Катерина Полянская

Смотрительница замка Грабон

Магическое фэнтези Катерины Полянской

Иллюстрация на переплете И. Косулина

© Полянская К., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Глава 1

Пальцы опалило, и пришлось закусить губу, чтобы сдержать крик. Дыхание стало горячечным, прерывистым. Такое ощущение, будто кости внутри нагревались, раскалялись, пульсировали неведомым жаром, который вот-вот готов был просочиться наружу.

Обжигающе.

Больно.

Сейчас должно отпустить.

Надо перетерпеть.

Нет выбора. Слишком хорошо я знала, чего может стоить единственная ошибка.

Задержать дыхание, про себя сосчитать до десяти – и медленно выдохнуть. Жар стремительно уходил. Вот так, еще несколько мгновений…

Но если звуки я могла запереть внутри себя, то свечение на кончиках пальцев контролю не поддавалось. Проклятье!

Я зажгла на один светильник больше. Непозволительное расточительство, но, думаю, оно для меня позволительно в день собственной помолвки. Тем более что этот брак призван решить большую часть финансовых проблем семьи.

Вдох-выдох. Медленно, как мама учила.

Свечение силы поблекло, почти истаяло.

Еще немного.

Однако шаги в коридоре, конечно, не собирались ждать удобного для меня момента.

– Гиацинта? – Сестра вошла в нашу общую комнату и с тревогой и любопытством посмотрела на меня. – Ты тут как?

Я разместилась так, чтобы мои руки от глаз сестры закрывал туалетный столик, и изображала мечтательный взгляд на собственное отражение в зеркале. Не то чтобы оно сильно отличалось от того, что я видела там изо дня в день. У нас не было денег готовиться к помолвке с пышным блеском.

– Мне нужно еще немного времени.

– Хорошо, я скажу… всем, – кивнула Кэт. – Твой жених с матерью уже прибыли. И они притащили с собой эту противную леди Хьюрт и еще несколько человек. Теперь расхаживают там внизу с брезгливым видом. Отец с удовольствием бы выставил их, но мы не можем позволить себе гордость.

Сможем, как только я выйду замуж за Хадмота Шарта. Ради этого, собственно, все и затевалось.

Пальцы перестали светиться.

Можно перевести дыхание. Подавленная сила никогда еще не напоминала о себе чаще одного раза в сутки.

– Скоро спущусь, – повторила я чуть увереннее.

Сестра кивнула и направилась к двери, но на пороге обернулась.

– Не думай, мы понимаем, что ты для нас делаешь, – заверила она, опустив взгляд. – И очень благодарны.

Знаю.

Ответом ей получилась слабая улыбка, после чего Кэт наконец оставила меня одну. Ненадолго.

Нет, Хадмот Шарт не был старым, уродливым или жестоким. Ничего подобного. Он был любимым сыном властной матери, изнеженным, слабым и вечно чем-нибудь болеющим. В их особняке постоянно обитал лекарь, к «бедному мальчику» в его двадцать три до сих пор была приставлена нянька, и мне четко дали понять, что не ждут от меня наследников, но ждут денной и нощной заботы о муже.

Жизнь в браке обещала быть невыносимо пресной, но будущая свекровь одобрила меня. Не имею представления, как отцу удалось договориться! И как старшая дочь я должна была спасти нашу семью от полного краха.

После того, как маму казнили за колдовство, мы уже семь лет балансировали в опасной близости от катастрофы. Семья потеряла почти все деньги и положение. Нас перестали приглашать почти во все дома. Большую часть комнат в нашем собственном доме пришлось закрыть, поскольку денег на их содержание не было. Да что там, прошлой зимой их едва хватало на еду и не всегда оставалось на дрова. И тут леди Шарт со своим предложением!

Да я бы за пожирающего все живое дракона вышла, если бы взамен он помог наладить дела семьи!

Дракон в чепце и оборках тоже сгодился. Она обещала аккуратно вернуть отца в общество, выделить сестрам приданое и вывести их в свет. Вчера все это внесли в предварительный договор, осталось только его подписать, для чего, собственно, мы все сегодня и собрались.

А там… Кто знает, сколько пройдет времени, прежде чем про растущий во мне дар узнают? Надеюсь, достаточно, чтобы сестры успели устроиться. Мы не загадывали так далеко, вообще не обсуждали это. Потому что любое колдовство в Помроке запрещено и карается смертью.

Что же, пора.

Нет смысла оттягивать неизбежное.

Я встала, погасила светильники и вышла из комнаты.

Эффектного появления не предполагалось: денег на новое платье у нас не было, но получилось перешить на меня одно из старых маминых, которое она почти не носила. Так что я выглядела просто и старомодно, но опрятно. Потому и не позерствовала, как это принято у невест, а спустилась быстро, поздоровалась с собравшимися и заняла оставленное для меня место рядом с женихом.

Моти вяло улыбнулся и шмыгнул носом.

– Простите, – пробормотал он чуть смущенно. – Еще только начало осени, а уже отвратительно промозгло. Но матушка говорит, что после свадьбы мы поедем к горячим источникам.

– Жду с нетерпением, – ответила из вежливо-сти.

В общем, самым худшим в женихе была его деспотичная мать. В остальном парень казался безобидным. Пожалуй, его можно было бы назвать симпатичным, пусть и слишком утонченным и изящным, если бы не несчастный вид, вечные круги под глазами и привычка сутулиться.

– Так важно знать, что мне будет на кого оставить моего драгоценного мальчика в этом мире, – распиналась тем временем счастливая мать жениха, прикладывая шелковый платочек к густо накрашенным глазам. – Конечно, предстоит еще обучить ее всему…

Другие уважаемые дамы нашего городка согласно заохали.

Замечание одной из заклятых подруг о будущих внуках леди Шарт проигнорировала и пустилась в пространные рассуждения о том, как непросто в нынешние времена подобрать подходящую невестку.

– Я принес для вас кольцо, леди Гиацинта, – пробубнил Хадмот и запустил по-паучьи тонкие пальцы в карман.

Давненько меня никто не называл «леди».

Заготовленным восторгам пришлось подождать.

Жених долго рылся в кармане, пытаясь неловкими пальцами ухватить коробочку, а когда это наконец ему удалось… она выскользнула, раскрылась, громко свалилась на пол, а кольцо затерялось среди диванных подушек.

Хадмот пробормотал что-то среднее между извинениями и ругательством.

Я натянула улыбку, всем своим видом демонстрируя, что не вижу трагедии в маленьком инциденте.

И заставила себя сидеть ровно, понимая, что если мы сейчас одновременно полезем доставать кольцо, то столкнемся лбами, обольемся чаем, развернем маленький столик или приключится еще какая-нибудь несуразность. Будущий благоверный тоже замер и выжидающе смотрел. Привык, видно, что его неловкости немедленно бросаются устранять другие.

Но я не спешила начинать, у меня для этого вся семейная жизнь впереди. Тем более что нам уже бросилась помогать одна из подруг его матери.

Кольцо было возвращено в руки жениха.

Мне как раз хватило времени, чтобы в полной мере осознать, каким количеством глупейших ситуаций скоро будет наполнен каждый прожитый день. Но хотя бы Хадмот не тиран и не…

– Едет!

Распахнувшаяся дверь прервала лениво тянущуюся мысль, и в гостиную ворвалась госпожа Витош и еще четверо человек, которых не приглашали.

– Посланник короля едет!

– Наверняка его величество решил поздравить нашу сладкую парочку с помолвкой…

Чушь. Притом такая очевидная, что даже мой жених сдвинул брови в недоумении. Семья Шарт была богата и родовита, но по провинциальным меркам. Никто из них десятилетиями не появлялся в столице, тем более при дворе. При всем уважении, вряд ли наш король настолько внимателен, что ведет учет свадьбам каждого блеклого лорда. А это значит…

Меня пробрал озноб.

Холод добрался до самых костей, как недавно вызванный магией жар.

Что, если обо мне узнали?

И сейчас зачитают приказ казнить?

Пришлось до боли закусить губу, чтобы заставить себя усидеть на месте и сохранить невозмутимый вид, хотя инстинкт самосохранения требовал бежать без оглядки, спасая свою жизнь.

Дверь вновь распахнулась.

Тяжело ступая сапогами по начищенному до блеска паркету и старым коврам, в гостиную вошел мужчина средних лет с военной выправкой и каменно серьезным лицом. Не просто какой-то гонец с посланием, хотя я заметила кожаный тубус, прикрепленный к перевязи, так что документ все-таки был. Но также в глаза бросалась добротная ткань его черной формы, дорогой плащ и знаки отличия. Множество ничего толком не значащих знаков как самого короля, так и его приближенных.

Тайная служба, ни больше ни меньше.

Похожий человек был здесь, когда с мамой случилось то, что случилось. Я на всю жизнь запомнила склизкое ощущение его присутствия.

– Что здесь происходит? – с едва уловимым оттенком удивления спросил незваный гость и обвел гостиную, в которой внезапно стало как-то тесно, цепким взглядом.

– Помолвка, – вынужден был ответить ему отец.

Я пошевелила одеревеневшими плечами под платьем.

Леди Шарт, уже успевшая встать и просиять в ожидании поздравлений, почти неслышно опустилась рядом с сыном и теперь выглядела так, будто оказалась здесь случайно.

– Она успела состояться? – задал новый вопрос столичный гость.

– Нет.

– Славно. – Эмоции из его голоса окончательно исчезли. – Я бы хотел переговорить с семьей Кейворт без присутствия посторонних.

Отец поднялся, указывая направление в кабинет. Как старшая из дочерей, я пошла туда же сразу за гостем. Не удивлюсь, если к нашему возвращению гостиная окажется совершенно пуста. Сплетни можно услышать и позже, а рисковать лишний раз никому не хочется. За мной шли сестры – Кэт, Эделин и Гвенни.

Нет, происходящее не подразумевало обвинений. Иначе явилась бы еще и стража.

Что же тогда?

– Полагаю, старшая вы? – кивнул в мою сторону наделенный властью незнакомец.

– Гиацинта Кейворт.

Разрываясь между страхом и любопытством, я послушно заняла кресло, ближайшее к тому, в котором расположился гость.

Не сам же он жениться на мне хочет?

Сплетня вышла бы сочная, но я прекрасно осознавала, что неуклюжий Хадмот Шарт – большее, что мне светит.

– Кто вы? – заговорил наконец отец. – И что за интерес у короны может быть к Гиацинте?

О моих способностях он знал. Не мог не знать. Но мы никогда не обсуждали это, как и случившееся с мамой. Отец предпочитал притворяться, что никакой магии не существует или же лично он никогда с ней не сталкивался.

– Можете называть меня лорд Гуджол. – Имя, похоже, даже отцу ничего не сказало, но разве сотрудник тайной службы не должен иметь десяток имен на все случаи жизни… – У короны к вашей семье предложение.

– Предложение? – переспросил отец.

Гость кивнул.

– Его величество понимает, что дети не должны страдать за поступки матери. Более того, он знает, в каком бедственном положении находится ваша семья. И готов предложить решение.

Поступки? Можно подумать, она что-то сделала!

Внутренний холод сменился жаром ярости, от которого стало трудно дышать.

– Слушаю вас, – склонил голову набок отец.

– Пятьдесят тысяч золотом, дом в одном из лучших районов столицы, приглашение троих младших девушек ко двору и личное покровительство королевы до замужества, – перечислил так называемый лорд Гуджол, и предложение, прямо скажем, звучало щедро. – Несомненно, леди Гиацинта вольна сама принимать решение. Если девушка любит того парня и желает выйти за него замуж, никто не вправе ей запретить.

Но король крепко обидится и припомнит.

Я, может, и провинциалка, но не совсем же темная.

– Что от меня требуется? – решилась подать голос, раз уж мое мнение тут принимается в расчет.

Холодные глаза столичного паука всмотрелись прямо в мои… и этого взгляда я не выдержала, отвела свой уже через мгновение.

– Поступить на службу к его величеству, – прозвучал совершенно неожиданный ответ.

Сестры, затаившиеся на стульях у дальней стены, сдавленно ахнули.

– Служба? – Отец был изумлен не меньше.

– Мы понимаем, что это неприемлемо для девушки из приличной семьи, – закивал Гуджол. – Поэтому леди придется отказаться от происхождения и фамилии, а вам – постараться забыть, что когда-то у вас было не три дочери, а четыре. Прошу учесть, что старшая из девочек будет жива, хорошо обеспечена и в абсолютной безопасности. Иногда она сможет писать родным. Раз в полугодие, скажем. Взамен вся остальная семья сможет вернуться к той жизни, к которой привыкла. Думайте, обсуждайте, но, на мой взгляд, это стоящее предложение.

Слишком щедрое.

Что не могло не вызывать подозрений.

– Какого рода служба? – осторожно уточнила я. – Вы вербуете меня в шпионки?

– Небо, нет! – Представитель тайной службы издал смешок. – Одному из королевских владений нужна смотрительница. Только и всего.

Звучало… довольно неплохо.

Такая работа – любая работа! – не по статусу леди, что объясняло таинственность и мой выход из семьи. Мы все будем в безопасности. И я смогу им писать.

– Что-то вроде охотничьих угодий? – принялась расспрашивать я уже смелее.

– Замок, – последовал ответ. – Двор не пользуется им, но поддерживать собственность в пригодном состоянии надо. Вы ведь умеете вести хозяйство? Заботиться о доме? Управлять штатом слуг? Поддерживать приличия и следить, чтобы все были при деле и у всех было все необходимое?

Помедлив немного, я кивнула.

В последнее время мне приходилось заботиться только об отце и сестрах, но зато в ситуации крайней стесненности в средствах. С королевской собственностью, наверное, будет даже проще.

– Но почему Гиацинта? – опомнился отец.

– Потому что она подходит, – ответил Гуджол, ничего толком не объяснив. – И еще потому, что ваша семья не в том положении, чтобы разбрасываться такими шансами.

Должность смотрительницы или брак по расчету, в котором главной будет деспотичная свекровь? Корона даст больше денег. К тому же в отдаленном уголке страны будет попроще спрятать зреющую во мне магию.

Выбор очевиден, не так ли?

– Я согласна.

Показалось, что отец вздохнул с облегчением.

Взволнованно притихшие сестры были отправлены в гостиную. Похоже, Кэт достанется объясняться с леди Шарт, которая вряд ли согласится ждать объяснений дольше. При условии, что она все еще ждет. Словно боясь, что вот сейчас они выйдут и мы уже не увидимся, все трое обняли меня.

Ох.

Глаза обожгли слезы.

Я закусила губу в попытке справиться с собой.

Дверь тихо открылась и вновь закрылась.

Гуджол разложил на столе договор и пустился в дополнительные объяснения. Один экземпляр я привезу с собой, и с момента, когда я с документом войду в ворота, я стану главным человеком в замке Грабон. Что бы там кто ни думал. Мутный лорд нарочно трижды сделал акцент на этом моменте. Я главная. Все подчиняются мне. Должность пожизненная. Грабон каким-то образом содержит себя сам, но мне обещали, что средств достаточно. Из дополнительных обязанностей – раз в определенный срок писать отчет короне. К нему как раз можно приложить письмо родным.

Я пробежала глазами ровные строки и ничего, о чем бы забыл упомянуть гость из столицы, не нашла.

Рука дрогнула от волнения, но подпись вышла четкая.

Королевский шпион одобрительно улыбнулся. Или, вернее, изобразил полную одобрения улыбку.

Проклятье, во что я ввязываюсь?

– Дорогая, мы с твоими сестрами ценим то, что ты делаешь для нас. – Отец встал и вроде бы хотел обнять меня, но лишь слегка сжал плечи. – Обязательно напиши, как устроишься. Как только сможешь.

Справедливости ради, я делала это и для себя тоже.

Но объяснять ничего не стала. Мы давно уже не говорили по душам.

– Соберите все, что хотите взять с собой. И хорошенько выспитесь, рано утром мы отправимся в путь, – отдал последнее на этот день распоряжение человек короля. – Я лично доставлю вас в Грабон.

Сердце забилось чаще.

С завтрашнего дня у меня начнется совсем другая жизнь.

* * *

Я брела сквозь темноту ночи. Тропинка под ногами вроде бы и была, но такая узкая, заросшая и неровная, что то и дело приходилось сомневаться, существует ли она на самом деле или всего лишь плод измученного воображения.

За высокими, скрюченными, будто искалеченными деревьями звезды едва просматривались, и их света не хватало, чтобы обозначить путь. Лишенные листьев ветви цеплялись за волосы и ночное платье. Последнее стараниями призраков деревьев уже обзавелось несколькими дырами.

Дыхание сбилось, но я продолжала идти.

Несмотря на то, что ноги уже гудели.

Пусть внутри и жило понимание, что там, куда я так стремлюсь добраться, мне вряд ли обрадуются.

Раздавшийся неподалеку треск притворилась, что не заметила. Не дождутся, не испугаюсь! И уж точно не поверну назад!

Ухнула сова. Будто прямо над головой. От неожиданности я подвернула ногу и едва не упала. Чудом удержала равновесие, взмахнув руками, и одну ободрала об обломанную ветку.

До крови.

В непроглядной тьме будто ожило что-то. Хищное. Голодное. Показалось, что где-то там зашипело и заскрежетало. Не так уж и далеко.

Шею покрыли холодные мурашки страха. Я отчетливо ощущала направленные на меня десятки взглядов. Но упрямо продолжала идти, отмахивалась от веток, не позволяла им меня остановить. Потому что останавливаться было ни в коем случае нельзя. Что-то внутреннее, что родилось раньше меня, подсказывало. Я не должна позволить им меня задержать, иначе так и останусь в этом лесу.

Очередная ветка будто схватила меня за руку.

Вкрадчивые шаги в темноте…

Страх достиг предела – и руки вспыхнули прохладно-золотым светом.

Проклятье!

Магия.

Ей нельзя позволить проявиться. Ее надо скрывать. Сдерживать. Накрепко запереть внутри себя.

Вот только это свечение позволяло видеть путь и разгоняло страх.

Или же дело в том, что, стоило ему показаться, кругом все затихло?

Пользуясь возможностью немного оглядеться, я увидела деревья – обычные деревья, хоть и кривые, местами обломанные и совсем без листвы. Некоторые с колючками. Но пугающими, а тем более опасными они не выглядели. И за ветку я просто зацепилась, не хватала она меня.

Дышать стало легче.

Тропинка, поросшая пожухлой травой, уткнулась в ворота. Они с тонким скрипом открылись, впуская гостью. Звук резанул нервы, но я поторопилась вбежать внутрь.

Темная громада замка… примерно так я его себе и представляла. И сад вокруг вполне нормальный, а не полумертвый, как лес за красивыми коваными воротами, увитыми кованым же плющом.

Ну вот, все не так плохо.

Наверное.

Над входом горел одинокий фонарь, и я почти побежала туда.

Массивная дверь поддалась неожиданно легко.

Я проскользнула в холл и первое время просто пыталась отдышаться. Чувство облегчения мешалось с запоздалой дрожью. Пальцы горели от силы, но затихать она и не думала. Напротив, разгоралась сильнее.

Ярче.

Болезненнее.

Не стряхнуть и не заглушить.

При мысли о том, с чего может начаться мое пребывание на новом месте, в глазах потемнело…

От этого – или же это было реальностью? – показалось, что у стен сгущаются тени. Слух будто улавливал шепотки и смешки.

– Попалась! – каркающий старушечий хохот перешел в мелодичный девичий и неправдоподобно внезапно заглох.

– Теперь ты наша, – вторили ему шепотки.

– Не выберешься!

Свечение с пальцев распространилось на все ладони и взорвалось ослепляющей вспышкой.

Я закричала от боли.

…И закричала в реальности, просыпаясь.

Едва успела осознать, что пугающий лес и жуткий замок были всего лишь дурным сном, как сестры уже обнимали меня и выспрашивали, что такого мне снилось. Перед глазами мелькнула картинка, и влажная кожа покрылась знакомыми мурашками страха. Я покачала головой.

– Гиацинта? – тормошила меня Лин.

– Не помню…

Пугать их не хотелось. Не надо, чтобы они чувствовали себя виноватыми.

– Наверное, она просто разнервничалась из-за всего, – заметила практичная Кэт и единственная додумалась принести мне стакан воды.

Помогло. Несколько глотков, и я вернулась в реальность. Правда, взмокшей коже сделалось холодно, пришлось кутаться в одеяло.

Проклятье, магия…

Но осмотрев свои руки, я не увидела никаких следов силы. И пальцы не болели, как после очередной вспышки. То есть сон действительно был только сном и ничем большим.

– Знаешь, тебе не обязательно нас оставлять, – заметила младшая из девочек и враждебно глянула на собранную сумку.

Я длинно вздохнула и отдала Кэт опустевший стакан.

– Обязательно, – отрезала наша самая разумная сестра. – Королю не отказывают. Даже если бы мы не находились в столь плачевном положении.

Именно.

Выбора бы в любом случае не было.

– Эй, у меня будет почти собственный замок! Гуджол же намекнул, что двор туда не приезжает. – Я постаралась приободрить сестер и себя заодно. – А вы, скорее всего, переедете в столицу.

– Не притворяйся, ты не радуешься, – буркнула шестнадцатилетняя Гвенни. За что тут же получила щипки от обеих средних сестер. – Ай!

Я буду скучать по нашей возне и ночным разговорам.

Доказательств того, что все сложится хоть сколько-нибудь хорошо, ни у одной из нас не было, и пока оставалось лишь прятать страхи в крепких сестринских объятиях.

* * *

Мы выехали, когда еще толком не рассвело. Весь город видел, что лорд из столицы прибыл верхом, и я полагала, что мое путешествие задумывалось таким же способом. Но у дверей дома меня ждал неприметный экипаж.

Разочарованием стало то, что сам Гуджол не сел внутрь, он все так же продолжал путь верхом. А жаль, у меня были вопросы. Но в уютной тишине экипажа задать их оказалось некому.

Кошмарный сон, признаться, меня накрутил.

Теперь уже казалось странным, что должность смотрительницы замка доверили мне. В свои двадцать три я была старше большинства девушек на выданье, но особых заслуг за мной не водилось. Еще одна скучная бедная аристократка, каких сотни по королевству. Может, его величество осознал, что допустил ошибку с мамой и это его способ загладить вину?

В чудо верилось с трудом, но существовал крошечный шанс.

Ведь существовал же, да?

Расставание с сестрами жгло глаза непролитыми слезами. После того, что случилось с нашей семьей, они были моим миром. А теперь мы, возможно, больше не увидимся. Никогда.

Я сухо всхлипнула и изо всех сил постаралась думать о чем-то другом. Вбитые с детства правила поведения запрещали плакать. Не тогда, когда от моего поведения зависело будущее всей семьи.

День в дороге прошел монотонно. Экипаж покачивался, и я по большей части спала. Немного думала о будущих обязанностях и как справлюсь. Замком, наверное, управлять сложнее, чем поместьем. С другой стороны, в замке есть все необходимое и покровительство короны, а поместье едва сводило концы с концами. На мой взгляд, это уравновешивало шансы. Как-нибудь разберусь.

Когда солнце начало клониться к закату, а в душе разлилось тягучее ощущение «слишком долго едем», я отодвинула шторку и уставилась в окно. Не знаю, что хотела увидеть… Нет, знаю. Я высматривала искалеченные, полумертвые деревья из сна. Однако же мы ехали по едва позолоченному осенью лесу, который шумел листвой, пах орехами и грибами и совсем не выглядел пугающим. Нам попадались ухоженные деревеньки и люди с корзинами ягод. Дважды на дорогу выбегали игривые яркие белки, и один раз я заметила косулю. Под таким натиском жизни мрачные фантазии не выдержали и отпустили меня.

С наступлением темноты выяснилось, что в дороге предстоит провести еще несколько дней. Мы заночевали на постоялом дворе, чистом и не самом дешевом, судя по немногочисленным другим путникам, которых мне довелось увидеть. Одна дама путешествовала с толпой слуг и маленькой пушистой собачкой, которая оглушительно тявкала и всячески выражала недовольство жизнью. А во время ужина выступал настоящий менестрель. Никогда не покидавшая родного дома, я внимательно смотрела по сторонам, жадно впитывая каждую деталь.

Забыла бы за новыми впечатлениями расспросить спутника, да он сам заговорил:

– Не стоит переживать, Гиацинта, вы впишетесь на новом месте. – Он одновременно и успокаивал, и будто оплетал невидимой паутиной, вовлекая в свои сети. – Не побоюсь сказать, только вас там и не хватает.

Прозвучало… двусмысленно.

Словно в словах моего сопровождающего скрывался некий тайный подтекст.

Или же я опять себя накручиваю.

– А что за место этот Грабон? – позволила себе спросить.

– Замок существовал еще до основания нашего королевства, – с понимающей полуулыбкой заговорил Гуджол. – Представляешь, сколько ему столетий? Не беспокойся, сохранился он прекрасно. До скончания времен простоит.

Опять мне послышалась тайна, сокрытая между слов.

Перемены, тем более столь кардинальные, даются непросто. Наверное, дело в них.

– Как его используют? – подобрала новый вопрос я.

– Да никак, – пожал плечами тот единственный, кто прямо сейчас мог дать хоть какую-то информацию. – Историческая ценность. Стоит себе и стоит. Но внутри надо за всем присматривать, сама понимаешь.

– Почему королевская семья его не любит?

– Кругом на много миль ничего нет. Может, когда-то было, но теперь там сплошной глухой лес. А двор, знаешь ли, питает слабость к развлечениям.

Охотиться можно было бы, ну раз лес. Но, очевидно, для охоты имелись другие угодья.

Менестрель тихонько мурлыкал романтическую балладу, что совершенно не мешало вести разговор. Вот только какие бы вопросы я ни задавала – а задала я их больше десятка, – зацепиться за что-нибудь пугающее разумом так и не удалось.

Замок и замок.

Не бедствует.

Кровавых историй в прошлом не хранит.

Привидений замечено не было.

Штат обещали приличный, и моя задача руководить да отчитываться.

Звучало все так хорошо, что почти скучно. Подвох если и был, откопать мне его не удалось. Несомненно, даже если все окажется правдой, на месте наверняка найдется человек, который служит дольше и считает, что больше меня достоин должности смотрителя. Вдали от родных будет тяжело. Тут бы пригодился стальной характер, но я не уверена, что он у меня есть.

Дар больше никак не проявлялся.

И спалось мне в ту ночь хорошо.

Но это в ту…

* * *

На следующий день выяснилось, что мы не только не близки к цели, впереди нас ждали многие дни в дороге.

В какой же глуши этот Грабон?

Начинаю понимать, почему он – не слишком нужная собственность. И отчего король не назначил на это место кого-нибудь более ценного.

Знакомое ощущение склизких мурашек охватило меня всю.

Будущее пугало своей неотвратимой безысходностью.

…Потянулись долгие дни пути.

Это было довольно интересно. Я видела похожую и в то же время совсем другую местность, города и более мелкие поселения, и почти воочию наблюдала, как золота в осени становится больше, а потом побеждают красноватые и бурые цвета. Насколько получалось судить, мы продвигались на север. По мере того, как становилось холоднее, я закуталась в шаль, а на пятый день надела плащ.

Мой спутник предпочитал передвигаться верхом. Он держался неизменно вежливо, отвечал на вопросы, если я их задавала, но большую часть времени оставался отстраненным. Как человек, который выполняет приказ, да. Если на постоялом дворе или в таверне попадался желающий поговорить, Гуджол представлял нас как дядюшку и племянницу, которые едут навестить родственников. Только конечные пункты несколько раз менялись, но кто бы его на этом поймал?

Именно таким и должен быть человек для особых поручений – неприметным, обыкновенным, вежливым и самую малость обаятельным. Ничем не выделяющимся из толпы. Мы ехали уже седьмой день, когда я поймала себя на интересной мысли. Вот доберемся, оставит он меня в Грабоне, пройдет несколько недель… и я не узнаю его при встрече, если таковая когда-нибудь случится.

Как раз вечером седьмого дня монотонность оказалась разбавлена некоторыми событиями.

– Завтра в это же время ты уже будешь на месте, – сказал мне Гуджол, пока мы ждали заказанный ужин.

– Мы, – зачем-то поправила его.

– Увы, у меня приказ сразу же отправляться обратно.

То есть я с первых минут окажусь брошена в омут новой реальности. Что ж, впереди около суток, чтобы привыкнуть и настроиться.

Волнение, поднявшееся внутри, затмевало все прочие ощущения, и еда показалась безвкусной.

– Свободно выходить из замка позволено одной тебе. – Когда Гуджол это сказал, я чуть не подавилась.

– А остальные что, пленники?!

– Скажем так, у них другие договоренности с короной. И твоя задача – контролировать, чтобы каждый соблюдал свои.

Проглотила.

Не ручаюсь, что удержала лицо.

– Не пытайся сделать подчиненных друзьями, это никогда не срабатывает, – продолжал наставлять меня лорд. – Помни, они не твои сестры и не подружки, живущие по соседству.

Подруг, кроме сестер, у меня никогда и не было.

– И… надеюсь, ты понимаешь, что на новом месте представляешь корону. Вести себя надлежит соответственно. Никаких романов! Или, по крайней мере, они не должны сказываться на твоей службе и о них не должны узнать. Если я узнал, считай, ты провалилась.

– Я поняла.

Стоило некоторых усилий оскорбленно не поджать губы. Я не из тех, кто от скуки способен спутаться с конюхом!

– Первый отчет жду через две недели, расскажешь, как устроилась, заодно напишешь родным, – инструкций еще добавилось. – Потом через два месяца, уже о делах в Грабоне. Следующий через полгода и так далее.

Задача пока не казалась слишком сложной, но ощущение подвоха вновь вгрызлось мне в затылок.

Нет смысла строить предположения. Завтра все сама увижу.

Я быстро закончила ужин, оставив большую часть еды на тарелке, и отправилась в приготовленную для меня комнату. Хотелось остаться одной. Острая внутренняя потребность… И лишь когда заперла за собой дверь, я поняла, с чем она была связана.

Пронзительная вспышка боли.

Огонь прожег изнутри.

Светились не только ладони, но и в области солнечного сплетения.

Сдержать хнык не получилось.

Я согнулась и судорожно закашлялась. И оставалась в таком положении, пока магия не схлынула.

Проклятье, за что мне это?

Может, и к лучшему, что я буду подальше от семьи?

Когда же немного отпустило и я нашла в себе силы вновь шевелиться, обнаружилось, что лорд Гуджол застыл в дверном проеме и наблюдал за мной с приподнятой бровью и каким-то извращенным удовольствием на обычно бесстрастном лице. Будто лично он затеял сложный эксперимент, и подопытная мышь мучилась и корчилась строго по его плану.

– Вы устали, Гиацинта, – заметил он, поймав мой взгляд.

Я же вяло отметила, что он выбрал более формальное обращение, чем предпочитал в последние дни.

– Ложитесь и постарайтесь как следует выспаться. Завтра выедем пораньше, вам лучше как можно скорее оказаться на месте.

И ушел, неслышно прикрыв за собой дверь.

Несколько мгновений я взирала на нее в немом изумлении. Не могло быть и речи о том, чтобы он не заметил странности. Мои руки до сих пор ярко светились.

* * *

Спокойный сон Гуджол унес с собой. Я всю ночь проворочалась, едва в силах вздохнуть от удушающего страха.

Изнутри разъедало ожидание, что вот сейчас в комнату ворвутся люди в форме и потащат меня на казнь. Но время тянулось, а никто так и не пришел. После полуночи обычные звуки постоялого двора затихли. Мир утонул в темноте и тишине. А я так и лежала, уставившись в потолок.

С мамой все произошло сразу. Никто ничего не ждал.

Не мог же Гуджол не понять, что я такая же!

Почему тогда он ничего не предпринял?

Последнее я признала, когда начал заниматься рассвет и мне принесли воду для умывания.

– Вам известно что-нибудь о замке Грабон? – неожиданно для самой себя я попыталась расспросить служанку, впервые за время пути и то лишь потому, что мы уже почти добрались и к вечеру будем на месте. Не такое уж большое расстояние. Особенно для слухов.

– Проклятое место, – не глядя на меня, отозвалась девушка, и установила большую миску на столик. – Гиблое.

Я вздрогнула, ощущая, как кожу жалят невидимые иглы.

– Почему?

– Войдешь туда и уже обратно не выйдешь. Никогда.

Будто не сказала ничего жуткого, она направилась к двери.

– Но это собственность короны…

– Вам виднее, госпожа. – Она все же глянула на меня. С таким выражением, будто считала, что я от скуки маюсь, а уж у нее-то, нагруженной работой до позднего вечера, на всякую ерунду времени нет. – А у нас говорят, там живет чудовище. И еще говорят, что оно заколдовало замок так, что до него ни дойти, ни доехать. Случайно или по своему желанию туда не попадешь, только если чудовище тебя заманит.

Взмахом руки я отпустила любительницу страшилок и тяжело вздохнула. На что, интересно, надеялась?

Неподалеку от нашего поместья была заброшенная часовня, так каких только сказок про нее не придумали. От тайной свадьбы королевской дочери до дракона, осквернившего место своим появлением. Успела часовня побывать и местом исполнения желаний, и порталом в другие миры. Даже немного забавно оказалось обнаружить, что Грабон постигла та же участь.

Часть меня все еще хотела сбежать, но я бы никогда подобного не сделала. Не тогда, когда в руках короля вся моя семья.

Кхм. Если смотреть с этой стороны, я начинаю казаться чуть более выгодной смотрительницей. Идеально послушной. Которая сделает что угодно, лишь бы родные не пострадали.

Мерзкие мурашки не поместились на шее и двинулись вниз по позвоночнику.

Ладно, скоро все узнаю. Увижу и прочувствую на себе. Отступать некуда.

Наскоро собравшись, я вышла из комнаты.

Чтобы в коридоре едва не налететь на другую работающую здесь девушку.

– Анита сказала, вы спрашивали про Грабон. – Голос юной служанки звучал взволнованно и ломко. – Я не знаю дороги туда, но бабушка любила повторять, что каждый, кто ищет приют и защиту, найдет это там.

Сказки и россказни. Так я и думала.

Но девчонка с милыми косичками чем-то напомнила мне младшую сестру, так что я улыбнулась ей.

– Да я просто из интереса спрашивала. Вчера где-то слышала название, вот и полюбопытствовала.

Гуджол вел себя как всегда, то есть вежливо, невозмутимо и немного отстраненно. Мы быстро заглотили завтрак, и я моргнуть не успела, как уже сидела в экипаже. Кроме прочего, сопровождающий утром вручил мне мой экземпляр договора, скрепленный королевской печатью. Он понадобится сразу по приезду.

Поверить не могу, что все уже почти свершилось.

Интересно, как там сестры? Уже собираются в столицу или перемены в их жизни начнутся после того, как я себя зарекомендую?

А несостоявшийся жених? Насколько знаю его мать, она могла как сама отказаться от помолвки, побоявшись направленного на Кейвортов внимания сильных мира сего, так и настаивать на ней, требовать компенсации. Непредсказуемая женщина. Я всегда ее побаивалась. И чего уж там, была искренне рада, что удалось избежать такой свекрови.

Кому-то же наверняка не удастся.

Заранее сочувствую.

Хадмот сам по себе, может, и неплох, но от таких не теряют голову.

Одернула себя со смешком. Пора прекращать думать, как девица на выданье.

Мне больше никогда ею не стать.

Сама не знаю, как отношусь в тому, что все, казавшееся прежде важным, в один миг испарилось из моей жизни. Меня – да и всех девушек вокруг – воспитывали в строгости, учили вести дом, быть скромной, послушной и незаметной. Опорой семье и будущему мужу. Мама настояла, чтобы ее дочери получили хорошее домашнее образование, но я единственная успела его завершить. Когда случилось страшное, мне оставалось всего четыре месяца. Отец еще не понял, что дела наши плохи надолго, и я успела доучиться. Даже экзамен сдала, хотя, на мой взгляд, отметки там были сильно ниже, чем я заслуживала. Так и случается, когда вся провинция тебя ненавидит и побаивается. Сестрам же так не повезло. Кэт и Лин пришлось прервать обучение, а Гвенни так и не успела его начать. Стоит ли говорить, что у большинства соседских дочерей не было и этого? И, конечно, никто из нашего городка не уезжал путешествовать или учиться в университете, хотя в столице, я читала, это становилось модным. Даже среди девушек.

Экипаж мерно покачивался, слух улавливал стук копыт. Казалось бы, все это за прошедшие дни стало рутинным, но нет. Сегодня время летело незаметно. Я немного подумала о сестрах, пытаясь представить их будущее, немного смотрела в окно, закрыв глаза, вслушивалась в звуки – и как-то внезапно мы остановились.

Я еще не была готова.

И поблизости, насколько удавалось рассмотреть в окно, не было замка. Даже чего-то похожего на замок.

Пришлось приоткрыть дверь, чтобы заговорить с Гуджолом.

– Почему стоим?

Лес золотили лучи закатного солнца. День и правда пролетел как-то незаметно.

– Приехали, – бросил лорд из тайной службы. – Выходи.

Я подчинилась, хотя решительно ничего не понимала.

И только выбравшись из экипажа, вдохнув позднюю осень и поежившись от прохлады, заметила, что в лес уходит тропа. Довольно широкая, ровная и аккуратная, лишь слегка присыпанная иглицей и бурыми листьями.

Нанятый извозчик поставил у моих ног сумку.

– Дальше сама, – пояснил Гуджол. – Не бойся, здесь недалеко.

Недоверчивый взгляд не помог. Похоже, сопровождающий не шутил.

– Не боитесь, что сбегу? – не удержалась от небольшой дерзости.

– Я ведь говорил тебе, что кругом на много миль ничего нет, – напомнил тот, кто меня в это все втянул. – Не бойся, Гиацинта. Для тебя нет опасности.

– Хочется верить, – буркнула я без малейшего оттенка благодарности.

Лишь сейчас обнаружила, что внутри свернутого трубочкой договора лежал ключ.

– Удачи! – бросил мне Гуджол и так и не посчитал нужным спешиться.

Убедиться, что я дошла и со мной ничего не случилось, они тоже не сочли нужным. Уехали еще до того, как я сделала первые шаги.

Тропа, слава всем силам, казалась безопасной.

Но серьезно? Что это, как не еще один нелепый сон?

Я даже ущипнула себя, чтобы проверить.

Не сон.

Сумка непривычной тяжестью оттягивала руку. Вспомнишь тут, что больше не леди, а наемный сотрудник. Не желая доставлять себе дополнительные неудобства, я зашагала по тропе туда, куда, собственно, меня и послали.

Довольно скоро впереди правда вырос замок. Он прятался за холмом, поэтому не был виден с дороги.

Красивый. Да темный, но в красновато-золотых закатных лучах он вовсе не производил мрачного впечатления. Башни, террасы, массивные стены и окна с витражами. Пожалуй, я ничего в своей жизни красивее не видела.

Тропа изогнулась и подвела меня к воротам.

Тем самым, из кошмарного сна.

Кованые ворота с кованым же плющом.

Если присмотреться, под ним можно было различить символы со стершейся от времени темно-золотой краской.

«Грабон».

Ключ подошел идеально.

Глава 2

Меня прошиб страх. Опять эти мерзкие мурашки.

Бежать, впрочем, было некуда, да и при свете угасающего дня замок не выглядел пугающим. Волшебно он выглядел. Еще очень древним. И совершенно пустым, будто никого, кроме меня, здесь не было. Но тот сон… Может, это шутки пробуждающегося дара? Весьма похоже на то.

Внимательный взгляд отметил прикрепленный к воротам ящик для корреспонденции.

С трудом верилось, что кто-то отправится в такую даль, чтобы доставить письма, но ведь будут еще и отчеты. Насчет них были даны вполне четкие распоряжения. Значит, отправится. Без сомнений.

Над почтовым ящиком крепился овальный знак с изображением короны. Именно он меня окончательно успокоил. Я там, где и должна быть. И с договором все в порядке.

Осмелев, тронула кончиками пальцев литой плющ и с удивлением обнаружила, что он теплый. Нагрелся, наверное, на солнце за день.

Я проскользнула в беззвучно открывшиеся ворота и плотно закрыла их за собой.

Ко входу вела подъездная дорожка, но мне довелось идти по ней пешком.

Реальность отличалась от сна, и вход в сам замок выглядел иначе. Сад если и существовал, то находился по другую сторону замка, и я его не видела. Вокруг подъездной дорожки раскинулся парк с почти голыми деревьями. Опавшие листья кто-то заботливо убрал… Значит, люди тут все же есть. Но какие-то уж слишком нелюбопытные люди. Никто не вышел меня встречать и даже не пытался подглядеть из окна, прячась за шторой.

Тихонько хмыкнув про себя, я взбежала по ступеням, толкнула дверь и вошла в просторный холл.

Все еще никого. И ни звука. Странно.

Сумку можно поставить на пол. И пройтись по просторному пространству, осматриваясь.

Не знаю, как должен выглядеть холл королевского замка, но ожидала я немного не этого. Большое прямоугольное пространство. Несколько обманчивых зеркальных стен. И ниша, в которой прятался стол для заполнения документов и очевидно неудобный стул. На столе уже поджидали листы, на которых мне предстоит написать отчет короне, и печать замка Грабон.

Да уж.

Незримой, но густой шалью окутывало такое ощущение… будто я попала в замок и в то же время еще нет.

В растерянности я отошла от стола, в последний момент избежала столкновения с еще одной зеркальной стеной и лишь тогда впервые заметила клубящийся мрак, который скрывал часть холла. Там должны быть входы в залы и лестница на верхние этажи.

Я неуверенно шагнула ближе.

Еще ближе.

Когда же подошвы моих туфель заступили за границу тьмы, раздался почти неразличимый, но оглушительный звон.

И шорох. Похоже на то, как с чего-то большого сдернули полотно, и в то же время не по-настоящему.

На миг меня омыло ощущением магии.

Замок ожил звуками.

Самым отчетливым из всех было:

– Новая смотрительница прибыла!

Быстро вернувшись за сумкой, я… не шагнула в тьму, потому что тьмы больше не осталось. Исчезли и зеркала. И стол с моим будущим отчетом. Холл изменился. Стал уютнее, раза в три просторнее, осветился старинными светильниками с приглушенным мягким светом, явил изогнутую лестницу, разделяющуюся на две на уровне второго этажа, и аркообразные проходы.

Разговоры нарастали и множились.

– Ее тут только не хватало! – Кто-то моему приезду был ожидаемо не рад.

– Это что, женщина?!

– Надеюсь, хотя бы хорошенькая.

Все – мужские голоса.

Открытие заставило нервно повести плечами под платьем.

– Тише вы! – шикнула на них пока такая же невидимая женщина. – Она нужна. Без нее Грабон вернется в стазис. Или вам понравилось это состояние?

Кто-то что-то забурчал, я не разобрала.

И пока я всматривалась в проемы и коридоры, пытаясь определить, где говорят, из правого, очевидно, ведущего в хозяйственные помещения, вывалила небольшая толпа. Дородная женщина со светящимся добротой лицом, еще одна женщина, хмурая и молчаливая, в костюме на мужской манер, и пятеро переговаривающихся мужчин. Последние в форме без опознавательных знаков, но с кожаными вставками и защитными пластинами, по виду похожими на чешую. В ногах путалась трехцветная кошка и изо всех сил старалась никого не обделить вниманием. Что ж, вот мне и подчиненные. Ну, за вычетом кошки.

Я вскинула подбородок, расправила плечи и приложила все усилия, чтобы выглядеть уверенно.

– Гиацинта, смотрительница замка Грабон.

– Голубушка, добро пожаловать! – бросилась ко мне та из женщин, которая и до этого говорила, и, приобняв, увлекла ближе к остальным. – Наконец нам прислали кого-то подходящего! А то прошлый смотритель был так стар, что и двух месяцев не прожил. Замку ведь силы нужны! Уверена, Грабон станет прекрасным домом тебе.

– До конца дней, – подхихикнул один из мужчин, но я просмотрела, кто это там самый говорливый.

Силы? О чем они все?

– Я – Дарьяна, местная домовиха, – продолжала болтать особа, сразу взявшая меня в оборот. – Занимаюсь тут хозяйством, то бишь.

Остальных она тоже представила, но я почти никого не запомнила.

Лишь отметила, что сумка перестала оттягивать руку.

– Ты, верно, устала с дороги? Идем, деточка, отведу тебя в покои. – Меня настойчиво влекли к лестнице. – Отдохнешь, обустроишься, а там и пироги поспеют.

Приятно, когда о тебе заботятся. Хоть немного. Такое теплое и давно забытое чувство.

Я почти позволила себе размякнуть, но в шаге от первой ступеньки все же ухватилась за реальность.

– Стойте, я должна осмотреть замок. И познакомиться с местными обитателями. Это все? Мне нужно знать, как тут устроен быт, кто и за что отвечает. Кто управлял здесь всем, пока меня не назначили смотрительницей?

– Успеешь еще, ты ведь с нами навсегда, – отмахнулась Дарьяна… а между тем мы уже начали взбираться по лестнице. – Вот за ужином и познакомитесь.

Не драться же с ней.

Домо… как она себя назвала?.. с виду такая теплая, уютная, в немарком платье, белоснежном переднике и старомодном чепце. И руки у нее приятные, заботливые. Ни за что не скажешь, что она такая сильная и настырная. Но в одном она права: мне здесь не только работать, но и жить. Хотелось бы выстроить с другими обитателями замка добрые отношения. Что бы там ни думал об этом лорд из тайной службы.

– В таком случае за ужином общий сбор, – объявила я громко. – Присутствие обязательно.

В разговоры у подножия лестницы намеренно не вслушивалась. Мне тут не обрадовались, но кто и когда был счастлив явлению нового начальства?

Вот именно.

Успеет еще все наладиться.

Ноги несли меня все выше, а разум тем временем перебирал странности, точно разноцветные бусины в шкатулке. Холл изменился, он выглядел иначе, когда я только вошла. Мужчины, оставшиеся внизу, не были похожи на лакеев или садовников. Они совершенно точно были чем-то вроде собственной гвардии замка Грабон. И что там говорилось про мои силы? Не упоминая других странных слов.

Прежде чем преодолеть последнюю ступеньку, я мельком взглянула в одно из больших окон и чудом удержалась от вскрика. Стены, окружавшие замок, поменялись, прежними остались только красивейшие кованые ворота. А за стенами крючился, корчился и щерился обломками голых ветвей полумертвый лес из моего сна.

Кажется, я оказалась в самом центре собственного ночного кошмара…

И бежать некуда.

Ни единой возможности.

– Сюда, сюда, моя хорошая… – Заметив, что я остановилась, Дарьяна подбавила настойчивости. – Бедная девочка, совсем умотала тебя дорога. Издалека добиралась, поди?

– Я из Бехорса.

– Впервые слышу.

Мы вошли в самый широкий и самый короткий коридор второго этажа. Сюда выходило всего две двери, одна напротив другой.

– Это на западе Помрока, – зачем-то уточнила я.

Моя сопровождающая только раздраженно пожала плечами. Будто название королевства не сказало ей ничего.

– Обсудишь это с Фейном и мальчиками, – отмахнулась она. – Я простая нечисть, что мне до городов и корон.

Я растерянно моргнула. Как она себя опять назвала? Отрицать реальность дальше было невозможно, и…

Распахнув дверь, Дарьяна мягко втолкнула меня в комнату. Сумка уже каким-то образом стояла там.

– Отдыхай. – Меня в последний раз погладили по спине и оставили в покое.

– А кто там живет? – спросила я, прежде чем закрылась дверь.

– Так Фейн.

– А он кто?

– Командир местного гарнизона, – охотно объяснила Дарьяна. – Вы вдвоем будете заправлять тут всем. Ты отвечаешь за жизнь замка, он за безопасность. Важно, чтобы вы ладили, потому как Грабону нужна ваша объединенная магия.

И поспешила закрыть дверь у меня перед носом, пока я еще о чем-нибудь не спросила.

Услышанное укладывалось в голове с трудом.

Магия.

Нечисть.

О том, что в замке есть какой-то командир, меня тоже никто не предупреждал.

Разум требовал решить, что все странности – проверка для меня. Ну что я не пошла в мать. Но из этой такой удобной для душевного равновесия картины выбивались две вещи. Пейзаж за окном – он все еще совпадал с кошмарным сном и не совпадал с той картиной, которую я видела, когда приехала. И лорд из тайной службы. Он видел проявление моей магии и его она более чем устроила.

Гадостные мурашки расползлись по плечам.

Может, Грабон – тюрьма для чрезмерно одаренных?

И меня все-таки казнят?

Поверить в такой расклад и испугаться дополнительно отчего-то не получилось. За ужином ведь будет общий сбор. Я сама его объявила. Тогда и разберусь, что тут к чему. Начну хотя бы.

Пока же я решила вымыться с дороги, не отказывая себе во времени для этого. А когда разомлевшая вышла из ванной, на цыпочках ступая по холодному полу, у двери меня ждал поднос с кружкой чая и блюдцем с засахаренными фруктами. Но главное, меня ждала огромная кровать с приглашающе откинутым краем одеяла. Как тут устоять и не прилечь ненадолго?

* * *

Я выспалась так, будто проспала несколько часов, а за окном все еще горел закат. Неприятной тяжести в голове и теле не ощущалось, вряд ли я проспала сутки. Но и время не остановилось: пока я приводила себя в порядок к ужину, закат заметно поблек, и картина за окном сделалась еще более пугающей.

Проблему я решила, задернув шторы.

Стало как-то поспокойнее, а то мне среди мертвых деревьев уже виделись горящие красным глаза.

Выяснить заранее, во сколько у них тут ужин, я не удосужилась, и сейчас надеялась, что меня позовут. Пока же с интересом осматривала комнату, и чем дальше осматривала, тем более пугающие вырисовывались выводы. Я живу в спальне королевы. Совершенное безумие, но как есть.

Или же хозяйки замка, ладно.

Разница невелика.

Свои ванная и гардеробная. Ничего роскошнее я в жизни не видела. Огромная кровать с пологом. Мягкий ковер. Туалетный столик со всем необходимым. Уголок для чтения или чтобы посидеть с подругами на полукруглом диванчике и посудачить, вот только подруги не прилагались. Зато уютно потрескивал камин. В обстановке преобладали темное дерево и ткани кремовых оттенков.

Не то чтобы я недовольна, но хотелось бы с кем-то обсудить двусмысленность своего положения здесь.

Пожалуй, приемлемая причина, чтобы выйти еще до ужина.

Сориентироваться в коридоре с двумя дверями оказалось несложно. Я помедлила, но заглянуть к соседу не рискнула. Кто его знает, как он относится к моему появлению в замке? Делиться властью люди обычно не любят.

Преодолела лестницу.

Дальше трудностей тоже не предвиделось, я ведь помнила, как Дарьяна меня вела.

Где-то поблизости слышались голоса. Вроде бы слух улавливал даже лязг оружия. Разговоры и смех.

Пространство опять показалось немного другим, но на моей памяти это случалось уже дважды.

Я подошла к двери, из-за которой, как мне казалось, доносились звуки, и толкнула ее. Но дверь не поддалась.

– Уже сбегаешь от нас? – раздался за спиной насмешливый голос. – Я думал, для этого придется хорошенько тебя достать.

Обернувшись, я уперлась взглядом в худощавого черноволосого парня с наглым взглядом, вызывающей ухмылкой и каким-то немыслимым количеством татуировок. Хвост одной – кажется, это была ящерица – пересекал щеку и заканчивался на шее. Другие виднелись на руках и убегали под рубашку… и что-то мне подсказывало, что под ней скрывается куда больше, чем доступно моей фантазии.

– Э… Кхм.

Признаться, я немного опешила. В городке, откуда я родом, таких красавчиков не водилось. Там если жених не хлюпал носом круглый год, каждый день мылся и мог понятно изъясняться, он уже считался сокровищем. Выбирать было особо не из кого. Ну, может, за исключением двоих или троих, но их как-то быстро прибрали к рукам самые завидные невесты. По этой причине девчонки порой связывались с нанятыми учителями, заезжими торговцами или артистами. В свою очередь, по этой причине отец держал нас с сестрами в строгости, пресекая любое общение с противоположным полом. Так что сейчас я растерялась и толком не знала, куда смотреть.

– Дверь. Она не открывается.

Смотреть лучше на переносицу.

В лицо, но без зрительного контакта. И ничто не смущает.

– Фейн запретил покидать замок до рассвета, – все так же насмешливо сообщил незнакомец. – Там, знаешь ли, небезопасно. Впрочем, что это я? Ты знаешь.

– А?! – изумилась я.

В ответ он как-то многозначительно поиграл бровями.

Поговорили, называется.

– Я не хотела выходить, просто заблудилась немного.

– Ну да, ну да.

Встречать новую смотрительницу дружелюбно здесь не собирались. Глупо было надеяться.

– То есть ты не он? – Я уточнила на всякий случай, а то от них всякого можно ожидать.

– Не кто? – позерски вытаращился мой собеседник.

– Фейн. – И исправилась, чтобы было понятнее: – В смысле, не Фейн.

– А… Нет, я – Седрик.

– Где тогда…

– Почти все уже собрались, идем. Я как раз шел за тобой, а ты тут… не сбегаешь.

Седрик увлек меня к одному из аркообразных проходов. Но вот пытаться приобнять было не обязательно. И его горячая ладонь мне на пояснице была совершенно не нужна. Но если из объятий я вывернулась, то избавиться от неуместного прикосновения не получилось, и недовольные взгляды не действовали.

– Я не пыталась сбежать! – зашипела раздраженно.

– Выглядело все иначе, – возразил новый знакомый, нагло блестя глазами.

– Смотря с чьей стороны посмотреть.

– Ну я-то смотрю со своей…

Шипение тоже не помогало. Я как раз собиралась приказать ему держать руки при себе, но коридор вывел нас в столовую.

Надо как-то объяснить местным обитателям, что существуют правила приличия и соблюдать их придется… хотя бы со мной. Лапать меня не стоит. Ехидные шуточки и замечания лучше оставить при себе. И вообще, я здесь главная. Почему-то даже про себя тирада прозвучала неубедительно и слабо.

– Отловил беглянку! – радостно провозгласил Седрик, зато руку наконец убрал.

– Я не пыталась сбежать, просто заблудилась! – Повторить это в третий раз и не разозлиться не вышло.

Злость подпитывала легкая паника. Я увидела своих «подданных» в полном составе, и они оказались даже близко не такими, как я ожидала. За длинным столом сидели двадцать мужчин и одна женщина. Некоторые так и оставались в форме, другие сменили ее на брюки и рубашки, но никакая одежда не могла скрыть тренированных тел, породистых лиц и подозрительных взглядов. Простых замковых работников здесь и в помине не было. За столом сидела гвардия Фейна, разве что с ролью единственной женщины я пока не определилась. Но кем же тогда руковожу я?

– Рад это слышать, – прозвучал приятный голос, и я поспешила найти взглядом говорящего. – Потому что побег в твоем случае равносилен самоубийству.

– Прошу прощения? – Возмущение смешалось с холодком страха, и вопрос был всего лишь попыткой замаскировать это за прохладной вежливостью с маленькой капелькой высокомерия.

– Если бы ты смогла выйти за дверь, утром бы мы искали в лесу то, что от тебя осталось.

Нашла. Светловолосый мужчина сидел во главе стола. Он был из тех, кто переоделся в простую одежду. Никаких знаков отличия, оружия или даже повелительного тона, но с первого взгляда на этого человека не оставалось и тени сомнения, что главный здесь – он.

– Фейн, я полагаю? – уточнила осторожно и, не готовая к зрительному контакту, поспешила перевести взгляд на резную спинку его стула.

Он кивнул.

– В вопросах безопасности мои приказы здесь не оспариваются, – повторил он, вдруг до меня все еще не дошло. – Если хочешь выжить, конечно.

Место для меня оставалось на противоположном конце стола, четко напротив Фейна и тоже как бы во главе. Нам достались два самых массивных стула, и на столешнице у этих мест было выгравировано по маленькому гербу замка Грабон. То есть я правда здесь смотрительница, почти хозяйка. Вот только чего?

Предстояло еще выяснить. Пока шла к свободному стулу, заметила кое-что любопытное. Общих блюд с едой на столе не было, но у некоторых в тарелках я заметила еду… а потом прямо на моих глазах перед одним из мужчин появился кусок мяса и гора тушеных овощей.

Холодок страха разлился внутри, заставляя дрожать.

Как только я села, рядом возник ароматный суп-пюре, свежий хрустящий хлеб и кубок с незнакомым напитком. Я лишь мгновение спустя поняла, что именно это мне хотелось сегодня съесть.

– Ты же в курсе, что замок спокойно может тебя отравить? – с живым интересом во взгляде полюбопытствовал Седрик, по невезению, не иначе, оказавшийся по правую руку от меня.

– Ее вряд ли, скорее нас, – возразил ему один из незнакомых мне мужчин. – Так что попридержи язык лучше.

При попытке поднять взгляд от тарелки, я сразу же попадала в зрительный контакт с Фейном.

Следовало немедленно вернуть контроль над ситуацией, и я постучала по столу свернутым трубочкой договором, который принесла с собой. Звук получился тихим, но достаточным, чтобы привлечь внимание.

– С кем-то из вас мы уже виделись днем, – начала дружелюбно. – С остальными будем знакомиться сейчас. Гиацинта, новая смотрительница. Пусть каждый представится и расскажет немного о себе. Я вряд ли запомню всех сразу, но обещаю, что буду стараться сделать это как можно скорее.

Фейн не пожелал встать, чтобы взять у меня документ, и я отдала его Седрику. А тот, вместо того чтобы передать договор командиру, развернул сам.

Вчитался.

Хмыкнул.

В своей нагловато-язвительной манере, которая раздражала до желания придушить.

Выполнять мою просьбу никто не торопился.

– Там все должно быть в порядке. – Я кивнула на документ, мечтая, чтобы они не услышали неуверенности в моем голосе.

– Было бы иначе, Грабон бы тебя не впустил, – подала голос единственная кроме меня женщина. – Здесь не так важны бумажки, сама понимаешь.

– Не понимаю! – раздражение все-таки прорвалось. – Может, кто-то наконец введет меня в курс местных дел?

– Лучше ты нам скажи, чего ожидать, – лениво произнес Фейн, а посмотрел на меня будто с вызовом.

Скрытые смыслы роем окружили меня.

За скучную работу в полузаброшенном замке не дали бы того, что дали моей семье. Я догадывалась.

Что, впрочем, ничего не меняло.

– Я только приехала и ничего здесь не знаю, – получилось вернуть себе часть спокойствия.

– А мы после смерти прошлого смотрителя и до твоего появления не жили, – бросил парень с забранными в хвост красновато-рыжими волосами и сравнительно свежим порезом поперек красивого лица.

Странное вновь настигло. Нет смысла пытаться от него и дальше бежать.

– То есть как? – спросила растерянно, пытаясь сориентироваться в новой реальности.

– А вот так, – кивнул качок с тяжелым подбородком.

– Тебя плохо проинструктировали, перед тем как отправить шпионить, – промурлыкал Седрик.

Если бы у меня здесь была реальная власть, я бы приказала ему помалкивать в моем присутствии. Потому что стоит ему открыть рот, как желание его прибить пробуждается с новой силой. Несвойственное и неприятное мне желание. Проблема в том, что власти в замке Грабон у меня, похоже, нет.

– Не шпионить, а присматривать. За замком.

– Ну, и это тоже, – не мог уняться самый болтливый из местных обитателей. – А еще надзирать за нами, портить нам жизнь, если это еще можно назвать жизнью, и стучать своему королю. Кстати, он кто?

Спокойно… Вдох-выдох. Суп я хотела бы все же съесть, а не вылить на голову одному несносному типу.

– Да, я должна периодически докладывать его величеству о делах замка. Но вам-то от этого чем хуже? – Я все еще пыталась хоть что-то понять.

– Чхать ему на замок, кем бы он ни был, – зло хохотнул самый мощный из местных парней. – А вот узники все наперечет.

– Узники?

Получается, они не гвардейцы?

– Ага, – мурлыкнул рыжий и картинно закинул в рот орех. – Мы – узники, ты – наша надсмотрщица. Должна устроить нам тут кошмар, но такой, чтобы не подохли. И потом в красках отчитаться об этом своему королю.

– Нет же! – Я беспомощно посмотрела на Седрика, который все еще держал в руках мой договор. – Там совсем не так написано! Моя работа – присматривать за замком и его жителями. О вас там ни слова!

Седрик на миг нахмурился, но это выражение быстро поглотило злое веселье, которое, похоже, он носил словно маску.

– Вот, читай. – Он подсунул мне договор. – Здесь действительно все написано.

Я взяла, развернула плотную дорогую бумагу и с усилием поборола желание себя ущипнуть. Происходящее напоминало затянувшийся кошмар. Договор вроде бы был тот самый, что я прочла несколько раз, но другой. Печатей больше. Некоторые вспыхивали и кололи кожу ощущением магии. И текст… Замку я все еще назначалась смотрительницей, но дальше речь шла о заключенных, и вот им я должна стать надзирательницей. О мучениях, правда, не говорилось ни слова. Обязанности описывались довольно расплывчато. Маги, совершившие преступление против короны, никогда не должны покинуть Грабон. Выходных мне не положено. Раз в полгода я должна отчитаться о делах в замке. И все.

– Но этого не было здесь раньше… – Я подняла взгляд от идеально ровных строк и беспомощно осмотрела собравшихся за столом людей. – Точнее, было, но не так.

Надсмотрщица.

Я?!

Абсурд какой-то.

– Похоже, тебя обманули, – спокойно констатировал Фейн.

– Ты что, ей веришь? – удивился красноволосый.

Признанный лидер местного подозрительного сообщества посмотрел на меня оценивающе, будто вот сейчас как раз и решал, достойна ли я его доверия.

– Ну а с чего бы красивая, молодая, одаренная девушка взялась за работу надзирательницы? – задался вопросом Фейн. – Глупой самоуверенности я тут не вижу. Она вообще, похоже, не понимает, куда встряла. Да и Грабон не место мечты.

– Гиацинта, – напомнила я.

Неприятно, когда о тебе говорят в твоем присутствии так, будто тебя тут нет.

– Красивое имя, – кивнул Фейн.

Я поерзала на стуле, повертела в руках ложку.

– Моя семья находилась в бедственном положении. Его величество обещал все исправить. – В открывшем свою истинную суть договоре это тоже было, хоть здесь можно оставаться спокойной. – Взамен я должна была согласиться на эту работу. Но мне не сказали, что на самом деле она подразумевает!

Не то чтобы я совсем ничего не подозревала.

Подвох подозревала точно.

– Почему? – С губ Фейна слетело всего одно слово, но суть вопроса угадывалась точно.

– Мою маму казнили за колдовство.

Произнести это и не вздрогнуть оставалось выше моих сил. Все еще. Даже семь лет спустя. И всегда так будет.

Я сморгнула жуткий образ, всплывший из воспоминаний, и обнаружила, что мою ладонь сжимает теплая ладонь Седрика. Сжимает и слегка поглаживает, успокаивая и делясь теплом.

Фу ты!.. Избавилась от неуместного прикосновения и притворилась, что сосредоточена на еде.

– Она из Помрока, – тем временем определила единственная среди узников женщина. – Там магия запрещена.

– А вы нет? – вырвался у меня вопрос.

– Мы из Форнтума, – ответил один из не вступавших до сих пор в разговор мужчин.

– Никогда не слышала…

Ровно то же мне сказала Дарьяна. Холодок страха за этот вечер стал таким привычным, что я почти ничего не почувствовала, когда очередная его волна омыла меня изнутри.

– Неудивительно, Грабон стоит на стыке миров, – покачала головой женщина. – Кстати, я – Сильвана.

Заваливать меня дополнительными странностями они так сразу не стали, вместо этого каждый, как я и просила раньше, представился. Запомнить сразу всех вряд ли получилось, но впереди достаточно времени. Рано или поздно имена отложатся в голове. Сейчас же важнее оказалось поесть и собраться с мыслями.

К кубку я не прикоснулась, поскольку не смогла определить, что в нем. И в момент, когда поймала себя на мысли, что хочется крепкого чаю вместо очередной порции тайн, на столе возникла чашка с желанным напитком.

Казалось, что за окном мечутся причудливые тени, но это могли быть отблески света и ветви деревьев.

А вот зеленые искры, изредка вспыхивающие внутри пореза на лице красноволосого, мне точно не привиделись!

Потребовалась вся доступная мне смелость, чтобы спросить:

– Вы все…

– Маги. – Фейн решил облегчить мне задачу и не стал дожидаться окончания вопроса.

Магия реальна.

В замке Грабон она очень даже разрешена.

Невероятно!..

Реагируя на сумбур внутри, кончики моих пальцев знакомо вспыхнули.

Глава 3

В комнату я вернулась на подгибающихся ногах. Несмотря на дневной сон, тело ощущалось противно тяжелым от усталости.

Первым делом, закрыв за собой дверь, я бросила взгляд в окно и хотя бы там не нашла новых причин для беспокойства. Закат давно догорел, пугающие деревья скрывал мрак. Время не застыло, оно двигалось, как ему и положено.

Катастрофы не случилось, но ожидаемо всплыли подвохи.

Лорд из тайной службы ведь наверняка знал про мой дар. Но не казнил меня и не попытался шантажировать, вместо этого отправил в Грабон. Не то чтобы я возражала, так для всех лучше. Если вдуматься, я здесь такая же пленница, как и остальные, только с дополнительными обязанностями. Главное, чтобы это не отразилось на сестрах.

Я переоделась ко сну и уже готова была забраться под одеяло, но тут как-то вдруг вспомнилось, что я в замке, полном незнакомых мужчин, от которых понятия не имею, чего ждать.

Замок на двери успокаивал слабо. Кто знает, на что способны эти маги?

Пыхтя и сопя, я пододвинула к двери столик, а потом на него водрузила тяжеленную бронзовую лампу.

Будто почувствовав, что мне надо, замок явил пару массивных старинных подсвечников.

Отлично! Один я разместила возле кровати, так, чтобы легко получилось дотянуться при необходимости. Второй сунула под подушку.

Засыпая, немного стыдилась. Веду себя как чокнутая, честное слово. Кому я тут нужна?!

Однако меры оказались незряшными.

Потому что проснулась я от дикого грохота. Ровно миг потратила на то, чтобы вспомнить, кто я и где нахожусь.

Договор.

Смотрительница.

Череда постоялых дворов.

Замок.

Со стороны двери послышался стон, плавно переходящий в ругательство.

Да чтоб этих магов!

Стоило растерянности и страху закипеть в раздражении, в комнате вспыхнул свет.

И я мрачно обозрела Седрика, валяющегося на полу вместе со столиком, лампой, редкими осколками, еще и в луже какой-то жижи с искорками магии.

Серьезно?

– А это зачем? – уточнил паршивец так удивленно, будто не подозревал за собой никакой вины.

– Гостей дорогих встречаю! – рявкнула я и с недобрым прищуром уставилась на него. – Ты что забыл в моей комнате?

Красавчик плавно перетек в сидячее положение и дальше вставать не стал. Судя по вальяжному виду, банально поленился.

– Думаю, это очевидно. – Еще и воззрился на меня так, будто пытался рассмотреть что-нибудь интересное сквозь одеяло и предельно скромную сорочку.

Зря пытался. Без малейшего шанса. Но я все равно ощутила, как по коже ползет жгучее смущение.

– Мне – не очевидно.

– Женщин в замке существенно меньше, чем мужчин. – Седрик многозначительно склонил голову.

– И что?

Моя непонятливость заставляла его в раздражении морщить нос.

Потрясающе живая мимика! Каждая мысль, малейшая эмоция отражалась на точеном лице, не читалась понятнее, но делала его живым и добавляла в смазливую внешность немного глубины.

– Я решил застолбить место, – пожал плечами маг.

Ну а я мысленно взвесила в руке тяжелый подсвечник… и решила приберечь это оружие на потом.

В ночного гостя полетела одна из маленьких исключительно декоративных подушек.

Глаза парня в полумраке сверкнули кошачьей зеленью.

Он ловко ускользнул в сторону, при этом издал такой звук, будто обнаглевшего кошака погнали со стола полотенцем.

А подушка все же попала!

И опять этот звук…

– Пошел вон из моей комнаты! – зарычала я и на всякий случай вооружилась еще одной подушкой.

Никаких полок рядом с дверью не было, но эту наглость мурлычущую сначала засыпало старым хламом, в котором угадывались щетка для волос, старомодная ночнушка и пара чепцов, а потом сверху полило холодной водой. Седрик обиженно фыркнул. Замок явно принял мою сторону.

– Ну милая…

– Я тебе не милая, а Гиацинта.

– Ты такая красивая, когда злишься. – Его глаза опять засветились.

– Брысь!

Нового вещепада не последовало, зато где-то рядом открылась дверь.

Я припомнила, что поблизости расположена лишь одна комната.

– Какого дохлого шотца тут происходит? – сонно и крайне недовольно вопросил Фейн.

Чтобы через миг нарисоваться в дверном проеме – в одних пижамных штанах и босиком.

Смущаться сил уже не осталось, все они ушли на то, чтобы постараться не смотреть на его широкую грудь.

Слишком много красивых мужчин в опасной близости.

– Мы сами разберемся, – заверил его Седрик.

– Он вломился ко мне в спальню! – поспешила наябедничать я.

Сонливость из взгляда местного командира пропала, уступив место недовольству.

– Совсем крыша поехала? – обманчиво понимающе спросил Фейн.

– Ты знаешь мою ситуацию.

Ночной лазутчик прекратил дурачиться и легко поднялся на ноги. Лишь на миг запутался в ночнушке, но поняв, что она не моя, брезгливо бросил ее на пол. Потом, будто вспомнив, изобразил в мою сторону несчастный вид и голодный взгляд котика, которого злые хозяева на три дня заперли дома и все это время не кормили.

– Если твоя ситуация бьет тебе в голову, будешь ночевать в клетке, – не проникся чужими страданиями Фейн.

И по тому, как провинившийся нахохлился, но никуда его не послал, стало понятно, что приказы Фейна среди магов не оспариваются.

– С головой у меня все более чем в порядке, – буркнул Седрик.

– Тогда выметайся отсюда.

Главному магу в замке достался почти ненавидящий взгляд, будто вот сейчас тот жестоко разлучал двоих влюбленных. Но Фейн, очевидно, привык к штучкам своих подчиненных, и они на него давно перестали действовать. На всю гамму эмоций, которые одна за другой пронеслись на смазливом лице Седрика, он и бровью не повел.

– Нет, сначала пусть приберется. – Я решила отбить у мурлыкающего ловеласа любые нежные чувства ко мне.

– Ты слышал. – Фейн посчитал требование справедливым. – Приступай.

Вот теперь верю в искренность негодования!

– Вы не серьезно, – взмолился кошак.

– Серьезно! – получилось потрясающе единодушно.

– Да стоит ей только захотеть, тут будет идеальный порядок! – возмутился мой ночной гость.

– А как же наказание? – невинно спросила я. – Ты должен осознать свою провинность и раскаяться. По опыту старшей сестры с тремя младшими знаю, что ничто так не способствует искреннему раскаянию, как устранение своих же промахов.

Фейн сохранял безмятежное спокойствие, но на миг мне почудилось одобрение в его глазах. Или же это игра света.

Не знаю, как оно работает, но у ног Седрика появилось все необходимое для уборки.

И пока орудовал тряпкой и шваброй, он нас с Фейном демонстративно презирал.

К счастью, это заняло всего несколько минут. Фейн все это время стоял в дверях, контролируя процесс. Или, вернее, следя, чтобы Седрик еще что-нибудь не учудил. Признаться, я была благодарна за поддержку.

Когда мы оба остались довольны состоянием моей комнаты, Фейн коротко бросил:

– Свободен.

Седрика только тут и видели.

Я почувствовала, как отпускает напряжение, и как раз собиралась поблагодарить Фейна за вмешательство, но…

– Спокойной ночи, Гиацинта.

Вот уж кого не надо просить уйти.

Перед закрытой дверью вновь стоял тот же столик и совершенно целая лампа, хотя я их туда не ставила.

Думала, не смогу уснуть от волнения, но усталость навалилась, словно второе одеяло. Я просунула руку под соседнюю подушку, любовно погладила пока не пригодившийся подсвечник и провалилась в сон.

* * *

А утром у Фейна появилась причина смотреть с недовольством уже на меня…

Я проснулась от жуткого грохота. Тут и мертвый бы проснулся! Разлепив глаза, первым делом удостоверилась, что никого чужого в комнате нет и столик с лампой стоит там, где и должен стоять. Значит, причина переполоха не в очередной выходке Седрика. И не кого-то еще.

Звук повторился. Кровать вместе со мной подпрыгнула. Показалось, что замок вздрогнул.

В голову закралась беспокойная мысль, что лучше бы это Седрик что-нибудь учудил. С ним справиться проще, чем с какой-нибудь новой проблемой.

По полу пронеслись разноцветные блики.

Окна – еще вчера обычные! – сегодня являли собой разноцветные витражи, причем устроены они были так, что не рассмотреть ничего по ту сторону.

Еще раз грохнуло. И вроде бы полыхнуло, но это не точно.

Послышались голоса и отдельно голос Фейна, раздающего приказы.

Остатки сна испарились. Я выскочила из-под одеяла, натянула первое попавшееся платье и устремилась к месту событий. Коридор. Лестница. Холл выглядел так, будто там кого-то убили. Повсюду взгляд выхватывал брызги крови, каменную крошку и осколки витражей.

Холодок страха сполз куда-то в живот и свернулся там неуютным клубком.

Где-то неподалеку причитала над чем-то Дарьяна.

В ближайшем к двери окне зияла дыра, но я так сразу не смогла понять, что именно вижу. Крылья. Черные перья, острые, как мечи. Крики и ругань. Запах подпаленной плоти, от которого сразу же начало мутить.

На Грабон напали?

Что это за крылатые существа?

Выяснить это существовал всего один способ, и я уже почти открыла дверь… но она распахнулась сама, едва не сметя меня, и в холл ввалились двое магов, волоча раненого третьего.

Я в испуге отпрянула.

Страх пророс во мне еще раньше, но сейчас пришло осознание, что все это происходит на самом деле. С той стороны двери грохотал и полыхал ударами магии не очередной кошмарный сон, это была реальность.

За троими, которых я не узнала так сразу, в дверях появился Фейн, нашел меня взглядом и требовательно спросил:

– Гиацинта, какого мрака?

– А?!

Шаг назад не спас меня от наступления разозленного мага. Даже побег бы не спас.

– Зачем ты это устроила? – продолжал напирать Фейн.

– Кто?.. Я?!

Стало как-то совсем нехорошо.

– Вчера мне показалось, что ты настроена сосуществовать мирно, – заметил маг, и весь его облик, от нарочитого спокойствия на лице до порванной на плече рубахи не предвещал для меня ничего хорошего. – Неужели я ошибся, а, Гиацинта?

– Да я даже не понимаю, что происходит! – От беспомощности хотелось кричать.

– Правда? – Верить мне не спешили.

– Я проснулась, услышала крики и грохот и пришла сюда, – рассказала как на духу.

Взгляд Фейна оставался пронзительным, но на крошечное мгновение мне показалось, что он верит.

Или играет.

Подавшись ближе, маг прошептал:

– Так убери нас отсюда. Сейчас же.

– Нас…

– Замок.

– Что?

Я чувствовала себя на практикуме в каком-то университете. Сразу на четвертом курсе. Притом, как если бы на предыдущих трех я не училась. Все слова по отдельности понятны, а общий смысл взрывает разум.

– Замок подчиняется смотрительнице. Ты решаешь, куда он переместится и что будет внутри.

Ага. Все еще этот практикум.

В голове билась единственная, но очень яркая мысль:

– Вот мрак!

– Используй свою магию, Гиацинта, – расщедрился на подсказку Фейн.

– Полный мрак, – выдохнула я ему в лицо. И для непонятливых пояснила: – В Помроке запрещена магия, за нее даже казнить могут. Вчера мы об этом говорили.

Маска спокойствия треснула. На красивом лице медленно проступало осознание.

– Ты не знаешь, как пользоваться своими силами, – признал проблему маг.

Я покачала головой.

Королевскую задумку – или кто там за ней стоит? – мы с Фейном поняли одновременно. Вот и ответ, почему должность смотрительницы досталась именно мне. Почти уверена, что моя семья правда получит все, что им причитается по договору. А мне даже делать ничего не придется, мое неумение превратит жизнь замка в настоящий кошмар.

У самых стен вновь громыхнуло, на пол посыпались цветные осколки.

Кто-то выругался.

Повезет, если мы доживем хотя бы до моего первого отчета.

Я застыла, не зная, что предпринять и как просить прощения. Но Фейн так легко сдаваться не собирался. Он тряхнул головой, будто хотел сбросить оцепенение, и, прикрывшись привычным спокойствием как щитом, скомандовал:

– Прикажи замку.

Попытка провалилась с треском.

Разве что я почувствовала себя до крайности глупо.

Но сдаваться, похоже, Фейн не привык…

– Закрой глаза. Расслабься. Постарайся почувствовать замок, – сыпались новые команды.

– Думаешь, можно расслабиться, когда кругом все трясется и полыхает? – не удержалась от замечания я, но глаза послушно закрыла.

Кто-то страшно закричал.

Меня начало мутить.

– Делай, что говорю, – настаивал Фейн.

Как тут быть уверенной, чувствую я правда что-то или подключилось воображение? Страх я чувствовала. И стыд. Но магию?..

Замок.

Мы в замке.

И управлять им – моя работа!

– По твоему телу течет сила, – продолжал мой нечаянный учитель. – Она подвластна тебе.

– Наверное, – пробормотала я неуверенно.

– Направь ее на то, чтобы замок переместился в безопасное место.

Проще сказать, чем сделать.

Я вроде бы просто стояла, зажатая в хватке мага, но отчего-то вся взмокла от усилий. Странно так… Непривычно.

Вроде бы я и правда начинала ощущать замок… Пока в самое ухо неприлично не выругался Фейн, дернув меня в сторону. В тот же миг на место, где мы только что находились, рухнула огромная каменная плита.

– Не получилось, – признала я, пытаясь продышаться от поднявшейся после обвала пыли.

С улицы послышался свист, как если бы кто-то попытался ударить плетью, и ругань.

– Да как бы не так.

Фейн схватил меня в охапку и решительно потащил к двери.

– Что ты делаешь?! – Я забилась в его руках, но к свободе это меня не приблизило.

– Там мои люди, и я не допущу, чтобы кто-то из них погиб только потому, что новая смотрительница не справляется со своей силой, – решительно бросил он.

А?.. То есть мной пожертвовать не жалко?! И как это спасет остальных?

– Стой! – Я извернулась в его руках. – Пусти меня!

Обозленный маг притворился, что не услышал.

Мы выпали на крыльцо. В лицо немедленно ударил порыв холодного ветра, заставив задохнуться.

Рядом с нами в воздухе просвистело нечто темное, и вправду похожее на плеть, но Фейн уже тащил меня куда-то в сторону.

– И что теперь?

Я не хотела смотреть, и будто реагируя на мое отношение, мир частично укутывал сизый туман. Не настолько непроницаемый, чтобы совсем все потонуло в пелене, но окружающая картина существенно сгладилась. Некоторых магов я видела, других определяла лишь по вспышкам заклинаний. И еще темные силуэты искореженных деревьев. Черными плетьми они выбрасывали ветви в попытках захватить добычу… Мрак.

– Скажи-ка мне, Гиацинта, – обманчиво мягко заговорил Фейн, – когда эти твари успели попробовать твою кровь?

Мой мир искорежился, как эти самые деревья, и ничто не мешало поверить, что они могут быть живыми, хищными… да вообще какими угодно.

Сомнений ни капли. Никаких глупых отрицаний, мол, так не бывает.

Единственное, с чем не получалось легко согласиться, – так это оказаться в самом центре магического безумия.

– Мне снился сон, – голос звучал бесцветно, – в нем я шла к замку и оцарапалась о ветку. Там были эти же самые деревья.

Кажется, мне все же удалось удивить Фейна. Не только же ему меня шокировать, должно тут быть хотя бы подобие равновесия.

Ветку-плеть, нацелившуюся на нас, маг отбил заклинанием и увлек меня к каменным стенам вокруг территории, которых почему-то не было. Еще ближе к опасным деревьям.

– Хочешь скормить им меня? – В настолько злые намерения я всерьез не верила, но допускала такую возможность. – Уверен, что это поможет?

– Уверен, – лаконично ответил Фейн.

Мы вошли в туман.

Отсюда вид открывался немного другой. Первый этаж был поврежден, по крайней мере, с нашей стороны. Почти все окна разбиты и стена обвалилась в том месте, где нас с Фейном чуть не прибило. Пугающее зрелище.

Но надо отдать командиру магов должное: с тех пор как он увел меня подальше от замка, деревья его больше не атаковали. Хищные твари предпочитали нас. И Фейн, кажется, не собирался ничего с этим делать. Очередной выпад почти достиг цели, но ветку-ленту сбил другой маг. Не успела я ощутить приступ благодарности, как его снесло ветвями другого дерева. Не хочу думать, что означал последовавший дальше жуткий чавкающий звук.

Я закричала, не в силах больше сдерживать страх, что неизбежно привлекло к нам все возможное внимание.

Ужас и вязкое бессилие оттого, что некуда отступать. Наверное, именно так себя чувствует дичь во время охоты. Нас обступали темные искореженные изваяния, лишь отдаленно напоминающие деревья. А Фейн стоял рядом, придерживал меня будто бы для того, чтобы не сбежала, и, похоже, чего-то ждал.

Воздух прорезал свист. Я не смогла себя заставить даже зажмуриться. Лишь жалко всхлипнула, ощущая, как к моей шее, прямо туда, где бьется жилка, тянется ветка.

– А знаешь, что самое интересное? – интимно прошептал паскудный маг. – Они хотят именно твою кровь, потому что уже пробовали ее. Тебя им вполне хватит, чтобы напиться, так что меня, скорее всего, сегодня не тронут.

Он вполне был готов скормить меня монстрам, чтобы спасти своих людей. С определенной стороны это даже походило на благородство, вот только я застряла на противоположной.

Приблизившись достаточно, ветка покрылась огромными острыми блестящими шипами. Казалось, я кожей ощущаю ее прикосновение.

Вывернуться маг не позволил. Попытка оттолкнуть гадость привела лишь к тому, что я разодрала ладони в кровь. Послышался сытый гул.

Страх достиг какой-то новой точки, вышел за все мыслимые пределы и взорвал мир, заставил его утонуть в тумане и разлететься на немыслимое количество осколков, а потом собраться вновь. Поначалу я считала, что все это исключительно мои эмоции, но, когда боль так и не пришла, поняла, что в реальности действительно что-то происходит.

Безумие.

Какой-то нелепый сон.

Пытаясь продышаться, я все отчетливее понимала, что никогда не буду в безопасности в замке Грабон. Корона легко пожертвовала мной ради своих интересов, и Фейн не раздумывая прикончит меня, если того потребует ситуация. Смертельная опасность отступила, но ужас не покинул меня, он равномерно растекся внутри и застыл.

Туман рассеялся.

Невредимый замок окружали два кольца стен, а за воротами царствовала поздняя осень, опасная разве что простудами.

Двое парней лежали на земле, но вроде бы дышали. Еще трое застыли в боевых стойках и подозрительно оглядывались по сторонам. Однако же новых нападений не предвиделось.

– Получилось, – довольно сообщил Фейн и руки от меня убрал.

Силы все полностью ушли на то, чтобы устоять и не упасть. Я до сих пор могла лишь всхлипывать, что и сделала.

– Тебе надо было как следует испугаться, – не чувствуя за собой и капли вины, добавил главный маг замка Грабон.

Как я могу сейчас поверить, что он спас бы меня, если бы задуманный трюк не сработал?

Эта мысль выплеснулась горечью, обжигая изнутри.

Не стал бы никто меня спасать. Отдали бы на съедение чудовищам.

Наверняка так и сделают при случае.

– Гиацинта? – Мое долгое бездействие магу не понравилось, и он осторожно тронул меня за локоть. – Уже все в порядке. Видишь? Я…

– Ты отвратителен, и ты заслуживаешь быть здесь! – бросила я ему в лицо. – Провались во мрак!

Оттолкнув его руку, будто она могла оставить на коже грязные следы даже сквозь платье, я бросилась к замку. Ближе к крыльцу настигли дрожь и слезы. Вполне можно было позволить себе слабость, пока никто не видит.

* * *

Истерика схлынула так же внезапно, как началась. Я не привыкла, что меня ненавидят, а тем более не привыкла подвергаться опасности. Да, в родном городе нашу семью презирали, хотя скорее сторонились, боясь неведомой силы, которая могла таиться в любой из дочерей колдуньи. Но нам с сестрами всегда хватало тепла друг друга. И пусть дар меня пугал, серьезно пугал, что такое настоящая опасность, я прочувствовала лишь сегодня.

Когда получилось оглядеться, я нашла себя во внутреннем саду замка. Глубокое потертое кресло пряталось в зарослях комнатных пальм, где-то за ними цвели душистые цветы, и их тяжелый, пряный аромат плыл по помещению, смешиваясь с запахами зелени и земли. Вверху, прямо надо мной, раскинулся огромный прозрачный купол. Я не видела его с улицы, но за неполные сутки здесь уже перестала удивляться странностям вверенного мне места. На удивление попросту не осталось сил. Горели редкие светильники, заглушая свет хмурого осеннего дня. На низком столике у моей левой ноги появилась чашка с зеленовато-золотистым напитком и два кусочка сахара. Не подозревая подвоха, я отпила немного… и поспешила выплюнуть жидкость, по вкусу и запаху больше напоминающую болотную жижу, чем чай. Сахар определенно не мог спасти это безобразие.

Что же, ясно. Грабон проникся ко мне не больше, чем его обитатели.

Я прикрыла глаза. Уходить из тихого места не хотелось. Где-то там суетятся люди, убирают погром в холле, перевязывают раненых, может, даже ищут запропавшую смотрительницу. Однако в мое тайное убежище их суета не проникала. Разве что… Я была близка к тому, чтобы уснуть, когда откуда-то совсем рядом полилась тихая мелодия.

Пианино. Оно пряталось среди зелени, так сразу и не заметишь. И заполняло сад звуками без чьего-либо участия.

Невероятно.

Этот местный выкрутас хотя бы красивый и безопасный.

Стоило подумать так, мелодия стихла.

Зато от двери прилетело самую малость ехидное:

– А ты умеешь страдать со вкусом, смотрительница. До тебя тут зала с цветами не было.

– Зимний сад, – зачем-то пояснила я.

– Ага, – растерянно согласился Седрик.

Сад вместе со всеми красотами мира его не интересовал, я каким-то образом чувствовала. Неловкая осторожность и то, что обычно бесцеремонный Седрик так и не решился пройти дальше порога, было связано со мной. Наверное, он уже знает о недавних событиях. И либо вместе со всеми недолюбливает меня, либо… да нет, ему не может быть стыдно.

– Наверное, вы просто раньше не нашли его. – Я сжалилась над магом из породы кошачьих и прервала неловкое молчание.

Он что-то муркнул у меня за спиной и так и не подошел ближе.

Стоило быть благодарной Седрику за то, что он в своей обычной дурашливой манере не отмочил что-нибудь. Проверил, в порядке ли я, бегло поделился новостями и был таков. Судя по его словам, все маги остались живы, но трое получили серьезные ранения. Ими сейчас занималась Сильвана.

Беспокоиться о ком-то у меня не было причин, но себе можно не врать: когда узнала, что все живы, мне стало легче. Обливаться слезами и жалеть себя перехотелось точно. Непоправимого не случилось, а с остальным разберемся как-нибудь.

Представления не имею, как именно.

К примеру, с тем, что деревья попробовали не только мою кровь, но и некоторых магов. Интересно, кто-то из них уже подумал об этом или я первая?

Донести ценнейшую информацию хоть до кого-то не успела, ко мне начали приходить с проблемами замка. Сначала один из парней попросил приказать замку очистить первый этаж. И почему я решила, что просьба сработает? Но почему-то решила, да. И потом чувствовала себя крайне неловко, когда весь холл покрылся сугробами пыли и клочьями паутины.

Следующей заглянула Сильвана, и ее просьба была куда серьезнее: закончились бинты. Стоит говорить, что я не смогла заставить замок их выдать?

Может, дело в том, что я вообще не понимаю, как тут у них все устроено?

Магиня нашла, что можно порвать и использовать, но мною опять были крайне недовольны.

Дальше заявился Фейн. Вот уж кого видеть совсем не хотелось. Впрочем, я и не видела, он, как и Седрик несколькими часами раньше, остался стоять в дверях. Хочется верить, что там есть зачатки совести, которые не позволяют так сразу показаться мне на глаза.

– Гиацинта…

– Хочешь, подам тебе идею? – Во мне все еще тлела злость. – Меня надо ранить, чтобы замок выдал бинты.

– Прибережем ее на крайний случай, – миролюбиво пошутил Фейн, но я уже успела узнать, что скрывается за его добродушием.

Урок усвоен. Повторять как-то не хочется.

Вести себя, словно ничего не случилось, я не смогу.

– Хотя замок может не откликнуться, даже если ты меня убьешь. Он проникся ко мне не больше, чем вы все.

– И все же ты управляешь им.

– Вроде как.

Пауза не ощущалась пустой, ее заполняли подтексты и смыслы. Один из них: маг все это время к чему-то вел. Он не проведать меня явился. Не то чтобы кто-то надеялся, но… Следовало сразу понять.

– Ты должна заставить его снова переместиться.

– Ты только что вообще меня слушал?!

Не испепелили друг друга взглядами мы исключительно по той причине, что он все так же оставался где-то за моей спиной. Но не видеть его тоже было по-своему приятно.

– Постарайся. В конце концов должно получиться, – настаивал Фейн. – Магические печати и договор навсегда соединили тебя с замком Грабон.

Как-то немного жутко стало от этого его «навсегда».

– Зачем? На нас вроде бы пока не нападают.

– И не нападут, пока мы нигде.

– Где?..

Этот маг умеет впечатлить. И втянуть в разговор тоже умеет. Вот только что заметила, что попалась.

– Нигде, – повторил он. – Так безопасно, но это тянет силу и из замка, и из нас всех. Включая тебя.

Надо же… Ничего не чувствую.

Глава 4

Чем больше я старалась, тем более неуправляемым становился замок. На нижнем уровне пришлось прибираться вручную. Не мне, поскольку я была занята попытками перенести нас в реальный мир. Безуспешными, потому что никуда мы так и не переместились.

Ну хотя бы Грабон не атаковали плотоядные деревья…

Хуже всего то, что я совсем не ощущала неправильности. Что замок застрял не там где нужно и что я сама теряю силы вместе с остальными. Ничего. Как можно решить проблему, если в упор ее не видишь?

Подозреваю, главная помеха в этом.

Как там учил Фейн? Сосредоточиться, почувствовать магию в себе, настроиться на замок?

В моем случае это не работало. Иногда казалось, что Грабон – почти как живой организм, только с магией вместо жизни, но нельзя было ручаться за правдивость таких ощущений. Воображение могло подвести.

Ужин в обычное время не появился.

Я предпочла скрыться в зале с растениями и прозрачным куполом, чтобы не ловить на себе подозрительных взглядов. Маги не знали, чего от меня ждать, а некоторые всерьез верили, будто я все это делаю нарочно по указке короля. И я представления не имела, как их разубедить.

– Собираешься прятаться вечно? – С Сильваной мы пока не стали настолько близки, чтобы я узнавала ее по голосу, но она была единственной женщиной в замке. Живой, по крайней мере. Сущности звучали иначе. – Поверь моему опыту, это никогда не работает.

Слова заменил тихий всхлип, хотя миг назад я не подозревала, что плачу.

– А что работает? – спросила тихо.

Она вышла из тени разлапистых растений, обогнула мое кресло и устроилась в соседнем. Которого вот только что тут не было, да.

– Может, попытаемся разобраться с проблемой? – предложила магиня. – Вместе.

– С чего бы кому-то из вас помогать мне? – Поступок Фейна все еще оставался свеж в памяти, и доверять здесь я никому не собиралась. – И с чего бы мне верить в ваши добрые намерения?

– Мы тут все застряли и находимся в некоторой зависимости от твоих отношений с замком, не заметила? – хмыкнула Сильвана. – Так что твои проблемы с даром – наша общая забота.

Ну если так… Им выгодно, чтобы я начала справляться.

Грабон, наверное, тоже признал правоту моей внезапной помощницы, потому что на маленьком столике появились две фарфоровые чашечки с золотисто-коричневым напитком. Сильвана тут же схватилась за одну. Я хотела предупредить, чтобы не смела это пить, но опоздала.

Магиня поморщилась, но проглотила.

Значит, там не отрава.

– Хм. Чай из одуванчиков, – определила она и сделала второй глоток. – Горьковато, но, если добавить сахар, вкус станет поприятнее.

Словно в ответ на ее замечание на блюдце появилось несколько кусочков коричневого сахара.

* * *

Если прошлой ночью я пыталась забаррикадировать дверь и вооружиться просто так, на всякий случай, а потом – опасаясь посягательств со стороны Седрика, то сегодня это был вопрос безопасности. Не стоит забывать, что Грабон для этих магов что-то вроде тюрьмы. Место магического наказания. Их явно не за добрые дела здесь заперли. Кто знает, на что они способны? Вдруг решат, что будет проще избавиться от меня и получить другого смотрителя?

Корона не будет довольна, если меня тут сразу же убьют. И может перестать заботиться о моей семье.

Надо быть осторожнее.

Сменить смотрительницу самым надежным способом ночью так никто и не попытался. И Седрик с мурчащими намерениями не пришел. Идеально. Было бы, если бы я смогла выспаться.

Но в комнаты, в которых расположилась Сильвана, я пришла сама не своя от усталости и чувства вины.

Я не привыкла быть худшей!

Наоборот, всегда считалась примером для сестер.

Какого дохлого кого-то там Грабон со мной делает?!

– Явилась, отлично. – Занятая разрезанием ткани, Сильвана едва кивнула мне. – Поможешь мне с ранеными, потом займемся тобой.

Э-э… Она хочет продемонстрировать пострадавшим магам причину их бед?

Меня прошиб холодный пот.

– Уверена, что…

– Тебе нужна рутина, чтобы влиться в новую жизнь, – непререкаемо заявила Сильвана. – Доверься мне.

Проще сказать, чем сделать. Но поскольку отвертеться все равно не удалось, я включилась в работу.

Комната, в которой мы обосновались, походила на библиотеку, рабочий кабинет, какую-то мастерскую и оранжерею одновременно. На полках в беспорядке теснились книги, кипы исписанных и исчерченных листов, предметы неизвестного мне назначения, время от времени вспыхивающие магией. Письменный стол соседствовал со столом побольше, над которым как раз склонилась Сильвана, заготавливая бинты.

Она разрезала невесть где добытую белоснежную ткань на длинные лоскуты, а потом проходилась по каждому с обеих сторон своей магией. Подозреваю, голубоватое свечение служило для дополнительного обеззараживания. Тут и там в горшках что-то росло. Судя по обломанным веточкам и пузырькам, которыми полностью была заставлена одна полка, все местные растения использовались в лекарствах.

– Я тоже боевой маг. Входила в число лучших на своем потоке, – сообщила Сильвана, будто боялась, что я подумаю о ней не то. – Но, когда ты единственная женщина в большой группе мужчин, как-то само получается, что сглаживать конфликты и лечить травмы достается по умолчанию тебе.

Вдвоем дело пошло быстрее: теперь я резала, а она колдовала. Должна признаться, за последним было интересно наблюдать.

– Они не пытались к тебе приставать? – Да, я до сих пор оставалась провинциалкой, которую волнуют подобные вещи. – Маги.

– Нет. – Сильвана коротко хохотнула. – Для них в этом смысле я свой парень. Мы же вечность знакомы! Ну, не буквально, но все равно долго. И они знают, что дома у меня остался жених.

О…

– Давно вы здесь?

– Три года. Или около того.

Не тянет на вечность.

Из-под полуопущенных ресниц я бросила на магиню быстрый взгляд, но по ее сосредоточенному лицу так и не смогла определить, надеется ли она еще вернуться домой.

Решив, что новые знания лучше усваивать постепенно, больше с вопросами я какое-то время не приставала.

Вместе мы с Сильваной быстро справились с бинтами и необходимыми зельями, а потом отправились к раненым. Из комнаты, где мы находились, одна дверь вела в подобие палаты, а другая, подозреваю, в спальню Сильваны. Будто сам замок согласился с магами и поручил целительские дела ей. Магиня не была в восторге, но на кого спихнуть обязанности не нашла.

Последнее я прочувствовала на себе, вынужденная смотреть на подзатянувшиеся, но все равно жуткие раны и кровь. У одного мага в дополнение к остальным повреждениям оказалась разорвана щека. Шрам точно останется. В мою сторону летели злые взгляды и колкие замечания.

Достаточно ли платит корона за такую работу?

Сколько по нынешним временам стоит совесть?

На кой мне золото, если я никогда не смогу его потратить?

Слезы готовы были брызнуть из глаз, но пока каким-то чудом удавалось их сдерживать.

– Я не хотела, – попробовала отстоять свою невиновность, прекрасно, впрочем, понимая, что дело зряшное.

Они сейчас не готовы поверить мне.

И не будут готовы, пока я не начну справляться.

Справедливо, в общем-то.

– Именно поэтому ты единственная совсем не пострадала? – едко спросил парень, у которого навсегда останется отметина на щеке.

– Замок перенесся, едва ты оказалась в опасности, – поддержал его маг с соседней койки.

– Даже не в настоящей опасности, – добавил третий. – Фейн бы прикрыл тебя.

Напоминать, что Фейн как раз таки тоже не пострадал, поостереглась.

Ему тут доверяют, в отличие от меня.

– Не обращай внимания, – посоветовала Сильвана. – Просто делай свою работу. Все наладится в конце концов.

Я же отстраненно отметила, что она не попыталась вступиться за меня.

Мужчины с неохотой подпускали меня к себе, даже если я всего лишь капала в ложку микстуру. Каждый маленький промах обязательно удостаивался неприятного комментария. Хотелось сбежать, и пусть они тут сами разбираются, но я зачем-то решила дотерпеть. Повторяла каждое действие за Сильваной, по возможности отключив голову. Вроде бы даже ничего лишнего не натворила. И не огрызнулась ни разу, что с уверенностью засчитала себе в заслуги.

Жаль, не научившись управлять треклятым замком, я не смогу вознаградить себя ни куском пирога, ни ароматной пенной ванной…

Надо что-то делать с эдакой несправедливостью.

Сгодится в качестве стимула.

Освободились мы с Сильваной довольно быстро и, оставив сонных после принятых лекарств магов отдыхать, устроились за рабочим столом у книжных полок.

– Давай начнем с азов, – предложила магиня. – Что вообще ты знаешь о своей силе?

– Что она может стоить мне жизни? – невесело пошутила я.

Опасность осталась в прошлом. Именно эта опасность. Единственный плюс нынешнего положения.

– И ты никогда ею не пользовалась? – Сильвана осталась серьезной.

– Незадолго до приезда в Грабон дар только начал пробуждаться, и я изо всех сил старалась его подавить.

Вот только не надо смотреть с сочувствием! Можно подумать, без магии нельзя жить.

– А твоя мать? Она управляла своими способностями?

Воспоминания неизменно заставляли меня холодеть. Надеюсь, собеседница не заметила, как я вздрогнула.

Мы хорошо жили. Мама происходила из семьи мелкого помещика, но у нее было приданое. Украшения на продажу она делала больше ради развлечения… и чтобы слить излишки силы. Я видела, как она зачаровывает серьги и кулоны на удачу. Но могла и подарить дурной подарок оскорбившей ее соседке. Они многие завидовали, что один из самых перспективных женихов округи выбрал ее. Он про ее дар знал и при ее жизни никогда не гнушался испытать на себе последствия. Родители обожали друг друга. Но кроме того, папе нравилось неизменно сопутствующее ему небольшое везение, особый уют в доме и возможность слегка щелкнуть по носу тех, кто ему чем-нибудь не угодил. Ничего серьезного или же опасного, но… прекрасные были времена. Я знала все тонкости, потому что лишь мне из дочерей мама позволяла присутствовать, когда колдовала. Тогда казалось, дело в том, что я старшая, сейчас же ситуация представала в другом свете: она видела, что мне передалась ее сила.

– Д-да. – Что уж теперь скрывать?

– И ничему тебя не обучила?

– Не успела, наверное.

В свете того, что мне тогда исполнилось шестнадцать, оправдание странное. Можно было объяснить мне хоть что-то! Чтобы я не осталась с пугающим даром один на один.

– Труднее быть просто не может, – поморщилась Сильвана. – Ладно, давай начнем с очевидного. Учись чувствовать силу в себе и вокруг.

– Как?

Если это очевидное, боюсь представить, как в их представлении выглядит сложное.

– А ты совсем ничего не ощущаешь? – удивилась она. – Весь Грабон от фундамента до верхушек башен буквально пропитан магией!

Правда?..

Я растерянно покачала головой.

– Наверное, ты слишком долго подавляла это в себе, – нашла объяснение проблеме та из нас, которая лучше разбиралась в магических штучках. – Теперь твоя задача принять это в себе и научиться замечать вокруг.

Хотя бы она не торопила. Но я и без этого чувствовала себя достаточно виноватой. И неприязненные взгляды магов лишь подпитывали сжирающий изнутри стыд.

Сильвана показала мне несколько упражнений с энергией, после чего отпустила отдыхать и тренироваться.

Однако до комнаты я не дошла.

Не без приключений.

До лестницы на второй этаж оставалось совсем немного, когда показалось, что каменный пол уходит из-под ног. Чтобы не упасть, инстинкт подсказал прислониться к стене. И весьма вовремя, потому что замок дрогнул.

Звон, гул и жар в костях.

Может, это и есть ощущение магии?

Схлынуло оно через мгновение, оставив после себя только смутные подозрения.

Коридоры сотряслись от топота тяжелых ботинок.

– Мы переместились!

– Наконец-то.

– Кто-нибудь понял, куда именно?

Инстинкт самосохранения тихонько куснул что-то чувствительное внутри, подсказывая отлепиться от стены и идти к себе. Желательно незаметно для остальных. Если нас опять забросило куда не надо, помочь я вряд ли смогу, а недовольство магов лучше переждать в безопасном месте.

Тенью проскользнуть до конца коридора.

Спрятаться под лестницей.

Небо, я правда это делаю?!

Вроде бы прошли.

Не оставив себе времени передумать, я взбежала вверх по лестнице. Еще вяло удивилась, почему не слышно звука шагов. Как только сосредоточилась на этом, они появились, но я уже скрылась за своей дверью.

Ясно, магия как-то связана с эмоциями.

Именно моя магия.

Сохранившиеся в памяти образы того, как мама колдовала над своими украшениями, лишь подтверждали сделанный только что вывод. Точно же, она вкладывала в чары то, что чувствовала! Я не раз становилась тому свидетелем, но никогда не задумывалась о тонкостях.

Что ж, видимо, время пришло.

Я разберусь со всем.

Справлюсь.

Только немного отдохну, а то руки дрожат так, будто я своими силами переместила куда-то замок.

За окном раскинулся незнакомый лес, и защитная стена была на месте. Так и должно быть, да? Судя по тому, что маги не выносят мне дверь с требованием что-то исправить, снаружи все нормально.

Когда я со стоном рухнула в кресло, на столике рядом появился бокал подогретого вина с пряностями, орехи, сыр и перченое печенье.

– Пенная ванна была бы предпочтительнее, – пробормотала я и не стала отказываться от угощения.

Раз замок предлагает…

Мне понадобятся силы. Впереди многие часы упражнений с даром.

* * *

Если удобно улечься, расслабиться и избавиться от всех тревожных мыслей разом, скорее уснешь, чем найдешь в себе затаившуюся магию. Вот если разозлиться или испугаться – тогда да, но и того, и другого с меня на сегодня хватит.

С меня хватит, а с Седрика – нет.

– Мр-ряф-ф! Фс-с-с!.. Гиацинта, лысый хвост химсу в глотку, за что?!

Я резко села, отчего внутри на миг стало жарко до боли и в воздухе истлело несколько искр.

– Из того, что ты сейчас сказал, я поняла только свое имя, – призналась и проглотила зевок.

Седрик, застывший в дверном проеме, выглядел забавно встопорщенным и недовольным. Как если бы его незаметно приложило чем-то болезненным. Хм. А идея мне понравилась!

– Наверное, я напугал тебя, вот замок и отреагировал, – нашел объяснение чему-то, чего я не видела, незваный гость. – Все же вы связаны.

– Возможно, – решила не спорить.

Он потоптался на пороге, враждебно глянул на столик, преграждающий путь, и сообщил:

– Фейн отправил меня сказать, что мы переместились. Все получилось. Ты молодец.

– Я понятия не имею, как это произошло. Нарочно повторить не смогу.

Одно удовольствие наблюдать, как сменяются на смазливом лице выражения. От расслабленности к надежде… ну такой, с дымкой во взгляде… и взгляд такой, будто меня хотят съесть… а потом разочарование и какая-то упертая решимость.

– Передать ему? – зачем-то уточнил кошак, будто подчинялся не только своему командиру, но и мне.

– Обязательно.

Маг – пожалуй, самый необычный из всех обитателей Грабона – уже почти скрылся с глаз, но прежде зачем-то спросил:

– С магией все неважно, да?

Вопрос был задан с искренним участием, и оно же было написано у Седрика на лбу, лишь поэтому я ответила, притом честно и без колкостей:

– Я пока в самом начале пути.

Седрик кивнул и на сей раз окончательно ушел.

…Четыре дня слились в один из-за нескончаемых тренировок. Они пожирали все доступное время, выматывали, раздражали, но пока не давали даже скромных результатов. Совсем ничего.

Как понять, я правда чувствую что-то или от безысходности включилось воображение?

– Если бы чувствовала, не сомневалась бы, – отрезала Сильвана, вынужденно ставшая кем-то вроде моей наставницы. – Продолжай пытаться.

Хотелось швырнуть в нее чем-то, но я же леди. Хоть и в прошлом.

Но вот замок Грабон точно не был леди…

– А-а! – Сильвана успела убраться с траектории падения полки вместе со всем содержимым и с недовольством воззрилась на меня. – Ты что вытворяешь?!

– Замок. Не я.

И мне даже не стыдно.

– Можно подумать, это не одно и то же, – буркнула магиня.

– Пока не одно, но мы над этим работаем. Помнишь?

Оспаривать мою правоту не имело смысла, так что Сильвана лишь вздохнула и склонилась над завалами. Я охотно принялась ей помогать. Мы, в общем-то, неплохо ладили, кроме тех моментов, когда она пыталась выжать из меня результат, а я всем своим существом сопротивлялась. Не нарочно, но так почему-то происходило. Я ничего не могла поделать.

В остальном же мы вместе пополняли запасы лекарств, вместе ухаживали за ранеными и те ко мне более-менее привыкли, и вместе же ели, отделившись от мужчин. Но предложение звать ее Силь я отвергла, потому что пока не решила, можно ли ей доверять. Она делает то, что выгодно магам, это не помощь лично мне.

– Понятия не имею, почему я этим занимаюсь, – бурчала магиня, отделяя осколки от того, что уцелело. – Тебя должен тренировать Фейн, он же тут у нас лучший.

– У нас как-то с самого начала не сложилось, – вдаваться в подробности не хотелось, но я решила, что хоть это Сильвана должна знать.

– Веришь, он то же самое сказал, – хмыкнула она и со значением покосилась на меня. – Кстати, ты имеешь отношение к тому, что замок лишил его рабочего пространства?

Перемены начались вчера утром. И теперь, если кто-то обижал меня, ему доставалось в ответ.

Я чувствовала себя почти как когда мама испортила на виду у всех платье госпожи Тальборт, после того как та неудачно пошутила. Мол, я такая яркая и красивая, совсем не похожа на отца и сестер, к чему бы это? К прилюдному унижению, вот к чему. Ее наряд развалился прямо посреди танца. Эту сплетницу потом два года никуда не приглашали.

Да, моя мама не со всеми была доброй.

Но она была самой лучшей.

На интерес Сильваны я отмолчалась. Я тут ни при чем. Правда.

– Ладно, как хотите, – неодобрительно бросила магиня. – Но вам лучше бы помириться. Когда застрял в проклятом замке, лучше ладить.

– Проклятом?

Я едва не поранилась об осколок чего-то.

– Угу.

– Надо же. Я думала, здесь все пронизано магией и…

– Грабон – сложная система, от архитектуры и магии до дыр во времени и пространстве. Но наш проклятийник говорит, что тут минимум три проклятия.

Среди магов есть проклятийник. Скоро я привыкну, что это нормально.

– Небо…

– Отделить их друг от друга и идентифицировать пока не удалось, – закончила Сильвана.

Магия сама по себе казалась мне чем-то особенным, запретным и потому манящим. Но осознание, что внутри нее существуют разные специфические аспекты, кружило голову. Теперь, когда невинный выплеск не грозит мне смертью, я готова признать, что жажду узнать их все.

Однако замок не казался мне пугающим и темным. Несмотря на то, что мы все тут застряли. Несмотря на то, что нас окружало порой. На пути сюда одна девушка сказала мне, что в замке Грабон каждый нуждающийся может найти приют и защиту. Сказка, не более, но она как нельзя лучше подходила к моим ощущениям.

Выплыв из глубин мыслей, я поймала себя на том, что глажу каменную стену.

И… пожалуй, впервые замок по-настоящему откликнулся.

– Ты сделала это! – азартно воскликнула Сильвана.

– А?

Вместо ответа она развела руками.

Полка висела на прежнем месте, осколки и обломки исчезли.

– Не уверена, что смогу повторить. – Честно было предупредить.

– Ничего, ты научишься, – с несвойственным ей оптимизмом заверила Сильвана.

* * *

Замок жил своей жизнью и не спешил доверять мне над собой власть. За прошедшие дни он еще трижды перемещался, но пока обходилось без опасностей. Правда, в предыдущий раз нас тряхнуло так, что даже тренированные боевые маги попадали как спелые груши.

Несмотря на регулярность упражнений, которым научила меня Сильвана, к успеху я пока не приблизилась. Разве что горения дара внутри прекратились. Боль ушла, но нечто новое не спешило занять ее место.

Сегодня у меня приключилось несколько минут позора за завтраком, когда вместо еды у нас на тарелках появилась земля и торчащие из нее грибы. Проклятийник велел ни за что к ним не прикасаться. А мне пришлось поунижаться, громко уговаривая Грабон перестать чудить.

Если он хотел мне что-то сказать, то я не понимала.

С упражнениями тоже не заладилось. Когда в душе творился раздрай, ничего путного никогда не получалось.

Побоявшись перенести нас куда-то в опасное место, я решила прекратить и отсидеться где-нибудь подальше от чужих глаз. Для таких целей я всегда выбирала зимний сад, туда и отправилась.

Но в этот раз получилось не как обычно.

Чужое присутствие ощущалось едва ли не с порога. Мощно. Укусами силы по коже, мурашками, но не склизкими от страха, а… другими. Напряжением в воздухе. До звона. Как перед грозой. И пахло похоже.

Разумнее было уйти, но я сделала шаг вглубь сада.

В конце концов, я здесь за все отвечаю!

И если что-то происходит, мне положено знать!

Найти того, кто уединился, чтобы поколдовать, не успела. Он проявил себя сам. Золотая вспышка маленькой кометой пронеслась среди растений, но быстро погасла, оставив с десяток искр догорать в воздухе. К счастью, они ничего не повредили. За разрисованными кадками с лимонными деревьями кто-то выругался.

Дальше получилось неловко.

Я, конечно, пошла на голос.

Неузнанный пока маг, очевидно, повторил попытку, потому что опять вспыхнуло золото.

Эффектно. И с виду совершенно не опасно.

Засмотревшись, я не успела отшатнуться.

– А-ай!

Меня сбило с ног и отбросило бы на несколько шагов, но…

Здесь всегда было это растение с мягкими листьями размером с мою кровать каждый?! Вот только что я его не видела.

– Гиацинта?..

Маг вылетел из-за лимонов… и мне понравился страх на его лице.

– Фейн?

И нет больше страха. Раскаяния тоже нет. Этот тип не мог радовать меня дольше, чем какую-то долю мгновения.

– Тебе не говорили, что становиться на пути у заклинания опасно для жизни? – уточнил он, недобро сузив глаза.

– Нет, – ответила честно.

Правду, между прочим, ответила. Нечего убивать меня взглядом.

Можно подумать, он никогда не видел девушку, лежащую на огромном листе!

Как бы теперь встать?

– Оно и видно, – буркнул маг.

Помочь не шевельнулся.

А выбраться самой у меня почему-то не получилось.

– Что ты там делал? – Я решила тоже не быть милой.

– Ничего.

– То есть это твое «ничего» меня чуть по растению не размазало?

Преувеличила немного, но на красивом лице вновь мелькнуло виноватое выражение.

– Ты цела, – не пожелал нормально усовеститься самый непрошибаемый из местных магов.

– Тебе повезло!

– Всего хорошего, Гиацинта.

Фейн прошел мимо меня, пытающейся сползти с листа, и руку так и не подал. Нет, он точно не леди. В смысле, не…

– Ты не сказал, что именно там колдовал! – Я решила, что в данный момент тоже не очень-то леди и могу себе позволить побыть надоедливой.

Смотрительница я здесь или кто?

Хороший вопрос, знаю.

– Пытался отправить послание домой. – Фейн остановился и метнул в меня яростный взгляд. – Это запрещено, как тебе известно. Можешь нажаловаться в своем отчете.

Надзирательница.

Вот и ответ.

Я перестала барахтаться и, опершись на локоть, тоже посмотрела на него.

– Получилось?

– Нет.

– Почему?

Взгляд глубоких синих глаз обвел внутренний сад, но так ни за что и не зацепился.

– Вероятно, мы находимся в месте, откуда невозможно связаться с моей семьей.

– А где они живут?

– В замке Балфур, – усмехнулся он, внимательно отслеживая каждую мою реакцию. Я же из чувства чистого протеста постаралась никакой реакции ему не дать. – Алгрин, если объяснять более широко. Сестра сейчас, наверное, учится в академии, которую основал наш предок.

Родословная впечатляла.

– Никогда не слышала. – Я не постеснялась признаться.

– Ну, ты, наверное, уже поняла, что Грабон построен на стыке миров.

Напряженная беседа с Фейном за несколько минут дала мне больше информации, чем все дни с Сильваной. Начинаю понимать, почему он тут главный.

Лист, на котором я все еще лежала, опасно качнулся.

– А-ай…

– Слезай. – Фейн придержал его и потянулся ко мне свободной рукой. – Вот так, иди сюда.

Меня аккуратно поставили на ноги.

– Как так получилось, что сильного мага да еще представителя знатной семьи сослали сюда?

Вопрос вырвался раньше, чем мы отпрянули друг от друга. Фейн задумался. Я внимательно всматривалась в его лицо. И за всем этим мы забыли отодвинуться: он так и придерживал меня за талию, теперь обеими руками, а я вцепилась в его плечи, будто все еще боялась упасть.

– Мы тут все такие, – наконец сказал маг. – Влияния наших семей хватило, чтобы никого не казнили.

– Но за что?!

Нетерпение скользнуло по телу легкой волной дрожи. Хотелось бы, чтобы Фейн не заметил, но он, несомненно, даже почувствовал.

– Мы выступили против королевской воли. Вернее, против несправедливых законов.

– Небо…

– Если бы можно было вернуться в прошлое, я бы сделал это снова. Каждый из нас, – непримиримо продолжил маг. – Сожалеть стоит лишь о том, что ничего не получилось.

Еще бы! Это же король…

Пусть я не знала их мира и укладов, но не сомневалась, что монархи во всех мирах одинаковы.

– Хотя бы я не заперта здесь с какими-то головорезами, – пошутила без капли веселья.

– До сих пор не могу поверить, что ты встряла в это, ни о чем не подозревая, – еще более серьезно, чем только что говорила я, заметил Фейн.

– У меня не было выбора.

– Полагаю, как и у всех нас.

Мы замерли друг напротив друга. Пусть на время, но отчужденность пропала. Пожалуй, впервые мы нормально поговорили. Фейн открыл мне секрет, который мог стоить ему наказания… ладно, я поймала его, но это все равно считается. У меня появился шанс доказать, что я не враг пленникам замка.

Волшебно все сложилось.

И молчать с почти незнакомым магом было хорошо…

Бдительности терять не стоило. Я совсем ненадолго расслабилась, за что немедленно поплатилась.

Жар резанул изнутри.

Фейн этого знать не мог, и когда я вскрикнула, отшатнулся в растерянности.

– Гиацинта?

Ощущения стекались к кончикам пальцев и срывались с них раскаленными искрами.

– Прости, прости, прости… – зашептала, обливаясь слезами. – Я не могу это контролировать!

Кажется, ему пальцы обожгло.

Несколько ближайших ко мне листов скукожились.

Проклятье!

– И не надо, – сказал что-то совершенно невероятное Фейн.

– М-м?

– Не сопротивляйся. Позволь излишкам силы выйти.

Пока говорил, он успел выставить сразу несколько щитов.

Я впервые так близко видела чары, да еще в момент, когда они не несли опасности для меня. Обращаться с даром Фейн точно умел. Широкий разворот плеч, отточенные движения… Полупрозрачные, пульсирующие силой щиты дались ему так легко, словно он их каждый день десятками колдовал. Невозможно не засмотреться.

Лишь поэтому я расслабилась, а не потому, что вняла совету. Совсем ненадолго.

А-а!..

Фс-с!

Пальцы опалило в последний раз, брызнули искры… и все впитались в щиты, не нанеся вреда ничему вокруг.

– Готово, – кивнул Фейн.

– Ага.

Дальше он сделал что-то совсем уж неожиданное: поймал мою руку и принялся мягко растирать кончики пальцев. Вот же, я и не заметила, что они занемели. Действия мага казались приятными, но смущающими.

– Это помогает после выплеска. Не дергайся, – сказал маг, когда я попыталась вывернуться. – Но лучше тебе поскорее принять магию как часть себя.

– Я стараюсь, но пока совсем ничего не получается! – прозвучало так, будто жалуюсь.

– Получится со временем, – заверил главный маг замка Грабон, но почти сразу с улыбкой покачал головой. – Прости, я понятия не имею, каково это жить без дара или пытаться подавить его в себе. Сколько себя помню, я гордился своими способностями и считал дни до поездки в академию. А потом гордился успехами.

Звучит как сказка.

Не то чтобы я тоже так хотела… теперь я вовсе не знала, чего хочу.

– У вас правда есть место, где магов учат делать все вот это? – Я мотнула головой на все еще яркие щиты.

– Да, – подтвердил Фейн Балфур не без гордости.

– И ты, конечно, был лучшим? – Не знаю, какое мне дело.

– Самым лучшим, – кивнул он.

Показалось, что ему нравится моя неопытность как раз тем, что можно вновь ненадолго стать «самым лучшим» почти в прежнем смысле. Не магом, который за всех отвечает, а старшим сыном уважаемого семейства, у ног которого лежит весь мир. Может быть, даже не один.

Что ж, не мне его за это осуждать. Тем более что за прошедшие полчаса он помог мне больше, чем Сильвана за несколько дней.

Растерев каждый палец правой руки, Фейн проделал то же самое с левой. Мы уже почти закончили, когда среди неровных рядов растений сначала почувствовалось чье-то присутствие, а потом раздались шаги.

– Не хотел помешать вашему уединению, – мурлыкнул Седрик и с досадливым фырканьем оторвал от рукава колючку. – Фейн, ты нужен в главном зале.

Он еще не договорил, когда Фейн выпустил мою руку и развеял щиты.

– Иду.

Они ушли оба, оставив меня одну в саду.

* * *

Почему мне показалось, что Седрику не понравилось застать нас с Фейном вдвоем? И еще показалось, что Фейна ситуация смутила, будто бы нас в самом деле поймали на чем-нибудь неприличном…

Я в задумчивости тронула пальцы, все еще хранившие ощущения прикосновений мага.

Растения, поврежденные моей силой, исчезли.

И мне тоже пора…

Куда именно иду, решить не успела, но в одном из коридоров попалась на глаза Дарьяне, и та радостно утащила меня по хозяйственным делам. Они не требовали магии – по крайней мере, от меня, – и это позволяло чувствовать себя свободно. А уж про ведение хозяйства я знаю достаточно!

Домовица от моей персоны пребывала в восторге. У нее были какие-то свои отношения с замком, она его чувствовала не как я или маги и с уверенностью заявляла, что сейчас он в неплохом расположении духа и даже расщедрился на несколько новых кладовок. Собственно, она и повела меня первым делом к ним, показать утварь и запасы.

– Давно у нас тут не было смотрителя, который не прикидывал бы выгоду, – сетовала нечисть, демонстрируя мне идеальный порядок в своих владениях. – Три твоих предшественника думали про золото и власть, ну и на магах отрываться не стеснялись.

Подозреваю, потому и не задержались на посту.

– Зачем нужно золото, если Грабон заботится о нас, а за его пределами только лес? – удивилась я. – Притом не всегда понятно, какого именно мира.

– Если сольешься силами с замком, ты будешь решать, когда и куда мы перенесемся, – осторожно заметила Дарьяна.

Власть огромная, но и ответственность не меньше.

Зато я, кажется, поняла кое-что важное.

– Я все еще бесконечно далека от любых действий со своими силами. Но я буду учиться.

Дарьяна была здесь на положении персонализированной магии, но уважение в ее взгляде оказалось мне приятно. Очень приятно.

– Грабон не был так доволен с тех пор, как выделил Фейна и поселил его в королевских покоях, – поделилась секретом она. – Предчувствую, именно тебя мы ждали все это время.

Вдохновляет, когда в тебя верят. Так я и сама скоро верить начну…

С домовицей я пробыла до раннего вечера, обследуя ту часть замка, в которую маги почти не наведывались. Запоминала, что здесь есть, а также расположение комнат и коридоров.

Для одного дня событий наслучалось достаточно, и я рассчитывала на спокойный вечер. Предпочтительнее даже скучный. Например, можно поискать библиотеку и посидеть над книгой.

Как бы не так!

Вместо библиотеки я угодила в оранжерею. Притом сегодня открытая дверь из нее вела в какой-то внутренний двор замка, покрытый пока негустыми сумерками.

– Надеюсь, я тебе правда нравлюсь и ты меня не выгоняешь, – заметила я, прежде чем выйти.

Фейн вроде бы не говорил в последнее время ничего об опасностях.

Но если бы и говорил, желание замка важнее.

Впервые за несколько дней вдохнуть свежий воздух оказалось упоительно. И не так уж и холодно, будто я попала не в позднюю осень, а в некое продолжение оранжереи. Лишь темнеющее небо над головой, в котором уже виднелся призрак луны и первых звезд, доказывало, что это не так.

От входа выложенная большими камнями дорожка вела вдоль замка и за него, но я не настолько осмелела, чтобы проверять, куда именно. Или же дело в том, что чувствовала: подобных подвигов от меня никто и не хочет.

Взгляд выхватил недалеко от двери несколько сиротливо стоящих кадок и горшков поменьше. Они выглядели так, будто их не пустили внутрь, и от этого немедленно сжалось сердце.

Растения я не узнала, что неудивительно, учитывая способность замка перемещаться в мирах.

Некоторые цвели и зеленели, другие чахли и казались еле живыми.

Я вздохнула, принимая решение. Покосилась на гостеприимно распахнутую дверь, но звать магов на помощь не пошла. Вдруг, пока буду ходить, дверь уже исчезнет? Надо быстрее соединять силы с замком или как там. С этой мыслью я принялась заносить цветы в оранжерею.

…В кровать завалилась ближе к полуночи, такая измотанная, что даже маленькое движение представлялось непосильным. Некоторые кадки оказались неподъемными, и я насилу затолкала их внутрь замка. Если смотреть из настоящего момента, идея пристроить к делу магов не была так уж плоха. Но что сделано, то сделано.

Все, сплю.

Какое-то движение в темноте. И сама темнота будто стала другой.

Нет, точно сплю.

…Проснулась еще более измученная, чем засыпала. От ощущения тяжести в ногах. Или на ногах?

Со стоном разлепила зудящие веки. Моргнула. Зрение на удивление легко подстроилось к темноте.

Вытащила ноги из-под обнаглевшего Седрика.

Паршивец пробормотал что-то несогласное, обнял мое одеяло и попытался не проснуться.

Слов на него нет! Ну, таких, которые можно думать леди.

Даже леди с магией.

А я-то решила, что с местными обитателями получится сосуществовать нормально!

Уставшая леди во мне, которая уже запланировала на завтра нечто полезное для себя и замка, решила, что прямо сейчас и в явно нестандартной ситуации можно позволить себе чуточку больше. Совсем немного. Самую малость. И изо всех сил обеими ногами толкнула наглого захватчика чужого пространства.

Седрик с грохотом сверзся на пол, утащив с собой и мое одеяло, и уже оттуда обиженно мяукнул.

– Гиацинта, ты чего? – вопросил он, появляясь из-за кровати.

Всклокоченный, неуместно обиженный и обнаженный по пояс.

Хорошо, что у меня сорочка исключительно приличная.

– Я пинаюсь во сне, – призналась с невинным видом. – Сильно.

– Да? – переспросил не слишком сообразительный спросонья парень… а потом вдруг подался вперед и потерся о мою ногу. – Прости, нос зачесался.

Как он сам себя терпеть умудряется?

– Слушай, у тебя своя комната есть? – спросила я, сменив тон на ледяной.

– Ну… есть.

– Советую тебе отправиться туда. Иначе мне придется обсудить с Фейном клетку, которую он уже как-то упоминал.

Вид обиженного котика ему удавался на все сто, но меня кривляния не трогали. Иногда допустимо побыть эгоисткой, особенно когда устала и совершенно не хочешь соблазняться. Даже в перспективе. В очень отдаленном будущем. Лучше сразу расставить все по местам, чтобы Седрик не питал несбыточных надежд.

– Жестокая, – вздохнул предмет моих мыслей с видом страдающего романтического героя.

– Я не хочу проблем. Ни тебе, ни себе.

Их и так с избытком.

Седрик встал и сгрузил сворованное одеяло на край кровати.

– То есть я тебе совсем не нравлюсь?

Я призадумалась.

Обижать его не хотелось, но и вдохновлять на дальнейшие глупости – тоже.

– Нравишься, но на расстоянии, – наконец удалось подобрать самый честный ответ.

Мурчащий соблазнитель попытался просиять.

– Гиацинта…

– Исключительно на расстоянии, – тверже повторила, чтобы до него наверняка дошло.

Счастья в смазливом облике существенно убавилось.

Вот так. Успех!

– Мы еще вернемся к разговору о наших отношениях, – бросил Седрик, прежде чем гордо удалиться.

Свет погас, как только стал не нужен. Все же неплохая вещь – магия, если использовать ее по делу. К примеру, в быту. Обваливаясь на подушки и закрывая глаза, я думала о том, как мне повезло, что такой любвеобильный в замке один Седрик. Остальные мужчины ко мне ни малейшего интереса не проявляли, за что я была им искренне благодарна.

Короткий миг думала.

Потом уснула.

И даже замок, опять куда-то переместившийся на рассвете, не заставил меня проснуться раньше времени…

Глава 5

Осенний лес за окном не отличался ничем особенным. Но пока я одевалась, от Фейна прилетела записка с распоряжением из замка не выходить. Развернулась перед глазами, зависла ненадолго, позволяя прочесть, и сгорела дотла.

Магия. Ее вокруг становится все больше.

И я постепенно свыкаюсь.

Как и с тем, что мое главенство – вопрос пока спорный.

Задачей на сегодня я видела отыскать хозяйственные книги и хотя бы начать их читать, но, видимо, замок располагал по-своему. Куда бы я ни сворачивала, меня выбрасывало в коридор, ведущий к оранжерее.

Сдаюсь, так и быть.

После третьей попытки и того, как неприятно подвернула ногу.

Да, я не слишком понятливая.

– Я пыталась быть ответственной, – сказала камням коридора и смиренно поковыляла туда, куда так недвусмысленно направили.

Камни остались безмолвны и безучастны.

Оранжерею было не узнать. Вроде бы все те же растения, ничего особенно не изменилось, но… через прозрачный купол лился солнечный свет, и он делал все ярче, живее. Я не подозревала, что существует столько оттенков зелени! Цветы радовали глаз разномастными бутонами. Появились качели, которых я раньше не видела. Вновь звучало пианино. А над всем этим с пронзительным чириканьем носились маленькие желтые птички.

Восхищенный вздох получился сам собой.

И, конечно, не удалось отказать себе в удовольствии побродить по узким, спрятанным в зарослях дорожкам, наслаждаясь красотой.

Качели внимание тоже не обошло.

С них меня согнала глупая надежда, что раз замок привел меня в оранжерею, нужные мне книги он доставил сюда же, надо только их найти. И я искала, методично обошла весь сад, проверила все немногочисленные полки, но нашла только лейку и сонного жука. Глупо было смотреть под широкими листами некоторых растений, но я и это сделала. Книг здесь не было, вообще никаких. Пора признать.

– Тут появилась жизнь.

В дверях я столкнулась с одним из магов, с которым прежде едва ли перекинулась двумя словами.

– А раньше не было?

– До недавнего времени у нас зала с садом не было.

Маг хмыкнул, оглядывая буйство красок через мое плечо.

Я запомнила его как самого крепкого среди молодых мужчин. Он казался немного старше других, но, подозреваю, это обманчивое впечатление.

– Уалгар, да? – Я все еще пыталась уложить в голове имена.

– Гиацинта, – кивнул мне он. – Трудно тебя осуждать за то, что ты прячешься тут.

Да не прячусь я, просто…

– Я искала хозяйственные книги, но замок предпочел показать мне цветущий сад. Он сегодня правда особенно красив.

Уходить из чудесного места жаль, но где-то там меня ждет работа.

– Книги? – Маг поскреб выстриженную до состояния почти полного отсутствия волос голову. – А знаешь, двое твоих предшественников их точно не вели. Они так ошалели от счастья заполучить Грабон, что сразу ринулись строить планы, как с его помощью добыть еще большую власть. Спроси у Седрика или Дарьяны, они тут подольше нас.

– Так Седрик не с вами? – Лишь идеальное воспитание помогло мне нелепо не округлить глаза.

– Ну теперь-то с нами, как и ты, – усмехнулся Уалгар. – Но он был здесь, когда мы прибыли.

Запомню.

Остальное сказанное Уалгаром неплохо вязалось с тем, что я уже слышала от Дарьяны, и решение пришло интуитивно. Расспросы не помогут, замок вряд ли доверяет смотрительнице. А значит, поможет мне только время.

Тем не менее я методично обошла залы, демонстрируя, что настроена серьезно. Уалгар, которому прямо сейчас заняться было нечем, увязался следом. Сказал, мол, книги, наверное, тяжелые, и он поможет мне их отнести куда надо. Возражать не стала. Мне же и с людьми здесь отношения выстроить предстоит.

В бесцельных на первый взгляд хождениях прошло часа три. Несколько раз Грабон начинал откровенно вредничать и водил нас кругами по одним и тем же залам. Однако и польза от всего этого была.

Мы все привыкали друг к другу.

Маги уже не замолкали, завидев меня в конце коридора.

И… Грабон в конце концов привел нас с Уалгаром в библиотеку.

Восхитилась бы бесконечным пространством, заставленным стеллажами, с приставными лестницами, вторым уровнем, старинными лампами и светильниками над запрятанными в укромных местах столами. Но ноги гудели и сил хватило лишь на то, чтобы рухнуть в первое найденное кресло.

– Итак, замок между мирами? – Вечности не хватит, чтобы прочесть все местные книги, поэтому для начала я решила расспросить мага, устроившегося напротив.

– Верно, – кивнул Уалгар.

– И некоторые из них с разрешенной магией?

– Большинство, – опять кивнул он. – На самом деле, большинство непригодны для жизни. То воздух ядовит, то магия самого мира конфликтует с другими формами магии, то опасные твари, которые почти уничтожили свой мир. Но из тех, где жить можно, почти все миры магические.

То есть нам еще сказочно повезло, что замок не переместился в какое-нибудь совсем гиблое место?

И это моя ответственность.

Не хочу сейчас об этом думать.

– Почему тогда смотрителя назначает король из места, где про магию почти ничего не знают? – продолжала допытываться я.

– Знают, кому надо знать. – Магам, наверное, рассказывали все это во время обучения, мне же приходилось собирать сведения по крупицам. – Для некоторых миров магия нехарактерна, но из-за коротких незримых контактов с другими мирами одаренные там все-таки иногда рождаются. Но они вредны, поскольку тянут жизненные силы из самого мира. А им сил надо больше, чем обычному человеку, как ты понимаешь. Это чревато серьезными повреждениями, поэтому одаренных уничтожают. Несправедливо, но необходимо. Не стоит тоже забывать о вечном страхе власть имущих, что кто-то необъяснимо сильный власть у них отберет.

Я все еще была немного в шоке от того, с чем приходится соприкасаться.

Магия.

Странный замок с не менее странными пленниками.

Сопричастность к делам короны.

Может, я все-таки сплю?

– А насчет замка все просто, – говорил Уалгар, не догадывающийся о том, какую сложную гамму эмоций я испытывала. – Смотрителя назначает тот король, на чьей земле находился замок, когда умер предыдущий смотритель. Подозреваю, попытки подчинить Грабон закончились задолго до нашего здесь заточения, и теперь назначают кого не жалко.

Звук у меня получился по большей части насмешливый и самую малость тоскливый.

Маг смущенно поерзал.

Кресло под его мощным телом скрипнуло.

– Прости, Гиацинта.

– В моем случае так и есть, – отмахнулась я.

Честность – это неплохо. Не стоит прятать ее за мишурой вежливых, но бессмысленных слов.

Особенно если хочешь набраться полезных знаний.

Мы засиделись в библиотеке надолго и все время говорили про замок. Наверное, оценив это, он переместил наш обед из столовой в библиотеку.

Смотрители, которые были здесь до меня, странствия замка почти не контролировали. Из опасного места могли убрать, и то если опасность угрожала самому смотрителю. Вот и объяснение, почему Фейн тогда потащил меня к кровожадным деревьям.

Впрочем, мои предшественники особенно и не пытались наладить здесь жизнь. Они имели в себе лишь небольшую крупицу дара и быстро шалели от новых возможностей. И еще от того, что более сильные маги в полной их власти. Уалгар не вдавался в подробности, но, похоже, заставлять кого-то из них издеваться над пленниками не приходилось.

Нелегко мне будет заслужить доверие магов…

* * *

Перемещения чаще всего происходили рано утром. Предрассветные часы для этого особенно нравились замку.

Связь крепла, и я все острее чувствовала незримую жизнь.

Магию.

Сон слетел за несколько минут до того, как началось.

Первым пришло нарастающее ощущение гула. Не настоящее, но в то же время весьма реальное. Он отзывался где-то в костях, покалывал тело изнутри магией. Но я больше не пугалась таких моментов. И это помогало избегать выплесков.

Замок вздрогнул.

Темнота за окном неуловимо изменилась. Да, само окно уже пару дней как вновь стало проницаемым.

Гудящая сила схлынула.

Перенеслись, похоже.

Судя по тому, что снаружи не грохотало, Грабон был в безопасности.

Я повернулась на бок и позволила себе еще немного доспать.

Из сонной дымки уловила какое-то движение. Разбираться с Седриком прямо сейчас было лень, но я не могла позволить ему беспрепятственно шастать в мою спальню. Пришлось лениво приоткрыть один глаз.

По одеялу топталась трехцветная кошка, которую я видела внизу в день своего приезда.

Не Седрик.

Ладно, с кошкой даже уютнее.

Я позволила себе погрузиться в сонную темноту.

…Утром в холле наблюдалось небольшое оживление. Притом такое, с веянием небольшой тайны и подкрадывающихся проблем. Сильвана выглядывала в распахнутую дверь и хмурилась. Седрик и маг, вспомнить которого так сразу не получилось, зачаровывали друг на друге форму. Сила на ней затвердевала, образуя пластины чешуи, что делало одежду похожей на доспех. Еще один неузнанный мною маг просто торчал рядом.

На меня все четверо глянули с опаской.

– Фейн разрешил выходить? – спросила я то, что вдруг показалось самым важным.

– Ну не то чтобы… – пробормотал Седрик.

Чую, Фейн либо не одобряет происходящего, либо не знает о нем.

Приблизившись к распахнутой настежь двери, я тоже выглянула. Так-то ничего особенного, ухоженная территория, каменное ограждение, за ним лес с веянием поздней осени. Сырость проникала в холл, заставляла ежиться.

Калитка рядом с воротами была призывно распахнута.

Почему-то мне это не понравилось.

– Где он, кстати? – Я все еще наивно надеялась, что придет командир и решит проблему.

– Я отвлекла его просьбой напитать одно сложное зелье, – без тени стыда призналась Сильвана. – Там прорва силы нужна, у нас только Фейну это доступно.

– Остальные обшаривают замок, у нас завелись какие-то вредители, – добавил один из магов, которые пока оставались для меня безымянными. – Дарьяна утром жаловалась.

Хотя бы они не врут.

Однако происходящее мне все равно категорически не нравилось.

– Вы ведь знаете, что вам нельзя за ворота? – напомнила нервно.

За распахнутой калиткой у некоторых деревьев стволы были розовые. Просто наблюдение, да.

Заговорщики переглянулись.

– Но нам срочно надо добыть кое-что за стенами замка, – пояснила Сильвана, переведя на меня напряженный взгляд. – Притом быстро, пока замок не переместился.

Я отчетливо поняла, что Грабон перемещаться в ближайшие сутки не станет. Особенно если никуда не ходить и не нарушать правил.

– Мне надо, – внес некоторую конкретику Седрик. – Остальные любезно согласились помочь.

А то, что при этих словах едва не испепелили его взглядами, так это, наверное, какие-то тонкости их взаимоотношений. Потому что ради кого попало рисковать не станешь.

Нескольких мгновений мне вполне хватило, чтобы прийти к неприятному осознанию: здесь и сейчас главная я, значит, и с проблемой справляться мне.

Что ж, в конце концов, практика не помешает.

Вот и потренируюсь быть смотрительницей.

– Рассказывайте, что именно происходит, – потребовала… и сама восхитилась тем, как твердо звучал голос. – Быстро, кратко и без вранья. Иначе Грабон никого не выпустит.

Запереть замок я не могла, но не обязательно ведь в этом признаваться?

Иногда приходится немного хитрить.

– Ну ты же не хочешь сближаться со мной… – Седрик многозначительно пошевелил бровями.

– А это тут при чем?

Я невольно отступила на шаг.

– В отличие от остальных, я не боевой маг. Я – фамильяр, – выдал Седрик и, лишь убедившись, что мое лицо вытянулось должным образом, закончил: – И мне нужна ведьма.

Хотелось ругаться, но в запасе не хватало нужных слов.

– Идеальный вариант, – уточнила Сильвана. – Пока же нам нужно лекарство. В этом измерении как раз растет основной ингредиент.

– Кто знает, когда еще замок сюда занесет, – добавил доселе помалкивавший маг.

– Поэтому я иду. – Седрик проверил чары, остался ими доволен и шагнул к порогу. – Даже если есть запрет и потом будет наказание. Это не хуже, поверь.

Следуя за неведомым инстинктом, я схватила его за руку.

– Что будет, если ты не получишь свое лекарство?

– Застряну в форме кота быстрее.

Ясно, ему нужна ведьма. Остальное – лишь временный вариант.

Сжав ладонь Седрика крепче, я заставила его отодвинуться от двери. Нехотя он подчинился, но полоснул меня крайне недовольным взглядом. Навязчивый парень со странной способностью мяучить раздражал, но зла ему я не желала. Решение могло быть всего одно, и получилось принять его неожиданно быстро.

– Пойду я.

– Что?.. – Кажется, такого предложения никто не ждал, потому что на мне скрестились сразу четыре недовольных взгляда.

Свидетельство того, что мной не пытались манипулировать.

Но о правилах, их нарушении и последствиях мы еще поговорим.

– Вам нельзя покидать замок, но мне можно, – напомнила разумно. – Поэтому иду я.

Благородного предложения, как водится, не оценили.

– Нет.

– Вот только за спиной женщины мы еще не отсиживались!

Магов захотелось стукнуть по самомнению.

И лишь Сильвана хотя бы пыталась мыслить рационально:

– Мы не знаем, что там водится. Ты можешь подвергнуться опасности, Гиацинта.

Могу. Но каков выбор?

– Мне ведь не надо уходить далеко от замка?

– Нет. Видишь те розовые деревья? – Сильвана указала на то, что и так цепляло взгляд. – Нужная травка растет возле них. Ты не ошибешься, у нее необычный оттенок зеленого.

Надеюсь, поздней осенью ее добыть реально. Но высказывать вслух опасения не стала, меня и без того не горели желанием отпускать.

– Кто-то уже ходил за ней раньше? – Я продолжала задавать вопросы, призванные успокоить собравшихся.

– В прошлый раз мне повезло и одно такое дерево росло прямо на территории, – признался Седрик. – Но сейчас его нет.

Замок постоянно меняется. И то, что вокруг него, тоже меняется.

Ничего удивительного.

И я даже не уверена, что в перемещениях и изменениях есть какой-то смысл.

– Ближайшие деревья недалеко от калитки. Я пойду только до них, – проговорила вслух принятое решение. – И если заподозрю опасность, сразу вернусь.

Не оставляя времени на сомнения и страхи, я выпорхнула на крыльцо.

Уже там один из магов попытался преградить мне дорогу. Как-то быстро все произошло… Я испытала едкое раздражение. К чему тратить время на препирательства, когда можно просто сделать дело? Маг и сказать-то толком ничего не успел, как оказался внутри замка и едва не получил по лицу закрывшейся дверью.

Дверь, конечно, тут же обратно открыли.

– Когда надо, она отлично с замком управляется, – буркнул кто-то.

Они слишком верят в меня.

Я всего-то на миг потеряла контроль над эмоциями.

Пока думала все эти мысли, дошла до самой калитки.

Шаг на свободу дался как-то особенно трудно, будто я вылезала из болота. Наверное, Грабон окружен не только каменными стенами, но и магическим полем. Мне еще только предстояло все это выучить. И я справлюсь, обязательно справлюсь! Сейчас же следовало сосредоточиться на вылазке за главным ингредиентом для зелья.

До деревьев, служивших ориентиром, правда, идти было всего ничего. И травка у самых корней ярко выделялась: светло-светло зеленая, еще и с белесым налетом. Я и не помнила, когда именно выхватила у Седрика небольшой мешочек из плотной ткани, но в нужный момент обнаружила его в своих руках.

Опустившись на корточки, я принялась срывать тонкие стебли с продолговатыми маленькими листками.

Почему в прошлый раз все это появилось прямо перед замком, а сейчас нет?

Надо было, чтобы кто-то вышел за территорию?

Кто и зачем?

Дернуло же меня оглянуться! Для собственного успокоения и помахать магам, ожидающим у замка, тоже хотелось. Пусть видят, что у меня все идет хорошо. Чудесный был план. И намерения благородные.

Вот только каменную стену, ворота с калиткой, да и сам замок отделял от меня сгущающийся туман. Я еще немного видела очертания и, надеясь, что меня тоже видно, помахала, как и планировала.

Все хорошо.

Надо здесь закончить.

Я помню, как вернуться обратно.

Но не могу сделать этого без травы. На меня рассчитывают, и я не могу подвести.

Упрямо повернувшись к деревьям, я продолжила рвать то, что пойдет в основу будущей настойки для Седрика. Сдаюсь, я делала это и для себя тоже. Не знаю, что в мире, откуда он пришел, означает связь ведьмы с фамильяром, но точно уверена, что не хочу этого.

Где взять правильную ведьму в замке, изолированном от всего и вся?

Замечательный вопрос.

Ответ бы кто подсказал.

Можно считать, я закончила, когда в тумане ощутилось какое-то движение. Мягкое. Почти текучее. Платье неприятно прилипло к спине. Я выпрямилась. Развернулась. Ничего не изменилось: память отчетливо сохранила путь до калитки.

Дойду.

Главное решиться войти в туман.

Присутствие там кого-то опасного могло и померещиться, но из марева послышалось фырканье. Будто кошачье, но… это должен быть крупный кот.

– Мр-р-р-роу!..

Я оцепенела и едва не поперхнулась вдохом.

Из тумана выскользнул огромный рыжий саблезубый кот.

Если начну убегать, потеряю понимание, где находится калитка. В том числе и это заставляло оставаться на месте. И конечно же ужас! Леденящий ужас, от которого стыла кровь. Зачем замок делает такое со мной?!

Голодные алые глаза зверя смотрели на меня как на уже пойманную добычу.

Магия! Есть же магия!

Взмахи дрожащих рук скорее копировали движения из какого-то танца. Не могло быть и речи о том, чтобы сконцентрироваться и воспроизвести что-то, похожее на заклинание. Как маги вообще это делают?!

Хищник же, похоже, имел все инстинкты, полагающиеся коту. И мои жалкие попытки воспринял как игру перед обедом… Один взмах лапы – и боль ослепила. Словно фрагмент кошмарного сна, я видела, как изодранный рукав платья набухает кровью и ручейки стекают на землю.

Спина вжалась в шершавый ствол.

Бежать я уже не могла. В глазах плыло от боли.

И хотя не двигалась с места, прямо сейчас понятия не имела, в какой стороне находится открытая калитка…

– Мур-р, – издал зверь совершенно кошачье, и по окровавленной руке прошелся теплый язык.

К уже имеющимся добавился новый оттенок боли. Жжение, начавшееся у ран и стремительно захватившее половину тела.

Что должен чувствовать человек за считаные мгновения до страшной смерти?

Мне вот казалось, что я схожу с ума.

Небо… Пусть все скорее закончится!

Из тумана выскочил черный кот – обычный, по виду домашний, даже с ошейником и медальоном – и с рычанием вонзил зубы и когти в хвост более крупного собрата. Хищник возмущенно фыркнул. Ему хватило бы одного удара лапы, чтобы убить такого противника, но он успел лишь немного отпрянуть от меня.

Нависшую над нами фигуру скорее почувствовала, чем увидела.

За лязгом металла последовал хлюпающий звук. Я зажмурилась, сбегая от ужасного зрелища.

Захотелось хныкать, но, кажется, с этим я опоздала. Сознание медленно падало в темноту.

* * *

Небольшой проблеск случился в холле. Боль стала еще сильнее, и невыносимое жжение теперь охватывало все тело. Меня куда-то несли. Кажется, Фейн.

И… из здоровой руки забрали что-то.

Разум вяло вспомнил, что все это время я упрямо сжимала мешочек с собранной травкой.

– Видели бы вы, как я его! Чуть хвост не отгрыз! – Седрик был в полном восторге от своей персоны. – Теперь можно всем говорить, что я боевой фамильяр.

– Ты наказанный фамильяр. И вместе с тобой все, кто в этой дурости участвовал, – немного вернул его в реальность Фейн. Подумал несколько секунд и исправился: – Кроме Гиацинты, пожалуй. Она, наверное, и так усвоит урок.

Что?..

Какого… кхм… один из моих заключенных решает, наказывать меня или нет?

Уклад внутри замка Грабон что-то сильно перековеркало.

Было больно и отчаянно хотелось хныкать, но не было сил ни пошевелиться, ни издать хотя бы звук.

– Фейн, смотри…

Не знаю, что показала Сильвана, но оно заставило нашего командира выругаться.

У меня получился рваный горячечный вздох.

– Кошак оказался не только саблезубым, но и ядовитым.

Слюна. Я почувствовала что-то такое, когда он облизал мне руку.

– Значит, правильно ты не разрешил забрать тушу.

– Она выживет?

Мое тело непроизвольно выгнулось.

Жарко… так жарко…

По ощущениям, меня куда-то несли уже вечность.

– Силь, Ларк, Эйресс, готовьте исцеляющий кокон. – Фейн как всегда умудрялся оставаться собранным и командовать всеми. – Мы не можем потерять эту смотрительницу.

Последнее его замечание отозвалось глупой радостью внутри.

Впрочем, ее быстро смела еще более раскаленная волна жара.

Бесконечный отрезок времени спустя мы оказались в комнатах, где Сильвана и в прошлый раз лечила пострадавших магов. Оказаться на их месте было, мягко говоря, неприятно.

С меня среза́ли разодранное и испачканное в крови платье.

Вливали в рот то что-то горькое, то травяное.

Обрабатывали, а потом зашивали руку. Кто бы этим ни занимался – а я надеялась, что это сама Сильвана, – он старался действовать бережно и не забывал об обезболивающих чарах. Но действие яда сжигало меня изнутри, заставляло извиваться и выгибаться.

Кажется, меня держали.

Голоса не было совсем, будто его сожгло первым. Не получалось даже всхлипнуть, только тяжело дышать.

К моменту, когда меня окутали успокаивающей прохладой и оставили в покое, я уже немного мечтала умереть. И когда начала уплывать в зыбкую нереальность, поверила, что умираю…

…Первой вернулась способность двигаться. Я пошевелила пальцами – это не принесло и тени боли. Осмелев, я чуть изменила положение. Жар схлынул. И выспаться удалось на много дней вперед.

Разлепив глаза, я увидела погруженную в темноту комнату. Так сразу не скажешь, сейчас вечер того же дня или минуло несколько суток. К телу еще льнули остатки слабо сияющих чар, но они таяли на глазах. Развалившись в кресле у стены, мирно спал Седрик.

Нет, пройти должно было несколько часов, не более.

На мне была белая сорочка до колен. Значит, обошлось без пикантного представления.

Что ж, все не так уж и плохо.

Остатки кокона еще продолжали свою работу, просто так встать и уйти было нельзя. Да и Седрика тревожить не хотелось. Его наказание – сидеть у постели больной? Не очень-то изобретательно. На пострадавшей руке остались три розовых рубца, и если со временем они превратятся в шрамы – это будет наказанием для меня. Я заслужила. Наверное. Пусть случится как случится. Раз уж встать прямо сейчас не существовало возможности, я закрыла глаза и постаралась хотя бы задремать.

Уснула вроде бы не крепко, но этого хватило для видения.

Короткого, но пугающе яркого.

Я шла по пожухлой траве к замку. Вроде бы Грабон, но с одинаковым успехом это мог оказаться и другой замок.

Сегодня – пугающе мрачный.

К крепостным стенам крепились скелеты на кольях. В пустых глазницах горели алые огни. Они наблюдали за мной. Следили за каждым движением. А в кольце стены парили светящиеся духи.

– Ты пришла, моя красавица, – в шелесте поздней осени слышался шепот.

Я распахнула глаза и не закричала только потому, что в горле пересохло. Получился слабый сиплый звук, от которого Седрик даже не пошевелился.

Проклятье!

Села на койке, подышала немного.

Исцеляющие чары совсем истаяли.

Ничто не мешало мне пойти в свою комнату.

Отчаянно хотелось пить и вымыться.

С этим решением я слезла с койки и на еще слабых ногах побрела прочь из палаты.

Пол холодил босые ноги. Понятия не имею, куда девалась моя обувь. Путь по лестнице и потом в самый широкий и самый короткий коридор успел стать привычным. Сохранившаяся после пережитого слабость сделала его чуть длиннее, но я чувствовала себя победительницей, когда вошла в свои покои.

Часть сознания зацепилась за что-то… как обычно, но не совсем так.

Никак не привыкну, наверное.

Зажегся свет. Я со стоном вынырнула из сорочки и направилась в ванную. Вошла, закрыла за собой дверь… и лишь тут поняла, что свет уже горел и шумела вода.

Нереальное «что-то не так» обрело форму и плотность.

Встало во весь рост, приняв облик Фейна Балфура собственной персоной.

Растерянного и голого Фейна Балфура.

О-о… Ох.

Влажное облако пара захватило и меня тоже. Тепло льнуло к коже и будто просачивалось сквозь нее, изгоняя из тела остатки холода исцеляющего кокона.

Маг пришел в себя первый и удивленно изогнул бровь.

– Гиацинта?

Я же так быстро сориентироваться не сумела. Не смогла перестать пялиться на рельефный торс. На капельки, стекающие по груди… и ниже. Да, я все рассмотрела.

Лишь потом в голове наступила некая ясность.

Небо, я же тоже голая! И Фейн тоже смотрит.

Проклятье!

За полотенце мы схватились одновременно и одновременно потянули. Сил больше оказалось у мага, так что я болезненно влетела подбородком ему в плечо.

Ай!

Фейн выпустил полотенце и подхватил меня, не позволяя упасть.

Я же вцепилась в мягкую добычу уже обеими руками, вперила гневный взгляд в незваного гостя и прошипела:

– Что ты делаешь в моей комнате?!

– Это ты что делаешь в моей? – ответил мне полной взаимностью он.

Полотенце было в моих руках, это радовало. Но Фейн держал меня так, что прикрыться прямо сейчас не получалось.

– В твоей?

– Ну да.

Не может быть!

Точно помню, что шла правильно.

Я же не могла…

Справившись с собой окончательно, Фейн легко отнял полотенце, крутнул меня и подтолкнул к висящему у двери шелковому халату. Честный обмен. После столкновения с магом я тоже оказалась немного мокрой, но протестовать не стала.

Пока я заворачивалась в халат, магу как раз хватило времени закрепить полотенце на бедрах. Обойдя меня, он распахнул дверь.

– Вот, смотри.

Спальня была почти идентичной, но туалетного столика не было. И некоторые мелочи незначительно отличались.

Небо… Как стыдно.

Хуже, чем тогда, с кровососущими деревьями. И хуже, чем оказаться разодранной саблезубым котом. Во всяком случае, после того как последнего удалось счастливо избежать, можно было так думать.

– Я… Прости!

Горящей стрелой я вылетела из покоев Фейна, пересекла коридор и влетела в свою дверь… чтобы вновь столкнуться нос к носу с магом.

– Какого… кхм. – Он смерил меня каким-то странным взглядом.

– Я не понимаю! – Истерика заставляла трясти головой и пятиться. – Я ничего не делала! Куда девалась моя комната?!

Бегать через коридор из двери в дверь можно было до бесконечности, но маг не дал мне повторить попытку. Поймал и притянул к себе.

– Тише, тише. – Волосы погладила его рука. Я перестала вырываться, но начала трястись. – Если не ты, значит это замок.

– Ты мне веришь? – всхлипнула жалобно, сгорая со стыда.

Умоляю, пусть это будет еще один кошмарный сон.

Я хочу проснуться!

– Верю, – подтвердил Фейн, согревая меня своим теплом. – В замке часто что-то меняется. Нам надо только немного подождать.

– А если он объединил комнаты навсегда? – Прошлый печальный опыт подсказывал, что спешить верить в лучшее не стоит.

– Здесь нет твоих вещей, – заметил внимательный маг.

И точно. Ни тех, что выдал мне Грабон, ни тех, которые я привезла с собой.

Подмеченная Фейном деталь успокоила.

Я вывернулась из кольца его рук и прижала ладони к пылающим щекам. Как будто мало мне приключений было!

– Спасибо, – пробормотала, не зная, что еще сказать, и опустила взгляд на свои босые ступни.

– Вот что, иди-ка ты в ванную. Ты вроде бы хотела. – Маг кивнул на открытую дверь. – Уверен, там будет полотенце для тебя. Потом, если что, пожертвую рубашку.

Сомнения заняли всего миг. Мыться уже не так хотелось, но вот скрыться с глаз мага была нарастающая потребность. И я, пробормотав очередную благодарность, юркнула в приоткрытую дверь. Там и правда дожидались целых три полотенца. Притом что когда мы с Фейном боролись за одно, их точно не было! Прав маг: что бы сейчас ни происходило, это затеял замок.

Покидая комнату, я искренне верила, что душ сделает меня счастливой, но он не помог даже собраться с мыслями. Ладно, тогда я еще не знала, что столкнусь с Фейном и ни на одном из нас в этот момент не будет одежды. Как теперь с ним жить под одной крышей? Вопрос без смысла, поскольку ни один из нас никогда не покинет Грабон.

Сейчас же мне надо было решиться и выйти обратно в спальню, но я уже некоторое время топталась перед закрытой дверью.

Наверное, такие вещи больше не должны меня волновать, но… они волновали.

Кошмар какой-то!

Зачем Грабон это сделал?

– Гиацинта, ты там? – Голос мага донесся из комнаты. – Тебя никуда не перенесло?

Представляю, что Фейн думает обо мне.

Усложнять все не хотелось, и без того непросто, так что я поспешила выйти в спальню.

– Все в порядке. Еще раз прости. За все.

Извинения, призванные замаскировать неловкость, Фейн не слушал.

– Кровать в твоем распоряжении. Устраивайся.

Себе он расстелил одеяло на полу.

– Уверен?

На огромном ложе с комфортом можно было разместить пятерых, но это совсем не значило, что я готова пригласить туда Фейна. Не после того, что случилось в ванной.

Хотя там ничего особенного не случилось…

Проклятье! Как перестать об этом думать?

Я крепко зажмурилась, но это совсем не помогло выдавить из разума лишние мысли.

– Моя младшая сестра какое-то время боялась, что из-под кровати вылезет чудовище, – с приятно бархатистым смешком произнес Фейн. – Так что у меня большой опыт.

Как по волшебству меня отпустило.

Я даже один глаз приоткрыла.

– Только одна сестра? – Захотелось узнать о нем больше.

– И брат.

– Ты, наверное, очень скучаешь по ним?

То письмо в оранжерее. Жаль, что не получилось отправить.

Подозреваю, он пытался не в первый раз.

– Безумно, – вздохнул Фейн.

– Я по своим тоже, – призналась я и свесила руку с кровати.

Он соединил наши ладони, и в этих прикосновениях не было ничего смущающего, только взаимная поддержка.

– Пожалуйста, пусть никто не узнает про этот вечер, – почти шепотом попросила я.

– Обещаю, – согласился маг.

Свет погас.

Веки опустились, окончательно погружая меня в темноту.

Так мы и засыпали, взявшись за руки и иногда перешептываясь в темноте.

* * *

Стало уже привычным просыпаться от ощущения, что замок вот-вот переместится. Я моргнула, обнаружила за окном занимающийся рассвет и сладко потянулась. Рань стояла несусветная, но я прекрасно выспалась.

Подавшись ближе к краю кровати, посмотрела на безмятежное лицо спящего мага.

Фейн был красив. Не как Седрик, а какой-то удивительно реальной красотой. Он запросто мог бы жить в столице и не сходить со страниц главных газет. И каждая юная девушка мечтала бы танцевать с ним на балу.

Наверное, в жизни, из которой его вырвали, так все и было.

Но не в моей.

Я не могла себе позволить грезы о таком поклоннике. Мой уровень – Хадмот Шарт с его властной матерью, и если бы человек из тайной службы хоть немного опоздал, я бы уже была замужем. Не следует забывать об этом.

Природная красота в моем случае не так важна.

Мы с Фейном Балфуром из разных миров.

Буквально, между прочим.

И должность смотрительницы замка Грабон – замка, стоящего на стыке миров, – тоже мой уровень…

Проклятье, я вконец запуталась!

Потихоньку выбралась из кровати, оглянулась на мага – он все еще мирно спал.

На цыпочках, стараясь не создать ни единого лишнего звука, я покинула спальню, прикрыла за собой дверь, прошла гостиную, а сами покои покидать так быстро не стала. Остановилась у двери.

Ладонь погладила стену.

– Пожалуйста, пусти меня в мою комнату, – воззвала я к замку. – Уже и так достаточно неловко.

Ответа не последовало. Или мне еще только предстояло научиться чувствовать Грабон столь тонко.

Покинув покои Фейна, я почти бегом пробежала коридор. Не хватало, чтобы меня здесь кто-то увидел! Не поверят ведь, что это не то, чем кажется.

Есть! Нужная комната.

Давно я не испытывала такого облегчения. До слабости в коленях.

И рубцы на руке поблекли, стали почти не видны.

День определенно задался.

Спать больше не хотелось, а вот дверь в гардеробную была призывно открыта. Туда я и направилась. Как чувствовала… Новые платья идеально подходили смотрительнице: строгие, но шикарные, в темных тонах, и носить их предлагалось с белыми блузами. На обувной полке стояли единственные глубокие туфли.

– Спасибо, – от всего сердца поблагодарила я замок.

С ним у нас как-то сразу сложилось.

Вот только сегодня Грабон хотел одарить меня не только новой одеждой.

Толчок, от которого все вокруг вздрогнуло, подсказал, что мы переместились.

С верхней полки, предназначенной для шляп, на меня посыпались книги.

Глава 6

– Гиацинта!..

Не успела я толком осознать, что произошло, как в гардеробную ворвался Фейн. Увидел меня, лежащую в книжных завалах, и его глаза забавно расширились.

– Нашлись записи прежних смотрителей, – охнула я, отодвинула толстенный талмуд и обозрела кровоточащую коленку. – Нормальных смотрителей, я имею в виду.

Маг тоже посмотрел на ранку, нанесенную уголком старинной обложки, и покачал головой. После чего осторожно помог мне подняться.

– При нас старые записи ни разу не появлялись, – подтвердил он то, что я и так знала. – Грабон тебе благоволит больше, чем троим твоим предшественникам.

– Хотя бы я не планирую на нем нажиться.

Справляться с неудачными перемещениями, правда, пока не умею, но я готова учиться.

Видимо, Грабон это устраивает. При условии, что замок может иметь собственное мнение, конечно.

Но наш мог, и меня, кажется, только что окончательно утвердили в должности смотрительницы.

– Тогда пусть он позаботится, чтобы на тебе не появлялось новых повреждений, – недовольно заметил Фейн, оглядывая полки.

Напомнить ему, что не так давно он сам чуть не скормил меня плотоядным деревьям?

– Думаю, это произошло случайно. Я вошла в гардеробную, как раз когда замок переместился.

Развивать тему маг не стал, но и менее хмурым не стал тоже.

Меня смущало его столь близкое присутствие, воспоминания о совместной ночевке и то, что я до сих пор была в его рубашке. Мы оба знали, что ничего не случилось и глупо придавать этому хоть какое-то значение, но не чувствовать неловкости не получалось.

Сильные руки придерживали меня чуть дольше необходимого.

И недоволен Фейн был сильнее, чем если бы ссадину получил один из его магов.

И…

– Не трогай сама, я потом достану книги с верхних полок. И эти в библиотеку отнесу, там тебе будет удобнее. – Он привычно взялся руководить ситуацией. – Идем, посмотрим твою ранку.

В реальность происходящего все еще с трудом верилось, когда он увлек меня в спальню, а там усадил на туалетный столик.

– Да там ничего страшного, – пробормотала я, отчаянно смущаясь и одергивая низ рубашки.

Что он делает?

Зачем?!

И не осадить его, в отличие от того же Седрика, Фейн вел себя исключительно прилично. Даже на мои ноги особенно не пялился.

– Вижу, – согласился Фейн. – Я не целитель, но тут даже я справлюсь.

Прикосновение его прохладных пальцев заставило вздрогнуть и задержать дыхание.

Холодок стал ощущаться чуть сильнее. К нему добавилось слабое свечение.

И все закончилось.

Но мы встретились взглядами и бесконечное мгновение смотрели друг другу в глаза.

– Спасибо, – сказала я, наконец разрывая зрительный контакт. – Мне лучше побыстрее одеться и приступить к изучению книг. До первого доклада остается не так много времени, а я представления не имею, как перенести замок в нужное измерение.

Уважительная причина, чтобы сейчас отделаться от него, но… не только.

И она не сработала.

– Тебе и не надо этого делать.

– Почему?

– Достаточно опустить послание в ящик на воротах, и его получат все короли, которым оно нужно.

О… Магии всегда найдется чем удивить.

Что же, это все упрощает.

Остается надеяться, что я так же легко получу письма сестер.

Я вернулась в гардеробную за новым платьем и уже почти скрылась в ванной, когда в покои сунулся Седрик.

– Гиацинта, Фейн, а что это вы тут делаете? – Оценил степень моей раздетости, и темные брови взлетели, а в цитриновых глазах промелькнуло ревнивое выражение. – Оу…

Вместо всех бесстыдных замечаний.

Я чудом успела прикусить язык, чтобы не начать оправдываться.

– Ничего такого, что можно было бы охарактеризовать твоим «оу», – слегка щелкнул фамильяра по носу как всегда невозмутимый Фейн. – Позови Ларка и Уалгара, и сам возвращайся. Надо отнести книги в библиотеку.

Поучиться бы мне у него так управляться с людьми.

Но раз уж все оказались при деле, я ушла переодеваться. В ближайшие дни придется поселиться в библиотеке. Что бы там кто ни говорил, мое положение определяла магия места, и служила я не столько кому-то из королей, сколько замку Грабон. В первую очередь именно ему. Чем быстрее я освоюсь, тем больше пользы смогу принести. Не стоит с этим затягивать.

* * *

День первого доклада наступил скорее, чем я успела прочесть записи предшественников. Все это время я старалась избегать главного мага в замке, но на один вопрос мог ответить только он.

– Что я должна написать?

Фейн поднял голову от свежих чертежей первого этажа, на которых яркими пятнами отмечал что-то, и потер переносицу.

– Что считаешь нужным.

– Меня обманули. По крайней мере, утаили важную часть правды. И я хотела бы ответить тем же, но…

На его губах появилась такая усмешка… будто самые смелые ожидания оправдались.

– И как они проверят? Особенно твой король без магии.

– Никак?

– Почему, ты думаешь, Грабон был таким лакомым куском для твоих предшественников?

До сих пор я считала, что их прельстила возможность жить на всем готовом и держать в своих руках власть над молодыми магами, которые на воле уже имели то, чего смотрители никогда бы не достигли. Но, похоже, я мыслила недостаточно масштабно.

– Ладно, я поняла, – кивнула Фейну и покинула кабинет, где он обосновался со своими чертежами.

Отчет предполагалось писать в специально отведенном месте.

Сегодня оно уже не было таким безликим. Там поджидали бумага и письменные принадлежности.

В реальность происходящего не верилось даже с трудом. Еще месяц назад я не могла мечтать о короткой поездке в столицу. О том, чтобы работать, тем более не помышляла. Теперь же я смотрительница проклятого замка и должна сообщить о его делах королю. Притом не одному!

Зарываться, впрочем, не собиралась. Все знают, что лучшая ложь должна основываться на правде.

Кусая губу, чтобы сдержать злую усмешку, я начала послание с того, что представилась, указав, кто я и откуда. Так чужие короли сочтут меня простушкой, далекой от магии, и хотя бы первое время не будут воспринимать всерьез.

Людей в замке хватает. Правильно меня предупреждали, не все согласны с тем, что высокую должность получила именно я.

Была буря, ветром и деревьями повредило стены и первый этаж, но восстановление почти завершено. Пострадали несколько человек, и я тоже едва не пострадала, но уже все хорошо.

Замок часто трясет.

И пейзажи за окном при определенном освещении невероятные…

Достаточно, пожалуй.

Я отодвинула послание, чтобы чернила подсохли, и с удовольствием потянулась. Впервые в жизни лгать было приятно, но вот думать об этом как-то совсем не радостно. Стыдно. Но упоительно.

Грабон, очевидно, решил поощрить начинание, потому что передо мной появилась тарелка с шоколадными блинчиками, творогом и спелой малиной.

– Благодарю, – кивнула чинно, но от угощения отказываться не стала.

Малина поздней осенью.

Некоторые проявления магии я, наверное, смогу полюбить.

– Ничего себе! – послышалось рядом.

Но вот шагов слух не уловил.

Поворачивая голову, ожидала увидеть Седрика, но увидела знакомого кота.

– Я подумал, тебе нужна компания.

Кот говорил, при этом его морда оставалась неподвижной, только огни в цитриновых глазах вспыхивали. Это устраивало фейерверк для разума почище малины перед самым началом зимы.

– Точно, ты же не заключенный и можешь выходить. – До меня запоздало дошло.

– Сам сообразил, только когда мы с Фейном пошли тебя спасать, – признал Седрик.

– Что свободен?

Как о таком можно забыть?

– От свободы осталось одно название. За пределами замка, наиболее опутанной чарами его части, я могу быть только в кошачьей форме. – Из слов Седрика следовало, что в виде кота он явился не для того, чтобы втереться ко мне в доверие. Выбора не было. – У меня еще пару лет назад наступил срок обзавестись ведьмой. Скоро даже Грабон не сможет сдерживать изменения.

Блинчики и малина как-то вдруг перестали радовать.

Черный кот запрыгнул на стол и уселся на свободном месте, свесив хвост.

– Ты поэтому оказался в замке, да?

– Мы с детства готовимся быть фамильярами и довольно рано начинаем настраиваться на определенную ведьму. – Удивительно было понимать, что Седрик рассказывает о совершенно другом мире со своими уникальными правилами. – Моя была наследницей Верховной. Мы колдовали вместе с восьми лет, когда повзрослели, начали встречаться. А потом она отказалась от меня прямо перед церемонией.

– Почему?

– Решила, что кто-то другой больше соответствует ее амбициям. Ей удалось призвать и подчинить демона, сделать его своим фамильяром. Могущества он давал больше, а я стал не нужен. – Кошачья форма каким-то образом скрадывала эмоции, не позволяла им звучать в голосе. Лишь хвост выдавал, нервно подергиваясь. – Разбитое сердце – это больно, знаешь ли. Но еще я был унижен. Когда ты на самом верху, многие затаив дыхание ждут, когда ты потеряешь все и сломленный свалишься к их ногам. Потоптались по мне достаточно. В какой-то момент я не выдержал и ушел. Сам не понимал, куда именно, но получилось, что в Грабон. Магов тут еще не было, они через несколько месяцев появились.

Та ведьма крупно подставила Седрика. Как можно так поступить с тем, с которым собиралась связать жизнь?

Запоздало поймала себя на движении – ладонь скользила по гладкой шерсти кота.

Стоило мне зазеваться, Седрик увел ближайшую к нему ягоду, и кошачья форма ему совершенно не помешала.

В Грабон бы эту негодяйку, для нее я бы сделала исключение и изобрела наказание!

– Прости, я не могу тебе помочь, – произнесла с сожалением. – Я бы очень хотела, но…

– Ты не ведьма, у тебя совершенно другая сила. – Седрик смирился с неудачей на удивление легко. – Если бы связь была возможна, мы бы оба почувствовали. В таких делах невозможно принуждение.

– Мне жаль.

– Пора признать, что ты здесь для замка, а не для меня. – Сегодня кошак поражал здравыми суждениями. Всегда бы так. – И ты тоже меня прости за ту ночь. Я бы тебя не обидел, но мне надо было оказаться как можно ближе и вывести тебя на эмоции, чтобы проверить, подойдем мы друг другу или нет.

Складывается ощущение, что здесь все питается моими эмоциями.

Я махнула рукой, отпуская прошлое.

В дороге, когда еще только ехала в Грабон, я слышала, что здесь найдет приют и безопасность каждый, кто в них нуждается. С Седриком это сработало. И немного со мной. Начинаю верить, что служу хорошему месту.

– Чуть не забыл! – Кот только что лапой по лбу себя не стукнул. – Между прочим, я пришел не слезливые истории тебе рассказывать.

– Составить компанию, я помню.

– И еще подсказать, как получить контроль над поврежденным попытками подавить его даром.

Упражнения, которые дала Сильвана, и растирание кончиков пальцев, как научил Фейн, помогали избегать болезненных выплесков, но дар все еще не подчинялся мне. И просвета в конце этого непростого пути пока не предвиделось.

– Как?!

– Инициация.

Я растерянно моргнула.

– И как ее провести?

– Вот тут вопрос сложнее. – Кот дернул ухом и принялся нализывать лапу. – Ты не ведьма, поэтому соитие с демоном, церемония обретения фамильяра и прочее такое отпадают.

– Послушала тебя, и знаешь… я не хочу быть ведьмой, – сказала с чувством.

– Ага, я тоже, – согласился Седрик. – Можно войти в огонь, но нет гарантии, что ты не сгоришь. Или же войти в магию. Нужна огромная концентрация чар. Но если они не будут нацелены на причинение вреда именно тебе, ты не пострадаешь.

Последний вариант виделся самым нормальным.

Поразмыслив, я кивнула.

– Надо обсудить твою идею с Фейном.

Главной в замке я считалась только по документам. Пока не научусь пользоваться данными мне от рождения способностями, решения здесь принимает Фейн. С некоторых пор внутри уже ничто не восставало против. Он серьезный и ответственный и готов на многое ради безопасности своих людей. Он умеет заставить всех подчиняться. Он правда заслужил место во главе, в то время как я гожусь, только чтобы доклады королям писать.

Хоть бы в этом не напортачить.

Кстати, о докладах…

Чернила высохли. Я отодвинула тарелку, и она мгновенно исчезла. Фамильяр недовольно муркнул – скорее всего, он не сдержался, ощутив вспышку магии, но выглядел момент так, будто он расстроился, что замок увел у него из-под носа еду. Я улыбнулась своим фантазиям.

Освободившееся место заняла массивная печать с оттиском замка и ручкой, искусно исполненной в виде башни.

Последний штрих.

Когда относила послание в ящик, Седрик путался под ногами, словно и впрямь являлся моим фамильяром.

Хотела ли бы я?

Не знаю.

Помочь ему, но без чувственной части договора – да, вполне.

Увы, эта магия так не действует. Не в случае нас двоих.

– Если ты ждешь корреспонденцию, надо подойти к ящику чуть позже, – даже не являясь моим фамильяром, Седрик щедро делился знаниями.

Мы вернулись в замок.

На опустевшем столе – бумага, печать и письменные принадлежности исчезли – меня дожидалась кружка чаю, а для Седрика замок приготовил блюдце с тем же напитком. Кот повел носом, фыркнул и сообщил, что это травяной сбор с каких-то труднодоступных гор. С медом оттуда же.

Я уже немного прочла про Грабон, поэтому знала, что он наделен способностью путешествовать по мирам и брать то, что считает необходимым. В пределах этого самого необходимого. Замок – не человек, ему чужды алчность и жажда наживы.

Судя по тому, как уверенно Седрик пил из блюдца, кошачья форма для него была так же привычна, как и человеческая. И унижением пребывание в ней он не считал. Но я понимала, как трудно ему лишиться важной части себя, тем более не по доброй воле.

Вот бы сюда ту ведьму!..

Грабон, ты меня слышишь?

Если рассказанное Седриком правда, наказания она заслуживает больше, чем любой из наших магов.

Ароматный напиток в кружке едва дошел до половины, как я услышала неясное движение у ворот. Не могла слышать, до них было довольно далеко, и каменные стены поглощали большинство звуков, а услышала. Наша с замком связь крепнет день ото дня.

На попытки Седрика остановить меня уже не обращала внимания, побежала на звук.

Никого.

И ни звука… Ни шагов, ни стука копыт вдалеке. Лишь дыхание осеннего леса.

Я отогнала разочарование, решила считать этот случай моментом обучения смотрительницы и проверила ящик.

Письмо было там.

– Потом надо будет еще раз выйти. – Седрик встречал меня рекомендацией.

– Зачем?

– Увидишь.

Прижав добычу к груди, я кивнула. Надо так надо. Обучение обещало множество интересных открытий.

Хотелось бегом бежать в комнату, скорее прочесть письмо, внутри все дрожало от нетерпения. И в то же время, если там что-то плохое, хотелось оттянуть момент. Пока я не узнала, для меня еще ничего не случилось.

Стоило нам переступить черту чар, углубиться в замок, и рядом со мной уже шел не кот, а парень в татуировках. Красивый, очень красивый, но… мое сердце от него не замирало.

И все же, как та ведьма смогла отказаться от такого?

Фамильяры преданные.

Их связь была бы навсегда.

– Ушла, зараза!..

– Эта гадость меня ободрала.

– Чем?!

– Не ядовитая хоть?

В одном из коридоров мы наткнулись на магов. Замок был огромен и имел свое мнение о происходящем, то есть считал, что в обязанности я должна вливаться постепенно. Или же просто боялся спугнуть. Поэтому с большинством магов все это время я не пересекалась. Ладно, тут и часть моей вины есть: я вечно забывала прийти в столовую вовремя, чтобы сидеть за столом вместе со всеми, а официально объявленных общих сборов пока больше не случалось. Поэтому, когда за поворотом зазвучали голоса, первым желанием было обойти это место, не попадаясь на глаза магам. Однако потом подумалось, что раз замок нас столкнул, значит, так надо. И я не стала противиться.

– Горжусь тобой, – интимно шепнул мне на ухо Седрик.

Я ткнула его локтем в бок.

С тем к магам и вышли.

Один из них ощупывал каменную кладку стены. Другой с ненавистью осматривал располосованную когтями ладонь. Еще двое заинтересованно наблюдали, но активно не участвовали.

– Что здесь происходит? – решила обратить на себя внимание я.

– О! – Мне, как ни странно, обрадовались. – Ты должна чувствовать замок. Посмотри, куда она смылась? Хотя бы в какую сторону?

Э-э. Все непонятнее, но все интереснее.

Прочесть письмо я все еще хотела, даже жаждала, но обязанности смотрительницы заставили отложить личное. Обязанности и самая капелька любопытства.

– Кто? – уточнила осторожно.

– Да пакость эта неуловимая!

– А?

Во вверенном моим заботам замке происходило что-то, о чем я, смотрительница, не знала. Так не пойдет!

– В замок проникла вредная нечисть. Мы не уверены, из какого мира точно, – постарался прояснить происходящее Седрик. – Учинила бардак на кухне, подъела запасы в кладовой…

– Пожрала мои штаны, – оскорбленно вклинился один из магов.

– И мое проклятье, – добавил красноволосый маг, появляясь из-за поворота.

Проклятийник у нас он. Запомню.

Странно, что замок позволяет неизвестному существу оставаться внутри…

– Так что, чувствуешь ее? – Взгляд мага со шрамом был полон надежды.

– Нет. – Я покачала головой. – Но как только закончу с бумагами, постараюсь вам помочь.

– Оптимально будет, если ты найдешь ее логово, – заметил проклятийник. – Она в замке уже несколько дней, должна была где-то обосноваться.

Кивок означал, что я попробую. Самой интересно, получится ли.

Пока же я выкинула магов из головы, едва они остались за поворотом.

Душа стремилась домой, к изменениям в жизни сестер и отца. Небо, пусть с ними будет все в порядке!

Я даже не заметила, вошел ли Седрик следом за мной. Развернула письмо и сразу же начала читать.

Кэт писала из столицы, они переехали всей семьей. Теперь у них был красивый дом и отец мог позволить себе сорить деньгами в мужских клубах. Как старшая, Кэт уже посещала светские мероприятия вместе с другими девушками, которым покровительствовала корона. Ее задачей было поскорее найти жениха, чтобы то же могли сделать Лин и Гвенни. Совет быть осмотрительной я в себе подавила. Кэт всегда была самой приземленной из нас, и уж она-то не наделает глупостей.

В конце была приписка со словами любви для меня от каждой из сестер.

Вот и все. Получилось. Корона выполнила свою часть договора.

– Что с ними? – выдернул меня из пучины ощущений Седрик.

Все это время он был рядом.

– Новая жизнь. Вроде бы они счастливы.

– Тогда почему ты плачешь?

Разве такое объяснишь? Фейн бы понял, ему и объяснять не надо, а как объяснить тоску по сестрам Седрику, я не знала…

Оставалось всхлипнуть в последний раз и утереть щеки.

– Идем, тебе надо еще раз выйти к воротам. – Фамильяр отобрал у меня письмо и потянул за руку.

– Зачем? – Идти никуда не хотелось.

– Увидишь.

Деваться некуда, пошла.

Мы даже не встретили никого по пути. В части замка, которая была опутана чарами меньше, Седрик вновь превратился в кота. Но к воротам упрямо последовал за мной. Интересно, почему он не участвует в ловле нечисти? Неужели его кошачьи инстинкты не требуют устроить охоту?

Ворота. Я все еще не понимала, зачем туда иду. Разве что представился шанс прогуляться по скудному осеннему солнышку?

О…

Ящик был забит, а то, что не поместилось, кучей сгрузили под ним. Я бы даже сказала, горой. Чего в ней только не было! Книги, журналы, цветы, торт, костяная статуэтка, от которой магией фонило так, что я не рискнула касаться.

– Что это?

– Миры приветствуют новую смотрительницу, – усмехнулся в усы Седрик. – При мне уже дважды такое происходило.

Фамильяр оказался смелее меня, рискнул обнюхать подозрительную статуэтку, а закончилось дело обиженным чихом.

– Но… зачем?

– Пока смотритель на посту, Грабон не повреждает незримую ткань их миров, а значит, все в безопасности.

Вот и ответ, почему замок попросту не оставили в стазисе. Может, некоторые миры вроде Помрока и не одобряли идею назначения сюда одаренного, но «уснувший» в их пространстве Грабон попросту разрушал их. Он не мог причинить серьезный вред за месяц, но за год или несколько лет случиться могло худшее.

Знание отозвалось гулом в костях.

Я все поняла правильно.

* * *

Слилась с замком я пока недостаточно, чтобы приказать ему пропустить магов сквозь чары. Дары пришлось вносить внутрь самой. Даже свободный Седрик не мог мне помочь, но он старательно поддерживал, путаясь под ногами.

Чувствую себя злобным древним божеством, которого вроде забыли, но на всякий случай время от времени чествуют, чтобы не наделал дел.

Самым ценным среди подношений было письмо из Форнтума. Именно оттуда в замке появились маги. В письме от имени короля меня уведомили, что заключение магов в замке – часть их сделки с короной. Покидать Грабон они не должны. В плату за приют маги обязуются верно служить замку.

Мучить пленников смотрителя никто не обязывал. Все более очевидно, что это была личная инициатива моих предшественников.

Неудивительно, что Грабон стремился избавиться от каждого нового смотрителя.

Пленники же оказались заключены в замок добровольно.

Сдается мне, не такие они и преступники…

Узнать правду можно только у них самих. Спрошу у Фейна, как представится случай.

Сейчас же я решила уделить время обязанностям смотрительницы: попросила Уалгара отнести подношения в одну из гостиных, чтобы ими могли пользоваться все, а сама отправилась обследовать коридоры замка в поисках нечисти.

Собиралась сделать это одна и совсем не нуждалась в компании, но сама не заметила, как обзавелась хвостом из магов.

Ла-адно.

Хотя позориться у них на глазах не хотелось.

Так подумать, они уже несколько дней не могут поймать эту нечисть. Хотя бы в этом я не хуже остальных.

Провала, однако же, не случилось.

Я чувствовала, что в замке, в самой защищенной и самой зачарованной его части, находится некто, кому ни я, ни Грабон быть тут не разрешали. Замок не то чтобы требовал выгнать живность, но он требовал порядка.

Справедливо.

Но где же оно засело?!

– Ну что?.. – Магам не терпелось.

Обидно разочаровывать их, но я не такая смотрительница, которая приходит и решает все проблемы разом.

Еще не такая.

Однажды я стану ею.

– Я чувствую что-то теплое и пушистое. И оно шастало по всему замку.

– Судя по отметинам, оно еще и зубастое, – выразил беспокойство увязавшийся за процессией Седрик. – Нам с тобой лучше не встречаться с ним слишком близко. Давай ты просто потыкаешь магам пальчиком и они быстренько истребят нечисть?

Остальные парни потыкали бессовестного фамильяра недовольными взглядами, но таким способом совесть у него не пробуждалась. Нужен был другой, но мы его так сразу не придумали. Пришлось оставить мурчащего безнаказанным. Какой с котика спрос?

– Никто никого истреблять не будет, – строго сказала я. – Мы ее просто выгоним.

Прозвучало все равно жестоко.

В отличие от некоторых фамильяров, у меня совесть была.

Но жалеть того, кого еще не нашли, дело бессмысленное, так что…

– А-а-а… – Заголосила Дарьяна из кладовки. – Ах ты ж пакость такая!

Мы дружно помчались туда.

Распихивая один одного, ввалились в тесную прохладную комнатку.

В темноте сверкнули золотом глаза фамильяра.

Мгновением позже зажглись освещающие заклинания магов.

– Запасы-ы-ы… – убивалась домовиха, прижимая руки к пышной груди.

Причины для огорчения у нее были нешуточные. Колбасы, куски копченого мяса и окорока – висевшие, между прочим, на немалой высоте – были погрызены, обслюнявлены или же просто украшены отметинами зубов.

Что примечательно – не одинаковых. Как если бы в замке тайно обреталось несколько существ разных видов.

По камням стен пронесся гул, который ощутила одна я. Он отозвался в костях, заставил перед мысленным взором полыхнуть печать договора, вложил в голову знание.

Незваный гость у нас был один.

Но терпение замка заканчивалось…

– Не переживай ты так, знаешь же, Грабон пополнит припасы, – кто-то из магов пытался успокоить Дарьяну.

– Экое расточительство… – не желала прерывать слезливый поток та.

– В любом случае все уже погрызено. Толку плакать?

– Хочешь, поможем тут прибраться?

Маги казались неплохими парнями. Что такого ужасного они совершили, что наказаны заключением между мирами на всю жизнь?

– Мрак, как я раньше не догадался так сделать? – Седрик горящими глазами осматривал понадкусанное богатство. – Ауч!

– За мной! – скомандовала я, выходя из кладовки.

И совершенно не удивилась, обнаружив, что первым последовал приказу именно фамильяр.

Полное впечатление, что он мой фамильяр. Увы, я – не его ведьма.

Мотнула головой, избавляясь от сторонних мыслей. Мешают слышать направление!

Кроме Седрика следом шли проклятийник, которого я уже знала как Марниха, и еще двое.

Невидимая нить притянула меня в оранжерею.

Вглубь, потом к дальней стене… туда, где я составила кадки, которые некоторое время назад втащила с улицы. Замок их не переместил, они стояли там, где я их видела в последний раз.

Под одним из растений нашлись остатки черной шерсти и покусанный кусок колбасы.

Улики!

– Тьмой фонит! – обрадовался смуглый темноволосый маг.

– Ты нашла логово нечисти, – подтвердил Марних.

Саму живность пока не нашла, но проще оставить ловушки здесь, чем обшаривать весь замок. Судя по количеству шерсти и следам, она сюда возвращалась не раз. И вновь наверняка вернется.

– Это я внесла цветы внутрь, – призналась честно. – Здесь была дверь… которой теперь нет.

Безумная сказка. Мы все в ней застряли. Пора бы привыкнуть.

– Тебе мама не говорила, что приносить в дом всякую гадость с улицы опасно? – ехидно поинтересовался Седрик.

– Правильно, линять в этом замке позволено только тебе, – поддел его темноволосый маг.

Цитриновые глаза мстительно блеснули, и Седрик спрятал ухмылку в уголках губ.

Стычка здесь и завершилась. Пока, во всяком случае. Маги принялись за ловушки, нашей с фамильяром задачей было отойти в сторону и не мешать, что мы и сделали.

– Слушай, в твоем мире фамильяры все такие симпатичные? – не удержалась от любопытства я, пока заняться было нечем.

– Нет. Далеко нет. – Седрик будто бы с опозданием на несколько мгновений вспомнил, что надо отреагировать в своей дурашливой манере. И отреагировал: – Но я красавчик, скажи?

– А татуировки твои что означают? Сколько их, кстати?

– Четырнадцать. Хочешь, чтобы показал?

Я притворилась, что смотрю на него оценивающе.

В первый момент его самолюбию это льстило, а потом…

– Предпочту словами. – Здесь пригодилась одна из холодных отрепетированных улыбок леди.

Фамильяр тоже так умел, только не улыбаться, а, наоборот, изображать котика, которого бросили одного под дождем.

Впрочем, хватило его ненадолго.

– Каждая татуировка символизирует инициацию, – сделавшись серьезным, признался Седрик. – Я прошел их четырнадцать. Не буду вдаваться в подробности, скажу только, что сейчас я бы это не стал повторять. Оно того не стоило.

– А если бы она не отказалась от вашей связи? – Вопрос вырвался прежде, чем я успела прикусить язык.

Седрик пожал плечами… и как-то вдруг вспомнил о внезапно возникших делах.

Не желая вреда, кажется, я разбередила незажившую рану.

Предательство – это больно, наверное. Я не знаю, меня не предавали. Его же положение осложнено перспективой навсегда застрять в кошачьей форме и невозможностью пользоваться всей своей увеличенной в четырнадцать раз магией. Как я поняла, она активируется только рядом с подходящей ведьмой.

– Смотрю, вы держитесь больше как брат с сестрой, – отметил Марних. – Красивой любви не сложилось?

– Я здесь не для того, чтобы искать любовь. – Мне вновь понадобилась маска неприступной леди.

Надеюсь, она оттолкнет ненужных поклонников. Лучше сразу всех.

Потому что с меня одного Седрика хватило!

Повезло, что он быстро опомнился.

Ловушки были расставлены. Я убедила магов настроить чары и на меня – не хотелось, чтобы пакостную нечисть ненароком зашибли. Я не была уверена, как отнесется к этому Грабон, да и посмотреть на нечисть хотелось. Какая она? Дарьяна вот выглядит как обычная женщина, а эта какая?

Узнаю, как только она попадется.

С этим решением я заставила себя переместить внимание на другое, а именно – на учебу. Ей сегодня и так было уделено непозволительно мало внимания.

Время за книгами летело незаметно. Записи смотрителей, которые служили в замке много лет назад, рассказывали не только тайны Грабона, в них также содержались сведения о других мирах. И пусть прямо сейчас последние были мне не нужны, чтение захватывало.

Так я узнала, что построил замок человек, увлекавшийся архитектурой и магией, решив соединить два своих увлечения. Он изучал разные миры и знал, что те из них, которые соприкасаются между собой, являются как бы отражениями друг друга, а потому их ландшафты во многом повторяются. Убедившись в этом, он с самого начала задумал построить замок на стыке миров, чтобы он мог одновременно существовать в каждом. Правда, перемещаться замок должен был исключительно по воле хозяина, а не хаотично, но что-то пошло не так…

Ленс Грабон.

Он мечтал создать феномен и войти в историю всех смежных измерений.

Первая часть его желания сбылась точно.

Как становилось ясно из дальнейших записей, единственная дочь Грабона умерла раньше его самого, а наследников из числа дальних родственников замок отторг. В конце концов один их них стал смотрителем замка, но не хозяином.

…Я потерла уставшие глаза и с удовольствием потянулась. Где замок, изначально задумывавшийся как нечто чудесное, мог заполучить проклятие, тем более несколько? В записях об этом пока ничего не попадалось.

Стоит потом поделиться ими с красноволосым проклятийником, как там его? Может, он что найдет.

От мыслей по делу меня отвлекло смачное чавканье. Прямо за спиной!

Я повернулась… и застыла от возмущения. Приросла к стулу. Да что ж эти создания магии все такие наглые?!

На кровати чернело пятно.

Подумала бы, грязное что-то, но оно едва заметно дышало. А еще – жрало мое одеяло!

Недовольный гул пронесся по стенам и отозвался у меня в костях.

Вряд ли это мог слышать кто-то еще… Такая связь с замком только для смотрителя.

– Эй, ты! – Замок требовал что-то сделать, и я взвилась на ноги. – Кто-нибудь!

Да, я прекрасно понимала, что без магов с нечистью мне не сладить.

Умная, зараза, к ловушкам не сунулась!

Пятно сделалось пушистым. И сверкнуло на меня красными глазками, хотя так посмотреть, глаз у него не было.

Нечисть, способная менять форму, – дошло до меня. Я не знала точно, бывает ли так, поэтому решила сразу принять, что бывает. Почему бы и нет, если один замок существует сразу во многих мирах?

Маленькие красные глазки блеснули еще раз, чтобы я точно заметила.

Никакой ошибки, она точно может меняться!

Пожеванное одеяло было выплюнуто на кровать, и по стене скользнула тень. Ух ты, она и так может!

Но прежде чем пакость успела удрать, дверь спальни захлопнулась. Я пожелала этого, почувствовала огонь в подушечках пальцев – и она захлопнулась. Оказывается, я тоже кое-что могу.

Тень предприняла попытку утечь в щель под дверью, но щели там больше не было.

Так-то! Я быстрее!

По комнате металось бесформенное нечто. Сшибло лампу, разворошило записи на столе, врезалось в закрывшуюся дверь гардеробной и обиженно заворчало. С той стороны двери уже шумели маги, явившиеся на зов и шум, но я вдруг решила обойтись своими силами.

Ладно, с небольшой помощью замка.

– Нам нужно ведро! – крикнула, задрав голову к потолку. – Лови ее!

Воля смотрителя в этом замке закон. Появившееся ведро захватило нечисть в воздухе и вместе с ней опустилось на пол. Проехалось по полу, уперлось в угол и замерло. Тварюшка билась внутри, однако выбраться ей не давала скорее магия замка, чем собственно ведро.

Жадно дыша, будто все это время гонялась за ней по комнате, я тоже уселась на пол и некоторое время ждала, пока уймется безумно стучащее сердце. Лишь когда немного успокоилась, дверь открылась, впуская магов.

– Гиацинта!..

Первым ворвался Фейн.

Когда у меня что-то не так, он всегда оказывается рядом первый, но в остальное время его нет. Можно подумать, главный местный маг намеренно меня избегает.

– Она под ведром. – Я кивком указала на пойманную добычу. – Только осторожно, не дайте ей сбежать.

Магам хватило мгновения, чтобы убедиться, что я в порядке, и теперь их внимание всецело было поглощено пойманной живностью. Впрочем, прямо сейчас я в их внимании не нуждалась. Мне требовалась передышка, чтобы окончательно прийти в себя. Поверить в случившееся. Надо же, стоило добавить немного уверенности, и все получилось! Конечно, это еще далеко от истинного владения силой, но это хороший первый шаг.

Взгляд упал в зеркало, поймал отражение. В нем я совершенно не походила на ту, которой была еще месяц назад. Новая я выглядела взрослее, ярче, смелее пользовалась косметикой, носила платье роскошнее, пусть это и было строгое платье смотрительницы. А в глубине глаз застыли колдовские огни…

Пожалуй, в этот момент я окончательно убедилась, что все изменилось. И возврата к оставленному позади уже не будет.

Глава 7

Пойманную нечисть маги забрали. Я так и не узнала, какая именно ее постигла судьба, потому что Фейн вдруг вспомнил о существовании в замке неумелой смотрительницы и одобрил идею с инициацией.

Интересно, кто и когда успел ему о ней сказать?

Хотя нет, не интересно. Я знаю. И страшно хочу погладить одного кота против шерсти!

Идея была хороша уже тем, что она единственная. Других никто предложить не мог. Даже если я потрачу годы на обучение, это не отменит всех лет жизни в мире, для которого магия противоестественна, и не исцелит незримых ран, нанесенных попытками подавить дар.

Инициация же решала все проблемы разом.

Учиться, разумеется, все равно придется, но я уже втянулась и даже получала некоторое удовольствие от процесса. Упражнения, которые показала мне Сильвана в самом начале, получались с каждым разом все лучше. А стопки книг на столе иногда вырастали выше моей головы.

Мы несколько раз подробно обговорили действия до последней мелочи.

И потом три дня планомерно готовились.

Освободили одну из кладовок.

Признаться, я рассчитывала, что замок сам предоставит нам пустое помещение, для него же стараемся, однако он оставался безучастен. Будто ничего особенного в его стенах не затевалось. Но при этом продолжал баловать меня приятными мелочами, когда я уставала или была раздражена, и не позволил магам выкинуть вон пойманную нечисть. Видимо, она нуждалась в приюте, и Грабон ее принял. Предстоящую же инициацию своей смотрительницы игнорировал напрочь.

Пришлось магам укреплять кладовку на случай чего-нибудь непредвиденного, а потом наполнять пространство внутри своей силой.

Выглядел результат пугающе.

Он и ощущался пугающе. Даже из своих покоев я чувствовала, что где-то неподалеку будто ураган заключен. Ощущение силы сбивало с ног и скользило по коже холодными мурашками.

Смотрелось же и вовсе жутко: открываешь дверь, а там нечто холодное, серебристое, пульсирующее всеми возможными цветами. Парни обладали разной магией, и сейчас передо мной потрескивал огонь, веяло сковывающим холодом, выли ветра, чувствовалось дыхание жизни… и смерти тоже, сияние света и вязкая тяжесть тьмы. Много всякого. Голова начинала кружиться, если попытаться разобрать плотное марево на составляющие.

Чертой, запирающей внушительное количество сырой силы, служил зачарованный порожек.

И мне вот-вот предстояло его переступить.

– Ты готова? – Фейн стоял рядом и внимательно вглядывался в разноцветные отливы серебра.

– Да.

Ответ был честным. Без малейшего оттенка сомнений.

– Тогда входи.

Вдохнуть поглубже.

Набраться храбрости.

Чему была посвящена улыбка, я сама толком не понимала.

– Не уверена, что сработает, – заметила Сильвана, стоявшая позади.

– Сейчас самое время сказать об этом, – в необычной для себя резкой манере хмыкнул Фейн. – Не сбивай Гиацинту!

– Не каркай под руку! – одновременно с ним прошипел Седрик.

В моем случае скорее «под ноги». Подумала и окончательно развеселилась.

Серьезности происходящего прочувствовать не получалось.

К спору присоединились еще несколько человек.

Прекратить его можно было лишь одним способом, и я решительно перешагнула порожек.

Кожу омыл холодок. Довольно приятно. Предполагалось, что концентрация магии, настроенная на меня и при поддержке замка, каким-то образом стабилизирует дар внутри меня.

Получается… или как? Что при этом я должна чувствовать?

– Гиацинта!.. – Я даже не поняла, кто это там запаниковал.

Ну чего они, в самом деле?

В этот самый момент ослепляюще полыхнуло. Ничего страшного не случилось, но меня вместе со всей лишней силой вышвырнуло из кладовки, а магов просто раскидало по коридору.

Инициация, очевидно, не удалась.

– Цела? – Логичнее было мне спрашивать об этом Фейна, раз уж мне повезло упасть на него, но с вопросом успел он первый.

– Да.

Не ушиблась даже.

А потому поспешила сползти с него побыстрее и вообще отодвинуться.

– Сглазила. – В двух шагах влево Седрик нашел виноватую.

– Я тебе что, ведьма?! – возмутилась Сильвана.

Кто-то из магов посоветовал фамильяру угомониться. Все же Сильвана им ближе, чем сварливое создание из чужого мира.

– Замок нас не поддержал, – сообщила я всем то, что без меня они узнать не могли.

– И ты только сейчас об этом узнала? – недоверчиво сощурился Марних.

– До сих пор я еще на что-то надеялась.

Что душой кривить, я с самого начала подготовки чувствовала, что Грабон не участвует. Он не запрещал, не пытался мешать, дозволяя своим неразумным детям развлекаться как они желают, но не помогал. Какое-то время я пребывала в уверенности, что безучастие замка не означает неудачу. И вот результат.

Трагедии нет, все же никто ничего не потерял, но проигрывать неприятно.

Поднявшись на ноги без чьей-либо помощи, я отряхнула платье, после чего ушла к себе, оставив магов обсуждать случившееся.

* * *

Планировала учиться, и первое время так и было… Понятия не имею, почему в итоге я оказалась на полу в гардеробной. Рядом стояла кружка с пряным сладковатым напитком. Над головой завис комочек теплого света, притом сотворила его не я. Замок позаботился. А в руках у меня был журнал.

Совесть немного кусалась за то, что трачу время на развлечения вместо учебы, но потребность в отдыхе прямо сейчас перевешивала.

Место называлось Схайл.

И там носили невероятно пышные платья с обилием кружева.

Было интересно разглядывать что-то, о существовании чего совсем недавно я даже не догадывалась. Виды казались похожими на Помрок, но, судя по статьям, правила жизни были другими.

И время летело незаметно.

Увлекшись, я не слышала, как открылась, а потом закрылась за кем-то дверь. Фейна заметила, только когда он хмыкнул, привлекая к себе внимание. Еще успела уловить, как на его лице беспокойство сменяется облегчением, но все эмоции быстро уступили место его обычному спокойствию.

– Что?

– Ты здесь не плачешь.

Интересное наблюдение. А мне следовало?

Вопрос вроде как был исчерпан, но вместо того чтобы уйти, маг прошел в гардеробную и опустился на пол рядом со мной. И это вышло у него столь естественно, будто мы регулярно по вечерам устраивали такие вот посиделки. У его колена появилась кружка с таким же напитком, каким замок угощал меня.

– На улице зарядил дождь, – попробовал возобновить разговор маг.

Ясно, отчего он решил, будто я тут рыдаю.

Журнал, интерес к которому безвозвратно испарился, я отложила на ближайшую полку.

– Я думала, ты меня избегаешь…

– Нет. То есть да.

Он, кажется, смутился.

– Так нет или да?

– В свободное от работы время.

– Что же ты делаешь здесь? – Я выразительно обвела руками гардеробную.

– Хотел посмотреть, как ты. – Он демонстративно отпил из своей кружки и довольно зажмурился. – А теперь составляю компанию.

Я тоже сделала глоток.

По телу разбежалось приятное тепло.

Напиток не убывал и не остывал.

– Так и быть. Составляй.

– Заметила, что тебя швырнуло прямо мне в руки?

На миг показалось, что он пришел специально, чтобы спросить. Что этот вопрос – начало какого-то важного разговора. Спину усеяли морозные мурашки. Из объяснений Седрика я помнила, что возможна инициация через близость с мужчиной. При условии, что у девушки это впервые и есть совпадение по магии. Но это для ведьм. Я к такому варианту не готова!

– Угу. – Я вроде бы и не проигнорировала вопрос, но спешно постаралась увести разговор в сторону: – Как так вышло, что ты – главный маг в замке, хоть и находишься в заключении? Почему Грабон поселил тебя в хозяйских покоях? В смысле, почему именно тебя?

Откуда здесь почти королевские покои, мне уже было известно из записей. Создатель замка правил маленьким, но свободным герцогством. Считай, был равен королю, хоть и не назывался так, а его подданные вряд ли превышали численностью жителей провинциального городка, где я выросла.

– Я изначально был во главе восстания, – признался Фейн… и наконец прозвучало страшное слово. – То есть решение было общим, но роль лидера взял на себя я.

– Восстание? – Я похолодела даже сильнее, чем при мысли о том, что придется спать с Фейном.

– Да, – спокойно подтвердил мужчина, который занимал мой разум.

– Но… – Ужас мешал сформулировать вопрос. Зачем? Что случилось? Каким чудом вы вообще остались живы? – О-ох.

Некоторое время Фейн всматривался в мое лицо, словно все же ждал какой-то определенной реакции. Не дождался. Он глотнул еще из своей кружки, мгновение наслаждался вкусом и теплом, а потом исполнил мое тайное желание – по собственной воле пустился в объяснения:

– Как ты уже знаешь, там, откуда я родом, не казнят за магию. Она для Форнтума естественна и питает его в той же степени, в какой убивает ваш Помрок. Магов у нас обучают, и уже одно такое обучение служит пропуском в блестящую жизнь. Но те, кто, как я, родился в династии носителей определенного дара, стоят как бы над всем этим.

– Чего же тебе не хватало? – Ой. Вырвалось.

– Звучит как сказка, верно? – подловил меня Фейн и горьковато улыбнулся. – Для меня так оно и было. И почти для всех моих друзей. Но с высоты такого положения отлично видно, как несправедливое разделение магов по происхождению, так и порой бесправное положение тех, кому не повезло обладать хоть бы слабой искрой силы. Наверное, я сейчас кажусь тебе баловнем судьбы, которому заняться было нечем, но я боролся за то, во что верю. И проиграл.

Да. И нет.

Это так необычно…

Истории, когда богатые держатся за то, чтобы не потерять свою элитарность, встречаются куда чаще.

– Началось все со студенческих сборищ по вечерам, где мы читали прогрессивные книги и обсуждали, как изменим несправедливый мир к лучшему, – продолжил он, опять не дождавшись от меня ничего внятного. – А закончилось списком требований и тем, что многие маги, соединив свои силы, пришли к стенам дворца.

– Твоя семья была самой влиятельной? – озарила меня догадка. – Поэтому ты назвал себя лидером?

Не знаю, может ли быть еще холоднее. Кажется, я дрожала уже заметно.

– Я верил, что мы победим. Это было вполне реально, мы не требовали ничего невозможного. – Маг с раздражением смахнул непослушную прядь со лба. – Но также я знал, что имя моей семьи далеко не пустой звук.

– А остальные, которых нет в замке? Что с ними стало?

– Нас предали. Кое-кто купился на титулы и высокие должности. Несколько магов намеренно ослабили общие чары, это позволило сторонникам короля победить. Ни с одной стороны жертв не было. Моя семья смогла представить все, как вышедшую за рамки выходку замечтавшихся юнцов. Нас не держали в тюрьме, не пытали. Тех, кто не имел особого влияния, рассовали на мелкую службу без доступа к магии. А самых опасных отправили в Грабон. Такова была сделка: мы навсегда закрыты замке, зато остаемся живы и наши семьи не пострадают.

Щедро со стороны короля. Любого короля. Наверное, их родственники действительно имеют власть, раз корона не рискнула убить бунтарей.

А Фейн – мечтатель… Глупо, но после своих откровений он стал мне нравиться еще больше.

Ой… Я не то хотела подумать!

Замок тряхнуло – кажется, он перемещался, – и я с тихим вскриком упала в объятия мага.

– Вот, опять, – отметил он, обнимая крепче.

– Прости.

Отстраниться сильные руки не дали.

– Третий раз замок толкает нас друг к другу, – пробормотал маг и посмотрел на меня так… будто оценивал шансы.

– Пусти!

– Мне кажется, ты замерзла.

Объятия спустились вниз по плечам. И вырваться мне, конечно, не позволили. Шеи коснулось горячее дыхание.

М-м-м.

– Что в твоей кружке? – нервно спросила я и чуть отклонилась, чтобы видеть его лицо, непривычно расслабленное и какое-то мечтательное.

– Понятия не имею, – чувствительно потершись носом о мое ухо, признался Фейн.

– Явно не то же, что в моей.

Губы коснулись уголка рта, оставив привкус вишни с корицей. Сердце стучало как безумное. Реальность затмевал гул в ушах. Вздумай Фейн поцеловать меня по-настоящему, я бы не смогла сопротивляться притяжению. Но он отстранился и перевел дыхание. Объятия распались, а вместе с ними исчезло желанное тепло.

– Ты права, нам не стоит этого делать, – непривычно низким голосом произнес маг, отодвинулся, а потом и вовсе поднялся на ноги. – Прости. Подобное больше не повторится.

И вылетел из моих покоев так стремительно, будто за ним плотоядные деревья гнались.

Впрочем, нет. Насколько помню, порождения тьмы он встречал бесстрашно.

А от меня попросту сбежал!

С грохотом закрылась дверь. Каждый из этих звуков заставлял меня сильнее втягивать голову в плечи. Предупреждал ведь Гуджол, что любовные истории не для меня! Почему, вот почему я не прониклась?!

Расплачиваюсь теперь за это.

Унизительно.

И обидно.

Я со всхлипом втянула в себя воздух.

С курлыкающим звуком в окно спальни врезалась птица, а потом по нему забарабанил дождь.

В попытке успокоиться я закрыла глаза и прислонилась головой к полке. Не подозревала, что в таком положении можно уснуть… Или это было видение? Плод измученного воображения?

Знакомый замок – Грабон, да не совсем. Наверное, таким он был по замыслу создателя. Но предполагали ли с самого начала чертежи, что лишенные плоти кости будут украшать ворота?

– Ты пришла ко мне… Я устал ждать, моя королева, – шепот отозвался холодными мурашками по коже.

Мир вокруг застыл.

Ни одна травинка не шевелилась, ни один листочек.

Я уже успела вообразить себя героиней страшной сказки и решить, что чудовище взывает ко мне, как вдруг обнаружила, что стою не у замка, а недалеко от склепа. Тишину разбил звонкий женский смех.

Вздрогнув, я вывалилась в реальность.

Фу.

Из прошлой жизни в новую стоило бы взять одно правило: не спать на полу в гардеробной.

* * *

На подоконнике – по ту сторону окна – сидела белая голубка и внимательно следила за происходящим внутри.

Увижу Фейна, непременно спрошу, можем ли мы повесить кормушки. Мне бы хотелось. Но принимать такие решения сама я не рискну. Все существование замка Грабон пронизано магией. Кто знает, какие птицы летают вокруг?

Сопение за спиной заставило меня оторвать взгляд от книги и повернуться.

– Жуть, – вырвалось на выдохе.

В спальне невесть откуда взялся огромный поджарый темно-коричневый пес с горящими красным глазами. Как есть жуть!

– Р-р-гав!

Вспыхнули искры.

Животное на миг расплылось в бесформенное пятно.

Но уже через мгновение вновь стало псом и обиженно встряхнулось.

– Чтоб я так колдовал, не умея, – буркнул проклятийник, появляясь в дверном проеме. – Ты только что зафиксировала его основную форму. И привязала… не то к замку, не то к себе.

– Ее, – не задумываясь, исправила я. – Это девочка.

Проклятийник витиевато выругался.

Я же вспомнила, кто тут главный, и постаралась сделать лицо построже.

– Почему у тебя всякая жуть свободно разгуливает по замку? А если бы она кого-нибудь сожрала?

– Это морка, она не особо плотоядная, но может портить вещи. А еще терять форму, что на самом деле и является самым естественным для нее обликом, и просачиваться везде. Попробуй такое удержать в клетке! Сквозь магию она тоже просачивается, – отчитался проклятийник.

– Сидеть, – опять не задумываясь приказала я.

Зверь плюхнулся на ковер и одарил меня преданным взглядом.

Видимо, все-таки к себе. И это досадно, потому что я побаиваюсь собак, особенно таких больших и страшных.

– Марш в клетку!

Пес послушно зашагал к выходу.

Проклятийник присвистнул и комментировать ничего не стал.

– Угости ее чем-нибудь от меня! – крикнула им вслед.

Заводить питомца я не собиралась, но не хочу быть плохой хозяйкой.

– Кстати, с твоей подачи эту тварь теперь зовут Жуть, – насмешливо сообщил маг.

Ой-ой.

Внезапно получилось.

Словно почувствовав, что мне и без того стыдно, за дверью тихонько заскулили.

– Не жалуйся, – вздохнула я. – Был еще вариант Клякса, но Жуть как-то внушительнее.

Звуки стихли.

И цокот когтей по полу стих.

Я перевела дыхание и постаралась вновь сосредоточиться на чтении, но тут голубка постучала в окно.

Какая она красивая…

* * *

Пока я сходила за Фейном, голубка уже улетела, и теперь все выглядело так, словно я придумала предлог, чтобы обратить на себя его внимание. Чуть со стыда не сгорела, пока он смотрел в окно!

Решено: в ближайшую вечность вообще ему на глаза не попадусь.

Не хватало, чтобы он решил, будто я за ним бегаю.

– Я должен видеть птицу, прежде чем разрешу ее впустить, – предупредил маг. – Но, если бы замок хотел, чтобы она попала внутрь, она бы уже была здесь.

– Речь шла только о кормушках, – сдержанно напомнила я и, когда он повернулся ко мне лицом, отступила.

– В них нет смысла, раз замок постоянно перемещается.

С этим Фейн и ушел, я же волевым усилием засадила себя за записи предшественников. Каким-то чудом даже смогла не думать о недосягаемом маге, сосредоточиться на замке и его прошлом. На заполненной от корки до корки книге перед глазами.

Ой… Кажется, я переоценила свою силу воли.

Строчки перед глазами разъехались.

И меня словно в воронку затянуло…

…Грабон. Где бы еще я могла очутиться? Будь то мечты, кошмары, сны или видения, теперь я всегда в замке Грабон.

В этот раз я знала, что происходящее – не сон. И замок предстал совсем другим. Почти обычным. Пульсация силы не окружала его, она ощущалась совсем слабо. Едва-едва, с небольшими всплесками. Дышалось свободнее. В окна лился золотистый солнечный свет. За окном кипела жизнь. А в коридоре, по которому я шла, пахло как после недавно законченного ремонта. Или же это из комнат прилетали запахи.

Очевидно, замок вот только что достроили и работы еще не везде закончены.

Всплеск силы ощутился сильнее, но все равно он был ничем по сравнению с бурей магии в моменты, когда замок перемещался.

Губы дрогнули в улыбке.

Вот магия для меня и стала чем-то естественным.

На то, чтобы привыкнуть, не потребовалось даже месяца. Может, потому, что эта сила всегда была во мне?

Мысли не мешали продвигаться дальше и дальше, и когда ощущение магии вновь усилилось ненадолго, я стояла у распахнутой двери и могла видеть, что происходит в одной из комнат. Обстановка казалась незнакомой. Вероятно, это был рабочий кабинет.

Да, вот и чертежи замка.

Думаю, не ошибусь, предположив, что седовласый человек передо мной – сам Ленс Грабон.

Вот кто мог бы дать ответы на любые вопросы!

– Прошу меня простить за вторжение, – заговорила громко. – Я – Гиацинта, смотрительница вашего замка. Ну, когда-то в будущем.

Никакой реакции.

Маг продолжал переводить задумчивый взгляд со своих тонких пальцев на расчеты в толстой книге и обратно.

Он меня не слышал. И не подозревал о моем присутствии.

Порыв ветра… Я чудом устояла на ногах, когда сквозь меня пронеслась молодая женщина. Ее изумрудно-зеленое платье эффектно подчеркивало фигуру и тяжелыми юбками опадало к ногам, смоляные волосы рассыпались по плечам, слегка придерживаемые золотым ободком, а глаза метали молнии.

– Отец?

Ленс Грабон поднял на нее взгляд.

– Не получилось? – спросила она, не скрывая торжества.

– Наш замок – самое смелое творение, какое когда-нибудь видел мир. Многие миры, – произнес он благоговейно. – На то, чтобы достигнуть результата, потребуется время.

– Ты уже потратил на это четыре года! – Молний во взгляде красавицы стало больше.

– И потрачу больше, если потребуется.

Совершенно не желая, я оказалась свидетельницей того, что не было предназначено для посторонних глаз. В записях, относящихся ко времени создания замка, попадалось много разных мыслей Ленса Грабона, но ни разу не была упомянута его дочь. Сейчас бы лучше уйти, но что-то держало меня на месте… Замок. Наша с ним формирующаяся связь. Благодаря ей я понимала, что если замок решил мне что-то показать, значит, это важно. Надо стоять и смотреть.

– Да ты уже похоронил себя в этих стенах! – сорвалась на крик леди Грабон, или как у них тут принято?

– Амелиа…

– Я устала! В обществе уже забыли, когда тебя в последний раз видели! Ты пропустил мою помолвку! И мой диплом! Тебя не было, когда болела мама, ты будто даже не заметил, что она умерла!

– Прекрати! – Создатель необычного замка тоже начал раздражаться.

– А сейчас ты лишил меня стажировки при дворе и запер здесь, вдали от жениха и друзей! – Амелиа кричала все громче.

Я попятилась – не люблю скандалы. Однако совсем уйти позволить себе не могла.

– Дорогая, ты лучший артефактор нашего времени, – отец вернулся к мягкому, увещевающему тону. – И сейчас на пике силы. Ты нужна мне здесь.

– Не я, лишь мои способности! – горько бросила дочь, и на ее глазах заблестели слезы.

– Это семантика. – Немолодой маг попытался разрядить напряженный момент улыбкой. – Твоя стажировка не навсегда, всего-то три года. Оглянуться не успеешь, как они пролетят. Зато наши имена навсегда будут вписаны в историю множества миров. Разве ты не мечтаешь об этом?

Она медленно покачала головой.

– Я мечтала выйти замуж осенью. И чтобы моему отцу было до меня дело.

– Ты еще молода, успеешь выйти замуж, – с той же доброй улыбкой отмахнулся Грабон.

– Небо… – простонала Амелиа. – Ты похоронил себя здесь, а теперь хочешь сделать это со мной!

– Амелиа Грабон, держи себя в руках. Ты все-таки с отцом разговариваешь.

– Ненавижу! – пронзительно заверещала магиня. – Будь проклят этот замок, он стал могилой для нашей семьи. Как я его ненавижу!

Только я заметила, как вдруг потемнело?

О нет, Ленс Грабон тоже заметил и перевел полный страха взгляд на дочь.

– Ами…

Красавица охнула, схватилась за грудь и медленно осела на пол в ворох своих юбок. Под ее алебастрово-светлой кожей расползлись черные паутинки-узоры.

Во тьме за окнами разорвалась алая молния.

Мир вздрогнул.

Замок впервые переместился.

…Кех.

Я как со дна реки на поверхность вынырнула и какое-то время жадно глотала воздух.

Реальная реальность.

Настоящее время.

Хотя бы не придется думать, как выбраться из видения.

На подоконнике вновь ворковала голубка. Я обхватила себя руками за плечи, все еще пытаясь выровнять дыхание. Сейчас мне было совершенно не до птиц.

Выходило, что все прошлые сны тоже не самые обычные сны. Принять открытие получилось удивительно легко. Присутствие в жизни магии становилось все более привычным. К тому же я солгу, если скажу, что не подозревала об истинной природе тех видений.

Приняв правду, поверить в то, что сейчас увидела, удалось легко. Ленс Грабон не сумел осуществить свой смелый проект. Замок таким сделало ужасное несчастье. Амелиа не хотела всерьез никого проклинать. Отец не стал бы намеренно жертвовать ею. Но неконтролируемые эмоции вблизи немыслимого наслоения чар, да еще при специфике ее собственного дара, превратили последние слова Амелии в магическую формулу.

Видение объясняло, почему замок не перешел к прямому наследнику.

И объясняло, откуда здесь взялось проклятие. По крайней мере, одно из трех.

Маги не знают. Надо им рассказать!

Однако же воплотить задуманное я не успела.

Из гардеробной повеяло магией. Она звенела в воздухе, оседала мурашками на коже. И моя собственная сила откликалась гулом в костях. Странное чувство. Знакомое, но более мощное. В разы. Похожее на то, что я почувствовала в момент, когда Фейн едва не поцеловал меня, и в то же время совсем другое. Томление, но завязанное на магии.

Вряд ли это созданные замком новые вещи так манят меня…

Вторя этим мыслям, дверь в гардеробную медленно открылась. Я и так чувствовала много всего, изумление вышло совсем блеклым. Внутри пламенем бушевала сила. И меня невидимой нитью тянуло войти прямо в нее. Похоже, Грабон решил устроить мне инициацию.

Что ж, я ведь этого хотела?

Маленький комочек страха трепетал в груди, но я закусила губу и уверенно шагнула прямо в пламя.

Оно не обжигало. Омывало тело попеременно волнами прохлады и тепла.

Совсем не больно. Довольно приятно.

Я закрыла глаза и расслабилась, позволила блокам таять, а моей силе – свободно течь, впустила в себя что-то новое, позволила ему прорасти в душе. Впервые в жизни не боялась таинственного и непонятного.

Наслаждалась.

Когда же гардеробная вновь стала гардеробной, я обнаружила, что чувствую каждый угол замка, каждого его обитателя. И ни капли слабости.

Надо собрать магов. Я столько всего должна им рассказать!

В этот раз я почти покинула покои. Распахнула дверь… Возле нее лежала прекрасная алая роза, идеальная каждым лепестком.

И… как ни старалась, я не смогла получить ответ, кто ее здесь оставил.

Может, сам замок?

Глава 8

Маги новостям были рады, хоть и немного смущены тем, что все прошло без них. Я подробно рассказала об инициации, не забыла и о видении упомянуть. После еще на уточняющие вопросы пришлось отвечать. На добрую сотню уточняющих вопросов.

Голова пухнет.

Я ведь совсем недавно стала частью этого всего…

– Проклятия ощущаются значительно слабее, – наконец сообщил красноволосый проклятийник по имени Марних. – Они не исчезнут, однако связь замка со смотрительницей их сдерживает. Не думал, что такое возможно…

Возможно еще не то, мы пока в самом начале пути. Нет, я не самоуверенная, замок нашептывает мне.

– Ты с самого начала приглянулась местным силам, – проворковала Дарьяна и крепко меня обняла.

– Не сомневалась, что ты справишься, – подмигнула Сильвана.

– Что ж, тебе меньше месяца потребовалось на то, чего отчаянно хотели три предыдущих смотрителя, – осторожно хлопнул меня по плечу Марних.

Они хотели лишь власти. Они не были достойны.

Ай, прекрати шептать! Впереди много времени, наговоримся еще.

Все это время я улыбалась, широко и искренне.

– Спасибо вам всем!

– Поздравляю! – Ко мне подошел тот единственный, чьей реакции я по-настоящему ждала.

Кивнула. Но прежде чем успела хоть что-то сказать, Седрик пролез между нами и стиснул меня так крепко, что на несколько мгновений стало невозможно дышать.

– Знал, что ты с нами надолго.

– Ага, – вяло согласилась я.

Когда же фамильяр меня отпустил, Фейна уже не было поблизости, да и остальные маги расходились.

Досаду постаралась подавить. Не судьба, наверное…

– Истинная любовь познается препятствиями, – шепнул несносный кошак, подмигнул мне и поспешил смыться, пока его не настигла кара.

Удержать лицо, похоже, не получилось. Будет стыдно, если другие тоже заметили.

Между нами с Фейном даже ничего не происходит, просто я… не знаю. Никогда подобного не чувствовала и остановить странные реакции, происходящие внутри, никак не выходит. Даже при том, что Фейн откровенно избегает меня. Как еще он должен дать мне понять, что я ему не нравлюсь?

С померкшим настроением я вернулась к себе.

Погружаться в записи предыдущих смотрителей я сегодня больше не собиралась. Мне нужен был отдых. К тому же, чуть что, теперь замок точно подскажет. Но более уверенное положение, разумеется, не значило, что я перестану учиться!

В мыслях мелькнуло что-то про ванну с ароматной пеной.

Я закрыла за собой двери своих владений.

Не то чтобы это когда-нибудь сдерживало того же Седрика, но хотелось верить, что сегодня он уже достаточно потрепал мне нервы.

За окном опять сидела голубка, и не получалось отделаться от ощущения, будто она наблюдает за мной.

Или присматривает.

Мурашки неясного предчувствия заставили передернуть плечами.

Я прислушалась к себе. После инициации стало заметно проще следовать зову силы. Подсказки теперь звучали яснее, ушел страх ошибиться на каждом шагу.

Замок вроде бы не возражал. Даже одобрял.

Подталкивал.

И я приоткрыла окно.

Голубка, будто только того и ждала, влетела в комнату и камнем ударилась об пол, чтобы в следующее мгновение птица исчезла, а вместо нее соткалась женщина яркой красоты.

– Мама?

Я вжалась спиной в подоконник и прижала заледеневшие пальцы к губам.

– Закрой окно, а то мало ли что еще пролезет внутрь, – велело невероятное видение.

Привыкшая делать то, что она говорит, я и в этот раз подчинилась. Руки совершали простые действия, а в голове запутывался горячий клубок.

– Что именно? – Собраться с мыслями никак не удавалось, и вопрос прозвучал так, будто его задал кто-то другой.

– Снаружи я видела несколько злобных духов и много темной энергии, но не в этом измерении. Здесь относительно безопасно, – буднично отозвалась она, как если бы не было долгих лет и мы вот так говорили каждый день. – Кстати, тебе известно, что замок трижды проклят? Что вообще ты здесь забыла?

Она еще спрашивает!

Небо…

Сказка становится все невероятнее.

– Мама… это правда ты? – Голос дрогнул и губы тоже задрожали.

– Правда. – От теплоты в ее улыбке во мне что-то растаяло. – Кто бы это еще мог быть?

Злобный дух, например.

Впрочем, я бросилась в ее объятия до того, как Грабон меня отругал за предыдущую идею.

– Мама!

От нее пахло магией и немного любимыми духами. Все как раньше.

И по моим щекам уже текли слезы.

Если бы до сих пор еще оставались сомнения, все они разлетелись бы в пыль, раздавленные крепкостью наших объятий.

– Ты не умерла? – Очарованная сказкой, в которой мне повезло жить, я позволила себе смелую надежду.

– Умерла, разумеется. Кто бы выжил после того, как его сожгли. – Она выпустила меня из объятий, но любовь в ее глазах обнимала куда крепче. – Ах да, Гиацинта, ты не должна была сбегать из дома, чтобы посмотреть. Я крайне недовольна тем твоим поступком.

Это точно она. Только она знала. Заметила меня.

Я мотнула головой. Тот день отодвинут в прошлое несколькими годами, поздновато меня отчитывать!

– Но что ты здесь делаешь? – куда важнее казалось разобраться. – Как вообще ты можешь быть здесь?

– Бывает, нас после смерти что-то продолжает удерживать в мире живых, – пожала плечами она.

Мервена Кейворт прошлась по доступному пространству, осмотрелась, одобрительно кивнула разложенным на столе книгам. Она всегда поощряла образование, и сейчас ей явно нравилось, что я стараюсь разобраться, что тут к чему.

– Так ты призрак? – По коже скользнул холодок.

– Очень сильный призрак. – Эту самоуверенную усмешку я помнила слишком хорошо.

– А… что тебя держит?

– Ты, конечно. Я ведь так и не успела обучить тебя.

От невероятности происходящего слегка кружилась голова. Может, после инициации я от слабости потеряла сознание, лежу теперь на полу в гардеробной и вижу красочные образы, в которых желаемое кажется действительным? От одного такого предположения бросило в холод. Следом прилетел отрезвляющий тычок от замка.

Все правда.

Хватит бояться, пора поверить!

Мы с мамой проговорили почти до полуночи. Невозможно было и мечтать, что однажды еще у меня появится возможность сказать все, что я не сказала, услышать слова любви и забыться в любящих объятиях, но именно это и происходило. Мне дали прорыдаться, повторно отчитали за то, что я сбежала из-под запрета и видела то, что нежной девушке видеть не стоило бы, успокоили оставшиеся страхи, связанные с даром. Эта сила – часть меня, и мне необыкновенно повезло, что она не стоила мне жизни.

Мама немного светилась в темноте. Лучшее напоминание, что все никогда не будет по-прежнему.

– Мне пора, дорогая. – Ее прохладные ладони спустились от моих плеч к локтям. – Увы, нынешняя форма существования не позволяет мне оставаться рядом с живыми надолго.

– Но ты же вернешься? – Я панически обхватила себя руками за плечи.

– Конечно, Гиацинта. Но теперь, будь добра, открой окно. – Она задумалась на миг, а потом добавила: – Никому не говори о моих визитах. Во всяком случае, пока они продолжаются.

– Почему?

– Считай, это мой первый тебе урок: чары, о которых известно только тебе, будут в разы сильнее.

Ясно, она не хочет тратить драгоценную энергию на кого-то еще.

Стояло бы за ее визитами действительно что-то плохое, замок бы ни за что не пустил ее внутрь.

– Признаться, я думала, уроки будут другими. – Я пошутила… но лишь отчасти.

Мама же… будто что-то вспомнила. И улетать помедлила.

– Весь практический опыт, который удалось накопить, я записывала. Ты ведь не нашла мою книгу?

– Нет.

Воспоминание могло бы считаться озарением. А ведь правда! Я отчетливо помню, как она писала в толстой черной книге с золотыми знаками на обложке. Сейчас вспомнила. Нам с сестрами строго запрещалось даже касаться ее.

– Отлично! Попытаемся ее достать. – Ее глаза вспыхнули азартом. Знакомое выражение, которое всегда меня немного пугало. – Сумеешь убедить Грабон перенести ее для тебя?

– Да.

Даже убеждать не придется.

Приятно все же быть частью чего-то.

– В моей комнате под туалетным столиком есть тайник в полу. Там книга и бархатный мешочек с украшениями, которые я сделала и оставила копить силу, – дала важные подробности мама. – Забери это все, тебе пригодится.

Я кивнула и прикрыла глаза.

Сосредоточиться было сложно. Я пробовала это впервые, и… Во всяком случае, так показалось в самом начале.

Да нет, моя поддержка – весь опыт замка!

Просто нельзя дотянуться до того, чего нет.

Не желая сдаваться, я потянула сильнее, и перед глазами видением вспыхнул пустой тайник.

– Не получается? – Мама нахмурилась.

– Кто-то успел забрать твою книгу раньше.

Меж темных бровей появилась морщинка, точно как в детстве, когда мы с сестрами выводили родителей из себя шумными играми. Нас никогда сильно не ругами и уж точно не наказывали, только смотрели вот так – строго-строго.

– Ты уверена?

– Я вижу пустой тайник. – Я пожала плечами. – Там еще защитные слова на дне нацарапаны.

– Грабон дал тебе огромную силу, – не могла не восхититься мама. – Но кто мог добраться до книги?

– Папа?

– Он не обошел бы защитное заклинание.

Очень странно.

– Зачем вообще понадобилась защита?

– У нас иногда бывали гости, да и в семье росли четыре егозы. Помнишь, как вы тайком пробрались в мою мастерскую и нацепили на себя все украшения, которые там были? – Мамино лицо осветили воспоминания. Хотя оно уже стало таким прозрачным, что часть мимики приходилось додумывать. – Я решила проявить осмотрительность.

Ее следовало проявить в том, чтобы не пользоваться даром. Но я не имела права ее осуждать.

Надеясь на чудо, я попросила замок достать мне нужную книгу, где бы она ни была. В конце концов, это мое наследство и я имею на него право! Замок вроде не возражал, но все равно ничего не вышло. Сколько бы мы ни пытались, книга осталась там, где она сейчас была.

Ждать дольше мама не могла и, обратившись птицей, вылетела в окно.

Я же присела на край кровати и смяла пальцами покрывало. Досадно, но всему можно найти разумное объяснение. Грабон не мог бы переместить мне то, чего нет. Наша семья несколько лет жила в страхе. Может, папа все же придумал, как обойти защиту, и уничтожил книгу? Ведь обнаружь ее кто чужой, пострадать могли мы все. Это виделось самым правдивым ответом на вопрос.

* * *

Чувство, что я не сделала какое-то важное дело, не дало заснуть. В попытке проявить упрямство я проворочалась три часа, после чего все же сдалась.

Несомненно, я знала, что именно нужно сделать.

Даже призналась в этом себе, пусть и потребовалось зря потраченное время и бессонница.

Грабон затею поддерживал. Собственно, эта затея ему же и принадлежала. Но я…

Ладно. Только один раз.

– Мы не возьмем чужое, – строго сказала в темноту. – Лишь то, что никому уже не нужно. То, что не причинит зла. Колдунья должна быть примерно равна моей маме.

Не успела додумать мысль, как на колени тяжестью опустился гримуар. Ох. Знаки на кожаной обложке вспыхнули в темноте. Я отстраненно отметила, что единение с замком дало мне возможность понимать языки всех миров, в которые путешествует Грабон. На самом деле эта способность появилась гораздо раньше – сразу после подписания договора, но обдумала ее я сейчас.

Улыбнулась приятному открытию.

Неплохо же все складывается.

И это еще мягко сказано!

Волшебно.

Следует понимать, что замок я уже не покину никогда, что бы ни случилось. Но я и не хочу его покидать.

Книгу положила на стол, покажу маме, когда она вернется.

За одну только возможность побыть с ней еще немного я готова была служить замку верой и правдой хоть вечность.

…А утро началось с…

– Р-р-р-гав!..

Отвратительно рано началось.

Я мысленно послала это безобразие подальше, зарылась лицом в подушку и попыталась доспать.

Злое утро зарычало… а потом скомандовало голосом Фейна:

– Сидеть. Фу!.. Сидеть, я сказал!

Даже я села на кровати.

Жуть, собственно, тоже сидела. Возле моего стола, притом с таким видом, будто охраняет его. А еще рычала, скалила зубы и сверкала на Фейна маленькими красными глазками. Раскомандовался тут!

– Доброе утро, Гиацинта. – Признанный замком командир местных боевых магов перевел внимание на меня. – Ничего не хочешь мне рассказать?

М-м? О чем он вообще?

– Не-ет.

– Ты уверена? – Маг посмотрел на меня так, будто давал последний шанс сознаться в содеянном.

Жуть рыкнула на него построже.

Так и не скажешь, не покусает ли она его, если он рискнет приблизиться к столу или ко мне. Может статься, что и покусает.

– Спросить хочу, – проснувшись окончательно, опомнилась я. – Что ты делаешь в моей комнате? Магов что, не учат, что в чужое жилье без разрешения вламываться нельзя?

Хотела отчитать его, но… неубедительно получилось. Точнее, я-то была убедительна и настроена серьезно, но маг, кажется, так и остался уверен в своей правоте. Наивно было надеяться, что после правильной инициации что-то изменится.

– Что это? – Направленное на него возмущение Фейн пропустил мимо ушей и кивнул на стол.

– Книга.

Та самая, которую мы с замком добыли ночью. И что этому магу вечно не нравится?

– Гримуар, – дотошно поправил он.

– Гримуар, – согласилась я.

Поединок взглядов прошел в ничью, потому что я вины за собой тоже не чувствовала.

Фейн остался недоволен.

– Откуда она у тебя?

– От мамы.

Дальше произошло… ожидаемое, в общем-то. Фейн потянулся к книге. Жуть оскалилась, и от нее повеяло такой угрозой, что даже у меня кожа ледяными мурашками покрылась.

– Жуть, фу! – почти выкрикнула я, чувствуя, как испуганно дрожит сердце. – Не трогай его.

Надо же, послушалась…

Фейн взял книгу, повертел в руках, полистал плотные страницы.

– Гиацинта, не лги мне, пожалуйста. – Мне достался проникновенный взгляд. – Откуда у тебя эта книга?

Как удар под дых. Если бы он ругал, я бы придумала, как выкрутиться. Тем более что замок был всецело на моей стороне. Однако Фейн просил и искренне беспокоился, а от его взгляда теплели щеки и взволнованно дрожало сердце. И я пропадала.

– Ну, почти от мамы, – пробормотала торопливо. – Мы не смогли достать ее настоящую книгу, тогда я попросила Грабон найти для меня похожую, которая никому уже не нужна.

На словах звучало совершенно безумно.

Я же не виновата, что так теперь и выглядит моя жизнь.

– Похоже, замок убрал с книги чары, которые могли бы причинить тебе вред. Если они там и были. – Фейн продолжал внимательно разглядывать попавший в его руки экземпляр. – Но должен заметить, не все знания там безобидны.

– Это плохо? – Я поерзала среди подушек.

Мгновение маг потратил на раздумья, потом нехотя покачал головой. Но даже это маленькое движение у него вышло слегка осуждающим.

– Нет.

Осознавшая, что прямо сейчас защищать меня не нужно и покусать ей никого не дадут, Жуть прошлепала к двери.

Я надеялась, что другой незваный гость последует за ней, но Фейн остался стоять, где был, разве что книгу вернул на место. Но сверлить меня пристальным взглядом не прекратил. Вот что ему не так? Ночнушка вроде приличная…

– Мы? – Маг наконец определился, что еще ему не нравится.

Глупо было надеяться сохранить тайну подольше, да?

– Ко мне приходит мамин призрак.

– И как давно? – Тон не предвещал ничего хорошего.

– Пока всего раз. Сразу после инициации.

Маг шагнул ко мне… потом почему-то передумал. В раздражении сцепил пальцы в замо́к. И почти обреченно простонал:

– Гиацинта…

– Что? – Нет, мне правда интересно.

– Ты понимаешь, что вид твоей матери могла принять любая темная сущность? – Он все же придумал проблему.

– Вроде как.

– Вроде как?

Опять столкновение взглядов, но в этот раз я почувствовала себя победительницей. Нет, противник не отвернулся, однако же я знала то, чего он, по-видимому, не знал.

– Она превращается в белую голубку. – Я просто не могла начать с чего-то другого, и улыбку сдержать тоже не смогла.

– Это ничего не доказывает, – остался непреклонен Фейн.

– Знает подробности, которые могла знать только мама, – не обращая на него внимания, продолжала я.

– Допустим.

– И замок не впустил бы сюда кого попало.

Туше.

Упрямому магу оставалось сдаться и отступить, но он почему-то продолжал топтаться в нескольких шагах от кровати.

– Не говори, пожалуйста, никому, – попросила я, пока он и в самом деле не ушел. – Это рассеивает энергию.

– Хорошо. – От него все еще веяло неодобрением. – Хотя магия должна работать согласно законам и правилам, а не на бабкиных предубеждениях.

Я рассерженно фыркнула.

– Забыл, из какого мы мира?

– Лишь поэтому тебе простительны некоторые глупости.

Что?..

Возмущаться хотелось бурно и громко, но Фейн как-то вдруг оказался рядом, склонился над кроватью, и я оцепенела. Слова, которых вот только что было слишком много, внезапно разлетелись. Кожи коснулась дрожь, когда теплые пальцы прошлись по плечами, скользнули по шее.

Горячие губы украли вдох.

А мгновение спустя я уже по своей воле дарила ему дыхание, трогала широкие плечи, цеплялась за ворот рубашки.

Приличия еще зудели надоедливым комаром где-то в голове, но происходящее казалось таким естественным. Будто давно назревавшая гроза после нескольких недель палящего солнца.

Сладко.

Пьяняще.

И безусловно правильно.

Я не собиралась так сразу заходить слишком далеко, но, когда Фейн первым отстранился, еще и пробормотал что-то похожее на извинения, испытала волну разочарования.

Маг покосился на дверь… но в этот раз без объяснений не ушел.

– Мы не можем. Прости.

Почему?

Вот только благовоспитанные девушки о таком не спрашивают.

Небо, как же трудно избавиться от прошлой себя!

– Многие мои друзья оказались навсегда разделены не только с семьями, но и с невестами. – Фейн будто знал, о чем я думаю, и объяснил все сам. – Я не могу закрутить роман у всех на глазах, когда у других такой возможности больше нет.

Даже Седрик, которому для нормальной жизни нужна подходящая ведьма, такой возможности лишен и вопрос времени, когда он утратит большую часть себя.

Я медленно кивнула. Обидно это признавать, но маг прав.

– Разумеется, я понимаю.

Да и самой мне лучше бы сосредоточиться на обучении и единении с замком.

– Гиацинта, ты лучшее, что случалось с этим местом за долгие годы, а может, и за все время его существования. – Пожалуй, это был самый странный комплимент, который мне говорили. Странный, но все равно приятный. – Просто хочу, чтобы ты знала.

– Иди уже!

Выдворяя его вон, я планировала поплакать, но, когда дверь за магом закрылась, поняла, что плакать мне не хочется. Совсем не хочется. Вот и чудно. Сейчас правда правильнее сосредоточиться на учебе.

Пройдя инициацию от замка, я узнала если не все его тайны, то те, что касались меня, точно. Никакого запрета на отношения не было. Грабон уж точно не возражал. Я могла бы даже замуж выйти. И замок могла свободно покидать в любом из миров. Маги, к слову, тоже могли; их сдерживал не замок, а личные обстоятельства. Но если они могли бы уйти навсегда, если бы не скрепленный магией договор, то мне дозволялось отсутствовать не больше суток.

И все же, прежде чем выбраться из постели и начать свой день, я откинулась на подушки и медленно выдохнула. Хочу назад в ту реальность, где мужчина прямо заявляет о своих намерениях и спрашивает разрешения ухаживать у родителей избранницы. И если уж получил его, то ухаживает нормально. Потому что самой разбираться в отношениях сложно и чревато царапинами на сердце.

* * *

Пусть в замке я была все еще новичком, дни мои состояли не только из обучения. Дарьяне потребовались новые кладовки и утварь. И припасы, больше припасов! Бережливая натура домашней нечисти будто к голодным временам готовилась. Жуть подчинялась лишь мне, и весь процесс ее воспитания лег на мои плечи. Она же несколько раз вытаскивала меня гулять вокруг замка, и со временем к нам стали присоединяться и маги.

Фейн не вышел ни разу.

Ну почему он такой ответственный на мою голову?!

Нет, хватит! Обещала же себе о нем не думать.

Раз он меня избегает, я тоже буду.

Мама прилетала голубкой еще трижды. Она оценила книгу, и та ее устроила. Теперь я осваивала материал из нее сама, мама же делилась некими неочевидными знаниями. Маги с академическим образованием обозвали бы их бабкиными суевериями, но у нас с мамой, похоже, специфика дара была такая, что они неплохо работали.

Главное же, что я поняла о себе за прошедшие дни, это то, что основной моей способностью стала связь с замком. Остальное будто затухло. Нет, я могла сотворить чары, если нужно – хоть иногда еще сбивалась, – но куда проще мне было управляться с замком. Я будто слилась с ним, стала какой-то его частью, и это единение уже не разорвать. Все наконец произошло именно так, как было нужно.

…Жуть путалась под ногами, отчего я уже дважды чуть не споткнулась. Мы возвращались с прогулки, но суетливой нечисти сегодня не удалось потратить достаточно сил.

– Ай! Прекрати!

– Держу! – Уалгар подхватил меня, не позволив упасть.

Разумной части меня беспокойство Фейна казалось оправданным, и в то же время я видела, что ни один из его друзей не проявляет ко мне интереса как к женщине. Даже внимание Седрика носило исключительно корыстный характер и испарилось, едва стало ясно, что связки с фамильяром не получится. При этом маги были дружелюбны, обходительны, иногда кто-то из них срывал для меня поздние осенние цветы или заходил позвать к ужину, если я умудрялась заработаться. Я к тому, что вряд ли бы они стали завидовать или восприняли бы наши отношения в штыки. Не те они люди. Но…

Я тряхнула головой и чуть не ударилась подбородком о плечо Уалгара.

Обещала же себе не думать о Фейне!

– Проклятие меняется, – заметил Марних, который шел прямо за нами. – Ты, наверное, чувствуешь, да?

– М-м?

Так, не падаю. Об остальном… сложно сказать.

– Все три проклятия, – исправился красноволосый проклятийник. – Но одно уже сейчас будто в твоих руках, а из двух других постепенно выходит сила.

Я медленно кивнула.

Управление замком перешло ко мне сразу после инициации. Как все нормальные смотрители до меня, я отпустила воображаемые вожжи и дала замку свободу, решив, что подправлю перемещение, возникни необходимость. Но с тех пор его ни разу не случалось. С первым проклятием более-менее разобрались, и мы с магами не раз успели поговорить об этом, но вот другие два…

– Удалось найти что-нибудь об оставшихся двух проклятиях?

– Нет. – Марних раздосадованно скривился. – Но если повезет, они иссякнут сами собой. Процесс уже запущен.

– Остается беречь драгоценную смотрительницу, как любимую сестру, – усмехнулся Уал. – И мы гарантированно выживем.

Жуть с рычанием умчалась вперед по коридору и куда-то за поворот.

Следом за ней от нас оторвался проклятийник.

Странно все… Лично я лишних двух проклятий в замке вовсе не ощущала, но тьмы в стенах правда накопилось многовато. Особенно с внешней стороны. И в записях предшественников ничего путного не попадалось, хотя я еще не все прочла.

– А у тебя кто остался дома? – спросила я Уалгара, чтобы перестать думать о проклятиях.

– Да никого, считай, – пожал плечами он. – В отличие от остальных, я из бедной семьи. И когда проезжий маг предложил выкупить меня у родителей, они были только рады избавиться от лишнего рта. Больше я их с тех пор и не видел.

– Мне так жаль…

– Да нечего тут жалеть, это мэтр Кивес со мной намучился. Ему же не только дар мой раскрывать пришлось, но и учить писать. И говорить с приличными людьми, чтобы не позориться каждый раз. – Уалгар искренне ухмыльнулся, и показалось, что он вовсе не считал свое прошлое ужасным. – Я первое время был кем-то вроде помощника у него, а потом он отправил меня учиться. Парни стали мне вроде братьев, все тогда говорили, что нам повезло с набором. Да ты сама, наверное, видишь.

Мама мне тоже сказала, что с магами мне повезло.

Впрочем, я поняла это еще раньше.

– Не буду отрицать, я бы хотел однажды жениться, завести собственную семью, – легко признался здоровяк. – Но что уж теперь…

– Подожди, все будет. – Я погладила его руку чуть выше локтя. – Не знаю пока, каким образом, но обязательно будет.

– Ну, раз так говорит смотрительница…

Мы как раз обменивались улыбками, когда у лестницы нас поймал Фейн. Мрачный, словно грозовая туча, Фейн.

– Как только закончите здесь любезничать, Гиацинта нужна мне.

И унесся куда-то, будто его ураганный ветер гнал.

Я растерянно посмотрела на Уалгара.

Это что такое сейчас было?

– Прости. – Уал смутился и поспешил отстраниться от меня.

– За что?

– Все видят, что между вами с Фейном что-то происходит, – пожал широченными плечами маг. – Понимаю, ты леди и так не привыкла… А теперь вот Фейн, наверное, подумал не то. Вам лучше бы объясниться, вот что я думаю.

То есть, по всеобщему мнению, это я виновата?!

Вроде как я слишком нежный цветочек, чтобы завести отношения без родительского благословения, обручения, а потом свадьбы?

Прибить одного непомерно ответственного мага мало!

Какого мрака вообще все имеют мнение о моих личных делах?!

Видимо, лицо у меня было примерно как у Фейна, перед тем как он сбежал, потому что Уал бросил короткое:

– Ну, я пойду.

И поспешил исчезнуть.

Я же прислушалась к замку, выискивая Фейна.

Получилось далеко не с первой попытки – небо, я была так зла! Но получилось. Точнее, почти получилось, меня грохот сбил.

Зато направление определилось точно: оставалось просто пойти на звук.

Маг нашелся в одном из коридоров на втором этаже. Ну как, в коридоре… Был коридор – стал тупик. Его завалило камнями.

– Цел? – А ведь собиралась сказать что-нибудь едкое…

– Ага, – буркнул Фейн, утер рукавом кровоточащую бровь и магией принялся пробивать себе дорогу. – Прости, я… Кхм. Просто прости.

Ядовитую реплику опять проглотила. Ни к чему усложнять нам обоим существование.

– Зачем я тебе понадобилась?

– Раз уж ты можешь попросить замок достать что угодно… Парням нужно оружие.

– А?

Несмотря на все усилия, проход пробиться и не подумал. В какой-то момент весь коридор мотнуло… и за нашими спинами тоже появилась стена. Пришлось призвать на помощь все доступное здравомыслие и трижды глубоко вдохнуть и выдохнуть, чтобы отогнать панику. Замок не оставит нас обоих в каменном мешке, для этого мы слишком ему симпатичны.

И, смею считать, я устраиваю его как смотрительница.

Живая смотрительница.

– Оружие, – терпеливо повторил Фейн, не прекращая своей бесполезной деятельности. – Выберемся отсюда, и я покажу тебе иллюстрации из справочника.

– Но… для чего?

Не то чтобы я против.

Странно просто.

– Для защиты.

– А?

Умеет этот маг деморализовать. Даже возразить внятно слов нет. Или все дело в том, что я уж слишком много отвлекаюсь на его рельефные руки? Но отвернуться и смотреть в глухую стену страшно, поэтому лучше так.

– Магия – хорошо, но иногда без грубой силы не обойтись.

Он, наверное, задался целью мне это продемонстрировать, потому что так и продолжал сражаться с грудой камней.

– В замке безопасно, разве нет? – попробовала хоть что-нибудь понять я.

– Сейчас – да, но я предвижу перемены. А они редко даются легко. – Фейн покосился на меня и, смилостивившись, добавил: – Не обязательно случится что-то плохое. Я перестраховываюсь.

– Подожди… – Я тряхнула головой в попытке упорядочить мысли. – Но у вас есть оружие!

– Нет.

– Оно было, когда на меня напал саблезубый кот и вы с Седриком пришли меня спасать. Я видела клинки… ну, или это все галлюцинации.

Прекратив зря расходовать резерв, Фейн повернулся ко мне.

В атмосфере повеяло тайной.

– Это не видения, это я, – непонятно объяснил главный маг замка Грабон.

– Что это должно значить?

– Я – Балфур, – с врожденным достоинством произнес Фейн. – Из самого древнего рода артефакторов в Форнтуме. Не простых артефакторов, а оружейников.

– Прости, я не сильна в магических штучках и вообще не из Форнтума. – Что-то ядовитое все же просочилось.

Да и одному высокородному типу не помешает спуститься на несколько воображаемых ступенек. До уровня простых смертных.

Но как же он хорош с этой кривой усмешкой…

Вместо путаных объяснений Фейн решил продемонстрировать мне свою тайну наглядно и медленно перетек… в боевую стойку, очевидно. В его руках мгновенно вспыхнули парные клинки. Потом сменились одним. Еще через миг это был огромный меч с зазубринами. И все развеялось, будто и впрямь было видением, плодом воображения. Вот только видения к двоим разом не приходят. Ну или это какие-то особенные видения.

– Внутренняя оружейная, – вернулся к словам Балфур. – На самом деле я должен был потерять доступ к ней, поскольку она формируется родовой силой, а я вроде как покинул семью. Но ни капли силы не утратил.

– Это же хорошо? – неуверенно уточнила я.

Фейн кивнул.

– Были бы мы свободны, я бы взял с тебя клятву хранить тайну моей семьи, но вряд ли ты сможешь ее рассказать кому-то, кто о ней и так не знает.

– Я никому не расскажу.

Куда более ценным мне представлялось знание о том, что он прогонял воображаемых монстров из-под кровати младшей сестры. Или что он пытается отправить ей послание, дать знать, что жив и более-менее в порядке. До сих пор пытается, хоть это и невозможно. Мне нравилось знать о нем подобные мелочи. И их я тоже не выдам, даже если будут пытать.

– Загвоздка в том, что этим оружием я могу пользоваться сам, но не могу дать его в руки другому человеку, – дошел до сути Фейн. – Поэтому остальным нужно что-то нормальное.

Я кивнула.

Осталось добраться до справочника.

Замок не всегда брал чужое, используя магию самого мира, он вполне мог кое-что создать. Почти уверена, что оружие в списке доступных для «творчества» предметов. С ним не должно быть проблем.

Но для начала надо выбраться.

Способ решила использовать привычный и погладила стену.

«Хватит сводничать. Фейн не хочет быть со мной, а я не собираюсь за ним бегать».

Ничего не случилось. Впору обидеться. Я-то считала, мы за одно!

– Что бы ты там ни делала, оно не работает, – сообщил маг.

– Напомнить, как у тебя сработало? – вернула ему удар я.

Он хмыкнул.

Потом вдруг оказался рядом и повернул меня к себе.

Поцелуй напоминал шторм. Окружающий мир сразу же канул в тумане. Стало жарко. И душно. И как-то вдруг так получилось, что я не просто ответила, а с равным пылом целовала Фейна в ответ. Цеплялась за него. Обвивала шею руками. Сквозь ткань рубашки пальцами исследовала крепкую спину.

Улетела.

Забыла себя.

Пока вдруг все не пропало, а меня издевательски не овеяло холодком.

– Готово. – У этого мерзавца даже дыхание не сбилось.

Совершенно невозмутимый, он отступил на шаг.

Ни камни, ни стены больше не преграждали коридор. Замок выпустил нас из плена.

– Д-да.

Я чувствовала себя использованной. И пусть я тоже получила свободу в итоге, но губы припухли и горели, пальцы мелко дрожали и хотелось оказаться где угодно, лишь бы не рядом с Фейном.

Как он может так… и ничего при этом не чувствовать?!

В какую игру играет с нами Грабон? Я не знала, как и не понимала, зачем замку понадобилось сводничать, а ведь я после инициации являлась едва ли не его продолжением и знала о происходящем внутри все.

Не совсем все, как выяснилось.

Душу захлестнула жгучая обида. И на замок тоже.

Словно желая попросить прощения или же попросту реагируя на мое внутреннее состояние, замок вновь вздрогнул… и я обнаружила себя у входа в оранжерею.

Фейна рядом не было.

Надеюсь, Грабон его нигде не запер.

Я не успела сделать выбор – уединиться в саду или незаметно выяснить, как там Фейн. По справедливости, он заслужил небольшие неприятности. Вот только Грабон в части них мог быть весьма изобретателен.

Пожалуй, стоит все-таки…

Замок опять затрясло.

Меня ослепила боль, заставила схватиться за стену, согнуться…

В момент, когда показалось – больше не выдержу, все прекратилось.

Взамен нахлынуло иное ощущение: я дома. В смысле, в родном мире.

И замок настойчиво сообщал о чужом присутствии у ворот.

Мрак! Вся холодея, я направилась туда. По дороге чего только не передумала. Гуджол? Сам король? Отряд мужчин в форме с приказом спалить меня на костре? Какой-нибудь несчастный в поисках приюта? Последний вариант виделся самым безопасным, но я боялась надеяться слишком сильно.

Пока вышла из замка, чего только не передумала.

Почувствовала себя голой, когда все чары и проклятия остались позади.

Однако же то, что предстало моему взгляду у ворот, превосходило любые ожидания.

За ними стояла моя сестра.

– Лин?

Она толкнула калитку и вошла.

Глава 9

– Гиацинта!

– Небо… Лин, это правда ты?!

Крепкие объятия были красноречивее любого ответа. Мы обе задохнулись. Обе смеялись. И обе же не сдерживали слез.

– Поверить не могу, что нашла тебя! Об этом замке никто ничего не знает.

– Я думала, что никогда больше тебя не увижу.

Мой договор с короной. Не будет ли появление Лин его нарушением?

Не пострадает ли остальная семья?

Разум возобладал над эмоциями почти сразу. Смыслом договора было дать замку смотрительницу, чтобы он не тянул силу из почти лишенного магии мира. Вряд ли корона или тайная служба осведомлены о происходящем внутри. Но на всякий случай мы переместимся. Не хочу рисковать.

Взяв сестру за руку, я провела ее в холл.

Ощущения были такие же, как в мой собственный первый шаг в это место. Будто пробираешься сквозь толщу воды.

– Невероятно! – выдохнула Лин, оглядывая открывшееся ей истинное обличье замка.

Со всех сторон к нам приближались шаги.

Слишком скоро. Я хотела сначала обсудить ее появление наедине.

– У нас новенькая? – Уалгар и с появлением, и с вопросом успел раньше Фейна.

Тому только и оставалось подтвердить интерес кивком.

Остальные маги разглядывали гостью с жадным любопытством.

– Это моя сестра, Лин. Она здесь не навсегда. – Я постаралась охладить пыл магов и лишь потом вновь повернулась к ней. – Что ты здесь делаешь? С семьей какие-то проблемы? Корона обманула вас?

– О нет, с ними все в порядке, – заверила вторая средняя сестра. – Нам дали все, что обещали.

– Тогда почему ты здесь? – Вместо того чтобы успокоиться, я занервничала еще сильнее.

– Ищу тебя. Нашла то есть, – мило улыбнулась Лин, которая всегда была самой безрассудной из нас четверых. – Гиацинта, я так соскучилась!

Я тоже, но… Как отреагируют маги? Они оторваны от своих семей, а у меня в замке вдруг появилась сестра. Впрочем, пока не похоже, чтобы они были против. Четверо – и это только те, кого я поймала на этом – смотрели на Лин с откровенно мужским интересом.

Меня это пугало, признаться. Но не удивляло отнюдь: вдобавок к сумасбродному характеру Лин досталась соблазнительная внешность. Не яркая отстраненная красота, как у меня, а идеальные формы, бесенята в орехово-зеленых глазах, особая плавность движений… и еще умение схитрить где надо.

Она всегда умела избежать наказания или выпросить у отца разрешение на что-нибудь. Или уговорить нас с Кэт сохранить в тайне очередную ее выходку. Вот поэтому близкое присутствие именно этой сестры рядом с магами меня и пугало. О да, я по-прежнему оставалась ответственной старшей сестрой.

– Отец знает? Как он вообще тебя отпустил?

– Я сбежала, конечно.

– Лин!

Замок затрясся. Мрак, перемещение! Я совсем забыла о нем!

Хорошо, что Грабон не забыл.

Сестра вскрикнула и схватилась за меня.

– А она красивая…

– Прослеживается семейное сходство.

Трясти должно было сильнее, может, хоть один бы язык прикусил. Лин под вниманием мужчин цвела и сияла глазами, меня же охватывало все более сильное беспокойство.

– Думаю, – прокашлявшись, начал Фейн, – Гиацинте и Лин стоит обсудить все наедине. Увидимся за ужином. И моя просьба, очевидно, переносится на завтра.

Маги заворчали, что вечно он все веселье обламывает.

– Спасибо, – с чувством выдохнула я.

Все обиды были прощены и почти забыты.

Я поспешила увести сестру в свою комнату.

– Признавайся, этот красавчик – твой любовник? – громким шепотом мне в самое ухо спросила сестра.

Хвала небу, от мужчин мы успели уйти далеко.

– Ты что, нет, конечно! – возмутилась я, чувствуя, как горят щеки.

И уши.

И шея тоже.

– Зря, – фыркнула Лин. – Теперь ты можешь себе это позволить.

– Доверенный человек короля, который доставил меня сюда, сказал, что романы запрещены. – Я схватилась за соломинку. – Грабон – моя работа.

– Гиацинта, если ты вдруг еще не заметила, здесь нет ни того человека, ни самого короля, – фыркнула сестра.

Ох. Вот по этому я совершенно не скучала.

Кошмар какой-то!

Ладно. Сдаюсь. Немного скучала.

Совсем капельку.

– Лин! – Я постаралась добавить в голос строгих ноток.

Одергивания бы ее не угомонили. Именно эту сестру – никогда. Но мы как раз вошли в покои, Лин издала восхищенный возглас и напрочь забыла про мою личную жизнь.

– Роскошно ты тут устроилась… Словно принцесса, а не смотрительница. Небо, у тебя тут гардеробная! И своя ванная! Разрешишь взять твои духи? Или нет, подожди… А меня замок тоже так поселит?

– А тебя надо селить? – Я пристально посмотрела на нее.

– Конечно! Я же насовсем к тебе.

Небо…

Я безумно хотела увидеть семью, хоть кого-нибудь из них, но сейчас у меня непроходящее ощущение, будто все вышло из-под контроля.

– Погоди. – Я придержала сестру за локоть и увлекла ее к угловому дивану. Кажется, сейчас он впервые пригодился. – Давай мы сядем, и ты мне все расскажешь. А то я ничего не понимаю…

– Ладно. – Лин уступила, но по ее кислому виду становилось понятно, что прямо сейчас она бы предпочла рассматривать мои новые вещи, а не вести сестринские разговоры.

Однако влияние старшей сестры у меня все еще было, и оно немного действовало даже на Лин.

Уже легче.

– Как там все? Кэт писала мне, но в ее письме не было ни слова о том, что ты сбежала…

– А то ты не знаешь Кейтлин, – фыркнула Лин. – Не успела ты за дверь выйти, как она вжилась в роль старшей сестры. Стала еще зануднее, чем обычно. Она заканчивает прерванное когда-то обучение, пытается удержать отца от излишнего расточительства, ходит на чай к воспитанницам короны и на все эти приемы, где водятся правильные женихи, и постоянно поучает нас с Гвенни. Ну, теперь уже одну Гвенни. Я-то сбежала оттуда при первой возможности. А она не сообщила тебе, потому что наверняка хотела сама разобраться. Чтобы ты не думала, что Леди Совершенство может с чем-то не справиться.

– Не вредничай.

– Я не могу не вредничать, это же я, – справедливо напомнила Лин и сморщила нос. – Хорошо у них все. Папа ошалел от приваливших денег. Знала бы ты, сколько он проиграл в первый же вечер в столице! Хотя нет, тебе не стоит знать. Нас с Гвенни заставили учиться. Тоска.

Узнаю свою семью. И сердце сжимается от того, как я по ним скучаю.

– Мама хотела, чтобы у нас было хорошее образование, – напомнила я.

– Да, я помню, – кивнула Лин, откидываясь на мягкую спинку. Только сейчас стало заметно, что она устала с дороги. – На самом деле, учеба была лучшей частью всего. Нет, правда! В столице столько правил. Ты не можешь лишний раз пошевелиться, чтобы этого не заметила какая-нибудь злобная сплетница и не разнесла по всему городу. Ненавижу это! А видела бы ты тех родовитых женихов… В какой-то момент я пожалела, что Хадмот Шарт после твоего отъезда не позвал меня замуж.

Я прыснула. При всей ее непредсказуемости и умении насоздавать проблем, Лин всегда умела внести в жизнь веселье.

– Ты хотела сказать – его властная мама?

– Ой, не напоминай!

Мы обе смеялись до слез.

– В общем, учитель танцев, которого нам подобрали по приказу самой королевы, был куда красивее породистых женихов, – дошла до чего-то важного моя самая проблемная сестра.

Спина под платьем похолодела.

– Лин, ты же не…

– Да, Гиацинта. – Она победно улыбнулась, будто вовсе не чувствовала за собой вины. – Я сбежала с учителем танцев.

Это… Лин.

Почему я не слишком удивлена?

– И, конечно, я лишилась с ним невинности, – решила добить меня дорогая сестра. – О, это было потрясающе! Ты зря не воспользовалась возможностью с тем красивым парнем. Он здесь главный, да?

– Где сейчас твой учитель танцев? – не дала сбить себя с толку я.

– Айслан? Понятия не имею. – Лин сморщила нос. – От него я тоже сбежала.

– Он тебя обидел?

Я поймала себя на том, что пристально разглядываю ее в поисках каких-нибудь свидетельств.

– Нет. Говорю же, это было прекрасно, – нетерпеливо напомнила Лин. – Но после всего я проснулась, и… Вот, смотри.

Орехово-зеленые глаза полыхнули глубинными огнями, и на раскрытой ладони Лин расцвел лепесток пламени.

– Та ночь пробудила во мне что-то, – шепотом закончила сестра. – Я и раньше знала о нем, но сейчас это по-другому. Я могу им управлять. Я ведьма, Гиацинта! И мне это нравится. Как нашей маме нравилось, не притворяйся, что ты не помнишь. Но я не хочу на костер, как мама! Я страшно испугалась. Толком и не помню, как выбралась в окно и ушла.

– А где твои вещи?

– Было не до вещей, знаешь ли.

Подавшись ближе, я ее крепко обняла. Знаю. Как никто знаю, каково это, когда пробуждается сила и не с кем поделиться переживаниями и страхами. Хорошо, что Лин осмелилась прийти ко мне с этим.

Надеюсь, Грабон станет для нее домом.

И… она сказала «ведьма»? Я ведь не ослышалась?

У нас тут чисто случайно и почти безнадежно один фамильяр нуждается в ведьме. Как знать, может, они подойдут друг другу.

– Найти этот ваш Грабон было настоящим приключением. О нем же почти никто не знает! – продолжала Лин. – Но мне дар помог, и вот я здесь.

– Когда я еще только ехала в замок, одна девушка сказала мне, что каждый нуждающийся обязательно найдет здесь приют. – Тогда эти слова подбодрили меня, и я постаралась сделать то же для Лин.

– Приют мне как раз нужен, – устало вздохнула сестра. – Я страшно голодная, вся пыльная с дороги и хочу спать. Твои красивые вещи подождут, пожалуй. Потом их рассмотрю.

Я улыбнулась, на мгновение обняла ее еще крепче, а потом повела к Дарьяне знакомиться. Уж у домовой нечисти всегда припасено что-то съестное.

* * *

Обо мне замок заботился с первого дня. К магам относился хорошо и обеспечивал необходимым. Кто мог подумать, что с Лин сложится иначе? Но когда мы пришли в ее комнату… это была жалкая каморка с маленьким окном.

– О… – впечатлилась сестра.

– Ты можешь жить со мной, там достаточно места.

Предложение Лин явно привлекало, и все же она покачала головой.

– Нет, все правильно. Ты здесь главная, я же пока никто. Надо привыкнуть к силе, осмотреться тут, подумать о будущем. И как знать, может, однажды я дослужусь до штатной ведьмы? – Сестра хитро прищурилась на меня.

– Ну вот, ты умеешь быть благоразумной, – поддразнила ее я, чувствуя огромное облегчение оттого, что она не ревнует.

– Да, но я все равно приду посмотреть, что там у тебя есть красивого.

Лин – это Лин. Такой я ее и люблю.

– Приноси список того, что тебе понадобится в ближайшие дни. Я постараюсь все достать.

Как минимум ей нужно чистое платье для ужина с магами.

И много всяких повседневных мелочей, поскольку Лин осталась совсем без вещей.

Оставив ее внутри, я еще некоторое время стояла в коридоре, но вроде бы у Лин там было все хорошо. Кажется, только сейчас получилось поверить, что это не очередной безумный сон. В замке и правда моя сестра! Пока не время думать, останется ли она здесь навсегда или выберет свободу в одном из миров, где разрешена магия. Сейчас я была благодарна судьбе за возможность еще немного побыть с ней.

Ведьма… Ну надо же.

Представляю, что скажет на это мама.

Они ведь тоже смогут увидеться. Раз у Лин есть дар, она наверняка способна взаимодействовать с призраком.

Давно я не чувствовала себя счастливее. Может быть, даже никогда.

И все же перед тем как уйти, я погладила ладонью каменную стену и чуть слышно попросила:

– Не обижай ее, ладно?

Замок никак не отреагировал, что я сочла добрым знаком. До сих пор Грабон ни разу не давал повода ему не доверять.

Ужин прошел прекрасно. Замок дал Лин вещи, которые могли бы понадобиться в первое время, и она вышла в очаровательном синем платье, куда более легкомысленном, чем те, в которые Грабон наряжал меня. Маги вели себя сдержанно, хоть она и флиртовала. Но я видела, что всем интересно, к чему приведет появление в замке новенькой.

Одна Сильвана казалась напряженной и толком не участвовала в разговоре. Потом спрошу у нее, что не так. Наедине.

Наслаждаясь же приятным вечером и едой, я лениво размышляла о том, что неплохо бы время от времени пополнять число обитателей.

…Мама в тот вечер не прилетела.

После ужина мы с Лин уединились в моих покоях. Она получила возможность вволю покопаться в моих вещах, которых оказалось неожиданно много. Взамен я услышала не меньший ворох сочных подробностей про столицу, жизнь семьи и покинутого нами городка. О маме я нарочно не упоминала, пусть они сами встретятся.

Однако мама не появилась и три дня спустя.

Мы же с сестрой уже некоторое время вели непрекращающийся спор.

– Ты должна дать им знать, что с тобой все в порядке. – Я настаивала на этом с первого ее вечера в замке.

И если поначалу Лин реагировала спокойно, только отшучивалась, то в этот раз она сразу же вспыхнула:

– Может, мне еще и с брошенным любовником объясниться?!

– Не помешало бы.

Я честно так считала, хоть и не знала, как все воплотить.

– Гиацинта, ты такая правильная, что аж тошно!

– А ты эгоистичная! – Меня тоже немного понесло.

– Иногда приходится выбирать себя, – неожиданно спокойно согласилась сестра. – Ты хоть представляешь, что будет, если меня начнут искать? А если узнают о магии?

Не хочу представлять.

Аж мороз по спине.

– Хорошо, про твоего парня забудем, – вынужденно смирилась я. – Но надо придумать, как дать знать отцу и сестрам, что ты жива и тебе не угрожает опасность.

– При условии, что я еще интересую их после того, как сбежала, – дотошно напомнила Лин.

– Даже не смей сомневаться!

– Ладно. – Она опять сдалась легко, главным образом потому, что прямо сейчас я не знала, что конкретно предпринять. – Скажи, как придумаешь.

Я мысленно застонала, но не стала останавливать Лин, когда та сбежала от меня в библиотеку.

Никто не обещал, что быть старшей сестрой легко.

* * *

Сильвана недобро взирала на меня через стол. И вместо идеи, какие полезные растения мы должны посадить в оранжерее, чтобы они всегда были под рукой, высказала совсем другое:

– Знаю, она твоя сестра и ты любишь ее, но эта девица мне не нравится.

Вот как на такое отвечать?

– Почему?

Магиня задумалась… и сама не сумела нормально ответить.

– Не знаю. Не нравится, и все.

– Силь…

– Предчувствие, если хочешь.

Я ожидала проблем с магами, помня, что меня саму они приняли не сразу, но Сильвана тогда вела себя разумно. Всегда, сколько я ее знаю. И что вдруг нашло?

– Часто твои предчувствия сбываются?

– Не особо. – Она даже не смутилась. – Как у всех, на самом деле.

Дара предвидения у нее нет. Я незаметно перевела дыхание.

Вспомнилось, что дома Лин порой даже дралась с соседскими девчонками. Ну как, дралась… Била и таскала за волосы, а они ябедничали и обзывали нас четверых колдуньями. Потому что ударить в ответ леди себе позволить не могли.

Сильвана чуть что сможет.

Надо запомнить, что их с Лин следует держать подальше друг от друга.

Я как раз собиралась вернуть разговор к делам, но тут замок тряхнуло. Хорошенечко так. Основательно. У Силь какая-то склянка треснула, и магиня коротко выругалась. Наблюдая, как по столу растекается прозрачная, едко пахнущая лужа, я чувствовала, как вот точно так же внутри расплывается ощущение – это перемещение было внеплановым. Виной ему отнюдь не проклятие. Зачем-то было надо, чтобы Грабон оказался в определенном месте.

Опасность? Или кто-то ищет помощи?

– Гиацинта? – В приоткрывшуюся дверь сунулась голова Ларка. – У ворот топчется какой-то мужик. Не уверен, что тебе стоит выходить одной.

Сердце в страхе замерло.

Это была самая привычная реакция – испугаться.

Разум возобладал лишь через мгновение, подарив понимание, что не так-то просто мне навредить на моей же территории. Кто бы там ни явился. Одно плохо, маги не могут пойти со мной. То есть могут, но это будет считаться нарушением их сделки. И не предскажешь, во что оно выльется.

– Я пойду с ней, – высунулся из-за плеча Ларка Седрик.

– И я! – пискнула где-то там Лин.

За высокими мужчинами ее даже видно не было.

Смешок пришлось проглотить, чтобы ненароком не задеть чье-нибудь самолюбие. Но это было ой как нелегко… Что они тут устроили? Комитет по защите смотрительницы какой-то!

– Что же, прошу за мной, – скомандовала желающим, прежде чем устремиться к воротам.

Знакомый никто явиться не мог, мы находились в чужом мире.

И пока вся процессия добралась до границы чар, Грабон подсказал мне, что нас занесло в мир с сильной магией.

Вдоль позвоночника незримыми иголочками покалывало предвкушение чего-то интересного. Не то чтобы я претендовала на умение заглянуть в будущее. Совсем не претендовала.

Понятия не имею, когда к нам присоединился Фейн. Но когда ему пришлось остановиться у границы допустимого, красивое лицо на миг исказила ярость. Не уверена, заметил ли кто-то еще, но я заметила. И отвлекая от этого внимание, бросила всем магам:

– Я справлюсь. Не думаю, что он опасен.

Не чувствую, вернее.

Грабон не чувствует.

– Если что, мы здесь, – напряженно отозвался Ларк.

Седрик и Лин, не сдерживаемые сделками и клятвами, беспрепятственно последовали за мной. Я запретила себе смотреть на Фейна, однако все равно чувствовала его взгляд. Однажды он уже нарушил ради меня правила, а сейчас хоть и следовал им, ненавидел это всей душой.

Он прав, чувства мешают.

Но разве можно приказать себе их не испытывать?

– Интересно тут у вас. – Лин любознательно вертела головой по сторонам.

Седрик ей что-то ответил.

В отличие от меня в свое время, сестру совершенно не удивил мужчина, превращающийся в кота. Она держалась так, словно это было в порядке вещей.

Я не очень-то следила за их болтовней. Вместо этого заметила одну интересную особенность местной магии. Когда поблизости не было чужаков и обитатели не собирались покидать замок всерьез, внутренней границы чар вовсе не существовало. Будто замок сам решал, проводить невидимую черту или не проводить. Но когда прибыла Лин или вот гость пожаловал, черта была.

Наконец я толкнула тяжелую дверь.

Черный кот устремился вниз по крыльцу и по дорожке, ведущей к воротам, первый.

Калитка была закрыта и выглядела в этом мире немного иначе. Новее и с большим количеством неизвестной мне магической защиты.

Мужчин по ту сторону стояло двое, но один из них был слугой. Второй же носил дорогой зачарованных плащ, явно пошитую на заказ одежду, и от него веяло тихой роскошью. Она читалась в облике, от стрижки, которую явно тщательно поддерживали, до носков до блеска вычищенных сапог. Прослеживалась в дорогих застежках на одежде, наклоне головы и осанке.

Пожалуй… я чувствовала небольшой отряд дальше в лесу. Но готова была почти поклясться, что настроены гости мирно.

Все интереснее.

Лин рядом порывисто вздохнула, но пока благоразумно помалкивала.

– Смотрительница. – Гость почтительно склонил голову.

– Кому обязана? Что вас привело в Грабон?

Если замок не открыл калитку, значит, внутрь им не надо.

Просто наблюдение.

– Теок Эшерский, лэр Гарси, – представился мужчина.

Я бы дала ему около сорока.

– Мне нужна ваша помощь, леди смотрительница. Ваша и замка.

Лин еще раз шумно вздохнула.

– Я готов умолять. Готов щедро заплатить. Готов пойти на любую сделку, – голос мужчины чуть заметно дрогнул. – Вы и Грабон – моя последняя надежда.

– Подождите умолять. – Я выставила ладонь, стремясь не позволить разговору отойти от сути. – Сначала объясните, что именно вам нужно. И я скажу, смогу ли помочь.

Или замок через меня скажет.

Но подобные нюансы только для своих.

– Моя дочь больна. На самом деле, она умирает, и у нее осталось не более двух дней, – как я и хотела, перешел прямо к сути Эшерский. – У меня нет времени на долгие договоренности. Поэтому я не пытаюсь торговаться и сразу согласен на все.

– Она там, с отрядом? – Я кивнула на лес за его спиной.

– Откуда вы… Да.

– Пусть ваш спутник скажет им перенести ее сюда. – По движению моей руки громыхнули запоры и калитка открылась. – А вы пока объясните, как именно я могу помочь.

Замок уже предложил два варианта, но выслушать мнение отца тоже было нелишним. Да и идея оплаты у меня созрела.

– Вы ведь перемещаетесь между мирами? Примерно раз в сутки, верно?

– Не притворяйтесь, будто только что не использовали магию, чтобы пригласить нас в гости.

Лэр – что бы это ни значило – вздрогнул, когда я его подловила.

– Крайние обстоятельства вынудили меня.

– Итак, где лекарство? В каком-то из миров?

Он сунул руку в карман и протянул мне страницу, безжалостно вырванную из какой-то книги.

Мужчины в форме как раз принесли девочку. Она лежала на плаще, который использовали вместо носилок, и едва дышала.

Сердце дрогнуло от сострадания.

– Пожалуйста, скажите мне, что оно существует? – вцепился в меня взглядом измученный отец. – Его возможно добыть?

Лин уже крутилась возле больной, помогая уложить ее голову поудобнее. Сестра даже на миг не испугалась, что девочка может быть заразной. Впрочем, она и не была. Скорее всего, она родилась, чтобы прожить совсем недолго.

Сейчас юной леди на вид было около десяти лет.

Видимо, ее отец – очень упрямый человек.

Спрятав улыбку, я еще раз всмотрелась в текст и иллюстрацию к нему. О… Задача предполагалась сложнее, чем просто нарвать для Седрика травку, которая растет едва ли не под стенами замка. Намного сложнее. Но я чувствовала реакцию замка, улавливала подсказки и знала, что все это отнюдь не из сострадания к бедняжке.

Не только, во всяком случае.

Грабон поможет этой семье. Но в первую очередь он стремится помочь своим людям.

– У меня с собой лучший зельевар империи, – напряженно заметил Эшерский. – У меня все лучшее. Лишь над временем я не властен.

– Замку вполне по силам управлять временем на своей территории, – заметила я, потом нашла взглядом Седрика. – Возьми с собой зельевара, иди к Сильване и отдай ей это. Она скажет, что нужных ингредиентов у нее нет, но они есть. Замок покажет. И расскажи все остальным, пока они не устроили тут военные действия.

Зажав сложенный вчетверо лист в зубах, черный кот устремился к замку.

За ним спешил симпатичный мужчина в светлом плаще.

– Вот так просто? – приподнял светлые брови лэр Эшерский.

– Замок настроен к вам благосклонно. – Я пожала плечами. – Вашей девочке придется провести здесь пару месяцев, лечение потребует времени. Но она будет жить. Кто-то может остаться с ней, чтобы ей не было страшно очнуться в чужом месте. И я попрошу услугу взамен.

Мужчина отрывисто кивнул.

– Я уже пообещал что угодно.

– В вашем мире ведь хорошо развита магия?

– Ну, я же смог заставить замок переместиться сюда, когда мне понадобилось…

Будь причина менее значимой, это не прошло бы ему даром. И за демонстрацию превосходства сейчас он бы получил тычок по самомнению. Но Грабон был настроен милостиво.

– Значит, у вас найдется что-то для быстрого перемещения человека, – подытожила я.

– Это называется портал, – кивнул Эшерский.

– Скоро замок окажется в мире, откуда я родом. – Мне нужно, чтобы один из ваших спутников отправился к моей сестре и дал ей знать, что другая наша сестра, Лин, в безопасности. После этого он должен сразу же вернуться в Грабон.

– Вот так просто? – Эшерский, казалось, удивился еще сильнее.

Маги такие маги. Легко ему!

– Не просто. – Я качнула головой. – Там запрещена любая магия, за нее сжигают на костре. Надо не попасться и защитить себя, если придется. Принимаете сделку?

– По рукам!

Чувствовалось, что лэр считает свою часть условий слишком легкой, но это было именно то, что мне сейчас нужно. Замку он не мог дать ничего такого, чего замок не был бы способен добыть сам. А значит, сделка состоялась.

– Мне это не нравится, – категорично заявила Лин и скрестила руки на груди.

– Иногда следует поступать правильно, а не так, как нравится, – строго заметила я.

Занудой быть мне самой не доставляло удовольствия, но положение старшей сестры иногда вынуждало.

Лин с оскорбленным видом ушла помогать с больной.

Девочку перенесли в замок, Сильвана как раз успела подготовить для нее место. Они с зельеваром вместе колдовали над лекарством. Там что-то булькало так угрожающе, будто сейчас взорвется.

Не взорвалось.

Даже когда замок переместился.

Вернувшийся в человеческую форму Седрик говорил Лин что-то утешающее. Та вроде бы даже дуться перестала.

Маги быстро нашли общий язык, и теперь я не понимала большую часть слов из их разговоров. Зато отчетливо видела, что наши, местные, рады хоть какому-то новому человеческому присутствию и возможности встряхнуться, а гости только что пальцами стены не ковыряют. Хотя, может, и ковыряли, пока я не видела. На замок они смотрели, как мальчишки на новую опасную игрушку.

Мне же оставалось лишь следить, чтобы все не вышло из-под контроля…

– С тобой здесь все ожило. – Ладони Фейна легли мне на плечи, заставив вздрогнуть от неожиданности.

Сквозь плотную ткань платья просочилось приятное тепло.

– Они бы и без меня пришли. – Кивком я указала на наших гостей.

– Думаешь, замок достал бы лекарство для какого-то другого смотрителя?

М-м? Мне казалось, замок сделал это для девочки.

Авелин. Ее так зовут, как я уже успела услышать.

Фейн будто хотел сказать еще что-то, но сначала он сам почему-то тянул, а потом к нам подошли Эшерский и молодой человек с веселыми глазами и медовыми волосами.

– Пойдет Джонни. Если хочешь, можешь написать записку.

Тепло прикосновений исчезло.

Я изо всех сил старалась игнорировать колючее разочарование.

Кивнула отцу Авелин и вымучила улыбку.

Удобнее перемещаться из свободного зала и возвращаться туда же, это даже я понимала, так что поманила мужчин за собой и покинула владения Сильваны. Грабон уверял, что с лечением просто не будет, но оно подействует. Я же училась ему доверять. В конце концов, это часть моих служебных обязанностей.

Ой…

Успела отклониться и не дать небольшому пауку плюхнуться прямо мне на плечо. Признаться, я их немного побаиваюсь.

Ладно, ладно, поняла. Не просто обязанности.

Мы друзья.

И, может быть, станем семьей однажды.

Гостиная, в которой сейчас никого не было, отлично нам подошла. Я не стала ничего писать, ограничилась объяснениями, какую именно информацию нужно донести до Кейтлин Кейворт. Дальнейшее показалось необычным даже мне, а уж я считала, после плотоядных деревьев больше ничему не удивлюсь.

Пространство будто разорвало.

В этот сияющий разрыв и шагнул молодой маг.

Потрясающе все же жить в месте, где магия такая…

Мы с Эшерским остались ждать на мягких диванах. Замок даже чаю нам предложил.

– Должен заметить, удивительно, что вы никак не используете упавшие вам прямо в руки возможности, – заметил гость, когда молчание начало становиться неловким.

– Какие возможности? – В моменты треволнений я была не слишком сообразительна.

– Замок.

Вкус чая совершенно не ощущала.

Не прощу себе, если с этим Джонни что-то случится.

Оказывается, большую часть жизни я провела в очень опасном месте, но тогда эта опасность ощущалась по-другому.

– Мы в нем живем.

– Понятное дело, но владение таким местом могло бы быть еще и выгодно. – Ни единое движение мимики не выдало нетерпения, но мне отчего-то почудилось недовольство Эшерского необходимостью иметь дело с женщиной.

Я уже готова была пуститься в объяснения, что не являюсь владельцем, всего лишь работаю здесь, но замок этого не хотел.

– О чем именно речь?

– Например, вы могли бы оказывать услуги по перемещению кого-то или чего-то между мирами.

Смешок пришлось сдержать.

А то он точно решит, что я легкомысленная.

– Спасибо. Я обдумаю варианты.

От продолжения разговора меня спас вернувшийся порталом Джонни. Судя по широченной улыбке и отсутствию ранений или погони, у него все прошло неплохо.

– Ваша сестра сказала, что ваша другая сестра… кхм…

– Я поняла, не надо этого повторять!

– И ей должно быть стыдно. И вам тоже должно быть стыдно за то, что вы ее покрываете, – протараторил Джонни, пока ничего не забыл. – И ей самой очень стыдно за вас обеих, поэтому она ничего никому не расскажет. Но вроде бы она обрадовалась, что вы обе живы и в порядке.

Вот теперь нет сомнений, что послание было передано кому надо.

– Узнаю Кэт. – Я тепло улыбнулась.

– Уф. – Джонни осел в кресло и жадно припал к большой кружке, появившейся на столике рядом. – А побыть гонцом оказалось весело!

Глава 10

– Я рассчитываю на вас, – сказал мне Эшерский, когда я провожала его с отрядом до ворот.

В их мире, разумеется.

Девочка, которая только сегодня утром пришла в себя, оставалась в замке еще на несколько недель. Грабон даже личные покои ей выделил. К ней были приставлены зельевар, боевой маг и еще один доверенный человек лэра, но сам отец так долго пробыть у нас не мог.

– С Авелин будет все в порядке, – заверила я. – Здесь о ней позаботятся.

– Вы не станете возражать, если моя жена захочет приехать?

– Ничуть.

С тем и расстались.

Возвращаясь в замок, я размышляла о том, что просто так лекарство Грабон бы даже для меня не добыл. Не из злых побуждений, но как любое магическое создание, он существует иными категориями. И если делает что-то, то с определенной целью.

Эшерский помог мне дать знать о Лин.

И подал идею. Лично мне она не была интересна, но замок хотел, чтобы я услышала.

Я чувствовала это.

Чем больше жизни, тем меньше тьмы.

Как-то так.

Фейн встречал меня у границы чар. Стоял, широко расставив ноги и скрестив руки на груди. Под его взглядом я сразу же почувствовала себя неуклюжей сороконожкой. И пока преодолевала короткое расстояние, лихорадочно придумывала, что сказать.

Не просто же так он там стоит…

Перешагнула незримую, но вполне ощутимую черту.

Пространство вокруг вернуло некую гармонию.

Фейн вроде бы и сам хотел что-то сказать, но я его опередила:

– Оружие. Не думай, я помню.

– Отлично. Пошли.

Если у него в голове и было что-то другое, то у меня получилось его отвлечь. Фейн сосредоточился на делах и уверенно направился туда, где замок предусмотрел для него кабинет. Мне только и оставалось двигаться следом.

Деловые отношения без налета эмоций.

Он же именно к этому и стремился!

Однако взгляды, которые главный маг замка Грабон бросал через плечо, проверяя, не отстала ли, заставляли нервно шевелить плечами под платьем. Я выбрала ускорить шаг и пойти вровень. Но так тоже лучше не стало: иногда наши пальцы случайно соприкасались и эти прикосновения будто молнией били.

– Ты ведь не возражаешь, что в замке посторонние? – Я решила разрядить обстановку небольшим разговором. – Прости, не было времени спросить тебя сразу.

– Совершенно нет. – Кажется, ему понравилось, что все же спросила, потому что маг улыбнулся самыми краешками губ.

– И против присутствия Лин тоже не возражаешь?

– Разве я могу? – Вот теперь мне достался осуждающий взгляд. – Она твоя сестра.

В то время как остальные обитатели замка Грабон навсегда оторваны от своих семей.

Удивительного мало, я почти с самого начала разглядела, что они хорошие люди. Другие бы не рискнули бороться за свои убеждения и потерять все.

Наконец пришли.

И нужный справочник у Фейна был наготове. Толстенная книга щерилась металлическими закладками.

Я открыла ее в месте, где лежала первая.

– Замку лучше бы переместиться в Форнтум, – заметил Фейн.

– В твой мир? – Я невольно насторожилась.

Маг напряженно кивнул.

– Оружие мое. В смысле, я его сделал.

– Уверен, что…

– Им все равно никто не может воспользоваться. Только я могу настроить каждый экземпляр на нового владельца, а я здесь.

Артефактор-оружейник. Пожалуй, лишь глядя на изображения в справочнике, я начала понимать суть.

Эффектно. И пугающе.

– А что-то, что ты успел настроить на заказчика, существует? – прорезалось любопытство.

– Иногда я помогал отцу, но это были его работы. – Фейн встал рядом, спиной к столу и оперся ладонями о него. – Мне оставалось два месяца до выпуска, и я еще не имел права принимать заказы.

И так его и не получил.

Душу жгла досада за этого идеалиста несчастного… и одновременно постыдная радость оттого, что он здесь.

Со мной, пусть и не совсем со мной.

– Почему я ни разу не слышала, чтобы ты что-то подобное делал здесь?

– Это часть моей сделки с короной, – поморщился Фейн.

Мне жаль. Примерно это означал брошенный на мага взгляд. Вот только отвернуться так сразу не получилось…

Замок принял решение, еще когда просьба прозвучала впервые, и сейчас, не дожидаясь от меня деятельного участия, перешел к его воплощению. В этот раз нас особенно сильно тряхнуло в процессе перемещения. Так, что какие-то книги слетели со стола на пол. Я не удержала равновесия и упала в подставленные руки Фейна.

Судорожно вдохнула. Утонула в его глазах.

– Гиацинта…

– А?

– Забудь, что я наговорил о неуместности наших отношений.

Я попыталась освободиться, но он не отпустил. Во взгляде взметнулось привычное упрямство – второе из его самых частых выражений. Но если безмятежное спокойствие являлось лишь маской, то это был настоящий Фейн. И от него дух захватывало.

Или это от того, что его лицо склонилось опасно близко к моему?

– Пытаясь поступить правильно, я сделал большую глупость, – очень тихо продолжил Фейн. – Просто забудь все, что я тогда сказал.

Думает, это так легко?

Злые слова готовы были сорваться с кончика языка, но объяснение прервал грохот.

Грабон переместил оружие прямо в кабинет. Мне даже не пришлось смотреть все отмеченные картинки.

– Оно? – деловым тоном спросила я.

– Да, – зачарованно выдохнул Фейн Балфур.

Игнорировать екнувшее сердце было непросто.

Но тут объятия распались, Фейн отправился осматривать добычу, я же поспешила воспользоваться обретенной свободой и попятилась к двери.

– Повторюсь, но с тобой Грабон будто ожил, – с прежним восхищением произнес Фейн. – Или, правильнее сказать, исцелился.

– Процесс только начат, – поправила я.

Старалась двигаться бесшумно, но что-то все же заставило мага посмотреть в мою сторону.

– Сбегаешь? – уточнил он невесело.

– У меня полно дел.

– Мы не договорили.

Потому что то, что я хочу сказать, противоположно тому, что должна.

Но я поступлю правильно.

Ради себя же.

– Уверена, мое присутствие требуется где-то еще. Сейчас же.

– Гиацинта…

– У меня там сестра без присмотра. И малышка Авелин.

Маг не купился.

Упрямства стало больше.

– Лин с Седриком, и прямо сейчас ты им точно не нужна. – Фейн, кажется, растерял весь интерес к оружию. – И уж точно ты не нужна Авелин.

– А кому нужна? Тебе? – Ответный протест вспыхнул легко, как сухая трава, стоило на нее упасть случайной искре.

– Да.

Проникновенный взгляд, бархатистые нотки в голосе и шаг ко мне.

Вот так просто?

– Я не думаю, что это хорошая идея, – произнесла ровно… между прочим, правду.

– Злишься на меня?

Фейн как-то откровенничал, что в свободные времена больше интересовался учебой и семейными традициями, чем женщинами. Но сейчас разум жалили сомнения. Уж слишком правильно он себя вел.

– И это тоже.

– Признаю, я повел себя как дурак. Хотел поступить по справедливости и чуть все не испортил. – Следующие слова оказались еще более правильными. – Но сейчас я вижу, как от одного твоего присутствия меняется все вокруг. Проклятия чахнут, у нас тут началась настоящая жизнь, а теперь еще Лин с Седриком…

– Подожди! – Я вскинула руку. – Что там Лин с Седриком?

– Ну… – Фейн замялся. – Я думал, ты в курсе. Прости.

Что-то я уже не успеваю за событиями в этом замке.

В попытке все же успеть я стремительно развернулась и направилась к двери.

– Сомневаюсь, что сейчас подходящее время для твоего вторжения к ним, – попытался остановить меня Фейн.

Вышла.

– Гиацинта, постой!

– Мы закончили, – не оборачиваясь, бросила вышедшему вслед за мной мужчине. – Я не буду сидеть и ждать, пока ты созреешь для чувств ко мне.

И ускорила шаг, чтобы не слышать, что он там еще скажет.

В груди закипало раздражение.

То невозможны отношения, то возможны! С ума сойти от его перемен! Я вообще не люблю перемены. Ненавижу. Предпочитаю, когда все мирно и спокойно. Жизнь у него началась! И чтобы не закончилась, решил добавить смотрительнице эмоций? Чтобы не заскучала? Но лично я не собираюсь развлекать окружающих бурным романом. Или не слишком бурным. Все равно не собираюсь. В прошлый раз он все правильно сказал, а сейчас… ерунду какую-то.

Связь с замком зудела почти на физическом уровне, транслируя крайнее неодобрение.

Король и королева, как же.

Увы, одних знаков на дверях комнат для этого недостаточно.

Комната Седрика была на порядок комфортнее, чем та, что досталась Лин, поэтому парочку решила искать у него. Под дверью пришлось задержаться на некоторое время, унимая дрожь в руках. Не то чтобы это у меня получилось, но меня тут уже двое магов видели. Еще подумают, что подслушиваю! Громко постучав, я сразу же вошла.

– Гиацинта… – пискнула Лин, прикрывая наготу одеялом.

– Это не то… – Седрик тряхнул лохматой головой и спешно исправился: – В смысле, то, но я все тебе объясню.

Как удобно, что для меня в замке Грабон не существует запертых дверей.

– Давай. Объясняй, – потребовала, дрожа от гнева. – Что моя сестра делает в твоей постели?

У Лин даже уши покраснели. Да что там, такта покраснеть хватило даже бессовестному фамильяру. И еще он подвинулся так, чтобы закрывать ее собой.

Ну, это потому что дверь я оставила распахнутой.

– Она ведьма, – сообщил Седрик очевидное. – И она мне подходит.

– Дивное объяснение. – Я сорвалась на шипение.

От негодования меленько затряслись руки. Ну что за день такой?! Они тут все задались целью свести меня с ума?

– А что плохого в том, чтобы обзавестись фамильяром? – Высунулась из-за плеча Седрика моя взбалмошная сестра. – Ведьминская сила станет лучше подчиняться. Седрик учился и много всего знает. И теперь он не застрянет в форме кота. Все же удачно складывается!

– Связь с фамильяром, конечно, неплохо, – согласилась я. – Но разве обязательно при этом с ним спать?

– Он мне нравится, – заявила Лин.

Седрик аж просиял.

Меня потянуло схватиться за голову. Тут с собственной личной жизнью не знаешь, что делать. Как при этом еще присматривать за взрослой сестрой?

– А несколько дней назад тебе нравился танцор, – зачем-то припомнила я.

– Там было другое, и все равно мы не могли бы оставаться вместе. – Лин насупилась и посмотрела на меня осуждающе. – С Седриком мы больше подходим друг другу, в нем тоже есть магия, и он не оставит меня никогда.

– Никогда, – эхом повторил фамильяр, и что-то в глубинах его зрачков таинственно сверкнуло.

– Разве не об этом мечтает каждая женщина? – Лин взирала на меня большими невинными глазами олененка.

Знать, что вроде как права, но все равно чувствовать себя злодейкой, которая пытается помешать чужому счастью, оказалось неприятно.

– Гиацинта, я клянусь, что не обижу ее, – вмешался кошак. – Ты же знаешь, я хороший!

Забавное утверждение, но… для своей ведьмы он, наверное, правда таким будет.

Лин взъерошила ему волосы и счастливо улыбнулась. А потом и вовсе бесстыдно лизнула плечо.

Цитриновые глаза Седрика дико вспыхнули.

Мне недвусмысленно дали понять, кто тут прямо сейчас лишний.

– Поговорим позже, – пробормотала неловко и поспешила выйти, пока зрелище не стало еще более откровенным.

Дверь в этот раз плотно закрыла за собой.

Слух, кажется, уловил по ту сторону смешки, но это могла быть моя мнительность.

Оказаться чопорной старшей сестрой неприятно, но как еще я должна была реагировать?

Написать отцу. Ответ такой очевидный… Но я заранее знала, что не стану этого делать. В конце концов, он никогда не имел особой власти ни над одной из нас. И никогда не пытался, если уж на то пошло.

Лин его не послушает.

Пугало то, что она и меня не слушает.

Моя сестренка выросла слишком быстро. В каком-то смысле она теперь казалась даже взрослее меня самой.

Покинув комнату Седрика, я не задумывалась, куда иду. Пока не разболелась голова, а во рту не поселился неприятный привкус. Замок сам решил, что отдых сейчас именно то, что нужно, и коридор вывел к моим покоям.

Но выполнить рекомендацию так сразу не удалось…

Внутри меня поджидала роза.

Алый цветок, совершенный каждым лепестком, каждым шипом, на сей раз кто-то заботливо поставил в вазу, ее же саму поместил на туалетный столик. Так, чтобы не осталось ни единого шанса не заметить.

Казалось бы, роза была прекрасна и жест романтичный, но я поежилась.

– Это ты? – позволила себе понадеяться на замок.

Нет.

Знание без крошки сомнений.

– Фейн?

Тишина.

Что ж, ладно.

Но если это он, я ему устрою! Мало не покажется! Не за розу, просто нечего так пугать и входить ко мне без разрешения тоже нечего. Да и дарить цветы лучше не стоит. Ни к чему запутывать наши и без того непростые отношения.

Воспитывать твердолобого мага прямо сейчас сил совершенно не было, так что я, пошатываясь, добрела до кровати и практически рухнула на нее. Тихо застонала от блаженства, ощутив разгоряченной кожей прохладу подушки. Сил заползти под одеяло уже не хватило, но мне вроде бы и так было неплохо.

Голова разболелась сильнее.

И еще казалось, что роза источает сильный сладковато-пряный аромат. Он расплывался по комнате и с каждым вдохом раздражал все сильнее. До тошноты… С тихим стоном я передвинулась на еще не нагретое место на подушке.

Ох.

Вот так чуточку лучше.

Измотанный разум начали понемногу укачивать волны сна.

…Ничего удивительного, что и в нем поджидала какая-то муть. Хотя бы в этот раз я осознавала, что происходящее – нереально.

Однако картинка все равно пугала.

Над несуществующим миром сгущались сумерки. Знакомая тропинка вела к кованым воротам. Замок – теперь я узнала в нем недостроенный Грабон – находился за ними, но будто бы дальше, чем я привыкла. Или же все дело в нехватке света.

На прибитые к воротам и стенам скелеты я старалась не смотреть.

– Сегодня ты подошла ближе, – проворковал чарующий голос.

Во мне шевельнулось узнавание, но так и не оформилось во внятную мысль.

Все силы ушли на то, чтобы остановиться, не приблизиться к страшной сказке вплотную. Не войти в нее. Не стать ее частью.

– Знаешь, кто это? – Голос обволакивал, душил, подобно аромату той розы.

Интересно, насколько нормально говорить с собственным сном?

Я подумала и все же предпочла отмолчаться.

– Твои предшественники. – Видение слишком сильно хотело поделиться тайной, так что обошлось без наводящих вопросов. – Все предыдущие смотрители замка Грабон.

Ряд скелетов, облаченных в какие-то обрывки былых одежд, тянулся сколько хватало взгляда и терялся в сгущающейся тьме.

Тело прошибла дрожь.

Дуновение ветра принесло пряно-приторный запах.

– Скоро, совсем скоро ты к ним присоединишься… – Шепот дыханием пощекотал ухо, но, когда я повернулась, никого рядом не было.

Трясти стало сильнее.

…Ах нет, это в реальности.

– Гиацинта, вернись ко мне, – звал голос, к которому я немедленно рванулась из липкого кошмара. – Открой глаза!

За спиной померещилось раздраженное шипение.

Я моргнула.

– Фейн…

Маг шумно выдохнул и порывисто прижал меня к себе.

От резкого движения опять начало мутить. Голова больше не болела, но по телу разлилась противная слабость. Хотелось вымыться и выспаться, но уснуть сейчас было бы страшно. До дурноты, стоило лишь об этом подумать.

Игнорируя собственное решение держаться от него подальше, я вцепилась в Фейна и уткнулась носом ему в плечо. Оно пахло чистой рубашкой и теплым телом, что замечательно успокаивало.

Готова сидеть так вечность…

– Кхм… – Услышав этот звук, я подумала, что Фейн хочет избавиться от меня, но объятия остались такими же крепкими. – Слушай, а что это за странный запах? Ты разбила флакон духов? Стоило проветрить, а не укладываться здесь спать.

Пришлось шевельнуться, высвобождаясь, хоть и не хотелось. Совсем не хотелось.

– Роза. – Голос все еще слушался еле-еле.

– М-м?

Глоток воды немного помог.

– У меня болела голова, и поначалу подумалось, что запах мне кажется, а потом я отключилась. Но еще была роза. Это ведь не ты принес мне ее?

Хоть бы он! Пусть я просто мнительная глупышка!

Однако маг с выражением непонимания на лице пошарил взглядом по комнате, а потом хмуро свел брови.

– Хотел спросить, стоит ли мне ревновать, но уже вижу, что это лишнее. Тот, кто оставил здесь цветок, точно не твой поклонник.

Я проследила за его взглядом… и отрешенно кивнула.

Ваза нашлась на подоконнике. Цветок в ней увял, подгнил, а еще недавно прекрасный бутон покрылся плесенью и паутиной. Запах, все еще витающий в комнате, стал казаться тошнотворным.

– А замок что говорит? – ухватился за простое решение проблемы Фейн.

На что я могла лишь покачать головой.

– С его стороны полная тишина.

– По крайней мере, он сразу же привел меня к тебе. – Маг, признанный здесь главным среди себе подобных, улыбнулся самыми уголками губ и послал мне ободряющий взгляд. – Надо показать розу проклятийнику.

Фейн еще только посмотрел на дверь, а я уже вскочила.

– Я с тобой!

Завалилась бы, если б он не придержал.

Вдох-выдох.

Пристыженное признание далось нелегко:

– Мне страшно здесь оставаться. Что ты скажешь, если я попрошу тебя спрятать меня от местных монстров?

К чести Фейна, он удержался от замечания о моем поведении и словах сегодня днем. Вместо этого сжал мою ладонь, делясь теплом и давая чувство защищенности, и повел искать мага, специализирующегося на темных чарах.

Ведь мои монстры, в отличие от тех, которых воображала его сестра, были вполне реальны.

Глава 11

Марних осмотрел розу, похмыкал над ней, ощупал тонкими пальцами воздух, избегая касаться самого бутона, и огласил решение:

– Проклятие и есть. Все три вместе. Любопытное действие.

– Прости, что не разделяем твоего восторга, но что с этой дрянью делать? – хмуро уточнил Фейн.

Я тем временем пыталась взять самые нужные вещи, чтобы провести ночь в спальне напротив.

Стесняться проклятийника не видела смысла. Маги едва не с первых дней почему-то считали нас с Фейном парой.

– Хороший вопрос, – пробормотал проклятийник. – Очевидно, чары видят в Гиацинте врага, ведь чем больше она осваивается в роли смотрительницы, тем меньше остается тьмы. Сейчас проклятия слабее, чем когда я осматривал их в последний раз, а ведь прошло всего несколько дней.

– То есть, пока тьма еще сильна, она попытается избавиться от неудобной смотрительницы, – додумал остальное Фейн.

Испугаться бы, но не осталось сил.

Я упрямо убрала в сторону кружевную сорочку, которую мне попытался подсунуть замок, и взяла ту, что поскромнее. И плотный халат.

– К тому и идет, – согласился красноволосый маг.

– Передай всем, что с этого момента наш приоритет – защитить смотрительницу. – Натура Фейна требовала действий и контроля.

– Да не дергайся ты так, ее замок защитит. – Марних хлопнул друга по плечу и направился к выходу.

Испорченный тьмой цветок он забрал с собой, к моему огромному облегчению.

– Я бы на это не надеялся, – качнул головой Фейн. – Сегодня он смог только привести меня к ней.

– Понял. Мы в деле.

Марних скрылся за дверью.

Надежды не сбылись: розу из моего пространства убрали, а все равно воздух здесь ощущался противно липким. Решение ночевать у Фейна виделось все более правильным.

– Я не хотела бы никого беспокоить, – заметила осторожно, когда мы с Фейном остались только вдвоем.

– Это как зелье, все ингредиенты должны работать вместе, чтобы что-то получилось, – возразил он, задумчиво глядя в окно. – Ты первый нормальный смотритель за три года, и мы все заинтересованы в том, чтобы сохранить тебя. К тому же ты наш друг. И некоторые из нас в тебя влюблены. Не рассчитывай отделаться от нас так скоро.

О… Он правда это сказал?

Вслух?!

Про влюбленность, я имею в виду.

– Не знала, что ты силен в зельях, – только и смогла возразить я.

– Экзамен по ним я как-то сдал. – Но воспоминания заставили Фейна поморщиться. – Хотя это, прямо скажем, не моя любимая часть магии.

– Дай угадаю: тебя жутко злило, что приходится следовать правилам и учитывать мнение преподавателей?

Я просто… вдруг увидела его насквозь.

Упрямство, граничащее с упертостью, порывистость и дерзость, надежно запрятанные под маской спокойствия.

– Порой попадались самодуры. – Он опять поморщился.

– Как же без них…

– Но мне казалось, я достиг определенных успехов в том, чтобы соблюдать правила. – Он был удивлен, что мне удалось заглянуть так глубоко.

– Видимость правил, – легко поправила я.

– Да.

Фейн вдруг тоже посмотрел на меня как-то иначе.

Но не сказал, увидел ли что-нибудь новое.

– Собралась?

Я кивнула.

И он распахнул перед нами дверь.

* * *

Фейн вновь уступил мне кровать, а сам устроился на полу. От этого было неловко, но чувство защищенности накрывало, словно уютный плед. Глупо. Что даже самый лучший маг сможет сделать, если проклятие попытается со мной покончить? Не хочу об этом думать. И надеюсь, нам никогда не придется узнать.

Замок мягко качнуло.

В этот раз перемещение произошло почти неощутимо.

– Мы нигде, – оценил Фейн пустоту за окном. – Оно и к лучшему. Передышка не помешает.

Я согласно вздохнула.

Вечер прошел мирно, даже приятно. Ну, это если немного ослабить «нельзя» и позволить себе насладиться моментом.

Нет, ничего такого!

Фейн вернулся в мою комнату и открыл окно, чтобы вся гадость выветрилась. Потом объяснил мне, что не совсем измерение, где мы находимся, это своего рода стазис. Время для нас не идет, ничего страшного произойти не может, однако же мы не замерли. Лучший вариант для небольшой передышки.

Ее мы и планировали, но… Сначала замок подло подменил мою скромную сорочку на рубашку Фейна. Спасибо, не на кружевное безобразие! Надо отдать магу должное, он воздержался не только от неуместных комментариев, но и от лишних взглядов в мою сторону.

Потом погас свет, вспыхнули свечи и появился поднос с ужином. За всеми злоключениями мы как-то забыли о еде.

Ну а под нее сами собой закрутились разговоры…

Мне пришлось подробно пересказать свой сон. Все похожие сны.

Смело касаясь больного, Фейн попросил не мешать отношениям Седрика с Лин. Как будто я собиралась! Я просто беспокоюсь за сестру.

Обсуждать магию, новости миров, которые мы выудили из журнала, и прочие ничего не значащие мелочи было легче.

Пока меня не посетила идея:

– А хочешь, я сама свяжусь с твоей сестрой? Или мы переместимся в Форнтум и ты ей напишешь?

– Хочу, – прямолинейно подтвердил Фейн. – Но мы не станем этого делать.

И поднес к моим губам виноградину.

– Но…

– Пока, во всяком случае. Нарушение правил не должно кому-то навредить.

Что же, ему виднее.

Я уже знала, что, когда восстание молодых магов закончилось провалом, их спасло только чудо. Точнее, то, что почти все они так или иначе имели отношение к семьям настолько влиятельным, что короне враждовать с ними, особенно со всеми разом, было невыгодно. Поэтому парней не казнили, они отделались несколькими днями в заточении и сделкой, отказаться от которой не существовало ни единого шанса.

У кого-то из родственников мятежных студентов – точно не у родителей Фейна – обнаружилось полезное знакомство с тогдашним смотрителем замка Грабон. Он не был так уж плох, только стар. Замок по-доброму принял магов. Их же семьи сохранили жизнь «попавшим в немилость юнцам» и положение для себя. Всего-то требовалось забыть об опальных отпрысках и чтобы те забыли о них. Лишь в таком случае никто бы не пострадал. Для родственников не должно было наступить никаких последствий, и парни, чувствовавшие себя виноватыми перед родными, согласились. Само собой, сделка была скреплена напитанными силой клятвами.

Грабон никогда не задумывался как место заключения и согласился сыграть такую роль лишь раз – для молодых магов, пострадавших за свои идеалы. Но первый смотритель быстро умер, а двое следующих не отличались благородством, зато им нравилось унижать тех, кто так неудачно оказался в их власти. Замок, конечно, такого терпеть не стал и быстро от них избавился. На одного карниз неудачно обвалился, до другого добрались кровососущие деревья.

И вот теперь место смотрительницы заняла я…

– Скажи, а в замке есть экземпляр договора для вас? – нарушила долгое молчание, во время которого мы с Фейном, подозреваю, размышляли об одном и том же.

– Разумеется, – подтвердил он.

– Я хочу на него взглянуть.

Смешок меня немного задел.

– Думаешь, мы не исследовали соглашение вдоль и поперек? Если бы существовала лазейка, мы бы ее нашли.

– Меня поддерживает замок, – пояснила немного ход своих мыслей, который сама понимала не вполне. – Кто знает, что из этого получится.

Разум занимали неясные пока образы…

Я просто чувствовала, как надо сделать!

– Вернемся к этому, когда разберемся с проклятиями и ты будешь в безопасности, – уступил Фейн.

Хотелось все сделать сейчас, но… сдаюсь, он прав.

Оставалось лишь кивнуть, смиряясь с условиями.

Маг вдруг подался ближе. И я тоже придвинулась, ожидая, что он хочет скормить мне еще виноградину или кусочек сыра. Вместо этого он обхватил мое лицо ладонями, погладил скулы большими пальцами и медленно, предвкушающе улыбнулся.

– Знаешь что, Гиацинта? – Его голос стал глубже.

– Что?

Я затихла в тепле сильных рук, чувствуя, как замирает сердце.

– Ты совсем не такая правильная, какой стараешься быть.

И бессовестно не поцеловал.

За это хотелось накричать, обвинить, что вот так он мне отомстил за дневной разговор, но и поблагодарить хотелось тоже. Маленькой разумной части меня, еще не совсем затоптанной эмоциями. Потому что только поцелуем мы бы не ограничились. Уже нет.

* * *

Утро не радовало предсказуемостью: мы все еще пытались разобраться с проклятием.

Фейн встал в несусветную рань и, хоть и старался вести себя тихо, все равно разбудил меня. Зато я до общего сбора еще успела заглянуть к нашей маленькой гостье. Она здесь по моей инициативе, а значит, следует уделять ей больше внимания.

Выздоровление Авелин шло медленно, но это как раз соответствовало плану. Благодаря лекарствам и смешанному магическому фону в замке Грабон, ее запутанные от рождения магические каналы возвращались в норму. Сильвана и Хинат, которые занимались девочкой, не решались предсказывать, будет ли она хотя бы слабеньким магом, но жить должна. В ее ситуации это уже немало. Пока же процесс шел медленно и болезненно, и большую часть времени Авелин спала.

– Нам тоже на пользу это пребывание в пустоте, – заметил Хинат. – Выигрываем еще немного дополнительного времени.

– Рада помочь, – искренне улыбнулась я.

Грабон оказался хозяйством большим и беспокойным, и я быстро научилась радоваться даже нечаянным успехам.

Однако с проклятием лучше бы разделаться побыстрее.

Со всеми тремя.

И вот там случайных побед не будет, можно не ждать.

– Вот ты где. – Фейн поймал меня в дверях и первым делом сжал мою руку, будто опасался, что могу исчезнуть прямо у него из-под носа. – Идем, все уже собрались. Только тебя не хватает.

До этого момента я вообще не знала, когда планируется общий сбор.

Впрочем, привыкла уже, что не во всех вопросах в замке Грабон главная я. В чем-то замок передавал бразды правления Фейну, и смириться с его выбором получалось удивительно легко.

В одном из коридоров к нам присоединилась Жуть. Ей тоже хотелось участвовать… ну и выманить у магов что-нибудь вкусное тоже хотелось, конечно. А они точно дадут, потому что в противном случае Жуть сжует что-нибудь нужное или ценное.

– Может, повезет, и она в конце концов сожрет проклятие? – размечтался Дхавис, наблюдая, как нечисть, сегодня похожая на гончую, примеривается к ножке стула.

Замок обреченно выдал ей большую миску творога.

Магам достался укоризненный взгляд крошечных красных глаз, которые ни в одном облике не менялись.

Затем послышалось задорное чавканье.

Вещи временно оказались в безопасности.

– Было бы неплохо, – присоединился к мечте Уалгар.

– А что, она же всеядная… – поддержали неуверенные голоса.

Жуть подняла морду от миски и издала трагичное:

– Уау-у!..

– Она не хочет проклятия, – перевела я, хотя, думаю, все и так поняли.

Нечисть согласно вернулась к поеданию творога.

– Даже ради тебя? – не желал сдаваться Дхавис.

– Совсем не хочет, – покачала головой я.

Фейн проводил меня к свободному месту и придержал стул.

За длинным столом собрались все, даже Седрик с Лин и Дарьяна. Приходилось бороться с неловкостью от понимания, что все это ради меня. Не люблю создавать неудобств! Особенно если риск есть для всех. О… Магия отозвалась еле ощутимым гулом в костях. Напоминание, что смотрительница не может быть сама по себе. Здесь дело не только во мне, но и в замке, и в каждом из присутствующих.

Сдаюсь, принимаю новые правила.

К ним не так-то легко привыкнуть.

– Ну а рабочие идеи есть? – уточнил Фейн, занимая место во главе стола.

Сегодня так уж вышло, что он сидел на хозяйском месте, а я – по правую руку от него, а не на противоположном конце, как обычно.

Маги загудели, чередуя пустую болтовню с кое-какими предложениями.

Через час обсуждений я больше не чувствовала себя такой уж никчемной. Для начала, с моим появлением проклятие отделилось от замка настолько, чтобы Марних мог хотя бы немного его исследовать.

– Пока только одно, – говорил он, – но другие два не могут существовать отдельно. Уничтожим это, и они выдохнутся.

– Я бы предпочел для начала точно знать, с чем приходится иметь дело, – в который уже раз повторил Фейн.

Разговор сворачивал непонятно по какому кругу, но на сей раз я решила не отмалчиваться.

– Известно, что проклятие получилось случайно…

– Такие обычно труднее всего вывести. – Как бывший будущий фамильяр самой настоящей ведьмы, Седрик точно знал.

– Потому что условия, на которых все замыкается, вслух никто не проговаривал, – кивнул проклятийник. – Они могут оказаться какими угодно.

Отлично! Хотя бы в этом наш случай укладывается в некие нормы.

Вряд ли здесь кто-то разделял подобный энтузиазм, но я чувствовала, что мы на верном пути.

– Мы знаем, что Ленс Грабон, по сути, заставил дочь присоединиться к его изысканиям. – Я начала медленно проговаривать историю. – Она считала проект отца блажью и не хотела участвовать. Но отказать не могла, поскольку являлась не только его дочерью, но и подданной.

– Не повезло девушке с папашей… – бросил кто-то на противоположном конце стола.

– Осторожно, замку могут не понравиться такие разговоры!

Живя под одной крышей со столькими людьми уже некоторое время, я научилась игнорировать стороннюю болтовню. Уж точно она не мешала мне продолжать:

– Отец и дочь поссорились. Подозреваю, в очередной раз. Амелиа сказала ужасные слова. Наверное, у нее просто вырвалось, но измененная повторяющимися экспериментами магия места каким-то образом зацепилась за них и взяла жизнь девушки… Для чего?

– Чтобы замок наконец получил возможность перемещаться, – подхватил Фейн. – Проклятие должно быть как-то связано с этим.

– И еще появились его отражения в каждом из миров, – дополнил проклятийник. – Без них перемещения не давали бы выхода.

Понимания уже стало больше, чем до начала разговора.

Все не зря.

– Значит ли это, что замок больше не сможет путешествовать по мирам, как только проклятие будет снято? – задал закономерный вопрос Ларк.

– Нет. – И особенно приятно, что ответить ему могла одна я. – Прошло много лет, и замок достаточно напитался нужной силой. Теперь ему хватает жизни смотрителя.

– Что?.. – Фейн едва заметно посерел.

Слова следовало подбирать аккуратнее.

– Гиацинта хочет сказать, что ее связь с замком дает то, что каждому из них нужно, – вмешалась моя сестра, которая до этого внимательно прислушивалась к разговору. – Любой из нас при определенных обстоятельствах сможет покинуть это место, а Гиацинта – никогда.

– Спасибо, Лин. – Я кивком подтвердила ее правоту. – В наше время плата выглядит так. Вполне приемлемо, по-моему.

Я теперь правда так думала. И уж точно не считала себя ни пленницей, ни жертвой.

Пространство вокруг стола взорвалось разрозненными репликами. Маги примерялись к новым правилам существования в замке. Я терпеливо ждала, и в конце концов оказалась вознаграждена.

– Главное проклятие – не проклятие вовсе. Не в привычном нам смысле, – пришел к неожиданному выводу Марних. – Всего лишь возможность замка перемещаться, активированная очень темными чарами.

– И мы возвращаемся на шаг назад, – отметил Фейн. – Как убрать тьму, чтобы замок не застрял где-нибудь в неожиданном месте?

– Амелиа, – меткое замечание вновь принадлежало Лин.

– Вся местная тьма – это ее боль и злость, – поддержал свою ведьму Седрик.

– Нам эта информация дает чуть меньше, чем ничего, – прихлопнул их энтузиазм суровой реальностью Фейн.

И не дрогнул под несколькими недовольными взглядами.

Лин робко предположила, что неплохо бы узнать, где и как упокоена дочь создателя замка. Маги планировали еще раз осмотреть все уже с новыми знаниями. Я же просто сочувствовала молодой магине. Ведь глупо получилось. Она не должна была погибнуть! Уж точно не так.

Обозленный призрак трудно не заметить. Существуй он, об этом бы точно нашлись записи в книгах смотрителей. Хотя бы у некоторых. Однако никаких призраков в замке не водилось.

Но все же моя сестра в чем-то права…

– Настаивать не стану… но что, если у замка будет постоянное место? – Мне все еще сложно давалось соваться в практическую магию. – Вернее, если он сможет вернуться в свой мир и существовать там? Без хаотичных перемещений, но с возможностью путешествовать при необходимости.

– Это разобьет связку трех проклятий, и два лишних сразу погибнут, – неожиданно легко одобрил мой план проклятийник.

– Главное, провернуть все раньше, чем Амелиа Грабон доберется до тебя. – Фейну опять довелось быть унылым голосом разума.

Правда его, но двигаться куда-то всегда лучше, чем стоять на месте, дожидаясь, пока судьба придет за тобой.

Я так думаю.

Намерение действовать, впрочем, не освободило от необходимости выжидать.

Марних обследовал каждый закоулок, моей же задачей стало найти в записях информацию об измерении, где Ленс Грабон построил свой замок. Она точно была, я ее помнила, но лучше держать нужные сведения перед глазами. С тем и засела за книги. Седрик и Лин вызвались мне помогать. С ними еще трое магов – Уалгар, Лирон и Годарт.

Нужное мы нашли быстро и отложили самую старую книгу в сторону. Записи в ней были сделаны рукой самого Ленса Грабона.

Подумалось, что встретиться с разозленным призраком магини предпочтительнее, чем если бы где-то здесь оказался заточен дух ее отца. Девушку я могла понять, а маг, возжелавший увековечить свой талант, хоть и восхищал, но от этого оставался шаг до одержимости своим творением… И лично я не поручилась бы, что Ленс незримую черту не переступил.

Бр-р. Нет, лучше все же Амелиа!

Гаденький внутренний голосок припомнил, что дополнительных проклятий у нас два, и вторым как раз может быть Ленс, но я предпочла отмахнуться от пугающей мысли. С проблемами лучше справляться постепенно.

Усердия Лин хватило на час. Но она никогда не любила корпеть над книгами, так что для нее уже это было подвигом. Оставив нам Седрика, она ушла посмотреть, как там у магов продвигается осмотр замка, да так и не вернулась. Очевидно, с магами ей было интереснее.

Фамильяра это, казалось, не беспокоило.

Задеть его чувства я не хотела, и как сказать про непостоянный и взбалмошный нрав Лин, не придумала. В то время как для Седрика их связь естественна и нерушима.

Ну вот, теперь еще за него переживать! Этого мне только не хватало!

А не переживать не получалось.

Что с ним будет, если Лин унесет куда-нибудь на сторону? И что я стану с ним делать?

Почему-то это волновало и сильно.

Ощущалось пугающе неизбежным.

Еще одна мысль, от которой лучше бы отмахнуться, но отмахнуться от нее так просто не получалось.

– Сердишься на меня? – Проницательный фамильяр для вопроса выбрал самое удачное время: я едва не выронила тяжеленный том, который держала в руках.

Выронила, точнее, но Седрик поддержал.

– А я не должна? – ответила ему долгим изучающим взглядом.

Высоченный татуированный парень под ним поежился. Надо же, для него правда имеет значение, как я ко всему отношусь.

– Не знаю. – Он пожал плечами и виновато опустил глаза.

– Я не сержусь, я беспокоюсь.

– Гиацинта, тебе совершенно не о чем беспокоиться! Поверь, я никогда не обижу твою сестру. Клянусь, если хочешь!

Книга была положена к остальным, где ей и место.

Губы дрогнули в слабой улыбке, но и от длинного вздоха удержаться не получилось.

Разве объяснишь, что беспокоюсь я не за Лин, а за него? Тем более вслух. Тем более при других магах.

– В любом случае я желаю вам счастья, – произнесла сдержанно, но вот прикосновение к плечу вышло по-дружески нежным. – И рада, что твою проблему получилось решить.

Видно, это приобретенная способность старшей сестры – вечно обо всех беспокоиться.

Надо будет рассказать Фейну о своих переживаниях. Он и поймет, и подразнит, и успокоит.

– Благословение от мамочки получено, – пошутил Лирон.

– Сразу видно, у тебя нет младшей сестры, – заметил Уалгар, который так или иначе всегда оказывался на моей стороне.

– Брата тоже нет, и что? – не понял наш шутник.

– Попрошу замок подобрать для тебя где-нибудь симпатичную зверюшку, – усмехнулась я. – Потренируешься о ком-то заботиться.

Маг нахохлился и искоса глянул на дверь, но уважительных причин уйти не было, а трусливо сбегать ему не хотелось. Вот и приходилось сносить наши смешки и переглядки. Потом, правда, досталось и мне, когда Уал как бы невзначай заметил, что теперь в замке уже две парочки. Глядишь, третий месяц моего «правления» ознаменуется еще чем-нибудь интересным… И все мои попытки объяснить, что вовсе мы с Фейном не парочка, ударялись словами о чугунные лбы магов, не проникая в их головы. Мрак какой-то!

* * *

Задуманное я исполнила и Фейну о своих переживаниях и о магах, которые только добавляют поводов поволноваться, рассказала. Начинаю чувствовать себя так, словно в дополнение к сестрам у меня вдруг появились и братья тоже. Ладно, старшие, зато сразу девятнадцать человек. И незачем так громко смеяться над мнительной девушкой!

Смехом дело не ограничилось и неконтролируемо перешло в возню.

Моей ошибкой было бросить в него подушкой. В отместку этот негодяй стащил меня на пол и защекотал. А потом как-то получилось, что мы так и уснули на одеяле, расстеленном на полу.

В обнимку.

Это было… как оберег от дурных снов. Тепло, безопасно, неловко и сладко, хотя ничего запретного мы не делали и оба оставались одеты.

Замок скинул нам с кровати одеяло и дополнительную подушку.

И погасил свет.

Рука Фейна естественно устроилась у меня на спине, а под ухом ровно билось его сердце.

Какое-то время мне вполне успешно удавалось обманывать себя, притворяясь, что нарушение приличий происходит во сне.

Хотелось продлить сладкие мгновения.

Не засыпать слишком крепко.

…Понятия не имею, что именно меня разбудило. Сон вдруг исчез, словно его с меня сдернули. И пугающая реальность обрушилась на голову, не оставив ни единого шанса для самообмана. В ней, конечно, никак нельзя было спать на полу с Фейном, и я, осторожно выпутавшись из его объятий, перебралась на кровать.

Вздохнула с сожалением.

Фейн внизу тоже вздохнул.

Свесившись с кровати, я поправила на нем одеяло… и задержалась на несколько лишних мгновений, любуясь нахмуренным лицом.

Да нет, это полная ерунда! Если б не был со мной здесь заперт, он бы и не посмотрел на меня. Ну, если бы я училась в одной с ним академии. Или, скажем, здесь, в замке, было больше вариантов.

Мысль неприятно горчила, но я все равно упрямо продолжала ее думать.

Не стоит забываться.

Кто-то бы счел, что нужно ловить момент и постараться привязать к себе желанного мужчину всеми возможными способами, но не я. Мои намерения состояли в том, чтобы поискать лазейку для магов и вернуть им свободу. Хотя бы частично. Даже если они не смогут вернуться домой, они должны жить нормальной жизнью. И их родные должны знать, что с сыновьями, братьями и возлюбленными все в порядке.

Понимание того, что я поступаю правильно, немного притупляло боль.

Укрывалась покрывалом и засыпала уже с улыбкой.

…Чтобы вскоре проснуться с тем же ощущением – сон будто украли. В этот раз я оказалась сообразительнее и догадалась, что резкое пробуждение – инициатива замка.

Задаться вопросом – зачем оно понадобилось? – не успела. Рядом начало происходить нечто занятное.

Веяние тьмы.

Холод мурашек на коже.

Проклятийника бы сюда, ему нашлось бы что исследовать… однако поднимать шум я поостереглась.

Через дверь просочилось слабое свечение, и призрачная фигура направилась к кровати.

Захотелось ущипнуть себя.

Я затаила дыхание.

Заодно узнала Амелиа Грабон – точно такую, какой она предстала в видении. Такой запомнил ее замок. Разве что сейчас она была бледной, немного прозрачной, слегка светилась в темноте, и на утонченно прекрасном лице застыла печаль.

Может, попытаться с ней заговорить?

Возможен ли вообще контакт с призраком?

Тем временем стало ясно, что двигалась Амелиа не ко мне, а к спящему на полу Фейну.

Именно рядом с ним призрачная девушка опустилась на колени.

Сердце пропустило удар.

Амелиа потянулась к губам мага.

Крик почти прозвучал, когда… она прошла сквозь него. Отпрянула, с ненавистью обозрела прозрачные пальцы и произнесла неизвестное мне слово. Выругалась, наверное. И исчезла с тихим хлопком.

Я выдохнула, чувствуя, как тело начинает бить дрожь.

– Мог бы и помочь как-то, – сказала замку осуждающе.

Грабон мне ничего не ответил, зато зашевелился Фейн.

– А? Что ты говоришь, Гиацинта?

– Тебя только что чуть не поцеловала Амелиа Грабон. Я не уверена, возможно, она до сих пор где-то здесь. Надо позвать проклятийника.

С пальцев мага слетело что-то золотое и, просочившись сквозь дверь, умчалось к Марниху. Заклинаниям, как и призракам, стены не являлись помехой. Некоторым, во всяком случае.

– Не думаю, – оценил обстановку Фейн, окончательно проснувшись.

– Я тоже, на самом деле. – Но проверить не помешает.

Балфур сел на кровать, притянул меня к себе и крепко обнял. Это вышло так легко и естественно, что мне на миг снова стало до одури страшно.

– Ты как? – спросил он, успокаивающе поглаживая мою спину.

– Сносно. Все случилось так быстро, что я даже не успела закричать. – Решив, что в нынешней ситуации это уместно, я обняла его в ответ. – А ты?

– Внимание красивой женщины не льстит самолюбию в случае, если она мертва, – отшутился Фейн.

А я опытным путем выяснила, что, когда обнимаешь, можно и в бок ткнуть.

Маг сдавленно охнул.

– Обещай, что будешь вести себя прилично, и перебирайся на кровать, – неожиданно для себя самой предложила я. – Из соображений безопасности.

– Договорились. – Фейн усмехнулся куда-то мне в волосы. – А вот твое чувство собственничества очень приятно…

Что?.. Думает, я ревную его к призраку?!

Второй тычок несносный маг предвидел и успел вовремя отодвинуться. Мне досталась очаровательная улыбка, полная тепла, и она касалась не только губ, но и глаз. Сердце предательски затрепетало.

– Что тут у вас, влюбленные? – В покои ввалился Марних в винно-красном халате поверх шелковой пижамы.

Вовсе мы не…

Фейн уже начал ему что-то объяснять, так что возражения запоздали. Пришлось оставить их при себе.

Как так получилось, что, стремясь отдалиться, я лишь теснее сблизилась с Фейном Балфуром?

Загадка из загадок.

Подсунув под спину подушку и обернувшись покрывалом, из-под полуопущенных ресниц я наблюдала за мужчинами. Ладони Марниха покрылись тончайшим слоем тьмы, и он… будто ощупывал воздух, особое внимание уделяя углам. Ничего не находил, но лично меня это даже радовало. Не уверена, что прямо сейчас мы готовы к встрече с древним призраком.

Полностью оправдывая звание главного мага в замке, Фейн тоже участвовал. Его поисковые заклинания никак внешне не проявлялись, но я покалыванием на коже чувствовала волны исходящей от него силы.

Ничего.

Зевок успела в последний момент проглотить.

– Сладких снов, детки, – бросил нам проклятийник. – Нежить здесь поистратилась силами и в ближайшие сутки ее можно не ждать.

С тем и направился к дверям.

– Марних, а у тебя дома девушка была? – Я давно хотела спросить.

– Избавьте меня от этого. – На породистом лице так ярко отразилось пренебрежение, что сомнений в искренности высказывания не осталось ни единого.

Сбежал проклятийник слишком поспешно. И дверью хлопнул громче, чем позволяют приличия.

Я перевела вопрошающий взгляд на Фейна, который, казалось, едва сдерживал смех.

– Что? – Любопытство никуда не делось и еще не насытилось.

– Скажем так, Марних всегда считал, что слишком хорош для окружающих, – пояснил единственный доступный для объяснений маг. – Это здесь он немного угомонился. Но ты – первая женщина не из учебной группы, преподов или родни, с кем он держится нормально.

Повезло мне, оказывается.

Я мечтательно улыбнулась.

Достанется же кому-то подарочек… Пожалуй, я должна выбить свободу магам, просто чтобы понаблюдать за этим.

– Теперь уже я ревную, – откровенно признался Фейн, закинул на кровать подушки и наклонился за одеялами. – Что это тебя заинтересовал Марних?

– А что это все считают нас парочкой? – Я сделала большие и страшные глаза.

– Мы живем в одних покоях, а теперь еще и спим вместе, – пожал плечами Фейн. – По-моему, все очевидно.

А?!

Он улегся и притянул меня спиной к своей груди.

Свет погас.

И на все мои возмущения и трепыхания вредный маг сделал вид, что спит.

* * *

К возвращению замка в родной ему мир подготовка шла несколько дней. Мы тщательно изучили записи, по которым становилось ясно, что обосноваться нам предстоит в месте, похожем на Форнтум, откуда родом маги. С небольшими нюансами в плане законов и живности, которая водится в лесах, но даже магия была похожей. Это существенно упрощало дело.

Замок происходящее одобрял.

На месте придется проверить само строение и заняться поиском как останков Амелиа, так и ее отца. От призрака надо избавиться. Она что, забыла, что мертвая, когда лезла целоваться к Фейну? Зла на нее нет.

После инициации мои жизненные силы частично слились с замком, он стабилизировал меня, а я получила возможность взамен стабилизировать его. То есть определить место, которое станет постоянным и куда мы будем возвращаться раз за разом.

Дом.

От такой ответственности становилось волнительно и приятно.

Маги настаивали, чтобы я закрепила связь с измерением уже в момент перемещения, вроде бы так она формировалась более сильная, но я впервые отказалась внимать дельным советам. Чувствовала, что стоит обождать. Осмотреться. Вычистить тьму. Там видно будет.

Спор вырос бы в серьезный конфликт, если бы Фейн, Седрик и Лин не встали на мою сторону.

Пожалуй, с этого момента я была безоговорочно рада присутствию сестры. Хорошо, когда есть рядом люди, которые всецело с тобой. В любых обстоятельствах. И чем их больше, тем лучше.

После обсуждения завтрашнего перемещения, на котором я немного сорвала голос, мужчины отправились расставлять маячки вдоль стен, а мы с Лин вернулись в наши с Фейном покои.

– То, что о нас с ним говорят, неправда, – заверила я сестру.

– Почему? – Она пытливо посмотрела на меня.

Я закусила губу.

Воспитание требовало пылать праведным гневом, но ощутить получилось разве только неловкость. И то весьма смутно.

– Вы оба смотрите так, словно сейчас вцепитесь друг в друга и начнете целоваться, – заявила Лин. – Но почему-то не начинаете…

– Лин!

– Брось, мы давно живем не в чванливом провинциальном городишке.

– Мне стыдно за твое поведение!

– А мне – за твое.

Выгнала бы паршивку – из покоев, не из замка – но она не дала мне такой возможности. Даже о взгляд не обожглась. Отцепила от пояса бархатный мешочек и принялась рассыпать у кровати соль.

– Ты заставляешь себя краснеть, и это еще пока работает, но ты тоже изменилась, – продолжила она, не глядя на меня.

Ладони против воли прижались к щекам.

Пф!

– Не в этом.

– Посмотри на проблему с другой стороны, – предложила хитрая ведьма. – Лучше пусть все знают, что у тебя отношения с одним мужчиной, чем по мирам ходят слухи, что Грабон – жуткое место, а его смотрительница устроила себе гарем. Ты ведь не настолько наивна, чтобы считать, что сплетни не выберутся наружу?

Мелкие подробности выберутся, а из них уже родятся безумные истории.

Мне поплохело.

– А так вы, может, даже поженитесь, – закончила Лин. – Ясно же, что для тебя это все еще важно.

Проводить обряд здесь для нас некому, но… Грабон бывает изобретателен, когда ему что-нибудь нужно.

О чем только думаю?

– Фейн мне пока ничего такого не предлагал, – заметила сдержанно, стараясь игнорировать неуместный внутренний трепет.

– Дай вашим отношениям шанс, а уже потом жди предложений, – посоветовала Лин.

Младшая сестра, а поучает, будто знает о жизни все.

И тонкая линия соли вьется вокруг кровати.

– Что ты делаешь?

– Защиту ставлю, чтобы никакая гадость не подобралась к моей сестре. Ведьминская магия для такого подходит идеально.

Ведьма она и есть. И благодаря дару в житейских делах кое-что понимает. Пора признать, что моя сестренка выросла и теперь все иначе.

* * *

Замок предпочитал перемещаться утром, поэтому мы все, включая Дарьяну, Авелин, Жуть и даже безымянную трехцветную кошку, встречали рассвет в самом большом зале. В атмосфере звенело напряжение, которое то там, то тут пытались немного разбавить разговорами.

– Это будет немного похоже на свободу, – осторожно мечтал Уал.

– Не каркай, – беззлобно оборвал его Ларк.

Работало слабо.

Нервозность с каждым мгновением нарастала.

Ко мне подсел Фейн.

– Попроси замок перенести твои девчачьи штучки в наши покои.

– Зачем? – Я аж подпрыгнула.

– Затем, что так удобнее. Тебе же.

Предложение звучало здраво, и все же чем-то умудрилось мне не понравиться.

Не знаю чем.

– В этом нет необходимости, – возражение вышло какое-то слабое. – Когда проклятие будет снято, я вернусь к себе.

Насмешливая улыбка на губах главного мага в замке Грабон заставила нервно поерзать.

– Не уверен, что твое «к себе» до сих пор существует.

– То есть как это?!

– Давно ты сама туда заходила?

Я прикинула и… картина виделась неутешительной. С момента переезда к нему не заходила и лишь сейчас это поняла. Да просто необходимости не было. Все, что мне требовалось, неизменно оказывалось под рукой. В отдельные моменты я напрочь забывала, что мы с Фейном не всегда жили вместе.

Ой-ой.

– Сегодня я заглянул… ну, то есть попытался заглянуть к тебе, – продолжил начатую раньше мысль Фейн. – И попал в свою комнату. Как однажды уже было. Так что делай выводы.

Желание подняться и сейчас же собственными глазами все увидеть подавила. Перемещение сейчас важнее.

– Какие выводы? – Не стоило спрашивать, но я уже спросила.

– Для замка мы пара, – буднично, словно и не сообщал ничего нового, произнес Фейн. – Как и для всех остальных. Почему-то кроме тебя.

Я открыла рот, еще точно не зная, что ему ответить… но тут все вокруг едва ощутимо завибрировало.

Чувствовать это пока могла одна я, и только я знала, что замок готовится к перемещению.

Личное немедленно было отодвинуто.

Я задала замку направление: домой!

Нас затрясло так, что один из светильников лопнул.

Глава 12

Фейн закрыл меня от осколков, резко выбросив руку, и на белое кружево моей блузы закапала кровь. Из горла вырвался судорожный всхлип. Оформиться в нечто членораздельное ему не дали: меня сдернули со стула, впечатали спиной в пол и придавили сильным телом.

Что-то грохнуло совсем рядом.

Выругался Уалгар.

Остальные его поддержали.

Седрик и Дхавис так вообще чуть соревнования по красноречию не устроили…

– Осторожнее со словами, – цыкнула на них Сильвана. – Здесь ребенок!

Парни притихли, но даже от их тяжелого дыхания веяло нецензурщиной.

Авелин хихикнула – прикрытая переливающимся силовым куполом, она воспринимала происходящее как игру. Даже попыталась лопнуть защитный щит как мыльный пузырь и потыкала в него пальчиком.

Щит это выдержал.

Девочка нахмурилась.

Замок вздрогнул каждым камешком. В этот раз маги оказались готовы и выставили щиты.

Лин прошептала что-то на ухо Седрику, закрывшему ее точно как Фейн закрыл собой меня, потерлась о его ухо носом, а потом подула. Я почувствовала себя так, будто подглядываю, хотя зал был заполнен людьми, и это парочке стоило бы вести себя сдержаннее.

– Твоя рука, – переключила внимание на Фейна.

– Царапина, – заверил он. – Не бойся.

Извернувшись, я нашла взглядом его ладонь, и… так запросто оценить повреждения не получилось. Взгляд выхватил разорванную кожу, и на белой ткани алели пятна крови, но сейчас в ране лишь слабо светилась магия, останавливая кровь и замораживая боль.

Пугающе, если честно.

И сердце от страха за одного мага так и стучит…

– Не вертись, – шепнул Фейн.

Ой.

Ага.

Я смиренно затихла.

К чести мага, он не использовал момент, чтобы прижаться ко мне или смутить еще как-нибудь. Руки держал при себе. То есть упирался ими в пол. Над нами тоже переливался щит. Понятия не имею, Фейн ли его создал.

– Такой ты мне нравишься намного больше, – прошептал маг, о котором я, видимо, подумала слишком хорошо.

– Какой?

– Милой и послушной.

Возмущенный взгляд лишь заставил его улыбнуться. Широко, открыто и по-мальчишески как-то.

– И еще нравится, что ты испугалась за меня, – поведал мне Фейн.

Потом наклонился и слегка задел мой нос своим.

Вроде бы все невинно, но по телу растекся жар.

– Слезь с меня, Фейн Балфур! – прошипела гневно.

– М-м?

– Перемещение закончилось. Опасности больше нет.

Мужчина растерянно моргнул, будто утратил на время реальность и теперь пытался вернуть ее себе. Получилось быстро, и он легко поднялся на ноги, после чего сразу же подал руку мне. Не желая выглядеть безголовой истеричкой, я ее приняла.

Отряхнула платье, заодно выиграв минутку, чтобы восстановить контроль над эмоциями.

Поймала насмешливый взгляд Лин.

Что бы она понимала!

Замок больше не трясло, но ощущение тьмы усилилось. Она льнула к стенам, будто выискивала лазейку, чтобы просочиться внутрь. И еще я ощущала какую-то лишнюю магию. Чуждую, но враждебную ли – пока вопрос. Маги тоже ощущали, потому что застыли у окон и что-то там высматривали.

Чем дальше, тем смурнее становились их лица.

Ну… никто и не рассчитывал на легкую победу.

Ларк первый выругался.

– Что не так? – Мой вопрос относился сразу ко всем.

– Предстоит еще осмотреть владения, – отвечал тот же Ларк. – Но это точно не безопасное место.

Средоточие проклятия. Место его зарождения и место силы. Само собой, оно не безопасное.

Я кивнула.

– Смотрительница дает разрешение нам перемещаться вокруг замка? – уточнил Марних.

Вопрос был задан отнюдь не для порядка. Моя связь с Грабоном и с должностью окрепла, теперь от меня здесь правда кое-что зависело. Конечно, Грабон не тюрьма и маги могут уйти, но это будет нарушением их сделки, и их король узнает. Следовало соблюдать осторожность.

– Разумеется. – И это была воля не только моя, но и замка. – Делайте все, что нужно, чтобы дать покой Амелиа и освободить замок от тьмы.

Намеренно я сформулировала ответ так, чтобы дать магам как можно больше свободы.

И немного гордилась собой, получив от Фейна одобрительный кивок. Мою хитрость маг разгадал.

Что ж, мне тоже нашлось что ему сказать:

– А ты идешь к Сильване, надо осмотреть твою руку.

– Моя рука в порядке, – сквозь зубы ответил маг.

– Поверю в это, как только на ней появится повязка. – Я продолжала стоять на своем.

Надо же, теперь он пытается испепелить меня взглядом!

В обратную сторону это тоже не работает, да.

– Идем. – Я вцепилась в его локоть и потянула за собой.

Сильвана, ее маленькая пациентка, охрана и зельевар уже скрылись в лекарских помещениях.

– Гиацинта!

– Ну что, такой я тебе уже не нравлюсь? – Да, это была не только забота, но и немного месть.

Фейн смиренно пошел, куда я его направляла, но вид при этом имел такой, будто сейчас начнет метать громы и молнии.

– Нравишься, – сообщил он через два поворота, когда я уже выкинула из головы заданный в шутку вопрос. – Думаю, самое время признать, что я в тебя влюблен.

О-о…

Фейн опять сказал это.

Я обожглась о его торжествующий взгляд.

Он же не серьезно? Не может это быть серьезно, правда же? Все дело в том, что мы заперты тут, светских красавиц поблизости нет… или хотя бы магинь.

Застыла на миг, судорожно соображая, как реагировать… это-то меня и спасло.

Темный вихрь разделил нас с Фейном, буквально отшвырнул друг от друга. Чудом оба устояли на ногах.

Тьма же – или правильнее назвать ее Амелиа? – ударилась в стену, и острый каменный осколок полетел в меня.

– Гиацинта!..

Щит.

Вспышка заклинания.

Мой судорожный выдох.

Горячая боль и ощущения теплой крови на лице.

Далекие и неясные ощущения.

Глядя, как из белоснежной блуза становится местами красной, местами темно-красной, я могла думать лишь о том, что ее, наверное, придется выкинуть.

* * *

Сильвана смотрела на нас так, будто ей явилось привидение. Парочка привидений. Впрочем, бледные, окровавленные и слегка пошатывающиеся после взаимодействия с магией, мы скорее походили на зомби.

Зельевар оценил наш вид и поспешил закрыть дверь, отгораживая свою маленькую хозяйку от страшного зрелища.

Пока Сильвана зашивала мне бровь, Фейн рассказывал ей, что с нами приключилось.

– То есть дочь создателя замка в тебя влюблена? – не могла поверить в безумие происходящего магиня.

Везет ей. Мы же с Фейном в самом эпицентре смерча из призраков и проклятий.

– Ее призрак, – вторя моим мыслям, поправил подругу Балфур. – Угу.

– Когда все веселились, ты учился как одержимый, – усмехнулась Сильвана. – Видно, время девушек пришло.

– Мертвые девушки меня никогда не интересовали, – со сдерживаемым раздражением заметил Фейн.

Холодок притуплял боль, делал ее почти неслышной. Я расслабилась под умелыми пальцами лечащей магини, откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Интересно, а замораживающее заклинание для чувств у них есть?

– Осторожнее с такими высказываниями в охваченном проклятием замке, – в шутку посоветовала Сильвана, но попала точно в истину.

Фейн произнес сквозь зубы что-то явно ругательного толка.

А у меня вырвалось:

– Не стоит признаваться в любви другой, когда за тобой следит влюбленный призрак. Наверняка Амелиа теперь хочет меня убить.

– В любви? – живо заинтересовалась Сильвана. – Рада, что вы наконец все выяснили.

– Прости, Гиацинта. – Так получилось, что Фейн говорил одновременно с ней. – Я не хотел тебя подставлять.

– Знаю. – Я злилась не на него, скорее на ситуацию, и еще была страшно смущена. – Просто это все еще раз доказывает, что нам не судьба быть вместе.

Фейн ничего не сказал на такое замечание, отошел к стене и прислонился к ней плечом. Так там и стоял, пока Сильвана не закончила со мной и не смогла заняться его рукой.

…Позже Фейн отвел меня в комнату с предписанием Силь отдыхать и подержать у наиболее пострадавшего места лед. Пришлось еще раз отдельно для него проговорить разрешение делать что нужно ради замка. Чувствовать себя надсмотрщицей было противно. Еще болело все лицо, трещала голова… и почему-то кусалась совесть. Хотя я ничего такого не сделала и не сказала. Ведь во всем же была права! Со всех сторон! Почему тогда так погано?

А когда Фейн смотрит вот так – потемневшим взглядом, в глубинах которого тлеют злые угли, – совсем невыносимо становится.

Сдав меня на попечение Седрику, который в форме кота улегся на винного цвета покрывале, успокаивающе мурчал и вроде бы дремал, но время от времени бдительно дергал ухом и приоткрывал один глаз, Фейн присоединился к другим магам. К его руке почему-то не требовалось прикладывать завернутый в салфетку лед, и покой ему не предписали. Я же чувствовала себя полной развалиной.

Стало немного лучше, когда Фейн ушел.

Хотя бы чувство стыда прошло.

Лед остановил кровь, но я замерзла и забралась под одеяло. На столике у кровати возник укрепляющий отвар со вкусом болотной жижи. Видимо, я опять чем-то провинилась перед замком. Даже знаю чем. Но разве камни – даже пронизанные магией и очень мудрые камни – могут постигнуть терзания человеческой души?

– Ну так когда ты собираешься перестать его мучить? – любопытно шевельнул ухом Седрик, которого все еще более чем устраивала лежанка из покрывала. – У тебя тут не то чтобы богатый выбор.

– В самом деле?

Я не имела в виду остальных магов, просто… неудачно сказанула.

Однако фамильяр отвечал всерьез:

– Вы друг другу нравитесь, это почти с самого начала стало очевидно. Но главное, ваша пара нравится замку, в котором мы все живем. Так что вы уже связаны. Иначе, чем мы с Лин, но тоже крепко.

Слов не было, и я глухо застонала.

Почему работа не могла оставаться только работой? Зачем понадобилось вмешивать сюда чувства?

– Неужели такой правильный Фейн заслужил, чтобы ты мотала ему нервы? – не сдавался кошак, которого явно веселила наша ситуация. – Или приревновала его к призраку?

– Отстань.

– Нет, правда, что этот маг сделал?

– Сказал, что влюблен в меня.

Отчаянно хотелось поделиться, но… кто ожидал, что Седрик займет правильную сторону?

– Вот же гад! – проникновенно изрек кот, даже зашипел и усы встопорщил.

– Ты пристрастен, – обиделась я. – Мужская солидарность и все такое.

Лед можно убрать, наверное.

Фу, отвар еще и остывает.

Вкус тоже полнейшее фу!

Предательства от замка я точно не ожидала, но у него, похоже, тоже мужская солидарность взыграла.

– Поговори потом с Лин, если хочешь, – предложил Седрик, и в этот раз его голос звучал обеспокоенно. – У нее к Фейну точно мужской солидарности нет, и в сердечных делах она поопытнее тебя.

– Он что, приставил тебя ко мне, чтобы ты залез мне в душу и продавил его романтические намерения? – напряглась я.

– Нет, не поэтому.

– А почему?

В глубине души все прекрасно понимала, но отвар был противный, все сплотились против меня и хотелось на ком-то сорвать эмоции.

– О… Вот оно! – туманно сообщил Седрик, вскочил на лапы и вздыбил шерсть.

Из угла метнулась тень. Повеяло тьмой.

Глаза фамильяра жутко сверкнули.

И в комнате стало безопасно.

Все исчезло – что куда и девалось. Фамильяр вновь напоминал ласкового котика.

– Как ты это сделал?! – взвилась я.

– Коты чувствительны к проявлениям сверхъестественного, – промурчал Седрик, устраиваясь на импровизированной бархатной лежанке. – К тому же, соединившись с правильной ведьмой, я получил доступ ко всем своим способностям.

Инициации. Он же рассказывал.

– Поздравляю, – выдохнула я потрясенно.

– Спасибо, – совершенно серьезно сказал кот и потерся о мою руку.

Будем считать, что мое благословение у них с Лин есть.

Нет, это все-таки невероятно!

– Одна из инициаций дала тебе форму кота? – Мне было дико любопытно, как оно там все у них работает.

– Первая инициация обязательна и дает вторую ипостась каждому фамильяру, – поделился тайной своего изменения Седрик. – Но, если усложнить прохождение, ее можно выбрать.

– И ты выбирал?

– Да.

Лин с ним повезло. Возможно, слишком повезло. Оставалось лишь надеяться, что моя взбалмошная сестра понимает всю ответственность такой связи.

* * *

Утром я выглядела получше, но удар в лицо и зашитая бровь вряд ли кого-то смогли бы украсить. Лин предлагала чары красоты, весьма настойчиво предлагала, и хотелось на них согласиться, но Сильвана сказала, что ненужные заклинания могут помешать правильному исцелению. И я выбрала терпеть. Боль убрали отвары, которыми меня поил замок, остальное же унизительно, но не трагично. Зато шуточки магов подтверждали, что парни в большинстве своем относятся ко мне как к сестре.

После третьего пожелания учиться драться, чтобы в следующий раз не оказаться побитой новой поклонницей Фейна, я кого-то послала.

По их мнению, это что, смешно?

Сегодня мне должны были показать, что интересного вчера нашли, но перед этим я заглянула к Сильване, а потом к Авелин. От обязанностей смотрительницы замка Грабон нельзя взять перерыв.

– И все-таки я не понимаю, – нудела сестра по левую руку от меня, – как ты можешь расхаживать по замку, полному мужчин, в таком жалком виде.

– Удачно так получилось. – Если бы Сильвана прямо сейчас не намазывала чем-то мою бровь, я бы улыбнулась. – Во время осмотра окрестностей и Фейн меня увидит.

– Тогда ты точно должна согласиться на мои чары! – настаивала Лин.

Но я стояла на своем:

– Нет. Не должна.

Ведьма только что не зарычала от возмущения.

– Иллюзии тоже нельзя, если хочешь, чтобы зажило без следа, – отрезала лечащая магиня.

– Не говорите потом, что я не предупреждала, – предрекла мрачно Лин и вышла за дверь.

Замечания насчет внешности меня, разумеется, уязвляли. И, несомненно, я понимала, что синяк, отек и пара швов не отвернут от меня Фейна. К тому же при магическом лечении через неделю от всего этого останутся одни воспоминания.

Лучше бы и от проклятия замка Грабон тоже.

Вот на этом и стоит сосредоточиться.

Но все же перед тем, как пойти к Фейну, я еще заглянула к нашей маленькой подопечной.

– Дарьяна испекла мне блинчики, – увидев меня, поделилась радостью Авелин.

К слову, только ей местная домовиха приносила еду сама. Для остальных замок просто перемещал необходимое.

– Здорово, – улыбнулась я, поправляя тонкую косичку. – Как ты сегодня?

– Хорошо… только мне не разрешают гулять. Даже по замку.

Судя по паузе, ей настоятельно рекомендовали не жаловаться, но судя по взгляду с хитринкой, нарушение было заранее продумано.

– Милая, замок сейчас в очень древнем и непростом в плане магии месте, поэтому гулять правда не стоит. Ты всегда должна быть на виду у кого-то из своих людей. – Ответ явно был не тем, которого ждала девочка, и я поспешила его хоть немного смягчить: – Но чуть позже я постараюсь добыть для тебя книги. Любишь сказки?

– С картинками. И чтобы свадьба в конце, – смягчилась моя гостья.

– Договорились!

Грабон всецело поддержал.

Да что там, идея с самого начала была его.

– Не думаю, что где-либо еще встречал столько тьмы, – осторожно заметил приставленный к Авелин зельевар. – Однако же выздоровление здесь идет невероятно быстро.

В ответ на это я могла лишь загадочно улыбаться.

Грабон – хорошее место, пусть и созданное на темных чарах.

Пришло время мне с ними познакомиться ближе. Покинув лекарские покои, я направилась в холл, где мы условились встретиться с Фейном.

О времени нарочно не договаривались. У него тоже есть какая-то своя связь с замком. Грабон даст ему знать, когда я освобожусь. Во всяком случае, так мне сказал Седрик. И это сработало: когда я вошла в холл, Фейн уже ждал меня там.

– Не скажешь, что я прекрасно выгляжу? – поддела мага, когда он окинул меня долгим взглядом и промолчал.

– Ты всегда прекрасна, – произнес Фейн глубоким голосом, подошел ко мне и слегка коснулся костяшками пальцев синяка на щеке. – А это заживет.

Вел он себя как всегда безупречно, но я почему-то смутилась и первая отпрянула.

– Идем уже!

Еще один маг – Лирон – хмыкнул за нашими спинами.

Мне должно бы стать легче оттого, что мы с Фейном идем осматривать истинные окрестности замка не вдвоем, но почему-то не становилось.

– Должен предупредить, мы нашли куда меньше, чем ожидали, и в то же время там есть на что посмотреть. – Главный из наших магов счел нужным меня подготовить.

– Лучше один раз увидеть, – дернула плечом я.

Исследовать все хотелось еще вчера, и обида, что мне этого не позволили, немного жгла изнутри. Однако я понимала, что маги не взяли бы меня с собой, даже будь я в порядке. В кои веки замку достался достойный смотритель, и их задачей было меня беречь. Иногда куда больше, чем нужно.

Главная дверь выпустила нас на уже знакомую территорию.

Она оставалась узнаваемой, разве что… пространства существенно прибавилось. И чары покрывали его тоже, позволяя магам некоторую свободу. И она простиралась достаточно далеко.

– Герцогство, – ахнула я.

– Если бы, – горько скривился Фейн и прихлопнул мою руку у себя на локте. – Кто-то оттяпал существенную часть, окружив Грабон щитами. Присмотрись.

Иной взгляд потребовал времени и некоторых усилий, но маг прав – мне нужно учиться.

Нам оставили просторный, но пришедший в запустение парк, сады, находящиеся в том же состоянии, множество хозяйственных построек и целую деревню с добротными каменными коттеджами, где, вероятно, когда-то жили приближенные герцога. Но все это было окружено многочисленными кольцами силы.

– Как если бы замок пытались удержать на месте, – предположил Лирон.

– Нет, – даже не задумываясь, возразила я. – Его так не удержишь, он же не бегает по соседним королевствам. Он перемещается по похожим мирам.

– Остается вариант, что они защищались от проклятия, – медленно проговорил Фейн свою теорию, и по тому, как это было сказано, становилось понятно, что ему оно категорически не нравится. – Или от исходящей отсюда тьмы, что, впрочем, одно и то же.

Тьму я чувствовала, ее в Грабоне и в особенности вокруг него всегда было достаточно. И она никак не мешала замку существовать по заложенным создателем правилам. Не сказала бы, что с перемещением в родное для Грабона измерение ее стало существенно больше.

Добавились еще какие-то чары, но, похоже, это ограничивающие.

Руки бы поотрывала тому, кто их тут наворотил!

Ой, это не я… Мнение замка.

– Ограничения надо убрать, – огласила его волю магам. – Сможете?

– Надо думать, – отозвался Фейн, изучающе разглядывая чужую работу. – Здесь больше сотни магов соединили силы.

– Допек кого-то из местных королей Грабон, – оценил картину Лирон.

Или один из смотрителей.

А может, какой-то местный хапуга хотел прибрать герцогство к рукам, но не получилось.

– Что говорит наш проклятийник? – Я нашла соломинку и вцепилась в нее.

– Все то же, – пожал плечами Фейн. – Ему надо взглянуть на место погребения дочери создателя замка.

– А вы его не нашли?

– Ну как тебе сказать…

Мне, конечно, захотелось увидеть главное воочию, и маги согласились проводить меня в склеп. Пока шли через заросший сад с торчащими тут и там корнями непонятно чего и растущими из самых неожиданных мест сорняками, мужчины поддерживали меня с двух сторон, и то я умудрилась чуть не подвернуть ногу.

Замок считал, что собрать семена, кое-что проредить, подстричь кусты и убрать сгнившие листья можно, и сад постепенно вернет былую красоту.

Хозяйством займемся, когда выведем проклятие!

Только так и никак иначе.

И все же принятое решение не помешало мне отметить, как прекрасно сохранилась белая лестница, ведущая в низину, где выстроились в несколько рядов симпатичные домики.

Азарт лучше бы сдержать. И мне, и замку. Обидно будет разочароваться, если ничего не получится.

– У меня большие планы на это место, – сказал Фейн, заметив, куда устремлен мой взгляд.

Подумала бы, что он попросту не проигрывал никогда, но о самом большом поражении в его жизни мне было известно. Подозреваю, оно было и единственным. Очень похоже на то.

– Только после того, как с проклятиями все уладится, – твердо произнесла я.

Маг кивнул, признавая справедливость такого решения.

Семейный склеп герцогов Грабон расположился за садом. Там же нашлось старое кладбище, где покоились, видимо, близкие люди, но не члены семьи. Нас же интересовал именно склеп.

Каменная плита бесшумно сдвинулась в сторону, повинуясь небольшому импульсу силы.

Никакой пыли или паутины. Впрочем, маги ведь уже заходили сюда.

– Ленс Грабон на месте, – сообщил Фейн и не стал вскрывать последнее пристанище создателя замка, ограничился магической проверкой.

Она легко идентифицировала нужного человека, и над каменным ящиком проступила иллюзия мужчины из моего видения.

Без сомнений.

Я кивнула.

Другой каменный ящик был открыт. Ну, не совсем открыт – плита немного сдвинута. Маги сняли ее совсем, демонстрируя мне пустое нутро. Табличка с именем Амелиа Грабон на каменной плите была, а она сама отсутствовала.

– Самое странное, что тьмы здесь не больше, чем где-то еще, – заметил Лирон.

– Может, останки сожгли, когда стало известно о проклятии? – попробовала придумать более-менее внятную версию я.

– Среди урн с прахом ее тоже нет, – кивнул куда-то на дальнюю стену Фейн.

Спины коснулся холодок.

Было такое странное чувство, будто ответ – вот он, на поверхности, но мы его не замечаем.

– Не ушла же она, – пробормотала я больше себе.

– Знаешь, пока мы думаем над всем этим, будет лучше, если ты скроешь замок нигде, – нашел временный выход Фейн. – Там нейтральное в плане магии пространство, призрак туда не сможет проникнуть.

И мы выиграем сутки или даже больше.

Сейчас Амелиа не опасна, Седрик как-то смог лишить ее почти всей накопленной тьмы. Ей понадобится какое-то время, чтобы напитаться тьмой и гневом вновь. А потом мы спрячемся.

Хороший план, хоть и временный.

…Но, когда через несколько часов я попыталась переместить замок, не произошло ничего.

И еще раз ничего.

Совсем ничего.

Любые мои усилия словно на невидимую преграду натыкались.

Маги уже поглядывали на меня странно, потому что заниматься переносом нас всех в безопасное место я решила в холле. Обычно оно получалось легко, а то и вовсе происходило без моей помощи. Но именно сегодня что-то пошло не так.

– Не получается? – первым решил вмешаться Фейн.

– Странно, ведь мы не успели как-то вмешаться в проклятие, – заметила я, сцепляя дрожащие руки в замо́к.

Фейн немедленно оказался рядом и обнял меня за плечи.

Всеобщее внимание с меня переместилось к проклятийнику, пришлось и ему высказать свое мнение:

– Похоже, мы застряли тут, пока не разберемся с проблемой.

– Или пока не подохнем, – высказался кто-то менее оптимистичный.

Я рвано выдохнула и поняла, что дрожь контролировать уже не получается.

Что-то было не так.

– Не бойся, мы справимся. – Фейн погладил меня по трясущимся плечам, и сейчас я была как никогда рада его поддержке.

– Прости, что подвела вас всех, – прорвались чувства.

Объятия сделались крепче. Такими крепкими, что уже не получалось трястись.

– Брось, ты учишься, – возразил Фейн. – И ты великолепна для девушки, которая еще три месяца назад даже думать боялась о магии.

Еще один прерывистый вздох.

Я прижалась к магу, отпуская все обиды и сомнения.

– Никогда не забывай, какой путь ты прошла, – добавил он, обнимая меня уже обеими руками.

Фейн прав. Надо прекращать.

Но, видимо, начав жаловаться, уже невозможно остановиться, потому что я поделилась еще кое-чем:

– И мама давно не прилетала.

– Может, она закончила дело, которое было ее связью с миром живых? – Фейн опирался на то, что знал о призраках.

– Нет, она должна была обучить меня всяким семейным штучкам. Мы с этим точно не закончили. И она бы попрощалась, наверное.

Фейн хмыкнул мне в волосы и какое-то время молчал.

Я уж подумала, что мы просто обнимаемся посреди холла.

– Может, она перестала появляться после какого-то события? – вдруг спросил он. – Ты ничего такого не заметила?

– Нет.

Да и как можно заметить, если у нас каждый день что-нибудь да происходит?

Так и не найдя разумного объяснения происходящему, мы решили, что маги еще раз осмотрят территорию и попытаются все же найти останки бедной магини, а я пока буду прислушиваться к замку. Быть может, он даст ответ раньше, чем мы сами его найдем.

В это время ничто не мешало мне выполнять другую работу, так что я попросила у Грабона книги для Авелин, и он их сразу же выдал.

Магия замка до сих пор действует. Но мы почему-то не перемещаемся.

Как интересно…

Маленькая гостья пришла в восторг от подарка, и я осталась с ней почитать… но больше мы разглядывали картинки. Было забавно и уютно, почти как с сестрами в детстве. Я скучала по этому.

Отдых подтолкнул что-то внутри, и в голову пришла идея. Если маги ничего не найдут, я тоже осмотрю владения замка.

Возьму Жуть и осмотрю. Облик пса ведь дает ей и нюх пса, верно?

Хотелось на это надеяться.

Не получалось не надеяться.

– Гиацинта, – позвала меня Авелин, когда я уже попрощалась с ней и почти закрыла за собой дверь. – Посиди со мной еще, я расскажу тебе свой сон.

– С удовольствием бы, но у меня есть работа. – Я с сожалением покачала головой. – Хочешь, я попрошу Лин побыть с тобой?

– Не хочу.

Я даже остановилась от удивления.

– Почему? У вас имена похожи. И еще она веселая.

И вечно творит что-то эдакое, но, надеюсь, у нее хватит ответственности не толкать на шалости выздоравливающего ребенка.

– Она злая… и ты знаешь, что ей нравится твой жених?

– Что?

В замке Грабон будто разверзлась какая-то дополнительная реальность. Хотя скорее это Авелин что-то не так поняла и придумала себе страх.

– Фейн. Вот он хороший, – продолжил непосредственный ребенок. – А эта Лин трогала его за руку и говорила с ним противным голосом.

– Леди не пристало сплетничать, – вмешался приставленный к ней зельевар. – Вам пора принять лекарство.

– Но я не вру!

Он обещал прочесть ей самую длинную историю из книги, когда я закрывала дверь.

Странное ощущение не ушло… будто пол стал зыбким и каждый шаг таил опасность. Будто я не вижу чего-то важного, а оно прямо тут, рядом. Ох, надо успокоиться. Фейн не мой жених. Да и у Лин есть Седрик.

Глава 13

До наступления темноты еще оставался примерно час, когда я решилась воплотить свою задумку, взяла Жуть и якобы пошла с ней гулять. Нет, мы честно гуляли. Но, пользуясь случаем, я присматривалась и прислушивалась ко всему.

Что-то должно быть…

Хитрость достаточно простая, чтобы ее не замечали.

Ведь не зря говорят, если хочешь спрятать что-то, прячь на самом видном месте.

Давай, Амелиа!..

Я найду тебя.

У меня добрые намерения, надо только мне немного помочь.

– Замок так и не переместился. Это плохо. – Лин шла ко мне от крыльца. – Выгуливаешь собачку?

Поджарая Жуть с красными глазами скорее тянула на «собачищу».

– Вроде того.

– Или пытаешься тайком найти то, что не нашли маги? – Лин всегда была проницательной.

– Вроде того, – повторила я.

Было уже достаточно неприятно, когда я не смогла заставить замок переместиться. Не хочу, чтобы они видели еще одно мое поражение.

А Лин можно, мы выросли вместе. В каком только виде не представали друг перед другом.

Мне даже спокойнее, что она рядом.

Жуть зарычала, привлекая мое внимание, и направилась к воротам.

– Ты что-то нашла, милая?

Жаль, что ответить она не могла. Словами так точно. Пришлось идти следом.

– Она точно не милая, – проворчала Лин, не отставая от нас.

– Не вредничай.

– Гиацинта, ты могла зафиксировать ее в какой угодно форме. Хоть пушистой кошки, хоть карманного дракона с бантом на попе, – разошлась ведьма. – Почему надо было превращать ее в подобного монстра?

Живность обиженно рыкнула в ее сторону. Может, за монстра, а может, образ дракона с бантом оказался чересчур впечатляющим для нежной душевной организации нечисти. Ставлю на второе.

– Да как-то не до изысканий было. Все получилось само собой, – призналась я.

Тем временем Жуть дошла до ворот и требовательно гавкнула. Поскребла кованый плющ лапой. Вопросительно оглянулась на меня.

– Хочешь выйти?

Гав.

– Уверена, что… – напряглась Лин, но я не дала ей договорить.

Пройдя между ними с Жутью, я открыла ворота.

Собакоподобная нечисть тут же выбежала за них и уже оттуда призывно гавкнула на меня.

Следующий шаг казался естественным.

Шаг на свободу.

– Отлично, – как-то слишком довольно произнесла за спиной Лин.

Я повернулась лицом к замку… отшатнулась и едва не закричала. Зато стало понятно, зачем соседям понадобилась защита в много слоев. Очевиднее не бывает. Передо мной был образ из сна. Из сердца моих же кошмаров.

Дорожка, уткнувшаяся в ворота.

Замок за ними.

И скелеты, прицепленные к ограждению. На некоторых еще оставались ошметки плоти. Почти на всех сохранились остатки одежд разных эпох и разных миров.

На какое-то время я обмерла. Перестала связно мыслить, может, даже дышать.

Жуть улеглась у моих ног и тоненько заскулила.

Вот и проклятие. То, чего не видно изнутри, но что ощущалось близким и очевидным.

И как мне это поможет?

Первое, что сделала, опомнившись, – призвала на помощь немного своих сил, чтобы посмотреть на картину другим взглядом.

Глубже.

Через призму магии.

Она выявила, что скелеты на стенах и правда когда-то были смотрителями. Как я.

Или не совсем так же?

Возможно, они провинились?

Связь с замком я все еще ощущала, но как-то слабо. Как-то не так.

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем мое внимание вернулось к Лин и калитке. Ощущения были смешанные. С одной стороны, удалось разгадать тайну, с другой, как с ней быть, так и оставалось непонятным. Неважные достижения. Хотя бы теперь есть что рассказать магам…

С этой мыслью я попробовала толкнуть ворота, а они оказались заперты.

Лин улыбалась, и эта улыбка была тонкой и неприятной.

Кожу кольнуло ощущение магии.

Ее магии.

– Что ты делаешь? – все еще не веря в подвох, спросила я.

– Увольняю тебя.

– Что?!

В нее что, Амелиа вселилась? Одурманила ее как-то?

Поверить в страшную сказку было легче, чем в происходящее на самом деле.

– Прости, Гиацинта, – без капли сожалений бросила ведьма, – но из меня смотрительница выйдет лучше, чем из тебя.

– Лин!

– Счастливо оставаться.

Она плавно развела руки в стороны, призывая еще больше силы.

– Замок не перемещается. – Я немного стыдилась звучавшего в голосе злорадства. – Мы здесь застряли.

– Это у тебя он не перемещается, – передразнила меня сестра. – А у меня переместится.

Она запрокинула голову и задрожала, будто текущая по телу сила доставляла ей ни с чем не сравнимое удовольствие.

Мир дрогнул.

В последний момент я попыталась удержать замок, но… нет, замок остался на месте. Безжизненный и пустой. Совершенно заброшенный. Вся его истинная суть, все обитатели переместились, и я понятия не имела куда.

Связь смотрительницы с замком будто заморозили.

Ушло несколько мгновений, чтобы принять реальность.

Я перевела взгляд на преданно сидящую у моих ног Жуть.

– Кажется, нас с тобой только что выгнали из дома.

Она издала полное печали «Ву-ур-р…».

Запоздало голову посетили и другие понимания. Авелин говорила правду и все поняла верно, она пыталась меня предупредить. И… похоже, у моей сестры куда больше практики в магии, чем она мне когда-либо говорила.

Ох же мрак!

В моем характере было бы сейчас задыхаться от боли, но неожиданно для себя я злилась. На предательницу-сестру и почти так же сильно на себя. Угораздило же застрять в такой ситуации! Все дело в том, что для меня Грабон никогда не был средством получить личную выгоду. Я была благодарна замку за то, что осталась жива, за приют, знания и доброе отношение. И за людей, которых встретила под его крышей. Не только людей. И постоянно забывала, что другие смотрители видели свое положение иначе. Уж они бы предусмотрели, что кому-то извне их место может показаться сладким настолько, что его захочется прибрать к рукам.

Бессмыслица.

Маги не примут Лин на моем месте.

Фейн не допустит такого.

И замок ее тоже не примет.

Я это знала точно, без всяких сомнений, и это помогало успокоиться. Впрочем, идей, что можно предпринять прямо сейчас, по-прежнему не было.

Жуть поднялась на лапы, понюхала воздух и негромко фыркнула.

В попытке найти, что именно могло привлечь ее внимание, я осмотрелась. Довольно с меня сюрпризов!

С ветки вспорхнула голубка, вспыхнула белоснежным пламенем, а через миг рядом со мной уже стояла…

– Мама!

– Слава Небу, дорогая!

Мы порывисто обнялись.

– Я думала, ты исчезла навсегда…

– Я тоже. – Она нервным движением разгладила несуществующие помятости на полупрозрачном платье. – Блоки твоей сестры невероятно сильны. А у меня почти не осталось времени.

– Но как же научить меня всяким хитростям?..

В страхе ее потерять вновь, я вцепилась в ее руку – и в самом деле ощутила в своей хватке прохладные пальцы.

– О, Гиацинта. – Холодок ее прикосновения скользнул по щеке. – Ты прошла инициацию. Ты учишься. Ты нашла друзей и любовь. Со временем ты выработаешь свои маленькие хитрости, это придет. Осталось лишь одно, о чем я должна рассказать тебе.

Голова немного кружилась.

Любовь?

Я не готова еще прощаться.

И…

– О твоей сестре, – твердо вернула разговор в нужное русло мама.

– Лин?

– Именно о ней.

– Она украла у меня замок вместе с магами! – Я даже в детстве никогда не жаловалась на младших, а тут нашло что-то, и это было поистине упоительно. – И она ведьма! В худшем смысле.

– Да. – Мама понимающе поморщилась.

Пришло время перестать ее перебивать и обратиться в слух.

История, которая прозвучала, казалась тем более пугающей, что она была частью моей жизни. Ее героями были мои близкие. Прямо под моим носом. А я ничего не заметила. Умудрилась как-то.

Подосадую на себя потом.

– Свой дар я отлично контролировала и, не побоюсь похвастаться, всегда управлялась с ним виртуозно. – Узнаю маму. Ее слова вызывали улыбку. Примерно так я все и помнила. – В тот день выплеск произошел у Лин.

С губ слетел сдавленный возглас.

– Ее силы проявили себя впервые, а я была рядом.

– Мама!..

Не хочу дальше слушать.

Это ужасно.

– Я не могла отправить на костер собственную дочь и выдала себя, чтобы все думали, что это моя магия.

– И Лин позволила?

– Она не посмела меня ослушаться. Я приказала ей.

Мрак. Стало зябко и, даже обняв себя за плечи, не получалось согреться.

– Меня бы твой приказ не удержал, – буркнула я и принялась часто моргать, сдерживая слезы.

Какого… кхм… Лин не сказала нам?

Глупый вопрос.

– Твоя сестра – ведьма. Я всегда видела в ней что-то темное. – Показалось, что мама стала еще прозрачнее. – Но пообещай, что обойдешься с ней справедливо, а не жестоко. Конечно, твой замок надо вернуть.

– Книгу из твоего тайника забрала она, да? – На самом деле мне было все равно, я просто тянула время.

– Больше некому.

Обещать я ничего не торопилась. Лин – моя сестра, и я люблю ее. Но оставляя меня здесь, она знала, что в этом месте питается тьмой злобный призрак, и это ее не остановило. Не очень-то похоже на поступок сестры.

– Ты меня знаешь. – Наконец нашлись соответствующие случаю слова. – Я постараюсь поступить правильно.

Непременно.

Если не ради самой Лин, то ради Седрика.

Мама, которая теперь напоминала не то едва заметную тень, не то солнечный блик, всхлипнула и кивнула.

– Ты всегда была умницей. – Она протянула руку, но я уже не почувствовала прикосновения. – Я люблю тебя. Всех вас люблю.

– Я тебя тоже, – прошептала очень тихо.

По щекам непрерывным потоком бежали слезы.

Мракова Лин!

У нас могло быть куда больше времени.

Яркий свет вспыхнул лишь на миг.

Если бы все призраки соглашались покинуть мир живых добровольно…

Оскалиться и зарычать Жуть немного опоздала.

Тягучий голос с чуть высокомерными нотками прозвучал чуть раньше:

– Как это все мило. Я даже расчувствовалась. Правда.

В нескольких шагах от меня стояла Амелиа. Такая реалистичная, что почти как живая. Лишь черные узоры, расплывшиеся под фарфоровой кожей, раскрывали истинную ее суть.

Окружающее вдруг увиделось немного в ином свете.

Полнее. Объемнее.

Не Амелиа убила смотрителей и не проклятие. Разве только нескольких, которые особенно нарывались. А к стенам их пришпилила связь с замком, и с этим предстоит что-то сделать.

Я опустила ладонь на холку Жути, успокаивая ее.

– Вот ты и попалась, Гиацинта, – промурлыкала тьма.

– Не хочу тебя расстраивать, но я не займу свободное место за последним скелетом, – поражаясь собственному спокойствию, сказала я.

Взгляд, до краев наполненный мраком и смертью, выдержала.

– Последний еще не совсем скелет. – В сладкой улыбке Амелиа сверкнули заостренные ряды мелких зубов. Ее собственное проклятие влияло и на нее тоже. – Хочешь посмотреть?

Внутренне я содрогнулась, но сумела каким-то чудом не показать виду.

– Благодарю, но нет.

– Какая упрямая смотрительница…

Амелиа стояла напротив меня – измученная, обозленная, овеянная тьмой – но не нападала.

А вот и ее останки! Дух вселился прямо в них, вместе со всей силой проклятия, поэтому они так хорошо сохранились.

– Боишься? – Тьма подалась ближе, будто жаждала попробовать на вкус мой страх.

И страх, конечно, был. Вот только боялась я не Амелиа, а того, что там творит Лин.

Сообщать дочери основателя, что она не выдержала конкуренции с ведьмой, впрочем, не стоит.

– Ты не убьешь меня, – ровно произнесла я.

– Вот как? – Темные брови изящно скользнули вверх.

– Я не сделала замку ничего плохого и все это время старалась служить ему честно.

По тьме пошла рябь. Даже темно-синее платье мертвой магини затронула.

– Думаешь, я охотилась за тобой для того, чтобы убить?

Возможны варианты.

Тьма подступила еще чуть ближе.

В уме я уже почти подобрала слова, чтобы начать уговаривать ее на свет и покой, но тут что-то пошло не так… Для нас обеих.

Вспыхнула зелень.

Скелеты на стенах зашевелились.

Я испытала легкое головокружение, потом расплывшуюся перед глазами тьму расцветили искры магии… и я обнаружила себя перед замком, который опять выглядел знакомо, но немного иначе.

– Добро пожаловать, моя королева, – проскрежетал голос из сна.

Вместо Амелиа Грабон в нескольких шагах от меня стоял почти реальный мужчина. То есть тоже мертвый, разумеется. Притом мертвый давно и напитанный магией смерти по самую макушку. Его лицо состояло из одних блестящих костей, при этом серебристые волосы выглядели не хуже моих и спускались на плечи. От одежд веяло старой модой, но сидели они идеально, создавая иллюзию, будто под ними сильное, тренированное тело. Довершали образ высокие сапоги из качественной кожи и плащ, эффектно наброшенный на плечи.

Мечта большинства женщин. Жаль только, безнадежно мертв.

– Ты прекрасна, – благоговейно произнес пока еще незнакомец. – Я знал, что ты придешь. Это был вопрос времени.

Чудовище замка Грабон найдено. Не то чтобы я стремилась его найти.

Ставлю украденный замок на то, что он некромант.

И это он приковал к стенам кости.

Ох, сколько же уровней у местных чар?!

– А вот и третье проклятие, – медленно протянула я.

– Что?.. – Местный «король мертвых» ожидал услышать явно не это.

Подсчеты наконец сошлись.

Первым стали слова, которые сгоряча произнесла Амелиа. Соединившись с еще сырыми экспериментальными чарами, они дали замку то, чего всей душой жаждал Ленс Грабон, – отражение во многих мирах. Вторым проклятием стал призрак погибшей магини, запертый здесь навсегда. Одинокая, обозленная, жаждущая свободы и любви, она сначала своей жизнью, а потом и смертью питала первое проклятие. Ну и третье – вот… Осталось понять, что именно оно собой представляет.

– Ты не Ленс Грабон. – В этом я была уверена.

– Совсем нет. – Если бы у него оставалось нормальное человеческое лицо, он бы сейчас улыбнулся уголками губ.

– Тогда кто же ты?

Один из смотрителей? Других вариантов у меня не было.

– Килайс Зетран.

– Но… я не помню такого смотрителя.

Я растерянно моргнула и запоздало поняла, что произнесла это вслух.

– Потому что я не смог им стать, хотя убил предшественника, – в голосе опять слышалась улыбка.

Историю третьего проклятия почему-то не рассказывали записи.

Путь, по которому я шла, ощущался все более зыбким, но связь с замком толкала вперед. И я настолько срослась с ней, что уже не могла ослушаться.

– Ты некромант?

– А ты умна, моя королева. – Он помедлил, будто любуясь мной. – При жизни я был некромантом, теперь же мое состояние ближе к личу.

Познала магию я еще не настолько, чтобы понимать подобные тонкости, поэтому просто кивнула.

– Это ты приковал к стенам прежних смотрителей? Зачем тебе их страдания?

Жуткий скрежет лишь отдаленно напоминал смешок.

– Оглянись вокруг, – посоветовало мне чудовище. – Разве здесь кто-то прикован? Или кто-то страдает?

Я последовала совету, хоть и заранее подозревала какую-то игру с разумом, но… увидела больше, чем ожидала. На уровне реальности, где обитал лич, стены замка были защищены его силой – и силой многих смотрителей. Никто не был к ним прикован. А вот в темных окнах изредка попадалось движение и вспыхивали огоньки глаз.

– Они продолжают служить замку, – догадалась я. – И оберегать его.

– Ты восхитительна, – произнес хозяин этой реальности и подал мне руку.

Прежде чем принять ее, я задала еще один вопрос:

– Скажи, а много королев смогли прийти к тебе за эти годы?

Кажется, он растерялся. И дал именно тот ответ, который я ожидала услышать.

– Ты первая.

С трудом сдерживая улыбку, я вложила свою ладонь в его.

Соединение наших рук отозвалось болью, которую мертвый, казалось бы, не мог ощутить. Но он ощутил, еще и как. Чудом не задымился.

– Ты… – прохрипел нежить.

– Жива, как видишь.

В знак крайнего изумления он издал сиплый звук, и я, сжалившись, убрала руку.

– Ты взял не ту, – объяснила ему любезно.

– Но… как такое возможно?

Приятно оказалось быть той единственной, кто все понимает. Упоительно приятно.

– Грабон многократно проклят. – Я неопределенно повела плечом. – Что и говорить, ваши времена были трудными. Я все объясню. Но давай для начала ты расскажешь мне свою часть истории, потому что о тебе не было ни единого упоминания в книгах смотрителей. Не хотелось бы ошибиться.

Уверенность была почти полной, но я не привыкла доверять себе так сразу.

– Их не успели внести, – признал про́клятый. – Я не успел.

– Потому что умер?

– Не продержался и дня на посту. Замок, знаешь ли, не любит, когда убивают его смотрителей.

Прекрасно знаю. Он вообще очень милый для тройного проклятия.

И я уже немного скучаю.

– Полагаю, это не начало истории? – Я потянула за ниточку правды чуть сильнее, вытаскивая скрытое на свет. – Откуда ты здесь взялся?

Неживой на миг застыл, точно ледяная статуя, а потом его охватила дрожь.

– Я… – почти человеческим голосом заговорил он, – пришел за невестой. Ее отец построил этот замок и работал над чарами, которые бы дали возможность перемещаться в мирах.

– Ленс Грабон правил герцогством, а Амелиа была не только дочерью, но и подданной, – дополнила я. – Ему не составило труда заполучить ее к себе на практику.

– Он запер ее в замке, – вспомнил все жених погибшей магини. – А через несколько месяцев я потерял с ней связь.

– Явился сюда и узнал, что она мертва.

– Герцог к тому времени тоже был мертв, иначе я бы сам его убил. У замка был смотритель, какой-то его родственник. Тот еще тип. Дальше ты знаешь.

Три проклятия соединились в одно. Темная магия по определению не может быть романтичной, но эта была именно такой. Призрак Амелиа искал любовь. А ее мертвый жених ждал свою королеву. Осталось им только соединиться, и страшная сказка получит подобие счастливого конца.

– Тебе нужна не я, а Амелиа.

– Да…

Лицо чудовища стало почти человеческим.

Кажется, я на верном пути.

– Она где-то рядом. Ее призрак.

Глаза нежити зажглись зеленью некромантской силы.

Некоторое время ничего не происходило. Его как раз хватило мне, чтобы вновь отметить, что при жизни Килайс был очень привлекателен. Жаль, что влюбленным не позволили быть вместе.

Ощущение притяжения.

Дыры в реальностях.

Порыв ветра.

И прямо перед королем костей возникла Амелиа.

Почти реальная. Скорее растерянная, чем злая. У меня не было достаточно времени, чтобы это оценить, но, кажется, она понимала, что происходит. Точно понимала. Потому что как-то посветлела лицом и бросилась в объятия жениха.

– Килайс!..

– Амелиа…

– Я нашла тебя!

Как же, нашла. Перед этим чуть не перепутала с Фейном.

Злиться на тех, кто давно мертв, не хотелось. Да и какой смысл? Куда приятнее наблюдать, как завершается история, которая тянулась столетия, и завершается счастливо.

Когда же две неживые сущности принялись самозабвенно целоваться, я решила, что видела в жизни все. И кое-что в смерти.

Но хватит, пожалуй.

– У вас целая вечность впереди. Можно мы сначала решим проблему, а потом… не хочу даже знать!

Они отпрянули друг от друга и с совершенно одинаковым раздражением посмотрели на меня.

– Нельзя ли как-то вернуть меня в замок? – получив их внимание, спросила с надеждой. – Там… проблемы.

– Можно, – подтвердил Килайс.

Впрочем, его невеста не позволила мне обрадоваться:

– Но сначала надо решить кое-что с проклятием.

– Разве оно не снято? – Знаю, наивно верить в настолько счастливый финал, но…

Нежить синхронно покачала головами.

– Соединилось в одно, – поделился новостями счастливый жених. – В нем осталась только часть с перемещениями.

– И что с этим не так? – Очевидно, из присутствующих я хуже всех разбиралась в проклятиях. – Замку же нужно перемещаться.

– Я не обрету покой, пока оно замыкается на мне, – объяснила Амелиа.

Ох. Точно. Ее незаконченным делом был жених, но и от проклятия никуда не денешься.

– Надо перенести его на тебя, – прямолинейно сказал Килайс. – В этом случае ты сможешь вернуться в Грабон, а мы вернем свободу.

Для настоящего момента звучало неплохо, но вид счастливой в посмертии парочки заставлял подумать и о будущем тоже.

– А что случится со мной… потом? – Я не смогла произнести «после смерти».

– Не бойся, мы привяжем проклятие не лично к тебе, а к должности смотрителя. – Когда-то Килайс был весьма неплох в темной магии. – Кто смотритель, тот и отвечает за перемещения. Согласна?

– С тобой не случится ничего плохого, – заверила Амелиа и сцепила чуть дрожащие руки на груди.

Жизнь в замке Грабон научила меня доверяться чужим людям, и это почти всегда заканчивалось хорошо. Проблема возникла только с сестрой.

Решение было принято.

Я кивнула.

– У нас есть сделка.

Мне посоветовали держать в голове добровольность происходящего, а дальше… было лишь дуновение силы. Калейдоскопом мечтаний перед закрытыми глазами пронеслись видения из возможного будущего.

Вот и все, я стала проклятием замка Грабон.

Одним из его чудовищ.

И это было пугающе правильно.

– Ты знаешь, что делать дальше, – сказал мне Килайс, когда все закончилось.

Ответом ему был кивок. Теперь я знала все.

– Розы мне оставлял ты, правда? – Оставалось выяснить еще кое-что, не слишком важное, но не хотелось бы в будущем сюрпризов.

– Мне, – ревниво поправила Амелиа.

И ее жених подтвердил движением головы.

Простившись с ними навсегда, я пошла к замку. С новыми возможностями мне не составит труда войти куда нужно.

Держись, Лин!

Как поступить с сестрой, я пока не придумала, но ее ждут большие неприятности.

На полпути вспомнила про Жуть, но она как-то вдруг оказалась рядом. Радостно гавкнула, а потом чуть не повалила меня, сунувшись прямо под ноги. Видимо, чтобы не вздумала еще раз о ней забыть.

Я погладила ее по холке и, не удержавшись, оглянулась на не совсем мертвую парочку.

Они прильнули друг к другу, о чем-то шептались и выглядели так, будто не было долгой разлуки.

На губы так и просилась восторженная улыбка.

Чудовищу не нужна принцесса. Ему нужно такое же чудовище. И все сложится.

Вот бы разобраться в своих собственных отношениях было так же легко, как и в чужих!

Я придержала дверь, чтобы Жуть тоже успела войти в замок.

Силу места ощутила всем своим существом. Никакого переноса, мы сразу же попали куда нужно.

Глава 14

Грабон был непривычно тих. И… я чувствовала, что он зол.

Что ж, справедливо.

Сейчас мы с этим разберемся.

Честно, разберемся! Я обещаю!

Словно в ответ на безмолвное обещание где-то в коридорах послышались шаги и голоса.

Они разлетались в разных направлениях.

Я прислонилась к стене и дала себе несколько мгновений на то, чтобы унять бешеное сердцебиение. Получилось же. Все хорошо. Я дома. И моя отбившаяся от рук сестра вроде бы ничего непоправимого здесь не наделала. Пока вообще не удавалось понять, что она успела сделать и где находится сейчас. Я чувствовала каждого из магов, но ее – нет. Почти нет.

Некоторые догадки, впрочем, закрадывались в голову.

И еще во весь рост встала неожиданная проблема: Грабон не сможет жить в родном измерении. Оно принадлежит его отражению и Амелиа с Килайсом. Они заслуживают, чтобы их оставили в покое. Нам же придется искать свободное место. Но это потом…

– Перемещайся, – шепнула я замку. – Ты знаешь, что делать.

Пол под ногами отозвался гулом.

Есть. Отлично.

Я готова была продолжить, но тут из-за поворота показался Фейн.

– Гиацинта!..

И я не успела опомниться, как оказалась в крепких объятиях.

Его губы на моих.

Смущающее удовольствие.

Незагаданное желание о ясности в отношениях как-то вдруг взяло и исполнилось.

– Я в порядке, – предваряя вопросы, сообщила, как только мы оторвались друг от друга. – Потом расскажу.

– Главное, не пугай нас больше так. – Фейн переплел свои пальцы с моими.

Нет, кое-что хочется сказать ему прямо сейчас, невозможно утерпеть!

– Амелиа Грабон не была в тебя влюблена, она искала жениха. Наверное, сила твоего дара чем-то ей его напоминала.

Характер тоже.

Утонченное благородство, которое видно не сразу.

– Я уязвлен, – почти натурально изобразил печаль маг. – Но хотя бы ты теперь не ревнуешь.

– Ничего я не…

Закончить помешали маги, небольшой толпой вывалившие в коридор.

– Гиацинта!

– Он ее нашел.

– А кто-то сомневался?

Не удивлюсь, если нас давным-давно заочно обручили.

– Полагаю, Амелиа нашла того, кого искала на самом деле? – Фейн намеренно задал вопрос так, чтобы остальным тоже было все понятно.

– Они вместе обрели покой.

Позднее и в спокойной обстановке я расскажу всю историю, но пока достаточно, чтобы объяснить главное.

Фейн всегда умел управляться с внутренними делами замка и людьми лучше меня, но сейчас это больше не задевало.

– Где Лин? – В настоящем это было важнее всего. – Что вы с ней сделали?

– Не мы, – уклончиво ответил Уалгар.

Чтобы Фейн мог внести ясность:

– Замок.

Справедливо.

Чего-то подобного я и ожидала.

– Верни ее, – требовательно произнесла в пространство. – Я разберусь.

Ничего.

– Обещала же.

Гул отозвался в стенах и в костях.

Маги заозирались и отступили от нас с Фейном на несколько шагов. Тоже что-то уловили.

Вспышка разорвала пространство, и в центр собравшейся компании выпала Лин. Каким-то чудом удержала равновесие, что позволило ей сохранить высокомерное выражение на лице. Рядом со своей ведьмой возник Седрик, сразу же отступил на шаг, скрестил руки на груди… и с отсутствующим видом уставился куда-то в стену. Каменная кладка, очевидно, содержала что-то интересное.

Лин обвела взглядом всех, прежде чем он остановился на мне.

– Что ты здесь… И твоя связь с замком стала сильнее…

Она запнулась и закусила губу.

Сбивчивым речам аккомпанировало насмешливое хмыканье магов.

– Угнать можно оставленный без присмотра экипаж, но не проклятый замок, – заметила я, старательно подавляя улыбку.

– Я думала… ты испугаешься и со страху снимешь проклятие. Потом бы мы за тобой вернулись, конечно.

Предательница сочиняла на ходу, вот только ей здесь больше никто не верил.

– Ай!

От летящего в нее камня Лин отпрыгнула.

Что примечательно, стены остались целы.

Мне потребовался весь доступный контроль над замком, чтобы он перестал на нее нападать.

– Лучше не ври.

– Иначе что, булыжниками меня закидаешь?

Мы полыхнули друг на друга взглядами.

– Можем поддержать ради справедливого возмездия, – вызвался Ларк.

– Мама мне все рассказала, – выложила козырь я.

Хоть что-то еще могло заставить эту ведьму покраснеть.

– То была случайность, ясно?

– Ты могла мне сказать.

Молчание вокруг стало чуть более заинтересованным. Эту часть истории я тоже планировала рассказать обитателям замка потом. Надеюсь, им достанет терпения.

– Откуда мне было знать, как ты отреагируешь? – вскинулась сестра.

– Лин!

– Что – Лин? – Ее голос сочился обидой. – Мама всегда любила тебя больше! Позволяла видеть ее тайны.

– Я была старше и могла больше понять, вот и все. – Вины за собой я не знала, но щеки все равно начало предательски щипать.

– И ты тоже не была откровенна. – Лин издала горький смешок. – Ни словом не обмолвилась, что тебя опекает ее призрак.

– Потому что хотела, чтобы ты сама увидела. – Это правда, но за нее все равно было немного совестно. – Но ты поставила блоки, чтобы мама не могла попасть в замок.

– Потому что думала, что она хочет видеть только тебя! – выкрикнула Лин.

– Это было не так. Но теперь ты уже никогда не сможешь убедиться.

Сестра посмотрела на меня почти с ненавистью.

Отвратительную сцену пора было заканчивать.

– Как ты смогла создать такой сильный контур? – Да без разницы, но мне требовалось несколько мгновений, чтобы набраться решимости для одного поступка.

– У меня сильный фамильяр. – Лин потянулась к Седрику, скользнула ладонью от его плеча к локтю… но ее же собственный фамильяр от нее едва ли не отпрыгнул. – И я сама сильна.

Скромна лучше бы, но это точно не про мою сестру.

– Вижу, ты не раскаиваешься, – тише выговорила я.

– Я талантливее тебя и, раз уж тут позволена магия, больше достойна быть смотрительницей, – вскинула голову Лин и гордо посмотрела мне в лицо. – Но проклятая развалина почему-то хочет тебя. Ну и ладно.

– Тебе придется отвечать за свои действия, – впервые вмешался в разговор Фейн.

Остальные ограничились пронзающими взглядами, под которыми даже бессовестной ведьме сделалось неуютно.

– И что вы мне сделаете? – нервно вопросила она. – Учтите: будет плохо мне, Седрику придется в несколько раз хуже…

– Я потерплю, – неожиданно подал голос фамильяр.

Гул прошел по стенам, отозвавшись в костях.

Несправедливо, что его могла чувствовать одна я.

– С удовольствием посмотрю на это, – прошипела Лин, полыхнув на фамильяра огнями в глазах. – Как твои же друзья будут пытать тебя.

Маги потупились и, кажется, растеряли большую часть решимости.

Седрик едва заметно вздрогнул, но сумел сохранить отрешенный вид.

– Наказание для тебя не предполагает боли, – объявила я волю замка. – Но ты покидаешь Грабон и больше никогда не найдешь дорогу сюда. Прощай, Лин, больше мы тебе не рады.

– Что?.. – Она недоверчиво моргнула.

Редкий случай, но перемещение прошло так мягко, что мы почти не почувствовали ничего.

– Ты должна уйти. – Фейн встал рядом со мной и крепко сжал руку.

Я кивнула, цепляясь за его ладонь изо всех сил.

– С ума сошли?! – взвизгнула Лин. – Куда я пойду? Я же даже не знаю, что это за мир… Вдруг он опасный?

– Уверена, ты справишься. – К собственному удивлению, я не чувствовала за нее страха. Замок делает как лучше, не раз уже в этом убеждалась. – Вряд ли этот мир опаснее тебя.

Ведьма обвела собравшихся взглядом, но ни в ком не нашла поддержки.

Наконец приняла неизбежность.

– Отлично, – рыкнула она. – Седрик, идем!

Однако фамильяр так и остался стоять на месте.

Лин лишь через несколько шагов обнаружила, что он не последовал за ней.

– Седрик?

– Я остаюсь.

Я обнаружила, что сжимаю ладонь Фейна так крепко, что мне самой больно.

– Совсем дурак? – От голоса Лин зазвенело в ушах. – Ты понимаешь, что разрыв связи со мной сделает тебя котом навсегда?

– Лучше быть котом, чем с такой дрянью, как ты.

В глазах моей сестры вспыхнули недобрые огни.

Увидеть, как она разрывает их связь, я не могла, все же у нас разные способности… или попросту не успела, Лин правда намного сильнее и искуснее… но напряжение где-то рядом возникло, а потом исчезло. И Седрик упал на лапы.

Торжествующе улыбаясь, Лин зашагала прочь из замка.

У меня же мир помутился от слез.

Фейн повернул меня к себе и сжал в объятиях, позволяя уткнуться в него мокрым лицом.

И, кажется, еще кто-то обнял. А кто-то потрепал по спине.

Будучи почти одним целым с замком, мне не нужно было видеть, как Лин вышла за ворота. Я точно знала, когда именно это произошло.

* * *

Когда я более-менее пришла в себя, выяснилось, что в замке образовалась новая проблема: Седрик нас всех избегал. Его видели под кроватью Авелин, потом в золе потухшего камина и в кладовке, где он что-то погрыз, за что отхватил от Дарьяны полотенцем. Но на контакт фамильяр не шел. И уж точно ни с кем не заговаривал.

Я чувствовала себя ужасно виноватой.

Мы же сестры, как можно было ничего не замечать? Даже Авелин заметила и пыталась мне сказать. Как я умудрилась проглядеть, что вместе с магией в Лин проснулись и самые худшие ее черты?

– Седрик сам выбрал эту ведьму. – Фейн опустил ладони мне на плечи, согревая и поддерживая. – Ты не можешь за это отвечать.

Фамильяр был в отчаянии и погнался за призрачной возможностью.

Будь у них с Лин действительно крепкая связь, он пошел бы за своей ведьмой куда угодно.

– Если бы не я, она бы не появилась в замке. – Перестать корить себя так сразу не получилось.

– Ты так уверена? – провокационно переспросил Фейн.

Нет. Грабон – особенное место, как и задумал его создатель. И раз уж Лин нашла путь сюда, зачем-то так было нужно.

Меня начало отпускать.

Не везет Седрику с ведьмами. Катастрофически.

Я сидела перед туалетным столиком, Фейн стоял у меня за спиной, и наши отражения в зеркале смотрелись удивительно гармонично. Не говоря о том, что пространство покоев так и осталось общим, только теперь здесь стало больше моих вещей. И дверь в гардеробную, да.

Замок на что-то красноречиво намекал, и… вернемся к личному, как только будет покончено с более важными делами.

Правда вернемся. В этот раз точно.

– Расскажешь, как справилась с призраком? – Фейна сейчас тоже больше интересовали недавние события.

– Да, но это касается всех. – Я пошевелила плечами, освобождаясь из его рук. – Собери магов, им тоже стоит услышать подробности.

Кивком признав мою правоту, он ушел за остальными.

Немного свободного времени до того, как все будут готовы, я решила использовать практично и отправилась к Седрику. Хотелось поговорить с ним с глазу на глаз, извиниться, к тому же я чувствовала отношение к нему замка, и это могло помочь. Но Седрика в комнате предсказуемо не оказалось. Я даже под кроватью искала и на дне шкафа.

Что же, я и не рассчитывала на многое.

Не так сразу.

Вещи Лин тоже пропали. Не то она сама нашла какой-то способ их забрать, не то замок вышвырнул ее добро следом за ней.

Почему-то за сестру я не переживала. Чувствовала, она не пропадет.

А если научится чему-нибудь доброму, то ей только на пользу.

Сдаваться легко не хотелось, и я обследовала и ее каморку тоже. И вот там ждало любопытное открытие. На полу валялась сережка. Одна – видимо, Лин ее потеряла. Множество мелких лиловых и черных бусин и мамин знак на замочке. Очень похоже на вещицу из опустошенного тайника. Другие мамины творения забрали не только у нас, но даже у покупателей. Заготовки тоже забрали.

Вот и подтверждение, что первой обнаружила тайник именно Лин.

Поэтому замок не переместил ко мне книгу: Лин имела на нее такие же права, к тому же нашла первая.

Ладно, книга с мамиными записями ей пригодится. А у меня своя есть.

Именно сейчас получилось окончательно принять, что у меня теперь другая жизнь.

С тем и спускалась к магам.

Разговор затянулся надолго. Я подробно рассказала о своих приключениях, о призраках, не забыла упомянуть и сны. В процессе маги щедро сыпали вопросами, так что к концу не осталось белых пятен.

– Значит, Амелиа никогда не охотилась за Фейном? – еще раз уточнил проклятийник. – Ей всегда нужен был ее жених?

– Именно, – покивала я.

– Тебе предпочли ходячего мертвеца. – Ларк ткнул Фейна в бок.

– Не представляешь, как я этому рад, – сообщил тот и до неприличия довольно улыбнулся.

Одной проблемой меньше.

Или одной больше, смотря с какой стороны подойти к делу.

– Не совсем мертвая парочка обосновалась в замке в его родном измерении, так что нам туда дороги нет, – осторожно подобралась к чему-то действительно важному я.

Собственно, ради этого и собрала всех.

– Постоянного места у замка, как понимаю, тоже нет? – Фейн делал выводы быстрее всех.

– Вот именно, – подтвердила я.

Застыла тишина. Магам требовалось несколько мгновений, чтобы переварить услышанное и просчитать последствия.

Именно этот момент замок выбрал для нового перемещения.

Судя по тому, что нас чуть на камни не раскидало, оно было незапланированным.

И… меня тянуло к воротам.

– Как вовремя, – проворчал Фейн.

– И не говори, – вяло согласилась я.

Разбираться с очередным страждущим сейчас хотелось меньше всего.

Впрочем, не то чтобы у кого-то тут был выбор.

Уалгар встал вместе с нами.

Еще до того, как выйти на крыльцо, я узнала мир. Отсюда наша малышка Авелин. Раздражение немного утихло. Несложно догадаться, кто там пожаловал. И почти без шансов ошибиться.

У ворот стояла богато одетая дама в сопровождении нескольких охранников. Такую же форму я видела на людях ее мужа.

– Добро пожаловать в Грабон, лэра Янти, – поприветствовала гостью я.

В памяти остался титул, произнесенный ее мужем. Его и использовала.

– Моя дочь жива? – вместо приветствия выпалила гостья. И лишь дождавшись кивка, продолжила: – Цела? Как она?

– И почти здорова. – Впервые за день мне захотелось искренне улыбнуться.

Женщина всхлипнула и рухнула на меня с объятиями.

Правда, быстро опомнилась и попыталась облечь благодарность в слова:

– Спасибо, что заботились о моей девочке.

– Авелин чудесная и совсем не доставляла хлопот.

В таком духе мы переговаривались, пока шли в комнату юной пациентки замка Грабон.

И я далеко не сразу заметила, что прибывшие с ее матерью мужчины в форме затаскивают в ворота ящики со всяким добром. Замок деликатно подсказал, что что-то они привезли для Авелин, но большая часть – дары обитателям замка.

Жаль, что никто не мог преподнести нам то немногое, в чем мы действительно нуждались.

– Мама! – Авелин просияла.

Дальше были объятия и подробный рассказ Сильваны и зельевара о состоянии их пациентки. По нему выходило, что через полтора месяца девочка уже сможет вернуться домой.

Гостей потребовалось разместить.

За всеми делами я не заметила, как нас одарили, и вернуть подарки уже не получилось.

Вот что я стану делать с многочисленными отрезами тканей? А с золотыми птичьими клетками?

– Грабон разберется, – попытался подбодрить Фейн, который не отходил от меня ни на шаг.

Наверное.

Но все равно почва немного ускользала из-под ног.

Оставив мать и дочь наслаждаться общением после долгой разлуки, мы поднялись к себе. И едва за нами закрылась дверь, Фейн поймал меня в капкан своих рук у стены и пронзительно всмотрелся в лицо.

– Гиацинта, почему мне кажется, словно ты чего-то недоговариваешь?

– Ты не должен меня так хорошо знать, мы ведь даже не… – Я запнулась, запутавшись в вариантах продолжения.

Их внезапно оказалось несколько.

И все о нас.

Страшно от того, сколько всего мне с ним хочется.

– Что? – почти шепотом спросил Фейн, приблизив лицо к моему.

– Ничего.

Кожу щекотало дыхание, распространяя приятное тепло и мурашки.

Колени слабели.

Как и моя оборона.

Повезло, что сейчас не существовало необходимости что-то скрывать. Я просто не успела кое о чем рассказать.

– Все будет, – горячим шепотом заверил маг.

А?..

Поцелуй вышел коротким и еще более горячим.

– Так что там? – не сдавался Фейн.

– Поскольку проклятие завязано только на мне, пока замок не найдет себе место, я могу испытывать определенные трудности. – Скрывать и не собиралась, поэтому легко призналась в главном. – С силой. Вернее, с концентрацией силы и тьмы.

Фейн редко ругался, но виртуозно.

Впрочем, я не смутилась. Времена недопониманий и попыток предстать друг перед другом в лучшем свете прошли. Сейчас мне просто нравилось, что он беспокоится. Очень нравилось.

– Все наладится, – заверила тихо.

– Конечно, наладится, – согласился маг и посмотрел на меня еще пронзительнее. – В ближайшие сутки мы попробуем стабилизировать замок. Не важно где. Я отказываюсь рисковать тобой.

И потянулся ко мне с новым поцелуем, куда более долгим и глубоким, чем предыдущий.

Тело окончательно ослабло, прижалось к мужчине. Пальцы интуитивно вцепились в его плечи. Казалось, воздух вокруг вспыхивал крошечными искорками.

Голос Фейна я услышала будто издалека:

– Готова рискнуть со мной?

– Да, – выдохнула ему в губы.

И первая возобновила поцелуй.

Мир вокруг дрожал.

Мгновения тонули в обжигающе смелых ласках.

Кажется, я слышала треск ткани. Чувствовала, как меня подхватывают сильные руки, – и потом холодок простыней. Мы дышали друг другом, позволяли себе самые смелые прикосновения и исступленные ласки, шептали признания и стремились ощутить немыслимую близость. Чтобы совсем скоро распасться эмоциями на множество искр…

* * *

Я не уснула. Вроде бы. Парила на волнах блаженства, слушала дыхание Фейна, наслаждалась его объятиями. И вдруг обнаружила, что за окном темно. При этом ощущения говорили, что сейчас должен быть день.

Мм-м?

Странно.

Замок впервые перенесся туда, где время текло по-другому.

Для нас.

Понимание, что Грабон одобряет, одновременно смущало и приводило в восторг.

Жизнь почти наладилась, осталось довести до ума отдельные моменты. Но это больше для других, чем для меня. Своей участью я более чем довольна.

Фейн прерывисто вздохнул и прижал меня к себе теснее.

– Я люблю тебя.

Ой. Он тоже не спал.

– Я люблю тебя, – повторила его фразу, глупо улыбаясь. Ну и раз уж мы начали, следует прояснить все. – Мы ведь не должны скрывать наши отношения?

Поворачиваться к нему не стала, просто боялась на него смотреть. Сердце испуганно замерло.

– Нет, мы это уже проходили, и мне до сих пор стыдно. – Если верить звукам, он там усмехнулся. – Ты моя, и я хочу, чтобы об этом знали все миры. Пусть все идет, как идет. Хотя… если хочешь, можешь попросить замок перенести к нам какого-нибудь жреца.

Напряжение ушло.

Я нервно хихикнула и прижалась затылком к теплому плечу.

– Пожалуй, не стоит так спешить.

– Как скажешь.

Однажды это станет проблемой, которую придется решить, но не прямо сейчас. В том смысле, что я, как смотрительница, наделена властью и магией проводить брачные церемонии для обитателей замка. Для других, из какого бы мира они ни пришли. Но я не могу провести церемонию для себя. Тут придется прибегнуть к услугам кого-то еще. Когда-нибудь в будущем.

Лин надо было появиться в замке, просто чтобы я набралась смелости шагнуть в новую жизнь и позволила себе чуточку больше.

Прикосновения под одеялом стали откровеннее.

Так соблазнительно было ответить на них, но…

Открылась дверь.

В наше с Фейном пространство – сегодня особенно личное – просочилась Жуть.

– Фу! – рявкнул Фейн. – Нельзя. Воспитанная нечисть так себя не ведет.

Я повернулась так, чтобы видеть строгое лицо, и с живым интересом спросила:

– Ты когда-нибудь видел воспитанную нечисть?

– Нет, – честно признался мой маг. – Но не теряю надежды воспитать.

Когти процокали по полу.

Достигли мягкого ковра.

– Удачи тебе. – Настроение держалось веселое, так что я опять хихикнула и игриво поцеловала его в нос.

Меня хмурым выражением лица не обманешь!

– Р-р! – не одобрила происходящее Жуть.

А потом выплюнула на сваленное на пол покрывало изрядно обслюнявленного кота, которого притащила в зубах.

Фейн выругался и постарался прикрыть меня одеялом.

Я с трудом узнала Седрика, который сейчас больше напоминал мокрую и несчастную крысу, чем огромной силы фамильяра.

Жуть бодро гавкнула и уселась рядом с покрывалом. Сторожить.

Кошак, судя по полному ненависти взгляду, нас всех безмолвно проклял. Надеюсь, хотя бы без применения магии.

– Как не вовремя, – вернулся к приличным словам Фейн.

– Проклятие к проклятию не пристает, – позволила себе робко понадеяться я.

– Что? – зацепился за мою реплику маг.

– Жуть, конечно, умница, что отловила его и принесла, – лично я предпочитала похвалу как инструмент воспитания, – но теперь его надо отмыть. Поможешь?

Нечисть злобно рявкнула и оскалилась, не позволяя фамильяру удрать.

Глава 15

Выполнять обязанности смотрительницы, когда на тебе нет ни лоскутка, непросто. Совершенно невозможно, я бы сказала. И первым пунктом в плане поставила «одеться». Чтобы воплотить его в реальность, потребовалась определенная гибкость, одеяло в качестве прикрытия и помощь Фейна.

Ладно, в конце концов я все равно сбежала в гардеробную и там влезла в старомодную сорочку и закуталась в предельно скромный халат.

– Благодарю, – шепнула замку, который идеально уловил мое настроение.

Могло ли быть иначе?

Фейна оказалось смутить сложнее, и к моему возвращению в спальню он уже натянул штаны.

Невоспитанной нечисти за что-то опять влетело, но она усердно притворялась бестолковым созданием и не реагировала.

Пользуясь тем, что всем ненадолго стало не до него, вредный кошак скрылся под кроватью.

Разозлилась бы, но я отлично понимала, почему он так себя ведет.

– Кис-кис-кис, – ехидно позвал его Фейн.

Я мысленно застонала. И все же не теряла надежды до него достучаться.

– Седрик, я знаю, что ты все понимаешь.

– Мяу! – проорали из укрытия.

Взгляд, который бросил на меня Фейн, говорил: «Да он над нами издевается!» Даже Жуть смотрела с каким-то таким выражением.

– Вылезай, – продолжила уговаривать я. – Или тебе придется вылизываться.

Негодование незримыми иголочками впилось в кожу.

Но, кажется, удалось подобрать единственный действенный аргумент.

Что, впрочем, не значило, что кошачья натура фамильяра угомонится и не станет вредничать.

– Мать твою пушистую вместе с магией! – прорычал Фейн, стряхивая с босой ноги кота.

Тот приземлился на лапы, втянул когти и живо притворился, будто ни к чему происходящему рядом отношения не имеет.

– Седрик! – воскликнула я осуждающе.

Фамильяр улегся на пол и принялся изображать несчастную крысу.

– Осторожно, – предупредил Фейн, заметив, что я наклоняюсь за котом.

Нога мага украсилась отметинами от когтей, но серьезного урона Седрик ему не нанес.

– Несколько царапин я переживу, – заверила преувеличенно оптимистично, хотя подставляться под когти совсем не хотелось. – Седрик, можешь хоть разодрать нас всех в клочья. Мы все равно твои друзья и хотим помочь.

Подхватила кота, который сейчас, казалось, вообще ничего не весил.

Фейн мрачно хмыкнул и пошел за нами в ванную.

Приоткрыв один глаз, Седрик ненавидяще посмотрел на меня, но нападения не случилось.

И пока отмывала кота, мне каким-то образом удавалось уворачиваться от когтистых лап. Хотя от шипения и рычания стыла кровь. Вот когда вспомнилось, что это не простой котик. Совсем не простой. Видимо, он всерьез и не хотел меня ранить.

– Слушай, хватит придуриваться, – не выдержал Фейн, который все время помывки нависал над нами грозовой тучей. – Мы не виноваты, что у тебя не ладится с ведьмами.

Ноль реакции. Не считать же за нее полный презрения взгляд в пространство, ни на кого определенного не обращенный.

– Мне жаль, что ты застрял в кошачьей форме, – продолжал Фейн, все еще надеясь достучаться до фамильяра. – Мы постараемся решить твою проблему, при условии, что это возможно. Но после того, как решим проблему замка.

– Фс-с!

– И начинай уже говорить нормально! Я же знаю, ты это можешь.

Кошак встрепенулся, выразительно огляделся и издевательски протянул:

– Мя-а-ау…

Фейн махнул на него рукой и вышел из ванной.

К этому моменту стало понятно, что фамильяр не причинит мне зла. Даже Фейну стало понятно. Я-то с самого начала не сомневалась, замок подобного не потерпит.

Сама я с уговорами к Седрику не лезла. Просто мыла – и все. Еще проверила отметины от зубов Жути, но или их и не было, или уже зажили. Все же оба создания магические, с ними всякое возможно.

Замок же Седрику благоволил. Об этом говорили и приятно теплые полотенца, появившиеся в нужный момент, и то, что в спальне стало немного теплее. К слову, там нас ждали многочисленные тарелочки с водой, молоком, творогом и несколькими видами мяса, как сырого, так и приготовленного разными способами.

Обсохнув и попробовав немного того, немного этого, наш страдалец подобрел. Проигнорировав появившуюся специально для него лежанку, он устроился прямо на туалетном столике, «случайно» снес пару баночек, которые лишь благодаря бдительности замка не пострадали, и вполне по-настоящему уснул.

Я аж выдохнула.

И какое-то время стояла над ним, дожидаясь, когда руки перестанут трястись.

– Как думаешь, есть шанс добыть нормальную ведьму? – Фейн неслышно оказался рядом.

– У них с Лин была не такая уж сильная связь, но даже ее разрыв для фамильяра просто так не проходит, – тихо произнесла я, радуясь, что имею возможность видеть то, что видит замок. – Сейчас ему поможет только время.

Подождать и даже потерпеть вредный характер фамильяра я не возражала. Пугало то, что он будто не контролировал пробивающиеся кошачьи повадки. Вот это вот шипение, чуть что – выпустить когти, или, наоборот, потереться о руку, сунуться, куда нельзя…

Это казалось опасным. Сейчас Седрик ни с кем не заговаривал, потому что не хотел, но я боялась, что пройдет совсем немного времени вот так – и он уже не сможет.

«Пожалуйста, помоги ему, – взмолилась я, мысленно обращаясь к замку. – Он наш друг, и как бы он там себя ни вел в прошлой жизни, он не заслужил такого».

Может, лучше бы ему было уйти с Лин? И оставив его здесь, я сделала только хуже?

Ответа на этот вопрос не было, кот спал, и большая часть подношений замка исчезла. Пора прекратить переживать и заняться делами.

– Присмотри за ним, ладно? – Я решила доверить фамильяра Фейну.

Тот в восторг не пришел, но новую обязанность принял.

Наш интимный момент нарушили, и за окнами вновь стало светло. Я поймала себя на том, что не чувствую ни времени, ни недавних перемещений, если таковые происходили. При случае надо взглянуть на большие часы в одном из залов внизу. Поверить не могу, что моя жизнь набрала такие обо-роты!

Спасибо магии и замку Грабон.

Стоило покинуть покои, я немедленно окунулась в заботы. Началось с размещения гостей, потому что замок хоть и предусмотрел все, говорить без моего посредничества не мог. Я проводила лэру в ее комнаты… и как-то незаметно застряла там, вовлеченная в женскую болтовню.

У меня что, на лбу написано, что мы с Фейном вместе и наконец счастливы? Вот как она поняла?

Но, пожалуй, прощу ей свое смущение за советы по ведению хозяйства в замке. Дельные советы, даже Грабон согласился. У гостьи явно был опыт.

– И, конечно же, вам стоило бы нанять в штат женщин, – как само собой разумеющееся, закончила Янти Эшерская.

– Простите? – Я, очевидно, в какой-то момент упустила нить беседы.

– У вас полный замок молодых мужчин, – со значением напомнила она.

О… Маги никогда ни о чем не просили, и я…

– Но не могу же я просто развесить где-нибудь объявления. – На мой взгляд, проблема.

– Почему нет? – вскинула тонкие брови высокородная гостья. – В безмагическом мире, конечно, так делать не стоит, но миров с магией достаточно. Вам ли не знать.

Исследовать я пока не успела и не планировала как-то, но… Грабон подтвердил.

– Горничные и посудомойки вряд ли ровня магам благородного происхождения, – рассуждала вслух я, так и эдак рассматривая идею.

– А кто говорил про прислугу? – удивилась собеседница. – Пригласите магинь. Грабон – необыкновенное место, многие будут рады попасть к вам на стажировку. Когда мы с Авелин вернемся домой, я могла бы договориться в нашей академии. Для начала.

Думать о чужой личной жизни мне было неловко, но… Больше людей, которым можно покидать замок в любом из миров. Больше возможностей. Честнее будет принять группу из одинакового числа парней и девушек.

Но нечто подобное станет возможно, лишь когда проклятие будет закреплено не только на мне, но и на определенном месте.

Смелые планы кружили голову. Поверить, что все это правда может сбыться, было страшновато.

А между тем мы с лэрой Эшерской даже образец заявки в их академию составили…

…Покинув ее, я отправилась к Сильване. Мы давно собирались составить список растений, которые нужно высадить внутри замка, чтобы они всегда были под рукой. Благодаря книгам и журналам, присланным мне, а теперь и лэра привезла с собой, список вышел почти в три раза длиннее, чем изначально ожидалось. Но кое-что нашлось в ящиках, эти растения получилось посадить уже сейчас. Для охоты за остальными пригодились гвардейцы, прибывшие с гостьями – им-то можно покидать Грабон.

До вечера я носила в себе идею Янти и в конце концов дозрела до того, чтобы поделиться ею с Фейном.

– Посмотрим, – вроде бы равнодушно среагировал он. – Сначала надо найти замку и нам всем постоянное место.

Деланое равнодушие скрывало надежду, которую он боялся себе позволить.

Я улыбнулась, кивнула и коротко поцеловала любимого.

– Но как план на потом я сохраню это.

– Не пользуйся магией сегодня, – попросил Фейн. – Мы все копим силы, завтра попробуем запустить через тебя и замок поисковые заклинания.

Уже завтра? Внутри искрами рассыпалась радость.

– Вот бы все получилось! – Я щедро поделилась ею с Фейном.

– Будем надеяться, – сдержанно согласился он. – И забери своего кота. Он тут чуть на меч не напоролся. Надеюсь, случайно.

Дымка счастья, видно, глаза застила, потому что лишь сейчас я заметила два ярких изменения. Рабочее пространство, которое занимал Фейн, теперь больше походило на оружейную. Количество железа и острых предметов немного пугало. До дрожи по спине. Вторым же открытием стал фамильяр, заключенный в клетку из магии. И если возможно материться взглядом, то Седрик делал именно это.

– О… Да, конечно.

Я поспешила увести кота, пока кто-то кого-то не убил.

Закрыла за нами дверь, вроде бы выдохнула… и ощутила, как когти впиваются в ногу.

Ай… Мрак!

Больно.

– Инстинкты? – не удержалась от небольшого ехидства.

– Они самые, – вполне нормально ответил Седрик. – И еще я привлекал твое внимание.

Обычного кота я бы подхватила на руки, но Седрик мог счесть такой поступок оскорблением. Он и так только-только сменил гнев на милость. Причиной его благосклонности, подозреваю, явился страх застрять не только в кошачьей форме, но и в инстинктах. Но я радовалась уже тому, что котик все еще способен принимать разумные решения. Поэтому просто пошла вперед, а его за собой постаралась увлечь разговором:

– Поздравляю, у тебя получилось. Что теперь?

И мысленно похвалила себя: Седрик увязался следом.

– С той острой штукой произошла накладка, – немного смущенно признался он. – Я не пытался причинить себе вред, но треклятые инстинкты вечно швыряют меня на что-то и заставляют выпускать когти.

– И цепляться ими за чужие ноги? – невинно дополнила я.

– Угу.

– Ладно. Я и не думала ничего такого.

Честно не думала. И догадка про кошачьи повадки подтвердилась.

– А Фейн запаниковал и наколдовал клетку, – пожаловался фамильяр. – То есть он притворился, что разозлился, конечно.

– Фейн заботится обо всех в замке. Просто это не всегда сразу понятно.

Я вот поначалу думала, что он меня ненавидит.

И еще предполагала, что Фейн с Седриком с трудом терпят друг друга, но фамильяр, особо не стараясь, смог меня переубедить…

– Ты знаешь, что он пытается незаметно связаться со своими?

Вопрос, откуда это известно Седрику.

Я осторожно пожала плечами.

– Вряд ли подобное возможно.

– Для одного из магов – нет, а у меня без крепкой связи с ведьмой не хватит сил. Но с ведьмами я покончил навсегда. Попытаешься ты, это будет слишком очевидно и повлечет проблемы. Но сейчас в замке эта… как ее… лэра Янти. И она нам очень благодарна. Она бы могла.

О!

В крови пронесся гул магии.

Почему я сама до такого простого решения не додумалась?!

– Седрик, ты – гений!

Поддавшись эмоциям, я поймала кота, покружила его и поцеловала в нос.

Фамильяр обиженно чихнул.

– Знаю, но это не повод меня хватать.

– Извини.

– Сказать Фейну, что ты ему уже изменяешь? – мстительно предложил кошак.

– Попросить у замка волшебный намордник твоего размера? – угрожающе сузила глаза я.

– Лучше попроси у него рыбки, – протянул Седрик мечтательно и облизнулся.

На том и сторговались.

* * *

На следующий день все постоянные обитатели замка Грабон вновь собрались вместе, чтобы колдовать. Предыдущие попытки были не то чтобы удачные, отчего я немного нервничала. Ладно, это не конец света. Я еще даже усталости оттого, что все перемещения завязаны на мне, не чувствую. А значит, в случае провала нам доступно несколько дополнительных попыток.

Все будет хорошо.

Ну, в конце концов.

– Готова? – привлек мое внимание Фейн.

– Думаю, да.

А потом, независимо от результата, я предложу ему написать сестре. Вчера мы с Седриком успели обсудить это с лэрой Янти, и она согласилась.

Внимание магов сосредоточилось на мне.

Мгновение спустя в меня ударили заклинания – поисковые заклинания, которые я должна была передать замку. Это получалось само собой, поскольку мы с ним теперь были больше, чем единым целым. Требовалось лишь в голове держать цель – свободный мир с магией, где мог бы разместиться Грабон.

Ой, кажется, получается…

Быстрее, чем того можно было ожидать.

Я почувствовала вибрацию перемещения.

Все почувствовали.

Бдительность потеряли тоже все. Расслабились, заранее поверили в успех…

Опасность чем-то острым резанула по нервам, и я почувствовала, как в руку легло что-то прохладное и самую малость напитанное силой. Ладно маги ощерились оружием и заклинаниями! Они боевые, им положено! Но обнаружить изящный клинок в своей ладони оказалось неожиданностью.

Успела перехватить взгляд Фейна – изумленный. Но выяснить, в чем причина, не успела: опасность оказалась совершенно другой. Не такой, чтобы с ней можно было справиться клинком или заклинанием.

Мне потребовалось три вдоха, чтобы понять, что с воздухом что-то не то.

Остальные тоже сориентировались не сразу.

Сначала я почувствовала горечь на языке. Дальше – сухость в горле. И дышать стало трудно.

– Ядовитый воздух, – прогудел кто-то.

– Гиацинта, – прохрипел Фейн. – Живо убери нас отсюда!

Я?!

Меня скрутило приступом кашля. Глаза слезились и чесались, так что магов я не видела, но отлично слышала звуки.

Болезненно резануло в груди.

В этот момент замок, видимо, почувствовал, что может потерять смотрительницу, а другую ему в пустом мире точно не выдадут, и переместился. Повезло, что он все еще способен на это и без моей команды.

– Открой окна, – простонала я.

И, как и маги, опустилась прямо на пол и принялась жадно дышать.

Какое счастье, что яд проникал внутрь замка постепенно и мы успели унести ноги.

– В следующий раз надо добавить к условиям пригодный для жизни воздух, – простонал Дхавис.

– И воду, которую можно пить.

– И отсутствие поблизости опасных тварей.

– Враждебно настроенных соседей тоже лучше бы исключить.

Маги были бледны и не торопились вставать, но с азартом строили планы. Значит, никто сильно не отравлен и не нуждается в помощи. Грабон тоже вроде бы в порядке. Ему-то дышать не требовалось, для него тот мир был безопасен и вполне пригоден для жизни. А с нами вышла накладка… Что же, учтем на будущее. Прислушавшись к замку внимательнее, я поняла, что лэры Эшерские даже не поняли, что произошло. Чу́дно! По крайней мере, мне не придется извиняться за то, что чуть не угробила гостей.

Неловко бы вышло.

Интересно, мир, который мы все себе нафантазировали, где-то существует? Хотя бы похожий?

– Ты в порядке? – Фейн первый смог подняться и первым делом подошел ко мне. – Не поранилась?

Э-э…

Дошло, что речь об оружии, до меня не сразу.

– Все хорошо. – И продемонстрировала ему руки, чтобы не сомневался. – Не понимаю, с чего замок вдруг решил меня вооружить?

– Это не замок, это я, – смущенно признался мой маг.

– Что?!

– Мы с тобой оба испугались… и, по-видимому, наша связь теснее, чем даже мы думали, – попытался что-то объяснить Фейн.

Я растерянно моргнула.

Мы женаты?

Или что?

– Супруги могут прожить вместе десятилетия, а оружейная так и остается недоступной не урожденному Балфур, – чуть понятнее объяснил Фейн. – А у нас даже церемонии пока не предвидится.

Его «пока» немного утешало.

Нелегко вот так сразу перестать думать как девушка из приличной семьи, которой во что бы то ни стало надо выйти замуж. Даже спустя много недель нелегко.

– В твоей семье были случаи, когда получалось правильное единение? – осторожно поинтересовалась я.

– Мои родители, например, – улыбнулся урожденный Балфур.

Можно выдохнуть.

Мы нормальные.

– И еще где-то поблизости от нового дома нам нужен местный храм и жрец, – громогласно объявил Уалгар. – А то у нашей парочки брачный период.

Маги одобрительно загудели.

Я закрыла пылающее лицо ладонями и предоставила Фейну самому разбираться с друзьями.

* * *

Следующие три дня пролетели незаметно. Навалилось столько дел, что я едва успевала следить за перемещениями и за сменой суток.

Маги копили силы и переформулировали заклинания. Здесь моей задачей оставалось поддерживать и не мешать. Подготовкой руководил Фейн. Замок перемещался и запасался полезным из миров, в которых бывал. Седрик изображал кого-то вроде замкового фамильяра и повсюду ходил за мной. Участие в бытовой магической рутине помогало ему контролировать инстинкты и помнить, кто он. Но иногда, честное слово, хотелось его пристукнуть.

Кто стащил кошачью мяту и потом сходил с ума?

А кто точил когти о главную дверь?

– Зато я составляю тебе компанию, – отвечал наглый кошак на любые претензии.

Особенно она была мне нужна каждый раз, когда мы с Фейном пытались уединиться.

По мнению хвостатого бедствия, разумеется.

– Выселю, – не слишком всерьез угрожала я.

– Вряд ли, замок меня любит, – насмешливо дергал усами кот.

– Не понимаю, за что…

После этого он какое-то время старался вести себя прилично, но потом разговор повторялся. Пару раз в день.

Поволноваться сильнее всего в эти дни, однако же, заставили меня отнюдь не выходки фамильяра, а очередной спонтанный перенос и гость у ворот. Два гостя в разных мирах. Один оказался ученым и попросил переправить его в измерение, о котором читал, для исследований. Другой спасался от королевской немилости и обвинений в запрещенном колдовстве и хотел в безопасное место.

Грабон согласился помочь обоим. В ответ они были очень благодарны. Благодарность на сей раз измерялась в золоте.

А я впервые почувствовала слабость от многочисленных перемещений.

Быть единственным проклятием замка Грабон – значит еще и делиться с ним жизненными силами. Напрасно я забыла об этом.

В итоге до предложения Фейну написать сестре я добралась сильно позже, чем планировала. Зато при поддержке Седрика и готовой участвовать Янти.

– У меня нет ни перед кем клятв, – хитро улыбалась лэра. – И для твоих родных не предусмотрели запрета переписываться со мной.

– Может сработать, – неуверенно признал Фейн.

Грабон одобрил затею и отправился в его родной мир.

Я ощутила привкус крови во рту, но решила не портить момент. Фейн и так долго ждал. А если удастся сделать то же для других магов…

– Я напишу сестре, – решился он.

Послание вышло коротким, всего несколько строк. Он просто сообщал, что жив, и просил за него не волноваться.

Лэра Янти сама сложила листок нужным образом и зачаровала по-своему. Потом она взяла дочь и в сопровождении охраны отправилась на прогулку за замковыми стенами. Авелин была в восторге. В еще большем восторге был Джонни, который прибыл с ней и как всегда жаждал приключений.

Сквозь кованые ворота я видела, как мерцающим росчерком унеслось послание.

О ногу потерся Седрик. Видимо, он считал, что несколько шерстинок на юбке меня подбодрят.

Гулять гостям пришлось долго, но за это время мы не только получили ответ, но и выяснили, что Авелин хорошо себя чувствует за пределами замка. Пожалуй, через неделю ее уже можно будет отпустить домой.

Наконец наши добровольные помощники прошли ворота.

– Получилось! – Лэра Янти раскраснелась, как девчонка, и весело помахала ответным посланием.

Я с трудом утерпела, чтобы не начать хлопать в ладоши. И то лишь потому, что беспокоилась о содержании ответного письма. Вдруг оно заставит Фейна переживать еще сильнее? Мало ли что там у них дома и что написала сестра…

Именно поэтому мелко исписанный лист я отдавала ему сама.

С трудом справлялась с внутренней дрожью, пока он вчитывался.

Вроде бы закончил.

– Как дела?

– Остальные тоже смогут связаться с семьями. – Фейн не был бы Фейном, если бы в первую очередь не думал о других. – Я не чувствую, что магия клятвы нарушена.

– Это же замечательно! – Я порывисто его обняла.

– Можешь себе представить, что это значит для нас.

Не в полной мере. Я в замке не так долго, и мне разрешено переписываться с родными.

Маг поцеловал меня в висок и выпустил из объятий. Удовольствием было видеть, как светятся радостью его глаза.

– Как дела дома? – С самого начала я задавала именно этот вопрос.

– Хорошо. – Фейн улыбнулся краешками губ. – Брат занял место наследника вместо меня. Сестра учится на втором курсе. Родители недавно вернулись из ежегодного путешествия по своим владениям и сейчас отдыхают в маленьком замке у источников.

Бросив на меня какой-то многозначительный взгляд, он тихонько хмыкнул… но потом все же высказал забредшую в голову мысль:

– Его называют цветочным замком, и в нашей семье принято там проводить медовый месяц. Немного жаль, что мы с тобой пропустим эту часть. Я бы хотел отвезти тебя туда.

Увы, мы оба официально больше не являемся частью наших семей.

И здесь у нас есть прекрасная оранжерея.

– Придумаем что-нибудь. – Это замок сказал через меня.

А поцелуи оказались отличным отвлекающим средством.

* * *

День, когда я должна была предоставить очередной отчет, наступил и прошел. Теперь это превратилось в обыденность, а для переживаний появились куда более весомые поводы. Из рутины выбивалась разве что подсказка замка: мы не подчиняемся ни одному из правителей и отчитываться ни перед кем не обязаны. Но ради возможности писать родным и получать ответные письма я готова была потерпеть.

В сегодняшнем письме Кэт была мной сдержанно недовольна, очень сильно недовольна Лин и сообщала, что у нее отличные отметки и плотное расписание мероприятий. В конце, правда, она все же сменила гнев на милость и призналась, что очень скучает.

Я тоже соскучилась. Но на примере Лин понимала, что любить сестер лучше на расстоянии.

Дары от королей тоже были, но меня по-прежнему больше интересовали книги и журналы.

…Оставшиеся дни пребывания в замке гости посвятили тому, чтобы помочь заключенным магам связаться с теми, кому могла бы быть небезразлична их судьба. Мы решили, что, если люди, связанные между собой неудавшимся бунтом, получат письма в один день и от одного человека, – это может вызвать подозрения. Поэтому разделили магов на три группы, которые распределили по трем разным дням. Кому-то писала лэра Янти, другим Джонни, третьим – зельевар Хинат.

План небезупречный, но неплохой.

К некоторым письмам замок добавил немного отвлекающих внимание чар.

И почти на все пришли ответы.

Магические послания отправлялись не по месту, а по имени получателя. Нас не должны вычислить.

Самой сложной частью схемы были перемещения. Их стало больше и приходилось контролировать конечную точку, когда нужно было попасть в определенный мир. Это выматывало. Ко дню отправки последних писем я уже чувствовала себя призраком.

Сонным призраком.

Который иногда отвечает невпопад.

– Можно попробовать привязать замок еще и ко мне, – предложил Седрик.

Я заполняла книгу, которую вела для тех, кто придет на должность смотрителя в далеком будущем, и черный кот, растянувшийся прямо на столе, меня не смущал. Наоборот, радовал тем, что стал выглядеть куда здоровее, заметно взбодрился, шерсть лоснилась. И инстинкты контролировал он, а не они его.

– Не получится, – вместо меня ответил Фейн, входя в кабинет… между прочим, его кабинет. – Как это ни странно звучит, нашему дому нужен дом. Постоянное место.

Я подняла удивленный взгляд на Фейна.

– Не знала, что ты тоже чувствуешь замок…

– Не в той же степени, как ты, но да.

Сколько раз еще Грабон сможет меня удивить?

Глупый вопрос. Наверняка у него бессчетное число трюков в запасе.

– Гиацинта, я украду тебя ненадолго от дел, – вспомнил, зачем явился мой маг. Потом увидел, что вместе со мной встает и фамильяр, и добавил: – Седрик, твое присутствие неуместно.

О…

Напряглась в ожидании стычки я зря.

– Когда вы уже поженитесь? – ворчливо вопросил кошак и демонстративно отвернулся, будто его невинному взгляду предстало нечто неприличное.

– Надеюсь, скоро, – со смешком ответил ему главный маг в замке.

После чего повел меня в оранжерею.

Попыталась вспомнить, сколько дней там не была, и не смогла сосчитать. Зато вспомнила, что в последний раз помогала Сильване высаживать полезные растения. А сколько не сидела в тишине, вдыхая ароматы цветов… лучше не прикидывать. В последнее время моим отдыхом был сон, прерывистый от усталости и приближающегося магического истощения.

Фейн распахнул дверь и пропустил меня вперед.

Показалось, что оранжерея стала еще больше. И… только сейчас до уставшего разума дошло, что давно стемнело. Наверное, уже поздно.

– Именно так и бывает, когда выкладываешься слишком сильно, – мягко укорил меня маг и придержал за плечо, не позволил наткнуться на подпорку, поддерживающую растение с плоскими темно-зелеными листами.

– Знаешь же, сейчас по-другому никак. – Я с удовольствием пошевелила плечами.

– Только поэтому я тебя не остановил, – мрачно согласился он. – Гиацинта… ни один другой смотритель не сделал бы для нас того, что сделала ты.

Я не стала отвечать. Кто-то наверняка бы сделал, просто замку Грабон некоторое время не везло со смотрителями. Но если копнуть в глубину прошедших лет, попадались и ответственные.

Стоило нам обоим войти внутрь, а Фейну закрыть за нами дверь, как загорелись бесчисленные маленькие огоньки. Они лежали на земле, рассыпались по листьям растений, парили под прозрачным куполом крыши. Заставляли задыхаться от восторга. Как красиво!

Оглянувшись, я посмотрела на Фейна. Он самодовольно улыбался.

– Сильные положительные эмоции помогают восстановиться не хуже, чем много часов крепкого сна, – объяснил происходящее маг.

– А я думала, ты просто хочешь провести со мной вечер. – Я притворно обиделась.

Впрочем, поцелуй заставил забыть все вымышленные обиды.

Расслабиться и позволить магу творить, что он там замыслил, получилось удивительно легко. Я ему полностью доверяла и ничего не могла с этим поделать. А он, конечно, заметил, что сплю я в последние дни кое-как, запретить мне авантюру с письмами никак не мог, вот и придумал способ восполнить потраченную магию.

Изумительно приятный способ.

Оранжерея будто бы стала еще немного больше. Ничего удивительного, это ведь Грабон.

Не забыть мысленно поблагодарить замок, который – несомненно! – принимал в организации романтического свидания самое живое участие…

Пока общалась с местом, ставшим нам с магами домом, не заметила, как Фейн подвел меня к веревочным качелям. Крепления облепили комочки света, и смотрелось все поистине сказочно.

Это для меня?

Правда?

Нет, я не сомневалась, просто…

Фейн толкнул качели.

Я восторженно вздохнула.

Свидание только началось, а уже стало лучшим моим вечером в замке. Несколько мгновений потребовалось, чтобы расслабиться. И потом было замечательно вот так парить и ни о чем не переживать. Качели взлетали довольно высоко… из-за полумрака вокруг, тысячи огоньков и разлитой в пространстве магии казалось, что я поднималась под самый купол, но это, конечно, была иллюзия. Когда-то я бы испугалась и потребовала все остановить, но сейчас, здесь, с Фейном, в волшебном замке мне было просто хорошо. И не хотелось ни о чем думать.

Катание на качелях плавно перешло в упоительные поцелуи, а они – в ужин. В тени высоких растений с крупными листьями был расстелен плед, а на нем нас ждали подушки, чтобы сидеть было удобнее, и изысканные блюда из мира, в котором прежде жил мой маг.

Мы кормили друг друга.

Фейн много рассказывал про свой мир. Я словно встретила свое отражение, так были похожи некоторые ситуации. Он тоже был старшим братом и чувствовал ответственность за младших. Тоже был сосредоточен на учебе и делах семьи и почти не уделял внимания личной жизни. Ладно, у него тут опыт был побольше, чем у меня, но он даже не встречался ни с кем всерьез за пять лет учебы в академии. Мы одинаково воспринимали жизнь в замке Грабон и, обсудив планы на будущее, почти без удивления обнаружили, что видим его очень похоже.

– Седрик прав, надо пожениться, – глубокомысленно сообщил мой маг после этого открытия.

Ужин был давно съеден, и теперь мы сидели обнявшись. Заканчивать чудесный вечер ни одному не хотелось.

– Знаешь, я могу попросить замок переместить сюда кого-нибудь, кто мог бы с этим помочь, – лениво протянула я и устроила голову у Фейна на плече. – Но мне бы хотелось, чтобы все произошло как-то иначе.

И уже после того, как Грабону найдется подходящее место.

Отвечать мне Фейн ничего не стал, но по его взгляду я поняла, что он принял к сведению.

– Идем. – Маг встал и подал мне руку. – Вечер еще не закончился.

Правда?

Лишь послушно следуя за ним, я заметила, что тело ощущается приятно легким и… магии больше. Отдых от ответственности и важных дел плюс яркие эмоции – неплохой способ восстановиться.

Пришлось пробираться по узкой тропинке через заросли, чтобы попасть туда, куда вел меня Фейн. В очередной раз я отметила, что этой части оранжереи раньше не было. Или я просто сюда не забиралась. Диковатые растения смотрелись натурально. Одна ветка даже неприятно царапнула щеку, но не до крови.

Пробрались наконец.

Фейн, который был выше меня, придержал нависшую над еще сузившейся дорожкой растительность, чтобы я могла пройти невредимой.

Здесь огоньки редели.

Но слабо светилась вода в источнике, а пар над ней будто бы мерцал искрами.

Возглас изумления и восторга сдержать оказалось совершенно невозможно.

– Платье придется снять. – Фейн жадно сверкнул глазами.

Я закусила губу, чувствуя, как с лица на шею ползет румянец, и повернулась к нему спиной, чтобы расстегнул. Ловкие пальцы пробежали по пуговкам, не касаясь кожи. Прерывистые вздохи вырвались у обоих почти одновременно.

Строгое платье смотрительницы, туфли и чулки я оставила на камнях, а тонкую нижнюю сорочку и намочить не жалко. Шагнула в слабо бурлящую воду и тихонько замурлыкала от удовольствия. Восторг!

– Тебе тоже придется что-то снять, – сообщила своему магу, устроившись в воде, и облизала губы.

Он усмехнулся и быстро распрощался с одеждой. Надо заметить, это не было неуклюже.

Вода всколыхнулась, принимая Фейна.

Еще на шаг ближе. Не только в смысле пространства.

Я немного опасалась, что вот сейчас будет неловко, но… всего миг было. Потом все как-то сложилось само собой.

– Знаешь, в мокрой рубашке ты еще соблазнительнее, чем была бы совсем без ничего, – хрипло заметил Фейн, не отрывая от меня потемневшего взгляда.

С возмущенным фырканьем я брызнула на него водой.

Попала!

Маг и не пытался уклониться.

Правда, с энтузиазмом начал брызгаться в ответ. Запоздало я сообразила, что это был коварный план намочить ту часть моего скудного одеяния, которая еще оставалась сухой, но поздно. Я оказалась вовлечена в водную битву. Мы смеялись, стремились облить друг друга водой, поймать, защекотать… зацеловать.

Поцелуями победитель не ограничился.

Чуть позже мы валялись в источнике, говорили о всяком…

Окончательно созрело чувство, что мы идеально подходим друг другу. А если такое совпадение сложилось – никакое будущее не страшно.

* * *

На следующий день планировалась вторая попытка поискать замку постоянный мир, но все с самого рассвета пошло куда-то не туда.

Замок тряхнуло незапланированным переносом.

Несмотря на то что перемещаться мы должны были позже, под моим контролем и с поисковыми заклинаниями от магов.

Значит, у ворот проситель, который ищет помощи. Прямо сейчас.

Я завернулась в халат и двинулась навстречу гостю.

Пока шла, ко мне присоединялись маги. До выхода почти всех собрала, разве только кроме гостей и Сильваны.

Ну кто там еще так не вовремя?

Спустившись с крыльца, осознала, что это мой родной мир.

Не к добру.

Да сколько можно?!

Аллею от крыльца до ворот преодолела стремительно и лишь в самом ее конце обнаружила, что в шаге позади держится Фейн. Да я сегодня сама внимательность! Или он нарушил правила… но скорее сейчас почему-то можно. Вроде бы барьер никак не ощущался. Что ж, я подозревала, что у Фейна с замком какие-то свои отношения.

– Кхм, – первым оценил ситуацию маг.

Оценку его по звуку понять не вышло, а он облекать ее в слова не стал.

Зато слова нашлись у кого-то другого:

– Гиацинта!..

Знакомый голос. Отлично знакомый.

– О нет. – Гости мой шепот не услышали, даже Фейн не услышал.

– Гиацинта!!! – радостно заверещала моя самая младшая сестра.

Но если после явления Лин приход Гвенни меня не так уж и удивил, то тот, кто стоял рядом с ней, оказался полной неожиданностью. Чего уж там, я была бы не так шокирована, если бы она прилетела на огнедышащем змее.

Кстати, они существуют?

Хоть где-нибудь?

– Леди Кейворт, – неловко обозначил свое присутствие нежданный гость. – Или теперь правильно говорить – леди смотрительница?

– Второй вариант более уместен, – сухо ответил вместо меня Фейн и кивком указал на стоящую за воротами девушку в жемчужно-сером пальто. – Это то, о чем я думаю?

– Гвен Кейворт, – представилась сестричка и даже не забыла про реверанс, а на ее щеках проступил едва заметный румянец.

Реальность происходящего укусила меня за что-то чувствительное, заставив в нее поверить.

– У тебя что, тоже магия пробудилась? – В голосе дрогнул ужас.

Проклятье, неужели мы все такие?!

– Нет у меня никакой магии! – возмутилась сестра. – Я просто соскучилась! А Хадмот любезно вызвался меня сопроводить. Он сказал, девушке не положено блуждать одной по дорогам. На самом деле, в компании мужчины тоже не положено, но у нас был не такой большой выбор. Кэт скорее убила бы меня, чем отпустила бы искать тебя.

– И поэтому ты соврала, что навещаешь поместье? – докопалась до сути я.

Гвенни пожала плечами и не стала отвечать.

– Кхм. – Фейну происходящее нравилось еще меньше, чем мне. – Я правильно понимаю, что…

– Хадмот Шарт – мой несостоявшийся жених.

Более неловкой ситуация стать, казалось, уже не могла.

– Я сбежал из дома, – признался парень. – А тут Гвенни…

Не ожидала, что у него однажды хватит характера. Впрочем, вспомнив его мать, я решила, что не так уж удивлена.

Выглядел Хадмот значительно лучше, чем в прошлую нашу встречу. Не хлюпал носом, не был бледен, совсем не казался немощным. Он смотрел на мир с любопытством, где-то потерял часть неуклюжести, невзирая на осеннюю прохладу, расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, пальто тоже расстегнул и обошелся без шейного платка. Ах да, еще любезно подставлял локоть моей сестре. Выглядело все невинно и по-дружески, но, помня проделки Лин, я все равно начала волноваться.

– Надеюсь, вы не пара?

– Нет! – Они аж отпрянули друг от друга.

Я поймала себя на том, что разглядываю двоих за воротами, будто ищу, к чему еще придраться.

– Гиацинта, ну впусти нас уже! Пожалуйста! – не выдержала Гвенни. – Я замерзла, устала и стерла ногу в кровь. Очень больно.

Хадмот предложил ей опереться на его руку.

Потом с опаской посмотрел на меня и сделал два шага в сторону.

Чувствую себя злобным драконом.

Калитка, скрипнув, открылась. Что ж, кто я такая, чтобы противиться воле замка?

– Входите. Но нас ждет серьезный разговор.

* * *

Замок оказался куда более добр к Гвенни, чем к Лин, и выделил ей уютную спальню рядом с другими гостями. С Хадмотом он поступил так же, но меня в первую очередь интересовала сестра.

Неуместность ее появления не помешала нам проговорить больше двух часов. Но сначала Гвенни долго обнимала меня. В отличие от той же Лин, ее не интересовали мои платья, духи и роскошь покоев. Даже оказавшись там, она будто и не заметила ничего. Устроилась на изогнутом диванчике и увлекла меня за собой, чтобы не отпускать руку.

К этому времени я знала, что в столице семье живется неплохо, только Гвенни скучает по дому. Ей разрешили поехать туда на каникулы, чем она и воспользовалась, чтобы удрать на поиски замка Грабон. Стоило бы ее отругать за это, но сестренка так трогательно жалась ко мне…

Судя по ее рассказам, к нашей семье наконец повернулась удача. Отец завел в мужских клубах знакомства и вложил деньги в какое-то предприятие. Теперь он встает с рассветом, подолгу сидит над бумагами, к нему приходят такие же деловые мужчины, и он стал покупать дочерям всякое. Похоже, дела у него идут хорошо. Кэт отлично учится и блистает на званых вечерах, хотя женихом все еще не обзавелась. Она страшно важничает и больше не произносит имени Лин даже наедине с родными.

Мне и самой было неприятно его произносить, но я решила пока не пугать Гвенни рассказом о том, что у нас случилось.

– В тебе точно не пробудилась магия? – Это все еще казалось главным.

– Нет во мне никакой магии! – во второй раз возмутилась Гвенни.

– Не…

– Если появится, тебе скажу первой. Но она не появится.

Ее уверенность что-то да значила. Даже когда с кончиков пальцев еще не летели искры, я не чувствовала правильным вот так вот заявлять.

– И в Кэт тоже нет, – зачем-то сказала сестренка.

Как раз в Кэт сомнений почему-то и не было. Не знаю более приземленного человека, чем она. Какая там магия?

– Завтра я попрошу магов проверить тебя. – Меня все-таки грызло какое-то предчувствие.

– Если так тебе станет спокойнее, то пожалуйста, – легко согласилась младшенькая. – А они тебе кто, эти маги?

– Один – жених, остальные друзья. – Опыт с другой сестрой заставил меня посмотреть на Гвенни несправедливо строго. – Но даже смотреть в их сторону не смей! Тебе еще рано все это.

– Да даже не думала. Они старые и наверняка скучные, – фыркнула мелкая вредина.

– А с Хадмотом у тебя точно ничего нет? Как вы вообще умудрились спеться?

– Вдвоем в дороге веселее, – пожала плечами Гвенни. – Он хороший. В смысле, хороший друг. Особенно когда рядом нет его мамы.

До сих пор вздрагиваю, как вспомню о ней. Как же мне повезло не оказаться ее невесткой!

– Можно он останется? – спросила тем временем сестра и впилась в меня взглядом маленького олененка.

– Кто? – Я как-то даже растерялась.

– Хадмот же! – нетерпеливо воскликнула Гвенни. – Я побуду пару дней и вернусь домой, а он хотел бы остаться. Если ты позволишь, конечно.

– Как же его мама?

– Она замучила его лечить от придуманных болезней, опекать на каждом шагу и пытаться женить на девушке по своему вкусу. И он сбежал. Да ты сама его спроси, он лучше расскажет!

Приставать к несостоявшемуся жениху с расспросами казалось ненужным. Его мать трудно стереть из памяти. Поистине незабываемая женщина. Да и Гвенни не стала бы лгать. Не об этом.

Начинаю отвыкать быть старшей сестрой… а тут опять! И сразу дикая потребность все контролировать.

От нее уже начиналась головная боль.

Или виной ей было предчувствие неладного.

Потому что стоило мне ненадолго отвлечься на свои мысли, как это самое неладное произошло.

– Ой, котик! – пискнула Гвенни и рванула к кровати. Вся роскошь замка Грабон ее не волновала, а вот развалившийся на покрывале Седрик привлек внимание. – Кис-кис-кис… Сейчас я тебя поглажу…

Фамильяр ошалело выпучил глаза и зашипел.

Я-то сразу поняла все оттенки его звуков и их точный перевод, а вот сестра…

– Гвенни, стой!

Поздно. Гвенни уже коснулась гладкой блестящей шерсти.

Один взмах лапы – когти блеснули, точно сталь – и брызнула кровь.

– Седрик!!!

Ощущение магии. Такое сильное, что сбило меня с ног и уронило обратно на диван.

Сила расплылась по комнате и распадалась клочьями. Она перебивала даже страх за сестру.

– Ой… Что это? – Гвенни видела магию… и, наверное, царапина на руке не причиняла ей больших страданий, раз любопытства хватило на неизведанное. – Ай!

Нет, это опять не про ранку, с которой уже даже кровь не сочилась.

Вместо черного кота на моей кровати развалился обнаженный мужчина.

Сестренка гневно сверкнула на него глазами и спешно отвернулась.

– Гиацинта… – прохрипел Седрик, неверяще разглядывая свои руки. – У твоих родителей отлично получаются одаренные дочери. Вы бы и четвертую проверили, что ли…

Фамильяра одновременно хотелось убить и обнять. Задушить в объятиях.

– Тебя что, замкнуло на моей шестнадцатилетней сестре?! – взвилась я. – Даже моргать в ее сторону не смей! Она еще ребенок!

Гвенни обиженно засопела, но и сама не пыталась смотреть на него. Седрик ее больше пугал, чем нравился.

– Успокойся, она не такая ведьма, как мне надо. В смысле, уже не надо. – Смазливое воплощение кошачьей наглости изволило прикрыть покрывалом хоть что-то. – Просто ваша кровь подействовала исцеляюще. Твоя почему-то так не работала, а ее сработала.

– Почему не надо? – внезапно ослабевшим голосом спросила я.

– Меня только что связало с замком. Теперь я его фамильяр.

Нет, я его точно придушу. В крепких дружеских объятиях.

– Фамильяр?! – напомнила о себе Гвенни.

– Да. И проверка на магию тебе нужна не завтра, а срочно. – Мне вновь пришлось быть ответственной старшей сестрой, у которой все под контролем.

– Не нужна, – лениво вмешался Седрик. – В ней слабая искра. Это дар видения, не более. Настоящая сила никогда не проявится.

– Слава небу! – пискнула Гвенни и все же осмелилась искоса взглянуть на Седрика.

Он ей подмигнул.

Несостоявшаяся ведьма жутко смутилась, покраснела и поспешила вновь отвернуться.

– Не смей, – зарычала на друга я.

– Клянусь, с меня хватило Лин, – заверил он. – Другие твои сестры для меня табу. Как пирожок с цианидом.

– Я не пирожок! – возмутилась Гвенни. – И при чем тут Лин?

– Позже тебе расскажу, – отмахнулась я.

Любопытный блеск в глазах сестры свидетельствовал о том, что забыть обещание мне не позволят.

– Со всеми подробностями, – протянул вредный фамильяр.

– Седрик! – взвыла я.

– Так, что-то я не понял: ты что, мне не рада? Нормальному мне. – Он приподнялся на локте и посмотрел на меня провокационно. – Почему не лезешь обниматься? И где слезы счастья?

Седрик такой… Седрик.

И котик.

Бессовестный, но обаяние это с лихвой компенсирует.

Я всхлипнула и шагнула к нему. Самой ведь хотелось.

Но тут внезапно «старшая сестра» проснулась в Гвенни. И откуда она там взялась?

– Гиацинта, стой! – пронзительно воскликнула она. – У тебя есть жених, ты сама сказала. Ты не можешь обнимать голого мужчину!

Упомянутый тип бессовестно ржал, и полные негодования взгляды юной спасительницы его совсем не трогали. Пожалуй, именно в этот момент я со всей ясностью поняла, что романтических искр между этими двоими не проскочило. Они и подружатся-то вряд ли.

– Это я тебе тоже потом объясню, – пообещала сестре, прежде чем крепко-крепко обнять Седрика.

Он ощущался прохладным, как призрак. При условии, что призрака можно было бы обнимать. Еще был болезненно бледным и худым, а под носом запеклась кровь.

– Твои проблемы решены? – спросила я шепотом.

– Да, но теперь я на вечной службе у замка. – Разнообразия ради Седрик решил ответить серьезно. – Так лучше, поверь.

Наверное. С ведьмами у него не сложилось.

Стоило подумать об этом, и внутри стала подниматься горячая волна ярости. Ох… Лучше не надо.

– Ну и хорошо, – прошептала, ероша черные волосы… и к собственному удивлению обнаружила, что плачу. – Грабон любит тебя.

– Я его тоже.

Сдаюсь, я рада, что Гвенни сбежала ко мне.

И еще больше рада тому, что она не ведьма и не планирует оставаться.

* * *

В отличие от Седрика, с Фейном у моей сестры отношения сложились сразу. Может, дело в том, что он попадался ей на глаза исключительно одетым, или же просто знал, как быть старшим братом. В итоге Гвенни ходила за ним хвостом и едва не заглядывала в рот. Не как Лин, которая, как уже выяснилось, метила на мое место, а как настоящая младшая сестра.

– Расскажу папе и Кэт, что ты счастлива, – мечтала она, пока я делала прическу и макияж очередным утром. – Они обрадуются!

– Только осторожно.

Я уже придумала, как отправлю ее домой. Речи быть не может о том, чтобы Гвенни добиралась одна. Джонни перенесет ее порталом, а потом вернется. Он уже это делал. Главное, уговорить мелкую егозу покинуть замок хотя бы за день до того, как соберутся уезжать наши гости.

– Как вам с Хадмотом удалось найти Грабон? – задала я еще один немаловажный вопрос.

– Мы с сестрами все слышали, когда тебя пригласили в замок, – напомнила Гвенни. – И подслушивали, когда вы с тем человеком готовились к отъезду. Так что я знала, в какую сторону двигаться. По дороге мы расспрашивали людей. Аккуратно, чтобы не вызвать подозрений. И как видишь, мы здесь!

Из очаровательного ребенка Гвенни превратилась в умную девушку.

Я вздохнула, прогоняя из тела и разума беспокойство, и крепко обняла ее.

Заодно вспомнила, что так и не сказала того, что сказать следовало:

– Я рада, что ты здесь.

– Знаю, – нежно улыбнулась моя маленькая сестричка. – Просто у тебя очень ответственная работа.

– И у замка непростой период, – признала и от всей души понадеялась, что как раз сегодня он закончится. – Идем. Думаю, я готова.

Дело было не в прическе, не в платье, а в ощущении, которое магией разлилось в воздухе.

Сегодня все пройдет иначе.

У нас должно получиться.

Пока мы с Гвенни спускались в зал, где уже собрались маги, вера лишь возрастала. Как если бы сам Грабон поддерживал меня в ней.

Все получится. Я знаю, что делать.

Фейн ободряюще кивнул мне и продолжил инструктировать магов.

Как раз есть время настроиться…

Сестра встала поближе к Янти, Авелин и их спутникам. Да, гости в этот раз тоже присутствовали.

Можно начинать.

В меня ударили заклинания. Они ощущались легким покалыванием на коже и холодком проникали внутрь. Разрастались стремлением замка и его обитателей обрести наконец дом. Настоящий дом. Навсегда. В свободном месте, не занятом кем-то другим. И чтобы там можно было дышать. Магия тоже должна работать полноценно… В определенный момент я поймала себя на том, что перебираю условия в голове.

Магов хотелось бы освободить от их клятв. И дать им возможность свободно строить свое будущее.

Ой. На пункте о магах и их заключении закружилась голова и колени противно ослабли, но я не чувствовала, чтобы сила сопротивлялась. Поэтому села на каменный пол, прислонившись спиной к стене, и продолжила.

Главное, чтобы замку на новом месте было хорошо. Так же, как и нам всем.

Окружающее пространство еле ощутимо завибрировало. Перемещение вновь далось легко.

Магия рассеялась, и стало удивительно легко дышать. В наступившей тишине я слышала удары собственного сердца. Потом на первый план вышли птичьи трели за окном.

В месте, где так чудесно поют птицы, воздух точно не ядовитый. Словно в знак согласия, теплый солнечный луч поцеловал меня в нос.

Зал взорвался аплодисментами. Видно, остальные оказались смелее и, пока я прислушивалась к ощущениям, уже успели осмотреться.

Но и ощущения не обманывали.

У замка Грабон появилось свое место.

Целое измерение.

Глава 16

Радость магов немного померкла, когда я затеяла генеральную уборку в замке. Без применения чар. Это призвано было помочь нам всем сформировать связь с новым измерением, вычистить лишнее и подготовить пространство для нового. В том числе для магии. Мужчины немного посопротивлялись непривычным действиям, но потом включились в работу.

Присоединились даже гости.

Волшебство обновления затянуло всех.

Никакой тьмы, кроме необходимой. Никаких проклятий, кроме меня.

Идеальное будущее, которое уже наступило.

Правда, к вечеру спина и руки норовили отвалиться, и это я, в отличие от магов, привыкла заниматься хозяйством. Но оно того стоило.

– Оказывается, когда мечты сбываются, это так… легко, – заметила Сильвана, остановившись рядом со мной.

– Ты изменила Грабон, – вторил ей Уалгар.

Раскраснелась бы от похвалы, если бы уже не была вся красная и взмокшая от уборки. Которую мы только что завершили.

– Все хотел спросить, – подошел к нам Ларк, – мне кажется или это совершенно новое измерение?

– Не кажется. – Ответы Седрика и Фейна слились в один.

Но лишь я знала подробности, недоступные никому другому. Не то чтобы их было много, но…

– Возможно, оно не совсем новое и не возникло специально для нас. Но когда-то давно здесь что-то случилось, и теперь это измерение свободно.

– А главное, никакой вредоносной темной энергии, – сказал свое слово проклятийник.

В первое время после перемещения мы не могли поверить свалившемуся на голову счастью. Целое измерение – и все наше! Никакой опасной нечисти, плотоядных деревьев или отголосков древнего проклятия. Никаких враждебно настроенных соседей. Никаких соседей вообще. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Однако я чувствовала, что происходящее реально. И Фейн тоже чувствовал. А замок уже начал формировать связь с новым местом и перестал тянуть из меня силы. Особенно это стало заметно, когда мы очистили Грабон и территорию вокруг него от всего старого и ненужного, что прибыло в новый дом вместе с нами.

Пришлось магам поверить.

Способность путешествовать в мирах замок не утратил, но теперь она не являлась необходимо-стью.

Все складывалось лучше некуда.

– Идите за мной, у меня для вас сюрприз. – Наконец решив, что время пришло, я поманила за собой магов.

Фейн, который с самого начала все знал, понимающе улыбнулся и подхватил меня, когда я чуть не упала на только что вымытом крыльце.

Ой. Стою. Иду, то есть.

Обычная уборка была вынужденной мерой, так-то я тоже уже привыкла к бытовым чарам.

Процессия достигла магической границы владений замка Грабон. Там я остановилась и приказала барьеру пасть.

Несколько потрясенных вздохов прозвучали за спиной.

Одна из стен оказалась ненастоящей. Ее заменяла магия, которая теперь рассеялась и открыла лестницу, ведущую вниз, в долину. Там виднелись дома, каменные и деревянные, достроенные и не совсем. Несомненно, предстояло еще много работы, но начало было положено.

– Каждый желающий может спуститься и строить новую жизнь там, – пояснила я. – За пределами замка ваше наказание теряет силу. Для вашего короля связь с вашими клятвами будет утрачена. Мало ли какая судьба постигла узников в проклятом замке? И, конечно, мы найдем способ сообщить родным.

Маги переглядывались и нетрудно было заметить, что некоторые уже сейчас готовы воспользоваться предложением.

У нас там и общежитие для практикантов почти готово.

На первых порах Грабон будет помогать, но потом – сами.

– И что, теперь звать тебя «ваше величество»? – поддел Марних.

– Нет, я до конца останусь смотрительницей замка Грабон. Кто будет главным за его пределами, со временем определите сами.

Поверить не могу, что жизнь скоро опять изменится.

Но маги смотрели вниз с надеждой, а значит, эти изменения к лучшему.

* * *

Через два дня замок переместился, и гости покинули нас. Все долго обнимались, прощаясь, и обязательно пообещали друг другу писать. И, разумеется, в Грабоне ждали обещанных практикантов.

Признаюсь, стоило подумать о них, руки начинали дрожать от нетерпения и волнения.

– Мы еще обязательно увидимся, – пообещала Янти.

– Обязательно! – Дочка рядом с ней подпрыгивала от возбуждения.

Окрепнув достаточно, девочка превратилась в любознательную непоседу. Будто старалась переделать и попробовать все то, что прежде было ей недоступно.

– Только пусть в следующий раз это будет счастливый дружеский визит, – попросила я, провожая их к воротам.

– А я вернусь в конце весны, со студентами, – напомнил Джонни, сверкнув улыбкой. – Так что точно увидимся.

Полгода нам как раз хватит, чтобы подготовиться к их приезду.

Я улыбнулась и кивнула. Фейн придержал Джонни, чтобы они отстали немного, и принялся инструктировать его. Мой маг уже решил, что и как следует организовать. Не могло быть иначе.

По ту сторону ворот своих дам встречал лэр Эшерский. На самом деле выглядело это так, будто там выстроилась небольшая армия, но это всего лишь его сопровождение.

Авелин просияла и с криком «Папа!» бросилась к нему, выскользнула за ворота и повисла на шее. Янти тоже побежала… потом, очевидно, вспомнила, что уже взрослая лэра, которой пристало вести себя с достоинством, и перешла на шаг… но вскоре не выдержала и все-таки побежала.

И если до сих пор в мою голову иногда еще закрадывались сомнения, то наблюдая, как целуются супруги, прожившие вместе больше десяти лет, я их отпустила. Все там замечательно.

– Вдохновляет, правда? – промурлыкал мне на ухо Фейн.

И потерся носом, отчего вниз по шее побежали приятные мурашки.

Но я некоторое время назад уже перестала смущаться от каждой мелочи.

– Ты хочешь мне что-то сказать? – с нежной улыбкой подхватила его игру.

– У нас тоже так будет.

«Этот маг явно что-то затевает…» – пронеслось в голове, но последний виток прощаний подхватил нас всех, и подозрительная мысль оказалась забыта.

Замок провел в чужом мире ровно столько времени, сколько требовалось, чтобы мы успели уладить дела, после чего вернулся домой.

Новое и приятное чувство.

Там нас обоих затянули дела. Их неизбежно много, когда переезжаешь на новое место.

Некоторые маги уже перебрались в долину. Почти все, на самом деле. Постоянно жить в замке остались мы с Фейном, Седрик, Дарьяна и Жуть. Еще Гвенни и Хадмот, но они гости, хотя последний подумывал задержаться. В любом случае предстояло наладить быт, установить некие правила, определить обязанности для каждого. Фейн живо участвовал в наведении порядка, мне же досталось улаживать дела с правителями и отчетами.

Пришло время напомнить, что я служу замку, но не кому-то из них.

Конфеткой, сопровождающей неприятную пилюлю, стало то, что чем меньше перемещений, тем меньше Грабон тянет жизни из их родных измерений. Произошедшие в замке изменения оказались выгодны всем.

Другое дело, что не все коронованные особы смогли так сразу смирить гордыню, с некоторыми пришлось повоевать. Исключительно на бумаге, к счастью. И я была невероятно горда собой, когда справилась с этим самостоятельно. Разве только с небольшими советами от Фейна и при дружеской поддержке Седрика.

Письма раз в определенный отрезок времени мы оставили, пусть и не называли их больше докладами. Отдельным достижением считалось то, что лгать в них больше не приходилось. Я просто рассказывала, о чем считала нужным. О том, что могло быть важно и для них тоже. Например, мы так поймали преступника, который обманул меня и с помощью замка пытался скрыться в чужом мире. Притом что в своем он совершил несколько жестоких убийств и почти успешно обвинил в них другого человека. Так что связи поддерживать стоило. Монархи ведь переписываются друг с другом, с учеными и другими видными людьми. А я, как смотрительница замка, путешествующего по мирам, еще какая заметная личность.

Привыкла уже.

Как-то незаметно это перестало смущать.

Фейн получил возможность свободно покидать замок, спускаться в долину, и его клятвы никак на нарушения не реагировали. А однажды я поймала его за тем, что он что-то делал с помощью своего дара артефактора-оружейника. Но замок быстро увел меня прочь, из чего само собой следовало, что подробности пока должны остаться недоступными для меня.

Жаль, что даже подуться нормально сейчас не хватало времени…

Правда открылась через несколько дней.

Я с утра и почти до вечера просидела над перепиской, все еще убеждая некоторых коронованных ослов в нашей с замком безопасности, а потом выяснилось, что заявок от студентов, которые хотели получить опыт в замке Грабон, собралось слишком много, и нужно отобрать тех, кому достанутся приглашения приехать. Как раз закончила, когда меня нашел Фейн.

– Ну что, покорила миры?

– Работаю над этим.

Мы обменялись усталыми улыбками.

И поцелуями.

– На самом деле, я удивлен, что под воротами не стоит хотя бы одна армия, – заметил Фейн, поглаживая ладонями мои плечи и изредка задевая большими пальцами затылок.

М-м-м.

Как не потерять нить разговора, когда так приятно?

– Кое-кто пытался, – призналась лениво. – Но Грабон позволяет найти к себе дорогу лишь тем, кто в этом нуждается.

Общеизвестный факт. Ну, для тех, кому вообще известно о замке.

И на что они надеялись?

– Нам повезло с домом, – признал очевидное Фейн.

– Друг с другом тоже повезло, – вторила ему я.

Таять в сильных руках было приятно, но, кажется, прямо сейчас меня не собирались соблазнять. Поняла это, приоткрыла один глаз и вопрошающе посмотрела на своего мага.

Что задумал, признавайся!

– Могу я пригласить тебя на свидание?

– Пожалуй… да.

Не так уж я и устала.

Провести вечер в оранжерее вдвоем с любимым пойдет только на пользу.

Сегодня там пели маленькие желтые птички, в воздухе текла слабо мерцающая магия, а нас с Фейном ждал стол и два стула. Легкую белую скатерть трепал ветерок. И мои волосы. Я как-то пропустила момент, когда из них исчезли все шпильки.

Фейн усадил меня, сам устроился напротив.

Изысканные блюда, серебро и особая атмосфера наводили на определенные мысли.

– Вы с замком заранее это все задумали. – Прозвучало немного ревниво. Самую малость.

– Нужен был предлог оторвать тебя от работы, – усмехнулся Фейн.

– Мы что-то отмечаем?

Я была готова услышать, что к нему вернулась полная власть над врожденными способностями. Все же Фейн не просто боевой маг. Я мельком видела его за работой, так что никаких неожиданностей.

Однако вместо того, чтобы поделиться радостью, Фейн протянул мне небольшую коробочку, покрытую бархатом.

О-о…

– Гиацинта, ты выйдешь за меня замуж?

Из коробочки призывно сверкнуло кольцо. Оправа выглядела старинной, но чары на ней ощущались свежими. Весьма… затейливыми.

– Грабон достал для нас кольцо? – Я не тянула время, всего лишь пыталась справиться с взрывной смесью шока и восторга.

– Только коробочку. Кольцо я сделал сам.

Восторг рассыпался искрами перед глазами.

Сказка! Настоящая сказка! Неужели она происходит со мной?!

– К тебе вернулась семейная сила? Поздравляю! – Я тараторила, сама с трудом понимая, что болтаю. – Оно очень красивое!

– Так выйдешь? – потерял терпение Фейн.

– Да! – поспешила согласиться.

В его глазах вспыхнула сила. Подозреваю, в моих тоже.

Ничего особенно не изменилось, разве только мы стали чуточку ближе.

– Официальная помолвка, – сообщил Фейн, надевая мне на палец кольцо.

Самое красивое, какое я когда-либо видела.

Оно подошло идеально.

– Учти, после свадьбы ты станешь Гиацинтой Балфур, – заметил Фейн. – Хоть я и не смогу дать тебе все привилегии, которые должна была получить моя жена.

– Я согласна, – повторила, на этот раз веря в свою сказку всей душой. – И мне достаточно того, что есть. Иногда даже слишком много.

Жених кивнул, принимая ответ, и поцеловал мою руку с кольцом.

Если бы попыталась придумать себе идеальную помолвку, она не могла бы быть лучше.

Но все же один вопрос продолжал зудеть в голове.

– Разве ты можешь создавать не только оружие, но и украшения тоже?

Ответ предвосхищала самодовольная ухмылка.

– Кольцо и есть оружие.

– М-м?

– Отражающее. Оно защитит тебя в случае опасности. Обручение и эффектный блеск камней лишь дополнительные функции.

Тайну помолвочного украшения лучше забыть. Мне нравится думать, что это обычное колечко.

Красивое безмерно.

И дорогое сердцу.

Мы лишь слегка прикоснулись к еде. Успели начать разговор о планах на ближайшее время…

Магия перемещения тряхнула замок так, что тарелки раскрошились и острые кусочки стали одним из ингредиентов блюд.

Фейн выругался.

Я встала и замерла, прислушиваясь к себе и к замку.

– Что? – поторопил будущий муж.

– Не поняла пока.

Помощь вроде бы никому не требовалась. Ну, не как уже было.

Совершенно новый оттенок магии. Я не то видела, не то чувствовала желтые разводы в пространстве, за нашей территориией, и ощущала что-то едкое.

Предательство, унижение и боль.

Двойное предательство, много остаточной темной магии, смесь обиды и ярости… видение девушки, бредущей сквозь лес.

– За каким мраком нас сюда принесло? – бесновался где-то неподалеку Седрик. – Замок, что за игры? Давай лучше вернемся домой, а?

Кажется, начинает кое-что проясняться.

– Гиацинта? – добавил в голос властных ноток Фейн.

Ненормально, что у меня мурашки по всему телу бегут, когда он такой… Это должно было бы раздражать.

– Мы в родном измерении Седрика, – признала очевидное я.

– И что мы тут забыли?

Сочащаяся ядом улыбка получилась совершенно естественно. Обычно я стараюсь оставаться хорошим человеком, но для некоторых нельзя не сделать исключения.

Совершенно невозможно.

Никак.

– Месть, – припечатала я.

– Э-э…

– Справедливую.

Фейн окинул меня взглядом и глубокомысленно изрек:

– Женщины порой страшные существа.

– Особенно те, которые выбрасывают вон ставших ненужными фамильяров.

Я вышла из оранжереи, нисколько не сомневаясь, что он последует за мной. Уверенность в этом мужчине когда-то успела прорасти и укорениться в душе. Он поддержит меня, даже если придется ненадолго стать стервой.

– Жуть… Жуть, ко мне!

На растерянного Седрика наткнулись в холле. Он мерил шагами пространство, нервно сцеплял пальцы… разъединял их и вновь сцеплял. Несмотря на смуглую от природы кожу, на щеках красавчика алели два пятна.

– Гиацинта… там… та ведьма… – Седрик запнулся и беспомощно посмотрел на меня.

Таким растерянным я его не видела, даже когда он разорвал их с Лин связь, рискуя до конца дней остаться котом.

Впрочем, моя непутевая сестра значила для него куда меньше.

– Кристаллин, – прошептал Седрик имя, которого не произносил уже несколько лет. – Крисси.

Угу. И столько разных вариантов того, что мы могли бы сейчас сделать.

Я изучала взглядом друга в попытке выбрать правильный.

Замок был за нас и уж точно не хотел помогать подлой ведьме, но, пожалуй, смог бы ее потерпеть, окажись это важно для Седрика.

– Похоже, демон ее кинул. Многие магические каналы оборваны, и я чувствую следы древней тьмы, – обрисовала ситуацию я. – Не знаю, что они с демоном натворили, но, похоже, ее изгнали. И теперь ей некуда идти.

Седрик молчал.

– Она нужна тебе в замке? – поторопила его я.

– Нет.

– Даже для мести?

– Предпочту ее больше никогда не видеть.

Он отвернулся от окон, но не спешил покидать холл. В то же время решение ощущалось искренним.

– Гав! – рявкнула Жуть и уселась у моих ног.

Однако у меня на одомашненную нечисть были другие планы.

– Фас ее! – приказала, распахивая дверь. – Грызть и кусать не стоит, но можно с удовольствием погонять по лесу.

Жуть со всех ног рванула на прогулку, в которую входило и замечательное развлечение – охота.

– Какая ты добрая, – пробормотал Фейн, обнимая меня за плечи.

Не знаю, чему улыбался Седрик и почему старательно скрывал эту улыбку. Он ушел вглубь замка, как только его бывшая ведьма завизжала от страха.

Жуть, кажется, приняла форму повнушительнее.

Я же… не подозревала, что можно получить удовольствие, слушая чужие крики. Но спектакль удался выше всяких похвал.

Прошли месяцы

И весна почти прошла.

Вокруг замка все утряслось. Он не вредил мирам, поэтому они не вредили нам. Разве что у меня добавилась одна обязанность: подготовить преемника в будущем. Нынешнее положение дел всем нравилось, и все хотели, чтобы оно не менялось.

– Сделаем должность смотрителя наследуемой, – предложил на это Фейн.

Грабон взял и одобрил.

Я же предпочла решить, что будущее покажет. Но пока оно не наступило, выбрала жить настоящим.

Настоящее, к слову, радовало. Замок за полгода принял больше десятка страждущих. Один из магов, живущих в долине, в начале лета собирался жениться. Остальные были полны надежд. А еще придумывали название выросшему внизу городу и планировали исследовать доставшееся нам измерение.

Придет время, и Грабон прекратит брать необходимое в мирах. Приятно знать, что мы все стоим в начале этого пути.

Нас с Фейном замок тоже не обделял вниманием и иногда перемещался, просто чтобы мы могли провести время в красивом месте. Большего мы и не желали.

…Так до дня, когда начали прибывать новые маги, и дожили.

Первым появился жизнерадостный Джонни, его задачей было контролировать процесс. Ну и передать нам подарки от Эшерских. Фейну достались книги по магии и редкие материалы для работы, я же отчаянно краснела, открыв коробку при всех и обнаружив там подвязки, которые надлежало надеть под свадебное платье.

– Мы ничего не видели, – заверил будущий муж с таким серьезным лицом, будто надел восковую маску.

– Иначе она должна была бы вас всех убить, – бессовестно издевался Седрик, который пришел на несколько мгновений позже и все неприличное пропустил.

– Да ну вас! – гневно фыркнула я.

Впредь коробки, которые предназначены лично мне, открываю строго в своей спальне.

– Приятно знать, что за много месяцев с нами ты еще не разучилась стесняться, – все не успокаивался вредный фамильяр.

– Ничего, дождешься ты у меня. – Я угрожающе ткнула в него пальцем. Ладно, не очень угрожающе. – Однажды ты сам решишь жениться, и я вот точно так же буду тебя изводить.

Седрик в ужасе отшатнулся.

– Жениться? Я?! – У него и в человеческом виде великолепно получались большие глаза испуганного котика. – Да никогда в жизни!

Ну-ну. Посмотрим.

Ответом ему стала нежная улыбка.

Смущаться я, может, и не разучилась окончательно, но чему меня точно научила жизнь в замке Грабон, так это весело мстить. Для меня весело. А для жертвы – справедливо и действенно.

И да, мы готовились к свадьбе, хоть и понятия не имели, где и каким образом она состоится.

Фейн вернулся к любимому делу и создавал оружие. Заказов было немного, но стоили его услуги столько, что мне становилось дурно. Даже новой мне, не говоря уж про прошлую Гиацинту, которая несколько лет едва сводила концы с концами… Но речь о Фейне. За годы пребывания в замке его сила изменилась, и даже родственники больше не смогли бы узнать его работу.

Клятвы тоже изменились. Теперь в них была лишь верность замку Грабон.

Похожие мы взяли со стажеров, которые прибыли в замок днем позже. Некоторые из них могли пробыть у нас по три года, пришлось подстраховаться во избежание проблем.

Еще через неделю появились студенты и их кураторы.

Случайность это или лэра Янти решила сделать доброе дело, но большинство из всех гостей составляли девушки.

Что же, посмотрим, как это сработает…

Увидели мы уж слишком быстро. Замок переместился, отовсюду зазвучали возгласы непривычных к такому вновь прибывших. Джонни повел своих в долину, знакомить с остальными. Хадмот еще несколько дней назад пристроился к магу кем-то вроде секретаря. Гвенни давно уехала, пообещав вернуться ко мне на свадьбу и Кэт с собой привезти, а этот незаметно прижился у нас. Конечно, это все еще было «не навсегда», но я ведь решила жить настоящим моментом.

Одна из девушек споткнулась и кубарем бы свалилась с лестницы, если бы ее не подхватил Уалгар. Да так на руках вниз и понес.

Кажется, они познакомились по пути.

Седрик наблюдал за происходящим с выражением брезгливости на породистом лице.

Я украдкой вздохнула. Должна же где-то быть и для него девушка. Нормальная девушка, а не… как предыдущие.

– Надо выработать правила брачных церемоний, – шепнул мне Фейн, довольно блестя глазами. – На всякий случай.

– В процессе разберемся, – оптимистично отмахнулась я. – Опробуем на ком-нибудь.

Стоит удивляться тому, что замеченная чуть раньше особа оказалась под присмотром Уалгара?

Тут Сильвана внесла дуновение ледяного ветерка и выдала строгую лекцию о правилах поведения, предупредив, что шашни не поощряются.

Дальше по плану было расселение в общежития, но…

– Замок переместился, – пояснила я для тех, кто не понял, от всплеска какой именно магии только что гудело все вокруг.

Правильнее, наверное, говорить «отразился в каком-то мире», но я уже привыкла называть это перемещениями.

К воротам следом за мной спешила целая свита. Фейн, Седрик – они вообще редко оставляли меня одну. Жуть, которая все еще принюхивалась к гостям, но и надеялась, что привалит счастье еще кого-нибудь погонять по лесу. Почему-то Сильвана, которая обычно предпочитала отсиживаться в замке. И целая толпа любопытных студентов, стажеров и даже двое преподавателей.

Запоздало пришло осознание, что вот в этом всем теперь придется жить. По крайней мере, какое-то время.

– Кто там? – Чтобы попасть к воротам из долины, надо было войти в замок, пересечь первый этаж и выйти через парадный вход. У Седрика терпение закончилось раньше. – Кого еще принесло?

Фамильяр почти постоянно пребывал в скверном настроении, при этом несколько девушек уже мечтательно поглядывали на него.

Сочувствую им.

– Пока ничего внятно не чувствую, – ответила я.

Мужчина.

Довольно молод.

Прибыл один.

Насколько получалось судить, он не нуждался в помощи.

И не собирался сделать заказ ни Фейну, ни кому-то другому из магов…

– Тревор! – выкрикнула Сильвана и вдруг сорвалась с места.

Ворота широко распахнулись.

Все мы могли наблюдать, как обычно серьезная и собранная магиня виснет на незнакомце, точно девчонка, они смеются, а потом целуются. Будто никто не смотрит. Будто весь остальной мир для них перестал существовать.

– Пусть найдут себе свободную комнату, – бросил Седрик и первый повернул обратно к замку.

– Назад! – Преподы погнали своих подопечных туда же. – Здесь смотреть не на что!

Ну… я не была бы столь категорична.

– Как ты понимаешь, это жених Сильваны, – объяснил мне Фейн, когда остальные разошлись. – Думаю, он останется с нами. Он талантливый некромант, так что, если тебе понадобится консультация предшественников, теперь есть к кому обратиться.

– Очень смешно. – Я легонько ткнула его в бок.

Не зря Сильвана хранила верность этому Тревору. Он пришел к ней, как только появилась возможность.

Эпилог

Гвенни и Кэт появились перед воротами замка в конце лета, когда я совсем их не ждала.

– Это все она, – поспешила переложить ответственность на сестру Кейтлин. – Лично я до сих пор не уверена, что приехать сюда – хорошая идея.

Кэт была похожа на себя обычную, разве только добавилось лоска.

А Гвенни с каждой нашей встречей цвела и хорошела.

– Добро пожаловать! – Я крепко обняла их обеих.

Чуждая магии Кэт не ощутила ни барьера силы, ни даже того, что замок переместился, стоило нам войти. Все это время она переживала, не навредит ли поездка ко мне ее будущему.

Она опасалась, что навредит.

– Когда свадьба? – спросила Гвенни, прерывая страдания нашей самой приземленной сестры.

Гул силы, пронесшийся по стенам и отозвавшийся в моем теле, очевидно, на что-то намекал.

– Я не в курсе.

– Вот говорила же! – немедленно подхватила Кэт. – Напрасно ты меня притащила! Ничего не будет. Ай…

Младшенькая наступила ей на ногу.

Даже себе я не хотела в этом признаваться, но нам не хватало Лин. Благодаря замку я знала, что она в порядке… и, надеюсь, сделала выводы. Но вряд ли мы увидимся в ближайшее время. Грабон на нее все еще зол и близко к себе не подпустит.

Других двух сестер он встречал подарками, и золотистое платье, в котором ей предстояло быть на свадьбе, смогло задобрить даже Кэт. Ладно, дело было не только в платье, духах со шлейфом уверенности и прочем таком. Она тоже соскучилась, просто никогда особенно не умела проявлять чувства и вечно беспокоилась даже о том, о чем беспокоиться было не нужно.

Дней пять мы просто наслаждались обществом друг друга.

А вечером шестого мне до зуда захотелось примерить свадебный наряд, который еще много месяцев назад подготовил для меня Грабон…

За окном мелькнула белая кошка. Или кот. С этим представителем мурчащих я знакома не была и надолго застряла у окна, наблюдая, как он исследует территорию. Откуда взялся? Я его здесь не помню.

Непременно надо отловить и погладить. И посмотреть, как отреагирует на конкурента Седрик.

Смешок вырвался, как представила.

Когда же оторвалась от созерцания происходящего перед замком, обнаружила, что Фейн тоже выглядит как жених.

Ох…

– Сейчас, да? – пролепетала, чувствуя, как накатывает волнение.

– Похоже на то. – Жених улыбнулся краешками губ.

Взявшись за руки, мы вышли из покоев.

По пути подхватили нарядных и воодушевленных гостей.

Замок мягко скользнул в очередное измерение.

– Идем в оранжерею, – скомандовал Седрик, который демонстративно не получал ни малейшего удовольствия от происходящего.

Мы потянулись за ним.

Оранжерея цвела и благоухала. И казалась просторнее, чем обычно, что позволяло вместить всех присутствующих. Тут и там незаметно приткнулись столики с бокалами и легкими закусками. Где-то шумел фонтан.

Пожелания счастья смешались с птичьими трелями.

Даже Кэт прослезилась, обнимая меня.

Замок пробовал на нас с Фейном новые брачные традиции, так что стоило ожидать чего-то магического. Но когда распахнулись огромные двустворчатые двери, приглашая совсем в другой сад, я, признаться, удивилась.

Кошка, которую пока так никто и не сумел отловить и погладить, прошмыгнула первая и уже из чуть подсвеченного магией чужого сада выжидающе посмотрела на нас.

Седрик недоуменно приподнял брови. Вот и свиделись двое мурчащих.

Фейн увлек меня навстречу судьбе.

В небе зависла почти полная луна и вместе с магией у нас было достаточно света, чтобы осмотреться. Дорожка, на которую направил нас Грабон, выглядела запущенной, как если бы по ней давненько никто не ходил. Чужой замок, который частично был виден с нее, казался заброшенным. Кругом стояла тишина, не считал ночных птиц и нас.

Поначалу мы полагали, что нужно пройти аллею целиком. На ней ощущалась чистейшая романтическая магия. Сильно ощущалась. Но чем дальше мы продвигались, тем больше сплетенных ветвей замечали. Их будто связывали в узелки. И эти узелки срастались.

Вот же она – магия брачной церемонии.

Две ветки засветились прямо перед нами.

– Готова оказаться связанной со мной навсегда? – вдруг спросил Фейн.

– Готова. – К моему удивлению, голос не дрогнул. – А ты?

– Да.

Ветки гнулись нужным образом с трудом и красивый узел получился не так-то легко. Но получился.

Вспыхнул магией – и сросся, будто всегда здесь был.

Кто-то закричал:

– Целуйтесь!

И мы с Фейном с удовольствием выполнили требование.

Ощущение… волшебное. Будто от сердца к сердцу протянулись золотые нити, связанные волшебным узелком. Я чувствовала радость и облегчение мужа от того, что все наконец состоялось. И еще он гордился мной. Фейн же мог уловить мое волнение и восторг.

Мы возвращались обратно в Грабон, когда среди веток мелькнула белоснежная кошачья фигура. Студентки бросились ее ловить, но… кошка исчезла на глазах. Будто растворилась в воздухе. Ни малейшего звука. Ни даже всплеска магии, хотя бы крошечного.

– Она точно не фамильяр, – ревниво заметил Седрик.

Трехцветка выгнула спину и зевнула. Ее единственную появление незнакомки не взбудоражило.

– Иногда судьба, магия или удача могут принимать форму животного… – не слишком уверенно предположил кто-то из преподавателей.

Ответа у нас не было, но вот новая загадка была.

Стоило всем вернуться в оранжерею, двери закрылись, а потом и вовсе пропали.

Замок переместился.

Домой.

Content

Катерина Полянская
Смотрительница замка Грабон

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Эпилог