Хлад 4

Глава 1

1.

Южно-Американский континент

Военно-воздушная база ВС Бразилии.

Взлетная полоса, зона разгрузки. 10:30 по местному времени.

Южно-Американский материк всегда отставал в плане развития инфраструктуры от своих более удачливых собратьев из других регионов планеты. Разве что на Африканском континенте было похуже. Аэропорты, железные дороги, магистрали, все это имелось, и даже в неплохом количестве, но не дотягивало по оснащенности и плотности трафика до европейских или североамериканских земель.

Исключение составляли объекты военного назначения, куда всегда старались вкладываться по максимуму, помня старую поговорку: народ, который не хочет кормить свою армию, в конечном итоге будет кормить чужую. И правительство давало деньги, обеспечивая военных всем необходимым и даже сверх того, оснащая самым лучшим вооружением и оборудованием.

То же самое касалось главной базы ВВС вооруженных сил Бразилии. Расположенная в пригороде столицы, она была образцом для подражания и могла легко поспорить по степени развития с коллегами из более цивилизованных стран, в отличие от гражданской инфраструктуры.

Здесь имелась не только аппаратура, обеспечивающая работу базы в круглосуточном режиме, при любой непогоде, включая сильный туман, но и многочисленные вспомогательные ангары и помещения, частично спрятанные под землю, частично имеющие высокий класс защиты даже от воздушных ударов ракетных комплексов тактического назначения.

Но главной изюминкой оставалась взлетная полоса, способная принимать любые виды транспортников, включая сверхтяжелого класса, умеющие садиться только на специальное, особо крепкое покрытие.

Именно данное обстоятельство в свое время стало решающим фактором для выбора данного военного объекта основой военно-воздушных сил, где базировалось большая часть бразильской военной авиации.

И тем не менее, несмотря на свою продвинутость, база все еще оставалась на территории Южно-Американского континента, и значит для нее действовали специфические правила, распространенные среди этого региона.

Невзирая на особый статус центрального объекта ВВС страны, имея достаточно денег, вы могли арендовать небольшой кусочек взлетной полосы, заплатив нужным людям в погонах, носящих большие звезды, и получить доступ.

К военной технике вас разумеется не подпустят, но использовать небольшой пятачок для приема груза позволят, вовремя отвернувшись и сделав вид, что не происходит ничего экстраординарного, и что группа тентованных тяжелых армейских грузовиков в сопровождении хорошо вооруженных наемников из частной военной компании привычный элемент местного пейзажа, который вскоре покинет его, не оставив после себя воспоминаний в головах охраны базы…

— Говорю тебе, эта рыжая совершенно бешенная. Она затащила парней в подсобку, и буквально трахнула их, — произнес голос из-за груды ящиков.

— Сразу обоих? — удивился второй и весело хрюкнул.

— Парни сказали у нее классные сиськи и задница, но слишком бешенный нрав, она их два часа не отпускала из той подсобки, говорят потом еле выползли в коридор, — поведал первый и заржал.

Его поддержали товарищи, оказалось за ящиками находилось не двое, а трое или четверо человек.

По губам Даниэлы скользнула презрительная усмешка, что могут обсуждать четыре мужика, собравшиеся вместе? Конечно женщин, и конечно в уничижительной форме, показывая друг перед другом какие они молодцы.

Кретины. Захотелось выйти и как следует напугать своим появлением придурков. Явно ведь из охраны, поставленные присматривать за прибывшим оборудованием. Первые два транспортника разгрузились и ушли на заправку для обратного полета. Ожидалось еще два, но пока их не было шла неспешная погрузка контейнеров в грузовики. Особо не спешили, понимая, что без прибытия второй партии, конвой никуда не отправится.

— … это еще что, там в лабораториях есть молоденькие ассистенточки, которые в комплексе уже несколько месяцев, представляешь, как у них между ног горит? Стоит заступить на дежурство во внутренний периметр, как тебя сразу тащат в ближайший темный уголок, где делают все, что ты им скажешь, — поведал первый голос с легкой хрипотцой.

Прозвучало увлекательно, но крайне неубедительно, так что даже слушатели не поверили.

— Не заливай, — протянул второй участник крайне «содержательной» беседы. — С чего бы это им такими голодными быть? Там ведь до нас другая охрана была, думаю парни не зевали, и обрабатывали скучающих лаборанток вовсю. И в подсобках, и в темных углах, и в одиночку, и по двое, и по трое.

В ответ новый смех. Спустя паузу вмешался другой голос.

— Вас послушать, так там не исследовательский объект, а бордель со всегда готовыми сучками. Хорош нести чушь.

— Да ладно тебе, амиго, не нервничай. А девочки там и правда класс, — второй голос не успокаивался. — Конечно не все дают, тут мы немного преувеличили не скрою, но многие согласны, если подкатить с умом.

— Таким надо цветы и конфеты дарить. Они же из образованных, просто так подойти и сказать: пошли перепихнемся, не получится. Так такая крошка ноги не раздвинет, — со знанием дела подключился к разговору еще один. — А лучше всего устроить романтический вечер, например найти выход на крышу и привести туда в чистую звездную ночь. Гарантирую, даже без бутылки вина деваха поплывет, а с вином ты сможешь делать с ней что угодно, она еще потом на тебя вешаться станет. Проверено не раз, и не где-нибудь, а на студентках из центрального государственного университета. Они там тоже все с прибабахом, просто так не дают, приходиться постараться, прежде чем получишь свое. Но если получится, считай она у тебя в кармане, делай что хочешь, будет согласна на все.

— С чего бы это ей соглашаться на все? — недоуменно протянул первый.

— Влюбчивые потому что. Тут главное найти правильный подход, а потом все идет, как по маслу. Это не ваши обычные сеньориты, которые после первого траха, требуют подарки и не дают, пока не подмажешь чем-нибудь существенным. Здесь ситуация ровно наоборот, они сами будут давать и делать тебе все, и не только в постели. Даже деньги дадут, лишь бы ты их не бросил.

После этих слов некоторое время стояла недоуменная тишина. Слушатели напряженно обдумывали странный вывод, когда не ты покупаешь всякое разное девке, а она тебе, да еще позволяет делать с собой в койке все что захочешь.

— Да ты гонишь, — наконец выдохнул кто-то. — Не может такого быть!

— Амиго, ты уже заврался по самое не хочу, — поддержал его второй и развил тему: — Ладно голодные до мужиков лаборантки, сидящие прорву времени черт знает где в джунглях, готовые на все. Но девицам из города зачем такие заморочки? Они без тебя найдут того, кто им присунет, да еще разведут на дорогие подарки и рестораны. В первый раз что ли? Или ты считаешь нас за идиотов?

Но рассказчик не успокаивался.

— Так в том-то и дело, что если правильно все обставить…

Но его прервали:

— Хорош заливать.

— Да, Хуан, ты что-то уже заврался.

— Тебя не туда понесло. Лучше давай про ту фигуристую рыжую, из какого она отдела? Какой пост ближе всего и какой график дежурств лучше выбрать? Или десятник в курсе ее неуемного аппетита и сам ее периодически пользует?

— Так ей же сразу двух или трех подавай, думаешь он один справится? Такие сучки всегда ненасытные, может у нее какой-то сдвиг в психике.

— Ну да, трахаешь ее, поставив на четыре кости, а она вдруг завизжит: придуши меня, придуши! А ты с испугу дергаешься.

— Или только залезешь на нее, а она уже начинает командовать, как быстро, как сильно. Не трах, а сплошной инструктаж.

Раздался новый взрыв смеха, мужики развлеклись. Даниэла поморщилась, и уже собралась все же выйти из-за ящиков и вставить лентяям втык, чтобы не расслаблялись несмотря на то, что вокруг охраняемая зона военной базы, но следующие слова заставили повременить.

— А как насчет нашей начальницы? Леди-босс с упругой попкой и такой же задницей? Уверен ее припухлые губки знают толк в сосании стоячих предметов. Я бы ее не прочь увидеть перед собой на коленях, а еще лучше опробовать сразу с двух сторон, — сказал кто-то и мечтательно причмокнул.

Пару секунд висела напряженная тишина, затем другой голос прошипел:

— Заткнись, придурок, она из колумбийской спецуры. Услышит — мигом башку оторвет.

По лицу Даниэла скользнула жесткая усмешка. В компании кретинов у кого-то все-таки есть мозги. Это радует, значит не полное сборище дегенератов, пригодных только на мясо.

— Такая волчица таким простым парням, как мы не по зубам, — поддержал другой, но тихо. — С такой только Проклятый справится.

Последние слова вообще оказались едва слышными. Видно, что обсуждаемый предмет вызвал нешуточную опаску.

Даниэла усмехнулась и решила не вмешиваться, к тому же после короткой паузы кто-то из наемников предложил:

— Ладно, нечего рассиживаться, а иначе действительно дождемся, что нагрянет начальство. Не хочу потом видеть ваши страдающие рожи, когда леди-босс начнет вас выворачивать наизнанку.

Раздались короткие смешки. Кто-то заметил:

— А я не против, если она меня отшлепает.

Все засмеялись, но было видно, что это уже конец веселья, бойцы собирались приступать к непосредственным обязанностями, приглядывая за погрузкой ящиков в тентованные грузовики.

Даниэла кивнула, одобряя проявленное здравомыслие, устраивать разнос лишний раз не хотелось. Рассеянный взгляд девушки мазнул по наручным часам, автоматически отмечая время. Вскоре должны прибыть оставшиеся транспортники, плюс час-полтора на разгрузку, к полудню конвой будет готов отправиться в путь. С учетом расположения конечного пункта назначении и трудности дороги, прибытие ожидалось не раньше послезавтрашнего утра. И то, если повезет.

Впрочем, никаких неожиданностей не ожидалось, так что скорее всего они будут вовремя. Конечно, при условии, что прибытие второй партии груза все же не запоздает и все пройдет по расписанию.

И словно отвечая на последние мысли вдалеке в небе появились черные точки. Быстро приближаясь, они вырастали в размерах, обретая контур тяжелых военных транспортников в темно-сером окрасе с символом расправившего крылья сокола на боку.

* * *

Южно-Американский континент

Район бассейна реки Амазонка.

Научно-исследовательский комплекс. Спустя двое суток.

— Здесь все? — я наблюдал, как из припорошенных пылью мощных армейских грузовиков выгружают продолговатые контейнеры из твердого черного пластика.

— Все по накладной, — Даниэла протянула планшет со служебной карго-программой. Таблица изобиловала наименованиями и количеством позиций, напротив каждой горела зеленым галочка подтверждения приема до конечного пункта доставки.

— Значит родственнички все же решили играть честно, — я хмыкнул, беглым взглядом оценив представленный ассортимент.

Большая часть ерунда, которую легко можно достать на черном рынке по сходной цене, где всегда в изобилии военного снаряжения и оружия. Самое главное пряталось в конце списка — триста комплектов техно-магической брони клановой гвардии «Зимний Страж». Такие штуки в магазинах не продавались.

— Фиксирующие пломбы проверили? Они должны были быть запечатанными.

Девушка кивнула.

— Я лично осмотрела каждый контейнер, их никто не вскрывал, — помедлила. — Думаю их сразу с хранилища привезли и погрузили на борт самолетов. В отличие от основной части груза.

— Основная часть — это снаряжение Волков-Русов. В свое время они одолжили мне его для войны со Скандинавским Альянсом, и теперь дядюшка Герман и Юлия по сути отдают чужое, — пояснил я, рассеянным взглядом окидывая еще один грузовик с которого откинули полог и начали выгружать очередную партию продолговатых черных контейнеров.

Кроме пломб и фиксирующих замков на поверхности каждого виднелся герб рода Бельских — расправивший крылья сокол в схематично-векторном стиле. Еще одно ненавязчивое подтверждение, что оборудование пришло прямиком из арсеналов клана.

— Если я правильно понимаю, это клановое имущество, имеющее стратегическое значение, — заметила Даниэла. — Как они согласились тебе его передать?

Я хмыкнул.

— Потому что у моих обожаемых родственничков нет другого выбора. Они бы рады послать меня куда подальше, а еще лучше прибить, но без родового источника у них не так много выходов из сложившейся ситуации, в которой оказался Удел. Сейд-Озеро замерзло, это факт, с которым приходится иметь дело всем Бельским. И что гораздо хуже — они понятия не имеют, как решить эту проблему. Я их единственная надежда. И если я говорю, что хочу боевые комплекты гвардейцев, то я их получу. И вообще, все что угодно, лишь бы проблема с источником была решена.

Девушка странно на меня покосилась.

— И ты действительно сделаешь, что они хотят и все исправишь? — она достаточно меня изучила, чтобы понимать, что все не так просто, и что прощение за предательство не покупается отправкой военного оборудования. Каким бы редким и эксклюзивным оно не являлось.

Я посмотрел на брюнетку в военном обмундировании, она ответила прямым взглядом. Я хмыкнул.

— Посмотрим, — ответил туманно и сразу перевел разговор на другую тему: — Пусть техники обязательно проверят экипировку на предмет скрытых закладок. Хотя броня прямо с хранения, все равно там могут остаться сюрпризы на случай потери на поле боя. Все необходимые алгоритмы диагностики размещены на центральном сервере комплекса в разделе технической документации.

Даниэла кивнула.

— Я лично за этим прослежу.

— Хорошо. Только пусть все сделают тщательно, не хочу неожиданности во время боя.

Техно-магические латы слишком сложный механизм. Электроника совмещена с энергетическими кристаллами-накопителями, в некоторые элементы и вовсе интегрированы артефакты, автоматически разворачивающие нужные заклинания от атакующих до защитных. Слишком много потенциальных мест, куда можно внедрить вредоносное ПО.

Как ни странно, магическая составляющая в этом отношении выглядела более предсказуемой и открытой для проверки. Достаточно посмотреть структуру чар, чтобы понять, как они будут работать. Чего нельзя сказать о программном коде. Технические элементы являлись самыми уязвимыми в броне для внешнего вмешательства.

— Я все сделаю, — еще раз подтвердила Даниэла.

С моей стороны последовал неспешный кивок, взгляд еще раз скользнул по разгружаемым грузовикам, я сказал:

— Ладно, командуй здесь, я спущусь вниз, хочу проведать наших яйцеголовых приятелей.

Оставив девушку наверху, я направился в главное здание. Оттуда через стеклянные двери прошел в просторный холл научно-исследовательского комплекса и дальше к лифтам на минус третий уровень, где располагались главные биолаборатории.

Центральные зал встретил меня изобилием света и уже привычной суетой. Количество стеклянных стендов-колб за последние недели выросло с двух до двух десятков. Все стояли у стены напротив друг друга ровной шеренгой. По полу змеились многочисленные кабели. На отдельной подставке покоились каменные скрижали-артефакты — продукт деятельности клана Фламбергов, непревзойденных умельцев, сумевших объединить два таких разнонаправленных начала, как жизнь и смерть.

Стоило переступить порог, как навстречу метнулись две фигуры в белых халатах: сухощавый и подтянутый Аристарх Юрьевич Глебов — бывший старший научный сотрудник Пулковского института прикладной физики и профессор кафедры, и пузатенький Лоренцо Пацио — итальянский ученый-биохимик, работавший в комплексе еще до нашего появления.

— Ваша светлость.

— Милорд.

Вразнобой, но вместе с тем дружно приветствовали меня ученые, возглавляющие проект. Быстро переглянулись и одновременно продолжили:

— Все готово.

— Мы на исходной позиции.

Я помедлил, обвел взглядом зал главной лаборатории и кивнул:

— Начинайте.

Глава 2

2.

Южно-Американский континент

Район бассейна реки Амазонка.

Научно-исследовательский комплекс. 10:55

Человеческий мозг очень сложная штука, а сознание еще более сложное явление, до сих пор не разгаданное всеми учеными мира. Можно отследить биохимические реакции при мыслительных процессах, зафиксировать прохождение нейронов между мозговыми клетками в период активности, но понять, что из себя представляет разум просто так не получится.

Потому что сознание любого индивидуума это не только набор биохимических реакций, но и нечто гораздо большее, что формирует личность с ее индивидуальными особенностями, памятью и опытом, присущими каждому разумному отдельно, отличное от остальных.

Это сложно. Хотя на первый взгляд кажется простым. Так же думали маги в старину, когда пытались воссоздать человеческое существо по своему образу и подобию. Началось все в эпоху средневековья, в период расцвета магии и естественных наук, когда зарождалась первая алхимия, ставшая впоследствии праматерью всех современных наук, и продолжалось довольно долгое время. Пока наконец даже до самых упертых не дошло, что создать искусственным путем полноценного человека невозможно.

Но ничто не проходит даром, не все неудачные попытки завели в тупик, некоторые дали дорогу такому интересному направлению, как големостроение и выращивание кадавров, ставших самым близким, что можно более или менее назвать человеком.

Века спустя, когда была открыта ДНК, генетический код и другие современные штуки, позволившие клонировать первые живые клетки и даже создать на их основе образцы созданных в пробирке животных, снова заговорили о давней мечте всех средневековых алхимиков — создании человека искусственного.

Однако, выслушав мнение экспертов и прочитав многочисленные доклады на эту тему, патриархи наложили негласный запрет на подобного рода изыскания. Испугались последствий, и потенциального влияния в будущем, когда вмешательство в развитие генетического кода могло привести к вырождению одаренных.

Это забавно, ведь именно это происходило на протяжении последних столетий, пока маги с каждым последующим поколением становились слабей, и все больше полагались на техно-магические устройства, лишая себя привычных способностей. Однако этого предпочитали не замечать, а точнее делать вид, что все идет по плану. Но привычный порядок вещей рушился, несмотря на попытки закрыть глаза на происходящее.

Мятеж Проклятых был первой ласточкой назревших изменений, но кланы этого не поняли и продолжали гнуть свою линию, все дальше уводя развитие мира на техно-магический путь с упором в технологическую зависимость. В этом была их глобальная ошибка, которую никто не желал замечать.

Впрочем, все это дело недавнего прошлого и отдаленного будущего. Сейчас важна сложность человеческого сознания и разума.

— Это они? — я кивнул на открытые ящики, внутри на мягкой подкладке лежали ментальные артефакты, и задал вопрос: — Вы уверены, что эти штуки сработают как надо, учитывая различие в строение мозга ваших подопечных и обычных кадавров?

— Да, это они, — подтвердил Глебов, отвлекаясь от стенда со стеклянными емкостями. Несколько минут назад внутрь поместили зародыши, из которых вскоре должны вырасти големы.

Мне уже приходилось наблюдать подобный процесс, пусть и через монитор комп-терминала, но сейчас больше волновали не физические оболочки искусственных созданий, а наполненность их разумов.

Профессор ответил и замолк, пропустив мимо ушей вторую половину вопроса. Приближение самого великого эксперимента в его карьере сделало ученого рассеянным. Пришлось напомнить, что я не являюсь его подчиненным, и что от меня так просто не отмахнуться.

На долю секунды я обратился внутрь себя, и Хлад послушно откликнулся на призыв. Этого хватило с лихвой. Превосходство существа, стоящего на другой ступени эволюционного развития, заполонило сознание. Меня будто накрыло волной, появилась холодная сосредоточенность, разум очистился, эмоции схлынули. Лицо разительным образом изменилось, став отражением стихиальных сил с другой стороны, откуда просачивалась мощь, из которой черпали энергию одаренные всего мира.

Эта сила была чуждой всему живому, в ней не было ничего человеческого. Всего на долю мгновения я изменился, но этого хватило, чтобы ощутить это даже обычному человеку.

Глебов вздрогнул.

— Знай свое место, ученый, — тяжело роняя слова тихо произнес я.

Собеседника будто придавило невидимой плитой.

— Да, конечно, вы правы, я прошу прощения — залепетал ученый, ошеломленный изменениями, произошедшими со стоящим рядом человеком.

И человеком ли⁈

Только что это был обычный парень, со слегка властными манерами, не слишком отличающийся от других представителей человеческого рода, обладающих деньгами и властью. В следующий миг на его месте появилось нечто другое, нечто ужасающее, не похоже ни на что с чем приходилось сталкиваться раньше бывшему старшему научному сотруднику Пулковского института прикладной физики, и он обомлел.

— Я приношу свои искренние извинения, ваша светлость, — забормотал Глебов, глядя на меня с нескрываемой опаской. Выглядел ученый пришибленным.

Наваждение схлынуло, молодой парень вновь стал парнем, но ощущение чуждости сохранялось, легким флером напоминая, что перед тобой не обычный человек, и даже не простой одаренный.

До этого Глебов лишь читал и смотрел ролики в сети и новостных выпусках о Проклятых, об их силе и могуществе, и до конца не воспринимал всю полноту информации. Теперь часть этого подтвердилась наяву. И ученого потрясло.

— Что по поводу ментальных программ поведенческих реакций? Вы уверены, что они сработают для ваших подопечных? — нейтральным тоном осведомился я, делая вид, что ничего не произошло.

В общении с умниками давить слишком сильно нельзя, показал силу, слегка приоткрыл собственную суть, и хватит. Иначе никто работать не сможет, если на них постоянно нагонять жуть.

Глебов понял это, и сообразил, что короткая выволочка позади, немного приободрившись.

— Без сомнений, ваша светлость, общий набор опций для психопрограммирования подойдет для любого чистого мозга, — уверенно заявил он и провел подушечками пальцев по ментальным артефактам. — Эти малышки обеспечат необходимый доступ на глубинный уровень, позволив вложить в разум созданий весь необходимый комплект функций.

Он замолчал. Я помедлил, разглядывая хитрые артефакты, умеющие создавать то, что любой другой назвал бы полноценным сознанием. Но это было именно что подобие. «Набор необходимых функций» — как выразился ученый. И это абсолютная правда.

— Какова специализация, которую будут загружать в мозг кадавров? — уточнил я, хотя, разумеется, знал ответ на вопрос. О чем говорить, если именно по моему приказу подбирались соответствующие матрицы личностных поведенческих реакций.

— Солдаты, — без запинки ответил Глебов, помедлил и быстро уточнил: — Точнее воины с пулом дополнительных опций и внедренной имитацией эмоциональной составляющей для более быстрого усвоения получаемых приказов.

Проще говоря, мы пытались как можно ближе подойти к образу настоящего человеческого существа, наделяя мозг искусственно выращенных созданий подобием личности с собственной идентичностью.

— Ты идешь вперед и не останавливаешься, потому что любая остановка смерть. Вот так вот все просто, — неожиданно даже для самого себя тихо продекламировал я.

Глебов удивленно вытаращился. Но я и сам не знал, почему это сказал. Просто пришло в голову именно в этот момент.

Не отвечая на изумленный взгляд профессора я небрежно подхватил ментальный артефакт. Он походил на толстый и широкий обруч из неизвестного, но тяжелого даже на вид сплава. Цвет неопределенный темно-серый, похожий на камень в дождливый день. Поверхность холодная, почти ледяная. Глянешь со стороны — ерунда какая-то, железная болванка, что можно найти на любой свалке. Но при этом обладающая невероятным могуществом. Если эту штуку натянуть на голову обычному человеку и включить, то уже через полчаса он сойдет с ума, не выдержав вмешательства в активность сознания.

Кстати, о времени.

— Сколько займет обучение? — спросил я. Об этом я тоже знал, но уточнить никогда не мешает. У этих яйцеголовых семь пятниц на неделе, сначала заявляют одно, потом ссылаясь на некие обстоятельства, говорят другое.

— Полное внедрение и усвоение материала займет около двенадцати часов, — четко, будто ожидал этого вопроса, ответил Глебов. И повернулся посмотреть на Пацио, возившегося у стендов с прозрачными резервуарами. Внутри уже была необходимая для взрывного роста организмов зеленоватая жидкость.

Судя по активной жестикуляции итальянского биохимика, подготовка к эксперименту продвигалась ускоренными темпами. Остались последние штрихи, затем запуск процесса. Раскрытые кейсы с зародышами уже лежали на столе, готовые к использованию.

— Что насчет физических характеристик? — уточнил я, разглядывая, как двое лаборантов в белых халатах достают маленькие стеклянные емкости, внутри нечто неопределенное, похожее на белковую массу.

— Полное усовершенствование в соответствии с программой модификации физической оболочки на максимальном уровне, — четко отрапортовал Глебов, и снова обеспокоено взглянул на коллегу по руководству проекта. Боялся, что все лавры достанутся итальяшке? Зря, для меня они в этом отношении равны.

— Сила, ловкость, выносливость, повышенная реакция? — перечислил я.

Ученый кивнул.

— Совершенно верно, ваша светлость. А также измененная физиология и биохимия отдельных частей тела и внутренних органов, — он пожал плечами. — По сути это идеальные солдаты, созданные для войны. Именно такой тип оболочки будет использован при дальнейшем массовом производстве.

— На базе человеческого генома, но не являясь людьми, — негромко заключил я.

И мысленно добавил: пока не людьми. Но ближе, чем прошлые экземпляры кадавров, в большинстве напоминающих големов — оживших кукол, лишь отдаленно похожих на живых существ. С нашими образцами ситуация обратная, они будут походить на люди, хотя и не слишком.

— Что по поводу магических способностей? Думаете они проявятся в должной мере, как изначально планировали разработчики «STB»?

В свое время основной упор умники из лабораторий «System Technologies and Bio» сделали именно на получение искусственных одаренных. Будет обидно, если на выходе получатся пусть и похожие на человеческих существ, но обычные кадавры. Их и без этого умели делать все кому ни лень. А точнее у кого имелись подходящие возможности, в частности мастера магии Жизни.

Кстати, именно из-за функциональных ограничений антропоморфные големы не получили широкого распространения. Какой смысл вкладываться, создавая дорогую и не слишком сообразительную игрушку, если ее можно заменить живым человеком? Это гораздо проще и эффективнее.

К тому же, несмотря на вышесказанное, наладить действительно массовое производство подобных големов затруднительно. Сколько каждый мастер может изготовить за месяц? Десяток? Если постарается и станет работать без отдыха, может чуть больше. В масштабах мирового рынка это даже не капля в море, а совершенно незначительная величина. Поэтому сейчас кадавры это прерогатива отдельных кланов, у кого на службе достаточно мастеров жизни, и эксцентричных богачей, любящих экзотику вроде искусственных горничных.

— К сожалению, на данном этапе ничего нельзя сказать по поводу возможного наличия или отсутствия магических способностей, — произнес Глебов, подумал о чем-то, морща лоб и будто опомнившись быстро добавил: — Хотя если они все же проявятся, то их уровень точно не будет превышать второй или третий.

Это я и без него знал, но не стал ничего говорить.

— Мы готовы, — сообщил Пацио, поворачиваясь в нашу сторону.

От меня последовал кивок.

— Приступайте.

Началось священнодействие превращение неживого и немертвого в структуру, способную ходить, действовать, говорить, превращая сгустки белковой массы, протоплазмы и аминокислот в человеческое подобие.

Сначала все шло точно, как в секретном ангаре «STB» Южного Бруклина. Появились зародыши, начавшие стремительный рост. Однако затем процесс замедлился, на этапе, когда существа стали напоминать ящериц.

Пацио коротко ругнулся на итальянском и подскочил к артефактом Фламбергов, поколдовал с подключенной к ним отдельной панели с клавиатурой и торжествующе выкрикнул:

— Есть! Готово! Сейчас все пойдет!

Глебов кисло наблюдал за коллегой. В отличие от итальянца, уже проводившего такие опыты и стоящего у истоков экспериментов, гость из Конфедерации участвовал в этом впервые и не знал всех тонкостей процедуры.

А между тем все действительно пошло по плану, возвращаясь к прежним темпам развития зародышей. Буквально на глазах они вырастали, превращаясь сначала в детей, затем в подростков, и в конце — в половозрелые человеческие особи.

Две модели по пять человек, мужчины и женщины, итого два десятка созданий. Атлетически сложены, хорошо физически развиты, с пропорциональными сформировавшимися фигурами.

Глядя на идеальные груди женского образца, я тихо промолвил:

— Если кто-нибудь из персонала попробует использовать особи в качестве секс-игрушек, того я лично утоплю в жидком азоте, а перед этим медленно и вдумчиво порежу на лоскуты. Это понятно?

Несмотря на то, что слова были сказаны негромким голосом их услышали все в лаборатории. И дружно вздрогнули. Я не угрожал, я предупреждал простым обыденным тоном, словно говоря о привычных вещах. И именно это испугало умников в белых халатах. Они сразу поверили и теперь были предупреждены.

Глядя на вполне неплохие первичные половые признаки у образцов-мужчин, я так же негромко добавил:

— К мужским моделям это тоже относится.

Стоящая у дальнего стола женщина, завороженно пялившаяся на плавающие в стеклянных резервуарах тела, вздрогнула, чуть не уронив пробирку с зеленоватым реактивом. Рыжая, высокая, с крупной грудью и тонкой талией, не скрывающей даже белый лабораторный халат, она бросила в мою сторону испуганный взгляд и поспешно отвернулась.

Озабоченная нимфоманка мечтающая переспать с кадавром? Неважно, в любом случае, мы тут создаем не кукол для постельных утех, а идеальные боевые машины. Мне не нужно, чтобы в моих будущих бойцах мозги переклинило из-за того, что кому-то вдруг захотелось потрахаться с големом.

— Когда их можно будет вытаскивать? — я вгляделся в лицо ближайшего образца. Без растительности на голове они выглядели все одинаково, за исключением половой принадлежности, но по плану их должно быть пять разных моделей, отличающихся по внешним отличительным признакам.

Почему не сделать всех разными? А зачем? Хотя, в принципе, наверное, возможно. Но это потребует лишних затрат в плане времени и ресурсов. Чего сейчас нет.

— Все показатели биологической активности в норме, — доложил Пацио, сверившись с монитором прибора, следящего за показаниями жизнедеятельности организмов.

В этот момент существо в резервуаре вдруг резко открыло глаза. Я машинально отступил, так как стоял слишком близко.

— Это всего лишь неспровоцированная мышечная реакция, — поспешил успокоить итальянец. Я медленно кивнул. Глаза существа смотрели в пустоту перед собой, в них не было ни единого проблеска жизни.

Выглядело жутковато даже для меня.

— Хорошо, продолжайте работу, — удостоверившись, что все идет как надо, я направился к выходу.

Торчать здесь еще несколько часов, пока мозги кадавров наделяют поведенческими реакциями по программе «Солдат» не входило в планы. Сегодня ждали еще другие дела, не менее важные, чем создание ядра будущей личной гвардии.

Глава 3

3.

Южно-Американский континент.

Дикие территории.

14:05 по местному времени.

Вертолет завис на высоте полутора метров. Вращающиеся с бешенной скоростью лопасти прижимали траву, превращая расстилающуюся растительность в диковинный гладкий ковер. Легкий прыжок, ноги в армейских ботинках мягко пружинят, раздается крик Даниэлы в спину:

— Ты уверен, что нам не нужно подождать где-нибудь неподалеку? — голос девушки звучит громко, пытаясь перекричать шум работающего на всех оборотах двигателя.

— Нет, улетайте, — я обернулся, махнул успокаивающе рукой.

— Точно? Пилот сказал в паре километров отсюда есть еще одна свободная площадка, мы можем подождать там, — она не хотела оставлять меня одного посреди кишащих дикими хищниками джунглей.

Стало смешно. Похоже моя колумбийская красавица забыла с кем говорит, и что для такого как я все хищники мира опасны не более, чем домашние пудели.

Вместо ответа я улыбнулся. Она поняла, прикусила губу, безмолвно ругая себя за глупость. Что одному из Двенадцати весь животный мир бразильской фауны? Всего лишь легкая неприятность, максимум имеющая возможность отвлечь на пару секунд.

— Я беспокоюсь, — неожиданно сказала Даниэла и виновато улыбнулась.

Я подошел ближе к зависшему вертолету дотянулся до сидящей у борта девушки и погладил ее по бедру. Затем не удержался и шлепнул, метя по попке, разрядив обстановку.

— Улетайте, — повторил и кивнул, подтверждая, что все в порядке.

Даниэла неохотно кивнула, прокричала в микрофон шлема приказ пилоту на взлет, на прощание махнув рукой. Я стоял еще несколько секунд провожая взглядом поднимающийся и разворачивающийся вертолет. Через пару мгновений силуэт обтекаемой машины скрылся за верхушками деревьев, и только шум работающих винтов доносился еще какое-то время.

После наступила тишина. Я остался один посреди первобытных джунглей.

Моя нынешняя подруга из колумбийского спецназа права. Здесь и правда водились всевозможные хищники: и мелкие, вроде ядовитых змей и пауков, и крупные вроде пум и анаконд, способные сожрать человека целиком. И первых и вторых было в избытке. Не прямо здесь, но в ближайших окрестностях, настороженных вторжением в свое царство грохочущей железной машиной, но уже готовых проверить, кого это нелегкая принесла в их дом.

Окажись в этом месте простой путешественник, да еще в одиночку и без оружия, прожить ему максимум до захода солнца. И то, если повезет, и дикие звери сначала понаблюдают за неизвестным двуногим, подбираясь ближе для стремительного броска.

У меня таких проблем нет. Мне не нужно оружие, я сам живое оружие во плоти.

К тому же, оставаться слишком долго в этих местах не входило в планы. Сделать дело, а затем уходить. И вертолет для этого не нужен. Тому в чьей власти пространство нет необходимости переживать насчет подобных вещей.

Я встал в центре открытой поляны, огляделся, со всех сторон окружала стена плотных деревьев, помедлил, сосредотачиваясь.

Руки взметнулись над головой, одновременно вокруг закрутилась сжатые ленты энергии, в видимом спектре похожие на колебания воздуха. Два удара сердца, и температура в окружающем пространстве начала стремительно падать, уходя ниже нуля.

Висящее в небе солнце мигнуло, словно протестуя против нарушения привычного порядка вещей, но ничего не могло с этим поделать. Вторжение в естественный ход событий произошло.

Такого никогда не происходило в этом климатическом поясе. Из ниоткуда начал падать снег, сначала робкие снежинки, отдельными лепестками несмело опускаясь на примятую вертолетом траву, затем настоящий снегопад, покрывая не только землю, но и окружающие деревья.

Невиданное зрелище для этих мест, дикое до безумия. Но оно происходило, белым саваном окутывая джунгли, превращая экзотические деревья в зимний лес.

Это являлось началом, зримым визуальным проявлением пущенных в ход куда более сложных заклятий, чем простой вызов снега, продолжавшего падать из пустоты, невзирая на чистое небо и яркое солнце. Последнее в бесполезных попытках пыталось избавить деревья и землю от неестественного для них снежного покрова. Но тщетно, снег не желал таять даже под жаркими лучами бразильского светила.

Энергетические потоки обратились сначала лентами, затем перешли в упругие жгуты, формируя структуру сложносоставного заклятья. Это была магия высшего порядка, разворачивающаяся постепенно, как раскрывается цветок, распуская бутон.

С эстетической точки зрения это выглядело красиво. Любой имеющий способность видеть переплетения магической энергии поневоле залюбовался бы складывающимся рисунком, несущим белый, голубоватый и синий оттенок. Потоки схлестывались между собой, текли дальше, разворачивались, рисуя причудливый узор и распадались обратно, чтобы через секунду вновь складываться в завораживающий орнамент магических проявлений.

В какой-то момент творимые заклинания проступили на визуальном уровне, став частью материального мира. Это было действительно красиво. Энергетические потоки захлестывали, став источником рукотворной бури.

Я стоял в ее центре и управлял приходящей энергией. Это был не выброс чистой силы, а нечто другое, когда воздух и материя перемешались между собой. Это был настоящий прорыв из другого слоя пространства.

И в него просочился Хлад.

Стихия проявилась в своей истинном облике, и окружающая реальность окончательно рухнула. Верх и низ поменялись местами, мир замер, обратившись в бесконечную плоскость. Ее было невозможно осознать до конца, мозг отказывался воспринимать странные картины, формирующиеся на стыке материального мира и чуждого измерения.

Давление усиливалось, но я понимал, что останавливаться нельзя. Любая ошибка, любая неточность, любое даже самое малейшее проявление слабости — и Хлад сожрет адепта, невзирая на то, что считает своим единственным настоящим носителем.

Это была прогулка по самому краю, но я не отступал, веря в собственные способности. Может кто иной и дрогнул бы в такой ситуации, и навсегда бы исчез, но я верил, что все получится.

Так и случилось.

Высоко в небесах появилась колдовская форма в виде тонкой струны. Она подрагивала от напряжения, и в такт ее дрожи вибрировал весь окружающий магический фон.

На долю секунды струна стала мной, а я превратился в нее. Чтобы потом с неслышным для обычного человеческого уха звоном разорваться, переходя в состоянии волны.

Волны магической энергии, чья толщина не превышала микрона, она схлопнулась и питаемые бушевавшей вниз энергетической бурей разлетелись по свету, в считанные мгновения огибая планету.

Я опустил руки, медленно открывая глаза. Где-то на границе сознания все еще подрагивала аура собранной силы, но уже стремительно утихая, практически досуха высосанная отправленными в путь струнами-волнами.

Джунгли обратились в зимний лес. Мгновение после заключительного аккорда творимых заклятий деревья стояли бело-льдистыми изваяниями, затем раздался громкий треск. Деревья лопнули ледяным крошевом. Льдинки на секунду зависли в воздухе, будто застыв, а потом обрушились вниз, погребая под собой исчезнувший вместе с ними приличный кусок леса.

Я стоял посреди вымороженного плато. В центре громоздились ледяные образования похожие на скалы. В воздухе сохранялась сверхнизкая температура. Лед не таял.

— Неплохо должно быть будет смотреться со спутников, — я хмыкнул, неосознанно потирая ладони, хотя никакого холода, конечно, не чувствовал.

Окажись здесь и сейчас случайный свидетель, он бы решил, что в сердце бразильских джунглей некие силы неведомым образом перенесли огромный кусок Арктики. Что если подумать, в каком-то смысле, так и есть. Правда с серьезными оговорками начиная с того, что окружающий лед имел колдовского происхождение.

Я прислушался к собственным ощущениям, отслеживая перемещение отправленных в путешествие струн. Они уже несколько раз обогнули планету, но все еще не могли найти того, ради чего были созданы.

Проклятье! Неужели не получилось⁈ Но почему, я же все рассчитал! Или в расчеты вкралась ошибка?

Взгляд скользнул по ледяной пустыне вокруг. Все зря? Или нет? Кроме всего прочего, это была открытая демонстрация силы. Послание для всех, кто думал, что сможет легко справиться с Проклятыми.

И все равно, основная задача была иной. Обидно, столько усилий пропало даром. Я потратил немало времени, пытаясь модифицировать стандартного «вестника» для поиска других Отверженных, наделив свойствами, способными находить и определять странные проявления в мировом магическом фоне. Это оказалась невероятно трудоемкая работа, и похоже напрасная, определить нужное место не удалось.

Когда надежда почти рухнула, и рука поднялась сотворить пас для открытия пространственного перехода обратно, одна из струн вдруг отправила отклик-сигнал. Она нашла нужную аномалию.

Еще несколько мгновений я стоял, чутко вслушиваясь в собственные ощущения. Сложное поисковое заклинание передавало лишь эхо магических возмущений, ориентированных на площади в сотни квадратных километров. Понадобились усилия, чтобы локализовать направление, выделить область и мысленным взором очертить получившийся круг.

— И все равно достаточно прилично, — я прикусил губу, прикидывая, как поступить дальше.

Идти лично? А смысл? Чтобы обыскать даже три десятка квадратных километров локализованной области понадобится прорва времени. Бегать в одиночку не вариант, тем более в тех краях.

Почти центр Африканского континента.

Черт, даже если сесть и хорошо подумать, худшего места для поиска не найти. Африка считалась еще более дикой, чем Южная Америка, и гораздо опаснее с точки зрения нахождения там. Слишком много имелось племен, практикующих магию смерти. Вуду, как они ее называли. По мне так, самая настоящая некромантия, с доброй примесью черного колдовства.

Лезть и начинать поиски на земле, используя магию, значит объявлять о своем появлении во всеуслышание. Нельзя сказать, что шаманы смогут доставить много проблем, но от постоянных атак придется отбиваться. Местные не потерпят на своей земле чужака и обязательно захотят изгнать, как бывало не раз на протяжении многих столетий.

В свое время европейцам так и не удалось закрепиться на черном континенте, хотя попытки предпринимались не раз, включая полномасштабные вторжения с использованием армий. Но всегда все заканчивалось одинаково, медленно истекая кровью, захватчики уползали назад, по пути теряя людей и силу.

— Нет, устраивать заварушку с черными вождями не стоит, — я тихо пробормотал, прикинув возможное развитие событий.

Оставалась единственная возможность: выявить точное местоположение при помощи спутниковых снимков. Имея примерное место и зная временной интервал, используя нужные компьютерные программы, это будет несложно сделать. Вот если бы пришлось прошерстить весь континент, тогда процесс мог затянуться. К тому же, известны примерные временные рамки, когда нужно искать, что делает задачу на порядок проще.

В общем, пришла пора вновь обращаться к современным технологиям. Учитывая, что на первом этапе использовалось мощное колдовство, это выглядело иронично.

— Без технологий никуда, — я хмыкнул и провел перед собой рукой.

Окружающий мир дернулся и превратился в плоскость. Открылся пространственный переход. Шаг вперед, и позади остается вымороженный участок бразильских джунглей, превращенных в ледяное плато.

* * *

Южно-Американский континент.

Побережье Чили.

Вилла героя. 16:30

Возвращаться в исследовательский комплекс не имело смысла, поэтому сразу переместился в убежище, ставшее за последнее время практически домом.

Прошло около двух недель с последнего посещения, но здесь ничего не изменилось. Все так же лениво перекатывался далеко внизу океан, все так же стояли лежаки у бассейна. Разве что мокрое полотенце, лежащее на них раньше, исчезло, видимо отправленное в стирку хозяйственной Марией. Кстати, домоправительницы на вилле сейчас нет, это четко ощущалось, как и отсутствие поблизости любых человеческих существ.

Хорошо, никто не будет мешать. Я сходил в дом, взял из запертого кабинета ноутбук, мельком отметив отсутствие сигнальных меток от внутренней системы безопасности. Значит в отсутствие внутри находилась только внесенная в базу данных Мария, и только в отмеченные графиком промежутки, необходимые для выполнения служебных обязанностей.

Проще говоря, гостей в дом Мария не водила, на диване не рассиживалась, смотря телевизор, а заходила только для поверхностной уборки, чтобы держать жилые помещения в ухоженном виде.

Заглянув по пути на кухню, вернулся к бассейну. Ноутбук лет на стол, рядом встал стакан с прохладным апельсиновым соком. Продукты питания предусмотрительная Мария тоже периодически заменяла, следя, чтобы срок годности не подходил к концу.

Зарплату ей что ли повысить? Таких толковых помощников жаль терять.

— Ладно, встретимся, обрадую лично, — рассеяно пробормотал я, поднимая крышку ноута и водя курсором по экрану в поисках необходимой программы.

Через пару секунд вышел в темную половину сети, где приобрел необходимые снимки за указанный период. Год назад около десятка коммерческих спутников находилось над нужной областью африканского континента. С учетом того, что любая информация продавалась и покупалась, достать интересующую информацию не составило большого труда.

Даже дешево обошлось. Как правило всех интересует настоящее, а не прошлое. К счастью, период хранения нужных снимком пока не исчерпал себя, и уже вскоре я рассматривал в графическом редакторе первые фото.

— Мда, так хрен что поймешь, — я задумчиво почесал подбородок, отпил сока, подумал и вновь склонился над клавиатурой, отправляя новый запрос.

В этот раз ожидание затянулось. Последовал ответ от абонента с другой конца зашифрованного канала связи с уточнением по поставленной задачи, гонорара и временных рамок исполнения.

После отправки нужных сведений вновь потянулось ожидание. Я неспешно прихлебывал сок, пялился на раскинувшийся внизу океан, медленно перебирающий волнами, на солнце, клонившееся к закату, и ждал, когда нанятый спец сделает работу.

Зачем напрягаться, рискуя ошибиться, когда можно нанять профессионала, имеющего нужное программное обеспечение, а главное квалификацию? Только время терять.

Специалист, к которому обратился, понятия не имел, зачем это нужно и даже по косвенным признакам не догадается для каких целей проводится поиск. Так что в отношении возможной утечки риска нет. Тем более, подобные люди, имеющие дело с темной стороной сети, как правило не болтали. Слишком опасно, не только за собственную жизнь, но и за боязнь потерять будущих клиентов.

Ноутбук пикнул входящим сообщением примерно через тридцать минут. Быстро, думал провозится дольше. Я оставил стакан и склонился над экраном.

Две подходящие под описание точки: одна в Конго, другая чуть северней. В первой в указанное время замечен конвой пикапов и внедорожников со средней степенью активности. Во второй что-то похожее на боевые действия, нападение на деревню если не ошибаюсь, или нечто похожее. Второй вариант скорее всего можно исключить, слишком много военной техники и солдат, что не вписывается в условия.

А вот конвой выглядел многообещающе, судя по геолокации и временным меткам, подходил практически идеально. Конечно, возможны ошибки, но остальные случаи активности в указанных областях лишь с натяжкой подходили под указанные параметры.

Значит конвой. По моему лицу скользнула легкая улыбка, я неспешно произнес:

— Ну здравствуйте, князь Голицын, вот значит, где вы укрылись.

Глава 4

4.

Южно-Американский континент.

Район реки Амазонка.

Научно-исследовательский комплекс. Нижние уровни. 12:15

— Оно живое? — Даниэла сделала шаг подходя ближе к извлеченному из емкости «образцу». Лысую голову обхватывал толстый металлический обруч неопределенного серо-бурого цвета, похожего на мокрый камень.

Стоящий рядом Пацио замялся, не зная, как ответить фаворитке нынешнего покровителя. Не хотелось выставлять женщину дурой, они на такое обидчивы, но и самому не хотелось выглядеть дураком, иначе можно потерять работу. Учитывая, чем занимались в исследовательском комплексе, «увольнение» могло повлечь самые разнообразные последствия от ментального стирания памяти до исчезновения в протекающей неподалеку реке. Личность нанимателя предполагала разные варианты развития событий.

— Трудно сказать, с эмпирической точки зрения кадавров, наверное, можно отнести к категории живых существ. С биологической, это сделать гораздо труднее, учитывая внутреннее строение искусственно организма, — наконец выдал потомок римлян, мысленно гордясь собой. И себя дураком не выставил, и объяснения дал туманное, простой солдат вряд ли поймет.

То, что Проклятый выбрал себе в любовницы женщину-бойца из военных спецподразделений до сих пор вызывало у Лоренцо удивление. Будучи человеком культурным и образованным, он всегда считал, что женщины для удовольствия должны быть утонченными и изысканными. Но видимо у «марсельского мясника» свои вкусы, присущие более грубому нраву.

Будто поняв, о чем он думает, жгучая брюнетка покосилась на собеседника. Пацио моментально взмок. Чертовы воины, привыкшие оставаться настороже, даже в мирной обстановке они улавливали негатив в свою сторону. Итальянец растянул рот в жалкой улыбке, девушка-воин отвернулась.

Лоренцо незаметно выдохнул. Фигурка, конечно, у девчонки более чем ничего: длинные ноги, узкая талия, высокая крепкая грудь. Плюс красивые черты лица и темные иссиня-черные волосы. Но у вояк своя психология, они смотрят на мир иначе, часто не знаешь чего от них ожидать.

— Оно в сознании? — спросила Даниэла, вновь переведя фокус внимания на «образец».

Существо стояло у стенда, смотрело перед собой в пустоту, крупное мускулистое тело до сих пор несло на коже капельки питательной жидкости.

— В какой-то мере, — к разговору подключился второй руководитель проекта.

До этого момента Глебов что-то изучал на экране планшета, хмуря брови и не выглядел слишком довольным. Оставленная на хозяйстве главной Даниэла после осмотра извлеченного из резервуара кадавра собиралась обязательно подойти и поинтересоваться, что не так, но ученый сам проявил инициативу.

— Оно понимает нас? — спросила она.

Глебов помедлил.

— Трудно сказать. Как заметил мой коллега, с эмпирической точки зрения, вряд ли этих существ можно отнести к классу полностью разумных. В конце концов, свое подобие разума они получают от нас.

— Мне не нужны философские диспуты. Разве это сложный вопрос?

Глебов сдался.

— В данный момент происходит закачка интерактивных поведенческих реакций. Понимание человеческой речи входит в базовый набор, — сказал и замолк, вежливо глядя на официального представителя заказчика.

Даниэла с неудовольствием на него покосилась, но развивать тему не стала. Чем-то ей приезжий конфедерат не нравился. Может быть тем, что был из той же страны, что и Андрэ. Или может из-за того, что держался слишком независимо в отличие от местного персонала, видевшего штурм, и знавшего к чему приводит несговорчивость.

И тем не менее он был человеком Андрэ, а значит с ним нужно вести себя сдержано, чем привыкла Даниэла общаясь с яйцеголовыми умниками, считавшими себя чуть ли не центром вселенной. Часто эти задирания носов раздражали, приходилось ставить на место белые халаты, напоминая, что они всего лишь научный персонал базы, а не ее хозяева. Кто находился в комплексе изначально, быстро понял правила игры и не вел себя вызывающе, а вот с вызванными из Конфедерации умниками имелись небольшие проблемы.

— Хочу напомнить, что все образцы являются боевой силой его светлости князя Бельского, — ровным тоном произнесла Даниэла. — И любой, кто попробует использовать их в другом качестве, будет немедленно и самым жестким образом наказан. Доведите это до подчиненных.

Она по очереди бросила выразительный взгляд сначала на Глебова, затем на Пацио. Ученые ответили утвердительными кивками: первый неспешным степенным, второй угодливо-торопливым.

— Мы все помним предупреждение его светлости, — все же не удержался оставить за собой последнее слово конфедерат.

Даниэла проигнорировала его, кивком указав на груду вещевых мешков цвета хаки, принесенных охранниками.

— Здесь одежда для ваших подопечных: стандартное солдатское белье, армейское снаряжение полевого образца. Полный комплект. Как только они станут в состоянии, пусть оденутся, нечего сверкать голыми задницами даже в лаборатории. Проследите за этим.

— Разумеется, — ответил конечно же Глебов. Итальянец просто быстро кивнул.

Помедлив, и поняв, что ее поняли правильно, Даниэла развернулась, сделав вид, что хочет уйти. Находящиеся поблизости умники в лабораторных халатах незаметно выдохнули, присутствие вооруженных людей их нервировало, хотя и старались сделать вид, что это не так.

Кретины. По лицу девушки скользнула презрительная гримаса. Она, конечно, понимала, что яйцеголовые тоже важны, особенно во всякого рода научных делах, но их поведение часто бесило Даниэлу, более привыкшую к строгим военным порядкам.

— И еще, — она резко развернулась, заставив расслабившихся умников вздрогнуть. — Когда закончится адаптация ментальных и поведенческих реакций, вы должны немедленно сообщить мне. Никто, я подчеркиваю, никто кроме меня не должен общаться первым с образцами. Это понятно?

Пацио быстро кивнул, а вот Глебов позволил себя небольшую ремарку:

— Это приказ его светлости?

И получил решительный ответ, избавивший от всех дополнительных вопросов:

— Да, это приказ его светлости.

Ученый поклонился, показывая, что принимает волю нанимателя. Больше ничего не говоря Даниэла развернулась и быстрым шагом направилась к выходу. Сопровождавшие охранники пристроились за спиной, вслед за леди-начальницей покидая обитель научной мысли.

* * *

Спустя два часа там же.

Жилые помещение комплекса.

Даниэла сделала глоток, поморщилась, виски оказался обжигающе хорош. Взгляд скользнул к экрану работающего телевизора

CNN:«Пока точно неизвестно, что послужило причиной появления столь обширной климатической аномалии, но специалисты уверенно заявляют, что это не могло быть явлением естественного происхождения. Скорее всего речь идет о неком магическом проявлении с применением стихиальной энергии. Трудно сказать, зачем понадобилось кому-то из одаренных создавать ледник в центре бразильских джунглей, но уже ясно, что речь идет о площади в несколько квадратных километров».

CNBS:«Опрошенные эксперты заявляют, что в ход были пущенных значительные силы. Непонятно, в чем была причина, возможно в джунглях Амазонии развернулась магическая битва, но уже понятно о колоссальном влиянии на местную экосистему остаточных явлений. Кто бы, или что бы не создало вымороженное плато, оно уничтожило все живое в радиусе действия проявления холода. Визуальное сопровождение дает понять о резком понижении температуры в указанной области до минусового уровня».

АТР:«Это несомненно работа сильного мага. Это невозможно отрицать, это следует признать сразу. И спросить: у кого хватило бы сил на столь явную демонстрацию силы? А именно это она и была, если вдруг кто еще никто не понял. Кто-то могущественный отправил послание всем великим кланам планеты: смотрите, что я могу, и не смейте мне перечить, иначе в следующий раз на месте куска диких бразильских джунглей может оказаться ваш город. Или даже владение, включая прилегающие территории. Судя по примененным заклятьям, такое тоже вполне может быть».

РСН:«Либо Проклятые, либо патриархи, других авторов на сотворенное колдовство нет. Достаточно оценить площадь, накрытую неизвестным заклинанием, чтобы понять, что речь идет о магии высшего порядка, недоступной рядовым одаренным. Можно, конечно, развить мысль и предположить использование специальных бомб с особой крио-начинкой, но для применения такого оружия требуется, как минимум транспортировка до места сброса. И хотя речь идет о Южной Америке, где как известно всем, слежение за воздушным пространством не на должном уровне, не заметить высотные бомбардировщики даже они бы не смогли».

Вестник Конфедерации:«Что возвращает к вопросу: кто источник сотворенного магического деяния? Как стало известно нашей редакции из кругов близких к приближенным князьям, на данный момент известно о неком заклятии неизвестного типа, создавшее своеобразную волну, обогнувшую весь земной шар несколько раз. Специалисты кланов затруднились ответить для чего использовалась эта волна и какие цели преследовала. Однако на данный момент можно уверенно утверждать, что непосредственной угрозе жизни жителям Конфедерации она не нанесла».

Global News:«Это несомненно работа одного из Проклятых! И мы даже можем сказать какого! Кто еще обладая характерной стихиальной силой мог сотворить такое⁈ Только один человек, а точнее существо, Одержимый, уже показавший, что для него нет законов и правил. Убивающий по собственному желанию, не придерживающийся никаких моральных или этических норм. Да, это он — Андрей Бельский, юный беглый князь из далекого Северного Удела Конфедерации. Только он мог сотворить такое, бросив вызов лордам и князьям. Это прямая насмешка над их властью, и остается лишь гадать, ответят ли кланы и патриархи на проявленную дерзость, или же позволят наглому юнцу дальше надсмехаться над сложившимся миропорядком?!!»

EuroNews:«В данный момент аналитики просчитывают возможность новых боевых столкновений между отрядами кланов и Проклятыми, а также их потенциальное влияние на ситуацию в мировой экономике. Большинство сходится во мнении, что несмотря на очевидное повышение напряженности, возможное противостояние не окажет сильного воздействия на рынки. Другой вопрос — война между кланами Греев и Саграси. Нью-Йорк и Сан-Франциско слишком важные центры торговли, оказывающие влияние на внутренний товарооборот североамериканского континента. Нарушение цепочки поставок закономерно ударит по всем отраслям промышленности, что скажется на экономической деятельности в ближайшей перспективе».

Дослушав последние слова диктора Даниэла презрительно усмехнулась. Толстосумы ожидаемо беспокоятся о своих кошельках. Нельзя сказать, что подобное поведение не стало неожиданностью, но как же сейчас это выглядело мелко, особенно на фоне разворачивающейся бойни между двумя крупнейшими магическими кланами североамериканского континента.

Даже странно, что в свое время Мятеж Проклятых потерпел поражение. Патриархам сильно повезло, что им удалось разбить Одержимых, желавших изменить привычный порядок вещей. Видимо Истинные князья слишком расслабились, считая, что дело в шляпе, и не учли жажды власти бывших коллег, и тем самым допустили ошибку.

Мысли скользнули к ее Проклятому. Интересно, где он сейчас? Он не сказал, зачем нужно в дикие джунгли, а она не спрашивала, хотя теперь видела, что посещение незаселенных земель не прошло просто так.

— Зачем тебе вымороженное ледяное плато? Это знак? Но кому, и почему в таком месте? — тихо вымолвила Даниэла.

Ее нынешний спутник, жестокий и опасный, таинственный и немногословный, привлекал и завораживал обаянием смертельно опасного существа. Она и раньше встречала сильных мужчин, с некоторыми даже заводила отношения, но никто из них не излучал такую предельную уверенность в собственных силах.

Юный годами патриарх не рисовался, не изображал более опасную личность чем являлся. Наоборот, часто закрывался, зорко следя, чтобы окружающие не увидели слишком много. Но иногда сквозь маску все же прорывалось настоящая суть. Нечто, от чего даже у видавших виды ветеранов по спине бежал холодок.

И Даниэлу это заводило, ощущение близости к настолько опасному существу.

— Словно прогуляться по острию бритвы, — с усмешкой обронила она.

Однажды она видела, как охотится пума, перед смертельным прыжком у зверя не было сомнений или колебаний. Он делал то, ради чего был рожден, его вели инстинкты, впитанные с молоком матери, передавшей детенышу гены прирожденного хищника — гены убийцы.

Так же действовал ее любовник. Мелькало в нем иногда что-то такое, где нет места сомнениям и неуверенности. Он был словно хищник перед прыжком, готовый настигнуть добычу.

И это в свою очередь оказывало воздействие уже на нее. Потому что у такого зверя добыча могла быть лишь под стать его аппетитам, и трудно сказать к чему это приведет. Потому что при всей своем очаровании смертельной опасности Андрэ все еще оставался князем, а значит в том или ином степени политиком. И Даниэла до сих пор не была уверена в правильности сделанного выбора.

На горизонте собиралась буря, готовая потрясти нынешний миропорядок. Имя этой бури — Андрэ Бельский, незаконнорожденный сын клана великих колдунов севера, чье имя уже сейчас внушал многим страх.

Она это четко это понимала и отдавал отчет, что случайное знакомство, переросшее в захватывающее приключение, однажды может закончится для них обоих смертью.

Хотя насчет молодого князя подобной уверенности не было. Сущностей, обладавших такой силой и властью, как правило трудно убить. В отличие от простой девушки, числящийся в составе сил специальных операций ВС Колумбии, в свободное время подрабатывающей наемницей на стороне.

Если начнется серьезная заварушка (а так скорее всего и будет, судя по тому, как развиваются события) у нее в отличие от Проклятого, шансов выжить немного. Кланы и патриархи их возглавляющие, которым бросил вызов юный годами Истинный Князь, колебаться не станут, будут бить наотмашь, не считаясь с потерями. Потому что в конечном итоге, их суть ничем не отличалась от сути Отверженных — таких же хищников, только играющих на другой стороне.

— И жалеть ни те, ни другие никого не будут, — задумчиво проронила Даниэла.

Мелькнула мысль бросить все и вернуться в расположение части. В конечном итоге, договоренности между командованием силами спецопераций и Проклятым носили временный характер, и «откомандированная» помощница командира отряда могла вернуться после выполнения основной части задания. Объект захвачен, поставленная цель выполнена, здесь ее держит лишь личная просьба нанимателя, подкрепленная солидной суммой, переведенной на анонимный счет. Остальные коллеги Даниэлы давно вернулись, уступив место бойцам из частных военных компаний.

Подал голос будильник наручных часов, сообщая о необходимости проверки постов контроля на внешнем периметре. Скучная рутина на размещенных в безлюдных территориях объектах. Но прошлая охрана, наверное, думала точно также и прозевала появление гостей.

Прочь лишние мысли, пора приступать к выполнению непосредственных служебных обязанностей. В конце концов, пока что она оставалась главной в исследовательском комплексе и отвечала за его сохранность головой.

Глава 5

5.

Африканский континент.

Центральный регион.

15:30 по местному времени.

Африканский материк всегда считался беспокойным. Начиная от времен пирамид и до эпохи колониальных завоеваний, здесь сражались огромные армии пытаясь добраться до богатств черного континента. Война стала обычным явлением. Приходили захватчики извне или местные вожди выясняли между собой отношения, всегда все заканчивалось одинаково — очередным масштабным кровопролитием.

Вялотекущие боевые действия почти никогда не останавливались. Частные корпорации, отдельные государства — все жаждали получить свой кусок. Местные племена не отставали, с удовольствием вырезая пришельцев и воюя между собой не годами — десятилетиями.

Конфликт двух региональных царьков мог длиться долгое время, передаваться по наследству сначала сыновьям, а затем и внукам. Если дело касалось ценного месторождения, то к противостоянию подключались чужаки, снабжая ту или иную сторону оружием в обмен на долю в будущих прибылях.

Но часто причина конфликта лежала в иной плоскости, не связанной с материальным богатством, и тогда начиналась особая жесть, когда под корень вырезались целые поколения отдельных народностей, павших жертвой чьих-то убеждений, что жить под одним небом с ними нельзя.

Огромную роль в таких бойнях играли шаманы, использовавшие кровь для странных, подчас противоестественных ритуалов, основанных на магии смерти.

Волшебство чернокожих колдунов отличалось от традиционной магии классических школ кланов и базировалось на смеси религиозных убеждений и обрывков знаний, почерпнутых из внешнего мира. Негритянские колдуны знали, что энергия может быть разного типа, и что она может относиться к разным стихиям, выходя из разных источников, но трактовали это по-своему, в первую очередь связывая магические проявления с религиозными верованиями.

Кланы с презрением смотрели на племена, но при этом патриархи отдавали им должное, не рискуя устроить полномасштабное вторжение, как иногда советовали особо радикальные круги, возмущенные творившимся беспределом на африканском континенте.

Трудно оставаться спокойным, наблюдая, как парочку случайно забредших не туда белых туристов пожирают чуть ли не живьем во время религиозного обряда, должного дать лишние силы хунгану, только потому что тот в это свято верит.

Впрочем, клановые наблюдатели не раз отмечали необычную магическую активность при таких ритуалах, придя к выводу, что в каннибализме все-таки что-то есть. Не столь эффективное, как черпать энергию напрямую из родового источника, но обладающее схожим эффектом пополнения и развития внутренних энергетических оболочек.

В любом случае, белым категорически не рекомендовалось появляется на черном континенте без внушительного вооруженного эскорта либо из числа наемников, либо из числа местных боевиков, с кем договорились заранее, заплатив за защиту приличную сумму.

Исключение составляли прибрежные территории, где располагались роскошные отели и виллы. Где организовывались сафари и обзорные экскурсии по экзотической саване для туристов. Это был легальный бизнес, куда можно купить туристический тур. И который жестко контролировался региональными военизированными группировками, имеющими в своем распоряжение тяжелую технику, способные защитить от остальной части не столь радушной Африки.

Соваться же куда-нибудь в одиночку вглубь континента… Ну скажем так, есть способы покончить с собой менее болезненные.

Энергетические вихри опали, уходящая в никуда плоскость свернулась, складываясь подобно горизонту, я мигнул, привыкая к новому ощущению. И почти сразу почувствовал чье-то присутствие. Не рядом, но достаточно близко, чтобы не пытаться скрыться. Не входило в мои планы беганье от здешних обитателей, лишняя трата времени, которого и так недостаточно.

Я сделал несколько шагов, выходя из-за густых кустарников на открытое место, прищурился на яркое солнце в чистом небе. Странно, здесь оно казалось густо-оранжевым, а в Южной Америке с красноватым оттенком.

Он сидел на капоте старенького пикапа, удерживая на коленях вполне современную на вид штурмовую винтовку. Судя по легким эманациям — созданную на стыке магии и технологии. Не разрядник, не кислотник, что-то другое. Пришлось напрячь память, вспоминая каталог стрелкового оружия последнего поколения.

— Хорошая пушка, — миролюбиво заметил я, припомнив характеристики оружия.

— Да, неплохая, — чернокожий парень любовно погладил по пластиковому ложе винтовки.

Казалось, он совсем не удивился моему появлению. Другой бы первым делом спросил, что белолицый парень в военизированной одежде делает посреди черного континента? А главное — почему он до сих пор живой? А потом бы попытался вдумчиво получить правильные ответы.

Но этот не спросил, даже не таращился изумленно, спокойно наблюдал, как я подхожу.

Хорошая выдержка? Или под наркотой? Местные так называемые бойцы часто использовали химические и растительные стимуляторы, отправляясь в бой. Впрочем, в обычной жизни они их тоже использовали.

— Как дела? — я задал нейтральный вопрос, словно мы случайно столкнулись на улицах Кейптауна, где власти поддерживали относительный порядок, не позволяя убивать всех подряд.

— Нормально. Сижу вот, жду, — на черном лице мелькнула белозубая улыбка.

Но не это зацепило внимание, сознание царапнуло последнее слово — ждет. Кого ждет? Меня? Легкое изумление колыхнулось и тут же погасло.

— Кого ждешь? — я незаметно просканировал местность.

Людей вокруг хватало, хоть и на значительном расстоянии. И по характерным отголоскам в эмоциональном фоне можно понять, что люди вооружены. Когда человек берет в руки оружие, его состояние неуловимым образом меняется, что можно заметить, если знать, куда именно надо смотреть. Я знал, поэтому сходу определил, что вокруг собрались боевики, а не мирные крестьяне из ближайших деревень.

— Папочка Мабот сказал: Сьери, бери людей, бери оружие и езжай на север, найди место, которое я укажу и жди. Из пустоты появится хозяин ледяных демонов. Ты должен дождаться его появления, а потом сделать все, чтобы ему никто не мешал, иначе будет большая беда для всех нас, — произнес парень.

Выглядел он лет на двадцать — двадцать пять, вряд ли больше, но похоже уже имел отряд под рукой. Что неудивительно для здешних мест, иногда полевыми командирами становились и более молодые.

— Папочка Мабот? — я вопросительно приподнял бровь.

Чернокожий боец снова заулыбался.

— Голос духов нашего племени, — пояснил он.

Ясно. Один из местных хунганов каким-то образом предсказал мое появление и позаботился, чтобы не возникло ненужного кровопролития. Что немного странно, обычно здешние жители крови не боялись.

Хотя стоп, он упомянул последствия для всех, видимо потенциальный конфликт мог вылиться в крупное сражение с масштабными разрушениями, которые местный шаман хотел избежать.

Я вновь скользнул взглядом по оружию парня. Это была сильно модифицированная штурмовая винтовка модели «Каратель». Судя по тактико-техническим характеристикам из каталога, стреляет крупнокалиберными пулями, внутри специфическая даже для техно-магического оружия начинка — некротическая эссенция. Хватит легкого касания к открытой поверхности кожи или попадания в кровь, чтобы началось заражение. Сначала отмирание тканей, затем поражаются внутренние органы. Весьма паршивая смерть, мучительная и долгая. Но есть андидот — эликсир на основе магии жизни.

Мне эта штука не угроза, в чьих жилах течет чистый хлад, никакое разложение тканей не страшно. И парень уловил это, видя как я спокойно смотрю на его пушку. Без страха, хотя даже видавшие виды ветераны относятся к подобному оружию с опаской. Потому что мало ли как повернет судьба, даже если при себе антидот можно случайно уронить шприц при инъекции, или заражение распространится слишком быстро. Мало ли какие случайности происходят в пылу боя.

В глазах парня мелькнуло уважение.

— Теперь вижу, что Папочка Мабот был прав. Ты не обычный человек. Даже самые храбрые воины сильнейших племен, смотрят на мою красавицу со страхом, в тебе же его совсем нет, — он вновь любовно погладил ложе винтовки.

— Потом что она мне не опасна, — равнодушно ответил я и пожал плечами, вновь скользнув рассеянным взглядом по округе. — Вы оцепили территорию?

Остальных бойцов не видно. Либо хорошо прячутся, либо используют складки местности, оставаясь вне зоны видимости.

— Да, мои люди смотрят, — важно ответил парень и перестал улыбаться. Серьезные глаза, похожие на черные бусинки, уставились, изучая.

Я оставался спокойным. Странная ситуация? Да. Даже любопытная. Похоже Папочка Мабот обладал неплохими способностями провидца. Необычное явление для здешних мест, где как правило выбирали магию вуду. Или это связано? Признаюсь, я мало изучал черное колдовство хунганов. Скорее всего способности шамана переплелись с ментальной сферой, чьей силой пользуются ментаты вроде Оболенских, но со своими специфическими особенностями. Наверняка, «Папочка» думает, что грядущее ему показывают духи лоа, или кто-то еще из местного пантеона потусторонних существ. Но сейчас было совершенно неважно.

— Значит мешать вы мне не будете? — уточнил я.

Парень помотал головой, легко соскользнул с капота пикапа, придерживав винтовку мускулистой рукой.

— Нет. Только проследим, чтобы в округе никто не болтался, пока ты занимаешься своими делами, — держался он уверенно, делая вид, что ему плевать на какого-то странного «снежка», появившегося из ниоткуда, и что главное выполнить приказ хунгана. Похоже он понятия не имел с кем столкнулся.

— Папочка Мабот, — медленно повторил я. — Кажется я догадываюсь кто это на самом деле.

Говорил тихо, едва слышно, скорее обращаясь к себе, но парень услышал. Брови чернокожего боевика сдвинулись к переносице, лицо стало хмурым. Меня заподозрили в неуважительном отношении к почитаемому хунгану.

— Слушай, если ты что-то имеешь против Папочки Мабота…

Я же, поняв, что послужило причиной в месте моего появления вооруженной до зубов группы местных встречающих, лишь усмехнулся.

— Твой Папочка, такой же, как и я, и он вовсе не видел будущее, а предугадал его. Такие как мы не можем увидеть действия друг друга. Да и никто не может. Зато это можно просчитать.

Парень недоуменно насупился.

— Я ничего не понял, белый, но повторяю, если ты не уважаешь нашего хунгана, каким бы хозяином ледяных демонов ты не был, мы…

Я властным взмахом прервал его.

— Хватит. Делай, что тебе приказано и не лезь в дела, которые не касаются обычных людей, — я жестко заглянул в глаза негра, и несмотря на то, что он держал в руках одну из самых смертоносных винтовок в мире и имел статус полевого командира с внушительным боевым опытом за спиной, он вздрогнул, разглядев в моих глазах смерть.

Тратить время на уговоры я не собирался, сразу приоткрыв свою суть. И это подействовало лучше любых слов. Парень заткнулся, молча полез за руль пикапа. Еще через пару минут машина скрылась в облаке пыли.

— Папочка Мабот, ну и имечко он себе выбрал, — я хмыкнул и в очередной раз огляделся, прощупывая местность обычным и магическим взором.

Мне повезло попасть в не слишком красочную часть центральной Африки, имелись места с более оживленным пейзажем. Чахлый кустарник, потрескавшаяся от жары почва, немногочисленная пожухлая трава, коричневая земля с красноватым оттенком, и одинокие деревья без листвы с хрупкими на вид ветвями. Типичной пейзаж саваны. Вот только она должна находиться южней, здесь же неподалеку где-то текла Конго.

Хотя термин «неподалеку» для этих мест плохо подходит. Двести миль — это неподалеку? А триста? Сложный вопрос.

Впрочем, сейчас это не столь важно.

Я действительно знал того, кто скрывался под именем «Папочка Мабот». Он был одним из нас, одним из Проклятых. Африканский шаман, полностью слившийся со стихией, еще один Одержимый Истинный Князь.

Когда-то нас было Двенадцать. Трое погибли. Осталось девять. Казалось нехитрая арифметика, но имелся нюанс. Все это лишь по официальным документам. Как в действительности обстояли дела мало кто знал. После провала мятежа мы предпочитали не афишировать свое присутствие чересчур явно, скрываясь от лишних глаз в малолюдных краях.

Но несмотря на это мы поддерживали связь между собой. Иногда успешно, иногда не очень. Как в последнем случае со мной и Де Ла Гранжем. Не слишком удачный момент.

Папочка являлся одним из тех, кто принял своеобразный обет изоляции от остальных и легко мог считаться погибшим. Оказалось нет, жив хунган, и судя по всему чувствует себя достаточно уверенно, раз отправляет бойцов на встречу со мной, имитируя помощь.

Может стоило надавить на этого Сьюзи и приказать отвести к Папочке Маботу? Нам явно есть о чем поговорить. А точнее мне рассказать последние новости.

Патриархи собирались убить Проклятых, так заявил дядюшка Герман. И учитывая обстоятельства при которых он это сказал, причин не доверять ему не было. А значит это правда — среди лидеров кланов достигнута секретная договоренность об уничтожении Одержимых. Для этого выделены ресурсы, в частности для создания блокирующих артефактов нового поколения. Также готовится запуск спутников нового поколения смешанного техно-магического типа для дистанционного сканирования с орбиты, распознавания и выявления нехарактерных энергетических метрик в магическом фоне.

Уверен, африканскому коллеге будет интересно об этом узнать.

Имея блокираторы нового поколения и зная точно, где находится враг, не составит труда уладить вопрос Проклятых раз и навсегда, разделавшись с нами по одиночке. Внезапный удар и готово. Даже большие потери среди своих в этом случае не остановят патриархов, полностью уверенных, что делают благое дело.

Хороший план, вполне пригодный для успешного исполнения. Проклятые угроза, для многих это аксиома. Одним своим существованием мы изменяем сложившийся в мире баланс сил. Неприятный факт для князей и лордов, привыкших считать себя хозяевами положения.

И сегодня я не случайно оказался здесь. Если сказанное Германом Бельским подтвердится, то выстоять в одиночку против скоординированной атаки будет вряд ли возможно. Понадобится объединение сил всех Проклятых. Вместе мы сильны как никто, и патриархи с кланами обломают зубы о нашу совместную мощь.

Но для объединения нужен кто-то влиятельный, кто-то кого будут слушать, за кем пойдут, за кем давно закрепился авторитет одного из сильнейших магов планеты. И к великому сожалению, я к таким персонам не относился.

Князь Голицын. Вот кого его я искал. Его влияния хватит, чтобы остальные Проклятые, как минимум его выслушали, а не пытались захватить, чтобы положить на прозекторский стол. Уверен Де Ла Гранж даже в мыслях бы не допустил подобную глупость, если в Зальцбург пришел Повелитель Хаоса. А со мной решил рискнуть, считая дурацкая затея получится.

Здесь был и возраст, и недостаток опыта, и много других факторов, влияющих на восприятие. Проще говоря, меня не стали бы слушать, тем более верить, а Голицыну да. Такой вот простой факт, от которого не убежать и не скрыться.

Поэтому…

— Ну что-ж, приступим, — я фигурально закатал рукава, готовясь предпринять нужные действия.

К этому моменту изучение окрестного окружающего магического фона закончилось. Проявились четкие наметки аномалии, завязанную на стихию Хаоса. Осталось сущая мелочь — «постучать» в убежище беглого князя и дождаться ответа.

Глава 6

6.

Африканский континент.

Центральный регион.

16:30 по местному времени.

Невозможно уничтожить преграду если не понимаешь сути способа, которым ее создавали. Но даже если знаешь, а точнее догадываешься, то все равно ничего не можешь поделать, потому что природа преграды отличается от тебя настолько же сильно, как пламя отличается от воды. В нашем случае — от магии Хлада.

— Мда, наворотили тут, — я покачал головой, изумленно разглядывая первый слой защиты.

Стало понятно, что грубая сила бесполезна. Какой смысл пытаться ломать стену, если ее толщина каждый раз увеличивается пропорционально применяемому воздействию? Проще говоря, преграда с бесконечным запасом прочности, непреодолимая даже для стихиальных энергии.

Интересно, чем Голицын занят внутри своей «ракушки»? Вряд ли находится в сознании, иначе давно бы сошел с ума, слишком много времени прошло с последнего появления в реальном мире. Скорее всего погружен в некое подобие транса. Слился со стихией, отдавшись на волю породившего ее Хаоса.

Еще один способ переждать волнения во внешнем мире, когда идет охота на Проклятых. Однако не самый безопасный, учитывая влияние изначальных стихий на разум.

— А если старик спятил? Хотя какой он к черту старик, — пробормотал я.

Вот уже час пытался раз за разом воздействовать на странную аномалию в магическом фоне, несущую на себе следы хаоса — магии, чьим носителем являлся князь Голицын. В ответ ничего. Пустота. Внешнее воздействие просто не замечали, словно дома никого нет.

— Ладно, последняя попытка, — я хмуро огляделся, оставаться дольше посреди африканского континента глупо. Солнце пока неохотно, но все же клонилось к закату, вскоре ночь полностью поглотит окружающий мир. Отправленные Папочкой Маботом ребятки с автоматами тоже вряд ли захотят ночевать и уедут, справедливо решив, что заглянувший на огонек белый не стоит лишнего риска.

Я вытянул руку вперед, с кончиков пальцев скользнула энергия. Поплыла в воздухе, образуя сложный узор, чтобы через мгновение вспыхнуть мертвым льдистым сиянием, обращаясь в зеркало из чистого серебра. Выстроенная конструкция почти сразу «поплыла», «зеркало» затянуло непроглядной тьмой. Еще спустя миг, черная поверхность покрылась сетью мелких трещин.

Глухой хлопок. Заклинание разлетелось осколками, острые грани тускло сверкнули в лучах заходящего солнца, осыпаясь на землю водопадом, частью истаивая в воздухе, частью разлетаясь по высохшей почве.

Как и все предыдущие попытки «постучать», эта закончилась неудачей. Меня не хотели видеть, и четко это показывали.

— Очень наглядно, — я хмуро посмотрел на исчезающие осколки разбитого темного зеркала.

Пробиться силой сквозь выстроенный барьер тоже не выйдет. Получилось только обозначить присутствие, которое с другой стороны барьера упрямо не хотели замечать.

Не уверен даже, что это действие самого Голицына, вполне могла сработать встроенная защита. Хаос неоднороден, в его глубинах можно выстраивать подчас сложные конструкции, несущие не только энергию чистой энтропии, но и частицу порядка, умеющую взаимодействовать с внешней средой.

Я сконцентрировался, потянувшись мыслью вперед.

По краю сознания скользнули странные картины необъятной пустоты, внутри лениво перекатывались волны мрака, формируя водовороты. Интуиция подсказала ни в коем случае не вглядываться в глубины возникшей тьмы, и я послушно отступил, разрывая контакт.

Проклятье! Встряхнул головой, прогоняя видение. Теперь сомнений нет — мне четко указали на выход. Меня не хотели видеть, и похоже вообще кого бы то ни было.

— И пусть весь мир подождет, — рассеяно произнес я.

Что дальше? Папочка Мабот? Его может заинтересовать информация о заговоре патриархов. Другой вопрос, насколько можно доверять негритянскому колдуну.

Обдумав мысль, качнул головой. С этим сложно. После Ла Гранжа я опасался других Проклятых. Чертов лягушатник сумел внушить недоверие к собратьям по цеху. Собственно, это и явилось одной из причин, почему решил обратиться к Голицыну, не только из-за авторитета среди остальных Одержимых, князь бы не стал нападать на бывшего земляка. По крайней мере не сразу.

А вот с хунганом вуду такой уверенности нет. Кто даст гарантии, что меня не попытаются сожрать в ходе какой-нибудь церемонии религиозного толка? Сомнительно, конечно, но после произошедшего в Зальцбурге во что угодно поверишь.

Досадно. Я пнул подвернувшийся камешек и понаблюдал, как он подлетев покатился по иссохшей потрескавшейся земле. Сознание машинально отметило, что чернокожих ребят с автоматами не видно. Молодцы, держат дистанцию. Хотя наверняка наблюдают издалека, определенная тень внимания до сих пор скользит по сознанию.

Остальные Проклятые? Требуется время. Искать, находить, уговаривать. И не факт, что будут слушать. Не говоря уже о том, чтобы поверить. Моя скромная персона не обладала для таких разговоров нужным влиянием. Впрочем, об этом, кажется, уже упоминалось.

— Кретины, — я ругнулся, отводя душу.

И тут же выбросил все мысли о Проклятых из головы. План А не сработал, переходим к плану Б, будем сами выпутываться из ситуации. Как обычно бывало с самого детства. Можно лишь полагаться на себя, остальные в любой момент предадут. Что наглядно доказали события в Северном Уделе, когда обретенные родственнички без тени сомнений отвернулись от «обретенного» сына.

Я развернулся, готовясь создать портал, но в этот момент что-то промелькнуло по краю сознания. Что-то едва уловимое, неосязаемое, но похоже на то, что называют инстинктом.

Будто взглянул с другой стороны на узор проявления Хаоса. И сразу стала заметна неправильность.

Что это?

Личная чувствительность за последнее время сильно возросла, и она подсказала, что с барьером что-то неправильно. Есть в нем некий изъян. Неявный, но видный, если знать, на что обращать внимание.

Долгую секунду я стоял на месте вслушиваясь в ощущения, параллельно сканируя аномалию, должную считаться проходом в глубокие слои других измерений, где зарождались изначальные стихиальные силы.

— Неужели… — губы тихо прошептали слова, а разум лишь через мгновение сообразил.

Обманка?

Могло быть так? Хитрый князь сделал вид, что погрузился в глубины Хаоса, а сам спрятался в реальном мире, пока все думали, что он недоступен.

И сейчас сидит, попивает коктейли на берегу золотых пляжей, трахает туземных мулаток и наслаждается жизнью, пока остальные считают, что князь если не мертв, то близок к этому состоянию из-за чересчур тесного слияния с родной стихией.

Мог провернуть Голицын нечто подобное? Легко. С него станется устраивать и не такие фокусы. Однако полной уверенности нет, всего лишь ощущение неправильности рисунка в магическом фоне. Вот только на основании этого, делать далеко идущие выводы нельзя.

Но и оставаться дольше, занимаясь проверкой, значит подставляться под потенциальный удар. Кто знает, кто еще кроме Папочки Мабота присматривает за этим районом. Да и ему веры нет. Скажет слово, и чернокожие бойцы с винтовками нападут, как в Зальцбурге сделали кадавры. А сам хитроумный хунган атакует исподтишка, дождавшись пока внимание сосредоточенно на его прытких ребятках. Вооруженных, к слову, совсем не стандартными пушками, а первоклассным техно-магическим оружием последнего поколения.

— Черт с ними.

Взмах рукой, формирование нужных плетений магических токов энергии. Привычный слом картины окружающего мира. Пространство искажается, разделяясь на изломанные линии. Проявляется уходящая в никуда пустота, похожая на бесконечную плоскость.

Шаг вперед.

И короткий выброс энергии с другой стороны, когда пространственный переход закрывается, оставляя на потрескавшейся экваториальной земле Африки кусочки мелкого льда, быстро тающие под влиянием жаркого солнца, превращаясь в капельки влаги. Но и она вскоре впитывается в сухую почву.

Через мгновение ничто не напоминало о присутствии здесь кого бы то ни было. Кусок саваны вновь вернулся к привычному существованию, без последствий пережив посещение Проклятого.

* * *

Территория Конфедерации.

Северный Удел.

Замок Ледяных Грез. 14:45

Дом милый дом. Пусть уже и не совсем родной и не слишком гостеприимный. Ступив на каменные плиты перед замком, первым делом заметил рассредоточенных по округе многочисленных наблюдателей. Они особо не скрывались, но держались на расстоянии, напоминая настороженным поведением ребят с черного континента.

Разумная предосторожность, особенно когда имеешь дело с Проклятым. И хотя дядюшка Герман и Юлия гарантировали, что никто не посмеет мешать, учитывая собственное шаткое положение доверять словам развеселой парочки следовало с оглядкой. Поэтому первым делом оглядеться, и лишь убедившись, что ловушки действительно нет, делать второй шаг.

В отличие от Африки погода на севере не радовала. Шел мелкий моросящий дождь, из тех противных, что у многих вызывают раздражение. Небо затянуто низкими тучами, довольно прохладно, ветер.

— Не хватает только снега, — я хмыкнул и поправил ворот куртки. Военизированная одежда, какую так любят наемники из Латинской Америки, не подходила для северного климата, но холода я, разумеется, не чувствовал.

Пришло время выполнить вторую половину заключенной с родственниками сделки.

Первая партия снаряжения включала боеприпасы и триста комплектов гвардейской брони. Дядюшка Герман и Юлия выполнили условие, отправив их воздушными транспортниками. Но основной груз еще находился на землях Удела, готовый к отправке только после выполнения обязательств с моей стороны.

Весела парочка не доверяла и не захотела отправлять сразу все. Боевые артефакты стационарного фортификационного класса «Ледяная стена» и «Снежная вьюга» ждали своего часа на складах. Как и остаток в семьсот комплектов гвардейских техно-магических доспехов, вместе с ручными ракетометами с крио-боеголовками, штурмовыми винтовками и всем остальным, включенным в изначальный список.

Бельские оказались не дураки и не захотели отдавать все сразу. Трудно за это их винить, учитывая обстоятельства.

Одним из главных требований была разблокировка старой родовой крепости. После моего исчезновения, не пожелавшая впускать внутрь других Бельских. Что иронично, ведь формально они до сих пор считались ее хозяевами.

— Только войти вы сюда до сих пор не можете, — я усмехнулся и уверенным шагом направился к главному входу.

Пересекая невидимую черту, на секунду ощутил легкое покалывание на открытой поверхности кожи, в затылок ткнулась игла холода. Больше никаких неприятных ощущений не последовало.

Меня признали своим и разрешили пройти.

Я не отказал себе в легкой шалости, обернулся и помахал рукой невидимым наблюдателям. Они видели, как я пересек границу, которую до этого никто не мог пересечь. Представляю, как сейчас скрипнули зубами те, кто следит за мной через мониторы компьютеров. Картину явно передавали в резиденцию клана, где собрался весь правящий род.

Они не рискнули прийти сюда лично, справедливо опасаясь за жизни. Трудно сказать, смог бы я отказаться от желания прикончить всех разом. Но соблазн был, этого не отнять. Родственнички это почуяли и предпочли не дразнить смертоносного хищника, в которого превратился их бывший молодой князь.

— Добро пожаловать, — я сказал сам себе и переступил порог, почти сразу ощутив гуляющие внутри огромного пространства токи энергии.

Когда-то древнюю крепость-артефакт усыпили, перекрыли потоки магии, питавшие ее от Сейд-Озера. Я разрушил плотину и вдохнул в оплот власти старых колдунов севера новую жизнь. Но Священное Озеро замерзло, и вместе с этим начал угасать Замок Ледяных Грез. Это чувствовалось во всем, в здании, в перетекающих внутри потоков силы. Он медленно умирал, и это было не погружение в сон, как в прошлый раз. Заморозка родового источника разрушительным образом повлияло на древний замок.

Я мог вновь его оживить. Я чувствовал, что могу это сделать. Но также я понимал, что после этого крепость достанется Бельским, мягко говоря, меня недолюбливающим. Второй ошибки они не совершат и сразу возьмут под контроль восстановленную твердыню.

Возникал логичный вопрос — стоит ли это делать? Выполнять обещание, данное родственникам. Родственникам, однажды предавшим, подставившим под удар и пытавшимся убить.

Или сыграть свою игру, сделав все тоньше.

Ведь в конечном итоге, я действительно был настоящим бастардом. Для меня все эти «гордость и честь» за родной клан и родовые реликвии, остались пустым звуком после нападения объединенных сил того самого клана, кем мне предлагали гордиться.

Простить и забыть? Нет, это удел слабых, готовых начинать с чистого листа. Ведь даже самый тупой поймет, что никаких чистых листов не бывает. И что предательство прощать нельзя, иначе в следующий раз все закончится плохо.

— Предали раз — предадут и в другой, — произнес я старую поговорку.

По лицу скользнула надменная улыбка. Я тоже не доверял так называемой родне, и не собирался играть по навязанным правилам.

Ведь что такое клан? Всего лишь сообщество людей, связанных кровью, подкрепленное доступом к родовому магическому источнику. Но если источник контролирую я, не значит ли это, что теперь клан это я? А Бельские всего лишь очередной пережиток ушедшей эпохи, который легко заменить.

Однако и от сделки с дядюшкой Германом и Юлей отказываться нельзя, Северный Удел до сих пор представляет собой неплохо организованную силу. С людьми, ресурсами, а главное с необходимым на данном этапе снаряжением. И это решило вопрос дальнейших действий.

— Нет, друзья-приятели, замок вы не получите, — я помедлил, и вновь улыбнулся. — Его никто не получит.

Я вскинул руки над головой и сделал движение, словно скручиваю невидимую спираль. Прятавшая в стенах замка сила послушно откликнулась на призыв. Древняя кладка дрогнула, по камням побежали трещины. Энергия закрутила незримый для человеческого глаза водоворот, формируясь в вытянутое веретено.

Три удара сердца — и «веретено» начало расслаиваться, распадаясь на отдельные лоскуты. Небрежное усилие — и бушующий ураган энергии стих, втягиваясь в выложенный камнем пол.

Крепость вздрогнула. Земля под ногами пошла волнами. С верхних этажей послышался звон разбившегося стекла. Предметы интерьера заваливались и падали, что-то оставалось целым, что-то разлеталось вдребезги.

Сила замка уходила по энергетическим каналам, проложенным века назад, возвращаясь к истоку ее породившему — к Священному Сейд-Озеру. И Озеро отозвалось на приток новой-старой силы. Замерзшие воды треснули, разбивая лед. Тягучая темная поверхность заволновалась, как в былые времена, когда источник питал своих верных адептов.

Остатки магии, сохранившиеся в Замке Ледяных Грез, запечатанные после замерзания озера, возвращались обратно, ломая выстроенный барьер, сметая сопротивление. Но главное — направляемое умелой рукой. Моей рукой. В данный момент формирующей открытие каналов силы.

Параллельно отдавая все силы, крепость начала разрушаться. То, что держало ее раньше, теперь уходило обратно, и этого нельзя было остановить.

— Прощай, ты хорошо послужила многим поколениям Бельских, но теперь пора на покой, — проронил я, любовно погладив ближайшую стену.

Потолок над головой треснул, вниз обрушились каменные блоки, вдребезги разбиваясь об изукрашенный пол.

Пора уходить, еще немного и здесь все окончательно рухнет.

Высвободить скрывающуюся внутрь цитадели мощь оказалось неожиданно просто, достаточно было указать куда течь в правильном направлении, остальное сделала магия Хлада, в свое время ее породившая.

Замок рушился.

Глава 7

7.

Южно-Американский континент.

Район бассейна реки Амазонка.

Научно-исследовательский комплекс.

Жилые помещения. 10:15

Власть странное явление, необычное по сути, имеющее собственные привычки и установки. Подобно яду годами она может проникать в разум, изменяя и наделяя неизвестными до этого свойствами, коверкая привычные представления об окружающем мире, но главное — дающее иллюзию абсолютного контроля над любой ситуацией.

Если человеку с детства внушали, что он рожден управлять другими, а потом на протяжении этапа взросления и становления личности представляли для этого все возможности, подтверждая на практике, то подобное отношение не могло не оставить следов.

Германа Бельского с рождения прочили на руководящие позиции среди членов правящего рода. Его родители, не самые сильные маги, но обладающие внушительным влиянием в клане, подсуетились, сделав так, чтобы их ребенок, так же не демонстрирующий особых магических способностей, занял достойное место среди клановой элиты, использовав для этого политические манипуляции.

Они понимали, что ему не стать патриархом, но надеялись, что он займет место политического советника, встав по праву руку правителя. В крайнем случае, станет лидером мнения большинства, представляя интересны остальных членов правящего рода.

Так и случилось. Для таких позиций особые магические силы не нужны, лишь изворотливость и умение вовремя переменить сторону, ловко манипулируя событиями. В таком деле сильные магические способности могли помешать, в нем могли увидеть конкурента на место князя. Зато интриги и скрытые манипуляции позволили добиться того, о чем в другое время такой как он мог лишь мечтать. Он стал серым кардиналом с огромным влиянием среди правящего рода, позволившего выражать перед патриархом общее мнение. А это дорогого стоит.

Дядюшка Герман привык к власти, привык, что все идет по разработанному им плану. Это въелось в подкорку его сознания, стало частью личности, незаметно для самого хозяина.

Но когда все идет не так, когда приходит понимание, что не все в окружающем мире подчиняется твоей воле, а следует по другому пути, происходит слом, зачастую переходящий в срыв…

— Что ты наделал⁈ Мы об этом не договаривались⁈ Ты уничтожил Замок Ледяных Грез!! Родовую твердыню!! Ты хоть понимаешь, что натворил?!! — Герман Бельский орал с монитора компьютера, практически визжал.

Всегда степенный, холеный, с идеальной прической и в элегантной одежде, сейчас он совсем не походил на соправителя одного из Уделов Конфедерации, скорее на малолетнюю истеричку, которая не получила обещанного, хотя ей обещали это купить.

— Не понимаю в чем проблема, — я пожал плечами, скрывая легкую полуулыбку. — Озеро разморозилось, источник родовой магии вновь заработал. Вы получили то, что хотели, по-другому это сделать было нельзя.

Я говорил ровным тоном, сохраняя спокойствие, делая вид, что не замечаю истерику старшего родственника. Разговор шел через видеосвязь, организованную в срочном запросе через сеть спутников.

В поле зрения глазка камеры возникла Юлия. В отличие от партнера по власти, княжа выглядела более собранной. Хотя следы воздействия произошедшего все же присутствовали: лицо напряжено, в глазах скрытая злоба, губы сжаты в тонкую линию.

— Ты не должен был разрушать Замок, — угрюмо выдохнула она.

И вновь с моей стороны последовало равнодушное пожатие плеч.

— Как я уже сказал, по-другому было нельзя. Священное Озеро замерзло, чтобы разбить оковы, пришлось искать дополнительный внешний источник энергии, иначе ничего бы не получилось. Ближайшим и самым подходящим оказалась старая крепость. Несмотря на заморозку она все еще сохраняла остатки былой мощи. На протяжении многих столетий ее стены пропитывала древняя магия, не использовать такой шанс было нельзя.

Парочка на ту сторону экрана почти одинаковым движением скрипнула зубами. Я все так же сохранял спокойствие, безмятежно глядя на монитор, тем самым показывая, что никакой вины за собой не чувствую.

Собственно, так оно и есть на самом деле. Никакой вины, никаких переживаний. В действительности ситуация даже забавляла, особенно глядя на покрасневшую физиономию всегда вальяжного дядюшки Германа. Казалось он готов взорваться, и это доставляло скрытое удовольствие.

Разумеется, свои истинные эмоции я постарался скрыть, понимая, что это сорвет дальнейшие переговоры. Родственники подумают, что над ними издеваются (и не без основания, надо признать, каюсь виновен, ха-ха), и прекратят общение под влиянием злости.

— И все равно, стоило найти другой путь, теперь нас обвиняют в разрушении старинной семейной реликвии, — мрачно изрекла Юлия.

Платиновая блондинка быстро просчитала ситуацию и старалась сохранить хладнокровие. Получалось не очень, иногда сквозь маску бесстрастности прорывались истинные чувства, в основном отрицательного оттенка, направленные в мою сторону.

— Не зацикливайтесь на потерях, сосредоточитесь на приобретениях, — нравоучительным тоном подсказал я.

Дядюшка Герман покраснел еще больше, хотя казалось это уже невозможно, открыл рот, явно собираясь извергнуть поток ругательств в сторону «наглого сопляка», поломавшего ему жизнь, но княжна остановила, уловив, что я имею ввиду.

— Предлагаешь сместить фокус внимания с разрушенной цитадели на ожившее Озеро? — спросила она, морща лоб, обдумывая идею.

Странно, что сами не додумались до этого раньше. Вроде опытные политики, по крайней мере один, могли догадаться, что неудачи лучше отставить на второй план, а на первый выдвинуть успешную часть выполненного дела. Видимо эмоции помешали. Если бы я был настоящим Бельским и с детства считал Замок Ледяных Грез неотъемлемой частью Северного Удела, то скорее всего тоже бы взбесился.

— Это очевидно, разве нет?

Не стоило так говорить, старший Бельский все же взорвался.

— Очевидно?!! Очевидно?!! Кем ты себя возомнил, сопляк⁈ Ты уничтожил нашу родовую реликвию и думаешь это сойдет тебе с рук?!! Ты всего лишь грязный бастард по воле случая оказавшийся там, где его не должно быть!! — последнее слово он буквально выплюнул в экран терминала.

В ответ, я нагло ухмыльнулся. Раз уж все произошло, какой смысл теперь себя сдерживать.

— А вы значит не причем, просто хотели приютить сиротку, окружив заботой и лаской, — ядовито заметил я. — И не пытались использовать в собственных интересах, подбирая на роль кандидата хранителя Озера кого-то другого, более подходящего для места князя, — я холодно взглянул на дядюшку Германа. — Не надо изображать из себя невинных овечек, в сложившейся ситуации вы виновны не меньше меня. Хотите сорвать сделку и отказаться от договоренностей, достигнутых в Сингапуре? Хорошо, нет проблем. Но тогда не удивляетесь, что однажды проснувшись утром, вам сообщат, что воды Священного Озера вновь покрылись ледяным покровом. Или вы думаете, это не в моей власти?

В этот момент что-то произошло, оба Бельских вздрогнули. Быстрый взгляд в нижнюю часть экрана, где шла трансляция с моей стороны, показал, что мои глазницы заволокла белесая хмарь. Хлад дал о себе знать, явив присутствие через носителя.

И Юлия, и дядюшка Герман знали, что это означает, и не сговариваясь сдали назад. Точнее старик откинулся на спинку кресла, давая возможность говорить юной напарнице.

Надо отдать должное, когда надо голова у старшего Бельского все же работала, понял, что еще немного и возврата к прежним договоренностям не будет, «наглый щенок» просто пошлет их, вернув статус-кво, когда источник родовой магии был недоступен.

А Замок уже разрушен, и что в этом случае с веселой парочкой сделают остальные члены правящего рода можно только догадываться. Уничтожение клановой реликвии, не принесшее пользы, и повторное замерзание Озера, не оставят шансов нынешним правителям Удела. В этот раз их обязательно найдут и прикончат. Потому что у всего есть предел, за границей которого следует расплата за совершенные деяния.

Находящиеся по другую сторону монитора это понимали, я это понимал, поэтому находился в более сильной позиции, в отличие от собеседников, у меня было куда отступать.

— Ладно, кажется мы отдалились от темы, — размеренным тоном произнесла Юлия. — Предлагаю вернуться к обсуждению главного вопроса…

Я не дал договорить.

— Поставок недостающего оборудования, — быстро вставил и напомнил: — Вы отправили только первую часть, — помедлил и внушительно уточнил: — Малую часть. Из всего заказанного списка.

По лицу княжны скользнула гримаса неудовольствия, не так она хотела построить дальнейший разговор. Но выбора не оставалось, пришлось неохотно кивать.

— Да, ты прав, мы договаривались, что после того, как Сейд-Озеро будет освобождено, мы перешлем остальной груз. Но ситуация, как понимаешь, теперь изменилась. Разрушение Замка Ледяных Грез вызвало закономерную ярость со стороны остального правящего рода. Нам начали задавать вопросы, многие уже не скрываясь тычут пальцем, предлагая покарать.

— А вы тычьте пальцем в исчезнувший лед Священного Озера, — предложил я и ухмыльнулся. — Не вижу проблем. Скажите всем недовольным, что их любимый магический источник так же легко может вновь превратиться в гигантский кусок черного льда, как случилось до этого.

Я помедлил, нарочито скосив глаза вбок, словно читая сообщение с дополнительного экрана, и только после этого продолжил:

— Или надо напомнить, что это касается не только магии, но и поставок Конденсата, а значит прибылей родовой корпорации? Сколько еще без них продержится Северный Удел? Два месяца? Три? Думаю, если растрясете жирок, то даже полгода. Но когда срок подойдет, все равно настанет конец, и клан Бельских поглотит другой клан, более сильный, считающий, что справится лучше, — я улыбнулся. — Впрочем, чего это я, не мне объяснять, как это работает. Уверен в Совете уже проходили дебаты, кому достанутся северные территории, на которые вас, разумеется, не позвали.

Удар оказался силен. Платиновая блондинка на экране отшатнулась.

Старицкие, Дашковы, Вяземские, Корсаковы, Шуваловы, Лазаревы, Мальцевы — какая разница кто придет за наследием Бельских, но то, что однажды это произойдет не вызывало сомнений. И ослабленный клан Сокола не сможет устоять.

Все это понимали.

— У Голицыных и Волков-Русов тоже такие проблемы, — угрюмо заметила Юлия.

— А вам будто не все равно с кем в компании вас будут потрошить? — язвительно парировал я.

И это тоже было правдой. Неудобной, сложной, раздражающей, но правдой. Князья в Совете наверняка уже поделили территории конкурентов, чьими лидерами раньше являлись Проклятые. И вскоре пожалуют на дележ пирога. Падение мощности, а точнее полная заморозка магических источников только ускорит процесс.

— Сейчас вы можете выстоять, показать, что с Сейд-Озером все в порядке, а значит клан колдунов севера все еще силен. Возвращение мощи родового источника остудит горячие головы в Совете. Ведь одно дело воевать с ослабленным соперником, и совсем другое ввязываться в борьбу с неопределенным исходом, — вкрадчивым тоном искусителя произнес я.

Им нечем было крыть. Ни хитрому дядюшке Герману, ни озлобленной Юлии. Их взяли в клещи: с одной стороны взбешенный потерей старинной цитадели правящий род, с другой почуявшие кровь патриархи других кланов. Нужно сильно постараться, чтобы выпутаться из такой ситуации с наименьшими потерями. И в этом уравнении я играл ключевую роль. Как бы этого дорогим родственничкам не хотелось.

— А Замок? Нам не простят его разрушения, — упрямо протянула Юлия. — Остальные…

Я жестко перебил:

— Пусть остальные Бельские лучше думают о сохранности собственной головы. Если они еще не поняли, весь Северный Удел стал огромной мишенью. И если они не хотят его потерять, то пусть не устраивают очередную свару, когда враг стоит на пороге общего дома.

Слова прозвучали резко и зло, но в то же время экспрессивно, наполняя уверенностью. По губам княжны скользнула слабая улыбка.

— Из тебя бы получился отличный князь, — неожиданно сказала она, помедлила и закончила: — Вторая часть оборудования будет отправлена в ближайшее время.

Связь прервалась, на экране возникла заставка: стилизованное изображение расправившего крылья сокола — белое на черном — родовой герб клана Бельских.

— Это твои родственники? Надо сказать, они не произвели особого впечатления, — заметила Даниэла. Весь разговор она провалялась на кровати сбоку от стола с компьютерным терминалом.

По моему лицу скользнула усмешка. Я встал и положив руки в карманы легких хлопчатобумажных брюк, подошел к окну. Широкому и панорамному с видом на воды Амазонки и прилегающих джунглей. Жилой модуль, где мы сейчас находились располагался в верхней части одного из зданий-кубов, ориентированный на реку. Отсюда открывался потрясающий по красоте пейзаж.

— Когда-то давно они были великими, — сказал я, и запнувшись, бросил через плечо: — Не те, что сейчас были на экране, а их далекие предки, основатели клана.

Девушка кивнула.

— Я поняла.

Возникла короткая пауза, разрушенная моим размеренным голосом.

— Да, когда-то Бельские были действительно великими. Династия воинов и колдунов, их боялись и уважали кланы соседних Уделов, перед ними трепетали европейские княжества, помня походы возмездия и превращенные в гигантские ледники города, — еще одна пауза, и очередная усмешка, скользнувшая по лицу: — Но теперь они измельчали. Потомки оказались недостойными памяти великих предков. Жалкие тени прошлых владык севера, вот во что превратились нынешние представители некогда могущественного клана Сокола.

Даниэла шевельнулась, шелковое одеяло соскользнуло, обнажая длинные стройные ноги.

— Я слышала у магической знати свои правила, распространено соперничество даже между своими. Кто сильнее тот и выше.

— Особенно между своими, — поправил я, кивнул. — Но в принципе ты права: как правило вершину занимает сильнейший, — помедлил, опять усмехнулся, будто вспомнив о чем-то: — Впрочем, иногда бывают исключения из правил, но, когда это случается, ни к чему хорошему это не приводит.

— Ты про своего отца? — Даниэла сделала виноватое лицо: — Извини, если обидела, но ты ведь понимаешь, что я не могла посмотреть информацию о тебе в сети.

Я пожал плечами.

— Можно сказать и так. Прошлый князь, несмотря на выбор Священного Озера, оказался довольно посредственным правителем, слишком много власти отдавшим Советникам. Ко всему прочего не являющимся даже одаренными. Это вызвало раскол внутри Удела, и рано или поздно должно было закончится очередной сменой правящих кругов.

— Но потом появился ты.

Я кивнул.

— Появился я, сошлось еще несколько факторов, ситуация менялась стремительно, под конец полностью попав под влиянием мятежа Проклятых. Которые к этому моменту думали, что полностью контролируют ситуацию. Как теперь знаем — ошибочно. И все вышло, как вышло, история пошла по другому пути.

Сзади послышался шорох.

— Зато теперь мы творим собственную историю, — томно протянул женский голос с постели.

Уловив движение, я полуобернулся. Даниэла изогнулась, невесомый шелк одеяла полностью соскользнул, обнажая женское тело. На ней оказались только маленькие черные трусики и больше ничего. Крепкие груди упруго торчали вверх, словно приглашая приласкать, черные волосы рассыпались, в глазах девушки плавали озорные смешинки.

— Да, теперь мы творим собственную историю, — с легкой хрипотцой ответил я и шагнул к широкой кровати.

Глава 8

8.

Южно-Американский континент.

Научно-исследовательский комплекс.

Вестибюль главного корпуса. 12:30

— Милорд! Подождите! Милорд! — задыхающийся толстячок Пацио догнал, когда я собирался сворачивать в сторону столовой.

Ненасытная жажда Даниэлы задержала сверх меры. Типичный темперамент страстных латиноамериканок этим утром проявился с особой усердием, заставив потратить много времени для «пробуждения». Теперь зверски хотелось есть.

— В чем дело? — я притормозил.

Не ограничиваясь утренними часами Даниэла предлагала заказать еду прямо в спальню, не отвлекаясь от главных «занятий». Но я отказал, слегка вымотанный сначала ночным марафоном, а затем интенсивным продолжением утра. Иногда казалось, что моя новая колумбийская подружка вознамерилась затрахать меня до смерти.

Может заказ получила и решила его исполнить таким оригинальным способом? Шутка.

— Мы готовы. То есть, все готово, — раскрасневшийся Пацио остановился.

Впалая грудь ученого под белым халатом тяжело поднималась и опускалась, короткий забег затребовал слишком много усилий от непривыкшего к физическим упражнениям лабораторного гика. В голове мелькнула веселая мысль: ну кому-то бегать по коридорам комплекса, а кому-то ублажать жадную до постельных развлечений молодую особу. И первое, и второе требует значительных усилий.

— Что готово? — нахмурился я, скрывая веселье.

Черт знает этих яйцеголовых, у них постоянно проблемы и сложности. Прошлый опыт подсказывал, что настырный итальяшка так же легко может испортить хорошее настроение, как оно появилось.

А ворчание по поводу Даниэлы, всего лишь ворчание. Довольное и удовлетворенное. Девушка действительно нравилась, и я наслаждался каждым мгновением, проведенным вместе.

Слегка необычное ощущение для меня, привыкшего к другим отношениям. Но полностью устраивающее. По крайней мере чего-то менять я пока точно не собирался.

— Кадавры… ментальная обработка… — Пацио согнулся пополам, выравнивая дыхание. Пробежал пятьдесят метров от лифтов, не больше, а ощущение будто пять километров. Но пота, как ни странно, нет, только тяжелые вздохи и выдохи.

— Вам бы заняться физической подготовкой, сеньор ученый, — язвительно заметил я, глядя на покрасневшую физиономию: — Иначе недалеко и до сердечного приступа.

— Конечно, милорд, вы абсолютно правы, — закивал толстячок, натягивая на лицо жалкую улыбку.

До сих пор опасается ляпнуть что-нибудь лишнее, заранее соглашаясь со всем, что скажет новый хозяин.

Интересно, это проявление глубинного инстинкта самосохранение, или же черта характера?

Странная мысль мелькнула и погасла. Нашел, о чем переживать. Главное, чтобы лабораторные умники выполняли свои обязанности и делали все правильно. А что их на это сподвигнет уже дело десятое. Страх ничуть не худший мотиватор, чем тщеславие или жажда наживы. А может даже и лучше.

— Могли бы просто отправить сообщение, а не устраивать забеги по зданию, — буркнул я.

И сам себя одернул: мобильная связь плохо работала на территории комплекса, в основном использовались внутренние интеркомы. Что в следующих словах Пацио подтвердилось.

— Мы пытались, но в жилом модуле ответила сеньора Даниэла, она сказала, что вы уже ушли, — заявил итальянец.

Я кивнул, значит скорее всего Даниэла уже отправилась на нижние уровни, где располагались главные биолаборатории.

— Все двадцать образцов готовы к использованию? — уточнил я, круто меняя маршрут и направляясь к лифтам.

Пацио семенил рядом, тряся головой, как китайский болванчик на каждую фразу, неважно был ли это вопрос, утверждение или просто нейтральное замечание. Перестраховывался, заранее показывая, что согласен с любыми словами «милорда».

— Совершенно верно, милорд, загрузка для всех экземпляров закончена. Мы пока не проводили пробуждение, дожидаясь вашего появления, но судя по показаниям приборов высшая мозговая активность показывает усвоение ментальных установок на сто процентов.

— То есть, психкодирование прошло успешно?

На этот месте ученый запнулся. Слишком точный ответ мог вызвать дополнительные вопросы, слишком расплывчатый — подозрение, что процесс прошел неправильно.

— Трудно сказать на данном этапе, — заюлил Пацио. — Дело в том, что анализ поведенческих реакций невозможен без практических проявлений в осознанном виде. А с учетом того, что образцы еще находятся в состоянии быстрого сна, нельзя полноценно утверждать, что усвоение ментальной матрицы сформировало новую личность на основе проведенного психкодирования.

Переводя на человеческий язык: яйцеголовые умники видели, что загрузка информации в мозг кадаров прошла успешно, но не знали, насколько она усвоилась. Своих индивидуальных особенностей у кукол нет, ее вкладывали в их головы, вписывая подобно цифровым данным в нейронные клетки. Дальше шла адаптация и формирование на основе загруженной информации моделей поведенческих реакций, включая ориентирование во внешней среде и выполнения поставленных функций.

В свое время появление кадавров вдохнуло во многих одаренных, занимающихся големостроением, ложное убеждение, что мир перевернется и пойдет по совершенно другому пути, что настанут времена, когда искусственные создания встанут чуть ли не на одну ступень с живым человеком. Но мечты остались мечтами, а выращенные в пробирках куклы остались лишь куклами. Качественный скачок оказался иллюзией.

— Надеюсь с ними никто не контактировал из лаборантов сверх необходимого, — я нажал кнопку в кабине лифта. Сенсор считал отпечаток пальца, зажегся зеленый индикатор, подтверждая доступ на закрытые для большинства персонала, нижние уровни. Кабина вздрогнула и поехала вниз.

— Разумеется, никаких лишних взаимодействий за пределами установленного протокола, — заверил Пацио.

Створки раскрылись, не ожидая замученного толстячка, я стремительным шагом двинулся к сдвоенным дверям главной лаборатории. За ними поджидало привычное оживление лаборантов в белых халатах. Иногда создавалось впечатление, что они все время здесь, что-то делают, чем-то занимаются, снимают показания в приборах, ведут записи, подготавливают оборудование для других экспериментов. Ни на секунду непрекращающаяся деятельность.

Впрочем, наверное, так оно и есть. Персонал мог работать по сменам в режиме двадцати четырех часов.

Даниэла нашлась у стендов с готовыми образцами, молча улыбнулась, проведя пальчиками по моему плечу, вместо приветствия, но от дальнейших знаков внимания отказалась, ничего не сказав, показывая готовность к работе. Сейчас она моя помощница, а не любовница и четко это демонстрировала.

Все-таки идеальные женщины на свете существуют.

— Ну что, показывайте, чего добились, — произнес я, обращаясь сразу ко всем умникам в белых халатах.

Глебов тоже был здесь, и скорее всего не покидал лабораторию последние несколько часов. Выглядел слегка уставшим, но бодро носился между столами, что-то делая с установленным на них оборудованием.

— Уже почти готово, ваша светлость, сейчас активируем наших мальчиков и девочек, — радостно сообщил он.

Ученый находился в состоянии возбуждения, глаза сверкали, жесты слишком порывисты. Сколько чашек кофе он выпил? Как бы тоже не хватил инфаркт. Взгляд скользнул по пришедшей в нормальное состояние физиономии Пацио. Один чуть не сдох от короткого забега, второй перебрал кофеина. Будет не забавно, если оба помрут раньше времени. Интересно, а в комплексе есть медотсек? Должен быть, учитывая сколько народу здесь работает на постоянной основе.

— Красавцы, правда? — Глебов повернулся ко мне. Рука взметнулась, указывая на выстроенных в шеренгу кадавров. Они стояли на специальных стендах, переодетые в полевую армейскую форму без знаков различия. Глаза каждого закрыты, руки, ноги, лоб и пояс обхватывают металлические фиксаторы, не позволяя упасть и удерживая в вертикальном положении.

Я подошел, по очереди взглянул в лица своей новой гвардии. Мужчины и женщины, физически развиты, атлетически сложены, полностью лысые — волосяной покров появится позже по мере биологического развития организма. Пять разных моделей разного пола по две единицы каждого. Они должны различаться, но сейчас выглядели абсолютно одинаково. Разве что женские образцы чуть более стройные, с ярко выраженными вторичными половыми признаками.

— Хорошие сиськи, — неожиданно сказала Даниэла, заметив куда направлен мой взгляд.

Если она хотела этим смутить, то просчиталась. Я спокойно кивнул.

— Да, хорошие. И задницы неплохие.

Девушка насупилась. Какой-то лаборант радостно хрюкнул, но тут же подавился, сделав вид, что кашляет. Даниэла холодно покосилась на весельчака, но ничего не сказала.

— Приступайте, — велел я, кивнув Глебову и Пацио.

Если кто-то ждал чего-то необычного и эффектного от процесса активации искусственно созданных псевдо-человеческих существ, то его ждало разочарование. Пробуждение прошло буднично, как будто происходило не первый раз.

Глебов ткнула пальцем в кнопку на экране планшета, глаза стоящего с края кадавра-мужчины открылись. Еще одно нажатие на другую иконку, стальные полоски исчезают в пазах, освобождая руки, ноги, пояс и лоб. Образец делает шаг, ступая с платформы.

Несколько оказавшихся поблизости лаборантов машинально попятились. Освобожденный от захватов, и стоя на ногах, кадавр выглядел еще более высоким и массивным. Черт, сколько в нем? Почти два метра, я едва дотягивал ему до подбородка. Военная униформа полевого варианта придавала искусственно выращенному бойцу еще больше брутальности.

— Красавец, — задумчиво проронила Даниэла.

Я с иронией на нее покосился. Кажется, кто-то пытался вызвать приступ ревности. Среди женского персонала лаборатории пронеслись шепотки.

— Это не секс-игрушка для постельных забав, а органическая боевая машина для ведения боевых действий, — хмыкнул я.

— Одно другому не мешает, — Даниэла пожала плечами.

Среди женщин в белых халатах прошелестел новый говорок, кажется они были с колумбийской брюнеткой согласны. Мужская половина лаборантов кисло слушала разговор, сравнение с брутальными самцами, выращенных в пробирках, явно шло не в их пользу, и это не нравилось.

Впрочем, оставались еще женские модели, чьими достоинствами тоже можно восхищаться. Благо там тоже имелось на что посмотреть. Настал черед мужских шепотков.

— Ладно, хватит, цирк закончен, пусть разойдутся по рабочим местам, — велел я.

Глебов и Пацио парой фраз разогнали подчиненных, оставляя возможность наблюдать за дальнейшим процессом издалека.

Я подошел вплотную к кадавру, тот смотрел прямо перед собой, никак не реагируя на приближение постороннего.

— Статус? — негромко произнес я.

— Штатная военная единицы боевого подразделения, — ровным тоном ответил солдат.

Ни заминки, ни задержки, четким, безэмоциональным голосом, все так же глядя перед собой. Идеальное исполнение, как у самых лучших вымуштрованных солдат.

— Приказы?

— Высший приоритет — его светлость князь Бельский.

Я отошел.

— Встать. Сесть. Поднять стул. Опустить стул. В исходное положение.

После каждого приказа следовало действие. Он выполнял все, что ему говорили с точностью хорошо отлаженного механизма.

— Отлично, — я кивнул и не глядя протянул руку назад. — Пистолет.

Вызванные заранее охранники вложили в мою ладонь требуемое оружие, и неосознанно напряглись, когда увидели, что пистолет взял кадавр.

Демонстрируя отличную выучку, искусственный солдат быстро собрал и разобрал пистолет, перезарядил, приведя в боевое положение готовности для стрельбы. Но больше не сделал ничего. Всего лишь показал вложенный алгоритм обращения с нужным типом оружия.

— Великолепно, — я усмехнулся и посмотрел на Даниэлу. Девушка выглядела напряженной. Как и прочим ей было непривычно видеть вооруженного голема, настолько сильно похожего на обычного человека.

Следующим оружием стала винтовка. С ней солдат тоже показал вполне приличные навыки обращения. Короткая разборка, перезарядка, виды стоек для стрельбы.

Все выглядело вполне достойно. Разве что…

— Какой у них временной интервал в режиме самообучения? — резко спросил я, обращаясь к Глебову.

Тот кивнул, будто ожидал вопроса.

— Вы правы, ваша светлость, по сравнению с обычными кадаврами, известными ранее и для кого создавались ментальные артефакты, эти образцы демонстрируют запредельный уровень адаптации под внешние условия, — он помедлил. — Судя по косвенным признакам, речь идет об ускорении процесса самообучения в десятки, а может и в сотни раз.

Проще говоря, учиться они будут быстрее. Видимо свою роль сыграла биологическая основа, использованная при создании нового поколения существ.

— Они умнее, чем обычные куклы, — со вздохом подтвердил Пацио. — Причем пока мы даже не знаем насколько. Судя по мозговой активности, они могут изучать и запоминать реакции на различные действия почти в непрерывном режиме. Обычные кадавры такими способностями не обладают, для них каждое усовершенствование начинается с ментальной обработки и загрузки новых поведенческих реакции. Этим образцам такого не требуется.

— Что это значит? — чуть более резче, чем требовалось, спросила Даниэла. — Хотите сказать, они как люди могут набираться опыта?

Итальянец резво развернулся и отвесил поклон.

— Совершенно верно, сеньорита. Данные существа хоть и созданы в пробирке, обладают повышенным интеллектом, чем их менее развитые предшественники.

Девушка нахмурилась.

— Разве это не опасно?

Толстячок замялся, виновато развел руками. Быстрый взгляд метнулся в мою сторону, словно указывая, кто настаивал на подобных характеристиках для образцов.

Я усмехнулся и пояснил стоящей рядом черноволосой красотке.

— Глубокое психокодирование предотвратит любые акты неповиновения. Они просто не смогут не выполнить приказ.

Пацио закивал, но не слишком уверенно. Похоже он все еще сомневался в безопасности существ, созданных исключительно для боя.

Впрочем, можно не обращать на это внимание. Как и любой яйцеголовый, Пацио перестраховщик, опасается всего, что непосредственно не связано с научной деятельностью. И лучше всего с теоретической.

— Что с магическими способностями? — я посмотрел на Глебова.

— Приборы фиксируют развертку энергетической матрицы, но касательно практического применения… — ученый не договорил и развел руками.

Понятно, способности есть, но пользоваться ими пока кадавры не умеют. Ожидаемо.

— Потенциал?

— Не ниже третьего ранга.

Неплохо. Не дотягивает на среднего уровня, но так и задумывалось. Показатели укладывались в изначальные установки Греев, не желавших растить себе и другим одаренным конкурентов.

— Где остальное снаряжение? — я оглянулся на охранников.

Один из них поднес на вытянутых руках экипировку стандартного образца, популярную у десантных частей латиноамериканских военных.

Увидев амуницию солдат-кадавр без лишних движений оделся, заучено проверяя застежки и подгоняя под себя размер, словно занимался этим уже не первый раз в своей короткой, почти мимолетной на фоне человеческой жизни.

Пришлось себе напомнить, что это все работа вложенных в голову антропоморфного голема при помощи техно-магических ментальных артефактов знаний, и не более. Иначе создавалось впечатление, будто перед нами действительно живой человек.

Когда образец встал по стойке смирно надев бронежилет, шлем, разгрузку и взяв в руки штурмовую винтовку, он стал почти неотличим от настоящего солдата.

— Твою мать, — ругнулся Глебов на русском, кажется не ожидая столь явного сходства. Если сейчас поставить рядом другого бойца из числа охранников, нарядив его в такую же экипировку, то разницы совершенно не будет.

— Он выглядит, как настоящий, — сказала Даниэла.

Я хмыкнул.

— Он и есть настоящий, — повернулся к Глебову. — За пределами комплекса обустроена тренировочная площадка со стрельбищем и полосой препятствий. Выгоняете туда все образцы. Я хочу, чтобы они проводили там не меньше пятнадцати часов в сутки, осваиваясь с новым статусом. У вас есть неделя, чтобы сделать из них солдат, — поймав вопросительный взгляд Даниэла пояснил: — По моим расчетам примерно через семь-восемь дней Греи предпримут первую попытку посмотреть, что происходит в их научно-исследовательском комплексе. Они уже наверняка знают, что он захвачен, но пока не в курсе кто это сделал, и направят разведку.

— Которую мы встретим, — кивнула Даниэла.

Но я покачал головой, кивнув на выстроенную шеренгу искусственно выращенных солдат:

— Которую они встретят. Надо обкатать эти мальчиков и девочек в настоящем бою.

Глава 9

9.

Южно-Американский континент.

Научно-исследовательский комплекс.

Десять дней спустя. 10:30

— «Продолжается разбор завалов на месте разрушения старинного замка семьи Бельских. Пока неизвестно, что послужило причиной случившейся трагедии, но по словам очевидцев, все произошло практически мгновенно. Вот замок стоял, а в следующий миг начал стремительно разрушаться. Никто точно не знает с чего все началось, но многие подтверждают, что последние два месяца территория древней твердыни находилась под скрытым наблюдением клановых спецслужб. В бывший музейный комплекс перестали пускать посетителей, нахождение на прилегающих дорогах ограничили, проезд стал возможен только по специальным пропускам. Также наблюдение велось с воздуха — в небе не раз были замечены вертолеты и дроны. Лица внутри клановых структур не сообщают с чем связаны предпринятые меры безопасности, но из неофициальных источников известно о сложившейся неординарной ситуации, когда даже члены правящего рода не могли получить доступ в родовой замок. По предположению некоторых экспертов, это могло быть связано с молодым князем Андреем, впоследствии ставшим одним из печально известных Проклятых. Но что именно произошло никто до сих пор сказать не может. Мы продолжаем следить за ситуацией. А сейчас предлагаем вашему вниманию эксклюзивные кадры с места разрушения бывшего легендарного Замка Ледяных Грез, от которого теперь остались только развалины».

Пошли кадры записи, судя по качеству и ракурсу, снимал кто-то из полицейского оцепления, установленного сразу после сигнала об обрушении замковых построек, либо из числа спасателей, вызванных на место спустя некоторое время, когда наконец задумались, что под обломками могут находиться пострадавшие.

Чего, разумеется, не могло быть в принципе, потому что колдовская цитадель на протяжении последних месяцев не подпускала к себе никого, включая номинальных хозяев. Что последних бесило больше всего, ведь формально они считались властителями древнего замка.

Кадры были не сколько ужасающие, сколько печальные. Некогда грозное в мрачной давящей красоте строение превратилось в груду развалин и беспорядочно разбросанных обломков. В центре возвышалась гора щебня — некогда бывший главный донжон, по свидетельству очевидцев, завалившийся внутрь себя, а не разлетевшийся по округе. Что четко указывало, что взрыва не было, хотя на это намекали многие, утверждая о проведенном теракте.

Сьемка оказалась короткой, всего несколько секунд. Оператор успел показать общий план и прилегающие виды с кучей пожарных и полицейских машин, и парочкой фургонов скорой помощи в отдалении. К этому моменту уже стало известно, что под обломками никого нет, и медиков отогнали подальше. Видимо, чтобы не снимали лишнего и не продали в СМИ, как это сделал оператор.

— «К другим новостям. Известие о разрушении древней клановой цитадели совпало с сообщением об исчезновении ледяного покрова с Сейд-Озера. Неизвестно, связаны ли между собой эти события, но с уверенностью можно сказать, что прерванные поставки Конденсата уже в ближайшее время возобновятся. Отдел по связям с общественностью корпорации Бельских выпустил официальный пресс-релиз, где уведомил все заинтересованные стороны о начале установок так называемых „ловушек“, устройств, созданных для собирания первичного материала хладогента, продукта жизнедеятельности магического источника, из которого получается ценный материал, используемый во многих областях промышленности. Это резко развернуло котировки пострадавших от прекращения поставок компаний, и сейчас наблюдается активный рост сразу на нескольких биржевых площадках».

— И весьма неплохой рост, — мой взгляд метнулся к экрану второго планшета, где шло отображение с онлайн-сервиса торгов. Справа показания стоимости сырья, так или иначе связанного с переработкой и дальнейшим использованием Конденсата, слева акции корпораций, задействованных в процессе. Графики и там и там уверенно шли вверх.

— Много заработал? — осведомилась Даниэла положив руку мне на плечо и прижавшись.

— Достаточно, — я хмыкнул. — Если заранее знать, что событие произойдет, то не трудно предугадать движение торгов.

— Это называется инсайдерская информация, в некоторых странах за такое наказывают, — заметила Даниэла.

Замечание вызвало усмешку с моей стороны. Но она и сама прекрасно понимала, как глупо это звучит: пытаться наказать Проклятого за нечестную игру на бирже.

— Главное фонды со свободной наличностью пополнились, и текущие расходы уже не так сильно бьют по карману. Проект с захватом и удержанием исследовательского комплекса Греев оказался весьма накладным с финансовой точки зрения, — пояснил я, и сделал глоток из стакана с апельсиновым соком.

Затем поднял взгляд и обвел глазами потрясающие пейзажи за краем крыши, где мы находились. Могучие воды широкой Амазонки медленно и величаво двигались по течению, не замечая суету мелких людишек с их страстями и амбициями. Эта река была здесь тысячи лет и просуществует еще столько же, когда о нас и наших деяниях давно забудут. Это навевало на философские мысли.

— Как ты нашла это место? Как узнала про выход на крышу и додумалась притащить сюда столики? — я погладил лежащую на плече руку девушки и поцеловал ее ладонь.

— Рассказал один из старожилов, что работал здесь, когда еще шли активные эксперименты. Один из руководителей проекта любил здесь завтракать и обедать, наблюдая за красивым пейзажем.

— А ужинать?

Даниэла покачала головой.

— Когда темнеет здесь становится неуютно, слишком много мошкары и других кровососущих тварей, которых под вечер вылезает в избытке.

— Могли поставить инфразвуковые отпугиватели, — я пожал плечами.

— Видимо не хотели возиться, — ответила Даниэла.

Какое-то время мы молча наблюдали на текущими водами Амазонки. Солнце еще не поднялось достаточно высоко, но все равно было очень красиво. На другой стороне реки виднелись джунгли, казавшиеся отсюда сплошным монолитом.

— Он уехал? Этот руководитель, — уточнил я после паузы.

Девушка кивнула.

— Вернулся в Нью-Йорк после основной фазы испытаний технологии создания кадавров, когда стало понятно, что дальнейшие исследования не требуются и пора переходить к отработке производства в промышленных масштабах.

— Предусмотрительно, — я рассеяно улыбнулся, помедлил и став серьезным сказал: — Кстати, хотел поговорить с тобой о дальнейших действиях. Ты должна понимать, что риски значительно возросли, столкновение с кланами, это не единичный случай исполненные стороннего найма. Его могут понять и простить, многие магические династии сами пользуются услугами наемников и не видят в этом ничего дурного. Другое дело полноценное участие в борьбе на стороне противника. Ты автоматически становишься участником конфликта со всеми вытекающими последствиям. Ты должна это понимать, и отдавать отчет, чем это в итоге может закончиться.

Даниэла помедлила, длинная ладонь с ухоженными пальцами небрежно поправила волосы цвета вороного крыла.

— Считаешь меня будут целенаправленно искать и мстить?

С моей стороны последовал кивок.

— Не исключено. Патриархи и их приближенные никогда не отличались особой мягкостью, тем более всепрощением. Мстительность в характере многих князей. Если узнают, что ты была не просто наемницей, а активно мне помогала, то до тебя обязательно попробуют добраться, — помедлил. — Или сделают это через твоих родных.

Опытный боец сил специальных операций, не раз побывавший под огнем, участник многих опасных заданий — Даниэла понимала, о чем речь и поэтому взяла паузу на обдумывание.

— Отец сможет о себе позаботиться, — уверенно сказала она. — Что касается остального, то князья и лорды должны понимать, что это ситуация с двухсторонним движением. Не только они умеют убивают, и не только у других есть близкие люди. Их жены и дети так же живут открытой жизнью, посещают магазины, обедают в ресторанах, ездят по городу. При желании до них тоже можно добраться.

Я хмыкнул. Забавно, но это была практически моя мысль. Власть предержащие зачастую недооценивали свою уязвимость, считали, что могут угрожать, не понимая, что до их родных тоже можно добраться.

Возможно не так легко, как обычного человека, но все же можно. Жена, сын, дочь, братья и сестры, родители, другие родственники, даже друзья-приятели — все могут попасть под удар. При желании можно устроить настоящую резню, выкашивая всех так или иначе связанных с конкретным человеком, до того считавшим себя в привилегированном положении.

В конце концов, всех не спрячешь под надежную охрану. Разве что запихнуть в бункер. Но и туда при сноровке можно запустить ядовитый газ, превратив «безопасное» убежище в братскую могилу.

Жестоко? Возможно. Но как говорится: с волками жить, по волчьи выть. Не нужно подставлять щеку, если ударили, надо бить в ответ. Убили твоего близкого, убей близких убийц. Кровь за кровь. Вот так вот все просто.

— И тем не менее, это не твоя война, — не знаю зачем все же сказал я. Точнее знал зачем, и даже почему, но не хотел в этом признаваться.

Страстная латиноамериканская красавица стала неожиданно близким человеком, которого не хотелось терять. Даже Хлад внутри ничего не мог поделать с внезапно возникшими чувствами. Наверное, это была еще не любовь, но уже точно привязанность.

Забавно, никогда не думал, что такое скажу. Тем более признаюсь в этом себе. Может это возрастное? Мне всего восемнадцать, скоро девятнадцать, говорят в этом возрасте влюбчивость очень сильна, и я всего лишь поддался гормонам.

И даже Хлад не помог. Хотя нет, помог, иначе не смог бы сейчас рассуждать об этом с такой отстраненностью.

— Ты меня прогоняешь? — Даниэла обошла и теперь стояла передо мной, глядя в глаза.

Я выдержал взгляд, помедлил.

— Предупреждаю.

Черноволосая красотка упрямо тряхнула головой.

— Я остаюсь.

В короткой фразе прозвучала вся непреклонность привыкшего рисковать жизнью бойца колумбийского спецназа, по праву считавшегося одним из лучших на территории Латинской Америки.

— Хорошо, — я серьезно кивнул, отдавая должное ответу взрослой личности, принимающей ответственность за собственную жизнь. И за возможные последствия принятого решения.

Даниэла обошла меня и села на другой стул. Небольшой столик из легкого пластика стоял между нами, на нем все еще оставалось большая часть несъеденного завтрака: свежие булочки, омлет с зеленью, кусочки жаренного бекона. В запотевшем графине апельсиновый сок, в аккуратных маленьких чашечках лениво плескался черный, как битум кофе.

— Еще? — Даниэла взялась за ручку кофейника, заметив, что в моей чашке кофе почти на исходе.

— Спасибо, — поблагодарил я и вновь перевел взгляд на экран планшета с новостями.

— «Продолжаются боевые действия между кланами семьи Грей и Саграси. В настоящий момент известно о многочисленных жертвах с той и с другой стороны, но несмотря на это противники не высказывают желания остановится. Хотя обеим кланам нанесен огромный экономический ущерб, все наблюдатели заявляют о безусловной поддержке дальнейших боев, какую бы за это не пришлось заплатить цену»

Пошли кадры с полыхающей грузовой баржой в заливе Сан-Франциско. Следом показали затонувший танкер на подходе к порту Нью-Йорка. Обе атаки провели диверсионные группы, в первую очередь пытаясь нарушить морскую логистику, тем самым лишая соперника доходов.

— Недурно они разошлись, — заметил я. — Еще немного и начнут засылать в города штурмовые группы для проведения убийств, диверсий и саботажа.

— Уже. Я слышала в одном из районов Большого Яблока отравили водоснабжение, жители на два дня лишились чистой воды. А под одной из опор Золотых Ворот обходчики обнаружили взрывчатку. Прибывшие саперы успели обезвредить заряды, но говорят до детонации оставалось немного.

Информация вызвала усмешку.

— Сан-Франциско лишился бы неплохой достопримечательности.

— Вряд ли бы Саграси допустили, чтобы мост стоял разрушенным достаточно долго, — парировала Даниэла.

Обдумав замечание, я кивнул. Задетое честолюбие не позволило бы терпеть осквернение символа города продолжительное время, делая из клана посмешище., Известную на весь мир поврежденную достопримечательность в кратчайшие сроки привели бы в порядок, усилив охрану и возобновив движение по мосту. Иначе позор, и насмешки со стороны других кланов.

Взгляд метнулся к экрану другого планшета с ходом торгов. Там тоже полный порядок. Заранее зная о будущем событии действительно легко заработать на бирже. Причем не только на росте, но и на потенциальном падении. Ведь кто сказал, что эффект с размораживанием Озера останется навсегда?

— Как там поживают наши подопечные, я слышал у них огромный прогресс? — я повернулся к Даниэле и получил в ответ короткий кивок. Она в этот момент отпивала из стакана с апельсиновым соком, собираясь приступить к завтраку, но отложила вилку в сторону, заявив:

— Все двадцать кандидатов показывают великолепные результаты. По словам ученых уровень адаптации просто запредельный по сравнению с обычными кадаврами. Вложенные знания активно применяются на практике, что дает закрепление на базовом уровне инстинктивных поведенческих реакций, но при этом они также быстро обучаются взаимодействию в обычной жизни.

— Как у них дела в повседневном? Осваиваются? Нет конфликтов внутри коллектива или с кем-то из персонала?

Бойцам из пробирки выделили помещение казарменного типа с двухъярусными кроватями, отделенное от остального комплекса. Но полностью изолировать их не получилось. Обычные люди часто с ними сталкивались, как в коридорах, так и в столовой, и в других частях зданий.

— Нет, с этим порядок. Глебов особо следил, чтобы вся потенциальная агрессия расходовалась исключительно на стрельбище и полосе препятствий. Думаю, он понимает, что может натворить даже один кадавр, если вдруг что-то пойдет не так.

Спятившая идеальная боевая машина в замкнутом пространстве с большим количеством гражданских. Это может быть неприятно, и не только для персонала.

— Напомни охранникам, что они имеют право открывать огонь на поражение в случае чрезвычайных ситуаций без дополнительного одобрения. Мне не нужна здесь кровавая баня, если вдруг у одного из наших мальчиков или девочек вдруг все же сорвет крышу несмотря на психокодирование.

— Они знают об этом, — кивнула Даниэла, помолчала и заметила, указав на экран планшета с идущими новостями, там вновь показывали Нью-Йорк: — Кстати о наших друзья из Большого Яблока, ты говорил, что они появятся через неделю. Прошло десять дней, а о них ничего не слышно. Ты ошибся в расчетах?

— Сроки были приблизительными, — я поморщился, не желая признавать, что возможно просчитался с оценкой угрозы от бывших хозяев научного комплекса.

Видимо война с Саграси забрала больше ресурсов чем ожидалось, и у Нью-Йорка просто не осталось людей посылать в далекую Бразилию.

— Возможно они решили отложить вопрос на потом, — предположила Даниэла.

Я упрямо качнул головой.

— Они должны кого-то отправить, проверить, что с исследовательским комплексом. Так диктует логика событий и политическая обстановка. Иначе создастся впечатление, что у клана Греев можно забирать их собственность безнаказанно, а это прямой путь к конфронтации с другими кланами, которые почуяв слабину, обязательно этим воспользуются…

Мне не дали договорить, прозвучал короткий сигнал. Даниэла достала из кармана коммуникатор, подключенный к внутренней сети комплекса, и посмотрела на дисплей: — Система воздушного контроля обнаружила приближение неопознанного объекта, — взгляд поднялся на меня: — Похоже ты был все-таки прав, к нам пожаловали гости.

Глава 10

10.

Южно-Американский континент.

Научно-исследовательский комплекс.

Пункт управления системами обороны. 11:05

Красные точки на монитора рассыпались подобно брошенным на столешницу зернам. Замаскированные модули разведки вели противника с момента появления, передавая данные в пункт управления обороной комплекса на минус втором этаже.

— Две воздушные цели, сбросили десант, расстояние до цели — девятнадцать миль, — доложил оператор за терминалом.

— Видим, — хмуро бросила Даниэла. Взгляд брюнетки прикипел к экрану, для нее такое в новинку — наблюдать за боем со стороны.

Я на секунду представил, что сейчас произошло в девятнадцати милях от научно-исследовательского центра.

Военные вертушки идут на бреющей высоте, брюхо едва не касается вершин деревьев. Слышится сигнал, загорается красный. Аппарель в задней части опускается. Десантники встают и подходят к краю. Первый пошел. Прыжок. И уже в воздухе, затянутая в тактическую перчатку рука спецназовца бьет по груди, активируя артефакт на основе магии Воздуха. Резкое падение замедляется, превращаясь в планирующее скольжение.

На ум приходит вылазка на секретный объект Греев в Бруклине, затянутые в черное фигуры в узком коридоре, глухие шлемы, штурмовые винтовки, бешенная стрельба, интегрированные в броню энергетические щиты, словившие перегрузку от брошенного навстречу боевого заклятья.

Здесь вряд ли пройдет в похожем ключе, пожаловали гости другого порядка.

Не полицейский спецназ, армейский. А значит броня лучше, орущие мощнее, подготовка ориентирована не на захват, а на уничтожение. Плюс клановые особенности Магии Смерти Греев и наличие боевых артефактов.

Возможно, я переоценил возможности кадавров, и мы только зря потеряем недавно выращенных солдат.

— Есть визуальный контакт? — спросил я.

Оператор отрицательно качнул головой. Через секунду к нему присоединился напарник.

— Нет, милорд. Противник вне пределов прямой видимости, невозможно опознать цели.

Ясно. Впрочем, чего еще ожидать, даже запуск разведывательного дрона-наблюдателя не поможет, внизу сплошной массив джунглей. Чудо, что разбросанные в хаотичном порядке детекторы внешнего контура системы предупреждения сработали вовремя, определив приближение врага. Раньше этих микро-станций разведки не было, прежние хозяева обходились меньшим периметров безопасности. Но учтя собственный опыт успешного захвата комплекса, я распорядился увеличить контролируемую область, и неважно, что это лишь джунгли.

— Думаешь они знают, что мы в курсе их появления? — Даниэла повернулась ко мне.

Я пожал плечами.

— Они шли на бреющем, очень низко, скорее всего рассчитывали пройти ниже радаров. Которые, кстати, клан Греев сам сюда в свое время установил.

— Им известны характеристики систем ПВО, — поняла девушка.

— Да, и все остальные системы защиты. В конечном итоге, это их объект.

Точки на экране начали перемещаться, формируя стандартное походное построение. Классический прием, когда группа прикрывается со всех сторон: авангард, арьергард, фланги.

— Неплохая выучка, — слегка уязвленно заметила Даниэла.

— Это не обычные вояки, второпях собранные с бору по сосенке, а крепко спаянный отряд. Их послали проверить, что происходит, и они выполнят приказ несмотря ни на что, — рассеянным тоном откликнулся я, изучая показания на экране.

Все как и ожидалось. Классическая разведывательно-диверсионная группа. Точнее две, именно столько мест выброса указали станции разведки. Заходят с северо-запада и юго-востока. Судя по разнонаправленным курсам движения, хотят охватить как можно большую площадь.

Логично, учитывая важность объекта. Собрать информацию и тихо уйти. Возможно провести короткую проверку на близкой дистанции. Если увидят, что охрана слабая, не исключена попытка захвата с экстренным вызовом подкрепления.

— И все равно, несмотря на их крутой опыт и подготовку, ты предугадал их появление, — обратила внимание Даниэла и покосилась: — Значит они не так опасны, как кажутся?

На секунду задумался, прикидывая, как лучше ответить.

— Они опасны с точки зрения боя, — наконец изрек. — В этом случае их навыки действительно важны. Но что касается остального…

— Они предсказуемы, — догадалась Даниэла.

Я кивнул.

— Как правило даже самые крутые профессионалы действуют по шаблонам. Они этого не замечают, потому что обучение проходит по схожим программам. И это касается всех, не только рядовых исполнителей, но и тех, кто непосредственно отдает приказы. Я предугадал появление клановых воинов Греев не потому что такой умный, а потому что реакция ньюйоркцев читалась заранее. Они действовали по заранее утвержденному алгоритму: секретный объект за границей перестал выходить на связь, надо провести воздушную разведку используя спутники и высотные дроны, пришло подтверждение, что объект не разрушен, следовательно надо отправить наземную разведку. Тот из Греев, кто отдавал приказ, мог даже не догадываться, что его действия следуют стандартному протоколу в таких ситуациях и не задумался, что это может оказаться ловушкой. Не потому, что тупой и недалекий, а потому что так его учили.

— Он не умеет импровизировать, — поняла Даниэла.

— Скорее не привык это делать. Вряд ли проблемой комплекса занимался кто-то высокопоставленный. Для этого у них хватает проблем с Саграси. А от среднего звена требуется только исполнительность. Потому что если они начнут думать, то в конечном итоге могут додуматься до разного рода нехороших вещей вроде неповиновения, а патриархам и близкому окружению это не надо.

— Как в армии, где творческий подход не приветствуется. Либо делай что говорят, либо проваливай, — хмыкнула брюнетка.

Я усмехнулся в ответ.

— Вроде того.

А сам в этот момент подумал: вымороженное плато в центре бразильских джунглей, Греи не могли не связать это с потерей связи со своим секретным объектом на Амазонке. Догадались кто? Если да, тогда почему все же отправили разведку? Хотели удостовериться? Возможно. Однако пустые предположения без доказательств ничего не стоят.

— Есть визуальный контакт, — сообщил оператор.

— Давай картинку.

— Вывожу на экран.

Спрятанная в листве микрокамера передала короткую пятисекундную запись. Несколько мгновений все напряженно вглядывались в полученное изображение.

— Что-ж, ожидаемо, — я буркнул, выпрямляясь.

Первоначальные предположения подтвердились. Воины клана были экипированы в техномагические доспехи армейского образца, более мощные по сравнению с полицейским вариантом. А в остальном все так же: глухие шлемы, усиленные нагрудники, сервоприводы, вплавленные в металл кристаллы, скрытая от глаз артефактная начинка. Только расцветка не черная, а камуфляжная — «джунгли». Неплохо кстати смазывает очертания, мешая прицелиться.

— Обрати внимание, это «Каратель», штурмовая винтовка последнего поколения, — указала Даниэла, ткнув пальцем в фигуру одного из посланцев семьи Грей на поставленном на паузе записи.

С моей стороны последовал неспешный кивок. Забавное совпадение, точно такая же игрушка была у нахального уголька в Африке, только в другом исполнении, скорее всего экспортный вариант, а тут в полном обвесе с повышенными исходными характеристиками. Сильнее, мощнее, убойней.

Точно не полицейский спецназ.

— У крайнего справа пусковой контейнер за спиной, похоже на портативный ракетомет, — осмелился подать голос один из операторов. — При подрыве боеголовка создает область поражения на основе магической составляющей в зависимости от типа начинки.

— Греи мастера Смерти, так что скорее всего какая-нибудь некротическая дрянь, — откликнулся я.

Попадать под действия поражения такой «дряни» лучше не стоит даже имея хорошую магическую защиту. Как минимум обычные щиты она точно разъест.

— Кадавры вышли на рубеж атаки, ожидают подтверждения, — доложил второй оператор, поддерживающий связь с отправленной на перехват группой искусственно выращенных солдат.

Даниэла и операторы уставились на меня, ожидая решения. Но я медлил, что-то цепляло сознание.

— Мне не нравится один момент, — кивнул первому оператору. — Запусти снова запись, перемотай в начало. Стоп. Вот здесь. За спиной одного из бойцов что-то мелькнуло.

Даниэла наклонилась к монитору, изучая застывшую картинку.

— Там кто-то есть. Кажется без брони, в обычном полевом комбезе, — сказала она.

С моей стороны последовал кивок.

— И скорее всего без оружия. Максимум пистолет в тактической кобуре, но и он особо не нужен.

Оба оператора нахмурились.

— Почему? — один решился подать голос.

Я хмыкнул.

— Потому что, человек без брони и оружия — сам живое оружие, — пауза. — Это боевой маг.

Повторив маневр брюнетки операторы качнулись вперед, пытаясь рассмотреть смазанную фигуру, на секунду мелькнувшую за спинами более массивных силуэтов, экипированных в техно-магическую броню.

— Не думал, что Греи это сделают, но похоже Нью-Йорк очень не хочет терять бразильский объект и отправил не только обычных бойцов, — я кивнул на экран. — Группу усилили клановым боевым магом.

В комнате наступила тишина. Нас четверо: Даниэла — опытный боец ССО ВС Колумбий, два матерых наемника из бразильской ЧВК, и я. И все понимали, что хорошо подготовленный боевой маг в состоянии справится практически с любой угрозой, тем более с отрядом солдат.

Могло показаться, что операцию надо срочно отменять, отзывать кадавров и встречать противника на подготовленных рубежах обороны. Любой другой вариант означал разгром, все равно что отправить кадавров на убой.

Но это лишь на первый взгляд, в действительности все обстояло немного сложнее.

Выращенные в стеклянных емкостях создания лишь назывались кадаврами. Они отличались от других антропоморфных големов, как обычная машина отличается от авто с форсированным движком. Они были сильнее, быстрее, а главное умнее своих собратьев предыдущего поколения. И это давало им преимущество.

Идеальные боевые машины с сумасшедшей скоростью адаптации и освоения вкаченных в мозг навыками, помноженные на холодную безжалостность лишенных эмоций существ. Они осваивались быстрее, чем ожидалось даже по самым оптимистичным прогнозам. Эволюционировали невиданными темпами, показывая на тренировках отличные результаты. Умели накапливать опыт и использовать его в дальнейшем.

Эти экземпляры были лучше обычных людей. Усовершенствованные тела, низкий болевой порог, ускоренная регенерация тканей, разогнанное самобучение по восприятию окружающего мира. В совокупности это давало необходимое преимущество почти против любого противника.

Пацио жаловался, что это делает их слишком опасными. В тот раз в голосе яйцеголового мелькнул страх перед искусственными созданиями, способными выйти из-под контроля.

Ученые, в них нет стержня, глубокой уверенности в собственных силах, в собственном превосходстве даже над тем, что они сами создали. А во мне есть. Я был уверен, что при необходимости смогу справиться с кадаврами. В крайнем случае, уничтожу, начав эксперимент с чистого листа.

Забавно, но кажется искусственные солдаты это тоже чувствовали, на каком-то странном псевдоинтуитивном уровне, присущем существам с сознанием, сотканном из правил и установок…

И тем не менее, боевой маг это слишком серьезно, чтобы отпускать ситуацию на самотек.

— Учитывая, что Греи не поскупились и отправили опытных головорезов, экипированных по последнему слову передовых военных технологий, вряд ли они дали им в напарники заурядного середнячка, — задумчиво обронил я.

— Нужно отозвать кадавров, — с готовностью откликнулась Даниэла. — Заманим диверсантов на ближние рубежи и уничтожим, используя огневое превосходство. В комплексе полсотни бойцов, плюс автоматические турели и гранатометы.

— У наших приятелей тоже есть тяжелое вооружение, — напомнил я, припомнив тубус пускового контейнера ручного ракетомета за плечом одного из клановых воинов.

Но возражение лишь на секунду сбило решительный настрой брюнетки.

— Тогда встретим поодиночке. Сначала разберемся с теми, кто заходит с северо-запада, затем займемся юго-востоком. Уверена, несмотря на подготовку они не устоят, — она на мгновение замолчала и уверенно закончила: — У них не будет шансов, мы их раздавим.

Все верно, раздавим. И думаю даже особо не напрягаясь. При необходимости я был способен противостоять на равных патриархам. Здесь же обычный маг, пусть и имеющий за плечами солидный боевой опыт. Ключевую роль играло подавляющее преимущество в доступных для оперирования объемов энергии, в этом параметре противник проигрывал. А у кого кувалда больше, тот и прав.

— Но в таком случае не получится проверить наших «мальчиков и девочек» в реальном бою, — возразил я и развел руками. — А хотелось бы. Возможно другой возможности обкатать на поле боя в условиях приближенных к боевым не будет.

— Это уже не приближенные, а самые настоящие боевые условия, — проворчала Даниэла.

Действительно, оговорился. Но в любом случае отступать от плана не хотелось. Возможно, в ближайшем будущем искусственным бойцам придется столкнуться с более серьезным противником, чем разведывательно-диверсионная группа, пусть и усиленная боевым магом.

— Нет, отзывать никого не будем, — я покачал головой, помедлил. — Но и отправлять в лоб големов тоже не станем. Нужно их прикрыть и в случае необходимости поддержать.

К чести, Даниэлы она сразу догадалась, о чем речь.

— Хочешь пойти сам? — в голосе ни тени сомнений, в глазах ни грамма тревоги, ровный спокойный тон. Но именно он и выдал. Беспокоится.

По моим губам скользнула улыбка.

— Не волнуйся, даже если Греи догадываются кто захватил комплекс, они понимают, что отправлять воевать против Проклятого две немногочисленные группы чистое безумие и напрасная трата человеческих ресурсов. Подобное поведение в условиях войны с Саграси не найдет понимания даже у самых радикально настроенных патриотов, уязвленных потерей клановой собственности.

— Но они могли подготовить сюрпризы, снабдить диверсантов неизвестного типа боевыми артефактами, — возразила Даниэла.

Фламберги, ближайшие союзники Греев, знаменитые артефакторы, уже не раз доказавшие на практике, что с их творениями стоит считаться. Да, этот фактор следовало учитывать.

— Постараюсь быть осторожней, — заверил я.

— Что делать мне?

— Оставайся здесь, следи за ситуацией, особенно за второй группой. Они не зря двигаются с временным интервалом относительно друг друга. Думаю, это связано с ближней разведкой. Возможно, хотят приблизиться к объекту в разное время с разных сторон для определения уровня защиты.

— Они еще далеко до старого периметра обороны, — Даниэла кивнула на боковой монитор, где указывалась граница прежней системы охраны.

Пунктирная линия проходила значительно ближе к исследовательскому комплексу, чем нынешняя защищенная зона. После захвата закрашенная область расширилась почти в три раза. К счастью, разведчики Греев этого не могли знать, иначе не устроили бы высадку так близко. Прежний гарнизон полагался на непролазные джунгли, считая их естественной преградой для крупных отрядов вторжения. С мелкими же рассчитывали справится еще на подходе. Мы такую ошибку не допустили и наводнили прилегающие территории сенсорами и модулями разведки.

— Встретим их на подступах, когда не ожидают. Я отвлеку мага, позволив кадаврам заняться солдатами. В случае необходимости окажу поддержку.

Даниэла сузила глаза.

— А если у них с собой все же сюрпризы?

Она хотела услышать подтверждение, что рисковать напрасно не буду. Странное ощущение — слышать заботу из уст другого человека. Необычное для бывшего сироты, привыкшего полагаться лишь на себя.

С другой стороны, я уже доверял людям, считая их близкими и заслуживающими доверия. К чему это привело известно.

— Бросаться в бой сломя голову не буду, — пообещал я и напомнил: — В первую очередь надо оценить боевой потенциал кукол, затем уже все остальное.

Девушка неохотно кивнула, принимая компромиссный вариант. Настаивать, чтобы все бросил и убежал при первых признаках серьезной опасности не стала, знала, что прозвучит глупо. Тем более, сама воин, понимает, что любой настоящий бой опасен для жизни, даже если считаешь противника слабым, а свое положение выигрышным. Всегда есть место случайности, от которой никто не защитит.

— Хорошо, мы будем здесь. Три отряда будут наготове, если понадобится подкрепление.

— Вряд ли они успеют добраться до места, — я усмехнулся.

— И тем не менее, — Даниэла пожала плечами.

— Ладно, — я махнул рукой.

Небольшое усилие и в комнате резко похолодало. Пространство в центре сложилось, создавая стереоскопический эффект при взгляде на который у обычных людей кружится голова. Возникла линия, разошлась вширь, обретая объем и открывая путь через другие слои реальности.

Операторы поспешно отвернулись, ощутив, как аномалия затягивает внутрь себя, слово желая поглотить. Даниэла продержалась чуть дольше, но и она в конечном итоге сдалась, отведя глаза в сторону.

Я сделал шаг вперед.

Глава 11

11.

Южно-Американский континент.

В пятнадцати милях к северо-западу от научного комплекса.

Джунгли. 11:30 утра.

Выстрелы. Крупнокалиберная винтовка захлебывается, выпуская рой пуль. Спустя короткую паузу присоединяется ручной пулемет. Деревья трещат, кора разлетается, обнажая мокрую сердцевину. Многие падают, перерубленные свинцовым дождем, обрушившимся на джунгли.

Фигуры в техно-магических доспехах действуют профессионально, мгновенно рассредоточиваются и открывают ответный огонь. Все целы, ни один не упал. Фактор внезапности не сработал, кадаврам не удалось застать врага врасплох.

Гулкий хлопок, тут же яркая вспышка. Термобарическая граната срабатывает на излете. Активация в воздухе — расцветает огненный шар. Внутри небольшого цилиндра не простая взрывчатка, а чистая плазма на основе магического огня. Попавшие в зону поражения деревья мгновенно превращаются в горстку черного пепла, оседая на влажную почву грязным саваном.

Взрыв цепляет одного из спецназовцев Греев, заставляя броню автоматически активировать встроенную защиту. Боец жив, но находится в дезориентации от близости вспышки сверхмощной сферы огня. Он пытается укрыться, избегая опасной зоны, но создания Глебова-Пацио не дают это сделать, мгновенно перенеся вектор стрельбы на подставившегося врага.

Фигура в доспехах буквально скрывается под свинцовым шквалом крупнокалиберных пуль. Диверсант шатается и опрокидывается назад. Щиты снова сработали, спасая человека внутри, но они не могут вытащить из сектора прямого обстрела. Это губит кланового бойца, вслед за первой летит вторая граната.

Вспышка.

В этот раз подрыв прямо над лежащим врагом, чья защита разряжена предыдущими выстрелами. Спасения нет, пламя с жадностью поглощает беспомощного противника. Его тело все еще заключено в высокотехнологичные доспехи, но это не помогает, слишком концентрированным оказался огонь и слишком близок подрыв модифицированной термобарической гранаты.

Потеряв товарища клановцы впадают в бешенство и начинают стрелять. Штурмовые винтовки модели «Каратель» плюются снарядами с некро-начинкой, как сумасшедшие. Но к удивлению, ни один выстрел не достигает цели. Грамотно рассчитав момент ответного выпада, искусственные солдаты успевают укрыться, и все пули уходят в молоко.

Кто-то из Греев не выдерживает. Продолговатый цилиндрик, на этот раз со стороны диверсантов, отправляется в полет в сторону устроивших засаду. Раздается громкий хлопок. На месте куска джунглей возникает черная, как первородный мрак, плотная сфера. Она проявляется лишь на мгновение, но этого хватает, чтобы обратить в прах несколько толстых деревьев, должно быть простоявших здесь не одну сотню лет.

К несчастью, вместе с деревьями исчезает и один из защитников комплекса. Кадавру не повезло, он оказался прямо в эпицентре подрыва. Горстка зернистой пыли — вот и все, что осталось от искусственного солдата.

Где же маг? Почему не проявляет себя?

Сеть датчиков и сенсоров, разбросанных по джунглям, превращается в мощное поле подавления. Электронная начинка доспехов заглушена. Именно это позволило организовать внезапность нападения. Но клановцы адаптировались, ведя бой по старинке, благодаря хорошей экипировке и выучке уверенно удерживая врага. Давили со всех сторон, создавая зону сплошного разрушения.

Проклятье. Кажется идея бросить кадавров в воду (читай бой) и посмотреть сколько выплывет, оказалась слегка преждевременной. Но каков выбор? Ждать пока солдаты из пробирок дозреют, накопив опыт в мелких стычках, времени нет. В другой раз такой удобной возможности могло не представиться.

Где же чертов боевой маг?

Я сканирую пространство пытаясь выявить чужой магический дар и ничего не нахожу. Создается впечатление, что здесь только кадавры и разведчики-диверсанты, ожесточено поливающие друг друга свинцом, как садовник поливает газон из лейки.

Засада стремительно превращается во встречный бой, и наши «мальчики и девочки» начинают потихоньку сдавать. Похоже все же придется вмешаться, хотя сначала предполагалось разобраться с магической поддержкой воинов клана.

Где же прячется проклятый ублюдок?

Вариант только один — клановый боевой маг закуклил ауру в плотный кокон, параллельно навесив защиту, скрывающую признаки жизнедеятельности. Ни тепла, ни мозговой активности, ни следов в эмоциональной сфере. Пусто. Будто бестелесный призрак, а не человек.

Надо признать с таким уровнем маскировки мне еще сталкиваться не приходилось. Это явно что-то новенькое, направленное для тотального сокрытия собственного присутствия.

Хотя чего еще ожидать от мага в составе разведывательно-диверсионной группы? Не убийственной же мощи. Их задача иная — незаметно проникнуть за охраняемый периметр, провести разведку и только в случае необходимости осуществить захват или штурм, прямые силовые действии не их профиль.

В наушнике раздается голос Даниэлы:

— Техники пропустили запись через программу обработки изображения. Телосложение потенциального мага слишком субтильно для среднестатистического мужчины, кажется это женщина.

Любопытно. Слегка неожиданный поворот, почему-то думал, что отправят мужчину. Впрочем, разницы нет.

— Принял, — проронил я.

Задача от смены пола не становится проще. Вычислить местонахождение врага все еще невозможно. Его будто нет…

Стоп. Может она действительно просто ушла? Увидела, что группа попала в засаду и обогнув место боя, решила продолжить выполнение основного задания?

— Внимательней на периметре, возможно наша гостья не пожелала участвовать в общей свалке и отправилась к комплексу, — сообщил я.

— Поняла, — откликнулась Даниэла. — Мы встретим его… то есть ее, если она появится.

— Осторожней, это все-таки хорошо подготовленный клановый маг, она может преподнести неприятные сюрпризы, — предупредил я, а сам про себя подумал: уже преподнесла, тем, что не выдает своего присутствия.

Как же интересно она все-таки это делает? Я тоже умею укрываться от чужого внимания, превращаясь в магическом фоне в обычного человека, но полностью скрыть себя не могу. Любое живое существо можно при желании обнаружить, физическую оболочку так просто не скрыть. Тело выделяет тепло, создает возмущение в энергетическом поле, генерирует своеобразное излучение в эмоциональном фоне. В общем, в том или ином виде проявляется. А тут ничего. Пустота…

Стоп. Пустота. Может в этом разгадка? А что, если пойти от обратного? Искать не следы присутствия, а их отсутствие? Область неестественной пустоты, которой не должно быть в наполненных жизнью джунглях?

Я принялся за дело, и почти сразу наткнулся на странную аномалию, выделяющуюся в окружающем пространстве, как белое пятно на пестром лоскутном одеяле. Здесь везде была жизнь, начиная от деревьев и заканчивая мелкими насекомыми, все они являлись частью живой биосферы, но одно место словно мертво, там нет никакой активности.

— Попалась, чертовка, — я закрыл глаза и мысленно потянулся вперед, усилив магическую чувствительность.

На это понадобилось некоторое время и небольшое усилие, но я все же вычислил местонахождение посланца клана Грей. Больше того, увидел, что он, а точнее она, не сидела все это время без дела пока шел бой, мерзавка оказывала воздействие на кадавров. От ведьмы тянулись призрачные невесомые щупальца, похожие на призрачный пух, и почти каждый в той или иной мере касался наших солдат.

Это не было в прямом смысле заклятьем. Что-то иной, что-то на уровне мельчайших манипуляций, оказывающих влияние на организм.

В мозги залезть не рискнула, опасаясь выдать себя, как и более грубым вмешательство на физическом уровне, она всего лишь… затормаживала их? Проклятье! Точно, эта сука каким-то образом сумела снизить остроту реакции кукол. Причем, судя по поведению, они этого даже не заметили.

Хотя, с чего замечать, раньше они не подвергались подобным воздействиям, а без соответствующего опыта не будет понимания, что что-то идет не так. Так уж устроены големы, точнее, их сознание, пока оно не развивалось на достаточный уровень для такого самоанализа.

— Нечестная игра, ведьма, тебе предстоит дисквалификация, — едва слышно бормочу я, и бью по невесомым нитям чужого воздействия.

Сконцентрированный удар плотно сжатым сгустком энергии, как скальпелем рассекает невесомый пух «паутинки». Магичка от неожиданности дергается, застигнутая врасплох. Я тоже до последнего скрывался, замаскировав свое появление через пространственный портал, искажая потоки в энергетическом фоне, благодаря чему атака проходит успешно.

Но «скальпель» не только режет тонкие щупальца, касание провоцирует реакцию преобразования. По колдовским нитям чужого заклятья бежит волна чистого Хлада, обращая вражеское плетение в подобие себя.

Лед пронесся по магическим нитям, проявляясь в видимом спектре. Не ожидавшая удара ведьма пытается остановить приближение враждебной стихии, но не успевает ничего сделать. Неудачная попытка оборвать связь с собственным заклятьем только усиливает бег стремительно расширяющейся магии холода.

Призрачная паутинка обретает материальность в виде ледяных линий. Долгую секунду они подрагивает, затем натянутые подобно жгутам в воздухе рвутся. Захваченное Хладом плетение лопается, ударяя по собственному создателю.

Из-за деревьев слышится испуганный вскрик. Следом из ствола дерева мешком вываливается женское тело.

Прекращение тормозящего заклинания провоцирует реакцию, кадавры словно получают толчок и начинают двигаться с прежней скоростью. Внезапная перемена застает клановых воинов врасплох. Следует попытка перегруппировки, отряд диверсантов отступает, пытаясь занять более выгодные позиции.

Выстрелы. Взрывы. В ход идет все. Стрельба не прекращается ни на секунду. Грохот автоматических винтовок чередуется огненными и черными вспышками. Обе стороны не колеблясь забрасывают друг друга гранатами с магической составляющей.

Черт. Они мне так все кукол переубивают.

Восприятие стремительно раскручивается, мир послушно замедляется, и я начинаю действовать.

Взмах рукой — исходящие жгучим морозом льдистые снаряды с легкостью пробивают толстые стволы вековых деревьев, разрывая в клочья заключенные в металл тела. Броня не спасает, кристаллы вспыхивают и гаснут, щиты не выдерживают давления, разряжаясь после череды попаданий.

По земле бегут серебристые змейки. Миг — и вверх выстреливают льдистые шипы, похожие на заточенные клинки. Насаженные словно на колья спецназовцы умирают в бесполезных попытках разряжая оружие во все стороны. Протестующе пищат встроенные в броню автоматические аптечки, тревожно алым мигают внутренние дисплеи глухих шлемов, пытаясь запустить процедуру реанимации, в вены впрыскивается химия, давая шанс продержаться подольше.

Бесполезно. Хлад неумолим, он не только наносит физические повреждения, он выпивает саму жизнь, жадно поглощая тепло, до которого смог дотянуться.

Отряд диверсантов умирает, не успев ничего толком понять.

Клан Грей отправил в бразильские леса отличных воинов, способных справится практически с любой угрозой. Но против Проклятого и чистой стихии все их умения, снаряжение и подготовка ничего не стоят.

— Кончено, — я выдыхаю и открываю глаза.

Небольшой участок джунглей практически исчез. Повсюду следы многочисленных разрушений и проявлений боевой магии, как заклятий, так и вложенных в оружие плетений. Часть деревьев и растительности обратилась в пепел после термо-гранат с магической начинкой, часть превратилась в черный прах после срабатывания их коллег по некро-воздействию. Некоторые стволы покрылись корочкой льда, напоминая льдистые изваяние. Даже мимолетное дыхание Хлада вызвало эффект замерзания.

— Неплохо повеселились, — я осмотрелся.

Появились кадавры. Осторожно ступая, големы вышли из укрытий, держа оружие наготове. Солдаты двигались настороженно, все еще находясь в режиме боя.

Взгляд оббежал место сражения, метнулся к насаженным на ледяные штыри фигурам. Техно-магическая броня пробита в нескольких местах, металл исковеркан, электронная начинка сдохла. У двоих на шлемах открыты забрала, глаза мертвецов глядят в пустоту.

Я упругим шагом обогнул центр основного побоища, приблизился к месту, где последний раз видел фигурку в мешковатом армейском комбезе.

Она все еще лежала там, вывернув ногу под острым углом, пытаясь дотянуться до штурмовой винтовки, должно быть выпавшей из рук прикрывающего магичку бойца.

Я прищурился, изучая представителя клана Грей. Молодая женщина лет двадцати пяти — двадцати семи, не больше, хорошо сложена, шатенка, слегка вьющиеся волосы, правильные черты лица, хотя ослепительной красавицей не назовешь, скорее привлекательной, рост средний, одета в камуфляж класса «джунгли», оружия нет, за исключением валяющейся рядом винтовки.

— Не советую, — равнодушно бросил я, наблюдая, как тонкие пальцы упрямо скребут почву, в попытке дотянуться до вожделенного оружия.

Девушка вздрогнула, только сейчас заметив мое появление. Похоже рикошет от схлопнувшегося заклятья нанес гораздо больший урон, чем вначале казалось, иначе давно бы засекла приближение человека.

— Все кончено, — сказал я.

Мне не ответили, перестав скрести землю, вместо этого затравленный взгляд метнулся за спину, в безуспешной надежде увидеть силуэты в массивных техно-доспехах. Напрасно, все мертвы, никого из отряда не осталось в живых.

— Твою люди погибли. Будешь делать глупости, присоединишься к ним, — сухо пообещал я.

Но холодный тон не произвел впечатления, как и угроза смерти. На меня смотрели с мрачным прищуром, изучая словно мишень.

Неплохо. Сохраняет присутствие духа. Это хорошо. Впрочем, наверное, ее тренировали. В том числе обучая, как вести себя в плену.

— Нога сломана? — спросил я, кивнув на вывернутую конечность.

Девушка посмотрела на свою ногу, помедлила, и впервые разомкнула рот:

— Нет. Просто вывих.

Сказала так, будто речь шла о пустяке, а мы находились где-нибудь в нейтральном месте вроде городского парка со скамейками, а не посреди поля боя в диких бразильских джунглях.

— Как тебя зовут? — спросил я и пожал плечами. — Надо же к тебе как-то обращаться. То, что ты из Греев я уже понял.

И снова пауза, похожая на раздумье. Но уверен, это лишь игра. Еще один трюк из арсенала поведения при ситуации — «ты в плену, в окружении враждебно настроенных сил».

По лицу незнакомки расплылась слабая улыбка, она обмякла, демонстрируя упадок сил и будто сдаваясь.

В следующее мгновение тонкая рука выбросилась вперед, с кончиков пальцев сорвалась антрацитово-черная стрела, целя мне в голову.

Я небрежно качнулся маятником, уходя в сторону и пропуская мимо себя смертельно-опасный гостинец. Боковое зрение успело уловить движение за спиной. Стоящий позади кадавр оказался прямо на линии атаки.

Дерьмо! Похоже еще одного голема можно списывать в утиль. Однако мысль мелькнула и завяла, растворившись в изумлении. Фигура искусственного солдата на мгновение замерцала, теряя четкие очертания. Темная стрела скользнула по мерцающей завесе и срикошетила, врезавшись в ствол ближайшего дерева. Коричневая поверхность коры мгновенно обратилась в мелкую зернистую пыль, наглядно показывая мощность пущенного в ход боевого заклятья.

Я резко хлопнул в ладоши, невидимая волна сжатого воздуха ударила по голове женщины-мага. Получив удар, она обмякла, теряя сознание. Я развернулся и отправился к стоящему за спиной кадавру.

Кажется, у одного из наших созданий только что пробудились магические способности. Это следовало немедленно изучить.

Глава 12

12.

Южно-Американский континент.

Научно-исследовательский комплекс.

Главная биолаборатория. 15:55 по местному времени

— Ну, что скажете, господа ученые? — я вопросительно уставился на фигуры в белых халатах.

Глебов и Пацио обменялись быстрыми взглядами, оба выглядели слегка растерянными. На лабораторных столах лежали тела погибших кадавров. И только один живой, тот самый, что применил магию, в данный момент находился в бессознательном состоянии.

Потери оказались серьезными, из двух десятков, брошенных в бой против клановцев, выжила половина. Пятеро получили ранения, требующие долгого восстановления и реабилитации.

Короче, первый блин вышел комом.

Но все это ерунда, когда отправляли группы на перехват десанта понимали, что без потерь не обойтись. Даже живые бойцы, с гигантским боевым опытом за плечами, случается погибают, что говорить о недавно вылупившихся из пробирок големов. Однако никто не ожидал, что проявление магического дара окажется столь быстрым. По словам яйцеголовых развертка энергетической матрицы должна была завершиться не раньше четырех-шести недель активности, при условии, что процесс пойдет без сбоев согласно заложенным программам.

Но вместо этого один из искусственных бойцов демонстрирует магические способности со значительным опережением графика. Он применил не заклинание в чистом виде, я бы это сразу почувствовал, никаким спроектированным конструктом там и не пахло, скорее это походило на спонтанный выброс энергии, сформировавший некое подобие силового щита.

И тем не менее это случилось. После кадавр молча повалился на землю. Как сказали ученые, из-за сильного истощения, что подтверждало теорию о спонтанном выбросе силы.

— В настоящий момент мы фиксируем устойчивый контур энергетической матрицы, стремительно восстанавливающийся после сильной нагрузки, — первым заговорил Глебов. Пацио кивнул, подтверждая слова коллеги, он всегда пропускал бывшего профессора вперед, ведя себя осторожно.

— То есть, с ним все в порядке? — я подошел к столу, где лежал проявившийся себя солдат. Вроде ничего особенного, внешне никаких физических повреждений. Ровное дыхание, глаза закрыты, массивная фигура в военной униформе выглядит спящей. Что в принципе так и есть, сразу после доставки в лабораторию, образец искусственно ввели в фазу быстрого сна для более быстрого восстановления.

— С физической точки зрения да, никаких нарушений и травм в организме не обнаружено, — подтвердил Глебов. И снова макаронник молча закивал, напоминая китайского болванчика. Его осторожное поведение начинало раздражать.

— Ладно, а что с остальными? — я повернулся к другим телам. — Скольких вы снова сможете поставить в строй?

Ученые снова быстро переглянулись, одинаковым движением пожали плечами.

— Все раненные подлежат лечению, вопрос исключительно в сроках необходимого времени, — вновь ответил Глебов, Пацио вновь выбрал тактику молчаливой поддержки.

Я подумал о втором группе диверсантов, с ними разобралась Даниэла, взяв на подмогу наемников из охраны комплекса, благо боевого мага там не было. Все закончилось быстро, но без потерь также не обошлось. Что поделать, издержки любых боевых действий.

— Хорошо, занимайтесь, и готовьтесь произвести следующую партию образцов, мне срочно нужны солдаты, — велел я, разворачиваясь и собираясь уходить. Меня ждали нижние уровни и помещенная в изолированную комнату пленница.

Но так просто уйти не удалось.

— Касательно энергетической матрицы у наблюдаемого объекта, если вы посмотрите сюда, ваша светлость, то увидите, что она значительно укрепилась с момента появления образца на свет, — слова Глебова догнали в спину, ученый показывал на монитор одного из многочисленных сложных приборов в лаборатории.

Я повернулся, без особого интереса взглянул на экран, показания для неподготовленного человека выглядели чистой абракадаброй.

— И что? С ним что-то не в порядке?

Глебов закивал, Пацио почему-то нахмурился. Что эти двое мутят? Привычка яйцеголовых тянуть кота за хвост, заходя к интересующей теме издалека, иногда здорово раздражала. Будто большем заняться нечем, чем стоять и слушать их болтовню, перегруженную научными терминами.

— Это третий ранг, стандарт, определенный при создании изначальных зародышей.

— Так, — я по-новому взглянул на монитор прибора.

Вот значит как выглядит в цифровом виде магический дар. Забавно, хоть и все равно непонятно. Какие-то графики, странные аббревиатуры показателей, изобилие цифр и постоянно изменяющиеся колонки с бегущими данными. Китайская клинопись выглядит понятней. Хотя клинопись вроде у египтян, или у шумеров? Я встряхнул головой, что за черт. Чем больше с умниками общаюсь, тем больше в голову лезет всякая хрень.

— Третий ранг — это потолок. Но судя по показаниям, матрица этого образца имеет склонность к дальнейшему развитию.

Я удивленно приподнял брови.

— Рост? И насколько значительный?

Глебов пожал плечами.

— Мы не знаем.

— А какой возможен предел?

Снова пожатие плеч.

— Мы не знаем.

— Это проявится у всех кадаров?

И опять ученый пожал плечами.

— Мы не знаем.

Жутко захотелось его стукнуть, и желательно чем-нибудь тяжелым.

— А что вы знаете? — не скрывая раздражения спросил я.

Яйцеголовые в третий раз обменялись взглядами и почти в унисон ответили:

— Что этот аспект не подразумевалось изначальными установками эксперимента.

Верно, не подразумевался, даже Греи не хотели, чтобы их создания стали чересчур сильными и позаботились об этом, ограничив способности к магии средним рангом.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы обдумать полученную информацию, прикидывая варианты и возможные риски. Если все так, как говорят умники, и кадавры потенциально могут стать сильными одаренными, они все равно не превратятся в монстров, способных на равных тягаться с сильнейшими магами планеты. А даже если и так, плевать, еще одним фактором, дестабилизирующим систему, станет больше. Не все же Проклятым воевать. Пусть Патриархи и кланы не расслабляются.

— Пока оставим это. Займитесь новыми кадаврами, мне нужно не меньше тысячи единиц, и как можно скорее, — сказал я, не обращая внимания на ошарашенные физиономии яйцеголовых, оглушенных услышанной цифрой. Я пояснил: — У меня потенциальная война на носу, с кем предлагаете воевать? Не обряжать же лабораторных гиков в военную форму.

Пацио и Глебов одинаковым движением отрицательно качнули головой. Судя по слаженности, идея оказаться в рядах доблестной армии его светлости милорда Андрэ Бельского, не привлекала обоих. Я мысленно хмыкнул, иногда стоит немного припугнуть, чтобы усилить рвение.

— Не будет кукол, отправитесь вместо них на испытательный полигон, отрабатывать навыки обращения с автоматическим оружием в условиях штурма, — напоследок пообещал я и развернувшись наконец покинул лабораторию.

Остальной путь прошел на автомате. Коридор, лифты, кнопки допуска, кабина, спуск вниз, снова створки, еще один коридор, несколько поворотов. Даниэла уже ждала, в руках служебный планшет, связанный с внутренними системами безопасности комплекса.

— Ну что, она пришла в себя? — я кивнул на запертую металлическую дверь.

Раньше небольшая комната служила карцером для дебоширов и нарушителей. Изоляция от большой земли по-разному влияет на людей, кто-то терпит и ведет себя тихо, у кого-то срывает резьбу, всякое бывает. На этот случай прежнее руководство подготовило специальное помещение, куда можно на время запереть особо буйных.

Забавно, но судя по докладным запискам службы безопасности, с катушек в основном слетали гики из лабораторий. У охраны нервы оказались покрепче. Что в целом неудивительно, учитывая тонкую настройку психики умников.

— Я поместила внутрь микрокамеру для наблюдения. Так же установила ТБ-гранаты по углам на дистанционное срабатывание. Два охранника у дверей снаружи, пять на посту дальше по коридору. Техникам дан приказ держать под контролем лифты и лестницы, в случае тревоги блокировать, и вызывать подкрепление, — доложила Даниэла.

Я неспешно кивнул, одобряя предпринятые меры безопасности. Серьезный подход, но и сидит у нас не обычный пленник. К сожалению, блокировать магические способности при помощи химии можно только одним способом — вырубить одаренного, лишив сознания. Что естественно помешает допросу. Другой метод — блокираторы-артефакты, которых у нас не было. Так что выбор невелик, либо угроза смерти, либо сразу пуля в лоб.

— Не дергалась? Права не качала? Родней не грозилась?

— Нет, ведет себя смирно. Мы осмотрели ее, небольшое сотрясение мозга, больше ран нет, — Даниэла протянула планшет.

На экран шла трансляция с установленной внутри камеры. Помещение походило на классическую комнату для допросов. Бывшую ранее койку убрали, как и переносной биотуалет, вместо этого поставили в центре металлический стул. Освещение скудное — две полоски светодиодных ламп. Стены серые под бетон. Хотя может и есть бетон, тратиться на покраску для карцера вряд ли кто станет. Больше ничего нет.

Молодая женщина-маг, или скорее девушка, сидела на стуле. Руки и ноги зафиксированы металлическими полосками к ножкам и подлокотникам соответственно. Выглядит спокойной.

Помедлив, я переключился на колдовской взор, изучая окружающий магический фон, а главное любые следы вмешательства в течение потоков энергии. Судя по ровному движению никаких манипуляций за последнее время не было.

Любопытно. Пленница не пытается сотворить даже малейшее заклинание, чьи отголоски обязательном бы проявились в магическом фоне. Что это? Показная смиренность? Демонстрация готовности к сотрудничеству? Или банальная попытка усыпить бдительность тюремщиков, готовясь к побегу? Я бы поставил на последнее.

— Пообщаюсь с нашей гостей, — я передал планшет обратно Даниэле.

Железный засов со стуком вышел из паза, дверь со скрипом открылась. Оба явления создавали атмосферу настоящего заключения. По губам скользнула насмешливая улыбка, кажется, прежние хозяева комплекса специально сделали такие эффекты, чтобы наказываемые ощутили все прелести пребывания в карцере, словно находятся в реальной тюрьме. Кто-то переборщил с дешевыми психологическими трюками. Впрочем, на умниках в белых халатах должно действовать.

А вот на опытных клановых бойцах такие штуки не срабатывали. Это подтвердила насмешливая улыбка на лице пленницы, наблюдавшей за моим появлением.

— Слегка театрально, не находите? — осведомилась она, когда железная дверь позади с грохотом закрылась.

Интересно, думал будет молчать и придется тянуть за язык, но заговорила первой. Что-ж, нам легче.

— Здесь раньше был карцер для буйных яйцеголовых. На них антураж производил впечатление, — я ответил ровным тоном, следя за выражением глаз пленницы, в них мелькнула усмешка.

Несмотря на обстоятельства держалась неплохо. Это в плюс.

— Тебя зовут Ниа Грей, тебе двадцать пять лет, ты из средней ветви клана Грей. Боевой маг. На действительной службе не меньше семи активных лет. Участвовала в нескольких боевых операциях. Замечена в боестолкновениях с кланом Саграси. Специализация — скрытое проникновение и диверсии, — монотонным голосом перечислил я.

Улыбка на лице девушки стала шире. То, что я рассказал относилось к общедоступной информации, при желании с ней мог ознакомится любой, более или менее знакомый со сбором и обработкой сетевых данных. Ничего нового или неожиданного я не поведал, она этого ожидала и поэтому вела себя спокойно. Даже нанесла ответный удар.

— Тебя зовут Андрэ Бельский, тебе восемнадцать лет, ты бывший беглый князь из Северного Удела. Психопат и массовый убийца. Виновен в смерти множества людей по всему миру, — ровным тоном произнесла она.

Недурно. Мне захотелось рассмеяться, а девчонка молодец. Я вдруг резко наклонился вперед и ударил по насмешливому лицу хлесткой пощечиной. Голова мотнулась назад, на щеке остался красный отпечаток ладони, на губах выступила кровь.

— А еще ты безумен, тебе нравится причинять боль и резать людей живьем, — облизав кровь на губах добавила она.

И получила второй удар, на этот раз с другой стороны. Кажется, урок не был в должной мере усвоен.

— Говорю же — психопат и садист, — не успокаивалась пленница.

Третий удар оказался сильней предыдущих. Голова мотнулась так сильно, что послышался хруст. Нижняя губа лопнула, обильно полилась кровь.

— Все-все, я поняла, — хрипло выдохнула она и мрачно добавила: — Чертов псих.

Она пыталась установить связь через разговор, ведя его насмешливым тоном. По сценарию полагалось, что я должен вступить в общение, либо пытаясь убедить, что сказанное вранье, либо сменив форму беседы.

Тактика допросов была разной, как и типы поведения находящихся с разных сторон. И тот, кого допрашивали, и тот, кто допрашивал, как правило придерживались определенной модели поведения, одни желая выгадать время, другие чтобы обмануть объект и получить как можно больше информации.

Находясь в бегах и скрываясь подолгу в безлюдных местах, я не только изучал языки и практиковал магию, но и старался получить знания в самых разных сферах, которые могли пригодиться при моей слишком активной жизни. В конце концов, классического образования я так и не получил, приходилось наверстывать самостоятельно, выбирая слегка специфические предметы, не изучаемые в обычных университетах. Пытки и методика ведения допросов были одними из них.

— Схема простая: я задаю вопросы — ты отвечаешь. При любой попытке уйти в сторону следует наказание, — спокойным голосом объяснил я. — Все понятно?

На меня взглянули мрачные глаза. Последовал неохотный кивок. Считала меня хоть и опасным, но обычным мальчишкой, упуская из вида, что в таком случае я бы не продержался так долго.

Играть в молчанку тоже не собиралась, понимая, что есть весьма болезненные способы развязать язык. Учитывая, что наверняка видела кадры из Марселя, осознавала, чем упрямство может в итоге закончиться.

А еще она действительно меня боялась, старались этого не показывать, но иногда сквозь наведенную маску прорывалось истинные эмоции, где превалировал страх.

— Вы знали о вымороженном ледяном плато в сердце джунглей, но все равно полезли сюда, почему?

— Это был лишь косвенный признак твоего потенциального участия в захвате комплекса. Мы должны были убедиться.

— Убедились? — я насмешливо улыбнулся, но тут же стер с лица улыбку, жестко спросив: — Цель разведки?

— Оценка угрозы и средств защиты. Я должна была незаметно проникнуть за периметр и посмотреть, что здесь происходит.

— И все?

Пауза. К счастью для пленница недолгая.

— Нет, я также должна была определить какие силы понадобятся, чтобы отбить объект в будущем.

Значит Греи не отказались от идей вернуть свою собственность. Ожидаемо. Вполне типичное поведение для практически любого клана. «Никогда не отдавай своего» — такой негласный девиз исповедовали патриархи. А еще лучше — забери у другого, если тот слаб.

Ниа вдруг пытливо на меня уставилась

— Ты ведь здесь за этим? Хочешь наладить производство кадавров, создаешь собственную армию?

Спросила и получил еще одну хлесткую оплеуху. Голова с силой мотнулась назад, рана на губе расширилась, кровь полилась гуще.

— Ты полностью оправдываешь свою репутацию, хладнокровный ты кусок дерьма, — выдохнула Ниа.

— Кажется ты забыла, что вопросы здесь задаю я, — равнодушно заметил я.

Помедлил, пленница послушно молчала, усвоив урок.

— В случае провала миссии, дальнейшие действия командования?

— В действие вступает стандартный протокол при таких ситуациях — оперативная пауза до выяснений всех обстоятельств.

— Срок?

— От трех до семи дней, в зависимости от загруженности тактических служб.

По моему лицу скользнула усмешка.

— А сейчас они весьма заняты, в частности войной с Саграси.

Я снова помедлил, качнул головой.

— В принципе все понятно. Пока останешься здесь, не будешь делать глупостей останешься живой. Может обменяю на что-нибудь у твоего клана. Или возможно даже отпущу без условий.

В последнее, разумеется, не поверили, но ответили вежливой улыбкой. Я открыл дверь и вышел из камеры, оставляя пленницу одну.

Глава 13

13.

Южно-Американский континент.

Район реки Амазонка.

Научно-исследовательский комплекс. 10:05

Время понятие относительное, иногда оно идет медленно и тянется, как резина, иногда бежит со скоростью локомотива. И в то же время это величина постоянная, зависящая от восприятия личности и окружающих обстоятельств. Это особенно заметно в период острого кризиса и следующий за ним промежуток эмоциональной разрядки.

Для нас после нападения диверсантов время растянулось словно натянутый жгут, для Греев наоборот замедлилось, запутывая неопределенностью судьбы отправленных в бразильские джунгли разведывательных групп.

Затем ситуация изменилась, развернувшись на сто восемьдесят градусов. Толчком послужило прибытие груза из Северного Удела, и для обитателей комплекса течение времени вновь ускорило бег.

— Осторожней! Мерде, так ты его не поставишь! Да нет же, уйди оттуда, придурок! Не видишь, ты мешаешь крану! Если сорвется, тебя перерубит тросом, как прогнивший бамбук!

— Медленней! Медленней! Опускай!

— Уйди оттуда, кретин! Ты мешаешь!

— Сейчас завалится!

— Заткнись! Не завалится! Надо осторожней! Уже почти встал!

— Не встал, а лег!

— Заткнись, я тебе кадык вырву!

— Проваливайте оттуда, что вы там делаете! Если яма обвалится, сами в следующий раз будете копать!

— Замолкни, работай лучше! И не лезь не в свое дело!

— Чем вы вообще здесь занимаетесь⁈ Только под ногами путаетесь!

— Тебя не спросили! Управляйся со своим трактором и не открывай рот, пока его не заткнули!

— Это не трактор, а экскаватор, я на нем учился управляться два года.

— Оно и видно. Почему не доучился? Яма кривая, разве не видишь? Даже слепой заметит, что края под слишком острым углом, на карте не так. Вы вообще смотрели разметку? Вам должны были показать на планшетах.

— Смотрели. Все четко по плану, а то, что почва здесь рыхлая и влажная, не наша проблема. Она всегда такая вблизи от реки. Надо было выбрать другое место.

— Тебя не спросили. И до реки не меньше трехсот метров, так что не ври насчет почвы, просто вы криворукие дураки ни черта не умеете. Будь я на месте молодого лорда, приказал бы вас бросить в эту проклятую могилу, которую вырыли своими кривыми руками.

— Да ничего не криво, все точно по чертежу. Нам еще должны сверхурочные заплатить за такую ювелирную работу. Смотри, как ровно идет срез. А глубина? Все точно по утвержденной заявке. Мы сюда весь день перлись, чтобы выполнить заказ. Если не устраивает, ищите кого-нибудь другого.

— Заткнись, Пабло! Всех все устраивает! Работайте дальше!

Экскаватор рыкнул мотором и двинулся дальше, срезать слой почвы, выравнивать, а после копать техническую яму под компенсирующую укладку, куда вскоре зальют особо прочный бетон, делая фундамент под площадку.

Наблюдая за работой вызванной бригады рабочих, я зевнул, мысленно проклиная бессонную ночь. Груз привезли поздно вечером и до самого утра шла выгрузка и инвентаризация прибывших контейнеров. Приехавшим с колонной армейских грузовиков строителям пришлось начинает второпях. Копать начали с утра, подгоняемые криками следивших за ходом работы охранниками.

Без перебранок, разумеется, не обошлось. Когда в одном месте собирается много мужчин всегда вспыхивают споры. К счастью, наемники ЧВК строго выполняли приказ не доводить до рукоприкладства. Разборки, тем более драки, в таких делах не нужны, иначе процесс еще больше затянется.

— Для каких артефактов эти площадки? — спросила Даниэла, протягивая дымящуюся кружку со свежезаваренным кофе.

— Для «Ледяной стены», это артефакт защитного класса, ему необходима бетонная основа, — ответил я с благодарностью принимая ароматный напиток. Весьма кстати, от зевания скоро челюсть на бок уйдет. Можно, конечно, обратиться к магической энергии и взбодриться, но в последнее время стараюсь обходиться своими силами, чересчур часто не беспокоя клубящийся глубоко внутри Хлад.

— Если не будет прочной площадки, артефакт не будет работать? — уточнила Даниэла, с интересом наблюдая за возней рабочих и строительной техники. Было начало дня, солнце стояло уже достаточно высоко, предвещая жаркий полдень.

— Работать будет, но при пиковых нагрузках возможны инциденты. Нужны точки опоры, чтобы конструкция выдержала давление. Желательно по всему периметру.

— Что случится, если этого не сделать?

Я недоуменно нахмурился.

— В смысле не подготовить площадку для установки артефакта должным образом? — пожал плечами. — Ничего хорошего, структура не выдержит собственного веса и развалится.

Даниэла мазнула быстрым взглядом по тентованным грузовикам, стоящим неподалеку. Из парочки торчали длинные контейнеры серого цвета со стилизованным соколом на боку.

— Это они?

Я проследил за ее взглядом, кивнул.

— Да. Стационарный боевой артефакт фортификационного класса «Ледяная стена», — хмыкнул: — Передовые военные технологии на основе магической составляющей, вершина оборонных программ кланов.

Девушка нахмурилась.

— Но почему ты говоришь о них в единственном числе, если там несколько контейнеров?

— Потому что это единый комплект и работает только вместе. По одиночке эти контейнеры ничего не стоят, — пояснил я.

Брюнетка помедлила, но все же спросила:

— Что там внутри?

— Ты не смотрела сопроводительную документацию?

— Там только техническое описание без подробностей.

Я усмехнулся.

— Как раз техническое описание как правило изобилует подробностями. Другой вопрос, что понять эту белиберду, как правило трудно, — я достал из бокового кармана штанов-карго миниатюрный служебный планшет, подключенный к внутренним системам комплекса. Поиск по компьютерной сети занял несколько секунд.

— Вот, смотри. Это запись с принципами работы артефакта. Я специально попросил прислать файл с кланового информационного хранилища.

На экране появилась анимированная картинка. Черные точки сверху, быстрая смена ракурса, каждая точка превращается в тонкий столб. Точки формируют окружность — защищаемый артефактом периметр. К нему подходят нарисованные фигурки, изображая нападение врагов, происходит имитация атаки. Столбы вспыхивают, между ними возникает быстро растущая линия. Появляется стена.

— Высота пять метров, это стандарт. Есть возможность увеличения в два раза, но потребление энергии увеличится соответственно.

— Обычная стена из льда? И все? — удивилась Даниэла.

Я внимательно на нее посмотрел.

— А название «Ледяная стена» тебе ничего не говорит? — с иронией осведомился я.

Девушка смутилась.

— Думала это будет что-то более впечатляющее, чем обычный барьер, пусть даже созданный из колдовского льда.

Понятно откуда сомнения, визуально преграда, конечно, выглядела на очень, тем более в анимированном варианте. Но последний раз этот артефакт использовали во времена, когда видеокамер еще не было. Об этом кстати, наверное тоже надо сказать.

— Особенность этого артефакта в том, что в нем нет ни единого грамма электроники, вся работа завязана на магические потоки. Управление идет напрямую через контур-заклятья. Его невозможно перехватить дистанционно или взломать через сеть, — пояснил я. — Что касается физических характеристик, то стену в принципе невозможно разрушить. Пока идет приток энергии, она будет восстанавливаться. Больше того, любое внешнее физическое воздействие нивелируется прямо пропорционально пущенной в ход силе с дальнейшим противодействием.

— Даже если сбросят двухсоткилограммовую авиабомбу? — с иронией поинтересовалась Даниэла и удивленно вскинула брови, когда увидела, что я серьезно кивнул.

— Даже если сбросят бомбу мощнее стене ничего не будет. Любые полученные повреждения моментально будут заделаны. А те, кто успеет в этот момент проскользнуть внутрь периметра, будут уничтожены защитниками.

Информация оказала должное впечатление. Однако девушка не сдалась.

— Но все равно, сверху она ничем не прикрыта, можно сбросить десант по воздуху, — заявила она, указывая на очевидную уязвимость.

Я пожал плечами.

— Для этого есть автоматические турели, стрелки и системы ПВО. Никто не обещал абсолютной защиты. К тому же, «Стена» должна работать в спарке со «Снежной вьюгой». В свое время их создавали для функционирования в связке друг с другом.

— А что делает «Вьюга»?

— Воздействует на атмосферу и окружающую среду. Создает область сверхнизких температур и обеспечивает плохую видимость путем формирования густой белой хмари. Попав в нее человек начинает испытывать воздействие сильного холода, в том числе нарушая работу электроники, — я усмехнулся. — Забавно, но изначально такая возможность не закладывалась, потому что в те времена еще понятия не имели об электронных системах. Но потенциал артефактов оказался столь силен, что даже современные приборы не смогли нормально работать, пока на них идет воздействие.

— Их создали давно? — уточнила Даниэла.

Я подтвердил, качнув головой.

— Ага, когда об электронике и беспроводных компьютерных сетях даже не слышали.

— Поэтому ты хмыкнул, говоря о передовых военных технологиях?

С моей стороны последовал небрежный кивок.

— Этим «передовым» технологиям уже три сотни лет. Но надо отдать должное — они до сих пор актуальны, — пауза и задумчивое замечание: — Умели предки делать уникальные вещи.

Речь, разумеется, шла о предыдущих представителя клана Сокола, настоящих «великих колдунов Севера», а не об их выродившихся потомках.

Между тем строительные работы не прекращались, техника ревела, шумела, рабочие активно занимались обустройством мест для будущей установки комплекта стационарных артефактов.

«Ледяная стена» будет закрывать периметр вокруг территории научного комплекса, находясь чуть дальше старого забора, но перед сетчатым ограждением. Несколько площадок примерно два на два метра формируют подобие круга, между ними пустое пространство, выложенное бетонной дорожкой. Это внутреннее кольцо контура безопасности.

Внешнее представлено в форме еще одной окружности, но на значительно большем расстоянии. Там будет заложены артефакты из комплекта «Снежная вьюга». Внешне они выглядят, как обычные каменные плиты, каждую закопают на глубину не меньше метра, прикрыв сверху слоем дерна и опавшей листвы.

В момент активации плиты сформируют нужный импульс, создавая область сплошного присутствия стихиальных сил. Выглядеть это будет как плотная белесая завеса непроницаемая для обычного человеческого взгляда, внутри которой обжигающий холод. Если туда втолкнуть человека в обычной одежде, то уже через несколько десятков шагов он замерзнет насмерть. Специальная арктическая экипировка позволит продержаться дольше, но все равно в конечном итоге человек погибнет, тело превратится в лед, глаза лопнут, легкие не выдержат дыхания морозного воздуха.

Паршивая смерть. Весьма болезненная, учитывая последствия.

— Первая площадка готова, сеньор, — подошел бригадир рабочих, снял каску, отвесив неуклюжий поклон.

Командовал строителями дородный мужик с явными латиноамериканскими корнями, не задающий лишних вопросов. Здесь вообще с этим просто, можно хоть космодром выстроить, главное чтобы пухлый конверт с купюрами перешел в нужные руки, и тогда на все закроют глаза. В том числе на деятельность непонятного научного центра. Именно так в свое время Греи договорились с местными властями, сунув чиновникам взятку за беспокойство.

— Выгружайте первый контейнер.

Бригадир кивнул группе рабочих. Несколько человек в спецовках и касках бросились к грузовику. Попытались вытащить контейнер и охнули, оценив по достоинству вес. Последовал новый кивок и еще одна пятерка отправилась помогать. Через несколько минут десять человек с трудом тащили длинный продолговатый контейнер, пошатываясь и скрипя зубами.

Бросив оценивающий взгляд на кран, занятый на второй площадке, бригадир прищурился, но решил, что рабочие справятся. Я был с ним согласен.

Мы с Даниэлой подошли к бетонному пятачку, куда отнесли контейнер.

— Вскрывайте, — велел я.

Двое рабочих склонились над пластиковым контейнером, щелкнули замки, крышка откинулась. Послышались недоуменные возгласы, вместо ожидаемого артефакта внутри лежал деревянный ящик, сколоченный из грубых шероховатых на вид досок.

— Я же говорил, артефакт пролежал в клановых запасниках не одну сотню лет. Последний раз его использовали больше века назад, с тех пор только перекладывали в новые внешние упаковки, — пояснил я и велел рабочим: — Возьмите ломик и разберите ящик, только осторожно.

Требуемый инструмент нашелся быстро, еще через пару минут со скрипом стали выходить гвозди. В свое время вместилище для старинного артефакта крепко сколотили, пришлось постараться, чтобы отодрать доски.

Внутри ящик был выложен соломой. Разбросав охапки в стороны, рабочие склонились над содержимым, очищая проступившую гладкую поверхность неестественно белого цвета. Это была каменная стела длиной, а точнее высотой, в три метра с острыми прямыми углами, сходящимися к вершине.

— Это артефакт? — Даниэла с интересом заглянула внутрь.

— Один из элементов, — подтвердил я. — Остальные ждут своего часа в грузовиках.

— И что с ним надо делать?

— Установить на основание вертикально, — я кивнул рабочим. — Поднимайте, ставьте прямо в центр площадки. Эй, вы, помогите им.

Несколько охранников, наблюдавших со стороны, подбежали, забросив автоматы за спины.

Дружными усилиями, спустя несколько минут и куда большего количества брошенных сквозь зубы ругательств, монумент из белого камня был установлен в центре бетонной площадки.

— Отлично. А теперь всем отойти, — велел я, подходя ближе.

Секундная пауза, чтобы прислушаться к ощущениям. Ничего, просто безжизненный камень. Через мгновение это изменится.

Поверхность гладкая, без единой выщербенки, нигде ни одного скола, ровный сплошной монолит. Это создавало ощущение цельности, способной пережить века. Так и задумывалось. Внутри тоже камень, но необычный, материал пронзает сложная вязь глубоко спрятанных заклинаний. Их не видно на первый взгляд, приходится постараться, чтобы разглядеть ключевые узлы переплетенной структуры.

— Великолепная работа, — я прицокнул языком. — Ее создавали подлинные мастера своего дела, — и добавил слегка печально: — За редким исключением, сейчас так почти не делают. Пичкают электронику для простого управления из разряда — нажал кнопку и включил.

— А здесь не так? — Даниэла не удержалась и подошла ближе. Взглядом испросила позволения и получив его в виде короткого кивка, осторожно прикоснулась подушечкам пальцев к гладкой белой поверхности. — Холодно, — заметила, спустя небольшую паузу, убирая руку.

— Это Хлад, — пояснил я и ответил на предыдущий вопрос: — Этим артефактом невозможно управлять не имея магического дара. Больше того, необходима обязательная предрасположенность к определенной стихии, иначе ничего не выйдет.

— Вроде системы безопасности, чтобы чужой не смог воспользоваться?

— Вроде того, — я подтвердил и уточнил: — Но не только. Сама структура артефакта завязана напрямую на Хлад, ни с какой другой энергией он просто не будет работать. Соответственно, чтобы его пробудить, нужно быть адептом именной этой стихии. Или ничего не получится. А без энергии, это всего лишь большой белый булыжник.

Я прикоснулся к поверхности, подождал, ощущая, как холод проникает в руку, и прижал ладонь полностью. Миллионы мелких острых иголок на долю секунды образовали связь между кожей и твердым камнем. От места соприкосновения разбежались мелкие серебристые змейки. Монолит вздрогнул и словно выпрямился, врастая белым в серый бетон, одновременно становясь с ним единым целым.

— Вот и все, — я сделал шаг назад, отряхнув руки. Неуловимым образом стела изменилась, будто ожила, получив заряд энергии.

— Она активна? — Даниэла настороженно изучала гладкую поверхность белого камня.

— Она пробуждена, — пояснил я и повернулся к девушке: — А теперь предлагаю пойти посмотреть на действительно передовые военные технологии оборонных программ кланов — техно-магическую броню «Зимний Страж».

Глава 14

14.

Южно-Американский континент.

Научно-исследовательский комплекс.

Испытательный полигон. 11:00

— Техно-магическая броня третьего поколения «Зимний Страж». Официальное наименование — «Зимний Страж-МК3», — представил я, лежащие в контейнере из черного пластика элементы доспехов. — Продукт интеллектуальной и производственной деятельности отдела перспективных военных исследований и разработок родовой корпорации клана Бельских.

Каждая часть брони покоилась в отдельных пазах, из-за этого создавалось впечатление разобщенности, что не производило сильного впечатления.

— Выглядит не очень, — призналась Даниэла.

— На бойце смотрится лучше, — я поднял панцирный наруч, раскрытый подобно ракушке, примерил на руку. Определив через сенсоры параметры предплечья наруч защелкнулся, заключая поверхность руки от локтя до ладони в металлическую оболочку.

Броня имела черный окрас с редкими синими прожилками в местах соединений. По замыслу разработчиков это должно было придавать ей брутальный вид. На мой взгляд не очень, учитывая, что почти у каждого кланового спецназа такой же цвет штурмовой экипировки, не говоря уже о полицейских отрядах быстрого реагирования. В результате все они выглядели однотипными, различаясь лишь внутренней электронной начинкой и интегрированными системами защиты и вооружений. Дизайн же оставался у всех одинаковым.

Данное обстоятельство слегка раздражало, не хотелось походить на всех. Однако логика в этом тоже присутствовала. Это было военное оборудование и как любая военная техника она преследовала лишь две цели: высокую эффективность в бою и функциональность в повседневном обслуживании.

По-другому никак, по-другому красивая показуха, влияющая на боевые характеристики. Поэтому, если кто-то из военных инженеров находил грамотное решение, то его тут же копировали, не заботясь, как это будет выглядеть со стороны. Особенно, если это сделает элитных солдат похожими друг на друга.

Все ради эффективности и функциональности. И плевать, что бойцы клана Грей внешне почти не отличались от бойцов клана Саграси, за исключением малюсенького герба над левой половинкой груди.

Разве что шлемы по форме иногда могли различаться, но и там присутствовал определенный общий стандарт. Времена, когда броню украшали разными красивостями прошли, в двадцать первом веке в моду вошла жестокая военная продуктивность.

— Тяжелая? — осведомилась Даниэла, поднимая второй панцирный наруч.

— Не слишком, — я повел, заключенной в броню рукой, ощущая небольшое давление в местах фиксации. — Калибровка не завершена, необходимо подключение к центральным системам и остальные элементы.

— Будешь одевать?

Помедлил, отрицательно качнул головой.

— Нет, может в другой раз. Сейчас для этого есть более подходящий кандидат.

Кроме нас на краю полигона (читай обычной расчищенной площадки двадцать на пятьдесят метров), пара наемников из охраны комплекса и первый продемонстрировавший способности к магии кадавр. Именно его я позвал, взмахом руки приказывая приблизиться.

— Снимай куртку, — велел я.

Искусственный солдат послушно выполнил требуемое, оставшись в штанах цвета хаки, зеленой футболке, что так любят вояки в любом конце мира, и тяжелых армейских ботинках с высокой шнуровкой и толстой подошвой, по замыслу создателей должной дать шанс на выживание даже при наступлении на противопехотную мину.

— Ботинки тоже, — помедлив, распорядился я.

Через пару секунд кадавр возвышался надо мной всеми двумя метрами своего роста, подавляя идеальными физическими параметрами.

— А он весьма… хмм… выглядит, — Даниэла запуталась в словах, разглядывая рельефную мускулатуру, проглядывающую даже сквозь ткань футболки.

Я с иронией на нее покосился.

— Может приказать ему снять штаны? Тоже хочешь приобщиться к поклонницам секса с куклами, как те озабоченные девицы из лаборатории?

Сравнение с повернутыми на теме секса лаборантками покоробило брюнетку. Она считала себя выше их, и как боец элитного подразделения сил специальных операций, и как женщина, сама определяющая свою судьбу.

— Предпочитаю настоящие члены, — ровным тоном произнесла Даниэла, совершенно не стесняясь стоявших неподалеку охранников. Те довольно заухмылялись.

Физическое превосходство образцов задевало мужское эго любого нормального мужика, когда его сравнивали с искусственной подделкой, выращенной в пробирке. Особенно это касалось брутальных вояк, привыкших ощущать собственную исключительность, доминируя над обычными гражданскими «слизнями». А тут такой вызов: мало того, что куклы атлетически сложены, так что демонстрируют отличную военную выучку. Любое самолюбие окажется задето.

— Это всего лишь големы, — заметил я, в первую очередь адресуясь наемникам. Не хватало еще, чтобы горячие латиноамериканские парни начали вредить моей будущей армии. Напрямую, конечно, ничего не сделают, не рискнут, но, например запоздать с поддержкой в бою могут запросто. Или устроить еще какую подставу.

Даниэла подняла шлем, вопросительный взгляд метнулся в мою сторону.

— Можно примерить?

Занятый остальными элементами брони, я рассеяно кивнул, начав установку частей на послушно замершего кадавра.

Ноги — голень, ноги — бедра, нагрудник, руки — наруч, руки — наплечник. Каждая деталь ложилась на свое место, с легким щелчком смыкаясь на теле. Где удлиняясь, где укорачиваясь, подгоняясь размерами по фигуре. Встроенные с обратной стороны поверхности сенсоры анализировали необходимое расстояние и соответственным образом изменяли форму. Калибровка шла даже с выключенной центральной операционной системой, что многократно облегчало облачение.

— Ничего не видно, — пожаловалась Даниэла спустя небольшую паузу, после того, как натянула на голову шлем. — Как активировать внутренний дисплей забрала? У нас похожие шлемы, только там другая конфигурация.

— Подожди, дай разобраться сначала с этим, — я достал планшет, вытащил шнур и воткнув штекер в заднюю часть выступающего нагрудника. Пошло подключение напрямую к бортовым системам брони.

— «Установка соединения».

Как и в случае с другими военными приборами, здесь отсутствовал модуль дистанционного подключения, и вся связь с внешним миром проходила через жесткий фильтр отдельного коммуникационного блока, отвечающего за безопасность. Качеству установленных там файерволов могли позавидовать иные банковские структуры, разработчики опасались взлома через сеть и соответственным образом подготовились.

— «Запуск диагностики».

— «Первичная структура».

— «Старт».

Поглядев на дисплей планшета, я кивнул.

— Придется подождать, это займет какое-то время.

Даниэла сняла шлем, для нее он не представлял особого интереса, колумбийский спецназ в штурмовых операциях использовал схожие аналоги, пусть и с гораздо худшими характеристиками. Брюнетка подошла к другим пластиковым контейнерам со стилизованным изображением расправившегося крылья соколом.

— А здесь что?

— Оружие, — не отвлекаясь от дисплея, ответил я.

— Можно?

С моей стороны последовал рассеянный кивок.

— Да, только осторожней, магазины снаряжены боевыми патронами, полный боекомплект.

— Не надо меня учить обращению с боевым оружием, — откликнулась Даниэла. В голосе скользнули слегка уязвленные нотки. Ох уж эти женщины, лишнего слова им не скажи, обязательно зацепятся даже за невинное замечание, по факту означающее всего лишь скрытую заботу.

Щелкнули замки, крышка первого контейнера откинулась. На ребристой поверхности упругого материала лежал пехотный стрелковый комплекс. По сути, массивная штурмовая винтовка с кучей наворотов — стандартное штатное вооружение для бойца спецподразделений, ориентированных на атакующе-штурмовые действия.

— Неплохая игрушка, — Даниэла взяла оружие в руки, взвесила и вполне профессионально разрядила и зарядила объемный магазин на сорок патронов.

— Там еще где-то должен быть портативный гранатомет, — заметил я, отвлекаясь на секунду от планшета.

Девушка отложила винтовку в сторону, шагнув ко второму контейнеру. К этому моменту охранники подошли ближе, с интересом наблюдая за распаковкой прибывших из далекого Северного Удела подарков. Через секунду крышка откинулась, явив взору заинтересованных наблюдателей новый образец оружия клана Сокола.

— Ого, тяжелый какой, — Даниэла примерила пусковую установку себе на плечо.

— Уверенная дистанция поражения до пятисот метров, возможность увеличения вдвое при использовании внешних систем целенаведения через дрон или спутник. Комплекс имеет функцию многоразового использования, боеприпасы в основном объемного типа для создания сплошной области поражения с элементами кри-воздействия, — сообщил я, словно цитирая рекламный буклет с оружейной выставки.

Впрочем, так по сути и было. Перед этим я тщательно проштудировал тактико-технические характеристики прибывшего военного оборудования.

— Крио-воздействие? — брюнетка вопросительно приподняла бровь.

— Зона сплошной заморозки, — пояснил я и кивнул на установку в руках девушки: — Эта штука может превратить в кусок льда небольшую площадь земли и все что на ней находится. А если залетит куда-нибудь в здание, то вообще обратит в ледник. Я видел демонстрационные ролики в сети, выглядит довольно неплохо.

Даниэла нахмурилась, с таким типом боеприпасов ей сталкиваться не приходилось. В странах Латинской Америки предпочитали сжигать врагов, а не замораживать.

— А что потом? В смысле, люди могут оттаять?

Я вновь скользнул быстрым взглядом по экрану планшета, полоска диагностики медленно двигалась к завершению, шкала рядом любезно информировала, что осталось три минуты сорок секунд.

— Ты про выжить и снова начать ходить? — отвлеченно уточнил я, покачал головой. — Нет, все биологические функции организма в момент заморозки останавливаются. Происходит физическая смерть. Больше того, если следует второй взрыв где-то рядом, то происходит резкий перепад давления и ледяные скульптуры разлезаются в клочья. Замороженные осколки срабатывают на манер шрапнели, нанося дополнительный урон.

Информация вызвала изумления.

— В смысле, частицы замороженных тел используются, как картечь? — Даниела покосилась на гранатомет в руках со смесью удивленного уважения и одновременно отвращения. — Какая гадость.

Я хмыкнул.

— И не говори. Особенно гадко становится, когда разлетевшиеся по округе части тел оттают, вот это действительно выглядит мерзко. Разорванные в клочья кишки, осколки костей, мозгов, крови и других частей тела, — помедлил и резюмировал: — Не слишком аппетитное зрелище, которое очень долго предстоит убирать.

Стоявшие поодаль наемники хмыкнули. Бывалых псов войны не слишком шокировал услышанный рассказ. В здешних краях иногда развлекались куда более экзотическими способами убийства себе подобных. В плане жестокости местные могли дать фору любой цивилизованной стране.

Даниэла положила гранатомет обратно в пластиковый ящик, повернулась ко мне.

— Ну что там? Броня готова? — и перевела взгляд на кадавра: — А он готов?

Всю фазу проверки солдат простоял по стойке смирно, молча глядя перед собой, напоминая хорошо вымуштрованных вояк, и тем самым еще больше походя на живого человека. Странный эффект, вроде неподвижностью должен походить на куклу, а впечатление создавалось ровно наоборот, будто речь шла о настоящем солдате.

— Диагностика завершена, можно приступать к полевым испытаниям. Подай шлем.

Даниэла протянула глухой шлем, я кивнул на кадавра.

— Ему.

Голем четко отработанным движением принял завершающий элемент экипировки, будто делал это не раз. Так же четко надел на голову.

— «Активация бортовых систем».

— «Запуск источника питания».

— «Включение боевого режима».

На экране планшета замелькали надписи, сменяясь друг за другом. Перед глазами кадавра сейчас должна расцвести прицельная сетка, в правом нижнем углу появится общий статус, в левом навигационный данные, пока отмеченные пустым кружком.

— Вроде нормально, — я пожал плечами. Для меня использование доспехов тоже было в новинку.

Вдруг солдат дернулся, планшет заверещал, на дисплее выскочила предупреждающая красная рамка:

— «Попытка подключения к штатным кристаллам-накопителям».

Мои брови удивленно скакнули наверх.

— Кажется наш мальчик пытается взять под контроль интегрированные в броню кристаллы через собственную энергетическую матрицу.

— Так не должно быть? Это опасно? — рука Даниэлы автоматически легла на рукоять пистолета на бедре. Охранники тоже среагировали на странное поведение куклы, рассредоточившись и взяв массивную фигуру на прицел.

Я задумчиво почесал щеку:

— Нет. Но думал придется подтолкнуть его к этому, но похоже парень справился сам. Даже удивительно, он словно присосался своим колдовским даром к магической начинке доспехов.

— И тебя это не тревожит? Подобная самостоятельность? — напряженный взгляд брюнетки не отрывался от фигуры выращенного в пробирке бойца.

Замечание вызвало неопределенное пожатие плеч с моей стороны.

— Пацио с Глебовым предполагали такую реакцию, хотя и думали, что она маловероятна. Слишком немного прошло времени с момента спонтанного выброса силы у нашего подопечного. Но я рад, что они ошиблись в расчетах, — сказал и пояснил: — Дело в том, что подобные доспехи создавали для использования обычными людьми, возможность носки магами рассматривалась, но исключительно в редких случаях. И одаренные должны были быть не выше третьего, максимум четвертого ранга. Всем кто выше, броня будет мешать. Но если в доспехи запихнуть даже слабого колдуна, он автоматически получит больше возможностей, чем если бы оставался безоружным.

Я замолк. Такова суть техно-магической брони: простых людей она делает сильней, слабых одаренных тоже, а сильных магов ограничивает в способностях. Причем в последнем случае, довольно серьезно.

Вспомнилась, сидящая на нижних уровнях гостья, она предпочла обычный камуфляж, хотя наверняка имела возможность обрядится в такие же продвинутые доспехи, как и остальные разведчики-диверсанты. Но не сделала этого, потому что знала, что железо сузит простор для использования магического дара.

Даниэла смерила затянутую в металл массивную фигуру внимательным взглядом. Сплошной черный монолит — кусок мрака, только в сочленениях мелькают едва заметные синие прожилки для обозначения контактных мембран между отдельными элементами брони. Их почти не видно, но они нужны если вдруг понадобится срочно извлечь солдата из доспехов в случае ранения или других экстренных случаев.

— То есть, это хорошо, что энергетическая матрица все же появилась у големов несмотря на сомнения яйцеголовых, — уточнила она. — Это повышает их боеспособность.

— И значительно, — я кивнул. — Это позволит управлять завязанными на магию модулями брони напрямую, без участия электронных систем. Что в значительной степени повысит боевую эффективность.

Я выдернул шнур из порта доспехов, отключая планшет, и указал кадавру на контейнер с оружием.

— Вооружайся. Проверим твои навыки стрельбы с винтовкой, объединенной в единую сеть с броней.

Солдат шагнул к ящику, демонстрируя неплохую плавность движений.

— Кстати, тут очень интересная система десантирования, — сказал я, наблюдая, как голем двигается. — Боец как бы спускается в столбе холодного воздуха за счет интегрированных в броню артефактов. Со стороны выглядит очень эффектно.

— Собираешься сбросить его с крыши? — насмешливо спросила Даниэла с легкой тревогой наблюдая, как уверенно и четко кадавр перезаряжает штурмовую винтовку, берет ее наизготовку, приводя в боевое положение для стрельбы.

— Нет, но думаю, мы что-нибудь придумаем, — хмыкнул я и скомандовал искусственно выращенному бойцу: — На огневую позицию…

Глава 15

15.

Территория Объединенной Европы.

Австрия. Зальцбург.

Окраины города. 19:30

Война — это искусство обмана. Так сказал один древний восточный мудрец, философ и полководец больше двух с половиной тысяч лет назад. С тех пор данное утверждение не раз подтверждалось на практике на протяжении всей человеческой истории, находя почти в каждом военном конфликте зримое подтверждение.

Обмани врага, заставь думать, что ты сильней, чем есть на самом деле, притворись слабым и замани в ловушку. Страви между собой противников, вызвав недоверие. Подогрей сомнения, раздув призрак угрозы и нанеси внезапный удар, уничтожая одновременно обоих. Веди войну на территории врага, пользуясь его ресурсами. И никогда не позволяй объединятся против себя, если не хочешь, чтобы ситуация еще больше ухудшилась.

Последнее мне нравилось больше всего. В ситуации с противостоянием между Греями и Саграси это означало отсрочку от более массированного десанта в бразильские леса, который ньюйоркцы обязательно выбросят, чтобы вернуть свою собственность. Это нельзя позволять, чтобы не вести боевые действия на своей территории, а перенести войну на землю врага.

Но и это было лишь началом.

Ведь из первого вытекало второе, более важное. Конфликт двух кланов на североамериканском континенте отвлекал остальных патриархов от решения проблемы Проклятых. Не слишком сильно, но достаточно, чтобы подготовка к плану нейтрализации Истинных Князей продвигалась замедленными темпами, как наверняка изначально не планировалось, а текла ровно, без спешки, не торопясь, позволяя подготовиться к возможному будущему противостоянию, встретив атаку во всеоружии.

Поэтому война между Нью-Йорком и Сан-Франциско должна была продолжаться, не затихая ни на мгновение. Но главное, каждая из противоборствующих сторон должна верить, что победа возможна, что осталось еще немного и враг будет повержен. День за днем, внушая ложную уверенность, подогревая воинственные настроения в стане противников, делая все, чтобы старые враги не объединились, внезапно вспомнив, что есть общая угроза для всех.

Но для этого приходилось подбрасывать дрова в топку бушующего конфликта, не давая тому угаснуть. Через информационные атаки, распространяя недоверие и подозрения, подкидывая новости, должные создать иллюзию, что победа возможна. Что противник находится в безвыходном положении и осталось лишь надавить, заполучив условия абсолютной капитуляции, которую обязательно примут, не могут не принять, ведь разгром противника так близко.

— «Соединение с сервером. Ожидайте ответа».

На экране раскрытого ноутбука надпись, работает программа шифрования связи. Сигнал идет через сеть спутников и наземных станций минуя специальные хабы, обеспечивающие анонимность звонка.

Я за столиком небольшого уличного кафе на окраинах Зальцбурга всего в нескольких кварталах от места, где схлестнулся с Ла Гранжем. Французского Проклятого в городе, разумеется, давно нет, покинул уютный домик с лабораторией в подвале сразу, как сбежал из схватки, потеряв драгоценных кадавров. Опасаясь и моего ответного визита, и появления клановых воинов. Схватка привлекла много внимания, и патриархи не могли не среагировать. С тех пор прошло достаточно времени, чтобы по округе перестали шнырять боевые отряды магических семей, но недостаточно, чтобы с города сняли все наблюдение, надеясь на возвращение одного из участников вспыхнувшего поединка.

На это и был расчет. Я не случайно собирался вести разговор именно отсюда. Это должно показать собеседникам на другом конце, что я не боюсь не только их, но и тех, кто за ними стоит, внимательно наблюдая за их собственным конфликтом.

Несмотря на все предосторожности, сигнал рано или поздно отследят, когда меня уже здесь не будет, но зато даст пищу для размышлений собеседникам.

Еще один элемент психологической атаки. Притворись слабым, когда силен. Притворись сильным, когда слаб. И введи противника в заблуждение.

В данный момент, я не чувствовал подавляющего превосходства, поэтому приходилось лавировать, притворяясь более уверенным, чем есть на самом деле. Такова суть.

Ведь война — это путь обмана.

— «Соединение установлено».

Экран мигнул, в окошке программы появилась затянутая в клановую униформу фигура дежурного в приемной.

— Слушаю, — он поднял на меня немного удивленный взгляд. Номер по которому шел звонок не был в общем доступе и обычно выполнял роль канала для срочных сообщений. Мне здорово пришлось раскошелиться, чтобы узнать этот набор цифр.

— Ты знаешь кто я?

Пауза, совсем молодой парень в мундире клана Саграси нахмурился. Не с такими обычно вопросами начинались входящие вызовы.

— Простите, но кажется вы ошиблись номером… — сказал он и вдруг резко замолк. Взгляд метнулся в сторону, за пределы камеры, на боковой экран, куда выводилась дополнительная информация.

— Вижу узнал, — я удовлетворенно кивнул.

Разумеется, опознал меня не дежурный на посту для приема важных звонков, а программа распознавания лиц, встроенная в операционную систему комп-терминала.

— Да, ваша светлость, — запнувшись, тем не менее вежливо ответил офицер клана хозяев Сан-Франциско.

— Я хочу поговорить с лордом Александро, — властно произнес я.

Еще одна более долгая, чем предыдущая пауза.

— Минуточку, — парень в униформе кивнул. Экран мигнул и сменился заставкой со стилизованным изображением герба клана Саграси.

Я отпил из чашечки с кофе, огляделся. На улице малолюдно, несмотря на относительно теплый вечер большинство горожан предпочло проводить время дома, сказывалось влияние недавних событий, потрясших мирный провинциальный городок.

Посетителей в кафе мало, в основном смуглокожие: арабы, индусы и другие приезжие, кого не пугала возможная опасность. Дома у них случалось шумнее.

Глядя на совсем не арийские лица, я хмыкнул. Еще одно веяние времени, тихая Австрия превращается в прибежище для приезжих с востока. В прессе недавно мелькнула заметка, что почти половина учеников Вены начальных и средних школ исповедует мусульманство. На газету тут же обрушились с гневной критикой, обвиняя в расизме, нетерпимости и ксенофобии. И сделал это не какой-нибудь муфтий, как можно было бы ожидать, а член муниципального собрания города, носивший вполне обычную австрийскую фамилию.

Короткий эпизод вызвал веселье с моей стороны. Австрийцы сами себя закопают и это есть хорошо. В прошлом германские княжества часто воевали с предками Бельских, вырождение старых врагов только приветствовалось. А что касается арабов, то скорее всего через пару-тройку десятков лет они создадут Европейский Халифат, или нечто подобное. Что лично я считал благим делом. Если бы смотрел на ситуацию, как патриот раскинувшейся на востоке Конфедерации.

Но в целом, мне плевать, и на первых, и на вторых, и на третьих. Положение Проклятого делало изгоем в любом из миров, заставляя строить собственную реальность, со своими правилами и законами, где религия и расовая принадлежность являлись одними из последних проблем.

Хотя проблемы на континенте могут вызвать определенные трудности. Европейские кланы сильны, но их ресурсная база постепенно истончается, коренное население вымирает, приезжие занимают их места, принося с собой свои правила и порядки. В конечном итоге может здорово полыхнуть, оказав влияние на весь мир.

Хмм… а может помочь с этим благим делом? Арабы тоже люди, им нужна помощь в священной борьбе против белых эксплуататоров. Подкинуть деньжат, направить усилия в нужную сторону, организовать грамотно выстроенное информационное прикрытие, где плохишами выступят европейские власти. Впрочем, с этим они и без меня прекрасно справлялись.

Я вновь оглядел компанию смуглокожих. Заметив взгляд один из парней воинственно вскинулся, дерзко что-то бросив на своем языке. По моему лицу скользнула ухмылка. Сидящая рядом с парнем девушка схватила его за руку, усаживая на место. Тревожный взгляд метнулся в мою сторону. Похоже девчонка обладает чувствительностью, и несмотря на свернутую в жесткий кокон ауру, что-то заметила.

Приятель агрессивно настроенного тоже ему что-то сказал, бросив напряженный взгляд в моем направлении. У этого сработали внутренние инстинкты, подсказывающие не связываться с непонятным белым, вольготно чувствующим себя с наступлением темноты.

Вскоре вся компания пропала из-за столиков, оставив после себя неубранные тарелки.

Хорошо что здравомыслие взяло вверх, убивать не хотелось. Кровь, разбитые черепа, выпущенные кишки — это могло испортить тихий вечер. К тому же меня ждал разговор.

Словно отвечая на последнюю мысль, картинка на экране лэптопа сменилась. Заставка с гербом Саграси исчезла, вместо него появилось мужественное лицо мужчины средних лет. Волевой подбородок, аккуратная стрижка, классический костюм, внимательные цепкие и умные глаза. Просто образец лидера могущественного клана, хоть прямо сейчас на рекламный плакат.

— Я слушаю, — сухо сказал лорд.

Недовольный, видимо не хотел говорить, но советники и помощники настояли. Ведь даже простой разговор лишняя информация, пища для размышления о том, что из себя представляет противоположное сторона.

Лорд Александро Саграси Второй являлся сыном лорда Александро, ставшего Проклятым и убитый собственными сородичами. Поразительно, правящий род не воспрепятствовал восхождению на трон отпрыска Одержимого, по достоинству оценив потенциал наследника, сумевшего взять под контроль источник родовой магии.

— Ниа Грей, боевой маг, из средней ветви рода Грей, — произнес я.

Патриарх сан-францисского клана едва заметно дернул плечом.

— И что?

— Она у меня. Могу передать, если сойдемся в цене.

Саграси задумался, оценивающе вглядываясь в мое лицо. Просчитывал варианты, ожидая подвоха, ведь подобные предложения даже друзьям делают редко, не то что потенциальным врагам и соперникам.

— Не интересует, — спустя небольшую паузу заявил, он и потянулся рукой вперед, выключить связь.

Если думал, что я поспешно заговорю, предлагая не торопится, то здесь ждал провал. Настала моя очередь пожимать плечами, показывая: ну нет, так нет, найду другого покупателя.

Игра нервов продлилась пару секунд, закончившись поражением лорда. Кажется на него действительно сильно давили из ближнего окружения. Хотя сводки с театра боевых действий не отличалась особым пессимизмом, громких побед за последнее время тоже не случалось, что вызывало вопрос: как долго еще будет продолжаться противостояние?

Война вступала в затяжную фазу, учитывая, что обе стороны имели примерно одинаковую ресурсную базу, это могло истощить участников конфликта, сделав их легкой добычей для третьей стороны. И тем больше проходило времени, тем вероятней становился подобный сценарий.

Другие кланы наблюдали за борьбой, зорко подмечая малейшую слабость, и готовясь в нужный момент нанести завершающий удар, поставив точку в противостоянии к собственной выгоде. Победителя не будет, его с удовольствием добьют остальные, поделив территорию неудачников между собой.

Я это понимал, сидящий по другую сторону экрана это понимал, понимало это и его окружение. Нужен был прорыв, точка приложения сил для давления. Простой боевой маг это сделать не мог, мало ли бойцов берут в плен, тут важны знания, какими он обладает. Ниа Грей была не обычным боевиком, она являлась узкоспециализированным бойцом, натасканным чтобы проникать в хорошо охраняемые зоны и наверняка знала больше, чем рядовые исполнители.

Вот на чем, среди прочего, строился расчет. Саграси не идиоты, находящиеся на связи аналитики уже наверняка просчитали, чем им может оказаться полезен такой приз. И то, как медлил лорд Александро не отключая связь, это подтверждало.

Осталась мелочь — договориться о цене.

— Чего ты хочешь? Если речь идет о какой-то публичной поддержке, то об этом сразу можешь забыть, — холодно произнес он.

Я усмехнулся.

— Не беспокойтесь, о нашей небольшой сделке никто не узнает. Это не нужно вам, и еще в меньшей степени не нужно мне.

— Почему? Официальные отношения с каким-нибудь кланом могли бы придать тебе легитимности, — заметил лорд.

Я снова хмыкнул.

— Чтобы мои коллеги по цеху — другие Проклятые, потом взяли меня за жабры, обвинив в сговоре с врагом? Нет спасибо, мне такого не нужно. Да и вам думаю тоже, остальные патриархи могут не понять подобных перформансов.

Саграси кивнул.

— Я рад, что ты верно оцениваешь ситуацию, — ровным тоном проронил он.

С моей стороны последовал неспешный кивок.

— Так что ты хочешь? — повторил лорд Александро.

— Мне нужна информация о клане Фламбергов. Недавно у нас с ними возникли разногласия, хотелось показать, что не стоит обижать хороших людей.

Лорд неопределенно хмыкнул.

— Хороших людей? Ну-ну… — ненадолго замолк, о чем-то быстро размышляя, осведомился: — А что, нападения на их главный представительский офис на Манхэттене оказалось недостаточной платой за «разногласия»?

Я стойко сдержал удар.

— Откуда такие сведения?

— О твоей причастности к указанному нападению? Нетрудно сложить два и два. Мы этого не делали, хотя Греи и обвиняют нас. Остается кто-то другой. И раз уж ты объявил о своей нелюбви к клану артефакторов, легко догадаться, что за атакой на их офис стоял ты. Кстати, нехорошо с твоей стороны, было направить след в нашу сторону. Тот контейнеровоз здорово насолил нам, усилив эскалацию конфликта. Это был заранее рассчитанный шаг, хотел чтобы мы еще больше схлестнулись с Греями?

Я покачал головой, соврал:

— Чистая импровизация. К тому моменту вы и так уже были достаточно заняты друг другом.

Представительный мужчина на экране неспешно кивнул, признавая очевидное.

— И тем не менее. Уж не знаю, что у вас случилось с Фламбергами и знать не хочу, — в этом месте он точно солгал. — Но если ты жаждешь мести, то не совсем правильно выбрал источник для этого.

— Вы собрали достаточно много информации о своих конкурентах и их вассальных семьях, — парировал я. — Я всего лишь предлагаю совершить небольшой обмен, — пауза и вкрадчивый тон: — К тому же, это может оказать вам услугу. Пока артефакторы будут заняты своими неприятностями, они не смогут поддерживать сюзерена, что даст вашим воинам необходимое преимущество на поле боя.

В этот раз лорд думал дольше, непроницаемые глаза казалось смотрели в пустоту перед собой. Затем Саграси резко произнес:

— Хорошо, я согласен на сделку. Вся имеющаяся у нас информация о Фламбергах в обмен на Ниа Грей. Мы вышлем координаты для встречи.

И отключился.

Я откинулся на спинку стула, рассеяно вертя чашку с остывшим кофе между пальцев. Все прошло легче чем думал.

* * *

Северо-Американский континент.

Сан-Франциско.

Главная резиденция клана Саграси. 10:40 по местному времени.

— Что скажешь? — лорд повернулся к помощнику, простоявшему весь разговор за краем видимости веб-камеры.

— Скажу, что с этим молодым психопатом лучше не связываться. Но война постепенно заходит в тупик и нам нужен дополнительный рычаг давления, — помедлил и неуверенно предложил: — Может засада в месте обмена?

Лорд с неудовольствием покосился на помощника, как правило тот давал дельные советы, но иногда нес сущую околесицу.

— Хочешь, чтобы этот маньяк перебил там наших людей? Никакой засады. Отдайте информацию и заберите пленницу. В конце концов, Фламберги вассалы Дома Грей, урон им сыграет нам на руку. А там посмотрим.

Пикнул входящим коммуникатор. Помощник прочитал сообщение.

— Техники вычислили точку входа — это Зальцбург.

По губам Саграси скользнула тонкая улыбка.

— Видишь, наш юный друг намекает, чтобы мы играли честно, иначе прольется кровь. Если его не смог победить другой Проклятый, то нам это тоже вряд ли удастся. Поэтому, — он помолчал, решительно качнул головой, принимая окончательное решение: — Сделайте все тихо, обмен должен быть завершен в кратчайшие сроки.

Помощник склонился в коротком поклоне.

— Да, милорд.

Глава 16

16.

Территория Индонезии.

Столица Джакарта.

Окраины города. 10:15 по местному времени.

Вихри магической энергии опали, превращаясь в тонкую линию, пока полностью не исчезли. Пространственный переход был закрыт, перенеся за тысячи миль в мгновение ока. Вместо сочных бразильских джунглей вокруг глухой переулок городского квартала не для самой обеспеченной публики. Резкая смена контраста вызвала приступ короткого головокружения и дезориентации. Путешественники остановилась, приходя в себя. Первой заговорила девушка:

— Так нельзя. Ты не можешь так поступить, — угрюмо выдохнула она с подозрением оглядываясь.

— Почему? — рассеяно спросил я, доставая коммуникатор из бокового кармана штанов. Судя по геолокации переход немного не дотянул до пересланных кланом Саграси координат.

Черт, ошибка. В городах всегда трудно навести портал из-за плотной застройки.

— Потому что я твоя пленница! Меня нельзя отдавать другим! — воскликнула Ниа, не выдержав.

Руки у девчонки стянуты назад, тонкие запястья обхватывают титановые наручники, ткань армейской майки натянулась, обрисовывая небольшую, но крепкую грудь. Штаны цвета хаки слегка испачканы — результат валяния в лесах Амазонии. На ногах военные ботинки. Вид в целом немного растрепан, но в глазах застыла мрачная решимость.

Хорошо, что не впадает в истерику, иначе пришлось бы повозиться при переносе.

— Почему нельзя? Ты моя пленница, как ты сама правильно заметила, значит я могу делать с тобой, что хочу, разве нет? — слегка отвлеченно ответил я, занятый показаниями прибора.

Слегка не рассчитал, следовало переместиться немного на запад, на полквартала если быть точным. Дурацкая застройка трущоб, Джакарта хорошо заселенный город, входит в десятку по численности в Тихоокеанском регионе.

— Но собрался меня отдать врагам, знаешь, что они со мной сделают? — не успокаивалась Ниа, дергаясь и пытаясь вырваться. Телодвижения были слабыми, скорее намек на то, что без сопротивления она не сдаться, чем реальная надежда сбежать, но я оценил упорство, слегка надавив на правое плечо пленницы, фиксируя пальцы на болевых точках.

Из женского горла вырвался стон.

— Прекрати. Хватит.

— Не брыкайся, еще не хватало ловить тебя на этой мусорной свалке, — я огляделся, поморщился. Выбор для места встречи выглядел не слишком привлекательным. Хуже того, придется выйти на оживленную улицу, чтобы добраться до нужного места, а это обязательно привлечет внимание местных. Или Саграси засекли переход, и сами подойдут в точку открытия портала? По идее клановые бойцы должны оцепить квартал, контролируя внутри периметра проявления магической активности. Если, конечно, они не идиоты.

— Мой клан заплатит больше, — сделала еще одну попутку Ниа, пытаясь развернуться и заглянуть мне в лицо. Снова пришлось давить на плечо, заставляя повернуться спиной. Послышался еще один стон.

Обученный и хорошо тренированный боевой маг, она сейчас находилась под полным моим контролем. Титановые наручники на запястьях лишь символ физического ограничения, основным фактором подчинения выступала аура, полностью держащая в жестких клещах магической дар пленницы. Без этого, она давно бы сбежала.

Ну или как минимум попыталась это сделать.

— У твоего клана нет того, что мне нужно, — рассеяно ответил я, ощущая, как сразу несколько сосредоточенных на некой цели людей начинает стягиваться к нашему местоположению.

А вот и кавалерия. Воины Саграси все-же засекли всплеск пространственной магии и догадались отправить к месту рандеву встречающих. Нам же лучше, не придется тащиться по улице, пересекая оживленный район.

— А что тебе нужно? — Ниа все-таки вывернулась и заглянула мне в лицо.

Вспомнив, о чем разговор, я поморщился.

— Точнее они вряд ли отдадут то, что мне нужно, даже за тебя, — поправился я.

— И что это? Разве девушке не положено знать, на что ее обменяют, как кусок покорного мяса? — с вызовом осведомилась Ниа.

И слегка шевельнула плечами, сделав так, чтобы крепкая грудь еще больше обрисовалась. Даже сейчас она пыталась манипулировать, соблазняя и одновременно стараясь выведать лишнюю информацию о целях обмена.

Неплохо. Но недостаточно. Опять сработал триггер на возраст и недооценка внутреннего контроля. Крючок на секс — как это примитивно. И подтверждая догадку, Ниа вдруг произнесла:

— Не надо этого делать, не отдавай меня Саграси. Взамен… — последовала слегка наигранная пауза, а затем словно через силу сказанные слова: — Взамен я могу быть послушной и сделать все что ты хочешь.

Похоже у нее было мало практики в соблазнении, прозвучало настолько по-простому, что захотелось по обывательский заржать. Но я решил подыграть, дожидаясь, пока комитет по встрече не появится в переулке.

— Что, прямо все? — я изобразил заинтересованность, ощупав взглядом крепкую грудь.

Ниа потупила глаза, кивнула.

— Да, — тихо вымолвила она, изображая сдавшуюся женщину, готовую ради освобождения удовлетворить все прихоти своего пленителя.

Честно говоря, хреновая из нее актриса. Уверен, например Даниэла, сыграла бы лучше. Мужик на моем месте уже бы слюнки пускал, освобождая ее от наручников, чтобы заняться безумно диким сексом прямо в грязном переулке. И тут же словил бы сокрушительный удар.

— А как насчет тройничка? — нагло поинтересовался я.

На меня вскинулись удивленные глаза.

— Что? — ротик девушки приоткрылся.

— Помнишь симпатичную брюнетку в комплексе? Думаю, она будет не против, если ты к нам присоединишься, — я скабрезно усмехнулся. — Как тебе идея?

Ниа замолчала, застигнутая врасплох наглым предложением, хотя сама до этого предлагала себя в качестве развлечения. Я не выдержал и засмеялся. Девчонка поняла, что над ней издеваются.

— Сволочь, — прошипела она.

— Успокойся, никто тебя не собирается трахать, ни вдвоем, ни втроем, — я не удержался и ущипнул ее за грудь: — Хотя сиськи у тебя ничего, как сказала бы моя подруга.

Ниа дернулась, ее глаза горели яростью. Я ухмыльнулся и хлопнул по обтянутой тканью хаки заднице.

— И попка упругая.

— Подонок.

Меня попытались пнуть, я легко увернулся и заржал.

— Обольстительница из тебя прямо скажем хреновая. И чему вас там только учат в ваших клановых школах боевых магов.

— Убивать таких как ты! — со злостью выдохнула девчонка.

Мне начало надоедать.

— Будешь плохо себя вести, раздену и вытолкну на улицу в объятия местных аборигенов. Думаю, они не откажутся поразвлечься с белой цыпой, невесть как оказавшейся в этих трущобах, — я внимательно на нее посмотрел, в ответ мрачный взгляд полный угрозы, приправленное угрюмым молчание. — Вот и хорошо. А теперь подождем прибытия другой стороны, если ты, конечно, не против и не хочешь прогуляться в обнаженном виде среди туземного населения.

Мне ответили невнятным шипением и еще одной порцией разгневанных взглядов, но снова без единого слова. Урок был усвоен.

Ждать пришлось недолго, уже через пару минут у входа в переулок остановился потрепанный джип, из тех, что давно и активно используют в Африке для сафари в саванне. Захлопали дверцы, наружу полезли ребята, выглядевшие, как серьезные наемники. Брутальный вид, кепки, облегченные бронежилеты, солнечные очки, в руках не скрываясь автоматическое оружие. Увидев вооруженных людей народ на улице стал молчаливо обтекать остановившуюся машину, делая вид, что ничего странного не происходит.

Первым в переулок зашел плечистый мужик с гарнитурой в ухе. Снял солнечные очки, цепкий взгляд опытного боевика внимательно оббежал наши с Ниа фигуры.

— Полагаю, ваша светлость, лорд Бельский? — спросил он ровным тоном, не выдавая настороженного отношения.

Но в голосе помимо воли все равно скользнуло напряжение. У бывшего властителя Северного Удела была весьма специфическая репутация, из-за чего меня опасались даже такие головорезы, прошедшие огонь и воду.

— Да, — я решил не тратить время на ехидные замечание, вроде того, кто еще мог оказаться в этой помойке, вместо этого деловым тоном спросил: — Данные у вас?

— Да, — боевик похлопал по нагрудному карману, скрывающемся за бронежилетом.

— Какие данные? — тут же встряла Ниа.

Я вывернул ей руки, заставив застонать.

— Заткнись.

Мужик кивнул на скованную девушку.

— Это она?

Кивок с моей стороны. И опять по-деловому, без тупых замечаний вроде: нет, я привел девицу сюда по-быстрому развлечься в загаженном переулке, пока ожидаю встречу, потому что нравится мне заниматься сексом в таких местах.

— Вы не против? — боец Саграси вопросительно приподнял бровь, достав компактный планшет в защищенном корпусе. Военная модель. Хочет провести опознание?

В принципе логично, узнать по фото или видео, и стопроцентное подтверждение от специализированной программы, разные вещи. Нужна твердая уверенность, что персона окажется та, что нужно.

— Конечно, — разрешил я и повернул Ниа так, чтобы ее лицо оказалось в фокусе встроенной в планшет камеры.

Девчонка зашипела и дернулась, но резкий рывок и заломленные под острым углом руки заставили послушно замереть. Воин клана Саграси подвел планшет ближе, нажал кнопку на экране и дождался подтверждающего сигнала.

— Все в порядке, это она, — кивнул, убирая устройство.

— Ваша очередь, — сказал я.

Рука в тактической перчатке нырнула за броник, вытащив на свет пластиковую коробочку — информационный флэш-накопитель в защитном футляре. Правильно, такие штуки надо беречь.

— Мне приказали передать это, — пояснил мужик, тем самым давая понять, что не в курсе всех нюансов сделки.

Тоже верно, рядовые исполнители знают только то, что им нужно знать для выполнения поставленной задачи. Выглядевший бывалым ветераном боец понятия не имеет, что на флэшке. Ему сказали передать посылку, взамен получив пленницу, он выполняет.

— Я должен проверить, — я взял накопитель.

— Конечно.

Настала моя очередь доставать из бокового кармана карго-штанов заключенный в тактический корпус-оболочку портативный планшет армейской модели.

Вставка во входной порт. Коннект. Определение и поиск подключаемого устройства. Проверка на вирусы и вредоносный код извлекаемых данных. Подтверждение и быстрый просмотр многочисленных файлов.

Неплохо. Похоже на кусок базы данных. Покопаться бы еще в ней самой, но такие вещи хранят за семью печатями на внутренних серверах клана, наглухо отрезанных от внешних сетей, так чтобы сетевое вторжение извне было невозможно. Хакерам такую информацию не добыть, необходимо физическое присутствие, а значит полноценный штурм клановой цитадели.

— Все в порядке, — я кивнул.

Мужик незаметно расслабился. Трое коллег, маячивших позади, тоже слегка изменили позы. Потенциальная стычка с Проклятым никого из матерых бойцов не радовала, знали, чем может закончиться.

— Можем забирать? — кивок на пленницу.

В руках бойца появились наручники. Из неизвестного металла темно-синего цвета, тонкие, легковесные, в чем-то даже изящные, с неприметной тонкой вязью рун по ободку. От браслетов ощутимо фонило магией.

Артефакторы-блокираторы, и, судя по всему, весьма мощные. По крайней мере смогут сдержать мощь мага четвертого ранга. На это прямо намекало спокойное поведение воина клана, уверенно и деловито подошедшего к пленнице после подтверждающего кивка с моей стороны.

— Не делай этого, — Ниа в последний раз дернулась, отчаянный взгляд метнулся к моему лицу.: Они выпотрошат меня ментально, превратят в овощ.

— Ты знала риски, когда выбирала путь боевого мага, — я пожал плечами.

Она могла выбрать сугубо мирную сферу деятельности, стать артефактором или целителем или еще кем, но встала на путь воина, а значит должна заплатить за давнее решение свою цену. Такова правда жизни, за каждым поступком следует расплата, в том или ином виде.

— Не волнуйся, крошка, если будешь хорошо себя вести, то никто тебе ломать мозги не будет. Расскажешь все что нужно и дождешься обмена по окончании боевых действий, — успокоил мужик, разворачивая пленницу спиной к себе. Похоже он не собирался снимать мои наручники, а хотел надеть рядом с ними свои. Предусмотрительно, кто знает, что выкинет взбалмошная девица, оказавшись на свободе даже на долю секунды. Ведь как ни посмотри, речь шла о подготовленном боевом маге — воине клана.

— Привет лорду Александро, — я махнул на прощание рукой.

Клановец ничего не ответил, молча потянул пленницу за собой. В ту же секунду квартал окутало вязкое облако активированного блокиратора, куда более мощного, чем сейчас болтались на запястьях Ниа Грей.

Я понял все за долю секунды, стоило взглянуть в растерянное лицо посланца Саграси, враз потерявшего связь с основной группой. Приехавший джип наверняка прикрывали, в том числе боевые маги, не пожелавшие показываться на глаза Проклятому, и сейчас их всех отрезало.

— Что за дерьмо… — боец рывком обернулся ко мне, считая, что это мои шутки.

Но я уже все просчитал и понял, откуда ветер дует.

— Это Греи, болван! Место встречи сдали! У вас в штабе утечка! — рявкнул я в наливающееся подозрениями физиономию бойца Саграси.

Надо отдать ему должное, среагировал ветеран молниеносно.

— Уходим! — он толкнул Ниа к машине. Ему навстречу рванул державшаяся ближе к выходу из переулка троица.

Я скрипнул зубами.

Дерьмо. Саграси идиоты, расплодили шпионов в своих командных центрах оперативного управлений тактических операций. Неудивительно что за последнее время ни одного внятного успеха. Когда противник заранее знает все шаги невозможно победить

Лазутчик среди хозяев Сан-Франциско рассказал о место обмена и Нью-Йорк отправил своих воинов.

На долю секунды мир замирает, а затем стремительно ускоряется, раскручиваясь подобно распрямляющейся пружине спирали. Бегущий справа боевик Саграси спотыкается и резко падает, получив пулю в спину. Стреляет снайпер с дальней дистанции, выстрела не слышно: либо хороший глушитель, либо засел очень далеко, звук потерялся в гомоне оживленных улиц окраин Джакарты.

Я дергаюсь в сторону, уходя с потенциальной линии огня, одновременно ощущая, как что-то стремительно вытягивает из окружающего фона магическую энергию.

Ниа не теряется, со стянутыми назад руками пинает боевика Саграси по колену и бросается к стене.

Расположение переулка и окружающие здания закрывают снайперу обзор, клановцы это понимают и повторяют маневр пленницы, стремясь выйти из сектора обстрела. Поздно. Сразу два бойца поочередно падают на землю, получив каждый по пуле — один в шею, второй меж лопаток. Кем бы не был стрелок он туго знает свое дело, мгновенно убирая цели, будто смахивает фигуры с доски.

И вооружен он не стандартной пукалкой — мелькает быстрая мысль, заметив, что броники посланцам Саграси не помогли. Из чего бы не стрелял невидимый убийца, для него нательная защита не стало преградой.

— Куда пошла, — взревел оставшийся в одиночестве главный боевик Саграси, рванув за волосы Нию назад, опрокидывая на землю. Пленница собиралась воспользоваться неразберихой и ускользнуть. Не вышло, матерый ветеран цепко следил за добычей.

Грохот выстрелов со стороны улицы. Шквал свинца накрыл автомобиль, на котором прибыли клановцы, заставляя инстинктивно пригнуться, ища глазами укрытие.

Из пулемета там что ли шмаляют? Я чертыхнулся. Кажется пора уходить.

На плечи наваливается неимоверная тяжесть. Невидимая, но плотная словно многотонный пресс.

Магия пространства перестает работать, знакомый эффект — привет секретной лаборатории в промышленной зоне Южного Бруклина. А значит придется прорываться по старинке через цепь загонщиков из числа лучших воинов клана Грей.

Глава 17

17.

Территория Индонезии.

Столица Джакарта.

Окраины города. 10:33 по местному времени.

Настоящий бой скоротечен, все происходит невероятно быстро. Поэтому гражданские так быстро теряются. Привыкшие жить в неспешном ритме обычной жизни, они просто не поспевают за стремительно изменяющейся ситуацией. Нетренированный разум не умеет следить за обстановкой вокруг и пасует, впадая в ступор. Мозг отказывается работать, мышцы сводит судорогой, как правило человек замирает, не зная, что делать.

Другое дело подготовленные бойцы с соответствующей реакцией и рефлексами. Они не думают, они действуют, подчиняясь инстинктам, заложенным на многочисленных тренировках и полученных на практике в результате личного опыта. Разум тоже может не поспевать за ускорившими бег событиями, но тело помнит, что делать и начинает действовать вне зависимости от сознания. Стрелять, бежать, искать укрытие и все остальное, лишь бы выжить.

За свою короткую жизнь я побывал во множестве переделках и мог дать фору любому обстрелянному ветерану в реакциях на действиях в экстремальной обстановке. Стоило появится первым признакам сработавших блокираторов, накрывших переулок вязкой тишиной, как разум уже просчитывал варианты, выбирая пути отхода, отметая лишнее и концентрируясь на главном.

Внешняя магия заблокирована, потоки в энергетическом фоне изменены, значит остаются только внутренние резервы, благо у меня их с запасом — буквально нескончаемый личный источник энергии.

Хлад. Он всегда со мной. Где-то глубоко внутри, неспешно колышется аморфной субстанцией. В любой момент готовый прийти на зов своего носителя, стоит лишь попросить.

Локальный прорыв чистой стихии? Это как минимум два вымороженных до состояния льда городских квартала. Если бы речь шла исключительно о нападающих, то ответ был бы очевиден. Но это Джакарта, плотно заселенные трущобы, сколько здесь проживает людей? Пять тысяч? Десять? Я понятия не имею, и поэтому колеблюсь. Устраивать бойню в таких масштабах, да еще с таким количеством жертв среди мирного населения все равно что нырять с головой в очередной круговорот безумия, откуда потом можно не выбраться.

Ведь Хлад не только помощник, он терпеливо ждет, пока разум носителя не поддаться влиянию, позволив управлять его действиями со стороны, делая то, что делает любая стихия — несет хаос и разрушение.

Становится безумцем я пока не планировал, поэтому вариант с масштабным ударом пришлось отмести. Не сейчас. И не здесь. И точно не в стычке с кучкой бойцов клана Грей. Кстати, чего это они вообще расхрабрились? Нападают так, будто уверены в быстрой победе.

Решили испытать удачу с Проклятым? Или не знали на кого нарвались? Шпион вполне мог не ведать подробностей. Или дело не в шпионе, это мог быть перехват переговоров об отправке группы за границу. Такое вражеский клан должен отслеживать.

В случайность не верилось, слишком грамотно подготовленная засада, наспех такое не делается.

И проклятые блокираторы. Подобные штуки не берут с собой на заурядные операции. Слишком накладно, и слишком опасно, есть риск потерять ценный ресурс. А любой боевой артефакт в войне это ресурс.

Все это мелькает с быстротой молнии. Мир на мгновение замирает, и вновь оживает, раскручиваясь в спираль.

Ниа отчаянно лягает боевика Саграси, пытаясь вырваться и спастись. Равнодушно отмечаю данный факт и обращаю внимание на затишье снаружи. Стрельба стихла, значит вперед пошли штурмовые группы.

Пленница в наручниках-блокираторах бросается на землю, перекатывается, избавляясь от крепкого хвата мужских рук, и попадает в зону прямого обстрела. Но снайпер медлит, значит заметил, что связана и будет прикрывать, как своего.

— Тебе повезло, — тихо шепчу одними губами, Ниа понимает, в глазах девчонки мрачный огонь, она знает, что за ней пришли, но пока не уверена, что сможет выбраться.

Воин Саграси допускает ошибку, пытаясь достать лежащую на земле пленницу, вытягивает руку вперед. Стрелку этого хватает с избытком. Следует выстрел. Звука все также нет, но рука дергается, получив пулю. И только через секунду становится понятно, насколько фатальный оказалось нанесенное выстрелом повреждение. Звучит крик.

— А-А-А-А!!! — боевик орет, потому что конечность не просто провисла, ее буквально разорвало в районе предплечья. Кисть и часть руки до локтя со смачным шлепком падают на землю. Бывалому ветерану оторвало выстрелом руку.

А снайпер хорош. Другой под таким углом мог и промазать. Впрочем, плевать. Я выбрасываю из головы и Ниа, и засевшего в отдалении стрелка, концентрируюсь, вытягивая из внутренних резервов немного энергии.

Рывок в противоположном направлении от выхода в переулок, где мертвой грудой искореженного металла застыла машина Саграси. Быстрый бег, ускориться до максимальных величин, не обращая на помехи внимание.

Позади резкий крик.

— Он уходит! Сюда!

Ах ты мелкая дрянь. Воспользовавшись, что боевик потерял сознание от болевого шока, Ниа завозилась на земле и принялась орать, привлекая внимание загонщиков.

Может вернуться и свернуть наглой сучке шею? Ладно, пусть живет.

Выход из переулка, улицы, наполненные народом. С этой стороны туземцы еще не поняли, что происходит. На меня таращатся удивленные глаза. Отталкиваю и бегу дальше.

Еще больше ускориться, проскользнуть сквозь цепь оцепления, пока она не стала сплошной.

Поздно. Наперерез бросается мужик в одежде местных, но с типичным европеоидным лицом, плечо оттягивает ремень с коротким пистолет-пулеметом. Оперативник под прикрытием, оставленный контролировать обстановку на прилегающей улице.

Я не останавливаюсь. Боевик вскидывает оружие. Черное дуло нацеливается прямо в грудь. Прямо на ходу качаю маятник, взгляд стрелка на долю секунды рыскает в сторону, но этого хватает для заключительного рывка.

Он не стреляет, просто не успевает. Резкий удар под дых. Из рта с шумным выдохом вырывается воздух, тело складывается пополам. Продолжаю связку и бью коленом в лицо, с такой силой, что сминаю в кровавое месиво. Это не просто удар, это удар, усиленный магией. Оперативника опрокидывает назад, хрящи носа вбиты в голову, челюсть сломана, выбиты зубы. Как минимум три месяца в больничке. Либо услуги очень дорогого целителя.

Ни замирая ни на секунду, перескакиваю капот древней развалюхи, оставленной у лавки с фруктами. Смугложий хозяин что-то возмущенно орет. Неважно.

Новый рывок и новое ускорение. Сквозь оживленную толпу, стараясь выбраться на оперативный простор за границы действия блокирующих артефактов.

Еще один боевик Греев попадается на повороте, вынырнул из-за угла, словно пробка из-под шампанского. Встреча оказалась для обоих сюрпризом, но я уже в боевом трансе, так что реагирую первым.

Кулак выбрасывается вперед. Удар выходит смазанным, противник демонстрирует неплохую реакцию и дергает головой назад. Тут же пинаю его по колену, перехватываю руку с вытащенным из кобуры пистолетом и как на тренировках пробиваю в гортань четко отработанным движением кистью, сложенной в копье.

Хрип. Кадык смят в кисель. Глаза боевика заволакивает пелена приближающейся смерти. После таких ударов не выживают.

Отталкиваю мертвеца в сторону, не обращая внимания, как он становится на колени, держась за горло. Многочисленные свидетели короткой стычки из числа туземцев, как ни странно реагируют спокойно на «драку» между парочкой белых. Им плевать, только на лицах легкий интерес от происходящего.

И снова рывок и опять ускоренный бег, на этот раз резко свернув в сторону. Должно же когда-нибудь это проклятое блокирующее поле исчезнуть.

Сердце стучит как сумасшедшее, по венам жидким азотом разливается пропитанная Хладом кровь, мышцы не чувствуют усталости, сейчас их подгоняет магия, наполняя небывалой для обычного человеческого организма силой.

В отдаленно слышатся выстрелы. Они быстро приближаются, грохот уже на соседних улицах и чуть дальше. Выжившие Саграси вступают в бой с давним недругом, без стеснения используя автоматическое оружие.

Через секунду раздается громкий взрыв, кто-то не удержался пустил в ход гранаты. Недурно. Интересно, а местная полиция станет вмешиваться в разборку между отрядами полевых оперативников кланов?

Вопрос риторический.

Но все это отвлечение, у меня собственный путь. Флешка-накопитель в кармане, а значит встреча прошла не зря и пришла пора выбираться.

Я снова меняю направление и наконец чувствую, как действие блокираторов начинает спадать. Отлично, осталось немного, пространственная магия все еще недоступна, зато стандартные заклинания уже можно применять.

Что и делаю, увидев, как из затормозившего джипа на другой стороне площади, куда вывела дорога, выскакивают вооруженные люди. Понятия не имею кто это Саграси или Греи, но мне и неважно, для меня оба клана враги.

Я вношу изменения в окружающий мир. Он, как полотно, требующее правки. Мазок кисти здесь, и тело складывается пополам. Мазок там, и фигуру в бронежилете пробивает льдистая молния. Возможности ограничены собственными резервами, но пока иного выхода нет, не ломая действия блокираторов.

Кровавый росчерк. И еще один труп падает на землю. Пробитая трохея извергает потоки крови. Сползает, зажимая рану в животе. Я рисую собственную картину изменившейся реальности. Шедевр, где нет места врагам.

Пятеро человек выскочили из джипа, и все пятеро рухнули на землю, срезанные росчерком ледяного заклятья. Острые, как шипы снаряды, пробили тела, машину и кирпичи здания позади, превращая в изорванное кровавое месиво.

Скрежет сминаемого металла. Крики. На этот раз туземцев проняло. Пущенные в ход «Ледяные стрелы» оказали должное впечатление, зеваки начали разбегаться, освобождая центр улицы.

Без жалости и пощады. Но одновременно с холодной эффективностью идеального механизма. Я перестал быть человеком, я стал разрушительной стихией, сеющей смерть.

Выстрелы с крыши. Из-за бортика показывается фигура стрелка, он уверен, что поразит одиноко стоящую цель посреди освобожденного от толпы пространства. Я действую на автомате, выбрасываю руку вперед и вверх, волна искажений срывается с кончиком пальцев и отправляется в короткий полет.

Край крыши взрывается, обмороженные осколки подобно шрапнели брызгают в разные стороны, измочаливая в кровавое крошево спрятавшего за бортиком кланового бойца.

И снова рывок, и очередной этап ускорения. Нельзя останавливаться, нельзя становится статичным, так могут накрыть сконцентрированным ударом блокираторов.

Предчувствие опасности заставляет вильнуть вправо. Мимо проносится дрон, едва не задев. Маленький, почти миниатюрный, размером с ладонь, он, как ни странно, несет на себе не взрывчатку, а что-то другое. Не успеваю понять, что именно, да это и неважно, небрежно отмахиваюсь. Дохнуло морозом. Небольшой беспилотник превращается в кусок льда. Падает на землю, разбиваясь на мелкие осколки.

Снова едва заметное жужжание, еще один дрон. Находящийся в боевом трансе разум замечает тихие хлопки, похожие на приглушенный кашель.

Стрельба. В меня стреляют сверху, из чертового беспилотника. Оператор засел где-то далеко, его не достать, но его игрушку можно легко вырубить.

Еще один пас рукой и еще одна летающая машинка обращается в вымороженный кусок мертвого пластика, разбиваясь о землю.

Проклятые Греи. Крепко насели засранцы. Если прижмет, придется пойти на крайние меры и высвобождать Хлад. И парочка кварталов все-таки будет уничтожена. После этого на короткое время стану уязвимым, словив откат от перенапряжения, но в радиусе нескольких сотен метров точно никого не останется в живых.

Массовая бойня с огромным количеством жертв среди гражданского населения. Может на это и расчет? Хотят спровоцировать? Еще один кирпичик в образе Проклятых, как безумных психопатов, жадных до крови?

Даже если и так, придется рискнуть. Погибать на задрипанных окраинах трущоб Джакарты я точно не собираюсь.

Новый рывок. Надо поскорее выбраться за пределы поля подавления пространственной магии, судя по тому, что появилась возможность использовать простые заклятья осталось немного.

Вбегаю в переулок. Забор. Отталкиваюсь ногой и буквально перелетаю преграду.

Чтобы уткнуться в необъятную фигуру какой-то неопрятно одетой толстухи. В нос бьет запах давно немытого тела. Толстуха верещит. Твою мать, да свали ты с дороги! Отталкиваю орущую корову в сторону. И тут же сам ныряю в противоположном направлении. В десяти метрах за толстухой стоит клановец и целится в переулок из автоматического оружия.

Короткая злая очередь выбивает пыль в стене над головой. Брызгает кирпичная крошка.

Толстуха уже не орет, пучит глаза, молча разевая рот. Повезло, что вовремя ушла с линии огня, иначе лежала бы сейчас разрезанная свинцовой очередью напополам. Хотя и не хотел это делать специально, все получилось случайно. Кажется она это понимает, поэтому больше не кричит, постаравшись притвориться невидимкой.

Я убиваю стрелка быстро и буднично. Многократно ускорившись, рывком переместившись к врагу, не давая возможности сделать новые выстрелы.

Правая рука перехватывает дуло компактного автомата, отводя в сторону, левая рыбкой ныряет снизу-вверх, ударяя в живот. По пути в левой руке появляется сотканный из белых снежинок клинок. Результат виден сразу — лезвие колдовского оружия с одинаковой легкостью вспарывает и плотную ткань бронежилета, и спрятанные под ней пластины брони, проходить сквозь футболку, добираясь до слабой человеческой плоти.

Громкий стон. Выпученные глаза. Боевик клана не понимает, почему произошло все так быстро. Только что он стрелял во врага и вдруг оказался насажен на лезвие призванного оружия.

Глаза затухают, тело сползает вниз. Я разворачиваюсь и замечаю в тридцати метрах спокойно стоящую Ниа Грей. Она уже освободилась от наручников, справа и слева сопровождающие — клановые бойцы из группы прикрытия.

По моему лицу скользит усмешка. Дура, захотела попытать счастье с Проклятым, думает стану легкой добычей, раз блокираторы еще действуют. Не понимает, что для таких как я, генерирующие поле нейтрализации артефакты лишь небольшое затруднение, а не проблема.

Никаких разговоров или глупых ремарок. Атака следует сразу. Оба боевика синхронно вскидывают оружие, начиная стрелять. Ниа использует какой-то боевой артефакт, направляя в мою сторону.

Нас разделяет тридцать метров пустого пространства.

Время замирает.

Мне надоедает играть.

Из глубины глаз выглядывает Хлад и в ответных взглядах троицы полыхает ужасом. Они понимают, что совершили ошибку, что встали на пути Проклятого, считая что преимущество на их стороне. В горячке боя воины Греев забыли, что ни одна охота на Отверженных не заканчивалась для загонщиков победой.

И они умирают. Все трое. Сразу.

Никаких шумных эффектов, никаких взрывов и криков. Никакой стрельбы. Улицу окутывает мертвая тишина в мгновение ока.

Три тела падают на землю истуканами. Жизненная энергия человеческих тел выпита жадным до тепла Хладом. Он проявляется на долю секунды, но этого хватает, чтобы дотянуться до всех троих, убив в мгновения ока. И тут же вернуться обратно, порывом холодного ветра мелькнув в воздухе.

Я спокойным шагом подхожу к мертвецам.

Ниа лежит на земле неловко подвернув ногу. Остекленевший взгляд смотрит в бездонное синее небо Джакарты. Прикрывающие ее бойцы безвольными куклами валяются рядом.

Я отдаю символический салют погибшей девчонке, мое знакомство с ней оказалось недолгим. Разворачиваюсь, окидывая равнодушным взглядом безлюдную улицу. Пространственная магия вновь заработала, а значит пора уходить.

Глава 18

18.

Территория Канады.

Район Великих Озер.

15:30 по местному времени.

Вдох. Выдох.

Сердце работает мощно, ритмично. По венам разгоняется кровь. Без химии, искусственных стимуляторов или магии. Только чистая старая кровь без обмана. Мышцы напряжены, и уже немного устали. Но это приятная усталость хорошо тренированного тела, когда есть осознание, что любые достижения твои и только твои, и не зависят от посторонней помощи. Например Хлада.

Вдох. Выдох.

Что может быть лучше пробежки по пересеченной местности в глухих канадских лесах? Ни о чем не заботясь, не думая, не переживая, выбросив лишние мысли из головы, мимо деревьев и кустарников, по твердой дорожке в удобных кроссовках.

Вдох. Выдох.

Воздух холодный, немного сырой, температура низкая, но недостаточно для адепта стихий. На мне обычный тренировочный костюм из тех, что продают в магазине. Никакой армейской формы, ни одежды, что так любят наемники, обычный спортивный костюм. И это тоже влияет на самочувствие, позволяя отрешится от дел. Сделать вид, что внешнего мира с его проблемами и заботами не существует. Есть только лес, едва заметная дорожка, похожая на заброшенную звериную тропу, и ты, бегущий по ней, вдыхая и выдыхая.

Вдох. Выдох.

После Джакарты понадобилась короткая передышка, поэтому вместо возвращения в бразильские джунгли, неожиданно для всех, включая себя, я отправился в старое убежище в уединенных канадских лесах. Подальше от цивилизации и от всего, что ее окружает. Слишком много произошло за последнее время. Нужна пауза оглядеться, чтобы понять куда ведет выбранный путь. Ведь если сломя голову нестись вперед, то можно не заметить, что остается по сторонам.

Вдох. Выдох.

Руки двигаются в такт размеренному дыханию. Ноги перебирают быстро, сами зная куда ступить, чтобы не зацепиться за кочку или выглядывающий из-под земли толстый корень. Разум свободен, тело знает, что делать, освобождая сознание. Но даже здесь в лесной глуши на пробежке контроль не теряется, и поэтому фактор, вносящий дисгармонию в окружающий мир, воспринимается подобное резкому, как ледяная игла уколу.

Вдох. Выдох.

В этот раз помехой стал медведь. Его еще не видно, но подсознание уже отметило присутствие впереди, предупреждая разум, параллельно предлагая несколько сценариев поведения. Сворачивать не хотелось. Старая заброшенная звериная тропа оказалась не такой старой и не столь заброшенной, но слишком удобной для пересеченного бега. Поэтому…

Вдох. Выдох.

Прямо на бегу повел рукой. Из воздуха зародились снежинки, свернулись в круговерть, вертясь вокруг кисти и формируясь в веретено. Два удара сердца — и веретено превращается в кинжал с извилистым лезвием из странного бело-льдистого материала.

Медведь появился из-за стволов деревьев, встал на задние лапы, вытягивая морду с открытой пастью. Раздался громкий рев. Хозяин леса протестовал против вторжения двуногого пришельца в свои владения.

Я неспешно сбавил бег, пока полностью не остановился, разглядывая четырехлапого красавца.

Морда здоровая, сам мощный, шкура черно-бурого окраса лоснится, а значит питается хорошо, следовательно сильный и быстрый. От такого не убежать, только аппетит раззадоришь.

Долгие пять секунд мы с медведем оценивающе разглядывали друг друга. Затем огромная туша слегка качнулась вперед словно собираясь броситься на дерзкого человечишку.

Не знаю, так ли это было на самом деле, или мишка проста хотел удержать равновесие, или же собирался встать на четыре лапы и отойти, в любом случае, реакция с моей стороны последовала немедленная. Я метнул кинжал быстро и резко из неудобного положения снизу, но это не повлияло на точность броска. Льдисто-белая молния мелькнула и пронзила насквозь толстый ствол, рядом с мордой медведя.

Брызнули щепки. В мягкую шершавую поверхность медвежьего носа вонзились деревянные щепки. Мишка обиженно взревел, огромные лапы принялись тереть морду. Я не двигался, оценивая бросок. Убивать не хотел, но был готов это сделать, если зверь не поймет намека.

Из пасти медведя вырвался рык, огромная туша дернулась вперед наказать обидчика, но тут же резко остановилась. Вокруг моей ладони вновь зарождалась белое облачко, сквозь которое проступали хищные очертания нового клинка.

Долгую секунду огромный лесной хищник, способный легко заломать человека гораздо большей комплекций, чем я, стол на четырех лапах и смотрел на меня. На секунду даже показалось, что в черных глазах мелькнуло понимания, что следующий шаг принесет смерть.

Затем мишка отступил. Неохотно, то и дело оборачиваясь, мотая мордой из стороны в сторону, в попытке избавиться от засевших в носе болезненных заноз, но двигаясь в противоположном от меня направлении.

Сообразительный. Даже удивительно, что соотнес появление непонятной белой штуки и собственную боль. Правильно говорят, что иной раз звери бывают умнее людей.

Силуэт медведя косолапя бежал боком, пока наконец не пропал среди деревьев. Стало тихо. Так и не превратившись в еще один кинжал белое облачко вокруг моей ладони растаяло.

— Беги-беги, ищи себе других туристов на завтрак, — напутствовал я, окончательно скрывавшего медведя.

И рассмеялся. Короткое приключение, как ни странно, взбодрило. Сомнительно конечно, что действительно угрожала опасность, но всегда есть место случаю.

Дальше пробежка прошла без происшествий. Тропа привела к хижине на берегу озера. Из почерневших от времени бревен, но достаточно крепкий дом стоял уже не один десяток лет, являясь частью собственности огромного лесного массива. По документам земля принадлежала одной из корпоративных структур, в свою очередь входящих в состав некого концерна. Цепочка продолжалась еще долго, в конце теряясь в одной из оффшорных зон Латинской Америки. И никто не знал, кому на самом деле принадлежит собственность.

Снаружи домик выглядел не ахти, но внутри обладал всем необходимым комфортом, включая приличный запас продовольствия на долгий срок. На озере при необходимости легко приземлялся средних размеров гидросамолет.

Оглядев хижину снаружи и не заметив следов вторжения, я поднялся на веранду. Привычный скрип старых ступенек сопровождал каждый шаг. Дальше вход в дом, быстрый душ, переодеться в чистое и сухое белье и одежду. Легкий перекус под бормотание телевизора.

— «…индекс технологического развития показывает уверенный рост за последнюю декаду этого года. При этом специалисты отмечают плавный сдвиг в сторону использования инноваций исключительно в технологической сфере без привлечения магической составляющей, что может прямо указывать на изменения в области внедрения новинок, начиная от бытовой техники и заканчивая масштабными промышленными производствами…»

Я покосился на горящий экран. Диктор в студии, позади таблицы и графики родовых корпораций кланов, известных своими изобретениями. Как и предсказывали Проклятые, крен идет в сторону технологического развития. Компании все чаще начинают отказываться от магических составляющих в своей продукции. И чем больше будет проходить времени, тем заметнее станут изменения.

Взять, например такое популярное оружие, как «разрядник». В его производстве задействовано сразу несколько компонентов, напрямую связанных с магией, начиная от кристалл-батареи и заканчивая стабилизатором в стволе, пускающий пучок молний в строго заданном направлении. Все детали создаются из материалов со специфической начинкой. Если завтра они исчезнут, или их перестанут добывать и обрабатывать, как Конденсат, то производство техно-магического оружия встанет. И скорее всего навсегда.

И это касается не только оружейной темы, много чего завязано на магическую составляющую, начиная от кремов омоложения и до продовольствия, а значит и сельского хозяйства.

Готовы патриархи пойти на такой риск? Отказаться от привычного развития, полностью перейдя на технологический путь? Не сразу, естественно, а постепенно, шаг за шагом, полностью избавляясь от магии.

Пару лет назад, любой случайный прохожий, спроси его об этом на улице, уверенно ответил бы что это невозможно, что кланы сами не откажутся от такой власти. Но сейчас ситуация изменилась, и думаю в этом есть некий расчет.

Понять бы еще, какой.

«…уверенный рост на бирже продемонстрировали все крупнейшие игроки, задействованные в глобальной морской торговле. Потенциальное открытие африканского канала, закрытого на ремонт год назад после масштабной диверсии, должно сократить путь товарам из Европы в Азию и наоборот в несколько раз. Что не может не радовать транспортные компании, несущие издержки уже не один месяц…»

Ха, «масштабная диверсия». Это была одна из первых попыток атаковать Одержимого. Папочка Мабот тогда здорово врезал по кланам, обрушив судоходный канал. Но об этом, конечно, не вспомнят, мягко обойдут, ограничившись невнятным заявлением о некой диверсии. Что полная чушь.

Патриархи, кстати, сами виноваты в том инциденте, нападать на верховного хунгана, используя корабельную артиллерию (в канал загнали три крейсера, что и послужило причиной разрушения), это надо совсем не иметь мозгов. Тем более, не просчитать последствий ответных ударов.

Похоже все думали, что чернокожий некромант применит привычную магию, направленную на людей через эманации смерти, а он взял и шарахнул концентрированным сгустком сырой стихиальной силы эквивалентной взрыву пары сотен не самых последних авиабомб.

Было громко. Как итог — канал оказался частично разрушен, судоходство остановилось на несколько месяцев. А это потерянные деньги, время и длительный ремонт инфраструктуры.

— Кретины, — я усмехнулся, глядя на лощенную физиономию корпоративного хлыща из транспортной компании, обещающего снизить цену на перевозки согласно старым тарифам.

Ни хрена, конечно, не снизят. Максимум сбавят пару процентов, но в остальном продолжат играть по прежним правилам, списав расходы на форс-мажор и дополнительные затраты, выделенные на восстановление канала.

Ладно, черт с ними, проблемы морских перевозчиков меня не волнуют. Я отвлекся от горящего экрана телевизора, взгляд скользнул к лежащей на деревянном столе флешке. Добыча из путешествия в Джакарту, вся имеющееся информация о клане артефакторов.

Пальцы повертели пластиковую коробочку. Расшифровка и изучение данных займет какое-то время. Очень много уйдет на проверку идентичности полученной информации на случай, если Греи внесли в структуру файлов изменения. Состряпать полную фальшивку они бы не смогли, просто не успели бы, но подсунуть недостоверные факты, затеряв их в массиве данных вполне могли попытаться. Перекрестная проверка при помощи специальной программы поможет выявить несоответствия. Процесс займет несколько часов и только потом можно будет ожидать первых результатов.

Совершенно неожиданно перед глазами мелькнуло воспоминание о недавних событиях. Пустая улица Джакарты, три фигуры на другом конце: два амбала и между ними стройная Ниа. Бойцы клана вскидывают короткоствольные автоматы, девушка вытягивает руку вперед с боевым артефактом. И все трое умирают, ничего не успев понять.

Хлад убивает быстрее мысли. Все происходит мгновенно, несмотря на то что пальцы лежат на курках, готовые надавить, а для активации артефакта хватит простого мысленного посыла. И все равно они не успевают и падают на подкошенных коленях. Из человеческих тел полностью выпита жизнь.

Я становлюсь сильней. Точнее Хлад проявляется все четче, охотней откликается на призыв. И каждый раз он воздействует на меня. Изменяет, исподволь наделяя необычными свойствами, все больше превращая в кого-то другого.

Стоило этого опасаться? Безусловно. Можно ли это остановить? Сложный вопрос, в данный момент без ответа.

Глядя на экран телевизора, где транслируются экономические новости, я внезапно понял, что могу прямо отсюда пожелать, чтобы Сейд-Озеро вновь замерзло. Надо лишь попросить, и Хлад уйдет из старого источника, схлынет подобно волне во время отлива.

Это походило на озарение. Не знаю откуда, но появилась твердая уверенность, что это возможно. Что по-другому и быть не могло.

Подумав о реакции дядюшки Германа и Юлии на повторное замерзание родового источника магии, я усмехнулся. Представляю, как вытянуться у обоих физиономии, стоит услышать, что воды Священного озера вновь покрылись слоем льда.

— Да они спятят от ужаса, — я хмыкнул.

В это мгновение подал голос лежащий на столе спутниковый телефон. На миниатюрном экранчике высветился вбитый в память номер. Я нажал кнопку ответа.

— Привет.

— Привет, милый, — голос Даниэлы прозвучал слегка напряженно, преодолев сеть спутниковых ретрансляторов защищенного канала связи.

— У вас все в порядке?

— Да, просто я соскучилась, захотела услышать твой голос. Тебя не было уже почти два дня.

Мягкий упрек, что долго не возвращаюсь.

— У меня пока дела, надо решить кое-какие вопросы. Как дела в комплексе?

— Нормально. Глебов и Пацио заняты выращиванием новых кадавров.

А вот это действительно интересно. Я мазнул рассеянным взглядом по окну хижины, за стеклом виднелась гладь озера. Забавное совпадение, учитывая недавние мысли.

— Сколько уже готово?

— Полностью, включая ментальную обработку — почти сотня. Остальные на подходе, но требуется время, чтобы довести до тысячи. Ученые работают круглые сутки, резервуары для выращивания почти не пустуют. Дело поставлено на поток.

— Отлично. Мои благодарности Глебову и Пацио, — сказал я.

Сотня. Всего десятая часть от запланированного. Мало.

— Надеюсь стрельбище и тренированные площадки тоже не пустуют. Кстати, что насчет размещения? Уже начали разбивку полевого лагеря для новых рекрутов?

— Да, — подтвердила Даниэла. — На северо-западе от центральных зданий комплекса расчистили от зарослей джунглей площадку. Освободившиеся после установки стационарных артефактов строители помогли возвести несколько сборных конструкций, их можно использовать в качестве временных казарм. Так же будут оборудованы душевые, столовые и другие необходимые помещения. Продовольствие уже начали завозить. В основном пищевые армейские пайки, но очень много.

Учитывая особенности организмов кадавров, созданных на основе человеческого генетического кода, использование обычной пищи, выглядело вполне оправданным с точки зрения экономии. Питать големов с человеческим ДНК магической энергией и питательной смесью все равно что заряжать в автомобиль неподходящее топливо. Затратно и хлопотно. Проще закупить гору армейских пайков. Тем более, что стоят они в Латинской Америки недорого.

Защитные артефакты стационарного базирования запущены, а теперь и армия на подходе. Отличные новости.

— Ты неплохо справляешься, милая. Спасибо, что приглядываешь за этим бардаком пока меня нет, — я поблагодарил девушку, ставшую не только любовницей, но и ближайшей помощницей в делах бразильского комплекса.

— Ты скоро вернешься? — пауза и неохотное признание: — Я действительно соскучилась.

В груди от этих слов стало подозрительно тепло. но вместо продолжения темы я закруглил разговор:

— Пока не могу сказать, надо кое-что доделать. извини, нужно идти, — и нажал кнопку отбоя.

Странное все-таки чувство — иметь близкого человека. Непривычное, неуютное.

Я не успел толком об этом подумать, как вдруг подал сигнал входящего вызова лежащий на краю стола закрытый ноутбук. А это еще кто? Поднял крышку, ткнув пальцем в клавишу. Развернулось окно программы соединения. Удивленно моргнул. С экрана ноутбука смотрело невозмутимое лицо князя Голицына. Князь скупо улыбнулся в ответ.

— Здравствуй, Андрей, давно не виделись. Кажется ты меня искал…

Глава 19

19.

Территория Канады.

Район Великих Озер.

16:30 по местному времени.

Лицо на экране было сильно похудевшим, но оно несомненно принадлежало бывшему лидеру клана Голицыных, одному из сильнейших Проклятых, властителю Хаоса.

— Князь, — я склонил голову в церемониальном поклоне, приветствуя, как младший старшего. Ничего зазорного, учитывая положение и разные весовые категории собеседников.

Но надо признать, звонок застал врасплох, понадобилась секунда, чтобы справиться с растерянностью.

— Здравствуй, Андрей, — Голицын ответил легким кивком.

Я выдержал короткую паузу, невозмутимо спросил:

— Решили нарушить собственное уединение и выйти в свет?

Даже позволил добавить в голос небольшую долю ехидства. Но скорее от растерянности, чем собираясь идти на конфликт. Собеседник по другую сторону экрана это прекрасно понял, поэтому не стал обижаться. По худощавому лицу скользнула тень ухмылки.

— Все такой же зубастый и скорый на язык. И все так же не признаешь авторитетов, — удовлетворенно заключил он и добавил: — Мне это нравится.

Настала моя очередь ухмыляться.

— Хорошо выглядите, вижу сбросили вес, активная жизнь на природе?

Он хмыкнул, последовал кивок за мою спину, где виднелся краешек окна с кусочком вида на озеро. Определить по столь мелкой детали, где именно нахожусь невозможно, однако можно понять, что точно не в городе.

— Похоже из нас двоих это ты предпочитаешь жизнь на природе.

Я развел руками.

— Люблю свежий воздух.

Внезапное появление князя-затворника ошарашило, но я держался, стараясь не показывать, насколько удивлен. Положение обязывало. Разговор начался как ни в чем ни бывало, словно между двумя старыми знакомыми, не видевшихся несколько дней.

В тоже время, внутреннее чутье подсказывало, нет просто вопило, что повелитель Хаоса объявился не случайно именно в этот момент. Я был в Африке, я «стучал» в предполагаемый ход в убежище скрывшегося от внешнего мира князя. Неужели это сработало? На первый взгляд ответ напрашивался такой, но что-то подсказывало, что все не так просто.

— До вас дошло мое послание? — все-таки спросил я. Не мог не спросить, иначе разговор терял смысл.

Однако Голицын не спешил отвечать.

— Скажем так, твои попытки пробиться на другую сторону достаточно привлекли мое внимание, чтобы я вышел с тобой на связь, — сказал он, ничего толком не уточнив. Стало понятно, что более развернутого ответа не будет.

С дурной овцы хоть шерсти клок. Или стоило надавить, чтобы получить нормальные объяснения? Подумав, решил пока повременить, есть более важные темы для обсуждения.

— Закручиваются большая игра, да? — спросил Голицын словно угадав, о чем размышляю.

С моей стороны последовал неохотный кивок. Я решил принять правила игры. По крайней мере на данном этапе общения. Черт с ним, пусть ведет партию, если хочет.

— Патриархи хотя нас прикончить, — сказал я и уточнил: — Говоря «нас» — я имею в виду всех Проклятых.

— Они это особо никогда не скрывали, — Голицын слегка напоказ пожал плечами. Когда он исчез охота на Одержимых была в самом разгаре и велась по всему свету.

— И как подозреваю, окончательно повернуть цивилизацию в сторону технологического пути развития, — словно не заметив ремарки с экрана, продолжил я. — Хотя и не понимаю зачем.

В этот момент в глаза князя мелькнула странная искра. Могу поклясться, это связанно с последними словами.

Неужели властитель Хаоса в курсе планов Патриархов? Но как? И откуда?

— Вам что-то известно? — осторожно уточнил я.

И был готов в тот же момент прервать разговор, если будет отрицание или попытка уйти от ответа. Собеседник это хорошо уловил, поэтому сказал прямо:

— Да, известно.

Наступила долгая пауза. Я обдумывал признание, одновременно лихорадочно прикидывая всевозможные варианты развития событий и свои ответные действия.

Князь Голицын с Патриархами? Вступил в сговор с кланами в обмен на заверения в безопасности? Провалившийся мятеж Проклятых с этим связан? И если да, то насколько плотно? В том смысле, не подставил ли Голицын собратьев по цеху, сдав лидерам кланов? А если так, то за каким чертом он это сделал? В простые обещания сохранности жизни не верилось, слишком мелко для фигуры такого масштаба, как Голицын. Должно быть что-то другое, более значительное…

Князь на экране ноутбука коротко рассмеялся.

— Не перетруди мозги, прямо видно, как они у тебя кипят от напряжения, — он широко ухмыльнулся.

Другой бы на его месте не позволил так разговаривать со мной. Но он был один из Проклятых, многократно превосходил меня в силе и опыте, и являлся выходцем из Конфедерации, как и я. Все это в совокупности позволяло князю вести себя с такой вольностью. Ведь, как ни посмотри, а он помнил меня еще едва опершимся птенцом, едва вступившим в права властителя Удела, до конца не осознавшим свою силу, а главное статус одного из Истинных Князей.

И я решил не играть в игры, прямо спросив:

— Что происходит?

Голицын удовлетворенно кивнул.

— Правильный вопрос. Но еще более правильнее спросить: что произойдет дальше?

Он особо выделил «дальше», подчеркивая важность. О чем черт возьми речь?

Князь продолжил:

— Развитие технологии, внедрение промышленных производств без участия магической составляющей и ресурсов из колдовских источников, вроде Конденсата из твоего родного Удела, — все это фикция, обман, дымовая завеса. На самом деле Патриархи преследуют совершенно иные цели.

— Какие?

Долгая пауза. Внимательный взгляд с экрана, словно сомневаясь, смогу ли понять прозвучавшую правду. И наконец тяжело упавший ответ:

— Перезагрузка. Новый старт. Обнуление пройденного пути.

Что⁇ Последовало закономерное недоумение с моей стороны и нахмуренные брови.

— Обнуление? В смысле?

Голицын слегка приподнял правую бровь, как бы демонстрируя удивление: а ты не понял?

И тут до меня дошло. Обнуление, мать его! Новый старт! Проклятье, неужели так просто? Начать все сначала, откатить назад!

— Но как они собираются это устроить? И если уж на то пошло, разве изначально это не ваша идея? — на этот месте я споткнулся и поправился: — Точнее идея всех Проклятых.

Князь равнодушно пожал плечами.

— Не совсем. Мы никогда не предлагали полностью отказаться от технологического развития, всего лишь скорректировать курс. Если угодно — выправить. Но уж точно не возвращаться в эпоху сохи и лучин.

А Патриархи именно это собирались сделать — обратить технологический путь вспять, полностью лишив людей техники.

— Почему они хотят это устроить?

И снова пожатие плеч с другой стороны экрана.

— Потому что в ином случае, им свою власть не спасти. Неужели ты еще этого не понял? Чем большую будет играть роль техника в жизни простых людей, чем чаще они станут задаваться вопросом об одаренных и об их месте в мире. А главное о привилегированном положении, которое они занимают по отношению к не имеющим магический дар. Зачем нужны маги, если есть наука и техника, которые легко выполняют работу за них? И почему власть именно у магов, если на фоне технологического прогресса они ничем не отличаются от остальных? Рано или поздно простой люд начнет задумываться над этим и тогда власти кланов конец. Патриархи это хорошо понимают, поэтому готовятся заранее.

Тут я покачал головой.

— Что-то незаметно. Пока что с каждым днем техника без магической составляющей занимает все больше объема в технологическом секторе. Появляется оборудование, которому не нужна магия или ее производные. Это хорошо видно на многочисленных примерах выпускаемой продукции, — на ум пришел виденный ранее репортаж об экономическом блоке.

— А кто выпускает эти новинки? — провокационно задал вопрос Голицын.

Я резко умолк. Черт, а ведь точно.

— Родовые корпорации кланов.

Снова пауза, чтобы обдумать мысль, и продолжение от князя вкрадчивым тоном:

— И зачем им это делать? Зачем приближать собственный конец?

Я дернул плечом и наугад бросил:

— Хотят оседлать волну прогресса?

Властитель Хаоса покачал головой.

— На короткий срок может, но это не даст долговременного эффекта. В конечном итоге обязательно появятся конкуренты — другие корпорации, принадлежащие выходцам из другой среды, не связанной с клановой элитой. Начнется соперничество уже не между кланами, а между компаниями, крупными финансово-промышленными концернами, где шансы победить пятьдесят на пятьдесят. И даже сам факт победы не гарантирует, что после все вернется на круги своя, и кланы останутся на вершине. Скорее наоборот, еще больше усилит борьбу между различными корпоративными структурами.

И я наконец понял, что он имел ввиду.

— Власти кланов придет конец, — пауза и уточнение: — По крайней мере в нынешнем неоспоримом виде.

Новый утвердительный кивок.

— А дальше окончательное вырождение. Потомки нынешних Патриархов растворятся в обычных людях. Гордая история магических семей уйдет в небытие. Великие династии воителей и магов станут очередной вехой давно забытой истории.

Настал мой черед кивать. Все так и будет, если ничего не менять. Двадцать, тридцать, сорок лет, неважно сколько, все в итоге закончится одним — исчезновением клановых иерархов. Их потомков поглотят дельцы, корпоранты и технократы. С точки зрения обычных людей — не самая худшая участь. С точки зрения надменных Патриархов — несмываемый позор.

— И все равно не понимаю, зачем им это? Зачем увеличивать разрыв между технологической и магической сферами, задействованными в промышленных производствах? — произнес я.

— Чтобы сделать два шага назад, сначала необходимо сделать шаг вперед, — объяснил Голицын.

Я наморщил лоб, пытаясь сообразить куда клонит собеседник.

— Хотите сказать, они желают настолько сильно привязать людей к технике, что когда она исчезнет, люди станут беспомощными? Обрушить производственные цепочки, погрузив экономику в хаос?

— Не только экономику, вообще все, включая будничный уклад простого жителя мегаполиса. Откатить цивилизацию назад, отправив во времена, предшествующие научно-технической революции, — пояснил князь, и совершенно неожиданно добавил: — Ты правильно заинтересовался Фламбергами. Они играют в замысле не самую последнюю роль, их семья задействована в проекте с самого начала.

Я насторожился.

— Откуда вы знаете? Что я заинтересовался кланом артефакторов?

По тонким губам владыки Хаоса скользнула неопределенная улыбка.

— Есть источники информации.

Туманный ответ совершенно не понравился, но рычагов давить пока не было.

— Допустим. А по поводу самого плана Патриархов? Тоже неизвестные источники рассказали? — не скрывая сарказма утончил я.

В какой-то момент мелькнула мысль, что меня просто пытаются развести. Слишком уж сказанное выглядело необычным даже для Патриархов.

С другой стороны, лидеры кланов способны и не на такое.

— Скажем так, не всех среди посвященных в детали замысла прельщает мысль снова ходить в сортир на улице, — по лицу князя скользнула усмешка.

Понятно. Внутренний источник.

Если абстрагироваться, то в целом услышанное вписывалось в концепцию мира патриархов. Они слабели, и знали это. Нужен был разворот, чтобы изменить ситуацию. Видимо надеялись, что вынужденные обращаться к магии для выживания одаренные вновь станут сильными, как в прежние времена.

Идея вынужденного выживания. Что-то в этом есть. Возможно даже могло сработать, принеся новое поколение магов, более сильных, более способных, обладающих хорошим потенциалом по сравнению с нынешним поколением.

Когда некуда отступать, приходиться идти вперед. В том числе, переступая через себя, доходя до предела и шагая дальше, на что раньше ни за что бы не осмелился.

И все равно, это мог быть обман. Проклятых трудно назвать монолитом. Наша веселая компашка психопатов то еще сборище. Вспомнить хотя бы Де Ла Гранжа, тот еще мерзкий ублюдок…

Но Голицын выбивался из общей массы. В конечном итоге именно к нему я хотел обратиться по поводу Патриархов, желавших уничтожить Проклятых. Использовать авторитет, чтобы заставить действовать вместе. Такой как он врать не станет, особенно в настолько важных вещах.

Самое забавное сведения об устранении Проклятых вписывалось в общий план. Так сказать, дополняли картину. Мне всегда казалось, что в мозаике не хватает кусочков. И вот они — недостающие звенья цепи, раскрывающие весь размах замысла.

Надо признать, Патриархи удивили. Причем уверен на сто процентов — об окончательном варианте знает узкий круг избранных князей и лордов, непосредственно занятых в осуществлении плана. И один из них решил переметнуться… Нет, не так, захотел помешать, чтобы задуманное не довели до логического конца. Становиться на сторону Проклятых неизвестный не собирался, ему лишь не понравилось оказаться в технологическом отсталом мире.

— Отправить цивилизацию в средневековье, — я задумчиво протянул. — Недурно, — откинулся на спинку стула, решив пока поверить собеседнику, пусть на первый взгляд его слова и звучали со стороны сущим бредом. — Как они собираются это провернуть?

И развел руками, как бы показывая: я не мог не спросить. Голицын равнодушно пожал плечами.

— Подробности мне неизвестны. Доброжелатель не поделился такими сведениями.

Потому что не дурак и есть инстинкт самосохранения — мысленно заключил я. Если что-то пойдет не так и вдруг вскроется, что Проклятые знают слишком много, легко вычислить источник утечки. Предателя Патриархи не простят.

— Могу предположить, что это как-то связано с новым поколением орбитальных спутников, которые вскоре будут выведены на орбиту, — сказал Голицын.

— В них встроены сканеры, умеющие вычислять нестандартные аномалии в магическом фоне, — быстро вставил я. — А через это местоположение Проклятых.

— Видимо у них есть сразу несколько назначений, — нейтральным тоном заметил князь.

Короткая пауза. Черт, а ведь возможно. Убить двух зайцев одним выстрелом. И от Проклятых избавиться, которые совершенно не вписываются в концепцию нового мира, потому что слишком сильны даже для Патриархов, а значит непредсказуемы и опасны, и конец света устроить.

Интересно, на что это будет похоже? Должно быть какой-то аналог глобального электромагнитного импульса, созданного на стыке магии и технологии. Мощный неожиданный удар и одновременное накрытие все планеты благодаря сети орбитальных спутников. В теории могло сработать.

— Недурно, — я качнул головой, по достоинству оценив масштаб возможных последствии.

Накроется вся электроника разом, техника выйдет из строя, заводы, фабрики встанут, и скорее всего без возможности восстановления. Оказавшись в безысходном положении, люди обратятся к привычным защитникам — кланам и их патриархам.

А устроенный армагеддон скорее всего спишут на козни Проклятых. Не зря же все средства массовой информации так старательно лепили образ врага человеческого. Нам заранее отводилась роль злодеев, и публика легко в это поверит.

— Поэтому вы решили прервать уединение? Хотите сорвать планы Патриархов?

Голицын тонко усмехнулся.

— Скажем так, мне не слишком нравится, во что они хотят превратить мир.

— Заодно уничтожив всех нас, — напомнил я и заработал со стороны небрежный кивок.

— Патриархи думают на перспективу и действуют сообща. Полагаю нам тоже следует держаться вместе, — ответил он.

Теперь кивнул я.

— Хорошая идея. Есть какие-то конкретные предложения?

Князь коротко качнул головой.

— Пока я лишь решил сообщить об этом всем заинтересованным лицам. Объявлять во всеуслышание бесполезно — не поверят. В крайнем случае, людей быстро отвлекут чем-то другим, похоронив новость в информационном шуме.

Я неспешно покивал. Как в случае с записями из секретной лаборатории Греев. Сенсация оказалась не такой уж и сенсацией и быстро сошла на нет. Первые страницы глобальных медийных изданий заняла война между нью-йоркским и сан-францисским кланами. Кстати, нет ли здесь тоже связи?

Впрочем, об этом потом.

— Теперь ты все знаешь и можешь планировать действия исходя из ситуации, — заключил Голицын, завершая разговор.

— Спасибо за предупреждение, князь, — поблагодарил я. — Будем на связи.

Я медленно закрыл крышку ноутбука. Надо подумать. Надо крепко подумать.

Глава 20

20.

Территория Канады.

Район Великих Озер.

18:20 по местному времени.

Ровная гладь озера едва заметно колыхалась от изредка налетавшего ветра. Старая пристань тихо поскрипывала в такт движению волн, на деревянных сваях, как и дом позади почерневшая от времени, но достаточно крепкая, два на пять метров — она идеально подходила, чтобы принимать гидросамолет средних размеров.

Воздух сырой и немного холодный, канадский, сильно отличался от бразильских лесов, но сейчас то, что нужно.

В руке кружка с кофе, сваренным в турке по всем заветам приготовления благородного напитка. Свежемолотый, с добавлением щепотки корицы и парой кусочков сахара, конечно, тростникового.

Запасы кофе, в свое время, в это убежище я привез из Колумбии. Взял два мешка, проследив, чтобы условия хранения соответствовали нужным параметрам. Это моя небольшая слабость, приобретенная за время в бегах от охотников кланов. Я мог легко продержаться день или два без еды, но без кофе начинал лезть на стенку, не принимая без него ни одного утро.

Пристань, озеро, берег с деревьями, медленно приближающийся закат, складной стул, в руке горячий кофе — внешне идиллия, образец покоя и умиротворения, внутри напряженная работа мысли в попытках понять, не является ли прошедший разговор с внезапно объявившимся князем Голицыным розыгрышем.

Хотя нет, розыгрыши это не про таких людей, как князь. Здесь могло быть иное. Например сложная многоуровневая интрига, должная переплести между собой интересы клановых патриархов и Отверженных, приправленная должной порцией страха и недоверия друг перед другом.

Мог бывший властитель рода Голицыных сотворить нечто подобное? Несомненно. В бытность лидером своего клана все его ближайшее окружение отмечало хитроумность и коварность своего повелителя. Он легко устраивал свары в Совете, при этом оставаясь в тени. Множество комбинаций, умелые манипуляции, не простофилями из обывателей, а коллегами из числа других князей, собаку съевших на таких же интригах. Это многого стоило.

И вот такой человек заявляет о приближающемся конце света. Просто так звонит, как старому приятелю, якобы желая предупредить и организовать совместные действия.

Верить?

В добрые намерения? Разумеется нет. Я даже сомневался в необходимости дальнейших контактов. Понимал, что такому хитрому лису, как Голицын, такого, как я обвести вокруг пальца очень легко, несмотря на весь полученный опыт за прошлый год и ускоренное «взросление».

Но я трезво смотрел на собственные умения манипулировать другими людьми, в этом любой из Проклятых мог дать мне фору. Не говоря уже о клановых Патриархах, эти постоянно грызлись между собой, интригуя даже против соседей.

Но при всем при этом, сам факт замысла вполне мог оказаться правдивым. С таким вещами Голицын не стал бы шутить, понимал, чем подобная мистификация может закончится. Властитель Хаоса чрезвычайно силен, если все Проклятые навалятся разом, не выстоять даже ему. И он понимал эти расклады.

Оставался доброжелатель. Тот мог намеренно ввести в заблуждение князя. Однако тут тоже все не так просто. Уверен, Голицын тщательно проверил информацию, скорее всего даже выяснил личность того, кто ее передал. Даже если изначально ее не знал, что тоже вполне могло быть. Возможно даже получил подтверждение из других источников. Перед тем как стать Проклятым князь долго вращался среди остальных патриархов и мог сохранить старые связи.

А значит с высокой долей вероятностей все сказанное действительно правда. И это не есть хорошо.

— Конец света, мать его, — тихо прошептал я, отпив исходящий паром и черный, как битум, ароматный напиток.

Божественно.

То, что патриархов надо остановить не вызывало сомнений. Как и неведомый информатор Голицына, я не горел желанием возвращаться в средневековые времена. Ладно, не совсем средневековые, думаю так далеко при всем желании нынешнюю цивилизацию не отбросить. Но есть эпоха пара и угля, которая тоже не вызывает особого умиления. А судя по всему, именно туда собираются отправить всех нас умники кланов, отключив электронику без возможности восстановления на длительный срок.

И тогда наступит хаос.

Чтобы остановить план, надо ударить по самому уязвимому месту, без которого замысел обречен. В нашем случае, это спутники, используемые для создания конца света.

Или нет? И все не так просто? Что если спутники всего лишь обманка, маневр, должный отвести внимание от главного инструмента для активации армагедона? Лично я так бы и поступил: сосредоточил фокус внимания на фальшивке, спрятав в тени основное средство. На всякий случай, вроде той же утечки, что в итоге все же произошла.

Патриархи не дураки, и понимали людскую натуру лучше меня, возможно даже предугадав предательство среди своих, и могли советующим образом подготовиться. Может вообще, планов было несколько, и все они вели к одной цели. Ресурсы родовых корпораций легко позволяли пойти несколькими путями, все равно в итоге достигнув нужного результата.

— Все как всегда: сложно и непонятно, — я вновь отхлебнул кофе.

Край неба окрасился красным, верхушки деревьев стали особенно черными, воды озера превратились в неподвижное темное зеркало, близился закат. Скоро в этих местах выпадет снег, и охотничьей домик окончательно станет недоступен. Можно будет добраться только по воздуху, но самолет необходимо переоснастить салазками для приземления на замерзшее, покрытое снегом озеро.

Мысли о приближающейся зиме, напомнили о Бразилии, а Бразилия напомнила о Даниэле.

Я протянул руку и взял лежащий на деревянном ящике телефон. Рядом на подставке скучал планшет, в порт устройства воткнута флешка, шла обработка данных через специальное приложение. Судя по равномерному миганию индикаторов процесс проходил в нужном ключе.

Выбор из списка контактов. Кнопка вызова. Короткие гудки и почти моментальный ответ.

— Уже соскучился, милый? — весело ответила Даниэла.

— Я всегда скучаю, когда тебя нет рядом, — искренне ответил я.

Прозвучало банально, но это было правдой, и девушка поняла, ее голос потеплел.

— Я тоже, милый. Когда ты вернешься?

— Скоро. Но пока у меня есть для тебя небольшое задание.

— Слушаю, — Даниэла подобралась, это было слышно даже по тону.

Она понимала, когда можно позволить себе игривые нотки, а когда нужно оставаться серьезной и предельно собранной. Объяснения против кого мы играем, отбило желание шутить. Патриархи и кланы не те, к кому стоит относится пренебрежительно.

— Посмотри в сети форумы на тему выживания в условиях исчезновения электричества. Думаю, там должно быть достаточно материалов на подобные темы. Сурваеверы, выживальщики, таких людей хватает, и они строят планы на всякие случаи, в числе прочего перечисляя, что может в таких обстоятельствах пригодится.

— Что⁈ Выживание без электричества⁈ Ты шутишь⁈ — в голосе неприкрытое изумление. Я даже представил, как прыгнули вверх идеально подведенные брови на женском лице. Латиноамериканской красавицы. Моей красавицы.

— Нет, не шучу, именно это надо сделать, посмотреть всю имеющуюся информацию и начать закупки по приведенным спискам. Не подряд, разумеется, а проанализировав необходимость тех или иных припасов с точки зрения реальной практики, а не теории из сети, — я намеренно сохранял серьезный тон, показывая, что это не попытка подшутить над любимой женщиной.

— Но зачем? Ты что, ждешь конец света? Без электричества вся жизнь на планете остановится… — она запнулась, долгую секунду выдерживала паузу, затем осторожно уточнила: — Ты что-то узнал? Что-то связанное с возможным исчезновением энергии?

Теперь настала моя очередь тянуть паузу, по телефону такие вещи лучше не обсуждать, хотя линия и защищена, но всегда есть место случаю.

— Я пока ничего не могу сказать, но позже все обязательно объясню. Пока же сделай, как я прошу, — попросил я. — Я дам доступ к одному из банковских счетов с поточным пополнением при опустошении из других источников. Формально у тебя будет неограниченный кредит, но живые деньги будут приходить через другие банковские структуры в оффшорных зонах.

При этих словах в голове мелькнула мысль: а зачем тратить свои, если можно взять реальный кредит, все равно отдавать не придется. С другой стороны, современные деньги это набор цифр на банковских серверах. В случае отключения, они просто исчезнут, так что экономить не стоит.

Кстати, надо бы под это дело обналичить реальное золото, желательно в слитках. И другие драгоценные металлы, серебро, платину, что там еще…

— Ты слышишь меня? Куда все это везти? На базу в Бразилию?

Хороший вопрос, до этого момента комплекс не рассматривался в качестве постоянного места обитания, лишь, как временная остановка, чтобы проверить технологию производства кадавров с дальнейшей переброской оборудования и персонала в более подходящее убежище. Однако ситуация изменилась, и лишние перемещения будут только мешать.

— Да, пусть все привозят в комплекс. И надо непременно пополнить арсенал и боеприпасы. Не скупись, покупай все, но только без электронной начинки. Тоже самое касается других припасов, никаких дизель-электрических генераторов и других подобных вещей. Тем более никакой сложной электроники.

— Я поняла, — если Даниэла и продолжала удивляться, то больше не показывала вида.

Хорошая девочка. Умная и сообразительная, а не только красивая с сексуальным идеальным телом. В наше время подобное редкость. Кто же знал, что в структуре колумбийских сил специальных операций скрывается такое сокровище. Кстати, об этом.

— И еще, по поводу твоего прежнего места работы, не думаешь, что помощнику командира отряда пора выйти в отставку? — спросил я. Но спросил так, чтобы показать, что оставляю право выбора за ней, ни к чему не принуждаю и ни на чем не настаиваю, доверяя ее мнению, как своему.

Даниэла это прекрасно уловила.

— Спасибо, милый, — мягко произнесла она. — Я сама хотела это предложить, но не была уверена, что ты примешь это.

— Что? Видеть твою очаровательную мордашку каждое утро? — шутливо поинтересовался я.

Но Даниэла не приняла шутливый тон.

— Ты знаешь, о чем я.

Да, знаю, до этого момента наша связь казалась чем-то мимолетным, случайный роман, который быстро придет к логическому концу. Но сейчас все изменилось, и мы оба это почувствовали.

Не знаю, как для Даниэлы, но для меня это необычный опыт. Наверное придется привыкать, что теперь рядом будет человек, которому я небезразличен. Не как один из Двенадцати Проклятых, сильнейших магов планеты, а как Андрей Бельский. Я четко это чувствовал, и в глубине души испытывал радость, пусть и под давлением Хлада.

— Я все сделаю, — повторила Даниэла, помедлила и в очередной раз уточнила: — Когда ты вернешься?

— Скоро. Необходимо уладить пару дел, потом сразу обратно, — пообещал я.

В трубке послышался короткий вздох.

— Хорошо, я жду.

— Скоро увидимся.

Отбой. Некоторые слова так и не были произнесены, но не уверен, что сейчас место и время.

Кофе остыл, воздух над озером потемнел, край неба налился кроваво-красным, стало холодать. Пора зайти внутрь, пристань не лучшее место для проведения вечера.

Подал сигнал планшет с воткнутой флешкой, проверка полученных от Саграси данных завершена. Взял планшет, на экране вызванное меню со структурированными данными в виде удобного для работы каталога.

Хмм…Поиск. Необходимые под описание параметры, включая косвенные упоминания и перекрестные ссылки. Медленно закрутился значок, показывая работу запущенных алгоритмов. Результат возник в отдельном окне. Я прикипел к нему взглядом.

— Есть! — помимо воли вырвался торжествующий возглас. Случайно мелькнувшая в голове при разговоре с Даниэлой догадка оказалась верна, получив зримое подтверждение.

Целый блок файлов в базе данных под литерой с интригующим названием «Стратегический резерв». В пояснительном тексте указывалось, что речь о запасе артефактов различного типа на случай чрезвычайных ситуаций вроде природных катастроф, техногенных аварий и тому подобного. Вполне безобидное объяснение, логичное с точки зрения любой крупной корпорации, связанной с государственными структурами. Власти вполне могли профинансировать подобный заказ, мало ли катастроф случается в мире.

Но если знать подоплеку, и связать данный факт с другими интересными фактами, например по поводу потенциального конца света, то картина разительным образом менялась, и указанный «Стратегический резерв» уже не выглядел так безобидно, а напоминал один из элементов подготовки в будущему апокалипсису.

Возникла внезапная мысль: интересно, а Алекснадро Саграси в курсе замысла? Знает о том, чем занимаются Фламберги? Если подумать, не может не знать. Но зачем тогда воевать с Греями, если есть общая цель, а конец так близок?

Спросил, и сам же ответил: потому что такова философия кланов. Даже в преддверии глобального переустройства магические рода выясняют отношения между собой, решая кто сильней. Потому что слабого следует отправить на отбраковку. Таков порядок вещей.

Это пришло из глубины веков, когда сражались ежедневно. Прошли столетия, но ничего не поменялось, древние традиции до сих пор сохраняли влияние, оказывая влияние чуть ли на ежедневные решения клановых лидеров. Они просто не могли мыслить иначе. Не умели. И скорее — не хотели.

Впрочем, в нынешних реалиях такие принципы не помогли. Современная война все изменила, маги сражались редко, перепоручив это хорошо обученным солдатам, экипированным в магическую техно-броню. Зачем напрягаться, если можно послать группу бойцов, обряженных в подобное снаряжение? Поэтому кланы медленно вырождались. Из-за отсутствия стимулов к совершенствованию, когда нет улучшения породы, а есть только застой с точки зрения развития личных магических способностей. И патриархи захотели это исправить, устроив глобальный армагеддон. Вернуть ситуацию на изначальные установки.

Если подумать, задумка неплоха. Присутствовали в ней красота и размах. Может быть, даже поддержал бы. Если бы меня в числе прочих отверженных не пытались убить.

Потому что Проклятые аномалия. Мы слишком сильны даже для патриархов, и потому выбиваемся из привычного уравнения. Мы можем нарушить план, подмяв под себя всех одаренных и переписав изначальные установки, когда у всех имелись более или менее равные шансы подняться.

И поэтому от нас нужно избавиться. Мы фактор, влияющий на все.

— А значит нас нужно уничтожить, — негромко обронил я.

Рассеянный взгляд скользнул по неподвижной глади озера, окончательно потемнело, лишь багровая полоса виднелась над верхушками деревьев.

Горящий экран планшета показывал список артефактов, работающих исключительно на магической энергии, без использования технических составляющих. Судя по обширному ассортименту, они могли закрыть самые критически потребности.

Все-таки забавно, осуществляя свой план, Патриархи почти повторяли путь Проклятых, но делая это еще более радикальным способом. Из этого следовал вывод: техно-магическое развитие и правда зашло в тупик, когда технологии стали преобладающим фактором. От этого не смогли отвернуться даже Патриархи, понявшие куда все движется. Они разработали собственный путь, но при этом фактически пройдя по дороге Отверженных.

— Спесивые кретины, — я ругнулся. Взгляд продолжал скользить по таблице с наименованием артефактов и их функциями. Описание было подробным, вплоть до срока годности и сопутствующего износа при активной эксплуатации.

Откуда черт возьми Саграси так много знают? И почему не побоялись передать это мне?

Мелькнула мысль: может лорд Александро и был тем самым таинственным доброжелателем, связавшимся с князем Голицыным? В таком случае игра еще больше запутывалась. Закручивалась интрига с множеством возможных сценариев развития событий.

Надо все хорошенько обдумать, а главное узнать, где храниться добро, показанное на экране планшета. Не помешает наведаться в это хранилище и набрать артефактов про запас.

В конце концов в игру под названием «конец света» можно играть не только одним патриархам и кланам.

Глава 21

21.

Территория Сингапура. Центр города.

Ресторан «Четыре сезона». Открытая терраса. 20:15

Две недели спустя.

Красивая сервировка, изысканные блюда, элегантные дорогие наряды, фешенебельный ресторан. Парочка с азиатской внешностью из клана Шинаши сидящая по соседству, изображающая влюбленную парочку на романтическом ужине.

Кажется, все это уже было. Как и мрачные лица дядюшки Германа и княжны Юлии напротив.

— Я тебе не верю, — решительно заявила княжна.

Как всегда изящно одета, открытое платье цвета расплавленного серебра, стильная прическа платиновой блондинки. Сидящий рядом напарник по власти в Уделе тоже не изменил старому принципу, придя на встречу в традиционном костюме-тройке темно синего цвета.

— Ваше право, — я равнодушно пожал плечами, изучая мясо на тарелке перед собой.

Мягкая телятина в ягодном соусе, томленная под травами с легким добавлением молодого вина. Так по крайней мере написано в меню. На вкус — жесткая дрянь. Несмотря на заоблачные цены модного ресторана и шеф-повара, заказанного из-за границы, готовить здесь не умели.

— Согласись, племянник, все это звучит довольно странно даже для тебя, — взял слово дядюшка Герман.

Я огляделся, на террасе немного столиков. По сравнению с главным залом, мы практически одни, если не считать представителей клана Шинаши, следящих за безопасностью на встрече высоких договаривающих сторон.

Поймав взгляд парня, я холодно взглянул ему прямо в глаза. Он тут же изобразил, что крайне заинтересован содержимым тарелки. Девчонка продержалась чуть дольше, но тоже в конце концов не выдержала, слегка отвернувшись в сторону.

Боятся. Именно бояться, а не опасаются. Даже не хотели устраивать встречу, как в прошлый раз, попытавшись отделаться отговоркой про занятность. Пришлось надавить, туманно пообещав наведаться в Сингапур в свободное время, если условия не будут обеспечены. Нигде больше Юлия с Германом встречаться не хотели.

А была нужна именно личная встреча, беседа через выделенный канал связи имеет не столь убедительный эффект, как разговор лицом к лицу.

— Ты настаиваешь на встрече, а затем заявляешь такое, и думаешь, что мы тебе поверим? — Юлия опасно прищурилась. Тонкие пальчики с ухоженным маникюром вертели серебряную вилку, словно прикидывая, куда бы воткнуть ее собеседнику.

Я мысленно хмыкнул. Не изменяет себе, это хорошо.

— То есть, вы не слышали ни о чем подобном? — невозмутимо осведомился я.

Родственнички быстро переглянулись. Вываленная на голову информация о скором конце света до сих пор воспринималась с недоверием. Однако также они понимали, что я не буду с таким шутить, и теперь напряженно обдумывали услышанное.

— Это бред, — наконец решительно заявила княжна.

Старший Бельский поддержал уверенным кивком. Но между тем в поведении обоих угадывалось напряжение. Даже неуверенность, приправленная внушительной долей опаски.

— Дома ожидается проблемы? — нейтральным тоном осведомился я.

— Нет. С чего бы это, — быстро ответил дядюшка Герман.

Слишком быстро, и слишком уверенным тоном.

— Не знаю, ходят всякие слухи, — я развел руками.

Это был чистый блеф с моей стороны, никаких слухов не ходило. Точнее они ходили всегда, и на них можно списать все что угодно.

— Какие слухи? — тут же вступила Юлия, стремясь поддержать подставившегося дядюшку. Не совсем любимого, и далеко не самого дорогого, но являвшегося партнером по власти.

— Что с Бельскими хотят разобраться, и что Северному Уделу требуется новый властитель.

Я кидал стрелы наугад, целя в старые проблемы бывшего дома. Но как оказалось, не ошибся. Лица обоих родственников одинаково вытянулись.

Последовала долгая пауза, прежде чем прозвучало выдавленное с неохотой признание:

— Старицкие и Волков-Русы организовали союз, требуют доступа к портовой инфраструктуре, заявляют, что другие кланы не должны единолично пользоваться удобным расположением своих владений, и что правильно будет позволить другим тоже использовать свои земли, — старший Герман криво усмехнулся. — Даже в Совете устроили дискуссии. Впрочем, без особого успеха.

— Они и не надеялись, что их поддержат, — вступила Юлия. — Хотели обозначить позицию перед нападением, чтобы остальные не вмешивались.

Я отрезал кусочек мяса, макнул в соус и отправил в рот. Неспешно прожевал. В Конфедерации продолжатся свары, в принципе ничего нового. Старицкие сидят на Урале, Волков-Русы в тайге, оба клана давно мечтают о выходе к морю, теперь подвернулась возможность — Бельские стали хромой уткой, которую не грех подстрелить. Сначала по этому вопросу, затем по ряду остальных, пока окончательно не вытеснят на обочину дороги большой политики.

Или сразу устроят совместный рейд, высадив десант в центре столицы Северного Удела. Намного эффективнее, чем устраивать долговременную осаду через политическое давление. Я бы так поступил. Зачем колебаться, если противник ослаблен.

— Вы сами себя довели до этого, — равнодушно заметил я. — И судя по тому, что вы не в курсе о плане остальных Патриархов развернуть ситуацию с технологиями вспять, вас обоих уже списали со счетов. Вы никому не нужны. Вы помеха, которую готовятся смахнуть с игровой доски.

Я намеренно бил по уязвимым точкам, вызывая раздражение. Все равно что тыкать в незажившую рану острой веткой и ворошить, вызывая новые спазмы боли.

Юлия плотно сжала губы, в глазах мелькнула неприкрытая ярость. Реакция дядюшки Германа оказалась более взвешена, он лишь позволил себе сдавить вилку в руке, так что побелели костяшки пальцев.

— Ты не можешь этого знать, — мрачно изрекла Юлия.

Но продолжения не последовало. Неплохо, собеседники демонстрируют хотя бы зачатки здравомыслия.

Собственно, устраивая рандеву с родственничками я преследовал две цели: первая попытаться выяснить, известно ли им о заговоре Патриархов, получив доказательство со стороны, и вторая — пустить стрелу раздора в стан врага.

Далеко не все захотят вернуться обратно в дикие времена, когда не знали, что такое теплый унитаз и электробритва. Бытовой комфорт важен, его не захотят лишаться многие, особенно среди рядовых членов кланов. Но и просто объявлять о грядущем апокалипсисе нельзя. Не поверят. Мало ли новостей о безумных заговорах гуляет по сети. Там и не такое болтают, и все легко спишут на очередного психа, любителя заговоров.

Другое дело, когда информация начнет распространятся среди своих. Тут волей-неволей начнут прислушиваться. Не верить, нет, но обдумывать, может ли это быть правдой. Возникнут неудобные вопросы, которые обязательно в том или ином виде дойдут до верхушки. Если последняя начнет упорствовать, то недоумевающие маги потребуют объяснений от своих лидеров, и тогда Патриархов припрут к стене.

Шансы, разумеется, небольшие, но хоть какое-то внутреннее удовлетворение. Сделал гадость — сердцу радость.

Я отпил из бокала с вином, по молчаливой договоренности с собеседниками, взяв паузу обдумывать дальнейшее построение разговора. В принципе обе цели достигнуты, можно уходить, но новость о Старицких и Волков-Русов заставила задержаться.

Если все действительно так, как говорят дядюшка Герман и Юлия, то эти кланы явно втянуты в заговор, и оба перед концом света, хотят упрочить положение, получив выход к «большой воде». Порт необходим в любой из эпох, это торговля, это путешествия, это возможность перебрасывать войска. Соваться на Дальний Восток бесполезно, слишком далеко и затратно, отсутствует нормальная логистика.

Иное дело центрально-европейская часть Конфедерации, в этом плане она выгодно отличается. Развитые дороги, в том числе железные, позволят получить доступ во многие земли. К тому же клан, имеющий нужный порт, ослабел в результате внутренней междоусобицы. Кто устоит? Вот и навалились вдвоем, чтобы иметь подавляющее преимущество.

— Вам конец, и вы сами это знаете, — заявил я, по очереди заглядывая в глаза родственникам. Сначала Юлии, затем дядюшке Герману.

Первая осталась бесстрастной, второй вздрогнул, показав себя слабым звеном. Ничего удивительного — политик. Боевой маг всегда окажется крепче, пусть даже он и выглядит, как девица в роскошном вечернем наряде, а другой похож на степенного волевого джентльмена. Но внешность обманчива, что и показало сказанное уверенным тоном заявление.

— Мы справимся, — с уверенностью, которую она явно не испытывала, заявила княжна с волосами цвета чистого серебра.

Прямой взгляд, вскинутый подбородок, истинная наследница гордых носителей силы дальнего севера.

Ну или по крайней мере сама о себе так думала. Дядюшка же Герман испытывал закономерный скептицизм. Но и просить о помощи не рискнул, понимая, что в лучшем случае получит вежливую улыбку, в худшем — нарвется на ехидные замечания о собственной слабости.

— Они не станут ждать, давление в Совете лишь дымовая завеса, — сказал я, вновь принимаясь за телятину. Хоть и гадость, но есть можно, особенно когда голоден.

— Ударят военной силой? — уточнил старший Бельский, бросая предостерегающий взгляд на вскинувшуюся племянницу, явно желавшую заявить, что не желает советов от князя-изгнанника.

Я с усмешкой понаблюдал за короткой пантомимой, кивнул.

— Именно так, — сказал и жестко закончил: — Вы слабы, и все это видят. Прикидываетесь, что ничего не произошло, не понимая, что все давно у всех на виду. Идиотское согласие пойти на мирные договоренности со Скандинавским альянсом лишь подлило масло в огонь. Северный Удел слаб и остальные кланы это прекрасно понимают.

Продолжение не требовалось, слабых добивают. Всегда. Таков путь Кланов.

Говоря это, я цепко подмечал, как меняются лица собеседников, как уходит показная решимость, заменяясь большей нахмуренностью. Идет напряженная работа мысли, как выпутаться из ситуации.

В конечном итоге, и дядюшка Герман, и княжна Юлия, придут к одному выводу: необходимо отвлечь врагов чем-то другим, чем ставший похожий на легкую жертву Северный Удел. И тогда они оба вспомнят начало разговора — о конце света, и постараются это использовать в своих целях, распространяя информацию среди членов Совета.

С другим властителем Удела такой трюк вряд ли бы прошел, он бы понял, что его пытаются использовать в своих целях и постарался бы дистанцироваться от происходящего, сделав вид, что его это не касается. Но дядюшка Герман и Юлия не умели думать сразу в нескольких плоскостях, и на самом деле находились в затруднительном положении, когда особого выбора нет. Все это в совокупности позволяло запустить против Патриархов встречную интригу, если, не нарушив планы по апокалипсису, то хотя бы их немного затормозив.

Голицын одобрил идею, действуя через свои разветвленные связи из старой жизни, он занимался похожим, распространяя информацию о замысле Патриархов. Мы собирались донести до рядовых клановцев идею их вожаков, предлагая сделать выбор, хотят ли они откатить цивилизацию в технологическом плане назад или же оставить все, как прежде.

В любом случае, даже если ничего не изменится, слухи спровоцируют нервозность, при удаче, вызвав раскол внутри магических семей. Не бог весть что, но как говорится — с дурной овцы.

Шансы слабые, но они есть, и на этом можно сыграть свою партию.

— Спасибо за приятный ужин, — я отсалютовал бокалом собеседникам. Мне ответили двумя мрачными взглядами. — Надеюсь это наша не последняя встреча, и мы с вами вскоре увидимся.

Прозвучало немного зловеще, но ни дядюшка Герман, ни Юлия ничего не сказали, молча проследив, как поднимаюсь из-за стола и направляюсь к выходу из ресторана. Им было о чем подумать и поговорить.

* * *

Территория Латинской Америки.

Чили, побережье.

Вилла героя. 10:00

— А у тебя здесь хорошо, — Даниэла вынырнула из воды, облокотившись на бортик бассейна, слегка приподнимаясь наверх. Скрытые микроскопическими кусочками ткани купальника упругие полушария завлекательно колыхнулись, притягивая взгляд.

Заметив куда смотрю, девушка рассмеялась. Последовал небрежный кивок в сторону оставленной недавно спальни.

— Хочешь вернуться? — игривое предложение и взгляд на разобранную кровать, видневшуюся через стеклянные стены.

Я улыбнулся в ответ, мы прибыли вчера ранним вечером и большую часть времени провели в постели, изредка выбираясь до холодильника, пока наконец утром наконец не вышли к бассейну, куда Даниэла сразу нырнула, переодевшись в белый бикини, на контрасте с ее гривой черных волос смотревшийся просто убойно.

— Может позже, — пообещал я, и вернулся к изучению документов в раскрытом ноутбуке на стеклянном журнальном столике.

Рядом стоял запотевший стакана с апельсиновым соком. Сверху висело яркое солнце, небо чистое, без единого облачка, идеально ясная погода для утра. Далеко внизу медленно и величаво перекатывались волны необъятного океана. Но окружающая красота сейчас не вызывала восторга, больше волновало содержимое присланных файлов.

— Планируешь рейд на хранилище Фламбергов? — спросила Даниэла, отталкиваясь и скользя спиной к центру бассейна.

— Пытаюсь понять, возможно ли это вообще, — откликнулся я, не отрывая взора от экрана. — Наворотили они тут, конечно, неплохо. Защита, как в лучших банковских хранилищах. Причем не из тех, где хранят обычные бумажки, а самое настоящее золото.

— Если то, что ты рассказал о планах Патриархов правда, то хранящиеся внутри артефакты в будущем будут намного дороже обычного желтого металла, — справедливо заметила Даниэла.

Верно. И это еще мягко сказано. Если все пройдет в нужном для князей и лордов ключе, замена испорченного оборудования магическими аналогами станет первоочередной целью. За такую возможность будут убивать.

— Наверняка у них не одно хранилище, похожие склады скорее всего спрятаны по всему миру, — задумчиво проронил я.

— Но это самое важное, потому что принадлежит семье артефакторов, поэтому там такая охрана, — донеслось со стороны, неспешно перебирающей в воде ногами брюнетки.

И это тоже верно. Не случайно место называлось «Стратегическим резервом». За координаты его местоположения пришлось выложить приличную сумму хакерам, взломавшим внутреннюю сеть родовой корпорации Фламбергов.

— Скорее не рейд, а молниеносный налет, — сказал я, отвечая на предыдущий вопрос. — Быстрый удар, и такой же быстрый отход. Думаю, сигнал о помощи с этого объекта стоит в приоритете, и подкрепление прибудет в кратчайшие сроки. Так что задержаться не получится.

— Они хорошо охраняют свое добро, — нейтральным тоном обронила Даниэла.

Я закрыл крышку ноутбука и встав со стула сделал шаг к бортику, сходу нырнув в бассейн. Раздался веселый визг Даниэлы, накрытой брызгами. Я вынырнул рядом с ней, она забросила руки мне за шею, обнимая. Глаза, полные озорных огоньков, оказались почти вплотную.

— Как твоя встреча с родственниками? — внезапно спросила она.

С моей стороны последовало неопределенное движение, должное имитировать пожатие плеч.

— В пределах ожидаемого. Они сыграют свою роль в предстоящем спектакле, хотят того или нет.

Даниэла на меня внимательно посмотрела.

— Ты уверен?

И я понял, что вопрос касается вовсе не дядюшки Германа или Юлии, а всей начатой Проклятыми игры против Патриархов.

— У нас тоже нет выбора, либо мы их, либо они нас, третьего не дано, — ответил я. И не позволяя задать новых вопросов, прижал девушку к себе, на что она охотно откликнулась. Через мгновение мы слились в долгом поцелуе, медленно погружаясь в воды бассейна.

Стоит признать, иногда рай все-таки существует.

Глава 22

22.

Североамериканский континент.

Аризона. Район пустынь.

Секретный объекта клана Фламбергов «Стратегический резерв».

09:15 по местному времени.

Скука — это настроение ума. Когда вокруг ничего не происходит, когда каждый последующий день похож на предыдущий, когда обыденность заедает подобно ржавчине, приходит она — скука, надолго поселяясь в самых дальних уголках разума.

Последствия видны не сразу, но они наступают. Порой незаметно, но всегда ощутимо, влияя на окружающий мир и привычный порядок вещей. Сначала падает дисциплина, затем самоконтроль, и вот протоколы безопасности кажутся уже не такими обязательными, ведь не происходит ничего важного.

И персонал расслабляется. Интрижки охранников с секретаршами из отдела учета, секс на рабочем месте, ссоры, выяснения отношений, бардак во внутреннем распорядке. Раз в декаду приезжает проверяющая комиссия, наводится подобие порядка, но после отъезда через неделю все возвращается на круги своя.

Оживление вносит война с давними недругами, но начальство тут же негласно доносит до каждого, что объект находится под защитой других кланов, в виду стратегического значения и опасаться нечего. Ведь начальству тоже скучно, и оно развлекается не хуже подчиненных. На должность референта назначена молоденькая любовница, а может даже не одна. В кабинете всегда хороший выбор алкогольных напитков, комнаты отдыха устроены по высшему разряду, есть даже пара бассейнов и помещений для релаксаций.

Снаружи это все еще военный объект, но внутри давно разболтанный механизм, похожий на курорт для отдыхающих, наконец нашедших себе теплое местечко, не требующее усилий при выполнении служебных обязанностей. Да и какие здесь могут быть обязанности, всего лишь следить за огромным хранилищем, по сути, гигантским складом, наполненным разнообразными артефактами.

Охрана, безопасность, средства и меры защиты — на расстоянии все на первый взгляд серьезно. Но если приглядеться, то это давно лишь на бумаге. Охранники несут службу, послушно выходя на дежурство, но мысли их заняты податливой девчонкой из бухгалтерии, которую планируют сегодня зажать в темном углу, а может даже разделить с товарищем, устроив оргию прямо в подсобке.

Ведь старший смены не против, особенно если позволить ему присоединиться, или подогнать еще одну девчонку, если совместные развлечения не по душе, или откупиться бутылкой виски, благо зарплаты даже у рядовых охранников, позволяют делать такие подарки.

И вот фигура в униформе вроде на посту, но мысли ее обладателя заняты совершенно другим, и подъезжающий фургон не кажется подозрительным, хотя по графику он прибыл раньше на целый час. Но внешне это тот же фургон, который неоднократно принимали здесь раньше, поэтому если что-то и шелохнулось в душе, то быстро погасло под влиянием мыслей о приятном сегодняшнем вечере с услужливой и готовой на все девицей.

Охранник расслабленной походкой подходит к фургону, рука не на открытой кобуре, как должно быть по протоколу, а болтается вдоль тела. Его приятель в будке уже тянется к кнопке, готов поднять балку шлагбаума, способную остановить разогнавшийся грузовик. На улице жара, высоко висит аризонское солнце, вокруг пустынная местность от которой поднимается горячий воздух.

— Путевой лист, — говорит простофиля.

И ловит ртом бронебойную пулю. Разлетаются осколки зубов, свинцовая смерть проходит дальше, превращая мозги в жидкую кашу. Тело уже мертво, но еще стоит на ногах, чтобы через секунду рухнуть, как подкошенный столб.

Второй в будке наконец-то понимает, что что-то не то, пальцы вместо кнопки шлагбаума тянутся к сигналу тревоги. Поздно. Пистолет с глушителем плюется второй раз, пуля перебивает позвоночный столб, не давая нейронам донести приказ от мозга к конечностям. Рука плетью провисает, не успев добраться до тревоги, следом валится тело.

— Готово, — деловито сообщает водитель фургона в гарнитуру микрофона.

Напарник выскакивает с другой стороны машины, подбегает к будке и бьет через окошко по пульту охраны. Балка шлагбаума вздрагивает и поднимается вверх. Дорога свободна, фургон трогается, въезжая на огороженную сетчатым забором территорию.

Начинается отчет.

— Двадцать минут, — глухо раздается в эфире на канале общей связи.

— Принято.

Объект «Стратегический резерв» имеет несколько зданий на поверхности, в основном административного назначения. Главные помещения скрываются внизу под землей на глубине многих десятков метров. Несколько уровней, огромный грузовой лифт, и плавный съезд, идущий расходящейся спиралью для грузовиков, не помещающихся на спускаемую платформу.

Подъезжает вторая машина, я открываю дверь, выбираюсь наружу. Нога ступает на раскаленный асфальт. По лицу скользит гримаса неудовольствиям, никогда не любил жару, особенно если дело происходит в пустыни, пусть даже аризонской.

— Внешняя связь отрезана, — сообщает вставшая рядом Даниэла. Как и кадавры, сегодня она в боевом облачении, черная экипировка, глухой закрытый шлем, сейчас покоящийся на сгибе локтя, заброшенная за спину штурмовая винтовка, на бедре пистолет.

— Хорошо. Приступайте, — я киваю, вновь без всякой приязни бросаю косой взгляд на желтый шар солнца и упругим шагом направляюсь к главному входу в хранилище в виде мощных бронированных створок.

Какое-то время прикрывающие операцию хакеры будут отсылать сигналы, имитируя обычную деятельность на объекте, но долго это не продлится, фальшивку распознают и поднимут тревогу на общеклановом уровне. И сюда ломануться толпы вооруженного до зубов народа.

Двадцать, максимум тридцать минут, именно столько выходило по всем расчетам, прежде чем к нам заявятся гости.

— Мы входим, — сообщает Даниэла по выделенному каналу.

Она в авангарде вместе с ударной группой кадавров, прятавшихся внутри фургона. Они заходят через запасной вход, предназначенный для прямого спуска на одном из трех грузовых лифтов.

— Принято, — я в последний раз оглядываюсь. Видневшаяся за сетчатым забором пустыня выглядит мертвой, но это обманчивое впечатление, вскоре на горизонте появятся черные точки, вырастающие в десантные вертолеты с атакующими дронами прикрытия.

Надо поторапливаться, задержка может оказаться для группы фатальной. Быстрый налет и такой же быстрый отход, забрав все что успеем прихватить и уничтожив остальное.

В отличие от штурмовой команды я в обычном полевом камуфляже колумбийского спецназа без знаков различия, это позволяет чувствовать окружающий мир всеобъемлюще через призму переплетения магических потоков во внешней среде.

— Намутили они, — я качаю головой, но быстро сосредотачиваюсь.

Фламберги хорошо постарались, защищая свою собственность, но использовали в основном артефакты. Что логично, учитывая специализацию рода.

С одной стороны, это может вызвать проблемы. Когда тревога внутри бункера включится, то автоматически активируются встроенные магические системы охраны, не требующие участия людей, и штурмовым группам придется несладко.

С другой стороны, отсутствие операторов является слабостью защиты, любой механизм, даже созданный умельцами своего дела, обладает ограниченным функционалом, не умеющим выходить за рамки заложенных программ поведения.

Любой охранный артефакт работает по принципу: действие — отклик, и большую часть времени находится в спящем режиме для сбережения энергоресурсов. Но если отключить сенсоры, реагирующие на внешние раздражители, то даже самая совершенная система не сработает. Попросту не поймет, что происходит нечто незапланированное.

Я подхожу к массивным створка главного входа, ладонь мягко опускается на нагретый металл. Небольшое усилие. От руки разбегаются быстрый искры, похожие на серебристые змейки.

Со стороны это выглядит просто, в действительности начинает работать очень сложное структурированное заклинание, напрямую воздействующее на переплетения магических потоков, спрятанных глубоко под землей.

— Десять секунд, — я говорю в микрофон.

Именно столько потребуется времени, чтобы усыпить защитные артефакты. Точнее, не дать им проснуться, наполнив коридоры разветвленного бункера смертью.

— Принято, — голос Даниэлы спокоен и собран. Она в привычной стихии и знает, что делать.

В то же мгновение громадные створки вздрагивают и начинают приоткрываться. Сначала неохотно, затем все сильнее, раздвигаясь в разные стороны. Показалась толщина главных дверей объекта, и она впечатляла. Как у огромного сейфа, размером с целое здание.

Снаружи ничего не изменилось, фургон и машина все так же на стоянке, за сетчатым забором красноватая пустыня, раскаленный воздух знойным маревом лениво поднимается над потрескавшейся землей, в небе шар раскаленного солнца. Окрестности окутывает неестественная тишина.

Я делаю глубокий вздох, и когда створки достаточно расходятся, выбрасывая руку вперед, мысленным посылом создавая небольшое усилие.

Из пустоты возникает белый сгусток, похожий на невзрачный комок призрачной грязи. Ощущение длиться мгновение и заканчивается глубокой перестройкой структуры пущенного в ход заклинания.

Гибкие льдистые щупальца появляются из получившегося клубка и стреляют вперед, подобно брошенным копьям. Стоявшие прямо за створками наготове охранники с мощными штурмовыми винтовками наперевес не успевают среагировать. Пальцы давят на спуск, но стволы уже задраны вверх, бесполезно выпуская ворох пуль в бетонное перекрытие. Тела в бронежилетах насажены на льдистые пики, подобно пойманным бабочкам.

Морозный холод скользит по темному зеву открывшегося прохода. Потолок идет полусводом, ширина огромна — легко разъедутся пара армейских грузовиков. В другом конец появляется новая порция охранников, они здесь всегда, но скорость реакции на вторжение снижена в несколько раз от допустимых значений. Они успевают только выстроиться, — и умереть, в этот раз даже не выпустив ни одной пули.

Падают пронзенные тела, плещется кровь, резко застывая комочками льда.

Обжигающий холод в форме тонких полупрозрачных щупалец скользит дальше. На полу, стене и потолке остается изморось в виде корочки белесого льда, похожего на мох с тонкими иглами. Это необычный лед, он пришел из другого мира, где властвует Хлад.

— Мы на месте. Получили доступ к внутренним системам, — докладывает Даниэла спустя короткое время.

Дальше просто: поиск через комп-терминал, выбор нужных секций и подразделов, отправка команды на погрузку. Хранилище каталогизировано и автоматизировано, начинается работа. По полутемным складам начинают скользить электрокары в форме плоских грузовых платформ.

— Десять минут до отхода, — напоминаю я, бросив быстрый взгляд на наручные часы, где включен обратный отчет.

Я не иду вниз, остаюсь наверху, прикрывая на случай преждевременного прибытия подкрепления. Обстановка внизу спокойная, кадавры действуют деловито, без суеты, выполняя приказы. Если надо убивают, если нет, обходят стороной, не реагируя на слабые попытки сопротивления. Без жалости, но и без страха, выполняя поставленную задачу.

Персонал базы растерян и особо не лезет на рожон, изображая героев. Появление штурмовых групп застало врасплох. Их всего три, по пять человек в каждом, но из-за массивных техно-магических доспехов бойцы выглядят страшно, и люди в большинстве прячутся, подчиняясь инстинкту самосохранения. Не самое глупое поведение, учитывая происходящее.

— Начинаем подъем.

Через пару секунд заработал грузовой лифт, поднимая забитый под завязку тентованный грузовик с эмблемой клана Фламбергов на боку. Гараж комплекса находился на одном уровне с хранилищем и терминалом погрузки, мы не изобретаем колесо, заимствуя чужие машины на месте.

В дальнем конце сводчатого коридора разошлись створки огромного лифта, взревев мотором грузовик съехал с пандуса и покатился по широкому коридору к солнечному проему. Когда проезжал мимо, я успел заметить, что за рулем сидит кадавр, в черной броне с трудом поместившийся в кабину.

— Второй на подходе, — сообщает по связи Даниэла, она прикрывает отход, заодно контролируя работу погрузчиков и оставшихся кадавров.

— Сколько всего?

Забрать все физически невозможно, но самое ценное надо обязательно увезти.

— Еще три. Всего четыре грузовика, — докладывает Даниэла.

Хмм, не так плохо, обошлись малым, думал придется взять шесть или семь машин.

— Ты уверена, что забрали все по списку? — всякий случай уточняю я.

— Уверена, на каждом контейнера буквенно-числовой код с обозначением содержимого внутри. Когда грузили, я лично все проверила.

— Хорошо, — говорю я и вновь оглядываю горизонт аризонской пустыни. Чисто. Только глубокое голубое небо и раскаленный шар солнца над головой.

За первым грузовиков выехал второй, за ним третий. Четвертый появился спустя еще несколько минут, до назначенного срока оставалось немного.

Грузовики остановились перед поднятыми шлагбаумом рядом с будкой охраны, где на асфальте продолжали лежать тела ликвидированных вначале операции охранников. Сформирован небольшой конвой с фургоном во главе. Легковушку бросим здесь, свое предназначение она выполнила.

— Поторопитесь, — велел я, снова мазнув глазами по циферблату на запястье.

И следом еще один взгляд на горизонт. Чисто. Где же черт возьми кавалерия? Неужели ошиблись, и Фламберги не так хорошо заботились о безопасности своей собственности, как пытались показать?

Но чутье подсказывало, что пока рано расслабляться и что основной бой еще впереди.

— Вторая группа докладывает, что захватила аэродром. Два транспортных самолета готовят к вылету, — доложил оператор, следящий за общей ситуацией со стороны.

— Активность противника? — тут же уточнил я.

— Отрицательно.

Неплохо. Похоже все прошло хорошо. Мелкая транспортная компания, базирующаяся неподалеку сразу привлекла внимание непропорционально большими для своих потребностей взлетными полосами. Официально фирма владела небольшой флотилией самолетов среднего и легкого класса, но на спутниковых снимках было видно, что парк бортов намного обширнее и включает тяжелые транспортники. Стало понятно, что это еще одно прикрытие Фламбергов, чтобы доставлять грузы в убежище по воздуху.

Тут мы тоже решили особо не изворачиваться и воспользовались транспортом врага. Тем более, что он так удобно расположен — всего в паре десятков миль от «Стратегического резерва».

Наконец показался последний грузовик, я пропустил массивную махину мимо себя, но машина затормозила. Из бокового окна со стороны пассажирского сиденья выглянула Даниэал. Она подняла темное забрало шлема и посмотрела на меня.

— Ты можешь поехать с нами. Судя по всему они так и не подняли тревогу, — сказала она. В глазах скрытая тревога и желание, чтобы я поехал вместе со всеми. По моему лицу скользнула улыбка. Как же это приятно, когда о тебе заботятся и волнуются, особенно когда это делает любимая женщина.

— Они быстро поймут каким путем мы ушли и попытаются сбить транспортники, — указал я. Мы уже об этом говорили, но каждый раз возвращались к обсуждению. — Если я окажусь на борту, это свяжет меня, не позволив действовать в полную силу. Вы должны уходить.

Даниэла неохотно кивнула. Она понимает резоны, но не хочет их принимать.

— Я могла бы остаться со штурмовой группой, прикрыть тебя, — сказала она.

Я отрицательно покачал головой.

— Это слишком опасно, — и не слушая дополнительных причин приказал, обращаясь напрямую к бойцу за рулем. — Езжай!

Кадавр не посмел ослушаться прямого приказа, машина дернулась и поехала. Перед глазами мелькнула эмблема Фламбергов на брезентовом тенте грузовика. Вскоре конвой выезжал на асфальтированную дорогу, ведущую к скоростной трассе.

Я посмотрел, как цепочка грузовиков удаляется, стремительно набирая скорость, и повернулся к чистой линии горизонта. Слегка театрально размял пальцы, по лицу скользнула усмешка, и стал терпеливо ждать.

Глава 23

23.

Североамериканский континент.

Аризона. Район пустынь.

Секретный объекта клана Фламбергов «Стратегический резерв».

09:45 по местному времени.

Черные точки появляются на горизонте ровно через тридцать минут после того, как фургон переехал через шлагбаум. Они заходят сразу с двух направлений: северо-востока и северо-запада, и это почему-то совершенно не вызывает удивления.

Греи и Саграси объединились.

Десантно-штурмовые вертолеты в сопровождении дронов поддержки стелятся над землей, под брюхом с умопомрачительной скоростью проносится аризонская пустыня с ее красноватым песком и камнями. На борту каждого усиленные отряды кланового спецназа в полной боевой выкладке. Во главе боевые маги, иначе и не могло быть.

Вертушки, как и дроны вооружены — на подвесках спаренные пулеметы и скорострельные авиационные пушки, способные вдребезги разнести средних размеров броневичок. Самонаводящиеся ракеты идут отдельным блоком, хищные кончики выглядывают из пазов, готовые ударить в любой момент со средних дистанций.

Спецназ вооружен не хуже, на каждом магическая техно-броня, не уступающая «Зимнему Стражу», каждый вооружен стрелковым пехотным комплексом с начинкой, чье изначальная природа ориентирована на разрушение.

Такие же их командиры — опытные воины-одаренные, прошедшие не одну клановую кампанию. Они сами по себе живое оружие, способное снести с лица земли небольшой городок. Они уверены в себе, обучены, подготовлены. Они могут справиться с практически с любым врагом и думают, что их никто не сможет остановить.

По краю сознания мелькает тень сомнения. Непонятно откуда такая уверенность, такой напор и столь демонстративное появление. Дистанционные операторы-наблюдатели не могли не понять с кем придется столкнуться поднятым по тревоге боевым группам. Но они все равно нахраписто прут вперед, словно уже предвкушают победу.

Мелькает мысль, что в одном из вертолетов могут сидеть патриархи, по одному от каждого клана, но потом приходит понимание, что происходит в действительности.

Проверка и отработка удара.

Они знают кто наведался в хранилище, ждали этого и намеренно позволили вломиться внутрь, взять что хотим и уйти, понимая, что останусь прикрывать отход своих людей. Не мог не остаться, ибо так диктует логика, основанная на проведении боевых операций.

Мое поведение просчитали, признали приемлемым и отправили боевые отряды, посчитав, что они справятся с Проклятым. И для этого имелась причина, ставшая не только основой расставленной ловушки, но и послужившая поводом для заключения мира между двумя воюющими кланами, плечом к плечу выступившими против общего врага.

Стоило об этом подумать, как ответ пришел сам собой. Меня хотят убить. Именно меня Андрэ Бельского. И все это оказалось гигантской ловушкой, с момента, как люди лорда Саграси передали флэшку с куском базы данных про Фламбергов.

Когда идет Проклятый нет шансов. Всесокрушающая сила сметает любую преграду. Глупо вставать на пути разрушительной стихии. Но они встают, потому что думают, что победят. И нельзя сказать, что у них не имелось на это причин.

Они рассчитывают навязать классический встречный бой, даже отсюда я чувствую волну искажений со стороны быстро приближающихся вертолетов — блокираторы нового поколения готовы накрыть прилегающую окрестность, не дав мне уйти.

Вот откуда такая уверенность, вот откуда такой нахрапистый настрой.

Хотят проверить новые игрушки против Отверженных. Последний этап испытания перед массовым использованием против остальных Проклятых. Хотят опробовать метод уничтожения, прежде чем выйти против более сильного врага. Ведь несмотря на репутацию, в силу возраста и малого опыта, я считаюсь самым слабым из Двенадцати.

Все это со скоростью молнии мелькает в голове, и мне бы стоило бежать, если бы не одно — «но».

Я тоже просчитал поведение патриархов. И соответствующим образом подготовился.

— Добро пожаловать, придурки, — тихо шепчу, доставая из кармана обычный смартфон.

Пальцы набирают код на экране, в эфир отправляется закодированный сигнал. Спрятанные на пути вертолетов ящики раскрываются, откидываясь назад. На свет выглядывают металлические цилиндры, рядом поднимается небольшой хоботок, кончик раскрывается подобно цветку странного металлического окраса — антенна радара, она начинает работать, выискивая в воздушном пространстве цели для поражения.

Это военная разработка, специально предназначенная для поражения низколетящих целей, таких как вертолеты и дроны. Умное оружие, которое надо лишь активировать, дальше слежение и поражение целей происходит в автоматическом режиме. Его невозможно засечь, ему невозможно ничего противопоставить, а главное — никто не ожидает, что я стану его использовать. Ведь я Проклятый, один из сильнейших магов планеты, и по идее любого одаренного в первую очередь должен рассчитывать на колдовские силы.

Эта ошибка стоит нападающим жизни.

Черные точки приближаются, вырастая в размерах, я спокойно стою, наблюдая за происходящим. Когда вертушки пересекают невидимую черту по пустыни проносится череда глухих хлопков — срабатывает технологическая ловушка, устроенная одним из Истинных Князей, не признающих превосходство техники.

По моим губами невольно скользит усмешка. Этот случай войдет в историю, как один из самых ироничных эпизодов противостояния между кланами и Проклятыми, когда сильный маг обращается за помощью к технологиям.

На высоту нескольких десятков метров подбрасывает гладкие металлические цилиндры на пути скользящих над землей вертолетов. Сенсоры определяют местоположение каждого в воздухе и в нужный момент осуществляется подрыв.

Новая серия хлопков. В этот раз на высоте нескольких десятков метров. Убийственная шрапнель из металлических шариков бьет наповал. Стекло кабин вертолетов не справляется, пилоты убиты. Двигатели так же поражены, корпус прошивает насквозь. От вертолетов идет густой дым. Почти все разом дергаются и накреняются к земле. Два или три взрываются — в небе расцветают огненные цвети.

Падение. И новая порция взрывов.

В тот же миг раздается протяжные сигнал пожарной тревоги из хранилища, оставшегося позади. У людей несколько минут, чтобы покинуть бункер, затем сработают заложенные кадаврами по приказу Даниэлы взрывпакеты с термобарической смесью, устраивая гигантский пожар. Оставшиеся артефакты должны быть обязательно уничтожены.

Над линией горизонта поднимаются густые клубы маслянистого дыма. Видны обломки рухнувших вертолетов, фигурки людей. Десант выжил. Маги тоже. Но стабильная работа блокираторов нарушена.

Следующий ход.

Вся битва расписана по минутам. Сначала Саграси, они вдали от родной стихии открытого моря. Я делаю шаг, и линия горизонта бросается навстречу, срабатывает магия пространства за секунду перенося к месту крушения.

Я убиваю молча и сосредоточенно. Выжившие ничего не успевают предпринять, пара вялых попыток от оглушенных боевых магов не в счет. Убиваю без спешки и суеты, как выполняя неприятную, но необходимую работу. Четко и сосредоточенно, проследив, чтобы никто не выжил. Бойня должна стать показательной, продемонстрировав серьезность намерений не только со стороны лидеров кланов, но и Проклятых. Что легкой прогулки не получится, что драка будет жесткой. Насмерть.

Подобный подход должен дать пищу для размышлений рядовым клановцам. Ведь идти на острие атаки придется именно им, расчищая путь патриархам. Прибавить к этому слухи о конце света, и атмосфера сомнений и неуверенности завладеет многими. Вряд ли вызовет полноценный раскол, но разногласия спровоцирует. А когда перед сражением бойцы врага спорят между собой и вступают в дискуссии — это уже половина победы.

Последний Саграси поднимает измученное лицо, в глазах ненависть и недоумение. Как же так, ведь им обещали, что сила Проклятого будет нейтрализована. Это мужчина средних лет, крепко сложен, с легкой проседью короткостриженых волос на висках. Боевой маг клана, привыкший доминировать и не понимающий, как сплоченный отряд застали врасплох.

— Учусь у вас, — криво усмехаюсь я, отвечая на невысказанный вопрос в глазах клановца. — Технологии прекрасная штука, если правильно их использовать.

Он понимает. И умирает с этим пониманием во взгляде, когда кинжал из льдистого материала мягко входит под волевой подбородок.

Кончено. Это последний. Я поворачиваюсь в сторону другого источника черного дыма на горизонте. Там Греи, и там будет чуть тяжелей. Стихия Смерти опаснее Моря, и могут возникнуть сложности.

После крушения бойцы и маги дезорганизованы, но все с внушительным опытом за плечами, а значит, пока я разбирался с Саграси уже пришли в себя и ожидают атаку. Блокираторы выведены из строя, но могут поджидать другие сюрпризы.

Я медлю, намеренно неспешно поднимаю руку. На кончиках пальцев зарождается сгусток энергии. Он переливается белесым сиянием, выбрасывая тонкие щупальца в разные стороны, превращаясь в игольчатую сферу. Это длится мгновение, затем наступает момент стремительного преображения.

Сфера вытягивается в тонкую, едва заметную человеческому глазу струну. Она тихо подрагивает, и эта дрожь затрагивает магический фон, вызывая вибрацию, заставляя действовать заклинание в унисон с гуляющими вокруг потоками энергии.

На месте крушения отряда Греев несколько фигур замирают на месте. Это маги, они уловили воздействие на магический фон и принялись лихорадочно выстраивать защиту. Наспех слепленные конструкты выглядят нелепо, но в них влито сумасшедшее количество энергии, заимствованной из кристаллов-накопителей, которые атакующие взяли с собой.

Струна срывается с кончиков пальцев и устремляется вперед. Толщиной с человеческий волос она быстро расширяется, раскидываясь в разные стороны на сотню с лишним шагов. Одновременно это проявляется в видимом спектре, и любой наблюдатель теперь может видеть действие пущенного в ход заклинания.

Струна превращается в волну льдистого света. Резко падает окружающая температура. Воздух застыл, по сухой земле скользят извилистые змейки льда. Волна начинает стремительный бег.

На секунду кажется, что раскаленный шар солнце над головой потускнел, а на аризонскую пустыню опустились сумерки, словно наступило затмение. Но морок быстро развеивается и становится ясно, что над красноватым песком бежит волна ужасающего холода, вымораживая все на своем пути.

Паника среди выживших Греев нарастает, следуют одна попыткой за другой остановить надвигающийся смертельный хлад, но все удары поглощаются волной без остатка. Создается впечатление, что она даже ускоряет бег, получив новую порцию дармовой энергии.

Красноватый песок пустыни исчез, вместо него бугристое образование с синеватым оттенком, от которого идут мертвые отблески потустороннего света. Даже у меня пробегают по спине мурашки, настолько чуждым кажется получившийся лед. Кажется, что небольшая область Аризоны переместилась в другой мир, выбросив вместо себя из других измерений странное льдистое образование.

Слышатся выстрелы, быстро превращаясь в беспорядочную стрельбу. Нервы у клановских спецназовцев не выдерживают, они присоединяются к попыткам магов остановить движение необычной волны.

Но все оружие мира против порождения чистого Хлада бесполезно. Это локальный прорыв, устроенный в динамической формации первородной стихии. Она непрерывно изменяются внутри, сохраняя снаружи форму волны. Это одновременно процесс разрушения и созидания, хаоса и порядка, поэтому его нельзя уничтожить, поэтому его невозможно остановить.

Я любуюсь собственным творением, как произведением искусства. Выбирая, что применить против врагов, я потратил немало времени, выстраивая такую структуру. Это было сложно и увлекательно, потребовало много сил, но оно того стоило.

И только где-то в глубине души, где неспешно перекатывается аморфной субстанцией Хлад, что-то в последний миг мелькнуло. Момент торжества? Или окончательное принятие своей природы. Сути того, кем меня давно считают другие — Проклятым, способным не просто напрямую обращаться к первородным стихиям, но и плести из них сложные структуры, превращающиеся в основы для убийственных заклинаний.

И я понимаю, что только что взошел на очередную ступень. Это немного пугает, потому что неизвестно что ждет впереди, но быстро проходит вместе с пониманием, что по-другому и быть не могло.

Все происходит так, как должно происходить.

Волна накрывает далеки фигурки воинов Греев вместе с чадящими обломками сбитых вертолетов. Миг — и толстые клубы маслянистого дыма исчезают, как по мановению руки. Все превращается в ледяные скульптуры — люди, сгоревшая техника, потрескавшаяся почва под ногами. Все.

На небольшом пятачке аризонской пустыни Хлад поглотил и выпил из окружающей среды все краски и все тепло этого мира, оставив после себя лишь странный, чуждый для этого измерения лед.

— Потому что по-другому и быть не могло, — тихо шепчу я, и еще несколько секунд любуюсь получившейся композицией. А затем открываю портал.

Грузовые самолеты с добычей, Даниэлой и отрядом кадавров взлетели и взяли курс на Южно-Американский континент, держась ниже линии радаров. Мне тоже пора уходить.

* * *

Спустя два дня.

Южно-Американский континент.

Район Амазонии. Бывший исследовательский комплекс.

— Неплохое ты устроил представление, — Голицын на экране ноутбука выглядел слегка усталым и напряженным одновременно.

— Какое именно? — пошутил я, но князь не принял веселый тон.

— В пустыне рядом с хранилищем Фламбергов. Ты в курсе, что все происходящее записали камеры на заборе объекта? Я уже не говорю про спутники, в подробностях зафиксировавшие происходящее внизу.

Я пожал плечами.

— Ну и что? Это и должно было стать наглядным уроком. Демонстрацией, что с нами не так легко справиться.

Последовала долгая пауза. Голицын глядел поверх моей головы, словно раздумывая, говорить ли следующие фразы. Которые спустя секунду упали подобно тяжелым булыжникам:

— Мы ошиблись. Наши действия ускорили ход событий, слухи об устраиваемом патриархами армагедоне и устроенная тобой стычка подтолкнула лидеров кланов к активным действиям.

Я сразу понял, о чем речь, и скрипнул зубами. Хотели затормозить процесс, распространяя информацию о конце света среди одаренных и обычных людей, но вместо этого спровоцировали его ускорение.

— Когда? — коротко спросил я.

Пожатие плеч с экрана.

— Спутники уже давно выводились на орбиту, последние запустили пару недель назад. Так что думаю у них все готово. Источник сообщил, что все произойдет в ближайшее время.

Еще одна пауза. Я быстро обдумывал варианты. В принципе, я всегда подсознательно знал, что остановить процесс не получится. Патриархи были кем угодно, но только не дураками. Тщательная подготовка и хорошо разработанный план гарантировали, что замысел в конце концов удастся, достигнув заключительной фазы. Тем или иным образом.

— То есть, они решили повременить и не нападать на Проклятых? Оставить на потом, сначала устроив свой Армагеддон? — уточнил я. — Разве это не противоречит логике? Справится с нами проще, имея поддержку из бойцов, обряженных в техно-броню. А без энергии никакая броня и современное оружие работать не сможет.

Голицын покачал головой.

— В этом все и дело, — он хмыкнул. — Именно твоя схватка у хранилища, окончившаяся разгромом двух не самых слабых отрядов, показала, что с технологической точки зрения перевес не на стороне патриархов. Ты сам использовал технику, да еще так ловко, что никто этого не ожидал. Понимаешь, о чем я?

Я понимал, поэтому мрачно кивнул. Было ошибкой слишком сильно демонстрировать свое превосходство. Или другими словами — я слишком легко и быстро разобрался с летящими убивать Проклятого ударными отрядами. И теперь за это расплачивается весь мир.

Еще одна ирония судьбы, о которой можно будет рассказывать в учебниках истории.

— Сколько у нас времени?

Князь помедлил и ответил:

— Часы, дни, недели, кто знает. В любом случае, все произойдет в ближайшее время. Патриархи не станут ждать и постараются осуществить задуманное, наплевав на осторожность.

Глава 24

24.

Южно-Американский континент.

Район реки Амазонка.

Научно-исследовательский комплекс. 11:00

С давних времен люди делились на пессимистов и оптимистов. На тех, кто столкнувших с проблемой видит препятствие, и на тех, кто видит возможность. Я относил себя ко вторым, потому что в ином случае, не смог бы продержаться против загонщиков кланов так долго, уходя от преследования и вступая в бой, не когда противнику выгодно, а когда удобно мне, используя даже опасные ситуации к собственной выгоде.

Сообщение Голицына с одной стороны могло показаться катастрофой, что выхода нет и, что лидеры кланов победили, добившись своего несмотря на попытки помешать их безумной затее. Но обдумав все тщательно и взвесив сложившиеся положение вещей, а также еще складывающиеся обстоятельства, я пришел к выводу, что все не так плохо, как могло показаться на первый взгляд.

В конце концов, я заранее допускал подобное развитие событий, поэтому, приказал Даниэле прошерстить сеть о выживальщиках и начать делать закупки согласно сценарию апокалипсиса при одновременном исчезновении энергии во всем мире.

— Но разве это не глупо с их стороны? — спросила Даниэла, вытягиваясь на диване рабочего кабинета, одновременно дразня соблазнительной позой и облегающей одеждой наемницы, так сильно подходившей ей.

— С чьей? — уточнил я, мазнув взглядом по идеальной женской фигуре, особое внимание уделив аппетитным выпуклостям и приятным глазу округлостям.

Я сидел за столом в кресле, передо мной раскрытый ноутбук, справа поставленный на подставку планшет, настроенные на канал новостей. Работы за последнее навалилось много, приходилось почти не вылезать из кабинета, часто обедая прямо здесь. Но ужин всегда был наш, как и последующий вечер, Даниэла это знала, и странно, что сегодня пришла в столь раннее время, до завершения дня оставалось еще далеко.

— Патриархов, — ответила девушка. — Разве они не понимают, что Проклятые станут сильнее, если цивилизация в технологическом плане откатится назад и в мире станет властвовать только магия?

Я кивнул, показывая, что понял вопрос, отвлекся от экрана ноутбука с многочисленными электронными документами. Башка уже болит от этой мути, но и забрасывать нельзя, сейчас самый важный момент во всей истории с концом света.

— Думаю их модифицированные спутники не только нарушат работу электроники, но и каким-то образом повлияют на магический фон. Изначально эти штуки предназначались для выявления нехарактерной для обычных одаренных энергетической активности, в частности — чистых стихиальных сил, — я помедлил, откинулся на спинку удобного офисного кресла и неторопливо качнулся, глядя в потолок, чтобы не сбиться с мысли на соблазнительную позу возлюбленной. — Полагаю умники из военных техно-магических лаборатории сумели усовершенствовать устройства, наделив способностью не только определять местоположение Отверженных, но и мешать им работать со стихиальной энергией.

— Как артефакты-блокираторы?

Я отрицательно качнул головой.

— Нет, скорее, как постановщики помех, если выражаться техническими терминами. Полностью заблокировать магию невозможно, учитывая огромные площади мира, но нарушить привычное течении потоков вполне реально. Теоретически это должно ослабить силу Проклятых, нивелировав превосходство над обычными магами, а учитывая численное превосходство последних, нетрудно догадаться к чему в конечном итоге приведет новое столкновение. Нас просто сомнут.

Даниэла выпрямилась, усаживаясь на диван и нахмурилась.

— И ты так просто об этом говоришь? Надо что-то делать.

Я хмыкнул и кивнул на горящий экран ноутбука.

— Я и делаю, в частности в данный момент активно избавляюсь от всех электронных активов. Акции, облигации, паи инвестиционных фондов, банковские счета — все это не будет играть роли, исчезнув вместе с другими цифровыми импульсами. Зато банка тушенки станет на вес золота, — подумал и уточнил: — Впрочем, физическое золото тоже со временем станет играть важную роль, вернув себе утраченный статус средства оплаты. Как и серебро и другие драгоценные металлы, которые можно будет использовать в этом качестве в изменившемся мире.

— Но я не это имела ввиду, — указала Даниэла. — Если лидеры кланов устроят новую охоту на Проклятых, получив преимущество, то скрыться от них в новом мире будет намного сложнее.

— Или, наоборот, проще, учитывая отсутствие систем слежения — возразил я и пожал плечами. — В любом случае, полагаю до этого еще далеко. Нужно решать проблемы по мере их наступления, иначе не хватит времени подготовиться к основным событиям. Которые, к слову, похоже действительно близко, — я кивнул на планшет, где шли новости. Звук был выключен, но красочные кадры говорили лучше любых слов.

В крупнейших городах планеты вспыхнули беспорядки. Все началось вчера вечером и распространилось подобно пожару. До массовых бунтов, перерастающих в вооруженные восстания, дело пока не дошло, но улицы уже заполонили толпы народа, требующих ответов на неудобные для властей вопросы. Слухи о конце света вдруг обрели материальную убийственность правды — проект ближайшего будущего, которого уже не избежать.

Подозреваю, виновные скрывались в самом проекте. На заключительном этапе работающие над программой запуска спутников и разработчики сложного-техно-магического оборудования не могли не понять для чего все это предназначалось. Хотя уверен, до этого их держали в неведении, давая доступ лишь к части данных, изолируя от остальных участников проекта. Весьма эффективный способ, прекративший действовать, стоило появится информации о всем замысле. И тогда кусочки пазла сложились. Работавшие каждый над своим элементом проекта увидели полную картину.

Возможно, грациозность замысла кого-то и восхитила, но большинство оставалось обычными людьми, и поделились переживаниями с родными. Дальше просто — информация разошлась подобно пожару, в нынешний век социальных сетей это случилось за пару часов, став достоянием общественности не в виде невнятных слухов, а чуть ли не стопроцентным подтверждением со стороны участвующих в проекте сотрудников.

И общественность взорвалась. Точнее пока взволновалась, требуя объяснений. Пресс-секретари крупнейших кланов и родовых корпораций отбивались, списывая все на мистический заговор сумасшедших конспирологов, но делали это столь неумело, что даже до самого тупого дошло — ребятки в костюмах сами не в курсе происходящего, а значит ситуация еще более серьезная, чем есть.

День, два, и произойдет взрыв. События развивались стремительно, застав врасплох своей непредсказуемостью. Ситуация в равной степени могла повернуть вспять или продолжить двигаться дальше. Лорды и князья вполне могли сдать назад, поняв, что штука с обвинением в наступившем конце света в адрес Проклятых не сработала. А это один из базисных тезисов, на которых должен держаться будущий мир, лишенный привычных благ цивилизованного технологического развития. Иначе как объединить людей, заставив терпеть невзгоды? Только дать общего врага, против которого необходимо сражаться.

— Они не отступят, — я покачал головой, отвечая на собственные мысли. Взгляд не отрывался от планшета, где внизу под красной строчкой мелькали названия городов с кадрами митингов.

— Ты про кого? — тут же уточнила Даниэла. Она уже отказалась от роли игривой кошечки и теперь сидела с ровной спиной на диване, просматривая ленту новостей на смартфоне.

— Про наших общих друзей патриархов, — криво усмехнулся я. — Ребятки зашли так далеко, что теперь ни за что не повернут назад. Слишком много поставлено на кон, чтобы отступать в такой момент, даже несмотря на то, что все пошло не совсем по плану.

Девушка подняла глаза, отрываясь от телефона.

— Насколько я понимаю взаимоотношения внутри клановых структур проявление слабости сочтут поводом для смещения лидеров и замены на более сильного.

Я кивнул.

— Да. Нынешние вожди это понимают, поэтому не отступят, иначе их перебьют свои же. Не рядовые, а ближайшее окружение, которое сейчас внимательно наблюдает за происходящим. Провал не простят. Даже короткую отсрочку не примут, посчитав это уязвимостью. Либо ты на вершине, смело ведешь за собой клан и род, либо внизу у подножья в виде трупа с перерезанной глоткой, — я вдруг вспомнил своего биологического отца и усмехнулся: — Хотя так разумеется не всегда, бывают исключения из правил, когда слабак умудряется удержаться у власти, используя Советников из обычных людей, щедро поделившись с ними властью. Но это все равно рано или поздно приводит к поражению.

Перед глазами мелькнула берег священного Сейд-Озера и старый князь, похожий на развалину, умирающий в одиночестве. Жалкое зрелище.

— Выходит, они запустят спутники в любом случае, — заметила Даниэла.

— Спутники уже на орбите, — поправил я. — Осталось только включить установки на борту. Думаю, сейчас идет завершающая настройка систем или нечто подобное.

В кабинете на несколько секунд повисла тишина. Брюнетка обдумывала услышанное.

— И что будем делать мы? — осторожно поинтересовалась она спустя небольшую паузу. — Сидеть, ожидая конца мира?

С моей стороны раздался короткий смешок.

— Звучит как-то не слишком оптимистично, не находишь? — я посмотрел на нее.

Она пожала плечами.

— Зато правдиво.

Не поспоришь.

— Бразилия чудесная страна, климат здесь замечательный, но Амазония слишком открытое место для основания собственного домена, — спустя небольшую паузу медленно протянул я. — Здесь будет очень трудно защищаться, если наступит момент, когда кто-то осмелиться напасть серьезными силами. И речь не о об отдельных разведывательно-диверсионных группах или даже парочки боевых отрядов в полной боевой выкладке, а о полноценном штурме с использованием многочисленных подразделений.

Она это понимала, но будучи кадровым военным не могла не указать на очевидную слабость в нити размышлений.

— Но комплекс располагается в удаленном районе, труднодоступном даже сейчас, когда техника работает, и наземная и воздушная для переброски десанта. Когда же самолеты и машины исчезнут, добраться сюда станет еще сложнее. С учетом особенностей местности — практически невозможно, — пауза и осторожное уточнение: — По крайней мере для действительно многочисленных сил, которые ты опасаешься.

Я ожидал подобные возражения, потому что сам уже не раз думал о дальнейших действиях, рассматривая ситуацию с разных сторон. Все верно — предельная удаленность бывшего исследовательского комплекса могла сыграть роль естественной защиты, но она отнюдь не гарантировала полную безопасность. Здесь не было основного элемента, имеющего все шансы стать в будущем главным козырем в возможном противостоянии с патриархами.

— Дело не в этом, — я покачал головой. — Амазонка простая река, а нужно кое-что большее.

Глаза Даниэлы вспыхнули. Она поняла.

— Сейд-Озеро! — воскликнула девушка.

Я неохотно кивнул.

— Да, старый родовой источник Бельских. Он может стать сильным подспорьем, если орбитальные спутники патриархов повлияют на стихиальные силы, — я помедлил и пояснил: — На данный момент моя связь со стихией такова, что при желании я мог бы создать магический источник прямо здесь…

— Так создай! — перебила меня Даниэла и смутилась. — Извини.

С моей стороны последовала понимающая улыбка.

— Ничего, все мы немного на взводе. Но возвращаясь к вопросу: да создать новый источник можно и даже наполнить его Хладом, но это будет… — я замолк, перебирая пальцами в попытках подобрать понятные слова, и наконец изрек: — … это будет своего рода новодел. А нужно нечто другое, нечто старое, нечто фундаментальное, пропитанное стихией насквозь, что даст необходимую опору для силы, — я с извиняющей улыбкой развел руками: — Не знаю, как еще лучше объяснить.

Но кажется Даниэла поняла.

— Хочешь сказать, новый источник будет слабее старого и враги смогут его заглушить?

— Скорее не дать развиться в полноценную основу для проявления стихиальных сил с другой стороны. Это как дерево, можно пересадить даже могучий старый дуб, но потребуется время, чтобы он пустил глубокие корни, твердо встав на земле. И боюсь нам этого времени не дадут. Проще использовать старое, проверенное временем древо.

Брюнетка помолчала и указала на очевидное:

— Но твои родственники тебя не пустят обратно. Ты сам говорил, что они ни за что не признают твою власть над собой. И дело не только в той парочке, о которой ты рассказывал: княжне Юлии и дяди Германе, а обо всех выходцах из правящей семьи, всех Бельских.

Я кивнул, слегка удивленный насколько хорошо и быстро разобралась Даниэла во взаимоотношениях внутри клана Сокола, чьим формальным лидеров я пробыл совсем короткое время.

— Все верно, но есть кое-что, что займет моих родственничков в ближайшее время, и думаю они будут думать не о бывшем владении, а о спасении собственной шкуры.

Даниэела нахмурилась.

— И что это?

По моему лицу скользнула неопределенная улыбка.

— Позволь пока это останется моим небольшим секретом. Пока рано об этом говорить, не уверен, что все пойдет именно так. Сама видишь, ситуация меняется стремительно, возможно главные действующие лица все решат переиграть, не хочу потом выглядеть идиотом.

Девушка улыбнулась.

— Ты в любом случае не будешь выглядеть идиотом.

Мы рассмеялись. Какое-то время в кабинете царила тишина, я вернулся к изучению графиков на экране лэптопа, Даниэла смотрела в смартфон.

— Ты знал, что репродуктивные органы кадавров почти соответствуют человеческим? — неожиданно спросила она, поднимая взгляд.

Я оторвался от ноутбука, несколько секунд смотрел в глаза любимой женщины, затем спокойно кивнул.

— Знал, Глебов и Пацио долго не могли отойти от удивления, когда проследили путь развития зародыша и поняли, что теоретически выращенные в пробирках големы способны к размножению, — я посмотрел на Даниэлу. — Поверь, я тоже был удивлен. Но почему тебя это так волнует?

— Неизвестно кто появится после таких связей. Это будут другие кадавры или иные создания? Можно ли будет их называть людьми? И не много ли мы на себя взяли, создав такое количество особей, могущих стать источников для новой расы антропоморфных созданий?

Как и большинство населения Латинской Америки Даниэла исповедовала католическую веру, где роль Создателя отводилась только Богу. Меня такие мелочи не волновали, ведь маги создавали големов уже не один век. Пусть даже прошлые куклы и походили на нынешних, как деревянная телега на современный спорткар.

— И еще я подумала, что может создание существ, способных к размножению, и следовательно к увеличению собственной популяции без использования сложного технологического оборудования, могло быть одним из элементов плана патриархов при конце света, — сказала девушка.

Я на секунду задумался.

— В смысле заместить население, если вдруг что-то пойдет не так и обычные люди не смогут приспособиться? — я пожал плечами. — Возможно. Уже понятно, что изначальный замысел имел несколько слоев…

Меня перебил планшет, запрограммированный на включение звука при появлении экстренных выпусков новостей. Параллельно автоматический включился висящий на стене телевизор, настроенный на тот же канал.

— «Срочные новости из Конфедерации. Объединенный союз клана Старицких и Волков-Русов осуществил нападение на Северный Удел, вотчину клана Бельских. По подтвержденным данным с места события высадка была осуществлена сразу в нескольких местах для захвата стратегических важных объектов…»

— А вот и то, о чем я не хотел рассказывать раньше времени, — неспешно проронил я и посмотрел на Даниэлу: — Объявляй общую тревогу. Наши боевые отряды должны быть готовы выступить в течении ближайших часов.

Даниэла ничего не сказала, молча подхватилась с дивана и направилась к выходу. Я откинулся на спинку кресла и качнулся назад, глядя на экран телевизора, где показывались кадры с улиц столицы Северного Удела. События и впрямь развивались стремительно.

Глава 25

25.

Южно-Американский континент.

Бассейн реки Амазонки.

Бывший научно-исследовательский комплекс. 13:15

CNN:«Продолжаются беспорядки в крупнейших городах мира. Почти все мегаполисы, а также города-миллионники охвачены хаосом. Протестующие выходят на улицу, перегораживают дороги, парализуя транспортное сообщение и мешая работе муниципальных служб. Любые попытки разогнать людей приводят к ожесточенному сопротивлению. Известно о многочисленных жертвах, когда полиция пыталась приступить к своим непосредственным обязанностям, пресекая противоправное поведение митингующих, и почти каждый раз подобные попытки заканчивались кровопролитием. По неподтвержденным данным известно о нескольких случаях, когда рядовые представители сил правопорядка отказывались выполнять приказы вышестоящего начальства, аргументируя это тем, что люди имеют право получить ответы на интересующие вопросы. По словам экспертов, знакомых с ситуацией, это говорит о системном кризисе в структуре правоохранительных служб, и что возможно властям уже нельзя полагаться на лояльность отдельных полицейских участков, готовых в любой момент открыто бросить вызов непосредственному начальству. На этом фоне предложение некоторых представителей официальных властей использовать армейские подразделения для разгона толпы и пресечения хаоса уже не выглядят чем-то необычным. Экстренные ситуации требуют экстренных мер».

CNBS:«Почти моментальное заключение мира между кланами Грей и Саграси стало неожиданностью для всех наблюдателей. Старые враги пришли к внезапному соглашению о прекращении огня практически мгновенно, что наводит на мысли о неких предварительных переговорах, проведенных в тайне от общественности в то время, когда боевые действия еще находились в разгаре. Пока неизвестно насколько прочен заключенный мир, но судя по наблюдению прямые атаки и скрытые акты диверсий и саботажа на коммуникации противников с обеих сторон прекратились. Более того, по некоторым неподтвержденным данным, боевые подразделения обоих кланов совсем недавно участвовали в некой совместной операции против третьей стороны на что указывают ряд внутренних источников. Никаких подробностей о проведенной операции неизвестно, за исключением того, что боевые группы обоих кланов понесли серьезные потери, сравнимые с потерями во время недавней войны. Возникает вопрос: против кого выступили недавние недруги, и кто нанес поражение двум не самым слабым магическим кланам Североамериканского континента?».

АТР:«Обрушение финансовых рынков на фоне вспыхнувших беспорядков в крупнейших городах мира не вызвало особого удивления у экспертов. Реакция должна была последовать, и она последовала. Удивление вызывает отсутствие любых положительных новостей и не останавливающееся затяжное падение. По словам многих финансовых аналитиков подобного кризиса не случалось за всю историю мировой фондовой биржи. Почти все без исключения крупные корпорации, в том числе родовые, принадлежащие могущественным магическим династиями, пострадали в результате последних событий. Капитализация многих сложилась в два, а то три раза, что указывает на системные проблемы всей финансовой сферы. Крупные собственники распродают активы невзирая на гигантское падение в стоимости. Одновременно растут в цене драгоценные металлы. Только за последние сутки цена за стандартную унцию золота выросла на двести пунктов, и судя по динамике это далеко не предел. Рост продолжается также и на сырьевых рынках. Стоимость пшеницы побила очередной рекорд. Не отстает топливный сектор, лоты с нефтью и особенно нефтепродуктами уходят, едва успев появится в заявках. Возникает вопрос, кто настолько активно скупает золото, продовольствие и производные из топливного сектора? И не знает ли этот кто-то о происходящем больше других?»

РСН:«В настоящий момент количество погибших исчисляется сотнями, аварийные службы работают на месте катастрофы, но никто не может сказать, когда будут закончены спасательные работы, учитывая хаос, воцарившийся на улицах городов. Напомним зрителям, что речь идет о столкновении двух круизных лайнеров в порту Неаполя, приведшего к гибели огромного количества людей, как из числа пассажиров судов, так и находящихся в этот момент на пристанях встречающих. Пока точно неизвестно, что привело к катастрофе, но по показаниям некоторых очевидцев, виновата диспетчерская служба порта, а также человеческий фактор со стороны команды обоих круизных судов. Похоже корабли так спешили встать к причалу, что не согласовали свои действия ни друг с другом, ни с контролирующими службами в порту. Это не первая авария в мире за последние дни, приведшая к массовой гибели. Три часа назад при заходе на посадку в аэропорт Хитроу, потерпел крушение пассажирский авиалайнер одной из крупнейшей транснациональной компании, занимающейся авиаперевозсками по всему миру. На борту находилось более трехсот человек. По словам внутренних источников в департаменте полиции Лондона выживших после крушения нет».

Вестник Конфедерации:«Неожиданное нападение Старицких и Волков-Русов на Северный Удел не стало сюрпризом для широкой общественности. Еще несколько дней назад выступая на Совете оба клана заявили, что ни одно владение не имеет право блокировать доступ к водным ресурсам другому клану лишь на основании своего географического расположения. Уже тогда эксперты предупредили, что речь скорее всего идет о скрытой угрозе, а точнее об ультиматуме, выдвинутом внезапным союзом двух не самых последних кланов Конфедерации клану Бельских с требованием получить доступ к портовой инфраструктуре дальнего севера. За последнее время клан Сокола утратил прежние позиции — начиная со старого князя, не сумевшего дать укорот собственным Советникам из числа неодаренных и заканчивая юным беглым князьем, ставшим Проклятым, что также не упрочило положение старинного рода. Однако приход к власти двух таких совершенно разных личностей, как княжна Юлия и Герман Бельских, наглядно показал, что проблемы внутри династии владык севера простерлись намного глубже, чем все считали, породив если не полноценный раскол, то его несомненное подобие. Понятно, что находись клан Сокола в другом, более выгодном положении и обладай прежней силой, никакого ультиматума, тем более нападения не произошло бы. Но история не знает сослагательных наклонений и случилось то, что случилось».

EuroNews:«Пока неизвестно насколько серьезная ситуация сложилась для Северного Удела, но уже понятно, что положение одного из самых удаленных приграничных владений Конфедерации значительно ухудшилось. Особенно это касается военно-политической карты центральной части северной Европы. Официальные представители Скандинавского Альянса, с кем еще совсем недавно воевал клан Сокола уже заявил, что сделает все для защиты местного населения, находящегося под гнетом пришлых северных колдунов на протяжении многих столетий. Пока неизвестно, что именно стоит за данным заявлением и готов ли Альянс повторить попытку взять под контроль некоторые районы Удела, на которые предъявлял права в последнюю войну, но уже понятно, что слишком занятые подавлением сопротивления в центральном регионе владения кланы Старицких и Волков-Русок с высокой долей вероятности не будут мешать скандинавским отрядам в этих начинаниях, осознавая сложность защиты столь протяженной территории одновременно от внутренних и внешних врагов. Так же весьма сомнительно, что произойдут прямые столкновения между союзом двух кланов и Скандинавским Альянсом. Эксперты прогнозируют, что скорее всего будет заключен некий пакт, разделяющий сферы влияния между двумя сторонами на территории бывшего домена рода Бельских»

Global News:«Ходящие среди бунтовщиков слухи о неком конце света, который якобы собираются устроить лидеры самых могущественных и влиятельных колдовских семей, несомненно являются полным бредом и выдумками разбушевавшейся толпы, которой необходим повод для дальнейшего разжигания уличных беспорядков. Любые попытки найти даже самые малейшие доказательства этого сумасшедшей идеи заканчиваются лишь одним — полным отсутствием любых признаков того, что за этим скрывается даже малейшая крупица правды. Все это бред, и это признают признанные эксперты и аналитики, в один голос утверждающие, что за распространением слухов стоят Проклятые, а также близкие к ним помощники, вставшие на путь разрушения нынешнего миропорядка. И если кто и собирается устраивать конец света, то это безусловно сами Отверженные, уже не раз доказавшие, что являются безумцами, готовыми на все. Мы продолжаем следить за развитием ситуации, но призываем всех зрителей сохранять спокойствие и оставаться в собственных домах, ни в коем случае не принимая участия в спровоцированными Проклятыми уличными беспорядками, уже приведшими к многочисленным жертвам среди мирного населения. Власти уверяют, что в конце концов обязательно справятся с возникшим хаосом, и у нашей редакции нет никаких причин не доверять им в этом вопросе. Чего и вам советуем, дорогие зрители. Берегите себя и берегите своих близких, не видитесь на провокации безумцев».

Последние слова прозвучали, как мягкое отеческое напутствие, наполненное теплотой и искренней заботой. По моему лицу скользнула усмешка. Умеют работать сволочи, этого не отнять. Сам не замечаешь, как начинаешь верить сказанному, и все происходящее результат злонамеренных замыслов страшных Проклятых, а не действия самих клановых лидеров, чему уже получены неоднократные свидетельства, но что упорно продолжают отрицать главные СМИ.

Найти бы этих журналюг, вытащить на белый свет, да порезать на мелкие ломти перед честным народом. Почему-то не возникало сомнений, что простым людям это понравится.

Я отвернулся от работающего планшета с новостями. Девайс стоял на деревянном ящике в рабочем ангаре, разнося голоса дикторов под сводчатым потолком, но никто не обращал на это внимание. Шла суета, повсюду сновали люди, вперемешку с кадаврами. Открывались и закрывались контейнеры, запаковывался груз и многочисленные припасы. Драгоценное научное оборудование осторожно укладывалось в специальные боксы, способные выдержать падение с большой высоты без ущерба для находящихся внутри устройств и сложных химических реактивов.

Глебов и Пацио были тут же, дирижировали подчиненными с ловкостью опытных музыкантов. Участвовали все, вплоть до привлеченных к работе охранников, неуклюже перетаскивавших ящики с места на место. Тут же сновали электрические тягачи в виде открытых платформ, концентрируя подготовленный к отправке груз в отдельном месте, чтобы не перепутать с тем, что еще предстояло плотно упаковать.

Научно-исследовательский комплекс готовился к эвакуации.

— Не слишком ли рано все начали? — осведомился Даниэла, останавливаясь рядом. — А вдруг не получится и передовым отрядам придется отступить? Что тогда? Отправку придется отложить до захвата основного плацдарма и создания зоны безопасности.

— Если передовые отряды не справятся, то вся затея полетит к черту, — спокойно ответил я. — Неизвестно когда будут активированы спутники Патриархов и каким именно образом они повлияют на магические потоки. Подозреваю — самым губительным образом. А значит, пространственная магия перестанет работать и тогда мы застрянем здесь надолго. Поэтому придется все делать одновременно: и эвакуировать персонал базы со всем научным оборудованием, и производить захват на другой стороне портала. Необходимо все сделать быстро, иначе ничего не получится.

— С нами пойдет куча гражданских, они могут попасть под случайный удар, — указала на очевидное девушка.

С моей стороны последовало неопределенное пожатие плеч.

— Либо так, либо остаться и рисковать, что связь оборвется и тогда гражданские останутся здесь совсем без защиты, — сказал я, помедлил и покосился на любимую женщину, догадавшись, что на самом деле ее тревожит: — Я же говорил, что твой отец может пойти с нами. Если все пройдет удачно, то мы еще долго не сможем сюда вернуться. Южная Америка слишком далеко, учитывая исчезновение самолетов и разрыв воздушного сообщения. А насчет пространственной магии я не могу дать гарантий, что после удара орбитальных игрушек Патриархов она продолжит работать в прежнем ключе. Учитывая все это, твоему отцу следует хорошо подумать на предмет…

— Отец не маленький ребенок и наверняка оценил возможные риски, — резко прервала Даниэла. Похоже ее до сих пор злила несговорчивость родителя, не пожелавшего идти в неведомые края на другой конец света. Он даже пытался от этого отговорить дочь, но в упрямстве она ему не уступала.

— Тогда, о чем мы говорим? — я вопросительно приподнял бровь.

Даниэла вздохнула.

— Не знаю, может мне кажется это слишком большим, слишком глобальным. Такие изменения…

— Если ты хочешь остаться…

Договорить мне не дали.

— Нет! — пылко ответили, и спустя короткую паузу уже более взвешенно добавили: — Нет, дело не в этом. Просто все слишком быстро происходит, и я иногда теряюсь, не зная, как реагировать. Для меня это непривычно. Бой — это одно дело. Стремительные боевые операции, тактические ходы — все знакомо и не вызывает удивление. Но стоит вернуться на базу, как все это быстро проходит, ты возвращаемся в привычный ритм. А в мирной жизни, я такой способностью к адаптации не обладаю. Понимаешь о чем?

Понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить на что намекает смутившаяся брюнетка. Та самая брюнетка, которая без колебаний способна перерезать горло любому матерому бойцу.

— Ты боишься, что станешь для меня обузой в мирной жизни, — сказал я и покачал головой. — И что не станешь достойной парой, когда придется принимать самостоятельные решения в сложных ситуациях, не связанной с войной.

Я не удержался и приобнял ее за плечо и поцеловав в голову, уловив слабый запах жасмина от густых черных волос.

— Какая глупость. Даже если возникнут проблемы, ты всему быстро научишься. И уж точно не сможешь стать помехой ни в каком виде.

— Но я все равно не обладаю магическим даром, — слабо улыбнулась Даниэла. — А это обязательное условие для таких, как ты при выборе постоянной спутницы в жизни.

Я дернул плечом.

— Весь этот замшелый бред клановых традиций уже через несколько дней можно будет смело списывать со счетов. Старые порядки рухнут и станут необязательными. Ну а если все же кто-то станет возражать… — по моим губам скользнула жесткая усмешка.

Она все поняла и не стала ничего уточнять, только лишь благодарно улыбнулась и чмокнула меня в щеку.

— Ты просто чудо, лорд Андрэ Бельский. Мне сильно повезло, что судьба свела нас вместе.

— Нам обоим повезло…

В самый неподходящий момент нас прервали, послышался шум тяжелых шагов. В арку ангара вошла боевая пятерка кадавров в магических техно-доспехах. Массивные фигуры двигались одновременно тяжеловесно и легко, создавая странное ощущение монументальности и грации.

— Передовой отряд Альфа-1 готов, милорд, — доложил командир группы, стукнув первой рукой по левой стороне нагрудника. Мои брови удивленно приподнялись, таким жестом их в базовом варианте боевой подготовки не обучали. Но выглядело эффектно.

— Это ребята из состава инструкторов постарались, — быстро шепнула Даниэла.

Понятно, развлекались, пока обучали подопечных основам боя. Взыскания им что ли влепить.

— Остальные группы на подходе, — продолжил кадавр. — Боевые подразделения готовы к полному развертыванию.

Отлично, значит пора. Я окинул быстрым взглядом могучую фигуру, затянутую в сплошной металл, особое внимание уделив расцветки брони — белоснежно белый. Бойцы большинства кланов использовали черный цвет, мы решили от этого отказаться, покрасив техно-доспехи в матово белый. На груди выделялось векторное изображение черными штрихами расправившегося крылья сокола — герб рода Бельских.

Традиционно знак рода изображался наоборот: белое на черном или светло-сером, этот же был иной, показывал родство, означающее преемственность, но в тоже время создавал противопоставление старому укладу, как символ перерождения.

— Хорошо, выступаем, — я развернулся в сторону дальнего угла ангара и вытянул руку, призывая магию.

Пространство пошло изломанными линиями, в воздухе зародилось серебристое сияние, вытягиваясь в форму сверкающего прямоугольника. Несколько секунд границы контура подергивались, пока окончательно не стабилизировались. За подрагивающей пленкой стала видна припорошенная снегом земля и голые деревья.

Грузовой портал открылся и замер, готовый перебрасывать на другой конец планеты передовые ударные соединения.

Северный Удел, я иду.

Глава 26

26.

Северный Удел.

Главная резиденция клана Бельских.

Подземный уровень. Командный пункт. 15:30

Десять метров сплошного бетона и стали, укрепленные особым образом переборки, использование блоков, несущих в составе материала специальную магическую начинку, работающие в активном режиме артефакты оборонительного типа высшего класса. Мощь, безопасность, чрезвычайные меры защиты. И все равно, здание содрогалось от крыши до фундамента словно простая коробка, по которой колотил ногой великан.

Потому что атаковавшие тоже использовали не простое оружие, и артиллерийский обстрел, продолжавшийся безостановочно уже три часа, нес с собой не обычные снаряды, а с начинкой на основе магических составляющих, специально созданных для уничтожения хорошо защищенных подземных убежищ.

— Первая линия скоро рухнет и тогда о наземных постройках можно забыть, — хмуро сообщил офицер, отвечающий за первые два периметра обороны резиденции.

Княжна Юлия резко обернулась, нахмурилась.

— Активируйте дополнительные артефакты из вспомогательного звена, — броским тоном приказала она.

Но не получила ожидаемой реакции. Молодой мужчина в форме клановой гвардии мрачно покачал головой.

— Не выйдет, госпожа, все резервы уже запитаны, вспомогательные цепи уничтожены, у нас нет дополнительных мощностей.

Слова упали похоронным набатом. Нет дополнительных мощностей, значит стационарные щиты-артефакты, прикрывающие главное здание, скоро окончательно сдохнут, и это автоматически откроет путь падающей с неба смерти.

Спасения нет.

— Может предложим переговоры? — дядюшка Герман облизал сухие губы. Выглядел старший Бельский неважно, галстук сбит набок, волосы взлохмачены, побледневшее лицо, в глазах неприкрытый страх.

Юлия в этом плане держалась лучше. Переодевшись в первые минуты боя в военную экипировку (комбинезон из плотного материала цвета тусклого серебра), княжна очутилась в родной стихии боевого мага и чувствовала себя увереннее старого политика, чья изворотливость и хитрость ничего не стоили в разгар ожесточенного боя.

— Нас не выпустят, — княжна пожала плечами. — Я предупреждала, ты сам захотел остаться.

В женском голосе равнодушие, дядюшка Герман ответил угрюмым взглядом. Это случилось в самом начале, когда пошли первые сообщения о высадке объединенного десанта двух кланов на территории Удела, Юлия предложила эвакуироваться, заявив, что они вряд ли удержаться, но сама при этом захотела остаться руководить обороной. В тот момент старший Бельский подумал, что как соправитель, он будет выглядеть бледно, если сбежит, и не захотел лишиться лавров гордого защитника родного Удела.

Тогда еще почему-то казалось, что отбиться удастся. Дурацкая мысль, приведшая их в нынешнее положение. Теперь стало слишком поздно, входы и выходы перекрыты, резиденцию блокировали со всех сторон и принялись долбать артиллерией, логично предполагая, что рано или поздно магическая защита истает.

— Где остальные? Где правящий род? Где наши кузены и кузины, дядюшки и тетушки? — вдруг резко спросила княжна. — Почему мы сидим в этом подвале одни?

Старший Бельский недоуменно нахмурился, на секунду позабыв даже о собственных сумрачных мыслях о приближающемся конце.

— Разве тебе не доложили? Сообщение пришло час назад. Все погибли. В момент первого удара по столице.

Юлия запнулась. В суматохе боя она действительно забыла, что сегодня должен был проходить общий сход членов правящего рода в столице Удела.

— Все? — недоверчиво протянула она, все еще не веря в услышанное.

— Воины Старицких и Волков-Русов оказались весьма хороши, — дядюшка отозвался тусклым голосом.

В комнате воцарилась гнетущая тишина, хотя казалось еще хуже быть не может. До последнего момент княжна надеялась, что осаду резиденции снимут снаружи. Объединенные в общий кулак Бельские при поддержке клановой гвардии представляли серьезную силу. Но похоже не настолько, чтобы с ней не смогли справиться ударные группы противника.

— Волков-Русы и Старицкие отправили лучших, — сумрачным тоном заметил Бельский. — У наших не было шансов, их накрыли одномоментно, использовав магическое и технологическое оружие, усилив атаку сложносоставными боевыми заклятьями. Никто не спасся.

А это значило, что из всего клана Бельских, гордого клана владык Северного Удела, могучих колдунов севера, остались только они.

Точнее был еще один, но он уже давно не считал себя полноценным Бельским.

— Тогда нам конец, — наконец признала очевидное княжна, тяжело опускаясь в кресло. Взглянула на «любимого» дядюшку и неожиданно усмехнулась.

Кривая ухмылка странно смотрелась на красивом лице в обрамлении платиновых волос, особенно здесь, и особенно при таких обстоятельствах. Но кажется старший Бельский понимал младшую родственницу.

— Не о таком конце мы мечтали, когда отбирали власть у бастарда, да, дядя? — спросила Юлия, но спросила безжизненным голосом. Ее не интересовал ответ, новость о гибели остальных членов правящего рода подкосила еще совсем недавно уверенную военачальницу, командующую обороной. Смерть остальных родственников ставила крест на будущем рода.

А зачем сражаться, если будущего нет?

— Нам следовало заключить с ним союз, — пожал плечами старший Бельский внезапно успокаиваясь. Как и племянница он принял судьбу и понял, что даже если получится выбраться, их ждет участь изгоев. Та самая участь, которую, они предрекли изгнанному бастарду.

Судьба не лишена иронии.

— Сколько у нас еще осталось? Пара часов? Может предложим, ублюдкам Старицким и Волков-Русам классический поединок на перекрестке дорог? — неожиданно спросила княжна.

Дядюшка усмехнулся.

— Суд богов? Клянусь всеми забытыми силами, это было бы забавно.

Они оба рассмеялись. Офицеры-операторы, сидевшие за пультами управления, глядели на них с тревогой, думая, что оставшиеся в живых лидеры окончательно сошли с ума. Это еще больше подзадорило веселье со стороны Бельских. Смех стал громче, на мгновение окутав все помещение командного пункта.

И так же резко смех стих.

— Надо думать, что делать дальше. Не желаю подыхать под обломками от артиллерийского обстрела, — мрачно заявила княжна.

Дядя Герман кивнул. Разговор прервал один из операторов.

— Думаю, вам надо на это взглянуть, — сказал он. Тонкие пальцы быстро пробежали по клавиатуре, выводя картинку с комп-терминала на главный экран. — Это прямая трансляция одной из съемочных групп центральных телеканалов.

— Падальщики, ищут красивую картинку для поднятия рейтингов, — с отвращением сплюнул старший Бельский. — Зачем ты это включил? Хочешь еще больше насыпать соли на рану?

Столичным средствам массовой информации позволяли находиться в эпицентре событий, ведя репортажи буквально с поля боя. Их не трогали, согласно договоренностям о нейтральном статусе столицы Конфедерации.

— Постой, дядя, — не позволила переключить канал Юлия, рассматривая картинку на экране, недоуменно нахмурилась: — Это же вроде территория бывшего Замка Ледяных Грез. Что там происходит?

Находящиеся в комнате дружно уставились на большой экран. А там было на что посмотреть. Судя по ракурсу, оператор стоял на возвышенности, откуда открывался превосходный вид на руины разрушенной древней цитадели. Изредка в фокусе камеры мелькала физиономия слащавого журналиста с микрофоном, но продюсеры телеканала правильно расставили приоритеты, уделив основное внимание не репортеру, а происходящему внизу.

Груды обломков снесенного до основания замка вяло шевелились, стягиваясь в общую кучу, подобно намагниченным кусочкам металла. Это выглядело дико и сюрреалистично, учитывая, что некоторые весили под несколько тонн.

— Какого… — пораженно протянул старший Бельский и не закончил фразу, подавившись.

На вершине импровизированной горы стояла фигура с вскинутыми над головой руками. И княжна, и дядюшка Герман мгновенно узнали ее обладателя, хотя камера и не передавала все четкости.

— Это он! Это Андрей!

— Что он делает⁈

Два возгласа слились в один, но ответа не последовало. Зрители, как завороженные наблюдали за происходящим.

Замок Ледяных Грез, древняя цитадель клана северных колдунов, восстанавливался, подчиняясь приказу своего истинного владыки.

Огромные булыжники взмывали в воздух и занимали свои прежние места. Некоторые видоизменялись в полете, чтобы втиснуться в неудобные проемы. Из-за таких незначительных изменений стало понятно, что старинная крепость будет выглядеть слегка по-иному, отличаясь от старой версии. Но это будет все же она — старинная твердыня, до недавнего времени олицетворявшая мощь клана гордого Сокола.

— Он здесь! Он восстанавливает Замок! — выдохнула княжна.

В женском голосе поневоле скользнула надежда. На спасение, на победу, на изгнание захватчиков из родных земель. Ведь несмотря ни на что в венах бастарда текла кровь старых владык севера.

— И не только мы об этом знаем, — хмуро бросил дядюшка Герман.

В этот момент камера дернулась, наводясь на проходящую мимо бывшего музейного комплекса скоростную дорогу. По ней двигался армейский конвой, на внедорожниках и броневиках виднелись гербы Старицких и Волков-Русов. Оператор сфокусировался на военных. В следующий миг кусок трассы затопила волна жгучего холода.

Казалось, она возникла из ниоткуда, в мгновение ока накрыв боевые машины белым маревом. Один удар сердца — и смертоносная техника превращается в обмороженные куски неряшливого льда.

Один из офицеров в командном пункте икнул.

— Древняя мощь колдунов севера, — потрясенно прошептал второй, сидящий рядом.

Это была зримая демонстрация силы. Той самой, что веками боялась половина Европы, помня убийственные рейды клановых армий Бельских, оставляющих после себя превращенные в лед замки и города.

— Кажется он еще не закончил, — проговорил старший Бельский.

Фигура на вершина горы из обломком в обычном армейском комбезе темного окраса вдруг подернулась дымкой, камуфляж исчез, появились струящиеся одежды свободного кроя.

На секунду справа и слева за плечами бастарда словно мелькнули неясные тени, трансформируясь в подобие высоких существ с крыльями, парящими на высоте пары метров. Оба держали в руках нечто напоминающее мечи. Но видение быстро растаяло призрачной дымкой в воздухе. У наблюдателей одновременно появилось желание тряхнуть головой прогоняя странный мираж.

Глаза молодого колдуна затянула пленка мерцающего серебра, в тот же миг восстановления замка многократно ускорилось.

— Что за… — закончить дядюшка Герман не успел.

Здание резиденции особо сильно тряхнуло, с потолка посыпались крошки штукатурки. Происходящее на экране не остановило артиллерийский обстрел, ведь резиденция находилась за многие километры от возрождающегося на глазах Замка Ледяных Грез.

— Надо выйти с ними на связь! Надо потянуть время! — с отчаянием воскликнула княжна.

Старший Бельский кивнул и даже самолично бросился к одному из комп-терминалов, желая связаться с захватчиками, ведь с поддержкой прибывшего бастарда действительно появился шанс выжить и может даже одержать формальную победу, заставив врага отступить.

Но он не успел. Никто не успел. Когда ухоженные пальцы всегда тщательно следившего за внешностью Германа Бельского тянулись к кнопке вызова, резиденция вздрогнула. А в следующий миг раздался мощный взрыв. Потолок обвалился, погребая под бетонными обломками всех находящихся внутри.

Все было кончено. Пробив защиту, нападающие пустили в ход специальные бронебойные боеприпасы, предназначенные для поражения подземных бункеров с первого выстрела положив мощный снаряд в нужную точку. Командный пункт перестал существовать.

* * *

Территория Конфедерации.

Северный Удел.

Замок Ледяных Грез. 17:20

Возрожденная крепость подавляла мощью, эманации исходящей силы ощущались даже обычными людьми. Древняя твердыня была переполненна стихиальной энергией Хлада.

— Впечатляет, — признала Даниэла, рассматривая величественное сооружение.

Никаких лишних украшательств, единый комплекс, вздымающийся в небеса. Когда-то темно-серый камень посветлел, став серебристо-льдистым. Линий кладки исчезли, вся поверхность единый монолит.

А еще вблизи было очень холодно. Цитадель испускала жгучий мороз.

— Внутри так же красиво, как и снаружи? — девушка повернулась ко мне, и не дожидаясь ответа заметила: — У тебя все еще немного светятся глаза.

— Это пройдет, — успокоил я и провел рукой по вернувшему прежнюю форму армейскому комбинезону стандартного полевого образца без знаков различия. Еще недавно он исчез, заменившись странными струящимися одеяниями, казалось сотканными из энергии Хлада.

Необычное ощущение — настолько сильно слиться с одной из первородных стихий. На секунду показалось, что я тону в густом серебристом мареве, одновременно колючим на ощупь и приятным, как прохладная ванна, и что выбраться уже не получится.

К счастью, Хлад решил, что главному носителю еще рано растворяться в стихии и не дал полностью погрузиться.

— Пойдем внутрь? — спросила Даниэла.

Я отрицательно покачал головой.

— Подожди, сначала надо посмотреть поняли ли Старицкие и Волков-Русы намек.

— Что в Удел пришел истинный хозяин, и что посторонним лучше как можно быстрее убраться? — обозначила слабую улыбку девушка.

Помедлив, я кивнул.

— Именно так. Сражаться с ними обычным порядком, используя кадаров, стало бы слишком затратным и долгим делом. Проще показать, что ждет всех вторженцев один раз, чем пытаться вести обычные боевые действия, — мой взгляд скользнул по вымороженному шоссе, где ледяными скульптурами застыл объединенный конвой военных клана Старицких и Волков-Русов, наглядно уничтоженный в прямом эфире.

— Кстати, это была отличная идея пригласить репортера на место события. Выглядело куда эффектнее, чем слитые записи телефонов случайных зевак в сеть.

— Благодарю, — я усмехнулся.

Мысль позвать анонимным звонком съемочную группу одного из телеканалов, сейчас шныряющих по Северному Уделу, возникла случайно, но кажется принесла свои дивиденды. В информационном поле уже шло активное обсуждение случившегося.

— Ты отправила передовые отряды, проверить расположение вражеских войск? — я посмотрел на часы.

— Да, по основным дорогам во всех направлениях. Использовали пешие и колесные патрули. Машины взяли у Волков-Русов, их подразделения особенного широко разошлись по территории Удела, несколько мы перехватили, уничтожив личный состав, но сохранив технику, — четко доложила Даниэла.

— Хорошо. Подождем еще немного, если наглядная демонстрация с восстановленным Замком и обращенным в лед конвоем не дошла до адресатов, начнем выдвигаться к главному скоплению их войск, — я вновь скользнул рассеянным взглядом по красочной композиции обращенных в лед боевых машин, несущих на бортах символы своих кланов. Смотревшие трансляцию, не могли не знать, что подобная военная техника, оснащается в том числе специальными артефактами, и что пущенная волна холода их даже не заметила, смяв легко чужую защиту. Это должно вызвать нужное впечатление. И повод задуматься — насколько опустошительным окажется дальнейшая война, изначально планировавшаяся, как легкая прогулка.

Даниэла прижала руку к уху, где за темными волосами пряталась миниатюрная гарнитура армейской связи.

— Наблюдатели отмечают передислокацию военных подразделений кланов Старицких и Волков-Русов в сторону аэропорта. Они отходят. По новостям говорят, что вскоре последует официальное заявление о прекращении боевых действий, — она подняла на меня взгляд. — Кажется получилось.

Я кивнул, словно никогда не сомневался в быстрой победе.

— Быстрая победа.

Брюнетка в военизированной одежде сверкнула глазами:

— Северный Удел ваш, лорд Бельский.

Я улыбнулся, через секунду ко мне присоединилась Даниэла. И лишь возвышающийся вокруг затянутые в белую техно-броню кадавры продолжали сохранять ледяное спокойствие, словно происходящее их не касалось.

Глава 27

27.

Территория Конфедерации.

Северный Удел.

Столица. Центр города.

Временная резиденция князя. 10:30

— «… вместе мы обязательно добьемся успеха, защитим родной Удел от внешних врагов и создадим богатое и благополучное общество, где каждый найдет себе место. Даю слово!»

— Стоп! Трансляция закончена! Переключение на общий новостной блок из студии! — мужичок суетливо поклонился. — Спасибо, ваша светлость. Запись прошла в прямом эфире, как вы и хотели. Если вам больше ничего не нужно, то мы собираемся.

Я кивнул, расстегнул верхнюю пуговицу кланового мундира, выходя из фокуса камеры.

— Хорошо, можете идти. И не забудьте передать руководству о необходимости повторной трансляции вечером в полном размере, а также частично во все последующие дни с комментариями экспертов и аналитиков. Мне нужна красивая картинка в СМИ, что в Уделе все благополучно и что жизни жителям ничего не угрожает.

— Разумеется, ваша светлость, я все обязательно передам и напомню, — представитель телекомпании склонился в угодливом поклоне, выпрямился, последовал куда более властный взмах руки в сторону съемочной группы. — Живей, собирайтесь, нам еще на другую точку ехать!

Телевизионщики забегали, я лишь усмехнулся, проходя в соседнее помещение. Комнаты разделялись стеклянными стенами, поэтому происходящее в одной было прекрасно видно в другой. Там ждала Даниэла.

Я скинул мундир на ближайший офисный стул. По мнению многих клановая форма гвардейцев дома Бельских выглядела достаточно внушительно, чтобы сыграть роль официального наряда для первого выступления князя после возвращения. К тому же в этом был скрытый намек — мол, война вроде и закончилась, но старый-новый властитель вовсе не расслабляется и готов, как сказал в своем выступлении, в любой момент отбить любые попытки врагов захватить и поработить Северный Удел. Именно так — «захватить» и «поработить», но это уже для внутреннего потребления, чтобы население не забывало от чего их новая власть защищает.

— Ну как тебе речь? — спросил я Даниэлу.

Она пожала плечами.

— Высокопарно и претенциозно, полная пафоса с массой скрытых намеков и угроз. Но думаю, простым людям понравится, тебя ведь это волновало в первую очередь?

— Не хочу заниматься подавлениями беспорядков, если вдруг кто-то подумает, что Проклятый во главе Удела не самая подходящая личность. У нас из-за этого и так будут проблемы с соседями, не нужно обострять еще с собственным населением, — пояснил я, упор в речи на умиротворение простого народа.

Чего только ради этого не пришлось пообещать вскользь и прямо: — и снижение налогов, и выделение средств на строительство новых больниц и даже реформу чертового пенсионного обеспечения, о чем я вообще не имел понятия. Наверное, придется нанять грамотных финансистов для разработки программы…

Стоп. Не придется. Уже не придется. Если все пойдет так, как пойдет, то никаких пенсий уже не будет. Вообще ничего не будет.

Вдруг резко захотелось чтобы вся эта затея Патриархов с концом света оказалась глупым розыгрышем, и чтобы над головой не висели дамокловым мечом спутники, способные умертвить электронику на всей планете, заставив перестать работать электричество в нормальном виде.

— Припасы с Амазонки уже перебросили? Ничего не оставили?

— Только голые стены. Эвакуация полностью завершена. Строительные рабочие и охранники из частных военных компаний получили расчет и отбыли довольные домой, — слегка шутливо отрапортовала Диниэла, приложив правую руку к левой половине груди — жест, все чаще используемый бойцами-кадаврами.

Я помедлил, натягивая простую тактическую куртку, вместо мундира.

— Что Бельские? Уже известно что-нибудь?

— На месте бывшей клановой резиденции продолжается разбор завалов, но по словам спасателей вряд ли там остались выжившие. Термосканеры не засекают тепловой след тел, только холод бетона.

А значит внизу лишь мертвецы. И дядюшка Герман, и Юлия мертвы. Даже не знаю как к этому относиться. Парочка конечно была той еще сволочью, но все же числилась среди родни. Кстати, об этом.

— Что с остальными Бельскими? Я знаю, что их накрыли где-то в городе, но ведь кому-то могло повезти и смогли уйти. Есть подтверждения?

Со стороны Даниэлы последовало отрицательное качание головой.

— В том районе напрочь снесено три квартала. По словам очевидцев удар был внезапный и мощный. Те два других клана не церемонились, и, судя по всему, хорошо подготовились. Атака была скомбинированной из обычного и магического оружия. Завершал разгром боевые заклятья, бьющие по площадям.

Пауза.

— Волков-Русы в военном деле всегда отличилась предусмотрительностью и практичностью, — задумчиво проронил я, мысленно решая дилемму: надо ли мстить убийцам собственной родни, учитывая, что последняя сама в свое время пыталась меня убить.

Если подумать, ситуация дурацкая, но и оставлять просто так наверно нельзя. Или можно? Плюнуть на все и забыть. В конце концов, нападение Старицких и Волков-Русов помогло захватить Северный Удел. Иначе мне бы пришлось выступить в качестве палача, ведь оставлять правящий род Бельских в живых было бы слишком опасно. А так я выступил в роли освободителя от чужеземных захватчиков.

— Клановые гвардейцы? Солдаты ополчения?

— Первые почти в полном составе перебиты противником в ходе высадки десанта, когда пытались остановить продвижение. Вторые частично погибли, частично разбежались, сбросив военную форму, — Даниэла пожала плечами, признавая поведение недавних гражданских оправданным: — А чего еще ожидать, когда все начальство мертво, а большинство офицеров сбежало?

Я кивнул, правильно, и вспомнил, что собирался использовать мобилизованное ополчение против Скандинавского Альянса. Может это была не такая уж и хорошая идея? В таких делах лучше использовать профессиональных вояк. Или как минимум тех, кто отдает себе отчет на что подписывается.

— Мы развернули временный лагерь за пределами города и начали возводить казармы и вспомогательные сооружения из легких металлоконструкций. Но уже ясно, что понадобится дополнительное утепление, учитывая здешние климатические особенности.

Да, здесь не Бразилия и не Амазония, будет холодновато.

— Хорошо, найди себе парочку смышленых помощников из местных, только присматривай за ними, неприятные сюрпризы нам не нужны. Что касается кадавров…

Даниэла меня перебила:

— В целом они демонстрируют неплохие зачатки самоорганизации, не думаю, что за ними нужен постоянный контроль.

Я помолчал, обдумывая мысль. С учетом удивительной похожести големов на людей и экстраординарного уровня адаптации, возможно тотальный контроль и правда будет только мешать.

— Хорошо. Пока оставим, посмотрим, как они справятся. Если возникнут проблемы, подберем для каждого подразделения командира из числа обычных людей. Все-таки оставлять без присмотра такую силу тоже будет неправильно.

Девушка кивнула, признавая правильность аргументов. Самообучение это конечно хорошо, но кто знает куда оно в конечном итоге приведет. А еще есть фактор способности к размножению. Тут вообще голову можно сломать, гадая во что в конечном итоге затея с созданными на основе человеческого генами кадаврами выльется. И не станут ли они родоначальниками новой расы. И не похоронит ли это людей потом одним своим появлением…

К черту. Если люди окажутся настолько слабы, что не выдержат конкуренции со стороны искусственно созданных существ, значит туда им и дорога.

— Пришло сообщение от князя Голицына, — продолжила доклад Даниэла, имеющая доступ к моему личному электронному ящику.

— Что-то срочное? — я на ходу полуобернулся.

Мы вышли из примыкающей к конференц-залу комнаты, откуда шла трансляция выступления на Удел и теперь шли по коридору бизнес-центра, ставшего временной резиденцией для новой власти.

— Князь предупреждает, что подготовка спутников вышла на завершающую фазу. Активация может произойти в любой момент.

— Понятно.

Это я чувствовал и без предупреждения владыки Хаоса. В воздухе носилось нечто напоминающее тень тревоги, с каждым часом обретающее все больший объем. Чутье буквально вопило, что осталось недолго.

— Пусть в эфир запустят заготовленное предупреждение о террористической атаке по энергоподстанциям, — велел я. — Надо снизить уровень паники хотя бы на первый момент.

— Сделаем, — кивнула Даниэла. У нее все было под контролем, но лишнее напоминание не повредит.

Мы вышли на улицу, у тротуара ждал кортеж. Охрана смешанная из кадавров из людей, все в военизированной форме, но не в тяжелых техно-доспехах.

— Касательно назначения на должность… — начала Даниэла и резко осеклась.

Небо над головами внезапно потемнело, а в следующую секунду пошло извилистыми разводами с лиловым оттенком.

— Началось, — сказал я и тут же ощутил, как магические потоки начинает перекручивать неизвестная сила, льющаяся с небес подобно нисходящему водопаду.

Магический фон скрутило, планетарная энергетическая сфера начала стремительно меняться, влияя одновременно на изнанку колдовской составляющей и материальный мир. Я ощутил, как источник стихиальных сил сминает в комок, как рвутся изначальные связи, перерезая каналы с Сейд-Озером. Это не было больно, скорее вызывало дискомфорт, но происходило удивительно быстро.

Похоже, Голицын не ошибся и одновременно с ударом по технологическому устою, спутники Патриархов нарушили привычный порядок вещей, существенно уменьшив возможности Проклятых. Священное Озеро стало казаться чем-то отдаленным, хотя до этого воспринималось на уровне — протяни руку и возьми столько силы, сколько захочешь.

Вторая волна оказалась сильней, лилового в небе прибавилось. Вспышка. И неестественная оглушающая тишина, чтобы через секунду разразиться недоуменными воплями случайных прохожих на другой стороне улицы.

По моему лицу скользнула усмешка, я посмотрел на Даниэлу и вытащил из кармана компактный планшет. Устройство не отозвалось на кнопку включения, экран оказался мертв. Даниэла достала свой телефон, несколько раз попыталась его оживить. Из ближайшей машины кортежа вылез водитель, разведя руками в стороны, показывая, что техника сдохла.

— Это все же случилось, — сказал я.

Добро пожаловать в эру нового мира, без компьютеров и двигателей внутреннего сгорания, без центрального отопления и водоснабжения, без канализации и любых других благ человечества, работающих при помощи электронных устройств. Все это осталось в прошлом.

Для нас конец света прошел почти незаметно, но в других местах наверняка возникли серьезные последствия: упали самолеты, сошли с путей поезда, в мегаполисах вспыхнули еще большие беспорядки за выживание.

Жаль, что обо всем этом теперь вряд ли узнаем в ближайшее время, ведь глобальная сеть тоже накрылась, а значит новости долго идти.

Впрочем, и без вести из дальних стран дел хватит. Северный Удел не будет ждать, надо разгромить Скандинавский Альянс, заодно расширив территорию Удела, заключить союзы с другими кланами Конфедерации, если, конечно, получится, на что шансов мало, учитывая, что я Проклятый. Пробить дорогу в Южную Америку, Даниэла должна видеться с отцом, да и запасы натурального кофе не помешают.

А главное ожидать войска патриархов, которые наверняка захотят расправиться с оставшимися Проклятыми. Не сразу, но они обязательно заявятся. Поэтому необходимо укрепиться, подготовить стационарные артефакты, которые теперь будут играть гораздо большую роль. Оснастить и обучить собственные войска. У меня есть кадавры, а они обладают магией, это будет серьезным подспорьем в противостоянии с другими кланами. Армия боевых магов — Патриархов ждет неприятный сюрприз.

— Кажется нам придется пройтись пешком, — сказал я и предложил руку Даниэле. Девушка с готовностью ее приняла и мы неспешно двинулись вверх по улице.

Вокруг нас тут же сомкнулась коробочка из кадавров, им светопреставление на небе не помешало продолжить выполнять свои обязанности, в отличие от людей, растерянно пялившихся наверх, задрав головы.

Да, дел будет много, придется трудно, но я почему-то верю, что мы со всем справимся. Это говорю вам я — Андрей Бельский, князь Северного Удела.

Конец книги.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN/прокси.

У нас есть Telegram-бот, для использования которого нужно: 1) создать группу, 2) добавить в нее бота по ссылке и 3) сделать его админом с правом на «Анонимность».

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Хлад 4

Content

Хлад 4

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Nota bene