Савинков Андрей Николаевич

Рыцарь белого единорога

Глава 1

Вторая зима в новом мире оказалась гораздо более холодной и снежной, чем предыдущая. Несмотря на то, что снег выпал уже ближе к Новому году, вторая половина холодного сезона ознаменовалась обильными снегопадами, сопряженными с постоянным ветром и низкой температурой. Жизнь в таких условиях практически замерла: купцы перестали колесить по дорогам, крестьяне выходили из дома лишь для того, чтобы покормить скотину, даже патрули из замка Александр приказал не отправлять. Крайне маловероятно, что по такой погоде под ближайшим кустом может завестись шайка душегубов — как показывает практика, они тоже любят тепло и уют. Да и подмел Серов основную часть бесшабашных молодых парней, которых во все времена не устраивала тихая однообразная крестьянская жизнь, а шило в пятой точке тянуло на необдуманные приключения.

Во время последнего набора, который люди барона провели уже после окончания серьезной по местным меркам войны, оказалось, что желающих стать дружинником существенно больше, чем вакантных мест. Не смотря на отсутствие интернета, все заинтересованные каким-то совершенно непостижимым для капитана образом знали подробности закончившегося конфликта: соотношение потерь, размеры премиальных и, конечно, — истории успеха отдельных бойцов, сумевших буквально за полтора года построить неплохую карьеру и выбиться «в люди». Конечно, шансов закончить в итоге с прорубленной чьим-то топором головой было гораздо больше, однако молодые люди самого активного возраста смотрели на это весьма философски. Крестьяне и в деревне мерли как мухи — от тяжелой работы, болезней, антисанитарии и недоедания, — но уже при этом без каких-либо перспектив. Более того, слух о новом наборе дошел до жителей деревень, которые располагались за границами баронства Серов. Их владельцы видимо не отличались теми положительными качествами, которыми славился Александр: бережливостью к воинам, щедростью и способностью видеть в своих подчиненных не говорящий скот, а людей.

В общем, при необходимости набрать сотню с небольшим будущих дружинников, желающих встать под знамена Александра оказалось, как бы не в три раза больше, что позволило провести вполне себе качественный кастинг, выбирая только самых лучших — сильных, ловких, а главное — сообразительных. Буквально за два десятка дней, баронская дружина не только восстановила свою численность, но и выросла до четырех сотен человек, становясь уже достаточно заметной силой по меркам крошечных армий лоскутных вольных баронств.

Вообще у Александра, как у самовластного владетеля за каких-то полтора года успела у местных сформироваться определенная репутация. И речь сейчас идет не только про таких же коллег-баронов, которые получив однажды по сусалам, следующий раз, вероятно, постараются вести себя осмотрительнее. Даже среди крестьян Серов заработал кое-какой авторитет, как феодал, который не загибает налоги, заботится о своих людях, искореняет на своих землях разбойный люд, привечает торговцев, тратит деньги на дороги мосты и прочую и инфраструктуру. И конечно дает шанс стать магом, что автоматически возносит вчерашнего землепашца на недосягаемую до того высоту.

Все это привело к тому, что во владения Александра потянулся тонкий, но достаточно стабильный ручеек переселенцев, ищущих лучшей доли. Причем не только переселенцев, бегущих от гнета феодалов в центральных королевствах — этот поток был всегда — но и из соседних баронств. Серов отлично понимал, что такой процесс в будущем может стать проблемой — вряд ли соседям может понравится, что платящие им подати крестьяне «голосуют ногами за другого кандидата». С другой стороны и сделать с этим он ничего не мог: запрещать ищущим лучшей доли людям селиться на его землях — пустующих, причем, землях — Серов, конечно, не собирался.

Большую же часть времени длинными зимними вечерами Александр проводил, занимаясь творческой деятельностью. Работники его маленькой типографии почти закончили набирать философский труд Робина ан-Гровера, к Новому году оставалось отпечатать буквально десяток страниц, после чего около месяца отводилось на то чтобы переплести сотни отдельных листов в готовые, пригодные к продаже книги и уже весной, как только дороги вновь станут проходимыми, отправить их заждавшимся покупателям. Покупатели, конечно, еще не знают, что они заждались, но Александр был уверен, что такой товар на долго не залежится, закрывая, наконец, окончательно денежный вопрос.

Ну а следующей книгой, которую капитан задумал отправить в производство, должен был стать его собственный философский трактат, в котором Александр попытался изложить взгляд человека из будущего на жизнь и общественные отношения в средневековье. Сложно сказать, зачем Серову вообще было это нужно, уж точно он смог бы найти более перспективные с точки зрения коммерции книги. Вот только у него за почти два года жизни в новом мире успело накопиться много чего на душе — он смотрел, сравнивал, размышлял — чем хотелось поделиться с другими людьми. Чего в этом было больше — попытки изменить взгляды местных или просто прорывалась тоска по родине — не мог понять и сам автор, однако писательский труд не на шутку увлек бывшего спецназовца, заставляя просиживать над бумагами по несколько часов в день, изливая бурным потоком на нее свои мысли.

Когда же, уже в середине весны, Серов поставил точку в своем трактате, несколько нескромно озаглавленном как «Мысли о прошлом и будущем», то почувствовал, как тяжесть, давившая на него все эти месяцы как будто стала легче, как будто он смог переложить ее на страницы своего произведения.

Отладка постоянного процесса изготовления книг во весь рост поставила вопрос об изготовлении своей бумаги. Именно она кроме работы наборщиков, которая в эти времена почти ничего не стоила, составляла львиную долю себестоимости конечного продукта.

Изготовление бумаги — дело, если подойти с головой — не самое хитрое. Весь техпроцесс в реальности имеет два узких места, если удастся расширить которые, можно завалить сравнительно дешевой продукцией практически бесконечное количество потребителей.

Первым узким местом была химия. Серов из когда-то виденного фильма по Дискавери помнил, что исходное сырье превращается в однородную массу то ли под воздействием щелочи то ли кислоты то ли еще какой-то гадости. Вроде бы щелочи, но это не точно. В итоге на эксперименты с мелкими партиями ушла вся осень и почти вся зима. За полгода удалось подобрать нужный состав и немного отработать технологию, что называется «на кошках».

Второй большой проблемой, было то, что превращенное с вязкую субстанцию исходное сырье нужно, порезать, перетереть — в общем измельчить — и превратить в однородную массу без включений. Ведь каждый такой не измельченный кусок будет выделяться на будущем гладком листе бумаги.

Когда люди Александра имели дело с тестовыми партиями для отработки технологии, они измельчали, перетирали, а потом фильтровали пульпу вручную. Учитывая, что экспериментировали они с небольшим количеством, это в общем-то не было серьёзной проблемой. Теперь же приходилось думать, как экстраполировать полученный результат на промышленные объемы.

Ничего умнее чем использовать бесплатную силу воды, Серов придумать не смог, и отправился с этим вопросом в гному. Тот почесал бороду, подумал несколько минут и согласился, что ворочать полутонные бочки руками — никаких сил не напасёшься.

Для установки мельницы решили запрудить небольшой ручей, протекающий в трехстах метрах от замка. Строительство водных мельниц в этом мире хоть и не было распространено повсеместно, однако и редким это явление тоже назвать было сложно, поэтому Серов с чистой совестью спихнул ее постройку на Дрора с Реймосом, лишь высказав пожелание, чтобы от водяного колеса можно было запитывать не только бумагоделательное производство но и другие: туже мельницу, например, или лесопилку или кузнечный молот. Мало ли где сила воды может помочь человеку, если не сейчас, то в будущем — точно.

С приходом весны, таянием льда и снега постройка водяного колеса перешла из стадии теоретической в практическую. Для начала нашли удобное место, где перепад высоты был побольше, дополнительно увеличили его за счет земляных работ и начали делать запруду. Одновременно в мастерской рабочие под руководством придирчивого гнома начали сооружать непосредственно колесо, а также валы и шестерни к нему.

В общем, работа, как всегда, кипела и опять же, как всегда, конца и края ей совершенно не было видно.

Еще одним направлением деятельности Александра этой длинной холодной зимой стало изобретение и налаживание производства спиртовых ламп. Началось все с того, что барона, сидевшего за написание книги по вечерам, окончательно достали использующиеся для освещения восковые свечи. Они давали мало света, имели очень характерный надоедливый запах и при этом раздражали барона тем, что начинали мерцать от каждого минимального сквозняка. А сквозняки в каменном замке, не смотря на все усилия слуг, побороть полностью так и не удалось. Еще и стоили свечи при этом достаточно недешево, хоть и не сравнимо дешевле магических светильников, коими было предложил закупиться Дрор в качестве альтернативы. Когда Серов увидел цены на светящиеся шары, входящие в стандартный прайс-лист почти любой магической лавки, то чуть было не задохнулся от возмущения. Можно сказать, что жаба опасно протянула свои натруженные лапки в шее барона, угрожая лишить того доступа к кислороду.

В итоге просидев несколько дней в печальных раздумьях, Александр пришел к выводу, что можно попробовать заменить горючий керосин в качестве топлива на чуть менее горючий спирт, благо и в прошлой жизни он слышал что-то про спиртовые лампы, горелки и, кажется, даже двигатели. Ну а этого продукта, благодаря замковому производству у него было в достатке.

И опять же, совсем не факт, что у него что-то получилось бы, попытайся он смастерить конечное изделия своими, заточенными совсем под другое, руками. На счастье в замке проживал гном, одна рука которого была подчас более продуктивной чем две руки иного человеческого мастера. Дрор лишь выслушал основную идею — горение спиртовых паров, а не жидкости, покрутил в руках чертеж, набросанный Александром, хмыкнул, почесал бороду и удалился, чтобы через десяток дней принести уже готовое изделие. Оно, конечно, уже потом тоже подвергалось доработке, но большая часть конструкторских и опытных работ прошла, таким образом, мимо капитана, оставшись за кадром.

Первые спиртовые горелки получились весьма неказистыми, громоздкими, да и света давали не так чтобы очень много: примерно, как три-четыре восковые свечи. Второе поколение уже светило более ярко, а топливо поглощало меньше, но до готового продукта, который можно предложить на рынок все равно не дотягивала. Уже ближе к весне мастерские замка выдали третью партию спиртовых ламп, к дизайну которых приложил руку сам Серов и готовящаяся стать матерью Мариетта. Выпирающий живот никак не сказался на активности женщины, которая продолжала держать в кулаке хозяйство замка, командовать в типографии и вообще вникать во все актуальные вопросы.

В итоге очередная партия спиртовых ламп удовлетворила придирчивого барона, пытавшегося получить в натуре что-то соответствующее его смутным представлениям о желанной цели. Оставалось ждать прихода тепла, чтобы предложить новое изобретение первым добравшимся до замка купцам. В том, что спиртовые светильники станут хитом продаж, Серов не сомневался ни на секунду, и, если бы у него были лишние средства, начал бы клепать их заранее, но до продажи тысячи экземпляров книг особого притока наличности не ожидалось, поэтому приходилось ждать.

И насчет наличности: сразу после Нового Года произошло событие, которое позволило Серову без проблем протянуть до весны не слишком заморачиваясь подсчетом мелких расходов. Произошло это достаточно непривычным образом — в одно морозное утро, когда Серов спустился в малый зал на завтрак, туда же заглянул Айронт — один из бывших разбойников, назначенный комендантов замка. Выглядел он крайне смущенным, а в руке держал стрелу, вокруг древка которой был обмотан кусок бумаги.

Барон вопросительно приподнял бровь, ожидая пояснений.

— Ваша милость, утренняя смена обнаружила воткнутую в ворота стрелу. Кто стрелял и когда это произошло никто не видел. К стреле примотана записка, я ее сразу вам решил отнести.

— Ну давай сюда, раз принес, — Серов протянул руку, в которую начальник стражи вложил это, с позволение сказать, письмо. — Надеюсь, что ты накажешь тех, кто спит на посту — вряд ли стрела воткнулась в ворота совершенно беззвучно.

Айронт быстро закивал — со всех сторон это был серьезный косяк, а вылететь с должности, которая для бывшего разбойника еще вчера была пределом мечтаний, он совершенно не хотел.

— Свободен.

Письмом оказалась короткая записка, которая лаконично сообщала:

«У вас есть то, что принадлежит нам. Мы готовы это выкупить. Если вас интересует это предложение, повесьте над воротами кусок красной ткани».

Собственно, о чем идет речь, долго размышлять не пришлось — ничем иным кроме найденного в ухоронке хакаша это быть не могло. После недолгих раздумий, Серов принял решение согласиться и как минимум узнать, сколько ему за ценную траву могут предложить.

Долго ждать не пришлось — через семь дней после того, как зубец надвратной башни обзавелся украшением в виде отреза красного полотна, к воротам крепости подъехал небольшой отряд из четырех всадников. Как они умудрились проехать по заснеженной дороге — Бог знает, впрочем, жить захочешь — еще и не так раскорячишься.

— Приветствую вас, барон, — начал гость. Серов моментально отметил обращение к себе как к равному. Простолюдинов тут с детства учат, как говорить правильно. Порой с помощью кнута и никогда — с помощью пряника.

Они находились в малом зале: в кабинет приглашать кого попало Серов почитал излишним. Кроме Александра присутствовал Реймос как специалист по торгам, Ариен как специалист по магии и Элей. Без него последнего можно было бы обойтись, но вести переговоры, когда оппонентов больше — не приятно психологически, с другой стороны и посвящать в такое деликатное дело лишние уши тоже не хотелось. Хотела прийти Мариетта, но тут уж против высказался Серов — до родов никаких лишних треволнений или тем более — опасностей. Мало ли, что неизвестные люди могут вытворить.

— Добрый день, господа, — барон рукой указал гостям на свободные стулья, — Представьтесь, пожалуйста. Кого вы представляете, с чем пожаловали?

— Меня зовут Гровен ан-Вайн, это мои спутники, — не посчитал необходимым представлять своих товарищей переговорщик. Впрочем, барон поступил также. — Мы представляем организацию, которая занимается сбором ингредиентов, их перевозкой, а также производством из них кое-каких дорогих зелий и составов. Ну и торговлей ими.

— Так… И?

— До некоторых известных событий с нами сотрудничал барон Хедел.

— В качестве кого? — Вклинился с вопросом Серов.

— Он предоставлял свой замок в качестве перевалочной базы. А также порой сопровождал грузы с территории Закрытого королевства или наоборот — в сторону центральных королевств. Нужно сказать, что мы лишились весьма ценного партнера.

— Меня это мало волнует.

— Мы это понимаем, — кивнул переговорщик. — Это Вольные Баронства, тут такие ситуации в порядке вещей. Не то чтобы происходят каждый день, но достаточно регулярно, чтобы не удивляться очередному изменению местной политической карты.

— В таком случае давайте закроем этот вопрос.

— Хорошо, однако в захваченном вами замке осталась партия товара, который принадлежит нашей организации, более того, насколько нам известно, этот товар попал в ваши руки. Мы бы хотели выкупить весь его объем, и готовы дать за него справедливую цену.

«Похоже у этих хорьков остались свои глаза и уши в захваченном замке, иначе как бы они узнали про вскрытый тайник», — моментально всплыл в голове барона неприятная мысль, — «нужно будет натравить на обслугу Диная с его парнями».

— С чего вы решили, что мне попал в руки какой-то товар? — Попытался прикинуться дурачком Александр.

— Ну вы же ответили на наше приглашение к сотрудничеству, — заюлил переговорщик, поняв, что только что случайно сдал своего человека в чужом замке.

— Я человек открытый к разного рода деловым предложениям, готов поговорить об обоюдно выгодном предложении с любым, кто желает со мной сотрудничать. Так где, вы говорите, в замке Хедел ваш товар лежит? Я сейчас же пошлю туда людей и уже дня через четыре-пять вам его доставят сюда в лучшем виде. Если, конечно, в цене сойдемся.

Ан-Вайн немного растерянно бросил взгляд на своих спутников, как бы ища моральной поддержки. Явно не такого он ожидал приезжая в замок на переговоры. Однако, отступать было некуда, и поэтому, сказав «А», приходилось говорить «Б».

— Шкатулка черной бронзы. В тайнике в кабинете барона. Где именно она была, я, к сожалению, не знаю. В ней мешочки с товаром — двадцать штук. Мы готовы выкупить всю партию за сто корон.

«Сто корон», — прикинул Серов, — «семьсот пятьдесят грамм золота. Это во сколько раз меня пытаются обуть?»

Вместо ответа, барон встал из-за стола, всем видом показывая, что на этом переговоры закончены:

— Спасибо за встречу, господа, — легкий кивок, — однако я не находил никакого товара в своем новом замке, который бы стоил сто корон или хотя бы близко к этой сумме. Возможно, вы ошиблись баронством, политическая карта тут и вправду меняется регулярно.

Гости, однако, с места не сдвинулись, потуги Серова на актерское мастерство по достоинству оценены не были.

— В какую же сумму вы оцениваете товар? — Немного устало спросил ан-Вайн.

— Хакаш, по моим данным, стоит примерно пятьдесят корон за такой мешочек, то есть цену вы занизили минимум в десять раз, — Серов пожал плечами, как бы предлагая покупателям еще раз назвать цену.

Переговорщик от озвученной суммы аж поперхнулся заготовленной фразой. Видимо на то, что барон будет торговаться как последний купчина он не рассчитывал. Однако уже через секунду он взял себя в руки и принялся расписывать экономику всего дела более подробно.

— Озвученная вами, барон, цена действительно имеет место. В центральных королевствах. В розницу. С двойной наценкой за риск. Оптовая цена в три раза ниже, плюс доставка тоже стоит не малых денег. И опять же какой смысл выкупать траву по запредельной цене, когда будет дешевле привезти новую партию, а эту — списать в убыток. А вы и дальше сидите, и думайте, что делать с хакашем. Товар это специфический, кому попало его не продашь, а с течением времени, качество травы падает и через год-полтора она не будет стоить ровным счетом ничего.

— Двести корон и забирайте ваше говно.

— Сто пятьдесят, — отрезал ан-Вайн.

— Сто пятьдесят и комплект зелий из него на двоих человек, — неожиданно вклинился в торг Ариен.

— Это можно, — кивнул гость и заинтересованно посмотрел на мага. — Вот только если золото для выкупа у нас тут недалеко, то зелья, боюсь придется везти из герцогства Тавар. А это не один день. Ждать мы не можем, но на слово вы же мне не поверите, что зелья вам передадут.

— Не поверим, — согласился с очевидным утверждением Александр.

— И как мы тогда поступим?

— Какие проблемы? Забирайте восемнадцать мешочков, а последние два я отдам в обмен на зелья, — Серов не понял, какие еще зелья выторговал огневик, но, судя по всему, сделка получалась выгодной, и своего он упускать, конечно, не желал.

— Подходит, — тяжело вздохнул ан-Вейн, видимо сроки его конкретно поджимали и даже перспектива кататься туда-сюда два раза, его не слишком на этом фоне пугала.

Собственно обмен произошел можно сказать буднично: через десять дней после переговоров на границе с баронством Терс Александр обменял восемнадцать мешочков с магической травой на свои законно заработанные сто пятьдесят золотых. Что же касается обещанных зелий, их обещали подвести уже весной, после того как дороги подсохнут и можно будет передвигаться по ним без лишних сложностей.

— Это очень удачно получилось, — барон с магом сидели в кабинете первого и обмывали удачную со всех сторон сделку. — Такие составы, их не купишь в первой попавшейся лавке, даже при наличии денег. За ними очередь стоит, уважаемые люди месяцами ждут, пока для них изготовят комплект.

— Так, а для чего они нужны? Очень, знаешь ли интересно, взамен чего я подвинулся монет на двадцать.

Маг вопросительно приподнял бровь, вынудив капитана пояснить.

— Ну думаю, что еще на пятнадцать-двадцать золотых я бы смог его продавить. Ну на десять так точно.

— Ааа, ты в этом смысле, — маг отхлебнул из бокала и поставил его на стол. — Не бойся не продешевили. — Зелья из хакаша помогают развивать магам свое ядро, а это не только объем энергии, которую маг может запасать, но и как бы ее качество. Сложно объяснить, просто поверь, что дело стоящее.

— А зачем тебе два комплекта?

— Один мне, другой тебе.

— Мне то это зачем? — Удивился барон.

— Пригодится. Сильно тебе это не поможет, магом все равно не станешь, но если совместить усиление энергетического тела с физическим, поверь, это откроет перед тобой невиданные доселе горизонты. Для того, чтобы стать мастером меча нужно усиленное тело: кости, связки, мышцы, проводимость нервов и так далее. И все это хозяйство далеко не всегда можно содержать за счет обычной пищи. Часто мастерам, лишенным даже крупицы дара, приходится всю оставшуюся жизнь сидеть на укрепляющих зельях и пище с повышенным содержанием магической энергии, что я тебе скажу — совсем не сахар. Тебе в этом плане повезло — есть потенциал, нужно только немного ему помочь.

— Интересно… — задумчиво протянул Серов.

— Да, — кивнул маг, — хакаш вообще интересная трава. Если составы из нее регулярно давать обычным людям, лишенным дара, то у них зарождаются магические способности. Весьма сильные кстати. За короткое время можно с ноля создать небольшую, но весьма боеспособную армию магов.

— Но? — Барон уловил в голосе друга недосказанность.

— Но такие недомаги сжигают не собранную вокруг ману, а свои внутренние жизненные силы — прану. По сути, получаются одноразовые маги, которые превращаются в сущие развалины буквально после нескольких серьезных заклинаний.

— Ага, и вот именно поэтому оборот хакаша так плотно контролируется, а вовсе не потому, что королевства пытаются бороться с любителями кайфа.

Маг многозначительно пожал плечами — он тоже не верил в добрые намерения власть предержащих.

Кстати, насчет Нового Года: традиции праздновать перемену цифр на календаре у местных не было. По правде говоря, у них вообще с праздниками было туго. Сказывалось то, что какого-то одного главенствующего культа в бывшей империи так и не устоялось, вместо этого люди поклонялись десятку основных богов и нескольким десяткам разных божков поменьше, духам места и прочей языческой ерунде. В итоге основными, самыми распространёнными праздниками были дни солнцестояния, совпадающие с обновлением природы и сбором урожая весной и осенью соответственно.

Серов, не желая оставаться без новогодней елки, своим повелением приказал устроить праздник с зеленым деревом, подарками, огненными шутихами и вот этим вот всем. Вряд ли кто-то в замке действительно понял, ради чего все это затевалось, но в целом — всем понравилось. И действительно, переживать холод и серость зимы, имея посреди нее значимый праздник гораздо легче.

Поселок вокруг замка за осень-зиму как-то незаметно вырос до двух тысяч человек. Это если считать живущих в самой каменной крепости и три сотни бойцов, размещенных в выстроенных отдельно деревянных казармах: понятное дело, что небольшое, по сути, каменное строение всю ораву уместить было не в состоянии.

Кроме казарм за стенами находились металлические мастерские, бондарский цех, трактир и вся инфраструктура для приёма купцов, вынесенный наружу из-за специфических запахов спиртовой заводик, бумажная мастерская, дома отдельных переселившихся сюда крестьян, обрабатывающих баронские огороды с иномирными растениями и работников всех вышеперечисленных производств.

Долгое время населенный пункт не имел собственного названия, обходясь именованием по давшему жизнь замку, однако со временем как-то незаметно прижилось название «Александров» — на имперском, правда, это скорее звучало как «Алесандровград», однако Серову такой перевод не нравился, да и до «града» мелкому поселению еще было расти и расти. Кто первый поименовал безымянный доселе топоним таким именем, достоверно неизвестно — как минимум четыре человека впоследствии пытались приписать эту заслугу себе. Впрочем, это и не важно, важно, что это подтолкнуло Серова заняться, наконец, переименованием захваченных ранее замков: в самом деле, непорядок, когда принадлежащая тебе недвижимость именуется фамилией другого человека.

Сказать, что Александр был плох в придумывании названий — не сказать ничего. Потратив несколько вечеров на это неблагодарное дело, он не смог изобрести ничего лучше, чем «цветовая дифференциация штанов» — просто и сердито. В конце концов, как известно, общество, лишенное цветовой дифференциации штанов — лишено цели. В итоге главный замок стал Белым, в честь белого единорога на гербе барона. Второй, южный, стал черным, потому что его отбили у черных по цвету монстров. Третий стал желтым, потому что дело было осенью, а последний — красным. Очень уж много крови пришлось пролить под его стенами.

Чем еще хороша была такая схема, и о чем Серов не торопился кричать на каждом углу, в ней оставалось еще много цветов, и в случае прибавления территорий, следующий раз голову ломать не придется.

И, конечно, главным событием зимы стало рождение долгожданного ребенка, наследника барона и просто маленького визжащего трёхкилограммового комочка.

Сказать, что Серов нервничал — не сказать ничего. С точки зрения человека будущего, роды в средневековье без стерильной палаты, опытного акушера и тонны всяких препаратов — та еще лотерея. Впрочем, как ни странно, все прошло более-менее штатно, Ариен заранее накачал Мариетту энергией под самую пробку на случай всяких непредвиденных ситуаций, после чего приглашенная специально для этого повивальная бабка, выгнав всех из комнаты, взяла руководство процессом в свои руки.

Следующие несколько часов показались для Александру вечностью, наверное, он еще никогда не нервничал так сильно. Ну а когда ему вынесли маленький пищащий сверток, и сказали, что у него родился сын, эмоции зашкалило окончательно, уведя стрелку в “красную зону”.

Мальчика по желанию Серова назвали Игорем, так как это имя звучало достаточно благозвучно на имперском, в отличии от того же непривычно длинного для местных “Александра”.

Ребенка барону показали и унесли. На сколько он понял, тут вообще было не принято, чтобы отец, особенно в случае с дворянами и тем более самовластными феодалами, принимал участие в жизни ребенка до момента наступления более-менее сознательного возраста. С другой стороны, нельзя сказать, чтобы Серов был сильно против — не вешают на тебя мелкие хлопоты со всеми этими пеленками, распашонками и кормлением по часам — и слава Богу.

Приход весны принес с собой не только солнце, тепло, возрождение природы и хорошее настроение, но и целую кучу работы. Впрочем, то, что весенний день кормит год, это не было новостью ни для Александра, который за год пребывания в статусе землевладельца поневоле набрался кое-какого опыта, ни тем более для крестьян.

Вновь были высажены земные растения, на этот раз это были уже не маленькие огородики, а полноценные поля, урожай с которых можно было не только на семена использовать и самим полакомиться.

Кроме них в качестве эксперимента барон приказал засеять пару делянок специально отобранными для этого крупными зернами местных злаков. Серов мало что смыслил в селекции, кроме самых базовых принципов, по которым нужно пускать в воспроизводство самые удачные экземпляры, поэтому решил начать с простого. В мастерских соорудили большое сито с тщательно подобранным размером ячейки, через которое пропустили пару десятков мешков приготовленной для посадки пшеницы. Получившиеся в итоге два мешка самых крупных зерен посеяли отдельно и приготовились ждать результата.

Вообще Серова очень сильно напрягало однообразие в пище свойственное даже баронскому столу, не говоря уже о крестьянском. Если мясо в дефиците не было — те же коровы, свиньи, а также куры были стандартным набором, встречающемся как в живом виде, так и котле — то вот разнообразие овощей и растительной пищи вообще — совершено не радовало. Больше всего не хватало обычной картохи, место которой занимал какой-то другой корнеплод совершенно отличный по вкусу и структуре. Что-то типа репы, а может брюквы. По правде говоря, ни того, ни другого в прошлой жизни Серов не ел, а посему сравнивать ему было не с чем. Не хватало огурцов с помидорами, но этот вопрос уже в скором времени должен был решиться, кабачков опять же не хватало, баклажанов.

Местная кухня в основном базировалась на крупах — пшенице и ржи, — капусте, и разного рода бобовых. Можно сказать это были три столпа, на которых держалось всё разнообразия растительной пищи, все остальные растения шли исключительно в качестве дополнения, и барон очень сильно надеялся разнообразить свой рацион за счет земных растений, тем более что урожайность они показывали более чем завидную.

Но больше всего Серову в рационе не хватало сладкого. Шоколад, торты, печенье, конфеты, — все это отсутствовало напрочь. Вернее, можно сказать, что было только печенье, где в качестве подсластителя использовался мед. К сожалению, до сахарного тростника местные еще не доплыли, а делать сахар из свёклы — это вообще придумка девятнадцатого века, тут до этого еще ползти и ползти. Ну а мед был весьма дорог, и можно даже сказать — дефицитен.

Была у Серова мысль заняться промышленным производством меда: когда он узнал, как местные добывают этот ценный продукт, у него едва глаза на лоб не полезли. Ни о каких рамочных ульях речи и близко не шло: вместо этого бортники — добытчики меда — искали дикие ульи, расположенные на деревьях, и выпиливали их вместе с изрядным куском ствола. Понятное дело, что КПД всего этого мероприятия был удручающе мал и изобретение рамочного улья стало бы настоящей революцией в этом сладком бизнесе. Вот только подходящего человека, на которого можно было бы взвалить этот проект под рукой не было, а самому еще и с пчелами разбираться: спасибо, не надо!

И таких перспективных на первый взгляд мелких прогрессорских идей у капитана был не один десяток. А вот руки — всего две, да и способов увеличить количество часов в сутках хотя бы до тридцати тоже на горизонте не виделось, поэтому приходилось сосредотачиваться на чем-то одном.

Серов приоткрыл дверь и тихонько заглянул в тренировочный зал. Там на разбросанных по полу коврах сидело два десятка человек, молча уставившихся на установленную по центру жаровню с открытым пламенем. Выглядело все это действо, или вернее его отсутствие, весьма странно, можно даже сказать пугающе. Вот только Серов знал, что большую часть времени новоиспечённые аколиты проводят в медитациях, поэтому такая картина в этом специально оборудованном помещении, можно сказать, была привычной.

Среди сидящих на полу мужчин и женщин важно и неспешно прогуливался маг, то и дело тыкая в застывших учеников длинной палкой: видимо не все выкладывались во время тренировок на полную. Если в таком деле как медитация вообще можно «выкладываться».

Появление барона не осталось незамеченным. Ариен повернул голову в сторону открывшейся двери и вопросительно дернул головой. Серов на это так же молча знаками позвал его наружу, чтобы не мешать остальным.

Маг кивнул, однако сразу на выход не направился. Вместо этого он перевел взгляд на сидящего у его ноги паренька и ткнув в него своей указкой спросил.

— Коранд, ты только что поморщился, почему?

— Не знаю, мастер. Мне показалось, что как будто что-то изменилось.

— Кто-то еще почувствовал похожее? — Никто не отозвался. — Хорошо, Коранд, попробуй поймать это ощущение: это открылась дверь, разомкнулся контур и в помещении изменилась насыщенность энергии. Именно этот перепад ты почувствовал. Считай, что сделал первый шаг. Продолжаем дальше, кто будет отлынивать или не дай Боги заснет — приду, отправлю чистить нужники.

Раздав, таким образом, ценные указания, Ариен вышел из зала и прикрыл за собой дверь.

— Пойдем ко мне, — поманил его барон, — поговорить надо.

Уже в кабинете, удобно расположившись в глубоких креслах Серов перешел к сути вопроса.

— Как идет проверка людей из присоединенных деревень? — Осенью территория баронства, а с ней и население увеличились почти в два раза, доведя его до весьма солидных двадцати тысяч.

— Побойся Богов! — Ариен явно был не в восторге от возможного увеличения числа учеников. — Куда еще? Меня и так на всех не хватает. Вернее, всего не хватает — учебных материалов нет, а учить всему по памяти — прямая дорога к ошибкам. Возможно смертельным.

— Хорошо! — Серов поднял открытые ладони в защитном жесте, — я для того и позвал тебя. Хотел поговорить о том, что нужно будет тебе и твоим ученикам в этом году. Бюджет прикидываю, в общем. И вообще хотел обсудить, как у тебя продвигается все это дело.

— Ну… — маг был явно не готов к серьезному разговору, и вопрос капитана заставил его задуматься. — Первая проблема — не все из моих учеников имеют склонность к огню, вернее ее не имеют большинство. Соответственно хорошо бы им найти учителей, которые бы могли раскрыть их сильные качества. Ну или хотя бы литературу достать по этим направлениям. Я просто не знаю, чему учить тех же целителей, а пытаться вылепить из них боевиков — напрасно переводить время и силы.

— А есть ученики склонные к целительству? — Заинтересовался Серов.

— Вроде есть, но это не точно. Мне не хватает знаний, чтобы это с уверенностью определить.

— Хорошо, в таком случае, составь список того, что тебе нужно будет в ближайшее время, сколько это стоит и где его доставать. Я попробую этот вопрос решить.

— Сделаю.

— Отлично, теперь второй вопрос. Как успехи у твоих ребят? Сколько уже могут при необходимости учувствовать в бою?

— Каком бою, о чем ты говоришь? — Ариен весьма болезненно реагировал на вопросы о практических результатах. — Большинство только-только начали ощущать ядро. До практического применения еще годы работы.

— Ну ведь осенью как минимум двое твоих учеников сумели принять непосредственное участие в бою, причем не безуспешно.

— Гинара и Норвин — это друге. У них талант именно к огненной стихии, мне гораздо проще работать с ними, я банально знаю в каком направлении двигаться.

— Я понял, — кивнул Серов, — но вот о чем хотел тебе напомнить. Когда мы год назад затевали всю это историю, то я тебе говорил: мне не нужны полноценные маги. Вернее, не то, чтобы не нужны, я просто не готов сейчас вкладываться в их обучение. Мне будет достаточно, если каждый из твоих мальчиков и девочек сможет метнуть два-три огненных шара. Нормальных, конечно, а не таких слабых как это было осенью. Два десятка магов по три шара — шестьдесят снарядов. Один залп, считай небольшой баронской дружины нет, кто не отправился на свидание с предками, тот ранен или убегает. Такого результата я жду, если получится вырастить несколько полноценных магов, то я против, конечно, не буду, но только не в ущерб всему остальному.

— Хорошо, — было видно, что такой подход магу совершенно не нравится, но, с другой стороны, он признавал его обоснованность. Обучить полноценного мага в таких условиях все равно не получится, а тем более двадцать магов, так что логично выжимать из ситуации максимум.

— И насчет целителей. Попробуй заняться ими отдельно, на сколько сможешь, конечно. Напиши, что тебе для этого надо, все купим. Целители — это золотая жила.

— Хорошо, — повторил Ариен.

С того дня практика массовых тестирований на наличие магических способностей была временно приостановлена. Вместо этого маг сосредоточился на доведении уже тех, кто был под рукой до «боевых» кондиций. Нет, тем кто целенаправленно приезжал в Александров чтобы узнать есть ли у него способности, не отказывали, но это уже было совсем не то количество. Можно сказать, что магическая школа перешла в своем развитии на второй уровень.

Интерлюдия 1

— Гантер, что я всегда говорю тебе насчет деликатных дел, из которых не должны торчать уши ордена?

— Не нанимать для этого идиотов, гроссмейстер, — Гантер выглядел несколько смущенным, хотя особой вины за собой не видел.

Растения, собранные в замковой оранжерее как обычно бурно отреагировали на приход весны, даже те, которые изначально произрастали в местах, сменой времен года похвастаться неспособных. Буквально каждый пенек посчитал своим долгом выбросить новую зеленую ветвь или хотя бы росток, радуя глаз гроссмейстера. А между прочим, когда твой возраст переваливает за сотню лет, остается не так много вещей, способных доставить искреннее удовольствие.

— Именно, молодой человек, именно! — Лаванд ан-Крейн был в откровенно паршивом настроении и даже любимое занятие тут не помогало. — Ты же уже не первый раз попадаешь в эту яму, почему нельзя было найти кого-нибудь посообразительнее?

— Никого не было, гроссмейстер, — вновь попытался объяснить главе ордена сложности с которыми столкнулась его правая рука. — Во всяком случае никого, кто согласился бы отправиться в вольные баронства поздней зимой, и кого нельзя было напрямую связать с нашей организацией.

— И что, хочешь сказать, что не нашлось никого более… Компетентного? Даже за повышенную плату?

— В тот момент эта шайка, была единственной, кто согласился подписаться на это дело. В же знаете у южных гномов опять обострились отношения Равенским ханом. Хан все никак не может успокоиться, глядя как доходы от транзитной торговли уходят в карман бородачам, поэтому все более-менее приличные ватаги ушли на юг.

— Нда… Не вовремя у хана опять начался приступ фантомных болей по ампутированным провинциям. Три сотни лет прошло, а они никак не успокоятся. Ну да ладно, скажи мне, мой друг, что ты собираешься делать с нашим бароном? Дороги вот-вот высохнут и вопрос вновь станет актуальным.

Гроссмейстер задумчиво оглядел растение перед собой. Пурпурный тысячецветник почему-то никак не торопился оправдывать свое название, что-то растению не нравилось, и садовод никак не мог понять, что именно. А ведь у него были планы на его знаменитые пурпурные соцветия, давшие название всему растению. Из них зельевары ордена варили один очень забавный яд, который плохо замечался стандартными, предназначенными для этого артефактами и соответственно стоил весьма недешево. Ну и сам орден его регулярно использовал, не без того, конечно.

— У меня есть задумка на этот счет, — кивнул помощник.

— Поделись.

— Ходят слухи, что барон привечает мастеров со всей округи. Кузнецы, бондари, строители — много, в общем, кого.

— Так…

— Можно попробовать подослать нашего человека под видом грамотного мастера, а там уже не столь важно — кинжал, яд или магия. Или все вместе.

— И кого это ты собираешься послать на такое самоубийственное дело? — Задумчиво пробормотал гроссмейстер.

Маг аккуратно, чтобы не повредить другие ветки, большим секатором чикнул верхушку куста. Сделал полшага назад и оглядел результат — внешний вид не пострадал: в конце концов оранжерея это в первую очередь хобби и только во вторую — собрание редких дорогих растений, способное при должном уходе приносить неплохой доход.

Сквозь большое остекленное окно — страшно даже сказать, сколько оно стоило — внутрь проник теплый весенний луч солнца, весело играя цветами и отражаясь в каплях, повисших на зеленых листьях. Гроссмейстер прикрыл глаза и тоже подставил лицо солнечным лучам — слабое физическое тело уже давно держалось лишь за счет магии, грозя развалиться в любой момент. Все же две сотни лет — возраст как для человека — более чем почтенный. Не то, чтобы гроссмейстер собирался отправляться на погост буквально завтра, но мысли о вечном в последние годы стали посещать его все чаще. Вопрос о приемнике становился все более актуальным. Хотя, конечно, две сотни лет — это далеко не рекорд.

— Кого-то из штрафников направим, — пожал плечами Гантер. Его возможность летального исхода для лазутчика видимо не смущала. У ордена всегда был запас проштрафившихся, которых можно было отправить на самые опасные дела, предполагавшие высокую долю риска.

— А если его схватят? Даже уже после дела. Будут пытать и он расколется. А у барона в окружении есть глаза эльфов, как ты думаешь, нужны нам еще и с ушастыми проблемы?

В голосе гроссмейстера звучало неприкрытое неудовлетворение. Последнее время его помощник слишком часто ошибался, такое в их организации не приветствовалось. Впрочем, весь Орден переживал не самые лучшие времена, поэтому нельзя было все сваливать на одного человека. Тот же провал с экспедицией в соседний мир до сих пор аукался Ордену, и помощника обвинить в этом было никак невозможно.

— Перед делом отдадим исполнителя менталистам, те его так обработают, что он свое имя при необходимости не вспомнит, — видимо Гантер этот вопрос продумывал заранее.

— А сможет он после такой обработки изображать из себя мастера? — Гроссмейстер потрогал узловатыми пальцами землю и, убедившись, что та достаточно влажная, перешел к следующему растению. — Знаю я наших коновалов — так покопаются в мозгах, что потом только на органы и сгодится.

— Отловим какого-нибудь мастера, я уже дал заказ, скопируем его умения, а потом подсадим нашему человеку.

— Долго вся эта конструкция не продержится, — резонно возразил ан-Крейн.

— А долго и не нужно, — пожал плечами более молодой маг. — Ткнуть отравленным кинжалом — много времени не займет, а потом… Если сможет сбежать — подлатаем, а не сможет… Получит пару раз по голове от охраны, и у него окончательно все смешается, даже хороший специалист не поможет.

— Годно, — вынужден был согласиться гроссмейстер. План начал обретать хоть какие-то более-менее приемлемые очертания. — Сообщишь перед тем, как пускать это все в работу. Я посмотрю.

Помощник кивнул.

— Что с гномами?

— Коротышки наконец озвучили претензию. Они как-то прознали про наши шалости с их караванами. Выставили виру.

— Какой размер.

— Приемлемый, — аккуратно ответил Гантер, — мы все равно остались в плюсе. Точные расчёты передам через пару дней.

— Бородатые в своем стиле, — ан-Крейн сорвал с небольшого, но пышного куста листок, растер его между пальцами и понюхал, нет запах был еще недостаточно мощный, нужно еще подождать дней десять. — Как всегда все меряют на деньги. Это их когда-нибудь погубит, впрочем, уже не раз губило, но они ничему не учатся. Не зря есть легенда что когда-то на заре сотворения миров, их прокляли, сделав слишком златолюбивыми. С другой стороны — а кто без изъяна?

Гроссмейстер был, как и многие другие пожилые люди, склонен к впадению в философское настроение с пространными размышлениями на отвлеченные темы. Гантер знал эту слабость своего начальника и был к ней весьма снисходителен: порой в речах гроссмейстера проскакивали весьма интересные вещи.

— Сколько «питомцев» подготовили за последние десять дней? — На этот раз ан-Крейн сумел себя сдержать и вернулся к насущным делам.

— Четырнадцать питомцев.

— Хорошо, а сколько сейчас у нас их всего?

— Полторы сотни. Заготовок еще на пятьдесят штук есть, однако нет смысла сразу все перерабатывать, слишком уж они получаются недолговечными. К сожалению, про запас на несколько лет вперед наделать не получится.

— Пока не получится, — поправил Гантера старый маг. — Еще пять лет назад они и столько не жили. Опыт все-таки великая вещь!

Ан-Крейн бросил короткий взгляд на своего подчиненного, но тот сделал вид, что не заметил.

— Да, гроссмейстер.

— Со мной связались южные гномы — и как только узнали, что мы почти уладили разногласия со Стальной Секирой — просят одолжить у нас сотню питомцев.

— Одолжить? — Изумился формулировке Гантер.

— Это все что тебя удивляет? То есть то, что уже каждая собака знает, кто создает гольцев, тебя уже не смущает? У нас где-то течет, информация регулярно уходит на сторону, я хочу, чтобы ты нашел того, у кого слишком длинный язык и укоротил его!

— Сделаю.

— Хорошо, — ан-Крейн как быстро завелся, так и быстро остыл. — В любом случае уже скоро бы это перестало быть секретом. Прошлой весной мы прилично нашумели и уже после второго-третьего появления наших питомцев перед почтенной публикой, все заинтересованные стороны поняли бы чьих это рук дело. Однако вернемся в бородатым.

Гроссмейстер закончил поливать растения и двинул к своей любимой беседке, Гантер последовал за ним.

— Меня их предложение заинтересовало, как ты сам говорил, у гномов опять терки с ханом, а бородатые не особо любят воевать на поверхности — им мобильности не хватает. А у хана конница.

— И на каких условиях гномы хотят «одолжить» у нас полторы сотни гольцев?

— Условия тебе и придется с ними обсудить. Важно с одной стороны не продешевить, с другой — испытать новое поколение. За год накопилось много мелких изменений, стоит опробовать их на практике. Да и прав ты, нет смысла копить гольцев. Они быстро портятся. Так что займись этим вопросом.

— Сделаю, — кивнул Гантер. — Погонщики, я так понимаю идут в комплекте?

— Конечно, менталисты у бородатых пока еще рождаться не начали. К счастью.

— Хорошо, — еще раз кивнул помощник. — Что-то еще.

— Нет, на сегодня все. Можешь идти.

Глава 2

— Надеюсь вы расскажете, как все это богатство использовать?

— А я думал, что вы в курсе. Во всяком случае, когда мы прошлый раз общались, сложилось именно такое мнение.

— Только очень общие сведения, не хотелось бы облажаться, учитывая цену и редкость этих штук, — Серов слегка потряс ящичек с наборами пузырьков, которые ответили на это дружным перезвоном.

В конце первого месяца весны, ему наконец подвезли обещанные ранее наборы зелий. В качестве курьера выступил все тот же Гровен ан-Вайн, которого необходимость кататься туда-суда, судя по уставшему выражению лица, изрядно напрягала. Впрочем, на словах он был достаточно любезен, чтобы не послать выставившего их на солидную сумму барона известным маршрутом, а дать указания по приему магических составов.

— Хорошо, — кивнул Александр, выслушав наставления и передав магу последние два мешочка с травой, — приятно было иметь с вами дело. В случае необходимости — обращайтесь, я как уже говорил, открыт для любого выгодного дела.

На этот раз Серов принял гостя в одиночку: Ариен куда-то потащил своих учеников, Элей во всю гонял новиков, а Реймос был занят с набежавшими толпой купцами. Управляющий вообще, нужно сказать, зашивался, работая, казалось, двадцать четыре часа в сутки, успевая продать не только накопленный за зиму алкоголь, но и предложить новые товары, постепенно становившегося региональным промышленным центром Александрова.

— Любого… — Задумчиво пробормотал ан-Вайн, — у меня есть к вам предложение. Не знаю, насколько оно будет вам интересно, но все же.

— Озвучьте, я как минимум подумаю. Может вина? — В этот раз они сидели в кабинете Алесандра.

— Нет спасибо, я не употребляю алкоголь, — покачал головой гость. — Если вы помните, прошлый раз я упоминал, что наша организация сотрудничала с бароном Хедел.

— Припоминаю, — согласился барон, — однако мне казалось, что мы этот вопрос закрыли?

— Я не в том смысле, — отмахнулся маг. — Дело в том, что покойный барон подчас оказывал нам и иные услуги кроме непосредственно хранения товара.

— Да, вы упоминали что-то об этом прошлый раз.

— Так вот, сейчас у нас сложилась неприятная ситуация, когда на юго-западе, на территории Закрытого королевства собралась приличная партия товара, а перевести ее некому. Как вы понимаете, это совсем не тот случай, когда груз можно отправить без охраны, а подходящих людей у нас тут просто нет.

— О каком объеме идет речь?

— О! Непосредственно самых ценных ингредиентов не так много — несколько вьючных лошадей вполне способны увезли их на себе.

— А не самых ценных? — Серов мгновенно почувствовал подвох.

— Собственно в них вся загвоздка, — маг на секунду замялся, — нашим скупщикам удалось по хорошей цене разжиться крупной партией рогов, серого зайна. Не то, чтобы они были очень ценными, но в некоторых составах присутствуют, кроме того, идут на отделку дорогого оружия и прочих таких вещей. На них неплохо ложатся заклинания, а при должной обработке такие рога могут сами выступать в качестве накопителя. Не такого емкого как камни, конечно, но все же.

— Серый зайн?

— Это такое животное, на лося похожее, только с еще более скверным характером и костяными пластинами на в качестве такой себе природной брони.

— А почему именно серый?

— Эммм… — мага вопрос поставил в тупик. — Возможно именно этого цвета у него шкура?

— Логично, — согласился Серов, не став развивать эту тему. — И сколько там рогов?

— Три телеги.

— Понятно… И где это все богатство находится?

— В Нолидже.

— В Нолидже?

— Да, в Нолидже. Это там, где большой рынок древних артефактов, куча полуразрушенных домов, и толпы подозрительных лиц на каждом шагу. Бывали?

— Нет, — Серов на секунду задумался, где он уже слышал название этого города. Через несколько секунд его осенило — это именно в том городе наняли тех придурков, которые пытались его убить зимой. Барон бросил подозрительный взгляд на собеседника, пытаясь понять, совпадение это или закономерность.

«Был ли смысл этим зельеварам-наркоторговцам-контрабандистам нанимать людей для моего устранения? По времени вроде бы проходит, хотя и со скрипом. До этого Нолиджа вроде около трехсот километров, и если бы заказ дали сразу после захвата Красного замка, то они вполне могли успеть», — Серов попытался быстро прокрутить эту мысль, — «да нет — бред. Какой им смысл меня убивать. Как моя смерть приблизила бы их к тайнику с травой. Даже не к тайнику: учитывая, что у них есть свои люди в Красном замке, они не могли не знать, что тайник обнаружен и тогда моя смерть тем более смысла не имеет. Получается — совпадение. Если так, то достаточно забавное, поневоле в судьбу поверишь».

— Нет, не был, — после паузы повторил Серов. — Но примерно представляю себе, где он находится.

— И как вам такое предложение?

Серов пожал плечами.

— Зависит от того, что вы можете мне предложить. Как вы понимаете, я человек не самый бедный и в паре лишних золотых не особо нуждаюсь.

— Да, я заметил, — еще на подъезде к замку мага впечатлило неожиданное столпотворение, вокруг такого тихого зимой поселка. Он, конечно, навел сведения об этом необычном бароне, однако одно дело знать теоретически, и совсем другое — видеть все это дело собственными глазами. — Что же может вас заинтересовать?

— Хм… хороший вопрос. По правде говоря, я не очень представляю, что можно с вас получить, да и во всех этих магических делах не сильно разбираюсь, — Серова предложение озвучить возможную цену, поставило в тупик.

— Да, это я тоже заметил, — кивнул маг. — За это направление у вас отвечает адепт огненной стихии, который, как я помню и был непосредственным заказчиком зелий. Я, честно сказать, несколько удивился, не увидев его сегодня с вами.

— Он с учениками отлучился из замка.

— О! У него есть ученики? Ваш друг мастер? Кто бы мог подумать, что в таких… эээ… глухих местах можно встретить мастера, да еще и с учениками.

— Ну да, есть пара… — замолчал капитан, решив не болтать понапрасну. — И тем не менее, я бы предпочел подождать Ариена. Если у вас есть немного свободного времени, конечно.

— Откровенно говоря, я немного тороплюсь, — маг скривился.

— Хорошо, — кивнул Серов, хотя был совершенно не в восторге. Вести переговоры о том, в чем ничего не смыслишь — последнее дело. — В таком случае, что вы можете предложить? Чем вы вообще занимаетесь, ну кроме контрабанды хакаша?

— Да всем подряд, — пожал плечами маг, — большое разнообразие зелий, различного рода магические артефакты, книги, свитки заклинаний. Все что можно достать подешевле и продать подороже.

— Меня интересуют книги для обучения целителей. Учебные материалы, техники, пособия.

— У вас есть человек с соответствующим даром? — Удивился маг. Не то чтобы целители были совсем редким товаром, но и встречались не очень часто.

— Человек есть, — кивнул Серов, — а вот учить его некому.

— Это можно организовать, — после небольшого раздумья озвучил вердикт маг. — Согласен.

Потом они еще долго торговались насчет зелий и прочей мелочевки, но в целом консенсус, можно сказать, был найден.

— А вот вы книгами занимаетесь, — под конец Серов встал и открыв шкаф достал из него два экземпляра, отпечатанных в замковой типографии и протянул ан-Вайну. — Что скажете?

Маг с интересом покрутил обе книги — азбуку и «Размышления», — осмотрел переплет, после чего открыл первую. Брови его тотчас взлетели вверх: ничего подобного он еще не видел. Полистав азбуку, он отложил ее в сторону, после чего взял более толстый философский трактат. Вторая книга такой реакции уже не вызвала, маг за несколько минут перелистнул все страницы, задержавшись немного лишь в самом конце.

— Что скажете? — Повторил Серов, когда собеседник отложил «Размышления» в сторону.

— Очень интересный способ написания, никогда такого не видел: удобно читать. Содержание в конце книги — интересная придумка, тоже вижу в первый раз. А все остальное… — маг замялся на секунду, — бумага дешёвая, переплет не так чтобы слишком качественный, обложка тоже… хм… так себе.

— Цена.

— Что цена?

— Как вы думаете, сколько такая книга стоит?

— Не знаю, учитывая качество, по совокупности четыре короны? Пять? — Предположил маг.

— Полторы. А если возьмете десятка четыре томов, то могу еще скинуть. Скажем до одной короны. А через полгода мы запустим свое бумажное производство и будет еще дешевле.

— Четыре десятка томов? — Услышал главное маг.

— Откройте предпоследнюю страницу.

Ан-Вайн цапнул со стола отложенную было книгу и раскрыл ее в указанном месте.

— Типография Александрова. Тысяча семьсот сорок девятый год от провозглашения Империи. Экземпляр 23/1000, - прочитал маг. — Тысяча экземпляров?

— Именно так. Мы придумали технологию копирования книг, — понятное дело подробностей Серов раскрывать не собирался.

Маг замолчал пришибленный полученной информацией. Несколько минут он сидел молча и смотрел в стену, думая о чем-то известном только ему.

— У меня с собой нет наличности, — в итоге озвучил свое решение он, — когда приеду забирать товар, возьму у вас партию книг. Да. Это очень интересно.

— Более того, — решил добить собеседника капитан, — если вам необходимо, мы можем произвести нужное количество любой книги под вас. Чем больше экземпляров, чем стоимость одного будет меньше.

— Удивительно, — только и смог произнести маг.

По поводу того, что он подписался на очередную авантюру, без которой вполне смог бы прожить, у капитана были смешанные чувства. С одной стороны, он отлично понимал, что такого рода путешествия крайне опасны: ценный груз, неизвестный маршрут, не очень хорошая репутация у местных. Более того, существовала даже отличная от ноля вероятность того, что это ловушка, расставленная специально на него. Он хоть и считал ее откровенно небольшой, но все же не скидывал со счетов окончательно — в жизни чего только не может случиться. А тут в замке налаженный быт, куча дел, которые денег приносят уж точно больше, чем работа дальнобойщика.

Что же заставило его принять это предложение немного подзаработать? Как ни странно, в первую очередь — банальное любопытство. Он за последние два года столько всего слышал про Закрытое королевство, что не мог не захотеть там побывать. Пусть даже на самом его краю, без залезания в действительно опасные места. Второй причиной было желание на месте разобраться с заказом на свое убийство. Понятное дело, что по прошествии полугода вряд ли можно было найти концы, но все же. Стоило это сделать как минимум для самоуспокоения. Третьей причиной стала предполагаемая плата за выполненную работу, которая мгновенно снимала вопрос с обучением целителей. А именно целителей Серову жуть как не хватало. Ну и последней причиной стал тот самый налаженный быт и куча дел. Будучи до конца честным с собой, Серов в душе признавал, что ему просто хочется проветриться, съездить куда-нибудь, набраться новых впечатлений.

Выезд назначили на четвертый день после состоявшегося разговора. Серов решил взять с собой четыре десятка бойцов, посчитав это достаточной силой, демонстрация которой сама по себе способна была уберечь от не малой части неприятностей. Конечно же такая «прогулка» не могла обойтись без Ариена, который узнав о данном мероприятии мгновенно сообщил, что едет с ним. Серов хотел было напомнить магу о том, что на нем висит два десятка учеников, но вынужден был замолчать под укоризненным взглядом огневика. Ну да, не барону, который сам бросает кучу дел, упрекать в этом друга.

— Возьму с собой пару ребят посмышленей, из тех, у кого уже потихоньку начало получаться. Если я хоть что-то понимаю в магии, им будет полезно прикатиться по такому месту как Закрытое королевство. А за остальными Гинара присмотрит, — заявил маг.

Кроме магов Серов захватил с собой Диная. Главе службы безопасности предстояло поразнюхивать на месте, поискать возможных заказчиков нападения ну и конечно по возможности обзавестись агентурой на месте.

Учитывая, что каждый ехал одвуконь — чтобы выиграть время решили отказаться от медленных повозок, а минимум вещей нагрузить на заводных лошадей, — получился в итоге не кислый такой табор из полсотни человек и сотни лошадей. К счастью лошадей, захваченных осенью продать, не успели и вот теперь они неожиданно пригодились.

За главного, учитывая, что Мариетте сейчас было совсем не до того, в замке и баронстве оставался Элей. Старый вояка был совсем не в восторге от свалившейся на него нежданно негаданно ответственности, да и вообще считал предстоящую поездку глупой авантюрой и не стеснялся прямо об этом говорить.

— Вот поэтому я и оставляю тебя за главного, а не того же Реймоса, — управляющий тоже присутствовал во время последнего перед отъездом разговора. — Кто-то же должен быть серьёзным и ответственным в этом море хаоса. А то Реймос, глядишь, и сам с удовольствием куда-нибудь бы рванул.

Управляющий и правда выглядел замученным. Он пытался по старой привычке вникать во все дела, но взрывной рост их числа не оставлял бывшему наемнику ни одного шанса, а перекладывать заботы на плечи подчиненных он еще не научился. Все это нашло отражение на лице Реймоса в виде глубоких темных кругов под глазами и слегка стеклянного взгляда, говорившего о хроническом недосыпе.

«Надо будет поговорить с ним, когда вернусь», — поставил себе мысленную зарубку Александр, — «не дело это. Пусть учится перекидывать второстепенные направления на подчиненных, оставляя себе только общий контроль. Иначе загонит себя окончательно».

— Набери еще полсотни парней, — Серов раздавал последние указания. — Лишними не будут, деньги есть, а мне так спокойнее будет. И в случае чего, не держись за остальные замки, главное Александров чтобы не сожгли, а все остальное можно быстро вернуть. И за Мариеттой присмотри. Она, конечно, девочка взрослая, но… сам в общем понимаешь.

Элей кивнул, он понимал. Понимал даже больше — что Серов волнуется за них даже сильнее, чем они за него, хотя по идее должно было быть наоборот.

— Как долго тебя не будет?

— Сложно сказать, — Александр задумчиво почесал затылок, — дней шесть-семь туда. Там два-три дня. И обратно — дней десять двенадцать. От двадцати до тридцати дней меня не будет, примерно. Если обойдется без сюрпризов в пути.

Ехать по весенней дороге, еще не разбитой копытами многочисленных лощадей — одно удовольствие. Земля еще чуть влажная и оттого в воздух поднимается гораздо меньше пыли, она не хрустит на зубах, не забивается во все отверстия и не покрывает кожу и одежду тонким серым налетом. Еще не жарко, и даже надетая предусмотрительно — осторожность наше все — кольчуга не так сильно давит на плечи, как летом. Воздух свежий, как будто звенящий, наполненный известными каждому человеку весенними ароматами. Земля уже полностью покрылась травой, кусты тоже выбросили первые листики, а деревья еще в большинстве своем стоят голые и лишь только собираются начать покрываться цветами.

Серов размеренно покачивался в седле закрыв глаза и с легкой улыбкой подставляя лицо ласковым весенним лучам солнца. Все-таки, как не крути, именно это время года, когда природа просыпается ото сна — самое лучшее. Это в детстве удивляешься, как можно любить что-то сильнее чем лето: там каникулы, свобода, а когда становишься старше, все уже не так однозначно.

Отряд шел достаточно споро, без лишних остановок или задержек. Первую ночь провели еще на территории баронства, в Желтом замке, оттуда дорога забирала на запад и проходила по землям барона Биорг. Мимо замка бывшего врага проскочили, не останавливаясь — во избежание всяческих инцидентов, так сказать, и на ночевку встали уже когда покинули его границы.

Предоставленная заказчиком карта оказалась вполне рабочей, хоть и не сильно детальной. Впрочем, основные точки — замки, деревни, удобные места стоянок, а также источники чистой воды — на ней присутствовали, поэтому грех жаловаться.

В какой-то момент, на третий день пути, Серов стал обращать внимание, что дорога, по которой они ехали стала достаточно оживленной в плане трафика. Отряд то и дело обгонял или, наоборот, встречал движущиеся в обратном направлении отдельные повозки, пеших и конных путников, и, конечно, целые купеческие караваны. Единственное, что объединяло всех встреченных — это поголовная вооруженность. Видимо не так уж и спокойно было в этих краях, раз без остро отточенной железяки последний доходяга не позволял себе появиться на улице.

С этим вопросом капитан по традиции обратился Ариену, который всю дорогу был занят втолковывая что-то своим ученикам. Те слушали с постными лицами и кивали в такт движению лошади. Возможно, просто спали с открытыми глазами.

— Так это же часть старого, еще имперского тракта, — пожал плечами маг, — сейчас не видно, земля скрыла древние камни, но, если немного копнуть, на пол-ладони буквально, наткнешься на твердое покрытие. Так что дорогу не размывает никогда, вот по ней и шастают все подряд.

— А чего все с оружием?

— Ну, а чего мы с оружием? Все жить хотят. Тут до границы Закрытого королевства десяток полетов стрелы. Можно сказать, что вдоль границы дорога и идет, ну и, как водится, разное с той стороны вылезает порой. — маг задумчиво почесал затылок. — Хотя конкретно эти места считаются достаточно безопасными. Было бы наоборот, никто бы тут не ездил.

— Логично, — не мог не согласиться барон.

Вторую и третью ночь отряд провел, ночуя под открытым небом, благо температура позволяла, а поддерживаемые дежурными костры сделали ночевки не просто сносными, а в какой-то степени даже уютными. И тем не менее, когда вечером четвертого дня на пути повстречалось небольшое селение с вполне приличным на вид придорожным трактиром и постоялым двором, Серов, не думая ни секунды скомандовал остановку.

Для всего отряда в не большом, по сути, строении места конечно же не нашлось, все же полсотни человек — это достаточно приличная орава. Поэтому сам барон, маги, Динай и десятники заселились внутрь, а простым бойцам пришлось довольствоваться сеновалом на свежем воздухе. Впрочем, они в обиде не остались, горячий ужин, возможность привести себя в порядок, смыть дорожную пыль и сменить одежду у них была, а что касается каких-то особых удобств, так и в лучшем номере, доставшимся Серову водопровода с кипятком тоже не предполагалось. Да и туалет, так же был на улице: туго, в общем, с удобствами.

Тем не менее, капитан кое как обмылся в тазике — спасибо Ариену, который бурча что-то про бытовую эксплуатацию, подогрел воду — почистился и спустился вниз, намереваясь вопреки всем советам диетологов основательно набить брюхо перед сном.

Нижний, обеденный, зал был гораздо более вместительным чем гостиничная часть заведения и предполагал не только посещение его путниками, но и по совместительству являлся центром окрестной «культурной» жизни, а потому был практически полностью заполнен местными крестьянами, какими-то работягами, купцами и прочими колоритными личностями.

Едва Серов спустился с лестницы, рядом из воздуха материализовался служка, и не забыв поклониться, поманил за собой. Оказалось, что в дальнем от входа и левом от лестницы углу было что-то вроде чистой зоны, для более-менее состоятельной публики.

За одним из столов уже сидел Ариен и сосредоточенно поглощал пищу, не упуская возможности залить все это пивом из здоровой литровой, массивной даже на вид, кружки. Рядом с ним не отставал Динай, который правда не забывал за едой бросать сосредоточенные взгляды окружающую остановку. Перехватив один такой взгляд, Серов вопросительно дернул подбородком, на что получил такое же молчаливое, выражающее неопределенность движение плечами.

Даже в том, как они сидели за столом, ярко проявлялась разница характеров двух мало похожих друг на друга людей. Динай сидел спиной к стене и ни на секунду не терял бдительность, Ариен же достаточно беспечно сел спиной к залу и на происходящее вокруг внимания не обращал, сосредоточившись на еде.

— Где твои ребята? — Приземляясь за грубо сколоченный из толстого бруса стол, спросил капитан.

— Спят. — Оторвавшись от свиного ребра бросил маг. — Бедолаги не привыкли столько времени в седле проводить — задницы постирали.

— Понятно, — барон окинул присутствующее на столе разнообразие — каша с мясом, какие-то соления, зелень, лепешки и, конечно — пенное, подумал пару секунд и озвучил ждущему служке вердикт, — мне вот все тоже самое. И пива не забудь.

Служка кивнул.

— Сыр есть?

— Есть.

— Еще тогда сыра давай. Быстро!

Последнее даже добавлять не нужно было — едва услышав заказ, работник общепита буквально растворился в воздухе.

Пока ему несли еду, Серов огляделся, пытаясь понять, чего можно ожидать от соседей. «Чистый» угол был почти пуст — за соседним столом тихо переговариваясь сидела небольшая компания, из двух мужчин и пытавшейся скрыться в глубоком плаще миниатюрной девушки. Последней в такой обстановке было явно не комфортно, и оттого она пыталась сделаться как можно менее заметной и не привлекать к себе внимания. Разумное поведение, женщин в трактире было раз два и обчёлся, причем остальные были, как бы это сказать — на любителя. Здоровенная купчиха, в этот же момент выпивающая под крики одобрения литровую кружку хмельного и с громогласной отрыжкой швыряющая пустую тару оземь, вряд ли чувствовала себя чужой на этом празднике жизни. Такая приставаний мужика не убоится, скорее наоборот, вот только понравится ли тебе это дело — вопрос, что называется, на миллион.

За третьим столом сидел одинокий путник, полностью сосредоточенный на своем ужине и практически не поднимавший головы от тарелки. Еще один стол — последний в «чистом» углу — был свободен.

Еду принесли достаточно быстро, и она, можно сказать, была сносной. До ресторана, обладающего тремя звездами Мишлен, явно не дотягивала — впрочем, капитан в таких заведениях не бывал, поэтому это не точно — однако была горячей, не пересоленной и сытной. После двух дней походно-кострового питания, о большем Серов и мечтать не мог. Как известно ценить меленькие радости типа нормальной пищи, начинаешь только тогда, когда их лишаешься.

Пиво тоже было весьма сносным, во всяком случае, блевать от него не тянуло, что можно сказать, уже не малое достижение. И именно выпитым алкогольным напитком можно объяснить, что Серов расслабился, задумался, немного ослабил внимание и пропустил начало заварушки.

К соседнему столу подошел достаточно прилично одетый мужчина и что-то тихо сказал. Ответ Серов тоже не услышал, среагировав лишь на внезапно изменившееся выражение лица девчонки. Столь ярко проявившаяся эмоция страха, на смогла пролететь мимо его внимания. Меж тем подошедший неожиданно громко выкрикнул:

— Будет, как я сказал! — И бросил в сидящего спиной к Александру незнакомого мужчину какой-то сверток. На крик в их сторону неудачно повернулся Ариен, поэтому, когда сверток раскрылся и мужчину обдало облаком мелкой пыли, часть его попала и на огневика. Что это было, капитан не понял, но мужчине явно поплохело, он начал задыхаться, и издавать хрипящие звуки, судорожно пытаясь вдохнуть порцию воздуха. Нападавший тем временем не стал ждать и одним ударом сначала вогнал, совершенно неожиданно появившийся клинок второму сопровождающему девушки в шею, а на обратном движении сунул короткий кинжал задыхавшемуся под ребро.

В следующую секунду произошло сразу несколько событий мгновенно изменив местный «ландшафт» и превратив трактир в поле битвы. Время как будто замедлилось, позволяя рассмотреть все подробности в деталях.

Сначала Серов, видя, что не успевает — стол, за которым он сидел мешал двигаться напрямую — метнул кружку с остатками пива в напавшего на соседей мужчину. После этого закричала девушка. Нет не так — завизжала, вкладывая в мгновенно заглушивший все остальное звук душу. Убийца коротким рывком освободил свое оружие, а убитый завалился на стол, раскидывая судорожными движениями посуду во все стороны. Динай подскочил на ноги, но двигаться начал не к, а от заварушки — ему в таких делах учувствовать не с руки. Начал истошно кашлять огневик, до которого долетело часть брошенной пыли, а капитан подскочил на ноги, бросаясь вперед вслед за улетевшей кружкой.

От кружки убийца каким-то чудом умудрился увернуться, и та полетела дальше, найдя себе жертву где-то в глубине зала. А вот от прыгнувшего следом Серова, увернуться уже не получилось: недолго думая Александр влепил носком сапога под опорную ногу, сбивая нападающего с движения, перехватил его руку с оружием и дернул на себя, помогая разворотом корпуса и ломая конечность в локте. Убивать он его не хотел — мало ли кто с кем и из-за чего повздорил, опыт прошлого раза показывал, что лучше быть в таких делах аккуратным, чтобы не оказаться в итоге крайним.

Перестала кричать девушка — закончился воздух в легких.

Брошенная в зал кружка, дополненная истошным женским визгом, вызвала лавинообразные последствия. Кто-то решил, что пора начинать веселье и понеслось: большая кабацкая драка вспыхнула почти во всех сторонах зала одновременно.

Капитана такое развитие событий не то, чтобы удивило, но немного сбило с толку, поэтому он едва не пропустил, как вынырнувший их разбушевавшейся толпы коллега первого убийцы дернул девушку за руку и попытался потащить за собой. Получилось у него откровенно плохо — девушка начала брыкаться, царапаться и вновь включила «пожарную сирену». Александр, глядя на это дело поморщился — влезать в чужие разборки не хотелось совершенно, но думать-то об этом нужно было раньше, а раньше он подумать не успел — сработал на голых рефлексах. После двух секунд раздумий, он принял соломоново решение: помочь девушке, но по возможности без членовредительства, чтобы потом осталась возможность во всем разобраться.

Короткий рывок, левой для удобства развернул пытавшегося тащить девушку к себе лицом, а правой одним прямым в челюсть отправил его в нокаут. Девушка, видя такое развитие событий замолчала и опасливо-выжидательно посмотрела на Серова.

— Наверх, быстро! — Мгновенно принял решение капитан. В такой обстановке, когда все вокруг бурлит, прилететь может с любой стороны и никакие рефлексы не спасут, нужно выбираться отсюда как можно быстрее. Не дожидаясь реакции спасённой, капитан походя пнул того со сломанной рукой и в два шага подскочил к магу. Ариен выглядел откровенно плохо — все время кашлял, чихал, слезы-сопли текли в три ручья.

«Как будто под «Черемуху» попал», — оценил состояние друга барон.

— Идти можешь?

Маг слепо кивнул, и очередной раз попытался вытереть глаза от застилающих зрение слез. Не тратя время, Александр подхватил друга под руку и на буксире потащил за собой. До лестницы было всего шагов десять, но преодолеть их оказалось не так просто. Пришлось раздать с полдесятка плюх, расчищая себе маршрут, не забывая при этом громко материться и одним глазом поглядывать назад, не потерялась ли спасенная девчонка. Но нет, она шла в кильватере подобно сухогрузу за ледоколом.

— Лестница на второй этаж, вперед, — Серов подвел мага к указанному объекту и задал курс. Видимо тот уже немного проморгался, потому что вопросов на задавал, а начал, помогая себе руками, подниматься наверх. Поняв, что Ариен о себе позаботится, капитан обернулся в сторону зала. Девушка следовать за своим спасителем не торопилась, застыв в нерешительности на небольшом пятачке относительного спокойствия у подножья лестницы. Впрочем, спокойствие было весьма относительным — из бушующего человеческого моря спиной вперед вылетел здоровый — почти круглый визуально — толстяк и едва не припечатал девушку к стене. Немного не успел.

— Назад, — крикнул Серов и рывком отправил легковесную девушку себе за спину. Там все еще пытался прокашляться Ариен, но судя по звукам получалось это не очень хорошо.

Заняв удобную для обороны позицию, капитан оглядел поле битвы. По всему залу, площадью эдак в полторы сотни квадратов, развернулось настоящее побоище. Каждый норовил приголубить соседа и при этом по возможности не выхватить самому. Вот здоровому бородачу, одетому как подобает купеческому охраннику прилетел в голову глиняный кувшин. Кувшин этого не пережил, разлетевшись на тысячу мелких осколков и окатив свою жертву остатками содержимого. Голова бородача оказалась покрепче, однако, учитывая объем выпитого до этого, ему хватило, и охранник повалился под стол, увлекая за собой тарелки, вилки и прочую, стоящую на нем посуду.

Метнувший тот самый кувшин — худенький паренек в крестьянской одежде — сам в драку не лез, ограничиваясь дистанционными воздействиями. Бог знает где он набрал запас снарядов, но получалось это у него весьма ловко.

С другой стороны, двое мужиков доказывали третьему его неправоту, подкрепляя свои легковесные словесные аргументы весьма тяжеловесными физическими. Третий стойко держал удар и не забывал при случае огрызаться.

Посреди зала в окружении павших тел возвышалась давешняя купчиха. В одной руке она держала кружку с пивом, к которой постоянно прикладывалась, во второй — здоровую деревянную ложку, размером с целый половник. Бог его знает, где она ее раздобыла, но орудовала купчиха этим поварским орудием весьма ловко, о чем красноречиво свидетельствовала настоящая «полоса отчуждения» в полтора метра вокруг. Все, кто пытался приблизиться, незамедлительно получали деревянной ложкой и присоединялись к другим прилегшим отдохнуть. При всем том, женщина не забывала задорно кричать, что никому не позволит покуситься на свою девичью честь.

И такая картина наблюдалась по всему залу: кто-то кого-то бил, толкал, летали кухонные принадлежности, раздавались крики и взаимные оскорбления. Можно было бы это назвать классическим вариантом кабацкой драки, такого себе изысканного развлечения для местной интеллигенции, вот только из всей картины напрочь выпадали четыре человека в одинаковых накидках скрывающих фигуру, которые целеустремлённо продвигались к лестнице на которой застыл Серов. И явно они это делали не для того, чтобы спросить дорогу в библиотеку.

Александр задумчиво потащил из ножен меч, вся эта ситуация начала нравится ему все меньше и меньше, и если эпизод за столом, с которого и началась драка еще можно было каким-то образом списать на случайность, то действия этой четверки — нет.

И действительно: уже через пару десятков секунд у подножия лестницы почти одновременно оказались эти самые четверо, причем короткие черненные клинки, которые в полумраке таверны не так-то и легко было разглядеть, недвусмысленно намекали на их недобрые намерения. Тем не менее вид Серова, а капитан, будучи в среднем выше большинства местных сантиметров так на десять, да еще и нависающий с высоты нескольких ступенек не мог не внушать темным некоторых опасений.

— Дай пройти, у нас к тебе претензий нет, — из-под капюшона голос прозвучал глухо, однако раздражённые интонации не могла скрыть даже вся инфернальная какофония звуков густым облаком, висящая в зале.

— А к кому у вас претензии? Давайте обсудим, — то, что убивать пришли не его, изрядно удивило Александра. За последнее время он как-то свыкся с мыслью, что именно его драгоценная персона является центром целого клубка интриг и любая движуха вокруг в итоге связанна именно с ним. А тут такой конфуз!

Незнакомцы на такое предложение только переглянулись и молча двинули вперед. Вот только лестница была отнюдь не настолько широкой, чтобы позволить всем четырем принять участие в потехе одновременно. Откровенно говоря, и для двоих было тесновато, но тут в их пользу играл выбор оружия — короткие парные клинки для боя в стесненных условиях подходили гораздо лучше, чем более длинный меч барона.

Первый поднимающийся по лестнице, решил видимо устранить преграду, не тратя лишнего времени, и без замаха, одним хорошо поставленным движением метнул нож в лицо Серову, одновременно нанося удар ему по ногам. От летящего в него ножа капитан уклонился — он все еще каждый раз удивлялся своей приобретенной способности мгновенно реагировать на самые разные угрозы — а от удара в ноги защитился, банально отступив на ступеньку выше.

Вообще-то большинство людей, знакомых с фехтованием исключительно по фильмам, могут думать, что позиция «сверху» (гусары молчать!) более выигрышная в плане получения тактического преимущества над противником. Некая логика в этом, конечно, есть, банально удары сверху получаются более сильными, ведь гравитация работает на твоей стороне, вот только в фехтовании далеко не все решает сила. Когда ты стоишь на полметра выше своего соперника, ему очень удобно атаковать твои незащищённые ничем ноги, атака туда просто напрашивается. И наоборот, находясь выше, чтобы достать до противника тебе приходится тянуться, хорошо, когда есть преимущество в длине оружия, а когда нет? В общем, не смотря на всем известную цитату из Звездных Войн, все не так однозначно.

Вот и сейчас Серов прочувствовал все прелести такого фехтования. Ему все время приходилось отбивать удары и отступать наверх, на контратаку времени уже практически не оставлялось.

«Были бы стальные поножи на ногах как у рыцарей», — мелькнула на задворках сознания мысль, — «я бы этих придурков затоптал, хрен бы что они мне сделали»

Длина Александрового меча не давала незнакомцам совсем уж наглеть, они пытались продавить его без лишнего риска для себя.

Укол — Серов кончиком клинка отбивает в сторону, еще укол — отшаг. Таким образом вся честная компания добралась до верха пролета, где лестница поворачивала на сто восемьдесят градусов. Видимо в этот момент, нападающие решили — а сработанность у них была на высоте, что было видно невооруженным глазом — попробовать форсировать события. В лицо Серову полетел еще один нож, на этот раз пущенный из второго ряда, а стоящие в первом синхронно попытались сделать в капитане пару лишних дырок.

Клинок правого Серов заблокировал своим, а левого встретил совершенно босяцким пинком в лицо. Что-то хрустнуло, и пострадавший опрокинулся на спину, сметая по дороге стоявшего за ним товарища. Капитан правда тоже слегка пострадал — толстая кожа сапога приняла на себя большую часть энергии удара, но небольшой порез ноги он все равно заработал. Не критично, но совсем не приятно.

Не смотря на мелкое ранение — сколько их уже было за эти два года — Серов мгновенно понял, что пора переходить в наступление, другого такого момента численного преимущества, пока двое из четверых барахтаются у подножья лестницы а третий еще не успел занять место выбывшего товарища, может больше не представиться. Удар сверху вынуждает нападающего защищаться двумя руками, толчок и третий незнакомец улетает вниз к своим друзьям. Последний незнакомец коротким уколом пытается пробуравить Александру брюхо: доворот корпуса влево, рывок перехваченной руки на себя, противник теряет равновесие и встречается носом с заботливо подставленным коленом. Чистая победа!

Вот только трое оказавшихся внизу мокрушников — а никем иным кроме профессиональных убийц это быть не могли — уже поднялись на ноги и спешат наверх, а в попорченном сапоге как-то подозрительно начало похлюпывать. Секундное размышление и Серов принимает решение совершить тактическое отступление. В несколько прыжков он преодолел второй пролет, нога пока не чувствовала себя плохо, но капитан не обольщался, сейчас схлынет адреналин, боль обязательно придет.

На верху его уже ждал пришедший в себя маг, красные глаза, мокрое от слез лицо, но вроде уже не чихал и не кашлял. Увидев, что за капитаном погоня он без разговоров пустил в нападающих огнешар — те прыснули от него в стороны как тараканы, скатываясь обратно вниз по ступенькам. Впрочем, огненная вспышка им, судя по всему, не сильно навредила — то ли Ариен пожалел этот клоповник и не стал устраивать большой пожар, то ли у них были защитные амулеты.

— Где девчонка?

— К себе побежала, сказала в номере еще кто-то есть.

— Ну и ладно, — махнул рукой Серов, — Динай нормально?

— А что ему будет? Он первый рванул, — маг все же продолжал плакать, все время подтирая с щек безостановочно бегущие слезы, — ты то, как сам?

— Нормально. Сапог вот попортили, — Серов аккуратно достал из обуви пострадавшую ногу, не забывая одним глазом контролировать лестницу, перевернул сапог, оттуда на пол тонкой струйкой вылилось полстакана крови.

— Ничего себе нормально! Пойдем, надо тебя перевязать!

— Жить буду, — буркнул капитан. — А эти что?

— Подожди, — маг обернулся и бросил на лестницу еще один огнешар. — Все теперь не сунутся некоторое время, пойдем.

— Ты сам то как? Чем это тебя приложили так знатно.

— О! — Оживился маг, — это известная штука. Специально на магов рассчитанная. Я точного состава не помню, но кроме того что от нее чихаешь, кашляешь и чешешься, она еще и ненадолго отрубает доступ к ядру, мешая колдовать. Неприятное, надо сказать, ощущение, как будто руку потерял на несколько минут.

— То есть это все-таки нас там ждали?

— Неа, — Ариен отрицательно мотнул головой. — Я с девушкой перебросился парой слов, тот мужик, которому нож в сердце воткнули, он тоже магом был, а то, что мы там оказались — это просто случайность.

— То есть ты просто на лини огня оказался? Не приятно.

— Бывает, — философски пожал плечами маг, — а что там с этой девчонкой, а то я все пропустил.

— Это я тебя хотел спросить, я то внизу успел мечем помахать, а вот даже словом перекинуться — не успел.

— Пойдем спросим, что это вообще было, — маг уверенно двинул в сторону двери одной из комнат, видимо успел заметить, куда забежала, ставшая причиной такого количества эмоций, девушка.

Дверь оказалась незапертой, однако поговорить ни с кем все равно не удалось — комната была абсолютно пустой, только ветер, задувавший через открытое настежь окно, трепыхал совершенно отвратительного цвета детской неожиданности занавески.

— Вот и поговорили, — растерянно пробормотал маг. — Через окно умыкнули?

— Вряд ли, — Серов сделал пару шагов внутрь комнаты и огляделся. — Вещи второпях, но собраны, никакой женской мелочевки нигде нет, сумок тоже. Не думаю, что потенциальные похитители, кем бы они не были, стали бы думать о девчачьих шмотках. Сама сбежала.

Он подошел к окну и выглянул наружу — так и есть, точно под окном на высоте буквально полутора метров чернел скат крышы какой-то хозяйственной пристройки. Ну а с него до земли — рукой подать.

— И что делать? — Вся ситуация изрядно выбила мага из колеи — сначала получил ни за что, а потом даже не понял во что ввязался.

— Да и хрен с ней. Всех дур не спасешь. Пойдем вниз еще по кружке пива бахнем и баиньки. Завтра опять в дорогу.

Глава 3

На вид барьер был похож на тонкую стенку мыльного пузыря. Почти прозрачный и лишь лёгкие радужные разводы, то и дело пробегающие по поверхности, позволяли вблизи разглядеть аномалию. Выглядело все это дело крайне необычно и немного пугающе.

— Это точно безопасно?

— Должно быть безопасно, — не отрывая взгляда от барьера ответил маг. Уверенности в его словах, впрочем, слышно не было. — Во всяком случае, никогда не слышал, о нем ничего плохого.

— А как он работает?

— Демоны его знают, — маг пожал плечами, — механизм работы тебе никто не объяснит. Там магия такого порядка, что… А практически — в одном месте за какой-то определенный период времени может пройти ограниченное количество человек. Небольшое весьма.

— И как это выглядит технически?

— Просто: барьер становится твердым и пробить его еще ни у кого не получилось.

— То есть в фарш нас не покрошит при любых раскладах?

— Вроде, не должно, — и опять Серов не услышал в голосе друга должной уверенности.

— А если нас пропустит не всех?

— Придется отъезжать в сторону подальше и пробовать еще раз.

— Неудобненько.

— Ну да, — кивнул Огневик, — для того и сделано.

Следующие два дня прошли без происшествий. Насчет драки в трактире им никто ничего не предъявлял, как и насчет всего остального. Видимо такая петрушка там происходит с завидной регулярностью, и даже пара трупов — а может и не пара — оставшихся на поле боя, не стали поводом поднимать шум

— Кто первый пойдет?

— Ну кто? Ты наш лидер, тебе и карты в руки.

— А ты у нас за магию отвечаешь вроде, не хочешь подкрепить свои теоретические познания о том, что это безопасно, практикой.

Огневик, скривившись посмотрел на барона, но промолчал. На несколько секунд повисла неудобная тишина, однако нужно было что-то решать: полсотни человек стояли и ждали действий своих командиров.

Ариен громко вдохнул и выдохнул, после чего легонько ткнул пятками бока своей лошади. Та, повинуясь команде, сделал шаг, другой и, не заметив неких барьеров, пересекла магическую границу. Ничего не произошло.

По строю бойцов пробежала волна шепотков.

Серов тоже глубоко вздохнул — хочешь не хочешь, а нужно двигаться вперед — и дал команду.

— За мной!

На удивление, никаких эксцессов, связанных с прохождением барьера, так и не случилось. Немаленький отряд в полсотни человек, без проблем оказался на территории Закрытого королевства.

— На первый взгляд, разницы никакой, — огляделся капитан по сторонам, — деревья те же, кусты, трава. Ничего не изменилось.

— Изменилось, — не согласился маг. И повернув голову к своим ученикам спросил, — чувствуете?

— Да мастер, — неуверенно ответил Норвин, — кажется магический фон тут выше.

— Именно, — кивнул огневик, — барьер мешает перетеку энергии, а учитывая, что внутри больше источников, фон соответственно, тоже выше.

— И чего нам от этого ждать? — Серова больше интересовали вопросы практического свойства.

— Ничего принципиально необычного так близко к барьеру быть не должно, разве что совсем уж не повезет.

И действительно, до Нолиджа в итоге добрались на удивление без проблем. Почему «на удивление»? Просто Серов уже так привык, что к нему постоянно липнут разного рода приключения, что подсознательно ожидал подвоха на каждом шагу. И даже то, что ничего выбивающегося за рамки, не происходило, отнюдь не улучшало настроение межмирового путешественника. Чем дольше все идет гладко, тем глубже будет яма, в которую он умудрится свалится. Одно утешало: пока удавалось выворачиваться из переплетов без особых потерь. Разве что количество шрамов на теле все увеличивалось и увеличивалось…

Нолидж удивил. Серов почему-то думал, что это будет такой же городишко, как и прочие виденные им раньше в этом мире: одноэтажная застройка, грязь, пять-десять тысяч населения и гордый статус местного очага цивилизации, как же без него. Да и репутация Закрытого королевства как главной задницы мира не способствовала появлению слишком высоких ожиданий.

Город начал удивлять еще на подъезде. По дороге встретилось несколько патрулей, оснащенных необычно однообразным, явно служебным оружием и доспехами. Они не пытались остановить отряд капитана, спрашивать кто такие и куда держат путь, лишь бросали на бойцов цепкие взгляды. Но, видимо, не были люди Серова похожи на разбойников с большой дороги, поэтому и вопросов к ним не возникло.

С самого начала пригородов стало ясно, что Нолидж изрядно выбивается из ряда уже виденных Александром городов. Во-первых, он был тупо больше: может тысяч тридцать, может тридцать пять, что для средневекового населенного пункта со всех сторон изрядное число. Во-вторых, все указывало, что раньше он был еще больше — в глаза то тут то там бросались проплешины пустующего места от разрушенных построек, а улицы на окраине города уходили куда дальше за крайние дома, намекая на то, что город знавал времена и получше.

В-третьих, неожиданная чистота. Нет, мусор, отходы жизнедеятельности животных встречались и здесь — от этого никуда не денешься, специфика местного транспорта накладывает ограничения. Но стандартный для виденных уже городов тяжелый смрадный дух над городом не висел, что, как ни крути, выделяло его в положительную сторону.

Почти с самых окраин пошла каменная застройка, дома хоть и были в основном одноэтажные выглядели весьма добротно, никакими трущобами не пахло и близко. Городская же стена вообще поразила Серов своей монументальностью. Высотой добрых десять метров, с здоровенными зубцами, за которыми спокойно могли спрятаться два человека, усиленная башнями, натыканными весьма густо и возвышающимися над гребнем стены еще метра на четыре. Защитная линия выглядела несколько обветшалой, невооруженным глазом было заметно, что знавала она времена и получше — трещины, обвалившаяся и отрывшая вид на кладку штукатурка, зеленые побеги, торчащие между камней, — но и в таком виде она внушала.

— А ничего так город, — бросил Серов.

— Ну так, — согласился маг, — Нолиджу больше тысячи лет. Его еще во времена империи построили. А потом, когда с Жангльтоном случилось, то, что случилось, именно сюда перенесли номинальную столицу. Тогда еще верили, что Империя вновь объединится, а весь этот раскол, и раздробление — явление временное.

Стража на воротах тоже выглядела не в пример солиднее тех скучающих раздолбаев, которых капитан видел в том же Берсонзоне.

— Денье с конного, но без специального разрешения из ратуши, такие большие отряды пускать запрещено, — окинув взглядом кавалькаду, вынес вердикт усатый стражник, видимо главный среди прочих, такого украшения не имевших. Немного подумал и добавил неприязненно, — а то ездят тут всякие.

— Ничего себе у вас цены!

— У нас город солидный, — кивнул стражник, — всякую шелупонь стараемся внутрь не пускать.

Серов немного подумал и выдал вердикт: внутрь нет смысла тащить всю толпу, достаточно десятка бойцов для придания солидности, тем более если и пускать не хотят и цену ломят как не в себя.

— Сделаем так, — капитан ткнул пальцем в одного из десятников, — ты Горвен за старшего. Найдешь постоялый двор, чтобы всем разместиться можно было, но без роскоши. Когда справитесь, пришлешь человека. Вот деньги.

Александр быстренько отсчитал необходимую сумму с небольшим запасом и протянул монеты десятнику.

— Сделаю, ваша милость.

Оставшиеся шестнадцать человек, четверо из которых — маги и Динай — на бойцов не были похожи совершенно, пустили без проблем. Не забыв, конечно, содрать положенную плату.

— Мне уже страшно представить, какие цены в этом городе, — мрачно пробормотал капитан, отсчитывая монеты. Стражник, услышавший брошенную в воздух реплику, только усмехнулся в густые усы.

Внутри линии стен город выглядел еще более солидно. До среднего райцентра начала двадцать первого века все равно не дотягивал, но двухэтажная каменная застройка, отсутствие скота на улицах, а главное — наличие канализации, действительно внушали определенное уважение. Да и дома выглядели тут более ухоженными, по крайней мере, ощущение запущенности и обветшания мгновенно отступило.

— Куда нам дальше? — Маг рассматривал город с интересом, но без культурного шока, он видел города и побольше, а вот бойцы, набранные из крестьян, казалось, сейчас сломают себе шеи — так активно они крутили головами, разглядывая непривычные для себя диковинки.

— Договорились, что нас будут ждать в трактире «Волк и овцы». Служивый, — капитан обратился в скучающему стражнику, — не подскажешь, где такое заведение находится?

— Почему бы не подсказать, ваша милость, — окинув взглядом вопрошающих ответил тот. — Прямо по улице и на третьем перекрестке налево, там вывеска будет с волчий головой, не пропустите.

— А чего трактир называется «волк и овцы», а вывеска только с головой волка, — встрял любопытный маг.

— Дык это, — осклабился стражник, показав желтые кривые зубы, — не пережили овечки-то встречи с серым хищником. Вот и не стали их рисовать.

— Логично, — вынужден был согласиться маг.

Нужный «адрес» нашли без труда, вывеска действительно привлекала внимание. Голова волка была нарисована с большим мастерством и даже время, сделавшее краски чуть менее яркими, не смогло смазать ощущение присутствия опасного хищника.

Серов с Ариеном зашли внутрь, оставив остальных дожидаться начальство у входа в трактир.

— Добрый день, — в зале было по дневному пустовато, лишь пара столов была занята да за барной стойкой что-то флегматично протирал не слишком чистым полотенцем работник общепита. — Пива? Или пообедать?

— Пива можно, — согласился Серов, бросил взгляд на друга тот молча кивнул, — два, пожалуйста.

Трактирщик ловко подхватил две кружки и отточенным движением наполнил сначала одну потом вторую, не пролив при этом ни капли пенного напитка.

— На самом деле, мы тут не за этим, — сделав пару глотков весьма, как оказалось, посредственного пива, капитан с глухим стуком опустил кружку на стойку и обратился к трактирщику. — Му тут груз один забрать. Три телеги с рогами и еще кое-что по мелочи.

— О! — Оживился работник ножа и поварешки, — вы быстро! Я не ждал вас раньше завтрашнего вечера.

— А мы не медлили в пути и выиграли лишний день.

— К сожалению, груз будет готов только послезавтра. Мы не рискуем хранить все это богатство в городе, у нас, знаете ли достаточно спокойно смотрят на всякие вещи, за которые по ту сторону Барьера мгновенно отправляют на свидание с пеньковой тетушкой, но и внимания к себе лишнего привлекать все рано не хочется. Поэтому груз разделен на несколько частей, и чтобы собрать его в одном месте потребуется какое-то время.

— Отлично, — кивнул Серов. — Будет время немного отдохнуть. Да и кое-какие свои дела у нас тут есть, поэтому ничего против двухдневного ожидания я не имею.

— Скорее трехдневного.

— И это подходит. Где у вас тут можно остановиться? Нас шестнадцать человек. Хотелось бы, чтобы не совсем клоповник, но и переплачивать втридорога, откровенно говоря, нет никакого желания.

— Вы пришли по адресу. — трактирщик всплеснул руками, с максимально доброжелательной улыбкой, от которой мгновенно захотелось проверить, на месте ли кошелек, — у нас есть где остановиться, и с партнеров моих партнеров я конечно же не возьму лишнего! Если же хотите место побогаче, то это ближе к центру надо смотреть, но там и цены соответствующие.

«Врет», — сразу понял Серов, — «обязательно возьмет. Где это видано, чтобы приезжего, не знающего цен и не наколоть? С другой стороны — любой другой вероятно оберет еще сильнее».

В итоге после короткого обсуждения решили все же остановиться здесь. Как минимум, хозяин заведения не подсыплет яду и не наведет каких-нибудь бандитов, польстившись на сиюминутную прибыль, что уже не мало.

— А где у вас в городе биржа наемников? — После заселения и обеда Серов решил пробежаться посмотреть, что интересного есть в городе и заодно поразнюхаивать немного. Глядишь что и всплывет.

Все тот же трактирщик, оказавшийся владельцем заведения, дал достаточно ясные указания. До системы номеров город, конечно, не дорос, но то, что он застраивался когда-то по единому плану, изрядно упрощало навигацию.

Александр всегда любил пешие прогулки по старым, архитектурно богатым городам, будь то Рим, Барселона, Париж или какая-нибудь Рига с Данцигом. Пройтись, посмотреть, проникнуться духом истории — уж точно гораздо интереснее чем в Турции на пляже пузо греть.

Больше всего Нолидж напоминал ему «вечный город». Не масштабом, конечно, и не красотой архитектуры, а каким-то неуловимым ощущением древности скрытой под слоем пыли. По чьему-то меткому выражению, «все города строят, а Рим откапывают». И складывалось ощущение, что для Нолиджа эта сентенция тоже справедлива.

В общем, друзья решили устроить себе экскурсию, совместить что называется приятное с полезным, благо день только начался и времени должно было хватить на все. В качестве группы поддержки взяли с собой четверку бойцов — все же не у себя дома до ветру вышли, — оставив остальных на постоялом дворе.

Приятная прогулка, пара остановок в показавшихся на первый взгляд приличными забегаловках и отличная весенняя погода настроила Серова на совершенно благодушный лад. И даже неудача в получении информации в местном центре наемников, не испортило настроение. В конце концов, надежды на это и так было не много.

— Да были такие, да получили заказ, какой и от кого разглашать не можем, — подобно китайскому болванчику соглашался со всем и кивал местный распорядитель, но никакой дополнительной информации не сдавал.

— Есть еще идея! — Выйдя на улицу и плюнув в сердцах на древнюю брусчатку, Серов предложил следующий пункт возможного маршрута. То, что конечной точкой станет в итоге некое увеселительное заведение, становилось все очевиднее и очевиднее. Благо носильщиков с собой взяли: уж как-нибудь пару бездыханных тел вчетвером дотащат. — Надо найти местных законников.

— Кого?! Зачем?

— Ну законников — юристов, нотариусов или что-то такое, — видимо в имперском данные термин не до конца соответствовали оным в русском, поэтому Ариен все равно ничего не понял.

— Зачем?

— Хочу узнать, можно ли как-то выяснить имя заказчика, который нанял людей для грязного дела.

— Что там узнавать, я тебе и так скажу — нет! Контора как посредник лишь сводит нанимателя и наемников и обязана хранить тайну. Их же порвут если такая информация станет всем известна, — маг был искренне возмущен незнанием капитана основополагающих жизненных реалий.

— Официально — конечно. А втихую? Если заплатить кому надо. Мне они, конечно, ничего не скажут, но, если к ним обратится уважаемый человек с соответствующими связями — есть варианты.

После короткого раздумья, маг вынужден был признать возможность такого результата. Взятка животворящая, она во всех мирах порой имеет свойство открывать закрытые до того двери.

Найти местных юристов оказалось гораздо проще, чем добиться от них какого-то однозначного ответа на свои вопросы. В плане скользкости и способности к пустопорожним разговорам, не приводящим ни к какому результату местные служители Фемиды мало чем отличались от знакомых Александру. Единственным положительным итогом этого визита, оказалось обещание «провентилировать» вопрос без каких-либо гарантий результата.

Будет ли от этого толк или Серов просто подарил пять гроутов задатка незнакомому мордатому мужику с замашками, почему-то, уголовника, он так и не понял, однако страдать по потерянным деньгам не собирался.

Дальше дорога друзей, как и задумывалось ранее повела их в питейное заведение. Для разнообразия — от деревенского вида трактиров, Серову уже хотелось блевать — выбор упал на более богемную «Золотую лиру», которую им за медяк посоветовал пробегающий мимо парнишка. Красивые официантки, дорогое вино, мягкие диваны и расслабляющая музыка — что еще нужно чтобы хорошо провести время вдалеке от дома и семьи, если она конечно вообще есть? Посидев немного и подняв известным способом настроение, друзья внезапно решили, что только смотреть на красивых официанток им мало и плоть, которая как известно слаба, требует другого отдыха. В этом заведении таких услуг не предоставляли, зато посоветовали, куда можно отправиться, благо далеко идти было не нужно: все подобного рода и качества места были сосредоточены в одном районе.

Следуя полученным указаниям, компания прошла один квартал от центра, свернула в подворотню, намереваясь выйти на параллельную улицу, и нос к носу повстречались с другой группой вооруженных мужчин. Те их явно ждали и не разводя длинные переговоры в стиле «купи кирпич», бросились в атаку.

Первый боец Серова, идущий впереди погиб мгновенно, не успев даже выхватить оружие. Очень трудно это делать, когда в тебя несколько раз воткнули полметра стали. Однако эта смерть — в переулке было достаточно узко, и мертвый солдат перегораживал изрядную ее часть — подарила остальным несколько мгновений, чтобы осознать происходящее. Серов успел выхватить меч, Ариен на одних рефлексах, пытаясь не зацепить своих, бросил вперед простой огнешар, который, впрочем, особого урона не нанес: видимо у нападавших была хорошая противомагическая бижутерия.

В следующий момент на Александра набросилось сразу двое.

— Охраняйте мага, — успел бросить он своим драбантам, прежде чем вступить в схватку. В узком переулке ему гораздо удобнее было бы сражаться в одиночку, тем более что полагаться на фехтовальные таланты вчерашних крестьян все равно смысла не было. Проще потянуть время, пока маг соберет глаза в кучу и просто поджарит этих любителей ночных приключений.

Удар, блок, доворот корпуса — противник, увлекшись атакой проваливается и получает удар по плечу. Меч напарывается на пододетую кольчугу и соскальзывает вбок, вынуждая Серова делать пару шагов назад, чтобы успеть вернуть клинок. Впрочем, кольчуга мало помогает от так сказать «заброневого» воздействия и получивший свое с криком и повисшей безвольно рукой отходит назад, скрываясь за спинами своих товарищей. Минус один.

Видимо то, что так дела не будет, понимали и нападающие, потому что буквально через пару секунд в мага, через голову Александра полетели свертки с уже знакомым составом, заставившим всю группу поддержки и в первую очередь огневика чихать и кашлять.

— Уводите мага, быстро! — Пользы от них теперь все равно никакой, только маневр ограничивают.

— Сделаем! — Услышал Серов, отражая очередной удар. Звук торопливых удаляющихся шагов, а также прекращение кашля за спиной возвестили, о том, что он остался один.

«Ну ладно, теперь посмотрим кто кого», — капитан взвинтил темп и взорвался серией ударов. Косой сверху перетекает в укол, противник отскакивает назад, н обнажает при этом фланг второму нападающему, чем Александр и пользуется, вгоняя острие меча врагу под левую ключицу. Кольчуга на этот раз не спасает, она против колющих ударов защищает не очень хорошо, кольца расходятся и острие клинка вонзается в плоть. Не глубоко и не смертельно, но держать оружие правой рукой этот нападающий ближайшее время точно не сможет.

В какой-то момент Серов так увлекся схваткой, что совсем перестал контролировать обстановку вокруг. Он даже не обратил внимания, что группа бойцов перед ним совершенно незаметно уменьшилась на пару человек, а остальные уже не пытаются его атаковать, лишь сами сдерживая его атаки и потихоньку отступая к выходу из переулка. О том что что-то пошло не так, Александр догадался только тогда, когда почувствовал за спиной чье-то присутствие и услышал соответствующие шорохи. А потом один хорошо поставленный удар чем-то твердым по затылку отправил бравого рубаку в забытье.

Как обычно в таких случаях, в себя Серов приходил тяжело и крайне мучительно. Он далеко не сразу вспомнил, что произошло и почему он лежит на чем-то твердом, ему холодно, да и пахнет вокруг отнюдь не розами. Жутко болела голова, хотелось пить, а лежание на холодном, как было выяснено путем ощупывания, камне отзывалось ломотой в теле и неожиданно появившимся насморком. И да — вокруг было абсолютно темно: толи ночь, то ли помещение, в котором он находился не предполагало наличие окон. Сколько он вот так провалялся Александр понять не мог, и только по косвенным признакам понимал, что явно не пятнадцать минут.

Немного придя в себя, он попытался тактильным путем понять, где находится, и результат его совершенно не обрадовал. Совершенно пустой каменный мешок два метра длинной и чуть больше метра шириной. Даже соломенного топчана пожалели изверги, кто бы это не был.

В отсутствии других развлечений Серов попытался восстановить в голове последовательность событий, приведших его в такое негостеприимное место. Собственно, пенять кроме себя было не на кого: расслабился, потерял концентрацию в неподходящем для этого месте и вот получил.

Да и обращаться напрямую в гильдию наемников, пытаясь выведать имя неизвестного заказчика — глупость несусветная. Пользы от этого никакой, а вот вреда — полная котомка: засветился перед всеми заинтересованными лицами как новогодняя елка.

Главный вопрос, на самом деле, заключается в том, кто его сдал — наемники или юристы. Или и те и другие вместе. Впрочем, к чему задавать себе такие вопросы, когда главным насущным вопросом должен был быть вопрос освобождения. Вот только в его узилище был только один выход — даже на ощупь толстая, зачем-то дополнительно обитая железом дверь, и никакой хоть сколько-нибудь разумной возможности ее открыть или тем более выломать у Серова не было. Так что оставалось только ждать.

Сложно сказать сколько прошло времени — может час, может три, может пять. Когда у тебя до предела ограничено поступление информации от основных органов чувств, внутренние часы могут врать в очень широком диапазоне. Поэтому, когда снаружи лязгнул засов, Серов был практически рад — все лучше, чем сидеть в неизвестности.

Дверь открылась, по глазам резанул яркий свет — ну как яркий, после нескольких часов в темноте, любой свет будет таким. Александр попытался было прикрыться ладонью, но несколько рук подхватили его, подняли с пола и весьма профессионально скрутив повели вперед. Чувствовалось, что делают неизвестные конвоиры все это отнюдь не первый раз. И главное, опять не получалось ничего рассмотреть, только мелькающие каменные плиты пола перед глазами.

Долго идти не пришлось: неведомые конвоиры так же ловко завели его в другое помещение, усадили в массивное деревянное кресло и специальными ремнями зафиксировали его руки, ноги и шею, так что даже дернуться Серов не мог.

Происходящее нравилось капитану все меньше и меньше. Слишком обыденно, слишком профессионально работали неизвестные, а главное — абсолютно спокойно и обезличено. Лучше бы его начли материть с порога и дали по лицу — было бы хотя бы понятно, что делать, а такой холодный подход настораживал, заставляя мурашки бесконечно бегать вверх-вниз по позвоночнику.

Проморгавшись Александр смог осмотреться и увиденное ему не понравилось: кроме кресла, на котором он сидел, в комнате присутствовал стол, стул, а также несколько странных приспособлений, почему-то навевающих мысли о БДСМ развлечениях. Вот только очень вряд ли эти приспособы стоят тут для получения удовольствия, скорее наоборот.

Вновь открылась дверь и внутрь зашла колоритная пара — худенький плешивый мужичок с тетрадью и письменными принадлежностями в руках и здоровый бугай, с совершенно звериным лицом. Что будет происходить дальше вопрос отпал мгновенно, благо основные техники допросов не менялись тысячелетиями и Серову как-то даже приходилось в этом деле участвовать. Не в качестве вопрошающего, правда, а в качестве того, кто делает больно.

— Итак, молодой человек, — ботан сел на стул, открыл тетрадь и немного лениво посмотрел на капитана. Бугай стал за креслом вне зоны видимости. — Поведайте нам кто вы, и чем занимаетесь по жизни и в Нолидже.

Запираться Серов не стал, смысла в этом не было никакого. Понятное дело без особых подробностей — в этом деле существует правило отвечать только на поставленные вопросы — но рассказал и о себе и деле, которое привело его в город.

— Очень интересно, значит в Нолидже вы искали тех, кто мог бы заказать нападение на вас и ваших людей?

— Именно так.

— Прекрасно! А расскажите в таком случае, где и как вы познакомились с графиней Аннией ан-Уврит.

— Анния ан-Уврит?

— Именно. Графиня.

— Первый раз слышу это имя, — Серов был изрядно сбит с толку. Только что он думал, что его взяли из-за его прошлого и собирался косить на дурачка, соглашаясь отвечать на любые вопросы кроме самых важных, и тут его неожиданно поставили в тупик.

— Ну вот, а так хорошо начали, — на лице плешивого отобразилось искреннее разочарование. — Ровд!

В тот же момент Серову сзади прилетела по правому уху добрая плюха, отозвавшаяся звоном колокольчиков в голове.

— Давайте попробуем еще раз, молодой человек, — дознаватель сделал какую-то пометку в тетради. — И не советую запираться, мы все равно узнаем все что необходимо.

— Я и не думал запираться, — совершенно искренне возмутился Александр, — но я действительно не знаю ни одной графини!

— Ровд, еще!

Вторая плюха, видимо для разнообразия прилетела слева, но при этом была ни капельки не слабее — бугай, стоящий за спиной, был человеком талантливым и владел обеими руками одинаково хорошо.

«Настоящий амбидекстр, мать его», — мысленно выматерился капитан, но в слух ничего произносить не стал: выводить из себя надсмотрщика — занятие глупое и откровенно вредное для здоровья.

— Итак, отвечать на вопрос о графине вы отказываетесь? Я правильно понимаю?

— Почему отказываюсь? — Серов попытался отрицательно мотнуть головой, но ремень на шее сделать это не дал. — Я просто не знаю женщину с таким именем. Может вы опишите как она выглядит, и я попытаюсь вспомнить. Или расскажете, с чего вы взяли, что я могу знать эту вашу Анну.

— Аннию, — машинально поправил дознаватель и перелистнул тетрадь на несколько страниц назад. — Девушка восемнадцать лет, роста среднего, телосложения худощавого, длинные темные волосы, глаза зеленые, особые приметы — шрам на правой руке от укуса собаки. Знакомо?

Серов задумался на несколько секунд, но ничего подходящего под описание в голову не приходило. Он вообще последнее время не очень много общался с женским полом — достаточно уединенная замковая жизнь не способствует большому количеству новых знакомств. Жена, Никара, замковая прислуга, может быть ученики Ариена — вот, пожалуй, и все, с кем он мог пересекаться хоть сколько-нибудь близко.

— Нет, вроде ни с какими молодыми девушками не знакомился последнее время, — задумчиво протянул Серов, понимая, что ничем хорошим это для него не обернется. И оказался прав: по кивку плешивого надсмотрщик опять съездил ему по голове.

— Да с чего вы взяли то, что я знаю какую-то графиню? — Не выдержал Серов, перейдя на крик.

— Ну как же, — все с той же раздражающей улыбкой дознаватель еще раз перелитнул пару страниц и озвучил. — Вас видели вместе в придорожной таверне что близ селения «Замшелые пни», два дня назад. Это подтвердили четыре человека. Более того по их свидетельствам, вы активно с графиней взаимодействовали — мгновенно бросились к ней на помощь, хотя до этого изображали будто относитесь к разным компаниям. Отсюда вопрос, где и когда вы познакомились, в каких состоите отношениях? Где она сейчас?

— Твою мать, — только и смог произнести Серов. Сделал называется доброе дело — помог беззащитной девушке. Сидел бы молча — горя не знал бы, все беды от излишней инициативы.

Попытка объяснить, как все было на самом деле, само собой успеха на принесла. Понятно, что дознаватель — это такой человек, который не привык верить на слово. Если это не чистосердечное признание, конечно.

— Ну что ж, — плешивый поджал губы и закрыл свою тетрадь. — Раз вы, молодой человек, отвечать на вопросы отказываетесь, придется применить к вам более жесткие методы допроса. Видят Боги, я этого не люблю, но вы не оставляете мне другого выбора.

Дальше началось, то, что эстеты называют форсированными методами допроса и по сути является собой обычная пытка. Ну как обычная? Зависит от того, по какую сторону от иголки, вгоняемой под ноготь, ты находишься. Если по неправильную, то пытка из обычной превращается в незабываемую.

Сначала Алексндра просто и без затей попинали: сильно, но аккуратно, без членовредительства. Синяки, кровоподтеки и один выбитый зуб — не в счет, тут это за ущерб не считали.

После этого находящегося в полуобморочном состоянии Серова обратно привязали к креслу и начали приводить в чувство поливая холодной водой.

Второй раунд опять начался с вопросов. Вопросы были те же, видимо другие особенности капитанской биографии им были не интересны. Александр мог бы попробовать что-нибудь выдумать, без разницы что, лишь бы прекратили издеваться, но мозг был в таком состояния, что сама попытка начать умственную деятельность вызывала тошноту: без легкого сотрясения явно не обошлось.

Дальше пришел человек с чемоданчиком полным всяких страшно выглядящих инструментов отдаленно похожих на хирургические, и начался ад. Серов кричал, когда ему сжали винтовым механизмом левую руку сначала до хруста костей, а потом до полного их раздробления. Несколько раз он терял сознание, но заплечных дел мастера знали свое дело хорошо и просто так отключиться ему не давали, каждый раз возвращая в мир боли и страданий.

Как долго все это продолжалось, капитан не сказал бы при всем желании — в память врезались лишь отдельные картины подобно кадрам из не очень качественного видео. Помнил он только, что закончилось все, когда его ноги жгли раскаленным железом, он пытался кричать, но на крик уже не хватало воздуха, поэтому Серов только хрипел и пучил заплывшие от кровоподтеков глаза.

Внезапно дверь комнаты — Александр этого уже не помнил, ему рассказали об этом позже — взрывом сорвало с петель и внутрь ворвались несколько бойцов, без разговоров порубивших всех присутствующих.

— Вот суки, — Ариен, а именно его заклинание так эффектно освободило путь для мечников, при виде привязанного к деревянному креслу куску живого мяса, едва сумел сдержать себя в руках. — Отвязывайте его аккуратно и сразу к целителям.

Пока остальные боролись с ремнями маг подскочил к другу и на сколько смог залил в него энергии. При таких травмах — это, мягко говоря, не слишком эффективно, но хоть какая-то уверенность что Александр не помрёт по пути к более сведущим в лечебном деле магам.

В этот момент, сознание Александра все еще пытавшееся цепляться за суровую реальность окончательно погасло.

Глава 4

Бывают такие моменты, когда приходишь в себя и совершенно этому не рад. Кажется, что там в стране благодатного забвения было гораздо лучше. Такое бывает с жуткого бодунища или когда пришел в семь утра из клуба, лег спать, а в восемь тебе просыпаться на пары. Ах да! А еще когда тебя пытали несколько часов подряд, сломали неизвестное количество костей и вообще калечили как могли и теперь ты не знаешь, не останешься ли вообще инвалидом на всю оставшуюся жизнь. А про то, что это просто больно, и говорить не приходится — и так понятно.

В общем, для Серова это был как раз тот случай. Первое что он увидел перед собой — это белый потолок. Глаза есть, зрение на месте, уже хорошо. Шевелиться он даже не пытался, знал, что это будет больно, поэтому просто вращал глазами, пытаясь собрать дополнительную информацию. Справа от кровати — а он лежал на чем-то мягком, скорее всего это была именно кровать — на стуле сидела девушка, уткнувшись носом в книгу и сосредоточенно водила глазами по строчкам, помогая при этом себе пальцем.

Чтобы привлечь внимание капитан несколько раз быстро моргнул и сделал пару глубоких вдохов, логично предположив, что пытаться разбитыми губами изображать человеческую речь, опять же может быть весьма неприятно.

Девушка отвлеклась от книги посмотрела на пациента, увидев, что тот пришел в себя она издала какой-то неопределенный звук и подскочив на ноги опрометью бросилась проч. Наверное, чтобы позвать более компетентного специалиста, вряд ли вид пришедшего в себя пациента может быть страшным сам по себе. Разве что до этого пациент был мертв, но как уже говорилось раньше Серов лежал на чем-то мягком, точно не на прозекторском столе, да и подспудного желания отведать чужих мозгов тоже вроде бы не наблюдалось. Поэтому оставалось только ждать, жалея лишь о том, что девушка не догадалась напоить его, прежде чем звать врача.

Впрочем, ждать пришлось не долго, уже через несколько минут в комнату вкатился, по-другому и не скажешь, невысокий толстячок, что характерно совершенно лысый, и направился прямиком в Александру.

— Ну-с больной, меня зовут Конрад ан-Зортен — отвратительно жизнерадостно начал целитель — никем другим этот человек быть не мог — делая практически на бегу какие-то пасы руками. — Умирать вы, судя по всему, отказываетесь, это хорошо, угу. Ратива напои барона, ставлю корону против гнилого зуба, что он умирает от жажды.

Напившись — губы при этом болели на удивление умеренно — Серов благодарственно моргнул и выдал известную сентенцию.

— Если пациент хочет жить, то медицина бессильно.

— Шутите? — Переспросил маг, — шутите, это хорошо. Значит на поправку идете. Что у нас тут? Хм… Рука восстанавливается, левой пока не шевелить вообще понятно?

Серов изобразил кивок. В положении лежа это было несколько неудобно, но целитель понял.

— Так… ну зуб я вам растить не буду, не платили мне за него, да и муторно это. Синяки уже сходят, сотрясение мы вам подлатали. Не тошнит?

Капитан закрыл глаза и прислушался к организму — не тошнило и вообще «вертолетов» не было.

— Нормально вроде.

— Хорошо, — кивнул маг, — дальше… Ливер вам прилично отбили, я вроде более-менее привел в норму, но пока питаться только легкой пищей и не употреблять алкоголь. А впрочем, точную диету я вам распишу.

Маг переместился ниже, от кинул покрывало которым Серов был укрыт и приступил к изучению ног.

— Мизинец на левой ноге спасти не удалось, — ан-Зортен слегка наморщился, — спасать там, по правде говоря, было нечего. На безымянном осталась одна фаланга. Не думаю, что это сильно повлияет на походку, в любом случае, считайте, что легко отделались. Еще чуть-чуть и пришлось бы отрезать всю ступню, так что ваши друзья вовремя вас притащили. А так мясо заживает нормально. Шрамы, конечно, останутся, как и чувствительность к температуре, но в целом бегать будете, как и раньше.

— Спасибо, — настроение Серова стремительно поднималось, — что-то еще было?

— Ну про мелочевку я не говорю, — толстяк потер подбородок, — обработали вас, конечно, весьма качественно, однако и нас не на помойке нашли, да? А благодарить меня не нужно, не за спасибо работаем, а исключительно за золото, а его мне отсыпали весьма щедро и не торгуясь. Так что на ноги я вас поставлю, никуда не вы от меня не денетесь.

— Все равно спасибо.

— Пожалуйста, кушайте не обделайтесь. Да, кстати, там ваш друг дожидается, когда вы в себя придете, позвать или хотите отдохнуть.

— Зовите, я себя достаточно сносно чувствую.

Ариен, бывший обычно подобен огненному вихрю — темперамент под стать магическому таланту — сегодня был необычно тих и можно даже сказать — робок.

— Ты как?

— Живой, вроде, хотя еще не понял точно.

— Живой — это хорошо, — кивнул маг, — тут такие целители, если сразу не отправился на свидание с предками, то вылечат.

— Рассказывай, — видя, что другу неприятно переходить к сути, сам закончил с расшаркиваниями Серов.

— Все как-то странно получилось. Ты когда сказал нам сваливать, я почти ничего не соображал. Второй раз за три дня под эту дрянь попасть — врагу не пожелаешь. Но когда мы шагов на двести отошли, я догадался, что присмотреть за тобой все же стоит и приказал одному из бойцов — Торву — вернуться.

— Логично.

— Ну да, пока мыл глаза в трактире и вообще приходил в себя, прибегает Торв и говорит, что тебя повязли. И что он проследил, куда тебя отволокли.

— Чего ж вы тогда так долго рожали?

— Потому что проследил он только до переулка, а куда дальше тебя дели — неизвестно. В то место так просто не сунешься, сразу засекут, вот Торв и решил, что лучше знать примерное место чем сдохнуть и не передать никакой информации.

— Логично, — повторил Серов. — Что дальше?

— А дальше мы пытались очень аккуратно, чтобы никого не спугнуть, выяснить, где тебя держат. Пришлось привлекать наемных специалистов, как, впрочем, и для последующего штурма. Ну и, в общем, все это заняло прилично времени, пока сами пытались, пока с наемниками договаривались, пока те работали… Ну и как только смогли точно понять, где тебя держат, сразу атаковали.

— И что это были за ребята? Надеюсь, вы догадались кого-нибудь в живых оставить?

— Здесь странно… — Маг в задумчивости почесал затылок, — вроде как тебя взяли люди какого-то местного феодала. Местного, в смысле у которого земли по эту сторону барьера. Вот только какие у него могут быть к тебе претензии я так и не понял. К сожалению, взять кого-то знающего не получилось, слишком уж они отчаянно сопротивлялись, а простой охранник знает откровенно не много. Он пока в подвале таверны сидит, как выйдешь отсюда — сам поспрошаешь, а то я разобраться в этом деле не смог.

— Хорошо, ты мне вот что скажи, как долго я тут валяюсь, через сколько нам выезжать? А то я не уверен, что выдержу в таком состоянии десять дней в седле. Да даже на телеге, будет совсем не легко.

— Эммм…. — замялся маг, — дело в том, что груз уже уехал.

— Сколько я тут валяюсь?

— Восемь дней. Ты был очень плох, и целители искусственно держали тебя в состоянии сна. Чтобы ты не просыпался, не чувствовал боли и не мешал заживлению ран.

— То-то я думаю, что как для человека, которого вчера пытали, я чувствую себя слишком хорошо, — все встало на свои места, — а как груз?

— Я отправил с ним три десятка, моих парней, нанял в гильдии пятерку опытных в таких делах парней, которые постоянно караваны сопровождают, так что все должно быть хорошо. Как-то же барона Хедел доставлял грузы, а у него тоже дружина не многосотенная и магов нет. Справятся.

— Опять расходы, — тяжело вздохнул Серов, — вместо прибыли одни убытки. Сколько ты целителям заплатил?

— Не спрашивай, — усмехнулся маг, — тебе волноваться нельзя.

— Успокоил как мог, — отзеркалил капитан усмешку, — что целители говорят? Когда меня отсюда выпустят?

— Пару дней, еще понаблюдают и можно на волю.

— Кстати а Динай? Тоже уехал.

— Да, ему, кстати, спасибо скажешь за быстрое освобождение. Без Диная могли бы и не успеть. А потом он все облазил, с кем-то договорился о пробной партии алкоголя и книгах и уехал.

— Понятно, — Александр откинулся на подушки и прикрыл глаза, все же несмотря на всю магию, ощущал он себя изрядно разбитым, — что еще интересного эти дни произошло?

— Тебя законники искали. Вроде как накопали что-то, но так как задаток оставлял ты, мне сведения передавать отказались. Так что нужно будет к ним зайти, как на ноги встанешь.

— Это хорошо, хоть одна приличная новость. Что-то еще?

— Да ничего, в общем. Пока тебя рядом нет, вроде никакие неприятности и не липнут, даже рассказать не о чем. Вряд ли тебе будет интересно услышать мой личный рейтинг местных кабаков и борделей.

— Ну спасибо! Мало того, что в дерьмо макнул, так еще и дразнится. Если помнишь кабаки и бордели мы собирались инспектировать вместе!

— Не нужно было во всякое дурно пахнущее встревать, — уже откровенно ржал маг.

— Следующий раз я не останусь тебя прикрывать, а свалю первый, посмотрим, кто будет у целителей валяться, а кто по шлюхам бегать!

— Ладно, ладно, сдаюсь! — Маг поднял вверх открытые ладони, — был не прав. Ладно отдыхай, я завтра еще зайду.

Два дня пролетели вмиг. Серов только спал, ел и наслаждался покоем. Нужно сказать, что такой периода спокойствия и ничегонеделанья у него неизвестно когда был последний раз, поэтому он даже получил от этого некоторое удовольствие.

На одиннадцатый день, с момента приснопамятной стычки, Александра «выписали» на волю. По итогу он потерял зуб, полтора пальца на ноге, обзавелся несколькими новыми шрамами, а левая рука слушалась все же не очень хорошо. Ан-Зортен сказал нагружать ее побольше, разрабатывать и что со временем рука восстановится, но точных сроков не назвал. А еще на висках Серов неожиданно обнаружил не наблюдавшуюся доселе седину. В общем приключение это, не смотря на всю магию и усилия целителей не прошло для него бесследно, оставив по себе следы в качестве напоминания, что в чужие разборки лезть порой бывает опасно. А вообще, можно сказать — отделался легким испугом.

Первым делом капитан решил допросить пленного, который все так же сидел в погребе трактира, а потом уже думать, что делать дальше.

При виде связанного и избитого человека, в душе Александра было шевельнулось что-то похожее на жалость — он теперь невольно примерял такое положение на себя, — но быстро утихла. В конце концов, жалеть того, кто участвовал в издевательствах над тобой — глупо. И это еще неизвестно что Серов рассказать успел, будучи в полуобморочном состоянии, одна надежда — эти придурки не знали, что спрашивать, поэтому до самой важной тайны докопаться не смогли.

Судя по потухшему взгляду, особо запираться пленный настроен не был, а уж когда увидел Серова так и вовсе задрожал всем телом, демонстрируя искреннюю заинтересованность в сотрудничестве.

— Ну что же, — освободив пленника от кляпа, капитан присел на подвинувшийся бочонок с чем-то жидким и приступил к допросу. — Начнем сначала. Как тебя зовут? На кого ты работаешь? Кем были эти люди, которые меня схватили и пытали?

Пленник, путаясь и перескакивая с одного на другое поведал занимательную со всех сторон историю.

Сам он как это чаще всего бывает — из крестьян и попал в дружинники барона Портона несколько лет назад. Кто такой барон Портон? Барон как барон, замок, несколько деревень находящийся к северо-востоку от Нолиджа на этой стороне барьера. Ничем особо не примечателен, кроме того, что двоюродный брат у него — граф Урвит. А графство — это уже посерьезнее чем какое-то занюханное баронство. Там и площадь другая, и население…

И вот жили-поживали себе родственники, и все было хорошо, пока старший сын и наследник графа на погиб на охоте. Тут никакой теории заговора — куча свидетелей, не подкопаешься — несчастный случай. И осталась у графа Урвит одна дочка, которой только недавно исполнилось семнадцать лет. Как это часто бывает, девушка из просто завидной невест превратилась в настоящий золотой приз, за которым мгновенно начала охотиться целая толпа потенциальных женихов, одним из которых стал сын барона — Корвин. И троюродное родство в таком деле никого не смущало. Дело-то в общем-то житейское.

Граф же после смерти сына сильно сдал и теперь все с нетерпением ждут, когда он отправится тем же маршрутом. Барон Портон, не будь дураком, как старший родственник мужского пола тихой сапой перехватил управление в графстве и начал готовить свадьбу наследницы со своим сыном. Однако, что-то у молодых не сложилось, в девушке взбрыкнуло ретивое, а может действительно молодой человек был с гнильцой, и решила Анния делать ноги. В этом романтичном но не слишком разумном начинании ее поддержали несколько окружавших ее с самого детства человек, в том числе маг-целитель, кончину которого Серов видел своими глазами в злополучной таверне, где девушку выследили нанятые бароном профессионалы.

А дальше все просто — Серова срисовали, на месте, что называется преступления, догнали в Нолидже и решили поспрошать, как он связан с беглой графиней. Такой вот неудачный поворот судьбы: просто Александр оказался не в том месте не в то время. Или, наоборот, смотря с чьей точки зрения смотреть, конечно.

Каких-то секретных подробностей боец не знал, а все вышеизложенное было, в целом, достоянием общественности. По-простому: об этом сплетничали в графстве на каждом углу. Больше никаких сведений пленный поведать не смог, поэтому его пока оставили мариноваться в погребе, на случай если понадобится что-то уточнить, а Серов отправился к законникам, размышляя на ходу о хитросплетениях местной политики, в которую его засосало против воли самого Александра.

«И самое паршивое», — думал капитан, неспешно идя по городу, на этот раз в сопровождении восьмерки бойцов, — «что этот барон Портон так и будет считать меня причастным, а я даже не знаю где девчонка. То есть потенциально убытки еще могут быть, а прибылей никаких не намечается. Не хорошо».

— Добрый день, барон, — в офисе местных юристов ничего не поменялось. Богато и пафосно, что должно демонстрировать потенциальным клиентам надежность и респектабельность. — Не будем ходить вокруг да около, мы смогли раздобыть необходимую вам информацию.

— Добрый день, мне так и сказали и именно поэтому я здесь.

— Не скажу, что это было просто, однако если знать с какой стороны подойти к делу, — начал нахваливать себя собеседник.

— И вы, конечно, знали? — Поддакнул Серов.

— Конечно, — кивнул юрист, — дело в том, что в гильдии далеко не в восторге от своего участия в таких сделках. Они предпочитают более… хм… честную работу. А откровенный разбой плохо влияет на репутацию.

— Но тем не менее, в данном случае гильдию это не смутило? — Серов вопросительно приподнял бровь.

— Все дело в личности заказчика, вернее организации, которую он представляет.

— Удивите.

— Темный орден, — юрист внимательно вгляделся в лицо Серова, изучая его реакцию, — судя по всему, не удивил?

— Оставим этот вопрос, — не хватало еще случайным людям о своих проблемах жаловаться. — Я бы хотел получить все собранные материалы в письменном виде.

— Да, конечно, мы все для вам подготовили. Однако я хотел вас предупредить. В качестве, можно сказать бесплатного бонуса хорошему клиенту.

— О чем же?

— По нашим сведениям, ваш интерес и то, что вы вообще находитесь здесь, Нолидже стали известны Ордену. Не знаю, что вы сделаете с этой информацией, но я бы посоветовал быть осторожным.

— Да я и так, блин, все время осторожен, — в сердцах бросил Александр, — но что-то это ни капельки не помогает.

Из юрконторы Серов вышел с бумажной папкой, тяжелым сердцем и без пары корон в кармане. Вся эта поездка становилась дороже буквально с каждой минутой.

— Что делать будем? — В связи с полученной информацией, друзья перешли на «осадное» положение и старались из, ставшего своеобразной базой, трактира лишний раз не выходить.

— Думать надо, — Ариен отхлебнул пива, а Серову, которому пока алкоголь не рекомендовали целители — чай. — Есть тут еще дороги в нашем направлении?

— Есть, как не быть, — кивнул маг. — Две, если крюк делать не очень большой. Но обе… не очень безопасные.

— А та по которой мы сюда ехали считается безопасной?

— Ага.

— И поэтому мы с собой четыре десятка бойцов взяли, из-за безопасности?

— Ну все познается в сравнении, — пожал плечами маг, как бы спрашивая, чего Серов хочет лично от него.

— Беда…

На пару минут за столом повисла тишина — каждый думал о своем.

— Так что за маршруты? — Первым нарушил молчание Серов.

— Один — по вольным баронствам. Сначала на север, потом на восток. Проблема в том, что придется этих баронств пересечь два десятка. Ну и там, сам понимаешь…

— Понятно, — кто такие вольные бароны Александру объяснять не нужно было, сам такой. — А второй маршрут.

— Второй наоборот — южнее. То есть сначала на восток, а потом на север, по территории Закрытого королевства. Тут всяких феодалов и вообще людей меньше, но соответственно больше всего того, из-за чего меньше феодалов.

— Логично, и что люди говорят, что советуют?

— Говорят, что ехать по северному маршруту — гарантированно огрести проблем. С другой стороны, бароны до совсем уж беспредела не опускаются. Южный маршрут более непредсказуемый. Можно проскочить без единой зацепки, а можно в такое дерьмо встрять, что задолбаешься расхлебывать.

— А что сам думаешь?

— Хм… — маг от такого простого вопроса почему-то смутился. — Я бы хотел посмотреть Закрытое королевство более, так сказать, углубленно. А баронства… что я там не видел.

— Да? Вот по таким критериям ты выбираешь дорогу… Хм, — Серов задумался, уставившись на кружку с травяным чаем. На самом деле он тоже склонялся больше к «южному» маршруту, и что характерно примерно по тем же мотивам. — Считай, что уговорил. Посмотрим местные красоты. Допивай и спать, завтра выйдем пораньше.

Из города выехали с рассветом. И времени побольше и глаз лишних вокруг поменьше. Подвального пленника, не придумав как протащить мимо стражи на воротах, учитывая, что двигались налегке, попросту удавили.

За десять дней природа за стенами города разительно изменилась. Температура выросла градусов до пятнадцати, деревья и кусты оделись свежими листьями и повсюду распустились цветы. Любоваться, однако красотами природы было некогда. Стряхивая возможную погоню с хвоста, уходили на рысях, что удобно для лошади и не очень — для седока, трясет прилично, — поэтому никаких изменений Серов поначалу не замечал.

Спустя полдня скачки на восток, вглубь Закрытого королевства, встали на дневку. Хоть днем еще было не очень жарко, но и лошади и люди нуждались в отдыхе, чай не кочевники, которые могут находится в седле двадцать четыре часа в сутки, там же есть и спать.

Пока бойцы суетились, разводя костер для приготовления обеда, капитан получил немного времени, чтобы осмотреться и увиденное его изрядно озадачило. Казалось, как будто за полдня он сместились не на сорок километров восточнее, а на две тысячи южнее. Куда-то исчезли обычные березы и дубы и им на смену пришли странные никогда не виданные деревья, кусты обзавелись здоровенными колючками, а вместо одуванчиков тут и там привлекали внимание цветы самых невообразимых расцветок. В общем, не тропики, конечно, но и совсем не средняя полоса.

— Что с растениями? — Александр не поленился встать и подойти к медитирующему магу.

Ариен открыл один глаз и не шевеля ни единым лишним мускулом скосил его на Серова. Что характерно: зрачок был подозрительно расширен, как будто огневик уже успел что-то принять. Через пару секунд глаз опять закрылся, маг сделал пару глубоких вздохов и не размыкая век произнес одно слово:

— Магия.

— Я понял, что магия, — Серова вот эта привычка списывать все необычное на магию изрядно раздражала. Почти как на Земле в средние века все непонятное списывали на Божий промысел, впрочем, тут у местных было изрядное преимущество: магию можно было, что называется, пощупать. — Только почему они всего за полдня так изменились?

Ариен изобразил недовольство на лице, но ответил:

— Тут магический фон выше, сильно. Он влияет на растения, на животных и на людей тоже влияет.

— А с практической точки зрения, как себя вести, чтобы не встрять?

Поняв, что так просто от него не отстанут, маг открыл глаза, сменил позу и немного подумав отметил.

— Ничего не местного не жрать, цветы не срывать и не нюхать. Далеко не отходить, держаться группой: могут напасть хищники, они здесь бывают агрессивные, тем более сейчас весна.

— Понятно, — кивнул капитан, — а с точки зрения влияния вот этого повышенного фона на человека? Может там дышать через тряпочку или еще чего?

Бывший спецназовец немного нервно огляделся, пытаясь вспомнить правила нахождения на заражённой территории. Ничего умнее чем соорудить влажную повязку в голову не приходило.

— Так это не работает, — улыбнулся Ариен, — да и для того, чтобы повлияло на тебя заметно, нужно тут родиться и жить. И желательно так несколько поколений. А за пять дней страшного ничего не произойдет.

— Точно?

— Нет, конечно, — пожал плечами маг, — можешь с лошади навернуться и шею сломать.

— Смешно, — не оценил шутку Серов. — А что дальше? Дальше на восток природа еще сильнее меняется?

— Ну да, — кивнул Ариен. — Магические растения, животные, а еще ближе к столице — вообще жуть начинается. Там может быть просто все что угодно — монстры, духи, молнии, бьющие с чистого неба, разрывы пространства, дыры на соседние планы. Ходят байки, что есть места, где прорывается хаос и упорядоченная материя просто не может существовать. Может и врут.

— Жесть, — пробормотал Александр завороженно. У него было слишком хорошее воображение.

— Ну да, а здесь так — задворки, по сути. Если проявлять осторожность, то ничего страшного не случится.

— Ну ладно, пойдем тогда обедать, жрать уже хочется — сил нет.

Чем дальше углублялись путники вглубь этой странной территории, тем больше всяких диковинок попадалось на глаза. Часто попадались заброшенные и разрушенные постройки, пролетали над ними всякие необычные твари, явно не имеющие с птицами ничего общего. Один раз наперерез отряду выплыл полупрозрачный, едва различимый днем призрак, мгновенно сожжённый лучом света, ударившим из руки мага.

Очень удивила Александра встреченная на пути деревня, населенная на первый взгляд самыми обычными людьми. Деревенька, конечно, так себе: полтора десятка домов, две сотни человек населения, большая часть из которых толпой высыпала на встречу отряду. Причем по началу настроены они были весьма насторожено: топоры и копья в руках явно давали понять, что ничего хорошего они от всяких залетных не жду. Впрочем, поняв, что Серов со своими людьми просто едут мимо, они мгновенно поменяли модель поведения и принялись наперебой предлагать купить у них их продукцию. Казалось бы что интересного могут предложить жители какой-то занюханной деревеньки, находящейся в самой заднице мира? Но нет, мага предложенные травки, порошки и прочие странно выглядящие ингредиенты неизвестного происхождения мгновенно заинтересовали, и огневик принялся их перебирать, отчаянно при этом торгуясь.

Глядя на все это дело, посмотреть поближе решил и Александр, однако ничего не понимая во всех этих корешках-порошках, быстро заскучал, принявшись вместо товара рассматривать продавцов. И вот тут его ждало удивительное открытие: приглядевшись к глазам молодой девушки, активно обсуждающей с Ариеном достоинства какой-то травы, Серов неожиданно заметил, что зрачок у нее не обычный — круглый — а вертикальный, как у кошки. Выглядело это завораживающе и немного страшно. Капитан было попытался найти еще какие-нибудь отличия — уши там кошачьи или хвост пушистый, но в остальном девушка, вроде бы, ничем не отличалась. За пояснениями Алегсандр обратился к другу, когда тот закончил закупки и они отъехали от деревни на некоторое расстояние.

— Что у них с глазами? Ты видел?

— А? — Маг вынырнул из своих мыслей, — да. Все то же. Повышенный магический фон влияет на все. Чаще всего рождаются нежизнеспособные уродцы, а иногда случаются и удачные мутации, которые дают какие-то преимущества и приживаются.

— И какие преимущества у таких глаз?

— Хорошо в темноте видят, поэтому и разнообразие товаров такое… Специфическое. Много того, что нужно собирать именно ночью, и что портится от дневного света. Удачно, надо сказать заехали, хорошо получилось закупиться, а то перекупы накручивают десятикратную наценку, уроды.

— А зачем им тут вообще деньги? Что-то я не видел особо покупных вещей: одежда явно домотканая, оружие как будто тоже, — Серов никак не мог успокоиться.

— Еда. Самая главная статья расходов у местных — это привозная еда. Все что растет в этих местах употреблять можно только с большой осторожностью, а кушать, как ты понимаешь, хочется каждый день. Вот они собирают всякое разное, что имеет ценность и меняют это на привозные продукты. — Ариен замолчал, подумал немного и добавил, — есть, конечно, и те, кто не заморачивается и жрет все подряд, но на людей они уже не сильно похожи.

Но апофеозом впечатлений, после которого Серов уже не удивлялся ничему, стал момент, когда во второй вечер путники разожгли костер рядом со странным растением, чем-то напоминавшим репку из сказки — короткий толстый ствол, увенчанный разлапистыми острыми по краю листьями. Сначала ничего не происходило, однако, когда огонь стал подбираться неприятно близко к листьям этого недодерева, оно заскрипело, выдернуло из земли корни-ноги и с недовольно шурша листьями переползло шагов на десять в сторону.

Александр было подумал, что у него поехала крыша. С расширившимися от удивления глазами он перевел взгляд на мага, однако тот только пожал плечами, мол: «бывает».

После двух дней движения на восток, дорога начала забирать к северу, и концентрация всякой дичи на пути перестала увеличиваться. Человек, как известно, привыкает ко всему, и на третий-четвертый день путешественники уже почти перестали удивляться буйству природы, усиленному магической «радиацией». Во всяком случае, капитан в голове именно с радиацией сравнивал повышенный магический фон: все эти мутации и зараженные продукты по неволе заставляли проводить параллели.

То самое, из-за чего эту дорогу и вообще Закрытое королевство считают опасным местом произошло вечером четвертого дня пути.

Ничто, как говориться, не предвещало беды. Тени удлинились, солнце уже потихоньку начало нависать над кронами деревьев, угрожая в скором времени нырнуть за горизонт. Пора было искать место для ночлега — прошлую ночь провели в удачно подвернувшейся деревеньке, и Серов подспудно надеялся повторить тот же маневр, но никаких признаков человеческого жилья видно не было. И именно в тот момент, когда капитан уже мысленно был готов отказаться от призрачной возможности ночевки в относительном комфорте и дать приказ к остановке, из кустов слева метнулась серая тень, и в туже секунду боец, едущий чуть впереди вылетел из седла. На землю уже упало мертвое тело, а рядом на мощные лапы приземлилось что-то типа волка, оскалившее окровавленную морду.

Серов еще успел услышать, как Ариен крикнул, что это стайные твари и нужно держаться вместе иначе порвут всех, после чего все завертелось в невероятном калейдоскопе. Краем глаза он увидел, как на него несется еще одна тварь, клинок достать он не успевал, поэтому просто завалился набок, подобно мешку с картошкой, так чтобы между хищником и его драгоценной тушкой осталась стоять лошадь. Животину, конечно, жалко, но себя еще жальче.

Выиграв таким образом пару лишних секунд — где-то справа полыхнуло огнем — это Ариен развлекается — Серов успел вытащить меч и следущую атаку твари, которая почему-то лошадью не соблазнилась, встретить встречным рубящим ударом. Серый хищник был быстр, очень быстр, если бы не купленные умения и не магические зелья, которые существенно улучшили реакцию Александра, лежать бы ему с перегрызенным горлом, а так получив отточенной полосой стали поперек оскаленной морды тварь с обиженным воем улетела в сторону.

Серов огляделся: одна тварь — в статике можно было ее рассмотреть подробнее — похожая на здорового волка-переростка не отвлекаясь ни на что обедала его бойцом, еще одну совместными усилиями, создав некое подобие строя, пытались держать на расстоянии четверо его людей. Двое волков пытались напрыгивать на мага, но тот создал вокруг себя что-то типа огненной сферы. Серым огонь не нравился, но отступать они видимо не планировали. Еще одна тварь валялась вдалеке с обугленным боком, ее правда Александр приметил уже на бегу: нужно было срочно выручать друга, не известно, как долго он может вот так отгораживаться огнем.

Подловить серых не удалось — волки-мутанты услышали Серова и мгновенно развернулись к новой опасности. Прыжок, Александр принимает взвившуюся в воздух тушу на щит, но та оказывается слишком тяжелой и его заваливает на спину. В тесном контакте длинный меч — плохой помощник, поэтому Серов бросает его рукоять и прямо в полете пытается достать кинжал. Удар об землю выбивает из капитана воздух, слегка теряется ориентация в пространстве. Буквально на мгновение, но этого хватает, чтобы волк высунул голову из-за щита попытался тяпнуть его за лицо. Лишь в последний момент капитан успевает немного сгруппироваться и под зубы твари попадает не мягкая плоть, а прочный металл шлема — благо Серов приказал своим людям постоянно быть в боевой готовности и сам тоже этому приказу соответствовал.

Пока серая тварь пыталась разгрызть шлем, капитан умудрился-таки из неудобного положения выдернуть кинжал и несколько раз вогнал его псине в правый бок. Давление на щит сразу ослабло и Серову толчком удалось сбросить обмякшую тушу влево.

С трудом поднявшись на ноги он огляделся еще раз. Бой затухал, человеческое оружие и магия оказалось сильнее чем клыки и когти пусть и здоровых, но всего лишь волков.

В нескольких шагал прямо на земле сидел Ариен и рукавом подтирал кровь, по капле вытекающую из носа. Рядом с ним с обугленной дырой в боку лежала вторая, пытавшаяся его съесть тварь. Других повреждений у мага заметно не было.

В воздухе нестерпимо воняло паленой шерстью.

С другой стороны, все было не так благостно. За две жизни серых тварей бойцам Александра пришлось заплатить тремя своими, считая того самого первого, убитого в самом начале. И то, можно сказать: повезло. Хищников несколько смутил мгновенный удар магией и смерть одного своего серого товарища, и они дали несколько секунд спрыгнуть с лошадей и образовать стену из щитов и копий, но даже в такой ситуации люди потеряли двоих, а третьему волки подерли неудачно подставленную руку.

В общем, бой закончился со счетом три-шесть в пользу гостей.

— Перевяжите! — Крикнул Серов растерявшимся бойцам, а сам подошел к магу. — Ты как?

— Жить буду, — маг поднял на Александра взгляд и Серов понял, что маг, не смотря на перемазанное кровью лицо улыбается во все тридцать два. Выглядело это, надо сказать, страшновато.

— Точно? Выглядишь ты так себе.

— А это? — Ариен оторвал от лица руку, заляпанную кровью, и посмотрел на нее более внимательно, — мелочи. Ты не понимаешь! Я смог сделать огненный кокон. И держал его почти тридцать ударов сердца.

— И что? — Не понял Серов.

— Это мастерский уровень. Полноценный мастерский, мать его, уровень. За два года от подмастерья до мастера это отличный результат! Я о таком, вообще говоря и не слышал никогда, — маг пребывал в эйфории и не торопился подниматься с земли.

— Вставай, мастер, там человеку твоя помощь требуется, — капитан протянул руку и помог подняться магу на ноги.

Пока все суетились, Серов снял шлем и вытер скопившийся под ним пот. Хоть схватка получилась скоротечной, взмокнуть он успел насквозь, адреналин продолжал стучать молоточками в ушах.

«Было близко», — подумал капитан, разглядывая металлический головной убор в руках. В двух местах присутствовали вполне себе заметные вмятины. — «С такой силой челюстей, череп на зубах хрупнул бы мгновенно».

— Ариен! — Обернулся в сторону мага барон. Тот как раз вливал энергию пострадавшему бойцу. Это конечно не магия целителей, но во всяком случае он сможет самостоятельно сидеть в седле. — С этих тварей что-нибудь можно добыть? Что-нибудь ценное, я имею ввиду.

— Вряд-ли. Клыки разве что вырезать, хотя…

— Что?

— Надо их логово найти, должно быть не далеко. Вполне могут себе стаскивать всякие интересные вещи. Серые твари явно чувствуют магию, видел, как на меня набросились?

— И как его тут искать? — Пробормотал Серов себе под нос и растерянно огляделся. Вряд ли в таких зарослях можно найти хоть что-нибудь.

Однако поиск на себя взял Ариен. Помедитировав с десяток минут и восстановив ману, он быстро, прямо на дороге накидал фигуру, в нескольких местах разложил части свежеубитых волков, произнес словесную формулу и постояв несколько секунд с закрытыми глазами, выдал направление.

— Туда, примерно пятьдесят шагов.

Имея такой, с позволения сказать, навигатор, найти логово особого труда не составило.

В качестве убежища волки выбрали корневую часть здоровенного поваленного дерева, делав небольшой подкоп и получив таким образом небольшое, закрытое с трех сторон логово. Солнце к этому времени уже окончательно ушло за деревья, поэтому тут в чаще рассмотреть что-то можно было только благодаря подвешенному Ариеном светляку.

Действительно тут нашлась целая куча всякого разного — обрывки одежды и даже покореженные части доспехов, погрызенная конская сбруя, кости и прочие остатки жизнедеятельности хищников.

— И что, ты правда собираешься в этом копаться? — С сомнение в голосе спросил капитан.

— Подожди, сам увидишь, — в голосе огневика слышалась определенная уверенность. — Там точно есть что-то магическое, я даже отсюда вижу ауру.

Сам он, конечно, не полез — не по чину. Для этого в отряде были простые бойцы. Раскопки затянулись на добрые полчаса — видимо стая в этом месте «квартировала» не первый день и часть потенциальных трофеев уже ушла под землю.

В итоге добычей друзей стали пара дорогих даже не вид клинков, какое-то странное ожерелье и, как выразился Ариен, «так и сочащаяся магией» боевая перчатка на левую руку. Все это маг экспроприировал безапелляционным тоном завив, что надевать на себя или пользоваться неизученными магическими предметами — удел идиотов и самоубийц. И обещал вернуть их после ряда проверок и тестов.

Не найдя аргументов против, Серов был вынужден согласиться, и хотел было уже отдать приказ о возвращении в лагерь — его решили разбить шагах в ста от места нападения — но в последний момент улучшившийся в последнее время слух уловил подозрительный писк с другой стороны дерева.

Обойдя препятствие, Александр увидел нескольких щенков, слепо ползающих друг по другу и жалобно попискивающих. Если мерять собачьими мерками, то щенкам было никак не больше двух недель. Сердце барона сжалось: казалось бы, час назад родители этих малышей загрызли троих его людей и чуть не добрались до него самого, а теперь он смотрит на беззащитных щенков с жалостью и не может приказать их убить. Или просто бросить, что в данном случае одно и то же.

— Нам нужно будет раздобыть молоко, — задумчиво произнес барон, игнорируя удивленные взгляды, направленные на него. — Будем надеяться, что завтра попадется деревня, в которой держат скотину.

— Зачем тебе это? — Глядя как бойцы достают из ямы помещающиеся буквально на ладони комочки, спросил маг.

— Не знаю, — Серов задумчиво почесал затылок, — не бросать же. Попробуем вырастить приручить. Псовые по идее должны хорошо одомашниваться. Тем более, что твари магически измененные и умные. Посмотрим.

На этом разговор как-то сам по себе и увял. Особых неудобств щенки не доставили и устроившись в тепле быстро уснули. Разве что лошади все время косили глазом, не доверяя новым попутчикам: пахли то они точно так же, как и взрослые.

Оставшаяся часть пути прошла неожиданно без приключений. Уже на следующий день отряд вместе с дорогой, по которой он следовал повернул окончательно на север и на исходе шестого дня пересек барьер. В Александров же удалось добраться только на восьмой день.

Глава 5

Встречали отряд всем поселком. Что ни говори, а Серов был достаточно популярен у своих людей, поэтому новость о его злоключениях, неизвестно как попавшая в массы, мгновенно вызвала всеобщее беспокойство. Каждый, кто хоть немного умел думать, понимал, что вот это вот все, происходящее вокруг, оно жестко завязано на личность одного человека. И если фигуру барона из уравнения убрать, вся налаженная жизнь разрушится как карточный домик.

С радостью и огромным облегчением на лице встречала мужа Мариетта, которую за последние полмесяца немного отпустила напряжённость, гормоны пришли в порядок, и девушка вновь превратилась в улыбчивую и жизнерадостную жену, которой Серову так не хватало последнее время.

Вообще капитан был рад видеть всех, и, хотя после такого отдыха, который получился у него, стоило бы еще отдохнуть, Александр чуть ли не в тот же день, не тратя лишнего времени, опять впрягся в работу.

За двадцать с чем-то дней, прошедших с момента отъезда Серова, дома произошло неожиданно много всяких событий.

Для начала нужно заметить, что караван с грузом, который в общем-то и был изначальной целью путешествия, проделал весь путь без единой проблемы — капитан порой действительно начинал думать, что это именно он притягивает неприятности, — и прибыл в Александров за четыре дней до барона. Все-таки груженные телеги — транспорт весьма медлительный, поэтому даже заложив изрядного крюка, друзья сумели почти нагнать вышедший гораздо раньше караван.

За грузом пока никто не приехал, поэтому все три телеги с рогами пришлось уместить в замковые подвалы, благо у местных эти части животных никаких дополнительных ассоциаций не вызывают.

В Александров неожиданно нагрянула делегация гномов, которые якобы приехали у своему одно время считавшемуся погибшим дяде Дрору. Серов плохо разбирался в межгномьих отношениях — вернее никак не разбирался — но мог руку дать на отсечение что вот эти два здоровяка и коротышка с хитрыми бегающими глазами и близко не родственники. И уж тем более это стало очевидно, когда, полазив по округе и поразнюхивав несколько дней, бородатые решили остаться в поселке и присмотреть за отказывающимся уезжать родственником. Впрочем, вопрос гномов был, мягко говоря, не на первом месте по значимости: прислали бородатые соглядатаев ну и Бог с ними, все равно ничего прям сильно секретного Серов им показывать не собирается. Те же арбалеты или спиртовки скопировать — как два пальца об отсутствующий здесь асфальт, и соглядатаев для этого на производство отправлять не нужно, достаточно конечное изделие изучить более-менее тщательно.

Кроме того, прослышав, о том, что здесь привечают разного рода ремесленный люд, в Александров потянулись всякие мастера и прочий пролетариат. Впрочем, как раз мастеров было не много, а если совсем честно — не было ни одного. Все дело в классическом средневековом цеховом устройстве большинства промышленных городов центральных королевств. Стать мастером, то есть получить возможность работать на себя — задача там порой невыполнимая. Некоторые специалисты, не смотря на все свое мастерство так и заканчивают жизнь в подмастерьях, не имея денег или связей, чтобы пробить себе даже допуск до соответствующего экзамена. А если вспомнить, что обучение в таких цехах тоже не бесплатное, то получается, что человек может отработать всю жизнь практически на рабском положении без каких-либо просветов или надежд на лучшее будущее. И никого не заботит, насколько ты хорош в своем деле: бизнес, как говориться, ничего личного. Конечно, такие люди, услышав, что где-то есть места с гораздо более либеральными порядками, порой плюют на налаженный быт, собирают пожитки и отправляются за лучшей долей.

Почти закончили постройку водяной мельницы, во всяком случае она уже приобрела вполне узнаваемые очертания и Дрор обещал совершить «энергетический пуск» уже дней через двадцать.

Еще прибавилось количество бойцов в замке и окрестностях. В сумме под рукой Александра уже было почти четыреста пятьдесят бойцов, из которых правда хоть сколько-нибудь опытными были едва две сотни, а остальные — не нюхавшие пороху мясо. Глядя на всю эту ораву в голову поневоле закрадывались мысли о новой «маленькой победоносной войне», которая бы позволила решить сразу несколько проблем — и бойцов потренировать и средств на их содержание подзаработать и политическое влияние в регионе усилить.

Покрутив эту мысль и так, и эдак Александр пришел к выводу, что нужно немного подождать. И людей еще потренировать и дел других навалом и совсем уж превращаться в главный раздражитель для всех соседей — может быть опасно. Вместо настоящего боевого похода можно попробовать провести полномасштабные учения: с походом, тренировочным боем и всем остальным. Пометив себе в блокноте, обдумать эту мысль дополнительно, Серов перешел к другим более актуальным и мирным делам.

— Как успехи? Как принимают новые товары? Есть обратная связь? Хвастайся в общем, — на второй день, проведя всю ночь в объятиях соскучившейся жены, и слегка позевывая, Серов собрал большое совещание верхушки баронства. За большим столом сидели «ответственные товарищи» на чьих плечах лежала забота о маленьком государстве.

— Весь зимний запас алкоголя разошелся буквально за три десятка дней, — начал Реймос. — Мы совершенно точно не сможем удовлетворить весь существующий спрос. На этом деле с момента открытия торгов в казну зашло сорок семь корон.

— Мы можем быстро расширить производство спирта?

— Нет, — помотал головой Реймос, — весна, прошлогоднее зерно почти закончилось и до нового урожая, с сырьем могут быть проблемы.

— А установку собрать можем? — Этот вопрос уже был адресован Дрору.

— Без проблем, все запчасти в наличии. Двойной комплект. Дней пять на сбор, пару дней на отладку. Если будет нужно — сделаем, — Серов уже не первый раз замечал манеру гнома разговаривать короткими предложениями. Попытался было вспомнить, разговаривают ли так все коротышки или только ему попался интересный экземпляр, но не смог — давно это было.

— Хорошо… — Серов в задумчивости пробарабанил по столешнице нехитрую мелодию, — если совсем будет плохо, распечатывай запас. Можешь продать половину, не забывая, конечно, поднять цену за выдержанный продукт.

Часть произведенного алкоголя люди барона закатывали в бочки и отправляли в подвал на созревание. Некоторые бочки уже достигли годичной отметки выдержки, превратившись по местным меркам, в по-настоящему элитный товар.

— Принял, — Реймос сделал пометку у себя в записной книжке. Манеру все записывать окружающие переняли у Серова, который искренне считал, что тупой карандаш лучше острой памяти, и все время таскал с собой бумагу и магическое перо: дорого, но писать гусиным — то еще извращение. Постепенно эту привычку оценили и те, кто общался с бароном более-менее постоянно.

— Что по книгам?

— По книгам… — Управляющий смачно цокнул языком, — сказка. Двести экземпляров уже уехали. Еще столько же — забронированы. Все в восторге в первую очередь от цены и качества текста, который в таком виде очень удобно читать. Берут крупными партиями, и обещают, что спрос будет расти.

— Сколько заработали?

— Двести тридцать корон.

По комнате прокатился слитный вздох. К таким суммам тут все еще не привыкли, хотя, по сути, две-три сотни корон — это не такая уж и большая сумма. Те двадцать килограмм золота, которые были у Александра изначально, эквивалентны примерно шести тысячам корон, и тем не менее, он умудрился за два года как-то незаметно растратить даже такое количество презренного металла. Впрочем, судя по доходам, эти вложения начали окупаться, что позволяло смотреть в будущее с определенным оптимизмом.

— Отлично, — Александр записал себе в блокнот озвученные данные. — Что у нас дальше? Спиртовки?

— По ним пока сложно.

— Какие проблемы? Рассказывай.

— Не все понимают, зачем они вообще нужны, когда есть свечи и магические светильники. Плюс топливо для них сейчас дороговато. В общем пробную партию разобрали, но особого восторга никто не выказал. С лампами стоит подождать реакции.

— Да, тут я не подумал, — Александр немного смущённо почесал затылок. Вариант, что спирт весной может стать дефицитом, он не рассматривал, хотя по-хорошему должен был. — По доходам, я так понимаю — все?

— А трофейное оружие и брони? — Подал голос гном чья мастерская приводила их в порядок ползимы.

— Да, — кивнул Реймос, — еще трофеи. Учитывая, что мы отказались от продажи лошадей, за это время удалось спихнуть примерно чуть больше половины всего награбленного… Прошу прощения — добытого. Полный список с указанием продажных цен у меня есть на бумаге, кто хочет, может ознакомиться, но, если кратко — сто двадцать корон. Это с учетом дорогой мебели и всего что было вывезено из двух замков. Еще на сотню корон товар лежит, ждет своего покупателя. Остальное мелочи — прибыль от таверны, ремонт инструментов крестьянам, сдача лошадей в аренду — не больше десяти корон за все.

— Хорошо, с доходами разобрались.

— Не совсем, — Элей, как прилежный ученик, поднял руку, в которой был зажат лист бумаги. — За последние два месяца моими ребятами были отловлены четыре шайки лихих людей. Вот список того, что с них удалось поиметь. Кроме того, нашими патрули собрали восемь корон пошлин с купцов, которые двигались через баронство без посещения Александрова.

— Пошлины? Какие пошлины? Почему я ни о каких пошлинах не знаю? — Барон был изрядно сбит с толку.

Элей обменялся быстрыми взглядами с Реймосом — эти двое явно что-то мутили, не ставя барона в известность.

— Ну… Это стандартная практика, — немного путаясь в словах начал объяснять главнокомандующий. — Если купец планирует посещение замка, то с него пошлин не берут, если идет транзитом — будь добр заплати за проезд. Размер пошлины мы взяли такой, как в баронстве был до вас, ваша милость.

«Ваша милость», редкая в речи Элея явно намекала, на то, что он признает за собой косяк: по любому о таких вещах барону сообщать стоит.

— Ну ладно… — обдумывая это дело медленно проговорил капитан, — а почему с нас, когда мы чужие баронства топтали, пошлину никто не пытался взять?

— Иногда берут, — пожал плечами Реймос, — когда ловят. Но для того, чтобы регулярно ловить таких купцов, нужны патрули, контролирующие все дороги. Такую роскошь большинство окрестных владетелей позволить себе не могут. Ну и конечно, когда караван сопровождает большое количество охранников, человек, скажем, пятьдесят, желающих поиметь с таких купцов мзды сразу становится меньше.

— Резонно, — согласился барон. — Значит считаем шестьсот двадцать корон. Перейдем к тратам. Элей, тебе слово.

— В месяц баронство тратит на жалование дружины, с учетом последнего пополнения чуть больше ста пятидесяти корон, еще около тридцати уходит на питание и содержание лошадей. Если к этой сумме добавить премии, которыми барон награждает отличившихся и компенсации погибшим, можно усреднить до двухсот корон в месяц, обходится содержание всей армии. Закупку нового оружия, я не считаю, как вы понимаете.

Озвученные цифры изрядно удивили присутствующих. Всех кроме Серова, он, понятное дело, знал во что ему встает содержание такой армии, которая по всем прикидкам собрана, что называется «на вырост».

— Что по арбалетам? — Еще одна статья, пожирающая деньги со скоростью курьерского поезда.

— В наличии сто сорок штук, — мгновенно отреагировал главнокомандующий. — Еще бы полсотни не плохо было бы прикупить.

— Один арбалет, даже со всеми скидками, обходится мне в три короны. Боюсь полсотни — слишком накладно, — покачал головой Серов. — Два десятка могу пообещать. Летом напомни мне, еще посмотрим, сколько можно будет сделать. Для полусотни всадников все есть?

— Да, из трофеев выбрали лучшее.

— Отлично, тогда с дружиной, я так понимаю, закончили?

Элей кивнул и откинулся на спинку стула, он, можно сказать, отстрелялся.

— Можно я? А то мне ребенка кормить надо будет, — Мариетта, как и говорилось раньше активно участвовала в деловой жизни баронства отвечая за книгопечатание и внутреннее хозяйство замка. А последнее время взяла на себя и контроль за выращиванием земных растений на полях вокруг Александрова.

— Хвастайся, — улыбнувшись, женской непосредственности, кивнул барон.

— О том, что тираж «Размышлений» ан-Гровера, что называется «пошел», уже сказали, — сидящие за столом дружно кивнули, — Сейчас мы работам над книгой нашего дорогого барона, отпечатано уже пятая часть, но бумаги на всю книгу точно не хватит. Нужно будет еще докупать.

— А что там с нашим производством этого дела? — Серов повернулся к гному.

— Не в ближайший месяц-два.

— Понял, — кивнул барон. Он в общем то и не рассчитывал, что все будет просто. — Продолжай.

— Спасибо. На бумагу для того, чтобы закончить этот тираж, нужно сто корон.

— Ну… — Александр, конечно, был в курсе цен на бумагу, но сто корон — это сто корон! — Что ж нужно будет ускорить начало производство нашей бумаги. Что еще?

— Кроме этого, поступила пара предложений отпечатать книги под заказ.

— Это прекрасно! — Капитана эта новость изрядно обрадовала. — Подробнее.

— Первый — сто экземпляров, второй — двести пятьдесят. Что-то связанное с магией, я не очень поняла, если честно. По деньгам я запросила две короны за штуку при тираже сто и полторы короны при тираже двести пятьдесят.

— Отлично, что от нас требуется?

— Опять же бумага, три четыре дополнительных работника и еще один пресс и набор литер.

— Бумагу купим, — начал перечислять Серов, — работников найдешь сама, насчет пресса и литер к Дрору.

Гном кивнул, мол: «Сделаем».

— Что по посевной? Все засеяли, как собирались.

— Да, — кивнула Мариетта. — А еще пустила ребят пробежаться по деревням, предложить услугу по перебору их зерен. В этом году понятное дело уже все посеялись, а вот в следующем… Хотя и в следующем вряд ли. Пока увидят разницу, пока решат, что и им это нужно… Зато через пару лет отбоя не будет.

— Добро, — Александр был жене очень благодарен за то, что та взяла на себя часть забот. — Что у нас дальше?

— Давайте вернемся к алкоголю, — опять взял слово Реймос, — вернее к бочкам. Мы уже полностью закрываем потребности в бочках для себя, более того они у нас получаются на треть дешевле чем в среднем в округе, за счет более дешёвой рабочей силы. Есть предложение еще нарастить выпуск тары и плотно занять этот рынок.

— Хорошо, — такие предложения Александру нравились. — Есть только одно условие.

— Да?

— Найди человека, которому полностью передашь этот проект. Я не хочу, чтобы ты занимался им сам. Ты плохо выглядишь, нужно больше отдыхать, — вероятно такая тирада из уст Серова, который выглядел еще хуже, звучала несколько странно, однако барон действительно переживал за своих ближников.

— Хорошо, — немного растеряно, ответил управляющий, — посмотрю кого на это можно поставить.

— Ариен, обрадуй нас. Ты, помнится, месяц назад обещал прикинуть, что тебе будет нужно.

— Я обещал — я сделал, — маг пришел на совещание так же вооружившись стопкой исписанных листов. — В первую очередь — мне нужны еще учителя, те, что есть уже не справляются.

— Дальше, — барон сделал пометку в блокноте.

— А дальше сложно. Все будет зависеть от материалов, которые нам передадут наши друзья. По целительству и прочему. Но в любом случае, я составил список того, без чего мы в любом случае не обойдемся, — Ариен передал пару листов, Александр взял их, пробежал глазами и конечно-же ничего не понял. Казалось, на странице только одно знакомое слово «ИТОГО», под которым стояла сумма: сто одиннадцать корон.

— Это на какой период? Надеюсь, не на месяц?

— Нет, — маг мотнул головой, — до конца лета.

— Тогда нормально, — Александр передал бумагу Реймосу. Тот тоже посмотрел на сумму и кивнул.

— Что у нас еще на сегодня?

Дрор поднял руку, спрашивая слова и дождавшись кивка задал вопрос.

— Я хочу сформировать постоянную команду строителей. Мельница, мост, потом что-то еще будет — хорошие, опытные работники-строители всегда пригодятся. Опять же стену вокруг Александрова не плохо было бы наметить.

— Поддерживаю, — вклинился Реймос, — из-за того, что на стройке постоянно заняты новые, причем случайные люди, все делается как попало и при этом — долго.

— Не надо меня убеждать, — поднял ладони от такого напора Серов, — я только за разделение труда. Найдите человека, которому можно это дело доверить и пускайте в работу, не думаю, что на первом этапе это слишком много средств потребует. Кстати, Дрор, среди твоих родственников строителя случайно нет?

Ехидный тон, которым это было сказано, без каких-либо сомнений показывал, все что барон думает о нарисовавшихся неожиданно «родственниках».

Дрор на вопрос не ответил, только смущенно качнул головой и опустил взгляд вниз. Против воли клана, как любой нормальный гном, идти он не мог, но и Серова, спасшего его из подвалов Берсонзона и давшего приют, предать не мог. В общем, Дрор со времени приезда «группы поддержки», был в полнейшем душевном раздрае и не знал куда себя деть, не находя отдушины ни в работе, ни в отдыхе.

Видя состояние гнома, Серов решил не обострять и после небольшой паузы продолжил.

— Ладно, об этом позже поговорим. Однако поиск руководителя над строителями все равно на вас, — Реймос и Дрор одновременно кивнули. — Что-то у тебя еще?

— Да, хотел спросить насчет увеличения работников в металлической мастерской. Очень много работы, мы не успеваем. А тут еще стройку на моих навесили…

— Считай, что я разрешил, подробности с Реймосом решите в рабочем порядке. На этом все? Или еще что-то осталось? Тогда я хотел поднять вопрос школы для детей лет восьми-десяти. Все здесь сидящие, надеюсь, видят, что нам критически не хватает грамотных людей. Взять их особо не откуда, поэтому придется растить самим. И раз уж Ариен поставил вопрос об учителях, предлагаю тебе этим проектом и заняться. Набрать класс из детей посмышленее, человек тридцать хотя бы. Для начала научить читать, писать, считать, дать минимальные знания об окружающем мире. Года на три расписать учебную программу для начала, а там посмотрим. При любых раскладах, лишними они не будут, в крайнем случае в качестве помощников раскидаем по направлениям, пускай учатся. Возьмешься?

Маг явно был от такой перспективы не в восторге, считая, что у него и со своими учениками нагрузки более чем достаточно. Однако каждый из присутствующих уже тащил насколько направлений, и только огневик занимался исключительно одним, поэтому и отказываться ему было как-то не удобно.

— Попробую, — спустя десяток секунд размышлений ответил маг.

— Пробовать не нужно, просто сделай, — немножко поддавил Серов, а потом «утешил», — а если будет помощь нужна или совет, ты обращайся, мы с радостью. Я вот прямо сейчас дам тебе тот же совет, который уже Реймосу озвучивал: найди подходящего человека, который будет непосредственно заниматься школой, оставив себе только контроль и общее управление.

— Хорошо, — немного пасмурно ответил маг, всем видом показывая, насколько он в восторге от происходящего.

Больше актуальных тем, не нашлось, и Серов всех отпустил. Вообще такие совещания ему очень нравились, вернее не столько сами совещания, они как раз — просто необходимое зло, сколько стиль общения принятый во время. Он барону напоминал отношения в будущем, где социальная дистанция между начальником и подчиненным была в десятки раз меньше, чем оная между феодалом и простолюдином. Ближники долго не могли понять такого, по в их представлении, панибратства, но потом втянулись. Наверное, начни сейчас Серов настаивать, чтобы его называли «ваша милость», решили бы что барон свихнулся.

— А тебя, Дрор, я попрошу остаться, — выходящий из зала последним гном от слов барона дернулся всем телом, глубоко вздохнул и вернулся на свое место. — Рассказывай.

Гном скривился, но начинать разговор не торопился, видно было, что ему эта тема не приятна.

— Хорошо, — Серов откинулся на спинку кресла, помассировал пальцами виски — все же спать нужно больше — и заговорил сам. — Давай я попробую угадать? А ты только скажешь «да» или «нет».

Дрор все так же молча кивнул.

— Итак, после Берсонзона и приезда сюда, денег у тебя не осталось, поэтому письмо родственникам ты смог послать только обычное, не магическое. И конечно, в нем ты описал, все что произошло и свои впечатления и обо мне, и о баронстве в том числе. Так? — Дрор опять кивнул. — Наверное ты не думал в тот момент, что останешься здесь надолго, поэтому о последствиях не думал. Письмо шло медленно, пока его прочитали, пока решили, что делать, и вот прислали «группу поддержки». Спрашивать тебя, о чем попросил глава клана не буду, догадываюсь примерно. Но ты же должен понимать, что такая ситуация меня устраивать не может, когда в Александрове живут в открытую, по факту, шпионы.

— Понимаю, — наконец заговорил гном.

— В таком случае нужно либо решить этот вопрос полюбовно, договориться на взаимовыгодных условиях, либо я попрошу их уехать. Мне бы очень не хотелось тебя терять, но, если понадобится, я поставлю вопрос ребром.

— Я понял, — вынужден был признать справедливость требований Дрор.

— Обсуди это со своими «родственниками». Подумайте, как сделать так, чтобы никто обиженным не остался, хорошо? Я не тороплю, но все же прошу с этим делом не затягивать.

— Поговорю, — гном встал и кивнув вышел из зала. На долгие разговоры у него настроения не было.

Постепенно жизнь баронства вошла обратно в накатанную колею, если этот термин вообще применим к тому разворошенному муравейнику, на который с приходом весны стал походить Александров. Поселок все больше походил на одну большую строительную площадку чем на заштатный населенный пункт на задворках цивилизации. Все куда-то бежали, что-то тащили, отовсюду раздавались громкие звуки, сливавшиеся в непередаваемую словами какофонию, а в воздухе витали производственные запахи.

На излете весны запустили-таки водяное колесо, что как считал Серов знаменовало собой переход на новый технологический уровень. Можно сказать перешли от ручного труда к полу-машинному. До полной механизации, понятное дело, еще было очень далеко.

Поскольку бумажный проект все также буксовал, колесо временно приспособили под пилораму, а то от средневекового метода изготовления досок, когда из толстого бревна их получается в лучшем случае пара, Серову хотелось просто плакать. И дело не в заботе о природе, о сохранении лесов тут пока особо не заботились, дело в человеческом труде, который стоит денег.

Дешевые доски и вообще пиломатериалы не только подстегнули строительный бум Александрова, который рос буквально на глазах, но и заинтересовали купцов в качестве экспортного товара. Вот только в отличие от тех же книг, норма прибыли на древесине была совсем не та, что в очередной раз убедило барона развивать именно «наукоемкие» производства, если, конечно, это слово вообще применимо в данном случае. Ну а сырье пускай другие продают.

Так же Дрор заинтересовался возможностью работы от водяного колеса большого кузнечного молота, но там все оказалось гораздо сложнее: нужно было делать, по сути, понижающий редуктор, на который будет приходиться не малая нагрузка, поэтому идею на время отложили в сторону.

Радостным со всех сторон событием стало прибытие заказчиков, за рогами, которые почти полмесяца лежали в подвале ожидая дальнейшей транспортировки. Хотя правильнее сказать, что радостным было то, что контрабандисты наконец привезли обещанную плату: пять томов по целительству, принципам развития дара, определению талантов и другой магической чепухе, без которых так страдал огневик. Плюс несколько наборов зелий в качестве бонуса.

Получив заказанную литературу, Ариен мгновенно бросил все и принялся пересчитывать приведенные в учебниках формулы, используя более продвинутую математику. Погрузился в это дело с головой и даже работу с учениками спихнул на продвинувшуюся дальше всех Гинару. Понятное дело, что никакой школой для детей в таких условиях никто заниматься не стал. Серов от такого подхода к своим обязанностям был откровенно не в восторге, но сделать ничего не мог: легкомысленного, увлекающегося мага порой было проще пристрелить чем переделать.

А еще, в один из теплых весенних дней Александр закрывшись у себя в кабинете тихо накидался отмечая вторую годовщину пребывания в магическом мире, ставшим для него новым домом. Серов достал из тайника вещи, которые попали вместе с ним с Земли, долго их перебирал, вспоминал, думал о том, получится ли у него когда-нибудь вернуться назад. Ностальгия мозолистой рукой сжала сердце морально крепкого в обычной жизни барона. В любом случае, пока артефакты, необходимые для совершения обряда у него, шансы на возвращения оставались, маленькие, но не нулевые. Да и захочет ли он вернуться назад, даже если представится такая возможность? Сложно сказать.

В тот вечер, он так и заснул сидя за своим рабочим столом перед чернеющим выключенным экраном ноутбука, ставшего для Серова практически символом всех тех возможностей, которые он не смог реализовать вследствие нехватки соответствующих знаний и умений.

На утро как обычно болела голова, но ностальгия немного отпустила, позволив вернуться к семье, работе и повседневной жизни.

Ну а приход лета Александр решил «отметить» масштабными учениями, посмотреть, чему научились за полгода новички, обкатать взаимодействие с первыми «полноценными» боевыми магами, которых Ариен признал минимально годными к строевой службе и заодно проинспектировать свои владения.

В первый же день четвертого месяца из Александрова на юг вышла вся «полевая армия» барона: двести пятьдесят человек пехоты и полсотни кавалерии, причем, чтобы сделать все это действие более приближенным к боевым условиям, пехота и конница должны были играть за разные команды. В течение всего марша: полтора дня на юг до Черного замка, потом столько же на северо-восток к Желтому, и оттуда два дня к Красному — конница обстреливала пехотную колонну тупыми стрелами с кожаными нашлепками вместо наконечников. Пехота же по когда получалось отвечала такими же тупыми болтами и пыталась по возможности при этом не терять темп. А ночью спешившиеся всадники должны были проверять на бдительность пехотные караулы, пробуя пробраться в их лагерь и устроить какую-нибудь диверсию. В общем, развлекались как могли.

Особой остроты этим игрищам добавляло обещания барона наградить отличившихся материально, а отличившихся со знаком минус, соответственно — физически. Телесные наказания Александр особо на жаловал, но как дополнительный стимул: почему бы и нет.

Реймос видя, как барон, по его мнению, слишком щедро, разбазаривает заработанные его непосильными трудами монеты тихо бурчал, вызывая лишь усмешки со стороны Александра. В отличие от своего управляющего, который хорошо справлялся с текущими вопросами, но плавал, когда нужно было посмотреть чуть шире, Серов отлично понимал, что такое стимулирование простых бойцов пойдет только на пользу экономике баронства.

Ну вот куда может потратить обычный боец, вчерашний крестьянин, доставшиеся ему премиальные деньги, учитывая, что и из баронства он особо не выезжает, и соответственно не имеет возможность отдать монеты постороннему дядечке? Только внутри баронства: дополнительная вкусная еда, алкоголь, развлечения, одежда, предметы быта. Еще он может отдать их своим родственникам в деревню, что тоже хорошо: те могут купить более качественное посевное зерно, скотину, рабочие инструменты, которые опять же производят понемногу в Александрове. То есть каждая, таким образом потраченная, монета в итоге вернется в казну баронства прокрутившись несколько раз и оживив внутреннюю торговлю, чего Серов в общем-то и добивался.

К Черному замку вышли без задержек, к обеду второго дня. Объявив привал, сам барон отправился инспектировать крепость, которая за последний год превратилась из статусного строения, символа баронской власти и просто ценного приза в обычное защитное сооружение, на которое базируются патрули и в котором при случае можно переждать вражеское нападение. Александру такие изменения нравились, он видел в них некий символ перехода от феодальной раздробленности к просвещенному абсолютизму. Шаг в будущее, так сказать, «Франция — это я» и все остальное.

Пострадавшая от прошлогоднего нашествия монстров территория, когда юг баронства был изрядно разорен, вновь начала заселяться крестьянами, чем дальше, тем более обильным потоком стекающимися в баронство. Далеко не все хотели жить так близко к барьеру: по сути, от границы Закрытого королевства эту землю отделяло только баронство Плонтер, которое в прошлом году пострадало еще сильнее и до сих пор большая часть его земель лежала впусте — однако особого выбора Серов в этом плане не давал. Какой смысл сидеть друг у друга на головах, когда есть куча никем не обрабатываемой земли. Более того, он порой подумывал, что можно будет и расшириться на юг до самого барьера, если переселенцы и дальше будут валить в его владения. Там свободной земли еще больше.

— Ну что, как тебе? Какие впечатления? — На пятый день, когда уставшая, покрытая пылью с ног до головы колонна с небольшим отставанием от графика — к закату дойти не успевали, но отцов-командиров это не смущало, если нужно можно и по темноте пройтись — подползала к цели похода, Серов и Элей сидя верхом вполголоса обсуждали промежуточные результаты.

— Нормально, — пожал плечами главнокомандующий, он хоть и не ходил на своих двоих, но задолбался не меньше, чем простые пехотинцы, а, вероятно, даже больше, — отставших нет, всех не способных идти несем с собой.

Это было еще одно нововведение Александра: повышает боевой дух, не дает просто так отлынивать, дополнительно нагружает вынужденных носильщиков. Со всех сторон польза.

— Новики, конечно, страдают, они к таким маршам не привыкли, но в целом — лучше, чем я думал.

— Посмотрим, как завтра со всем, что для них заготовили справятся, — согласился с предварительным мнением Серов.

На следующий же день была запланирована богатая программа самых разных развлечений: штурм замка, где часть бойцов нападала, а часть оборонялась, соревнование по стрельбе — на точность и на скорость, упражнения по маневрированию в развернутом строю и так далее. Тамада, как говорится был хороший, и конкурсы интересные. Причем все это делалось в условиях приближенных к боевым: перед штурмом нужно было сначала сколотить лестницы, а во время маневрирования в бойцов летели все те же, успевшие всем надоесть пуще горькой редьки, тупые стрелы.

Ну а в качестве завершающей изюминки, уже в конце дня пятеро лучших учеников Ариена, которые за прошедшее время кое-чему научились, продемонстрировали свои умения на специально для этого построенных мишенях. Черт его знает, на сколько это было эффективно — Александр даже за два года проведенных в магическом мире так и не начал в этом деле разбираться хоть сколько-нибудь прилично — но выглядело эффектно. Вспышки, грохот, огонь, искры, летящие во все стороны куски дерева — красота.

Закончились учения, конечно же большой пьянкой. Серов не пожалел и выкатил своим солдатом несколько бочонков вина и водки и велел нажраться до поросячьего визга. Вероятно, это был самый усердно исполняемый приказ в истории. Если бы кто-то пожелал захватить баронство, то в эту ночь смог бы сделать это вообще без сопротивления.

Ну а сам Серов ночь провел с Никарой, которая продолжала гостить в Красном замке на положении гостьи. Барон иногда — не очень часто — бывал тут по делам, и никогда не упускал возможности провести время с красавицей, которая пленила его, нет не душу, а кое-что, располагающееся ниже.

Знала ли о любовнице Мариетта? Скорее всего знала, хотя ни разу этот вопрос не подняла. Что сделаешь: дикие времена, патриархальные взгляды. Иногда в этом есть свои преимущества!

Интерлюдия 2

Герцогство Тавар было одним из самых маленьких осколков некогда могучей империи. Когда-то очень давно Авенбург был центром второй по значимости имперской провинции, и в бурные годы долгой братоубийственной войны даже какое-то время претендовал на то, чтобы стать новым центром континента. Вот только что-то пошло не так, может момент был выбран неудачно, может с полководцем не повезло, а может наличие в городе второй по значимости на континенте магической академии заставило правителей этой земли переоценить свои силы, однако собравшиеся вместе соседи быстро объяснили предкам нынешних герцогов их полнейшую неправоту.

Часть земель бывшей провинции отошло новообразованному королевству Игел, часть — королевству Аринор, на чьих землях сейчас располагается Ронделийское царство, а большая часть превратилась в территорию безвластия, известную нынче на континенте, как Вольные Баронства.

Можно сказать, что те события даже в каком-то смысле пошли, ужавшейся до небольшого герцогства, провинции на пользу. Утратившие большую часть внешнеполитических амбиций герцоги волей-неволей были вынуждены сосредоточиться на внутренней политике, в коей, и это подтвердит любой хоть сколько-нибудь разбирающийся в экономике человек, изрядно преуспели.

Имея отличную базу для старта, герцоги преумножили ее, превратив Авенбург в один из самых главных культурных, научных и магических центров континента. Да Герцогство Тавар не могло похвастаться большой армией, развитым производством и уж тем более — земледелием. Сложно развивать земледелие, когда большую часть площади государства занимает столица с пригородами. Ну ладно — не большую, но весьма значительную.

Герцоги, возможно, лучше всех на континенте научились использовать «мягкую силу»: магическая академия считалась одной из лучших, работал и исправно принимал каждый год в свои стены студентов университет, дающий образование всему окрестному дворянству, при дворе герцогов всегда было не протолкнуться от разного рода менестрелей, писателей, художников и прочих людей искусства, восхваляющих своего патрона и создающих моду на все Таварское. Лучшие театральные представления, лучшие рыцарские турниры и регулярные общегородские праздники. Город студентов, магов и художников, который никогда не спит.

Напасть в таких условиях на маленькое государство — поссориться со всеми соседями одновременно, навсегда заиметь репутацию сатрапа и душителя свобод, а главное пользы от такого действия будет — чуть. Без своей репутации, без людей, слетающихся подобно мотылькам на свет знаний и просвещения, эта земля не будет стоить ничего. Ценный приз мгновенно, подобно цветку в умелых руках фокусника, превратится в разноцветный дым, который будет унесен прочь первым же дуновением весеннего ветра. Что же касается невиданных богатств герцогов, которые якобы хранятся в подвалах и лишь ждут, когда до них доберутся загребущие лапки какого-нибудь авантюриста, то любому более-менее здравомыслящему человеку очевидно, что при тех тратах, которые правители маленького государства себе позволяют, о богатых закромах можно только мечтать. Владетели же государств обычно — здравомыслящие люди, не все конечно, но думается что их процент среди правителей точно больше, чем в среднем по населению. Специфика работы, все же, как ни крути, предполагает некий уровень умственной деятельности, без которого не обойтись.

Герцог Алексис Тринадцатый Тавар сидел на троне в большом зале и скучал. Делал он это конечно весьма профессионально: раздавал окружающим благожелательные улыбки, перебрасывался дежурными фразами с подходящими засвидетельствовать свое почтение гостями и вообще идеально контролировал выражение своего лица. Но мыслями при этом он был очень далеко от сегодняшнего приема. К сожалению, «маска» покровителей науки и искусств, передаваемая веками по наследству от отца к сыну, была по сути обязательной к ношению, и никого не заботило, чем очередной правитель интересовался на самом деле.

А мыслями Алексис Тринадцатый был в седле, держал в руках копье и во весь опор несся вперед под крики болельщиков на встречу такому же рыцарю, чтобы метким ударом выбить того из седла. В душе Алесис был рыцарем, воином и грезил о великих победах на полях сражений. Как в таком роду, где меч в руки брали только для посвящения юношей в рыцарское сословие, вырос столь милитаризованный наследник, одним Богам известно.

Понятное дело, что самому участвовать в турнирах герцогу было невместно, да и воевать маленькое государство ни с кем не собиралось, поэтому окруженному со всех сторон художниками и музыкантами владетелю приходилось сублимировать. Именно он, приняв герцогский венок на голову тринадцать лет назад, одним из первых своих указов учредил ежегодный большой рыцарский турнир, который, как и все Таварское, очень быстро стал популярным, привлекая ежегодно сотни бойцов со всех концов континента.

Вот вокруг ближайшего турнира и крутились мысли герцога, пока он с приклеенной к лицу улыбкой наблюдая за бурлящим морем лучших из его подданых собранных в одном месте, и гораздо больше напоминающих свившийся в тугой узел клубок змей, чем культурную элиту человеческой расы. Если кто-то думает, что люди искусств — тихие, милые, добрые и пушистые, то вероятно ни разу не бывал в их обществе: чистой незамутненной ненависти, построенной в первую очередь на зависти, там больше, чем где-либо.

А турнир как обычно должен был начаться в первый день осени, и, хотя до него оставалась еще большая часть лета, герцог уже мысленно смаковал будущее удовольствие и одновременно прокручивал в голове, организационные моменты связанные с будущим праздником. Договора с поставщиками, приглашение отдельных «звезд», на которых подобно мотылькам слетятся остальные, утверждение программы красочного магического представления — выпускники академии тоже не прочь продемонстрировать свои таланты перед потенциальными нанимателями. И конечно же список рыцарей, которым герцог отправит именные приглашения.

От именных приглашений мысль непроизвольно перепрыгнула на диалог с торговым советником, состоявшийся прошлым вечером.

— Ваша светлость, — немолодой уже мужчина перехватил герцога, когда тот было планировал отправляться на боковую. В этом Алексис тоже не сходился со своими поддаными, в отличии от всей богемной тусовки, он предпочитал рано ложиться спать и рано вставать, то есть был типичным жаворонком. — Можно вас на несколько слов?

— Да Фаллез, — герцога манила подушка, но старый чиновник, служивший еще его отцу, не стал бы беспокоить правителя в такое время по мелочам. — Пойдем в кабинет, не будем разговаривать в коридоре.

Все покои правителя составляли единый комплекс, поэтому далеко идти не пришлось: два десятка шагов и дежурный стражник отворяет дверь впуская мужчин в отделанный орехом герцогский кабинет. Повинуясь соответствующему жесту в углах комнаты зажглось несколько магических светильников — на своем комфорте герцог экономить не привык.

— О чем ты хотел поговорить в такой поздний час? Это настолько важно, что не подождало бы до утра?

— Вот, — вопрос герцога Фаллеза не смутил, видимо, он действительно считал дело важным. Вместо ответа, он без дополнительных пояснений протянул правителю какой-то томик в простой, без какой-либо отделки обложки.

Герцог взял из рук советника книгу, покрутил со всех сторон, прочел на обложке название: «Рассуждения о жизни и магии» Робина ан-Гровера. Классический со всех сторон текст, у него и самого данная книга стоит на полке тут же, в этом кабинете. Не поняв, в чем вопрос герцог поднял на советника вопросительный взгляд.

— Откройте книгу, ваша светлость.

За свою жизнь Алексис Тринадцатый видел очень много литературы. В первую очередь во время обучения в Академии: род Таваров обладал слабым, склонным к затуханию магическим даром, с которым обычно в престижное учебное заведение не принимали, но для наследника, конечно же, сделали исключение. Во вторую очередь, из-за специфики герцогства, как одного из главных производителей книг на континенте. На герцога работало несколько сотен переписчиков, которые обеспечивали своей продукцией как бы не пятую часть всего спроса на книги, в первую очередь связанные с магией, на территории бывшей империи. Конечно, в таких условиях через руки Алексиса проходило огромное количество литературы, которую он с удовольствием читал. Ну и, в-третьих, герцог, продолжая увлечения начатое далёким предком слыл ярым библиофилом, коллекционирующим уникальные тома, некоторым из которых было больше тысячи лет.

Казалось бы, удивить такого человека сложно, однако Фаллезу это удалось, такого правитель маленького государства еще не видел.

— Очень интересно… — герцог покрутил книгу со всех сторон, полистал страницы даже обнюхал. — Где ты это взял?

— Купцы привезли. Говорят, где-то в вольных баронствах придумали как магическим образом копировать книги.

— Бред, — поморщился Алексис. Он был тот еще маг, но даже его теоретических знаний хватало, чтобы понимать, что на такое действие уйдет куча магической энергии. — Сколько книга стоит? Вряд ли двадцать корон, за такую цену, ее бы не стали покупать.

— Мне книгу продали за две с половиной короны, — от слов Фаллеза, брови герцога взлетели вверх, — однако по некоторым оговоркам, я понял, что закупочная цена что-то около одной или полутора золотых.

— Плохо, — герцог нервно отбарабанил пальцами по столешнице, — это почти в пять раз дешевле, чем продаем мы. Как у них получилось уложиться в такую цену? Что это за барон там завелся такой предприимчивый.

— Это не все, — советник скривился, быть тем, кто приносит плохие вести — не хорошо для карьеры, а порой — и для жизни. — Перелистните вконец, ваша светлость.

— Хм… — гадая, что еще там может быть интересного, герцог перевернул книгу и открыл с конца. Надо сказать, выглядел том странно, не так, как делают все. От него пахло утилитарностью — минимум украшательств, отсутствие дорогих материалов в отделке, дешевая бумага, простой, но удобный для чтения шрифт. Сначала взгляд владетеля зацепился за страницу с содержанием, мысленно хмыкнув, и подивившись простоте и полезности такой организации текста, Алексис перелистнул на самую последнюю страницу, где приводилась краткая информация о том, где книгу произвели. Тоже странно — так никто обычно не делает. — Экземпляр 458/1000? Тысяча одинаковых книг? Не может такого быть!

Сказать, что герцог был ошарашен — не сказать ничего. Вся его команда переписчиков за год выдавала едва две тысячи томов, что считалось со всех сторон изрядным количеством. Там, конечно, были книги и пообъёмнее и тома со сложными иллюстрациями, но…

— Купцы говорят, что может. Во всяком случае, к продаже действительно предлагается тысяча штук. Абсолютно одинаковых, причем. Мои люди уже взяли две книги и сравнили — точные копии вплоть до последней запятой. Ни один человек не смог бы сделать их настолько одинаковыми, поэтому я предположил магию.

— Резонно, — вынужден был согласиться герцог. — Нужно будет это дело обдумать. Появление такого конкурента наши переписчики могут и не потянуть.

Над столом повисло тяжелое молчание.

— Ладно, — герцог поднялся на ноги. — Я подумаю об этом завтра!

Советник кивнул — он знал неспособность своего правителя работать по вечерам, поэтому и не ждал никаких результатов сразу.

И вот теперь герцог сидел на троне, улыбался своим подданым, а сам прокручивал в голове сложившуюся ситуацию. Нужно было срочно что-то предпринять, пока эта зараза не стала достоянием общественности и не убила его собственный бизнес на корню. И надо сказать, что пара интересных задумок у Алексиса Тринадцатого появилась.

Глава 6

— Сидеть! — Лобо совершенно по собачьи повернул голову набок, подумал немного и выполнил команду. — Молодец!

Из шести щенков, которых Александр вывез с территории Закрытого королевства выжили только трое. Все же они были еще очень маленькие: еще даже глаза открыть не успели. Потом долгая дорога, да и вряд ли коровье молоко подходит таким щенкам идеально. Однако даже то, что выжила половина, Серов считал успехом. В какой-то момент все щенки выглядели так плохо, что он уже перестал надеяться на что-то, и только подпитка ворчащим о бесполезных расходах энергии магом, помогла вытащить с того света хоть кого-то. При этом Ариен сам неожиданно привязался к маленьким серым комкам шерсти и в итоге забрал одного себе. Как он, «постоянно занятый» учениками собирался находить время на дрессировку щенка неизвестно, оставалось только надеяться, что огневик хоть немного в магических животных разбирается и не пустит все на самотек. Третьего же щенка неожиданно взял себе Элей, заявивший, что пол жизни с собаками возился и с этим тоже стравится.

Почему Лобо? Ну а как назвать похожего на волка щенка? Не Бимом и не Мухтаром.

Лобо, надо сказать, рос не по дням, а по часам, на глазах превращаясь здоровенную зверюгу, пугающую обитателей замка постоянными попытками зализать их до смерти. Капитан был тем еще собачником, но по кое-каким особенностям поведения, пришел к выводу, что изначальным предком серых монстров, выросших на обильной магической подпитке до размеров теленка, была все же собака а не волк. Слишком уж легко щенки приручались и не проявляли по отношению к людям излишней агрессии. Хотя и волчья кровь вполне могла где-то по дороге затесаться, не без того.

— Молодец! — Серов подошел к щенку и потрепал того за ухо и протянул на ладони заготовленную вкусняшку, которая в мгновение ока исчезла в необъятной собачей пасти.

Играя и дрессируя щенка, барон отдыхал душой: к сожалению, с развлечениями в замке все так же было пустовато. Интернет пока не провели, телевиденье тоже, даже занюханной радиоточки и то не было, приходилось выдумывать себе досуг самостоятельно: игры с Лобо в этом плане Александра вполне устраивали, позволяя отвлечься от постоянно возникающих мелких проблем.

— Я так понимаю, что вы уже связались с кланом и получили инструкции насчёт дальнейших действий, — за всех троих припершихся незваными гномов кивнул один, тот у которого в глазах виднелся интеллект. — Хорошо. В таком случае давайте подумаем, как разрешить наши противоречия, чтобы никто не остался обиженным.

Серов подбирал слова очень аккуратно. Последнее, чего хотелось барону — это поссориться с бородатыми. И хотя он официально считался другом другого клана, горизонтальные связи у бородачей были слишком развиты, чтобы быть уверенным в том, что ссора с Кристальным Колесом не повлияет на отношения со Стальной Секирой.

Если же посмотреть на ситуацию еще более обще, то Серов отчаянно чувствовал, как сжимается петля вокруг его шеи и даже порой малодушно подумывал о возможных путях отступления. На первый взгляд все шло идеально: баронство расширялось, становилось сильнее, вставала на ноги какая-никакая промышленность, бюджет из сугубо убыточного впервые удалось вывести в оперативный ноль. Все хорошо. Но вот на второй взгляд положение дел оказывалось отнюдь не столь радостным.

Шустрый барон буквально за два года умудрился приобрести поразительное число врагов и просто недоброжелателей, которое было явно избыточным как для мелкого феодала, коим он, по сути, и был. В первую очередь — Темный орден, странная и загадочная организация, которой он перешел дорогу просто фактом своего появления в этом мире. Что с ними делать, было не понятно абсолютно, слишком уж разными представлялись весовые категории. При этом Серов со всей очевидностью понимал, что эти ребята не отступятся, репутация в данном случае говорила сама за себя.

Дальше шли враги поменьше — все окрестные соседи, кроме, пожалуй, барона Терс, с которым у Александра сложились неплохие отношения. Понятное, дело, что выскочек не любит никто, а уж когда выскочка этот угрожает непосредственно твоим владениям, нелюбовь может становиться весьма деятельной. Прошлогодний разгром баронской коалиции, несколько охладил горячие головы, однако Серов ни на секунду не сомневался, что будут еще попытки задавить так активно начавшее развиваться баронство. Мысль о том, что «паровозы нужно давить пока они чайники» родилась совсем не в двадцатом веке, даже если учесть, что паровозов тут еще не изобрели.

Кроме окрестных баронов постепенно начал вырисовываться конфликт с ближайшим городом — Берсонзоном, с которым и так после прошлогодней истории отношения остались, мягко говоря, натянутыми. Теперь же, когда Александров потихоньку начал становиться промышленным и торговым центром местного масштаба, это не может не начать нервировать отцов города. Поэтому конфликт с ними — тоже лишь вопрос времени.

А еще оставались эльфы каким-то образом причастные к похищению его жены, о чем Серов и не думал забывать. Плюс его неожиданное участие в судьбе сбежавшей графини и все последовавшие за этим события. Спускать издевательства над собой Александр не собирался, поэтому смело зачислял барона Портона в личные враги.

В общем, куда не плюнь — в недруга попадешь, ссориться в такой ситуации с гномами, было бы верхом идиотизма.

— Глава клана понимает всю вашу обеспокоенность, — не стал юлить Дорвин, — но и вы, барон, должны нас понять. Дрор — уважаемый член нашего клана, и мы просто не могли проигнорировать непростое положение, в котором он оказался.

— Предлагаю от имени Дрора говорить ему самому, — сделал Александр останавливающее движение рукой. — Тем более, что у нас с ним нет разногласий, или каких-то недопониманий. Во всяком случае не было до недавнего момента.

Дорвин кивнул, соглашаясь с данным тезисом.

— Если вы согласны, то я хотел бы услышать от вас ту модель наших взаимоотношений, при которых ни одна сторона не была бы ущемлена. Со своей стороны я признаю ваше желание присмотреть за родственником, — и за самим бароном, осталась невысказанной мысль, — но и терпеть под боком шпионов, которые не скрываясь докладывают на сторону — не намерен.

— Ваша позиция, барон, понятна, — кивнул Дорвин, — и у нас есть предложение, которое возможно устроит и нас и вас. Предложение исходит от главы клана, поэтому вопрос только в вашем одобрении.

— Я весь в нетерпении, — Александр сделал жест рукой предлагая продолжать.

— Предлагается заключить с нами, — Дрор взглядом указал на себя и двоих гномов силовой поддержки, — наемнический договор. Причем можно с принесением магических клятв. Сроком в пару лет, что обеспечит нам возможность находиться рядом и обезопасит вас, барон, от каких-либо недружественных действий с нашей стороны. Я даже не буду скрывать: когда нас отправили сюда, глава одним из заданий ставил присматривать в том числе и за вами, Александр, однако не в смысле шпионажа, а в смысле возможной помощи. Нас, я имею ввиду наш клан и Северное королевство в целом, интересует этот регион — баронства и Закрытое королевство, однако так сложилось, что ни своей опорной базы, ни надежного союзника, на которого можно было бы опереться у нас здесь нет. Мы все же больше с севером и западом работаем.

— Это приемлемо, — медленно проговорил Серов, на ходу анализируя все вышесказанное. Неожиданно он получал именно, чего хотел: союз с более-менее значительной силой, в котором его не будут откровенно давить. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. — А как же то, что магическую клятву может приносить лишь носитель дара? Если мне не изменяет память, именно так это работает.

Гномы переглянулись: видимо не ожидали знания предмета от далекого от магии барона.

— Можно привлечь в свидетели божество, — нехотя озвучил возможный вариант Дорвин. — С заемной божественной силой это тоже работает.

— Подходит, — сразу ответил Серов, отметив себе, что этот вопрос нужно с Ариеном провентилировать. — В таком случая я как бы нанимаю вас для защиты Дрора, и плачу вам, сажем, один гроут в месяц. Договор есть договор в нем должны присутствовать предмет договора и цена, иначе он будет недействительным.

— Договорились, — познания Александра в юриспруденции опять же неприятно удивили Дорвина, закрыв тому последнюю лазейку. Но делать нечего: сказал «А», придется говорить «Б».

На этом возможный конфликт с гномами оказался улажен на корню. И лишь спустя некоторое время при других обстоятельствах, Серов узнал, что его все-таки поимели. На самом деле было бы странно, если бы было наоборот, но все же — неприятно. Оказалось, что Вольные баронства — это такое буферное пространство, за влияние над которым борются в том числе и два гномьих королевства. В торговом в первую очередь плане, но политика, как известно, — это концентрированная экономика, и деньги тянут за собой целую вереницу других аспектов. Так что, получается, что, приняв дружбу северных гномов, он как бы автоматически стал противником южных. И если в противостоянии между собой бородатые стараются не пересекать определенной черты, по к союзникам из других рас это не относится.

В общем получилось, как старой песне: шаг вперед и два шага назад.

Приятной новостью стало то, что Ариен разобрался с трофейными артефактами, найденными в логове волков-переростков. Самым интересным призом стала боевая перчатка, в которую, по словам мага было встроено заклинание воздушного щита, причем весьма мощное. На практике это означало, что владелец этого артефакта сложив в случае необходимости пальцы в причудливую фигуру — ее капитану пришлось отрабатывать с полчаса, случайно такое повторить просто невозможно — вызывал перед собой появление щита соответствующей стихии примерно в метр шириной и два — высотой. Такая защита хорошо была приспособлена отбивать метательные снаряды: стрелы, там, болты, дротики, несколько хуже сопротивлялась оружию ближнего боя, особенно колющему. Мечи, топоры щит более-менее нормально держал, дробящее типа булав — хорошо, а вот копьем его проткнуть было не так что бы и сложно, что, учитывая специфику вооружения в местных армиях, было весьма паршиво. Бонусом шла способность держать магические удары, хоть и не очень сильные, в общем — полезная штука.

Клинки оказались просто мечами с наложенными заклинаниями крепости и остроты, что делало их хорошим дорогим оружием, но, в целом, ничем не лучше того же гномьего клинка, к которому Серов уже привык. Капитан осмотрел мечи, покрутил в руках, взмахнул пару раз и вынес однозначный вердикт — на продажу.

Оставалось еще ожерелье, но по нему Ариен дать однозначного ответа пока не мог — слишком сложные не него были наложены чары. Барон на это лишь пожал плечами: нет так нет, дураков на себя надевать всякую неизвестную дрянь тут не водится.

Серов сидел за столом и с трудом сдерживал слезы. Спустя два года и кучу усилий он наконец получил то, что так давно хотел. То, о чем мечтал, давясь местной то ли репой то ли брюквой, иногда это ему даже снилось.

Летний салат из помидоров и огурцов! Такая мелочь для человека, который может его получить в любой момент и такая ценность для того, кто был этого лишен. Сто раз права присказка, которая гласит, что сделать человеку хорошо, очень просто: достаточно сделать очень плохо, а потом вернуть так как было.

Остро не хватало майонеза, вот только с подсолнечным малом — его основным ингредиентом — тут была напряжёнка. В виду отсутствия подсолнечника. Пришлось обойтись сметаной.

«Ммм, как вкусно», — Александр сидел над тарелкой и с полузакрытыми глазами смаковал каждый кусочек. — «Надо насчет оливок узнать, может оливковое масло достать можно. По климату где-нибудь на берегах Узкого моря оливковое дерево вполне расти может. А если нет? Из чего там еще масло давят. Льняное слышал, кунжутное точно есть. Конопляное еще. Лен тут точно есть и коноплю видел. Интересно, из них масло делают или нет, если нет, почему и можно ли будет наладить производство».

Отвлекшись от салата, Серов придвинул тетрадь и сделал пометку на себе на будущее.

Вообще, то, как капитан отнесся к простому на первый взгляд блюду изрядно удивило окружающих. Сидящая по правую руку Мариетта, то и дело косилась на своего мужа, внезапно воспылавшего неземной страстью к каким-то овощам. Они всегда старались завтракать вместе, оставляя утреннюю трапезу семейным мероприятием, и раньше Александр таких эмоций к еде не проявлял. Впрочем, за бароном давно закрепилась слава весьма экстравагантного человека, поэтому одной странностью больше, одной меньше — Александр даже и не пытался соответствовать представлениям окружающих о том каким должен быть барон, феодал, рыцарь и так далее. Все равно не получилось бы, какой смысл тогда лишний раз парить себе мозг?

В плане еды барон последнее время чувствовал себя несколько непривычно. Начав принимать зелья для укрепления организма, Серов стал есть чуть ли не в два раза больше обычного. Организм требовал энергии и строительного материала, заставляя поглощать просто немеряные количества пищи, перерабатывая все что Александр бросал в топку с поразительной скоростью. Более того сам барон похудел — ушел жир, обнажив впервые со времен академии подкачанные кубики пресса, до того не видные окружающим.

Но были и отрицательные стороны. То одна то другая мышца порой начинала болеть ни с того ни с сего, через некоторое время так же беспричинно проходя. Иногда начинали ныть суставы, крутило связки, темнело в глазах. В общем — полный набор семидесятилетнего стрика. Ариен на жалобы друга только усмехался, хлопал того по плечу и призывал терпеть и не ныть. Серов на подколки друга не реагировал и стойко переносил неудобства. No pain — no gain, как говорится, или в переводе — без боли не будет результата.

А результат был заметен Александру уже сейчас: ускорилась реакция, движения стали гораздо стремительнее. Слегка возросла сила, привычный меч в руке стал казаться как будто более легким, а выросшая выносливость позволила махать клинком часами, гоняя по тренировочной площадке четверых противников без каких-либо сверх усилий. При этом капитан, понимая возможную хрупкость организма в момент перестройки, старался не испытывать новые возможности на максимум, пытаясь давать равномерную постепенно увеличивающуюся нагрузку, не забывая хорошо разминаться до и растягиваться после. В общем, подходил к вопросу с учетом небольшого, но все же опыта, подчерпнутого в своем мире.

— Ваша милость! — В малый зал, где завтракала баронская чета, заглянул боец, дежуривший на входе, отыскал глазами Александра и продолжил. — Тут один из мастеров к вам просится, говорит что-то срочное, якобы не терпит отлагательств.

Серов с тоской бросил взгляд на недоеденный салат и хотел было ответить, что все вопросы нужно решать с соблюдением субординации — через соответствующего человека, который курирует это направление. Или гнома. Но потом неожиданно взбрыкнула совесть, шепнувшая, что Александр начал бронзоветь и превращаться в высокое начальство, к которому у простых людей нет доступа даже по важным и срочным вопросам.

Капитан тяжело вздохнул, отложил вилку и кивнул так и стоявшему в дверном проеме бойцу.

— Ну раз срочное, то зови.

В зал торопливой семенящей походкой вошел мужчина лет сорока, одетый в стандартную для местных летнюю одежду: свободная белая рубаха, штаны, ботинки. Визуально Серов узнал своего работника — видел несколько раз за прошедшие пару месяцев — но хоть убей не вспомнил бы, на каком именно производстве он занят. Мужчина явно нервничал — бегающие глаза, непроизвольные движения руками — видимо что-то действительно важное произошло.

— Да? — Барон предложил мужчине озвучить столь сильно взволновавший его вопрос.

— У меня тут это… В цеху… Как бы это сказать? — С каждым словом вошедший нравился Серову все меньше и меньше. Если поначалу барон списал нервные движения посетителя на волнение, то теперь стал замечать и другие моменты: частое глубокое дыхание, бисеринки пота, выступившие на лбу, судорожные сжимания-разжимания пальцев, — все это выглядело весьма странно. Плюс «мастер» не остановился возле двери, как это обычно делали не часто бывающие в господском крыле простые работники, а все теми же мелкими шажками продолжил приближаться к Александру и сидящей боком, и о чем-то задумавшейся, Мариетте. — Я это… Спросить пришел, что делать то…

В какой-то момент Серов наконец понял, что мужик ему напоминает обдолбанного в хлам нарка. Зрачки с такого расстояния разглядеть было невозможно, но все остальное — вполне совпадало. Интуиция взвыла сиреной, побуждая не думать, а действовать. Капитан взвился на ноги, отбрасывая тяжелое деревянное кресло, на котором сидел, в его руке сам собой оказался столовый нож, который он, не задумываясь метнул в странного посетителя, выигрывая себе лишние секунды времени.

В следующее мгновение произошло сразу несколько событий. На пол с диким грохотом таки упало баронское кресло, Мариетта, вырванная грохотом из своих раздумий тоже вскочила на ноги, а странный «мастер» неожиданно ловко увернулся от пущенного в него снаряда. Более того, такое развитие событий, видимо, его не смутило, потому что вместо того, чтобы остановиться посетитель, наоборот, ускорился, стремительно сокращая дистанцию до рванувшего ему на встречу Александра, одновременно вытаскивая откуда-то короткий узкий клинок.

Все трое — Серов, его жена и напавший в итоге столкнулись в одной точке. Капитан попытался было оттолкнуть жену в сторону, но та неловко запнулась и, падая, практически сама напоролась на выставленный вперед нож.

А дальше все закончилось буквально в секунду, как будто замедление выключили и время потекло опять в нормальном режиме. Лишившийся оружия убийца — нож он не удержал, оставив его в ране — был барону не противник. Он и с ножом то в руках был ему не противник — на что только рассчитывал, не известно: получив прямой в челюсть сразу поплыл, после чего барон схватил его за руку, крутанулся и без затей выломал ее в локте. Лишившееся сознания тело обмякло и повалилось на пол, однако совсем не незадачливый убийца интересовал Серова в этот момент.

Привлечённый громкими звуками в зал вбежал тот самый боец, который спрашивал, пускать лже-мастера или нет.

— Ариена зови быстро! И всех, кто может лечить! — Бойца с удвоенной скоростью сдуло обратно в коридор.

Аккуратно перевернув стонущую жену на спину, Серов стараясь не дергать в ране нож одним резким движением разорвал одежду, осмотрел ранение и облегченно выдохнул. Нож зашел с левой-нижней стороны живота и при том не очень глубоко. Никаких жизненно-важных органов в этом месте нет, а значит шансы на выздоровление очень высокие. Этот вердикт барон и озвучил раненной.

— Не шевелись, — капитан сдернул с себя камзол, скрутил в валик и подложил женщине под голову. — Сейчас Ариен придет, накачает тебя энергией и дней через десять будешь как новая.

Вот только Мариетта вместо того, чтобы успокоиться наоборот задышала глубоко, начала метаться, и закатывать глаза. Было совсем не похоже на последствия обычного ножевого ранения, коих Серов насмотрелся за свою жизнь не один десяток. Так-то с проткнутыми кишками жить можно еще несколько часов, если никакие крупные сосуды не задеты, а умирают в таких случаях в первую очередь от попадания в полость живота продуктов пищеварения, что по любому дело не быстрое.

Не понимая, что происходит, Серов прекратил попытки уложить женщину поудобнее и вновь осмотрел рану: края кожи, соприкасавшиеся с клинком, совершенно отчетливо посинели.

«Яд», — прострелила мысль. Капитан не мешкая выдернул клинок из раны: тут уж не до беспокойства о возможном кровотечении. Может даже хорошо — часть яда вымоет с кровью наружу.

От движения в ране Мариетта вскрикнула и обмякла, а Александр в панике заметался — что в таких случаях делать — совершенно не понятно. В голову лезли какие-то бредовые советы типа отсасывания яда после укуса змеи, которые в данном случае не привели бы вероятнее всего ни к чему, но тут дверь с грохотом открылась и в обеденный зал ворвался Ариен, тащащий за руку какого-то паренька лет пятнадцати.

Мгновенно оценив ситуацию, маг упал перед раненной на колени, оттолкнув при этом Серова в сторону, положил две ладони на девушку — одну на голову, другую на грудь — и сосредоточенно закрыл глаза. Парнишка, которого притащил с собой маг, действовал не так расторопно: видимо опыта специфического было мало.

Александр наблюдал за всем этим со стороны: как паренек тоже падает на колени, как с его рук, совершающих странные движения, срывается белое свечение и впитывается в рану. Как синева, успевшая за буквально два десятка прошедших секунд разрастись и покрыть площадь равную мужской ладони, под давлением белого свечения постепенно начинает скукоживаться и отступать.

В какой-то момент, Александр было уже подумал, что все будет хорошо, но видимо молодой парень был еще слишком далек от приобретения силы настоящего целителя. Спустя пятнадцать секунд парень пошатнулся, из его носа закапала кровь и он, лишившись последних сил, как был повалился на бок. Усилия же огневика вообще на взгляд со стороны не приносили никакой пользы — синева после исчезновения белого свечения вновь начала разрастаться и вскоре отвоевала обратно потерянные только что позиции.

В какой-то момент все застыло в неустойчивом равновесии. Синева дальше не распространялась и, не способному видеть в магическом спектре Александру было не понятно, что происходит. Так прошла минута, другая — в зал забегали какие-то люди, выбегали обратно, кто-то что-то кричал, но учитывая, что подойти к работающему магу никто не решался, все это проходило мимо сознания барона.

А потом вдруг девушка забилась в судорогах, лицо стало стремительно синеть, а изо рта пошла пена. Пара минут агонии и все закончилось.

Все что происходило дальше как-то прошло мимо сознания Александра. Все вокруг суетились, бегали, кричали. Прибежали ученики мага, унесли все так же бесчувственного парнишку. Поднялся на ноги огневик и, покачиваясь, с затуманенным от потери сил взглядом вышел из зала. Пришли какие-то люди с носилками, погрузили на них тело погибшей и унесли. Пришло несколько бойцов под командой Элея, пинками привели в чувство убийцу и тоже куда-то его увели. Пришла какая-то девушка, судя по всему, из замковых слуг, и начала мыть пол избавляясь от оставшихся то тут, то там пятен крови. Кровь уже успела подсохнуть и из ярко красной стала бурой.

Серов все так же сидел на полу и смотрел в пустоту.

Они с Мариеттой так и не стали очень близки. Не было какой-то особой страсти, любви. Отношения двух людей гораздо ближе было бы назвать дружескими, можно даже сказать — партнерскими. Девушка была во многом близка Александру по духу, была тем самым человеком, с которым можно было идти по жизни. Не быстро, зато далеко.

Серов за свою жизнь видел много смертей: терял родственников, друзей, но почему-то именно эта, совершенно нелепая гибель, ведь явно же убийца пытался добраться именно до него, а Мариетта просто оказалась в неудачное время в неудачном месте, впечатлила его больше всего.

Капитан сидел на полу и раз за разом прокручивал в голове все произошедшее. Можно ли было сделать по-другому? Среагировать быстрее, точнее, может быть как-то по-другому оттолкнуть Мариетту… У него в мыслях Александр из раза в раз успевал спасти девушку и обезвредить убийцу до того, как тот умудрялся причинить хоть какой-то вред.

Из омута мыслей Серова выдернул Реймос который подошел и тихонько тронул сидящего на полу барона.

— Капитан, вставай. Уже полдня прошло. Хватит сидеть на полу.

Александр оглянулся — действительно, Солнце, утром заглядывающее в расположенные на южной стороне окна, уже ушло из комнаты, а значит он так просидел как минимум часа три. Вместо ответа барон поднял взгляд на управляющего и спросил.

— Этого допрашивали?

Кого «этого», уточнять, понятное дело необходимости не было. Реймос отрицательном мотнул головой, подумал немного и уточнил.

— У него похоже совсем крыша съехала. Он как в себя пришел, начал брыкаться, плеваться, а потом откусил себе язык. Сам. Я и не знал, что так можно. Мы пытались его спасти, но Жерард еще не пришел в себя, а Ариена разбудить не успели. Истек, в общем, кровью.

— Жерард? — Услышал не знакомое имя капитан.

— Паренек, который… Который Мариетту пытался спасти, — Реймос говорил, очень аккуратно подбирая слова, не зная, на сколько Серов в адекватном состоянии. Вдруг в буйство ударится. — Он вроде как целителем будет. Сильным. Ариен так говорит.

Серов кивнул. Подумал еще немного и поднялся на ноги: действительно сколько можно сидеть на одном месте.

— Где… Мариетта?

— В подвале, — Реймос на удивленный взгляд барона лишь пожал плечами. — Там холодно.

Серов опять кивнул. Слова давались ему с трудом.

— Пойдем, я хочу с ней попрощаться…

Следующие несколько дней вышли весьма скомканными. Серов был бесконечно благодарен своим друзьям — Ариену, Элею, Реймосу, — которые взяли на себя организацию похорон. По местной традиции тело баронессы возложили на большую кучу дров, приглашенный откуда-то не то поп, не то просто какой-то служитель культа произнес несколько слов о добром посмертии, после чего Ариен щелчком пальцев поджог все это дело. Погребальный костер получился знатный — огонь поднялся выше замковых стен, унося душу усопшей к ее небесному покровителю.

— Что это была за дрянь? — Глядя на огонь спросил Серов у стоящего рядом мага. Ариен стоял, держа за руку Гинару: пара последнее время перестала скрываться и официально признала наличие между ними отношений. — Что-то очень сильное, раз даже целитель, пусть и только начинающий не смог ее вытащить.

— Яд из пурпурного тысячецветника. Эту дрянь ни с чем не спутаешь: посинение раны, судороги, пена. Не знаю ни одного другого яда с подобными симптомами, — к разговору прислушивались стоящие тут же Брад, Элей и Реймос.

— Что это за гадость?

— Очень сильный яд, — пожал плечами маг, не зная каких подробностей от него ждут. — Почти не имеет запаха или вкуса, имеет двойное действие — природный яд и его магическая составляющая. На самом деле, даже будь Жерард очень сильным целителем, опытным и умелым, шансов все равно практически не было. Пурпурный тысячецветник — это приговор в девяти случаях из десяти, причем один случай приходится на отравление через еду и только потому что яд начинает действовать быстрее чем человек съедает смертельную дозу.

— Магическая составляющая… — задумчиво протянул Серов. В голове барона вертелась какая-то мысль и он никак не мог ухватить ее за хвост. — Хм… А этот тысячецветник — это же растение, я правильно понимаю?

— Ну да, — удивился огневик, — а что еще это может быть?

— Да кто вас магов знает… И если у него есть магическая часть, то, вероятно, он будет мощнее если растение находится в среде с повышенной концентрацией энергии, так?

— Да… Не очень понимаю, к чему ты клонишь.

— А где лучше всего растут такие растения? Откуда мы с тобой хакаш возили?

— Намекаешь на Закрытое королевство?

— Прямо говорю, — пожал плечами барон, все так же не отрывая взгляда от огня.

— Может да, а может и нет, — попытался маг сыграть в адвоката дьявола. — Яд, конечно, редкий, но не уникальный. Нет-нет, да и проскакивает новость, что его где-то использовали.

— Есть такой принцип — бритва Оккама, — последние два слова барон произнес на русском, поэтому сразу дал пояснение на имперском, — не буду, в общем, вдаваться в историю, но принцип этот гласит, что не нужно множить сущности сверх необходимого. То есть из всех возможных вариантов стоит рассматривать самый вероятный. У меня много врагов, но баловаться хитрыми ядами и явно околдованными исполнителями может из них далеко не каждый.

— Если смотреть с такого ракурса, то я, пожалуй, соглашусь. И что ты будешь делать?

— Не знаю… — Серов соврал. Кое какие мысли на этот счет у него уже были.

К середине первого месяца лета, книга Александра была уже по большей части напечатана. Оставалось буквально несколько страниц, что, учитывая появление стараниями покойной баронессы второго печатного стана, должно было занять буквально два-три дня. Дальше предполагалась прошивка отпечатанных листов и продажа уже бьющим копытом купцам, которым такой товар, что называется, пришелся ко двору.

В этот процесс и вмешался Серов. Ну как вмешался — приказал добавить еще всего одну страницу, что опять же особо на сроки окончания проекта не влияло.

— Вот, — в полумраке подвального помещения, где располагалась типография — это было, пожалуй единственным «секретным» производством в Александрове, поэтому помещения сравнительно плотно охранялись, а все работники были на особом контроле, — барон протянул заместителю покойной Мариетты листок с буквально несколькими строчками рукописного текста. — Я хочу, чтобы вы вставили это первой страницей.

Работник пробежал глазами по бумаге и понимающе кивнул.

— Сделаем, ваша милость. С удовольствием.

А еще через десяток дней первые партии книг были отгружены заждавшимся покупателям. Заезжие купцы, с одной стороны, были не очень довольны, что напечатанная книга принадлежит перу неизвестного автора, что по их вполне резонному мнению могло повлиять на спрос. С другой стороны, это была новая книга, которой ни у кого не было, в отличие от тех же «Рассуждений» Робина ан-Гровера, стоящих в каждой более-менее приличной библиотеке. А в мире, где любая книга — это ценность сама по себе, покупателя, учитывая ее низкую цену, она себе найдет.

Видимо так думали и купцы, которые хоть и с ворчанием, а все же активно покупали предложенную литературу.

Что же видел любой читатель, открывая свежекупленную, обладающую характерным, узнаваемым запахом типографской краски? Первая страница была почти пуста, лишь посредине листа одиноко чернели несколько строк.

«Книга посвящается моей покойной жене Мариетте,

Которая сделала так много для того,

Чтобы сей труд появился на бумаге.

Она пала от руки наемного убийцы во цвете лет,

Не успев сделать еще так многого.

Пусть члены Темного ордена, направившие руку убийцы

Будут прокляты на том свете.

На этом свете их проклятьем стану Я».

Получилось немного пафосно и не допускающе двойных трактований, именно так как Серов и хотел. Этот мир еще не знал понятий «информационная война», «гибридная война» и иже сними. Люди еще не осознали силу печатного слова, не научились относиться скептически к тому, что они читают. Можно сказать, что в некотором смысле этот мир был девственен и чист, а Серов эту девственность сорвал, и открыл ящик Пандоры. Можно называть это как угодно, но именно в этот день история человечества и континента в целом свернула на новые рельсы.

Глава 7

Что делает средневековый феодал, когда впадает в депрессию? Вариантов в общем-то не так много: война, охота, алкоголь, женщины. Может быть что-то еще, но Серову в первую очередь в голову пришли именно эти пункты. Однако охоту он никогда не любил, а на женщин пока и смотреть не хотелось, поэтому выбор, таким образом, усыхал еще сильнее.

Барон попробовал было напиться, но жесточайшее похмелье, навалившееся утром подобно бетонной плите, намекнуло, что ему совсем не восемнадцать лет, и такие экзерсисы организм теперь переносит гораздо хуже. Это в двадцать лет можно было позволить себе тусить полночи, бухать как не в себя, после чего поспав пару часов отправиться на пары и при этом более-менее чувствовать себя человеком. В тридцать два же, с этим гораздо сложнее.

В общем, оставалась война, которая, как известно, никогда не меняется.

— Пли! — Серов резко опустил руку с зажатым в ней мечом.

Замок Лауинд был окружен самым настоящим рвом глубиной в пару и шириной в пять метров, причем заполненным водой, что делало использование лестниц при штурме максимально не удобным. Теоретически ров закопать было вполне возможно, ну или фашинами какими-то забросать, практически — это обещало вылиться в геморрой размером с Джомолунгму. Возможно поэтому сам барон Лауинд на предложение ограничиться выкупом в жалкие полсотни золотых — ну действительно, смешная же сумма — послал Серова известным маршрутом. Впрочем, не исключено, что у него действительно не было денег: дружина барона изрядно пострадала зимой, а до сбора осенних налогов с крестьян еще было полтора месяца, поэтому Александр допускал вариант полного безденежья оппонента. Хотя и такое развитее событий депрессирующего попаданца тоже устраивало: война, значит война.

Поднять армию и устроить марш-бросок в шестьдесят километров оказалось делом на удивление простым: сказывались тренировки и прошедшие недавно учения. Серов даже не стал брать всю полевую армию, ограничившись двумя сотнями бойцов, что как показала практика было более чем достаточно. Ставка в этот раз делалась на магическую «артиллерию»: Александр хотел, наконец, испытать своих магов в обстановке приближенной к боевой.

Две сотни тренированных человек, без обозов преодолели упомянутое расстояние за один длинный летний световой день, свалившись противнику на голову подобно снегу в июле. Удивительно что стража не воротах, эти самые ворота успела закрыть: они медлили до последнего, с раскрытыми ртами глядя как человеческая многоножка шустро выползает на луг и строится в боевой порядок. Однако все же успели, поэтому штурм пришлось отложить до утра — гнать уставших людей на стены в темноте — по любому плохая идея.

Утром же все прошло по уже не раз отработанному на тренировках и даже во время боевых действий сценарию, разве что, как уже говорилось, лестницы делать не стали ввиду неудобства их использования.

Стрелки, вооруженные арбалетами, заняли позиции напротив стен, подавляя стрельбой любые попытки высунуть нос, маги же — пятеро учеников Ариена во главе со все той же Гинарой — выстроились в ряд напротив ворот и по команде начали швыряться боевыми заклинаниями. Результат вызывал двойственные ощущения. С одной стороны — выглядело эффектно: огонь, взрывы, грохот, искры, разлетающиеся веерами в разные стороны. С другой, даже на непрофессиональный взгляд барона, вся пятерка изрядно проигрывала одному Ариену, который не напрягаясь выжег бы эти ворота гораздо быстрее.

— Что скажешь? — Серов повернулся с стоящему рядом магу.

— Нормально, — маг был настроен непривычно спокойно, возможно, просто еще спал. Он в отличие от всех остальных даже на войну теперь ходит со своей женщиной, вызывая тем самым зависть окружающих. — За год — вполне приличный прогресс. Там на воротах, судя по всему, какое-то усиление было, как раз против огненной стихии. Отсюда разглядеть не получится, но по тому, как ворота держатся… Вряд ли обычная деревяшка столько бы заклинаний удержала.

Ворота замка меж тем все-таки не выдержали и разлетелись тлеющими щепками. Капитан поморщился, он уже считал это имущество своим и, если бы была возможность постарался бы наносить ей поменьше ущерба. Самому же потом восстанавливать придется.

По команде дружина начинает строиться перед воротами, готовясь к штурму. Перед этим в образовавшийся проем влетает еще пара заклинаний, выжигая внутри возможные сюрпризы. Это уже Ариен постарался, ученическая команда выдохлась еще при прожигании дверей.

Однако штурма не получилось. Буквально за несколько секунд до того, как Александр собирался дать сигнал к атаке, над донжоном замка взвился в воздух белый флаг, намекая на то, что сопротивляться превосходящим силам до последней капли крови там не намерены. В общем-то разумно, учитывая обстоятельства Серов был настроен крайне миролюбиво и по-простому отпустил желающих уйти на все четыре стороны, даже позволив взять с собой кое-какое имущество.

Самое смешное, что уйти пожелали совсем не все. Из сорока вооруженных бойцов неудачливого барона, за своим хозяином в изгнание приняли решение отправиться лишь семеро — пара рыцарей с оруженосцами — остальные же пожелали пойти под руку более успешного владетеля. Причина нелояльности дружины, которая как потом оказалось просто отказалась воевать за своего феодала лежала в сугубо финансовой плоскости. У барона Лауинд действительно не было денег, и задолженность по жалованию его солдатам достигала уже полугода. Умирать же забесплатно дураков в этом времени не было. Это в будущем изобретут такие вещи как патриотизм, позволяющие отправлять молодежь на убой без лишних на то материальных затрат.

— Такая война мне нравится, — с ехидным смешком резюмировал капитан, глядя на то, как часть обитателей замка уходит в изгнание, а часть — большая — остается. — Ни одного убитого в минусе, а в плюсе — замок, шесть деревень и почти сорок бойцов. Красота.

Стоящий рядом Элей только кивнул. Он видел на своем веку много смертей и умел ценить бескровные победы.

— Этих я раскидаю по десяткам, чтобы они вместе не служили, а сюда перекину четыре десятка из Александрова. Им на замену нужно будет еще набрать людей.

— Правильно, перекинь пять, на всякий случай, — несмотря на то, что любое увеличение дружины больно било по его бюджету Серов предпочитал на армии не экономить. Тем более, что доходы от продажи книг позволяли не считать медяки. Тираж «Рассуждений» уже разошелся полностью, книгу Александра тоже потихоньку разбирали, а типография в это время работала над печатью книг на заказ. Дабы уменьшить себестоимость Александр недолго думая увеличил тираж обеих книг до уже стандартной тысячи, рассчитывая впоследствии распродать изготовленные сверх заказа книги самостоятельно. В общем, в кой это веки проблем с наличностью не было и можно было себе позволить сверхплановые траты. — Можно наконец достичь заветной черты в пять сотен человек.

— Это не то, — улыбаясь отмахнулся Элей. Ему было приятно, когда его называли полутысячником. Как для выходца из обычной крестьянской семьи, не имеющего образования бывшего наемника — это очень серьезное карьерное достижение. И еще приятнее было осознавать, что это явно не предел. — Вот когда без гарнизонов пять сотен наберется, тогда — да… И да, ты мне еще арбалетов обещал. Напоминаю. Тем более, что теперь точно будут нужны.

— Да, — Серов в задумчивости почесал затылок, — обещал, значит будут. Думаю, на полсотни штук у меня деньги найдутся.

— Во! — Обрадовался главнокомандующий, — это дело!

— А пока, — Серов наконец решил сделать то, что давно хотел, тем более что и случай подходящий подвернулся. И пусть заслуги самого Элея в легкой победе сегодня было не много — все сделали маги — но на нем лежала подготовка армии, да и зимой именно под его руководством дружину барона Лауинд, по сути, помножили на ноль, что облегчило сегодняшний захват. — Преклоните колено!

Бывший наемник сначала не понял, что происходит, но потом внезапно сообразил и расплылся в радостной улыбке. Александр потянул меч из ножен и примерно повторил короткий ритуал, участником которого когда-то — всего полтора года, а кажется, что две жизни, назад — стал сам. Шлепнул пару раз плашмя по плечам, произнес положенные фразы — других рыцарей все равно рядом не было, поэтому, даже если ритуал был не до конца верен, указать на ошибку при всем желании было некому.

— Нарекаю тебя рыцарем, сэр… Как тебя по фамилии? — Неожиданно капитан понял, что не знает каково родовое имя друга.

— Просто Элей, я из крестьян, какая фамилия, — все так же стоя на одном колене ответил будущий рыцарь.

— Ну тогда… Будешь сэр Элей Оранж! А вот это от меня тебе подарок по такому случаю, — Серов протянул обратно поднявшемуся на ноги другу один из двух трофейных волшебных мечей. Продать их не получилось — в таком месте покупателей на них не нашлось — поэтому Александр реши использовать клинки по-другому.

— Спасибо! — Мечу новоиспеченный рыцарь обрадовался, наверное, даже больше, чем рыцарству. Все же мужчины в душе — дети, только игрушки в течение жизни меняются. — А почему Оранж? Не то, чтобы я был против, просто интересно.

— Первое что в голову пришло, — пожал плечами барон. — Я подумал, глядя на работу наших магов, что замок будет Оранжевым, ну и соответственно по имени захваченного трофея сэр Оранж. Неплохо вроде звучит.

После захвата замка и всех связанным с этим дел, состоялся еще один разговор, имевший дальнейшее продолжение.

— Ариен, — мужчины сидели в узком кругу и отмечали военную победу и рыцарство Элея. — А вот ты когда проверял людей на наличие магических способностей, были такие у которых талант присутствовал, но не очень большой?

— Как у тебя?

— Ну да, — кивнул барон, — ну или больше, но все равно тебе не подходящий.

— Были, конечно, — кивнул маг. — Не то, чтобы очень много, но с полсотни человек таких было.

— Хм… А ты их как-то записывал? Может хотя бы имя и населенный пункт, откуда они пришли? Давайте еще по одной, хорошо идет. — Наличие при себе целителя, даже всего лишь ученика, позволяет гораздо более свободно относиться к мелкому вреду для здоровья, наносимому алкоголем.

Мужчины выпили, закусили, после чего разговор продолжился.

— Не записывал, но десятка полтора из них я тебе и так назову, — и видя удивленный взгляд барона, — такие случаи всегда запоминаются, когда таланта немного не хватает. А зачем тебе?

— Есть у меня идея… — Серов подцепил вилкой маринованный опенок и с видимым удовольствием отправил его в рот. — Хочу что-то типа гвардии создать. Десяток или может два. На сколько денег хватит.

— Зачем? — Не понял маг, а вот Элей кивнул явно одобрительно.

— Для безопасности. Если бы в обеденном зале… Ну тогда… Стояла пара хороших подготовленных бойцов, ничего бы не произошло. Они бы эту тварь скрутили бы еще на подходе. Вот я и подумал, что нужно заканчивать наплевательски относиться в своей жизни и немного озаботиться безопасностью.

— Это правильно, — новоиспеченный рыцарь дожевал кусок мяса и вступил в разговор. — Без тебя тут все развалится. Тем более, что теперь ты не просто барон, ты отец. Подумай о ребенке, который сиротой останется.

— Давайте за то, чтобы жить долго, — Серов ухватил бутылку, разлил ее содержимое по рюмкам, после чего озвучил тост.

— И что? Ты их сам тренировать собираешься? У тебя на это времени не хватит.

— Сначала у тебя уму-разуму наберутся, потом я ими займусь, а потом, глядишь, можно будет прикупить им умений каких-нибудь дополнительно. Разберемся, — озвучил примерный план барон.

В итоге оказалось, что часть из тех, кого в свое время забраковал Ариен уже служат в баронской дружине. Полного десятка таких, к сожалению, не набралось, но подумав немного, Серов решил удовлетвориться теми семью, что было. Их оперативно собрали в отдельный десяток и отдали Сержану на обучение, бывший наемник пообещал быстро сделать из обычного строевого мяса более-менее приличных бойцов. Ну а Серов тем временем, закрыл еще одно дело, которое уже давно просилось на повестку дня и до которого у Александра все никак не доходили руки.

На обратном пути большая часть армии промаршировала мимо Красного замка в сторону Александрова, барон же, взяв с собой три десятка конных — исключительно форсу для — свернул налево, пересек мост и въехал в земли баронства Терс. Выяснение отношений с этим феодалом напрашивалось уже давно, тем более в свете возможного ухудшения отношений с Берсонзоном.

На сам город Серов пока разевать варежку опасался: по любым подсчетам тот был способен выставить на поле боя не меньше шести-семи сотен бойцов. Качества эти бойцы, правда, были весьма гадательного, учитывая, что каких-то особых войн Берсонзон последние годы не вел, предпочитая решать вопросы с помощью золота и влияния.

Заночевав в деревне, к самому замку Терс подъехали уже ближе к обеду. Там Серова уже ждали — как хороший гость, Александр предупредил о своем появлении заранее.

— Вас, барон, можно поздравить с новым приобретением? — Как и прошлый раз владетели предпочли о самом главном разговаривать наедине, поэтому пообедав отправились на конную прогулку по живописным окрестностям, страхуя себя от чужих излишне длинных ушей.

— Спасибо, — кивнул Серов. Он понимал, что с каждым территориальным приращением, недоверие к нему будет только расти. — Просто взял то, что само шло в руки. Кроме того, и повод был: я стараюсь не спускать обиды и всегда отвечать ударом на удар. Впрочем, на добро я аналогично отвечаю добром.

— Значит ли это, что вскоре до меня дойдет весть о захвате и других замков принадлежащим баронам прошлогоднего союза?

— Такая вероятность есть… — осторожно ответил капитан. — Но не слишком высокая. Я стараюсь откусывать от пирога такие куски, которые способен прожевать не подавившись, поэтому вероятнее всего в ближайшие месяцы подобных новостей не будет.

— Месяцы… — как-то грустно усмехнулся барон Терс.

— Что?

— В центральных королевствах существует мнение, что Вольные баронства — это клубок змей, где все воюют со всеми, земли, деревни и замки чуть ли не ежемесячно меняют владельцев, а сложить голову или стать владетелем можно примерно с одинаковыми шансами.

— А разве это не так? Я за последние два года только и делаю что воюю с кем-то.

— В том-то и дело, что нет. Ну во всяком случае раньше так не было. До твоего появления, — незаметно собеседники перешли на «ты».

— Что ж, — Серов задумчиво устремил взгляд вперед и ткнув пятками бока лошади слегка прибавил шагу. — Времена меняются, грядут перемены.

— Этого то я и боюсь, — барон Терс повторил маневр Александра и тоже слегка ускорился.

Некоторое время бароны ехали бок о бок молча, каждый думая о своем. Первым молчание нарушил хозяин этих мест.

— Я слышал о твоей потере. Соболезную.

Серов молча кивнул. Дожив до тридцати двух лет он так и не научился отвечать на такие шаблонные фразы. Александр подумал немного и начал тот разговор, ради которого эта встреча и затевалась.

— У меня много врагов, так уж сложилось. Одним из них, вероятно, будет Берсонзон. Что можешь о них сказать? Как о военной и политической силе? Если я правильно понимаю ситуацию, у тебя с ними тоже есть кое-какие разногласия.

— Разногласия! — Хмыкнул барон Терс. — Не совсем правильное слово. Уже с десяток лет они пытаются прогнуть меня под себя. Ты слышал, что моим людям запрещено торговать в городе?

— Разумеется, — на самом деле не слышал. И вообще, бодаясь с мелкими баронами на западе Серов как-то подзапустил свое северо-восточное направление. Мысленно Александр сделал пометку, что нужно перенаправить Диная на это направление.

— Проблема в том, что бароны, земли которых соприкасаются с землями города, во многом от него зависят и по сути являются вассалами города. Из тех, кого ты знаешь и видел сам, таким является барон Дорбан. Те же бароны Юс и Соммер уже полностью легли под городской совет. А в случае реального вооруженного конфликта, вероятнее всего, кроме семи сотен городского ополчения, тебе будут противостоять еще и дружины четырех-пяти баронов. Плюс маги.

— Серьезно, — вынужден был признать Серов. — Барон Нуриф?

— Нет, он скорее будет твоим союзником. Он держит переправу по двум мостам через реку и с этого дела живет, ну а городским купцам, понятное дело платить за транзит не нравится и они уже давно давят на совет, чтобы те решили эту проблему.

— Как все оказывается сложно… — качнул головой Серов.

— Ну а ты как думал? Я тебе больше того скажу, с подачи городского совета бароны Дорбан и Юс пытались как-то года три назад даже потрогать Нурифа за вымя, но у того были хорошие отношения со старым Крастером, и они на пару надавали городским подпевалам по мордасам.

— Да, но барон Крастер погиб в прошлом году вместе со всей дружиной…

— И, вероятно, Нуриф теперь чувствует себя весьма неуютно, — барон Терс отцепил от пояса флягу и сделал несколько глубоких глотков. Хоть владетели и ехали в тени под деревьями, на улице все равно было по-летнему жарко.

— Вы с ним не пытались координировать усилия? Ну там «враг моего врага — мой друг» и все такое?

— Пытались, — барон Терс скривился будто откусил лимон, — но получалось не очень хорошо. Общей границы у нас нет, а как только начинает пахнуть жаренным и идет дело к войне, Дорбан усиливает патрули на дороге и начинает перехватывать курьеров. Магической почты у нас, как ты понимаешь, нет, поэтому координировать действия нам очень сложно.

— Понятно… — Серов уже тоже думал насчет возможных вариантов более оперативной, чем обычные курьеры, связи. Отбросив разную фантастику, более-менее реальными были признаны два — гелиограф и голуби. Вот только для гелиографа в этой равнинной местности нужно строить высокие башни, а про использование голубей в почтовой службе никто из местных даже не слышал. Пришлось, в общем, этот вопрос пока задвинуть в дальний ящик. — А если я предложу, скажем, оборонительный, для начала, союз. Я, ты, барон Нуриф. Как, думаешь, он отреагирует?

— То есть в том, что я соглашусь, у тебя нет сомнений?

Серов прислушался к своим ощущениям и ответил.

— Нет. Ты свой выбор уже сделал.

Барон Терс на такое заявление ответа не нашел и замолчал. Несколько минут «коллеги» ехали молча.

— А что дальше? — Первым опять заговорил старший барон.

— А дальше? Не знаю, зависит от того, на сколько дальше, — четко поймал мысль собеседника Александр. — Герцогство, королевство, возможно. А вообще пора объединять людей, заканчивать, со всей этой феодальной раздробленностью.

Брови барона Терс взлетели вверх: для провинциального феодала такие планы звучали как минимум дико. Впрочем, Серов уже показал, что кое-чего может, за два года став из предводителя по сути банды, обладателем серьезной, по местным меркам, силы.

— Ты прав, — после небольшой паузы резюмировал барон Терс, — я свой выбор уже сделал. Отправлю человека к Нурифу, встретимся следующий раз втроем, обсудим наши взаимоотношения.

— Хорошо, — кивнул капитан, это было даже больше, чем он рассчитывал. Видимо, изрядно давит городской совет на соседей, раз они готовы вступать в союз даже с такой темной лошадкой как Александр. — Так и сделаем, есть у меня чувство, что до столкновения с Берсонзоном осталось не так много времени.

На этом встреча двух баронов в целом и завершилась. Нет, они еще обсудили книги, которые издает Серов, алкоголь, женщин и другие очень важные вещи, но большую политику больше не затрагивали. Обратно капитан выехал утром следующего дня, все равно до темноты в Александров не успевал, а ночевать в поле желания не было совершенно.

Дома же Серова ждал крайне необычный в этих местах гость.

Едва барон въехал в ворота замка, к нему подбежал дежурный десятник и доложил, что днем ранее в Александров прискакал гонец от герцога Тавар, якобы с сообщением, требующим передачи лично.

Сказать, что капитан удивился — сильно приуменьшить. Где он, а где герцог, с которым Александр не то, что не виделся ни разу, вряд ли даже общих знакомых мог иметь. Впрочем, суетиться смысла не было — подождал гонец сутки и еще пару часов подождет, поэтому для начала барон помылся, привел себя в порядок, и уж потом, усевшись на кресло в большом зале, разрешил звать неожиданного гостя. При этом Серов не забыл поставить несколько стражников вокруг и проверить на сколько удобно в кобуре лежит пистолет. Обжегшись один раз на молоке, по неволе будешь еще долго дуть на воду.

Гонец, представляющий герцога, был почему-то одет в совершенно попугайских расцветок одежду, с дополнительно торчащими из разных мест птичьими перьями, чем неуловимо напоминал какого-нибудь странствующего менестреля, зарабатывающего на выступлении в деревенских кабаках.

«С другой стороны», — ответил мысленно сам себе барон, — «яркие краски в этом времени в дефиците, поэтому такое одеяние может подразумевать богатство владетеля, одевающего даже слуг с самое дорогое».

Гонец зашел в зал, встал перед бароном, куртуазно поклонился — в этот момент Серов бросил взгляд на своих людей, те явно с трудом сдерживали смех — после чего достал из-за пазухи свиток и, испросив разрешения, принялся зачитывать послание.

— Герцог Алексис Тринадцатый Тавар приглашает своего владетельного брата, барона Александра Серова, посетить и принять участие в четырнадцатом ежегодном рыцарском турнире, который традиционно состоится в городе Авенбург с первого по двадцатое число шестого месяца. В программе турнира копейные схватки верхом, схватки пеших один на один и команда на команду, соревнования лучников, гонки на колесницах и многое другое. В случае согласия на участие, герцог просит подтвердить свое решение обычной или магической почтой не позднее тридцать пятого числа пятого месяца. Так же герцог передал барону вот этот пакет, где расписаны правила участия, подробная программа турнира и советы участвующим первый раз, — гонец опять достал из-за пазухи небольшой бумажный сверток и отдал его подскочившему по баронскому кивку бойцу. Слишком много паранойи не бывает.

Отдав посылку, гонец посчитал свою работу выполненной и, опять же спросив разрешения, немедля покинул зал, после чего без промедления покинул замок, ускакав из Александрова куда-то дальше. Боец же вскрыл пакет, осмотрел его и не найдя ничего подозрительного передал барону. Внутри действительно лежали описанные материалы, собранные вместе, плюс красивая грамота-пригласительный на дорогой бумаге, скрепленная большой печатью, которая давала ее владельцу право беспошлинного проезда по герцогству и возможность участвовать в самом турнире.

Серов все это богатство осмотрел, сложил обратно и прикрыв глаза задумался. Выглядело это приглашение очень странно, можно даже сказать — подозрительно.

— Что скажете? — Следующим утром, не откладывая дело в долгий ящик, Александр собрал ближников, чьему мнению доверял и рассказал о необычном приглашении. В кабинете присутствовали все те же: Реймос, Ариен, Элей, Динай и Дрор. Только стул Мариетты осталось не занятым — никто на ее место сесть не решился.

— Подозрительно, — высказал общее мнение Элей. — Не слышал, чтобы герцог рассылал свои приглашения простым баронам.

— А кто вообще участвует в этом турнире? Что это за мероприятие такое?

— Да все, кто хочет, участвует, — отозвался гном. Он по предыдущей работе не мало помотался по окрестным землям и в общих раскладах, наверное, разбирался тут лучше всего. Уж точно лучше того же Элея, который всю жизнь смотрел на властную пирамиду снизу вверх. — Только для тех, кого именным приглашением не позвали, участие платное, а так, может записаться любой желающий. Ну рыцарь, конечно, и с репутацией, если сильно испорчена всякими нехорошими делами, могут не пустить, но это редкость.

— О! — Серов увидел в гноме источник информации, — рассказывай, что знаешь.

— Ну… — задумчиво гном погладил рукой свою бороду, — я как-то один раз даже был на турнире. В качестве зрителя, конечно, куда уж нам. Интересное, положим, событие, широко известное в узких кругах. Один из самых главных турниров года, призы там щедрые, участников всегда много. Герцог красивый праздник каждый год устраивает: представления там всякие, салюты, музыканты.

— Призы щедрые — это сколько? — Элей человеком был практичным и музыкой с интересовался мало, предпочитая более вещественные ценности.

— По-разному, — пожал плечами гном. — В тот год вроде было тысяча золотых. Но это на всех победителей, так что вряд ли кто-то больше сотни в зубы получил.

— Сотня — это солидно, — с уважением протянул главнокомандующий. Видимо перейдя неожиданно в более привилегированное сословие, он теперь орлиным взглядом осматривал открывшиеся перед ним новые перспективы.

— Не в этом вопрос! Вопрос в том, каким образом я оказался приглашен на это, без сомнения, со всех сторон достойное мероприятие. Не может ли это быть ловушкой? Или способом удалить меня из баронства на некоторое время?

— Может, — это Динай взял слово. — Я, более того, склоняюсь именно к этой мысли.

— Отправь кого-нибудь в герцогство. Пусть на месте посмотрит, послушает, лишним не будет.

Динай кивнул, это бы он и сам догадался сделать.

— Я считаю, что ехать опасно, — Элей смахнул в сторону мечты и призе и озвучил здравую мысль. — Слишком подозрительно, не стоит нарываться на неприятности там, где этого можно избежать.

— А я бы поехал… — немного мечтательно произнес Ариен глядя в стену перед собой, и, видя скрестившиеся на себе удивленные взгляды, продолжил мысль. — А что? Это же герцогство Тавар! Главный магический и культурный центр континента, туда в любом случае заглянуть стоит. Тем более на турнир пригласили! Знаете сколько человек герцог приглашает вот так: именной бумагой? Не больше сотни.

Маг замолчал практически на полуслове, подумал немного и со вздохом добавил.

— Но да, все это выглядит крайне подозрительно. А в Авенбург можно съездить и следующий раз, никуда он не денется. Простоял полторы тысячи лет и еще столько же простоит.

— Ну ладно, нет, значит — нет. — Серов был даже немного рад, что все вот так. — Значит оставляем приглашение без внимания.

«Ага Царь указал, а бояре приговорили», — проснулся ехидный голос внутри. — «Шапки Мономаха не хватает. И лицо не похожее — халтура!»

Лежащий на полу у ног Александра Лобо поднял голову и тихонько вопросительно тявкнул.

— Сейчас, хороший мальчик, — Серов нагнулся и потрепал пса за макушку, тот довольно заурчал и завилял хвостом. Александр старался, чтобы Лобо пока еще щенок постоянно находился при нем, в воспитательных, так сказать, целях. — Сейчас закончим и пойдем гулять.

Слово «гулять» было произнесено явно зря — серый оживился и поднялся на ноги: хотя было ему еще всего два месяца, Лобо уже вполне мог положить голову сидящему барону на колени, что и сделал.

— Так, что у нас еще сегодня по плану?

— Набор новых людей! — Мгновенно оживился Элей.

— Набирай, — кивнул Серов, — пробегись по новоприсоединенным деревням, там должно быть качественное «мясо».

— А мы бумагу первую сделали, — неожиданно обрадовал гном. И сразу огорчил, — но на книги ее пока пускать нельзя, качество не то, нужно еще дорабатывать.

— Все равно хорошо, будем сами писать на ней. Опять же можно что-то в нее заворачивать, — сказал барон и сразу понял, что сморозил глупость — для бумаги как упаковочного материала время еще явно не пришло. — Я тут что вспомнил, где-то слышал, что якобы хорошая бумага из конопли получается. Не уверен насколько это так, но попробовать стоит.

Гном кивнул — надо, значит попробуем.

— И Ариен, — уже вставая барон обратился к магу. — Напоминаю тебе, что школа, о которой мы еще весной говорили, все еще на тебе.

Маг скривился, но тоже кивнул. На этом совещание закончилось, и Серов пошел выгуливать расшалившегося Лобо. Последнее время именно щенок стал его отдушиной, позволявшей немного расслабиться и получить кусочек человеческого счастья. Был еще Игорь, но пока ребенку было всего полгода, и взаимодействовать с ним было тяжело, наследник на данном жизненном этапе только по большей части ел и спал.

— Вот здесь нужно стену ставить, — Элей размашистым движением руки нарисовал воображаемую линию. Бегающий вокруг расшалившийся Лобо играя попытался схватить руку, но не допрыгнул, — тут ворота поставим, пару башен. Дотянем стену до бондарской мастерской, чтобы она внутри была, и завернем направо.

— Водяное колесо с бумажной мастерской все равно вне стен будет, — скривился барон. — Ко мне! Нельзя!

— Ну тут уж ничего не попишешь, далековато оно от замка.

— Ладно, будем работать с тем, что есть, — смирился с неизбежным Серов, — какой длины у нас стена получается?

— Полторы тысячи шагов, примерно.

— Нда… Денег в это придется ввалить немеряно, — увидев, что хозяин задумался и забыл о нем, Лобо присевший было возле ноги Александра, опять куда-то рванул по своим собачьим делам.

В середине лета Александр мысленно смирился с необходимостью обнести посад, выросший у стен замка в полноценный поселок, городской стеной. О каменном строительстве речь пока не шла, все же масштабы не те, но ров, вал, двойной частокол с башнями и помостами для стрелков вынь да положь. На горло своей жабе удалось наступить только с большим трудом, как только капитан представлял, сколько всего полезного можно было сделать и купить на эти деньги, которые придется буквально закопать в землю, хотелось плакать. Однако Элей сумел переубедить барона нарисовав апокалиптическую картину, в которой буквально два десятка конных прорываются мимо патрулей и в две секунды сжигают весь деревянный посад вместе с производствами и людьми на них занятыми. Деревянные строения, тем более стоящие плотно друг к другу, могут вспыхнуть разом как спичка: не потушишь.

— Полторы тысячи шагов, — принялся считать Александр, — земляные работы, восемь бревен толщиной в три ладони, срубить, привести, поставить. Потом пространство между ними забить землей, и хорошо бы все это потом известью заштукатурить, чтобы не горело. Корона на метр длины. Минимум! Плюс ворота, плюс башни и помосты. Две тысячи золотых монет.

— Меньше. Сильно меньше, — не согласился Сержан. На первоначальный обмер стены вышли все самые опытные военные, находящиеся под рукой Александра. Таких, к сожалению, было не много.

— Удиви меня, — особых талантов на ниве хозяйствования до этого сотник не проявлял, поэтому теперь его уверенные слова изрядно озадачили барона.

— Для рытья вала привлечем дружинников, будет заодно тренировка по возведению полевой фортификации. Да и вообще разнообразим таким образом силовые тренировки, — принялся бывший наемник загибать пальцы. — Дальше — бревна все равно зимой заготавливать нужно, тогда древесина самая крепкая получается, а в холодное время года рабочие руки дёшевы, крестьянам в поле работать не надо, а от возможности заработать лишнюю серебрушку никто не откажется. Тем более что по снегу бревна волочить куда как сподручнее. А ворота и башни вполне может построить бригада, которую гном сформировал, когда у них других дел не будет. Все равно платить жалование, а так можно подгадать очередность работ чтобы и простоя не было и дело двигалось понемногу. О штукатурке вообще сейчас думать рано, это когда будет еще. Как-то так.

— Удивил, — не смог не признать Серов. — Пожалуй, что так действительно получится существенно сэкономить. Стройка правда затянется на год, а то и на два, но что поделаешь, последние штаны ради постройки стены продавать все равно не хочется.

— До зимы закончим вал со рвом. В один человеческий рост пока будет достаточно, от набега конных он убережёт, а это самое главное. Тем более, что думается мне, скоро Александров выплеснется за эти стены и придется еще кусок земли огораживать.

— Лет пять думаю протянем, — не согласился барон, — а дальше я загадывать, если честно не берусь. Эти пять лет прожить бы как-нибудь.

И действительно, обносить стеной решили весьма приличную площадь, на которой, учитывая, что все строительство вокруг замка изначально шло по проекту, должно было найтись место еще не для одного производства. При этом все «неважные постройки» — дома крестьян, работников, постоялый дом для купцов и прочая мелочевка — сразу строились так, чтобы оказаться за линией стен. В случае осады сожжённый посад — дело, в общем-то обычное, крестьянскую избу отстроить не долго в отличие от того же алкогольного производства, где только металла — колонн, котлов и прочих спиралей — на пару сотен золотых наберется.

Вообще Серов с самого начала старался заложить принципы, на которых будет расти и развиваться будущий город. В первую очередь — это чистота. Понятное дело, до нормальной канализации Алесандрову еще расти и расти, однако за выливание помоев и нечистот прямо на улицу всех грязнуль жестоко наказывали без деления на лица и сословия. С самого начала в каждом подворье была в обязательном порядке отрыта поганая яма, вырыты колодцы — до водопровода, к сожалению, еще тоже не доросли, — а основные дороги мостились для начала деревом, с прицелом в будущем перейти на камень. Дома строились в линию, и каждый домовладелец был обязан следить за чистотой прилегающей территории, в том числе убирать отходы жизнедеятельности местного четвероногого транспорта. По возможности высаживались деревья, недавно, сразу после небольшого, к счастью, пожара, была учреждена служба огнеборцев, построена для них каланча.

В общем, как любил мысленно говорить Серов, безбожно коверкая сразу две исторические цитаты, «коммунизм — это учет и контроль, плюс электрификация всей страны».

— А ты, Сержан, откуда так хорошо в строительстве и организации работ, разбираешься? — С подозрением посмотрел на подчинённого Александр.

— Так занимался я этим, — пожал плечами Сержан, — не самой стройкой, вестимо, а общим приглядом. Людей откуда взять, золотишка как сэкономить, что в первую очередь строить нужно, а с чем обождать. А в наемники я подался… Не хочу об этом говорить.

Лицо сотника сразу как-то посмурнело, видимо воспоминания действительно были не из приятных.

— И ты молчал?!

— А что? — Не понял такой бурной реакции Сержан. Он до этого в ближний круг особо не рвался, занимаясь в основном только своей сотней и подготовкой новичков, поэтому стенания Александра о постоянной нехватке управленческих кадров проходили мимо него.

— Есть на кого сотню оставить?

— Найдем… — Очень настороженно протянул военный.

— Отлично. Раз бойцами есть кому заниматься и без тебя, я тебе определю другой фронт работы. Пойдем, нужно Реймоса найти. Лобо, рядом!

После смерти Мариетты управляющий, казалось, вообще перестал спать, работая двадцать четыре часа в сутки. На нем и раньше висело производство алкоголя и бочек, внешняя торговля, управление все время увеличивающимся населением баронства, строительство инфраструктуры, а теперь добавилось управление внутренним хозяйством замка. За типографией Серов стал приглядывать сам, хоть у него на это тоже постоянно не хватало времени, а опытовые поля вокруг замка вообще остались без присмотра — просто не было человека, которому можно было это дело поручить.

В итоге Сержана не смотря на все протесты, в порядке феодального произвола Серов назначил заведовать инфраструктурой в баронстве, и управлять крестьянами: собирать налоги, решать споры и так далее. Сказать, что Реймос был рад — не сказать ничего, он даже совсем не сопротивлялся, когда барон нагрузил его взамен забранных обязанностей теми самыми опытовыми полями, резонно рассудив, что там времени нужно тратить гораздо меньше, да и то только весной и осенью.

С того времени Сержан неожиданно для себя вошел в узкий круг и стал постоянным участником рабочих совещаний в кабинете барона.

Глава 8

Первого числа пятого месяца, в самой середине лета, в Александров начали съезжаться бароны на переговоры о возможных совместных действиях против общего врага. Кроме ожидаемых баронов Терс и Нуриф, неожиданно прибыл молодой барон Крастер, сын того самого вояки, погибшего полтора уже года назад под стенами Черного замка. Сначала Серов не понял, каким образом этот владетель может быть заинтересован в союзе, учитывая, что его владения находятся сильно южнее и непосредственно с Берсонзоном никак не граничат. Впрочем, как потом оказалось, повод у него все же был.

Ну а началось все это дело с большого пира, на котором Серов угощал своих гостей блюдами из иномирных продуктов, не забывая наливать при этом алкогольные напитки, имеющие то же происхождение. В общем, как это часто бывает, застолье переросло в банальную пьянку, поэтому к непосредственно переговорам — тому, ради чего все и собрались — перешли уже во второй половине следующего дня.

— Итак, господа, — когда все расселись за столом, слово по праву хозяина взял Александр. — Для начала я бы хотел, чтобы мне объяснили резоны нашего молодого товарища. Не то, чтобы я был против расширения состава участников, однако понимать мотивацию, мне кажется, было бы полезно для дела.

Молодой барон Крастер, о котором и шла речь, мгновенно смутился и покраснел. Парню на вид было лет двадцать, а если делать поправку на местные условия, то вероятно еще меньше. До самоуверенности покойного папаши сыну было очень далеко, поэтому вместо него объяснять принялся барон Нуриф. С ним капитан уже встречался два года назад, но, по правде говоря, запомнил его плохо — не до того было. А между тем вид он имел весьма примечательный: высокий, худой, с тонкими чертами лица и длинными, больше подходящими для игры на рояле чем для махания мечом, пальцами. Увидев такого на улице, вы скорее заподозрите в нем учителя истории средней школы, чем рыцаря и барона.

В общем, поведал он следующее: после гибели старого владетеля со всей дружиной для баронства настали ожидаемо тяжелые времена. Обычно в таких случаях земля вместе с замком по-простому меняют хозяина, становясь добычей кого-нибудь из более удачливых соседей. Однако, в этот раз получилось немного по-другому: не забывший помощи в прошлой войне северный сосед и друг покойного отца пришел на выручку и помог отстоять наследство, хоть и ценой определенных потерь. Казалось бы, можно жить-не-тужить дальше, худшего удалось избежать, однако этой весной оба союзных владетеля ощутили одновременное давление уже с двух сторон. С севера на барона Нуриф все так же давили Дорбан и Юс при молчаливой поддержке городского совета Берсонзона, а Крастеру же поступило предложение «уточнить границы» от баронов Арант и Чакстер. Совпадение? Как говориться — «Не думаю!»

Все эти обстоятельства вкупе с расширяющимся под боком баронством Серов, которое за полтора года выросло в пять раз, вынудило загнанных в угол феодалов искать дерево, к которому можно было бы прислониться. Ну а барон Терс, в свою очередь, донес до зажимаемых феодалов мысль, что Алесандр вполне может стать таким деревом. Не бесплатно, конечно, но тут уж ничего не поделаешь.

— Понятно, — Серов сложил пальцы домиком и откинулся на спинку кресла, — помочь я вам могу. Это в моих силах, отправить полторы сотни бойцов и пару магов к замку, скажем, барона Арант и объяснить ему, что он не прав. Вот только какая мне оттого выгода? Когда мы с присутствующем тут бароном Терс обсуждали совместные действия, имели ввиду другого, общего противника. Что же касается восточных границ моих владений, то расширяться в том направлении я не планирую, и мне вполне достаточно, чтобы ко мне никто с той стороны не лез. И, собственно, учитывая сложившееся положение, ближайшее время никто не полезет. Объясните мне, почему я должен решать ваши проблемы.

За столом на некоторое время повисло молчание. Молодой феодал еще сильнее опустил голову: он понимал, что именно его карта в данный момент самая слабая, более опытные товарищи о чем-то многозначительно переглядывались, не торопясь при этом открывать свои настоящие намеренья.

Серов, о чем его собеседники не знали, на самом деле немного подготовился ко встрече. У Диная за год работы появились кое-какие контакты в Берсонзоне, и оттуда барон получал тонкий ручеек сведений. Так вот последнее время информатор сообщал о том, что в городе возобладала «партия войны», и во всю начались приготовления к расширению жизненного пространства за счет колеблющихся.

Вообще, на сколько понял Александр, определенную вину, возможно, что даже большую ее часть, за такие тенденции нес сам Серов. Именно его действия уничтожили хрупкий баланс в местной политической экосистеме, намекая мелким владетелям, что пришло время усиливаться и расширяться. Кто-то это делает за счет союза с соседом, а кто-то — за счет соседа. В общем, во всю надвигалась «волна перемен», и кое-кого этой волной вполне могло смыть, а кого-то наоборот вынести на самый верх. Все, как всегда.

Что же касается молодого барона Крастер, то по информации Александра вот это «уточнить границы» на практике означало предложение паковать манатки и валить на все четыре стороны под угрозой познакомиться с пеньковой тетушкой в случае сопротивления. Неизвестно, как два барона потом собирались делить захваченные земли, но при любых обстоятельствах молодому парню, на которого так внезапно свалился груз ответственности за свою семью, было не позавидуешь.

— Мы предлагаем оборонительный союз, — первым затянувшуюся тишину нарушил барон Нуриф, — в случае нападения на одного из членов союза, остальные обязуются прийти ему на помощь. Учитывая сложившуюся ситуацию… Это будет выгодно всем.

— Сколько бойцов у вас под рукой, барон? — Вот это «выгодно всем» Серова совсем не убедило. Изначально именно он собирался поиметь выгод с намечающегося союза, а тут, кажется, собираются поиметь его самого.

— Простите?

— Сколько бойцов вы можете выставить в случае войны? Пять десятков? Шесть? Семь?

— Семь, — пожал плечами барон. — Может восемь.

«Ну да», — вспомнил Серов, — «Терс же говорил, что он сидит на двух мостах, значит и средств больше, чем в среднем по больнице».

— Я могу выставить в десять раз больше, — немного преувеличил свои силы капитан, — о каком равновыгодном союзе вы говорите?

— Не понимаю, в таком случае, зачем мы здесь сегодня собрались, — барон Нуриф повернулся к одному потом другому товарищу по несчастью в поисках поддержки, но не нашел. Барон Терс уже морально был готов отдать часть суверенитета, чтобы поучаствовать в построении чего-то большего чем просто очередное вольное баронство, ну а молодой Крастер был слишком подавлен и сопротивляться особо не способен. Видимо его совсем прижали.

— Вас никто и не держит, — пожал плечами капитан. — У меня есть для вас предложение, и как мне кажется, оно достаточно справедливое.

— Озвучьте его, мы все с удовольствием выслушаем.

— Союз, как вы и хотели. Но доли в нашем, так сказать предприятии будут соответствовать количеству бойцов, который каждый из нас способен выставить на поле боя. Мне кажется, что так будет… Честно.

— Позвольте, — брови собеседника взлетели вверх. — Но ведь это, по сути, означает вассальную присягу. Исходя из озвученного количества воинов, у нас будет по одному голосу против ваших десяти! Не очень похоже на союз.

— Я не против назвать это вассальной присягой, — улыбнувшись согласился Серов. Учитывая обстоятельства, а его позиция была гораздо сильнее, можно было позволить себе немного надавить. Еще хорошо, когда интересы оппонентов не совпадают и с ними можно договариваться по-отдельности. Поэтому он повернулся к самому младшему из присутствующих, — молодой человек, я в курсе вашей ситуации. Когда истекает ультиматум?

— Послезавтра.

— Хм… не очень много времени осталось, но, если сегодня поднять две сотни бойцов и скорым маршем отправить их в ваш замок, послезавтра противников может ожидать неслабый сюрприз. В общем, выбор за вами.

Барон Крастер думал не долго, собственно, уже одно его появление здесь лучше, чем любые слова говорило о принципиальном согласии.

— Я согласен.

— Ну уж нет! — Барон Нуриф подскочил со своего места и замахал руками. — А я не согласен! И не позволю сыну моего покойного друга просрать все, что он тебе оставил! Не для того мы столько лет отбивались от всех врагов, чтобы теперь ты лег под этого выскочку.

Александр смотрел на это представление со все увеличивающимся раздражением. Какие-то ему союзники потенциальные достались не качественные. Он-то изначально думал, что они будут по складу характера похожи на барона Терс, раз уж он их рекомендовал, но тут явная промашка вышла.

— А что ты предлагаешь? — Молодой феодал поднял глаза на своего старшего товарища.

— Соберем ополчение, заплатим наемникам, отобьемся, не первый же раз.

— Наемников за два дня? Где, в том самом Берсонзоне? Ополчение? Чем ты его вооружать собираешься? Камнями и палками? Мне осталось только умереть на стене, а то они меня вместе с семьей на воротах повесят!

Наблюдавший за этой перепалкой Александр, озвучил внезапно пришедшую на ум фразу.

— Смерть самурая легка как перо, долг самурая тяжел как гора, — в точности формулировки он был совсем не уверен, с другой стороны, поправить его здесь все равно было некому.

— Самурай? — Неожиданно заинтересовался сидящий до того барон Терс. — Это кто?

— Что-то типа рыцаря, — пожал плечами капитан. — В одной далекой стране. Это я к тому, молодой человек, что ваш отец в первую очередь хотел бы, чтобы вы защитили семью, а уж потом думали о политических раскладах. Ну мне так видится, во всяком случае.

— Условия? — Голос барона Крастер после принятого решения неожиданно обрел твердость. Видимо, то, что молодого человека больше не имеет смысла уговаривать, понял и барон Нуриф, который подумав немного сел обратно на свое место.

— Условия? — Серов задумчиво посмотрел в лица своих потенциальных вассалов. — Их есть у меня.

Готовясь к разговору Александр подготовил три варианта «договора», между ним и приехавшими на переговоры баронами, которые различались степенью интеграции. От действительно просто оборонительного союза с элементами общего экономического пространства до, по сути, объединения в одно государство. Если конечно территорию в масштабе одного баронства можно так назвать. Впрочем, были на Земле всеми признанные государства и поменьше.

Какой из вариантов предложить, Александр предпочел решать по ходу дела, исходя из того, как пойдут переговоры. Сейчас же, глядя на своих соседей капитан, принял решение педалировать самый жесткий вариант. В конце концов, если не зайдет, можно будет подвинуться в чем-нибудь.

Приняв решение, он встал, подошел к шкафу и достал оттуда четыре экземпляра заранее отпечатанного — еще одно преимущество наличия типографии в замке — договора и протянул их удивленным таким подходом собеседникам.

— Итак, — когда все взяли в руки бумаги, Серов сел обратно в свое кресло и принялся по одному вбивать гвозди в крышку гроба феодальной независимости. — Вступление, определения сторон и терминов пропустим, прейдем сразу к главному. Первое: стороны соглашаются заключить оборонный союз. Против этого нет возражений, я так понимаю?

Возражений не последовало.

— Второе: все основополагающие решения в союзе принимаются общим голосованием участников, при котором голоса распределяются пропорционально военному вкладу каждого из участников. Ну это я уже озвучивал.

На этом барон Нуриф не выдержал, бросил бумаги на стол, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Но не ушел — уже хорошо.

— Третье: всеми военными силами союза командует назначенный голосованием командующий и его штаб.

— Четвертое… — Серов озвучивал по очереди пункты: передача командования в его руки, передача права взымать налоги с земель, рекрутировать крестьян, взымать торговые пошлины и так далее. Бароны, по сути, оставались в своих замках нанятыми комендантами, ведь даже свеженабранные в дружину крестьяне сначала должны были проходить обучение в Александрове и уж потом распределяться по местам службы.

— Потому что простите, господа, но пехота у вас обучена просто отвратительно, а у меня процесс уже отлажен, — выдав такое мнение капитан заметил, как барон Терс едва заметно кивнул своим мыслям, видимо с такой оценкой был согласен.

В качестве компенсации за «аренду» земель под нужды союза Серов был согласен выплачивать подписавшим соглашение ежегодную ренту, размер которой, впрочем, еще требовалось уточнить. Так же баронам предлагалось поучаствовать деньгами в общих торговых и производственных предприятиях с последующим выделением им части прибыли.

— Кроме того, я уже от себя предлагаю взять на себя руководство кое-какими проектами, которые в будущем принесут союзу существенную пользу. У меня, если честно, постоянно не хватает толковых и грамотных управленцев, — Серов развел руками, как бы показывая всю степень своей беспомощности. — Кстати вам, барон Терс, я хотел предложить должность командующего союзной кавалерией. По моим грубым прикидкам у нас на четверых вкупе будет около полутора сотен всадников. Хорошо бы их как-то сплавить в единое боеспособное подразделение, а у меня просто некому этим заняться. Возможно понадобиться увеличить количество конницы даже до двух сотен, но это будем смотреть по месту, что скажете? Или предпочтете сидеть у себя в замке?

Бароны, оглушенные размахом нарисованных Александром Нью-Васюков, сидели несколько пришибленные. Достаточно сложно, всю жизнь оперируя десятками бойцов, вот так в секунду перестроиться и начать думать сотнями.

Первым очнулся барон Крастер. Он рывком пододвинул к себе договор и чернильницу, взял в руку перо и поставил размашистую подпись.

Глядя на это, зашевелился барон Терс. Он в отличии от своего младшего товарища не торопился. Сначала он внимательно перечитал пункты договора, еще немного подумал и со словами: «я, пожалуй, приму ваше предложение заняться конницей» — тоже поставил подпись, после чего взгляды собравшихся скрестились на последнем потенциальном участнике союза, который все так же сидел с закрытыми глазами, казалось отрешившись от происходящего и уйдя в себя.

— Барон, ваше слово?

Вопрошаемый открыл глаза и сфокусировал взгляд на Александре.

— Идите-ка вы к демонам, пожалуй, — по одному слову буквально выплюнул барон Нуриф, поставив капитана тем самым перед непростой дилеммой.

Можно было бы прямо сейчас его тут пристукнуть, а баронство быстренько оккупировать. Это скажем так первый вариант, однако он имел кроме очевидных плюсов несколько минусов. В первую очередь, не известно, как к этому отнесутся новоиспеченные вассалы. Они могут подумать, что Серов будет решать все конфликтные ситуации в таком ключе, а репутация бешенной собаки — опасная штука, могут свои нож под ребро сунуть, просто в порядке превентивной самозащиты. Во-вторых, захват баронства Нуриф означает мгновенное объявление войны Берсонзону. Готов ли он сейчас начинать такую войну? Скорее нет, чем да. Учитывая, что даже с союзниками сил у них будет раза в два меньше, плюс у противника будут маги… Особых козырей на руках не остается.

Второй вариант — отпустить придурка на все четыре стороны тоже имеет свои недостатки. В противоположность первому варианту, тут союзники могут подумать, что он слаб, что тоже не очень хорошо. Ну и конечно это грозит захватом пограничного баронства Берсонзоном. Вернее, не самим городом, а его прокси, что в общем-то одно и тоже. Но это, на что всяком случае Серов рассчитывает, не приведет сразу к большой войне. А если мыслить стратегически, то получается, что затяжка времени полезна именно Александру, он развивается быстрее и года через три-четыре, такими темпами, он Берсонзон съест и не подавится. Вот только хрен кто ему эти четыре года даст.

Все эти мысли промелькнули в голове капитана за считанные секунды, пока он молчал и думал, атмосфера в кабинете изрядно накалилась: все сидели и ждали, как отреагирует хозяин замка, принимающего переговоры.

— Хорошо, — приняв решение, ответил Серов, — в таком случае можете быть свободны. Я чту правило о неприкосновенности переговорщиков. Однако запомните, барон, я вам это оскорбление не прощу. И когда шавки городского совета придут к вам, чтобы узнать какого цвета у вас потроха, я вмешиваться не буду. А если вы попробуете сбежать через мои владения — а я не советую этого делать — я просто схвачу вас и выдам обратно, и сделаю это, если честно, с большим удовольствием.

Спокойный тон Александра, вероятно, напугал отказавшегося подписывать договор феодала даже сильнее чем если бы на него наорали. Побледнев, он поднялся на ноги, молча кивнул прощаясь и вышел.

— Ну что ж господа, раз уж мы разобрались с составом концессионеров нашего предприятия, давайте перейдем к насущным вопросам. Для этого нужно позвать нашего главнокомандующего сэра Оранж.

В итоге после короткого совещания, на котором Элей выслушал поставленную задачу и узнал про назначение нового командующего конницей, бароны разъехались по домам. Молодой барон отправился в обратную дорогу в сопровождении двух сотен бойцов и трех магов огневой поддержки под командованием Элея. Барон Терс же отправился к себе в замок в сопровождении полусотни бойцов, которые должны были стать постоянным гарнизоном его замка. В обратном направлении должна была отправиться дружина барона, чтобы влиться в общее войско союза. То же самое после решения проблемы на востоке ожидало и дружину барона Крастер.

Кто не был рад очередному расширению так это Сержан. Он еще с предыдущими землями не успел разобраться, а тут добавку подкладывают, однако Серов был непреклонен: нужно как можно быстрее интегрировать два присоединившихся баронства в общую структуру управления, чтобы ни у кого не возникало на этот счет дурных мыслей.

— У нас все как у приличных, — не очень понятно для окружающих высказался капитан, — вход — доллар, выход — два.

Глядя в окно, как Александров покидают войска, расползаясь в противоположных направлениях, Серов думал о том, что сегодня у него получилось одним махом перепрыгнуть из раннего средневековья века одиннадцатого со всей его феодальной раздробленностью и сеньорально-вассальной системой взаимоотношений куда-нибудь век в шестнадцатый. Еще не просвещённый абсолютизм, конечно, но центростремительные тенденции налицо.

«Так мы и до национальных государств девятнадцатого века лет за пять дойдем», — мысленно усмехнулся барон. — «А потом что? Парламент созывать и конституцию принимать? Ну нафиг, чур меня, чур».

Конечно же вместе с войсками в союзные теперь замки отправились и неприметные люди с внимательными глазами из организации Диная. Вообще за почти год существования служба безопасности стараниями своего главы изрядно разрослась, раскинув свои невидимые щупальца по окрестным деревням, замкам, дотянувшись до Берсонзона, а порой доставляя информацию из совсем отдаленных мест типа того же Нолиджа или Авенбурга.

Кроме разведки Динай занимался еще и контрразведкой, ища крамолу или самые минимальные ростки возможных заговоров. Каждый месяц Серов скрепя сердце утверждал все возрастающий бюджет тайной организации, которая, по правде говоря, уже вполне себе отбивала вложенные в нее средства. Даже присмотревшись к случаю с баронами, можно быть уверенным, что, если бы Серов не имел столь подробную информацию о проблемах будущих союзников, не смог бы занять правильную позицию и выжать из ситуации максимум.

Ну а в том, что СБ ест свой хлеб не зря капитан окончательно убедился уже буквально через пару дней после переговоров. К сидящему в кабинете барону, пытающемуся подбить экономические итоги вхождения двух баронств в состав маленького государства, практически вломился запыхавшийся боец, сообщивший, что у находящегося в подвале Диная неожиданно возникло к барону срочное, не терпящее отлагательств дело, и он просит Александра спуститься вниз.

В подвале, куда провел барона ждущий его появления боец в небольшой комнатке находилось двое: сам Динай и какая-то девушка, судя по одежде из замковых поваров. Глава СБ выглядел сосредоточенным, а девушка — изрядно напуганной, хотя никаких следов «специальных методов допроса» на ней видно не было.

— Ну? Что тут такого срочного? — Слегка удивленно спросил барон.

— Вот, — Динай рукой указал на девушку, — отравить вас хотят, ваша милость.

Серов ещё более удивленно посмотрел на главного тихушника, потом перевел взгляд на девушку. На коварную отравительницу та была совершенно не похожа.

— Рассказывай.

История оказалась простой настолько, что даже смешно. Отправившуюся за продуктами на импровизированное торжище девушку перехватила пара каких-то подозрительный личностей с предложением хорошо подзаработать. Девушка, не понявшая было сути предложения оскорбилась и даже успела съездить неизвестному по лицу, когда ей объяснили, что девичья честь — если таковая, конечно, в наличии — не пострадает. Нужно всего лишь влить содержимое небольшого пузырька из цветного стекла в обед барону, за что она потенциально может получить не много не мало десять корон.

— Дешево, что-то меня оценивают, — скривился Серов. Все эти попытки его убить уже начали надоедать.

— Не дорого, это да, — кивнул Динай. — Ну и Лея согласилась, конечно. Мы с работниками замка этот момент уже давно прояснили: если к тебе подходят люди с подобными предложениями, нужно обязательно соглашаться. Не обязательно насчет отравы в еде, может быть узнать что-то или украсть, не важно. Всегда говоришь «да», обязательно требуешь задаток и идешь прямиком ко мне. Вот Лея и пришла.

— Задаток?

— Ну да, — пожал плечами Динай, — и деньги лишними не будут и серьезность намерений сразу видна, а то балаболов много, а как до дела доходит…

— Резонно, — согласился Серов, — а меня-то зачем позвали, раз у вас отработана уже схема?

— Нужно твое разрешение пообщаться поближе с этими ребятами. Судя по всему, они под купцов работают, а их без твоего слова трогать я не хочу.

— Бери их и коли до самой задницы. Мог бы о таком и не спрашивать, — удивился такой щепетильности главы СБ Александр.

Продолжение и логичную развязку этой истории Серов узнал через три дня, когда «следственные действия» подошли к финалу. К сожалению, всех потенциальных отравителей взять за вымя не удалось — развитое чутье на неприятности подсказало им, что пора делать ноги — однако одного, самого видимо неудачливого, поймать все же получилось. Спустя некоторое время и пару кругов форсированного допроса, придурок выдал имя заказчика покушения. Им оказался небезызвестный Александру барон Портон, именно тот, по чьему заказу Серову в Нолидже изрядно попортили шкуру.

— Чего он ко мне прицепился! — В сердцах бросил барон, узнав спонсора данной акции. — Это я должен ему мстить, а не он мне!

Нет, умом Серов, конечно, понимал резоны этого человека: количество врагов нужно сокращать всеми доступными средствами, а то они имеют свойство накапливаться, что порой сильно осложняет жизнь. Вот и сам Александр вместо того, чтобы заниматься уменьшением числа недоброжелателей работает только в обратном направлении, что приводит к неприятным последствиям.

— Найди мне этого барона, узнай про него все, что сможешь! — Динай кивнул, — а потом будем думать, что с ним делать.

Еще одним примечательным событием середины лета стало открытие, наконец, так долго обсуждаемой и планируемой школы для детей. Для того, чтобы Ариен наконец занялся этим вопросом, пришлось ему напоминать чуть ли ни каждый день, в течение двух месяцев. Потом Серов как-то отвлекся на суету, связанную с присоединением двух баронств — просто не до того было — а десятого числа второго месяца лета, к нему в кабинет ввалился маг и отрапортовал, что работы по организации учебного процесса, набору учителей, подготовке помещений и всего прочего почти окончены.

— И кто взял на себя все эти хлопоты? — Подозрительно посмотрел на друга Серов. — Ни в жизнь не поверю, что ты этим сам занимался.

По тому как отвел глаза огневик, капитан понял, что попал в точку.

— Никара.

— Твою мать! — Не сдержался Серов. — Какого хера?

— Ну… Она образованная, умеет управляться с хозяйством, любит детей, — начал загибать пальцы Ариен, — а еще тебе нужна женщина рядом, если не жена, то хотя бы любовница.

— И ты вот так за меня все решил?

— Ну да, — кивнул огневик. — Ты не замечаешь, а за тебя все в замке волнуются… Последнее время ты стал больше пить, больше работать, и все время срываешься на людей. Считай, если тебе так проще, что я забочусь не о тебе, а об окружающих.

— Ну спасибо… — с одной стороны Александр был не в восторге от того, что кто-то лезет в его личную жизнь, с другой — чувствовал благодарность за заботу. — Ладно, с этим позже разберемся. Рассказывай подробно.

Оказалось, что Серов был к магу несколько несправедлив, считая того малоспособным к организаторской работе. Ариен хоть и испытывал к этому делу отвращение всей своей магической душой, но при необходимости вполне мог себя заставить. Устав от постоянных напоминаний огневик все-таки занялся организацией школы для детей, в первую очередь найдя — а по сути построив с ноля — под это дело помещение, выписав пару учителей и закупившись всем для организации учебного процесса необходимым.

Самым сложным оказалось отобрать три десятка бушующих учеников из сотен желающих присосаться к источнику книжной мудрости. Для этого пришлось потратить изрядно времени, отбирая самых способных, что в условиях царящей вокруг тотальной безграмотности было не так уж и просто. Именно на этом этапе не страдающий излишней терпимостью Ариен, нашел себе в качестве руководителя школы Никару, у которой находить подход к детям получалось гораздо лучше.

В общем, пока в будущей школе доделывали ремонт, купцы довозили последние заказанные заранее принадлежности, а дети были сориентированы прибыть в Александров в конце лета, чтобы начать занятия с первого дня осени.

— У вас так принято, начинать учиться в первый день шестого месяца или это случайно получилось?

— У кого у нас? — Не понял вопроса Ариен. — Все по-разному делают, просто так получилось, что последние приготовления закончатся к концу лета, вот и решили начать с первого числа.

— Ну да, ну да… — подивился капитан забавным межмировым параллелям.

Вообще Серов считал образование, в будущем всеобщее, крайне важным аспектом развития маленького государства. Как показала земная история именно общее начальное образование, хотя бы в рамках обучения читать-писать-считать, дает мощнейший пинок развитию промышленности, науки, культуры, а главное — общесоциальных отношений.

Взять, например ситуацию с этим делом в баронстве. Вместе со свежеприсоединенными территориями Серов оценивал населения его государства в тридцать пять — сорок тысяч человек. Ну никак не больше пятидесяти. Сколько из них были грамотными? В лучшем случае человек пятьсот, и это если считать условно грамотными всяких там сельских старост, способных кое-как прочитать пару строк и написать свое имя.

Самая высокая концентрация людей умеющих читать-писать была, что логично, в Александрове. Это вся верхушка баронства, учащиеся магической школы, старые наемники, повидавшие в жизни не мало, опытные мастера и так далее. В общем, очень тонкая прослойка населения. В такой ситуации мелькнувшая было у капитана идея издавать газету, по сути, была обречена на провал! Ее просто некому было читать. Поэтому вот этот первый набранный класс из трех десяток мальчишек — двенадцатилетние девочки уже считались почти невестами и конечно ни в какое обучения их никто отдавать бы не стал — был лишь первой ласточкой. За ним должна была последовать вторая, третья и так далее. Но пока это все проходило по разряду дальних планов, тем более попытайся Серов объяснить даже своим ближникам идею всеобщего начального образования, его бы просто не поняли. До этого тоже нужно дорасти.

О событиях «на фронте» барон узнал от вернувшегося в Александров Элея. Вернее, главнокомандующий, конечно, держал своего сюзерена в курсе отсылая по возможности курьеров, но подробности стали известны уже после возвращения «экспедиционного корпуса», отправленного для принуждения агрессивных соседей к миру.

Две сотни бойцов, поднятых первого числа по тревоге, хоть и с трудом, но успели за полтора суток отшагать примерно семьдесят километров и к обеду третьего числа — в день истечения ультиматума — вышли под стены замка Крастер. Попытка тут же присоединить к армии дружину барона оказалась полностью провальной: они по факту оказались совершенно небоеспособны. Барону не хватило денег чтобы нормально вооружить и экипировать набранных с бору по сосенке людей, а задержки по жалованию дополнительно опустили их моральный дух куда-то в район плинтуса. Если на стенах без возможности сбежать и защищая свою жизнь, от этой, с позволения сказать, армии еще мог быть толк, то в поле их выводить смысла не было совершенно.

— Я их сюда всех привел, — покачал головой Элей, когда они сидели силовым блоком — Ариен, барон Терс, который, не теряя времени уже перебрался в Александров, Динай и Сержан — и разбирали итоги похода. — Можете сами посмотреть, таких доходяг я давно не видел. Впрочем, чтобы отогнать соединенные силы двух баронов мне хватило собственных сил.

Увидев изменившуюся в стратегическом плане обстановку, бароны решили отступить, однако Элей не был бы собой, если бы позволил сделать это без проблем. К сожалению, пехота, по понятным причинам, за конницей угнаться не смогла и вышла к замку барона Арант с существенным отставанием, увидев перед собой еще более увеличившееся войско.

— Это барон Сурнак, — уверенно заявил разглядывающий вместе со всеми карту Динай. Не доверять разведке оснований не было, однако тот свои слова объяснил более подробно, — они заключили союз на четверых.

— Кто четвёртый?

— Лендел, — глава СБ ткнул в карту пальцем, — эти двое, Лендел и Сурнак уже давно поддерживают тесные, так сказать взаимоотношения. Их там с востока Вольный город Коркост поддавливает, вот они и объединились перед общей угрозой. А два месяца назад к союзу примкнули собственно бароны Арант и Чакстер.

— Ну да, — кивнул Элей, — три знамени там было.

Два войска примерно одинаковой силы постояли друг на против друга полдня, но атаковать никто не решился. С одной стороны дружина Серова уже заимела определенную репутацию, чтобы на нее не пытались лезть на дурнину, маги опять же… С другой стороны, пытаться атаковать пехотой конницу — занятие малопродуктивное, а пытаться штурмовать замок, имея за спиной полторы сотни всадников — глупо.

В итоге Элей отступил обратно без боя. Попытавшуюся было навязать арьергардные бои баронскую конницу пару раз шуганули маги с арбалетчиками и те, потеряв с десяток человек раненными и убитыми эту затею бросили.

— Ну в общем, можно сказать сходили в десятидневный учебный поход, — пожал плечами Элей. — Вернулись без потерь, если не считать оставленных в замке Крастер в качестве гарнизона пять десятков хорошо подготовленных воинов.

— А что сам барон?

— Ничего, — скривился главнокомандующий. — Заперся в своих покоях и пьет. Не выходил не когда мы туда шли, не когда обратно.

— Ты с десятниками поговорил? — Серов бросил короткий едва уловимый взгляд на сидящего тут же барона Терс.

— Да, они все поняли правильно — опытные мужики. Формально командует гарнизоном молодой барон, но в случае чего они вполне могут думать сами и проявлять инициативу. Там, учитывая обстоятельства, это было и так понятно.

— Понятно-то понятно, но дополнительно объяснить лишним все равно не будет. Итак, что у нас по войскам получается?

Элей взял в руки бумагу и принялся перечислять.

— По гарнизонам сидит тридцать один десяток: в Белом, Красном, Черном и Желтом замках по четыре, в новоприсоединенных — по пять. Дальше конница. Двенадцать десятков: пять наших, пять барона Терс и два Крастеровских. Пехота: арбалетчиков одиннадцать десятков — просто больше нет арбалетов, остальные по замкам раздали. Копейщиков с учетом новых гарнизонов осталось всего восемьдесят человек. Плюс твой личный десяток, гвардейский, так сказать. Ну и маги.

— Чем обрадуешь, Ариен?

— Работаем по плану, капитан. В наличие шесть человек, которых уже более-менее можно использовать в бою. Три огневика, мне с ними работать, понятное дело, проще всего. Целитель, ты его видел, — Серов кивнул, — а еще один воздушник, и один водник. С ними тяжелее, учимся по книгам, поэтому на быстрый результат тут рассчитывать нет смысла.

— Шестьдесят три десятка из которых в поле можно вывести три с половиной сотни плюс пятеро учеников мага, — подвел итог Серов. — Что скажете?

— Копейщиков нужно добавить, — озвучил свои мысли Элей. — Хотя бы десятка три. Больше пока набирать нет смысла — еще крастеровских пентюхов гонять надо будет. Да и люди барона Терс… Тоже не дотягивают.

Упомянутый барон усмехнулся, но ничего не сказал — пехотой действительно местные феодалы занимались исключительно по остаточному принципу.

— А что по коннице?

— Пока новых набирать не нужно, если, конечно, завтра воевать не собираемся, — отозвался командующий этого рода войск. — Мне нужен месяц-два, чтобы подтянуть всех бойцов до уровня моих всадников, а там будем думать о пополнении.

Теперь пришла очередь усмехнуться возвращенной шпильке Элею. Конная дружина барона Терс действительно выглядела поприличнее чем полусотня Серова, которой после смерти сэра Гурдиона никто особо не занимался.

Последние расширения баронства, с учетом того, что приближалась осень — время сбора налогов, — позволяли Серову не так нервно, как обычно реагировать на очередные предложения по увеличению вооруженных сил.

Дальше они еще очень долго обсуждали необходимые закупки оружия — трофеи уже все давно пошли в дело, — планы тренировок, обсудили строительство стены вокруг Александрова и конечно же занимались любимым делом всех военных во все времена: рисовали на картах стрелочки, прикидывая возможное развитие событий. Разошлись уже когда солнце окончательно скрылось за горизонтом.

А на следующий день в замок приехали неожиданные гости.

Глава 9

— Вот. Очередную партию товара на хранение вам привез, — Гровен ан-Вайн, как всегда, появился в Александрове неожиданно, на этот раз приехав во главе каравана со стороны Закрытого королевства. Впрочем, волка, как известно, ноги кормят, поэтому такую деловую активность можно было только приветствовать.

— Что на этот раз? На рога не очень похоже. — Четыре телеги были доверху загружены чем-то напоминающим черепашьи панцири.

— О! — Оживился маг, Серов еще прошлые разы замечал за ним склонность устраивать небольшие лекции, щедро делясь знаниями с окружающими. Такое обычно у имеющих многолетний стаж преподавателей наблюдается. — Это грудные костяные пластины бурых ровензавров.

— Ровензавров, — дернулся Александр среагировав на название, однако через секунду понял, что это вложенное знание языка играет с ним забавную шутку, подгоняя незнакомые термины под близкие земные аналоги.

— Да, ящеры такие здоровые, на двух ногах бегают, вот такие зубы, — маг развел руки в совершенно рыбацком жесте.

— И чем же эти пластины так ценны, что их имеет смыл тащить в такую даль?

— Своей поразительной способностью выдерживать значительные магические воздействия без изменения своей внутренней структуры.

— Это что, они на противомагические доспехи идут что ли? — Заинтересовался Серов.

— Нет, что вы, — улыбнулся маг, — для доспехов пластины слишком тяжелые и хрупкие. А вот в качестве обшивки для, скажем, кареты или, например, замковых ворот, эти пластины порой используют. На самом деле, разных способов их применения целая куча, но да — основа для протимагической защиты — один из них.

— Ладно, мне на самом деле не столь важно, для чего они нужны, гораздо интереснее, когда их приедут забирать.

— Я думаю дней через десять, — считая что-то в уме выдал ан-Вайн. — Раньше вряд ли получится собрать приличную охрану. У вас тут в баронствах последнее время неспокойно.

— Не спокойно, это да, — кивнул Алесандр, — но мы эту проблему решаем. Думаю, скоро волна пертурбаций схлынет и здешнее болото вновь покроется ряской, как будто ничего и не было.

— Ну да, ну да, — было видно, что маг не очень верит скорое окончание большого передела в Баронствах.

Слова уехавшего мага очень скоро нашли подтверждение в пришедших от пограничных патрулей. Барон Нуриф отказавшийся принимать «покровительство» Александра пал под совместным ударом баронов Дорбан и Юс. Причем, что интересно и что наталкивало на далеко идущие размышления, городской совет Берсонзона в этот раз не остался в стороне, а прислал своим союзникам пехотную сотню, которая, по сути, и обеспечила быстрый захват, в общем-то, неплохо укрепленного замка.

— Так что, — прокомментировал новость Динай, — можно с уверенностью сказать, что Берсонзон вышел на тропу войны. Боюсь, что одним баронством они не ограничатся.

— Думаешь скоро нападут на нас?

— Нет, точно нет, — уверенность Диная порадовала Александра, — у них на севере есть еще проблемы, поэтому наше столкновение скорее всего переносится на следующий год.

— Так может нам самим начать, не дожидаясь, пока горожане освободят себе руки со всех сторон и примутся всеми силами за баронство? — Элей был настроен неожиданно воинственно.

— Сэр Оранж, сколько бойцов было у тебя под командованием год назад?

— Три сотни, — не понял вопроса Элей, — а что?

— А сейчас?

— Шесть с половиной.

— Ну и кому время на руку играет? Я бы постарался отложить начало войны, между нами, как можно дальше. Динай, это кстати к тебе вопрос. Посмотри, что можно сделать — может взятку дать кому-нибудь или наоборот — притравить. В конце концов, грязно могут играть не только против меня, мне тоже совесть кому-нибудь сунуть кинжал под ребро вполне позволяет. Особенно если оно будет для дела полезно и жизни наших ребят сохранить поможет.

— Посмотрим, что можно сделать, — кивнул глава разведки.

Однако, как показала жизнь, успеха главный тихушник в итоге добился на другом направлении, что самым существенным образом в итоге повлияло на дальнейшее развитие событий.

— Ваша милость, я нашел барона Понтер, — обрадовал Динай своего начальника, когда пятый месяц едва перевалил за половину. — Он, на самом деле, и не сильно скрывался, вот только пока письма дошли…

Проблема скорости прохождения информации уже давно стояла перед Серовым во весь рост. А учитывая ожидаемый конфликт с Берсонзоном, через магическую почту которого шла большая часть «дальней» корреспонденции, этот вопрос становился еще более острым. Возможность быть в любой момент отрезанными от информационных потоков совершенно не радовала, из-за чего между Ариеном и бароном в том же месяце состоялся примечательный разговор.

— Ты как-то рассказывал про возможность заиметь станцию магической почты. Когда мы в прошлом году в Берсонзон ездили, помнишь?

— Было такое, — Серов застал мага что-то увлеченно обсчитывающего на здоровенном куске некондиционной бумаги. Ну хоть какая-то от нее польза, все не в чистый убыток списывать. — А что?

— Мне нужно отделение здесь, в Александрове. Я хотел, чтобы ты этим занялся.

— Хм… — Оторвался маг от цифр, — это дорого. И обслуживать его будет проблематично. Из ребят, которые уже что-то могут, вряд ли кто-то потянет, плюс там заклинания специфические, а у меня, как ты понимаешь времени на это дело нет совершенно.

— Так возьми одного из учеников и натренируй непосредственно на это дело! — Манера мага постоянно искать сложности вместо того, чтобы работать над решением проблемы, иногда выводила Серова из себя. — Как-нибудь без еще одного боевого недомага мы проживем. А без почты можем и загнуться!

— Натренировать человека исключительно на почту?! — Такая идея мага на пару секунд вогнала в ступор. Он все же привык к большей универсальности магов и такое утилитарное использование считающегося редким магического таланта его порой коробило. — Жестоко. Но в целом реализуемо. Я займусь.

— Хорошо. Деньги возьмешь у Реймоса, а его предупрежу, — маг кивнул и вернулся к своим расчётам.

К сожалению, дело это при всем желании оказалось не быстрым, и почтовый маяк, необходимый для включения нового адресата в сеть, обещали прислать только осенью, и цену за него заломили просто негуманную — сто пятьдесят корон, — а пока приходилось играть теми картами, которые были на руках. Причем предвидя возможные сложности, доставку решили организовывать не через Берсонзон, а в обход города, что еще сильнее усложнило и повысило стоимость логистики.

— Так, — Серов сразу подобрался, как будто перед прыжком, — и где эта скотина находится? У себя в баронстве или в столице графства?

— Ни там, ни там, — качнул головой Динай. — Он в Авенбурге. Говорят, что барон большой фанат рыцарских турниров, и каждый год осенью посещает Таварский турнир. Вроде как за последние шесть лет не пропустил ни одного.

— Понятно… — Алескандр в задумчивости отстучал по столешнице простенький ритм, — что же на этом Герцогстве свет клином сошёлся! Тут прям в судьбу поверишь или во вмешательства высших сил. По-другому это никак не объяснить!

— Ваша милость! — Такая бурная реакция барона изрядно удивила главу СБ. — Я чего-то не знаю?

— Гровен ан-Вайн прислал человека. Их отряд сопровождения попал в засаду. Половина его людей погибла, еще часть ранена. Он просит отвезти эти сраные пластины в герцогство с нашей охраной. Слава богам, что запрещённого в этот раз ничего нет.

— В герцогство Тавар?

— Ну а куда же еще?

— Ситуация… — Динай задумчиво почесал в затылке, — и что вы собираетесь делать?

— Не знаю, — скривился барон, — по всему выходит, что придется ехать. Когда еще получится поймать этого гадского барона вне его владений. Плюс я хотел умений прикупить. Для себя и своей десятки специального назначения.

— Охрану надо взять побольше.

— Ну уж об этом я и сам как-нибудь догадался бы, — как всегда, когда Серов находился в отвратительном настроении, у него из всех щелей начинал переть сарказм. — Письмо надо герцогу отправить с подтверждением.

В этот раз сборы в «поездку» были максимально тщательными. Александр попытался предусмотреть буквально все, даже вариант, что все эти совпадения, направляющие его в одно конкретное место, вовсе не были случайными, а наоборот стали результатом чьего-то враждебного намеренья.

Кроме полусотни конных, Серов взял с собой десяток гвардейцев плюс «отделение огневой поддержки», в составе Ариена и трех его учеников, среди которых был целитель и Гинара. Последняя, по обрывкам дошедших до Александра слухов напросилась отправиться с экспедицией каким-то образом прознав про веселые похождения Ариена в Нолидже во время предыдущей поездки в Закрытое королевство. Магу конечно же стоило держать рот на замке, но он был как раз тем человеком, которому такой подвиг и близко не по плечу. И конечно Александр и не думал оставлять в замке Лобо, который всегда был готов куда-нибудь рвануть.

До Авенбурга по карте было километров двести пятьдесят: привычка мерять расстояния очень абстрактными «дневными переходами» любившего точность в планировании Александра доводила просто до белого каления. Вообще Серов все больше склонялся к тому, чтобы ввести на территории баронства метрическую систему. Ну может не точно метрическую, к сожалению эталона метра, под ближайшим кустом не нашлось, но хотя бы основанную разумной на идее десятичной кратности. А назвать ее можно хоть саженной хоть локтевой — как угодно, лишь бы пользоваться было удобно.

Расстояние в двести пятьдесят километров капитан планировал преодолеть за восемь- девять дней, поэтому караван выехал из Александрова тридцать пятого числа, чтобы иметь день-два в запасе на случай каких-нибудь непредвиденных ситуаций.

Реймос конечно же не упустил возможности расширить рынки сбыта — хотя товары «отечественного» производства порой доходили и до Авенбурга и до Эфеса и даже дальше, норма прибыли там конечно была совсем не та — и настоял на включении в караван дополнительно еще четырех телег с алкоголем, с не нашедшими спроса в баронствах спиртовками, книгами и даже образцами бумаги. Последняя хоть и не блистала качеством, зато по цене крыла все местные аналоги как бык овцу.

В общем, и так не маленький караван вырос в итоге до совсем уж неприличных размеров, благо погода стояла хорошая — не слишком жарко, но без дождя — поэтому особых задержек в пути не ожидалось. Впрочем, дорога есть дорога и загадывать тут — дело неблагодарное. Заодно и бумага на беспошлинный проезд от герцога пригодиться. Серов был готов спорить на все что угодно, что так герцогским именным приглашением еще никто не пользовался.

— Так ты собираешься участвовать в турнире? — Первые пару дней пути караван следовал по землям баронства: сначала на север через мост потом на северо-запад, с остановкой в замке Терс и далее через баронство Заурион на север до самого Авенбурга. Поэтому по началу можно было расслабиться и не слишком смотреть по сторонам. За дорогами тут следил Сержан со своими людьми: подсыпался по необходимости щебень, вырубался по обочинам кустарник — не автобан, но далеко не худшие дороги, из виденных Александром в этом мире. Впрочем, не в этом тоже. Полюс туда-сюда сновали патрули, а все желающие выйти на большую дорогу уже давно висели на ближайших к месту поимки ветках. Тут с этим просто — церемониться никто не будет.

— Где я, а где турнир? — Серов с удивлением посмотрел на едущего рядом мага. — Ты видел, чтобы я хоть раз рыцарское копье в руках держал? Да и вообще… Я как подумаю, чтобы на потеху какой-то черни рисковать здоровьем, сразу на рвотные позывы пробивает.

— Там не только конные сшибки, — пожал плечами маг, — а на мечах ты вполне можешь потягаться с другими. Может на первое место претендовать и не сможешь, но и не опозоришься — точно.

— Посмотрим, — капитан был максимально скептически настроен насчет возможности получить лишнюю дырку в шкуре совершенно за просто так: за аплодисменты. А насчет того, что рыцарский турнир — дело не столь безопасное, говорит хотя бы пример того короля, про смерть которого якобы Нострадамус писал. Генрих VIII (второй на самом деле) что ли. А может и не восьмой, но главное если даже короли иногда гибнут, что уж про обычных рыцарей говорить. Объяснять это магу, выросшему в другой среде и по другому относящемуся к жизни и смерти, было делом неблагодарным, поэтому Серов предпочел просто съехать с темы.

Первый день пути прошел без запоминающихся событий, благо дорога уже была наезжена. Заночевали всем табором в замке Терс, благо после отъезда всей баронской семьи в Александров, места там было предостаточно.

По этому поводу Александру вспомнился диалог, который произошел между ним и его новым начальником кавалерии буквально за день до отъезда из Александрова.

— Ораст, хотел задать один вопрос, и получить на него честный ответ, — общаясь с бароном Терс уже два года, Серов только теперь удосужился узнать имя бывшего нанимателя, обходясь все время фамилией и титулом. Капитан перехватил его в коридоре во время предотъездной суеты и задал вопрос, который его давно интересовал.

— Слушаю

— Почему все же вы подписали тот договор? Про молодого парня я не говорю — его прижало, и вариантов сохранить хоть что-то было не слишком много. Но у вас-то ситуация совсем другая.

— Хороший вопрос, — кивнул барон, — так просто и не ответишь…

— Попробуйте все же.

Барон Терс в задумчивости нахмурил брови.

— Я в отличие от многих своих соседей не всю жизнь просидел в баронствах. Пока жив был отец, мне довелось поездить по королевствам, посмотреть, поучиться даже. То, что вы Александр делаете, я хотел сделать последние двадцать лет, но просто сил и средств не хватило. Не знаю, откуда вы взялись, и притащили с собой такую кучу монет, раз смогли позволить себе все это, — барон сделал круговое движение головой, как бы описывая, что «все» он имеет ввиду. — Однако мне это нравится. Я бы хотел стать частью чего-то большего, чем вот эта мелочная возня в песочнице. А то, что это возня, я, поверьте мне, хорошо понимаю. Есть, конечно, не маленький шанс, что вы, а вместе с вами и все, кто находится с вами рядом, в процессе сложат голову, но раз уж вы перебаламутили наше спокойное болото, шансы погибнуть, оставаясь в стороне, были еще выше. Так что считайте, у меня просто не было другого выхода, можно сказать совпала жизненная необходимость с тайными желаниями. Как тут отказаться…

Серов после такого откровенного монолога несколько иначе посмотрел на своего неожиданного вассала, ставшего когда-то крестным отцом в мире рыцарского сословия.

Через баронство Заурион двигались двое суток постоянно держа ухо востро. Вряд ли этот владетель забыл своего прошлогоднего поражения, и никто не сомневался, что он с удовольствием отплатит сторицей, буде ему такая возможность предоставлена.

Пока двигались по землям вероятного противника, дозорные все время отмечали кружащих вокруг каравана разведчиков, не в таком количестве чтобы начинать нервничать, но в таком, чтобы не расслабляться. Прямого нападения в лоб никто не ждал и не опасался: охрана каравана с учетом наличия боевых магов, вероятно, была посильнее чем вся баронская дружина, однако кроме открытой лобовой атаки есть еще много способов доставить противнику пачку неприятностей. Например — засада, вот против нее и были направлены действия Серова, рассылающего дозорных во все стороны на несколько сотен шагов.

Неизвестно, какая предосторожность сработала — а может, что никакая и агрессивных действий против баронского каравана никто и не замышлял — но земли барона Заурион проскочили без дополнительных проблем. Однако, едва путники миновали пограничные столбы, отмечающие межи баронских владений, как на караван напали.

Стоило буквально завернуть за первый от границ вышеупомянутого барона поворот, как дорогу путникам перегадило свежесрубленное дерево. О том, что могучий исполин упал не сам, тонко намекали свежие зеленые листья на ветках, куча стружки вокруг ствола и… Ах, да: толпа «лесорубов» совершенно бандитской внешности.

Самое смешенное, что как обычно это бывает по закону подлости именно в этот момент передовой дозор оттянулся к каравану, чтобы произвести смену — преодолели угрожаемый участок, нужно сменить уставших и потерявших внимание людей на свежих — и засаду они тупо проспали.

Однако и разбойники то ли ошалев от количества потенциальной добычи, то ли просто по жизненному скудоумию, оценить адекватно расклад сил не смогли, и вместо того, чтобы убегать подальше не оглядываясь, совершенно нагло поперли в атаку.

Нет, в головах видимо уже не раз проворачивавших этот трюк ошалевших от своей безнаказанности и «силы» вчерашних крестьян, все выглядело достаточно стройно. Залп из кустов по бокам дороги, атака со всех четырех сторон, численное преимущество нападающих, узкая ограниченная глубокими канавами дорога, дополнительно ограниченная телегами, не дающая коннице развернуться, эффект внезапности опять же. Вот только когда в первые же секунды нападения разбойники получили некислую порцию огня в лицо, только тогда они начали понимать, что что-то пошло не так. Но было уже поздно.

Серов хоть и был ошарашен в первое мгновение — он в своих землях разбойников повывел и как-то перестал их воспринимать как стандартную опцию этих, не очень хорошо управляемых, территорий — однако быстро сориентировался и спрыгнув с лошади достал меч. Нет, даже не так: первое что он сделал — активировал боевую перчатку с воздушным щитом, который, надо сказать, сработал исправно и отклонил в сторону две стрелы. Возможно они летели мимо, и «площадь» щита была несколько избыточной, но лучше все же так, чем наоборот.

Набегающего бородача, разинувшего в крике щербатый рот и смешно выпучившего глаза, капитан без затей ткнул в шею, пропустив глубокий выпад кривым почему-то копьем мимо себя. Второй был вооружен топором на длинной ручке, которым размахивал совершенно бестолково и был ближе к тому, чтобы скорее зашибить своего товарища по классовой борьбе, чем кого-то из атакуемых феодальных угнетателей.

С другой стороны каравана опять полыхнуло, послышались крики боли, а ветер принес запах шашлыка.

«Нужно будет остановиться на привал и пообедать», — пришла в голову барону неожиданная мысль, когда он перехватил левой рукой мелькающее туда-сюда топорище, а правой по-простому заехал кулаком в челюсть. Рука была в кожаной боевой перчатке и держала при этом меч, а потому удар получился достаточно весомым. Во всяком случае, второго бандиту не потребовалось — он свалился в глубокий нокаут. — «А интересная штука. Может и себе в баталию алебардщиков заиметь, если память не изменяет, они третьей шеренгой у швейцарцев шли после двух копейных».

Серов отбросил в сторону бесполезный трофей, сделав себе зарубку в памяти подумать об алебардах в более спокойной обстановке и огляделся. Бой вокруг как-то сам собой практически прекратился: бандиты закончились.

— Десятники! Доложить о потерях! — Зычно проорал барон подозрительно вглядываясь в близко прилегающий к дороге кустарник. Вроде там никого не было, но и выхватить стрелу на дурнину тоже совсем не хотелось. — Я надеюсь, кто-нибудь догадался взять хоть одного придурка живьем. И чтобы говорить мог.

Последнее дополнение капитан бросил, опустив взгляд на своего второго бандита. То, что он жив не представляло сомнений, как, впрочем, и то, что говорить он в ближайшее время не сможет: со сломанной челюстью делать это проблематично. И вероятнее всего это время продлится до конца его жизни.

Живых пленных нашлось на удивление даже трое, более того, с речевым аппаратом у них все было в порядке — отсутствие нескольких зубов говорить еще никому не мешало, тем более что ни один адвокат в мире не смог бы доказать, что эти зубы были изначально — вот только говорить они все равно не могли. Обдолбаны были до изумления.

— Понятно, чего они на рожон полезли, — Серов заглянул бандиту в глаза, зрачки были расширены, а мышцы лица явно то и дело сводило судорогой. — Как они в таком состоянии вообще смогли хоть какую-то общую деятельность организовать.

В итоге, так и не пришедших в себя разбойников без особых затей развесили на ближайших деревьях. Раненными — слава Богам обошлось без летальных случаев — занялся целитель, а караван тем временем встал на дневку. Отъехав от места побоища шагов на пятьсот, чтобы уж совсем «на костях» не обедать, чай не монголы.

— Ваша милость! — К Александру, сидящему в теньке под раскидистым дубом и играющему с псом — вот уж кому в пути раздолье, — подбежал один из бойцов трофейной команды, оставленной на месте сражения чтобы собрать все ценное. Понятное дело, что особых находок не ожидалось, но курочка, она как известно по зернышку клюет, а в этом мире даже обычный кусок сырого железа имел свою цену, не говоря уже об оружии, даже таком. — Там эта… Ну десятник повал вас, говорит, что вам будет интересно взглянуть.

— Пойдем, раз десятник сказал, — качнув в неодобрении головой барон поднялся на ноги и последовал за дружинником. Повальная неграмотность проявлялась и в речи простого народа, отчего Серова, любившего чистую речь, каждый раз передергивало.

— Вот тут, в кустах, — растительность вокруг явно пострадала от магического огня — листья потемнели и осыпались, сухая подложка местами тлела: то тут то там вверх тянулись тоненькие струйки дыма. — Вот.

Боец указал рукой на лежащее раскинув руки тело, над которым задумчиво склонился один из десятников — Авар. Заметив барона, он разогнулся и, разглядев вопросительное выражение лица Александра, принялся давать пояснения.

— Не сразу нашли этого, ваша милость. Он в стороне лежит, случайно увидели. Это мы перевернули, так-то на животе лежал, тем и привлек внимание, — десятник провел рукой воображаемую линию движения тогда еще живого человека. Что характерно двигался он от места засады куда-то вглубь зарослей.

— Что там смотрели?

— Да, ваша милость, — кивнул Авар. — Там дальше тропка начинается и пара лошадей, привязанных стоит. Явно путь для отхода себе готовил на случай неудачи.

— Действительно интересно, — вынужден был признать барон. — Напомни, когда вернемся в замок, я тебя учиться отправлю, а потом на повышение пойдешь, мне сообразительные люди нужны. А пока держи.

Серов выудил из кармана гроут и щелчком отправил его сообразительному подчиненному, который ловко подхватил монету в воздухе и с улыбкой поблагодарил.

— Спасибо, ваша милость. Мы его особо трогать не стали, только перевернули — думали жив. Со спины то раны не видно.

Действительно, торчащую из глаза покойного сухую ветку, со спины разглядеть было просто невозможно.

— Эк тебя угораздило то, — Серов присел рядом с трупом на корточки. — Да… И захочешь такое специально повторить — хрен получится.

Судя по всему, этот товарищ первым понял, что затея с засадой пошла не туда, и решил срочно делать ноги, воспользовавшись заранее приготовленным путем для эвакуации. Но не успел — прилетевшее в спину огненное заклинание, задевшее видимо только самым краем: следов высокой температуры на одежде не было — сбило неудачника с ног. Почему неудачника? А как назвать человека, сумевшего на ровном месте напороться глазом на сухую ветку, да еще и с фатальными последствиями?

— Обыщите его, может чего интересное найдем, а я пойду его лошадок посмотрю, — Серов поднялся на ноги и отправился в указанном ранее направлении. Шагов через двадцать, за очередным кустом, действительно нашлась пара привязанных к дереву лошадок. Сами четвероногие интересовали Александра мало, гораздо большее внимание он уделил переметным сумкам на этих животных навешанных.

Тут нашлось масса интересного. В первую очередь — деньги. Мысль о том, что караван Александра был совсем не первым, кто подвергся атаке этих недотеп обрела свое подтверждение. Причем, судя по всему, предыдущие попытки были куда как успешнее. Кроме денег в сумках нашлись разные личные вещи, особо Серова не заинтересовавшие, и запас провизии. Еда, понятное дело, барону тоже была не интересна, поэтому сразу отправилась в утиль. Настолько сразу, что он едва не пропустил пару подозрительных мешочков, наполненных чем-то сухим и остро пахнущим, собственно именно запах и привлек его внимание. Что характерно, первым среагировал Лобо, все это время крутившийся возле ног хозяина, и при появлении на свет холщового мешочка как-то агрессивно на него среагировавший.

Развязав тесемки, барон осторожно сунул нос внутрь — странный запах еще сильнее шибанул в нос. На вид содержимое представляло собой мелко нарубленное и хорошо высушенное нечто, но не трава, а скорее грибы.

«Хм грибы!» — мелькнула мысль, но была перебита криком от дороги.

— Ваша милость! Я думаю, вам может быть это интересно!

Решив, что просто так его звать не будут, барон в темпе вальса пересмотрел оставшееся содержимое сумок и не найдя ничего интересного, пошел обратно.

— Вот, — тот же десятник протянул подошедшему барону листок тонкой бумаги. — В подкладке куртки зашито было. У нас тут читать не особо… Но вряд ли что-то неважное прятать бы стали.

Серов кивнул и взял протянутый документ, который на проверку оказался даже не бумагой, а куском ткани с аккуратно на нем выведенными строчками.

«Податель сего действует в интересах и по поручению городского совета вольного города Берсонзон» и большая печать.

— Подписи кардинала Ришелье не хватает, — пробормотал капитан, удивлённо почесав затылок. — Странно все это. Да кстати, не знаешь, что это такое?

Серов протянул десятнику найденный мешочек. Тот протянул было руку, но потом почувствуй характерный запах и удивленно задрал брови.

— Грибы это, явно, запах ни с чем не спутаешь. Не помню, как называются, у нас их дурными кличут. Понятно почему они так тупо полезли: там соображалка начисто отключается, — выдал порцию информации десятник. За этим парнем Серов наблюдал уже давно, и Авар его каждый раз приятно удивлял своей смекалкой, при полном отсутствии образования, внимательностью к мелочам и особой щепетильностью в исполнении приказов. Перспективный, в общем, кадр.

— Понятно… — протянул барон. Что-то подобное он и предполагал. Судя по всему, городской совет окончательно разбушевался и пытается создать мелкие проблемы всем своим соседям.

«А что — логично», — покрутил мысль со всех сторон. — «даже если особого урона никому не нанесут, пойдут слухи, что ездить тут не безопасно, торговые маршруты сместятся в сторону, а в стороне у нас как раз Берсонзон. Ну а перебьют этих недотеп и не жалко — этого добра везде достаточно».

— Надо бы Динаю обо всем этом сообщить, — вслух проговорил пришедшую мысль барон. — Да и документ вполне мог бы ему пригодиться.

— Отправить человека?

— Нет, — мотнул головой Серов, — слишком опасно по местным дорогам в одиночку передвигаться. Из Авенбурга письмо пошлю.

На этом история с неожиданным нападением в общем-то и закончилась, обогатив барона на пару лошадей и два десятка гроутов найденных у тайного агента. Весь остальной хлам едва тянул еще монет на пять и то без гарантий, поэтом Серов их даже мысленно не считал.

Остальная часть пути выдалась на удивление скучной. Ни нападений разбойников или монстров, ни встреч с безумными волшебниками или магическими аномалиями. Даже какой-нибудь завалящей войны на пути следования каравана не попалось. А на восьмой день пути караван пересек границу вольных баронств и оказался на территории герцогства Тавар, что сразу стало заметно по изменившемуся вокруг антуражу. Ну и конечно об этом сообщал пограничный пост, чиновник на котором долго и придирчиво рассматривал герцогское приглашение, что-то шептал над бумагой и, в итоге удовлетворившись результатами изысканий, вернул документ Александру.

— А за провоз товара придется заплатить, ваша милость, — хитро прищурив глаз резюмировал начальник таможенного поста. Его люди как раз осматривали груз в поисках запрещенки, и делали это, надо сказать, весьма профессионально. — Ваша грамота на него не распространяется.

— С чего бы это вдруг? — Удивился барон. — Читать умеешь? Написано беспошлинный проезд для барона и его сопровождения. Ну так вот это все — мое сопровождение.

— Девять телег груженых товаром — ваше сопровождение?

— Ну да, а разве есть на это дело какие-то ограничения? — Вопросом на вопрос ответил Александр. Судя по скривившемуся лицу таможенника, таких ограничений не было, однако это не могло помешать тому попробовать слупить с барона по максимуму.

— Нет, — мотнул головой государев человек, — однако это идет в разрез с духом рыцарственного закона, принятого в герцогстве, поэтому я буду вынужден доложить об этой ситуации командованию.

— Докладывай сколько хочешь, — буркнул Серов, и не прощаясь проехал дальше. Все эти рассказы про рыцарские добродетели, про честь, про куртуазную эпоху сильно расходились с тем, что его за последний год четыре раза пытались устранить подосланные для этого убийцы. В общем, пусть в эту хрень восторженные барышни верят, а капитану все же милее звон сэкономленного золота в кармане.

Герцогство, по правде говоря, смогло удивить. В первую очередь — хорошими дорогами, которые судя по всему достались ему в наследство от империи, но были ухоженными и сильно отличались в лучшую сторону от таких же имперских трактов в других местах. Чистые обочины, высаженные с обоих сторон, защищающие от ветра и дающие тень, деревья, водоотводные канавы, путевые указатели, патрули стражников.

Сложилось неожиданное и парадоксальное впечатление, что, пройдя границу, барон заодно преодолел и пару веков развития откуда-то из одиннадцатого века в век эдак тринадцатый-четырнадцатый. Впрочем, это скорее в баронствах откат был сильнее, чем тут ушли дальше вперед. Как ни крути, а с технологическим, научным и социальным прогрессом в этом мире были большие проблемы.

Пригороды Авенбурга вольготно раскинувшиеся на большой площади начали встречаться путникам задолго до внешней стены, которая собственно и считалась границей города. Многие столетия без войн наложили отпечаток на местную архитектуру и подход к градостроению вообще.

Никто видимо и не пытался огородить стенами все что можно — не было необходимости, — поэтому красивые, богатые здания обычно кучкующиеся в укрепленных центрах городов, тут начали встречаться еще на подъезде.

— Не такое уж герцогство и маленькое, — задумчиво пробормотал Серов, когда караван за сутки так и не добрался от границы государства до его столицы.

— Ну да, — кивнул маг, он тоже вертел головой во все стороны как восторженный турист, — просто из-за того, что тут, по сути, только один большой город, принято ставить знак равенства между Авенбургом и всем герцогством, хотя вокруг не так уж и мало земли.

Немного не доезжая города караван перехватили друзья Гровена ан-Вайна и груз панцирей ушел куда-то в сторону, видимо планов вести их в столицу не было изначально. Впрочем, и свой груз Александр в город тащить не собирался. Учитывая невооружённым глазом видимый вокруг ажиотаж — по дороге в сторону города то и дело проезжали небольшие отряды, тянулись подводы с провизией и бочками, пару раз встречались обозы толи циркачей то ли скоморохов, спешивших поучаствовать в праздничном действе, — вероятно с местами в городе вполне могли быть проблемы.

— Груз оставим снаружи, — озвучил свою мысль барон, когда впереди показалась внешняя стена Авенбурга, — надо поискать какой-нибудь постоялый двор, в котором торговое сословие останавливается. Большая часть бойцов тоже тут поселим: и дешевле это будет, и охрана грузу не помешает, да и пустят такой отряд внутрь стен очень вряд ли.

Люди Реймоса в дороге работавшие возничими, а здесь собирающиеся исполнять обязанности торговых агентов дружно закивали. Их такие расклады более чем устраивали.

Тяжелая дорога наконец подошла к концу.

Интерлюдия 3

Князь Эррестор не смотря на свой, со всех сторон почтенный, возраст никогда не чурался грязной работы. Впрочем, возможно тут была прямая связь, и прожить столько лет ему удалось в том числе и благодаря этому своему качеству.

Когда речь идет о «грязной работе», понятное дело подразумевается не копание траншей или чистка выгребных ям. Как не крути, а старейшине эльфов этим заниматься совсем не к лицу. Имеются ввиду рутинные инспекции, работа с длинными, скучными отчетами, общение с конечными исполнителями для постановки задач — в общем все то, что девять из десяти руководителей стараются спихнуть на помощников, оставляя себе лишь решение «стратегических» вопросов. За эту дотошность князя многие не любили и во многом именно из-за нее он стал главой совета: кто везет, того и запрягают.

В середине лета старейшина по сложившейся за века традиции направился на границу Западных Лесов для проверки пограничной стражи. Уже давно прошли те времена, когда люди волна за волной накатывали на эльфийские обиталища, выжигая все, до чего могли дотянуться. Многие эльфы, большинство если честно, знают о тех событиях лишь в пересказе, и как это часто бывает с молодыми, легкомысленно отмахиваются от брюзжания стариков, мол это когда было, такое больше не повториться. Вот только для князя Эррестора война с людьми была не сюжетом, вычитанным в книгах, а собственным прошлым, и он готов был сделать все, чтобы подобное больше не повторилось.

— В целом, серьёзных замечаний нет, — князь сделал пометку в бумагах, — впрочем как обычно. Список недочетов и сроки их устранения получите завтра. Можете быть свободны.

Начальник данного сектора пограничной стражи молча кивнул и вышел из кабинета. Собственно, сам кабинет ему и принадлежал, но эльф и не думал высказывать недовольство, князя Эррестора на границе уважали.

— Пойдем пройдемся, — вставая из-за стола князь махнул рукой своему бессменному вот уже две сотни лет помощнику и заместителю, который вдобавок приходился старейшине внучатым племянником. — Расскажешь последние новости.

Эррион буквально этим утром вернулся из длительной поездки и князю не терпелось узнать последние новости.

— Вот, — эльф протянул князю книгу, — советую прочитать при случае, очень интересные мысли.

— Что это?

— Творчество нашего иномирца. Посмотрите первую страницу.

Князь Эррестор остановился и открыв томик, за несколько секунд пробежал глазами посвящение.

— Это правда?

— Похоже на то. Точных доказательств нет, но очень похоже на Темный Орден.

— Плохо. Придется делать им внушение. Хотя… Этот вопрос нужно будет вынести на совет, обсудить, подумать сообща. Какие еще новости?

— Удалось подержать в руках этот самый «арбалет», о котором столько разговоров.

— Ну и как? — Заинтересовался князь.

— Во всем хуже нашего лука. Скорострельность, дальность, точность…

— Но?

— Но им гораздо проще пользоваться. Человека можно научить за месяц.

— Плохо, — констатировал князь, — лучше бы наоборот.

— В смысле?

— В смысле пусть он будет лучше во всем, но учиться им нужно было бы десять лет. Мне было бы спокойнее.

Два эльфа, не торопясь и неспешно разговаривая вышли на опушку леса. Там дальше, в двух полетах стрелы начиналась территория королевства Зартак. Южной его части. Когда-то давно, сразу после распада Империи, Зартак был единым мощным королевством, принявшим на себя роль щита человечества, защитников своего вида от длинноухих, запертых на своем полуострове. Сейчас, спустя почти тысячу лет, среди людей как-то общепринято считать, что попытки длинноухих оторвать себе кусочек от человеческих земель были несерьезными, что мол настоявшие сражения за передел политической карты шли только между новообразованными человеческими государствами. Можно быть уверенным, что тысячи, а скорее десятки тысяч, зартакцев, погибших при отражении эльфийского наступления, с такой точкой зрения не согласились бы. Тогда им удалось выстоять, более того война, в течение доброй сотни лет то и дело вспыхивающая мелкими пограничными стычками, в итоге закончилась хоть и формальной, но победой людей. А вот мир им выиграть не удалось: оставшись без внешнего давления как объединяющего фактора, страна достаточно быстро развалилась на две половины и сейчас ничего серьезного ни в военном, ни в каком другом плане из себя не представляла. Обе половины не представляли.

— А что с гольцами? — Вернулся князь к вопросу сотрудничества с Темным Орденом. — Как они объясняют срок службы, который оказался чуть ли не в пять раз ниже заявленного?

— Ссылаются на слабость человеческой энергосистемы, на неотработанность технологии. Обещают повысить срок службы до трех лет в ближайшее время, — пожал плечами помощник. — Работают над технологией консервации, чтобы можно было их хранить в неактивном состоянии. Как будто они могут сказать что-то новое.

— Энергоканалы… Энергоканалы. А если попробовать делать сделать их не из людей, — мысль прозвучала немного еретически, выскажи ее князь при чужих ушах, его бы точно не поняли.

— А смысл? — Эррион покрутил мысль и так, и так и не понял выигрыша. Сама идя делать тварей из эльфов у него внутреннего протеста не вызвала. — Нужной численности не наберем.

— Если получится продлить срок «службы» в несколько раз, то за десять-двадцать лет можно накопить приличное количество.

— Где взять столько эльфов?

— В человеческих королевствах, — на недоуменный взгляд молодого эльфа князь пожал плечами, — а что? В случае войны еще неизвестно, чью сторону они займут, а так послужат своему народу. Опять же полукровок можно использовать.

— Интересная мысль, — согласился Эррион. — Только нужно аккуратно, если об этом узнают, не простят.

От легкого смешка князя у молодого эльфа по спине пробежал рой мурашек. Страшно даже представить, сколько таких вот скелетов спрятано в шкафу древнего эльфа.

— Вокруг иномирца начали появляться бородатые, — поднял еще одну важную тему молодой эльф. — Не так давно появилось еще трое, один из которых совершенно точно как-то связан с их разведкой.

— Коротышки могли пронюхать о самом главном?

— Вряд ли, — с сомнением в голосе ответил Эррион. Князь бросил на своего помощника внимательный взгляд, тот его перехватил и пожав плечами уточнил, — от гномов нам доходит очень мало информации, поэтому утверждать что-то сложно, однако по всем признакам, не того уровня интерес. Скорее коротышки видят в бароне возможность укрепиться на тех землях, тем более что наш протеже показывает недурственные полководческие таланты и активно занимается расширением своего феода.

— Не очень хорошо, — князь в задумчивости остановился и повернувшись в сторону опушки устремил взор в одному ему ведомые дали. Несколько минут два эльфа стояли молча, князь думал, помощник ему не мешал. В какой-то момент Эррестор очнулся и выдал предложение, — а что, если от этого гнома избавиться?

— Не слишком ли?..

— Иногда самые простые решения — самые верные. Подумай об этой возможности, просчитай варианты, потом вернемся к этому вопросу.

— Кстати насчет гномов, вы, князь просили узнать, не увеличили ли бородатые закупку продовольствия.

— Так, и?

— Явных признаков этого нет, однако ходят слухи, что кто-то через поставных лиц скупает морозильные артефакты в большом количестве. Кто, выяснить не удалось, но если сложить два плюс два…

— Получится что бородатые потихоньку начали готовиться, но пытаются не поднимать панику, — князь повернулся к Эрриону, — тогда тем более вопрос с гномами вокруг нашего барона становится актуальным. Нужно хорошенько дать по рукам коротышкам, причем желательно, чтобы на нас выйти не получилось. Пусть занимаются своими проблемами и в нашу кормушку не лезут.

— Хорошо, князь, — кивнул молодой эльф, — я прикину как провернуть это лучшим образом.

— Что еще интересного слышно на континенте?..

Глава 10

Курьер от герцога нашел Александра вечером за день до начала турнира, в последний день лета. Погода, впрочем, стояла вполне еще теплая, никаких признаков наступления осени за окном видно не было. Разве что дни стали короче.

Серов как раз вернулся с почты, где отправил самые горячие новости о непубличных действиях Берсонзона Динаю. Черт его знает, как он сможет ими распорядится, однако лишним точно не будет.

— Его светлость приглашает барона Серов присоединиться к герцогу во время просмотра завтрашних соревнований, — очень чопорно произнес курьер и с достоинством поклонился. Интересно, что этот исполнитель воли герцога был одет почему-то в одежду нормальных расцветок и попугая совершенно не напоминал. — Необходимо подойти к главному входу в Большую арену перед началом турнира. Вас проведут.

Что такое Большая Арена? Это здоровенный по факту стадион, что-то типа Колизея только более вытянутый и соответственно более вместительный. Именно там проходят основные мероприятия герцогства и конечно же Рыцарский турнир входит в их число. Только скачки и гонки на колесницах, ввиду явной недостаточности для этого дела места, проводят за городом, на специально оборудованной для таких соревнований площадке. Ипподрома в Авенбурге при Империи не построили, а для герцогства такое сооружения стало бы неподъемным по цене.

— Хорошо, — кивнул Серов, как отвечать на такие приглашения он не очень понимал. — Буду.

В глазах герцогского гонца мелькнуло что-то типа удивления, видимо двух ответов это приглашение не предполагало. Он в ответ тоже кивнул, попрощался и покинул постоялый двор.

— Ну как тебе такой поворот? — Александр повернулся к магу, который за несколько минут до этого зашел к барону уточнить программу на следующий день.

— Подозрительно, — после пары секунд размышлений, выдал огневик. — Ну во всяком случае, с планами на завтра разобрались. Конные схватки — это на целый день, так что придется все отложить на послезавтра.

— Если оно будет, — немного пессимистично дополнил Серов. — Не нравится мне все это.

— Не боись, — Ариен, как всегда, был полон оптимизма, возможно действительно не видел в этом особой опасности, а возможно уже составлял собственную программу на следующий день. Не зря же он с девушкой приехал, можно совместить приятное с полезным. — Ничего герцог тебе в монаршей ложе не сделает, его просто не поймут. Тут так не принято, тут травят обычно, ну или кинжал под ребро в подворотне сунуть могут, не без этого.

— Очень ты меня успокоил, особенно учитывая существование медленных ядов, мне ну вот прям теперь совсем не боязно туда идти, — голос Александра так и сочился сарказмом, то мага такими мелочами было не пронять.

— Не за что, — он подошел к капитану, хлопнул его по плечу и вышел из комнаты, после чего обернувшись добавил. — Удачного завтра времяпровождения с герцогом. А я если других планов нет, с Гинарой тогда по городу прогуляюсь, посмотрю, что здесь и как.

— Смотри все деньги не потрать, герой любовник! — Крикнул Серов в спину уходящему магу. Тот по молодости еще плохо представлял, что значит ходить с девушкой по магазинам, особенно если девушка в большой город попала первый раз.

На следующий день Александр, взяв для солидности четверку бойцов — Лобо все же пришлось оставить в номере, — с самого утра направился к Арене. Здесь уже собралась не маленькая толпа желающих поглазеть как высокородные долбоклюи мутузят друг друга на потеху публике, а поскольку билеты на верхние ярусы продавались «без мест», прийти пораньше было вполне разумной идеей.

К самому центральному входу подъехать не получилось: бдительная стража на дальних подступах перехватила маленький отряд и после сверки со списками, Серову показали, где можно оставить лошадей.

— Не бойтесь, ваша милость, ничего не пропадет, у нас все четко, — принявший поводья паренек несколько раз поклонился и увел транспорт под специально сооруженный навес.

— Да я как-то и не волновался до этого, — пробормотал Александр, окидывая взглядом площадь перед огромным сооружением. Для человека двадцать первого века Арена все же была не столь впечатляющей, видали, как говориться мы шалаши и побольше, но все же не отдать дань таланту древних строителей тоже было нельзя.

— Сюда, ваша милость, — организация мероприятия была на уровне, и блуждать в поисках нужного места не пришлось. Барон поднялся на второй этаж, два поворота и вот пред ним вход искомую ложу. Вход как водится охранялся герцогскими гвардейцами, однако два здоровяка лишь мазнули взглядом по Александру которого вел распорядитель и ничего не сказали. Драбантов же самого барона пригласили подождать в соседнее помещение, из которого открывался не столь хороший, но тоже вполне достойный вид на все происходящее внизу.

— Доброе утро, барон! — Герцог был само радушие. — Я рад что вы приняли мое приглашение!

— Ваша светлость, — Серов коротко поклонился, чуть-чуть вежливости порой сохраняет зубы в целостности лучше, чем любая зубная паста.

Перед ним стоял высокий светловолосый мужчина, пожалуй, что чуть старше его самого. Может лет тридцать пять, может сорок, — хотя при наличии хороших целителей, а они у герцога были, возраст перестает так сильно влиять на внешность. Тем более что Алексис был магом пусть и слабым, а они живут дольше обычных людей. Правильные черты лица, располагающая улыбка, открытая поза — герцог так и лучился доброжелательностью.

— Присаживайтесь, барон, вина?

Серов прикинул, что отвертеться от угощений все равно не получится и кивнул: «да, спасибо», — как вести себя с герцогом, он все еще для себя не определился.

Из герцогской ложи вид открывался просто чудесный. В прошлой жизни Серов был в Риме и конечно же посещал с экскурсией Колизей, так вот именно так он себе представлял полуразрушенное сооружение в годы ее былой славы. Высокие трибуны, заполненные тысячами зрителей, желтый песок арены, дорогая отделка золотом, тканями, костью. Не хватает только стройных рядов гладиаторов, которые под палящим южным солнцем выйдут из-под трибун и произнесут в едином порыве заветное «Ave Caesar! Morituri te salutant!».

По спине пробежали мурашки, Александр дернул головой сбрасывая наваждение. Меж тем по знаку местного правителя к нему подскочил служка с бокалом, Серов принял угощение и по привычке понюхал — пахло вино просто отлично.

— Итак, барон, вы, наверное, не перестаете задаваться вопросом, что именно сподвигло меня сначала направить вам приглашение на турнир, а потом позвать сюда, — герцог опустился на кресло с высокой спинкой и жестом указал Серову на место рядом, — все просто. Мне попалась не так давно книга за вашим авторством, я ее прочитал и нашел весьма занимательной.

— Правда? — Вот уж чего капитан не ожидал, так это то что он тут из-за своих писательских талантов. — И что же в моем творчестве вас заинтересовало? Ваша светлость.

— Вы даете интересные трактовки самых стандартных и привычных вещей, — герцог сделал глоток вина и продолжил. — Особенно мне понравились ваши мысли насчет всеобщего образования, это мне в некотором смысле близко. Об освобождении людей от рабства, о личной свободе, о долге перед обществом каждого человека. Единственное, не могу понять почему вы считаете, что общество на континенте находится в стагнации. Разве это похоже на стагнацию?

Герцог обвел рукой с зажатым в ней бокалом большой круг, имея ввиду Арену, людей, праздник и, видимо, герцогство в целом.

— Боюсь мой ответ вам не понравится, — усмехнулся барон. Понятное дело, что всего он сказать не мог, и общеизвестных фактов хватало.

— Да? — Брови герцога взлетели вверх, — ну что ж, я думаю, что смогу это пережить.

— Арена построена при Имеперии, то есть тысячу лет назад. Может ли герцогство повторить такую же стройку сейчас? Нет. Что нового было изобретено? Что построено? Сколько дорог каменных дорого было проложено? Какие новые концепции были выдвинуты за время раскола, если до сих пор главным, классическим философом считается ан-Гровер? Человечество живет на наследстве Империи и никаких изменений в этом плане в ближайшее время мне не видится.

Герцог помолчал с десяток секунд раздумывая об услышанном, после чего ответил. Воспользовавшись паузой Александр, промочил горло и поморщился: вино было великолепным, однако пить с самого утра было не в его привычках.

— В ваших рассуждениях есть логика, не могу отрицать, — медленно кивнул герцог. Он, видимо, с такой точки зрения на этот вопрос не смотрел. — И каким вы видите выход из данного… Тупика?

— Выход только один: объединение. Впрочем, пожалуй, и сейчас есть достаточно крупные страны, которые смогли бы потащить на себе прогресс. Игел тот же или Ветлан. Если же говорить о более низком уровне, то это как раз вопрос образования, без большого количества образованных людей, собранных в одном месте, прогресс невозможен. Какая доля людей у вас в герцогстве умеет читать, писать, считать?

— Хм… — Алексис задумался, — я, право, не знаю. Никогда этим не интересовался.

— В этом-то и проблема. — На этом разговор как-то сам собой заглох, тем более что на арене началось, собственно, то, ради чего тут все и собрались.

Первый день турнира по традиции стартовал с большого театрализованного представления. Тут нашлось место всем: скоморохам, акробатам, музыкантам, жонглерам. Хореография всего этого действа на не самый притязательный взгляд Александра был поставлена отвратительно. Ее по сути вообще не было: артисты ходили по кругу и каждый пытался поразить публику чем-то своим. Длилось это минут пятнадцать и было принято публикой в целом благосклонно, местные горожане били, видимо, не столь придирчивы.

Потом вышли маги иллюзий, и вот тут стало действительно интересно. После непродолжительной подготовки, которая заключалась в расстановке по кругу каких-то дымящих жаровен, иллюзионисты зашли внутрь получившейся окружности и принялись нараспев читать заклинание и делать пасы руками. Секунд через двадцать из центра их построения вверх взмыл самый натуральный, отливающий зеленью чешуи, дракон. Только знание о том, что все это не по-настоящему — об этом заранее предупредили специально вышедшие на песок арены глашатаи — позволило Александру остаться на месте и не броситься куда подальше сломя голову. Зверюга была здоровенная, метров десять в длину и размахом кожистых крыльев метров двадцать, она очень натурально ими махала, поворачивала в разные стороны голову и виляла длинным покрытым шипами хвостом. А уж когда дракон, перевернувшись через крыло совершенно по самолетному зашел в атаку на сидящую на трибунах публику, проведя штурмовку с помощью изрыгаемого из пасти потока пламени, Александру пришлось до белых костяшек впиться в подлокотники, чтобы действительно не поддаться инстинкту самосохранения и не попытаться сбежать. И даже то, что иллюзия была абсолютно молчалива и не издавала звуков, ее не портило: слишком уж была шикарна детализация модели. Рожки на голове, когти на лапах, то и дело высовывающийся из пасти по-змеиному язык, большие янтарные глаз — а звук, казалось, мозг додумывает сам.

— Ну как вам, барон? — Видевший такие иллюзии герцог с гораздо большим удовольствием наблюдал за реакцией публики чем за самим представлением и искренне радовался, когда гостей удавалось впечатлить.

— Дракон просто поразительный! — Честно ответил Серов, — ничего подобного не видел до этого. Его вид основан на реальных описаниях или это фантазия ваших магов?

— Если честно, то по большей части — фантазия, — пожал плечами герцог, — описаний драконов до нас дошло не так много, и они часто противоречат друг другу, вызывая сомнения в своей подлинности. Ходят слухи что князь Эррестор мог видеть одного из последних драконов своими глазами, и мои люди даже отправляли эльфу вопрос об возможной внешности ящера, однако глава длинноухих оставил наше послание без ответа.

— Все равно впечатляюще, — Серов не мог отвести глаз от иллюзии, там ящер приземлился на песок арены, переступил когтистыми лапами и, выпустив короткую струю огня, вмиг поджарил такую же иллюзорную овечку, которую маги пустили дракону на встречу. На фоне этого Голливуд со всеми их спецэффектами и технологиями 3д виделся барону просто детьми, — а вот не магическое представление нуждается в хорошем постановщике. Все эти жонглеры и прочие акробаты, они совершенно не впечатляют. Особенно на фоне этой иллюзии.

— Ну, с этим вообще мало что может сравниться, — немного обиженно ответил герцог, который, впрочем, был с Алесандром где-то согласен. — Я хотел спросить, вы уже записались в участники турнира? Надеюсь, увидеть вас не только зрителем, но и участником моего праздника.

— Ну что вы, ваша светлость, — капитан отрицательно покачал головой, — боюсь моего мастерства в конной схватке не хватит, чтобы поразить публику. Я как-то все больше пешком привык сражаться, да и дружина у меня больше пешая, поэтому мне конечно приятно ваше внимание, однако я, пожалуй, откажусь. Не вижу ни чести ни удовольствия в том, чтобы проиграть в самом первом туре

— Примите участие в пеших схватках. Сегодня у нас конные сшибки, завтра соревнования стрелков, а вот послезавтра как раз то, в чем вы сильны, — улыбнулся герцог и улыбка эта Серову почему-то совсем не понравилась. Слишком уж она напоминала змеиную.

— Я подумаю над вашим предложением, герцог, я не собирался участвовать, но обещаю подумать.

Меж тем на арену начали выезжать рыцари, собирающиеся поучаствовать в копейных сшибках. Эта дисциплина считалась очень престижной, и порой на Арену не стеснялись выходить даже монаршие особы. Инкогнито, конечно.

— Сколько сегодня участников? — Спросил Александр, не отрывая взгляда от выстроившихся в ряд всадников.

— Шестьдесят четыре человека, — очень профессионально не убирая с лица улыбку произнес герцог.

После приветствий большая часть рыцарей ускакала в подтрибунные помещения, оставив на арене лишь одну пару. Рыцари, видимо опытные, учувствовавшие в подобных мероприятиях не первый раз, четко повиновались указам маршалов и уже через пару минут оказались на стартовых позициях. Опять же по команде всадникам подали длинные копья — даже с такого расстояния было видно, что на концах трехметровых палок надеты круглые, видимо кожаные, накладки, — короткое представление с перечислением титулов и описанием герба, после чего специальный человек дает отмашку и два бронированных средневековых танка устремляются друг к другу.

Барьера как такового между ними не было, только столбики с натянутой веревкой, однако рыцари весьма четко неслись по воображаемой линии, не пытаясь вилять в стороны. Сорок метров, тридцать, двадцать: копья перестали гулять из стороны в сторону и нацелились на противника, УДАР! Резкий треск ломаемого дерева: одно из копий разлетелось мелкими щепками, а рыцарь, неудачно принявший копье на щит, вылетает из седла и со звоном приземляется на песок. Даже со стороны это смотрелось больно: выждав пару секунд — поверженный не пытался вставать и только вяло шевелил руками — к проигравшему бросились целители. Трибуны замершие было в ожидании взорвались криками и аплодисментами, даже герцог присоединился к общему ликованию и пару раз хлопнул в ладоши.

— Победителем объявляется сэр Коттак, два скрещенных серебряных меча в червленом поле, — судя по всему на трубу глашатая было наложено какое-то заклинание, потому что слышно было неожиданно хорошо не смотря на все крики зрителей, просто кусок меди такого бы эффекта не дал.

— Ну как вам, барон?

— Очень интересно, — не стал Серов разочаровывать герцога. — Вот только участвовать самому что-то не хочется.

— Ничего, — рассмеялся монарх, — глядишь понравится, и в следующем году сами захотите выйти на арену.

— Очень сомневаюсь, — тихо буркнул Алесандр и пригубил вино. Не стоит раздражать герцога, когда ты находишься в его полной власти.

Весь остаток дня Серов провел, наблюдая за конными поединками. Уже после десятого, начала накатывать скука — зрелище как не крути весьма однообразное — а после двадцатого, так и вовсе захотелось спать. Ситуацию спас обеденный перерыв, в ложу подали кучу разных закусок и напитков, среди которых капитан с удивлением увидел в том числе и продукцию своего алкогольного заводика, о чем немедленно и сообщил герцогу.

— Действительно? — Оказалось, что об этой статье Алекадровго экспорта Алксис слышит первый раз. — Очень интересно! Я сам предпочитаю вино, но многие из моих подданых с удовольствием употребляют ваши крепкие напитки. Последнее время они стали весьма популярны в герцогстве не смотря на высокую цену.

Зацепившись за алкоголь, разговор свернул на промышленность вообще. Тут герцог откровенно плавал, поскольку его интересы как суверенного правителя лежали несколько в стороне: герцогство Тавар экспортировало не промышленные товары, а интеллектуальный продукт.

— И все же, — Серов пожал плечами, — не имея крепкой промышленной базы ни одно государство не может считаться полностью независимым. Мне так кажется.

— Я подумаю над вашими словами, барон, — ответил герцог, уже прилично приложившийся в вину, неожиданно трезвым голосом. Капитан же неожиданно подумал, что слишком много болтает, причем порой то, чего озвучивать явно не стоило, после чего волевым усилием заставил себя заткнуться и сесть обратно на свое место.

Когда блюда унесли, а перерыв закончился, копейные схватки продолжились и разнообразия в них больше не стало. Впрочем, пара моментов все же выделились и особо «порадовали» зрителей. В первом случае копье неудачно скользнуло по щиту — вернее правильнее было бы сказать, что щит был подставлен не очень умело — и проткнуло бок одного из рыцарей насквозь, сделав его похожим на букашку из коллекции энтомолога. Понятное дело, что бой тут же остановили, к пострадавшему бросились целители, и нужно отметить, что им удалось спасти раненного, так что, как говорится, обошлось.

Вторым необычным моментом стала схватка двух рыцарей — видимо местных звезд — которым понадобилось аж пять сшибок чтобы определить лучшего, причем в процессе было сломано пять копий и один щит, что опять же очень радовало трибуны.

В финале победил какой-то неизвестный Александру герцог с севера после чего было, как водится, награждение и прочие обязательные по такому поводу телодвижения.

Когда все закончилось, и Серов собирался уже покинуть высокое общество, его опять перехватил герцог и с дружелюбной улыбкой поинтересовался.

— Как вам конные схватки, барон? Не правда ли шикарно? — Можно было бы предположить, что монарх уже несколько перебрал с вином, однако все так же совершенно трезвые, холодные глаза намекали на наличие тут второго дна. Вот только неопытный во всех этих придворных интригах Александр никак не мог взять в толк, что от него вообще хотят, и это раздражало его сверх всякой крайности.

— Очень интересно, и организация турнира заслуживает всяческой похвалы, — немного лизнуть хозяину тоже не будет лишним. — Однако день был длинный, а мы только вчера приехали, прошу меня простить, ваша светлость, боюсь на продолжение вечера у меня сил не хватит.

— Ну что же, вы это зря, но да, я понимаю, — герцог в задумчивости сделал глоток вина, после чего озвучил мысль, ради которой, видимо, этот разговор и завел. — Я хотел попросить вас, барон, быть аккуратнее в высказывании своих мыслей. Поверьте, далеко не все разделяют вашу точку зрения, есть люди, которые считают, что все идет, как должно идти, и последнее, что им нужно — это перемены.

— Однако перемены все равно грядут. Если не сейчас, то через два десятка лет… — «когда падет барьер и все начнут воевать со всеми», — осталась не озвученной, но понятной обоим собеседникам, мысль.

— И все же, — Алексис Тринадцатый повторил свою мысль еще раз, — будьте осторожны.

Серов кивнул, принимая предостережение, попрощался и покинул ложу. Капитан не видел, как глядя ему в след герцог с сожалением покачал головой и что-то пробормотал себе под нос. А если бы нашелся человек способный прочитать по губам, то ему открылась бы тайная мысль правителя герцогства: «какая жалость, такой человеческий материал пропадает».

На следующий вместо того, чтобы идти смотреть на соревнования стрелков, Александр собирался заняться делами, намеченными еще перед поездкой. Нужно было пройтись по магическим лавкам, посмотреть кое-какие книги, в том числе и для того, чтобы потом заняться их перепечаткой, возможно прикупить еще чего-нибудь полезного, если попадется.

Еще одной целью поездки в герцогство, Серов ставил себе покупку новых боевых умений, благо улучшение организма в физическом и магическом планах шли полным ходом. Так же капитан рассматривал возможность купить какие-нибудь навыки для своего гвардейского десятка — попроще, конечно, для начала — однако сперва нужно было выяснить местные цены на такого рода услуги. С одной стороны большая конкуренция по идее должна была работать на снижение цен, с другой стороны, в большом городе именно услуги всегда стоят дороже, в отличие от товаров, которые вполне могут стоить дешевле, чем в забытых богом местах. А вообще рынок магических товаров и услуг в Авенбурге был развит очень прилично, есть из чего выбрать. Были бы деньги.

Понятное дело, что рейд по магическим лавкам не бог обойтись без Ариена, ну и Лобо тоже не пожелал оставаться на постоялом дворе. Щенок — хотя назвать этого теленка, вымахавшего уже по пояс взрослому мужчине щенком, язык, не поворачивался — вертел Александром как хотел, капитан просто не мог противостоять большим грустным глазам как бы спрашивающим, хочет ли Серов бросить бедного несчастного Лобо одного, а сам уйти развлекаться. Впрочем, и польза от серого друга была вполне ощутимая: люди, толпящиеся на улице с определенным опасением, смотрели на магического зверя и, во избежание неприятностей, спешили уступить процессии дорогу. Смешно, ведь тот же Ариен был куда опаснее — да и сам капитан тоже был отнюдь не гимназисткой, — однако магов и тем более — рыцарей было вокруг навалом, и к ним люди привыкли, а здоровый серый волк, степенно вышагивающий возле левой ноги хозяина, встречался на улицах города совсем не каждый день. Такие вот выверты человеческой психологии.

— Сколько?! — Озвученные цены ошарашивали. Понятно почему мастера меча не ходят по улицам толпами. — Сто двадцать золотых за умение мастерского уровня?! Вы что совсем с ума посходили?

Служащий отделения магической гильдии — а мастерские умения продавали совсем не в каждой лавке, даже для Авенбурга это, как оказалось, товар штучный — просто пожал плечами. Пройдись мол по рынку, найди дешевле. При этом Серов был уверен на сто процентов, что сильно дешевле он не найдет — явно же опускать цену тут никому ну выгодно.

— Нет, пожалуй, столько я отдавать не готов, — задумчиво протянул Серов, прикидывая свои финансы. В принципе деньги были, однако капитан был уверен, что его жаба ему такие траты не простит: задушит ночью, и вся недолгая. — А попроще умения есть? Для простых бойцов? Охранников там, или что-то в этом роде?

Такие умения нашлись в гораздо большем количестве и по существенно более низкой цене. Видимо, в этом сегменте конкуренция была выше и задирать цены уже не получалось. Апгрейд всего десятка обошелся Александру всего в полсотни золотых, что, с какой стороны не посмотри, не так уж дорого, особенно, если на второй чаше весов лежит твоя жизнь или здоровье.

Местное отделение гильдии магов выглядело куда богаче чем в приснопамятном Берсонзоне: большое здание, дорогая отделка и соответствующие цены. Но и спектр товаров и услуг тут был несравнимо шире. Артефакты на любой вкус, магическое оружие и доспехи, книги: только успевай золотишко доставать.

— А дешевые защитные амулеты есть? — Серов давно задумывался о том, что будет если его копейное войско встретится с магами. Учитывая плотность построения любой огненный шар, любая молния или еще какая магическая гадость наносить жесточайшие потери. Ну а в то, что всегда получится воевать при полном магическом преимуществе, Александр не верил абсолютно; рано или поздно придется столкнуться со старшими ребятами, которых одним огневиком не напугаешь. Хорошо бы быть к этому готовым заранее. — Для простых бойцов первой линии?

— Простите? — Не понял приказчик, — для кого?

— Мне нужны дешевые амулеты, — попытался разжевать Александр недалекому торговцу свою мысль. — Чтобы защитить строй копейщиков от одного-двух не слишком мощных заклинаний. А еще хорошо бы, чтобы амулеты в плотном строю усиливали друг друга, как стена из щитов. Штук сто может быть, а если не очень дорого, то и двести.

— Сколько? Двести? — Такие партии для местного кустарного производства, видимо, тоже были большой редкостью. Приказчик немного подумал и, качнув головой, ответил — Не могу вам ничего сказать по этому поводу. Нужно посоветоваться с руководством, зайдите завтра, может быть что-то и придумаем.

После прогулки по магическим магазинам, друзья решили зайти перекусить в удачно подвернувшийся трактир, владелец которого был столь любезен, что разрешил зайти внутрь с собакой. Хотя, возможно, просто побоялся отказать.

— Как у тебя с артефекторикой? — Когда принесли пиво и закуски, озвучил интересующий его вопрос Александр. Лобо дисциплинированно сидел рядом и медитировал на пустую железную миску, поставленную на пол: его заказ еще не принесли.

— Никак, — просто ответил маг, закинул горсть каких-то мелких жаренных семян в рот, прожевал, запил пенным и уточнил, — а что?

— Да вот думается мне, что даже самый простой амулет встанет мне в неподъемную сумму, если ими всю дружину вооружать, — ответил капитан и тоже приложился к кружке. Пиво оказалось весьма посредственным, с каким-то явно посторонним железистым привкусом.

— Два-три золотых за штуку, примерно. Хотя, — маг задумчиво почесал затылок, — если оптом может и дешевле. Но вряд ли на много.

— Дорого… — констатировал барон. В очередной раз его масштабные планы разбивались об острые рифы окружающей действительности.

Заведение вокруг, меж тем, все сильнее наполнялось людьми. По обеденному времени трактир оказался весьма популярным — за соседний стол приземлилась какая-то шумная компания студентов, еще дальше — рыцарь с парой оруженосцев. Какой-то не очень умный мужичок в одежде средней руки приказчика сунулся было подсесть, а Александру за стол, но поднявший от миски морду Лобо, удивленный вторжением в свое личное пространство, показал зубы и того мгновенно сдуло.

Вообще в Авенбурге, не смотря на обилие высокородных дворян, а может и благодаря нему, сословное деление чувствовалось не так остро. За соседними столами спокойно сидели рыцари, приказчики, студенты и никого это не смущало.

— Смотри, — вывел капитана из задумчивости удивленный возглас друга, — Это же та девчонка.

Серов проследил за взглядом Ариена и заметил одиноко сидящую за столом девушку, которая действительно чем-то напоминала полгода назад спасенную графиню. Впрочем, при таком освещении не сложно было и обознаться.

Как-то на автомате Серов поднялся из-за стола и двинул в направлении сидящей девушки. Если это та самая графиня, из-за которой он столько пережил, то ему было что ей сказать, если нет — он просто вернется обратно.

Реакция девушки на появление Александра, однако, превзошла все ожидания. Едва заметив боковым зрением приближение капитана, она вскочила на ноги и без разговоров ткнула его появившимся как будто из ниоткуда кинжалом, после чего так же молча рванула к выходу, опрокинув на пути пару стульев и полового с тарелками.

— Ты как? — Подскочил к Серову видевший все это дело маг.

— Нормально, — капитан расстегнул камзол, под которым в качестве незаметной защиты он носил кевларовый бронежилет. Еще после прошлогодних событий в Берсонзоне, когда ему в поединке попортили шкуру, он достал из своего земного защитного снаряжения металлические пластины — сам кевлар отлично держит удары холодным оружием — и стал носить его под одеждой в качестве скрытой защиты. — До тела не достало.

— Что это было? — Ариен удивленно посмотрел вслед сбежавшей девушке.

— А что б я знал, — поморщившись ответил барон. Кевларовая ткань хоть и не дала ножу порезать шкуру, однако приятного в этом все равно мало: сам импульс-то никуда не девается. — Видят Боги я к ней больше никогда не подойду. Психованная дурочка, одни проблемы от нее.

Одно из центральных мест у входа в Большую Арену занимала огромное деревянное табло, на котором мелом организаторы расписывали сетку будущих соревнований. Серов подошёл к нему в надежде увидеть имя барона Понтер среди записавшихся на завтрашние бои. По сведениям Диная этот владетель несколько раз принимал участие в турнире и именно в соревновании пеших бойцов.

Зачем капитану участие барона в турнире? Банально: как в огромном по местным меркам городе, переполненном дополнительно приезжими, найти одного нужного тебе ублюдка? Авенбург больше напоминал разворошенный улей чем город, все гостиницы были забиты, по дорогам во всех направлениях слонялось куча народа, а сама Арена вмещала тысяч эдак сто пятьдесят зрителей, — возможно полное население герцогства в спокойное время — и постоянно была заполнена до отказа. Как тут искать конкретного человека — вопрос, что называется, на миллион.

«Горин, Лапре, Дорвк, Хорув, Кус», — Саров сверху вниз пробегал по строчкам предстоящих схваток не особо вчитываясь: знакомых рыцарей, которые могли бы сегодня присутствовать в Авенбурге у капитана не было. — «Прогер, Жорт, Алировай, Кортунг, Фористор, Серов, Уког. Стоп!».

Александра как будто пробило молнией. Он несколько раз моргнул, потрусил головой пытаясь изгнать наваждение и поднял взгляд обратно на написанные ровными рядами строчки. Все верно, он не ошибся и на галлюцинацию это тоже было похоже весьма слабо.

— Какого хрена! — Стоявшие рядом люди от громкого восклицания на незнакомом языке дернулись и удивленно посмотрели на возмутителя спокойствия, на что, впрочем, капитан внимания не обратил, его другое занимало. — Все верно барон А. Серов, никакой ошибки или явления однофамильца. Надо разобраться.

Серов дернулся было уже ругаться с организаторами, но сначала решил закончить то, зачем пришел. Список фамилий был хоть и очень большим — пешие схватки, они самые щадящие в плане необходимой экипировки, да и небольшой вступительный взнос делал эту дисциплину наиболее популярной.

Имя барона Понтер по закону подлости оказалось в самом низу, однако радоваться Серов не спешил, сначала нужно было разобраться с его фамилией на стенде.

— Что значит не может быть ошибки!? — Серов с трудом сдерживал себя в руках. Улыбающийся во все тридцать два зуба распорядитель лишь кивал, теребил козлиную бородку и талдычил, что ошибка исключена и, если имя Серова есть на доске, значит он сам подал заявку на участие. — Демоны! Я этого не делал, провалами в памяти не страдаю!

— Вот журнал, ваша милость — служащий арены одним движением водрузил на стол приличных размеров гроссбух, открыл его и перелистнув несколько страниц ткнул пальцем в нужную строчку. — Вот запись. Барон А. Серов, «лично», вот подпись о внесении платы за участие.

— Ааа! Врёшь, борода! — Серов жестом фокусника вытащил из внутреннего кармана герцогское приглашение и сунул его под нос распорядителю, — Вот! Если бы я регистрировался сам, то не стал бы платить. У меня есть личное приглашение правителя!

В глазах бородатого на секунду мелькнуло сомнение, однако на словах это никак не отразилось.

— Сожалею, господин барон, однако никаких сомнений в достоверности записи быть не может!

— И что? Любой может вот так просто зайти к вам и зарегистрироваться от имени другого человека?

— Как? Что вы такое говорите, ваша милость. Ни разу такого не было, это же какой скандал получился бы?! — Замахал руками бородатый, однако по отведённому на мгновение взгляду Серов предположил, что на самом деле такое случается не первый раз.

— А если я просто откажусь выходить на арену? Я участвовать не хотел и не хочу, а вашу плату можете оставить себе.

— Вы что, ваша милость, — бородатый опять активировал режим ветряной мельницы, — это же урон чести какой? Позор! Никак нельзя на отказаться ристалище выходить. Это же глашатаи всем объявят, что рыцарь не явился, все знать будут!

— Понятно… — задумчиво протянул барон. И сто тысяч человек включая цвет дворянства со всего континента будет знать, что барон Серов — трус. С такими репутационными потерями останется только стереть персонажа и начать прокачку с ноля. — Спрыгнуть, значит уже не получится, придется участвовать.

Вот она ловушка, о которой он все время думал. Вообще ехать сюда не стоило, плохая была идея.

Глава 11

— Следующая пара! Барон Серов, из Вольных Баронств против сэра Уког из Ветлана, — голос глашатая, усиленный медными трубами, возвестил о начале первого для Александра турнирного поединка.

Капитан, не торопясь вышел из-под каменной арки на желтый песок. С этой точки зрения арена выглядела еще более внушительно: уходящие в небо трибуны давили на психику, подавляли своим величием. Если бы капитан в своей жизни не видел зданий и побольше, вероятно, ему было бы совсем не уютно. Страшно даже представить, что может ощущать какой-нибудь провинциальный рыцарь, ничего кроме отческого замка в жизни не видевший.

Серов обернулся вокруг совей оси рассматривая трибуны. Интересный выверт межмировых корреляций. В Риме на похожей арене — разве что Колизей поменьше все же был — дрались рабы, а тут рыцари считают за честь выступать на потеху «почтенной» публике. Чувствовался во всем этом какой-то легкий привкус тухлятины.

Несколько взмахов мечом — это все же турнир, поэтому использовались затупленные болванки, за чем внимательно следили маршалы — привыкая к несколько отличавшемуся балансу, и вот перед ним появляется его первый противник. Была у Серова мысль намеренно проиграть в первом же туре, чтобы свести риск нарваться на специально подосланного человека — после произошедшего с регистрацией, сомнений в «честности» будущих жеребьевок у него и близко не возникало — к минимуму, однако чувство самосохранения вопило об опасности и требовало защищать свою шкуру всерьез.

Противник на вид ничем особо примечательным не отличался: стандартный рост, длинная до середины бедра кольчуга, наручи, щит и меч в руках, на голове закрытый шлем. Это было одно из правил турнира, открытые шлемы не допускались: организаторы старались блюсти хотя бы видимость заботы о жизни и здоровье участников турнира, хотя и при таких раскладах смерти случались почти каждый год. К чести герцога, тех кто не погибал прямо на арене до остановки поединка маршалами, лечили местные целители, причем совершенно бесплатно, а поскольку цели именно убить противника во время поединка никто особо не ставил, летальных случаев действительно было куда меньше, чем могло бы.

Впрочем, и тут был один забавный нюанс, отлично характеризующий все местное общество в целом, и рыцарское сословие в частности. Правила допускали вызов на поединок до смерти или до результата между двумя рыцарями, сражающимися на одной стадии турнира. Правда для этого должны были быть соблюдены целый ряд условий: сословное равенство — рыцарь не мог вызвать барона, а барон графа — плюс турнирная комиссия должна была признать причины такого вызова обоснованными: откровенных убийств наемными бретёрами, понятное дело, допускать никто не собирался. Для репутации такие эксцессы не сильно полезны.

Серов, узнав было про последнее правило, думал тут же своего несостоявшегося — дважды — убийцу и вызвать, решив, таким образом, проблему раз и на всегда, однако в последний момент природная осторожность взяла верх. Это в своем баронстве он был самой крупной щукой, а выехав в места поцивилизованнее вполне можно было бы нарваться на специалиста и покруче. Несмотря на то, что прошло два года, бывший спецназовец до сих пор отлично помнил, как двигался тот самый убитый мастер меча, с которого он гномий клинок подобрал. Если он от пуль умудрялся уворачиваться, то такого мамкиного бойца как Александр — насчет своих умений у него сомнений не было — пошикует в орочий клец за пару секунд. Было бы очень глупо так закончить свою только начавшую восходить к вершинам карьеру самовластного феодала. Так что Серов решил сделать паузу и посмотреть, а потом уже во втором круге думать над вызовом барона.

Поединок начался с удара гонга, из-за большого количества участников в первом круге одновременно на разных концах арены стартовали сразу две пары, однако другие два участника турнира, находящиеся от него в тридцати метрах, Серова волновали до крайности мало. Рыцарь перед ним, раскусивший в Александре неопытного поединщика, сходу ринулся вперед, намереваясь смутить напором, ошеломить, затоптать и, вообще, не дать опомниться.

Тут конечно, вышла у рыцаря с парой золотых львов в изумрудном поле на щите промашка. Вот уж чем-чем, а попыткой насадить себя на длинный кусок стали Серова смутить было сложно, слишком уж часто подобные ситуации возникали в жизни барона последние пару лет. Да и до того жизнь капитана была очень далека от понятия «спокойствие».

Не суетясь, Серов просто отступил назад-влево, уходя с вектора атаки и заставляя противника «догонять». Тот, недолго думая широко рубанул мечом, пытаясь кончиком достать Александра, однако Серов поднырнул под меч — уже тут стало понятно, что львиный рыцарь ему не противник — и шитом как тарном ударил во вражеский корпус.

«Нда», — мысленно констатировал капитан, глядя как рыцарь поднимается с песка. Серов не торопился, будь это реальный поединок на смерть, все бы на этом уже закончилось, — «скорость совсем не та. Техника отсутствует как класс. Очень слабенько».

Противник тем временем тяжело поднялся на ноги и остановился в нерешительности: тактика бешенного натиска не сработала, а с вариантом «б» видимо у него было не очень хорошо. Поняв, что так стоять без толку очень можно долго, в наступление перешел Серов. Пара коротких шагов, обманное движение мечом — показать укол в ногу, а потом перевести движение вверх, воспользовавшись тем, что противник опустил немного щит — после чего следует мощный «копейный» тычок прямо в забрало. Учитывая, что мечи тупые, ничем принципиально страшным такой удар не грозил, однако ориентацию в пространстве львиный рыцарь все же на пару секунд потерял и открыл корпус. Не став медлить, Серов пробил прямой удар ногой в открывшийся живот противника, вложив в удар весь свой вес. Кольчуга, как известно очень плохо помогает от «заброневого» воздействия, вот и сейчас воздух мгновенно покинул легкие львиного рыцаря, он чуть склонился и принялся гулко — закрытый шлем выступил усилителем звука — кашлять.

Стараясь не покалечить противника — не война все же — Серов аккуратно пробил тому лоукик по опорной ноге, без затей опрокинув того на песок. Короткий шаг и меч приставлен шее лежащего на песке поединщика. Тот почувствовав прикосновение холодной стали к нежной коже, перестал дергаться и притих. Чистая победа!

Арену Серов покидал со смешанными чувствами. С одной стороны — всегда приятно побеждать, с этим вероятно согласится каждый. С другой стороны — соперник, мягко говоря, не впечатлил, поэтому никаких выводов о собственном уровне сделать не получилось. А с третей — Александр совершенно четко осознал, что быть артистом: выступать на потеху публике ему не нравится. Не его это, а крики толпы вызывают лишь отвращение и ничего больше.

Не задерживаясь сразу после окончания поединка, Серов поспешил на трибуны — скоро должна была настать очередь показывать свое мастерство барону Понтер, и это было именно то зрелище, которому капитан хотел уделить свое внимание.

Искомый барон появился на арене минут через двадцать. Представленный глашатаем как обладатель герба с тремя серебряными башнями в лазоревом поле, барон оказался весьма тучным мужчиной вооруженным почему-то большим двуручным мечом, длиной едва ли не с самого барона.

Такой выбор оружия Александра изрядно озадачил. Хотя с точки зрения именно турнирной стратегии тяжелое оружие было предпочтительнее, по прикидкам Серова такие мечи должны были войти в оборот еще не скоро. Во всяком случае на Земле они появились в ответ на воцарение именно копейных баталий на поле боя и нужны были чтобы рубить просеки в густых копейных «зарослях». Тут же вроде пока еще царствовали конные рыцарские дружины и такому оружию вроде как, и взяться было неоткуда.

Но тем не менее барон весьма ловко орудовал полутораметровым ломом, пару раз уже чувствительно огрев им противника. Тот, вооружённый стандартной парой меч-щит, к двуручному мечу оказался явно не готов, и не знал, как подступиться на дистанцию удара, чтобы при этом не огрести самому.

При этом никакой особо выдающейся техники барон во время боя не показывал: удары наносил медленно, можно даже сказать лениво, а все попытки противника подобраться поближе парировал тычками своего оружия в слабозащищенные участки, в первую очередь ноги. Казалось, что такое противостояние может продолжаться очень долго, пока кто-то из поединщиков не выдохнется — причем тут Серов поставил бы скорее на барона, вертеть четырёхкилограммовым ломом очень долго, это нужно не кислую выносливость иметь — однако именно в этот момент барон Понтер показал, что не так прост. Когда его соперник чуть расслабился, барон неожиданно взорвался серией сверхбыстрых ударов: сверху — соперник успевает принять на сильную часть меча — справа горизонтально — удар приходится в плечо, рука с мечом бессильно опускается, после такого дальше сражаться вряд ли получится. Однако барона это не удовлетворяет, и он немедля пробивает прямой в открывшийся вражеский левый бок. Сила удара такова, что даже затупленная болванка рвет кольца кольчуги и превращает левую сторону туловища соперника в натуральный фарш.

Маршал тут же останавливает бой, крики боли разносятся над ареной, желтый песок обагряется кровью. Мгновенно на арену выбегает дежурный целитель и склоняется над пострадавшим, с места Александра подробностей не видно, но если раненный не умер сразу, то скорее всего жить будет, хоть и не факт, что сохранит здоровье. Слева, конечно, жизненно важных органов нет, но и порванные кишки — дело в высшей степени неприятное.

Барон же своей победой явно наслаждался: он театрально вонзил клинок в землю, поднял руки в победном жесте и пошел вдоль трибун собирая на себя крики и аплодисменты зрителей. Вот уж кто получал от всего происходящего удовольствие, так это барон Понтер.

— Да уж, пожалуй, не стоит недооценивать этого пузача, — пробормотал Серов, — он явно не показал всего что умеет. Да и опыта таких сваток у него совершенно точно больше.

Остальные схватки Александру были в общем-то не интересны: ничего интересного противники не показывали, в большинстве пар очень быстро определялся явный фаворит, который достаточно быстро — что в общем-то опять наталкивало на мысль о неслучайном жребии — заканчивал поединок. Посмотрев за разборками еще двух-трех пар, Серов решил пойти передохнуть и подкрепиться, благо время до начала второго тура еще было достаточно.

Расслабиться не получилось, даже во время еды Александр все время думал о предстоящих схватках. Буквально за несколько минут до того, как он покинул трибуну, на Арене погиб первый на этом турнире человек. Убийцей, судя по всему, оказался настоящий мастер, он мгновение ока подскочил к своему оппоненту и нанес один удар в голову, сломавший человеку шею. И никакие целители тут помочь не смогли: воскрешать это прерогатива богов, а не земных магов.

Для Серова, чей организм уже был прилично улучшен, убийца двигался не настолько быстро, как виденный мастер два года назад, однако и этой скорости капитану хватило бы за глаза. Умирать на Арене не хотелось совершенно и теперь Александр сидел над тарелкой со вкусным, в общем-то, гуляшом и лениво ковырял ложкой в густом мясном соусе. Кусок в горло не лез, хоть ты тресни.

То, как двигался этот противник Александру не понравилось сразу. Слишком плавно, слишком выверенно. Наблюдая за противником, Серов совершенно пропустил представление участников, поэтому и имя рыцаря, и его герб так и остались для него неизвестными. А еще, потому что вместо щита, на котором традиционно рисуют герб — своего рода визитную карточку в дворянском сословии — у противника в левой руке был еще один клинок.

Серов даже не сразу поверил своим глазам: это только в фэнтези герой лихо рубится двумя мечами, разя врагов направо и налево, в жизни такой гений погибнет через несколько минут от копья, стрелы или еще чего-нибудь. Боец, потерявший щит, на поле боя зачастую живет очень недолго. С другой стороны, они как раз сейчас не в старою и лучников вокруг тоже не наблюдалось — их день был вчера — поэтому такой выбор оружия хоть и был насквозь сомнительным, все же имел право на существование.

Впрочем, толпа на трибунах, видимо, считала иначе. Едва маршалы объявили начало поединка, зрители взорвались приветственными криками, а димахер напротив поднял вверх руки отвечая кричащим людям на теплый прием

«Видимо на какую-то местную звезду нарвался», — мелькнула мысль у Александра, а по позвоночнику пробежал холодок. Запахло серьезной дракой, не на жизнь, а насмерть. Все выглядело так, что именно ради вывода капитана на этого бойца, история с приглашением его на турнир и затевалась.

Поприветствовав зрителей, противник повернулся к Александру и легкой неторопливой походкой начал приближаться. Кроме двух странных — с необычными расширениями на концах — коротких пехотных мечей его снаряжение от прочих участников ничем в общем-то не отличалось, разве что наручи были помассивнее, ими он видимо собирался парировать удары при необходимости.

Серов в нерешительности застыл на месте, как сражаться с таким противником, он пока на слишком понимал. Для начала, предполагая, что правая рука все же должна быть ведущей даже в такой конфигурации, капитан начал смещаться влево. Димахер этот маневр заметил, но никак на него не отреагировал, наоборот он ускорился и подскочив к Серову обрушил на него шквал атак.

Удар сверху Александр блокирует сильной частью меча, прямой укол в голову отбивается поднятым щитом, после чего в щит идет мощный пинок — видимо наработанная связка — однако неизвестный рыцарь не учел разницу в весовых категориях. Серов был крупнее среднего местного килограмм на десять, а после приема укрепляющих препаратов, так, возможно, еще больше. Как известно, любое действие вызывает равное по силе противодействие — спасибо Ньютону за это знание, — вот и толчок ногой в более тяжелого Александра привел только к тому, что рыцарь сам едва не потерял равновесие.

Капитан попробовал воспользоваться вражеской ошибкой и сам перешел в контратаку: косой сверху рыцарь принимает на клинок, а вторым сразу пытается достать Серова в выставленную вперед ногу. Неудачно — выпад блокируется щитом, второй удар капитана и вовсе улетает в пустоту: противник просто разрывает дистанцию и берет небольшую паузу.

Димахер был явно быстрее Александра, но, когда на соперниках доспехи, а мечи затуплены — это преимущество реализовать не так просто. Впрочем, неизвестного рыцаря данная проблема явно не смутила, сделав несколько шагов вправо-влево, он перешел ко второму раунду.

Удар — щит, удар — Серов успевает заблокировать мечом, удар — отшаг. Справа через руку прилетает удар в голову, в последний момент капитан доворачивает голову и меч скользит по стали шлема, лишь вызывая небольшой звон в ушах. Еще отшаг: нужно несколько секунд, чтобы сориентироваться, однако противник старается этого времени не дать — несколько ударов в верх щита, после чего атака в открывшиеся ноги.

Удар металлической полосой, даже не очень острой, даже сквозь плотные кожаные штаны — это больно. В этот момент Серов понял две вещи: первая — что победить он не сможет, он просто проигрывает оппоненту в умении, вторая — если он прав и все было подстроено, то сейчас его будут убивать, чего совсем не хотелось бы.

Мысль мелькнула со скоростью света на задворках сознания и растворилась в накатывающей боли — что-то в ноге кажется повредилось — а капитан принял единственное верное в этот момент решение. Правая ладонь разжалась — все равно мечом достать верткого соперника он не успевал — а здоровая нога выдала самый сильный толчок, на который была способна, отправив тело в короткий полет. Полетом это конечно назвать сложно, капитан скорее направленно упал, воспользовавшись преимуществом в массе перевел борьбу в партер, где и поврежденная нога не была столь важна.

Димахер такого явно не ожидал, иначе бы просто принял Александра на выставленные клинки, и на этом бы все закончилось. Когда же противники вошли в клинч, даже короткие пехотные мечи были уже неудобны, а потому вооруженный щитом в левой руке капитан еще и в оружии получил преимущество.

Удар о песок ознаменовал конец короткого полета, выбив из неизвестного рыцаря воздух и отправив в легкий нокдаун. Падать на спину в доспехах — это всегда занятие не слишком приятное, а когда на тебя дополнительно приземляется, туша в центнер с небольшим веса, становится совсем не до шуток.

Ну а дальше Серов без затей, ухватив щит двумя руками начал методично вбивать его в голову лежащего на спине врага. Первые несколько ударов тот еще пытался защищаться — заслонялся руками, пытался бить Серова по туловищу и вообще куда достанет, в конце концов попытался перевернуться и скинуть с себя неожиданного седока, — но тщетно. Александр отлично понимал, что если позволит сопернику встать, то с поврежденной ногой сопротивляться не сможет никак, поэтому держал из всех сил. Держал и бил.

На пятом ударе тонкий, дополнительно перфорированный для обзора и дыхания, фронтальный металлический лист шлема не выдержал издевательства над собой и прогнулся. После шестого удара из-под шлема показалась кровь, а после седьмого соперник перестал дергаться окончательно. Добавив для верности еще пару ударов, Серов бросил это неблагодарное дело и попытался подняться, однако повреждённая нога подломилась, и барон упал на одно колено.

Вокруг, меж тем, бесновался стадион. Такое зрелище — фехтование с элементами вольной борьбы — здесь видят не часто. Как это часто бывает бывший любимчик был мгновенно забыт, а трибуны во всю приветствовали нового героя, стоящего перед ними на одном колене. Понятное дело, что кланяться зрителям Серов не собирался, однако адреналин, гнавший его до этого момента, вперед начал понемногу вымываться из крови, и сил на то, чтобы встать на ноги, просто не было.

Капитан дернул за ремешок на подбородке и с отвращением сбросил шлем. В этом закрытом ведре был отвратительный обзор, да и дышалось отвратительно, но надо признать, что в одно мгновение Александра он спас.

К поверженному противнику подскочили целители — сразу два зачем-то — и начали что-то шаманить, глашатай тем временем констатировал и так всем очевидный результат боя.

— Победителем объявляется барон Серов, выступающий под гербом с белым единорогом в лазоревом поле. Он проходит в следующий круг нашего турнира.

Окинув взглядом песок вокруг себя капитан увидел валяющийся тут же меч, подобрал его и опершись на клинок как на трость тяжело поднялся на ноги, еще раз окинул взглядом беснующихся зрителей и развернувшись похромал на выход. Сейчас бы чашку чая с шоколадкой, книгу интересную и под одеяло, а не вот это вот все.

Соревнования пеших бойцов проводились в течение двух дней, поэтому до вечера у Александра оставалась только одна схватка, перед которой нужно было отдохнуть, перекусить, подлечиться и решить, что делать дальше. Благо целители наконец обратили и на него внимание и буквально за пару минут вернули его конечности тот вид, который и задумывала природа. Без дополнительных вентиляционных отверстий.

Вызывать барона Понтер, который аналогичным образом успешно преодолел второй круг турнира, Серов так и не решился. Слишком уж много впечатлений оставил по себе неизвестный обоерукий боец, и хоть физически капитан, по сути, был в порядке, морально бой дался ему очень тяжело. Еще одного сражения не на жизнь, а насмерть Александру не хотелось совершенно. В итоге слепой — ха-ха — жребий свел его с еще одним вольным бароном, так сказать коллегой, который во втором туре не без проблем одолел какого-то рыцаря с запада. По мнению всех, кто смотрел его поединок — Серов в этот момент отлеживался, ожидая, когда нога окончательно придет в себя — барон ничего не показал, и преодолел два тура соревнований исключительно из-за еще большей слабости соперников.

— Ваша милость, приготовьтесь, следующий выход — ваш, — протиснувшись сквозь обступившую Александра группу поддержки, сообщил маршал.

— Давай, капитан, заканчивай с этим быстрее и ужинать пойдем, — Ариен похлопал барона по плечу, всем видом показывая, что пришел только для того, чтобы поддержать друга. На самом же деле маг только что влил в Александра здоровую порцию магического допинга, наполнив его энергией под самую пробку. Серов заранее узнавал: нигде в правилах на это регламентировалось, в отличие, например, от прямого запрета употреблять усиливающие зелья или накладывать аналогичные по действию заклинания.

— Иду, — Серов бодро поднялся с лавки. Вливание энергии открыло, что называется, второе дыхание.

Снова короткий каменный тоннель, арка, за которой желтое озеро мелкого речного песка. Солнце уже зашло за край Арены и распорядители «включили» дополнительную подсветку: несколько десятков огромных масляных светильников установленных по периметру трибун. Хотя возможно сделано это было больше для антуража чем для освещения — день еще достаточно длинный и проблем с тем, чтобы рассмотреть происходящее внизу у зрителей и так не было.

Глашатай меж тем объявлял последнего на сегодня противника.

— Барон Горин из Вольных баронств, три горизонтальных серебряных полосы в зеленом поле.

Упомянутый барон для боя с Александром предпочел упаковаться в доспехи поосновательнее: кроме длинной кольчуги с нашитыми на груди пластинами, бедра рыцаря прикрывали металлические поножи, которые вкупе с наручами и кольчужными варежками вполне тянули на комплект тяжелой брони. Не совсем обычный для местных выбор.

Представление Александра вызвало вал криков и аплодисментов с трибун, зрителям то, как он сражался, нравилось.

В этот раз в качестве агрессивной стороны выступал именно рыцарь белого единорога. Сказывалась «заправка» энергией, да и подспудное желание закончить все побыстрее и пойти отдыхать толкало вперед.

Не тратя время на разведку, Серов сразу же атаковал косым сверху — простой удар по реакции на который, можно более-менее справедливо судить о силе оппонента. Его можно принять на щит, можно парировать мечом, а можно просто отступить. Барон Горин, не раздумывая принял на щит и сразу же контратаковал тычком в голову. Александр подставил верхнюю часть щита и попытался достать кончиком меча неосмотрительно выставленную вперед ногу, что ему даже удалось, однако сталь поножей легко это касание заблокировала. Тут, как не крути не спортивное фехтования и после касаний лампочка не загорается, нужно что-то более весомое.

«Полосатого» противника удар в ногу не смутил и даже не заставил отступить. Наоборот, последовал мощный удар сверху, который Серов едва успел принять на щит и сразу атака в ноги. Это был в общем-то стандартный маневр — заставить противника приподнять щит повыше, чтобы оголить нижнюю часть туловища и бедро, поле чего ударить туда, поэтому Александр чего-то такого ждал и просто парой шагов назад разорвал дистанцию.

«Вот тебе и ничего особенного», — мысленно выматерился барон, — «вполне себе крепкий соперник моего примерно уровня. Помедленнее разве что немного, но учитывая его доспехи это не так уж и критично».

Второй раунд противостояния опять начался с атак Александра. Противник стойко защищался, принимая удары на щит, иногда парируя мечом и пару раз получив чувствительные, но никак не влияющие на дальнейший бой удары по защищённым частям тела. Барон Горин ждал момента для контратаки и в итоге — дождался.

Серов, видя то, что противник почти перестал огрызаться начал атаковать все более активнее, забывая о защите и в какой-то момент подставился. Боковой удар мечом соперник не просто принял на щит, а встречным движением — рука, наверное, за такое спасибо не скажет — отбросил клинок Александра в сторону и сразу атаковал мощным колющим в голову. Серов среагировать на этот раз не успел, однако шлем выдержал, и он отделался легкой дезориентацией заставившей уйти в глухую оборону.

Теперь роли поменялись и уже барон Горин раз за разом обрушивал удары, которые Серов принимал на щит потихоньку пятился, закладывая широкую дугу по периметру Арены, стараясь на подпустить противника на опасную дистанцию. Секунд тридцать длился яростный штурм — деревянный щит скрипел, кряхтел, но выдержал — в течение которых капитан пришел в себя и обдумал сложившуюся ситуацию. На лицо — равенство соперников, вот только левая рука противника, держащая щит, видимо все же пострадала немного вовремя прошлого удара, и барон держит ее теперь чуть ниже, чем следует. Это открывает интересные возможности.

В какой-то момент, когда противник чуть снизил темп атак, уже Серов перешел в наступление. Демонстративная атака в ногу заставляет опустить щит еще ниже, подшаг и неожиданный удар щитом в голову. Щит, конечно, то еще оружие, но как показала практика не так уж важно чем именно бьют тебя по голове, тут в дело вступает масса и импульс. И если с импульсом там было не очень, то массой щит этот недостаток вполне компенсировал.

Барон Горин попытался отступить, разорвать дистанцию, однако тут уж Серов сделать ему это не дал. После пропущенного в голову противник совершенно инстинктивно повел левую руку с щитом вверх, защищая эту важную часть тела, и соответственно открыл «переднюю» левую ногу, по которой Серов и рубанул. При чем сделал это со всей душой и как бы немного сбоку-сзади, там, где край поножей не давал должной жесткости.

Собственно, на этом бой можно было заканчивать: то, как сразу захромал соперник, лучше любых слов говорило, что интриги тут уже не будет. Яростный рев трибун только подтвердил эту мысль, вот только «полосатый» рыцарь сдаваться, видимо, не привык и на молчаливый вопрос — пару секунд Александр не атаковал, позволив противнику бросить оружие и признать поражение — показал, что хочет сражаться дальше.

Ну что же дальше так дальше. Не особо рискуя, Серов начал кружить как стая волков вокруг подраненного противника, выбирая момент для атаки. Рано или поздно нога его подведет и такой момент представится, что в общем-то в итоге и произошло: удалось подловить рыцаря на неудачном шаге и атаковать туда, куда тот ожидал меньше всего — руку, держащую оружие.

Как не крути кольчужные варежки очень слабая защита от дробящих ударов, поэтому удачный тычок в запястье руки, которая держит клинок заставил это оружие банально выпасть. В этот момент вмешались маршалы — такое тут тоже практикуется — и за явным преимуществом отдали победу Александру. Барон Горин еще что-то протестовал, кричал, что готов сражаться дальше, но его уже никто не слушал.

Серов обернулся вокруг своей оси, поблагодарил трибуны за поддержку и не торопясь ушел с арены, для него сражения на сегодня закончились. Осталось сделать еще одно дело, закрыть, так сказать гештальт.

— Добрый вечер, — поймать распорядителя оказалось не так-то просто, он постоянно перемещался по огромному комплексу, решал вопросы и перманентно находился в состоянии «только что был здесь и уже ушел». Пришлось воспользоваться методом не к ночи будет упомянутого Остапа Ибрагимовича, и тоже начать перемещаться от одной ключевой точки к другой. Метод в итоге сработал.

— Добрый, ваша милость, — на работника индустрии развлечений было жалко смотреть, он выглядел как выжатый лимон, а ведь Турнир не еще даже экватор не преодолел. — Вы начет завтрашних схваток? Жеребьевка еще не продлись, сетку будем составлять завтра утром.

— Да, я, собственно, именно по этому вопросу. На сколько я знаю, участник турнира может бросить вызов такому же участнику, я бы хотел воспользоваться этой возможностью.

— Вы? — После скандального попадания в число участников, Серов не сдерживал свои эмоции, так что о его отношении ко всему происходящему знали все причастные.

— Да, так уж получилось, что среди тех, кто пробился в четвертый раунд есть человек желающий моей смерти — он как минимум два раза пытался меня убить — и как вы понимаете, я тоже крепкого здоровья и долгой жизни ему пожелать не могу.

— Понимаю, — слегка заторможенно кивнул распорядитель. — Однако просто слов для таких обвинений недостаточно. Есть свидетели? Возможно доказательства?

— Какие доказательства? — Удивился Серов, — того, кто меня пытался отравить я повесил, так что подтвердить он уже ничего не сможет. Тех, кто меня похитил и пытал, в общем-то тоже ждала подобная судьба. Шрамы от пыток в доказательства пойдут? Или свидетельские показания того, кто меня спас и отнес к целителям?

— Я понял, ваша милость — спокойно ответил чиновник, его описанием кровавых подробностей пронять было сложно, вот уж кто видел на своем веку всякое. — Вы, значит, настроены серьезно. Мы постараемся решить ваш вопрос, ответ получите завтра утром. Как вы понимаете, вот так, на бегу, я не могу сказать ни «да» ни «нет».

— Хорошо, — кивнул Александр, — я на вас рассчитываю.

На самом деле рассчитывал он другое. Если кто-то, имеющий возможность вписать его имя в состав участников, желает его смерти, то вряд ли он будет против еще одного потенциально опасного для капитана выхода на Арену. В общем, он попытался использовать возможности неизвестного недоброжелателя себе на пользу и против барона Понтер. Такое вот социальное айкидо.

— Я, кстати, хотел вопрос задать, по твоей магической части, — обратно барон шел в сопровождении мага и нескольких охранников и, конечно же, вечно восторженного Лобо. Настроение было не самым высоким — эти поединки выматывали как физически, так и морально.

— Валяй, — разрешил маг.

— На меня в присутствии герцога напала странная словоохотливость. Ничего такого, чтобы я страшные секреты выболтал, но пару раз, пожалуй, можно было бы сказать и поменьше. Это может быть какое-то воздействие?

— Ну да, — легко согласился маг, — скорее всего у герцога какая-то висюлька есть, которая на окружающих так влияет. Совсем чуть-чуть, если знаешь, спокойно сможешь себя контролировать, иначе бы его обвинили в, по сути, магическом нападение: в конце концов, никто не любит, когда к ним в голову лезут. Да и блокирующие такое влияние амулеты есть почти у всех придворных.

— Об этом нужно было сказать до того, как я провел целый день с его светлостью, — сарказм в голосе Александра был столь густ, что его можно было намазывать на хлеб.

— Ну извини — не подумал, сожалею, — маг прижал руки к груди и сделал такие же большие глаза как у идущего рядом пса. Впрочем, Серов не обольщался — в этом был весь маг, абсолютно не соответствующий своим легким характером огненной стихии. Вот если бы Ариен был воздушником, тогда попадание было бы, что называется, в десятку.

Остаток вечера Александр посвятил отдыху. Не нужно было быть провидцем, чтобы предсказать тяжесть следующего дня. После ужина капитан пристроился было поваляться со свежекупленной книгой: что-то типа путевых заметок древнего путешественника, который пытался пешим порядком пересечь большую южную пустыню. Литературные качества данного чтива были, мягко говоря, не слишком высоки, однако ничего лучше так и не попалось. В итоге на второй главе Серов уснул так и не узнав, получилось ли войну, магу, купцу и путешественнику Крайну ан-Сортену договориться с вождем диких лузусов о проходе каравана. И снились барону почему-то летящие правильным строем напильники и ползающие по бескрайней пустыне утюги.

Дуэль между двумя баронами распорядитель Арены поставил самой первой среди поединков этого дня. Как Серов и предполагал, некая «комиссия», которая должна была рассмотреть просьбу Александра в итоге определила его претензии как обоснованные и разрешение на судебный поединок выдала. Впрочем, возможно, дело было в том, что и вторая сторона конфликта совершенно не возражала против того, чтобы раз и навсегда решить появившуюся проблему своими руками.

Барон был вооружен двуручником аналогичным тому, который Серов уже видел на Арене днем ранее. С одной стороны — это хорошо, лишние сюрпризы в этом деле ни к чему, с другой — опыта борьбы с таким оружием тоже не прибавилось. Только привычный гномий меч в руке добавлял уверенности, как не крути, а качество клинка имеет огромное значение.

Бои начали пораньше, пока солнце еще не поднялось высоко над горизонтом и не прижарило ползающих по желтому песку букашек. Это давало Александру определенное преимущество: он был побыстрее своего противника, а значит и удобную позицию отвоевывать было проще.

Привычные и, если честно, порядком уже надоевшие представления участников, рев зрителей, с большим интересом наблюдавших за поединком на боевом оружии «до смерти» — такое в рамках турнира случается не часто, — и вот гонг возвещает о начале поединка.

Барон Понтер, положив длинный клинок себе на плечо неторопливо идет капитану на встречу. Ему суетиться смысла нет, не он инициатор дуэли, и доказывать ему в общем-то нечего, а силы на поединок опытный турнирный боец предпочитает расходовать с умом.

Серов, как и собирался, по дуге, так чтобы солнце осталось у него за спиной приблизился к противнику, которого, судя по всему, такой маневр абсолютно не впечатлил. Ну да: большой, закрытый шлем играет роль своего рода козырька, поэтому прямые солнечные лучи могут попасть в глаза «трехбашенному» рыцарю только если тот будет задирать голову вверх, что очень вряд ли.

Некоторое время противники ходили друг напротив друга, присматриваясь и начинать не торопились. Первым активизировался Александр и едва тут же не проиграл. На его не очень уверенный тычок призванный прощупать вражескую оборону, барон Понтер среагировал молниеносно: он сместился вправо, уходя с линии атаки, и явно хорошо натренированным единым движением руки и корпуса скинул клинок с плеча, запустив его по широкой дуге, конечной точкой которой должна была стать капитанская голова. Если бы они встретились, вполне вероятно, что бой на этом бы и закончился, однако улучшенная эликсирами реакция позволила Серову в последний момент пригнуться и пропустить полутораметровую полосу стали над собой.

Резонно посчитав, что на дальней дистанции у противника есть преимущество, Серов пошел в атаку со сближением, нанося один за другим короткие рубящие удары, и надеясь рано или поздно найти брешь во вражеской обороне, однако барон Понтер перехватил меч второй рукой за не заточенную часть клинка и очень ловко отбивал все нападки Александра. Более того он успевал отвечать короткими уколами, целясь в незащищенные и уязвимые участки капитанской тушки.

Серов попытался было сблизиться еще сильнее, однако, получив гардой в забрало — благо вскользь — отпрыгнул обратно, разрывая дистанцию. Этим мгновенно воспользовался «трехбашенный» барон, обрушив на Александра серию мощных ударов. Первых два Серов принял на щит, но прострелившая болью левая рука намекнула, что делать этого не стоит и дальше он постарался уворачиваться по возможности, что в общем-то совсем не решало проблему. Нужно было еще найти какие-нибудь пути для атаки, ждать пока соперник устанет — дело максимально неблагодарное.

Так и не придумав ничего гениального Серов, все же попробовал еще раз сократить дистанцию — на средней, во всяком случае у него были хоть какие-то шансы. Однако оказалось, что барон Понтер только этого и ждал — опыт, что называется, не пропьешь, — мгновенно ускорившись и рубанув Александра на противоходе. Пришлось опять принимать удар на щит, чего тот абсолютно неожиданно не выдержал и, треснув, распался на две половинки.

Тут уж стало совсем не до шуток, совершенно отчетливо запахло жаренным. Серов стряхнул с руки бесполезные теперь остатки снаряжения и опять разорвал дистанцию. Нужно было хорошенько подумать, что делать дальше.

Поняв, что Серов в замешательстве, барон Понтер подчеркнуто лениво положил меч обратно на плечо, стал в широкую стойку и застыл в как бы приглашая Александра сделать следующий ход.

«Надо было все же купить то умение», — с горечью подумал Серов, глядя на застывшую статуей фигуру барона, которому, казалось, до происходящего дела нет совсем, — «пожлобился на полторы сотни корон, теперь стой и думай, что делать дальше. Он меня читает как открытую книгу, нужно сделать то, чего от меня не ждут».

А дальше тело сработало само, возможно виноваты вложенные магом знания неизвестного бретёра, возможно взбрыкнуло собственное подсознание, кто знает. Тем не менее капитан перехватил меч как дротик и метнул его в стоящего в трех метрах врага. Такого тот точно не ожидал — Серов сам от себя такого не ожидал, — отбить клинок тяжелым двуручником он явно не успевал, поэтому чисто рефлекторно попытался уклониться.

По правде говоря, меч — это еще то метательное орудие. Наверное, можно научиться так его швырять, чтобы он втыкался острием, наверное, можно научиться куда-то при этом попадать. Вот только ни кольчугу ни любою другую защиту пробить так совершенно не возможно: клинок бессильно ткнулся — приятного в этом мало, но совершенно не опасно — и просто отскочил. Вот только расчёт был совсем не на меч.

Вслед за полетевшим клинком, который должен был лишь отвлечь внимание, в, упустившего на полсекунды из виду соперника, барона Понтер влетел на полном ходу Александр. Опрокинуть тоже имеющего солидную массу оппонента Серову не удалось, но и сокращение дистанции до минимума уже было немаленьким достижением.

Приемом из тайского бакса капитан ухватил не ожидавшего такого рыцаря за плечи и со всей дури въехал ему коленом под дых. Колено отозвалось болью — бить по кольчуге с какой стороны не посмотри: занятие малоприятное — однако и противнику резко поплохело. Удар, еще удар по шлему открытой ладонью — в последний момент Серов пожалел свой кулак — после чего перехватил руку попытавшегося закрыться «трехбашенного» барона и крутанувшись сломал ее в локте. Пинок под колено бросает барона на песок: бой по сути закончился, осталось только закончить начатое дело и поставить точку.

Заход «ва-банк» неожиданно сработал на все сто: враг стоит на коленях и уже не пытаясь защищаться баюкает сломанную руку. Александр сделал шаг назад, подобрал меч, после чего дернув ремешок шлема, скинул надоевший защитный элемент, подставив вспотевшее лицо свежему воздуху.

— Барон Понтер, за двойную попытку убить меня, я приговариваю вас к смертной казни. Приговор окончателен, не подлежит обжалованию и будет приведен в исполнение немедленно! — Прозвучало несколько излишне пафосно, однако Александр хотел подчеркнуть, что это происходит не банальное убийство, а свершается правосудие. — Последнее слово?

— Иди к демонам! — Глухо прозвучало из-под шлема, — мой сын за меня ото…

Закончить у казнимого не получилось. С отделенной от тела головой вообще неудобно разговаривать.

— Ну что ж, с одной проблемой разобрался, — пробормотал Серов, не обращая внимания на сходящие с ума трибуны.

Он наклонился и подобрал с песка вражеский двуручник: такой трофей не стыдно у себя в замке на ковер повесить, чтобы когда-нибудь рассказывать внукам о событиях этих дней. — Хорошо бы еще и сынка тем же маршрутом отправить, чтобы врагов за спиной не оставлять, но придется пока довольствоваться тем, что есть. Глядишь его в борьбе за власть свои же пристукнут, все мне меньше работы будет.

Так, потихоньку ворча себе под нос, Александр покинул Арену, одно из запланированных на эту поездку дел он выполнил.

Этот боец был вооружен совершено стандартной парой щит-меч, и на вид ничем примечательным не отличался. Обычная бригантина, шлем и все остальное — увидишь в ряду таких же бойцов и глазу зацепиться будет не за что. Вот только в поединке именно с ним у Александра не было ни единого шанса: перед ним стоял один из фаворитов турнира, который до капитана играючи разделал под орех четверых своих противников, не дав тем даже тени надежды.

— Ты как? — После судебного поединка, Серова в подтрибунном помещении встретила все та же группа поддержки.

— Нормально, — пожал плечами барон, — вот трофеем разжился.

— Хорошо, — маг выглядел обеспокоенным, — потому что в следующей схватке тебе нужно будет попробовать так проиграть, чтобы при этом не сильно покалечиться.

Видимо удивленное выражение лица Александра было достаточно красноречивым, поэтому сразу последовало пояснение от Гинары. Именно девушка, которой неожиданно «зашли» все эти схватки, сидела на трибунах и внимательно отсматривала бои потенциальных противников, дабы быть в курсе возможных неожиданностей. Она-то и поведала печальные — хотя с какой стороны посмотреть, весь этот турнир Александру уже изрядно надоел — новости, о том, что класс следующего противника, как бойца, находится на две ступеньки выше и ловить там, в общем-то, нечего.

— Прискорбно, — констатировал Серов, — это не может быть специально подставленный боец, чтобы меня?.. Того.

— Вроде нет, — не очень уверенно ответила девушка, — вроде бы какой-то высокородный с запада. То ли герцог, то ли вообще принц, выступающий инкогнито. Инкогнито-то инкогнито, но, как водится, все знают. Вряд ли у кого-то хватил денег, чтобы нанять его в качестве наемного убийцы.

— Ну, будем надеяться, — от озвученных новостей капитан был совершенно не в восторге, но тут из ничего не поделаешь: назвался груздем — лезь в кузов.

И вот теперь стоя напротив неизвестного рыцаря, которого глашатай так и представил, как участника пожелавшего остаться инкогнито, Серов прокручивал в голове варианты возможного быстрого проигрыша. Можно было выронить быстренько меч или упасть от первого же толчка, однако червячок внутренней гордости нашёптывал, что нужно хотя бы попробовать посопротивлсяться. Хотя бы для того, чтобы понять свой уровень и наметить дальнейшие пути развития.

В этот момент гонг возвестил о начале боя: противник тут же рванул вперед, вот уж кто явно не собирался все это дело затягивать. Двигался он очень стремительно, не так как тот два с половиной года назад — хотя может это просто у Александра реакция улучшилась — но тоже за пределами обычных человеческих возможностей.

Первый удар Серов умудрился парировать лишь чудом, в последний момент скорее предугадав его, чем среагировав. Попытка контратаковать позорно провалилась — в том месте куда ткнул капитан, противника просто не оказалось. Зато ему прилетел укол откуда-то справа-сзади: кольчуга с поддетым кевларовым бронежилетом справились, но приятного все равно мало. Тем более, что Александр так и не увидел наносящего удар, так как он был вне сектора его обзора. В ответ капитан широко махнул по дуге клинком, надеясь не столько попасть, сколько заставить соперника на секунду отступить, чтобы получить пару мгновений и сориентироваться, и понять хотя бы, в какую сторону воевать.

Не помогло: болезненный удар в колено — опять же из-за пределов зоны видимости — бросает капитан на песок, после чего прилетает мощный удар в шлем. Сталь держится, но Александр окончательно теряет ориентацию в пространстве, и после следующего удара поперек спины — опять же броня делает свою работу хорошо — он просто заваливается вперед. Нет смысла продолжать сопротивляться при таком подавляющем преимуществе, только работы целителям добавишь.

На этом, в общем, все и закончилось: удары прекратились, спустя несколько десятков секунд к Серову подскочили какие-то люди, видимо целители, стащили с него шлем и принялись шаманить. Когда в голове прояснилось — видимо сотряс он все-таки поймал — капитан, прислушавшись в себе и не найдя других повреждений, благодарно кивнул местным эскулапам и без особых проблем поднялся на ноги.

Не смотря на поражение Александр чувствовал себя на удивление хорошо. Если за физическую составляющую нужно было сказать спасибо магам, то вот насчет моральной… Капитан, уходя под трибуну неожиданно для себя расплылся в улыбке: просто с его плеч свалилась наконец тяжесть всех этих схваток. Все поставленные перед собой задачи он выполнил, а победить не рассчитывал с самого начала. В общем — все отлично.

Глава 12

— И послушайте, если вдруг окажется, что я каким-то образом записан на одно из следующих соревнований, будь то групповые бои, гонки, бугурт или даже магические дуэли, клянусь богами, я посчитаю это кровным оскорблением, лично вызову вас на поединок, и у герцога станет одним слугой меньше! Я достаточно ясно выражаюсь?

— Да, ваша милость, — было видно, что распорядитель Арены не то, чтобы сильно испугался Александровых угроз, просто как любой придворный служащий четко ощущал границы, переходить которые становилось опасно для здоровья. Сейчас такая граница была для него как никогда близка. — Я лично прослежу, чтобы такого не произошло.

— Благодарю, — кивнул Серов и, спустившись по лестнице вниз, покинул так надоевшее ему сооружение. В общем-то нельзя сказать, что все было зря, скорее наоборот. И с бароном Понтер разобрался, и границы своих способностей нащупал, вот только и нервных клеток, которые как известно не восстанавливаются, сжег при этом просто неимоверное количество.

— Ну что сделал внушение? — Ариен ждал друга на улице.

— А то как же.

— Хорошо, что у нас дальше по плану? — Маг добыл где-то пакет с какими-то жаренными семенами не торопясь забрасывал их «в топку». Он вообще постоянно жрал и при этом ни капельки не поправлялся. Одно слово — магия.

— На постоялый двор возвращаемся, там Реймосовы ребята должны были подойти, отчитаться по результатам торговли. Перед тем как тратить, нужно понять, сколько есть свободной наличности.

На постоялый двор добрались к обеду, однако людей Реймоса пока еще не было. Логично, Серов же не собирался так быстро проигрывать, поэтому сказал подойти уже после полудня.

В кой это веки можно было спокойно поесть никуда не торопясь, благо кормили на постоялом дворе вполне прилично. Вообще Серов никогда не был дураком вкусно пожрать, предпочитая простую «рабоче-крестьянскую» кухню: мясо, молочка, овощи, каши — и с подозрением относясь к «высокой кухне». Единственное, что вызывало у бывшего спецназовца стойкое отвращение — это разного рода каши на молоке: рисовая, гречневая, манная. Возможно, это последствия детской травмы, когда маленького Сашу заставляли в садике кушать всякую сомнительного вида и вкуса бурду, а может дело в том, что в семье Серовых такие блюда никогда особо не готовили и соответственно у барона просто не было привычки их есть. Все мы, как известно, родом из детства, и некоторые привычки, приобретенные еще в нежном возрасте, проносим с собой через всю жизнь.

Расправившись обедом и отказавшись от пива, — впереди еще куча дел — Серов предпочел травяной чай с медовыми коржиками. Вот чего-чего, а сладкого капитану очень сильно не хватало. А там и торговые представители подоспели.

— Книги продали все, — в руках у Александра оказалась бумага с небольшим отчетом: все же Реймос не плохо вышколил своих подчиненных. — В розницу торговать не получилось, сразу на нас начали давить местные. Мы посчитали, что нарываться не стоит и спихнули все парой крупных партий.

Три сотни привезенных в Авенбург томов — можно было брать больше — принесли дохода чуть больше пяти сотен золотых, что как ни крути в два раза лучше, чем если бы эти книги были проданы заезжим купцам в Александрове. Там на таком опте больше короны за книгу взять было совершенно невозможно.

— Спиртовки расходятся, но не очень быстро. Люди пока не распробовали, однако перспективы есть. Договорились отдать всю партию на реализацию, а когда товар распродадут, положат деньги в любой из гномьих банков на ваш счет. Дело это всяко не на десять дней, поэтому смысла сидеть и ждать нет никакого.

— Не обманут?

— Заверили сделку в магистрате, — пожал плечами торговец, — три гроута за это содрали. Проблем быть не должно. Бумагу, кстати туда же определили. Вроде позиция для местных интересная, но качество наше не удовлетворят.

— Оттого и цена такая низкая, — недовольно буркнул Александр, — а то как обычно: и подешевле, и получше, и побыстрее. И побольше.

— Есть такое, — кивнул работник торговли, — с алкоголем, кстати тоже самое, что с книгами. Забрали все оптом, по хорошей цене, но в розницу поработать не дали. А ведь во время турнира можно было бы хорошо навариться на этом деле…

Последнее предложение было произнесено немного мечтательно, слышно было в нем звуки ссыпающихся в кошелек золотых монет.

— Ладно, — не стал заморачиваться недополученной прибылью Александр. Он еще раз пробежал по табличке глазами, задержавшись на строчке «ИТОГО». За вычетом всех операционных расходов промежуточный доход составил шесть сотен корон. — И так нормально получилось. На амулеты, конечно, все равно не хватит, но на себе можно будет на экономить. У вас есть список того, что нужно купить на обратном пути?

— Да, ваша милость. Ткани, инструмент, стеклянная посуда, ингредиенты для мага… Пустыми не отправимся.

— Понятно… — Серов на секунду задумался. Забирать все деньги смысла не было никакого, когда еще получится караван в большой город отправить. — Тогда две сотни корон я возьму, остальное можешь тратить по списку. Сколько тебе времени нужно чтобы все купить.

— Дня три, ваша милость. Может четыре.

— Отлично, мне подходит. Тогда ориентируемся на восьмое число. Будем двигать домой.

После того, как Серов определился со свободной наличностью, пришло время ее потратить. В первую очередь он отправился покупать себе то самое умение, с которым на прошедшем турнире ему бы жилось гораздо легче. Черт с ним со спортивным результатом, но пару раз он был действительно близок к тому, чтобы сдохнуть.

Виденная уже в прошлый приход девушка в отделении гильдии без вопросов проводит капитана к местному металлисту, который первым делом задает вопрос.

— Подобный опыт был?

— Да, — кивнул Серов, укладываясь в глубокое, похожее на стоматологическое кресло.

— Хорошо, тогда объяснять ничего не нужно. Смотри на выбор есть умения трех разных человек.

— Разница по цене есть?

— Неа, — менталист был на вид подозрительно молодой. Серов, конечно, тот еще специалист, однако при наличии выбора предпочел бы обратиться к более опытному магу. Это тоже не гарантия, скорее повод для самоуспокоения, но все же… — Есть гвардеец ветланского короля. Хороший меч-щит, тяжелые гвардейские доспехи. Бой в строю, бой один на один. Навыки верхового боя. Дальше…

Маг положил кристалл, который рассматривал на свет в шкатулку и взял другой. Этот имел почему-то легкий красноватый оттенок.

— Дальше у нас навыки какого-то тихушника аж из Аркенской Республики. Даже не спрашивай, как оно тут оказалось и как его вообще можно добыть. Что тут… Короткие клинки, маскировка, яды. Бой один на один, использование подручных средств: специфическая, в общем штука. И последний лот на сегодня, — маг жестом фокусника вытащил из шкатулки третий кристалл, — наемник полуэльф. Еще более редкая штука, хотя не уверен, что тебе подойдет. Легкие, в основном изогнутые кринки, лук, конечно. Очень специфическая манера боя, построенная на постоянном движении. Тяжелые доспехи сугубо противопоказаны. Ну что выберешь?

У Серова за время прослушанного монолога сложилось странное ощущение, что он как будто персонажа создает в компьютерной игре: воин, разбойник, лучник. Стандартный, практически, набор, только мага не хватает, но это умение так просто не купишь, там надо энергетически соответствовать иначе толку никакого не будет.

Выбор был сложный и, мягко говоря, совсем не очевидный. Возможно, на окончательное решение где-то повлияло то, что Серов во втором Диабло всегда играл за Палладина… Но, конечно, если спросить прямо, барон бы обязательно ответил, что это был его сознательный выбор.

— Давай гвардейца.

Маг хмыкнул, пожал плечами, мол: «хозяин-барин» — и принялся закреплять кристалл в знакомой уже формы аппарате. Два остальных убрал в шкатулку и вернул обратно в шкаф.

— Я так понимаю, говорить, чтобы ты не моргал и не отводил взгляд не нужно?

— Нет, знаю уже.

— А я все равно скажу: не моргать и не отводить взгляд, — маг задумался на несколько секунд, шмыгнул носом и добавил. — И это… Будет неприятно.

— Знаю, — кивнул барон.

— Нет, ты не понял, — менталист покачал головой, — чем больше знаний, умений, навыков вкладывается, тем хуже. А сейчас я буду засовывать тебе в голову дохрена всего.

— Звучит неприятно.

— Я ж о том же, поэтому я тебя сейчас к этому креслу привяжу, — вот теперь маг выглядел намного странно а в глазах проснулось что-то маньячное, — чтобы ты себе не навредил. Плюс нужно будет выпить одно зелье, которое поможет тебе дольше оставаться в сознании и усвоить больше знаний.

— Вот сейчас я уже совсем не уверен в нужности этой процедуры, — у Серова подозрительно засосало под ложечкой.

— Поздно, — усмехнулся маг, затягивая ремни на ногах пациента. — На пей. Не бойся от этого еще никто не умирал. Если что у нас тут целитель есть, откачает буде появится такая необходимость. Ну будем на это надеяться.

— Шутки у вас, доктор… — Буркнул Александр выпивая зелье, на вкус почему-то напоминавшее клубнику.

— Ну да, — согласился маг, — целитель то в отпуск укатил, так что будем надеяться, что ничего плохого не произойдет. На кристалл смотри!

На этот раз Серова накрыло гораздо жестче. На самом деле было ощущение, что мозг сейчас просто разорвет, от потока вливаемой в него информации. Было физически больно.

Сотни часов тренировок, дуэлей, реальных сражений строй на строй. Какие-то скачки, работа с копьем, сшибки, погони и конечно бесконечное махание мечами. Разной длины и формы, но чаще всего стандартный полуторный, удобный как в конном, так и пешем строю, клинок. Сколько эта вакханалия продлилась Серов не знал, однако ему показалось, что ровно две бесконечности. Та еще пытка.

Впрочем, и она подошла к концу: на этот раз, как и обещал маг, отключиться капитану не дали, и он отсидел весь сеанс от звонка до звонка.

— Ну как? Жив? — Когда «кино» закончилось и ненавистный кристалл исчез из поля зрения, перед Александром появилось лицо мага. — Жив! И кукухой не поехал? Силен!

— Иди нахер, — с трудом смог произнести капитан, пытаясь сфокусировать взгляд на чем-то одном. Получалось плохо: комната плыла, а к горлу подступил комок.

— Это несколько недальновидно оскорблять человека, когда ты привязан к креслу, совсем что ли чувство самосохранения атрофировалось? — Маг еще раз глянул в лицо «пациенту» и наконец понял, что тому совсем не хорошо. — Так! Блевать здесь нельзя! С этим на улицу.

Пока менталист отвязывал Александра от кресла, тот пытался справиться с налетевшими на него «вертолетами».

— Так есть целитель или нет?

— Есть! Направо по коридору десять шагов, дверь слева.

В итоге Серов все-таки смог удержать обед в себе, хотя это и обошлось ему еще в одну корону за помощь целителя. Как ни крути оплатить еще одну трапезу вышло бы дешевле. А дальше все дела пришлось отложить: в голове царила полнейшая каша, руки-ноги были как не свои и общее состояние было сильно ниже среднего. По совету целителя Александр отправился на постоялый двор и лег спать.

Среди ночи Александр проснулся от странного шороха. Сначала он даже не понял, что именно произошло и из-за чего его так неожиданно выбросило из сна. Некоторое время он лежал с закрытыми глазами прислушиваясь, и когда уже было начал проваливаться обратно в сон, звук повторился. Теперь было понятно, что кто-то за окном шуршит черепицей, ничем другим этот шум быть не мог.

Аккуратно встав с кровати, стараясь не скрипеть, Серов на цыпочках подошел к окну и осторожно с щель занавески выглянул наружу. Там, что совершенно логично было темно. До уличного освещения по ночам тут цивилизация еще не доросла, поэтому разглядеть что-то за окном можно было только с очень большим трудом.

Номер Александра находился на третьем этаже постоялого двора, прямо под ним располагался скат крыши второго этажа, по которому — капитан скорее догадался, чем реально увидел — сейчас кто-то пытался карабкаться. Причем делал это, судя по приглушенным ругательствам не слишком профессионально.

«Если это за мной послали», — пришла барону в голову ехидная мысль, — «то это даже оскорбительно как-то. Могли бы кого-то и поприличнее найти».

Психика человека — вещь удивительная, способная адоптироваться ко всему, даже к тому, что тебя кто-то настойчиво пытается убить.

Спустя несколько минут стало ясно, что человек одетый в темный костюм — долбанные ниндзя — пробирается именно к его окну. Александр наблюдал за всем этим действом со все возрастающим интересом, ожидая, что будет происходить дальше.

Неизвестный наконец добрался до окна и, стараясь не шуметь, потянул створки на себя. Получилось не очень хорошо, потому что Серов на ночь окно закрыл на щеколду и теперь ждал, что предпримет убийца. Тот смог его удивить: отчаявшись открыть окно без дополнительного шума, человек стоящий под окном банально постучал, чем вызвал у капитана настоящий когнитивный диссонанс. Если это убийца, то он очень ленивый.

Стук, однако, не прекращался, становясь только все более и более настойчивым.

— Ну это уже наглость, — пробормотал капитан и перехватил поудобнее взятый заранее нож. Как не крути, а с наглым вторженцем нужно было что-то решать, было бы странно просто лечь спать в таких обстоятельствах.

Подгадав момент, когда неизвестный на мгновение отвлечется — стоять на хрупкой черепице — это то еще акробатическое упражнение — Серов резко толкнул створку и ухватив незваного гостя за шиворот резко дернул на себя, переваливая через подоконник. Пара секунд вялой борьбы и вот капитан уже сидит сверху, приставив к обмотанной черной тканью шее нож, а неизвестный даже не пытается сопротивляться.

— Ты кто? Зачем лезешь в окно? — Немножко встряхнув неожиданно легкого гостя, начал задавать вопросы Алесандр.

Вместо ответа неизвестный очень осторожно, показав предварительно открытую ладонь, потянулся к голове и парой движений стянул скрывающий лицо черный шарф. Из-за темноты Серов совсем не сразу понял, кто перед ним, однако в последнее время он стал видеть ночью чуть лучше, что списывал опять же на прием магической химии, и в итоге узнал неожиданного гостя.

— Твою мать! — Не сдержал себя Александр. — Какого хера?

— Я пришла чтобы извиниться, — нисколько не смущаясь своим двусмысленным положением ответила графиня, а это была именно она. — Тогда в таверне я была не в себе и вообще на поняла, что произошло, поэтому решила сбежать. А уже здесь я пару раз замечала, что за мной следят и когда ты подошел, просто не поняла кто это. Подумала, что очередной убийца.

— И пырнула меня ножом. — Немного расслабившись, раз уж убивать его сегодня никто не собирался, позволил себе немного ехидства Серов.

— Ну да, — согласилась девушка, после чего без перехода добавила, — может ты слезешь с меня? Не то чтобы я была в целом против, но покойный папенька учил что сначала помолвка, свадьба и все такое.

На такой заход капитан только хмыкнул — его как человека двадцать первого века шутками про секс пронять было сложно — и убрав нож, поднялся на ноги, после чего рывком перевел графиню так же в вертикальное положение.

— Почему ночью? Почему таким экстравагантным способом? — Серов повернулся к столу и зажег стоящую на ней спиртовку, не забывая, впрочем, боковым зрением контролировать девушку: мало ли что ей в голову ударит. Небольшой огонек разогнал в комнате темноту, и в этот момент Серов неожиданно понял, что он стоит посреди спальни совершенно голый — привык спать без одежды — а девушка его совершенно беззастенчиво разглядывает. — Ну как? Нравлюсь?

— Вполне, — без тени смущения кивнула графиня, — высокий, хорошая фигура. Шрамов только много и пальца не хватает на ноге, но это мелочи. А ночью я полезла, чтобы никто меня не видел. Ни к чему это. Тем более, что за мной постоянно кто-то следит.

— Шрамы и палец — это тебе надо спасибо сказать и твоему барону. Хотя ему я уже спасибо сказал.

— Да, я была на Арене, видела. Поэтому и решила залезть, поговорить.

Серов подошел к своей сложенной одежде и принялся одеваться, судя по всему, быстро это ночное вторжение не закончится, а светить всю дорогу причиндалами было как-то неуютно.

— О чем?

— Хотела извиниться что невольно втянула тебя в свои проблемы и сказать спасибо за барона Понтер. Это, конечно не решает всех проблем, но теперь можно попробовать отправиться в графство и побороться за наследство. Без своего папаши, сынок потеряет львиную долю влияния, а у меня там еще остались люди, которые поддержат законную наследницу.

— Извинилась, поблагодарила, — капитан натянул портки после чего стал чувствовать себя гораздо увереннее. — Что дальше? Если вопросов больше нет, то можешь идти. Ночь на дворе, а ночью я предпочитаю спать.

Графиня тем не менее уходить явно не торопилась, вместо этого она, чувствуя себя как дома, скинула темный, скрывающий фигуру плащ и села на кровать.

— Я хотела попросить помощи, — тяжелый вздох, взгляд в пол, руки, теребящие платок: ну просто страдающий ангел. Вот только капитана такими сценами пронять было не так-то просто. — Одна я не справлюсь. А у тебя и дружина сильная есть и маги и вообще…

Видимо девушка подготовилась и навела о нем справки иначе откуда такая осведомленность.

— И зачем мне это? — Со всем скепсисом, на который был способен, спросил Серов.

— Ты убил барона, сын тебе этого не простит, — пожала плечами девушка. — Тебе должно быть выгодно решить эту проблему раз и навсегда.

— С ним я разберусь и без всяких там графинь, как с папашей разобрался, зачем мне тебе помогать?

— Я могу заплатить, — девушка подняла взгляд и Александр увидел, что глаза у нее на мокром месте. — Я же наследница официальная, банковскими вкладами могу распоряжаться свободно.

— Угу, — кивнул барон, — и именно поэтому, а вовсе не из-за мифических законных прав на герцогство барон так желал добраться до твой тушки, так?

— В том числе, — согласилась девушка, — но и законность тоже лишней не будет. Так ты поможешь?

— И как ты себе это представляешь? Провести армию через Барьер все равно не получится, даже если бы у меня было достаточно свободных бойцов. Да и находится мое баронство далековато. Боюсь, что единственное как могу поддержать тебя — это морально.

— Неужели такой сильный, опытный воин и полководец не сможет ничего придумать, чтобы помочь несчастной девушке? — Анния встала с кровати и подойдя к капитану вплотную провела пальчиками ему по оголенному торсу. — В конце концов за такой приз как графство вместе с графиней можно и побороться.

Выглядели эти телодвижения не столько сексуально, сколько комично, и Серову стоила не мало душевных сил борьба с собой, чтобы просто не расхохотаться девушке в лицо. Учитывая более чем десятилетнюю разницу в возрасте и громадную пропасть в жизненном и сексуальном опыте, потуги девушки включить «роковую женщину» Александр мысленно оценил на два с плюсом. Впрочем, графиня была действительно красивой, этого не отнять, но даже если тело реагировало на присутствие женщины рядом, годы, когда вставший член мешал Серову думать, давно прошли. Все это он, не особо выбирая выражения и поведал Аннии. Так, конечно же отреагировала очень по-женски.

— Хам! — Дернулась графиня и отвесила барону пощечину. Ну вернее попыталась отвесить: по меркам улучшенного баронского организма, двигалась она очень медленно и проблем с тем, чтобы перехватить руку на пол пути у капитана не возникло. Заглянув в абсолютно спокойные глаза Александра и не найдя там каких-то ярких эмоций, Анния выдернула руку и отошла обратно к кровати, села и зарыдала.

К тридцати с хвостиком годам адекватно реагировать на женские слезы капитан так и не научился.

— У тебя есть хоть какой-то план? Зачем-то ты же приехала в Авенбург? Как вообще ты эти полгода протянула, если все так плохо?

Девушка подняла красные глаза и поведала историю своих злоключений. Если опустить подробности, ничего страшного с ней после приснопамятного побега с постоялого двора не произошло — вот тебе и опасные вольные баронства, — девушка уже на следующий день прибилась к каравану, идущему на север в Ветлан. Расчёт на то, что такой поворот от нее не будут ожидать оправдался, и особых проблем кроме тех, которые связаны с путешествием одинокой девушки в условиях феодального средневековья, по сути, не было. Некоторое время жила в Ронеделиском царстве, а оттуда уже перебралась в Авенбург. О том, что барон в начале осени окажется в Герцогстве Тавар она, конечно же, знала и посчитала, что именно тут сможет поквитаться со своим обидчиком. Однако попытки найти для этого дела руки, тут на месте, попыткой не увенчались. Вообще, судя по всему, последние полгода графиню сильно изменили, что было заметно даже по двум эпизодам в тавернах. Тогда девушка растерялась, оцепенела и принялась кричать вместо того, чтобы бороться за свою жизнь. Сейчас попыталась без разговоров намотать кишки Серова на нож. Разница, что называется, на лицо.

— И представляешь, он рассмеялся мне в лицо, и ответил, что таких услуг они не предоставляют. Что они наемники, а не убийцы и я гильдией ошиблась. Потом я стала замечать, что за мной следят, а позавчера меня едва не похитили прямо на улице: подкатила карета, открылась дверь, выскочила пара дуболомов и принялись крутить мне руки и запихивать внутрь. Повезло, что на мой крик из подворотни патруль стражи появился неожиданно, и мне удалось сбежать. Теперь что делать не знаю — проходить ворота опасно, могут ждать на выезде из города. Внутри тоже…

Плечи девушки опять начали подрагивать, недвусмысленно указывая на ее эмоциональное состояние. Александр не придумал ничего лучше, чем присесть рядом и обнять ее за плечи, отчего графиня сначала вздрогнула, а потом прижалась к нему всем телом. Капитан оказался в непростой с моральной точки зрения ситуации: чужие проблемы, ему, откровенно говоря, были совершенно не нужны, благо своих хватало с головой. С другой стороны выгнать сейчас девушку на улицу, отказав ей в помощи и поддержке, у него рука не поднималась. В сущности, графиня была еще очень молода: хоть по местным понятиям семнадцать-восемнадцать лет — уже настоящая взрослость, особенно для женщин, ума и житейского опыта у нее взяться было просто неоткуда. Такая вот дилемма.

Анния видимо со своей стороны приняла действия Александра за согласие помочь и поступила очень по-женски. Она подняла голову и поцеловала Серова в губы, оторвалась на секунду, посмотрела на реакцию — капитан выглядел несколько ошарашенным — и продолжила.

— Не надо… — хотел было остановить девушку капитан, но она его уже не слушала. Впрочем, через несколько секунд и он отпустил поводья и отдался в руки страсти. В конце концов Александр тоже не железный!

Что сказать? Сведения о том, что девственность в средние века для девушек имела какую-то важность, оказались недостоверными. Во всяком случае, у Аннии Серов явно не был первым.

Проснувшись же утром Александр обнаружил что остался в постели один. Сначала он пошарил рукой, потом ногой, когда теплого женского тела нащупать не удалось, он открыл глаза и окинул взглядом комнату — пусто. Одежды графини, в беспорядке разбросанной прошлой ночью тоже не наблюдалось, а открытое окно намекало на способ, которым девушка покинула комнату. Окончательно же все по местам расставила записка на столе, в которой Анния благодарила за ночь и соглашалась с мыслью барона что он ничем, в принципе, девушке помочь не может, а поскольку сама она от борьбы за отцово наследство не откажется, их дороги на этом расходятся.

Сказать, что капитан был огорчен? Скорее нет, чем да. Ему и своих проблем в жизни хватало, и такое окончание маленького любовного приключения его вполне устраивало. Тем более что, он и так минимум два раза очень сильно графине помог, на этом можно было уверенно поставить точку.

После завтрака Серов отправился узнавать насчет большой партии амулетов. Умом он понимал, что позволить себе такие траты все равно не сможет, однако хотел хотя бы понять о каких порядках цифр идет речь. Одно дело если это корона за штуку, тут и подумать можно, а если, скажем, пять, то понятно, что будут ходить дружинники без магической защиты. По такой цене, дешевле новых людей навербовать.

Людей на улице было неожиданно меньше чем обычно, во всяком случае распихивать плечами встречных пешеходов не было нужды. Объяснение этому нашлось почти мгновенно: сегодня был день гонок на колесницах, которые проводились вне городских стен, поэтому население Авенбурга на короткое время сократилось едва ли не на пятьдесят процентов.

За амулетами Серов направился один: Ариена его ученица и возлюбленная опять потащила по каким-то женским делам. Ну как один? Рядом степенно вышагивал серый зверь, а позади пристроилась четверка бойцов — о своей безопасности забывать не стоит никогда.

Из-за того, что перекинуться словом было не с кем, Серов более активно вертел головой в разные стороны. Внимательнее рассматривал окружающих людей, архитектуру и прочие достопримечательности города. А тут было что посмотреть: фонтаны, храмы разных Богов, богатые особняки.

В какой-то момент Александр понял, что уже минут десять, что-то свербит ему на грани подсознания. Какая-то мысль не дает покоя: так бывает, вертится что-то в районе затылка, но понять, что именно, никак не удается. Серов осмотрелся вокруг, пытаясь понять, из-за чего он так переполошился, однако, ничего необычного вокруг вроде бы не было: те же прохожие, те же торговцы с товаром, здания, брусчатка. Капитан остановился и сделав вид, что рассматривает витрину, заваленную каким-то хламом, принялся анализировать. И в итоге понял, что его напрягает: вот этот паренек с лотком засахаренных фруктов странным образом попадается на глаза уже не первый раз. Учитывая извилистый маршрут капитана, вряд ли это совпадение.

То, что за ним следят Александра ничуть не удивило. Он неслабо засветился со всем этим турниром, а врагов у него более чем достаточно. Открытым остается вопрос, кто этого топтуна послал, но не будешь же хватать его на улице и тут же допрашивать: не в тайге же находишься, тут какой-никакой закон есть и стража, обеспечивающая его исполнение.

«Такой толпой и не оторвешься», — Александр прошел сотню шагов, свернул на перпендикулярную улицу и опять остановился как бы рассматривая удачно подвернувшийся фонтан. Незадачливый торговец фруктами меж тем тоже притормозил и принялся активно зазывать людей отведать его товара. — «Ну и ладно. Будем об этом помнить, и делать на возможную слежку поправку в своих планах».

Попетляв еще немного по улицам, чтобы подтвердить свои наблюдения — торговец все время то приближаясь, то на время исчезая из виду, следовал за ним — Серов наконец вошел в отделение гильдии, однако и тут новости его не обрадовали.

— Четыре короны?! Да вы охренели! И это при заказе партии в двести штук? — Вместо того, чтобы опустить цену, такое ощущение, что эти жлобы посчитали, наоборот, по самой верхней планке.

— У нас вся продукция только самого лучшего качества! — Приказчик был непробиваем, впрочем, судя по всему, он далеко не сам занимался ценовой политикой, поэтому не было никакого смысла метать бисер перед исполнителями.

— Понятно… — Задумавшись, протянул капитан. — А книги по артефакторике у вас есть? Для начинающих.

— Конечно! — По скривившемуся лицу работника торговли было понятно, все что он думает про неодарённых жлобов, которые хотят таким нехитрым образом сэкономить. Все равно, мол вернешься за амулетами, если припрет, а так только дополнительные деньги потратишь. В то, что Серов сможет обеспечить себя нужной продукцией сам, разжившись, в соответствии с притчей, не рыбой, но удочкой, приказчик явно не верил. — Вот «Принципы артефакторики» ан-Хола, вот справочник по материалам. А вот «Защитные амулеты» ан-Фассета. В принципе, все что нужно знать начинающему артефактору, в этих трех книгах есть.

Приказчик подошел к шкафу, выбрал три здоровенных тома, и с хлопком водрузил их на прилавок.

— Сколько?

— Двадцать семь за все, — с пробивающимся ехидством в голове ответил продавец. — Брать будете?

— Ну ладно, еще поймешь, как ты ошибся, — бурча себе под нос ругательства, принялся отсчитывать монеты Александр. И продолжил мысль уже про себя, — «я их перепечатаю и продам по две короны, за штуку, посмотрим, как долго ваш бизнес продержится с такими ценами». Заворачивай. Амулеты от ментального воздействия есть?

— Есть, — пожал плечами приказчик. — Разные. От восьми корон до шестидесяти двух за штуку.

«ААА!» — мысленно закричал Серов, — «Почему все так дорого?!»

Что это? — Серов сидел и медитировал над кружкой травяного чая. Прошлым вечером они мужской компанией несколько перебрали, отмечая окончание дел в Авенбурге. Осталось только дождаться, когда люди Реймоса закупят все по списку и можно будет отправляться домой. Жерард их, конечно на скорую руку привел в порядок, однако то ли сил у него не хватило, то ли опыта, но на душе все равно было как-то муторно, поэтому появление Ариена было встречено без особого восторга. Маг в отличие от него выглядел свежим, румяным и довольным: вот что значит разница в десять лет, похмелье ощущается совсем по-разному. И даже озвученная вчера новость о том, что ему теперь придется еще и артефактами заниматься не смогла на долго испортить огневику настроение. В руках мага была какая-то записка, которую он Серову и протянул.

— Не знаю, — пожал Ариен плечами, — служка отдал. Сказал, что к нему подошел какой-то мужик на улице и велел передать барону. Других баронов тут нет, так что выбор невелик.

— Ну да, ну да, — проворчал Александр, — вечно я за вас всех отдуваюсь. Ничего без меня сделать сами не можете.

Капитан развернул сложенный вчетверо листок бумаги и быстро пробежал глазами по строчкам. Настроение вмиг испортилось еще сильнее.

Видимо маг заметил изменившееся выражение на лице друга, потому что сразу спросил обеспокоенным голосом.

— Что-то случилось?

Серов молча бросил прочитанную только что записку на стол приглашая друга ознакомиться самому. Тот взял клочок бумаги в руки и прочел вслух: «Графиня у нас. Если хочешь увидеть ее живой, готовь пять сотен корон. Время и место сообщим позже». И подпись «П».

— Он что женских романов перечитал, — недоуменно нахмурил брови огневик. — С чего этот придурок вообще взял, что тебе есть до девчонки дело?

В том, кто скрывается за подписью «П» ни у кого вопросов не возникло. Кроме молодого барона Понтер никому не могло прийти в голову, что Серов как-то связан с графиней.

— Или есть? — Видя, как нахмурился друг, маг начал что-то подозревать. О своем небольшом ночном приключении, Александр ему конечно же до этого не рассказывал.

— Ну скажем так, — очень осторожно подбирая слова ответил Александр, — видимо мне придется попробовать помочь Аннии. Мы в ответе за тех, кого приручили.

— Твою мать! — Маг обреченно покачал головой, понимая, что так просто теперь уехать из города не получится.

Глава 13

— Ты же понимаешь, что это бред? — Ариен в кой это веки решил проявить твердость и убедить Алесандра, что принятое им решение, скажем так, не является оптимальным. — Ты ее видел три раза! С чего тебе вообще есть дело до судьбы этой девушки?

— Если ты намекаешь на то, что я окончательно при виде смазливой мордашки перестал думать верхним мозгом и перешел на нижний, то ты не прав, — вяло парировал Серов.

— Я не намекаю! Я совершенно прямо тебе это говорю!

— А что, если я тебе скажу, что кроме моральных, согласен несколько спорных, причин у меня есть еще и соображения практического плана, — капитан склонил голову вправо и прищурившись посмотрел на беснующегося перед ним друга.

— Удиви меня! Я слушаю, — маг остановился, с грохотом отодвинул стул, сел на него верхом и всем своим видом показал, что готов внимать.

— Хочу раз и на всегда разобраться с гадскими баронами Понтер. Если это он похитил графиню, а больше вроде некому, а потом прислал записку мне, то это значит, что он, как минимум, про меня помнит и, вероятно, будет дальше пытаться мстить за отца. Нужно мне это? Нет. Если не сейчас с ним разобраться, когда он сам плывёт в руки, до где его потом ловить?

— Резонно, — вынужден был признать маг. — Только я не вижу в этом плане места для геройства.

— А его и не предусмотрено, — пожал плечами барон. — Не буду врать, мне девушка понравилась и мне бы не хотелось, чтобы ее прирезали.

— Запал все-таки, — ехидно ухмыльнулся маг.

— Не скрою, думал о ней как о возможной жене, — кивнул Серов. Собственно, глупо было отрицать очевидное. — Но очень сомневаюсь в том, что эта идея может взлететь.

— Взлететь? — Не понял, не знакомый с земным фольклором, маг.

— Ну в смысле сомневаюсь, что из этого получится что-то стоящее. Графский титул — это без сомнение приятный бонус к красивой и приятной девушке. Плюс само графство, конечно, но там вообще непонятно, что с ним делать, оставим такое приданное за скобками. Дело в самой девушке, ее характере… Боюсь, что хорошей жены, хранительницы очага и надежного тыла из нее не получится. Не тот характер.

В имперском языке адекватно соответствующих аналогов озвученных идиом не было, однако Ариен понял.

— И? В чем тогда смысл? Чтобы потрахаться, можно придумать приключение гораздо безопаснее: поход в бордель, например, — Гинары рядом не было, поэтому огневик мог не слишком следить за языком.

— Графиня говорила, что у нее есть доступ к счетам покойного графа, глядишь отсыплет чего-нибудь за помощь.

— Бред, — маг рубанул рукой воздух, — оказанная услуга ничего не стоит, и ты знаешь это лучше меня, или ты ее потом сам пытать будешь? Но общее направление твоих мыслей я понял. Надеюсь, сильно рисковать ты не будешь.

— Вообще не собираюсь. Если молодой барон Понтер думает, что я вот так сам приду к нему безоружный, еще и с полными карманами золота, то он будет очень разочарован.

— Рад это слышать.

— Ну да… Так вот, слушай, что я придумал.

Весь план Александра строился на том, что похитители — дилетанты. Причем дилетанты, плохо подготовленные и сильно ограниченные по времени: в таком деле как похищение с целью выкупа, каждый следующий час играет на руку потенциальным спасителям, если такие вообще есть, конечно.

Похищение явно было спланированно на скорую, да и сама идея, что Серов поведется и согласится платить выкуп, или вообще хоть как-то отреагирует, была крайне шаткой. Плюс способ связи через передаваемые записки… А если барона не было бы на постоялом дворе, или не будет когда принесут следующее письмо? В общем, во многом из-за такого дилетантизма оппонентов, Александр и решился с ними пободаться.

Была еще мысль подключить власти герцогства, вряд ли там будут рады беспределу, творящемуся у них под носом, однако по здравому размышлению от этой идеи отказались. Кто-то там в верхах играет против него — не просто же так его в участники турнира записали — а оказаться сдуру между молотом и наковальней хотелось меньше всего.

Выяснить в какой гостинице останавливался каждый год старый барон Понтер не составило труда. Несколько монет одному из работников Арены — вот и все разговоры о неподкупности — и тот мгновенно сливает нужную информацию. Участники соревнований оставляют свои контакты при регистрации на случай всяких непредвиденных ситуаций, и теперь благодаря коррумпированности местного чиновничества эта информация попала к Серову.

В той гостинице молодого барона, конечно, не оказалось, однако опять же за небольшую плату, горничная поведала, что съехал барон вместе со своими людьми только день назад, причем в большой спешке. Так же она раскрыла численность противостоящего отряда, насчитывающего примерно полтора десятка человек. Путем несложных мыслительных изысканий, Александр предположил, что далеко, на другой конец города переезжать всем табором было бы не с руки, тем более, когда на руках пленница, значит искать нужно было где-то недалеко.

Стража на ближайших воротах не смотря на всю смазку, вспомнить покидающую город карету без герба — Анния говорила, что было такое транспортное средство — не смогла. Учитывая же вернувшуюся в город толпу — гонки на колесницах закончились — переть к дальним воротам напрямую глупо, проще объехать снаружи, значит, опять же с высокой долей вероятности, можно предположить, что черту стен барон со свитой не покидал.

Дальше дедуктивные способности капитана дали сбой, и попытка вычислить непосредственный адрес, куда могли перебазироваться похитители откровенно провалилась. Вокруг было много сдаваемого внаем жилья, а времени, чтобы пробежаться по ближайшим улицам и поговорить с большим количеством народа просто не оставалось: день успешно клонился к вечеру. Впрочем, и такой результат, обеспечивающий повышенную скорость реакции на происходящие события, Серова устроил, после чего он вернулся обратно к себе на постоялый двор.

При этом капитан, еще выходя утром, опять заметил за собой слежку, которую достаточно легко — в этот раз он был сам — сбросил с хвоста, что вносило во всю ситуацию дополнительный фактор неопределенности.

Ближе к закату очередной чумазый пацаненок принес послание с местом и временем встречи. Пробежав глазами записку, Серов удовлетворенно улыбнулся с районом он угадал, а значит события пока развиваются по его сценарию.

Не слишком торопясь, Серов взял небольшую кожаную сумку, в которой для постороннего наблюдателя должен был быть выкуп, так же не торопясь вывел из конюшни скакуна и направился к месту встречи. С ним вместе ехал только один человек, совсем не боевого вида. Вряд ли, глядя на худощавого, бледного кожей Норвина, кто-то мог подумать, что паренек может быть опасен. Ученик мага должен был в случае неожиданного обострения стать джокером и отделением огневой поддержки, под прикрытием которого Серов собирался делать ноги. Вся эта пантомима была рассчитана на то, что за ним будут присматривать: пусть у похитителей не возникает и мысли о том, что Александр что-то задумал.

Рассматривал Серов в процессе подготовки и возможность без затей штурмануть обиталище похитителей и банально всех там перебить. В то, что он со своими людьми на это способен, капитан не на секунду не сомневался. Он сам, да с огнестрельным оружием, да маги да гвардейский десяток… С такой командой можно какой-нибудь небольшой замок захватывать с гарнизоном солдат, о каких-то паршивых киднепперах и говорить не о чем. Однако в итоге от «простого» плана он отказался, потому что могла пострадать девушка. Серов мог сколько угодно отрицать это перед магом, но себя не обманешь — графиня ему понравилась, и ему бы не хотелось, чтобы с ней что-то произошло.

Пока Серов делал вид, что спешит на встречу с похитителями, выбравшись через черный ход на соседнюю улицу боец стрелой мчит к основному отряду, ждущему его в небольшом трактире, рядом с обозначенным местом. Если бы туда разом ломился весь отряд, то это было бы слишком заметно, а так у них будет время чтобы сориентироваться и, не слишком суетясь, занять позиции.

Откровенно говоря, весь план Серова был тоже далеко не так хорошо продуман, как хотелось бы, но в условиях цейтнота и отсутствия соответствующих кадров — группы антитеррора под рукой не было — приходилось играть теми картами, которые были на руках. Опять же была надежда, что специальный, гвардейский десяток, усиленный дополнительно купленными несколько дней назад навыками, окажется один в один лучше, чем люди молодого барона.

Капитан ехал на лошади и размышлял о том, насколько два мира похожи между собой. В первую очередь похожи люди. Не смотря на всю магию-шмагию, не смотря на другой уровень социальных отношений, средневековую культуру и все прочее, люди были теми же.

— Только квартирный вопрос их испортил, — задумавшись не заметил, как озвучил свою мысль вслух, — как бы не так, было бы что портить.

Озвученная сентенция осталась без ответа. Норвин ехавший рядом если и услышал что-то, то вряд ли понял и уж точно не посчитал нужным комментировать. Вселенная же как обычно в таких случаях осталась глуха, она слышала философские высказывания и покруче.

Местом встречи, которое изменить как водится нельзя, оказался большой склад, вплотную примыкающий к городской стене.

— Ну да, — скривился Серов, — именно так оно и должно было быть.

Это здание стояло номером два среди потенциальных мест, где могли бы спрятаться похитители. С одной стороны приятно осознавать свою правоту, с другой — очень жаль, то у него не было в запасе лишних трех-четырех часов на подготовку.

— Стой здесь, — капитан отдавал последние распоряжения Норвину, — а лучше вот туда отойди. Чтобы на виду у стражников быть. Подойдешь только если я подам знак. По слову «отход» фигачишь всем что есть и сваливаем.

— Я помню, ваша милость, — кивнул парень, которого инструктировали уже пятнадцатый раз. — Удачи вам.

— Спасибо, — Серов спрыгнул с лошади и перекинул поводья магу. — Все, я пошел.

Узкий тупичок, в котором по традиции поняло мочой — вот уж что точно универсально для всех миров — утыкался в покосившиеся деревянные ворота. Едва Серов подошел, из-за створки выглянула вихрастая голова, и произнесла гнусавым голосом.

— Сюда заходи, — когда Александр преодолел проем послышалась новая команда. — Стой.

Руки неизвестного бандита быстро и достаточно ловко пробежали по одежде барона в поисках спрятанного оружия. Ни меч, ни шпагу, капитан, понятное дело не брал с собой, лишь небольшой нож приладил на лодыжку. Исключительно для отвлечения внимания от пистолета. Его в как раз в отличие от ножа Серов прицепил на самое видное место, рассчитывая, что незнакомые с огнестрельным оружием похитители просто не подумают, что эта штука может быть опасной.

Так и случилось: нож был мгновенно найден и с улыбкой продемонстрирован Серову. Тот и глазом не повел, все так и задумывалось. Внутри склада царил полумрак лишь в дальнем конце находился какой-то, не видимый отсюда источник света. Александр так и не понял, что там хранится, впрочем, и без этой информации ему было он вполне мог обойтись. Стеллажи и стеллажи, ящики и ящики, какая в общем-то разница.

— Пришел-таки, а я уже и не рассчитывал, — из темноты вынырнул силуэт при ближайшем рассмотрении оказавшийся молодым — лет двадцать, — одетым в дорогой камзол, человеком. Средний рост, правильные черты лица, неплохая фигура.

«И чего он Аннии не понравился», — успел было подумать капитан, когда молодой барон без дополнительных слов заехал ему кулаком под дых. — «Угу. Теперь понятно».

Сказать, что было сильно больно нельзя: кевларовый жилет под одеждой несколько смягчил удар, да и организм у капитана был подготовленный, что не помешало ему театрально согнуться и закашлять. Роль нужно отыгрывать до конца.

— Деньги принес?

— Золото у моего человека на улице. Я его отдам только после того, как девушка отсюда уйдет, — чем дольше он будет тянуть резину, тем больше времени будет у его бойцов.

— Э нет, так мы не договаривались, давайте его в клетку.

Из темноты выскочило еще два силуэта и подхватил Серова под руки потащили его вглубь склада. Ну как потащили — капитан был на голову выше обоих, и правильнее было бы сказать, что он пошел сам с почетным эскортом по бокам.

Вопрос на само деле заключался исключительно в способности этих горе киднепперов быстро отреагировать на опасность, ну и есть ли среди них маги, конечно. Если их предусмотренные планом полтора десятка, если никто сразу тыкать в него железяками не будет и если магов нет, то Александр вполне может разобраться с ними сам, благо пуль в магазине много и жалеть их для такого дела капитан не собирался.

В дальнем конце склада в закутке действительно стояла клетка из связанных между собой толстых деревянных прутьев, похожая на ту в которой скот на базаре держат, разве что побольше размером. Метра два высотой, два шириной и метр в глубину. Внутри сидела привязанная зачем-то дополнительно к стулу графиня. Судя по громадному синяку на пол лица обращались с ней не очень вежливо, впрочем, учитывая кляп во рту, возможно она сама выпросила. Глаза девушки смотрели на Александра совсем без восторга, как бы говоря, что она считала Серова умнее.

Туда же в клетку запихнули и Александра, разве что привязывать не стали, видимо посчитали, что нет смысла, долго ему там не сидеть. Тут, надо сказать мнения обеих сторон сошлись, хотя и далеко не все об этом знали.

Клетка запиралась на здоровенный, немного ржавый навесной замок, который при скрипел повороте ключа так что ломило зубы.

— Вы б смазали его что ли, — ехидно посоветовал своим пленителям Серов. Актер из него получился посредственный и долго играть запуганную жертву у него не получилось.

— Заткнись, — беззлобно посоветовал один из бойцов. Вот уж кому явно было пофиг на все происходящее. Ничего личного, как говориться, только бизнес.

Через пару минут из темноты появился молодой барон, и сразу взял быка за рога.

— Где деньги, Серов? — «Хорошо, что унитаза рядом нет» — мелькнула у капитана мысль, но в слух он ответил другое.

— Снаружи у моего человека. План такой: сейчас отсюда выходит девушка, потом приносят деньги, а потом ухожу я и мы расходимся как в море корабли.

— Э нет, — ухмыльнулся молодой человек, — сделаем по-другому.

Он повернулся к одному из своих подручных и кивнув в сторону выхода скомандовал.

— Отправь троих, нет лучше — четверых, пусть приведут сюда этого с деньгами, — потом подумал и скорректировал приказ. — Впрочем можете не вести, принесите деньги. Тело только на видном месте не бросайте, только стражи нам тут не хватало.

«Минус четыре», — удовлетворенно подумал Александр. В том, что эту группу «в полосатых купальниках» на улице встретят с распростертыми объятиями он ни капельки не сомневался. Осталось дождаться шухера и начинать действовать. В том, что барон Понтер ничего с ними в ближайшие несколько минут не сделает, Серов был более чем уверен — парень уже почувствовал запах золота, и решил, что получить «все» гораздо лучше, чем «что-нибудь».

Через несколько минут с другого конца склада послышалась какая-то возня, шум и крики. Только этого и ждавший Александр отреагировал мгновенно. Он выхватил дождавшийся своего часа пистолет и принялся без затей расстреливать обернувшихся на шум похитителей. Первую пулю он всадил в затылок барону, закрывая таким образом вопрос с этой семейкой, после его принялся за остальных.

Графиня, изо рта которой Серов пару минут назад зачем-то вытащил кляп, опять, как и полгода назад включила сирену, накрыв всех присутствующих звуковой волной.

Хлоп! Безжизненное уже тело валится на пол. Хлоп! Один из охранников, начавший было уже поворачиваться на звук получил пулю в корпус. Хлоп, хлоп! Еще две.

В этот момент Серов понял, что сильно недооценил барона Понтер. Вернее не его самого а его людей, впрочем, скорее всего, это бойцы набранные еще его отцом, а тот был явно человеком со всех сторон обстоятельным. Один из охранников среагировал очень быстро, развернувшись и подскочив к клетке от ткнул клинком сквозь прутья и произнес.

— Брось, иначе я раскрою тебе горло и глазом моргнуть не успеешь, — остроотточенный конец шпаги опасно приблизился, к коже Александра. Ему даже показалось, что он почувствовал холод металла, застывшего буквально в миллиметре. Судя по скорости реакции, судьба опять свела его с мастером, и опять они, почему-то оказались по разные стороны баррикад. Пришлось действительно разжать ладонь — оружие с печальным звяком упало на пол. — Заткнись!

Последнее было адресовано Аннии, которая действительно по команде перестала кричать.

«Вот тебе и великолепный план, Саша», — мысленно обратился к себе же капитан, — «надежный как швейцарские часы!»

— Что там? — Не поворачивая головы и не отводя взгляда, крикнул держащий шпагу.

— Нормально! Тут какой-то придурок ввалился, начал права качать, а когда мы его нахер послали, принялся буянить, — донесся гнусавый голос со стороны входа.

«Какой еще придурок?», — на понял Серов, — «что-то пошло не так».

— Успокоили?

— Наглухо, — отзывался все тот же голос.

— Ну и хер с ним, осталось решить, что с этими двумя делать и сваливать.

— Сто золотых тебе сейчас и жалование в три раза выше, чем было у барона, — одними губами озвучил предложение о найме Александр, которого шампур, болтающийся возле шеи, уже начал раздражать.

— А остальные? — Видимо, заинтересовался предложением мастер.

— К демонам остальных, — успел произнести Серов и тут началось.

Возле входа полыхнуло, послышались крики и звон клинков, наконец подоспела кавалерия из-за холмов. Оставшиеся возле клетки бойцы бросились туда, откуда доносились звуки сражения, оставив в пятне света троих человек.

— Ну? — Серов вопросительно поднял бровь. — Сейчас предложение похудеет до пятидесяти золотых, а когда сюда войдут мои люди, станет вообще не актуальным.

— Согласен, — после короткого размышления ответил мастер и убрал клинок. После этого он, не обращая внимания на какофонию звуков, доносящихся ото входа, подошел к телу барона, быстро его обыскал и, достав ключ, отпер дверь клетки.

Серов к этому времени подобрал пистолет, и начал было развязывать графиню, но бросил это дело. В конце концов, сейчас было важнее разобраться с людьми барона.

— Веди, — коротко указал направление Александр, — ударим с тыла.

Тот кивнул, и развернулся было туда откуда доносились звуки боя, но тут же упал с простреленным затылком.

Серов молча подошел, поднял с пола шпагу, пару раз ей взмахнул — клинок был явно лучше того которым пользовался капитан — и вернулся к графине. Одно движение и веревки повисают отдельными кусочками.

— Что ты так на меня смотришь? — Заметив ошарашенный взгляд Аннии, спросил Серов. — Не люблю предателей, тем более он был опасен, мало ли что в голову еще придет. Проще так. А там мои бойцы сами разберутся — не маленькие.

За спиной послышались торопливые шаги: в круг света вбежал Ариен и с ним пара бойцов. Действительно разобрались, тут барон не ошибся.

— Ты как? Все в порядке?

— Ну да, ничего кроме моего самомнения не пострадало, — пожал плечами Серов. — Не учел, что тут могут быть серьёзные бойцы. У вас как? Где вы лазили так долго? Потери?

— Убитых нет, только раненные ими уже Жерард занимается. А насчет долго… — маг замялся. — Там какой-то придурок полез впереди нас, чуть нам весь эффект неожиданности не поломал.

— Надо глянуть, вряд ли это мог быть случайный человек. Не в таком месте и не в такое время.

Графиня, о которой все как будто забыли увязалась следом. Девушка вообще выглядела потерянной, что, впрочем, с учетом обстоятельств было не удивительно.

— Вот, — маг указал, на один из раскиданных по полу трупов.

— А ну ка дай свет, — попросил Серов. Маг зажег светляка, и Александр смог разглядеть лицо убитого. Без сомнений это был тот самый торговец фруктами, который следил за ним пару дней назад. Почесав в задумчивости затылок, капитан решил обыскать тело, вдруг получится найти какие-нибудь зацепки. Когда он расстегнул крутку, под ней обнаружился большой медальон с выгравированным на нем неизвестным знаком. — Ариен, глянь. Знаешь, что это?

— Неа, — отрицательно мотнул головой огневик. — Во всяком случае магии в нем не ни капли.

— Я знаю, — неожиданно отозвалась Анния. — Это бляха герцогской тайной стражи.

— Точно?!

— Да, — кивнула девушка, — я такую уже видела.

— Твою мать! — Выругался Серов. — Только этого не хватало. Этот-то что тут делает?

Вопрос повис в воздухе, оставшись без ответа.

— Собираем трофеи и нужно отсюда сваливать. Хрен его знает, что этот тихушник тут забыл, но вряд ли герцог будет рад тому, что его людей в его же городе вот так запросто убивают.

— А мы то тут причем? — Возмутился маг. — Когда мы пришли он уже был в таком состоянии.

— Вот в подвалах тайной стражи это все им и скажешь, — Александр был настроен максимально пессимистично. — Когда тебя на дыбу потянут. А вообще стоит, пожалуй, из города побыстрее сваливать. И из герцогства. Есть мнение, что после этой ночи к нам могут появиться вопросы, на которые я бы предпочел не отвечать. Вряд ли боевые действия, имеющие итогом полтора десятка трупов, тут случаются каждый день.

— Ворота закрыты на ночь, — графиня взяла себя в руки и начала мыслить рационально.

— А если на лапу страже дать?

— Чтобы пропустили пятнадцать человек верхом? — Скривилась девушка, — сомнительно. Только внимание к себе привлечем.

— Согласен, Ариен организуй людей. Пусть несколько человек едут на постоялый двор, собирают все вещи и возвращаются сюда. С рассветом прямо с этого склада и стартанем, как только ворота откроют. Там перехватим остальных и двинем назад в баронство. Если трупы тут найдут не сразу, то глядишь хватит нам форы чтобы слинять.

— Сделаю, — кивнул маг и убежал. Вместе с ним улетел светляк и эта часть склада опять погрузилась во тьму.

— А мне что делать? — Прозвучал из темноты голос Аннии.

— Не знаю, — пожал плечами Серов, хотя девушка его все равно не видела. — Ты просила о помощи, я помог. Даже денег, обещанных за это, не требую. Не совсем так, как ты хотела, но результат, в общем то… Можешь ехать, брать власть в своем герцогстве.

— А ты?

— А я вернусь в баронство, у меня там дел — выше крыши.

— У тебя там есть кто-то? — Кого именно девушка имеет ввиду, она не уточнила, однако Серов и так понял, что она имеет ввиду.

— Я бы не хотел обсуждать это… — Резковато ответил Александр, а потом поняв, что девушка в общем-то ни в чем не виновата добавил, — моя жена погибла полгода назад. Сейчас никого нет.

Про Никару вспоминать в такой момент было бы совсем глупо.

— Понятно, — протянула девушка. Видимо в какой-то момент она подумала, что и дальше Александр будет ее опекать. — Можно мне хотя бы до границ герцогства с вами проехать?

— Можешь ехать хоть до самого баронства, тем более что тебе в общем то по пути. Не вижу в этом проблемы.

— Хорошо, тогда перед рассветом я вернусь сюда. Мне тоже собраться нужно.

— Анния, — окликнул барон девушку, когда та появилась в дверном проеме.

— Да?

— Я рад, что с тобой ничего плохого не произошло, — искренне сказал Александр, а потом зная женскую натуру предупредил, — но, если опоздаешь — ждать не станем. На мне тут полсотни душ тут и целое баронство там. И так, если честно, сделал больше, чем должен был.

— Я поняла, — только и ответила графиня и растворилась в темноте.

Серов постоял еще немного, подумал о превратностях бытия и развернувшись пошел обратно, туда, где его люди шмонали трупы барона и его людей.

— Вот что, — обозрев батальное полотно, решил Серов. — Вот этому и этому нужно отпилить головы и забрать с собой. А вот этого хорошо бы забрать полностью. Ну или сжечь.

Александр указал на трупы тех, кого он застрелил.

— Зачем? — Ариен широко открыл от удивления глаза. — Совсем поехал крышей? Будешь запретные ритуалы проводить? Кровью обмазываться и девственниц в жертву приносить? А я всегда говорил, что большой город плохо влияет на неокрепшую психику.

Как обычно маг после драки становился излишне болтлив.

— Нет, не хочу свое оружие светить, — Александр похлопал по набедренной кобуре, где, выполнив вою работу, отдыхал АПС. — По правде говоря уже поздно, но все же. Сейчас еще гильзы нужно будет поискать.

Поиск латунных бочонков занял минут двадцать. Как обычно дольше всего не получалось найти последний, как-то неудачно отскочивший и закатившийся под стеллаж. С трупами возится никому не хотелось, поэтому пришлось заниматься этим магу.

— Потом, когда будем уходить сделаю, — то ли с ужасом то ли с восторгом посмотрел огневик на странную инсталляцию. Труп и две отрезанные головы на нем. Почему только головы? Что бы энергии меньше тратить. Если бы сжигать тела дотла было бы просто, можно было бы тут вообще все зачистить таким образом. — А то тут все так провоняет, будем остаток ночи на улице сидеть.

Часа через три вернулись отправленные на постоялый двор бойцы с вещами. Одного из них Серов тут же послал к остальному отряду, находящемуся за стеной, чтобы они тоже готовились к срочной эвакуации, благо стража на воротах смотрела весьма благожелательно на возможность заработать, пропуская отдельных загулявших жителей сквозь боковую калитку, при запертых на ночь воротах. Такие гуляки были делом более чем привычным и, в отличии от большого отряда, внимание к себе не привлекали.

— Вот еще что, — неожиданно Серову пришла мысль, как в этой ситуации еще себе дополнительных вистов заработать. Не известно, конечно, сработает или нет, однако попробовать точно стоит.

Барон подошел к навьюченным лошадям, стоящим в непросматривающимся с улицы, закутке, и, покопавшись в сумках, выудил оттуда документ, взятый с тела главного разбойника на пути в герцогство.

— Вот тебя то я и ищу, — пробормотал капитан и уверенной походкой направился к телу молодого барона Понтер, которого без головы узнать можно было только по дорогой одежде. Ее в процессе мародерства — Александр предпочитал называть это сбором трофеев — не взяли, побрезговали. Перед трупом Серов встал и на некоторое время задумался.

— Что хочешь сделать? — Подошел сзади маг, заинтересовавшись действиями друга.

— Вот, — Алксандр помахал в воздухе «вездеходом» от городского совета Берсонзона. — Подложить хочу.

— Зачем? — Не понял идеи маг.

— Ну смотри: находят тут тела, находят труп тихушника, пытаются понять, что тут происходит и обнаруживают у одного из мертвецов такой вот примечательный документ. Как думаешь, к какому выводу могут прийти у герцога?

— Хм… — Маг на несколько минут задумался, после чего сделал предположение, — ну то, что в Авенбурге не протолкнуться от шпионов со всех концов континента, это не новость, об этом даже театральная пьеса есть. Причем герцога, судя по всему, такой расклад устраивает — ему самому особо скрывать нечего, а вот чужой информацией разжиться в эдаком серпентарии, всегда можно.

— Шпионы, которые просто вынюхивают — это одно, а вот так чтобы бойню натуральную в городе устраивать… Вряд ли такое часто тут происходит, такие случае плохо бы влияли на репутацию Авенбурга как культурной столицы.

— Это да, — кивнул Ариен. — Скорее всего, мне бы это не понравилось. Тем более шпионы из Берсонзона, это…

Маг сделал в воздухе неопределенное движение рукой, как бы показывая, какое место в политической иерархии мира занимает вольный город с задворок континента. Прямо скажем, место это было в районе плинтуса.

— Главный вопрос — последуют какие-нибудь ответные действия?

— Вполне могут, — прикинув хер к носу согласился маг. — Только не барону это надо совать, а вот этому второму.

— Почему?

— Потому что крайне маловероятно, что самовластный барон будет агентом городского совета. А вот кто-то из его окружения — вполне. Тогда и попытки тебе навредить будут легко объяснимы — сведения о том, что у нас с Берсонзоном есть, скажем так, разногласия, добыть не сложно.

— Резонно, — согласился капитан. После короткого обсуждения было решено сильно не прятать — а то вдруг не найдут — но и на самом видном месте оставлять такой документ тоже было бы странно. В итоге Гинаре, как единственной девушке, выдали нитку и иголку, и она подшила написанную на ткани индульгенцию изнутри куртки к подкладке. Как будто ее уже один раз пришлось доставать, и владелец не стал второй раз заморачиваться. Получилось как раз то, что нужно: если быстро обыскать, то пропустить можно, а при более-менее тщательном обыске — найдется обязательно.

Остаток ночи Серов постарался немного поспать, впереди ожидалась длинная, и вероятно тяжелая дорога, и силы еще понадобятся. Впрочем, сделать это оказалось гораздо сложнее чем сказать, и дело было совсем не в отсутствии комфортной постели: за последние два с половиной года, где только ему не доводилось ночевать.

На Александра неожиданно навалились мысли о земном прошлом. Эти два с половиной года были очень насыщенными и вместили в себя столько событий, что та прошлая жизнь потихоньку начинала блекнуть, превращаясь непонятное наваждение, которое то ли было на самом деле, то ли приснилось навеянное полетом шмеля. Как там друзья? Как родственники? Посчитали ли его в конце концов погибшим или пропавшим без вести. Скорее всего власти все засекретили, похоронив под тонной подписок о неразглашении, что в общем-то правильно: зачем людей возбуждать лишний раз.

Получится ли у него когда-нибудь вернуться? А главное — хочет ли он? С этими мыслями Серов и провалился в царство Морфея.

Едва первые солнечные лучи вынырнули из-за горизонта, весь отряд, в полтора десятка человек при вдвое большем числе лошадей — наследство от барона Понтер — был уже возле ворот. Короткие препирательства с сонными стражниками, которые не слишком торопились открывать проезд, и кавалькада без проблем покидает ставший столь недружелюбным для них Авенбург. Тут, конечно, пенять на сам город сложно, однако, количество приключений на единицу времени в этом путешествии превысило любые допустимые нормы, поэтому все уже торопились как можно быстрее вернуться в баронство.

К сожалению, всех закупок сделать Реймосовы приказчики не успели, однако и то, что было едва поместилось на двух телегах. После короткого обсуждения среди причастных, сошлись на том, что бросать все это нажитое непосильным трудом богатство жалко: земля под пятками вроде бы пока не горит, и кое-какой запас по времени есть.

— Ладно, — махнул рукой Серов. — Глядишь не найдут они эти трупы сегодня, а завтра нас в герцогстве уже не будет: ищи-свищи ветра в поле.

Меж тем осень, радующая людей до этого отличной погодой: все время светило солнце, температура держалась на уровне двадцати-двадцати пяти градусов, а дождь был только один раз и то — короткий, неожиданно преподнесла неприятный сюрприз. Набежали тучи, подул прохладный ветер, после чего зарядил первый по-настоящему осенний дождь. Мелкий, холодный и противный, более того судя по нависшим свинцовым облакам над головой, быстро заканчиваться он не собирался. Благо мощенная камнем дорога такие погодные явления позволяет переживать без особых проблем. Не приятно, конечно, но не смертельно.

— Жаль, что массовое сражение посмотреть не удалось, а там еще и магические дуэли в последний день были запланированы — со грустным вздохом произнесла Гинара. Девушке весь прошедший турнир понравился из присутствующих больше всего.

— Удивительно, — покачал головой Серов. — Ну ладно магические дуэли, я это понимаю: профессиональный интерес, да и выглядит это со стороны, наверное, красиво, но битва на мечах? Что в этом-то привлекательного? И чего ты там не видела?

— Не знаю, — смутилась девушка, — что-то в этом есть. Возбуждающее.

Серов недоуменно посмотрел на Гинару, потому еще более недоуменно на Ариена. Вот уж от кого не ожидал таких наклонностей, как говорится в тихом омуте…

— Как бы не пришлось в этом деле поучаствовать, — пессимистично пробормотал Серов. Осенняя погода как обычно навевала соответствующее настроение.

Глава 14

Обратное расстояние до границы герцогства удалось преодолеть гораздо быстрее: и телег, тормозящих весь отряд, стало меньше, и повод спешить стал гораздо весомей. На пограничном посте их тоже не задержали — идея досматривать купцов при выезде с таможенной территории государства тут еще правителям в голову не пришла, как и идея экспортных пошлин.

Едва пересекли линию пограничных столбов, как все немного расслабились. Над отрядом как будто пронесся слитный выдох облегчения, Серов объявил привал: нужно было отдохнуть поесть — весь день обходились сухпайком — да и животным тоже требовалась передышка. К счастью противный дождь, донимавший путников целый день, к вечеру перестал, и можно было спокойно приготовить ужин.

Здесь же и заночевали. Никакого жилья в округе не было, поэтому разбили лагерь слегка отойдя в сторону от дороги.

Утром выдвинулись с рассветом. Особо не спешили, но и про осторожность никто не думал забывать: тыльный дозор, головной, боковое охранение — колонна двигалась в обстановке приближенной к боевой. Это в итоге и сыграло определяющую роль.

— Ваша милость! — Командир тыльного дозора на полном скаку приблизился к барону. — За нами отряд, большой, больше нашего! Приближается быстро, стяг не издалека видно не точно, но вроде бы герцогский.

«Твою мать!», — Мысленно выругался Серов, — «не получилось уйти без приключений все-таки».

Впрочем, вслух он произнес другое.

— Разворачивайте телеги поперек дороги. Арбалетчики занимают позиции за ними. Дальше маги, — мгновенно оценив диспозицию, начал раздавать указания Александр. В принципе, место для боя было не самым худшим, справа лесок, не то чтобы очень густой, скорее наоборот. Большое количество подлеска не даст коннице обойти с этой стороны. Слева — луг, тут, казалось бы, хуже, однако высокая болотная трава и островки камыша то тут, то там, намекали на заболоченность места. Вряд ли вражеский командир захочет увязнуть в грязи, тем более вчера был дождь, и такая перспектива вполне реальна, а учитывая численной превосходство, Александр ставил на лобовой удар. — Ариен, если тебе нужно время на подготовку, я могу попробовать сымитировать переговоры.

— Давай, — кивнул огневик, на ходу доставая свои магические причиндалы, — чем больше выиграешь времени, тем лучше.

— Авар, найди мне кусок белой тряпки, быстро! — Весь отряд достаточно резво, но без паники начал разворачиваться в оборонительное построение. Бойцы занимали свои места, проверяли оружие, доставали и надевали на себя защиту.

Через несколько минут из-за поворота показалась голова догоняющего отряда. Увидев перед собой препятствие, герцогские всадники затормозили в нерешительности, чем и воспользовался Серов. Подняв над собой импровизированный белый флаг, он пустил лошадь вперед нарочито медленным шагом, демонстрируя свои исключительно мирные намерения.

— Гвардейский десяток за мной, — повернув голову вправо, скомандовал барон.

С той стороны видимо заметили этот маневр и главное — правильно его истолковали, поэтому от большой группы всадников отделилось так же около десятка бойцов и неспешно потрусило на встречу Александру.

— Барон Серов? — Первым заговорил командир преследователей. Назвав фамилию и титул Александра, он сразу дал понять, что встреча эта не случайна. Впрочем, учитывая, что он находятся на нейтральной земле, а преследователи действительно были под герцогским флагом, шансов на случайность и так было крайне мало.

— С кем имею честь? — Отозвался капитан, натягивая поводья и останавливая лошадь в десяти шагах он оппонента. В таких случаях лучше перебдеть.

— Сотник армии герцогства Тавар Гурин Вотар. Имею приказ доставить вас обратно в Авенбург, который вы так поспешно покинули. У его светлости есть к вам вопросы насчет убийства герцогских подданых совершенных пару дней назад.

— Приказ качается только меня или моих людей тоже? — Не то, чтобы это было важно, но каждая секунда сейчас давала возможность лучше подготовиться магу. Почему бы и не поболтать?

— В приказе говориться только про барона Серов и графиню Аннию ан-Уврит. Остальные могут продолжать свой путь дальше.

«Интересно, а девушка то каким боком герцога заинтересовала?» — Мелькнул у капитана вопрос, но в слух он произнес другое.

— Боюсь мне будет не удобно возвращаться обратно. Очень много дел в баронстве накопилось. Возможно, что через годик заеду в герцогство еще раз. Ваш турнир мне понравился, может быть я даже еще раз поучаствую и пройду дальше одной шестнадцатой.

Видимо отказ подчиниться добровольно сотника не смутил, потому что ответил он мгновенно, лишь только Серов перестал гнать пургу, забрасывая оппонента пустыми словами.

— В таком случае, я боюсь, что буду вынужден применить силу.

— Вы думаете, что всего лишь двукратное преимущество вам поможет? — Нарисовал капитан на лице максимальное выражение удивления, на которое был способен. — Вы очень самонадеянный человек.

— Не только, — видим сотник все еще питал надежду решить дело, не переходя непосредственно к горячей фазе, — нам придали мага-водника, поэтому если вы, барон, надеетесь на своего подмастерье огневика, вас ждет весьма неприятное разочарование.

«То, что Ариен уже не подмастерье они не знают, будет сюрприз. Уже не плохо».

— Обращайтесь ко мне, ваша милость, сотник. Вы мне не ровня, и то, что у нас есть разногласия не дает вам права обращаться ко мне без уважения.

А вот это Вотара задело. Он даже совершенно непроизвольно сделал движение головой в сторону, чтобы посмотреть на реакцию своих людей, стоящих за ним. Значит удар попал в цель.

— Поговорим об этом в Авенбурге, ваша милость, — надо признать, что сотник достаточно быстро взял себя в руки, однако в голосе все равно было слышно с трудом сдерживаемую ярость.

— А барон Фаскантер, на землях которого мы сейчас находимся не будет против того, что вы безобразничаете у него на заднем дворе? Вряд ли ему это понравится, — поднял еще одну тему для обсуждения Серов.

— Я уверен, что барон не будет против, у них с герцогом, хорошие отношения, — улыбнувшись ответил сотник.

«Логично», — вынужден был признать капитан, — «вероятнее всего вся баронства вдоль границы сильно зависят от герцога, и уж точно ссориться из-за какого-то залетного барона никто не будет».

— В любом случае, — подвел итог Александр, — я вынужден вам отказать. Возвращаться в мои планы не входит, а если у вас есть на это дело возражения, что ж, готов ознакомиться с вашими аргументами поближе. Можете их вон туда принести, видите, где телеги стоят и мои люди за ними. Надеюсь, ждать вы меня не заставите, как я уже говорил, много дел в баронстве, не хотелось бы задерживаться.

Сотник только кивнул, принимая приглашение и, ничего не ответив, развернулся поскакав в обратную сторону. За ним последовали его люди, а через несколько секунд их маневр повторил и Серов со своим десятком.

— Ариен, у них есть маг! — Подскочив к импровизированным укреплениям, сообщил Серов неприятную новость. — Водник. То ли мастер, то ли подмастерье скорее всего.

— Ничего, — маг сосредоточенно выводил какую-то фигуру прямо на дороге, от усердия высунув кончик языка. — Не страшно, в атаке без подготовки у него шансов нет.

— Ну ладно, — такая уверенность в своих силах Александра немного удивила, вроде бы раньше за магом такого замечено не было. Или это на него присутствие Гинары так влияет? — Заканчивай. Сейчас начнется.

И действительно буквально спустя несколько минут герцогские солдаты построились по ширине дороги и не торопясь начали приближаться.

— Этот придурок водяную сферу на них повесил. Он серьезно думает, что это поможет? — Услышал Серов бормотание мага рядом, затем Ариен начал читать какое-то заклинание и больше на приближающегося противника внимания не обращал. Гинара и Норвин стояли по бокам от своего учителя и повторяли отдельные фразы. Если не знать о магической природе действа, выглядело это похоже на религиозный обряд.

Триста метров, двести пятьдесят, двести. Капитан так и не понял, что хотел изобразить вражеский сотник. Понятное дело, что таранить на полном скаку груженные телеги — развлечение сомнительное, но идти шагом, собирая на себя все возможные снаряды как магические, так и обычные… Видимо, сотник очень сильно доверял магу, поставившему защиту, и рассчитывал добраться до рукопашной без потерь.

Звякнул слитный залп арбалетов, через несколько секунд к ним присоединились луки — часть всадников неплохо ими владела — болты пролетели по дуге и действительно завязли в водной сфере, которую от попаданий стало видно не магическим зрением. Выглядело это как большой пузырь, по которому то и дело проходят небольшие волны от попаданий. Черт его знает, имело ли какой-то смысл стрелять, помогло ли это в итоге Ариену, однако бойцы старались по полной, выпуская острые гостинцы в максимальном возможном темпе.

Сто пятьдесят шагов, сто. Болты и стрелы все также бессильно вязнут в защитном пузыре, заметно как бойцы начинают нервничать, то и дело оборачиваясь и бросая короткие взгляды на продолжающего читать заклинание мага.

Пятьдесят шагов, сорок, тридцать. Когда до противника осталось всего шагов двадцать Ариен наконец замолк и немного театрально хлопнул в ладоши и на вражеских всадников обрушилась настоящая волна огня. Выглядело это просто шикарно, как с точки зрения обычной человеческой красоты, так и с точки зрения боевой эффективности. Водяная защита мгновенно лопнула, не выдержав напора противоположной по началу стихии, после чего под магическое воздействие попали люди и лошади. Первый ряд — четыре всадника — погибли мгновенно, дальше сила заклинания с каждым пройденным метром начала падать. Второй ряд, а за ним и третий, тоже прожили не долго, четвертая четверка с криками начали валиться с лошадей, пытаясь содрать с себя мгновенно раскалившиеся металлические детали, коих было, прямо скажем, не мало. Так же полностью выведенными из дальнейшего сражения оказались бойцы в пятом и шестом ряду. Седьмой уже пострадал незначительно, а дальше огонь вообще не дошел лишь обдав людей волной горячего воздуха, от чего никто еще не умирал.

Так буквально в одно мгновение было выведено из строя четверть вражеского отряда только от магии, плюс свою лепту в этот внезапно обрушившийся на герцогских бойцов рукотворный ад, внесли стрелки, опустошающие свои колчаны с максимально возможной скоростью.

В этот момент Серов понял, что пора переходить в наступление, пока враг смущен, паникует, а управление боем потеряно. Ведь стоит им отступить и перегруппироваться, все может стать не так уж и весело: герцогских бойцов все еще значительно больше, а главный свой козырь в виде огненной магии Ариена, Александр уже выложил на стол. Он немедля вскочил на одну из телег, поднял вверх клинок и скомандовал: «в атаку».

Только этого его бойцы и ждали, в ту же секунду бросившись вперед. В кой это веки, сам барон вперед не полез, предпочтя остаться в тылу и по возможности не рисковать. Хотя именно теперь, после получения новых навыков, он, возможно, рисковал бы и меньше, чем когда-либо.

Атака полусотни Серова почти мгновенно возымела результат: скученных на узкой дороге всадников, которым, по факту, и развернуться нормально было негде, атаковали спешенные бойцы, легко перепрыгивавшие через трупы людей и лошадей и атакующие сразу нескольких оказавшихся впереди герцогских солдат. Получалось что при общем численном преимуществе врага, солдаты барона имели возможность сражаться в достаточно комфортных условиях именно на том пяточке, где, собственно, и происходило основное действо.

Кто-то из оставшегося в живых вражеского командования достаточно быстро понял, что их так просто по одному быстро перебьют, после чего последовала команда спешиваться и принимать бой на своих двоих, что и было оперативно сделано. Теперь сражение перешло в фазу, когда противники примерно одинаковы по силе — к этому моменту составы уже более-менее уровнялись по численности — а первая паника от огненного заклинания прошла, и люди герцога показывали, что совсем не зря едят свой армейский хлеб. Более того, в армии герцога служили люди гораздо более подготовленные чем у Серова, у которого в дружине были в основном вчерашние — ну ладно пускай уже позавчерашние — крестьяне, и которые в рубке на мечах явно уступали.

Все это, стоя все там же на телеге прекрасно видел Александр: как сначала надавили его люди, как герцогские солдаты пятились, а потом пришли в себя и сформировали относительно правильный строй. Теперь они уже не пятились, а сами начали давить баронских дружинников, те держались, и вся система застыла в неустойчивом равновесии. Нужен был еще один камушек, брошенный на весы, чтобы склонить чаши в ту или иную сторону.

Глядя на происходящее, Серов принял своевременное решение вводить в дело резервы. Их у барона было не много — он и Лобо, сидящий у ноги капитана и с нетерпением поглядывающий то на сражение, то на хозяина. Казалось щенок — ну как щенок, серый зверь весил уже килограмм восемьдесят, что, судя по всему, совсем не было пределом — все понимает и ждет только команды, чтобы решить исход битвы.

— Вперед, — негромко скомандовал Александр и сам бросился в указанном направлении. Лобо с удовлетворенным рыком рванул за ним. В какой-то момент капитан неожиданно понял, что бежит с той же скоростью что и его питомец — усиление тела уже дало значительные результаты — а предметы по бокам как-бы смазываются, теряя четкость очертаний. Впрочем, времени, на то, чтобы смотреть по сторонам, у барона не было. В следующее мгновение он ворвался в разрыв строя его дружинников и принялся разить врагов, где-то рядом с пробирающим до костей ревом неистовствовал Лобо, который банально перепрыгнул строй союзников и сходу подмял под себя одного из герцогских солдат. Когда на тебя с разгона приземляется восьмидесятикилограммовая туша, тут даже когтей и клыков не нужно, гравитация сама все сделает.

Для Серова же все происходило как будто в замедленном воспроизведении — бойцы вокруг двигались как-то вяло, все их попытки парировать удары постоянно запаздывали, а удары самого капитана с поразительной легкостью пробивали стальные защитные элементы, отправляя герцогских солдат на встречу с предками одного за одним.

Долго так продолжаться не могло, тот самый камушек склонил чаши весов, и вражеские солдаты, понимая, что их сейчас будут убивать, окончательно сломались, в едином порыве бросившись бежать. Тут им повезло, что, спешившись, лошадей далеко никто не уводил, соответственно и обратно запрыгнуть в седло было делом двух-трех секунд. Только это обстоятельство, а также то, что дружинникам барона до их скакунов нужно было вернуться назад на полсотни метров, помогло спастись трем десяткам вражеских солдат, которые теперь, нещадно нахлестывая лошадей и поднимая тучи высохшей за день пыли, стремительно удалялись в закат. Дело было сделано.

— Десятники, доложить о потерях, маги сюда! Все, кто не ранен — ловите лошадей! — Только раздав самые первые указания Серов остановился и прислушался к своему организму: что-то было не так. Попытка пошевелить правой рукой отозвалась острой пронизывающей болью. Капитан с удивлением посмотрел на свою конечность — никаких ран заметно не было, да и уверен он был, что никто его этом в бою достать бы не смог. Что же тогда случилось?

Короткое исследование и поставлен неутешительный диагноз — разрыв или надрыв локтевых связок и, вероятно, переломы каких-то из запястных костей. Видимо те удары, которые он наносил, были слегка «слишком» и его организм пока еще к такому не готов. Страшно даже представить, что будет если мастерское умение купит вообще не подготовленный человек: поломается в секунду. В общем, ничего страшного — жить будет.

Закончив, таким образом, краткий курс самодиагностики, Серов огляделся вокруг. Картина побоища впечатляла, особенно страшно выглядела работа Ариена: обожжённые трупы людей и животных. Кто-то из пострадавших от магии все еще был жив и теперь тоскливо подвывал от боли, валяясь в придорожной канаве. Александр поймал левой, здоровой рукой, пробегающего мимо бойца и жестом приказал помочь страдающему. Тот только молча кивнул и выхватив клинок за секунду оборвал мучения обожжённого. Все равно иначе ему помочь было нельзя, а слушать эти завывания не было никаких сил.

Как-то неуверенно держась на лапах, подошел Лобо. Пасть волка была вся в крови — в этом в общем-то не было ничего странного — однако внимание Александра привлек бок питомца, шерсть на котором тоже была густо пропитана красной жидкостью. С подозрением наклонившись над питомцем, он осторожно коснулся обозначенного места: Лобо как-то жалостно тявкнул и завалился набок. Сомнений в том, что дело плохо уже не оставалось.

Серов присел, пытаясь понять, что именно произошло, аккуратно раздвинув слипшуюся шерсть, он обнаружил длинную глубокую резаную рану, проходящую через весь бок зверя. Александр поднялся на ноги и оглянулся: Жерард как раз склонился над раненным, и с его рук тонкой струйкой вливалось в человека молочно-белое свечение. Окликать его в такой момент, было нельзя — все лечение пойдет насмарку. Барон в панике начал искать Ариена, однако и тот вряд ли мог ему чем-то помочь: огневик сидел с закрытыми глазами, привалившись спиной к телеге, его ученики, не обращая внимание на происходящее вокруг лежали на обочине в траве и вяло переговаривались о чем-то своем. Видимо, заклинание выпило их до донышка.

— Что случилось, — незаметно со спины подошла графиня, — что с рукой?

— Демоны с ней с рукой, от перелома еще никто не умирал, — в голосе барона совершенно отчетливо проскакивали истерические нотки. — Лобо порезали, а помочь ему некому.

— Дай я гляну, — девушка присела рядом с серым зверем и аккуратно осмотрела рану. Лобо на ее манипуляции отозвался только жалобным стоном. — Плохо дело.

Девушка глубоко вздохнула, встряхнула кистями и положила их поверх раны. Через несколько секунд, они окутались белым свечением, которое постепенно начало растекаться и заполнять собой пострадавший участок. На глазах изумленного барона рана начала затягиваться и подсыхать, как будто не пять минут кто-то пропорол заверю бок, а прошла уже неделя.

— Все, — девушка пошатнулась и потеряв равновесие хлопнулась на задницу. — Больше не могу. Из меня тот еще целитель, только что приставка «ан» к фамилии и есть. Сделала все что смогла, думаю, теперь до более квалифицированной помощи протянет.

— Ты никогда не говорила, что имеешь магические способности, — Серов протянул девушке руку и рывком поставил на ноги.

— Я же говорю, что как целитель — очень слаба. Не будь я графиней, с таким даром и возиться бы никто не стал. А так… Покойный папенька расщедрился, проплатил куда надо и вот результат, — Анния пожала плечами, как бы говоря, что ничего особенного не сделала.

— Спасибо, я тебе очень благодарен, ты себе даже не представляешь… — Александр в порыве чувств подошел к девушке, обнял ее и поцеловал ее в губы. Та, видимо будучи неслабо ошарашенной таким поворотом, сначала не сопротивлялась, а потом ответила на поцелуй.

— Кхм-кхм, — привлек внимание к себе подошедший незаметно Авар, — ваша милость, восемь человек убито, еще пятеро тяжело раненные, но с над ними поколдовал целитель, так что вероятно жить будут. Отловили тридцать семь лошадей, я отдал приказ собирать трофеи: оружие, броню, все что можно унести. Пакуем и будем навьючивать на трофейных лошадей. Так же отдал приказ делать носилки — если закрепить между двумя лошадьми и не слишком быстро двигаться, вполне можно так раненных перевозить. Пять штук сейчас делают.

— Спасибо, Авар, — немного смущенно кивнул Серов. — Шесть носилок сделайте, Лобо, боюсь тоже сам двигаться в ближайшие дни не сможет.

— Сделаю, что-то еще?

— Нет, действуй.

Сбор трофеев, приведение себя в порядок, похороны, изготовление носилок и все прочее отняли у отряда еще четыре часа, а там — обед, так что в движение караван пришел уже после полудня. Оставшуюся часть пути по территории, ставшего таким негостеприимным баронства, проделали без приключений, даже когда проезжали мимо замка местного феодала, связываться с отбитыми, которые имея вдвое меньше сил наваляли воякам герцога, никто не стал.

Возможно, они свою долю приключений уже выбрали в самом начале, а возможно просто повезло, но за следующие восемь дней никаких достойных упоминания происшествий не произошло. Целители — Анния тоже поучаствовала — постепенно подняли раненных на ноги, подлечили всех, у кого были травмы поменьше, и караван, избавившись от неудобного к транспортировке, груза вновь начал двигаться с нормальной скоростью. Встал на ноги и Лобо, на котором вообще все заживало как на собаке, впрочем, есть в этом определенная логика.

— Какие у тебя планы дальше? — Когда караван уже подъезжал к Александрову задал важный для себя вопрос Серов. — Надеюсь ты останешься? Хотя бы на некоторое время?

— Ну уж сегодня дальше не поскачу, — криво ухмыльнулась девушка. За время пути они стали еще ближе. — Передохну пару дней, потом буду думать, что делать дальше.

— Когда ты говорила, что у тебя в графстве остались верные люди, на сколько это было правдой и на сколько пустой бравадой?

— Сложно сказать, — честно ответила Анния. Время для недомолвок прошло, и пора было говорить правду. — При живых баронах Понтер, мне, откровенно говоря, мало что светило. А теперь шансы есть.

— Есть какой-то план?

— Найму в ближайшем городе десятка четыре бойцов, деньги на это есть, и просто поеду в домой. Формально я наследница и законный правитель, никто меня преступницей, понятное дело, не объявлял, — девушка пожала плечами, как бы показывая всю неуверенность в собственных словах. — Надеюсь успею взять власть в свои руки до того, как все покатится к демонам. Почищу людей барона, заведомо мне нелояльных, расставлю на ключевые посты тех, кому могу более-менее доверять. Буду искать себе мужа: женщину во главе графства все соседи обязательно будут пробовать на зуб, а если появится мужчина, хотя бы формально, может и удастся… Прорваться.

— Звучит не очень надежно, — вернул Александр девушке ухмылку. Та только молча кивнула.

На территорию баронства Серов въезжал с тяжелым сердцем. Александров встречал путешественников большой стройкой. Сооружение защитного вала шло полным ходом и за прошедший месяц, рабочие при участии дружины, временно переквалифицированной в стройбат, успели завершить земляные работы процентов на тридцать пять — сорок. Это внушало некоторую уверенность в том, что Реймосу со своими строителями действительно удастся замкнуть внешнюю линию обороны, пусть и такую пока убогую, к холодам.

Серов боялся, экстраполируя подсознательно опыт своей службы в армии, что среди его бойцов будут недовольные «привлечением армии на стройку народного хозяйства», однако вчерашние крестьяне с пониманием отнеслись к необходимости постройки стен и проблем с этим не возникло. Что тоже выглядело, в некотором смысле, логичным: эти же стены в будущем будут защищать своих теперешних строителей от возможных нападений, как тут не постараться.

Обрадовали барона тем, за пару дней до его приезда в Александров доставили почтовый маяк, а значит скоро баронство перестанет завесить в таком важнейшем аспекте как быстрая связь с внешним миром от потенциального противника, коим все больше и больше вырисовывался Берсонзон. Впрочем, как обычно, тут было не все так радужно.

— Когда сможешь ввести его в строй? — Спросил Ариена барон, когда они стояли в специально выделенном под почтовое отделение помещении глядя на странную конструкцию из камней оплетенных тонкой, судя по всему, медной проволокой.

— Без понятия, — маг, вытаращив глаза, пожал плечами, — если ты думаешь, что я вот прям знаю как с этой… этим… в общем, маяком обращаться то нет, это не так. Нужно почитать инструкцию, плюс пару книг по магии пространства я с собой привез. Теоретически там ничего сложного быть не должно: любой подмастерье справится.

— А практически?

— А практически могут разные нюансы вылезти, — маг задумчиво почесал нос. — В обще как это всегда и происходит.

Замечание, что называется, не в бровь, а в глаз. Типичным примером такого дела, где постоянно вылазят непредвиденные обстоятельства было изготовление бумаги. Работы в этом направлении начались уже год назад и только сейчас, в начале осени Дрор со своими людьми сумели наладить изготовление более-менее приемлемой по качеству продукции. Это при том, что примерный технологический процесс был известен Александру, и более того, сама бумага совершенно не является каким-то необычным товаром, способ изготовления которого знают только полтора человека, и который держится в строжайшем секрете. По типу венецианских зеркал в средневековой Европе. И все рано на отладку производства ушел год.

Самое ироничное в этой ситуации то, что весь техпроцесс был во многом завязан на водяное колесо, которое по понятным причинам работать зимой не будет, а значит первые хоть сколько-нибудь значительные партии бумаги собственного производства типография получит только весной, а пока все так же придется тратить не лишние совсем деньги на импортную.

После приезда домой отношения между Аннией и Александром стали совсем странными. Большую часть времени девушка гуляла по окрестностям, смотрела на развернутые в городе производства, общалась с дружинниками, играла с полюбившим ее Лобо, в общем, вела себя то ли как турист, то ли как ревизор. Серов приказал ей не мешать и пускать везде, где хочет — кроме типографии, нужно все-таки знать пределы разумного — и часто проводил время вместе с ней, когда не был занят повседневными делами. Ночи же они проводили вместе, развлекая стонами обитателей замка. Первый раз получилось совсем смешно: капитан, как джентльмен приказал подготовить даме отдельные покои, но, когда пришло время отправляться ко сну, Анния без разговоров встала из-за стола и пошла с ним, не допуская двойного трактования своих намерений.

В общем, можно сказать, что все было хорошо, только неопределенность будущего тревожила Александра. Он даже думал предложить девушке остаться на совсем, однако понимая, что Аннии и так не легко, с трудом держал себя в руках. Графиня с полной серьезностью воспринимала долг правителя перед своими поддаными и считала, что просто не имеет права «дезертровать». В общем, все было сложно.

Так прошел десяток дней, а двадцатого девятого числа Серов проснулся от завывания ветра за окном. Пробивающиеся сквозь щели в занавеске, утренние лучи солнца, глубоко заходящие в спальню, намекали на то, что еще очень рано. Он перевернулся на другой бок и хотел было спать дальше — в такую погоду валяться под одеялом особенно приятно — но понял, что чего-то не хватает. Короткое исследование постели сообщило, что он остался тут один. Казалось бы — ну и ладно, мало ли что может поднять девушку с кровати рано утром, вот только сердце как будто на секунду замерло, пропустив один такт, а потом наоборот ускорилось в нехорошем предчувствии. Капитан полежал еще несколько минут, прокручивая в голове разные мысли, после чего не выдержал и поднялся с постели. Надел штаны, рубаху, домашние туфли — полы в замке, как ни крути, без подогрева — открыл окно, впустив в спальню солнце и свежий воздух. Хотя заморозков еще не было, по ночам температура воздуха уже опускалась до четырех-пяти градусов. На барона мгновенно обрушилась добрая порция холодного воздуха, приправленная едва уловимой смесью типичных осенних запахов. Влажность и опавшие листья: ни с чем не спутать.

Сердце меж тем не унималось, постояв с минуту и успев окончательно проснуться и даже немного подмерзнуть, Серов закрыл окно, после чего, накинув куртку, спустился вниз. Там на первом этаже у дверей донжона находился постоянный пост охраны, которой и был его целью.

— Доброе утро, бойцы! — Бойцы ответили нестройным приветствием, хотя замок уже в целом проснулся, за бароном раньше никогда не наблюдалось привычки вставать с первыми лучами солнца. — Графиню не видели?

Бойцы удивленно переглянулись, после чего один очень осторожно ответил.

— Дык ускакала, ее сиятельство. Давно уже, едва восток посветлел. Сказала, что специально пораньше выходит, чтобы световой день подлиннее захватить. Взяла лошадей своих, всех трех — у нее и вещи были собраны уже, и ускакала.

— Понятно… — только и смог произнести барон.

Ну да, он же сам представил Аннию всем как гостью, соответственно гость может уехать в любой момент по своему желанию, даже предъявить тут страже нечего. Забавно, говорят, что история повторяется дважды, сначала в виде трагедии, а второй раз в виде фарса. Тут же все произошло с точностью до наоборот. Когда девушка сбежала от него первый раз, он этому практически и значения не предал: ну сбежала и сбежала. А теперь, когда ситуация повторилась, Александру стало гораздо больнее.

Серов стоял, опираясь на зубец надвратной башни, на своем любимом месте, смотрел на открывающуюся взору картину и думал. За год пейзаж вокруг очень сильно поменялся: буквально на глазах вырастал настоящий город. Пусть население в нем не дотягивало еще и до трех тысяч человек, пусть добрые двадцать процентов жителей составляли бойцы его дружины, пусть постройка городской стены еще только в проекте, это уже был настоящий город.

Кроме жителей, так или иначе работающих на феодала, за год тут поселилось уже пара десятков семей настоящих мещан. Всякие сапожники, кондитеры, портные… Так сказать, в городе появилась настоящая сфера услуг, Александров все больше начинал превращаться из просто посада при замке, в отдельный населенный пункт со всеми присущими ему атрибутами. Пришлось даже постоянную городскую стражу организовывать. Если раньше эти функции на себе тащила дружина, то с увеличением числа живущих тут, стало ясно, что армия с полицейскими функциями справляется плохо, и пришлось создавать новую структуру. Пока еще маленькую, но толи еще будет.

Серов смотрел на все это шевеление внизу и думал о будущем. Пару дней назад Динай принес пренеприятнейшее известие: нет не ревизор, как кто-то мог бы подумать. Конфликт между Берсонзоном и Графством Орфален, что на северо-востоке, за контроль над пограничным баронством Хойдберг закончился. Закончился, самое смешное, как то чаще всего бывает, полюбовно разделом спорного имущества пополам: само баронство и замок отошли под протекторат графа, а всю его южную половину отрезали в пользу города. Впрочем, при конфликте двух сильных чаще всего страдают слабые. Ничего нового.

Непосредственно для Александра это означало, что теперь армия Берсонзона и его союзников, обеспечив себе надежный тыл вполне могут обернуться в другую сторону, внимательно присмотревшись к беспокойному соседу на юго-западе. Выльется ли это тихое пока противостояние в горячий конфликт, одному Богу известно. Впрочем, в этом мире их много, так что даже не понятно у какого из них спрашивать: у того, что отвечает за войну или у того, который отвечает за мир.

Вообще, количество врагов у Александра странным образом никак не уменьшалось, не смотря на все усилия. Едва удалось решит проблему с баронами Понтер, оказалось, что он стал немил герцогу Алексису, почему — неизвестно, можно только догадываться. Все так же среди явных врагов числился Орден, и что с ним делать, было совершенно не понятно, а еще не стоит забывать о мелькнувших было, а потом затаившихся, эльфах.

Впрочем, потихоньку появляются и друзья: с гномами вот удалось наладить отношения, графство Урвит, в случае успеха Аннии, опять же можно будет числить в своих союзниках. Жизнь, в общем, продолжалась и текла своим чередом.

Киев,

Март-май 2021.

НЕОБЯЗАТЕЛЬНОЕ ПОСЛЕСЛОВИЕ

Книга окончена. Понятное дело, будет еще редактура (если лень меня не одолеет) но в целом, это все. У меня был свой внутренний челлендж — написать книгу за пять недель. Это было сложно, если честно под конец писал уже без удовольствия, но я успел) Что дальше? Не знаю. Отдохну некоторое время, хочу пописать ФГ. Через месяц- два вернусь к этому циклу и буду писать продолжение. Еще очень много чего хочется сказать. Вряд ли следующая книга будет писаться в таком же темпе — эта была написана за карантин, который вчера закончился — если ходить на работу так быстро писать не получится.

Всем спасибо кто прочитал. Жду вас в комментах, ценю любую обратную связь. Если кто-то хочет предложить какие-то идеи для продолжения, обязательно выслушаю — я открыт для этого дела. До встречи)

Продолжение тут:

За порогом 4. Барон войны https://author.today/work/140198

Content

Савинков Андрей Николаевич Рыцарь белого единорога

Глава 1

Интерлюдия 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Интерлюдия 2

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Интерлюдия 3

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14