уменьшения размера рун и насыщенности энергией. Как результат — размер каменных булыжников тоже уменьшился. Мастерство росло как на дрожжах, и я стал уверенно себя чувствовать при создании последовательностей рун. Конечно, случались и осечки. Всё же миллионы комбинаций можно составить всего из десяти рун! А если их больше сотни? Конкретно я знал о ста шести, но Альма сказала, что их на самом деле больше. И это понятно. На её теле были только эти руны, а она всего лишь одна из тех, на ком размещали маглинии.

— Надо сообщить императору радостную новость. В своём плане по сохранению его тощей жопы на троне я прошёл примерно треть пути, — пробормотал я.

А ещё надо бы один из обелисков перенести в центральный двор замка… И остальные поправить, чтобы закрыть максимум площади. А лучше найти ещё парочку. Но разведка пока молчит… И когда всё самому успевать? О, Анна тут…

— Анна! Сюда! Быстро! — позвал я её, но девушка как-то странно отреагировала.

Странно двигаясь, она отвернулась от меня и начала убегать пригибаясь.

— Ты чего это удумала?

Ускорился и догнал её.

— Ах… Да… Я просто… Недавно встала… Не услышала… А что такое?

— Мне нужна твоя помощь.

— ОПЯТЬ? — закричала она на весь двор.

— Ты чего орёшь? Не опять, а снова.

Анна схватилась за голову, провела рукой по волосам, стянула с руки резинку для волос и завязала их в хвост.

— Куда пойдём? — смело, словно готовясь к битве, спросила она.

— Хватит себя так странно вести, извращенка. Найди императора Святослава и пригласи на площадку для демонстрации. А вместе с ним и Альму позови. Пускай она посмотрит. Может, что-то ещё подскажет или прокомментирует. И нашего крылатого говоруна отправь в священную рощу с посланием. Пусть скажет, что я скоро прибуду. А дриады пускай передадут через него, если им что-то надо.

— И всё? — даже как-то расстроилась Анна, хлопая глазами.

— А тебе мало? Ах да, вспомнил. Где мой отчёт по состоянию замка и его ценностям?

— А ну… — глаза девушки забегали, — я побежала. Столько дел… Удачи, ваше величество!

И Анна ринулась от меня прочь.

— Беги-беги… Всё равно далеко не убежишь. В рощу со мной поедешь, — негромко произнёс я с лёгкой улыбкой. — Так! А теперь — обелиск…

Два часа ушло на сбор и поиск всего необходимого для подготовки к демонстрации. Как раз оживший обелиск на своих каменных, как у краба, ножках перебрался на новое место жительства, а парочка соседних слегка переместилась, чтобы перекрыть появившийся просвет в обороне.

Всё было готово для демонстрации, и я начал объяснять императору детали нашего плана.

— Для исполнения нашего фокуса потребуется множество призраков. Благо они уже есть и собраны в районе Священной Рощи. Доставить их будет довольно легко, просто запакуем их в самолёт и привяжем к моей душе, чтобы они по дороге не потерялись. Никто их не увидит и не услышит, разве что ощущение будет как на могильнике. Малоприятное чувство…

— Я знаю, что значит быть на месте, полном призрачных тварей. Сражался с этим отродьем…

— Ты их с рабами некромантов не сравнивай. Я таких брать не собираюсь, потому как это бесполезный и опасный мусор, что не контролирует даже свою загробную. Безумцы, ждущие, чтобы их печальной участью наконец-то всё было закончено…

— Ну, я не эксперт. Тебе виднее, почему твои призраки отличаются от других призраков, — пожал плечами император.

— Да, вот именно, что мне виднее. Доставим их во двор Гизеля. Дальше они разбредутся, как я им прикажу.

— Хорошо, допустим, с этим мы справимся. А дальше?

— Дальше нам надо активировать печать, которая смешает на какое-то время два мира: мир духов и реальный мир. Они станут заметны даже неодарённым. И они смогут влиять на вещи вокруг. Разбивать вазы, окна, выбивать двери…

— Убивать людей? — скептически произнёс Святослав.

— Если понадобится. Поэтому я и беру не безмозглых приведений, а достопочтенных призраков. Которые будут делать то, что я им скажу, — сузив глаза произнёс я, давая понять, что мне не нравится, когда в моих словах и способностях сомневаются.

— Ну, допустим…

— Они могут повреждать суда, ломать двигатели, уничтожать электростанции… В общем, они могут парализовать жизнь на островах. Вернуть Гизель в каменный век и нанести ущерб, который станет ужасом в глазах высокомерных идиотов даже без смертоубийств. Хотя, если потребуется, самых кровожадных тварей можно случайно и утопить в прибрежных водах… На месте разберёмся.

— Понятно… — снизив громкость, чтобы никто не слышал, Святослав проговорил: — За магический теракт с использованием призраков нас точно убьют.

— Пупок скорее развяжется у них, чем хватит сил прикончить нас двоих. Да и не теракт это, а демонстрация всей глубины проблем наличия в списке врагов парочки правителей. Плюс ко всему никто знать обо всё не будет, кроме тебя и этих трёх…— посмотрел я на Бурого, Альму и Кириллова, которым, в общем-то, доверял.

Барон и бывший глава группы наёмников были неразрывно связаны со мной. Предавать меня точно не в их интересах. Да и после всего, что мы пережили и чему они были свидетелями, надо быть сумасшедшим, чтобы решить предать меня.

Альма… Тут сложнее. Хотя… Она даже не маг. Маглинии на теле защитят её и дочь только в том случае, если я восстановлю их работоспособность. В остальном они — простые смертные, зависящие от воли своего господина, которым я стал по воле судьбы. Да и магический контракт никто не отменял. С Буровым и Кирилловым они уже заключены, а с Альмой… Думаю, стоит отблагодарить её за службу и откровения о маглиниях и заключить аналогичный контракт с ней, давая со своей стороны гарантии защиты.

— А что для этой твоей пентаграммы нужно? — с любопытством посмотрел Святослав на левитирующие шары.

— Пентаграммы оставь для неудачников некромантов. Я сделаю печать с помощью миниатюрных левитирующих шаров, исписанных рунами.

— А это уже миниатюрные?

— Нет, это прототипы, на которых я тренировался. Схема ещё не готова, нужны эксперименты. Но сама суть, думаю, теперь поня… — Я замер, ощутив странные магические искажения над нами.

Слишком быстрые, резкие и идеальные… Нет, это не разрыв пространства от Герры тьмы. Но эта энергия…

— В УКРЫТИЕ!

Ни секунды не медля, я поглотил сохранённую духовную сферу, переводя своё тело в боевую форму.

Глаза не уходили с неба, и короткий росчерк молнии не скрылся от моего взгляда. И я всё понял.

— Душа вечности, проведи меня по долине смерти. Первая печать! — с силой ударил я по земле ладонью, и вокруг меня за считаные мгновения выросли пятиметровые металлические столбы, украшенные символами моего дома… Дома вечности.

Они налились силой, засияли тьмой и ударили ею по мне, а я собрал эту энергию воедино и отправил высоко вверх, создавая преграду между мной и тварью, что заявилась в наш мир неведомо откуда.

Мощный удар был отражён тёмным щитом из силы смерти. Страшно подумать, что было бы, если бы я не успел… Город был бы стёрт, а все вокруг — мертвы!

— Ха-ха! А ты и впрямь неплох. Как и говорят о тебе на Перекрёстке. Странно, что ты в итоге решил водиться с этими вонючими смертными. Так нравится возиться с червями в навозной куче? — с усмешкой смотрел на меня ублюдок, чьё тело просто сияло от золотых… маглиний.

Он весь казался золотым. И я знал, что это не просто человек или маг, рассчитывающий на эти «магические костыли» в виде десятков тысяч рун, что испещряли всё его тело…

— Сергей, кто это? — слегка запоздало высвободил свою магическую силу Святослав.

— Он тот, кого я привык называть аномалией или катаклизмом. Тварь, вышедшая за пределы мира смертных, но почему-то любящая вмешиваться в его дела и сеять смерть и разрушения.

— Ты смеешь игнорировать меня, но продолжаешь общаться с этим червём? Не разочаровывай меня, Дан…

— Свали в ту дыру, из которой вылез, и я не стану делать тебе больно.

Я развёл руки в стороны, и по ним, словно молнии, побежали чёрные линии стихии смерти. Мои волосы начали седеть. Я преображался в форму, ради которой мои предки… создали меня. Создали своего Дана, своё величайшее оружие и щит в надежде спасти то немногое, что у нас оставалось.

— Фи, как грубо… — Лёгкий взмах рукой — и по моему щиту ударил золотой луч.

Плохо дело… Продавил играючи… Я всё ещё не в оптимальной форме для сражения с такими, как он… Не ожидал, что эта тварь вылезет так внезапно.

— Да ты совсем удар не держишь! Ха! Ладно, у меня нет времени возиться с тобой. Отдай девчонку и можешь дальше копошиться в своей навозной куче.

— Альму?

Я начал выкачивать как можно больше силы из Столбов Вечности, готовясь к битве.

— Кто? А, мать? Нет, эта шлюха мне и даром не нужна. Я про Магдалену. На размышление у тебя есть три секунды. Один… Два… Три… Итак, твой ответ?

— Пошёл на хер во имя Вечности! — Я окутал себя силой смерти и ринулся навстречу своему первому божественному противнику за долгое время.

Никому не позволю угрожать мне и моим людям. Никому!

Глава 10

Этот гад был силён. Безумно силён, если говорить откровенно. В новом мире я до сих пор не встречал никого, кто обладал бы даже десятью процентами от мощи этой аномалии. Да он даже сильнее меня!

Тяжело признавать, но я всё это время трудился во благо мира смертных. Я пахал, развивался, создавал помощников, объединял людей, следуя своим принципам и законам, которые поклялся соблюдать. Я действовал как простой человек, наделённый невероятным могуществом. И за всё то время здесь я видел лишь одно существо, заставляющее мою душу дрожать. Герра Тьмы — странная и вместе с тем невероятно могущественная сущность, которую вполне можно назвать божеством по меркам смертного мира.

Да, в этом мире хватало отголосков других божественных сущностей. Кто-то когда-то проходил и оставил здесь своё наследие, которое я трепетно собираю да изучаю. Те же обелиски защитные, например. Кто-то имел потенциал развиться до божественной сущности, и я делал всё возможное, чтобы установить с ними контакт и дружеские отношения. Кто знает, насколько полезным по итогам тысячелетий станет это знакомство.

Этот золоторожий был пятым божественным, с которым я столкнулся с момента перехода… Конечно, был ещё старик, отправивший меня сюда, — он тоже явно божественная сущность, — но в этом мире я его не видел. Лишь видел отголоски его работы.

Среди множества иномирцов, попавших в этот мир, сильно выделялись две группы. Первые — это такие, как этот золотой ублюдок, что пришёл за Магдаленой. И такие, как Юкио и ему подобные вольные странники, перешедшие через грань миров, используя артефакты, собственные силы или тайные техники. Но их мало. Да и в целом те, кто может каким-либо образом организовать переход в другой мир, — крайне редкие создания.

Вторые же — те, кому помогли. И я один из них. Всё же не умею я ткань пространства разрывать. И мои предки тоже.

Таинства магии пространства — одно из тех немногих направлений, в котором мы были невероятно невежественны. Другая специализация, другие заботы… Лишь я озаботился сбором сведений о неё, когда дела наши стали совсем уж плохи. Но мои поиски затянулись… Люди гибли, мир тоже, а тайны стирались под зовом вечности. Так что не очень и много я сумел разузнать.

Подобных тварей, что явно имеет связь с родом Альмы и её дочери, в моём мире привыкли называть Катастрофой, Катаклизмом или Аномалией. Они сами или последствия их магии даже спустя сотни и тысячи лет могли встряхнуть трещащий по швам мир и уничтожить миллионы людей за раз.

Жажда знаний, жажда силы… Сама суть таких божеств — жадность. И, в отличие от магов и правителей Гизеля, этот гад воистину достоин называть себя небожителем. Таким открыты многие пути, недоступные смертным.

Перекрёсток, о котором он говорил, — место для встреч таких, как он — самопровозглашённых божеств, свысока смотрящих на возню смертных. И лишь очень немногие из них несут в себе милосердие и способны беречь хрупкие миры от своей силы. Например, такие, как старик, что помог мне и должен помочь моим людям. Если только я выживу в битве с этой тварью…

Я убил многих божественных тварей на своём пути в этот мир. Мои легионы оказывали мне поддержку, моя сила, созданная для войны с подобными чудищами, а не с миром смертных, уничтожила не одну буйную голову, заталкивающую наш мир в пропасть. Но вся моя сила осталась там, далеко. Из всего арсенала сейчас доступна лишь первая печать. Надеюсь, её хватит для того, чтобы хотя бы отогнать эту тварь…

Сила смерти, моей старой знакомой, обняла, окутала меня и с лёгким смехом пронзила усиленное духовной сферой тело. Чёрные, как ожоги от молний, отметки испещрили кожу, изменили магические каналы, чтобы они могли выдержать нагрузку от магии, способной уничтожить смертного.

За один миг полёта, разогнанное тело и сознание, превзошедшие пределы человеческих возможностей, состарились на десятилетия. Сила смерти — не то, что стоит использовать необдуманно. Ни один из артефактов этого мира не сможет выдержать эту мощь… А любой простой смертный за секунды превратится в прах. Но не я, чьё тело –специально созданный для этой стихии артефакт — тот самый щит, что закрывает собой людей, и меч, что разит божественных мудаков!

Я преодолел защитный барьер, на который ушло слишком много сил, и приблизился к неизвестному божеству. Он стоял на месте и ослепительно улыбался, покачивая мечом.

Я ударил со всей мочи, чтобы стереть ухмылку с его лица. Мой кулак должен был разнести его в клочья, но золотомордый растворился миражом. Быстрый…

Обострённые до предела чувства подсказали, с какой стороны придёт удар.

Развернулся в воздухе, скрестил руки, блокируя меч. Вот крыса — в спину бьёт!..

— О… — удивлённо раскрыл он рот, когда две стихии столкнулись.

Сперва мне показалось, что его божественность проистекает из стихии металла и воды, как и сила, заложенная в линиях на теле Альмы и Магдалены. Но нет. Свет и металл! Никакой плавности, никакой мягкости и гибкости воды. Только скорость и мощь металла. Не будь я защищён стихией смерти, он бы меня уже разрубил на части…

— А где же хвалёные техники, про которые трепались на Перекрёстки те, кто сумел сбежать от тебя? — надавил золотомордый и отправил меня в полёт.

Я пролетел несколько сотен метров, пока эта тварь вновь не оказалась за моей спиной, подобная миражу, и светящимся пинком заставила меня замереть в воздухе.

Кости сломались. Чертовски больно… Но не больнее, чем хоронить тех, кто был мне дорог.

Рукой, словно орёл когтями, я вцепился в его ногу и выплеснул всю имеющуюся силу смерти. Всё то, что успел и смог впитать.

Тьма хлынула потоком и окутала ногу этой твари, а сам я остался практически без сил. Весь запас магии смерти, которое могло сейчас выдержать моё тело, был потрачен за секунду.

Удар — и я лечу спиной к земле, рассекая воздух.

На этом я всё… Надеюсь, этого хватит…

Я не сводил взгляда золотомордого, борющегося с хваткой самой смерти.

Взмах клинка — и отрубленная часть ноги превратилась в золотую кость.

— Вот сука… — разочарованно выплюнул я и впечатался в землю.

Я сломал всё, что можно и нельзя, и лишь чудом не потерял сознание.

— Вот ты сука… — Появился надо мной золотой мудак с уже восстановленной ногой. — Столько сил пришлось потратить на тебя, ничтожество. И как только сумел столько протянуть обычный отброс, зашедший чуть дальше границы смертных?.. — разочарованно произнёс он и без колебаний вонзил меч мне прямо в сердце.

«Смерть… Ставь чайник. Я, опозоренный поражением, к тебе в гости зайду…» — мысленно обратился я к силе внутри меня, что последней каплей вырвалась из обречённого тела и через трещину в земле помчалась прочь от разъярённого божества.

Прости, Альма, простите меня все. Я облажался…

* * *

В высоком зале Тёмного Хора собрались лидеры и многочисленные мастера секты Тёмного Бога. На повестке дня было два вопроса. Первый — праздный, ежегодный — праздник кровавого колеса. День, когда колонии секты Тёмного Бога раскручивали установленные смотрителями гигантские колёса, лежащие на площадях городов и деревень. Двенадцать спиц, установленных на колесе, двигались по кругу, и две из них, окрашенные в красный цвет, должны были показать на тех двух людей, что случайным образом станут частью секты. Хитрый механизм никогда не давал спицам указать на одного и того же человека.

Люди и нелюди из покорённых стран и даже целых миров — по двенадцать за раз — становились вокруг колеса и ждали выбора судьбы. На кого укажут спицы? Кто покинет родной город, родной дом, свою семью?

Сопротивляться было бессмысленно: смотрители могли в случае бунта забрать вообще всех жителей и принудительно переселить на освободившуюся жилплощадь новых людей, что, к радости мастеров секты, плодились весьма быстро.

Даже грудные младенцы становились частью этого ритуала… Кровавое колесо собирало свою жатву, и миллионы существ попадали во власть рогатых последователей Тёмного Бога.

Для каждого находилась работа. Из детей растили слуг и рабов, отправляя их в спеццентры. Выделяющиеся, по мнению смотрителя, красотой существа попадали на аукцион Чёрной Розы, чтобы могучие и власть имущие могли пополнить свои коллекции занимательными экземплярами.

Крепкие мужчины и женщины становились чёрным авангардом и отправлялись на учебные полигоны. Те, кто не выдерживал, отбраковывались и отправлялись в Ямы Плети. Это место, из которого лишь один путь — на алтарь. Там скармливали души Герре тьмы, а лишённое жизни тело превращалось в ресурс, который шёл на процветание секты.

Смерть, кровь и ужас — три составляющих тиранического правления. Они и были основой силы секты, что могла себе позволить вырезать целые города и страны из непокорных и сопротивляющихся регионов ради достижения цели. И её мастера пристально следили, чтобы все на покорённых землях об этом знали. Как и знали о том, что произойдёт в случае непослушания… По их мнению, для покорённых народов дерьмовая жизнь, когда постоянно находишься на грани и можешь в любую секунду оказаться в лапах клубящейся тьмы, лучше безоговорочной смерти.

Шли годы, десятилетия, века… Все те, кто имел в себе силу и смелость бороться, бунтовать, сражаться за свободу, умирали. А на их место приходили новые рабы, рождённые в этих условиях, не знающие, что такое свобода, с радостью цепляющиеся за жизнь и готовые на любую подлость, любое предательство, лишь бы выжить.

Рогатые уничтожали следы былого величия: книги и памятники. За многие тысячелетия существования секты они достигли большого прогресса в освоении завоёванных земель, пусть и отвратительным, по мнению большинства разумных существ, способом.

Определив дату очередного «Колеса», они принялись обсуждать второй вопрос: войну с сектой Новой Луны. Та в последнее время усилилась и участила свои провокации на границе с их землями. А значит, пора было наказать их. Но был один момент…

— Как происходит возрождение Темнейшего? — поинтересовался один из четырёх Патриархов секты по имени Отец Проклятий у своего собрата о судьбе другого Патриарха, убитого в собственном замке.

— С трудом… — покачав рогами, ответил Патриарх Кровавое Море. — Та тварь, которую привёл предатель-полукровка Юкио… Где он только его взял? Сумел в одиночку уничтожить всю защиту и убил Темнейшего…

— И всё ради того, чтобы украсть замок, судя по всему… Как думаешь, зачем ему это?

— Тяжело сказать… По моему мнению, на такое способны только отшельники Дао с Мировых Столпов… Но им обычно плевать на дела сект. Возможно, это как раз хитрый план секты Новой Луны. Все знают, что в их Верховного Мастера безответно влюблён юный Пала Дин, сын одного из отшельников Дао. В теории она могла этим воспользоваться и попытаться нанести удар по нашей репутации. Иначе никто из мелких сект не согласится на альянс против нас.

— Пытается таким образом выставить нас слабаками и заручиться поддержкой? Это вполне в её стиле, — согласился Отец Проклятий. — И когда ждать возвращения в совет Темнейшего? Без согласия всех четырёх Патриархов мы не можем объявить войну секте такого уровня могущества, как Новая Луна.

— Думаю, возрождение займёт около месяца. Как раз к тому моменту, как начнётся новый этап вторжения в мир Семи Империй, — задумчиво произнёс Кровавое Море.

В этот самый момент к Отцу Проклятий и Кровавому Морю присоединился третий из оставшихся в строю Патриархов — Сумрак.

— Обсуждаете позор Темнейшего? — с ухмылкой, будто он знает что-то такое, что не знает никто другой, произнёс он.

— Почему позор? Если его убил один из отшельников Дао…

— Это был не отшельник Дао, — уверенно заявил Сумрак.

Оба других Патриарха вопросительно посмотрели на него, требуя подробностей.

— Я нашёл пропавший замок Тёмной воды. Один из моих агентов пришёл с новостями… Знаете, где он?

— Если бы мы знали, ты бы сейчас не хвастался своими знаниями, — справедливо заметил Кровавое Море.

— В одном из малых миров. В Семи Империях, если быть точнее. А там нет ни одного отшельника Дао. Они даже не должны знать о них, откровенно говоря.

— Быть того не может! — встрепенулся Отец Проклятий. — Стража точно описала Юкио!

— Ага, он тоже там, обживается в новом замке. Этот мошенник провёл всех нас. Ха-ха-ха! Представляю, как перекосится рожа Темнейшего, когда он возродится. Он ведь уже больше не Темнейший… Без замка своего он и право на этот титул потерял.

— Меня кое-что смущает… — заговорил Кровавое Море. — Не тот ли это был чужак, что прорвался прямо сквозь Герру тьмы к барьеру и затем сбежал? Если это так и он настолько силён… Нам следует быть осторожнее… И с захватом этого мира, и с его перемещениями в наш при помощи Юкио…

— Забудь. Он повздорил с одним из божественных с Перекрёстка, что владеет своим миром. И тот его убил прямо на глазах моего разведчика. Хотя правильнее будет сказать — шпиона… Как бы то ни было, можете забыть об этой преграде. И о тайных отшельниках Дао, поддерживающих секту вшивой луны.

Секта Тёмного Бога продолжила строить планы на войну и захват новых миров, дожидаясь возрождения одного из четвёрки Патриархов.

А тем временем Данское королевство погрузилось в небольшой локальный хаос…

* * *

В Гизеле было неспокойно. На приём к королю, «народно избранному» советом Гизеля и утверждённому на совете в каждой из семи империй, прибыл сам Алан Пирст — первый и Святейший монарх Священной Империи, сумевший заключить под властью своей династии и Святого престола сразу два континента.

С гизельскими министрами у него были весьма специфические взаимоотношения. С одной стороны, их империя с недавних пор стала самой большой из семёрки, и перспективы её развития заставляли завидовать шесть других императоров. С другой же — после многих лет войны с сопротивляющимися осколками независимых держав им досталась выжженная земля и проклинающее их церковь и бога население. Стремительный взлёт был невозможен в таких условиях, и это расстраивало Алана Пирста.

Гизелю же импонировала идея подконтрольного континента. Они так давно пытаются сломить сопротивление архаритов и захватить континент Шести… Окончание войны Священной Империей подарило им хорошую возможность продвинуть идеи единого миропорядка. И Гизель рассчитывает на то, что святые корпуса под руководством Алана отправятся в Священный Поход и помогут усилить давление на архаритов. Однако правитель Священной Империи не спешил вступать в войну.

Алан не был дураком и видел, чего добиваются остальные императоры. Появление нового игрока позволит и им ускорить продвижение и захват земель. К тому же воины священной империи, не имеющие опыта войны против магов и диверсантов дикарей, вероятнее всего, просто погибнут.

Алан беспокоился о восстаниях и не мог допустить ослабления своей власти на двух завоёванных континентах, пусть те и были значительно меньше континента Шести. Даже на давно захваченном Латине до сих пор появляются недовольные и послушные, что уж говорить о втором континенте, где сплошь и рядом возникают диверсии и появляются группки партизан и разбойников.

И всё же Гизель и Священную Империю кое-что сплотило…

Алан сам пришёл на приём, узнав, что произошло с экспедиционным корпусом Гизеля. Он и сам пострадал в схожей манере, и сейчас у них была общая тема для разговора.

— Значит, вы хотите помочь уничтожить угрозу в лице Данского королевства взамен на принудительную смену веры в Славии? — спросил своего собеседника избранный на сто лет король Гизеля.

— Всё верно, ваше величество. До конца вашего правления осталось всего двадцать лет… Нельзя допустить распространения скверны инакомыслия и непослушания гизельским указам. Мы все вместе, семью империями, создавали этот порядок. Один иномирец не должен даже думать о том, чтобы перевернуть проверенную веками систему управления с ног на голову. Позвольте мне помочь вам избавиться от этой угрозы. Мои миссионеры принесут на земли Славии железную дисциплину и веру в Высшую Миссию острова повелителей — Гизеля.

— Любопытно… — сидящий на троне и сокрытый тенью король чуть наклонился вперёд. — Продолжай…

Глава 11

Смерть… Опасная ты леди. Но, пожалуй, хватит обнимать меня. Меру знать надо. Последнему правителю из дома Вечности настала пора восстать из пепла, сделать выводы и двигаться дальше.

Раз уж твари с Перекрёстка, не заботящиеся о других живых мирах, начали шастать и здесь, надо приготовиться не только к испытаниям мира смертных, но и к встречам с этими божественными уродами… А ведь как всё хорошо было!

За всё то время, что я здесь нахожусь, не встречал таких, как он. Даже следов присутствие в этом мире не видел. И тут нате — припёрся, ублюдок!

Я, конечно, знал, что отец Альмы, дедушка Магдалены, может захотеть найти их. Я слышал, что скрыться им двоим помог таинственный незнакомец, которого привёл её родной брат — член сопротивления, сражающийся против бесчеловечного правления своего отца, готового убивать даже своих родичей ради личной силы и власти. Но я и подумать не мог, что всё то, что она мне рассказала о своём доме, находиться под властью золотомордой ходячей катастрофы.

Да, теперь мне очевидно, что отец Альмы не главгад в своём мире. Он всего лишь пешка, исполняющая волю своего божественного покровителя, который, судя по всему, ещё и является их далёким родственником. Надеюсь, у меня будет шанс попасть в мир этого доморощенного киднеппера и надавать его божественным сусалам лещей Данских.

— Ну всё, всё, отпускай меня, я готов… — произнёс я, ощущая, как промчался по душе импульс, и смерть начала отпускать меня, а тьма — рассеиваться.

Ослепительный свет. Я прищурился и прикрыл глаза рукой. Сразу же огляделся, чтобы понять, где я и что творится вокруг.

С пяти сторон от меня были призванные мной же металлические столбы. Чуть поодаль стояли ошарашенные люди. Живые… Эта тварь не стала никого убивать? Любопытно…

Самого златомордого не вижу. Ушёл-таки?

— Так… Долго меня не было? — поинтересовался я, выходя за металлические столбы, что сейчас опустошены, а потому бесполезны.

Вообще, было очевидно, что после такого провала смерть не отпустит меня, пока угроза не перестанет существовать.

— Господин? Как? Как так? — дрожащим голосом произнесла Таша.

Она, как и Люмин с Агмой, выглядела жалко, практически на грани своей элементальной жизни и смерти. Явно попытались вмешаться, следуя собственной воле и данному мне обещанию, вписанному в магический контракт…

— Да, бывает… Подумаешь, умер разочек. Давайте по существу: понесённый урон, жертвы, направление движения противника? Люмин! Хоть ты столбом не стой, говори.

Люмин держал прижатой к земле захлёбывающуюся в истерике Альму.

— Владыка… Магдалена… Её похитили.

— Это и так понятно… В остальном?

— Господин, позвольте, — взял слово Леорик, стоящий рядом с телом Святослава.

Только сейчас заметил, насколько император… слаб. Живой, к счастью. Но сильно по нему прошлась божественная воля.

— Говори, — кивнул я и двинулся к месту моего поражения.

— После вашей гибели элементали попытались дать отпор и отбить ваше тело у врага, но он раскидал всех, словно надоедливых мошек. По всем присутствующим, в том числе и по мне, ударила странная энергетическая волна, напоминающая вашу императорскую волю. Сильнее всего досталось Святославу Мирскому — императору Славии. В остальном он никого не тронул.

Я замер над своим телом. Сильно же мне досталось… Ничего не уцелело. Даже мои любимые поглощающие шум запонки.

— Вернее, ему не позволили, — продолжил Леорик.

— Что? — удивлённый словами этого ожившего некроманта, я замер, так и не превратив в пыль свидетельство своего позора.

— Появился… ещё один человек. Он выглядел… как старик. Такой… специфический. Словно бездомный странник.

— Длинная борода, палка-посох, босой, соломенная шляпа на голове и серая выцветшая накидка на теле? В зубах курительная трубка, а дым из неё шёл цвета лазури? — с удивлением описал я старика, который и был хранителем Древнего Храма и отправил меня в этот мир.

— Вы встречались с ним? — удивился Леорик. — Да, это он.

Подумать только! Старый чудак не просто выслал меня сюда с кучей вопросов, он ещё и присматривает за мной! А я даже не ощущаю его присутствия! Какой же уровень силы у него?..

— Было дело…

Я посмотрел на Альму, что никак не могла успокоиться. А ведь она тоже описывала этого старика. Он и её отправил сюда, причём так близко ко мне… Так что я не смог отказать себе в удовольствии спасти её.

Стало быть, он сделал это специально. Не просто так. Он хотел мне что-то сказать? Или рассчитывал, что моих нынешних сил хватит, чтобы защитить её? Почему он не появился сам и не объяснил всё, как следует? Вопросы… Тысячи вопросов…

— Что произошло дальше?

— Он преградил дорогу этому… с золотым телом. Они разговаривали. Ну как разговаривали… Старик тихо качал головой и изредка что-то говорил, а этот… Он был в бешенстве. Орал, махал руками, сжимал кулаки, скалился. В итоге он просто забрал Магдалену и ушёл.

Старик не стал ему мешать, но и не дал уничтожить Бурый, да и нам умереть. Когда золочёный с девочкой на руках скрылся в портальной трещине между мирами, старик тяжело вздохнул, оглянулся и растворился, подобно дыму. Это было минут пять назад… Всего же прошло с вашей гибели… Не знаю… Восемь, может, десять минут.

— Пу-пу-пу… — потёр я лоб. — Любопытно всё это. Что же такого в этом ребёнке, что сразу двое божественных явились сюда?.. Надо поскорее набраться сил и выбить из златомордого ответы… Интересно, Юкио сможет открыть портал в мир, из которого пришла Альма?

Мой рогатый дворецкий оказался очень способным парнем. Его понимание магии пространства намного превышало моё, и он мог делать воистину невероятные вещи. А ещё он хитрый… Но, судя по всему, меня он признал, как своего господина. Так что мне, думаю, ответит как есть. Да, надо с ним поговорить. Но сперва…

Я взмахнул рукой и создал пламя, что сожгло погибшее тело, и двинулся в сторону Альмы.

— Господин… Мы столкнулись с таким кризисом… Нам нужно ваше руководство, чтобы знать, как сражаться с подобными… угрозами в будущем. И, простите мне мою дерзость, но… Как вы выжили? Как переродились? — начал расспрашивать Леорик.

— Вопросы… Кто задаёт вопросы, тот порой находит ответы. Но не всегда они приносят понимание и утешение… Я отвечу на некоторые из них после того, как поговорю с Альмой.

Я согнал всех в замок, проверил на всякий случай, как работает защитный купол, и отправил кого куда. Те, кто заслуживал доверия, — в зал. Те, кому надо было прийти в себя, как и нашему императору, что в гости заглянул, — в спальни. Сам же я кое-как пытался привести в чувства Альму и разузнать подробности…

— Альма, если ты так и будешь плакать, то сердце разорвёшь на части, и я точно не смогу ничем помочь Магди. Мне надо знать, где она, почему её искала эта тварь и — кто это вообще. Мне нужно знать всё, что знаешь ты. Слишком ты многое умолчала, и вот к чему это привело…

Сквозь слёзы и рыдания опухшая и раскрасневшаяся принцесса с третьего раза смогла выговорить, что она «боялась».

— Чего ты боялась?

— Что… Вы нас…

Альма вновь запричитала, и мне пришлось пригласить имперского медика. Тот немного поколдовал над ней как магией, так и ваткой с какой-то ядрёной вонючей жидкостью, и Альма вроде бы подуспокоилась. Медик дал ей таблетку, заставил выпить и, уходя, печально признался, что больше сделать ничего не может. Да и больше одной таблетки успокоительного принимать слишком вредно.

Кивнув, я поблагодарил медика и вернулся к опросу.

— Так и чего же ты боялась, Альма?

Девушка задрала голову и уставилась на муху, засевшую на потолке. Молчит, игнорирует меня…

Прихлопнул муху и вернул девушку в реальность.

— Я боялась, что ты нас прогонишь. Ведь… Моя дочь — носительница сердца бога.

— Какого ещё сердца бога?

— Видимо, того, что напал на нас и увёл её… — Альма вздохнула и продолжила: — Я лишь слышала об этом от отца. Он всегда использовал нас, своих родичей, для продления жизни. Пересадка органов, биологические модификации организма, эссенции жизни… Я ненавидела его. С самого детства. Мой брат отдал свой глаз во благо этого ненасытного до жизни и власти ублюдка. А сын брата стал донором печени, когда старый алкаш просадил свою!

Альма молча сжала кулаки на несколько мгновений и продолжила:

— Когда брат похоронил сына, он решил бунтовать. Организовал восстание. Но это не остановило отца. Тот стал ещё жаднее, стал ещё больше требовать от нас всех.

Эта тварь заставляла нас делать ужасные, отвратительные вещи. Его врачи — это настоящие хладнокровные убийцы. Своими тестами они свели с ума многих из нас. Но я всегда знала, что одному человеку не нужно столько… донорских органов. Столько операций.

Альма покачала головой, стряхивая слёзы, и тихонько продолжила свой рассказ:

— Я всегда подозревала, что речь идёт не только об отце. Он и так мог бесконечно долго продлевать свою жизнь и был самым могущественным среди нас.

Кладбище нашей семьи стало со временем огромным… Для него мы всегда были всего лишь ресурсом. Но однажды… я узнала, что всё это ложь. Что мы доноры, но не для отца… Он проболтался, будучи пьяным, что моя дочь, моя драгоценная кровинушка, идеально подходит для того, чтобы стать носителем сердца бога. А затем меня словно отключили. Я начала падать и увидела за секунду до того, как меня сковывала проклятая тьма, светоносную фигуру.

— Та же морда, что и сегодня?

— Да… И он ударил отца, отбросывая его, словно пушинку. Больше я ничего не видела и не слышала. А когда пыталась узнать правду, попала в темницу. Отец был не в духе и несколько дней не появлялся на людях. Об этом рассказал мне один из стражников…

— А где отец Магдалены?

— Мёртв… И лучше мне не рассказывать, как закончилась его жизнь… Он ведь даже не подходил отцу как донор… Но та тварь не сдержала свою натуру…

— Значит, ты поняла, что твоей дочери суждено умереть, причём молодой, и решила бежать. Хотела присоединиться к брату, так?

— Да… — Девушка покачала головой, отгоняя наваждение. — Брат сказал, что познакомился с одним человеком. Сказал, что он поможет мне скрыться… вместе с дочерью. Я не знаю, что он потребовал взамен, но тот старик, этот проклятый старый пень, что не остановил похитителя, хотя мог… — Лицо Альмы исказила гримаса ярости и ненависти. — Он отправил нас сюда. А дальше… Тебе самому всё известно.

— Значит, какие-то игры божеств… И одно из этих божеств поддерживает твоего отца и его место на троне, чтобы использовать вашу семью в качестве доноров. Хотя, думаю, не только это. Судя по его силе, он ещё и выкачивать жизненную и магическую силу способен. Так и дошёл до своего уровня…

— Не понимаю…

— Чего?

— Почему мой дорогой брат до сих пор держится, если этот… если столь могущественное существо на стороне отца? Как мне жить дальше?.. И зачем? Почему именно Магдалена? Как он нашёл нас⁈

— Давай я попробую ответить на твои вопросы…

Я перестал ходить рядом с кроватью и, присев на край, взял руку Альмы в свои ладони.

— У тебя есть ответы… Почему-то я даже не удивлена.

— Предположения, основанные на опыте. Не более, — пожал я плечами. — Твой брат держится, потому что война и сопротивление в интересах твоего отца. Видимо, ему проще проводить бесчеловечные эксперименты с теми, кто объявил его своим врагом, а не с теми, кто послушно следует его воле. Общая апатия и жизнь в страхе способствует ухудшению здоровья, а ему явно важно, чтобы вы были здоровыми. Вот и не спешит он убивать твоего брата. Не скажу, как тебе жить, но жить дальше нужно тебе обязательно, чтобы дождаться момента, когда эта тварь, похитившая твою дочь, умрёт. И я постараюсь ей в этом помочь… Как смогу ускорю процесс!

— Он же победил тебя… Ты что, можешь бесконечно перерождаться?

— Да, победил… Но лишь потому, что я был занят земными делами, а не небесными. Он застал меня врасплох. Но он может и не мечтать, что на этом всё закончится. И да, вечность — это именно то, к чему стремится моя душа. Но даже так она всё ещё конечна, потому перерождаться бесконечно у меня не выйдет.

Я не стал говорить, что после этой смерти стал выглядеть на несколько лет старше. Внимательные это и так заметят… Со временем.

— Я не знаю, смогу ли я вернуть тебе дочь… Но сделаю всё возможное! Такие твари, как та, что пришла в наш дом, должны жизнью платить за своё вероломство. Нам надо узнать, как попасть в твой мир вновь… Или куда этот золотомордый увёл девочку. Думаю, твой отец владеет всей необходимой информацией… А если ещё старика найдём, то всё станет в разы проще. Жаль, что он не особо стремится разговаривать с нами…

А твой последний вопрос… Ответ лежит прямо вот тут, на поверхности… — провёл я рукой по золотой линии на шее девушки. — Это не только ваша защита. Но ещё и поводок, показывающий хозяину, куда делась пропажа… Отдыхай. А я пойду, узнаю, возможен ли портальный переход в твой мир, — произнёс я и поднялся с кровати.

— Пообещай…

— Что?

— Что убьёшь его. Чего бы это ни стоило…

— Обязательно убью, — кивнул я. — Можешь не сомневаться.

И Альма упала на кровать, прикрывая глаза.

Вопросов ещё уйма, но стало немного понятнее…

— Юкио! — заметил я рогатого прямо перед дверью в зал собрания, где меня дожидались соратники.

— Да, господин?

— Твоя портальная магия… Она может привести только в твой родной мир и этот? Или возможны ещё какие-то варианты?

Юкио огляделся и, снизив голос до шёпота, произнёс то, что я так жаждал услышать.

— Это безумно опасно! Порталы нестабильны, конечные точки могут быть не теми, что планируется… И вообще, шанс сдохнуть во время перехода больше пятидесяти процентов!

— Но можно, да? Что надо, чтобы открыть портал в мир, из которого пришла Альма?

— Координаты…

— А если их нет?

— Что-то мощное, созданное из ресурсов того мира и насыщенное его энергией. По уровню должно быть примерно как ваше колечко. А лучше ещё сильнее…

Так, загвоздка… Есть ли у нас хоть что-то из того мира? Когда старик переносит существ, он забирает всё. Лишь душа и тело перемещаются…

— Думаю, золотых линий на теле той красавицы, у которой украли ребёнка, будет достаточно. Но есть риск того, что её тело лишится этих линий.

Я от удивления даже рот открыл.

— Да плевать ей на эти бесполезные линии! Если надо будет, я сам воссоздам их в точности. Ты уверен, что они подойдут?

— Ну да. Они сделаны при помощи магии, магических ресурсов, и в них был вложен отпечаток энергии создателя линий. По сути, это вживлённые в тело артефакты. Так что не вижу проблем. Хотя… Носитель артефакта и тот, кто перемещается через портал, помереть могут. На той стороне могут встретить не вином да фруктами, а штыками и виселицей…

— Ну, за это я волнуюсь меньше всего. А вот жизнь Альмы… Подумай, как минимизировать риск смерти. Позже расскажешь мне, что потребуется для открытия портала.

— Мне бы лабораторию восстановить, что в подвале была… С её помощью я смогу более точные расчёты сделать и слепок энергии взять для анализа. Пространственная магия не терпит неточностей. Пытаться открыть портал с наскока — крайне опасная авантюра. А с лабораторией я смогу снизить риски. До приемлемого уровня…

— Вообще без вопросов! Делай что хочешь. Запрашивай любые компоненты. Я всё профинансирую. А если надо будет — сам найду!

— Да тут проблемка… Нужное оборудование местные делать не умеют. Я сам смогу сделать большую часть критически важного для лаборатории инструментария, но на это уйдёт время…

— Сколько?

— Тяжело сказать… Я в этом мире слишком мало нахожусь, могут непредвиденные проблемы вылезти. Хорошо, что в библиотеке замка хранятся чертежи и схемы. Но даже с ними я меньше чем за месяц не справлюсь.

— Приемлемо… Мне это время тоже понадобится для восстановления формы.

— Ваше темнейшество… А как вы смерть обманули?

— Никого я не обманывал… У нас с ней деловые отношения. Иногда только можем повздорить из-за всякой мелочи.

— Я имею в виду…

— Ты контракт, про который я тебе рассказывал, подписать готов?

— Ну, я, э-э-э… Это самое.

— Ну вот и этосамай, а не мои секреты выпытывай. Ты и так у меня на карандаше числишься как потенциально неблагонадёжный вор чужих замков. Мне, знаешь ли, не хочется однажды проснуться и узнать, что у меня город спёрли. Так что либо деловые отношения, либо строго доверительные, где ты клянёшься мне своей хитрой вороватой душонкой, а я своей, красивой и величественной. Понял?

— Да, ваше темнейшество.

— Иди в подвал или библиотеку, куда там тебе надо, и занимайся делом, а не подслушивай наш совет, — отправил я Юкио прочь.

Эта наглая рогатая морда вряд ли решит сбежать от меня после всего, что мы пережили, и после того, как я во сне играючи расправился с гнездом рогатых, к которым он не особо питал симпатию, судя по его истории.

Надо же… Рогатый полукровка. Сын демона и длинноухой жрицы какой-то там луны. Но парень, надо признать, талантливый. Терять его не хочется. Он сам должен согласиться войти в мою команду, ведь насильно мил не будешь. Даже моё сегодняшнее поражение и последующее возрождение должны сыграть мне на руку.

Да, я проиграл. Но это со всеми случается. Да, меня убили — печальное известие. Но, скажите мне, много ли вы знаете людей, способных после этого воскреснуть? Этим я и похоронил мигом тысячи вопросов, когда начал совет…

— Чтобы не повторять десять раз, дорогие мои… Здесь находятся лишь те, кто подписал со мной духовный магический контракт. Я всё ещё смертный, кто бы что ни думал. Но и та тварь, что убила меня, — смертна. Таких, как она, принято называть божествами, и они существуют во многих мирах. Кто-то, как Герра тьмы, — создание природы, плод эволюции магического мира и выпадения шанса, вероятность которого меньше одного на миллиард. Другие же развились из простых смертных и вошли в новую лигу, где такие же божества меряются своей силушкой и держат миры или части миров под своим контролем ради личной выгоды. И есть я… Рождённый и взращённый для того, чтобы убивать таких вот богов. Уничтожать эти олицетворения стихийных бедствий.

Они — Катастрофа. Их магия — Катаклизм. Их замыслы — хаос, уничтожающий хрупкий баланс в мире. Они убивают миры своей жадностью. Мало кто из них способен сочувствовать смертным и переживать за них так же, как вы сочувствуете муравьям, что оказались под вашим ботинком во время прогулки.

Сегодня я оказался не готов столкнуться с этой тварью. Но ничто не вечно. Кроме дома Вечности. Моего дома… И я — живое тому доказательство. Всё понятно? Вопросы?

Люмин что-то пробулькал себе под нос и поднял руку.

— Да? Что тебя волнует?

— Если эта тварь — бог. А господин создан, дабы убивать богов, то… Стало быть, вы уже убивали их?

— Ага…

— И осознаёте уровень силы?

— Типа того…

— А кто сильнее — Герра тьмы или этот, золотой?

— Ну тут… Герра будет посильнее нас обоих, вместе взятых, в сотню с лишним раз! Если бы не вмешательство какого-то божества в прошлом, она бы уже давно опустошила этот мир.

— Ого… — удивилась Анна. — Так значит, в нашем мире есть своё божество?

— Было… Как минимум было. И ещё имеются следы парочки, что мимо проходили. Плюс у некоторых здешних существ развиться до божественного уровня, — удивил я всех.

Народ дружно охнул, ахнул и бросился на меня с потоком вопросов. «Кто это такой или такая?», «Что нужно, чтобы стать божеством?» и прочее.

Я дождался, пока все накричатся и успокоятся, и только тогда дал короткий ответ, показывающий моё отношение к подобным расспросам.

— Это не кто-то из вас. И не кто-то из магов империй или архаритов. По крайней мере среди них я не встречал людей с подходящим характером и потенциалом роста. Да и не нужно оно никому из вас. Вы уж мне поверьте… О ком речь, я тоже рассказывать не собираюсь. Чтобы не сглазить…

— Так вы же не верите в сглаз, господин!

— Но вдруг этот кандидат в божественные сущности верит? Это может помешать ему на пути развития!

Всё, заканчивайте допросы и пытки. Как вы уже все поняли, война на земле среди смертных важна, стабильность и безопасность нашего города и всего королевства на первом месте, но и о внезапных угрозах забывать не стоит. Я возьму на себя всё то, что находится за вашим уровнем понимания и возможностей, а вы помогите создать жемчужину этого мира, чтобы любой иномирный божок от зависти сдох, придя к нам. Ладно?

— Сделаем, босс! — сразу поднялся Кириллов, а вместе с ним и его наёмники, как по команде.

Опять с эмоциональным фоном своих людей играет…

— Порвём на части, если кто-то посягнёт на столицу! — ударила Таша ладонью по столу, предусмотрительно обитому металлом у её кресла.

— Можете на нас положиться, — поддержал Люмин.

— Вуф!

— Бурый медленно, но верно превращается в самый обсуждаемый в мире город… Меня, как его основателя, это радует. Продолжим в том же духе и сделаем даже лучше! С возвращением, Дан! — Буров вытащил с пояса походную фляжку и что-то ядрёное влил в своё горло.

Без особых потерь мы пережили самый страшный кризис из всех возможных. Нам помогли случай, загадочный старик, у которого явно имеют свои интересы, и храбрость моих людей.

Ошибки случаются у всех. Но даже те, кто умеет предвидеть будущее, не могут ко всему подготовиться и рано или поздно умирают.

Важнее всего то, какой урок мы вынесем из всей этой ситуации. До поездки в Гизель осталось не так много времени, а я растерял все свои силы… Надо теперь всё заново собирать. Причём в ускоренном темпе!

Я отправляюсь в Священную Рощу. Заодно поболтаю с кандидатом в божества из мира дриад…

Глава 12

Пока люди были заряжены на работу, я собрал всё, что мне нужно, и отправился в путь. Хоть из города я исчез быстро, но успел с каждым хотя бы пару минут пообщаться, ответить на вопросы и замотивировал как смог усердно трудиться.

Пожалуй, самая большая проблема у меня сейчас — нехватка лояльных и привязанных лично ко мне кадров. Высококвалифицированных кадров. И как результат — люди занимают должности, которые им как кость в горле. А так никто и никогда не выложится на полную. Никакие мотивашки, никакие обещания и магические контракты не смогут обмануть желания души и сердца человеческого.

Времени людей подбирать у меня нет, да и общаюсь я с ними не так уж часто, потому своих командиров уговорил попытаться найти достойных повышения звёздочек. Не важно, аристократы они или нет, есть ли у них высшее образование и прочие заморочки. Они должны гореть, желать, вкладывать страсть в свою работу. Тогда ведь они ни дня работать не будут! Вместо нудных серых будней их ждёт высокооплачиваемое хобби и море удовольствия. В общем, пусть ищут среди прибывших на наш зов подходящие кадры. Из империи или из союза архаритов — не столь важно. Всё равно не получится создать достаточное количество бессмертных духов, которые могут пахать без сна и отдыха.

Приведённых Арианой духов из числа тех, что прошли её суровый отбор, было решено оставить в городе. Они разумны, обладают навыками и очень хотят получить новую жизнь, отчего замотивированы не меньше простых людей. Но некоторые из них от современного мира отстали на пару тысячелетий… А кое-кто вообще иномирец и даже не человек. В общем, пускай летают по городу, наблюдают за его жизнью, привыкают и думают, чем им заниматься в новой жизни. Трое духов, правда, после знакомства со мной отказались сотрудничать. Но это их жизнь, их решения, и не мне их судить. Я даю возможность, а вот как сложится их новая жизнь — зависит уже от них.

Итого у меня сорок девять кандидатов на различные должности. В основном, конечно, это военные, маги и аристократы, авантюристы и учёные. Это все те, кто жил со страстью в сердце и умер с сожалениями, но вернул свой разум и желания после встречи с Арианой.

Моя дриада вообще умничка. Я и близко не ожидал от неё такой эффективности. В подарок согласился привезти ей семена различных декоративных растений. Она заслужила создать свой прекрасный сад, о каком всегда мечтала. В наших закромах было мало такого: после расчистки Бурого мало чего осталось. Но из империи уже ехал курьер с тысячей семян и саженцев.

В последнее время я много удивляюсь. Причём неприятно: то боги недоделанные вылезают, как черти из табакерки, и детей крадут, то Гизель атакует, желая разрушить весь город… Хотя иногда и приятные неожиданности радуют визитом…

Отправляясь в Священную Рощу, я вдруг осознал, что моя дриада не только может души видеть, разговаривать с ними да взаимодействовать, но ещё и подзаряжать! Не знаю, правда, как… Тем не менее я заметил, что духи полны энергии, так что спокойно проживут в своей призрачной форме месяц, а то и два. И это необычно…

Когда я нахожу и привожу в чувства заблудшие души, там счёт их жизни обычно идёт на часы или дни. Всё зависит от их ментального состояния и насыщенности энергией. Зацикленные блуждания у них происходят, словно во сне, как это было с Ташей. В таком состоянии энергия почти не тратится. А вот осмысление себя после сброса цепей, удерживающих в этом мире, и своего положения может поставить душу на грань. В общем, Ариана молодец!

Ещё одна хорошая новость: Святослав из вынужденного союзника превратился в реального после посещения Бурого. Сработала та самая мудрость из поговорки, когда лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Он знал, что я не прост, но битва со златомордым окончательно сломала в нём тягу выпендриваться передо мной и тыкать пальчиком, указывая, что мне делать. Конечно, Святослав и сам без пяти минут правитель в бегах, словно старик Радов, но, я думаю, мы справимся с этой ситуацией. Мой план неидеальный, да и не всё готово, но Гизелю я всё равно просто не оставлю иного выхода, кроме как принять мои требования.

Я, конечно, довольно быстро всё решил, но это на первый взгляд. Пока ожидал возрождения, было время многое обдумать. В теории эти засранцы могут и послать меня с моим предложением, ведь кто-то ещё, помимо меня, зачищает территории, успокаивает мятежные души. Думаю, среди магов хватает церковников. Может, и некроманты есть, и прочие подобные им узкопрофильные специалисты. Весь вопрос тут в одном: а хватит ли у этих магов силёнок справиться с волной призраков, что будут кошмарить и портить электростанции, заводы, выводить из строя суда, ломая двигатели? Так-то можно весь остров заселить этими призраками, и тогда он вообще станет непригодным для жизни.

Согласится ли гизельская аристократия из-за конфликта со мной и желания сместить Святослава лишиться результатов тысячелетних трудов и накопленных богатств? Хватит ли им специалистов, чтобы сдержать бурю из потустороннего мира? Операция «Полтергейст» покажет!

В отличие от большинства людей этого мира, которые просто живут по тем правилам и законам, что были установлены давным-давно, ради собственной безопасности, эти гизельские псы не имеют оправданий. Всё ведь очень просто, на самом деле. Ты либо человечен, либо ублюдок. Горевать из-за смерти ублюдков я не собираюсь. Сдохнут — и хрен с ними. Сломается их многовековой порядок? Создадим новый.

Я видел множество различных моделей общества. Те, что приняты у архаритов и семи империй, — не худшие и не лучшие, на мой взгляд. Приемлемые. Но некоторые вещи подобны опухолям. Рано или поздно идиоты эти просто убьют мир. Пока две стороны воюют, эксплуатируют всех, кто ниже по рангу, враг смотрит на них с небес и строит свои коварные планы.

— Так, далеко ещё до рощи-то? — Я остановился, опасаясь приступа географического кретинизма, и всмотрелся в горизонт, пытаясь найти нужный пейзаж. — Непонятно… Ладно, значит, попробую ощутить, в какой стороне моя дорогая Ариана находится.

Я закрыл глаза и попытался нащупать в магическом поле лёгкий отголосок её души и магического источника.

— Кажется, туда… — открыл я глаза и всмотрелся в даль.

Сознание потянулось к пространственному кольцу, и я вытащил из него здоровенный бутерброд. Анна вручила его перед уходом. Назвала его «гамбургер».

Да, угрозы порой куда ближе, чем кажутся… Да я и сам облажался, несмотря на богатый опыт. Гизельцы же вообще за тысячи лет не поняли, что вся их отработанная система может пойти прахом за один пьяный дебош божественного осла с Перекрёстка. Даже Юкио подтвердил, что секта Тёмного Бога рано или поздно пробьётся через барьер. Только вот сколько этот барьер, защищающий мир от полноценного вторжения, выдержит? Непонятно…

— Ну, наконец-то ты начал правильные вопросы себе задавать, — раздался по правую руку чей-то голос, а гамбургер исчез из моих рук, словно его никогда и не бывало. — М-м-м… А ничего так, вкусно. Напоминает фастфуд из одного мира, в котором я давненько уже не бывал.

У меня даже сердце ёкнуть не успело: всё произошло за мгновение. Сок помидора капал на длиннющую бороду, босые ноги парили в паре сантиметров над землёй, длинная серая накидка отшельника всё так же выглядела неопрятной.

— Ну чё ты пялишься… У тебя ещё один есть, я знаю. И достань термос с кофейком. Гулять так гулять! — произнёс старик, к которому у меня была тысяча вопросов.

«Ну, теперь он мне всё расскажет!» — подумал я, поворачиваясь к старому богу.

— Спрашивалка не выросла. Но поговорить нам, да, не помешает… Вынужден признать, с Магдаленой я накосячил…

— Что? Чего? Да как?.. Почему? Какого⁈

— Пять вопросов из тысячи уже заданы. Молодец, — похлопал он меня по плечу. — Давай отвечу на самые мучающие твою душу вопросы сразу. Твой мир почти сдох, остались лишь единичные могущественные практики. Состав атмосферы поменялся, все гибнут, как мухи. Твои люди в храме, под куполом, в безопасности. С ними всё нормально. Но тебе лучше поспешить: мне не особо нравится постоянно отвлекаться и обновлять защиту вокруг храма да еду с водой им таскать. Я курьером к тебе не нанимался. Понятно?

— Понятно. Простите, — поклонился я, ощущая себя нашкодившим котёнком…

Хотя это странно… Прошло же лишь пару месяцев, как я тут. Неужели старик так устал?

— Да не успеваю я за всем следить! Я тебе не многорукий многоголов! И тысячу дел сразу в разных мирах делать не умею, не могу и не хочу!

— Присядем? — предложил я, указывая на землю.

— Лучше вперёд пойдём, чтобы время не терять. И мне долго ждать кофеёк? — нахмурил старик пышные брови.

— Простите… — И снова я ощутил себя нашкодившим котёнком…

Вот умеет он вызывать это чувство… Только вот зачем это ему?

Отпив горячего и бодрящего напитка, старик довольно улыбнулся:

— Еда смертных воистину имеет вкус и радость жизни. Так о чём я там говорил? Ах да, вопросы… Правильные вопросы. По поводу гизельцев и пьяных ослов с Перекрёстка. Можешь и сам не переживать за божественный дебош. Этот мир непростой. И многое значит для меня. Потому я и открываю дорогу всяк достойному в него. Но влиять на дела смертных здесь, увы, не могу. Златомордый мог бы уничтожить город и людей, но для этого ему пришлось бы сперва пройти через меня. А у него ещё молоко на усах не обсохло, чтобы даже думать о таком.

— Почему ты его не остановил? Зачем отдал девочку?

— Потому что это твой человек. Твоя забота. А он, как её предок, в своём праве вернуть её в родной дом.

— Так ведь вы же её оттуда и…

— Серёжа, ты холодное со сладким не путай, ладно? Это две совершенно разные вещи. Ты сам недавно кричал на всю округу, что можешь дать возможность, а как с ней распорядятся получившие шанс — это уже их дело.

— Так я же молчал… Только думал об этом…

— Слишком громко думал.

— Что уж тут поделать… — пожал я плечами.

— Действительно… Ладно. Про защиту мира ты угадал. Я её давным-давно поставил. Объяснил, как и что работает, да только смертным плевать. Им всё войнушку подавай. Так что с этой защитой появились проблемы…

— Поэтому меня и перебросил в этот мир, я так понимаю?

— Мне нравится, что, несмотря на свою молодость и незрелость, ты порой бываешь очень проницательным, — похвалил меня старик. — Ничего в мире не бывает просто так. Особенно если на кону то, что ты ценишь. Я этот мир ценю. Так же как и ты ценишь своих людей. Я наблюдал за тобой тогда. Наблюдал и после переноса. За многое хотелось тебе по шапке надавать, но спишу это на незрелость и буйство юности.

Ладно… Защита на этот мир наложена непростая. Как ты уже понял, сюда с лёгкостью могут проникать различные существа. У смертных своя дорога и путь, а у богов… Ну, скажем так, я не последний человек на Перекрёстке и буянить никому не позволю, но Герра…

— Она неразумна?

— Нет. Как раз разумна. И даже очень.

— Разве природное божество может иметь разум? — удивился я.

— Кто тебе сказал, что она — олицетворение стихии? Она такая же, как и я. Но её разум… Он затуманен. Герра в плену, идёт туда, куда прикажут. И она сильнее меня. Её присутствие уничтожит этот мир, сотрёт всю его историю. Для меня это было недопустимо тогда, и до сих пор ничего не изменилось. Я заплатил высокую цену, чтобы создать этот барьер и не дать ей попасть в этот чудесный мир с кучей возможностей. — Старик начал наглаживать рукой свою бороду. — Но барьер тает… Я не думал, что всё настолько затянется.

— Как это возможно? Кто настолько могущественный, что сумел обуздать такую мощь? Я не верю, что эта секта Тёмного Бога способна на такое! Я сразился с ними и…

— О да, это было потрясающе! Я долго смеялся, когда ты притащил целый замок одного из их Патриархов. И ты прав: они не способны на такое.

— Тогда кто? — спросил я, уже начиная догадываться…

— Такие же, как златомордый… Только сильнее. Да и много их. Миллионные жертвы способны взрастить божественного. Тот мир с сектами и кланами огромен. И разделён на множество фракций. И за всеми великими фракциями стоят свои боги, всем заправляющие. Но есть там и свои ограничения, не позволяющие им влезть в разборки смертных…

— Это какие?

— Пакт они заключили… Да и каждый бог сильнее на своей территории, чем на чужой, так что припереться со своим уставом в чужой монастырь не выйдет: быстро божественных звездюлей получить можно. Но тебя это не касается.

— Как это не касается? Рогатые пытаются захватить этот мир!

— Обломаются, если с Геррой вопрос решим.

— И почему именно я?

— Потому что тебе плевать на мир богов и тебе там нечего терять, в отличие от остальных. Тебя интересует только обыкновенный мир. Так? Или я не прав?

— Прав, — кивнул я.

— У секты этой четыре божества. Патриархи — их эмиссары, голоса среди живых. Так что о тебе и твоих возможностях они теперь тоже кое-что знают. Но не всё, так ведь? — с ухмылкой произнёс старик.

— Да… Лишь первые врата были открыты. Если они каким-то образом следили за битвой, то это может сыграть мне на руку. Они будут думать, что я слабак.

— Умеешь ты находить плюсы, даже в таких ситуациях. Я порой поражаюсь, откуда у тебя с твоими-то характером и судьбой столько оптимизма… Ладно, речь не о тебе сейчас.

Эти четыре бога давным-давно заманили в ловушку Герру, что всегда сторонилась всех этих божественных игр и сражений за силу и власть, и начали использовать её, захватывая малые миры вроде этого. Только здесь застопорились. Но я боюсь, что с тем количеством жертв и силы, что вливают в Герру, барьер не выдержит долго. Его разрушение нужно предотвратить.

— И каким же образом? — спросил я с надеждой на то, что у старика есть готовое решение.

— Надо как-то вывести Герру из оцепенения, вернуть ясность мысли. Тогда она сама уничтожит четырёх жадных тварей… Эх, вот бы они хоть раз за пределы своей секты выбрались… Я бы им сам головы оторвал и душу их вытянул.

— Если даже вы не в силах справиться, то…

— Никаких «если» и «то». Я сделаю всё, чтобы укрепить барьер и дать тебе время восстановиться и усилиться. А ты прекращай тратить время. Его у тебя и так с пригоршню семян. Незачем перекраивать мир, если он может в любой момент исчезнуть.

— Понял. Ну, в общем-то, у меня был тот же план, — пожал я плечами. — Так, а что с девочкой?

— Да не ожидал я, что этот жадный пень попрётся за ней… Но ему, видимо, сильно припекает.

— Девочку можно спасти?

— Шансов не очень много… К тому же он будет на территории своего божественного домена, где он будет сильнее, чем здесь. Да ты и сам это понимаешь…

— Я справлюсь. Если она будет жива.

— Будет-будет. Он за ней рванул быстро, да не потому, что она ему прямо сейчас нужна, а потому, что испугался, что с ней что-нибудь сделают и он потеряет её. Она ещё не готова. Она должна подрасти. Так что сидит под надзором деда…

— Что же… Это хорошие новости. И откуда только ты всё это знаешь?

— Ну, тебе же ветер шепчет? И у меня есть, кто нашёптывает… — Он вытянул палец, и на него приземлилась маленькая птичка, которая сразу же принялась чирикать.

— А почему ты раньше не появился? Не объяснил, не сказал ничего?

— А ты свои секреты всем подряд рассказываешь? — ухмыльнулся старик и дёрнул рукой, отправляя птичку в полёт. — Ну и напоследок… Этот мир немного похож на проходной двор, когда речь касается смертных странников. Разные личности пробираются, и не все они те, за кого себя выдают. Я, как и ты, давным-давно сделал свой выбор. В дела смертных влезать не хочу. Да и не могу. Иначе меня ждут последствия. Но ты не такой. И я надеюсь, что ты не подведёшь меня, — произнёс он и растворился, подобно миражу.

— Стой! Я же ещё ничего не спросил! — прокричал я, но было уже поздно.

Опять этот старый мошенник сказал то, что было нужно ему, сделал свои дела, съел мой гамбургер и… Кофе! Где мой термос⁈

— Вот гад… Как можно было утащить мой любимый термос?

Даже более-менее адекватным богам в этом мире доверять нельзя! Эх, придётся надеяться на Ариану и её травяной отвар…

Глава 13

Напиток, который разделили со мной дриады, был удивительно приятным и освежающим. Нотки лимона, лёгкое мятное послевкусие, сладость дикого мёда, калейдоскоп ароматных трав. В такую жару — идеальный напиток. Уверен, если начать его массовое производство, эта вкусняшка станет одной из главных фишек нашего королевства и будет прославлять его на весь мир. Но роща слишком маленькая, а запасы крайне ограничены. И пусть дриады вкладывают все силы в то, чтобы отвоевать у пустоши земли и вырастить зелёное море травы и деревьев, но с их количеством и скромными запасами энергии идёт это вся крайне туго.

Передав семена, сказал, когда примерно ждать поставку различных саженцев и прочего растительного добра, рассказал об удобрениях и показал полезные каналы по садоводству на Ятрубе. Один нюанс: интернет в такой глуши не работает! Жалкая единичка каким-то чудом дотягивалась, но это только потому, что относительно неподалёку от пустоши со Священной Рощей, выживающей исключительно за счёт природной магии дриад, прокладывали шоссе на Дижон. И строителям была нужна связь. Вот и строили они вдоль линии будущего скоростного шоссе вышки связи.

Ариана и её девочки заинтересовались местными научными изысканиями садоводов-любителей и профессиональных ботаников и добавили в список покупок солнечные панели, преобразователь энергии, планшеты, телефоны и усилитель сигнала.

Вообще, они сказали просто: «Эти штуки, чтобы всё работало, только без убивающего мир грязного генератора на бензине», — а я остальное уже сам дописал. И чувствую, что мой список донельзя смешон и ещё вырастет в пару десятков раз, когда я перепоручу это дело профессионалам.

Как бы там ни было, мы встретились, пообщались, я посмотрел на множество духов, что ждали моего прихода, и — занялся собеседованиями. Ариана помогла мне, предварительно рассказав обо всех найденных и приведённых в рощу духах.

Как же их было много… Пришлось немного стать сволочью, чтобы успеть закончить свои дела. Мне ж ещё магические эксперименты ставить! Опасные!

По итогу отбора, я лишь ещё раз убедился, что Ариана, как однажды высказалась Анна, реально «шарит» в этой теме. Плюс три духа, которые с натяжкой за счёт своих небоевых заслуг прошли отбор. Бухгалтер какой-то незаконной гильдии торговцев, глава шахтёрской артели, умеющий руководить сложными коллективами, и не очень удачливый, но вполне успешный инженер-изобретатель, погибший от собственного творения, а значит, его изобретение сработало как надо.

Все остальные… Ну, скажем так, у меня уже работы на полгода вперёд. И они за счёт своей разумности и желания доказать, что они имеют право на второй шанс, теперь находятся в числе «запасных игроков». И для них у меня есть рискованное, но крайне важное задание. Если они всё сделают правильно, не подведут меня, а самое главное — себя, и выживут, а гизельский гамбит увенчается успехом, я сделаю их как спецагентов первыми в очереди на возрождение. Главное, чтобы их душа не развеялась раньше сама по себе.

Альтернатив у них особо не было, надежда тлела в их душе, и практически все, кроме парочки, согласились с моим предложением. Да и, как по мне, это была честная сделка. Каждый получит возможность. Кто-то авансом будет иметь больше перспектив за счёт своих прижизненных талантов, кто-то докажет, что столько лет их душа не угасала в этом мире не просто так.

До конца дня я занимался «контактом» и «привязывал» эти души к себе. Ощущения были жутковатые, ведь маяком для них я смог выбрать единственное, что подходило, — свою душу. Но теперь они не потеряются и будут таскаться за мной повсюду.

Наступило новое утро, и два задания из четырёх я выполнил. Осталось создать миниатюрную левитирующую сферу для будущей печати Воплощения. А ещё вспомнить эту самую печать… Ну и пробежаться по «адресам», которые Ариана приметила, и отправить на упокой совсем уж отбившихся от рук призраков, что лишившихся последних капель разума. А то я перед лицом божественных проблем до сих пор гол как сокол! Да, думаю, даже лучше будет сперва пробежаться с зеленоволосой красавицей, запавшей в сердечко императора, да собрать энергию, а уж потом сферами заняться… Сам дурак, что неверно расставил приоритеты в этом мире. Понадеялся, что больной на голову божок не припрётся так быстро… Но он прип… СТОП!

— АХ ТЫ ХИТРЫЙ СТАРЫЙ МУДЕНЬ ПЛЕСНЕВЫЙ! — разъярился я и на секунду потерял над собой контроль.

Этот старый хрыч не просто талантливый манипулятор… Он хитёр, как десять лис, и, подставляя, умудряется выставить жертву виноватой! Он знал, что я не готов сражаться с этим чудаком златомордым. Он мог его остановить, мог перенести Альму с дочкой в другое место. Да и скрыть он их тоже мог! Я уверен: его сил хватило бы с лихвой! Но нет! Он специально их передо мной «выронил», и я тут же побежал, как баран, спасать мать с ребёнком! А разъярённый родственник, узнав, где они и что я их прикрываю, обделался. И принялся собирать обо мне информацию и готовиться к битве. А затем провёл разведку боем, да так успешно, что я склеился от пары его атак!

И какой из этого следует вывод? Старый гад специально подставил меня, зная, что я не сдохну, и ткнул меня в мою же слабость, чтобы я, возбуждённый и злой из-за этого, начал бегать, собирать силы, набирать божественное могущество. Люди для него на втором плане, но если эта Герра реально имеет все шансы в ближайшее время прорваться, то ему очень важно, чтобы я был хотя бы в той же форме, что и до перехода в этот мир.

— Вот и сложился пазл…

Поэтому я и не люблю богов… Хитровыделанные и зазнавшиеся ЧСВшники!..

— Что, господин? — поинтересовалась Ариана, подошедшая на мои гневные выкрики.

— Ничего… Собирайся на прогулку.

— А духи? — уточнила она, указав на целую свору неупокоенных.

— Выгуляем и их. Пусть посмотрят на меня в деле. Лишним не будет. Да и на рощу твою они не очень хорошо влияют…

— Да, я заметила… Думаю специальный парк духов создать на западной окраине рощи. Чтобы они не парили где попало.

— Сделай. Кстати, а поесть у вас есть что-нибудь? А то я на нервах уже всё съел…

— Конечно! Фрукты, ягоды, грибы, мёд…

— Эм… А мяса нет?

— Мы не едим мясо…

Мне, обречённому на голодную смерть, пришлось с грустью вздохнуть. Хм… В горах к востоку отсюда, кажется, есть горные животные. Козлы, бараны…

— А рис у вас есть?

— Да. Эта радость пришлась по вкусу моим девочкам.

— Супер! Осталось найти сеть и раздобыть рецепт плова… Бери все свои фрукты и овощи. Отчаливаем немедленно!

«УРУ-РУ-Р-РУ-РУ», — согласился со мной желудок.

* * *

— Касиу Ясь конюшину… Касиу Ясь конюшину… — завывал мне на ухо один из призраков, пытаясь впечатлить своими музыкальными навыками, и я даже вроде как понял, о чём он поёт.

Мой поход в места с неупокоенными духами, чей разум давно погас и которые стали вредны для окружающего мира, действительно чем-то напоминал прогулку жнеца. Я посещал самые глухие места: затхлые пещеры, погребённые заживо города и деревни, безлюдные горные тропы, проходящие сквозь облака…

В прошлый раз я бегал вокруг рощи, а в этот — Ариана привела меня к горам и их подножьям… Сейчас это место было практически пустым. Я встречал лишь редкие признаки жизни людей. Несколько горных деревушек, парочка поселений у подножья гор и парочка потухших вулканов.

Число живых намного уступало числу духов. Когда-то это место процветало, когда-то здесь были крупные города, плодородные земли, но всё это исчезло. То ли климат поменялся, то ли землетрясения и извержения вулканов уничтожили основу жизни, а упавшие с неба слимы добили остатки цивилизации. Люди так массово и не вернулись, чтобы освоить эти земли вновь.

Архариты выбрали более спокойные, безопасные и плодородные земли. Оно и неудивительно: слимов тут хватает. Шастают то тут, то там мне на радость. Не дают заскучать, позволяют размяться и отработать уже подзабытые боевые навыки в спокойной обстановке.

Был повод и посмеяться. Если бы мои друзья видели, как воют духи, когда связывающая нас духовная верёвка тянет их за мной… Моя скорость далеко за пределами адекватных показателей людей. И духи носились за мной, как воздушные шары, на огромной скорости и порой верещали, веселя Ариану, довольно сидящую у меня на ручках. Если бы Анна узнала — в истерике билась бы. Сто процентов…

К концу первого дня путешествия, когда я стряпал ужин для несчастного и голодного себя, элементали-разведчики донесли, что нашли кое-что интересное.

— Ариана, в той стороне какие-то развалины есть?

— Секундочку… Не была там. Но там и духов нет — не ощущаю их.

— Духов, может, и нет, а вот интересные находки есть!

Опасаясь, что еда в казане пригорит, я выбрал сперва подкрепиться, а уж затем отправиться к руинам. По словам ветерка, они странные. А значит, можно там и задержаться…

— Эх, сейчас как подкреплюсь!..

— Господин, а зачем вам целый казан? Хочу напомнить, я не нуждаюсь в пище.

— И вообще вегетарианка. Да, я помню. А насчёт еды не переживай. — Я похлопал я себя по жалобно урчащему животу: — Есть, где хранить!

Попробовал рис на готовность… Хорош! Ещё чуть-чуть — и можно снимать. Надо перемешать ещё разочек…

Такой аппетитный кусочек мяса прилип к деревянной ложке… Я не удержался и слопал его.

Сознание на миг померкло. Невероятно вкусно… Великолепно! Божественно! Пища богов!

Мясо пропало в желудке, и урчание усилилось — тело требовало добавки.

После долгого пути, спаррингов с вечно готовыми помочь в разминке слимами, после многочисленных контактов с призраками и переживаний на своей шкуре моментов их горечи от гибели мне хотелось только одного — наесться от пуза. Да так, чтобы ходить удавалось с трудом!

Костёр весело трещал, раззадоривал меня, обещая много вкусного, горячего, жирненького пловчика. Я использовал на себе ауру повелителя, лишь бы удержаться и не наброситься на этот казан раньше времени.

Я знаю, как важно сделать всё правильно: вскипятить воду, закинуть туда рис, пожарить лук, добавить чеснок, словить сеть и сделать всё по рецепту, чтобы не испортить блюдо своими экспериментами.

Ветер затих. Ночное небо ослепляло красотой звёзд. Но мне было не до них… Слюна текла так, что можно было затопить весь горный склон под нашим временным убежищем. Я дрожащими руками положил на тарелку первую ложку. Затем вторую… И третью… Взял немного и…

— Бог ты мой… Это невероятно! — начал я уплетать плов за обе щёки. — Я не мохфу оффановифся… Ариана, — сглотнул я, — попробуй!

— Нет уж, спасибо…

— Эх… Я бы сейчас всё на свете отдал, чтобы на минутку воскреснуть и отведать этого пловчику… — мечтательно проговорил один из многочисленных духов, что составляли нам компанию в этот вечер.

— Пхах! Так говоришь, будто у тебя что-то есть в этом мире, кроме своей души, — рассмеялся его сосед.

— А может, я тайну храню для особого случая! — скривился первый.

— Да какую тайну? Что сосед из дома напротив изменяет жене с прачкой? Так поздно, братишка. Грош цена твоим тайнам!

— Я знаю, где город золотой есть! То есть был… Ну, я уверен, что он существовал. Но я не дошёл… Карту украли, меня ночью в таверне зарезали. Сволочи… Но я запомнил маршрут!

— Любопфытно… И фто фе ты ваньфе не фкафал? — удивился я, слушая их разговоры с набитым ртом.

— Так это… Я уверен, что он был. Но не уверен, что он остался… Сомнительный актив, чтобы ставить свою жизнь на кон. Обману — развоплотите же тогда… И что делать мне потом?

— А тебе уже ничего не надо будет. Уйдёшь наконец-то на покой и перестанешь сказки про золотой город рассказывать! Ишь, фантазёр! — со смехом произнёс сосед, и многие поддержали его своим хохотом.

— И всё-таки он существует…

— Да ты ещё скажи, что наш мир круглый, — ляпнул кто-то с задних рядов.

— Шарообразный! Аха-ха! — рассмеялся ещё один.

— И мы летаем вокруг солнца, а не оно вокруг нас!

У-у-у-у… Как много им предстоит узнать… Дремучие люди мне попались.

— Так мир реально круглый! В форме шара как раз! — произнёс кто-то.

— Ага, конечно! Заливай дальше!

— Вообще-то, солнце, звёзды и луна на небе двигаются. И наш мир не является центром вселенной. Мы лишь песчинка, мчащаяся через огромное, безграничное космическое пространство.

— Ох ты! Еретические учения про космос! — охнул кто-то.

А дальше… всем стало не до моего плова. Споры, ругань и — духовный мордобой. Удивительно, но в этом бесполезном занятии есть нечто притягательное и расслабляющее.

Я словно открыл Ятрубу и залип в очередной бесполезный ролик.

— Может, остановить их? — робко спросила Ариана.

— Да не надо. Так кушать даже интереснее. Как думаешь, кто победит?

— Сложно сказать… Судя по скорости исчезновения этого вашего отвратительного плова с мясом бедной овечки, это будет ничья, и они полетят за вами следом, так и не выявив победителя.

— Звучит вполне логично… Эй, давай с левой! — включил я тренера. — Он руку постоянно опускает! Ну же, дави его! А ты чего зеваешь? Бей в носяру! Не сломаешь, не боись!

Как же здорово посидеть вот так на природе, с маленькой двадцать пятой по счёту тарелкой плова…

Час спустя, как бы ни растягивал я удовольствие, предсказание Арианы исполнилось. Плов закончился… Померкли краски. Исчезла радость… И только здоровенное пузо доказывало, что я это был не сон.

— Пять минут — и выдвигаемся… — на всякий случай предупредил я, духов, что рубились в весёлой схватке каждый сам за себя.

Большая часть меня не услышала и прекратила только тогда, когда я рванул к руинам. Они, как болванчики, на верёвке полетели следом.

— Ну и что у нас тут? Ага… Некрополь. Огромный, пустой, погребённый по большей части под камнями, землёй и травой некрополь. Без духов… Любопытно… Неужели ни одного недовольного не было?

Я прогуливался по улицам города, что на девяносто процентов состоял из кладбища. Добрался до центра, прикинул расстояние от одного конца этого древнего мегасооружения до другого — там как раз стояли мои элементали-разведчики, сумевшие залезть в каждую щель и трещину в земле, — и ахнул. Размером не меньше Великого Иглова будет… Как интересно!

В центре когда-то стояла крепость? Или другое защитное сооружение? А может, это был храм какой-то усиленный, монастырь со своим гарнизоном и обязанностью хоронить всех, кто жил в ближайших городах? Вопросов много, а ответить некому…

Решил спросить у духов, надеясь, что, может, кто-то да что-то знает про это место. Все, кроме одного, оказались бесполезны. Единственный умник вспомнил детскую страшилку, что где-то на краю мира находится вход в земли мёртвых, где всё до горизонта усеяно могилами.

Я даже не сразу понял, что его слова спровоцировали второй раунд призрачного мордобоя. Едва успел остановить всех. Сейчас не время развлекаться.

Решил немного покопаться — и не зря! Земляной элементаль расчистил местность, перенёс кучу обломков и, словно прирождённый мозаиковед, сложил множество камней в некое подобие фундамента сооружения, а лишние обломки при помощи других элементалей разложил на ближайшем каменном плато. Не зря мне слимы попались — ой, не зря.

Оценил проделанную за полтора часа работу. Неплохо… Люди бы провозились несколько месяцев и сделали бы меньше.

Передо мной открылся план строения. Я видел его залы и коридоры. Появилось ощущение, что это действительно был не то храм, не то дворец, и я решил рискнуть и раскопать выделяющуюся круглую часть центрального здания в этом комплексе. И надо же — нашёл реальную ценность! Не какие-то там кувшины и черепки из глины, не прочие находки, полезные для историков и любителей археологии, а остатки обелиска! Хотя они даже больше колонну напоминали, как по мне: слишком много закруглённых камней.

В любом случае это оно! То самое, за что я обожаю погребённые руины древних городов. Причём этот обелиск был не простой… А огромный! Реально здоровенный! Здание, окружающее обелиск, должно быть метров пятьдесят высотой! Не меньше!

К сожалению, восстановить его было невозможно. Кто-то основательно прошёлся по храму и всё превратил в труху. Но кое-что я всё же получил!

Пусть энергия и потеряна, рисунки и древние тексты стёрты, а руны сколоты, но камень-то непростой! Магический! Я так ни одной каменоломни, где можно такие найти, не видел! И архариты с имперцами тоже не были в курсе, где их искать. Такое ощущение, что их сюда принесли из…

— Точно! Из другого мира! Старик и сам или с помощью жертвы, мог притащить сюда кучу камней, чтобы защитить древние города и поселения от вторжения слимов, когда узнал, что битва за его мир неизбежна…

И моим догадкам находились подтверждения в сохранившихся образцах обелисков. Их функционал больше чем наполовину заточен на противостояние слимам. Обелиски скрывают от них, защищают в случае случайного столкновения, предупреждают защитников, помогают людям воевать вне поселений…

В общем, эти защитные обелиски — штуки универсальные и крутые. И тот, кто их создал… Да я на девяносто девять процентов уверен, что это не технология смертных! Материал в другом мире взяли, руны — из моего мира… Я давно подозревал, что это кто-то из наших, а после появления старика и его рассказа полностью уверен в этом. Манипулятор какой! Ишь…

— … А осколки мы восстановим и подзарядим. Плюнем, склеим, отшлифуем. И сделаем если не одну огромную защитную штуковину, то пять-шесть поменьше. Отличная работа, парни! Просто великолепная!

— ГРУ-У-У-У!

— Ты тоже молодец, каменюка. Давай ещё ищи и выкапывай. Нам пригодятся все осколки. И даже пыль с этих колонн!

Каменный здоровяк, словно собака, начал принюхиваться и вскоре забурился в землю. И, пока он копался, а я готовился помагичить, чтобы не упустить ни одной пылинки этого магического камешка, в мою светлую голову пришла очередная гениальная мысль…

— Стоило один раз умереть, и сразу вдохновение на великие дела и умные мысли появилось… Раз уж мне предстоит вояж в другой мир с шоу-программой в виде избиения златомордого и его шавок, надо бы запастись пространственными кольцами… В их мире должно быть много уникальных вещей. Да и у этого божка недоделанного явно сокровищница имеется… А мне для подготовки к сражению с Геррой или четырьмя мудаками, её поработивших, всё пригодится! — пробормотал я.

А где в этом мире больше всего пространственных артефактов? Конечно же, в Гизеле… Интересно, а какой предел у Юкио? Сколько он добра сможет утащить? В качестве выходного пособия для Альмы и Магдалены, разумеется… Ну и штрафануть златомордого за мою смерть надо будет ещё.

Чувствую, мне понадобится всё… И как же прекрасно, что я подумал об этом до того, как наведаться в другой мир!

— Ускоримся, братцы! — взялся лично помогать моим трудягам.

Впереди ещё много пристанищ с потерянными духами, а у меня со сферами для спецоперации в Гизеле ещё элементаль не валялся!

Друзья, дальше главы будут идти через день, если что-то поменяется, я сообщу дополнительно.

Глава 14

Сборы энергии с упокоением духов, что вносили хаос в мир магии, немного затянулись. Но и результат меня порадовал: Две духовные сферы за два дня! И, скорее всего, появится ещё одна до конца путешествия.

Ариана работала не покладая своих бархатных ручек и, словно компас, направляла меня к ближайшим духам. Мы перебрались через горы на другую сторону хребта и оказались в месте, где куда как чаще встречались люди. Пару раз даже сталкивались с ними, и те демонстрировали враждебность при виде странных незнакомцев. Это были уже не просто охотники да собиратели, а настоящие приграничные отряды, оберегающие свои владения.

Земли, которые мы недавно пересекли, тоже кому-то да принадлежат, но, судя по их отсталости, крупным шишкам они даже даром не нужны. Помечу эти земли как доступные для возможного расширения территорий королевства. То, что там нет крупных городов и тяжело выживать, не означает, что там нет ценных ресурсов. Озадачу их поисками ворона на время моей поездки в Гизель.

И надо не забыть с представителем совета Раки встретиться на общем мегасобрании для дипломатического решения вопроса о присоединении земель, находящихся на границе со Славией и даже частично с Андулией. Ава в целом для себя решение уже приняла, судя по словам нашего гостя, но подтверждающих это документов пока не предоставила. Наверняка думают, как бы себе побольше выторговать и получить больше выгод.

Ещё и нужно уделить время работе с местными правителями, к которым регулярно наведывается в гости Буров. Не все они согласны просто взять и перейти под чужое управление. Веками их предки правили и защищали свои земли. Они готовы и умереть за свою свободу. Хороший настрой. Но жаль, что их полные ярости взгляды направлены в мою сторону… Как бы там ни было, решения по этому вопросу принимаются в Раке.

Кроме прочего, кто-то уже пустил слух, что вместо Святослава хотят назначить нового императора, который займётся войной с архаритами, а я собираюсь устроить тройственный союз между всеми нами и оставить этого «ненавистного, но всё же подходящего для дипломатических контактов правителя» на троне…

Если так подумать, то Святослав с его политикой за последние сто лет стал наиболее «любимым» правителем запада, не считая правителя Священной Империи. Просто потому, что он меньше всех воевал и оттяпал меньше всех земель. Небольшой, но бонус для будущих переговоров. Да и уже были контакты между помощниками императора из его свиты с герцогом Ревизо. Лично пока сторонятся другу друга, но в те несколько раз, что они пересекались, никто из них не попытался ножом для масла или ещё каким-нибудь острым предметом прирезать оппонента. И мне нравится, что на моей земле стараются уважать меня и мои требования! Данское королевство — территория мира. Но только не для тех, кто достаёт оружие и пытается угрожать остальным…

Когда я вернулся к Роще, всё хорошенько по пути обдумав, сразу занялся делом. Нужно создать две вещи: металлический шар-артефакт, на который будут нанесены последовательности рун, что воплотят желаемый мною эффект реальным.

Последнее, на мой взгляд, самое трудное. Этим и займусь. Для удобства комбинирования вырезал в скале образы всех изученных рун и принялся составлять основные комбинации для «воплощения» армии призраков. Мучился день и ночь. Что-то ложилось, как колбаска на хлебушек, а что-то вообще никак не хотело взаимодействовать. Взял паузу, подумал хорошенько и понял, что мне просто не хватает рун.

Осторожно попробовал совместить руны из другого мира — моего родного, если быть точнее. Затаил дыхание, наполняя сырой магической энергией, вездесущей маной, экспериментальные камушки.

Довольная улыбка сама по себе появилась на моём лице, когда руны с энергией, словно пчёлы, пожужжали друг на друга и успокоились, становясь одна за одной и подпитывая маной своих соседей. Может, они и разные визуально, но ключевые точки при их создании одни и те же. Словно в звёзды на ночном небе образуют созвездия, так и эти точки в рунах образуют готовый элемент. А там уж от руки мага, как от руки художника, зависит, какие способы связи этих точек он выберет и какую в них силу стихии заложит.

Мне в этом плане повезло: я неплохо изучил рунный «алфавит» из мира Альмы, досконально знал руны своего мира и владел всеми стихиями, пусть и чисто базово. Для создания любых последовательностей рун этого достаточно. В общем, дело сдвинулось с мёртвой точки, и я продолжил творить, ориентируясь на собственное понимание магии.

Спустя три дня были готовы первые образцы — девять камней, что должны стать основой для всей будущей операции.

— Так, есть ли желающие испытать действие магической печати? Она тестовая, маленькая, много добровольцев не нужно. Хватит всего трёх.

Тут же поднялся целый лес рук. Правильнее даже будет сказать: целая роща. Я просто указал на трёх случайных духов и пригласил их к испытательному полигону в пятидесяти метрах от края Рощи.

Передал энергетический импульс в первый камень, и тот словно по цепочке зажёг в магическом поле все остальные. Печать начала действовать, и маленькое поле размером три на три метра насытилось пробудившимися законами магии воплощения.

Духи задёргались, занервничали и тяжело засопели, ощущая дискомфорт…

— Много энергии на маленькую площадь. Поправим на месте, когда в вашем распоряжении будет целый остров. Или даже группа островов, — предупредил я их.

— Странное чувство… Я словно что-то вешу… — произнёс первый дух.

Второй наклонился, поднял камень и с большим трудом оторвал его от земли. Двое других в шоке посмотрели на это и тут же бросились повторять. А все остальные, стоящие поодаль, удивлённо загомонили.

Эксперименты на этом не закончились. Я бросил камень в одного из них, и он врезался в него.

— Эй… — возмутился дух, но уже через секунду обрадовался и кинул камень в соседа.

Пока они весело развлекались, бросаясь друг в друга камнями, я взял ещё один, небольшой, и швырнул его с такой силой, что… Это было похоже на полёт пули. Камень прошил насквозь духа, оставляя маленькую дыру в груди.

— Как ощущения? — спросил я духа, видя, как быстро зарастает дыра в полупрозрачном теле.

— Неприятно… Ноет…

— Вы ещё и силу свою, отнюдь не бесконечную, тратите. Если потеряете всю, начнёте тянуть мою. А это уже опасно для меня. Так что я буду отрезать связующую нас нить, если это будет происходить часто и в большом количестве. В общем, советую не подставляться. И ещё…

По идее, если вы расслабитесь, то своё воплощение растеряете и сможете проходить через объекты без особого вреда для здоровья. Ну и все эти выстрелы не будут на вас влиять… Давайте пробовать! — скомандовал я, и мы занялись делом.

Мне нужны были такие духи-диверсанты, от которых у «небожителей» будут пятки гореть и от которых эти зарвавшиеся сволочи будут молиться, чтобы всё прекратилось до того, как остров превратится в полный хаоса и разрушений заповедник призраков. Так что эксперименты шли до заката.

Кроме этих трёх духов, и другие участвовали. Мы разобрались, как в этом магическом поле сражаться, двигаться и выходить из состояния воплощения. Затем я перенёс дерево, и духи начали тренироваться, готовиться к экзамену: поднять камень, бросить в дерево, разбежаться и пройти сквозь него. Плюс ко всему мои диверсанты должны быстро убегать и прятаться. Гизель — страна магов, и каждый из них может призраку дать прикурить. Бить они будут похлеще, чем камни да пули пистолета. Так что и боевую тренировку им устрою. Если не забуду…

Пока отряд анархистов-крушителей учился наводить шорох и быстро сваливать, я пытался сделать сферы прочнее и незаметнее и сохранить при этом все их магические возможности.

Металлический шарик при помощи элементалей сделать не проблема. А вот суметь разместить на них нужную комбинацию рун и не ошибиться при этом — задача крайне трудная. Осложнялась она ещё и тем, что мне было нужно сделать множество таких вот печатей и разместить их на разной высоте, поскольку ландшафт острова разнообразный. А это — второй круг рун для левитации. Причём там реально огромная комбинация, которую пришлось сильно переделать, чтобы эти весьма тяжёлые металлические шарики смогли подняться в воздух. Да я заменил камень, потому как тот на такой малой площади не сможет удержать столько рун и от избытка энергии просто в пыль превратится.

— Вот ведь… — тяжело смотря на испорченную заготовку, вздохнул я после очередной неудачи.

— Позволите? — присел рядом со мной учёный-исследователь, чьё изобретение его же и убило.

— Пожалуйста, — дал я духу полюбоваться металлической сферой размером с теннисный мяч. — Всё равно у меня больше идей нет…

— А зачем вы всё в одну сферу запихиваете?

— Это нужно, чтобы один и тот же эффект действовал на любой высоте от уровня моря, — ответил я ему.

— А, это я понял. Зачем вы всё на одну сферу записываете? Возьмите две сферы, одну с вот этими рунами для заклинания воплощения, а вторую, чуть больше размером, сделайте вокруг неё. Как грецкий орех — внешняя скорлупа и внутренняя начинка. Вес не должен измениться, материал выдержит возможное трение…

— Хм. А это идея! Как бы только их так засунуть одну в другую…

Тут к нам подплыл другой дух, который тоже получил от меня гарантию на возрождение по итогам нашего собеседования, — глава шахтёрской артели.

— Ваше величество, так вы же всё равно набор рун делаете дублирующим и по центру сферы бахаете. Разделите на две меньшие, независимые, и чуть в бок сдвиньте, к центру полусферы. А дальше соединить их останется. Магической сваркой владеете?

— Чего? — удивился я. — Какой ещё сваркой?

— Ну, эт когда две части соединяются намертво при помощи магии. Огненной.

Хм… А так я ещё ничего не чинил и не изготовлял. Но в целом… Действительно, не проблема разогреть две части одной сферы, внутрь вложить другую цельнометаллическую, раскалить края магией огня и соединить половинки воедино. Даже если металл немного нагреется и руны капельку поменяются, после сварки металл опять остынет, уменьшится — и всё будет как прежде. А если и нет, я просто подправлю руны. Таша сварит полусферы в два счёта, Люмин остудит жар, а я проверю, всё ли работает. Красота!

— Хорошие идеи, господа. Когда одна голова задурена бесконечными мыслями, парочка свежих голов не помешает.

— Ну, не такие уж мы и свежие… — задумчиво произнёс шахтёр.

— Действительно. Столько лет прошло… — согласился с ним исследователь.

Попробовал воплотить их идеи в жизнь, сам используя огонь, и — да, всё получилось! Один минус: я в магии огня кривой, как ветки высохшего дерева, об которое раз за разом бьются лбами тренирующиеся призраки. Но главное, что всё удалось! Правда, полчаса потом правил искалеченные руны…

— Ну что же… Спустя столько часов труда почти весь пазл собрался… — довольный, смотрел я на сферы, что левитировали на заданной высоте. — Таша и Люмин помогут сложить последние кусочки, но перед этим — надо создать ещё девятьсот девяносто восемь заготовок… И на всё про всё у меня осталась неделя… Пора хорошенько потрудиться на благо мира во всём мире!

И началась долгая и нудная работа, по итогам которой я смогу с уверенностью сказать, что гизельских негодяев ждёт очень много неприятностей…

* * *

Тайный Карательный отряд Священной Империи в глубинах «ничейных» земель.

К Курфюсту Эякулю бесшумно подобрался разведчик, чтобы донести ряд новостей из города, который стал плодом безумия двух людей: императора Святослава Мирского и иномирца Сергея Багрова.

— Ваше святейшество… — появился он и поклонился.

Как и всегда, над ним целым роем летали мухи-разведчицы, благодаря которым он и был в курсе всего.

— Рахит, друг мой! Скажи, что мы не зря третьи сутки сидим в этом вонючем болоте и ждём добрых вестей?

— Безусловно, ваши жертвы не будут напрасны, — ответил разведчик и обвёл взглядом прибывший спецотряд Священной Империи.

Сто пятьдесят два человека. Элита элит. Могущественные воины, не знающие себе равных в упокоении восставших. Они не раз уже зачищали территории на двух континентах. И продолжили бы делать это, если бы не пришёл приказ от их повелителя, вернувшегося из Гизеля.

Больше всего Рахита удивило не их прибытие, а кольцо на пальце Курфюста. А ещё разговоры о том, что в нём находится… Сверхмощная бомба, которая может стереть город-недоразумение с лица земли. Единственное, что нужно было учесть, — это присутствие в радиусе поражения самозванца-правителя.

Рахит в глубине своей души улыбнулся, предвкушая, какая грызня начнётся между империями и как они ослабнут, радуя его собратьев из секты Тёмного Бога.

— Объект в городе? — поинтересовался руководитель спецоперации.

— Да. Вернулся. И хочу заметить, что по всему городу прокатилась волна слухов…

— Каких? — заинтересованно посмотрел на разведчика святоша.

— Что он собирается спать…

— И что? Это какое-то событие?

— Не знаю… Возможно, он так храпит, что остальному городу не до сна? — тихонько рассмеялся Рахит.

— Ясно. Для нас это даже лучше. На стройке неподалёку от его замка разместим груз и активируем таймер. Действовать надо быстро, чётко, своевременно. Император?

— Давно покинул город. Но, по слухам, собирается завтра вернуться.

— Зачем? — удивился Курфюст.

— А кто этих императоров неверующих знает? — пожал плечами иномирец, отбросивший свои рога ради великой миссии.

— Хорошо… Тогда тем более нужно поторопиться. Ещё что есть? Маршруты патрулирования известны? Способы проникновения и выхода?

— Да… Лучше всего переодеться в рабочую одежду. Замаскировать груз среди строительного хлама и материалов — это не проблема. Патрули — военные империи — часто сменяются. Архариты, прости Господи, тоже наняты и прибывают небольшими элитными отрядами для развития своих кварталов, — начал перечислять разведчик всё то, что успел выяснить.

А затем перешёл к самому важному и внутри себя от предвкушения едва ли не завыл молитву Тёмному Богу.

— Неделю назад, когда я только прибыл сюда, мне довелось видеть кое-что особенное, что заинтересует святой престол… — заговорщицки произнёс Рахит.

— И что же это? — ощущая в голосе разведчика радость, каратель Священной Империи решил, что это будет что-то особенное.

И он оказался прав…

— Местные практически поголовно считают Сергея Багрова… едва ли не богом!

— С чего бы это? Какая-то магия внушения?

— Скорее манипуляция, обман и представление… Этот недомерок, возомнивший себя правителем, использовал магию света и актёра, чтобы разыграть невероятное сражение, в ходе которого он якобы умер, а спустя пару часов воскрес. Эффекты были такими, что их видели с другого конца города! Земля дрожала благодаря строительной технике, вбивающей сваи. Он разыграл драму в трёх актах, якобы пришёл другой бог, убил его, украл ребёнка и сбежал, а он воскрес и теперь готовится нанести удар возмездия. Местные просто помешались на нём, и слухи быстро распространяются через их знакомых. Славия провела стабильный интернет в эти земли и теперь активно продвигает через Ятрубу и всякие странные сайты идею божественности нового правителя этих земель…

— ВОЗМУТИТЕЛЬНО! — все как один подорвались элитные бойцы Священной Империи, даже не думая о том, что это может быть хоть сколько-то правдой.

Теперь в их телах горело праведным огнём сердце, требующее как можно скорее уничтожить лжебога, ибо это оскорбляло их чувства.

— Отряд Альфасвят, готовьтесь выдвигаться. Отряд Гаммасвят, с вас — добыть рабочую одежду. Отряд Бетасвят, на вас поиск путей отхода и прикрытие… — начал раздавать указания Курфюст.

— Ваше святейшество… — со странным выражением лица посмотрел на командира один из бойцов, примчавшийся с дальнего поста на границе болота… — происходит что-то неладное…

— Конкретнее?

— Ворота замка открылись, и — из них вышли какой-то рогатый чёрт и четыре чёрных здоровяка в костюмах. Я сперва даже не понял, кто это. Это элементали… Тёмные, как сама ночь, элементали Багрова.

Тут же ощутивший признаки надвигающейся угрозы Рахит отправил во все стороны своих мух, повернулся в сторону города и применил иномирную тайную технику взгляда сквозь пространство.

Ещё минуту назад он лелеял мечту уничтожить угрозу для своего мира при помощи местных болванов. Столкнуть лбами две империи, разделить союз семи на противоборствующие фракции. Он специально подогрел воинов священного престола рассказами о лжебожестве, хотя сам наблюдал за всем этим сражением и мог точно сказать, что ничем «нормальным» и «адекватным» тут и не пахло. Реальность он пока отказывался принимать, но, если враг может возрождаться, лучше бы ему стать тем, кто поможет его убить. Вдруг повезёт, и он больше не воскреснет…

Взглянув на далёкую процессию, что несла кровать с Багровым прямиком к их болоту, Рахит понял, что дело дрянь и пора сваливать. Не говоря уже о Багрове, даже рогатый предатель Юкио был соперником не его уровня силы.

Рахит развернулся и, не говоря ни слова, применил сокрытие и понёсся прочь. Резво шлёпал он по поверхности болота с активированным заклинанием уменьшения веса.

Преодолев болото, Рахит добрался до леса, и тут прямо перед его носом раскрылся портал.

— Далеко собралась, муха помойная? — Выходя, Юкио поднял открытую ладонь, из которой вылезла рукоять меча.

Он схватился за неё и вытащил, словно из ножен, сияющей светом луны клинок.

— Неужели ты думал, что я позволю тебе уйти после посещения замка моего господина?

Глава 15

Мне не очень часто снились прекрасные сны… Но в этот раз всё было как-то по-другому. По-особенному…

Я понимал, что это не по-настоящему, но вместе с тем переживал свой сон, будто наяву. В нём я дрался и сражался со всякими демонюгами и маньяками, отбивая волны врагов от мангала с шашлыком! Яркий сон, насыщенный красками и даже ароматами. Редко такие случаются…

Когда же в конце на мой шашлык решил напасть златомордый, всё стало вообще идеально! Мир захлестнула магическая сила, и враг превратился в огромного слима, которого я и начал до смерти затыкивать освобождёнными от мяса шампурами. Не хватило всего чуть-чуть… Я проснулся раньше, чем добил эту гадину! Но ничего, закончу это приятное дело в реальности…

Открыв глаза, первое, что я увидел, — это висящее надо мной лицо Анны. Светящееся от счастья, довольное, словно девушка добилась чего-то, к чему стремилась всю жизнь…

«Чего это она радостная такая?..» — подумал я, и чувство тревоги кольнуло моё сердце.

Поднял руку и посмотрел на безымянный палец. Фух… Всё ещё свободен, всё ещё не окольцован!

Ну и было бы как-то неправильно проспать собственную свадьбу… Тем более что я хочу нормальной жизни со своей избранницей. Без этих вечных войн и битв с отбитыми на голову богами. А значит, нужно менять свою жизнь! И первый шаг на этом пути я уже сделал…

И всё же, почему она так странно себя ведёт?

— А ты чего так странно на меня смотришь? — с прищуром сказал я.

— Просто, — пожала она плечами.

Я огляделся: вроде в замке, в одной из спален. А значит, когда я героически выдержал несколько дней работы сверх нормы и побрёл обратно в Бурый, я либо дошёл, либо меня донесли.

— Хватит пялиться так… Лучше расскажи, что произошло, пока меня не было и пока я спал. И одежду мне прине… ОХ, ЁХ ТЫ Ж! Кто меня раздел догола? Кто посмел⁈ Дай хоть простынь прикрыться!..

— Так вы сами, ваше величество… Жарко вам было…

И тут я заметил странность на своём теле. Волосы отсутствовали на руках, груди и даже ногах. Я, конечно, за гигиену, но не помню, чтобы был фанатом гладкой кожи. Провёл рукой по голове — тоже лысая…

— Так, что за ерунда? Почему на мне волос нет?

— Так сгорели в огне. Только бровки остались… — продолжала счастливо пялиться на меня Анна.

— Анна! Ты нарушаешь график! Сейчас моя очередь! — ворвалась в спальню Таша. — Ой-ой!

Она вмиг развернулась и попыталась улизнуть, но от меня так просто не уйти…

— Стоять! Так, и вы, все остальные, тоже заходите!

В спальню, следуя приказу, начали заходить люди. Капустина и Соколова — это ещё я могу понять. Они давно проявляли интерес ко мне и прямо выражали свои предложения. Но что здесь делает бухгалтер Бурова? И кто все остальные женщины?

— Вы кто все такие? — Я сорвал штору с окна и обмотался, прикрывая всё, на что так жадно пялились дамы. — Анна! Одежду!

— Есть! — воспользовалась возможностью и слиняла из спальни Анна.

— Я помогу ей! — рванула было прочь и Таша, но я её остановил.

— Никуда ты не пойдёшь, пока не расскажешь, что за выставку моего экспоната вы тут устроили! Что ещё за очередь⁈

— Господин… Ничего такого. Честно!

— А я говорила, что это плохая идея… — открывая дверь, произнесла Ариана, что внесла в одной руке Анну, а во второй — одежду.

— Что именно «плохая идея»?

— Заходить к вам в комнату, пока вы спите.

— Ладно эти две дурынды… — махнул я рукой на бывших наёмниц. — А остальные что здесь забыли?

— Я ждала вашего пробуждения… Принесла вам бумагами от Бурова, чтобы передать вам… — сказала раскрасневшаяся бухгалтерша, стоя у стены.

— Я пыль вытирала… — произнесла горничная, которую я впервые в жизни увидел.

— Моя нести посуда в зал совещаний… И я заблудиться этот большой замок, — с акцентом произнесла… Так, это франтийка…

— А-а-а-а! Я ничего не понимаю!

— Девочки, возвращайтесь к своим делам. Анна, принеси еды своему… — Ариана задумалась, склонив голову набок, и сказала: — Начальнику…

Выбрала нейтральное слово…

— ЖЕНИХУ! — прокричала Анна и снова выбежала из спальни.

— Так, давайте, уже рассказывайте. А вы, Валентина Павловна, оставьте бумаги. Я ознакомлюсь. Спасибо.

— Там сметы… секретные. Баланс… Слишком важная информация. Поэтому ждала лично. Извините… — Она положила папку и сбежала.

— Эх, не успели… — с грустью произнесла София, а тяжёлый вздох Виктории передал не меньшее разочарование.

Не успел я закипятиться и вновь задать вопрос, как Ариана начала объяснять, что тут случилось:

— Когда вы уснули, элементали под моим присмотром донесли вас до замка. Не первый раз сталкиваемся, знаем, что делать. Всё было в порядке, пока разведка не донесла об обнаружении большой и опасной группы диверсантов, планирующих взорвать огромную бомбу в непосредственной близости от замка. По их словам, она должна была стереть весь город и вас тоже убить. Юкио вызвался помочь решить проблему, но тут вы поднялись и создали парочку элементалей из тьмы подвала. Те взяли вашу кровать и понесли прямо к отряду врагов. Юкио двинулся вслед за вами. Я не успела предупредить его…

— Значит… Были враги и драка. Это там я обгорел?

— Да, но несильно… Таша забрала пламя, и вы рухнули дальше спать, нейтрализовав угрозу. Одежда сгорела вместе с волосами.

— А брови?

— Вы их прикрыли рукой, господин… — ответила Таша. — Одеваться вы тоже отказались. Жарко, видите ли…

— Что с диверсантами?

— Один остался жив. Сейчас его допрашивают спецы, — ответила Ариана. — Больше происшествий не было. За время моего присутствия в городе… Вот как-то так.

— А голова? — с интересом произнесла Таша, смотря на дриаду.

— Ну, это тяжело назвать происшествием…

— Что за голова?

— Юкио… Он принёс голову врага, что пытался сбежать. Под повязками оказались явно выраженные спиленные рога.

— Ещё один иномирец рогатый? Демоническая тварь, шпионящая за нами? Вот как, значит… А где сам Юкио?

— Он… Немножко выбыл из строя…

— Почему?

Нехорошее предчувствие…

— Он что-то очень хотел вам рассказать и — попытался разбудить…

— Ох, ты ж бедолага… Живой хоть?

— Стал похож на Адаманского Зверя времён вашего спарринга! — ухмыльнулась Таша. — Даже удивительно, что рога целыми остались.

— Да уж… И что, никто из вас не смог его предупредить?

— Так вы сами ему свободу дали, а язык он так и не выучил. Я не понимала его, а он — меня. В конце концов он плюнул и телепортировался к воротам замка в первый раз. А во второй… Стоило всего на минутку отвлечься на пожар, а этот кретин полез тормошить своего короля! Идиот!

— Просто не очень везучий парень… Ладно, надо будет его навестить… А вы двое чего здесь забыли? — посмотрел я на Ташу. — И какая идея была плохой?

— Кхм… Ну, мы переживали, что может что-то понадобиться, поэтому… — кашляя, произнесла Таша, и тут дверь открылась.

— Кушать подано, муженёчек! А дежурили мы рядом, чтобы водички подать, если понадобится…

Я прищурил глаза, пытаясь понять, на сколько процентов правдиво это оправдание.

— Да пялились они, господин, — фыркнула Ариана. — Нагло и бесцеремонно. По очереди сменялись каждые тридцать минут.

— Только пялились? Ой, сомнительно… — начал я подозревать, что это блаженство во сне было неспроста…

И если я прав, то им можно смело медаль за отвагу выдавать. Я в этом состоянии, да ещё и сражающийся во сне… Я мог бы их и… Хотя моя душа не дала бы совершить столь роковую ошибку. Подсознание остановило бы меня.

— Может, выпороть их всех? — поинтересовался я у Арианы.

Она внимательным взглядом осмотрела оставшихся в спальне виновниц моего утреннего смущения и возбуждения и с уверенностью заявила:

— Боюсь, они будут только рады. Для них это награда, а не наказание.

— Ариана! Блин! Хватит нас обламывать! Если тебе всё равно, и ты ничего не чувствуешь, то подумай о других! — возмутилась Таша.

— А я чувствую… Презрение. Извращенки… Особенно ты! — ткнула Ариана пальцем в Анну.

— А что чуть что, так сразу Анна? Я вообще, может быть, против была!

— Ты была против смены дежурств! А мы просто боялись оставлять тебя один на один с господином надолго!

— Да! — дополнили картину произошедшего в спальне хаоса бывшие наёмницы. — Мы вообще святые в сравнении с тобой и ничего лишнего себе не позволяли!

Анна от этих слов натурально кошкой зашипела.

— Господин проснулся! Валите уже по своим делам! — начала она прогонять их.

— Господин! Мы правда вас даже не трогали! — прокричала Капустина, выпроваживаемая Арианой и Анной из спальни.

— Честно-честно! У меня даже видеодоказательство есть! — дополнила Соколова.

— Чего? Стоять! Телефоны сдать! Всем!

Что за сумасшедшее утречко…

«Тук-тук…» — постучал в открытую дверь Кириллов.

— Доброго дня, — махнул я ему рукой, пытаясь забрать у Анны телефон, который она ловко спрятала в глубине своего скромного декольте.

Неужели думала, что я не замечу?

— Вообще-то, вечер… Но да ладно. Мне попозже зайти?

— Нет, я не занят пока. По делу какому-то?

— Да… По делу. Тут два сообщения пришли… Специфические… На ваше имя. Думаю, лучше будет, если вы сами изучите их и решите, что делать.

— Наконец-то! — вытащил я телефон и поднял руку, не давая Анне подпрыгнуть и забрать его. — Ариана, свяжи её. Так, пароль требует… По-хорошему признаешься или мне стать плохим дядей? А вам особое предложение нужно? — посмотрел я на двух бывших наёмниц.

Они переглянулись между собой и, недолго думая, тоже спрятали телефоны. Туда же…

— Таша, забери у них телефоны, — приказал я.

— Ой, да ладно. Мы пошутили… — тут же образумились девушки и даже сразу разблокировали телефоны.

Пока я искал компромат на меня в галерее, дал отмашку Кириллову при остальных прочесть письма. И лучше бы я этого не делал…

— От его императорского величества, правителя Славии, пришло предложение о династическом браке на его внучке Мирской Елене Мечиславовне.

— Что? — дёрнулась, опутанная корнями Анна. — Да я этой Елене… А ну, выпусти меня, быстро!

— Второе письмо на ту же тему? — насторожился я.

— Да…

— А от кого?

— Совета Раки… Прибыло через портал вместе с тридцатью тремя молодыми красивыми девицами. Вас попросили выбрать хотя бы пять из них для династических браков…

Дракон в древесной клетке проснулся и начал рвать и метать:

— ВЫПУСТИ! ВЫПУСТИ МЕНЯ, КОМУ ГОВОРЮ! СЕЙЧАС Я СОКРАЩУ КОЛИЧЕСТВО ЭТИХ ПУГАЛ ОГОРОДНЫХ!

Я схватился за голову, совершенно потерянный от такого развития событий.

Надо что-то делать с этим безобразием…

Я взглянул на Анну и решил выпустить её из клетки

Три часа спустя…

Кризис миновал, пусть и с небольшими потерями во времени. Дракон спал, злобно посапывая в подушку, а я отправился по рабочим вопросам.

Первым мне встретился Кириллов.

— А когда мы с императором по плану должны в Гизель лететь? — спросил я у Кириллова.

— Послезавтра.

— Откуда вылетаем?

— Прислали сообщение, что из Великого Иглова надо бы вылетать… — подсказал Кириллов.

— Значит, уехать к соседу нужно будет уже завтра… Ну хоть одна хорошая новость…

Поскорее бы поездка… Но сперва надо собрать заново колонны, запастись продуктами на дорогу, а не как в прошлый раз, и вместе с Ташей сварить почти тысячу сфер…

* * *

Алан Пирст вызвал к себе первого помощника своего брата, что занимался делами святого престола на континенте Шести империй. Ему не терпелось узнать добрые вести, после которых для него откроется окно возможностей на землях, что всё ещё холодно относятся к их богу.

Мужчина упал на колени и сообщил, что до сих пор сведений не поступало.

— Что-то со связью? Час назад должен был состояться сеанс связи с главой группы, преподобным Курфюстом.

Этому человеку Алан Пирст доверял как самому себе. Маг огня, способный выжить в эпицентре огненного шторма. Он даже по лавовому озеру бегал, установив национальный рекорд, который никто не рискнёт повторить или побить. Разве что самые отчаянные рискнут своей жизнью.

Для этой операции они с братом направили своих сильнейших воинов и привлекли талантливых разведчиков, собрали информацию и подготовили одну из трёх мегабомб, созданных не то безумными, не то гениальными учёными.

Алан был уверен: если Курфюст подберётся достаточно близко к городу и даже там активирует бомбу, даже этого хватит, чтобы от Бурого остались лишь воспоминания. И пусть император этого захолустного края делает что хочет, но Алану плевать. Он далеко, а сам правитель Славии одной ногой уже в политической могиле.

Прямо сейчас, насколько знал Алан Пирст, в Гизеле идут дебаты советников короля. Они думают, куда отправить служить Святослава Мирского после снятия с трона. С одной стороны, допускать его к властным должностям опасно. Ведь он явно будет не рад своей судьбе и может наделать дел. С другой стороны, он один из десяти сильнейших магов континента. И ему явно не место в захудалой канцелярии третьесортного подразделения в отделе принудительного исполнения.

Такими талантами не разбрасываются… Особенно если учесть, что старые монстры Гизеля не молодеют и всё равно рано или поздно умирают. Бессмертия никто из них так и не достиг. А Святослав достаточно молод и наверняка однажды станет одним из десяти сильнейших магов всех семи империй, включая сам Гизель.

Пока первый помощник пытался связаться с непосредственным начальником в присутствии своего императора, Алан размышлял о будущей экспансии, строительстве приграничных храмов и крепостей вдоль земель архаритов, не тратя время попусту.

Наконец-то его брат вышел на связь. И Саймон выглядел мрачнее тучи…

— Как дела на Ойре, Саймон? — вспомнил старое, древнее, как сам мир, название континента Шести император Алан.

— Бомбически… Но не для нас, — раздражённо покачал Саймон головой.

Алан нахмурился и молча уставился на изображение своего брата.

— Нас поимели. Не знаю, кто работает в разведке у Багрова, но они обставили даже спецов Славии. Гарриш получил доступ к их разработкам и узнал много нового о нашем противнике. Было ошибкой отправлять туда Курфюста.

— Он сильный, живучий и исполнительный. Даже ценой жизни он бы выполнил свою миссию. Неужели неудача?

— Полный провал. Подробностей нет. Одно известно: их нашли и уничтожили. Не осталось никого… Даже лучший агент разведки Гарриша умер… Нашли только его тело, нанизанное на ветку дерева. Это катастрофа…

— А что с бомбой?

— Вот это-то и есть главная причина катастрофы. Она теперь у них. И Славианские технари без проблем разберут, кому она принадлежит… Мы облажались. Снова…

— Ты ведь говорил, что у тебя всё под контролем? — сжал кулаки Алан.

— Так и было! Город был похож на проходной двор. Но стоило только разведке активизироваться и нашим бойцам приблизиться, как всё перевернулось с ног на голову. Словно они всегда знали, кто свой, а кто чужой, и просто приманивали добычу к себе… Алан… Этот Багров… Я думаю, что он не человек.

— Иномирец?

— Нет…

— Так, а ну-ка, выйди вон, — приказал помощнику император Священной Империи. Тот вмиг испарился, и Алан хмуро уточнил: — Что ты имеешь в виду?

— Его сила ненормальна, противоречит логике. И недавно он устроил показательную битву, в которой проиграл в пух и прах неизвестному мне существу, напоминающему человека. Видео по всему интернету разлетелись. И он не просто проиграл… Успели объявить о его смерти. А через несколько часов он волшебным образом возродился.

— Простой театр. Мы сами чем-то подобным занимались.

— А я не уверен, брат, что это было представление для публики… После очередного провала, мне кажется, что мы столкнулись с монстром, который вне понимания наших сил… Он даже отразить нападение Гизеля сумел! Много ли ты знаешь людей, что могут выйти сухими из воды, уничтожив целый военный корпус и два десятка магов Гизеля? А ты знаешь, что за маги были в том отряде…

— Нет, не знаю.

— По крайней мере догадываешься. Отряд усмирения. Они шли в открытую, и их нагнули. Мы шли тайно, и нас всё равно нагнули. Он словно всеведающий!

— И что ты предлагаешь?

— Предлагать я могу хоть до ночи, но не факт, что хоть что-то из этого сработает. У меня такое ощущение, что с отставкой Святослава ничего не закончится… Данные разведки Славии прямо говорят о невозможности насильственного уничтожения и недопустимости применения угроз в отношении близких Сергея Багрова. Много документов засекречено… Мы насчитали с десяток инцидентов, связанных с ним. Видимо, они пытались справиться своими силами, но точно так же облажались, и Святослав решил пойти по пути дипломатии…

— Слабак… — пренебрежительно высказался Алан.

— Я бы так не сказал… Он поднял Славию по многим пунктам и вывел в лидеры среди империй. В чём уж точно я не могу его обвинять, так это в скудоумии. А это и есть первый признак слабости. Как нас отец учил, вспомни…

Алан тяжело вздохнул. Кажется, у его империи появились небольшие проблемы…

— Давай сделаем вид, что у нас украли бомбу сепаратисты. Обвиним Курфюста в измене.

— Его семья не будет рада…

— С его семьёй я разберусь. А вот с претензиями других шести императоров — вряд ли…

Глава 16

Гизель… Сколько слов было сказано. Сколько видео просмотрено, статей изучено… И всё равно эта островная страна, собравшая в себе все сливки этого мира и объявившая себя непревзойдённой элитой цивилизации, удивила…

Я подсел в самолёт к Святославу, как мы и договаривались, в Великом Иглове. Город как город, только технически развитый. Сколько я таких повидал за свою жизнь… Наш Бурый с моей помощью должен был стать городом, намного большим и современным, нежели Великий Иглов. В моих мыслях соседняя столица баронства представлялась захолустным местечком на фоне развитого Бурого.

Я ориентировался на собственный опыт путешествий по прошлому миру. Я видел кучу многомиллионных городов, которые простой смертный ни за что не пересечёт и за сутки. Я был очарован шармом Памижа, его уютными двориками, изысканными видами, смесью старых прекрасных зданий и современной архитектуры. Я хотел, чтобы наша столица затмила и этот город, хотел, чтобы у людей даже мысли не возникало поднять руку и разрушить красоту и великолепие Бурого.

Да, я хотел сделать не просто город, а чудо света, что станет домом для миллионов людей и, возможно, нелюдей; который станет суперсовременной жемчужиной, прелестным образцом великолепной комбинации эстетической красоты и эффективности, станет центром, куда будет мечтать попасть каждый мальчишка и девчонка, чтобы сфотографироваться на фоне великолепных зданий и живописных аллей и парков. Я хотел создать город, который влюбит в себя всех и каждого! Но — такой город уже существует…

Гизель не просто так сотни лет стягивал на свои земли — небольшие, надо сказать, земли — тысячи талантливых людей. С высоты птичьего полёта вид столь прекрасного уголока мира, что разместился на трёх крупных островах, восьми более мелких и сотнях совсем уж крошечных, завораживал и вдохновлял. Главный город, расположенный на центральном острове, так и называется — Гизель. И эта столица благодаря современным технологиям, сейчас активно расширяется, привозя и насыпая тысячи тонн камней, грунта и песка. Так увеличивается островная площадь, где в дальнейшем появятся новые кварталы.

Два других острова оказались не менее прекрасными и тоже были усеяны вдоль и поперёк великолепными творениями людей. И самое удивительное: несмотря на плотную застройку, правители умудрились сохранить островки природы!

Крыши усеяны цветами, каждый район имеет свой ухоженный парк. Старые величественные деревья, словно маяки, возвышаются среди уютных вилл, находящихся в частных районах. Красота… Добавить нечего.

Каждый человек мечтает получить приглашение в это райское место, полное перспектив и престижа… И сюда могут даже простые люди попасть! Но, пройдя суровый отбор, лишь один из тысячи кандидатов, показав свои навыки, перебирается в королевство, становясь приглашённым работником с визой на несколько лет.

В одной из статей прямо говорилось, что пять лет работы в Гизеле стоят двадцати лет работы в империях; что люди, прошедшие местные испытания, будут обеспечены практически до конца своей жизни и даже смогут без проблем открыть своё дело или занять важные государственные должности у себя на родине. В общем, перспективы кажутся практически безграничными. Даже первый помощник министра финансов Славии смог добиться своей должности, пройдя суровую конкурентную борьбу в Гизеле. И он был даже не аристократом, а простолюдином. И люди его почитали наравне с героями войны. Всё же пробиться так высоко без родословной — практически уникальное достижение.

Жизнь магов, которые становятся гражданами Гизеля, совсем не такая, как у простых работников. Но это и так очевидно. Неожиданным же для меня оказался тот факт, что простые люди живут в Гизеле на уровне аристократов империй. Правда, не в собственных особняках, а в огромных высотных зданиях. Небоскрёбы из стекла и стали рассекали высь, порой касаясь низко опустившихся облаков. Это не были бараки, не были обычные дома из пыльных блоков или что-то подобное. Это здания, в которых с гордостью бы разместил свой офис или купил бы апартаменты любой князь!

М-да… Простые жители империй только и могут, что мечтать о таком. Работай они всю жизнь и откладывай деньги, возможно, накопят хотя бы на один или два квадратных метра в таких мегабашнях.

Невольно в голову закралась мысль, что гизельцы небожителями себя называют именно поэтому. Даже сантехники живут среди облаков в башне высотой в пару сотен метров.

Невольно сравнивая этот город с тем, что я видел, и вспоминая описанные Томом условия его жизни, я понял, из чего выросли этот нездоровый максимализм и чувство собственной важности у гизельских придурков, что решили силой вторгнуться на мои земли.

Когда тысячи лет живёшь, доминируя и возвышаясь, и обладаешь возможностями, что могут заставить даже высокородного аристократа из твоей родной глубинки тебе завидовать, то невольно начинаешь считать себя королём мира. И когда это продолжается не годами, а веками, то высокомерие и надменность становятся частью тебя. И к этому привыкли не только гизельцы, но и жители остальных империй! Но не я. И мой непреклонный характер выбил аристократов этой страны из удобного положения, заставляя их задницы гореть, а их самих желать мне смерти.

И моей вины в этом нет. Они создали эту касту неприкасаемых, вечно правых небожителей, перед которыми должны гнуть спины даже императоры. Они долгое время проповедуют своё превосходство над всем миром, враждебных архаритов демонстративно называют дикарями… Хотя я бы поспорил, кто из них больший варвар. Магические таланты гизельцев, быть может, и наравне с архаритскими, но их меньше, и собирают эти таланты со всех семи империй. А многие магические технологии до сих пор на голову выше у их оппонентов. Одни только действующие порталы чего стоят!

Ещё гизельцы и жителей Мариканы вообще за людей не считают… Рабы для них — это такая же добыча, как и животные. Только чуть более полезная.

Они посадили себя на самую высокую ветку мирового древа, почему-то не подумав о том, что падать с него будет ой как больно. Просто невероятно больно. И я буду тем, кто обязательно выдаст им пинок благоразумия. И, скорее всего, это случится уже завтра…

Аэропорт принял нашу делегацию спокойно, размеренно. Подумаешь, очередной император припёрся на ковёр к местному правителю…

Я был готов практически ко всему: хоть с места в бой ринуться, хоть послушно следовать за Святославом, прикидываясь частью его свиты.

Нас провели в отделённую ото всех зону аэропорта, где заставили разделиться императора и большую часть его спутников. Верные бойцы были готовы жизнь отдать за своего правителя, если только тот прикажет. Они были ему обязаны всем, и именно он, а не гизельские аристократы, занимал в их сердцах самое важное место.

По пути мы успели о многом поболтать. Обсудили наш план, промыли косточки системе образования Гизеля и их правителю. Удивительно, но этот человек-загадка отсутствовал в интернете. Не было даже намёков на его имя. Оказалось, что удаляются любые посты и сообщения на форумах о его личности.

— Берегут тайну как могут во избежание рисков. Многие даже не знают о его существовании. Думают, что в Гизеле всем заправляет Совет Семи Императоров, и это место — наш запасной дом, — объяснил мне Святослав.

— Пропаганда дурит людей, теневое правительство управляет миллиардами жизней, а те порой даже не знают, во имя чего умирают и кто получает выгоду от их жертв, — прокомментировал я, в очередной раз испытывая возмущение.

Про правителя я узнал следующее: Его выбирают после смерти предыдущего короля императоры и министры Гизеля, а также члены совета короля. У каждого голосующего есть свой «вес голоса». В конце остаётся два кандидата. Один из них, побеждая, становится до конца жизни правителем Гизеля, а другой — кем-то вроде премьер-министра, первым помощником и руководителем государственного аппарата.

Сместить правителя досрочно можно только в двух случаях: если он заболел и вскоре умрёт, а лечения не существует, или если ему выказали недоверие хотя бы семьдесят пять процентов обладающих правом голоса. Нынешний правитель на своём посту уже четыреста сорок лет сидит. И по соображениям Святослава, править он будет ещё столько же. А может, и больше, потому как медицина и технологии развиваются. Как магические, так и прочие. И тут же он мне напомнил о моём обещании, направленном им же в Гизель, дать альтернативу магического вампиризма для аристократов этого мира.

— Если не сдохнем в ближайшие пару лет, то обязательно, — ответил я ему на это напоминание, сходя с трапа самолёта.

Половину из нас загнали в нечто вроде бункера и приготовились допрашивать. В конце концов, в Гизеле не идиоты служат, и узнать, что на борту самолёта, кроме императора, летит ещё и иномирец, который уничтожил многих гизельских солдат, для них не составило труда.

Перед нами появилось два человека. О, старая добрая игра в «хорошего» и «плохого» полицейского.

Один из них тепло поприветствовал Святослава, непринуждённо улыбаясь, удивился при виде меня и спросил, как прошёл перелёт.

Вспоминая слова Святослава и описания самых важных шишек Гизеля, я понял, кто этот мужик. Весьма опасный и обычно не такой дружелюбный министр Войны. Почему такого, как он, отправили на допрос? Наверное, потому, что он один из сильнейших во всём мире магов. Причём невероятно живучий…

Второй, злобный полутораметровый коротышка, тоже был мне известен — Гильермо Хабло. Второй человек в разведке Гизеля. Он был не менее силён как маг. Чуть менее живучий, но хорошо натренированный, благодаря чему способен выйти сухим из воды.

— Так и какими судьбами вы к нам пожаловали, уважаемый? — усаживая меня на стул и пытаясь отвести императора в соседнюю, куда более просторную и приятно обставленную комнату, задал вопрос министр Войны.

— За нарушение визового режима вы будете депортированы без права на возвращение в Гизель до конца своей жизни, — сухо и холодно отчеканил Гильермо.

— Подожди, чего ты так сразу… Может, наш дорогой гость хочет покаяться, принести извинения и передать какие-то важные сведения.

— Бинго! — указал я пальцем на министра Войны. — Я извиняюсь, что так долго игнорировал ваше существование и не занялся вами раньше. Каюсь, что прибыл сюда как сопровождающий Святослава, чтобы гарантировать его безопасность и не дать кому-либо из вас — хоть даже Жану Ван Дейку, более известному как король Гизеля, что трясётся за сохранение своей власти и трусливо прячется на этом острове от всего мира, — отнять законно занимаемый престол у протектора моего королевства.

Улыбка сползла с лица обоих собеседников. И даже Святослав, который всё ещё стоял в дверях и пререкался с другими важными шишками, обалдел от моей прямолинейности.

— Ну а если говорить совсем уж прямо, я прибыл сюда, чтобы гарантировать спасение мира от Герры тьмы. И если мне для этого придётся уничтожить Гизель, пусть будет так.

— Ты же понимаешь, что только что подписал себе приговор? — с холодом в голосе произнёс «мистер война».

— А ты уверен, что у вас хватит сил противиться МОЕЙ воле? — выпустил я наружу ауру повелителя, изголодавшуюся по хорошим сражениям.

— ГАЗ! Пускайте газ! — заорал Гильермо.

— Бесполезно… — ответил я и щёлкнул пальцами, давая сигнал духам и элементалям ветра.

Из пространственного кольца вырвались сотни сфер и разлетелись, подхваченные элементалями, по коридорам. Тяжёлая стальная дверь бункера, построенного прямо на территории аэропорта, распахнулась. Было сложно на ходу установить с дверями связь и напитать их частичкой своей души, но всё же получилось.

Сферы разлетелись повсюду. Маги, кроме тех, что прибыли со мной, с трудом стояли на ногах и двигали руками, пытаясь выпустить в мою сторону магические атаки. Я надавил чуть сильнее, и большая часть из них потеряла сознание и оказалась на полу. У некоторых пошла кровь носом.

Я не из тех, кто предпочитает насилие. Но, как сказал один хитрый старикан, пора прекращать цацкаться и играть в эти бесконечные игры смертного мира в виде борьбы за власть, влияние, уважение и всё прочее. Я здесь для другого. Дать себе время и возможность для собственного восстановления и развития и заставить дрожать коленями теневого правителя мира Жана Ван Дейка. И пока он будет собирать разорванную на кусочки смелость, я займусь делами небесными.

Меня ждёт Альма и её дочка, меня ждёт златомордый, меня ждёт секта Тёмного Бога. И несчастная Герра тоже ждёт меня… Пускай меня гизельцы хоть вечность проклинают — плевать. Если я сделаю то, что обязан, благодарность одной маленькой девочки будет сильнее миллиона проклятий. Ненависть одних породит любовь других. Славия будет моим союзником. Архариты будут готовы носить меня на руках, если я обломаю фальшивые крылья гизельских небожителей, мариканские невольники вздохнут свободно и смогут жить, следуя собственным идеалам. Люди сами разберутся с последствиями, и мир придёт в равновесие и гармонию. Если этот самый мир всё ещё будет жив…

— Зачем ты так резко-то?.. — сказал Святослав.

— Хватит раболепствовать перед ними. Это обычные люди. И ты знаешь, что находится на кону. Гизель либо согласится работать вместе, либо мы будем действовать сами, выведя его из игры. Знаешь дорогу к Жану?

— Да… — кивнул император.

— Вот и хорошо. Мои разведчики будут заняты ближайшие минут десять, так что давай прогуляемся по улицам этого славного города. Кофе с гуассаном попробуем! Я что-то проголодался опять…

— И как в тебя столько влезает… — покачал головой император. — А эта аура… Она ведь сильнее моей. Как долго ты сможешь её поддерживать?

— Столько, сколько потребуется. Я подготовился к поездке. И не боись — тебя в обиду не дам.

— Да я не за себя боюсь, а за людей вокруг…

— Хороший ты человек, Святослав! Я рад, что ты именно такой. Идём. А то у меня кишки сейчас слипнутся… Я уже чувствую ароматные булочки, они ждут нас! Вперёд, навстречу гуассанам!

На Гизель сошёл багровый шторм. Будущее семи империй зависело от решения нескольких людей. Смогут ли они договориться? Какой ценой будет установлен мир? Насколько далеко готовы все зайти, отстаивая свою правду и свои интересы?

Босой старик в серой хламиде сидел на карнизе высочайшего небоскрёба города и с любопытством наблюдал за разворачивающейся драмой на улицах столицы островного королевства.

* * *

Жан Ван Дейк находился на своём рабочем месте и с неудовольствием смотрел на льющийся через окна свет. Он его не любил. Его стихия и его любовь — тьма. Недолго думая, он дал команду закрыть окна и включить приглушённый свет.

Прислуга, привыкшая к подобным запросам, моментально исполнила его просьбу. И зря… Если бы не это, они бы со своего Высокого Шпиля уже через минуту увидели, что в городе происходит нечто неладное.

— Скоро Мирской прибудет? — спросил король у помощника.

— Зашли на посадку. Немного формальностей — и отвезём его в зал совета.

— Отлично. Значит, у меня есть ещё пару часов… Вздремну, пожалуй, — сказал Жан, поднялся с нелюбимого кресла правителя и направился к любимому дивану для послеобеденного сна.

— Ваше величество! Мессир Хобланк ожидает встречи с крайне важным донесением.

— Тц… Уже и поспать не дадут… — нехотя остановился и обернулся маг тьмы, после чего обречённо поплёлся к своему рабочему трону. — Пусть заходит.

— Ваше величество! — получив разрешение, в зал ворвался, едва не снеся помощника Жана, Мессир Хобланк. — Это крайне важно и опасно!

— Что такое? У тебя что ни день, то нечто опасное происходит, отчего вот-вот рухнет весь миропорядок!

— Прошу прощения, но дело действительно важное.

— Если ты опять мне про этого Багрова плохие новости решил принести, то не надо. Я уже выслушал извинения Святого Престола.

— Эм… Нет, я не о нём. О нём позаботятся министр Войны и мой помощник. Я хотел обсудить с вами нездоровые тенденции на равнинах непокорённой Вокки!

— И что с этими дикарями-кочевниками на этот раз? Опять большую войну решили устроить?

— Судя по всему, ваше величество, именно к этому они и готовятся…

— Ну пусть воюют. Ты же знаешь, мне плевать на этих необразованных варваров. Они даже посмели отказать нам после очередного предложения о помощи.

— Боюсь, в этот раз ситуация совсем другая… Эти кочевники… Они провели Великий Сход и начали объединяться в суперорду для войны… с нами, ваше величество.

— Что за бред? Ты не перегрелся, случаем?

— Всё указывает на это. А больше всего меня терзает вот это… — Глава разведки поднёс папку с фотографиями и включил на своём телефоне видео.

Король Жан внимательно присмотрелся к материалам и удивлённо поднял брови.

— Они что, объединились с проклятыми слимами?

— Я бы хотел, чтобы это было не так… Но наша разведка, дроны и авиация фиксируют резко затухающие по всему континенту конфликты. Слимы и люди сосуществуют, а в месте прорыва пространства кочевники больше не устраивают бойню. Вместо этого они проводят кочевые парады и приветствуют слимов. Замечены даже красноглазые твари, спокойно сидящие на окраинах поселений…

— И каким же образом они смогли договориться с этими молчунами? С этими отродьями хаоса, порочащими великую тьму своим безумием⁈

— Не знаю, ваше величество.

— Какие у них цели? Как они собираются воевать против нас? У них появился флот?

— Не знаю, ваше величество… Отправляем отряды, собираем информацию… Но наши патрульные корабли уже атакуют с побережья, используют штормовую береговую охрану…

— Ты вообще хоть что-то знаешь?

— Так точно! Нам необходимо скоординировать силы семи империй и вооружить контингент в наших мариканских колониях. А заодно провести переговоры с королём Жемчужины… Он в последнее время слишком тесно общается с лидерами кочевников.

— Вот же уродливые кочерыжки южные! Не сидится им спокойно на месте, словно знают, что они наша следующая цель… Ладно, как закончим с императором Славии и этим отребьем иномирным, дай мне знать. Вызови министра Войны и министра Мира. Будем думать, что делать с кочевниками. Хорошо хоть нас моря и океаны разделяют… Как представлю, сколько с ними хлопот было бы, живи они на Ойре… — покачал король головой.

В этот момент телефон в руках короля завибрировать, и тот бросил его обратно владельцу.

— Это мой помощник… Видимо, встретили. Я отвечу, ваше величество? — уточнил разведчик.

— Давай, — махнул рукой Жан и поднялся с рабочего места, нацелясь на диван для послеобеденного отдыха.

— Слушаю тебя, Гильермо. Встретил объект?

— БЕГИТЕ! — раздался разрывающий душу крик помощника главы разведки. — СРОЧНО! ОН СОШЁЛ С УМА, КАК И МИРСКОЙ! ОНИ АТАКУЮТ! ВЛАДЫКУ В УБЕЖИЩЕ! А ЛУЧШЕ ПОДАЛЬШЕ С ОСТРОВА! А-А-А-А-А! ОТЦЕПИСЬ ОТ МЕНЯ!

Связь прервалась, но и без этого стало понятно, что дело дрянь: прямо на диване короля развалился толстый дух бывшего министра финансов.

— Леруа?

— А? Меня видно? — с удивлением поднялся дух и посмотрел на свои руки. — Здрасьте, ваше величество… С тех пор, как меня казнили, всё мечтал сделать это…

Замахнувшись, воплощённый призрак влепил звонкую пощёчину королю и громко рассмеялся.

— Не знаю, что происходит, но мне это нравится!

— ЖАН! СВОЛОЧЬ! КАК ТЫ МОГ⁈ — За троном правителя появился дух молодой девушки. — ТЫ ПРЕДАЛ МЕНЯ, ОТРАВИЛ! НАСТАЛ ЧАС РАСПЛАТЫ!

Прекрасный остров с многовековой историей в один миг погрузился в хаос, когда тысячи призраков прошлого, что молчаливо ждали своего шанса, столкнулись с миром живых.

По всему городу загрохотали вспышки магических заклинаний. Маги отбивались от духов, духи пытались задушить своих обидчиков.

А в памижской пекарне, в трёх кварталах от аэропорта, горячие гуассаны и кофе ждали своих гостей…

Глава 17

— Ваше императорское величество, булочку будете? — спросил я у Святослава, что сидел у окна кофейни, держась за голову двумя руками. — Эй, алло, император, ку-ку!

Не реагирует…

Пришлось бросить в него кубиком сахара, чтобы очнулся.

— Что мы наделали… Какой кошмар… — тихо произнёс император Славии, наблюдая за маршем призраков, которые принялись искать своих обидчиков и громить всё подряд.

— Да ничего такого, о чём стоило бы переживать. Так что, булочку будешь?

— Да какую булочку⁈ Тут вон чё творится! — указал он рукой в окно.

— Ну и зря. Мне ещё два гуассана: один с фисташковой пастой, второй со сгущёнкой. И кофе, пожалуйста… — обратился я к элементалю, созданному из весьма правдоподобного манекена, найденного в соседнем магазине одежды.

Жаль, языка у него не было. Но вместо элементаля прекрасно говорил первый владелец кафешки, а вернее, его дух, который погиб под колёсами авто и не сумел смириться с тем, что дело всей его жизни, его детище перейдёт жене. А сбил мужчину водитель этой самой жёнушки…

Да, пока я знакомился с меню, тот успел напасть, огрести, вразумиться и понять, кто именно стоит перед ним. А именно я и был заказчиком всего этого гизельского беспорядка.

— Гуассан бери, капельку масла сливочного сверху — и в печь на тридцать секунд… Да не на кухню, а здесь, в микроволновую, тупица ты безносая! — ругался дух на манекен, руководя и объясняя, что и как делать.

Я присел за столик в ожидании своего заказа и тоже посмотрел в окно, стараясь не смущать элементаля, что принялся воевать с кофеваркой под руководством местного призрака.

— Всё же нормально, жизнь идёт своим чередом, — попытался я успокоить Святослава.

— Нет, не нормально…

— Ну а как ты хотел? Придём, скажем Жану, что мир под угрозой и нет времени заниматься рокировками на тронах империй, и он сразу всё отменит? Ну серьёзно… Гизелю нужно прийти в себя, пока не стало слишком поздно. Читал я как-то научную работу одного знаменитого на весь мир учёного… Так вот, он сказал очень правильную, как по мне, мысль: жизнь невозможна без эволюции. Иначе рано или поздно наступит стагнация и гибель. Мы с тобой — новые витки магии, новые дипломатические контакты между народами — и есть эволюция. А когда организм эволюционирует, он любит отбрасывать ненужные и попросту вредные для себя части. Вот и Гизель сейчас немного варится в соку из собственных грехов, и либо он вылезет из них, гордо подняв голову, пойдёт по новому пути, либо же станет лишней частью нового порядка, который сформируют разумные люди. Даже без нашего присутствия. А мы так, инициаторы этих изменений. Хотя если говорить откровенно, то лишь я инициатор. А ты просто мимо проходил. Так что расслабься и наблюдай.

— Столько людей погибнет… — не унимался император.

— Мало кто погибнет. В основном те, чьи сердца остановятся у параноиков с полными шкафами скелетов, что решат воскреснуть и утащить виновников своих бед за собой в ад. Ну и случайные смерти не исключены, но это капли в море всех людей.

Погром, конечно, будет что надо. Но не более. Это страна магов. А местные призраки вон, как Стив, — указал я на бывшего владельца кофейни, — едва ходить могут. Необученные, без опыта… Они лёгкая добыча для магов. Если те не совсем кретины, то справятся со временем.

— Ты же говорил, что только ты сможешь остановить это, — посмотрел на меня Святослав.

— Остановить появление призраков — да. Самих же призраков остановить, в общем-то, не очень большая проблема. Особенно если они как вон те кретины… — показал я на тройку придурков, ломающих остановку, — сами лезут в бой.

— А твои призраки, значит, обученные, закалённые, умеющие избегать схваток и знающие свои слабые точки? И будут послушно уничтожать городскую инфраструктуру?

— Ну, целиком её не уничтожить… Но отключить питание, сломать оборудование, вывести из строя компьютеры — это да, могут.

Жана не столько напугают призраки, сколько страх перед своими людьми, чьи труды, имущество и наследие будет уничтожено во время погрома. Вот местные реально могут его головы лишить. Так что ему придётся договариваться. Тем более что я привёз ему небольшой сюрприз… — коварно усмехнулся я и увидел, как манекен кондитерским шприцем загоняет вкусняху внутрь гуассана.

— И когда мы пойдём к Жану?

— Ты же понимаешь, что любое блюдо должно быть правильно приготовлено… Дай ему время впасть в отчаяние, узнать, что обычные методы не работают, мобилизовать силы, организовать периметр безопасности. И когда он поймёт, что всё то, что он использует, бесполезно и что город неумолимо превращается в безжизненный памятник его бездарно закончившегося правления, он будет практически готов.

— Практически?

— Если я шеф-повар, то, конечно же, не закончу нашу трапезу без специального блюда от шефа, — ухмыльнулся я и принял свои гуассаны и чашку горячего кофе. Слишком горячего…

В кафешку сразу же зашёл созданный по пути морозный элементаль. Я поднял чашку, и он слегка на неё подул охлаждая… Император посмотрел на всё это дело, тяжело вздохнул и позвал рукой призрака, чтобы сделать заказ.

— Если всё получится… Я тоже хочу такого элементаля, — признался Святослав, искоса поглядывая на моего ледяного бойца.

— Это не проблема.

— А ещё та зеленовласка…

— А вот это уже проблема, — перебил я. — Она не человек. Забудь. У неё даже заложенных природой частей тела подходящих нет.

— И что? С ней нельзя будет в ресторане посидеть?

— Можно… Но учти: пить она будет, скорее всего, берёзовый сок и заедать его салатиками, — предупредил я ухмыляясь.

— Ну вот и договорились, — радостно потёр руки император и принялся опустошать запасы пирожков этой чудесной кафешки.

Через тридцать минут мы ушли в окружении элементалей. Зная всё о движениях противника, мы избегали встреч с отрядами самообороны и гвардиями аристократов и, обсуждая веяния архитектуры и моды Гизеля, спокойно двигались в сторону королевского дворца.

Хаос то набирал обороты местами, то, наоборот, утихал вместе с прибытием отрядов обороны. По всему городу гудели сирены, громкоговорители просили военнообязанных явиться в точки сбора, а всех остальных — оставаться дома до новых распоряжений. В общем, стандартная практика.

Над улицами летали вертолёты, штурмовики носились в тяжёлой броне, обливаясь потом. А мы шли, прикрытые титанической плотности завесой концентрированной маны. Так что, когда по нам открыли огонь, никто не пострадал. Я же взмахнул рукой и снова выпустил наружу ауру.

Из бойцов Святослава с нами остались лишь трое самых лучших гвардейцев, а все остальные заняли часть аэропорта вместе с элементалями и охраняли наш транспорт, что сейчас проверялся и дозаправлялся.

Как-то так выглядят обычные будни Дана, что получил возможность применить силу без страха нарушить собственную клятву и лишиться своего дара повелевать элементалями…

Вскоре показались куда более величественные и старые здания, выполненные в классическом стиле: все в позолоте, с кучей детальных, искусно вырезанных статуй.

— Нет, ну выглядит всё дорого-богато.

— Выглядело… Половина окон выбита. Следы пожаров…

— Защитники перестарались… Так, секундочку…

Я огляделся, прислушался к чувствам и понял, что по всему городу только что прокатилась энергетическая волна. Незаметная для большинства, но вполне очевидная для меня. Она затронула электрических элементалей, которые сразу же стали чуть грустнее обычного. Так бывает, когда электричество вырубают… А значит, сейчас город полностью обесточен — мои диверсанты добрались до электростанции.

— Мороженку будешь?

— Нашёл время… — начал отнекиваться император.

— Точно? — Я подошёл к уличному холодильнику с вкусняшкой.

— Точно, — уверенно кивнул он.

— Смотри, электричество пропало, — взял я себе две пачки пломбира. — Растает…

— Переживу как-нибудь… — скосился он на мою вкусняшку.

— Тут с фисташками есть… — в последний раз попытался я.

Видел, как он лопал гуассаны с этой волшебной по вкусу начинкой.

— Ну… — Тут же Святослав оказался за моей спиной и стал заглядывать через плечо. — Разве что одну штучку…

— Нате, ваше величество, — вручил я ему вкусняшку.

— Спасибо, ваше величество, — поблагодарил он.

— Далеко отсюда дворец?

— Тяжело сказать. Вроде недалеко уже… В той стороне. Вон его шпили.

— Хорошо, — кивнул я и пошёл в другую сторону. — Жан эвакуировался из дворца. Сейчас его конвой едет в той стороне, на военно-морскую базу. Придётся чуть ускориться и срезать, чтобы перехватить их…

Я развернул мороженку и подошёл к краю обзорной площадки, на которой мы оказались.

— Под «срезать» что ты имел в виду? — с опаской посмотрел вниз Святослав.

— Спрыгнуть, конечно же.

— Так тут же метров пятьдесят… Вон там лестница.

— А вон едет его кортеж… Не успеем. Ну, ты догоняй, а я полетел.

Я поднялся на мраморный бортик и сиганул вниз.

А следом за мной полетел с мороженкой в руке перепуганный Святослав. Вокруг нас куча элементалей, так что поднять его потоками ветра и спустить — не проблема.

— Господи… Я чуть императорское величие не уронил в штаны! — признался Святослав и посмотрел вверх.

Там уже замаячили головы трёх его бойцов.

— Всё нормально, спускайтесь. Мы пока тут начнём! — помахал он им рукой, показывая, что жив и здоров.

Броневик перед нами и не думал останавливаться. Лишь набрал ход, увидев на своём пути угрозу.

— Бросил мне вызов? Замечательно…

Я сделал очередной укус и вытянул вперёд руку. Броневиков приручать я уже наловчился. Надо всего лишь вживить кусочек души в мёртвое железо и войти в резонанс с этим исчадием оборонной промышленности.

— Давай тормози, малыш, — сделав что надо, сказал я, и металлический зверь, скрытый под зелёной военной краской, заскрипел тормозами, сердито рыча двигателем.

Если тормозит первая машина конвоя, остальные повторяют за ней…

— Ваше величество! — обратился я к Святославу. — В третьей по счёту машине сидит наша цель. Как думаете, они попытаются нас убить сейчас?

— Однозначно…

— Тогда ты, морозко моё ненаглядное, подержи мороженку, — протянул я свою прелесть элементалю, а открытую быстро съел и облизал пальцы, пока впереди набирала обороты суматоха и разворачивались заковыристые плетения магических заклинаний.

— Всем баиньки!

* * *

Час спустя. Королевская резиденция в центре города.

Жан Ван Дейк начал приходить в себя. Сперва он услышал странные звуки, словно кто-то пытается выбить дверь. Ему захотелось открыть глаза и почесать лоб, но руки его не слушались.

Правитель напрягся и раскрыл глаза. Тут же сощурился от яркого света заходящего солнца. Слёзы выступили и размыли всё впереди. Жан проморгался, чтобы увидеть и понять, что происходит.

Он попытался закричать, когда увидел самодовольные улыбки Святослава и Сергея Багрова, что весело швыряли кинжалы в его королевский портрет.

— М-м-м-м! М-м-м-м! — пытался Жан позвать стражу, но… с кляпом во рту сделать это было слишком сложно.

— О, его мудрейшество проснулось… Любишь же ты поспать, соня… — подошёл к нему Багров и потрепал по щеке, отчего тело короля раскачалось.

Только сейчас Жан понял, что висит, туго связанный, на вбитом в потолок крюке.

«Город превращается в руины, а эти двое весело гогочут, обсуждая прелести королевской кухни⁈»

«Магия!»

Король, что совершенно отвык самостоятельно пользоваться магией, попытался нащупать и — фиаско…

Он тужился, крутился, пытался хоть что-то сделать, но сдался, когда, скосив глаза вверх, увидел в отражении идеально вылизанной золотой люстры давящую на его голову «корону» антимагии.

Жан огляделся в поисках помощи, но никого из «своих» рядом не было. Зато в центре его приёмной стояло что-то огромное, накрытое здоровенной серой тканью.

— Господин, ваш латте макиато готов, — сообщил дворецкий, заталкивая в комнату передвижной серебряный столик, отполированный до блеска.

Это был дворецкий короля, но кофе он привёз не ему…

— Спасибо, Себастьян, — поблагодарил Багров. — Можешь попросить кухню сделать что-нибудь простое, быстрое, вкусное? Побольше калорий и вкуса. Пока я наводил тут порядок, к сожалению, потратил много сил и проголодался…

— Всенепременно, господин, — поклонился Себастьян и с пренебрежением посмотрел на Жана.

— Хочешь ему что-то сказать? — поинтересовался пленитель.

— Да… — Себастьян подошёл к Жану так близко, что связанному королю удалось увидеть своё жалкое тело в отражении глаз дворецкого. — Я увольняюсь, мерзкий ублюдок! Теперь у меня новый господин.

— М-м-м-м! М-м-м?

— За что? Так ведь ваше величество, эвакуируясь, бросило на произвол судьбы всю прислугу и велело убрать меня с пути. Если бы не милость господина Багрова, я бы умер! Из-за вашей трусости и никчёмности! Как и остальная прислуга, что, не имея магии, осталась один на один с призраками! Хорошо, что истинный благородный человек явился и спас эту великую обитель от позора сбежавшей крысы!

— Ну ладно тебе, ладно, Себастьян. Он всего лишь человек, окрылённый властью и вседозволенностью. Ты слишком много от него хочешь.

— Быть правителем, за которого хочется умереть — вот и всё, что я от него прошу! Вернее, просил. Но он не справился… Я служу в этом доме три сотни лет, и этот… Ничтожный… Он совсем изменился. Я приходил служить великому человеку, а оказался сбит с ног и растоптан сапогами стражи по приказу жалкой тряпки!

— Ну вот, видишь. Что я тебе говорил? — обратился иномирец к Святославу. — Себастьян — реально крутой мужик. Со стальными яйцами! В отличие от этого. — И метнул кинжал в портрет короля.

— Долго он так болтаться будет?

— Может, пять минут. Может, час, — пожал плечами Багров. — А может, и до конца своей недолгой жизни. Зависит от него…

— А-А-А-А-А! — в комнату влетел призрак девушки, страшно вереща.

— А ну брысь, паскуда! — рявкнул Багров.

— А-А-А-А-А! — в ужасе улетела крикунья.

— Ну что, ты уже достаточно замариновался и осознал, в какую задницу угодил? Или всё ещё веришь, что я блефовал? Ох, к слову! Я же с гостинцем приехал! — сказал Багров, прошёл в центр зала и стянул ткань.

На свет показалась одна из мегабомб, созданных по приказу Жана для… особых случаев.

— Та-дам! Красота же! Упаковка — высший сорт. Не знаю, правда, что внутри, но вот тут вижу числовую панель… Ты прости меня, собрат-правитель, что я не стал у себя дома подарочек твой открывать. Решил: раз уж в гости еду — вместе посмотрим. Тут даже инструкция по распаковке осталась от твоих курьеров болотных. Так-с… Что тут у нас… Активируйте панель, нажав на красный рычажок…

«Пиу.»

«Пиу.»

«Пу-у-у-у-у-ум!»

Заработал микрокомпьютер, управляющий бомбой.

— Введите код доступа и пароль… Ага, это понятно. Переведите объект в режим развёртывания…

«Тык-тык-тык-тык-тык…»

— М-М-М-М-М! М-М-М-М! М-М-М-М-М! — Бешено стучащее сердце короля разгоняло по телу кровь, спина покрылась холодным потом.

— По умолчанию установлен режим активации на один час. В случае необходимости вы можете изменить настройки в системном меню «настройки активации». Зачем нам ждать час? Пятнадцать минут, думаю, хватит, — перекусим и порталом свалим отсюда, если он… — произнёс Багров и посмотрел на короля. — Блин, перестарался…

— Какая, однако, хрупкая душевная организация у столь легендарной личности, — произнёс Святослав. — Ладно сознание потерять, но обоссаться…

— М-да уж… Шоу-программа переносится. Святослав, приведёшь его в чувство?

— С удовольствием!

Стянув со стены латную перчатку конца позапрошлого века, император Славии подошёл к Жану и влепил ему очередную — уже третью за день — пощёчину. Первые две были от призраков.

Щека Жана слегка опухла, а он сам открыл глаза. Святослав достал кляп и, схватив за подбородок своего бывшего начальника, задал вопрос:

— Угадаешь, для чего мы пришли?

— Вы… вы…

Было видно, как гордость столкнулась с реальностью в голове короля, что лишился всей своей власти правителя буквально за считаные минуты.

— Да, мы. Для чего мы пришли? Почему мы разогнали и успокоили всех призраков в этой части города? А твою стражу заменили элементалями, которые теперь охраняют покой множества людей? Знаешь, почему эта трагедия пришла на твою землю. А ещё знаешь, что можно было её избежать?

Глава 18

— Странно… — произнёс я, выходя из зала и оставляя Жана хорошенько подумать не столько над своим поведением, сколько над перспективами его туманного будущего.

— Что именно странно? — уточнил Святослав, копошась в личных документах своего врага.

— Что уже несколько часов прошло, а нас всё ещё не пытаются штурмовать. Призраки, конечно, проблема. Элементали вызывают тревогу, да и мирные жители в этом районе могут стать проблемой… Но всё-таки это их король. Я не убивал его охрану, а они наверняка всем всё давно уже рассказали.

— Не знаю. Может, обезглавлены и не понимают, кто должен руководить операцией? Канцлер — второе лицо государства. Но его работа — дипломатия, экономика и бюрократия, а не война.

— Ну, нам же лучше, — пожал я плечами и плюхнулся в удобное королевское кресло. Настолько удобное, что я обязательно заберу его в качестве сувенира.

Кстати, у меня теперь есть два колечка пространственных! Жан оказался щедрым правителем: сразу кучу артефактов выдал мне за заботу о будущем.

Что же касается Святослава, то он искал компромат на короля. И находил его весьма шустро. Хотел обнародовать всё, чтобы запустить волну недовольства во всех семи империях. Конечно, революция так просто не родится, ведь мало кто знает об истинном положении дел. Да и интернет всё ещё под цензурой находится… Но всё равно рейтинг Гизеля в глазах аристократов слегка упадёт. А среди простого народа так точно будут волны возмущений.

Мне даже не пришлось ему помогать. Себастьян знал этот дворец как никто другой, равно как и секреты своего бывшего повелителя. Он и показал, где искать и что искать. А дальше тоже не моя забота. Это всё для человека, что намного лучше меня разбирается во всех этих грязных интернет-приёмах. Я лишь одним глазом ознакомился с первым попавшимся куском грязи, скрытым в папке под грифом «Секретно».

— Очень любезно с их стороны задокументировать все свои грешки, да? — ухмыльнулся я.

— Это да… Они, конечно, не для того их сохраняли, а чтобы потенциальных свидетелей накрыть или раскрывших рот предателей, но всё равно в правильных руках эта информация будет бомбой.

— Даже похлеще той, что осталась в зале для приёма? — удивился я.

— Думаю, да. Уничтожь мы хоть половину города этим взрывом, а ты сам меня заверил, что делать этого не намерен, — Гизель выставил бы себя жертвой и начнал сдирать с империй ещё больше ресурсов. Перевыбрали бы правителя и… всё. А тут придётся удар по самому фундаменту гизельской диктатуры, — заверил Святослав.

— Хорошо. Я пойду, проверю, как там наш друг, да узнаю, скоро ли будет обед. И к окнам не подходи.

— Тут бронированные стёкла. Не пробьют снайперы, — отмахнулся от меня Святослав.

— Ну, смотри сам, — сказал я и отправился в сторону зала для приёма гостей.

По дороге встретил Себастьяна. Он убедил меня в том, что через три минуты всё будет готово, и уточнил, где накрыть стол. Ну и я сразу же сказал тащить всё в зал к его бывшему господину.

Проходя мимо окна, глянул, что происходит на площади перед дворцом… Элементали стояли как истинные воины на службе у дома Вечности. Призраки завывали где-то за границей очерченной для них зоны, куда я всех чуть ли не пинками проводил. Множество людей сидели на площади и в соседних зданиях, битком набившись.

Три гвардейца Святослава получили полномочия командовать элементалями да оберегать спокойствие и порядок. Само собой, подобная обстановка — рай для диверсантов, и я уверен, что сотни лояльных гизельскому королю людей находятся рядом с нами. Оттого мы и запретили приближаться людям к дворцу ближе чем на тридцать метров. Здесь только изначальная прислуга была. Ну а так элементали стояли кольцом вокруг этого огромного здания и не позволяли кому-либо зайти внутрь.

Пока всё было относительно тихо. Но я знал, что в какой-то момент поднимется своеобразный бунт и вспыхнут сотни магических заклинаний в попытке разом убить элементалей и гвардейцев Святослава и прорваться внутрь. Скорее всего, сейчас просто пытаются найти местоположение Жана и продумать план его спасения.

И если у министра Войны и прочих весельчаков, решивших поиграть со мной в игры при нашей встрече, есть хоть капля мозгов, они должны понять, что штурм обрекает дворец правителя на кровопролитие. Причём далеко не факт, что они добьются своей цели.

В общем, у нас патовая ситуация. По-хорошему, они должны прислать переговорщиков. Но до сих пор этого не сделали…

Я вошёл в зал и замер, слушая очередной доклад моих ветреных разведчиков.

— Ага, понятно… Аэропорт обложили, самолёт тоже. Готовятся к штурму. Ну и ладно, — пожал я плечами.

Это их право — защищаться. Но если они думают, что я просто ушёл и оставил людей на произвол судьбы… Их ждут неприятные новости.

— Знаешь, я тут подумал и решил, что ты можешь меня развязать, — завёл свою шарманку Жан. — Нет, ну серьёзно. Ты такой сильный, магов одним взглядом вырубаешь… Что тебе эта ерундень на моей голове?

— Она не для того, чтобы ограничить твою магию, — ответил я, раскачивая короля на верёвке.

— Зачем тогда?

Ага, вот так вот взял я и рассказал, что нужна эта «корона», чтобы твою волю сломать и трусливую душонку схватить и не отпускать.

Я проигнорировал вопрос и пошёл в другую часть зала. Взял стол и потащил его к Жану. Очень своевременно это сделал, так как тут же подошли слуги с едой, но Себастьян в зал их не пустил. Они не должны знать, что здесь происходит. Кто знает, как они отреагируют…

— Господин, фуа-гра… — начал было рассказывать Себастьян, что приехало мне на перекус, но я сразу же прервал его и велел тащить всё на стол.

— Сию минуту, — учтиво поклонился он и принялся сервировать стол.

Пять минут — и всё было готово. Я начал пробовать одно блюдо за другим, слушая рассказ самого важного человека в этом дворце. Кто, как не дворецкий, знает всё о месте своей службы? Уверен, Жан и половины того, что знает Себастьян, не слышал даже.

— Спасибо. Дальше я сам, — поблагодарил я старательного, учтивого и галантного дворецкого.

— Я буду за дверью. Позовите, если вам что-либо понадобится.

— Хорошо. Благодарю, Себастьян.

— Почему он так безоговорочно тебе верит? Верит в то, что вы выберетесь, что ты спасёшь его? Чушь про порталы мне говорить не надо.

А Жан, видимо, с пользой провёл те десять минут, что мы ему дали… Набрался смелости, храбрости, поразмыслил о многом и успокоился. Принял свою судьбу. Сам он не сможет ничего сделать. Остаётся лишь надеяться на своих людей и мою доброту.

— Потому что, в отличие от тебя, я контролировал и контролирую ситуацию. Я решаю проблему с призраками, я руками рву слимов на части. И я уже несколько раз бывал в мире этих чёрных гадов и возвращался. Я знаю то, о чём ты даже никогда не задумывался и о чём люди вроде тебя даже не слышали. Я решаю проблемы, которые ты не в силах решить. И знаешь, какое самое простое решение в случае вашей гизельской проблемы?

— А мы проблема?

— А кто мне эту красавицу в город занести хотел и активировать? — указал я на бомбу за своей спиной.

Жан промолчал.

— Я знаю, что это был твой приказ. И что вы совместно со Святым Престолом всё это организовали. Всё, что происходит сегодня, — результат ваших действий. Вы не прислушались ко мне, к моим словам. А я с первого дня в этом мире твержу: «Не трогайте меня. Не угрожайте моим людям. Я пришёл, чтобы защищать этот мир и своих людей». Но вы решили, что вам всё можно, и спровоцировали меня. И теперь я должен решить вашу проблему.

— Если Гизель исчезнет, это не решит твою проблему. Империи утонут в войнах, архариты возродят свои походы и призывы. Повсюду настанет хаос…

— Нет, — покачал я головой и нацепил на вилку кусочек вкуснейшего стейка. — С архаритами я нормально уже общаюсь. Их Совет у меня на крючке. Может, амбиции и ударят им в голову, но я без особых проблем эти амбиции потушу. Они не хуже твоего знают, на что я способен. Я уже бывал в их столице, потому как тоже проблемой стали…

Империи в войнах, может, и утонут, но они как бы и не прекращали воевать никогда. За этот год произошло семьдесят три официальных объявления войны только внутри вашего союза. Плюс куча стычек в вечной войне с архаритами. С чем я согласен, так это с тем, что порядка станет меньше. И мне придётся снова его восстанавливать. Брать всё на себя, в свои руки. Это… Утомляет, знаешь ли! — ткнул я в лоб Жану обратной стороной вилки, и он вновь начал раскачиваться.

— Тогда какое твоё предложение? Ты ведь ради этого сюда пришёл? Чтобы запугать меня, уничтожить стражу, взять в заложники и принудить Гизель… к чему? Люди этого мира никогда не признают власть иномирцев!

— Да что ты говоришь? — улыбнулся я и вытащил из пространственного кольца папку с данными о ДНК-анализе королевской крови Гизеля и такие же папки со всеми императорами.

— Тц… — расстроился король и перестал гнуть шею в попытке смотреть мне прямо в глаза.

Уставился в пол и продолжал качаться, едва не задевая стол.

— Интересно: что подумают люди и аристократы, если узнают, что все верховные правители имеют генные аномалии, свидетельствующие об их происхождении из других миров? Этим, собственно, и объясняются ваше магическое превосходство и уникальные магические силы. Такие похожие на те, что есть у всех, но такие своеобразные… Такие… иномирные!

Моя улыбка была искренней, широкой. Эти документы полностью подтвердили все мои подозрения, что зародились ещё в первые дни в этом мире. Иномирцев здесь столько за долгие годы было, что с местными они уже смешались давным-давно. Но генетический тест и уникальные виды магии слишком явно показывают истинную суть этого мира. Это магический базар — или даже ярмарка, — на который приходят люди и не только они со всех остальных миров.

— Я хочу заняться своими делами. Мне ваша власть вот здесь уже засела, — показал я на своё горло. — Это абсолютно глупое, безответственное мерило обнаглевшести тех, кто получил чуть больше силы, кто был более удачлив и находчив.

Живите как хотите. Вы все сами станете виновниками своих неудач и последствий. Но одного я допустить не могу: чтобы кто-то лез и трогал моих людей и меня. За них я сам буду отвечать и никому не позволю даже пальцем тронуть простолюдинов. Даже иномирцев. Хоть тебе, хоть императору другого мира. Если это мой человек, все вопросы ко мне. Это первое.

В два укуса съел очень вкусное фуа-гра и продолжил:

— Второе: у любых действий в мире магии есть последствия. Я живой пример того, что даже сильнейшим не остановить энтропию, не обуздать закат цивилизации, если сами люди подталкивают мир к пропасти. Но мне знаком рецепт не исцеления, но спасения мира от этих последствий. Я скажу, что ДЕЛАТЬ НЕ НАДО, чтобы мир не стал безжизненной пустошью, населённой одними тараканами. Да и те уже передохли в моём мире…

В общем, законы магии едины везде. Соблюдай правила, и я тебя не трону. А иначе последствия неминуемы. И, если не справлюсь я, вас уничтожит мир, сама магия.

Ну и последнее… Этот мир может сколько угодно изменяться, идти по пути прогресса и прочее. Но есть вещи за его пределами, что могут его уничтожить…

Я взял паузу, позволяя Жану обдумать всё, что я сказал, и доел пару блюд. Откинулся на стул и посмотрел в глаза вновь ожившего короля.

— Одна из них — Герра тьмы. Она — один из величайших противников, которых я только видел. И если она прорвёт завесу, созданную благодаря вашим ключам, то этот мир… будет обречён. То, что вы делаете с людьми Мариканы — это будет судьбой всех вас. Каждого человека в этом мире. И это не шутка, не блеф, не предупреждение — это реальность.

Я был там. Я видел, что вас ждёт. Мне служит рогатый демон, сбежавший от тварей, толкающих Герру тьмы в этот мир. И я своими глазами наблюдал за тем, как убивали разведчиков из другого мира. Я не могу одновременно и мозги вам всем вправлять, и пытаться укрепить трещащую по швам защиту.

— Значит, ты хочешь сказать, что ты спаситель?

— Нет. Я очень сильно уставший от человеческого дебилизма мужик. Я настолько часто с ним сталкиваюсь, что и сам начал им заражаться… Чуть не пропустил величайшую угрозу из-за козней святых утырков с этой сраной бомбой. В общем, у тебя два варианта есть. А на размышление времени, пока я не доем всё то, что на столе осталось.

Он посмотрел на стол, а я уже успел зачистить и отправить в свой бесконечно голодный желудок половину блюд. А тут порций было как минимум на троих.

— Какие? — спросил Жан, собрав в волю все остатки своей гордости и королевского величия.

— Я освобождаю тебя, забираю бомбу, ты живёшь как жил, херню творишь как творил. Ведёте свой мир хоть в рай, хоть в ад. Занимаетесь своими, как сказал один мой коллега, смертными вопросами. Ко мне не лезете, моих людей не трогаете и вообще делаете вид, что нас не существует. С архаритами перемирие объявляете. Начинаете готовить общество и империи к отмене рабства. Разрабатываете поправки к законам, отключаете рупор пропаганды дебилизма. Я оставляю у тебя несколько сотен элементалей. Сильных, мощных, способных сравниться с сильнейшими магами архаритов. Они становятся гвардией и стражей твоей и твоих министров. Они — гарантия того, что вы не будете сходить с ума и мешать мне. Нарушите договор со мной — они убьют вас. Ни одна магия, ни одна защита не спасёт. Любой заговор — и они превратятся в палачей. Такие же элементали будут приставлены к императорам.

В общем, вы не трогаете меня. Я не трогаю вас. Моё королевство живёт, как и любое другое. Торгует, где хочет и с кем хочет. Я не влезаю и не подминаю под себя власть. Мне эта грязь осточертела за эти тысячи лет. Как бы ты ни старался, всё равно будут недовольные, будут обвинения и прочее дерьмо…

Мы сосуществуем, растём над собой и не даём этому миру скатиться в адскую пропасть забвения. Если приходят слимы или любое другое вторжение, сражаемся плечом к плечу. Архариты тоже перестанут призывать их, я тебе это гарантирую! Это первый вариант.

Ну и второй вариант…

— Какой?

— Я к чертям собачьим стираю Гизель за пару недель, вывожу отсюда выживших на кораблях или реально привожу архаритских порталистов. Пускай по всему миру начинается беспорядок, империи утопают в крови и воюют друг с другом. Меня это в меньшей степени, но тоже устроит. Потому что всем станет наплевать на мелкое, нищее королевство. Я решу некоторые проблемы и начну создавать всё с нуля. Всю вертикаль власти. Схвачу за императорские бубенцы всех хранителей ключей и гарантирую этому миру будущее. Пусть и кровавой ценой. Всё, время пошло.

Я принялся активно нарезать мясо ножом и отправлять в рот большими кусками. Жан смотрел, как я ем, практически не моргая. Что он там пытался понять, что он хотел увидеть, я не знаю.

— Если ты ждёшь, что я подавлюсь и сдохну, то учти: меня даже смерть не остановит. И это я не образно сейчас говорю. Секреты старения, омоложения, воскрешения — я эти тайны постигал тогда, когда ещё твоих прабабушек и прадедушек у предков в планах не было. Будете молодцы — и я дам вам альтернативу дебильному магическому вампиризму, что вы используете для продления своей жизни. Всё равно эта технология у вас кривая. Вы даже тысячу лет не живёте в итоге.

Что-то такое промелькнуло во взгляде Жана, что я понял: сломался. Поплыл его чёткий взгляд, задрожала губа, изменился голос. Он не был напуганным, как у крысы, как в первые минуты нашей встречи под сводами зала для приёмов. Не был театрально величественным и храбрым, когда я оставил его один на один со своими мыслями и реальностью. Он был слегка дрожащим, отчаявшимся, словно у человека, что рухнул в колодец, покалечился, собрал все силы и волю в кулак, добрался каким-то чудом до самого верха, а там, зацепившись за край, увидел смотрящего на него соседа с топором в руках. Того самого соседа, чьего любимого пса упавший отравил, в чей курятник лису пустил, кому на крыльцо нагадил и много других гадостей наделал. Причём в его же присутствии.

Отчаяние. Осознание. Принятие. Не только его судьба висит на волоске, но и всего Гизеля.

Жан четыре с лишним сотни лет был правителем. Играл свою роль. И теперь ему нужно либо сдохнуть самому и утащить за собой на дно будущее этого островного государства, либо осознать, что он не король, а обычная пешка, и подчиниться. Но подчиниться не как раб, а как правитель, и взять на себя ответственность за всех остальных. Это можно назвать концом его прежней жизни. В любом случае. Он либо отправится в ад, либо примет новую реальность.

— Я не могу… — с трудом заговорил он. — Не могу подвести себя. Своих предков. У меня тоже есть гордость! Тоже есть чувства! Я не согласен с тобой! Не согласен! — прокричал он. — Но я бессилен что-либо сделать… И не могу допустить конца для этого города, этой страны, этого мира. Я признаю поражение. Я согласен…

«Тук-тук-тук».

— Не плачь ты, как баба, — раскачал я его вновь, повернулся к двери и крикнул: — Да, заходите!

В кабинет уже хотел было войти один из трёх стражей, оставшихся у парадных дверей, ведущих во дворец, но рядом оказался Святослав, и гвардеец учтиво пропустил своего господина.

— Ты не поверишь, что я нашёл! Вот, прочти! — протянул он мне бумаги. — Это, можно сказать, возьмёт за яйца практически весь аристократический двор Гизеля!

— Чуть позже. Да и я уже и так это сделал.

— Он чё, плачет? Ты же его не…

— И пальцем не тронул. Хотя нет, раскачивал периодически, но больше не трогал. Что там у тебя? — посмотрел я на гвардейца, терпеливо ожидающего, пока ему дадут слово.

— Министр Мира прибыл для переговоров. Он ожидает у входа во дворец.

— Ну вот видишь, Жан. Не только дебилы в твоём монаршем дворе есть! Да и беспокоятся о тебе. Давай, прекращай реветь. Святослав, можешь развязать этого горемыку?

Я вдохнул полной грудью и сосредоточил ману в своих руках. Резкий хлопок — и энергия разошлась кольцом, стремясь передать новую команду в левитирующие по всему городу сферы.

Раз Гизель готов к переговорам — для призраков объявляется перерыв…

Глава 19

Я наблюдал за тем, как осторожно выходят из зала заседаний члены королевского совета. Все они были тише воды, ниже травы. Лишь изредка бросали на меня косые взгляды, да и то всего на миг.

Сейчас не стоит вопрос, готовы ли они измениться и принять мои требования. Нет, сейчас они проходят шоковую терапию. А то пока сидели на вершине власти, не испытывая достойных вызовов, они медленно деградировали. Их способности затупились, а гибкость исчезла, пока все жили в строго установленных рамках.

Я стал тем самым вызовом, с которым они не справились. И не справятся в ближайшие годы. А скорее, даже столетия. Как бы ни старались.

Я пнул их с вершины древа мирового господства. Падая в пропасть, они зацепились за ветки власти намного ниже и ненадолго зависли там. И сейчас они либо вспомнят себя прошлых, когда для достижения своих целей они беспрерывно адаптировались, изменялись, либо полетят дальше вниз.

Их король уже сделал свой выбор. И сейчас этот же выбор делала его свита. Одного сурового пинка хватило, чтобы запустить процесс эволюции. Меня и самого пинали много раз. Даже в этом мире уже отхватил: то златомордый убьёт меня, заставляя изменить все приоритеты, то старик добьёт деталями разворачивающейся картины мира…

Ну а я поимел действующую вертикаль власти империй. Грубо. Жёстко. Без прелюдий. Они дали мне повод: стали угрозой для моего тыла. А мне такого не надо. Так что здесь и сейчас я показал всем им, что их ждёт, если они не поймут: я не тот, кого стоит провоцировать, переступая красные линии, которые я им обозначил чётко и ясно.

Сегодняшний день мог стать концом для Гизеля. А стал репетицией их кончины. Они своими глазами узрели крышку гроба над головами и стали искать компромиссы.

Это даже забавно… Когда, как заведённый, сотни раз говоришь одно и то же, просишь быть адекватными, не совать свой нос, не приплетать к нашим разборкам невинных людей, они считают это слабостью и целенаправленно давят на то, что тебе важнее всего. Но как только я поставил их раком, они сами наперебой закричали: «Переговоры! Компромиссы!»

Они так хотели воевать… Они так ПРИВЫКЛИ воевать. Но всего разочек их поставили на место, и они сразу обделались по полной.

Я тоже могу воевать. Я тоже привык воевать. Но мы разные. У нас разные цели… Были. До сегодняшнего дня.

Их шустрый совет закончился, но продолжится завтра. И послезавтра. И не закончится даже через неделю. Но меня здесь уже не будет. Я отправлюсь по своим делам, а они пускай занимаются своими.

Я ведь не просто так решил сегодня свой нрав показать. На давно закинутый крючок клюнул Святослав, причём благодаря гизельцам и их прикормке в виде отстранения от власти.

Император Славии не лучший в мире мужик. И не величайший из императоров, коих я повидал немало за тысячи лет. Но, в отличие от остальных правителей высшего эшелона, что я встретил в этом мире, он наиболее здравомыслящий.

Империя у Святослава была со своими проблемами, причём весьма серьёзными. И этот вызов он преодолел, вывел империю из числа самых отсталых членов союза под руководством гизельцев в лидеры по ряду направлений. А увидев возможность, что я ему показал, Святослав рискнул ею воспользоваться и одобрил мой проект Данского королевства. Ну или у него реально крутые помощники, что смогли ему эту идею в голову протолкнуть.

У Святослава достаточно человеческих качеств для того, чтобы я поверил в него. И поэтому он целых две недели проходил мягкую обработку, сидя в Буром и смотря, как я и мои люди ведут свои дела. Наблюдал за мной, за моей силой и возможностями. И сегодня он уверовал в то, что сильнее меня нет никого и только я могу сотворить чудо, если придёт угроза планетарного масштаба. Он своими глазами увидел слишком многое, потому не мог остаться безучастным.

Мы стали партнёрами, приятелями, почти друзьями. Я нужен ему, а он нужен мне. Если я реально хочу вести свою игру и заниматься проблемами другого масштаба, иного порядка, то между мной и элитой этого мира должен быть кто-то, кто имеет авторитет и влияние среди недавних небожителей и кому я могу доверять.

Вот Святослав и будет у меня под прикрытием элементалей. Сильных, мощных, способных выдержать удар и контратаковать так, чтобы угроза исчезла с лица земли. Сил на это у меня хватит. Как раз ночью займусь их накоплением.

Вокруг тысячи духов. Призраков, что продолжают существовать. Этой ночью я стану их королём и отправлю на покой. Большинству из них хватит моего королевского обещания, что Гизель изменится раз и навсегда. Что старые догмы исчезнут, нормы рухнут, и их мучители при жизни утонут в стрессе из-за грядущих перемен. А те, кто остался не из-за зла, совершённого в их адрес, получат воплощение и смогут совершить свои заветные желания и успокоить душу. И уйдут на покой…

Я зашёл в большой зал и посмотрел на накрытую серой тканью бомбу. Она слишком большая, чтобы вытащить её через окна или двери. Пространственные кольца есть у многих аристократов этой страны, но… Жан решил её оставить. Только извлечёт при помощи сапёров взрывоопасную часть. Будет она ему вечным напоминанием о нашей незабываемой встрече. Да и всем остальным тоже.

— Основные моменты улажены, направление движения понятно, позиции двух сторон ясны и приняты к сведению, — быстро произнёс уставший Святослав.

— Жан, я надеюсь, ты чётко и ясно объяснил, что будут делать элементали, если случится какой-либо конфуз с нападением. Среди них будут не просто разумные, а с душой человека существа, способные не только видеть, что происходит, но и переламывать кости заговорщикам, что попытаются избавиться от вечно следующих по пятам надзирателей. Что бы вы ни придумали — последует ответ. На место одних элементалей придут другие. Я узнаю правду и заберу виновного в саботаже на урановые рудники пахать до конца своей глупой и короткой жизни.

— Да, всё предельно понятно, — ответил с дивана Жан, смотря в потолок. — Контакт через Святослава, цена ошибки — жизнь. Я не идиот, как и мои советники. Некоторые из них не просто неплохие маги, а весьма чуткие и внимательные к магическим колебаниям. Твои невидимые элементали ветра… Мы знаем о них и понимаем, что любые тайны и заговоры приведут не к самому приятному финалу.

— Не только элементали ветра… У вас допотопное развитие псионики. Единицы талантливых магов. В моём окружении появятся и обучатся новые маги, что позже станут советниками, защитниками и — палачами правителей. Ваши тайны, даже если вы их не будете озвучивать, не скроются от меня. Это ваша судьба, ибо вы меня слишком сильно разозлили. Среди множества способов сосуществования отныне главным станет тот, что гарантирует мне знания про каждый скелет в ваших шкафах. Святослав, я отправлюсь на стадион. Вернусь, пожалуй, завтра утром, — предупредил я и стал собираться.

Пора уже создать новую армию.

— Нет нужды переживать. Все всё поняли и осознали. Город скоро восстановится. Советники короля уже отправились устранять критические проблемы, угрожающие нормальной жизни людей. Я буду здесь, чтобы донести до каждого нашу позицию, — помахал мне Святослав, и я покинул дворец правителя Гизеля.

— Господин… — появился передо мной один из призраков, что прибыл на остров вместе со мной.

— Да, пора. Донесите до всех призраков и каждого духа на острове, что им пора отправиться на стадион. Если кто-то будет упрямиться, тащите силой.

— Принято, ваше величество, — поклонился дух и скрылся в полу.

Хороший мужик, усердный, внимательный к деталям. Думаю, его и оставлю здесь главным среди элементалей. С его исполнительностью он окажет существенную поддержку Святославу.

Стоило выйти из дворца, как время словно ускорилось в один миг. Я потратил столько часов, бродя по высоким залам и длинным коридорам и разжёвывая новую политику партии гизельским аристократам и их королю, что прошёл весь день… Но всё это было нужно, чтобы у зрителей всего действа сложилось верное впечатление — такое, что я могу двигаться неспешно, а в мир вокруг тем временем будет сотрясаться от каждого моего шага и решения. И получилось! Что ж, самая сложная часть плана позади…

Наступило затишье. Я наконец-то смог заняться рутиной. Впрочем, рутиной прекрасной, интересной и приятной. Создавать элементалей в спокойствии, внимательно подбирая форму и возможности каждому, — чудесное занятие, что никогда не надоест мне. Всё же с элементалями, как с картинами, — они никогда не повторяются, если делать всё своими руками, трепетно и нежно.

Я не планировал создавать армию опустошения, чья цель — уничтожить остров. Достаточно обезглавить тех, кто выйдет из-под контроля.

Так… элементалям нужны мощные, крепкие тела либо же… неуязвимые, способные пропустить любую атаку сквозь себя. Ну и нужна возможность атаковать в ответ. Плюс ко всему они должны быть символом, знаком, что навсегда будет прикован к своей цели и напоминать ей, какова цена ошибки…

Вся верхушка аристократии Гизеля с этого дня будет ходить с фанатичным, преданным мне и моим идеям убийцей за спиной. Шаг в сторону — и невидимый клинок оборвёт жизнь.

Было бы неплохо заключить с этими советниками ещё и магические контракты, но… Эх-х… Ну не заставлю я стать хорошими людьми тварей, просто навязав им своё понятие хорошего и плохого. Это путь в самообман. Да и они могут просто уйти со своих постов в отпуск и бразды правления отдать другим. И сколько времени у меня уйдёт, чтобы магической клятвой клеймить душу каждого мага Гизеля? Десять лет? Двадцать? Да и я тоже буду должен что-то сделать для них, что-то им обещать и гарантировать. Всё же магические контракты требуют взаимности. Ну и сколько на мне обязательств повиснет тогда? Жуть просто! А мне такого не надо. Хотя можно массовое клятвоприношение использовать… Нет, нельзя. С ними такое не пройдёт. Они все сильные маги. Одна допущенная мной ошибка — и все они сбросят цепи.

В общем, хватит договора с Жаном и парочкой министров, а остальные пусть засыпают, смотря на висящего над кроватью элементаля. И после пробуждения первым делом видят его внимательный взгляд, оценивающий каждый вдох и выдох.

— Ветер, облако, гроза. Триединые стихии ярости небесной. И все компоненты под рукой: электричество уже успели восстановить… Хорошо! — решил я, какого элементаля создать, как только добрался до стадиона.

Одна ошибка — и разряд испепелит врага. Убить такого элементаля быстро не выйдет, а жизненных сил ему хватит на несколько лет. Подзарядить его тоже будет возможно в любой момент. Элегантное, как по мне, решение. И каждый воин будет неповторим в своей грозовой форме. Но заметить это сможет далеко не каждый. Лишь я и те, за кем будет наблюдать моя карательная гвардия.

— Духи, призраки, свидетели горьких событий прошлого. Я тот, кто может разорвать цепи, тянущие вас к этому миру, кто может даровать покой вам, страдающим душам, кто может изменить этот город и эту страну. Ваша история закончится здесь. Но вы отправитесь в вечный поток, чтобы однажды, слившись с бесчисленным множеством других, дать свой кусочек чистоты новой жизни. Чтобы стать искрой, после которой забьётся маленькое сердце. Лишь те, кто очистил свой разум и успокоился, смогут отправиться в это место, где вечность и миг — одно и то же. Законы магии ведут нас всех. И я готов оказать вам последнюю услугу, — заявил я всем, кто собрался здесь.

Душам неважно, на каком языке я говорю. Я обратился к ним, щедро делясь своими чувствами, открыл для них собственную душу и установил незримую связь. Долго я так не продержусь, но этого и не потребуется. Они чувствуют, понимают меня. Видят, что я показываю им. И они незримо передают мне, что готовы уйти. Не все, но многие…

— Спасибо вам за всё. Пусть ваш новый дом, где бы и когда бы он ни был, принесёт вам исключительно счастье и умиротворение. Прощайте.

Две трети призраков исчезли, словно дым, и вернули мне во сто крат больше энергии, что я потратил только что. Сформировались четвёртая и пятая сферы. Зародилась шестая.

— Какие сильные души!.. — Я прикрыл глаза и сосредоточился на стабилизации своих сил.

Осталось ещё много… Думаю, седьмую сферу я точно получу: ещё не все призраки пришли.

— А теперь вы… Давайте по одному. Подходите, говорите, открывайте свою душу и показывайте, что вас держит в этом мире и чем я могу вам помочь.

Вперёд вышел один из самых впечатляющих духов с собственной аурой.

— Моё имя Маркус. Маркус Датран из дома Датран. Когда-то я должен был стать правителем Гизеля. Я готовился к этому дню. Я мог повести этот мир по другому пути… Но я был слишком силён для них. Они испугались и предали меня. Я умер, ожидая итогов голосования за нового короля… Я говорю не от лица всех, но многих из тех, кто остался на арене: мы ещё не закончили. Не все клятвы выполнили.

Слышал, ты ищешь сильных воинов, могучих героев, великих генералов и творцов. Мы готовы присоединиться. Но готов ли ты принять нас? Готов ли ты помочь нам, как тем духам, что пришли в наш город вместе с тобой, и поклясться вернуть былую силу, чтобы могли служить во благо этого мира?

— Хм… Вот как? Да, я готов. Но я не смогу помочь всем. Либо же придётся ждать целую вечность… У всех сил есть свои лимиты. А у чудес вроде воскрешения, пусть даже в виде элементаля, тем более, — покачал я головой. — Пока ваша душа горит пламенем желания и стремления жить, вы можете продержаться достаточно до воскрешения. Но это слишком отдалённая перспектива. Большая часть из вас не выдержит этого.

— Мы готовы рискнуть. Многие из нас. Была бы цель, а способы найдутся — так говорил мне мой отец.

— Твой отец был очень мудр, Маркус.

Я задумался о том, что меня ждёт: о путешествиях в другие миры, о принятии себя таким, какой я есть, и о том, для чего я был рождён. Я щит человечества от Катастрофы. Я нерушимая стена против Катаклизмов — таких, как тот урод, что похитил Магдалену.

Я много раз в своей жизни ошибался. Не оказывался в нужном месте в нужное время. И смотрел на уничтоженные города… Будь я там, этого бы не произошло. Но меня не было, потому что я искал… Вечно искал возможности для себя и своих людей. Зря я пытался быть таким, как и остальные люди. Зря пытался разделять их счастье и горе, радость и грусть…

Я был рождён, чтобы стать Даном или умереть.

«Дан — не тот, кто управляет людьми. С этим и сами люди прекрасно справляются. Дан — это щит и меч, что не позволяет чудовищам обрывать последние ростки жизни в нашем мире», — наставления отца наполнили мой разум.

Как глуп я был, когда пытался с ним спорить…

«Однажды ты это поймёшь, сын мой. Я лишь надеюсь, что не будет слишком поздно. Великая миссия требует великой жертвы…»

Моя жертва — это выживание мира. Я не смогу жить так, как живёт Анна. Я и не должен. Я такой же, как те, кто шляется по Перекрёстку миров, следуя за своими амбициями и тайными желаниями. Пора принять реальность.

Я убийца. Убийца так называемых богов. И на этом пути я смогу получить достаточно духовных сил, чтобы хватило на воскрешение тысяч героев прошлого. Верные общему делу люди, познавшие многие истины и мудрости, принесённые мной от древних мудрецов моего народа, смогут вести этот молодой, прекрасный мир вперёд. Ошибки неизбежны. Но я смогу хотя бы сгладить их.

Старик хотел, чтобы в его мире появился ещё один защитник, что поможет остановить Герру. И он своими хитрыми манипуляциями его получил… Признаться, в сравнении с ним, я — желторотый птенец. Но не в силе, а в опыте, стойкости и непредвзятости. Я всё ещё неосознанно создаю фаворитов. Пытаюсь помочь тем, кто мне нравится. Это отличает нас. Ему плевать на жизнь и смерть конкретного человека…

— Хорошо… Я вас услышал, — наконец сказал я. — Все, кто ждёт второго шанса, встаньте там, у трибун. Те, кто пришёл со мной, подойдите. Те, кто не понимает, что происходит, чья душа в смятении, идите к центру стадиона.

Я дам шанс им всем…

Сергей Багров — прекрасное имя. Оно уже становится легендарным, обрастает невероятными историями. Это было… захватывающе. Порой даже весело. Но ему пора отправиться на покой. По крайней мере до тех пор, пока я не разберусь с угрозой. Отныне я вновь исключительно патриарх дома Вечных. Я — Дан. И я иду на войну. Осталось лишь закончить с Гизелем…

Глава 20

Пять сотен элементалей! Пять сотен могучих бойцов, что будут ближайшие десять лет следить за самыми видными деятелями Гизеля. Кто-то уже на этом острове, а кого-то вскоре вызовут сюда и приставят к нему стража.

Того Героя, что будет распоряжаться этим отрядом беспристрастных наблюдателей, зовут Сват. Пока я занимался проблемами духов, он явился в окружении остальных диверсантов, принесённых императорским авиалайнером, и был назначен мной первым среди равных.

Я его, по правде сказать, ещё в Роще отметил. Но были у меня сомнения на его счёт… На деле же мужик оказался более чем надёжным, а ещё и очень умным. Поэтому прямо в присутствии огромного числа завидующих духов, что решили вернуться в этот мир в новом статусе, он дал мне клятву. А я, как его господин, дал клятву ему. Немного помпезности, немного светопреставления из-за реакции мира — и вот мой верный собрат уже осваивает своё новое тело.

Разумеется, я предоставил ему возможность выбрать тело. При жизни он был магом земли, управлял поселением. В целом неплохо разбирался как в организации деятельности, так и в руководстве людьми. Поэтому выбор был очевиден. Единственное, что я посоветовал, — это поверх тела нарастить металлическую броню, чтобы скрыть его нечеловеческое тело и облегчить социальные взаимодействия на островах. А то подойдёт весь такой из себя земляной человек к воротам, и стража от страха либо сознание потеряет, либо атаковать начнёт… А если воин, закованный по-старомодному — в стальные доспехи, — то стражники сперва голову почешут, подумают, а там уже и до разговора дойдёт. И Сват с моими рассуждениями согласился.

Тело ему сделали быстро. Максимально повторили форму реального тела, чтобы он лучше себя чувствовал и контролировал. «Скелет» я сделал из металла, чтобы всё хорошо держалось. Ну а доспехи удалось найти в колечке Жана. По размеру немного, может, и не подходили, но, во-первых, Свату они ничего не натрут в любом случае, а во-вторых, они всё равно станут частью самого элементаля. Разве что шлем останется съёмным.

Чем он мне сразу понравился, так это вовлечённостью в процесс. Пытаясь параллельно освоить хождение своего массивного тела и взять под контроль командование элементалями, он набрасывал мне список гизельцев, кому точно понадобится надзиратель. И когда только успел достать его?..

Остальные духи, посмотрев на мои труды, вдохновились, уселись на трибуны и стали думать, какими они сами будут, когда и до них очередь дойдёт. Только вот когда она дойдёт — я боюсь даже думать… Мне, по-хорошему, работы здесь на полвека набралось. Плюс в Буром спецы одобренные простаивают. А могли бы уже пользу приносить…

До утра я всех элементалей сделать не успел, но Сват уже повёл первую партию во дворец, чтобы познакомить гизельцев с будущими «друзьями». Ну а я остался доделывать последнюю сотню элементалей. И именно в этот момент появился старик…

Он пришёл, как и всегда, неожиданно. Тихо, незаметно, словно сам был призраком. Я не видел его, не слышал, не ощущал, но понял, что что-то не так по резко замолчавшим духам вокруг. Огляделся и увидел старика с довольной улыбкой.

— Я ведь говорил тебе заканчивать с этой ерундой. А ты что сделал? — как-то даже спокойно сказал старик, проходя мимо новенького элементаля, что только-только погрузил в свою магическую структуру часть моих духовных сил и теперь внимательно наблюдает за «угрозой».

— Говорил, — кивнул я.

— А ты что сделал?

— Закончил. Практически… Ещё восемьдесят два элементаля — и можно хватать своего нового дворецкого, взять парочку гуассанов на дорожку и лететь в родные края, — ответил я и закрутил руками, придавая форму ветру.

Заготовка была готова. Поместил в неё капельку духовной силы, и заготовка улетела в облачное небо, чтобы там соединиться с облаком и уже густым, плотным элементалем вернуться на землю. Потом это чудо полетит к розетке и примет в себя разряд, а я уже зафиксирую силу электричества в этом теле.

— Гуассаны, значит, тебе подавай… Ты когда вторые ворота открывать собираешься? Ерундой тут страдаешь, время теряешь, — фыркнул старик.

— А вот тут, простите, мистер манипулятор, вы не правы. Время не теряю, а спасаю. Не хочется в критический момент нестись через половину мира, стирая ноги до задницы.

— Ну-ка, поделись своей мудростью, как, тратя время на смертных, ты собираешься наверстать упущенное время для собственного развития? — проследил за возвращением элементаля старик и стал свидетелем его «подзарядки».

Как только закончил с этим, сразу приступил к созданию следующего, пеленая ветер в лоскуты духовной силы.

— А вот так. Знаешь, из чего я свою силу черпаю?

— Из духов, — уверенно заявил он.

— Неправильно, — хмыкнул я. — Неуд. Готовься к пересдаче. А знаешь, не надо. Откуда ты свою силу черпаешь, я тоже не знаю. И нос свой не сую. И ты в мою сторону так сильно носом своим старческим не лезь.

В общем, если я облажаюсь сейчас со смертными, я облажаюсь позже и с Геррой. Я не идеальный, не всесокрушающий, и у меня есть свои слабые стороны. Например, человечность. Если я изменю себе, своей вере, своим чувствам и клятвам, что дал, я не буду Даном. И буду для тебя бесполезен. Пока в моём доме бардак, я не уйду из него. Даже за порог не выйду. И, как следствие, не стану тем, кто разберётся с бардаком в вашем божественном огороде.

— Ты о Перекрёстке?

— Скорее о тех божественных ушлёпках, что между Перекрёстком и подворьем шастают. Так что дай я закончу то, что начал, чтобы моя душа была спокойна. И тогда можешь не переживать за свой мир.

— Ясно… Значит, гармония…

Я пожал плечами, не подтверждая и не опровергая его слова.

— Редкое направление божественной силы. Баланс, гармония, равновесие… Мир духовный, мир смертный, мир божественный… И всех их объединяет мир магии.

— Слышал ли ты о концепции песочных часов?

— Слышал ли я о ней? Да я один из тех, кто её по множеству миров распространил! В молодости…

— Ну вот и хорошо. Те, кто стремится стать частью божественного, так или иначе направляются в одну из частей этих вечных песочных часов, что вращаются и приносят жизнь и смерть. Ты, как и златомордый, как и Герра, черпаешь свою божественность в одной из переполненных частей этих часов. Находишь возможность и становишься тем, кто возносится над миром смертных. А моё место — в середине. В самой узкой точке. Мне нельзя идти ни вправо, ни влево, ни вверх, ни вниз. Это моя сила. И это мой путь.

— Дом Вечных… Те, кто стоит на перепутье и наблюдает за жизнью и смертью. Неподвластные времени.

— Но подвластные смерти. Правда, черпающие свои силы из неё при жизни…

Мир может бесконечно долго вращаться, изменяться, умирать и возрождаться, и я должен оставаться в этой точке и целую вечность стараться его сбалансировать.

— Вот только это невозможно. Это подобно старой легенде о Сизифе, камне и горе.

— Тоже слышал её? Да, я — как тот мужик, что вечно катит камень в гору. Это и есть мой путь. Больше мне добавить нечего. И так поделился слишком уж многим.

Старик присел прямо на резиновое покрытие стадиона и упёрся подбородком в кулак.

— Ты правильно сделал, что поделился со мной этим. Теперь мне ясно чуть больше. Но и вопросы появились… Если ваш путь такой… То как вы допустили гибель своего мира?

— Один из талантов патриарха Дома Вечных — понимать, когда есть возможность привести всё к балансу, а когда этих шансов уже нет и энтропия неизбежна.

Наш мир родил слишком много «богов» и угроз, что проявили себя спустя тысячи лет. Баланс скатился к чёрту в бездну… Мы пытались исправить то, что было неизбежно, но смогли только замедлить разрушение мира. И за это заплатили очень высокую цену — многие из нас лишились сил, лишились жизни.

Когда я осознал себя ребёнком и понял, для чего рождён, мир уже был обречён. Когда я смог вырасти, выжить и обрести силу, я направил её на спасение людей, нашего наследия и наших знаний. А мир… Спасать там уже было нечего.

— Даже если бы ты открыл все семь врат, не смог бы ничего изменить? — слегка удивлённо произнёс старик.

— Да… — Я на миг задумался и продолжил: — Я уже могу открыть вторые врата. Но это точка невозврата… Я сделаю это, когда наступит подходящее время. А пока дай закончить последний подарок людям этого мира. Они не плохие ведь… Просто неопытные. Не знают о других мирах и не сталкивались с такими, как ты.

Старик огляделся, внимательно рассматривая множество духов.

— А воскрешение такого числа духов не нарушит баланс?

— Чтобы стольких воскресить, убить нужно в несколько сотен раз больше.

— Так тебя ведь не устраивает сила смерти, — удивился старик.

— Иногда после смерти остаются души. В этом мире их много. В других — ещё больше. Эти духи… Среди них практически нет никого из древних времён. Одно-два поколения. Они готовы к реваншу. А те духи, что сотни и тысячи лет ждут своего часа, обычно плевать хотели на жизнь. Они мечтают лишь о свободе. Одним я дам свободу, а других посажу в клетку из элементаля. По их собственному желанию. Это и есть баланс.

— Хм… Возможно, я даже смогу подсказать тебе, как и где добыть намного больше сил. Чтобы компенсировать время, что ты тратишь на свои треклятые гуассаны!

— Ну-ка? Удиви меня, — внимательно посмотрел я на старика, приостановив создание нового элементаля.

— Во-первых, в этом мире было несколько грандиозных битв. Столь масштабных и кровавых, что на том месте, где погибли люди, миазмы смерти отравили землю. Там настоящие пустоши появились. Даже природа спасовала, увидев эту глупую жестокость смертных… Такие места, в общем-то, не скрываются, и ты легко найдёшь упоминания о них. Просто спроси об этом и узнаешь, где искать сотни тысяч древних духов.

— Неплохо! Спасибо. Если это действительно так…

— Я не договорил! — раздражённо произнёс старик. — Во-вторых, найди своего рогатого смотрителя замка и спроси у него, сможет ли он доставить тебя в чёрные топи секты Гидры. Конечно же, тайно… Там ты найдёшь столько душ для баланса, что сможешь воскресить… намного больше духов, чем расселось сейчас на трибунах. Но учти: то место может погубить даже Бога! Слабого, но Бога. Если ты можешь показать только то, что видел златомордый, то тебе туда лучше не соваться. Даже проклятье Дома Вечных тебе не поможет.

— Я предпочитаю называть это благословением… — покачал я головой.

— Это потому что ты ещё слишком молод. Любое бессмертие — будь оно божественным, как у меня, или такое вот, дарованное иными силами, как у тебя, — проклятье. Удачи тебе. И не задерживайся.

— Ага… Без гуассана не уйду. Можешь и не мечтать.

* * *

Некоторое время спустя.

Континент Шести Империй. Королевство Данское. Столица — город Бурый. Спальня Анны.

Девушка лениво потянулась, нежась в белоснежных простынях. Наступило новое утро, и начались новые заботы. Но перед тем, как погрузиться с головой в работу, ей хотелось немного поваляться, посмотреть новости в телефоне, сделать зарядку и вообще, привести себя в порядок перед целым днём работы. Она метит на место королевы и перед потенциальными подданными должна иметь достойный вид! Такой, чтобы все смотрели ей вслед.

Анна потянулась за телефоном и сразу же увидела сообщение от своего отца.

[Если проснулась, глянь выступление Святослава. По всем каналам передают.] — сообщил Павел — барон, что остался правителем столичного региона королевства. Пока ещё барон…

— Ну-ка? И что же там? — в очередной раз потянулась Анна и тут же открыла первую ссылку.

В видео показывали возвращение императора Славии в столицу империи и первые комментарии его представителя — пресс-атташе имперского величества.

Пресс-атташе заявил, что, вопреки слухам, поездка в Гизель была рядовой командировкой, связанной с рядом технических вопросов и обсуждением деликатных тенденций развития новых регионов империи.

Анна все глаза сломала, пытаясь найти на видео Сергея. Но Дан её сердца так и не вышел из самолёта по трапу вместе с императором.

Тут её глаза зацепились за комментарии и хвастливые слова некоторых фанатов рода Мирских о том, что после такого визита Гизель будет ещё год приходить в себя.

Комментарий был жёстко заминусован и вскоре удалён, но нет-нет да и проскакивали слова о том, что Гизель превратился в филиал ада.

— А вот это уже больше похоже на моего Серёжу… — улыбнулась девушка и принялась дальше искать информацию.

Всё, что она находила, — лишь отголоски информации, редкие фотографии, короткие видео, под большей частью из которых были комментарии, обвинявшие создателей постов в использовании фальшивых снимков и видео. Некоторые из этих видео исчезали прямо у Анны на глазах.

Почти час девушка потратила на то, чтобы узнать, что же там случилось в Гизеле на самом деле. Несколько дней назад, когда борт с императором вылетел в столицу островного королевства, главный остров перестал делиться с миром новостями. А вот сейчас всё начало понемногу всплывать.

— Странно… — С сотней мыслей в голове девушка поднялась и сделала разминку, растягивая мышцы и суставы.

Солнечный свет окутал прекрасную фигуру юной красавицы. Дальше она пошла в душ, переоделась и вышла в своём «боевом» наряде начальницы. Строгий деловой костюм, удобные для ходьбы по стройке и залам ботинки, делающие её старше и умнее в глазах людей очки.

— Шикарно! — оценила она свой внешний вид в зеркале, вышла в коридор и резко остановилась.

Шумно вдохнув носом, она поняла, что что-то не так. Запах казался ей слишком знакомым, но вместе с тем непривычным. Здесь, в Буром, была пекарня, и запах хлеба по утрам бодрил тысячи людей. Но этот аромат…

Она пошла на запах и мигом оказалась рядом со столовой. Открыла дверь и замерла, смотря на целую гору гуассанов, что так полюбились ей во время короткой, но прекрасной поездки в Памиж.

И рядом со столом, на котором пирамидой были выложены эти вкусные булочки франтийских пекарей, стоял незнакомый ей мужчина. В идеальном фраке и с лёгкой улыбкой на строгом лице.

— Бурова Анна Павловна, я полагаю? — произнёс неизвестный.

— Допустим… А вы кто? И что вы делаете здесь?

— Моё имя Себастьян Бельс, и, указом короля Данского Сергея Багрова Первого, мне велено оказать вам и вашему отцу помощь в управлении поместьем, прислугой и в организации быта в замке Тёмной воды. — Он протянул запечатанный конверт, но девушке было не до него…

— Где Сергей? Куда он делся? — Неосознанно Анна стала превращать руки в клинки, отчего дворецкий напрягся.

— Мой милостивый государь просил передать, что он объелся гуассанов и отправился на лёгкую межмировую прогулку. Уважаемый Юкио отправился вместе с королём, поэтому нам и необходимо позаботиться о замке.

— ЧТО? И БЕЗ МЕНЯ? ОПЯТЬ⁈

Себастьян достал из кармана маленький листик-инструкцию с напоминанием о том, что ему делать, когда девица перед ним впадёт в истерику.

— Так… Гуассаны не помогли. Письмо не открыла… Ага, вот. Значит, третий вариант.

Леди! Король даёт вам время на то, чтобы улучшить физическую форму для совместных тренировок после его возвращения. Предыдущий опыт показал, что Сергею потребуется найти ещё с десяток партнёрш для занятий, если вы останетесь на том же уровне выносливости…

— ЧЕГО? НУ ВСЁ! УРОЮ! ПУСТЬ ТОЛЬКО ЯВИТСЯ! Я ЕМУ ПОКАЖУ «ДЕСЯТОК»! ИШЬ, КОБЕЛИНА! ДА ОН НЕ ПОНЯЛ, С КЕМ СВЯЗАЛСЯ!

Крик эхом разошёлся по всем комнатам замка, прогоняя остатки сна у каждого человека.

В этот и все последующие дни Анна была невероятно воинственна и сурова. Не щадила ни себя, ни кого-либо вокруг. Люди начали её бояться, но вместе с тем, по оценкам имперских аналитиков, производительность на тех объектах, где была Анна, выросла на двадцать два процента.

— Даже я так не доводил её мать… — признался своим старым соратникам и друзьям — Щитовому Григорию и Дорнину Михаилу — барон Буров.

— Багров иногда своими поступками приводит меня в ужас… Я и не знал, что это заразно. Может, зря ты свёл его со своей дочерью? — сказал Щитовой.

— Уже слишком поздно для сожалений. Пойдёмте, к нам очередной спецпосланник императора приехал. На этот раз по вопросам кибербезопасности…

Всё в мире смертных людей продолжало идти своим чередом.

Глава 21

Столица Славии. Святослав и совет империи.

Своя буря разразилась не только над Гизелем и неизвестным человечеству Перекрёстком, но и на вполне обычном заседании совета империи.

Святослав за прошедший месяц получил столько новых впечатлений и настолько раздвинул границы понимания Силы и Власти, что сам изменился… Появление странного иномирца, с которого начался передел власти в приграничье, последовавшее за ним супервторжение слимов, реально угрожающее жизни империи и нанёсшее огромный ущерб многим её территориям… Каждая неделя преподносила Святославу Мирскому всё больше и больше удивительных открытий. Его императорский, стальной характер раскачивали все эти испытания, как лодку волны бушующего океана.

Решение Гизеля опробовать новую тактику гибридного захвата земель архаритов через торговое, культурное и дипломатическое вмешательство казалось коротким перерывом. Святослав снова поверил в то, что всё будет как надо, всё сложится хорошо, но… нрав его нового вассала оказался слишком непредсказуемым.

Недолго думая, Багров втоптал в грязь гизельского посланника и следом принялся наводить в жёсткой манере порядок на своих землях. Про захват новых приграничных территорий тоже не забывал. В итоге всё перемешалось, стало подобно хаосу.

Гизель не простил такого отношения к своему посланнику и попытался устроить показательную казнь неугодного правителя, но… всё опять перевернулось вверх дном. Специальный военный корпус был раздавлен, гизельская техника превратилась либо в хлам, либо в трофеи, что пополнили склады Данского королевства. И конечно же, всех собак решили спустить на Святослава. Нашли крайнего и виноватого…

Это стало точкой невозврата. Святослав понимал это. Все свои козыри, свои связи, свои возможности — он использовал всё, чтобы уладить конфликт, но наткнулся на глухую стену непонимания со стороны гизельских дипломатов.

Целые сутки Святослав потратил на то, чтобы прикинуть варианты решения проблемы с минимальным ущербом. Но всё, даже восстание, сводилось к уничтожению его наследия… Он даже не был уверен, что половина имперских войск останется верной ему, если вдруг из Гизеля придут приказы. Да и вообще, вздумай Святослав сопротивляться, скорее всего, нашёлся бы талантливый исполнитель, что без лишнего шума устранил бы его. Разведка Гизеля целиком и полностью контролировала императорский двор. Святослав мог положиться лишь на небольшой костяк воинов, что были должны не империи, а именно ему.

Осознавая всё это и вспоминая имевшийся в истории бунт императора Шердарской империи полтысячи лет назад и последующую одиночную ссылку на остров Краба, что в суровом северном океане, Святослав понял, что вариантов удержаться нет. Он оказался в том же положении, что и его новый подданный. Их обоих ждёт одна судьба, если ничего не изменить.

В отчаянии Святослав отправился знакомиться с иномирцем, желая увидеть, что за сила скрывается в Багрове, раз тот сумел одержать столько побед в ужасно невыгодных для себя условиях. И обомлел… Он открыл для себя не просто новые грани магии, а целый мир, в котором были не только смертные, не только такие, как он, маги, способные поддерживать кровавыми методами свою жизнь долгие годы, но и те, над кем время вообще не властно. И даже смерть!

Битва того золотого бога и Сергея ошеломила Святослава, заставила ощущать себя букашкой на фоне этих истинных повелителей. Только смерть потенциального союзника едва не раздавила сердце правителя Славии.

Казалось, хуже уже некуда… И с этим же настроением перед Святославом воскрес Багров. Злой. Недовольный. С трудом сдерживающий ауру смерти, вырывающуюся из его сердца и души.

Непонимание. Осознание собственной слабости. Смирение. Эти три чувства накрыли Святослава одно за одним, и он понял, что ему просто нужно довериться…

Никогда в своей жизни Святослав не искал чьего-то плеча, чьей-то помощи. Воспитанный сражаться с проблемами и выгрызать своими зубами место под солнцем среди постигших высочайшие тайны интриг королей и императоров, он и не думал, что такой путь тоже возможен. Конечно, он полагался на своих советников, но понимал, что они будут у власти, даже если его время придёт…

Управление империей было похоже на управление кораблём. У каждого человека своя задача, своя роль. Но и цели свои. И незаменимых нет. Но не в Данском королевстве… Багров — само сердце, сама суть этого молодого государства. Оно возникло не потому, что было нужно кому-то ещё, а потому, что он этого захотел.

Святославу было невероятно легко и комфортно просто расслабиться и плыть по течению, постигая новые горизонты возможностей. Доверившись воскресшему человеку, пришедшему из другого мира, он втянулся в то безумие, что задумал воплотить Сергей в реальности. И вновь всё стало с ног на голову. Но теперь уже в куда как большем масштабе…

И теперь Святослав — единственное доверенное лицо Багрова для взаимодействия с Гизелем. Если его устранят, если его лишат власти, не останется моста между человеком, чьи способности позволяют воскресить не только его самого, но и других. Причём это была не некромантия, с которой Святослав очень хорошо познакомился во времена обучения в особой академии Гизеля…

В общем, Святослав вернулся в Славию, ощущая себя другим человеком. Теперь у него стало куда больше обязательств. Но вместе с этим он увидел мир в совершенно ином свете, стал смотреть на него куда как шире, заметил куда больше проблем и угроз. И он по-новому взглянул на свой совет, полный предателей…

В сознании пронеслись воспоминания о том, как действовали его советники после получения информации о предстоящем импичменте и уходе нынешнего императора в отставку. Святослав сразу понял, кто друг, кто враг, а кто крыса трусливая, преследующая лишь свою выгоду и готовая переметнуться из его лагеря во вражеский, как только появится угроза собственному положению.

«Пришла пора всё изменить… Я должен быть абсолютно уверен в своих людях. А иначе зачем вообще они нужны? Пусть их навыки будут хуже, чем у остальных, знания неподходящими, характер тяжёлым. Но они будут теми, кто из кожи вон вылезет, исполняя приказ и служа во славу моей родной Славии».

В шумном зале совета, где с докладами выступали один за другим самые влиятельные люди Славии, внезапно закрылись двери. Солдаты, верные слову своего повелителя, прошедшие с ним вылазку в Гизель, стали у дверей и на всякий случай опустили руки на оружие.

Святослав кивнул, надел на голову армейский шлем — а бронежилет давно уж был под его императорским нарядом — и нажал на кнопку. Поле антимагии заработало, и могущественнейшие маги империи оказались лишены своих сил.

— Уважаемый совет империи. Многое в нашей жизни изменилось. Вы сами слышали первые указания, пришедшие из Гизеля. Я благодарен всем тем, кто верил в меня и в итоге сохранил мне верность. Некоторые же из вас начали выводить активы из страны, залезать своими руками в имперскую сокровищницу, заключить союзы в преддверии будущего передела власти. Давайте-ка вы сами, все, кто предал интересы своего императора, встанете, пройдёте в центр зала и оставите на трибуне свои кольца советников.

Все молча сидели на своих местах, шумно дыша от ощущения надвигающейся опасности.

— Что, нет никого смелого? Ну, ладно… Я этого и ожидал. Генерал Морозов, будьте так любезны, поднимите и дотащите до трибуны тех людей, что я назову. И до тех пор, пока последний перстень не будет лежать здесь, я запрещаю даже думать о том, чтобы покинуть зал совета. Полковник Ломашев, обеспечьте порядок, тишину и безопасность. Если понадобится — силой.

— Да что происходит⁈ Как будто мы будем терпеть такое неуважение! — вскочил один из советников.

— Так-так-так… Граф Ложамский. Вы далеко не первый в списке… — сверился с бумагой император. — Но раз уж встали… Может, хотите в чём-нибудь признаться?

— Хочу признаться лишь в одном! Ты самодур и тиран! Не зря тебя снять хотели! И снимут, помяни моё слово! Я ухожу из этого цирка!

Граф попытался покинуть это место, но он явно не ожидал, что его действительно остановят.

— Владыка?

— Двадцать плетей. За самодура и цирк. Зал совета — это святая обитель империи. И подобным клоунам лучше бы держать язык за зубами.

Стража моментально скрутила графа, стянула с него, порвав пуговицы, камзол, и вытащила его в центр зала.

Мгновение тишины — и рассекающий воздух кнут отметился широкой, красной полосой на спине графа. И под болезненные крики сам император начал зачитывать сведения о предательстве, прерываясь лишь на мгновения, когда крики графа оказывались слишком громкими.

Вдохновившись дипломатией Багрова, Святослав провёл самую кровавую реформу совета за всю историю империи. Менее чем за сутки восемьдесят процентов советников были лишены своих должностей, потеряли титулы, а в их семьи направились имперские проверяющие, чтобы задекларировать все имеющиеся в делах разведки нарушения. Ну а чтобы аристократия не вздумала бунтовать, к каждому из инспекторов был приставлен элементаль — воплощение грозы и небесной ярости, что пришло в этот мир из-за советников, чья заносчивость и наглость перешла все границы.

«Хотите бунтовать? Пожалуйста… Но будьте готовы к тому, что не только бывшие главы родов окажутся в темнице, но и сам род перестанет существовать. И в этот раз звонить и жаловаться родным в Гизель бесполезно. Серый кардинал семи империй больше не имеет власти над Славией и мной, её императором».

* * *

Разведка Священной Империи донесла своему повелителю о том ужасе, что творился на улицах Гизеля. И рассказала о слабости Жана, который оказался в плену у иномирца и предателя Святослава.

Два брата знали, что их ждёт… Они уже обожглись о проклятого неверного уже несколько раз и теперь знают, что он создал каких-то невероятно сильных тварей, которые встали над головами гизельских аристократов безмолвными наблюдателями и палачами. Поэтому они подготовились…

Когда самолёт с посланником Гизеля и двумя элементалями на борту прибыл в отдалённый от столицы аэропорт, там уже находились элитная Священная гвардия, армия, спецназ и специалисты по магическим аномалиям, готовые действовать.

Посланнику из островного королевства было разрешено сойти по трапу, в то время как всех остальных планировали вернуть обратно. А если элементали попытаются сойти вопреки приказу…

Алан Пирст находился в тронном зале в окружении светлейших соратников и своего брата Саймона.

Напряжённую тишину разорвали далёкие звуки взрыва… Пришла пора решительных мер.

— Ваше светлейшество! Ваше преосвященство! Нам следует объявить о закрытии наших границ?

Алан Пирст посмотрел на брата, и тот покачал головой.

— Что ты думаешь, Саймон?

— Нелепица. Ошибка. Зря ты всё это затеял.

— Неужели ты не веришь в своих солдат? — удивился Алан.

— Как раз слишком верю. Но это не отменяет того факта, что мы влезаем в очередную крупную войну, не успев оправиться от прошлой.

— Войны не будет. Я связывался с братьями императорами. Они готовы оказать мне содействие и уничтожить обитель зла и дьявольщины.

— Все? — с сомнением сказал Саймон.

— Большинство. Этого более чем достаточно, — уверенно заявил Алан.

Раздался звонок, и один из советников передал, что самолёт и все, кто были на борту, уничтожены. А тяжело раненому посланнику уже оказывают помощь медики.

— Закрываем границы. Связываемся с Жаном и направляем ноту протеста Гизелю в связи с террористическим актом. Саймон, свяжись с императором Франтии. Он как-то активнее всех был настроен на уничтожение Данского королевства. По крайней мере мне так показалось.

— Забавно… — произнёс человек у окна, которого ещё секунду назад там не было. — С чего это он так уверен в себе? Да и вы с чего вдруг стали такими смелыми? Ещё полчаса назад сидели, как мыши, ожидая посланника…

Человек обернулся и с ослепляющей улыбкой посмотрел на всех.

— Вы же никчёмные бездарности!

Все в зале замерли, но не потому, что были ошарашены, нет. Среди них хватало опытных людей, которых мало чем удивишь. Они при виде угрозы не столбенеют, а действуют. Но не в этот раз…

Аура столь подавляющая, что даже не давала вдохнуть, окутала их и приковала к местам.

Человек прошёл мимо всех присутствующих и замер напротив Алана.

— Юкио, мне неприятно брать в руки его запятнанный бесчисленными погубленными душами клинок… Подай мне зубочистку со стола, — указал человек рукой на стоящий вдоль стены стол с фруктами и печеньем.

— Ваше величество… — подошёл и протянул зубочистку в поклоне рогатый красивый мужчина, чья кожа казалась слегка фиолетовой в свете ламп этого древнего зала.

— Благодарю, — взял мужчина зубочистку и, посмотрев в глаза Алана, метнул её лёгким движением руки.

В центре лба императора появилась маленькая точка, из которой вскоре показалась капелька крови. Незваный гость вытянул руку и чуть скривил пальцы. Император свалился на пол безвольной куклой.

— Саймон… Отныне ты правитель Священной империи. За тобой и твоими глупостями присмотрят мои элементали. Если ты не справишься со своими обязанностями и попытаешься навредить моим людям, боюсь, ты станешь последним представителем династии Пирст на троне. Всё, не смею вас задерживать…

Незваный гость подошёл к окну и открыл его. Через мгновение в зал влетели два элементаля.

— Куда дальше, господин?

— В Пустыню Гиты, — достав телефон и сверившись со своим списком, произнёс убийца императора. — В самый центр. К проклятому монументу.

Хлопок разнёсся по залу, и люди вновь смогли двигаться. Тут же все бросились к императору, но тот уже лежал без признаков жизни.

— Ваше светлейшейство… — посмотрели они на Саймона, чьи вены надулись от напряжения — так сильно он напрягался, чтобы вернуть себе возможность двигаться, говорить, дышать, жить…

Кровь потекла из носа нового императора Священной Империи. Саймон зашатался и рухнул было на пол, но соратники успели подхватить.

Нечто похожее, пусть и не в столь радикальной форме, происходило и в других империях. Багров прошёлся по всем повелителям, используя силу. А всё потому, что он пообещал исполнить желание Юкио: найти и уничтожить его отца — одного из богов секты Тёмного Бога.

* * *

В Памиже, на солнечной стороне поместья, на балконе старый архитектор с бокалом вина в руке наслаждался теплом и новостями.

— … Можно сказать, что это была полноценная революция в Гизеле, которую после победы зачем-то остановили. И всё вернули на круги своя, — отчитался помощник великого создателя шедевров.

— Эх, Сашка… Ничего ты не понял. Если он так сделал — значит, так было нужно.

— Кто «он»?

— А это и неважно. Своей цели он достиг. Аристократию на уши по всему миру поставил, императоры все как один собрали советы национальной безопасности, а Гизель отправляет странные указы…

— Ваше благородие, насчёт этого… Один из указов относится к нам с вами.

— Это какой? — удивлённо посмотрел на помощника старик.

— О приостановке мандата на рабские перевозки…

— О как! Значит, таким образом ты решил навести порядок? А я всё думал, чего ты скромничаешь, деликатно так действуешь…

— Кто, ваше благородие?

— А это уже неважно, Сашка. Всё уже сделано. Ну, за возрождение Дома Вечных! Пусть он сияет цикл за циклом! — отсалютовал своему племяннику гений Франтии. — Где бы ты ни был — следуй воле своего сердца!

Старик выпил вина и поднялся, чтобы выглянуть во двор. Там он увидел пятёрку незнакомых для этого города существ, но очень хорошо знакомых ему. Старик неоднократно видел, какие они бывают в бою. Это его новая стража, присланная внезапно появившимся родичем.

— Отлично. Можно начинать.

— Что начинать, господин?

— Набери имперскую канцелярию. Скажи, что я заболел и останавливаю участие во всех своих действующих проектах. Кроме тех, где все работы на финальном этапе. Меня ждёт новый вызов. Самый великий и грандиозный из всех! Вели прислуге собирать вещи. Мы переезжаем!

Гром продолжал греметь над семью империями.

И не только над ними…

Глава 22

Юкио вновь совершил прыжок и перенёс меня на новый континент. На этот раз это была Марикана. Я должен был сделать здесь две вещи: посетить на континенте два крупнейших места трагедии, где погибло невероятное количество людей, и найти своего бойца Тома, который готовится к революции.

Реформы — это хорошо, но без внутреннего желания свободы и зажжённых сердец всё это будет бесполезно. Помогу ему немного…

— Ты как, готов ещё попрыгать?

— Терпимо… Но скоро потребуется перерыв, — предупредил Юкио, сын одного из моих врагов из мира рогатых и не очень сект, и сел на землю, чтобы восстановиться.

Я закрыл глаза и раскинул нити маны, чтобы понять, куда мне двигаться дальше.

— Довольно близко к источнику, молодец, — похвалил я помощника и выдвинулся в сторону странной скошенной горы.

Вообще, это вулкан. Потухший. А пять с лишним сотен лет назад никто даже не догадывался, что это спящая громадина, что может всё разрушить. Пробуждения никто не ждал. И взрыва, после которого облако пепла на несколько дней заслонило солнце, тоже не ждали.

Тогда под горой располагалась столица очень крупной империи, чьё имя больше никто не вспоминает. Погибли столица, правитель, воины… А вместе с ними и память о величии. На их место пришли новые империи с соседнего континента и принесли с собой и без того знакомое местным жителям понятия жестокости, эксплуатации и рабства. Только в намного более ужасной и масштабной форме.

Один взрыв природного катаклизма — и история могущественной империи была стёрта, а будущее жителей целого континента оказалось предрешено. Если до этого местные имели хоть какие-то шансы отстоять своё право жить, как им того хочется, то после пяти дней темноты и смерти не осталось никого, кто мог бы хотя бы теоретически остановить вторжение империй.

В этом месте я провёл пять дней. Прошли века, а число духов, что окружали скошенный от взрыва вулкан, было всё таким же огромным, как и число жителей погибшей столицы. Когда всё закончилось, и я с дрожащими руками и душой выдохнул, восстановив ещё один клочок земли от террора печали и бедствия, настало время двигаться дальше.

Юкио тоже восстановился, узнал, где находится следующая точка, и рванул туда. Ещё одно место, ставшее трагедией… И на этот раз виноваты были империи, подавившие восстание. Они уничтожили почти миллион жизней разом.

С одной стороны, освобождать эти неупокоенные души было тяжелее, так как за меньшее время приходилось контактировать с огромным числом духов, причём порой я сдерживал разрывающий душу груз ярости от сотни духов разом. С другой же стороны, они куда быстрее отправлялись в вечный поток, восстанавливая равновесие. Достаточно было заверить их, что век рабства заканчивается. И я их не обману, не подведу.

Это сделка, где каждый получает то, что может. Я — силу. Они — слово Дана. И выполнить обещание я постарался сразу же. Третья остановка на континенте — родина Тома.

Получив поддержку от меня и моих маленьких разведчиков, обретя стойкость и силу за время, проведённое в рабстве, и деньги с возможностями после знакомства со мной, Том уже развернул неслабую такую деятельность — он пошёл двумя путями разом.

С одной стороны, Том собирал и за мои деньги организовывал военные лагеря в труднодоступной местности, подготавливая будущее войско. С другой — зарегистрировался в местном филиале имперского управления как бизнесмен и политик. Взятками он добился упрощения проверок и создал политическую партию. Обычное дело в этих краях. Если у тебя есть деньги, магия и покровители, ты можешь стать местным князьком с парой деревушек под руководством. Многие территории управляются советами общин, и магов там нет, потому за небольшие деньги всё это самоуправление можно уничтожить и ощутить себя истинным аристократом.

Том был рад меня видеть. Его глаза горели огнём. Он говорил о справедливости, постоянно уходил в какие-то политические и философские размышления. Очевидно, знакомство со мной сильно повлияло на него, и он начал меняться сам и менять людей вокруг себя. Как на него смотрели женщины, как за ним бегали детишки, как боготворили мужчины вокруг… В их глазах он выглядел настоящим пророком. Мессией. Спасителем.

Я поздравил его с первым шагом и вручил очередной элемент власти в его руки.

Пространственное кольцо было полно оружия, взятого со складов Священной Империи. Сами виноваты — незачем было меня провоцировать. Теперь, если Франтия и начнёт расследование причин восстания, улики отправят её к этой сменившей правителя империи.

Кроме огромного числа своеобразного оружия, с которым местные только должны познакомиться и которым должны научиться управлять, я передал Тому три ключа от двери, ведущей к победе, к свободе.

Первый ключ — это карты и тайные базы имперцев. Пусть повстанцы знают, где хранится ещё больше оружия, припасов, добычи. Пусть горит пожар революции! И пусть Жан изменит законы, принятые прошлыми правителями.

Империям будет тяжело, но это их крест за все те грехи, что они совершили в прошлом. Впрочем, пока я здесь, война с архаритами будет поставлена на паузу. Вместо неё их гарнизоны должны будут столкнуться с новой проблемой… И её масштабы мне лишь предстоит оценить. Кочевники…

Второй ключ — это магические артефакты, которые Том раздаст своим предводителям, лидерам восстания. Они должны быть символом и демонстрировать простым людям, что, несмотря на цвет кожи, любой может забраться на вершину. Заодно это поможет им не только авторитетом, но и силой поддерживать дисциплину. Зверств я не потерплю, и Том это знает. Не дай бог им превратиться в кретинов с замашками рабовладельцев и садистов бесчеловечных…

— Сгною! — предупредил я их и выдал третий ключ к будущей свободе — сотню элементалей.

Красивых, могущественных и непохожих на тех, что я делал прежде.

Этих красавцев я сотворил как образец искусства, далёкого от общепринятых концепций. Среди мариканцев всё ещё были распространены верования в тотемы и их связь с миром духов. Это была абсолютная ложь, но сами духи порой выбирали из-за своих прижизненных привычек и желаний эти тотемы в качестве точек привязки. А это уже влияло на земли вокруг тотема, создавая своеобразную ауру. Прямо как различные священные места изменяли территории семи империй.

В общем, я превратил эти тотемы в магически одарённых и покрытых рунами элементалей. Сто штук. Этого достаточно для того, чтобы устроить стихийный хаос на любом поле битвы.

Ну и кроме этого, я приставил к Тому и его последователям трёх воздушных, невидимых элементалей с приказом следить и не допускать нарушения указанных мною норм. Духи эти были Вечными. Я не мог жалеть духовные сферы, когда дело касалось освобождения людей. Да и после посещения такого количества «мест силы» у меня сфер стало с запасом.

— Надо двигаться дальше.

— Бескрайние степи Вокки? — уточнил Юкио.

— Да. Давай посмотрим на кочевников и попробуем их вразумить, — с капелькой надежды ответил я, прекрасно осознавая, что даже смерть десятка вождей ничего не даст.

Их тысячи. И они со всего континента, стягиваются в одну точку. Ждать их всех я не могу. Уничтожить разом — тоже. Да и это будет чересчур.

Заблудшие души, обманутые хитрыми рогатыми тварями из секты Тёмного Бога… Их надо спасать, а не убивать. Как? Пока не знаю. Вот доберусь до земель кочевников и там уже подумаю…

* * *

Континент Вокка. Граница между Долиной зелёных рек и Жёлтыми скалами скорби.

Великий Сход был окончен, и на его место пришли сотни Больших и тысячи Малых сходов племён. От одного к другому передавались многочисленные знания. В таинства и мистерии погружались люди, ответственные за обряды. И маги получали образование «носителей плетей». Эти плети были теми связующими нитями, что позволяли подчинять слимов своей воле, отгонять их, направлять на врагов и сливаться с ними в единое целое, обретая огромную силу.

После многих лет войны и скитаний люди были рады. Наконец-то эти твари перестали быть угрозой и стали оружием в человеческих руках! Их вожди оказались великими воинами и изобретателями, сумевшими обуздать ярость чёрных, как порченная смола вторженцев из другого мира.

Очередной сход был в самом разгаре. Первый день — донесение истин. Второй день — открытие тайн. Третий день — отбор достойных повелевать этой силой и вести её в бой, чтобы не дать имперцам уничтожить наследие кочевников. Чёрные слимы, словно утята, бегали за проповедниками новой военной доктрины и демонстрировали свою покорность.

Четвёртый день — посвящение. Именно в этот день неподалёку от места сбора достойных появилась никому не известная парочка. Один из них был рогатым, как и священный пророк, даровавший власть над слимами. Потому их и приняли с распростёртыми объятиями.

Сергей Багров внимательно смотрел на то, как мирно сосуществуют монстры, выращенные из злобы, боли и ярости Герры тьмы и из жертв секты Тёмного Бога. Тихие. Кроткие. Спокойные. Как овцы, жующие травку на выпасе… Такое обманчивое состояние сбивало с толку.

Сергею хотелось понять, за счёт чего обеспечивается контроль над ними. И пока Юкио болтал, загадочно и полунамёками обращаясь к племенным вождям, он наблюдал.

«Даже проклятие тишины не работает у этих неправильных слимов», — про себя отметил Багров.

Новости оказались не самыми лучшими. Многомиллионная орда объединялась с не меньшей по численности армией этих проклятых чёрных бесов. Все войны были остановлены. Все конфликты решались дуэлями.

Кочевники собирались пересечь море и добраться до Мариканы, там освоиться, пройти боевое слаживание и обучиться тактикам войны своих недругов, чтобы затем перейти к войне на их территории.

На этом континенте тоже хватало духов. Именно они стали спутниками Багрова и переводили слова воинов племени. Раскрытый разум Дана за несколько часов достаточно пропитался болтовнёй кочевников, и теперь он сам был способен вести диалог.

«Это ужасно. Настоящая катастрофа для будущего мира! Если эта война разгорится и технологии имперцев столкнутся с организованным нашествием миллионов боевых магов-кочевников и непробиваемых посвящённых, сумевших слиться со слимами, это будет настоящее бедствие! Кошмар!»

— Для чего вы отправляетесь на войну? Что мешает вам и дальше жить здесь? — спросил Сергей в лоб у вождя, что второй час распинался и нахваливал новые методы ведения войны.

— Хм… Это проверка, да?

Вождь, которому прислуживал рогатый посланник «Высшего мира», как его представляли разведчики секты Тёмного Бога, лишь медленно кивнул и внимательно посмотрел на него.

— Мы всегда были частью великого, частью общего ещё со времён древних империй прошлого, — начал отвечать вождь. — Времена изменились, миллионы бежали прочь от войны и приняли новый жизненный уклад суровой Вокки. Однако мы всегда помнили, где наш дом. И всегда ждали возможности вернуться к истокам. И если на нашем пути станут хоть боги, хоть дьяволы, мы уничтожим всех, но дойдём до земель предков. Это наш Священный поход, наша великая миссия. Вокка слишком мала для того, чтобы сдержать волю свободных!

— А что, если вас самих в конце этого пути будет ждать лишь смерть? Что, если вы встретите её, так и не дойдя до заветных земель предков? Или дойдёте, но война уничтожит её, превратит в безжизненную пустошь? Что, если кровь, пролитая на землю, превратит цветущие земли, плодородные оазисы, великолепные города в пыль, где не будет ничего из того, что вы искали?

— Зерно сомнения, что вы пытаетесь посадить в мою душу, никогда не прорастёт. Мы идём туда, ибо это наш путь и наша судьба. Великий Сход сказал своё слово, и оно не изменится. Если с нашим приходом всё обратится в пыль, такова воля небес и духов. В любом случае имперские собаки недостойны тех великих городов и плодородных оазисов. Магия всё вернёт на свои места.

— Магия всё вернёт на свои места… Да. Верно сказано. Когда ты соберёшься отправиться в Священный поход со своими соплеменниками, найди Великих вождей и передай им вот это…

В руки кочевника легла необычная сфера, украшенная рунами.

— Это мой дар великим воинам. Быть может, он спасёт многие жизни…

Дан оставил подготовленную сферу, внутри которой были запечатаны две вещи…

Первый дар — элементаль с частичкой его души, который предупредит, что за морем кочевников ждёт лишь смерть и ничего более. И если они не поймут, второй подарок не заставит себя ждать…

Второй дар — магическая бомба, способная уничтожить хоть слимов, хоть магов. Кого угодно.

Сергей не хотел уничтожать миллионы кочевников и надеялся, что они одумаются, когда пробудившийся элементаль выкосит их лидеров.

Дан и Юкио ушли, оставив этот смертельный подарок кочевникам. У них всё ещё хватало дел: пройтись по самым жирным обителям призраков и полных ярости духов, отправиться к побережью и создать несколько сотен водяных элементалей, что постараются остановить нашествие кочевников, обрушивая цунами на их берега. Но, конечно, самый лучший способ предотвратить безумие — уничтожить его источник…

Слимы получили силу от могущественной богини, своей «матери» Герры. Стоит решить проблему с ней, и её слёзы, упавшие в мир людей, растают и исчезнут, словно их никогда и не было.

— Когда мы закончим, отправимся в твой мир, Юкио. А сейчас приготовься и наберись сил.

— Куда вы желаете отправиться, господин?

— Чёрные Топи секты Гидры. Знаешь такое место? Эй, ты чего побледнел? Настолько боишься этого места?

— Владыка… Это… Слишком опасно!

— Ну, рассказывай подробнее, раз уже начал. А я с удовольствием послушаю, что там такое обитает, раз даже у сына злобного божества трясутся коленки.

Глава 23

Первый вдох в новом для себя мире… Осознанный вдох, а не сонные издевательства над сектой рогатых.

— Пахнет паршиво… — признался я.

— Ну так… Место такое… Гиблое, — ответил Юкио, внимательно смотря по сторонам. — Чёрные Топи впереди. По меркам простого смертного, где-то день пути.

Я слегка удивился тому, что он не закинул нас прямиком к этому месту.

— А почему не сразу на кладбище богов? — уточнил я у Юкио, который рассказал мне легенду об этом месте.

Сам он не сказать чтобы многое знал о нём, так как никогда внутри не бывал…

— Господин… При всём уважении, это невозможно. И даже если бы было возможно, такому, как я, там делать нечего. Скорее всего, я просто-напросто погибну, если окажусь внутри, — поклонился он. — Остаточная энергия от заклинаний погибших и эманации духов не дают чётко вычленить хотя бы кусочек земли, стабильной для переноса.

— Другими словами, эта аномальная зона слишком дикая и своенравная. Даже не позволяет магии пространства — магии высшего порядка — пробиться внутрь, — подытожил я.

— Всё верно, господин.

— Хорошо. В какой стороне, говоришь, топи эти? Там? — указал я рукой в сторону высокой, титанических размеров горы.

— Всё верно. Прямо внутри — в кальдере потухшего вулкана — когда-то и была арена, где сражались божественные.

— Была да сплыла… Хорошо. Ты, я так понимаю, со мной не пойдёшь? — посмотрел я на Юкио.

Если ему опасно даже приближаться к границе этого места, то старик и впрямь был прав: лишь с одними Вратами делать мне там нечего. Как хорошо, что я сделал рывок в этом вопросе. Сейчас, уверен, я даже со златомордым смог бы сразиться куда как достойнее.

— Ваше величество, если вы не против, я бы хотел навестить секту моей матери.

— А тебя примут? — с сомнением посмотрел я на него.

Юкио был предельно честен и откровенен, когда рассказывал мне свою историю. Его мать — дочь главы секты Новой Луны. Этой женщине небывалой красоты пророчили великое будущее и место новой главы секты. Но, как зачастую бывает в таких историях, в судьбу вмешались высшие силы…

Секта Новой Луны была довольно сильной и имела, насколько я могу догадываться, одного божественного. Он оберегал её, охранял, позволял расти людям и стремиться к лучшему. Переняв его идеалы, смертные пошли по пути красоты, созидания, гармонии и добродетели. К сожалению этой секты, после многочисленных войн их соседями оказалась куда более могущественная секта Тёмного Бога. Та самая, рогатая. И у неё целых четыре божества. Это я знаю уже наверняка.

Доподлинно неизвестно, что стало причиной конфликта, но две секты сошлись в битве. Божественная Луна, понимая, что она одна, уловками заставила врагов сражаться на её территории.

Рогатые напали — и ахнули, охнули, не ожидая, что на своей земле их враг будет ужасно силён, и с позором сбежали. Но успели подгадить…

Пока ослеплённая триумфом Луна не видела ничего, кроме погони за тремя божественными. Четвёртый под шумок, игнорируя все договорённости и нормы этого мира, нашёл дочь главы секты и похитил её.

Юкио говорил, что позже всё списали на отряд смертных, якобы они утащили её, но правда была в том, что не существует таких отрядов, которые могли бы вытащить девушку из замка, с ходу убить мастера секты и исчезнуть так, что никто даже и не заметил.

Этот четвёртый, похитив и лишив девушку воли, долгое время развлекался с ней как мог, мелко мстя и пытаясь спровоцировать Луну зайти уже к ним в гости, где каждый из их четвёрки будет иметь не меньше сил, чем она.

Результатом этого и стало появление Юкио. Своему отцу он был не нужен и, по сути, стал ещё одним заложником.

Прошли годы. Мальчик вырос, возмужал, преодолел все тяготы и издевательства. А ещё обрёл дар. Да такой, что и не снился никому из рогатых. Божественная сила слилась с даром ведущей линии крови секты Луны, и Юкио, названный так своей матерью, чья жизнь печально закончилась из-за тирана-похитителя, обрёл возможность вырваться из этого плена.

Он странствовал, изучал этот мир. Искал своё место под солнцем. А позже узнал о Перекрёстке. Он не был в этой лиге, но, благодаря уму, труду и талантам, он смог сделать то, на что не были способны постоянные гости межмирового Перекрёстка.

Его странствия и попытки найти оружие возмездия слишком привлекли внимание отца, и Юкио был вынужден бежать сразу через несколько миров. Обессилевший, он предстал передо мной в тот день. Повезло, что наложенная стариком преграда не пропустила тогда преследователя…

Ну а всё, что случилось позже, заставило Юкио поверить в то, что я и есть то самое оружие, способное если не уничтожить секту, то хотя бы здорово ей насолить. И он был прав… А чем дольше мы путешествовали, тем больше он понимал, насколько метко судьба закинула его в наш мир.

— Не рискуй понапрасну. То место вряд ли признает тебя и назовёт своим сыном. Ты дитя двух миров, двух видов. Не держи на сердце злобу, если они не захотят иметь с тобой ничего общего. Ты в их глазах — дитя дьявола и потенциальный шпион. Не жди слишком много от этой поездки. Возвращайся, когда поймёшь, что таким, как ты и я, суждено строить место, что можно назвать домом, своими руками, — хлопнул я его по плечу и мягко улыбнулся.

— Спасибо. Я просто хочу проведать их и передать, наконец, последние слова матери её сестре.

— Она сейчас мастер секты?

— Да… — кивнул Юкио.

— Тогда и от меня передай слова. Секта Тёмного Бога разозлила не того человека, и он готовится к войне. Когда посчитают нужным, они могут забрать земли и богатства этих рогатых дьяволов. Но малые миры должны быть освобождены, баланс должен восстановиться в них.

— Хорошо, господин. Я обязательно передам. Вы тоже будьте осторожны. Многие божественные погибли здесь, запечатали свои ярость и безумие в этом месте.

— Несомненно, друг мой. Не переживай. Как бы то ни было, это всё ещё обыкновенные призраки…

Мы разделились, и я отправился покорять Чёрные Топи, что некогда были прекрасной божественной ареной.

Сотни битв и сражений, использование всех доступных сил и магического потенциала просто уничтожило магическую структуру этого места. Замкнутое в себе, утопающее в хаосе и живущее по искажённым законам магии…

Как сказал Юкио, когда рассказывал об этом месте: «Там горит вода, течёт огонь, неподвижно стоит ветер и каменеет время». Место, в которое я направляюсь, не обуздать одними лишь запредельными показателями скорости и выносливости.

Первые Врата — чертоги Смерти. Но этого слишком мало. Если я хочу хотя бы пройти внутрь и познакомиться с этим воплощением вселенского хаоса, мне потребуются как минимум вторые Врата.

Аура такая, что я едва голову поднятой держу… Ещё пара шагов вперёд — и меня ждут проблемы. А ведь я даже до вершины склона не дошёл, не говоря уж о спуске в центр кальдеры. Эта яма слишком вызывающе себя ведёт…

Я остановился и сложил руки, активируя призыв первых Врат. А следом разделил душу на части и в каждую из кусочков поместил духовную сферу.

Первый этап подготовки завершён, и настала очередь перейти ко второму. Я запечатал каждый кусочек души в стальные плиты, что вылезли из породы вокруг меня.

— Тело, что взяло бразды правления Смертью. Душа, что разделена на части и стала даром Жизни. Вторые врата — Храм Бессмертного тела дома Вечности.

Плиты засияли древними письменами, и из них вылетели цепочки рун, созданные моими предками во времена, когда люди только знакомились с моим родным миром. А быть может, и раньше…

Моя жертва была принята. И до тех пор, пока эти осколки души в сохранности или не исчерпали свой лимит, моё тело обрело то, что можно назвать бессмертием.

Но бессмертие не решает все проблемы… Оно даёт время для следующего шага. Если я хочу сразиться с богами, освободить Герру и защитить свой новый дом, я обязан не просто стать неубиваемым… Мне нужна сила. Мне нужен доступ к неиссякаемой мощи! Я должен открыть как минимум третьи Врата — Чертог Энергии!

— Ну что, заблудшие божественные души, вы готовы? — прокричал я, ощущая, как на моём теле формируются магические печати, которые не смог до сих пор сломить ни один из уродов, желавших уничтожить меня и моё наследие.

Я смело сделал несколько шагов вперёд и ощутил, как само воплощение безумия с сотней лиц погибших божественных сущностей смотрит на меня, смеётся, радуется и плачет одновременно.

— Безумен! Ты безумен! Ты безумен! Ты один из нас! Иди сюда! Смелее! ОЩУТИ НАШУ НЕНАВИСТЬ И РАДОСТЬ! ПОЗНАЙ ВКУС НАШЕЙ БОЛИ! — эхо сотни голосов погибших божеств, запертых в ловушке и отделённых от мира магии, сплелось в жуткий хор.

Чёрная Топь попыталась поглотить меня и сделать частью общего хаоса. Огонь обливал меня с головы до ног. Вода выжигала на теле раны, молнии душили, камни облепляли со всех сторон, магический яд пытался выжечь на теле слова проклятий…

— Безумен? Я? Хе-хе-хе-хе… Разве что самую малость… Чего вы все дёргаетесь, как невротики? Давайте, кто первый на приём к доктору? Я вылечу ваше безумие… Вырежу его, как опухоль, коей оно и является для Госпожи Магии.

* * *

В далёком мире, что не слишком часто контактировал с Перекрёстком и другими божественными и был сам по себе довольно закрытым и отсталым, верховный правитель крупнейшей империи, контролирующей практически половину планеты, стоял перед дверью и нервно крутил в руках пергамент с данными о новых членах рода.

Его звали Райвид Блез, и он был седьмым императором по счёту. Казалось бы, такому человеку не перед кем гнуть спину, некого бояться, тем более что он прожил, благодаря чудесам медицины, много больше любого другого человека — двести девятнадцать лет. Но откуда простым смертным было знать, что и он, и его предшественники — выходцы из другого, более древнего рода, упоминания о котором были стёрты из истории мира. И всё ради того, чтобы скрыть истинное положение вещей и настоящего владыку этой части мира.

Златомордый, чьё настоящее имя — Легер Дитрих, не боялся смертных, но боялся старых призраков, что властвовали над этим миром до его пришествия в пантеон божественных. Будучи молодым и глупым, он пошёл войной против старых устоев. И чуть не умер в итоге. Ему помогли, его спасли, но тело Легера было частично уничтожено.

Легер затаился. Он ждал, проводил исследования, скрываясь от старых призраков, и нашёл решение своей проблемы. Раз его тело не выдерживало нагрузок, значит, ему нужно новое. С нуля его сделать было невозможно, потому Легер стал исследовать трансплантологию и генетику.

Чем больше Легер экспериментировал на своих родственниках, тем в большее безумие впадал. В итоге он стал одержим выращиванием божественного, бессмертного тела и переносом в него своего разума и души. Пока у него получалось вырастить лишь отдельные органы…

Он развил нужные технологии в своём мире, подсмотрев с Перекрёстка за другими цивилизациями. Он создал божественные письмена, ставшие основой силы для его родичей и путём к возвышению в новом витке войны за власть.

Легер принял правила игры старых ублюдков и своей одержимостью и бесчеловечностью смог достичь огромных успехов. Он медленно одерживал верх, не рискуя и не выбираясь на чужие территории без крайней на то необходимости. Как, например, это случилось недавно со сбежавшей дочерью и внучкой своего потомка.

Ему были безразличны их жизни и судьба. Но девочка растила в себе божественное сердце, что должно было прийти на смену его собственному, устаревшему и износившемуся. Он лично вживлял в тела ещё младенцев линии рун, чтобы, с одной стороны, даровать силу и защиту своим «божественным инвестициям», а с другой — не допустить распада тела в случае, если мощь изменённого им органа превысит пределы прочности смертного тела.

Легер Дитрих открыл дверь своими окровавленными руками и посмотрел на императора.

— Великий Отче! — поклонился Райвид Блез, протягивая лист с именами.

— В этом месяце родилось восемнадцать носителей божественной крови, и у десяти из них прижились изменённые части тела. Восемь умерло, не справившись с нагрузкой, — отчитался он, не поднимая головы.

— Посмотрим, кто у нас счастливчик… — взял бумагу Легер и вошёл внутрь своего дома-лаборатории. — Следуй за мной.

Император сделал шаг вперёд, переступая порог, и почувствовал, как замерло его сердце. Липкий страх сковал душу. Но он не остановился: куда как страшнее было не слушать бога. Пытаясь быть бесшумным, император семенил следом за предком.

Они свернули по коридору и оказались в одной из лабораторий. Здесь, на кушетке, весь в крови лежал и стонал один из взрослых внуков императора. И дед увидел, что бог лишил парня глаз. Чудесных, удивительных глаз. Благодаря случайной мутации, они позволяли видеть магические потоки как под микроскопом.

Легер опустил палец в окровавленную глазницу и оставил красные отпечатки на листе пергамента.

— Этих готовь к операции на этой неделе, будем вживлять руны. Остальных через неделю.

Райвид столкнулся взглядом со своим богом и увидел глаза внука. Удивительные, сияющие фиолетовым отблеском радужки приковывали взгляд. И животный ужас вместе с тем душил императора изнутри.

Ему самому повезло: он отдал своему богу почку и пересадил себе новую от сына…

— Что там с восемнадцатой? — спросил бог у своего помощника.

— Магдалена перестала истерить, замкнулась в себе. Мы использовали подавляющие волю препараты. Вскоре специалисты займутся её воспоминаниями. Она забудет о матери и прошлой вольной жизни.

— Хорошо. Нужно ещё по меньшей мере десять лет, прежде чем её божественное сердце будет готово к пересадке. Я разработаю программу развития и нагрузок. И к этому времени она уже должна забыть своё прошлое и сосредоточиться на своём предназначении. Она в Храме Отречённых?

— Да, Владыка, — кивнул император.

— Тогда всё. Можешь быть свободен.

— А насчёт Пятого…

— Твой сын? Повстанцы? Что с ними не так?

— Они набрали силу и влияние в отдалённом регионе… В горах Догмы. Они находятся в пограничье. Я опасаюсь объединения с империей Тита.

— Можешь не беспокоиться. Горы Догмы вскоре станут полигоном для исследования моего нового изобретения…

Златомордый вспомнил элементалей — кротких, бесстрашных и послушных воинов, которых видел в недавно посещённом мире. Будучи весьма завистливым, он тут же оценил удобство этих чудесных созданий и возжелал создать собственную армию. Поэтому, как только он убил их создателя и вернул себе своё сердце, тут же побежал в лабораторию, заражённый энтузиазмом.

«Моя империя — мой дом. И пока старые маразматики тратят время на созерцание звёзд и тайн вселенной, я смело иду вперёд. Никому не достать меня здесь. Смертным не сокрушить мою империю, а богам не сокрушить моё будущее и моё божественное правление!» — с верой в себя подумал Легер Дитрих и отправил императора прочь.

Его ждала лаборатория и «цветы Эдема» — место, где эмбрионы — будущие доноры бога — получают свои божественные модификации.

— Моя власть будет вечной! Я завоюю этот мир и отправлюсь к новым! Никто меня не остановит!

Конец 5 тома. А продолжение уже доступно вот тут: https://author.today/reader/479418

К слову, если вы всё ещё не поставили лайк, спешу напомнить, что сейчас — самое время!

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Элемент власти. Том V

Content

Элемент власти. Том V

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Nota bene